Патрисия Тэйер

Мой капитан

Глава первая

В это солнечное ноябрьское утро Брейди Рэнделл вышел на веранду, опираясь на костыль и прихрамывая. Левая его нога была в гипсе. С момента аварии прошло три месяца, но он больше не чувствовал себя напористым парнем, как раньше.

Он со стоном опустился в кресло. Последнее время его единственным маршрутом был путь из комнаты на веранду. И никаких дел, кроме как спать, есть и посиживать здесь. Да, он совсем забыл, ведь ему еще дважды в неделю надлежало ходить на физиотерапию, хотя правильней было бы назвать эти сеансы пыткой. После всех мучений он мечтал о передышке и надеялся на следующей педеле услышать от доктора хорошие новости. Немножко везения — и ему удастся избавиться от тиса, и наконец-то он сможет ходить на своих двоих.

— В этом ведь нет никакого волшебства? — пробормотал он с раздражением.

И тут же перекрестился, вспомнив подробности авиакатастрофы. Тогда он буквально упал с неба на землю, успев катапультироваться за мгновенье до того, как разбился его Ф-16.

Брейди напрягся. Он вновь — почувствовал вибрацию разваливающегося самолета, сокрушающего его кости, слышал предсмертный гул машины, когда она падала на землю. Снова и снова ему приходило в голову — что-то он сделал не так. Но что именно? В чем он так страшно ошибся в тот день?

И вообще, не стало ли это концом капитана ВВС США бунтаря Рэнделла?

Сейчас он не в кабине своего истребителя, а на веранде отцовского ранчо в Сан-Анджело, штат Техас. После смерти Сэма Рэнделла дом принадлежит ему и его брату Люку, с которым он через тридцать лет наконец-то встретился. После той катастрофы Брейди нужно было найти место, где ему удалось бы зализать свои раны; И он решил, что для такого одинокого волка, как он, вполне подойдет далекое и пока не знакомое ему ранчо.

Брейди посмотрел в сторону загона, где его невестка Тесс Рэнделл объезжала лошадь. Она это делала как никто другой. Наблюдать за ее ловкими грациозными движениями было его единственным развлечением на дню, ведь Брейди нуждался в том, чтобы все оставили его в покое.

Закрыв глаза, он откинулся назад. И с чего он взял, что здесь можно зализать раны? В большом доме на ранчо живут Люк, его молодая жена и маленькая дочка Ливи, а еще отец Тесс, страдающий болезнью Альцгеймера, который никак не запомнит имени Брейди, и тетя Береника, всегда говорящая человеку в лицо то, что думает. Но даже это было бы терпимо, если б на ранчо по соседству не проживали шесть (!) его двоюродных братьев с женами и многочисленными ребятишками. Целая армия детей — нет, это уж слишком! Ну, а если вдуматься, чем же еще заниматься на ранчо в непогоду длинными ночами?

Он со стоном изменил положение тела и попытался вспомнить, когда в последний раз хотел женщину. Черт побери, это было так давно!

— Простите, с вами все в порядке?

Услышав женский голос, Брейди открыл глаза.

С порога на него смотрела молодая женщина с нелепыми, почти изумрудными глазами, в обтягивающих джинсах, белой кофточке и джинсовой куртке. Но самое потрясающее в ней были ее огненно-рыжие волосы. Они спускались чуть ниже ушей, а непокорные пряди касались слегка припухлых губ. Черная ковбойская шляпа плотно сидела на ее голове.

У Брейди тут же пересохло горло.

— У меня все в порядке, — ответил он.

— Я слышала стон, — она взглянула на его сломанную ногу, — и подумала, что вам нехорошо.

— Со мной все в порядке, — повторил он и почувствовал, как часто забилось его сердце.

Она слегка улыбнулась.

— Тогда извините за беспокойство.

Эта девушка взволновала бы мужчину даже в коме. Именно такие, с огненными волосами, нравятся всем. Он выпрямился.

— Вы заблудились?

— Нет. Мне нужно видеть Тесс Рэнделл.

Брейди взглянул на ее большой кейс.

— Если вы хотите ей что-нибудь предложить, то учтите, что она сейчас занята.

Девушка отрицательно качнула головой и слегка подняла брови.

— Я приглашена. Она звонила мне.

— Тогда хорошо, — ответил он.

— Так где же она? Я не хочу вас больше беспокоить…

И тут Брейди заметил свою невестку, спешащую к ним.

— Похоже, мы с вами сейчас получим то, что искали, — сказал он хорошенькой незнакомке.

— Слава богу, вы нашли нас, — Тесс с трудом перевела дыхание. Статная блондинка, она забирала свои длинные золотистые волосы в конский хвост. — Вижу, вы уже познакомились.

Девушка покачала головой.

— Не совсем.

— Брейди, это врач — Линдси Стаффорд, наш новый ветеринар. Она заменит заболевшего доктора Хиллмана. Будь добр, общайся с ней повежливей, иначе тебе придется иметь дело с кузенами, особенно с Трависом. Он специально ездил за ней в Даллас. — Тесс повернулась к рыженькой: — Линдси, это мой деверь, Брейди Рэнделл. Он капитан военно-воздушных сил США.

Линдси переборола свою нервозность. Всегда, когда она знакомилась с кем-то из Рэнделлов, ее тревожило, что они догадаются, кем она им приходится.

— Рада познакомиться, Брейди.

Она протянула ему руку, и он пожал ее.

— Мне тоже приятно, доктор. Прошу прощения, что не встаю.

Она кивнула, уловив иронию в его голосе.

— Надеюсь, вы скоро поправитесь.

— Я так же хочу этого, как и вы, — ехидным голосом произнес Брейди.

— Брейди! — одернула его Тесс. — Ну ладно, пойдемте к лошадям. — Она повернулась к деверю: — Тебе нужно что-нибудь?

— Как-нибудь уж сам справлюсь, — проворчал тот.

— Если увидишь Люка, скажи ему, куда я пошла. Пойдемте, Линдси.

Линдси поспешила по тропинке за Тесс.

— Простите моего деверя, — начала Тесс. — Он лечится после катастрофы, и нервы у него сейчас не в порядке. Хотя, конечно, это не дает ему права быть невежливым…

— Вам не нужно извиняться за него. Просто в следующий раз я постараюсь держаться от него подальше.

Тесс Рэнделл всегда была хороша собой, но когда улыбалась, становилась просто неотразимой. Высокая, длинноногая, каждое ее движение полно грации. Как бы Линдси хотелось походить на нее! Но в свои 29 лет ей пришлось окончательно смириться с тем, что ее рост остановился на 160 см, а веснушки на носу никуда не исчезнут…

Тесс и Линдси зашли в конюшню с только что побеленными стенами. По обе стороны центрального прохода тянулись стойла с лошадьми. Они прошли в дальнюю часть конюшни, где крепкий парень чистил одну из них.

Линдси обратила внимание на трех превосходных лошадей породы кватерхорс.

— Этих лошадей ращу и тренирую я, — пояснила Тесс. — Их владельцы разрешили мне в случае необходимости обращаться к вам за помощью.

— Конечно. — Линдси остановилась, чтобы погладить одну из них. — Меня ужасает мысль, что с этими прекрасными животными может что-нибудь случиться.

— Поэтому я так рада, что вы согласились у нас работать!

— А я — тому, что у меня появился новый шанс. — Она шла рядом с Тесс. — У меня пока небольшой опыт, но уверена, что эта работа будет главным козырем в моем резюме.

И правда, она всегда хотела познакомиться с Рэнделлами. Такой шанс нельзя упускать!

Молодые женщины остановились у стойла молодого жеребца.

— Это Смус Виски — моя надежда номер один. Надеюсь, он выиграет кубок NCHA [1].

Линдси была очарована этим прекрасным золотистым жеребцом. Как только она направилась к нему, он, не смущаясь, приблизился к дверцам стойла, чтоб приветствовать ее. Когда она поставила сумку на пол, он ее коснулся. А Линдси в ответ погладила коня по голове.

— Я, должно быть, влюбилась в этого коня, — сказала Линдси, широко улыбнувшись. При этом она почему-то думала о неподвижном Брейди Рэнделле, застывшем в своем кресле.

— Осторожней, — предупредила ее Тесс. — Он из непредсказуемых.

— Да. Непредсказуем. В этом я не сомневаюсь, — ответила она, почему-то думая в этот момент о Виски и Брейди разом.

Жеребец, словно в знак согласия, кивнул, и женщины засмеялись.

Линдси внимательно осмотрела Виски. Глаза жеребца были ясными, ухоженная шерсть сияла.

Тесс наклонилась, чтоб показать ей рану на задней ноге коня под коленом.

— Когда это случилось?

— Неделю назад. Я лечила его антисептической мазью, делала повязки.

— И все-таки этого недостаточно. Через пару дней рана могла бы загноиться. Необходима большая доза антибиотиков. Пока приостановите лечение, посмотрим, как все пойдет…

Они вышли из стойла и увидели, что к ним направляется мускулистый мужчина с угольно-черными волосами и волевым, раздвоенным подбородком. Конечно же, еще один Рэнделл…

— Люк, — просияла Тесс, — заседание окончилось?

— Еще нет. — Он нагнулся и поцеловал жену. Потом взглянул на Линдси: — Меня зовут Люк Рэнделл. А вы, думаю, доктор Стэффорд?

В знак согласия Линдси кивнула, а про себя подумала: еще один превосходный экземпляр Рэнделлов! Вслух же произнесла:

— Приятно познакомиться. — Ей снова вспомнился капитана Брейди Рэнделл.

И все-таки не все Рэнделлы обаятельны и вежливы, некоторые из них просто очень красивы, и только.

Брейди стоял, прислонившись к столбу веранды, и ждал, когда рыжая девушка закончит свои дела с лошадьми и выйдет из конюшни.

Почему бы и нет? Разве часто здесь бывают хорошенькие женщины не из семьи Рэнделлов? Давно ему так никто не нравился, как эта… И потом, ему ведь совершенно некуда себя деть!

Последнее было не полной правдой. Он взглянул на большой дом на горе. Рядом с ним стояло несколько машин. Итак, корпорация Рэнделлов снова заседает! Его тоже приглашали, но он отказался. Бюджет и цифры — не его стезя. Это в духе его старшего брата.

Делом же Брейди в том положении, в каком он сейчас оказался, было сидение без движения в кресле. Ведь он только этим и занимался с тех пор, как приехал на ранчо. Сидел, скучал и набирался сил… Но разве он искал здесь чего-то другого? Он ведь сам захотел тишины и спокойствия, чтобы все как следует обдумать, не так ли?

Он провел рукой по непривычно длинным отросшим прядям, сменившим по-военному короткую стрижку, а потом — по отросшей двухдневной щетине на лице и сказал себе, что чертовски распустился. Брейди понял это только сейчас и лишь потому, что здесь появилась эта привлекательная женщина…

Вернул его к реальности громкий смех. Брейди увидел Люка и Тесс, спускавшихся к его дому вместе с хорошенькой докторшей. Меньше всего он хотел, чтоб они снова застали его на этой веранде. Но прежде, чем он успел исчезнуть, его заметил брат.

Они поднялись на веранду улыбаясь, и Брейди тут же почувствовал себя лишним.

— Ты уже знаком с Линдси Стэффорд? Держась за столб, он кивнул.

— Мы познакомились.

Рыженькая взглянула на него, улыбнулась и сказала:

— Брейди принял меня за торгового агента.

— Правда?

У Люка был какой-то самодовольный вид. Брейди не хотел выглядеть перед женщинами менее галантным, чем его брат. Сейчас он покажет, что умеет любезничать не меньше его!

— Мне никто не сказал, что наш новый ветеринар — само очарование! Я был просто ослеплен ею.

Линдси догадалась, почему этот хмурый тип стал вдруг таким любезным. Ну уж нет! Она не позволит ему взять верх над собой.

— Поверьте, я больше никогда не нарушу ваш покой, — сказала ему Линдси, не понимая, за что он так невзлюбил ее. — Ну, мне пора, мистер Рэнделл, — сказала она, поворачиваясь, чтобы догнать Тесс и Люка.

Но прежде, чем Линдси успела их догнать, она услышала громкое проклятие и грохот. Она испуганно оглянулась и увидела Брейди Рэнделла, лежащего на полу веранды.

— Брейди! — крикнул Люк и первым оказался возле брата.

Вслед за ним прибежала Линдси. Она опустилась на колени возле Брейди, который лежал на спине. Он приподнял голову с искаженным от боли лицом.

— Не шевелитесь! — приказала Линдси. В ответ — новая гримаса и реплика:

— С какой стати вы мне приказываете? Вы что, мой новый босс?

— Мы сейчас начнем с вами драться? — Она взглянула на его ногу в гипсе. — Вы подвернули эту ногу?

— Нет. Стараясь удержаться, я упал на руку, — ответил он, отталкивая ее руку и пытаясь самостоятельно сесть.

Она снова уложила его на спину, приказала:

— Лежите спокойно! — И стала внимательно осматривать его руку.

— Чем вы там занимаетесь, черт возьми? — Он упорно старался освободить свою руку.

— Я не могу бороться с вами, мистер Рэнделл. Так что делайте, что хотите, и наслаждайтесь общим вниманием, — вспылила Линдси.

Брейди сердито взглянул на брата, и тот лишь покачал головой:

— Лично я, Брейди, на твоем месте сейчас не стал бы мешать специалисту.

— Тогда скорее! И не называйте меня больше мистером.

Постанывая, Брейди выполнил все, что она велела.

Линдси осмотрела его руки и здоровую ногу. С ними все было в порядке. А вот на голове она обнаружила шишку, нахмурилась и тут же стала всматриваться в зрачки его карих настороженных глаз. Й хоть зрачки не были расширены, но все равно у него могло быть сотрясение мозга…

— Вроде бы ничего не сломано, — подытожила Линдси и обратилась к Люку: — Вы не могли бы помочь мне поднять его?

— Я не нуждаюсь в ничьей помощи, док! — снова начал сопротивляться Брейди.

— Ну, Брейди, — стал уговаривать его брат, — ты лучше послушайся врача, а то нам придется тащить тебя в травматологический пункт…

Ворча, Брейди наконец-то сел. На этот раз Линдси стояла в стороне. У него распахнулась защитная куртка и задралась темная майка, и она заметила, какой у него плоский мускулистый живот, мощная грудь и сильные красивые руки.

Тесс подала Брейди его костыль, а Люк помог брату вернуться в коттедж. Тесс и Линдси вошли за мужчинами в маленькую гостиную. Здесь в беспорядке валялись газеты и журналы, но было опрятно.

Тесс и Люк вопросительно посмотрели на Линдси.

— У него на голове шишка над затылком, — сказала она. — Но зрачки в норме.

— Раз нет сотрясения, вы все свободны, — хмыкнул Брейди.

Люк вопросительно взглянул на жену.

— Если ты побудешь здесь с полчаса, я закончу собрание и тут же вернусь.

— Хорошо. Но ты забыл, что именно сейчас должен подойти школьный автобус с Ливи, мне нужно ее встретить, — сказала она, взглянув на свои ручные часы.

–. Идите все, — потребовал Брейди. — Мне и одному хорошо.

— Могу остаться я, пока кто-нибудь из вас не освободится, — предложила Линдси.

— О, спасибо, Линдси! — Тесс всплеснула руками. — Я вернусь сразу, как только заберу Ливи.

— А я — как только закончится собрание. Думаю, что тебя, Брейди, должен все-таки осмотреть твой хирург, — сказал Люк и вышел вслед за женой.

* * *

Итак, Линдси осталась один на один с этим своенравным человеком.

— Вот вы ко мне и приклеились, — сказал он, положив свою ногу в гипсе на кофейный столик.

— Вовсе я не приклеивалась! — возмутилась она. — Было бы лучше, если бы вы выбирали выражения.

— С какой, собственно говоря, стати? Когда я хочу, чтобы меня сейчас оставили в покое.

— Уверена, что вас оставят в покое, как только ваша семья убедится, что вы в безопасности. Когда вы должны снова увидеться со своим лечащим врачом?

Брейди хотел было ответить, что это вовсе не ее дело, но на этот раз он успел остановить себя. Ему было приятно присутствие рыженькой, даже в таких обстоятельствах.

— Через несколько дней.

— Непременно расскажите ему о сегодняшнем случае. Еще лучше сейчас позвонить ему и рассказать все, что произошло, во всех деталях.

— Это невозможно.

Она в упор посмотрела на него.

— Я вам не враг, Брейди. И как бы вы ни старались, вам не удастся так обидеть меня, чтоб я вас бросила на произвол судьбы и ушла, нарушив свое обещание Тесс. Я буду здесь, пока она не вернется.

Несколько минут Брейди изучал ее. Нет, эта рыженькая совсем не похожа на тех женщин, которые ошивались вокруг авиабазы, стараясь понравиться крутым пилотам. У этой на лице написано — принимайте меня такой, какая я есть!

— Наверно, я был слишком груб с вами… Ее большие глаза нарочито расширились.

— Вы так думаете?

— Да. И признаю себя виноватым. Сядьте. Ну, пожалуйста, сядьте. У меня напрягается шея, когда я смотрю на вас снизу вверх!

Она села на мягкий стул и не без ехидства произнесла:

— Подумать только, какая перемена!..

У Брейди дернулся уголок рта.

— Что, стул высоковат? — Он заметил, что ноги ее еле-еле достают до пола.

Она с вызовом взглянула на него.

— С седьмого класса не испытываю проблем с ростом!

— Врете, — сказал он, внимательно оглядев ее. — Сколько же вы можете весить? Фунтов сто?

— Сто десять! Я наращиваю мускулатуру. Для моей работы нужна сила.

Он взглянул на ее бицепсы. Господи, да там смотреть не на что…

— Почему вы не работаете с кошками и собаками? Это же легче.

Она покачала головой.

— Я люблю лошадей. Моя мать и отчим их выращивали, и я с детства среди лошадей.

— Из каких вы мест? Поколебавшись, она ответила:

— Из Дентона. А вы? Расскажите о себе. Вы давно служите в армии?

Он кивнул.

— Практически всю жизнь. В детстве моя семья вечно переезжала с места на место. Отец служил в вооруженных силах. После школы я пошел в военно-воздушную академию. Всегда мечтал летать.

Она взглянула на ногу.

— Там вас и ранило?

Он не любил говорить об этом дне.

— Ну, в общем… мне пришлось катапультироваться, и я неудачно приземлился.

— Но, похоже, вы идете на поправку.

— Слишком долго тянется, — проворчал Брейди. — Я хочу летать.

Линдси кое-что знала об истории семьи Рэнделл, но Брейди оказался для нее сюрпризом. Подумать только, Рэнделл, который не хочет жить на ранчо!

— Хотите вернуться в небо?

— Как иначе? Я всегда был одним из лучших.

— Но не из самых скромных. — Она вымученно улыбнулась. — По-моему, врачи для вас делают все возможное. А вы со своей стороны?

Его глаза сузились.

— Делаю все необходимое, и эту мерзкую физиотерапию тоже.

— Что ж, это хорошо, — произнесла Линдси. И куда только запропастилась эта Тесс?

— Я вам не слишком нравлюсь, — заметил он.

— Я едва знаю вас, капитан Рэнделл…

— Вы должны учесть, что все, что делаю, я делаю как следует. Я собираюсь служить в авиации еще долгое время. — Он опустил сломанную ногу на пол. — Отсиживаться на ранчо — это не для меня.

— Пока у вас нет выбора. Вы должны быть благодарны, что выжили после катастрофы, а не срывать свое раздражение на людях, которые вам случайно встретились.

— Как вы можете знать, через что я прошел?!

У Линдси складывалась не слишком счастливая жизнь. Ее отчим был не подарок…

— Вы правы. Я о вас ничего не знаю. Но в вашей семье вас любят, а вы все время недовольны. — Его лицо окаменело, и она поняла, что зашла слишком далеко. — Впрочем, мне пора. Уверена, что к вам кто-нибудь скоро придет.

Линдси встала, но не успела дойти до двери, как та отворилась и вбежала маленькая девочка.

— Дядя Брейди, дядя Брейди, мама сказала, что ты упал! — Беленькая девочка подбежала к неподвижному человеку на диване. — Ты ушибся?

— Нет, я просто споткнулся и набил себе шишку.

Девочка тормошила дядю, пока тот не наклонился к ней.

— Вот, смотри, самая обыкновенная шишка! Девочка склонилась и поцеловала шишку.

Тут-то все и произошло: улыбка осветила красивое лицо Брейди Рэнделла. Тот неблагодарный грубиян, который хамил всем вокруг, исчез.

Девочка посмотрела на нее, улыбнулась и обратилась к ней:

— Мама сказала, что вы — новый доктор, который вылечит нашего Виски! Меня зовут Ливи Мейерс Рэнделл. Мой новый папа женился на маме и сделал меня своей дочкой.

Линдси улыбнулась.

— Ну, здравствуй, Ливи Мейерс Рэнделл, рада с тобой познакомиться. А меня зовут Линдси Стэффорд.

— Здравствуйте, мисс Линдси. — Ее милое детское личико сияло. — Спасибо, что вы помогаете Виски и дяде Брейди.

— Пожалуйста, детка.

Девочка обвила шею дяди рукой.

— Знаете, когда я вырасту, я обязательно выйду замуж за дядю Брейди! — с удовольствием произнесла она.

— Как мило… — мягко произнесла Линдси.

Итак, пятилетняя девчурка считала Брейди своей собственностью! Но более всего Синди поразил сам Брейди — как он расцвел, когда эта кроха, болтая, ворвалась в комнату. Ну нет! Он вовсе не такой крутой парень, каким себя воображает.

Усталая Линдси вошла в домик, который ей на три месяца выделили хозяева. Таких съемных двухкомнатных строений было множество по всей долине.

Довольно романтичное гнездышко, отметила Линдси. Большой камин выложен речным камнем. Плюшевый ковер и двухместный мягкий диван украшали гостиную. В спальне находилась двуспальная кровать под балдахином, покрытая атласным покрывалом. И повсюду — множество свечей. Рядом была большая ванна. Все рассчитано строго на двоих.

Был конец сезона, и у нее появилось место для себя, как и у диких мустангов, которые бродили на свободе по территории ранчо. Единственным неудобством теперь было то, что она должна была оставлять свою машину на вершине холма и спускаться к себе на автокаре для гольфа, ведь по территории ранчо ездить на автомобилях запрещалось.

Хэнк Барретт, став главой семьи Рэнделл, был непреклонен, когда что-нибудь могло угрожать его диким лошадкам. Линдси разделяла его позицию. Многие считали такую тактику несовременной, но Рэнделлы зорко следили за тем, чтобы природа сохраняла свою первозданность.

В этой долине не бывало перемен.

И хотя сейчас Люк Рэнделл возводил поселок на границе долины, предназначенный для владельцев лошадей, проект прошел кучу согласований и экологическую экспертизу.

В сумерках Линдси выглянула из окна. Взяв бинокль с подоконника, она осмотрела луг и с удовлетворением вздохнула, увидев полдюжины мирно пасшихся там низкорослых лошадок.

Почему Джек Рэнделл, ее отчим, не хочет видеть всего этого? И, что еще важней, как ему после стольких лет вернуться на свою землю, к своим истокам?

Глава вторая

Следующая неделя ознаменовалась хорошими новостями. Накануне к Брейди приходил врач и сказал, что нога срастается правильно и настала пора заменить тяжелый гипс легкой гипсовой повязкой, а костыль — палкой. И начать более интенсивно заниматься физиотерапией!

Наконец пришло то время, когда он должен начать думать о своей форме, готовиться к той поре, когда снова можно будет летать.

Под давлением Люка Брейди наконец согласился поехать с ним посмотреть, как идет строительство посёлка. Правда, он постоянно чертыхался, когда автокар для гольфа подпрыгивал на неровностях земли. Один раз его чуть было не выбросило с сиденья, и он был вынужден схватиться за раму.

— Эй! — крикнул Брейди брату. — Не мог бы ты оставить без внимания хотя бы пару рытвин?

Люк усмехнулся.

— Я просто хотел проверить, не уснул ли ты.

— Как можно спать, когда ты у руля? — Брейди застегнул повыше молнию на куртке, чтобы уберечься от утреннего холода. — Кроме всего прочего, мне не хватало сломать другую ногу…

Брат покосился на него.

— Надо было позвать сюда хорошенькую докторшу. Она знает, как тобой управлять.

Это задело Брейди. Ему действительно нечем было гордиться.

— Я не хочу, чтобы мной управляли ни сейчас, ни потом, я в порядке.

С того дня он больше не видел рыженькую. Хороша девочка! Если б он ей тогда позволил, она бы развлекла его…

Люк остановил автокар, потом снова сел и, вздохнув, спросил:

— Как тебе этот вид? — Он жестом обвел окрестности. — Что ты думаешь обо всем этом?

Брейди посмотрел на старую дубовую рощу. Рядом с крепкими стволами в золотистой траве долины текла речка. Вековая тишина покоя… Брейди передалось это спокойствие.

— Знаешь, очень неплохо. — Он посмотрел на другую сторону холма, где стоял маленький домик. Рядом — еще два. — Интересно, кто в них живет?

— Это гостиница в Долине мустангов. Там двенадцать съемных домов на двоих. Они сдаются на лето. Сейчас там живут несколько строителей. Кстати, в одном из них — и твоя докторша Стэффорд.

Брейди не попался на удочку.

— Разве она не может платить за квартиру?

— Она здесь временно. Это инициатива Хэнка.

— И как долго она будет здесь жить?

— До тех пор, пока доктор Хиллман вернется к своей работе. Тесс хотела бы, чтобы она здесь осталась. Может потому, что они женщины. Кроме того, ей нравится, что Линдси проводит много времени с Виски.

— Как я думаю, с ногой у Виски уже все в порядке. Тесс вчера с ним работала. Кажется, он снова в форме.

Люк кивнул.

— Мы собираемся в Форт-Воск на той неделе. Тесс хочет, чтобы Виски участвовал в забеге. Но не беспокойся, Береника останется дома. Так что обращайся к ней, когда будет нужно.

Брейди терпеть не мог, когда ему докучали с заботами о нем.

— Я заботился о себе всю свою жизнь, буду заботиться и сейчас, — пробурчал он.

Люк взглянул на новый гипс Брейди.

— Похоже, что тебе лучше. Как нога? Тебе больно, когда ты на нее наступаешь?

Он попал в точку. Иногда бывало страшно больно. Но Брейди ответил:

— Нет. Однако доктор Пал и терапевт предупредили, что мне нельзя ее перегружать. На следующей неделе начнется серьезная физиотерапия.

Его терапевт, Бренна, была женой его двоюродного брата Дилана. Она с Брейди не была особенно любезна, и это его вполне устраивало.

— И все здесь наши родственники? — спросил Брейди.

Люк наклонился к нему.

— Почти. К тому, что вокруг тебя твоя семья, надо привыкать, Брейди.

— Конечно. На военной службе мне приходилось много переезжать с места на место, и не было времени даже заводить друзей. Их у меня только трое.

— Семья — это совсем другое дело. Я имею в виду семью дяди Джека. Наш отец решил не возвращаться сюда.

Брейди знал, что им с Люком никогда не договориться, когда вопрос касается отца. Тот оставил старшего сына, да и о младшем не слишком заботился.

— Отец предпочел ранчо военную карьеру. Держу пари, этим он многих сделал несчастными, — сказал Брейди.

— Он предпочел твою мать моей.

И меня тебе, подумал Брейди. Раздражение его начало расти. На самом же деле Сэм всему предпочитал работу.

— Послушай, Люк, думаю, мы с тобой из-за этого ссориться не должны. История наших родителей нашим отношениям мешать не может.

Люк взглянул вдаль.

— Я не ссорюсь с тобой. Ведь мы партнеры. Просто иногда трудно. — Он вздохнул. — Тесс сказала: вот мы снова дома! А потом у меня наконец-то появился мой брат!

Брейди не захотел любезничать.

— И миллион кузенов в придачу! Почему в этой долине рождается столько детей?

Люк поднял брови.

— Что ты имеешь против детей?

— Я не против одного-двух, но тут их целая эскадрилья!

— Я тоже так думал, когда сюда ехал. Но они же прелестны! А наши кузены отличные отцы! Я думаю, это Хэнк Барретт хорошо на них влиял. Значительно больше, чем когда-то Джек Рэнделл.

Брейди усмехнулся.

— Да, дядя Джек знаменитый конезаводчик, и только.

Оба сидели неподвижно, погрузившись в свои мысли, когда заметили двух всадниц, направляющихся к ним. Брейди сразу узнал Тесс. Рядом с ней была рыженькая в черной шляпе.

— Похоже, к нам едут гости, — сказал Люк. — Моя Тесс и докторша, в которую ты влюбился.

Брейди вздохнул и почувствовал, как часто забилось его сердце. Люк подошел к жене. Она спрыгнула с лошади и улыбнулась ему. Брейди смотрел на Линдси, но она не обращала на него никакого внимания.

Что ж, отлично! Он здесь не собирается задерживаться надолго и не должен связываться с женщиной, тем более она не его тип! Но когда рыжеволосая в своих облегающих джинсах и кремовом свитере взглянула на Брейди, его плоть дала ему понять, что он лжет сам себе.

— Доброе утро, мистер Рэнделл.

— Не понимаю, раз уж вы держали мою ногу в своей ручке, почему бы вам не перейти на просто Рэнделл?

Она подошла к автокару поближе.

— Но поскольку вы как следует не знакомы со мной, вам лучше называть меня доктор Стэффорд.

Он поднял брови.

— Но ведь сегодняшний день только начался…

Наконец она улыбнулась.

— Ну, а как насчет просто Линдси?

— Идет. Вообще-то у меня, видимо, есть склонность к сексуальным докторшам.

Она покраснела.

— Вы всегда не пропустите возможности меня задеть.

Брейди оглянулся — его брат и невестка были увлечены разговором друг с другом.

— Должен вас заверить, что причинять боль красивым женщинам не в моих привычках. — Он с трудом выбрался из автокара. — Ну, пожалуйста, не обижайтесь. Язык мой — враг мой. Поверьте, я совсем не злой парень.

— Раз так, то не могли бы вы перейти от оскорбительных намеков к нормальному разговору, как это водится между доброжелательными людьми?

Он кивнул в знак согласия.

— Хорошая погода для верховой езды, не правда ли?

— Да, — она тоже кивнула. — Тесс позвала меня посмотреть стадо мустангов и определить травмированных. Мы еще должны здесь встретиться с Хэнком Барреттом и несколькими вашими кузенами.

— Итак, вы собрались играть в доктора.

— Лично я никогда не играю в доктора, я…

Он сделал предостерегающий жест.

— Я неправильно выразился. Я имел в виду, что мне хотелось бы увидеть, как вы работаете. Но мне пока еще показано передвигаться на этой тележке. Линдси поняла, что эта просьба трудно далась Брейди. Она взглянула на его новую гипсовую повязку.

— Я гляжу, вы быстро идете на поправку и скоро сядете за штурвал.

— Это и является моей целью.

На его лице снова появилось выражение упрямства. В военной куртке он был еще красивей, чем обычно. Она взглянула на его потрепанные джинсы и перевела взгляд на соломенную ковбойскую шляпу.

— Если позволит ваш врач, думаю, вы можете поездить верхом. Но, конечно, без перегрузок. Бьюсь об заклад, что у Тесс найдутся смирные лошадки.

— Что-что?!

— Вы можете водить машину?

— У меня сломана левая нога. Я могу водить только автомат, а мой «шевроле» с ручной передачей.

Она была уверена, что у этого красавчика есть коллекционная машина. Мужчины типа Брейди Рэнделла обычно не нравились ей. Линдси предпочитала покой и возню с животными. А он был пилотом реактивного самолета, бросающим вызов смерти, размеренная жизнь на природе ему чужда. Их глаза встретились, и у нее лихорадочно забилось сердце. Да, мимо этого мужчины пройти просто невозможно. Что касается сексуальности, он бы понравиться любой…

Короче — нужно держаться от него подальше.

— Ну, мне пора идти. У меня днем назначена встреча. — Она обернулась и увидела Тесс в объятиях ее мужа. Они шептались и целовались и не замечали никого вокруг. Брейди сделал к ней шаг.

— Эти двое постоянно так себя ведут. Мне даже немного завидно.

Линдси ощутила его дыхание возле своего лица, тепло его крупного тела. Она на мгновенье смежила веки. Да, ей бы хотелось, чтоб рядом кто-то был, но сейчас не время, когда-нибудь потом… Сейчас необходимо сосредоточиться на совсем другом. У нее была серьезная причина для приезда в Сан-Анджело и слишком мало времени. Сейчас не до увлечений.

— Тесс! — крикнула она. — Нам пора идти, чтоб встретиться с Хэнком. — Она взглянула на Брейди: — Я так рада, что вы быстро пошли на поправку!

Он оперся на свою палку.

— Как я уже говорил, я бы хотел поехать с вами, доктор.

— Конечно. Как только выздоровеет нога, не так ли? — ответила она, уходя.

— Я буду тренироваться, чтобы это произошло как можно быстрее!

Линдси еще ругала себя, когда они подошли к долине. Но красота долины примирила ее со всем, даже с Брейди, который явно поздоровел, повеселел и вернул свою напористость.

— Как вы себя чувствуете в седле? — спросила Тесс, подъехав к ней на лошади. — Если б позволяло время, я бы ездила верхом каждый день! Каждую неделю я проверяю мустангов, могу вам для этих прогулок выделить Дасти.

— В часы, свободные от работы, буду очень рада. — Линдси вспомнилось детство на ранчо, когда езда на лошади помогала ей избавляться от дурного настроения, вызванного частыми ссорами ее родителей. — Вы действительно можете предоставить мне Дасти?

— В любое время. С тех пор как папа перестал на ней ездить, Дасти как-то сникла…

Сердце Линдси сжалось — у отца Тесс начиналась болезнь Альцгеймера.

— Хорошо, напишу вам мое расписание.

— А может, Брейди составит вам компанию?

Линдси заметила улыбку Тесс.

— Разве прежде, чем ездить верхом, ему не следует научиться, как следует ходить?

Тесс пожала плечами:

— Разве невозможно делать и то, и другое? Мы все хотим вытащить его из дома. Сегодня Люку это удалось, но уж очень долго пришлось его уговаривать.

Линдси не представляла себе, что капитана можно вынудить делать то, чего он не хочет.

— Это только начало…

— Люк и Брейди не знали друг друга, пока не встретились несколько месяцев назад. Если б их отец, Сэм Рэнделл, не оставил сыновьям ранчо, не думаю, чтобы они вообще встретились когда-нибудь.

— Я тоже так думаю. Хотя к своему отцу они относятся по-разному. Сэм бросил Люка, как только разошелся с его матерью, Брейди же жил с ним с рождения.

— Кто знает? Может, у их отца не было другого выхода?

— Выход есть всегда, было бы желание. — Тесс поехала вперед. — А вон и Хэнк с сыновьями. — Тесс махнула рукой в сторону всадников.

Линдси знала, что Хэнк взял троих братьев Рэнделлов на воспитание, когда их отца арестовали.

Когда женщины приблизились к всадникам, Линдси сразу заметила, как все они похожи друг на друга. Все они были высокими, длинноногими, мускулистыми и поджарыми. А квадратный раздвоенный подбородок был словно брендом этой семьи.

Кейд был особенно похож на человека, которого Линдси последние пятнадцать лет называла отцом…

Отец этих трех братьев, Джек Рэнделл, приходился ей отчимом. Когда он с ее матерью вернется после отдыха, то будет неприятно удивлен, что, вопреки его желанию, Линдси устроилась работать на ранчо Рэнделлов. Но у нее все получилось нечаянно! Она пошла на интервью из чистого любопытства, для того чтобы поглядеть на одного из родных сыновей Джека, Трависа. Но неожиданно для себя Линдси прошла собеседование и поняла, что должна впрягаться в работу.

Хэнк Барретт, сидя на лошади, смотрел как Тесс и новая ветеринарша приближаются к нему.

С тех пор как Травис вернулся из Далласа, нахваливая ее, Хэнк чувствовал смутное беспокойство. Когда она приблизилась, он улыбнулся ей. На нее было приятно смотреть, а он высоко ценил женскую красоту. Возраст был для него не так уж важен.

Хэнк Барретт поздоровался с невесткой:

— Ну, здравствуй, миссис Рэнделл.

— Здравствуйте, мистер Барретт, привет, мальчики!

Ченс в знак приветствия коснулся полей своей ковбойской шляпы.

— Доктор Стэффорд, рад приветствовать вас еще раз. Это мой брат Кейд, а слева от меня — сам автор известного вам проекта о сохранении популяции мустангов Хэнк Барретт.

Хэнк поклонился маленькой женщине, так хорошо держащейся на лошади. Ее фамилия показалась ему знакомой.

— Рад, что вы присоединились к нам, доктор Стэффорд.

— Все вы можете называть меня просто по имени — Линдси.

— С удовольствием, Линдси. Надеюсь, вы сохраните позитивный настрой, даже столкнувшись с нашими мустангами. Они ведь очень упрямы.

— Мне кажется, что в упрямстве моя Дасти никому не собирается уступать…

Кейд снова натянул поводья.

— Это станет понятно, если ей понравится гоняться за дикими мустангами. — Он улыбнулся, и Линдси напряглась, вновь отметив сходство Кейда с его отцом Джеком. О том, что Джек ее отчим, на ранчо пока что никто не знал.

— Пожалуй, нам надо спешить, — сказал Кейд, указывая на табун вдали.

Линдси взглянула на Хэнка, чтоб он ей указал путь к табуну.

— Ченс и Кейд нас обгонят. Мы поскачем за ними. А с другой стороны каньона Уайт, Дилан и Джейр погонят табун в нашу сторону.

— А я еду за вами, — заключила она.

Хэнк кивнул.

— Вперед!

Они поскакали. Линдси показалось, что благодаря какой-то машине времени— она попала в прошлое. Это так здорово — видеть диких мустангов в их естественной среде. Еще одно «за» для пребывания здесь! Она и не заметила, как сильно привязалась к этому месту.

Через два часа Брейди сидел рядом с Люком в грузовике неподалеку от загона возле ранчо Хэнка и недоумевал, зачем он поехал сюда с братом. Правда, Люку он сказал, что ему надоело сидеть дома. Но правда заключалась в ином — Брейди хотел снова увидеть Линдси Стэффорд.

— Вот они! — крикнул Люк, выпрыгивая из машины.

С нарастающим волнением Брейди тоже вылез из грузовичка и взглянул туда, куда показывал брат. Он увидел всадников, гнавших перед собой дюжину мустангов. Однако Линдси среди них не было видно.

— Вон Тесс, — сказал Люк.

Нельзя было не заметить развевающиеся длинные светлые волосы его жены. Чуть позже вырисовалась и черная шляпа Линдси. На ее лице была пестрая бандана, защищающая от пыли.

— Пошли, брат, поможешь мне открыть ворота.

Брейди поковылял за братом и потянул на себя металлическую створку ворот. Он мало что знал о лошадях, но понимал, что они, как все живое, непредсказуемы. Первые два мустанга легко зашли в загон, но уже третий и четвертый захотели повернуть обратно… Брейди сорвал с себя шляпу, замахал ею, пронзительно на них крича. Один мустанг повернул обратно, а подоспевшие Ченс и Кейд загнали остальных. Наконец все лошади оказались в загоне, а ворота закрыты.

Брейди взглянул на Линдси. Она спешилась и шла к металлическому заграждению вместе со старым Хэнком. Брейди с почтением посмотрел на этого человека. Он несомненно вызывал уважение. Хоть Хэнк и не был Рэнделлом, он стал патриархом этой семьи.

Он кивнул Брейди.

— Рад видеть тебя снова на ногах!

— Ну, это только начало…

— Если врач позволит, ты сможешь отправиться с нами в следующий раз.

Брейди кивнул. Если он справится с загоном мустангов, значит, скоро вернется в авиацию.

— Спасибо, сэр, — улыбнулся Брейди. — Я с радостью.

Хэнк повернулся к Линдси.

— Думаю, мы будем неплохо смотреться в этом случае.

Линдси избегала взгляда Брейди и пошла к воротам.

— Я беспокоюсь за пегого мустанга. Он щадит левую переднюю ногу.

Брейди пришлось внимательно всмотреться, прежде чем он заметил, что лошадь слегка прихрамывает.

— Я должна его осмотреть, жаль, что у меня сегодня прием.

Хэнк взглянул на часы.

— Что ж, тогда завтра. Вы сможете завтра осмотреть их и сделать прививки?

— Лучше я приду сюда сегодня днем, как освобожусь.

— Хорошо, тогда мы успеем отобрать лошадей, которых пора объезжать.

— Для чего все это? — спросил плохо понимающий их разговор Брейди.

— Чтобы продать хотя бы часть стада на аукционе, нужно объездить мустангов, предназначенных для продажи. Только тогда их купят.

Брейди обратил внимание на серого жеребца, которому, видно, не нравилось, что его загнали в загон. Он бегал вдоль изгороди взад и вперед.

— Приглашаю всех на обед к себе — сказал Хэнк. — Линдси, надеюсь, вы к нам присоединитесь?

— Хорошо, — кивнула она и достала мобильник. Только проверю эсэмэски. — И девушка отошла в сторону.

Хэнк взглянул на Брейди.

— А вы, капитан? Я давно не слышал ваших историй об истребителях.

— Что же, у меня имеется парочка-другая, которые не стыдно повторить. — Опираясь на палку, Брейди шел рядом с Хэнком. Шел неровным шагом, но все равно получал радость от движения. Он не мог понять, почему его так тянет к этой семье.

Они подошли к большому ослепительно-белому дому. Все хозяйственные постройки вокруг тоже были выкрашены в белый цвет.

— А здесь славно, Хэнк, — сказал Брейди.

— Спасибо. Здесь заправляют делами мои мальчики. Летом же усадьба превращается в показушное ранчо для туристов, но само ранчо настоящее. — Он улыбнулся: — Люди платят, чтобы поработать на настоящем ранчо!

Подошедший к ним Кейд улыбнулся:. — Да. И мне с братьями пришлось работать тут, что называется, за так все детство.

— Зато это выработало у вас сильную волю, — ухмыльнулся Хэнк.

— Да уж, — засмеялся Кейд.

Брейди с удовольствием слушал беззлобное поддразнивание Хэнка и его сыновей и вдруг подумал, как мало в детстве о нем заботился его отец. Сколько дней его рождения, праздников и бейсбольных матчей отец бездумно пропустил! Мальчиком Брейди старался привлечь внимание Сэма. Но до тех пор, пока не занялся всерьез авиацией и не поступил в академию, все его усилия были напрасны.

— У вас было хорошее детство, ребята, — сказал Хэнк. — А сейчас у вас хорошенькие жены и славные ребятишки.

Брейди увидел через плечо, что к ним спешит Линдси, и стал отставать, чтоб поравняться с ней раньше других.

— Вам надо бежать? — спросил он.

— Нет, я могу остаться на ленч, но в два часа мне надо попасть на прием.

— Значит, у меня есть время.

— На что? — нахмурилась она.

— На то, чтобы убедить вас, что я тоже кое-что значу.

— Вы думаете, что нравитесь мне?

— Нет. Но надеюсь, что обаяние, Рэнделлов работает и во мне тоже, оно поможет вас завоевать.

Она улыбнулась.

— Значит, у всех других рядом с Рэнделлами не остается шансов?

— Конечно.

— Но ведь Джаред Трегер, Дилан и Уайт Джентри очень милы и были со мной так любезны…

Брейди почувствовал ревность, вспомнив, как его кузены недавно заигрывали с ней. Но он тут же напомнил себе, что у этих ребят свои жены. А ей ответил шутя:

— Это только докажет вам, что Рэнделлы побеждают всегда.

Она от удивления остановилась.

— Но они-то ведь вовсе не Рэнделлы!

— Вот они-то как раз и Рэнделлы. Секрет в том, что эти трое ребят — незаконные сыновья дяди Джека.

Глава третья

Как Линдси ни старалась, она не могла скрыть своего шока.

— Неужели правда? — прошептала она.

— Дядя Джек, когда ездил на родео, времени зря не терял, — усмехнулся Брейди.

— Джаред, Уайт и Дилан всегда жили здесь? Брейди покачал головой.

— Джаред переехал сюда лет шесть назад. Он показал любовное письмо Джека к его матери. Здесь он встретил Дэну Шейн с ее сыном Эваном и скоро женился на ней. — Брейди пожал плечами. — Мне об этом вкратце растолковал Люк.

Линдси медленно шла рядом с Люком, приноровившись к его шагу. Она старалась как-то связать эти новости друг с другом и уложить в голове.

— Уайт и Дилан тоже ваши кузены? — Она давно заметила поразительное сходство этих братьев.

Он кивнул.

— Когда мать дала этим близнецам имя их отца, Уайт тут же поехал в Сан-Анджело искать Джека, Вскоре приобрел часть его ранчо, поселился и женился здесь. За ним после травмы, которую получил на родео, приехал сюда его брат-близнец Дилан и женился на своей докторше Бренне, которая сейчас подвергает меня пыткам, и это у нее называется физиотерапия.

Они уже подходили к веранде дома Хэнка, когда Брейди заметил:

— А вы, я смотрю, не на шутку заинтересовались семьей Рэнделл.

Линдси слегка пожала плечами.

— Я единственный ребенок в семье, и естественно, что меня интересуют большие семьи.

Открылась дверь, и перед ними вырос дядя Хэнк.

— Наконец-то и вы! А то я уж думал, что вы заблудились.

— Да я же еще медленно хожу, — пробурчал Брейди.

— А по-моему, ты задержался для того, чтоб поболтать с хорошенькой женщиной.

— Не без этого, — подхватил шутку Брейди. Линдси почувствовала себя неловко, но улыбнулась.

— Вот мы и здесь. Как насчет ленча?

Хэнк провел их в огромную старомодную кухню.

Стены ее были окрашены в солнечный желтый цвет. Вдоль стен стояли кленовые буфеты. У стола хлопотала высокая пожилая женщина. Улыбнувшись, она повернулась к ним.

— Здравствуйте, доктор Стэффорд. Я жена Хэнка Элла.

— А я Линдси.

Она внимательно и дружелюбно взглянула на Линдси.

— Приятно с вами познакомиться. Хэнк сказал мне, что вы очень хорошенькая, и был прав.

— Хэнк всех считает хорошенькими, — поддразнил его Кейд.

— Потому что у нас тут действительно все женщины хорошенькие.

Хэнк притянул жену к себе и поцеловал в щеку. Она шутливо отмахнулась.

— Осторожней, Линдси! А то Хэнк и вас заставит готовить.

Хэнк притворился возмущенным.

— Я с Линдси мало знаком. Но если у нее есть свои фирменные блюда, я с удовольствием их попробую. Кстати, скоро День благодарения.

— Думай, что говоришь, Хэнк, а то Элла тебя прогонит этой же ночью. — Кейд, улыбаясь, сел за стол.

Все рассмеялись. Линдси улыбнулась.

— Я слишком много училась все эти годы. Боюсь, что из меня получится никуда не годная хозяйка.

— Тогда вам будет трудно найти себе мужа, — сказал Хэнк.

Линдси смутилась, но Тесс вступилась за нее:

— Перестань, Хэнк Барретт! Мы хотим, чтобы Линдси у нас осела, а не сбежала отсюда. Садитесь за стол, милая.

Линдси обошла вокруг стола и села рядом с Тесс и Люком.

Ей так нравились эти Рэнделлы! Вот только сами Рэнделлы вряд ли обрадуются, когда узнают, что она падчерица Джека.

Теперь Брейди не мог, как раньше, сидеть взаперти. Через три дня он ранним утром отправился " в загон. Ему просто необходимо вновь обрести прекрасную физическую форму! — уверял он себя. Он начал помогать конюхам. Как приятно чувствовать напряжение мускулов, когда занимаешься простой физической работой. Через час Брейди стало жарко, и он сбросил с себя куртку.

Тесс и Линдси, смеясь и раскрасневшись, вошли в загон. Они вели за повод своих лошадей. Заметив Брейди, Линдси перестала смеяться.

— Что ты здесь делаешь, Брейди? — спросила Тесс.

— Помогаю вам.

— Я должна бежать, чтобы встретить автобус Ливии, — заторопилась Тесс. — Лошадей нужно отвести к Хуану, а я скоро вернусь.

— О Дасти я позабочусь сама. Бегите, — отозвалась Линдси.

— Спасибо! — И Тесс исчезла.

— Я могу помочь вам, — предложил Брейди.

— Зачем? — ответила Линдси. — Не нужно отрываться от работы.

— А давайте так — я помогу вам, а, вы поможете мне. Еще нужно убрать два стойла. Если, конечно, для вас это не слишком грязная работа.

— Я вымыла в жизни больше стойл, чем вы можете себе представить. Я росла на ранчо.

Брейди взял из ее рук поводья. Ему нравилось сердить девушку, тогда ее зеленые глаза становились совершенно изумрудными.

— А я жил на ранчо недолго.

— А где находилось ваше ранчо? — спросила она, когда они медленно подошли к стойлу Дасти.

— Неподалеку от базы военно-воздушных сил. Мне было всего десять, когда отца отправили за границу, и ранчо пришлось продать.

Он ослабил стремена, снял с лошади седло и повесил его рядом со стойлом. Ему было приятно двигаться и легче держать равновесие.

— Спасибо, — сказала Линдси. — Как же получилось, что вы совсем не жили здесь?

— Отец сказал мне об этом ранчо, только когда заболел.

— И долго он болел?

Брейди пожал плечами. Он вспомнил неподвижного человека, который долго угасал после отставки. Его ничего не радовало, даже заботы жены. Она умерла вскоре в одиночестве.

— Отец не слушал советов врачей, После того как он вышел в отставку, его уже не интересовала жизнь. — Он пристально взглянул на нее. — Все говорят, что я похож на него. Для меня, кроме военной службы, тоже ничего не существует.

Линдси остановилась. Она почувствовала печаль в его голосе.

И в Джеке тоже было это упрямство и нежелание себе помочь. Нет, она сделает все, что в ее силах, чтобы он увиделся со своими сыновьями!

— С вами все в порядке?

Услышав вопрос Брейди, Линдси вернулась на землю.

— Все в порядке. Просто я подумала, что это очень хорошо, что вы нашли брата и живете в своей семье.

От досады он фыркнул.

— Черт возьми! Я ничего не знал о своих кузенах, мой отец о них не рассказывал. Вообще я в основном был с мамой. Мы вечно кочевали, и я многое повидал.

— Плохо, что они вас сюда не привозили. Он дернул плечом:

— Мой отец мог ездить только туда, куда его отправляли. Так было на военной службе тогда, так и сейчас.

Линдси кивнула.

— Мне почему-то захотелось все о вас узнать…

— Вот вам все сведения: я — пилот истребителя военно-воздушных сил США. Моя квалификация позволяет мне летать на самолетах Ф-15 и Ф-16, на них я и совершал полеты на базе в штате Юта. — Он приблизился к ней. — Нужен ли вам серийный номер? — Он вынул табличку, висевшую на цепочке у него на шее, и цепочка задрожала в его руке.

— Нет-нет, не надо! Вполне достаточно. — Немного смутившись, она стала снимать уздечку со своего коня. Ей не следовало с таким пристрастием расспрашивать этого человека. — Семья очень важная вещь, Брейди. Раз уж вам выпал шанс, нужно получше узнать своих братьев.

— У меня нет другого выхода, — Брейди взглянул на свою больную ногу. — Не знаю, смогу ли я еще летать.

— Если даже вы не сможете летать, вы все равно можете продолжать свою военную службу, — стала успокаивать его Линдси.

— Это не для меня! — У него заходили желваки на скулах. — Единственное, что я действительно хочу в жизни, это летать.

— Простите, Брейди, но это не самое главное в вашей жизни. Не полеты определяют вас как личность. Прежде всего, вы человек. А человек может и летать, и жить здесь, на земле.

— Но я себя здесь не нахожу. Мне нужно что-то возбуждающее, какой-то огонек в жизни. Может, если бы здесь всегда были бы вы…

Она насторожилась:

— Я работаю здесь временно.

Он лениво усмехнулся:

— Но ведь все хотят, чтобы вы остались… К тому же это прибавило бы смысла моим приездам сюда.

Линдси решила проигнорировать самовлюбленный тон реплики Брейди. У нее здесь свои проблемы. Будут ли ей так же рады, когда узнают кое-что, это большой вопрос…

— Боюсь, что вы напрасно теряете время на меня, капитан.

— Почему? — Его темные глаза сузились. — У вас есть кто-то?

— Да, есть.

Слова Линдси так потрясли Брейди, что он схватил свою палку и выскочил вон.

Что за возмутительную игру затеяла с ним Линдси?

Раньше у него было золотое правило, касающееся женщин, — ни привязанностей, ни обязательств. Поразвлеклись и разбежались. На этот раз развлечений не было, а пора разойтись уже наступила. Сам виноват. Он должен был понять, что с рыженькой будут сложности, когда ее только увидел.

Брейди поднялся на веранду, открыл дверь, подошел к холодильнику и глотнул холодного чая из бутылки. Это его немного успокоило. Он должен выкинуть ее из головы! Но вот вопрос — сможет ли он?

Его удивляло, что это его так заботит. Но ведь через несколько месяцев она уедет отсюда. Он же вернется к себе на базу. И у него будут другие женщины, много других женщин…

Кто-то постучал в дверь, но Брейди не стал открывать. Стук раздался снова. Ясно — это Тесс или Люк. Они не отстанут, с досадой подумал он и пошел к двери.

На пороге стояла Линдси.

— Вам что-то надо? — Он не стал миндальничать.

Казалось, девушка не чувствовала никакого смущения.

— Понимаете, я говорила о доме…

— Меня это не интересует, — перебил он.

— Я имела в виду своего отчима… Он смертельно болен, и я не могу сейчас принимать на себя какие-либо обязательства.

Брейди взглянул на ее мрачное лицо, и что-то сжалось у него внутри. Он втащил Линдси в дом, закрыл дверь и прижал девушку к стене.

— Я чуть не спятил от ваших слов!

Она задышала чаще.

— Вы же не дали мне договорить….

Он стоял, прижавшись к ее хрупкому телу. Боже, как давно он не был с женщиной!

— Мне нужно знать; есть ли у вас другой мужчина, муж или близкий друг с серьезными намерениями. — Он с нетерпением ждал ее ответа.

— Нет. У меня никого нет…

И Брейди тут же забыл о том решении, которое только что принял. Он склонился к Линдси и взял ее лицо в свои ладони:

— Значит, он уже есть, — выдохнул он, и их губы встретились.

Она была нежной и сексуальной. Брейди хотел ее так, как никогда ни одну женщину. Он страстно целовал ее, но этого ему было недостаточно. Линдси издала невнятный звук, руки девушки обвились вокруг его шеи.

Брейди нашел ее голую спину под свитером и прижал ее к себе еще сильнее, почувствовал сквозь кружево ее соски и, не выдержав, застонал.

Внезапно, глубоко вздохнув, он оторвался от нее. С колотящимся сердцем пристально взглянул в ее глаза и увидел в них не менее сильное желание.

— Ты не должен был этого делать, — выдохнула она.

Он покачал головой.

— Вполне возможно, док. Но сейчас здравый смысл изменил мне, — ответил он ей и снова потянулся к ней…

Возвращаясь к себе, Линдси не раз назвала себя дурой. Ей едва удалось вырваться из объятий Брейди Рэнделла. Зайдя в свой коттедж, она прикрыла дверь и прислонилась к ней. Закрыв глаза, она вспоминала сводящие с ума поцелуи этого человека. Эти поцелуи, тепло его рук на ее теле словно превратили ее в подростка.

Любить его несмотря ни на что? Добровольно войти в логово льва?

Она снова видела перед собой его темные глаза и его сексуальную улыбку. Он был похож на альпиниста, только что покорившего Эверест. Линдси всхлипнула. Ей сейчас не нужны эти отношения. Они осложняют и так запутанную ситуацию. Она приехала сюда не для романа с крутым пилотом истребителя, к тому же с трудным характером.

Брейди Рэнделл вообще мужчина не ее типа. Она терпеть не могла случайные связи, пусть даже с очень соблазнительными красавцами. Нужно держаться от этого летчика подальше и сосредоточиться на его кузенах, сыновьях Джека.

Мысли Линдси вернулись к ее отчиму и телефонному разговору, который она случайно услышала, когда в сентябре гостила дома.

С тех пор как Джеку впервые поставили диагноз лейкемии, она и ее мать внимательно следили за состоянием его здоровья. Когда Джеку делали интенсивную химиотерапию, они чуть было его не потеряли. Но он выкарабкался, и последние годы болезнь его находилась на стадии ремиссии. Но после недавнего посещения врача все обрушилось. Джек хотел скрыть от нее, но все же ему пришлось признаться, что химиотерапия больше не работает. Теперь необходима пересадка костного мозга. Нужны были доноры-родственники. Линдси умоляла его обратиться к сыновьям, но Джек категорически отказался. В свое время он так испортил им жизнь, что ничего и никогда у них не попросит!

Джек заставил Линдси поклясться, что она все скроет от своей матери. Она с ним давно собиралась отправиться в круиз по Панамскому каналу, и он непременно исполнит это ее желание. Джек обещал Линдси, что все ей расскажет, когда они вернутся из круиза. Линдси оставалось только соглашаться. Но она еще надеялась убедить его встретиться со своими сыновьями. А когда Линдси увидела в газете объявление, что в Сан-Анджело на время требуется ветеринар, то буквально вцепилась в него…

В этот момент ее мысли прервал звонок.

— Алло?

— Твой телефон не отвечает, — голос Джека Рэнделла звучал громко и чисто.

Она попыталась скрыть испуг.

— Вы уже вернулись?

— Еще нет. Мы с твоей мамой в Лос-Анджелесе у друзей.

Она с облегчением вздохнула.

— Чудесно. Вы так давно не отдыхали.

–. Как ты, девочка? Все еще ищешь работу?

— Да, у меня было несколько собеседований. — Она сменила тему: — Ты уже рассказал маме?

— Еще не время… — ответил он.

Она прикрыла глаза.

— Подумай о моем предложении, папа.

— Лин, с тобой хочет поговорить мама. До свидания, дорогая. Я люблю тебя.

На ее глаза навернулись слезы.

— Я тебя тоже люблю, папа.

— Как ты, детка? — послышался голос матери.

— Я скучаю без вас, но у меня все в порядке. Ищу работу.

Ей было неприятно лгать. Пока в их жизни не появился Джек, они с матерью прошли через многое. От матери у Линдси секретов никогда не было, и сейчас кривить душой было неловко.

— Ты должна добиться своего, моя девочка. Мы с Джеком хотим, чтобы ты жила неподалеку от дома.

В этом тоже проблема. Как дома Линдси чувствовала себя на ранчо Рэнделлов.

— Мне, видимо, придется согласиться на временную работу. Банк давал мне кредит на обучение. Его следовало бы уже погасить.

— Мы всегда рады тебе помочь. Не думай о банке.

— Спасибо, родная, но ты же знаешь меня. Я сама справлюсь.

— Моя дорогая, независимая дочурка, — мать засмеялась в ответ. — Ты должна отдохнуть. Устрой отпуск и найди себе славного парня.

Мысли Линдси вернулись к Брейди. Парень у нее уже был, но ее не устраивало его отношение к жизни.

На следующее утро Линдси проснулась от сильного стука в дверь. Накинув халат поверх пижамы, она вышла из спальни. Кто мог прийти так рано? Она открыла дверь — на веранде стоял Брейди. Он был в джинсах, куртке и соломенной ковбойской шляпе.

— Брейди?

— С добрым утром, док. — Не дожидаясь приглашения, капитан вошел, слегка прихрамывая.

— Тебе не кажется, что сейчас немного рано? — Она придержала полы халата и взглянула на каминную полку с часами — 6:30.

Брейди улыбнулся.

— Я так люблю раннее утро, когда солнце только встает над горизонтом. — Он глубоко вдохнул. — Ничего не сравнится с этим ощущением. Бесконечное небо вокруг и пустынная земля внизу. А если сделать бочку, то небо внизу, а земля над тобой. Представляешь?

Она с волнением следила за сменой эмоций на его лице.

— Тебе этого не хватает?

— Поверь мне, это ни с чем не сравнимо! — Он выпрямился. — Док, я ехал в автокаре для гольфа и вдруг увидел раненого мустанга. Кобылу. Знаешь, она хромает…

Брейди еще не кончил говорить, как Линдси уже помчалась одеваться.

— Где это? — крикнула она.

— Недалеко отсюда. Может, лошадь просто споткнулась?

— Но может быть, и что-то похуже. Хэнк сказал, что несколько месяцев назад один мустанг был ранен. Кто-то выстрелил в него дробью.

— Может, позвонишь Хэнку?

— Нет, сначала я должна взглянуть.

— Я с тобой.

Она помнила, что ей следовало держаться подальше от этого человека. Но он один знал, где находится раненая лошадь…

— Я оденусь и тут же выйду.

Через пять минут они сели в автокар. Через сто ярдов Брейди заметил табун. Кобыла скакала позади него. Чтобы не спугнуть лошадей, они подъехали ближе к деревьям.

— Вон она, — тихо сказал Брейди.

Он остановил автокар и передал бинокль Линдси. Пока она наводила на резкость, чтобы рассмотреть стадо, Брейди разглядывал саму Линдси. Ее красота была необычной. Очень выразительные огромные глаза. И эти полные губы… Он вспомнил вкус ее поцелуя. Эта девушка стоит внимания. Когда она утром открыла ему дверь, он позабыл, зачем пришел сюда. Ее полусонные глаза, растрепанные волосы… Трудно противиться ее обаянию. Ему захотелось ее поцеловать, схватить на руки и отнести в постель.

— Отчетливо вижу пятно крови в верхней части ее ноги.

— Ну и что делать? — Он взял из ее рук бинокль.

— Она нуждается в быстрой помощи. — Линдси вылезла из автокара и взяла сумку с заднего сиденья. — Но боюсь, что она не подпустит меня к себе.

— Я поймаю её и приведу сюда. — Он достал веревку из-под сиденья.

— Я помогу тебе! — встрепенулась Линдси.

— Сейчас помощь мне не нужна. Линдси пришлось уступить.

Брейди уверенно и быстро двигался к лошадям. Он привязал веревку к дереву и осторожно двинулся к табуну.

Один из мустангов заржал и ускакал. Кобыла обернулась и сделал несколько шагов.

— Все хорошо, девочка. Я помогу тебе, — сказал Брейдли тихо.

Кобыла мотнула головой, но не ускакала. Он медленно придвигался к ней, что-то говоря, и по пути, не глядя, связал петлю. Кобылу словно загипнотизировал его хрипловатый голос. Линдси видела, как легко Брейди набросил лассо на лошадку, а затем спокойно повел ее к тележке. Кобыла послушно двигалась за ним.

— Привет, моя девочка, — ласково произнесла Линдси и пошла к ней.

Брейди подтянул веревку.

— Иди-иди, док хочет осмотреть тебя.

Линдси попыталась приблизиться, но лошадь не подпускала ее ближе. Она была действительно ранена.

— Так и знала, что какой-то мерзавец выстрелил в лошадку!

— Черт бы его побрал! Я сейчас же позвоню Хэнку. — Брейди вытащил мобильный. — Вряд ли он потерпит, чтобы в Долине мустангов хозяйничали незваные гости.

Глава четвертая

Для того чтобы перевезти раненую лошадь в конюшню рядом с ранчо, понадобилось целых полчаса. Конечно, ее можно было отвезти в ветклинику, но Линдси не хотела терять ни минуты. Чтобы извлечь пулю, ей пришлось применить наркоз. Люк и Хэнк помогли Линдси, и операция прошла успешно.

Затем Линдси пошла в дом Хэнка, чтобы принять душ, и тут же вернулась к своей пациентке. Лошадь тяжело отходила от наркоза, и Линдси решила понаблюдать за ней несколько дней, прежде чем вернуть ее в табун. Она заметила Брейди, стоявшего рядом со стойлом спиной к ней, поставив больную ногу на перекладину. Внимание Линдси задержалось на джинсах, обтягивающих его ноги…

— Как ты, моя девочка? — произнес он, ласково глядя на животное.

Маленькая лошадка прореагировала на его голос. Он ждал, чтобы она сама подошла к нему. И та медленно двинулась к нему, но все-таки держалась на расстоянии.

— Не бойся, моя хорошая. Тебе больше не будет больно.

Линдси закрыла глаза, слушая его грудной голос. Она не сомневалась, что капитан Рэнделл часто произносил эти слова. Скольких женщин он так очаровывал? Ей все труднее— и труднее дается сопротивление. Но если она ему уступит, это непременно принесет несчастье им обоим.

Внезапно Брейди оглянулся. В его темных глазах читалась тревога.

— Привет.

— Привет. У тебя появилась подружка? — Линдси кивнула в сторону раненой лошадки.

— Я же говорил тебе, что передо мной никто не устоит.

— Скажите, какой он у нас застенчивый! — Она не смогла удержаться от смеха.

— Знаешь, я понял, что это не я один такой. Все летчики всегда напористые и дерзкие.

— Ну и как эти черты профессионального характера проявляются в тебе?

Он пристально посмотрел на нее.

— А как они на тебя действуют?

У нее сильно забилось сердце. Но Линдси сумела овладеть собой.

— Меня не интересует флирт, капитан. Не стоит заигрывать с человеком, который не сегодня так завтра упорхнет отсюда.

Он помрачнел.

— Ты всегда все знаешь точно?

— Слушай, Брейди. Мы оба очень любим свою работу. Ты стремишься как можно скорее взмыть на своем истребителе в небо, а я — сделать все, что в моих силах, для блага на земле…

Хэнк следил за Брейди и Линдси, стоя возле двери конюшни. Любой понял бы, что между этими двумя происходит что-то серьезное. Поведение капитана изменилось с тех пор, как на ранчо появилась эта хорошенькая девушка. Если Линдси даст ему шанс, они могут сойтись…

Мысли Хэнка устремились к проблемам ранчо.

Старый ветеринар Хиллман, как видно, собрался на покой. Линдси Стэффорд хороший врач, она его заменит с легкостью. Стэффорд, Стэффорд… Отчего в его памяти застряла эта фамилия?

— Хэнк?

Обернувшись, он увидел Эллу и улыбнулся жене.

— Как раненая лошадь?

— Отлично. Взгляни-ка, я просто любуюсь ими. Помяни мое слово, между, ними пробежал огонек…

— Почему бы и нет? Они молоды, красивы… С гормонами тоже все в порядке.

Каким же он был глупцом, что так поздно оценил и полюбил Эллу! Отношения с женой для Хэнка были лучшим подарком этого десятилетия. Он притянул ее к себе. В таких делах года не помеха…

Она вся вспыхнула и оттолкнула его.

— Следи за собой, Хэнк. Мы на виду!

— Ну и что? Мы же живые. Пошли взглянем, как там наша бедная лошадка.

Хэнк и Элла подошли к стойлу.

— Ну, как она?

— Ей лучше, — ответила Линдси. — Но я понаблюдаю ее день-другой. Сегодня дала ей антибиотики. — Она подняла брови. — Вы сказали о случившемся шерифу?

Хэнк кивнул.

— Шериф ответил, что это дело не первой важности. Властям безразличны какие-то дикие лошади. Потому-то я и приютил их на своей земле. Я хочу, чтобы эти лошадки были в безопасности. — Он повернулся к Линдси. — Я вам очень обязан, доктор.

— Это Брейди ее заметил. Брейди на полшага отступил назад.

— Мне случайно повезло.

— Нет. Я обязан тебе, Брейди, — серьезно сказал Хэнк. — Спасибо. Клянусь, что распутаю это дело. Тем более что такое случалось и раньше. Пора положить этому конец! Я никому не позволю вторгаться на мою землю, калечить мой скот и угрожать моей семье.

Хэнк вздохнул.

— А раз у шерифа нет на это времени, я сам разберусь и найду этих никчемных трусов. Даже если они глупые подростки.

— Я поеду с вами, — сказал Брейди.

— Я приму твою помощь, сынок, но бессмысленно рисковать мы не будем.

— Я тоже помогу, — вызвалась Линдси.

— Мы сможем выехать только вечером, — предупредил ее Хэнк. — Лучше, если вы поедете в грузовике с Брейди. Вместе вы сила.

Утомленная Линдси вернулась домой к вечеру. Она только закончила прием. Через двадцать минут за ней должен был заехать Брейди. Она не хотела оставаться наедине с человеком, которого решила избегать. Но она очень хотела найти того, кто стрелял в мустангов, которых она так любила!

Быстро приняв душ, Линдси надела чистые джинсы, майку, свитер, натянула кроссовки. Она услышала стук в дверь, когда готовила два сэндвича с ветчиной. На пороге стоял Брейди, одетый в джинсы, свитер и куртку пилота.

— Ты собралась?

— Да.

Она протянула ему сэндвич и бутылку воды.

— Спасибо.

— Встречаемся у дома Хэнка?

— Нет. Он дал мне карту того места, которое мы с тобой должны прочесать. Хэнк с Ченсом поедут на другую сторону ранчо. Остальные будут на лошадях.

— Хорошо, поехали.

Она надела свою черную шляпу, накинула шарф и влезла в нейлоновую куртку.

Брейди показался ей очень серьезным. Ну конечно, ведь им грозит опасность! Те, кто исподтишка стреляет в беззащитных животных, опасны и для людей! Они вышли и стали подниматься на холм. Без палки Брейди довольно легко поднялся на автостоянку. Рядом с ее машиной стоял грузовик. Он занял место водителя.

Почему бы и нет? — подумала Линдси. Ведь с правой ногой у него все в порядке. Она села рядом с ним. Его куртка расстегнулась, и у пояса что-то сверкнуло.

— У тебя пистолет? — спросила она, когда грузовик сдвинулся с места.

— Да, док. — Прожектор осветил его лицо. — Надеюсь, что он не понадобится. Но без оружия я туда не пойду. — Он откусил кусок сэндвича. — Это элементарная мера предосторожности.

С ним Линдси чувствовала себя в безопасности. Он был настроен решительно. Главное — нужно поймать того, кто стрелял в мустангов.

— Куда мы едем?

Он положил между ними карту и вывел грузовик на дорогу. Хэнк отметил на карте ту территорию, которую им следовало прочесать, и подробно написал, как туда добраться.

Она взглянул на карту.:

— Здесь сказано, что мы должны повернуть налево и ехать полмили по проселочной дороге.

Брейди кивнул и поехал вперед, стараясь сосредоточиться на задаче и не думать о том, что рядом Линдси. Он чувствовал тонкий запах лимона, который исходил от нее. Этот запах отвлекал его и опять заставил думать о том, как он давно не знал женщины.

Изменив положение тела, Брейди поморщился.

— Что, заболела нога?

— Нет. Просто удобнее сел. Если темно читать карту, фонарик на полу.

— Я пока хорошо вижу. Если ты устал, могу тебя сменить.

— Справлюсь, — сказал он, доедая сэндвич.

— Готовься, скоро поворот… Вот и он!

И они, слегка подпрыгивая, поехали по дороге, покрытой гравием. Через двадцать ярдов фары осветили надпись: «Частная собственность. Вход запрещен». Но ворота были распахнуты.

— Может быть, Хэнк оставил их открытыми? — Брейди достал мобильник и набрал номер Хэнка.

— Алло, это Хэнк. Вы доехали? — Голос Хэнка был плохо слышен.

— Нет еще. Ворота открыты. Вы были здесь?

— На этой неделе никого из наших там не было.

— Мы постараемся в этом разобраться.

— Звони, если что. Мы подъедем. — После паузы Хэнк добавил: — Я знаю, что ты не полезешь очертя голову куда попало, но все равно скажу: будьте осторожнее.

— Да, обязательно. До встречи.

Брейди медленно ехал по дороге, покрытой гравием. Он чувствовал, что возбужден. Несколько месяцев до того, как он нашел раненую лошадку, он не занимался ничем полезным. А теперь это новое дело.

На развилке они свернули направо. Кустарник царапал крылья машины.

— Ты уверен, что мы едем правильно? — спросила Линдси.

— Да. Во всяком случае, другой дороги нет. Они выехали из кустов на поляну. Стоп! Трава на ней оказалась примята. Здесь явно кто-то уже побывал…

— Смотри!

Они вылезли из машины и увидели остатки костра, вокруг которого лежали камни.

И побывал не один, а с компанией…

В пепле валялись обертки от фаст-фуда, жестянки из-под пива и пустая бутылка из-под виски.

— Я звоню Хэнку, — сказала Линдси.

— Давай.

Брейди принес из грузовика два фонарика и протянул один ей.

— Скоро совсем стемнеет. А мы еще должны успеть прочесать свою территорию.

Она набрала номер.

— Хэнк, мы нашли следы от костра примерно в полумиле от въезда. Похоже, что здесь побывали подростки. Они здесь к тому же выпивали.

— Черт подери, именно этого я и опасался! Еще что-нибудь нашли?

— Пока нет.

— У нас небольшая поломка. Мы выедем к вам, как только поменяем колесо.

Линдси подошла к Брейди.

— Хэнк скоро будет здесь. Как ты думаешь, может, лучше дождемся его?

— Что ты так нервничаешь, док? Нужно спешить, пока не стемнело.

— Хорошо, только пошли вместе.

— Конечно. — Он вдруг остановился и пригнулся. — Видишь, и здесь помята трава.

Она опустилась возле него на колени и внимательно разглядывала следы. Неожиданно Брейди положил руку на ее плечо. Это мешало ей сосредоточиться.

— Мустанги траву помяли бы по-другому. Значит, это люди.

— Думаешь, стреляли отсюда?

— А может, кто-то тут развлекался со своей девушкой?

Линдси, не в силах больше терпеть его руку на своем плече, вскочила на ноги.

— Давай поищем еще.

Всматриваясь в примятую траву, они вышли на новую поляну, где обнаружили пустые бутылки. Тут Брейди заметил, что в траве рядом с ними еще что-то поблескивает. Он нагнулся и поднял гильзу от патрона. Рядом валялись еще две.

— Черт возьми!

Линдси взглянула на гильзы.

— Ну вот, значит, стреляли с этой поляны.

— Пожалуй. Окончательно это выяснится, когда сравнят калибр.

Брейди заметил, что Линдси поеживается.

— Ты озябла, и уже темно. Лучше подождем Хэнка в машине.

Он положил гильзы в карман, и они поспешили к грузовику.

В кабине Брейди включил обогреватель.

— Я и не заметил, как похолодало.

Все еще дрожа, Линдси улыбнулась.

— Все в порядке Брейди. Главное, что мы нашли, откуда стреляли и чем.

— Вот увидишь, мы еще найдем и этих стрелков! — Его радовало, что Линдси не белоручка и то, что долг у нее на первом месте…

Так было вчера с подранком, так вела она себя и теперь. Долг у Линдси всегда на первом месте.

Он прислонился спиной к дверце кабины. Линдси все еще знобило.

— Линдси… — и он протянул к ней руки.

— Ой, только не сейчас!

— Тебе необходимо согреться…

Он привлек ее к себе. Она обхватила его руками. Когда ее грудь коснулась его, он не осмелился даже вздохнуть, несколько мгновений ощущая полное блаженство. Потом спросил:

— Ты что, уснула?

— Нет. Но я так сегодня устала. Кое-кто из присутствующих поднял меня ни свет ни заря.

Ее волосы щекотали ему шею. Он улыбнулся.

— На это была своя причина. — Брейди смотрел на девушку, дремавшую в его объятиях. Для того чтобы хорошо провести время, существуют и другие способы…

Она не открывала глаз. И вдруг произнесла:

— Тебе не кажется неудобным, что ты считаешь возможным соблазнить меня прямо в лесу?

Ему стало не по себе. Он почувствовал себя глупым мальчишкой.

— Было время, когда я многое мог на скамейке при лунном свете, конечно, вдали от посторонних глаз.

Она высвободилась и посмотрела на него очень серьезно.

— На скамейке?

— Я говорю правду, — кивнул он. — Разве ты не знаешь, что все подростки только об этом и думают?

— Не знаю… — протянула Линдси. — В школе у меня было мало свиданий. Я готовилась к поступлению в колледж.

— Поверь, если бы мальчишки из твоей школы оказались бы сейчас здесь, то были бы очень разочарованы нашим примерным поведением…

— Не знаю. Им всегда больше нравились блондинки. Такие дураки!

Он склонился к ней, но она отстранилась.

— Перестань!

— Признайся, тебе ведь нравилось со мной целоваться! — Он смотрел на ее вздернутый носик и упрямый подбородок. Какая хорошенькая! — Я же тебе нравлюсь.

— Тебе нравятся все!

— Неправда! Я очень разборчив.

Он опять склонился к ней, и Линдси нежно поцеловала его губы.

— И все, Брейди! А то это только запутывает нашу ситуацию.

— Ты слишком много рассуждаешь. А нам нужно как можно лучше согреться…

— Включи обогреватель.

Он повернул к себе ее лицо, она обвила руки вокруг его шеи, и они все равно начали целоваться.

— Ты опасная женщина… — Она попыталась вывернуться, Брейди шутливо укусил ее за нижнюю губу. — А я только и ищу опасностей…

Наконец она вырвалась и села прямо.

— А я наоборот! Оставь меня в покое! Слышишь, пилот?

Он не привык к сопротивлению.

— Пожалуйста! — Брейди раздраженно выпрямился и тут же увидел свет приближающихся фонариков.

Линдси, еще не придя в себя как следует, попыталась выйти за ним. Но он запретил:

— Останься! Озябнешь. Здесь холодно.

И Линдси молча покорилась.

Она видела, как Брейди, схватив шляпу и слегка качнувшись, выбрался из грузовика. Он еще плохо владеет собой, это нехорошо! — пронеслось у нее в голове.

— Хэнк! — крикнул Брейди.

— Сынок! Что ты нашел?

— Вот! — Брейди протянул подошедшему Хэнку гильзы. — Теперь ясно, что здесь кто-то побывал. И скорее всего, не один раз.

— Что ж, придется их остановить, — мрачновато произнес Хэнк.

— Надо их засечь и тут же сообщить в полицию.

— Да. Но как? Что ты предлагаешь?

— Я предлагаю установить видеонаблюдение.

— Здорово! Обсудим это на ранчо. Мне определенно нравится твое предложение, — ответил Хэнк. — А сейчас важно обойтись без раненых. Ни одного — ни у нас, ни у них! — Он вздохнул. — Завтра на свежую голову мы все это обсудим! А сейчас вези домой Линдси. И спасибо тебе от всей души.

Они попрощались. Хэнк махнул Линдси, так и не вылезшей из кабины грузовика, и уехал с Ченсом.

Они двинулись вслед за Хэнком.

— Сбывается моя мечта, Линдси. Я отвезу тебя домой и отнесу в постель… — Он усмехнулся и весело подмигнул ей.

У Линдси екнуло сердце. Ей было не по себе.

— Не беги впереди паровоза, пилот!

Всю дорогу она думала. Не следовало никуда ехать с этим человеком, а тем более целоваться с ним. Нужно все это резко прекратить. Рано или поздно он узнает, кем ей приходится Джек Рэнделл и почему она здесь.

Брейди поставил грузовик на парковку. Линдси вылезла из машины и быстро пошла к своему домику. Она не хотела, чтобы повторилась вчерашняя сцена. Но упрямый капитан последовал за ней.

Уже на веранде, открыв дверь, она повернулась к нему.

— Ну, вот я дома и в безопасности. Можешь быть свободен.

— Хочешь избавиться от меня сию минуту? Но ведь тебе нравится целоваться со мной.

— Я не хочу об этом сейчас говорить. Уйди, пожалуйста.

Ей не хотелось обнаруживать, насколько она влюблена в него.

— Мне надо лечь, завтра рано вставать.

Брейди очень не хотелось уходить в свой коттедж. Что ему там делать? Бессмысленно пялиться в экран телевизора?

Тут зазвонил ее мобильник.

— Доктор Стэффорд вас слушает. — (Он увидел, что у нее на лбу появилась морщинка.) — Буду через двадцать минут. Как к вам проехать?

Она зашла в дом и достала из ящика стола ручку.

— Не беспокойтесь, я знаю дорогу. — Линдси отключила телефон.

— Что случилось?

— У лошади Карсонов трудные роды. Нужно ехать. — Она взяла бутылку воды из холодильника и двинулась к двери.

— Тебе не нужна помощь? Я пару раз помогал отцу, когда телились коровы, — крикнул он вслед, когда она подходила к своей машине.

Линдси остановилась.

— Это грязная и тяжелая работа.

— Я же твой парень!

Вот этого-то она и боялась.

Глава пятая

Похоже, им теперь суждено все время быть вместе.

Брейди вел ее машину, а она сидела рядом и показывала дорогу. Через двадцать минут они приехали на ферму Карсонов. Мальчик лет десяти замахал обеими руками, потом показал, как подъехать к сараю. Там они нашли мать мальчика, Бонни Карсон. Голова рожающей лошади лежала на ее коленях. Животное было очень утомлено и измучено. Линдси опустилась рядом с ними на свежую солому.

— Миссис Карсон, я доктор Стэффорд. А это Брейди Рэнделл.

— Очень вам рада.

В голосе женщины слышались страх и усталость, когда она произнесла:

— Лошадь зовут Мисси.

Линдси взглянула на нее.

— Сколько времени длятся схватки?

— Несколько часов. Сейчас через каждые десять-пятнадцать минут. Мой муж в аэропорту в Денвере. Мисси начала рожать только сейчас. — Она кивком указала на сына. — Бадди раньше помогал отцу в таких случаях. Я думала, мы с ним справимся одни. Но Мисси все никак не разродится, вот мне и пришлось обратиться к вам.

Лошадь подняла голову и негромко заржала.

— Ты что, девочка моя? — успокаивающе произнесла Линдси, погладив лошадь по гриве. — Мы сейчас во всем разберемся и поймем, почему все так затянулось… — Она взглянула на Бонни. — Мне нужно ее осмотреть.

Линдси пошла за своей сумкой. Она подозревала, что плод идет ножками.

— Как мне тебе помочь? — спросил Бренди. Его голос ее успокоил. Как хорошо, что он здесь!

— Принеси чистые полотенца. Они должны быть наготове.

Она открыла ветеринарную сумку, достала стетоскоп, продезинфицировала руки и надела резиновые перчатки.

— Вы с миссис Карсон должны держать Мисси, пока я буду ее осматривать.

Брейди положил полотенца на видное место и подошел к Бонни.

Прежде всего Линдси прослушала лошадь. Ее сердце билось слишком учащенно. Успокаивающе приговаривая что-то, она осторожно ввела руку в матку. Затем выпрямилась, села на корточки и сказала Бонни:

— Плод идет вперед ножками. Попробую ему помочь…

Ей удалось вытащить одну из ножек жеребенка.

— Ну же, доктор, — подмигнул ей Брейди, — у тебя получится.

У нее пробежала по спине дрожь. Она заметила двух детей, стоящих в дверях стойла, и поняла, что значит для них эта лошадь. Все напряженно замерли. Она нащупала вторую ножку и тоже вытащила. Ее глаза наполнились слезами. Брейди не отводил глаз от ее лица. Он искренно восхищался ею. Эта рыженькая хрупкая женщина оказалась сильнее, чем он думал. На ее лбу появились капельки пота. Он чувствовал, как она напряжена. Наконец ее усилия были вознаграждены — во время следующей схватки появились маленькие копытца.

— Ну же, ну, Мисси, тужься еще! — Слезы наполнили глаза Бонни, которая подбадривала Мисси.

Наконец Линдси приняла жеребенка. Дети радостно кричали, когда Линдси начала вытирать рыжего жеребенка полотенцем, а затем поставила его на тоненькие ножки.

— Молодец, док! — Брейди удивился, что Линдси покраснела, услышав его слова.

Она все еще занималась своей пациенткой.

— Это все умница Мисси. — Линдси ласково похлопала кобылу, которая лежала без сил на соломе. — Отдохни, девочка, ты это заслужила.

Но минут через десять материнский инстинкт взял свое. Кобыла с трудом поднялась и потянула морду к жеребенку.

— Спасибо, доктор, — чуть не плакала от счастья Бонни. — Я так боялась их потерять…

— Я рада, что вы меня позвали. — И Линдси повернулась к детям: — Ну, как вы решили назвать малышку?

Дети смущенно переглянулись. Наконец мальчуган ответил:

— Док Линдси.

Через два часа они вернулись в машину. Линдси даже и не пыталась сесть за руль. Она откинула голову на спинку сиденья и прикрыла веки, чувствуя изнеможение и радость одновременно.

— Ты впервые принимала роды, док?

— Неужели это было видно?

— Ну что ты! Ты потрясающе справилась!

— До сегодняшнего случая я только ассистировала. Это я сказать Бонни не могла.

— И мама, и малыш в порядке. Это главное, — успокаивающе произнес Брейди.

Этот комплимент много для нее значил.

— Спасибо. Я тебе так благодарна за помощь!

— Собственно, ты о чем?

— Сдерживать большую лошадь, которая рожает впервые, довольно нелегко…

Он сжал ее руку.

— Рад, что смог тебе помочь хоть в этом.

Ей было приятно его прикосновение. Линдси захотела этого мужчину. Вновь почувствовать его силу, его ласку… От его поцелуев ее сердце словно останавливалось… Она глубоко вздохнула. Кого она обманывает, говоря сама себе, что сейчас не время мечтать о пилоте? Она всегда будет думать о Брейди Рэнделле…

И все-таки… Осторожный голос разума твердил ей свое. Даже если бы Джек Рэнделл не был ее отчимом, было неразумно втягиваться в отношения с человеком, который собирается уезжать. Он вернется к своему небу. Это его самая большая любовь.

— Ну, вот ты и дома, — Брейди припарковал машину на холме.

Он вопросительно взглянул на нее, и Линдси поспешила выбраться из машины, чтобы избежать искушения. Он передал ей ключи.

— Уже ночь, док. Спасибо, что вытащила меня.

— Это тебе спасибо, Брейди. Ты меня здорово поддержал. Не переутомляй ногу, не нужно меня провожать.

Линдси торопилась уйти, чтобы не совершить очередной ошибки.

— Мне не трудно.

Она покачала головой.

— Ты увидишь отсюда, как я дойду до коттеджа.

Он с грустью взглянул на нее и кивнул.

— Спасибо за занимательный вечер.

Он хотел подойти к Линдси поближе, но она отвернулась и стала спешно спускаться по склону холма. А когда отпирала дверь коттеджа, помахала ему рукой. Капитан махнул ей в ответ и направился к грузовику Хэнка. Только тогда Линдси с облегчением вздохнула.

Войдя к себе, она хлопнула дверью и услышала, как защелкнулся замок. Слава богу! Брейди ушел. И тут она внезапно почувствовала, как ее охватило ощущение абсолютного одиночества.

Последние десять лет жизни она только училась и занималась карьерой. У нее просто не было времени на личную жизнь. Нельзя сказать, чтобы она об этом жалела. Просто ей ни разу не встретился человек, при виде которого у нее бы забилось сердце быстрее обычного.

Пока она не столкнулась с капитаном Брейди Рэнделлом.

Он не для меня, сразу же предупредила себя Линдси. Он не из тех, кто берет на себя ответственность за судьбу женщины. Он из тех, кто полюбит, а потом бросит. Брейди находит свое счастье в том, что летает в своем Ф-16 над планетой. А сейчас этот пилот просто убивает время, флиртуя со мной.

— Так что выброси эти глупости из головы, — сказала она себе вслух.

Стащив грязные свитер и джинсы, Линдси вошла в спальню. Увидев кровать под пологом и ванну, рассчитанную на двоих, опять сказала вслух:

— Нет, здесь никогда ты не будешь с мужчиной. А сейчас — только спать.

Приняв душ и надев пижаму, Линдси юркнула под одеяло и почти уже заснула, когда услышала стук в дверь. Она взглянула на часы — двенадцать ночи! Кого могло принести в такой поздний час? Накинув халат, девушка поспешила к двери.

— Кто там?

— Брейди.

Она зажмурилась.

— Брейди, я очень устала…

— Поверь, я тоже хочу попасть к себе домой, но грузовик не заводится.

Она открыла дверь, и сразу пахнуло холодом. Изо рта Брейди шел пар.

— Что с грузовиком?

— Думаю, что-то с зажиганием. Я забыл выключить обогреватель, может, аккумулятор сел.

Линдси вспомнила, как она сама попросила его включить печку, и посторонилась.

— Входи. Здесь тепло.

— Знаешь, я не хочу тебя тревожить, а к Хэнку звонить слишком поздно… Можно я возьму твою машину, а утром верну?

— Сможешь вернуть в шесть утра? У меня пациенты с семи.

Он раздраженно замычал, затем заметил диван у камина и спросил:

— А можно, я здесь до утра прикорну?

Он тоже выглядел измученным, да и сломанной ноге надо было дать отдых. У Линдси не хватило сил выставить его.

— Сейчас я принесу тебе чем укрыться.

* * *

Ему приснилось, что он попал в беду.

Он говорил себе, что справится, что он не раз сажал подбитый самолет, но это был совсем другой случай — внизу вражеская территория. Самолет неуклонно терял высоту. Единственный выход — катапультироваться. На раздумья не было ни минуты. Он произнес короткую молитву и рванул на себя черно-желтую рукоятку. Мощная сила подбросила его вверх. Он крикнул, и все почернело…

— Брейди, Брейди, проснись!

Он вдохнул, резко сел и увидел испуганное лицо Линдси.

— Прости, я не хотел тебя будить. Иди, спи.

— Что с тобой? Тебе снилась авария?

— Ничего. Это иногда бывает.

Брейди смотрел на нее, раздираемый противоречивыми чувствами. Она принесла ему из кухни бутылку с водой и села на пол возле дивана. Он сделал большой глоток и перевел дыхание. Допив воду, уронил голову на подушку.

— Пожалуйста, Линдси, ложись спать.

— Я должна убедиться, что с тобой все в порядке.

— Все нормально.

— Если ты объяснишь мне, что с тобой было, я смогу тебе помочь.

Он вздохнул.

— Док, я не нуждаюсь в сочувствии. Тебе лучше уйти.

Линдси беспокоилась за него. Она не могла сейчас оставить его одного. Она взглянула на его мощную грудь. Наверно, о таком мужчине мечтают все женщины. И он, конечно, может позаботиться о себе. Но что-то настораживало ее в выражении его глаз. Нет, сейчас она не может уйти. Тело Брейди выздоровело. Но его душа?..

— Иди, Линдси.

— Ты мне приказываешь? — Она пыталась превратить все в шутку. — Я уже совсем проснулась. Ты говорил, что любишь раннее утро. Я тоже. Солнце встает, и все вокруг такое свежее, словно новое. — Она коснулась его предплечья. Брейди был в испарине и весь дрожал. Он не был полностью раздет, на нем были джинсы. Она убрала руку. — Иногда все мы нуждаемся в том, чтобы нам помогали.

— А иногда каждому из нас бывает нужно подумать…

— Пожалуйста, не думай слишком долго.

— Тебе легко говорить. А я должен пройти через медкомиссию, чтобы снова летать. Ночные кошмары портят все дело.

Ее поразило его признание.

— Брейди, все иногда чувствуют страх. У меня были кошмары в детстве. Я чувствовала страх все время, но ночные кошмары были хуже всего. Я боялась засыпать.

Брейди обернулся к ней, опершись на локоть.

— Тебе снились кошмары?

— Да. Но они отражали реальность. Мне снился мой отец. — Ее пробрала дрожь при одном воспоминании об отце. — Он пил. И когда выпьет как следует, становился злым и отвратительным. — (Брейди взял ее за руку и сжал пальцы.) — Он вымещал свой гнев на маме.

Брейди выругался.

— А тебя не бил?

— Пару раз пытался. Мама за меня вступилась, но ей дорого пришлось за это заплатить… — В ее голосе послышались слезы.

— Туго тебе пришлось, маленькая док. Она покачала головой.

— Теперь уже не нужно меня жалеть. Просто у каждого из нас бывают свои кошмары, Брейди. И плохо, когда мы остаемся с ними один на один. — Она не знала, говорит она это ему или себе.

— Я рад, что ты здесь. — Он притянул Линдси к себе и склонился к ней. — То, что я сейчас собираюсь сделать, не имеет отношения к кошмарам. Я хочу тебя поцеловать. Если ты этого не хочешь, скажи прямо.

Она ничего не сказала.

Его губы прижались к ее губам, прежде чем она успела возразить. Его поцелуи будили в ней какие-то новые чувства.

Брейди застонал и привлек ее к себе поближе. Линдси никогда так не хотела мужчину. Голос здравого смысла умолк. Она содрогнулась и простонала, ощутив вес его тела на себе. Она чувствовала его напряжение, когда его руки ласкали ее. Он гладил ее кожу под пижамой, затем коснулся груди. Линдси прерывисто задышала. Ее возбуждение росло, и он поднял ее пижамную маечку и прикоснулся губами к ее соску.

Она вскрикнула.

— Не могу ничего с собой поделать, — и он приник к ее губам.

Линдси стала ласкать спину Брейди. Постепенно ее руки спустились под его джинсы и накрыли напряженные мускулистые ягодицы.

Со стоном он еще сильнее прижал ее к себе.

— Я хочу тебя, док.

Ее сердце забилось сильнее.

— Брейди…

— Мы давно идем к этому. Тебе тоже это надо.

Она хотела ему что-то сказать, но тут зазвонил ее мобильник.

— Я должна взять трубку.

Он со стоном отпустил ее. Линдси вскочила с дивана, одернула одежду и взяла трубку.

— Алло.

— С добрым утром, Линдси.

Звук голоса Джека испугал ее. Она взглянула на Брейда:

— Я должна ответить на звонок.

Здравый смысл взял свое. Она пошла в ванную и закрыла за собой дверь.

— Что случилось, Джек?

— Мы о тебе беспокоились. Отчего ты не звонишь нам?

— Вы впервые в такой чудесной поездке! Зачем мне часто отвлекать вас?

Пауза.

— Послушай, Лин, ты знаешь, что мы всегда рады тебя слышать. А теперь и твой домашний телефон не отвечает…

Вздохнув, она вернулась в спальню.

— Я была у Келли Грант. И все еще ищу работу.

— Что-нибудь нашла?

— Пока нет. Так как поездка?

— Было чудесно. Вчера мы вернулись. Когда приедешь на уикенд, мы все расскажем и покажем снимки.

— Я смогу приехать только на День благодарения.

Поколебавшись, Джек сказал:

— Сегодня ночью я рассказал обо всем матери. Мы проговорили всю ночь. Сейчас она уснула.

— О Джек! — Ее глаза наполнились слезами. — Как она приняла это?

— Как и следовало ожидать. Я думаю, тебе нужно с ней повидаться и поговорить.

— Я приеду. Ты же знаешь, я все для вас сделаю. — Она с трудом сдерживала слезы.

— Конечно, я это знаю, Лин. — Последовала пауза. — У нас нет выхода, ты и твоя мать должны с этим смириться.

— Нет! Выход есть!

— Не надо об этом, Лин.

— Но ты даже не пытался!

— Я тебя предупреждал, не надо об этом.

Она отлично знала его упрямство.

— Скажи маме, что я люблю ее и позвоню. Я люблю тебя, Джек. — Она вытерла слезы.

— Я тоже, детка.

Линдси повесила трубку. Как убедить его сюда приехать?

Услышав шорох, она оглянулась. Брейди стоял в дверях.

— Прости, что я так долго.

— Как ты? — Он заметил, что она в слезах. — Это… не по работе?

Она покачала головой.

— Мой отчим. Они с мамой вернулись из круиза. — Линдси продолжала говорить. Если она замолчит, то снова окажется в его объятиях. Но ей этого нельзя! Он скоро уедет. Линдси переборола искушение. — Мне скоро на работу.

— У нас еще два часа, док. Если ты не испугалась…

— Тебе пора домой, — холодно произнесла она. — Я позвоню Хэнку или Люку насчет машины.

Он сдвинул брови.

— В твоей семье что-то случилось?

Линдси сглотнула.

— Нет. Я поеду домой на День благодарения.

Ей не нужно его ласковых слов. Ей не нужен Брейди Рэнделл, который только что едва не соблазнил ее. Она должна всегда помнить, что ее отчим — это его родной дядя. Когда узнают, почему она здесь, вся семья Рэнделл ополчится на нее. Они могут выгнать ее отсюда. Брейди тоже Рэнделл. И ему придется стать на сторону своей семьи.

— Мне нужно успеть принять душ.

Он взглянул на нее испытующе, повернулся и вышел.

А Линдси в глубине души так хотелось, чтобы он вернулся! Но она обязана помнить, что они здесь временно. Каждый из них вскоре вернется в свою жизнь. Она вспомнила, как обнимала его на диване. Как хочется еще его поцелуев, его ласки!

Линдси вздохнула, закрыла глаза и поклялась себе, что дальше этой границы не зайдет. Вот только удастся ли сдержать эту клятву?

Через полчаса встало солнце. Брейди пил крепкий кофе. Ему нужно было позвонить Хэнку, но он все еще не мог уехать от Линдси. Он знал, что она не так независима, как хочет казаться. Узнав об ее отце, он понял, что для нее значит отчим.

Хотя ему и своих проблем хватает. Брейди снова отхлебнул кофе. Он должен сосредоточиться на карьере и своей новоприобретенной семье, к которой еще предстояло привыкнуть. Одного этого ему — свыше головы!

Линдси вышла из ванной. На ней были белая рубашка, темно-синий свитер и новые джинсы. Темно-рыжие волосы блестели. Она осмотрела гостиную и пошла на кухню. Он протянул ей кружку кофе, улыбнувшись.

Она удивленно заморгала.

— Не откажусь. Кофеин мне не помешает.

— Мне сегодня тоже понадобится встряска. Хочу угостить тебя оладьями с корицей. — Он усмехнулся. — Хотя, наверно, придется приготовить их в следующий раз.

Ее рука с кофе застыла в воздухе.

— Следующего раза не будет. Он посмотрел ей в лицо.

— В одном я твердо уверен — нас тянет друг к другу. И в следующий раз это точно произойдет.

Глава шестая

Через час Линдси подвезла Брейди к его коттеджу. Она не ожидала увидеть на веранде Люка, Тесс и еще какую-то незнакомую ей женщину.

— Ты ведь позвонил брату и рассказал ему, что случилось с грузовиком Хэнка?

— Ночью было поздно, а утром я забыл.

— Обдумай, как ответить на их вопросы, а то получится, что мы провели вместе ночь.

— Но ведь так оно и было. — Он смотрел на нее, улыбаясь.

— Это не игра, Брейди. Речь идет о моей репутации. — Она остановила машину.

— На ней не будет ни пятнышка… — Он стал открывать дверцу.

Линдси схватила его за руку.

— Брейди, я не хочу, чтобы об этом знали.

— Не беспокойся. Я больше к тебе не притронусь. — Он резко распахнул дверцу и двинулся к дому.

Она не хотела причинить ему боль, но именно это и сделала…

Линдси вылезла из машины и крикнула:

— Брейди, мне было хорошо с тобой!

Он не обернулся, но даже по спине было заметно, как он напрягся. Она крикнула еще:

— Звони мне! — И, махнув Люку и Тесс, села обратно в машину.

Я сумасшедшая, сказала она себе. Черт возьми, с какой стати она беспокоится о том, чтобы не обидеть Брейди Рэнделла?

Брейди шел к веранде. Он почувствовал, что его шея побагровела. Линдси вела себя так глупо, что все могут подумать, будто между ними что-то было. Увидев на веранде Бренну, он улыбнулся.

— Привет, Бренна! Что, я опоздал на прием?

— Ни на минуту, — улыбнулась она ему в ответ. — Просто мы с Тесс зашли тебя навестить.

— Я сейчас, Только ополоснусь и выйду к вам.

— Как нога?

— В порядке.

— Ладно, еще увидимся. — И они с Тесс пошли в сторону большого дома.

Люк же остался.

— Я не собираюсь за тобой следить, но почему тебе невозможно дозвониться?

Брейди взглянул на мобильник и увидел, что батарея разрядилась.

— Я забыл о мобильнике. Мы искали парней, которые стреляли в мустангов. Когда я привез Линдси домой, ее срочно вызвали принимать роды. Я поехал с ней, чтобы помочь. Когда вернулся, выяснилось, что в грузовике разрядился аккумулятор. Эту ночь я провел в грузовике.

Брат внимательно взглянул на Брейди.

— Ты встречаешься с Линдси?

— Вчера мы провели вместе вечер. Это не значит встречаться. Ты думаешь по-другому?

Люк пожал плечами.

— Это не мое дело. Я просто с тобой разговариваю. Я делаю все, что могу, чтобы ты выздоровел и снова вернулся за штурвал самолета. Ты ведь именно этого хочешь?

Брейди слегка смутился.

— Твоя помощь подразумевает, что мне нельзя общаться с красивой женщиной? Слушай, Люк. Я сказал неправду. Сегодня я спал на диване в ее гостиной. — Он вспомнил, как она подошла к нему. Как с ней было хорошо… — Не тревожься о ней.

Люк пристально взглянул на него.

— С чего ты взял, что я беспокоюсь именно о Линдси?

Брейди лежал на столе в одном из коттеджей. Гипс сняли. К лодыжке сломанной ноги был привязан груз.

Брат сделал все, чтобы помочь Брейди восстановиться, он даже купил медицинское оборудование. Бренна Джентри казалась хрупкой, но на деле была очень сильной. Под ее руководством Брейди выполнял разные упражнения. Он хотел делать больше, чтобы выздороветь поскорее.

— Отдохни, — сказала ему Бренна. — Есть опасность перетрудить ногу. Обычно пациентов приходится заставлять тренироваться, а тебя надо сдерживать.

— Я хочу поскорее встать в строй.

— Это скоро произойдет. Ты очень продвинулся вперед. Ты ведь сломал ногу всего три месяца назад. Все идет как надо.

— А я хочу, чтобы это шло еще быстрее!

— Поговори об этом с хирургом.

— Ладно. Спасибо тебе за помощь, Бренна. Без тебя я бы не справился.

— Знаешь, мне так нравятся все Рэнделлы.

— Не говори об этом мужу, а то он меня побьет.

Она улыбнулась.

— Не беспокойся. Он все время дома, возится с ребятишками.

Его братья были счастливы в браке, им явно нравилось заниматься детьми. Брейди же никогда не задерживался на одном месте. Его семья фактически состояла из него и его матери. Отец редко бывал дома.

— Надеюсь, он понимает, как счастлив. Ее улыбка стала озорной.

— Прекрасно понимает. Ты увидишься с Диланом в День благодарения. Скажи ему сам об этом.

Вспомнив, что Линдси в этот день не будет здесь, Брейди помрачнел.

— Я не приеду.

— Приезжай. Не волнуйся, часть женщин уедет к родственникам, так что нас будет не более двадцати.

— А сколько ребятишек?

Она тряхнула головой.

— Уж Ливи будет точно. Знаешь, эта малышка за тебя замуж собралась.

— Забавно.

— Как ты похож на своих кузенов, Брейди Рэнделл! Все женщины бегают за тобой.

Возможно, подумал он. Нота, которая ему действительно нужна, оттолкнула его.

— Я предпочитаю взрослых женщин. Ты знаешь, ведь моя страсть — небо. Женщины — это хорошо, но вряд ли надолго…

— Я такое уже слышала от Дилана, а потом он нашел свою половинку… Увидимся, — сказала она на прощанье.

Нет, семья и брак не для него… Он не сможет постоянно думать о жене и детях. Главное для него — летать.

Правда, он знал пилотов, которые заботились о семье. Но его отец был не из них. Мать Брейди, Джорджия Рэнделл, постоянно оставалась одна с сыном. Поэтому сам Брейди не хотел заводить семью. Или еще не встретил свою единственную?

Его мысли снова вернулись к Линдси.

Через неделю после Дня благодарения Линдси вернулась на ранчо. На этот раз она впервые тяготилась домом. Ей было тяжело видеть печаль матери и так трудно постоянно что-то скрывать от родителей. Она твердо решила поговорить с сыновьями Джека.

Когда Линдси вернулась на ранчо, то первым делом поехала взглянуть на жеребца Тесс. На самом деле она надеялась встретить Брейди. После той ночи ей не удалось выкинуть его из головы. Она не могла забыть его поцелуи, его ласки… Ни о ком другом она и думать была не в состоянии.

Линдси вышла из машины и направилась к загону, стараясь не смотреть в сторону коттеджа. Она заставляла себя сосредоточиться на цели своего приезда в Сан-Анджело. Ей необходимо поговорить о Джеке с Рэнделлами. У. него осталось совсем мало времени…

Она подошла к стойлу Виски. Конь ей явно обрадовался.

— Здравствуй, мой мальчик, — сказала она, продолжая думать о своей матери.

Гейл была сильной и независимой женщиной. Она очень любила Джека. Последние годы они стали спасением друг для друга. Когда ее мать разошлась со своим мужем, у нее почти не было денег, а на руках — десятилетняя дочь. Мать наняла Джека работать на своем ранчо, когда тот только вышел из тюрьмы. Со временем Джек рассказал ей о своем прошлом, об ошибках, которые совершил. И о своих сыновьях.

Шло время, они лучше узнали друг друга, успешно занялись коневодством и… полюбили друг друга. А сейчас Джеку угрожает смерть.

На глаза Линдси навернулись слезы. Она должна его спасти!

— Линдси!

Она обернулась. Брейди шел ей навстречу. На левой ноге у него был гипс. Но даже в джинсах и военной куртке он выглядел элегантным.

Только сейчас она поняла, что полюбила его с первого взгляда. Как она скучала по нему в эту неделю!

— Привет, Брейди.

— Что-то случилось? — Он ничего не сказал и не улыбнулся ей в ответ.

Она покачала головой.

— Я хотела взглянуть на Виски.

— С ним все в порядке. Ты ведь уезжала?

— Да, ездила домой на День благодарения. Мама устроила настоящий пир. А ты как ты провел этот день?

— С Люком, Тесс и толпой кузенов. Скучал ли он по ней? По видимости, нет.

— Приятно, должно быть, иметь семью…

— Кто знает? Не люблю, когда много народу.

Она знала, что Брейди еще не привык к Рэнделлам. Их было слишком много для него одного. Ей тоже не хотелось бы стать частью столь многолюдного клана.

— А я с детства люблю этот праздник. И индейку, и пирог с тыквой, и яблоки!

Вместо ответа он вдруг схватил ее за руку и втащил в кладовку.

— Так нельзя, Брейди! — сказала она, когда дверь захлопнулась.

Не отрывая от нее глаз, он сжал ее в объятиях.

— Мы хотим этого с той ночи. Так долго… — Он склонился к ней и припал к ее губам. Потом оторвался, чтоб перевести дыхание. — Докажи, что не забыла меня. — Его взгляд тонул в бездонной зелени ее глаз.

А рот снова припал к ее рту. Брейди расстегнул ее куртку, и его руки блуждали по мягким изгибам ее тела. Она застонала, и он отстранился, чтобы перевести дыхание. Он видел ее губы, распухшие от его поцелуев. Ее грудь мягко поднималась и опускалась под блузкой. Он понимал, к чему все идет…

— Будь я проклят! — Брейди выпрямился. Линд-си перечеркивала всего его жизненные планы, но он так хотел ее!

Она покраснела.

— Мы запутались в наших отношениях…

— В отношениях? Да мы с ума сходим друг от друга!

Линдси не смотрела на него.

— И все-таки лучше нам держаться друг от друга подальше.

Тут Брейди услышал, что его кто-то зовет. Он вышел из кладовки и увидел свою невестку.

— Брейди, я искала тебя. Хотела напомнить, что сегодня вся семья соберется у Хэнка на обед.

— Тесс, я вряд ли смогу…

— Учти, что это обед в твою честь. Подумай, Брейди, ведь мы — одна семья. Сегодня решено всем собраться вместе.

Тут Тес. с увидела, что вслед за Брейди из кладовки появляется Линдси.

— О, привет, Линдси. Прости, что я не встретила тебя.

— Все в порядке. Я зашла просто проведать твоего Виски.

Тесс кивнула, но обмануть ее вряд ли удалось.

— Я хотела пригласить и тебя.

Линдси покачала головой.

— Это ваш семейный ужин. Но Брейди, конечно, должен там быть.

— Без тебя не пойду!

— Разберитесь между собой, — улыбнулась Тесс. — Учтите, вас ждут к шести. — И она ушла.

Брейди повернулся к Линдси.

— Слушай, я так не люблю семейных обедов. Если ты пойдешь, я хотя бы не буду в центре внимания.

— Тогда в центре внимания буду я. И всем будет ясно, что мы встречаемся.

— Но так оно и есть. Все правильно. Ты не смогла устоять перед чертовски красивым пилотом.

— Неужели? — Она улыбнулась.

— Пускай себе болтают, — с усмешкой сказал он.

В ее глазах мелькнуло сомнение.

— Ты считаешь; что все успокоится?

— Если ты обо мне, то навряд ли.

Брейди не раз глядел в лицо опасности на высоте тысячи футов над землей и при этом боялся быть в центре внимания на семейном обеде у Рэнделлов. Время от времени он встречал своих кузенов, но сидеть со всеми их семьями за столом — это такая мука!

— Опомнись, Брейди. Горящий истребитель страшнее, — в ответ его мыслям сказала Линдси. Она ехала с ним в BMW Люка.

— Ты не знаешь, они же доведут меня своими вопросами!

Он серьезно надеялся, что появление Линдси переключит внимание многочисленных родственников на нее.

— Такой крутой парень, как ты, легко с этим справится. Такой красивый и обаятельный. Ты очаруешь жен твоих кузенов. Шутка ли, пилот истребителя! Тебе будут завидовать мужчины, а дети от твоих рассказов и вовсе будут в восторге! Он невольно усмехнулся.

— Ты на самом деле считаешь меня красивым? Вернее, привлекательным?

— Конечно. Но насчет обаяния я, конечно, преувеличила.

Они уже въезжали на ранчо Хэнка.

— Ты опоздала. Что сказано, то сказано.

— А ты, оказывается, очень самолюбив. Он выключил мотор и повернулся к ней.

— Я знаю о себе только то, что я чертовски хороший пилот. Ты знала кого-нибудь лучше?

Взгляд ее зеленых глаз скрестился с его взглядом.

— Нет. Мне как раз нужен самый лучший.

Он озорно усмехнулся:

— Ты его как раз и получишь.

Брейди выбрался из машины первым и помог ей выйти. На Линдси сегодня были черные обтягивающие брюки, свитер цвета ржавчины и черная кожаная куртка. Сейчас ее волосы были убраны назад, а в ушах поблескивали большие кольца.

— Выглядишь на миллион!

— Спасибо. Мне следовало бы принести что-нибудь к столу…

— Выброси это из головы. Мы привезли отличное вино. Думаю, дамам понравится.

Линдси вздохнула. Ей не следовало принимать это приглашение, хотя Рэнделлы и не знают, она им родня. Они же считают ее новым ветеринаром. А как только выяснится, что она скрыла от них истинную причину своего вторжения в их клан, то-то шума будет! Ей грозит изгнание, причем скандальное.

К ним шел навстречу улыбающийся Хэнк.

— Здравствуйте, Линдси.

— Добрый вечер, Хэнк.

Он повернулся к Брейди:

— Рад видеть, что наш почетный гость тоже здесь.

— Если вы будете так со мной обращаться, я удеру. Не переношу веселящуюся толпу!

Старик в ответ улыбнулся:

— Ты плохо знаешь наших женщин. Идите со мной, и вы сразу со всеми познакомитесь.

Они вошли в большой зал со столами, накрытыми скатертями. Было очень шумно, кроме всего прочего и потому, что дети с радостным визгом гонялись друг за другом.

Линдси знала всех кузенов Брейди, однако далеко не всех их жен. Ченс представил ее и Брейди своей жене. Линдси нашла взглядом остальных сыновей Джека. Как было бы хорошо, если б Джек увидел их всех!

Хэнк, теперь уже с женой, снова подошел к ним:

— Добро пожаловать в твою семью, Брейди. Мы рады вам, Линдси.

— Благодарю, что пригласили меня на ваш семейный праздник, — отозвалась она.

Хэнк нахмурился.

— Не обязательно быть в кровном родстве, чтобы стать членом нашей большой семьи, дорогая.

Ей бы так этого хотелось, но она не знала, как все сложится с Джеком…

— Спасибо за доброе предложение, я обдумаю его. — Она увидела, что Тесс накрывает на стол. — Пойду помогу Тесс.

Брейди смотрел вслед Линдси. Его удивило, что она так уклончиво ответила Хэнку.

— Привет, дядя Брейди! — к нему подбежала Ливи с девочками.

— Здравствуй, принцесса. — Он шутливо поклонился. — Это мои кузины. Здравствуйте, милые леди, какие вы хорошенькие!

Девочки хихикнули, они явно стеснялись. Тут же подбежали и мальчики, самому меньшему из них было семь лет. Первым заговорил четырнадцатилетний Джефф:

— Это правда, что вы летчик?

— Да. Я пилот Ф-15 и Ф-16.

— Тогда какой у вас позывной?

— Мой позывной «Бунтарь Рэнделл».

— Это круто! — сказал другой мальчик.

— У вас еще болит нога? — спросила другая девочка, по имени Касси.

Он присел на стул.

— Иногда. Но не сейчас.

Ливи приблизилась к нему совсем близко и объявила:

— А дядя Брейди на мне женится, когда я вырасту!

— Это правда? — спросила одна из девочек.

В этот момент к ним подошла Линдси, и у Брейди чаще забилось сердце.

— Да, она моя будущая женушка. Она будет обо мне заботиться, когда я состарюсь. — Он встал, нагнулся к Линдси и шепнул ей на ухо: — Только что мне предложили руку и сердце.

В половине одиннадцатого вечера Брейди припарковал машину на холме. Сегодня Линдси позволила ему проводить себя до ее домика. Они медленно спускались к коттеджу.

— Сегодня можно к тебе зайти?

— Если у тебя не болит нога, то нет.

— С ногой все в порядке.

Линдси нервничала больше обычного. Она уже понимала, что у них роман. И раз их так сильно тянет друг к другу, было бы лучше проститься прямо сейчас.

Но сегодня она увидела Брейди с другой стороны. Он был учтив с кузинами и мягко и тактично отвечал на расспросы детей. Этот храбрый летчик совсем не такой грубиян, как ей казалось раньше. Ну как ей без конца отталкивать его?

Линде отперла дверь, обернулась к нему и встретила его жаждущий взгляд. А затем пропустила в слабоосвещенную комнату. В его темных глазах горело желание. Ей хотелось впитать в себя красоту этого человека. Теперь она поняла, какая внутренняя мощь и одновременно нежность скрывались под его маской нахала.

Его губы легко коснулись ее губ. У него дернулся угол рта.

От легкого прикосновения в ней вспыхнуло желание. Брейди коснулся губами ее уха.

— Твои ушки такие сексуальные, — выдохнул он. — Но твой рот еще лучше.

Его пальцы нащупали ее сосок. Она застонала. О, как она его хотела! И он не разочаровал ее. Его губы прижались к ее губам, и язык скользнул в ее приоткрытый рот. Линдси обняла его и крепко к нему прижалась. Брейди снял с нее куртку и бросил к дверям. За ней полетела его куртка. Он кинул на пол ее свитер и рубашку…

Когда он раздел Линдси, то сказал, не отрывая от нее взгляда:

— Я хочу тебя. Но оставаться мне или нет, решать тебе.

Она не смогла сказать «нет».

— Останься, — прошептала она.

Они вошли в спальню. Он целовал ее снова и снова. Потом сел на кровать и снял ботинки, а затем гипсовую повязку.

Линдси сбросила туфли. Брюки он снял с нее сам. Она осталась в трусиках и лифчике.

— Какая ты красавица! — прошептал он, припав к ее губам.

Они упали на постель. Он снял с нее лифчик и стал водить языком вокруг ее соска. Ее напряжение росло, тело изогнулось. Мужские руки нежно ласкали ее нежную кожу, мощное тело нависло над ней.

Ему было все труднее и труднее себя сдерживать, да и Линдси чувствовала, что совсем утратила самоконтроль.

Пусть будет что будет, решила она и закрыла глаза.

Глава седьмая

Линдси вздрогнула и проснулась. Она сонно заморгала. Комнату заливал солнечный свет. Она услышала шум душа. Перед ее мысленным взором стоял Брейди Рэнделл, который занимался с ней любовью этой ночью снова и снова.

Вздохнув, она зарылась в подушку и натянула на себя одеяло, чтобы прикрыть наготу.

Она ощущала его запах. Никогда еще Линдси не испытывала ничего подобного. И этого больше не будет! Она скажет ему всю правду. Брейди вошел в комнату, вокруг бедер полотенце. По его широкой груди и мускулистому прессу стекали капли воды.

Она решительно посмотрела ему в глаза. Черт, он опять усмехается!

— Доброе утро, дорогая, — он склонился к ней и легко поцеловал в губы.

— Я должна быть в клинике в восемь тридцать. — Она взглянула на часы. Было половина восьмого утра.

— А ты не можешь туда опоздать? — На его губах появилась нахальная улыбка.

— Нет, — сказала она охрипшим голосом. — У меня прием.

— Тогда мы встретимся сегодня позже.

Его бесцеремонность заходит слишком далеко, подумала Линдси.

— Да. А сейчас мне нужно принять душ.

— Конечно, я пока приготовлю нам завтрак. Он сгреб свою одежду и направился к дверям.

— Я могу принести тебе кофе в душ.

— Не надо, — принужденно улыбнулась она.

— Ну, позови меня, если что-то будет нужно Она продолжала лежать на кровати, не шевелясь. Брейди хотелось повернуться, чтобы убедиться, что она покраснела. Линдси утром вела себя слишком скованно. Он бы сейчас с удовольствием принял бы ее приглашение посетить душ вместе. Но настаивать не стал.

— Я поставлю кофе.

— Спасибо, — пробормотала она. Ей хотелось побыть в одиночестве.

* * *

Вчера Брейди понял, что Линдси не из тех, кто водит к себе мужчин. Его это обрадовало. Господи, как же она ему нравилась!

Он насыпал кофе в кофеварку, налил туда воду и включил.

Раньше у него никогда не было длительных отношений с женщинами. На первом месте всегда была работа. Он не мог осуждать своих подружек за то, что ни одна из них его не дождалась. Брейди вспомнил отца и мать. Их брак не был совершенным, но они умудрялись любить друг друга.

Мысли его плавно перетекли на Линдси. Раньше ни одна женщина не волновала его сердце так сильно, как она. До встречи с ней он откладывал личную жизнь на время, когда выйдет в отставку. Сдается ему, все произойдет гораздо раньше.

Он взглянул на свою ногу в гипсе. После аварии прошло три месяца. Брейди взглянул на дверь спальни. Линдси была совсем не похожа на тех женщин, которых он знал раньше. Ему нравились ее независимость, любовь к работе, то, как она относилась к своим пациентам. У нее был сильный, вызывающий уважение характер.

Брейди подошел к холодильнику и достал апельсиновый сок. Больше там ничего не было. А ведь можно сделать тосты… Ее нужно хорошо покормить. Может, у него дома…

Стоп! — сказал себе Брейди. Его будущее неопределенно. Он не может связывать себя с женщиной!

Хочет ли он продолжать эти отношения? Да, конечно, ну хотя бы еще ненадолго…

В дверь домика кто-то постучал. Он замер. Видимо, Рэнделлы знали, что он вчера провожал Линдси. Глупо скрываться. Он открыл дверь.

На пороге спиной к нему стоял незнакомец в куртке-дубленке. На голове у него была черная ковбойская шляпа. Сначала Брейди решил, что это кто-то из строителей. Но вот человек обернулся, и Брейди взглянул ему в лицо. У него перехватило дыхание. Эти глубоко сидящие карие глаза и квадратная челюсть. Эти густые седые волосы. Шляпа, Надвинутая на лоб… Господи, как будто явился призрак его отца!

Увидев его, мужчина помрачнел.

— Кажется, я ошибся адресом.

— Это зависит от того, кого ты ищешь, дядя Джек. Если Рэнделлов, то я к твоим услугам.

Глаза Джека сузились.

— Ты сын Сэма?

Брейди не мог поверить, что это ему не снится… Что Джек делает здесь через столько лет?

— У Сэма было двое сыновей. — Люк и я. А, может, ты ищешь своих сыновей?

Гость покачал головой.

— Я ищу Линдси Стэффорд. Это ее коттедж?

— Да, — Брейди смутился. Почему его дядя ищет Линдси?

В это время, на ходу натягивая свитер на рубашку, из спальни выбежала Линдси.

— Кофе готов? Я опаздываю! — Увидев на пороге двух мужчин, она побелела. — Джек, что ты здесь делаешь?

Джек повернулся к ней.

— Это я хотел спросить у тебя.

У Линдси сильно забилось сердце, она сглотнула и взглянула на смущенного Брейди. Как она не хотела, чтоб он узнал о Джеке таким образом! Она подошла к Джеку.

— Я же говорила тебе, что ищу работу.

— Но не говорила, что ты в Сан-Анджело. Я узнал об этом от твоей подруги. Мы же договаривались, что ты откажешься от своей идеи, — он сурово взглянул на нее.

Она вгляделась в его осунувшееся лицо. Так. Он начал терять вес…

— Я не могла остаться в стороне, Джек. — Она повернулась к Брейди: — Это мой отчим, Джек Рэнделл.

— Надо же! Твой отчим — мой родной дядя? Потрясающее совпадение!

— Я все собиралась сказать тебе об этом, но не решалась, — мягко произнесла она.

Его взгляд стал тяжелым.

— Что ж, приезд дяди Джека избавил тебя от этой необходимости. — Он взглянул на старика. — О тебе здесь легенды ходят, а ты взял и объявился через столько лет! Тебе осталось только постучать в двери своих сыновей: здрасьте, а вот и я!

Джек отрицательно покачал головой.

— Я не собираюсь вмешиваться в их жизнь. Мы с Лин уедем отсюда, и все.

— Нет, Джек, ты не можешь так уехать. Ты должен им все рассказать.

Джек выпрямился.

— Я уже говорил, что не собираюсь этого делать.

Брейди схватил куртку.

— Мне пора. Думаю, вы тут разберетесь сами.

На веранде Линдси схватила его за руку.

— Мне нужно тебе объяснить…

— То есть извиниться за то, что всех нас водила за нос?

— Я говорила только правду, — в ее глазах показались слезы. Он не понимает. Она врач! Она не имеет права разглашать тайну о болезни своего отчима без его согласия!

Его глаза сверкнули.

— Я понял. Ты явилась сюда, чтобы вызвать наше сочувствие.

Ей стало больно.

— Это все придумала я. Джек не хотел встречаться с сыновьями. — Ее руки дрожали. — Когда я приехала сюда, то убеждала себя, что мне необходимо увидеть сыновей Джека. Он говорил о них все эти годы. А тут подвернулась работа у Трависа. Он был так похож на Джека! — Она взглянула на чудную долину. — Я не могла отказаться! Я слушала рассказы о сыновьях Рэнделлов с десяти лет. — Линдси утаила, что сама мечтала стать частью этой большой семьи.

Брейди нахлобучил шляпу.

— Ну, раз он столько для тебя значит, можешь с ним уезжать. Учти, что как только его увидят мои братья, здесь такое поднимется…

— Пока Джек не увидит своих сыновей, я отсюда не уеду! — жестко произнесла она, подавив в себе слезы и гнев. — Я хочу помочь Джеку, и я не позволю ему… — она запнулась, — упустить эту возможность. Так что зови их, если хочешь. Я к этому готова.

Брейди схватил ее за плечи.

— В какое положение ты меня ставишь, Линдси? Лично я ничего не могу иметь против Джека. Но я привязан к своим кузенам. У нас семейный бизнес.

— Знаю. А я предана человеку, который меня вырастил. Который поверил в меня раньше, чем я сама в себя поверила. — Она положила руки ему на грудь. — Джек совершил много ошибок, но он за это заплатил сполна! Он провел в тюрьме годы. Остался без семьи, без детей. — Линдси смотрела Брейди прямо в глаза. — Джек так важен для нас с мамой, Брейди. Он хороший человек. Ради бога, пойми, он тоже Рэнделл!

Брейди чертыхнулся:

— Линдси, ты хочешь, чтоб я ему сочувствовал? Но я не могу стать врагом моей большой семьи, моих шести двоюродных братьев!

— Шести?

Линдси и Брейди увидели, что к ним подходит Джек.

— О ком вы говорите?

Вздохнув, Линдси подошла к Джеку.

— У тебя есть, еще три сына, Джек. Я узнала об этом недавно. Они тоже живут здесь.

Джек закрыл глаза.

— Как же они меня ненавидят! Поехали отсюда, Линдси!

Она покачала головой.

— Ладно, я пошел, — Брейди двинулся к машине.

— Погоди. Что ты собираешься делать? — Линдси пошла за ним.

— Что я должен делать, Линдси? Притворяться, что никого не встретил?

— Нет. Но немного подождать…

— С какой целью? Ведь ничего не может измениться…

— Верно. Но я ведь не могла знать, что Джек приедет сюда именно сегодня. Я собиралась, рассказать тебе все этим вечером и вместе все обсудить.

— Ты хотела соблазнить меня, чтобы я был на твоей стороне!

Слова Брейди оскорбили ее.

— Это ты преследовал меня. Я не планировала того, что между нами произошло. — Его иронический взгляд показывал, что он ей не верит. — Думай что хочешь, Брейди. Но знай, что я буду делать все, чтобы помочь Джеку.

Линдси повернулась и пошла к себе. Напрасно она позволила Брейди перейти границы дозволенного. Но этого больше не будет. Не обращая внимания на Джека, она прошла к телефону, набрала номер клиники и попросила отменить все утренние вызовы.

— Собирайся, Линдси. Поехали, пока не случилось ничего дурного, — сказал Джек.

— Джек, перестань, — сказала она со слезами в голосе. — Ты болен. И здесь твои сыновья. Ты учил меня никогда не сдаваться. Мы, я и мама, будем бороться за тебя. Мы слишком тебя любим. Мы не можем просто так опустить руки.

— Вам придется так поступить. — Его глаза стали совсем печальными. Он крепко обнял Линдси.

Она закрыла глаза и почувствовала его нежность и любовь к себе. Нет! Она должна спасти его, она не позволит ему уехать. И Линдси вытерла слезы.

— В конце концов, тебе просто нужно увидеться со своими сыновьями.

Джек молчал. Она почувствовала, что он колеблется. Она набрала номер телефона.

— Кому ты звонишь, Лин?

— Я знаю, кто может нам сейчас помочь. Это Хэнк Барретт.

Через двадцать минут Брейди был возле своего дома. Спокойная жизнь кончилось. Даже если Джек сейчас решит уехать отсюда, Брейди все равно видел его. И самое важное, он теперь знает, кем Джек приходится Линдси. Нужно лишь выяснить, приехала ли Линдси сюда сама или ее подослал Джек?

Как к нему сейчас относятся его сыновья, Брейди не касается. Но он помнит доброту всех Рэнделлов, радушно приютивших его после аварии, помнит, как навещали его после операции…

Брейди подумал о Линдси. Вероятно, Джек по отношению к своим сыновьям вел себя как подонок, но он любил свою падчерицу, и она любила его… А Линдси никогда не оставит и не предаст того, кого любит. В данном случае — Джека.

— Наконец-то ты дома, — к Брейди направлялся Люк.

— Не люблю, когда за мной следят, — буркнул тот.

— А я не слежу. Мне нравится, что ты встречаешься с Линдси.

— Это скоро кончится. Я уеду.

— Не торопись. Тебе лучше остаться здесь. Мы все к тебе так привязались.

— Ты знаешь меня всего несколько месяцев, — возразил Брейди.

— Да, но ты мой брат. Мы одна семья. И всегда можем рассчитывать друг на друга.

В,этом и заключалась проблема Брейди. Он всегда полагался только на себя.

Хэнк смог выбраться к Линдси только через час. В ее голосе слышалась тревога. Может, она собирается уехать? На стоянке он увидел черный пикап. Похоже, что родители Линдси приехали ее навестить. Вдруг он ощутил какое-то странное беспокойство. Дверь открылась прежде, чем он успел постучать.

На пороге стоял высокий немолодой человек. Его темно-карие глаза внимательно изучали Хэнка. У него были густые седые волосы, широкие плечи, мощная грудь. Он выглядел старше своих шестидесяти, но Хэнк узнал его без труда. Он был так похож на своих сыновей!

— Здравствуй, Джек. Наконец-то ты вернулся.

— Да, старый ублюдок снова здесь…

— Не стоит ворошить прошлое. Что заставило тебя переменить решение?

Джек моргнул.

— А я. и не менял его. Я приехал за Линдси. Не хочу впутывать девочку в эту историю.

Значит, моя догадка была верна, смекнул Хэнк.

— Когда Линдси приехала сюда, мне показалось, что я знаю ее фамилию. Я же слышал, что после освобождения ты получил работу на ранчо каких-то Стэффордов. Значит, Линдси — твоя падчерица?

— Да, и я горжусь ею.

Из дома вышла Линдси и пригласила стариков зайти. Они прошли в гостиную и сели у камина напротив друг друга. Хэнк внимательно изучал лицо Джека. Как он теперь не похож на того молодого нахального всезнайку, которому вечно не хватало времени на жену и детей! Именно тогда он довел дела на отцовском ранчо до банкротства. А потом его арестовали за кражу скота и посадили в тюрьму. Жена и дети остались одни…

Линдси принесла им кофе в больших кружках и поставила поднос на стол.

— Спасибо, Линдси. — Хэнк отхлебнул горячий кофе. — Ну, Джек, расскажи о себе.

Джек взглянул на Линдси, и она заговорила первой:

— Хэнк, Джек не собирался сюда приезжать. Мы с мамой много раз просили его об этом, но…

— Так было лучше. Я знал, что мальчикам хорошо стобой, Хэнк. Спасибо тебе.

Хэнк кивнул.

— Что ж, это правда.

— Он приехал за мной, — продолжала объяснять Линдси. — Несколько месяцев назад я прочла объявление в газете, что здесь требуется ветеринар, и пришла на собеседование из любопытства. Мне очень хотелось взглянуть на Рэнделлов. Я не никого не собиралась обманывать…

Джек перебил ее:

— Возвращайся домой, и мы забудем об этом. Я действительно не хотел тебя тревожить, Хэнк. Как я знаю, у мальчиков все хорошо. — Он посмотрел в сторону. — У меня есть еще три сына?

Хэнк кивнул.

— Джаред Трегер и близнецы, Уайт и Дилан Джентри. Уайт выкупил часть ранчо и привел его в порядок. — Хэнк заметил, что Джек поморщился, как от боли. — А потом, после травмы на родео, приехал Дилан.

— Дилан Джентри. Тот, что несколько лет назад получил титул чемпиона мира? — спросил Джек.

Хэнк снова кивнул.

— Все мальчики живут здесь, все богаты и счастливы.

Джек дернулся.

— Перестань. Я не должен ничего знать. Я не имею права на это.

Линдси заметила, как в глазах Хэнка мелькнула боль. Но Хэнк не знает главного — он не знает, как тяжело болен Джек.

— Ты же всегда хотел узнать, как твои, мальчики, Джек.

— Да, хотел. Но от этого знания только хуже. Я никогда не войду ни в их жизнь, ни в жизнь их детей. — Он глубоко вздохнул. — Поехали домой к маме, Линдси.

— Ты ей не сказал, что поехал сюда?

— Нет. Я надеялся привезти тебя домой, прежде чем она поймет, где ты. Она уже беспокоится.

— Джек, она все равно будет беспокоиться. — Линдси повернулась к Хэнку — Я приехала к вам потому, что сыновья Джека могут нам помочь.

— Линдси! — предостерегающе произнес Джек. — Поехали домой. Я не хочу видеть мальчиков.

— Они уже не мальчики, Джек. Они взрослые мужчины и давно уже сами решают все свои проблемы, — сурово произнес Хэнк.

— Я прошу тебя, Джек! — снова обратилась к отчиму Линдси. — Поговори с ними, пока ты здесь.

Гримаса боли исказила его лицо.

— Я не должен снова вторгаться в их жизнь.

Линдси повернулась к Хэнку, борясь со слезами:

— Это последняя возможность, убедите его, пожалуйста….

— Я не воспользуюсь ею! — упрямо покачал головой Джек.

Хэнк поднял руку, призывая к молчанию:

— Это решать не тебе, а твоим сыновьям.

Глава восьмая

К концу дня Линдси чувствовала себя совсем измученной. После разговора с Джеком и Брейди ей не хотелось никуда ехать. Но после звонка Тесс, которая сообщила, что у ее лошади колики, пришлось опять выходить из дома.

Боясь столкнуться с Брейди, Линдси вошла в конюшню через задние ворота. Она думала, что, как только Хэнк все расскажет братьям, ей тут же придется уехать отсюда. Иначе и быть не может!

Как ей хотелось остаться здесь! Но Джек нуждался в ней, и сейчас ее место в своей семье.

Тесс встретила ее в конюшне.

— Как Леди? — спросила Линдси. Кобыла словно в ответ заржала, ее вели по загону Люк с сыном.

— Нехорошо. Она много пьет, у нее учащенное дыхание, мы весь день ее не кормили.

Линдси сразу поняла, что животное возбуждено. Подойдя ближе, она решила, что у Леди спазмы в кишечнике.

— Спазмы и привели к коликам. Введите ее в стойло.

Осмотрев лошадь, Линдси сделала инъекцию болеутоляющего. Потом принесла растительное масло и заставила Леди его выпить. Лечение помогло. Через два часа перепачканная Линдси уже спешила на стоянку к своей машине.

Все-таки и от усталости бывает польза — Линдси отвлеклась от печальных мыслей о Джеке.

На стоянке маячила статная фигура Брейди. Линдси дернулась. Ну почему именно сейчас этот человек здесь?

— Ну, как Леди? — спокойно спросил он.

— С ней все в порядке. — Линдси достала из салона машины сумку с инструментами, Брейди переложил ее в багажник и сказал:

— Господи, что за запах, док?

— У меня такая работа. Ничего, я приму душ. — Она щелкнула пальцами. — Зато у вас, пилотов, кони стальные.

Это было самозащитой. День для Линдси выдался слишком тяжелым. Пришлось вести трудный разговор с Джеком, а он, Брейди, вообще бросил ее и ушел.

— Знаешь, я вызвала Хэнка, и сейчас они беседуют. Думаю, они все решат. Так что ты свободен, капитан! Мои проблемы обойдут тебя. — Она резко захлопнула багажник.

Когда она садилась в машину, Брейди удержал ее руку.

— Я неправильно повел себя утром. Я плохо разбираюсь в тонкостях семейных ситуаций, у меня нет опыта.

— Тебе и не пришлось разбираться, — усмехнулась она. — После ночи ты взял и ушел. — Она старалась освободить свою руку.

— Пойми, Линдси, я был в шоке, когда понял, что твой отчим и мой дядя — один и тот же человек.

— Это понятно. Но ты не понимаешь, что для меня тоже было неожиданностью, когда наши отношения перешли все границы.

Он сильнее сжал ее руку.

— Позже я это понял. Сейчас я обещаю внимательно тебя выслушать.

— Но я сейчас не смогу говорить. Я устала, грязная, и Джек меня ждет в коттедже.

Он напрягся.

— Так ты сейчас уезжаешь?

— Сейчас я занята только Джеком, ему нужно объясниться с сыновьями, это нелегко для каждого из них. Ты должен сам решить, на чьей ты стороне. — Не дожидаясь ответа, она села в машину.

Линдси не хотела потерять человека, которого полюбила, но что поделаешь, если обстоятельства против ее любви!

В дом она вошла с улыбкой и увидела не только Джека, но и свою мать. Обнявшись, они сидели на диване.

— Мама, ты приехала!

— Вы от меня все время что-то скрывали, и я решила — пора мне все выяснить самой!

— Мама, я так все запутала!

— Я понимаю… Знаешь, я до сих пор не могу справиться с тем, что у Джека… плохо со здоровьем. Но Линдси, ты должна была поделиться со мной своими планами, и я бы тебе помогла!

— Если бы я в свое время не причинил столько зла своим детям, мы бы сейчас не оказались в столь бедственном положении. Я сам во всем виноват! — произнес Джек, и глаза его сузились. — А теперь вы обе обещайте мне ни слова не говорить моим сыновьям об этой чертовой болезни! Я им кроме зла ничего не принес.

Линдси нехотя кивнула.

— Что тебе сказал Хэнк?

— Он все расскажет ребятам сегодня вечером, и от них будет зависеть, встретимся мы или нет. Представления не имею, что я могу им сказать…

— Мы вместе обдумаем это, — сказала ему жена, обнимая его. Он поцеловал ее.

— Скоро у меня прием, а перед ним необходимо вымыться как следует, — устало сказала Линдси. — Я уйду надолго, а вы отдыхайте и располагайтесь в спальне. Сегодня я буду спать на диване в этой комнате.

Стоя под теплым душем, она плакала. Плакала, жалея родителей и Рэнделлов, тоскуя по бесследно исчезающим годам, горевала о себе, такой старательной и такой невезучей…

Хэнк позвал всех сыновей Джека к себе. Первыми он велел прийти Ченсу, Кейду и Травису.

Они уселись за сосновым столом в кухне. Именно здесь долгие годы они обсуждали общие семейные дела. И все эти двадцать лет Джека не было с ними. Только сегодня Хэнк может сказать мальчикам, что их отец вернулся.

— Я позвал всех братьев, но до прихода остальных должен вам первым кое-что сообщить.

Братья переглянулись.

— Ну, говори скорее, — за всех ответил Кейд.

— Вернулся Джек.

И Хэнк взглянул на тех, кого двадцать лет считал своими сыновьями.

Они прекрасно владели собой, никто даже не пошевелился, но старик буквально кожей ощутил, как их охватил гнев.

— Что ему нужно? — Кейд всегда раньше других обнажал свои чувства.

— Он хочет вас увидеть. Джек женат уже лет двенадцать. Он разводит лошадей, живет на ранчо Стэффордов.

— Погоди, — сказал Травис. — Ты хочешь сказать, что Линдси Стэффорд его знает?

— Она его падчерица. Линдси все хотела сказать тебе об этом с самого начала, но никак не могла выбрать момент.

— Она обманывала нас, чтобы он мог сюда вернуться?!

— Не думаю. Она давно очень хотела увидеть сыновей Джека, а тут подвернулась эта вакансия…

— И что, Линдси надеется, что мы примем его с распростертыми объятиями? Это невозможно, Хэнк! — И Ченс отрицательно покачал головой.

Травис и Кейд пробормотали что-то, поддерживающее его.

— Ну, что же, ребята, как хотите. Я уверен, что есть вопросы, которые вам нужно ему задать. Если вы сейчас откажетесь, другого шанса у вас не будет.

Ченс нахмурился.

— Когда он вышел из тюрьмы, мы дали ему денег, которые он просил, но с условием, чтобы он держался от нас подальше.

— Он выполнил свое обещание. Здесь он только из-за Линдси. Он хочет, чтобы она вернулась домой. Джек много ей о вас рассказывал…

— Линдси обязана была сказать нам, кто она, — сурово произнес Травис.

— Но разве вы тогда дали бы ей работу?..

— Не знаю, — пожал плечами Травис. — Она — толковый ветеринар. И от всех о ней слышишь только хорошее.

— А что будет, если узнают, что она падчерица Джека? У людей неплохая память, — заговорил Кейд.

— Вы, ребята, смыли пятно с имени Рэнделлов. Вы ведь никогда не обращали внимания на слухи. Вы доказали, что на вас можно положиться. И вы совсем не похожи на молодого Джека. Я еще не говорил вам, как я вами горжусь…

Братья переглянулись и приосанились.

— Видите ли, Джек тоже переменился, — продолжал Хэнк. — Сейчас он лучший конезаводчик в районе. Он стал ответственным человеком. Разве вам не приятно узнать, как у него идут дела?

— Лично я не хотел бы его видеть, — пожал плечами Ченс. Он был самым старшим. Ему пришлось работать с четырнадцати лет, и именно он был защитником младших братьев. — Я могу сказать от имени всех нас. С тех пор как ты с нами, мы не считаем Джека нашим отцом. Из-за тебя у трех напуганных мальчишек появилось чувство дома.

Хэнк был тронут.

— Каждый день, пока вы росли, я чувствовал радость. Я, как отец, очень горжусь вами, ребята.

Ночью пошел дождь, и температура упала до десяти градусов. Брейди сидел дома и готовил суп. Ему нужно было что-то делать, чтобы избавиться от щемящего чувства беспокойства.

Он не мог не вспоминать о прошлой ночи с Линдси. Как она ласкала его, как прижималась губами к его коже… Он закрыл глаза и почувствовал боль.

Стук в дверь вернул его к реальности. Он провел рукой по липу.

Надо выбросить все это из головы, велел он себе.

На веранде стояла Линдси, замерзшая и усталая.

— Обычно я прихожу к тебе…

Ее знобило.

— Мама в коттедже с Джеком. Им нужно побыть одним. — Линдси грустно посмотрела на него. — А мне больше некуда идти, — прошептала она.

К его горлу подкатил комок, и он обнял ее и втащил в свой дом.

— Я знаю, ты на меня сердишься… — начала она.

В ответ Брейди поцеловал ее так крепко, что у них перехватило дыхание.

— Больше не сержусь. — Он целовал ее снова и снова.

— Я пришла совсем не для этого, Брейди, Та ночь была ошибкой. Мы не должны ее повторять…

— Ошибка? Да это было потрясающе!

— Не надо так говорить, Брейди. Нужно, чтобы у меня была ясная голова, — она оттолкнула его. — Помоги мне.

— Как? — пожал он плечами.

— Можно я переночую у тебя на диване?

— А ты не боишься остаться у меня?

Она покачала головой.

— Маме и Джеку нужно побыть одним. Если я тебя беспокою, могу поехать в мотель.

Он поднял брови.

— Выгнать тебя в мотель? Такую голодную и озябшую?

— Вообще я бы сейчас поела, — призналась Линдси и пошла вслед за ним в кухню.

— Я приготовил томатный суп с тертым сыром!

— Если б ты знал, как я его люблю! Давай помогу. Сколько нужно сэндвичей? — спросила она.

— Два. Но не обязательно… Я и так в долгу у тебя, теперь мое дежурство. — Он вынул из холодильника молоко. — Будешь?

Линдси кивнула и положила кусочки хлеба на гриль. Она, конечно, не должна была сюда приходить. Брейди был слишком красив и сексуален. Взгляд его темных, глубоко сидящих глаз лишал ее воли. Здесь опасно оставаться, но ей так не хочется уходить…

— Перестань беспокоиться, — голос Брейди вернул ее к реальности. — Я уверен, что Джек и Рэнделлы все уладят.

— Я не хотела причинять им боль. Они, наверно, возненавидят меня теперь…

— Перестань. Я узнал Рэнделлов не так давно, но мне ясно, что они честные парни, а ты ни в чем перед ними не виновата. У них счеты только с Джеком.

Он поцеловал ее в кончик носа, Забрал из рук лопаточку и подошел к грилю.

— Садись за стол, пока у тебя все не сгорело, — он перевернул сэндвичи лопаткой.

Ей бы рассердиться, но она не сумела скрыть улыбку.

— Ты не понимаешь. Они вкуснее с прожаренной чёрненькой корочкой!

— Нет! Корка должна быть золотистой! — И он снял сэндвичи с огня и начал наливать в тарелку суп.

Линдси оглядела кухню и заметила на стене календарь. Число «10» на его календаре было обведено кружочком…

— Что это? День ВВС?

— Нет. Мой очередной осмотр у хирурга. Доктор Пал должен решить, можно ли мне снять гипс.

Итак, у них осталось всего несколько дней…

— Если с ногой все в порядке, ты вернешься в авиацию?

— Не все так быстро. Еще нужна медкомиссия, которая решит, могу ли я летать.

— Будут проверять твое физическое здоровье?

— И психическое. Военной авиации не нужны неуправляемые пилоты.

— Ты вполне адекватен, мой капитан, — сказала она, а про себя добавила: только слишком упрям, нахален и не в меру горд.

— Спасибо за поддержку, но я должен выдержать обязательную проверку.

— Все будет нормально, — не совсем искренно сказала Линдси, зная, как рвется Брейди снова летать. Она почувствовала, что сыта. — Думаю, что и твоя, и моя жизнь скоро изменятся.

— Почему? Ты уезжаешь?

— Эта работа была временной…

— Док, Рэнделлы ценят тебя и вряд ли отпустят. Я же хочу приезжать сюда и встречать тебя здесь…

Какая жалкая участь — ждать человека, который тебе ничего не обещает!

— Ты считаешь, что я, затаив дыхание, должна тебя все время ждать? — Она попыталась проигнорировать жаркий взгляд Брейди.

— Я же говорил тебе о моих обязательствах перед военно-воздушными силами страны!

— А у меня обязательства перед моей работой и семьей, поэтому я обязана вернуться домой.

Брейди усадил ее себе на колени. Поцеловал где-то возле уха.

— Ты что-то сказала? — Линдси обвила руками его шею, и он поцеловал ее в подбородок. — Когда я первый раз взглянул в твои большие зеленые глаза, они заставили меня забыть обо всем на свете, — прошептал Брейди. Он поднял голову, но его руки продолжали поглаживать ее спину. — Когда я обнимаю тебя и чувствую все твое тело, я забываю обо всем на свете, кроме любви к тебе.

Подавив желание, Линдси нашла в себе силы встать. А ведь так легко было бы поддаться и забыть обо всем!

— Линдси? — Он с беспокойством смотрел на нее.

— Прости меня, Брейди, мне пора. Я должна уйти.

— В чем дело?

— В том, что я не могу сейчас с тобой спать.

— Нет. Тут что-то другое. Скажи мне, док, — хрипло проговорил он.

— Понимаешь, — и она положила голову на его плечо, — Джек болен.

— Серьезно?

— Очень. Мама и я хотели упросить его встретиться с сыновьями. А тут мне попалось на глаза объявление о работе.

— И ты приехала сюда, чтоб, подготовить почву…

— Вчера он даже вырвал у меня клятву, что я не скажу об этом его сыновьям.

— А мне?

— Нет. Но…

Он усадил ее на диван.

— Слушай, мне кажется, что я смогу тебе помочь…

Может, Брейди не так уж её и любил, но она ему доверяла. Она нуждалась в его помощи.

— У Джека лейкемия.

Он чертыхнулся и прижал ее к себе. И Линдси прорвало. Она стала рассказывать обо всем, что скрывала эти четыре года. Она говорила и плакала. Так и уснула под его уговоры:

— Не волнуйся. Мы сможем помочь тебе. Все будет хорошо…

Глава девятая

Утром дождь кончился и засияло солнце. У Брейди затекла рука, ему хотелось пошевелить ею, но он терпел, стараясь не разбудить Линдси, которая, свернувшись калачиком, проспала рядом с ним ночь.

Чувство жалости к ней теснило ему грудь. Какую тяжесть она несла на своих хрупких плечах! Брейди был рад тому, что она наконец полностью доверилась ему.

Вот она шевельнулась во сне, пододвинулась к нему и коснулась его груди своей грудью. Брейди закусил губу, почувствовав, как напряглось все его тело. Он безумно хотел Линдси. Хотел с того времени, как впервые встретил ее на своей веранде. А как было трудно отказаться от близости с нею после первой их ночи… С каждым днем Брейди хотел ее все сильнее, но понимал, что сейчас Линдси нуждается прежде всего в друге, а не в любовнике.

Брейди усмехнулся — дружить с женщиной! Это так на него не похоже… Но рыженькая изменила его отношение к миру. В сущности, она перевернула его жизнь и заставила многое передумать.

Линдси снова шевельнулась, а потом распахнула свои удивительные глаза. Она вздохнула, села и огляделась. Что с ней? Ясно, она провела с Брейди ночь. Оглядела себя и обрадовалась, что одета. Вспомнился весь вчерашний день и главное, что она обо всем рассказала Брейди. И Линдси вновь почувствовала к нему благодарность.

Она тряхнула волосами и сказала:

— Мне пора идти.

Он удержал ее:

— Ответь, почему ты утром всегда стремишься уйти? Ты что, от меня бегаешь?

— Но я должна увидеть своих родителей! — Просто вчера она открыла ему все, что было у нее на сердце. Это больше, чем физическая близость.

— Позвони им и скажи, что у тебя другие планы…

— Ты что? — Она подняла от удивления брови и взглянула на него. Он был так привлекателен сейчас, несмотря на небритое лицо и всклокоченные волосы.

— Подумай, сегодня среда — значит, клиника закрыта. Может, останешься со мной?

— Брейди, я уже говорила тебе!

— Понимаю. Просто, когда мы тогда были вместе, мне было так хорошо с тобой! Но вижу, ты сейчас не расположена к этому…

Она покраснела. Бренди Рэнделл невозможен!

Он улыбнулся.

— Знаю, сегодня мы поедем кататься верхом.

— Разве ты можешь?..

— На лошади держусь с детства.

— Я имею в виду твою ногу.

— С ней все в порядке. Я просидел взаперти слишком много. Мне нужен воздух.

Она вскочила на ноги.

— Я должна посмотреть, нет ли вызовов. — Линдси просмотрела сообщения. Одно из них было от матери. Она перезвонила ей, чтобы успокоить. Та сказала, что сегодня Джек должен встретиться со своими сыновьями.

Когда Линдси повесила трубку, Брейди принес ей чашку кофе.

— Спасибо. — Она отпила глоток. — Мне следует принять душ.

— Мне тоже. Ты иди первая, а я тут пока приберу.

— Ты был так чуток ко мне вчера. Спасибо тебе.

Он кивнул.

— Ты должна знать, что я далеко не всегда такой отзывчивый.

Хэнк не знал, как пройдет их встреча с Джеком. Когда-то он так ее ждал! Но с тех пор, как мальчики выросли, Джек перестал его интересовать. Вот только Ченс попросил его поехать с ними сегодня.

Первыми должны были поговорить с Джеком Ченс, Кейд и Травис. Остальные трое сыновей должны были подъехать позже.

Оки вышли из грузовика и поддеревьями увидели высокую фигуру Джека Рэнделла. А когда спускались с холма мимо коттеджа Линдси, заметили незнакомую красивую женщину на его пороге. Хэнк понял, что это жена Джека. Не останавливаясь, он кивнул ей. Ченс остановился:

— Не думал, что это будет так нелегко…

— Вы должны поговорить с ним, — сказал Хэнк.

— Да, это надо довести до конца.

— А вот и ребята! — К ним навстречу ехали Кейд и Травис.

Они двинулись в направлении дома Трависа и Джосси. У Хэнка сжалось сердце. Дело в том, что Джосси Гуттьерес была его дочерью. Он узнал о ее существовании, только когда она приехала сюда.

Он встретил ее с радостью. А когда Джосси вышла замуж за Трависа, подарил ей землю, на которой молодые выстроили себе дом. Остальную землю Хэнк разделил между Ченсом, Кейдом и Трависом.

Наконец они подошли к Джеку. Ченс и Джек уставились друг на друга не как отец и сын, а скорее как воинственные ковбои с Дикого Запада. Кейд и Травис стали рядом со своим старшим братом. Тут даже постороннему стало бы ясно, что если ты против одного из этих парней, то ты против всех.

— Ну, вот и мы, — начал Ченс. — Что тебе от нас нужно?

— Ничего. Я просто, хотел увидеть вас и узнать, как вы.

— У нас все в порядке. Мы не нуждаемся в твоей помощи, — отрезал Ченс.

Джек внимательно смотрел на них.

— Это заметно… — Он вздохнул. — Конечно, поздно. Но я пришел просить у вас прощения за то, что не смог вас вырастить. И за то, что у вас из-за этого было столько проблем. Вам пришлось очень туго, когда меня арестовали…

— Ты прав, — усмехнулся Травис. — Нам было трудно, но это уже в прошлом. Сейчас извиняться бессмысленно.

Джек резко побледнел. Это бросилось всем в глаза, несмотря на его загар.

— Да, вы в порядке. Спасибо тебе, Хэнк.

— Не за что, — кивнул тот.

Джек снял шляпу и взъерошил волосы.

— Вы вправе сердиться на меня, но не на Линдси. Она ни при чем. Она просто хотела на вас посмотреть.

— Она должна была сказать нам, кто она, — сухо проговорил Травис.

— Я прошу вас не сердиться на Линдси. Самое главное то, что она отличный ветеринар.

— А может, она приехала, чтобы тебе было бы легче вернуться сюда? — заметил Кейд, который до этого молчал все время.

Джека это замечание задело.

— Если бы мне это было нужно, я не ждал бы двадцать лет… — Он снова надел шляпу. — В определенном возрасте человек примиряется со своим прошлым. Я обещаю, что сегодня навсегда уеду отсюда.

Брейди было приятно в седле. Вообще ему было хорошо. Солнце прогрело декабрьский воздух, и они с Линдси скинули куртки.

— Как ты славно придумал поездить на лошадях! — обернулась к нему Линдси. — Кстати, а как твоя нога?

— Полный штиль. — Нога позволила ему забыть о себе и думать только о Линдси. — Поскачем в долину и взглянем на табун? — предложил Брейди.

— Давай! Я давно там не была.

Они поднимались на холм вместе. С тех пор как они нашли золу от костра и гильзы, здесь больше не стреляли… Система видеонаблюдения Хэнка работала как надо.

Высматривая табун, Линдси увидела группу мужчин.

— Это Джек и Рэнделлы, — сказала она, натягивая поводья. — Нам лучше уехать отсюда.

Брейди всмотрелся в группу.

— Знаешь, мне кажется, что они ссорятся.

— Брейди, Джек неважно чувствует себя, — озабоченно произнесла Линдси. — И еще один стресс не прибавит ему сил.

— Тогда парням надо сообщить, что он серьезно болен, — и Брейди сжал ее руку своей.

— Джек мне этого не простит… — Линдси покачала головой.

— Все равно нужно это сделать. Ты должна срочно ему помочь! — рассердился Брейди.

Они спустились с горы и подъехали к группе Рэнделлов.

— Здравствуйте, — поздоровался с ними Джек. — Ты не должна быть здесь, — сказал он затем, обращаясь к Линдси.

— Нет, должна, раз я заварила эту кашу… — Она взглянула на братьев. — Я не хотела вас беспокоить.

— Джек прав, Линдси, — сказал Кейд. — Тебя это касаться не должно.

— Нет, должно! Джек заменил мне отца. Я люблю его. Может, он и совершил ошибки в молодости, но ошибаются все! — Она еле сдерживала слезы.

— Не защищай меня, Лин, — шагнул к ней Джек. — Это мое дело, мое и моих сыновей.

— Мы тебе не сыновья! — прошипел Ченс.

— Я понимаю, что потерял право называть вас так много лет назад….

В наступившей тишине они услышали отчетливый цокот копыт. Подъезжали Джаред, Уайт и Дилан.

— Мы слышали выстрелы, — закричал им Джаред.

— Мустанги ранены? — встревожился Хэнк.

— Нет, они только вспугнули табун.

— Откуда стреляли?

— Оттуда, — Уайт указал на запад.

— Нужно их остановить. Можно взять твою лошадь?

— Конечно. Я вернусь пешком.

Ченс с братьями тут же ускакали. Брейди хотел поскакать следом за ними, но Хэнк остановил его:

— На грузовике быстрее.

— Можно и мне с вами? — Джек двинулся к ним.

— Почему бы и нет? — пожал плечами Хэнк.

Джек тут же позвонил жене и сказал, что скоро вернется.

— Позаботься о маме, — сказал Джек Линдси, и она снова стала спорить с ним.

Тогда к Линдси обратился Брейди:

— Останься здесь, прошу тебя. Не добавляй мне новых беспокойств.

— Ну хорошо… Приглядывай за Джеком, ладно? — кивнула она ему.

— Мы скоро вернемся, — Брейди быстро поцеловал ее.

— Садись за руль, Брейди. — Трое мужчин быстро сели в машину.

— Позвони шерифу, Хэнк, — попросил Брейди.

— Он нам ничем не помог в прошлый раз, — проворчал Хэнк, но мобильный достал.

— Это нужно для протокола. Мы должны указать, что обращались к властям. Особенно если это те же ребята, которые стреляли в мустангов и раньше. За несколько месяцев они ранили двух лошадей! Линдси одну из них вылечила.

— Замечательная моя девочка, — сказал Джек гордо.

Вскоре они подъехали к воротам.

Джек вылез из грузовика, чтоб их отпереть.

— Замок взломан, — произнес он и ударил кулаком по приборной панели.

— Я найду этих парней и задам им жару еще до приезда шерифа! — Хэнк был явно взбешен.

Дальше пошла узкая разбитая дорога. Через полмили они остановились и спрыгнули на землю. Хэнк достал из грузовика две винтовки.

Брейди позвонил Ченсу, чтобы узнать, где они, и молча двинулся туда, где в прошлый раз они с Линдси обнаружили остатки костра. Услышав чьи-то голоса, он жестом показал Хэнку и Джеку, что дальше пойдет один. Скрываясь за кустарником, он подошел почти вплотную к веселой компании.

На бревнах сидели подростки и пили виски. Брейди так же тихо вернулся к грузовику.

— Там четыре подростка, у них два ружья, — сказал он. — Плохо то, что они пьяны.

— Стащили виски у родителей, — предположил Джек.

— Вряд ли родители допустят, чтобы их сыночки попали в тюрьму. Я потребую с них штраф, — угрожающе произнес Хэнк.

Самим связываться с пьяными подростками? Ни в коем случае!

Брейди позвонил шерифу и сказал, что они нашли нарушителей порядка.

— Помощник шерифа едет сюда, — сказал он, окончив разговор.

— Пока он доберется… Я не хочу их упустить. Придется действовать самим, — озабоченно произнес Хэнк.

Бред взглянул на Джека. Тот был бледен и тяжело дышал.

— Вы как?

— Все в порядке. Я останусь за деревьями и задержу их, если они кинутся бежать.

Хэнк показался перед подростками первым. Он взвел курок и направил ружье на подростков:

— Поиграли и хватит, мальчики!

Те вскочили, ругаясь. Высокий худой парень нагло выступил вперед.

— Чего вы боитесь? Это же старик!

— Этот «старик» может искалечить вашу жизнь, — громко крикнул Хэнк. — Бросайте оружие!

— Вот еще! — ухмыльнулся длинный.

— Знай, ты у меня на мушке! Вы находитесь на моей земле. Вы стреляли в беззащитных диких мустангов. Так что заткнись, а вы все топайте туда! — Ружьем он указал им направление.

— Ты бы лучше его послушался, — вышел из кустов Брейди.

Бросив ружья, мальчишки нехотя двинулись, куда им было велено.

— Мой отец этого так не оставит, — покачнувшись, угрожающе сообщил один из них.

— Если твой отец не дурак, он изукрасит тебе задницу.

Мальчишка явно обозлился:

— Ты пожалеешь об этом, старик! Мой отец — большой человек.

Брейди увидел, как самый младший, который до этого оглядывался в страхе, вдруг побежал.

— Эй! — крикнул он. — И не смейте убегать…

Тут они услышали, вопль мальчишки. Брейди увидел, как Джек его схватил, и улыбнулся.

— Тебе нужно помочь, Джек? — крикнул он.

— Нет. Я держу его.

Со всех мальчишек в секунду слетело все нахальство.

— Что вы собираетесь с нами делать? — спросил один из них.

— Ничего. Отведем вас к шерифу.

В это время подскакал Ченс и спешился. Когда Джек привел пойманного мальчишку, Ченс снял веревку с седла и связал ему руки. Передав ружье Кейду, Брейди пошел помочь Джеку. Тот стоял около грузовика, на котором приехали мальчики.

— Вы неважно выглядите, — сказал Брейди Джеку, глядя, как покраснело лицо старика. — Поехали назад.

— Я в порядке, — Джек отошел от грузовика, покачнулся и упал без сознания.

Глава десятая

Через час Линдси и ее мать поднимались на третий этаж больницы. Брейди дал Гейл знать о том, что случилось с Джеком. По дороге туда Линдси все время обвиняла себя в случившемся.

— Перестань себя казнить, Линдси! Джеку было необходимо встретиться со своими детьми.

— Да. Но если бы Ченс, Кейд и Травис знали, как Джек болен, они ни за что бы не вели себя с ним как со здоровым человеком.

— Да, но мы обе знаем, что Джек ни за что бы не рассказал им о своей болезни.

Они подошли к регистратуре. Брейди и все сыновья Джека находились в комнате для посетителей. Линдси увидела Брейди и порадовалась, что он выполнил свое обещание, не бросил Джека.

Брейди подошел и обнял ее. Она подняла на него глаза и спросила:

— Как папа?

— Джек с доктором Хартли. — Затем он взглянул на ее мать. — Миссис Рэнделл, я Брейди Рэнделл. Я так вам сочувствую… Мы привезли его сюда так скоро, как смогли.

В этот момент вошел доктор Хартли. Гейл и Линдси устремились к нему.

— Доктор Хартли, как мой муж? — Гейл вопросительно глядела на врача.

Седой врач нахмурился.

— У него слишком тяжелая болезнь, миссис Рэнделл. Я связался с его онкологом. Вы знаете, насколько серьезно положение. Единственный выход — это пересадка костного мозга. Ваш муж включен в список нуждающихся в операции, но это будет не скоро…

— Он умирает?.. — Гейл побледнела.

Врач не ответил. Потом он взглянул на молодых Рэнделлов и произнес:

— Да. Если только кто-нибудь из родственников не станет его донором…

Линдси заметил, как у матери дрожит рука.

— Могу я его видеть? — спросила Гейл. Врач кивнул, и она ушла вместе с ним.

Брейди тут же оказался возле Линдси.

— Спасибо за помощь, — поблагодарила она.

— Я пока ничего не сделал. — Брейди подошел к выходящему из палаты доктору Хартли. — Я племянник вашего пациента и хочу быть его донором. Можно меня протестировать?

Линдси замерла. Брейди согласен на все, лишь бы выжил ее отец! Она так любила его в это мгновение!..

— Мы не сдадимся, Линдси.

— Ты о чем? — спросил подошедший к ним Ченс, за ним шли братья. — Что с Джеком?

Брейди вопросительно взглянул на Линдси.

— У Джека острая лимфоцитарная лейкемия, — сказала она. — Его может спасти только срочная пересадка костной ткани.

— Я иду тестироваться, — сказал Брейди.

— Так вот что ему было от нас нужно!

— Когда вы с этим покончите?! — взорвался Брейди. — Сейчас дороги минуты, он может умереть. Не время копаться в прошлом, что бы вы ни думали о своем отце. Добрый он или злой, его приемная дочь всем ему обязана и очень его любит. Да, Линдси любит того самого человека, который когда-то так жестоко с вами поступил. И я думаю, пора вспомнить сколько он сделал за эти двадцать лет, как изменился и каким человеком стал. Джек приехал на ранчо не для того, чтобы просить у вас помощи. Он должен был увезти Линдси домой, но та упросила его увидеться с вами. Джек просто хотел помириться со своими сыновьями… — Брейди покачал головой. — Доктор, пожалуйста, куда мне идти?

Он поцеловал Линдси и направился к лифту. Но в лифт он вошел не один — за ним потянулись все сыновья Джека.

— Что вам надо?

— Мы тоже хотим протестироваться. Может, мы больше подойдем, чем ты. Что? Возражаешь?

— И не думаю!

Оставалось молиться, чтобы хотя бы один из них прошел этот тест.

Через несколько часов, спустившись вниз, Брейди натолкнулся на Люка.

— Я слышал, у тебя было много дел этим утром, — улыбнулся ему Люк.

— Да. А сейчас мы все проверяемся, чтобы узнать, чей костный мозг может спасти Джека.

— Как я вижу, ты и здесь почти все уладил.

Брейди пожал плечами.

— Я вообще не могу сидеть без дела. И потом Линдси в Джеке души не чает, он же ее вырастил. А раз так, я должен помочь ему выжить.

— Линдси такая хорошенькая, и ты так о ней заботишься…

— Верно. Но наши отношения, к сожалению, не имеют будущего.

— Гм… Я и сам недавно так думал о наших отношениях с Тесс…

* * *

Линдси сидела рядом с сыновьями Джека и рассказывала им об их отце.

— Меня нельзя было бы назвать пай-девочкой.

— Хорошо, что Джеку было с тобой трудно. Люблю, когда жизнь дает сдачи, это честно! — усмехнулся Ченс.

— Если б вы знали, сколько раз я сбегала из дому! Лишь в пятнадцать лет я поверила, что он меня не бросит.

— Он никогда бы не предал тебя, девочка. — К ним подошла Гейл.

Братья хотели встать, но она знаком велела им сидеть.

— Как он? — встревоженно спросила Линдси.

— Джек отдыхает. — Гейл вздохнула. — А до этого сказал, что хочет повидать Джареда, Уайта и Дилана. Но если вы не пойдете, он поймет…

Они переглянулись.

— Я думаю, что нам пора взглянуть друг на друга, — сказал Джаред. Трое братьев поднялись и отправились к палате Джека.

На один из освободившихся стульев села Гейл.

— Я всегда так хотела вас увидеть, — улыбнулась она оставшимся сыновьям. — Джек часто о вас говорил. После тюрьмы он пришел на ранчо. Ему была нужна работа, мне — помощь. Он жил в амбаре и работал с утра до вечера. У нас тогда было всего четыре лошади… — Гейл задумалась, вспомнив что-то. — Когда он немного пообвык, стал рассказывать о вас. Джека будто прорвало. У него сохранились ваши снимки. Да, вы тогда были маленькими… — Она взглянула на рослых и сильных мужчин. — Ты Ченс, — Гейл уверенно взглянула на Ченса, — у тебя всегда были светло-каштановые волосы и карие глаза. Самый высокий — Кейд, а самый младшенький — Травис.

— Теперь уже по-другому — Уайт и Дилан младше меня.

— Джек всегда так гордился вами! Он был рад, что именно мистер Барретт заботится о вас.

— Нам повезло, — кивнул Травис. — Хэнк — отличный отец.

Гейл погрустнела.

— Джек оставил вас, но это не значит, что он вас не любит.

При этих словах матери Линдси покосилась на братьев. Они с трудом скрывали волнение.

— Спасибо, что вы дали Джеку этот шанс. — Гейл смахнула слезу. — Даже если ничего не получится, мы с Линдси не забудем, что вы для всех нас сделали.

Все замолчали. Послышались шаги — к ним шел доктор Хартли.

— Миссис Рэнделл, мы выбрали донора. После паузы Кейд спросил:

— Не томите, пожалуйста, нас, кто он?

Врач взглянул на братьев.

— Это Ченс!

В следующий понедельник Брейди сидел в офисе доктора Пала и с волнением ждал заключения врача, который просматривал рентгеновские снимки.

— Кость срослась правильно, мышцы не повреждены. — Врач присел на краешек стола. — Короче говоря, капитан, вы возвращаетесь к активной жизни!

Брейди ждал этого дня несколько месяцев. А сейчас ему показалось, что этот день наступил слишком быстро.

— Замечательно! — выдохнул он.

Доктор быстро кивнул.

— Можете приступать к службе.

Отличные новости! Но Брейди знал и то, что ему еще долго не позволят сесть за штурвал самолета.

— Спасибо, доктор. Вы представить не можете, как много это для меня значит! — Он встал и крепко пожал руку врачу.

— На здоровье, капитан. Я пошлю результаты обследования вашему начальству. Желаю счастья!

Брейди вышел из кабинета. Впервые за много месяцев капитан был без гипса. Улыбаясь, он почти бежал к машине. Тут же включил зажигание и рванул в сторону ранчо. Сколько воды утекло с тех пор, как он покинул базу! Со времени катастрофы прошло долгих четыре месяца. Он тогда впервые приехал в свою семью в Сан-Анджело. И ужаснулся количеству родственников… Они порой ему докучали, но постепенно Брейди полюбил всех и их патриархальные семейные сборища. В этом году капитан впервые в жизни провел День благодарения по-семейному.

Он подумал о Линдси. Она вызывала в нем чувства, которые он никогда не испытывал ни к одной женщине на земле. После той ночи в больнице, куда они привезли Джека, он ее не видел. Возможно, что и по своей вине. Она должна побыть со своими. Он звонил ей несколько раз, но всегда слышал лишь автоответчик, однако не оставлял сообщения. Линдси всегда была очень занята… Зачем поддерживать отношения? Похоже, их пути расходятся… Через несколько дней она вернется к себе домой. Ченс согласился стать донором, и Джека будут готовить к операции. А он, Брейди, в это время возьмет курс на свою базу в штате Юта.

И капитан решил больше не тревожить Линдси попусту. Но не думать о ней не мог. Эта женщина так много значила для него! Именно ей он сейчас хотел рассказать свою новость, ей в первую очередь!

Он проехал мимо ранчо, прямо к ее коттеджу. Брейди не знал, что ей скажет, но он должен был встретиться с Линдси.

Линдси подтащила чемоданы к дверям и еще раз осмотрела все вокруг. Этот коттедж был ее домом эти несколько месяцев. Она никогда не забудет ту первую ночь, проведенную здесь с Брейди. Никогда раньше она не была так близка с мужчиной… Она отдала ему все: тело, душу и сердце.

Вспоминая его прикосновения и поцелуи, Линдси прикрыла глаза. Как она мечтала, чтобы это никогда, не кончилось! Как любила его, когда лежала в его объятиях! А уже на следующее утро поняла, что должна отпустить капитана навеки. Он должен вернуться к своим самолетам, она же — домой, к родителям, переживающим не лучшие времена…

Хватит! Она решительно распахнула дверь, вышла на веранду и… вдруг, как когда-то, наткнулась на высокого человека.

— Ой! — Она подняла голову. — Брейди!

Он улыбнулся и обнял ее за плечи.

— Тебе худо, док?

Они не виделись целых четыре дня. Ей было трудно говорить. Покачав головой, Линдси только спросила:

— Тебе что-нибудь нужно?

— Нужно тебя увидеть. Я так скучал, — он прижал ее спиной к дверям.

Я тоже, подумала она.

— Знаешь, я все время в больнице… Мама во мне сейчас так нуждается.

— Это понятно. Как идет подготовка к операции?

— Все по графику. Ченс уже собирается приехать к нам. Я так благодарна тебе за все! За все, а особенно за то, что ты вызвался тогда стать донором. Это все изменило, дало нам надежду.

— Подумаешь, — он пожал плечами. — Я знал, что кузены за мной потянутся, даже молился об этом тогда, в лифте…

— Ты благородный человек!

Он внимательно смотрел на нее.

— А ты не собираешься сюда вернуться после операции Джека? Ты ведь можешь работать и здесь…

Ей было трудно ответить.

Конечно, Линдси хотелось работать здесь, на ранчо, но ведь Брейди обязательно будет сюда приезжать, и она опять запутается…

— Хэнк и доктор Хиллман тоже просили меня об этом… Но вряд ли это получится. Так или иначе, несколько месяцев после операции Джека мне нужно будет провести дома, около него.

— А разве твоя мама и Джек не хотят, чтобы ты стала, высококлассным специалистом?

— Конечно, хотят. Но для меня на первом месте — семья. И потом, я уверена, что я запросто найду работу по специальности и дома.

Тут она только заметила, что на нем нет гипса.

— Ты был у хирурга?

Он кивнул.

— Сегодня меня выписали. Кость срослась правильно. Я к тебе прямо из больницы! Хотел сообщить об этом тебе первой.

— Когда ты уезжаешь?

— Я обязан быть на базе в ближайший понедельник.

У нее оборвалось сердце, но она удержала улыбку на своем лице.

— Как хорошо, Брейди! Ты снова будешь летать!

Он поднял брови.

— Пока это не точно. Врач сегодня отошлет результаты рентгена и медкомиссии на базу. Там рассмотрят медицинские показатели по всем своим правилам…

— Я уверена, что ты вернешься за штурвал, капитан! И будешь заниматься своим любимым делом всю жизнь.

— Так странно… Я как-то ни в чем не уверен… — В его голосе послышались нотки сомнения. — Многое изменилось, с того момента, как я тебя встретил, док. До этого действительно работа была для меня самым главным в жизни, а сейчас…

— Но, кроме работы, сейчас у тебя есть брат, кузены, дядья и даже маленькая племянница, которая в тебе души не чает!

— К тому же я не на шутку влюблен в тоненькую рыжеволосую женщину, которая постоянно ставит капитана на место, — с улыбкой добавил Брейди.

Она слегка пожала плечами.

— Я просто не давала тебе соскучиться, пока ты лечил свою ногу. Всем известно, что пилоты — отчаянные нахалы.

— Почему же ты примирилась с тем, что я был рядом с тобой?

А ты не знаешь? — сказала она про себя. Вслух же с улыбкой отчетливо произнесла:

— Конечно же, чтоб унизить тебя моей довольно грязной работенкой.

— Ты замечательно обращаешься с животными, и мне всегда было приятно тебя сопровождать, док. — Но задетое самолюбие тут же заставило его добавить: — И потом, надо же как-то убивать время, когда нечего делать!

От этих слов его самого покоробило. Отбросив игру, Брейди крепко обнял Линдси и искренне сказал:

— Ночи, которые я провел с тобой, для меня значат очень много, док. И раз это счастье сейчас оборвется, почему бы нам не быть до конца честными друг с другом?

— Для чего, Брейди? Я совсем большая девочка, и я примирилась с тем, что ты уезжаешь. — Она кривила душой.

— Я же говорил тебе, что у меня есть обязательства перед Военно-воздушными силами США!

— И я уважаю тебя за это…

— Неправда, док. Как я хочу увезти тебя с собой… — Он крепко прижал Линдси к себе и поцеловал.

Боже, только этот капитан способен был пробуждать в ней такое желание… Она тихо застонала и обвила руками его шею.

— Брейди, — выдохнула Линдси, с трудом оторвав себя от него. — Мы не должны этого делать.

Господи! Как сильно она его любила! Капитан отступил. Его темные глаза сузились, он обхватил ладонями ее лицо.

— Твои глаза гипнотизируют меня, док. Они заставляют меня забыть обо всем на свете.

— Брейди, но разве мы можем себе разрешить забыть о наших обязанностях? Кто их выполнит за нас?

— Господи, ну почему, почему все так обернулось? С какой радостью я схватил бы тебя и увез!

— Нет, Брейди, ты не должен себя растрачивать, ты — пилот по призванию. Я так горжусь этим. И ты тоже должен гордиться собой.

— Нет. Лично я горжусь тобой, док. Но я хочу, чтоб ты осталась здесь, на ранчо. Лечила мустангов. Вспомни ту раненую лошадку, без тебя бы она не выздоровела.

— А ты помог поймать тех подростков, которые в нее стреляли. — Ее голос стал совсем мягким. Они оба понимали, что пора кончать с прощанием. — Всего самого лучшего, капитан!

Она отвернулась, потом снова взглянула на него. Ох, напрасно она это сделала!

— Слушай, Брейди, сейчас у меня прием. А завтра я уезжаю…

Он не сводил с нее глаз.

— Значит, мы расстаемся прямо сейчас?

— У нас нет другого выбора.

Следующий день тянулся бесконечно. Линдси уже уехала, а Брейди должен был покинуть ранчо назавтра.

Люк хотел показать ему стройку, но он отказался. Брейди решил напоследок просто поездить на лошади, как тогда, когда они катались вместе с Линдси. Капитану хотелось попрощаться с Долиной мустангов — неизвестно, когда он еще раз сюда приедет. Его командир уже позвонил ему и сказал, что медкомиссия вынесет свое решение, когда Брейди вернется на базу.

Он снова вспомнил Линдси. Их последний поцелуй. Их прощание. Он тосковал по ней. Линдси уехала, разорвав ему сердце. Он больше никогда ее не увидит…

Только сейчас Брейди стало понятно, как чувствовали себя его родители, когда надолго расставались. Разве можно сохранить брак, расставаясь так часто?

В стаде мустангов он сразу выделил ту лошадку, которую вылечила Линдси. Линдси должна жить здесь, лечить животных, следить за тем, чтобы они были здоровы. Именно здесь она будет счастлива.

Брейди услышал, что его кто-то зовет. Брат ехал к нему на автокаре для гольфа.

— Тебя непросто догнать. ~ Что-то случилось?

— Да нет, — улыбнулся Люк. — Просто звонила Линдси и сказала, что операция назначена на утро вторника.

Брейди прикрыл глаза. Линдси будет рада этому и вместе с тем напугана.

— Спасибо.

— Меня удивило, что ты не поехал к ней.

— Не думаю, что я ей нужен.

— А мне показалось, что вы очень сблизились за две последние недели.

— Все меняется. Ей нужно вернуться домой, а мне — в эскадрилью.

Его брат нахмурился.

— Ты хочешь летать, как раньше?

— Да. Хотя многое изменилось…

— Женщина всегда все меняет. Но если она та единственная, то так и нужно, — улыбнулся Люк.

— Даже если я к этому не готов? Люк усмехнулся.

— А когда мы бываем готовы? То, что в моей жизни появилась Тесс, резко изменило все. Если ты уверен, что тебя любят… Думаю, это самое важное в жизни.

Брейди вдруг почувствовал, как он хочет, чтобы Линдси была рядом с ним.

— Разве я имею право требовать, чтоб Линдси бросила свою работу и семью и моталась со мной с базы на базу? — пробурчал он.

— Не знаю, — пожал плечами Люк. — Это она сама должна решать.

— И потом, я не совсем уверен, что к ней испытываю… на самом деле, — Бред вздохнул.

— Ченс утверждает, что все Рэнделлы влюбляются крепко и бесповоротно. — Люк похлопал брата по спине. — Так что, брат, спроси себя сам, хочешь ли ты, чтобы Линдси всегда была с тобой?

Глава одиннадцатая

На следующий день Линдси стояла в палате у Джека. Медицинская маска скрывала часть его лица. Это неудобство придется терпеть и до, и после операции. Главное — ему станет лучше после пересадки костного мозга. Завтрашний день будет очень долгим…

Она отправила мать отдохнуть в отель.

Был холодный декабрьский день. Линдси глядела в окно. Всю прошлую неделю она благодарила Бога. Не только за то, что нашелся донор, но и за то, что Джек увидел своих сыновей. До этого Линдси вообще сомневалась, что кто-нибудь из них признает Джека своим отцом, но главное свершилось — братья сами захотели ему помочь!

Она старалась справиться с нахлынувшими чувствами. В эти дни ей нужно быть сильной. Но она не могла перестать думать о своем капитане… Наверное, он уже едет на свою базу. В последние дни ей несколько раз звонила Тесс, но ничего не говорила о том, прошел ли медкомиссию Брейди.

Правда, Линдси ее и не спрашивала…

— У тебя такой грустный вид, — ее мысли прервал голос Джека. — Доктор сказал что-то тревожное?

— Только то, что ты будешь долго восстанавливаться. Тебе нужно сейчас отдыхать.

— Я это стараюсь делать, — ответил Джек. — А тебе разве не надоело тут торчать?

— Кто-то из нас тут должен быть.

Он оглядел палату.

— Мама пошла отдохнуть?

— Да, около часа назад.

— Ты тоже иди. — Он поднял руку, чтобы остановить ее возражения. — Лин, ты должна выйти хоть ненадолго и подышать чистым воздухом.

— Хочешь от меня избавиться? — Она слегка закусила губу.

— Ну что ты, милая… — Он протянул ей руку, и она взяла ее. — Тебе и твоей маме трудно пришлось в эти дни. Но я знаю, постепенно все, наладится.

— Мы так боимся за тебя!

— Зря. Произошло чудо, и теперь мы не потеряем друг друга. Мне подарен еще один шанс. — Джек обнял ее, а она заплакала. Помолчав, он снова заговорил: — Ты грустишь не только из-за меня. Тут, должно быть, играет роль тот летчик? Она взяла себя в руки и встала.

— Это не так важно. Он уехал на свою базу, а я за ним не побегу. Кстати, он довольно легко это пережил.

Стянув с себя медицинскую маску, Джек сказал:

— Перестань. И помни, что он на военной службе, Лин. К тому же у пилота не было выбора…

— Конечно, — произнесла она. — И вообще — служба превыше всего. Он даже не спросил меня, не хочу ли я поехать с ним.

— Я видел Брейди. Он любит тебя, но у него есть обязательства. Дай ему время, Лин. Бог мой! Как ты похожа на свою мать! И знаешь, он не сможет тебя забыть…

Ей так хотелось поверить этому, но факт остается фактом — Брейди уехал, а она осталась.

— Ты устала, девочка. Тебе нужно немного отдохнуть. — Джек снова взял ее руку. — Я всем тебе обязан. Ты дала мне возможность увидеть моих сыновей! Теперь я смогу заботиться о них. Подскажи, что я могу сейчас для тебя сделать?

— Подольше живи!

— Рад стараться, черт побери! — засмеялся он.

Часть палаты была отгорожена стеклом. За ним вдруг появилась хорошо знакомая статная фигура с военной выправкой. Она пошла навстречу ему. Да, это был Брейди. Такой высокий и красивый в своей синей форме летчика. Его обычно взлохмаченные волосы были коротко пострижены.

Линдси встретила взгляд его темных глаз, и сердце ее забилось сильнее.

— Привет, док, — сказал он. — Я узнал от твоей мамы, что ты у отца. — Он повернулся к кровати. — Здравствуйте, сэр. Пожалуйста, простите меня, за беспокойство.

— Да ты что… — Джек поднялся в постели и поправил маску. — Я бы позвал тебя поближе, но правила запрещают.

Брейди улыбнулся.

— Сейчас главное для всех нас — завтрашняя операция.

— Без тебя она вряд ли была бы возможна. Ты первый вызвался стать донором.

— Я рад, что это сработало.

— Брейди, я думала, что ты уже на базе. — Линдси никак не могла понять, как он здесь оказался.

Он глянул на часы.

— Уже еду. Но по пути заскочил сюда. Мой рейс через несколько часов. Я не мог не проведать вас с Джеком.

Она почувствовала, как краска заливает ее лицо.

— Мне лучше, и должно стать намного лучше, — слабым голосом произнес Джек.

— Я так этого хочу! — отозвался Брейди.

— Я рад, что ты зашел, капитан, — кивнул Джек. — Мне нужно кое-что тебе сказать. Мы с Сэмом в детстве очень дружили, но судьба нас развела. Твой отец был бы доволен, если бы вы с братом остались на ранчо. — Он улыбнулся. — Когда приедешь, заезжай ко мне ~— я расскажу тебе множество историй о твоем отце.

Брейди кивнул.

— С удовольствием, сэр. Сейчас мне пора, — он взглянул на Линдси, — но к дому меня привязывает многое…

Линдси стало неловко от его взгляда.

— Папа, я думаю, что мне пора вернуться в отель.

— Линдси, можно с тобой поговорить? — Брейди с надеждой смотрел на нее.

— О чем, собственно?

Он загородил ей выход.

— Можно тебя проводить напоследок?

Глядя на отца, она кивнула.

— До свидания, Джек, тебе сейчас лучше всего отдохнуть.

Брейди тоже попрощался, пропустил вперед Линдси. Они вышли в коридор и направились к лифтам.

— Что ты хочешь? Мы уже сказали друг другу все, что могли.

— Мы сможем где-нибудь присесть? — сказал он, глядя на часы. — Я могу проводить тебя к машине. Ты еле стоишь на ногах.

— Еще один комплимент!

Он подошел ближе.

— Какая ты красавица, Линдси. Даже уставшая. — Он подвел ее под руку к лифту. Молча они спустились, вышли из больничных дверей и пошли к парковке.

Около машины Линдси спросила:

— И все-таки, что ты здесь делаешь, Брейди?

— Пойми, я не мог все так бросить. Я должен был сказать тебе, что ты для меня значишь. — И прежде чем она заговорила, он нежно поцеловал ее. Ей хотелось, чтобы он целовал ее еще и еще. Но он отпрянул и выругался: — Я же приказал себе здесь этого не делать! Но я все время вспоминаю тебя в ту ночь… — Он посмотрел ей в глаза. — Я не представлял, что найду когда-нибудь кого-нибудь вроде тебя. Что такие вообще существуют… Если б ты знала, как мне сейчас тяжело… — Он горестно вздохнул и замолк.

— Слушай! Я не могу тебе сейчас ничего обещать…

— Я не прошу тебя об этом. Ты заслуживаешь всего. Я не хочу оставлять тебя, но пойми, я связан присягой…

— Это отговорка, Брейди. У нас у всех есть обязанности, но необходимо думать и соразмерять — и тогда можно найти компромисс.

— Я обязан выполнять свой долг. Я должен идти. Скоро мой рейс!

Линдси кивнула и сказала себе: небо — его жизнь, его главная страсть. Она знала об этом с самого начала…

Со слезами на глазах она глядела, как капитан исчезает из ее жизни…

Глава двенадцатая

Через неделю, незадолго до Рождества, Линдси снова очутилась в Сан-Анджело. Хэнк позвонил ей и убедил поработать у него, хотя бы временно. Брейди на ранчо не было, и Линдси не видела причины, почему бы ей не заняться любимым делом. Джеку после операции стало намного лучше, и она смогла отлучиться из дома.

И вот Линдси снова поднялась на веранду маленького коттеджа, в котором когда-то жила, и тут на нее нахлынули воспоминания о том, как они были здесь с Брейди… Ей хотелось забыть его, но ничего не получалось. Где он сейчас? Она не могла отрицать, что любит его. Что ж, капитан, будь счастлив в своих полетах…

Разложив вещи в коттедже, Линдси решила пройтись по ранчо. Выйдя на веранду, она поежилась от холода. Поплотнее запахнув куртку, стала спускаться по склону. Небольшое стадо мустангов паслось внизу в золотой траве луга.

Неважно, где сейчас ее капитан. Она так его любит!

Она тоже занимается любимым делом. Это ранчо стало для нее родным домом. Хэнк пригласит ее также последить за здоровьем мустангов. Ему не пришлось долго уговаривать Линдси. Ей нравилось жить среди Рэнделлов.

Она скучала по Брейди, но желала ему только самого лучшего.

— Ты со всем справишься, — негромко сказала Линдси.

— Я уже справился! — послышался такой дорогой и такой родной голос.

Линдси обернулась и увидела… Брейди. Он сидел на лошади в куртке пилота и в ковбойской шляпе. Все с той же усмешкой. Ей показалось, что это ей снится.

— Брейди, это вправду ты?

— Тебя это пугает? — И он спрыгнул с лошади.

— Откуда ты взялся? — рассердилась она. — Ты сбежал или тебя отпустили?

— Можно сказать и так, и сяк. Я здесь, моя девочка, чтобы повидаться с тобой. — Один шаг — и он оказался рядом.

— Я думала, ты на службе. Тесс сказала мне, что ты прошел комиссию.

— Да, я и вернулся, и летаю, и снова на Ф-16 — и больше никаких ночных кошмаров! Теперь во сне я вижу только тебя!

— Очень приятно.

Если честно, Брейди надеялся на более теплую встречу. Что ж, сам виноват.

— Я рад, что ты снова здесь, Линдси! Здесь твой дом. — Он подошел к ней ближе. — Но я эгоист и хочу, чтобы ты была всегда рядом со мной!

— Точнее, хочешь, чтобы я всегда была под твоим боком? — фыркнула она. — Придумал тоже!

Брейди только улыбнулся. Господи, как ему не хватало ее!

— Ну уж нет. Теперь я знаю, что ты для меня значишь. — Он попытался обнять Линдси, но она отступила назад.

— Значит, ты будешь то приезжать ко мне, то снова оставлять? И каждый раз трогательно прощаться со мной? — Она сжала кулачки.

— Я приехал не для того, чтобы прощаться с тобой. Я приехал, потому что хотел тебя видеть. Хотел рассказать тебе все, что я чувствую, — сказал он спокойно.

Она закусила нижнюю губу.

— Мы оба знаем, к чему это приведет, — сказала она и направилась к коттеджу.

Брейди привязал лошадь к дереву и пошел за ней.

— Ты что, даже выслушать меня не хочешь?

— А зачем? Чтобы ты сказал о том, как важна для тебя военная служба? Я это уже слышала…

— Но для меня ты важнее…

— Тогда докажи мне это. Попроси меня поехать с тобой! — бросила она через плечо.

Брейди растерялся.

— Пожалуйста… Линдси Стэффорд, ты согласна уехать со мной на базу в Дел-Рио?

Линдси резко обернулась.

— Да, Брейди, — сказала она. — За тобой — куда угодно!

Он остановился как вкопанный, глядя на нее.

— Серьезно, док? Ты согласна поехать со мной куда угодно?!

Она кивнула.

— Тогда мы будем всегда вместе.

— Мы, конечно, можем поехать на базу в Дел-Рио. — Он поднял брови. — А знаешь, может, нам лучше жить здесь, на ранчо, в коттедже, пока я не построю нам дом побольше?

Ее зеленые глаза подозрительно сузились. Он вздохнул.

— Через два месяца я ухожу в запас и завязываю с военной службой.

У нее перехватило дыхание.

— Что ты, Брейди, я никогда не попрошу тебя об этом. Ты не можешь без неба! Ты любишь летать больше всего на свете!

Борясь с волнением, он привлек ее к себе.

— Я знаю, что ты так думаешь, и еще сильнее люблю тебя.

Она взглянула на него испытующе.

— Я тоже люблю тебя. И не позволю тебе жертвовать собой из-за меня.

Он приложил палец к ее губам.

— Тихо. Выслушай меня. Я могу не уходить в запас, а просто стать летным инструктором в Дел-Рио. Если же уйду в запас, я все же иногда буду летать. — Он улыбнулся. — Ты ведь сможешь иногда отпускать меня? Скажем, раз в месяц на выходные плюс один месяц летом? — Я хочу, чтобы ты был счастлив, Брейди, — наконец-то она улыбнулась ему.

— Я счастлив, когда мы вместе. Поэтому я ухожу в запас.

— Я буду счастлива, раз ты со мной, пилот.

Он крепко сжал Линдси в объятьях и поцеловал. Поцелуй был нежным, но страстным. Прервав его, Брейди отступил назад и стал что-то искать в кармане куртки.

— Я хотел подарить это тебе торжественно, при свечах, но не могу больше откладывать. Я хочу, чтоб между нами установилась полная ясность. Тебе и так пришлось слишком долго ждать. — Наконец он достал черную бархатную коробочку и открыл ее. Там лежало платиновое кольцо с грушевидным бриллиантом.

У Линдси даже перехватило дыхание, когда Брейди встал перед ней на одно колено и сказал:

— Боже, Линдси, я так тебя люблю! Ты поселилась в моем сердце. Я хочу, чтобы мы жили вместе. Чтобы у нас были дети и чтобы мы вырастили их в этой долине. Скажи, согласна ли ты выйти за меня замуж?

— О, Брейди, да! Я согласна.

Он встал, надел ей кольцо на палец, обнял, и они стали целоваться. А чуть позже Брейди вдруг сказал:

— Знаешь, у нас все так хорошо складывается! Я говорил с Рэнделлами, у них есть для меня работа — они хотят, чтоб я привозил в нашу долину туристов. А ты, если, конечно, это тебя устраивает, можешь купить у доктора Хиллмана ветеринарную практику в этом регионе.

— Тпру, капитан! Ты знаешь, каких это потребует денег?

— Нет, но у меня есть свои сбережения, и я уступил, свою часть долины Хэнку. Ты такой хороший ветеринар! И ты наверняка мечтала о своей собственной практике.

— Если я о чем-то и мечтала, то прежде всего о таком друге, как ты, Брейди. О человеке, который меня по-настоящему поймет и полюбит. И о большой семье, с которой делишь все радости и беды!

Он улыбнулся:

— Осторожней! Семья может так разрастись, что ты не будешь знать, что с ней делать!

— Ой, — улыбнулась Линдси, — а как же Ливи? Как ты скажешь ей, что не можешь на ней жениться?

— Как можно мягче. Я расскажу ей, как сильно полюбил тебя, и она поймет и примирится. Я ведь действительно люблю тебя, дорогая!

И он не лукавил. Линдси была единственной, кто ему был нужен в жизни. Она да еще парочка маленьких Рэнделлов для полноты жизни — вот и вся его семья!

Эпилог

Через шесть месяцев в Долину мустангов пришла весна.

Линдси смотрела на своих родителей, мирно сидящих на веранде. Они сняли здесь себе коттедж, чтобы никого не стеснять, когда им доводилось приезжать сюда. Раз Линдси переехала сюда окончательно, все Рэнделлы должны были привыкнуть к мысли, что и ее родители будут посещать ранчо. После удачной операции лейкемия Джека находилась в стадии ремиссии. Джек был благодарен судьбе за каждый день жизни и за возможность быть рядом со своими детьми. Он, конечно, никогда не займет место Хэнка в сердцах своих сыновей, но он и не претендует на это. Линдси знала, что Джек не собирался упускать свой счастливый шанс, свое второе рождение. Она никогда не забудет, как Джек и Рэнделлы праздновали их с Брейди свадьбу.

Всего месяц, как она замужем за ним. Раньше Линдси не представляла себе, как сильно может любить. Брейди отказался от работы инструктора на базе Дел-Рио. Он предпочел выйти в отставку и поселиться в Долине мустангов.

Правда, с авиацией капитан так до конца и не порвал. Вот и теперь Брейди две недели провел на летних сборах и только вчера вернулся домой. Линдси покраснела, вспомнив вчерашнюю ночь, когда Брейди доказывал ей, как ему ее не хватало эти полмесяца.

Сегодня она собиралась поехать с Хэнком и Рэнделлами посмотреть на мустангов. В табуне ожеребилась кобыла, и Линдси должна убедиться, что у нее все в порядке.

Она так любила верховые прогулки с Брейди! В качестве свадебного подарка он купил Линдси двух годовалых мустангов из табуна Ченса. Остроумный Ченс назвал жеребца Капитаном, а кобылу — Док.

Брейди с Люком сейчас на строительстве отеля.

Они вот-вот вернутся. И тут Линдси увидела, как грузовик Брейди спускается с холма и поворачивает в их сторону. Вот он двинулся в сторону их коттеджа, но остановился. Ну да, Брейди хочет поздороваться с ее родителями, ведь его грузовик поравнялась с их домом. А теперь он едет домой…

— Знаешь, я так скучал по тебе! — первое, что услышала Линдси, когда Брейди наконец подошел к их домику.

— Мы же виделись час назад!

Он поцеловал жену.

— Я не о стройке, а о тех двух неделях…

— По-моему, ты с лихвой наверстал упущенное вчера ночью и сегодня утром, — улыбнулась она.

— Для такой долгой разлуки этого явно недостаточно.

Линдси отступила назад.

— Успеется! Ты забыл, что мы собирались взглянуть на мустангов.

Он неохотно отпустил ее.

— Как я рад, что твои родители здесь.

Она взглянула на мужа.

— Думаю, твой отец был бы рад тому, что и ты, и Люк живете здесь.

Как он благодарен Линдси за чуткость! Только с ней он обрел семью и любовь.

Хэнк на лошади уже был на холме. Рядом с ним была его жена Элла на той лошади, которую он подарил ей в день ее рождения. Они смотрели на долину, где на лугу беспечно паслись мустанги.

— Ну, сейчас ты счастлив? — спросила его Элла.

Он сбил назад шляпу и улыбнулся.

— Бесспорно. Удивительно, до чего же здесь мне хорошо!

Он взглянул в сторону коттеджа, где на веранде сидели Джек и Гейл. Хэнк раньше и представить себе не мог, что Джек вернется сюда и при этом будет счастлив. Это хорошая концовка для их затянувшейся вражды. Так было лучше и для мальчиков, и для всех…

— Ты хорошо потрудился, Хэнк Барретт. Поставил на ноги мальчиков и создал заповедный уголок для диких лошадей.

— Мы не должны забывать свое прошлое, а мустанги — это неотъемлемая его часть.

Тут он заметил шесть всадников. Они замечательно смотрелись вместе. Это были братья Рэнделлы. Хэнк оглянулся и увидел Люка и Тесс. Он был тронут тем, что все молодые Рэнделлы хотят помочь его любимым мустангам. Они тоже, как и он, любят диких лошадей. А с холма спускалась к нему еще одна пара наездников — Брейди и Линдси.

— Наша семья все растет!

— После свадеб появятся детки, — взволнованно сказала Элла. — Вот я все гадаю, у кого из пар раньше…

— Неважно, — улыбнулся Хэнк. — Главное — пусть рождаются и растут в любви и согласии.

А когда подрастут, он расскажет им об этой долине и о том, что семья важнее всего, на свете. И что Рэнделлы и дикие лошади будут жить в этой долине в мире и гармонии еще много-много лет.

Примечания

1

Один из весьма популярных конных чемпионатов в США. — Прим. ред.

Content

Патрисия Тэйер
Мой капитан

Глава первая

Глава вторая

Глава третья

Глава четвертая

Глава пятая

Глава шестая

Глава седьмая

Глава восьмая

Глава девятая

Глава десятая

Глава одиннадцатая

Глава двенадцатая

Эпилог

Примечания