Кармайкл Си Джей

Сладостное поражение

Си Джей Кармайкл

Сладостное поражение

Глава 1

Медленно прокручивая обручальное кольцо, Кейт Купер осторожно сняла его и сжала в кулаке. Как сотрудник департамента полиции города Нью-Йорка, она давно привыкла, что наиболее очевидные доказательства вырастают из наименее заметных деталей. Хотя и не предполагала, что когда-нибудь придется данное правило применять в собственной жизни.

— Эй, Кейт. — Макс Беранжер хлопнул ее по плечу. — Можно возьму у тебя ручку?

Этой ночью он был ее напарником в патрулировании. И теперь они вместе заполняли рапортички о прошедшей смене. Кейт машинально вручила ему первую попавшуюся ручку из своих запасов, продолжая думать о разговоре с соседкой по лестничной клетке, с которой столкнулась накануне вечером, выходя на работу.

— Спасибо, — поблагодарил Макс.

— Не за что.

Жанет Бикер обитала на том же этаже, что и они с Коннером, в квартире напротив. Жанет жила одна, была хорошо образованна, энергична и деятельна, и ей вполне хватало собственных интересов, чтобы не испытывать нужды копаться в чужих жизненных обстоятельствах.

Хотя бы по этой причине Кейт сочла возможным доверять ей.

Кроме того, у Кейт была еще одна весомая причина поверить словам Жанет.

«Да, — подумала она. — Черт побери, да. Я же видела, что что-то не так».

Было же… было. Возвращаешься, еле волоча ноги от усталости после нескончаемой ночной смены домой, а там застаешь свежевыстиранные простыни на кровати и полотенца в ванной комнате.

Она-то радовалась: «Как хорошо, Коннер наконец-то взял на себя часть забот по дому».

После шести месяцев совместной жизни ей бы следовало лучше разбираться в нем.

— Ты какая-то молчаливая сегодня, — заметил Макс. — Что-то стряслось?

— Ничего.

Офицеры начали собираться к 7.00 — началу утренней смены. Мужчины и женщины постепенно заполняли помещение, но она не различала их лиц, воспринимая как однородную массу, пока не увидела Коннера Лоуэри. Всего двенадцать часов назад она была уверена, что выйдет за него замуж, у них родятся дети и она будет любить его вечно.

А теперь один его вид вызвал прилив боли в пустом желудке. За всю смену она не смогла заставить себя съесть ни крошки. И пить не могла, ни капли. Даже треклятого кофе, без которого не обходилась ни одна ночная смена. Впрочем, этой ночью ей не требовался кофеин, чтобы не дремать.

Войдя в комнату, Коннер поймал ее взгляд и улыбнулся ей своей всегдашней улыбкой. Той самой — немного странной и в то же время обаятельной улыбкой, что завоевала ее сердце год тому назад, когда его перевели на работу в 20-й участок.

Он ухаживал за ней около полугода прежде, чем предложил перейти к совместной жизни. Она была на седьмом небе от счастья.

И так обмануться.

Кейт зажала живот руками, чтобы ее не разорвало от боли. Сейчас нельзя было показать свою слабость. Не время и не место.

Макс встал из-за стола и направился с Коннеру. К ним присоединился Ден Богарт. Все трое дружили со времен академии. Из всей троицы только Коннер был связан серьезными, почти семейными узами, и временами она чувствовала, что он тоскует по прежним временам, когда он болтался вместе с друзьями по барам и заводил ни к чему не обязывающие знакомства с девицами. Но она никогда и мысли не допускала, что он…

Кейт склонилась над рапортичкой, которую давно заполнила. Краем глаза она наблюдала за троицей. Она заметила, как подмигнул Коннер. Макс шутливо ударил Коннера кулаком в плечо, а Ден рассмеялся.

Сцена больно задела ее.

«Они все знают».

Кейт почувствовала, как будто мелкие иголочки пробежали по коже лица. Так бывало, когда интуиция не подводила ее. Отодвинув в сторону рапортичку и положив ручку, она встала из-за стола. Парни смотрели в ее сторону, словно ничего не произошло. Их показная невинность не могла ее обмануть. Они только что имели наглость смеяться над ней в ее же присутствии.

Как давно они все знали? С самого начала?

А если и того хуже?! Если не просто все знали, но еще и шпионили за ней, оповещая Коннера, когда ему не грозит ее появление, чтобы он…

Всегда присущее Кейт самообладание смыла волна накатившей ярости. Конечно, она намеревалась поговорить с Коннером, когда тот вернется со смены домой.

Какого беса делать из этого тайну, если все и так все знают?!

— Ну, ребята, над чем смеемся?

— Без причины, детка. Просто беседуем.

Коннер потянулся поцеловать Кейт, но она отступила на шаг.

— Я тут побеседовала с Жанет Бикер по дороге на работу вчера вечером.

Коннер сразу все понял. Она увидела, как забегали его глаза, но он тут же взял себя в руки.

— Давай поговорим о Жанет позже, ладно? Пошли, детка, я угощу тебя завтраком перед тем, как ты пойдешь домой.

Он придвинулся к Кейт, оттесняя ее от Макса и Дена. Она снова отступила.

— Макс! Ден! Вы с ним в сговоре, так ведь? Тогда предлагаю поучаствовать и сейчас, заодно.

Парни с затаенным страхом посмотрели на нее, с горячностью замотав головами в знак полного непонимания происходящего, чем еще больше укрепили ее подозрения.

Кейт смутно ощутила, как в комнате наступила гробовая тишина. Но она перешла в наступление. Ее уже нельзя было остановить.

— Кто она, Коннер?

Кейт пыталась прожечь Коннера взглядом, но ему больше не хватило духа встречаться с ней взглядом.

— По описанию Жанет, речь идет об Эмили Уайт из архива.

Она перевела взгляд с Коннера на Макса, а потом — на Дена. Она могла утверждать, судя по их сразу поглупевшим лицам, что угадала правильно.

— Я наблюдала за тем, как вы трое весело шутили и поздравляли друг друга. Вы так были горды собой, но в толк не возьму, как вообще можно гордиться тем, что ты — лжец и предатель.

— Ого, — произнес Макс. — Погоди, Кейт, успокойся и дай парню шанс объясниться.

Кейт сжимала кулаки. Клокочущая в ней огненная ярость не поддавалась контролю. Она с ума сходила от любви к Коннеру. И искренне верила, что он поглощен ею не меньше, чем она им. Черт, у них была близость перед тем, как она собралась на работу. А всего несколько часов спустя он уже увлекал другую в их постель. «Как ты мог?» — хотелось кричать и плакать. Но годы выучки в полиции и наработанный опыт удерживали ее в рамках общепринятого поведения, позволяя контролировать накал страстей.

— Кейт, ты же знаешь, я тебя люблю…

— Нет, — дернулась она. — Никогда больше не смей произносить эти слова. Никогда, после того, что ты сделал.

— Но…

— Мне здорово повезло, что я об этом узнала до свадьбы.

И раньше, чем появились дети. Боже, как жутко все выглядело бы, если бы в это оказались замешаны еще и дети. Кейт прерывисто вздохнула и занесла руку над корзиной для мусора. Разжав кулак, она проводила взглядом кольцо — символ ее счастья, пока оно падало в корзину и исчезало в остатках чьего-то ужина.

— Кейт, стой! Мне надо поговорить с тобой.

При звуках голоса непосредственного командира Кейт замерла. Черт побери, еще чуть-чуть, и она была бы уже на улице. Ноги подгибались. Ей даже показалось, что все части тела сами собой распадаются.

— Сэр, сейчас не лучшее время для беседы.

— Напротив, я считаю — в самый раз. Иди сюда.

Он отворил перед ней дверь небольшой комнатушки для посетителей, и, чуть поколебавшись, она прошла внутрь.

Лейтенант Рок был высокого роста, с грубоватыми чертами лица.

Его отличала глубокая преданность делу. За прошедшие годы у них с Кейт сложились хорошие отношения. Но именно сейчас она не в силах была говорить с кем бы то ни было.

Она осталась стоять, скрестив на груди руки, хотя он и предлагал им обоим присесть.

Рок заложил руки за спину и, вздохнув, начал:

— Я слышал, что здесь произошло…

— Уже доложили?

— Кейт, все на этаже слышали. Как только люди разобрались, что за сыр-бор, весь отдел сообразил, что за дерьмо всплыло наружу.

— Очень уж быстро сообразили. Наверное, потому, что большинство уже было в курсе событий.

Кейт вдруг заинтересовало, сколько народу знало о похождениях Коннера. А ведь все эти люди были и ее сослуживцами, и даже друзьями. И все же никто ни слова ей не сказал. Глаза ей раскрыть должна была соседка, которая увидела Коннера в домовой прачечной с другой женщиной.

Как мило! Эмили Уайт помогала Коннеру стирать простыни и полотенца после… О боже. Она заставила себя не смотреть поплывшие перед глазами воображаемые картины мужчины, которого она любила, с женщиной, которая ничего для него не значила.

Ну почему Коннер поставил на карту все, что у них было, их любовь, их будущее, ради дурацкой интрижки?

— Он полный осел, но, если смотреть правде в глаза, он тебя не стоил, Кейт.

— Признательна за участие, лейтенант.

— Это искренне. Я на твоей стороне. Надо что-то придумать. Перевести его куда-нибудь, к чертовой матери подальше отсюда?

— Нет.

Она уже успела поразмыслить над тем, чего же она хочет. Но надо было выспаться, прежде чем принимать окончательное решение.

Но ничего, черт побери, в это утро не шло по составленному ею плану.

— Уйду я.

— И в голову не бери, Купер. Чушь какая! С твоими-то показателями? Полагаю, мне нет необходимости напоминать тебе, что ты у нас в первых рядах на выдвижение.

— Если бы меня только Коннер предал. Все они знали, что происходит. Даже мой напарник.

— Ты не можешь этого знать наверняка.

Она скептически взглянула на него. Если бы.

— Кейт, это глупо. Неужели ты позволишь какому-то болвану изменить твою жизнь таким образом?!

Рок не понял главного. В этот день она потеряла больше чем мужчину, которого любила. Она потеряла величайшую мечту своей жизни, наиболее важную для нее. Потеряла шанс создать собственную семью. Дом, наполненный теплом, любовью, счастьем, — все пошло прахом. Каких-то двенадцать часов назад она не сомневалась, что и Коннер мечтает о том же.

Но может быть, он лгал ей и в этом.

— Если ты действительно хочешь перемен, давай я поставлю вопрос о твоем переводе? Мне жаль расставаться с тобой, но если тебе так надо…

Она отрицательно покачала головой. Кейт всегда нравилась ее работа, но после сегодняшнего она с трудом представляла, как сможет вернуться сюда или начать все заново в новом коллективе.

— Помните Линдсей Фокс и Натана Фишера? Они давно пытаются уговорить меня поработать у них. Думаю, я созрела.

— Сейчас неподходящий момент для крутых перемен. Почему бы тебе не взять несколько дней отпуска? У тебя будет возможность прийти в себя, успокоиться. Посмотрим, как ты будешь себя чувствовать тогда.

Кейт уже знала, как она себя будет чувствовать. Преданной. Измятой. Злой.

Ничего для нее не изменится.

Если уж она принимала решение, то редко его меняла. А она его приняла.

— Я ухожу. Это решено.

Вернувшись домой, Кейт написала прошение об увольнении со службы, и отправила его по почте.

Она действительно гордилась своей службой в департаменте полиции Нью-Йорка, но и, уходя со службы, не испытывала сожалений.

Работа в полиции многое ей дала, но она уже была готова двигаться дальше.

Затем она собрала все вещи Коннера и созвонилась с компанией-перевозчиком, чтобы они их забрали на следующий день. Она также позвонила Коннеру на работу узнать, куда их отослать.

— Господи, Кейт, почему ты так спешишь? Мы даже не поговорили.

— Ты спал с Эмили Уайт?

— Прекрати. Нам надо встретиться…

— Зачем? Чтобы ты попытался меня очаровать? Забудь, Коннер. Не пройдет. Ты не просто потерял мою веру в тебя и мою любовь. Ты потерял мое уважение. Я больше не хочу ни видеть тебя, ни говорить с тобой.

Ее слова звучали резко и безнадежно, и наконец-то Коннер внял ее словам.

— Ладно, Кейт. Будь по-твоему. Можешь отправить их на квартиру Макса.

Час икс настал. Прекратились отношения длиною в год.

Кейт задумчиво положила трубку телефона. Неужели она так и не разрыдается? Пока этого не случилось. Странно, когда первый порыв гнева иссяк, она почувствовала себя совершенно спокойно.

Слезы еще, конечно, будут, а пока лучше убрать квартиру. Когда она нашла кружевные колготки Эмили, заткнутые между матрасом и изножьем кровати, она обрадовалась, что решилась на уборку.

— Мерзопакостно.

Натянув резиновые перчатки, она выбросила колготки в мусоропровод. На полпути ей повстречалась Жанет.

— Вы были правы на счет Коннера, — призналась Кейт.

— Жаль. Может, не следовало ничего говорить.

— Я рада, что вы это сделали.

Только когда в квартире не осталось ни соринки, а грузчики забрали вещи Коннера, Кейт смогла заснуть. Она отключилась часов на двенадцать, а когда проснулась, настал уже новый день.

Она села в кровати и погрузилась в свои ощущения. Расплачется прямо сейчас? Нет. Она ощущала в себе если не спокойствие, то какую-то умиротворенность. Возможно, на уровне подкорки она осознавала, что Коннер мужчина не ее мечты.

И еще ее одолевало чувство голода.

Кейт весь день потакала своим слабостям. Пошла завтракать в кафе, прочитала «Нью-Йорк таймс» от корки до корки, затем прогулялась в Центральном парке. Было начало марта, холодно и сыро, но девушке казалось, что она чувствует в воздухе приближение весны, пока несколько снежинок не упали ей прямо на лицо.

Она накупила себе тайской снеди навынос и взяла в прокате какой-то фильм. Но прежде чем приступить к просмотру, Кейт посчитала благоразумным позвонить своей подруге Линдсей Фокс.

Когда-то Линдсей работала вместе с ней в 20-м участке. Несколько лет назад она уволилась, чтобы открыть свою частную сыскную контору в Верхнем Вест-Сайде. И регулярно убеждала Кейт присоединится к ней.

К счастью, то предложение оставалось в силе. Она набрала новый телефонный номер Линд сей, которая переехала жить к своему компаньону и любовнику Натану Фишеру.

Линдсей ответила сразу:

— Кейт, это ты?

— Хочу спросить, твое предложение еще в силе?

Линдсей рассмеялась:

— Ты серьезно?

— Я уволилась из полиции.

— Что же тебя на это сподвигло? Ночные смены? Необходимость тянуться перед старшими офицерами, пусть даже они пустое место? Или надоело заполнять бланк разрешения при походе в сортир?

— Все вышеизложенное. Плюс я узнала, что Коннер водит шашни с дамочкой из архива.

— Что?!

— Это правда. С нашей помолвкой все кончено. Вернула кольцо. Выгнала его. Хочу начать новую жизнь. Понимаешь, абсолютно новую жизнь.

— О, Кейт, как грустно это слышать. Какое же ничтожество этот козел.

— Да уж. Я выложила ему все в нашем отделе, прямо на глазах у его дружков-приятелей.

Линдсей заулюлюкала.

— Так ему и надо.

— А потом заявила Року, что ухожу.

— Девочка, ты мне нравишься. И ты позвонила, как никогда, вовремя. Мы с Натаном по горло заняты работой. Если в ближайшее время никого не найдем, наша сексуальная жизнь пойдет прахом.

— Звучит удручающе. Так Натан теперь полноправный партнер?

— Я даже завела новые таблички и карточки, на которых написано «Фокс и Фишер». Смотрится классно, Кейт. Правда, правда.

— Рада за вас. Вы оба этого заслужили.

Линдсей и Натан по-разному относились к делу. Линдсей во всем опиралась на интуицию и сразу рвалась с места в карьер, Натан же предпочитал методичный поиск и скрупулезный учет всех и всяческих мелочей при планировании операции. Они дополняли друг друга, и Кейт симпатизировала им обоим. Более того, она уважала их и доверяла им.

— Кейт, ужасно, что тебе пришлось все это пережить. Но я всегда считала, что ты отлично сработаешься с нами.

Кейт разделяла это чувство.

— Итак, когда мне начинать?

— Хотела бы сказать завтра, но у меня теперь есть компаньон. Надо организовать общую встречу, со мною и Натаном, Я перезвоню и уточню время.

Джей Саваж закончил серию из двенадцати упражнений. Хорошо, что в этот вечер старый приятель Натан Фишер уговорил его сходить с ним в спортивный зал.

Он еще не оправился после смерти сестры, и физическая нагрузка была ему явно необходима.

— Как насчет пивка после душа? — поинтересовался.

Джей посмотрел на часы — девять часов.

До десяти, установленного им времени отбоя для Эрика, оставался час.

— Можно, только по-быстрому.

Они не стали тратить время на сушку волос и пятнадцать минут спустя уже сидели на барных стульях. Как всегда внимательный к своему здоровью, Натан заказал легкое пиво «Куэрс», Джей же попросил принести крепкое ирландское «Гиннесс», полагая, что нагрузки в спортзале сожгли достаточно калорий.

— Как ты? — поинтересовался Натан.

Он присутствовал на похоронах Трейси месяц назад и теперь частенько звонил и проведывал друга. Джей был ему признателен за внимание, но не мог вот так запросто объяснить, что смерть Трейси на самом деле означала для него: глубокое горе и чувство непреходящей вины.

— Вроде все в порядке, но беспокоюсь за Эрика. Он меня тревожить стал, когда сестра еще жива была.

В свои четырнадцать лет Эрик явно вступил в критический возраст. Два года назад это был жизнерадостный мальчишка, готовый дарить людям радость. Теперь он по большей части угрюмо молчал, и Джей опасался, как бы племянник не свернул на скользкую дорожку.

Совсем как мать мальчика, Трейси, когда ей было столько же, сколько Эрику сейчас.

— Естественно, он тяжело переживает смерть матери, — заметил Натан.

— Знаю, но он никогда не говорит со мной о ней. Мне кажется, он злится, что приходится жить со мной.

Но другого выбора не было.

— Ему нужно время, чтобы привыкнуть.

— Да. Нам обоим нужно время.

Эрика бесило введение отбоя со стороны дяди, но он ему подчинился и до сих пор не нарушал. В отношении школы все обстояло менее гладко. Джей подозревал, что Эрик пропускает часть уроков. Он даже договорился о встрече с классной руководительницей на этой неделе, дабы проверить, прав ли он.

— Ему повезло, что у него есть ты.

Джей согласно кивнул, но, по правде говоря, не был в этом уверен. Он ведь и сестру вырастил сам, и видел, как она сбилась с пути. Ему не хотелось, чтобы то же повторилось с племянником.

— Ты определился с работой?

— Контракт заканчивается на этой неделе. — Джей вздохнул. — Боюсь, придется уходить.

— Жалко, черт побери.

Кто-кто, а Натан знал, как сильно Джей любит небо. Но когда ты работаешь пилотом на коммерческих авиалиниях, то следует быть готовым к отсутствию дома по три, а то и четыре дня кряду. И все эти дни Эрик остается без присмотра. Джей просто не мог себе этого позволить.

— Эрик еще слишком мал, чтобы оставаться дома одному. А нанимать кого-то мне не по карману. — Джей попытался скрасить перспективу. — Через пару лет, когда Эрик подрастет, я вернусь.

— А чем будешь заниматься все это время?

— Хороший вопрос. — Джей пожал плечами.

— Мы ищем кого-нибудь в агентство, — буднично обронил Натан.

— И?..

— Помнишь то лето, когда мы трудились на «Пауэр инвестигейшн»?

— Да я и думать забыл про это. — Джей рассмеялся.

— Мы сидели в том старом фургоне, и было чертовски холодно.

— Я подрядился приготовить нам кофе на той старой пропановой плите…

— И занавески вспыхнули. Помнишь, как тот рыжеволосый парень выскочил из гаража с огородным шлангом?

— В своих подштанниках. А жена руководила им с крыльца…

Оба смеялись от души, не было сил продолжать воспоминания. Их укрытие было провалено в ту ночь. Больше того, все внутреннее оборудование фургона пришло в полную негодность. Как ни странно, по неизвестной им причине их не уволили.

Джей вытер слезинку в углу глаза.

— Да, работенка была что надо.

— Целое состояние сколотили в то лето.

— Верно.

Достаточно, чтобы обоим хватило оплатить курс в колледже: Натану по криминологии, Джею по пилотированию.

Какое-то время они молча пили пиво.

— У вас действительно есть вакансия? — наконец прервал молчание Джей.

— Не сомневайся. Последнее время нам с Линдсей приходится отказывать клиентам, мы просто перегружены заказами.

— Полагаешь, Линдсей может взять меня, хотя я и не работал в полиции?

— Для этой работы нужно только одно — это быстро думать самому. Видел бы ты тех, кто к нам устраивался! Если хочешь, приходи завтра в офис, и мы поговорим. Как насчет десяти утра?

Джей допил пиво. Ему с трудом верилось, что прошло всего два часа с тех пор, как он пришел сюда встретиться с Натаном. Тренировка, смех, дружба… как все это было ему необходимо.

И вот в довершение всего Натан предложил ему работу. Работу, которая совсем ему не помешала бы.

— Договорились.

Глава 2

До чего же комфортнее Джей Саваж ощущал себя в облаках, нежели под землей. На повороте вагон метро ушел вправо, а его тело сместило влево, при этом ноги уперлись в колени женщины, сидевшей рядом с ним. Она свирепо оглядела Джея.

— Извините. — Он уступил место престарелой даме. Своего рода искупление грехов.

Джей оглянулся на племянника, стоявшего рядом. Эрик раскачивался в ритме поезда, словно они стали единым целым, очень похоже на ковбоя с лошадью. Ему хотелось, чтобы Эрик ощутил его присутствие, но взгляд Эрика оставался неподвижным и направленным в никуда.

Можно было предположить, что все внимание мальчика сконцентрировано на музыке в айподе. Провода наушников протянулись от рюкзака за спиной до черной шерстяной шапки, натянутой поверх вызывающих светлых кудрей. По крайней мере, Джей полагал, что Эрик считает их вызывающими, раз племянник почти никогда не снимает эту шапку.

Поезд прибыл на «Кафидрал-парквей», и когда Эрик начал протискиваться к выходу, Джей похлопал его по плечу:

— Удачи тебе в школе.

Эрик сделал вид, что ничего не заметил, растворившись в толпе сверстников. Джей дождался, пока схлынет толпа, и пересел на другой поезд, направляющийся в южные кварталы.

Он не знал, зачем ездит по утрам вместе с Эриком на метро. Племянник никогда с ним не разговаривал. Подспудно он просто хотел убедиться, что тот действительно ездит в школу. Когда Трейси было четырнадцать, она умудрялась прогуливать почти все занятия. Ему не хотелось, чтобы мальчик совершал те же ошибки.

Джей вышел из метро на станции «Музей естественной истории». Офис «Фокс и Фишер» находился в нескольких кварталах к западу от станции. Он задумался о превратностях работы, предложенной Натаном. Джей испытывал благоговейный ужас перед возможностью начать жизнь с нуля, но предложение казалось заманчивым, к тому же импонировала возможность поработать с Натаном, которого он любил и уважал.

И хотя агентство состояло всего из двух компаньонов, но не далее как в сентябре одно из их дел попало на первые полосы «Дейли ньюс». Выходит, они неплохо поработали.

Джей вышел из метро: серое небо, слякоть… Март нельзя отнести к наипрекраснейшему времени года в их городе, но он надеялся, что апрель возьмет свое.

Прошедшие дни были полны уныния и печали, бесконечной и безрадостной повседневности. Он сдал в аренду квартиру Трейси, продал ее мебель и рассчитался по ее долгам.

Затем пришлось перевозить вещи Эрика и обустраивать ему комнату, чтобы мальчик почувствовал себя как дома.

Джей перешел улицу и поспешил вдоль Западной 79-й улицы, пока не поравнялся со зданием из красно-коричневого кирпича, где разместилось агентство «Фокс и Фишер». Пролет лестницы вел к парадной двери, за дверью оказался небольшой вестибюль с почтовыми ящиками, следующая дверь открывалась в коридор, ведущий к лестнице.

Джей поднялся на второй этаж и оказался еще в одном коридоре. На двери справа сияла новая медная табличка с вытравленным логотипом «Детективное агентство «Фокс и Фишер». Он сделал глубокий вдох, словно собирался нырнуть в холодное озеро, потом открыл дверь.

Милая брюнетка сидела за светло-серой стойкой в стиле модерн. Она улыбнулась ему, приглашая проследовать внутрь, и продолжила прерванный телефонный разговор.

Он осмотрелся. Деловой ультрамодерн декора смягчали представленные в большом количестве зеленые растения. На столике для кофе, подле дивана и двух кресел, лежали журналы. Там же стояла вазочка с леденцами.

Джей сел в одно из кресел и взял конфету.

В это мгновение дверь открылась и вошла высокая, стройная женщина, примерно одних с ним лет, в кремовом плаще. Со своего места ему удалось разглядеть только ее длинные рыжевато-золотистые волосы.

Женщина решительно направилась к девушке, сидевшей за стойкой.

— Меня ждет Линдсей Фокс.

Ее грудной голос был притягателен, и он взглянул на женщину еще раз. Если у «Фокс и Фишер» все клиенты такие, то он хоть сейчас готов к работе.

Девушка по имени Надин Кимбл, согласно той табличке, что он заметил за небольшим зеленым островком из растений, попросила женщину подождать. Затем она закончила телефонный разговор смущенным обещанием перезвонить при первой возможности.

— Я позвоню Линдсей насчет вас, но не могли бы вы подождать минутку? — Надин положила трубку и добавила: — Этот джентльмен пришел раньше вас.

— Извините, я вас не заметила. — Златокудрая головка повернулась к нему, и внимательный взгляд профессионала окинул его с ног до головы

Джей был сражен ее красотой. Она чем-то напоминала Николь Кидман. Только без фарфоровой бледности актрисы и с множеством веснушек. Но эти веснушки очень шли молодой женщине.

— Мистер Саваж?

Он вздрогнул, поняв, что Надин пытается привлечь его внимание.

— Да.

— Натан ждет вас. Извините, что не поздоровалась с вами, когда вы вошли, но я разговаривала с мамой, и если бы я ее перебила… впрочем, не важно почему, но перебивать ее нельзя.

Он сразу же решил, что девушка очень ему понравилась.

— Вам в левую дверь, мистер Саваж. Удачи.

— Похож на футболиста из американского футбола, — заметила Кейт.

Она не воспользовалась предложением Линдсей сесть, вместо этого направилась полюбоваться видом из окна, но за ним оказалась лишь кирпичная кладка.

— Защитника или линейного?

— Ты о чем?

Кейт решила, что вид из окна не имеет значения. Не так уж и часто ей придется торчать в офисе.

— По-твоему, Джей Саваж больше похож на защитника или линейного игрока?

Видимо, Линдсей развеселило замечание подруги. Но самой Кейт было не до смеха. Она не ожидала, что работа достанется ей на конкурсной основе. Когда она увидела того мужчину в приемной, то предположила, что он — клиент.

Очень важный клиент с притягивающими взор голубыми глазами и запоминающейся внешностью.

— Откуда я знаю? Ну, огромен, конечно. Никогда не затеряется в толпе и уж точно не сольется с местностью. Хороший следак должен уметь растворяться в окружающей среде.

— Ты тоже много выше среднего роста, сама знаешь. — Ее слова не убедили Линдсей. — И золотой отлив волос всегда заметен в толпе.

Кейт уж было собралась возразить, что она, мол, знает, как прикинуться ниже ростом, но поняла всю тщетность своих попыток. Правда заключалась в том, что она очень нервничала.

Такое уж у нее счастье. Натан предложил место в агентстве своему приятелю в тот же вечер, когда и они с Линдсей обсуждали этот вопрос.

Если бы она позвонила Линдсей раньше.

Джей Саваж, возможно, и не мог похвастаться таким опытом, как у нее, но он явно не относился к разряду людей, которых так просто списать со счета. От него просто веяло уверенностью. Джей походил на человека, привыкшего командовать. На того, кто способен заявить о себе, чем бы он ни занялся.

— Ты сказала, он — пилот?

— Послушай, он — друг Натана, и Натан пообещал ему это место. Мы просто обязаны рассмотреть его кандидатуру.

Линдсей передала ей папку отчетов о происшествиях.

Кейт не особо внимательно пролистала папку.

— Что это?

— Хотела тебе показать, чем мы тут в «Фокс и Фишер» занимаемся.

— Читала про пару ваших дел в газетах, — заметила ей Кейт. — Восхитительно сработано.

В одном случае Линдсей удалось обнаружить место пребывания педофила из разыскного списка ФБР. В другом деле, совсем недавнем, они с Натаном смогли предотвратить убийство. Преуспевающий застройщик замыслил убийство собственной жены.

— Поверь мне, те случаи не типичны для наших традиционных клиентов. Тебе не придется таскать с собою оружие, ни Натан, ни я этого не делаем. Прелесть нашей работы в том, что, в отличие от полицейского департамента, мы не обязаны заниматься всем, что происходит. Мы можем позволить себе быть разборчивыми.

— Давай с этого места поподробнее.

— Почему бы тебе не взглянуть на перечень дел в производстве?

Линдсей кликнула на ярлычок файла на своем компьютере и развернула монитор так, чтобы Кейт тоже могла его видеть. Именно такой и представляла себе Кейт новую работу. Розыск пропавших людей, мошенничество со страховкой, проверка биографий.

— Ты сама устанавливаешь себе рабочий график, — усмехнулась она, глядя на экран.

— С трудом могу припомнить, когда последний раз выходила в ночную смену. К тому же ты вряд ли найдешь хоть один пончик в нашем офисе. Натан считает, что многослойный рогалик с мягким сыром с низким процентом жирности гораздо полезнее. — При этих словах Линдсей поморщилась.

— Где мне поставить подпись? — со смехом спросила Кейт.

— Начни с этого. — Линдсей протянула ей ручку и планшет с закрепленным на нем листком какого-то бланка. — Это стандартное заявление о приеме на работу. Заполни его, а потом мы встретимся с Натаном и Джеем в переговорной.

— Натаном и Джеем?

— Мы решили, что ситуацию следует обсудить всем вместе. Это была моя идея. Полагаю, что ты только выиграешь в глазах Натана, если он сравнит тебя с Джеем воочию.

Кейт не разделяла ее оптимизма, но особо и не тревожилась.

— Ладно. Воля твоя.

— Мы все равно повременим с окончательным решением. — Линдсей рукой пригладила светлые прямые волосы. — И не нервничай. Натан — разумный человек, да ты и сама в этом не раз могла убедиться. В конце концов ему придется признать, что ты намного сильнее как специалист.

Закончив заполнение формы, Кейт протянула планшет подруге.

— Прекрасно. — Линдсей быстро пробежалась по заполненному бланку. — Звоню Натану, что мы готовы.

Пока Линдсей разговаривала по телефону, Кейт проглотила таблетку от боли в горле. Вот уже пара дней, как в горле першило, но она продолжала надеяться, что не разболеется. Но если учесть все, через что ей пришлось пройти за последнее время, сбой в иммунной системе не удивителен.

— Мы готовы. Вы тоже? Отлично. Кейт, наш выход, пошли побеждать.

— Ставки сделаны.

Весь путь от кабинета Линдсей до переговорной в другом конце коридора Кейт шла за подругой с гордо поднятой головой. Они устроились на стульях, и Кейт быстро окинула взглядом помещение. Как и остальная часть офиса, переговорная комната была выдержана в стиле современного минимализма, с характерным однообразием и монотонностью решений. По стенам были развешаны черно-белые фотографии, изображавшие нечто немыслимое. Ей потребовалось какое-то время, чтобы сообразить, что это крупные планы канцелярских скрепок.

Следом за женщинами в комнату вошли Натан и Джей. Кейт надеялась, что физическое присутствие Джея не столь впечатляюще, как ей показалось вначале, но, на ее беду, он и на этот раз произвел на нее потрясающее впечатление.

Она постаралась сосредоточиться на Натане, который сразу располагал к себе собеседника, словно они все детство росли по соседству. Он, как всегда, выглядел по-деловому, подтянутым и динамичным. Подлинная сила Натана была в его блестящем уме. Новые очки только усиливали впечатление, которое он производил.

Почти тотчас появилась Надин и предложила напитки.

Кейт ограничилась водой. Обслужив всех, Надин вернулась на свое рабочее место, плотно закрыв за собой дверь в переговорную, дабы никто не помешал им.

— Итак, — начала Линдсей. — Спасибо вам, Кейт и Джей, за то, что пришли сегодня встретиться с нами. Мы с удовольствием приняли бы на работу вас обоих, но, к сожалению, по экономическим соображениям мы не в состоянии сделать это прямо сейчас.

— Начнем с того, что мы изложим вам наше видение должностных обязанностей сотрудника, — продолжил Натан. — А затем, друзья, вы сможете задать ваши вопросы.

Удар гонга донесся со стороны входной двери, Натан вышел и вернулся в комнату слегка расстроенным.

— К сожалению, мы должны прерваться. Пришла клиентка по имени Хана Юнг. Она говорит, что у нее назначена встреча с Линдсей на десять тридцать и у нее совсем нет времени ждать.

Было без двадцати одиннадцать. Кейт взглянула в сторону Линдсей, которая озадаченно покачивала головой:

— И как это я забыла…

Она прихватила себя за подбородок и в задумчивости свела брови. Потом медленно расплылась в улыбке.

— Что бог ни делает, все к лучшему.

— Что ты опять замыслила? — поинтересовался Натан. — Я знаю этот твой взгляд, он заставляет меня нервничать.

— У меня великолепная идея. Надин, скажите Хане, что я сейчас приду.

— Как это? — не понял Натан. — Ты собираешься продержать нас всех здесь в ожидании, пока не освободишься?

— Это не долго. По телефону Хана предупредила меня, что ограничена в финансах. Я, возможно, вернусь с решением нашей проблемы.

После ухода Линдсей в переговорной зависла неловкая тишина, словно та прихватила с собой всю жизненную энергию. Кейт достаточно хорошо знала Линдсей, чтобы догадаться, какая «блестящая» идея пришла ей в голову. Она могла поклясться, что Натан и Джей думали о том же, обмениваясь беспокойными взглядами.

— Линдсей ничуть не меняется, — заметила Кейт.

— Да, — согласился Натан.

Он прошел вдоль стола и подхватил бланк заявления, совсем недавно заполненный Кейт. Казалось, он весь ушел в изучение ее заявления. Кейт с Джеем ничего не оставалось, как разглядывать друг друга, поскольку в переговорной окон не было, а на стенах висели только высокохудожественные эстампы с изображением канцелярских скрепок.

Джей улыбнулся. У него была поистине добрая улыбка. И глубокие темно-голубые глаза, какие редко встретишь. «Вот уж кому не пришлось бы мучиться при опросе свидетелей, — подумала Кейт. — Они бы сами ему все выложили».

Она едва удержала слезы, вспомнив улыбку совсем другого мужчины и все, что та улыбка скрывала.

— Вы по профессии пилот?

— Да.

Он оказался ее соперником в борьбе за должность. Ей следовало получше узнать его.

— И на чем вы летали?

— Последнее время в основном на «Боинге-777». Но это в прошлом.

— И вы хотите переквалифицироваться из пилота в частные детективы?

Он утвердительно покачал головой, словно ничего особенного в подобной смене работы не было. Так, рядовой случай.

— Я слышал, что вы работали в департаменте полиции Нью-Йорка?

— Что было, то было.

Он должен был почувствовать, как несхожи их профессиональные навыки, но это его явно не обеспокоило. Она вынуждена была признать, что у парня шансы были.

Линдсей вернулась в переговорную вместе с хорошенькой молоденькой, лет двадцати пяти, женщиной.

— Хотела бы представить вам Хану Юнг.

Линдсей обошла комнату, представляя вошедшую, затем отодвинула стул, приглашая Хану присесть.

Кейт внимательно оглядела новую клиентку. На Хане были недорогая юбка и пиджак, она избегала смотреть в глаза, но ее улыбка располагала, из украшений на ней было только серебро — скромные сережки в ушах и несколько колечек на пальцах. Одно из колец на безымянном пальце украшал крошечный бриллиантик.

— Хана с супругом надеются завести ребенка, — начала Линдсей.

Подруга продолжала говорить, но, неожиданно для себя, Кейт перестала воспринимать ее слова.

Хана, которая на пять лет моложе Кейт, уже замужем и собирается завести детей. Кейт никак не могла справиться с нахлынувшей на нее глубокой и абсолютно беспочвенной завистью к этой женщине.

Если бы их отношения с Коннером продолжались, если бы он действительно оказался тем мужчиной, за которого она его принимала, и она, как и Хана, вскоре строила бы похожие планы.

А теперь ее мечты о детях становились почти недостижимыми. Кейт всегда надеялась родить первенца к тридцати, но ей уже исполнилось тридцать два.

И что хуже всего, сама мысль о возможности новых серьезных отношений не вызывала в душе ничего, кроме страданий.

— Как вы думаете? — спросила Хана. — Вы сумеете нам помочь?

Испугавшись, Кейт осознала, что утратила нить разговора и не может восстановить в памяти, чего, собственно, клиент хочет от «Фокс и Фишер». Ей повезло, Линдсей просуммировала пожелания клиентки:

— Вы просите нас найти вашего биологического отца, дабы вы могли убедиться в отсутствии врожденных заболеваний у ваших родственников по восходящей линии еще до того, как вы постараетесь завести ребенка. Не вижу проблем. Мы выполняли аналогичные поручения неоднократно, ведь правда, Натан?

— Совершенно верно, — подтвердил он. — Насколько я понял, вы никогда не пытались найти своих настоящих родителей?

— Нет. По мне, так у меня уже есть настоящие родители. Мои мама и отец — прекрасные люди, и, если бы не Джереми со своими страхами, я, возможно, никогда бы не озадачилась поисками своих биологических отца и матери.

— А где сейчас ваш муж? — уточнила Кейт.

Если он так обеспокоен ДНК своих будущих детей, тогда почему сам не пришел на эту встречу?

— Он хотел прийти, — ответила Хана, словно читая ее мысли, — но его начальник удавится за отгул.

— С чего начнем? — снова заговорила Кейт. — Ваши биологические родители указаны в метрике? Вы узнавали у ваших приемных родителей, услугами какого агентства они воспользовались, чтобы удочерить вас?

Хана стушевалась. Она повернулась к Линдсей, которая и ответила за нее.

— Хана уже отыскала свою биологическую мать. Они встретились и все выяснили с этой половиной семьи. Осталось отыскать отца.

— Женщина, которая родила меня, забеременела в первом же семестре в колледже. Родители держали ее в строгости, и стоило ей покинуть родные стены, как она тут же пустилась во все тяжкие.

Хана открыла большую кожаную сумку, с которой пришла, и достала из нее ежегодный альманах Нью-Ингланд-колледжа с пометками и тремя закладками. Хана открыла первую из закладок. Одна из заметок была отмечена желтым маркером.

— Джеймса Моргана мать встретила буквально на первой неделе пребывания в общежитии. Как она помнит, он изучал бизнес. — Девушка перешла ко второй закладке. — Гарри Джифорд играл в футбольной команде, и, наконец… — Она пролистнула несколько страниц и остановилась на последней фотографии, на которой был изображен худощавый юнец с оттопыренными ушами. — Оливер Крейн учился в ее английском классе. Биологическим отцом может оказаться кто-то из этой троицы.

Три версии. Ладно.

— Как полагаю, ваша мать не поддерживает связь ни с одним из них?

— Нет. В том не было необходимости, поскольку она не собиралась оставлять ребенка себе. Более того, она боялась, что кто-то из них попытается отговорить ее отдать ребенка на усыновление. Не слишком верится, если разобраться. Я имею в виду, представьте, что вы — юноша на первом курсе колледжа. И какая-то из ваших сокурсниц забеременела после одной ночи с вами. Разве вы не предпочли бы, чтобы это так и продолжало оставаться только ее проблемой?

«Не факт», — подумала Кейт, но Хана, возможно, права.

— Итак, — Линдсей похлопала по альманаху, — мы знаем только, где были эти парни двадцать четыре года тому назад, но после этого — вакуум. Начнем с нуля. Прежде всего, необходимо установить местопребывание всей троицы, потом убедить их сдать кровь на анализ ДНК, чтобы установить отцовство Ханы.

— Если нам повезет, мы получим результат с первой попытки, — добавил Натан. — Или, что тоже вероятно, потратим на это уйму времени.

— Что увеличит расходы Ханы и Джереми, а этого они себе позволить не могут, — дополнила Линдсей.

— Нам надо копить на малыша. — Хана в волнении подергала себя за мочку уха. — Но никакого ребенка не будет, пока мы не удостоверимся, что у меня в роду нет генетических проблем.

— В этом все и дело. — Линдсей положила руки на стол и оперлась на них. — Я заверила Хану, что в интересах общего дела мы возьмемся за расследование бесплатно, если она позволит нам привлечь к ее делу двух следователей-стажеров.

— То есть Джея и меня? — Кейт непроизвольно дернулась.

Линдсей утвердительно кивнула.

Все восстало в Кейт против статуса «следователь-стажер», но в следующий миг она успокоилась. Хотя первоначально она и предполагала получить эту работу на блюдечке с голубой каемочкой, теперь, оказавшись в условиях конкурентной борьбы, перспектива доказать свою квалификацию интриговала ее.

— Это щедрое предложение, — произнес Натан. — Ты уверена, что все хорошо обдумала?

— Ты пока не в курсе всего плана, — парировала Линдсей. — До появления Ханы мы пребывали в тупике. Ты хотел взять Джея, а я хотела нанять Кейт. Мне пришло в голову поручить им вести расследование каждому самостоятельно. Первый, кто установит биологического отца Ханы, по определению окажется лучшим следователем. Тот и получит работу.

Глава 3

Необычное предложение. Но в чем-то… захватывающее. В этой жизни Джей мало что предпочел бы здоровому духу состязания. Обычно он находил его в баскетболе и сквоше. А тут в соревнование превращался рутинный испытательный срок. Интригующее предложение.

Разумеется, опытом Кейт он не обладал, но и ему не занимать изобретательности, и он сумеет нащупать решение.

Если он найдет биологического отца Ханы, и его примут на эту работу, он сможет подучиться и получить соответствующую лицензию. Натан обнадежил его, что все это вполне достижимо. Сам того не осознавая, он уже строил планы в своей новой профессии.

Джей кинул взгляд на Кейт, сидевшую через стол напротив. Она слегка улыбнулась ему в ответ, но взгляд оставался сосредоточенным и самоуверенным. Затем она приподняла брови и слегка встряхнула головой.

Движение выдавало ее настроение — она не верит, что у него есть шанс. И в нем вспыхнуло непреодолимое желание доказать именно ей, как она заблуждается.

— Идея кажется мне безумной, — резюмировал Натан. — Но если Хана, Кейт и Джей согласны, тогда я не возражаю. Хана, вы уверены, что хотите превратить розыск вашего биологического отца в соревнование?

— Если это не будет стоить мне ни цента, почему бы и нет. Можете быть уверены, я так хочу иметь ребенка и жду не дождусь момента, когда сообщу Джереми о своем биологическом отце, что мне все равно, кто его найдет.

— Решено, — подвел итог Натан. — Клиент согласен. А вы, Кейт?

Ее серо-зеленые глаза рассматривала Джея и, казалось, говорили: «Уйди с дороги сейчас, и сохранишь лицо».

Кейт едва заметным движением вскинула голову:

— Я в игре.

Все повернулись в сторону Джея. Он подумал над тем, что теряет. Поражение будет стоить разве только ущемленной гордости. Ничто, по сравнению с возможными приобретениями.

Натан дружил с ним со средней школы. Джей знал его как честного и умного парня. Во многом Линдсей казалась ему полной противоположностью приятеля, но она тоже была человеком чести, и ею двигало неукротимое желание сделать этот мир лучше.

Если уж ему не суждено больше зарабатывать на жизнь полетами, приземлиться было бы лучше именно здесь. Да и совсем неплохо бы стереть то самодовольное выражение, которое появилось у Кейт Купер.

Он еще раз оглядел комнату, затягивая напряженную паузу.

— Я тоже.

Хана не удержалась от аплодисментов.

— Огромное вам спасибо. И не думала, что все окажется так просто.

— Пока что мы не нашли вашего биологического отца, — уточнила Линдсей. Она посмотрела в сторону Кейт и улыбнулась подруге. — Хотя я уверена, ждать вам осталось совсем недолго.

Ее переполняла уверенность в подруге. «По здравом рассуждении — ничего удивительного», — подумал Джей. Он был весьма признателен Натану, который кивнул ему в знак солидарности и поддержки.

— Мы поставим вас в известность, как только появятся первые результаты от Кейт или Джея, — пообещала Линдсей, провожая Хану до двери.

Она позвала Надин и попросила ее закончить традиционное оформление заказа нового клиента.

— Да, Надин, не забудьте получить у нее три образца ДНК. Вы знаете, где все необходимое? — Надо полагать, Надин все знала, поскольку Линдсей добавила: — Ну, тогда я прощаюсь с вами.

После чего она вернулась к столу, плотно прикрыв за собой дверь.

— Итак. — Она с сияющей улыбкой обратилась к Натану, весьма довольная собой. — Не правда ли, блестящая идея?

Натан покачал головой:

— Вот только бы еще понять, смеяться мне или плакать. — Но сказано это было с такой нежностью в голосе, что ни у кого не возникло бы сомнений в его отношении к Линдсей. Он превозносил ее. И Джей даже понимал причину: Линдсей была воплощенная энергия. Страстная, увлекающаяся, деятельная натура.

Напротив, ее подруга Кейт тщательно скрывала свои эмоции. Она производила впечатление женщины аналитического склада ума, просчитывающей ситуацию и несколько отстраненной. Она должна была превратиться в достойного противника.

И весьма очаровательного, надо отметить.

— Официально расследование начинается завтра утром. — Линдсей перевела взгляд с Кейт на Джея. — Я попрошу Надин подготовить каждому из вас описание дела со всеми деталями, известными нам по состоянию на сегодня. Где вы начнете копать, решать вам. Достаточно справедливо?

— Вполне, — согласился Джей.

— А где можно работать, если мы не на выезде? — уточнила Кейт.

— У нас всего один пустующий офис, — объяснил Натан. — Полагаю, придется немного потесниться. Мы поставим еще один стол и стул, но компьютер все равно только один на двоих.

— Не вопрос. У меня есть ноутбук. — Джей встал и протянул Кейт руку: — Успехов вам.

Она в первый момент заколебалась, затем тоже встала и пожала протянутую руку:

— Пусть победит сильнейший.

Разумеется, она подумала о себе. Но и к сюрпризам с его стороны она была готова.

По окончании встречи Линдсей предложила Кейт зайти посидеть где-нибудь.

— Звучит заманчиво. — Кейт не спешила возвращаться в свою квартиру. Она уже подумывала, не завести ли ей кошку, поскольку мужчины ее больше не интересовали.

Линдсей направилась к простенькой таверне в конце квартала. «Старый сплетник» оказался отделан под старинный английский паб, в простодушной попытке воссоздать архитектуру Тюдоров, с покрытой пылью выставленной в ряд вдоль полок старинной утварью с блошиного рынка.

Громогласная компания двадцатилетних разместилась за столиками у окон, пожилой, погруженный в размышление мужчина возглавлял компанию из еще трех таких же, как он, старожилов у дубовой барной стойки. Кабинки у задней стенки были пусты, именно туда Линдсей и повела ее.

— Милое местечко, — отметила Кейт, поморщившись, когда, протискиваясь в кабинку, она задела рукой что-то липкое.

— Удобное, не так ли? Я всегда хожу сюда. Знакомься, это Венди.

Поскольку она сидела спиною к кухне, Кейт не заметила, как подошла официантка. Женщина, в свои сорок — сорок пять лет, выглядела ровесницей заведению, в котором работала.

— Венди и Марк владеют этим заведением, — объяснила Линдсей.

— Нам повезло, — сухо прокомментировала Венди. — Полагаю, вам как всегда?

Когда Линдсей согласно кивнула, Венди повернулась к Кейт:

— А вам?

— Мне, пожалуйста, апельсиновый сок с большим количеством льда, — попросила она в надежде, что витамин С поможет ей преодолеть простуду, первые признаки которой она ощущала.

— И картофель фри, — дополнила заказ Линдсей. — Мы поделимся на двоих.

Когда очень скоро официантка вернулась к ним, Кейт с удивлением обнаружила, что Линдсей принесли спотыкач.

— Ты еще это употребляешь? Как твой желудок его переносит?

Как-то однажды она и Линдсей зашли пропустить по маленькой после трудной смены, она тоже его заказала. Было достаточно одного глотка. Она не поленилась узнать, что же там намешано. Дикая смесь самых разных ликеров, от сладких до горьких, и колы.

— Мой организм требует спотыкача, — заверила ее Линдсей.

— Ну и как твои дела с Натаном? Кажется, все в порядке?

— Лучше не пожелаешь. Я никогда не была такой счастливей.

— Ты просто сияешь. — Кейт искренне радовалась за подругу.

— Спасибо. Надеюсь, что скоро смогу сказать нечто похожее и тебе. Расскажи о Коннере. И чего ему еще надо? Неужели не понял, как ему повезло, что ты рядом?

— Спасибо, Линдсей. — Кейт почувствовала, как от сочувственных слов подруги слезы подступили к горлу. — Теперь мне кажется, что мы должны были расстаться, жаль, финал получился не совсем цивилизованный.

— Иногда ссора — единственный выход.

— Надеюсь. Знаешь, за последние несколько дней мне пришлось осознать, что я вовсе не так сильно любила Коннера, как сама себе внушила.

— Почему ты так считаешь?

— Противно в этом признаться, но, думаю, уцепилась за него, достигнув определенного рубежа в жизни — захотела выйти замуж.

— Почему именно замуж?

— Дети. Как только мне перевалило за тридцать, только об этом и думаю. Куда бы ни пошла, вижу их. Ты заметила женщину с коляской по дороге сюда?

— Да, но это же начало Вест-Сайда. Здесь дети повсюду. Никогда б не подумала, что тебе хочется иметь детей.

— Всегда хотела иметь большую семью и сменить профессию, — призналась Кейт. — Не одного или двоих. Больше, пусть троих или четверых.

— Ну, ты даешь… Тогда тебе срочно надо завести роман.

— Забудь про это. Слишком они все мне насолили, ничего не получится. — Кейт состроила гримасу.

— И как тогда? Задумала переквалифицироваться в мать-одиночку?

— Вполне возможно. Я над этим думаю. А ты как на это смотришь? Считаешь, я сошла с ума? — Она взяла одну картофелину фри и посмотрела на нее без всякого аппетита.

— Да нет, ты не сошла с ума. Но это серьезный шаг. Не пори горячку. Как бы то ни было, но я рада, что ты с нами. Обещаю, у нас тебе будет хорошо. Работа разнообразная и интересная, и у тебя полная свобода действий, совсем не так, как в полицейском участке.

— Но только в том случае, если я найду биологического отца Ханы первой и получу работу, — напомнила ей Кейт.

— У Джея никаких шансов опередить тебя. Кейт уже и сама убеждала себя в этом. Но Джей

Саваж произвел на нее впечатление человека, не знающего поражений. Ей придется доказать, что это не так.

На следующее утро Кейт приехала в агентство рано и в полной готовности приступить к делу. Она заставила себя вылезти из кровати, хотя ночь выдалась беспокойной. Все время першило горло. Ни заглатываемые горстями витамины, ни литры апельсинового сока не способствовали улучшению состояния.

Она наткнулась на Надин, открывавшую парадную дверь. Девушка из приемной одарила ее дружелюбной улыбкой.

— Линдсей и Натан обычно не приходят раньше девяти. Вы, должно быть, жаворонок?

— Если так надо. — Кейт мало волновало, когда приходят Линдсей и Натан, но ей очень хотелось опередить Джея.

Надин внимательно присмотрелась к ней.

— Вы не больны? Вокруг полно заразы. Я сама болела на прошлой неделе, простуда была ужасной.

— Просто першит в горле. — У нее не было времени на проявление слабости, поэтому она хотела казаться здоровой. Любой ценой. — Линдсей что-нибудь оставила для меня?

— Да. Она попросила меня приготовить две папки: одну для вас, другую — для Джея. — Надин открыла нижний ящик стола и вытащила оттуда папку и протянула ее Кейт. — Полагаю, вы хотите сразу же приступить к работе. Комната, которую выделили вам с Джеем, находится прямо напротив переговорной комнаты. Позвоните мне, если вам что-нибудь понадобится. И если вы любительница кофе, чайник вскипит через десять минут.

— Спасибо, Надин.

Эта девушка в приемной у Линдсей была так мила и услужлива. Особенно по сравнению с диспетчерами, годами окружавшими Кейт.

Руки у нее были свободны, поскольку кожаная сумка болталась на плече, и Кейт уже на ходу открыла папку.

Кейт замешкалась, открывая дверь в свой новый кабинет. Один из столов, старожил этого кабинета, стоял у окна, выходившего, как ни странно, опять на кирпичную стену, и был шире и длиннее. На нем располагался единственный компьютер. Этот стол она и выбрала. Второй стол воткнули прямо за шкафом.

Она много думала прошлой ночью и теперь знала наверняка, с чего начать: с биологической матери Ханы. К счастью, фамилия женщины, телефон и адрес были указаны в деле. Ребекка Троттер проживала в Бруклине с мужем и двумя детьми школьного возраста.

Для дела лучше было бы встретиться с ней. Оставался слабый шанс, что биологическая мать Ханы вспомнит какие-нибудь детали, которые не посчитала возможным рассказать дочери. В любом случае Кейт следовало уточнить список кандидатов на роль биологического отца до того, как она приступит к их поиску.

В надежде застать женщину дома до ухода на работу или похода с детьми в школу, в зависимости от ее графика жизни, Кейт позвонила по домашнему номеру, указанному в деле. Трубку сняла женщина, которая явно куда-то спешила.

— Да? Кто там еще?

— Кейт Купер из детективного агентства «Фокс и Фишер». Ваша биологическая дочь…

— «Фокс и Фишер»? Опять? Слушайте, я хочу помочь, но я — занятой человек. У меня двое детей, которые сейчас уходят в школу, еще надо накрыть завтрак и собрать им с собой еду. У меня нет на вас времени. Вчера вечером я уже сказала тому милому мужчине, мне удобнее в полдень.

Бог ты мой! Тот милый мужчина конечно же Джей. И он уже переговорил с матерью Ханы вчера вечером. Кейт поверить не могла, что ее так быстро обскакали.

— Извините. Я не подумала, что Джей уже договорился о нашей встрече.

— Он не говорил, что вы придете с ним. Кейт, правильно запомнила?

— Правильно. Кейт Купер. Нам действительно стоит встретиться с вами вдвоем, чтобы занять как можно меньше времени и не повторять вопросов.

— Мне без разницы. Джей подъедет сюда сегодня днем, в час. Вас-то это устроит?

— Конечно устроит, миссис Троттер. Большое вам спасибо.

Джей все утро посвятил поискам информации о выпускниках колледжа, затем заказал такси и отправился в Бруклин. Сегодня он решил не провожать Эрика в школу на метро. Сам Эрик не придал этому никакого значения.

Джей нервничал оттого, что Эрик не выплескивал своих переживаний наружу. Кто-то из докторов, дежуривших в ночь смерти Трейси, предложил показать Эрика специалисту по стрессовым ситуациям, но, когда Джей все организовал, мальчик уклонился от встречи с ним. Джей терялся в догадках, как взять ситуацию под контроль.

Бедный мальчик наткнулся на лежавшую без сознания мать, когда вошел в дом. Он позвонил 911, а потом ждал в госпитале, пока ему не сообщили, что мать умерла.

Не всякий взрослый мужчина сумеет вынести такое, а Эрик всего лишь ребенок.

В ту ночь, когда умерла Трейси, Джей был в рейсе, последняя треть полета над Атлантикой, по пути в Европу. И тревожную эсэмэску племянника он получил на мобильник только на следующий день.

Неужели Эрик проклинает его за то, что он не смог приехать в госпиталь вовремя. Если да, это его не удивило бы. Он и сам себя ругал нещадно. Слишком поздно он понял, что его желание летать не укрепляло семьи. Мог бы и больше уделять внимания сестре и племяннику. Вне всяких сомнений.

За прошедший месяц многое сдвинулось с мертвой точки. Меньше грубости, чище в доме, больше порядка во всем. Ему пришлось начинать с самых элементарных правил, обязательных для исполнения. Мальчишке нелегко было привыкать ко всему сразу.

Трейси никогда не признавала ограничений своей свободы. Никакой дисциплины, никаких правил.

Джей вздохнул от мысли о том, что еще предстояло. Иногда ему трудно было поверить, что этот Эрик — тот самый ребенок, который рос у него на глазах. Много лет он был мальчику и за няньку, и за воспитателя, и Эрику всегда нравилось оставаться с ним.

Они кормили уток в Центральном парке, плавали на пароме по Гудзону. Он научил Эрика кататься на коньках и велосипеде. Но в какой-то момент Эрик перестал видеть в дяде самого любимого человека на свете.

Джей не раз слышал, как коллеги по работе, те, что имели семьи, жаловались на перемены, происходящие с их детьми в переходном возрасте. Он подозревал, что и Эрик страдает тем же недугом. Как ни крути, и с Трейси все произошло именно в подростковом возрасте.

Сейчас он старался как можно лучше обустроить жизнь Эрика в новом доме. Свой кабинет превратил во вторую спальню, установил в доме wi-fi, а компьютер для мальчика поставил в гостиной.

Хотя, что бы он ни делал, казалось, ничто не смягчало отношение Эрика. Сегодня днем у него была назначена встреча с классной руководительницей племянника. Хоть бы она что-то полезное подсказала.

— Какой адрес? — переспросил таксист.

Они пересекали Бруклинский мост с маячившей в южном направлении едва различимой статуей Свободы.

Джей ответил и приказал себе прекратить думать о племяннике и сфокусироваться на работе. Ему следовало проявить собранность, если он намерен одержать верх над Кейт Купер. На сегодняшний день он стартовал успешнее.

Десять минут спустя водитель припарковался перед дверьми дома Троттеров. Дом, где проживала Ребекка с мужем и двумя детьми, стоял в цепи однотипных домов с гаражами и крошечными лужайками.

Джей расплатился с водителем, выждал время, затем направился к входной двери. Он позвонил в дверь точно в час пополудни.

Женщина, открывшая дверь, должно быть, и была Ребеккой Троттер, поскольку сильно напоминала Хану, только состарившуюся и погрузневшую на пятнадцать фунтов. Странная игра генов. Он улыбнулся и поздоровался:

— Джей Саваж. Мы вчера договаривались по телефону.

— Наконец-то вы приехали. Проходите. Мы в кухне.

«Наконец-то?» «Мы?» Он сверил часы, не опаздывают ли они. Они прошли через маленькую жилую комнату с игрушками и книжками, разбросанными на ковре, в кухню, заваленную еще большим количеством игрушек, с широким сосновым столом.

За столом, лицом к нему, сидела молодая женщина. Кейт Купер собственной персоной, исполненная внутреннего удовлетворения.

— Привет, Джей.

Глава 4

На лице Джея застыла растерянность. Кейт надеялась, она еще не раз увидит подобную картинку. Хотя ей пришлось признать, что он быстро справился с собой.

Ребекка пригласила Джея за стол и предложила ему чашечку, кофе. Он обратил внимание на кувшин с фильтрованной водой и стаканы на столе, и отказался от кофе.

— Вода меня вполне устроит.

— Давайте тогда начнем, — предложила Ребекка. — У меня смена в госпитале начинается в три часа. Я работаю нянечкой, — объяснила она уже персонально Джею, поскольку все это уже рассказала Кейт.

— Мы как раз обсуждали, как Ребекка отреагировала на просьбу дочери о встрече, — пояснила Кейт, возвращая хозяйку к теме разговора.

— Для вас, наверное, это был один из самых неожиданных телефонных звонков в жизни?

— Ну да. Приятный сюрприз. Я всегда ждала, что когда-нибудь дочка найдет меня. И было очень занятно наконец-то встретиться с ней. А какая она хорошенькая, правда ведь? И добрая. — Ребекка улыбнулась, не то с легкой гордостью, не то с легким сожалением. — По правде говоря, я надеялась, что это произойдет раньше. Но я рада, что она была счастлива у приемных родителей, поэтому ей и не приходило в голову ничего подобного.

— Вас не беспокоила реакция мужа на возможную встречу? — поинтересовалась Кейт.

— Ну что вы! Джон в курсе всей истории. Я же повстречалась с ним в октябре, где-то с месяц после того, как забеременела, но я тогда еще не знала, что у меня ребенок будет. Когда же, наконец, мне стало ясно, что почем, я растерялась, но ничего от него не скрыла. Я была в ужасе. Ума не могу приложить, что делать. Я знала своих родителей, они пришли бы в ярость, если бы все узнали.

— И вы им так ничего и не сказали? — уточнила Кейт.

— Нет. Джон по-хорошему замуж меня позвал тут же, но я-то понимала, что мы слишком молоды. Он помог мне кое-как дотянуть до окончания учебного года, а его семья приняла меня на каникулы. А когда девочка родилась, они и посодействовали с удочерением. Мои родители так и не узнали.

— Джон — удивительный парень, судя по этой истории, — заметил Джей.

— О да, таких днем с огнем больше не сыщешь, разве нет? Он и сам подростком немало дров наломал. Мое сумасшествие длилось всего месяц. Беременность в восемнадцать лет… я как-то сразу повзрослела.

— Представляю. Теперь уже ваша дочь вышла замуж и планирует родить собственных детей, — произнес Джей. — В это, должно быть, трудно поверить.

— И то правда. Как я поняла, муж Ханы хочет знать об ее отце. И я с радостью помогла бы ей всем, что в моих силах. Но столько лет прошло, разве теперь это возможно.

— А вы, когда узнали, что беременны, с кем-нибудь из тех парней разговаривали? — поинтересовалась Кейт.

— Я же не думала ребенка себе оставлять. Да и отношений-то между нами никаких не было, ни с кем из них. — Ребекка вся зарделась. — Признаюсь, сейчас даже стыдно говорить об этом, я тогда за месяц переспала с тремя разными парнями, да какой там месяц, и недели не прошло, честно сказать. Но меня так переполняла радость, что я сама себе стала хозяйка, впервые в своей жизни. Все было так восхитительно. Всякие вечеринки, да еще с выпивкой, ну и все такое… вы понимаете.

Кейт сочувственно кивнула. Она не собиралась слишком уж осуждать женщину за ее поведение. На самом деле она даже восхищалась Ребеккой, которая сообразила вернуться в колледж и получить диплом уже после рождения ребенка. Ясно, что перед ними сидела заботливая жена и мать. И она соглашалась помочь Хане.

— Хана рассказала нам, что именно эти трое могут оказаться ее биологическими отцами. — Кейт достала фотокопии страниц из ежегодного альманаха колледжа и разложила их перед Ребеккой. — Хотелось бы, чтобы вы мне это подтвердили. И вспомните, пожалуйста, еще что-нибудь о них.

— Увы. Я рассказала Хане все, что помнила!

— Малейшая деталь может оказаться крайне полезной, — поддержал Кейт Джей. — Вы же все тогда только приехали в колледж, впервые познакомились друг с другом. Может, ребята рассказывали, откуда они?

Кейт стрельнула, в него взглядом. Он переиначил ее общий вопрос, придал ему конкретики, направил мысль собеседницы в правильное русло. Для человека, не прошедшего обучения, у ее соперника завидная интуиция.

— Надо же! Забавно, что вы об этом напомнили. — Ребекка внимательнее взглянула на фотографию Джеймса Моргана. — Помню, как Джимми рассказывал о каком-то курорте на берегу озера, которым их семья владела. Я почти уверена, он говорил про север штата Нью-Йорк. Собирался туда вернутся после колледжа. Вести дела и все такое.

— Это как раз та деталь, о которой мы говорили, — поощрил ее Джей. — Может, вы и название озера вспомните?

Она поморщила лоб.

— Извините. Так давно это было.

— Не извиняйтесь. И без того нам это поможет. — Кейт занесла детали в новенький блокнот, заведенный ею специально по этому делу. Плохо, что Джей получил абсолютно ту же информацию, что и она. Но она сумеет отыскать это озеро раньше его. Она в этом не сомневалась.

Они с Джеем продолжили расспрашивать Ребекку о двух других парнях в надежде заставить ее вспомнить какие-нибудь мелкие детали, но мать Ханы больше ничего не сумела припомнить.

— Я уже говорила Хане, что Гарри играл в американский футбол. Он был крупным парнем. Вроде вас, — произнесла она, поглядев на Джея. — Вроде ничего особенного больше о нем и не вспомню. Что до Оливера, тот был тихоня. Мы почти не разговаривали, — смущенно усмехнулась она. — Жалко, но ничем больше вам не смогу помочь. Мы и были-то вместе всего ничего.

Кейт вручила ей визитную карточку со своим именем и номером телефона.

— Все в порядке. Мы ценим, что вы потратили на нас ваше время. Пожалуйста, позвоните, если что-нибудь вспомните. Каким бы незначительным ни показалось вам ваше воспоминание.

Джей оказался в затруднительном положении. Она улыбнулась. Теперь ему было трудно передать Ребекке номер своего телефона и попросить ее также звонить ему. Скорее Ребекка попросит Кейт передать Джею какую-либо информацию. Что, конечно, она не сделает.

По пути к входной двери Ребекка рассказывала о своих детях и извинялась за беспорядок. Джей уловил момент и, нагнувшись к Кейт, прошептал:

— Умно.

Дыхание его было теплым, и ее словно током пронзило, когда он дотронулся до ее руки. Снаружи на улице стояло такси.

— Не присоединитесь? — предложил Джей. — Полагаю, вы едете в офис?

— Я сюда приехала на метро и собиралась вернуться тем же путем. — Она раздумывала, в силу определенных причин не желая оставаться наедине, водитель не в счет, с этим парнем. Ну, разве это не глупо? Чем больше она узнает о Джее, тем правильнее определит его уязвимое место. — Но раз вы все равно платите…

Она села на заднее сиденье, он расположился рядом.

После того как Джей назвал адрес водителю и откинулся на спинку сиденья, до нее неожиданно дошло, насколько сюрреалистична ситуация, в которой они оказались. В одночасье этот мужчина превратился из совершенного незнакомца в соперника в наистраннейшем из всех видов состязаний, в которых ей когда-нибудь доводилось участвовать.

Кто такой Джей Саваж? Неожиданно ей стало любопытно. Чем он живет? Каков круг его интересов? Откуда он взялся? Есть ли женщина в его жизни?

Ей он виделся пользующимся успехом у женщин, которые так и вьются вокруг него. А может, она вывела это умозаключения из стереотипа красивого неженатого летчика? Или это все следствие собственных переживаний из-за предательства Коннера?

Он поймал ее взгляд.

— Ваше появление у Ребекки Троттер меня сильно удивило.

Она не смогла сдержать улыбку. Это был приятный момент.

— Надеюсь и дальше удивлять вас. Может быть, вам стоит сойти с дистанции прямо сейчас?

Он негромко рассмеялся:

— Не думал об этом. Технически на Ребекку Троттер я вышел первым.

— Кстати об этом. Ребекка сказала, что вы позвонили ей вчера вечером. Но согласно договоренности расследование следовало начать не раньше сегодняшнего утра.

— Я и не подумал, что договоренность о встрече можно счесть расследованием. Вчера вечером я лишь порылся в телефонном справочнике. Когда увидел номер Троттеров, решил, что нет ничего предосудительного в простом телефонном звонке.

Она что-то не припоминала, чтобы кто-то произносил вслух фамилию биологической матери Ханы. Возможно, ее обронили, когда она отвлеклась. Пусть ей будет уроком, как отвлекаться на свои мысли на совещании.

— Да, вы играли по-честному.

— Надеюсь, что так. — Он нахмурился. — Я сторонник честного соревнования.

Звучало искренне, и Кейт это понравилось

— Поверьте мне, — продолжал он. — Я даже не подумал, что нарушаю правила нашего соревнования, когда позвонил Ребекке вчера вечером. Просто хотел распланировать день.

— Если бы я была организованней, я бы ей тоже позвонила, — рассуждала Кейт. — Но это все-таки дало вам фору.

— Думаете? Но это вы оставили Ребекке свою визитную карточку, а не я. Если она вдруг что-нибудь вспомнит, я об этом уже не узнаю, не так ли?

— Разумеется.

Он рассмеялся:

— По крайней мере, откровенно.

— Вряд ли это будет похоже на соревнование, если мы будем обмениваться информацией. Полагаю, будет честнее, если я скажу вам, что мне действительно нужна эта работа. Я ведь сожгла мосты, уволившись из полиции.

По зрелом размышлении рапорт об отставке следовало бы подать иначе. Совсем не потому, что она планировала когда-либо вернуться. Но не было никакой необходимости так резко хлопать дверью.

— Но почему? Результат потрясения?

— Отчасти из-за графика. Отчасти из-за ненавистного бумаготворчества.

— Но это же не главное, — предположил он.

С ним было легко разговаривать. Слишком легко. Он ее озадачил. Просто разговор, или он действительно проявляет к ней интерес. Знание врага… не в этом ли его стратегия?

Хотя с чего бы ей прятаться и таиться?

— У меня только что оборвался длительный роман. И я готова к радикальным переменам в жизни. Хочу заняться чем-то новым.

— Встретить новых людей? — предположил он. — Влюбиться?

Она уловила вкрадчивый тон и, прищурившись, взглянула на своего спутника. Неужто Джей заигрывает с ней? Она опять, уже внимательнее, посмотрела на него. С ним было легко разговаривать, но его душа оставалась недоступной.

— Я не ищу приключений. Ни любовных, ни каких-либо иных.

— Возможно, просто еще слишком рано. После расставания, я имел в виду.

Да, слишком рано. Но и в обозримом будущем Кейт не могла себе представить, что вдруг переменится.

— Сами-то вы как строите свои отношения?

Он отрицательно покачал головой:

— Ничего серьезного. Я предпочитал обходиться без этого.

— Этакий типичный неженатый летчик? Женщины в каждом аэропорту… так, наверное?

— Едва ли в каждом. Сил не хватит.

Она сдержала улыбку.

— Придется менять тактику теперь, когда вы решили приземлиться. Как оно, ничего? И в чем причина столь решительного перехода от летчика к налетчику?

— Все как у вас. Море причин. Но самая главная — мой племянник Эрик. Надо быть дома по утрам, когда я отправляю его в школу. И хотелось бы быть дома каждый вечер, чтобы заставить его поесть и проверить, сделал ли он домашние задания. Возможно, это звучит слишком приземленно для вас, но для племянника я — вся его семья.

Ничего приземленного. Скорее слишком похоже на то, чего она и сама хотела, к чему шла.

— И это не совместить с полетами?

— Для родителя-одиночки слишком трудно. Я пилот дальних, международных линий. Есть, конечно, и внутренние линии, но и пилотам этих линий приходится отсутствовать дома по три-четыре дня.

— Вы будете тосковать без неба?

— Еще бы. — Его взгляд помрачнел.

Итак, дело в племяннике. Она оценила это.

— Бывали ли у вас неприятности в полете? Что-нибудь серьезное, когда вы оказывались между жизнью и смертью?

Он бросил отрывистый взгляд в ее сторону, потом стал смотреть в окно на мелькавший за окном город.

— По большому счету наши перелеты — сплошное однообразие. И слава богу. Иначе ни один здравомыслящий человек не пойдет работать на коммерческие авиалинии.

— Вы уклонились от ответа на мой вопрос. — Она пристально разглядывала его.

— Полагаете? — Он обезоруживающе улыбнулся. — А вы? Вы когда-нибудь попадали в крупные неприятности на своей работе в 20-м участке? Когда казалось, что уже не уцелеть?

— Пару раз — да. Но это ситуации, которые разрывают сердце, с этим трудно жить.

— Согласен. — Джей стал серьезным. — Тяжело смотреть на чужие страдания. Даже если люди сами себе их причиняют.

— Что меня всегда поражало, как быстро все происходит. Только что все в порядке. Следующий миг — катастрофа….

— Возможно, как-нибудь вечерком, когда все это закончится, мы встретимся, чтобы поделиться своими боевыми историями, — задумчиво произнес он.

— Возможно.

Она почувствовала облегчение, когда такси припарковалось напротив дверей их офиса. Джей оказался гораздо сложнее, чем она думала вначале, намного умнее, намного тоньше. И он обладал способностями, о которых она не подозревала.

Подумать только, как легко он выудил из Ребекки ту информацию о курорте на озере. И как быстро раскрутил ее саму на разговор о себе.

«Пребывание в одном офисе с Кейт становится все интереснее», — подумал Джей. Она уже прибрала к рукам огромный стол у окна, что было вполне справедливо, поскольку ей был нужен компьютер. Одновременно, поскольку он сидел за маленьким столом у двери, у нее появилась возможность заглядывать к нему на экран компьютера каждый раз, когда она шла выпить кофе.

— О, перестаньте страдать паранойей, — выдавила из себя Кейт, следуя мимо него с чашкой горячего кофе. — Я даже не пытаюсь заглянуть в ваш компьютер каждый раз, когда прохожу мимо.

— А может, и стоило бы? Сэкономите уйму времени.

— Очень смешно, капитан. Полагаю, вы уже приготовились к предстоящей турбулентности? — пошутила она. — Как вам нравится ваше новое рабочее место? Не слишком много места для ног, ха-ха?

Она не разыгрывала его. Всего после часа работы он уже ощущал, как начинает сводить мышцы.

— Не все так плохо, у меня есть возможность любоваться вашими.

Ее глаза расширились, она срочно расплела ноги, и натянула юбку на колени.

— Вам не следовало этого делать.

— Почему бы и нет? Лучше, чем вид из окна…

— Как? Вам не нравятся кирпичные стены?

— Я — житель Нью-Йорка. Мне нравятся кирпичные стены.

Она отреагировала улыбкой, затем отпила глоток из чашки и придвинулась ближе к экрану своего компьютера.

— Соблюдайте тишину. Мне необходимо сконцентрироваться.

Он тоже предпочитал тишину. Но с ней было приятно разговаривать. Она обладала живым умом, легким чувством юмора, что ему очень нравилось.

Как бы то ни было, но он уже нашел, где мог обитать предполагаемый отец номер один Джеймс Морган. Все, что от него потребовалось, так это набрать в его любимом поисковике на компьютере слова «курорт», «север штата Нью-Йорк» и «Джеймс Морган».

Теперь осталось только забронировать машину. Прихватив свою чашку и плотно прикрыв дверь под музыку стучащих клавишей клавиатуры Кейт, он направился в приемную, чтобы переговорить с Надин.

Как он и предполагал, Надин оказалась отзывчивой девушкой. Ее легко было рассмешить, и она просто горела на работе.

— Привет, Джей. Кофе только что сварила. Что-то еще?

Зазвонил телефон, она посерьезнела, только потом сняла трубку:

— Детективное агентство «Фокс и Фишер».

Он наполнил кружку кофе, дожидаясь окончания разговора. Надин никогда не сидела без дела. Она не относилась к разряду секретарей, которые сидят и ждут поручений.

— Я передам Линдсей, чтобы она внесла изменения, как только она освободится, — пояснила Надин, делая запись на отрывном листке.

Она умолкла на минутку.

— Извините, Джей. Я в вашем распоряжении.

Только после того, как трубка была положена на место, она ему улыбнулась.

— Вам здорово удается делать тысячу дел одновременно, — заметил он.

— Нравится мне эта работа. — Она замялась, потом добавила: — Хотя когда-нибудь хотелось бы попробовать себя и в настоящем расследовании. Линдсей и Натан иногда дают мне небольшие поручения. — Надин вздохнула. — Но столько всего надо сначала изучить, прежде чем браться за самостоятельную работу.

— Допускаю, что ваши навыки сопоставимы с моими. Вы кончали какие-нибудь курсы?

— Пока нет. Я записалась на полуторамесячный онлайновый курс, который начнется в следующем месяце. Этого хватило, чтобы расстроить мою маму.

— Она не хочет, чтобы вы стали частным сыщиком?

— Не очень.

— Она боится, что это очень опасно? Но если верить Натану, погони и перестрелки случаются больше в кино.

— Опасности ее волнуют только отчасти, — призналась девушка. — Есть еще и такое понятие, как престиж. Моя мама, дай Бог ей здоровья, отчасти сноб.

Открылась входная дверь, и вошел Натан, как раз вовремя, чтобы услышать комментарий Надин.

— Здравствуйте, Натан. Как прошла встреча?

В одной руке у него был небольшой портфель, в другой он удерживал картонную коробку. Джей пришел ему на помощь, придержав дверь. Натан поставил коробку на стол Надин, затем снял и повесил пальто в стенной шкаф.

— Встреча прошла блестяще. Сами видите. Он похлопал по коробке.

— Мы получили заказ. Коробка набита журналами, которые вам, Надин, просьба переписать и разложить специально для меня. — Он направился к кофейнику и наполнил одну из кружек. — И объясните ему все по порядку. Джей, в конце концов, скоро вольется в коллектив.

Он выразительно показал другу большие пальцы, прежде чем исчезнуть внутри своего офиса.

— Спасибо, приятель. — Дюжею хотелось бы и самому такой уверенности.

Он повернулся и поощрительно улыбнулся явно оцепеневшей Надин.

— Итак… что у нас там с семьей?

— Ничего особенного, — она уныло улыбнулась, — кроме того, что мы богаты, а моя кузина — весьма известная личность. Вы все поймете, если я назову свою настоящую фамилию.

— Разве вы не Кимбл?

— Я воспользовалась фамилией матери, когда искала работу, так легче. Но настоящая фамилия — Вейверли.

Брови у Джея поползли вверх при упоминании фамилии, которая у него ассоциировалась с гостиничным бизнесом и белокурой секс-бомбой.

— Вы — родственница Лиз Вейверли?

— Да. Она — моя кузина. Поскольку я не показываюсь на публике полуголой и не размещаю сексуальные видео в Интернете, папа вполне доволен моей работой. Мама, однако, никак не может смириться с моим желанием жить на заработанные деньги.

— Но вы же, наверное, баснословно богаты? Зачем вам здесь работать?

Она перегнулась через стойку.

— А у вас никогда не бывало ощущения, что вы рождены, чтобы что-то сделать? — очень серьезно поинтересовалась девушка.

Он вспомнил о небе и о противоречивом сочетании восторженной радости и строжайшего самоконтроля в полете.

— Бывало, конечно.

— Что ж, может, это звучит и глупо, но, когда я в детстве смотрела детективные шоу по телевизору, я уже знала, что мне нужно.

— Ваша семья может купить вам ваше собственное агентство?

Она согласно кивнула.

— Это должно быть что-то, что я заработаю сама. Мне необходимо самой взобраться по служебной лестнице.

— От девушки в приемной?

— Надо же с чего-то начинать, а мой диплом искусствоведа не очень-то надежный кусок хлеба в реальном мире. Это моя первая работа вообще, которую я сама нашла, без папиной помощи. Я учусь основам профессии, и когда-нибудь, очень скоро, я буду готова к большему.

Надин понравилась Джею с первого дня их знакомства. Теперь он восхищался ее целеустремленностью.

— Думаю, вам по силам добиться любой цели, какую бы вы ни поставили перед собой.

— Держу пари. — Она гордо вскинула голову, как для схватки. — Итак, чем могу вам помочь?

Джей на мгновение задумался, с чем, собственно говоря, он шел к ней.

— Ах да. Мне надо забронировать машину на завтра.

— Машину. Точно? Вы хотите забронировать машину на завтра?

— Да, точно.

Что это с ней? Ничего странного в его просьбе.

— Ладно.

Надин открыла ящик и достала оттуда визитную карточку.

— У нас есть корпоративный счет в этой компании. Я могу зарезервировать для вас машину.

Джей посмотрел в другой конец холла. Кейт не появлялась с тех пор, как он покинул кабинет, и ему не хотелось бы, чтобы она появилась именно сейчас, в самый неподходящий момент, и получила информацию о его планах.

— Спасибо, я позвоню сам, по дороге. Сейчас я должен бежать на встречу в школу Эрика. У меня назначена встреча с его классной руководительницей, но я вернусь через полтора часа.

— Поняла.

Почему-то она старательно отвела взгляд, хотя минуту назад говорила с ним совершенно непринужденно.

— Что с вами, Надин?

Она покачала головой:

— До встречи, Джей. Надеюсь, встреча с классной руководительницей Эрика пройдет успешно.

Глава 5

Линдсей предложила Кейт встретиться после работы в «Старом сплетнике» и отметить первый ее рабочий день в «Фокс и Фишер». В последний момент, однако, ей пришлось отказаться из-за возникших проблем по делу, которое вела.

Кейт отправилась туда одна. Не потому, что ей понравилось это место, но оно находилось рядом, к тому же она не очень-то торопилась домой в свою одинокую квартиру. Одиночество вообще-то не было связано с тоской по Коннеру, его предательство, по всей видимости, вытравило любые воспоминания о нем. Она до сих пор ни разу не разрыдалась, вспоминая стремительное исчезновение из ее жизни этого человека, и, хотя он названивал ей каждый вечер, ей ни разу не пришло в голову снять трубку телефона.

Ей просто было одиноко. Рядом не было никого, о ком хотелось бы заботиться, И проводить ночи в одиночестве ей тоже не очень-то нравилось.

Рядом со столиком появилась Венди с вопросительным выражением лица.

— У вас все в порядке? Вы не выглядите на все сто.

— Я простыла, — призналась наконец-то она. Она старалась перебороть болезнь, но в конце концов ей следовало признать, что потуги оказались тщетны.

— У вас есть куриная лапша?

— Только суп-пюре из моллюсков или французский луковый.

— Несите французский луковый, — попросила Кейт. — Можно подать плавленый сыр с вареным картофелем на второе?

— Хороший выбор, конечно. Что-нибудь еще?

— Зеленый чай.

Глаза Венди округлились.

— Как насчет обычного чая?

— Давайте.

Заказ был завершен. Кейт в нарушение этикета положила локти на стол и подперла ладонями подбородок. Наверное, следует поехать домой после всего этого. Ей действительно было плохо. Поест и возьмет такси, а не поедет на метро.

Пока она продумывала планы на оставшийся вечер, например, можно посмотреть «Главный подозреваемый», а потом принять горячую ванну, Кейт обратила внимание на высокого человека, зашедшего в бар. Еще до того, как он посмотрел в ее сторону, его спортивная фигура и неколебимое чувство лидерства заявили о себе.

Капитан Джей Саваж был из разряда тех, к кому даже незнакомцы обратятся в трудный момент. Кейт видела, как в его сторону поворачиваются головы сидевших в баре, даже когда он просто выбирал, где ему присесть.

А затем он заметил ее.

В мгновение ока она почувствовала, что краснеет, а пульс учащается. Она потрогала щеку рукой и прокляла свою реакцию на появление своего соперника.

Но кляни не кляни, а правда состояла в том, что Джей Саваж ей очень нравился. К счастью, она умела владеть собою и прятать свои чувства.

Кейт глубоко вздохнула, пока он шел меж столиков в ее направлении, и совершенно успокоилась в тот момент, когда он спросил:

— Ничего, если присяду рядом?

— Почему бы и нет.

Он утонул на диване в кабинке, но глаз от нее не отвел.

— Что-то не так? — поинтересовалась она. — Что-то прилипло к лицу?

— Ваше лицо прекрасно. Хотя немного подгорает.

Из-за него. Нет. Она с этим была не согласна.

— Борюсь с простудой.

— Это объясняет море салфеток, что вы набросали сегодня утром. Я уж было подумал, что у вас аллергия на мое мыло.

Он с безразличным видом оглядел помещение.

— Линдсей говорила, что здесь хорошо готовят.

Кейт кивнула.

— Вам следовало бы уяснить, что мнение Линдсей о продуктах и напитках следует немного корректировать. Если, конечно, вы не являетесь фанатом огромных количеств холестерина и сахара.

— Но она столь миниатюрна.

— Учитывая ее диету, это остается одной из мировых тайн в медицине.

— Ладно, я зашел скоротать время, пока мой племянник закончит тренировку по баскетболу. Он не очень-то обрадовался идее войти в команду в конце сезона, это я его заставил, и я пообещал поход в пиццерию после тренировки. К слову о невообразимых диетах… этот парень может жить только на пицце «Пеперони» и сыре.

— Зачем же вы заставляете его играть в баскетбол, если он этого не хочет?

— Беспокоюсь, как бы он не влип в неприятности, слоняясь с приятелями по улицам после школы. Я предложил ему самому сделать выбор. Но после того как он не смог ничего выбрать, я сделал выбор за него.

— У вас есть основания полагать, что ему грозят неприятности?

— Черт побери, вы всегда остаетесь полицейским?

— Это уже в крови после стольких лет работы.

Он осуждающе вздохнул.

— Я только что со встречи с его классной руководительницей. Он прогулял много занятий в этом месяце, и оценки устремились вниз со скоростью свободного падения.

— А если ему просто хочется где-то побродить, просто побыть одному, чтобы смириться с потерей матери?

— Опасаюсь, что это не лучший выход для Эрика. Психолог, с которым я разговаривал, посоветовал увеличить плановые нагрузки.

— Понятно. А сколько лет Эрику?

— Только что исполнилось четырнадцать.

— Были ли у него проблемы в школе до смерти матери?

— Возможно, но я не знаю. — Джей обхватил рукою подбородок. — Я не очень-то часто бывал в семье сестры последние годы… Она связалась с типом… Жутко проблемный, даже хуже, чем обычные лузеры, которых она вечно привечала. Полагаю, что я неосторожно сжег мосты в отношениях с ней и утратил возможность хоть как-то общаться.

— Вы и с Эриком перестали общаться?

— Перестал, хотя и против своего желания. Год-два пролетают незаметно, особенно если вы очень заняты. Но именно в эти годы Эрик сильно изменился. Теперь-то я понимаю своих коллег, которые жаловались на детей-подростков.

— Должно быть, трудно неожиданно оказаться в роли родителя-одиночки.

— Особенно после моей сестры с ее просто золотым сердцем, но не имевшей понятия о дисциплине. Я легко позволял Эрику многое, но настало время начать устанавливать определенные правила общежития.

— Это сделает вас отвратительным парнем.

— Но это надо сделать. Именно в этом возрасте у его матери появились первые проблемы. Началось с парней, школьных прогулов, позднее дополнившихся алкоголем и наркотиками. Не хотел бы, чтобы Эрик пошел по ее стопам.

— Четырнадцать лет — определяющий возраст для мальчика, — согласилась она. — Баскетбол, возможно, — очень хорошая идея.

— Да. И тренер вроде приличный. Он предупредил Эрика, что от того потребуется много работы и дисциплина.

— А как на это отреагировал Эрик?

— Его это, кажется, не вдохновило.

Неожиданно для себя Кейт ощутила угрызения совести, что она пытается отобрать работу у человека, которому необходимо поддерживать осиротевшего племянника. Но такие, как Джей, не остаются без работы. А эта должность просто была предназначена для нее, Кейт Купер.

Когда Венди появилась с заказом Кейт, Джей попросил стакан бочкового пива. Кейт начала есть суп.

После нескольких ложек она вдруг почувствовала, что Джей любуется ею.

Она замерла с полной ложкой на полпути.

— Вы опять меня рассматриваете.

— На сей раз не ваши ноги. — Он переложил столовый прибор на столе.

Его откровенность вынудила ее задать откровенный вопрос:

— Вы действительно уверены, что хотите бороться за эту работу? Ваш племянник явно нуждается в усиленном вашем присутствии именно сейчас.

— Вот поэтому я и бросил небо, надо же мне на что-то жить.

— Но почему вы выбрали «Фокс и Фишер»? — Она опустила ложку. — Никто вас не осудит, если вы передумаете. Уверена, что Натан и Линдсей вас полностью поймут. Буду откровенна, я крайне близка к раскрытию дела.

Она уже вычислила место обитания Джеймса Моргана, его курорт на озере в трех часах езды на север от Манхэттена. Кейт зарезервировала машину и планировала этим заняться завтра с утра. Допрос один на один. Возможно, все завершится, как только из лаборатории придет заключение по образцам ДНК.

Бедный Джей может узнать, что соревнование закончено, так и не начавшись.

— Что с вами, Кейт? Сторонитесь небольшой возни?

Он ее дразнил, но ее наполняло раздражение.

Боже праведный, она сделала все, что от нее зависело. Он не может поверить, что у него нет шансов найти отца Ханы раньше ее.

Ладно, она предоставила ему шанс красиво выйти из игры.

Когда на следующее утро сработал будильник, каждая клеточка организма Кейт сопротивлялась ее желанию встать с кровати. Но она все-таки переборола сопротивление организма. Наступил день, когда она собиралась поставить точку в этой шараде, превратившейся в состязание между ней и Джеем.

Она ощутила некоторое облегчение после душа. Укладывая феном длинные локоны и посматривая на себя в зеркало, она радостно предвкушала предстоящую поездку. Всегда приятно на время оставлять город, и она с удовольствием представляла себе дорогу на озеро Либерти.

Она также предвкушала выражение лица Джея Саважа, когда сообщит ему, что располагает образцами ДНК Джеймса Моргана, которые и отправит в лабораторию.

Кейт выпила таблетку витаминов вместе с апельсиновым соком, затем положила в кожаную сумку упаковку салфеток, упаковку таблеток от горла, салфетки для дезинфекции рук и обезболивающие. Теперь она была готова.

Поезда метро опаздывали, и она появилась в агентстве по прокату автомобилей на пятнадцать минут позже расчетного времени. Одной рукой она открыла стеклянную дверь, одновременно роясь другой рукой в сумке в поисках записной книжки, в которой был записан подтвержденный компанией номер заказа автомобиля.

— Какими судьбами?

Ее рука оцепенела. Она слишком хорошо успела запомнить этот голос. Кейт подняла глаза. Джей Саваж крутил комплект ключей у нее под носом. Этот тип выглядел крепким и бодрым в отделанной овчиной кожаной куртке, идеально соответствовавшей загородной поездке. Неужели он направляется туда же, куда и она?

— Не на озеро Либерти ли вы направляетесь? — поинтересовался он.

Знает. И как ему опять удалось ее обскакать?

— Выходит, вы не настолько заняты проблемами своего племянника, как я думала.

С его лица исчезла улыбка.

— Делаю все, что в моих силах, чтобы помочь Эрику. И новая работа мне нужна лишь для этого.

Она снова почувствовала угрызения совести, понимая, что ему эта работа нужна не столько для себя, сколько для мальчика.

«Мог бы поискать себе что-нибудь другое, — убеждала она себя. — Это моя работа, Линдсей мне ее обещала».

В попытке скрыть свою досаду она пожала плечами.

— Прекрасно. Извините, но мне надо забрать машину.

Она попыталась обойти его и прорваться к прилавку, но он взял ее за руку.

— Бессмысленно нам брать две машины. По возвращении я расскажу вам о результатах поездки.

— Неплохая идея. Только это я сообщу вам о результатах по возвращении. — Она опять попыталась обойти его, но он снова преградил ей дорогу.

— Поедем вместе, — произнес он.

— Хорошо, — вздохнула она.

— На одной машине.

Она заметалась. Отклонить его разумное предложение, уступив стремлению поехать одной, или поехать вдвоем. Возможно, если она доберется до озера Либерти первой, она сможет опередить его в получении образца ДНК.

«Хороша идея, Кейт. Ты у нас кто? Раллистка?» Самое неприятное, что приходилось признать разумность его предложения.

— Ладно, решено, — заключила она.

— Поедем на одной машине. Давайте вернемся и впишем мое имя в контракт в качестве второго водителя.

Глава 6

Кейт выглядела неважно, но Джей не рискнул сказать ей об этом. Ему не часто приходилось встречать по жизни людей с таким же, как у него самого, бойцовским характером, но он подозревал, что Кейт — из их числа. Она скорее погибнет от изнеможения, чем признается, что ей трудно вести машину.

Не то чтобы он чувствовал себя некомфортно. Она исправно следила за дорогой и поддерживала разумную скорость. Но лицо ее просто пылало, а таблетки от горла она глотала, как леденцы.

— Как там с бензином? — поинтересовался он, надеясь на заправке, когда они остановятся, предложить передать управление автомобилем ему.

— Почти полный бак.

Черт побери эти компактные автомобили. Надо было взять прожорливый полноприводный внедорожник. Джей посмотрел сквозь окно на покрытые лесом холмы, расположившиеся по обеим сторонам магистрали. Они выехали за город около часа назад. Если верить его навигатору, предстояло проехать еще около двух часов.

Кейт протянула руку к держателю для стаканов и отпила глоток апельсинового сока, купленного специально для поездки. Затем проглотила очередную таблетку от горла.

— Вы уверены, что с вами все в порядке?

— Все в порядке, — заявила она решительно раздраженным тоном.

Она явно плохо себя чувствовала. На лбу выступила испарина.

— Как угодно. Полагаю, вы не станете рисковать нашими жизнями, если поймете, что силы покидают вас.

Она посмотрела в его сторону, но не ответила. Занятная женщина. Интересно, суждено ему когда-нибудь увидеть другую сторону ее натуры. Может быть, мягкость ей вообще несвойственна. Но если посвятить свою жизнь работе в полиции Нью-Йорка, логично предположил он, то следует стать жестким.

Кейт просто оставалась сама собой.

В профиль она выглядела вполне утонченной, руки, державшие руль, были красивыми, хоть ногти были немного коротковаты, что свидетельствовало о практичности их владелицы. Кейт была обладательницей высокой груди небольшого размера, и в целом фигура ее была безупречна. Джей готов был поклясться, что ей очень пошло бы бикини.

— Рекомендую прекратить рассматривать меня в таком ключе.

Ее сердитый взгляд рассмешил его.

— Откуда вам знать, как я вас рассматриваю?

Он мог поклясться, что все это время она не отрывалась от дороги.

— Я работала с напарниками-мужчинами с самого выпуска из академии. Поверьте, я знаю.

— По этой причине вы и держите дистанцию со мной? Боитесь, что приударю за вами?

— С чего бы мне боятся? А вы подумываете об этом?

Прямой вопрос застал его врасплох. Он поймал себя на том, что подумывал об этом. Хотел ли он ее? Тело его само отреагировало на ее вопрос, но именно об этом он не собирался рассказывать Кейт.

— Вы очень привлекательная женщина…

— О, и не думайте. Я просто подергала вас за поводок. Причина, по которой я дистанцируюсь от вас всякий раз, когда вы оказываетесь на моем пути, — работа, а я воспринимаю работу очень серьезно. Именно по этой причине я хочу выиграть наше состязание.

— Если вдруг случится, что этот человек на озере Либерти — наш клиент, вам не победить. Мы повязаны.

Она сердито взглянула в его сторону:

— Полагаете, я этого не понимаю.

— Может быть, у них найдется еще какой-нибудь повод для нашей совместной работы.

На мгновение ему показалось, что она сейчас взорвется. Потом он осознал, что ее распирает смех. Он также рассмеялся. Радуясь падению напряжения, Джей сообщил по секрету:

— Я тоже отношусь к своей работе серьезно. Поверьте, вы не захотели бы летать с пилотом с другим отношением к делу.

Она посмотрела на него своими серо-зелеными глазами, в которых мелькали смешинки.

— Сколько вам было лет, когда вы решились превратить небо в источник дохода?

— О, я был молод. Как и большинство мальчишек, сходил с ума от самолетов. Когда мне было около шести, мы жили рядом с аэродромом. Я убегал в поле и, лежа в траве, смотрел, как надо мной проплывают самолеты.

Он задавал себе вопрос, куда же летят все эти люди. И решил, что настанет день, когда он тоже куда-нибудь полетит, и не в качестве пассажира.

— Ваша мама позволяла вам делать это самостоятельно?

— Она не принадлежала к разряду так называемых родителей-деспотов, которые активно вмешиваются в жизнь детей. Ей и без нас было чем заняться. Большую часть времени с сестрой нянчился я. Ей тоже нравились самолеты.

Пока не стала старше. Затем ей стали нравиться мальчики. Потом — алкоголь. А спустя еще какое-то время — наркотики. Годами его мучила мысль, что ему следовало сделать, чтобы помочь Трейси. Он так и не нашел ответа. И теперь очень боялся за Эрика.

— А кто ваш отец?

— Военный. В год рождения Трейси он погиб в Никарагуа.

Возможно, до его смерти они и жили хорошо. Джей в этом не был уверен, хотя он видел фото, где мать была не только красивой и любящей, но и трезвой.

— Было, видимо, тяжело.

— Как-то выжили.

Он выжил. Мать умерла рано. Теперь ушла и Трейси. Обе умерли от передозировки наркотиков, к которым пристрастились. А он вынужден был со стороны смотреть на это падение.

Теперь та же опасность угрожала племяннику.

С тех пор как они разговорились, Кейт весьма сдержанно потребляла свои таблетки. Возможно, их разговор отвлек ее внимание.

В любом случае оба молчанию предпочли беседу.

— А вы? Где выросли вы?

— На Манхэттене. Северный Ист-Сайд. Оба моих родителя работали в государственном университете.

— Есть братья, сестры?

Она сурово глянула в его сторону.

— Моим родителям было за сорок, когда я родилась, и они совсем не помышляли о повторении сделанной ошибки. Отец сделал вазэктомию еще до моего рождения. Представляете, оскопил себя!

— Полагаю, он поступил разумно, раз не хотел больше детей. Я слышал, что это делается очень просто, так говорят хирурги.

Ему показалось, что она удивилась его словам.

— Если без шуток… вы-то откуда знаете?

Он пожал плечами. Годы напролет он обдумывал, не сделать ли себе вазэктомию. Внеплановая беременность стала в его семье темой номер один. Сначала у матери, потом — у сестры. Сам он всегда тщательно соблюдал предосторожности, но было бы совсем хорошо знать, что застрахован на все сто процентов.

— Вы совсем не хотите иметь детей? — задала она прямой вопрос.

— Не хочу.

Он все свое детство растил сестру. Теперь ему предстояло поднимать Эрика.

— А вы хотите?

— Больше всего на свете.

Ответ Кейт поразил его до глубины души.

Через час Кейт притормозила у поворота в сторону озера Либерти. Узкая мощеная дорога длиною около пятнадцати миль вела от магистрали к озеру, примостившемуся в центре густо поросшей зеленью долины. Дорога оканчивалась в двухстах ярдах от пляжа. В это время года озеро было сковано льдом, а песок припорошен снегом, но Кейт почувствовала, как должно быть хорошо здесь летом. Ряд небольших домиков выстроился вдоль высоких елей. И только один коттедж возвышался у самого берега.

— Красивое место.

Джей как-то притих с того самого момента, когда она призналась, как сильно ее желание иметь детей. Хотела бы она узнать, что его так потрясло.

Он думал, что женщина, служившая офицером полиции, не может стать хорошей матерью.

А может быть, ему просто не понять самого желания иметь детей?

Она вспомнила Коннера, который постоянно твердил ей, что хотел бы иметь трех или четырех ребятишек. Когда он признавался ей в этом, она верила, что они созданы друг для друга. А если он просто говорил то, что она хотела слышать?

Вчера вечером он впервые не позвонил с тех пор, как она выгнала его из своей квартиры. Интересно, смирился ли он. Может быть, у него с Эмили Уайт все оказалось намного серьезнее, чем она думала.

Как бы там ни было, ей теперь все равно.

Снова она почувствовала, как ей повезло, что она узнала правду до свадьбы, а не после.

— Вон указатель на гостевую стоянку. — Джей показал поворот направо, и она припарковала маленький автомобиль точно в отведенном месте в длинной разметке пустой стоянки.

Кейт достала гигиеническую салфетку и протерла руки. Затем надела вязаную шапочку и вылезла из машины, под ногами лежал утрамбованный снег. Все кабинки были пусты, что и следовало ожидать в мертвый сезон.

Хотя Кейт не составило бы труда представить, как выглядит курорт в летнее время. Все самое лучшее в ее детстве было связано с детским лагерем в местечке, похожем на это.

— Полагаю, что хозяева должны жить в большом доме с окнами на озеро, — предположил Джей.

Кейт согласилась и направилась с ним в ту сторону. Дорожка была вытоптана в снегу, они и шли по ней, пока не услышали голоса со стороны озера. Мужчина и женщина в снегоступах направлялись в сторону коттеджа. Кейт и Джей остановились в ожидании приближающейся пары у расчищенных от снега деревянных ступеней, спускавшихся к озеру.

— Вы разыскиваете нас? — поинтересовался мужчина, поравнявшись с ними. Ростом он был около сто восьмидесяти сантиметров, возрастом около сорока пяти лет, подтянутый и, очевидно, в хорошей форме. Женщина за его спиной на взгляд казалась его ровесницей, сантиметров на пятнадцать ниже мужа, белокожая, раскрасневшаяся на морозе. Совсем как Кейт.

— Это зависит от того, вы ли Джеймс Морган? — ответила Кейт.

— Без сомнения, но чаще меня именуют Джимми. А это моя жена Саманта.

— Сэмми, — представилась женщина, поправив его с улыбкой.

Джимми и Сэмми. Как до слащавости мило. Но нельзя же ставить это им в вину. Что-то неуловимое располагало к этим людям, которые, судя по их дружелюбному поведению, не очень-то боялись услышать неприятные новости от незнакомцев.

— Я — Кейт Купер, а это — Джей Саваж. Мы — частные детективы из одной нью-йоркской фирмы, расположенной в Сити. Вы представляем интересы Ханы Юнг и заняты поисками ее биологического отца.

— И вы считаете, что я могу вам помочь его найти.

— Вы помните Ребекку Вагнер? — Она назвала девичью фамилию Ребекки.

Джимми замер.

— Думаю, нам лучше пройти в дом и чего-нибудь выпить, — предложил он, оправившись.

Пока Кейт следовала за четой Морган по ступеням через коридор в большую гостиную, ее не покидало чувство, что этот дом наполнен покоем и любовью. Стены коттеджа были отделаны светлыми дубовыми панелями, а широкие окна выходили на озеро. Обстановка не вписывалась ни в какой определенный стиль. Все, от мебели до безделушек на полках или картин, излучало тепло, и не было ни одного предмета в комнате, купленного в последние десять лет.

Преобладало ощущение, что все нацелено лишь на то, чтобы здесь царила атмосфера уюта и непринужденности.

Джимми подошел к серванту и взял бутылку портвейна. Кейт и Джей отказались, а Сэмми попросила налить себе в маленький бокал и тут же его выпила.

— Ребекка — это та девушка, о которой я тебе рассказывал, на первом курсе в колледже, — объяснил Джимми жене. — Она на первом же курсе и ушла из колледжа. Мне в голову не приходило почему. Мы никогда не встречались после той ночи. — Он повернулся к Кейт: — Итак, если я правильно вас понял, это она родила ребенка?

Кейт посмотрела на Джея. Он с интересом следил за беседой, но, судя по всему, не очень переживал, что вопросы задает она. Она снова повернулась к Джимми:

— Да. У нее родилась дочь.

Джимми присвистнул от удивления. Жена подошла к нему сзади и положила руку ему на плечо. Он прижал ее ладонь своею. «Прекрасный жест единения», — подумала Кейт.

— Хана Юнг, вы сказали? — Джимми искал подтверждение в ее взгляде, и Кейт кивнула.

— Если ее зачали на первом курсе, то ей сейчас должно быть около двадцати пяти лет, — подсчитала Саманта.

— Вот это да. — Джимми слегка покачал головой. — Смешно. — Он повернулся к супруге: — Саманта и я, мы не можем иметь детей. Мы смирились с этим и прожили счастливую жизнь. Но почему Ребекка так долго молчала?

— Ребекка отдала свою дочь на удочерение, — пояснила Кейт. — Хане повезло с приемными родителями. И единственной причиной для розыска биологических родителей послужила необходимость убедиться, что с ее генеалогическим древом все в порядке. Она недавно вышла замуж, и они с мужем хотят иметь детей.

— Вот дела, — опять произнес Джимми. — Можете передать ей, что ей не о чем беспокоиться по моей части. Мои родители живы и здоровы, и обе пары дедушек и бабушек еще на этом свете. Скажите, что рад буду ее видеть, думаю, и они тоже, уверен.

— Не все так просто, — остановил его Джей.

Лица Джимми и Саманты насупились.

— Ребекка не знает, кто отец ребенка, — пояснила Кейт. — Она назвала нам трех возможных отцов, и лишь один из них — вы. Только анализ ДНК даст определенный ответ.

— Трое, — произнесла слегка недоверчиво Саманта.

— Да, немного неприлично, но Ребекка была хорошенькой девчушкой, вырвавшейся на свободу из суровых тисков воспитания, — дал пояснения Джимми своей жене, — многие из нас тогда просто одичали и посходили с ума от вкуса свободы.

Кейт отметила благородство в его попытке защитить Ребекку. Частично то же самое сделала и его жена. Она улыбнулась своей мягкой улыбкой.

— Одичали? Посходили с ума? Ты ли это, Джимми?

Он рассмеялся, затем налил еще по бокалу портвейна каждому.

— Наверное, и я тоже.

Они оказались очень приятной парой. И какая генетика. Кейт начинала искренне надеяться, что Джимми и окажется биологическим отцом Ханы.

— И как мы будем брать образец моего ДНК? — поинтересовался Джимми. — Мне следует обратиться к доктору или еще что-нибудь?

— На практике все много проще. — Кейт открыла свою кожаную сумку и достала наборчик, который привезла из города. — Нам нужна ваша слюна, затем мы отошлем ее вместе с образцами, полученными от Ханы и Ребекки, в лабораторию.

Джимми нервно посмотрел в сторону жены.

— Так легко. И сколько нам ждать результаты?

— Агентство обслуживается вне очереди, это не займет больше двух рабочих дней. И результат точен на сто процентов.

— О мой бог.

Невообразимость происходящего наконец-то дала себя знать, и Джимми рухнул на кухонную табуретку.

— Я мог бы иметь дочь. Двадцатипятилетнюю дочь.

— И возможно, через девять месяцев или чуть больше внука, — добавила жена.

Они обменялись взглядами, а затем медленно начали улыбаться.

Слезы подступали к глазам Кейт, когда она видела, как расцветает давно забытая мечта. Они не могли иметь своих детей. И такой замечательный подарок, если вдруг Джимми окажется биологическим отцом Ханы. Когда она потянулась за салфеткой, то заметила, что Джей наблюдает за ней.

— Проклятая простуда, — обронила она.

Глава 7

Распрощавшись с четой Морган, Кейт и Джей направились к автомобилю. Голова у Кейт просто раскалывалась, она чувствовала себя разбитой и никак не могла дождаться, когда сядет в машину и врубит тепло на максимум.

— Моя очередь вести автомобиль, — напомнил Джей.

Спорить не было сил, едва смогла заставить себя застегнуть ремень безопасности. Боже, самое время расслабиться.

Джей задним ходом вырулил с парковки и поехал по дороге в сторону магистрали. Она безучастно ожидала, когда же прогреется автомобиль, но и спустя пятнадцать минут ей казалось холодно.

— Не будете возражать, если я добавлю тепла?

— Но уже… — Джей оценивающе оглядел ее, затем уступил: — Конечно. Добавляйте.

Она повернула ручку по возрастающей, и спустя мгновение жаркий воздух подул на ее ноги, медленно согревая ее снизу вверх.

Ей бы принять еще одну обезболивающую таблетку, лучше — две, но пузырек валялся на дне ее кожаной сумки, а сил рыться в ней не было. Она не любила себя в таком состоянии. Все, чего ей хотелось, — так это выспаться. Мысль отлежаться была заманчивой, но вначале следовало сдать образцы ДНК Надин и удостовериться, что их отправили срочно с курьером в лабораторию.

Она не могла доверить эту работу Джею, поскольку технически если он отправит образцы, то сможет утверждать, что решил проблему самостоятельно.

Хотя это не так уж и далеко от истины. Джей в этом деле оказался не так плох, как ей хотелось бы. На практике он оказался удручающе умнее, организовав встречу с Ребеккой раньше ее, а затем вычислив Морганов так же быстро, как и она.

Она медленно повернула голову и начала рассматривать его профиль.

— Водить автомобиль, должно быть, более тяжело, чем управлять самолетом?

— Нечего сравнивать.

— Расскажите мне о полетах.

— Вам действительно это интересно?

Она кивнула.

— Извольте. Вам необходимо усвоить два основных критерия полета. Первый: сопротивление среды и тяга двигателя. Второй: сила тяжести и сила подъема крыла.

— Сопротивление среды и тяга двигателя. Сила тяжести и сила подъема крыла, — повторила она за ним.

Он кивнул в знак согласия.

— Когда тяга двигателя, турбины, пропеллера преодолевает силу сопротивления среды или сопротивление воздуха, самолет начинает движение вперед. Когда подъемная сила из-за снижения давления на верхней поверхности крыла преодолевает силу притяжения, самолет взлетает.

— Так все просто?

— Если хотите, то могу усложнить, — засмеялся он.

— Нет, спасибо. Вы можете говорить о причинах часами, но полет останется для меня чем-то мистическим.

— В этом вы правы. Я годами изучал теорию полета, но когда видишь закат солнца с высоты десять тысяч километров над землей…

— Наступит день, и вы вернетесь в авиацию, — сделала она вывод.

Он кивнул:

— В этом все дело. Когда, я бы даже сказал, если Эрик окончит среднюю школу.

— Когда это произойдет, еще около четырех лет?

Он кивнул.

— Хоть это и заведет нас в безвыходную ситуацию, но я очень хотела бы, чтобы Джимми оказался биологическим отцом Ханы.

— Никаких осложнений со здоровьем, — согласился Джей. — К тому же производит необыкновенно приятное впечатление. Не думаю, что сам сильно обрадовался бы известию, что у меня есть двадцатипятилетний ребенок.

— Но вы же противник детей.

— Это точно, — согласился он.

Она ожидала, что он еще что-нибудь скажет, но он замолчал.

— Как вы можете быть столь категоричны?

— Сейчас детей у меня нет, и меня это вполне устраивает. Мне кажется нелепым ваше желание иметь детей, если их у вас никогда не было. Вы даже не вынянчили ни одного ребенка, пусть брата или сестру.

— Хоть у меня не было ни братьев, ни сестер, но я ездила помощницей вожатого в летнем лагере. Работала с детьми разных возрастов. И мне это очень нравилось.

— Вы серьезно? Меня бы стошнило от такой работы.

— Возможно, вы наговариваете на себя.

— Сомневаюсь.

Разговор ее не удовлетворил.

— А если бы вам довелось влюбиться в человека, который очень хочет иметь семью? Что бы вы тогда сделали?

— Мне уже тридцать три года. Я вступал в отношения со многими женщинами, но детей как-то не получилось. — Он улыбнулся. — Думаю, что женщины, которым нужны мужья, и дети, и газон в придачу, чувствовали меня за версту и ударялись в бега.

— Простите. Я забыла. Новая женщина в каждом новом городе. Полагаю, вы хотя бы были честны с ними?

Улыбка сошла с его губ.

— Какой смысл вы вкладываете в слово «честны»?

— Вы не скрываете от нее, что она не единственная в вашей жизни.

Он посмотрел в ее сторону, нахмурив брови:

— Мы сейчас говорим обо мне? Или о вашем бывшем?

Дура. Она думала о Коннере.

— Итак, он обманывал вас, я не ошибся?

Она кивнула.

— Не надо всех стричь под одну гребенку, — посоветовал Джей. — Я не поддерживаю отношений больше чем с одной женщиной в одно и то же время. И я всегда навязчиво честен. Мне жаль, что мужчина, с которым вы связались, не был похож на меня.

В машине стало жарко настолько, что Джею было трудно дышать, но уменьшить подачу тепла он не решался, поскольку Кейт только-только перестал колотить озноб.

— Извините, что вторгаюсь в вашу жизнь, — выдавила из себя Кейт. — Просто никак не оправлюсь. Столько времени жить бок о бок и не догадываться, что тебе лгут и изменяют.

— Люди верят тем, кого любят.

— А обжегшись на молоке, затем дуют и на воду, не так ли?

Когда он впервые встретил ее, то подумал, что она холодная и необщительная женщина, с головой ушедшая в дела. Но он заметил, как она чуть не заплакала у Морганов, и это ему понравилось.

— Вы говорите так, словно никогда не полюбите снова. Но, Кейт, уверяю вас, полюбите.

Она скрестила руки на груди, его слова ее не убедили.

— А как еще вы сможете завести ту большую семью, о которой мечтаете?

— Есть и другие способы.

С приближением к городу движение становилось все плотнее, и он не рисковал внимательно смотреть ей в глаза.

— Вы имеете в виду поход в одну из тех клиник, что торгуют спермой?

— Одна из возможностей.

— Вы не можете говорить об этом серьезно.

— Мне тридцать два года. Если хочу родить четверых до сорока, да еще и вывести их в люди, а потом прожить еще хотя бы лет пять, то у меня времени в обрез.

— Вы все давно рассчитали, не правда ли?

— Когда-нибудь слышали про биологические часы? — Она вздохнула. — Мужчинам не стоит о них беспокоиться, а женщинам лучше быть реалистками.

— Достаточно откровенно. — Он обогнал колонну из трех фур с прицепами, затем встроился в правый ряд.

— Но должна же быть альтернатива этому искусственному осеменению?

— Какая именно?

— Ну… — Он замялся. Какие он знал еще варианты? — Усыновление?

— Возможно.

— Или…

«Ламборджини» промчался слева на такой скорости, что воздушная волна ударила их «субару».

— Всегда можно попросить друга…

— Думаете?

— Почему бы и нет?

— А что, если одна из ваших подружек попросит вас о такой услуге? Ваша реакция?

У него что-то екнуло внутри от такой перспективы.

— Не знаю.

Она видела его насквозь.

— Вы откажете ей.

— Возможно, — признался он

Она печально посмотрела сквозь стекло.

— Я думаю, так отреагирует большинство мужчин.

Последний час их совместной поездки Кейт дремала, а Джей пытался сконцентрироваться на вещах, важных именно для него. Вот он ведет машину. Вот у него проблемы с Эриком. А есть мысли, которые надо выкинуть из головы. И не думать, что Кейт чуть не расплакалась, беседуя с Морганами, что в ее глазах появляется боль, как только она вспоминает своего бывшего жениха, и не вспоминать, как светится ее лицо, когда она говорит о своей любви к детям.

Они уже въехали на Манхэттен, когда Кейт проснулась.

— Извините, я, кажется, задремала.

— Вам, очевидно, отдых необходим. Как вы себя чувствуете?

— Лучше, — произнесла она, залезая в свою сумку за очередной таблеткой.

«Да уж, лучше».

Кейт проглотила очередную таблетку.

— Я тут подумала, что нам бы следовало забросить образцы ДНК Джимми в лабораторию. Через час они закроются. В этом случае результаты будут готовы раньше. А потом сдадим арендованную машину.

— Поскольку вы себя неважно чувствуете, почему бы мне не забросить вас домой вначале? Потом я сдам образцы в лабораторию и верну машину.

— Конечно. И официально вы окажетесь тем человеком, который раскрыл дело.

— Я не ставил вопрос в данной плоскости.

Она внимательно посмотрела на него:

— Да, думаю, вы так не думали. Но я сумею продержаться час или чуть больше.

— Если настаиваете. — Он постарался выглядеть деликатным.

Но самому себе следовало признаться, что он не возражал против ее общества в ближайшее время.

Спустя двадцать минут они подъехали к лаборатории, и Кейт предложила своему спутнику высадить ее одну, а самому подождать в машине на улице.

— Раз уж мы так далеко ездили вместе, мы вместе должны и закончить.

Он огляделся вокруг, ища глазами место для парковки, затем снял солнцезащитные очки и улыбнулся ей.

— И совсем не потому, что я вам не верю.

Она была посрамлена.

Он стоял рядом с ней, когда она передавала образцы, и внимательно смотрел, как она пишет адрес детективного агентства «Фокс и Фишер» на бланке. К моменту возвращения в автомобиль у нее практически не осталось сил.

В этот раз на его предложение отвезти ее домой она ответила согласием.

— Было бы любезно с вашей стороны.

То, как она легко сдалась, свидетельствовало о том, как плохо она себя чувствовала. Следуя ее инструкциям, он довез ее до дома. Она жила не так далеко от него, только в квартале от Риверсайд-парка. Он встал на стоянку перед трехэтажным зданием.

Кейт покачивало, когда она вылезла из машины, и он обогнул машину, чтобы помочь ей.

— Все в порядке, — настаивала она, но, когда он обхватил ее за талию, она не стала возражать.

Он поддерживал ее, пока они не добрались до двери ее 104-й квартиры. Когда с его помощью открывали дверной замок (Кейт нашла нужный ключ на кольце и отдала его Джею), тонкая стройная женщина лет сорока прошла рядом. Она взглянула на Джея, потом на Кейт, и от удивления брови ее поползли вверх.

— Привет, Жанет. — Кейт едва хватило сил на слабую улыбку. — Это Джей Саваж. Коллега по работе.

— Я рада, — улыбнулась в ответ соседка и проследовала дальше.

— Не думаю, что она вам поверила.

— Думаю, ей понравилось, что я уже не с Коннером. Это она сообщила мне о его похождениях.

После того как он открыл дверь, Джей вернул ей ключи.

— Вы уверены, что все будет в порядке?

— Совершенно.

Она бросила свое пальто и сумку на пол и постаралась скинуть обувь. Когда же она споткнулась, Джей поддержал ее.

— Какой вы неотвязчивый!

Удерживая ее одной рукой, другой он постарался снять с Кейт обувь.

— Почему бы вам не признать, что вы очень слабы?

— Не верю в слабость. У меня на это нет времени.

Под ее показной твердостью он почувствовал изнеможение, как физическое, так и эмоциональное. Ей через многое пришлось пройти: сначала расторжение помолвки, потом уход с работы, а теперь — это их соревнование.

— Мне кажется, что нечто подобное случилось со мною через неделю после смерти Трейси. Если вы чувствуете что-то похожее на мое тогдашнее состояние, не могу поверить, что у вас есть силы держаться на ногах.

— А я бы и упала, если бы вы меня не держали, — заметила она.

Цвет ее глаз был переменчив, сейчас они казались ярко-зелеными на фоне пылающих щек.

Вначале ему показалось, что она тверда, сильна и неприступна, но неожиданно он увидел оборотную сторону всего — ранима, милосердна и беззащитна.

Он потрогал ее лоб рукой. Кожа была сухой и горячей.

— У вас жар,

Она посмотрела на него,

— Мне необходимо вылежаться.

— Это неплохо для начала, — согласился он. — Где у вас спальня?

— Эй… у нас даже не было первого свидания. Это было очень похоже на шутку, но он удивился сильному влечению, которое ощутил.

— Очень смешно, Кейт. Мужчины пока вычеркнуты из вашей жизни, не забывайте!

Он огляделся, чтобы понять, в какую сторону надо двигаться. Направо была небольшая кухонька, активно используемая, судя по открытым полкам, уставленным банками с пастой, мукой и рисом, а также коллекции старых медных чайников.

В противоположную сторону шел короткий коридор, соединяющий с симпатичной жилой комнатой, отделанной в голубых с золотом тонах. Ничего раздражающего или нервирующего. Это был тип дома, где он мог представить проживание здоровых детей, окутанных любовью и хорошо присмотренных.

Не то чтобы он был просторным для четверых детей, запланированных Кейт.

Продолжая поддерживать ее одной рукой, он пересек холл. Спальня хозяйки была маленькой даже по нью-йоркским меркам. Только бюро и громадная кровать.

Кейт сразу же легла поверх легкого лоскутного одеяла.

— О боже, как хорошо вытянуться. Вы были так любезны. Спасибо. Надеюсь, я вас не заразила вместо благодарности.

— Я уже говорил вам, что перенес этот вирус. Он направился к двери, осознавая, что должен уйти, хоть ему этого и не хотелось.

— Вам будет удобнее, если переоденетесь в пижаму.

— Так и поступлю. Попозже.

— И надо бы что-нибудь принять против гриппа.

Она открыла ящик на своем ночном столике и вытащила пузырек тайленола. Он увидел, как она проглотила пару таблеток и выражение ее лица, когда она их проглотила.

Он мог поклясться, что стенки ее горла пересохли. Не спрашивая разрешения, поскольку был уверен в ее отрицательном ответе, он отправился на кухню и приготовил ей чашку чаю. В холодильнике и серванте все было аккуратно уложено, он добавил в чай мед и лимон, а также захватил несколько бисквитов на тарелочке.

Глаза ее округлились от удивления, когда он поставил чашку и тарелку перед ней на прикроватный столик.

— Не стоило себя так утруждать. Уже седьмой час. Разве вам не пора домой к своему племяннику?

— Но мне было бы легче уйти, знай я, что за вами кто-то присмотрит.

Она засмеялась:

— Я уже большая девочка. Это только простуда. Все будет в порядке.

— Ладно. Желаю поправиться.

Разворачиваясь к выходу, он заметил фотографию в рамке на бюро.

— Не будете возражать, если я посмотрю?

Она вздохнула:

— Делайте что хотите.

Кейт смеялась, глядя на него с фотографии, и была счастлива с мужчиной, который выглядел необыкновенно довольным собой. На взгляд Джея, ее экс-жених ему не понравился, хотя он должен был признать, что мужчина на фотографии был симпатичным, с точеными чертами лица. Он поставил фотографию на место, откуда ее и взял.

— Вы точно уверены, что вам не нужна помощь?

— Все, что мне нужно, — это сон, который не наступит, пока вы стоите там и смотрите на меня.

— Воспринимать ваши слова как особо нежный способ отблагодарить меня за все, что я сделал?

— Извините, но мне трудно быть нежной.

Он разглядел кусок вышивки в рамке на стене. Котенок на высокой спинке стула вблизи камина. «Дом. Добро. Дом», — было вышито по основанию вместе с инициалами К.Л.К.

Глава 8

Джей купил по пути цыпленка- гриль, несколько булочек и мытый салат-латук. Эрик уже был дома и смотрел телевизор. Без шапки его ангельские белые кудряшки придавали юному лицу некую невинность, и Джей невольно вспомнил его маленьким. Как легко тогда было ладить с ним.

— Привет, Эрик. Извини, что опоздал, ужин сейчас будет готов.

В ответ послышалось лишь невнятное бормотание.

— Не такой обильный, — Джей выложил на стол продукты вместе с бутылкой салатной приправы, — но надеюсь, с пищевой ценностью все в порядке.

Он наполнил пару стаканов молоком, затем заглянул в гостиную. Когда дело касалось еды, Эрик не очень-то стеснялся.

— Ты голоден?

Эрик не спеша вошел на кухню и безразлично оглядел разложенную на столе еду.

Джей поклялся себе в следующий раз приготовить что-нибудь посущественнее. Слишком часто у них все получалось в последний момент, то, что можно было приготовить на скорую руку, а то и купить готовое.

— На выходные куплю немного мяса, — заверил он. — Можно пожарить к нему картофель и свежие овощи.

Создавалось ощущение, что Эрика не интересовали гастрономические планы дяди. Он положил немного еды на свою тарелку и направился в гостиную.

— Пора привыкать есть за столом.

— Зачем?

— Пора привыкать к определенному порядку, поскольку мы начинаем жить вместе.

— А почему нам нельзя есть в гостиной?

Джей нацедил плошку итальянской приправы.

— Потому что у нас должно быть место и время ежедневных встреч. Например, за ужином.

Аргумент не произвел должного впечатления на Эрика. Голова склонилась над тарелкой, он начал сеть.

— Тренер уже дал тебе расписание баскетбольных матчей?

Эрик направился к рюкзаку, брошенному им при входе в дом, порылся в нем и вытащил лист бумаги.

— На, держи.

Джей разгладил лист бумаги и стал читать. С учетом игр и занятий Эрик занят всю неделю, кроме вторника и четверга.

— Ты в курсе, что твоя учительница считает необходимым нанять тебе репетитора, чтобы ты догнал класс?

— Да-а-а. — Эрик тяжело вздохнул

— Она мне дала пару телефонов. Вначале можно позвонить преподавателю первого курса математики Кевину Ходжу. Как считаешь, начнем с него? Он может заниматься с тобой в библиотеке после уроков.

Эрик пожал плечами.

— Полагаю, для начала хватит двух занятий в неделю.

— Почему двух? Одного более чем достаточно.

— Подтянешь свои результаты, сможем снизить нагрузку.

— А если я не смогу подтянуться? Вдруг я не такой умный, как ты.

— Ты должен кончить среднюю школу. Все, о чем я тебя прошу. Сможешь учиться дальше, это твоя заслуга. Когда я был маленьким, у меня была мечта, я хотел стать пилотом, и я знал, что это потребует неимоверных усилий. Тебе следует найти свою цель в жизни.

— Может быть, у меня нет цели.

Джей невольно вспомнил Трейси. Каждый раз, когда он пытался помочь ей с уроками, все заканчивалось безрезультатно. Она только смеялась над ним. Она не обременяла себя.

— Настоящее образование может внести большие перемены в твою жизнь, Эрик. Удержит от плохих друзей, алкоголя, наркотиков.

Таково было печальное наследие их семьи. Но он старался сделать все возможное, чтобы удержать племянника от такой судьбы.

Эрик, как мать, ел с набитым ртом, затем отнес тарелку к мусорному ведру. Джей стоял спиной к нему, но слышал, как племянник соскреб остатки продуктов и выбросил их. Его расстроил тот факт, что хорошие продукты отправились в мусорку.

— Это все, что ты съел?

— Я не голоден. Могу теперь пойти посмотреть телевизор? — спросил он разрешения недовольным голосом.

Он предположил, что Эрик после школы перекусил в фастфуде.

— Через несколько минут. Мы не закончили нашу беседу. Теперь, когда мы живем под одной крышей, нам надо разделить повседневные обязанности. Что ты делал по дому, когда жил вместе с мамой?

Эрик удивленно посмотрел на него:

— У меня не было никаких обязанностей. Как и комендантского часа, впрочем.

— Понимаю, что жизнь со мной отличается.

— А разве не так?

Джей приложил максимум усилий, чтобы не обращать внимания на нотки раздражения в голосе Эрика.

— Я понимаю, ты очень тоскуешь по маме.

— Ах да, конечно. Особенно мне тоскливо приходить домой и не заставать ее упившуюся или укурившуюся до потери пульса на диване в гостиной. Но с ней у меня хотя бы было немного свободы. Она меня не отдавала на баскетбол, не устраивала встреч с учителями и не требовала есть за столом. Все эти правила — просто ерунда какая-то.

Эрик отшвырнул стул, мешавший ему пройти, и вышел из комнаты.

Режущий звук от удара металлических ножек по полу стоял в ушах еще несколько минут. Комментарий по поводу пьяной Трейси ужалил его. Но он знал, что все это было правдой, как было правдой и то, что Эрик любил мать.

Что, черт побери, теперь делать? Пойти поговорить с ним?

А может быть, дать ему время успокоиться.

Он смотрел на еду, аппетит пропал. Как, черт возьми, им предстоит уживаться предстоящие четыре года?

— Кейт? Можно прервать вас на минутку?

Кейт не могла себе представить, кто бы мог отказать Надин. Секретарша в конторе была воплощением искренности и очарования. Трудно было себе представить, что она — наследница Вейверли, но Линдсей уверяла ее, что так оно и есть. Впрочем, одежда тому свидетельство. Сегодня на ней было черное платье из тонкого кашемира.

— Что случилось, Надин?

Хрупкая девушка протянула Кейт кружку.

— Вам сегодня лучше? Я приготовила для вас специальный отвар. Считается, что он усиливает иммунную систему.

— Спасибо. Я чувствую себя намного лучше. Хорошо спала прошлой ночью.

— Надеюсь, вы не будете против, — начала Надин, — но меня прямо распирает от любопытства. Что вчера случилось? Вы и Джей попросили меня заказать вам машины. Неужели вы ездили в одно и то же место?

Кейт пристально взглянула на нее:

— Да. Мы не знали этого, пока не столкнулись в конторе по прокату автомобилей. Мы взяли одну машину, чтобы сэкономить фирме на расходах.

— Натану это понравится. — Она понизила голос, в глазах засверкали искорки. — Вы целый день провели с Джеем? И как вам? Он больше тянет на героя приключенческого фильма где-нибудь в дельте Амазонки, чем на простого служащего, бредущего по Манхэттену. Он действительно такой потрясающий, каким кажется?

У Надин явно богатое воображение. Хотя Кейт отметила способность Надин давать верную оценку людям. Джея действительно отличало сочетание крепкого мужского телосложения и трогательной заботливости, что обычно присуще киногероям.

Он, кстати, был невероятно обходителен вчера вечером, проводил домой и не ушел, пока не убедился, что с ней все в порядке. Конечно, абсолютно без всякой на то необходимости, но ей отчасти это было приятно.

Кейт не могла вспомнить, чтобы кто-то возился так с нею раньше. Только не ее родители. Да и Коннер вряд ли.

Наиболее живым воспоминанием было то, как Джей приложил руку к ее лбу. Она вспоминала об этом многократно. Мягкое прикосновение было неожиданно нежным и удивительно эротичным…

— О, вы покраснели. Извините, если я что-то не то сказала. Но ваше состязание так захватывает. Интересно, в ЦРУ тоже так? Представляете, кругом режим строжайшей секретности, и надо проявлять бдительность, чтобы не сболтнуть лишнего.

— Вас это так захватило?

Надин закивала.

— Я только об этом и думаю. Особенно потому, что болею за вас обоих.

— Надеюсь, это состязание скоро завершится. Я почти вышла на двух оставшихся папаш.

Надин вся подалась вперед, задержавшись лишь на краешке стула.

— Не поделитесь своей стратегией? Я надеюсь когда-нибудь и сама стать сыщиком и стараюсь учиться на ходу. Я печатала все отчеты, поэтому знаю, что предполагаемых отцов трое. Но когда речь заходит о поиске их местоположения… с чего вы начинаете работу?

Кейт не стала уклоняться от ответов. Энтузиазм девушки-секретарши завораживал. Кроме того, она воспользовалась этой возможностью, чтобы привести в порядок свои мысли.

Сначала она вкратце рассказала Надин, как она, а если быть справедливым, то и Джей определили местоположение Джеймса Моргана.

— Он оказался замечательным человеком, и у него добрейшая жена. Они не могут иметь детей, и для них будет подарком судьбы, если Хана окажется дочерью Джеймса.

Надин сжала руки.

— Надеюсь, это он ее отец.

— Скоро узнаем. Мы с Джеем вчера вечером завезли образцы ДНК в лабораторию. Результаты должны прислать сюда в течение двух рабочих дней, если не произойдет каких-либо задержек. Представляю, как напряжены нервы у Джимми и его жены.

— А внешне он похож на Хану?

Кейт вчера пыталась найти признаки внешнего сходства, но тщетно.

— Разве только глаза, и то…

— И когда вы станете искать двух оставшихся мужчин?

— Если честно, то, не сиди у меня на пятках Джей, я бы подождала, возможно, результатов теста, прежде чем продолжать поиски, — посетовала Кейт.

Она недооценивала Джея раньше, и в результате чуть не проиграла.

— Ваш следующий шаг?

— Я знаю, что предполагаемые отец-два и отец-три поступили в Нью-Ингланд-колледж двадцать пять лет назад. Согласно внутренним архивам колледжа, оба закончили колледж через четыре года.

Кейт открыла два окна на своем компьютере и поставила их рядом. Она пригласила Надин подойти к монитору, чтобы было нагляднее, и поставила курсор на файл слева под именем отца-два, в котором содержалась вся добытая ею информация на него.

— Гарри Джифорд окончил колледж с дипломом преподавателя физкультуры. Играл в команде колледжа в американский футбол в качестве квортербека все четыре года обучения.

— Спортсмен, — подытожила Надин. — Хана не очень-то тянет на спортсменку. Но это ничего не доказывает, — добавила она поспешно.

— Но это интересная деталь, — поощрила ее Кейт.

— Оливер Крейн, наоборот, полный ботан. Он принимал участие в дискуссионном клубе и закончил учебу с дипломом по политическим наукам, это подсказывает мне, что он должен был искать место в юридической школе.

— Обычный карьерный ход, — согласилась Надин. — Парочка моих друзей так и поступили.

Кейт кивнула.

— После этого наступает очередь методичных поисков. И тут мне повезло. Оливер не покинул штат в поисках дополнительного образования. И я обнаружила его в списках выпускников университета Нью-Йорка за 1990 год.

Надин замерла от потрясения.

— А что вы будете делать теперь?

— Столько возможных решений, голова идет кругом. Но я последую наиболее логичному предположению, что он получил практику где-то здесь, на Манхэттене. Надеюсь, что найду его, просматривая список членов ассоциации юристов.

— Сестра Линдсей адвокат. Она легко поможет вам найти его, — выпалила Надин и тут же зажала рот рукой. — Боже, Линдсей же просила меня не помогать ни одному из вас больше, чем другому.

Кейт улыбнулась. Кристальная честность Надин относилась к числу самых лучших качеств девушки, но вряд ли можно было считать это достоинством для нее, если она предполагала посвятить себя сыску.

— Не переживайте. Я знакома с Мег, и мы уже договорились встретиться в одиннадцать. Как по вашему мнению, мы никому не помешаем, если займем на время переговорную?

— Постараюсь, чтобы она была свободна. — Надин придвинулась плотнее к экрану компьютера, внимательно изучая информацию, которую Кейт собрала на кандидатов в отцы Ханы. — Вы просмотрели столько информационных баз. И все они в открытом доступе?

— К сожалению, у частного сыщика много меньше возможностей, нежели у офицеров полиции. В каком-то смысле частные сыщики связаны по рукам, но, если бы все было в открытом доступе, наши клиенты обошлись бы без нашей помощи, не так ли?

Джей не удивился, обнаружив Кейт в офисе, когда появился там много позже. Никакой вирус не удержал бы ее в постели надолго.

— Вы выглядите лучше, — поделился он своими наблюдениями, ставя портфель на стол.

— Думаю, что я пересилила вирус. Еще раз спасибо за оказанную вчера помощь. Нет слов.

— Мне это ничего не стоило.

— Возможно. Но мне никто раньше не подавал чай в постель.

— Никогда? — Ему было трудно в это поверить. — Даже ваша мама?

Его собственная мать чаще всего отсутствовала, но даже он помнил, как она суетилась над ним, когда он серьезно болел.

— Я никогда не жаловалась.

— Стойкость даже в детстве?

— Скорее защитный механизм. Самостоятельный путь познания. Моим родителям не было дела до моего существования.

Джей мог бы подумать, что она напрашивается на проявление сочувствия, но тон был слишком деловым.

— Не заблуждайтесь насчет меня, — добавила она. — Мои родители никогда не были жестоки и не экономили на мне. Они покупали мне все, что нужно, я была сыта и одета… все самое необходимое.

«Но разве любовь не относится к числу самого необходимого», — подумал Джей. Бог свидетель, как он любит Эрика. Но в эти дни он не знал, как к нему подступиться. Эрик замкнулся, мрачно молчал все утро, и, хотя он якобы ушел в школу, Джей не слишком надеялся, что племянник окажется на уроках.

Он потер подбородок и вздохнул.

— Что-то опять не так с Эриком? — предположила Кейт.

Он кивнул. Но прежде чем он бы захотел излить свои страхи, в дверях появилась Надин, которая обратилась к Кейт:

— Мег уже здесь, ждет в переговорной.

Линдсей болтала с сестрой, когда Кейт вошла в переговорную. Линдсей приветливо улыбнулась ей, потом повернулась к Мег.

— Когда вы с этим покончите, зайдите за мной и прихватите меня на ланч.

Направляясь к выходу из комнаты, Линдсей дотронулась до плеча Кейт:

— Я слышала, что вы с Джеем вчера нашли одного из потенциальных отцов Ханы?

— Да. Мы отправили образцы ДНК в лабораторию.

— Если это действительно он, то вы в сложной ситуации.

— Знаю. — Она тяжело вздохнула, затем добавила: — У него великолепная интуиция для такой работы. Думаю, мы недооценили его.

— Ладно, надеюсь, Мег поможет тебе совершить рывок к следующему фигуранту. — Линдсей ободряюще похлопала подругу по спине.

— Спасибо.

Когда Линдсей покинула переговорную, Кейт плотно прикрыла дверь, затем улыбнулась Мег.

Мег, как и ее сестра, была блондинкой, но не такого высокого роста и с более мягкими чертами лица. В своем прекрасно сшитом сером костюме она олицетворяла типичный образ дорогих адвокатов.

— Большое спасибо, что нашла для меня время в своем графике. — Кейт пожала руку Мег.

Ее пальцы оказались такими хрупкими, что Кейт испугалась, не повредила ли их.

— Нет проблем. Когда Линдсей объяснила мне суть вашего состязания, я была потрясена. Буду счастлива помочь, чем только смогу.

Ранее Кейт направила по электронной почте Мег информацию относительно вероятного отца-три.

— Тебе удалось что-нибудь узнать об Оливере Крейне? Я смогла докопаться, что он был включен в список членов ассоциации юристов в Манхэттене, и могу только надеяться, что он все еще там работает?

Мег положила перед собой лист бумаги.

— Тебе повезло, Кейт. Он выступает в процессах по линии очень маленькой, но необыкновенно известной фирмы, расположенной на Парк-авеню. У меня все его данные при себе. Адрес электронной почты, адрес конторы и номера телефонов.

— Прекрасно. Огромное тебе спасибо.

Кейт не могла сдержать победной улыбки, медленно расползающейся по ее лицу. Найти Оливера Крейна оказалось легче, чем Джеймса Моргана. На этот раз она была уверена в том, что Джею не удастся опередить ее.

Чтобы удержать преимущество, ей было необходимо назначить встречу с Крейном как можно раньше.

— Есть еще кое-что, что я хотела бы тебе сказать, Кейт. Я узнала, что одна из моих партнеров, Сьюзан Вудруф, работала с Крейном. Если верить Сьюзан, Крейн — амбициозный, погрязший в политике ловкач. Он не остановится ни перед чем, готов даже раздавить маленького человека, если это поможет вырваться вперед.

Выражение лица Кейт выдало неприязнь.

— Это только впечатление, не забывай. Но я хотела бы, чтобы ты знала, с кем тебе предстоит работать.

— Спасибо, Мег. Ценю это.

Она была рада полученной информации, хотя и расстроилась. Очевидно, этот мужчина не захочет оказаться отцом Ханы.

Но надежда умирает последней, ее дело доказывать, а не предполагать.

— Не могла бы ты мне рассказать о его частной жизни? Он женат?

Мег кивнула:

— У них с женой двое детей.

— То есть он не придет в восторг от известия о появлении потенциальной взрослой дочери от подружки по колледжу.

— Принимая во внимание последние политические слухи, я бы предположила, что уж восторга тебе точно не ожидать. — Мег одарила ее милой улыбкой. — Окажись я на твоем месте, я бы однозначно поостереглась этого человека.

Глава 9

Кейт и Мег зашли за Линдсей и направились в тайский вегетарианский ресторан. За столом в основном обсуждали предстоящую свадьбу Линдсей и Натана, назначенную на конец декабря.

— Но это означает еще десять месяцев ожидания, — запричитала Мег.

— Вы причитаете, как Натан. Куда спешить? — Линдсей ловко намотала лапшу на палочки. — Зато у нас есть время подготовится.

— Но ты же планируешь небольшую простенькую свадьбу.

Линдсей отправила лапшу в рот и потрясла палочками.

— Запомните, на самом деле я вообще не хочу никакой свадьбы? Все, что мне нужно, — это забежать ненадолго в ратушу.

Мег, вздохнув, повернулась к Кейт:

— Ничего романтического в душе у этой девочки.

— Поэтому из нее и получился отличный сыщик. — Кейт усмехнулась. — Правда, туфли выпадают из схемы.

Все устремили взоры под стол на коралловые лодочки Линдсей от Прада. По необъяснимым причинам Линдсей не могла пропустить ни одной распродажи хорошей обуви. Никогда.

— Ну, люблю я классную обувь. Я же женщина, не забыли?

— Никаких сомнений на этот счет, сестренка.

Мег перевела беседу на Кейт:

— Линдсей рассказала мне, что тебе пришлось пережить разрыв. Сочувствую.

— Не стоит. Все к лучшему.

— Можешь повторить это снова. Ты слишком хороша для этого грязного завравшегося подлого ублюдка.

— Спасибо, Линдсей. Я начинаю подумывать, не лучше ли мне завести детей без мужа на горизонте.

— Неужели? Хочешь обратиться в банк мужской спермы? — поинтересовалась Мег.

— Ты правда это задумала? Быть не может! — Линдсей покачала головой. — Дурацкая идея. Дети требуют много заботы. И денег.

— Мне достаточно осталось от родителей. Смогу позволить себе няню. Почему я хочу работать в «Фокс и Фишер», не забыла? Никакой сменной работы. — Она повернулась к Мег: — Посменная работа — проклятие семей.

— Но, Кейт, банк спермы? Верю, что ребята там на контроле, но возможны скрытые дефекты.

— Ладно, ваши предложения?

Она вспомнила безумную беседу с Джеем на эту тему, имевшую место не далее как вчера. На какое-то мгновение ей показалось, что Джей готов был стать волонтером в решении ее проблем.

Конечно нет. Они едва знакомы.

Расскажи она сейчас Мег и Линдсей, что они с Джеем вчера обсуждали эту тему, ее собеседниц пришлось бы отпаивать. С другой стороны, мало что в этой жизни могло бы шокировать этих женщин.

— Думаю, тебе надо снова закрутить роман, — предложила Линдсей.

— Без вариантов. Я еще под впечатлением от предыдущего.

— Ты серьезно решила игнорировать секс? — Линдсей выглядела так, словно это было невозможно представить.

— Не так чтобы серьезно. Что-нибудь необязываюшее и нетревожащее.

— А чем плох тот парень, с которым ты соревнуешься? — обронила Мег. — При выходе я окинула его взглядом. Лихой парень, не так ли? А если он друг Натана, то должен оказаться приличным.

— Вполне, — подтвердила Кейт, что было равноценно заявлению о возможной капитуляции перед ним. — Но у него фобия на детей.

— Неудачно, — согласилась Мег.

— С другой стороны, у Натана спермы хватит на толпы детей. — Кейт взглянула на Линдсей. — Как ты думаешь, если его попросить, он внесет свой вклад в решение проблемы?

— Что! — Лапша посыпалась из набитого рта Линдсей, как только она его открыла. — Ты шутишь, Кейт?

— Нисколечко. — Кейт улыбалась Мег. — Но очень забавно наблюдать за вашей реакцией.

Вернувшись в офис, Кейт зашла в комнату и прикрыла дверь. Джей на данный момент отсутствовал, и ей пришлось большую часть времени работать в одиночестве.

Она набрала номер телефона Оливера Крейна, полученный от Мег, и стала ждать. Ответила секретарша в приемной, холодно и безразлично.

— Могу я поговорить с Оливером Крейном? — поинтересовалась Кейт.

— Он на встрече. Кто его спрашивает, представьтесь, пожалуйста?

— Кейт Купер. Звоню от имени детективного агентства «Фокс и Фишер» по личному вопросу.

— Да? — В голосе девушки на том конце трубки неожиданно послышались нотки заинтересованности. — Не могли бы вы уточнить детали?

— Это касается лично мистера Крейна.

— Ну что ж. Оставьте номер вашего телефона, я перезвоню вам, когда у него будет время.

Она произнесла эти слова таким тоном, словно в ближайшее время у него не будет времени на звонок, но при любом раскладе Кейт оставила свой номер телефона. Если в течение нескольких часов не будет ответа, то ей придется попытаться отправить электронное послание. Но не прошло и пятнадцати минут, как телефон зазвонил.

— Алло, Кейт Купер? Мелисса передала ваше сообщение. О чем вы хотели переговорить?

Кейт сразу же поняла, что необходимо добиться встречи с глазу на глаз с этим человеком, прежде чем трясти грязным бельем. Если он захочет соврать, то по телефону сделать это намного легче.

— Если вам удобно, конечно, я предпочла бы изложить суть вопроса лично при встрече. Когда вы узнаете, о чем идет речь, я надеюсь, вы меня поймете.

— Так необходимо? Я очень занятой человек. И, судя по тону, очень важный человек. Но

Кейт просчитала его, его надо заинтриговать.

— Деликатные вопросы нежелательно обсуждать по телефону.

Он вздохнул:

— Ладно. Встретимся завтра утром в моем спортзале.

Он назвал время и место, а Кейт заверила его, что обязательно будет там.

— Большое вам спасибо, мистер Крейн.

Кейт положила трубку, заинтригованная тем, что он не захотел переговорить с ней в офисе. Ее заинтересовало, не означает ли это, что куда более одной тайны хранит его совесть.

Джей понимал, что нельзя сидеть и ждать результатов ДНК по Джеймсу Моргану. Надо было вести параллельный поиск оставшихся двух возможных отцов из списка Ребекки Троттер. Кейт не теряла времени даром, несмотря на свою болезнь, и ему следовало подумать, собирается ли он и дальше участвовать в гонке.

Эрик тоже давал повод для беспокойства. Сегодня утром он отказался от предложенных Джеем вафель из тостера. Хорошо, хоть выпил стакан апельсинового сока, прежде чем выскользнуть в дверь со своим обычным бормотанием, которое, видимо, и следовало воспринимать за общение.

А с матерью он вел себя так же?

Ах, если бы он проводил больше времени с Трейси и мальчиком в последние годы. Что ему стоило попридержать язык и не трогать этого бойфренда Трейси. Может быть, сестренка прибежала бы к нему, когда этот лузер ее бросил, а не схватилась за таблетки.

Ему нельзя было позволить этому случиться, а теперь Эрик стал для него чужим. Джей считал себя правым, устанавливая порядки и новые правила, но, может, он слишком уж резко воплощает их в жизнь.

Единственное, чего он пока добился, — это настроил племянника против себя.

Надо каким-то образом предложить мальчишке мировую. Может, мобильник подарить. Трейси никогда не могла себе этого позволить. Будет легче контролировать Эрика. Весьма разумное решение.

Во время ланча Джей направился за покупками. Когда он вернулся в офис, где-то в районе двух, Кейт уже вернулась. Она печатала со скоростью, вызвавшей у него зависть.

Итак, за целый день он не сдвинулся ни на шаг в своем расследовании.

— Все в порядке? — поинтересовалась Кейт.

— Разумеется. Все прекрасно.

Джей открыл файл, словно и у него тоже было чем заняться.

Он уперся взглядом в тиснение на бланке с именем Гарри Джифорда вверху. Этот парень окончил курс по физической подготовке школьников. И четыре года играл в американский футбол. Насколько велика вероятность, что после выпуска он мог стать тренером какой-нибудь школьной футбольной команды?

Джей уже набрал поисковик Интернета, когда зазвонил мобильник. Пальцы Кейт замерли на клавиатуре при первых звуках его голоса.

— Саваж слушает.

— Рада, что связалась с вами, мистер Саваж, — серьезным голосом начала женщина на том конце линии. — Офицер полиции Молли Бредфорд, а звоню я по поводу вашего племянника Эрика. Знаете ли вы, что он сегодня прогулял школу?

Черт побери, Джей чувствовал себя так, словно ему влепили пощечину. Он собрался с силами.

— С ним все в порядке?

— Эрик в порядке, но его задержали, когда он во время уроков прогуливался у входа на станцию метро.

— Полагаю, он сбежал с урока. — И, подумав, уточнил: — Это преступление?

— Вы никогда не слышали о программе «Школьник»?

— Нет. А что это за программа?

— Это совместная программа департамента полиции Нью-Йорка, департамента образования и службы по делам несовершеннолетних. Цель состоит в том, чтобы дети школьного возраста находились в школьные часы в школе, к которой они приписаны. Если офицер полиции обнаруживает ребенка школьного возраста праздношатающимся во время уроков, он сопровождает школьника на центральный сборный пункт, откуда его может забрать кто-то из родителей или опекунов. — Она дала ему секунду на размышление, затем уточнила: — Вы сможете забрать своего племянника?

— Без сомнения, могу.

Он записал адрес, который она ему продиктовала, затем пообещал, что приедет как можно быстрее.

Кейт озабоченно наблюдала за тем, как он собирает портфель.

— Простите. Сами понимаете, что я не могла не слышать разговора. У Эрика какие-то проблемы?

— Он прогулял уроки.

И это после всех его вчерашних попыток. Совместный ужин, болтовня о разделении ответственности. Ничего мальчишка не понял.

— Вы что-нибудь слышали о программе под названием «Школьник»?

— О да. Он у них?

— Да, только что звонила офицер Молли Бредфорд.

— Я работала с Молли. Она — прекрасный человек и действительно заботится о детях. И программа довольно успешна в деле снижения подростковой преступности.

— Прогул — не преступление.

— Да. Но когда у детей очень много свободного времени, они частенько влипают в проблемы.

Джей вздохнул. Почему он защищает Эрика? Он-то знает, что парень вот-вот собьется с пути, вот только не знает, что с этим делать. Он закрыл портфель и собрался уходить.

— Джей! Я знаю офицера Бредфорд… Не хотели бы вы, чтобы я составила вам компанию?

Он инстинктивно отрицательно покачал головой. А затем задумался. Ему нечего было сказать Эрику. Может быть, Кейт, как бывший офицер полиции, сумеет достучаться до этого мальчишки.

— У меня никаких мыслей, что делать с парнем, — озабоченно посетовал он.

— Тогда позвольте мне. — Она быстро выключила компьютер. — Работа с малолетними преступниками относилась к числу моих обязанностей еще совсем, недавно.

Кейт не могла удержаться, чтобы не помочь Джею, особенно когда увидела откровенную беспомощность в его взгляде. Она понимала, насколько сильно Джей опасается за Эрика.

Как только они сели на поезд метро, идущий на север, Кейт стала разъяснять Джею программу «Школьник»:

— Основная идея состоит в том, чтобы дети оставались в школе, а не на улице. Полиция доставляет их на центральный сборный пункт, где детей обыскивают металлоискателем на наличие металлических предметов, а затем заставляют их молча сидеть до тех пор, пока кто-то из родителей не придет за ними. Им не разрешено разговаривать, читать, пользоваться телефоном. Множество детей называют фальшивые номера для связи, но, когда понимают, что единственный путь на свободу лежит через приезд одного из родителей или опекуна, которые их заберут, вынуждены идти на сотрудничество.

Кейт прочитала название станции на стене.

— Это наша остановка.

Джей проследовал за ней из вагона, потом по лестницам, пока не вышли на улицу. Кейт съежилась от порыва холодного ветра и запрятала руки в карманы пальто.

— Вон там, — показала она, направляя его в сторону старого кирпичного здания.

Они прошли в ворота, затем вниз по ступеням.

— Это здесь, — сказала она, пропуская его в слабо освещенное помещение.

— Так тихо.

Действительно, это поражало, учитывая огромное количество детей, собранных здесь. Женщина-полицейский в форме сидела при входе. Аккуратно уложенные темные волосы, в карих глазах сосредоточенность и серьезность.

Однако стоило ей только увидеть Кейт, как она расплылась в широкой улыбке.

— Привет, Купер, как дела?

— Я ушла со службы, — сообщила ей Кейт. — Теперь работаю в частном агентстве.

— Еще одного потеряли, — вздохнула офицер Бредфорд. Она перевела взгляд на Джея: — Вы работаете вместе?

— Можно и так сказать.

Он слегка выдвинулся вперед и представился:

— Я пришел за своим племянником Эриком Саважем.

— А. За тихоней. Мы его впервые задерживаем, но, когда я позвонила в школу, мне там сообщили, что в последнее время он часто прогуливает.

— Да, у него тяжелый месяц. В конце февраля умерла мать — моя сестра. Эрику пришлось переехать ко мне и привыкать к новому распорядку жизни.

Глаза офицера Бредфорд расширились от сочувствия.

— Примите мои соболезнования. Эрик ничего не сказал. Только сказал, что звонить надо вам.

— Да уж, он не любит откровенничать.

— Мистер Саваж, если вам нужна помощь в общении с племянником, можем направить к вам социального работника, который будет навещать его дома.

Кейт смотрела, как он обдумывает ее предложение. Она не сомневалась, что он хочет добра для своего племянника, но нелегко вот так просто взять и согласиться на помощь постороннего в таких вопросах.

— Я обязательно свяжусь с вами по этому вопросу, — наконец выдавил он из себя. — Но вначале я хотел бы попробовать уладить наши отношения самостоятельно.

— Вам виднее. Вот номер телефона, по которому можете позвонить, если надумаете. И возьмите мою визитку. Если вас что-то будет беспокоить относительно Эрика, не стесняйтесь, звоните.

Джей поблагодарил ее и пожал протянутую руку.

— Подождите, сейчас приведу Эрика.

Кейт и Джей наблюдали, как офицер Бредфорд подошла к Эрику и тихо ему что-то сказала. Эрик медленно поднялся и подошел к дяде, избегая встречи с ним взглядом. Удивленно посмотрел в сторону Кейт, затем опустил голову.

Ни Эрику, ни Джею нечего было сказать друг другу.

Словно шагнув в бездну, Кейт положила руку на плечо Эрика:

— Привет, Эрик. Меня зовут Кейт Купер. Сейчас я работаю вместе с твоим дядей в детективном агентстве «Фокс и Фишер», но раньше я работала в департаменте полиции Нью-Йорка.

Он поднял глаза.

— Вы коп?

— Была им.

Эрик что-то прошептал на выдохе, Кейт не могла быть уверена, но ей показалось, что она услышала, как он произнес:

— Круто.

Не такого ответа она ждала от заносчивого племянника Джея.

— Давайте выберемся отсюда и поговорим, — предложила Кейт.

— Пусть вам повезет, — прошептал Джей так, чтобы слышала только она.

Он шел позади, а Кейт вела всех на улицу.

— В какой стороне твой дом? — спросила она у Эрика.

Джей хранил молчание, предоставив Эрику право определиться с направлением.

— Шестьдесят девятая улица, — ответил Эрик. — Нам на метро.

— А почему бы нам не пойти пешком? — предложила Кейт.

На путь в тридцать кварталов уйдет много времени, но хорошая физическая нагрузка всех делает покладистыми. Да и говорить легче, когда тебя не буравят взглядом.

Тротуар не вмещал троих, поэтому Джей отстал, позволив Кейт с племянником идти впереди. Ее несколько удивило то, что тинейджер начал интересоваться ее полицейским прошлым.

— А почему вы решили стать копом?

— Я всегда об этом мечтала. И таких людей большинство в департаменте полиции Нью-Йорка. Мы выросли, зная, кем мы хотим стать. Правда, позже я передумала и решила уйти из полиции.

Она обернулась в сторону Джея и увидела его грустное лицо.

— А стрелять приходилось?

— У меня был револьвер, но, слава богу, я ни разу им не воспользовалась на работе.

— А это опасно — быть полицейским? Или они только в кино рискуют?

— Да, опасно. Но нас специально готовили к ситуациям, какие только возможно себе представить.

— А как готовили?

— Ну, часть тренировок проходила в классе за чтением и обсуждением самых разных случаев. Кроме этого мы изучали поведение потенциальных преступников и на симуляторе, где отрабатывали наиболее опасные ситуации и узнавали правильный порядок действий, чтобы было легче брать ситуацию под контроль в реальной жизни.

— Красиво звучит. А почему же вы решили уйти?

— Работа независимого сыщика тоже интересная. И надо помогать людям, что было частью моей прежней работы, которую я очень любила.

Она выждала несколько минут, потом задала вопрос:

— Ты когда-нибудь задумывался, кем ты хочешь стать после окончания школы?

— Не уверен.

Интересно, сказал ли он правду.

— Почти везде сейчас требуется диплом высшей школы.

— Знаю.

Она обернулась к Джею, с интересом прислушивающемуся к их беседе. Он подал ободряющий жест.

— Так почему же тогда прогуливаешь уроки? — начала она мягко. — Проблемы с одноклассниками или с учителями?

— Маме было все равно, сижу я там или нет. Она говорила, что школа надоедливая и глупая вещь.

— Ты сам-то тоже так считаешь?

Он приподнял плечо, поправив одновременно рюкзак.

— Некоторые уроки — да.

— Когда поступишь в высшую школу, у тебя будет право самому определяться, что учить. Наверное, это лучше, когда есть выбор.

— Надо бы сначала попасть в эту высшую школу, — не выдержал Джей.

Правильное по содержанию замечание Джея, по мнению Кейт, не способствовало пониманию. Эрик опустил голову, шаг его замедлился. Возможно, он просто устал.

Между делом они подошли к невысокому зданию на 69-й улице. Эрик облокотился на кирпичную кладку, пока Джей разговаривал с Кейт у входа в дом.

— Спасибо, что составили компанию.

— Никаких проблем.

Она забеспокоилась, взглянув на Эрика.

— С тобою все в порядке? Не будешь возражать, если потрогаю твой лоб?

Когда тот в ответ только пожал плечами, она подошла к нему и протянула руку, коснувшись лба под его кудряшками. Лоб был очень горячим, но это могло быть результатом долгой прогулки.

— Как себя чувствуешь?

Эрик ничего не ответил, теперь уже Джей приблизился к нему, чтобы внимательнее разглядеть племянника.

— Он мало ел на ужин и на завтрак. Допускаю, вы правы, Кейт, он подхватил эту заразу, которой полно вокруг.

— В горле сильно першит. Многие ребята в школе заболели, — сообщил Эрик.

— Откуда ты знаешь? — поинтересовался Джей. — Ты там не часто бывал последнее время. — Эрик вспыхнул, а Джей, надо полагать, пожалел о своем саркастическом комментарии. — Все в порядке, Эрик. Поговорим об этом позже. А прямо сейчас тебя бы надо уложить в постель.

— И немного куриной лапши, — добавила Кейт. — Я всегда так делаю, если простужаюсь.

— У меня завалялись кое-какие консервы в шкафу, — произнес Джей. — Посмотрим, что еще там найдется. Спасибо еще раз, Кейт. — Он взял ее за руку. — Вызвать для вас такси?

— Здесь недалеко. Я дойду. — Она прошла немного вперед, затем оглянулась. — Береги себя, Эрик. Приятно было познакомиться.

Тинейджер как-то равнодушно махнул ей в ответ и скрылся вслед за дядей.

Кейт остановилась. Почему-то ей трудно было уходить от этой парочки. Между ними существовало такое напряжение. Ей казалось, что она поняла почему. Эрик вынужден был вести себя с ней вежливо. К дяде это не относилось.

Холод заставил ее двинуться дальше. Проходя мимо магазинчика с открытой витриной, она решила задержаться и что-нибудь купить поесть. Неожиданно она поймала себя на том, что подбирает продукты для приготовления домашней куриной лапши.

В очереди в кассу она заметила молодую маму. Здоровая пышная женщина несла на груди в специальном держателе четырехмесячного ребенка. Ребенок проснулся и был забавен в своих попытках поиграть материнскими золотыми сережками в ушах.

Кейт не смогла удержаться от комментария:

— Какой славный ребенок.

Ребенок был в пурпурном зимнем костюмчике и зеленой шапочке.

— Девочка или мальчик?

— Девочка.

Молодая мама одарила ее усталой улыбкой. Затем поставила жестяную банку с детским питанием и упаковку подгузников на ленту транспортера. Ребенок опять дотянулся до сережек.

— Эмма, прекрати, дорогая. — Мама отодвинула ручку и поцеловала пальчики.

— С вас тридцать семь пятьдесят, пожалуйста.

— Простите. — Кейт неожиданно для себя осознала, что кассир обращается к ней.

Она заплатила за продукты, вышла из магазина, знакомое желание охватывало ее и сдавливало грудь.

Хочу ребенка.

Она подставила лицо мартовскому ветру. Это быстро привело ее в чувство. Она не была замужем, и у нее не было перспектив забеременеть. Ей бы следовало заняться работой.

После ужина надо поискать кое-что в Интернете. Последние дни успокоение она находила только дома. Но никак не получалось забыть взгляд Эрика. Печаль была так глубоко упрятана в его душе, много глубже, чем гнев на дядю.

Она развернулась и пошла назад. У подъезда она позвонила по домофону Джею.

— Привет. Это Кейт. Если я вам не в тягость, могу приготовить вам и Эрику суп на ужин.

Глава 10

За время работы в полиции Кейт научилась легко ориентироваться в квартирах. Квартира Джея не стала исключением. Кожаная мебель высокого качества, разумно расставленные лампы и огромный, с плоским экраном телевизор характеризовали хозяина как одинокого мужчину с хорошим жалованьем. Фотографии в рамках на стенах (везде только небо, снятое в полете) выдавали в нем пилота.

Эрик уснул прямо на диване, поэтому она старалась не шуметь, разглядывая фотографии.

— Изумительно.

На одной фотографии была снята нижняя граница облачности из ватных облаков на фоне бескрайнего голубого неба. На другой — снят закат над Сьерра-Мадре, полосы света от землисто-розовых до оранжевых и фиолетовых тонов. И последняя фотография, возможно оставляющая самое сильное впечатление, демонстрировала грозовой фронт в ночи и была сделана с выигрышного ракурса, доступного лишь пилотам.

— Эти молнии кажутся совсем рядом. Не боялись?

— Грозовые штормы всегда опасны. Но нас учили проходить сквозь линию шторма. Если не можешь найти спокойное место на радаре, следует вернуться.

Она прошла на кухню, где Джей уже разложил принесенные ею продукты. Из динамика коммуникатора, лежавшего на столешнице, доносилась мелодия, рядом стояла открытая бутылка газированной воды и два стакана.

Джей вручил ей один из стаканов.

— Это очень любезно с вашей стороны, Кейт.

— Не больно-то и любезно. У меня эти вечера ничем не заполнены.

Посасывая воду из стакана, она внимательно оглядывала кухонные полки. Затем, полагаясь на интуицию, открыла одну из них. Внутри она обнаружила большую кастрюлю, которую в общем-то и искала. Она наполнила ее на две трети водой, затем добавила кусочки цыпленка, купленного в магазине.

— Вы варите цыпленка?

— Делаю бульон.

— Чем могу помочь?

Она вручила ему луковицу, морковку и пучок сельдерея.

— Порубите на глазок и добавьте в кастрюлю.

— Итак, каковы ваши планы? — спросил Джей, усаживаясь за работу.

— Вы имеете в виду розыски отца Ханы?

— Нет. Те свободные вечера, которые вам нечем заполнить.

— В краткосрочном плане я хочу завести котенка.

— А в долгосрочном?

— Я уже говорила вам, чего я хочу, — мягко парировала Кейт.

— Детей?

— Да.

Джей высыпал нарубленные овощи в кастрюлю.

— Такая женщина, как вы, может себе позволить все и сразу. Мужа, и детей, и кошку. Черт возьми, вы можете даже замахнуться на собаку.

Он передал ей деревянную ложку, и она помешала содержимое кастрюли.

— Вам так легко рассуждать об этом.

— Просто я подумал, что вам все это нужно брать в одном пакете. Если это то, о чем вы мечтаете.

Она накрыла кастрюлю крышкой. По кухне поплыл приятный аромат.

— Я все время думаю, не затуманило ли мое страстное желание иметь семью восприятие Коннера. И боюсь, все может повториться.

— Вы отнюдь не производите впечатление человека, который способен повторить ту же ошибку.

— Значит, я сделаю в следующий раз другую ошибку, — пожала она плечами. — Не лучше ли мне просто родить ребенка, исходя из отмеренного мне физиологией времени? А если я потом и встречу своего человека, семья все равно сложится.

— Но не окажется ли это для вас движением назад? Сначала ребенок, а муж потом?

— Не так. Не совсем так. — Она вспомнила очаровательного ребенка в продуктовом магазине и вздохнула. — Надо бы добавить еще овощей. Все-таки это суп, а не бульон.

Она показала Джею, что делать, и какое-то время они молча занимались каждый своим делом. Кейт чувствовала некоторую неловкость в воцарившемся молчании. Она чисто физически ощущала присутствие Джея. Его широкие плечи, сильные умелые руки не давали ей покоя.

Он двигался по кухне с необыкновенной легкостью. Она предположила, что Эрик частенько засматривался на своего дядю, хотя Джей и не догадывается об этом. Угрюмое молчание стало прикрытием. Но почему он закрылся, для нее оставалось тайной.

Когда настало время заправить бульон, Джей помог его процедить, пока она держала дуршлаг над второй кастрюлей. Вынув косточки, она добавила немного трав.

— А как ваши дела? — поинтересовалась она, вытирая столешницу. — Теперь, когда вы больше не летаете вокруг света, как вы предполагаете познакомиться с женщиной?

— Сейчас мне не до амурных дел.

Он перевел взгляд в сторону гостиной. Она прекрасно понимала, что его беспокоит.

— Если верить словам мальчика, мать не придавала значения образованию.

— Трейси не была плохой или вредной. Она просто не делала над собой никаких усилий. И ни от кого этих усилий не требовала. Не могу винить ее за это, если вспомнить, какой пример ей подавала наша мать.

— А как выглядела Трейси?

— Нежной и прелестной. Ее волновало только, как бы повеселиться. И еще была словно медом намазана для всяких болванов и мерзавцев, которые к ней слетались как мухи. Может, и к лучшему, что ни один из ее романов не длился долго.

— А отец Эрика?

— Ну, этот слинял, как только узнал, что Трейси беременна. С тех пор ни слуху ни духу.

— Вы хоть когда-нибудь пытались найти его? Ради алиментов хотя бы?

— Что вы, какие с него алименты!

Кейт кивнула в знак согласия. Она видела-перевидела подобную публику, служа офицером полиции.

— Да, Эрику было трудно.

— Ну, не легко, это точно, — согласился Джей. — Жить с Трейси было не сладко. Кажется, только сейчас была на седьмом небе от счастья, а в следующее мгновение — безнадежно подавлена. Последний разрыв с этим типом и привел к передозировке, которая ее и убила.

Кейт вздрогнула. Такое страшное описание трагической смерти.

— Простите, ради бога.

— Мерзавец, из-за которого все и случилось, даже не пришел на прощальную церемонию. — Он горько усмехнулся. — Понятно ведь, какая сумятица у Эрика в душе. Мне надо еще раз попробовать поговорить с ним.

— А вы часто с ним общались?

— Когда он был совсем маленьким. Как только Трейси перестала нуждаться в няньке, она стала избегать общения со мной. Я это объяснял тем, что она устала от бесконечных нравоучений о пьянстве и своих бойфрендах. А я, как назло, не умел себя сдерживать.

Он потер шею, выглядел он утомленно, чувство вины не покидало его. Больно было на него смотреть.

Жизнь Эрика складывалась тяжело. Но насколько она могла судить, жизнь Джея была не легче.

— Если повезет, Эрик избежит ошибок матери и начнет заниматься.

— Если он так поступит, то только благодаря вам. Вам удалось его сегодня разговорить. Вы знаете какой-то секрет, Кейт Купер.

Хотя они стояли в нескольких футах друг от друга, Кейт смогла уловить тепло его взгляда. В нем присутствовали благодарность и что-то еще.

Она почувствовала некую связь с ним, которую не могла сама себе объяснить.

Влекомая неизвестностью, она не жаждала детальных объяснений.

Ни один из них в данный момент не стремился к установлению неформальных отношений. Было ли такое возможно, что им просто хватало общества друг друга?

Она вытерла руки и объявила оживленно:

— Через пятнадцать минут добавьте яичную лапшу в бульон. Как только она сварится, суп можно будет ставить на стол.

Заметив, что она направляется к выходу, Джей спросил:

— Разве вы не останетесь поужинать с нами?

Кейт отрицательно покачала головой:

— Суп для Эрика. Надеюсь, что он скоро поправится.

С этими словами она покинула квартиру, сильно опасаясь того, что могло бы случиться, задержись она еще на какое-то время.

Когда Эрик проснулся, Джей наполнил тарелку куриной лапшой и отнес ее в гостиную, поставив на кофейный столик.

— Ты сможешь что-нибудь съесть?

— Попробую. — Эрик завис над столиком, потом взял ложку. — Неплохо получилось.

— Кейт приготовила для тебя.

— Да-а? — удивился Эрик. — Она замечательная.

Джей был с ним полностью согласен, и это заставляло его в душе противиться тому состязанию, в которое они оказались вовлечены. Что же делать? Ему нужна эта работа.

Он вернулся на кухню забрать бутерброды, приготовленные им для самого себя, потом вернулся в общую комнату, чтобы там их съесть.

После того как оба поужинали, Джей попытался поговорить с племянником.

— Эрик, ты должен начать посещать школу. Каждый день. Без пропусков.

Эрик лениво посмотрел в его сторону:

— Да-а?

— Это не обсуждается.

— А что ты сделаешь, если я не послушаю тебя? Позвонишь по тому телефону социальному работнику? Может, подыщешь для меня временных, или как они там называются, родителей?

Удар был ниже пояса.

— Зачем ты так говоришь?

— Я же тебе мешаю, чего бы тебе не признаться в этом? Сначала тебе пришлось переделать квартиру и выделить мне комнату. Затем нужно было бросить летать. Ты, возможно, прямо сегодня затащил бы в постель эту горячую девчонку, если бы я тут не болтался.

— Парень, ты ничего не путаешь?

Эрик скривил нагловатую усмешку.

— Сразу же оговорю главное. Я никогда не потащу в постель Кейт Купер. Ей нужен другой мужчина, а не я. Во-вторых, я действительно переделал из-за тебя квартиру. Мы же одна семья.

— И что это означает?

Джей стиснул зубы, чтобы не выругаться, и глубоко вздохнул. Он не желал, чтобы размолвка переросла в крикливую брань между ними.

— Это означает, что ты живешь со мной и слушаешь меня.

Эрик пристально смотрел на него.

Черт его побери, мальчишка абсолютно нормально разговаривал с Кейт. Пятнадцать минут они провели вдвоем, и Эрик опять превратился в бунтаря и неконтролируемого подростка.

Джей забрал грязную посуду на кухню. Ни малейшего представления, как быть дальше.

На следующее утро Эрик практически был здоров, поэтому Джей настоял на том, чтобы тот отправился в школу. Для себя он решил, что работа подождет, пока он сам не убедится, что Эрик действительно пошел в школу.

Племянник был молчалив и сердит, как обычно, даже когда Джей подарил ему новый мобильник.

— Зачем это?

— Он твой.

Эрик покрутил аппарат в руках, словно пытался найти в нем какой-нибудь изъян.

— Я записал в память свои телефоны, — добавил Джей. — Домашний, мобильный и офисный.

— Дошло. Это чтобы держать меня под колпаком.

Черт. Парня не перехитрить. Джей взял свой портфель и ключи.

— Пошли, нам пора двигаться. Тебе не стоит опаздывать.

— У меня есть в запасе несколько минут. Иди первым.

— Не думаю. — Джей придержал дверь открытой, дожидаясь, пока Эрик наденет кроссовки.

— Что тебе пришло в голову? — поинтересовался Эрик. — Отвести меня за руку прямо в класс?

— Если будет необходимо.

Выйдя на улицу, они оказались по щиколотку в снегу.

Снегопад прошел ночью, и город выглядел сказочным. Но под ногами была грязевая каша, местами замерзшая.

— Гляди под ноги, — предупредил он Эрика. — В аэропорту, должно быть, сейчас весело, — прокомментировал Джей, обращаясь в основном к самому себе.

Он думал о вещах, которые были важны для него в прежней жизни: обледенение, скользкая взлетно-посадочная полоса, нарушение расписания и раздраженные пассажиры.

Поездка с Эриком на метро не доставила радости. Два незнакомца, которым всего лишь оказалось по пути. Попутчики, вот кто они.

Не проронив ни слова, Эрик направился к школе, Джей последовал за ним.

— Послушай, я знаю, что, как только повернусь к тебе спиной, ты сможешь сбежать, если захочешь. Прошу тебя, не делай этого, Эрик. Сходи в школу. Сделай это для себя. Для своего будущего.

Эрик пристально взглянул на него. Джей так и не понял, достигли ли его слова цели, значили ли они для мальчика хоть что-нибудь. Они постояли некоторое время у ворот школы, не проронив ни слова. Затем Эрик повернулся и потащился к зданию.

Джей дождался, когда Эрик войдет внутрь, затем взглянул на часы. Он опаздывал, поэтому решил взять такси до офиса. Подняв руку, он подал знак водителю желтого такси, стоявшего в конце квартала.

По дороге к метро Кейт боролась с тяжелым внутренним чувством вины. Не было ничего нечестного в ее походе в спортзал на встречу с Оливером Крейном. Ну, не позвала она туда Джея! Но ведь никто и не предполагал, что они работают слаженно, как единая команда. Каждый за себя. Она не сделала ничего предосудительного.

Хотя после вчерашнего вечера, проведенного у Джея дома, после общения с Эриком, Кейт не могла не задуматься, кому из них двоих эта работа нужна больше. Она поспешила вниз по ступеням, чтобы успеть на поезд, стоявший у платформы, а влетела в двери прямо перед их закрытием.

Кейт пришлось напомнить себе, что это место предназначалось именно ей. Линдсей столько раз пыталась переманить ее в агентство. Просто не повезло, что, когда она наконец-то решилась сказать «да», Натан неожиданно пообещал это же место одному из своих приятелей.

Ей было сложно, она привыкла работать в команде. Никакого внутреннего соперничества, вредящего делу.

А может быть, виной всему то, что она позволила себе зайти в отношениях с Джеем слишком далеко.

Он был ее соперником. Ей следовало его воспринимать как врага.

Но удерживать людей на расстоянии вытянутой руки никогда не было свойственно ей. Она решила поговорить с ним позже. Пусть она приготовила кастрюлю куриной лапши для его племянника вчера вечером, ему не следует надеяться, что она легко сдастся.

Завизжали тормоза останавливающегося поезда, и в числе прочих пассажиров ее вынесло из вагона. Как речной поток, большинство из них двигалось вдоль платформы, потом вверх по ступеням до выхода на серые заснеженные тротуары.

Кейт вброд преодолела грязевые лужи и добралась до большого каменного здания, расположенного как раз напротив Центрального парка. Клуб «Атлетик» — нечто большее, чем просто спортивный клуб, это было мерило жизненного успеха

Оливера Крейна, если уж тот сподобился стать его членом.

Войдя внутрь, она направилась к гардеробу, расположенному сразу за вестибюлем, как ей объяснили. Ей предоставили возможность заказать два коктейля из свежевыжатого сока и занять место за небольшим столиком.

Оливер Крейн заставил себя ждать около двадцати минут, и ее это нисколько не удивило. Уважение к другим людям, как ей сообщили, его не отличало. Когда же Крейн все-таки появился, она без труда вычленила его среди прочей публики. Хотя подернутые легкой сединой волосы и поредели, уши его все так же торчали в разные стороны, как на выпускной фотографии.

Она привстала пожать ему руку и вручила одну из визиток Линдсей. Он взглянул на карточку и озадачился:

— Мне кажется, вы называли себя Кейт Купер.

— Все так. Я написала свое имя и телефон на обороте. Я представляю детективное агентство «Фокс и Фишер», поэтому хотела бы, чтобы у вас остались и его реквизиты.

— Итак, в чем суть дела, по которому вам так срочно понадобилось переговорить с глазу на глаз?

Она предложила ему присесть на свободный стул и подвинула ему коктейль, который он неохотно принял. Если честно, он ее не впечатлил. Он был грубым, самодовольным и, она подозревала, неисправимым занудой. Был ли он таким с самого начала, или на него так повлияла карьера адвоката на Уолл-стрит?

Хоть что-то же должно было привлечь к нему Ребекку Вагнер. Что-то забавное или симпатичное.

— Нашему агентству было поручено разыскать биологического отца Ханы Юнг. Ее мать указала на вас как на одного из возможных отцов. Вам она должна быть известна под именем Ребекки Вагнер.

Зрачки его глаз расширились при упоминании этого имени. Мгновением позже, однако, выражение стало спокойным и безучастным.

— Я не помню никого с подобным именем.

— Вы поступили в Нью-Ингланд-колледж в 1984 году?

— Да, но не один же я там учился, там было полно парней.

— Но Ребекка переспала только с тремя из них.

— И вы полагаете, что я попал в это избранное сообщество? — спросил он с надменным превосходством. — Боюсь вас разочаровать.

Кейт не ожидала услышать неприкрытую ложь от этого человека, но она подготовилась к разговору. Она вытащила из сумки фотокопии страниц из ежегодного альманаха и предъявила ему фото Ребекки.

— Это не освежит вашу память?

Он внимательно изучил фотографию, затем отрицательно качнул головой:

— Боюсь, что нет.

Настала очередь Кейт рассердиться:

— Хана не ищет денег или какого-либо участия. Она хотела бы только проверить, все ли в порядке с наследственностью у ее настоящих родителей, прежде чем встанет вопрос о собственных детях.

На мгновение ей показалось, что Оливер Крейн готов сдаться. Но он поджал губы и отрицательно покачал головой. Он отодвинул коктейль и положил фото на стол.

— Вы что-то перепутали. Придется искать дальше.

Ничего она не перепутала, но ей стало ясно, что на сегодня ей ничего больше не узнать. Кейт встала и демонстративно положила ему в нагрудный карман пиджака визитную карточку их агентства. Крейн сделал вид, что не заметил этого. Он не предложил ей помощь в гардеробе, не проводил до выхода из клуба и ушел с видом человека, который не хочет ее больше видеть. И он действительно этого не хотел.

Кейт надеялась, что через несколько часов или хотя бы дней он достанет визитную карточку и угрызения совести заставят его позвонить ей.

Надежды надеждами. На них она не могла полагаться.

Глава 11

Когда Кейт вошла в офис, Надин встала ее поприветствовать.

— Результаты анализа ДНК еще не прибыли, — объявила она. — Джей в офисе. Не думаю, что он в хорошем настроении.

Надин, всегда со вкусом одевающаяся, сегодня была в гладких коричневых туфельках, шерстяных брюках и в красном пуловере. Металлический пояс лежал на бедрах. Необъяснимым образом все эти разрозненные элементы дополняли друг друга, в очередной раз подчеркивая прекрасный вкус Надин и ее возможности.

Кейт сама налила себе кофе.

— Спасибо, что ввели меня в курс дела.

Надин изучающе оглядела ее.

— Не за что. Удалось получить новый образец ДНК? — спросила она приглушенным голосом.

— Боюсь, что нет.

Благодаря Оливеру Крейну дело плавно перетекало в разряд не поддающихся раскрытию. Ее последней надеждой становился Гарри Джифорд. Если они получат и протестируют образцы ДНК двоих мужчин из трех, то все равно смогут сообщить Хане и ее мужу, кто ее отец.

Дверь в комнату, что они занимали с Джеем, была открыта. Когда она вошла, он как раз заканчивал телефонный разговор.

Она поняла, что улыбается ему, а сердце, как в юные годы, забилось в ответ на встречную улыбку.

— Хорошо. Увидимся в ближайшее время.

Он положил трубку телефона.

— Привет, Кейт. А я-то сижу, гадаю, когда вы появитесь.

Чувство вины опять заговорило в ней, и она решилась покончить с этим прямо здесь и сейчас.

— Я взяла след. Но все пошло наперекосяк.

— Хотел бы сказать вам, что мне очень жаль, но я не мог пересилить себя. Кейт…

— Постойте минутку. Я должна вам кое-что сказать. О вчерашнем. Поход с вами за племянником и последующее приготовление лапши… Вы не просили меня ни о том ни о другом. Я сама сунула свой нос в ваши дела.

— Сунули свой нос? Вы оказали помощь. И я очень признателен за это.

— Спасибо. Рада, что вы именно так это восприняли. Но хотела бы удостовериться, что вы понимаете, как мне важна работа у «Фокс и Фишер». Я все еще намерена найти отца Ханы и решить эту проблему раньше вас.

— Не стоит этого объяснять. Ничего другого я и не ожидал услышать.

Она успокоилась, услышав его слова. Но где-то в глубине души ей стало обидно.

— Рада, что по этому вопросу мы определились.

— Я тоже. Поскольку тоже намерен выиграть эту битву.

Он схватил папку с бумагами со стола и запихнул ее в портфель.

— До скорого, Кейт. У меня свой след.

Такси свернуло за угол, открылся вид на Бишоп-Хай-Скул.

— Нам туда, — предупредил водителя Джей. — Можете остановиться на углу.

У одного из его вторых пилотов, с которым он летает, поправка — летал, был брат Боб Джеймс, преподававший физкультуру, а по совместительству работавший тренером на уровне высшей школы. Джей понимал, что хватается за соломинку, но у него оставалась надежда, что Боб мог бы знать, преподает ли в высшей школе Гарри Джи-форд.

Возможно, существовали более простые методы вычислить учителя. Без сомнения, Кейт знала, как добраться к необходимой информационной базе, включая Интернет. Но не он. Поэтому он скрестил пальцы в надежде, что Боб Джеймс поможет ему.

Он расплатился с водителем и ступил на расчищенный тротуар. Было десять часов утра, школьные владения безмолвствовали. Вне всяких сомнений, все студенты были внутри здания в ожидании начала занятий. Джею стало легче на душе, когда он оказался на мощеной дорожке, ведущей к парадным дверям трехэтажного кирпичного здания.

В детстве школа была для него прибежищем, где он испытывал настоящее счастье. Их мать часто меняла адреса проживания, ему частенько приходилось становиться новеньким, и он научился быстро заводить друзей. Природная сила — не недостаток. Игра в команде открывает путь в сообщество, поэтому он и хотел, чтобы Эрик выступал за баскетбольную команду.

Джей представился, и секретарь ему посоветовала искать тренера Боба в спортивном зале.

Это было знакомо Джею. Полы из древесины твердых пород, баскетбольные кольца, большие с круглым циферблатом часы и призы, гордо расставленные вдоль стен. И запах.

Группа детей, мальчиков и девочек, играла в волейбол под наблюдением женщины лет тридцати, брюнетки с коротко остриженными по-спортивному волосами.

— Кого-то ищете? — крикнула она ему.

— Боба Джеймса.

— Он у себя в комнатушке. — Она показала, куда надо идти, а затем повернулась к детям.

Комната тренеров была небольшой, а внутри царил беспорядок, всюду лежали файлы, бумаги и памятные подарки.

Тренер Боб был лет на десять старше Джея, с круглым лицом и дружелюбным взглядом.

— Рад с вами познакомиться, Джей. — Он поднялся, чтобы обменяться рукопожатием. — Как я могу вам помочь? Если верить электронному сообщению брата, вы пытаетесь разыскать тренера футбольной команды по имени Гарри Джифорд?

— Имя указано верно, но он может и не быть тренером. Все, что я знаю о нем наверняка, так это то, что он играл за «Блю Дэвилз» с 1984 по 1988 год, учился в колледже Нью-Ингланд, где получил диплом специалиста по физической подготовке.

— Да, Гарри стал тренером, все правильно. Или был таковым. Последнее место, где я с ним пересекался, — это средняя школа Бруклин-Хайтс. Два года назад.

— Два года назад? А куда он мог перейти после этого?

— Никто не знает. — Тренер Боб покачал головой. — Но если вам нужны детали, то я могу переговорить с его преемником Тревисом Джонсоном.

— Спасибо за помощь. Очень ее ценю.

— Нет проблем.

Джей поблагодарил тренера еще раз за потраченное на него время и удалился.

Кейт не могла понять, блефует ли Джей или действительно взял след. Она сделала все, что могла, в случае с Оливером Крейном. Значит, он вышел на Гарри Джифорда.

Она развернула все свои таблицы, дабы перечитать все, что ей известно о Джифорде. Этот парень был в колледже в футбольной команде, выпущен специалистом по преподаванию физической подготовки. Логично предположить, что он работает где-то учителем физкультуры. Но это «где-то» может оказаться «где угодно».

Кейт внимательно изучала результаты поисков в течение нескольких часов, но не обнаружила Гарри в имеющихся списках. Начала она с Манхэттена, перешла на мелкие города, медленно расширяя поиск по штату. В результате она сделала предположение, что он преподает не в сети государственных школ. Возможно, он трудится тренером футбольной команды в каком-нибудь колледже. Или переехал в другую часть страны.

Она свернула свои поиски и, понадеявшись на теорию случайных чисел, набрала в поисковике Гугла фамилию Джифорд. Спустя десять минут поисковик выдал ей статью в газете Бруклина двухлетней давности. Гарри Джифорд в статье преподносился как неординарный педагог, он был преподавателем и тренером в средней школе Бруклин-Хайтс.

Кейт распечатала статью, затем поискала номер телефона школы. Однако когда она попросила к телефону Гарри Джифорда, ей ответили, что он был уволен несколько лет назад.

— Он не был пенсионного возраста, не так ли?

— Нет, он воспользовался правом на досрочный выход на пенсию.

Собеседница казалась абсолютно безучастной. Словно ей уже сегодня задавали тот же вопрос. А может?… Нет, не должно быть, уговаривала себя Кейт. Неужели Джей и на этот раз на шаг впереди нее?

— Боюсь, не смогу быть вам в чем-либо еще полезной, — закончила секретарь.

Но кто-то должен был заменить его в школе, он может знать больше.

— А кто его преемник?

— Тревис Джонсон, — понуро сообщила она.

— Переключите на него, пожалуйста.

Она подождала, пока переведут телефонный звонок на него, затем пришлось оставить сообщение ввиду отсутствия абонента. Было три часа, отметила про себя Кейт. Допустим, Тревис Джонсон был на занятиях. Не став дожидаться, пока он вернется, проверит автоответчик и отзвонит ей, она решила взять такси до школы и попытаться перехватить его до того, как он отправится домой в конце рабочего дня.

Прихватив свою кожаную сумку, она покинула комнату, задержавшись у стойки, чтобы надеть пальто.

— Куда теперь? — спросила Надин с горящими глазами.

— Средняя школа Бруклин-Хайтс.

Она застегнула ремень на своем жакете. Заметила ли она, как Надин смущенно отвела глаза?

— Если спросит Джей, ничего не говорите.

— Разумеется, — обнадежила ее Надин.

Кейт выждала паузу, пытливо изучая секретаршу. Надин улыбнулась, но хранила молчание.

Кейт не удержалась. Она должна была спросить:

— Вы знаете, где находится сейчас Джей?

Надин продолжала улыбаться.

— Этого я и боялась. Черт его побери.

Кейт устремилась по ступеням и вдоль улицы,

молясь о том, чтобы срочно приехало такси.

Глава 12

— И что же? — вопрошала Надин, вертя в руках конверт из лаборатории. — У кого хватит духу его открыть?

Кейт взглянула на Джея. Тот смотрел на нее. Он поднял бровь и пожал плечом. Она это восприняла по-своему, ему не на что надеяться.

Положительный ответ окажется в пользу Ханы. Он будет означать, что нет необходимости брать образец ДНК у Оливера Крейна и можно забыть о Гарри Джифорде. Хана спокойно сможет заводить детей, а Джеймс неожиданно для себя обретет и дочь, и внучат.

Но и явного победителя в их борьбе не окажется. А Линдсей с Натаном снова придется самим принимать решение, кого взять на работу.

— У меня такое чувство, что нас выдвинули на «Оскара», — заметил Джей. — Вы откройте конверт, а я прочитаю его содержимое.

— Никогда бы не поверила, что буду так нервничать, — призналась Кейт, забирая конверт из рук Надин и осторожно вскрывая его.

Внутри лежал отчет. Она передала его Джею.

— Победителем является… — Он выждал паузу, читая про себя текст, затем плечи его поникли. — Нет победителя, — уточнил Джей. — Потому что Джеймс Морган не является ее отцом.

— Это плохо, правда? Или это хорошо? — Надин переводила взгляд с Кейт на Джея, пытаясь угадать их реакцию. — Зато теперь один из вас сохранил шансы на победу.

Это было так похоже на Надин, постараться украсить результат чем-то позитивным.

— И то правда, — поддержала ее Кейт.

— Но я не смогу сообщить правду Джеймсу Моргану. Он и его жена так ждут положительного ответа. У меня такое чувство, что я их обманула.

— Я позвоню, — вызвалась Надин.

— Очень любезно с вашей стороны. Но образец ДНК брала я. И мне кажется, что звонить следует мне.

— Вы в этом уверены? — спокойно спросил Джей. — Я тоже был там.

— Чуть не забыла, — воскликнула Надин. Кейт и Джей замерли в ожидании продолжения. — Линдсей и Натан попросили меня передать вам обоим, что они назначили встречу Хане Юнг и ее мужу на завтрашнее утро, на девять, где будет представлен промежуточный отчет о деле.

Джеймс Морган воспринял негативное известие много лучше, чем ожидала Кейт.

— Я предполагал, что этого просто не может быть, — ответил этот живчик. — Спасибо, что сообщили. И успехов вам в поисках отца вашей клиентки. Надеюсь, что им окажется достойный человек.

Она ожидала услышать, как он страшно расстроится. Неужели она распространила свое страстное желание иметь детей и на Джимми с его супругой? Те двое явно жили счастливой и самодостаточной парой до появления в их жизни детективов. Теперь все у них вернулось на круги своя.

Джей появился в проеме двери переговорной.

— Все в порядке?

— На удивление, да.

Он посмотрел на часы.

— Надин только что ушла. Она просила нас закрыть офис. Вы идете?

Кейт подумала о предстоящей утром встрече с клиентом. Легче будет подготовить промежуточный отчет здесь в офисе, чем дома.

— Нет. Я еще задержусь ненадолго. Вы идите. Я все проверю перед уходом.

Но Джей не ушел. Он вошел в переговорную, закрыв за собой дверь.

— Не знаю, как вы, но у меня простой на сегодня.

— У меня тоже. — Она вздохнула и, немного поколебавшись, добавила: — Как жалко, что нить оборвалась на средней школе Бруклин-Хайтс.

Разочарование, но в этом нет ничего необычного. Большинство дел отличают периоды прогресса в расследовании и неизбежные откаты назад. Она и не думала сдаваться. Но у Джея не было соответствующего опыта в поиске. Возможно, он потерял волю к победе.

— Когда сегодня увидел вас вылезающей из такси у школы, я даже не понял, смеяться мне или плакать.

— Я подумала о том же, когда увидела вас.

Сами того не желая, они весело улыбнулись друг другу.

— У вас неплохо получается разгребать весь этот хлам, — заметила она. — Но я все равно вас обставлю.

— Восхищаюсь вашей самоуверенностью, женщина.

— Моя уверенность в себе имеет прочный фундамент, — заверила она своего соперника. — Надеюсь, вы уже знаете, чем займетесь, если не получите этой работы.

— Проигрывать — это не для меня, в этом я уверен. Может быть, это вам лучше поискать альтернативу.

Она покачала головой.

— Вы могли бы вернуться в полицию, — предположил Джей.

— Если бы вы прочитали мое прошение об отставке, у вас язык не повернулся бы сказать подобное.

— Сожгли все мосты, неужели? — Джей не сдержал лукавой усмешки.

— Не сумела удержаться. Вся была на нервах и осознавала, что в участке только слепой и глухой мог ничего не знать о похождениях Коннера за моей спиной. Если не считать меня.

— Грязные слухи распространяются очень быстро, — согласился он. — Но не стоило считать, что они не на вашей стороне, только потому, что никто ничего вам не сказал. Иногда люди опасаются вмешиваться.

— Может, и так. Не окажись Коннер такой вонючкой, я уже созрела для перемен. Я многому научилась, работая в полиции, но не была готова принести себя в жертву работе. А это просто обязательно, если хочешь расти по службе.

— Не способствует хорошей семейной жизни, да?

— Особенно если в семье один родитель.

Он наклонил голову.

— Вы все еще рассматриваете серьезно этот путь?

Она кивнула.

— Но почему вас не ободрило то, что Тревис Джонсон запал на вас сегодня?

— Он запал на меня?

— Да. Я ничего не выдумываю. Вы прекрасно сами знаете, что он заинтересовался вами. А вы не дали ему ни малейшей надежды. Может быть, вы еще неравнодушны к своему бывшему жениху…

— Полностью исключено.

— Тогда почему бы не дать шанс Тревису? Не мне, конечно, судить, не знаю, что вам надо, но он мне показался вполне симпатичным. К тому же он здоров и физически развит. А еще учитель и тренер, — из него отличный папаша получится.

Все это она и сама заметила. Однако что-то не сработало.

— А если он не относится к тому типу мужчин, что мне нравятся?

— И вы смогли это понять после пятнадцати минут разговора?

Не очень логично, она сама это понимала, но ответ был — да. Она поняла. Так же как и тогда, когда встретила Джея.

Она судорожно сглотнула.

— Пожалуй, позвоню ему. Предложу сходить куда-нибудь, выпить что-нибудь. Пойдет, как считаете?

— Черт побери, нет. — Лицо Джея помрачнело. — Мне хотелось его задушить.

У Джея не было оснований предъявлять на нее претензии, но от его слов по телу пробежала теплая волна.

— Мне показалось, вы улыбались ему.

— В следующий раз читайте между строк. Я буквально скрежетал зубами и до сих пор удивлен, что ни один не сломался.

Кейт направилась к небольшому столику у стены, а наливая себе воды в стакан, старалась сохранять хладнокровие. За спиной она услышала, как Джей поднялся со стула.

Когда он снова заговорил, то уже стоял рядом с ней.

— Не знаю, что мне взбрело в голову. Понимаю, на то у меня нет никаких прав.

Кейт выпила глоток холодной воды. Джей стоял в полуметре от нее, но она ощущала тепло его тела.

— Мы едва знакомы. — Она нервно облизала губы. — Но вчера я подумала, так даже лучше.

— О? Звучит заманчиво. Пожалуйста, объясните.

Она повернулась в его сторону:

— Никто из нас не готов ни к каким обязательствам по отношению друг к другу. Но… каждый чего-то хочет.

Глаза Джея сузились. Она сглотнула, чувствуя, как его взгляд, словно рука, касается ее лица, шеи, скользит по ее волосам.

— Кейт. О чем вы?

— Разве я… не достаточно ясно излагаю суть вопроса?

— Я не тот, кто вам нужен, — сказал он хриплым голосом.

— Так можете им стать.

Он придвинулся к ней на шаг, ноздри его раздувались, словно он вдыхал аромат ее кожи, ее волос, ее тела. Она почувствовала, как ее тянет к нему. Ощущение тепла разлилось по телу и превратилось в пламя, причиняющее боль.

Он дотронулся до ее волос, и удар, подобный электрическому разряду, пронзил тело.

— Это бессмысленно. Мы с вами всего лишь соискатели на одну и ту же должность. Хотя рядом с вами я просто теряю голову.

— И я тоже. — Она смотрела ему в глаза и тонула в их голубой глубине.

Его рука соскользнула с ее волос на спину. Секундой позже они уже целовались чувственно и нежно.

Затем он отстранился, заглядывая Кейт в глаза.

Что бы он там ни увидел, он воспринял это как поощрение, потому что мгновение спустя губы его опять прильнули к ее губам. На этот раз поцелуй длился так долго, что у нее перехватило дыхание. Страсть овладела ею.

Он обнял ее, прижавшись подбородком к ее лбу.

— Скажи мне, что Мы не сошли с ума. Что нам действительно это надо, — попросила она.

— Не могу говорить за тебя, но мой организм меня не обманывает, — со смешком признался он.

— Ты знаешь, что я хочу от этого? — спросила она его.

Он еще крепче прижал Кейт к себе.

— Ты хочешь, чтобы я постарался и сделал тебе ребенка.

Она кивнула. Ее желание нарастало. Ей все труднее было дышать.

— Ты будешь прекрасной матерью. Твой ребенок будет счастливым.

Он действительно так думает? Она должна рискнуть и взглянуть ему в глаза прямо сейчас.

Какие глубокие, как они потемнели, словно грозовые облака в ночи.

— Тебе следовало бы хорошенько подумать, прежде чем делать подобное предложение.

— Возможно, подумать следовало нам обоим. Она согласно кивнула. Все внутри нее говорило о том, что Джей и есть ее правильный выбор. Его тело было связано с ее телом на первобытном и малопонятном уровне. Он поможет ей сотворить прекрасного ребенка. А по сути своей он честный малый, ему можно верить. Не станет он и настаивать на опекунстве.

Джей дотронулся до верхней пуговицы ее пуловера. Бережно расстегнул ее. Она почувствовала тепло его пальцев на своей коже, и желание вспыхнуло с новой силой. Дикое, приносящее боль, на грани отчаяния, желание. Желание, никак не связанное с поставленной целью зачатия, желание, которое бросает мужчин и женщин в объятия друг другу. Они снова стали целоваться. Безоглядно, изголодавшись, жадно. Бедром он раздвинул ее ноги, она вся вжалась в него, превращая внутреннюю боль в ярость желания.

Его руки обхватили ее бедра, сползли сзади ниже спины, подтягивая ее плотнее к себе.

Ты в офисе, подсказал внутренний голос, зазвучавший в голове.

Но офис закрыт, мы здесь одни.

Она не хотела останавливаться, что бы ни случилось. Каждое прикосновение Джея лишь усиливало желание. Он целовал ее так, словно она давно принадлежала ему, она уже не понимала, куда он целует, только огонь внутри разгорался все сильнее.

Внутренний голос опять попытался вмешаться.

Не здесь. Не так.

Хотя почему бы не воспользоваться моментом? Она никогда еще не чувствовала такого влечения к мужчине, такого слияния с ним.

Пусть Джей и не создан, чтобы быть мужем, но сейчас он вполне подходил на роль отца ее ребенка. Кроме того, надо быть сумасшедшей, чтобы отвергнуть эту горячую восторженную тягу друг к другу.

Пуловер сполз на пол. Она едва заметила, как он расстегнул остальные пуговицы. Затем упал и ее бюстгальтер, и Джей стал целовать ей грудь. Предоставляя ему свободу действий, Кейт откинулась назад, на стол.

Он снял с нее ботиночки, один за другим, затем настала очередь колготок, руки его нежно двигались по внутренней стороне ее ног от бедер до пальцев ног.

Далее на пол рухнули его джинсы. И она увидела, что он дрожит от нетерпения.

— Не волнуйся, Кейт. Медики осматривают пилотов, я абсолютно здоров.

— Я тоже. И…

Мозг ее отключился.

Медленно осыпая ее шею поцелуями, он так же медленно и осторожно проникал внутрь. Тело ее подрагивало от удовольствия. Она обхватила его ногами…

Много позже, когда сознание вернулось к ней, Кейт вдруг поняла, что лежит на широком офисном столе, а Джей придерживает ее. Она понятия не имела, как долго это продолжалось, но все было восхитительно и удивительно.

Он водил рукой по ее волосам.

— Ты в порядке?

Она испуганно ухватилась за него, но стол под ней остался незыблемым.

— Мне холодно.

Она отодвинулась от него и попросила подать ей бумажные носовые платочки. И свой пуловер. Они молча помогли одеться друг другу, действуя в неловкой тишине.

— Надеюсь… — начал Джей, но прервался. — Подождите минуту.

Когда он вернулся, она была занята макияжем. Он принес какие-то влажные тряпки, чистящее средство и, никак не комментируя свои действия, стал протирать стол и расставлять стулья по местам.

— Выглядит прилично?

Она кивнула.

— Я больше не смогу по-старому воспринимать эту комнату, — заметил он. — И мне все больше начинают нравиться эти скрепки на стенах.

Она улыбнулась, когда он вышел из переговорной относить на место добытый им арсенал для уборки. К тому времени, когда он вернулся, она уже сидела на стуле и застегивала «молнии» на ботинках.

— Кейт? Ты не жалеешь?

— Абсолютно.

На миг она перехватила его взгляд, но тут же стала внимательно разглядывать «молнию». Она не знала, как себя вести в данной ситуации. Они оба договорились, что не станут выдвигать обязательств. Но после того, что произошло, он стал ей на удивление близок. Много ближе, чем Коннер.

Ей было интересно, о чем он думает сейчас. Возможно, задумался о последствиях:

— Не беспокойся, если… если я забеременею, я ничего не стану у тебя просить. Ни денег, ни времени, ничего.

Он дернулся, как если бы ее слова ударили его.

— Я бы хотел пригласить тебя на ужин, но не могу. Эрик скоро вернется домой с баскетбола, мне надо успеть к его приходу.

— Конечно.

— Послушай, Кейт. Я надеюсь, все было не напрасно. И ты получишь желаемое.

Кейт встала. Она выглядела официально, но не стала надевать бюстгальтер, а засунула его в кожаную сумку. И она могла руку дать на отсечение, что Джей это заметил.

— Итак, — сглотнул он, — все?

— Не знаю, Джей. Эта ситуация для меня довольно странная, думаю, и для вас тоже.

— Как-нибудь справимся, — произнес он.

Она согласно кивнула. Альтернативы все равно не существовало.

Глава 13

Джей всю ночь ворочался во сне. Он никак не мог смириться со случившимся. Какое-то сума-шествие. Дикость какая-то. И чем больше он об этом думал, тем хуже ему становилось.

Все началось еще там, в школе. Он не мог припомнить, чтобы с ним раньше приключались такие неконтролируемые приступы ревности. Ему действительно хотелось сломать шею тренеру Джонсону, когда тот начал флиртовать с Кейт.

Потом, в переговорной, когда они с Кейт остались вдвоем и она сказала ему, что ее абсолютно не интересует Тревис Джонсон, а интересует он, Джей уподобился миллионам самцов.

Он мог припомнить случаи, когда ему так хотелось близости с женщиной, что он готов был заключить сделку с дьяволом. Но тогда он был подростком, юнцом. Повзрослев, он всегда держал себя в узде. А теперь впервые в жизни он позволил себе не позаботиться о предохранении. Он не винил Кейт. Она предоставила ему несколько возможностей одуматься. В конце концов, если бы он в последний миг потянулся за презервативом, который всегда носил в бумажнике, она бы его поняла.

Но он этого не сделал. Между ними не было никаких преград. И получилось воистину прекрасно.

И воистину глупо.

Не потому, что он не верил Кейт. Он знал, что она не обратится к нему за помощью, если вдруг забеременеет. Но в его жизни случалось, что все шло наперекосяк, даже когда он не сомневался, что силы небесные на его стороне.

Он поймал себя на том, что думает о ее беременности!

Она была из разряда женщин, которые расцветают в ожидании рождения ребенка. И она не станет жаловаться, как бы неуютно или болезненно она себя ни чувствовала.

Первым у нее родится мальчик, он в этом не сомневался. А если девочка, то необыкновенная.

Пусть она унаследует каштановые волосы матери и ее загадочные зеленые глаза. И веснушки. Множество веснушек…

А что, если девочка унаследует все по линии его семьи? Что, если она уподобится его матери или сестре, с их склонностью к пагубным привычкам и фатальным неумением разбираться в мужчинах?

Он не сомневался, Кейт сделает все от нее зависящее. Но однажды, почти обезумев от волнений и страхов, она снимет трубку телефона и проклянет его, и по заслугам.

— Ты помог родиться этой девочке. Что прикажешь мне с ней делать?

Неожиданно сработал будильник Джея, сердитый жужжащий звук, и он понял, что Кейт, выговаривающая ему, осталась во сне. Джей сел на кровати, глубоко вздохнул, пора уже успокоиться.

Ну, была близость. Причем по обоюдному желанию. И кто знает, возможно, она вообще не забеременеет. А если и так, то из Кейт получится прекрасная мать. Она очень уверенно повела себя с Эриком. Даже если у нее возникнут проблемы с ребенком, он окажется последним, к кому она обратится за поддержкой и помощью.

Джей принял душ, оделся, затем постучал в комнату Эрика, дабы убедиться, что тот проснулся. На кухне он поджарил на тостере вафли и наполнил два стакана апельсиновым соком. Укладывая пакет сока обратно в холодильник, он заметил график баскетбольных занятий Эрика.

В восемь тридцать Эрик наконец-то появился в куртке с рюкзаком на плече. Он в два приема покончил с вафлей и уже поднял стакан с соком.

— Гляжу, у тебя сегодня первая игра, — произнес Джей. — Я подумывал сегодня уйти пораньше с работы, приду смотреть.

Одним махом выпив сок, Эрик поставил пустой стакан на стол.

— Не стоит беспокоиться.

Джею стало до глубины души обидно. Он не знал, как реагировать. Следовало ли рассердиться? Следовало ли дать понять Эрику, что его слова оскорбительны?

Но прежде чем он сумел сориентироваться, его племянник уже ушел, пересек холл и захлопнул дверь.

— Наконец-то! — произнесла Надин вместо приветствия, как только он вошел в агентство.

— Я разве опоздал?

Согласно своим часам он пришел вовремя.

— Нет, но все уже в переговорной. Хана и ее муж Джереми прибыли на десять минут раньше.

Надин вручила ему кружку кофе, чтобы он захватил ее на встречу. Он приготовился к возвращению на место преступления, встрече с Кейт. Интересно, а она-то как спала.

Выглядела она прекрасно. На ней была темно-зеленая кофта. Волосы лежали свободными локонами. Такая прическа делала ее намного мягче.

Кейт по-деловому решительно взглянула в его сторону. Она сидела за столом, именно в том месте, где…

— Джей, проходите и познакомьтесь с мужем Ханы, Джереми.

Натан слегка подтолкнул рукой Джея в спину, представляя их друг другу.

Джей пожал руку худощавому светловолосому мужчине с мальчишеским взглядом голубых глаз. Но держался он солидно и выглядел даже старше своих лет.

После этого Джей занял единственный свободный стул прямо напротив Кейт.

Она старательно разглядывала записи в своем блокноте.

— Теперь, когда мы все в сборе, лучше бы начать, потому что Джереми и Хане надо еще вернуться на работу. — Линдсей, сидевшая во главе стола, невольно возглавила встречу.

Она мимолетно улыбнулась ему, затем перевела озабоченный взгляд на подругу. Ему стало интересно, рассказала ли Кейт ей о том, что произошло между ними.

Линдсей положила руки на стол и слегка подалась вперед.

— Кейт, Джей, кто из вас начнет?

Джей не делал специальных записей перед встречей, но он заметил, что у Кейт они были заготовлены заранее. Не успела Линдсей замолчать, как заговорила Кейт. Джей посетовал на самого себя, что не подготовился лучше. Забавно.

— Как вы знаете, Ребекка предоставила нам три возможные кандидатуры на роль биологического отца, — произнесла Кейт твердым голосом.. — После некоторых уточнений мы собрали всю возможную информацию об этих людях, потом мы с Джеем приступили, собственно, к поиску. Джей, вас не затруднит сообщить Хане и Джереми, что нам удалось установить в случае Джеймса Моргана?

— Конечно. — Он решил изложить суть дела коротко и доступно. — Джеймс, или Джимми, как он предпочитает, чтобы его именовали, владеет и управляет курортом на озере Либерти, расположенном на севере штата Нью-Йорк. Он с удовольствием предоставил образец ДНК, и вчера мы уже получили результаты анализа ДНК. Ответ отрицательный.

— Значит, он не мой отец? — грустно заметила Хана.

— Нет, — подтвердила Кейт.

— После этого у нас осталось два возможных кандидата.

— Первый — Гарри Джифорд. Он окончил Нью-Ингланд-колледж с дипломом специалиста по физической подготовке. Нам удалось проследить его вплоть до последнего места работы — средней школы Бруклин-Хайтс. Он досрочно ушел на пенсию два года назад, и нам пока не удалось обнаружить его след.

Хана была расстроена, а Джереми оживился:

— Почему он так рано ушел на пенсию? Может быть, у него рак или еще что-нибудь?

— Вполне возможно, что ушел по состоянию здоровья. Но к счастью для него, — добавила Кейт, — он не значится в списках умерших, что позволяет предположить, что он до сих пор жив. По состоянию на сегодня у меня есть еще несколько зацепок, прежде чем я откажусь от его поисков.

Джея заинтересовало, что это еще за зацепки. Может быть, она блефует? Нет, это не ее стиль.

— Мне также удалось найти третьего мужчину из списка вашей матери.

Взгляд Кейт на мгновение остановился на Джее, ему удалось даже заметить признаки смущения во взоре. Конечно, она ни разу не упомянула ему об этом, но почему она должна была это делать?

Он не завидовал ее успеху. Когда ему удавалось что-то узнать, а его инстинкты вели его в правильном направлении пару раз, ему просто не хватило здравомыслия сыщика и опыта, чего у нее было в избытке.

Он скрестил руки на столе и решил подождать, что она скажет о третьем претенденте на место отца.

— Оливер Крейн закончил обучение с дипломом специалиста по праву и прилежно работал в конторе на Парк-авеню, — сообщила Кейт. — Он женат, у него двое детей. Я встречалась с ним несколько дней назад с целью получения образцов ДНК для изучения. Он отказал.

Хана коротко выдохнула и повернулась к мужу, тот взял ее руки в свои.

— Не думал, что все пойдет так сложно.

— Но я не готова расстаться с Оливером Крейном пока, — продолжила Кейт. — Хана, я попросила бы вас написать ему письмо, в котором вы объясните ему, зачем, собственно, вам необходимо знать, кто ваш отец. Я перешлю это письмо ему в офис, и думаю, было бы полезно приложить несколько фотографий ваших и… вашей матери к письму.

— Соединить имя и внешность, — пробубнила Линдсей. — Это замечательная идея. Только черствый чурбан сможет сказать «нет» такому обращению.

Хорошая мысль, согласился Джей. Он заметил, что Натан поглядывает на него, побуждая вставить хоть слово, но Джею было нечего добавить. Этот раунд бесспорно остался за Кейт. Но он не намерен сдаваться.

— Ты глыбища, Кейт! — Линдсей выставила ей отлично, как только они остались одни в переговорной комнате. Натан забрал Хану и Джереми в свой кабинет, чтобы молодая женщина написала письмо, которое, как предполагалось, должно растопить сердце Крейна.

Что касается Джея, он спокойно поздравил ее с успехом, затем покинул офис по делам, о которых Кейт понятия не имела. У него появился след?

Она очень хотела, чтобы так оно и было, хотя это больше напоминало сумасшествие.

Эта должность, как и предполагалось, должна быть ее. Она заслужила эту работу.

— Ты просто солировала на встрече, — злорадствовала Линдсей. — Я никогда не сомневалась, что ты пойдешь на прорыв.

— Соревнование еще не окончено. Вопрос еще не закрыт.

— Ты его закроешь. Давай. Улыбочку. Выгляди счастливой. Ты хорошо поработала.

Кейт понимала, что ей следует радоваться этой частичной победе. Но она хотела бы знать, о чем думал Джей во время встречи. Ход его мыслей сильно отличался от общепринятых.

Сожалел ли он о вчерашнем? Она очень надеялась, что нет. Ей следовало самой быть крайне осторожной в этой сделке, чтобы не допустить претензий к нему, чтобы он действительно поверил, будто ей и был нужен только один очень горячий, очень нежный поцелуй.

И ребенок.

Очень может быть, что все у нее получится. Вернувшись домой, она сверилась с календарем. Согласно ее циклу время было наиболее подходящим. Хотя гарантий никто не дал бы. Она была наслышана о парах, которые трудились месяцами, иногда годами и более.

— Что у вас с Джеем? — Линдсей спросила шепотом. — Он глаз не мог оторвать от тебя всю встречу. Не думаю, что это связано с работой.

— Тебе показалось.

Она не собиралась рассказывать подруге о том, что произошло. Позже, если та узнает о ее беременности… может быть.

— Эй, девочки, рановато праздновать победу, — произнес Натан при входе в комнату с письмом Ханы в руках. Он передал письмо со словами одобрения: — Впечатляет, Кейт. Хорошо поработала.

Его симпатии были на стороне Джея, Натан надеялся на его победу в соревновании, поэтому его благодарность имела особую ценность. Кейт поблагодарила его

— Приятно слышать.

— Хана отправит вам несколько фотографий по электронной почте, когда вернется в свой офис, — добавил Натан. — Поэтому вы сможете их отправить. Если это не растопит сердце Оливера Крейна, я не знаю, что еще придумать.

— Спасибо, Натан. Уверена, что он их получит уже сегодня. Мне показалось, что Хана и Джереми были разочарованы, поскольку мы не нашли ее отца до сих пор.

— Мне показалось, что больше была разочарована Хана, чем Джереми. В конечном счете чем быстрее мы покончим с этим делом, тем раньше Линдсей и я сможем переложить часть нагрузки кому-нибудь на плечи.

Кейт улыбнулась:

— Надеюсь, это будут мои плечи.

Натан не поддержал ее:

— Пусть победит сильнейший, Кейт. Это все, что я могу сказать.

Кейт дождалась электронного послания от Ханы, затем распечатала фотографии и вложила их в конверт с письмом Ханы, адресованным Оливеру Крейну. Это было хорошее, от чистого сердца обращение, и, как выразился Натан, только бессердечный человек мог остаться равнодушным. Она написала адрес на конверте и уже собиралась отдать его Надин для отправки курьерской почтой, как вдруг осознала, что она сама может доставить его значительно быстрее.

На выходе из офиса она пересеклась с Линдсей, которая в тот момент забирала свое пальто из гардероба.

— Мне надо докупить игрушек для детей в приюте, — пояснила Линдсей.

Они обе работали волонтерами в приюте Вименс-Эмердженси. Линдсей завела себе за правило вручать каждому вновь прибывшему в приют ребенку новую игрушку, а Кейт каждую четвертую среду обучала детей приемам самозащиты.

До магазина игрушек они пошли вместе. Линдсей рассказывала о камнепаде дел, которые она надеялась переложить на Кейт, когда та будет официально зачислена в штат «Фокс и Фишер».

— Мне нравится твоя уверенность во мне, но я совсем не поручусь, что не Джей закроет дело первым. У него нет моей подготовки и опыта, но у него потрясающая интуиция.

— У меня то же чувство. Мне Джей тоже нравится. Эх, взять бы вас обоих. Но по состоянию на сегодня мы можем себе позволить только одного служащего. На твоем месте я бы постаралась занять это место и прекратить разговоры о том, какой хороший Джей.

Они расстались у магазина игрушек, и Кейт направилась по адресу на Парк-авеню, обдумывая свою беседу с Линдсей. Подруга была права. Она слишком много рассуждала о Джее. И думала о нем слишком часто.

После того, что случилось с ними вчера, было просто необходимо поддерживать чисто формальные отношения. Она обещала ему, и ей следовало держать данное слово.

Но жить с этим словом было труднее. Столько разных чувств переполняли ее утром. Ее не удивило, что Линдсей обратила внимание на какую-то недоговоренность между ними.

Всю прошедшую ночь она о нем думала. Думала она и о ребенке, но больше — о Джее, что было совсем неправильно. Ей пришло в голову, что она кое о чем жалеет.

Одно из переживаний было связано с теми обстоятельствами, при которых они встретились, секс на канцелярском столе в переговорной комнате, больше у них возможности для крепких объятий и разговоров не нашлось.

Ей очень хотелось пойти с ним поужинать. Не на свидание, а просто чтобы обсудить новую стадию их отношений.

Когда она дошла до юридической конторы Крейна, она приказала себе не думать о Джее. Она была на работе, а работа была важна для нее. Она поднялась на лифте на пятнадцатый этаж и подошла к потертой, но все еще элегантной стойке.

— У меня письмо для Оливера Крейна, которое я хотела бы передать ему из рук в руки,

Смазливая, со вкусом одетая, пахнущая кофе секретарша взглянула на нее сквозь очки в темной оправе и протянула руку.

— Уверяю вас, я передам ему.

— Мне надо передать ему лично.

Она замялась.

— Это повестка в суд?

— Нет

— Хорошо. Следующая встреча у мистера Крейна через двадцать минут. Если присядете вон там, вы сможете перехватить его на выходе.

Кейт проследовала к указанному месту и приготовилась ждать. Она взяла передовицу «Нью-Йорк таймс» и проглядела вселяющие ужас заголовки. Какие-то люди вопрошали о целесообразности прихода в этот сумасшедший мир новых детей. Но Кейт не вникала в эту теорию. Ее не покидала надежда, она просто верила, что мир может стать лучше.

Спустя пятнадцать минут Кейт возвратила газету на журнальный столик, в этот миг в холле появился Оливер Крейн. Он задержался переговорить с секретаршей, и они оба посмотрели в ее сторону.

Ноздри Оливера Крейна сморщились, словно он учуял дурной запах.

Она встала и пошла ему навстречу. Не говоря ни слова, она достала конверт.

Он подозрительно взглянул на него, затем перевел взгляд на нее.

— Это от Ханы Юнг, — объяснила она. — Пожалуйста, прочитайте его.

Он не мог двинуться какое-то время. Затем он согласно кивнул и забрал конверт. Не произнеся ни слова, без обещаний и отрицаний, он направился к выходу из здания.

После встречи с клиентами Джей вышел из офиса и кинулся ловить такси. Когда ему удалось поймать машину, он вскочил на заднее сиденье.

— Средняя школа Бруклин-Хайтс.

Нужно было действие. Движение. Прогресс.

Кейт потрясла его до глубины души на встрече, опять доказав, что она не только красива, но и умна. Он не мог поверить, что она уже вычислила Оливера Крейна и встретилась с ним. Теперь, с этим письмом Ханы, все становилось делом времени, когда она уговорит адвоката сдать образец ДНК.

Что означало — у него только один шанс найти Гарри Джифорда до того, как его найдет она.

Вчера тренер Джонсон упомянул, что у Джифорда был роман с одной из учительниц. Он сказал, что не знает, с кем именно, но кто-то в школе должен был это знать. Джей решил разыскать эту женщину и поговорить с ней. Если уж кто и знает причину раннего ухода на пенсию Гарри, то, безусловно, она.

Машина остановилась у школы около полудня, Джей нашел секретаря столь же неприступной, что и вчера. Он постоял против ее стола несколько минут, пока она раскладывала бумаги, прежде чем посмотреть на него.

— Здравствуйте, — поздоровался он. — Это опять Джей Саваж из «Фокс и Фишер».

— Вижу.

Она неодобрительно поджала губы, предполагая, что у него есть веские основания побеспокоить ее на этот раз.

Джей глубоко втянул воздух. Возможно, она ненавидела свою работу. Может быть, у нее были проблемы дома. Но в глубине души она, вполне возможно, была прекрасным человеком.

— Сожалею, что вынужден побеспокоить вас еще раз. Это большая школа, и вы, должно быть, очень заняты. Но мне очень нужно найти Гарри Джифорда. У меня есть новости, способные перевернуть его жизнь.

Зрачки секретаря расширились. Он подумал с надеждой, что ему удалось ее заинтриговать.

Он подвинулся в ее сторону и перешел на шепот:

— Вчера тренер Джонсон сказал мне, что у Джифорда был роман с кем-то из персонала школы. На вашей должности, я думаю, вы знаете о многом. Многое видите. Не могли бы вы указать мне верное направление поиска?

Она прижала руки к горлу, обдумывая его слова. Затем кивнула:

— Я не люблю распространять слухи. Но если вы поговорите с Лилиан Прайс, нашей учительницей музыки, она, возможно, сможет вам помочь.

— Спасибо, — он широко улыбнулся ей, — большое спасибо.

— При выходе направо, затем — через холл и налево. Музыкальный класс в дальнем конце. Там табличка.

— Понял.

— Тренер Джифорд был одиноким мужчиной, — добавила она. — Надеюсь, вы принесете ему хорошие новости.

Джей не был в этом уверен. Гарри Джифорд никогда не был женат, у него не было детей. Возможно, как и Джей, он не хотел брать на себя ответственность.

С чего бы ему обрадоваться наличию двадцатипятилетней дочери?

С другой стороны, Хана имеет право знать об этом, решил Джей, и, действуя от ее имени, он выполняет свою работу по установлению истины.

Двигаясь по коридорам, он услышал звонок, призывающий учащихся на обед. В считаные секунды на него навалился поток юных тел. Вырвавшись из тесных классов, они не могли сдержать свою энергию, смеялись, разговаривали, звали друг друга.

— Я жду тебя на парковке…

— Было так скучно!

— Где Сара? Я же сказала ей, что мы будем ее ждать.

Его вес стал преимуществом в противодействии потоку тинейджеров. Наконец он достиг другого конца холла. Медная табличка указывала на то, что комната слева и есть класс для занятий музыкой. Он дождался, пока выйдет последний учащийся, затем вошел внутрь.

Невысокого роста женщина лет сорока в желто-оранжевой кофте закрывала крышку пианино. Она подняла глаза, увидела его, и щеки ее зарделись. Она была в учительской, когда Джей спрашивал, поддерживает ли кто-нибудь контакты с тренером Джифордом.

Тогда она ничего не сказала, разрушив отчасти его надежды. Может, с глазу на глаз она будет более откровенна.

— Меня зовут Джей Саваж, я из детективного агентства «Фокс и Фишер».

Учительница опустила глаза и стала смотреть на свои руки.

— Я помню.

— В ходе беседы с тренером Джонсоном он упомянул о любовном увлечении Гарри Джифорда кем-то из учителей школы. Мне интересно, не знаете ли вы что-нибудь об этом?

Она сглотнула ком в горле, а щеки ее еще больше покраснели. Она встала и плотнее прикрыла дверь.

— Я замужем, — произнесла она. — Вот уже тринадцать лет.

В комнате повисла тишина, пока он обдумывал услышанное.

— Я понял, — наконец произнес он. — Я постараюсь быть крайне осторожным. Просто мне надо найти Гарри. Только и всего.

— Не знаю, где он. Известие о том, что он болен, стало ударом для него.

— Что с ним было не так?

— Мне всегда казалось, что я заметила перемены в нем раньше, чем он сам. Он всегда был решительным и сконцентрированным. И вдруг он стал забывать о чем-то и делать что-то невпопад. Нарушилась координация. Даже ученики начали замечать это. Я убедила его пойти к врачу.

— И что ему сказали медики?

Лилиан Прайс прямо на глазах сжалась и сгорбилась. Скорбные складки залегли у глаз и губ.

— Они определили у него хорею Гентингтона. Джей кое-что слышал о заболевании. Он знал, что недуг поражает разум и тело. Болезнь ведет к деградации личности и практически не лечится.

— Диагноз просто убил его. Он порвал отношения со всеми, кто о нем раньше заботился.

— Включая вас?

Она кивнула.

— Он сказал, что хочет, чтобы я запомнила его таким, какой он был тогда.

— По этой причине он попросил досрочно отпустить его на пенсию. А дальше что?

— Ни малейшего представления. — От безысходности она развела ладони. — Я была замужем. Я не могла…

— Понимаю.

Ему было жаль ее и Гарри Джифорда.

— Какой ужасный конец!

Она кивнула в знак согласия.

— По этой причине я ничего вам вчера и не сказала. Не о чем. Я не могу вам помочь найти Гарри. Я только хотела бы. Но если вы его найдете…

— Да?

— Передайте привет от меня. Скажите ему… Просто передайте привет.

Глава 14

Джей покидал здание школы, заинтригованный личностью Гарри Джифорда. Каким тот был человеком? В тяжелые времена люди, по большому счету, тянутся к тем, кого любят. Гарри сделал все наоборот. Узнав свой диагноз, предпочел затворничество. Действительно ли хотел остаться прежним в памяти тех, кого любил? Или же хотел избавить их от мучительного и болезненного лицезрения своей медленной смерти?

Так или иначе, эта повесть оказалась печальной.

И при любом раскладе он не имел ни малейшего понятия, где сейчас находится Гарри. Не умер, Кейт запрашивала соответствующую базу данных в своем расследовании. Тогда где же его искать?

Джей искренне надеялся, что этот след его куда-нибудь да выведет. Но не продвинулся ни на сантиметр по сравнению с утром.

А была еще Кейт.

Он продолжал о ней думать. Чем бы ни занимался, что бы ни решал, он не в силах был избавиться от мыслей о ней.

Он вспомнил паническое настроение из своего сна и твердо решил поговорить с ней до конца дня.

Ожидая такси, он неожиданно осознал, что набирает номер ее мобильника.

— Джей? Что случилось?

— Я тут подумал… Хотел узнать, нет ли у вас желания составить мне компанию за обедом. Буду в офисе около двух.

— Договорились. Буду на обеде. В «Старом сплетнике» пойдет?

— Пойдет, по крайней мере близко.

Она рассмеялась:

— Да. На том и порешим.

Джей уже ждал ее, когда Кейт вошла в паб. Она даже представить себе не могла, зачем он пригласил ее пообедать. Но ей хотелось с ним встретиться. Возможно, это было не самое разумное решение в ее жизни.

Кейт подошла к кабине, в которой он устроился, бросила сумку и села напротив.

— Как прошло утро? Вы так быстро исчезли после встречи с клиентами.

— Должен был успеть сделать намеченное. — Он поднял стакан воды. — Я даже не догадывался, что вы уже нашли Оливера Крейна.

— Да, нашла. — Она печально улыбнулась. — Но никакой пользы для себя не извлекла, однако.

— Полагаю, что вы отослали ему письмо Ханы?

— Сегодня утром отнесла лично. Я не очень надеюсь, что оно его растрогает. Иногда кажется, что он сделан из титана.

Появилась Венди, чтобы принять заказ. Она сильно удивилась, когда оба заказали салаты вместо картофеля фри.

— Живете только раз, — подсказала она им.

— Не у всех метаболизм Линдсей, — ответила ей Кейт.

Она подождала, пока Венди отойдет за соседний столик, и только потом наклонилась в сторону Джея.

— Ваша очередь. Чем вы занимались сегодня утром?

— Кейт, Кейт, Кейт… у вас и так преимущество надо мною. Нечестно с вашей стороны пытаться очаровать меня, чтобы выведать мои секреты.

— То есть вы занимались расследованием?

— Но совсем не поэтому я пригласил вас на обед.

Что-то в его поведении подсказало Кейт, что разговор окажется не из приятных.

— Вы сожалеете?

— Не о том, что случилось. О том, как это все случилось, Кейт. Никогда раньше я не позволял себе незащищенного секса.

Как он осмелился говорить ей об этом сейчас? Это нечестно.

— Я же просила вас…

— Знаю. Вы дали мне кучу возможностей остановиться. Я не снимаю с себя ответственности. Просто хотел вам сказать, что если… если не сработает, мне будет жаль, но….

— Больше никаких племенных услуг? — с горечью поинтересовалась она.

— Боже. Вы все так выворачиваете!

— Думаю, ничего я не выворачиваю, все из ваших слов понятно.

Он попытался взять ее за руку, но она отдернула руки:

— С самого начала я пытаюсь объяснить, что вам надо искать все и сразу и брать все в пакете от мужчины, который может вам дать много больше меня.

— Чего вы реально боитесь? — спросила она.

— Ничего. Перестаньте передергивать мои слова, Я не хочу детей. Я этого никогда не скрывал.

— Я тоже ничего не скрывала, — напомнила она ему. — И если мне суждено забеременеть, если мне сильно повезет, и у меня появится ребенок, я очень его полюблю. Я стану самой лучшей матерью.

Она встала из-за стола, у нее совсем пропал аппетит.

— Соскочили с крючка, Джей? Вас никто на него и не сажал!

Когда Венди поставила на стол салаты, то, кажется, не удивилась, что Джей сидит в одиночестве. Возможно, подобные вещи случались в «Старом сплетнике» регулярно. Джей думал, ему станет легче после разговора с Кейт. Он старался вести себя честно и открыто с женщинами, с которыми спал, и раньше это срабатывало безотказно. Но не в этот раз. Он только хуже себя почувствовал.

И не важно, что все остальное в его жизни тоже шло прахом. Он продолжал биться головой о стены, а Эрик даже не хотел, чтобы он пришел посмотреть его игру в баскетбольном матче.

Джей съел обед и переместился к барной стойке. Транслировали далеко не лучшую игру чемпионата, но парень в двух стульях от него явно был поглощен зрелищем.

— Мой сын играет в баскетбол лучше, чем эти парни, — обратился он к Джею.

Джей посмотрел на парня. Тот был старше его лет на пять, в дорогом костюме, рядом с тарелкой лежал крутой мобильник.

— Да. А вы смотрите игры с его участием?

— Когда удается. — Он отломил вилкой кусочек сильно поджаренного во фритюре палтуса. — А у вас есть дети?

— Племянник живет со мной. Он только начал играть в баскетбол. Сегодня у него первая игра. Но он заявил мне, чтобы я не приходил.

— Сколько ему?

— Четырнадцать.

— Я бы на вашем месте пошел на игру.

— Думаете?

— Подростки как женщины. Никогда не скажут, что им действительно нужно. У женщин это потому, что они хотят, чтобы вы сами все знали. А у подростков это потому, что они сами не знают, чего хотят.

Джей решил последовать совету незнакомца и сходить на игру Эрика. Если он усядется наверху на галерке, Племянник наверняка его не заметит.

Девочки как раз заканчивали свою игру, когда он пришел в школьный спортзал. Он взобрался наверх и занял место выше всех зрителей, около двух дюжин родителей, членов семей и друзей.

Он все-таки опасался, что Эрик его увидит. Когда же это случилось, Джей удивился, заметив на лице мальчика легкую улыбку. Но тут же улыбку сменило сосредоточенное выражение.

В начале встречи играли слабовато. Эрик дал пас в отскок в метре от какого-то игрока, мяч вылетел. Эрик удрученно вернулся на скамейку.

Его игра выровнялась в третьей четверти, когда он заработал два очка, что помогло «Рейдерс» увеличить отрыв в счете — 24:16.

Джей радовался, что Эрик много времени проводит на площадке. Не слишком придавая значение его неровной игре, Джей отметил врожденное чувство равновесия и координированность. Со временем мальчишка сможет выбиться в лучшие игроки.

После игры Джей подождал, пока Эрик примет душ и переоденется, и они вместе поехали домой.

Как-то легко разговорились, анализируя прошедшую игру. Джей отпускал только ободряющие замечания, не упоминая моменты, где Эрик сыграл неправильно.

Они остановились у открытого прилавка магазина по пути домой и купили мясо, картофель и овощи. Когда Эрик забузил, Джей ему ответил:

— Поверь мне. Тебе это понравится больше, чем пицца с перцем и сыром.

Когда еда была готова, Эрик не стал капризничать за столом во время ужина. По тому, как он набросился на стейк, было ясно, что еда ему очень нравится.

Неожиданно Джей вспомнил еще об одном любимом его блюде.

— Ты все еще любишь хот-доги?

— Да, а что?

— Вспомнил, как мы с тобой в первый раз ходили на игру «Янкиз».

Он купил ребенку кепку, и мальчик с гордостью носил ее года два.

— Тебе нравилось… Я больше не встречал мальчика, который съедал столько хот-догов.

Эрик замер. Затем судорожно сглотнул.

— Это так давно было.

Он доел стейк, затем встал из-за стола, так и не притронувшись к овощам на тарелке.

Джей не понял, что он сказал не так на этот раз. Он убрал со стола и положил посуду в посудомоечную машину. Из комнаты Эрика не доносилось ни звука. Наверное, слушал свой смартфон через наушники. Вздохнув, Джей вытер руки и пошел к Эрику. Он постучал:

— Можно войти?

Ответа не последовало.

Он толкнул дверь, и она приоткрылась.

— Эрик? Мне надо с тобой поговорить.

Эрик сидел на кровати, спиной оперевшись на стену. Он надел шерстяную шапку и слушал музыку с закрытыми глазами.

Джей сел на матрас рядом с ним. Он подождал, пока Эрик вытащит наушник из одного уха.

— Так уж вышло, что маленьким ты частенько оказывался со мной, — начал Джей. Когда Эрик согласно кивнул, Джей решил, что он на правильном пути. — Твоя мама часто просила меня посидеть с тобой вместо няньки. Я никогда не возражал. Мне нравилось возиться с тобой, если я только не был занят на работе.

Эрик ничего не сказал, но было ясно, что он слушает, поэтому Джей продолжил:

— Потом, когда тебе исполнилось одиннадцать или двенадцать лет, твоя мама решила, что тебе больше не нужны няньки. После этого она меня не часто баловала новостями. Особенно после того, как появился этот последний ее приятель…

— Стив.

— Да, Стив. Если честно, мне не нравился ни один из приятелей твоей мамы, но Стива я терпеть не мог.

Трейси имела особенные критерии для выбора мужчин — ленивый, молчаливый и бедный. Стив был наихудшим из них. Да к тому еще и обманщиком.

Джей разузнал о его прошлом, вскрылось, что Стив был судим. Он сообщил об этом Трейси. Поблагодарила ли она его? Нет, конечно, ее это только взбесило, и она потребовала, чтобы брат исчез из ее жизни.

— Мне тоже не нравился Стив. Он — мерзкий.

Джей напрягся:

— Он тебя когда-либо бил?

— Не меня. Маму иногда.

Черт побери. Чувство вины переполнило Джея.

Джей вдруг сообразил, что он выпал из жизни Эрика почти на два года. Два года для взрослого проходят незаметно. Но ребенку этот срок кажется невероятно долгим.

Наверняка Эрик подумал, что дядя избегает его.

И отчасти это было правдой.

— Прости, что я исчез тогда из твоей жизни. Я откровенно жалею, что меня не было рядом, когда вы с матерью больше всего нуждались во мне.

Джей осторожно обнял рукой плечи мальчика. Он не привык к этому, потому что рос без отца, без братьев. Эрик застыл и напрягся, но не сбросил его руку.

Трейси, как и ее мать, умела обнимать. Но он готов был поклясться, что Эрику не перепало от ее умения.

— Похоже, я временно перестал быть тебе дядей.

Эрик ничего не ответил, но глаза его были на мокром месте. Джей почувствовал, что и он вот-вот расплачется.

— Но теперь я здесь и на этот раз не собираюсь никуда исчезнуть.

Утром следующего дня Кейт лежала в кровати, положив руки на живот. Никаких изменений, но, возможно, еще слишком рано. Она попыталась представить себе картину происходящего внутри нее. Клетки делятся, новая жизнь зарождается.

Если очень желать, она обязательно забеременеет.

Но она была почти уверена, что этого не произойдет. Никто с первого раза не беременеет, особенно когда этого хочет. Таков один из законов Мерфи.

И почти наверняка второй попытки не будет.

К черту Джея с его сожалениями. Она не жалеет о сексе с ним, тем более она не жалеет, что они не предохранялись.

В офисе Надин разговаривала по телефону со своей мамой. Кейт могла догадаться. По голосу, по осанке, не говоря уж о теме разговора.

— Да, я ходила с Робби на благотворительный вечер Айлин, но у нас это не серьезно. Конечно, я тебе сообщу, если что-то изменится.

Кейт сочувственно улыбнулась девушке.

Когда Надин замолчала и поправила волосы, Кейт быстро спросила:

— Были звонки? Я надеялась на звонок от Оливера Крейна.

— Увы. Ничего.

Надин опять вернулась к разговору с матерью, а Кейт отправилась в свою комнату. Она села за стол и, включив компьютер, стала обдумывать версии.

Вчера она доставила письмо Ханы Оливеру Крейну вместе с номерами телефонов «Фокс и Фишер» и электронным адресом. Но Крейн не вышел на связь и не оставил сообщения.

Неужели письмо Ханы не подействовало на него?

Наверное, ему нужно больше времени. При любом раскладе она не могла больше ничего придумать, чтобы заставить его сдать образцы ДНК. Если только подловить его в спортивном зале и стащить прядь волос. Она еще надеялась, что до этого не дойдет.

Сегодня ей надо искать тренера Джифорда.

Кейт пошла выпить стакан воды. Надин все еще говорила по телефону.

— Мам, мне надо работать, хорошо? Я обещаю, если Робби попросит меня стать его женой на вторую годовщину, я дам тебе знать.

Она положила трубку телефона и извинилась перед Кейт.

— Плохо, что у «Фокс и Фишер» нет незарегистрированного номера телефона. Но даже если бы он существовал, моя мама как-нибудь нашла бы меня.

— Она очень хочет выпихнуть вас замуж?

— Раньше нет. Пока я не решила стать частным сыщиком. Теперь она считает, что я каждый день под пулями сражаюсь с мафией. Не удивлюсь, если она думает, что единственное, что меня может спасти, — так это церковный алтарь и шелковое платье цвета слоновой кости с итальянской кружевной фатой.

Смеясь, Кейт вернулась в свою комнату и плотно закрыла дверь. Необходимо было поразмыслить в тишине.

Что ей было известно о Гарри Джифорде? Она открыла свой блокнот и пролистала всю информацию, собранную к этому дню. След обрывался досрочным уходом на пенсию из средней школы Бруклин-Хайтс в возрасте сорока двух лет. Почему он ушел с работы так рано? На этот вопрос у нее не было ответа.

Она выписала возможные причины. Допустим, он получил наследство и решил отправиться путешествовать. Если так, то искать его можно где угодно.

Почему еще можно получить досрочную пенсию? Джонсон намекал на здоровье. Кое-что. Она не допускала смерти, потому что его не оказалось в списке. Но он мог заразиться чем-то, что не позволяло ему работать тренером. У него нет ни жены, ни детей. В таком случае как бы он поступил? Устроился в какое-нибудь заведение с долгосрочным присмотром?

Кейт развернула карту Бруклина и отметила все учреждения стационарной социальной и медицинской помощи с проживанием и приюты для долгосрочного содержания в пределах удаления на восемь миль от дома Джифорда и школы, где он работал.

Когда перечень был готов, она методично стала набирать телефоны. После почти часа работы ее предчувствие оправдалось.

— Да, у нас проживает мистер Гарри Джифорд. Вы его прежняя студентка?

Кейт замялась на секунду, но назвала свое настоящее имя:

— Меня зовут Кейт Купер.

— Мне надо проверить, помнит ли он вас. У него бывают хорошие дни, а бывают и плохие. Но в любом случае тренер Джифорд весьма разборчив в выборе гостей.

— Пожалуйста, спросите его, — попросила Кейт. — Я позвоню чуть позже, чтобы узнать, согласился ли он на мой визит.

Она положила трубку телефона. Звонить она, конечно, больше не станет. Если только у тренера Джифорда нет рано проявившегося слабоумия, он никогда не вспомнит студентку Кейт Купер.

Ей следует найти какой-то другой способ попасть к нему в комнату, и лучше всего сделать это, узнав как можно больше о стационаре с проживанием Мапл-Ридж. Затем уж поехать туда.

Она погрузилась в Интернет и нашла веб-сайт, который, ко всеобщей пользе, демонстрировал поэтажные планы трехэтажного здания пансионата. Она распечатала их, потом кликнула на значок карты проезда к заведению. Как только она появилась на экране, Кейт отправила файл в печать.

На этот раз принтер не подал признаков жизни. На беду, в принтере кончилась бумага.

Вздохнув, она нашла недостающий лист у себя на столе и вставила в лоток. Безучастно она нажала на печать еще раз, и пятью секундами позже машина выплюнула то, что ей нужно.

Она собрала все свои бумаги в сумку и направилась к выходу.

Она не сказала Надин, куда направилась. Не потому, что не верила молодой секретарше, но та могла ненароком проговориться Джею. При определенной доле везения Кейт планировала первой наконец-то закрыть этот вопрос.

Глава 15

— Кейт, как дела?

Джей очень хотел с ней встретиться.

Но не так, не на улице у входа в здание, когда он входил, а она выходила из агентства.

Как она хорошо выглядит, невольно отметил он. На Кейт было надето серое, связанное «косичкой» платье, темные колготки и высокие сапоги со шнуровкой. Хотя ему больше нравились ее естественные локоны, но он вынужден был признать, что эффект от выпрямленных волос, как сегодня, был потрясающим. Даже цвет от этого стал гуще, они отливали на свету, пробуждая в нем желание прикоснуться к ним.

Джей вспомнил свое впечатление от их первой встречи, когда увидел перед собой необыкновенно красивую, но холодную и расчетливую женщину.

Теперь-то он знал, что первое впечатление было обманчивым. Кейт была симпатяга и снаружи, и внутри. И холодным в ней было только одно — аналитический ум. Она искренне протягивала руку дружбы и как ребенок терялась в тяжелые мгновения.

Кейт поправила платье, словно хотела что-то от него скрыть. Хотя это и было нелогично, но он посмотрел на ее талию.

— Все в порядке. Как Эрик?

— Вчера у него была первая игра в баскетбол. Сыграл неплохо.

Ему о стольком хотелось бы ей рассказать. Но по ее глазам он понимал, что она еще не оправилась от его вчерашних слов.

— Он ходит в школу?

— Кажется. По крайней мере, больше телефонных звонков по программе «Школьник» не поступало.

— Отлично. Мне надо идти.

— Оливер Крейн сломался?

Он не смог удержаться от вопроса, хотя у нее не было необходимости делиться с ним информацией.

— Боюсь, что нет.

Следовательно, она спешит по делу Гарри Джифорда.

— Послушайте, Джей, мне надо бежать.

Она еще раз поправила свитер, затем повернулась и пошла в сторону Коламбия-стрит. Он глядел ей вслед, пока она не повернула за угол.

Надин подняла глаза и с улыбкой поприветствовала Джея.

— Вы буквально на минуту с Кейт…

— Знаю. Встретил ее на ступенях у входа.

— Вы, ребята, так часто ходите взад и вперед, что за вами не уследить.

Надин сделала пометку на своем календаре, затем поинтересовалась, не хочет ли он свежего кофе.

— Это было бы прекрасно.

— Будет готов через минутку, — пообещала она ему.

— Спасибо.

«Надо стимулировать мыслительный процесс», — подумал он по пути в их комнату с Кейт. Она хоть и покинула здание, но аромат ее духов еще витал в воздухе. Он несколько раз глубоко втянул воздух, запах навеял воспоминания. Время, проведенное вместе, было кратко, но воспоминания остались незабываемые. Джей вздохнул, усаживаясь на стул, открыл свой ноутбук и стал вносить записи по вчерашней встрече с Лилиан.

Не сказала ли она что-нибудь существенное, что он пропустил мимо ушей?

Джей откинулся на спинку стула и стал думать о Гарри.

Тот был всего на десять лет старше Джея, не женат, без детей, имел любимую работу, когда вдруг узнал, что неизлечимо болен. И этот недуг разрушает его сознание и тело.

Болезнь заставила его бросить работу, ставшую смыслом его жизни. Даже хуже, теперь он не мог себе позволить видеть женщину, которую любил, но которая не могла ему принадлежать.

Как поступил Гарри в подобной ситуации?

Что бы он, Джей, сделал на его месте?

Ну, для начала он бы уехал. Неожиданно его осенило: ведь жил же Гарри с кем-то по соседству. Вдруг соседи знают, что с ним произошло. Есть ли у него последний адрес Гарри в его записях?

Надин постучала в дверь и вошла с кружкой кофе. Она поставила кружку на край стола.

— Вы наидобрейшая женщина в мире.

Он выпил глоток, затем пролистал записи по Гарри. Адрес был. Он решил его распечатать и отправиться туда.

Подсоединив офисный принтер к своему компьютеру, он нажал на клавишу, после чего понял, что в принтере нет бумаги.

Он не представлял, где можно взять бумагу, поэтому направился к Надин, которая любезно дала ему целую пачку. Как только он заполнил лоток, принтер начал работать.

Но первым из принтера вылезла распечатка с адресом приюта для больных и престарелых. Джей взял в руки лист бумаги и стал читать.

Через несколько секунд он все понял.

Вот куда торопилась Кейт, когда он встретился с нею на ступенях. Она нашла тренера Джи-форда в приюте.

Выйдя на улицу, Джей надвинул на глаза солнечные очки и стал высматривать такси.

Солнце светило ярко, но воздух еще не прогрелся. Хорошая летная погода. Привычная тоска по небу захлестнула душу, а руки сжали воображаемый штурвал. Джею вспомнилось, как после летной школы он начинал пилотом грузовых авиалиний.

Ему привиделись восхитительные, волнующие картины из прошлого. Горные цепи со снежными вершинами, голубое небо и море вечнозеленых лесов. Можно было лететь часами и нигде не наблюдать видимых признаков жизни на земле. Он любил ту работу и ушел, когда узнал о болезни матери и о том, что она долго не протянет. Так и получилось. Через шесть месяцев после его переезда на Манхэттен мать похоронили, и он попытался подключить сестру к программе реабилитации после ее увлечения наркотиками.

Эрика еще не было. Когда Трейси поняла, что беременна, она на время исправилась. Какими славными были те два, а то и три года, когда она посвятила себя материнству, пока очередной мерзавец не ворвался в ее жизнь и не замутил ее голову наркотиками.

Такси остановилось, и Джей быстро сел в него. Краткое оживление, охватившее его секунду назад, прошло, теперь он снова погрузился в глубокую печаль. Из-за своей сестры. Из-за Эрика.

«Выбрось все из головы, — в конце концов сказал он себе. — Ничего не добьешься, позволив прошлому засасывать, словно в трясину». Он подумал о Кейт, у нее в запасе минут тридцать. Может, и не успеет в приют до его появления, хотя вероятнее, что она уже едет в лабораторию с образцами ДНК Гарри.

— Приехали, — сообщил шофер, заруливая на площадку.

На поездку ушло пятнадцать минут. Джей расплатился, затем вылез.

Приют был расположен в трехэтажном здании из красного кирпича, построенном буквой «П», с садиком по центру. Мощеные дорожки обрамлял кустарник, вдоль красовались скамейки. Было еще слишком холодно для прогулок, и они пустовали, но дорожки уже очистили от снега, а парочка синиц устроила драку за семена, упавшие с одного из высоких кустов.

В целом приют не производил отталкивающего впечатления, если планировать перебраться сюда в старости. Джей подумал, что, раз уж кто-то так ухаживает за прилегающей территорией, логично предположить, что та же картина и внутри.

Он прошел сквозь автоматические стеклянные двери и с удивлением заметил Кейт в приемной, разговаривающую по мобильному телефону. Она была занята звонком и не заметила его.

Интересно, почему она еще не в лаборатории. Наверное, не успела еще встретиться с Гарри Джи-фордом. Неужели ему удастся получить образец ДНК раньше, чем ей?

Джей вытер ноги о резиновый коврик у входа, затем направился к женщине в регистратуре. Заметит его Кейт или нет, он попросит о встрече с Гарри Джифордом. Если даже ничего у него не получится, он просто передаст привет от Лилиан Прайс.

Женщине у стойки было лет пятьдесят, она сидела за высокой стойкой из гранита за стеклом, отделявшим ее от посетителей.

Она с любопытством взглянула на него.

— Сейчас вами займусь.

И снова занялась юношей, стоявшим подле нее.

Тем временем Кейт закончила говорить по телефону.

— Если вы не возражаете, то я продолжу и спрошу его. Я вам сразу же позвоню и сообщу, что он ответил.

Она убрала телефон и тут заметила Джея.

От удивления Кейт даже открыла рот, затем челюсти сжались, а глаза сузились. Она направилась прямо к нему.

— Не верю своим глазам.

— Только не бейте меня, вы ведь хотите? Все равно вы нашли Гарри Джифорда первой. Мои поздравления.

— А что вы тут делаете? Как вы вообще узнали… — Она покачала головой. — Я вас недооценила.

С чувством вины он вспомнил об особенностях принтера, но ни слова не сказал об этом. Он решил сделать хорошую мину при плохой игре и притвориться, что совсем недалеко отстал от нее.

— У вас уже есть образец его ДНК? — поинтересовался он.

— Гарри Джифорд не хочет встречаться со мною, — удрученно вздохнула она.

— Почему?

— Очевидно, он живет в некоем уединении. Если верить старшей няне, у него всего один постоянный посетитель. Бывший его воспитанник.

Такого поворота событий Джей не ожидал.

— И что теперь?

— Я поинтересовалась, помнит ли он Ребекку? Я только что ей позвонила. Она подтвердила, что подъедет, если мы убедим его встретиться с ней.

— Забавный план.

Кейт тяжело вздохнула:

— Будем надеяться, что сработает.

Джей отошел, пока она взяла на себя разговор с женщиной в регистратуре. Спустя всего несколько минут нянечка присоединилась к обсуждению. Она выслушала Кейт, кивнула, потом ушла, предположительно передать послание Гарри Джифорду.

Джей встал рядом с Кейт. Она скрестила руки на груди, ее лицо окаменело от напряжения.

— Так близко, — шептала она. — Так близко. Пожалуйста, уговори его согласиться.

Но когда нянечка вернулась, она только сокрушенно покачала головой.

— Мне очень жаль, мисс Купер, но мистер Джифорд не желает видеть своих однокурсников тоже. Боюсь, что он очень чувствительно относится к своему физическому состоянию.

— Может быть, еще одно письмо от Ханы? — внес предложение Джей.

Они пробовали так достучаться до Оливера Крейна. Почему бы не повторить с Гарри Джи-фордом?

— Какое разочарование. Мы так близко…

Кейт поблагодарила нянечку и женщину в регистратуре за оказанную помощь, затем направилась за своим пальто на вешалке у входа.

— Вы сдаетесь? — спросил Джей, с удивлением наблюдая, как она собирается уйти.

— Не могу ничего придумать. — Она пожала плечами. — Попрошу Хану написать еще одно письмо. Но, честно говоря, очень сомневаюсь, что Гарри Джифорд станет его читать.

Джей расстроился из-за неудачи Кейт. Она такая умница, да и работала с упорством.

— Вы заслуживаете лучшего финала, — признался он ей.

— Я все равно что-нибудь придумаю.

Он согласно кивнул. Она не принадлежала к числу тех, кто отступает перед трудностями.

— Не хотите, чтобы я вызвал вам такси?

Она удивилась:

— Я полагала, что мы вместе…

— Я хотел бы задержаться здесь еще на некоторое время.

Глаза ее подозрительно сузились, но не успела она спросить, зачем ему это, как зазвонил ее мобильник.

— Кейт Купер, — произнесла она сухо тоном деловой женщины.

Через несколько секунд глаза ее просветлели.

— Неужели? Без сомнения, я приеду. Буду там как можно раньше.

Он ждал, но не дождался объяснений ни кто звонил, ни почему, ни куда она направляется.

— До встречи, Джей.

— Удачи, — пожелал он вослед.

Она обернулась и посмотрела прямо в глаза.

— И вам, — произнесла она в ответ и ушла.

Джей сунул руки в карманы и постарался определиться с планом своих действий. Дико оказаться так близко к Гарри Джифорду только затем, чтобы вернуться на исходные позиции.

Наконец он решился подойти к женщине в регистратуре, которая носила бедж с именем Шелли Саммерс.

— Извините, мисс Саммерс. Мне только узнать… Кейт сказала, что каждую неделю мистера Джи-форда навещает его бывший студент.

— Да, Марк Чертосимо — прекрасный молодой человек.

— Не могли бы вы сказать, когда он обычно приходит?

Она заглянула в календарь на столе.

— Надо же. Сегодня. Но только поздно вечером. Обычно где-то после семи.

— Спасибо, — поблагодарил Джей с улыбкой. Удача, казалось, сопутствовала ему.

Письмо Ханы наконец подействовало на Оливера Крейна. Адвокат с Парк-авеню встретился с Кейт в безалкогольном баре рядом с гимнастическим залом. Поверх шитого на заказ костюма было шерстяное пальто и бургундский шелковый шарф на шее. Он выглядел настороженно, однако его уши добавляли его портрету легкий комизм. В сдержанных деловых тонах он поинтересовался, что ему необходимо сделать, чтобы предоставить необходимый образец ДНК.

Она передала ему комплект для получения образца. Он забрал его в туалет и вернулся через пять минут. Кейт хотела уже забрать его, но Крейн выдвинул еще одно условие:

— Я передаю вам образец с условием, что никто, ни вы или кто-то из вашего агентства, ни особенно Хана не будете искать со мной встреч.

— Но когда мы получим результаты…

— Я ничего не хочу о них знать. Можете передать вашей клиентке, что если я окажусь ее биологическим отцом, то она может быть спокойна: я абсолютно здоров. А у моего отца начались проблемы с сердцем в шестьдесят лет, но исключительно из-за того, что он был заядлым курильщиком и никогда не занимался спортом.

Сын явно пошел не в отца, отметила про себя Кейт. Если судить по его тренированному телу, он постоянно ходит в спортивный зал и пьет морковный сок после занятий в баре рядом с залом.

— Больше ничего не знаю о возможных отклонениях в здоровье, — сообщил он ей.

Затем поставил на стол набор с образцами ДНК.

— Теперь я могу быть уверен, что моя личная жизнь не будет подвержена вторжению?

Она не удержалась от вопроса:

— Разве вам не интересно?

Он взглянул на нее равнодушно:

— Я мог бы привести вам минимум десять очень веских причин, почему мне не следовало бы предоставлять образцы своего ДНК. Мои карьерные интересы простираются далеко за пределы моей юридической практики. И я не хочу иметь побочных детей, возникающих из ниоткуда.

— Хана обязалась соблюдать абсолютную конфиденциальность. Уверена, она согласна никогда с вами не встречаться, если вы того действительно хотите.

— Вот и порешили.

Он пожал ей руку на прощание и пододвинул к ней образцы ДНК.

Глядя на уходящего мужчину, Кейт вдруг сообразила, что она не может принять в натуре Оливера Крейна именно то, что сама требует от Джея, — вот так встать и легко уйти прочь от своего ребенка.

Без пятнадцати семь Джей вернулся в приют. В регистратуре уже дежурила другая медсестра. Он подошел к стойке и прочитал ее бедж. Рози Макврайд была предпенсионного возраста, с платиновыми кудрями и подведенными карандашом бровями.

— Могу быть вам чем-нибудь полезна?

— Думаю, что да.

Он объяснил, что ожидает появления Марка Чертосимо и был бы ей признателен, если бы она подсказала ему, когда тот появится.

— В этом нет никакой нужды, — послышался голос из-за спины.

Он обернулся и увидел мускулистого человека лет двадцати, одетого в спортивный костюм и белые кроссовки, напоминавшие по размеру клоунские башмаки.

— Я — мистер Чертосимо.

— Рад встретить вас. Джей Саваж.

Он протянул руку, которую молодой человек чуть не сломал, настолько крепко он ее сжал.

— Вы по поводу тренера Джифорда?

Учитывая обстоятельства, вопрос был логичен, и Джей кивнул.

— Не могли бы мы присесть и поговорить минутку?

— Если это не займет много времени.

Марк последовал за ним в зону для ожидания и уселся на один из стульев. Джей не часто встречал людей своей комплекции, а Марк был даже крупнее. Он наклонился вперед и взглянул ему в глаза в надежде добиться взаимопонимания.

— Вы играете в американский футбол?

— Защитник в команде Нью-Игланд-колледжа.

— Альма-матер тренера Джифорда.

— Так и есть. — Тень уважения промелькнула во взгляде молодого человека.

— Вы слишком стары, чтобы быть его учеником. Откуда вы знаете тренера?

— Я работаю на детективное агентство «Фокс и Фишер» в Манхэттене. Одна из наших клиенток считает, что тренер Джифорд может оказаться ее отцом.

— Во дерьмо! Почему она так думает?

— У ее матери была связь с тренером Джифордом на первом курсе, — уточнил Джей, тактично не упомянув, что это была всего одна ночь любви.

— Это правда? — Марк рассмеялся. — Так у него все-таки была девчонка в прошлом. Круто. Большинство парней в школе уверены, что он был геем.

— Но не вы?

— Могу сказать, что он сходил с ума от нашей училки музыки Лилиан Прайс. Они теряли рассудок, когда оказывались вместе в одной комнате. Но она была замужем, а тренер не мог через это переступить.

— То есть вы хотите сказать, что Джифорд честный человек?

Джей понадеялся, что подобрался к решению проблемы.

— Разумеется.

— Значит, окажись он отцом ребенка, то не откажется от него?

Марк растерялся от прямолинейности, но, немного подумав, кивнул.

— Думаю, да. Но если его дочь рассчитывает поживиться деньгами, посоветуйте ей забыть о них. Вся его пенсия уходит этому приюту.

— Речь не идет о деньгах, — заверил его Джей. — Его дочь собирается рожать. Хорея Гентингтона — заболевание наследственное. Если она его дочь, то она имеет право знать, унаследовала ли она его.

— Черт, — произнес Марк. — Это уж наверняка.

— У нас в агентстве работает Кейт Купер. Она приходила сюда днем. Она просила мистера Джифорда дать образцы ДНК на тестирование. Процедура простая, все, что нам нужно, — так это слюна изо рта, но он отказал.

— Может быть, он не понял суть просьбы? У него бывают хорошие дни и плохие дни, если вы понимаете, о чем я говорю.

— Не могли бы вы его уговорить?

— Не вижу вреда. Я поговорю с ним.

— Вот. — Джей передал ему один из наборов для пробы. — Если он согласится, вы можете сами взять у него пробы. Как я уже сказал, это очень просто.

Марк встал и пошел, но Джей задержал его:

— Еще одно. Передайте ему привет от Лилиан Прайс.

Глава 16

Через двадцать минут Марк вернулся в приемную.

— Увы, мне ничего не удалось.

— Он так и не согласился сдать образец? — поразился Джей.

Он не сомневался, что Марку удастся убедить своего бывшего тренера сделать пробы.

— Если бы не болезнь, у меня и капли сомнения бы не возникло, что он пойдет на это. Тренер Джифорд учил нас, что надо уметь брать ответственность на себя. За свои действия… на поле и в реальной жизни тоже.

— Достойно великого тренера.

— Поэтому я и здесь, — просто ответил Марк. — Но эта болезнь поражает разум. Он стал подозрительным в некоторых вещах. Я не рискнул ухудшать ситуацию и заставлять его.

— Вы рассказали ему о Лилиан Прайс?

— Да, хотя мне кажется, делать этого не стоило. Услышав ее имя, он зарыдал.

Марк вернул Джею комплект для взятия пробы.

Черт. У Джея были такие серьезные надежды, что все будет с точностью до наоборот.

— Что ж, спасибо, хоть попытались. — Джей дал молодому человеку визитную карточку. — Позвоните, пожалуйста, если он передумает.

— Обязательно, — заверил Марк.

Но по нему было видно, что сам он не верит в возможность этого.

Везти в лабораторию образцы ДНК Оливера Крейна было уже слишком поздно, поэтому Кейт ничего не оставалось, как дожидаться утра следующего дня. Сгорая от нетерпения, она пришла за десять минут до открытия и стояла, переминаясь с ноги на ногу на холоде.

Она думала встретить Джея с образцами Гарри Джифорда, нов лаборатории, кроме нее, посетителей не оказалось.

Означало ли это, что ему не повезло с Джифордом так же, как и ей?

Она надеялась на это. У нее появился шанс на победу. Реальный шанс.

Ей хотелось бы остаться в лаборатории и ждать результатов, но, как ни крути, это бы не ускорило процесс.

Она решила заглянуть в интернет-кафе и позавтракать. Кафе оказалось из разряда тех уютных заведений, где нет лишнего официоза. Меню писали на грифельной доске цветными мелками. Маленькие деревянные стулья гармонировали с видавшими виды деревянными полами и круглыми крошечными столиками.

Кейт оплатила кекс и сок, затем нашла столик у окна.

Глядя на улицу, Кейт невольно выхватывала взглядом детей, особенно маленьких грудничков и постарше, в сидячих колясках. Любопытные и любознательные детишки широко раскрытыми глазами впитывали впечатления внешнего мира. Кейт ощутила знакомую боль, отчаянное желание стать матерью.

Через шесть дней она узнает наверняка, беременна ли она. Согласно ее расчетам, в эти сроки она сможет получить гарантированный результат по экспресс-тесту. Но она не очень в это верила. С каждым прошедшим днем она все больше понимала, насколько глупо с ее стороны было рассчитывать забеременеть так легко.

Кейт вздохнула, затем ввела пароль в компьютер и подключилась к Интернету. Так или иначе, она или Джей, но кто-то потеряет эту работу. Стоило бы поискать, что там предлагают. Вреда не будет.

Наиболее перспективное предложение было от агентства «Ашенхерст», расположенного в Со-хо. Фирма была крупнее детективного агентства «Фокс и Фишер», что означало меньшую степень свободы и более высокий уровень бюрократии. Но все-таки она записала контактную информацию.

Затем позвонила в офис.

— Вы сегодня придете? — поинтересовалась Надин.

— Нет никакого смысла. Я только что сдала образцы ДНК Оливера Крейна.

— Как интересно. Мои поздравления, Кейт.

— Они пообещали ускорить посылку результатов в агентство. Когда ответ придет, позвоните мне, пожалуйста. Я, скорее всего, буду дома.

— Конечно позвоню. Сразу же.

За несколько часов она прочитала три главы детектива, но он ее не захватил. Раздался звонок Джея.

— Не знаю, чем заняться, — начал он. — Написал свой финальный отчет и приложил все чеки по расходам.

— Ожидание результатов просто убивает меня, — согласилась она.

— Не хотите прогуляться?

Она задумалась. Было ли это правильно проводить время в обществе Джея? Но она не могла отказаться от возможности побыть с ним.

— С удовольствием.

Хотя он и надел свои летные солнцезащитные очки, она чувствовала, как он разглядывает ее. Она остановилась в метре от него, по-дурацки положив руки в карманы.

— Ну, как вы? — поинтересовалась она.

— Бывало и лучше. Сожалею, но до моего поражения осталось несколько дней. Я хотел бы… — У него перехватило горло. — Кажется, было бы неплохо, если бы мы остались друзьями?

— Мне бы этого очень хотелось, — призналась она.

Не успели они сделать и пары шагов, как повстречали молодую маму с коляской для двойняшек.

— Двойняшки? — не удержалась Кейт.

Мать кивнула. Ее, видимо, постоянно спрашивали об этом, но она, кажется, не возражала.

— Мальчик и девочка. Только задремали, я скорее вытащила их на прогулку.

— Вы притягиваете детей, — заметил Джей.

— Правда, замечательные? Вы заметили эти прелестные ямочки?

Джей приблизился к ней, взял ее за руку. Ее рука утонула в его ладони. Кейт судорожно сглотнула от такого проявления нежности, но руки не отдернула.

Было приятно идти с Джеем, взявшись за руки. Все очень естественно.

— Мы договаривались, что, когда состязание завершится, мы поделимся рассказами из нашего боевого прошлого, — напомнил ей Джей.

— Совершенно верно. Что было, то было!

И состязание между ними, к счастью, закончилось. Результаты анализа ДНК Оливера Крейна должны были дать необходимый ответ Хане.

Кейт взглянула на Джея.

— Я интересовалась самым жутким случаем за всю историю ваших полетов.

— Все еще интересуетесь?

Она кивнула.

— Летчики порой за всю жизнь не совершают ни одной экстренной посадки. Часть экстренных посадок вообще совершается из перестраховки. Два года, назад, в сочельник, я направлялся в Ла-Гуардиа, как вдруг оказалось, что у меня проблемы с левым шасси.

Джей побелел, и Кейт почувствовала, что он весь там, в кабине самолета, и за окном ночь. Она сжала его руку, чтобы вернуть его на землю.

— Звучит драматично.

— Чувствую, как выделяется адреналин, — согласился он. — Ужасно то, что не знаешь наверняка — это шасси не вышло или произошел сбой в компьютерной системе. Было слишком темно, чтобы я мог пройти над башней центра управления полетами и попросить диспетчеров посмотреть, что там у меня стряслось. В любом случае, даже если шасси болтается, оно не зафиксировано. Поэтому предстояла посадка вслепую.

Для Кейт рассказ звучал трагически.

— Как же вы посадили самолет без шасси?

— У меня оставались шасси справа и в носу. Но это тоже цирковой номер, удерживать самолет по горизонту, чтобы избежать трагического сценария развития ситуации.

— Что означает…

— Потерю устойчивости и переворот самолета.

Она закрыла лицо руками от такой ужасающей картины.

— Ну и куча сопутствующих прелестей. Пожар. Удар о взлетную полосу…

— Не самые радостные перспективы.

— Верно. Поэтому сначала надо было сжечь топливо, что означало полет по кругу над аэропортом в течение часа. Я был набит под завязку в тот день: около двух сотен пассажиров. Многие начали молиться. Однако мы-то знали, что их жизни в наших руках.

— Вы сожгли топливо, что было потом?

— Я пошел на посадку. Бортпроводники из кожи вон лезли, чтобы предотвратить панику, ведь они предполагали худшее.

— А вы? Вам было страшно?

— На это не оставалось времени. Требовалась стопроцентная концентрация. Сначала я выпустил правое шасси. Оно вышло нормально. Я молил, чтобы носовое шасси вышло нормально, так оно и получилось. Внизу была запененная полоса, я различал пожарные команды, готовые прийти нам на помощь. Но мне еще предстояло положить на землю левое крыло. Левое шасси так и не вышло.

— И вам удалось?

— Как можно осторожнее, но все равно мы сильно ударились, и с ужасным скрежетом. Какие-то пассажиры закричали, но сразу же замолчали, поняв, что мы уже на земле и живы. Брюхо самолета было сильно покорежено, откуда-то местами дымило, но пожар не начался.

— То есть посадка была успешной.

— Как сказать, посадил, конечно, но разрушений избежать не удалось. Самое важное, что пассажиры и экипаж остались живы. Так, ушибся кое-кто, конечно.

— Вы не подумывали после этого выкинуть к чертям ваши крылья?

— Даже в голову не пришло. На следующий день я уже улетел во Франкфурт. Просто ночное дежурство, не больше.

— Не скромничайте. Вы герой, Джей. Благодаря вам все те люди на борту остались живы.

— Доставлять их живыми домой — часть работы. Как и у вас, Кейт, полагаю, когда вы работали в полиции.

— Хотите услышать мою самую жуткую историю?

Он кивнул.

— Только у нее несчастливый конец.

Теперь Джей сжал ее руку.

— Около трех лет назад меня вызвали на ограбление магазина на углу двух улиц. Грабитель убил дочку владельца магазина буквально за несколько секунд до моего появления только потому, что она никак не могла открыть сейф. Ее звали Бижу, и ей было всего шестнадцать лет.

— Этот безумный мир, так ведь?

— Я арестовала грабителя, а «скорая» прибыла только через десять минут. Они не смогли спасти девочку. Вполне вероятно, что ее ничто не могло спасти, Джей. Пуля попала ей в голову. Жуткое зрелище.

Он приобнял ее за плечи и прижал к себе.

— Вы задержали грабителя. Он заплатил, надеюсь, по заслугам.

— Это недостаточное утешение, когда речь идет об отнятой жизни.

— Боже праведный, Кейт, опять и опять вы не перестаете меня удивлять.

Утром следующего дня Джею позвонила Надин.

— Только что получила сообщение из лаборатории, — сообщила она. — Готовые тесты. Не могли бы вы приехать в офис через полчаса?

— Без проблем.

Он вместе с Эриком дошел до остановки метро, после чего каждый поехал в своем направлении. Дядя отказался от идеи сопровождать племянника в школу, решил поверить в него. Если что, обман всплывет на следующей запланированной встрече с классной руководительницей.

Надин уже ждала его:

— Все в переговорной.

— Включая Кейт?

Она кивнула, затем проводила его через холл, прихватив тарелочку с рогаликами и сливочным сыром.

Как только Джей вошел в комнату, он увидел Кейт, одиноко стоявшую у окна. Она выглядела уставшей и напряженной.

— Настал важный момент, — объявила Линдсей.

Никто не присел. Словно все пятеро собравшихся слишком нервничали, чтобы сесть за стол.

— Кейт. — Натан взял со стола конверт и передал его ей. — Окажите нам честь.

— Получены результаты анализа ДНК Оливера Крейна, — без всякой на то необходимости объявила Кейт. Она прочитала текст, затем вздохнула. — Ответ отрицательный.

Воцарилась мертвая тишина. Надин заговорила первой:

— Если так… методом исключения отцом Ханы является Гарри Джифорд.

— Да будет так, — произнесла Линдсей.

— Хорошо поработала, Кейт. Джей, вы тоже. — Она подошла к нему пожать руку. — Обидно, что мы не можем предложить работу вам обоим. Очень обидно.

Натан похлопал его по плечу.

— Увы, приятель. Но ты великолепно работал.

Джей благодарил их, но глаз не спускал с Кейт. Она скромно воспринимала свой успех. Ей было как-то неловко.

Он подошел к ней, протягивая руку.

— Хорошая работа, Кейт. Ты заслужила это место.

— Надин, позвоните, пожалуйста, Хане и скажите, что мы просим ее приехать в офис как можно скорее, — распорядилась Линдсей. — Такую новость надо сообщать только лично.

— Согласен, — подтвердил Джей. — Она может сразить ее наповал. Надин, попросите ее взять мужа с собой, если это возможно.

— Что вы имеете в виду? Почему «наповал»? — поинтересовалась Линдсей. — Есть что-то, чего мы не знаем?

Джей выждал, чтобы Кейт объяснила, в чем дело. Когда же он понял, что она, как и остальные, не в курсе, он поинтересовался:

— Разве вы не выяснили, почему Джифорд находится в приюте?

— Я спрашивала, но они мне ничего не сказали. — Глаза ее сузились. — А вы знаете, не так ли? Как вы узнали? Я полагала, что он и с вами не станет говорить.

— Он и не стал. Но я говорил с учительницей музыки в средней школе Бруклин-Хайтс.

— Женщиной, которую он любил? — сухо уточнила она.

Джей кивнул.

— Она рассказала мне, почему он досрочно ушел на пенсию. Тренер Джифорд болен хореей Гентингтона.

— О нет, — вырвалось у Надин. — Бедная Хана. — Присутствующие повернулись в ее сторону, ожидая объяснений. — Моя кузина вышла замуж в семью с таким заболеванием. Потомок имеет шанс пятьдесят на пятьдесят унаследовать это заболевание.

— О господи, — проронила Линдсей.

Остальные молчали.

— Не все так плохо, — начала Надин, когда первый шок прошел. — Хана может себя протестировать.

— Не уверен, что Хану и ее мужа это сильно успокоит, — сухо прокомментировал Натан. — Но не вижу выхода из создавшегося положения. Она искала информацию, мы ее добыли.

Хана и Джереми договорились приехать в агентство во время обеда. Оба вошли, затаив дыхание и полные надежд, держа друг друга за руки.

Джей не мог глядеть им в глаза, поэтому встал, чтобы всем принести воды.

— Мы начнем, как только Кейт…

Линдсей прервалась, поскольку вошла Кейт, привнеся холодный воздух улицы.

— Всем привет. Надеюсь, я не сильно задержала вас. — Кейт села на стул напротив Джея, положив руки на стол, затем посмотрела выжидательно на Линдсей.

— Мы только что начали, — успокоила ее Линдсей.

Несмотря на внешнее спокойствие Кейт, Джей был уверен, что та переживает. Как бывший полицейский, она наработала достаточно навыков сообщать людям неприятные новости, но это был случай, который затрагивал ее внутренние переживания. Кейт больше, чем кто-либо за этим столом, знала, что это такое — желание родить своего ребенка.

— Вы нашли моего отца?

Стало ясно, что настороженная и сдержанная атмосфера, царившая в комнате, озадачила Хану. Она всматривалась в лицо каждого из собравшихся, затем повернулась к Джереми за поддержкой.

— Да, мы его нашли, — наконец, произнес Натан.

— Отцом Ханы является Гарри Джифорд. Джей и Кейт отыскали его в приюте…

— Приюте? — переспросил Джереми. — Он не может быть так стар.

Натан слегка поднял руку, попросив время на объяснения.

— Кейт установила, что Гарри — отец Ханы, методом исключения, поскольку он отказался сдать пробы на ДНК. У нас есть результаты тестов от Оливера Крейна, и ранее были получены результаты от Джеймса Моргана, так что, боюсь, сомнения здесь не уместны.

— Что значит «боюсь»?

Кейт решительно встала. Она слегка подалась вперед в сторону Ханы, глаза ее были полны слез.

— Причина, по которой ваш биологический отец находится в приюте, хотя он совсем и не стар, заключается том, что он страдает передаваемым генетически неврологическим заболеванием, разрушающим сознание.

— Вы сказали «генетически»? — нервно переспросил Джереми.

Кейт кивнула.

— Боюсь, что Гарри Джифорд страдает хореей Гентингтона.

— Гентингтона? Вы уверены? — громко, очень громко уточнил Джереми.

Он даже выпустил руку жены.

— Боюсь, это так, — ответила Кейт спокойно.

Джереми был не столь спокоен.

Все замерло, пока пара переваривала сокрушительную новость.

— Одно лето я работал в приюте, — произнес Джереми. — Я видел людей с этим заболеванием. Боже мой.

Он закрыл лицо руками.

В этот момент Хана выглядела очень маленькой и одинокой. Муж ее стенал подле нее, а она сама пыталась медленно переварить новость.

— Гентингтон — это приговор, не так ли?

— Это неврологическое заболевание, которое влияет на психологическое и психическое здоровье человека, его интеллект и опорно-двигательную систему. Симптомы обычно проявляются в среднем возрасте, а еще через десять лет, плюс-минус, наступает развязка.

— О боже… — Хана зажала трясущейся рукой рот.

Кейт подошла к ней и положила руку на плечо.

— Хана, вы не являетесь автоматически носителем этого заболевания.

— Каковы мои шансы?.. — Ей не удалось закончить фразу.

Она молча посмотрела на Кейт. Та закрыла глаза, прежде чем произнести:

— Пятьдесят процентов.

— О нет. — Лицо Ханы сморщилось, как у ребенка.

Джей надеялся, что муж утешит ее, но Джереми сам все еще находился в шоке.

Тяжело вздохнув, Хана сдержала слезы:

— Это значит, что я могу заболеть сама и передать эту болезнь своим детям?

— Если вы — носитель. — Кейт подчеркнула сказанное. — Если вы чисты, тогда никакого риска, можно иметь детей.

— Знаешь, Джереми. — Хана обратилась к мужу. — Я думала, что ты — параноик, когда настаивал на поисках моего биологического отца до рождения детей. Теперь вижу, как ты был прав. И я не стану тебя упрекать, если ты разведешься со мною.

Джереми в ужасе посмотрел на нее.

Джей тоже не мог оправиться. Если этот муженек не обнимет бедняжку, он сделает это сам. Но прежде чем он или Джереми успели, Хана выскочила из комнаты. Через секунду хлопнула входная дверь.

Кейт вцепилась в кружку, нуждаясь в кофеине в отсутствие чего-нибудь более крепкого. Никто не покинул переговорной, кроме Джереми, устремившегося за женой.

— Поверить не могу, какой болван ее муж, — кипятился Джей.

— Дайте ему время опомниться, — возразила Линдсей. — Он пережил страшный шок. А лучше ли им было не знать всего этого? Не думаю. Разве нельзя провести предварительный анализ у эмбриона, чтобы получить уверенность, что он не стал носителем?

— Да, — согласилась Кейт. Ей хотелось бы поверить, что это очень просто.

Она не находила себе места с того самого момента, как узнала, почему Джифорд находится в приюте.

— Но если тест на Гентингтон будет положительным, Хана поймет, что она тоже больна. Вы бы предпочли жить в ожидании начала заболевания Гентингтона или оставаться в блаженном неведении об уготованной вам судьбе?

— Я не хотела бы ничего знать, — жестко заявила Надин.

— Думаю, лучше бы знать, — предположила Линдсей.

Кейт взглянула на мужчин. Обоих передернуло.

— Да, Хане тяжело, — сказал Джей.

— К несчастью, мы ничем не можем ей помочь, — констатировал Натан. — Но и у нас в связи с этим появляются свои проблемы.

Линдсей с серьезным выражением лица поднялась со своего места и встала рядом с Натаном.

— Мы с Натаном потрясены результатами вашей работы, Джей. Принимая во внимание, что вы единственный, кто знал про Гентингтон, нам еще сложнее не предоставить вам место в нашем офисе.

— Не беспокойтесь, — произнес он. — Я уже упаковал свой вещи. Их не так много. — Он кивнул в сторону Кейт. — Офис в вашем распоряжении.

Джей направился к двери, но Кейт преградила ему дорогу.

— Подождите, Джей. Когда я только что вышла из офиса, я не выходила подышать. Я звонила по телефону.

Куда она клонит? Он внимательно вглядывался в ее глаза. Она была очень расстроенна, но он не понимал почему.

— Мне предложили другую работу, — объяснила она. — В крупном агентстве в Сохо. Я только что разговаривала с управляющим партнером, Эвереттом Ашенхерстом. Как только он услышал, что я проработала десять лет в Департаменте полиции Нью-Йорка, сразу же согласился меня взять.

— Но почему, Кейт? — вскрикнула Линдсей. — Работа твоя. Ты нашла отца Ханы. Ты выиграла состязание честно и убедительно.

— Но Джей узнал о болезни Гентингтона. Отчасти это было важнее, чем локализовать человека. Он заслуживает эту работу.

— Это не так, — парировал Джей. — Вы заслуживаете эту работу, Кейт. Не я.

— В агентстве «Ашенхерст» платят хорошие деньги и есть система премиальных, — объяснила она ему. — Кроме того, я уже приняла предложение. Дело сделано.

Джей стоял как громом пораженный. Она видела, как его раздирает внутренний конфликт, но она была уверена, что поступает правильно.

А что более важно, она поняла почему.

Почему она вдруг захотела ребенка от этого мужчины.

Почему она не могла согласиться на место, за которое боролась.

Ответ был прост. Она полюбила Джея.

Глава 17

Если бы не Эрик, никто не убедил бы Джея занять в «Фокс и Фишер» место, на которое претендовала Кейт. Впрочем, и сейчас Натану пришлось его уговаривать. И даже Линдсей, которая, как казалось, не слишком его жаловала, сказала, что он совершит глупость, если не согласится с ними работать.

— Если Кейт решила, она не передумает.

Джей уже знал эту черту характера Кэйт. С тяжелым сердцем он отдался на милость Надин, которая заставляла его заполнять кипы всяких бланков, чтобы он был зачислен в штат агентства и начал получать зарплату по платежной ведомости.

Приходилось признать, что наличие ежемесячного чека вселяло уверенность. А гибкий график работы позволял больше внимания уделять Эрику.

И все-таки работа без Кейт уже не доставляла былой радости.

Даже Эрик заметил ее исчезновение из их жизни.

— А что случилось с той рыжеволосой полицейской? — поинтересовался он однажды вечером за спагетти с фрикадельками. — Вы еще работаете вместе?

— Больше не работаем.

— Но вы же вроде дружили? Может, она заглянет к нам как-нибудь.

— Не думаю. Ее новая работа отнимает у нее массу времени.

Никаких обязательств, никаких отношений. Так она обещала. Впрочем, он полагал, что этого и не потребуется.

Похоже, он оказался прав. По крайней мере, он ничего не слышал ни от Линд сей, ни от Натана о беременности Кейт. Подобная новость не могла обойти его стороной.

Значит, она не забеременела. Это снимало с него груз ответственности. Но почему-то ему не становилось от этого легче.

После двух недель на новой работе Кейт уже начинала подумывать, что 20-й участок был не так уж плох. Последнее, что ей могло прийти в голову, когда она решилась уйти в частный сыск, — что от объема работы голова начнет пухнуть.

Ей следовало бы сначала познакомиться с делами, а потом уже соглашаться на эту работу. Агентство «Ашенхерст» специализировалось на счетах высших руководителей корпораций. И хотя дело приносило прибыль, приходилось подолгу сидеть в Интернете и постоянно звонить по телефону, к тому же сотрудники обрабатывали огромное количество рапортов и прочего бумаготворчества.

Кейт не хватало выездов «в поле», даже дежурства стали вспоминаться с тоской. Поскольку она никогда не видела клиентов фирмы, у нее напрочь пропало чувство, что она приносит пользу кому-то конкретно.

Но того хуже, коллеги по работе оказались все ужасными занудами. Они съедали принесенные из дома бутерброды прямо на рабочем месте и покидали контору ровно в шесть вечера. Вполне возможно, что с годами дружеские отношения наладились бы с кем-нибудь из них, но пока все выглядело бесперспективно.

Четкий график приносил бы радость, если бы у нее была личная жизнь. Но она продолжала жить. одна и все так же страдала от этого одиночества. Ей все больше хотелось завести котенка.

«Смотри правде в глаза, — говорила она себе. — Тебе не хватает Линдсей, Натана и Надин».

И еще там остался Джей.

Он говорил ей, что она заслуживает всего, полный пакет, которого он дать ей не может. Она любила детей и все еще хотела их иметь.

Но постепенно ей начинало казаться, что Джея она хочет больше.

Из-за перегородки в офисе послышалось, как разворачивают сандвичи, следом подтянулся безошибочно определяемый запах тунца.

Время обеда. Господи, как быстро летит время. Кейт выключила компьютер, затем поднялась из-за стола. Есть не хотелось. Хотелось на свежий воздух, увидеть солнце.

Выскочив из офиса, она устремилась в аптеку. Она осматривала витрины с выложенными предметами первой необходимости.

Наконец она уткнулась в тесты на беременность.

Она стала изучать коробки, выложенные рядами. Она все еще была уверена, что не беременна. Но… обычный цикл затягивался. Правда, всего один день задержки. Могло начаться уже завтра, в этом случае она выбросит деньги на ветер…

На всякий случай она все же купила комплект.

Рассчитавшись за тест в кассе, она засунула коробку в сумку. Вернувшись в офис, она направилась в туалет. Действуя крайне медленно, поскольку она была уверена на ноль процентов в положительном результате, она открыла картонную коробку, вытащила содержимое и прочитала инструкцию.

Просто. Она все выполнила по инструкции. Затем оставалось только ждать.

Медленно проявилось слово в окошке.

Слово «Беременна».

Она затаила дыхание. Хотелось плакать. Хотелось смеяться.

Свершилось. У нее будет ребенок.

Кейт позвонила Линдсей и предложила встретиться после работы в «Старом сплетнике».

— У меня новости. Ошалеешь, — сообщила она подруге спустя секунду после того, как они обменялись приветствием.

— Подожди минутку. Дай хотя бы заказать что-нибудь выпить. — Линдсей села на скамейку напротив Кейт.

— Это ты подожди. Я беременна.

— Что? — Линдсей уронила меню на пол. — Ты меня разыгрываешь?

— Я жду ребенка.

— Что ты все заладила. Как будто я не знаю значение слова «беременность»? Ладно, эту часть я поняла, но, бог мой, как это все произошло? Неужели ты все же обращалась в банк спермы? — Она ждала объяснений, но, не услышав их, снова приступила к расспросам: — Непорочное зачатие? Или у тебя новый парень? Только не говори, что опять сошлась с Коннером!

— Нет, нет и нет, тем более с Коннером.

Кейт подперла лицо руками, не будучи уверена, хочет ли она сказать всю правду Линдсей. Но ей надо было кому-то рассказать. Ее распирало, не терпелось выпустить пар, поделившись новостью с кем-нибудь, иначе она не выдержала бы.

Вдруг как гром среди ясного неба Линдсей высказала догадку:

— Тогда это Джей. Он отец ребенка.

Кейт кивнула.

— Я чувствовала, что-то между вами произошло. Тогда, в переговорной, во время первого отчета по делу Ханы, вы оба выглядели виноватыми и повязанными одной тайной.

— Что тебе сказать? У тебя классная интуиция.

Она подумала, что скажет Линдсей, если узнает, где все случилось. Но это принадлежало только ей и Джею. Не все следует говорить.

— Восхитительно. — Линдсей улыбнулась. — Я так рада за вас, ребята. А где Джей? А по нему не скажешь, что у вас все так круто?

— Почему? Что с ним не так?

— Весь в депрессии, должна сказать. Выходит, его переполняют эмоции, и он переживает, что станет отцом.

— Но он и не станет. Мы заключили сделку. Он сделал это для меня. Он не хочет иметь детей. Никогда. Он даже подумывает о вазэктомии. Очень сильно подумывает.

— Уймись. Ничего в толк не возьму. Вы с Джеем вместе или нет?

— Нет.

— Фу-ты. — Улыбка Линдсей слегка померкла. — Но это все же хорошая новость… правда?

— Наилучшая. То, что я хотела. Лучше не бывает. Я счастлива.

— Так и быть. Разделяю твою радость. — Линдсей подалась вперед. — Джей в курсе?

— И не собираюсь ему говорить. Это же просто сделка.

— К ребенку он не имеет никакого отношения, — прекрасно… надеюсь, вы обоюдно именно этого хотели. Но, Кейт, ты обязана ему сказать.

В субботу Эрик сообщил, что уходит с друзьями и будет к ужину. Джей не видел причины запретить ему это. Всю прошедшую неделю Эрик усердно занимался в школе и дополнительно с преподавателем, ходил на баскетбол. Мальчику требовалось свободное время.

Жаль, Джей незнаком с друзьями племянника.

— Какие планы?

— Не знаю. Прошвырнемся. А то и в корзину покидаем.

Эрик натянул шапку.

— Пригласишь своих друзей вечером на пиццу?

— Не собирался.

Джей уловил в голосе Эрика, что тот воспринимает его предложение как ущербное. Ладно, пусть будет так. Джей помнил себя в четырнадцать. Сейчас все много проще. Тогда его окружало столько всего, как только не влип. И ведь ему вообще никто ничего не советовал.

Не запирать же Эрика в комнате до окончания школы. А больше ничего и не придумаешь.

С уходом Эрика в квартире стало тихо и пусто. Джею было уже трудно вспомнить, что раньше так было всегда.

Он разложил по местам какие-то вещи, затем снял трубку телефона. Натан предлагал сходить в гимнастический зал на выходные. Но прежде чем он успел набрать номер, телефон сам зазвонил у него в руке.

— Уже готов? — спросил он.

— Простите?

Черт, это оказалась Кейт.

— Извини, думал, это Натан. Собирались размяться.

— Прогулка не заменит разминки?

С Кейт. Конечно.

— Там же, что и в тот раз?

— Точно. Я выхожу прямо сейчас. До встречи.

Он надел беговые кроссовки, прихватил ключи и бумажник и минуту спустя уже покинул квартиру. Он хоть и спешил, она пришла раньше, чем он. Он высмотрел ее, когда она покупала хот-доги у уличного торговца.

— С кетчупом или горчицей? — спросила она.

Он никогда раньше не видел ее с забранными в конский хвост волосами. Уши были открыты. И веснушки на ее шее стали видны. Их он раньше не замечал.

— Соус или горчица? — повторила она вопрос.

— И с тем и с другим.

На Кейт был серо-голубой свитер, оттенявший ее кожу. Он был рад, что, несмотря на солнце, она не надела солнцезащитные очки. Ему нравилось смотреть ей в глаза.

Они некоторое время шли молча, получая удовольствие от хот-догов и солнца, согревающего им спины.

Проглотив последний кусок, Джей вздохнул. День начался не слишком радостно, но ситуация явно менялась в лучшую сторону.

— Офис без тебя стал другим. Как тебе новая работа?

— Нормально.

— И только?

— Хорошая зарплата.

— А работа-то тебе нравится? А люди вокруг?

— Еще и платят хорошие премиальные.

— Понятно, но…

— Включая медицинское страхование.

Он замер, сообразив, что она пытается ему о чем-то сообщить.

— Хорошее медицинское страхование?

— Да. Оно мне здорово пригодится через… восемь месяцев, если считать от сегодня.

— Кейт? — Он обнял ее за плечи и внимательно посмотрел ей в глаза. — Ты серьезно?

Она кивнула:

— Это случилось, Джей. Я буду рожать ребенка.

Его глаза невольно устремились к ее животу, который остался без видимых изменений. Боже мой. Всего раз они были вместе, но этого оказалось достаточно. Его переполняли чувства, которые он даже не сумел бы выразить словами.

— Только ничего такого не подумай. Я не пересмотрю нашу сделку. И сообщаю тебе, поскольку посчитала, что у тебя есть право знать. Если честно, это Линдсей считает, что ты имеешь право знать. И после всей этой истории с Ханой я вынуждена с ней согласиться.

Он был слишком потрясен и не находил слов.

— Ты ведь не расстроен? Наверное, мне не следовало…

— Я рад, что ты мне сообщила, Кейт. Я просто… удивлен. Я уж начал думать, что ты так и не забеременела.

— И мне так показалось. Я знаю, какова вероятность. Я и не беспокоилась. Я уже перестала надеяться, а зря.

— Ты совсем не изменилась.

— Знаю. — Она улыбнулась ему. Ее глаза излучали невероятный интерес. — В этом-то и суть. Нам кажется, что снаружи тоже все должно измениться, если внутри произошли изменения.

— Хотя я не прав. — Он сжал ее плечи. — Ты вся светишься, Кейт. Просто сияешь.

У Кейт задрожал подбородок, и Джей инстинктивно обнял ее. Ему был знаком этот тонкий приятный запах от ее волос. Это был запах, который заставил бы его остановиться, если бы он донесся до него из толпы чужих ему людей.

Когда он выпустил ее из своих крепких объятий, она смахнула слезинку из глаз.

— Большое спасибо, Джей.

— Ты уверена, что все в порядке? Слезы… слезы счастья?

Возможно, столкнувшись с реалиями беременности, она начала сожалеть о своем решении рожать в одиночку. В теории все намного проще, нежели в реальной жизни.

— Абсолютно, Джей. Не беспокойся об этом. Уверяю тебя, наш ребенок принесет мне счастье.

Невзирая на слезы, все еще стоявшие в ее глазах, он ей поверил. Его радовало, что она продолжает считать, что оба поступили правильно. Но его собственные чувства стали много сложнее.

Однако пока они не поддавались никакому описанию, никакой классификации.

Кроме одного. Он не понимал, отчего его расстраивает то, что Кейт оказалась столь самостоятельной во всей этой истории.

Сказав Джею о беременности, она поступила правильно.

А то, что ей не удавалось сдерживать слезы, так это гормоны играли в ее теле.

Вполне естественно.

— Множество женщин проходят через это.

Джей настоял на том, чтобы проводить ее до дома, а когда они добрались до двери ее квартиры, то попросился к ней ненадолго, чтобы убедиться, что с ней все в порядке.

Другими словами, пока она не успокоится.

Джей приготовил ей чаю, затем присел рядом с ней на диван. Он был так добр. Она даже подумала, что ей было бы легче, если бы он таким не был.

Она использовала последнюю салфетку из коробки, что дал ей Джей. Она промокнула краешки глаз, высморкалась и выкинула использованную салфетку в переполненную корзину для мусора.

— Это гормоны, — повторила она в сотый раз.

— Ты ожидала каких-то явных признаков того, что в тебе происходят изменения. Возможно, это они и есть.

Потрясение, которое выдавали глаза Джея после того, как она сообщила ему новость, стало угасать.

— Не считала, когда должен появиться ребенок? — поинтересовался он.

Она кивнула.

— Пятнадцатого декабря. Я откопала в Инете отличный сайт. Все, что требуется, — так это вбить дату последней менструации.

— Декабрь кажется таким далеким.

— Это точно.

Она подложила одну из подушек под спину.

— Программа работает и иначе. Можешь ввести свой день рождения и узнать, когда тебя зачали. Машина выдала, что меня зачали двадцать пятого декабря.

Он рассмеялся:

— Прямо под рождественской елкой.

— Интересно, мои родители задумывались об этом? Сомневаюсь, что они оценили бы твою иронию.

Она-то знала, что они не воспринимали ее появление как дар Божий.

Она отложила подушку и выпила немного чаю.

— Знаешь, не перестаю думать о Хане и Джереми.

— Потому что у тебя будет ребенок, а они об этом мечтали?

— Да. Такая жестокость судьбы, что из трех потенциальных родителей тот, который, как выяснилось, оказался ее биологическим отцом, как раз и болен.

— Если бы нам удалось взять ДНК Джифорда, — задумчиво произнес Джей. — Чтобы уж на сто процентов не сомневаться, что мы нашли настоящего отца.

— Но кто еще тогда? Мы же расспрашивали Ребекку. Она называла троих. — Снова эти иголочки под кожей… Дикая идея пришла ей в голову. — Ты не помнишь день рождения Ханы?

— Уверен, что он есть в файле.

Кейт неожиданно разволновалась настолько, что не могла усидеть.

— У меня идея. Смутная, но ее надо проверить. У тебя есть время смотаться в офис прямо сейчас?

Джей посмотрел на часы:

— Есть пара часов до возвращения Эрика домой. Но зачем… — Он сам остановил себя, вспомнив, о чем она ему только что рассказала. — Ты хочешь просчитать дату зачатия Ханы?

— Да.

Кейт уже натягивала свитер и надевала туфли.

— Ключи от офиса у тебя с собой?

Он похлопал по карманам джинсов.

— Да.

— Первое июля, — прочитал Джей вслух в файле, пока Кейт распароливала его компьютер. Он не поменял пароля с тех самых пор, как она здесь работала, поэтому у нее не возникло проблем.

— Подожди, постараюсь найти тот веб-сайт. — Пальцы Кейт скользили по клавиатуре, пока она подбирала необходимые слова в поисковике. — Отлично. Вот он.

Он встал у нее за спиной, наблюдая, как она вносит дату рождения и нажимает на клавишу расчета. Дата, появившаяся на экране, дата, когда зачали Хану, оказалась пятым октября.

— Вот те на, — произнес он, старясь осознать, чем это могло обернуться. — Никогда б не подумал, что первая неделя первого курса может длиться так долго.

Кейт сжала руки и посмотрела на него:

— Как здорово, Джей. Ты же понимаешь, о чем я?

— Гарри Джифорд не может быть ее отцом.

— Правильно. Муж Ребекки, Джон, — ее отец. Давай позвоним Троттерам и попросим его сдать образец ДНК на исследование. Если нам повезет хоть чуть-чуть, самое позднее уже к среде у нас будет хорошая новость для Ханы и ее мужа.

Глава 18

В среду Кейт предупредила Ашенхерста, что днем ей необходимо отъехать, поскольку ей предстоит поставить точку в деле, которым занималась на прежнем месте работы, и времени, выделенного на ланч, ей, естественно, для этого не хватит. Она взяла такси до Верхнего Вест-Сайда и появилась в офисе одновременно с Ханой и Джереми.

Полная тревоги, молодая пара поднималась по лестнице.

Кейт почувствовала ностальгию, когда, поприветствовав Надин, проследовала за Юнгами в переговорную. Линдсей, Натан и Джей уже ждали их. Джей пытался встретиться с ней взглядом, но она только улыбнулась всем вместе и присела за стол.

Она боялась, что не сможет сдержать эмоций, если встретится с Джеем взглядом, и он непременно догадается о ее чувствах. Ей следовало ежесекундно контролировать себя на этой встрече, а это было совсем нелегко.

После обмена приветствиями Линдсей попросила Джея вести встречу.

Он посмотрел в сторону Кейт. По правде говоря, он и не прекращал на нее смотреть с тех пор, как она вошла в комнату.

— Разобралась во всем Кейт. Ей и сообщать об этом.

Выразив свою признательность легким кивком, Кейт повернулась к Хане и Джереми. Они сидели рядышком, держа друг друга за руки.

— Хана, вы помните, что методом исключения мы определили Гарри Джифорда как вашего биологического отца.

Молодая женщина согласно закивала:

— Да, у вас имелись образцы ДНК Джеймса Моргана и Оливера Крейна. Оба анализа дали негативный результат, и это дало вам основание утверждать, что третий мужчина, Гарри Джифорд, и является моим отцом.

— Мы не сомневались в отсутствии других вариантов, поскольку ваша биологическая мать сообщила нам, что в сентябре она спала только с этими мужчинами.

Хана и Джереми переглянулись, так ничего и не поняв. Кейт почувствовала, что они начинают нервничать и надо поскорее сообщить им хорошую новость. Но следовало дать молодым супругам обстоятельное объяснение.

— Хана, когда мы с Джеем беседовали с вашей биологической матерью, Ребекка рассказала нам о своем муже. Она утверждает, что начала встречаться со своим нынешним мужем, будучи на первом месяце беременности. По ее мнению, она забеременела на первом курсе, в первую неделю первого семестра, а это как раз начало сентября.

— Да. И мне она сказала то же самое, — подтвердила Хана.

— Но вы родились первого июля. Период созревания плода в среднем составляет двести шестьдесят шесть дней. Я проверяла цифры несколько раз. Таким образом, вас не могли зачать в начале сентября.

Хана и Джереми были потрясены этой новостью.

— И что же получается? — переспросил Джереми, откинувшись на спинку стула.

— Получается, что биологическим отцом Ханы является Джон Троттер. Для верности мы взяли соответствующий образец ДНК, который отправили в лабораторию. На этот раз никакой ошибки быть не может.

— Боже мой. — Хана уткнулась лицом в ладони — Теперь точно? Вы в этом уверены?

— Ваша мать использовала противозачаточные средства каждый раз, когда имела дело с Джоном Троттером. Вот почему она считала, что он никак не может быть отцом ее ребенка.

— Вы хотите сказать, что защита подвела женщину? — Джереми покраснел, в глазах у него стояли слезы. Он обнял жену за плечи и притянул к себе

— Мы принесли с собой тест ДНК на случай, если вы пожелаете убедиться, — добавил Джей.

Джереми пожелал. Он прочитал документ.

— Слава богу!

— Получается, у меня нет предрасположенности к хорее Гентингтона? И мы можем иметь детей? — Хана все пыталась осознать и вникнуть в услышанное.

Кейт уже ничего не видела от слез. Линдсей пустила по кругу коробку с салфетками. Даже Джей и Натан нуждались в них.

— Я… я вся дрожу, у меня ноги подкашиваются, — пожаловалась Хана, когда ее муж постарался помочь ей встать. — Я до сих пор не могу в это поверить.

Обливаясь слезами, Кейт попыталась улыбнуться. Тут она не утерпела и посмотрела на Джея через всю комнату. Он поспешил к ней.

Если говорить об удовлетворении работой, то не могло быть ничего лучше, чем эта сцена.

В нескольких кварталах от офиса находился магазин игрушек, и в понедельник вечером Джей вдруг осознал, что стоит напротив его витрины. Он рассматривал выставленных в витрине плюшевых зверушек. Одна из них напомнила ему маленького белого медвежонка сестры, которого подарили девочке, когда она была еще очень маленькая. Трейси укладывалась спать только с мишкой и всюду таскала его с собой. Само собой так случилось, что она его где-то потеряла.

Несколько недель после его исчезновения сестренка плакала по ночам. Ему тогда было шесть лет, а ей — четыре года. Денег у него не было. Но он стал собирать пустые бутылки, вытаскивал их из мусорных корзин, пока не накопил достаточно денег, чтобы купить ей нового игрушечного медвежонка.

Но Трейси не полюбила этого мишку, как того первого.

Джей почувствовал, как что-то тяжелое сдавливает ему грудную клетку. Он постоянно испытывал это чувство после смерти Трейси. Со временем становилось только хуже, никакого облегчения.

Особенно после того, как Кейт огорошила его новостью.

Он понимал, что его роль в ее жизни на этом закончена.

Но у него не получалось не думать о ней. Ему хотелось знать о ней все. Как она себя чувствует и продолжает ли она рыдать по поводу и без повода.

Хотя она во всем обвиняла гормоны, он предположил, что, возможно, она не такая сильная, как сама себе внушила.

Он вошел в магазин и купил маленького белого медвежонка.

— Не могли бы вы упаковать его в подарочную коробку? — попросил он кассира, расплачиваясь за игрушку.

Во вторник утром Джею пришлось по делам ехать в район, прилегающий к Сохо. Впрочем, он просто придумал правдоподобное объяснение своему появлению. Он придумал, что заглянет к Кейт и пригласит ее на обед, если она свободна.

Агентство «Ашенхерст» оказалось больше, чем он ожидал. Оно занимало большое помещение в здании на Бродвее. Обстановка внутри была простой и практичной. Открытое помещение было разделено перегородками на клетушки.

Он подошел к стойке и справился о Кейт Купер. Не прошло и минуты, как она вышла к нему. Он всегда считал её красивой, и его потряс ее бледный и изможденный вид.

— Можешь выйти на обед? — поинтересовался он.

— С удовольствием.

На улице она посвежела и стала напоминать прежнюю Кейт. Пока они шли вдоль улицы, он поинтересовался ее самочувствием, а также была ли она у доктора.

— Мне назначено на следующий понедельник.

Они выбрали кафе и сели за столик на двоих в глубине зала.

— Эта работа в агентстве «Ашенхерст» не для тебя. Не вижу, чтобы ты могла быть счастлива здесь. Меня гложет чувство вины…

— Прекрати, Джей. Не надо. Я уже говорила тебе, что для меня это очень удачная ситуация.

Она барабанила костяшками пальцев по столешнице, пока они ждали официанта.

Кейт была взволнована чем-то. Может быть, это был подходящий момент отвлечь ее. Джей достал подарочную коробку из портфеля и поставил ее на стол перед ней.

— Что это? — Кейт наклонила голову набок, шелковистые волосы сползли на одно плечо.

Вдруг он почувствовал себя глупо.

— Я увидел его в витрине магазина и не удержался.

Она заглянула в коробку и прикусила губу. А когда она вытаскивала маленького медвежонка, у нее дрожал подбородок.

— Боже, только не это. Я причинил тебе боль. Ты плачешь.

— Для меня сейчас это привычное дело. — Она судорожно вздохнула. — Он просто восхитительный. Спасибо, Джей. Но тебе не следовало этого делать. Я уверена, что ты понимаешь.

— Я только подумал… — начал он и остановился. О чем думал он? О том, что их ребенок стал чем-то вроде прощального подарка от отца, который совсем не хотел его рождения?

И тут его озарило как молнией. Он хотел стать частью жизни этого ребенка. А что более важно, он хотел стать частью жизни Кейт.

Потому что он любил ее. Он с ума сходил от любви к ней.

Он дотронулся до ее руки:

— Кейт…

— Все в порядке, Джей, — сказала она. — Мне следовало понять, что ты не сможешь себе позволить уклоняться от своих обязанностей. Ведь ты будешь осознавать себя ответственным за рождение нового человека. Теперь ты чувствуешь себя в ловушке, и это по моей вине. Мне не следовало слушать Линдсей. Мне не следовало говорить тебе о ребенке.

— Все совсем не так.

Но Кейт уже придумала за него мотивацию его поступков.

Она бережно уложила плюшевое создание обратно в коробку.

— Уверена, малышу он понравится. Только не покупай больше никаких подарков. Мы заключили сделку, и интересы обеих сторон в ней должны быть защищены. Я хотела ребенка, а ты нет.

Джей опустил глаза и в волнении заерзал на стуле.

— Ты привык всегда за всех нести ответственность, — продолжила она. — Но в этот раз тебе это не потребуется. Я более чем способна вырастить ребенка одна.

— Никогда в этом не сомневался.

Но что делать, если ему захотелось прочувствовать себя в роли мужа и отца?

Да, понятно. О чем он раньше думал? Забыл, кто он есть и откуда родом? Он только усложнит жизнь Кейт и ребенку, если попытается стать частью их жизни.

— Но меня не покидает чувство, что совершилась несправедливость по отношению к тебе. Я не должен был получить работу в «Фокс и Фишер».

— Нет. Именно ты должен был ее получить. На то время, пока Эрик живет с тобой. Тебе нужна эта работа. Все прекрасно, и ничего не следует менять.

Он опять сумел встретиться с ней взглядом. Ненадолго, но достаточно, чтобы разглядеть, как там снова заблестели слезы. Он не считал, что она права. И ей было плохо, и ему.

В пятницу Эрик принес из школы домой конверт.

— Отчет о моих достижениях, — пояснил он по пути к холодильнику. — Там надо расписаться.

Джей не хотел даже смотреть. Не так давно они достигли перемирия. Эрик обязался следовать большинству правил, установленных Джеем, без возражений, а Джей должен был постараться не давить на него больше, чем это необходимо. Конечно, он продолжал жить ожиданием звонка из полиции. На сей раз, возможно, будет что-то более серьезное, чем прогул уроков.

Джей взял конверт. Эрик прошел мимо него с яблоком и большим куском сыра в руках. Через секунду он услышал, как заработал телевизор. Может, ему следовало присесть.

Он открыл конверт и вытащил лист бумаги. Пробежав глазами колонку результатов третьего триместра, нахмурился. Правильно ли он прочитал? Всюду стояли одни А.

Он посмотрел колонку первого и второго триместров. Опять А.

В разделе для комментариев классная руководительница Эрика записала: «После смерти матери у Эрика был период в несколько недель, когда он прогуливал занятия и был невнимателен на уроках. Но он быстро взял себя в руки и добился повышения оценок до своего обычного уровня».

Джей долго сидел не двигаясь, пытаясь осмыслить, насколько его представление о племяннике не соответствовало реальной действительности. Затем он взял ручку и расписался на указанной строке.

Подпись Трейси тоже была там по результатам предыдущих триместров. Грудь опять сдавило при виде знакомой ему подписи, поставленной левой рукой.

Он положил отчет обратно в конверт для большей сохранности, затем присоединился к Эрику в гостиной. Его племянник смотрел передачу из «Мира сверхъестественного». Джей присоединился к нему, а когда передача закончилась, выключил телевизор.

Как по команде Эрик встал, чтобы покинуть комнату.

— Задержись на минуту, Эрик… Я должен принести тебе извинения.

Его племянник внимательно посмотрел на него.

— Это из-за отчета о твоих великолепных успехах. Ты должен очень собой гордиться.

— А чего ты ожидал? Что я среди отстающих?

— Я так думал, раз ты пропустил столько уроков, то оценки будут плохими.

— Ты постоянно думаешь про меня хуже, чем я есть. Когда я прогуливал уроки, ты думал, что я пристрастился к наркотикам, попал в банду или еще что-нибудь в этом роде.

— Ладно, а чем же ты занимаешься после уроков?

— Гуляю. Езжу на метро. Думаю.

Джей представил себе племянника, который часами в одиночестве бродит один, и у него прихватило сердце. Мальчик по-своему переживал смерть матери, и Джей понял, что надо уважать в нем личность.

— Я не собираюсь творить глупости, — продолжал Эрик. — В полицейскую академию не принимают тех, у кого есть приводы.

Эрик хочет стать полицейским? Неожиданно он вспомнил маленького Эрика, который говорил об этом же. В то время Джей решил, что Эрик изменит свои планы еще тысячу раз, пока повзрослеет. Но очевидно, он этого не сделал,

— Так вот почему ты столько расспрашивал Кейт Купер о полицейской академии?

— Ну да. С чего бы она меня еще интересовала? Она для меня стара.

Джей хмыкнул:

— Боже, Эрик. Каким же я был идиотом.

Но это был тот случай, когда ему не стыдно было ошибаться. Его племянник оказался умным, целеустремленным и абсолютно правильно избравшим свой путь. Его распирало от гордости.

Он подошел к нему и крепко обнял племянника.

— Ветер тебе в паруса, Эрик. Ты замечательный парень.

Эрик с улыбкой вырвался из объятий.

— Не означает ли это, что комендантский час отменяется?

— Размечтался, приятель. — Джей потрепал его светлые кудри. — Будет шестнадцать, тогда поговорим.

Джей даже не понимал, насколько он был перегружен страхами за Эрика, пока не узнал, что все его домыслы оказались беспочвенны. Не то чтобы Эрик был идеальным ребенком, да и в будущем всякое могло еще не раз случиться.

Но, черт возьми, Эрик учился на высший бал по всем предметам. Более того, у него была цель в жизни. Джей знал по опыту, что наличие цели, к которой стремишься, может помочь перевернуть целый мир. Его собственные мечты стать пилотом послужили мотивом для успешного окончания школы и поступления в колледж.

Появилась надежда, что желание Эрика стать полицейским приведет к тем же результатам.

В ту ночь Джей уснул глубоким сном. Ему снилось, что он сидит в кресле первого пилота своего самого любимого «Боинга-777». Видимость прекрасная. Небо наичистейшего голубого цвета, переходящего в аквамарин на горизонте. Он уверенно держит в руках штурвал. Он на своем месте…

Он поворачивается поговорить со вторым пилотом, но это место занимает Кейт.

— Ух ты! Я и не знал, что у тебя есть летная лицензия.

Она подает ему карточку, самоуверенно улыбаясь.

— Вы ничего не знаете обо мне, Джей Саваж. Он проснулся в поту и не смог заснуть снова. Утром в понедельник он позвонил Линдсей прямо домой:

— Знаете ли вы, как зовут врача Кейт?

— Конечно, ее ведет доктор Джэнсен. Это Мег направила ее к ней.

— Не подскажете адрес?

— Могу узнать. Но, Джей… Я думала, ваша роль в этой истории исчерпана?

— Разве я похож на молодца, который обрюхатил женщину и в кусты?

— Да, конечно… я хотела сказать, нет. Кейт убедила меня, что имела место сделка. Она не права?

— Мы что-то обсуждали в этом роде, — заметил он. — Но с моей стороны что-то не сработало.

— Увы, Джей. Я предупреждала Кейт, что могут создаться сложности,

— Не знаю, мне кажется, что все просто.

Потом Джей позвонил врачу Кейт:

— Это Джей Саваж. Я — отец ребенка Кейт Купер. Не напомните мне, на какое время нам назначено?

— Десять тридцать утра, сегодня, мистер Саваж.

— Большое спасибо.

Офис врача-акушера, у которого наблюдалась Кейт, находился в трех остановках метро. Джей ввалился в первый попавшийся вагон и ухватился за металлические поручни. За последние несколько недель он приобрел определенные навыки и теперь, как Эрик, мог выскочить из поезда, не дожидаясь остановки, оставив толпу сзади в дверях вагона.

Плечом к плечу с другими пассажирами он шел вдоль платформы, вверх по лестнице, затем вышел на улицу в светло-голубое утро. Джей читал названия улиц и номера домов, разглядев в конце концов необходимый ему дом.

Он успел сделать всего несколько шагов в том направлении и остановился. Навстречу шла Кейт, ее рыжие волосы и кремовое пальто оживляли унылый ландшафт. Он почувствовал, что его начинает трясти, как при отрыве самолета от земли, в тот самый момент, когда самолет преодолевает притяжение и отрывается от бетонной полосы. Это было ощущение полноты жизни и присутствия в конкретном моменте времени.

Она как раз заметила его.

Первый порыв был улыбнуться, но потом Кейт нахмурилась:

— Джей? Что ты тут забыл?

— Это не совпадение.

Он подошел и взял ее за руку.

— Может быть, это не очень по-джентльменски, но я решил изменить своему слову.

— Но…

— Не хочу оставаться за кадром, когда речь идет о нашем ребенке. Пожалуйста, главная роль в нашем шоу останется за тобой, я только буду рад этому… для меня не вопрос, выйдет ли из тебя превосходная мамаша, в этом я просто уверен.

— Надеюсь на это.

— Когда-то ребенок, что у тебя внутри, вырастет и спросит, а кто его отец. Это разумно, Кейт. И я не хочу, чтобы он нанимал частного сыщика, чтобы разыскать отца.

— О, Джей.

Она прикрыла рот свободной рукой и посмотрела на него.

— Ты же не против, если мы пойдем на прием вместе?

Улыбка ее была несколько печальной, но выражала согласие.

— Раз тебе этого так хочется.

Кейт была поражена, что Джей приехал на встречу с акушером. Она приложила столько усилий, дабы разъяснить ему, что он не несет абсолютно никаких обязательств в части ее беременности. Но его привело сюда чувство ответственности. Он убедил ее, что их ребенок имеет право знать, кто его отец.

Джей взял ее под локоть и прошел с нею оставшуюся часть пути. Ощущение его силы доставляло ей чувство комфорта, но она понимала, что его присутствие связано не с нею, а с ребенком.

В комнате ожидания они вместе подошли к регистратуре. Кейт дали заполнить несколько форм, он сел рядом, читая через плечо.

В комнате ожидания было еще двое отцов. У обоих на руках сияли обручальные кольца.

Она отвела взгляд. Как-то Джей сказал ей, что она заслуживает весь пакет: мужчину, который любит ее, детей, домашних питомцев, все, чего только душа пожелает. Тогда она решила, что может все это получить не в традиционном порядке. Теперь ей было ясно, что это невозможно. Потому что мужчина, которого она любит, воспринимает ее только как зону своей ответственности.

Ее попросили сдать анализ мочи. Затем их с Джеем провели в комнату, где ее взвесили и измерили артериальное давление.

Все это время она старалась сохранять эмоциональное равновесие, балансируя между желанием расплакаться и равносильным ему желанием взорваться от гнева.

Их почему-то оставили одних в комнате. Она сидела на кушетке, а он бесцельно выписывал круги по комнате.

— Ну и в чем ты планируешь свое участие? — спросила Кейт.

— Думаю, нам надо определиться.

— То есть у меня будет право голоса?

— Мне жаль, если я расстроил тебя своим приходом сюда.

Джей маршировал по комнате из угла в угол по одной и той же траектории, как спутник на орбите.

— Я надеялся, что смогу тебя поддержать.

— Мысль мне приятна. Но наверное, стоило все же позвонить заранее, а не сваливаться как снег на голову.

Он замер прямо перед ней и от избытка чувств схватил ее руки. Выражение его лица соответствовало моменту.

Боже, что же это такое творится, она опять разревелась. На сей раз она не стала противиться нахлынувшим эмоциям.

— Кейт, дорогая. Ты действительно хочешь, чтобы я ушел?

Она не знала, что ответить ему. Ведь то, что она действительно хотела, было невозможно. Она хотела, чтобы он был здесь. И по любви. Не только из-за ребенка, но и из-за нее тоже.

В дверь постучали, и в комнату вошла доктор Джэнсен, серьезная светловолосая женщина со стетоскопом на шее и заведенной на Кейт картой в руках.

— Поздравляю вас, Кейт и Джей. Я счастлива подтвердить, что у вас действительно будет ребенок. А теперь я тщательно осмотрю будущую мать, чтобы быть уверенной, что для начала у нас все в порядке.

— Тебе надо вернуться на работу? — уточнил Джей.

Прием закончился, и оба уже стояли на улице. Кейт не потрудилась застегнуть пальто. Ветер стал значительно теплее. Уже появились первые листочки на деревьях. Наконец пришла весна.

— Надо, — ответила она. — Но я туда не пойду.

Она и думать не хотела, как вернется в надоевшую маленькую кабинку и начнет заниматься надоевшей работой после всего того, что произошло сегодня.

Она хотела радоваться будущему ребенку, ставшему ее частью. Но ее раздирали масса противоречивых эмоций.

Как бы ей сейчас хотелось выплеснуть гнев. Как тогда, когда обнаружилось, что Коннер обманывает ее. Тогда она очень быстро оправилась от удара.

С Джеем все складывалось иначе.

— Прогуляемся, — предложил он.

У нее не нашлось лучших предложений. Он опять встал рядом и взял ее за руку. Она с любопытством посмотрела на него. Какие обязательства он хочет взять на себя в их отношениях?

Он, должно быть, увидел немой вопрос в ее глазах, потому что спросил:

— Ничего, что я взял тебя за руку?

— За руку так за руку, но должна тебе сказать, я в замешательстве. Я поняла, что ты хочешь найти себе место в жизни нашего ребенка, но какое?

Кейт подняла руку, а поскольку он не выпустил ее руку из своей, получилось, что они вместе подняли руки.

— А это зависит от тебя, Кейт. Знай, ты круто изменила мою жизнь.

— Это из-за ребенка? Я поняла. Но я никогда не планировала заманить тебя в ловушку.

— Я не говорю сейчас о ребенке. О тебе речь. Как мне с этим-то быть? — Он вздохнул. — Это нелегко.

Они перешли улицу. Впереди, по ходу их движения, был Центральный парк. Показалась первая листва, создав вокруг деревьев трепещущее, чуть зеленоватое сияние.

— Я привык считать, что в жизни надо избегать обязательств. Думаю, это потому, что их и так у меня очень много и с самых ранних лет.

— Так и есть, — согласилась она.

— Может быть. Но в эти выходные я вдруг понял, что избегал обязательств в своих взаимоотношениях по разным причинам. Потому что боялся. Надеялся, что пронесет. Не важно, как моя жизнь выглядит со стороны, кому-то кажется, я многого добился, но внутри себя я оставался в проигрыше.

Она не могла поверить, что он так воспринимает себя.

— Это не ты.

— Нет, я. Пока не встретил тебя. Когда я рядом с тобой, я испытываю чувства, которые, похоже, свойственны мужу и отцу…

— Не ослышалась — мужу?

— …потому что я люблю тебя.

— Минуточку…

— Прекрати.

Он приложил палец к ее губам.

— Прежде чем ты произнесешь хоть слово, я хочу все договорить, чтобы ты знала это. Я предлагаю тебе весь пакет. Он может оказаться много больше, чем ты ожидаешь, поскольку ты получишь еще и Эрика. Но я люблю тебя и хочу растить с тобой наших детей.

Она смотрела на него во все глаза, сердце рвалось из груди, а он продолжал говорить:

— Никогда не думал, что захочу детей, но, если это будут наши с тобой дети, счастью моему не будет предела.

Кейт подождала несколько секунд, прежде чем заговорить.

— Ты закончил? Могу ответить прямо сейчас?

Он сглотнул, затем кивнул.

Кейт нежно вытащила ладонь из его руки. Она потянулась к нему, обхватила руками его голову и поцеловала.

Она помнила вкус поцелуя Джея. Джей прижал ее к себе и поцеловал в ответ, ведь он только и мечтал об этом все последние тридцать семь дней.

Столько дней прошло с того памятного дня. Да, она посчитала.

— Люблю тебя целовать. Могу целовать тебя бесконечно. Но хочу знать, о чем ты думаешь.

— Что люблю тебя. Что никогда не была счастливее. Даже если бы еще не знала о ребенке, Джей, хотя, конечно, я очень хочу этого ребенка.

Он запустил руку в ее волосы, казалось, получая удовольствие от прикосновения к ней. И ей нравились его прикосновения. Но ей все-таки хотелось донести до него свои мысли.

— Ты мне нужна, — сказал он. — Без тебя все идет наперекосяк. Особенно на работе.

— Вернешься ли ты в небо, если мы начнем жить вместе? Ведь тогда Эрик будет со мной, пока ты в отъезде.

— Жить вместе. Здорово звучит. И черт побери, да. Я бы хотел обратно в небо. Мне нравилась моя старая работа. Но у меня есть и более интересная идея.

— Какая?

— Выходи за меня замуж, Кейт Купер.

— Ты прав. Это намного лучше.

Он опять поцеловал ее. Длинный, медленный, полный любви поцелуй. Затем он сделал еще одно предложение:

— Значит, ты согласна? Мы с тобой поженимся. Я возвращаюсь в небо. А ты заменишь меня в «Фокс и Фишер». Звучит?

— Слово «рай» для тебя не пустой звук?

Еще ребенком она мечтала быть частью большой, дружной, полной любви семьи. Теперь она была, как никогда, близка к воплощению своей мечты. На работе она будет рядом с Линдсей, Натаном и Надин, они ведь ей как родные. Дома с Джеем, Эриком, и будущим ребенком, и с будущими детьми, сколько бы их ни было.

Сколько их будет, теперь и не важно. Потому что все вокруг связано теперь с мужчиной ее мечты. С Джеем.

Content

Кармайкл Си Джей Сладостное поражение

Си Джей Кармайкл Сладостное поражение

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18