Мишель Рид

Вернись, Луиза!

OCR Roland; SpellCheck Elenor

Мишель Рид «Вернись, Луиза!»: Радуга; Москва; 2008

ISBN 978-0-373-12723-8

Переводчик: М. Карпушина

Название на языке оригинала: Michelle Reid “The Markonos Bride”, 2008

Аннотация

Остров Аристос хранит печальные воспоминания о Луизе. Здесь она встретила красивого и богатого грека Андреаса Марконоса, вышла за него замуж и родила ему драгоценного сына. Но когда случилась трагедия, Луиза покинула мужа и уехала навсегда…

Мишель Рид

Вернись, Луиза!

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Атмосфера на летней вилле Марконосов не могла бы быть холоднее, даже если бы сквозь открытые двери террасы вдруг ворвался ледяной ветер из Арктики.

Глядя на отца через обеденный стол, Андреас Марконос твердо сказал:

– Нет!

– Я тебя не понимаю, – взвился отец. – Ты же говорил, что готов получить от меня полный контроль над делами компании. И вот я сижу здесь, готовый передать тебе этот контроль! Так в чем проблема?…

– Я не поддаюсь на шантаж.

– Это не шантаж, а хорошее деловое чутье, – возразил пожилой мужчина. – Если хочешь добиться успеха в нашем мире, ты должен иметь стабильность в личной жизни! Подумай об этом. Мы принимаем важные решения по мобильным телефонам, отдаем распоряжения по электронной почте, мы даже можем заглянуть в глаза своего врага, пользуясь спутниковой связью. Существует реальная опасность опьянеть от власти!

– Хочешь сказать, я опьянен властью? – поинтересовался Андреас.

– Ах, – отец лишь махнул рукой, – тебе прекрасно известно, что ты поражаешь своим умением думать со скоростью света. Но я опередил тебя, Андреас. Я знаю, каково это – летать слишком высоко. Рискуешь опалить крылья! Пока я сам занимаюсь делами, предоставляя тебе свободу, но кому я все передам, когда отправлюсь на покой?

– Я сам?… – ехидно повторил Андреас.

Его слова подействовали на отца, как красная тряпка на быка. Орестес Марконос подался вперед, сверля сына взглядом, полным ярости.

– Не говори со мной в подобном тоне! – произнес он угрожающе. – Ты понимаешь, что я имею в виду. У меня есть жена и дети, на которых я могу положиться, ты же только путаешься с какими-то пустышками.

– Но я не собираюсь жениться, только чтобы угодить тебе, – холодно отозвался Андреас.

– И твоя связь с Луизой была ошибкой, ты же сам признался! – парировал отец.

– Никогда, – произнес Андреас зловеще тихо, – я не говорил, что Луиза – это ошибка.

– Вы тогда оба были слишком молоды и импульсивны, – несколько смягчился Орестес.

Андреас слишком уважал отца, тем более что старику уже семьдесят. Но Луиза была запретной темой, и отец прекрасно знал это. Никто не произносил при Андреасе имени Луизы. И никто не упоминал о его развалившемся браке.

Тяжело вздохнув, Андреас отложил салфетку и встал из-за стола. Развернувшись, направился к бару. На нем был деловой костюм. В таком виде его мать желала видеть всех мужчин, которые собирались дома за обедом.

Дом.

Андреас окинул взглядом просторную гостиную в летней резиденции Марконосов, которая принадлежала семье уже много лет. Дом на острове, где Андреас редко бывал в последнее время. Вилла, которую отец вынужден был купить, чтобы, обозначить свое место в обществе, когда разбогател. Все понимали – это просто необходимый шаг, иначе семья жила бы в другом месте.

Андреас рано научился предугадывать чужое поведение. Вот и сейчас ему было ясно, почему мать, извинившись, оставила мужчин поговорить наедине. То, что Орестес Марконос передаст компанию старшему сыну, было известно давно. И сейчас для этого настало время. Великий Орестес уходит и передает дело всей своей жизни сыну.

По неприемлемой цене.

– Я горжусь тобой, Андреас, – снова начал отец. – Ты плоть от моей плоти, кровь от моей крови! Но если ты хочешь пойти по моим стопам, тебе необходимо найти новую жену, которая поможет тебе…

– Я уже женат, – вставил Андреас, наливая себе бренди.

– Это легко исправить, – сказал пожилой человек. – Мои адвокаты с этим разберутся.

– Твои адвокаты? – Андреас развернулся и смерил отца таким взглядом, что тот поспешно добавил:

– Под твоим руководством, разумеется.

– Конечно. Но не без твоего участия.

Намек был ясен. Орестес выдохнул сквозь зубы.

– Пять лет достаточно большой срок, чтобы оплакивать прошлое, которого уже не вернуть.

Правда? Андреас предпочел проигнорировать этот комментарий.

– Пора тебе забыть о прошлом и начать строить новую жизнь на прочном фундаменте, который я тебе сейчас предлагаю, – с хорошей женой, которая была бы тебе опорой и родила бы тебе много сыновей!

Последняя фраза подействовала на Андреаса так, словно кто-то только что ударил его кулаком в живот.

– Ты этого хочешь?

– Просто выслушай меня, Андреас, – попросил Орестес. – Нездорово вести такую жизнь, какую ты ведешь сейчас. Ты расстраиваешь свою мать и доводишь меня до отчаяния!

– Тогда прими мои искренние извинения за то, что я расстраиваю вас обоих.

– Мне не нужны твои извинения! – Семидесятилетний грек вскочил, готовый ударить своего молодого сына. – Как бы ты ни был высок и силен, я все еще твой отец, так что послушай, что я тебе скажу!

– Тогда скажи то, что я хочу услышать! – Его злой голос гулко разнесся в тишине столовой.

Андреас прекрасно понимал, что в любую минуту может появиться его мать, и он решил ретироваться с поля боя. Резко развернувшись, он вышел на террасу. За спиной раздался скрежет стула и шаги отца. Андреас смотрел на сады, раскинувшиеся вокруг, и на океан впереди, когда увидел, как к берегу подходит паром.

На остров нельзя было попасть по воздуху, поэтому еженедельно в небольшой порт острова Аристос приходил паром. Меньше чем за час пристань буквально забивалась туристами, а городок в бухте начинал шуметь от машин, тележек и людских разговоров. Еще через два часа паром снова уплывал, оставляя остров жить привычной размеренной жизнью.

Андреасу здесь нравилось. Он любил сознавать, что, несмотря на засилье туристов, этот греческий островок не утратил своей самобытности. В разгар летних отпусков здесь останавливались лишь немногие путешественники, но они совершенно никому не мешали. Остров не мог вместить всех туристов, желающих пожить здесь хотя бы неделю, до прибытия следующего парома.

Этот-паром когда-то увез отсюда Луизу…

От тяжелых мыслей Андреаса отвлек отец, также вышедший на террасу.

– Луиза была…

– Моей женой и матерью моего сына! – оборвал его Андреас. – И ты ошибаешься, если считаешь, что наша молодость заставила нас проще воспринять то, что произошло пять лет назад. Это вовсе не так.

– Я знаю это, – согласился Орестес. – Поэтому не затрагивал эту тему довольно долго.

Сосредоточив свое внимание на огнях парома, Андреас еле сдерживался, чтобы не ответить чем-нибудь колким. Отец никогда не оставлял эту тему. Он не оставлял ее и тогда, когда Луиза впервые приехала сюда жить. Она была юна и к тому же беременна. Отец не забыл эту тему и тогда, когда, поглощенная горем, Луиза села на такой же паром и покинула остров…

К лучшему, как сказал тогда Орестес. К лучшему, говорил он всякий раз, когда речь заходила о разводе.

Развод, повторил про себя Андреас, глядя на огни проклятого парома. Это слово само по себе было насмешкой. Как развестись с женщиной, которая лежала в твоих объятиях ночь за ночью и любила тебя так сильно, демонстрируя это каждым взглядом, каждым прикосновением, каждым вздохом, который слетал с ее губ? Как расстаться с образом той, которая подарила жизнь твоему сыну? И как забыть ее лицо в тот день, когда ты предал тело сына земле?…

Никак. Придется просто с этим жить. Днем и ночью просто жить. Днем и ночью предаваться калейдоскопу воспоминаний: некоторые были светлыми, другие темными, еще одни – невыносимыми. «К лучшему» – эти слова стали душевным оскорблением, как и «пора забыть о прошлом и попытаться начать новую жизнь». Но как расстаться со всем этим горем и агонией и продолжать жить, как будто ничего не было?

Никак. Просто приходится с этим жить.

– Андреас.

– Нет! – холодно отрезал тот, осушив бокал. – Разговор окончен.

– Это безумие! – взорвался пожилой человек. – Твой брак закончился! Признай это! Разведись с ней и продолжай жить…

Разозлившись, Андреас развернулся и пошел в сад. Скоро темнота поглотила его. Две минуты спустя он уже сидел за рулем своего спортивного автомобиля и заводил мотор.

Он не должен был приезжать сюда, сказал он себе, выруливая на дорогу. Нужно было проигнорировать просьбу отца и заняться тем, что он обычно делал в это время года. А именно – убраться как можно дальше от этого чертова острова!

Андреас стиснул зубы, когда ему пришлось остановиться, чтобы пропустить пожилого человека и его ослика, запряженного в тележку.

Просто идиллия! Ослик, тележка и бутылка молодого вина. Небольшой домик на холмах и жена-толстушка, ждущая дома. Несколько оливковых деревьев. И парочка коз в загоне.

Другими словами, образ жизни, так отличающийся от его собственного, что было трудно поверить: этот старик родился на том же маленьком греческом острове, что и Андреас!

Как шелк и сыр – несравнимые вещи. Как два разных создания, которым случилось оказаться рядом, на одной земле. И… как Андреас и Луиза, когда он был самоуверенным двадцатидвухлетним выпускником университета, вернувшимся домой на летние каникулы, а она – семнадцатилетней студенткой, жившей с семьей на вилле, снятой на шесть недель.

Шесть недель… Время, которое навсегда изменило жизнь обоих. Андреас не мог держать руки при себе, а Луиза с такой готовностью поддалась соблазну…

Глупая, слепая, беззаботная молодость, которую Андреас проклял уже давно. Они влюбились друг в друга с первого взгляда, хотя и были представителями двух совершенно разных миров. Но через три года после их первой встречи они так повзрослели, что сегодняшний старик со своей толстушкой-женой показался Андреасу моложе, чем они с Луизой были в то время.

В горле встал ком. Андреас завел мотор и снова поехал, чувствуя, как теплый летний воздух ласкает кожу – точно так же, как в ту судьбоносную ночь, когда он ехал по этой же дороге в город.

… Тогда единственным его намерением было встретиться с друзьями в портовом баре, где они занимались любимым делом – пили пиво, обсуждали спортивные машины и хорошеньких женщин, сходивших с парома.

В тот день Андреас увидел длинноногую блондинку с длинными волосами, которая сошла с парапета в голубой мини-юбке и крошечном топе, который едва прикрывал нежную округлость груди. Голубые-голубые глаза, вспомнил Андреас, и самая потрясающая нежная кремовая кожа, которая вспыхнула в тот самый момент, когда девушка заметила, что все парни уставились на нее. Девушка держала за руку младшего брата, идя следом за родителями. Мальчишка хотел посмотреть на лодки.

И Андреас, считающий себя сексуальным циником, был так заворожен красотой незнакомки, что эта девушка приснилась ему в ту же ночь. Андреас выследил ее уже на следующий день…

Его губы скривились в усмешке.

Андреас нашел ее на пляже, где она загорала недалеко от виллы, в которой остановилась с родителями и девятилетним братом. За два часа, проведенные вместе, они влюбились друг в друга, через две недели поддались своим желаниям, еще две пролетели в чувственном вихре страстей, а затем последовали две недели кошмара, когда Луиза сообщила, что ждет ребенка.

Ее родители презирали Андреаса. Его родители тоже презирали его. Но еще больше они ненавидели Луизу.

– Они считают меня маленькой дешевой шлюшкой…

Андреас зажмурился при воспоминании об этих словах, которые слетели с ее губ.

А тогда он даже не смог ничего возразить, потому что его родители действительно так думали о Луизе. Ее же мать и отец считали Андреаса избалованным богатеньким соблазнителем невинных молодых девушек. Это он был готов снести, потому что ему было абсолютно все равно. Луиза же тяжело страдала.

– Они полюбят тебя, так же как и я, когда ты подаришь им их первого внука, – убеждал ее Андреас со всей беззаботной самоуверенностью юности.

В двадцать два года легко поверить, что любовь способна на все. Теперь, когда к двадцати двум прибавилось еще восемь лет, Андреас мог бы сказать, что, будь он на месте Луизы, он сбежал бы гораздо раньше.

Может, ей и следовало бы так поступить? Если бы она ушла раньше, возможно, их сын был бы еще жив…

Он остановил машину. Вылез. Отошел в сторону и остановился у края пропасти, словно разделяющей город слева и роскошные виллы справа по побережью. Засунув руки в карманы черных шелковых брюк, Андреас снова посмотрел на океан и огни парома, виднеющиеся вдали.

Пора забыть о прошлом и продолжать жить, как сказал отец. Хотелось бы Андреасу, чтобы кто-нибудь рассказал ему, как же расстаться с этим самым прошлым.

Забыла ли Луиза о прошлом? Вопрос показался неожиданным. Откуда ему знать? Как, черт возьми, он мог что-нибудь о ней знать, если они не связывались пять лет? Может, она стала жить с каким-нибудь милым, надежным англичанином и теперь дарит ему нежные любящие прикосновения и улыбки, и…

В животе что-то сжалось. Он весь сжался: рот, челюсть, горло, грудь…

Андреас ослабил галстук и вернулся к машине. Полоска темного шелка соскользнула с воротника рубашки и приземлилась на пассажирское сиденье. За ним последовал пиджак и запонки с бриллиантами. Через минуту Андреас снова сидел за рулем. Он расстегнул рубашку на пару верхних пуговиц и закатал рукава. В голове мелькала только одна мысль.

Надо найти бар и напиться, чтобы избавиться от воспоминаний.

* * *

Опершись на парапет парома, Луиза смотрела на пропасть, разделяющую городок и более роскошный район шикарных домов. Если приглядеться, можно было бы различить огни виллы Марконосов, но Луиза не собиралась этого делать. Возможно, эта вилла и была когда-то ее домом, но теперь у девушки не было никакого желания даже смотреть на нее.

Легкий бриз трепал золотые локоны, убирая их с лица. Луиза приезжала сюда каждый год в последние пять лет на могилу сына и ни разу за все это время не ступила на землю Марконосов. Покинув Андреаса, она обрубила все связи и с его семьей.

Луиза ездила сюда только ради сына.

– Ты в порядке? – поинтересовался молодой человек, стоящий рядом с ней.

Повернувшись к высокому темноволосому симпатичному молодому человеку, Луиза заметила его беспокойство и улыбнулась.

– Все хорошо. Не волнуйся за меня, Джейми. Я слишком часто приезжаю сюда, привыкла.

Время смягчает горе, добавила Луиза мысленно. Она снова посмотрела вдаль. К тому времени, как паром причалит к берегу, на побережье будет кипеть жизнь. В прибрежных кафе уже было заметно оживление, как и обычно, когда прибывал паром.

– Ты что-нибудь помнишь? – спросила Луиза у младшего брата.

Он был еще маленьким, когда они первый раз приехали сюда, а теперь посмотрите на него! Совсем мужчина. Неуклюжий светловолосый мальчик превратился в красивого мужчину. Его волосы потемнели и были пострижены по последней моде, а лицо приобрело мужские, рубленые черты.

– Я помню, как стоял примерно здесь рядом с тобой и смотрел на те холмы.

– Ты висел на парапете и чуть ли не визжал от восторга, – поддела его Луиза. – Я так боялась, что ты упадешь за борт и свалишься в воду, что намертво вцепилась в твои джинсы.

Джейми усмехнулся, блеснув белозубой улыбкой.

– Мама с папой совершенно не следили за мной. Они занимались только самими собой.

– Ты все помнишь?

– Я помню больше, чем ты думаешь, если хочешь знать правду. Например, то, как ты встретила Андреаса и влюбилась в него, и твое безумие, и то, что тебя здесь бросили.

– Меня не бросили! – запротестовала Луиза.

– Наши родители бросили тебя в этой адской семейке.

– Это неправда…

– А потом уже Андреас тебя бросил.

– Потому что он должен был закончить университет, – заметила Луиза.

– Потому что он сделал тебе ребенка и был вынужден жениться. Вот он и сбежал… придурок!…

– Джейми! – укорила его сестра. – А мне казалось, что тебе нравился Андреас.

– Да, пока он не выбросил тебя из своей жизни.

– Он не выбрасывал меня! Я сама уехала от Андреаса. И хотелось бы мне знать, Джейми, зачем ты согласился на эту поездку, если никак не смиришься с прошлым!

Отойдя от парапета, Джейми засунул руки в карманы своих потертых джинсов.

– Ради Никоса, – угрюмо сказал он. – Я хочу отдать дань уважения Никосу. У меня впереди может не появиться второго шанса сделать это. Я пойду в университет и… – Джейми глубоко вдохнул, – и, знаешь, я жду не дождусь, когда встречусь с Андреасом. Надо поквитаться.

Луиза не смогла удержаться – она рассмеялась.

– Он убьет тебя прежде, чем ты успеешь поднять на него руку. Ты забыл, что он под два метра ростом и огромный, как танк?

– Я много тренировался.

– Ради того, чтобы подраться с Андреасом?

– Нет. – Джейми знал: сестра отлично понимала, что он тренировался ради того, чтобы впечатлить девчонок. – Но мне бы очень хотелось побить Андреаса.

– Ты считаешь, у тебя есть на это право?

– Да, право брата, который никогда не мог понять, почему отец не убил Андреаса, когда тот оставил тебя одну в таком состоянии…

В горе и скорби, другими словами, подумала Луиза. Андреас решил забыть о своем горе в другом месте. Когда Луиза наконец уступила уговорам родителей и вернулась к ним в Англию, она ждала, что муж поедет за ней, но он так и не приехал…

Покачав головой, Луиза заставила себя не думать больше.

– Что ж, тебе не повезло, потому что Андреаса здесь не будет. Его мать сообщила, что он в Таиланде. И раз уж мы приехали к Никосу, а не к Андреасу, я бы предпочла, чтобы ты держал свои мысли при себе.

Луиза отвернулась, удивляясь, почему защищает Андреаса, когда он повел себя как крыса, ничтожный червяк, бесполезный, низкий…

– Прости, – раздался голос Джейми.

– Смотри, – тихо отозвалась Луиза, – мы входим в порт.

Паром приближался к берегу, и изогнутые холмы с милыми домиками по одну сторону и виллами по другую сразу бросились в глаза. Приглушенно мерцал свет прибрежных кафе и баров, а звуки нежной греческой музыки разливались по побережью, словно приглашая гостей.

Теплый бриз уносил с собой злость Андреаса, когда тот приближался к городу. Свернув на знакомую дорогу к порту, он услышал звуки знакомой музыки, раздающейся из кафе, которые усыпали побережье.

Андреас заметил паром, когда припарковался среди машин. Он немного посидел в темноте салона, просто глядя на паром и на людей, которые начали сплошным потоком сходить на берег. Андреас не понимал, почему до сих пор сидит здесь, вместо того чтобы направиться в бар, как и планировал. Он не знал даже, зачем вообще приехал в город. Это странное желание поехать в бар и напиться было слишком импульсивным, признал он. Прошло уже много времени с тех пор как Андреас топил свое горе в алкоголе. В эти дни он предпочитал с головой уходить в работу и…

Его мысли неожиданно остановились. Как и его сердце. Все мышцы напряглись, когда взгляд остановился на молодой женщине, которая спускалась по трапу. Легкий ветерок слегка теребил ее волосы, сдувая их с лица. Лица, которое Андреас не смог бы забыть, даже если бы захотел. Лица, которое преследовало его долгие годы.

Луиза! Она спускалась с парома в свободных белых брюках и бледно-голубом топе.

Она вернулась домой, промелькнула у него следующая мысль.

Джейми нес их дорожные сумки, а Луиза – только свою небольшую сумочку. Как хорошо снова ощутить под ногами твердую почву.

– Мне нужно пополнить счет на мобильнике, – объявил брат, как только они подошли к дороге, ведущей на главную улицу города. – Думаешь, в одном из этих баров есть автомат?

– Хоть это и тихое местечко на планете, но, полагаю, о мобильных телефонах здесь знают. Зайди в бар напротив, – предложила Луиза. – Но ты же пополнил счет в Англии?

– Я уже почти все потратил, переписываясь с друзьями.

– Ладно. Оставь вещи, я послежу. Костас пока не приехал за нами, так что я подожду тебя здесь.

– Идет. – Джейми бросил две тяжелые сумки на землю и неожиданно обнял сестру. – Прости за мои слова на пароме. Я не хотел тебя расстраивать.

– Знаю. – Луиза чмокнула его в щеку. – А теперь иди.

Джейми с усмешкой направился в бар, оставив Луизу разглядывать людей, заполняющих бухту, и искать серебристый «мерседес». Луиза согласилась сообщать Марконосам о времени своих визитов, чтобы Изабелла могла подтвердить, что Андреаса в это время на острове не будет.

Не то чтобы Луиза боялась встретиться с ним. Она подозревала, что Андреас сам прекрасно знал о ее визитах сюда и намеренно не приезжал, чтобы не столкнуться с ней.

Безумие, подумала она, положив свою сумку поверх остальных. Неужели Изабелла боялась, что Луиза бросится к ее драгоценному сыночку снова, если им доведется встретиться? И более того, неужели Андреас этого боится?

Выпрямившись, Луиза снова посмотрела на многолюдную улицу, ища глазами Костаса. Не похоже на него. Он никогда не опаздывал. Обычно Костас приезжал раньше, чтобы успеть припарковаться…

И тут Луиза увидела… Андреаса. Неожиданно голова словно опустела, все поплыло перед глазами, но, слава богу, через несколько секунд снова вернулось на свои места.

Он стоял, прислонившись к капоту спортивной машины, в белой рубашке и черных брюках. Сердце Луизы замерло в груди, а потом понеслось галопом. Следующие несколько секунд она пыталась убедить себя, что это не он. Это невозможно, говорила себе Луиза. Андреас ведь в Таиланде. Он ей просто привиделся!

А потом он пошевелился, отошел от машины и направился в ее сторону. Из плоти и крови, приблизился к ней.

– Андреас… – прошептала она.

– Луиза… – отозвался он.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Его голос окутал ее, вызывая боль и наслаждение одновременно. Неожиданно в горле встал комок. Губы задрожали, и Луиза прикрыла рот рукой, чтобы Андреас не заметил этого.

Что-то блеснуло в его глазах, когда он сделал к ней шаг. А когда снова заглянул в ее глаза, его взгляд был холоден, как лед.

– Какого черта здесь происходит? – прогремел Андреас.

Луиза моргнула, не готовая ответить на столь злой вопрос. Значит ли это, что Андреас так же удивлен, увидев ее, как и она его?

– М-мы только что приехали на… на пароме…

– Я заметил, – отрезал он. – А кто этот альфонсик, что приехал с тобой?

Альфонсик? Неужели Андреас говорит о Джейми? Луиза рассмеялась.

– Ты же не…

Громкий шум прямо позади привлек ее внимание. Повернув голову, Луиза закончила разговор. К ним приближалась толпа, готовая наводнить прибрежные бары через улицу. Один мужчина случайно толкнул ее в спину. Впереди стояли их сумки, и ей некуда было бежать. Луиза закричала, подавшись вперед, вытянув руки перед собой, чтобы не упасть.

И тут сильные руки подхватили ее. Луиза вцепилась в мощные мускулы. Она взглянула вверх, он посмотрел вниз.

Бог мой! Андреас внутренне поежился, когда ее теплое дыхание коснулось его кожи. Знакомый запах окутал его и заставил сердце забиться быстрее. Луиза прижалась к нему, и в этот миг Андреасу захотелось крепче обнять ее и… поцеловать. И целовать, целовать ее.

Или грубо оттолкнуть!

Но Андреас не мог позволить себе ни того, ни другого.

Он злился. О чем, черт возьми, она думала, привезя на остров другого мужчину?

– Ты в порядке? – поинтересовался он, поставив ее на землю.

– Да, с… спасибо тебе, – запинаясь, пробормотала Луиза.

Ее грудь соприкасалась с его широкой грудью. На ней не было лифчика. Это поразило Андреаса. Луиза была такой хрупкой в его руках, что, казалось, он мог бы разломить ее надвое.

Луизе нужен был глоток свежего воздуха, она не могла дышать. Надо бы отстраниться от Андреаса, но ей этого совершенно не хотелось. Наоборот. Она с удовольствием бы продлила этот момент.

– Отойди на шаг назад, пожалуйста.

К большому облегчению, Андреас повиновался, выпустив ее из своих рук и отступив.

Но напряжение между ними только усилилось. Луиза оглядывалась на шумную толпу туристов, говорящих на незнакомом языке и спешащих попить прохладной воды и успеть поесть до того, как паром выйдет из порта и отправится к следующему пункту назначения.

А где же Джейми? Где Костас? Луиза поискала их глазами.

– Твой любовник куда-то запропастился, – холодно констатировал Андреас.

– Он не мой любовник, – возразила Луиза, удивленно уставившись на мужа. – Если ты позволишь мне…

– Кто бы он ни был, ты не имела права привозить его сюда.

– Остров не принадлежит твоей семье, Андреас, – со злостью бросила Луиза. – Я могу приезжать сюда с тем, с кем захочу! И если ты дашь мне закончить фразу, которую пытаюсь тебе сказать, ты почувствуешь себя глупо…

– У тебя пупок торчит.

Луиза ощутила, как щеки заливаются румянцем, когда взглянула вниз. Андреас проследил за ее взглядом, замерев при виде кремовой кожи. Он хорошо помнил, какова эта кожа на ощупь, каков ее вкус…

И тут спутник Луизы наконец показался из-за ее спины.

Его жена – жена! – показалась на публике с другим мужчиной прямо у него перед носом на его же острове, где все знают, кто она.

– Хорошо же ты знаешь город! В том баре нет автомата, так что мне придется дождаться завтрашнего дня и найти банк и… – Джейми замолчал, заметив наконец Андреаса.

Луиза беспомощно наблюдала за братом. После того разговора на пароме она ожидала от Джейми чего угодно…

– Поздоровайся с Андреасом, Джейми, – попросила Луиза.

Но тот застыл как оловянный солдатик.

– Джейми? – На лице Андреаса отразилось удивление. – Бог мой, так вот оно что!

Андреас выступил вперед и протянул Джейми руку. Луиза закусила губу в ожидании того, как поступит младший брат. Он не взял руки, но неотрывно смотрел в глаза мужа сестры. Андреас заметно напрягся, но руки не убрал.

– Джейми… – подтолкнула Луиза. Мурашки пробежали у нее по спине, когда брат все же продемонстрировал хорошие манеры и ответил пусть вялым, но рукопожатием. Андреас повернулся к Луизе.

– Я должен перед тобой извиниться.

– Нет. Брат очень изменился за эти годы…

Андреас предпочел сменить тему:

– Я так понимаю, ты остановилась на вилле моих родителей. Странно, что они не предупредили меня об этом, тогда, возможно…

– Мы не на вилле будем жить… – переминаясь с ноги на ногу, Луиза опустила глаза, думая, что сказать потом. Она не сомневалась, что Андреас по-настоящему удивлен их появлению на острове, а значит, его мать вряд ли сообщала сыну о визитах Луизы. Как будто Изабелла намеренно не желала встреч снохи с сыном…

Только тут Луиза заметила Костаса возле «мерседеса», припаркованного неподалеку от того места, где они стояли. Выражение его лица говорило само за себя. Он просто не знал, что делать.

Присоединяйся к нашему клубу, иронично подумала Луиза.

– Мы думали, ты в Таиланде, – вмешался Джейми.

– Костас приехал. – Луиза махнула рукой в сторону шофера. – Отнесешь наши вещи в машину, Джейми?

Как бег по острию ножа, подумала Луиза. Джейми не тронулся с места, сомневаясь, можно ли оставлять сестру наедине с Андреасом. Тот же смотрел на семейного шофера. Потом снова взглянул на жену.

Все же Джейми кивнул и, резко подхватив сумки, понес их к машине. Невозможно было неправильно понять взгляд, которым брат Луизы смерил Андреаса, прежде чем уйти.

– Не хочешь объяснить мне, что происходит? – поинтересовался Андреас.

– Я приехала к Никосу.

Услышав от нее имя сына, Андреас поежился. В горле встал комок.

– Я уже это понял. И ты приехала тогда, когда, по-твоему, я должен был находиться в Таиланде. Так, кажется, сказал твой брат?

– Ты прекрасно все слышал.

– Значит, мои родители в курсе…

– Так почему ты не в Таиланде?

– Потому что меня позвали сюда, – просто ответил Андреас. – И часто ты приезжаешь на остров без моего ведома?

Луиза не собиралась отвечать на этот вопрос.

– Уже поздно, – сказала она, взглянув на наручные часы. – Нам нужно ехать, если мы хотим заселиться вовремя.

– Куда заселиться? – нахмурился Андреас.

Из огня да в полымя, подумала в отчаянии Луиза.

– Мы остановились в отеле.

Это был единственный отель на острове.

– Ни черта подобного! Моя жена не должна жить в трехзвездочном отеле, когда у нее есть огромная вилла.

– Я тебе не жена. И вилла Марконосов больше не мой дом. Ради бога, Андреас, разве не очевидно, что у меня нет никакого желания останавливаться на вилле? Я здесь не как член твоего драгоценного семейства, я здесь сама по себе!

– Ты Марконос.

Луиза решила не ступать на опасную территорию.

– Мы будем жить в отеле, – повторила она упрямо.

– И моя мать это позволяет?

Он не сдастся, пока не узнает все, что его интересует, рассудила Луиза. Она обняла себя руками, чтобы унять неожиданную дрожь. Костас помог Джейми уложить сумки в багажник машины, и теперь оба смотрели в их сторону. Луизе вдруг отчаянно захотелось кричать, плакать и топать ногами.

– Слушай, я не…

Андреас развернулся к ней спиной и пошел прочь. Луиза смотрела ему вслед, вспомнив, каким невыносимым он мог быть.

Андреас говорил с Костасом. Высокий, статный мужчина, обещающий…

Вот только этого не надо, сказала себе Луиза.

Тяжело вздохнув, она пошла к машине – как раз в тот момент, когда Андреас с Костасом обменялись ключами. Костас с сочувствием взглянул на Луизу и удалился туда, где Андреас припарковал свою машину.

Андреас открыл перед Луизой дверцу.

– Залезай! – скомандовал он.

Джейми сел на заднее сиденье рядом с сестрой, недовольный таким обращением. Но Луиза сжала его руку, всем своим видом умоляя не обращать внимания. Дверца захлопнулась.

– Что он, черт возьми, о себе возомнил? – прошипел Джейми.

– Шшш, – шикнула Луиза.

Андреас сел на водительское сиденье. Рубашка так подчеркивала его загар, что Луиза невольно уставилась на него, а затем поймала его взгляд в зеркале заднего вида. В следующую секунду она почувствовала, как предательские мурашки поползли по спине.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Было жарко. И не только из-за летней поры, но и от обжигающего взгляда, каким смотрел Андреас на Луизу. Ей оставалось лишь надеяться, что в ее глазах не отражаются все эмоции, которые бушуют у нее в душе. Она хотела отвернуться, но не могла. У Луизы пересохло во рту, дрожащие губы приоткрылись. Как будто и не было всех этих лет и невыносимой разлуки! Она чувствовала себя так, будто ей снова было семнадцать лет, а из зеркала на нее смотрит молодой человек, который покорил ее юное беззащитное сердце.

И все же Андреас изменился. Тот, молодой, Андреас был лишь эскизом теперешнего зрелого мужчины. Черты его лица стали более выразительными – высокие скулы, жесткая форма челюсти и подбородка. Нос заострился, а его пухлые чувственные губы, которые когда-то дарили ей так много улыбок, сегодня были плотно сжаты. Он явно злился.

Это из-за нее? Луиза не знала. Она не могла думать больше ни о чем, кроме того, что Андреас так и остался самым потрясающим мужчиной из всех, кого она видела. Неудивительно, что все ее чувства пришли в смятение, как всегда, когда они оказывались рядом.

Потом она неожиданно вспомнила, как выглядел Андреас в день их последней встречи в афинской квартире, и ее пронзила острая боль.

Луиза отвернулась.

И заметила, как спортивная машина Андреаса с визгом умчалась прочь. Джейми тоже выглянул в окно посмотреть, как автомобиль совершил поворот, оставляя за собой лишь клубы пыли. Брат с ума сходил по спортивным машинам.

«Мерседес» завелся, двигатель заурчал почти неслышно, и машина последовала по той же дороге.

Луиза осмелилась снова украдкой взглянуть на Андреаса. Пять лет – слишком долгий строк, чтобы не поглядеть на мужчину, которого она когда-то любила до умопомрачения… В полумраке салона его профиль казался еще более жестким, чем минуту назад, уголки губ совсем опустились.

За прошедшие годы Андреас стал еще лучше, заключила Луиза, оглядывая его мускулистые руки, покрытые порослью густых волос. Золотые часы блестели на загорелом запястье, а тонкие длинные пальцы сомкнулись вокруг руля.

Луиза снова посмотрела в зеркало, и снова их взгляды встретились. Общие воспоминания отразились в их глазах, интимные воспоминания – те, от которых мурашки бежали по коже…

В напряженной тишине зазвучала ненавязчивая мелодия мобильного. Джейми достал из кармана телефон, просмотрел сообщение и начал набирать ответ. Через несколько секунд Джейми хохотнул над чем-то, и его плохое настроение улетучилось. Он явно расслабился и начал отвечать на присланную эсэмэску.

Слушая ритмичное постукивание пальцев по кнопкам, Луиза решилась еще раз взглянуть в зеркало. Андреас снова смотрел на нее. Кажется, они оба не могли наглядеться друг на друга.

Луиза заерзала на сиденье. В то время, когда они только поженились, мобильные технологии еще не достигли таких высот, как сейчас. Андреас и Луиза чаще звонили друг другу – это помогало им пережить долгую разлуку.

Звонки по обязанности, как называл это брат Андреаса Алекс.

«Наша мама получит голову Андреаса на подносе, если он пропустит свой обязательный звонок женушке». Алекс ненавидел Луизу больше других членов семьи Марконос. Он обвинял Луизу в том, что она разрушила жизнь его брата. «Женщины так и вьются вокруг Андреаса. Думаешь, он противостоит их соблазнам, пока ты сидишь здесь и раздуваешься как шар, а он за тысячи миль отсюда?» – ехидничал Алекс.

Луиза отвела глаза от зеркала, и Андреас вдруг подумал: откуда у нее на лице эта боль? Что ее вызвало?

Он. Кто же еще?

К черту воспоминания, мысленно выругался Андреас. Они оба были навсегда связаны ими. А все остальные только страдают от этого. Включая Джейми. Раньше Андреас дружил с братом Луизы, а теперь парень смотрит на него, как на ядовитую змею. И это больно ранило. Затрагивало чувствительные струны его души, которые рождали болезненные воспоминания, приводящие к мыслям о сыне.

Его сын… Комок встал в горле, когда Андреас взглянул в зеркало на мать своего потерянного сына. Она не изменилась, ничего в ее женственных чертах красивого лица не стало другим. Те же большие, голубые, как небо, глаза, прямой маленький носик, нежные, пухлые, чувственные губы, сейчас поджатые. И все-таки это были самые желанные губы, которые он когда-либо…

Внезапный жар обдал его тело, когда он снова посмотрел на дорогу. Он не осмеливался больше смотреть в зеркало заднего вида, чтобы ничем не выдать своих чувств.

Машина мчалась по сумеречной дороге, сворачивая и петляя, пока не выехала к единственному отелю на острове. У него было название, но Андреас не помнил его. Жители Аристоса называли его просто «отель».

Андреас остановил машину на небольшой парковке возле отеля, освещенной светом единственного фонаря, расположенного над входом в здание. Он заглушил мотор и вышел. Его пассажиры тоже открыли дверцы и вышли на улицу, оглядываясь по сторонам, пока Андреас шел к багажнику.

Стрекотали цикады. В вечернем воздухе пахло цитрусами и корицей.

– Я слышу океан, – обратился Джейми к сестре. – Мы что, недалеко от побережья?

Значит, Джейми раньше не ездил сюда, заключил Андреас. Луиза ответила так тихо, что он просто не услышал ее слов.

Андреас собирался взять сумки, когда Джейми подошел к нему:

– Я сам.

– Не будь ребенком, Джейми, – снисходительно улыбнулся Андреас.

Яннис, владелец отеля, поторопился к Луизе, чтобы поприветствовать ее, и остановился на месте, заметив Андреаса вместо своего старого друга Костаса. Еще большее напряжение повисло в воздухе. Андреас, не обратив на это никакого внимания, протянул владельцу отеля руку.

Луиза прекрасно понимала, что Яннис замер так потому, что не ожидал увидеть Андреаса и Луизу рядом. Остров был небольшим, и жители долго помнили обо всех событиях, произошедших здесь. Все знали, как старший сын Орестеса Марконоса влюбился в юную девушку-туристку, сделал ей ребенка и женился на ней против воли обоих семейств. Помнили и о трагической смерти их сына. И все знали, что супруги давно не жили вместе. Андреас никогда не приезжал сюда во время визитов Луизы.

Попросив Янниса и Джейми отнести багаж, Андреас дождался, пока оба скроются из виду, закрыл багажник и повернулся к Луизе, которая до сих пор стояла у задней дверцы.

– К завтрашнему дню о нас будет говорить весь остров, – предсказал он.

– Что в этом нового? – усмехнулась Луиза и тут же извинилась за свой язвительный тон: – Прости.

– К чему извиняться за правду? – Андреас оперся на машину возле жены так, чтобы видеть ее лицо. – Мне плевать на то, что обо мне судачат!

– Так было всегда. – Скрестив руки на груди, Луиза уставилась на мыски своих туфель, стараясь не замечать, как близко друг к другу они стоят, какой Андреас большой и мужественный и…

– Да, – согласился он, погладив Луизу по щеке. – Я был просто поражен, когда увидел, как ты спускаешься с парома, – признался он. – На мгновенье мне даже показалось, что я сплю.

– И тебе снится кошмар? – вздернула подбородок Луиза, отстранив его руку.

– Совсем нет, дорогая моя.

– Не играй со мной, Андреас! – отрезала Луиза.

– Я всего лишь касаюсь тебя, а не играю.

– Ты не имеешь на это права.

– А мне кажется, наоборот… Ты все еще моя жена.

Четкие холодные образы того, чем занимался Андреас, когда они в последний раз встретились в квартире в Афинах, всплыли в голове. Луиза отшатнулась от мужа.

Выдохнув, она протянула вперед левую руку.

– Смотри. На моем пальце нет кольца. Ни единого намека на то, что когда-то я принадлежала тебе! Сейчас моя фамилия Джонсон. Мисс Джонсон, если хочешь знать! Я больше не считаю себя Марконос!

– Вычеркнула меня из своей жизни, да?

– Да! – слишком поспешно, слишком горячо выкрикнула Луиза.

И в этот момент Андреас схватил ее и… жадно поцеловал.

Это было так неожиданно, что, прежде чем Луиза успела понять, что происходит, он прижал ее к себе как можно крепче и полностью завладел ее губами.

Тело словно обдало огнем. Дыхание застряло где-то в горле, губы приоткрылись навстречу его ласкам. Луиза не верила, что это происходит наяву. Безумие, что Андреас все еще способен так действовать на нее! И все же она купалась в наслаждении. Его руки ласкали ее спину и бедра, прижимая все крепче. Луиза ощущала силу его возбуждения и чувствовала, что ее тело тянется к нему, совсем как в былые времена…

Поцелуй был таким горячим, жадным и страстным, что, когда Андреас неожиданно отстранился, Луиза опешила.

– И все же ты не до конца вычеркнула меня из своей жизни, дорогая? – с жесткой насмешкой спросил он.

Слезы застыли в горле. Луиза начала дрожать.

– Как и тысячи других! – выпалила она, вырвалась и бросилась в сторону отеля.

Андреас смотрел ей в спину, не понимая, что с ним произошло. Почему он поцеловал Луизу? Что с ним такое?

Череда грубых ругательств сорвалась с его губ. Андреас знал ответ. Это похоть заставила его поступить с ней так.

С ней и с тысячей других…

Что за чертова шутка! – подумал Андреас и снова выругался, закрывшись в машине.

Брань не прекратилась и тогда, когда он завел мотор и машина с визгом умчалась прочь.

Опершись на двери отеля и слыша визг колес, Луиза вся дрожала. Ее губы горели, горячие горькие слезы катились по щекам. Глаза жгло. Как мог Андреас так поступить с ней? Как посмел целовать ее так?

– Ты в порядке?

Голос брата вернул Луизу в настоящее.

– Все х-хорошо, – соврала Луиза.

Но Джейми не поверил ей.

– Он чем-то тебя расстроил?

– Нет. Мы оба просто немного растеряны.

Но нечто гораздо большее, чем растерянность, бушевало в ее душе, когда она вошла в свою спальню.

– Господи, помоги мне, – простонала она в пустоту, чувствуя, как напряглось все тело при одном только воспоминании об Андреасе.

Как можно? Как можно до сих пор испытывать к нему влечение? Обхватив себя руками, Луиза подошла к окну и посмотрела в бархатно-темную ночь. Было уже поздно, и кровать, большая и удобная, должна бы манить, приглашая ко сну, но каждый раз, когда Луиза смотрела на нее, ее мучили образы Андреаса, лежащего на этой кровати обнаженным и ждущего ее…

Тряхнув головой, Луиза пошла в ванную и включила душ. Десять минут спустя, дрожа от холода, она проскользнула под холодные льняные покрывала и приказала себе забыть о глупом поцелуе и заснуть.

Андреас сидел в кресле на террасе, уставившись в ночь. Перед ним на столике стоял бокал бренди, а на плите дожидался кофейник с крепким кофе.

Он изменил свои планы напиться сегодня.

Недавний разговор с родителями был коротким. Отец решил сделать хорошую мину при плохой игре и заявить, что ничего не знал о визитах Луизы и о том, что она будет на пароме.

Мать же, наоборот, даже не скрывала того, что все знает.

– Должна признаться, я не хотела, чтобы вы наткнулись друг на друга вот так. Но я намеревалась устроить вашу встречу до твоего отъезда. Настало время, Андреас, вам с Луизой встретиться снова. Чтобы расторгнуть наконец ваш брак.

– Так это ты все подстроила, ожидая, что результатом нашей встречи станет развод?

– А кто же еще? Я устала смотреть, как ты растрачиваешь себя на безголовых пустышек. Пора кончать с этим!

Андреас злился. Не только на себя. Он злился на Луизу. На то, что все так, а не иначе. Да, он был доволен тем, как шла сейчас его жизнь, но вовсе не хотел развода. Ему нравилось вспоминать, каким непутевым мужем он был. Это помогало держать эмоции под контролем.

Не так уж ты и справляешься, шепнул внутренний голос. Может, тебе и плевать на всех остальных женщин, но только не на Луизу. Рядом с ней ты абсолютно теряешь способность здраво мыслить.

Именно по этой причине Андреас сидел сейчас здесь и пил бренди. Чтобы прийти в себя, чтобы снова обрести контроль. Он зайдет к Никосу, а потом улетит с этого проклятого острова, оставив Луизу одну.

Луиза. Она целовала его в ответ… Ее губы приоткрылись ему навстречу, и это было как…

Выругавшись, Андреас встал и заходил взад-вперед по террасе.

Какого черта с ним происходит? Они не виделись пять лет! Ни разу! Луиза уехала с острова, даже не сообщив, что возвращается в Англию, не оставила ему ни одного шанса…

– Черт! – рявкнул Андреас, глядя на огни парома. Ему тридцать лет – он взрослый мужчина, черт возьми! И он сгорает от страсти, как юноша, которым он был, когда впервые увидел Луизу.

– Ой! – вскрикнула Луиза, наткнувшись на камень.

Какой еще идиот поддастся импульсу пойти погулять посреди ночи? – спросила себя она, потирая ушибленный палец.

И как далеко она ушла от отеля, начав свое безумное путешествие? Только одинокая луна была ее спутницей, потому трудно было понять, где находишься. Когда Луиза поднялась с постели, она намеревалась лишь немного прогуляться по пляжу и теперь сообразить не могла, как могла забраться так далеко.

Луиза посчитала, что если не способна заснуть, то, возможно, сможет встретить рассвет. Сесть на скалу и посмотреть, как встает солнце. Она закусила губу, когда поняла, что утро еще долго не настанет. Может, ее биологические часы подвели? Луиза взглянула на свои наручные часы, но из-за темноты не смогла разглядеть, который час.

Луиза вздохнула. Пора возвращаться в отель. Но ей этого не хотелось. Не хотелось возвращаться в одинокую постель, где она опять будет мучиться от бессонницы.

И тут что-то теплое коснулось ее плеча. Луиза вскрикнула. Это летучая мышь! Летучая мышь! – повторяла она себе. Резко повернувшись, на мгновение она перестала дышать, когда увидела, что смотрит на высокую темную фигуру.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Луиза в ужасе прижала руку к горлу.

– Андреас! – вскрикнула она. – Ты напугал меня до смерти!

– Прими мои извинения.

Он стоял совсем близко от нее, но как ему удалось так беззвучно подойти к ней?

– Что ты здесь делаешь? – поинтересовался он. – Ты с ума сошла, Луиза? Гуляешь одна в половине четвертого утра?

Половина четвертого?

– Я думала, уже половина пятого, – пробормотала она, убрав руку от горла.

– Разве какой-то час имеет значение? Еще темно!

– Так будет до рассвета, – буркнула Луиза. – Я хотела посмотреть, как встает солнце.

Андреас вдохнул, и Луиза поняла, что его не удовлетворило ее объяснение. Но она всегда любила встречать рассвет в Греции. И Андреас, разумеется, знал об этом.

– А ты почему здесь? – спросила она, взглянув на мужа. Тут еще одна мысль посетила ее: – Ты ведь не следил за мной?

– О, да, – зловеще проговорил Андреас. – Я провел ночь под твоим окном, дожидаясь момента, когда ты решишь выкинуть что-нибудь подобное – вроде одинокого гулянья по ночам!

Его сарказм попал в точку. Засунув руки в карманы белых хлопковых брюк, Луиза поджала губы и потупилась. Напряжение между ними спало.

– А если хочешь правду, то я бегал, – дополнил Андреас.

Бегал, повторила про себя Луиза. Он стоял перед ней в потертых кроссовках, серые спортивные брюки прикрывали длинные мускулистые ноги и туго сидели на бедрах, обтягивая самые соблазнительные места…

Луиза отвела взгляд. Андреас немного вспотел после пробежки, серая хлопковая футболка прилипла к телу, подчеркивая идеальный торс.

– Я уже возвращался на виллу, когда заметил тебя впереди. Ты споткнулась обо что-то… Перестань на меня так смотреть, дорогая, – отрывисто произнес Андреас. – Это опасно…

Удивленная, Луиза заглянула в глаза мужа. Он говорил без всякого сарказма. Ее тело словно вытянулось в тонкую струну. Румянец нахлынул на щеки. Она хотела было отвести взгляд, да не смогла, потому что этот высокий статный мужчина и был причиной ее неожиданной ночной прогулки.

– Я возвращаюсь, – бросила она и резко развернулась.

– Я пойду с тобой.

– Не нужно. Я не хочу.

– Это не предложение, жена моя, – холодно отрезал Андреас.

– Я тебе не жена!

– Тогда кто?

Если бы я, черт возьми, знала! – со злостью подумала Луиза. Не жена, не любовница, не свободная женщина…

Поджав губы, она промолчала. Луиза шла, не разбирая дороги, слепо глядя вперед, быстро переставляя ноги, только бы поскорее оказаться подальше от Андреаса, чтобы не совершить чего-нибудь по-настоящему глупого и не сказать ему, что было…

Сильные пальцы сомкнулись вокруг ее запястья, заставив Луизу остановиться.

– Не будь глупее, чем ты уже себя показала, – резко произнес Андреас. – Эта дорога опасна.

В панике Луиза попыталась высвободить руку. Андреас не выпускал ее, и тогда она совершила большую ошибку, развернувшись к нему и в ярости заглянув в его глаза. И слова застряли в горле, когда она просто оглядела высокую фигуру мужа. А эти глаза, волосы, эти потрясающие черты лица и великолепный, чудесный, чувственный рот… Капли пота застыли у него на лбу и шее. Луиза почувствовала неожиданное желание слизать эти капли языком, она уже почти чувствовала их пресный солоноватый вкус…

– Прошу… – взмолилась она, тяжело дыша от своей слабости.

– Луиза… – выдохнул Андреас. – Не делай этого.

Он понял, что с ней происходит! Нельзя было давать ему понять, какие эмоции бушуют внутри нее. Это знание породило влечение. А влечение стало причиной того, что сейчас они снова готовы окунуться в сладкое безумие.

– Мне нужно идти. – Луиза вновь попыталась высвободиться.

Андреас пробормотал что-то по-гречески и прижал ее к себе. Теперь Луиза чувствовала всю силу его возбуждения. Она подняла глаза и тут же попала в ловушку соблазнительного взгляда.

Еще один стон сорвался с ее губ, когда, поддавшись импульсу, Луиза запрокинула голову и сама поцеловала мужа в губы.

И этот поцелуй был еще более грешным, чем первый, потому что Луиза совершенно потеряла голову. Она хотела этого мужчину. Она всегда хотела Андреаса! Он был ее крестом и наказанием, ее первой любовью и первым мужчиной. Он так и остался ее единственной любовью.

Она целовала его с дикой страстью изголодавшегося животного. Но такая взрывная страсть была для обоих не в новинку. Это как раз не удивляло.

Его руки гладили ее тело, проникнув под ее футболку. Луиза сильнее прижалась к нему, чувствуя, как напряглись от возбуждения ее соски. Она оторвалась от его губ, но только чтобы осуществить свое желание и слизать с его шеи капельки пота. Они не могли быть еще ближе и никак не могли насытиться друг другом…

– Я хочу тебя, – наконец прошептала Луиза и снова поцеловала его.

Андреас целовал ее в ответ с той же страстью, обещая обоим неземное наслаждение. Их поцелуи становились все более смелыми и жадными. Может, все дело в ночи, в странном ощущении, что они остались одни в этом мире?

А потом все ушло.

Андреас отстранился. Снова оттолкнул ее. Отвернулся.

– Если ты так сильно хочешь заняться сексом, я помогу тебе, – выдохнул он, снова повернувшись к ней лицом. – Но не на пыльной дороге, как какие-то животные.

– Почему же? – Луиза с вызовом вздернула подбородок. – Ведь в первый раз мы занимались любовью почти так же. И тогда ты не был таким эстетом!

Что-то промелькнуло в его глазах. Сначала Луиза решила, что это всего лишь циничная насмешка, но потом поняла – нет. Это была чистая, лютая, слепая ярость. Луиза затронула какую-то потайную струну его души и вдруг снова оказалась прижатой к мощной мужской груди.

– Хочешь, чтобы я повторил наш первый раз? – прошипел мужчина. – Хочешь, чтобы я перевернул тебя, повалил на землю и снова потерял голову, показав еще раз, каково заниматься любовью с человеком, который не может контролировать себя?

– Нет… – в ужасе прошептала Луиза. – П-прости… не знаю, что на меня нашло. Я…

– Это я на тебя нашел. Желание нашло на тебя. Страсть, похоть. Неожиданное желание заняться сексом со своим горячим греческим парнем! Из чего я могу сделать вывод, что за последние пять лет англичане так и не удовлетворили тебя.

– Это твое оправдание? – бросила Луиза со злостью. – А что заставило тебя отвечать мне с той же страстью? Внезапное желание снова оказаться в постели с юной девственницей? – Луиза была готова расплакаться в любую секунду. – Или все твои бесконечные любовницы, которых ты рассматривал как сексуальный объект, были невинны и чисты, как ангелы?

– Полагаю, это больше не имеет значения.

Луизе хотелось избить его, хотелось кричать о том, что за пять лет он даже не поинтересовался, как она живет… Но она не стала ничего этого делать. Просто зашагала по дороге, ненавидя Андреаса всей душой.

Ноги едва держали Луизу. Колени предательски дрожали. Тело горело огнем. Губы дрожали.

Она снова споткнулась о камень – ушибла тот же самый палец! Не в силах сдержать стон от боли, расслышала позади себя ругательство. В следующее мгновенье сильные мужские пальцы сомкнулись вокруг ее запястья. Несколько секунд проплыли, как в тумане.

Подняв голову, Луиза увидела напротив глаза Андреаса.

– Ты выжила из ума или еще что-нибудь? – прогремел он. – Сколько еще смертей должно случиться в семье, чтобы заставить тебя вспомнить о…

Он замер, словно его неожиданно остановили. Губы вытянулись в тонкую белую линию. Он не смотрел на нее. Он глядел в никуда. Его пальцы впились в ее кожу.

Вспомнить о Никосе – вот что он хотел ей сказать. О том, как их мальчик упал на такой же дороге, и теперь его нет.

– О, господи… Я даже не подумала… – прошептала она в шоке.

Андреас словно ожил. Он приподнял ее над землей, пока их взгляды не встретились. И через секунду былая страсть вспыхнула с новой силой.

Луиза не поняла, кто первый пал ее жертвой. Она помнила только то, что весь здравый смысл улетучился и осталось лишь безумие. Томительная мука и безудержная страсть, готовая в любой момент вырваться наружу.

Вот тебе и секс на пыльной дороге, пронеслось в голове, когда Андреас все же повалил ее на землю и оба начали беспорядочно срывать друг с друга одежду, как дикие звери, терзающие свою добычу.

Андреас простонал, увидев ее спелую грудь. Их руки путешествовали по телам друг друга, их губы, языки – все сплелось в едином вихре сладостных ласк. Сексуальное безумие, охватившее обоих, заставившее позабыть о всяком здравом смысле, закружило их в урагане безудержной страсти…

– Ты всегда была чаровницей, – прошептал Андреас, склоняясь над ней.

И наконец тела их слились воедино. Андреаса словно охватила любовная лихорадка. Если бы Луиза не была уверена в обратном, то подумала бы, что Андреас не занимался сексом все пять лет. Он горел, он дрожал, он целовал ее так, что Луиза могла только вонзить ногти в его спину и поддаться его сладкой жестокости, которой она жаждала ничуть не меньше…

Реальность обрушилась на них позже, когда все кончилось. Ужасная тишина, наполненная сознанием того, что только что произошло. Она остудила их пыл, заставив задуматься о том, что же делать дальше.

– Слезь с меня, – прохрипела Луиза.

Андреас встал и, отвернувшись, начал одеваться, позволив Луизе сделать то же самое. Он слышал, как шуршала ее одежда, когда она надевала майку и брюки.

А потом все замерло. Новая тишина обняла их. Как он сможет теперь смотреть в глаза Луизе? Что сказать женщине, которую он только что повалил на землю и взял самым примитивным способом из всех известных?

Его жене. Матери его сына…

Андреас повернулся к ней и протянул руку в нелепой попытке помочь подняться. Луиза не приняла его руки. Она встала. Ее волосы и одежда были покрыты пылью. Она так дрожала, что казалось, снова упадет.

– Я…

– Не надо, – остановила его Луиза.

Андреас справился наконец с дыханием. Она права. Слова сейчас вряд ли решат что-нибудь. И все же он не удержался от комментария.

– Мы ведь всегда теряли голову, оказываясь рядом, правда?

Сарказм в его голосе задел Луизу. Она занесла руку, чтобы ударить его, но Андреас успел перехватить ее.

– Нет. Ты не ударишь меня, потому что это правда, Луиза.

– Ненавижу тебя! – прошептала она, высвободив руку, и отвернулась от него. – Как мы могли это сделать? Как могли наброситься друг на друга вот так?

– Так было всегда.

– А разве это нас оправдывает?

Андреас только пожал плечами. Он хотел Луизу с того самого момента, как она сошла на берег с парома. И даже если он и сожалел о том, что оба поддались соблазну, внутри у него уже вспыхнула новая волна желания снова быть с ней…

Андреас бросил беглый взгляд в сторону, где стояла Луиза – грустная, дрожащая, униженная. И красивая, подумал Андреас. Такая красивая, пусть даже с растрепанными волосами и в испачканной одежде.

– Ч-что, если я снова забеременею? – Вопрос прозвучал неожиданно. Андреас никак не ожидал услышать его.

– Ты говоришь так, чтобы наказать меня.

– Нет! – донеслось до его ушей.

А затем он произнес слово, от которого Луиза вся сжалась.

Она развернулась и пошла от него прочь. Горло саднило, слезы стыда текли по щекам. Когда она почувствовала, что Андреас приближается, то вся напряглась, ожидая, что он снова схватит ее. Но он не схватил.

Они молча шли рядом в ночной тишине, и с каждым шагом стыд все больше сковывал Луизу. Она не смотрела на мужа, уткнувшись взглядом в землю. А когда оба дошли до дверей отеля, он остался у входа. Никто и не подумал пожелать друг другу спокойной ночи.

Уже оказавшись в постели, Луиза позволила себе расплакаться, сгорая от стыда и унижения, пока не провалилась в беспокойный сон.

Ее разбудил стук в дверь. Луиза автоматически встала с постели, заметила брошенную на полу одежду и поморщилась.

– Луиза! – раздался голос Джейми. – Пора завтракать! Я умираю с голоду!

– Иду, – слабо отозвалась она. – Встретимся внизу.

Схватив одежду, она дрожащими руками засунула ее на самое дно сумки, пряча доказательства своего преступления.

Но и это не помогло. Луиза отправилась в ванную и встала под душ, смывая с себя остатки ночного приключения. Она ненавидела Андреаса, но себя презирала еще больше.

Через десять минут Луиза вышла к брату, собранная и готовая встретить новый день во всеоружии. Солнце уже встало и сейчас золотило кристально-голубой океан. Они сидели за столиком ресторана и планировали, как проведут день, когда кто-то пошел им навстречу со стороны парковки. Подняв глаза, Луиза едва не подавилась.

К их столику шла ее свекровь.

– Луиза, дорогая! – Изабелла Марконос лучезарно улыбалась. – Джейми, малыш мой, как ты вырос с тех пор, как мы виделись в последний раз!

Покраснев, Джейми поднялся, позволил женщине поцеловать себя в обе щеки и, извинившись, вышел из-за стола. Он договорился съездить в город с сыном Янниса Пьетросом.

– Годы летят так быстро, – прощебетала Изабелла, как только брат Луизы скрылся из виду.

Луиза ничего не ответила, и тогда ее свекровь заняла место Джейми за столом и посмотрела на невестку.

– Андреас покинул остров, – сообщила она. – Он заехал на могилу Никоса рано утром, потом сел в вертолет и улетел…

ГЛАВА ПЯТАЯ

Андреас уехал?…

Луизе пришлось приложить немало усилий, чтобы сохранить спокойное выражение лица.

– Он очень злится на меня, – пояснила Изабелла. – А судя по тому, как ты на меня смотришь, ты тоже злишься на меня.

Разве об этом говорит ее взгляд? Что ж, это лучше, чем выглядеть разбитой и несчастной.

– Вы не имели права вмешиваться.

– А когда это я не вмешивалась в ваши отношения? – парировала пожилая женщина. – Кто, если не я, помог бы вам разобраться во всем? Вы были детьми, которые решили поиграть во взрослых. Вам нужен был кто-то, кто мог бы направлять вас.

Направлять! Луиза с трудом сдержала смех. Да между ней и Андреасом было такое сильное влечение, что едва ли кто-то смог бы с этим сделать хоть что-нибудь. И, судя по прошлой ночи на холме, это влечение никуда не делось. И если Изабелла хотела, чтобы они были практичными реалистами, почему тогда вела себя так?

Разумеется, Изабелла очень практично предложила Луизе прервать беременность. Девушка вся в слезах пришла к Андреасу, и тот заставил мать извиниться перед молодой невесткой. Когда Нико появился на свет, мать Андреаса заявила, что лучше ей воспитывать внука, пока Луиза закончит образование в Англии. И снова Луиза в слезах пришла к Андреасу, и тот снова поругался с матерью.

– Это ведь я предложила тебе приезжать на могилу Никоса, когда Андреаса здесь нет, – заявила Изабелла. Да, это был единственный совет, с которым Луиза не могла не согласиться. – И лишь мне пришло в голову, что такая ситуация не может больше продолжаться.

Луиза сидела и смотрела на эту пожилую, но все еще красивую гречанку, в груди у которой скрывалось стальное сердце. Она размышляла, какое практичное решение предложит Изабелла на этот раз, когда ее сын сообщит, что его жена может быть снова беременна от него?

– Вам обоим пора начать новую жизнь, – продолжила Изабелла, не зная, какие мысли роятся в голове Луизы. – Мне совершенно очевидно, что ни один из вас не сможет этого сделать, пока не справится с прошлым.

– Поэтому вы решили устроить мне очную ставку с Андреасом?

– Вам нужно было встретиться лицом к лицу и понять, что вы уже не те молодые люди, какими были раньше. Самим увидеть, как далеки вы стали друг от друга!

Луиза снова вспомнила события прошлой ночи.

– Мы очень полюбили тебя, Луиза, – говорила Изабелла своим сладким вкрадчивым голосом. – И для нас было страшным ударом, когда тебя и моего сына развел такой ужасный поворот судьбы. Я бы очень хотела, чтобы ты и Андреас снова были счастливы – нашли бы каждый свою пару, родили бы детей, чтобы заполнить пустоту, образовавшуюся, когда погиб наш дорогой Нико…

Луиза не могла не согласиться с этими желаниями. Она сама хотела бы снова стать счастливой. Но как можно быть счастливой рядом с кем-то еще, если мужчина, которого она любила с семнадцати лет, до сих пор вызывает в ней такие бурные эмоции?

– Вам обоим пора отпустить друг друга.

То, каким тоном Изабелла произнесла эти слова, заставило Луизу обратить внимание на свекровь.

– Вы хотите, чтобы я перестала приезжать на остров.

С минуту Изабелла не произносила ни слова, чтобы придать своему ответу побольше значимости. Она встала из-за стола и подошла к Луизе. И произнесла, поцеловав ее в щеку:

– Пора.

И женщина ушла, оставив Луизу подумать над словами жестокой правды.

Андреас уже покинул остров, дав понять, что намерен отпустить ее. А его мать предпочла бы, чтобы после своего отъезда Луиза больше не возвращалась сюда.

Луиза встала, вся дрожа, несмотря на жару. Андреас уехал. Его мать не хочет, чтобы она находилась на острове. Наверху, на холме, в саду, стояла маленькая часовня, и там был похоронен ее сын. Нужно ли Никосу, чтобы она приходила туда? Он жил и всегда будет жить в ее сердце, но…

Это «но» потерялось в следующей мысли, промелькнувшей в голове. Прошлой ночью она совершила очень глупый поступок, последствием которого может стать беременность.

Час спустя она уже была в городе, где нашла аптеку с бело-зеленым крестом над дверью. Слезы стояли в глазах. Луиза прикрыла дрожащие губы рукой. Она знала, что не сможет войти в эти двери и спокойно попросить противозачаточную таблетку, когда внутри нее, может, уже зарождается крошечное создание, взывающее к жизни.

Малыш – часть ее, часть Андреаса и даже частичка их первого сына. Как могла Луиза принять таблетку, когда после вчерашней ночи в ней, возможно, уже зреет новая жизнь?

Позволив природе принять решение, Луиза развернулась и пошла прочь. Судьба не может быть так жестока, чтобы снова позволить ей забеременеть.

Разве не говорят, что в одну реку нельзя войти дважды?

Следующие несколько дней Луиза провела в обществе Джейми. Она была тихой и отстраненной, но брат слишком наслаждался отдыхом, чтобы заметить это. Каждое утро они вместе завтракали, потом ходили в часовню на холме, где Луиза общалась с умершим сынишкой.

Остаток дня проходил почти всегда одинаково. Луиза загорала в шезлонге под зонтиком, пока Пьетрос, сын хозяина отеля, показывал Джейми, как кататься на серфе или на кайте. Иногда мальчикам позволяли прокатиться с ветерком и на скутере.

Луиза старалась не думать об Андреасе. И не мучить себя мыслями о том, что произошло между ними той ночью на холме. Она пыталась не сомневаться в решении, принятом у дверей аптеки. Это ни к чему не приведет.

Но были и дни, когда слова Изабеллы всплывали в памяти, и Луиза принималась ходить по пляжу, чтобы расслабиться и побороть ужасные эмоции. Побороть, так как в глубине души понимала, что Изабелла права. Пора забыть о прошлом, отпустить воспоминания. Покинуть остров.

Попрощаться с Никосом.

И забыть его отца.

Одетая в бледно-голубую юбку и белый летний топ, Луиза сидела на каменной скамеечке рядом с крошечной могилкой сына, увенчанной надгробием из белого мрамора. Сегодня был день пятой годовщины его смерти, и Луиза была рада, что смогла уговорить Джейми отправиться с Пьетросом на рыбалку.

Ей нужно было побыть наедине с Никосом.

Луиза смотрела на надгробье. В ее глазах отражалась вся любовь к мальчику, который ушел из жизни так рано. Часовня на холме была самым прекрасным местом на свете, думала она. Вокруг цвели сады, пели птицы, в воздухе пахло жасмином. Крест небольшой часовни уходил в небо.

Никоса крестили именно здесь. В этой самой часовне венчались и Андреас с Луизой в присутствии любопытствующих островитян. Луиза была самой скромной и краснеющей невестой из всех, кого здесь видели. Она уже носила ребенка Андреаса и потому считала, что все смотрят на нее, как на…

Бесполезное воспоминание. Теперь это уже неважно. Не имеет значения, что думают о ней другие. Луиза старалась сосредоточиться на том, что происходит здесь и сейчас. Ей предстоит еще принять болезненное решение.

Сможет ли она через несколько дней, когда придет паром, уехать с острова и никогда больше не возвращаться?

Она сидела, наклонив голову и позволив густым светлым волосам скрыть свое лицо. Все так сложно, так больно… Она хотела бы думать о Никосе, но почему-то думала только о себе, о своей судьбе. Что с ней такое? Что происходит у нее в голове?

Неожиданно какая-то тень закрыла солнце. Подняв глаза, Луиза увидела, что перед ней стоит высокий, статный мужчина. Солнце не давало ей разглядеть лицо, но Луиза уже знала, кто это.

– Когда ты вернулся?

– Сегодня утром. Мне пришлось улететь так быстро, потому что возникли неотложные дела, но…

Андреас не договорил, словно жалея, что вообще произнес что-то. Он засунул руки в карманы, и Луиза поняла, что ему неловко.

Неловко находиться здесь с ней. Она смотрела на могилку их сына, на игрушечную машинку, которой здесь не было еще вчера, а значит, Андреас уже побывал здесь сегодня.

Рано… Чтобы случайно не столкнуться с ней. Прошло уже пять лет, а он все не может находиться рядом с Луизой.

– Нам нужно поговорить.

– Не сегодня, Андреас, – тихо отказалась она.

– Мама сообщила мне о вашем разговоре и о том, что она тебе сказала. Она…

К черту постоянно вмешивающуюся Изабеллу!

– Ты купил новую машинку, – сменила она тему.

– Я не хочу, чтобы ты ее слушала. Она…

– Снова «феррари», – перебила Луиза. – Черную, а не твою любимую красную.

– Никого не касается, что ты или я…

– Думаешь, ты уже слишком стар для красной, да?

Склонившись, Луиза взяла в руки игрушку. Грустная улыбка озарила ее лицо. Каждый раз, когда она приходила сюда, машинка менялась на новую. Это всегда затрагивало невидимые струны ее души, потому что Луиза знала, что это Андреас привозит их сюда.

– Это для разнообразия, вот и все! – ответил он и добавил нетерпеливо: – Ты меня слушаешь, Луиза? Нам нужно…

– Ты лжец, Андреас Марконос! – неожиданно взорвалась она. – Решил, что кричащие красные машины подходят только для горячих молодых парней, а ты теперь повзрослел, поэтому купил черную. Никос был бы…

– Не смей так со мной говорить! – прогремел Андреас.

– Как?

– Как будто он еще жив…

Дрожа, Луиза вернула машинку на место. Молитвенно сложив руки на коленях, она не произнесла ни слова. Андреас прав. Она всегда говорила о Никосе так, словно малыш был рядом. Иногда так часто, что возникало ощущение, что их мальчик все еще жив…

Шумно вздохнув, Луиза встала и пошла в дальний конец сада, словно все вокруг давило на нее и только там она могла найти успокоение.

Андреас подошел к ней.

– Прости. Я не собирался на тебя орать. – Луиза махнула рукой. Ее эмоции не имели отношения к тому, как он говорил с ней.

Уголки ее губ опустились в грустной гримасе.

– Ты часто приходишь сюда? – спросила она тихо.

– Каждый раз, когда приезжаю на остров.

– Но здесь твой дом.

Андреас не ответил. Он действительно жил здесь. А она – нет.

– А я последний раз прихожу сюда, – вздохнула Луиза, озвучив решение, которое не могла принять много дней.

– Не глупи! – возразил Андреас. – Я пытался сказать, чтобы ты не поддавалась влиянию моей матери.

– Но она права. Настало время и мне отпустить прошлое…

– Время? – хмыкнул он. – Какое оно имеет отношение к тому, что мы оставляем позади, когда нам пора уходить?

– Ты чувствуешь то же самое? – Луиза заглянула в глаза Андреаса, увидев перед собой совсем не того, кого ожидала увидеть.

До сегодняшнего дня Луиза видела Андреаса не так ясно: его то скрывало солнце, то тень, то сумерки. Глядя на него сейчас, Луиза поняла, что тот молодой человек, в которого она когда-то влюбилась, исчез – навсегда.

– Конечно. Или ты считаешь, что я сделан из камня?

– Да! – импульсивно выкрикнула Луиза.

Она только сейчас осознала, для чего Изабелле нужно было, чтобы они встретились лицом к лицу. Обычная скромная англичанка и властный богатый грек принадлежали теперь к совершенно разным слоям. Если бы они встретились впервые пару недель назад, Андреас вряд ли бы даже взглянул в ее сторону.

Луиза обхватила себя за плечи.

– Как ты могла даже подумать о том, чтобы навсегда покинуть нашего сына?! – возмущенно воскликнул Андреас.

– Разве не ты сейчас сказал мне, что его уже нет в живых? – напомнила Луиза. – Но ты прав, – добавила она, заметив, что Андреас собирается возразить. – Никос давно ушел. И не имеет смысла приезжать сюда, когда я точно знаю, где могу найти сына, если захочу.

– Смотри на меня, когда говоришь это. Посмотри мне в глаза и скажи, что это место, этот остров, эта маленькая могилка на холме больше ничего для тебя не значат!

– Я так и не говорила! И почему ты так на меня злишься? Несколько дней назад ты сказал, что даже не знал о моих визитах сюда!

– Это к делу не относится. Я хочу сказать, что мы здесь не затем, чтобы обсуждать мои ошибки, мы…

– Значит, ты знаешь, что можешь ошибаться?… – Андреас отвернулся от нее так же резко, как и в ту ночь, когда они снова стали близки на холме.

– Как только мы похоронили Никоса, ты уехал от меня.

– Здесь было слишком много людей, – угрюмо сказал он. – А мне нужно было побыть одному.

– А мне, по-твоему, не нужно было одиночество?

– Я мужчина. Для женщины нормально плакать на глазах у всех, а мужчина должен оставаться сильным и поддерживать жену.

Луиза рассмеялась.

– Здесь ты точно не преуспел, Андреас. – Он сжал руки в кулаки.

Да. Он глубоко ранил Луизу в тот день, когда бросил ее одну, и теперь она злорадствовала, что может хотя бы так отомстить ему. Даже сейчас, через пять лет, она не могла простить ему этого предательства.

Они поссорились по телефону в тот день, когда Никос упал. Андреас говорил, что не может пропустить важную деловую встречу в Афинах. Он настаивал, что у него нет выбора. Она говорила, что всегда есть выбор и что он выбрал дурацкую встречу, хотя обещал провести с сыном целый день на пляже. Луиза тогда бросила трубку и решила сама взять Никоса на пляж.

И стоило ей опустить голову, как она упустила Никоса из виду. Мальчик бежал по пыльной дороге к стаду коз, пасущихся на холме. Луиза до сих пор помнила, как кричала:

– Осторожней, Никос!

И все же одна из коз отбилась от стада и встала на пути малыша…

– Ты уехал, потому что считаешь меня виноватой в том, что произошло, – прошептала она.

– Нет.

Луиза не верила своим ушам, в ее глазах читалось удивление. Как он может не винить ее, если даже она сама считает себя виноватой?

– Это не твоя вина, – покачал головой Андреас. – Это был несчастный случай.

– Куда ты поехал отсюда?

– В нашу квартиру в Афинах. Я просто оставался там. А когда вернулся, ты уже уехала к родителям.

– Две недели, Андреас! – напомнила она. – Я ждала тебя целых две недели!

В его глазах не было прощения.

– Ты, дорогая моя, дала мне только две недели, чтобы прийти в себя, а потом ушла…

Опять назревал скандал? Луиза могла бы сказать ему больше. Напомнить мужу, что он ни разу не позвонил ей, пока она жила в Англии, и не поинтересовался, как у нее дела. Она могла бы даже объяснить, почему вернулась через шесть ужасных недель и не застала его дома. Как полетела в Афины, вошла в их квартиру и стала свидетелем того… Андреас сделал все, чтобы вычеркнуть ее из своей жизни.

Слава богу, теперь все это в прошлом. Между ними все кончено. Было кончено еще пять лет назад. И именно это превращало произошедшее ночью на холме во что-то постыдное. А с последствиями той ночи Луизе придется столкнуться уже дома…

Она взглянула на часы.

– Я договорилась встретиться с Джейми через десять минут, – соврала Луиза и ушла прочь.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Андреас, нахмурившись, смотрел ей вслед, чувствуя, что готов взорваться.

Винить Луизу в смерти сына? Он до сих пор не мог поверить, что она так сказала. Как она могла подумать, что он может обвинять ее в том, в чем виноват он, и только он?!

Развернувшись, Андреас взглянул на океан. В тот день он должен был быть на пляже. Должен был выполнить свое обещание жене и сыну вместо того, чтобы строить из себя большого босса, который поставил бизнес выше семьи.

Что ж, Андреас хорошо усвоил этот урок. Луиза ни разу не ответила ни на один его звонок, когда он звонил ей в Англию. Она выключила мобильный. А когда он полетел к ней в Англию, его встретили ее родители и, глядя на него, как на убийцу, заявили, что их дочь не желает ни видеть его, ни говорить с ним. После такого удара Андреас вернулся в Афины и следующие несколько дней беспробудно пил.

Оглянувшись, Андреас увидел, как Луиза поцеловала кончики пальцев, а затем приложила их к надгробью сына. У него в этот момент пересохло в горле. Она так трогательно склонилась над могилкой, что у Андреаса невольно сжалось сердце.

Что же будет дальше?

Для них пока еще ничего не закончилось. И чем скорее Луиза смирится с этим, тем лучше для обоих.

Луиза была еще у могилы, когда фигура Андреаса выросла передней.

– Я отвезу тебя в отель.

– Я могу дойти пешком, – отказалась она.

Возникла неловкая пауза. Потом Андреас склонился так близко к ней, что Луиза могла почувствовать тепло его тела. Его голос окутывал, как шелк.

– Возможно, мне следует заметить, что отец Лукас наблюдает за нами с порога часовни, – промурлыкал он. – Хочешь дать ему свежий повод для сплетен о нас? Тогда устрой скандал прямо на могиле нашего сына.

Последняя фраза вернула Луизе здравый смысл. Украдкой взглянув на часовню, чтобы удостовериться, что Андреас не соврал и священник действительно смотрит в их сторону, девушка кивнула.

– Ладно. Можешь меня подвезти.

– Спасибо, – снисходительно улыбнулся Андреас и потянулся, чтобы поправить и без того ровно стоящую на могилке игрушечную машинку.

Комок встал в горле, когда она увидела этот жест. То, что он поправил машинку, значило для него, пожалуй, то же самое, что для Луизы ее недавний прощальный поцелуй.

Теплый чарующий аромат его одеколона окутал Луизу. Солнце блестело в темных волосах мужа, придавая ему необыкновенный шарм. Он взял ее за руку, и Луиза постаралась не заметить, как тепла его кожа.

– Пойдем, – позвал Андреас и увлек жену за собой к воротам, которые вели на парковку.

– М-мы должны пойти и поговорить с отцом Лукасом, – пробормотала Луиза сквозь приближающиеся слезы.

– Он не станет мешать нашему уединению, особенно сегодня. Если, конечно, ты не хочешь спросить его, как быстро святой отец сможет организовать для нас повторение наших клятв перед алтарем.

Луиза совершенно не ожидала такого поворота событий. К глазам подступили предательские слезы. Нужно постараться держать себя в руках, чтобы отец Лукас не заметил ее состояния.

– Сделаю вид, что ничего не слышала, – прошипела Луиза сквозь зубы. – Тогда тебе не придется вытирать кровь с пиджака!

– Значит, тебе не понравилось мое предложение снова произнести наши клятвы перед алтарем? – легко произнес Андреас.

– Мне не нравится даже быть рядом с тобой!

– Жаль, что ты не думала об этом недавней ночью…

Луиза оставила попытки вести себя примерно и резко вырвала руку.

– Не понимаю, откуда в тебе столько наглой самоуверенности! Как можно шутить на эту тему!

– Я не шучу. – Андреас снова сжал ее руку.

– Тогда ты просто сумасшедший, если посмел подумать, что я хочу сохранить тебя как мужа!

– Ни один мой ребенок не родится вне брака! – заявил мужчина. – Значит, развод исключен, что оставляет нам… что же осталось?

Развод?…

Одним этим словом Андреас буквально сбил Луизу с ног. Она словно врезалась в кирпичную стену на огромной скорости. Она так часто думала о том, как расстаться с прошлым, но ни разу ей в голову не пришла мысль о разводе.

Интересно, почему?

Луиза остановилась.

Развод. Финал. Вот что им нужно! Это приведет к полному завершению всего. Освободит обоих. У них появится возможность жить так, как они захотят.

Так почему Луиза чувствовала себя вывернутой наизнанку?

Андреас встал напротив нее, положил свои руки ей на плечи.

– Перестань дрожать. Не похоже, что мы… – он резко оборвал предложение, нахмурившись, когда его пальцы коснулись ее разгоряченной кожи. – Долго ты сидела там, на солнце? – поинтересовался он.

Луиза отшатнулась.

– Я не беременна, – прошептала она.

– Я думал, у тебя больше здравого смысла и ты не станешь сидеть на жаре без зонтика. Теперь твоя чудесная кожа горит так, как если бы…

– Андреас, я не беременна!

Его пальцы застыли на ее плечах, в уголке губ дрогнул мускул. Он взглянул в ее глаза.

– А ты серьезно обеспокоена тем, что это может произойти. Иначе бы не стояла перед дверью аптеки на следующее утро, явно сомневаясь, какое решение принять.

На сегодня слишком много неожиданностей, решила Луиза. Ее грудь тяжело вздымалась и опускалась, пока она пыталась справиться с дыханием.

– Ты следил за мной!

Андреас даже не пытался этого отрицать, просто взял ее за руку и подвел к машине – черному «феррари», маленькую копию которого он положил на могилу сыну. Он открыл перед Луизой дверцу.

– Залезай, – только и сказал он.

Луиза развернулась, чтобы яростно возразить, но встретила холодный взгляд мужа и поняла, что, пока его не было на острове, Андреас принял несколько важных решений, касающихся их обоих.

– Зачем? – испуганно спросила она. Андреас посмотрел на нее с раздражением.

– Затем, что я не обязан стоять здесь и ссориться с тобой!

– Не будь таким…

Он прижал жену к себе и впился губами в ее рот. Это был злой, страстный, дикий поцелуй. Поцелуй, который должен был заставить ее замолчать. Поцелуй на пыльной парковке, когда солнце, стоявшее в самом зените, нещадно пекло обоих.

– Это, – прошептал Андреас, оторвавшись от ее губ, – для отца Лукаса. А теперь залезай в чертову машину, пока я совсем не потерял голову.

Шокированная больше оттого, что она совсем позабыла о наблюдающем за ними священнике, стоящем на пороге церкви, Луиза опустилась на переднее сиденье. Она сделала вид, что не заметила, каким жадным взглядом Андреас посмотрел на ее ноги, когда юбка задралась, обнажив изящное бедро, бледное, как луна. Она поспешно одернула юбку.

Андреас захлопнул за ней дверцу. Луиза наблюдала за каждым его движением – ловким и грациозным, как у пантеры.

– Зачем ты следил за мной? – спросила она, как только Андреас завел мотор.

– Я сам не следил. Мне нужно было улететь в Афины на несколько дней. Ночью мы насладились незащищенным сексом, и я не был уверен, что ты будешь делать, когда пройдет первый шок. Поэтому попросил моих людей проследить за тобой.

Своих людей?

– С какой целью? – бросила Луиза. – Чтобы остановить меня, если я в отчаянии попытаюсь прыгнуть в пропасть? Или чтобы столкнуть меня, если я подойду к краю слишком близко?

– Я защищаю то, что принадлежит мне.

Как будто это должно было что-то значить для Луизы.

– Я тебе не принадлежу.

– Ты мне жена, и ты моя, как и ребенок, которого ты носишь в своем животе.

– Если ребенок есть, Андреас! Если он есть…

– Ты могла бы уже быть уверена в том, что ребенка нет, Луиза, но все же решила не предпринимать никаких решительных шагов.

– Я не стану извиняться за свое решение, – вспыхнула Луиза.

– Разве я прошу извинений? – удивился Андреас.

– Но ты намекнул.

– Тогда прости. Я не хотел произвести такое впечатление.

– Как твои люди узнали, что я пойду в аптеку?

– А они и не знали. Они лишь сообщали мне о твоих передвижениях, а я делал выводы.

– Значит, ты хорошо представляешь себе, что такое противозачаточная таблетка, которую принимают после секса.

– Как и ты. Вообще-то, – признался Андреас, – я думал, ты пойдешь в аптеку за тестом на беременность. А потом мне показалось, что ты можешь быть слишком расстроена и примешь другое решение.

Луиза застыла на месте. Она была поражена, как ей самой не пришло в голову купить тест на беременность!

– Отвези меня в город, и я прямо сейчас куплю тест!

– И дашь островитянам очередной повод для сплетен?

У него был ответ на все. Удобно устроившись в кресле, Луиза несколько минут просто молчала и только потом, заметив, что они выехали не на ту дорогу, сказала:

– Ты не туда едешь. Отель в другую сторону.

Андреас молчал. Он смотрел на дорогу, демонстрируя ей чеканный профиль.

– Андреас…

– Я знаю, куда еду.

– Но мне нужно в отель, – настаивала Луиза. – Я встречаюсь с Джейми через пять минут, а ты…

– Лгунья, – перебил он. – Я встретил Джейми в городе сегодня утром. Он на весь день уехал рыбачить с сыном Янниса.

Луиза замолчала. Андреас повернул голову и заметил виноватое выражение на ее лице. Луиза была поймана на лжи.

– Джейми поступил по-братски и велел мне держаться от тебя подальше, – холодно добавил мужчина.

– О, только не это! – Простонав, Луиза закрыла глаза.

– Джейми имел полное право так говорить, – возразил Андреас. – Я уважаю парня за это.

– И что ты ему ответил?

– Вежливо попросил не вмешиваться. Потом одолжил ему немного денег, потому что мальчишка вертелся у дверей закрытого банка, а банкомат не работал.

– Джейми взял деньги – у тебя?!

То, что Луиза ему не верила, заставило Андреаса поморщиться.

– Не без возражений, – признался он. – И потом он рассказал мне о хорошем парне по имени Макс Ландрю…

В машине с открытым верхом было прохладно, но в это мгновенье Луизе показалось, что воздух застыл. Стало невыносимо жарко. Луиза наградила Андреаса холодным взглядом и поджала губы, отказываясь отвечать.

Напряжение между ними становилось почти осязаемым.

– Кто он? – спросил Андреас, когда понял, что Луиза не скажет ни слова.

Она помедлила с ответом.

– Это тебя не касается.

Андреас шумно выдохнул, заставив Луизу взглянуть на себя.

– Может, и касается, если ты спала с ним до отъезда.

– Что, прости? – изумилась она.

– Если ты беременна, – пояснил Андреас, – возможно, мы столкнемся с проблемой определения отцовства. Очень запутанно.

– А с кем ты спал в последний месяц? – парировала Луиза.

Андреас нахмурился.

– Моя сексуальная жизнь – не твоя проблема.

– Если ты был таким же безответственным, как со мной, то может статься! Кстати, очень интересно, – прошипела Луиза, – две из твоих последних любовниц забеременели в одно и то же время… как тогда быть с твоим утверждением, что твои дети не рождаются вне брака, Андреас? Выгонишь жену и женишься на любовнице?

– Мы обсуждаем твои отношения с Ландрю! – Андреас нахмурился. – Джейми сказал, парень готов на тебе жениться.

– Что ж, мне повезло, – усмехнулась Луиза, ругая мысленно брата. – Хочешь знать, кого я выберу? Бесполезного мужа или потрясающего любовника?

Длинные пальцы сомкнулись вокруг руля, когда она бросила ему в лицо оскорбление, усомнившись в его сексуальных талантах.

– Я серьезно.

– Что ж, а я серьезно не собираюсь беременеть, – отозвалась Луиза. – Но если мне не повезет и я узнаю, что мы зачали ребенка в ту ночь, то я серьезно не планирую снова играть роль твоей ненужной женушки!

– Скажи это нашему сыну!

Стон сорвался с губ Луизы, заставив Андреаса с беспокойством взглянуть в ее сторону.

– Скажи Никосу, что ты не готова пожертвовать всем ради его братика или сестрички так, как сделала это ради него.

– И кто теперь говорит о Никосе так, будто он еще жив? – бросила Луиза. – К тому же тебе должно быть стыдно за такие слова!

Тяжело дыша от негодования, она отвернулась. Повисла тишина. Они почти доехали до дальнего конца острова, когда Андреас свернул с дороги и повел машину через лес.

Они остановились на пыльной тропе. Двигатель заглох. Луиза боролась с подкатившими к горлу слезами. Андреас вышел из машины и обошел ее. Открыл дверцу со стороны Луизы, но та молча сидела на месте, даже не шевелясь. Рука, потянувшаяся, чтобы отстегнуть ремень безопасности, коснулась ее щеки и заставила Луизу отодвинуться. Андреас со злостью выругался, прекрасно понимая, что значит эта реакция.

– Я хочу вернуться в отель, – упрямо заявила она.

– Ни за что. – Его пальцы сомкнулись вокруг ее руки и потянули Луизу на улицу. То, что из-под юбки снова показалось нежное бедро, никак не повлияло на настроение Андреаса, но что-то в нем изменилось. Она заметила, как потемнело его лицо и сжались белые зубы. В каком-то смысле увлекательно было видеть, как он теряет контроль над собой. Как тот, прежний Андреас, горячий ревнивец и собственник, который шесть недель не показывал Луизу своим греческим друзьям.

– Пусти. Мне больно.

Но Андреас лишь сильнее потянул ее за собой к дому, который Луиза совершенно не заметила. Он не ослабил хватку.

– И грубияны меня совсем не привлекают.

– Заткнись! – Андреас остановился у входа.

Дом казался новым, заключила Луиза, стараясь подавить любопытство, когда он повернул ключ в замке. Луиза не успела даже ничего разглядеть, как Андреас уже впихнул ее внутрь. Только когда плотно закрыл за собой дверь, он отпустил Луизу.

Потирая запястье, она оглянулась по сторонам и обнаружила, что находится в просторной прихожей, по обе стороны от арки которой виднеются двери в комнаты.

Пахло свежей краской и клеем, мебель еще блестела лаком.

Луиза была совершенно поражена тем, что стоит здесь, хотя может развернуться и уйти. И никто ее не удержит! В какой-то момент она даже повернулась было, но, вспомнив, что до отеля еще около четырех миль пути, а на улице невыносимо жарко, передумала.

Да и любопытство взяло верх. Кому принадлежит этот дом?

Луиза не стала спрашивать об этом Андреаса. Движимая любопытством, она прошлась по дому, заглядывая в каждую комнату. Большинство оказались спальнями. Некоторые были обставлены, другие – еще совсем пустые. Наконец Луиза очутилась в просторной светлой комнате с окнами во всю стену, из которых открывался чудесный вид на океан. В центре нее стояли, еще в упаковке, пара больших диванов, а на одной из стен висела плазменная панель.

Во всем доме чувствовалась атмосфера новизны и необжитости. Луиза открыла очередную дверь и оказалась в кухне. Очень большой, очень стильной и очень… белой. На круглом деревянном столе валялся пиджак Андреаса. Сам он стоял в лоджии с видом на океан.

– Чей это дом? – не выдержала Луиза.

– Мой, – просто ответил он.

А было так любопытно! – разочарованно подумала Луиза, краем глаза взглянув на холодильник в углу. Она почувствовала внезапный приступ жажды, когда посмотрела на мускулистый торс Андреаса, и поспешно отвернулась. Подошла к холодильнику, открыла его и обнаружила, что тот забит под завязку. Продуктов было много, и все они были такого качества, что могли бы удовлетворить самый взыскательный вкус.

Луиза достала бутылку воды и, не заботясь о бокале, открыла ее и начала жадно пить. А когда снова вернула бутылку на место, обнаружила, что Андреас не сводит с нее глаз.

Сердце замерло в груди. Луиза закашлялась. Андреас взглянул на ее губы, заметив, что на них застыли капли воды. Кожа Луизы вся покрылась мурашками, выдавая ее чувства и желания. Она совсем не удивилась, заметив, как Андреас приближается к ней с грацией голодной кошки.

Между ними всегда было это странное влечение… дар заряжать все вокруг сексуальной энергетикой. Это случилось при сходе с парома. Это случилось на холме. Это дважды случилось сегодня, когда ее юбка обнажила изгиб бедра. И вот теперь снова, когда на ее губах застыли капли воды…

Луиза слизала их кончиком языка. Она почувствовала, как напряглись под топом ее соски, но не в силах была даже прикрыться. Андреас словно заворожил ее.

– Жарко, – произнесла она, надеясь, что это напряжение между ними исчезнет.

Не помогло.

– Долго ты была в часовне, прежде чем я приехал?

– Не понимаю, почему это так важно, – отмахнулась Луиза, недоумевая, почему же Андреас так хорош, так притягателен…

– Важно, если ты перегрелась на этом чертовом солнце!

Он был прав. Луиза нахмурилась. Ей так отчаянно нужна была вода. Но теперь она чувствовала себя много лучше. Однако плечи горели, а значит, она все-таки провела слишком много времени на солнце.

– Какой заботливый у меня муж, – произнесла Луиза с насмешкой. – Но это на меня не подействует, Андреас. Я не собираюсь ничего тебе отвечать.

– Если я подниму тебя и уложу на этот стол, ты ответишь на все мои вопросы. Так что перестань делать вид, что я тебе безразличен. Ты загораешься, как спичка, всякий раз, когда смотришь на меня или я смотрю на тебя.

– Может, я реагирую так на каждого мужчину? – парировала Луиза, не желая признавать правдивость его слов. – Только подумай, сколько лет мне приходилось обходиться без твоей помощи!

– И это снова приводит нас к Максу Ландрю. – Андреас пошел в ее сторону.

– Я не собираюсь говорить с тобой о Максе! – упрямо объявила Луиза.

Она повернулась к холодильнику и тут же услышала движение за спиной.

– Почему нет?

Луиза почувствовала приступ тошноты.

– Мне нужно в туалет. – Андреас перехватил ее руку.

– Ты никуда не уйдешь, пока мы не закончим разговор.

– Не о чем нам говорить. – Луиза вырвалась и пошла прочь, стараясь идти ровно, хотя у нее отчаянно кружилась голова, но Андреас снова возник у нее на пути.

Луиза приложила руку к животу.

– Андреас, не…

– Или ты сама расскажешь мне о Ландрю, или я заставлю тебя силой! И заруби себе на носу, Луиза, ты не выйдешь из этого дома, пока я не узнаю все о твоих с ним отношениях.

– У тебя нет никаких прав вмешиваться в мою жизнь!

– Ты моя жена. Ты принадлежишь мне.

– Я не твоя вещь! – в сердцах воскликнула Луиза. – И когда ты это только усвоишь! Я перестала быть твоей пять лет назад, когда ты даже не удосужился приехать ко мне в Англию! А теперь, пожалуйста, отпусти меня!…

– Что ты имеешь в виду: не удосужился приехать к тебе? Ты сейчас нагло врешь мне прямо в лицо!

Сейчас не время, думала Луиза. Она готова была в любой момент расстаться с содержимым своего желудка, если не доберется хотя бы до раковины. Но что-то в его тоне заставило ее добавить:

– Ты даже не позвонил мне ни разу. Я все ждала и ждала, когда ты приедешь, но ты не хотел, так ведь, Андреас? А твой брат Алекс с удовольствием сообщил мне, что я была твоей ошибкой. Но я не верила в эти слова, пока после смерти Никоса не приехала в Афины и не застала тебя в объятиях другой женщины!

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Ну вот и все! Секрет, который Луиза хранила в сердце так долго и который рвал душу на части, раскрыт. И если бы она не была так расстроена, то, возможно, заметила бы, как Андреас буквально застыл на месте, услышав это заявление.

– Я н-ненавижу тебя за это, – прошептала Луиза. – И никогда не прощу, что ты так со мной поступил!

– Алекс… – его голос звучал хрипло, тяжко, – мой брат сказал тебе, что я…

Луиза кивнула, тут же пожалев об этом, потому что ужасный приступ тошноты снова сковал тело.

– А я была такой непростительно глупой, чтобы снова попасться в твою медовую ловушку. Но никогда – никогда больше! – я не стану снова принадлежать тебе! А теперь дай мне пройти…

Оттолкнув Андреаса, Луиза, прикрыв рот рукой, понеслась в одну из спален со смежной ванной.

Она едва успела склониться над унитазом, как ее вырвало. Комната перестала кружиться, и она умылась холодной водой и прополоскала рот. Закрыла кран и взглянула на себя в зеркало. И отшатнулась. Луиза была мертвенно-бледной, хотя чувствовала себя так, будто все тело горит огнем. Ее руки и плечи покраснели. Если бы она была у себя в номере в отеле, то нанесла бы на кожу лосьон после загара, но в этой ванной его не было.

Со вздохом Луиза взглянула на закрытую дверь. Она знала, что ей не избежать разговора с Андреасом. Рано или поздно придется выйти и предстать перед ним.

Она застала его у дверей в лоджию.

– Макс Ландрю был моим начальником и хорошим другом, но мы никогда не были любовниками, – начала Луиза без предисловий. – И я говорю тебе об этом по единственной причине. Если мне все же не повезло и я забеременела, я не хочу, чтобы у кого-либо возникали сомнения по поводу того, кто отец ребенка.

Андреас не потрудился ответить. Он даже не повернулся к ней лицом, а продолжал стоять и смотреть в окно, как будто вид интересовал его больше, чем ее слова. Луиза начала злиться. Мало того, что он притащил ее сюда против воли, а теперь еще и игнорирует? Это уж слишком!

Достаточно он уже посягнул на ее свободу.

– Я подожду тебя в машине.

– Я приезжал за тобой.

Луиза остановилась как вкопанная.

– Повтори.

Андреас повернулся к ней.

– Я приезжал к тебе в Англию, но ты не захотела меня видеть. – Он махнул рукой. – Я не собирался говорить тебе об этом, но ты открылась мне, и я решил, что могу сделать то же самое. Пять лет назад для нас обоих настал нелегкий период, и я знал, что тебе нужно время, чтобы смириться с… тем, что случилось. Но сколько времени, Луиза? – С его губ слетел вздох. – Ты скорбела, я понимаю. Я повел себя как эгоист после похорон Никоса. Я знал, что заслуживаю наказания за свое хамское поведение. Но отказаться видеть меня и даже не поговорить со мной? Заставить меня слоняться по Англии, как бездомную собаку, а после отправить восвояси, словно годы, проведенные вместе, ничего для тебя не значат?

Смущенная Луиза не понимала, что происходит. Она покачала головой.

– Но я не отказывалась видеть тебя.

– Я звонил, писал, но ты не отвечала ни на звонки, ни на письма.

– Нет. – Луиза не верила своим ушам.

Губы Андреаса скривились в горькой усмешке.

– Ты можешь врать себе, если считаешь нужным, но я-то знаю, что это было, дорогая моя. И в моей голове не укладывается, как можно настолько не знать прощенья, чтобы отвергать все мои попытки. А ведь мне потребовалось много времени – не мог смириться с тем, что между нами все кончено.

– Я не знала, что ты приезжал в Англию… – в ужасе прошептала Луиза.

Андреас усмехнулся. Луиза пошла ему навстречу, чувствуя, что весь ее мир летит в тартарары.

– Андреас… – она потянулась к нему. – Я правда ничего не знала! Ты приезжал – в Англию? Никто мне ничего не говорил об этом. С кем ты говорил? Почему тебе не сказали, где я?…

И тут наступило озарение. Луиза даже замерла.

– Мои родители?… – шепнула она.

Ее родители с таким рвением хотели забрать ее с этого острова. Им никогда не нравились богатство и власть Марконосов, и они были убеждены, что Андреас всего лишь воспользовался их неопытной дочерью в то лето. А когда Андреас уехал после похорон, он только подтвердил все их негативные представления о нем.

Да и его родственники не пытались скрыть облегчения, когда их невестка изъявила желание вернуться в Англию. К лучшему, сказали все, вам нужно оправиться от потери. И Луиза, поддавшись давлению, покинула остров, желая уехать подальше от всего и всех. Ведь ее любимый Андреас покинул ее в тот момент, когда она больше всего в нем нуждалась…

Неожиданно у Луизы подкосились колени. Она отодвинула стул и опустилась на него. Андреас снова повернулся и посмотрел на нее с холодностью и непрощающим блеском в глазах.

– Когда я приехала в Англию, я была… не в себе. – Лаура с трудом подбирала слова. – Очень расстроена. Нет, я была в истерическом состоянии. Врач посоветовал, чтобы я уехала подальше – отдохнуть.

– Ты была… в больнице?…

– Скорее, в частной клинике, – сказала она, избегая смотреть ему в глаза. – Если… когда ты приехал к моим родителям, они должны были сказать тебе, где я. Они обещали мне, обещали…

Значит, они лгали, лгали и лгали, твердые в своем намерении разлучить их! Все эти долгие, длинные, пустые дни и недели ожидания, когда же муж приедет за ней… Все эти ответы: «Нет, он не связывался с ними», когда Луиза задавала один-единственный вопрос – миллион раз! А как ее жалели…

– Хочешь сказать, твои родители врали мне? Зачем им это, черт возьми?!

Луиза почувствовала, как по спине побежали мурашки. Для нее это «зачем» было очевидно.

– Ты им не нравился.

– Мы были женаты! – парировал Андреас. – Нравился я им или нет, они не должны были вмешиваться. Мы были мужем и женой и только что потеряли сына… Мы нуждались друг в друге. Нужно просто ненавидеть человека, чтобы вот так разлучить его с любимой!

– Судя по всему, нашей разлуки жаждали не только мои родители, – устало продолжила Луиза. Она взглянула на мужа. – Я тоже писала тебе. И звонила сюда на виллу и в твой афинский офис, но мне всегда отвечали одно и тоже: тебя нет в стране… Твои родители, брат или секретарша передавали тебе какие-нибудь сообщения от меня?

На этот вопрос Андреасу не нужно было отвечать, Луиза и так знала, что никто ему ничего не передавал. И она поняла это только сейчас, но не тогда, когда все так жалели ее и сочувствовали ее горю… И скрывали от нее и от Андреаса то, что должны были сказать в первую очередь.

Луиза вздрогнула. Ими обоими манипулировали две семьи, которые намеренно старались сделать так, чтобы влюбленные расстались. Даже ее визиты на остров тщательно скрывались от Андреаса, чтобы он не смог встретиться с Луизой…

– Что ты говорила о моем брате?… – раздался глухой голос Андреаса.

– Алекс постоянно насмехался надо мной, а ты списывал это на братскую ревность. Я думала, ты прав. Но по крайней мере Алекс не скрывал своего ко мне отношения, а вот остальные строили из себя милых родственников, улыбались мне в лицо, а за спиной строили козни. Я знаю, что ты винил меня в смерти Никоса…

– Ты прекратишь так говорить? – Андреас вздохнул. – Я вовсе не виню тебя!

– Почему нет, если это действительно моя вина? – спросила Луиза с болью в голосе. – И в том, что все встали против нас, тоже виновата я, верно? Они заставили меня думать, что ты… – Она не могла продолжать говорить, потому что к глазам подступили слезы.

– Мне нужно побыть одному и разобраться в этом. – То, как внезапно он вышел из оцепенения, заставило Луизу встрепенуться.

– Андреас!…

Он уже был на полпути к лестнице, ведущей в прихожую, когда она догнала его. Андреас остановился, но не повернулся к ней.

– Прошу тебя… – взмолилась Луиза – не злись так, как раньше, когда тебе что-то не нравилось.

– Но ты расстроена.

– Конечно, расстроена. Как и ты. Но нам надо помнить – сейчас уже ничего не изменить…

– Они украли у нас пять лет!

– Да. – Ее голос дрожал. Но не только родственники разлучили их. Луиза подумала о женщине, которую видела с Андреасом. Эту тему Андреас очень осторожно избегал.

Его широкие плечи напряглись под голубой футболкой.

– Они не позволили нам исправить ошибки, которые мы наделали сами же… – Луиза прикрыла рот рукой.

– И решили, что мы должны приезжать на могилу сына по отдельности, когда нам следовало бы делать это вместе, – подытожил Андреас.

О, это было так непростительно жестоко!… – подумала Луиза, но вслух сказала:

– Полагаю, они считали, что так лучше для нас обоих в то время или…

– Ты сама-то веришь в это? – Андреас резко развернулся, сверля Луизу взглядом.

– И да, и нет! – Она беспомощно покачала головой. – Я не знаю, что и думать, – я все еще не пришла в себя, чтобы о чем-то думать.

– Что ж, зато я уже оправился, так что позволь мне разбираться с ситуацией. – Андреас снова повернулся к двери.

– И что ты решил? Сесть в свой вертолет и полететь в Англию, чтобы настичь там моих родителей? Я не хочу, чтобы ты дрался за меня с моими родственниками, Андреас. Предоставь это мне. И вообще мне больше не нужно, чтобы ты что-то для меня делал.

Зря Луиза это сказала…

Она поняла это в следующий момент, когда воздух между ними словно начал электризоваться. А потом Андреас заглянул в глаза Луизы, и она осознала, что его злость и боль превратились во что-то еще, в такое, чему она не нашла определения.

– Полагаю, мы немного отвлеклись от главной сути.

– Что ты имеешь в виду?

– Мы же начали обсуждать нашу… встречу на холме…

– Снова поспорим, беременна я или нет? – вздохнула Луиза. – Ради бога, одна ошибка не всегда приводит к беременности.

– Но так уже было! Мы лишь однажды забыли о предохранении, и получился Никоc. Был зачат красивый маленький мальчик. И организована поспешная свадьба.

Луиза закрыла глаза, пытаясь держать себя в руках, потому что уже знала, что последует дальше.

– Я ни за что не стану снова играть роль твоей жены, пусть мы снова и совершили ту же ошибку! – как отрезала она.

Только сейчас Луиза заметила, как близко подошел к ней Андреас. Смотреть на него в этот момент было все равно что поднести пальцы слишком близко к огню – опасно… Пытаясь спастись, Луиза попятилась от него и наткнулась на стену.

Он все равно подошел – лениво, неспешно, преградив ей пути к отступлению.

– Давай раз и навсегда покончим со всем этим, – прошептал он тихо и нежно. – И смотри на меня, пока мы будем разговаривать, дорогая моя, – добавил он, заметив, что Луиза закрыла глаза, чтобы только не видеть его. – Я хочу, чтобы ты поняла – я не собираюсь играть с тобой тут.

Луиза уже знала это. Понимала каждой клеточкой своего тела, что все происходящее с ними – не игра. Она попыталась набрать побольше воздуха, чтобы не потерять самообладания, но не смогла. Ее губы пересохли. И все же она смело подняла глаза на мужа. Сейчас, в такой близи, Андреас казался ей самым потрясающим и красивым мужчиной на свете…

– Ладно. – Луиза скрестила руки на груди. – Говори, что хочешь сказать.

– Ты не хочешь проливать кровь, и я тоже. Давай заключим сделку.

– Какую сделку?

– Ты станешь моей женой, во всех смыслах этого слова, а я постараюсь унять свое желание кровопролития.

– Это глупо! – воскликнула Луиза. – К чему говорить об этом сейчас, если ничего еще не известно? Когда я вернусь в Англию, то куплю тест на беременность. А здесь не буду этого делать! Я не хочу стать причиной очередного скандала в семье Марконос.

– Сейчас дело не только в твоей беременности. Я – слышишь? – хочу большего. Я хочу вернуть потерянные пять лет нашей жизни.

– Мы не можем ничего вернуть, Андреас… – устало проговорила Луиза.

– Тогда кому-то придется заплатить за эту потерю.

– О, перестань угрожать, как варвар! – отрезала Луиза. – Око за око, зуб за зуб – а я-то думала, это греки подарили человечеству цивилизацию.

Андреас улыбнулся.

– Молодец. Но ты не заставишь меня передумать. Или ты вернешься ко мне, или оба семейства заплатят за свои грехи. Итак, твой ответ?

– Я отвечу через пару недель. – Губы Луизы дрожали.

– Учти, я могу много чего натворить за пару недель, моя дорогая.

– Перестань называть меня «моя дорогая», когда пытаешься попросту шантажировать!

– Хочешь, чтобы я звал тебя по-другому?…

– Мне следовало бы догадаться, что ты снова сведешь все к одному…

– К сексу, – озвучил он. – Сейчас в одной из готовых спален, – предложил он. – Подумай. Нам с тобой когда-то было хорошо, когда мы часами могли сводить друг друга с ума. – Андреас коснулся рукой ее щеки. Мы могли бы еще раз насладиться прелестью незащищенного секса, не думая о вмешательстве…

– Что значит – «незащищенного секса»?

– Я думал, это очевидно. Я хочу, чтобы ты забеременела.

У Луизы перехватило дыхание.

– То есть ты хочешь ребенка?

– Я немного подумал после той ночи на холме. Можешь называть меня хамом, как угодно. – Андреас слегка коснулся ее губ. – Но я хочу снова посадить семя в твое лоно и на этот раз видеть, как оно растет.

– Прекрати! – Луиза отстранилась. – Это какое-то безумие.

– И даже еще хуже. Видишь ли, я стал желать именно этого гораздо сильнее, когда на горизонте появилось имя Макса Ландрю. И знаешь, почему?

Луиза покачала головой, даже не пытаясь понять, что происходит в голове этого безумца.

– Потому что сама мысль, что отцом твоего ребенка может стать другой мужчина, невыносима для меня. Тебе жутко повезло, что это я был с тобой в ту ночь!

– Господи, – прошептала Луиза. – не могу поверить…

– Тогда просто представь, что бы ты почувствовала сама, предположив, что я могу стать отцом ребенка другой женщины.

Эти слова прозвучали для Луизы раскатистым угрожающим громом. Она побледнела.

– Как ты можешь быть таким жестоким? – прошептала она.

Андреас взял ее лицо в свои ладони. Его пальцы были такими нежными, когда он заправил волосы ей за уши – как всегда делал, когда хотел извиниться…

– Да, я могу быть жестоким и примитивным, и это больно, так ведь? Тебя словно вывернули наизнанку, я прав? Моя мать свела нас здесь, чтобы мы увидели, что между нами не осталось ничего общего. Увы, она ошиблась. Потому что у нас слишком много общего. – Он помолчал. – Ты вся дрожишь. Я тоже дрожу, потому что все еще чувствую то же самое влечение.

– Это просто из-за шока. Все пройдет.

– Но я не хочу, чтобы проходило! – Их губы почти соприкасались. – Подумай, – настаивал Андреас. – Подумай о том, что между нами произошло тогда на холме и что съедает нас изнутри всякий раз, когда мы оказываемся рядом. Подумай о любви, которая нас ждет, как только ты скажешь мне «да». И подумай о братике или сестренке, которых мы подарим Никосу. И о том, как он будет счастлив, когда снова увидит нас вместе. У нас есть шанс сделать что-то хорошее, отринуть все это зло. И тебе нужно просто остаться со мной…

И тут, не выдержав, Луиза расплакалась.

Выругавшись, Андреас уже проклял все, что сказал, но слова назад не вернешь. Он ругал себя за то, что вообще произнес их. Однако он говорил серьезно и мог бы ответить за каждое свое слово.

Пять лет назад их лишили права самим решать, что делать и как жить. Ими руководили жестокие кукловоды, которые видели в Луизе и Андреасе детей, решивших поиграть в дочки-матери только потому, что ребятам не повезло и они сделали ребенка. И когда произошло несчастье, «мудрые» родители решили, что вместе с Никосом должен умереть и их брак. Андреаса больше всего убивала мысль, что люди, которые, как он верил, любили их, могли так с ними поступить.

Но что было бы с ними, не вмешайся тогда родители? Кто знает? Уж точно не я, думал Андреас, глядя на женщину, которую он встретил в неподходящее время и которую никогда не переставал любить.

Его мать хочет завершения всей этой истории? Что ж, Андреас желает того же, только вот закончится все не так, как мечтает его мать. Луиза принадлежит ему. Он понял это в тот момент, как она сошла на берег с парома. А ночь на холме только доказала его правоту. Эта женщина принадлежала ему и всегда будет принадлежать. Это было ясно как день.

– Если будешь лить слезы, я за себя не отвечаю, – предупредил Андреас.

Поджав дрожащие губы, Луиза глубоко вдохнула.

– Я не хочу быть пешкой в твоей игре – только потому, что у тебя возникло желание кому-то что-то доказать.

– Ты меня не слушаешь.

– О, нет, как раз слушаю. – Она подняла заплаканные глаза на мужа. – Ты жаждешь мести и хочешь использовать меня как орудие.

Андреас отвернулся.

– Я просто хочу вернуть то, что они у нас отняли.

Луиза потерла руки.

– Мы уже не те, что раньше. Не нужно ворошить прошлое, которого даже не существовало.

– То есть нашего сына тоже не существовало?

– Разумеется, Никоc был! Но ты не можешь возродить его в другом ребенке, Андреас! Это просто…

Он побледнел, как простыня, и отошел от Луизы.

Господи боже! Она закрыла глаза. Не нужно было этого говорить. Дрожа, она отошла от стены и поплелась за Андреасом. Нашла она его в кухне.

– Прости. Я сказала ужасные вещи.

– Мы все говорим ужасные вещи. Но большая часть из них была сказана пять лет назад.

– Да. И из плохого не выйдет ничего путного, ты же понимаешь это, Андреас?

– Нет, не понимаю.

– Упрямец! – буркнула Луиза. Она приложила руку ко лбу и обнаружила, что горит, хотя и не чувствовала жара. Наоборот, ей было холодно.

– Я собираюсь сварить кофе. Хочешь? – спросил Андреас так, будто варить, а затем пить кофе во время такой важной беседы было совершенно нормально.

Луиза усмехнулась.

– Вообще-то я не очень хорошо себя чувствую…

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Андреас повернулся к ней лицом, но оно расплывалось перед ее глазами, словно в тумане. Быстро подойдя к Луизе, он коснулся ее лба.

– Да ты вся горишь! – констатировал Андреас. – Почему ты ничего не сказала?

– Мы были слишком заняты…

С его губ сорвалось несколько грубых ругательств, когда Андреас легко подхватил жену на руки.

– Поставь меня на пол! – запротестовала она. – Я не настолько больна и в состоянии идти сама.

– Замолчи! – отрезал Андреас, выходя в прихожую.

– У меня ужасно болит голова, – призналась Луиза. – И я вся горячая, хотя меня постоянно знобит.

– Это называется «солнечный удар». Тебя тошнит?

Она кивнула.

– Уже вырвало один раз. – Луиза устроилась на плече у Андреаса, устыдясь того, как ей хорошо…

Через минуту он уложил ее на кровать. Теперь ее трясло еще сильнее.

– Посмотри на свои руки и плечи, – произнес Андреас со злостью.

– Они чуть-чуть сгорели, – виновато сказала Луиза.

– Тебе нужен врач.

– О, да, – вздохнула Луиза. – Вызови сюда доктора Папандулиса и стань причиной того самого скандала, о котором ты так беспокоился. Что будет, когда доктор узнает, что твоя сбежавшая жена лежит в постели, которую ты готовил для своих дур-любовниц?

– Что, прости? – Андреас резко выпрямился.

– Можешь не переспрашивать! – Луизе было сейчас так холодно, что она хотела просто забраться под одеяла и свернуться в маленький комочек. – Я видела твое фото в журнале. И у тебя на локте висела какая-то старлетка!

– Я не приводил сюда женщин. – Кровь прилила к его лицу при этих словах.

Но Луиза не поверила Андреасу. Ей хотелось ударить его. Неожиданно она резко подскочила.

– Ты спал с ней в этой постели?! – Она в ужасе смотрела на кровать.

– Нет… Ты…

– Поэтому ты построил этот дом? Чтобы здесь предаваться разврату? Чтобы не приводить своих бесчисленных любовниц в семью? – У Луизы начиналась истерика, но ей уже было совершенно наплевать на то, как она себя ведет. – Неудивительно, что здесь почти нет мебели – тебе нужна только кровать! Интересно, тебе когда-нибудь уже приходилось вызывать сюда доктора Папандулиса, когда твои цыпочки, перегревшись на солнце, лежали больные в постели?

– Луиза, ты…

– Не говори со мной! – Луиза вся дрожала. – Ты и так уже достаточно сказал. Как ты можешь требовать вернуть пять прошлых лет, если вскоре после того, как уехал от меня, ты уже путался с какой-то женщиной! А я в это время утопала в слезах.

Андреас побледнел.

– Дорогая моя, не надо…

– Не могу поверить, что мы сделали то, что сделали тогда, на холме. Не могу поверить, что позволила тебе прикоснуться к себе после того, как прочитывала все пикантные подробности о твоей жизни в каждом журнале за последние пять лет!

– Все совсем не так! – Андреас потянулся к ней.

– Не прикасайся ко мне! – Луиза отстранилась. – Мне нехорошо. Я х-хочу д-домой.

– Ты слишком плохо себя чувствуешь, чтобы куда-то ехать.

– Я не останусь в этой постели!

– Господи! – взорвался Андреас. – Кровать новая. Я заказал все вчера, потому что прекрасно знал, что ты не останешься со мной на семейной вилле! Этот дом еще даже не готов к тому, чтобы жить здесь. Но я решил, что мы сможем обойтись только самым необходимым. И никогда – никогда, слышишь? – я не привозил ни одну женщину на этот остров! – рявкнул мужчина. – Ты могла бы и не верить всем сплетням, что пишут в желтой прессе! А сейчас ложись в постель, Луиза, пока я не убил тебя!

С этими словами Андреас вышел из комнаты, с силой захлопнув за собой дверь.

Простонав, Луиза разделась и проскользнула под одеяло, все еще дрожа. В голове стучало, в животе что-то переворачивалось, а холодные простыни противно прилипали к разгоряченной коже.

Как только она почувствует себя лучше, то сразу же уберется подальше отсюда, мысленно поклялась Луиза. А Андреас может мстить сколько угодно кому угодно!

– Вот! – услышала она рядом знакомый голос.

Открыв глаза, Луиза обнаружила, что Андреас стоит над ней, держа в руках бокал с какой-то темной жидкостью.

– Что это?

– Помогает при обезвоживании.

С подозрением взглянув на жидкость, Луиза поморщилась. Андреас тем временем протянул ей таблетку.

– А это поможет сбить жар.

– Не уверена, что я могу принимать…

– Я посоветовался со знакомым врачом из Афин, – перебил ее Андреас. – Ты можешь почувствовать сонливость, но других побочных эффектов нет.

Конечно, Андреас имел в виду ребенка, если он есть, но осторожно избегал произносить это слово, чтобы не вызвать у Луизы очередную истерику.

– Спасибо, – поблагодарила она, приняв таблетку и микстуру.

Жидкость была странной на вкус, но не совсем неприятной. Вернув Андреасу бокал, Луиза снова откинулась на подушки и перевернулась на бок, чтобы не видеть мужа, накрылась одеялом и смежила веки.

Андреас не пошевелился. В комнате повисло напряжение. Луиза кожей чувствовала, что муж стоит позади и хочет что-то сказать ей.

Она не желала ничего слышать.

– Уходи.

Сначала раздался тяжелый вздох, потом его удаляющиеся шаги. И Луизе отчего-то захотелось разрыдаться.

Но она провалилась в тяжелый сон.

А когда Луиза проснулась, что-то влажное касалось ее руки. Она открыла глаза и увидела Андреаса.

– Лежи спокойно. Я не собираюсь ничего с тобой делать. Просто мажу ожоги лосьоном.

Эффект был настолько успокаивающим и приятным, что Луиза чуть не замурлыкала.

– Кажется, ты готов ко всему, – сонно произнесла она.

– Ммм… – только и протянул Андреас.

Но это было очень сексуальное «ммм», такое, что Луиза невольно зашевелилась под одеялом.

– Не шевелись.

Андреас втирал лосьон с такой нежностью, что Луиза буквально таяла от его прикосновений. Кожа перестала гореть, и Луиза с благодарностью вздохнула.

– Ты так незаметно подошел к кровати, – сонно пролепетала она.

– Я предпочел прошмыгнуть сюда тихо, как мышь, но не позволить твоей потрясающей коже слезть. Я думал, ты научилась бережнее относиться к себе.

– У меня в отеле есть крем от солнца. И я намазалась им, просто потеряла счет времени и задержалась дольше, чем нужно было, вот и все.

Она посмотрела на мужа. Их взгляды встретились. И снова дыхание застыло в груди. Сексуальное влечение – оно охватило обоих. Если не предпринять чего-нибудь, это может кончиться тем же самым, что и той ночью на холме…

Андреас первым отвел глаза, начав втирать лосьон в другую руку Луизы. Она закрыла глаза и просто молча лежала, пока не заснула.

Андреас смотрел на ее спокойное лицо, приоткрытые губы, густые ресницы, пухлые губы и думал, что сейчас его жена похожа на ангела. Лицо не сгорело каким-то чудом, но он на всякий случай намазал кремом ее лоб, нос, подбородок…

Он замер. И, поддавшись импульсу, запечатлел нежный поцелуй на ее губах. Она вздохнула. Хотелось бы Андреасу знать, что делать дальше. Он встал и пошел в ванную, чтобы смыть лосьон с рук.

Может быть, Луиза права и они не смогут вернуть те пять лет? Может быть, бессмысленно даже пытаться?…

У Андреаса не было ответа на этот вопрос. И внутренний голос, в последнее время так много ему советовавший, ничего не подсказывал.

Андреас вернулся в спальню и посмотрел на жену. Луиза перевернулась во сне. Ее руки лежали на подушках, простыня сползла, обнажив грудь – маленькую, высокую, упругую, с розовыми сосками.

И тут Андреас получил ответ. Эта грудь, эти руки, это тело, эта женщина – все принадлежало ему.

Борясь с ним, Луиза ничего не добьется, твердо решил Андреас.

Луиза проснулась, услышав приглушенные голоса. Сев в постели, она убрала волосы с лица и оглядела комнату, пытаясь вспомнить, как она оказалась в этой кровати.

Потом ручка двери повернулась, а через секунду на пороге появился ее брат – с ее сумками.

– К слову о роскоши, – усмехнулся Джейми. – Ты внимательно все тут разглядела? Когда этот дом достроят, это будет самый роскошный особняк на острове.

Луиза моргнула.

– Ч-что ты делаешь с моими вещами?

– Андреас сказал, ты не в состоянии собрать их сама.

Два факта поразили Луизу одновременно. Одна – то, что Джейми с такой легкостью относился к тому, что она находится здесь. И вторая – то, что он считал совершенно нормальным, что она лежит в постели своего мужа.

– Андреас не имел права принимать это решение, – возразила она уклончиво. – И с каких пор вы с ним снова стали лучшими друзьями?

Джейми пожал плечами.

– Он рассказал о том, как поступили наши родители.

– Он… что сделал?!

– Не могу поверить, что они все могли быть такими…

– Он не имел права тебе ничего рассказывать!

– Что ж, выясняй это с ним, а не со мной, – поморщился Джейми. – Знаешь, там стоит новенький серф и ждет, пока кто-нибудь опробует его…

– Джейми! – всплеснула руками Луиза. Движение у двери привлекло ее внимание. На пороге стоял Андреас.

– Пьетрос ждет тебя, – сообщил он.

– Да, точно. – Джейми повернулся к сестре. – Я уезжаю с ним на ночь в город, так что Андреас сказал, что мы можем переночевать в отеле.

Андреас сказал…

Луиза взглянула на мужа.

– С каких пор ты решаешь, где будет ночевать мой брат?

– Тебе нехорошо, сестренка, – вмешался Джейми. – Поправляйся. Увидимся завтра.

Братец удалился, обменявшись взглядами с Андреасом. Тот все еще стоял на пороге в расслабленной позе.

На нем была уже знакомая Луизе бледно-голубая футболка и темные брюки, но волосы уже не лежали так аккуратно. На щеках появилась щетина, а под глазами виднелись темные круги.

Когда за Джейми закрылась входная дверь, Луиза зашевелилась. Андреас – нет. Ее взгляд упал на дорожные сумки, которые оставил Джейми. Все, что она привезла с собой на Аристос, было теперь здесь.

– Просветишь меня, что такого ты сказал моему брату, раз вы опять стали лучшими друзьями?

– Правду.

– Свою версию?

– И все же это правда! – Андреас пожал плечами. – Я не хочу больше лжи, ни со своей стороны, ни с твоей, ни с чьей-либо.

– А мое мнение тебя, разумеется, не интересует.

– Не впутывай в это Джейми, Луиза, – пожал плечами Андреас. – Он этого не заслуживает.

– А своих родных? Ты посвятишь их в нашу историю? Мы должны нанести им визит, чтобы я могла сказать им, что они лживые манипуляторы?

– Мои родители уехали с острова. Я потребовал, чтобы они сегодня же вернулись в Афины.

– То есть сейчас ты достиг того положения, чтобы и им указывать?

– Да! – отрезал Андреас. – Нам нужно подумать сначала о себе, а потом уже о чьих-то чувствах.

– Что ж, ты, кажется, уже не хочешь кровопролития.

– Я успокоился.

Повезло тебе, подумала Луиза, потому что сама она никак не могла успокоиться.

– А меня бросили – снова, – горько усмехнулась Луиза, имея в виду брата.

– Но ведь я здесь.

– В этом-то и проблема.

– Но очень увлекательная. – Андреас позволил себе усмехнуться. – Так что перестань жаловаться и скажи, как ты себя чувствуешь.

Он подошел к кровати и протянул жене стакан воды. Луиза застыла.

– Выпей.

Медленно приподнявшись на подушках, Луиза взяла бокал. Она вспомнила все события дня. Ее щеки горели, когда она пила холодную воду. Далеко ли он зашел, пока она спала? Луиза помнила, как они говорили, хотя не могла вспомнить своих слов. Помнила, как ей нравилось чувствовать его прикосновения… Позволила ли она ему больше?

– Костас уже привез сюда мои вещи, – сообщил Андреас, понятия не имея, о чем думает Луиза. – Мне нужен душ. Хочешь принять ванну первой?

– Не мог бы ты воспользоваться другой комнатой? – Луиза вернула ему стакан.

– Но это моя спальня. И моя постель.

– Тогда я уйду… – Она готова была уже откинуть одеяло, когда вспомнила, что лежит в постели только в крошечных хлопковых трусиках.

– Может, мне нужно перефразировать? Это наша спальня и наша постель.

Его ленивый тон заставил ее поднять глаза, и Луиза тут же пожалела об этом. О чем думает Андреас, было ясно и без слов.

Но хуже того, она заметила, что Андреас расстегнул ворот футболки, обнажая загорелую кожу…

Прерывисто дыша, он прошептал:

– Я хочу тебя…

– Знаю… – отозвалась Луиза.

И прежде, чем она успела что-либо понять, он опустился рядом с ней на кровать и завладел ее губами.

Поддавшись волшебству момента, Луиза ответила на его поцелуй, обвив его шею руками и приоткрыв губы ему навстречу.

Осторожно, чтобы не причинить боли из-за обожженной кожи, Андреас откинул одеяло, обнажая ее грудь, покрывая поцелуями ее шею, спускаясь ниже и ниже…

Потом, словно дьявольский мучитель, Андреас отстранился от Луизы и вскочил на ноги, заставив ее откинуться на подушки.

– Но почему? – прошептала Луиза, задыхаясь.

– Нам еще нужно кое с чем разобраться. Если мы набросимся друг на друга, как пара тинейджеров, то только все усложним.

Поднявшись, Луиза натянула одеяло до подбородка.

– Но ведь у нас всегда так было, разве нет? Потом ты уедешь на неопределенное время, вернешься, заберешь меня в Афины, где мы снова набросимся друг на друга, а потом ты снова уедешь куда-нибудь еще… – горько проговорила она, кутаясь в одеяло.

– Все не так, – возразил Андреас.

– Все именно так! – настаивала Луиза, ненавидя себя за то, что всегда с такой легкостью шла на поводу у Андреаса. – А я была так наивна, что думала, будто ты любишь меня, но тебя привлекает только хороший секс, которым ты, возможно, наслаждаешься еще и в объятиях других женщин!

Андреас резко отвернулся и прошел в ванную, захлопнув за собой дверь.

И Луиза знала, почему он так рассердился. Андреас не может этого отрицать, тем более что Луиза видела все собственными глазами!

Теперь ей хотелось плакать. Плакать от стыда за то, что потеряла над собой контроль. Опять потеряла, уже зная, что Андреас повел себя, как низкая, подлая крыса!

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Я не стану плакать, со злостью сказала себе Луиза, вставая с кровати на еще слабые ноги. То, что она была еще достаточно слаба, ничуть не уменьшало ее гнева.

Возможно, в ее крови все еще были лекарства, заключила Луиза, подходя к сумкам. Она выбрала крошечный топ, который не причинил бы боли ее обожженной коже, нашла мини-юбку, выудила свежее белье и косметичку и отправилась в другую комнату, чтобы принять душ.

Выйдя из спальни, Луиза обнаружила у стены в холле дорогую кожаную сумку – такая вещь может принадлежать только Андреасу. Она с огромным трудом поборола желание со всей силы пнуть сумку ногой и просто прошла в другую спальню. Потом вдруг остановилась и взглянула на входную дверь.

Ее поразила одна мысль: почему его сумка здесь, а не на вилле? Честный ответ на этот вопрос был столь аморальным, что Луиза решила не думать о нем.

С сознанием того, что только дураки бегут сами от себя, Луиза встала под душ. Теплые струи воды стекали по обгоревшей на солнце коже, наказывая ее за слабость и глупость.

Стоя под душем, Андреас ждал, когда же холодная вода смоет жар с его тела. Он, должно быть, сошел с ума, отвергнув Луизу. Возможно, сексуальный дурман был более безопасен по сравнению с тем, с чем он собирался «разобраться».

О чем это говорит? Что, возможно, Луиза права, и между ними осталось только это сексуальное влечение?…

Нет!

Добавив горячей воды, Андреас стал мыться. Он отказывался верить, что между ним и Луизой был только секс и ничего больше. Это было бы равносильно признанию, что родные все же оказались правы, когда разлучили их.

Ладно, тогда разбирайся сам, сказал себе Андреас. Ты же тот самый мужчина, которому удается убедить в своей правоте всех сомневающихся, так сделай это и сейчас. Проясни голову и разберись с делами, которые действительно важны.

Не с сексом. Хотя именно секса ему хотелось больше всего, когда он находился рядом с Луизой.

Не с их родственниками. Хотя это не значит, что они не заплатят по счетам. И неважно, как все сложится между Луизой и Андреасом.

Есть еще одно дело, с которым нужно разобраться в первую очередь.

Макс Ландрю.

Андреас выдавил на ладонь немного шампуня.

Неужели Луиза решила, что он не знает имени высокого темноволосого красавца миллионера, который сделал свое состояние на масс-медиа. Ландрю к тому же имел репутацию Казановы. Он коллекционировал женщин, как почтовые марки. Неужели Луиза так наивна, чтобы подумать, что Андреас не станет проверять, какие отношения связывали ее с этим человеком?

Всего двадцать четыре часа – и Андреас уже будет иметь ответы на некоторые вопросы. А сейчас, стоя под струями воды и втирая шампунь в волосы, он тщетно пытался избавиться от мысли о том, что его жена могла спать с другим мужчиной. И эта мысль съедала Андреаса заживо.

К тому времени, как Луиза снова вышла в холл, сумка исчезла из холла, а дверь в спальню была плотно закрыта. Перебирая пальцами кончики влажных после мытья волос, Луиза остановилась у двери. Она хотела взять свой фен, но если Андреас находится в спальне, то Луиза предпочла бы прийти попозже, чтобы не вступать с ним в очередной спор.

Она решила спуститься в кухню. Какую бы жидкость ни залил в нее Андреас, она хотела пить и была голодна. Луиза поставила на плиту воду, чтобы сварить свежий кофе, и достала из холодильника продукты для бутербродов.

Кофе был готов как раз в тот момент, когда она нарезала пару бутербродов. Луиза как раз собиралась сесть за стол и немного расслабиться, когда ее внимание привлекло открытое окно, приглашающее подойти и подставить лицо золотым лучам позднего дня.

Это было слишком большим искушением. Взяв с собой приготовленные бутерброды, Луиза вышла на лоджию и огляделась. Дом был расположен в небольшой бухточке неподалеку от океана.

Луиза не узнала этот пляж, что было очень странно, потому что во время ее первого визита на остров Андреас показал ей все бухточки на острове, даже те, где никогда не было ни души.

Девушка вышла из дома. Отсюда он показался больше, чем она его представляла. Луиза присела на камень, чтобы выпить кофе и поесть.

Стрекотали цикады. Воздух был наполнен ароматами олив, цитрусовых деревьев и моря. У пальмы на пляже она заметила красный катамаран.

– Ну, как тебе?

Голос Андреаса заставил Луизу напрячься.

– А у меня должно быть свое мнение? – Андреас же построил этот дом не для себя и Луизы. Отсюда вопрос – а для кого же он построил такой роскошный особняк? Не желая думать об этом, Луиза отпила кофе.

– Если тебе искренне наплевать, тогда продолжай быть букой.

Тут Андреас застал Луизу врасплох, присев на камень возле нее, вытянув ноги возле ее ног. Загорелые бедра, покрытые порослью темных волос тут же привлекли ее внимание. На мгновенье ей показалось, что Андреас обнажен, но потом краем глаза она заметила короткие шорты и край голубой футболки. Андреас поставил к ее ногам ведерко с охлажденным шампанским.

– Если бы дом был одним из наших новых круизных лайнеров, мы бы разбили бутылку о его палубу. Но раз уж это дом, я подумал, что шампанское лучше выпить. – И Андреас достал два бокала. – Убирай тарелку и кофейную чашку и возьми у меня бокал.

Первым желанием Луизы было встать и уйти, но она осталась.

– Это так романтично, – пропела она деланно, взяв у него бокал.

– Держи крепче, если не хочешь пролить шампанское на юбку.

– Не думаю, что мне стоит пить шампанское на пустой желудок, – сказала Луиза, взглянув на свои нетронутые бутерброды.

– Пара глотков не причинит никакого вреда. – Андреас чокнулся с женой. – За нас и наш новый дом. – Он поднес бокал к губам и выпил.

Но Луиза не стала пить. Ни за «нас», ни за «наш новый дом».

– Как вышло, что я не помню этот пляж? – спросила она.

– Земля принадлежала мне с тех пор, как умерла бабушка, – пояснил Андреас. – А пляж появился здесь после урагана, который повалил много деревьев.

– И расчистил достаточно места, чтобы построить такой особняк, – заметила Луиза. – Тебе повезло.

– Думаешь, я сам вызвал ураган, чтобы очистить землю?

– Я бы не удивилась.

– Здесь стоял другой дом, рядом, но…

– Его тоже уничтожил ураган.

– Ты стала ужасно циничной, Луиза. А я-то думал, тебе это место кажется романтичным…

Только тут Луиза поняла, где они сидели. Мурашки побежали по спине.

– Это же не…

– Мы уже плавали сюда, встав на якорь вон там, – он указал вперед. – Помнишь, я нашел старое одеяло, и мы растянулись на нем, чтобы… вытереться.

И Луиза снова увидела всю картину – ярко, красочно. Себя, лежащую в своем розовом бикини. Андреаса в кремовых плавках, которые всегда сидели слишком низко на его бедрах. Он дразнил ее чем-то – Луиза не помнила чем, – а потом замолчал и завладел ее губами.

Луиза неловко заерзала на камне, не желая вспоминать те горячие поцелуи, которые становились все более и более интимными, не желая вспоминать их прерывистое дыхание… Но она слишком хорошо все помнила, даже то, как галька впилась в ее спину. И голос Андреаса, когда он сказал ей: «Я не хочу причинить тебе боль», и свой ответ: «Ты никогда не сделаешь мне больно», а потом соединение их тел…

От этих воспоминаний мурашки побежали по спине. Луиза почувствовала, как Андреас неожиданно замер. Она пыталась скрыть свою дрожь. Безумие, что такое далекое воспоминание пробуждает столько чувств! Она больше не юная семнадцатилетняя девственница, влюбленная в своего грека до умопомрачения. Теперь Луиза превратилась во взрослую женщину, пережившую трагедию потери. И она больше не любит Андреаса – нет!

Он забрал из ее рук бокал. Она заглянула в его темные глаза и вздрогнула, увидев в них отражение собственных мыслей. Его руки сжались в кулаки.

– Нет… – прошептала Луиза.

– Да! – отозвался он и прижал ее к себе так крепко, что она ощутила всю силу его страсти.

Андреас тут же завладел ее губами, замещая прошлые жаркие поцелуи новыми.

И она сдалась в плен его губ так быстро, что лишь беспомощный стон прорезал тишину. Луиза целовала его в ответ с той же страстью и голодом.

Не важно, что будет завтра, главное, что сейчас они вместе, снова соединенные общим голодом и влечением, которое нисколько не поддалось времени…

Он с легкостью подхватил Луизу на руки и понес обратно к дому. Не прерывая поцелуя, внес ее в кухню, вышел в холл. Только в спальне Андреас поставил жену на пол.

– А как же твои дела? – спросила она в слабой попытке ретироваться.

– Я ошибся. – Его пальцы уже расстегивали молнию на ее юбке. – Мы должны удовлетворить наши желания, а потом уж надеяться, что сможем обсуждать дела, не теряя здравого смысла.

– Ты снова о сексе. – Юбка упала на пол к ее ногам. – Когда он перестанет быть приоритетом в наших отношениях?

Андреас снял с нее топ.

– Никогда больше не говори, что между нами только секс! То, что у тебя бегут мурашки при одном воспоминании о том далеком дне на этом пляже, доказывает, что мы разделили нечто особенное. И если бы не твои ожоги, я бы взял тебя прямо там, на улице, на той же самой гальке, чтобы ты вспомнила, как это было!

– Даже особенный секс – всего лишь секс, Андреас.

– Правда? Тогда, жена моя, давай займемся сексом.

Луиза отступила, но каким-то чудесным образом Андреасу удалось опустить ее на постель. Он склонился над ней и впился губами в ее рот.

И целовал ее до тех пор, пока она не стала задыхаться от желания.

– Сними это, – вцепившись руками в его футболку, выдохнула Луиза, когда они наконец насытились поцелуем.

Андреас повиновался. Он оставил ее лежать на постели, пока снимал свою одежду, глядя в ее голодные глаза, которые так и пожирали его.

У него лицо надменного греческого правителя, а тело олимпийского атлета, решила Луиза. Такой большой, такой высокий, такой сексуальный, что Луиза невольно замерла, когда он снял шорты.

– Мне нужно было запереть тебя в клетку много лет назад. Когда ты стала так очевидно выражать свои желания?

– Ты научил меня, – отозвалась Луиза.

– Надеюсь, что только я…

Луиза хотела было что-то ответить, но тут Андреас снова опустился к ней, покрывая поцелуями ее тело. И молодая женщина потерялась в горячем безумии страсти. Она издала протяжный стон, когда Андреас стал ласкать ее грудь, слегка прикусывая дрожащие от возбуждения соски.

Его глаза стали темными, как полуночное небо, а тело отливало бронзой в лучах позднего солнца.

– Скажи мне, чего ты хочешь, – попросил он.

– Ты знаешь… – простонала Луиза в ответ.

Его ласки стали смелее. Андреас возбуждал ее медленно, мастерски, терпеливо, пока не почувствовал, что Луиза сходит с ума от желания, что она готова предложить ему всю себя…

Он впился в ее пухлые губы, лаская ее рукой меж бедер, там, где пульсировала желанием распаленная плоть. Она впилась ногтями в его спину, царапая его до крови.

– Прошу тебя, Андреас, – шептала она, – пожалуйста…

Но он не торопился. В сладостной томительной муке они распаляли свои тела до тех пор, пока терпеть стало невыносимо. И тогда он вошел в нее одним резким движением, пронзая ее плоть своим мечом.

И тела обоих закружились в страстном танго. Его руки лежали на ее ягодицах, когда она обвила ногами его мощный торс. В тишине спальни раздавалось лишь их прерывистое дыхание да стоны и обрывки имен…

Луиза почувствовала себя так, словно оказалась на другой планете. Она даже дышала с трудом: Андреас лежал сверху, горячий и тяжелый, и все еще содрогался от наслаждения.

Кажется, прошла целая вечность, прежде чем он лег рядом и убрал влажные волосы с ее лица.

– Сейчас, – он нежно поцеловал ее, – это было больше, чем просто секс…

Открыв глаза, Луиза заглянула ему в лицо. Погладила пальцами загорелую кожу. Ей нравилось заниматься с ним любовью. И он знал это.

– Почему ты так смотришь?

– Потому что… – произнесла она, нахмурившись, пытаясь решить, что же ответить после этого «потому что».

Снова взглянув в его лицо, Луиза глубоко вдохнула. Она чувствовала его запах. Андреас, подумала Луиза, ее первый мужчина. Ее единственный мужчина. Мужчина, которого она пыталась забыть пять долгих лет. Но сейчас, лежа с ним рядом, Луиза думала, как могла жить без него так долго…

– Не знаешь, что ты чувствуешь?

– Нет, все было просто потрясающе.

– Но в твоих глазах я все же вижу неуверенность. Поэтому думаю, нам лучше попробовать снова, на этот раз медленнее – чтобы продлить томительные муки удовольствия и чтобы ты молила меня еще больше.

– Я не умоляла тебя!

– Нет, умоляла.

– Что с тобой, Андреас? – поддела она его. – Или ты больше не уверен в своих силах?

– Может, я теряю сноровку…

– Ты с ума сошел!

Если бы ревность могла убивать, то Андреас уже лежал бы мертвый. Он-то знал, что беспокоило его: Макс Ландрю. Думала ли о нем Луиза, лежа в постели с Андреасом? Сравнивала ли она Макса с ним?

Луиза толкнула его в грудь.

– Выпусти меня.

– Ни за что. – Андреас завел ее руки за голову.

– Ты мне не нравишься в таком настроении, – выдохнула она, зашевелившись под ним.

– Ты обожаешь меня в таком настроении. – Андреас поцеловал ее в губы. – Дикость и примитивность не оставляют тебе шансов. Еще несколько таких дней – и ты снова станешь моей женщиной.

– Что значит «несколько таких дней»?

– Ну, ты не особо отталкиваешь меня…

Это была насмешка, ранившая гордость Луизы и ее эго, потому что она и правда не спешила уходить – ни с этой виллы, ни из этой постели… ни от Андреаса.

– Мне понравится смотреть, как ты будешь бороться с собой, когда паром снова войдет в порт…

Луиза вспыхнула, когда поняла, что он имеет в виду.

– Если ты смеешь думать, что я останусь здесь с тобой, когда неделя подойдет к концу, то…

Слишком поздно – слишком поздно, заключила Луиза, когда он заглушил ее протест поцелуем и снова самым примитивным способом отправил ее к вершинам наслаждения. Бороться с ним не было ни сил, ни желания.

Это было ее самое большое преступление, хотя Луиза не спешила признаваться в нем.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Дневной свет проникал сквозь шторы в комнату и на постель, в которой лежала Луиза. Она чувствовала такую сладкую леность, что даже не хотелось шевелиться. Однако солнце уже стояло высоко, пора вставать.

Она села в постели, поправив взъерошенные волосы, и простонала, чувствуя, что каждое движение приносит боль. Три дня в сексуальном рабстве у Андреаса приносят свои плоды. Они занимались любовью, ели, занимались любовью, загорали или играли на солнце и снова занимались любовью. Они занимались любовью, думала Луиза с загадочной полуулыбкой на лице. Они не сидели на этой сладостной диете лишь по утрам, когда Андреас уезжал на семейную виллу на пару часов, чтобы уладить дела на работе и побыть на связи с внешним миром.

Реальным миром, уточнила Луиза, вылезая из постели, потому что этот мир, без сомнения, был лишь плодом ее воображения. Даже ее брат играл свою роль в ее фантазии – не мешая, проводя время со своим новым другом Пьетросом, пока Луиза и Андреас… Что ж, они вели себя как парочка молодых любовников, делающих вид, что последних пяти лет не существовало вовсе.

Как Луиза позволила такому случиться?

Это не она. Это Андреас позволил. Он играл главную, доминирующую роль. Он руководил всеми ее мыслями, и чувствами, и действиями, а она позволяла ему, потому что…

Снова одно и то же, подумала Луиза со вздохом, стоя под струями теплой воды. Снова это «потому что» – эти слова то и дело возникают в голове, играя с ней в свои непонятные игры. Непонятные ли? Нет, потому что теперь Луиза знала ответ.

Она любила Андреаса. До сих пор любила, как будто он никогда и никуда не уходил из ее жизни. Он проник ей в кровь, как какой-то непонятный вирус. Любовная лихорадка – вот как бы она назвала это состояние. Да, они оба пребывали в любовной лихорадке, от которой не было ни лекарства, ни спасения.

А ведь сегодня прибывает паром…

Выключив воду, Луиза завернулась в полотенце и присела на край ванны.

Пора принимать решение. Сесть на паром или остаться?

Остаться с Андреасом.

И тогда у нее будет одно лишь оправдание: существует возможность, что она носит под сердцем его ребенка…

Луиза тяжело вздохнула. Они с Андреасом ничего еще не обсуждали. Более того, он не спрашивал о ее жизни в Лондоне. И словно забыл о Максе. И никогда больше и словом не обмолвился об их родителях. Иногда он совсем замолкал и становился отстраненным. Особенно когда возвращался с семейной виллы. Он даже выглядел тогда по-другому, холодным, чужим и усталым, как будто только что вернулся с поля боя.

Магнат, играющий роль жесткого дельца, думала Луиза с улыбкой.

А потом, резко и неожиданно, он сбрасывал с себя эти доспехи, заключал ее в свои объятия и уводил в спальню. Или, если Андреас пребывал в игривом настроении, увлекал Луизу за собой на пляж, раздевал, и они купались в море, плескаясь и смеясь, а потом снова оказывались в постели.

Два лица Андреаса Марконоса. Одно – жесткое, другое – игривое.

Но все эти рассуждения об Андреасе нисколько не помогали Луизе в том, чтобы понять, как лучше поступить, когда паром войдет в порт.

Встав, она прошла в спальню и остановилась как вкопанная. Ее сумки все еще стояли на своем прежнем месте у стены, говоря о том, что ее пребывание здесь всего лишь временно.

Что будет, если взять эти сумки и просто уехать отсюда?

Противный холодок пробежал по спине при мысли, что им с Андреасом придется разойтись в разные стороны. Луиза плотнее закуталась в полотенце. Ее жизнь там, в Англии. Жизнь Андреаса здесь, в Греции. Она больше не юная девочка, какой была, когда решила выйти замуж за человека, которого любила. Сейчас у Луизы была другая жизнь, любимая работа и чувство целостности, которое много для нее значило.

Нахмурившись, она выбрала чистую одежду, высушила волосы, оделась. Она только вышла в кухню, когда увидела в окне брата, который направлялся в сторону дома.

– Привет, – поздоровался Джейми, оглядевшись. – А где Андреас?

– На вилле. Работает.

– Хорошо. Так проще, потому что он стал словно каменный, когда я упомянул о твоем боссе.

– Ты не имел права вообще говорить с ним о Максе, – уклончиво ответила Луиза.

– Знаю, но тогда мне нравилось видеть, как Андреас страдает, – усмехнулся Джейми. – В любом случае я здесь из-за Макса. Он звонил в отель сегодня утром. Искал тебя. И был недоволен, услышав, где ты сейчас живешь. – Брат достал из кармана листок бумаги и протянул Луизе. – Он просил, чтобы ты позвонила ему. Что-то срочное.

Взглянув в записку, Луиза обнаружила там не очень-то вежливые слова. «Включи свой чертов мобильник!» – нацарапал Джейми карандашом то, что, видимо, продиктовал ему Макс. «Мне нужно поговорить с тобой – сейчас!»

– Но Макс знает, что я выключаю телефон, когда приезжаю на остров, – нахмурилась Луиза.

– Он говорил очень мрачным тоном, – пожал плечами Джейми.

Все еще хмурясь, Луиза вернулась в спальню, размышляя, какой кризис возник на работе, чтобы Макс пребывал в таком ужасном настроении? Это было на него непохоже. Макс не поддавался никаким кризисам. За четыре года, что Луиза на него работала, он никогда не пытался вмешаться в ее поездки на остров.

Джейми пошел за сестрой, очевидно любопытствуя, что такого срочного возникло у Макса, почему он был так нетерпелив. Он прислонился к дверному косяку, наблюдая, как Луиза выудила мобильник из сумки и включила его. И тут же куча сообщений – текстовых и голосовых – начала приходить на ее номер. И все от Макса.

Проигнорировав их все, Луиза быстро набрала номер начальника. Макс ответил сразу.

– Какого черта происходит, Луиза? – закричал он в ярости, не позаботившись о приветствии. – Я думал, между тобой и твоим бывшим все уже кончено.

– Макс, я не знаю, что ты…

– За мной постоянно следят. Моя компания обглодана до костей, в мою личную жизнь постоянно вмешиваются люди – и все работают на Андреаса Марконоса!

Луиза закрыла глаза и опустилась на кровать.

– Нет, – выдохнула она. – Ты, наверное, ошибаешься, Макс. Андреас не стал бы…

– Старые скелеты неожиданно вывалились из шкафов и угрожают появиться во всех средствах массовой информации, если я не избавлюсь от тебя, так что не говори мне, что Марконос тут ни при чем. Я просто хочу знать, почему он это делает!

– Я не знаю, – прошептала Луиза, закрыв лицо рукой.

– За все то время, что мы работаем вместе, ты упомянула имя мужа только на собеседовании. Ты каждый год ездила на греческий остров к сыну, Ради бога, разве я был против? Я всегда отпускал тебя, предоставляя отпуск. Но, очевидно, на этот раз ты решила совместить полезное с приятным, решила насладиться интимными прелюдиями со своим мужем, так?

Луиза вскочила на ноги.

– Это неправда, Макс!

Джейми у двери заметно напрягся.

– И что же случилось? – Макс не слушал ее. – Ты решила наплести ему о наших отношениях, чтобы безжалостный ублюдок отплатил разрушением всего, что я имею?

– Прекрати! – отрезала Луиза. – Между нами не такие отношения, и ты знаешь это. И в мире нет такого журнала, который посмел бы писать разоблачительные статьи о тебе, Макс, – ты ведь владеешь большинством из них! Слушай, дай мне пару часов, чтобы узнать, что происходит, и я перезвоню тебе.

Луиза положила трубку, вся дрожа.

– И в чем дело? – поинтересовался Джейми.

– Можешь попросить Пьетроса, чтобы он подбросил меня до виллы? – попросила Луиза, белая как полотно.

– Конечно. – Брат достал мобильник. – Но мне бы хотелось, чтобы ты поделилась со мной тем, что там происходит.

– Расскажу, когда все узнаю.

Луиза повернулась к двери, задумавшись. Она вспомнила все те моменты, когда Андреас был тихим и отстраненным каждый раз, когда возвращался с виллы, и подозрения закрались в голову.

Но не станет же Андреас так поступать! Это слишком низко. Это, должно быть, кто-то другой. Кто-то из его родственников. Она почувствовала облегчение, придумав оправдание, которое освобождало Андреаса от вины.

К тому времени как Луиза, забравшись в машину Пьетроса и подбросив по дороге брата к отелю, подъехала к вилле, она окончательно убедила себя в том, что родственники Андреаса снова плетут свои козни.

Костас вышел ей навстречу, когда Луиза, выйдя из машины, направилась ко входу в роскошную виллу. Она поднималась по ступеням и размышляла. Как быстро этот дом стал демоном ее прошлого! Демоном, хранящим многочисленные воспоминания о времени, проведенном здесь, на острове.

– Андреас дома? – поинтересовалась Луиза у Костаса.

– У себя в кабинете. – Он чуть наклонил голову. – Рад снова видеть вас, хозяйка.

Луиза тепло улыбнулась, кивнула и прошла через прохладный холл в кабинет Андреаса. Она поправила платье, остановившись у двери, и только потом решилась войти.

С первого взгляда ничего здесь не изменилось. Стильная, современная комната со всем необходимым для успешного бизнесмена. Главная комната для мужчин из рода Марконосов. Работал длинный ряд компьютеров, и на каждом отражался свой лист биржевых акций акционерных обществ. Все казалось таким естественным в этом мире, где правят деньги. И поэтому Луиза немного расслабилась.

Андреас стоял, прислонившись к массивному дубовому столу, на котором, как всегда, были в беспорядке разбросаны документы и бумаги. Андреас говорил по телефону, раздавая команды на греческом языке. Луиза довольно хорошо говорила по-гречески, но сейчас она даже и не пыталась понять речь Андреаса, слишком беглую и экспрессивную.

Да Луиза и не особо вслушивалась. Она смотрела. Одетый в светлые льняные брюки и белую футболку, он излучал силу и мощь миллионера. Андреас, хмурясь, смотрел на свои туфли. Его черные волосы блестели в лучах солнца, проникающего в комнату через огромное окно, соблазнительные тени падали на его лицо.

Готовый снимок под названием «Лучший мужчина у себя дома», заключила Луиза. Помести его вот так на обложку «Вог», и журналы просто сметут с полок за считанные минуты. Он был великолепен – красив и сексуален. Луиза почувствовала, что при одном только взгляде на Андреаса тело обдало жаром и подступило возбуждение. Только рядом с ним она чувствовала нечто подобное.

Андреас поднял глаза и заметил Луизу. На его лице застыло удивление, он резко прервал разговор, как будто кто-то вырвал язык у него изо рта.

– Привет, – улыбнулась ему Луиза. – Не хотела беспокоить тебя здесь, но…

– Ты можешь беспокоить меня, когда захочешь, – объявил он, положив трубку. Телефон зазвонил снова, но Андреас не обратил на это никакого внимания.

Он подошел к Луизе – слишком быстро, слишком резко, так что у нее создалось впечатление, будто он не хочет, чтобы она подходила к столу.

Сердце предательски екнуло. Андреас потянулся, чтобы поцеловать ее, но Луиза отступила. Что-то здесь было не так.

– Не трогай меня. Сначала я должна спросить тебя кое о чем.

Андреас нахмурился, чувствуя ее напряжение, сжал руки в кулаки. Странная тень промелькнула у него на лице.

– Спросить о чем?

И тут Луиза все поняла. Всем своим телом, глазами, позой он все ей рассказал. Его семья тут ни при чем – это все он!

Луиза отступила еще на шаг, внезапно почувствовав невыносимый холод. Колени подкосились, сердце бешено забилось в груди. Луиза медленно подошла к столу.

Напряженная тишина возникла в комнате, когда ее глаза скользили с одной папки на другую. И на всех были названия компаний, принадлежащих Максу. А в дальнем углу стола лежала папка с ее девичьей фамилией – Луиза Джонсон.

Телефон снова зазвонил. Он звонил и звонил, но никто не смел пошевелиться.

И тут снова наступила тишина. У Луизы перехватило дыхание.

– Я думала, это твой отец. Я отказывалась верить, что ты… – побледнев, как смерть, она отвернулась. – Зачем?

– Ландрю – твой любовник.

Луиза не верила своим ушам. Она смотрела на мужа и не могла сказать ни слова в свою защиту, потому что он выглядел таким спокойным, говорил так обычно… Ей лишь оставалось ждать от него продолжения нелепых обвинений.

– Нечего сказать? – сделал свои выводы Андреас. – Очень мудро. – Он взял со стола папку с ее именем. – Кстати, жена моя, должен отдать тебе должное. Ты по крайней мере пользовалась девичьей фамилией, пока четыре года летала с Ландрю по Европе в качестве его ассистентки. – Последнее слово Андреас произнес сквозь зубы. – И если я так быстро смог раскопать всю информацию о вашей интрижке, то сколько времени потребовалось бы на это какому-нибудь журналисту, если бы он оказался достаточно любопытен?

– Ты ездил сюда каждый день, чтобы вынюхивать все обо мне? – Несмотря на все доказательства, лежащие перед ней, Луиза до сих пор отказывалась верить в то, что Андреас способен на такое. – С какой целью, черт возьми?!

– С целью быть готовым к статье репортеришки, решившего извалять мое имя в грязи, если узнает, что любовница Макса Ландрю также являлась и моей женой.

– Я не любовница Макса! – отрезала Луиза, словно получила пощечину.

– Тогда кто? – Он скривился.

– Ассистентка! – заявила она. – Его личная ассистентка. Да, в мои обязанности входило быть частью его личной и общественной жизни, но я не спала с ним!

– Звучит интригующе. – Андреас оперся о стол. – Ты жила в его доме.

– Нет! Я снимала квартиру над его гаражом.

– Ты жила в его доме, – повторил Андреас. – Это твой постоянный адрес. И у тебя была своя каюта на его яхте! И куда бы он ни направлялся, рядом всегда была ты! – В его голосе появились угрожающие нотки, когда он схватил со стола еще одну папку и начал доставать из нее снимки. – Здесь ты, – он достал первое фото, – в розовом бикини на вечеринке у него на яхте. – Он показал ей. – Здесь, – продолжил Андреас, – ты уже в шикарнейшем красном платье и бриллиантах рядом с ним на вечеринке у него дома! Потом вечеринка на пляже, где он заботливо укрывает твое лицо шляпой. И вы смеетесь! – обвинительно бросил Андреас, словно смех был смертным грехом. – На тебе белое бикини, а на нем ничего!

– Ш-шорты, – пробормотала Луиза. – На Максе надеты шорты.

– Но они почти ничего не скрывают! – рявкнул Андреас.

Он бросил снимки перед ней на стол, и они разлетелись по всей комнате. Пораженная, Луиза просто смотрела на мужа, растерянная, не знающая, что ей сказать в свою защиту. Она действительно сопровождала Макса во всех поездках. И действительно имела собственные комнаты и каюты, но только чтобы им было удобнее работать вместе. А эти фотографии действительно больше похожи на снимки двух любовников, отметила Луиза.

– Я не спала с Максом! – упорствовала она.

– Кто говорит просто о сексе? – усмехнулся Андреас. – Этот парень сделал тебе романтическое предложение на обложке «Глаза Лондона» перед тысячей гостей. Я посмотрел повтор по Интернету!

Луизе стало даже жаль Андреаса, когда она наблюдала, как он запустил дрожащие пальцы в волосы.

– Присутствовало всего шесть человек. И Макс работает в средствах массовой информации! И живет светской жизнью! – пыталась она защититься.

– А моя жена – его сексуальная маленькая помощница! И ты думала, я обрадуюсь, узнав об этом?

– А почему ты не видел «Глаз Лондона», когда он вышел? В то время его читали по всему миру. Чем ты был так занят в июне прошлого года, что статья прошла мимо тебя, Андреас? Прятался на острове со своей очередной блондиночкой?

– А ты хотела, чтобы я увидел тебя?

Луиза была настолько шокирована, что не сразу нашлась, что ответить.

– Высокий, темноволосый, красивый медиа-магнат, правда старше меня, но так же богат, – продолжил Андреас. – Ты использовала его в качестве поддержки, когда потеряла меня, дорогая моя… Ты провела последние четыре года, ожидая, что я замечу тебя с Максом Ландрю? Хотела, чтобы я приехал и забрал тебя назад?

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

– Ты просто дьявол, – прошептала Луиза.

А если слова Андреаса могут оказаться правдой? Если она использовала свои деловые отношения с Максом как защитный экран от человека, которого любила? Действительно ли она хотела, чтобы Андреас увидел ее счастливой рядом с другим мужчиной?

Сама идея опустошала Луизу, отправляя ее в темные холодные глубины самоуничижения. Ведь именно это она и делала! Луиза могла бы с таким же успехом укрыться в наркотическом дурмане, если была бы в состоянии решиться на это. Она могла бы пребывать в истерике, могла позволить запереть себя в палате, потому что это было еще хуже – годы скрытого ожидания намного – о, как намного! – хуже…

– Что ж, теперь я здесь, и ты можешь забыть о Ландрю.

Луиза вздрогнула, взглянув на себя с ужасной стороны, на которую ей открыл глаза Андреас. Он подошел ближе и теперь возвышался над ней как темная скала, сверля ее взглядом темных проницательных глаз.

– Ты считаешь себя лучше его, – осознала Луиза, дрожа.

– Я знаю, что лучше его, – самоуверенно ответил Андреас. – Мы встретились вновь, и что же? Не прошло и нескольких часов, как ты снова оказалась в моих объятиях, словно и не было прошлых пяти лет, что разделили нас. – Потянувшись, он заправил ей за ухо выбившуюся прядь волос. Жест, в котором Луиза всегда читала попытку извиниться. – Что бы он для тебя ни делал, это не сравнится с тем, что делал я, правда? Один поцелуй на пыльной парковке, и ты снова моя.

Андреас говорил с такой уверенностью, что Луиза отняла его руку от своего лица.

– Если ты так уверен в себе, зачем охотиться на Макса? – бросила она, окинув взглядом папки на столе.

– Страховка. Макс может вернуться за тобой, а ты из упрямства решишь продолжить врать себе и ему. Как ты узнала, чем я здесь занимаюсь? – полюбопытствовал Андреас.

Сжав губы, Луиза скрестила руки на груди, но потом все же рассказала мужу о звонке Макса.

– Хорошо, что он в панике, – с удовлетворением заключил Андреас. – Он богат и могущественен, но прекрасно понимает, что я могу уничтожить его за двадцать четыре часа. Если захочу.

Он так уверен в себе, отметила Луиза печально. Неужели у него столько власти?

– Но ты же не хочешь, правда? – Луиза подняла голову, чтобы посмотреть мужу в лицо.

– Я хочу вернуть свою жену без скандала.

В его голосе слышалась угроза. Она будет играть по его правилам, или Максу придется заплатить. Как могла Луиза забыть желание Андреаса заставить других заплатить за вмешательство в их жизнь? Его семья, ее родственники… теперь в этот список добавлен Макс.

И дело даже не в том, что у них отняли пять лет жизни, дело в победе Андреаса. Наступил какой-то момент, и Луиза поняла, насколько он изменился. Его отец наверняка гордится сыном; Андреас вырос жестче и безжалостнее, чем сам Орестес.

– Ты напрасно проделал всю эту работу. – Ее голос дрожал от нахлынувших эмоций, которые, наверное, отразились у нее на лице. – Видишь ли, ты выбрал не то сражение, потому что я к тебе не вернусь.

Луиза прошла мимо Андреаса.

– Ты выбрала его, а не меня? Но это безумие! – Он перехватил ее руку. – Ты что, думаешь, твой любовник примет тебя назад сейчас, когда он у меня в руках? Тебе следует сказать ему, кому ты принадлежишь, Луиза.

– Макс всегда знал о тебе! – отрезала она. – И мы никогда не были любовниками!

– За четыре года в его постоянной компании? Ну, конечно, ты спала с ним! Почему ты не можешь быть честной со мной хотя бы в этом?

Честной? Луиза высвободилась.

– А ты можешь заглянуть мне в лицо и честно сказать, что за все это время ни разу не затащил в постель ни одну женщину?

В воздухе разливалось напряжение. Тишина становилась почти осязаема. Дрожа, Луиза смотрела в глаза мужа в ожидании его ответа. Внутри все переворачивалось, потому что…

– Ты знаешь, что не можешь! – сказала Луиза за него. – Особенно после того, как я собственными глазами видела тебя с другой женщиной в нашей квартире в Афинах, в нашей постели!

Андреас так побледнел, что на мгновенье Луизе показалось, что он хлопнется в обморок.

– Нет, – защищался он. – Ты не могла этого видеть.

– А теперь кто из нас скрывает правду? – Луиза нервно рассмеялась, попятившись от Андреаса. – Я уже говорила тебе однажды, что мне все известно о ней. Я приехала на эту самую виллу к тебе, но здесь были только Костас и твой дорогой брат Алекс. – Луиза помолчала, набирая в легкие побольше воздуха. – Алекс-то и рассказал мне, что ты живешь в Афинах и вообще не возвращался на остров! И я попросила его организовать для меня полет в столицу. Он предупреждал. Я для его брата в прошлом, говорил Алекс. Ты продолжил жить, но уже без меня! Я отказывалась слушать и настояла, чтобы Алекс подготовил вертолет для меня. Но мне следовало бы послушать его, да, Андреас? Потому что в тот раз его предупреждение было искренним!

Андреас побледнел еще больше.

– Когда? – поинтересовался он. – Когда это случилось?

– Через шесть недель после моего отъезда. – Не в силах больше смотреть на мужа, Луиза отвернулась, обняв себя за плечи, впиваясь ногтями в кожу. – Я сразу же отправилась в нашу квартиру. Открыла дверь своим ключом. Следы твоего пребывания были повсюду. Судя по всему, у тебя была шумная вечеринка!

Андреас грязно выругался.

– Кажется, ты припоминаешь дни, о которых я говорю. Если, конечно, ты не устраивал вечеринки каждую ночь с тех пор, как уехал и оставил меня здесь одну!

На этот раз Андреас резко повернулся к жене, хоть и ничего не сказал. Он только потер напряженную шею, расправив свои чертовски широкие плечи.

– Я ушла так же тихо, как и вошла, – с усилием продолжала Луиза. – Не думаю, что забытая жена могла бы войти и сказать «привет, я вернулась», тем более если учесть то, чем вы там занимались.

– Можешь не продолжать, – бросил Андреас. – Я знаю, что ты видела.

– Хорошо. – Так почему ее так ранит, что Андреас даже не пытается оправдаться? Почему бы ему не наврать ей чего-нибудь, чтобы объяснить то, свидетельницей чего она стала там, в Афинах? И главное – почему ей так необходима эта ложь?

Ответ был так унизителен, что внутри у Луизы все сжалось. Горячие сухие слезы обжигали горло. Боже, как хочется оказаться подальше отсюда! Дрожа, она повернулась к двери.

– Куда ты собралась?

– Я думала, это очевидно. Я уезжаю.

– Возвращаешься к Ландрю? – поинтересовался Андреас с холодным цинизмом.

Луиза вся напряглась под тонкой тканью голубого летнего платья. Волосы рассыпались по ее плечам, когда она резко повернула голову. Едва дыша от сковавшего ее холода, она взглянула на Андреаса – своего высокого темноволосого красавца мужа. Он тоже смотрел на нее – со злостью, яростно.

– Не тешь себя иллюзиями, что ты единственная женщина, с которой спит Макс. У него есть по крайней мере еще одна любовница, которая согревает его постель, когда в ней нет тебя! – жестоко бросил он. – Ты сможешь с этим жить?

– А сколько любовниц прошло через твою постель, Андреас? – парировала Луиза. – Одна, две, дюжина, сотня?…

Он поджал губы, отказываясь отвечать, и снова отвернулся. В порыве злости Луиза подошла к нему и развернула его лицом к себе.

– Ты сам требовал честности от нас, так что отвечай на вопрос!

– Сколько ярости! – рассмеялся Андреас.

– Отвечай мне!

– Были ли в моей постели другие женщины? – уточнил Андреас. – Разумеется. Пять лет – слишком большой срок, чтобы вести монашеский образ жизни.

Луиза отпустила его руку, словно обожглась. Она дрожала от боли и отвращения.

– Значит, старые добрые греческие двойные стандарты никуда не делись, – холодно бросила она. – Надеюсь, ты вполне доволен, что живешь по законам своего народа.

С этими словами Луиза положила руку на дверную ручку.

– Что ты хочешь сказать?

– Ты сам сказал – пять лет в разлуке! – Костяшки пальцев, сомкнутых вокруг ручки, побелели. – Ты же думаешь, что я играла по тем же правилам, что и ты, правда?

Луиза наблюдала, как напрягся Андреас, как побелела его загорелая кожа, как он застыл, словно кто-то превратил его в камень.

– Если я беременна, то сообщу тебе, – сказала она напоследок. – Если, конечно, к тому времени тебя все еще будет это интересовать. – И Луиза вышла из кабинета.

Ни Костаса, ни Пьетроса нигде не было видно. Но Луизе это было лишь на руку, потому что сейчас она и не желала никого видеть. Ей хотелось только одного – уехать отсюда и никогда больше не возвращаться.

Заветное желание Изабеллы скоро исполнится, печально думала Луиза, когда спускаясь по ступеням тенистой веранды под безжалостные лучи полуденного солнца.

Вдохнув полной грудью, она побрела по дороге, понятия не имея, куда направится. В тот дом, где они до сих пор жили с Андреасом, она не собиралась возвращаться. Луиза даже задрожала при мысли, что ей придется снова войти туда. Отель? Тоже исключено. Она сейчас просто не в состоянии вежливо улыбаться всем, кого встретит на своем пути.

Оставалось только одно место, куда Луиза могла бы отправиться и поплакать вдоволь. Но сейчас, шагая по каменистой дороге, она не расплачется!

Шум мотора, разрезавший тишину, заставил Луизу замереть на месте. Она собрала последние силы и ускорила шаг. Губы ее дрожали, глаза угрожающе горели.

Машина с открытым верхом остановилась, преграждая ей путь.

– Садись! – скомандовал Андреас.

Но Луиза продолжала идти. Она услышала ругательство у себя за спиной и звук захлопывающейся дверцы, потом неожиданно Андреас возник перед ней.

– Садись в машину, Луиза, если не хочешь, чтобы я силой усадил тебя туда! – рявкнул он.

– Я не…

Андреас поднял ее на руки и, не открывая дверцы, буквально бросил на пассажирское сиденье.

Она все еще дрожала, когда он сел за руль, завел машину и поехал по дороге.

– И забудь о своей привычке уходить от меня!

– Это я-то ухожу от тебя? – дрожащим голосом спросила Луиза. Ее голубые глаза блестели, волосы развевались на ветру. Она смотрела на совершенно незнакомого ей Андреаса.

Его лицо выражало столько злости, что он был похож на убийцу. Глаза скрывались за стеклами темных очков, придавая его образу загадочности и опасности.

– Тогда нам обоим стоит научиться не уходить друг от друга. Что бы ни было. Нужно просто перестать делать это!

– Чтобы еще больше умертвить наш брак? – Луиза уже не сдерживала горючих слез.

Андреас резко остановил машину, пропуская вперед старый грузовик.

– Наш брак не умер.

Но Луиза так не считала.

– Я не хочу оставаться замужем за человеком, который даже не верит мне, когда говорю ему правду. – Луиза совершенно забыла о той маленькой лжи, которую бросила ему в лицо совсем недавно.

Грузовик проехал, как старый грозный мамонт. Андреас ничего не ответил.

– Ты снова не туда едешь. Я собиралась проститься с Никосом.

Андреас прибавил газу. Через каких-то пару минут они уже стояли на перепутье, откуда начиналась дорога к дорогим виллам.

– Нет, Андреас, ты не можешь так поступить, – выдохнула Луиза.

– Когда ты усвоишь, что я могу поступать так, как мне заблагорассудится?

Холодное заявление заставило ее в изумлении уставиться на мужа.

Андреас изменился. По сравнению с тем моментом, когда она вошла в его кабинет на семейной вилле, Луиза видела перед собой совершенно иного человека. Сильно отличающегося и от того, которого Луиза позволила себе увидеть, когда они жили в своем безумном пузыре счастья в новом доме. Теперь этот пузырь лопнул, и муж превратился в незнакомца. Самоуверенного и жестокого, который думал только о себе и своих желаниях.

– Но я х-хочу съездить к Никосу! – Эти слова прозвучали как беспомощная мольба.

И тут, как по мановению волшебной палочки, перед ними открылись железные ворота, и оба оказались на вертолетной площадке, принадлежащей Марконосам. Их уже ждали пилоты и новенький белый вертолет.

– Когда ты успел организовать все это?

– До того, как поехал за тобой.

С грацией пантеры Андреас вышел из машины, открыл для Луизы дверцу и отстегнул ее ремень безопасности.

Винт вертолета начал медленно вращаться.

– Я никуда не полечу с тобой!

Андреас бросил ключи от машины одному из своих людей и взял жену за руку. Она пыталась высвободиться, но это было бесполезно.

– Ты меня слушаешь? – с отчаянием в голосе поинтересовалась Луиза.

Она сдернула очки с его лица, наткнувшись на холодный, безжалостный взгляд, не терпящий компромиссов.

– Т-ты заблуждаешься, если считаешь, что я сяду с тобой в эту штуку, пока ты не объяснишь, за каким чертом мне это нужно!

– Заблуждаюсь? – произнес Андреас зловеще. – Что ж, посмотрим.

И снова что-то опасное промелькнуло в его взгляде, отчего Луиза вытянула обе руки вперед, словно пытаясь оттолкнуть Андреаса. Но теперь ничто и никто не мог остановить его – он привлек жену к себе и завладел ее губами. Андреас вложил в этот поцелуй всю свою ярость. И целовал ее до тех пор, пока ее колени не подкосились, пока ее рука не сжала его очки, сломав их. Андреас прижал Луизу к себе так крепко, что она чувствовала силу его возбуждения. И от этого голова шла кругом.

Все это произошло на глазах у пилотов и персонала. А когда наконец Андреас отстранился, ее губы раскраснелись и припухли от поцелуя.

– Этого достаточно?

– Да.

– Ты больше не станешь спорить?

Сжав губы, все еще горящие от недавнего поцелуя, Луиза молча кивнула.

– Ты сама сядешь в вертолет или мне донести тебя и усадить силой?

– Я с-сама.

Андреас кивнул.

– Не нужно выглядеть такой несчастной. Ты же знаешь, с твоей прекрасной головки не упадет ни одного волоска.

И Луиза действительно знала это. Молча она села в вертолет.

Вертолеты Марконосов нельзя было причислить к обычным. Кремовый кожаный салон и блестящий отполированный интерьер – все так и кричало о богатстве и власти, о которых Луиза предпочла бы забыть.

– Джейми! – вспомнила она, оказавшись в кресле.

– О твоем брате позаботятся.

– Что ты имеешь в виду? – спросила Луиза, нахмурившись.

Андреас достал из кармана мобильный телефон.

– За Джейми присматривает мой человек, с тех самых пор как мальчик предпочел остаться в отеле, а не переехать с нами на виллу.

– Твой человек? Из тех, что следили за каждым моим шагом?

– Я слежу за тем, что принадлежит мне! – повторился Андреас.

Потом он бросил мобильник ей на колени и взял свои очки, которые Луиза все еще держала в руках.

– У тебя три минуты, чтобы сказать брату, что между нами все наладилось. – Скажи ему, что мы летим в Афины и не вернемся до позднего вечера.

– В Афины? Но я не хочу…

Протест Луизы растворился в тишине, когда Андреас удалился в кабину пилота, даже не взглянув на нее, не оставив ей шанса закончить то, что она собиралась сказать.

Луиза взяла мобильник. К тому времени как она закончила уверять брата в том, что все в полном порядке, они взлетели.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

Луиза не видела Андреаса до тех пор, пока они не приземлились в частном аэропорту Афин. Его отсутствие дало ей достаточно времени, чтобы обдумать все действия мужа. Она была вся на нервах, когда Андреас вышел из кабины пилота, чтобы сопроводить ее к ожидающему их лимузину.

В машине не было перегородки между пассажирами и водителем, так что Луиза отложила то, что хотела сказать, на потом.

Между супругами чувствовалось заметное напряжение. Чем ближе они приближались к роскошным домам в Коланиках, тем больше Луиза нервничала.

– Я не хочу ехать к твоим родителям! – запротестовала она, проиграв в голове все возможные сценарии дальнейших событий.

Андреас ничего не сказал. Ей так хотелось ударить его, что пришлось даже сжать руки в кулаки, чтобы не поддаться искушению.

Чего он хочет? Что происходит у него в голове?

Ответ знал сам Андреас, но он ни за что не сказал бы об этом Луизе – у него просто не хватило бы смелости. В горле пересохло, когда они проезжали мимо шикарных особняков на холме, знаменитом своими видами на Афины. Луиза замерла рядом с Андреасом. Он так сильно рисковал, что даже не был уверен, чем все закончится.

– Ненавижу тебя, – прошипела Луиза сквозь зубы, заметив, что они подъезжают к дому, где находится квартира Андреаса. Она побелела как полотно. Ее большие глаза голубыми озерами выделялись на бледном лице. – Не могу поверить, что ты можешь со мной так поступить.

Шофер вышел из машины.

– Но мы должны пройти через это, дорогая моя. Иначе нельзя.

Пройти через что? Неужели Андреас хочет снова разбить ее сердце?

Водитель открыл для Луизы дверцу, и ей ничего не оставалось, кроме как выйти из прохладного салона в полуденную жару.

Потребовалось меньше часа, чтобы оказаться здесь. Меньше часа, чтобы повторить путешествие пятилетней давности. Сердце ушло в пятки. Луизу тошнило и могло вырвать в любую минуту.

Андреас вышел из машины и кивнул шоферу, который сел за руль и исчез из виду, оставив Андреаса и Луизу на улице. Оба не спускали друг с друга глаз.

Он выглядел высоким и очень большим. В его глазах читалось твердое намерение закончить задуманное. И Луиза слишком хорошо знала мужа, чтобы сообразить, что Андреасу ничего не стоит перекинуть ее через плечо и утащить в квартиру, пусть и по пожарной лестнице, если это потребуется.

Поэтому, вздернув подбородок, Луиза уверенным шагом подошла к нему. Ее голубые глаза были так холодны, что больше напоминали льдинки. Андреас проводил ее в холл, идя на полметра сзади. Луиза не хотела, чтобы он прикасался к ней. По правде говоря, ей вообще не хотелось быть здесь…

Они вошли в лифт как двое незнакомых людей и, не говоря ни слова, поднялись на верхний этаж. Андреас не сводил с Луизы глаз, а она уставилась в пол, молясь, чтобы все это скорее закончилось.

Лифт привез их в квартиру, которая ничуть не изменилась за пять лет, пока Луизы здесь не было. Вот только все теперь сияло чистотой. Даже «мужская» мебель, как называла ее Луиза. Ведь квартира принадлежала Андреасу задолго до того, как в его жизни появилась Луиза…

Она поежилась, чувствуя, как противный холодок сковал тело. Обняла себя за плечи, словно так могла согреться от леденящего душу холода.

Но Андреас еще не закончил ее муки. Легко обняв Луизу, он провел ее через гостиную к двери, которая вела в дальнюю часть квартиры, где располагалась самая красивая комната.

– Не надо… – сорвалось с ее губ, когда Андреас отворил перед ней дверь их прежней спальни.

Не давая жене ускользнуть, он буквально затолкал ее внутрь. В следующее мгновенье Луиза перестала дышать. Колени подкосились. Сердце готово было выскочить из груди. Все здесь осталось прежним. Все, вплоть до огромной кровати с ее белоснежными простынями. Луиза в ужасе прикрыла рот рукой, когда воспоминания снова нахлынули на нее.

– Я бы предпочел умереть, чем позволить тебе увидеть то, что ты увидела, когда приезжала сюда в последний раз. Но я был не в себе, и от меня не было бы пользы никому, даже жене, которая заслуживала, чтобы ее муж ждал ее здесь, а не валялся в постели как ничтожный червяк.

Что ж, он произнес это, подумала Луиза, прижав пальцы к губам, чтобы унять дрожь.

– Я умоляю тебя о прощении! – Прямо здесь, на месте преступления?

– Неподходящее место, чтобы умолять меня о чем бы то ни было, – прошептала Луиза.

– Тогда хотя бы выслушай меня. Ты выслушаешь мои объяснения?

О, боже, что же делать?

– Послушай, – Луиза повернулась, взглянув куда-то поверх его левого плеча, – т-тебе не нужно этого делать. Я уже п-приняла то, что увидела здесь, иначе я не позволила бы тебе…

– Прекрати мне врать.

Луиза знала, что побелела. Она чувствовала это. Она знала, что у нее дрожат губы, бешено колотится сердце и…

– Мне не нужно, чтобы ты это делал, Андреас! Я не хочу! Я хочу просто уйти отсюда…

– Но мне это необходимо! – Андреас взял жену за плечи так крепко, словно собирался тряхнуть ее. – Тебе не будет больно, если ты выслушаешь меня.

Нет?

– Признание, возможно, облегчит твою совесть, но моей душе от этого легче не станет!

– Я люблю тебя! – произнес в отчаянии Андреас. – Всегда любил. И никогда не прекращал любить тебя. От этого твоей душе станет легче?

Луиза замолчала как громом пораженная. Она смотрела, как Андреас сжал руку в кулак, видимо, чтобы ударить им в стену, но потом передумал и повернулся к Луизе.

– Ты помнишь Лайлу?

Лайлу? Кажется, Луиза позабыла обо всем на свете.

– Ты меня любишь? – изумленно выдохнула она.

– Да, – вздохнул Андреас. – Так ты помнишь ее?

Лайла…

– Т-твоя кузина? – неуверенно уточнила Луиза. – Почему ты не признался мне раньше, что любишь меня?

– Потому что ждал, что ты признаешься мне первой. – Уголки его губ опустились. – Ты видела меня с Лайлой.

– Ты спал со своей кузиной Лайлой? – Шок и ужас едва не сбили Луизу с ног.

– За кого ты меня принимаешь? – изумился Андреас.

– Ты напился? – предположила Луиза. – Ты переспал со своей кузиной Лайлой, потому что напился, и считаешь, что такое признание облегчит твою душу?

– Я не спал с Лайлой! Почему ты просто не послушаешь, что я хочу сказать?

Не в силах стоять на ногах, Луиза попятилась и опустилась на ближайший стул. Она старалась припомнить события того злополучного дня, но в памяти всплывал лишь Андреас, лежащий на кровати обнаженный, а его красивая партнерша лежала рядом, завернувшись в простыню. Ее рука обнимала его за плечи, а лицо, прикрытое копной густых темных волос, склонялось к его сонному лицу.

– Лайла спасла меня, не дав утонуть в пьянстве и самоуничижении. – Голос Андреаса вернул Луизу в реальность.

Он отошел к стене, вынул из карманов сжатые в кулаки руки. На лице мужчины застыло странное выражение.

– Я вернулся из Англии, куда ездил за тобой, и закрылся здесь с ящиком виски и нежеланием кого-либо видеть, – продолжал Андреас. – Отключил мобильник и городской телефон. Я ненавидел себя. Ненавидел тебя. Я опустился так низко, что мне уже было плевать на все. Так бы и жил, если бы не появилась Лайла и силком не заставила консьержа открыть ей дверь моей квартиры. Она была безжалостна. – Жесткая, деловая женщина, Лайла унаследовала состояние своего отца в империи Марконосов и не собиралась сдавать своих позиций или передавать кому-либо свою власть, припомнила Луиза.

– Она нашла меня на этой самой постели. Я лежал одетый и с бутылкой виски в руке. Лайла разбудила меня, она била меня и кричала, пока не заставила принять душ. Я был тот еще подарок! – хмыкнул Андреас. – Я даже идти нормально не мог, не говоря уже о том, чтобы стоять прямо. Лайла все сделала за меня. Она отвела меня в душ и помыла. Потом приказала побриться, а сама ушла в спальню. Бреясь, я порезался, – вспомнил он, касаясь своей щеки, как будто порез все еще не зажил. – Она принесла мне еще пару полотенец. Одежда Лайлы была вся мокрая, поэтому она сняла ее с себя и завернулась в полотенце. Когда я вышел в спальню, Лайла уже перестелила постель… – Андреас замолчал и покачал головой. – До сих пор не могу понять, как так получилось. То есть… ты блондинка, а Лайла брюнетка, но… когда она посмотрела на меня, ее теплая улыбка напомнила мне о тебе, и я… чуть не сломался. Я плакал как ребенок. Плакал о тебе, о себе, о Никосе…

Не в силах больше сидеть на месте, Луиза подошла к мужу и обняла его.

– Не нужно больше слов. Я понимаю, что ты чувствовал. – Потому что Луиза сама пережила все это. О, да, она слишком хорошо понимала его чувства…

Но Андреас уже не мог остановиться.

– Меня понесло, и я уже ничего не мог с собой поделать. Лайле удалось уложить меня в постель, хотя я не понимаю, каким чудом. А потом она легла рядом и просто обняла меня. А потом мы оба, наверное, заснули…

– Хотелось бы мне иметь такую сестру, как Лайла, – прошептала Луиза. – Но рядом со мной оказались лишь паникующие родители, которые вызвали врача и отправили меня в клинику.

– Я бы хотел быть для тебя Лайлой, – Андреас обнял жену. – Мы могли бы пережить все вместе, и тогда не было бы этих пяти лет ада.

– Только не нужно снова думать о мести, – испугалась Луиза.

– Нет, никакой мести, – пообещал Андреас. – Сначала я думал о расплате, но, когда ты ушла от меня тогда на вилле, мне вдруг стало ясно, что я веду не те сраженья. К черту Ландрю! К черту наших родственников! Даже потрясающий секс ничего не значит по сравнению с тем, как ты можешь любить меня вот так бескорыстно, и это после всего, что увидела здесь. Вот это и была моя настоящая победа, хотя я едва не упустил ее. – Андреас запустил пальцы в ее волосы. – Мне наплевать на тех, кто был у тебя после меня, дорогая моя. Я не заслуживаю даже, чтобы ты подпустила меня к себе, так как же я могу судить тебя за что-то?

– Потому что ты грек со своими двойными стандартами? – Андреас поморщился. – Потому что ты самовлюбленный манипулятор и не видишь разницы между правдой и ложью, когда в тебе закипает кровь? – Он нахмурился. – У меня не было других мужчин после тебя, Андреас. И я не спала с Максом.

– Я определенно не заслуживаю даже слышать таких слов.

– Значит, теперь ты мне веришь?

– Да, – грустно улыбнулся он.

– Я влюбилась в тебя, когда мне было семнадцать лет, и с тех пор у меня не было другого мужчины. Ты был прав – отношениями с Максом я надеялась добиться того, чтобы ты пришел за мной. И мне до сих пор сложно смириться с тем, что ты так и не пришел…

– И этого я недостоин слышать.

Луиза покачала головой. Она не хотела больше ничего знать.

– Я еще не во всем признался, – снова заговорил Андреас. – О моих женщинах…

– Нет! – Луиза остановила его. – Поверь мне, я не хочу ничего о них слышать.

– Нет, это ты поверь мне, когда я скажу, что у меня ничего с ними не было. – Луиза подняла удивленный взгляд на мужа. – Да, – продолжал он. – Все эти женщины не могли заменить тебя. Я выходил с ними в свет, но ничего больше. А они, не желая признавать, что я ни с одной не захотел лечь в постель, врали, создавая мне репутацию настоящего казановы.

– Андреас, но я не ждала от тебя верности после нашего разрыва. Ведь прошло столько времени…

Луиза знала Андреаса, он и пяти дней не мог прожить без секса, а тут целых пять лет!

– А почему, как ты думаешь, я набросился на тебя, как голодный лунатик в ту ночь на холме? Почему вел себя как ненасытный медведь. Ты… ты снова была в моих объятиях, и я просто потерял голову…

О, боже, подумала Луиза.

– Я впечатлена, – рассмеялась она. – И что же дальше?

Луизе хотелось поцеловать его, и Андреас перехватил этот ее взгляд.

– А ты как думаешь? – поинтересовался он игриво, поднимая ее на руки. – Мы создадим новые сладкие воспоминания, которые унесут из твоей головки все плохое, что связано с этой постелью.

Луиза вздохнула, когда мягкий матрас коснулся ее спины.

– Мне нравится, когда ты такой искусный и первобытный одновременно, – призналась она.

ЭПИЛОГ

Андреас лежал на палубе под зонтом, а на груди у него дремала его трехмесячная дочурка. Они прекрасно смотрелись вместе.

– Ну, как ты думаешь? – спросила Луиза у маленькой копии Андреаса, которая сидела у нее на руках. – Помешаем им или дадим спать?

– Я проснулся, – промурлыкал Андреас полусонно. – Где ты была все это время?

– Отвечала на бесконечные звонки родственников.

Андреас медленно открыл глаза и посмотрел на красавицу жену.

– Значит, они все же решили переступить через себя и помириться?

– Лучше уж так, чем ты бы выстроил их всех в ряд и перестрелял.

– У меня больше нет желания расстреливать кого-либо, – возразил Андреас. – Я просто не желаю, чтобы они снова вмешивались в нашу жизнь.

– Все наши родственники приедут на крестины к близнецам, так что веди себя хорошо.

Андреас чмокнул крошечную дочурку в нос и сел – осторожно, чтобы не потревожить ее сон.

– Зависит от того, что предлагают…

– Хорошую еду, часовню и вечеринку после.

– Недостаточно. – Андреас оставил малютку под зонтом и поднялся, чтобы подойти к Луизе и сыну.

– Ты хочешь заняться любовью, пока дети спят? – предположила счастливая молодая мама.

– Это не имеет отношения к семье, а твою любовь я получу и так.

– Так чего же ты хочешь?

– Еще парочку детишек.

– С ума сошел! Я только оправилась после рождения Табаты и Леона!

– Но нам потребовался целый год, чтобы они получились. Так что, если мы начнем сейчас, думаю к их второму дню рождения может появиться братик или сестричка…

Два года. Прошло уже два года, а Андреас все никак не мог простить родственников – как своих, так и Луизы – за вмешательство в их жизнь.

Два года, двое детей.

Луиза и Андреас вместе уложили малышей в кроватку. Потом одновременно выпрямились и подошли к столу, где стояла фотография Никоса.

– Ему бы понравилось иметь большую семью.

– Нечестно так играть на моих чувствах, – вздохнула Луиза, когда Андреас поцеловал ее пальцы.

Они вышли из детской.

– Не забывай, что нам еще предстоит наверстать целых пять лет.

Руки Андреаса опустились на ее бедра. Он подтолкнул Луизу в спальню.

– Только подумай обо всех этих днях и ночах дикого, незащищенного секса.

Луизе не подходили противозачаточные таблетки, а значит, предохраняться должен был Андреас. И оба были от этого не в восторге.

Андреас потянулся к застежке на ее шортах.

– Я доведу тебя до умопомрачения и даже не стану жаловаться, если ты будешь умолять меня о пощаде.

– А что, если я снова забеременею? Я непременно растолстею и вынуждена буду нянчиться с армией детишек.

– О, я найму целый полк нянек. И ограничу командировки. Передам все дела Алексу.

– Ты уже сделал это.

– И брат удивительно хорошо справляется. – Однажды Луиза поймет, как Андреасу удается раздеваться, играя с ней вот так, как сейчас.

Она посмотрела на него взглядом изголодавшейся по мужчине женщины.

– Мы должны были поговорить о твоих родственниках, а не рассуждать о прибавлении в семействе.

Андреас стянул с нее футболку.

– Я обожаю своих родственников. И могу помириться со всеми, если ты дашь мне то, чего я хочу.

– Много незащищенного секса?

– Я грек. – Андреас повалил жену на кровать. – У нас традиция – иметь большие семьи. Мы обожаем своих жен беременными. И потом… я постараюсь, чтобы ты почувствовала такое… Вот увидишь, тебе самой не захочется покидать эту постель…

И Андреас подтвердил свои слова на деле, когда снова и снова доводил Луизу до экстаза.

За прошедшие два года Луиза поняла две важные вещи. И обе привлекали ее с одинаковой силой. Импозантный мужчина в деловом костюме мог заставить сердце биться чаще при одном только взгляде в ее сторону. А парень в шортах, которого она встретила десять лет назад, до сих пор мог перевернуть ее мир с ног на голову.

Луиза любила их обоих. Восхищалась обоими.

Когда имя Андреаса появлялось в прессе, она испытывала искреннюю гордость. Как верная жена, Луиза ждала его из командировок, чтобы снять с него этот деловой костюм…

Она наслаждалась их близостью и тем, как он смотрел на нее собственническим, голодным взглядом. А их занятия любовью… Они становились все более страстными, горячими, непостижимо чувственными. К тому времени, как все заканчивалось, Луиза теряла способность ровно дышать.

– Ты снова сделал все по-своему… – деланно пожаловалась Луиза.

– Но тебе понравилось, – надменно произнес Андреас.

– Ммм… – согласилась Луиза, взглянув в глаза мужа. – Я так люблю тебя, – прошептала она. – Прошу об одном: не переставай любить и хотеть меня, как сейчас…

– Не дождешься! – улыбнулся Андреас и снова начал целовать жену.

Content

Мишель Рид
Вернись, Луиза!

Аннотация

Мишель Рид Вернись, Луиза! ГЛАВА ПЕРВАЯ

ГЛАВА ВТОРАЯ

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

ГЛАВА ПЯТАЯ

ГЛАВА ШЕСТАЯ

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

ЭПИЛОГ