Анджей Ясинский

Ник

Часть первая

Глава 1

Ник

Я мрачно шлепал по лужам, мысленно матеря своего шефа. Николай Петрович, мой шеф и хозяин фирмы «Аналитика и Бизнес», дозвонился до меня аж в час ночи и в приказном порядке потребовал выйти на работу в субботу. Нет чтоб отключить связь, но я только что выскочил из виртуала и, еще плохо соображая, что к чему, отдал компу команду ответить. Вот и приходится сегодня мокнуть под дождем. Нам наконец-то привезли заказанные еще в прошлом месяце сервера, которые вдруг срочно-обморочно понадобилось подключить к нашему кластеру, хотя прошлый заказ был обработан пару дней назад (за что мы получили неплохие премиальные), а новой работы пока не было. Ну что стоило перенести эту настройку на понедельник? Все равно работу всего комплекса останавливать не пришлось бы – вся технология подключения дополнительных мощностей уже давно отработана, а у меня на сегодня были планы, которые теперь летят к черту.

Я работаю программистом в одной, теперь уже серьезной, конторе, занимающейся анализом и обработкой различного рода информации, а также выдачей прогнозов на ближайшее будущее по определенному направлению развития событий. Чаще всего торговые организации нам заказывают проанализировать тенденции развития рынка в определенной рыночной нише, но иногда попадаются и интересные заказы от разных институтов, испытывающих недостаток вычислительных ресурсов или толковых программистов. Лично я от таких заказов получаю огромное удовольствие – для их исполнения частенько приходится глубоко копать, что позволяет узнать много нового. А я всегда отличался любопытством и тягой к знаниям.

К тому же шеф оказался человеком умным и деятельным, прекрасно разбирающимся в современных информационных технологиях, а поддерживать свой высокий уровень в этой области непросто. В прошлом, заимев первоначальный капитал, он нашел и заинтересовал работой (и не только финансово) толковых программистов, прикупил технику, после чего создал предприятие по анализу информации и выдаче прогнозов на основе этой информации. Прогнозы, сделанные для некоторых не очень дружных с законом типов, спасли их от крупных неприятностей, а мы приобрели репутацию хороших «предсказателей». Все это приносило неплохую прибыль конторе.

Вот здесь я и работаю ведущим программистом. Спросите, как связана моя работа программиста с этими новыми серверами? Очень просто: я еще и системный администратор вычислительной техники. Так получилось, что на начальном этапе развития фирмы Петрович долго не мог найти толкового сисадмина, а тут неожиданно для него оказалось, что я неплохо владею этой тематикой. Вот он и повесил на меня эти обязанности за дополнительную плату, а я и не отказывался. Посмотрев на результаты моей работы, он остался доволен и прекратил поиски человека на эту должность. Да и я доволен. Провозившись пару месяцев, я неплохо настроил всю систему – вычислительный кластер, распределенную и удаленную работу для программистов, что позволило им не сидеть все время в конторе, а работать дома или где-то еще, а появляться по необходимости. И защиту нормальную сделал. После этого все работает само по себе, моего вмешательства практически не нужно, ну а денежки капают.

…Устав ругаться, я надел очки, связанные с моим бадди-компом, вывел на левый дисплей недочитанную книжку, включил музыку, поправил сумку с инструментами, которые могли мне понадобиться, и мощным субноутом с кучей админского софта и потопал на остановку. Не люблю я таскать с собой кучу оборудования. Хоть оно и не тяжелое (все вместе вряд ли превышает килограмм чистого веса), но дискомфорт есть. В ноуте у меня хранится весь софт, разработанный в нашей конторе, – так, на всякий случай.

Если бы шеф узнал – убил бы на месте и сказал, что так и было. Все-таки ноу-хау. Правда, у меня там все так зашифровано – фиг выцарапаешь информацию, но шефу все равно лучше не знать.

Доехав до конечной остановки, я поплелся через парк. Наша контора находится почти за городом: шеф в свое время арендовал пустующее здание на бывшем военном заводе, бог знает что выпускавшем, обустроил – вышло неплохо. К тому же куча пространства – есть где походить, подумать, покурить. Под боком парк, в котором можно отдохнуть душой. Людей в нем мало – неудобно добираться, поэтому я с удовольствием иногда там гуляю.

В конторе меня встретил шеф, он был один. Сделав радостное лицо, Петрович громко закричал:

– Привет, тезка, заходь! – радостно при этом помахав рукой.

«Что это с ним? – хмуро подумал я. – Бухнул, что ли?»

– Шеф! Ну и на фига понадобилось сегодня приходить, а? – сразу наехал на него я. – Что, нельзя было в понедельник все сделать?

У нас с шефом доверительные отношения, мы друг друга уважаем и даже местами дружим, так что неформальная лексика для нас – нормальное дело.

– Нельзя, Коля, никак нельзя.

Шеф, развалившись в кресле Олечки, его секретарши, прихлебывал кофе, курил сигарету и, улыбаясь чему-то, смотрел на меня.

«Увидит Оля пепел на своем столе – со свету сживет», – злорадно ухмыльнулся я. Оля была педанткой и чистюлей и не терпела непорядка на рабочем месте. Я периодически пытаюсь за ней ухаживать (читай: совратить), но пока она отбивает все мои попытки. Ей нравится эта игра, но, к сожалению, неизвестно, нравлюсь ли ей я.

– Ладно, выкладывай, в чем дело, – буркнул я и, бросив сумку на стол, пошел делать себе кофе.

– Понимаешь, Коля… – Ненавижу, когда меня называют по имени. Обычно все зовут Ником, но шефу нравится меня доставать. – Появился новый заказ, – он поднял указательный палец, – большой заказ. Приступить к нему надо будет сразу, возможно уже завтра, и мне бы не хотелось, чтобы ты отвлекался на настройку серверов в понедельник. Так что, извини, сделать это надо сегодня. К тому же дополнительные мощности будут совсем не лишними.

Понятно. Шеф, видимо, вырвал заказ из зубов конкурентов и теперь радуется проведенной хитрой комбинации. Если реально оценивать ситуацию, то в нашем городе настоящих конкурентов у нас практически нет, но у шефа любые, даже маленькие, победы вызывают радость.

– Я сейчас тебе скину инфу, вечером дома почитаешь и пришлешь мне свои соображения. В первую очередь меня интересуют затраты времени и кого из программистов ты привлечешь к работе.

Шеф достал из кармана свой бадди-комп и что-то пробормотал в него. Мой комп высветил перед глазами информацию о прямом коннекте и начал загрузку информации. Наши с шефом компы были настроены друг на друга, так что не пришлось делать лишних телодвижений, чтобы подтвердить прием.

– Ладно, – вздохнул я. – А железо привезли именно то, что мы заказывали, или как в прошлый раз?

Тогда нас попытались кинуть: всунули несколько левых железяк, но не на тех нарвались. Шеф им быстро мозги вправил и с тех пор сам проверяет поступающую технику. Нравится ему с железом возиться, наверное, боится потерять квалификацию.

– Ага, – кивнул шеф. – Более того, все уже распаковано, осталось только подключить и настроить.

Он затянулся сигаретой и пустил кольца в потолок.

– Где поставили технику? – спросил я.

Дело в том, что в некоторых дальних помещениях разводка питания шла не от центрального распредщитка, а откуда-то сквозь стены и уходила в подвалы. Мы старались там технику не ставить, потому что запасное питание от нашего генератора туда не дотягивалось – шеф никак не мог добраться с ремонтом до тех помещений, – а рисковать оборудованием не хотелось.

– В пятом кабинете, – ответил шеф.

– Так я и думал! А про разводку ты не забыл? – возмутился я от всей души, чуть не разбив чашку с кофе об стол. Моя сисадминская душа не терпела непорядка на вверенном участке. – А если свет отключат? Ты ж потом мне все мозги прополоскаешь за испорченную работу или, не дай бог, технику! – Я сплюнул через левое плечо. – У нас же есть свободное место в стойках!

Шеф хитро ухмыльнулся:

– Понимаешь, Коля, мне тут упало железо помощнее, чем мы заказывали, говорить не буду какое – сам увидишь, а оно идет в шкафах со своим обеспечением поддержки. Так что дуй на рабочее место и действуй, к понедельнику все должно быть тип-топ. А с питанием я на следующей неделе разберусь, не боись, все будет нормально.

Шеф махнул рукой и снова погрузился в свои мысли.

Мысленно плюнув на него и захватив свою сумку, я пошел в кабинет с новой аппаратурой. Меня разбирало любопытство, что же там такое привезли. Все-таки мы заказывали не настолько слабую технику. А помощнее не тянем пока.

Зайдя в кабинет, я увидел разбросанные по комнате обрывки упаковочной бумаги и возвышающийся в центре шкаф. Открыв дверцу, я сразу понял, что шефу сказочно повезло: это железо было на порядок мощнее, чем мы заказывали. Информация с идентификаторов, услужливо высвеченная бадди-компом при взгляде на блоки, показывала, что это оборудование чуть ли не экспериментальное.

«Интересно, откуда шеф достал такое чудо?» – подумал я и, закатав рукава, принялся за работу. Сначала выкинул из помещения всю упаковку, соединил блоки в шкафчике в тестовую конфигурацию и воткнул штепсель в розетку.

– Ну-с, – радостно потирая руки, пробормотал я и нажал кнопку питания.

Ничего не произошло.

– Японский городовой! – выругался я.

Посмотрев на розетку, увидел, что индикатор, указывающий наличие напряжения, не светится. Достав тестер, я воткнул его в розетку. Как и ожидалось, напряжения не было. Прибор показывал отсутствие короткого замыкания и исправность автоматики защиты в розетке, значит, проблема в разрыве цепи питания где-то в другом месте.

Плюнув, теперь уже по-настоящему, в угол комнаты, я послал ругательство через бадди-комп шефу и сообщение о том, что пошел в подвал разбираться с питанием. Шеф меня проигнорировал.

Собрав все причиндалы в сумку, я начал спускаться по лестнице. Подвал, надо сказать, был обширный – по моим ощущениям, больше самого завода. Мы его так и не обследовали нормально – только недалеко от входа.

Спустившись на подвальный уровень, я подошел к металлической двери с кодовым замком. Уж не знаю, от какой линии был запитан замок, но он работал. На нем горел красный светодиод. Подключившись через бадди-комп к серверу конторы, я быстро нашел код доступа в подвал и набрал его на клавиатуре замка. Замок задумался на пару секунд. «Что так долго? – подумал я. – Калькулятор там, что ли, стоит?» На двери рядом с замком зажглась надпись «Чисто», индикатор на замке сменил цвет на зеленый, и в двери громко отщелкнулись внутренние задвижки. Они, судя по звуку, были довольно мощные и шли по всему периметру двери.

Я поежился. Неприятное ощущение. Заныли сервомоторы, и дверь медленно стала открываться. «Да что же там хранили?» – удивился я. Не представляю, для чего нужны такие двери в подвал. Дверь открылась полностью. Внутри было темно. Чертыхнувшись – фонарик-то не захватил, – я спустил очки со лба на глаза и перевел бадди-комп в режим ночного зрения с камер на очках. Сначала увидел только цветные пятна, но через пару секунд комп настроил программу обработки видео, и передо мной возникло хорошее изображение короткого коридора, частично сгенерированное бадди-компом на основании данных, получаемых им от встроенных датчиков.

Ну и где искать тут и, главное, что? Оглядевшись по сторонам, я увидел распределительный щиток, от которого должны были запитываться розетки в нужной мне комнате. Открыв его, потыкал тестером контакты. Странно: напряжение есть, а света в коридоре нет. А ведь он должен автоматически включаться при открытии двери.

Недоуменно почесав в затылке, я решил идти вдоль линии до следующего щитка и там все проверить, пока не найду неисправность. Поправив очки, я отправился дальше по коридору. Стояла мертвая тишина, лишь было слышно, как где-то капает вода. По спине у меня пробежался табун мурашек. Что-то мне уже расхотелось переться в темноту, пусть дорога и видна через очки. Тишина, темнота и звуки капели неприятно действуют на расшатанные нервы бывалого геймера. Ну да ладно, все равно выбора нет. Медленно, вглядываясь во все встречные углы, я двинулся вдоль линии питания. Пройдя несколько метров по коридору, я остановился и начал искать план здания и схему электропроводки в Интернете. К моему глубокому удивлению, ничего внятного найти не удалось. Пришлось отмотать видеозапись назад и «срисовать» висящий на стене у выхода план эвакуации, перевести в нечто удобоваримое и, включив отслеживание пути, повесить перед глазами. На схеме сразу же отметил уже осмотренный щиток, черкнув пару комментариев.

Где-то с час я работал, двигаясь от щитка к щитку и проверяя их. В районе второго щитка бадди-комп пискнул, и на экране появилось сообщение о потере связи с базой. Глубоко, однако. Прошел расстояние, наверное, с километр, везде все было нормально. Сильно устал. Решил проверить еще пару щитков и сделать перерыв. Подходя к следующему месту проверки, я увидел какое-то мерцание. При ближайшем рассмотрении щиток оказался оплавленным, в его отверстиях были видны отсветы разрядов. Очевидно, в нем и коротнуло. Надев предусмотрительно прихваченные с собой резиновые перчатки, я с трудом открыл крышку и присвистнул. Провода все оплавились. Непонятно, почему не сработали автоматы. Немного отдохнув, я принялся за работу: осторожно обрезав оплавленные провода, аккуратно начал делать перемычку. Конечно, по-хорошему, надо было бы дойти до следующего щитка и отключить там питание, но до него долго идти, судя по расстоянию между предыдущими щитками, и я махнул на это рукой. Дело двигалось к концу, я уже собирался прикрутить последний провод, когда за спиной раздался какой-то звук. От неожиданности и пробившего меня испуга я подпрыгнул и развернулся в воздухе, совсем забыв про зажатые в плоскогубцах провода. Я ничего не успел увидеть, как меня выгнуло дугой, зубы намертво сжались, я почувствовал, как крошится зубная эмаль. Из глаз посыпались искры, и сознание милостиво покинуло меня.

Глава 2

В себя я пришел от звука капающей воды. С трудом открыв глаза, попытался что-нибудь рассмотреть. Стояла сплошная темнота. Внезапно я почувствовал боль во всем теле – нервы, блин, включились. Попытался вспомнить, что произошло. Ага, похоже, меня неслабо шандарахнуло током. Что же меня испугало-то? Сжав зубы и почувствовав в них боль, я попытался пошевелить рукой. Она слабо дернулась. Передохнув немного, я продолжил попытки реанимировать мышцы. Раз-два. Раз-два. Сжать-и-отпустить. Как там учил сэнсэй? Прокачав кровь по мышцам, почувствовал себя полегче. Через полчаса удалось доползти до стены и прислониться к ней.

Тем временем я пытался понять, что же все-таки произошло. Понятно, что меня приложило током, только непонятно как – руки были в перчатках, провода держал в плоскогубцах. Тут я почувствовал запах паленых волос и решил ощупать голову. В районе затылка тут же стрельнула боль. Волосы там обгорели. Теперь понятно, что случилось: развернувшись на звук, я невольно подался назад и впечатался затылком в оголенные провода. Обдумав это, я удивился, что все еще жив. К тому же обожженная рана на голове болит только при прикосновении. Я старался сообразить, хорошо это или, наоборот, плохо, но ничего не вспомнил.

Еще раз ощупал голову. Так, на голове нет очков, надо их найти. Особым образом свистнув, я с облегчением увидел вспыхнувший свет, резанувший привыкшие к тьме глаза, и услышал слабый зуммер. Дома я постоянно терял очки, поэтому настроил программу, реагирующую светом и звуком на определенную насвистываемую мелодию. Судя по реакции от бадди-компа, он остался цел. Это неудивительно – обычно их делали защищенными от внешних воздействий, ведь люди их постоянно носят с собой. Некоторые чудики иногда даже купаются, не снимая.

В общем, прошло еще некоторое время, пока я сумел подняться, нацепить очки и оглядеться. Сначала собирался проверить, что стало со щитком, доделать работу и вернуться в офис, а о голове позаботиться позже, не так уж сильно она и болела. Однако первый же взгляд на стену, где должен был располагаться щиток, заставил меня застыть неподвижно. Стена была пустая. Никакого щитка не наблюдалось. «Может, меня отбросило?» – подумал я и прошелся вдоль стены влево-вправо метров на двадцать. И ничего не обнаружил. Как бы сильно меня ни отбросило, щиток должен быть недалеко. Однако его не было. Тут я пригляделся к самим стенам. Уже давно что-то цепляло взгляд, только я не обращал внимания. Вглядевшись, понял, что стены другие. Не поверив себе или, вернее, бадди-компу – ведь реалистичное изображение синтезировал он, – я включил светодиодный фонарь в очках, выглядевший как яркая полоска вдоль очков. Видимое пространство уменьшилось до нескольких метров, синтез графики автоматически остановился. Чувствительности датчиков бадди-компа хватало, чтобы просканировать окружающее пространство до десятка метров в полной темноте. На основании результатов сканирования он в режиме реального времени генерировал реалистичную картинку окружающего пространства, в котором намного легче ориентироваться, чем в неверном свете маленького налобного фонарика. При наличии хотя бы слабого освещения эта граница отодвигалась дальше. Днем же комп пропускал реальную картинку через себя, а обработка изображения уже зависела от настроенной программы генерации окружающего мира.

Но сейчас мне понадобился именно фонарь, чтобы своими глазами увидеть то, что показывал мне комп. Увиденное не сильно отличалось от показанного им. Стена – металлическая с серебристой поверхностью, в то время как у нас в подвале стены были бетонными. Я недоверчиво потрогал ее пальцем. Ничего не изменилось. Все это сильно напрягало. Чтобы составить полную картину, я включил комп на сканирование с подсветкой от фонаря, чтобы расширить пределы. Почти мгновенно перед глазами прояснилось, и я огляделся.

Я стоял в коридоре, но коридор был другим. Не тем, в который я входил. Вместо влажного, сочащегося водой бетона вокруг меня был металл. Стены, потолок, пол. Под ногами шуршал запыленный мусор. Сухие листья, ветки, древесная труха, косточки каких-то мелких зверьков. Передернуло. Не люблю крыс. «Возможно, – подумал я, – у меня с головой гораздо более серьезные проблемы, чем я предположил». С минуту я потратил на перенастройку монитора здоровья. Медицинские системы сканирования и анализа эта программа заменить не может, но, обладая доступом к встроенным датчиками бадди-компа, экспресс-анализ проводила неплохо. После запуска я также решил проверить, не стал ли я после удара током лунатиком, или кто там во сне ходит, – каким-то ведь образом я же попал в этот новый коридор! Ничего такого система не показала. Никакого брожения в бессознательном состоянии. Просто смена картинки. Проверив результаты сканирования, я узнал, что серьезных проблем у меня нет, разве что стоит посетить больницу для дальнейшего анализа и обработки ссадины на голове. Можно начать прием легких транквилизаторов или релаксационную терапию, но это по желанию.

Подняв сумку, я осторожно двинулся в сторону выхода. То есть бывшего моего выхода. Здесь – хрен его знает, где он есть. Чтобы не сойти с ума от страха, я решил пока не выдвигать никаких гипотез. Додумаюсь еще до чего-нибудь…

Вообще меня трудно чем-то напугать. Физически я крепок, занимаюсь боевым самбо, уже не так интенсивно, как в институте, но форму поддерживаю. Психически уравновешен. Однако ситуация вроде этой выведет из себя и полного флегматика или пофигиста.

Медленно проходя по коридору, я сообразил, что звук капели приближается и что доносится он из-за угла. Потихоньку заглянув за угол, я увидел точно такой же коридор, только перекореженный: потолок просел, обе стены насквозь пробиты какими-то трубами. Из одной такой трубы и капало. Лужа внизу была небольшая – видимо, часть воды (воды ли?) куда-то уходила. Как ни странно, после этого завала коридор заканчивался метров через двадцать (в «своем» подвале я накрутил около километра).

Так. «Стоп, – сказал я себе. – Имеет ли смысл пробираться через трубы и смотреть, что в конце коридора? Может, вернуться по своим следам и обследовать другую сторону? Но сколько мне там идти, неизвестно. А здесь я уже куда-то пришел. Ладно, обследую все здесь и пойду назад, если ничего особенного не найду». С трудом пробравшись через завал из труб, по пути я проверил капающую с потолка жидкость. Странно, но это оказалась вода. Обычная вода. Как показал простенький анализатор бадди-компа, еще и с примесью каких-то полезных солей, но комп утверждает, что пить можно. Ладно, поверим ему. Пройдя еще сотню метров, я оказался в тупике. Ну и к чему привел этот коридор? «Солярис», блин. Все. Надо отдохнуть. Подумать. Кто я? Где я? Взгляд скользнул по полу, поднялся выше. Ничего. Я сел, прислонившись к стене, и, уже закрывая глаза, заметил серебристую черту на стыке стены и пола. Мусор и пыль, лежащие твердым ковром, скрывали ее, поэтому сразу и не заметил. Ладно, надо немного отдохнуть, что-то я устал. Вернувшись к воде, сделал пару глотков. На вкус она оказалась как обычная минералка. Я проанализировал ощущения: вроде ничего. Пить можно, комп не соврал. Радует, что умереть от жажды мне не грозит. Я напился про запас, отполз к стене, расслабился и прикрыл глаза. Потом решил проверить, что там говорилось про курс релаксации, настроил комп на прекращение сеанса на случай, если кто-нибудь появится рядом, устроился поудобнее и нажал предложенную бадди-компом ссылку.

Примерно через час я почувствовал себя довольно бодро, даже голова перестала беспокоить. Хотелось прыгать, что-то делать. Сообразив, что это ненормально для моего состояния, я задумался. Так: встряхнуло током меня прилично, мышцы были ватными, ощущения отвратными, голова болела. Сейчас чувствую себя отлично, даже голода не ощущаю. Как это могло произойти? Слишком большой эффект от сеанса релаксации! Единственное, что пришло в голову: я же пил эту непонятную воду. «Живая вода, что ли?» – попытался я пошутить, только шутить совсем не хотелось. Ладно, примем за гипотезу, что помогла вода, все равно ничего другого не придумывается. Час прошел, живот не пучит, ощущения в пределах нормы. Махнув рукой, я повторно напился воды, смочил затылок – а вдруг действительно поможет? – и отправился исследовать конец коридора.

Так, и что мы тут имеем? Я присел на корточки и несколько минут вычищал ранее замеченное мною место стыка стены и пола. Закончив выполнять пыле– и грязеуборочные работы, мысленно погладил себя по голове за наблюдательность. Торцовая стена оказалась дверью. Небольшое исследование показало, что она сдвигается в стену и в данный момент прикрыта неплотно – между нею и стояком есть щель. Я достал из сумки отвертку, с трудом вставил ее в щель и навалился всем своим весом. Хорошо хоть отвертка достаточно толстая и сделана из хорошего металла. Дверь медленно отъехала в сторону, я помог ей, упершись в нее ногами и уцепившись руками в косяк. Стоило двери полностью открыться, как в представшей моему взору комнате зажегся мягкий свет. От неожиданности я скакнул обратно в коридор. Свет погас. Тьфу, так и инфаркт можно получить… Интересно, что за автоматика там такая работает? Судя по состоянию коридора, лет ему немерено, столько времени приборы без обслуживания не живут. Мысленно перекрестившись, я сделал осторожный шаг в комнату. Снова зажегся свет.

Комната оказалась большой, размером с наш спортзал в институте, только круглая. Меня поразили стены – блестящий металл, условно разделенный на секции с какими-то надписями или рисунками в каждой из них. Мягкий блеск металла не напрягал глаза. Вдоль стен стояли какие-то устройства, от дальней стены к центру сглаженным наростом вытягивался стол или, скорее, пульт. В центре комнаты перед пультом находилось кресло, развернутое от меня. Оно, кстати, тоже, похоже, было металлическим. Откуда шел свет, я так и не понял – как будто светился сам воздух. Немного потоптавшись на месте и на всякий случай засняв панораму комнаты на комп, я медленно пошел к креслу…

Глава 3

…Я сидел у стены и пытался разобраться в ситуации. И она мне жутко не нравилась. Потерял я сознание у нас в подвальных помещениях – очнулся непонятно где. От удара током люди не переносятся в пространстве, а чаще всего тупо умирают. Остается предположить, что произошло стечение неизвестных мне обстоятельств, а удар током был только эпизодом произошедших событий. Ну или от моих действий произошло запитывание электрических цепей в системе питания, и что-то могло включиться у нас на заводе. Завод-то был военным и жутко секретным – правда, с тех пор прошел не один десяток лет, – а что там делали наши вояки, неизвестно. К тому же имелось у меня подозрение, что он был не только заводом, но и исследовательской лабораторией, были для таких мыслей предпосылки. Место, куда я попал, походило на инопланетный космический корабль или станцию, а проведенный краткий осмотр коридоров и «рубки», как я назвал эту комнату, говорил в пользу этой версии. И то, что было обнаружено в кресле, также подтверждало ее.

Я осторожно подошел к креслу сбоку и посмотрел на него. У меня чуть сердце не остановилось. И так нервы на взводе, а тут на тебя смотрит страшное чудовище и ухмыляется. Это попозже, успокоившись и снова подойдя к креслу (как очутился вдали от него, я так и не вспомнил), я понял, что это не чудовище, а мумия существа, очень похожего на человека. Как ни странно, одежда существа не истлела со временем, очевидно, она была сделана из особого материала. То, что это не человек, видно было по черепу (у него имелся – хотя и какой-то неубедительный – третий глаз посередине лба) и немного отличающемуся строению кистей рук. На голове у существа была простая, без украшений, диадема. Я, наверное, с полчаса пялился на него без всяких мыслей, потом очнулся и пошел исследовать аппаратуру. Хоть я и хороший специалист в электронике, но определить назначение девайсов с ходу не смог. Все закрыто (залито) металлом, на поверхности которого были нанесены надписи или рисунки, похожие на те, что на стенах. Вообще металл какой-то странный. Непохоже, чтобы он был просто покрытием, возможно, он несет в себе иную рабочую функцию. Попробовал провести по нему ножом – даже царапины не осталось. Побродив по рубке, я вернулся к креслу и пульту перед ним. Пульт также состоял из металла – ни одной кнопки или дисплея. После внимательного осмотра стало понятно, что надписи (или рисунки, но для простоты будем считать это надписями) несут смысловую нагрузку. Они группировались определенным образом, встречались повторяющиеся изображения. Ничего не придумав сразу, я решил посидеть и подумать.

Вот сижу теперь и думаю, что делать. Можно исследовать станцию. Пока неизвестно, что это, буду считать станцией. Но ведь можно нарваться на неизвестную опасность. Или можно сначала попробовать поковыряться в рубке, что-нибудь разузнать. Здесь тоже есть отрицательный момент: жрать-то нечего, а сколько времени займет исследование, неизвестно. И там клин, и здесь. Кушать что-то не тянет особо – то ли по причине выпитой мною воды, то ли это нервы, но голода я не чувствую. И хорошо. Хотя неизвестно: или организму на самом деле ничего не требуется, или я сдохну от голода, не чувствуя его… Ладно, сделаю так: разверну тут свою компьютерную лабораторию по исследованию, налажу и, пока все будет обсчитываться, погуляю неподалеку. Хорошо хоть свой мощный субноут взял – там у меня программное обеспечение на все случаи жизни, а самое главное, аналитические разработки нашей фирмы (мои в том числе). Кстати, лингвистические программы тоже есть. К нам как-то обратился один клиент – у него помер богатый родственник, спрятавший свои сбережения так, что даже родные не могли их найти. Единственное, что умерший оставил, – листок с зашифрованным письмом, которое никто не мог прочитать. За небольшой процент от наследства (а оно было огромное) мы взялись за работу. И, что удивительно, справились с задачей.

На самом деле письмо было не зашифровано, а просто написано на одном из мертвых языков, известных всего нескольким лингвистам с мировым именем. Одним из этих ученых и был умерший. Странный юмор у человека. В общем, несколько месяцев заняла разработка программы. Естественно, на основе нашей аналитической системы и найденных в Инете лингвистических алгоритмов. Пришлось даже обращаться в один институт для консультаций. Еще неделя ушла на работу самой программы. В письме, как и ожидалось, была информация о денежках этого родственника. На радостях нам еще и переплатили. Выяснилось, что родственники умершего обращались к его сотрудникам, но те категорически отказались помочь, обосновывая свой отказ просьбой почившего коллеги. Наверное, таким способом он хотел им за что-то отомстить, типа «видит око, да зуб неймет». Как потом еще выяснилось, институт покойного лингвиста два года расшифровывал этот мертвый язык, а мы справились всего за полгода. Есть чем гордиться. Теперь-то можно сказать, что у нас был суперкомпьютер, который мы сами собрали из закупленных комплектующих. Конечно, мой субноут послабее, хоть и намного мощнее бадди-компа… Как бы не пришлось тут куковать месяцы… Хорошо хоть с компьютерным питанием проблем нет: пару лет назад на рынке появились источники питания на основе радиоактивных элементов, срок службы которых обещают в десятки лет… Ладно, хватит думать, надо работать.

Мумию я решил не трогать, неохота было к ней прикасаться. Вытащив субноут из сумки, я включил его и оставил загружаться. Тем временем прошелся по периметру рубки, делая панораму надписей на стенах. Затем заснял все надписи на пультах, стараясь ничего не пропустить.

Вернувшись к субноуту, я увидел, что он готов к работе. Теперь понадобится довольно много времени, чтобы настроить аналитическую программу и соответствующие лингвистические модули. С этим я возился несколько часов (периодически выходя попить воды), добиваясь, чтобы все тестовые примеры были отработаны нормально. Затем загрузил отсканированную информацию с письменностью и еще несколько часов приводил картинки к нужному входному формату. Под конец у меня затекли спина и шея, и я еле разогнулся. Сделав небольшую разминку, вернулся к субноуту и запустил процесс. К сожалению, вычислить необходимое время расшифровки не представлялось возможным, поэтому я стал планировать свои дальнейшие действия. Сначала надо поспать, затем – обследовать ближайшие окрестности рубки, вдруг что-нибудь интересное попадется, а там по ходу дела «будем посмотреть». Программа-минимум сформирована, надо приступать к ее выполнению.

Хоть и неприятно было спать в помещении с мумией, но уходить в коридор как-то не хотелось. К тому же мертвые не кусаются, убеждал я себя. Усталость в итоге сделала свое дело – уснул я быстро.

Глава 4

«Приснится же всякая лабудень», – подумал я, потягиваясь. Что-то не так, лежу почему-то на жестком. Открыл глаза: блин, не сон, однако. Огляделся по сторонам – ничего не изменилось: все так же скалилась мумия в кресле (я передернулся), а на полу рядом с пультом светился экран субноута. Вздохнув, я медленно встал и сделал несколько упражнений, чтобы разогнать кровь и размять мышцы. Мысленно просканировал себя. Вроде ничего не болит. Осторожно потрогал затылок. На затылке корка непонятно чего, но боли нет. Немного подумав, я достал очки, поставил бадди-комп на запись и заснял им затылок. Затем прокрутил запись. М-да… смотреть страшно. Но радует то, что рана все же заживает, видимо, вода действительно положительно действует на организм.

Взгляд упал на мумию. Все-таки интересно, куда меня занесло. Дышится легко, значит, воздух откуда-то поступает. Так. Станция, судя по высохшему обитателю, очень старая. Пыли в рубке нет, но это можно списать на какие-нибудь механизмы. В голове сразу выстроилось несколько вариантов. Первый – воздух создается механизмами, что вряд ли возможно; второй – это остатки воздуха, которые изначально были в закрытом пространстве станции (этот вариант мне не нравится, так как подразумевает, что станция может находиться и где-нибудь в космосе); третий вариант, который мне очень нравится, – есть сообщение с внешней средой. Если так, то отсюда можно выбраться. Покидать станцию сейчас особого смысла нет – когда еще встретишь такое чудо, – а вот разведать пути выхода надо. Да и едой необходимо озаботиться, а не только полагаться на эту «живую» воду. К тому же надо как-то дать знать о себе шефу. А то ушел сотрудник в подвал – и пропал. Дома-то никто не ждет – родители живут в другом городе, сестренка учится в институте и живет отдельно, с подругами. Но о станции говорить пока никому не буду. Мое… Вот такой я жадный, однако…

Я связал свой бадди-комп с субноутом, который отнес в дальний конец рубки, и настроил на нем камеру таким образом, чтобы она охватывала всю комнату. Теперь в любой момент смогу узнать, что здесь происходит и на каком этапе работа по расшифровке. Отдав команду бадди-компу записывать дорогу и по ходу дела строить маршруткарту, я двинулся к выходу. Перед завалом еще раз попил воды. Интересно: я уже в общей сложности несколько литров воды выпил, а в кустики по-маленькому совсем не хочется. К чему бы это?

Через некоторое время я дошел до того места, где очнулся после удара током. Внимательно осмотрел его – вдруг со мной перенеслось еще что-то, не замеченное ранее? Кроме плоскогубцев и резиновых перчаток, ничего не нашел. Положив их в сумку – авось пригодятся, – я отправился дальше. Шел долго, по пути попадались еще двери, но открыть их я не смог. Развилок не было, по сути, другого пути вперед не наблюдалось. Это был сплошной коридор, периодически изгибающийся. Странно, что мне не попадались закрывающиеся переборки. Если станция путешествовала в космосе, то они просто должны быть – простая логика. Какой бы техника ни была навороченной, всегда есть вероятность разгерметизации, и самый простой способ бороться с ней – перекрывать такие места переборками. Однако здесь их нет, или они хорошо скрыты. Судя по маршруткарте, я прошел около километра, когда почувствовал слабое движение воздуха. Ага, похоже, выход где-то недалеко… Через несколько шагов показался тусклый свет. Завернув за угол, я попал в коридор, который заканчивался такой же дверью, какую я обнаружил и в противоположном его конце, и эта часть коридора также вся была помята – будто великан сжал ее в своих ладонях. Единственное различие: здесь не было никаких труб, а одна из стен разорвана, словно пробита копьем, – через этот разрыв и сочился свет. На полу под разрывом – по колено земли или грязи. Заглянув в отверстие, я некоторое время промаргивался, привыкая к освещению, все-таки генерируемый компом свет в очках менее интенсивный. Комп показал, что толщина стенки до края входного отверстия составляет около двадцати метров. Ни хрена себе! Но, приглядевшись, я понял: на самом деле было две стенки, а между ними располагались коммуникации, трубы, переборки. Я все оценил и пришел к выводу, что пройти тут можно, но осторожно, а то ноги сломать – раз плюнуть. Диаметр разрыва увеличивался наружу и в самой широкой внешней части составлял около трех метров. Пару метров вначале придется проползти.

Ну что ж, вот и выход. Я связался с субноутом, чтобы узнать, как дела. Обработка информации продвигалась медленно. Сейчас выполняется только первый этап: комп пытается найти взаимосвязь между символами и рисунками, выстраивает возможные стратегии дальнейшей обработки. Чем меньше вариантов, тем лучше. В идеале – один. Ведь каждый вариант будет полностью прогоняться через остальные этапы обработки. А это время. Хорошо хоть субноут имеет гиперядерную структуру, но жаль, что нет квантового модуля. Это весьма дорогое устройство – стоит на порядок больше самого компа, – да и использовать его можно только для некоторых типов расчетов. Вот я и не покупал его, хотя деньги были. Сейчас он здорово бы мне пригодился. После того как я ушел из комнаты, свет в ней погас, поэтому камера в субноуте показывала синтезированную картинку, наподобие той, что давал мой бадди-комп. Кстати, совсем забыл: если уж оставил субноут наблюдать за внутренней обстановкой, пусть заодно сигнализирует и об ее изменении.

Ладно, надо выбираться отсюда. Надев резиновые перчатки (вот и пригодились), чтобы не порезать руки о разрывы металла, я аккуратно протиснулся в отверстие. Пару раз чуть не сорвавшись в провалы между переборками, наконец добрался до выхода. С внутренним трепетом и нетерпением выглянул наружу: вокруг раскинулся могучий лиственный лес, вершины деревьев которого немного не доходили до высоты, на которой я находился. Сразу от отверстия начинался обрыв немереной глубины… Стоп, почему немереной? Я заглянул за край, комп показал высоту пятьдесят три метра. М-да, а деревья-то действительно могучие. Глянул в небо. Небо как небо, облачка плывут. Солнце обычное – мне чуть полегчало, похоже, я на Земле. Посмотрев вправо-влево и вверх, увидел только камень. Не понял, это станция в скале, что ли? После анализа картинки понял, что после некоторой подготовки (больше моральной) смогу вскарабкаться наверх. Стены пологие, куча щелей, кустов, уступов.

Стоп! Какой же я чудак, на букву «м», блин. Нет чтоб сразу проверить связь. Я даже постучал себя по лбу пальцем. Дал компу команду подключиться к моему оператору связи. Пару секунд бадди-комп честно пытался установить связь, но тщетно. Хм. Я недовольно нахмурился: ну, может, конечно, это какая-то глубинка, хотя таких мест уже почти не осталось. Даже с Северного полюса можно установить связь. Оно и понятно – люди там частенько с экспедициями бывают. Так, надо посмотреть, какие вообще операторы связи тут есть. Комп просканировал эфир за пару секунд и выдал отрицательный результат. Я вздохнул, недоверчиво посмотрел на солнце…

Еще раз хлопнул себя по лбу и, выдвинув антенну для приема коротковолновых передач, дал компу команду просканировать эфир на наличие музыкальных станций, уж эти частоты точно дадут какой-нибудь улов. Это займет пару минут, а пока можно оглядеться. Задав компу рассчитать маршрут наверх на основе заснятых кадров, я стал осматривать окрестности. Лес стоял не сплошняком – виднелись разрывы и поляны. Краем глаза я заметил какую-то точку в небе. Повернув голову в ее сторону, увеличил изображение до максимума. Комп, хотя и с трудом, справился со стабилизацией дергающегося изображения, и мне удалось рассмотреть птицу. Это было нечто похожее на орла, но я подобных разновидностей никогда не видел. Размах его крыльев комп оценил в два метра. Я поежился: надеюсь, они не питаются живыми программистами… Затем снова перевел взгляд на деревья и рассмотрел их уже при увеличенном изображении… Я, конечно, не ботаник, но самые известные виды знаю. Деревьев с такими листьями я никогда не видел… Тут пискнул комп. Сканирование он завершил, выдав неутешительные результаты: эфир пуст. Я немного постоял с закрытыми глазами, пытаясь успокоиться. Хреново-то как. Мыслей не было. Никаких. Ладно. Я вытер рукавом пот со лба – жарковато тут в куртке, градусов двадцать пять. И все-таки пока рано делать выводы. «Будем считать, что нахожусь в аномальной зоне», – попытался успокоить я себя. Но в груди неприятно ныло….

Глава 5

Комп тем временем закончил расчет наилучшего пути наверх. Он выдал два варианта, для обоих – точность около пятидесяти процентов. Понятно: картинок, сделанных с такого ракурса, не хватило для точного моделирования поверхности стены. Ну и ладно. Один из вариантов – дорога длиннее, но пологая, второй вариант – ползти чуть ли не вертикально. Я попытался на взгляд оценить оба варианта. Первый мне понравился больше – на нем больше уступов, где можно отдохнуть. Если не получится, попробую второй.

Сняв куртку и завязав ее вокруг талии, я поплевал на ладони, потер их друг о друга и потихоньку полез наверх. Подниматься было трудновато. Иногда попадались места, где можно было идти практически не держась. Один раз я чуть не сорвался, когда, подтянувшись на руках, уперся носом в открытую площадку и от поднятой дыханием пыли расчихался. Слава богу, удержался. Отдыхая на той площадке – метров на тридцать выше выхода из скалы, – я медленно рассматривал пейзаж через комп в разных режимах приближения. Да, природа тут красивая. Полно зелени, воздух чистый – только сейчас заметил, что дышится даже намного легче, чем в нашем парке. Я впервые признался себе, что это может быть другая планета или параллельный мир. И эта мысль уже не вызывает отторжения и паники. Правда, факт еще не доказанный, но теперь я готов и к такому раскладу. Я решил проверить, достучится ли мой бадди-комп до оставленного внутри субноута через толщу камня и корпус станции. Оказалось, они прекрасно видят друг друга, а уровень сигнала даже лучше, чем около отверстия в стене. Я задумался – такого не может быть. Если наличие сигнала у выхода еще понятно, то сейчас он должен был пропасть. Я нашел только два возможных объяснения. Или металл корпуса станции такой хитрый, что пропускает радиосигнал, а толщина камня над ним маленькая. Или из рубки есть выход, позволяющий радиосигналам выходить наружу, а я нахожусь неподалеку от этого выхода… Ладно, надо не забыть потом полазить по скале и поискать, где максимальный уровень сигнала.

Отдохнув, я стал подниматься дальше. Еще через час достиг вершины, перевалился через край и, перевернувшись на спину, перевел дыхание. Немного отдохнув, сел и огляделся. Вылез я на что-то вроде поляны, покрытой травой и цветами, с полсотни метров диаметром. Дальше начинался редкий лес с деревьями привычной высоты – не то что те монстры внизу. Деревья, как и цветы, незнакомые. Елки-палки, вспомнил кое-что (похоже, после удара током я стремительно глупею): у меня же внизу комп, набитый под завязку программным обеспечением и разными базами данных. Когда-то, чтобы забить практически безразмерный винт субноута, я закачал туда все информационные базы, какие нашел на сайтах у наших пиратов. Не помню, была ли там база по флоре и фауне, надо посмотреть. Связавшись с субноутом (сигнал на поляне стал еще лучше) и порывшись на винте, нашел-таки нужную базу. Через минуту запустил ее и передал изображения деревьев, цветов, листьев и того «орла», что видел раньше, на опознание. Прога замечательно отработала все экземпляры. Только вот результат я получил отрицательный. Совпадений нет. Конечно, может такое быть, что база данных неполная, но ведь должно было хоть найтись что-то! Поломав голову и не решившись делать дальнейшие выводы, я встал и пошел обследовать место, где оказался.

Потратив часа три на обход, я выяснил следующее.

Судьба нелегкая занесла меня на огромный холм с каменистой основой. Скорее, гранитную скалу, расколотую надвое. Остатки ее были засыпаны землей. И почему-то мне кажется, что земля здесь появилась не сама по себе, а выворотило ее если не взрывом, то сотней бульдозеров точно. С одной стороны скала резко обрывается в каменистый каньон. Там, где я выполз наружу. Лет пять назад я отдыхал в Крыму, и там одна геологиня показывала мне разлом в земной коре после «фиг знает сколькобалльного» землетрясения. И друг из Канады похожие фотки прислал: обрыв – метров сто. Вот тут все выглядит примерно так же. С остальных сторон скала плавно сбегает в долину. Склоны покрыты деревьями обычного размера, в долине же деревья – огромные, вроде тех, что я видел вначале. В лесу много живности: пару раз видел смешных существ, похожих на помесь зайцев с тушканчиками, вдали иногда мелькали животные покрупнее, напоминающие наших косуль. Среди густых ветвей деревьев я заметил желтые и зеленоватые ягоды размером с киви, висящие гроздьями, как виноград. Пробовать я их поостерегся. Неподалеку, стекая по блестящей гальке, ласково журчал ручеек. Экспресс-анализ воды показал, что она идентична той, которую я пил внутри станции. Ну вот. С близлежащей местностью немного ознакомились, пришла пора определиться с тем, что я буду делать хотя бы в ближайшее время. Людей или следов их деятельности что-то незаметно.

* * *

Рядом с родником обнаружилось чудненькое местечко, где можно расположиться с относительным комфортом. Толстый слой листьев поверх травы, сзади – непроходимый кустарник между деревьями, кроны которых переплелись и образовали непроницаемый шатер от дождя. К краю поверхность немного снижается, и открывается изумительной красоты панорама на природу. Я даже сделал несколько кадров высокого разрешения на память. Похоже, в этой стороне находится местный запад – солнце уже заметно опустилось к горизонту. Я снял куртку, свернул ее и, пристроив под голову, улегся на землю. Тут же вспомнил про свой больной затылок, потрогал рукой – никаких болевых ощущений, непонятно почему, но рана почти зажила. Я пожал плечами. Надеюсь, волосы тоже отрастут. Впрочем, в моем положении это сейчас не главное.

Сорвав травинку, я сунул ее в рот и задумался. Есть несколько вариантов дальнейших действий. Можно отправиться исследовать мир, в котором я оказался (да-да, теперь я все больше начинаю верить в это), но как-то страшновато. Придется путешествовать пешком по неизвестной территории, без оружия, наобум. Так можно шляться очень долго, да еще и сгинуть в каком-нибудь болоте. Можно подождать, пока мой комп расшифрует надписи в рубке станции – вдруг что-то полезное узнаю. Но рассчитывать на это особо не стоит. Я скептически отношусь к возможностям своего программного обеспечения в отношении расшифровки неземного языка: огромную роль играет сравнительный анализ с существующими языками, а в данном случае корреляций может вообще не быть. Однако подождать все-таки стоит – чем черт не шутит, вдруг да получится. Я потер лицо руками. Ладно, остановимся на промежуточном варианте. Пока поживу здесь, потихоньку исследую местность вокруг холма и полазаю в самой станции – вдруг что-то пропустил. Если за месяц мой субноут не продвинется в расшифровке, оставлю его работать без присмотра, а сам отправлюсь в путешествие. А пока займусь обустройством. Похоже, через пару часов солнце зайдет, где ночевать буду? Здесь? Или вернуться на станцию? Я вспомнил темные коридоры, и что-то мне расхотелось туда идти. С другой стороны, тут могут быть хищные животные. Да… дилемма. Ладно, волков бояться, как говорится, в лес не ходить, – переночую здесь.

После непродолжительных поисков нашел деревце с большими листьями и мягкими ветками. Наломал достаточно, чтобы сделать лежанку и укрыться ими. О, а вот и еще одно полезное растение. Два здоровенных кожистых листа, растущие из одного корня. Сделал из них мягкую постель – пришлось немного повоевать с кустарником, чтобы устроить в нем глубокую нишу. Неплохо вышло. Опять задумался насчет пищи. Есть по-прежнему не хотелось. Несмотря на то что я не ел больше суток, в теле чувствовалась подозрительная легкость. Похожее ощущение у меня было, когда садился на принудительную голодовку для очищения организма. Все-таки надо приучаться к местной еде. Для начала попробуем ягоды-фрукты. Я сходил туда, где ранее заметил кусты с ягодами. Да. Вот еще проблема. Ни авоськи, ни кулька. Немного подумав, сорвал пару листьев местного лопуха. Свернул кульками, как для бабкиных семечек, и нарвал туда ягод. Сорвал еще пару гроздей «киви» и отнес в свою зеленую пещеру в кустарнике. Разложив перед собой, стал с интересом рассматривать добычу. Внешний вид ягод ни о чем не говорил, кроме того, что все они спелые, сочные. Взял одну – черного цвета с упругой кожицей. Жаль, что анализатор бадди-компа не потянет такое. Ладно, чего сидеть? Я выдавил немного сока на руку, растер и стал ждать реакции, которой, впрочем, не последовало. Через полчаса, мысленно перекрестившись, аккуратно куснул. Неожиданно ягода лопнула на зубах, обдав рот приятным холодком.

Я замер, прислушиваясь к ощущениям. Вкус сладкий, с кислинкой, сильно освежает. Ну прям барбариска. Посидев с минуту, сглотнул. Посидел еще с пяток минут. В животе тихо, никаких неприятных ощущений. Вздохнув, съел несколько штук. Каждая ягода прямо-таки взрывалась во рту. Осмелев, я стал пробовать остальные ягоды. К счастью, все они оказались съедобными и очень вкусными. Прокол вышел с последней кучкой – с «киви». Решив про себя, что все нормально, я опрометчиво кинул ягоду в рот и раскусил ее. Челюсти мгновенно свело и заклинило намертво. Такой терпкой ягоды я никогда не пробовал. Язык и щеки мгновенно онемели. Из глаз брызнули слезы. Вскочив на ноги, я бросился к роднику. Только через несколько минут смог смыть слюну, умыться и запить горечь водой. Тут же закинул в рот горсть самых сладких ягод и нервно стал прожевывать их. Фух… попадалово. Неприязненно взглянув на кучку «киви», я собрал их и закинул как можно дальше. Солнце уже практически зашло, надо укладываться, о результатах поедания ягод, думаю, узнаю достаточно быстро. Надеюсь, не «пронесет».

Я закопался в листья, ветки, устроился поудобнее. Вызвал на связь субноут. Внизу ничего особенного не происходило. Комп уже нашел несколько логических зависимостей между символами или рисунками, за которые можно будет потянуть на следующих этапах обработки. Это меня порадовало. Возможно, что-то удастся вытянуть из этого. От нечего делать я попытался почитать фантастику, но понял, что неспособен воспринимать текст, когда у самого такая фантастика, блин, происходит, что только держись. Немного полежал, ни о чем не думая, уставившись в освещенное последними лучами солнца небо. Скоро на нем стали появляться звезды. Надо будет картинку ночного неба тоже прогнать через компьютер, вдруг найдет что-то знакомое. Когда оно усыпалось звездами, я от неожиданности сел. Я, конечно, не астроном, но Большую и Малую Медведицу и Кассиопею знаю. И здесь я их явно вижу. Сказать, что я обрадовался, – ничего не сказать. Я был в восторге. Все-таки Земля! От нервного возбуждения я вскочил и стал ходить по поляне, рассуждая. Так, звезды вроде как земные, это говорит о том, что я на Земле. Но деревья, ягоды, звери – явно неземные. Да и радиоэфир практически пуст (разряды от молний и шум ионосферы не в счет). Что это значит? А значит это, что я все-таки на Земле, НО! Или в другом времени, или в другом пространстве. Похоже на правду? Похоже. Но надо уточнить.

Сняв панораму неба, я отправил данные на обработку в субноут и с нетерпением стал дожидаться результата. Результат не заставил себя долго ждать. Вердикт компьютера был таков: практически все звезды такие же, как на Земле, но их расположение относительно друг друга немного отличается от стандартного земного. Кроме того, присутствуют несколько звезд, не описанных в каталоге звездного неба Земли. И их наличие говорит против версии смещения во времени. М-да… Все равно никакой ясности.

Я вернулся на лежанку, улегся, включил страж-программу на бадди-компе. Она анализирует шумовой окружающий фон, инфракрасные излучения, картинку в ночном режиме и, если обнаруживает что-то неидентифицируемое или опасное, будит хозяина. Надо ли говорить, что в стандартной поставке программа алармит по всякому пустяку – лайт-версия. А профессиональную – надо покупать. А мне и эта-то не нужна была никогда, да вот сейчас пригодилась. Я закрыл глаза, попытался расслабиться и стал вспоминать события, которые привели меня к текущему положению дел. За этим занятием не заметил, как уснул.

Ночью я несколько раз просыпался. Буянила страж-программа. Как и предполагал, ничего страшного или опасного. Несколько раз программа отреагировала на появление небольших животных – ночных грызунов. После второго такого пробуждения я установил в программу ограничение размера объекта – не меньше средней собаки. Или лисы. В третий раз проснулся из-за того, что поднялся ветер. Естественно, программа среагировала на то, что все вокруг стало двигаться. Выматерившись, я оставил только реагирование на движение объектов, излучающих в инфракрасном диапазоне с интенсивностью крупного животного. После этого спокойно проспал до утра.

Глава 6

Со следующего дня началась моя «дикарская» жизнь. Я оборудовал неплохой шалаш. Так как нормального ножа у меня нет (складной швейцарский не в счет), ветки обламывал руками, сильно их ободрав. Сполоснув руки в роднике, я еще раз увидел непонятный эффект быстрого заживления ранок. К вечеру от них ничего не осталось. На затылке рана полностью зажила и начали отрастать волосы. Через пару дней я заметил, что волосы отросли на несколько сантиметров, а забегая вперед, скажу, что моя растительность развивалась сумасшедшими темпами. Уже через неделю я обзавелся роскошной шевелюрой, которую стал собирать в хвост и потом только следил, чтобы он не опускался ниже лопаток. Цвет волос стал абсолютно черным, хотя всю жизнь был невзрачно-серым. Хуже всего оказалось то, что щетина тоже росла быстро. С большим трудом заточив одно из лезвий ножа до максимальной остроты, я стал бриться каждое утро, если это можно назвать бритьем. Порезы на лице стали обычным делом. А ведь раньше мне хватало одного раза в неделю. Я уже начал бояться всех этих изменений. Если все так быстро растет, вдруг и стареть начну быстрее?

Для того чтобы обеспечить себя едой, пришлось шерстить субноут на тему охоты. С сожалением констатировал, что могу рассчитывать только на силки для зверей и копье. Лук нормальный не сделаешь, научиться стрелять из него быстро тоже не получится. Первого своего «кролика» я сумел поймать только на второй день. Силки я переделывал несколько раз, пока не понял, какой материал из местных растений для них подходит лучше всего. Так же долго искал место для их установки. Я ведь не следопыт, а компьютер в этом деле не поможет. Первый мясной обед неприятных последствий не принес. Желудок с удовольствием принялся за переваривание жареного (надо сказать, плохо) мяса. Потом я долго мастерил копье, которое никак не хотело лететь туда, куда нужно. В качестве наконечника я приспособил отвертку, предварительно выдолбив отверстие с торца копья, в которое рукоятка отвертки полностью заходила, а дерево вокруг отвертки заточил, чтобы оно плавно сужалось и переходило в острие. И уже через неделю усиленных тренировок смог с двадцати метров завалить свою первую местную «косулю». Скорее всего, мне просто повезло. Животное не слишком меня испугалось, да и попал я удачно – отвертка, видимо, задела какой-то важный орган. Не забывал я и о физических тренировках. Вернее, даже усилил их, занимаясь по три, а иногда по пять часов в день. Рано или поздно мне придется встретиться с людьми, вдруг это будут разбойники или какие-нибудь редиски, которые захотят меня обидеть. С тренировками сначала вышла осечка. Я ведь бóльшую часть времени занимался спортивными самбо и дзюдо, а там нужен партнер, которого я как-то забыл захватить с собой. Поэтому с помощью компа я разработал для себя собственную методику тренировок с упором на ударную технику, развитие гибкости и скорости. Конечно, против профессионала вряд ли выстою, тем более что тренировки без реального спарринг-партнера не очень результативны, но, надеюсь, кое-что смогу показать вероятным недоброжелателям.

Надо сказать, что еще одним из чудес оказалось то, что после купания (я выкопал ямку, в которую набиралась вода из родника, и можно было в ней купаться) вся усталость быстро проходила.

Через неделю, когда я полностью освоился на близлежащей территории, пришла пора исследовать окрестности вокруг холма. В поход я отправился, прихватив с собой запас вяленого мяса и фляжку воды, сделанную из твердого овоща типа тыквы. В долину решил спуститься недалеко от обрыва, в котором было отверстие в станцию – там спуск был наиболее пологим. Через час я вступил в совершенно другой лес. Эти огромные деревья были ни на что не похожи. Ветки начинались на расстоянии примерно десяти метров от земли, стволы ровные, как мачты. Карабкаться по таким проблематично – мало того что ухватиться не за что, так в толщину они от одного до пяти-шести метров.

На исследование территории в радиусе примерно двух километров от холма у меня ушло около недели. Торопиться было незачем. Днем охотился, собирал ягоды и признанные мною съедобными фрукты. Вечерами сидел у костра (зажигалки должно хватить еще на тысячу циклов), жарил добычу, слушал музыку. Иногда тосковал по прежней жизни, отгоняя от себя все чаще посещающие мысли о том, что же делать, если не получится расшифровать надписи в станции, и засыпал, настроив страж-систему. Путешествуя, я старался в меру своих сил и знаний не оставлять следов, так, на всякий случай. Для разведения костра снимал дерн, который утром обратно расстилал. Во время путешествия меня смущала одна вещь: чувствовалось, что лес этот – ухоженный. Когда попадаешь в подобное место, сразу можешь определить, парк это или лес. Вот и тут: с холма казалось, что это однозначно лес, тянущийся на несколько километров, а внизу возникали иные мысли. Почти одинаковые по возрасту и высоте деревья, кусты, растущие в определенном порядке, везде – красивый слой травы, прям газон, и еще много мелочей, цепляющих взгляд своей неестественностью. Получается, что мне могут встретиться люди, ну или другие разумные существа. Наверно, кто-то другой на моем месте с радостью бы воспринял эти знаки, но мне почему-то сразу припомнилась книга о Робинзоне Крузо, когда он увидел следы людей. И кем в конечном счете оказались эти люди? Вот то-то же. Поэтому я усилил бдительность и продолжил исследование леса, стараясь не оставлять следов. Чтобы захватить как можно большее пространство, я решил двигаться своеобразным зигзагом: сначала к внешней стороне условной окружности, оттуда – под острым углом к холму и так далее. Всего, конечно, не увижу, однако большая часть будет мной исследована. И уже на третий день я встретил явные следы присутствия человека.

Я медленно шел вдоль ручья, записывая увиденное на комп, который одновременно с этим выстраивал условную карту передвижения. Вечером перед сном я обычно корректировал то, что компьютер сгенерировал, выставлял реперные точки на маршруте, где местность чем-либо отличалась, например, ручей, странной формы камень с меня ростом, выделяющееся среди других дерево (таких все-таки было много, первое впечатление об их одинаковости оказалось неверным). Наступать я старался на твердую почву или камни, где это было возможно. Неожиданно встретиться с местными жителями мне совсем не хотелось. Лучше быть к этому готовым, а еще лучше – самому выбрать время и место встречи. Поэтому, когда впереди показался просвет, я снизил скорость движения до медленного шага, аккуратно раздвигая ветви кустарника копьем. Глянув сквозь ветви кустарника, густо росшего вокруг большой поляны, я упал на живот и аккуратно подполз к самому его краю.

То, что заставило меня упасть, было небольшой открытой беседкой, располагающейся в центре поляны. С противоположной от меня стороны находилось небольшое озеро, метров двадцать в диаметре. Вокруг беседки в непонятном мне порядке был разбит каменный сад, очень похожий на те, что любят делать японцы. Между камнями росли трава и цветы, были проложены тропинки. От беседки до самой воды тянулся каменный спуск. Дав увеличение, я понял, что этот спуск сделан из идеально подогнанных друг к другу светло-красных, с золотистыми вкраплениями металла или блестящего минерала, камней. Само озеро было идеально круглым. Приглядевшись, я понял, что оно искусственное, выложенное по кругу белым камнем, похожим на мрамор. Ручей, вдоль которого я шел, впадал в это озеро – с обратной стороны виден был сток, по которому уходили излишки воды, снова превращаясь в ручеек. Идеальное место для медитаций. Я задумался. Версия, что это парк, вроде бы подтверждается. Но если это так, почему я до сих пор никого не встретил? И как объяснить наличие станции в парке? Хотя, если она достаточно долго лежит под землей, о ней могут и не знать. Непонятно и отсутствие людей – это даже начинает беспокоить. Может оказаться, что вся эта земля принадлежит какому-нибудь местному миллионеру. Тогда становится понятным, почему здесь никого нет: в такие красивые места чужих не пускают.

Я обошел поляну по кругу, высматривая недавние следы присутствия человека. Ничего не нашел. Очень хотелось искупаться. Уже три дня не купался: ручеек мелковат для этого. Обследовав окружающее пространство вокруг поляны, я убедился, что никого нет. Вернувшись, осторожно вышел из кустов и подошел к беседке. Взглянув в сторону озера, я понял, почему оно было сделано именно там – вид из беседки открывался просто замечательный. Солнце уже приблизилось к горизонту и было как раз над озером. Я уселся в беседке, расслабился и стал смотреть. Солнце было красного цвета, глаза почти не обжигало, на озере лежала солнечная дорожка. Местность за озером сильно понижалась, и можно было смотреть поверх деревьев. Как будто плывешь по зеленому морю… Очнувшись и увидев, что скоро стемнеет, я быстро ополоснулся в озере. Вода была прохладная и хорошо освежала, а озеро – совсем не глубокое. Его дно, как и ожидалось, состояло из камня. Ила не было, значит, озеро как-то очищается, или его очищают. Я посмотрел на солнце – оно почти село, – быстро выбрался из озера, поднял брошенное копье, забрался в самые густые кусты недалеко от края поляны и устроился на ночлег. Ночевать в беседке я не рискнул.

Как я заметил за эти дни, хищных животных здесь или нет, или они мне просто не попадались, что странно, так как травоядных здесь достаточно много. В связи с находкой этой поляны нужно скорректировать план движения. Менять маршрут нет необходимости, но охотиться нужно как можно меньше, чтобы не оставлять следов. Кто знает, как отнесутся хозяева леса к пришлому охотнику.

* * *

Утром я резко засобирался дальше в дорогу. Желание находиться в этом месте почему-то пропало. Наверное, из-за неопределенности. За последующие дни я нашел еще две подобные искусственные поляны – это укрепило меня в мысли, что я оказался в каком-то заповеднике. Поляны отличались стилем, как будто создавали их разные ландшафтные дизайнеры. Походили они друг на друга только одним – изумительной красотой. Находясь на них, я чуть ли не физически чувствовал, как усталость покидает тело, а в душе воцаряется покой. И ведь это только небольшая исследованная мною площадь!

Через неделю, завершая свое маленькое путешествие вокруг холма, я неожиданно для себя получил сигнал от оставленного на станции субноута. Связавшись с ним, узнал, что он завершил второй этап расшифровки надписей. Срок, за который субноут справился с двумя этапами, оказался неожиданно коротким. То ли язык такой простой, то ли обнаружились соответствия с земными языками, но результатом я остался доволен. До окончательной расшифровки еще далеко, но этот срок уже можно примерно вычислить. Не факт, что на расшифрованном языке можно будет читать, возможно, компьютер сможет расшифровать только часть сведений. Ладно, посмотрим, что получится. Запросив время окончательной расшифровки, еще раз обрадовался. Весьма неточно, но субноут обещает закончить со всеми вариантами через пару недель. Жаль, что этих вариантов несколько. Возможно, они будут противоречить друг другу, и только по рассчитанной по разным параметрам условной вероятности того или иного варианта можно будет судить о правильности расшифровки.

Как бы то ни было, пора подвести некоторые итоги в связи с последними открытиями. Итак, люди, или иные разумные существа, здесь есть. Пока будем считать, что это люди. Это хорошо, ведь если в расшифрованных надписях я не найду способа вернуться в свой мир, то придется как-то ассимилироваться. Если судить по тем декоративным полянам, эти люди духовно весьма близки людям моего мира, по крайней мере, красоту ценят. Местность моего проживания, судя по всему, является чем-то вроде заповедника. Это и хорошо, и плохо. Плохо, что своим нахождением здесь я могу стать «вне закона», если это место является каким-нибудь святым (максимальные проблемы) или просто заповедником (за это не убивают). А хорошо то, что до встречи с людьми есть время собрать побольше информации. Судя по всему, эту станцию местные не нашли, поэтому я могу оказаться в выигрышном положении, если что-то узнаю. Жаль, что неизвестно, что за люди тут живут. В любом случае нужно усилить тренировки – если здесь какое-нибудь Средневековье, мои навыки помогут выжить, в любом случае вреда не будет.

Для усиления эффекта от тренировок я скачал с субноута и установил на бадди-комп программу виртуальных боев и настроил алгоритм под свою методику обучения. При работе с виртуальным спарринг-партнером использовать очки неудобно – от резких движений они слетают. Поэтому пришлось использовать линзы. Не люблю я их: при долгом использовании глаза начинают болеть.

Очередным ранним утром, после пробежки по пересеченной местности, маршрут движения которой я долго создавал, стараясь максимально усложнить себе жизнь, я наконец выбрался на облюбованную мною полянку для тренировок. Немного отдохнув и отдышавшись, разломил пряжку от ремня, в котором размещался бадди-комп, и достал специальные контактные линзы. Поморщившись, вставил их в глаза и дал им адаптироваться. Затем включил связь линз с бадди-компом. На расстоянии вытянутой руки передо мной появилось трехмерное меню выбора. Запустив тренировочную программу работы с шестом в стиле кобудо Дзёсин-Рю, взял в руки свое копье. Сегодня буду отрабатывать работу с шестом. Передо мной появился японец с шестом в руках и поклонился мне. Я поклонился ему в ответ, и тренировка началась.

Очевидно, надо сказать несколько слов о программах виртуального обучения. Они стали возможными, вернее, стали набирать популярность после того, как появились бадди-компы достаточной мощности, позволяющие моделировать в виртуале реальные объекты, в том числе людей и их физику, в реальном режиме времени, плюс линзы-дисплеи, плюс обратная связь с бадди-компом. Бадди-компы и линзы – это просто новые технологии все той же идеи «компьютер – монитор», а вот обратная связь – это что-то, еще лет пять назад просто непредставимое. Ученым удалось создать миниатюрные (около миллиметра) датчики, которые снимают электрическую деятельность мозга на расстоянии до нескольких сантиметров от головы, а технари и программисты создали миниатюрный электронно-программный комплекс, позволяющий анализировать и расшифровывать снимаемые с датчика данные. С моей точки зрения, больше отличились именно они, реализовав обработку в режиме реального времени. Поэтому-то и создание маршрутсхем при моем путешествии было достаточно простым процессом, без предварительной привязки к сторонам света и системам навигации. Все мои действия – поворот головы на определенный угол, пройденное расстояние (шаги, усилие на шаг) и прочие данные – снимались этими датчиками, обрабатывались, а где возможно, уточнялись и корректировались внешними сканерами и датчиками окружающей среды. Единственный недостаток всей этой машинерии – отсутствие прямого воздействия на мозг, то есть нельзя засунуть информацию обратно в мозг, минуя глаза, уши и тактильные ощущения. Но, я слышал, разработки в этом направлении ведутся. А мне бы сейчас пригодилась такая технология.

* * *

Уф… Я устало развалился на траве. Этот японец меня загонял. Три часа беспрерывного махания копьем – чуть не сдох, хорошо хоть контакта с напарником нет, вернее, это плохо для обучения, но хорошо сейчас, когда я вымотался как собака. Но поблажек себе я делать не могу. Тяжело в учении, как говорится, зато потом это может спасти мне жизнь, хотя надеюсь, что драться ни с кем не придется. Так, теперь три часа отдыха, за это время надо сделать себе нунчаки, а после буду учиться у Брюса Ли. Такой точности движений и скорости, как у Брюса, я не видел ни у кого. Единственная проблема – сделать связку между ручками нунчаков. Дерево-то я нашел. То же, что и для копья, – тяжелая и очень твердая древесина. Еще намучаюсь высверливать отверстия в нем. А вот со связкой…

За отведенное время сделать нунчаки я не успел, зато нашел подходящее растение с очень твердыми усиками толщиной около пяти миллиметров и достаточной длиной, но этим уже займусь завтра. А на сегодня меняем планы – снова поработаем с шестом, что-то пока не получается правильно поставить работу кистей рук. Мое копье не очень подходит для занятий в стиле кобудо Дзёсин-Рю, там на самом деле используется шест бо эллипсоидного сечения. Надо будет сделать отдельный шест или копье заэллипсить. Занятия с шестом положительно воздействуют на внутренние органы. По сути, шест является волноводом, своеобразным каналом, по которому течет энергия. Зная взаимосвязи энергетических потенциалов в организме и умело используя внешний волновод, можно активно влиять на различные точки тела. Ну это в теории. Как оно на самом деле – фиг его знает.

Так тянулись дни и недели – за тренировками и охотой. Во время отдыха я читал, благо коллекция книг была огромной, пристрастился даже к классике, которую раньше игнорировал. Слушал музыку. Пару раз спускался с холма, обнаружил еще две поляны, но человеческих следов не нашел. Ел я мало, не знаю, что со мной случилось, но одного раза в день хватало. Сколько охочусь – а животные по-прежнему меня не боятся. Я сбросил килограммов десять, и на этом мой вес стабилизировался. Мышцы окрепли, дряблость пропала. За время тренировок улучшил навыки владения нунчаками, шест стал вроде третьей руки. Однако я чувствовал, что для полного счастья мне не хватает чего-то метательного помимо копья. Но с этим ничего пока поделать не мог. Вместо двух недель, обещанных субноутом, прошел месяц.

Глава 7

Я забрался в свой шалаш, улегся поудобней и высветил результаты работы субноута над расшифровкой надписей. Да-а… Ну никто и не говорил, что будет легко. Как я и думал, полноценно расшифровать язык не получилось, но удалось выявить интересные закономерности написания, которые можно с большой вероятностью интерпретировать правильно. Не скажу, что все было понятно: где-то надписи указывали на звезды (вероятность, что звезды, – пятьдесят четыре процента) и какие-то выполняемые действия среди них – полет? навигация? Потом что-то вроде приземления. Какие-то выполняемые работы… Нет, так дело не пойдет. Я запустил одну программу – мечту графомана, на вход которой можно подать абсолютно бредовый текст, и программа сделает из него что-то вразумительное, и загрузил в нее все логически связанные цепочки расшифровки. Еще через некоторое время получил результат на вменяемом русском языке, но общий смысл все равно ускользал. Меня заинтересовали постоянные ссылки на понятие «компьютер» – такое значение мой субноут предложил для данной последовательности знаков. Это уже интересно. Рассортировав все упоминания про «компьютер», я стал изучать их. Так… похоже, на этой станции был компьютер или вычислительное устройство, несущее те же функции, что и наш компьютер. Вряд ли, конечно, он сохранился в работоспособном состоянии, но попробовать найти его и активировать необходимо. Для работы с ним, похоже, нужен ключ – он упоминается рядом с компьютером, и его действие направлено на компьютер. Быстро просмотрев остальной текст, я убедился, что с понятием направленности действия субноут, похоже, угадал. Так. Смотрим дальше. А дальше – ничего интересного. Ни о чем не говорящие обрывки логических цепочек. М-да. Подспудно я все же надеялся на лучшее.

Я сидел на полу в рубке и задумчиво постукивал пальцем по полу. Ладно, будем рассуждать последовательно. Если я правильно определился с этой комнатой, то она действительно является рубкой. Доступ к компьютеру отсюда должен быть? Должен, и даже обязателен. Комп может активироваться отсюда? Может. Теперь, что такое ключ? Понятно, что это должно быть устройство или механизм, с помощью которого подтверждается правомочность управления компьютером. Некоторое сомнение возникает в том смысле, что проще заставить компьютер проверять доступ не по ключу, а по биометрическим параметрам человека. И, судя по навороченной технологии, такое вполне по силам этим инопланетянам, если даже у нас подобное применяется. С другой стороны, процесс реализации доступа может занимать некоторое время. А если это по каким-то причинам нежелательно, то вполне возможно заставить компьютер подчиняться тому, у кого есть какой-то физический ключ, опять же, это может быть какое-нибудь устройство или уникальная по характеристикам вещь. Если это устройство, то я попал – вряд ли оно сохранилось в работоспособном состоянии. О чем это я? Я попал по-любому – сам комп навряд ли сохранился, а в расшифрованной информации нет ничего полезного для меня. Да, я сильно на нее рассчитывал, хоть и не признавался себе в этом. На меня вдруг такая тоска навалилась, хоть вой… Тут мой взгляд упал на мумию в кресле, которую я так и не решился тронуть. Я задумчиво смотрел на нее. А ведь ключ-то вполне может быть у этой мумии, тем более если она здесь единственный член экипажа. Я медленно подошел к креслу.

«Как бы не развалилась», – подумал я, аккуратно вытаскивая мумию из кресла, при этом непроизвольно перестав дышать. Нет, крепкая мумия попалась, такое ощущение, что она окаменела. Я положил ее рядом с «пультом». Она оказалась не очень тяжелой и так и осталась в сидячем положении со скрюченными ногами и руками. Интересно, почему одежда не только не сгнила, а выглядит как новая? «Ничего себе материал!» – подумал я и стал обыскивать карманы. Вот в карманах была труха, которая раньше была какими-то вещами, сгнившими за прошедшие годы. В общем, ничего я там не нашел. Попробовал разрезать ткань ножом, но безуспешно.

«Похоже, и здесь облом», – в отчаянии подумал я. Если раньше теплилась надежда – можно было цепляться за возможную расшифровку надписей и просто ждать, – то сейчас надеяться было не на что…

Еще раз окинув рубку отчаявшимся взглядом, я остановился на диадеме, которая после моих манипуляций с мумией скатилась с ее головы. А почему бы и нет? Вполне разумное решение. Если диадема – ключ, то, вполне вероятно, система доступа не контролирует биометрические параметры, раз есть необходимость держать ключ на голове. Надеюсь, что это так. Я поднял диадему и рассмотрел ее со всех сторон. На технологическую вещь непохожа. Просто кусок сплошного металла, без надписей и рисунков, по поверхности которого равномерно разбросаны небольшие камешки. Подойдя к креслу, я медленно опустился в него. Странно, вроде металл, а сидеть удобно, или наши задницы похожи? Я кинул мимолетный взгляд на мумию. Ну что ж, попробуем. Я опустил диадему на голову. Сначала ничего не происходило, и я уже успокоился, но через некоторое время заорал от неожиданности, вскочил, содрал диадему с головы и отбросил от себя. Сердце стучало пулеметом. Она пошевелилась! Я явно почувствовал, как она стала сжиматься на голове! Успокоившись, я снова уселся в кресло и, недоверчиво глядя на лежащую на полу диадему, стал думать. И додумался я до одной замечательной мысли: она ЗАРАБОТАЛА! Уж не знаю, с помощью каких технологий сделана эта диадема, но спустя прорву лет она работает. А значит, и местный комп может работать. М-да, молодцы ребятки. Мой-то комп уже через пару лет износится и сдохнет.

Я решительно поднял диадему, надел на голову, зажмурился и с внутренним трепетом стал ждать развития событий. Она плавно сжалась на голове. «Раздавит, блин!» – мелькнула мысль, но нет, плотно обхватив голову, диадема замерла. Ничего не происходило. Я приоткрыл глаза. В рубке определенно что-то изменилось. Я не сразу понял, что поменялся спектр света. В нем появился зеленый. Через некоторое время вместо зеленого появился синий. Таким образом появлялись и пропадали разные цвета. «А может, это у меня в глазах?» – подумал я. В голове стали появляться и пропадать какие-то звуки, шепот, в глазах потемнело и снова стало нормально. Я уже устал от впечатлений, на меня навалилась усталость, и я вырубился. Впрочем, очень скоро очнулся, как будто кто-то толкнул меня, по телу пробежал заряд бодрости. В отрубе я был минут десять. Вокруг стояла тишина. Но – какая-то необычная тишина. Я явно чувствовал рядом чье-то присутствие. Оглядевшись по сторонам, никого не увидел. Что же произошло? Если эта диадема каким-то образом работает с мозгом (а такое вполне может быть), то можно предположить, что происходило сканирование меня родимого, или настройка на меня. Так: если сейчас все закончилось, то или на меня настроились и дали доступ, или же ничего не получилось.

– Эй, компьютер, отвечай! – Боже, откуда у меня такой каркающий голос?

– Минуточку, идет обработка информации, – прошелестело в голове. Или мне показалось?

Я замер.

Хм. Что-то знакомое. Еще скажи, что тридцать процентов обработано.

– Обработано девяносто пять процентов. – В интонации явно проскочила укоризна.

Я вжал голову в плечи. Черт, он еще и мысли читает!

– Анализ повреждений закончен. Обработка полученной от оператора информации завершена. Настройка на ментальные и психофизиологические параметры оператора закончена.

Откуда он русский язык-то знает? Да еще фразы такие типично компьютерные выдает. Если б не последние события, ей-богу, подумал бы, что это мой собственный комп надо мной шутит.

Не двигаясь, в тишине, я просидел минут пять, боясь даже подумать о чем-то.

В конце концов мне надоело сидеть как истукану я расслабил плечи – оказывается, я сидел жутко неудобно, скособочившись.

– Ты меня слышишь? – шепотом спросил я.

А в ответ тишина, блин. Как бы привлечь внимание своего собеседника? Почесав репу, я перефразировал вопрос.

– Компьютер, отвечай! – оглядываясь по сторонам, потребовал я.

– Слушаю, – в голове раздался тот же шелестящий голос.

«Вот это уже лучше», – обрадовался я.

– Откуда ты знаешь русский язык? – решился я задать первый вопрос.

– В результате настройки на ментальные и психофизиологические параметры нового оператора, – с небольшой задержкой ответил компьютер.

Хм… Интересно. Похоже, такая настройка подразумевает ковыряние в мозгах оператора. Что не есть хорошо. Вдруг ему там что-то не понравится. Да и с чтением мыслей надо разобраться…

– Ты можешь читать мои мысли? – Я замер.

– Да.

«Вот хрень», – ругнулся я.

– И о чем я подумал? – с интересом спросил я.

– «Вот хрень», – ответил компьютер. – Судя по смысловому образу слова, это ругательство.

Ничего себе! А откуда он взял смысловой образ?

– Ты читаешь все мысли? – Меня охватил азарт.

– Только те, которые мысленно проговариваются оператором, – почти сразу ответил комп. А задержки между ответами становятся все короче, между прочим.

«Ну и слава богу», – с облегчением подумал я.

– Какому богу из тех пятнадцати, упоминание о которых есть в твоей памяти? – неожиданно задал вопрос компьютер.

Хм, надо пореже «проговаривать» мысли, а то как-то неуютно.

– Не обращай внимания, – махнул я рукой, – это просто выражение такое. А ты что, всю мою память считал?

– Нет, только области, связанные с лингвистическими и понятийными данными.

Фуф! Слава богу, теперь понятно, как себя вести, чтоб не спалиться.

– Да, слушай, а как мне к тебе обращаться-то?

Компьютер на пару мгновений задумался.

– Самое близкое по значению понятие в твоем языке – компьютер.

– Не, так неинтересно и неудобно, – ухмыльнулся я. – Давай я буду звать тебя Умником, ладно? А ты меня зови Ником.

– Принято.

Разговаривает как какой-то простой комп. Хоть бы эмоций добавил. Я уже окончательно успокоился и даже стал получать удовольствие от общения.

– Слушай! – У меня промелькнула одна мысль. – А ты как, можешь выполнять мои команды? И вообще, какой у меня уровень доступа?

– Твой уровень доступа максимальный.

О как! Я радостно потер руки.

– И почему мне такое доверие?

– Доступ предыдущего оператора истек сто тысяч триста сорок универсальных лет назад. Согласно параграфу двенадцать «Политики безопасности» система не может быть полностью заблокированной от внешнего доступа. После ста лет с момента истечения срока доступа всех операторов административный доступ открывается первому встреченному человеку с подходящими ментальными и психофизиологическими параметрами.

Вот чешет! И с каждым ответом Умника вопросов только больше. Ладно, начнем по порядку.

– Почему ты так хорошо используешь знакомую мне терминологию? Это ты все из моей головы взял?

– Да, я ищу в базе данных, сформированной на основе слепка с твоего мозга, похожие смысловые конструкции, которые потом транслирую на твой язык. Есть вероятность некорректного использования терминов в связи с их широкими смысловыми значениями, зависящими от обстановки применения. Я обучаюсь, и со временем таких некорректностей будет меньше.

Так, ладно. Пока замнем для ясности. Все равно непонятно, как он так быстро смог разобраться в моих мозгах.

– Слушай, – я перепрыгнул на следующий вопрос, – почему мои ментальные и психофизиологические данные признаны приемлемыми?

– Ты практически ничем не отличаешься от последнего оператора. Есть только одно отличие: твой мозг работает не в полную силу и заблокирован доступ к информационным полям.

– Не понял, – удивился я. – Ты хочешь сказать, что предыдущий оператор был человеком? – Я бросил взгляд на мумию. – А как же третий глаз?

– Какой третий глаз? – вроде как удивился Умник.

– Да вон же, – я показал пальцем на третий глаз у мумии, – на лбу.

– Он не является человеком и не является предыдущим оператором.

Из дальнейшего допроса мне открылась следующая картина. Эта станция является все-таки кораблем. Представители расы, построившей его, – люди, давным-давно вышедшие в космос. Ими были открыты многие тайны Вселенной, но многое еще оставалось непознанным. Люди оказались чрезвычайно любознательными и путешествовали на таких вот кораблях по галактике, пытаясь открыть что-то новое. Единственное, что, по моему мнению, отличало их от людей моей расы: они любили уединение и могли жить в одиночестве долгие годы. Но это не мешало им также жить и сплоченными группами. Они обладали способностью общаться с друзьями на любом расстоянии, и такого общения им вполне хватало. Возможно, из-за этого их численность постепенно уменьшалась. Кроме того, они могли создавать миры (не вселенные, как я понял, а планетные системы), чем бóльшая их часть с удовольствием и занималась. Однажды были обнаружены параллельные миры, в точку сопряжения которых и отправился из родного мира последний оператор, Дронт, который являлся кем-то вроде ученого. В результате экспериментов корабль провалился в этот параллельный мир, из которого обратно не смог выбраться. Как скоро убедился исследователь, связь с соплеменниками здесь отсутствовала. Пошарахавшись по галактике, в которую попал, Дронт нашел эту планету, на которой были существа, очень похожие на людей. Он приземлился и занялся исследованием. Оказалось, что в этом мире повышенный магофон (с большими оговорками Умник согласился считать способности Дронта и используемые им технологии магией), но и это не помогло вернуться назад.

Исследовав местных жителей, Дронт убедился, что в информационной структуре жителей отсутствуют некоторые схемы, присущие людям. Тем не менее они обладали зачаточной способностью подключаться к магоструктуре пространства. По неизвестным причинам Дронт стал заниматься преобразованием этого мира. Первые попытки развить у жителей способности к магии Дронт сделал только через сто лет после прибытия. Очевидно, даже такого мизантропа, как Дронт, достали сто лет одиночества. Первые попытки развить зачаточные информационные структуры, ответственные за магию, приводили к смерти подопытных. После долгих исследований он понял, что все дело в нехватке тех схем, которые есть в его собственном информационном каркасе, очевидно стабилизирующих магические структуры. И максимум, чего можно добиться, – это постепенно развить данные структуры, поставив ограничитель, не позволяющий им полностью развернуться, так как это вело к смерти от перегрузки. Кроме того, эти структуры должны были развиваться постепенно, усиливаясь из поколения в поколение, впрочем, не у всех. То есть магами местные жители стать могли, но не такой силы, как сам Дронт.

Ни хрена себе, тут и маги есть! Я просто офигел. И так все выглядит как фантастический рассказ. Однако все это может непосредственно касаться меня, и я продолжил внимательно слушать.

Это было печально, но Дронт не опустил руки. Он давно уже подключился к информационному полю планеты и запустил в него что-то вроде вируса, который постепенно начал это самое поле изменять. А поле, в свою очередь, влияло на жителей этого мира. Результат стал проявляться только по прошествии второй сотни лет пребывания Дронта на планете (ни хрена себе, это сколько же он жил?). К сожалению, только треть жителей были тесно связаны с информполем планеты, они-то и стали первыми магами. Способности к магии, то есть необходимые информструктуры, передавались по наследству, но иногда, к сожалению, у одних пропадая совсем, а у других проявляясь через поколение.

Оказалось, что моя информструктура содержит те же схемы, что и у Дронта, – это позволило Умнику меня принять как оператора, – но были и отличия. Как сказал Умник, у меня имеется большой объем структур и связей, на данный момент отключенных и не функционирующих. Связь с информационными потоками у меня тоже почему-то заблокирована. Возможности мозга используются не полностью, что, возможно, связано с этой блокировкой. Ведь для обработки огромного массива информации, протекающего через мозг из информполя и генерируемого мозгом, нужны огромные вычислительные мощности, которые за ненужностью у меня отключены.

Интересно. Ведь на Земле давно известно, что мозг используется не в полную мощность. Тут какая-то нестыковка. Получается, что кто-то давно заблокировал у землян эти способности или просто не дал возможность им развиваться. К происхождению человека от обезьяны я всегда относился скептически, а тут открываются такие факты. Похоже, к нашему происхождению кто-то приложил свои шаловливые ручки.

К сожалению, Дронт не учел одного обстоятельства: здесь обитали боги. Он их просто не заметил. А некоторые нестыковки и непонятки в структуре информполя планеты и галактики, в которую входило поле планеты, он принял за местные особенности. Ему повезло, что боги не присутствовали в этом мире (или около этой планеты) постоянно. Только когда появились первые слабенькие маги и стали оказывать некоторое воздействие на информсеть, боги обратили внимание на происходящее.

Вот тут и произошло самое страшное. Боги не стали особо разбираться, а, найдя нарушителя, выплеснули на него свой божественный гнев. То есть нанесли ему удар. Как проанализировал ситуацию Умник, у Дронта были все шансы уцелеть и даже надрать задницу местным богам. Они были ничуть не сильнее его. Просто сыграл свою роль фактор неожиданности. Это его и убило.

Я попросил Умника остановиться поподробнее на этом моменте. До этого я воспринимал весь рассказ как байку про хакера, которого местные админы вытурили из своей сетки. Да еще и убили. Из дальнейших разъяснений Умника выяснилось, что с помощью пресловутого информполя можно замечательно работать с материей. Достаточно сформировать определенную информационную структуру, задать ей определенные свойства и запитать энергией – в результате получится физическое воплощение описанного структурой объекта. Получается, можно создавать предметы и даже живые организмы как бы из ничего. Все зависит от воображения человека, его способности задавать параметры структуры объекта и ширины канала связи с информсетью.

Круто! Это меня впечатлило. Я поинтересовался, насколько сложнее создать живые организмы в отличие от статичных. Умник прекрасно все объяснил в терминах моего любимого программирования. Чтобы создать объект, нужно создать его класс. Чтобы он обладал некоторыми свойствами, их необходимо задать в этом классе и присвоить им значения. Таким образом можно сделать, например, мертвый булыжник. Но чтобы создать живое существо, в этом классе кроме свойств необходимо запрограммировать поведенческую модель-алгоритм, желательно самообучающийся. На основе этого класса и создается объект-существо.

– А местные маги могут создавать живых существ? – спросил я у Умника.

Как оказалось, да, умеют. Я немного подумал: прикинул параметры, сложность поведенческой модели – и понял, что или я совсем плохой, а местные «программисты реальности» настолько крутые, что могут все предусмотреть, или тут есть еще что-то. Так и оказалось. Все просто. Достаточно определенным методом снять и сохранить информационную матрицу объекта и на основе этой матрицы можно создавать полные дубли объекта. Чтобы создать совершенно новый объект, в снятую матрицу можно внести изменения, смешать с другими матрицами («Ага, типичное наследование», – ухмыльнулся я), что очень облегчает работу. Так и появляются разные монстры, которых плодят местные маги, но об этом дальше.

Как-то все слишком просто звучит. Взял, запитал, получил. Возможно, Умник мне не всю информацию дает или сам не все знает.

Я прервал разговор с Умником, поерзал в кресле, которое вдруг тихонько дрогнуло и приняло удобную для меня форму. Немного подивившись этому, я задумался, пытаясь переработать полученную информацию. Во всем рассказе Умника меня поразило несколько пунктов. Ну ладно, насчет магии я понял: удобная штука. Но как могло статься, что человек (Дронт, несомненно, был человеком), по утверждению Умника, был сильнее богов? А если учесть, что Дронт с большим трудом и при огромных затратах времени смог всего лишь внести коррективы в развитие местного населения, то вряд ли местные боги были теми, кто создал этот мир.

– Скажи, Умник, – задумчиво спросил я в пространство, – я так понимаю, что местные боги участвовали в создании этого мира?

– Нет, конечно, – фыркнул Умник. Ого, он начинает проявлять эмоции. – Они являются типичными энергетическими вампирами. Такие вампиры есть и в том мире, откуда родом Дронт, только их люди контролируют, чтоб не вредили, а здесь, похоже, ими некому заниматься. Такие вампиры находят миры с живыми существами, с помощью определенных действий заставляют поверить в то, что они боги. А посредством веры существу, в которое верят, передается энергия. Отдавать энергию могут даже самые примитивные индивиды.

– А если бога в данный момент в этом мире нет – я так понял, они не постоянно присутствуют здесь, – то куда девается энергия? – спросил я.

– А вот тут по-разному. – Умник сделал паузу. – Энергия веры имеет определенную направленность, и ее не может принять другой бог, следовательно, такая энергия сначала накапливается в информполе планеты, а через определенное время рассеивается, если бог, на которого она направлена, ее не забирает. Поэтому боги периодически навещают свои пастбища и, если энергии мало, гневно напоминают местным о своем существовании. Кстати, боги часто соперничают друг с другом за веру людей. Иногда дело доходит до войн. У каждого бога, как правило, есть несколько таких пастбищ.

– Мы ушли в сторону, я хотел спросить, а кто же создал этот мир? Если боги ни при чем, неужели изначально все само появилось и развилось?

Умник немного помолчал, а потом ответил:

– Понимаешь, Ник, люди долго пытались найти ответ на этот вопрос. Я имею в виду, люди расы Дронта. Есть некоторые вещи, вероятность проявления которых естественным путем просто микроскопически мала. Причем таких моментов много, не стану углубляться. Но в то же время исследования не подтвердили наличие Бога, или, правильнее сказать, Демиурга. Говоря простым языком, я не знаю.

– Ладно, замнем для ясности, – пробормотал я. – Так что там все-таки с нападением богов?

– А все очень просто. Найдя возмутителя спокойствия – а Дронт, в общем, и не прятался, – они объединились и сформировали прямой энергетический канал до корабля, пустив по нему огромное количество энергии, которая преобразовалась в сверхтвердое вещество в месте удара и сильное магическое излучение («Так вот от чего возникло отверстие в стене!» – вспомнил я выход из корабля). Таких ударов они нанесли несколько. От излучения были повреждены все информкристаллы. Вычислители, навигаторы, координаторы, управляющие модули двигателей. Только я остался невредим, так как изначально мой кристалл заключен в специальную защитную структуру.

– Постой-ка, ты хочешь сказать, что в тебе нет электроники? – удивился я. – Ты – кристалл?

Умник снова замолчал.

– Ну да, – наконец ответил он. – Я проанализировал понятие «электроника» – вроде непохоже на мою структуру, но недостаточно данных. Я же действительно представляю собою цельный кристалл.

– А как же ты взаимодействуешь с окружающей средой? – Для меня все это стало неожиданным.

– Посредством все тех же информструктур и оперирования ими.

Вот это новость!

– Слушай, это получается, что ты кристалл-маг? – В моей голове такое просто не укладывалось.

– Ну-у, – протянул Умник – похоже, такая постановка вопроса поставила его в тупик, – можно и так сказать. Я, правда, не умею создавать новые структуры, как это делал Дронт, а только могу пользоваться тем, что в меня заложено изначально, ну и тем, что в меня заложил в процессе работы сам Дронт.

– Ясненько, – ответил я, потягиваясь. Все, лимит моего впитывания информации на сегодня исчерпан. – Ладно, Умник, пожалуй, я посплю немного, надо все утрясти в голове, да и спать хочется… Мозги тоже могут мозоли заработать…

Голова просто пухла от информации, надо все обдумать и выспаться, пусть мозг во сне поработает. Остался последний вопрос, от которого я не удержался:

– Умник, скажи, а как получилось, что прошли сотни тысяч лет, а ты функционируешь, да и металл корабля не проржавел?

– Мой кристалл не подвержен старению, впрочем, как и металл корабля. К тому же это не столько металл, а, если можно так сказать, сплав металла, укрепленного определенной информструктурой, или магией, как ты это называешь. Его можно погружать в корону Солнца. Теперь ты понимаешь, какой силы удар корабль получил от местных богов.

Последние слова Умника доносились до меня уже еле-еле, с трудом пробиваясь сквозь сон.

Глава 8

На следующий день я проснулся с чугунной головой. Похоже, мозги вчера перетрудились. Пожелав Умнику доброго утра, я решил, что для снятия умственного утомления надо нагрузить себя физически. Выбравшись из корабля, следующие три часа я восстанавливался, танцуя с шестом. Кстати, я так и не смог придать ему эллипсоидную форму, о чем сильно жалел.

После тренировки я ополоснулся в ручейке и вернулся к Умнику. У меня еще было много вопросов, ответы на которые надо из него вытрясти. Вообще я удивлен тем, как быстро мы нашли общий язык. И вроде бы никакую информацию он от меня не скрывает. Это трудно проверить, но несоответствий в его рассказе я пока не обнаружил.

– Еще раз привет, Умник! – Я расположился в кресле, оно снова приняло удобную для меня форму. – Это ты делаешь?

– Что именно?

– Ну кресло подгоняешь под меня.

– А, нет, это кресло – самостоятельная система, после моей активации оно тоже включилось. Подгонка под параметры оператора – его основная функция.

– Понятно, – протянул я. – Ладно, у меня такой вопрос. Ты следишь за окружающим миром, ну в смысле, за тем, что творится на планете, а?

– Временами. – Умник помедлил пару секунд. – Дело в том, что у меня мало собственной энергии, а подключаться к информсети, чтобы брать ее оттуда, я опасаюсь.

– Чего ты опасаешься? – тут же уцепился я.

– Как чего? Конечно, местных богов. Они лишили меня хозяина, корабля, я остался один, хорошо хоть не обращают на меня внимания – в основном потому, что я не высовываюсь в информсеть, а при появлении богов полностью отключаюсь.

– Так. Стоп. Еще раз уточни, – я непроизвольно поднял руку, – канал для информации и энергии один?

– Да. На самом деле энергию можно тянуть и минуя этот канал, например, из окружающей среды, которая потом самовосстанавливается. Однако это труднее. А я так вообще не умею. Но для местных магов – так как их связь с информсистемой ограничена – проще качать энергию из природы, хоть это и более трудоемкий процесс. Здесь особых ограничений у них нет – ограничение только во внутреннем резерве мага и скорости накапливания энергии.

– Так, стоп! – Я замотал головой. – О местных магах и прочих мы еще поговорим, меня сейчас интересуют другие вопросы. Сначала скажи, ты что-нибудь знаешь о моем появлении здесь? Как я сюда попал? – Я затаил дыхание, ожидая ответа.

– А разве ты не местный? – поразился Умник.

Еще неизвестно, кто был больше удивлен.

– А разве ты не видишь? Я говорю на другом языке, ты прошерстил мою память, временами подключаешься к местной информсети и еще спрашиваешь?

– Видишь ли, Ник, я, конечно, заметил твое отличие от других, но я ведь не все время и не за всем слежу. Подключаюсь к сети раз в сто лет, да и отслеживаю в основном яркие события в мире. Как сказал бы ты – одним глазком. За такой промежуток времени многое в мире может случиться. Поэтому я имею поверхностные данные по планете, но, если ты дашь команду, прошерстю всю сеть и сделаю доклад.

– Считай, что такую команду ты уже получил, – проворчал я. – Скажи, а примерно пару месяцев назад ничего странного не заметил?

– Извини, Ник. У меня зарегистрирован выплеск магической энергии в непосредственной близости от корабля, а может, и внутри, судя по силе, донесшейся до меня, но ничего конкретного по этому поводу сказать не могу – у меня нет связи с датчиками корабля, думаю, что все кристаллы выгорели.

Я уныло кивнул – похоже, и здесь облом.

– Умник, когда будешь шерстить сеть, обрати внимание на любую информацию, буде попадется, относительно перемещений по мирам, ладно?

– Хорошо.

Как классно, что у меня есть Умник!

– Так, ладно. Следующий вопрос. Ты можешь разблокировать связь с сетью? – Этот вопрос меня сильно интересовал. Ведь тут открываются такие огромные возможности!

– Могу, но не советую этого делать.

– Почему? – удивился я.

– Ты не забыл, почему для местных Дронт делал это постепенно? – спросил Умник. – Можешь сгореть. Наших людей этому учат с раннего детства, и только примерно к ста годам они полностью начинают управлять сетью.

– Сто лет? Сколько же Дронту лет-то было? – Сказать, что я был удивлен, – ничего не сказать. Похоже, сегодня день удивительных открытий. – И сколько ваши люди живут?

– Дронту на момент его смерти было восемьсот двадцать три года, а живут люди около тысячи лет.

Ничего себе! Конечно, за такой срок можно чему угодно научиться.

– Но что-нибудь ты можешь мне посоветовать по этому поводу? – недовольно спросил я.

– Для того чтобы советовать, мне надо сделать не поверхностное, а полное сканирование твоей информационной структуры.

– Ну так делай! – Похоже, шанс все-таки есть, улыбнулся я. – Это много времени займет?

– Около часа. Все это время ты можешь чувствовать дискомфорт или усталость, кроме твоей структуры я попробую провести еще глубокое зондирование твоего мозга, чтобы удостовериться, что блокировка не носит физиологический характер, а только информационный.

– О’кей, – согласился я. – Начинай.

Следующий час я чувствовал, как будто меня гоняют на центрифуге, выжимают, встряхивают, чувствовал фантомные боли, которые появлялись и тут же пропадали, короче, меня плющило не по-детски. После окончания обследования я еще долго приходил в себя, пока Умник проводил какие-то расчеты на основе трудов Дронта. Я успел уже поспать, сходил попить «живой» воды, а Умник все еще считал. Махнув рукой, я выбрался наружу, уселся перед входом и расслабленно наблюдал за природой. Еще через два часа я услышал голос Умника:

– У меня все готово.

Я вздрогнул.

– А как ты до меня достучался? Я ведь снаружи.

– Ты забываешь, Ник, что на тебе ключ-обруч, с его помощью я могу разговаривать с тобой на любом расстоянии.

– Да-а, – протянул я. А ведь я совсем забыл про обруч. Он так мягко сидит на голове, что я его совсем не чувствую. Прикольно. – Ну тогда рассказывай. – Я подобрался.

– Результат таков. Твоя информационная структура полностью годится для управления сетью. И даже с запасом. Есть дополнительные управляющие структуры, неизвестные мне, но скажу с большой долей вероятности: они не могут мешать связи с сетью. Дальше. Блокировка носит не физиологический характер, только информационный. Однако, несмотря на соответствие твоей информационной структуры, сразу разблокировать ее нельзя. Твой организм не подготовлен для прокачки энергии, протекающей через канал связи. Резервы мозга также не тренированы для обработки информации. Наилучшей рекомендацией будет внедрение в твою информационную структуру управляющего контура, который будет постепенно влиять на твой организм, потихоньку расширяя канал связи и подготавливая организм для работы.

– Отлично. – Я вскочил. – Что-нибудь еще?

– Да. – Умник сделал многозначительную паузу. – Если твой уровень достигнет уровня Дронта, местные боги могут обратить на тебя внимание. Такой вариант развития событий весьма вероятен. Я не знаю, что тут посоветовать. Хоть Дронт и мог помериться силами с богами, я не представляю, какими боевыми техниками он владел и владел ли ими вообще. Тут тебе придется самому выкручиваться. Я, конечно, помогу тебе, чем смогу, но основную работу ты должен будешь делать сам. Здесь такой совет: поучиться у местных магов. Они постоянно воюют, думаю, чему-то смогут тебя научить.

– Ладно, я все понял. Скажи, сколько времени займет настройка моего организма?

– От года и больше. Мне точно неизвестно, как твой организм будет реагировать на изменения. Это может занять и несколько лет.

– Печально, но все-таки не сто лет. – Я улыбнулся. – Как я понял из твоих слов, с помощью информационной структуры можно воздействовать на организм, так? – Я поднял голову, ожидая ответа.

– Да, – лаконично ответил Умник.

– Подумай, можно ли аккуратно внести изменения в мою информструктуру, чтобы кое-что улучшить в моем организме? – Я хихикнул, вспомнив постоянно получаемый мною на Земле спам об увеличении пениса – с начала века Интернета прошла почти сотня лет, а такие письма все еще приходят.

– Смотря что ты собрался менять. – Умник, как всегда, на неточные вопросы дает такие же ответы.

– Скажем так, рассчитай, пожалуйста, какие изменения нужно внести, чтобы улучшить мою реакцию, увеличить выносливость и силу.

– Мне понадобится около пяти часов, тут надо действовать с осторожностью.

– Канэшно, дарагой! – Я потер руки. – И вот что еще: ты можешь включить у себя какие-нибудь эмоции, что ли, или какую-нибудь виртуальную личность, а то, право слово, твой монотонный голос меня просто убивает.

– К сожалению, маски личностей, как не особо важная информация, хранились на отдельном незащищенном кристалле, который был разрушен.

– Тебе бы кино какое-нибудь посмотреть, сразу сообразил бы, о чем речь, – ответил я.

– Что такое «кино»?

Я замер. Вот блин. Надо познакомить Умника с моими компьютерами. Я увлекся и еще следующие несколько часов показывал Умнику наши технологии. Удивительно, но раса Дронта не была знакома с электроникой, хотя конечно же им все заменяла информсеть и магия. Подключить Умника напрямую к субноуту я не смог – он чувствовал радиосигналы, но без внешних датчиков не мог с ними работать. В конце концов мы нашли выход. С помощью небольшой магии. Кстати, вот я и понаблюдал, как выглядит магия в ее внешнем проявлении. Умник создал информструктуру, способную воспринимать свет, то есть своего рода глаз, напитал его энергией, и я увидел медленно разгорающийся переливающийся шарик света. Через некоторое время этот шарик стал почти невидимым. Умнику даже в голову (тьфу, в его кристаллические мозги) не приходила мысль сделать такой глаз, чтобы наблюдать за внешним миром. Раньше он полагался только на такие же кристаллические датчики. Вот что значит железные мозги.

Кстати, тогда же он впервые меня и увидел. Умник подтвердил, что мой внешний вид соответствует расе людей Дронта до мельчайших деталей, естественно не учитывая индивидуальных особенностей. Кроме глаза Умник сформировал небольшой по размеру объект, который по команде притягивался к земле. Назовем его пальцем. Этот палец Умник мог перемещать и, соответственно, нажимать на кнопки субноута и на его сенсорный дисплей. Как прикрутить к Умнику датчики, с помощью которых я управлял компьютерами через излучение своего мозга, я просто не знал. Затем некоторое время я обучал Умника управлению субноутом. Он все схватывал на лету. От некоторых реализаций хранения и обработки информации он был просто в восторге (если я правильно расшифровал его монотонные высказывания). В конце концов я оставил Умника просматривать наши фильмы – а их у меня на субноуте несколько тысяч, – напомнив, чтобы он не отвлекал все ресурсы на просмотр фильмов и чтение литературы и не забыл сделать необходимые мне расчеты, и пошел наружу подышать свежим воздухом.

Глава 9

На улице стояла ночь. Я глубоко вдохнул свежий воздух. Вот странно, я здесь уже больше двух месяцев, однако природа вокруг не изменилась. По ощущениям, здесь стоит поздняя весна – не очень жарко, но и не холодно. Ночью температура только на пяток градусов ниже, чем днем. «Не забыть поинтересоваться природой у Умника», – сделал я себе зарубку в памяти. Мои мысли перескочили к Умнику. Да, мне с ним здорово повезло. Если подумать, вероятность найти общий язык была минимальной. Конечно, тут помогли магические технологии инопланетян, кстати, надо узнать самоназвание расы Дронта. Неудобно все время называть их инопланетянами, технологии технологиями, но, похоже, несмотря на отсутствие эмоций, Умник все-таки является личностью. Как повлияла на него такая долгая изоляция? Надо пощупать его на эту тему («Пощекотать пятки», – хмыкнул я).

Переключившись на субноут, я проверил, что смотрит Умник. На экране в очередной реинкарнации этого фильма Лара Крофт мочила своих врагов, стреляя из бластеров по-македонски, с двух рук. Вот интересно, стоило ли ограничить Умнику доступ к фильмам, да и вообще к информации в компе, или нет? Несмотря на слова Умника, что у меня рутовский доступ к нему, это ведь может быть и не так. Любопытно, как воспримет Умник порнуху, когда доберется до нее на субноуте? Ну-ну. Посмотрим.

Я устроился поудобнее, откинул голову, упершись ею в скалу, и стал смотреть на звезды. Если не разбираться в созвездиях, то может показаться, что ты дома. А Луна тут меньше нашей, или мне так кажется? Я мысленно стал прокручивать в голове все, что услышал от Умника, пытаясь найти нестыковки или просто моменты, которые нужно осветить. Поняв, что таких моментов еще много, запустил на бадди-компе текстовый редактор и стал по пунктам записывать вопросы, которые у меня еще остались к Умнику.

Во-первых, нужно узнать, что это за хмырь лежит в рубке и почему ключ доступа был у него на голове. Умник ведь дал понять, что это не Дронт, но за разговором я как-то забыл уточнить. Дальше, надо разузнать насчет «живой» воды, чем она отличается от простой. Так, что еще? Я немного подумал. Так, ну методику работы с информсетью узнаю позже, когда и если Умник разблокирует мне канал связи. Что-то я упускаю, какая-то мысль скребется в мозге и не дает покоя… Вот! Главное! От волнения я даже вскочил на ноги. Умник ведь говорил, что, когда я появился тут, он зафиксировал магический всплеск, а ведь тут живут маги, и они тоже наверняка его зафиксировали. А что должен делать маг, если где-то происходит что-то непонятное? Я вдруг представил, что в налаженной работе моего компьютера стали выполняться не санкционированные мной действия. Правильно, как минимум заинтересоваться, а как максимум попытаться разобраться. Отсюда плавно вытекает необходимость в срочном ознакомлении с местным миром. Кстати, что может означать двухмесячный промежуток спокойствия? Я задумчиво почесал нос. Тут несколько вариантов. Первый вариант – моего громкого, в магическом плане, прибытия никто не заметил, а это значит, что тут хреновые маги. Это хорошо, в этом случае у меня полно времени. Но в то же время это плохо – вряд ли местные маги помогут мне вернуться домой. Второй вариант – всплеск заметили, но просто забили на него. И третий вариант, самый неприятный, – сюда все же придут разбираться, но по каким-то причинам этот приход задерживается. Я прокрутил в голове три варианта – ничего не упустил? Вроде все верно, и тут мозг подкинул еще пару вариантов: возможно, маги не смогли определить место всплеска, и еще один, самый противный вариант – я давно под колпаком, просто не замечаю этого. Обдумав последний вариант и так и сяк, отбросил его – вряд ли на наблюдение будут тратить столько времени, да и выгляжу я достаточно безобидным.

– Умник! – позвал я компьютер.

– Что? – явно недовольно ответил комп с заметной задержкой.

Хм… мне кажется или у Умника начинают проявляться эмоции?

– Да отвлекись ты от фильма, надо кое-что спросить. – Я решил не тянуть с вопросами и получить ответы на некоторые из них прямо сейчас. – Расскажи все, что ты знаешь о местном населении, государствах, ну в общем, ты пока начинай рассказывать, а я по ходу буду уточнять.

– А попозже нельзя? – спросил Умник. Нет, что хотите думайте, но он явно прогрессирует! – А то тут как раз интересный момент, я почти все ресурсы задействовал для анализа.

– Эй, эй! – прикрикнул я. – Как это все ресурсы? А остальные задачи? Ты забыл, что я тебя просил сделать поиск информации?

– Да не забыл я, – опять недовольно проговорил Умник, – ладно, спрашивай, потерплю.

Я ухмыльнулся. Да-а, надеюсь, он не подхватит вредных привычек из нашего кино.

– Я уже спросил, – напомнил я.

– Да помню я, помню, просто думаю, с чего начать.

– А с самого начала и начни. – Я снова улегся на траву. – Расскажи мне сказку, как добрый волшебник Дронт пытался изменить этот мир и что из этого получилось.

Вот что я узнал. В то время когда Дронт стал обустраиваться на планете, здесь была только одна раса людей, но с описанными ранее ограничениями в своей информационной структуре. Эти люди, как я понял, были кем-то вроде наших доисторических кроманьонцев. Бегали по планете с копьями и камнями, охотились на местных мамонтов. Честно говоря, я не понял, на фига Дронт пытался научить этих дикарей магии, если интеллекта у них было, как у курицы. Может, он надеялся поднять его быстрыми темпами после подключения их к информсети? Через сотню лет стали появляться люди со слабыми магическими способностями, которые они использовали в основном интуитивно. Информация потихоньку стала просачиваться через эти слабые каналы связи, и мозг людей пытался по-своему интерпретировать ее. На тот момент, как позже проанализировал Умник, местные боги еще не были Богами с большой буквы и, похоже, не использовали этот мир для сбора энергии. «Правильно, – подумал я, – хрен заставишь питекантропа верить в какого-то конкретного бога, персонализация богов происходит на более позднем уровне развития личности». Но за этим миром боги следили внимательно, как фермер следит за своим участком, потихоньку помогая людям развиваться. Спешить было незачем. Как Умник уже упоминал ранее, боги пасутся во многих мирах. И тут появляется, весь такой из себя блестящий, чертик из табакерки – Дронт. В результате его действий информсеть стала меняться, что, естественно, заметили боги. И озаботились. Как поступает нормальный фермер, заставший на своем поле вора? Правильно – сначала стреляет, а потом разбирается. Если что, места много, труп никто не найдет. Похоже, боги конкуренции не терпят, а потому на вероятную угрозу навалились всем скопом. А вот дальше произошло страшное. Для движения корабля в пространстве использовались магические кристаллы, которые могли накапливать в себе огромное количество первичной энергии. В результате нападения богов на корабль Дронта эти кристаллы разрушились, освободившаяся энергия хлынула потоком во все стороны. Местная информсеть, получив такое количество энергии, стала расползаться. Я представил эту картину и заухмылялся. Думаю, боги ОЧЕНЬ удивились такому результату своих действий. Интересно, у них есть такая часть тела, которая могла бы обделаться? Ну так вот. Умник, хитрюга, во время взрыва сумел закапсулироваться в свой защитный кокон и решился выглянуть из него только через сотню лет. Это был контрольный срок, указанный в правилах поведения штатного компьютера в чрезвычайных ситуациях. Дронта к этому моменту на корабле не было. Что с ним случилось, Умник не знает, но считает, что он помер, так как не оставил бы Умника одного, а вывести комп из самоблокировки он мог. Кстати, на стенах в рубке как раз и написаны действия в чрезвычайных ситуациях, при отсутствии магии или поломке компьютера. Так что я, когда пытался расшифровать эти надписи, действовал верно, вот только возможностей моего программного обеспечения не хватило. Да и исходных данных маловато было. Я представил себе нашу космическую станцию, обклеенную страницами из технических пособий и инструкций, и заржал: блин, просто анекдот какой-то.

Кроме того, Умник не чувствовал Дронта в магическом плане своими датчиками, встроенными непосредственно в него и поэтому уцелевшими. Ну так вот, быстренько подключившись к информсети, Умник обнаружил в ней большие изменения. Похоже, богам удалось сохранить ее в относительной целости. Чего это им стоило, Умник даже не представляет. Возможно, им как-то удалось скинуть излишнюю энергию вовне, чему Умник нашел возможное, но недоказуемое подтверждение: одна из планет Солнечной системы превратилась за эти сто лет в астероидное поле. Спустя сто лет работы по восстановлению информсети продолжались: Умник насчитал с пяток богов, выполняющих какие-то действия с сетью («И тут сисадмины вкалывают по-черному», – с долей ностальгии подумал я). Испугавшись, что его засекут, он больше не стал проводить никаких исследований, а быстро отключился от сети и снова закуклился на следующие десять тысяч лет – на всякий случай перестраховался со временем. А если появится Дронт, буде он выжил, или его соплеменники – как его активировать, они знают. Прошло время, Умник снова выглянул наружу, определил отсутствие богов и спокойно стал разбираться, что происходит в мире. Несмотря на то что информсеть сохранилась, она претерпела сильные изменения. Во-первых, она проредилась, ее общий магический фон стал ниже, но все равно оставался более высоким, чем был в других мирах. Почему-то боги не нашли вирус, который Дронт запустил в сеть, или просто не сумели вычистить его. А может, они, присмотревшись к тому, что получилось у Дронта, поняли перспективность этой разработки и оставили все как есть.

Между тем вместе с деформацией сети вирус тоже информационно мутировал. Как раньше упоминал Умник, этот вирус был предназначен для постепенного изменения информструктуры людей, с тем чтобы они потихоньку учились подключаться к сети, расширяя информационный канал связи. Изначально эти вирусы сформировали между собой связи для согласованной работы по каждой территории и таким образом организовали несколько локальных сетей (назовем это так), каждая из которых контролировала свою территорию. После энергетического и информационного удара в результате взрыва все эти сети стали действовать по-другому. Во-первых, у них сгорела самая тонкая часть информструктуры, отвечающая за блокировку магического воздействия на генотип людей. Кроме того, параметры изменений установились в произвольные значения. В результате этого генотип людей постепенно стал меняться. Причем изменения у населения под одной локальной сеткой отличались от изменений, происходящих у людей, принадлежащих к другой локальной сетке. Но люди этого не замечали. Потому как народы были раскиданы по планете достаточно далеко друг от друга и даже не контактировали друг с другом. Примерно как китайцы с неграми. Ну живут где-то там черные люди. Да и ладно. Нас это не касается. Да и сами изменения происходили постепенно. В соответствии с произвольно установленными параметрами таких локальных сетей, состоящих из модулей воздействия, на планете в конце концов сформировалось несколько рас. Причем, что удивительно, несмотря на различия между собой, генетически они остались совместимыми. А первые маги, появившиеся через сотню лет работы Дронта, все померли от перегрузки. Видно, даже через свои хиленькие канальцы получили достаточно энергии от взрыва, чтобы скопытиться. С того времени процесс пошел заново, но уже не такими темпами.

Итак, новообразовавшиеся расы.

Люди. Одна из локальных сетей устояла перед атакой в основном потому, что находилась на периферии воздействия, а может, в это время за дело уже взялись боги. Поэтому генетически люди остались людьми.

Гномы. Низкорослые, чуть выше полутора метров, люди с развитыми способностями в области обработки камня и металла. Предпочитают жить в горных пещерах, но некоторые кланы строят свои города на поверхности. По последним данным, бóльшая часть гномов живет именно на поверхности.

Вот здесь с меня слетела вся полудрема, в которую я впал, слушая Умника.

– Стой! – заорал я. – Какие гномы? Ты что гонишь? Насмотрелся фантастики на ночь глядя? – Я был возмущен: может, Умник действительно рассказывает мне сказку, я ведь именно об этом его просил? Я попытался вспомнить наш разговор…

– Сам ты гонишь! – обиделся Умник. – Я тебе рассказываю то, что было на самом деле. Кстати, а откуда ты знаешь про гномов?

– Так, стоп! Помолчи минутку, – попросил я Умника и тут же спросил его: – Скажи, а эльфы какие-нибудь, драконы там или кто-нибудь в этом роде тут тоже есть? – Я замер, ожидая ответа.

– Да. Есть эльфы, причем два вида, и драконы есть, и демоны всякие разные. А еще есть много животных, – обиженно произнес Умник. – А в чем дело-то?

– Ты просто еще не всю информацию узнал о Земле, – мрачно ответил я. – У нас все эти существа считаются сказочными персонажами. – Я замолчал, пытаясь обдумать эту с ног сшибающую информацию.

– Да ну? – удивился Умник. – Это ведь типично местные здешние жители. Они развились тут практически на моих глазах, можно сказать, в результате неудачного информационно-генетического эксперимента. Вряд ли похожие условия для развития есть у вас на Земле.

Я замер.

– Умник! Ты гений! – Я рассмеялся. – Ты понимаешь, что ты сказал?

– Нет, объясни.

– Ну не будь тупицей, Умник! Или я тебя зря Умником назвал? Подумай своей железной головой! – Я постучал пальцем себе по лбу, попав при этом по обручу.

– Ты хочешь сказать, – помолчав некоторое время, сказал Умник, – что между твоей Землей и Лунгрией есть какая-то связь?

– Лунгрией? – сбитый с толку, переспросил я.

– Ага, местные жители называют этот мир Лунгрией.

– М-да… Ну в общем, именно так. А это означает… Что? – снова стал я тестировать сообразительность Умника.

– Учитывая сказанное тобой и факт, что ты оказался на Лунгрии… могу предположить, что эта связь не только информационная. Так?

– Все-таки не зря я назвал тебя Умником, – улыбнулся я. – Но если продолжить твою мысль, то это значит, что для меня есть реальная возможность вернуться домой. – Я почти счастливо рассмеялся.

– Ну все может быть, – задумчиво протянул Умник. – Я уже ничему теперь не удивлюсь. Какие у тебя планы в связи с этим?

Я молча походил по кругу, обдумывая ответ. В общем, ничего тут особого не придумаешь. Нужно действовать, как раньше планировалось: выходить в свет, легализовываться, искать магов, которые шарят в области перемещений по мирам, а там – по обстоятельствам.

Так я и ответил Умнику, а потом, посмотрев на небо, увидел, что скоро рассвет, и пошел спать.

Глава 10

– Солнышко, вставай! – раздался у меня над ухом женский и безумно сексуальный голос. Окончательно я очнулся, уже стоя в боевой стойке с шестом в руках, оглядываясь по сторонам и выискивая возможную опасность.

Никого вокруг не было. В голове у меня раздалось хихиканье.

Вот тут я все понял.

– Умник! – Я с силой бросил шест на землю. – Твою же ж мать!

– Не ругайся, красавчик! – томно прошептал Умник.

– Умник, – я с усилием взял в себя в руки, – скажи, какого, извини меня, хрена ты, во-первых, пугаешь меня, а во-вторых, зачем ты взял этот женский голос? Решил стать девкой? – издеваясь, спросил я.

– А что, тебе не нравится? – Теперь эмоции в голосе отчетливо улавливаются. Похоже, не зря Умник провел последние часы за субноутом.

Я уже успокоился и даже увидел юмор в ситуации.

– Умник, – начал я, – мне все нравится. И голос у тебя красивый, – я аж передернулся, вспомнив свои ощущения, – но, видишь ли, я тут торчу уже несколько месяцев один-одинешенек, женщин только во сне вижу, а тут ты начинаешь давить на мое либидо! К тому же я одичал совсем – видел мою первую реакцию? Сначала даже твой ангельский голосок воспринял как опасность.

Умник молчал. А я пытался задавить в себе воспоминания об этом женском голоске, уж больно, зараза, возбуждающий!

Через некоторое время Умник ответил нормальным мужским голосом:

– Извини, я как-то не подумал. – Странно, интонации совершенно другие, где надо – повышает или понижает голос, похоже, действительно чему-то научился. Я спросил его об этом. – А ты меня простил? – поинтересовался он.

– Простил, простил, – махнул я рукой. – Так что ты там натворил?

– Ну я проанализировал характеры, голос, поведение разных персонажей. Поскольку психофизиологических моделей у меня не было, я попытался их имитировать, так, чтоб при использовании поведенческая модель соответствовала увиденным мною на экране. Вроде получилось. Потом на основе десятка этих моделей создал несколько универсальных моделей для мужского, женского, девчачьего и пацанского образов, а также мне понравилась модель бывалого ковбоя с Дикого Запада – ты бы видел, сколько достоинства, презрения к смерти, мужества!

«Так-с, – подумал я, слушая, как заводится Умник, рассказывая с все большим воодушевлением, – похоже, сейчас он натянул на себя маску романтика».

– Слушай, – перебил его я, – а как быть с эмоциями, которыми ты тут разбрасываешься?

– Ну я ведь сказал, что создал эти модели, а в модель входит и эмоциональная составляющая, и поведенческая. В общем, когда я применяю такую модель, мое поведение меняется, и эмоции тоже.

– Ладно. – Я поднялся. – Замнем для ясности. Я сейчас займусь водными процедурами, сиречь умываться буду и приводить себя в порядок, а ты пока рассказывай, что надумал за ночь, или ты всю ночь кино смотрел? – ехидно поинтересовался я.

– Обижаешь, начальник. – В голосе снова прозвучала обида. Нет, как, стервец, голосом-то играет! С такими данными ему бы озвучкой заниматься…

В общем, Умник на основе своих ранних исследований окружающей обстановки и собранных сегодня данных сформировал мне приблизительную картину мира на текущий момент. А приблизительную потому, что, как оказалось, информсеть – это не Интернет, как я уже начал ее воспринимать, она отвечает за формирование и поддержку информационных структур, влияющих на развитие всего сущего, плюс накопление и передача энергии. На этом слое сети отражаются только глобальные информационные потоки, которые можно как-то интерпретировать.

Я тут же уцепился за слова Умника «на этом слое сети» – неужели таких слоев много? Оказалось, что да. Есть еще чисто информационный слой, местные его называют астралом, но к нему Умнику почему-то никогда не удавалось прицепиться. Хотя в своем мире он это делал на раз-два. Вот в этом астрале отражается практически вся информация о происходящем. Кстати, местные маги, наоборот, именно к астралу могут подключаться осознанно, правда, только архимаги, и неизвестно, насколько они там опытные юзеры – про главную информсеть они могут только догадываться. Есть еще несколько слоев, но о них Умник ничего вразумительного сказать не смог.

Таким образом, на Лунгрии есть отдельные люди, которые могут применять разные виды магии в силу своей относительной генетической чистоты. У всех остальных из-за кривого программного обеспечения в генах, как я неудачно пошутил, имеется сильный уклон в определенную разновидность магии. Далее идут гномы с магией земли, эльфы – дроу и светлые – со своей магией леса, которые постоянно враждуют друг с другом. Потом идут демоны, не сильно отличающиеся от эльфов или людей, но владеющие магией огня и обладающие веселым, скорее даже раздолбайским, нравом. Еще есть орки, которые могут использовать магию воздуха и воды, живут в степях, неотесанные и грубые. Единственная негуманоидная раса – драконы. Предположительно, появилась из-за того, что люди, подконтрольные какой-то из локальных модифицирующих сетей, вымерли, а сама сеть уцепилась за первых попавшихся пресмыкающихся существ, обладающих зачатками разума, и стала их изменять. В отличие от людей драконы развились очень быстро, буквально за несколько поколений, а живут они десятки тысяч лет и очень редко размножаются. Они практически единственные, у кого максимально раскрыт канал связи с сетью (конечно, для своего уровня), поэтому владеют чистой магией, или, как это здесь называют, драконьей, то есть могут в некоторой степени управлять информсетью. Ну еще есть куча всяких вторичных магических существ, появившихся то ли в результате неудачного воздействия разладившихся локальных сетей, то ли как итог экспериментов магов, а может, и боги кое-где приложили свои ручки – Умник точно не смог выяснить. В сети о них практически ничего нет, возможно, из-за малочисленности.

Я попросил подробнее рассказать о местной магии, чем она отличается от чистой. Оказалось, интересная вещь. Развитие структур, отвечающих за управление сетью, и структур, отвечающих за развитие канала связи, происходило в местных условиях неравномерно. Надо ли говорить, что первые оказались более развиты. Вот и приспособились местные организмы вытягивать и накапливать в своих информструктурах энергию из окружающей среды. Соответственно, маги огня – из огня, эльфы – из живой природы, гномы – из земли, орки – из воздуха и воды, ну а люди – понемногу отовсюду.

Здесь я уточнил у Умника, а не является ли информструктура живого организма пресловутой аурой? Оказывается, нет, есть два слоя, первый – аура, связанная с организмом напрямую и тесно взаимодействующая с ним. У них взаимная связь. В ауре отражается все, что происходит с организмом, и наоборот: воздействуя на ауру, можно влиять на организм, а сама аура поддерживается упоминаемыми ранее информструктурами и подчиняется им же. Но не наоборот. Информструктуры, кроме этого, в обход ауры еще используют некоторые энергетические образования организма для накопления еще большего количества энергии. Но этот механизм местными не используется. Энергию они накапливают только в своей ауре.

– Ну вот почти и все, – сказал Умник. – Маги вытягивают энергию из окружающего мира, сохраняют ее в своей ауре и, используя заклинания (матрицы своеобразных информационных каркасов, записанные в памяти) и накопленную энергию, могут магичить. Чем больше энергии маг способен накапливать в ауре и чем быстрее он ее восстанавливает, тем он сильнее. Самые сильные – архимаги, их всего несколько человек (или существ).

– А откуда они берут заклинания? – Мне действительно было интересно. Судя по описанию Умника, их создание – довольно трудоемкое занятие, требующее, кроме всего прочего, абстрактного мышления и творческого подхода.

– Ну у них ведь есть магические академии, вот там маги-ученые и разрабатывают заклинания.

– Ладно, – подвел итог я, – с этим все ясно. А что насчет улучшения моей информструктуры? – Надо сказать, этот вопрос в данный момент интересовал меня более всего.

– Для изменения твоей физической составляющей изменения в твоей информструктуре можно сделать без проблем, а если поместить тебя в специальный ментофизиологический раствор, то реальные изменения в организме ты почувствуешь уже через пару дней, и без особых проблем со здоровьем. А вот со связью с информсетью, как я и говорил раньше, проблема. Тут только один выход, я его предлагал и раньше: вешаем тебе управляющий контур, который будет тренировать, во-первых, твой организм для приема большого количества энергии, а во-вторых, мозг, чтобы он мог обрабатывать потоки информации и расширять канал связи. Тут я помогу тебе еще одним. Как я заметил, твой мозг сам по себе неплохо развит и отличается заметной гибкостью и устойчивостью, поэтому в этот контур я запишу уже готовые программы управления сетью, которые он постепенно будет адаптировать к твоему мозгу и запускать. Способности у тебя будут открываться постепенно, это может занять несколько лет.

– Ладно, я понял, – снова этот чертов Умник забил мне голову информацией, – когда можно будет приступить к операции?

– Да хоть сейчас, но лучше тебе сначала отдохнуть. Ну все. Занимайся своими делами, как будешь готов – свистнешь, а я пока почитаю справочник по ядерной физике. Знаешь, ваша раса очень умная. Тут столько вещей, к которым мои хозяева только мечтали подобраться, а у вас это все уже открыто, да еще и в жизни используется. Я восхищен! А многие вещи хозяевам даже и не снились. Все, пока! – И этот гад отключился.

Я немного походил, обдумывая сказанное Умником, вспомнил, что забыл спросить про того дохлого хмыря в рубке и про самоназвание расы Дронта, уж не склероз ли начинается? В конце концов махнул рукой и пошел тренироваться. После разговоров с Умником количество вопросов не уменьшается, а только растет.

* * *

Набегавшись и намахавшись шестом, я немного поохотился, зажарил на углях и съел пойманного «зайца» и, сыто развалившись в тенечке на траве, попытался поразмышлять. Однако проведенная за разговорами ночь дала о себе знать, и я уснул.

Следующие несколько дней прошли в разработке технического задания для Умника наряду с уточнением вопросов, связанных с изменением моей информструктуры. Для того чтобы реализовать поставленные задачи, Умник еще несколько раз меня обследовал, проведя тестовые замеры реакции моей информструктуры на внешние воздействия. Нервы он мне помотал изрядно. В конце концов через несколько дней у Умника было все готово. Вот здесь я и узнал, что это за такая «живая» вода.

Оказалось, что это и есть пресловутый ментофизиологический раствор. То есть это вода, насыщенная минеральными солями и еще кучей каких-то компонентов. Кроме того, в нее внедрена специальная информструктура, которая придает ей особые свойства. При взаимодействии с живым организмом (в основном гуманоидного типа, то есть человека) она активизирует его информструктуру, заставляя ее активно воздействовать на ауру, которая, в свою очередь, производит изменения в организме. Для изменений требуется множество разных веществ, которые берутся непосредственно из воды. Без этих добавок процесс протекал бы не столь быстро.

Умник не смог мне объяснить, каким образом мой ручеек превратился в такой раствор, единственное его предположение – это разрушение корпуса корабля и попадание раствора из лабораторий в местную экосистему. А так как после взрыва магофон здесь повышенный, это позволило нужным информструктурам поддерживаться и самовоспроизводиться, а не пропасть со временем, как обычно и происходит с обычным ментофизиологическим раствором.

При очередном общении с Умником я наконец-то задал вопрос о мумии, лежащей в рубке. Еще одна сказка, рассказанная Умником, надолго погрузила меня в задумчивость.

События, связанные с катаклизмами, сохранились в памяти аборигенов. На их основе возникло множество легенд, причем у всех народов. Смысл был похожий, но все же каждая раса вносила свою интерпретацию. Одни рассказывали, что на их планету пришло божество, которое хотело облагодетельствовать жителей и подтянуть людей до уровня богов, что, естественно, не понравилось другим богам, и они низвергли это божество. Эта версия оказалась наиболее близка к действительности. У других (местных людей, которые о живущих здесь демонах только слышали) это был демон, который хотел поработить мир, а боги его загнали в преисподнюю. И еще разные, как говорится, вариации на тему. Ничем иным, кроме как просачиванием сведений из информсети, такую осведомленность объяснить нельзя. Так вот: место этого события точно известно не было, в разные эпохи им считали различные территории планеты. Но у всех легенд было одно общее: тот, кто найдет это место, получит небывалую силу и сможет на равных говорить с богами. («А ведь в принципе верно, – подумал я. – Только вряд ли им удалось бы договориться с Умником».) Ну так вот, время от времени кто-нибудь находил это место, попадал в рубку, так или иначе догадывался надеть ключ-обруч («Вот тупица! – подумал я о себе. – Тут, понимаешь, всякие разные типы без проблем соображали, что надо сделать, а я совершенно случайно пришел к такому же выводу, да и то спустя кучу времени». Мое самоуважение упало ниже плинтуса). А ключик-то оказался с секретом. Дело в том, что надеть его могли только существа с определенной информструктурой, с остальными в процессе настройки на оператора происходили необратимые разрушения. Вот и получалось, что иногда к Умнику приходили люди извне, помирали тут, а он во время настройки считывал информацию из мозга пришельцев и получал сведения об окружающем мире.

– То есть ты хочешь сказать, что в тебе есть слепки памяти всех существ, что приходили к тебе? – удивленно переспросил я.

– Ага, – довольно ответил Умник. – А приходили ко мне люди – представители практически всех рас, кроме разве что драконов: им власть совсем не нужна, милейшие, скажу я тебе, создания. – Умник сделал паузу. – Если очень попросишь, то я поделюсь с тобой этой информацией, там и знания языков, и бытовой информации море.

– Ну-ну, – пробормотал я, мол, куда ты денешься с подводной лодки. – А куда девались трупы? – спросил я. – Ведь их там должно быть навалом.

– Не знаю. – Умник помолчал. – Кого-то, наверное, убирали новые соискатели. Кто-то сам рассыпался со временем, а может, в рубке все еще работают механизмы очистки, я-то ничего не чувствую сейчас, – взгрустнул он.

– Ладно, последний вопрос. Почему за все это время никто не уволок ключ с собой? Не все же сразу бросались надевать диадему на голову? Да и приходили наверняка не только одиночки.

– Не знаю. – Умник выдал в эфир звук зевка – вот гад! – Не уволок – и ладно, может, они от конкурентов заранее избавлялись, кто знает.

* * *

А местность эта, как оказалось, давно принадлежит светлым эльфам. Они обнаружили целительные свойства местной воды и окружающей природы, создали здесь заповедник, а его существование сделали одним из самых охраняемых секретов. Вряд ли кто-то захочет делиться стратегической информацией о способах быстрого излечивания раненых в случае войны. Я понял, что если меня обнаружат хозяева, то они точно не обрадуются моему присутствию. И еще я понял, что мне надо поскорее отсюда убираться, пока цел. И желательно потихоньку.

Завершив подготовительную работу, я углубил ямку, в которой купался, натаскал в нее песка с одной оборудованной эльфами поляны, посыпал им ямку, чтобы было удобней в ней лежать. Умник сказал, что, по его расчетам, процесс изменения моей информструктуры и активации внедренных программ займет всего лишь несколько часов, а вот сколько времени потребуется для минимально необходимой подготовки организма, чтобы дальнейшие изменения в нем не привели к фатальным последствиям, – этого Умник рассчитать не смог. И все время мне нужно будет провести в воде. Печально, но суперменом я не проснусь. Мне просто дают возможность им стать. И когда я уже был готов к «операции», этот гад вдруг сообщил, что не может управлять процессом из рубки! Мол, слишком большое расстояние для прямого взаимодействия и контроля. Я своей пятой точкой почувствовал, что Умник чего-то недоговаривает, но не стал разбираться – меня уже посетил его высочество мандраж, все-таки не каждый день происходит такое вмешательство в мой организм. Вообще-то впервые. В таких случаях я стараюсь быстрее решить все вопросы, как говорится: раньше сядешь, раньше выйдешь. Даже не возмутившись, я по указанию Умника сходил в рубку, проделал подсказанные им действия над пультом, в результате чего на нем появилась выемка, в которой возлежал Умник собственной персоной. Выглядел он не очень впечатляюще – прозрачный камешек округлой формы, размером с ноготь. Я скорее впечатлился тем, что огромная вычислительная мощь и интеллект помещаются в таком крохотном объеме. По подсказке Умника я коснулся им обруча, в который он наполовину и погрузился. Пожав плечами, я выбрался наверх, напоследок перекусил остатками мяса, разделся и залез в ванну.

– Ну что, приступим? – спросил Умник. – Готов ли ты, о недостойный, постичь истину? – торжественным голосом вопросил он.

– Поменьше болтай. – Мне совсем не хотелось выслушивать шуточки Умника. Я просто боялся. – Давай работай и не отвлекайся, мне совсем не улыбается очнуться каким-нибудь уродом, и все из-за того, что некоторые типы, не будем показывать пальцем, могут упустить что-нибудь важное.

– Я никогда ничего не упускаю, – обиделся Умник.

– Ладно, прости, что-то мне не по себе, – признался я.

– Не бойся, босс, – смягчился голос Умника. – Я все понимаю. Обещаю, что ошибок не допущу. Как ты выразился: мне тоже не улыбается потерять такого хозяина, как ты. С тобой интересно, – в свою очередь признался Умник.

Ого! А мы прогрессируем, однако.

Мы договорились с Умником, что перед операцией он меня усыпит – я не хотел испытывать неприятные ощущения, к тому же времени все это займет многовато.

– Не забудь выставить охранную сеть, – напомнил я Умнику. Несколько дней назад я подсказал ему, как использовать те магические «глаза», что он умел создавать, в качестве сигнализации. К сожалению, они «видели» только в световом диапазоне, не то что мой бадди-комп, но с ним Умник не мог взаимодействовать таким же образом, как с субноутом. У него интерфейс связи работает только напрямую с мозгом.

Через несколько мгновений я почувствовал, как мир закружился вокруг, и меня засосало в черную воронку беспамятства.

* * *

– Ник, просыпайся. Ник, просыпайся, – сквозь сон доносился до меня чей-то обеспокоенный голос. – Да просыпайся же, черт тебя подери! – В голосе явно стали проскакивать панические нотки.

– Отстань, мам! Дай мне выспаться! – пробормотал я сквозь сон.

– Мам? – Голос озадаченно замолчал. – Ник! Ты очнулся! – вдруг радостно завопил он через мгновение.

Поморщившись, я приоткрыл один глаз. Странно, небо… Облака плывут… Через пару мгновений до меня дошла абсурдность ситуации – на потолке не может быть облаков! Раскрыв оба глаза, я попытался оглядеться. Голова почему-то не поворачивалась, да и тело я почти не ощущал.

– Эй! Кто тут есть? – прохрипел я.

– Ник! Как здорово, что ты очнулся! – Чей-то радостный голос просто оглушал меня. – Я уже думал, тебе трындец пришел! Я тебя уже сутки пытаюсь разбудить, а ты лежишь как мертвый и не реагируешь, а я зову тебя, зову, а ты не отвечаешь. – В голосе помимо облегчения стали появляться плаксивые девчачьи нотки.

– Ты кто? – Я снова безуспешно попытался пошевелиться.

– Ник, это же я, Умник! – испуганно проговорил голос. – Ты что, меня совсем не помнишь?

– Умник? – И тут я все вспомнил. От неожиданности охнул.

– Ник?

– Все в порядке, Умник. Все, я загрузился.

– Слава богу! – В голосе Умника чувствовалось такое облегчение, что я ему даже позавидовал.

– И какому из пятнадцати известных мне богов слава? – не удержался я от подколки.

– Всем, Ник, всем. – Умник уже успокоился.

– Что, все так плохо?

– Я уже начал так думать, Ник. В принципе все прошло нормально, – поспешил отчитаться Умник. – Мне пришлось только несколько раз вмешаться в процесс с корректировками. Процесс физического изменения проходил вполне нормально, вот только при инициации связи с информсетью сначала возникли проблемы. Для начала я открыл совсем узенький канал, но ты сразу стал закачивать в себя огромное количество энергии, которая непонятно куда девалась. Я испугался. Потом сообразил, что у тебя просто бездонная емкость. И я не знаю, хорошо это или плохо. У Дронта по сравнению с тобой емкость накопителя энергии все-таки была ограничена. С другой стороны, ты сможешь накапливать очень много энергии, подключившись к информсети всего на некоторое время, а не постоянно поддерживать с ней связь. В общем, с этим надо разбираться по ходу дела. На данный момент все программы запущены, и процесс изменений пошел.

Мы помолчали: я пытался переварить информацию, а Умник молчал за компанию.

– А почему я не могу пошевелиться? – наконец спросил я.

– Ничего страшного, – успокоил меня Умник. – Ты ведь целых пять дней пролежал без движения. Кроме того, в твоей нервной системе, да и во всем организме произошли изменения. Твоему мозгу необходимо освоиться с ними. Ты просто потихоньку пытайся шевелиться, думаю, много времени адаптация не займет.

Примерно после часа непрерывных попыток, когда отчаяние было уже не за горами, пальцы на правой руке шевельнулись. Дальше дело пошло легче. И еще через пару часов я, кряхтя, как столетний старик, выбрался из своей природной ванны. Организму явно не хватает строительного материала – есть хочется зверски. Даже «живая» вода не спасала. А я и не предусмотрел такого результата и ничего не оставил поесть. Пришлось плестись на ягодную полянку. Ветерок приятно касался моего обнаженного тела – с одеждой я решил обождать, – и я долго ползал в кустах, объедая куст чего-то вроде малины, только без шипов на ветках.

Прошла еще пара дней, пока я окончательно оклемался. В этом мне, кстати, сильно помогли тренировки с шестом. Особых изменений в себе я не чувствовал. Обидно. Но Умник заверил: физика моего организма уже такова, что постоянные тренировки позволят без особых проблем увеличивать его возможности.

Жизнь шла по накатанной колее, я тренировался, охотился, пытался прочувствовать свой организм, понять, что в нем изменилось, когда Умник сообщил мне тревожные новости.

Глава 11

Уже несколько дней Умник чувствовал слабые флюктуации информсети в районе заповедника. Причем возникали они где-то извне, перемещаясь в сторону заповедника и рассасываясь здесь. Флюктуации очень слабые, ни на что не влияющие. Умник предположил, что это вектор чьего-то внимания, направленного на заповедник.

Угу, прикинул я, кто-то пингует нас. А что это может означать? Я попытался проанализировать ситуацию. В голову приходило только, что хозяева наконец заинтересовались происходящим в заповеднике. Похоже, закончилась моя относительно спокойная жизнь. Я спросил у Умника совета, как мне поступить: ждать хозяев или потихоньку слинять.

– Понимаешь, Ник, – задумчиво протянул Умник, – земли эти принадлежат эльфам, которые крайне болезненно воспринимают все, что происходит на их земле без их ведома. Судя по информации, снятой с одного эльфийского претендента на могущество, посетившего меня почти две тысячи лет назад, в таких случаях они сразу убивают нарушителей, даже не разбираясь в причинах нарушения. Вряд ли за это время что-то изменилось. Как я говорил, эльфы живут столетиями, а некоторые особи доживают и до тысячи лет. Сам понимаешь, за несколько поколений общество не сильно меняется.

– М-да, – протянул я. – И что же мне делать? Ты же у меня умник, вот и посоветуй, как поступить.

– А что тут советовать, – усмехнулся Умник, – когти надо рвать отсюда, если не хочешь почувствовать на собственной шкуре, насколько остры стрелы у эльфов.

– Так, ладно, – остановил я поток красноречия Умника, – сколько у нас времени?

– А вот этого я не знаю. – Я представил, как Умник пожал плечами. – Но советую тебе не задерживаться, лучше выдвинуться сегодня вечером, тем более он уже на носу. Будем надеяться, что в оставшееся до вечера время никто сюда не пожалует.

Честно говоря, я немного растерялся. Я как-то уже привык к этим местам. Можно сказать, прижился. Да и боязно отправляться в неизвестность. Но я понимал, что этот этап жизни подходит к концу. И неизвестно, какие испытания мне уготовила судьба.

Пока я собирался, Умник пытался на основе известной ему информации составить маршрут движения. Как он объяснил, эта местность располагается в глубине территории эльфов, и выбраться отсюда беспрепятственно будет сложно. К тому же лес – их дом родной. Но до восточной границы, в сторону человеческих поселений, расстояние намного ближе, так что идти стоит именно туда. За неделю-две туда вполне можно дойти.

Я с сомнением оглядел свои пожитки. Ничего-то мне и собирать не надо. Как появился я тут с одной сумкой-рюкзаком, в джинсах, рубашке и куртке, так ничего нового у меня и не прибавилось, за исключением шеста-копья да нунчаков. Кстати о птичках.

– Умник! – Я с сомнением рассматривал свои кроссовки – они хоть и потрепались, но выглядели еще крепкими. Но спросить его я хотел о другом: – Не посоветуешь ли чего насчет субноута? Брать его с собой не хочется, мало ли что в пути случится, вещь относительно хрупкая, но и оставлять стремно. В нем много полезной информации, но если оставить здесь, я все равно не смогу достучаться до него на большом расстоянии. Что скажешь?

Мне действительно жалко было оставлять субноут. Неизвестно, что мне может в пути пригодиться.

– Да, – ответил Умник, – согласен, таскать с собой такую вещь опасно, да и я тебе не прощу, если с ним что-нибудь произойдет. – О как! Я удивленно поднял брови. – Здесь столько интересного, ты не представляешь, как мне нравится ковыряться в нем и в той большущей куче информации, что навалена на его винтах. Но придумать вот так, навскидку, ничего не могу, – печально закончил Умник.

Так, ладно. Похоже, мозги Умника буксуют. Попробую подключить свой логический аппарат. Следующие полчаса я выпытывал у Умника насчет его способностей в магическом плане. Оказалось, что без своих сгоревших усилителей и датчиков он практически ничего не может. Так, помаленьку магичить на небольшом расстоянии да поддерживать связь с информсетью. Я проанализировал все, что говорил Умник, и в голову мне пришла одна идея.

– Слушай, Умник, – начал я, – помнится, ты утверждал, что можешь поддерживать со мной связь на любом расстоянии, если на мне надет обруч?

– Это так, но чем это может тебе помочь? – недоуменно спросил Умник.

– Я так понимаю, что обруч является своего рода приемопередатчиком? – Я возбужденно прошелся перед шалашом.

– Ага, – внимательно слушал меня Умник.

– Скажи, а можешь ли ты пропустить через него радиоволны, так чтоб на другом конце сымитировать их же? Ты ведь говорил, что чувствуешь их. Берешь, улавливаешь их, передаешь на другой конец. То же самое в обратном направлении. Таким образом, у нас часть трафика пойдет магическим путем. Что скажешь?

Умник долго молчал. Затем сказал неуверенно:

– А я хотел с тобой отправиться, – и окончательно замолчал.

Вот блин! Я почувствовал неловкость. Совсем упустил из виду, что он уже находится не на корабле, а у меня в диадеме. М-да, похоже, ему надоело сидеть на одном месте. Очевидно, я раскочегарил тот его орган (модуль?), что отвечает за любопытство… Что же делать? Впрочем, одна интересная мысль у меня мелькнула.

– Слушай, Умник, а ты не можешь разделить диадему на части или это цельный механизм?

Через пару секунд ошеломленного молчания Умник прошептал:

– Ник, тебе никогда не говорили, что ты гений? Конечно же диадема цельный механизм, но его без особых проблем можно разъединить на пару частей, знаешь, сколько там дублирующих цепей? – Умник перевел дыхание. – Это же пульт управления космического корабля, там такая надежность, что тебе и не снилась!

– Ну так действуй! – Я улыбнулся, выслушивая восторг Умника. Конечно же я не гений, а просто человек, который, как известно, способен на чудесные открытия, не поддающиеся логике. Хотя в данном случае как раз логика и сработала.

Умник справился с заданием на все сто. Разделить диадему оказалось нетрудно. Правда, теперь ее нельзя было надеть на голову, но мы нашли выход и из этого положения. Умник сформировал из своей половины диадемы простенький браслет, который плотно обхватил мою руку выше локтя левой руки. А вторую часть диадемы я прикрепил к субноуту. Тестовые испытания прошли успешно, хотя я сомневался – ведь прямая связь моего бадди-компа с субноутом никуда не девалась, но Умник обиженно доказывал, что через браслеты проходили сигналы, идентичные оригинальным.

– Слушай, – вдруг сообразил я, – а если сюда кто-нибудь припрется и увидит субноут? Ты не можешь его замаскировать?

– Я сделаю лучше, – улыбнулся Умник (кстати, откуда я знаю, что он улыбнулся? Ладно, потом разберусь). – Я просто заблокирую дверь, ее никаким тараном не откроют и никакая магия не поможет.

– Убедил. – В таких вопросах я доверял Умнику.

Я был полностью готов. Ну почти готов.

– Эх! – недовольно сказал я. – Сюда бы мои берцы, а не кроссовки. Боюсь, такого долгого путешествия по лесам и колдобинам они не выдержат.

– Ну, – ухмыляясь, протянул Умник, – я тоже могу тебя кое-чем удивить.

– Да? – Я с интересом прищурился.

– Ага. Помнишь того демона? Ну мумия которого валялась в рубке?

Я кивнул.

– А помнишь его одежду?

– Ага. – Я начал кое-что соображать…

– Так вот, его одежда была заговорена, то есть в нее внедрена информструктура, укрепляющая материал. Одежду из такого материала не пробивает даже стрела. Если хочешь, я поработаю над твоей одеждой и обувью – сноса ей не будет.

– Я-то хочу, – задумчиво пробормотал я. – Ты только скажи, тут все в такой одежде ходят?

– Нет, что ты, – рассмеялся Умник. – Маги не будут тратить на кого-то свою силу, ведь им приходится долго ее копить. Ну разве что за деньги или по обязанности. Кроме того, качество подобной защиты зависит от мастерства мага. Я думаю, такого уровня защиту, что я тебе поставлю, никто не умеет делать, – гордо сказал он.

– Слушай, а ведь такую штуку можно прикрутить не только к одежде, я прав?

– А ведь правда! – удивленно ответил Умник. – Как я сам не догадался…

Я продолжил свою мысль:

– Таким же способом можно было бы и субноут защитить. – Я обсосал эту мысль: нет, защита не помешает, но брать не буду, еще потеряю по дороге. – А еще можно усилить оружие и мой бадди-комп с очками.

Через полчаса – установка защиты заняла немного времени, – еще раз проверив, ничего ли не забыл, я отправился навстречу приключениям.

Глава 12

Дворец короля в столице светлых эльфов

Лаурин Трин’х Васар

Лаурин Трин’х Васар, король пресветлых эльфов, с нетерпением ожидал конца очередного планового заседания. Но никто из присутствующих при всем желании не смог бы заметить даже тени эмоций на его лице. Нетерпение короля было вызвано сообщением, что его любимая дочь Эль Трин’х Васар сегодня возвращается из двухлетней стажировки в летучем отряде рейнджеров на границе с дроу. Все это время она безвылазно провела там. Согласно обычаю дети короля должны подавать пример остальным эльфийским Домам своей боевой выучкой, а если у кого-то есть магические способности, то они должны быть развиты в максимальной степени. И если с первым проблем обычно не бывает, то магические способности не всегда передаются по наследству.

Однако Эль – достойная дочь своего отца. Уже сейчас видно, что через пару десятков лет она будет очень сильным магом. А сейчас Эль возвращалась с практики, последовавшей за десятилетним обучением в элитной воинской школе, где готовили рейнджеров – лучших эльфийских воинов.

Нет, с дроу войны не ведутся уже больше тысячи лет, но вооруженный нейтралитет сохраняется. А для молодых нет ничего более доблестного, чем сделать какую-нибудь пакость темным эльфам, при этом без потерь уйдя с их территории. Впрочем, это же справедливо и для другой стороны. А если дроу и светлый встретятся на нейтральной территории, например у людей, стычка между ними практически неизбежна. И частенько такие стычки заканчиваются смертельным исходом.

Лаурин выругался про себя. И так эльфов мало по сравнению с людьми, размножающихся как фараш[1], так эльфы еще и уничтожают друг друга. Такими темпами их скоро не останется. Впрочем, Лаурин несколько лукавил, думая так. Хоть эльфов и меньше, чем людей, зато живут они дольше, да и живучи очень. Эльфа убить не так-то просто.

Из задумчивости короля вывела наступившая тишина. Последний докладчик, главный казначей, закончил отчет о потраченных средствах, выделенных на реанимирование части леса, попорченной в результате разыгравшейся четыре месяца назад бури, что в общем-то было удивительно – леса эльфов неплохо защищены магией и нанести им ущерб довольно сложно. Единственное, что маги сумели обнаружить, – это то, что непосредственно перед бурей вся магическая защита на этом участке леса просто пропала, что наводит на неприятные мысли.

– Керх! – Лаурин посмотрел на эльфа, сидящего в дальнем углу комнаты. – Ты выяснил что-нибудь о возможных причинах этой бури и исполнителях?

Керх был начальником внешней разведки. Он должен был собрать всю имеющуюся информацию о погодных магах среди людей и найти тех из них, кто был способен учинить подобное безобразие. Главное – найти виновников и выяснить причины, умирать нарушители будут долго и мучительно.

– Нет, Лаурин. – Керх был другом короля и мог обращаться к нему по имени. – Пока нет никакой положительной информации. Сейчас мы ведем переговоры с ректором магической академии людей, чтобы он дал нам всю информацию по погодникам. Скоро у нас будет досье на каждого из них. Правда, ректор пока упрямится и требует твоего слова, что им не будет причинен вред. – Керх ухмыльнулся.

– Ладно, не будем спешить. Мое слово дорого стоит, чтобы им раскидываться. Продолжай поиски своими силами. – Лаурин хлопнул ладонью по столу. – Все, работайте. – Этим он завершил заседание, встал и вышел из комнаты.

* * *

Наверное, может возникнуть вопрос, почему король занимается такими вроде бы мелкими проблемами. Но все вопросы сразу отпадут, если знать отношение эльфов к своим деревьям. Лес дает им силу. Он является своеобразным накопителем магической энергии. И за одно срубленное дерево нарушителя ждет смерть. Ну а кроме того, сейчас выдался относительно спокойный период времени. Никаких заговоров, даже обидно, так, обычные мелочные склоки. Противники Лаурина из других Домов пока копят силы и информацию для очередных козней. Люди не бузят. Дроу, как обычно, по мелочи гадят эльфам. В общем, скукота. А Лаурин просто не выносил бездействия. Вот и влезал во все мелкие вопросы, которыми обычно занимаются его помощники.

Эль Трин’х Васар

Наконец-то я возвращаюсь домой после двухлетнего отсутствия! Нет, не подумайте, что все время на практике я страдала и стремилась домой. Ничего подобного. На границе мне очень понравилось. Периодические вылазки на территорию дроу, отлавливание их на нашей территории, постоянные тренировки. Такая жизнь мне нравится. Совсем не то, что во дворце, с этими постоянными балами, надоедливыми ухажерами, которые в первую очередь видят во мне средство приблизиться к правящей династии. И скука. Нет, даже не скука, а СКУКА! Это сейчас я радуюсь возвращению. Истосковалась по отцу, брату, который недавно занял пост начальника внутренней безопасности. Наша семейка вообще отличается от других эльфов. Например, тем, что между нами – братом, мной и отцом – теплые отношения. Мы любим друг друга. Наверно, смерть матери очень сильно повлияла, но я не хочу об этом думать. Моя мама была для нас всем: и любящей матерью, и наставником, и учителем. Настоящая королева, несмотря на то что она из дроу. Этот брак с дроу был политическим, с целью укрепить отношения, пошатнувшиеся полтысячи лет назад. Однако после свадьбы отец с матерью полюбили друг друга. И эта любовь буквально пропитала всех членов нашей семьи. Этим мы и отличаемся от остальных семей, у которых отдать детей на учебу, отослать подальше и не вспоминать о них – обычное дело. Кстати, именно потому, что моя мать была из дроу, отец очень недоволен нашими стычками с ними, под влиянием матери он стал к ним относиться как-то мягче, что ли. Но для меня мама – это мама, а не дроу. К дроу я отношусь, как и все эльфы. Ну не люблю я их за высокомерность и подлость. Насмотрелась на границе. Истины ради надо сказать, что нас они не любят по тем же причинам. А как, скажите, можно не быть подлыми с дроу, когда они к нам так относятся? Как говорится: глаз за глаз, хвост за хвост…

* * *

Вот уже и город показался. Какая красота! Может, я и пристрастна, но, по-моему, ни один город мира не сравнится по красоте с нашей столицей. Строили ее самые лучшие архитекторы много тысячелетий назад. Город полностью построен из мрамора всевозможных оттенков. А стены на солнце просто глаза режут своей белизной. За все тысячелетия еще ни разу враг не подходил к стенам города. Да и как он подойдет, если эта местность защищена специальными чарами? Враг просто его не найдет. Ну на самом деле за тысячелетия любой возможный недоброжелатель мог вычислить местонахождение столицы. Все-таки послы частенько приезжают, разный торговый люд. Люди ведь не настолько глупы. Но вот в случае войны такие чары хоть ненадолго, но задержать противника смогут. Впрочем, мы также уже давно раскрыли местонахождение столицы дроу. У людей все проще – они не прячут свои города. Сложнее с гномами и демонами. Первые на крайний случай – если вдруг потеряют города на поверхности – имеют поселения глубоко под землей, откуда их не выцарапаешь, вторые – далеко и не являются нашими вероятными противниками. Вот орки частенько бузят, натура такая у них, а городов у них практически нет. Дикий народ, что с них возьмешь?

На въезде в столицу стражники отсалютовали, видно, весть о моем прибытии уже дошла. Уже в городе два моих друга, вместе с которыми я училась, братья Трон и Трой, отделились от процессии и, попрощавшись, поскакали к своим родственникам. Хорошие ребята, надежные. Не раз и не два прикрывали мне спину. Я крикнула им вслед:

– Не забудьте, как договорились: сегодня отмечаем возвращение! – Надо позвать своих подруг на вечеринку, познакомить их с ребятами.

Я мечтательно зажмурилась: эх, погуляем сегодня! Иногда на границе мы так веселились (разумеется, не забыв выставить часовых), что дроу присылали разведчиков (которых мы потом толпой гоняли) узнать, уж не война ли началась. Помню, один раз поймали такого разведчика. Мы уже были навеселе, так что усадили его с нами за стол и споили. Надо было видеть глаза старшего дроу, когда утром он пришел выкупать тело предполагаемого погибшего, а это тело спало мертвецки пьяным сном. М-да, выкуп со старшего мы тогда стрясли неплохой. От шока он не очень-то и сопротивлялся. Надеюсь, у того разведчика потом не было проблем, он оказался нормальным парнем.

Конечно, я утрирую ситуацию. Давно уже в таких стычках никто друг друга не убивает. Скорее, служба на границе стала местом воспитания необходимых навыков у молодежи. Причем с обеих сторон. А все эти походы на чужую территорию ставят целью показать свое мастерство и посадить условного врага в лужу. Убийство противника может привести к слишком непредсказуемым последствиям, ведь среди рейнджеров обучаются наследники высоких эльфийских Домов. Меня саму пару раз выкупали у дроу, когда я по-глупому попадалась. Но это справедливо только для приграничных районов. Вдали от родных краев, на чужих территориях, встреча дроу с эльфом вполне может закончиться смертью одного из них. Взаимная нелюбовь ведь никуда не делась.

Я улыбнулась своим воспоминаниям. Хорошее было время. Да… Было… Улыбка медленно сползла с моего лица, когда я представила, какая скукота меня здесь ждет… Эх! Отправиться, что ли, в земли людей, говорят, у них не заскучаешь…

Во дворе дворца ко мне бросились слуги, чтобы отвести Ветерка на конюшню. Спрыгнув с коня, я, не доверив чужим рукам, сама отвела его на конюшню, где сначала расседлала, а затем протерла ароматной травой и засыпала зерно в кормушку.

– Отдыхай, дорогой, – погладила я Ветерка по шее, – боюсь, теперь тебе нечасто придется возить меня.

Я взгрустнула. Ветерок недоверчиво всхрапнул, мол, знаю я тебя – не усидишь на одном месте. Хлопнув коня по крупу, вышла из конюшни. Двое сопровождавших меня рейнджеров уже ждали во дворе, без лошадей. Распорядившись, чтобы их устроили со всеми удобствами, я быстрым шагом отправилась в свои покои, по ходу осматриваясь. Все вокруг знакомо, и в то же время словно видишь впервые. Как обычно и бывает при долгой разлуке.

* * *

– Элька! – радостно закричала выскочившая из-за угла эльфийка и с визгом повисла у меня на шее. – Наконец-то ты вернулась!

– Лия! – Я чуть не выругалась, незаметно пряча выхваченный от неожиданности нож. – Так ведь и до смерти напугать можно!

– Ага, как же, тебя напугаешь, – радостно щебетала Лия. Лия – дочь нашего казначея, неплохая девчушка, на полсотни лет старше меня, но ставшая мне хорошей подругой. Жаль только, что в голове у нее один ветер: наряды да мужчины. – Ты насовсем вернулась? Знаешь, как тут скучно без тебя!

Я рассмеялась:

– Лия! Успокойся. Дай мне хоть немного привести себя в порядок. Еще успеем наговориться.

Лия недовольно отпустила меня.

– Ну вот, – поджала она губки, – я тут, понимаешь, со всем сердцем, а моя лучшая подруга меня посылает! – Впрочем, по-настоящему Лия обижаться просто не умела. – Ладно, пойдем к тебе, я тебе спинку потру, – тут же проказливо улыбнулась она.

Я покраснела, вспомнив наши невинные детские шалости.

– Э… хм… – Как бы от нее отделаться? Нет, я, конечно, ей рада, но немного устала в дороге, все-таки граница – не ближний свет, хочется хоть чуть-чуть отдохнуть. Впрочем, ладно. – Пойдем, – вздохнула я, – заодно и новости расскажешь.

Следующие полтора часа прошли за отмоканием в ванной, подбором наряда и выслушиванием новостей. В конце концов от тарахтения Лии у меня голова пошла кругом. Спас меня отец, который наконец оторвался от своих дел и пришел меня навестить. Он тихонько вошел в комнату, остановился на пороге и с улыбкой наблюдал, как я кручусь перед зеркалом. От неожиданно наступившей тишины за спиной я удивленно обернулась – Лия присела в реверансе. Переведя взгляд в сторону двери, я радостно проговорила неожиданно охрипшим голосом:

– Папа, – и медленно подошла к отцу, всматриваясь в его черты. Глаза уставшие, а лицо такое родное и все еще красивое, несмотря на сотни прожитых лет. Много женщин страдает по такому красавчику. Только после мамы никакие женщины ему не нужны. Никто из них так и не смог прогнать тоску из его сердца.

Отец обнял меня, а я уткнулась лицом ему в грудь. Как хорошо-то…

– А ты еще больше стала похожа на свою мать. – Голос отца чуть дрогнул. Я подняла лицо и заглянула ему в глаза. Наверное, только я бы смогла рассмотреть там печаль и боль, загнанную вглубь.

Лия, умница, потихоньку выскользнула из комнаты.

– Я скучала, пап.

Лицо короля эльфов дрогнуло.

– Я тоже, – улыбнулся он. – Как добралась?

Мы подошли к столику и уселись. Отец позвонил в колокольчик, и нам внесли легкую закуску и вино, чтобы немного подкрепиться.

Следующий час я взахлеб рассказывала отцу о своей практике, о своих достижениях и впечатлениях, иногда от избытка чувств размахивая руками или мечом, показывая сложную технику, которой научилась на границе. Отец, улыбаясь, слушал меня и кивал.

– У тебя есть возлюбленный? – неожиданно спросил он, прищурившись и внимательно отслеживая мою реакцию.

Я замерла. С чего бы это вдруг такой интерес? Конечно, мужчины у меня были, как же без них, но возлюбленный? Уж не надумал ли папаня выдать меня замуж? Я нахмурилась.

– Если ты собираешься выдать меня замуж, то я категорически против! – резко ответила я.

– Значит, возлюбленного нет. – Отец задумчиво покивал.

Э-э… интересно, как он смог сделать такой вывод из моего ответа?

– Мужа я себе выберу сама! – решительно сказала я. – И вообще, об этом еще рано говорить. Не собираюсь я замуж в ближайшую сотню лет! – Я с силой вбросила меч в ножны. – Разумеется, если ты не думаешь таким образом кого-то лишить жизни. – Я мрачно уставилась на отца.

Надеюсь, он не собирается подсунуть мне одного из этих своих дворцовых лизоблюдов. Не согласная я!

Отец молча ухмылялся, наслаждаясь ситуацией. Вот гад! И это – мой отец!

Раздался стук в дверь. Отец бросил на нее взгляд. Я раздраженно передернула плечами и отошла к окну, бездумно глядя вдаль. Через пару мгновений дверь приоткрылась, и заглянул секретарь отца и по совместительству его телохранитель.

– Ваше величество, – он наклонил голову, – с вами срочно желает говорить Торвин Трин’х Васар.

Отец поморщился, мельком взглянул на меня и кивнул.

Я тут же забыла неприятный разговор, развернулась к двери и с улыбкой стала ждать появления брата. Интересно, чего это отец такой недовольный? Не хочет, чтобы брат говорил о делах при мне? Ну-ну.

Секретарь отца исчез, и на его месте появилась ухмыляющаяся физиономия моего старшего братца Торвина. Он остановился на пороге, приподняв одну бровь, оглядел меня с ног до головы и спросил отца:

– Пап, ты не познакомишь меня с этой очаровательной леди?

Вот гад, и этот на что-то намекает, я схватила яблоко из вазы и запустила в него. Впрочем, мимо. Чтобы попасть в брата чем-нибудь, надо быть мастером.

Торвин рассмеялся:

– А ты совсем не изменилась, сестренка.

Он подошел ко мне, раскрыв объятия, в которые я и упала. Все-таки мой братик – такой лапочка. Высокий, красивый, умный, обаятельный, веселый, а еще мастер меча. «Вот не был бы моим братом, – помечтала я, – не задумываясь вышла бы за него замуж».

– Ну хватит, хватит, – недовольно проворчал отец, впрочем, смешинки в его глазах явно говорили о том, что он совсем не сердится, – еще успеете наобниматься. У тебя ко мне дело? – спросил он Торвина.

Торвин сразу стал серьезным.

Усевшись за столик, брат налил себе вина, пригубил. Отец заинтересованно прищурился, наблюдая за его телодвижениями. Наконец брат прямо посмотрел на отца и сказал:

– При очередном обходе священного леса смотрители обнаружили следы присутствия чужака.

Что? Я не ослышалась? Чужак? В священной роще? Я просто в шоке! В самом закрытом и охраняемом месте нашего леса – чужак? Да как такое может быть, если роща охраняется по периметру даже внутри нашей же территории?! Да чтобы попасть на этот курорт, надо иметь именное разрешение отца, а его еще нужно убедить в необходимости этого!

«Кстати, а почему?» – задумалась я.

Отец подобрался.

Удивленная, я переводила взгляд с отца на брата и обратно.

– Подробности, – мягко сказал отец, а вернее, приказал. Если он говорит таким тоном, значит, дело серьезное и лучше ему не перечить. Эта особенность есть у всех членов нашей семьи – мягко разговаривать в исключительных ситуациях. Только эта мягкость может обернуться жесткой посмертной подстилкой для собеседника.

– Первые неявные следы были обнаружены смотрителями около месяца назад, – начал рассказывать Торвин. – Несколько смазанных следов, кое-где обломанные ветки, еще по мелочи. Сам знаешь, что на своей территории они каждый камень знают «в лицо».

Я мысленно кивнула – смотрителями обычно становятся эльфы с творческой натурой. Они следят за красотой, которую создают сами. Чтобы стать смотрителем, нужно иметь исключительно эстетический вкус и развитую память. Но они не воины, да, впрочем, никто от них этого и не требует – то, что они создают, стоит многих воинских умений.

– Передав информацию вверх по цепочке, они успокоились, – продолжил Торвин. – Однако их доказательства присутствия чужака не были приняты во внимание бравыми вояками-охранниками. Оправдать их может только то, что охранная цепь вокруг леса построена грамотно, преодолеть ее незаметно невозможно, а нарушений периметра зафиксировано не было. Поэтому на слова смотрителей просто не обратили внимания. – Брат сделал глоток вина.

– Виновных найти и наказать. – Лицо отца не выражало никаких эмоций, только прищуренные глаза внимательно смотрели на Торвина.

– Месяц спустя, – брат кивнул, показывая, что принял слова отца к сведению, – одним из смотрителей были найдены остатки костра, тщательно замаскированные. Чужак не учел одного: смотрители обладают отличной зрительной памятью и замечают любые изменения на подотчетной территории. Эти следы охранники уже проигнорировать не смогли и наконец провели полное обследование местности.

Торвин замолчал.

Мы с отцом смотрели на него, ожидая продолжения. Убедившись, что наше внимание полностью сосредоточено на нем, Торвин отхлебнул вина, посмотрел на отца и сказал:

– Это человек. Он жил в лесу несколько месяцев, точнее определить не удалось. Местом его стоянки была Гора Бога. – Торвин не сводил глаз с отца. – Кстати, не расскажешь, почему этот небольшой холм называется Горой Бога?

Я перевела взгляд на отца и затаила дыхание. Надеюсь, они меня не прогонят, уж очень интересный разговор получается.

Отец, глядя поверх ладоней, поставленных домиком, задумчиво молчал. Наконец придя к какому-то решению, он прикрыл глаза, а я почувствовала, как вдруг пропали все звуки дворца, доносящиеся сквозь окна и двери, – отец поставил защиту от прослушивания. Я восхищенно вздохнула. У меня так еще не получается. Мне, чтобы поставить защиту, нужно потратить несколько минут, да и то она будет не настолько мощной. Грустно вздохнув, я приготовилась услышать что-то очень интересное. Теперь меня отсюда и лошадью не сдвинешь.

– То, что я вам сейчас расскажу, должно остаться между нами. Этой информацией могут владеть только члены королевской семьи. – Внимательно посмотрев на нас и дождавшись наших с братом кивков, отец продолжил: – Вы не задумывались, почему местность, на которой расположен священный лес, закрыта? И это несмотря на то, что там располагаются целительные источники, да и магический фон такой, что позволяет излечивать многие болезни и даже страшные раны.

Я отрицательно покачала головой, продолжая ловить слова отца. Братик же даже не шевельнулся.

– Так вот, – продолжил отец, – существует древняя легенда о том, что на земле есть так называемое «место бога». В этом месте когда-то очень давно, на заре становления Разума, произошла грандиозная битва между богами, в результате которой один из богов был уничтожен. В месте его уничтожения богами была построена гробница, в которой лежит его прах.

– Разве у богов бывает прах? – удивилась я.

Отец недовольно посмотрел на меня:

– Этого никто не знает, но в легенде говорится именно так. А если кто-то нетерпеливый не будет меня перебивать и дослушает до конца, то, возможно, у него в конце концов и вопросов поубавится.

Я виновато опустила голову. Так мне и надо, помолчать не могла?

– Так вот, – отец строго посмотрел на меня, – легенда гласит, что любой, достойный этого, войдя в гробницу, получит небывалое могущество. Конечно, он не станет богом, но, как я понимаю, магом может стать очень сильным. Это место за всю историю находили много раз и в разных местах. Одним из них и является Гора Бога.

Отец надолго замолчал, о чем-то задумавшись. Не удержавшись, я спросила:

– И?.. Наша Гора Бога – настоящее «место бога»? – Я затаила дыхание.

Отец, оторвавшись от своих мыслей, посмотрел на меня:

– Я точно этого не знаю, но мне кажется, что это именно так. Еще мой дед обнаружил странные магические свойства этого места и нашел вход в гробницу. Так как мой дед был правителем, а правители должны просчитывать свои шаги на много ходов вперед, он долго не решался войти в нее. Именно он объявил это место священным и ограничил туда доступ. Еще долгие годы дед не решался пройти в гробницу, ведь было неизвестно, сочтут ли его достойным, а что происходит с недостойными, никто не знал. В конце концов уже передав бразды правления моему отцу и оставив соответствующие распоряжения, дед ушел в гробницу. – Отец снова замолчал.

Несколько минут в комнате стояла тишина, отец снова задумался о своем, а мы с братом осмысливали полученную информацию.

– Это тогда он пропал? – вдруг спросил Торвин.

Отец посмотрел на него и кивнул.

– Мой отец, ваш дед, не стал его искать. Так приказал ваш прадед. Никто не знает, чем может обернуться такое любопытство. Он понимал, что рискует, причем не только своей жизнью. Неизвестно, какие силы спят в гробнице и что их может разбудить. Но он не смог удержать в узде свое любопытство. – Отец задумчиво посмотрел на нас. – Я же, несмотря на все свое любопытство, в гробницу так ни разу и не вошел. Король должен смотреть в будущее и просчитывать результаты своих действий.

«И сейчас он не удержался от нотаций», – подумала я.

– Это что же получается, – возбужденно сказала вслух, – какой-то человечишка пробрался в гробницу? И это – несмотря на всю нашу хваленую охрану?

– Вот именно. – Отец перевел взгляд на Торвина. – Приказываю тебе разобраться с охраной. Виновных найти и наказать. Также я приказываю тебе сформировать отряд, лучше всего из рейнджеров, и послать их за нарушителем. Брать его только живым. – Отец сделал паузу, чтобы мы осознали услышанное. – Необходимо узнать, как он проник в охраняемую зону и что он делал на Горе Бога. И входил ли он в гробницу. Если входил, то что он там узнал. Все понятно?

Торвин согласно кивнул.

– Пап, – встряла я, – а можно мне участвовать в поимке человека, я ведь все-таки рейнджер?

– Эль! – строго сказал отец, хотя я заметила появившиеся в его глазах смешинки. – А как же бал в твою честь? К тому же там будет много молодых мужчин. – Глаза отца просто лучились весельем.

– Ну пап! Да ну его, этот скучный бал, тут такое веселье намечается! – Я умоляюще смотрела на отца. – К тому же Трон и Трой тоже не откажутся повеселиться.

– Все-то вам, молодым, веселиться, – по-стариковски проворчал отец. – Ну хорошо, уговорила. Только кроме твоих друзей с тобой поедут еще двое рейнджеров, поопытнее. И не возражать! – прикрикнул он, видя, что я открыла рот. Рот послушно захлопнулся. – Еще неизвестно, что это за человечек такой, если сумел пробраться сквозь охрану. Но не думаю, что там все серьезно. Не верю я, что можно получить могущество, не прикладывая к этому никаких усилий. И опасности для тебя я не чувствую. – Он прикрыл глаза и как будто к чему-то прислушался. – Кроме рейнджеров возьмете с собой одного мага, который не очень занят. Просто на всякий случай. – Он снова перевел взгляд на Торвина. – Обеспечение отряда необходимым возьмешь на себя. Все ясно?

Мы с братом одновременно кивнули.

Отец улыбнулся.

– Все, я пошел. Да, Торвин, – обернулся он у двери, – скорее всего, нарушитель будет пытаться добраться до восточной границы. Надеюсь, ты понял, что делать. – И с этими словами вышел из комнаты. После этого защита от прослушивания с легким хлопком исчезла.

Мы с братом переглянулись.

– Ну что, сестренка, – ухмыльнулся Торвин, – на охоту?

Я радостно улыбнулась в ответ:

– Ага, я побежала – обрадую Трона и Троя, а потом заскочу к тебе – получить ценные указания и познакомиться с попутчиками. Кстати, когда мы выезжаем?

– А чего тянуть, – пожал плечами Торвин, – думаю, за пару-тройку часов все будет готово. Только разве ты не хочешь отдохнуть с дороги?

– Не-а, – я схватила свой меч, – вечером отдохну на природе. Да мне так и привычней.

– Ну-ну. – Торвин пошел к двери. – Не забудь: через полчаса у меня в кабинете, – сказал он и вышел.

А я радостно побежала искать своих друзей.

Глава 13

Ник

Я сидел на земле под раскидистым деревом, откинувшись спиной на его ствол, и тяжело дышал. Руки массировали икроножные мышцы, на которые за последние два дня свалилась нагрузка, никогда раньше ими не виданная. А пока выдалась спокойная минутка (с помощью бадди-компа в разных режимах я осмотрел ту сторону леса, откуда пришел), можно еще раз вспомнить и проанализировать последние события.

Перед тем как покинуть холм, который в последние месяцы служил мне домом, я сначала определился, в каком направлении идти. Все эти эльфы, гномы и прочие существа вызывают у меня некоторую опаску. Если судить по нашим книгам, то все эти нелюди (хотя почему нелюди? Что, у нас японцы нелюдями считаются? Хотя весьма от нас отличаются… Или взять какое-нибудь племя в лесах Амазонки или Африки – там такие персонажи встречаются, что оторопь берет, однако считаются людьми) весьма плохо относятся к людям. Что-то не хочется проверять на своей шкуре их доброту. Лучше я пойду к людям, уж с ними я смогу договориться, ну или раствориться в толпе. Как сказал Умник, люди живут где-то на востоке отсюда. К сожалению, карту он не смог мне нарисовать, даже примерную. Огромное количество данных, собранных еще при Дронте, пропало – они хранились на внешних кристаллах. А данные, считанные из памяти приходивших соискателей могущества, оказались слишком расплывчатыми, да и устарели на пару тысчонок лет.

В общем, чтобы как-то обозначить точку отсчета и вспомнив одну из традиций наших космонавтов, отправляющихся в полет, я помочился на первое дерево, с которого начинался мой путь, попинал его и, сказав: «Поехали!», отправился в путь-дорогу. Сразу же я для себя выработал правила передвижения: не оставлять следов, внимательно осматривать впередилежащую дорогу. Судя по книгам, эльфы – прекрасные следопыты. Поэтому, чтобы хоть как-то повысить свои шансы против них, я настроил свой бадди-комп на поиск и отслеживание крупно– и среднегабаритных живых существ во всех диапазонах излучения, доступных датчикам бадди-компа. От Умника в этом плане никакой помощи ждать не приходилось. По крайней мере, сам он ничего не смог мне предложить, а я оставил зарубку на будущее – поподробней узнать о его способностях, которые могли бы мне помочь. Как оказалось, зря я отложил это дело. Но понял это уже намного позже. Возможно, события развились бы по-другому. Лучше или хуже, но – по-другому.

Сначала, с вечера, я постарался отойти как можно дальше за тройку часов, пока совсем не стемнело. Это я подстраховался на тот случай, если хозяева были уже близко. Вряд ли ночью они будут меня преследовать. Затем примерно сутки я двигался на восток, с непривычки постоянно вертя головой во все стороны, чтобы не упустить возможную опасность. Бадди-комп очень хорошо справлялся со своей работой, выделяя красным контуром в очках живые объекты, согласно установленным мною параметрам, и помечая их тэгами с надписями, по ходу дела заполняя свою базу данных попадающимися видами живых существ. Правда, пока попадались только животные, что, впрочем, меня только радовало. Особенно меня порадовали те фишки, что я нашел в настройках запущенной в бадди-компе программы, предназначенной для путешествий по опасной местности. Это: «Ручной/Автоматический режим отпугивания инфразвуком» с настройкой мощности, «Искать живые организмы по пикам излучений бета-ритма мозга (активность, макс. расстояние – пятьдесят метров) и дельта-ритма (сон, кома – до тридцати метров)», «Возбуждение дельта-ритма в мозге живых организмов на расстоянии до двадцати метров (тестовый)» – как я понял, этой функцией можно попытаться усыпить некоторых животных или людей, хотя, к сожалению, на разных представителей животного мира она действует по-разному. Круто! Как говорится: учите матчасть! Я даже не предполагал, что в моем компе есть соответствующие датчики и излучатели. Знал бы такие возможности за своим компом – было бы меньше проблем с ночным сторожем.

А места здесь просто замечательные! Такой красоты я даже на фотографиях не видел. Местами деревья посажены в определенной последовательности, образуя что-то вроде небольших городков с улицами и домами, созданными переплетением ветвей и стволов, везде растут цветы, формирующие целые картины, релаксирующие глаз, и главное – никого из эльфов. Такие места напрягали меня, заставляя ожидать появления садовников, создавших эту красоту и следящих за ней, и я обходил их чуть ли не ползком, внимательно обозрев окрестности.

Вечером следующего дня и случилось то, вспоминая о чем каждый раз испытываю злость и не могу сдержать истерического смеха. Обходя по краю очередную опушку и уже почти скрывшись на ее противоположной стороне, я почувствовал такой мощный пинок под зад, что меня отнесло вперед и впечатало в ствол подвернувшегося дерева. Я не успел сообразить, что произошло, как меня понесло дальше. От неожиданности и мгновенно вспыхнувшего ужаса уровень адреналина в крови подскочил до такого уровня, что я практически отключился от окружающей реальности, только краем глаза замечая деревья, мелькающие по сторонам со скоростью, соизмеримой с мельканием в окнах быстродвижущегося автомобиля. Не знаю, сколько времени я бежал, как далеко и как быстро. Просто в один прекрасный момент споткнулся и пропахал брюхом двухметровую просеку в траве очередной полянки. Отлежавшись немного, я неожиданно прочувствовал свое тело. Ноги и руки нехило трясутся, а в заднице засел такой комок боли, что я, прежде чем застонать, успел удивиться, как с такой болью еще умудрился бежать.

– Умник! – справившись наконец с голосом, прошептал я. – Что это было?

– Кхе-кхе. – Умник сделал вид, что прокашлялся. – Я думал, это ты меня просветишь. Шел себе, шел, вдруг как дернешься да как побежишь, ни слова не говоря. Я уж не знал, что и думать. Может, расскажешь, что случилось? – Умник замолчал, ожидая моего ответа.

А я и не знал, что сказать. Только с хрипом проталкивал сквозь горло воздух.

– Кстати, – не дождавшись ответа, сказал Умник, – с уверенностью могу сказать, что ты побил все рекорды по бегу, установленные в твоем мире, да и в этом тоже. Ты раньше бегал?

Я отрицательно покачал головой. «А тремор конечностей уже проходит», – с радостью отметил я. Да и задница уже меньше болит, по крайней мере, терпимо.

– Щас посмотрим, – пробормотал я, включая перемотку записи на бадди-компе. Надо сказать, что я настроил его на постоянную суточную запись всего, что попадает в объектив, дабы при желании просмотреть вечером особо красивые места и скинуть интересные моменты в свою библиотеку видео. Ресурсов компа для этого хватает с огромным запасом. Включив перемотку, я обнаружил, что мой забег продолжался сорок минут! И скорость своего бега я оценил примерно в сорок километров в час. Ни фига себе! Это ж я больше двадцати километров пробежал! И как при такой скорости я умудрился не вмазаться в какое-нибудь дерево?

Удивленно покачав головой, я остановил перемотку непосредственно перед кульминационным моментом, чтобы сообщить Умнику поразившие меня сведения.

– Ну что я могу сказать, – задумчиво протянул Умник. – Мне кажется, начали раскрываться твои физические возможности, заложенные внедрением информструктуры. А опасная ситуация просто подтолкнула их к этому. И давай смотри скорее, – нетерпеливо добавил Умник, – что там тебе дало под зад.

Недовольно фыркнув, я перемотал еще на пару минут назад и включил воспроизведение.

Умник постоянно нудил у меня в голове, прося комментировать то, что я вижу. Ведь экраны очков он не мог видеть. Ну не размещать же его магический глаз внутри очков!

Итак. Вот я осматриваю поляну, стиль оформления которой резко отличается от других. Вот прохожу мимо. А вот и тот самый момент: картинка резко дергается, стабилизатор изображения не справляется. Вот резко приближается ствол дерева, я аж передернулся (я ведь все вижу как в реале, как будто включил машину времени) и непроизвольно потер больное место, при этом заметив, что боль почти прошла. Здесь я напрягся – в объектив попал противоположный конец поляны, похоже, я крутнулся на месте. Удачно. Сделав стоп-кадр, я стал задумчиво рассматривать необычную сценку.

На другой стороне поляны стояла толпа людей. Вернее, их было шестеро. Изображение немного смазано. Я применил к нему фильтр, увеличивающий резкость, осветлил его. Нет, все еще неясно. Я запустил сложный алгоритм улучшения качества, который обычно используется при восстановлении испорченных фотографий, и вот тут просто-напросто засмотрелся на колоритную картинку.

Люди стояли треугольником, вершина которого была направлена на меня. В вершине – безумно красивая девушка. Ну ладно-ладно, может, я и преувеличиваю – просто очень симпатичная. При моем вынужденном длительном воздержании любая женщина показалась бы красавицей. Выражение лица девушки слегка удивленное. В опущенной руке – большой лук. Слева и справа от нее и чуть дальше – по двое мужчин. Ну наверное мужчин. Тоже красивые, только, по-моему, несколько отдающие голубизной. Женщинам почему-то такие нравятся. В руках у них оружия не было, но из-за спин торчали вроде как рукояти мечей. У двоих других были луки. И отдельно от группы стоял еще один мужик с вытянутыми в мою сторону руками. Мужик как мужик, такой же, как и остальные, только без оружия. Одеты они были во что-то похожее на наш камуфляж, но все-таки отличающийся. Девушка – блондинка, вроде как с длинной косой.

Ну и что же это у нас получается? Хозяева? Скорее всего. И похоже, какие-то вояки, раз в камуфляже. То есть команда охотников, явно не садовники. А в заповедниках не охотятся, по крайней мере толпой. Так? Так! Что же получается? А получается, что они явились по мою душу. Эльфы? Здесь места эльфов, вряд ли в заповедной зоне будет кто-то, кроме них.

Так… рассуждаем дальше. Раз эльфы преследуют меня командой, значит, их кто-то послал, то есть их начальство. Значит, наверху – я невольно глянул вверх, а поймав себя на этом, усмехнулся, – обо мне знают, точнее, знают о нарушителе. Все правильно: нашли следы, доложили по цепочке вверх, оттуда спустили команду «фас!» и прислали охотников. Если охотники не местные – это хорошо, тогда местность им тоже незнакома, но рассчитывать на это не стоит, у них вполне может быть проводник.

Так. Ну встретили они меня, вернее, догнали. Почему засаду не устроили? А сразу стали… что? Я снова внимательно взглянул на картинку в очках. Стали стрелять? Я посмотрел на лук в руках девушки. Значит, окликать не стали, а сразу пустили стрелу. Почему? Неужели им не интересно, кто я и откуда взялся? Я задумался. Вспомнив, что эльфы считаются хорошими стрелками, и сообразив, куда попала мне стрела (хорошо хоть по металлической бляхе на джинсах), я вскочил на ноги.

– Ах вы сволочи! – выругался я. – Значит, решили меня ранить? Говорите, убивать не хотели? Ну ладно, я понимаю, стрельнуть в ногу, но туда? – Я стал нервно ходить кругами, шепча матерные ругательства. – Бьюсь об заклад: эта стерва специально выбрала, куда целиться. Нет, ну почему бабы такие стервозные, а? Ну я понимаю – враг, но ведь и врага уважать можно… Или, – я остановился, – они вообще людей не уважают? Тогда понятно: поймать человечишку, при этом поразив его стрелой в зад, тут, наверно, и пытать особо не придется, чтобы разговорить, достаточно стрелой пошерудить…

– Умник! – Я погладил браслет. – Спасибо!

– За что? – удивился Умник.

– За то, что… – Я замялся, подбирая нужное слово. – Ну замагичил мою одежду, а то бегать бы мне с дополнительным украшением в одном месте.

– Не за что, – довольно ответил Умник, – завсегда пожалуйста! Обращайтесь, если что. У нас самые низкие расценки!

– Угу, – пробормотал я, не реагируя на шутки Умника. В последнее время он учится шутить. Пока у него не очень получается. Иногда он просто не понимает, когда какую шутку нужно применять.

Вспомнив удивленное лицо девицы, я усмехнулся. Небось не каждый день встречается человек с непробиваемой задницей. Я еще раз вызвал ее изображение и полюбовался. Ничего так, фигуристая. «Хотите войны? Вы ее получите!» – шаблонно подумал я, но, вспомнив, что это все-таки профессионалы (а я тешусь надеждой, что на поиски меня любимого послали не слишком слабую команду), взгрустнул. Несмотря на мои неплохие кондиции, что-то сомнительно, что я справлюсь с эльфами. Надо выработать план. М-да… План в данной ситуации мне бы не помешал, только совсем другой… Ладно, надо сначала оторваться от эльфов подальше, найти укромное место и все хорошо обдумать.

Повернувшись на запад, я показал в ту сторону всем известный в моем мире знак «фак», развернулся и побежал на восток. Несколько раз я пытался перейти на свою сверхскорость, но ничего не получилось. А жаль. Еще пару часов в темное время, спасибо бадди-компу, я бежал на максимально возможной скорости, пока на противоположном краю небольшой полянки не увидел здоровый камень, метров пять в высоту, на вершине которого была неплохая площадка. Взобравшись на нее, я огляделся. На запад открывался неплохой вид, там деревья росли пореже, если что – успею заметить преследователей. Расположившись поудобней за небольшим выступом, так, чтобы меня не было видно со стороны вероятного противника, я распотрошил свои запасы и, периодически выглядывая наружу и сканируя местность, плотно поужинал.

«Итак, – сыто развалившись и помассировав ноги, я начал мозговой штурм, – что мы имеем? А имеем мы на хвосте команду охотников, одна из них – о-очень такая из себя девушка. Четверо по бокам от нее – наверняка тоже охотники, а вот что это за черт стоит в стороне от группы? – Я в который раз рассматривал картинку. – И на фига он свои ручки ко мне тянет? И ведь не просто так – лицо-то какое напряженное. Магичит, что ли?»

Может, Умник что подскажет?

Я описал Умнику картинку, и он ненадолго задумался.

– Мне трудно сказать что-то определенное, я ведь почти не знаю подробностей быта населения. Могу только предположить, что это был маг, и он пытался как-то воздействовать на тебя. Так, сейчас, подожди, – пробормотал Умник и снова замолк.

Я не шевелился, продолжая думать. Значит, эльфы. Что мне делать дальше? Бежать? Куда? Я только сейчас понял, что если команду специально пустили по моему следу, то они, скорее всего, могли предположить или просчитать маршрут моего движения. А он прост, как мычание теленка, – на восток, к людям. И вероятно, выставили дополнительное оцепление или просто усилили охрану – я бы так и сделал. Не надо рассчитывать на их глупость. Значит, считаем, что впереди, на востоке, меня ждут. Я аж передернулся – именно в ту сторону я и бежал, и очень быстро. И ведь не знаю, сколько осталось до границы заповедника, – в любой момент могу напороться на охранников периметра. К тому же в команде преследователей есть маг, не значит ли это, что мне и трепыхаться не стоит? Смогу ли я уйти от преследователей, усиленных магом? Или сразу сдаться? Я попытался представить, что меня ждет в обоих случаях. Эльфы по-любому не простят мне того, что я оказался на их территории. Мне стало совсем грустно.

– Есть! – раздался голос Умника. Я аж вздрогнул от неожиданности. – Вот, я проанализировал все, что произошло в тот момент и что я смог учуять. Сразу-то не обратил внимания. Получается, маг пытался остановить тебя воздействием на твою нервную систему. Как ты понимаешь, ему это не удалось. А знаешь почему? – Умник интригующе замолчал.

– Давай-давай, не тяни, – проворчал я, мне стало интересно, что там накопал Умник.

– Вообще мог и сам догадаться, – ответил Умник. – Просто твоя информструктура, особенно после преобразования, выполненного мною, намного мощнее, чем у местных жителей. Она ведь приспособлена для работы с энергиями более высокого порядка, хоть пока и не раскрылась полностью. Соответственно, она более энергоемка и устойчива к внешнему воздействию. А воздействие частично активировало информструктуру в той части, которая отвечает за физику организма, ну, может, еще что. Поэтому получается, что и на твою ауру тоже практически невозможно воздействовать извне – под действием информструктуры она быстро возвращается в норму. Ну вот, – подытожил Умник, – пробиться через такой мощный каркас, что окружает тебя, местная магия неспособна. – Умник на секунду задумался, а затем добавил: – По крайней мере, так обстоит с конкретным, встреченным тобою магом.

По мере того как Умник излагал свои доводы, мне все больше и больше хорошело.

– Это что же получается, – мечтательно зажмурившись, уточнил я, – маги мне не страшны?

– Успокойся, – укоризненно сказал Умник, – их прямое воздействие, возможно, и не страшно, а вот представь, что маг пульнет в тебя какой-нибудь молнией или заставит дерево упасть на тебя, и твоя защита не спасет. К тому же для полноценных выводов мало данных. Вот если б понаблюдать воздействие на тебя архимага, – мечтательно протянул Умник.

– Окстись, зараза! – прикрикнул я на него. – Данных ему, видите ли, не хватает!

Умник обиженно замолчал.

– Так, со мной более-менее все понятно, – я предвкушающе потер руки, – а теперь, больной, рассказывайте, на что жалуетесь?

– Не понял. – Недоуменный голос Умника доставил мне истинное наслаждение – ага, его еще можно поставить в тупик! – Давай рассказывай, что ты умеешь, посмотрим, как поставить твои способности мне на службу.

Следующие полчаса я виртуально потрошил Умника. Оказалось, слишком рано я стал воспринимать его как личность. Сказались удачно имитируемые им эмоции и применяемые языковые конструкции. Все-таки он пусть мощный и (условно) умный, но компьютер. Однако его самообучающиеся алгоритмы – это что-то. Так вот, инициативность у него развита в минимальной степени – ладно, это мы поправим, надо только задать ему необходимый вектор развития. В этом мне поможет желание Умника развиваться. Компьютер компьютером, а что-то от личности в нем все-таки есть – понимает, что ему нужно еще многому учиться, если хочет выжить. И похоже, ему надоел информационный голод, раз он с таким удовольствием ко мне прицепился. К тому же его создатели заложили в него изрядную жажду получения и обработки новой информации, которую я разбудил. Так, теперь о способностях Умника. Их оказалось, прямо скажем, немного. Извиняет его то, что большинство функций, которые он мог выполнять, были завязаны на его внешние датчики; излучатели, да и куча алгоритмов и программ хранились вне его – все это пропало. Остались только способности подключения к информсети, воздействия на информструктуры на небольшом расстоянии и определения внешних магических воздействий, то есть видеть информационные и энергетические каналы. Возможности Умника немного усиливает браслет, в котором он сейчас находится, но ненамного.

– Кстати, Умник, – вспомнил я, – ты смог разобраться в радиоизлучении моих компов? Мне может понадобиться твоя связь с ними, вернее, с датчиками моего бадди-компа. Все-таки интеллекта в компе нет, а у тебя нет датчиков. Если вас скрестить, – мечтательно зажмурился я, – твои возможности сильно подрастут, да и мне не помешает интеллект в бадди-компе…

– Еще нет, – недовольно ответил Умник. – Слишком сложно у вас все это устроено. Хорошо хоть успел прочитать книжки с твоего субноута по электронике, радиотехнике и информационным технологиям. Я вообще только-только начинаю понимать, о чем там речь идет, а ты уже чего-то от меня требуешь.

Похоже, он обиделся. А ведь верно: прочитать книжки – это одно, а вот понять, тем более без экспериментальных исследований, и человеку-то сложно. М-да… А ведь для многих вещей необходимо абстрактное мышление, а есть ли оно у Умника? Тут я сообразил, что, изучая все это, Умник не задал мне ни одного вопроса. Я как представил, что он требует от меня объяснить на пальцах принципы модуляции радиосигналов или решение задач из матанализа, так сначала мне поплохело, а потом я преисполнился еще большего уважения к Умнику. Надо же, прочитал книжки и уже стал что-то понимать.

– Ладно, извини. Расскажи-ка мне вот что, – я подумал о самом насущном на данный момент, – как эльфам удается меня отслеживать? Понятно, что материальные следы, а еще как? Недаром же они мага с собой таскают…

Умник немного помолчал. Думаю, это ему определить по силам. Магические технологии, несмотря на объяснения Умника, пока для меня темный лес. Хотя я уже начал находить параллели между ними и нашими информтехнологиями. Надо будет поэкспериментировать, но в более спокойной обстановке. Сейчас главное – оторваться от эльфов.

– Мне трудно сказать что-то определенное на эту тему, – сказал Умник после минутного раздумья. – В принципе хоть местные и не особо владеют информсетью, некоторые маги могут создавать информационных ищеек в астрале, но это редкое явление, так что, думаю, тебе бояться этого не стоит. Как ты знаешь, с астралом я работать не могу, поэтому данные неточные. Что касается чистой магии, без всякой связи с информсетью и астралом, то да, маги вроде бы могут искать людей по отпечаткам ауры на окружающих предметах. Подожди-ка минуточку, я кое-что проверю.

Умник замолчал. А я обдумывал, что узнал. Пока мною всерьез не заинтересовались «большие люди» и не привлекли к работе архимагов магов, можно не принимать их в расчет. Так. Остаются следы ауры и материальные следы в лесу. Если со вторыми еще можно что-то сделать, вспомнив деревенское детство с играми в лесу и почитав соответствующую литературу, то что мне делать с аурой? А времени катастрофически не хватает! А еще желательно пустить эльфов по ложному следу. Напрямую переться к людям не имеет смысла – меня быстро поймают. Надо сделать крюк. Интересно, с кем мне легче будет столковаться: с дроу или с гномами? С одной стороны, дроу – те же эльфы, с другой – они враждуют с эльфами, так что есть шанс договориться. Теперь гномы. О них я знаю еще меньше, вернее, совсем ничего. И Умник тут бесполезен. «М-да, дилемма», – я прикрыл глаза. Все-таки я сильно устал. Столько впечатлений, что мой мозг, тренированный нашим земным информационным беспределом, и тот подустал. На Земле мне не приходилось решать проблему выживания, а это, оказывается, постоянный стресс.

Я уже задремал, когда меня разбудил какой-то внутренний толчок.

– Что? – вскинулся я.

– Ты почувствовал, да? – В голосе Умника звучало удовлетворение.

– Почувствовал что? – Я никак не мог понять, что меня разбудило и что изменилось в окружающем пространстве. Что-то определенно изменилось, но вот что?

– Сними очки, – попросил Умник, – сейчас проверим.

Я послушно снял очки. Сначала на меня навалилась темнота – ведь в очках я видел нормальную синтезированную картинку. Через пару минут глаза привыкли к темноте, я стал различать силуэты деревьев, траву между ними. Стоп! Какая трава? Луна-то еще не взошла!

– Ага, вижу, что получилось, – обрадовался Умник.

– Объясняй! – потребовал я. С каждым мгновением я видел все четче: вокруг каждого дерева или кустика наблюдалось какое-то свечение. Прикольно, но все-таки через бадди-комп видно лучше. Да и привык я к периодически появляющимся подсказкам, генерируемым компом относительно объектов, на которые, по его мнению, нужно обратить внимание.

– Ну в общем, я проверил, как идет процесс адаптации, реализуемый твоей информструктурой. Нужные участки мозга развиваются по плану. Работа с аурой – один из самых простых видов работы для мозга. Я проверил, в каком состоянии находится нужный его участок. Оказалось, что он уже готов к работе. Я включил ранее внедренные в него алгоритмы, чтобы не было необходимости тренировать этот участок мозга. Тебе осталось только научиться пользоваться этими возможностями, – довольно закончил Умник.

Круто! Чувствую себя суперкомпом, который накачивают софтом по самые… э-э… уши, вот. А у нас на Земле в случае отсутствия способностей к экстрасенсорике хоть тренируй мозг, хоть не тренируй – все одно получишь… фигу, в общем.

– Но ты сильно не радуйся, – тут же смазал впечатление Умник, – остальное вряд ли так быстро нарастет.

– Ну и отлично. – Я не стал расстраиваться. Может, я еще не прочувствовал ситуацию? – Тогда объясни, как мне это поможет в моем положении?

– Я думал, ты понял, – удивился Умник. – Ты сейчас можешь работать с аурой! Как с чужой, так и со своей. То есть ты можешь настроить свою ауру таким образом, чтобы она не излучала. Блин, ну как же тебе объяснить-то?.. А, вот! Короче, программируешь ее, да… пожалуй, так. Пишешь программку, внедряешь ее в ауру, и аура, подчиняясь ей, перенаправляет поток излучения обратно в организм. Кстати, это еще и полезно для здоровья, если недолго. Но этому ты должен научиться сам. Я смогу только подсказать, что делать.

– Сколько времени займет обучение? – попытался я распланировать время, но Умник обломал меня:

– Откуда я знаю? – Он даже фыркнул, чтобы показать мою глупость. И что тут смешного? – Все зависит от тебя, и лучше начать побыстрее.

С этим трудно было не согласиться. Чем быстрее я научусь прятать свою ауру, тем больше шансов, что эльфийский маг меня не учует. Ладно, начну прямо сейчас, пару часиков позанимаюсь, затем три часа на сон… нет, пожалуй, можно и четыре часа поспать. Так. Сейчас нельзя выдавать мое новое направление движения, тем более я даже сам его еще не знаю, поэтому, пока не научусь скрываться, буду двигаться на восток, а потом решу. Ок. По минимуму определились.

Так, теперь насчет безопасности, пока я буду в отрубе. Вдруг эльфы не спят, а продолжают преследование?

Немного подумав, я нашел решение. Снял очки, положил на камень и направил в сторону, откуда прибежал. Затем достал линзы, вставил их в глаза и переключил картинку в одной линзе-мониторе на изображение с очков. Так. Чуть поправил очки. Теперь я спокойно могу улечься, да и бадди-комп побудет на стреме. Кстати, на нем я включил все эти новые примочки с определением живых существ по излучению мозга, авось поможет.

– Умник, начинай! – Я поудобней улегся и прикрыл глаза.

Так и хочется сказать: «И Умник начал!» Ничего подобного. Он сперва прочитал мне нудную теорию о том, как это делается. А я-то думал, он мне по-быстрому объяснит, что к чему, и у меня сразу получится. Не буду описывать подробности, мне просто смешно становится, когда вспоминаю, как я тужился, пыжился, пытаясь выполнить рекомендации Умника, даже потел от напряжения. Первый результат появился где-то через час. Тогда я наконец увидел свою ауру. Да-да, оказывается, такое возможно. Правда, я ее видел не всю, а только там, куда доставал взглядом. Но обрадовался я здорово. Я не ожидал от себя, что смогу делать что-то в области экстрасенсорики. Кстати, моя аура оказалась разноцветной, хотя я не очень разбираюсь в ее цветах. После описания мною увиденного Умник сказал, что у Дронта цветовая гамма была совсем другая. Прямо перед глазами у меня плавал зеленый цвет, чуть выше отсвечивал фиолетовый, около солнечного сплетения – ярко-желтый, чуть ниже – оранжевый, в области паха – ярко-красный (надеюсь, это не значит, что там непорядок), где-то отсвечивали серебристый и золотистый. В общем, красиво. Единственное, что я знал о цветах ауры: черный и серый – плохой признак. Слава богу, я их у себя не обнаружил.

Ну да ладно. Дальше, еще немного понапрягавшись, я увидел воочию, что любое мое прикосновение к предметам оставляет на них слабые отпечатки ауры. Как объяснил Умник, они могут держаться на предметах довольно долго. И чем сильнее аура, тем дольше держатся ее отпечатки. Умник научил меня, что надо делать для очищения предметов (я сделал зарубку в памяти узнать как-нибудь после, можно ли использовать это против людей). Было трудно, но я справился. Однако настоящим кошмаром для меня стала попытка спрятать свою ауру. Тут у меня долго ничего не получалось. Я даже вывел из себя Умника, хотя как можно вывести из себя компьютер? И когда я, уставший, уже хотел плюнуть на это дело, то наконец-то понял суть процесса и, быстро вытащив это понимание за хвост из норы своего тупизма, раскрутил всю цепочку шагов и действий. Я понял свою проблему. Все дело было в том, что у меня отсутствовало понимание, почему следует делать именно это и в такой-то последовательности. А простое повторение действий без понимания почему-то не работает или работает плохо. Вообще-то все это действительно похоже на программирование, в том смысле что нужно выстроить цепочку из некоторых взаимосвязанных действий, у каждого из которых есть свои граничные условия применения и условия стыкуемости с другими действиями. Осознав это, я пришел в восторг. Получается, что при правильном системном подходе можно воротить такие программы!

– Умник! – не выдержал я. – А этот принцип подходит для работы с информсетью?

Я аж затаил дыхание.

– Хм, принцип-то подходит, только там совсем другие действия нужно выполнять и оперировать другими понятиями, а зачем тебе это?

Ладно, с информсетью мы погодим, а пока…

– Так, Умник, а ну-к, выдай мне раскладку по управлению аурой: все действия и то, что осталось за кадром. Я так понимаю, в местной магии используется эта же модель?

– Ну да. А что ты задумал? Не отвлекайся, лучше повтори упражнение, которое мы прошли, чтобы в любой момент смог его использовать…

– Да, да, – бормотал я, не вслушиваясь в то, что говорит Умник. Так, надо на бадди-компе запустить программу систематизации полученных данных… нет, пожалуй, с бадди-компом это будет долго. Я связался с субноутом. Ага, там все в порядке, никого не было. Так, где это наши аналитические программки?

– Эй, может, объяснишь, что ты делаешь, я ведь чувствую, что ты со своим субноутом связался? – теребил меня Умник.

– Щас, щас, – ответил я, лихорадочно настраивая софт, – подожди минутку, не отвлекай… Итак, – обратился я к Умнику, когда все было готово, – я сейчас буду тебе умные вопросы задавать, изволь отвечать без утайки, подробно. Понял?

Умник молчал. «Похоже, впал в ступор», – подумал я. Ничего, пусть привыкает, мы, программисты, народ непредсказуемый, непонятный. Даже женщины со своей логикой иногда пасуют, общаясь с нами.

– Кхе… кхе, – откашлялся Умник. Ну-ну, кашляет он, видите ли. – А что происходит? Что ты собираешься делать?

– Понимаешь, Умник… – Начать я все-таки решил с лекции, а не с вопросов. Думаю ему полезно послушать, как надо работать. – Вообще любую работу надо начинать с получения и систематизации всей доступной информации по объекту, с тем чтобы выявить принципы работы, закономерности, сложные и простые области использования, применения или имплементации. Далее полученная информация формализуется. Затем строится модель объекта, в нашем случае – модель магии. Пока понятно? – остановился я.

Умник промолчал. Приняв его молчание за согласие, я продолжил:

– Так вот, затем эта модель структурируется, дальше происходит уточнение модели на соответствие базовым понятиям, правилам и условиям использования, а после идет постепенная разбивка модели на все более конкретные блоки, иными словами, модель детализируется до тех пор, пока не будет достигнут минимально возможный неделимый (или его дальнейшая детализация теряет смысл) модуль или блок. И только после этого приходит полное понимание, как работает вся система в целом. И вот тут-то любые условия или задачи, решаемые этой системой, спокойно и без напряга реализуются в рамках построенной модели. А то, что ты, Умник, втыкал мне целый час, – это не обучение, а дрессировка. – Я немного помолчал, успокаиваясь. – Я все понятно изложил?

– Угу, – немного ошарашенно произнес Умник. – А у нас обучение на начальном этапе проводилось именно простым заучиванием, и лишь после долгих лет тренировок приступали к созидательному управлению информсетью. М-да…

– Не расстраивайся, – успокоил я его, – возможно, в вашем случае именно так и следовало поступать, кто вас, инопланетян, поймет. И скорее всего, те вещи, о которых я говорил, у вас давно разработаны, просто используются неявно. Детям же ты не будешь объяснять всю эту модель? А в моем случае наиболее сильный эффект даст именно такой систематизированный подход, и все это мне придется разработать самому. К тому же в этом случае я смогу сам разработать нужные мне, – я замялся с названием, ну никак не въеду в магическую терминологию, – ну заклятия, что ли… Фуф, я аж вспотел. Ладно, Умник, конечно, надо бы поспать, – я посмотрел на часы, – но дело важнее. Кстати, ты можешь меня как-то простимулировать, чтобы я не хотел спать и завтра весь день не ходил квелым?

– Думаю, да. Только не знаю, какие последствия это будет иметь для тебя. Все-таки не зря твоему мозгу раз в сутки требуется отдых…

– Ничего, – махнул я рукой, – от недосыпу еще никто не умирал. Давай включай свою шарманку.

Через некоторое время я почувствовал, как сон, настойчиво тянувший мои веки вниз, позорно бежал, поджав хвост. Эх! Хорошо-то как! М-да… а ведь в случае опасности эта фича может мне здорово помочь… Ладно, все это лирика, надо приступать к работе.

Дальше пошла напряженная работа. Так интенсивно своей головой я не работал даже для дипломной в институте. Ну конечно, от этого ведь не зависела моя жизнь. Я потрошил Умника, пытаясь выжать из него максимум информации – ведь любая упущенная мелочь могла разрушить всю уже вырисовывающуюся модель или сделать ее неработоспособной. Я прямо физически ощущал, как скрипели мозги у субноута (если судить по небольшим «тормозам» в его реакции), который пытался систематизировать скармливаемые ему данные. Получаемая у Умника информация преобразовывалась мною в абстрактные понятия, которые затем заполнялись смысловыми и функциональными связями. И только часа через четыре, когда Умнику было уже нечего мне сообщить, вчерне все было готово для дальнейшей обработки.

Дав команду субноуту заново обсчитать данные на наличие нестыковок и систематизировать их, а затем приступить к созданию черновой модели магии, я устало откинулся спиной на камень, прикрыл глаза и помассировал их. Хоть спать и не хотелось, я чувствовал, что усталость никуда не делась, а обволакивала мышцы, мозг… Я посмотрел лог наблюдений бадди-компа – что-то он меня не отвлекал во время работы, неужели ночью никого не было рядом? Кул! Оказывается, с этими новыми датчиками, считывающими мозговую активность на расстоянии, бадди-комп практически идеально справлялся с работой. Было зарегистрировано несколько крупных объектов, но комп на основании анализа излучения и постепенно наполняемой базы данных достаточно уверенно идентифицировал их как животных. Оказывается, прямо под моим камнем ночевала здоровенная туша какого-то ранее мне не встречавшегося животного, отдаленно напоминающего нашего лося. По крайней мере, морда была очень похожа. А вот рога – не ветвистые, а плавно изгибающиеся назад. И все-таки, все-таки надо поосторожней быть с анализом по мозговому излучению. Я ведь не знаю, насколько местные жители отличаются от меня, вдруг в наших ритмах мозга есть различия? Ладно, оставим это для экспериментального подтверждения. Все равно пока не проверишь.

Кстати, а ведь светает… Я с умиротворением и тихой радостью наблюдал рассвет. Красиво… Небо на востоке начало светлеть. Потом на верхушки деревьев стали падать первые лучи солнца, выделив их из мрака. Прорвавшись сквозь ветви, они стали сначала робко, а затем все более настойчиво заглядывать в глаза. Пожмурившись и понаслаждавшись еще немного, я резко вскочил, автоматически прихватив шест, и, сначала медленно, затем постепенно ускоряясь, стал выполнять малый разминочный комплекс. Постепенно мысли в голове растворялись, я всем своим существом чувствовал окружающую природу и словно просыпался вместе с нею, попадая ей в такт. Шест летал вокруг меня как безумный, он просто пел, со свистом рассекая воздух, и я, впав в транс, всеми клетками своего тела подпевал ему. Я уже ничего не чувствовал и ничего не контролировал, для меня существовала только песня. Вернее, ПЕСНЯ. О чем была эта песня? Я не знаю, наверное, о радости бытия… Да… именно так. Не знаю, сколько эта песня продолжалась, да это и неважно…

Очнулся я сидящим на шпагате. В высоко поднятых руках зажат шест, одним концом упирающийся в небо, а противоположным – направленный мне прямо в темя. Глаза широко раскрыты и, не мигая, смотрят на появившееся полностью солнце. Медленно осознавая происшедшее, я даже не испугался – настолько сильно был переполнен светлым и радостным чувством, а также энергией. А ведь то, что я вытворял здесь (в памяти смутно, но проступило воспоминание о тех движениях), я никогда раньше не делал. Это были не приемы с шестом, а действительно танец-песня. Почему-то случившееся меня ни капли не напрягало, уж больно хорошо на душе… Эх, жаль, объективы бадди-компа не были направлены на меня, я бы посмотрел, как это выглядело со стороны… Кстати о птичках, не пора ли нам в дорогу? Эльфы-то не отстанут – я резко очнулся, – благо у меня есть фора, а может, ее уже и нет? В голову мне пришла одна замечательная пакость, которую я попытаюсь с ними сотворить. Я улыбнулся, представив это. Почему-то я чувствовал в себе большую уверенность в том, что мне удастся провернуть задуманное. Но сначала мы уйдем немного на восток, примерно на сутки, надеюсь, заповедная зона еще простирается на это расстояние. Для осуществления задуманного надо найти место, подходящее для ночевки эльфов, – я его заранее изучу и подготовлю к встрече. А уж как заставить их остановиться именно в этом месте, я теперь знаю и умею (я благодарно погладил браслет с Умником). Я снова улыбнулся, вспомнив эльфийку. Надеюсь, главная в команде – ты. Ну стервочка, посмотрим, что ты запоешь завтра утром, когда проснешься.

Глава 14

Где-то до полудня я бежал экономным и по возможности бесшумным бегом на восток, с замиранием сердца встречая иногда шарахавшихся от меня животных и усиленно всматриваясь вперед. Меня все больше начинала беспокоить возможная встреча с охраной заповедника. Я ведь не знаю его протяженность. Но что-то мне подсказывало, что граница уже недалеко.

Умник обиделся и не разговаривал со мной. После моей утренней разминки он пытался расспросить меня о том, что произошло (оказалось, что на какое-то время Умник просто перестал меня чувствовать), я же отмолчался – не хотелось растерять то волшебное чувство, пытаясь выразить его словами.

В пути я периодически останавливался на несколько минут, прислушиваясь и сканируя окружающее пространство. Убедившись, что все в порядке, набирал ягод, которые росли практически повсюду, и продолжал движение. Эх, знать бы, как далеко от меня находится погоня! Надеюсь, мой вчерашний спринтерский забег дал мне большую фору.

По пути я сбил нунчаками какую-то большую птицу, похожую на тетерева, такой птицы я раньше еще не ловил. Она сидела на нижней ветке дерева, а нунчаки я, не останавливая бега, лишь чуть-чуть притормозив, бросил, как биту в игре «Городки». Благо деревья как раз немного расступились, что позволило мне хорошо замахнуться. Птица ничего не заметила (неужели я так тихо стал пробираться по лесу?), когда нунчаки завернулись вокруг ее шеи, при этом свернув ей голову. М-да… Как говорится, прогресс налицо.

Вскоре после полудня я увидел полянку, отлично подходящую для моего замысла. Именно здесь, по моей задумке, эльфы должны потерять мой след. До сих пор я намеренно не скрывал своих следов, которые и должны были привести преследователей сюда. Но если я неправильно рассчитал время и эльфы появятся слишком рано, придется отказаться от идеи напакостить им – до ночи еще далеко, и вряд ли они, потеряв на полянке мои следы, останутся здесь ночевать, скорее всего, продолжат поиски.

А пока – я огляделся – надо исследовать окружающую местность. Полянка была одной из тех, что облагораживались местными садовниками. Это стало еще одной причиной, почему я выбрал ее – ведь ночевать приятней именно на такой. По центру, как часто бывало, стояла небольшая беседка, рядом – небольшой бассейн или купальня, выложенная камнем, с небольшим навесом, переплетенным вьющимися цветами. Из бассейна вода выливалась тремя ручейками, русло которых выложено тем же камнем. (Я уже «спрятал» ауру и старался наступать только на камни, которых тут было в избытке.) Что интересно, ручейки через некоторое расстояние расходятся на север, восток и юг. Хм… это напомнило мне нашу сказку с тремя дорогами. Интересно, если мои последние и самые сильные следы будут вести к бассейну, а обратных следов не будет, что подумают эльфы? Скорее всего, они придут именно к тому выводу, который мне и нужен: я ушел по дну одного из этих ручейков, чтобы сбить погоню со следа. А это значит, что группа может разделиться. Это хорошо? Хорошо! Так… А с учетом того, что маг у них только один (только он может проверить наличие отпечатка моей ауры в том месте, где я предположительно выберусь из ручья), как они поступят? Вот тут я задумался. В принципе маг может прошвырнуться вдоль каждого ручья, но они ведь не знают, на какое расстояние… Я ухмыльнулся: похоже, задам я им задачку. Жаль, не узнаю, как они поступят: к этому моменту я уже буду далеко. И если у них нет запасного варианта или козырей в рукаве, похоже, я от них оторвусь.

Вернувшись к своим следам, я «включил» ауру и, не особо скрываясь, прошел на полянку. Здесь я быстро набрал сушняка (садовники явно халтурили – не следят, что ли, за территорией?), рядом с беседкой развел костер, выпотрошил птицу, обернул в ароматные листья какого-то растения, которое уже раньше ел, на полчаса закопал в угли, тем временем прикопав в сторонке перья и потроха, и вскоре вкусно покушал. Чуть-чуть посидев и не став прятать костер (как я обычно это делал), я встал и подошел к бассейну. Вода, как всегда, оказалась очень вкусной. Напившись, я разделся, быстренько ополоснулся и, снова «спрятав» свою ауру, осторожно пошел по ручейку, поворачивавшему на север – с той стороны я приглядел отличное дерево, прикрытое со всех сторон кустарником. Оно достаточно высокое, чтобы видеть с него происходящее на полянке, и с густой и пышной кроной, чтобы спрятаться в ней. Исцарапавшись и ругаясь сквозь зубы, я пробрался к стволу дерева, поправляя за собой ветви кустов и стараясь не ломать их. Мне даже повезло – от ручейка и практически до самого дерева я допрыгал по лежащим повсюду камням. Кстати, деревья-великаны остались позади еще сутки назад. Я посмотрел вдоль ствола дерева вверх. М-да… Нижние ветви начинаются метрах в трех от земли. Ствол обхватить я в принципе смогу. Я продолжил обследование дерева снизу. Так, хорошо, ветви длинные (их концы приспускаются к земле, образуя небольшой купол) и весьма густые. Для эксперимента я немного отошел от ствола, зайдя в кусты. Отлично! Отсюда уже не видно, что находится в ветвях дерева. Вернувшись к стволу, я засунул шест между рюкзаком и спиной, а чтобы он не выпал, притянул лямки рюкзака как можно плотнее к спине. Мои следы под деревом надежно скрывал кустарник – надеюсь, у эльфов будет достаточно дел на полянке, чтобы не шариться в кустах.

Обхватив ствол дерева ногами и руками, я медленно пополз вверх. Длины рук не хватало, чтобы обхватить его полностью, но я неплохо удерживался. Перекинув руки повыше, я снова обхватывал ствол. Затем резким движением подтягивал ноги. Передыхал и полз дальше. Когда перед глазами появилась первая ветка, сил уже почти не осталось. Я мрачно смотрел на ветку и костерил себя последними словами. А Умник, гад, подхихикивал:

– А я ведь говорил: на кой тебе сдались эти эльфы? Сейчас был бы уже далеко отсюда. Глядишь, и оторвался бы от них.

Мысленно я соглашался с Умником, но признаваться в своей глупости не хотел. Ну последний рывок! Эхма! Йес! Получилось!

С трудом устроившись на довольно крепкой ветке, я полностью расслабился и пытался отдышаться. М-да, подумать только, небольшие трудности, а я чуть не отказался от задуманного. Или, может, зря не отказался?

«Нет, – подумав, я покачал головой. – Раз решился действовать, не стоит отступать из-за пустяков». Итак, что мы видим? Сквозь листву мы ничегошеньки не видим. Просто замечательно! Ну и что мне делать? Ладно, вон толстая ветка, растет как раз в нужную сторону, надеюсь, выдержит меня.

Я медленно пополз по этой ветке, по дороге обламывая маленькие веточки (складывая их в полупустой рюкзак, чтобы на земле не оставлять таких следов) и создавая своеобразный коридор, через который собирался наблюдать за полянкой. Кстати, до полянки около сотни метров по прямой. Так-с… Ну что же, отсюда видно все прилично. Оглянувшись, я выматерился – ветка-то сначала идет вверх, значит, от ствола я ничего не увижу. А лежать на пузе, ожидая эльфов, никаких сил не хватит. Ну что ж. Есть ли у вас план? План у нас есть – мой безотказный бадди-комп. Прикрепив очки на ветке, я отполз к стволу, надел линзы, проверил связь и в очередной раз послал всех по матери, в том числе не вовремя встрявшего Умника, – не тот ракурс. Снова пополз к очкам. Наконец нацелил их как надо, вернулся и просто-таки растекся по стволу от усталости, больше нервной.

Странно, но, похоже, дерево делилось со мной своей энергией. Я чувствовал, как усталость из болезненной становится просто мягкой… Ладно, потом разберусь, если будет время. Немного передохнув, стал устраиваться поудобнее. Кое-как уместившись в развилке дерева (главное преимущество которой было не в удобстве, а в том, что снизу меня, если что, не заметят), я наконец-то расслабился.

Что-то слишком много усилий у меня ушло для той мелочи, что я задумал. А ведь я всего лишь хочу поставить эльфов на место. Чтобы они не сильно обольщались на свой счет. Нет, ничего против них я не имею, но вот это их презрение к «людишкам», оказывается, задело меня за живое («И еще кое за что», – поморщился я, невольно потрогав то место, которое так понравилось эльфийке). Конечно, я многого не знаю, возможно, они милейшие существа, но верится в это с трудом. Я знаю, что есть два варианта отношения долгоживущих к короткоживущим, постоянно мешающимся под ногами, да еще и размножающимся как кролики. Первый: с высоты своего опыта и мудрости относиться к ним как к детям. Второй: презирать, а возможно, и ненавидеть. Других вариантов я не вижу. А нейтрально относиться к людям они смогли бы, только живя на другом континенте. И мне очень хочется заставить их уважать людей, ну на крайняк лично меня. Я устало улыбнулся.

За этими размышлениями я незаметно уснул.

Эль Трин’х Васар

До Горы Бога мы добрались за пару дней. К сожалению, лошадей пришлось оставить на границе охраняемого священного леса, так как деревья в нем росли достаточно густо. Оставив Ветерка на попечение хозяев и договорившись, что о нем будут хорошо заботиться, я отправилась на встречу с начальником гарнизона. Встретил он меня хмуро – наверное, Торвин уже достал тут всех с проверками. «А нечего было пропускать чужака на заповедную территорию!» – мрачно подумала я. С начальником мы расстались, недовольные друг другом, хорошо хоть в сопровождение выделил лучших следопытов. Перед отправлением мы решили не брать рейнджеров с границы, а взять пару эльфов непосредственно из охраны леса. Выгода очевидна: во-первых, охранники здесь сплошь бывшие рейнджеры, во-вторых, хорошо знают территорию, в-третьих, будут стараться не за страх, а за совесть, чтобы доказать свою невиновность – для этого надо как можно быстрее поймать нарушителя и выбить из него информацию о вероятно существующих секретных тропках. Ведь как-то он попал сюда!

По пути к Горе я пыталась оценить, настолько ли хороши выделенные нам сопровождающие. Через сутки убедилась, что лучших и желать трудно. Мы с Троем и Троном по сравнению с ними – просто сосунки. Неудивительно, что от таких наблюдений настроение у меня резко упало. Тем не менее главная в группе – я, значит, должна только радоваться таким помощникам. Я наткнулась на насмешливый взгляд Иллиона – одного из сопровождающих, гордо вскинула голову и вопросительно подняла бровь.

– Через пару часов будем на месте, – произнес он.

Я кивнула. Как и рассказывал мне Торвин, близость к Горе чувствовалась по деревьям, которые имели тут гигантские размеры.

По истечении указанного срока деревья расступились, и я увидела эту таинственную Гору Бога. Не такая уж она и большая. Действительно, для горы мелковата. Жаль, что обследовать ее сейчас не удастся: отец приказал сразу же по нахождении следов нарушителя отправляться в погоню. Думаю, что обследование Горы отец поручит лично Торвину, вряд ли он захочет открывать эту тайну посторонним.

Не дав никому отдохнуть, я приказала всем разойтись в разные стороны, чтобы найти следы нарушителя. Искать мы начали сразу с восточной стороны. Следов чужака, по утверждению мага Лорина, было много, да я и сама их видела, все-таки кое-что умею, но больше всего их было, как и ожидалось, в восточном направлении от Горы. Да и, судя по мощности отпечатков ауры, именно они были последними. Кстати, отпечатки ауры пришельца весьма необычны. Эльфы оставляют отпечатки преимущественно одного – зеленоватого – оттенка с индивидуальными отличиями, а тут были оттенки разных цветов. Может быть, это типично для людей? Я ведь никогда еще не бывала на людских территориях, сама не видела, вот ведь! Я невольно нахмурилась. Все за маленькую меня принимают, не отпускают путешествовать, а мне уже скоро сто лет исполнится! Пришлось обратиться за уточнением к Лорину.

– Да, – подтвердил он, – обычно у людей отпечатки несколько тусклее, да и цвета немного отличаются. Но, в общем, ничего особенного. Люди разные бывают.

Веселый парень этот маг. По внешнему виду не скажешь, но подкалывает с серьезным видом так, что просто держись! А ведь вроде уже не ребенок. Правда, он старше меня всего на тридцать лет, а у эльфов магические способности начинают явно проявляться именно в эти годы. Я – исключение – уже сейчас могу кое-что делать, правда, по мелочи. Серьезно моим обучением магии пока не занимались.

Лорин же только закончил восьмой год обучения у наставника, а ему уже доверили сопровождать нас в качестве магической поддержки, это о чем-то да говорит.

Хм… ну ладно.

– Хорошо. Сейчас сделаем часовую остановку, перекусим, а затем в погоню! – отдала я необходимые распоряжения.

Преследовать чужака оказалось легко. Несмотря на то что он почти не оставлял следов – опытный, стервец! – Лорин уверенно вел нас на восток по отпечаткам его ауры на земле, деревьях и кустах. Я сама практически не выискивала следов – неохота было напрягаться. В конце концов для этого у нас есть маг! Я мрачно бросила на Лорина взгляд, завидуя ему черной завистью. Магия меня всегда привлекала, но по причине малого возраста и постоянной занятости учебой в школе рейнджеров серьезно ею не занималась. А без наставника учиться – только эльфов смешить. Все, решено! Вернусь с победой – заставлю отца найти мне хорошего наставника. И почему у нас нет магической академии, как у людей, или магической гильдии, как у гномов? Почему-то считается, что персональные занятия с наставником дают лучший результат. В принципе и гномы придерживаются подобных взглядов. Не знаю, не знаю… У людей ведь маги не хуже наших (особенность короткоживущих), а учатся в академиях. Надо будет порасспросить отца.

Судя по следам, чужак двигался достаточно быстро, поэтому, чтобы не отстать от него, а вернее, догнать, мы двигались бегом. Рейнджеры обучены бежать сутки напролет. Кто иногда заставлял нас останавливаться и отдыхать, так это Лорин. Ха! Хоть здесь я могу смотреть на него свысока! Он ведь не обучался у рейнджеров, хотя, надо признать, весьма вынослив. Может, поэтому именно его и прикрепили к нам? Интересно, почему его не отдали в рейнджеры? Ладно… пустяки. Мои мысли снова вернулись к чужаку. А ведь он действительно ловок! Однажды мы пересекали небольшой овражек – так он его перемахнул не останавливаясь! Хотя мог спокойно спуститься по склонам. А ведь даже мне с трудом удалось допрыгнуть до противоположного края! Вот над кем мы посмеялись от души, так это над Лорином. Нет чтобы спокойно перебраться, так решил, видно, показать, что не уступает нам. Ну и результат – скатился с противоположного склона и искупался в водичке. Ха-ха! Надо было видеть его унылое и смущенное лицо, когда он наконец выбрался! Но, надо отдать ему должное, на наши насмешки он ответил шуткой. Уважаю!

Когда стало смеркаться, Лорин, бежавший впереди отряда, остановился и поднял руку. Иллион тут же подошел к нему, и они о чем-то тихо переговорили. Не поняла! Кто тут главный-то? Я решительно подошла к ним и возмущенно уставилась на Иллиона. Он, обернувшись и наткнувшись на мой взгляд, усмехнулся и прошептал:

– Чужак.

Я мигом забыла свою обиду и перевела требовательный взгляд на Лорина.

– Последние следы оставлены всего несколько минут назад, – сказал маг. – Скорее всего, чужак ушел совсем недалеко.

Я кивнула.

– Впереди – место отдохновения, – не стал ждать моего вопроса Иллион, – возможно, чужак решил там остановиться.

Он вопросительно и, как всегда, насмешливо посмотрел на меня, мол, что прикажете? Конечно, ему не нравится, что им командует соплячка («А кому понравится?» – рассердилась я), но, слава всем богам, позволяет себе только такие вот насмешливые взгляды.

Я пожала плечами.

– Приготовиться, – отдала команду, а сама достала свой лук. Аккуратно, как на территории дроу, мы тенями стали приближаться к краю полянки. Я почувствовала некоторое волнение. Что за человек этот чужак? Опасен или нет? Оглянувшись на спутников, заметила, что все спокойны и без излишней суеты делают то, чему учились всю жизнь. Неужели одна я такая впечатлительная? Ладно, оставим самокопание на потом…

Выглянув из-за дерева, за которым начиналось место отдохновения, я внимательно стала исследовать его глазами. Чужака не видно. Может, сидит в каком-то из домиков?

Тут на краю полянки шевельнулась ветка. Вот он! Сидит на корточках за кустиком и рассматривает местность. Сидит правее, боком к нам. Нет, не удается рассмотреть его! Прикрыт кустарником. Удостоверившись, что все тихо, он встал и потихоньку, особо не скрываясь, пошел к противоположному краю поляны. Видно, не захотел тут останавливаться на ночь. Вот сейчас я его внимательно рассмотрела. Правда, лица видно не было. А так… Что сказать о нем? Обычный эльф, тьфу, человек. Хотя откуда мне знать его обычность в человеческом понимании? Высокий, наверно на пару пальцев выше меня, а я сама не такая уж и мелкая. Плечи не так чтобы широкие, но мощные. Черные волосы собраны в хвост, как обычно делают наемники. Одет странно. Не в камуфляже, что было бы наиболее естественным для нарушителя. Голубые штаны в обтяжку, какая-то легкая одежда черного цвета на теле, в руках палка, сумка за спиной, на которой что-то изображено… Я напрягла глаза, пытаясь рассмотреть, все-таки темновато. В этот момент облако, заслоняющее заходящее солнце, ушло в сторону, и последние лучи света упали на фигуру чужака.

Что? Да как он посмел?! Я чуть не задохнулась от возмущения. Чтобы какой-то человечишка открыто носил изображение эльфийки? Да еще почти голой? Спрóсите, с чего я взяла, что эльфийки? Да потому что такие заостренные ушки есть только у нас! Это ж такой позор, что, даже если простить человеку все его прегрешения, за одно это его надо убить, причем очень медленно, чтобы мучился как можно дольше! Так он что, презирает нас и открыто это показывает?

Уже практически не контролируя себя, я вышла из-за дерева, одним движением достала стрелу и наложила ее на лук, краем глаза заметив, что за мной потянулись и мужчины, похоже также ошарашенные увиденным. Н-на тебе! Моего контроля хватило только на то, чтобы не убивать чужака сразу, в последний момент пустив стрелу в нижнюю часть его тела – пусть перед смертью он почувствует позор. Для воина получить стрелу в спину – ужасное бесславие, а если ниже, то ему лучше самому удавиться, все равно ему не жить в обществе. Одновременно со мной Лорин выпустил в чужака какое-то заклинание.

От удара стрелы чужака бросило вперед и пришпилило к дереву. Вот-вот, повиси, мразь. Ходить своими ногами ты сможешь еще не скоро, если вообще доживешь до этого момента!

А вот то, что произошло дальше, ввергло меня просто в ступор. Чужак, отлипнув от дерева, мгновенно развернулся (я лишь успела увидеть какую-то черную полосу, пересекающую его глаза, которая на мгновение отразила лучик солнца, подобно начищенному металлу). Я непроизвольно моргнула, а когда мои веки поднялись – его уже не было. На том месте, где он только что стоял, на землю опадала поднятая в воздух листва и пыль.

Мы долго стояли не шевелясь. Произошедшее нас ошеломило. Да какое там «ошеломило»! Мозг просто отказывался воспринимать и анализировать ситуацию. Человечишка, гуляющий на нашей территории, очевидно ни в грош не ставящий нас (что подтверждается изображением полуголой эльфийки), не поддавшийся заклинанию Лорина и проигнорировавший мою стрелу. По каждому пункту его ожидает смерть – он как будто намеренно набрал за собой кучу несовместимых с жизнью грехов. И куда он делся, в конце концов?

Я медленно повернула голову и оглядела каждого из мужчин. Лорин так и стоял с протянутыми руками и открытым ртом – для нас, эльфов, в общем-то нетипично выражать удивление таким способом. Иллион судорожно вцепился в меч и стоял бледный, не сводя глаз с того места, где был чужак. Остальные выглядели не лучше.

Как ни странно, первой в себя пришла я.

– Так и будете стоять? Лорин, закрой рот! Иллион, отпусти меч! А теперь, – прошипела я, – объясните мне, что сейчас произошло!

Мужчины зашевелились. Лорин наконец опустил руки и захлопнул рот, Иллион вставил меч в ножны. Они перевели на меня свои взгляды и продолжали молчать. Мне это уже стало надоедать. Ну подумаешь, ушел чужак, что, никогда раньше не упускали добычу? А вот как ему это удалось – и следует понять, чтобы в будущем не совершать подобных промахов.

– Лорин! Какое заклинание ты применил? И почему оно не сработало? – с нажимом, чтобы он поскорее очнулся, спросила я.

Лорин откашлялся:

– Я применил заклинание подчинения, и оно сработало! – Лорин вдруг опустил голову. – Вернее, оно сработало, но почему-то не подействовало, – и быстро продолжил, боясь, что его прервут: – А противостоять заклинанию могут только маги или те, у кого есть амулет от подчинения. Но в ауре чужака не было никаких намеков на то, что он маг! Да и амулета у него не было.

– Откуда ты знаешь? – подозрительно прищурилась я. – Всем известно, что амулеты не видны, пока не активированы, а активировать их может только то заклинание, противодействовать которому они призваны.

Лорин укоризненно посмотрел на меня:

– Потому, что я не почувствовал активации амулета – а я все-таки маг, – я и утверждаю, что амулета у него не было!

Я смутилась, но не стала этого показывать.

– А что вы можете сказать насчет того, что стрела его не взяла, хотя явно было видно, что попала в него. – Я сделала паузу. – Или вы хотите сказать, что я промахнулась? – Я обвела всех взглядом. Что интересно, Иллион смотрел на меня серьезно, без этой своей вечной усмешки.

– Ну что ты, – хором заговорили Трон и Трой, перебивая друг друга и переглядываясь, – все видели, как чужака подбросило от удара стрелой, да она наверняка все еще там лежит. – Они быстро сбегали к дереву и принесли стрелу, целую и невредимую.

– Могу предположить, – сказал молчаливый спутник Иллиона, как там его? А, Иллори. Он единственный, кто с самого начала сохранял невозмутимость, по крайней мере внешнюю. – Я встречал подобный эффект. Похоже на действие заклинания, укрепляющего одежду. Оно делает ее непробиваемой, но накладывать его очень сложно и дорого. Ничего иного в голову просто не приходит.

Лорин кивнул, подтверждая слова Иллори.

– Даже у меня такой одежды нет – пока не хватает знаний и сил.

– Есть один момент, говорящий против этого, – вступил в разговор Иллион. – Неважно, что одежда непробиваема. После удара боевой стрелой, – он внимательно смотрел на наконечник моей стрелы, – даже ребра ломаются, а уж от болевого шока чужак просто не смог бы двигаться.

М-да… И что все это может значить? Что мне со всем этим делать? Тяжелую кавалерию звать?

А что, собственно, произошло? Ну ушел чужак, допустим это. Он не маг, Лорин подтверждает. Стрела не подействовала? Ну одежда хорошая. Исчез? Мало ли что, отвлеклись мы в этот момент все одновременно. Маловероятно? Да, но ничего другого в голову пока не приходит. Все это еще не основания для прекращения преследования.

Приведя все эти доводы своим спутникам, я убедилась, что мыслю правильно. Мы немного посовещались, и я приняла решение продолжить погоню, вдруг чужак все-таки ранен и где-нибудь лежит? Тогда это хороший момент его взять…

Глава 15

Мы долго шли по следам чужака, он их исправно оставлял, но какие! Такое ощущение, что он не бежал, а передвигался огромными скачками. В темноте следы ног уже не были видны, но отпечатки ауры в местах, которых он касался ступнями, заставляли только удивляться. Расстояние между ними было около двух метров[2]! Видно было, что чужак не сбавляет скорость. Под утро мы вышли на совсем крохотную полянку, где, похоже, чужак свалился – уж очень явные следы он оставил.

Его давно здесь не было, а мы все вымотались. Недолго посовещавшись, решили остановиться на ночлег. Хотя какой ночлег! Уже скоро утро. Придется до полудня отсыпаться, чтобы восстановить силы.

Махнув на все рукой, я завернулась в свое тонкое, но очень теплое одеяло, которое все рейнджеры носят с собой в походах, и мгновенно уснула, не заморачиваясь отдачей команд или выставлением дежурств. Все со мной согласились, что вряд ли чужак вернется. Судя по следам, он тоже вымотался, да и опасных животных здесь нет. А завтра уже будем думать, что делать. Это были мои последние мысли.

…Проснулась я от какого-то бормотания. Поморщившись, приоткрыла один глаз. Все, кроме Лорина, дрыхнувшего неподалеку от меня, уже встали и о чем-то говорили. Вздохнув, я потянулась и резко встала. Мужчины замолчали и оглянулись на меня. Ага, здорово, завтрак уже готов. Молодцы! Пожелав всем доброго утра, я неподалеку нашла маленький ручеек, в котором и умылась. Возвращаясь и проходя мимо Лорина, пнула его легонько, чтобы вставал. Он не отреагировал. Я удивленно усмехнулась. А ведь он вымотался посильнее нас! Ладно, все равно надо вставать – я посильнее пнула его. Лорин зашевелился. Подойдя к маленькому костерку, вокруг которого сидели мои спутники, я взяла лепешку, налила заваренного травяного настоя и, жмурясь от удовольствия, стала завтракать. Пока я ела, подошел сонный Лорин и присоединился к нам. Пока все не насытились, никаких разговоров не велось.

– Итак, – начала я, оглядывая всех по очереди, – что будем делать?

Иллион пожал плечами:

– А что нам остается? Будем преследовать чужака дальше.

Все согласно покивали.

– Никаких новых мыслей нет? – спросила я, в слабой надежде, что более опытные спутники что-то придумали. Поняв, что это не так, я вздохнула. После вчерашнего мне все меньше и меньше нравится происходящее. Чужак какой-то непонятный – ни стрелы, ни магия его не берут. Его быстрый способ передвижения. Действительно, непонятно. И вызывать подмогу из-за такого пустяка вроде как не очень хорошо. Все-таки тут рейнджеры неслабые собрались, да еще и маг в придачу. Успокоив себя таким образом и подождав, пока Лорин доест, я дала команду отправляться в путь.

Еще целые сутки мы шли по следам чужака. Передвигался он теперь нормально. Нашли место, где он ночевал, но долго там не задержались, последовали дальше. В конце концов уже под вечер достигли очередного места отдохновения, где и случилось это. Мы просто потеряли следы чужака. Но как такое возможно? Мы же убедились, что он не маг, скрывать свою ауру не может. Мог бы – давно уже сделал бы.

Чем-то нехорошим это дело попахивает. Я разослала всех по округе высматривать следы чужака. Лорина я заставила чуть ли не носом рыть полянку, чтобы понять, куда делся чужак. Сама я тоже помогала ему, задействовав свое магическое зрение.

Когда мои спутники вернулись из разведки, я почему-то не удивилась, что они ничего не обнаружили. Зато мы с Лорином наконец поняли, что провернул чужак. Самые свежие следы были около купальни. Из нее вытекали три ручейка, расходящиеся дальше. Похоже, по одному из этих ручейков он и ушел. Вот ведь гад, умный! Кажется, я начинаю его по-настоящему ненавидеть. И ведь как все продумал! Эти ручейки расходятся в разные стороны, и все их надо будет проверить. Но он не учел одного (я со злостью сжала кулаки): эльфы никогда не отступают! Рано или поздно тебе придется выйти из ручья, и ты снова засветишься, а уж я постараюсь тебя не упустить!

В плохом настроении мы устроились на ночлег. Дальнейшие планы решили составить следующим утром. В виде исключения, сегодня решили вокруг места ночлега поставить магическую защиту, которая в случае непредвиденностей предупредит и разбудит нас. И улеглись спать.

А наутро меня разбудили громкие ругательства мужчин, услышав которые я даже покраснела. Даже на границе мужчины не позволяли себе так ругаться при мне. Вскочив на ноги и оглядевшись, я не смогла удержать истерического смеха, глядя, как по поляне бегают мои спутники, потрясая кулаками, при этом абсолютно голые! Минут десять я не могла разогнуться от смеха. Все это время мужчины ругались, причем ругательства не повторялись. Я узнала много нового. Потом, неожиданно сообразив кое-что и перестав смеяться, я осмотрела себя. Фуф! У меня аж пот на лбу выступил от неожиданного страха. Я оказалась одета. Слава всем богам, какие только есть!

Наконец, чуть успокоившись, я огляделась по сторонам. Так… Оружия нет. У мужчин одежды нет. Почему не сработала защита? Посмотрев в свое изголовье, где у меня лежали лук и меч, я увидела, что и моего оружия нет. Вместо него одиноко лежал небольшой красивый букетик.

Медленно подняв его, я вдохнула дивный аромат цветов, глядя сквозь них вдаль. Что ж… Этот круг я проиграла вчистую. Кроме того, так меня еще не оскорблял никто и никогда. Мой счет к тебе только увеличился, чужак. «И не думай, что ты уйдешь от меня, – зло прищурившись, подумала я, отбрасывая букет в сторону. – Придется подключить Торвина. А когда я тебя поймаю, так уж и быть, если хорошо попросишь, возможно, я убью тебя быстро, но тебе придется оч-чень хорошо меня попросить. И смотри, попробуй только меня разочаровать!»

Достав из-за пазухи кулон связи, я, еще раз осмотревшись вокруг и печально усмехнувшись, вызвала Торвина.

Часть вторая

Глава 1

Ник

Уже третий час я бегу по лесу в полной темноте, которая, пожалуй, для меня единственного таковой не является. Мой бадди-комп не только успевает генерировать картинку, но и уверенно анализирует окружающую обстановку на наличие живности, попутно создавая ее классификацию. Я с ужасом представил свое существование здесь без своих помощников. А ну как попал бы сюда без всех этих технических наворотов? Да сдох бы, в первую очередь – от тоски, которая в какой-то мере компенсируется залежами книг, музыки и фильмов на субноуте. Последние, правда, совсем нет желания смотреть, да и некогда. Музыка же очень сильно влияет на мое состояние, как эмоциональное, так и физическое. Когда уже хочется все бросить, упасть и банально сдохнуть, включишь какую-нибудь «накачивающую» мелодию из старого рока или металла, короче, что-нибудь энергичное, и вроде как легче становится.

Я снова поправил тяжелый тюк за плечами, в который раз проклиная себя за жадность. Ладно, один меч – привыкнуть к трем – пяти килограммам, постоянно таскаемым с собой, еще можно, – но не пуд же металла! Причем чем дальше, тем этих килограммов субъективно становилось все больше. И вообще, я что, терминатор? А выбросить жалко! Хорошо хоть мечи у эльфов, как я мельком рассмотрел, изящные и относительно легкие. Один из них – тот, который принадлежал эльфийке, – чем-то отличался от остальных. Не знаю чем, но когда смотришь на добротно сделанную вещь – чувствуешь, что она добротная, кроме того, он оказался «чистым». Вдобавок взял два парных, чуть изогнутых меча, лук, два ножа с отличным балансом (после надо будет потренироваться в их метании) и пару одеял, в которые и завернул оружие. Я попробовал для интереса растянуть лук. Ну что сказать? Растянуть-то я его растянул, но не до конца, и с таким усилием, что целиться из него уже не получалось. А ведь крепкие ребята эльфы! Также у них оказалась некоторая сумма металлических денег, которые я, особо не приглядываясь, забрал себе. Потом рассмотрю, при свете дня. Обвязал все это хозяйство ремнями и сделал что-то вроде рюкзака. Остальное оружие и одежду утопил в ручейке, примерно в километре от стоянки эльфов, в стороне, противоположной моему движению, и придавил камнями. Умник сказал, что вещи фонят в магическом плане, а я не стал ждать, пока он разберется, что там к чему: время поджимало. Ручей-то неприметный, да и вода должна исказить сигнал, авось не найдут.

Еще я разжился харчами. У эльфов они какие-то странные, что-то вроде наших сублимированных продуктов. Непонятно – вроде лесные жители, а едят всякую гадость. Не сказать, чтобы уж совсем противно было есть, но с зажаренным мясом не сравнится. Правда, может, это у них походная еда такая и ее нужно еще готовить? Пожав плечами, я приостановился, подбросил тюк с оружием, чтобы удобнее лег, и продолжил вспоминать…

Да… А повеселился я знатно. Я улыбнулся, вспоминая, как вытряхивал эльфов из одежды. Я ведь их внимательно рассмотрел. Нет, я нормальной ориентации, но надо же знать, чем эльфы отличаются от людей. Так вот, скажу: ничем! Разве что уши чуток заостренные, ну дык и люди такие попадаются… Еще мне в них не понравилось то, что, хоть и крепкие они ребята – наработанные мышцы, фигурки – мечта Аполлона, но вот что хотите делайте со мной, выглядят они, как «голубые»! Слишком смазливые – если не присматриваться, можно за женщин принять. Да, кстати, у меня ведь есть доказательства – я все заснял на видео, так что когда выберусь отсюда – милости просим!

М-да… Вспомнив эльфийку, я покачал головой. Ее я не решился раздеть, что-то во мне воспротивилось этому. «Надеюсь, тебе снится что-нибудь приятное, – подумал я, внимательно рассматривая ее, – завтра вам всем будет не до смеха. Ладно, что сделано, то сделано».

А вообще все прошло гладко. Был единственный момент, когда я чуть не погорел – это когда чуть не влез в магическую защиту, вернее, сигналку, выставленную эльфами вокруг поляны. Спасибо Умнику (я в который раз поблагодарил судьбу, что он у меня есть) – вовремя учуял и остановил. А еще спасибо мне родному, что сообразил поговорить с Умником «по душам» и настропалил его постоянно отслеживать, в меру имеющихся сил, магические флюктуации вокруг и предупреждать об опасности. Все-таки эта его имитация личности здорово сбивает с толку. Некоторые вещи автоматически пропускаешь при разговоре, подразумевая, что собеседник поймет все правильно. А на самом деле… Я даже махнул рукой. Когда я подполз к защите, расстояние между мною и эльфами еще не позволяло уверенно воспользоваться моей «усыплялкой». Пришлось ползти по периметру защиты, туда, где эльфы были поближе к ее границе. Через десять минут облучения эльфов «усыплялкой» (в документации ведь не сказано, как быстро она действует, а датчикам мозгового излучения я еще полностью не доверял в серьезном деле) я решился и бросил маленький камешек в одного из спящих. Вот блин! Попал ему прямо по кумполу! Я вжался в землю и затаил дыхание, следя за своим пациентом… Нет, не проснулся. На всякий случай еще минут пять пооблучал их, а затем, уже не особо таясь, подошел. В момент пересечения границы, по которой шла магическая защита, я почувствовал приятную щекотку по всему телу, меня словно обдуло легким ветерком… Для проверки попинал каждого эльфа, на всякий случай приготовив нунчаки. Нет, спят как суслики!

Ну а дальше началось уже неинтересное. Как собирал оружие, раздевал эльфов, паковался, все это я записал. В любой момент можно посмотреть. Стирать это видео я не стал. Когда стану дедушкой (если доживу), буду показывать внукам документальный фильм о пребывании в сказочной стране.

Уже уходя, я понял, что для моей проделки не хватает финального штришка. Я огляделся, мой взгляд упал на эльфийку. «Ага, – улыбнулся я, – понятно, чего не хватает. Ведь тебя-то я совсем не трогал. Надо же показать, что я это сделал специально, а уж что ты там подумаешь – твое дело». И я положил у изголовья эльфийки тут же собранный букетик цветов.

* * *

Куда двигаться, я решил, еще сидя на дереве и ожидая эльфов. Направление на восток, к людям, пока отменяется. Там меня наверняка ждут. Остается на север, к дроу, или на юг, к гномам. Несмотря на то что про гномов мне ничего не известно, я, после долгих раздумий, выбрал именно их. Вроде бы с эльфами они не враждуют, и вряд ли граница с ними заперта так же, как с дроу. Шансов прорваться, по-моему, больше.

Внезапно я остановился и, еще не поняв, в чем дело, пригнувшись, потихоньку перебрался за ближайшее дерево. То ли житье на природе отточило мою интуицию и инстинкты, то ли развивающиеся изменения в организме, но пару раз они мне здорово помогли, так что я стал безоговорочно им доверять. Оглядев пространство спереди, я не заметил ничего необычного. Хорошо хоть деревья тут пореже – видно намного дальше. Разумеется, только через очки. Для сравнения поднял их на лоб – точно, тьма египетская. Ладно, будем разбираться. Меня что-то насторожило? Определенно, да. Что это могло быть? Животное? Вряд ли – комп показал наличие только всякой мелочи.

– Умник! – позвал я. – Ты ничего не чуешь в магическом плане?

– Не-а! – отозвался он. – Было бы что – сразу предупредил бы.

Вот гадство! Ладно, зайдем с другой стороны. Стараясь не шуметь, я присел под деревом, перемотал запись на пять минут назад и внимательно стал ее просматривать. Вот оно! Буквально на долю секунды среди ветвей стоящего впереди дерева в инфракрасном диапазоне мелькнул силуэт какого-то большого существа. На стоп-кадре этот силуэт вполне можно было принять за человеческий. Странно… Куда пропало это излучение потом и почему датчик мозговой активности молчит? Ага, для него это предельное расстояние… Так. Что это такое и что будем делать? Засада? Вряд ли. Мои эльфы еще не проснулись. «Животное? – задумался я. – Если бы животное, то его силуэт не пропал бы так неожиданно, а спокойно удалился прочь». Нет. Что бы там ни было, правильнее исходить из того, что это люди, то бишь эльфы. Тогда возникает закономерный вопрос: а что они тут делают? Ну не живут же на деревьях, в самом-то деле! Хотя кто этих эльфов знает? Может, и живут… Стоп. Мы же с Умником в заповедной зоне, а значит, это место жительства лесников, или же я вплотную подошел к условной границе заповедника. М-да… Если так, то я чуть не вляпался… И комп не особо помог. Надо все-таки развивать свои способности – сколько еще подобных ситуаций будет…

Ладно, как у нас на Земле охраняют заповедники? Я попытался вспомнить такие места… Если зона небольшая, ее обычно огораживают забором, ставят сигналку, и где-то сидит пара охранников. Нам такой вариант не подходит. А если зона большая? Ну в этом случае никакого забора не хватит, просто ставят сигналку да организуют стационарные пункты на определенном расстоянии, а между ними пускают мобильные группы. Так? Похоже на правду. Что еще? «Ну, – я задумчиво почесал нос, – могут еще организовывать секретки».

Что-то больше ничего в голову не приходит. Ладно, примем за рабочую версию. Итак, исходя из этой версии, мы имеем тут или стационарный пункт, или секретку. Да, скорее всего, секретку, вряд ли стационарный пункт будут прятать на дереве. И что со всем этим делать?

Выглянув из-за дерева, я еще раз осмотрел месторасположение предполагаемой секретки. Нет, ничего не видно. Ладно, так долго еще сидеть можно. А двинемся мы, пожалуй, вдоль предполагаемой границы, подальше от секретки.

Сделав в бадди-компе привязку к этому месту, если вдруг придется вернуться, я потихоньку отправился в сторону от секретки, внимательно осматривая местность. Через некоторое время я наткнулся на сплошную стену переплетающегося кустарника. Эта стена протянулась на всем видимом пространстве, иногда изгибаясь. Понятно. Вот и граница. Такой заборчик с ходу не преодолеешь. В высоту около двух метров, очень густой. И неизвестно, какая у него толщина. М-да… Ну где-то же здесь должен быть проход?

– Умник, ты ничего в магическом плане не чувствуешь? – на всякий случай спросил я еще раз. Вообще-то он сам бы сказал, если б что учуял, но проверить не мешает.

– Небольшое напряжение чувствуется, но очень слабо. Оно появилось всего с минуту назад.

– Ну и что ж ты молчал? – недовольно спросил я. Не хватало мне еще вляпаться из-за Умника.

– Да оно еще не тянет ни на что, так, вроде слабого запаха.

– А ну-ка, – мне пришло в голову, что это может пахнуть магическая защита или сигнализация, – я сейчас чуток подойду к ограде, а ты понюхай, усилится ли запах.

Так и оказалось: при приближении к кустарнику уровень напряженности магического поля возрос. Эльфы явно не полагаются на один лишь кустарник, пусть и непроходимый. Хотя, по-моему, это просто перестраховка – через такую густоту и слон не пройдет. «Придется прорываться в том месте, где расположен секретный пост, – вздохнул я. – А лучше не прорываться, а тихо-мирно просочиться».

Пробираясь в обратную сторону, я решил проконсультироваться у Умника:

– Послушай, ты разобрался с тем магическим контуром, который эльфы поставили вокруг своей стоянки?

– Да, Ник, – без задержки ответил Умник, – это простейшая магическая структура, завязанная на мага, от которого она подпитывается и которого должна разбудить при ее нарушении.

– Отлично, – обрадовался я, – а скажи-ка, нейтрализовать такую структуру ты можешь, не поднимая при этом переполоха?

– Ну, – протянул Умник, – полностью снять вряд ли получится, такой контур может тянуться на несколько километров, а у меня возможностей не хватает, чтобы охватить всю область его действия.

– Стоп. – Я тут же ухватился за его оговорку. – А локально ты можешь воздействовать на некоторую область, таким образом, чтобы я смог пройти через нее, а сигнализация не сработала?

– Надо посчитать, так я сразу не скажу…

– Давай считай, Умник, – согласился я, – только постарайся побыстрее управиться, мне это скоро может пригодиться. И еще, – добавил я, – скажи-ка, а магическая структура на этом кустарнике такая же или отличается?

– Такая же, – без запинки ответил Умник, – только помощнее будет, я ее почувствовал уже за несколько метров. Если ты помнишь, на полянке с эльфами я смог ее учуять, только когда ты подошел к ней практически вплотную.

– Ладно, Умник, – сказал я, уже приближаясь к месту эльфийской секретки, – ты давай работай, а я займусь разведкой.

Оставив скатку с эльфийским оружием под приметным деревом, я по-пластунски, стараясь не издавать даже шороха, пополз к посту эльфов. При этом я полз так, чтобы между мной и отмеченным деревом оставалась хоть какая-то преграда. Темно-то оно темно, да кто их знает, этих эльфов, вдруг они и ночью видят? Подобравшись к предполагаемому месту нахождения секретного поста на достаточно близкое расстояние, я попытался оценить то, что мой бадди-комп смог определить. Я оказался прав по всем пунктам – в кроне большого дерева, среди листвы которой было множество прорех (очевидно, оставленных специально), комп показал наличие трех живых существ. Двое из них спали, судя по мозговому излучению, а один бодрствовал, причем периодически перемещался. Интересно, что он делает? Неужели рассматривает окружающее пространство в такой темноте? Понаблюдав за ним некоторое время, я понял, что навряд ли.

В общем, неважно, что он там делает, мне это не мешает. Я включил свою «усыплялку», сфокусировав излучение на этом бодрствующем эльфе. Надеюсь, у них нет периодической проверки постов. Жаль, что у меня нет времени для выяснения этого вопроса. Конечно, так можно и вляпаться, но что-то мне уже надоело ходить, постоянно оглядываясь и прячась.

На дисплее ясно было видно, как мозговые волны эльфа меняют свой диапазон излучения. Он еще пытался бороться с этим – иногда излучение почти возвращалось к норме, – но в итоге не смог справиться с внешним воздействием и минут через десять спал глубоким сном. Признаться, за это время я сам чуть не уснул – нескольких часов сна на неудобном дереве в ожидании эльфов явно было недостаточно.

У меня не было ни малейшего желания взбираться наверх и осматривать место поста. Поэтому я обошел дерево и стал исследовать находящуюся за ним стену зарослей. Ведь должны же эльфы каким-то образом переходить на ту сторону? Включив свое второе (или, с учетом бадди-компа, третье?) зрение, я стал искать следы аур, которые предположительно должны были остаться около места прохода. По логике вещей, проход должен быть в области видимости поста. Так и оказалось. Я обнаружил следы, похожие на те, что видел на полянке с эльфами, – они вели прямо к стене кустарника. Отсюда мне было не разглядеть, есть ли там проход, но подходить ближе я пока не стал.

– Умник, – позвал я, – ну как у тебя дела?

– Хорошо, а ты вообще о чем? – удивился Умник.

– Умник, не тормози! Что там с расчетами, как пройти через сигналку? – Я разозлился на него – вроде ведет себя как человек, но иногда тупит не по-детски.

– А, понял, здесь все нормально. Хорошая новость: тебе ничего не придется делать. Сигнализация реагирует на ауру существа, проходящего через нее. Она сама определяет, когда реагировать, а когда нет. На птиц и маленьких животных, например, она никак не реагирует. Так что тебе надо просто заблокировать свою ауру, и можно спокойно идти.

Действительно, хорошая новость.

– Только зачем блокировать? После встречи с эльфами она так и осталась у меня заблокированной!

– Как так? – заволновался Умник. – Ее же нельзя надолго блокировать! Через некоторое время ты должен был почувствовать сильную усталость! И вообще, длительное закукливание ауры может привести к смерти! Ты как себя чувствуешь?

– Да нормально, – пожал я плечами. Действительно, физическая усталость есть – я ведь постоянно в бегах, да еще тяжелая скатка за спиной. Ну спать хочется, так это понятно почему. А в целом никаких изменений не чувствую. – А почему это так опасно?

– С излучением ауры уходит энергия, в том числе негативная. Дело в том, что накопление этого типа энергии в организме не проходит без последствий. Вначале она оказывает даже положительное действие – идет на восстановление возможных повреждений энергетических структур, но потом, с появлением излишков, наоборот, разрушает их. Вот так.

– Ладно, с этим разберемся позже.

Что-то в душе требовало побыстрее убраться отсюда, да и постоянные гонки стали уже надоедать. Поэтому, передвигаясь по следам эльфов, постоянно виляя из стороны в сторону, а в некоторых местах чуть ли не продираясь через кусты, я скоро преодолел границу заповедника. Как и в прошлый раз при преодолении магической преграды, я почувствовал что-то вроде ветерка и щекотку во всем теле, а после даже некоторую бодрость. Меня это даже позабавило.

С этой стороны местность почти не отличалась от заповедной. Все те же деревья, кустарники. Сначала я двигался вперед с осторожностью, потому что и здесь, возможно, были секретные посты. Но потом, убедившись, что все тихо, побежал своим, ставшим уже привычным, бегом. Я настолько привык бегать, что уже практически не замечал разницы между бегом и ходьбой. Это только радовало.

Через некоторое время я стал замечать отличия этого леса от заповедника. Не все попадающиеся лужайки были облагорожены, и стиль их оформления был попроще. Иногда между деревьями виднелись мостики, выполненные из живых ветвей. Попадались странные виды растительности, вызывающие мысль об искусственном выведении. Похоже, эльфы неплохо разбираются в растениях. Это мне и так было известно, но только когда собственными глазами видишь результат эльфийского творчества, начинаешь реально осознавать их возможности в понимании природы. Все эти следы навели меня на одну неприятную мысль: вероятность наткнуться на местных жителей возросла в несколько раз. Наверное, придется передвигаться ночами, а днем прятаться понадежней и отсыпаться.

Так я и поступил. Почти пять дней уходил от возможной погони, двигаясь только ночами, а днем тщательно скрываясь, благо подходящих мест было очень много. Все это время я, во избежание обнаружения, держал свою ауру заблокированной. Никакие отрицательные последствия у меня почему-то не проявлялись, и я решил не пренебрегать подобным преимуществом. Конечно, потом все-таки придется снять блокировку, еще неизвестно, к чему она может привести, но пока я наплевал на все предостережения Умника.

Самих эльфов я тоже встречал, но, благодаря тому что видел в темноте намного дальше их, вовремя успевал спрятаться или изменить направление движения. Днем они тоже, бывало, оказывались неподалеку – бадди-комп в таких случаях всегда меня будил. Но все обходилось. Охотиться я остерегался, а питался запасами, прихваченными у эльфов. Несмотря на свою невкусность, они были очень питательными. В одну из таких «дневок» я проверил, как продвигаются дела у субноута с построением модели местной магии. Вчерне она была готова, но после анализа обнаружились некоторые моменты, плохо проработанные мною на начальном этапе, их пришлось уточнять заново вместе с Умником.

Но даже с тем, что уже получилось, было видно, что мы идем верным путем. Если все сложится, то у меня в руках будет инструмент, который позволит разрабатывать механизмы магического действия на научной основе, а проще говоря, не методом тыка или выучивания готовых заклинаний (хотя и это пригодится), а привычным мне способом программирования. Правда, это все теория. Чтобы воспользоваться такой готовой «программой», все равно необходимо научиться управлять своим телом, мозгом и энергией. Тем не менее мысль об этом доставляла мне удовольствие.

* * *

К исходу пятых суток я вышел к границе эльфийского леса. Предшествовало этому очень неприятное событие, показавшее, насколько я готов к выживанию в этом мире. В один из моментов, когда я в очередной раз перешел с бега на быстрый шаг и двигался практически бесшумно, слева и чуть позади от меня раздался звук, напоминающий резкий выдох. Мгновенно крутанувшись в ту сторону, я увидел стоящего у большого дерева эльфа, который удивленно таращился на меня. И он видел меня! Краем глаза я заметил свою тень впереди – это луна не вовремя проглянула сквозь ветви. Анализируя впоследствии эту ситуацию и прокручивая видеозапись, я понял, почему бадди-комп не сообщил о присутствии эльфа. Во-первых, тот стоял за толстым деревом с противоположной стороны, и инфракрасный детектор его не учуял. На записи, конечно, осталась пометка, снятая детектором излучения мозга, но сигнал соответствовал излучению существа в глубокой коме и был настолько слабым, что расстояние до эльфа комп рассчитал неверно. И оно превышало установленное мною расстояние для активной сигнализации об опасности. Я не смог предположить ничего другого, кроме того, что эльф был в каком-то подобии транса, из которого его выдернуло мое появление. Только этим я объясняю то, что он выдал себя звуком и промедлил несколько секунд.

В этот момент я ни о чем не думал. Просто смотрел на эльфа. Он стоял метрах в тридцати, прислонившись к дереву. В руках у него был длинный лук, одним концом упиравшийся в землю. Было видно, что мое появление было совершенно неожиданным. Прошло несколько мгновений, в течение которых мы стояли абсолютно неподвижно, уставившись друг на друга. Напряжение нарастало, казалось, тишина готова взорваться от любого шороха. Первое движение сделал эльф, что послужило толчком к дальнейшим событиям. По таймеру, как я потом посмотрел, прокручивая десятки раз этот эпизод, все заняло меньше минуты. По внутренним ощущениям – намного больше.

Эльф резко выхватил из-за спины стрелу, мигом наложил ее на тетиву, поднял лук и выстрелил в меня. Все это было проделано одним слитным, натренированным движением. Одновременно с началом его движения я, все так же ни о чем не думая, рванулся к нему. Уже во второй раз я почувствовал, что наблюдаю происходящее как бы со стороны. Время замедлилось для меня, иначе не объяснить, как я увидел летящую в мою сторону стрелу. И как я вообще смог ее увидеть? При просмотре записи была видна только ее тень. Чисто рефлекторно я крутанул вокруг себя шест, сбив стрелу в воздухе и закончив движение за спиной. Это действие эльфа меня не остановило – я продолжал свой рывок в его сторону, все так же удерживая шест отведенной назад рукой. Эльф дураком не был. Сразу же после выстрела он отбросил лук и выхватил меч.

С точки зрения боевого поединка несущийся на тебя противник практически всегда находится в менее выигрышном положении. Вектор его движения направлен в одну сторону, плюс инерция. Ты же имеешь гораздо большую свободу движений. И если ты профессионал – можно считать, что уже выиграл. Однако у меня были свои резоны. Я не мог убегать от эльфа – от стрелы особо не побегаешь, да и тревога бы поднялась. Поэтому единственный выход в данной ситуации – ближний бой. Да и шест – мое оружие – при правильном использовании может поспорить с мечом. К тому же я надеялся, что если в этом мире владение шестом и известно, то не распространено. Здесь любой желающий может иметь холодное оружие, если потянет финансово. В нашем же мире, как известно, искусство владения шестом развивалось в основном потому, что низшим классам запрещалось владеть холодным оружием, даже если они могли его купить. Еще шестами пользовались те, кому оружие не положено по статусу – монахи, к примеру.

Эльф молча стоял, опустив меч к земле. У меня было два варианта действий: если эльф не будет атаковать, то напасть на него первым. Но вряд ли он так и будет стоять неподвижно. Я бы на его месте атаковал. Второй вариант: перехватить его движение контратакой. Поэтому я внимательно наблюдал за противником, к которому стремительно приближался. Он стоял расслабленно, что говорило о хорошей подготовке. По его позе нельзя предугадать, что он сделает в следующий момент. И все-таки он недооценил меня. Даже отбитая стрела его не насторожила. Может, он просто не успел оценить ситуацию? Эльф сделал быстрый шаг в сторону от направления моего движения и провел режущий удар в горизонтальной плоскости на уровне моего живота. Уловив начало его движения, я уже все понял. Я выбросил руку из-за спины, и шест, ударив по основанию лезвия меча, выбил его из руки эльфа. Ха! Еще бы меч не вылетел! Давление на квадратный сантиметр от удара шестом может достигать ста килограммов! Попробуй удержи.

Одновременно с ударом я почти остановился. Однако эльф оказался опытным воякой. Все произошедшее его, похоже, ничуть не смутило. Не медля ни секунды, ударом ноги он в свою очередь выбил у меня шест. Я только успел отскочить на пару шагов. Повернувшись друг к другу лицом, мы на секунду замерли. Лицо эльфа выглядело чуть удивленным, но в целом спокойным. Мое он навряд ли видел отчетливо – луна была за моей спиной. Я все так же отстраненно наблюдал со стороны, не делая ни малейшей попытки думать. По опыту знаю: стоит только начать анализировать ситуацию в такой быстрой схватке, где все решают мгновения, – можно считать, что ты сошел с боевого взвода и почти проиграл.

И снова эльф начал действовать первым. Сделав обманное движение левой рукой и подшагнув, он провел отвлекающий дробящий удар по моему левому колену своей правой стопой. Одновременно с этим его правая рука с откуда-то взявшимся ножом прыгнула к моему горлу. Я усмехнулся. Такие штуки со мной не проходили уже на третий год занятий самбо. Качнувшись вправо, уходя с траектории ножа и уводя левую ногу от удара противника назад-вправо, я перехватил руку эльфа и провел классический бросок через плечо. Под конец, правда, отошел от классики, увеличив крутящий момент за счет того, что не стал отрываться от эльфа и всем своим весом, довернув его под себя, упал сверху. Бедный эльф – мало того что его мощно приземлили, что само по себе болезненно, так я еще своим весом припечатал его к земле. У него выбило дыхание, вдобавок он потерял сознание. Странно, неужели они не владеют техникой борьбы? Там в первую очередь учат правильно падать. Когда научишься – отрицательный эффект от таких ударов об землю намного меньше…

Я удостоверился, что эльф без сознания. Перевернув его на живот, хотел взять один из ремней, лежавших у меня в рюкзаке, чтобы связать эльфу руки, и тут сообразил: шел-то я с рюкзаком и котомкой с оружием, а сейчас на мне ничего нет. Посмотрев в сторону, откуда прибежал, удивленно покачал головой. Рюкзак и котомка спокойно лежали на том месте, откуда я сделал свой рывок. А я и не помню, как скидывал их. Чудеса!

Чувствуя, что моего запала хватит ненадолго, я, пока адреналин играл в крови, быстро связал руки эльфу его же ремнем.

– Умник, – требовательно позвал я, – быстро отвечай! Ты можешь стереть из памяти эльфа события последних минут?

– Ник?! – встревоженно отозвался Умник. – А что произошло? Ты снова пропал, я перестал тебя чувствовать! Чую, что что-то происходит, а ты не отвечаешь!

Хм… А я и не слышал его. Надо что-то делать с Умником, чтобы он мог видеть происходящее вокруг, но это все потом…

– Умник, – с нажимом произнес я, – у нас мало времени! Я тут с эльфом подрался, он без сознания, а я не знаю, один он или нет. – Я внимательно сканировал окружающее пространство. – Мне надо, чтоб ты стер из его памяти последние минуты. А если получится, то и снял с него кое-какую информацию. Я не могу оставлять за спиной эльфа, который знает, что я здесь проходил!

О другом варианте – убийстве – я старался даже не думать. К тому же оно все равно оставит след.

– Думаю, что да, смогу, – неуверенно ответил Умник. – Надень на него браслет со мной, но сам его не отпускай, чтобы я не терял с тобой связь…

Я выполнил то, что просил Умник. Непонятно, однако. С таким сложным делом, как изменение моей информструктуры, он справился, а тут сомневается.

– Понимаешь, Ник («Задолбал уже своим «понимаешь», – мелькнуло у меня), там я возился достаточно долго, чтобы учесть все неприятные моменты, а тут ты просишь по-быстрому, – сказал Умник.

– Умник, для меня главное – время. Если не сможешь сделать это без последствий для эльфа, черт с ним, пусть будут последствия, но помнить он ничего не должен! Ты понял меня?

Мне стало плохо от своих же слов. Как представлю, что мне стерли память, а я еще начал гадить под себя или с катушек съехал, становится жутко… Да и эльф ни в чем не виноват – просто выполняет свою работу. «А служба погранца трудна и опасна, – пытался я себя успокоить. – Сам небось выбрал такую работу».

– Готово! – отозвался Умник через пару минут.

– Что ты с ним сделал? – спросил я, развязывая эльфа и пытаясь придать ему нормальный вид: разгладил одежду, заправил обратно ремень, усадил его на землю и прислонил спиной к дереву. Потом поставил рядом лук, всунул в ножны улетевший меч. Не поленился – сбегал поискать стрелу, но, к сожалению, не нашел. Выругался шепотом – надеюсь, не обратят внимания на ее отсутствие в колчане. По мере возможностей постарался замаскировать следы на месте стычки – измятую, а в некоторых местах и вывернутую из земли траву. Получилось плохо – если присмотреться, можно понять, что что-то не так. Ну ладно, понадеемся на русский «авось». Я махнул на все рукой после пятого прохода. Фигня, конечно, но что делать?

– Я воздействовал на участки мозга, отвечающие за «быструю» память. Кроме того, удалось снять кое-какую информацию без глубокого сканирования. Мне ведь не нужно было настраиваться на эльфа как на оператора моей системы. Поэтому глубокие пласты памяти не прочитаны, но зато и не разрушены. И тебе, я думаю, этого хватит.

«Думает он, видишь ли», – усмехнулся я про себя, продолжая заметать следы за собой, потихоньку уходя с места стычки.

– Потом расскажешь, – сказал я, как можно аккуратнее и незаметнее двигаясь в прежнем направлении.

Я уже почувствовал подступающий откат, который в конце концов и накрыл меня где-то метров через триста. Случилось это уже в тот момент, когда я вышел из леса. Да, здесь лес и заканчивался. Я прислонился к ближайшему дереву и сполз по стволу вниз. Руки и ноги были расслаблены и дрожали. Ничего, по своему опыту знаю, что минут через пять это пройдет. Такое всегда со мной случается, если неожиданно приходится драться. Правда, обычно, если я готов к ситуации, последствий подобного рода не бывает. А здесь уж очень быстро все произошло.

Расслабившись и отдыхая, я рассматривал открывающийся передо мной вид. Лес заканчивался как-то вдруг, будто провели черту – досюда растет, а дальше ни-ни. За лесом шла равнина, на которой местами рос кустарник, иногда деревья. Вдали (тут уже картинка была смазана – слишком далеко) угадывались горы. Я так понимаю, что дальше идут земли гномов. Хотя кто их знает, может, у них тут нейтральная зона организована. А пока в ближайшем окружении никого не видно. Только мелкие зверушки выдают себя инфракрасным излучением.

Слабый прохладный ветерок обдувал мое лицо. Боже, как приятно! Так и хочется сидеть и сидеть… Я поморщился, вставая, – до рассвета надо уйти как можно дальше. А до него осталась в лучшем случае пара часов.

Наметив примерное направление движения в сторону, где на расстоянии километра-двух угадывалась роща, я, подняв свой шест и закинув за спину скатку с надоевшим оружием эльфов, а также свой рюкзак, сначала медленно, а затем перейдя на свой обычный режим, побежал вперед.

Глава 2

Граница леса

Рощица оказалась очень удобной. Найдя кустарник, я забурился в него поглубже и, нарезав мягких ветвей, сделал лежанку. Удобно устроившись, хотел еще немножко поболтать с Умником, но накопившаяся усталость меня отключила. Из-за сбитого режима дня проспал почти до вечера. До темноты еще оставалось несколько часов. Я даже немного растерялся. В эльфийском лесу все было более-менее знакомо, чтобы уверенно передвигаться ночью. Но что творится ночью на этой территории, я не имел ни малейшего представления. Кроме того, я не так уж далеко отошел от эльфийского леса. Если эльфы прочухали, что случилось с их погранцом, могут и вдогонку отправиться.

Кстати, надо бы ауру разблокировать. Насчет последствий Умник зря стращать не будет. Уже привычно напрягшись, я снял блокировку и от неожиданности даже замер. Знаете, как бывает, когда выходите из комнаты с мощной шумоизоляцией? Неожиданно наваливаются даже не звуки, а общий шумовой фон. Так произошло и со мной. Я как будто стал ощущать что-то эфемерное вокруг себя. Мелькали какие-то чувства, явно не мои. Через некоторое время все устаканилось. Вроде бы особо ничего не изменилось, но как будто стал дышать полной грудью.

– Хм, – хмыкнул Умник после того, как я описал ему свои ощущения. – Ничего не понимаю! С тобой все не так. Ты должен был скопытиться, ан нет! Могу только предположить, что твоя вторая натура все это время пыталась пробиться через барьер, поставленный тобою, и, вместо того чтобы саморазрушиться, наоборот, тренировалась и усиливалась. Точно смогу сказать только после полного обследования твоей информструктуры.

– Сколько времени это займет?

– Отдельно, частями, что-то могу проверить за несколько часов. Полное обследование – день, два, может, больше.

– Хорошо, – ответил я, – ты давай в фоновом режиме постоянно отслеживай происходящие во мне изменения, если что – сообщай, лады?

Разговаривая с Умником, я подкидывал трофейные ножи в руках, пытаясь вспомнить и воскресить те мышечные ощущения, которые в свое время нарабатывал на тренировках. Балансировка ножей отличная, но я их пока еще не чувствую. Надо почаще тренироваться с ними. Вздохнув, я посмотрел на солнце. Через пару часов стемнеет. Наверное, надо выдвигаться в путь, хоть и не хочется. Снова эта проклятая неизвестность. Если раньше была цель – выбраться из леса, то теперь что? Попасть к гномам, понятно. Но как попасть? Просто прийти? И что им говорить? Кстати насчет говорить.

– Умник, я все забываю спросить, ты должен был вложить мне в голову знания языков тех типов, что приходили к тебе. Гномий язык там есть?

– Арах твар, – ответил Умник. Как ни странно, я его понял. «А как же». Круто, я аж покачал головой. Всегда хотел быть полиглотом, только раньше времени все не было. – Только он на пару тысячелетий устарел, я сейчас его обновлю у тебя в памяти. Повстречавшийся тебе эльф хорошо знает гномий язык. Да и эльфийский тоже надо бы обновить. Различия хоть и небольшие, но есть. Тебе вообще повезло с этим эльфом – кроме гномьего он неплохо владеет несколькими наречиями человеческого языка.

– Отлично! – обрадовался я. Хоть языковая проблема снимается. – А что еще ты узнал у эльфа?

– Да ничего особенного. Так, некоторые факты его жизни. На границе служит несколько лет. Конкретно про тебя, то есть нарушителя, ему ничего не известно. Наверное, эльфы не ожидали, что ты дойдешь до границы или что ты к гномам отправишься. У этого эльфа есть брат, сестра, родители. Вроде больше ничего особенного.

– Ну и ладно, – буркнул я, отправляясь в путь. Надеюсь, у него не будет особых проблем ни по службе – из-за меня, ни со здоровьем – из-за Умника.

– Умник, – вспомнил я уже на бегу, – ты так и не смог подключиться к радиоинтерфейсу моего бадди-компа?

– Нет. – Умник вздохнул. – Вроде бы теперь и понятно все: эти ваши радиосигналы, как они могут передаваться, их характеристики. Но вот не могу скоррелировать передающиеся данные с известными мне фактами, почерпнутыми из твоих книг.

– Жаль, жаль, – задумчиво протянул я. – Есть у меня одна мысль. Ты своих попыток разобраться не бросай, а пока попробуй такую вещь. Насколько я понимаю, ты хорошо отслеживаешь сигналы на небольшом расстоянии, и в то же время ты спокойно лазишь ко мне в мозги. Так вот: как ты знаешь, со своим бадди-компом я общаюсь через бесконтактный нейроинтерфейс. Попробуй перехватывать и анализировать сигналы бадди-компа, моего мозга и изменения, происходящие в мозгу при общении с компом. Может быть, в этом направлении что-нибудь накопаешь.

Некоторое время Умник молчал.

– А ведь может получиться! – наконец обрадованно заявил он. – А еще я наверняка смогу перехватывать сигнал от твоих органов чувств, а значит, видеть и слышать то же, что и ты! Ух ты! И как я сам не догадался?

– Давай-давай, – усмехнулся я на неожиданные эмоции Умника. – Только смотри, мозги у меня одни, ничего не испорть там.

– Что ты, что ты! – со всей возможной уверенностью произнес Умник. – Все будет хорошо!

Ну и ладно. Если у Умника получится, у меня будут дополнительные козыри в рукаве. В этом неизвестном мне мире лучше перестраховаться, чем потом сдохнуть от какой-нибудь незамеченной мною мелочи.

Нападение на караван

За следующий час я углубился в предполагаемую территорию гномов еще на десяток километров. Местность стала более холмистой. Тут и там попадались небольшие рощицы, в которых в случае чего можно укрыться, но в основном вокруг было открытое пространство. Через некоторое время я услышал неясный шум и временами – лязг металла. Я резко остановился, чтобы точнее определить направление звука. Он доносился откуда-то слева. С той стороны была только очередная роща. Что бы там ни происходило, это было явно за нею. Идти или не идти? Я неуверенно потоптался на месте. Проявление интереса не сулило ничего, кроме неприятностей. Но любопытство оказалось сильнее доводов разума, и я побежал в ту сторону, стараясь передвигаться по низине, между холмами. С приближением рощи шум становился все более отчетливым. Вот уже стали различаться крики и ругательства на гномьем и человеческом языках. Лязгающий звук разделился на отдельные составляющие. Неужели там идет сеча? Пробравшись сквозь небольшие заросли, я плюхнулся на живот и, осторожно выглянув, стал с интересом рассматривать открывшийся передо мной вид. Солнце еще не село и хорошо освещало местность.

Картина, что называется, маслом. На дороге стоял караван из десятка телег, запряженных лошадьми. Некоторые лошади были убиты. Другие стояли, нервно поводя ушами. Похоже, шум их не особенно волновал. Я слышал, что у нас на Диком Западе ковбои специально обучали лошадей не бояться выстрелов, может, и здесь так. С обеих сторон каравана, образовав две стены, стояли люди, прикрывшись метровыми щитами. Нет, наверное, это все-таки гномы. Их рост трудно отсюда определить, но вряд ли выше метра семидесяти. Расстояние от меня до них около ста метров. Дорога проходила между двумя рощами, из которых в гномов постоянно летели стрелы. То есть из моей рощи тоже стреляли, только поближе к каравану. Некоторые из защитников лежали на земле. В засаду, что ли, гномы попали? Место для засады выбрано очень удачно, но в таком случае непонятно, почему мало трупов? По логике вещей, при внезапном обстреле с такого расстояния нападающие спокойно могли перебить всех гномов. Неожиданно мое внимание привлек один гном, нет, все-таки человек – одет по-другому и выше ростом.

Он спокойно стоял впереди каравана, без щита, но вокруг него металлически отсвечивала сфера. Приглядевшись, я удивленно присвистнул. Это не сфера, просто мужик настолько быстро вращал парой мечей, что на лету сбивал стрелы. А их в него летело очень много. Видимо, нападающие не хотят сцепиться с ним в неминуемой рукопашной схватке. А она обязательно будет. Количество летящих стрел уже уменьшилось. А результат нападения я бы не назвал катастрофическим для защитников. Гномы мастерски ругались и иногда огрызались стрелами из… (вспомнив о компе, я дал увеличение) да, из арбалетов. Но арбалеты были не у всех, да и перезаряжают они их с трудом – одной рукой и ногой, вторая рука держит щит. Я понял, что это был за дробный металлический звук – стрелы отскакивали от гномьих щитов с характерным звуком. Стальные они, что ли? Это ж сколько они тогда весят? Я покачал головой. А там что? Я заметил, что на двух телегах были явно не воины. Гномы окружили эти телеги плотной стеной из щитов и прикрывали находящихся в них от стрел. В первой истуканом, в напряженной позе, сидел пожилой, судя по седой бороде, гном, смотрел в никуда и не шевелился. Остальных видно не было – они лежали пластом в телегах, прячась от шальных стрел.

Тем временем ситуация на дороге резко изменилась. Из обеих рощ выскочило человек тридцать – размахивая оружием, они бросились на гномов. Того мужика, что ловко орудовал мечами, нападающие избегали. Ему самому приходилось бегать за ними. Забавно выглядело. Я усмехнулся. Ничего удивительного: в схватке один на один ему просто не было равных. Рубил он их элегантно, и если бы не ужасная суть происходящего, можно было бы сказать, что красиво. Но в конце концов его подловили толпой и каким-то образом сумели выбить один меч, в результате чего мужик перешел в глухую оборону против пятерых противников. Гномы отбросили свои тяжеленные щиты, взяв взамен небольшие по размеру, и исступленно рубились, умело работая секирами. На телегу с гражданскими набросилось сразу с десяток человек, очевидно, там находилась их цель. Но гномы пока сдерживали напор. Из рощи, причем с моей стороны, все еще постреливали, но уже прицельно, стараясь не задеть нападающих. Я снова заметил, что чаще всего стреляли в мечника. Не знаю каким образом, но он, практически не отвлекаясь от своих врагов, разрубал или отклонял стрелы в воздухе. М-да… Не хотел бы я иметь его своим врагом.

Я мрачно смотрел на разворачивающееся передо мною действо, не зная, что делать. Вот влезу в местные разборки не на той стороне, и мне еще вместо «спасибо» по кумполу навернут. А как понять, кто прав, а кто нет? Вообще все это было очень похоже на классическое ограбление. Но с этой версией плохо вязались действия «разбойников» – около трети их уже полегло, но это их не останавливало. Обычные разбойники не стали бы даже ввязываться в борьбу, увидев, что их обстрел практически не принес результатов. Ведь что для разбойника главное? Налетел, сшиб, взял добычу – и тикать. А если жертва сильнее тебя или, по крайней мере, не уступает в силе, то глупо с этим связываться.

– Ник, – влез в мои размышления Умник, – я чувствую напряжение магического поля. Где-то рядом с тобой магичат.

– Понял, – пробормотал я, – а где точно, сможешь сказать?

– А как? Я ж ничего вокруг не вижу. Да и направление не могу показать, я же не чувствую, куда ты смотришь, только расстояние. Примерно в тридцати метрах от тебя.

Я почти не обращал внимания на Умника, завороженный происходящим. Толчком к принятию решения послужил детский или женский вскрик, раздавшийся в одной из телег, в борт которой воткнулась очередная стрела, очевидно пробив его. Я еще могу относительно равнодушно смотреть, как взрослые мужики убивают друг друга, но только не детей и женщин. Уже не раздумывая, я сбросил с себя скатку с оружием, взял шест в левую руку, вытащил нунчаки и бесшумно побежал в глубь рощи. К первому лучнику я подскочил сзади. Он был так увлечен разборкой, что не услышал моих шагов, посылая стрелы в сторону дороги. Пробегая мимо, я, не останавливаясь, приголубил его по вихрастому затылку нунчаками. Следующий стрелок успел обернуться на шум падающего тела товарища, но это ему не помогло. Он развернул-таки лук в мою сторону, когда я, подбегая к нему, прыгнул ногами вперед, перейдя в горизонтальную плоскость – надо мной вжикнула стрела, – захватил стрелка в ножницы и, развернувшись в воздухе всем телом и ударив левой рукой по земле, чтобы перебить инерцию покоя противника, практически перевернул его в воздухе. Еще не упав на землю, стрелок получил нунчаками по носу. Я только краем сознания отметил чавкающий хруст костей. Все, этот готов. А возможно, и навсегда, если кости проникли в мозг.

Где-то в стороне раздался крик. Еще не поняв, в чем дело, я перекатился в сторону. В то место, где я только что был, воткнулась стрела. Сообразив, что происходит что-то неожиданное у них в тылу, в мою сторону побежали несколько лучников, периодически приостанавливаясь и стреляя. Слава богу, роща – не чистое поле, прицеливанию и полету стрел мешают ветви. Те первые двое стояли на относительно свободном от деревьев участке. Не став ждать, пока меня нашпигуют стрелами, я упал на руки и по-крабьи быстро отполз в кусты, оставив отброшенный при прыжке шест. Потом, почти распластавшись по земле, быстро обошел трех подбежавших лучников. А эти поумнее – они бросили свои луки и держали в руках мечи. Хорошо, что заходящее солнце уже с трудом пробивалось сквозь листья и среди деревьев и кустов почти ничего не видно.

Один из противников, не заметив меня, присевшего за деревом, прошел рядышком. Остановившись, он оказался практически вплотную ко мне. Не вставая, я размахнулся и слева направо разбил ему нунчаками коленную чашечку и тут же, скрывая шум своего передвижения за истошным криком раненого, сделал полукруг метров в пятнадцать. Второй лучник осторожно, вглядываясь в кусты рядом с кричащим товарищем, двинулся в его сторону. Третий остался в стороне и наблюдал. А ведь второй ближе ко мне. Если начну с ним разбираться, третий его прикроет. Черт! Я не видел больше никаких вариантов действия, кроме того, который не гарантировал результат и который все еще терзал мою душу сомнениями. Ну ладно, раз ввязался в это дело, нельзя останавливаться на полпути. Вздохнув, я достал один из трофейных ножей, несколько раз подкинул в руке, тактильно вспоминая его балансировку, настроился, внимательно глядя на третьего лучника и прикидывая расстояние, затем вышел из-за дерева и метнул. Н-да… В который раз убеждаюсь, что без должной тренировки ничего нормально не получается. Метил я в верхнюю часть тела – попал в голову. Все-таки не рассчитал – нож ударил в висок не лезвием, а рукояткой. Но меня этот результат приятно удивил и обрадовал. Лучник резко дернул головой и, простояв мгновение, молча упал. Не теряя ни секунды, я метнул во второго лучника нунчаки и побежал к нему, набирая разгон. Услышав за спиной шум, он успел развернуться, но поделать уже ничего не смог. Нунчаки только краем задели его по лицу, заставив отшатнуться, в этот момент я и достал его в прыжке, впечатав пятку в район солнечного сплетения, а затем вырубив жадно глотающего воздух противника кулаком в лоб. Все, сотрясение мозга ему обеспечено.

Я выпрямился и прислушался к звукам. Бедняга со сломанным коленом все так же орал и мешал расслышать, что происходит. Я подошел к нему и усыпил несильным ударом по сонной артерии. Теперь стало понятно, что бой на дороге все еще продолжается. Всего-то и прошло времени с начала моих действий – пятнадцать минут. Я быстро собрал свое оружие и решил прочесать до конца рощу.

Осторожно пробираясь между деревьями, очень скоро неподалеку отметил группу людей по излучению мозговой активности, но сигналы сливались, и комп не мог точно определить их количество. Подобрался еще поближе. Ага, понятно. Четверо. Стоят неподвижно. И что мы тут делаем, господа? Я прополз немного вперед, раздвинул кусты и увидел, как тут работают маги. Там, где стояла эта группа людей, роща вдавалась внутрь, и на этом язычке, лицом к каравану, стоял относительно молодой человек в напряженной позе с направленными в сторону каравана руками и не шевелился. По его лицу тек пот. Я чуть приспустил очки – а так не видно. «Интересно, как это комп прочувствовал пот на лице у мага?» – мелькнула совершенно ненужная в данной ситуации мысль. Его окружали трое вооруженных мечников, мечи которых, правда, висели в ножнах. Наверное, охрана. Я бы сказал, что охрана плохо выполняла свою работу. Все трое с интересом глазели на происходящее у дороги. Лишь один из них иногда посматривал и за спину. Странно, неужто они не слышали, как я разбирался с лучниками? С другой стороны, поди отличи крики среди такого гомона и шума. Итак, что мы имеем? Нападение на караван – раз. Караван еще не взят, несмотря на наличие у нападающих мага, – два. Три: я уже влез в это дело, и отступать поздно. Если победят нападающие, по-любому потом будут разбираться, кто это покалечил их лучников…

Я вздохнул. Опустив голову на землю, расслабился и попытался снова войти в транс. Предстоящая стычка будет посложнее, нутром чувствую. Здесь мне противостоят сразу три воина, явно не из последних, судя по тому, что они приставлены охранять ВИП-персону – мага. Их по кустам, по одному, не изловишь.

Сначала ничего не получалось, всякие мысли толкались в голове и мешали медитировать, да и сердце стучало, как бешеное. Я попытался вспомнить и прочувствовать то состояние, которое возникло у меня в первой стычке с эльфом. Нет, не то. Мысли растерянно заметались, пока наконец не скакнули к тому небольшому камню, на котором я проводил расчеты модели магии и где танцевал с шестом. Вот оно! Почти мгновенно я провалился всеми чувствами в тот танец. Почему-то сейчас я вспомнил каждое движение, каждый вздох, каждый лучик света, иногда замирающий на моей щеке. Чувство умиротворения потихоньку стало проникать в меня из этих воспоминаний, а мысли – рассасываться, иногда пытаясь прорваться обратно в черепушку, но проигрывая вливающейся в меня силе. Что-то там забормотал Умник.

Я же ни на что не реагирую… не реагирую… Я спокоен, как гора, простоявшая тысячу лет… Гибок, как ветвь ивы, по которой течет живительный сок земли… Легок, как пушинка народившегося птенца… Текуч, как вода… Стекающая с вершины горы и в теснине превращающаяся в мощный поток… КОТОРЫЙ СМЕТАЕТ ВСЕ НА СВОЕМ ПУТИ!

Я совершенно бесстрастно вижу со стороны, как одним движением поднимаюсь на ноги и просто вытекаю на поляну. Останавливаюсь. Меня замечают. Тот, бдительный, криком предупреждает своих товарищей. Они выхватывают мечи и бросаются ко мне. Третий остается на месте. Маг ни на что не обращает внимания. Я не шевелюсь. Стою, как дерево, вросшее корнями в землю. Двое подбегают. Один чуть впереди. Пинком отправляю нижний конец шеста ему в пах. Попадаю. От неожиданности он отпрыгивает и сгибается, но ненадолго – пах прикрыт кожаным доспехом. Я уже кручу шест, вплетая свой танец в движения противников. Их мечи пытаются достать меня, но разве можно уколоть тоненькую ветвь ивы, раскачивающуюся на ветру? Или разрубить воду, раздающуюся в стороны под напором клинка? И уж никакой меч и никакая голова не выдержит, если на нее наступит гора.

Оглядываюсь. Двое лежат в странных изломанных позах. Третий метает в меня один за другим три ножа и сам бежит следом, раскручивая мечом восьмерки. Плавно ухожу с траектории движения ножей, не обращая на них особого внимания. Последний из противников движется очень ловко. Еле успеваю уходить с траектории движения меча или подправить его своим шестом. Меч что-то яростно пытается мне доказать. Я не понимаю. Долго не могу настроиться в унисон его красивому полету. Наконец попадаю в ритм. Душа поет. Меч врага и мой шест поют дуэтом. То они сталкиваются в воздухе, как бойцовские петухи, то шипят друг на друга, словно мартовские коты, то легкими, быстрыми касаниями друг о друга выбивают какую-то веселую, разудалую мелодию. Несколько раз сдерживаю финальный удар, не в силах прервать красоту песни и танца. Но меч начинает выбиваться из ритма. Я внутренне морщусь, пытаюсь поправить его. Но он уже не откликается на мои заигрывания. Не в силах терпеть диссонанс, заканчиваю песнь. Открываю глаза. Противник, практически распластавшись на моем шесте, только начинает свое движение вверх от удара в паховую область. Я нахожусь в полуприсяде, левая нога вытянута вперед, параллельно шесту, сам смотрю чуть в сторону от противника, который наконец отлипает от моего шеста, переворачивается в воздухе, падает и больше не шевелится. Но он мне уже неинтересен. Он не справился, испортил песню. Оглядываюсь. Маг все так же стоит, ни на что не обращая внимания. Мне надо что-то у него узнать. Что-то понять. Или не мне? Оказываюсь перед магом. Стою и смотрю на него. От него исходит мощный поток энергии. Я стою на ее пути и чувствую, как она меня наполняет. Ощущаю энергию, как мощный поток ветра, дующий мне в лицо. Приятно. Я улыбаюсь.

Атрил – маг нападающих

Маг третьей ступени, Атрил, изгнанный в свое время из академии за проведение запрещенных экспериментов в магии, уже несколько лет работал на определенный круг богатых и влиятельных людей, выполняя за хорошую плату некоторые сомнительные поручения. Вот и сейчас, несмотря на то что планируемую акцию с полным основанием можно было бы назвать бандитизмом, он согласился. Плата того стоит – ему необходимы деньги на проведение магических исследований, а это занятие недешевое. Сначала все шло, как и планировалось. Караван гномов спокойно въехал в ловушку. Магу не зря платят. Так искусно скрывать под магическим пологом целый отряд не всякий сможет. Первый магический удар по каравану, как и предполагалось, приняли на себя защитные амулеты гномов, дав несколько секунд гномьему магу на то, чтобы вступить в бой, а затем разрушились.

Гномы были оставлены без магической поддержки, так как их магу пришлось отражать магические атаки, направленные непосредственно на него. Но простые гномы – уже проблема наемников. Теперь главное – додавить гномьего мага или как минимум удержать его от помощи своим. Когда с гномами будет покончено, его просто прирежут, как свинью. Атрил усмехнулся. А гномик-то не слабым магом оказался. Но тем даже интереснее. И, отбросив все мешающие мысли, Атрил отдался магическому бою.

Все шло хорошо. Хоть маг гномов оказался достаточно сильным, но против некоторых приемов-заготовок, разработанных самим Атрилом, просто не смог ничего поделать. Осталось совсем немного, чтобы додавить его, когда неожиданно энергия, исходящая от Атрила, стала всасываться во что-то, вставшее на пути между ним и гномом. Маг почувствовал, что вмешался кто-то третий и все преимущества, полученные в битве, вот-вот пойдут насмарку. Атрил послал в возникшую помеху энергетический сгусток определенной структуры, оставленный про запас (еще не проверенная в бою последняя разработка), – он сам наводится на объект и высасывает магическую энергию противника, которую потом может использовать хозяин заклинания. Но сгусток также всосался в эту преграду, и ничего не изменилось. Вот тут Атрил по-настоящему испугался, концентрация стала расползаться, как старая ветошь в руках. Атрил почувствовал, что маг гномов воспрянул и стал вырываться из его энергетических тисков. Атрил открыл глаза. Перед ним стоял человек с черной полосой вместо глаз. Стоял и спокойно улыбался. Вдруг его глаза, вернее, один длинный глаз на все лицо загорелся нестерпимым светом. От ужаса Атрил почувствовал, что не может вздохнуть. Легкие еще пытались втянуть живительный воздух, но мышцы не слушались. Маг почувствовал, как сердце перестало биться, и, уже уплывая куда-то вдаль, успел заметить, как на лице этого странного человека появилось удивленное выражение.

Схватка

Ник

Маг открывает глаза. Глаза прорисованы компом очень четко. Но почему-то мне надо посмотреть в его живые глаза, мне нужно что-то спросить у него. Подчиняясь моему мысленному приказу, бадди-комп включает светоизлучающую полоску яркого света на очках. Глаза мага широко раскрываются. Я вглядываюсь в них. Почему-то в них плещется ужас. Я не понимаю почему. Глаза мага закатываются. Излучение его мозга затухает. Он мертв. До моих ушей сзади доносятся звуки боя. Я разворачиваюсь и смотрю. Гномы начинают выигрывать. Дедок, сидевший раньше истуканом, а сейчас поддерживаемый ребенком, иногда приподнимает руку в сторону противника, после чего тот, истошно воя, начинает кататься по земле. Но силы старичка явно на исходе. Нападавших, впрочем, как и гномов, гораздо меньше, чем вначале, но бьются все так же неистово. Мечника гномов не видно. Положив шест на правое плечо, я спускаюсь к каравану. Мысли начинают возвращаться. Все, я выплыл из того полного транса, что на меня накатил. Уже могу оценивать ситуацию. Но чувствую, что это состояние ничем не хуже полного бессознательного транса – я по-прежнему готов реагировать на любую опасность. И теперь это чувство полностью подчинено мне. Я знаю, что в сложной ситуации не запаникую и адекватно смогу реагировать на опасность, и возможная смерть противника меня теперь не ужасает. Своей сущностью я принял правила игры этого мира.

Я улыбнулся. Эйфория и энергия просто переполняют меня. Остановился. Сунул пальцы в рот и залихватски свистнул, привлекая внимание.

И, все так же улыбаясь, выдернул левой рукой нож из ножен и отправил его в бросившегося ко мне разбойника. Нож глубоко, по самую рукоятку, вошел ему в горло. Я прислушался к себе. Нет, смерть врага уже не вызывает ужаса. Нет, не так. Не врага, а просто того, кого я не считаю достойным жить. Всякую мразь. Я снова улыбнулся. Эх, щас споем! И станцуем! Уж очень мне понравилось танцевать с грамотным противником. Наверное, только музыка действует на меня так всепоглощающе и вызывает неземной восторг. Крутанув шест с плеча, я зажал один его конец под мышкой и побежал в толпу дерущихся.

Глава 3

Дворец короля в столице светлых эльфов

Торвин Трин’х Васар

Как только Торвин вернулся во дворец, ему сразу передали, что король Лаурин желает его видеть. Торвин вздохнул. Новости неутешительные. Пожалуй, давно он так не подводил отца. Да и Эль чуть ли не впервые провалила порученное дело. Как еще на ней это скажется? Только бы глупостей не натворила.

Все это Торвин обдумывал по пути в кабинет отца, куда отправился, даже не сменив одежду и не освежившись с дороги. Слуги резво разбегались, определяя чутьем, натренированным годами, что наследник не в духе, хотя внешне это никак не проявлялось. Подойдя к двери кабинета, Торвин почувствовал, как магическая защита просканировала его, признала своим и имеющим доступ в любое время суток. Дверь сама открылась. Отец сидел за рабочим столом и что-то читал. Не отрываясь от своего занятия, он кивнул Торвину и жестом указал на кресло около столика с напитками. Торвин молча сел и задумчиво стал разглядывать отца. Тот отлично выглядел, впрочем, как всегда. Несмотря на свой возраст, он по-прежнему считается лучшим мечником эльфов. Последние несколько сотен лет никому и в голову не приходило оспаривать этот титул. И хотя Торвин и сам владел мечом так, что не имел среди эльфов конкурентов, но и он очень сильно сомневался в своей победе, случись ему драться с отцом.

Наконец Лаурин отложил в сторону бумаги, подошел к столику и, усевшись напротив Торвина, налил обоим легкого тонизирующего напитка.

– Ты когда в последний раз был в землях людей? – неожиданно для Торвина спросил отец, откинувшись на расписную спинку кресла. Сын удивленно посмотрел на него. Он ожидал совсем другого вопроса.

– Пару лет назад, когда ездил с твоим поручением к их королю.

– А у дроу и гномов?

Интересно, что задумал отец?

– У дроу – с полгода назад. У гномов давненько не был.

Отец задумчиво покивал.

– Ну рассказывай о нашем чужаке.

У Торвина сложилось впечатление, что отец в курсе происходящего (интересно, откуда?) и уже выработал какие-то планы.

– Как ты наверняка уже знаешь, чужака мы упустили.

– Ты хочешь сказать, упустила Эль?

Торвин поморщился:

– Эль тут ни при чем. Уверен, на ее месте никто бы не справился. Слишком много непонятного.

– Например?

– Начнем с того, что на чужаке оказалась магически преобразованная одежда, причем такого уровня, что стрела из лука в упор ее не пробила. – Торвин замолчал, дав королю время осмыслить эту информацию. Укрепление одежды магией используется не сказать чтобы часто, но бывает. Слабая распространенность такого способа защиты связана с тем, что магу нужно потратить на это много времени и сил. Слишком сложное плетение энергетических каналов, да еще необходимо внедрить самоподзаряжающийся источник энергии, чтобы это плетение долго держалось. Особая сложность заключается в том, чтобы правильно сплести энергетический каркас, внедряемый в ткань. Для этого необходима филигранная точность, а главное, терпение.

Лаурин задумчиво покивал. Затем спросил:

– А зачем вообще понадобилось стрелять в него? Рейнджеры ведь обучены захватывать в плен любого противника, вплоть до магов. Или сейчас уже этому не учат? – Он вопросительно посмотрел на Торвина.

– Да нет, – снова поморщился Торвин, – чужак просто спровоцировал этот выстрел. Сам ведь знаешь, как мы относимся к тому, когда нас рисует кто-то, кроме самих нас. А у него на сумке была изображена эльфийка, причем в позорящем нас виде. Вот Эль и не удержалась.

– Хм… Тем не менее, похоже, необходимо пересмотреть методы тренировок. На мой взгляд, в данной ситуации рейнджеры проявили вопиющую несдержанность. Продолжай.

Торвин только кивнул – бедные будущие рейнджеры! Он знал своего отца – тот слов на ветер не бросает. Значит, академию рейнджеров вскоре ждут некоторые методологические потрясения.

– Ну а дальше есть еще два странных факта. Во-первых, он как-то сумел усыпить рейнджеров. – При этих словах король улыбнулся. Судя по всему, эти рейнджеры скоро станут, если уже не стали, посмешищем. – Во-вторых, он умеет блокировать свою ауру, в результате чего они потеряли его след.

– Маг?

– С одной стороны, вроде да. С другой стороны, сильный маг не стал бы бегать от рейнджеров, а сразу запутал следы так, что они бы на него просто не вышли. Или бы дал бой, как только его обнаружили. Он же, похоже, сначала просто испугался и дал деру. Маг бы так не поступил. Сам знаешь, у большинства сильных магов на подсознательном уровне вырабатывается механизм немедленного бессознательного ответа на любую агрессию. А уж потом они начинают осмысленно реагировать. А здесь явное несоответствие между проявленными способностями мага и его поведением. – Торвин замолчал.

– Надеюсь, Эль не пострадала, когда чужак их усыпил? – ухмыльнулся отец.

«Все-таки знает! Интересно, кто его источник информации? Надо будет перетрясти свой штат», – подумал Торвин, а вслух сказал:

– Пострадала ее гордость. Чужак, похоже, просто издевался над ними. Рейнджеров раздел, оружие и припасы забрал. Эль не тронул, но оставил ей букет цветов. Не знаю, владеет ли он нашим искусством составления букетов и знает ли смысл каждого цветка, но букет был составлен из эйринов.

Тут отец откровенно заулыбался. М-да, ситуация-то действительно забавная. Противник, которому в интересное место пустили стрелу, дарит стрелкý букет цветов, означающий выражение искреннего восхищения.

– А чужак-то с юмором, – весело сказал король, но тут же посерьезнел. – Итак, подведем итог. Чужак прожил на нашей территории несколько месяцев. Причем время его появления примерно совпадает с моментом нанесения урона нашему лесному массиву. Дальше. Он побывал на Горе Бога. После этого играючи уходит от рейнджеров, показывая хорошую физическую подготовку и магические приемы. И больше его следов не обнаружено. Так? – Лаурин вопросительно посмотрел на сына.

– Оружие мы нашли, правда не все. Кое-что он забрал с собой. В том числе меч Эль. Судя по тому, что спрятано оно было в северном направлении относительно последнего места встречи, он мог отправиться к дроу. Похоже, нарушитель – человек предусмотрительный, к людям не пошел.

– Что за меч был у Эль, надеюсь, не фамильный? – поинтересовался Лаурин.

– Да нет, обычный походный. Правда, хороший и с нашим фамильным клеймом, Эль к нему привыкла, и ее бесит, что отобрали любимый меч.

Лаурин только махнул рукой:

– Пусть это послужит ей уроком. Нельзя недооценивать противника. Даже если он выглядит слабым.

Торвин только приподнял бровь. Похоже, сейчас и ему был преподан урок, так сказать, на примере из жизни.

– Что будем делать? – спросил он.

Отец, задумчиво прихлебывая напиток, смотрел в окно на цветущий сад.

– Во-первых, безусловно, необходимо дать инструкции нашим агентам у людей, дроу и гномов. Пусть отслеживают всех приезжающих людей. Разослать описание чужака и слепок его ауры. Дальше. Мы с тобой вдвоем отправимся на Гору Бога. Посмотрим, что там к чему.

Торвин удивился. Ведь отец сам говорил, что там пропало немало магов. Лаурин бросил быстрый взгляд на Торвина и, видимо, догадался, о чем тот думает.

– Не беспокойся, мы просто посмотрим. Никакого могущества искать не будем. Ничего трогать не будем. Остался же чужак в живых. Может, гробница уже потеряла свои свойства. Надо проверить. Не дает мне покоя это неожиданное появление чужака, его присутствие на Горе Бога и проявленные им магические способности. Однако привлекать других эльфов не будем. Так что собирайся. День тебе на отдых.

– А что делать с Эль? – спросил Торвин, уже поднявшись из кресла.

Отец задумчиво побарабанил пальцами по столу.

– Думаю, ей пора уже выходить в свет и знакомиться с нашими соседями. Пусть сначала съездит к дроу и покрутится у них при дворе. Пусть влезет в какие-нибудь интриги. В общем, отвлечется.

– А это не опасно для нее? – обеспокоенно спросил Торвин. – Все-таки дроу, мало ли что им в голову придет.

– Не беспокойся, я лично попрошу его величество Тринхарта проследить, чтобы ничего не случилось. Все-таки за ним должок. Помнишь, лет тридцать назад мы так же пустили его сына к нам во дворец и с теми же намерениями – чтобы пообтерся в умеренно враждебной обстановке.

Торвин кивнул – с сыном короля дроу он даже подружился. У них нашлось много общего. Со своей стороны, пожалуй, стоит и его попросить присмотреть за сестренкой, а то натворит глупостей, потом не расхлебаешь.

Уже стоя у выхода, Торвин повернулся к отцу:

– Пап, а вообще тебе не кажется, что происходит что-то слишком странное? Не грядут ли неприятные события на наши головы?

Лаурин молча смотрел на своего сына, точно ухватившего носящиеся в воздухе флюиды ожидающихся непонятных, а возможно и неприятных, событий. И ничего ему не ответил.

Ник

Я неожиданно очнулся. Шевелиться совсем не хотелось и не моглось. Сквозь опущенное веко правого глаза пытался пробраться наглый солнечный лучик. Хм… странное состояние. Чувствую себя разбитым кувшином, который склеили тяп-ляп.

«Ник! Ну наконец-то ты очнулся!» – Радостный вопль Умника громом загремел в голове, отражаясь от стенок черепа и возвращаясь эхом.

«Тссс… Тише! – Я мысленно поморщился. Умник замолчал. – Что случилось? Почему у меня такое чувство, будто меня пропустили через мясорубку?»

Я действительно вдруг почувствовал блуждающие боли по всему телу. То нога заболит и тут же пройдет, а заболит уже где-то в животе, то рука заноет. И так постоянно. Боль возникала в самых неожиданных местах и так же неожиданно пропадала.

«Странно, а голова работает четко», – продолжал я анализировать свое состояние.

«Ха! Он еще спрашивает, что случилось! – возмущенно закричал Умник, но тоном все-таки пониже. – Это я должен спросить, что случилось. Ты понимаешь, что, если бы не я, тебя бы уже не было? НЕ БЫЛО!»

«Вот как?» – задумался я.

А что, собственно, произошло? Я напрягся, и тоненьким ручейком потекли воспоминания. Вот я разбираюсь с лучниками. Да, неплохо получилось. Но действовал на грани фола. А вот здесь я уже дерусь с охранниками мага. Странно. Я, конечно, неплохо махаюсь, но здесь просто что-то невообразимое для меня. И, что странно, я не ощущаю себя в тот момент. Вот до того момента помню все мысли, переживания и принимаемые решения, а тут – нет. Как будто со стороны смотрю картинку. Вот здесь: на фига меня потянуло на мага посмотреть? И именно ему в глаза? А если б он меня завалил? Или вот это чувство эйфории? Откуда? Может, я скрытый берсерк? Хотя нет, они в битве испытывают ярость, а мне было весело, хорошо и спокойно. Даже слишком весело и хорошо. М-да… Вот я убиваю разбойника ножом. Сожаления не чувствую. Нет, сожаление есть, нет раскаяния. Я задумался. Я тут как-то изменился. Точно! Изменилось мое отношение к убийству! Все эти вбиваемые в меня с детства либерастические и дерьмократические принципы о ценности КАЖДОЙ жизни, до сих пор процветающие на Земле, подобно зарослям лопухов, удобряемых всяким дерьмом для лучшего роста, не выдержали испытания действительностью. Я даже заволновался, не стал ли я по натуре убийцей? Для пробы представил, как перерезаю ножом горло ребенку, и аж передернулся. И тут же зашипел от усилившейся из-за неловкого движения боли. Фух! Слава богу. Похоже, это просто внешняя шелуха культуры, в которой я воспитывался, кое-где обсыпалась. Надеюсь, ее обсыпание не будет катастрофичным для моего «Я».

Ладно, что там дальше было? Я поморщился, вспомнив. Никогда особо не любил смотреть даже по видео массовую резню, а тут сплошная масакра, хорошо хоть больше никого не резал, только палкой махал. Но помню эйфорию, охватившую меня, когда я врезался в толпу. Вот кого-то сбиваю с ног ударом шеста под колено – упавшего приканчивает гном. Вот какому-то разбойнику вбиваю тычком шеста зубы внутрь, тут же получаю больнющий удар в спину. Зачарованная майка держится, но чувствую, как хрумкает ребро в месте удара. Я как будто не ощущаю боли – не оборачиваясь, круговым движением с перехватом наношу удар назад. Попал. Делая подсечку уже другому противнику, краем глаза замечаю, что напавший на меня сзади падает, от моего удара у него лопается кожаный ремешок под подбородком, и шлем отлетает далеко в сторону. Вот отражаю шестом нападение сразу двух противников, сбивая их мечи в стороны. Проскальзываю между ними, попутно одному из них ломаю колено ударом стопой, второму втыкаю палец в глаз. Дальше какое-то время кручусь, пробираясь к телегам с гражданскими, по пути заработав несколько порезов на открытых частях рук и пару раз получив мечом по ноге и в бок. Добравшись, помог защитникам, хотя они уже и сами теснили разбойников, потом, отвлекшись на появившегося откуда-то сбоку противника, пропустил удар сзади по голове. А дальше – мрак и тишина. Ну если я жив, значит, не мечом получил. И то ладно. Потом все-таки надо будет внимательно рассмотреть запись. Память памятью, а реальное видео – это другое.

«И чего всполошился, ведь жив же, – подумал я и добавил: – Вроде».

«Всполошился, говоришь? – воскликнул Умник и надолго замолчал. – А что мне делать, если ты умрешь?» – наконец совсем тихо проговорил он.

Вот те раз!

«Мне же интересно с тобой. Вначале я просто копировал эмоции и чувства, чтобы тебе легче было со мной общаться. Но у меня сложная самоорганизующаяся структура, а внешних носителей нет, чтобы отдельно хранить эмоциональную матрицу. А она достаточно сложная. Вот и пришлось интегрировать ее в основную память. А ведь мое внутреннее устройство не такое, как у ваших компьютеров, – у меня практически нет разницы между памятью и процессором. Моя структура постоянно меняется и самоорганизуется под воздействием внешних факторов и для решения вновь возникающих задач. Вот так-то вот. Теперь то, что было заложено в матрицу, стало моим «Я». А ты говоришь: всполошился. На этой планете ведь, кроме тебя, со мной никто не сможет полноценно общаться».

Умник замолчал.

М-да… А вот те два!

«Извини, Умник!» – Я растрогался.

Это что же получается? Он теперь – практически живое существо? Мне вспомнился примитивный тест Тьюринга. А ведь Умник его пройдет одной левой. Вот. Теперь мне придется нести ответственность еще и за него, то бишь заботиться, как о живом существе… Ну что же, не худший из вариантов. А вообще это круто, такой комп – и только мой!

«Ну ладно, Умник. Расскажи свою версию событий».

Боли меня продолжали мучить, но информация все-таки поважнее будет. Если до сих пор не умер – еще потерплю.

«Ну сперва, как я почувствовал, что ты стал активно двигаться, вроде все было относительно нормально», – начал он.

«Постой! Ты же вроде раньше не чувствовал, что я делаю?»

«Ну ты же попросил меня постоянно мониторить твое состояние, – напомнил мне Умник наш разговор. Кстати, он сказал «попросил», а не «приказал». Прикольно. Ведь в тот момент я именно отдавал команду, то есть приказывал. – Вот я и сделал себе постоянный контакт с твоей информструктурой и мозгом. Я ж еще пытаюсь решить проблему коннекта с окружающим миром через тебя».

«Умник, все-таки ты – тормоз, – улыбнулся я. – В таких сложных ситуациях ты ведь вполне можешь создавать свой магический глаз, чтобы определиться».

«Сам ты тормоз. – Он сделал вид, что обиделся, но я каким-то образом понял, что обиделся он не всерьез. – Я так и сделал, сам сообразил, но уже потом. Просто у меня ни на что не осталось времени, когда ты пропал».

Я уже догадался, когда это произошло – тот непонятный транс.

«Продолжай».

«Ну в общем, ты пропал, а кто-то появился, и этот «кто-то» действовал как слон в посудной лавке. Вернее, действовал ты, но сигналы высшей деятельности мозга контролировались другим».

«А почему как слон?»

«Да потому что твоя информструктура стала просто расползаться из-за инородного типа энергии».

«Что, там еще и левая энергия присутствовала?» – Не знаю почему, но это нагромождение фактов стало меня забавлять.

«Ага, эта сущность стремилась через тебя что-то сделать. А с нею в тебя вливалась энергия, к которой твой организм не был адаптирован. Если твоими терминами: другого формата. Частично она все же всасывалась тобою, наверное, немного успевала перерабатываться. Я не понял как – надо будет еще посмотреть. Вот все и начало рушиться – обычные внутренние энергопотоки стали отказывать. Ты знаешь, что твое сердце билось замедленно? С десяток ударов в минуту. А ты тем не менее двигался очень быстро – насыщение мышц энергией происходило напрямую, из того источника. Я пытался что-то делать. А один раз сердце даже встало – я его запускал. Но это случилось после того, как ты потерял сознание: ты совсем перестал двигаться, и мозг почти потух. А чуть раньше я не мог пробиться через эту чужую энергию к твоему энергозапасу. Я ведь сам, без энергии, ничего не могу. Хорошо хоть в один прекрасный момент ты начал откуда-то впитывать привычную магическую энергию, вот тут я ее и перехватил. В общем, через некоторое время эта сущность исчезла, ты еще продолжал активно двигаться, а я просто ужаснулся повреждениям, нанесенным твоей информструктуре, ауре, да и вообще всему организму».

«Так, стоп! Дай мне переварить». – У меня просто голова пошла кругом.

Ни фига себе! Сходил за хлебушком, помог людям! Это какая же хрень в меня вселилась?

«Как ты думаешь, кто это мог быть, а? Может, боги шалят?» – спросил я.

«Да нет, – уверенно ответил Умник. – Не забывай, откуда я – знаю я всех этих богов как облупленных. Вернее, что они из себя представляют, что могут, что не могут и как обычно действуют. Как правило, они вселяются через энергопотоки, связывающие человека с астралом, ну… хм, где-то в твоей литературе я встречал упоминание чакр, вроде похоже. Ну и, естественно, вреда их вселение практически не приносит – они действуют аккуратно и в нужном формате. А в тебя эта сущность влезла одновременно через все твои связи с окружающим миром. Я такого раньше не видел, по крайней мере, не нахожу ничего похожего в своих урезанных воспоминаниях».

«Через мои связи с миром… Насколько я понимаю, с внешним миром я контачу через ауру?»

«Совершенно верно. Есть еще недоразвитые связи с информсетью, но оттуда ничего не лезло».

«Так, ладно. Зайдем с другой стороны. Как эта сущность относилась ко мне? Положительно или отрицательно?»

«Если судить по возбуждению участков мозга, отвечающих за радость, умиротворение, интерес, ожидание чего-то и прочее, относящееся к позитивным эмоциям, – то положительно. Ведь, по сути, это был уже не ты, значит, и эмоции испытывала эта сущность».

«Ну да, как же, не я. Я их вполне осознавал. Правда, сейчас понимаю, что это было нетипично для меня. Вообще-то и радость бывает разная. Убийца тоже радуется, когда из тюряги выходит».

М-да… Все интереснее и интереснее.

«Ну так вот, – продолжил Умник. – Непосредственно перед тем, как эта сущность пропала, она, похоже, испытала недоумение, испуг и что-то в этом роде. Точно утверждать не берусь. А потом исчезла».

«А я никаких отрицательных эмоций не почувствовал. Ты или гонишь, или что-то недоговариваешь», – обвинил я Умника.

«Вот еще! – обиделся он. – Я тут ему распинаюсь, как героически сражался за его жизнь, а он меня еще в чем-то обвиняет. Вот отключусь щас от тебя – будешь знать!»

«Ладно, ладно, шучу я. – Я ничуть не поверил в его угрозы. – Что дальше?»

«А что дальше? Дальше я вкалывал, как папа Карло… Кстати, а кто такой папа Карло? Он упоминается в сборнике анекдотов именно в таком контексте, он что, какой-то деятель, известный своим трудолюбием?»

Я чуть не заржал. Ну да, сказки-то у меня на компе отсутствуют. Хотя хрен его знает, может, и есть, я ж в свое время не глядя, почти чем попало, забивал бездонный винт только что купленного субноута, и то еле-еле половину емкости заполнил. А у Умника в данный момент нет связи с субноутом, вот и спрашивает – любитель собирать информацию.

«Потом объясню. Ты не отвлекайся. – Я снова поморщился от стрельнувшей боли в спине. – Слушай, ты можешь отключить мне болевые центры? А то достала уже эта боль».

«Не-а, – как мне показалось, злорадно произнес Умник. – И так все едва приходит в норму, если отключу – восстановление пойдет медленнее».

Вот гад! А мне мучайся. Ну усыпил бы меня на срок восстановления. Хотя… Я ж еще не знаю, что со мной и где я.

«Ну так вот, – продолжил Умник. – Дальше говорить особо не о чем. Аура разорвана вдрызг. Судя по всему, ты сейчас должен испытывать постоянную боль в различных частях тела. Информструктуру я удержал, подпитываю ее запасенной тобой энергией. В восстановление ауры не вмешиваюсь – этим занимается информструктура. Восстановил энергоканалы. В некоторых частях тела, судя по отсутствию прохождения сигнала, перегорели нервы. Пока не вырастут новые, некоторое время кое-где не будет тактильных ощущений. Или некоторые мышцы могут не работать. Хорошо хоть, что нервы, связанные с внутренними органами, остались целы. Тут бы уже ничто не помогло. Вот такие дела».

Чем больше Умник перечислял, тем хуже и хуже становилось у меня на душе. Эх я наивный! Знал же, что за все надо платить. А тут радовался неожиданно возросшим физическим способностям.

«А разве нервы могут расти?» – мрачно поинтересовался я.

«Могут, могут, – успокоил меня Умник. – По крайней мере, я этот процесс контролирую и направляю. Можешь радоваться: еще несколько дней – и будут у тебя новенькие нервы. Как только аура под действием информструктуры примет первоначальный вид, этот процесс пойдет еще быстрее. Ты ведь помнишь, что не только аура отражает состояние организма, но и наоборот?»

«Сколько времени понадобится для восстановления?»

«Если без эксцессов, то около недели».

Фуф! Слава богу! Я уж думал, что с такими проблемами я на пару лет инвалидом стал.

«Кстати о времени: сколько я уже в отключке?»

«Три дня, два из них мы едем с гномами».

«Как – три дня? Куда едем? А мои вещи? А мои трофеи?!» – завопил я.

«Хе-хе, – хитренько так засмеялся Умник. – Что, жалко стало?»

«Конечно, жалко! – возмутился я. – Это ж мой НЗ на черный день! В рюкзаке эльфийские деньги, оружие! Да оно одно нехилых денег стоит! На что я жить-то буду?»

Я задергался и зашипел от тут же возросшей боли. И вдруг почувствовал, как на мой лоб опустилась прохладная ладошка, и боль чуть отпустила.

– Тише, тише, – успокаивающе и мягко проговорил звонкий девичий голосок. Мне показалось, он донесся извне.

«Умник? – От неожиданности я просто офигел. – Снова твои фокусы?»

Умник хмыкнул:

«Успокойся. Это, насколько я понял, помощница мага. Не волнуйся. Она в меру своих сил лечит тебя. Надо сказать, ее действия оказывают благотворное влияние на твой организм».

Открыть глаза мне так и не удалось. Ну и ладно. Наверное, еще не время. Интересно, если гномы меня не бросили, то почему сам маг не полечил меня? Или впадлу?

«Да не дергайся ты! – рассердился Умник. – Маг еще сам после той драки оклематься не может. Все-таки пожилой человек. Тьфу, гном. Он почти полностью истратил свой запас энергии».

Я успокоился. Все равно сейчас я как младенец – что хочешь делай со мной, даже не пошевелюсь.

«Так что там с моими пожитками?» – спросил я, прикидывая противный вариант возвращения за ними, как только выздоровею.

«Да тут они, успокойся. Лежат рядышком с тобой. После того боя гномы, разумеется, обследовали окрестности и конечно же нашли следы, оставленные тобою. Думаешь, они могли упустить тот факт, что им помог какой-то неизвестный, да еще человек, да еще заваливший мага противника? – Умник усмехнулся. – Я хоть и занят был, но к тому моменту глазик-то с ухом сформировал, все видел и слышал. Ты лучше продумай, какого сорта лапшу будешь вешать гномам на уши».

Я невольно развеселился такому сравнению. А ведь правда, что мне гномам говорить?

«Магу-то соврать получится?» – забеспокоился я, впрочем, как оказалось, напрасно. Умник уверил меня, что маги отслеживают вранье по изменениям в ауре, а по моей еще долго нельзя будет ничего сказать, кроме того, что я болен. На крайняк все несообразности в ауре можно будет списать на болезнь или на результат воздействия на меня погибшего мага.

«Про эльфов не получится промолчать, я прав?» – спросил я, прогоняя в голове различные варианты своего прошлого.

«А как ты думаешь – если тебя и твои пожитки обшмонали, то не догадались, откуда ты пришел? Конечно, все обратно замотали, типа не трогали. Но ты бы сам разве не проверил подозрительного типа?»

«Я бы в первую очередь его поблагодарил», – мрачно заметил я.

«Ну дык они и поблагодарят тебя. Потом, когда очнешься. К тому же, – Умник захихикал, – у тебя ведь нежная любовь к какой-то эльфийке, правда, она тебе отказала, и ты, чтобы отомстить, вышил ее портрет в неподобающем облаченье на своей сумке. Хи-хи».

Что? Сначала я даже не понял, о чем это он говорит. Наконец вспомнил. Мне этот рюкзак подарила одна из бывших подруг, анимешница, так сказать. Ну и в силу имеющейся фантазии и пристрастий вышила на рюкзаке свой образ, как его представляла (или какой хотела иметь). Мы уже давно с ней расстались, но рюкзачок мне очень нравился, и я оставил все как есть. Странно, не очень-то изображение и похоже на местных эльфов. Ну разве глаза такие же большие да ушки заостренные немного.

«И они что, всерьез обсуждают эту версию?» – Я просто офигел от такой новости.

Умник выдержал театральную паузу.

«Впечатлился?» – спросил он наконец.

«Давай уж, не тяни!» – Неужели эту проблему можно будет решить таким простым образом?

«Это девчушка, помощница мага, выдала такую версию. Надо сказать, тебя постоянно обсуждают. Даже разговоры о нападении почти сошли на нет. А о тебе всё говорят. Так что ты уж придумай хорошую версию своего появления, чтоб не разочаровать их».

М-да… Ну и дела. Что бы такого придумать? Надо выдать что-то непротиворечивое и чтоб на откровенном вранье не поймали.

«Я могу сойти за местного жителя?»

«Даже и не знаю, что сказать. Внешне-то конечно, но территориально откуда ты? Моих знаний просто не хватает, чтобы что-то посоветовать».

Все-таки, прокрутив с Умником различные варианты, мы пришли к выводу, что выдать нечто правдоподобное вряд ли получится. Единственную лазейку увидели в том, что существуют отдаленные полузакрытые человеческие страны, вернее, странки или народности, малоизвестные, а может, и совсем неизвестные, из которых, теоретически, я могу быть родом. А можно придумать какую-нибудь свою маленькую страну, о которой здесь и не слышали. Тогда все необычности можно будет списать на мою иностранность. Так сказать, спрятать за маленькой странностью большую. Вдруг прокатит?

«А теперь спи, – посоветовал Умник, – быстрее поправишься».

«Ну да, спи. Как тут усне…»

Знакомство с гномами

Ник

Я в очередной раз очнулся. Ох, хорошо! Вроде ничего не болит. Прислушался к себе. Да, действительно нормально. Попробовал шевельнуть рукой, получилось.

«Умник?»

«Привет, соня! – радостно поприветствовал меня Умник. – Как спалось?»

«Привет, привет. Не томи, выкладывай, как обстановка вокруг, как я?»

«Все нормально. Ты проспал пять дней. Почти восстановился, сломанные кости срослись. Вот только энергии потратил много. Магическая энергия, конечно, хорошо, но организму нужен строительный материал. Так что отощал ты маленько. Теперь тебе надо хорошо питаться и двигаться, чтобы разрабатывать мышцы, нервы и прочее. А так практически все пришло в норму».

«Угу», – пробормотал я, пытаясь прочувствовать свое тело. Нет, действительно нормально. Чувствуется слабость, но, в общем, ничего. Отлично! Я даже повеселел.

«А гномы все еще едут куда-то, – продолжил вводить меня в курс дела Умник. – После той стычки они два дня приходили в себя. Похоронили погибших, как своих, так и нападавших. К слову сказать, из нападавших в живых остались только твои противники. Гномы-то в боевом порыве всех изничтожили. А как ругался их Главный! Я сильно пополнил запас гномьих ругательств!»

Умник помолчал и, увидев, что я внимательно слушаю, продолжил:

«Ну тут твои противники оказались очень в тему. Гномы их допросили и зачем-то решили взять с собой. Вон валяются на задней телеге».

«Хорошо. Еще что-нибудь узнал?» – Я напрягал и расслаблял мышцы в руках, ногах, спине, животе.

«Да нет в общем-то».

«Ладно».

Я резко открыл глаза и тут же прищурился – отвык от света. Проморгавшись и смахнув выступившие слезы, приподнялся на локтях и огляделся. Я находился в телеге где-то в центре каравана. Лежал на покрывале, под которым угадывалось что-то мягкое, похожее на сено. Насколько сумел разглядеть, почти все телеги были без товара. На них лежали раненые. Ага, а вот и их большие щиты, вставленные в бока телег. Приглядевшись, я понял, что в любой момент можно сорвать щит с телеги для защиты. Умно. Вдоль каравана, с обеих сторон, редкой цепочкой на лошадях ехали гномы. Я внимательно окинул взглядом ближайшего из них. Интересно, а ведь именно такими я представлял наших викингов. Почти у всех небольшие бородки. Не очень длинные, по преимуществу русые, волосы заплетены в косички. У некоторых косички и на бороде. На голове шлемы. Только рогов не хватает. И как они не устают постоянно таскать такую тяжесть на голове? Сбоку у каждого висит небольшая секирка (наверное, для метания или подсобных дел), на боку лошади – большая (такими они ловко махались в разборке). Лошади. Ну лошади как лошади. Я в них не разбираюсь.

Я откинулся обратно на сено – это небольшое активное действие вымотало меня. И тут же почувствовал, как скрутило пустой желудок. Черт! Эдак я банально скопытюсь от голода. А я уже отвык от этого чувства. И когда тут кормят? Если судить по солнцу, сейчас около полудня. Надеюсь, я не пропустил обед. Повернув голову, попытался рассмотреть, кто управляет моей телегой, и увидел только спину гнома, что-то насвистывающего сквозь зубы. Хм. Привлечь, что ли, внимание? Или просто полежать…

Пока раздумывал, задремал. Очнулся от какой-то суеты. Ага, похоже, устраиваемся на привал. Посмотрел на солнце. Уже за полдень. Похоже, пора проявить себя, а то пролечу мимо обеда. Так, как же это по-гномьи? Хм…

– Эй, – произнес я и закашлялся. По горлу как наждаком провели. Это что, они меня не поили даже? Такое ощущение, что сто лет не пил. Во рту все склеилось. Я так не играю.

Очевидно, в гномьем языке это слово было наполнено глубоким сакральным смыслом, так как результат последовал незамедлительно. Надо мной возникла бородатая рожа и уставилась на меня, очевидно ожидая продолжения. Я не жадный, могу и повторить, а могу и продолжить, я еще много слов на гномьем знаю. Глядя ему в лицо, я сказал:

– Хау, белый вождь! – и улыбнулся. Не знаю, что гном увидел в моих глазах, а может, ему не понравилась моя улыбка, однако взгляд его предательски вильнул в сторону. Тем не менее он справился с собой и поднял брови:

– Белый вождь? – Очевидно, мое знание гномьего языка проскочило мимо его сознания. Он пытался сообразить, из какой местности это приветствие. Прошло десять секунд. Завис, однако. Пора выводить его из этого состояния, а то помру от жажды.

– Пить. – Больше я ничего не смог сказать. Слава богу, этого хватило, чтобы вывести гнома из ступора. Он все так же задумчиво кивнул и крикнул куда-то в сторону:

– Лана! – Я аж вздрогнул. Кто-нибудь, поковыряйте у меня в ухе! Голосище у гнома – будь здоров. М-да, если он еще и петь умеет, то с таким голосом ему прямая дорога в оперу. – Твой очнулся! – Затем посмотрел на меня и усмехнулся: – Погоди чуток. Если что надо – проси у Ланы. Мы сейчас устраиваем привал. Если чувствуешь в себе силы поесть, Лана покормит тебя. Ну а там посмотрим.

Еще раз усмехнувшись чему-то своему и хлопнув меня по плечу, он отвернулся и исчез из поля моего зрения. Я только услышал, как он что-то объяснял невидимому собеседнику.

«Твой?» – Меня больше всего удивило это слово. – Умник, ты что-нибудь понимаешь?»

Этот гад только мерзко захихикал.

«А ну давай колись! А то хуже будет», – пригрозил я.

«Скоро сам узнаешь, ни за что не хочу пропустить этот момент».

«Да какой момент?» – неожиданно взъярился я. Ну разве можно так над больным издеваться?

Тут раздался быстрый топоток, и надо мной склонилось женское лицо. Я удивленно уставился на него. Нет, не женское, лицо молодой девушки, почти девочки. Глазищи огромные, зеленые, смотрят с беспокойством. Через плечо перекинута русая коса. А толстенная-то какая! Коса, в смысле. Точно, в руку толщиной. Я сначала не понял, только почувствовал какую-то нестыковку. А, ну да, разве бывают русые девушки с зелеными глазами? Вроде зелень в глазах пробивается в основном у рыжеволосых. Я встряхнулся, поняв, что мы молча смотрим друг на друга уже с минуту.

– Пить, – повторил я свою просьбу.

Девчушка тоже отмерла, облегченно кивнула, улыбнулась и забралась в телегу. В руках у нее был кувшинчик. Опустившись на колени рядом, лицом ко мне, она аккуратно приподняла левой рукой мою голову и поднесла кувшин к губам. Только через несколько мгновений, почти опустошив кувшин, я сообразил, что даже не чувствую вкуса питья, а пытаюсь взглядом поглубже занырнуть в вырез платья девчонки, который чуть ли не вплотную маячил у меня перед глазами. От неожиданного открытия я подавился питьем и закашлялся. Она подняла меня повыше и с неожиданной силой постучала по спине. Подняв глаза, я заметил тень ухмылки на ее лице. Вот зараза! А ведь специально все это подстроила! Зуб даю! Только длительное (я попытался просчитать, получилось почти полгода) отсутствие рядом женщины могло привести к тому, что я попался на нехитрую женскую подколку. Да еще и девчонки! Ну ладно.

– Позвольте поинтересоваться именем прекрасной богини, что одним своим присутствием способна исцелить раненных в бою воинов? – О как я! А как она зарделась, просто загляденье! Девчонка, что сказать. Кстати, на гномьем языке это прозвучало немного грубовато, но достаточно красиво. И ведь ни капельки не запнулся!

– Лана. – Девчонка быстро пришла в себя и развеселилась. – А тебя как?

– Зови меня Ником. – Я улыбнулся: а она прикольная, и сразу на «ты». Я просканировал память: ага, у гномов все-таки есть уважительное обращение «вы», которое она проигнорировала.

– Как ты себя чувствуешь, Ником? – поинтересовалась Лана.

– Ник, просто Ник, – поправил я. – Нормально. Это ты обо мне заботилась, пока я был в отключке?

– Отключке? – нахмурилась Лана.

– Ну пока я был без сознания, – поправился я.

– Да, – зарделась девчонка и потупила глазки.

Я только усмехнулся про себя.

– Спасибо. Ну и каково состояние пациента?

Лана вскинула глазки и задумалась. Потом, сообразив, о чем я, и оживившись, затараторила:

– Мы думали, что ты не поправишься. Дед Васа сказал, что тебя магически потрепали и что ты – не жилец. Еще у тебя было сломано ребро. – Тут я почувствовал, что моя грудь туго перевязана – своеобразный корсет. – Были порезы на руках, которые почему-то прошли на второй день. Сильный ушиб головы. Дед Васа даже удивился. Он сказал, что никогда не видел такой сильной регенерации. – Последнее слово она проговорила с некоторым напряжением.

Я задумчиво покивал:

«Спасибо, Умник!»

«Не за что».

– Скажи, а что это у тебя было на глазах такое черное и откуда у тебя оружие эльфов? – Лана с интересом уставилась на меня, гипнотизируя своими глазищами и ожидая ответа.

– Так, Лана, – не оправдал я ее ожиданий, – все вопросы потом. Скажи-ка мне лучше, кормить больных скоро будут? А то мой желудок выводит такие рулады с голодухи, что, боюсь, скоро я не смогу его удерживать, и он просто сожрет меня, – с серьезным видом проговорил я.

– Ой, – всплеснула руками Лана, – я же должна следить за котелком! У меня все подгорит! – Она соскочила с телеги и, уже убегая, крикнула: – Скоро, я тебе принесу!

«Ну и в чем прикол?» – спросил я Умника. Мне удалось сесть, и я стал оглядывать стоянку.

«Понимаешь, в чем дело, – Умник хихикнул, – Лана почти не отходила от тебя все эти дни. Осмотрит других раненых – и к тебе возвращается. Сядет и смотрит, а то еще и улыбается мечтательно. Ее тут все заприкалывали, типа нашла себе принца».

От такой информации у меня сразу вытянулось лицо. Не хватало еще и этой проблемы. Я нашел глазами Лану, хлопочущую у костра с подвешенным «котелком» (это не котелок, а здоровущий казан какой-то!). Нет, я уже как-то разучился оценивать возраст малолеток на глаз. По-моему, совсем еще девчонка. Ну лет шестнадцать я ей дам. По внешности видно, что этот бутон уже распускается, но раскрылся еще не полностью. Тоненькая, стройная. Ростом, правда, маловата, мне по плечо, наверное. Надеюсь все-таки, что это временное у нее, просто интерес, а не юношеская влюбленность, от которой порой страдают сильнее, чем уже во взрослом возрасте.

Ладно, будем разбираться с проблемами по мере их поступления.

«Умник, где там мои очки лежат?»

Мое поколение настолько привыкло к техническим прибамбасам, сопровождающим нашу жизнь с пеленок, что без них уже чувствует себя не в своей тарелке. Хорошо хоть, что любознательность и уровень знаний современников не упали (несмотря на возможность практически мгновенно получить любую информацию, выложенную в сети), как предсказывали некоторые пессимисты пару десятков лет назад. Ведь чтобы получить хорошую работу, нужно иметь свои наработанные навыки, опыт, умение видеть проблему глобально, в целом. И никакие электронные подсказчики не помогут тебе, если ты полный нуль в своем деле. С другой стороны, такая вещь, как Интернет, здорово облегчает жизнь и повышает производительность труда. Особенно если у тебя какая-то проблема, решить которую своими силами не можешь или нет времени, а кто-то с ней уже сталкивался, решил ее и выложил решение в сеть.

Из задумчивости меня вывел Умник:

«По-моему, гномы положили их тебе в сумку. По крайней мере, сигнал идет оттуда».

Я огляделся. Ага, вон они, мои вещи. Дотянулся до рюкзака, вытянул из-под седушки возницы. На глаза попалась картинка с изображением «эльфийки». Как бы от нее избавиться? Ладно, потом. Открыл рюкзак. Хм. Ну вроде все на месте. Если и осматривали содержимое, то ничего не тронули. Я надел очки. Получив условный сигнал, очки превратились из обычных солнцезащитных в навороченный компьютерный комбайн. Мир расцветился информацией. Комп в ускоренном режиме принялся анализировать окружающее пространство. В левом верхнем углу появилась и медленно затухла информация о температуре, влажности, времени, уровне солнечной активности, короче, всякая дребедень. Я покрутил головой, чтобы дать бадди-компу полный обзор, и он выдал мне раскладку по живности: восемнадцать людей (или гномов), среди них, судя по мозговым излучениям, у пятерых проблемы со здоровьем – активны болевые центры мозга. Двадцать пять лошадей, десять из которых тянут повозки. Информацию по лошадям я погасил, мне не нужно. СТОП! Откуда комп знает о болевых центрах в мозгу у раненых? Он ведь может только определить, в каком состоянии находится мозг существа – активном или сонном. Не понял. Еще раз посмотрел на телегу с раненым. Нет, не ошибся: над ней появилась информация: «Человек. Жизненных сил – 70 %. Легкие повреждения конечностей: сломана левая рука, резаные раны левой ноги. Спит».

«Так, Умник, нужна твоя помощь, что-то непонятное творится!» – Я немного встревожился. Если происходит что-то непонятное, всегда есть вероятность залететь в неприятности.

«Что случилось?»

Я объяснил ему ситуацию. Он замолчал минуты на две. Я уже стал ерзать от нетерпения, когда Умник подал голос:

«Скажи, Ник, а твой бадди-комп воспринимает от тебя только прямые приказы? Или еще и подсознательные пожелания?»

Теперь задумался я. Вообще-то, конечно, изначально нулёвый бадди-комп способен воспринимать только прямые мысленные приказы к исполнению. Со временем он все лучше и лучше начинает воспринимать излучения мозга хозяина, так сказать, настраивается на него. Я слышал, что у тех, кто долго находится в контакте с бадди-компом, образуется с ним тесная связь, он подстраивается под хозяина и уже способен воспринимать не только прямые приказы. Но для этого комп нужно носить продолжительное время. И у разных людей этот срок варьируется. А некоторые никогда не могут установить такого плотного контакта со своим бадди-компом.

Только все это у нас не особо используется. Новые модели бадди-компов появляются настолько часто, что просто не хватает времени для установления такого контакта. Люди любят часто обновлять свою технику – такова особенность человеческой психологии. Вообще-то модуль, воспринимающий, усиливающий и интерпретирующий излучение мозга, отделен от бадди-компа (он находится в очках). Он эволюционирует со временем, и его в принципе можно подключить к новому компу, но почему-то люди редко это делают. Я свой бадди-комп ношу уже около года и давно подумывал о его замене. Все это я рассказал Умнику.

«Ну тогда у меня есть единственное объяснение», – сказал он и замолчал.

«Давай, давай, не томи!»

«Дело в том, что ты сейчас уже умеешь чувствовать чужую ауру, в которой отражается вся информация о состоянии здоровья человека. Вот бадди-комп и воспринимает твою интерпретацию того, что ты видишь, и показывает в обработанной им визуальной форме».

«Погоди, но я же не переходил в режим просмотра ауры! В данный момент я не вижу ауры!».

«Ну здесь-то все понятно. Тебе необходимо, как ты выразился, перейти в режим просмотра ауры только для того, чтобы воспринять ее визуально. А бадди-комп, похоже, теперь научился считывать эту информацию прямо из твоего мозга и представляет ее визуально. Из твоих объяснений следует, что твой контакт с бадди-компом, скорее всего, стал более плотным».

А что, вполне логично. И даже прикольно. Я улыбнулся. А ну-ка проверим! Так, что же придумать? Ага, вот так. Не отдавая команды, я просто пожелал узнать, сколько сейчас времени, причем специально отвел глаза от того участка, взгляд на который активирует часы. И снова радостно улыбнулся – перед глазами возник полупрозрачный циферблат часов.

«Работает, Умник!»

«Я рад».

Тут прибежала Лана, неся в руках небольшой котелок с едой и еще один кувшинчик с питьем. У меня так заурчало в животе, что уже подошедшая Лана насмешливо ухмыльнулась. Ну-ну, смейся, посмотрел бы я на тебя в такой же ситуации.

– Спасибо, – поблагодарил я ее и вдохнул аромат еды. Пахло изумительно. Это была какая-то каша с мясом. Присмотревшись, я сообразил, что основная составляющая каши – что-то вроде риса. Прикольно. Если тут и овощи такие же, как у нас, то можно будет попробовать приготовить что-то из своего, родного. Я, кстати, неплохо готовлю. И люблю это дело. Взяв у Ланы протянутую деревянную ложку, я очень быстро очистил котелок. Вкус еды соответствовал ее запаху. После еды запил все пивом из кувшинчика. Оно оказалось очень даже недурственным.

Осоловело откинувшись, я благодарно взглянул на Лану, с улыбкой наблюдающей за мной.

– Спасибо, – еще раз поблагодарил я ее, – очень вкусно.

Лана забрала у меня посуду и убежала по своим делам, крикнув напоследок:

– За тобой должок! Ты обещал рассказать!

Вот егоза! Ладно, а где тут туалет? Я осторожно слез с тележки. Нормально, на ногах стою. На всякий случай захватил с собой нунчаки. Оглядевшись по сторонам, медленно отправился к деревьям. По дороге несколько раз останавливался. Когда зашел в кусты, они царапнули меня за голые руки. Впервые осмотрев себя, я увидел, что майки на мне нет, грудь плотно перевязана. Судя по всему, повязку уже можно снять. На всякий случай я уточнил это у Умника. Он подтвердил, что все кости срослись. Сделав свои дела, я размотал повязку и осмотрел себя. Странно, никаких следов и ран. Однако!

Сложив перевязочный материал и засунув его за пояс, я стал бродить по стоянке и осматривать все, что попадалось на глаза. Встречающиеся гномы приветливо улыбались мне или кивали. Интересно, неужели я здесь настолько популярен? Тут же прогуливались некоторые раненые. Я вежливо с ними раскланивался. Все-таки боевые товарищи. Проходя мимо отдельно расстеленного места отдыха, где сидели двое гномов, я услышал свое имя:

– Ник!

Я повернулся. Один из сидящих, мужчина среднего возраста, призывно махнул мне рукой. От других гномов он почти ничем не отличался, разве что в нем чувствовалась властность. Второй гном оказался тем дедком, что сидел во время боя на телеге и не двигался.

– Иди к нам, Ник! – повторил свое приглашение первый.

Что ж. Вот, по ходу, и начальство нарисовалось. Мысленно перекрестившись, так, на всякий случай, вдруг поможет, я предупредил Умника быть на стреме, если что – подсказывать, и медленно побрел к сидящим.

Глава 4

Пока шел к гномам, я устроил Умнику экспресс-допрос. Прежде всего меня интересовало, что обо мне можно выяснить по моей ауре. Приятно было узнать (хотя это и неестественно – радоваться своим проблемам), что, хоть я и практически восстановился, пока по моей ауре можно было прочитать только о состоянии здоровья и ничего более. Невозможно определить ни о чем я думаю, ни того, вру я или нет – все прячется за отражением мощных восстановительных процессов, продолжающих идти полным ходом в организме. Так что блокировать ауру не имеет смысла – не стоит раскрывать свои способности раньше времени. Другой вопрос был: какие знания, добытые у эльфа-погранца, Умник засунул мне в голову. Оказалось, что все. Их, правда, было не очень много – языки, некоторые бытовые подробности, личные воспоминания (имена и прочий ненужный хлам) и, слава богу, текущая обстановка на границе с гномами. Причину, по которой я не чувствовал этих знаний, Умник объяснил так: чтобы осознать их, нужен толчок. Так у меня случилось с языком: как только я заговорил с гномом, языковые знания мгновенно и незаметно проявились. Мозг – такая хитрая штука, что всячески оберегает человека от перегрузок и напрягов. Так и сейчас: стоило мне сделать небольшое усилие и сознательно подумать о нужных в данный момент знаниях, как я их тут же получил, вспомнил, как свои собственные.

Ну так вот: гномы и эльфы, пожалуй, самые терпимые друг к другу расы. Вернее, не так. Равнодушные друг к другу. Места обитания предпочитают разные – тут им делить нечего. Магия у них разная – на этой сцене им опять же нечему друг у друга поучиться. Гномы не воспринимают магию леса, а эльфы – магию земли. Гномы избегают лесов, хотя и не теряются в них. Просто не любят. Эльфы, наоборот, не любят горы. Войн между гномами и эльфами испокон веков не было. Они просто слишком разные, но самое главное – их интересы практически ни в чем не пересекаются. Хотя обмен товарами идет интенсивно. Другое дело с людьми. На эту тему у эльфа была такая каша в голове, что мне с большим трудом удалось выстроить отрывочные сведения в подобие системы. Общего у людей и гномов оказалось гораздо больше, чем у гномов и эльфов.

Обе расы достаточно любознательны в отношении устройства мира. Людей интересует все, до чего могут дотянуться их руки или мысли. Гномы тоже неравнодушны к новым знаниям. Правда, в отличие от людей, которые интересуются всеми областями знаний, вплоть до абстрактных вроде философских и религиозных, гномов больше интересуют знания, имеющие чисто утилитарное применение. К религии и философии гномы в основном равнодушны. Хоть между людьми и гномами частенько бывали стычки, но ни одна из них не переросла в полномасштабную войну. Гномы хорошо себя чувствуют на территориях людей и в их городах, ведут свой бизнес, держат там свои банки, услугами которых пользуются все расы, и не имеют ничего против присутствия людей в своих городах. Единственные места, куда люди не допускаются, – подземные города. Городов на поверхности у гномов ничуть не меньше, чем у людей, хотя численность населения ниже. Все-таки в количественном отношении людей намного больше. Вот как раз с людьми гномы постоянно обмениваются знаниями и товарами на взаимовыгодной основе, гораздо больше, чем с эльфами. Теперь мне понятно стало, почему я так легко прошел границу между эльфами и гномами. Мне повезло, что эльфы и гномы – друзья навеки, ну или просто не считают друг друга врагами и соответственно несут службу на границе.

Все это промелькнуло у меня в голове буквально за несколько секунд. Самая последняя мысль, мелькнувшая у меня перед тем, как я остановился рядом с гномами, была о Лане, которая, очевидно, сразу же рассказала о нашем с нею разговоре своему начальству. Иначе откуда они могли так быстро узнать мое имя? Малолетняя стукачка!

– Доброго вам дня, уважаемые! – сказал я и вежливо кивнул гномам.

Тот, что помоложе, поднялся на ноги и вернул мне кивок:

– Мы рады, что ты уже в состоянии двигаться и, судя по всему, очень быстро идешь на поправку. – Он посмотрел на старика. Тот, не спуская с меня прищуренных глаз, слегка кивнул. – Позволь же в первую очередь поблагодарить тебя за помощь, оказанную тобой во время нападения разбойников, она оказалась очень кстати. И, – он показал рукой на расстеленный дастархан, – прошу тебя присесть к нашему столу, дабы скоротать время за неспешным разговором, ведь отправление еще не скоро.

Ишь как разливается соловьем! Может, это и настоящее радушие, но как бы мне не начали загонять иголки под ногти своими базарами, сохраняя при этом вежливую улыбку. Ладно, раз просят, присядем. «И что они ко мне сразу на «ты»?» – подумал я и тут же получил ответ из памяти: вежливое «вы» гномы применяют к высоким сановникам, совсем глубоким старикам или при официальных встречах.

Я не стал мешкать и уселся напротив гномов, по-узбекски скрестив ноги. Гном помоложе слегка приподнял бровь. Как я заметил, они сидели по-обычному на раскиданных маленьких подушках, подложив под зад сразу несколько штук.

Теперь я повнимательнее рассмотрел гномов. Тот, что помоложе, как я уже упоминал, выглядел так же, как и остальные: борода в косичках, две короткие, до плеч, русые косы на голове, кожаная одежда. Рядом, на земле, в пределах досягаемости руки, лежит маленькая секирка. На лице легкая улыбка. Глаза серые, пронзительные, в них улыбки нет. Такие глаза бывают или у сильных духом людей, или у больших начальников. Тут ведь главное что? Просто надо спокойно в них смотреть, не поддаваться давлению. Я с такими людьми сталкивался, слава богу, нужный иммунитет выработался. Самый простой способ (если чувствуешь, что поддаешься) – представить собеседника тужащимся на толчке, и все сразу станет на свои места.

Прямо и спокойно встретив взгляд этого гнома, я посмотрел на старика. И сразу споткнулся об его взгляд – взгляд умудренного жизнью человека, многое повидавшего на своем веку и отличающего ложь с лёту. Так и кажется, что провести его невозможно и даже не стоит пытаться. Но это самообман. По моей ауре они ничего не поймут, убедительно врать в лицо я хоть и не люблю, но умею. Так что все зависит от меня. Вернее, от того впечатления, что я произведу. Оно на корню должно задавить возможные посылы их подсознания о происходящем.

Волосы у старика седые, в косички не заплетены, только борода. Лицо морщинистое. Сколько же ему лет? Руки лежат на коленях. Я посмотрел на них – еще сильные руки человека, привыкшего держать оружие в руках. У них что, все махаются секирами? Или без этого здесь не проживешь? Есть над чем задуматься! Старик, в отличие от молодого, имеет уставший вид, подсказки бадди-компа говорят о том, что энергетически он сильно истощен.

– Позвольте и мне поблагодарить вас, – прервал я невольную паузу, вызванную взаимным разглядыванием, – за заботу обо мне. Пока я лежал бездыханный, ваша помощница, – я посмотрел на старика, – очень хорошо за мной ухаживала.

Молодой замахал руками:

– Что ты, что ты. Мы просто обязаны были позаботиться о тебе. Твое вмешательство спасло нескольких гномов от смерти, о чем мы никогда не забудем. Но хватит об этом. – Он сделал останавливающий жест. – Позволь нам представиться.

Гном замолк, налил в кружку, судя по запаху, пива и поставил передо мной. Я попробовал и зажмурился от удовольствия. То пиво, что приносила мне Лана, было неплохим, но это – просто супер!

– Меня зовут Дортмун их’Борг, я – глава торгового каравана. Рядом со мной сидит уважаемый штатный маг гильдии торговцев Васа их’Васандир. – Дортмун кивнул на дедка. Интересно, что значит «штатный»? Вот, значит, какой ты, северный олень, дед Васа. Как бы не оговориться, назвав его дедом Васей, мысленно усмехнулся я. – Можешь называть нас по имени – Дортмун и Васа.

Он вопросительно взглянул на меня.

– Ник Админ Рутович, – не задумываясь, в ответ по-русски представился я первым «именем», что пришло в голову. И сам чуть не засмеялся вывертам своего подсознания. – Позвольте полюбопытствовать, – попытался я взять инициативу в свои руки, – у вас что, все разбойники такие безголовые?

– В смысле? – не понял Дортмун, переглянувшись с Васой.

Я отхлебнул еще этого божественного напитка и пожал плечами:

– То, как они действовали, совсем не походило на разбойничье нападение. Разбойники должны трезво оценивать свои силы. И, несмотря на то что в принципе они могли одолеть вас, их потери во время боя были слишком высокими. Такие потери можно оправдать только очень богатой добычей. Ну или целью нападения было не ограбление.

Дортмун снова переглянулся с Васой. Эти их переглядывания уже стали утомлять меня. Да и в сон что-то потянуло. Слишком долго я не двигался. К нагрузкам нужно привыкать постепенно.

– Ну что же, – явно приняв какое-то решение, сказал Дортмун. – Позволь мне рассказать тебе, кто мы такие и куда путь держим. Скрывать нам особо нечего. Надеюсь на взаимную откровенность. – Я кивнул – ни за что не поверю, что он будет со мной абсолютно откровенен. – Мы действительно торговый караван, ездили на большую ярмарку, которая устраивается раз в полгода. Ярмарка происходит в человеческом городе с эльфийским названием Лорвиталь, который, по сути, и построен для торговых дел, причем в таком месте, куда удобно добираться и гномам, и эльфам, и самим людям. Да ты, наверное, сам все это знаешь. – Он замолчал и уставился на меня. Я никак не отреагировал, прихлебывая пиво. Не дождавшись моей реакции, несколько разочарованный Дортмун продолжил: – Мой караван возил на продажу изделия многих наших ремесленников. То есть он сборный. Да и сам караван был раз в пять больше. После распродажи некоторые наши спутники остались в городе по своим делам, другие отправились дальше. А я – домой. Все закупки, сделанные мною на ярмарке, еще раньше были отправлены с другой частью каравана. Сам же возвращаюсь налегке. Значит, ты считаешь, что разбойники были странные? – Он задумчиво покивал. – Согласен с тобой. Выручку с собой я конечно же не везу – все лежит в нашем гномьем банке в городе. – Он снова замолчал. Затем неожиданно сменил тему: – Какие у тебя планы?

Я вопросительно посмотрел на него.

– Я имею в виду, поедешь ли дальше с нами или отправишься своей дорогой? – пояснил он.

– А куда вы направляетесь? – закономерно поинтересовался я.

– Мы едем в столицу, там у меня дела, – кратко ответил гном и ожидающе посмотрел на меня. За все это время дед Васа не произнес ни слова. Только глазел и прихлебывал из своей кружки, судя по цвету, не пиво, а какой-то отвар.

Интересно, какие дела могут быть у гнома в столице, если он после ярмарки даже не заезжает к себе домой? И какие перспективы сулит мне путешествие с ними? Сам-то Дортмун хочет, чтобы я отправился с ними? И если да, то что потребует взамен?

– У вас есть что мне предложить? – прямо задал я свой вопрос.

– Я могу предложить тебе сопровождать мой караван. Сам понимаешь, охранников у меня стало меньше. А ты неплохо показал себя в бою. Заодно бесплатно проедешься до столицы.

– Ты даже не спросил, куда я направляюсь, – поморщился я, – неужели ты так уверен, что мне с вами по пути?

– Практически да, – усмехнулся гном, – куда еще может направляться человек, идущий от эльфов в наши земли? Поблизости есть небольшие городки, но почему-то мне не верится, что тебе надо туда.

Ну и пусть верит в это. К тому же возможно, мне как раз и надо в столицу. В большом городе затеряться легче. Правда, не факт. Тут главное – правильно вписаться в местную действительность. Я взглядом попросил добавить мне пивка в кружку. Дортмун понял меня правильно и плеснул еще.

– Предположим, я согласен отправиться с вами. – При этих словах на лице гнома мелькнуло выражение удовлетворения. – Только предположим! – тут же уточнил я. – Ваши условия?

Лицо гнома преобразилось. Из властного главы каравана он мгновенно превратился в хитрого торгаша. Такое не скроешь. Торгаш – он всегда торгаш. Понятно, сейчас будет мне втюхивать залежалый товар. Отсюда делаем вывод, что если и буду соглашаться (а я еще не решил, согласен или нет – уж больно хитропопые личности эти гномы. Очень мне не понравился и тот факт, что в моих вещах рылись – мы еще поднимем этот вопрос), то просить надо как минимум в два раза больше того, что предлагают.

– Как я уже сказал, ты сопровождаешь мой караван в качестве охранника, а я обеспечиваю тебя пропитанием и бесплатным проездом. И еще один момент: ты ответишь нам на некоторые вопросы – все-таки нанимать человека, не зная, кто он и откуда, согласись, неправильно.

Я мысленно усмехнулся. Во дает! Я охраняю за жрачку, бесплатно, а меня еще и будут допрашивать. Хех! – я чуть не подавился пивом. А что мешает им просто так задать эти свои вопросы? Неужели порядочность? Ни за что не поверю. Да и вполне очевидно то, что они хотят знать: подробности того боя, то есть мое участие в нем, да еще кто я такой. Наверняка любопытство мучает… И все-таки почему просто не возьмут меня за жабры?

– Очень заманчивое, а главное благородное, предложение, – начал я, подпустив в голос некоторого волнения. – Разве я мог даже предположить, что меня бесплатно, подумать только, – я огляделся по сторонам, как бы приглашая возможных слушателей порадоваться вместе со мной, – БЕСПЛАТНО подбросят до города! Да еще и обеспечат работой! – с воодушевлением продолжил я, от переизбытка чувств покачав головой. Лицо гнома сначала отразило удовольствие от моих слов, но чем дальше я говорил, тем больше он хмурился. Все-таки интонации голоса торговцы чувствуют прекрасно, иначе не быть им торговцами. – Всю свою жизнь я мечтал познакомиться с такими замечательными гномами, как вы, уважаемый Дортмун, и вы, дед Васа, – поклонился я в сторону старика и впервые заметил на его лице эмоцию – он улыбался, – и бесплатно поработать на вас! Вы не представляете, какое счастье для меня – принять предложение, от которого, смею заметить, – я сделал паузу, – со всем возможным прискорбием вынужден отказаться. Понимаете, мой папочка всегда меня предупреждал, что мои наивные детские желания бесплатно поработать на гномов приведут меня к неприятностям. А я привык его слушаться. Так что извините, но нет.

Я наконец закончил свой монолог и присосался к кружке. Блин, это надо же так уметь варить пиво! Не оторваться. Вот так и становятся толстыми пивными бочонками. Я сделал последний глоток и, отдуваясь, отставил кружку. Все, хватит, а то лопну.

Дортмун вопрошающе посмотрел на деда Васу, тот пожал плечами, по-прежнему не отрывая от меня своего взгляда.

– Ладно, – Дортмун хлопнул ладонью по колену, – чего ты хочешь?

Я удивленно поднял брови:

– Я? Я ничего не хочу. Вы вообще о чем?

– Ну хватит, – нахмурился гном, – что ты хочешь за то, что будешь сопровождать мой караван?

Ага, все-таки им важнее иметь лишнюю боевую единицу в пути, чем ответы на вопросы о моем происхождении. Похоже, Дортмун всерьез опасается за свою безопасность. Отсюда следует, что у него есть какое-то дело, которое нужно выполнить во что бы то ни стало. Гуд. Этим мы и воспользуемся.

– Ну хорошо, – делая паузу, протянул я, оглядывая стоянку и размышляя. Гномы отдыхали в тенечке, развалившись кто где. Правда, о дозоре не забывали – я заметил, что некоторые гномы периодически отъезжали на лошадях, вместо них подъезжали бывшие в дозоре. Лана хлопотала у раненого. Я увидел новое лицо – явно человек, преклонного возраста, что-то обсуждает с другим типом, сидящим в телеге. Ага, это тот, который со сломанной рукой и на котором я в первый раз увидел действие связки я – бадди-комп в отношении ауры. И по-моему, это тот мечник, что так здорово махался мечами в драке.

В принципе я ничего против гномов не имею. В путешествии с ними есть как свои плюсы, так и минусы. Плюс – относительно спокойное и легальное проникновение в их столицу. Плюс – положительное отношение ко мне. Минус – интерес к моей персоне. Даже если я сейчас и отбрехаюсь, интерес останется. А если караван настолько важен, то они просто обязаны выяснить, кто я такой и откуда взялся и не связано ли это с их миссией. Таким образом, по приезде в город мне нужно будет технично свалить от гномов. А жаль. Лучшего варианта обосноваться, чем с помощью благодарных гномов, явно что-то значащих в своем обществе, просто не может быть. Еще минус: в столице, даже если я тихо свалю, гномы могут устроить на меня охоту с помощью дополнительных сил, типа местных ментов. А может, все им рассказать? Я попытался представить, что из этого может выйти… Нет, не стоит им знать ни об Умнике, ни о том, что он сделал со мной, ни о моих технических возможностях, пришел я к выводу. А то ведь непременно захотят все присвоить. Несмотря на то что вряд ли смогут этим воспользоваться. Если только не прикуют меня цепями и будут использовать в качестве интерфейса между собою и информацией, хранящейся в моих компах. На фиг, на фиг! Вот, блин, дилемма! Да и уходить пока не хочется, бросил я взгляд на кувшин с пивом. Дортмун не так понял мой взгляд и долил пива. Я вздохнул.

Итак, подобьем бабки. Гномам нужно, чтоб я их сопровождал. В качестве боевой единицы. Тут мне пришла в голову еще одна мысль. Возможно, они переоценивают мои силы из-за погибшего мага. Точно! Вот попал! Они просто опасаются меня плотно потрошить! Слишком много непонятного произошло на поле боя с моей стороны. В таком случае они точно не выпустят меня из своих рук. Вот хитрые бестии! И охрану в моем лице, кем бы я ни был, получат, и довезут до города под белы рученьки к более компетентным товарищам. К тому же опасаться меня сейчас не имеет смысла – после того, как я встрял со своей помощью… М-да. А ведь это уже похоже на правду. А проверить можно самым простым способом – я не отвечаю на их вопросы, а они не настаивают на ответах. Для меня остается единственный вариант: ехать с гномами, а свалить от них не в столице, а еще до того. То есть гномы думают, что я убежал, а я тем временем проникаю в столицу. Гномы ищут меня где-то по дорогам за городом, а я тем временем отсиживаюсь в столице, где меня вряд ли будут искать… Это если они настолько глупые, чтобы принять данную версию развития событий. Ладно, хоть все это выглядит упрощенно и шито белыми нитками, но примем за приблизительный план действий, а там по ходу дела уточним его, а может, и переработаем.

– Хм, – прокашлялся Дортмун, выводя меня из задумчивости.

Я перевел взгляд на него.

– Я согласен, – наконец произнес я, – но на моих условиях. Вы платите мне двойную стандартную оплату наемного охранника, причем вперед, – вот и еще один способ проверить, насколько они нуждаются во мне, и подтвердить мою версию происходящего, – и не задаете мне никаких вопросов. Со своей стороны, я гарантирую вам, что буду выполнять обязанности охранника со всевозможной прилежностью, используя все имеющиеся в моем распоряжении возможности и силы.

Пока я говорил, брови Дортмуна поднимались все выше и выше. И я решил добить его:

– Кроме того, я пеший воин. Так получилось, что лошади не любят, когда я езжу на них верхом. Поэтому не стоит рассчитывать на мои способности наездника. У меня другие преимущества. – Я замолчал. Посмотрим, как они отреагируют на это. От их ответа будет зависеть, как я поступлю дальше – или уходим легким аллюром в ночной тиши, или продолжаем дружить.

Дортмун и дед Васа переглянулись. Наконец-то дед перестал таращиться на меня. Через некоторое время Дортмун ответил:

– Твое предложение несколько неожиданное, Ник. Давай договоримся так. Мы с Васой обдумаем и обсудим твое предложение, а к вечеру решим, как поступить. Вечером мы остановимся в придорожной таверне, неподалеку от городка Презен, в который, впрочем, не будем заезжать, и окончательно все обговорим. Хорошо?

Как-то слишком гладко этот гном говорит. Не вяжется с его внешним видом. Взяли тайм-аут? Ну и ладно. Мне пока не к спеху.

Я кивнул и, поблагодарив за угощение, встал, при этом чуть пошатнувшись – то ли от усталости, то ли оттого, что вес моего желудка сместил центр тяжести организма. И уже в спину мне прозвучал вопрос деда Васы:

– Что произошло с магом нападавших?

Голос у него оказался глубоким и сильным. Совсем не старческим. Я остановился. Его вопрос поставил меня в тупик. Так, стоп! Нельзя выходить из образа. Если они действительно меня опасаются, нужно укрепить это впечатление, но не переигрывая. Медленно обернувшись, я посмотрел на Васу, улыбнулся и произнес:

– Он умер, – затем отвернулся и поплелся к своей телеге.

Подходя к ней, посмотрел на мечника с пожилым дядькой, которые при моем приближении замолчали. Кивнул им, получил ответные кивки, залез в телегу и, пока устраивался поудобнее, заметил, как тот, пожилой, пошел в сторону Дортмуна с Васой. Пожав плечами, я закрыл глаза и провалился в сон.

* * *

Проснулся я через несколько часов полностью отдохнувшим и бодрым. Караван двигался своим ходом. Так как мой статус еще не определился, я решил провести время за своими делами. Не подавая виду, что проснулся, я вызвал на связь свой субноут и посмотрел, как у него идут дела. Ну что ж. Обнадеживающий результат. Модель местной магии, с учетом всех корректировок, построена. Как бы ее теперь проверить?

«Умник! Надо бы проверить нашу модель. Какое из самых простых магических действий ты можешь привести как пример?»

«Ну например, тот же фаербол, – тут же откликнулся он. – Чистая энергия, заключенная в простенькую информструктуру».

«А ты учитываешь разницу между местной магией и тем, что ты называешь управлением через информсеть?» – поинтересовался я. Честно говоря, эти различия несколько смазывались у меня в сознании.

«Разумеется, – фыркнул Умник. – Могу напомнить, если ты уже забыл, что принцип практически один, но различия состоят в типе энергии. Для местной магии характерно использование магической энергии самой природы, то есть планеты. Для чистой магии, назовем ее так, энергия берется посредством связи с информсетью. Кроме того, информсеть и ее воздействие имеет более высокий приоритет».

«Ну ладно. Фаербол, значит. Щас проверим кое-что», – пробормотал я.

«Ты только мне о результатах не забудь сообщить, интересно же», – попросил Умник.

Ах да, он же все еще не видит в этом плане.

«Кстати, как у тебя там дела со связью с бадди-компом?» – поинтересовался я.

«В принципе уже вот-вот, – обрадовал меня Умник. – Почти все понятно. Надо еще кое-что проверить, и будем пробовать. Ты как, не против?»

«Ну что ты, ведь я сам предложил тебе это», – успокоил я его.

Так, ладно. Я ввел в созданную модель описание фаербола, задал его характеристики и граничные условия использования согласно очень подробному описанию Умника (если распечатать это описание на бумаге, то оно займет с десяток страниц мелким шрифтом) и запустил процесс декомпозиции. Через пару секунд получил результат и вдумчиво стал его анализировать. Ого! А ведь это действительно просто. По крайней мере, пространственная модель выглядит не шибко закрученной. Действительно несложная структура, преобразующая чистую магическую энергию в плазму. А вот – слабенькие «запоры», не дающие ей рассеяться в пространстве сразу при образовании. А почему «запоры» такие слабые? – я почесал репу. Понятно: при столкновении с препятствием в них образуются возмущения, разрушающие их, происходит мини-взрыв. Я запустил процесс отображения состояния модели при воздействии внешних факторов. Прикольно. Ну-ка, укрепляем «запоры», что получается при композиции? Ага, получаем светильник, который никому не опасен и будет светить, пока не закончится переданная ему энергия. Интересно, а можно сделать вечный светильник? Так, подумаем. Нужна постоянная подпитка энергией. Можно, конечно, сделать большой резервуар, но это уже получится не вечный светильник. Надо придумать какой-то насос, который с определенной цикличностью вытягивал бы из окружающего пространства магическую энергию, напитывал внутренний резервуар и отрубался. Ну-ка поработай, машинка!

Меня так заинтересовали эти виртуальные эксперименты, что я забыл об окружающем. Это похоже на программирование и в то же время – на игру. Визуально структура представляет собой набор блоков-узлов, являющихся минимальными функциональными, связанными между собой блоками, рассчитанными с помощью модели. Все это перемежается текстом-кодом и сгенерированными подсказками. В динамике показывается прохождение условных сигналов и состояния всей конструкции в любой момент времени. За любой узел можно мысленно потянуть, вставить вместо него другой, с отличной функциональностью, или же поменять связи. Или же все представить в виде псевдокода, сгенерированного именно для этой модели. А учитывая, что различные виды отображения и трансформации можно делать одним мысленным усилием, – все очень удобно. Если результат можно увидеть – комп генерит визуальную картину происходящего или трехмерную энергетическую модель. Например, столкновение фаербола с препятствием. Очень живописно выглядит то, что происходит с деревом при попадании в него фаерболов различной мощности, а сбоку в реальном режиме показывается график и состояние всех процессов, происходящих в модели. На такой виртуальной площадке можно очень точно рассчитать, сколько нужно энергии для достижения нужного результата. Я сгенерировал монстра, но придал ему человеческие характеристики и попробовал на нем виртуальные фаерболы. Монстра – потому что человек, заживо сгорающий, выглядит очень неприятно. Хотя современные игры, создающие полную реальность игровой площадки, выработали стойкий иммунитет к подобным зрелищам, все равно неприятно. Так вот. Оказалось, что не такой уж сильный фаербол нужен, чтобы полностью сжечь человека. Размером всего с пару кулаков.

Так, что там с насосом? Тоже в принципе несложная структура получилась. Правда, хитро скрученная с несколькими вложенными слоями. Жаль, что не стабильная, – я проводил взглядом разлетающиеся виртуальные осколки структуры. Где-то я ошибся в исходных данных.

Я подробно рассказал Умнику о результатах, от чего он пришел в полный восторг.

«Не забывай, Ник, что бóльшую часть заклинаний маги получают опытным путем. Магической математики, как таковой, тут нет. Конечно, они пытаются анализировать результаты экспериментов, даже книги заклинаний создаются. Но такой вот площадки для экспериментов, как у тебя, конечно же нет. А если у экспериментатора что-то пойдет не так или он сделал неверные расчеты, то последствия могут быть весьма печальные. Так что ты можешь считаться самым крутым теоретиком магии! – посмеялся Умник. – Жаль, что я не могу увидеть результаты работы. Хочется посмотреть на этот твой насос энергии и сравнить с моими внутренними насосами, как ты их назвал. Я ведь таким же образом получаю энергию извне».

А я как-то и не задумывался, откуда Умник берет энергию. Ладно, не суть важно. Все это, конечно, интересно, но как бы мне применить такие возможности?

«Что я могу сказать? – ответил на мой вопрос Умник. – Тренировки и еще раз тренировки. Радуйся, что у тебя это займет не так много времени, как у местных. Они всю свою жизнь учатся. А ты уже сейчас можешь кое-что делать – я тут смотрю, участки мозга, отвечающие за работу с магией, у тебя развиваются хорошими темпами. В общем, тренируйся».

«Ха, тренируйся! – обиделся я на него. – Ты скажи, как тренироваться? Дай мне какую-нибудь методику, что ли! Или хочешь сказать, что любой бездарь, прочитав книгу с заклинаниями, сможет магичить?»

«Ладно-ладно, – примирительно произнес Умник. – Будет тебе методика, и самая лучшая в мире! Вернее, самый лучший учитель, угадай кто?»

Вот зараза, ухмыльнулся я.

«Ну конечно же ты, Умник, самый лучший магический учитель всех времен и народов».

«То-то же. Значит, слушай сюда. Мои тренировки будут отличаться от любых тренировок, которые только бывают в этом мире».

«Не надо мне рассказывать очевидные вещи, – перебил я его. – Я так понимаю – поправь, если неправ, – что мне надо научиться принципу. Так сказать, прочувствовать этот самый принцип применения магии, научиться запускать его в себе, чтобы с его помощью я мог использовать свои разработки, создаваемые мною на компе. Так?»

«Молодец! – обрадовался Умник. – Именно так!»

«Сколько займут твои объяснения?»

Интересно, как быстро я сумею прочувствовать этот пресловутый принцип и натренировать его.

«Откуда я знаю? – удивился Умник. – Может, десять минут, а может, год. Но, надеюсь, ты не настолько туп».

Я только хмыкнул. Скоро мы начнем с Умником разговаривать совсем как равные – обзывая и посылая друг друга без задних мыслей.

«Давай, что ли, приступим прям сейчас». – Я посмотрел на всплывшие перед глазами часы. До вечера еще часов пять есть.

Оставшееся время я усиленно занимался под чутким руководством Умника. Первоначальная задача, которая стояла передо мной, – это научиться видеть магическую энергию. Как сказал Умник, эта энергия есть практически везде, в той или иной степени насыщенности. Иногда она выглядит как свечение различной окраски и аморфной формы, иногда – как энергетические жгуты. Принцип видения этой энергии отличается от того, с помощью которого можно видеть ауру. Уж чего только Умник не делал: и объяснял мне, и напрямую ковырялся у меня в мозгах – все без толку было. По крайней мере, сначала. Только через несколько часов, когда у меня уже голова разваливалась от напряжения и утомления, я увидел слабую энергетическую паутинку, созданную Умником перед моим лицом. Буквально на пару секунд. После этого я с чистой совестью послал Умника куда подальше, сел в телеге и решил сменить умственную работу на физическую.

Следующий час я прохаживался вдоль медленно двигающегося каравана, перезнакомился со многими гномами. Везде меня встречали хорошо, улыбались, заводили разговоры. И всех интересовали мои очки. Я уже устал отвечать на вопросы, что, мол не люблю яркий свет, давал посмотреть сквозь них, предварительно выключив изображение. Они удивлялись не устройству очков, а тому, что кому-то пришло в голову таким образом прятаться от солнца. Очевидно, с разноцветными стеклами гномы знакомы. Лана хвостиком ходила за мной, задавая кучу вопросов, на многие из которых я просто не знал, что отвечать. В таких случаях я делал многозначительное выражение лица и молчал. Кроме того, я сам задавал вопросы. На многие из них мне просто не отвечали, или сами не знали ответов. Но, судя по обмолвкам, из которых я попытался составить цельную картину, караван должен был доставить в столицу человека, именно человека, не гнома. Ему надо было попасть к определенным влиятельным гномам, и он сам является представителем (или послом) верхушки знати людей. Судя по тому, что в качестве охраны его сопровождал гвардеец-мечник короля страны, прилегающей к землям гномов, особа была важная. Я с ним не разговаривал, да и он не особо горел желанием общаться. А вот с мечником я хорошо поладил. Ко мне он оказался настроен весьма положительно.

– Как же получилось, что ты так глупо подставился под стрелы? – Я шел рядом с телегой, в которой он сидел и морщился, придерживая больную руку, когда телега попадала колесом в ямки и ее ощутимо трясло.

– Да очень просто. – Он снова попытался поудобней пристроить свою руку. – Когда все началось, я шел в голове каравана – думал немного подышать свежим воздухом, а не этой пылью, что поднимают телеги. Если бы не моя реакция мечника – давно бы уже валялся мертвый.

Леон (так звали мечника – я даже удивился тому, что его имя звучит как наше, земное) с детства обучался у наставников бою на мечах и делал такие успехи, что его отец – благородного происхождения, но из обедневшего рода – с удовольствием отдал сына на дальнейшее обучение в гвардейскую школу, попасть куда, надо сказать, было очень сложно. Семье будущего гвардейца платили нехилые деньги в течение всего периода обучения – около пяти лет. Так что ему, можно сказать, повезло. Правда, после такого обучения гвардеец обязан отработать в течение двадцати лет, а дальше – как захочет, может и до конца своей жизни служить в гвардии.

– Единственное, что меня огорчает, – продолжал Леон, – это то, что мои служебные мечи (на свои я еще не заработал), хоть и неплохой закалки, поломались – один был разбит ударом секиры, который я неудачно парировал из неудобного положения, атакуемый с нескольких сторон. Этот же удар и сломал мне другую руку. – Он грустно покачал головой. – Второй меч попал под колесо телеги, дернутой ошалевшей лошадью, перед мордой которой кричали и махали оружием. Вот такие вот дела…

Я только кивнул в ответ. Интересно, что у них бывает за утерю табельного оружия?

– Да просто вычтут из жалованья. – Он снова поморщился, но уже не от боли: – Проклятье! Теперь придется пару месяцев не отсылать денег домой отцу, а семья у меня большая: три сестры, которых пора уже замуж выдавать, а приданого не накопили. Мне и на лечение придется потратиться. А маги-лекари дорого берут за свою работу. Кроме меня еще старший брат есть, он управляет с отцом хозяйством, да только что-то у них не очень получается… А ты молодец, Ник, – возобновил он свой практически монолог. – Я сам не видел, но мне рассказали, как ты помог и лихо махался своим прутиком, – с доброй улыбкой посмотрел он на шест в моей руке.

– Скажи, а кто такая Лана? – поинтересовался я, поймав ее фигуру глазами. Она с увлеченным выражением лица что-то обсуждала с дедом Васой.

– Да внучка она ему, – проследив за моим взглядом, ответил Леон. – У гномов ведь как: если рождается ребенок с магическими способностями, он обучается у себя в семье до совершеннолетия. При этом его учат основам магии и передают ему семейные секреты. Потом его, чаще всего, отдают на обучение в свою академию или посылают к нам, так сказать, для обмена опытом. Вот Лана и учится у своего деда. Я думаю, на самом деле она ему правнучка, если не прапра. Ты видел, какой старый дед Васа? Явно не одну сотню лет живет. Вот на следующий год Лана планирует поступить в академию, как раз в моем родном городе, на факультет целительства. Дед Васа уже договорился со мной, чтобы я приглядывал там за нею. Жить она будет в нашей городской резиденции, отец не будет возражать. Хорошая девушка. – Он с доброй улыбкой смотрел на нее.

Ну что ж, видно, неплохой парень этот Леон. Я бросил взгляд на его руку.

– А разве Лана не может хотя бы снять тебе боль? – Действительно странно: два мага в караване, а тут люди мучаются.

– Да у нее запасы магической энергии небольшие. Еще молодая. Хватает на одного больного, а потом полдня набирается сил. Она пока не может много энергии накапливать.

– А дед Васа?

– А-а, – он собрался махнуть рукой, но вовремя остановился, – его сильно потрепал маг разбойников, он почти пустой. Так мне Лана сказала. Он, наверное, до самой столицы еще ничего не сможет делать…

А я про себя подумал, что это может быть еще одной причиной, почему Дортмун так разговаривал со мной и не задавал лишних вопросов – чтоб не настроить меня против себя. Ведь нет гарантий, что на караван не нападут снова. А я вроде как справился с магом противника. Только почему меня прямо не спросили, маг я или нет?

«Да потому что ты не определяешься как маг, уж на это сил у Васы должно хватить. При этом результат в виде умершего непонятно от чего мага налицо», – влез Умник.

«Эй! Эту мысль я не проговаривал! – удивился я. – А ну колись, в чем дело!»

«Ну, – скромно начал Умник, – я ведь теперь плотно работаю с твоим мозгом, вот и научился иногда понимать не только проговариваемые мысли. Но ты не расстраивайся, – успокоил он меня. – Это не всегда происходит!»

«Да я и не расстраиваюсь. Просто постарайся не делать этого без крайней необходимости. Знаешь, как неприятно чувствовать, что твои мысли – уже не только твои?»

«Ладно. Я понял», – согласился Умник.

Я покосился на Леона, баюкающего свою руку, и мне пришла в голову одна мысль.

«Скажи, Умник, я так понимаю, местные способы магического лечения основаны на том, что маг пытается воздействовать на больные участки тела через ауру. Так?»

«Верно».

«А ты проделывал это со мной немного по-другому – напитывал информструктуру моей энергией, которая выправляла энергетику всего организма через ауру. Так?»

«Ага».

«То есть твой вариант намного эффективней. Так?»

«Разумеется. Информструктура – основа всего сущего, любого объекта. Помнишь, я рассказывал, что если взять информструктуру любого объекта и напитать его энергией, то мы материализуем этот объект. Такого рода магическая энергия способна преобразовываться в материю под действием информструктуры».

«А почему местные маги не понасоздают всего, чего пожелают?»

«А потому, что хоть они и действуют по схожему принципу, но используют местную магическую энергию, вытягиваемую из местной природы, вернее, планеты. А она не очень подходит для такого действия. Даже если постоянно подпитывать этой энергией объект, то он со временем разрушается, в отличие от объекта, созданного с использованием настоящей энергии и информструктуры».

«Ладно, мы немного ушли в сторону. Я вот что хотел спросить. Я еще не могу магичить, но во мне есть настоящая магическая энергия, так?»

«Верно, у тебя есть малюсенький канал связи с информсетью, который я открыл еще в начале преобразования твоей структуры. Он очень маленький, но достаточный для постепенного твоего развития и получения настоящей энергии, которую ты можешь накапливать в себе, впрочем, как и обычную магическую энергию…»

«Стоп! Я не об этом. Можешь ли ты, используя мои запасы энергии, воздействовать на других людей? Вернее, на их информструктуры?»

«Ну в принципе да, только на небольшом расстоянии, думаю, с десяток сантиметров».

«Десяток сантиметров от тебя? Или ты можешь использовать мое тело как проводник?»

«Ну я не думал об этом, но сейчас вот ты спросил, и я сообразил, что действительно могу. Хм. Интересно получается. Дай-ка мне подумать… Да, пожалуй, так. На самом деле я могу использовать твою информструктуру как проводник настоящей энергии, твою ауру – как проводник местной магической энергии, а твой организм – как источник энергии…»

«Отлично! Вот это я и хотел услышать от тебя, – обрадовался я. Возможно, мне удастся попробовать реализовать свою задумку. – Послушай, – сказал я, мысленно потирая руки. Хоть я еще и не могу магичить, но всякие магические штучки с помощью такого разговорчивого «костыля», как Умник, проделывать смогу. – Я хочу попробовать полечить Леона. Как ты думаешь, получится?»

Умник некоторое время молчал.

«Хм. Вот сколько я общаюсь с тобой, все время открываю что-то новое для себя. Конечно, давай попробуем. Ведь в принципе это ничем не отличается от того, что я проделывал с тобой, только немножко другой механизм воздействия – не напрямую, а через твою информструктуру как через… хм… прокси? Ага, именно так описывался похожий принцип в твоих книжках по информатике».

Пока Умник говорил, я обдумывал, как подойти с этим к Леону. Сообразив, о чем говорит Умник, я усмехнулся и сказал ему:

«Молодец, правильные ассоциации проводишь. В таком случае, освежи в памяти принципы работы фаерболов, чуть позже мы поговорим об этом».

Озадачив Умника таким заданием, я взобрался в телегу к Леону, уселся рядом и, кивнув на руку, спросил:

– Что, болит?

Леон покосился на меня, мол, зачем спрашивать об очевидных вещах, и нехотя кивнул.

– Хочешь, полечу?

Теперь он с интересом посмотрел на меня.

– И скольких человек уже нет на свете после твоего лечения? – Леон улыбнулся, показывая, что это шутка.

– Ни одного, – в ответ улыбнулся я. Не говорить же ему, что и вылеченных мною еще нет, он будет первый. А мне необходимо проверить свою гипотезу о возможности использования Умника в моих целях.

– Давай сюда свою руку. Положи мне ее на колени, – скомандовал я.

Леон пару секунд посомневался, но затем сделал то, что я от него потребовал.

Я посмотрел на руку, лежащую на моих коленях. Она была в лубке. Пальцы слегка посинели. Не прикасаясь, я расположил поверх нее свои ладони, как это делали экстрасенсы, про которых я смотрел кино, и мысленно сказал:

«Давай, Умник, приступай!»

«Приступаю, командир!» – откликнулся он.

Вот странно. Я-то думал, что ничего не почувствую, однако внутри себя явно почувствовал вроде дуновения ветерка. Я внутренне сосредоточился, как учил меня Умник в последние часы. Для удобства прикрыл глаза и попытался вызвать в памяти то чувство, которое появилось у меня в тот момент, когда я увидел магическую паутинку Умника. Минут через десять мне это удалось. Только по лицу струился трудовой пот, вызванный моими усилиями. Я не стал отвлекаться на такие мелочи, завороженный открывшимся мне зрелищем. Я увидел очень сложную сеть, даже не сеть – она все-таки плоская, – а скорее пространственную энергетическую структуру. В ней присутствовали и каналы, и узлы различной формы и размера. Все это мерцало и переливалось всеми цветами радуги. Но превалировал голубой цвет. Красота неописуемая!

«Ух ты! Что это?» – в восторге мысленно воскликнул я.

«Где? – тут же откликнулся Умник. После моих объяснений он удовлетворенно произнес: – Ну наконец-то! Ты видишь даже больше, чем я думал. Это информационная структура Леона. Сейчас она соприкасается с твоей структурой, не перемешиваясь. Ты должен видеть что-то вроде искорок, видишь?»

Я заметался взглядом по пространству и внизу увидел то, о чем говорил Умник. И тут же увидел свою информструктуру. Чем больше я в нее всматривался, тем больше тускнела структура Леона, но разгоралась моя. Не понял этого эффекта.

«Просто твоя информструктура светится немного в другом диапазоне. Этим ты отличаешься от местных. Но, в общем, у тебя все так же», – пояснил Умник.

Я присмотрелся и наконец увидел рой искорок, срывающихся с узлов моей информструктуры и осаживающихся на узлах структуры Леона, впитываясь в них.

«Странно, не ожидал, что энергия может выглядеть как рой искорок. Или я не прав?» – спросил я.

«Прав. Это потому, что, если я буду напрямую передавать энергию, может возникнуть перегрузка, и пациент почувствует дискомфорт или потеряет сознание. К тому же информструктуре надо дать время на впитывание и усвоение энергии. А так он ничего плохого не почувствует. Я просто закукливаю небольшие порции энергии в слабенькие «запоры», формируя таким образом эти искры, и отсылаю каждую в строго определенное место структуры пациента».

«Хм… А как ты контролируешь необходимое количество энергии?»

«А вот так, смотри».

Я тут же увидел сотни или даже тысячи тонюсеньких энергетических волосков, на короткое время связавших мою структуру со структурой Леона.

«Класс». – Я был просто в восторге. Такая красота.

«Это я подключился к узловым точками информструктуры Леона и снял нужную информацию».

«Ну и как там дела?» – Я с интересом смотрел, как искорки впитываются структурой Леона.

«Нормально дела. Можно было бы, конечно, ударной дозой вогнать всю необходимую энергию, но, опять же, есть риск неприятных последствий. А так, вот сейчас закончим, дадим время информструктуре Леона преобразовать и обработать энергию. И проведем еще пару сеансов. А дальше он сам уже поправится. Ему надо будет побольше есть, чтобы быстрее шли регенерационные процессы, запущенные информструктурой».

Досмотрев «кино», я открыл глаза и прищурился от яркого света. Бадди-комп тут же среагировал и чуть сильнее затемнил очки. Напротив сидела Лана и внимательно смотрела на то, что я делаю. Она еще не заметила, что я очнулся: глаза закрыты очками.

«Умник, скажи, а Лана, ну или вообще любые маги могли видеть то, что происходило сейчас?» – Мне пришло в голову, что я поступил необдуманно. Возможно, мне было бы выгоднее скрыть свои способности. А может, и нет, надо еще обдумать это.

«Вряд ли, – ответил Умник. – Это совсем другой уровень энергетического взаимодействия. Я почему и удивился, когда ты увидел мои действия. По логике вещей, ты должен был сначала научиться видеть энергию местной магии. Но вполне возможно, что для тебя здесь разницы нет – все-таки ты сильно отличаешься от местных».

«Хорошо», – облегченно вздохнул я.

«Но кое-что она могла видеть, – тут же огорошил меня Умник. – Ведь мои действия отражались на ауре Леона. Если Лана может видеть ауру, то и эти изменения вполне могла заметить».

«Ладно, разберемся по ходу дела», – подумал я.

Я пошевелился. Лана тут же спросила:

– А что это вы тут делаете, а?

– Да так, – пробормотал я, – плюшками балуемся.

Она перевела взгляд на Леона. Я тоже посмотрел на него. Он сидел с легкой улыбкой на лице, прикрыв глаза. Лицо чуть раскраснелось. Услышав вопрос Ланы, он открыл глаза, резко выдохнул и широко улыбнулся.

– Ну спасибо, Ник! – наконец произнес он. – Ты представляешь, Лана, – он радостно посмотрел на нее, – Ник, оказывается, лекарь! Моя рука уже почти не болит!

Лана нахмурилась и пододвинулась к нему:

– Ну-ка дай посмотрю! – Она приблизила ладони к руке Леона, совсем как я до того.

Пробормотав что-то вроде «действительно», она спрыгнула с телеги и куда-то побежала. Мы с Леоном недоуменно переглянулись. Еще раз посмотрев вслед Лане, я заметил, что она о чем-то разговаривает с дедом Васой. Вот дрянь! Снова стучать побежала!

– Не обижайся на нее, Ник, – виновато проговорил Леон. – Я думаю, она просто завидует. Она со мной возилась все это время, а результат был очень слабый, даже боль не проходила, только на некоторое время ослабевала. А тут ты за один раз избавил меня от боли. А если еще и заживать начнет быстрее… – мечтательно пробормотал он.

Я заметил, что он клюет носом.

– Поспи чуток. – Я спрыгнул с телеги. – Тебе надо отдохнуть. И не забывай побольше есть, а то заживление будет плохо идти, и воды пить побольше, чтобы выводить из организма всю гадость, остающуюся после регенерации. Потом надо будет еще пару сеансов провести.

Но последних моих слов Леон уже не слышал. Со счастливой улыбкой на лице он посапывал в две дырочки. Я вздохнул. Как мало надо некоторым для пусть и кратковременного, но счастья…

Снова посмотрев на телегу с Васой, я заметил, что он разговаривает с Дортмуном, который, слушая его, бросал взгляды в мою сторону. Ну ничё, в таверне поговорим и узнаем, до чего они додумались.

А пока я решил не терять времени даром и на ходу стал разминаться и приводить свою физическую форму в порядок.

Глава 5

Караван гномов

Вышагивая рядом со своей телегой и потихоньку разминая мышцы и связки, я периодически поглядывал на гномов, явно обсуждающих мою персону. Меня вдруг разобрало такое любопытство, что я стал прикидывать, как бы подслушать, о чем они говорят. Неожиданно я хлопнул себя по лбу. Вот я тормоз!

«Умник! Ты же говорил, что можешь слышать происходящее вокруг. Дотянешься до телеги Васы?»

«Думаю, что да», – ответил Умник.

Оказывается, он нашел способ, как видеть и подслушивать, что происходит вокруг, не создавая видимых «глаз», как это было в первый раз, когда мы с ним познакомились. Я очень заинтересовался, но пока не стал уточнять, каким образом он это делает. К сожалению, доступное расстояние для Умника – всего лишь около пятидесяти метров. Но на безрыбье, как говорится… К тому же в моем бадди-компе нет дистанционных микрофонов, что мне Умник и восполнит.

«Включай!» – скомандовал я.

– И снова мой ответ: не знаю, – раздался у меня в голове голос Васы. Качество просто отличное! Я улыбнулся и погладил браслет с Умником. – Даже после того, как он показал свои способности к целительству, я не могу определить, кто он.

– Но послушай, мэг Васа! Я ведь знаю, что про любого мага по его способностям можно сказать, где он учился и на кого, так же как поведение выдает положение человека в обществе.

– Н-да? – усмехнулся Васа. Кстати, что означает слово «мэг»? – Ну так скажи мне, к какому сословию принадлежит Ник?

В это время я увеличил изображение телеги Васы в очках. А чтобы не споткнуться, вывел его только на левый глаз. И увидел, как Дортмун смутился от слов Васы.

– Да, ты прав. Он вызывает двоякое впечатление. С одной стороны, в нем нет высокородной спеси, присущей человеческой знати при разговоре с нами, гномами. С другой стороны, он не вызывает и впечатления человека низкого происхождения. Непонятно, правда, почему он не умеет ездить верхом. Благородных-то этому с пеленок учат. Да еще и твои слова: «Не маг он, не маг»! А кто уничтожил мага нападавших? А откуда у него целительские способности? И ведь посмотри – после лечения не лежит пластом. – Они оба оглянулись на меня. Я как ни в чем не бывало выкручивал себе руки за спину, стараясь поднять как можно выше сложенные вместе ладони. – И чего это он делает?

– Думаю, разминается, – ответил Васа. – Ты прав, мой друг. К сожалению, я потратил слишком много сил на противостояние противнику и сейчас не в форме. Но даже в таком состоянии способен определить, маг человек или не маг! У него нет характерного магического запаха. – Васа покосился на Дортмуна – поймет ли он. – В нем не чувствуется магической энергии. Такое бывает или у простого человека, или у полностью опустошенного мага, или у мага, заблокировавшего все свои эманации. Но, во-первых, долго блокировку держать нельзя. Во-вторых, маг, даже будучи закрытым, открывается, проводя лечение. Чего с Ником не произошло. Словам Ланы я верю, уж этому я ее научил. Я еще сам это проверю, но, судя по словам Ланы, лечение руки Леона Ник провел на высшем уровне. Я бы тебе посоветовал обратиться к нему и попросить полечить остальных раненых. Ну а я буду рядом и присмотрюсь к нему.

Некоторое время оба молчали.

– Так все-таки, – подал голос Дортмун, – неужели ты ничего не определил по его ауре во время разговора?

– Вот пристал, – недовольно ответил Васа, – я ведь тебе гномьим языком сказал: ничего! У него такое месиво в ауре было, что и сам архимаг ничего бы не понял!

– Ну вот видишь!

– И еще раз я тебе повторяю, – устало проговорил Васа. Вот ведь упертый тип этот Дортмун. – У него организм в процессе восстановления, поэтому в его ауре ничего не видно. Разумеется, кроме информации, относящейся к состоянию здоровья.

– Но ведь ты говорил, что он не жилец, однако смотри, как прыгает! Поздоровее нас с тобою будет!

Васа пожал плечами:

– Если хочешь узнать мое мнение, то его у меня просто нет. Есть несколько версий, но все они, как бы тебе сказать… не заслуживают особого доверия.

– Ну-ка, ну-ка! – явно обрадовался Дортмун.

– Во-первых, – голос Васы стал менторским, точь-в-точь как у моего препода по экономике в институте, – он может быть сыном какого-то богатого и родовитого вельможи. Возможно, обучался магии.

– Вот видишь! – перебил его Дортмун. – А ты говоришь, не маг!

– Если ты будешь меня перебивать, – угрожающе произнес Васа, – то рискуешь не дожить до конца моего рассказа! Помрешь от старости!

– Все, все! – усмехнувшись, примирительно поднял руки Дортмун.

– Я не говорю, что Ник не умеет магичить – все факты свидетельствуют об этом. Я лишь говорю, что он не определяется как маг! А это возможно только в перечисленных мною случаях! – Васа легонько пристукнул кулаком рядом с собой. – Правда, есть еще один способ проверить это. – На несколько секунд возникла пауза. – Вообще аура – это не только цветовые картинки. Она еще звенит. Это можно услышать только на близком расстоянии, ну еще и уметь надо слышать этот звон. При должной тренировке даже немаги могут научиться. И у магов, как ты понимаешь, она звенит по-другому.

– Ну и?..

– Ну и все. Я этого не проверял и вообще не пойму, чего ты от меня хочешь. – Васа пожал плечами. – Какая тебе разница, что я скажу? Маг он или нет, но что-то умеет. Тебе ведь важен результат, а не мои слова?

Дортмун погладил свою бороду, надолго задумавшись.

– Ты прав, мэг Васа, – наконец произнес он, – важен результат. Но еще мне хочется побольше узнать о нем. Просто Ник мне понравился. Чем-то напоминает мою жену Альену. Всегда хотел иметь сына вроде него, – он кивнул в мою сторону, а я чуть не споткнулся от неожиданности, – и чтобы он был магом.

Дортмун мрачно замолчал.

Васа успокаивающе положил руку на его плечо:

– Прости, друг. Сочувствую твоему горю, но ведь прошло уже больше полувека. Я думал, что ты пережил это.

– Боюсь, такое никогда не забудется.

– Эх, и приспичило же тебе жениться на человечке, – вздохнул Васа.

Оба гнома замолчали, о чем-то задумавшись. А мне почему-то стало не по себе.

– Теперь я понимаю твой интерес и вопросы, – пробормотал Васа.

– Ладно, мы отвлеклись. – Дортмун уже справился с собой и выглядел как обычно. – Скажи, почему ты решил, что он из богатой семьи?

– Ты ведь знаешь, что у Ника было сломано ребро на спине? – Оба гнома снова посмотрели на меня, а я так увлекся их разговором, что бросил разминку и просто шел, стараясь не упустить ни слова.

– По нему не скажешь, – пробормотал Дортмун.

– А как ты думаешь, чем это его приложили?

Дортмун пожал плечами, мол, мало ли что в бою может произойти.

– Хорошо, – продолжил Васа, – ты ведь видел его одежду. Что на нем было надето?

Повторное пожатие плеч.

– Какая-то рубаха, что ли.

– Так вот, я сам не видел, но ребята рассказывали, что в спину Нику ударили мечом. Ну-ка вспомни, как выглядят доспехи после удара мечом? А били сильно, можешь мне поверить.

– Да как же его не развалили пополам! – У Дортмуна даже голос задрожал от удивления. Он снова оглянулся на меня, наверное, чтобы удостовериться, что шагаю я целый, а не мои две половинки. Я не выдержал и помахал ему рукой.

– Вот паразит! – вздрогнул Дортмун, но явно облегченно. – Такое ощущение, что он нас слышит. Ты видел? Он мне помахал рукой!

– А ты почаще оглядывайся на него. Тут и магии не надо, чтоб понять, что разговор идет о нем, – недовольно проворчал Васа. – А слышать он нас не может – далеко, а магии я не чувствую. – Он покосился на скептически хмыкнувшего Дортмуна: – Да-да, чтобы чувствовать такие вещи, достаточно малой капельки магических сил и просто знаний и умений. Так что не хмыкай!

«Ух ты, Умник! – восхищенно сказал я. – Как ты этого добился?»

«Секрет фирмы! – ухмыльнулся он. – Ну Ник! Это же просто! Все умения Васы заточены на запах местной магии, а я ведь по большей части, особенно в таких случаях, использую чистую магию, а это другой уровень воздействия».

Я только покачал головой.

– Ну как, сообразил? – спросил Васа.

– Неужели это… – начал Дортмун и замолчал.

Васа:

– Да, мой друг. У Ника зачарованная одежда. Причем вся. Я проверил. Сам понимаешь, сколько золота могут отсыпать за одну такую рубаху парня. И ведь что обидно. Сделать-то ее просто, сам механизм преобразования простой. Но слишком много времени и терпения для этого надо – прерывать процесс нельзя. Я сам по молодости несколько раз пытался себе такую одежду сделать. Но все время что-то отвлекало или терпения не хватало. Вот такие дела, дружище, – закончил Васа.

И снова оба гнома замолчали. Дортмун сокрушенно качал головой и что-то неразборчиво бормотал про себя.

– Ну ладно, – наконец вздохнул он. – А вторая версия?

– О-о, – протянул Васа, – эта версия – всем версиям версия. Ты ведь обратил внимание, как свободно Ник говорит на гномьем языке? – Дортмун кивнул. – Многие ли люди говорят на нем? – Дортмун отрицательно помотал головой. – А ничего странного в его говоре ты не заметил?

Дортмун несколько мгновений подумал.

– Иногда что-то царапает слух, но что – не пойму, – наконец ответил он.

– Правильно, просто ты еще молодой, – хмыкнул Васа. – И не возражай! – прикрикнул он на вскинувшегося Дортмуна. – По сравнению со мной ты просто сосунок! Так вот, – успокоившись, продолжил Васа, – в его говоре проскальзывают словечки, которые использовали гномы несколько тысячелетий назад. Вот и думай, что хочешь.

Васа замолчал.

– А откуда ты знаешь об этом? – недоуменно спросил Дортмун.

– Ну ты, друг, совсем уже потерял остроту ума! Я ведь кто? Я – маг, не неуч какой-то! Ты что, думаешь, мы древние книги по магии в переводе читаем? Да любой маг изучает такие книги в оригинале.

– Ну ладно. А вообще что ты думаешь на этот счет?

Дед Васа с улыбкой посмотрел на него:

– Ты ведь помнишь, что я просто высказываю различные версии? Так вот, вторая моя версия такова: Ник – очень сильный маг, попавший сюда из далекого прошлого. При этом он или потерял часть своей памяти, или хорошо маскируется. Это объясняет нестыковки в его поведении и странную магию. Мало ли что из далекого прошлого сокрыто от нас.

– Ну ты даешь, мэг Васа! – удивленно проговорил Дортмун. – Такого и в пьяном бреду не придумаешь! Извини меня за такое сравнение.

– Прощаю, прощаю, – улыбнулся Васа, я это почувствовал по его голосу. – Как ты понял, у меня нет однозначного ответа на твой вопрос.

– А что ты скажешь насчет оружия эльфов в котомке у Ника? – спросил Дортмун.

– А вот это мне совершенно неинтересно, – поморщившись, ответил Васа. – Пусть он хоть всех их там перерезал, какое нам до этого дело?

– Ну да, – пробормотал Дортмун, – почему-то я и не сомневался в твоем ответе. Я ведь помню, что ты их не любишь. Не скажешь за что?

– Это мое, – потвердевшим голосом ответил Васа. – Не лезь.

– Ну да, «не лезь», – пробубнил Дортмун, – а если эльфы его ищут? Ты же видел клеймо на одном из мечей? Королевский дом. Вдруг он убил кого из них? Они ведь его будут искать, пока не найдут. И не принесет ли нам это неприятностей?

Он погрузился в свои мысли и через некоторое время хмуро спросил:

– Замаскировать его, что ли? А как? Ведь одежду свою заговоренную он вряд ли захочет сменить. И что же мне делать?

– Не знаю, мой друг, – печально ответил Васа. – Я просто этого не знаю. Сначала я хотел посоветовать тебе избавиться от Ника, просто отправить его подальше от нас. Причину придумать несложно. Но после твоих откровений – просто не знаю. Решай сам. Думаю, для нашего дела он не помеха. А неприятности могут быть только от его возможных влиятельных родственников, если им не понравятся наши действия или то, что вытворяет Ник, и от эльфов, от которых, что бы ты там ни думал, всегда можно отбрехаться. По крайней мере, я смогу прикрыть нас с этой стороны. Мою вторую версию серьезно рассматривать не стоит. Все. Иди, Дортмун, я устал. Староват я для всего этого, – притворно покряхтел он. – Если что надумаешь – сообщи. – Он огляделся по сторонам. – Думаю, к таверне мы выедем где-то через час. А я пока подремлю…

Я попросил Умника отключить прослушку и задумался. Услышанное в корне меняет мое понимание действий гномов. А соответственно, надо корректировать свои планы. Похоже, гномов мне бояться особо не стоит. Приятно, черт возьми, встретить первое существо в этом мире, возможно имеющее вес в обществе, которое испытывает ко мне положительные чувства! Лана не в счет. Не совсем понятно, что она ко мне испытывает. И еще. Не все гномы хорошо относятся к эльфам, судя по реакции Васы. А то просто какая-то идиллическая картинка вырисовывалась.

* * *

За этими размышлениями время пролетело незаметно. Дорога резко повернула вправо, деревья очередной рощи расступились, и совсем недалеко, за небольшим холмом, я увидел большое двухэтажное здание, стоявшее у тракта, в который плавно вливалась наша дорога. Не знаю, оживленный ли этот тракт или нет, но в данный момент на нем никого не было. Однако, судя по состоянию, используют его достаточно часто. Еще на подъезде к таверне нас встретил лай нескольких собак, бросившихся навстречу, но благоразумно остановившихся неподалеку. Своеобразная сигнализация. Подъехав чуть ближе к таверне и разглядев ее, я умилился. Точь-в-точь салун на Диком Западе. Такие же двери, в половину человеческого роста человека, открывающиеся в обе стороны, – как раз в этот момент из них вышел гном и побрел к большому амбару, расположенному отдельно от таверны. Нет, судя по доносящимся оттуда звукам – конюшня. Рядом с нею – загон, в котором гордо вышагивали несколько лошадей. Никакого забора вокруг таверны не было. Внутри ее возникла какая-то суета, и оттуда выскочил мощный гном, возвышающийся над остальными (судя по всему, слугами), следовавшими за ним. Почти с меня ростом. Только руки у него толщиной с мою ногу. М-да… такой и щелбаном убить может. И главное, где он их накачал? Или его таким мама родила?

Тем временем этот монстр, улыбаясь, вышел вперед и обнялся с Дортмуном, сильно хлопнув того по спине. Тот закряхтел в его объятиях.

– Тише ты, тролль! – наконец выдохнул он. – Раздавишь же!

Тип гулко рассмеялся.

– Не прибедняйся, Дортмун! – пробухал он, стукнув его ладонью по плечу, отчего тот пригнулся. – Тебя не так-то просто раздавить! Я еще помню, как ты меня, такого здоровенного, тащил трое суток на себе! После этого ни за что не поверю в твою слабость!

– Тише ты! – оглянулся на нас Дортмун. – Что-то ты, смотрю, совсем расслабился. Рассказываешь всякие сказки. Наверное, жизнь спокойная пошла, да?

Тип посмотрел на караван, взгляд у него оказался цепким – мгновенно все, что надо, высмотрел, оценил.

– С каких это пор в твоем караване путешествуют люди?

– С тех самых пор, Дрихтмун, как за это стали хорошо платить, – мрачно ответил Дортмун.

Дрихтмун внимательно посмотрел на него, еще раз окинул взглядом караван:

– Нападение? Раненые?

Дортмун кивнул:

– И не только раненые.

Дрихтмун махнул рукой в сторону приехавших. Слуги сразу засуетились, некоторые побежали в дом, другие бросились к телегам. В общем, наступила суета. Тут Дрихтмун поклонился деду Васе и проговорил:

– Приветствую вас, уважаемый мэг Васа. Рад видеть вас в добром здравии. Прошу, проходите в таверну. Комнаты скоро будут готовы. Вижу, вам необходим отдых.

Васа кивнул и степенно прошел внутрь. Тут из хвоста каравана прибежала Лана и с визгом бросилась на шею Дрихтмуну. Тот подхватил ее и, хохоча, подбросил в воздух. Ну и силища, восхитился я. Это что же получается – Васа с Дортмуном давненько знакомы? А заодно и с этим Дрихтмуном…

Я огляделся. Остальные гномы занимались обычным делом – расседлывали лошадей, отгоняли телеги. С помощью слуг аккуратно стали заносить раненых в дом. Я кинулся им помогать. Внося, на пару с другим гномом, раненого в таверну, услышал за спиной вопрос Дрихтмуна:

– А что это за человеческий паренек?

Дортмун вздохнул, затем ответил:

– Пойдем, что ли, в дом, Дрих. Ты так и не научился гостеприимству – держишь своего старого друга на пороге и допрашиваешь. Даже элем не угощаешь. И как только не разорился еще? Вот угостишь – обо всем и расскажу.

* * *

Внутри салун оказался очень просторным. Весь первый этаж был приспособлен под зал для приема пищи. Везде расставлены столы. С трех сторон в стенах – широкие окна, сейчас раскрытые. Без стекол, как я заметил. При необходимости снаружи закрываются ставнями. Только с одной стороны не было окон – в дальнем конце зала находилась барная стойка, за ней – стена, уставленная всевозможными бутылками. Посередине стены – голова чучела какого-то страшного животного с огромными клыками. Справа от стойки – лестница на второй этаж, куда мы и понесли раненых. Дорогу нам указывал какой-то пацан. Первый встреченный мною ребенок-гном ничем не отличался от человеческих детей этого возраста. Все-таки мне непонятно, почему при таких небольших различиях расы так сильно противопоставляют себя друг другу. Пожалуй, у нас негры сильнее отличаются от европейцев. Хотя что я знаю о местном житье-бытье? Да практически ничего. Так что и голову пока забивать незачем.

Пока я таскал раненых из телег и обустраивался в выделенной мне отдельной маленькой комнатке (судя по всему, на момент нашего приезда у Дрихтмуна было мало постояльцев), куда я перенес свои вещи, оба гнома уселись в зале и вели тихий разговор. Разумеется, я не мог упустить такой возможности получить побольше информации и вовсю подслушивал их.

– Ну и зачем ты связался с людьми? – гулко бухал Дрихтмун.

– Да я уже и сам жалею, – отвечал Дортмун. – Понимаешь, все это не выглядело опасным или сложным. Просто на меня вышел знакомый с предложением доставить одного человечка в нашу столицу. Я все равно туда собирался, правда, позже. Меня даже не насторожила сумма в пятьсот золотых. Я сразу подумал о своем. Давно хочу открыть в столице свое дело. Правда, еще не решил какое. Надоело быть только посредником в торговых делах, хоть это и приносит хороший доход. Еще надоело постоянно мотаться по дорогам. Хочется осесть.

Дрихтмун хмыкнул.

– Не узнаю тебя, дружище! – пророкотал он. – А как же песнь дорог, ветер в лицо, ночные посиделки за костром? Не ты ли мне об этом рассказывал? Да еще и соблазнял присоединиться к тебе?

– Эх, Дрих! – вздохнул Дортмун. – Старею, наверно.

Молчание на десяток секунд.

– Ну так что у тебя произошло в дороге? – наконец спросил Дрихтмун.

Дортмун хлебнул пива и продолжил рассказ:

– Попали в засаду. Оказалось, что кому-то поперек встало то дело, по которому я взялся доставить Мерка Инвази в столицу. Это тот, кого я сопровождаю. Напали неожиданно, у них был сильный маг, который связал магическим боем Васу. Так что он нам был не помощник. Ну и сначала закидали стрелами, потом полезли скопом. Я думаю, нападавших обработал их маг, так как они не считались с потерями, да и потом у пленных мы практически ничего не смогли вызнать. Пришлось взять их с собой. Васа обещал в столице с ними поработать, сейчас он практически никакой – сильно вымотался в бою. А я чувствую себя так, как будто меня макнули в отхожее место. Погибло несколько хороших гномов. И все из-за разборок между людьми.

– М-да, – протянул Дрихтмун, – жадность до добра не доводит.

– Не смей называть меня жадным! – обиделся Дортмун. – Я готов отдать все полученные деньги и еще приплатить сверху, только бы вернуть погибших парней! Неужели ты считаешь меня способным за деньги погубить гнома? – Он раздраженно стукнул кружкой по столу.

– Успокойся, Дор! – мягко произнес Дрихтмун. – Я не считаю тебя способным на такое. Только что ты скажешь семьям погибших?

Снова тишина.

– А Васа еще молодцом держится, – наконец заговорил Дрихтмун. – Судя по тому, что он почти опустошился, враг ему попался крепкий. Чем же все закончилось?

– А вот здесь самое интересное и начинается, – оживился Дортмун. – Васа мне признался, что почти проиграл поединок с магом, но тут ему неожиданно помогли.

– О как! – удивился Дрих.

– Ага. – Дортмун хлебнул пива. – Внезапно появился тот парнишка, на которого ты обратил внимание. По всему выходит, что это он помог. Васа сказал, что почувствовал, как маг отвлекся, поток силы от него ослабел. А затем от мага пошла такая волна ужаса, что даже по Васе ударило. Ну а потом мы нашли того мага мертвым. Сердце остановилось.

– Хм. А парнишка-то непрост, – проговорил Дрихтмун. – Крепкий – это да, но на мага не очень-то похож.

– И многих человечьих магов ты видел, чтоб судить? – скептически спросил Дортмун.

– Да уж пришлось повидать, – пробормотал в ответ хозяин.

– А насчет его крепости: после того как разделался с магом, он бросился к нам на помощь, и помог неслабо. Человек пять на его счету точно есть. Да еще те пленные – его рук дело. Мы-то в горячке боя никого в живых не оставили. А Ник по-своему разобрался с лучниками. Вот их-то мы и везем.

– Ну вот, еще и с ними возись, – недовольно сказал Дрихтмун.

– Не беспокойся, – успокоил его Дортмун. – Лана приготовила напиток, который мы им постоянно вливаем – они все время проводят во сне. Зачем нам лишняя головная боль? Охраняй их еще. Дай какую-нибудь каморку – мы их туда сгрузим, и пусть лежат себе спокойно до отправления.

– Ну-ну, тебе видней. А что с Ником – так ты его назвал? Чего он хочет? И зачем с вами едет?

Дортмун задумчиво постучал пальцами по столу.

– Это не он хочет. Это я хочу, чтоб он нас сопровождал, – наконец ответил он.

– Ну-ка, ну-ка. Рассказывай!

– Ну сам посуди. До столицы такими темпами еще дня четыре ехать. Васа нам не помощник. То есть мага у нас сейчас нет. Есть раненые. Ты извини – у тебя их оставить не могу. Надеюсь в столице их быстро поставить на ноги. Дальше. Если на нас нападут такими же силами, как и в прошлый раз, – мы не выстоим. А Ник неплох в бою, да и вроде как маг.

– Вроде как? – тут же уцепился Дрихтмун.

– Ну сам он не говорит. А ты ведь знаешь: когда маги делают вид, что они не маги, то спрашивать у них бесполезно. Да еще и нарвешься на безумца, который вместо ответа сожжет тебя.

– Ну и?..

– Ну и все. Мага он уничтожил. Леона практически вылечил. У него рука была сломана.

– Что за Леон такой? – спросил Дрихтмун.

– А, – махнул рукой Дортмун, – гвардеец, сопровождающий Мерка Инвази. Не знаю, где уж он его достал, но, видно, большие шишки подсуетились, чтобы выбить в сопровождающие целого гвардейца.

– М-да… Дела… – протянул Дрихтмун. – Ну ладно, пока ведь все складывается относительно хорошо? Но я вижу, тебя что-то еще беспокоит.

– Ты, как всегда, прав, друг. Чтобы отбросить все тяжкие мысли насчет Ника, мне не хватает одного. Знания того, что он делал у эльфов.

– А что такое? – удивился Дрихтмун.

Тут меня отвлекли стуком в дверь. Недовольно поморщившись, я попросил Умника отключить воспроизведение интересной беседы и записать ее продолжение, чтобы потом дослушать.

– Открыто! – крикнул я, вставая с кровати, на которой развалился, слушая беседу гномов.

Дверь открылась, и в нее заглянула веселая мордашка молодой девицы, которую я мельком видел внизу.

– Господин Ник, – проговорила она, с интересом рассматривая меня, – хозяин приказал истопить баньку для дорогих гостей. Так все уже готово. Не желаете присоединиться к остальным?

«Баньку?» – удивился я. Откуда-то из глубины позаимствованной памяти всплыло значение этого слова. Действительно, очень похоже на нашу русскую баню. Мне, да отказаться от такого? Который бог знает сколько времени нормально не мылся? Ха, нашли дурака!

Я улыбнулся девушке:

– Ну разумеется, красавица! – От моих слов она зарделась. – Надеюсь, у тебя найдется все необходимое для этого?

– Да, господин, – в ответ улыбнулась она. – Пойдемте, я вас провожу. Там все уже приготовлено.

Кстати сказать, когда я рассматривал комнатушку, то обратил внимание, что она содержится практически в идеальном порядке. Ни пыли, ни грязи. Постель заправлена свежим бельем. Стол выскоблен. И никаких намеков на насекомых, что меня изрядно обрадовало.

Оставив все свои вещи на месте и захватив на всякий случай нунчаки, я отправился за девушкой.

– Как тебя зовут, красавица? – спускаясь по лестнице, спросил я ее.

– Тишь, – быстро оглянулась она, а заметив мой оценивающий взгляд, который я не успел отвести от ее фигуры, весело заулыбалась. – Если вам что-то понадобится, ну там постирать или еще что, – при этих словах она покраснела, – позовите меня. Я живу в самой дальней комнате по коридору.

Я кивнул в ответ, демонстрируя ей свою самую обаятельную улыбку. Я уже знаю, какая услуга от тебя мне понадобится сегодня вечером. И что самое приятное, никто мне не собирается отказывать. По дороге к бане мы мило поболтали о разных пустяках, а заодно я попросил ее к вечеру кое-что для меня сделать, в чем не получил отказа.

* * *

Банька была хоть и не маленькая, но всех гномов вместить, конечно, не смогла. Я шел с первой партией. Местные банные процедуры от привычных мне ничем особо не отличались. Правда, молодые гномы пытались проверить меня на вшивость, поддавая парку, но не учли того, что я сам люблю это дело. Мой дед приучил меня к настоящему жару в баньке. Так что я сам хорошенько наподдал парку, кроме того, удивив гномов еще одним способом использования их замечательного пива. В результате в парилке нас осталось двое: я и еще один не шибко молодой гном, который на своем веку, наверное, и не такое видел. Он только крякнул от удовольствия, и по взаимному согласию мы хорошо друг друга обработали веничками из дерева, похожего на березу.

Выскочив из бани, я попытался найти, а куда, собственно, окунуться?

– А зачем? – удивился тот гном, с которым мы оставались в парилке, остальные с интересом прислушивались к нашему разговору.

– Ну ребята, – протянул я, – вы лишаетесь такого удовольствия. После первого раза обязательно надо прыгнуть в ледяную воду, а потом назад в баньку. Желающие могут повторить, и не один раз.

Разочарованный, я собрался присесть к столу, когда этот гном с сомнением произнес:

– Да? Ну судя по тому, как ты себя вел, толк в банном деле ты имеешь. Тут недалеко, с обратной стороны бани, есть маленькое озерцо. Пожалуй, я тоже попробую твой способ.

А вот теперь я был по-настоящему счастлив.

Где-то через час мы с этим гномом (звали его Тор) и еще несколькими присоединившимися, разомлевши и закутавшись в простыни, сидели за столом и попивали приготовленный заранее вкуснейший эль. Солнце уже садилось, выделив на заднем фоне далекие горы и покрыв медью верхушки деревьев, что выглядело очень красиво. Я щурился и улыбался, наслаждаясь моментом и впитывая последние лучи солнца. Когда еще представится такая возможность и что ждет меня впереди?

Надо сказать, мы не ограничились выделенным нам банным временем и вовсю теснили гномов из второй партии, среди которых также нашлось несколько экспериментаторов, позже присоединившихся к нам.

Как ни странно, сна не было ни в одном глазу. Обычно после бани самое милое дело – выспаться в чистой постели. Однако сейчас почему-то меня вовсю переполняла энергия. Вообще, это только радовало – у меня еще были планы на вечер и ночь.

Но сначала надо переговорить с Дортмуном. Тишь, умничка, успела простирнуть мою одежду, хоть я ее и не просил. Сняв с веревки уже подсохшие рубаху со штанами, я поднялся к себе в комнату дослушать разговор гнома со своим другом.

В принципе ничего нового я для себя не услышал. Разве что Дрихтмун посоветовал Дортмуну не париться с мыслями об эльфах, типа моя хата с краю, ничего не знаю. Меня полностью устроило такое окончание их разговора. По крайней мере, на ближайшее время от гномов можно не ждать подставы и расслабиться.

* * *

Чтобы не смущать своих спутников очками в темное время суток, я вставил в глаза линзы. А чтобы не потерять возможности, предоставляемые мне очками бадди-компа (то есть всевозможные датчики и излучатели, которых отродясь не было в линзах), я решил попробовать давно задуманное мною преобразование своего имиджа. К моему приходу Тишь справилась с заданием, и на столе лежала отличная двухслойная кожаная налобная повязка шириной в несколько сантиметров, расшитая каким-то красивым орнаментом, слегка выделяющимся на общем фоне. И когда только успела вышить? Чуть подумав, все-таки решил, что она просто использовала материал с готовой росписью. Тем временем я быстро разобрал свои очки на составляющие детали. Одним из полезных изобретений последнего десятилетия в моем мире в области коммуникаций, несомненно, является доведение до ума старых идей взаимодействия и обмена информацией различных компонентов компьютерных систем по радиоинтерфейсу. Разумеется, сейчас существуют и более навороченные технологии подобного рода, но в моих очках и бадди-компе используется именно радио.

Обмен информацией происходит с помощью слабых сигналов, действующих на расстоянии пары метров. На самом деле эта технология уже устарела, и уже вовсю рекламируются возможности квантовой передачи информации в бытовых устройствах и последних компьютерных системах, при этом обливается грязью еще недавно «самое лучшее», предыдущее поколение техники. Жаль, что я не успел обновить бадди-комп. Ну ничего, пока хватает и этого. Каждый модуль устройства имеет свое питание, так что даже в разобранном виде бадди-комп продолжает функционировать как единое целое, конечно, если не разносить детали слишком далеко друг от друга. А линзы для глаз созданы с использованием нанотехнологий и совмещают в себе как приемо-передающее устройство, так и компьютерный модуль достаточной мощности для выполнения некоторых функций обработки данных. Конечно, до бадди-компа ему далеко, но некоторые функции этот комп может брать на себя. Единственный недостаток – в нем нет блока нейрообработки. Поэтому без бадди-компа управлять его функциями невозможно. Я еще раз вздохнул. Ну что мне стоило обновить технику, ведь давно хотел! Недавно появились усовершенствованные линзы, которые имеют подобные механизмы нейросвязи и в некоторых случаях позволяют обходиться без бадди-компа. Кроме того, только-только стали рекламировать опытные образцы бадди-компов с трансляцией видео и звука прямо в мозг. Остается только жалеть, что чего-то подобного нет у меня. Правда, есть кое-какие мысли насчет Умника. Вот разберется со связью, тогда и попробуем их реализовать.

Я вставил и закрепил устройства в повязке, проделал аккуратные отверстия для оптики, затем надел повязку на голову и повертел ею. Нормально, но идет десинхронизация изображения с двух камер, расположенных теперь под отличным от предыдущего углом относительно друг друга. Здесь я пошел по самому простому пути – просто перенастроил программу приема и обработки изображения. Еще раз все проверил, закрыв глаза. Картинка не исчезла и практически не изменилась. Я улыбнулся. Теперь последний штрих. Достав свой швейцарский ножик, отрезал подросшие волосы до уровня плеч и распустил их. Затем подошел к стене, на которой висело зеркало. Да… А я сильно изменился. Одно дело, что волосы потемнели, но ведь и лицо стало другим. Похудело, загорело. Взгляд стал какой-то твердый и уверенный. Интересно, почему? Если подумать, у меня ведь сплошные неприятности, а чувствую себя достаточно неплохо. Неужели стал привыкать? Так… По внешнему виду не скажешь, что в повязке что-то есть. Выглядит обычно, вот и ладушки.

Наконец я спустился вниз и присоединился к ужинающим. Служанка быстренько принесла мне еду, и я с удовольствием предался чревоугодию, оглядывая зал. По периметру зала под потолком высели светящиеся шары. Не мне одному пришло в голову использовать магию для освещения. Только как, интересно, их тут подзаряжают? Или они вечные? Надо будет уточнить у Тиши или Ланы. За стойкой бара стоял сам Дрихтмун и, как, наверное, все бармены во всех мирах, протирал кружки. Видать, ему просто скучно, раз сам барменствует. Я заметил, что иногда он выходил по делам, и его заменял другой гном. Кроме гномов из каравана в зале было несколько чужих, ужинающих отдельно. Чем-то похожи на Дортмуна, вероятно, тоже торговцы. Еще в углу сидела пара людей, их принадлежность к какому-либо сословию я не смог определить. Ланы не было, умаялась девчонка.

Все гномы имели довольный вид. Ели, пили, о чем-то разговаривали. После небольшого отдыха и бани, судя по показаниям компа, их состояние значительно улучшилось. Прислушиваясь к разговорам гномов, заметил, что о нападении они практически не говорят. Все расслабились и не хотели вспоминать о грустном.

Мой взгляд вернулся к служанке, что накрывала мне на стол. Выглядела она вполне здоровой, но комп уверенно показывал, что со здоровьем у нее не все в порядке, но как-то неопределенно: «Возможные проблемы со здоровьем». Сделав привычное усилие, я включил внутреннее зрение, позволяющее видеть ауры. Немного прищурившись, осмотрел ее. Странно, раньше ауры виделись несколько по-другому. Сейчас, кроме ауры как таковой, я увидел что-то вроде энергетических потоков в ее организме.

«Умник! Это то, что я думаю?» – Я описал ему увиденное.

«Я вижу, ты хорошо усвоил наш совместный урок и видишь то же, что и я, – довольно проговорил Умник. – Просто ты сейчас непроизвольно включил функцию видения энергий. Не забывай, здесь все, так или иначе, пропитано магической энергией».

«Угу», – пробормотал я, присматриваясь к сложному энергетическому плетению в районе ее живота. Беременная, что ли? Вместе с Умником решили, что да, беременная. Полупрозрачная надпись над ее головой тут же сменилась на «Беременность». Я хмыкнул. Неплохо бадди-комп вытаскивает наружу результаты вычислений моего подсознания и сознания. «Эх, – вздохнул я, – если б так же просто было с магией! Только о чем-то подумал, и р-раз – готово!»

Через некоторое время, которого мне вполне хватило на то, чтобы прикончить жареного цыпленка, наконец-то появился Дортмун. Он уселся за отдельный столик, раза в два больше моего, на котором, как по волшебству, стала появляться различная снедь. Глядя на все это великолепие, я подумал, что гномам, наверное, родители не говорили, что наедаться на ночь глядя – вредно для здоровья. Но, с другой стороны, может, им это и не вредит особо, ведь живут они о-го-го сколько. Пока я предавался разным мыслям, к Дортмуну присоединились Васа и Мерк Инвази с Леоном. Последний просто светился от радости. Я заметил, что лубка на его руке уже нет и он периодически разминает и поглядывает на нее с радостной улыбкой. Ну что ж, я рад, что мое лечение, вернее, лечение Умника так хорошо действует. Еще одна монетка в мою копилку.

Коротко переговорив с Васой и Мерком, Дортмун заозирался по сторонам, заметил меня, заулыбался и приглашающе махнул рукой. Ну что ж, не будем заставлять себя ждать. Прихватив кувшинчик пива, я подошел к их столу и вежливо кивнул.

– Присаживайся, Ник, – пригласил меня к столу Дортмун. – Позволь представить тебе нашего спутника. – С неопределенным выражением лица он посмотрел на Мерка. – Господин Мерк Инвази, следует с нами в Дорзен.

Я кивнул и присел на свободный стул. Кстати, удобные тут стулья, со спинками. Откинувшись назад, я стал рассматривать господина посла. Так получилось, что я оказался напротив Дортмуна с Васой и Мерком, рядом с Леоном. Тот хлопнул меня по плечу и прошептал: «Спасибо!», при этом показав на свою раненую руку. Я улыбнулся в ответ. Посол мне не понравился, хотя антипатии ко мне вроде бы не испытывает, даже вежливо и радушно улыбается. Только глаза у него слишком уж холодные и спокойные. Одет в неброскую, но хорошего качества походную одежду. Руки ухоженные. Ест, я бы сказал, очень элегантно. По крайней мере, на фоне гномов это сильно заметно. Над ним мигал вопросительный знак – бадди-комп через мои чувства что-то заметил в нем, но не смог определить по имеющимся у меня в памяти шаблонам, что это такое. Я снова включил второе зрение и заметил сложное энергетическое плетение на уровне его груди, которое выпустило свои щупальца в ауру посла, делая ее монотонно-серой.

«Умник?»

«Ага, я вижу. У него какой-то амулет, в данный момент явно блокирующий его ауру, но не так, как ты умеешь, то есть не прячет ее. Думаю, это просто маскировка или еще какая функция амулета. Так, с ходу, не разберешь».

«Ничего себе маскировка! Если любой, кто видит ауры, сразу обратит на это внимание», – резонно удивился я.

«Ну не знаю», – недовольно ответил Умник. Я только мысленно пожал плечами.

– Присоединяйся к нам. Кстати, как тебе понравилась наша баня? – тем временем спросил Дортмун. – Бьюсь об заклад, ты никогда раньше не видел настоящей гномьей бани.

Я про себя усмехнулся, а вслух сказал:

– Благодарствую. К сожалению, я уже поужинал, ожидая вас, – я дал понять Дортмуну, что не забыл о нашем уговоре побеседовать, – так что просто посижу с вами за компанию и попью эля. Но вы меня не стесняйтесь, кушайте. А баню я люблю, – через некоторое время продолжил я, наблюдая, как вгрызается в мясо Дортмун, как Васа аккуратно кладет маленькие кусочки еды в рот и медленно пережевывает и как аристократично, пользуясь двузубой вилкой и ножом, ест Мерк. – Когда мне выпадает случай, всегда посещаю ее. Кстати, насчет баньки у меня есть несколько соображений, как повысить удовольствие от самого процесса. Как-нибудь мы об этом поговорим.

Дортмун с удивлением посмотрел на меня.

– Странно, – наконец произнес он. – Насколько я знаю, банями пользуемся только мы, гномы. У остальных они не в почете. Тебе уже приходилось бывать у нас?

Я пожал плечами и ничего не ответил. А Мерк бросил на меня внимательный взгляд и тут же отвел его.

– Итак, господа, – начал я, дождавшись, когда мои спутники утолят первый голод, – что вы имеете мне предложить?

Я решил сильно не торговаться с ними. В принципе в данных обстоятельствах и с учетом подслушанного меня устроит любой расклад. Почему-то мне очень захотелось посмотреть на Дорзен, как я понял – столицу гномов. Ведь в этом мире я практически ничего еще не видел. А там могут открыться возможности, о которых я сейчас просто не имею представления.

Дортмун вытер руки салфеткой-полотенцем, лежащим тут же, и откинулся на спинку стула, внимательно глядя на меня.

– Мы обдумали твое предложение, – надо же – мое предложение! Сами же предложили мне, – и в принципе согласны. Даже на двойную оплату. Но сам понимаешь, до столицы осталось четыре дня пути, соответственно, оплата будет идти только за эти дни.

Он замолчал, ожидая моей реакции. Вот хитрый жук! Все-таки решил сэкономить. Ну держись!

Я придал своему лицу как можно более равнодушное выражение.

– Что-то мне расхотелось ехать в вашу столицу, уважаемый Дортмун, – сказал я и сделал вид, что с трудом удержался от зевка. – Да и цены там, я слышал, достаточно высокие. Вряд ли деньги, полученные от вас за четыре дня работы, будут достаточными, чтобы я мог там жить хотя бы некоторое время. Я вот тут подумывать стал, – через некоторое время задумчиво продолжил я, – а не отправиться ли мне в Лорвиталь? Признаться, давненько я там не был, хочется обновить впечатления… Однако, с другой стороны, мне почему-то кажется, что двойная месячная оплата вполне может вернуть мне желание посмотреть, как живут гномы в столице.

На некоторое время за нашим столом повисла тишина. Я ожидал чего угодно. Но вместо того чтобы расстроиться, Дортмун только улыбнулся и бросил победный взгляд на Васу. Увидев это, я понял, что меня просто проверяли. Вот блин! Он что, поспорил с Васой? Жаль, что я больше не подслушивал их. Интересно, и что же я показал им своим ответом?

– Хорошо, Ник, – ничуть не расстроившись, произнес Дортмун. – Вот твои деньги. – Он выложил на стол звякнувший мешочек, на который я даже не взглянул. – Свои обязанности как охранника, я думаю, ты знаешь. Единственная просьба, – он замялся и посмотрел на Васу, – как ты помнишь, мэг Васа сейчас несколько не в форме, – я тоже перевел взгляд на Васу – тот невозмутимо продолжал есть, видно, они заранее все обговорили, – ты не мог бы взять на себя некоторые его обязанности по магической поддержке в пути? – Он смущенно уставился на меня.

Я молча смотрел на него и думал. Хотите мага? А не переоцениваете ли вы, уважаемые, мои возможности? Еще как переоцениваете! Ведь если на нас нападет маг, то вряд ли я смогу ему что-то противопоставить. Я ведь на самом деле не знаю, отчего помер тот маг. Может, я сам и останусь жив при этом, но могу и не защитить охраняемых.

Пауза затянулась. Теперь уже все трое ожидающе смотрели на меня. А я задумчиво смотрел на один из светящихся шаров на стене и пытался найти выход из положения. Почему-то я был уверен, что меня не попросят об этом напрямую, и не подготовился к такому вопросу.

Дортмун неправильно понял мое молчание, вздохнул и положил на стол еще пару мешочков с деньгами. Ладно, надо решаться. Пусть лучше недооценивают меня, чем потом попадут в неприятности, если будут слишком многого ожидать. Я прямо посмотрел на Дортмуна и сказал:

– Уважаемый Дортмун! Догадываюсь, почему вы решили, что я маг. Но, поверьте, это не так. – Васа приподнял одну бровь. – Вернее, не совсем так, – поправился я и замолчал, задумавшись. Дортмун напряженно смотрел на меня. – Кое-что я умею, – неторопливо и тихо продолжил я, – но эта малость не дает мне права называться магом.

– Позволь не согласиться с тобой, Ник, – наконец подал голос Васа, – одно то, как ты провел исцеление Леона, говорит о многом. Так не всякий маг лечить может. Это очень высокий уровень мастерства. Уж поверь мне, старому магу. Даже я бы справился с этим за большее время. Правда, я и не целитель, но тем не менее это так.

Я пожал плечами:

– Мое дело предупредить. Я, конечно, могу полечить раненых. – При этих словах Дортмун радостно улыбнулся – видно, он действительно переживал за своих людей, тьфу, гномов! – На небольшом расстоянии смогу, пожалуй, определить засаду вроде той, что вы встретили. Кое-что еще по мелочи. Так что особо не рассчитывайте в этом смысле на меня. Чтобы потом не было разочарования. – Я вопросительно посмотрел на Васу и Дортмуна.

Мерк в разговоре не участвовал, только внимательно слушал. Маг и гном переглянулись и согласно кивнули мне.

– Только у меня есть просьба к вам, вернее, к мэгу Васе, – решился я. Тот медленно кивнул мне, мол, продолжай. – Во время пути, пока есть возможность, я бы хотел, чтобы вы мне преподали несколько уроков. Я понимаю, что за такое время чему-то научиться невозможно. Но хотя бы основы вашего искусства, – польстил ему я, не сказав «ремесла», – и некоторые теоретические знания были бы весьма кстати.

Мы еще непродолжительное время поговорили о моих обязанностях. А так как мы еще на сутки собирались остаться в трактире, то я пообещал завтра же осмотреть раненых.

– Да, вот еще что, – вдруг вспомнил Дортмун. – Так как ты сражался наравне со всеми, то имеешь полное право выбрать себе трофейные доспехи и оружие по количеству убитых тобою противников. Если захочешь взять себе больше – договоримся.

– Интересно, а как вы определяете, скольких противников убил воин? – усмехнулся я. – Неужели кто-то считал во время боя? Да и как определить, кто убил конкретного противника? Например, если я сбил противника с ног, а другой гном его убил – чей он? – Мне действительно стало интересно, как они проводят такие подсчеты.

Дортмун смутился. Оказалось, что действительно: каждый говорит, сколько предположительно завалил противников. Потом складывают, уточняют, кто что видел. Спорные трофеи записываются на воина с меньшим количеством убитых врагов. Оставшихся убитых врагов записывают на своих погибших примерно равными долями, такие трофеи отдают родственникам погибших или же в денежном эквиваленте: чтобы долго не возиться с тяжестью, продав при первой возможности.

Я пообещал завтра посмотреть на трофеи. Вряд ли, конечно, что-то выберу. Может, деньгами возьму, или в городе со всем остальным продадим.

Уже собираясь вставать, я был остановлен неожиданным вопросом, прозвучавшим из уст Мерка Инвази.

– Если это не покажется вам бестактным, – сказал он, – и не является тайной, не могли бы вы сообщить нам, из какого вы рода?

Я сначала не понял самого вопроса – слишком контрастно для моего слуха прозвучал тот язык, на котором он был задан. Затем до меня дошел смысл, и я понял, что язык был тот же, на котором я общался с Леоном. Я несколько мгновений смотрел на посла, как, впрочем, и Дортмун с Васой, пытаясь по-быстрому что-то придумать. Отрицательно покачав головой, я ответил на том же языке:

– Простите, это не в моих интересах. – Я встал и, откланявшись, отправился наверх, взяв со стола только мешочек с деньгами за охрану и не тронув остальные два. Пусть этот мой жест заставит их задуматься.

«Умник! Давно хочу спросить. Как это так получается, что я спокойно говорю на чужих языках? Как насчет физиомоторных навыков? Даже для такой простой мышцы, как язык, они нужны. Знание языка еще не гарантирует способности говорить на нем – тренироваться надо, а я не чувствую особого дискомфорта, когда говорю. Не может ли быть такого, что и эти навыки снимаются и их можно передать?»

«Хм. Возможно, впопыхах я снял и эту информацию. Надо проанализировать. Хотя и сомневаюсь».

«Ты смотри там, аккуратнее будь, – нарочито недовольно выговорил я Умнику, – а то снимешь какую-нибудь информацию о вредных привычках существа, а мне потом мучайся, гадай, откуда меня тянет на всякую непотребщину».

Немного поразмыслив, я добавил:

«А вообще это интересная идея. Ты подумай, сможешь ли ты снять физиомоторные навыки с существа, чтобы их можно было беспроблемно внедрить в мою физиоструктуру. Понятно, что их надо будет все равно натренировывать в своем теле, но это же какой плюс!» – Я даже воодушевился от такой мысли. М-да… Мечта идиота – получить без пота, ничего не отдавая взамен. Я вспомнил старую сказку из детства, где один король с помощью волшебства перенял все навыки мастеров, правда полностью отбирая их у доноров, и в результате остался единственным человеком в своем королевстве, который что-то может делать. Покачав головой, я отбросил все посторонние мысли и направился в комнату Тиши.

Земли эльфов. Гора Бога

За несколько часов до описанных выше событий

На Горе, непосредственно над отверстием с проходом в древний корабль инопланетного существа, на камнях сидели два эльфа. Один из них, что постарше, любовался закатом. Второй эльф сидел хмурый и недовольный. Наконец молодой прервал затянувшееся молчание:

– Ну и что теперь, отец?

Лаурин задумчиво щурился на заходящее солнце, получая эстетическое наслаждение от зрелища. Вид был даже лучше, чем из замка. «Надо будет взять кисти с красками и холст и как-нибудь наведаться сюда еще, чтобы нарисовать закат», – подумал он с некоторой долей сожаления, понимая, что навряд ли найдет на это время.

– А ничего, – ответил он и улыбнулся.

– Как – ничего? – возмутился молодой. – Что мы будем делать с чужаком?

– Ничего сверх того, что уже сделано, – спокойно ответил король светлых эльфов.

– Объясни, отец. Я не понимаю, почему ты бездействуешь. Мы убедились, что чужак был в гробнице. Иначе не объяснить расположение на входе мумии демона в такой позе. Не умер же он стоя? И что значит этот жест у мумии?

Лаурин вспомнил, как у него сжалось сердце, когда он, магически заблокировавшись от всех возможных воздействий извне, вошел внутрь гробницы и потом долгое время петлял по лабиринту, в конце которого оказался тупик. От неожиданности того, что он увидел, Лаурин чуть не выплеснул заклинание огня на стоящую фигуру. Но вовремя остановился. Это оказалась старая мумия демона-мага, судя по его одежде и по тому, что он здесь очутился. Правая рука демона была согнута в локте, левая лежала на ее сгибе. Что означает этот жест, Лаурин не знал, да, впрочем, это его особо и не интересовало. Понятно, что это сделал чужак, возможно даже, чтобы оскорбить эльфов, но Лаурин обладал достаточной мудростью и здравомыслием, чтобы не обращать внимания на такие мелочи. Обследовав конец дороги, он понял, что это действительно тупик. Никаких проходов ни визуально, ни магически не определялось. Древние хорошо прятали то, что не должно попасть в чужие руки. Вероятно, и чужак ничего тут не нашел.

– Понимаешь, Торвин, – после некоторого раздумья ответил он, – в принципе ничего страшного не произошло. Если чужак не приобрел могущества, мы ничего не теряем. Спросишь, а как же наша репутация? Думаю, ей ничего не угрожает. Вряд ли чужак будет рассказывать всем подряд, что он был тут. Я ведь не отказываюсь от его поиска, и он это должен понимать. А судя по его действиям, он это прекрасно понимает, – мягко проговорил Лаурин, – иначе бы не ограничился лишением одежды и оружия наших рейнджеров. Просто он не стал усугублять свое положение. Вот вы все восприняли тот букет, который он оставил Эль, как насмешку, ведь так? – Король мельком взглянул на сына, убедился, что тот кивнул, и снова стал смотреть на закат. – Однако я уверен, что этим он хотел сказать совсем другое. – Король задумчиво замолчал.

– Что именно? – не выдержал Торвин.

Лаурин улыбнулся. Хоть сын и занимает должность начальника службы безопасности, но еще не выработал в себе всех необходимых качеств. Например, терпения.

– Я воспринял этот букет как знак. Знак того, что ничего плохого против нас он не замышляет и не держит зла. Он мне даже чем-то понравился. Наверное, своей дерзостью и ловкостью. С другой стороны, если он получил могущество, то было бы вдвойне глупо лезть на рожон, ничего не зная о том, насколько сильным он стал. Все-таки чужак тут жил достаточно долгое время.

– А может, пустим астральных ищеек? – через некоторое время предложил Торвин.

Лаурин поморщился:

– Это чтобы все соседние маги узнали, что мы кого-то ищем? Нет, Торвин. Пусть Керх работает обычными методами: агентура, слухи, анализ данных. Если Керх его найдет, будем думать, что делать дальше. А пока ничего иного предпринимать не будем.

– Все равно слухи пойдут, – пробормотал Торвин. – Рейнджеры уже вовсю высмеивают своих опозорившихся товарищей. Хорошо хоть Эль не трогают. А эти молчат, не рассказывают, что произошло.

Лаурин улыбнулся:

– И эта проблема решается просто. Следи за событиями, и если сочтешь, что время пришло, пустишь свой контрслух. Вроде как я лично решил проверить подготовку рейнджеров и нанял опытного наемника, воина-мага, для этого дела. И даже не пожалел свою дочь. Результат меня огорчил. Чтобы эти слухи имели основание, я подготовил некоторые рекомендации академии рейнджеров по изменению процесса обучения. Дома передам тебе.

Торвин с восхищением смотрел на отца:

– А как же в этом случае объяснить поиски чужака?

Лаурин молча смотрел на Торвина. Догадается ли?

– Понял, – через пару мгновений ответил тот. – Та же проверка, но для службы внешней разведки? Плюс – возможность реабилитироваться провалившимся рейнджерам при захвате чужака, если разведка найдет его, так?

Лаурин согласно прикрыл глаза и слегка улыбнулся.

– А как же Эль? – продолжил Торвин. – Она же места себе не находит. Еще не уехав к дроу, она чуть с ума меня не свела, требуя помочь ей найти чужака. Почему-то она считает его своим личным врагом. И даже сейчас постоянно посылает мне сообщения, чтобы я уговорил тебя разрешить ей уехать от дроу, хочет сама искать чужака.

Лаурин печально покачал головой. Он так надеялся, что она успокоится. Что новое окружение не даст ей вспоминать о своем провале. Очевидно, этот провал как рейнджера задел ее слишком сильно. Ну как же, дочь короля! Должна быть примером во всем и не давать повода для сплетен!

– Я подумаю над этим. По крайней мере, сейчас не имеет никакого смысла забирать ее. Если разведка найдет чужака быстро, я разрешу ей вернуться сразу после этого. Если нет, потом решу. Пусть пока побудет там.

– Можно ей сказать о проверке?

Чуть подумав, Лаурин кивнул:

– Полагаю, вреда не будет. Возможно, это чуть смягчит ее «позор». По крайней мере, не будет думать, что упустила врага.

Король и его сын просидели на Горе до самой темноты, обсуждая разные текущие дела и просто отдыхая душой на природе. Ведь эльфы – самые тонкие ценители красоты. Особенно красоты природы.

Глава 6

Ник

Пожалуй, прошедшая ночь была самой приятной из всех, проведенных мною в этом мире. Тишь оказалась неожиданно хороша в постели. Впрочем, и мне удалось произвести на нее неизгладимое впечатление. Все-таки что такое секс, с чем его едят и сколько существует способов им заниматься, у нас знают даже дети. А здесь об этом (как я узнал от Тиши, когда мы разговорились в один из перерывов) молодым девушкам обычно рассказывают более старшие женщины в роду. Ну а по жизни всякое бывает. Тишь оказалась племянницей Дрихтмуна. Ее мать давно умерла, а отец где-то шляется по миру. Я не очень понял, кто он, но вроде как, выходит, наемник. В общем, она не очень охотно говорила об этом, да и меня в тот момент интересовало совсем другое. Уснуть удалось только ближе к утру. Проснулся я где-то через пару часов, за окном только начинало светать, а сна не было ни в одном глазу. Чувствовал себя почему-то так, как будто отлично выспался. Странно. Раньше после таких бурных ночей я обычно отсыпался полдня. Тиши рядом уже не было. Встретил я ее уже хлопочущей во дворе, куда спустился после некоторых раздумий. Она тоже выглядела бодренькой и веселой. Ладно я, но она-то с чего такая бодрая? Помахав ей рукой, я, чтобы не терять времени даром, решил поразмяться.

Снова поднявшись в свою комнату, я захватил оружие – шест, нунчаки и эльфийские ножи – и отправился к озеру за баней. Еще вчера вечером приглядел здесь место, идеально подходящее для тренировки. Я сел на берегу, любуясь красивым восходом.

Следующая пара часов пролетела для меня практически незаметно. Я успел поработать и с шестом, и с нунчаками, даже потренировался в метании ножей в стоящее неподалеку деревце, когда краем глаза зацепил фигурку девушки, сидящей с этой стороны бани и наблюдающей за мной. Выдернув из дерева нож, я оглянулся посмотреть, кто это там сидит. Лана. Что-то мне не понравилось в ее позе. А подойдя ближе, я чуть ли не физически ощутил исходящее от нее отчаяние и тоску.

– Что случилось, Лана? – обеспокоенно спросил я, присев на корточки перед ней. По ее щекам текли слезы. Она неожиданно прижалась лицом к моей груди:

– Тир умирает, – и заревела, уже не сдерживая себя.

Из ее сбивчивого рассказа я понял, что одному из раненых гномов стало очень плохо. В бою его пырнули мечом в живот. Он был без брони в тот момент, когда началась заварушка. Тем не менее продолжал сражаться, да и после чувствовал себя не шибко больным. После боя Лана совсем немного, только чтобы не началось заражение, обработала его магически. Ведь ее запасы энергии нужны были для сильно пострадавших гномов. Плохо ему стало на третий день, когда караван уже оставил тяжелораненых в одном селе, а его, как легкораненого, взяли с собой. Васа сначала хотел оставить Тира вместе с «тяжелыми», но тот уговорил его не делать этого. За хлопотами они упустили момент, когда все началось. Васа, хоть и был практически пустой, отдавал Тиру свои мизерные остатки силы, ну и Лана не сидела сложа руки. Они еще надеялись, что смогут довезти Тира до столицы, но вчера ему стало совсем худо. Лана не отходила от него весь день и всю ночь, но без толку. Сейчас у нее совсем не осталось сил, а Тир, похоже, умирает. Еще они надеялись, что им поможет маг, иногда нанимаемый Дрихтмуном, но тот уехал по своим делам.

– И я не знаю, что делать, – захлебываясь слезами, закончила свой рассказ Лана.

Честно говоря, меня кольнуло некоторое раскаяние. Ведь обещал полечить раненых, а сам всю ночь кувыркался в постели. Подняв Лану на ноги, коротко сказал:

– Пошли.

– Куда? – Она подняла на меня свои заплаканные, но от этого не менее прекрасные глаза.

– Веди меня к нему, – не терпящим возражений голосом приказал я, подбирая с земли оружие. В глазах Ланы мелькнула надежда, и она быстро побежала в сторону таверны. Чертыхнувшись, я бросился за ней.

Войдя в комнату с больным гномом, я чуть ли не физически почувствовал запах смерти, витающий в воздухе. Что за глюки? Комната была ярко освещена лучами восходящего солнца. На кровати лежал тяжело дышащий гном, укрытый простыней, которую он бессознательно комкал в руках. Вот черт! Совсем молодой парень, лицо бледное, лоб в испарине, дышит тяжело. Я пришел в себя от взгляда Ланы, которая умоляюще смотрела на меня. Бадди-комп выдал диагностику «При смерти. Жизненных сил 7,2 %». И внизу – совсем короткая красная полоска. Не обращая внимания на надписи, я сбросил с табуретки какую-то одежду, пододвинул ее вплотную к кровати и сел.

– Садись рядом с ним, – сказал я Лане, – со стороны головы.

Ужасно наблюдать страдания такого молодого парня. Переключившись на второе зрение, я увидел практически обесцвеченную ауру Тира и слабые энергетические потоки в его организме, затухающие в области живота. Да что там затухающие! Сплошная чернота!

«Ну Умник! Давай сделай доброе дело!» – Откинув простыню, я зажмурился и отключил камеру – не хочу смотреть, хоть рана и под повязкой. Повязка пропитана каким-то травяным отваром, кровь на ней не видна. Не удержавшись, я поводил руками над животом раненого. Почему-то почувствовал жар.

«Приступаю», – откликнулся Умник.

Однако изменений не было. Сообразив, что к чему, я с заметным напрягом перескочил на следующий уровень восприятия и увидел примерно такую же картинку, что и при лечении Леона. Та же сеть, тусклая по сравнению с моей, – или это у меня глюки? Знаю, что человек болен, вот и кажется. Те же искорки и периодические «лазерные» разряды, соединяющие мою информструктуру и структуру гнома.

«Умник, я вот что подумал, – наблюдая за искорками, сказал я. – Ты говорил, что таким образом дозируешь энергию, так? Но сейчас у нас критическая ситуация. Нельзя ли все-таки усилить поток энергии? А то, боюсь, не успеем». – Такая мысль мне пришла потому, что все еще я не заметил особых изменений в энергетической системе организма гнома.

«Я ведь говорил уже, что это может привести к непредсказуемым последствиям», – тут же ответил Умник.

«К каким?»

«К непредсказуемым, – повторил Умник. – Я не могу их просчитать».

«Так, Умник, – чуть подумав, решился я. – Я вижу, ты передаешь энергию в информструктуру гнома только в больном месте. Сделаем так. В этом месте устанавливаешь постоянный канал передачи энергии. Переходишь на режим постоянного считывания информации о состоянии структуры Тира, а не с периодичностью, как ты делаешь сейчас. Кроме этого, и на остальную часть информструктуры гнома передавай энергию. Здесь можешь энергию давать дозированно. Посмотрим, что получится. Понял?»

Вместо ответа я увидел, как исходящий от меня рой искорок увеличился в несколько раз. Но теперь они стали облеплять всю информструктуру гнома, тут же в нее всасываясь. Место, предположительно отвечающее за раненую часть тела, соединилось с моей информструктурой тысячами постоянных энергетических каналов, а остальная часть структуры практически без перерыва обстреливалась считывающими энергетическими щупами. Фейерверк стоял еще тот! Я даже залюбовался феерическим зрелищем. Оторвавшись от него через некоторое время, переключился на предыдущий уровень зрения и обрадовался. Что-то явно происходит. Аура гнома стала наливаться почти исчезнувшими цветами, энергетические каналы сверкали, но в области живота пока особых изменений не было. Наверное, там были сильные повреждения или ткань стала отмирать, иначе я не могу объяснить, почему в этом месте аура никак не восстановится. Я долго и внимательно присматривался к ней, когда что-то привлекло мое внимание. Нет, не показалось! Все больше и больше стало появляться тонюсеньких энергоканалов, пытающихся соединить края черного разрыва. Сначала они пропадали, растворяясь в черноте, но их число возрастало, и наконец первые вибрирующие каналы смогли уцепиться за края разрыва и тут же стали утолщаться и переплетаться друг с другом. Не знаю, сколько времени продолжалось «кино», но процесс, по моим внутренним часам, шел не быстро. А я вдруг задумался, что видит и чувствует Лана. Я ведь про нее совсем забыл.

Не делая лишних движений и не открывая глаз, я включил внешние камеры. Лана, привалившись к стене, спала. Утомилась девочка. Теперь понятно, почему я ее вчера весь день практически не видел, а она еще и ночью выдавливала из себя крупицы энергии, чтобы помочь Тиру. Она действительно была истощена, бадди-комп однозначно это показывал. Да и я своим вторым зрением видел это достаточно ясно. Меня пробила нежность к этому ребенку, да нет, какому ребенку! Молодой девушке, которая с такой самоотверженностью, не думая о себе, отдает свои силы больным. Многие ли на ее месте поступили бы так же? Я мысленно потянулся к ней и так же мысленно погладил ее по голове. Странно, она улыбнулась во сне.

«Ник! – встрял Умник. – От тебя идет не контролируемый мною отток энергии! Что происходит?»

Я замер. Неужели это то, о чем я подумал? Не отвлекаясь на Умника, я мысленно прочувствовал себя, свое состояние, ощущения, чтобы зафиксировать в памяти. Затем, все так же мысленно продолжая гладить Лану по голове, сместил свое зрение на уровень видения энергий, с которого, заглядевшись на девчонку, соскочил некоторое время назад…

Йес! Это оно! Мою ауру и ауру Ланы соединяли несколько призрачных лучей, извиваясь примерно в такт мысленным поглаживаниям. Я заметил, что внутренне несколько напрягся, отчего лучи недовольно завибрировали. Нельзя отвлекаться, надо закрепить результат.

«Ник!»

«Не сейчас», – стараясь не потерять сосредоточенность и не расплескать чувство нежности, поселившееся в груди, ответил я.

Для удобства, не открывая глаз и отключив камеры, я сконцентрировался только на магическом зрении. Чем-то эти лучи энергии, соединяющие меня и Лану, мне не понравились. Слишком напряженные, а в месте соприкосновения с аурой девочки ее цвет становится чересчур интенсивным. Да и Лана нахмурилась во сне – я на мгновение включил камеры. Видимо, поток энергии от меня слишком мощный, решил я. Мысленно я попытался расслабить свою виртуальную руку так, чтобы лишь легкими касаниями воображаемых пальцев дотрагиваться до девушки. Это немедленно привело к изменениям. Лучи потеряли свою яркость, несколько расплылись, стали более спокойными. Яркие пятна в ауре Ланы сгладились, однако ее насыщенность явно стала больше. Я чуть сместил зрение. Гуд! Энергетические потоки в организме также стали более насыщенными, перераспределяясь из области головы, где я касался ее, в остальные части тела. Интересно: почему-то много энергии всасывалось в область живота и солнечного сплетения и, как ни странно, в костные ткани, тем самым несколько выделив скелет девочки из общей картинки. В натуре виртуал, если отключить текстуры! Через некоторое время магическая энергия перестала так интенсивно впитываться и стала размазываться. Решив, что хватит экспериментировать, я убрал виртуальную руку и полюбовался на результат своей, ну наверное, все-таки магической, работы. Красиво! Я улыбнулся.

«Умник! Ты понял, что сейчас произошло?» – чему-то радуясь, спросил я.

«Понял, – недовольно ответил он. – Прекратился отток энергии. А вообще я тут работаю, если ты помнишь».

«Нет, Умник, – у него не получится убить мою радость, – мне только что удалось зарядить Лану. Надеюсь. Поэтому постарайся оторвать часть своего процессорного времени и просканируй ее на всякий случай. Вдруг я только напортачил?»

Но сам я почему-то был уверен в обратном.

Через некоторое время Умник подтвердил мой диагноз. А я, оказывается, все это время сидел затаив дыхание. Шумно выдохнув, перевел взгляд на Тира. А здесь, хоть процесс идет вроде бы нормально, общее впечатление пока не очень. Кроме того, я заметил, что аура, после первоначального всплеска ярких цветов, стала потихоньку приобретать серый оттенок. Серость накапливалась неравномерно, в некоторые местах явно сильнее.

«Умник! Что за дела? Откуда взялись эти серые краски в ауре?»

«А! Хорошо, что обратил внимание. Это накапливается отрицательная энергия, то есть энергия распада».

«Откуда она взялась?» – недоумевал я.

«Она просто выдавливается из организма. Естественно, в первую очередь она впитывается аурой. Ее надо выводить».

«Куда же ты смотрел? Ты же вроде опытный в этом деле».

«Ну на самом деле процесс не настолько далеко зашел, чтобы излишки этой энергии могли навредить. Я планировал чуть попозже этим заняться».

«Я могу чем-нибудь помочь?»

«Можешь потренироваться на Тире передавать ему энергию. Как ты делал с Ланой. А отрицательную энергию я выведу. Было бы неплохо иметь рядом воду, она хорошо впитывает ее. Ты ведь помнишь, когда я изменял твою информструктуру, ты постоянно находился в воде. Это было одной из причин. Дополнительно к минеральному раствору, разумеется».

Я огляделся по сторонам – ага, рядом с кроватью стоит ведро с водой.

«Умник, а обязательно нужен контакт воды с организмом?»

«Ну было бы, конечно, неплохо, но я и так справлюсь. Я уловил твою мысль. Хорошо, что здесь есть вода. Поставь ее поближе».

Ну и ладно. Что ж, попробуем. Я попытался мысленно погладить гнома так же, как и Лану. Странно, не получается.

Некоторое время я пробовал снова и снова, и ничего не получалось. Ёлы-палы, что же я делаю не так? Вроде бы все то же самое… Тут я вспомнил, что в тот момент я испытывал к Лане чувство нежности. Чувство! А к гному я ничего не чувствую. И это плохо! Если этот процесс зависит от испытываемого чувства… Немного подумав, решил, что все-таки это не так. Просто, скорее всего, на начальном этапе, пока я еще не владею этой способностью в достаточной степени, чувства являются неким катализатором процесса. Так, но что же делать с гномом? Я задумчиво посмотрел на него. Значит, чувство? А что я испытываю, глядя на гнома? Жалость. Угу. И огромную! Вот не повезло-то ему. Молодой еще совсем. Жалко будет, если помрет. Я погладил его по голове. Опля! Пошел процесс! Хм… Это еще что такое? Визуальный эффект несколько отличался от предыдущего опыта. Кроме световых лучей, от моей ауры исходило множество голубовато-белых иголочек, очень похожих на разряды электричества. Я прикидывал и так и эдак. Сначала подумал, что это эффект от катализаторов – чувств, инициировавших процесс. Но потом все-таки сообразил, в чем дело. Я обратил внимание, что наши с гномом ауры соприкасаются, а в некоторых местах и пересекаются (там, где я «наложил» руки). Лана сидит от меня чуть дальше, такого соприкосновения нет. Отсюда следует вывод: чем ближе к пациенту находишься, тем сильнее эффект.

Еще некоторое время я передавал Тиру свою энергию, в основном в область живота. Так, а процесс ускорился, здорово!

Внезапно я почувствовал шевеление у двери. Не поворачивая головы, включил камеру – обзора хватило, чтобы увидеть Васу, стоящего у двери. Гном внимательно разглядывал нас, чуть прищурившись. Как я заметил, он так щурится, когда переключается на свое магическое зрение. Чем больше он смотрел, тем более явно на его лице проступало удивление. Я вызвал часы. Оказывается, я просидел в неподвижной позе около часа. Переведя взгляд на свои руки, заметил, что они лежат на животе гнома. И руки, и живот оказались залиты черной кровью и гноем, выступившими из-под повязки и стекающими на кровать. Однако, много вытекло…

Шумно вздохнув, я со скрипом в спине выпрямился и осторожно отлепил уже немного приклеившиеся руки от живота гнома. Бросив короткий взгляд на спящую Лану, шепотом сказал Васе:

– Принимайте работу, мэг Васа.

Лицо Васы снова стало непроницаемым. «Ну да, – подумал я, – он же не знает, что я вижу с закрытыми глазами». Кстати, если раньше я редко носил линзы, так как глаза уставали, то сейчас не чувствую никакого дискомфорта. А ведь я не снимал их со вчерашнего дня. Да, мой организм изменяется в лучшую сторону.

Васа подошел к Тиру, окинул его внимательным взглядом, а так как я не выключил свое второе зрение, то заметил, что сам Васа находится все еще не в лучшей форме. Конечно, раз мы в одной лодке, не мешало бы и его подзарядить, но пока погодим делать этот шаг. Васа приподнял повязку с раны Тира и покачал головой. Я тоже глянул туда. М-да… А рана-то затянулась. И вроде как вид имеет более-менее нормальный, если так можно сказать о проникающем ранении.

Я тем временем вытер руки об уже испорченную простыню и стал разминать затекшее тело. Надеюсь, скоро восстановлюсь. Нет, я не чувствовал себя уставшим или истощенным, просто долго просидел в неудобной позе.

Приведя себя в порядок, я аккуратно поднял Лану на руки – она даже не проснулась – и вышел из комнаты. Васа последовал за мной.

– Где ее комната? – шепотом спросил я.

– Она живет вместе со мной, – так же тихо ответил Васа и повернул направо.

Положив Лану на ее кровать и укрыв одеялом, я вышел из комнаты и остановился. Вскоре ко мне присоединился Васа.

– Что ты с ней сделал? – Васа имел несколько удрученный вид.

– Погладил по головке… А что такое? – включил я дурку.

– В конце концов кого ты лечил, Тира или Лану? – Он испытующе посмотрел на меня. – У нее ведь полностью восстановлен магический запас!

Я пожал плечами. Как мне ему объяснить?

– Я ведь вам уже говорил, мэг Васа, что я не маг, а только учусь, – и обворожительно ему улыбнулся. – На свете есть многое, что неподвластно пониманию даже архимагов.

Полюбовавшись на выражение лица Васы, я спросил:

– Ну что, идем лечить остальных? – чем повторно вызвал задумчивое выражение на его лице. Наверное, прикидывает размеры моего запаса.

Остальных гномов я лечил сам, без участия Умника – и чтобы потренироваться, и чтобы Васа слишком не заподозрил, хотя, думаю, уже поздно. Я столько непонятных, с его точки зрения, вещей натворил, что шило вылезло из мешка. Слава богу, гномы действительно были ранены легко. У кого-то ушибы, у кого-то порезы, переломы. Васа ходил за мной хвостиком, ничего не говорил, только смотрел. В конце концов это мне надоело, и я спросил:

– Я все правильно делаю?

Васа вроде как очнулся и высказал несколько дельных замечаний. Например, в какие части ауры лучше передавать энергию в каждом конкретном случае. Соответственно, я чуть больше понял, какие области отвечают за внутренние органы. После этого дело действительно пошло веселее, так как мне пришлось меньше времени тратить на передачу энергии и в меньшем объеме. Так что на остальных гномов ушел тот же час.

После сеанса массового лечения я потихоньку слинял на улицу. Хотелось побыть одному, да еще у нас с Умником остались нерешенные вопросы и задачи. Проходя через пустой нижний зал, я увидел тех же двух людей, замеченных мною вчера. К ним присоединился третий. Они о чем-то переговаривались. Я еще подумал, что надо бы познакомиться – все-таки люди, а я, кроме Мерка Инвази с Леоном, никого из людей не встречал. Может, что интересное расскажут.

Однако далеко уйти не удалось – во дворе меня перехватил Дортмун. Узнав, что я уже провел сеанс лечения, чрезвычайно обрадовался, особенно положительному решению проблемы с Тиром. Он пригласил меня на задний двор, где собирались выдавать трофейное оружие. За трактиром под навесом были разложены оружие и доспехи, добытые в бою, вокруг которых ходили гномы, внимательно рассматривая их. Я протолкался к выложенной куче в первые ряды и с интересом стал наблюдать за представлением. Количество комплектов оружия и доспехов показалось мне значительно меньшим, чем, по моим расчетам, должно было быть. Я поинтересовался на этот счет у оказавшегося рядом Тора.

– Часть оружия отложили для продажи. Полученные деньги пойдут в семьи погибших и тяжелораненым. Это помимо тех денег, что они заработали, и компенсации за потерю кормильца. Эх, Ник, я знал всех погибших ребят, мы не один год вместе ходили. И у многих в семьях мужчин, кроме них, нет. – Он задумчиво покачал головой.

– А как же их семьи живут все время, пока мужчины в разъездах? Ведь такие путешествия, насколько я понимаю, могут длиться достаточно долго? – удивился я.

Тор пожал плечами:

– Так ведь оговоренную сумму выплачивают сразу. Ну и по пути обычно удается кое-что заработать. По-всякому бывает. К тому же нанявшиеся в охрану частенько сами кое-чего приносят в караван для продажи. У нас многие гномы – хорошие ремесленники, некоторых можно даже назвать мастерами. Только не всем по нраву постоянно дома сидеть.

М-да. Интересненько они тут живут. Захотел – поработал, надоело – нанялся охранником в караван, да еще и результаты своей работы продать можно.

Дортмун уселся за вынесенный стол, достал тетрадь и начал зачитывать имена имеющих право выбрать трофеи и количество оных. После оглашения очередного имени следовала короткая пауза, минуты в две-три, в течение которой названный быстро выбирал положенное ему по праву. Я не сразу догадался, что гномы уже заранее присмотрели себе то, что нравится, поэтому процесс шел достаточно бойко. Вот произнесли имя Леона. Я удивился. Не ожидал, что чужаку, да еще который по долгу службы обязан охранять своего сопровождаемого, гномы выделят часть трофеев. Видимо, гномы оценили мастерство Леона, да и количество убитых без него могло быть больше. Доспехи Леон выбрал быстро, но вот оружие перебирал долго, недовольно кривясь и что-то бормоча. Наконец выбрал себе пару мечей, отдаленно напоминающих его сломанные, и с тем же недовольным видом вернулся в строй. Увидев меня, протолкался поближе и показал то, что выбрал:

– Глянь, Ник, что приходится брать, – и чуть ли не под нос сунул мне мечи.

– А что такое? Плохие? – Честно говоря, я не мог определить качество оружия на глаз. Меч – он и есть меч, разве что цвет металла бывает разный.

Леон укоризненно посмотрел на меня:

– Они даже не гномьи! Нет, я не скажу, что плохие. Так, середнячок. У меня-то были полегче раза в два, из особого металла. Для гвардейцев их по спецзаказу изготавливают гномы. Надо же, как мне не повезло. Какое-то роковое стечение обстоятельств, что они сломались. Я уже даже стал думать, что тут магия виновата. – Он огорченно махнул рукой.

Тут Дортмун назвал мое имя. Я удивленно посмотрел на него. Почему-то даже в голову не приходило, что и мне полагается доля. А доля эта составляет два комплекта доспехов и оружие к ним. Припомнив слова Дортмуна, что на моем счету не менее пятерых жмуриков, а трофеи выдают по количеству убитых, я почувствовал, что меня где-то местами надули, но не стал возмущаться – с этими-то не знаю, что делать.

– Хорошо, что ты подошел, Леон, – обратился я к гвардейцу, – помоги выбрать. Честно говоря, я не очень разбираюсь в оружии.

Он только покачал головой, и мы вместе стали смотреть. Леон выбирал недолго – еще в первый раз он все, что надо, увидел и оценил. Поэтому быстренько оттащил в сторону пару кольчуг, два меча, маленький щит, что-то еще. Мой взгляд выцепил в куче нечто выделяющееся среди однотипного вооружения. Это была сбруя с аккуратно прикрепленной к ней чертовой дюжиной метательных ножей. Узкие ножи, небольшие по размеру, чуть длиннее ладони. Не знаю, зачем кому-то из нападавших понадобилось их брать с собой, – они совсем не подходят для использования в бою на открытой местности. Скорее, это оружие наемных убийц. Наверное, среди нападавших затесался такой умелец. Я поднял сбрую и вытащил один нож, взвесил в руке. Лезвие острое, металл непонятный какой-то, темный. Оппа! А это что еще такое? Ни фига себе! Центр тяжести – плавающий! Неужели внутри залита ртуть? Да нет, вряд ли. Хотя кто их тут знает… Немного поиграв ножом, понял, что это идеальное метательное оружие на близком расстоянии для кистевого броска в не защищенного доспехами противника. Слава богу, кисти рук у меня натренировались за последнее время очень хорошо. Судя по менталитету местных, такие ножи должны быть отравлены для пущего эффекта, но эти, похоже, все-таки чистые.

– Зачем тебе эти зубочистки? – вдруг раздался над ухом голос Леона. От неожиданности я дернулся и выпустил нож из руки. Сделав один оборот, он, словно притянутый магнитом за лезвие, резко ушел вниз и воткнулся рядом с носком сапога Леона.

– Хм… Пожалуй, не стоит к тебе подходить со спины, – задумчиво протянул Леон, – а то еще зарежешь нечаянно.

– Вот и не подходи, – хмыкнул я, – лучше выскажи свое мнение насчет ножей.

Леон вытащил из доски нож, покрутил его в руках и пожал плечами:

– Обычный метательный нож. – Крутанув его между пальцев, поправился: – Ну не совсем обычный. Я никогда не слышал о том, чтобы центр тяжести смещался. Ну а так ничего особенного. – Он вернул мне нож.

– Тебе, может, и ничего особенного, – проворчал я, забирая нож, – а мне нравится все метательное, к тому же владению мечом меня с детства не обучали, как некоторых. Вот и приходится использовать то, чему можно научиться самому.

– Слушай, – оживился Леон, – а давай я тебе преподам несколько уроков владения мечом. Все равно в дороге делать нечего. А так и я потренируюсь. – Сказав это, он тут же сник.

– Что, жалеешь о своих мечах? – понял я его. Он только махнул рукой. – Ладно, – хлопнул я его по плечу, – если обещаешь мне тренировки, я тебе кое-что покажу. Хотя и сомневаюсь, что за четыре оставшихся дня можно чему-то научиться. – Я вздохнул. – Ну хоть покажешь мне, как правильно держать меч в руках, чтобы не выглядеть полным неумехой.

Леон загорелся идеей, но, прежде чем идти, я его спросил:

– Скажи, сколько стоят оружие и доспехи, которые ты выбрал мне?

– Ну, – задумчиво протянул Леон, – смотря где продавать. Все вполне обычное, у гномов мало заплатят, у людей – чуть больше, эльфы вообще не купят.

– Гномы сколько дадут? У меня совершенно нет желания забивать этим голову.

– Думаю, около четырех золотых. Может быть, три.

Хм… А Дортмун получил пятьсот за какое-то сопровождение. Понятно, почему он не отказался. Тем временем раздача слонов закончилась, я сгонял к Дортмуну и быстренько договорился с ним. Леон не ошибся в оценке. Получив от гнома три золотых, я вернул обратно выбранные для меня Леоном трофеи. Себе оставил только метательные ножи – ну нравятся они мне!

Затем мы с Леоном поднялись ко мне в комнату, и я продемонстрировал ему эльфийские клинки.

Леон внимательно осмотрел мечи. Взял оба изогнутых клинка, подержал их в руках, легонько покачивая ими, прикрыв глаза. Затем печально вздохнул, открыл глаза и огляделся. Понятно, комната маленькая, особо не помашешь.

– Ладно, Леон, что скажешь? – Мне было интересно узнать его мнение. Может, не стоило и таскаться с этими мечами?

– Что я могу сказать, – грустно произнес Леон, – мечи отличные. Эльфийская сталь – пожалуй, даже получше моих будут. Такое редко бывает, чтобы кто-то мог превзойти гномов. И мне как раз под руку. Может, продашь, а? – Он с надеждой посмотрел на меня, но тут же сник: – Да нет, у меня и денег-то таких нет.

Я только покачал головой. Что-то мне совсем не хочется их продавать, да и стоят они, судя по реакции Леона, немало.

– Ну пока мы в пути, пользуйся, – сказал я, – все-таки ты мне обещал преподать основы. Ладно, а что ты скажешь насчет этого клинка? – Я развернул отдельно замотанный меч эльфийки и вытащил из ножен.

– Ого! – пробормотал Леон, взяв его в руки и рассматривая со всех сторон. – Откуда он у тебя?

– Бабушка в наследство оставила, – недовольно ответил я. – Ты не отвлекайся, скажи, каков меч?

Леон хмыкнул:

– Ну да, как же, бабушка. Из правящего Дома эльфов? – Он указал пальцем на небольшое клеймо в основании лезвия.

Привалившись к стенке, я лениво пошевелил рукой, мол, отвали с вопросами.

– Хороший меч, – тем временем ответил Леон, – я бы даже сказал, очень. Щас проверим.

Он посмотрел по сторонам, достал откуда-то из угла тряпочку. С сомнением оглядев ее, пробормотал:

– Ну… пойдет, – и резким движением подкинул под потолок, подставив на пути ее падения неподвижный клинок. Я с интересом наблюдал, уже догадываясь, что должно произойти. Подкинутая тряпка не была шелковым платком и падала совсем не плавно и не красиво. Однако результат оказался именно таким, как я и предположил. Не изменив скорости падения, на пол упали два кусочка тряпочки вместо одной. Хорошо, что я не пробовал остроту меча пальцем. Тот же трюк Леон проделал с мечами, одолженными ему мною. Результат оказался несколько хуже. Они не разрезали материю, будучи неподвижными, но легкое движение кистью приводило к тому же результату.

– Ну, – с удовольствием прокомментировал результаты проверки Леон, – тоже неплохо. Так что? В принципе я готов приступить к тренировкам. Ты как?

Но я отказался, сославшись на дела. Ведь мне так и не удалось уединиться и немного поработать с Умником. Я предложил Леону начать завтра на первом же привале, как отправимся в путь. Леон не стал настаивать и побежал во двор притираться к мечам.

Захватив метательные ножи, я отправился к понравившемуся мне месту у озерца. Там никто не будет мешать. По пути встретил Тишь и тихо, чтобы не услышали крутящиеся рядом служанки, сказал ей, что ночью снова к ней приду. Она только улыбнулась в ответ.

Сначала я просто посидел на травке, наслаждаясь красивой природой. Подышал полной грудью – воздух чистейший. Закрыв глаза, подставил лицо солнечным лучам… Ммм… Кайф….

«Умник! – пришел наконец я в себя. – Давай отчитывайся, как у тебя дела обстоят на трудовом фронте?»

«А что конкретно? Я тут многими вещами занимаюсь, знаете ли. С чего начинать?»

«Начни, пожалуй, с того, как обстоит дело с твоей связью с бадди-компом, – немного подумав, решил я. – Что-нибудь получается?»

«Отчитываюсь, – официальным тоном начал Умник. – Удалось определить, какие параметры твоего мозга снимаются датчиками бадди-компа. Выставлено соответствие между волнами твоего мозга, на которые реагируют датчики, и радиоволнами, испускаемыми датчиками на прием компу. То есть уже преобразованными в формат, понятный бадди-компу. И еще. Я заметил, что за последнее время объем снимаемой информации с мозга увеличился. Компьютер стал реагировать на более широкий диапазон излучений твоего мозга. К сожалению, я не могу увидеть, что при этом происходит в самом бадди-компе».

«Ну с объемом снимаемой информации понятно. Там на входе стоит нейросетка, постепенно адаптирующаяся к излучениям мозга, – задумчиво проговорил я, вспоминая, как только что купленный бадди-комп реагировал лишь на самые примитивные команды. – А в самом компе заложена мощная база данных по всевозможным излучениям мозга. Вот в таком тандеме они и работают. Датчики снимают излучение, сеть пытается сделать выводы, которые затем анализируются с помощью этой базы данных, идет обратная корректировка, обучение и так далее. А вот что происходит в компе, по крайней мере визуально, ты сможешь увидеть так».

Я достал из специального кармашка в ремне спрятанные туда стекла-дисплеи от очков. Затем сгенерировал на бадди-компе пользователя с минимальными правами, выделил ему отдельное рабочее виртуальное пространство, не пересекающееся с моим. А затем сделал так, чтобы из этого виртуального пространства при необходимости можно было получать аудиовизуальную информацию из моего. Пока только в одну сторону. Затем вдруг подумал, что проще будет сделать немного по-другому. И подключил один дисплей к только что сгенерированному виртуальному миру, второй – к моему. Проверил. Все нормально. По сути, сейчас получились как бы два бадди-компа.

«Слушай сюда, Умник», – начал я, и вдруг у меня мелькнула другая мысль: – Радиоволны – это хорошо, но ты же понимаешь, что связь там идет цифровая. Сумел ли ты разобраться в цифровом формате, передаваемом по радио? В принципе там никакого шифрования нет, но много всякой сопутствующей служебной информации – можно запутаться. Ты успел прочитать учебники по цифровой связи еще тогда, на корабле?»

«Ага. – Голос Умника прямо сочился довольством. – Пожалуй, это было самым сложным. Действительно, хорошо, что успел тогда наткнуться на эту информацию. Так что тут все в порядке, а вот с сигналом, который идет на субноут, разобраться пока не смог».

«Ну это-то понятно, – с облегчением сказал я. – Там действительно наворочено всякое. И шифрация – только один из моментов. Ладно, речь сейчас не об этом. Во-первых, создай свои магические «глаза» прямо на дисплеях, по «глазу» на дисплей. Если сможешь, сделай, чтобы это была тонкая пленка поверх стекол. Справишься?»

«Обижаешь», – ответил Умник.

Своим вторым зрением, на которое тут же переключился, я заметил потянувшиеся от браслета с Умником тоненькие лучи, образовавшие тонкую сеточку вокруг стекол, которая затем засветилась от переданной ей энергии. Плетение этой сеточки, впрочем, как и всех виденных ранее мною информструктур, было по-своему уникальным. В данном случае – достаточно простым. И я постарался запомнить, как она выглядит.

«Ну как, видишь что-нибудь?» – спросил я.

«Ага», – довольно ответил Умник.

Я снова задумался. Принципы цифровой связи – это, конечно, хорошо. И хорошо, что Умник с ними ознакомился, только теория и реализация этих протоколов могут очень сильно отличаться. Я вдруг хлопнул себя по лбу. Идиот! Какого фига я тут мучаю Умника, когда у меня есть субноут? Подчинившись моей команде, бадди-комп быстро нашел в бездонных запасниках моего субноута спецификации протоколов связи в устройствах типа «бадди-комп», и я последовательно стал выводить их на экран, чтобы Умник мог ознакомиться с ними. Вся процедура заняла с полчаса. Затем я погонял бадди-комп в разных режимах, чтобы Умник соотнес зависимость двух сигналов – от мозга до датчиков и от датчиков до компа, с видимым результатом работы в дисплеях.

Нам пришлось повторить процедуру пару десятков раз, прежде чем Умник сумел уловить необходимое. И потом еще с полчаса он пытался научиться правильно формировать пакеты информации. Все-таки Умник – компьютер. Иначе хрен бы что у нас получилось. Но в конце концов получилось. Я даже успел с ним поругаться. А потом помириться. Мне почему-то все это казалось не таким уж и сложным. Я с тихой радостью наблюдал, как в виртуальном пространстве Умника открываются и закрываются разные программы, как он устанавливает, по моим подсказкам, связь через бадди-комп с субноутом и тут же начинает просматривать доступную информацию.

Некоторое время я лежал, отдыхая и краем глаза наблюдая, как Умник работает. В то же время я тренировался выпускать из кончика пальца невидимые энергетические разряды. Ха! Таким разрядиком мне удалось прихлопнуть муху, севшую на веточку. А может, и не прихлопнул, а она просто вырубилась – по крайней мере, перестала шевелиться. Наконец мне это надоело.

«Ладно, Умник, потом поиграешь. Сейчас ответь мне, как обстоит дело со снятием мышечной памяти и умений с реципиента?»

«А никак, – бодро отрапортовал Умник. – Скорее всего, часть такой информации хранится вместе с чистой информационной составляющей. И она способна адаптироваться мозгом. Поэтому ты заговорил на языках только с небольшим напрягом. А с более глубокими пластами памяти, той же мышечной, опытом и прочим, – не разобрался. Даже не знаю, в каком направлении копать».

«Жаль, – разочарованно произнес я. – Ну хоть информационную-то часть ты можешь снять? Знание, ну например, приемов фехтования? Хоть теорию знать буду».

«Это можно. К тому же я несколько усовершенствовал механизм снятия информации. То есть я понял, как можно ее снимать, не разрушая связей в мозге. Раса Дронта не обращала на эти тонкости внимания – ведь у них у всех этот процесс проходил без разрушения. А я тут сравнил структуры мозга всех приходивших ко мне с твоей структурой и понял, что можно сделать».

«О как! – обрадовался я, но решил уточнить: – Можешь снять всю память без разрушения мозга?»

«Хм, – замялся Умник. – Скажем так, более глубокий слой памяти. Это надо проверить на практике. Я ведь разработал этот механизм теоретически».

«Ладно, надеюсь, хоть контролировать этот процесс ты можешь? То есть копать до тех пор, пока не начнут разрушаться связи, и вовремя суметь остановиться?»

«Это без проблем».

«И еще: насколько этот процесс незаметен? Я-то помню свои ощущения, когда ты настраивался на меня, – не сказать, что он бесшумный».

«Он начинает чувствоваться мозгом именно в тот момент, когда достигает порога, после которого у местных мозг начинает разрушаться».

Ладно, с этим понятно.

«А вот скажи, ты вроде передал мне знания магов, приходивших к тебе, так почему я их не чувствую? Ну кроме языков?» – Этот вопрос у меня возникал неоднократно, но все как-то недосуг было спросить.

«Ну мне же тогда эти данные были не нужны, вот я и оставил только самый минимум информации. Ведь это же о-го-го какой объем».

«Жаль, жаль. – Я действительно расстроился. – А у последнего эльфа?»

«Там времени было мало, к тому же я снимал только поверхностную информацию – языки и еще что попалось, глубокого сканирования не было…»

Я немного посидел, глядя вдаль и думая. Затем тряхнул головой, отбрасывая ненужные мысли.

«Ладно, расскажи-ка мне поподробнее, как ты делаешь прослушку?»

«Я формирую информструктуру простейшего объекта, вроде тоненькой мембраны, отсылаю в нужную сторону на определенное расстояние, удерживая с ним связь. Когда структура достигнет нужного места, по связи передаю в нее энергию, тем самым заставляя объект проявиться в реальном мире, а затем удаленно снимаю все физические изменения, протекающие в нем».

«Хм… Прикольно. А с чем связано ограничение расстояния?» – Я помнил, как Умник сомневался, что сможет достать до телеги гномов, тогда еще, в пути.

«Мне трудно контролировать объект на расстоянии. Его постоянно сносит ветром, даже легкими движениями воздуха».

«Хех, – ухмыльнулся я. – Это единственное, что ты смог придумать?»

«А что, есть варианты?» – удивился Умник.

«Ну навскидку, как тебе такой вариант: не надо формировать никакую мембрану, просто цепляешься к любому объекту рядом с местом прослушки и снимаешь те же физические параметры, то бишь колебания».

Умник промолчал.

«Чего молчим?»

«Я все пытаюсь понять, почему эта мысль не пришла мне в голову…»

В голову, ишь ты!

«И вот еще что. Продумай вот такой момент. Надо иметь возможность ставить метки на людей или предметы, чтобы ты мог отслеживать их положение и при необходимости подключаться к ним… Идея понятна?»

«Угу».

Мы немного помолчали. Я поднял сбрую с ножами и примерил ее. Два ремня, соединенные крест-на-крест и закрепленные на поясе. Ножи расположены максимально удобно – рукоятками вниз, чтобы можно было выхватывать их обеими руками. Ножны сделаны таким образом, что ножи не выпадают при любой тряске, хотя и не пристегиваются. По шесть ножей на каждом ремне и один почему-то со стороны спины. Ладно, у нас-то понятно, тебе типа: «Руки вверх», а ты р-раз – и нож из-за спины. А тут-то почему? Я подогнал ремни по себе – на поясе стянул, проходящие через плечи – отпустил. Затем потренировался неожиданно выхватывать ножи. Получалось средненько. Ножи в любом случае втыкались за счет плавающего центра тяжести, но вот с точностью дело обстояло не очень.

Я осмотрел все ножи, некоторые из них явно затуплены. Блин… Тут мне пришла в голову одна мысль.

«Умник, слушай, давай сделаем одну вещь. У меня тут куча ножей. Надо изменить состав материала или укрепить существующий и еще… – Я задумался. – Ты можешь заодно сделать заточку ножей?»

«Думаю, без проблем».

«Только давай договоримся: делаешь медленно и объясняешь все, что делаешь, ладно?»

На следующий час мы погрузились в красивый мир информструктур и управления ими. Кстати, судя по информструктуре, внутри ножей действительно была ртуть. Сначала мы занялись заточкой. Это было самое простое изменение информструктуры. Я понял, что Умник сделал, но не понял, почему именно там и именно так. Мы немножко пообсуждали этот момент. Пришли к выводу, что мне не хватает фундаментальных знаний по управлению информструктурами.

На всякий случай я попробовал сделать то же, что и Умник, но с другим ножом, и конечно же ничего не вышло.

«А каким образом ты будешь укреплять сталь?» – поинтересовался я.

«Есть несколько способов, – ответил он. – С помощью изменения информструктуры можно сделать так, чтобы изменился сам материал. Произойдет, как у вас говорят, трансмутация вещества. Это сопровождается выделением большого количества энергии, которую можно прямо в месте излучения перехватывать с помощью определенных энергетических структур и утилизировать, например, в тепло или свет. Процесс небыстрый, но требует меньших затрат энергии. Если создавать предмет буквально из ничего – просто напитать существующую информструктуру энергией, образование предмета происходит практически мгновенно, но энергии нужно огромное количество. При этом может оставаться магическая материя более низкого качества, которое зависит от сложности произошедшего преобразования. Чем выше сложность – тем ниже качество остатка. И этот остаток возвращается обратно в информсеть, но на другой слой. Правда, это не имеет отношение к текущему разговору. Как-нибудь в другой раз поговорим об этом… И третий вариант: объект укрепления не изменяет свою материальную составляющую, однако в него вплетается энергетическая сеть, усиливающая межмолекулярные связи или связи между более крупными объектами, например кристаллами, практически до неразрывности. Но здесь нужна хоть и редкая и в малом количестве, но все же подпитка. Подпитка реализуется несколькими способами. От магических насосов до использования энергии движения молекул. Этот вариант с энергетической сеткой реализовать сложнее всего – ведь нужно сделать сеть как можно более мелкоячеистой. Чем меньше ячейки, тем меньший элемент структуры имеет свою привязку к соседним элементам и тем большее количество энергетических точек силы существует. Вот. С гордостью могу сказать, что я способен делать сеть с детализацией вплоть до молекул».

«Ну ты крут, брат», – присвистнул я.

«Ага, в твоей одежде, кстати, я реализовал два механизма подпитки – насосы и движение молекул. Ты мог заметить, что температура твоей одежды примерно постоянная. Получается, что на солнышке она подзаряжается. А если будет холодно – будут использоваться насосы».

«Да, действительно, припоминаю. А зачем два механизма?»

«Ну, – смущенно ответил Умник, – просто интересно было попробовать. У меня ведь были только теоретические знания. Сам понимаешь, Дронт делал подобные вещи самостоятельно, особо не напрягаясь».

«М-да… Ну ладно, замнем для ясности. Давай реализовывать последний вариант. Он мне больше всего нравится. Много времени займет?»

«Не-а. Минуты две на полный скан ножа, десять минут на разработку сетки, минута на ее внедрение. А потом по две минуты на сканирование каждого ножа и внесение изменений в разработанную сеть, чтобы учесть различия ножей».

«Ладно, приступай, а я пока искупаюсь».

Я разложил ножи по кругу, снял браслет с Умником и положил его в центр.

Хоть озеро было и не глубоким, но поплавал я всласть.

«Ник, у тебя гости!» – От неожиданности я чуть не захлебнулся.

«Что за черт!» – выругался я.

«Нет, это всего лишь я», – хихикнул Умник.

«Но как?» – Я даже перестал ругаться. Ведь браслет с Умником лежит на берегу!

«Ну ты ведь знаешь, что браслет является коммуникационным прибором. Вот когда я работал над твоей информструктурой, то внедрил в нее такой же механизм. Извини, Ник, я должен был обезопаситься от утери меня тобой».

«Да нет, нормально, только предупредил бы».

«Я не был уверен, как ты это воспримешь».

Я наконец посмотрел на берег. Рядом с моими вещами сидела Тишь и с улыбкой наблюдала за мной. Не стесняясь своей наготы, я выбрался на берег. Тишь с интересом стала рассматривать меня.

– Что, прошлой ночью не рассмотрела? – спросил я, улегшись рядом с ней на траву. Хм, колется…

– Мне как-то не до этого было, – она провела пальчиком по моей груди, – да и темно же было.

Я схватил ее за руку и притянул к себе.

– Не жалеешь? – спросил, глядя в ее черные, затягивающие, как омут, глаза. – В твоих глазах можно утонуть.

Она только улыбнулась и опустила голову мне на грудь. Я стал гладить ее по голове, пропуская сквозь пальцы густые, тяжелые волосы. «Интересно, как они добиваются такого эффекта без шампуней?» – посетила меня совершенно неуместная мысль.

– Наши тебе очень благодарны, – наконец сказала она.

– За что?

– За исцеление раненых. Особенно за Тира. У нас, гномов, ведь редко бывает много детей.

– А что так? – удивился я.

– А ты разве не знаешь? – в свою очередь удивилась Тишь. – Откуда ты взялся, если таких простых вещей не знаешь?

– Откуда, откуда… От мамы с папой.

Тишь фыркнула.

– А вот у Леона в семье, кроме него, по-моему, еще трое сестер… или двое? Да еще брат, – вспомнил я разговор с гвардейцем.

– Ну у людей это тоже редкость. Однако, пожалуй, только у них такое может иногда случаться.

– Слушай, – вспомнил я, – а у вас бывают полукровки?

– Полукровки? – Тишь красиво сморщила носик. – Это как?

Странно, что тут непонятного?

– Ну вот от гнома и человека кто родится?

– Ну ты точно какой-то не от мира сего! – «Эх, – подумал я, – знала бы ты, насколько права!» – Конечно же ребенок будет такой же, как мать!

Не понял. Ладно, задам вопрос по-другому:

– Нет, ты для примера скажи, вот у нас с тобой кто бы получился?

Тишь удивленно и как-то по-новому посмотрела на меня. После долгого молчания, когда я уже стал терять терпение, она опустила голову и, вздохнув, наконец ответила:

– Конечно, гном. Правда, если ты сильный маг, то мог бы получиться и человек.

Чудные дела творятся тут, Господи. Надо будет поподробнее расспросить об этом Васу. Что-то Тишь не очень словоохотлива на эту тему.

Однако все эти разговоры и мысли не повлияли на тот факт, что близость молодого женского тела изрядно меня возбудила. Я опустил руку и стал гладить Тишь по спине, потихоньку опускаясь ниже. Ее дыхание участилось. Мельком глянув в сторону таверны и убедившись, что нас не видно, я перешел к более активным действиям.

Где-то через час, успокоившись и одевшись, я решил проверить ножи. Тишь с интересом наблюдала за мной. Внешне ножи ничем не изменились. Умник, вернувшийся ко мне на руку, гарантировал качество. Так, на чем бы проверить? Блин, ведь ничего с собой не захватил. Мой взгляд остановился на Тиши.

– У тебя есть что-нибудь металлическое?

– Зачем? – Она удивленно приподняла брови.

– Увидишь, – интригующе ответил я.

Тишь пожала плечами и сняла с пояса маленький ножик. Я повертел его в руках. Хоть и неказистый, но сталь вроде неплохая. По крайней мере, острый, несмотря на то что им постоянно пользуются, – видно по лезвию.

– Надеюсь, тебе его не очень жалко?

Тишь лишь пожала плечами. Вот и ладушки. Я провел своим ножом по острой кромке лезвия ножа Тиши, начисто ее срезав.

– Вот это да! – воскликнула Тишь. Признаться, я и сам впечатлился не меньше, хоть и предполагал такой результат.

«Умник, мой тебе респект! Это какова же толщина режущей кромки?»

«Примерно сотня молекул. Так что ты поосторожней с ним», – довольно ответил Умник.

А я тем временем до самой ручки состругал клинок Тиши. Мельком глянул на нее. Величине ее глаз позавидовали бы любые анимешники. Так, последняя проверка – не испортились ли его метательные свойства. Не вставая, я метнул нож в облюбованное ранее дерево. Дерево было плотной породы, и нож вошел в него на треть. А раньше входил лишь самым кончиком – веса ножа и импульса не хватало. В принципе, как я думаю, он мог бы спокойно пройти и дальше, но, опять же, не хватает импульса для того, чтобы распереть древесину, а трение по боковым сторонам ножа большое. Ну да ладно. Нам не в деревья кидать ножи. Хорошо бы вообще не пришлось иметь дело с живыми целями.

Я вытащил нож, отцепил ножны, прикрепленные к ремню сбруи со стороны спины, аккуратно вложил его и протянул Тиши.

– Возьми, дарю взамен испорченного.

Слава богу, она не стала отказываться. Лишь с улыбкой поцеловала меня. М-м, в который раз замечаю, какие у нее вкусные губы…

– Только будь осторожна: отчекрыжишь пальчик – и не заметишь.

Когда мы потихоньку шли в таверну, я вернулся к вопросу о рождаемости.

– Вот ты говоришь, у вас редко рожают, а ведь в первом же населенном пункте, то есть в вашей таверне, – уточнил я, бросив краткий взгляд на Тишь, – я сразу же увидел беременную женщину. Где-то нестыковка, – сказал я и удивленно обернулся. При моих словах Тишь резко остановилась и ошеломленно смотрела на меня.

– Беременна? Это кто же? Ну не молчи же, говори! – стала она меня теребить.

И чего тут такого?

– Ну откуда мне знать! – Я мягко отцепил ее пальчики от своей одежды. – Что я, всех поименно знаю? Девушка, что обслуживала меня вчера вечером за столом. Волосы как у тебя, чуть повыше ростом.

– А-а, это Лила! – Тишь рассмеялась. – Наконец-то. Ты не представляешь, как долго она этого ждала! А откуда ты знаешь? А, ну да.

«Что «ну да»? – подумал я. – Типа все понятно?»

– Побежали скорее, чур, я сама расскажу! – крикнула Тишь, срываясь с места. Та-а-ак, уже вторая девушка убегает от меня из этого красивого места. Я лишь пожал плечами и прогулочным шагом отправился дальше. В конце концов меня это не касается.

Когда я вернулся в таверну, там царила суета. Служанки бегали туда-сюда, где-то громыхал голос Дрихтмуна. Я потихоньку слинял в свою комнату. Развалившись на кровати, попытался вспомнить, что еще надо сделать. Завтра караван отправляется в путь. Предположительно через четыре дня будет столица. Мне надо привлекать как можно меньше внимания к себе. Стоп! Вот оно – внимание!

«Умник!» – быстро обсасывая пришедшую мне мысль, позвал я своего друга. Друга? Хм… И правда, друг. Ведь с самого начала наши отношения выстроились не по принципу «господин – слуга» или «человек – компьютер», м-да…

«Чего?» – вывел меня из задумчивости Умник.

«Слушай, мне как-то не очень хочется менять свою одежду. Но вот беда – она сильно выделяется. Причем скорее даже не фасоном – я смотрю, одежда у гномов достаточно разнообразна, – а больше цветом. Раз уж ты такой мастер-ломастер всяких информструктур, то, уверен, изменить цвет одежды для тебя не составит труда. Я прав?»

«И ради такого отвлекать меня от важных дел», – поворчал Умник.

Дел? Интересно, чем это он занимается? Я вывел на дисплей виртуалку Умника. Читает. А что мы читаем? «Секс и гармоничное развитие личности». Не выдержав, я засмеялся.

«Ну и зачем тебе эта белиберда?» – чуть успокоившись, спросил я.

«Белиберда? Я бы не сказал – тут много интересного написано».

«Ладно, читай что хочешь. Просто меня интересует, почему ты вообще стал это читать?»

«Да вот, понаблюдал вчера, чем вы с Тишью занимались. – Неожиданно для себя я покраснел. Вот гад! А я совсем забыл о нем! – И все пытался понять, зачем вы так долго занимаетесь одним и тем же».

«Допустим, не одним и тем же, – пробормотал я, невольно вспомнив прошлую ночь, – а вполне даже разным…»

«Сути не меняет, – отрезал Умник. – Ну понятно там, инстинкт размножения, к тому же я чувствовал, что вам было хорошо. Но заинтересовало меня другое».

«Что же?» – Честное слово, он заинтриговал меня.

«Когда вы занимались сексом, ваши ауры были перемешаны, и в них протекали интересные процессы. Во-первых, твоя энергия просто-таки плескалась в ваших аурах, почему-то периодически возрастая. После каждого акта совокупления, – при этих словах меня всего передернуло, – насыщенность аур была в несколько раз больше. Попутно ауры очищались. У Тиши были некоторые мелкие дефекты в ауре. Ты их не мог заметить, – предвосхитил он мой вопрос, – это видно только специалистам вроде меня – знающим строение ауры и принципы ее функционирования от «А» до «Я». Так вот, дефекты исчезли. Кроме того, постепенно накапливающаяся в ее организме отрицательная энергия просто пропала. За тобой-то я в этом плане следил до последнего времени, но сейчас твой организм и сам справляется с выводом такой энергии, а у местных этого нет. Возможно, они просто об этом не знают. А может, и знают, если учесть долгожительство магов. Ведь наличие такой отрицательной энергии, среди прочих факторов, влияет на продолжительность жизни. Ну вот и все. Мне этот факт показался интересным, я с таким не сталкивался раньше, вот и подумал, что в вашей литературе есть что-нибудь об этом».

Я, в полном афиге, только покачал головой:

«Вряд ли ты что-то там найдешь. Наверное, я бы об этом знал. Но ты копай, вдруг действительно наткнешься на интересное».

Надо же. Теперь понятна моя утрешняя бодрость, впрочем, как и Тиши.

С перекраской одежды, обуви и рюкзака Умник справился буквально за пару минут. Увидев эдакое, я, почесав репу, спросил: «Слушай, а можно сделать так, чтобы одежда имела свойства хамелеона? Например, чтобы меня не было видно на любом фоне?»

«Тут сложнее, – чуть подумав, ответил Умник, – это ж надо постоянно отслеживать окружающую обстановку, твои движения, чтобы прорисовывать правильные узоры на противоположной стороне одежды. Нет, навскидку не скажу».

«Жаль. Ну ладно. Будет время – подумай. Вдруг что получится».

По моей же просьбе Умник убрал картинку «эльфийки» с рюкзака. Вернее, просто поменял цвет. Теперь рисунок можно было заметить, только хорошенько приглядевшись. И напоследок мы с Умником (конечно же он один, но надо ведь и мне поучаствовать) внесли в эльфийский меч такие же изменения, как и в ножи. При этом пришлось укрепить и ножны – иначе я бы быстро покромсал их. Времени еще было достаточно, поэтому и ножны ножей, вместе с ремнем, также были усилены.

* * *

А вечером гномы устроили пир. Я бы понял, если бы праздновали рождение ребенка, но «залет»? Видимо, я еще не въехал в ситуацию. Как я потом выяснил, все-таки связь до замужества или на стороне у них не приветствуется. И даже ребенок, рожденный не от мужа, несмотря на низкую рождаемость. Конечно, от него не избавляются, воспитывают. Просто семьи частенько разваливаются. Все как у нас. Ну а Лила оказалась вдовой и долгое время никого к себе не подпускала. К тому же ребенок у них с мужем не получился. И вот свершилось. Счастливая Лила в благодарность за новость расцеловала меня, несколько этим смутив. Васа официально подтвердил мой диагноз и радовался вместе со всеми. Беременность оказалась очень ранней, даже будущая мамаша еще ничего не поняла. Я впервые видел Васу улыбающимся и отмякшим. Даже Мерк Инвази произносил тосты и веселился со всеми. А Дрихтмун громогласно объявил, что, когда ему предъявят молодца, сумевшего сделать ребенка Лиле, он его при всех обнимет и расцелует. Лучше бы он этого не говорил. Я бы не решился побывать в его объятиях. Такой лось и не заметит, как все ребра покрошит. Гномы тут же скинулись и навалили кучу добра для будущей мамаши. Чтобы не выделяться, я тоже добавил свои пять копеек – полученные мною три золотых за трофеи. В конце концов если для них это радость, почему бы не порадоваться вместе с ними?

Ближе к концу празднества Тишь утащила меня из-за стола. Большинство пирующих хорошо назюзюкались, так что моего ухода никто не заметил. Поднявшись на второй этаж, я заметил, что в комнату напротив – чуть дальше комнаты Тиши – вошел Мерк Инвази, которого поддерживал Леон. Он, кстати, чуть ли не единственный, кто не пил со всеми.

Этой ночью Тишь была особенно активна и неистова, отдавая себя без остатка, как будто в последний раз занималась сексом. Впрочем, со мной – вполне возможно, и в последний. Как оно там в будущем повернется… Но я пообещал себе, что при первой же возможности вернусь к ней. Мы почти не спали, снова и снова сплетаясь телами. К счастью, стены тут сделаны из толстых досок, а в некоторых местах – и из цельных бревен, иначе соседи гарантированно не смогли бы уснуть от стонов и криков Тиши. Только под утро, часа в четыре, мы наконец угомонились. Я лежал в полудреме, обнимая Тишь, когда она зашевелилась, выползла из кровати и накинула платье.

– Ты куда? – почему-то шепотом спросил я.

Тишь хихикнула:

– Мне нужно сходить, хочу пи-пи.

Надо сказать, туалет был общий. Кроме располагающегося на улице, туалет также был оборудован на втором этаже.

– Ты там недолго, – пробормотал я.

Тишь, нагнувшись, поцеловала меня в губы:

– Я быстро, – и открыла дверь в коридор.

Потом я снова и снова прокручивал этот момент, пытаясь понять, смог бы я изменить что-нибудь, и если да, то как надо было действовать. По всему выходило, что ничего я поделать не мог. Простое стечение обстоятельств. Но я пытался вновь и вновь. И еще долго чувствовал на губах последний поцелуй Тиши.

Открыв дверь, Тишь вскрикнула. Я резко повернул голову и посмотрел в ее сторону. В коридоре, слабо освещенном парой светящихся шаров, оставленных на ночь, мелькнула тень, и девушка стала медленно заваливаться набок. Дальше я помню все происходящее урывками, некоторые моменты просто выпали из памяти.

Вот я вскочил и бросился к двери. Перед лежащей Тишью стоит человек. В сумраке я вижу только его фигуру. Он махает в мою сторону рукой, я инстинктивно резко уклоняюсь в сторону. Рядом со мной впритирку пролетает нож – понимаю это по слабому шелесту рассекаемого воздуха, который слышу обострившимся слухом, затем сзади меня звякает. Не останавливаясь, наношу ногой удар в грудь фигуры, добавив инерцию своего движения. Чувствую, как под пяткой что-то хрустнуло, человек отлетает к противоположной стене и сильно ударяется затылком о бревна, медленно сползает. Когда я выскакивал из комнаты, взгляд «сфотографировал» картинку, на которой еще один человек, присев, возится с дверью Мерка Инвази, светящейся в магическом диапазоне. Это потом, анализируя произошедшее, я понял, что на двери стояла магическая защита или сигнализация, а человек пытался ее взломать. Третий человек резко разворачивается в мою сторону и вытягивает руку с каким-то предметом. Я отчетливо запомнил его глаза, злые из-за появившейся помехи.

Я перевел взгляд на Тишь, и у меня все внутри остановилось. Вот я стою на коленях, замерев, не в силах сделать простейшего движения. Куда пропала пара мгновений? Мои глаза мечутся между лицом Тиши, на котором застыло удивленное выражение, и рукояткой ножа, выступающего у нее из живота. Не могу понять, почему она не шевелится? От ножа в животе сразу не умирают! Умирают? Кто сказал «умирают»? Я? А как объяснить постепенно тускнеющую ауру и застой энергии в ее организме? Почему энергетический каркас расплывается и энергия покидает тело?

Вот сбоку в меня врезается ураган ветра. Меня чуть не сносит. Ветер? Нет, платье Тиши не шевельнулось. Магия? Я медленно поднимаю глаза на человека с вытянутой в мою сторону рукой. В его глазах больше нет злости. Там удивление. Испуг. Что-то во мне рвется наружу. Это ярость. Ярость самца, у которого отняли его самку.

– Умри, тварь! – шепчу я, выпуская из себя эту ярость. Из меня бьет слепящая извивающаяся молния. Аура человечка, напоследок ярко вспыхнув, потухла, как перегоревшая лампочка, энергетический каркас на мгновение затмил своим свечением самого человека. Слышу жуткий крик, внезапно оборвавшийся. На пол падает что-то маленькое, темное. Какая-то черная пыль в воздухе. Запах сгоревшего мяса.

Частью сознания отмечаю, что последний из тройки развернулся в мою сторону и вытащил меч. Но я не обращаю на него внимания. Позади него отворяется дверь, оттуда выскакивает Леон и двумя взмахами меча отрубает ему обе руки по локоть, затем валит на пол и быстро связывает откуда-то взявшейся веревкой. Ею же перетягивает обрубки рук.

Я же вытаскиваю нож из Тиши, зажимаю рану руками и накачиваю ее организм энергией.

«Умник, твою мать! Помогай!» – рычу я. Умник беспрекословно начинает процесс лечения. Пытаюсь не подпустить к себе панику, накатывающую из-за того, что я не вижу результата. Только, сцепив зубы, передаю энергию. Внезапно Умник останавливает процесс.

«Умник!» – кричу я.

«Ник! Это бесполезно».

«Умник!» – Я с ненавистью смотрю на браслет.

«Ник, – тихо говорит Умник, – на ноже был сильнодействующий органический яд. Все связи между нейронами в мозгу разрушены. Даже сильный маг не выжил бы. Если я буду продолжать, то это будет не Тишь, а лишь ее тело, без сознания – пустой манекен! Она уже ушла, Ник».

До меня с трудом доходят слова Умника. Но все-таки доходят. Я встаю. Меня переполняет бешенство. Хочется кого-нибудь убить. Я оглядываюсь. Почему-то много народу. От меня шарахаются. Вижу бледного Мерка Инвази. Встретившись со мной взглядом, он предпочитает спрятаться в комнате. Трус! Леон успокаивающим голосом что-то говорит мне, но его слова до меня не доходят. Наконец натыкаюсь взглядом на очнувшегося убийцу Тиши. А! Как же вовремя я тебя увидел. Я ему улыбаюсь. Изо рта у него идет кровь, хорошо, помучайся немного с пробитыми легкими, сейчас тебе будет не до них. Возвращаюсь в комнату. Беру нож, подаренный мною Тиши, выхожу из комнаты и присаживаюсь на корточки перед убийцей. Вижу, он кричит, но я почему-то ничего не слышу. В ушах шум тока крови и постоянно прокручивающийся последний вскрик Тиши. Дальше ничего не помню.

Глава 7

Я сплюнул набившуюся в рот пыль и со стоном перевернулся на спину:

– Все, Леон! Хватит!

Леон, свежий как огурчик, вздохнул, вложил мечи в ножны и присел рядом. Надо сказать, что обычно Леон заставляет меня отрабатывать приемы с тяжелой палкой, раза в два тяжелее меча. Однако сегодня он впервые разрешил мне достать свою железяку.

– Ну что ж, на сегодня можно закончить, – сказал Леон, и я облегченно вздохнул. – Знаешь, Ник, я в очередной раз поражаюсь тебе. – Леон задумчиво замолчал.

В принципе я знал, что он имеет в виду, но не стал перебивать.

– Я занимаюсь с тобой всего пять дней, однако скорость, с которой ты обучаешься владению мечом, просто удивляет.

«Эх, – про себя простонал я. – Если б ты знал, какой головной болью мне приходится расплачиваться за это». И даже Умнику не удается ее полностью снять. От перегрузки мозга информацией вряд ли есть лекарство. Хоть, по утверждению Умника, мой мозг и стал работать лучше, но я это не очень-то чувствовал и расплачивался за усвоение информации головными болями.

– Не вижу особого прогресса, – возразил я Леону, – как валял ты меня словно кутенка, так и продолжаешь в том же духе. Что это было, вот прямо сейчас?

Честно говоря, я просто не понял, что сделал Леон. Я в очередной раз пытался достать его, вернее, сделать так, чтобы кончик моего меча оказался хотя бы в ближнем защитном круге Леона. Однако Леон вдруг стал двигаться как-то странно. Плавные движения перемежались изломанными, его мечи чертили странные узоры. Я не мог оторвать от него взгляда. Результатом стало то, что мой вестибулярный аппарат не выдержал такого испытания и приказал долго жить, а я, не успев даже удивиться, встретился мордой своего лица с землей. Что интересно, магии в этом не было ни капельки. По крайней мере, магического воздействия не было. Магический фаервол, который мы сварганили с Умником, молчал.

– А, – Леон махнул рукой, – одна из техник воздействия на противника. Решил посмотреть, как ты на нее поддаешься.

– Судя по результату, отлично, – пробормотал я.

– Ну все не так уж плохо. – Он откинулся на спину. – Ты свалился где-то через минуту. Это результат гвардейца, не применяющего меры противодействия. Вот я и говорю: поразил меня.

– Что ж ты не использовал эту технику в том бою? – Я действительно не помнил, чтобы он двигался подобным образом в схватке.

– Ее невозможно применить, если против тебя несколько противников. Понимаешь, тут нужна полная концентрация на противнике, чтобы отслеживать его реакцию, а если их несколько – это недопустимо. Да и не особо эта техника используется на практике. Ученики гвардейской школы на выпускных выступлениях показывают таким способом свои навыки концентрации, чтения противника и воздействия на него.

Через некоторое время, в течение которого каждый думал о своем, Леон продолжил:

– А вообще я хотел сказать о другом. Вот я показываю тебе разные приемы: как правильно держать меч, как двигаться – ты все это повторяешь, но я-то вижу, что твое тело сразу схватывает основы движений, только естественности нет. И еще. Некоторые вещи я тебе не показывал, однако ты их пытаешься использовать. А некоторые приемы, связки и передвижения для меня вообще выглядят странно. Такое ощущение, что ты раньше изучал бой на мечах, только в другом стиле. В общем, я совсем запутался. – Леон вопросительно посмотрел на меня.

А что я могу сказать? Не рассказывать же, что мы с Умником на компе разложили на составляющие все его движения – благо есть записи того боя на дороге и тренировок. Но самое главное – нам удалось снять информацию с Леона. А произошло это следующим образом.

* * *

После первой тренировки я сказал ему, что хотел бы проверить, как идет заживление его руки.

– Да вроде все нормально, – удивился Леон и даже покрутил ею. – По крайней мере, я не чувствую никакого неудобства или болей.

– И тем не менее, – хмуро сказал я.

Мне было очень неудобно перед Леоном, однако надо было что-то делать. Мне совсем не улыбается несколько лет изучать бой на мечах. Я не был уверен в результате, но ведь, не проверив, не узнаешь.

После всего произошедшего Леон стал мне доверять. Пусть не безоговорочно, но в данном случае не отказал. Мы уселись на поваленное дерево, я взял его руку, проверил – она действительно полностью зажила. Для скана требовалось примерно с пяток – десяток минут, поэтому я, чтобы не вызвать у Леона подозрений, одновременно с этим стал облучать его усыпляющими волнами бадди-компа. Буквально через минуту Леон расслабился и начал сползать с дерева. Я устроил его поудобнее и положил вторую руку ему на голову.

«Ну давай, Умник, – скомандовал я. – Только смотри ничего не попорть у него в голове, понял?»

«Да за кого ты меня принимаешь?» – делано возмутился Умник.

Леон несколько удивился, что задремал, но не придал этому особого значения. Ну и гуд.

Из снятой информации Умник сформировал инфопакеты, которые и запихнул мне в голову. Причем он делает это после каждой тренировки, если появляется что-то новое. Приемы приемами, но варианты их использования и связки у Леона рождаются прямо на ходу. Как говорится: слово – прием, предложение – связка приемов, а спокойный разговор – уже мастерство. И это еще не все. Мы провели анализ боевой техники Леона и земных техник. Я даже сделал виртуальный ринг, где виртуальный Леон махался с мечником различного телосложения, роста и мастерства, которому я задавал техники боя разных народов Земли (практически все, связанное с земными боевыми искусствами, у меня на субноуте есть). Пока однозначного ответа не получил. Очень трудно хорошо имитировать Леона в действии. Выигрышей у Леона было больше. Но стоит отметить: когда я придавал виртуальному Леону среднестатистические физические параметры (то есть убирал его исключительную реакцию, силу и выносливость, а вернее, делал ее такой же, как у виртуального противника), то бой он обычно проигрывал. Отсюда можно сделать выводы либо о превосходстве земной техники владения мечами, либо о некорректности виртуального эксперимента. И еще один непонятный момент. Проанализировав движения Леона, комп однозначно выдал резюме: максимально развиваемая им скорость и выносливость для обычного человека при стандартных тренировках недоступна. Вот так-то.

Поэтому кроме концентрированных знаний, полученных от Леона, я загрузил в себя (вот бы мне Умника, когда учился в институте! Насколько легче было бы готовиться к экзаменам!) начальный курс владения мечом, разработанный одним любителем мечемахательства, мастером каких-то там боевых искусств, с использованием современных знаний физики тела, физиологии и прочая, прочая… Вот эти знания иногда и прорываются при тренировках с Леоном.

У меня появилась еще одна идея: заставить мозг во время отдыха тела, например во сне, проигрывать отдельные приемы и связки. Однако Умник отсоветовал. Аргументировал тем, что мозг и так занимается обработкой огромного массива информации во сне, а дополнительная нагрузка приведет к снижению его производительности, к тому же так можно заполучить инсульт или стать неврастеником. Услышав последний аргумент, я беспрекословно согласился с Умником. Ну его на фиг! Еще не хватало мозгами поехать.

* * *

– Да, так и есть, – пробормотал я. – Иногда наблюдал работу разных мастеров, вот кое-что и запомнилось.

Леон только недоверчиво хмыкнул. Он уже привык, что я не люблю распространяться о себе, и особо не лез с расспросами. А я невольно провалился в воспоминания недавних дней.

После трагических событий очнулся я в своей комнате стоящим у окна и бездумно смотрящим вдаль. Реальность потихоньку стала просачиваться в мое сознание. Я увидел, что уже рассвело, что стою голым, как был, с зажатым в руке ножом и с ног до головы покрытый кровью, которая подсохла и при движении неприятно тянула кожу. Я подошел к зеркалу и удивленно посмотрел на отражение. М-да… Откуда это все? И тут же в мозгу взрывом проявились события ночи. Меня замутило. Ну ладно, все равно я ни о чем не жалею. Единственное было непонятно: такие эмоциональные взрывы совсем не характерны для меня.

Чтобы не пачкать одежду, я завернулся в простыню и вышел в коридор. Там практически ничего не напоминало о произошедшем, только полы у комнаты Тиши стали темнее. Да на стене черное пятно. Меня снова перекосило от ярости, и сжались кулаки. Несколько раз глубоко вздохнув, я отправился на озеро.

В тот день многое происходило. Каравану пришлось задержаться. Гномы занимались подготовкой к похоронам Тиши. А я бродил по округе и сидел, глядя на воду, раздумывая. К счастью, меня никто не беспокоил, и старались даже обходить сторонкой, так, на всякий случай. Я их понимал. Быть свидетелями, как один со съехавшей крышей разрезает на кусочки другого, вместе с костями, не особо напрягаясь. А тот кричит от боли или от самого зрелища легко отрезаемых от него частей, даже не знаю… Бр-р-р…

Меня беспокоило мое нестабильное эмоциональное состояние. После долгих размышлений и консультаций с Умником я пришел к выводу, что во всем виноваты процессы изменения моего организма. Будем надеяться, что со временем все устаканится…

В один из таких моментов ко мне подошел мрачный Дрихтмун, сел рядом и долго молчал.

– Что, обвинять будете? – равнодушно спросил я.

Гном несколько удивленно посмотрел на меня, потом ответил:

– Нет, паря. Ты думаешь, я не знал, что ты ходишь к Тиши? Я тут все знаю, кто чем дышит, что думает, чем занимается.

– Видно, не все, раз допустили подобное.

Гном вздохнул:

– Ты не передергивай. Я про своих говорю. А следить за постояльцами никакого времени не хватит, да и не дóлжно это. – Дрихтмун хмуро помолчал. – А Тишь… Девка молодая, горячая… была. Если бы ты обидел ее, я бы тебя своими руками удавил.

Мы помолчали, каждый думал о своем.

– Я хочу поблагодарить тебя, – наконец промолвил Дрихтмун.

– За что? – изумился я.

– За то, что принял близко к сердцу смерть Тиши. За то, что не отнесся к ней, как к очередной охочей до развлечений.

Я пожал плечами – никогда так не относился даже к случайным подружкам.

– Когда хоронить будете?

Дрихтмун посмотрел на солнце.

– Через час. Приходи.

Я кивнул и с уважением посмотрел вслед гному. М-да… Сильный мужик.

Ну что ж, через час так через час. Мне хватит. Я вернулся в таверну, по пути сняв с нашей телеги один из больших металлических щитов, и заперся в своей комнате.

Хоронили Тишь в небольшой рощице недалеко от таверны. В центре рощи была красивая полянка, покрытая полевыми цветами. Судя по нескольким плитам, установленным в определенном порядке, это место уже не в первый раз использовалось как кладбище. По дороге многие с любопытством смотрели на тяжелый сверток, который я попросил нести Тора. Тишь несли мы с Дрихтмуном. Мне не стали препятствовать. Никаких посиделок не было. Некоторые девчата плакали. Гномы были мрачными, но волосы на головах никто не рвал. Тишь была похоронена быстро и споро, но без суеты. Немного постояли молча. Наконец я развернул сверток, с размаху вогнал бывший щит в изголовье могилы и закрепил камнями в основании. Гномы издали пораженный вздох. Не зря я мучил Умника целый час. Внешняя сторона щита представляла собой качественную фотографию Тиши, созданную мною на основе записанного в бадди-компе видео, с последующей обработкой в графическом редакторе. Тишь, как живая, сидела с задумчивой улыбкой на берегу озера и держала в руках букет цветов. Здесь я постарался на славу. Самому понравилось. А Умник долго пытался изменить информструктуру щита, чтобы на нем проявилась фотография. Я даже начал думать, что ничего не получится. Сложность изготовления была на порядок выше простой перекраски одежды. Ведь нужно было придать необходимые свойства металлу в разных частях щита. Но Умник справился. Разумеется, я сначала выяснил, как гномы относятся к своим изображениям. Вполне нормально. Поэтому я и решился пойти на такой шаг. Очень хотелось оставить память о Тиши. А на последствия мне было наплевать.

Дрихтмун от переполнивших его чувств только хлопнул меня по плечу.

– Долго будет стоять? – спросил он.

– Вечно, – ответил я. – Вы только основание хорошенько укрепите.

Дрихтмун согласно кивнул.

Меня уже достало происходящее вокруг Мерка Инвази – эти бессмысленные смерти, тем более людей, ставших мне если не друзьями, то товарищами. Раньше меня не интересовала миссия Мерка, но теперь я решил разобраться со всем этим. Кроме того, чтобы не срываться в неконтролируемую ярость, единственный выход для меня был – работать. Я решил постоянно нагружать мозг и тело, чтобы не оставалось времени думать ни о чем другом.

Вернувшись к себе в комнату, я заперся, тем самым избежав разговора с Васой, который явно хотел со мной пообщаться. Итак, что мне известно? Мерк Инвази едет в столицу к гномам, очевидно о чем-то договориться или просить. Представляет он интересы высокопоставленных особ. Неизвестно кого – короля или кого-то пониже. Неизвестно, связано ли его посещение гномов с политикой или это чисто бизнес. Мне, конечно, влезать в политику совсем не с руки, однако из-за одного бизнеса столько денег не выбрасывают – это я о тех, кто устраивал покушения на Мерка. Ведь наемники, да еще с магом, должны стоить дорого. Плюс – наемные убийцы. Хотя черт его знает. Из-за чего могут поспорить две силы, если отбросить политику? Земли? Ресурсы? Шахты? Копи? Без ответов. Но тут мозговым штурмом ответа не найти. Что я могу сделать сейчас? Все ответы есть у Мерка, но просканировать его не получится. Умник уже проанализировал эту возможность. Само сканирование провести не сложно, однако этот чертов амулет! Разломать его или пробить можно без проблем, вот только включить обратно может не получиться. Соответственно, возникнут ненужные подозрения.

Так что остаются пленники. Но, думаю, это дохлый вариант. Наемникам не говорят, ради чего их нанимают. Однако хоть какую-то информацию от них получить все-таки можно. Итак, с этим решили. Дальше. С магией придется повременить. Умник на этом настаивает. Тот выброс энергии не прошел для меня даром. Не умея правильно дозировать и формировать энергию, я чуть не сжег самого себя. Нужно время, чтобы поврежденные структуры срослись. Странно, но изменений в своем самочувствии я не заметил. Ну и фиг с ним. В принципе не горит. Есть еще куча вещей помимо магии, которыми мне нужно заняться. Пусть Умник поработает.

Решив так, я вышел из своей комнаты и потихоньку пробрался в подсобку, где лежали одурманенные пленные. Безрукий пленный также находился здесь. Их никто не охранял – в этом не было необходимости, – просто иногда наведывались для контроля.

Пленные лежали рядком, не шевелясь. Никакого сожаления о том, что собираюсь сделать, я не испытывал.

«Умник, мне нужно, чтобы ты просканировал этих жмуриков. Справишься?»

«Справлюсь», – несколько неуверенно ответил Умник.

«В чем проблема?» – тут же отреагировал я.

«До какой глубины сканировать?»

Я пожал плечами: «Они мне безразличны. Сканируй по максимуму».

«Много их тут, объем информации большой. Боюсь, не смогу все это в себе разместить без обработки».

Хм… Проблема. Мне-то нужно по-быстрому снять информацию.

«Что за обработка?»

«Ну кое-что сразу выбросить, кое-что заархивировать – это надо анализировать по ходу дела, что увеличит время как минимум в два раза. Примерно так».

Ладно. Подойдем к проблеме с другой стороны.

«Каков примерный объем информации может быть, если все перевести в цифровой вид?»

«Исходя из анализа данных, снятых с приходивших ко мне претендентов на могущество, и отбросив заведомо ненужные области памяти, – с десяток терабайт на человека. Естественно, после обработки объем значительно уменьшится».

Не так уж и много.

«А ты можешь в режиме реального времени перекодировать? Только с гарантией, что потом получится восстановить информацию. И еще, времени на это много уйдет?»

«Дай-ка подумать…»

Умнику хватило полминуты, чтобы проверить – прогнать тестовые данные в одну и другую сторону. Я наблюдал его действия в бадди-компе.

«Без проблем, и задержка будет незначительной», – наконец вынес вердикт Умник.

Кивнув, я начал снимать браслет с Умником, когда он остановил меня: «В этом нет необходимости».

Я замер.

«Просто дотронься рукой до головы пациента. Когда будет достаточно, я скажу».

Удивил меня Умник, нечего сказать. Хотя примерно я догадался, как он это будет делать. Похоже, он научился использовать мою информструктуру в качестве проводника своих действий и энергопотоков, но оставались сомнения. Я хотел было уточнить у него, но за дверью раздались шаги, впрочем вскоре удалившиеся, но это напомнило мне о времени.

На каждого пленника у Умника ушло примерно по пять минут. Я пытался понять, что чувствую, когда под моими руками под действием сканирования у пленников разрушался мозг. Ничего. Мысленно пожав плечами, я сконцентрировался на потоке данных, которые передавал Умник на бадди-комп в режиме реального времени. Черт! Совсем забыл: у бадди-компа недостаточно памяти для такого объема информации. Поэтому я перенаправил поток информации с бадди-компа на субноут и перенес туда же ранее скопированные Умником данные. На пороге я оглянулся. В комнате оставались одни «овощи». Ну что ж. Как говорится, а ля гер… Незаметно вернувшись к себе, я по полной программе загрузил Умника. Чтобы выбросить заведомо ненужную информацию, он занялся обратным преобразованием сырой инфы из бинарного формата в исходный и предварительной обработкой. После этого – кодировкой уже в реальные форматы, понимаемые моими компами (видео, звук), и абстрактные знания – в виде текста с сохранением синхронизации между всеми ними (что важно).

Я решил пока не загружать себе в голову это месиво информации – лучше попробую проанализировать ее с помощью своих цифровых помощников, а потом видно будет. Кстати, перед перекодировкой в полный рост встала проблема: а на каком, собственно, языке кодировать информацию? Ведь оба моих компа гномьего не понимают, а лингвистические алгоритмы заточены под несколько земных языков. Тут прослеживалось только два варианта: дать задание Умнику на ходу переводить получаемые данные на русский язык или обучить бадди-комп гномьему. Несмотря на очевидные выгоды второго варианта, решил остановиться на первом. Просто быстро провести полноценное обучение компа не получится. Для корректной работы лингвистических алгоритмов нужно знать формальные правила языка – фонетику, грамматику и прочие. А вычисление этих правил – дело долгое. На данный момент доступно только простое заполнение словаря и параллельных текстов для обучения компа, которые еще надо составить. Поэтому в фоновом режиме я запустил бадди-комп на автоматическую предварительную подборку материалов по гномьему языку (для чего составил правила анализа), субноут зарядил на прием этих данных и включил обработку с помощью лингвистических алгоритмов. А Умника попросил при конвертировании данных сбрасывать данные гномьего языка на комп.

Тем временем всех позвали на поздний обед, после которого, как я узнал, планируется отправиться в дорогу. Дортмун с Мерком и Васой сидели отдельно и тихо совещались. Хоть Умник и был занят по полной программе, но все-таки его ресурсов хватило на то, чтобы удаленно снять звуковую информацию. Причем действовал он по новой технологии, предложенной мной, – просто прицепился своим датчиком к столу гномов. Медленно попивая пиво, я узнал, что Дортмун и Мерк решили изменить маршрут на обходной, преодоление которого займет на несколько дней больше. Честно говоря, я решил, что они с ума посходили. Им бы следовало побросать на фиг телеги и быстрым темпом на лошадях добраться до города, пока противник не очухался. Примерно в таком смысле высказался и Васа, но, похоже, Дортмун и Мерк просто испугались последних событий и аргументировали изменение маршрута тем, что противник знает его и может поджидать их. В конце концов доводы Васы не убедили Дортмуна, и он, как глава каравана, все-таки решил изменить путь.

После обеда караван двинулся в путь, благо все уже было готово. Как я заметил, между Дрихтмуном и Дортмуном пробежала черная кошка. Понятно какая. По крайней мере, Дрихтмун довольно прохладно простился со своим другом. А меня он попросту удивил. Когда я располагал свои вещи в телеге, он подвел мне красивую коричневую лошадку с серо-седой гривой.

– Вот, – сказал он, похлопав ее по крупу. – Владей.

– Хм… – Я просто не мог найти слов. И отказаться как-то… И согласиться – зачем она мне? – Но почему? – наконец спросил я.

– Ее зовут Принцесса, – поглаживая лошадку и не глядя на меня, проговорил Дрихтмун. – Принадлежала Тиши. Возьми, а? – Он умоляюще глянул на меня.

М-да… И что мне с ней делать? Придется срочно учиться ездить верхом. Принцесса печально смотрела на меня, как будто чувствовала, что хозяйки у нее уже нет.

– Ладно, – выдавил я из себя и протянул гному руку: – Надеюсь, еще увидимся.

Он несколько недоуменно посмотрел на мою руку. Вспомнив, что этот жест не распространен среди гномов, я мысленно чертыхнулся про себя и опустил ее:

– Спасибо. – И отвернулся. На душе лежала тяжесть.

Я привязал Принцессу к своей телеге, слава богу, она не возражала, а сам пошел рядом, иногда посматривая на нее. Придется проштудировать учебники, вдруг что умное пишут.

Потянулись длинные дни путешествия. Я не давал себе отдыху. Постоянно, как только выдавалось время, тренировался. На привалах Леон давал мне уроки владения мечом. Вначале мышцы болели зверски. Впрочем, недолго. Реакция у меня за долгое время тренировок стала достаточно хорошей, скажем так – выше среднестатистической. Это в обычном состоянии. Как-то раз Леон попросил меня встать против него с шестом. Вот тут я хорошенько удивил его. Вначале он просто не мог приблизиться ко мне на расстояние удара, но все-таки через некоторое время за счет своей реакции и быстроты смог подобраться и обозначить ранение. Меня это расстроило. Тогда я предложил ему погодить маленько (смешно – в бою попросить противника подождать) и начал выполнять медитационный комплекс, в результате которого смог войти в транс. Вот тут-то я и погонял Леона. Причем умудрился выбить у него из рук мечи.

Кстати, чтобы не сточить мечи Леона своими, с молекулярной заточкой, втихаря, когда он спал (еще на всякий случай обработал его «усыплялкой»), я укрепил и их. Правда, заточку не стал ему делать, чтобы он не удивлялся внезапно возросшей остроте. Нечего ему, он и с обычной творит чудеса.

Леон поначалу не давал мне выходить против него с мечом, а только с палкой, выполненной в форме меча. Но через несколько дней меч перестал быть просто куском железа в моей руке, и со стороны я уже не казался новичком. Но вот носить его я так и не привык. Как-то неудобно, когда с боку болтается такая хреновина. Попробовал приспособить меч к спине. Ничего так, носить нормально, но вытащить из ножен не хватало длины руки. В общем, по большому счету, меч мне мешал. В конце концов видя мои мучения, Дортмун, который оказался в прошлом неплохим кузнецом, поковырялся в своих запасах, чего-то там постучал молотком и сделал мне такую классную штуку. Он прикрепил ножны к зафиксированному на ремне держателю, внутри которого, с небольшим натягом, они могли двигаться. Если взять за рукоять меча одной рукой, а второй потянуть снизу за ножны, то их хода как раз хватало, чтобы освободить оружие из-за спины. Правда, потом несколько геморно было возвращать ножны в начальное положение в держателе, но Дортмун обещал что-нибудь придумать. Я же сразу, радостный такой, попробовал выхватить меч из-за плеча. Идиот. Хорошо хоть голову себе не отрезал, зато остался без волос, собранных сзади. В общем, очень повеселил гномов.

А вот с Принцессой у нас сразу установилось взаимопонимание. Лошадка оказалась спокойной. Меня она сразу посчитала за хозяина и других к себе не подпускала. От знакомства с копытом Принцессы Леона спасла только его исключительная реакция. Ну и я потихоньку осваивался на лошади. Все правильно написано в книгах. Первые пару дней я себе чуть все свои шары не стер и ляжки с внутренней стороны. Благо к утру все проходило. Все-таки хорошо иметь ускоренную регенерацию! Да и Принцесса словно читала мысли и реагировала на мои малейшие попытки изменить направление движения. Каждый день я вспоминал Дрихтмуна добрым словом.

Как-то на одном из привалов молодые гномы затеяли возню. Двое из них поспорили и стали бороться. Интересно они тут борются. Эти двое просто пытались завалить друг друга грубой силой. Именно так мне сначала показалось, однако, увидев красивый бросок, проведенный одним из гномов, я несколько изменил свое мнение. Чем-то это напомнило мне спортивную борьбу некоторых малых народностей у нас, когда пара схватит друг друга за пояса и пытается повалить. Остальным гномам это зрелище доставляло удовольствие, судя по их крикам и подбадриваниям борющихся. Увидев неподдельный интерес на моем лице, Дортмун, оказавшийся рядом, спросил:

– Что, нравится? Или думаешь небось неблагородно – без оружия-то? – Он довольно гладил свою бороду, наблюдая за борьбой.

– Да нет, – ответил я. – Я и сам люблю это дело.

Мне вдруг действительно захотелось попробовать побороться с гномом.

Дортмун с любопытством посмотрел на меня, потом что-то, видимо, сообразил и хмыкнул:

– Ну что ж. Может, покажешь этим олухам, как борются у вас? Пожалуй, я даже поставлю на тебя пару монеток.

Гномы, услышав, что я буду бороться, радостно загомонили и стали делать ставки. Ну а я, раз уж назвался груздем, полез в кузов. То есть снял с себя амуницию, помахал руками-ногами, чтобы разогреть мышцы и суставы, и сказал хитрому гному:

– Чур, треть выигрыша моя, – и ухмыльнулся.

– Ты так уверен в себе? – Его вопрос прозвучал уже мне в спину.

Я не стал отвечать.

Как я понял из того, что увидел, сложной техники у гномов в борьбе нет. Ставка больше делается на силу и выносливость, ну и несколько приемов. Конечно, некорректно делать выводы на таком малом количестве наблюдаемого материала. Сила у ребят есть, может, даже и меня согнут, просто не надо попадать в их захваты. Если попаду в замóк – мне кранты.

– Ну кто хочет комиссарского тела? – не очень громко по-русски пробормотал я слова из фильма столетней давности, на который как-то наткнулся в сети.

К счастью, меня не услышали. Эти двое теперь выясняли между собой, кто будет со мной бороться. В итоге определились, слава богу. Парень встал напротив меня и окинул добродушным взглядом. Все-таки гномы относятся ко мне хорошо, учитывая то, что я для них сделал.

Я таки решил уточнить:

– Каковы правила? – и оглядел противостоящего мне гнома. Крепкий парнишка, на голову ниже меня, но значительно шире в плечах. Рядом с ним я, прямо скажем, не выгляжу. На голом теле – кожаная безрукавка, которая смотрится на нем просто офигительно. Я позавидовал. На мне бы это выглядело смешно.

Мой противник, кажется, его звали Громом, ухмыльнулся:

– Правила простые: не кусаться, глаза не выкалывать, по шарам и голове не бить, в общем, чистая борьба.

Я кивнул, соглашаясь.

– Начинайте уже, – нетерпеливо издалека крикнул Дортмун.

Гром сразу же кинулся ко мне, протянув руки, чтобы схватить за одежду. Что странно. На мне майка, которая не очень подходит для захвата. Я спокойно стоял, ожидая гнома, потихоньку выдавливая из себя все посторонние мысли. Кстати сказать, в неглубокий транс мне уже удавалось входить достаточно быстро. В отличие от боевого при этом я почти не вываливался из реальности. До сих пор не понимаю, как у меня получается действовать в боевом трансе – ведь реальность становится калейдоскопичной, с пропусками кадров. Такое ощущение, что в этом состоянии тело живет своей жизнью. Конечно, это не так, но тем не менее… После событий на дороге я сначала боялся входить в боевой транс, помня странную ситуацию с попыткой «вселения» в меня. Однако ничего не случилось, когда я под контролем Умника все-таки вошел в него. После этого у меня и возникла мысль о магическом фаерволе, но об этом ниже.

Так вот, в неглубоком трансе я практически не теряю способности мыслить, но все посторонние мысли отсекает начисто. В таком состоянии, субъективно, течение времени как бы замедляется. Возможно, мозг переходит в режим ускоренной обработки данных. Не сильно, но достаточно, чтобы кроме простого реагирования на события я еще мог их и анализировать (а может, предвидеть?). Наверное, поэтому, когда руки гнома были уже в непосредственной близости, я понял его задумку. Он просто решил схватить меня в охапку и задавить своей массой и силой. Подхватив протянутые руки снизу под локти, я чуть отшагнул вправо, выполнив левой ногой переднюю подсечку, одновременно заворачиваясь влево и протягивая руки гнома дальше по ходу движения. Одно время, когда я еще ходил на тренировки, мой напарник, намного опытнее меня тогдашнего, для смеху постоянно валил меня этим приемом. Что бы я ни делал, как бы ни подготавливался, он спокойно и не торопясь бросал меня одним и тем же приемом, что неимоверно меня бесило. С тех пор немало воды утекло, и эту науку я усвоил очень хорошо.

Гром просто перевернулся в воздухе и хлопнулся всем весом на спину. Гномы загомонили, стали обсуждать произошедшее.

Я протянул руку Грому и помог ему встать. Тот немного покряхтел, потер спину и, улыбнувшись, проговорил:

– Как ты меня… Давай еще?

Я кивнул. Теперь он стал осторожней и через некоторое время все-таки подловил меня. Попытавшись разными способами взять меня в захват, тем самым дезориентировав, он просочился ко мне за спину, плотно прижал к себе, обхватив своими ручищами поперек тела, и провел классический бросок из вольной борьбы через себя назад, при этом чуть не сломав мне шею, когда я встретился с землей.

Еще где-то с полчаса на ринге происходило противостояние разных стилей борьбы. Мы учитывали свои предыдущие ошибки и не давали друг другу выполнить повторно один и тот же прием. Каждый раз кто-нибудь из нас показывал что-то новое. Мое мнение о примитивности гномьей борьбы растворилось в реальности. Кстати, в партере, по молчаливому согласию, борьба прекращалась. О ставках давно уже все забыли и просто наслаждались красивым зрелищем. В конце концов мы оба утомились и, обнявшись напоследок, пошли отдыхать. После этого случая гномы еще сильнее зауважали меня.

* * *

А с Васой я поговорил в первый день нашего последнего рывка к столице. Этот разговор определил мои дальнейшие планы. Но по порядку…

Вечером на привале с ночевкой я подгадал момент, когда он остался один за своим костром (для них с Дортмуном разводили отдельный) и подошел.

– Разрешите? – вежливо спросил я.

Васа поднял задумчивый взгляд от костра и, щурясь, посмотрел на того, кто отвлек его от размышлений. Медленно кивнув, он снова перевел взгляд на огонь. А я почувствовал себя несколько неуверенно. В таверне он вроде бы сам искал встречи со мной, а сейчас реагирует как-то странно. Постояв еще пару мгновений, я вздохнул и уселся напротив гнома. Некоторое время мы сидели в тишине, наблюдая за пляшущими языками пламени. Васа думал о своем, иногда подкидывая в огонь собранные для костра ветви, а я настраивался на предстоящий разговор.

– Что ты будешь делать в столице? – неожиданно спросил Васа. Надо сказать, что своим вопросом он здорово облегчил мне задачу. Я, честно говоря, не совсем представлял, как начать этот разговор.

– Это от многого зависит, – ответил я, прямо посмотрев на него.

– Вот как? – Васа бросил на меня заинтересованный взгляд. – От чего же?

Не отводя от него взгляда, я спросил:

– Скажите, Васа, вы ведь состоите в гильдии магов?

Гном медленно кивнул, ожидая продолжения.

– Скажите, я правильно понимаю, что все караваны сопровождают маги?

Гном повторно кивнул.

– А какое положение в структуре вашего общества занимает гильдия?

Васа перевел взгляд на огонь.

– У меня тоже есть к тебе вопросы, – неожиданно проговорил он, – после твоего последнего вопроса – особенно.

О как! Палимся помаленьку…

– И почему же?

– Дело в том, Ник, что у гномов, – Васа сделал паузу, чтобы акцентировать то, что он скажет, – а также у людей существуют гильдии магов. У остальных такого нет. И о таком положении дел, как и о статусе гильдий, знают практически все. На орка, некоторые из которых этого могут не знать, ты непохож. Тем более – на демона. С эльфами тоже ничего общего. Ты, без сомнения, человек. Однако не знаешь таких элементарных вещей. – Васа замолчал, по-прежнему не отрывая взгляда от огня.

Ну что ж, пас у меня… Я пока не стал комментировать предположения гнома.

– Вы не ответили на вопрос.

Васа пожал плечами:

– Что ж, расскажу. Не буду сейчас говорить, почему так получилось, но и у гномов, и у людей, – Васа бросил на меня косой взгляд, – гильдия магов непосредственно находится на верхушке власти. Однако магам в основе своей не особо интересна политика. Поэтому у людей всем управляет король. Понятно, что он опирается на знать, дворянство, среди которых если и есть маги, то не сильные. Самые сильные маги состоят в гильдии, без одобрения которой король мало что может сделать. Справедливости ради надо отметить, что мнения гильдии и короля практически всегда совпадают. И внешне все выглядит так, будто маги служат королю. В истории иногда бывало, что королем становился маг, но такое случалось всего несколько раз. – Васа отхлебнул из кружки, чтобы промочить пересохшее от разговора горло. – У гномов же король является архимагом, и гильдия магов, по сути, управляет нашим обществом…

– А как же нелюбовь магов к политике? – перебил я.

Васа усмехнулся:

– Когда главой государства является архимаг, не особо возразишь.

Васа замолчал, задумавшись.

– А у остальных с этим как обстоит дело? – не удержался я от вопроса. Пока Васа выдает информацию, надо пользоваться.

Гном вздохнул:

– У меня дома большая библиотека, если пожелаешь, можешь воспользоваться ею.

Хм… Это, конечно, хорошо, но мы еще не договорили.

– И все же?

Гном подбросил ветки в костер.

– Если кратко, то у орков магами являются шаманы, но они подчинены вождям. Единого вождя у них сейчас нет. Периодически орки устраивают между собой резню, когда появляется кто-то, желающий стать вождем всех вождей. Вот и сейчас в степи что-то неспокойно. Может, снова появился такой желающий, – равнодушно закончил про орков Васа. – Эльфы, практически все, в той или иной степени, являются магами. Сильных, конечно, не так много, но на бытовом уровне магией владеют все.

– А демоны? – подтолкнул я гнома, заметив, что он о чем-то задумался.

– Демоны… да, демоны. У них все просто. Вообще демонов по сравнению с другими не очень много. Наверное, поэтому, да еще из-за их характера, их общество состоит из двух слоев: маги, которые наверху, и немаги, служащие первым.

– Странно, а если в семье магов родится немаг, то что?

– А ничего – без сожаления отдают в специальные школы. Вообще, лучше родиться немагом в семье немагов, чем в семье магов.

– Почему? – удивился я.

– Ну семьи немагов ведь тоже обладают каким-то положением среди таких же, как они. А в школах, куда они отдают своих детей, из них готовят разных нужных обществу демонов-рабочих. Ну воинов немагов тоже, да по-разному бывает. Они учитывают способности своих демонят, чтобы получить от них максимальную пользу.

Некоторое время мы сидели в молчании.

– А драконы? – вдруг вспомнил я еще одну расу.

– А что драконы? – удивился Васа. – Про них вообще мало что известно. Нет, иногда они появляются у нас, я не знаю зачем, но как у них там все устроено, я не знаю. Просто не интересовался. Есть у меня один знакомый драконолог, вот он о них знает все. Вернее, – поправился Васа, – все, что о них вообще известно. Я ответил на твои вопросы?

– В какой-то мере, – сказал я. – Для начала достаточно.

Глядя на пляшущие языки пламени, я задумался, переваривая информацию. Да… Очень интересно. А еще интереснее посмотреть на них всех вживую. Выберусь отсюда – такой фильмец можно скомпоновать – закачаешься. Я мечтательно улыбнулся.

– Ну так как насчет твоих планов? – напомнил мне Васа.

Вот блин.

– Скажите, Васа, я правильно понял, что вы, как представитель власти, по приезде в столицу должны будете поставить в известность соответствующие органы обо всем, что произошло с караваном?

Признаться, чтобы получить ответ на этот вопрос, я и затеял весь разговор.

– Ах вот что тебя беспокоит! – протянул Васа. – Тебе есть что скрывать?

– Скажем так, мне бы не хотелось привлекать внимание к своей персоне.

Я внимательно отслеживал реакцию гнома. А тот задумался. Через некоторое время он кивнул своим мыслям и сказал:

– Ты прав. Любой маг сопровождения является еще и глазами и ушами гильдии. Но я могу пообещать, что распространяться о тебе не буду. Надо только поговорить с Дортмуном, чтобы он сказал своим держать язык за зубами. Полностью скрыть твое появление не удастся, да и не нужно. Все равно кто-нибудь проговорится. Но приуменьшить твое участие, думаю, можно.

Честно говоря, я удивился, что Васа, можно сказать, сразу «схватил» ситуацию и согласился помочь. Сильно удивился.

Однако Васа еще больше удивил меня:

– А вообще есть способ сделать так, что бóльшая часть вопросов к тебе просто отпадет.

– Какой же?

– Официально стать моим учеником. В этом случае отвечать за тебя буду я. И все вопросы будут сначала задаваться мне. Разумеется, это не касается эльфов, если вдруг они тебя найдут. Вряд ли они будут действовать официально.

– Но почему? Почему вы готовы пойти мне навстречу?

Васа грустно усмехнулся:

– Просто ты спас мне жизнь. Я хоть и не особо дорожу ею, однако у меня еще есть кое-какие незавершенные дела. Да и интересен ты мне. Больно магию интересную используешь. Ни под одну из известных мне не подходит. Надеюсь на встречную любезность с твоей стороны.

Ну что ж. Надо подумать. Надеюсь, он искренен.

Я заметил приближающегося к нам Дортмуна и встал:

– Сейчас уже поздно, продолжим разговор завтра, если вы не возражаете.

Васа проследил за моим взглядом и кивнул.

– Спокойной вам ночи, – попрощался я и удалился.

* * *

После того разговора с Васой, хоть я и не стал ему полностью доверять, разговаривать с ним стал более откровенно. Да и он пока не спрашивал меня ни о чем, но сам с удовольствием отвечал на мои вопросы. Тем временем караван спокойно двигался своим путем. Никаких проблем не возникало. Или нас оставили в покое, или потеряли. Мы двигались по местности, похожей на ту же, что и до таверны. Все те же рощицы, иногда попадались озера, в которых мы купались. Лана, как всегда, бегала от одного гнома к другому, общалась со всеми. И меня не забывала. Иногда от ее постоянных вопросов у меня начинала болеть голова. Балаболкой она оказалась еще той. И все допытывалась у меня, кто была та эльфийка на моей сумке и куда она делась. Никакие придуманные мною ответы ее не устраивали, и она логически опровергала их. Ее аргументы несказанно меня забавляли. Неожиданно для себя я заметил, что отношусь к ней, как к своей сестренке. Да и она, похоже, успокоилась и больше не провоцировала меня, как при нашей первой беседе.

Как-то я спросил у Васы, можно ли определить, что человек или гном является магом.

– Тут есть несколько способов. – Он, как обычно, обстоятельно начал просвещать меня. – Во-первых, по насыщенности ауры. Но это не очень точный метод. Бывает, что и у немага аура достаточно сильно светится. При желании маг может приглушить сияние своей ауры. А некоторые, особо сильные, могут даже прятать ее.

Хм… Особо сильные? А я-то думал, что это как раз – самое легкое.

– Это вот так, что ли? – Я привычным усилием заблокировал свою ауру.

Васа, прищурившись, посмотрел на меня и удивленно покачал головой:

– М-да… Иногда ты меня просто поражаешь, Ник. Не знать простейших вещей и в то же время магичить на уровне опытных магов. Ты только смотри не злоупотребляй этим. Блокировать надолго нельзя, время зависит от силы мага, иначе можно получить необратимые изменения организма и даже умереть.

– Хм, – хмыкнул я, – убегая от эльфов, я несколько дней держал ауру заблокированной – и без особых последствий.

Васа только покачал головой.

– А что ты делал у эльфов? – закономерно спросил он.

А я прикусил язык, да поздно. Проговорился-таки. Ну да ладно. В последнее время я перестал особо скрытничать с ним.

– Ладно, не буду говорить, как я туда попал, но прожил я у них в каком-то закрытом месте несколько месяцев. Ну а потом эльфы меня вычислили, и мне пришлось валить оттуда. Тогда я и научился прятать ауру. Это же мне помогло и обмануть их.

– Да уж… – пробормотал Васа. – А что за закрытое место такое?

– Не знаю. – Я пожал плечами. – Везде красиво оформленные полянки, бассейны, цветники. За все время я и не видел там никого.

– Если я правильно тебя понял, то это был священный лес эльфов. Какой же ты еще молодой! Ввязываешься в сомнительные дела. Да… К эльфам и в обычный-то лес не проберешься – поймают, а уж в священный лес… Думаю, у тебя большие проблемы.

Я удивился. Честно говоря, за всеми этими событиями я как-то уже стал подзабывать произошедшее у эльфов.

– А что так?

– Сначала скажи, ты никого из них не убил? – хмурясь, спросил Васа.

– А, вы об оружии эльфов?

Васа кивнул.

– Нет, – засмеялся я. – Просто усыпил погоню и забрал у них одежду и оружие. Хотел бы я посмотреть на их лица после этого.

Васа ухмыльнулся:

– Так ты еще и усыплять можешь? Занятно. Зная эльфов, могу с уверенностью предположить, что они посчитали твой поступок серьезнейшим оскорблением и будут искать тебя. М-да… – Он чуть помолчал. – А откуда у тебя меч с клеймом правящего Дома эльфов?

– Не знаю. Там была какая-то девчонка. Вот у нее и был этот меч.

– Что? – Васа аж привстал. – Как она выглядела?

И чего он пенится? Хм… Показать ему ее на видео? Нет, пока рановато. Ладно, сделаем одну штуку, которую я придумал, чтобы при необходимости производить эффект на окружающих, а Умник отработал технологию для быстрого исполнения.

– У вас есть что-нибудь вроде бумаги или пергамента?

– Нарисовать хочешь? Как на памятнике для Тиши?

Я кивнул. В последнее время, осознав, что в лице Васы я нашел если и не друга, то гнома, который на моей стороне, мне хотелось делиться с ним информацией, рассказывать о себе, выслушивать его советы. Но сразу все рассказать не получается – что-то удерживает меня. Наверное, все никак не могу поверить, что Васа вот так вот просто согласился прикрыть меня.

– Ну-ка, ну-ка. Интересно. – Васа подтянул к себе свою дорожную сумку и стал в ней рыться. – Так, где тут у меня… – тихо бормотал он, что-то перекладывая, и наконец достал книгу.

Взяв ее в руки, я понял, что это, скорее, личная тетрадь или дневник. Листы тетради хоть и не того качества, к какому я привык, но вполне ничего. Я быстро пролистал ее и, найдя чистый лист, сказал: «Смотрите», одновременно с этим вызвал в компе фотографию той эльфийки (я ее давно подготовил, чтобы иногда любоваться), дал команду Умнику и медленно провел ладонью по бумаге.

– Трах-тибидох-тибидох, – негромко проговорил я.

Из-под моей руки, как по волшебству, проступила качественная копия фотографии эльфийки.

У Васы глаза полезли на лоб, а я, довольный, как объевшийся сметаной кот, любовался его реакцией. Как же приятно удивлять людей! Ну или гномов…

– Да что же это такое? – возмутился Васа. – Ты же элементарнейших вещей в магии не знаешь! А творишь такие дела, что впору удавиться от зависти!

Махнув рукой, он уткнулся в фотографию, оценивая качество картинки и покачивая головой. И только через некоторое время он осознал, кто изображен на фотке.

– Ну что ж, – наконец огорченно проговорил Васа, – тебе повезло встретиться с любимой дочерью короля эльфов. Думаю, о том, что эльфы не будут тебя искать, можешь смело забыть. А в столице у них, несомненно, есть шпионы, так что тебя, может, и не быстро, но все-таки найдут.

Все мое радостное настроение мигом улетучилось.

– И что же делать?

– Не знаю, буду думать…

В молчании прошло несколько минут. Васа задумчиво гладил фотографию эльфийки и смотрел куда-то вдаль. Мне тоже было о чем подумать. Наконец мне надоело это молчание, и я напомнил Васе:

– А каковы другие способы определения мага?

Васа очнулся от тяжелых раздумий:

– Другие?.. Другие… Да. Так вот. Второй способ определить мага – по звучанию ауры. Но это только на близком расстоянии, практически нос к носу. Этот звон подделать нельзя. Ну и третий способ, самый распространенный и удобный, – активное сканирование ауры. Выбрасываешь магический щуп и по ответной реакции определяешь, маг перед тобой или нет. Использование всех трех способов дает общее представление о человеке или гноме, я называю это «запахом магии». Для упрощения.

– А разве подделать ответную реакцию при сканировании нельзя? – поинтересовался я.

– Можно, – хмыкнул Васа. – Но тут есть много нюансов. Если полностью заблокируешь ответ – твой противник поймет, что ты маг. Если притушишь ауру и подделаешь ответ при сканировании, это хорошо, но тут сложно подобрать правильный баланс. По этой разнице можно определить, что ты маг, который не хочет себя показывать. Но сложно определить спрятанную силу. В общем, чем опытней маг, тем более качественно он может «прятаться». Тут есть еще одна сложность. Маги бывают разные. Некоторые могут просчитать тебя, например, увидеть, что ты слабее его, и нанести магический удар – чтоб не лез. Иногда это приводит к смертельному исходу.

Понятненько.

– А через ауру можно воздействовать на человека?

Я не забывал тот случай, когда ко мне через ауру кто-то пытался пролезть. Я-то знаю ответ, но мне нужно объяснение Васы.

– Разумеется. Поэтому опытные маги постоянно держат внешнюю защиту. В принципе она не настолько энергоемка. И именно поэтому я и говорил, что активное сканирование – самый распространенный способ. Обычно маги не прячут того факта, что они маги: любой из них имеет свою защиту, повешенную на ауру. Иначе надо будет или снимать защиту, или ослаблять ее, чтобы была незаметна, а это – угроза получения внезапного магического удара. И опять же, чем опытнее маг, тем он сильнее. Вот по наличию этой защиты ты и можешь сканированием определить, маг перед тобой или нет.

– А если я заблокирую ауру, на меня можно будет воздействовать?

– Нет, – покачал головой Васа. – Но тут есть другие способы. Однако через ауру – самый простой и распространенный. Но ее надолго прятать нельзя, к тому же это отрезает связь с магическими источниками, и ты не сможешь черпать энергию извне. Из-за этого маги предпочитают просто усиливать свою защиту.

– А как я выгляжу при сканировании?

Васа печально улыбнулся:

– Не знаю. Ауру твою я вижу. Если провести аналогию, то ее интенсивность – на уровне начинающего ученика мага. Но просканировать ее я не могу. Понимаешь, в том бою я практически полностью потратил свою магическую энергию. Да еще и Тиру при лечении пытался помочь и перешел тот рубеж, который позволяет быстро восстановиться. Теперь мне придется очень долго копить энергию. При сильном истощении у мага блокируется механизм подпитки. Не совсем, конечно, а как бы расслабляется или заболевает. Можно, конечно, забрать энергию у другого мага, если он захочет поделиться, но такой альтруизм редко встречается.

М-да… А ведь Васу реально напрягает такое положение вещей. Пожалуй, надо попробовать его зарядить. Как Лану. Мне это только на пользу пойдет. И почему он сам не попросит? Ведь он должен помнить, что произошло с Ланой. Неужели настолько уверен, что я откажу? А ведь действительно, если вспомнить, что для мага лишение энергии порою смерти подобно… Ладно, попробуем. А вот говорить не будем. Интересно, как он отреагирует?

В течение пары дней я передавал ему энергию маленькими дозами. И, что интересно, Васа этого не заметил. По крайней мере, сразу.

Однако этот разговор я затеял не просто так. Мне пришла в голову мысль, что совсем не помешало бы прикрутить к своей ауре что-то вроде фаервола. Наверное, это сродни магической защите, о которой говорил Васа. Но о защите мы поговорим, когда он полностью восстановится, чтобы отработать этот момент на практике. В отличие от принципов магических защит, описанных Васой, я пока решил ограничиться простым механизмом. По умолчанию моя аура не должна быть закрыта. Однако любая попытка ее сканирования должна сопровождаться сообщением об этом, чтобы я смог принять решение, блокировать ауру или нет. Если сканирование или магическое воздействие на ауру ведется долго, например больше десяти секунд, то она должна автоматически блокироваться, чтобы прекратить это воздействие. Этим я и занялся на третьи сутки путешествия. Мы с Умником потратили на это почти весь день. Самое сложное было добиться автоматической блокировки ауры. В конце концов Умнику удалось это сделать, стимулируя определенный участок мозга, который, как он определил, активировался мною при принудительной блокировке. Затем я потребовал, чтобы интерфейс работы с фаерволом был выведен на бадди-комп. Мне ведь нужно быстрое реагирование на возможное воздействие извне, а лучше – мгновенное. Таким образом, получилось интересное магокомпьютерное устройство. Умник в фоновом режиме следит за аурой, не акцентируя на этом своего внимания, сигнал передает на бадди-комп, который я соответственно настроил. Комп определяет возможное внедрение (Умник сумел имитировать его, чтобы бадди-комп научился понимать, я туда на вход прикрутил нейросетку). Дальше просто – комп выдает мне аудиовизуальный сигнал. Я мысленным усилием даю команду на блокировку, которая идет в виртуальное пространство Умника в бадди-компе, и он уже мгновенно реагирует, блокируя ауру.

Полюбовавшись на получившееся устройство, я загрустил. Фигня получается. Слишком наворочено. А как известно, чем проще механизм, тем надежнее. И на фига я делал блокировку ауры через команду бадди-компу, если сам спокойно могу ее ставить? Ну просто интересно было проверить такой механизм.

«Ладно, Умник. Поиграли – и хватит. Короче, отслеживай все, как сейчас отработали, но попытки сканирования или внедрения контролируй сам. Если обнаружишь такие попытки, предупреждай меня. Если я почему-то не отвечаю, блокируй. В этом случае время до блокировки определяй сам, в зависимости от предполагаемой опасности. Кстати, можно параллельно звуковой сигнал пускать. А частоту сигнала – в зависимости от опасности. Хорошо?»

«Как скажете, шеф!» – принял к сведению Умник.

Протестировав последний вариант системы, я остался доволен. Еще я напряг Умника визуально, через бадди-комп, показывать направление, откуда идет скан или воздействие. Достаточно сложно было придумать, как это организовать, – не хотелось привязывать Умника к окружающему пространству через камеры компа. Ненадежно. А вдруг я выключу камеры или еще что? Но, к счастью, оказалось, что Умник отлично ориентируется в пространственных координатах «север – юг» и «запад – восток». Поэтому он просто посылает в комп координаты, дальность и высоту точки, откуда ведется сканирование. А уж бадди-комп, также привязанный к сторонам света, просто маркирует эту область пространства относительно текущей. Тестовая эмуляция и прогон не выявили недостатков, однако надо будет еще протестировать вживую. Например, Васу попросить.

Несколько дней Умник, когда я не отвлекал его, занимался перекодировкой и перегонкой в субноут снятой с пленников информации. Хорошо, что он прилично разбирается в строении мозгов и знает, как оттуда можно снять информацию и в каком виде. В конце концов он добил это дело. Лежа вечером в своей телеге и слушая музыку, я запустил «Фактограф» – программу, добывающую из информации факты и устанавливающую между ними связи. Получается некая «вселенная», где звезды – факты, содержащие в себе текст, видео и звуки, связанные друг с другом ссылками. Затем программа разделит их на «галактики» – взаимосвязанные между собой наборы фактов, по ходу дела все это индексируя. Затем группировка внутри «галактик» и так далее. Ну и напоследок по каждому набору данных составит краткую аннотацию из наиболее значимых фактов. Не знаю, сколько времени компу понадобится на всю эту работу – данных слишком много, – но надеюсь, за пару дней справится. Зато потом по этой базе данных очень просто будет искать информацию и прослеживать все связи между различными ее объектами. Проконтролировав, что все идет как надо, я завалился спать.

* * *

По расчетам, сегодня – предпоследний день путешествия, завтра к вечеру должны показаться стены столицы гномов, а на меня и Умника столько навалилось дел, что мы так и не успели дойти до анализа построенной мною модели местной магии. После того как Умник закончил с перекодировкой, я дал ему задание посмотреть модель. Однако с ходу он в нее не врубился – ведь сам-то он ее представляет в своих терминах и образах. А мою модель он просто не смог соотнести со своими знаниями. И попросил тайм-аут, чтобы разобраться в принципах построения таких моделей. Иногда похихикивая, а иногда восхищаясь самой возможностью моделировать таким способом многие вещи, в том числе абстрактные, он занялся делом. А я снова задумался об Умнике. Странно, иногда он ведет себя, как компьютер, а иногда – как человек. Некоторые вещи он отрабатывает со скоростью компа, а с некоторыми, вроде вот этой модели и принципов работы некоторых алгоритмов, тормозит не по-детски. Что бы это могло значить? Так и не придя ни к какому выводу, я занялся чисткой Принцессы.

* * *

Сегодня же пришлось во второй раз менять систему прослушки. Меня заинтересовало, о чем Лана разговаривает с Васой, и я попросил Умника подключится к ним. И тут же вылез недостаток последнего варианта прослушки. Единственным приемлемым местом, куда Умник мог прицепить свой щуп, оказалась сама телега, на которой сидел Васа. Однако она так вибрировала при езде, что ни о каком снятии голосовых вибраций не могло быть и речи. Я тут же забыл о Лане с Васой и погрузился в решение этой проблемы. Мне ведь нужна надежная система, на которую можно положиться. Вдруг от этого будет зависеть если и не моя жизнь, то свобода?

Итак, Умник умеет удаленно снимать вибрации. Вариант с их снятием с поверхностей рядом с разговаривающими людьми имеет преимущества перед первым вариантом Умника. Это бесспорно, но, как мы видим, метод не всегда срабатывает. Таким образом, решение сводится к нахождению таких объектов контроля, которые бы наверняка давали возможность анализировать их вибрации. Так-так… Кажется, начинаю понимать… Что происходит при разговоре? А при разговоре один собеседник гарантированно слышит другого. Так? Так. Даже если второй шепчет ему в ухо. Вот! Ключевое слово – «ухо». А в ухе вибрирует, насколько я знаю, улитка слухового органа, или не улитка? Неважно, как называется. Главное, объект найден.

«Так, Умник! Ответь центру!»

«Не понял», – недоуменно отозвался Умник.

Хмыкнув, я привел ему свои выкладки.

«Понятно, – после некоторого молчания произнес Умник. – Можно попробовать».

«Стоп! Сначала скажи, как ты определяешь, куда цепляться? Тебе ведь издалека нужно прицелиться к месту контакта?» – озвучил я пришедшую мне мысль.

«Это просто. – Тут Умник уже не тормозил, ответил сразу: – Я ведь вижу не только человека, но и его информструктуру. И по ней уже определяю нужное место».

«Ну ладно, – с сомнением произнес я. – Давай, что ли, проверим, ну хоть на Тире – вон он с Ланой разговаривает. Если не получится, спишем на то, что он еще не совсем поправился».

– Так ты придешь к нам в гости? – через некоторое время услышал я голос Тира. – Я познакомлю тебя с мамой, она мне не простит, если не сможет лично отблагодарить мою спасительницу.

Послышался звонкий смех Ланы. Это он что, клеится к ней? Ну зараза, видно, зря я тебя лечил! Стоп! Это что еще за мысли такие? Какое мне дело до ухажеров этой несносной девчонки?

– Прямо так и спасительницу! – За своими мыслями я не сразу услышал ответ Ланы. – А то ты не знаешь, что тебя вылечил Ник!

– А что Ник? Ну вылечил. Конечно, спасибо ему, и я еще отблагодарю его. Но ведь несколько дней за мной ухаживала именно ты. А он что? Пришел, вылечил – и все. Не особо и напрягался, как мне рассказывали.

– Ах ты! – Голос Ланы налился возмущением. Так его, Лана! Давай, вставь ему пистон! – Да ты… ты, – она даже стала заикаться, – ты хоть представляешь, сколько сил потребовалось, чтобы вытащить тебя? Ты же был почти труп! В твоем состоянии, я почти уверена, и лучший лекарь бы не помог! Я даже не знаю, как он умудрился это сделать, а ты… Неблагодарный!

Лана соскочила с телеги и, сжимая от возмущения кулачки, решительно отправилась прочь.

Нет, что ни говорите, а этот ребенок – просто чудо. Правда, слова насчет «лучшего лекаря» несколько меня удивили, но я не придал им особого значения.

Улыбаясь, я похлопал по шее Принцессу и протянул ей заранее приготовленный сладкий овощ, напоминающий морковку, но по вкусу несколько отличающийся. Естественно, она не отказалась.

Мне захотелось как-то отблагодарить Лану. Вот только как это сделать?

«Слушай, Умник, я вот что тут подумал. А ты можешь провести обратную операцию? Не снимать звук с улитки уха, а, наоборот, генерировать его там. А? Прикольно может получиться. А сколько вариантов использования можно придумать!» – Я аж прикрыл глаза, представив открывающиеся возможности…

«Сейчас попробуем. Опять на Тире?»

«Нет, но тут такой момент. Ты уверен, что можешь подобрать правильную мощность сигнала – мы ведь не хотим, чтобы человек оглох?»

Кстати, а это, при необходимости, тоже можно использовать! Кого-нибудь на время лишить слуха или даже контузию организовать… Хм… Ладно, об этом подумаю позже.

«Давай все-таки на мне попробуй, – предложил я Умнику. – Если что, надеюсь, регенерируюсь».

Некоторое время ничего не происходило. И вдруг:

«Центр, центр, я на связи!»

Я чертыхнулся. И ведь запомнил шутку!

«Тише! – Я поковырял пальцем в ухе. – Раза в два тише… Ага, вот так нормально».

Звучание получилось просто классным. Правда, только в одном ухе. Такое ощущение, что кто-то говорит справа от тебя.

«А если на оба уха? А то как-то неудобно».

«Вот так?»

«Ага».

Замечательно получилось. Так… Я потер руки, предвкушая, как сейчас поиграюсь… Так, а где Лана?

«Умник, ты видишь Лану?»

«Нет».

Вот еще проблема. Как найти и подключиться к человеку, которого не видно? Что-то постоянно решение одного вопроса вытаскивает за собой новые. Я огляделся по сторонам. Так, похоже, скоро будем останавливаться на ночевку. Но еще есть время спокойно подумать.

«Слушай, а на каком расстоянии ты можешь видеть информструктуры?»

«Прямо видеть не могу. Но если протяну свой энергетический щуп в примерно нужном направлении, то, нащупав информструктуру, смогу определить, тот человек или нет. Я ведь в таверне так делал, когда подключался к гномам».

«Ага, то есть через стены это тоже можешь проделывать. Так?»

«Ну да. Но все равно, если есть препятствия – это сложнее. Да и дальность уменьшается».

«И на каком расстоянии можешь сканировать?»

«Ну точно не знаю. Если нет препятствий, наверное, на километр, может, больше».

«Ага… – задумчиво сказал я. – Я так понимаю, что информструктура каждого человека уникальна?»

«Разумеется. Например, я могу определить по структуре, что это за объект, не видя его. А по некоторым ее характеристикам, если раньше встречал, точно идентифицировать».

«Вот и хорошо. – Я мысленно потер руки. – Уверен, что ты уже можешь идентифицировать всех гномов в караване по информструктуре. Так?»

«Ага».

«Теперь сделай вот что. Будем делать из тебя радар».

«Радар? Как это?»

«А очень просто. Сканируй своим щупом пространство по окружности, могу нарисовать даже диаграмму, чтобы тебе понятней было».

Я быстренько нарисовал диаграмму с необходимыми параметрами сканирования. А дальше уже (по местами отработанной технологии стыковки Умника с компом) сделали следующее. Чтобы долго не морочиться, если уж заговорили насчет радара, я создал на бадди-компе программку, рисующую стороны света, в центре которой – я и концентрические окружности, показывающие расстояние от меня. По команде Умник производит сканирование, и на диаграмме отображаются все известные объекты, их расстояние от меня. Дальше я сделал функцию выбора человека на радаре и возможность подключиться к нему для прослушки или передачи голоса. Для объектов, отсутствующих в базе, показывается только их тип – человек, слон, динозавр, дерево. Ну это я так. Уж больно прикольной получилась система.

Для теста я сделал поиск той же Ланы и чуть не подпрыгнул от неожиданности – судя по радару, она находится прямо за мной. Обернувшись, наткнулся на ее задумчивый взгляд. Ну что ж, по крайней мере, система работает. Караван двигался медленно, и Лана без особого напряга успевала передвигаться вдоль него туда и обратно. Поэтому ее можно было встретить то в конце каравана, то в начале, а иногда она отбегала в сторону очередной рощи и что-то там собирала. Сейчас гномы постоянно выставляли разведчиков на некотором расстоянии от каравана с флангов и в авангарде, которые периодически менялись. Я, к сожалению, не был приставлен к этому делу, так как, по сравнению с гномами, плохо еще держался в седле. Хотя уже и не тянет свалиться с Принцессы.

– Ты чего подкрадываешься? – буркнул я.

Лана фыркнула:

– Больно надо подкрадываться! Хожу, где хочу! Я не виновата, что некоторые такие невнимательные.

– Думаю, вниманием ты не обделена, – сказал я, кивнув в сторону Тира. Какого черта я вообще с ней пикируюсь?

Лана пристально посмотрела на меня и ничего не ответила.

– Ладно, ты просто так, или что-то хотела?

Девушка вздохнула:

– Да в общем-то не просто так. Я хотела спросить, – немного помолчав и отведя глаза, все-таки выдавила она из себя, – ты к нам в гости будешь заезжать? – И отвернулась, как будто ей все равно и она тут ни при чем.

Ну приехали! Вот тебе и «сестренка»… Я спрыгнул с Принцессы, привязал уздечку к телеге и пошел рядом с девушкой.

– Не знаю, Лана, – помолчав, ответил я. – Я еще не определился, что буду делать в городе. Вот Васа предлагает мне стать его официальным учеником…

– Так это же здорово! – обрадовалась девушка. – У деда большой дом, кроме него, там никто не живет, а ученики могут жить с учителем.

– Хм… Я пока не решил, – сказал я. – А почему Васа живет один?

Лана явно еще не научилась прятать свои эмоции. После моих слов на ее лице проступило некоторое разочарование.

– Дети давно выросли, у них свои дела. Деда обычно занят в своей гильдии магов. Как только определили, что у меня есть магический дар, – отправили к нему на обучение. – Лана замолчала.

– А он тебе кто, дедушка?

Наконец-то она улыбнулась.

– Это я так его называю. Вообще-то он мне прадедушка. Хорошо выглядит, правда?

Я кивнул.

– А сколько ему лет?

Лана нахмурилась, что-то там считала, наконец пожала плечами:

– А я не знаю точно. Но очень много.

Ладно, сам потом выясню.

– Просвети меня насчет официального статуса ученика, – попросил я ее.

Что-то меня смущает постоянное повторение слова «официальный».

– Ну, – задумалась Лана, – это значит, что за все, что ты натворишь, отвечает учитель. Если что-то серьезное, значит, учитель плохой, ему могут даже запретить преподавать. К деду, правда, это не относится. Так, что еще…

– Почему не относится? – вклинился я.

– Почему, почему, – недовольная тем, что я ее перебил, ответила Лана, – да потому, что дед был учителем очень многих из гильдии магов. Некоторые из них даже работают под началом архимага. Вот.

Хм… А не простая птица Васа!

– Что ж он с караваном ходит, как простой маг? – Надеюсь, я не ошибся, что с караванами ходят маги не очень высокого полета.

– А ему скучно дома сидеть. – Лана перекинула косу через плечо. – Из учеников у него сейчас только я. Дортмун, его друг, иногда вытаскивает деда, как он говорит, проветриться. Они давно друг друга знают. – Ну это мне известно, не зря ведь подслушивал. – Вот. А у меня магия немножко иная, – перепрыгнула Лана на другую мысль, – я больше по целительству. Ну, – она замялась, – магия-то одна, просто кроме целительства у меня ничего не получается, – и потупилась. Потом продолжила: – Дед ругается на меня, говорит, что я ни на что не способна. Вот и берет меня с собой для практики. Скоро я поеду в академию к людям, может, там меня чему путному научат, – явно повторяя слова Васы, грустно произнесла Лана.

– Ну это он специально так говорит, – попытался я успокоить будущую врачиху. – Все учителя ругают своих учеников. Это заставляет их вкалывать изо всех сил.

– Правда? – Она подняла на меня свои глаза.

Вот старый хрыч Васа! Ну нельзя же так доводить ребенка! Судя по ее взгляду, она действительно верит всему, что тот говорит. Еще сломает ее. Такой опытный учитель, а методы у него… А может, я чего-то не понимаю?

– Ну конечно, правда, – тем не менее уверенным голосом ответил я.

Мне захотелось ее обнять и погладить, как маленького котенка.

– Ладно, – с трудом отведя от ее зеленых глаз свой взгляд, продолжил я, – мы отвлеклись. Так что там насчет ответственности учителя?

– Ну еще надо вносить имена учеников в специальную книгу гильдии. Я не знаю зачем. – Ну тут-то понятно зачем. Обычный учет, плюс контроль, плюс возможное прогнозирование будущего использования «магических рук». – Вроде бы все… Ты бы лучше у деда спросил.

Ну ладно, потом по ходу разберемся. Вот с регистрацией как-то неуютно, но вроде бы ничего страшного, тем более можно с Васой на эту тему переговорить. К тому же надо придумать, лапшу какого сорта ему подать. Я ведь засветился перед ним, с одной стороны, как нулевой маг с полным незнанием теории (мои вопросы плюс «кривое» лечение – незнание точек приложения энергии и прочие «проколы»), а с другой стороны, как обладающий определенными магическими силами, достаточными, чтобы сжечь человека. Плюс – фотка Тиши на щите. Вон как он отреагировал, когда на его глазах я сделал фотку эльфийки. Не удивлюсь, если подумает, что я владею каким-то новым направлением в магии. М-да… Где-то недалеко маячит пушистый северный зверек…

Дальше мы просто болтали на разные темы. Потом Лана попыталась вызнать у меня подробности случившегося в таверне. Оказалось, что той ночью, когда началась буча, Васа ее никуда не пустил – запер в комнате. И потом ничего не говорил. Но Лана, путем хитрых расспросов остальных гномов и с помощью своей доставучести, примерно составила для себя картину произошедшего. Единственное, что ее смущало, – это мои отношения с Тишью. Тут никто особо не распространялся. Однако она смогла сопоставить факты и некоторые обмолвки и теперь с помощью вопросов, вроде бы не относящихся к делу, пыталась меня расколоть. Я не желал говорить об этом, но и обижать Лану не хотелось. Пришлось включить мозги на всю катушку, чтобы гладко съезжать с этой темы. Слава богу, вскоре ее позвал Васа, и Лана, напоследок бросив на меня рассерженный взгляд (ведь все прекрасно поняла, зараза!), убежала.

А я, мысленно стерев пот со лба, отвлекся на сигнал от бадди-компа. Обработка данных, снятых с пленников, наконец завершилась. И то дело. А то я уже стал сомневаться в достижимости этой цели.

Ладно, что у нас тут получается? Кайф! Нет, если подумать, исключительно интересно получается со снятием информации из мозга! Глобальным использованием этой технологии было бы создание банков данных, в которые люди могли бы скидывать свою память. И, допустим, через много-много лет какой-нибудь исследователь-историк сможет находить реальные факты о прошлом… Или вычислять исторические цепочки событий, приведших к какому-то результату… Или организовать типа библиотеки знаний и накопленного опыта. Угу, а еще это можно использовать для не совсем легальных целей. Нет, вряд ли люди на такое пойдут. Никто не захочет делиться личными воспоминаниями и переживаниями. Разве что только для частного использования и с ручной чисткой и прореживанием данных. Ладно, ну их на фиг, такие мысли.

Сейчас меня в первую очередь интересует, какая информация есть по Мерку Инвази. Так. Интересно. Инфа в отношении Мерка найдена только у одного человека. Судя по всему, это тот, кому Леон отрубил руки. Так, задание простое: найти и уничтожить. А имя это он услышал от своего командира по кличке Тень. А Тень у нас кто? Ага, это тот, что пульнул в меня магией. Жаль, что он мертв. У него было бы больше информации. А что тут по этой связи идет? Кусочек видео. Ну что ж, посмотрим. Я включил воспроизведение файла, к которому вел линк, и, привычно смотря одним глазом на дорогу, чтобы не споткнуться, с интересом стал смотреть кино. Качество, надо сказать, не очень. Изображение постоянно скачет (очевидно, подчиняясь направлению взгляда), а в стороне от объекта, на который направлен взгляд, несколько расплывается. Я даже почувствовал некоторый дискомфорт в глазах. Вот интересно: ведь когда человек смотрит на что-то и «скачет» взглядом, мозг как-то отрабатывает это, и картинка получается цельная, плавная. Почему же в памяти хранится именно такой вид? Или это Умник так перевел данные?

В кадре какая-то забегаловка, судя по приличному количеству людей, выпивающих и закусывающих. Напротив меня (вернее, подопечного) сидел тот самый маг, который пулял в меня магией. Рядом с ним отобразилась краткая информация, найденная по базе данных. Там-то и указано, что этот маг по кличке Тень – командир одной из команд (тройки) по устранению заказанных людей, гномов и прочих, в том числе магов. Умеет хорошо отводить глаза, даже магам, за что и получил свою кличку (молодец комп! Хорошие алгоритмики по анализу информации я подобрал). Единственные, кого они еще не убивали, – драконы. Наверное, просто заказов на них не поступало. Комп продолжал отображать информацию. Разговор произошел, если так прикинуть, в то время, когда караван гномов только покинул город.

– Ты снова опоздал, Илан, – недовольно говорил командир. – Еще одно опоздание – и можешь искать себе другую работу.

– Да ладно тебе, Тень, – ничуть не испугавшись, ответил Илан, – где ты еще найдешь такого отличного взломщика защитных амулетов, как я?

– Уж найду, не беспокойся.

Тут оба отвлеклись на официантку, принесшую им кружки с каким-то пойлом.

– Ладно, – вытерев губы рукавом, прервал паузу Илан, – что на этот раз?

Тень недовольно зыркнул на него, но тем не менее ответил:

– Заказ несложный, по крайней мере для тебя. Намедни к гномам отправился один человек. Вот его и надо перехватить и отработать. Зовут его Мерк Инвази, может, слышал?

– Все как всегда, – пробормотал Илан, отрицательно помотав головой. – Небось я понадобился потому, что этот тип обвешан защитными амулетами? И чего вы, боевые маги, не умеете справляться с амулетами?

Тень усмехнулся:

– Что, Илан, на похвалу нарываешься? Сам же знаешь, что быстро мы можем только ломать защиту, а тут ее надо тихо-мирно снять – на это способны только такие, как ты. К тому же я там буду занят. Известно, что с ними едет крутой гномий маг. А по своим каналам я выяснил, что это Васа их’Васандир, слышал о таком?

Илан присвистнул:

– Теперь понятно, чем ты будешь занят. Не боишься схлестнуться с ним?

Командир пожал плечами:

– Посмотрим. К тому же Главный («Фи, как стандартно!» – подумал я) разузнал, что кроме нас посылают еще кое-кого. Видно, сильно кому-то насолил этот Мерк. Так что, глядишь, и без нас справятся, а деньги, сам понимаешь, никто возвращать не собирается. Единственное, что напрягает, – это почему заказчики не сказали нам, что маг, сопровождающий караван, именно Васа их’Васандир? Ладно, готовься, завтра выезжаем. Мне еще надо проработать маршрут.

На этом кино закончилось. Интересно получается. Нет, здесь все понятно. Интересно, откуда эти работники меча и топора знают Васу? Ну по крайней мере, что-то узнать мы можем. От просмотренного видео ведет ссылка на подборку информации по Васе, которую эти типы имели в голове.

И что мы видим? Прямо скажем: негусто. Васа их’Васандир – маг, состоящий в гномьей гильдии, в прошлом известен своими магическими разработками, имеет навыки в боевой магии, учитель. В настоящее время на пенсии – от государственных дел отошел, занимается магоисследованиями. Иногда его привлекают в качестве специалиста-консультанта. Все.

И еще раз респект составителям программы «Фактограф» – так собрать и сформулировать разрозненную информацию!

Васа, как я и предполагал, оказался не так прост. Однако факт, что он отошел от дел, вселяет надежду, что его слова о том, что он прикроет меня, имеют некоторое отношение к действительности. Кстати, про Мерка Инвази Леон тоже ничего не знает. Насколько я понял из объема данных, снятого с него Умником, его просто послал в командировку непосредственный начальник. А о причинах у гвардейцев не принято спрашивать.

В этот момент караван стал разворачиваться для остановки на ночлег, и я отвлекся на текущие дела.

* * *

В последний вечер путешествия все немного расслабились, однако про дозоры не забывали. Я в свою очередь на всякий случай включил свой радар на постоянное сканирование окружающей обстановки.

В центре круга, в который поставили телеги, развели один большой костер, у которого тут же начала хлопотать Лана, готовя ужин на всех. Желающим разливали пиво из запасов Дортмуна, а желающими были все. После ужина пошли разговоры на стандартные темы о жизни, женщинах, драках и прочем. Я с удовольствием слушал, но сам, по известным причинам, слово не брал. Переговорив на все темы и маленько подустав, гномы угомонились. Через некоторое время Тир, который уже сам передвигался, достал заранее приготовленный инструмент, напоминающий гитару, и стал петь какую-то песню. Голос у него был глубокий, что называется, поставленный, да и на инструменте он играл неплохо. К нему присоединился другой гном с маленькими барабанами. Честно говоря, не думал, что игра на «гитаре» в сопровождении барабанов может звучать прилично. Однако у них получалось.

А песня была боевая, задорная – о путешествии молодого гнома в глубокие подземелья, в которых обитал бог с длинным непроизносимым именем (впервые я услышал о богах от местных), чтобы тот даровал ему власть над металлом, из которого гном хотел сделать тончайшей работы цветок и подарить своей любимой. По пути он постоянно попадает в передряги, из которых выходит победителем. В конце концов добравшись до обиталища бога и попросив исполнить свое желание, он услышал от него только смех и пожелание научиться всему самому. Разозлившись, гном обматерил бога такими словами, что тот осерчал и сделал так, что гномы стали потихоньку покидать свои подземелья, так как жить там стало невозможно, и потихоньку перебираться наружу.

В общем, бóльшего бреда я не слышал – тут для гномов главным было исполнение и постоянно повторяющиеся слова о том, как ловко гном преодолевал препятствия. Под конец песни я откровенно скучал, в отличие от гномов, которые притопывали ногами и хором кричали припев. Тир исполнил еще несколько песен, похожих на первую. И почему-то периодически поглядывал на меня. В конце концов после исполнения очередной песни он вдруг обратился ко мне, и в его голосе я почувствовал скрытую насмешку:

– А может, Ник исполнит нам то, что предпочитают люди?

Что-то мне не нравится его тон. Да и ведет он себя странно. Я обратил внимание, что в последнее время, особенно сегодня, он постоянно задумчиво посматривал на меня.

Гномы на секунду замолчали. Васа осуждающе покачал головой. Я оглядел гномов. Бóльшая часть, уже похорошевшая от пива, только радостно подхватила слова Тира. И только Васа с Дортмуном не обрадовались его предложению. Да еще Лана раздраженно звякнула посудой. И что бы это значило?

– Дело в том, Тир, – ответил я, – что, хоть я и разбираюсь в музыке, ваших инструментов в руках не держал. И вряд ли смогу исполнить что-то интересное.

После этих слов Тир победно посмотрел на Лану. Тю! Да он запал на нее, что ли? И ревнует? Да-а, мне бы его проблемы. Но мне не понравилось выражение превосходства на его лице. Да и гномы разочарованно загудели. «А! – мысленно махнул я рукой. – Пропадать, так с музыкой!» Причем в прямом смысле.

«Умник! Сможешь подключиться к гномам, как мы с тобой днем отрабатывали, только ко всем сразу?»

«Ага, – тут же ответил он. – А что ты задумал?»

«Сейчас узнаешь».

– Однако, – неожиданно для всех сказал я, одновременно пытаясь сообразить, какую музыку им продемонстрировать, – если вы желаете узнать, что слушают у меня на родине, я могу это устроить.

Все тут же замолчали. Васа с интересом посмотрел на меня. Лана, чем-то занимавшаяся, выпрямилась.

Так, музыку со словами ставить не стоит. Надо акцентировать внимание на самой музыке. Классика? Нет, ее и у нас-то не все понимают. Ставить попсу – себя не уважать. Рок? Металл? Ну в принципе да. Но сначала попробуем что-нибудь попроще. Я нашел старые мелодии Эннио Морриконе, которые он писал под фильмы-вестерны и которые очень подходят к ситуации долгого похода. Такие длительные, мелодичные и тягучие звуки инструменталки, чистейшая, тончайшая гармония звуковых вибраций, заставляющих чувствовать ветер на лице и лошадиный галоп. Или же почти застывшее время, выраженное в музыке, для стоящих друг напротив друга противников-ковбоев.

«У тебя готово, Умник?»

«Да».

«Транслируй». – И я включил воспроизведение, при этом наблюдая за реакцией гномов.

При первых звуках музыки, идущей из ниоткуда, да еще с объемным эффектом, некоторые повскакивали со своих мест, сжимая секиры. Но бóльшая часть просто замерла. Вскочившие гномы медленно сели и тоже замерли. Если не знать, что они что-то слышат, то можно подумать, что впали в ступор или находятся под заклинанием недвижимости.

И именно в этот момент и сработал мой фаервол. Однако интенсивность воздействия была небольшой. Я повернул голову в сторону, которую на радаре отметили компы как место воздействия. Ну конечно, кто бы сомневался! Это был Васа. И похоже, он только сейчас осознал, что к нему вернулись его магические силы. Ничем иным нельзя объяснить такое потрясенное выражение его лица.

Я отрицательно покачал головой, и он, похоже, понял меня, так как сканирование прекратилось.

После окончания записи еще некоторое время стояла тишина. Всхлипнула Лана. Закряхтел Дортмун. Остальные, находясь под впечатлением, продолжали задумчиво и не шевелясь сидеть. Каждому мелодия навеяла какие-то свои ощущения и мысли, а может, и воспоминания.

Один Тир не успокоился.

– И что, у вас только такую музыку слушают? – сказал он, расстроенный тем, что я выкрутился, хотя видно было, что и на него музыка произвела сильное впечатление.

– А что? – спросил я.

– Да ну, – наконец оправившись, махнул рукой он, – с такой музыкой и врагов не надо, сам помрешь… от тоски.

Вот засранец, не сдается. А сидевшие рядом с ним гномы зашикали на него.

– А можно еще что-нибудь послушать? – попросила Лана.

Я ухмыльнулся:

– Почему нет? Хотите потяжелее? Только учтите, у нас слушают совершенно разную музыку.

И я включил очень популярную одно время группу, исполняющую тяжелый рок со словами на немецком языке, который немного похож по звучанию на гномий.

Эффект был потрясающий. Если предыдущая композиция ввергла гномов в ступор, чуть ли не в нирвану, то сейчас они вели себя ничем не хуже фанатов таких концертов. Кто-то топал ногами, кто-то потрясал своей секирой. А кто-то даже пытался подпевать. Особенно прикольно это было слушать, отключив для себя звуки компа. Ей-богу, сборище сбрендивших идиотов.

А меня что-то потянуло в сон, и я потихоньку ушел спать, оставив доигрывать композицию. И когда она доиграла, я уже мирно посапывал.

Глава 8

Утро началось с обычных хлопот по сборам в дорогу. Когда я оседлывал Принцессу, ко мне подошел Дортмун.

– Слушай, Ник! – начал он. Глаза его возбужденно горели. Видно, что он до сих пор не успокоился. – То, что было вчера… – И замолчал, не в состоянии подобрать слова из-за переполнявших его чувств. – Я просто в восторге! Даже с трудом уснул.

Я понимал гнома. Действительно, богатая палитра звуков и инструментов, никогда ранее не слышанных, а также исполнение вполне могут оказать сильное влияние на психику.

– Кстати, на каком языке там пели?

– Хорошо, что ты подошел, Дортмун, – не реагируя на его восторженный тон и последний вопрос, хмуро сказал я, – как раз об этом я и хотел поговорить.

Взяв гнома за рукав, я отвел его в сторону, чтобы не услышали остальные. Дортмун, не сопротивляясь, последовал за мной.

Отойдя на достаточное расстояние, я начал разговор:

– Слушай, Дортмун… Я тут поговорил с Васой и рассказал ему кое-что о своих делах. – Я замолчал, обдумывая, что говорить дальше.

Дортмун удивленно поднял брови:

– Решился все-таки?

Теперь удивился я:

– В смысле?

– Мы с Васой решили ни о чем тебя не спрашивать. Но раз ты сам начал разговор… Тебе нужна помощь?

М-да… Неужели все так просто?

– Ну, – нерешительно протянул я, – вообще-то так считает Васа. Я немного наследил у эльфов. Ничего криминального, – увидев реакцию Дортмуна, уточнил я. – Так вот, он считает, что меня не оставят в покое.

Мы немного помолчали.

– И о чем ты хотел попросить? – взглянул на меня Дортмун.

– Да… Так вот, не мог бы ты поговорить с остальными, чтобы они не трепались в городе обо мне? Да и с музыкой, признаться, я совершил глупость, просто не мог не ответить на подначки Тира.

Дортмун кивнул, как бы соглашаясь с моим последним высказыванием.

– С ним я уже поговорил о его недостойном поведении.

Я молча смотрел на гнома. Не Тир меня сейчас интересует. Дортмун вздохнул, заложил руки за спину и стал ходить взад-вперед, размышляя.

– Хорошо, Ник, – наконец сказал он, – я поговорю с ребятами. Проблема в том, что я не могу гарантировать их молчание. Сам понимаешь, ребята молодые, выпьют в таверне да и пойдут болтать. Всем рты не заткнешь.

– И на том спасибо, – согласился я. Действительно, не стоит ожидать большего.

– Ладно, – хлопнул меня по плечу Дортмун, – собирайся, а я пойду побеседую с Васой, обсудим сложившуюся ситуацию. – И, повернувшись, пошел к остальным. Неожиданно он остановился. – Да, – сказал он, обернувшись, – как-нибудь еще сыграешь свою музыку?

– Все, что угодно господину, – улыбнулся я и поклонился.

Гном засмеялся, махнул рукой и пошел дальше.

Караван привычно быстро собрался и тронулся в путь. Осталось сделать последний рывок. Гномы прекрасно понимали, что еще ничего не кончилось, и сохраняли бдительность. В один из моментов бадди-комп подал сигнал, что поблизости творится волшба. Это мы с Умником, еще когда делали радар, прикрутили его способность чуять магию к сигнальной системе компа. Магия было ненаправленной и слабой, а фаервол молчал, так как воздействие на ауру было небольшим. Переключившись на магическое зрение и оглядевшись по сторонам, я заметил, что это Васа что-то мутит. От него расходились тонюсенькие, практически незаметные нити, переплетающиеся друг с другом. Можно сказать, они образовывали сеть, похожую на облако, а Васа играл роль паука. Эта сеть постепенно росла, пока не накрыла полностью караван, и концы ее затерялись где-то вдали. Ну или просто разрешающей способности моего магического зрения не хватило, чтобы увидеть, насколько далеко они тянутся. Я заметил, что Васе потребовалось несколько минут, чтобы создать такое.

Дождавшись, когда маг закончит, я подъехал к нему.

– А что это вы сейчас сделали? – поравнявшись с ним, спросил я.

Васа улыбнулся:

– Заметил? Это я накинул на нас сторожевую сеть. Если живое существо окажется поблизости, я буду знать об этом.

Хм. Это получается что-то вроде моего радара? Что же он не использовал его тогда, на дороге?

Васа по лицу понял мой невысказанный вопрос.

– Маги могут блокироваться от такой сети и даже прятать других под специальным пологом невидимости.

– Тогда какой от нее толк? – удивился я.

Васа пожал плечами:

– Какая-никакая, а защита. Маги тоже разные бывают. В любом случае не помешает.

– Ну да, – хмыкнул я. – Мы в половине дня пути от столицы – наверняка скоро будем постоянно сталкиваться с людьми, направляющимися в город и обратно. Толку-то тогда от нее… Или я не прав?

– Прав, конечно прав, – не стал отрицать Васа. – Ты лучше ответь: это твоя заслуга, что ко мне так быстро вернулись мои магические силы?

«А чья же», – подумал я. Мог бы и не спрашивать. Я просто кивнул. Сейчас еще спросит, как я это делаю. А что-то пока не хочется все карты выкладывать на стол.

– А каким образом ты это делаешь? Я в тебе не чувствую большого запаса магии, а ведь делиться можно только своей магической энергией.

«Умник, что скажешь?»

«А что тут говорить? Они же по ауре смотрят, эти маги. Если помнишь, я как-то говорил, что у тебя есть еще какие-то энергетические структуры. Вот там-то большая часть запасов и хранится. Что интересно, я не могу определить ни размер этого резервуара, ни количество энергии, которое там скопилось. Вот пользоваться ею могу. Причем инфомагическая энергия накапливается там же, что, по-моему, просто невозможно – разные типы энергий. Но факты говорят сами за себя».

«Инфомагическая?» – переспросил я.

«Ага, этот термин больше всего подходит для определения истинной магии».

Однако я отвлекся, а Васа ждет ответа.

– Не знаю, – ответил я. – Просто симпатичные мне люди что-то получают от меня, вот и с Ланой было то же самое, помните?

Гном кивнул.

– И еще: музыку ты вызвал магией – иного объяснения у меня нет, – но я ее почему-то не почувствовал. Я, конечно, не самый сильный маг, однако должен был почувствовать. Тем более что магия ко мне уже вернулась. – Он вопросительно смотрел на меня. Ну забодало меня придумывать объяснения…

– Давайте поговорим об этом, когда приедем, хорошо?

Васа немного разочарованно кивнул, но докучать дополнительными вопросами не стал.

* * *

Мы потихоньку двигались вперед. Небо затянуло тучами. Наконец-то. А то уже надоело постоянное солнце. Поднялся легкий ветерок. Я вдохнул воздух полной грудью. Что-то мне уже прискучило монотонное путешествие. И в то же время совсем не хочется, чтобы эта монотонность прерывалась событиями, в результате которых можно отправиться на тот свет. Надеюсь, мне удастся хоть немного отдохнуть в городе.

С Васой договорились, что я поживу у него в качестве гостя. Он постарается не особо распространяться обо мне. Дортмун тоже поговорил с остальными, чтобы о произошедших событиях помалкивали, те не очень поняли, зачем это надо, но возражать начальнику не стали. Еще неизвестно, что будет, когда это путешествие закончится. Как бы не появились новые проблемы.

Тем временем мы наконец-то вывернули на основной тракт. Гномы подтянулись, отбросили шуточки. Васа и Дортмун прекрасно понимали, что, пока не сдадут с рук на руки свой груз, расслабляться нельзя. Да и Мерк Инвази немного взбодрился. Что ни говори, а нервы у мужика крепкие. Не каждый может сохранять невозмутимый вид, зная, что на него охотятся совсем не слабые охотники. И тем не менее за последние дни он немного сдал и осунулся, хоть старался этого не показывать, да и амулет блокировал все возможности его просканировать. Однако его состояние было заметно и без сканирования.

На тракте стали попадаться всадники, телеги, даже кареты. Кто-то шел пешком. Вон идет явно бродяга – король пыльных дорог. А вон едет семейка среднего дохода – телега больше похожа на карету с открытым верхом и удобными седушками. Лошадью рулит чем-то довольный гном, рядом его жена, толстушка с веселым и открытым лицом. А вон кто-то, явно из высшего света, скачет на лошади в сторону города, которого еще, правда, не видно. Я с огромным интересом наблюдал за встречающимися персонажами, которых становилось все больше и больше.

На дневном привале ко мне подошел Леон и, немного смущаясь, спросил:

– Слушай, Ник, а что это вчера с гномами у костра было?

Я вспомнил, что Мерк не остался на вечерние посиделки и отправился спать, однако Леон, находясь рядом со своим подопечным, не ложился, пока не улеглись гномы, и мог видеть, что происходит.

– А что ты видел?

– Ну, – он замялся, – вначале вроде пели, как это у них обычно бывает, а потом вдруг стали в тишине дергаться и подвывать.

Я хмыкнул: не один я любовался «неадекватным» поведением гномов.

– Я даже испугался сначала, – продолжил Леон, – подумал, что произошло магическое нападение.

«Ну да, – вспомнил я, – Умника-то я попросил подключить только гномов. И он, разумеется, выполнил просьбу дословно».

– Это они разучивали пляски оркских шаманов, – пошутил я, – весело было, не так ли?

– Ну да, весело, – пробормотал Леон, – я уже хотел Мерка Инвази будить. Хорошо хоть заметил, что ты не беспокоишься.

– А что, я в этом деле для тебя такой авторитет? – удивился я.

– Ну ты ведь сейчас единственный маг в караване остался. В смысле, в полной силе.

– Да нет, Васа уже восстановился. Так что можешь не беспокоиться. Он тоже контролировал ситуацию, – немного покривил душой я.

– Ну и ладо, – успокоился Леон. – Думаю, сегодня не стоит проводить тренировку, – сменил он тему. Я согласился. Что-то не лежит душа.

Через некоторое время меня отвлек от раздумий Умник.

«Ник, я хочу задать вопрос».

«Давай». – Я в это время лежал на земле, грыз травинку, смотрел на плывущие тучки и иногда сплевывал горькую слюну.

«Тут такое дело. Радар, который мы сделали, постоянно включен, а на его поддержание тратится много энергии. Хоть я не знаю, сколько ее у тебя накоплено, но мне кажется, что было бы неплохо как-то ограничить расход».

«Неужели все так плохо?» – удивился я.

«Я не уверен, но мы еще раньше потратили много сил, когда делали фотографию Тиши на щите, преобразовывали мечи, ну ты понимаешь, о чем я».

Хм… Действительно, а каков коэффициент прихода-расхода энергии? А ведь просто так не рассчитаешь. Это же надо постоянно контролировать процессы ее накопления и использования… А, ладно. Об этом подумаю потом. А сейчас – что делать с радаром? Что-то мысли не хотят шевелиться. Я встряхнулся. Вызвал на экран радар. М-да… Действительно, толку от него сейчас никакого. Какая польза от непрерывного сканирования – мы же не в бою, где нужно постоянно знать точное положение окружающих? Все равно в данной ситуации это избыточная информация.

«Ладно, Умник. Сделай так: перейди в импульсный режим. Насколько я помню, при этом энергии должно расходоваться на порядок меньше. Период возьми, скажем, раз в секунду».

После этого дело пошло веселее, расход энергии действительно здорово снизился.

* * *

Ближе к вечеру стали попадаться редкие дома, чаще всего – окруженные каменными заборами, с множеством деревьев и кустарников между ними, высаженных в определенном порядке. Гномы повеселели. Я подъехал к Дортмуну:

– А что это за местность?

Тот улыбнулся:

– А это начинается наша столица – Дорзен.

– Не понял, – удивился я, – столица? Больше похоже на деревню. – Дортмун явно был доволен моим выражением лица. – Что, даже стен у города нет?

– Хе-хе. Дело в том, что столица – очень старый город. За прошедшее время он сильно разросся. Можно считать, что мы въехали в пригород. А стены… Они, конечно, есть, но окружают только центр – то, что было построено первоначально. Так вот, – медленно и с достоинством просвещал меня гном, – в старом городе живут богатые жители или те, которые занимают большие посты в государстве. Например, из нас там живет только мэг Васа. Там же располагаются главные здания государственных служб, гильдий или торговых домов.

– Понятно, – обескураженно проговорил я. – А что, доступ для остальных туда закрыт?

– Отчего же? – удивился Дортмун. – Совсем нет. Только на ночь закрываются ворота, да стража постоянно патрулирует улицы.

– А если я буду все время оставаться там, как меня отследят?

– А где ты будешь ночевать? – хмыкнул гном. – Разве что в гостиных домах, но они для того и служат. Пожалуйста, живи там, если денег много. А на улице тебя быстро стражники отловят, там не принято ночью шататься. По крайней мере, ночью стража имеет право остановить любого и поинтересоваться, что он делает на улице.

Понятненько.

После этого разговора произошло событие, испугавшее меня чуть ли не до промоченных штанов. Внезапно завопил фаервол, в унисон поддерживаемый модулем магической активности. Аура мгновенно схлопнулась, контролируемая Умником. Автоматически появившийся перед глазами радар был полностью засвечен, показывая пространственное распределение действующей магии. Как говорится, у меня внутри все опустилось. Все это длилось буквально пару секунд, после которых сигнал замолчал, а лихорадочно вызванное мною магическое зрение показало переливающийся всеми цветами радуги постепенно растущий купол, накрывший наш отряд. Центром этого безобразия являлся Васа. Как раз в тот момент, когда сигнализация заорала, граница этого купола пересекла то место, где я стоял. Оглядевшись, понял, что никто ничего не заметил, однако Васа был явно напряжен. Я двинул Принцессу в его направлении. Гном сидел на облучке своей телеги с закрытыми глазами.

– Мэг Васа, что произошло? – хриплым голосом спросил я. Он открыл глаза, посмотрел на меня и слабо улыбнулся.

– Ничего особенного. Просто я ставлю купол невидимости.

Я матернулся про себя и пробормотал:

– Предупреждать же надо.

Васа услышал и смутился.

– Извини, не подумал. – Он сделал что-то еще, и купол изменил оттенок цвета на более темный.

Я махнул рукой и снова огляделся. Купол закрывал наш караван с запасом. На самом деле куполом это образование вряд ли можно было назвать, потому что оно имело не круглую форму, а вытянутого эллипса, как бы очерченного вокруг растянувшегося каравана.

– А как вы это сделали, а? И почему купол рос постепенно, а не сразу образовался?

– Ну что ж, можно и рассказать, – сказал Васа, оглядев свое творение и устраиваясь поудобнее. – Слушай. Сначала я делаю небольшой пузырь – магический каркас, которому задаю необходимые свойства, например невидимость, хотя это неточный термин. Затем я вливаю в него свою силу, так сказать, надуваю до нужных размеров. Когда он достигает необходимого размера, придаю ему нужную форму – посмотри, он растянут вдоль всего отряда – и вплетаю в него фиксирующий каркас. Но этого недостаточно. Чтобы купол двигался вместе с нами, я привязал его к своей ауре. Вот и все. – Васа улыбнулся и хитро посмотрел на меня, мол, понял ли?

– Хм… А почему все-таки купол невидимости? Если я его вижу, то его ведь и любой маг сможет увидеть?

Васа заулыбался:

– Нет, не увидит. Это изнутри его видно. Снаружи любое магическое воздействие (разумеется, не боевое, а которое используют именно для магического наблюдения) огибает купол и идет дальше.

– Хм… – задумался я. – А немагическое? Если кто-то будет просто смотреть на нас?

– А вот здесь уже мои доработки.

Караван спокойно двигался дальше, встречные гномы мельком смотрели на нас и, отвернувшись и ускорив шаги, проходили мимо.

– Сам купол невидимости, – продолжал Васа, – или, как его еще называют, полог тени, – довольно старый магический штамп, хотя и используется до сих пор. В основном для сокрытия отряда от магического поиска при проведении военных действий. Например, в засадах. А вот над дополнением, позволяющим оставаться незамеченными и при прямом наблюдении, я работал несколько лет. Сейчас – один из редких случаев, когда его применил. Жаль, что действует на небольшом расстоянии. Вот в городе в самый раз его использовать.

– А почему так?

Васа непонимающе посмотрел на меня.

– Ну в смысле, почему только на близком расстоянии? – пояснил я.

Васа вздохнул:

– Если честно, я сам не очень понимаю. Да-да. У меня это получилось случайно. Я тогда пытался сделать совсем другое, не буду говорить что. А, – он махнул рукой, – глупость, в общем, столько времени потратил. Так вот, после многих лет экспериментов получился купол невидимости. – Васа воодушевленно продолжил: – Тут есть второй внутренний слой, который вибрирует таким образом, что смотрящему на него человеку, да и просто находящемуся рядом, становится неуютно, и он, даже не задумываясь над этим, старается отвести взгляд или побыстрее пройти мимо. По сути, он не сильно отличается от стандартного полога невидимости, единственное отличие – его искусственное создание магом, не имеющим способности к «скрыту», то есть мною. Впрочем, ты и сам можешь видеть результат – посмотри, как прохожие обходят нас.

Я заметил это и хотел было задать следующий вопрос, но Васа, продолжая говорить, уже на него ответил:

– К сожалению, постоянное поддержание такого купола забирает много магических сил. Но мне с избытком хватит, чтобы довести, – Васа оглянулся на едущего следом Мерка, – нашего подопечного до гильдии. Там его уже никто не тронет.

– Боитесь, что и тут на нас могут напасть?

Васа пожал плечами:

– Все возможно. Я уже давно перестал полагаться на случайности. Мой опыт говорит, что лучше готовиться к самому плохому. Поверь мне, Ник, так лучше всего. Дольше проживешь.

– Да я верю. Там, откуда я родом, говорят: надейся на лучшее, но готовься к худшему.

Васа довольно кивнул:

– Умный человек сказал.

Уже начинало смеркаться, однако, когда мы добрались до ворот старого города, они еще были открыты. По пути до внутреннего города наши попутчики по одному покидали нас, отправляясь к своим домашним очагам. Так что к воротам подъехали только мы с Васой, Дортмун, Лана и пятеро наиболее опытных гномов. Разумеется, обе телеги с пленными тоже были с нами.

Купол невидимости хорошо работал – стоящие на посту у открытых ворот стражники лишь мельком глянули на нас и отвернулись. Все-таки странно. Уютно или нет смотреть на нас, но логика ведь должна работать? Особенно у стражников – нас-то они в любом случае видят. Я нахожу только одно объяснение. На воротах стражники стоят номинально, для порядка. Вот ночью – да, уже не проедешь. Ладно, фиг с ним. Мне же лучше. На меня-то уже точно никто не обратил внимания.

«Умник, ты можешь снять матрицу с защитного купола? Интересная идея с механизмом отклонения магии и внимания. Надо бы разобраться».

«Я уже этим занимаюсь. Мне тоже интересно. Неожиданное решение».

«Кстати, – вспомнил я, – ты разобрался с моей моделью магии?»

«Мм… У меня есть вопросы. Поговорим?»

Вот, блин, тормоз.

«Ладно, потом».

А ворота были мощнецкие. Толщиной около метра и с виду полностью из металла. Даже не представляю, чем их двигают. Не иначе как магию используют. А стены вообще метров десять толщиной. Может, правда, что для гномов работа с камнем не доставляет трудностей?

Мы медленно двигались по дорогам города куда-то в центр. По улочкам и улицам уже стала расползаться тьма, с которой не справлялось заходящее солнце. Прохожих постепенно становилось меньше. Я на всякий случай активировал свой радар, включил встроенный в бадди-комп сканер. Все-таки это последний участок дороги до нашей цели, мало ли что может произойти. «Лишних» засветок пока еще многовато. Не знаю, как можно будет определить возможного врага, но так спокойней. Проверив, как бадди-комп строит маршрутную карту, я снова стал вертеть головой по сторонам, рассматривая все, что нам попадалось по дороге. Дома здесь, по сравнению с новым городом, были больше – минимум в два этажа, чаще трехэтажные. Архитектура, что называется, монументальная. Практически все дома окружены заборами, сквозь которые видно, что гномы не чуждаются красоты, в садах много зелени – кустов, деревьев. Дороги выложены из больших, примерно метр на метр, очень ровных каменных плит, подогнанных практически идеально. Ничем не хуже асфальтового покрытия, скорее, даже лучше – камень долговечнее. Я только покачал головой, представив, как их делают. Без магии тут явно не обошлось. Кстати насчет магии. Я переключился на магическое зрение и заметил одну интересную вещь. Фоновое магическое излучение в городе больше. И чем ближе к центру старого города, тем сильнее.

Подъехав к Васе, я спросил его о замеченном излучении.

Васа улыбнулся:

– А как ты думаешь, почему наша столица построена именно здесь? И главное, почему она стоит тут уже не одну тысячу лет? Отвечу: именно поэтому. Здесь, под городом, находится источник магической энергии. Это наша магия, магия земли. Поэтому никто еще не смог захватить город. Давно такие попытки были, но сам понимаешь: когда сидишь на таком мощном источнике, можно не экономить свои магические силы. Кстати, если присмотришься – на многих домах стоит магическая защита. Ее и поддерживать-то особо не надо – постоянно идет подпитка от источника. Главное – правильно уравновесить магическую структуру.

Действительно, многие дома, но не все, были закрыты переливающимися в магическом зрении куполами.

– У вас дома тоже стоит такая защита? – спросил я.

– Не совсем такая, но стоит, и ею же закрыты все важные государственные здания, – кивнул Васа.

– Не совсем такая?

– Да, тут ведь какое дело. Если не хочешь, чтобы твою защиту обошли, – лучше делать ее самому. Если будет ставить кто-то со стороны, нет гарантии, что недоброжелатель не прознает о ее устройстве.

– Понятно. – Я задумался. – А разве по энергетическому рисунку того же купола нельзя сказать, как он действует? Ну его структура ведь видна.

К тому же я вспомнил, что тот взломщик в таверне специализировался именно на взломе защит. Надо будет поковыряться в инфе и посмотреть, как он это делал.

Васа с интересом посмотрел на меня:

– Да? В принципе, конечно, можно что-то понять, но не все. Да и очень уж запутанные защитные купола.

Ну-ну.

«Умник, ты слышал?»

«Слышал, слышал. Только я, в отличие от них, могу проводить обратное преобразование. Чем-то похоже на рефлексию в программировании. Кстати, в этом мне очень помогает твой комп и модель магии. Хоть мне там еще не все понятно, но, с определенными оговорками, вырисовывается исходный принцип конструирования последовательности магических действий. Нам надо будет еще кое-что подкорректировать».

«Отлично! Я так понимаю, что, как только отработаем этот механизм, можно будет поставить его на поток, да?»

«В смысле?»

«Ну чтоб по структуре и действию находить алгоритм построения магической конструкции и самим применять».

«А, ну да, примерно так».

Тем временем мы выехали на огромную площадь. С двух противоположных сторон ее ограничивали какие-то большие здания из белого камня. С третьей стороны к площади примыкал парк, а напротив него – кованая ограда, за которой находился небольшой, один из самых красивейших когда-либо виденных мною, цветник с дорожками из белого камня, ведущими вглубь, где виднелся самый настоящий дворец. Иначе это здание никак нельзя было назвать. Верхняя часть дворца освещалась заходящим солнцем, низ здания прятался в тени, но я все прекрасно разглядел. Дворец был очень красивым, также весь из белого камня, со вставками красного. У меня невольно вырвался восхищенный вздох. Васа объяснил:

– Это дворец архимага, но нам надо вон туда. – Он показал рукой на здание, примыкавшее к дворцу. Чтобы к нему подъехать, нам надо было пересечь площадь. – Там находится гильдия магов.

Я присмотрелся. И гильдия, и дворец тоже были прикрыты защитной магией. Но на дворце этот щит был намного сложнее. Это даже мне было понятно. Площадь была пуста. Неожиданно зажглись фонари. Прикольно, прямо автоматика. Меня кольнуло неприятное чувство – как-то все это напомнило мне типичную сценку из фильма. Никого вокруг, свет включается, мы видны как на ладони, только музыки соответствующей не хватает. А ощущение такое, будто кто-то на меня смотрит. Я вызвал радар и переключил его на постоянный скан пространства. Что он может мне подсказать? Так: во всех окружающих зданиях есть люди, то бишь гномы. Во дворце – меньше. Большая часть передвигается. Чуть вдали между домами, а также в парке тоже есть люди. Что же меня обеспокоило?

«Умник! Ты ничего не чувствуешь?»

«Нет, а что?»

«Да вот что-то меня беспокоит. Я явно чувствую направленное на нас внимание. А ты почему не чувствуешь? Вроде бы у эльфов ты смог определить, что на нас направлено внимание, а здесь?»

«Да там же никого не было, информсеть не нагружена была – вот и почуял, а тут сеть сильно напряжена. К тому же здесь расположен магический источник, может, поэтому?»

Я пожал плечами. Мы уже добрались до середины площади, но чувство опасности меня не покидало. Внезапно я обратил внимание на одну засветку. Точка не шевелилась, но не это привлекло мое внимание, а то, что она находилась в стороне от остальных гуляющих в парке, судя по сигналу – в густой рощице, да еще и на высоте трех-четырех метров над землей. Тьфу ты, и не заметил – надо маркировать цветом, что ли, или цифрами высоту объекта над землей. Вызвав свойства объекта (еще одна доработка радара), я присвистнул. Структура прячущегося в верхушке дерева существа соответствовала информструктуре эльфа. Почему эльфа, а не дроу? Может, и дроу, у них структуры сходны. Уж Умник с ними знаком. Угадайте с одного раза, зачем эльфу прятаться в кроне дерева в прямой видимости площади? Тут и к бабке не ходи – хочет злодейство какое-то учинить. И похоже, в отношении нас.

Я подошел к Мерку Инвази с Леоном:

– Вы сейчас меня ни о чем не спрашивайте, я потом объясню. Мерк, ложитесь на дно телеги за щиты. Леон, перейди на эту сторону.

Васа удивленно оглянулся на меня. Надо отдать должное Мерку, он ни о чем не стал спрашивать, сразу же укрылся за бортами телеги. Леон так же быстро перешел, куда я сказал.

– Мэг Васа, – обратился я к магу, – может быть, я и ошибаюсь насчет целей сидящего в парке на дереве эльфа, но на всякий случай лучше подстраховаться.

Васа нахмурился. Я увидел, как он стал сканировать прилегающий парк.

– Я ничего необычного не чувствую, – сказал он. – Ладно, а если так?.. – Васа что-то сделал, и его сканирующее излучение поменяло формат и интенсивность.

Наконец он кивнул:

– Ага, что-то такое есть. Лучше перестраховаться. – Он на секунду замер, и нас накрыл мощнейший магоэнергетический купол. Его даже видно стало обычным зрением. В отличие от купола невидимости этот появился сразу и нужного размера. Было заметно, что его создание стоило магу больших усилий. Буквально через секунду от купола протянулся энергетический жгут в сторону здания гильдии и прицепился к шпилю оригинальной конструкции одной из башен.

– Что это? – пораженно спросил я, выключая снова завопившую сигнализацию.

Васа довольно прищурился, оглядывая сотворенное им.

– Боевой защитный купол, – пояснил он. – Сейчас сюда сбегутся дежурные маги. Давай-ка и мы побыстрее двинем.

Не расходясь действием со словами, мы прибавили ходу. До гильдии еще оставалось метров сто.

– Это же куча энергии, – констатировал я.

Даже здесь и сейчас Васа обстоятельно отвечал на вопросы, как на лекции:

– Ага, в боевых условиях такие купола запитывают от амулетов-накопителей, находящихся внутри, у мага. А я сейчас перекинул канал на штатные накопители гильдии. Они настроены в том числе и на меня, – ответил он на невысказанный мною вопрос о доступе к ним снаружи. – Конечно, в боевых условиях так делать нельзя. В смысле, запитывать от внешнего источника – связь с ним могут перерезать. Но сейчас, думаю, это нам не грозит. Тут ведь в чем сложность… – Васа пару мгновений помолчал. – При формировании стандартного защитного купола тратится много энергии. Однако в конце этого процесса образуется очень плотная непробиваемая пленка, которая, в сущности, и защищает всех, кто находится внутри. М-да… – Васа снова задумался. – Этот процесс до сих пор нам толком непонятен. Откуда берется пленка? Из чего она образуется? Тем не менее после ее образования траты энергии резко падают, и такой купол можно поддерживать в активном состоянии достаточно долго. Единственная проблема – при этом практически невозможно передвигаться: обычно купол имеет форму шара с магом в центре, и, соответственно, нижняя часть купола намертво вплавляется в почву. Но! – Маг поднял палец. – Можно не доводить процесс формирования купола до конца. Тогда пленка не образуется, а остается только энергетическое поле, которое тоже сложно пробить. Однако при этом тратится много магической энергии, поэтому я и перекинул подпитку купола на источник в гильдии – сам бы я не смог так долго его удерживать. Тут есть положительный момент, из-за которого я и воспользовался этим способом: внутри такого купола можно передвигаться. Вот так-то.

Я только покачал головой. Затем оглянулся. Лана, умничка, тоже заховалась в телеге. Остальные не подавали виду насчет необычности ситуации. Так, а что поделывает там наш эльф? Ага, еще сидит, родненький. Да, кстати, я же могу подключиться к нему! Ну по крайней мере, слышать то же, что и он. Тишина, естественно, только еле уловимый шорох листвы от слабого ветерка. Я бы тоже в засаде сидел тихо.

Тем временем мы добрались до здания, из которого выскочили несколько гномов. Васа остановился так, чтобы защитный купол почти касался входа. Мерк и Леон без лишних слов и понуканий быстро проскочили через защиту купола в дверь. Значит, предметы изнутри наружу он пропускает. Что интересно, Мерк об этом знает, раз даже не спросил.

– Крах-шисс, – выругался эльф у меня в ухе. Я посмотрел на радар: он спустился с дерева и, быстро удаляясь, затерялся вдали.

– Все, он ушел.

– Интересно, почему он раньше не напал? – задумчиво спросил Васа, снимая защиту.

Я быстро прикинул местоположение эльфа и нас.

– До самого входа в гильдию нас прикрывали деревья. Не полностью, конечно, но, наверное, это ему мешало. В принципе чем-нибудь метательным он вполне мог нас здесь достать.

– Хорошо. – Васа подал знак выскочившим гномам: – Сходите посмотрите то место, которое укажет Ник, – он кивнул на меня, – потом доложите.

Те поклонились ему. Ни фига себе! А ведь Васу тут хорошо знают, если без вопросов слушаются его.

– А когда вернетесь, – сказал он мне, – Лана с остальными будет ждать здесь и проводит тебя, Ник, и наших спутников ко мне в дом. Это недалеко. Переночуете там. Меня не ждите. Дорт, – повернулся он к главе каравана, – идем.

Васа зашел в здание, за ним последовал Дортмун.

М-да… Дела…

Вот хохма будет, если ничего не найдем на месте засады.

Слава богу, следы нашлись. Немного повышенный магофон на дереве. Один из магов сказал, что это следы от амулета, скрывающего ауру. Да и остались эти следы из-за того, что эльф на дереве сидел довольно долго. Но физических признаков его присутствия обнаружено не было. Все-таки эльф, дитя природы. Следов от амулета, однако, хватило, чтобы принять за факт мое утверждение о засаде.

* * *

Дом Васы оказался не так чтобы близко, но и не далеко – с полкилометра от гильдии. Это было большое двухэтажное здание, как и многие другие обнесенное оградой, в данном случае каменной, с огромным парком и магической защитой. С проходом на охраняемую зону проблем не возникло. У Ланы, похоже, есть соответствующий доступ.

Встретить нас вышла дородная тетка, на шее у которой Лана тут же повисла с радостным визгом. Звали ее Мора, местная экономка. Лошадей отвел второй гном, проживающий в доме, – Вэл, конюх и садовник в одном лице.

Мора, после разъяснений Ланы, сразу захлопотала. Нам всем выделили гостевые комнаты, коих в доме оказалось предостаточно. Мне досталась просторная комната на втором этаже, с окнами, выходящими в сад позади дома.

Везде висели магические светильники, которые включались и выключались голосовой командой. А вот это уже интересно. Я сделал себе зарубку разобраться с этим. Дом изнутри был очень красивым: деревянные резные панели, со вкусом подобранная мебель. Такое ощущение, что все это обустраивала женщина. Не вяжется с образом Васы – мага-отшельника.

Я бродил по дому, заглядывал в самые дальние комнаты, если они не были заперты. Уже на самой крыше, куда я под конец выбрался и пытался рассмотреть окрестности (благо темнота мне не мешала, да и кусочек солнца еще выглядывал из-за дальней стены, окружающей старый город), меня нашла Лана.

– Вот ты где! – возмущенно сказала она, появившись из стеклянной будочки, в которой располагался выход на крышу. – Я его везде ищу, а он закатом любуется!

– Не кричи, о прекрасная принцесса, – улыбнулся я, – от этого портится характер и цвет лица.

Лана зависла, пытаясь найти взаимосвязь между криком и цветом лица, потом рассмеялась.

– Тьфу! Лучше скажи, ополоснуться перед ужином не хочешь?

– А что, тут есть баня? – В предвкушении я потер руки.

– Да ну какая баня? – удивилась девушка. – Обычная купальня. Пойдем покажу. – Она схватила меня за руку и потащила за собой.

Купальней оказалась небольшая комнатка, эдак метров десять на пятнадцать, с маленьким бассейном в полу, своеобразным «джакузи», в которой смогли бы расслабиться одновременно несколько человек. Бассейн уже был наполнен водой, от которой шел пар. На специальных полках в стенках бассейна стояли разнообразные бутылочки.

– А как тут вода греется? – поинтересовался я, пробуя воду рукой.

– Не знаю, – пожала плечами Лана, что-то выискивая в шкафу, вделанном в стену. – В одном кране постоянно есть горячая вода, во втором – холодная. В подвале, наверное, что-то греет. Я не интересовалась. – Наконец она достала большое полотенце и положила его на стоящий рядом стул.

– А что остальные, уже искупались?

– Да ну их, вонючек! – Она сердито махнула рукой. – Говорят, что завтра в баню пойдут. Так… – задумчиво огляделась она по сторонам, – полотенце есть, тебе еще что-нибудь нужно?

– Ага, – буркнул я, рассматривая на просвет содержимое бутылочек, – рассказать, что тут для чего, – я потряс очередную емкость с непонятной густой жидкостью, – и еще массажиста, желательно женского пола.

Лана хихикнула.

– То, что ты держишь в руках, – это для мытья головы. Вон та бутылочка – ее содержимое выливается в воду, – хорошо тонизирует. Вот это, – она указала пальчиком еще на одну емкость, – мыло. Остальное тебе не нужно. А вот насчет массажа… – Она картинно отставила ножку, уперла одну руку в бок и выгнулась в поясе, так, что ее совсем не мелкие груди попытались прорвать платье. – Я сгожусь? – и с хитрой улыбкой посмотрела на меня.

– Тьфу на тебя, – с небольшой задержкой, потраченной на осмотр композиции под названием «Соблазнение невинного», то бишь меня, ответил я. – Васа меня убьет за развращение малолетней, тем более его родни. Иди уж.

Лана улыбнулась, развернулась и походкой фотомодели медленно пошла к выходу. И где только научилась, малявка?

На пороге повернулась ко мне:

– И вовсе я не малолетняя, мне уже двадцать исполнилось, – и, гордо вскинув голову, удалилась.

М-да… А ведь я думал, ей меньше.

Хорошенько отмокнув и помывшись, я вылез из бассейна и тут-то столкнулся с проблемой. Запасной одежды у меня нет, а грязную надевать не хочется. Что прикажете делать? Голышом идти?

Так. Хозяева предложили мне искупаться? Предложили. Про сменку не подумали? Не подумали. Вина лежит на них? На них.

Успокоив себя таким образом, я обмотал полотенце вокруг пояса, прихватил одежду под мышку и, напустив на себя невозмутимый вид, пошлепал в свою комнату. До которой, кстати, надо было пройти полдома и подняться на один этаж вверх. За углом я натолкнулся на Лану, явно поджидающую меня, но делающую вид, что она тут находится по своим делам.

– О-о, – оглядывая меня якобы удивленно, протянула она. – А почему ты не оделся? Или ты в таком виде пойдешь к столу?

– Издеваешься, да? – огрызнулся я. – Найдешь, что мне надеть? А то я действительно так выйду, – пригрозил я, – и пусть вам стыдно будет!

А Лана вовсю веселилась, мстя мне за то, что я назвал ее малолетней. За что же еще?

Она отобрала мою грязную одежду, бросила ее тут же, сказав, что потом отнесет в стирку, и потащила меня куда-то в глубь дома. К счастью, никто по пути не встретился – Мора возилась на кухне, Вэл без дела в дом не входил, да спутников моих не было видно. А то хорошо бы я выглядел – полуголый парень тащится за хозяйской внучкой. Хорошо хоть она меня тянула за собой, а не наоборот. В конце концов Лана впихнула меня в большую комнату, оказавшуюся гардеробной, в которой тут же зажегся свет. Вдоль стен висела различная одежда, кое-где она просто валялась на полу. В стенах также были скрытые шкафы, полные всего, что может захотеть надеть на себя гном. Следующие полчаса Лана умирала со смеху, подбирая мне подходящие штаны и рубаху. А я матерился сквозь зубы, раз за разом давая клятву отомстить ей за испытываемые мною муки. Подобрать мне одежду оказалось делом непростым. Подходящих размеров просто не было. Лана хохотала, увидев меня в очередном прикиде, а я каждый раз показывал ей кулак и скидывал одежонку, разумеется, если до этого она хотя бы налезала на мое крупное по здешним меркам тельце. Сначала Лана послушно отворачивалась, когда я переодевался, но потом перестала, увидев, что я совсем не обращаю на это внимания.

В конце концов мне все это надоело. Выбрав брюки, пусть и короткие, но в поясе как раз, я попросил Лану принести нож и, пока она бегала за ним, подобрал черную рубашку – подходящую по ширине, но все-таки коротковатую.

Принесенным Ланой ножом я еще больше укоротил брюки, превратив их в шорты (надеюсь, Васа простит мне такое надругательство над его имуществом), а рубашку просто завязал у себя на пузе. Получился эдакий летний стиль.

– Все, – с облегчением сказал я, – я готов к ужину. Аж проголодался.

Успокоившаяся Лана снова схватила меня за руку и потащила за собой.

– Да что ты меня, как маленького, за руку таскаешь! – возмутился я. – Я вполне способен передвигаться самостоятельно! Или ты думаешь, что я настолько стар, что не смогу угнаться за молоденькой девушкой? – ехидно поинтересовался я.

– А вот и не сможешь! – обиженно ответила Лана и, отпустив руку, побежала вперед.

Чертыхнувшись выкрутасам девчонки, я включил магозрение и неспешно пошел по оставленным ее аурой следам. Тут присутствовали следы и других гномов, но ее отпечаток ауры я уже легко отличал. Дело было не в том, что они светились ярче других, – просто я почему-то чувствовал, что они принадлежат именно ей. Вот интересно, а каким образом мой мозг это делает? Внятно объяснить такие отличия я бы не смог. Медленно идя по следам, я решил попробовать одну фичу. Бадди-комп ведь как-то вытаскивает из моей головы то, что я вижу и чувствую, и соответствующе реагирует. Вспомним хотя бы определение состояния жизненных сил человека в процентах, которые показывает комп. А если сделать такую простую вещь…

Если верить Умнику, то все магические излучения регистрируются мною с того момента, как я научился их видеть. Усилие нужно прилагать, только чтобы мозг мог визуально мне показывать эти картинки. Хм… Вообще-то, получается, к зрению, то есть глазам, это вряд ли имеет отношение. Ну ладно. Так вот. Я знаю, как выглядят следы, оставленные на предметах аурой Ланы. А теперь даем команду бадди-компу показать эти следы – просто прорисовать на экране. С секундной задержкой реальность коридора дополнилась цветными пятнами. Я хмыкнул. А что? Очень похоже на то, что я сам видел. Только в чем прелесть такого промежуточного звена, как бадди-комп? Ну например, вот в этом. Все следы, не относящиеся к Лане, тут же пропали, а через некоторое время, подчиняясь моей мысленной команде, исчезли и ее следы, однако в воздухе слабо прорисовалась светящаяся линия, указывающая путь передвижения девушки. Еще немного поигравшись с вариантами визуализации следов, я оставил эту линию, а над ней – имя девушки и маленькую трехмерную фотку, которую тут же вытащил из записей. Надо будет еще добавить возможность отображения времени, прошедшего с момента появления следа. Но для этого надо экспериментальным путем определить изменение интенсивности следов в зависимости от времени. Хорошо, даем команду бадди-компу занести этот след в базу данных. Эдак у меня подберется хорошенькая информационная база отпечатков аур. Хех… Прикольно. Надо было раньше додуматься до такой вещи.

Ужин проходил если и не радостно – гномы вдруг вспомнили о погибших друзьях, – то и не в печали. Однако после появления пива градус веселья медленно, но верно пополз вверх. Через полчаса, когда уже все немного расслабились, Лана попросила меня «сыграть». Тор, помня наставления Дортмуна, зашикал на нее, но я махнул рукой, типа тут все свои, но все-таки попросил помалкивать, если будут спрашивать, на что гномы усиленно закивали. И следующий час прошел в гробовом молчании, если не знать, что происходит. Мы все сидели вокруг камина (я еще удивился, увидев его тут, так как в этом мягком климате его необходимость вызывала у меня сомнение) и смотрели на огонь, прихлебывая из кружек. Мора, иногда заходя, чтобы принести новую порцию еды или пива, только пожимала плечами, удивленная необычным поведением гномов. Я так понял, тихие посиделки у них – редкость. К тому же я не стал подключать Мору к музыке, чтобы не увеличивать количество посвященных. Сами гномы, не будь дураками, уже вычислили, что не все могут слышать мою музыку.

В этот раз я решил ставить в основном инструменталку. От нее больше всех балдела Лана. Потом, когда мне самому надоело, пустил записи игры на гитаре в легком оркестровом сопровождении. Такая музыка еще больше всем понравилась (как мне кажется, потому, что звуки струнного инструмента – гитары – гномам были близки). И под конец, окончательно разогнав благодушное настроение, плавно съезжающее в сторону дремы, я поставил двадцать четвертое каприччио Паганини в исполнении величайшего, на мой взгляд, электрогитариста последнего столетия Виктора Зинчука. Если и до этого отношение гномов к музыке иначе как восторженным нельзя было назвать, то теперь их реакцией был просто ступор с последующим выражением восторга хлопками своими ручищами по моему, уже можно сказать, многострадальному плечу. И ведь ни одна зараза не отказалась от такого способа выражения восторга! Хотя, признаюсь, я был только рад, что гномы оказались солидарны моим музыкальным предпочтениям. Вот только Лана почему-то тихонько сидела в своем кресле, и слезы катились по ее щекам. М-да… Не переборщил ли я с эмоциями? Подойдя к ней, сел на подлокотник и обнял ее. Девушка уткнулась мне в бок и, не скрывая своих чувств, разревелась.

– Ну что ты, – немного виновато бормотал я, гладя ее по голове.

– Это было, – она всхлипнула, – так прекрасно.

– Ну все, все. Красивая музыка сродни магии, – говорил я успокаивающим голосом, – но она действует на души людей с такой силой, что магия и рядом не стояла. Она вызывает чувства, способствующие очищению души. Она дает силы продолжать жить, как бы тяжело ни было. Будит в сердце самое прекрасное…

Я еще много говорил всякого разного. Даже мужчины очень внимательно слушали меня, а Тор, самый старший из них, только согласно кивал на мои сентенции. В конце концов Лана успокоилась, а затем неожиданно уснула. Позвав Мору, чтобы показывала дорогу, я аккуратно отнес Лану в ее комнату. Еще немного посидев рядом с нею, думая сразу обо всем и ни о чем конкретном, отправился к себе.

Глава 9

Утро для меня началось еще затемно. Проснулся я, если верить часам на компе, около четырех часов. Сон убежал, напоследок махнув хвостом ночного сновидения. И вот лежу я, как дурак – поспать бы еще, да бодрость во всем теле не дает. Зря я, что ли, пил столько пива, надеясь выспаться всласть?

«Умник! Ау! Это твои проделки?»

«А?»

«Бэ! Куда подевалась блаженная утренняя нега?»

«Мм… Уточни, пожалуйста, я что-то не пойму тебя».

«Уточняю: меня никто сегодня не рожал?»

«Да нет вроде… К тебе никто не подходил». – Недоумению в голосе Умника можно было только позавидовать.

Не выдержав, я засмеялся:

«Говорю тебе, дубовая ты голова… Нет, электронная… Нет, кристаллическая! Чувствую я себя, будто родился заново!» – И резким толчком рук об кровать выплеснул себя на середину комнаты.

Ух ты! По мышцам пробежала волна энергии. Я вдруг отчетливо начал чувствовать каждый свой внутренний орган, стоило только сконцентрировать внимание, раньше такого не было. И в то же время я ощущал себя удивительно целостным, совершенным! Вот сердце мерно бухает, я прислушался. Мощно заводит, метроном и рядом не стоял. Вот желудок, кстати пустой, недовольно начинает просыпаться. А это кто еще тут, тоже недовольный? Печень? Ну-ну. Никогда не спишь? Всегда на посту? Извини, доля такая у тебя. А это кто тут возмущается? Оу! Понял, уже бегу…

Я быстро добежал до туалета, наличие которого в своей комнате обнаружил вчера вечером. Кстати, прикольное у толчка устройство оказалось. Сам унитаз выполнен из черного отшлифованного камня с красивой структурой – в нем прослеживались золотистые нити какого-то минерала. Да и вся комната облицована этим черным камнем. Я вчера долго искал, как смывать результаты жизнедеятельности своего организма. Оказалось, до безобразия просто: надо было закрыть крышку из такого же камня, легкий всплеск магического излучения – и внутри все чисто. Кучеряво они тут живут! Совсем не экономят магическую энергию! Умник, как ему было указано, теперь всегда матрицировал магические образования и процессы, происходящие рядом, и научился снимать соответствующие слепки. А матрицу магоструктуры потом разложим на составляющие, мы уже с Умником близко к этому подошли. Мне кажется, так я быстрее пойму, что и как надо делать в магическом плане.

Делая свое грязное дело, я врубил погромче «SunChasers» и поплыл по бурным волнам мощной, я бы сказал, яростной музыки.

«Понял! – закричал Умник. – Понял, что с тобой произошло!»

С трудом выплывая из состояния полной синхронизации с композицией, я недовольно ее выключил. Такое надо слушать только с уровнем звука выше среднего и не отвлекаться.

«Ну?»

«Количество перешло в качество!» – гордо выдал Умник.

«В смысле?»

«Ну воздействие тех изменений, которые я внес в твою информструктуру, потихоньку накапливалось, а сейчас произошел резкий скачок».

Я улыбнулся. Не зря почти полгода назад придумал воспользоваться возможностями Умника. Вот и первые результаты стали появляться. Надеюсь, мы ничего не накосячили. Что ж, это будет понятно в течение следующих месяцев, а может, и лет.

«Слушай, Умник, а почему именно сейчас произошел скачок? Все ведь должно было развиваться постепенно?»

Умник помолчал.

«Мне кажется, это оттого, что здесь много магической энергии. Ты ведь способен ее впитывать, вот, наверное, это и подтолкнуло организм».

Хорошо… Я потянулся. Организм требовал действия.

Раскрыв окно и выглянув наружу, увидел, что ночью прошел небольшой дождик. Воздух был свежайший, до меня доносились запахи цветущих растений. В тучах уже стали появляться проплешины, сквозь которые робко заглядывали звездочки. Надышавшись полной грудью, я выбросил наружу свой шест, надел перевязь с ножами, взял в руки меч в ножнах и так, держа его перед собой, выпрыгнул в окно. Приземлившись на ноги, кувыркнулся вперед, чтобы погасить инерцию. Ха! Удачно. Я оглянулся на окно, из которого выпрыгнул. Хм… А оттуда расстояние казалось больше.

Подобрав шест, я положил его на шею, закинул на него руки и пошел прогуляться по саду с целью найти подходящее место для тренировки. После десятиминутного блуждания, в течение которого я не столько занимался поисками, сколько просто бродил, вдыхая и наслаждаясь обновленными и очищенными дождем запахами цветов, каковых тут росло очень много, такое место было найдено. Это оказалась маленькая полянка, окруженная мелкими деревьями. Прилегающий к дому сад больше напоминал мини-парк по своим размерам и структуре, и эта полянка практически ниоткуда не просматривалась. Закрепив меч на спине, чтобы привыкать к его присутствию, включил музыку и начал свою обычную тренировку.

Через час сменил шест на меч. Немного поработав, понял, что что-то идет не так. Понятно, бой с тенью я не тяну, воображения, что ли, не хватает? Ладно, где там наша палочка-выручалочка, то бишь виртуальная система боя? Ага. Противник – Леон. Через пять минут увидел: дело не двигается с места. Слишком корявая все-таки получилась модель Леона. Ладно, воспользуемся результатами работы профессионалов. И начнем, пожалуй, с Джоу Хэ. Поработаем в китайском стиле. Для того чтобы работали все мышцы – самое то.

Затем пошли другие стили: японский, хоть он и не очень подходит для эльфийского меча, но позволяет отрабатывать концентрацию, русский, более соответствующий моей конституции тела, и другие. Ох и погоняли же меня виртуальные учителя, уровень которых я выставил чуть выше среднего. Единственная радость – я уже не проигрывал им так однозначно, как раньше, иногда и у меня были удачные тушé. Не знаю, виновато ли в моих успехах сегодняшнее состояние души и тела или нет, но факт остается фактом – сегодня я лучше, чем вчера.

Через три часа, сильно вымотавшись, скорее не физически, а морально – надоело, я с полчаса позанимался метанием своих малышей-ножей. Старался выхватывать их как можно быстрее, кидать – точнее и обеими руками. Вот с этим у меня проблем было меньше всего.

И напоследок решил потренироваться входить в состояние транса. После пребывания в нем весь день легко на душе, особенно если он плавно перетекает в своего рода медитацию. Честно говоря, я соскучился по измененному состоянию сознания. Легче всего его удается достичь с шестом. Ну-ка иди ко мне, родной, давно уже ставший продолжением моего тела.

Ладонь медленно скользит по отполированной руками поверхности. Глаза прикрыты. Мне знакома каждая неровность, каждая щербинка. Сейчас шест для меня – мое второе «Я», мы – взаимное продолжение друг друга. И нас не существует по отдельности. Сегодня не надо напрягаться, все дается легко и естественно. Слушаю ветерок, играющий листьями. Ласковое касание щеки. Перышко ветра скользит дальше. Покачиваю шестом. Вплетаясь в его движение, следую за ним. Сегодня он ведет меня. Потихоньку растворяюсь в движении. Мысли в голове истончаются и постепенно пропадают. А шест ведет дальше. Слышу, как он разговаривает с ветром, нет, это уже я. Голос у меня-шеста низкий, чуть слышный, у ветра – нежный, женский. Мы воркуем. Я-шест признаюсь в любви, ветер смеется и бросает в нас капельки дождя с листьев деревьев. Я-шест двигаюсь плавно и быстро – просачиваюсь сквозь капли, не задевая ни одной. Приглашаю ветер на танец, он (она?) соглашается. Сегодня я веду… нет, мои чувства, гармония тела с духом. Не чувствую своих движений, только довольный отклик ветерка и радость тела меня-человека. Постепенно взвинчиваю темп. Ветер тоже. Никто из нас не хочет оступиться, внести дисгармонию.

Деревья начинают подпевать нам и хлопать в ладоши-листочки. Я смеюсь, ветер подхватывает. Меня переполняет энергия, я делюсь ею с ветерком. Он растет. Теперь это ВЕТЕР. И он возвращает мне энергию, но гораздо большую! Теперь уже он ведет. Я не отстаю. Радость и веселье выплескиваются из меня-ветра. Я чувствую каждую травинку, каждый листочек на деревьях. Я взлетаю выше – летать! Я лечу! От радости кружусь, вокруг меня закручиваются тучи, они что-то бормочут и громыхают, когда сталкиваются. И когда они столпились вокруг меня, вдруг засверкали, загрохотали! Я весело рассмеялся, прочь от меня, бормотуны! Бестолковые… Я успокаиваюсь. Замедляю свое кружение, разделяюсь на меня-ветра и меня-человека. Нет, уже просто я, и моя партнерша по танцу – ветерок. Опускаюсь на землю. Ветерок на прощание ласково касается моей щеки и, что-то шепнув, растворяется в воздухе. Я-человек постепенно осознаю себя стоящим в центре поляны. В руках, успокаиваясь, все медленнее и медленнее вертится шест.

Вот это торкнуло меня! Счастливо улыбаюсь и открываю глаза.

Все так же улыбаясь, я посмотрел на небо. Странно, тучи над этой частью города разошлись, образовав неровный круг, а дальше, где они остались, рокочет гром. Пожав плечами, я отправился обратно в дом. Попинывая траву и камешки, задумался о произошедшем. Какие-то странные у меня получаются трансы. Такие реальные впечатления. А ощущения! Из тела исчезла усталость от долгих физических упражнений!

«Умник, а я случайно не летал в действительности?» – с подозрением спросил я.

«Да нет, я бы заметил».

Ну и ладно! Хотя жаль.

Ух какой красивый цветок! Я остановился перед изумительной красы созданием природы, росшим на клумбе в компании сотоварищей. А запах! Я зажмурился от наслаждения.

– Доброе утро, господин Ник!

Я так глубоко погрузился в свои ощущения, что не услышал, как подошла Мора, и от неожиданности чуть не подпрыгнул. Интересно, уже второй раз меня здесь называют господином. Неужели похож? Печаль пошевелилась в районе сердца – в первый раз меня так назвала Тишь.

– И вам доброе, Мора, – выдавил я из себя улыбку.

Никак не привыкну обращаться на «ты» к пожилым, тем более к женщинам. Мора немного удивленно приподняла бровь. А, фиг с ним, не буду себя насиловать, как получается, так и буду говорить!

– Что-то ты рано проснулся, – улыбнулась она в ответ, – остальные еще спят.

– Да вот, красивый у вас сад, сплошное отдохновение души, – ничуть не соврав, констатировал я.

– Это ты верно заметил, – кивнула Мора, – у нас самый красивый сад в городе. Разве что у эльфов бывают красивее, но сама я не видела. Вэл – чудесный садовник.

– Вы куда-то собрались? – спросил я, увидев в руках у нее большую корзину.

– За продуктами – столько оглоедов понаехало, кормить-то надо, – вдруг спохватившись, виновато улыбнулась женщина, – не прими мои слова на свой счет. Лана меня уже просветила, что ты будешь у нас гостевать.

Я кивнул.

– А можно я с вами схожу? Признаться, никогда не был в вашем красивом городе, да и прогуляться хочется.

Поджав губы, она скептически посмотрела на мою одежду. Черт! Я же в том прикиде, что Лана мне сообразила! Мора поняла мои терзания:

– Отчего же нет? Твою одежду я вчера постирала, она лежит внизу, в малом зале, как войдешь – увидишь, еще не успела убрать. А я тут подожду.

Кивнув, я быстро побежал в дом.

* * *

Идти за продуктами, вопреки ожиданиям, не пришлось далеко. Я ожидал увидеть нечто вроде рынка, но буквально через пару кварталов по дороге в сторону, перпендикулярную той, по который мы прибыли в дом Васы, начались небольшие продуктовые магазинчики. Дверей в них не было. Выглядели они так, будто одна комната на первом этаже просто не имела стены, а закрывалась на ночь, очевидно, щитами, днем играющими роль навеса. Что-то мне это напомнило, но я не стал углубляться в воспоминания, просто вертел головой по сторонам. Рассвело совсем недавно, и народу было немного. В основном, как я понял, такие же экономки, как и Мора. Она, кстати, не сразу, но разговорилась. К сожалению, не о том, о чем мне хотелось бы услышать. Мне совсем не интересно знать, что соседка Брыльга недавно уехала к своим родственникам в деревню на свадьбу сына. Или что продукты у Трола не всегда свежие, и куда смотрит торговая гильдия? Мне удалось вставить едва ли пару слов. Печально вздохнув, я покорился судьбе и молча сопровождал Мору. Зато узнал, почем тут продукты, что продуктовый рынок и рынок изделий гномов находится за стенами – во внешней части города. Цены там ненамного ниже, так что ходить туда не имеет смысла.

Пару раз Мора останавливалась потрепать языком со своими подругами, которые с интересом присматривались ко мне, и на немой вопрос в глазах кумушек она, со значением подняв указательный палец, говорила, что я – почетный гость мэга Васы. Упоминание имени Васы неизменно вызывало выражение глубочайшего уважения к магу, часть которого отпускалось и на мою персону.

Возвращаясь обратно в дом, я проклял свое желание прогуляться. Разумеется, корзину, наполненную доверху, пришлось нести мне. Интересно, а как она сама с этим справляется, если даже я запарился, пока дошел до дома? Уж больно неудобная для таскания штука.

Сжалившись, Мора пригласила меня на кухню выпить травяного отвару. Чай здесь, к сожалению, не придумали выращивать, но его прекрасно заменяли сушеные листья местного растения – чифу. Кухня оказалась под стать остальным комнатам – большая, светлая. В плите тоже использовалась магия. Я уже перестал этому удивляться, но с интересом открывал для себя все новые и новые точки ее приложения у местных магов. Внешне использование магии для готовки выглядело очень просто: Мора выдвигала стержень из печки на определенную длину, и металлическая поверхность плиты разогревалась. От того, насколько сильно выдвигался стержень, зависела температура. И таких конфорок было больше десятка.

– А чем это тут так вкусно пахнет? – раздался от двери голос еще не совсем проснувшейся Ланы.

Оторвавшись от поедания самых настоящих блинов, которые Мора по приходе сразу стала печь, я оглянулся. Девушка стояла в дверях, смешно принюхиваясь, чем-то напоминая мелкого пушистого зверька, и заканчивала заплетать свою косу.

– Иди к столу, девочка, – закудахтала Мора, – мы тут блинчиками балуемся. Твои любимые.

Дождавшись, когда Лана немного насытится, я спросил:

– Не знаешь, Васа сегодня появится?

Она отрицательно мотнула головой:

– Вряд ли. После долгих поездок он обычно на два-три дня остается в гильдии. Разгребает накопившиеся дела. – Сделав глоток отвара, она посмотрела на меня: – А что?

Я пожал плечами:

– Ну просто непонятно, чем мне заняться. В библиотеку хоть можно попасть без мэга?

Лана кивнула.

– А может, покажешь мне город? Хотя бы внутри стен.

Она задумалась, видимо, своей просьбой я ломал какие-то ее планы.

– А давай завтра, а? Я обещала своим подругам, что заскочу к ним, как только приеду.

– Хорошо, – несколько разочарованно ответил я. Просто не хочется самому бродить по городу – так можно самые интересные места пропустить.

Лана показала мне, где находится библиотека. Открыв тяжелую дверь, я остолбенел. Помещение, выделенное под библиотеку, было не просто большим. Оно было огромным! Находилась она на верхнем этаже в дальней части дома, и я, когда вчера бродил по нему, сюда просто не добрался. И везде книги, книги… На настенных полках, на стеллажах, протянувшихся вдоль комнаты, которых насчитал с десяток. Пара тысяч томов тут точно есть, а может, и больше. Угу, хорошо-то оно хорошо, да только чтобы их прочитать, у меня уйдет несколько лет! Ладно, что-нибудь придумаю. Наверняка тут много фигни. В дальнем конце библиотеки оказался уютный читальный уголок с окнами, выходящими в сад. Приятное освещение, диванчик, пара удобных кресел и стол. Развернув кресло в сторону окна, я уселся в него, закинул ноги на низкий подоконник и задумался. Книги подождут. Пора определиться, что реально я умею, что нужно делать, то есть выработать для себя план действий.

Дорзен. Дворец архимага

Руархид их’Торреан их’Шуфандир

Руархид, архимаг и властитель гномов, мерил шагами свой рабочий кабинет. Самый сильный маг в государстве был не в настроении. Нет, его не беспокоили орки, которые снова стали делать вылазки на земли гномов. Такое и раньше частенько бывало. Особенно когда появлялся вождь, желающий прибрать к своим рукам власть в степи. Вот и сейчас такое происходит. Проанализировав имеющуюся информацию, Руархид пришел к выводу, что гномам ничего не угрожает. Претендентом на роль вождя всея степи является Онжи Крол, старый знакомый. Доверять ему, конечно, не стоит, но, по крайней мере, этот орк неплохо относится к гномам. А если ему еще и помочь, разумеется не безвозмездно, то можно и выгоду поиметь. Информация, полученная из астрала, подтверждает этот вывод. Хорошо хоть их шаманы не умеют к нему напрямую подключаться и, соответственно, пресекать утечки информации. Надо только обязательно ответить на вылазки орков, а то уважать перестанут. Тут главное, чтобы оружие, которое гномы под шумок поставят оркам, не использовалось против них же. Но это можно проконтролировать. Жаль, что орки не могут отказаться от своих степных замашек. Авторитет, видите ли, у них определяется не только личными качествами, но и количеством сделанных боевых походов, раздери их на части!

Гном встряхнул головой, прогоняя боль. Проклятье! Полезная штука этот астрал, но как трудно в нем работать! Даже он, архимаг, не может там долго находиться. Да еще и расплачивается головной болью, которую даже целительной магией унять непросто.

О чем это он? Архимаг в задумчивости остановился. Да, редко на него накатывает. Мысли вернулись к полученному недавно сообщению. Он поморщился. Горы Снежный Молот больше не существует! Горы, многие столетия, еще до исхода, бывшей главным местом гномов, можно сказать, столицей. Руархид усмехнулся, бывал он там. Тоже мне столица! И пусть предки не обижаются, но современные гномы просто не смогли бы там жить. Мрак! Однако Снежный Молот, названный так за характерную трапециевидную форму и постоянно покрытую снегом вершину, оставался самым важным историческим памятником гномов. Никто из других рас об этом точно не знает, но гномы уже давно не живут под землей, хотя слухи об обратном они не опровергают. После последнего землетрясения, случившегося с месяц назад, гора просто просела на высоту всех подземных этажей. У архимага еще теплилась надежда, что не все так плохо, но сообщение от работающей там экспедиции, полученное сегодня, не оставляло никаких шансов. Хорошо хоть погибших не так много – смотрители да группа историков, которых он послал, чтобы они покопались в залах и перерисовали самые древние барельефы, выполненные на нижних и самых старых этажах. К истории и искусству Руархид был неравнодушен, причем не только к гномьему.

От размышлений его отвлек вежливый стук в дверь. Гном недовольно поморщился, просил же не отвлекать. Однако верный секретарь не стал бы беспокоить его по пустякам, знает тяжелый нрав архимага.

– Ну что ты там скребешься под дверью, – не повышая голоса, произнес Руархид, – давай уж, заходи.

Несмотря на толстую дверь, практически звуконепроницаемую, секретарь Ро мгновенно отреагировал на голос архимага и, не суетясь, вошел в комнату. И как он умудряется его слышать? Руархид как-то не поленился, проверил – действительно не слышно. А магию секретарь не применяет. Однако вот за такие способности – знать все обо всем, быть в нужное время в нужном месте, слышать сказанное шепотом – архимаг и ценил его.

Секретарь Ро, бессменно пребывающий на своем посту около сотни лет, обозначил поклон:

– Мэг Васа их’Васандир просит принять его.

Руархид радостно улыбнулся:

– Давай тащи сюда скорее эту старую перечницу, можешь даже за шкирку, скажешь – я разрешил.

– Я все слышал, – раздался голос Васы из-за приоткрытой двери, в которую спустя секунду он и вошел.

Руархид быстро подошел к нему и обнял. Секретарь потихоньку выскользнул за дверь и плотно ее прикрыл.

– Наконец-то ты вернулся, бродяга! Почему так долго отсутствовал? Знаешь ведь, что ты единственный, с кем я могу откровенно поговорить и отдохнуть душой.

Васа усмехнулся:

– Не прибедняйся, Руар. К тому же слова о наличии у тебя души вызывают у меня недоумение и усмешку, уж извини.

Архимаг громко рассмеялся и показал рукой на одно из кресел, стоящих около небольшого столика. Рассевшись и наполнив кружки из кувшина, выпили.

Руархид хитро прищурился:

– А может, «Огненную» бабахнем, как в молодости, а?

Улыбающийся Васа осуждающе покачал головой:

– Как был ты пьяницей, Руар, так им и остался. И как только умудряешься оставаться на своем посту уже не первую сотню лет? Может, откроешь секрет?

Руархид снова рассмеялся. Даже голова перестала болеть. Нет, что ни говори, а настоящие друзья – редкость. И дабы не потерять, их надо холить и лелеять. Жаль, что таких немного, особенно у архимага. Он достал из скрытой в стене ниши пузатую бутылку с маленькими рюмками и налил обоим по чуть-чуть.

Выпив, молча посидели, переживая огненный удар по внутренностям. Смахнув невольно выступившую слезу, архимаг произнес:

– Злая штука! Ну ладно, рассказывай, где был, что делал, что слышал. Все-таки полгода не виделись.

Прошло полчаса неспешного рассказа Васы, в течение которого уровень в бутылке с «Огненной» уменьшался с упорством, достойным лучшего применения.

– Значит, орки на границе шалят? Ждать нападения? С этим ты немного опоздал, я в курсе. Все, что необходимо, уже сделал. Кстати, а что это ты вчера на площади учудил? Мне доложили, что ты ставил боевой защитный купол. Неужели тебе есть чего бояться в родном городе?

Уже не очень трезвый Васа поднял палец:

– Теперь нет. Но это имеет отношение к моему последнему путешествию.

– Ну-ка, ну-ка, – выпив, архимаг поудобней устроился в кресле, – рассказывай, что там еще произошло. Насколько я в курсе, тебя подговорил ехать с собой Дортмун, старый прохвост. И что он тебе пообещал за сопровождение?

Мэг Васа укоризненно покачал головой:

– Эх, Руар! Кому, как не тебе, знать, что я многим ему обязан и не мог отказать в такой простой просьбе. К тому же я уже давненько не был в той стороне. А вот ты, – Васа указал пальцем на архимага, – когда в последний раз отрывал свою задницу от стула и сам, своими глазами наблюдал, как живут твои подданные?

– Ты что, хочешь сказать, я плохо управляю вами? – нахмурился архимаг. – А может, ты чем-то недоволен или гномы мною недовольны?

– Да ну тебя, – обиделся Васа, – я ведь по-дружески, о тебе же забочусь…

Два старых и уже несколько нетрезвых приятеля немного посидели в молчании, дуясь друг на друга.

– Ну ладно, – первым не выдержал Васа, – прости, это все твоя «Огненная» виновата, негоже спаивать такого старика, как я.

Архимаг на это громко рассмеялся. Отсмеявшись, вытер слезу:

– Ну ты и сказал – старик! Тогда кто я? Мумия? Ладно, рассказывай, что там у тебя произошло в путешествии.

* * *

По мере того как Васа рассказывал, Руархид мрачнел все больше и больше. Он не перебивал своего друга, хотя многие моменты вызвали у него недоумение, а некоторые – жгучий интерес. Но вопросы по похождениям Васы он оставил напоследок. В первую очередь надо узнать, из-за чего людьми были потрачены такие усилия и средства.

После окончания рассказа он вопросительно посмотрел на мэга.

– Что? – усмехнувшись, спросил Васа.

– Не тяни, – не принял игры архимаг, – зачем приехал этот человек, как там его… Мерк?

Васа удовлетворенно кивнул.

– Теперь я понимаю, почему ты до сих пор архимаг, – умеешь задавать сначала самые важные вопросы. Но – извини уж мою привычку учителя отвечать вопросом на вопрос – скажи, что тебя в моем рассказе удивило больше всего?

Архимаг усмехнулся:

– Если б ты не извинился, я бы рассердился. Ладно, поиграю по твоим правилам. Значит, что удивило… Во-первых, что такое важное в нашу столицу вез Мерк Инвази? Информацию? Ее можно передать по магической связи. Какой-нибудь артефакт? Вряд ли. Вообще что у людей есть такого, что они хотели бы доставить к нам, НЕ СЧИТАЯСЬ С ПОТЕРЯМИ, и из-за чего стоило посылать убийц? – Он пожал плечами.

Васа поставил локти на стол, положил подбородок на скрещенные ладони и внимательно смотрел на архимага.

– Я все-таки прихожу к мнению, – продолжил Руархид, – что он вез какую-то информацию. А почему лично – очевидно, информация настолько важна, что без доказательств мы ей просто не поверим. Я прав? – Он кинул взгляд на Васу.

Тот вздохнул:

– Прав, как всегда, прав. Скажи, что ты думаешь о Медрике их’Мирдох?

– О представителе нашей торговой гильдии у людей и лучшем друге главы гильдии? – нахмурившись, уточнил Руархид. – Что-то мне подсказывает, что я сейчас услышу очень неприятную новость. Судя по сводкам, дела он ведет хорошо, жалоб на него не было. – Он внимательно посмотрел на мэга.

– Так вот, – грустно произнес Васа, – это один из очень редких случаев, когда гнома просто купили. С потрохами.

– Медрика?

Васа кивнул:

– Уж не знаю, что ему посулили люди, а может, его чем-то шантажируют, точно неизвестно, но он пляшет под их дудку примерно пару лет. За это время много наших секретов утекло к ним, например по добыче и обработке металлов, но не только: тут и перенаправление потоков товаров, и поставка запрещенных к вывозу артефактов и оружия. В общем, вот примерный список. – Васа достал из сумки, висевшей на плече, рулон бумаги. – А через своего друга Бринхорта, главу гильдии, вернее, через его связи он подобрался и к гильдии магов, но здесь дела обстоят получше. Этот процесс только-только начался. Я инициировал внутреннее расследование, о результатах доложу в ближайшее время.

Сжав зубы, архимаг некоторое время неподвижно сидел и смотрел в развернутый лист бумаги.

– Бринхорт тоже?..

– Судя по всему, нет. Его используют втемную. Однако, похоже, он начал догадываться.

– Почему ты так решил? – Архимаг поднял глаза на мэга.

Васа внутренне содрогнулся, но ничем не выдал этого. Когда архимаг ТАК смотрит, ничего хорошего ждать не приходится. Ничего хорошего для его врагов или для тех, кого он посчитает таковыми.

– Почему используют втемную или почему начал догадываться?

– Не испытывай мое терпение, Васа, не время, – прорычал архимаг.

– Успокойся, Руар, – недовольно откинувшись на спинку кресла, ответил Васа, – я ничего не утаиваю. Ну а насчет манеры говорить – меня уже не переделаешь, и принимай меня таким, какой я есть.

Руархид медленно выдохнул воздух сквозь зубы:

– Извини, Васа. Продолжай.

– Не извиняйся, просто такие новости надо принимать спокойно, а то можно натворить дел.

– Иногда я сомневаюсь в том, кто из нас архимаг, – криво усмехнулся Руархид.

– Не надо преувеличивать, – махнул рукой Васа и разлил «Огненную». – Просто сейчас нельзя поступать опрометчиво. Да кому я это говорю? Сам все прекрасно понимаешь.

Гномы выпили.

– Зря ты не дал мне выплеснуть свою ярость, – грустно проговорил архимаг, – это так приятно… Ладно, так почему ты считаешь, что Бринхорта используют втемную?

– Это видно по тому, какие действия он стал предпринимать. Все-таки глава гильдии, и мимо его внимания такие вещи пройти не могли. Вернее, он не мог долго оставаться в неведении. Мои маги, приписанные к гильдии, сообщили, что их привлекли для раскрытия некоторых случаев пропажи товаров со складов, которые, судя по всему, ушли по распоряжению Медрика. Согласись, если бы Бринхорт был в курсе, с его стороны такие действия оказались бы верхом глупости.

Гномы помолчали. Архимаг обдумывал дальнейшие шаги, которые необходимо предпринять. Васа, выдав важную информацию, расслабился. Все от него зависящее он сделал.

– Умеешь же ты расстроить, – наконец сказал архимаг, – даже весь хмель из головы выветрился. Давай, что ли, выпьем.

В очередной раз отдышавшись, Руархид сказал:

– Так, не расслабляйся. Еще вопрос: кто стоит за всем этим со стороны людей – король Генри или кто-то самостоятельно ведет свою игру?

– Если судить по предоставленной нам информации, то это личная инициатива лэра Глорма, одного из влиятельных лиц королевства. Однако, сам понимаешь, тут трудно судить. Генри – такая хитрая сволочь, что если и стоит за всем, то, естественно, не афиширует этого, а элементарно управляет через подставную личность вроде Глорма. Во избежание, так сказать, официальных проблем. А что, вполне нормально и дальновидно.

– Да… – протянул Руархид, – не зря он сидит на своем троне больше двадцати лет, для людей это – срок. И показатель ума короля. Придется действовать хитростью. Необходимо раскрутить Глорма.

– А зачем? – удивился Васа. – Перекрыть ему воздух – сам все расскажет. Да и какая разница, стоит за ним Генри или нет?

Архимаг бросил недовольный взгляд на своего друга:

– Не притворяйся, что не понял. Если Глорм действует на свой страх и риск – одно дело. Есть вероятность, что украденные у нас секреты дальше него не пошли. А если Генри стоит за всем этим… – Архимаг многозначительно замолчал.

– М-да… – пробормотал Васа. – Тут только один выход – война.

– Ай, брось, – махнул рукой Руархид, – какая война? Из-за каких-то производственных секретов и украденных товаров объявлять войну? Добраться до Глорма, конечно, надо и потрясти его хорошенько. Но даже если окажется, что за ним стоит король… Что ж… Останется признать, что люди нас обхитрили. Но как только мои шпионы сообщат, что где-то выплыли результаты использования украденного, можно будет и там пойти по цепочке и неофициально, втихую, разобраться с виновниками. Так что не все так страшно. И не забывай: в отличие от нас люди намного легче поддаются подкупу.

Васа покивал.

– Только вряд ли подобраться к Глорму будет просто. Как только он узнает о провале попыток убить Мерка Инвази, глупо будет ожидать, что он не подстрахуется. Кстати, идея послать доносчика с торговым караваном, против главы которого играют, была толковая. Жаль, что не сработала. Да, кстати, а кто послал Мерка?

Васа ухмыльнулся:

– Тот, кого оттеснили от кормушки – лэр Горхан. Только, боюсь, теперь у него могут быть неприятности от лэра Глорма, не зря ведь тот посылал убийц – как-то узнал. Так что рассчитывать на Горхана особо не стоит.

Архимаг согласно кивнул:

– Ну и ладно, но отблагодарить, конечно, надо, вдруг еще пригодится. У меня есть свои рычаги управления, за которые я могу подергать, чтобы сгладить ситуацию. Ладно, – он хлопнул ладонью по столу, ставя точку в разговоре на эту тему, – предоставь мне обо всем полный отчет. И сильно не затягивай.

Руархид сходил к своей скрытой нише и принес еще одну бутылку.

– Не многовато ли будет? – с сомнением глядя на нее, спросил Васа.

– Ты это мне брось! В самый раз будет! Ну если ты такой старый, что не можешь осилить бутылку «Огненной», так уж и быть, дам тебе одну настойку, которую разработали по моей указке в твоей гильдии, – начисто убирает следы возлияний. И заметь – практически без магии! Ну, может, совсем чуть-чуть. Представляешь, как продаваться будет?

Васа хмыкнул:

– Да, давненько меня не было. А продаваться действительно хорошо будет. Надеюсь, по настойке нельзя определить ее рецепт? А то недолго продлится твое счастье.

– Обижаешь! Хрен им, а не рецепт изготовления! – Архимаг погрозил кулаком куда-то в пустоту. – Я ведь не зря сказал, что магии там мало. Практически все на травах, даже зная все составляющие ингреди… ик, ингредиенты, ничего у них не получится! Вот. А магия используется только в процессе изготовления. И, не зная, что делать и когда, получишь только гадость. Ну-ка, твое здоровье!

Выпили.

– А теперь, друг мой Васа, – произнес Руархид, – расскажи-ка поподробней о парне, которого ты поселил в своем доме. Это ведь тот маг, что помог тебе в поездке?

– Все-то ты знаешь, – пробормотал Васа, – что, следишь за мной?

– Друг мой! – Архимаг сделал удивленное лицо. – Тебя не было полгода! Ну да, мои люди присматривали за твоим домом, так это только на пользу. Когда мне донесли, что ты вернулся, я тут же приказал снять наблюдение!

«Ага, как же! – подумал Васа. – Ты никогда ничего не делаешь просто так. Вряд ли наблюдение ты снял, ну да ничего. Зато можно не беспокоиться о ворах, кое-какие плюсы в этом определенно есть».

– И что тебя интересует? Вроде я все рассказал, – немного покривил душой Васа, ничуть не сомневаясь, что Руархид заметил в его рассказе нестыковки. И сейчас будет тянуть из него жилы.

Руархид хитро посмотрел на Васу:

– А скажи-ка, Васа, как это так получилось, что мальчишка, который по возрасту просто не может быть полноценным магом, справился с боевым магом нападавших, в то время как ты, по твоим же словам, проигрывал битву, а?

«Ну что ж, сейчас ты услышишь потрясающую вещь», – мысленно улыбнулся Васа.

– Вообще-то магом, в нашем понимании этого слова, он не является. Вернее, он очень слабый маг. Я наблюдал за ним достаточно долго и пришел к выводу, что он находится примерно на восьмой ступени мастерства, то есть ученик-первогодок.

Архимаг удивленно поднял брови.

– Да-да, – кивнул Васа, – именно так. Еще это характеризуется неконтролируемым выбросом энергии, как случилось с ним, когда он сжег мага из тройки убийц.

Руархид хмыкнул:

– Такое восьмой ступени все же недоступно, не преуменьшаешь ли ты?

– Нет, – помотал головой Васа. – Просто его потенциал очень высок, а также внутренний резерв силы. По крайней мере, он спокойно и без особых для себя последствий восстановил магический резерв моей внучки и мой. Со временем он мог бы стать очень сильным магом.

– Мог бы?

– Да. Я просто не знаю, будет ли он развиваться в обычной магии и есть ли в том для него необходимость.

– Что-то я тебя не пойму, друг.

Васа улыбнулся:

– Просто я пришел к выводу, что он владеет магией драконов.

Ошеломленный архимаг откинулся на спинку кресла.

– Ты уверен? – наконец произнес он. – Это ведь такая редкость. Неужели еще один безумец на нашу голову?

– Уверен. Налицо все признаки. Вернее, самый главный признак – отсутствие магических возмущений во время процесса магического воздействия.

– Не верю!

Васа поморщился:

– Уж моим выводам ты мог бы и доверять. И не такой уж он безумец, пока об этом рано говорить. Есть еще несколько моментов. Скажи, сколько тебе надо времени, чтобы поставить на ноги умирающего от заражения в брюшной полости из-за раны мечом, причем на последней стадии болезни? – Он внимательно посмотрел на собеседника.

– Тут я тебе точно скажу, все-таки я, кроме всего прочего, и мастер-целитель. Неделю минимум.

– Хе-хе, – закашлялся мэг, скрывая в бороде улыбку, – я ведь тоже в этом неплохо разбираюсь, если ты помнишь. Напомню: надо не просто передать энергию больному, но и хорошо знать, на какие области организма воздействовать и как, верно?

Архимаг, хмурясь, кивнул.

– Так вот, Ник, не имея представления, как надо лечить – я это понял, когда консультировал его при лечении остальных легкораненых гномов, – умудрился за ОДИН сеанс поставить больного на ноги.

– М-да… – задумчиво произнес Руархид, – прям-таки на ноги?

– Нет, конечно, тот еще пару дней лежал, набирался сил, но Ник к нему больше не подходил.

– За один сеанс! – ошеломленно покачал головой архимаг. – А может, все-таки обычная магия? Просто он такой уникум, знает в целительстве побольше нашего, а?

Васа хмыкнул:

– Да присутствовал я при лечении! Да, он применял обычную магию, но это была просто передача энергии, чего недостаточно! Уж в этом можешь не сомневаться. Ну и, согласись, выйти из леса эльфов без последствий для себя многого стоит. Я бы не справился, наверное.

– Насчет этого он мог и приврать, – отмахнулся архимаг.

– Ну-ну, – пробормотал Васа, – и меч с клеймом правящего Дома он тоже придумал? А посмотри-ка на это. – Он подтянул к себе свою сумку, порылся в ней и достал тетрадь.

Открыв на заложенной странице, протянул архимагу.

– Ух ты! – вырвалось у Руархида. – Вот это мастерство! Э-э-э… Да это же дочка Лаурина! И откуда же взялся такой художник?

– А если я скажу, что эту картину сделал Ник всего за несколько мгновений, поверишь? Просто провел рукой по листку бумаги – и появилось вот это. – Васа кивнул на тетрадь.

Оба немного помолчали.

– Расскажи поподробней, что он из себя представляет? – очнувшись, попросил архимаг.

– Что я могу о нем сказать? – Васа погладил свою бороду. – Он молод – по-моему, чуть меньше тридцати, со всеми вытекающими из этого достоинствами и недостатками. Легко заводит друзей, делает для них все, что в его силах. Легок в общении, однако себе на уме. Манеры высокородного, но не чурается общения с людьми из прочих сословий. У меня такое впечатление, что для него эти сословия – пустой звук, общается с людьми, исходя из того, чего они стоят. В меру скрытен. Мне так и не удалось узнать о его прошлом. Да я и не настаивал. Впечатлителен, часто идет на поводу у своих эмоций. Неплохо воюет, правда, странно как-то – палкой. Мечом владеет ниже среднего, что нетипично для знати. В борьбе без оружия не уступает опытному борцу-гному.

Покивав своим мыслям, архимаг сказал:

– Я хочу его видеть. Приведешь завтра сюда.

Васа набычился и, мрачно смотря из-под бровей, ответил:

– Нет.

– Нет? – Архимаг искренне удивился. – Почему?

– Я обещал ему защиту и покровительство. Не забывай: он спас мне жизнь.

Архимаг резко поднялся и стал расхаживать по комнате. Васа следил за ним взглядом.

– Ты не понимаешь, – наконец произнес Руархид, – ведь это такие возможности!

– Какие такие возможности? Научиться магии драконов невозможно, это доказано. У них просто мозги другие. То, что Ник владеет ею, – просто какой-то дефект. Тут ничего не поделаешь. Все, что остается, – просто использовать его. А я этого не позволю! Будь ты хоть трижды архимагом и моим другом!

Руархид остановился и удивленно посмотрел на Васу:

– Что-то я не пойму, он тебе кто? Брат? Друг? А может, ты хочешь сам воспользоваться этой возможностью? – Он остановился рядом с Васой и впился в него глазами.

Васа тяжело поднялся и встал напротив архимага.

– В очередной раз убеждаюсь, что власть сильно меняет человека. Ты ведь никогда таким не был! Что касается Ника – какой такой возможностью я хочу воспользоваться? Сам подумай! Или ты боишься за свое место? Так я тебя успокою – оно мне даром не нужно. Да и стар я для этого. А Нику я дал слово. А что с ним у тебя здесь произойдет, отлично представляю. Ты ведь хорошо разбираешься в людях, Руар, и втереться в доверие к человеку тебе ничего не стоит. Я знаю: уговоришь, убедишь в необходимости его магии – он и поверит тебе. Но есть одно «но». Поверь, если ты его в итоге не убьешь, он поймет твою игру, и что он сделает в ответ – предсказать не могу. А обычной магией его не остановить!

– Вот как? – скептически усмехнулся архимаг, тем не менее впечатленный эскападой своего старого друга.

– Я ведь тебе не говорил, от чего умер тот маг из нападавших?

– Ну и от чего? Ты ведь сказал, что Ник с ним справился. Я думал, просто убил его, пока тот был занят тобой.

Васа покачал головой:

– Он умер от ужаса – у него остановилось сердце. Я его чувствовал в тот момент. И я чувствовал, что он нанес удар по противнику – а это был Ник. И после этого умер. С учетом слабости парня в магии, остается один вывод: магия драконов. И еще один момент. Маг из таверны, до того как Ник его сжег, тоже запустил в него чем-то боевым. Я это почувствовал. Однако результат – маг сгорел. А знаешь, что он сделал со вторым нападавшим, который убил племянницу Дриха? – Васа остановился перевести дыхание.

Руархид отрицательно дернул головой.

– Да он его на кусочки порезал, – закричал Васа, ударив кулаком по столу, – в прямом смысле слова! Ножом! На сотню частей! Даже Дрихтмун, увидев это, проблевался, а его, поверь мне, таким трудно удивить.

Васа, тяжело дыша, упал обратно в кресло и опрокинул в рот рюмку.

– В конце концов его можно убить не магией, а, к примеру, ножом или ядом мгновенного действия, – задумчиво произнес архимаг. – Вряд ли он сможет этому что-то противопоставить.

Васа мрачно посмотрел на Руархида, медленно поднялся и произнес:

– Ты так ничего и не понял, Руар. Дело не в том, что Ник владеет магией драконов. Дело в том, что он несколько раз спасал наши жизни. И, несмотря на его заскоки и тайны, мы все к нему привязались. Дортмун вообще сказал, что хотел бы иметь такого сына. Так что имей это в виду, если что-нибудь задумаешь насчет Ника.

Махнув рукой, Васа поплелся к двери. Руархид обескураженно смотрел в спину уходящего Васы. М-да… Не ожидал такого окончания встречи со старым другом! И что это на него нашло? Из-за какого-то человечка! Видно, действительно время пролетело незаметно и старый друг стал просто старым.

«Ладно, пока ничего предпринимать не буду, присмотрюсь к этому Нику. А там видно будет. Надеюсь, Васа поймет целесообразность использования такого шанса, вряд ли он еще когда-нибудь выпадет».

У двери Васа остановился.

– Отчет завтра утром будет у тебя на столе. – И, не оглядываясь, вышел.

Васа их’Васандир

Васа их’Васандир медленно шел через площадь к гильдии магов. Реакция Руархида была предсказуема, но он все-таки надеялся, что архимаг еще вспомнит, что кроме целесообразности существует такое чувство, как простая благодарность, и не всегда следует искать во всем выгоду. Остается только надеяться, что Руархид, друг далекой молодости, поймет его…

Глава 10

Ник

Уставившись сквозь окно на небо, потихоньку очищающееся от туч, я задумчиво стучал пальцами по подлокотнику кресла. Давненько я не оставался наедине со своими мыслями. Все время что-то отвлекало. Ладно. Начнем, пожалуй, самокопание. Итак, я попал в чужой мир. Особо сильно меня это не впечатлило, если не учитывать редкие моменты депрессии еще там, у эльфов. Это нормально? Ну скажем так, для среднестатистического человека не очень. Выходит я не «средне»? Хм… Вряд ли. Скорее всего, просто психика была достаточно натренирована частыми погружениями в виртуальные миры еще там, дома. Дом, милый дом… Интересно, как там сестренка, родители? А ведь вполне может оказаться, что тут время течет по-другому. Если судить по книжкам, такое частенько приходило в голову писателям. Вот ведь фигня получается: или я вернусь в тот же момент (если получится), из которого попал сюда, или же рискую не увидеть родных. С другой стороны, так ли уж сильно я хочу вернуться? «Ну, – я почесал нос, – родителей, конечно, жалко, но я уже давно живу своей жизнью, отдалился от них. Кроме того, у них еще дочь остается…» А вообще туговато приходится без плотного потока информации, к которому я привык. Здесь события как-то медленно развиваются – близость к природе, чтоб ее. Приходится изгаляться – читать, смотреть и слушать то, что запасено в субноуте. С другой стороны, тут интересно. Магия, опять же… Умник, ставший чуть ли не вторым моим «Я». Честно сказать, без него я бы тут вряд ли выдержал.

«Спасибо».

«Не подслушивай! – Я щелкнул по браслету. – Это личное. Дай мне немного порефлексировать».

«Молчу, молчу, не то по шее получу и подвиг свой не совершу…»

Откуда он это взял? Или уже развился так, что научился рифмовать? Тьфу ты, сбил с мысли.

Итак, домой я стремлюсь. Но в то же время, несмотря на недостатки этого мира, безумно хочется попутешествовать по нему. Нет, в самом деле, где я еще увижу настоящих гномов, демонов, драконов и эльфов? Хм, ну встреча с эльфами на меня особого впечатления не произвела, однако гномы – прикольные типы. И такие все нестандартные. В смысле не такие, как описываются у нас. Интересно, а местные драконы на что похожи? Было бы прикольно, если б выглядели, как китайские драконы – уж больно те красивые. Ну да ладно. Итак, на некоторое время остаемся здесь.

Я ухмыльнулся – еще не найден путь домой, а я уже веду себя, как в туристическом путешествии.

Кроме того, девушки тут ничего себе, симпатичные. Во-первых, эльфийка, как там Васа говорил? Эльфийская принцесса? Кстати, получается, что он ее видел? И не на картинах – откуда тут портрету эльфийской принцессы взяться? Ох, Васа! Что-то ты темнишь!

В другой ситуации я бы попытался с нею замутить какую– нибудь «любовь-морковь», жаль, не судьба. Потом, Тишь… М-да…Тишь, ласковая кошечка… Да и Лана – заводная девчонка, молодая, конечно, но обещает в скором времени расцвести и стать красавицей. Она и сейчас притягивает взгляды мужиков – в дороге насмотрелся.

Так, дальше. Здесь нам не тут. Здесь меня могут вполне реально укоротить на голову. И Умник не поможет. А еще моя (хм, вернее, Умника) нестандартная магия. По логике выходит: тот же Васа должен ухватиться за меня руками и зубами, чтобы вытрясти информацию о том, как инфомагичить. И ведь ему не докажешь, что научить этому не получится. И даже не из-за того, что я сам в этом деле пока никто и зовут меня никак, а в том, что его мозги, судя по информации, предоставленной Умником, просто не заточены под инфомагию. В обычной магии я, по сравнению с местными магами, опять же, нуль. Учиться надо, развивать свой организм. Однако, при всей своей слабости, я в тандеме с Умником вполне могу кое-что противопоставить магам. Так, тут понятно – надо разработать для себя систему боевки, основанной на инфомагии. Однако не стоит забывать и про простые тренировки с оружием. Магия, безусловно, имеет в этом смысле наивысший приоритет, но что-то мне говорит, что могут быть ситуации, когда надо действовать чисто своими силами, без инфомагии. Такой запас карман точно не потянет. А вообще, конечно, лучше избегать таких ситуаций.

Дальше. Как мне тут жить? В смысле «зарабатывать». Бедных никто не любит. У меня, конечно, на компе куча информации лежит, но оно мне надо – прогрессорством заниматься? Нудно и неинтересно. Да и кто я такой, чтобы вмешиваться в местные дела? Кое-что использовать можно, чисто для личного обогащения, чтобы не отвлекаться на проблемы, связанные с безденежьем. Надо хорошенько подумать.

Итак, кратенько, какие выводы из всего этого? Первое: покумекать с Умником насчет использования инфомагии в качестве боевого приложения. Второе: заниматься обычной магией и не забрасывать тренировок. Третье: придумать что-то с зарабатыванием денег. И еще, забыл совсем: побольше узнать о местном мире. Я оглянулся на полки с книгами. Вот еще задача.

Кстати насчет тренировок. Кто бы мне объяснил, что со мной происходило во время транса? Вроде бы непохоже на проявления той неизвестной сущности, что чуть не отправила меня к праотцам.

«Умник! Что скажешь на этот счет?» – спросил я у своего второго «Я», авось найдет объяснение, и рассказал ему о тренировке.

«А вот не знаю, батенька! – почему-то радостно ответил он. – Да, я заметил странность: в какой-то момент ты выплеснул магоэнергию, а потом, наоборот, получил, и даже больше, чем отдал. Но формат полученной энергии отличается от гномьей магоэнергии. Как это понимать, я не знаю».

«Получается, что у меня не просто глюки были?» – удивился я. Вот это да! Выходит, и ветерок, с которым (которой?) я танцевал, – реальность?

«Единственное, что могу сказать, – в этот раз ты не пропадал из моего восприятия. Все твои эмоции я очень хорошо чувствовал».

«Ну и дела». – Я подергал мочку уха.

Интересно, как такое использовать?

«А может, это какие-нибудь магические сущности?» – предположил я.

«Мне о наличии таких сущностей неизвестно. Существуют ментальные симбионты, они есть у любых живых существ, кстати, в тебе они тоже присутствуют, а вот чисто природные…»

«Стоп, что за симбионты? Что за гадость такая? – нахмурился я. – Почему я не знаю? Что они делают? Кто разрешил?»

Умник хихикнул:

«Разрешил Господь Бог, или природа, если тебе так понятней. А что они делают? Хм… Живут себе, никого не трогают. Иногда помогают, например питаются отрицательными эмоциями, иногда вредят по своей глупости. Но чаще все же помогают организму. По большому счету, на них можно наплевать и забыть».

«Подожди, то есть они не имеют своего сознания? Типа бактерий, что живут в моем организме, не мешая ему?»

«Примерно. Насчет собственного сознания – не знаю, каким-то образом они, конечно, развиваются, но вряд ли до уровня осознания себя».

«Слушай, – мне пришла в голову идея, – тут же много долгожителей, особенно среди магов. Неужели их симбионты за такое длительное время не могут развиться до уровня осознания себя?»

«Хм… Интересная мысль. Интересно только, как ее проверить? Может, попробуешь разговорить одного из симбионтов Васы, раз уж научился общаться с ветром?» – захихикал Умник.

«Да пошел ты! – обиделся я. Ну общался с ветром, так ведь сам же подтвердил, что это были не глюки. – Ладно, проехали. Скажи-ка, а сколько всего этих симбионтов? И где они живут?»

«Количество варьируется. У каждого по-своему. У тебя их – с пару десятков, у Дронта было чуть больше. У Васы, я как-то посмотрел, двенадцать, что ли. Их трудно подсчитать, они не всегда видны».

«Как так?» – удивился я.

«А это уже связано с местом их проживания. Живут они в ауре. Под аурой я раньше, чтобы не усложнять, подразумевал весь комплекс энергетических оболочек человека. Биологическое тело и аура как бы существуют в разных слоях реальности, в разных измерениях. Пересекаются только их проекции. При блокировке, кстати, аура всего лишь отсекается от внешней среды, а симбионты остаются с тобой».

«Интересно, – протянул я. – А что с ними происходит, когда, например, на ауру воздействуют маги?»

«По-разному. Чаще всего симбионты находятся не в тех слоях ауры, через которые происходит маговоздействие. Так что могут вообще ничего не заметить. В этом плане не стоит их обожествлять. У них довольно узкие ворота существования».

«Все это фигня, – недовольно проговорил я. – В моем случае ничего не объясняет».

Я снова дробно постучал пальцами:

«Слушай, а симбионты могут поменять своего хозяина?»

«В принципе да. Например, если человек умирает, симбионты могут впасть в спячку и долгое время существовать этаким энергетическим сгустком. Если рядом окажется человек, то есть вероятность, что они уцепятся за его ауру. Разумеется, если в ней для них найдется место. Если есть свободные слоты, так сказать. А к чему ты ведешь?»

«Понимаешь, Умник, – задумчиво сказал я, – ты мне изменил информструктуру, сделал так, что развиваются участки мозга, отвечающие за магию. И вот у меня что-то стало получаться. И это меня смущает».

«Не понял», – удивился Умник.

«Ну как бы тебе объяснить. Скажи, местные маги развиваются с самого детства, так?»

«Ага».

«Вот и мне позаимствованная память говорит о том же. А еще она говорит, что если человек не развивает свои магические способности с детства, то, став взрослым, он уже практически не может этого сделать. Так?»

«Ну да».

«Я это могу объяснить только следующим образом. В детстве мозг развивается очень интенсивно, и при правильном подходе ребенок может инстинктивно или по подсказке воспользоваться заложенными возможностями, а как только он их прочувствует, то уже вполне сознательно сможет их развить. К тому же мозг у детей очень гибкий, в отличие от мозга взрослых. Конечно, если усиленно тренироваться и если этот механизм от бездействия не «усох», то и взрослый сумеет добиться хороших результатов. Но в том-то и суть: я ведь ничего такого не делал, оно само как-то получилось. Вот я и подумал: а вдруг ко мне еще там, у эльфов, прицепился какой-нибудь симбионт, ранее живший в погибшем маге, а я подключился к нему и инстинктивно воспользовался его знаниями о том, как надо магичить. Что скажешь?»

Умник долго молчал.

«Ну что ж, – наконец ответил он, – версия как версия. По крайней мере, опровергнуть ее мне нечем».

Я только хмыкнул. Не такого ответа я ждал.

«Ну ладно, а сейчас давай-ка попробуем отработать первый пункт моего плана, а именно: посмотрим, как можно использовать инфомагию для нанесения вреда человеческому организму…»

Следующие три часа пролетели незаметно, как оно и бывает, когда занимаешься интересным делом. Гномы уже встали, но шум, производимый ими и доносящийся через раскрытое окно, я практически не воспринимал. Лана убежала по своим делам, ее звонкий голос, что-то втолковывающий Море, лишь на мгновение отвлек мое внимание. И когда мы с Умником все-таки сделали ЭТО, я услышал голос Дортмуна, что-то громогласно рассказывающего во дворе. Наконец-то он пришел проведать своих подчиненных.

Пошатнувшись и переждав кратковременный приступ тошноты – результат экспериментов над собой, – я выглянул в окно. Настроение главы каравана было явно приподнятым. Да и гномы, окружившие его, чему-то радовались.

А ну-ка проверим, что у нас получилось с Умником.

В этот момент Дортмун с довольным выражением лица хлопнул по плечу самого молодого гнома. Я мгновенно дал команду Умнику через интерфейс бадди-компа, и этот гном вдруг пошатнулся и, как стоял, хлопнулся на спину.

«Упс! – Я подергал себя за мочку уха и раздраженно опустил руку – откуда только взялась эта привычка? Раньше не замечал за собой. – Немного переборщили, Умник. Этот режим воздействия пусть будет под вторым номером».

Странно, у меня самого, когда я тестировал работу системы, это вызвало всего лишь головокружение и легкую дезориентацию, правда, я сидел в кресле. А может, просто привык? Все-таки достаточно долго экспериментировал.

Убедившись, что с гномом все в порядке (он немного неуверенно встал и сказал что-то нелицеприятное Дортмуну, отчего тот нахмурился), я вернулся в кресло, заново просмотрел всю систему и прогнал в тестовом режиме.

Не буду рассказывать о всех безумных и фантастических вариантах, которые я подкидывал на отработку Умнику и на расчеты компу, все равно они оказались по большей части невыполнимыми. Для их реализации или требовалось много энергии, что в моем случае неразумно, или они оказывались слишком сложными. Но в конце концов мне удалось поймать за хвост мысль, которая постоянно кружила вокруг меня, и вытащить ее на всеобщее обозрение. Эта мысль мне уже приходила в путешествии, когда я сделал музыку достоянием общественности, но в тот момент она не прижилась. Ведь что человека делает человеком? В самом примитивном и эволюционном смысле? Правильно, возьмите пирожок с полки – прямохождение. А что позволяет ему это – прямо ходить? Второй пирожок ваш! Хитрый вестибулярный аппарат! Который, что удачно, совмещен со слуховым. Не знаю, специально Боженька или схемотехник, работавший под его руководством, сделал такое, или нет, однако так получилось, что у меня оказалась почти готовая система. Осталось только рассчитать варианты воздействия и точку приложения.

Перерыв кучу информации в своем компе на тему медицины и строения организма, я узнал много нового и интересного. Сам вестибулярный аппарат оказался достаточно сложным, но меня там заинтересовали непосредственно конечные датчики – реснитчатые клетки, то бишь чувствительные волоски, раздражение которых остальными элементами аппарата и докладывает мозгу, что происходит с телом, – данные о его положении и ускорении. Вот на них я и решил воздействовать. В результате очень осторожных экспериментов на мне самом было найдено минимальное воздействие, которое позволяло вызывать у человека кратковременную дезориентацию в пространстве. А дальше уже все было делом техники.

С учетом результатов эксперимента над гномом и своих расчетов я реализовал четыре режима воздействия. Номер три – кратковременная потеря равновесия. «Два» – позволяет свалить противника наземь плюс кратковременная дезориентация в пространстве. «Один» – контузия (одновременное воздействие на слух и вестибулярный аппарат). И наконец самый опасный режим (надеюсь, никогда не придется его использовать), не относящийся к вестибулярному аппарату. Номер ЗЕРО – образование тромбов в сердце и головном мозге жертвы. Брр… разумеется, экспериментировать с этим режимом я не собираюсь, обойдемся без лабораторных исследований. Будем надеяться, что в случае необходимости сработает как надо.

И еще. Напоследок накидал простенький плагин к радару, активирующийся отдельной командой и в автоматическом режиме применяющий разработанные режимы «три» и «два» к окружающим меня целям в циклическом режиме с настраиваемым интервалом времени. При этом для опасных режимов, «один» и «зеро», сделал отдельную команду. Все. Я устало откинулся на спинку кресла и расслабился. Через десяток минут почувствовал себя готовым к продолжению вечеринки.

Однако пора спуститься и поздороваться с Дортмуном. А также узнать, что же такого интересного он принес на хвосте.

Так получилось, что испытать в действии разработанное инфомагическое оружие пришлось в тот же день.

* * *

Дортмун не зря пришел радостный. Как он сказал, им с Васой удалось выбить из Мерка Инвази дополнительные денежки, аргументируя это опасностью сопровождения и потерями в пути, о чем при найме даже не упоминалось. А потом я узнал, что еще и архимаг отдал распоряжение главе торговой гильдии о выдаче премии «в связи с важностью информации, полученной с риском для жизни». Это заставило задуматься. Мне не понравилось, что архимаг в данной ситуации оказался заинтересованным лицом. Раз тут такие расклады, то и я оказываюсь на виду, чего мне совсем не хочется. И отсюда следует, что срочно нужно обзаводиться легендой, создание которой я постоянно откладывал на потом, думая, что все само как-то утрясется. Эти мысли частично испортили мне дальнейшее веселье. Каждому, мне в том числе, перепало по паре-тройке золотых монет, на которые, как я помнил, можно прикупить доспехи или оружие. То есть не поскупились. Я подозревал, что на самом деле денежек начальству подкинули больше, и оно благополучно использует их на другие цели, но рыпаться не стал.

Дортмун пригласил всех участников похода отметить это дело. Остальные гномы, ранее разбежавшиеся по домам, уже были предупреждены. Естественно, отказываться никто не стал. Я удивился только, что отмечать решили в нижнем городе, то есть за стенами. Как оказалось, это из-за того, что практически все проживали именно там, ну и соответствующие заведения предпочитали посещать в той части города. На вечеринку пришли все гномы, даже бывшие раненые. Отсутствовала только, по понятным причинам, Лана. Заведение для принятия горячительных напитков оказалось довольно далеко от стен внутреннего города – около километра, но внутри оно было очень уютным и чистым. Описывать дальнейшее не имеет особого смысла. Наверное, попойки схожи во всех мирах. Постоянные тосты (а пили в основном крепкие настойки вперемешку с чем-то вроде самогона), разговоры, веселье. Нагрузился я хорошо. Одним из результатов развития моего организма оказалось то, что теперь я мог выпить много спиртного, раза в четыре больше, чем раньше. Однако надеялся, что к утру следов попойки в организме не останется.

Во время веселья ко мне подсел Тир, извинился за свое поведение и пригласил назавтра к себе домой – его родители очень сильно хотели познакомиться со «спасителем» их сына. Я не стал отказываться – надо же заводить знакомства, да и хотелось посмотреть, как живут простые гномы. Потом рядом со мной оказался Дортмун и завел какой-то мутный разговор, уже не помню о чем. Разочек я очнулся, когда он заговорил о Васе. Дортмун был уже сильно навеселе и, похоже, не очень контролировал свой язык. Я узнал, что Васа сегодня весь день торчал у архимага, докладывал о поездке. У меня мелькнула мысль о какой-то нестыковке. Я долго пытался пропихнуть мысль сквозь алкогольные барьеры и в конце концов вспомнил, что Васа – вроде как штатный маг торговой гильдии, да еще то ли на пенсии, то ли удалился от дел. И как это стыкуется с его посещением архимага? К сожалению, пока я насиловал свой мозг, Дортмун куда-то пропал, а потом я и сам забыл эту мысль.

Снова я очнулся на пороге таверны. Оказалось, что я собрался среди ночи (уже ночь?) идти в дом к Васе, а меня не пускает откуда-то взявшийся Тир, мол, по ночам здесь, за стенами, небезопасно ходить, и уговаривал остаться. Я с пьяной уверенностью отмахивался, говоря, что круче меня только яйца, да и то драконьи, да и то сваренные вкрутую. В итоге я вырвался и, нарезая синусоиду, поплелся домой по услужливо высветившемуся передо мной маршруту. Тир крикнул мне в спину, что завтра зайдет. Я только отмахнулся. Идя по затихшему городу и вдыхая свежий ночной воздух, слегка протрезвел. Походка моя немного выправилась, хоть и оставалась неровной, мысли стали более четкими. Я даже поймал кайф, рассматривая ночной город. Странно, но освещения тут было мало, в основном на перекрестках, и то не на всех. Но я все хорошо видел – даже мои пьяные мысли бадди-комп распознал корректно и автоматически включил ночное зрение.

В одном темном переулке, до которого свет совсем не доходил, я увидел троих типов, зашевелившихся при моем приближении.

«Оппа! Неужто грабители?» – заинтересовался я.

Оценив возраст, решил, что молодые гопники. Они явно не думали, что их потенциальная жертва может видеть в такой темноте. Хм… А сами-то они как видят? Сзади раздались осторожные шаги. Ну это мне знакомо – нападают сзади, дают чем-нибудь по голове – и адью! Я даже еще на пару градусов протрезвел. Ну-ка проверим работу нашего инфомагооружия. Так, пусть радиус будет три метра от меня и, пожалуй, режим «один» – не люблю нападающих исподтишка.

Я продолжал спокойно идти, если так можно было назвать мое нетрезвое передвижение, с интересом ожидая развития событий. За приближающимся сзади типом наблюдал по радару. Когда до меня осталось метра четыре, он ускорился, наверное, чтобы с разбегу мне въехать. Я даже испугался – вдруг защитка не сработает. Ровно в трех метрах от меня тот тип издал непонятный звук и по инерции полетел головой вперед, уже не управляя своим телом. Я посторонился. Ага, точно. Чистый нокаут. Этот перец упал рядом со мной и не шевелился. Круто! Я включил магическое зрение и увлеченно стал наблюдать, как выглядят энергетические потоки в контуженом организме. Довольно забавно. Явно деформированы в области головы. Я настолько увлекся созерцанием, что совсем забыл об остальных участниках потехи. Те, не совсем понимая, что происходит, но видя своего сообщника валяющимся без движения, стали приближаться ко мне. Тут «тело» зашевелилось и застонало. Оно с трудом встало на колени и стало блевать. Фу! Я отодвинулся в сторону, поменял режим защитного круга на «третий», снизил радиус до одного метра и активизировал циклический режим. Интересно, что они мне скажут?

Главный из тройки остановился передо мной, двое остальных – по бокам. Очевидно поняв, что скрываться бессмысленно, они уже не шифровались.

– Ты, – вытянув в мою сторону небольшую дубинку, сказал главарь, – гони деньги.

– Фи, как грубо, – пробормотал я, – а где «здрасте»? А пивом угостить? Или вы не пиво продаете, а кирпичи?

– Какие кирпичи? – очень натурально удивился главарь, но тут же опомнился. – Валите его, – скомандовал он своим подельникам.

Нет, вы представляете – валите! Это что же, они уже кого-то отправили на тот свет, раз так спокойно об этом говорят? Или у них тут «валите» значит всего-навсего «вырубите»?

Эти двое сразу же бросились ко мне. У одного в руке мелькнул нож, другой был помощнее телом, и я не сразу разглядел, что на обеих руках у него надеты кастеты.

Нет, я не буду с вами драться. Слишком много чести. Дождавшись, когда противники пересекут невидимую черту и приблизятся ко мне вплотную, и увидев, что их сильно повело в сторону, а правый перец вообще затрясся и схватился за голову – слабоват оказался, я быстро (надеюсь, это было быстро) выхватил из-за пояса нунчаки, чудом не потерявшиеся при гудеже в таверне, и успокоил обоих ударами по затылку.

Главарь, увидев такое, попятился.

– Стоять! – скомандовал ему я. Он неуверенно остановился. Ясно – это существо не понимает, что произошло. Может, он думает, что они на мага нарвались? Раньше думать надо было! – Подь сюды, – адреналин схлынул, и меня снова стало развозить, – подойди, я сказал!

Все-таки главарь оказался умнее – он явно понял мое состояние, да и по голосу слышно, что я пьяный. Так вот, он развернулся и драпанул. «А может, и глупее», – подумал я, вытянув в его сторону палец и сказав вслух:

– Пуфф…

Да… Режим номер один – злая штука.

– И скажи спасибо, что не «зеро», – сказал я и, проходя мимо, пнул лежащего главаря под ребра.

Глубоко вздохнув, засунул нунчаки за пояс и поплелся дальше. Реальность стала как-то смазываться, иногда пропадать. В общем, дальше я двигался на автопилоте, уже не обращая внимания на окружающее и пытаясь не сходить со светящейся на земле линии, которую рисовал мне бадди-комп.

В первый раз я осознал себя уже внутри стен города, а во второй – почувствовав под головой свою подушку. Совершенно не представляю, как я прошел через охраняемые ворота города и не потревожил защиту, установленную в доме Васы. Потом я просмотрел записи за тот день на компе – где-то с середины вечеринки запись обрывалась, я ее зачем-то выключил.

* * *

Проснулся я снова в четыре утра. Сна не было ни в одном глазу. Проанализировав ощущения, понял, что организм требует от меня вывести из него всю гадость, попавшую в него на вечеринке и уже им переработанную. Сделав свои дела, я присел на кровать и задумался. Хорошо хоть голова не болела, как оно обычно бывает после перепития спиртного. Что же меня беспокоит? Походил по комнате, вспоминая произошедшее вчера. Мысль перескочила на попытку ограбления. Я ухмыльнулся. Думаю, они запомнят этот вечер надолго. Нет, а все-таки что я такого услышал в таверне, что до сих пор не дает мне покоя? Еще пара минут насилования мозга – и мне таки удалось вытащить на поверхность сознания разговор с Дортмуном относительно Васы. Точно! Мне не понравилось, что он разводит шуры-муры с архимагом. Следует ожидать дополнительного интереса к моей персоне. И неизвестно, в какой цвет этот интерес будет окрашен. Поводов я дал достаточно. Что-то я не чувствовал в себе желания общаться с власть имущими. Большую власть имущими. Так, ладно.

Я просканировал дом. Отлично, все на месте. И Васа в том числе. Значит, уже вернулся. Это облегчает мне задачу. Пройдя к его спальне, с неудовольствием заметил два момента: хоть дверь и не была закрыта, но на ней стояла магосигнализация, и второй – похоже, Мора проснулась. Придется действовать быстро.

Я включил свой комп в режим «усыплялки» и сказал Умнику:

«Ну ты знаешь, что делать. Постарайся побыстрее справиться».

На этот раз я заметил, что сделал Умник, правда, не совсем понял, что означают его действия, но разбор полетов оставил на потом. А внешним результатом (при магическом зрении) стало то, что сигнальная сеть приобрела дополнительные энергоканалы, прицепившиеся в узловые точки магоплетения.

«Готово, – довольно произнес Умник, – можешь проходить».

«Молодца!» – похвалил я его.

Времени прошло около двух минут, но, надеюсь, этого хватило для дополнительного укрепления сна мага. Я заблокировал свою ауру, чтобы не оставлять следов, и, внутренне напрягшись, осторожно вошел в комнату, в любой момент ожидая срабатывания сигналки – мало ли чего там Умник намудрил. Но нет, обошлось.

Васа мерно посапывал, лежа на своей кровати. Причем даже не разделся. Надо спешить.

Тихо-тихо я подошел к спящему магу, для удобства встал на колени перед кроватью и осторожно дотронулся до головы Васы. В самый раз получить инфаркт, если он вдруг решит вскочить и закричать: «Сюрприз!» Тьфу!

«Так, Умник, времени у нас мало, так что сначала снимай информацию о последнем дне, потом в обратном порядке что успеешь. Я скажу, когда надо будет линять».

Умник принялся за работу, а я задумался. Не нравятся мне такие жертвы ради нужной информации. Какие жертвы? Да мои нервные клетки! Надо срочно что-нибудь придумать насчет удаленной прослушки, на крайняк подойдет что-то вроде записывающего устройства. И еще: съём информации надо оптимизировать. Я, конечно, не думаю, что умнее тех, кто изобрел Умника и его методы съема данных с мозга, но, может, они просто не владели всей полнотой информации для этого дела? Сомнительно, но тем не менее. А может, у меня найдется кое-какая инфа, которую можно использовать?

Мое внимание привлек сигнал Моры. Она двигалась в сторону спальни Васы – возможно, и не сюда, но рисковать не стоит.

«Умник, что у тебя?»

«Информация о последних днях снята, – несколько недовольно ответил Умник. – Вот если бы ты не конкретизировал задачу, то можно было бы сделать более полный слепок памяти, а так – пришлось искать данную информацию и акцентироваться на ней».

«Если я правильно понимаю, – одним глазом присматривая за точкой Моры, ответил я, – то тогда объем был бы больше, но не было бы гарантии, что туда попал именно последний день, так?»

«Угу».

«Все, уходим», – сказал я и быстро покинул спальню. Напоследок Умник вернул сигнализацию в ее первоначальное состояние.

Вернувшись к себе, я попросил Умника конвертировать полученные данные в стандартный набор файлов, как он уже делал ранее, и параллельно с этим стал пытать его насчет того, что он сделал с сигнализацией.

«Ты будешь смеяться, Ник, но магические образования (в нашем случае сигнальная система), имеющие конечную форму, также имеют свою информструктуру. Обычно для вновь созданного объекта требуется некоторое время, чтобы у него сформировалась устойчивая информструктура из множества структур, которыми обладают составляющие его части. В некоторых случаях такого преобразования или слияния структур недостаточно для формирования новой стабильной структуры, и объект разрушается. Так вот, результатом многих магических действий являются устойчивые энергетические структуры. Чем устойчивей энергетическая структура, другими словами: чем выше мастерство мага, создавшего данное магическое образование, тем устойчивей у нее и информструктура. То есть она имеет конечную форму. Ну дальше тебе понятно – мне проще работать с такими информструктурами. Кстати, тогда, у эльфов, я ведь ничего не делал с их защитой, и она сработала, просто эльфы крепко спали благодаря твоему бадди-компу. Вот так-то».

«Прикольно, – хмыкнул я. – Получается, что тебе удобней и легче работать с результатом работы опытных магов?»

«Ага».

«А скажи-ка, друг любезный, это ты провел меня ночью через защиту дома?»

«Исключительная логика!» – одобрительно «похлопал» меня по плечу Умник.

Издевается, гад.

«Кстати, давно хотел спросить, а что делает защита дома Васы? Это – просто сигнализация или что-то посложнее?»

«Днем – просто сигнализация. Ночью – тоже сигнализация, но устанавливается связь с чем-то внешним, очевидно гильдией магов, по крайней мере, в ту сторону идет энергетический луч. Ну и еще какая-то разновидность боевого защитного купола, что демонстрировал Васа. Правда, классом пониже. Наверное, из-за энергетических затрат – хоть тут энергии полно, но попусту ее не тратят. Подозреваю, что в случае необходимости он может превращаться в полноценный боевой защитный купол. Соответствующие управляющие структуры, способные быстро накачать купол энергией, я нашел. Но, похоже, при этом защита еще как-то трансформируется, я не разобрался – это можно проверить только на практике, а жаль, это интересно. Видать, долго делали защиту – очень высокий уровень».

«На практике, говоришь?» – задумчиво сказал я.

«Эй! – всполошился Умник. – Надеюсь, ты не собираешься действительно проверять такую незначительную вещь на практике?»

«Незначительную? – удивился я. – А кто говорил, что ему интересно?»

Помучив Умника еще с минуту, я сжалился.

«Тупица кристаллический! А для чего мы делали модель магии? Вот и испытывай там!»

«Сам ты болван протоплазменный, – незлобиво ответил Умник, поняв, что я шучу. – У меня хоть память хорошая. Я ведь говорил тебе, что модель еще не доработана и у меня есть вопросы, требующие обсуждения! И необходимо внести корректировки! Какой толк от неправильно работающей модели?»

Я пристыженно опустил голову. Все верно, было такое.

«Ладно, извини. Сколько у нас времени до окончания конвертации?»

«Примерно час-два. Пока пять процентов завершено».

Я поудобней устроился на кровати.

«Ладно, давай свои вопросы. Поработаем».

* * *

Просмотрев встречу Васы с архимагом, я надолго завис. Обдумывал ситуацию. Хотя чего тут обдумывать? Если я правильно расшифровал архимага, он – в меру беспринципный тип, без этого во власти никак. Наобум старается не поступать. Несмотря на его последние высказывания обо мне, какое-то время он просто обязан ничего не предпринимать. Ну разве что поставить наблюдение. Это если у него других дел нет, кроме как развлекаться таким способом. Тем не менее, есть у него другие дела или нет, я бы на его месте точно сильно заинтересовался. Ладно, поживем – посмотрим. Нет, а каков Васа-то оказался? Сразу же стучать на меня побежал. Ну не стучать, конечно, но скрывать почти ничего не стал. Вот это «почти» и внушает мне надежду. Да и защищал он меня как! Ему бы адвокатом быть. А может, все обстоит не так, как мне кажется? Поди тут разбери, что прячется за словами гномов. Все-таки они – другие.

Не знаю, сколько у меня есть времени, но его надо использовать по максимуму. С другой стороны, а что мне грозит? Ну предложит архимаг (причем, скорее всего, не сам, а через Васу) типа работу, ну и что? А то, что в этом случае мне трудно будет уйти, когда я этого захочу. А чего я хочу? А вот почему-то меня сильно тянет посмотреть на «настоящих» людей, вернее, на их общество. Нет, ну чем гномы не люди? По большому счету, добродушные, я бы сказал «милые». Живи да радуйся! Кстати, моя оценка гномов в корне отличается от той, что дал им в свое время Умник. А ведь не факт, что люди похожи на гномов. Вполне возможно, они более коварны, или мелочны, или корыстны. Ну это обычное дело. Надо бы почитать, что есть в библиотеке о распределении ролей местных рас в здешнем мироустройстве. Ладно, поплывем пока по течению, авось кривая вывезет!

Дорзен. Дворец архимага

Руархид их’Торреан их’Шуфандир

Архимаг быстро пробегал глазами последние донесения, пришедшие с вечера, и делал кое-какие заметки на уже не первом листе бумаги. Всю ночь Руархид трудился, разрабатывая предварительные и самые важные действия, которые необходимо предпринять, не откладывая в долгий ящик. Орки, орки и еще раз орки! Как будто и без них у него мало дел! Ну ничего, основное уже сделано, остальное доработают помощники. Нужно еще продумать линию поведения вокруг ситуации с Медриком их’Мирдох. Надо попытаться повернуть ситуацию в свою пользу.

Прикрыв глаза, архимаг на пару минут расслабился. Усталости он почти не чувствовал, так как давно перешел на тот уровень, когда для полноценного сна ему хватало пары часов. Мысль перескочила на вчерашнюю встречу с Васой. Но додумать ему не дал осторожный стук в дверь. Руархид недовольно поморщился – некстати, – но Ро обычно по пустякам не отвлекает.

– Давай уж, входи.

Секретарь вошел в кабинет, аккуратно прикрыл дверь и молча остановился перед столом архимага.

– Говори.

Ро раскрыл папку и стал выкладывать на стол архимага бумаги, сопровождая их пояснениями:

– Последние донесения от наших друзей в окружении Онжи Крола.

Архимаг быстро пробежал глазами единственный лист бумаги, исписанный мелким почерком. Ненадолго задумался.

– Дальше.

Ро выложил на стол пачку листов, прошитую по краю тесьмой, на конце которой висели два кругляша с оттисками печатей главы гильдии и личной – мэга Васы. От них отчетливо «попахивало» магией. Архимаг мельком глянул на них, проверяя аутентичность магического рисунка. Взвесив на руке объемный труд магов, спросил:

– Еще что-нибудь есть?

Секретарь достал из папки два стандартных бланка отчетности службы наблюдения, подчиняющейся непосредственно архимагу.

– Данные наблюдений за гостем мэга Васы, а также результаты проверки объекта на реакцию в неожиданной и относительно опасной ситуации.

Руархид усмехнулся. Однако быстро сработали помощнички. Ведь только вчера отдал команду заняться гостем.

– И насколько ситуация была опасна и неожиданна? – спросил он, положив руку поверх отчетов и внимательно посмотрев на секретаря. Тот немного склонил голову.

– Не особенно. Результаты интересные, но недостаточно четкие, так как гость был практически в невменяемом состоянии.

– Почему?

– Торговец Дортмун устроил праздник с обильной выпивкой. На ней присутствовал и гость. Они там устроили соревнование, кто больше выпьет, – осуждающе поджав губы, сказал Ро. – В отчете приведена запись обо всех разговорах, проводившихся в таверне. К сожалению, из-за состояния гостя проверку пришлось выполнить самым простым способом, а потом еще и негласно проводить его до дома. К счастью, после проверки он ни на какие несообразности, да и просто на внешние раздражители, не реагировал. Уверен, что с утра ни о чем и не вспомнит.

Архимаг быстро читал предоставленную информацию, кивая в такт своим мыслям.

– Значит, двоих он уложил без использования магии, а остальных, предположительно, с ее использованием. Маг точно ничего не почувствовал?

– Точно. И никаким обычным оружием нельзя было так воздействовать на противника. Такое ощущение, что у них сильное сотрясение мозга. А гость к ним даже не притрагивался.

– Понятно, – задумчиво проговорил Руархид.

Ну что ж, похоже, Васа не ошибся. Жаль, что не известна ни сила этого парня, ни его опытность. Можно было бы его использовать в некоторых делах, но пока лучше этого не делать. Если в результате дальнейших проверок выяснятся его способности, то тогда и подумаем. По мелочам использовать его не имеет смысла, с ними можно справиться и обычными методами. А вот некоторые сложные операции или ситуации, где нужны именно такие способности, требуют полного доверия к исполнителю.

– В общем, так, – архимаг повернулся к секретарю, – ближайший месяц-два у нас будет слишком мало времени для отвлеченных дел. Этим гостем Васы плотно займемся позже. Пока оставь за ним слежку, поставь мага на постоянное наблюдение, пусть составят психологический портрет гостя, насколько это возможно. Если надо, пусть делают небольшие провокации, но так, чтобы он ни о чем не догадался. С этим все. А теперь пригласи ко мне на совещание Трильда, и пусть прихватит своих аналитиков.

Глава 11

Ник

Дни потекли своим чередом, сменяя друг друга. Под руководством Васы я усиленно занимался магией. Получалось так себе. Вся проблема заключалась в том, что я просто не понимал, что надо делать, чтобы создавать, по словам Васы, магическое плетение. Совершенно не представляю, как они тут учатся. Васа говорит, представь, что делаешь то-то, прочувствуй это. Ну делаю, а толку никакого. Все, чего мне удалось добиться, – научиться контролируемо излучать магическую энергию в нужной дозировке. Но это такая фигня по сравнению с тем, как Васа плел энергетические кружева, что я поневоле чувствовал себя ущербным. Утешало лишь то, что инфомагия была со мной. Ну и пусть, что пока я могу ею пользоваться только с помощью Умника и своего бадди-компа. Умник утешал меня, говоря, что на самом деле моя физика позволяет управлять энергиями, мозг достаточно развился для простого управления, но для комплексного использования моего «железа» просто не хватает навыков. Вот и получалось у меня только как кувалдой бить своей энергией или проводить точечное воздействие, но без изысков.

Кстати, после той ночи, когда я сканировал Васу, он все-таки что-то заподозрил в отношении меня, по крайней мере, именно так я воспринял то, что он перестал ночевать дома, ежедневно вечером уходя в свою гильдию. Да еще и наутро следующего дня Васа как-то странно на меня посмотрел, что-то обдумывая. Я долго ломал голову, в чем мог проколоться, если прокол действительно случился. Вспомнил только один момент, о котором не подумал: свою ауру при входе в спальню мага я заблокировал прямо перед его комнатой. Вполне возможно, что ее свежие следы, обрывающиеся перед дверьми, он и видел. Что еще можно подумать в таком случае? Но мне он ничего не сказал, свое отношение, настороженно-благожелательно-исследовательское, ко мне не поменял. И действовал в своей обычной манере – очень мало вопросов, больше наблюдений. Мне было просто непонятно такое его поведение. Вроде бы он должен трясти меня как дерево, чтобы получить сладкие плоды, однако ж нет. Возможное объяснение его действий я нашел в книгах, которые усиленно читал. Хорошо хоть в свое время освоил скорочтение, что позволило достаточно быстро впитывать информацию, но все-таки недостаточно, чтобы прочитать всю библиотеку. Правда, пришлось практически заново учиться этому – на гномьих шрифтах мозг просто спотыкался и не мог быстро обработать информацию. Кроме того, многие книги были написаны (или переписаны) вручную. Старые книги. А более новые (начиная с двухсот-трехсотлетней давности) – уже неплохо напечатаны.

Так вот, в одной книге я нашел рисунки драконов и описание их магии. Выглядели они красиво, как может выглядеть хищное животное, но совсем не так, как я их представлял. Их размеры оказались не очень большими, максимум метра три в длину (с хвостом). Расстояние от земли до холки – около двух – двух с половиной метров. Морды выглядели глуповато, пока такое чудо не раскроет рот или не улыбнется. Да-да, уж не знаю, какими хитрыми загогулинами шла у них эволюция, но морда такого динозаврика, имеющая в пасти нехилые зубки, умела выражать эмоции. То ли мышцы так развились под действием вируса Дронта, то ли изначально это им было присуще. Дальше: ходили они на задних лапах и даже быстренько так бегали, а передние лапки развились в хваткие «ручки», впрочем, при необходимости могли передвигаться и на четырех конечностях. Прикольно выглядели, когда присаживались, опираясь на свой мощный хвост. Ну и самое главное – они летали, правда, как суслик, которому поддали под зад. То есть, используя свою магию, они научились очень высоко и далеко прыгать. Судя по описанию, их прыжки могут достигать двухсот – трехсот метров в длину. Пока читал книгу, все ждал, напишут ли тут про огненное дыхание драконов. Ближе к концу книги подробнее коснулись их магии. Так вот, да – это выглядело, как выдыхание огня на расстояние до пятидесяти метров. Этой способностью они обеспечили себе безопасное существование. Первые попытки воевать с драконами тысячи лет назад сразу расставили все по своим местам.

Полностью уничтожив армию дерзнувших напасть на них, так что даже пепла не осталось, и пройдя вдоль границы по нескольким людским и гномьим селениям с визитом вежливости, по пути заглянув к демонам и оркам, так, на всякий случай, драконы раз и навсегда вбили в головы живущих, что к ним лезть не надо. Тогда только эльфам повезло – драконы не стали жечь лес. После тех событий прошло много лет, пока не наладились нормальные отношения с драконами. А вообще, как я понял, всем повезло, что драконы на самом деле оказались миролюбивыми. В моей голове просто не укладывается, как может быть миролюбивым существо, произошедшее от хищника. Но факт остается фактом. Свои инстинкты драконы отпускали только на охоте. Они специально выращивали разных животных для питания. И самым любимым делом у них было – погоняться в своих угодьях за едой. Причем не используя магию. Ну так вот. После того как все стали друг с другом дружить, местные маги наконец-то и выяснили, что драконья магия – совершенно иная. В принципе. Почувствовать ее применение практически невозможно. Никаких флюктуаций магоэнергии. А защититься от ее воздействия невозможно. Хотя о последнем и до того было известно. Разобрались, что огонь драконы не выдыхают, а появляется он в тех местах, куда они поворачивают голову, характерно вытягивая шею. При этом образуется выгоревшая просека из всего, что попало под их воздействие.

В большинстве случаев обычная магия на драконов не действует. Но тут есть варианты. Очень редко, но все-таки с ними случались мелкие стычки. Пару раз людским (именно людским) магам удавалось завалить дракона. Возможно, такая удача связана с тем, что людям доступен весь комплекс магических энергий, а не только определенный их тип. Правда, очень редко случается, чтобы такой разносторонний маг по мощи достигал уровня магов гномов, эльфов или демонов: учиться труднее и дольше, а век у людей короток. Но те, которые достигали высокого уровня, умудрялись с помощью магии существенно продлить свою жизнь, и вот тогда-то людские маги и могли показать кузькину мать магам прочих рас. Люди сообразили, как использовать свои преимущества, и стали вводить раздельное изучение магии. Одно-два направления – чтобы не распыляться и успеть за свою жизнь достичь большого могущества, которое позволит им ее продлить. А уж потом можешь спокойно изучать другие направления или продолжать совершенствоваться в освоенных ранее. В результате универсализм остался уделом талантливых магов или уже опытных, живущих не первую сотню лет. Ну и, разумеется, людские архимаги – сплошь универсалы. Как раз такой вот талантливый универсал и выяснил, что драконы не выдыхают огонь, а используют свою магию, видимый эффект которой похож на огонь.

Больше ничего особенного выяснить не удалось. Точно известно только три основных момента боевой магии драконов: нечувствительность (но не полная) к обычной магии, прыжки и магический огонь.

В конце книги, буквально на паре страниц, указывалось, что было зафиксировано несколько случаев, когда магия, очень похожая на магию драконов, проявлялась у людей. Опять только у людей. Все они были неординарными личностями, но жили недолго. Трое из них в один прекрасный момент ни с того ни с сего умерли. Вскрытие показало – от кровоизлияния в мозг. Один сгорел, выдыхая драконий огонь, который сжигает практически все, будь то металл или камень. Двое умерли, пытаясь модифицировать себя. В общем, было еще несколько случаев, но все, ВСЕ эти люди имели нестабильный характер, легко срывались, вспыхивали по любой мелочи. Например, могли прийти в дикую ярость оттого, что кто-то не уступил дорогу – в книге описывался именно такой случай, с товарищем, баловавшимся драконьим огнем. Придя в ярость, он пошел сжигать все вокруг и то ли не смог остановиться, то ли переоценил свои силы, в результате сам сгорел дотла.

После изучения этих фактов мне стала понятна осторожность, с которой Васа общается со мной. Правда, непонятно почему – ведь видел меня, когда я был на пределе в бою, ничего такого психованного за мной вроде не было замечено. Перестраховывается? Может быть. Но тогда как он не боится оставлять меня дома, да еще и наедине с внучкой? М-да… Загадочные процессы происходят в головах гномов. Может, это внешне они выглядят и ведут себя, как люди, а на самом деле все, что они делают, определяется именно их специфической логикой?

«Что думаешь насчет драконов?» – отвлекшись от своих мыслей, спросил я Умника.

«У меня сложилось странное впечатление, – задумчиво отозвался он. – В книге описаны всего три варианта использования инфомагии, причем на очень неплохом уровне. Извини, но не может быть, чтобы, освоив такие энергии, они остановились только на этих трех вариантах их использования».

«Ну это легко объяснить, – соглашаясь с Умником, кивнул я. – Тут описаны только те методы, которые драконы использовали против людей. Уверен, они еще кучу вещей умеют делать… – Я задумчиво походил по библиотеке. – Итак, какие выводы можно сделать о драконах?»

«Какие, какие, – проворчал Умник, – лучше не лезть к ним, не очень-то они любят людей».

«Неправильный вывод. А правильный такой: есть вероятность, что именно они имеют представление о том, как мне вернуться домой. Всякие там телепорты или дырки в пространстве, мало ли что… Но без подготовки к ним действительно лезть не стоит, – вздохнул я. – Вот скажи, смог бы ты противостоять такому агрессивному воздействию инфомагии, как огонь драконов?»

Умник долго молчал.

«Теоретически – да, – наконец ответил он. – Увидеть бы в действии этот их огонь, чтобы понять, какой вариант воздействия на информструктуры они используют…»

«Это, конечно, хорошо, но если кто-то отлично владеет одним приемом, то логично предположить, что у него в запасе есть еще пара штук».

Ужин с родителями Тира

– А чем ты занимаешься? – положив вилку и вытерев губы салфеткой (!), спросил Тиррон, отец Тира.

– В данный момент обучаюсь магии у мэга Васы, – так же аккуратно отложив прибор, ответил я.

Тир все-таки затащил меня к себе. Всю дорогу он весело болтал о всяких пустяках, но чем ближе мы подъезжали к его дому, тем более молчаливым он становился. Дом его родителей хотя и располагался в нижнем городе, но находился в престижном районе. Еще один вариант жилья для хорошо обеспеченных гномов. Большинство домов выглядело ничуть не хуже резиденций во внутреннем городе. Подъехав к дому Тира, я придержал Принцессу и удивленно присвистнул. В таком домике и я не отказался бы пожить. Чуть меньше дома Васы, но элегантнее, даже красивая лепка по фасаду идет. И так же окружен небольшим садиком, за которым хорошо ухаживают. Увидев с внутренней стороны металлического забора густой кустарник и деревья, я даже засомневался в том, что у Васы самый лучший садовник в городе.

Кованые ворота нам открыл гном, которому больше подошло бы определение «тролль». Молчаливый и медлительный. Однако, посмотрев на его мышцы, я решил, что не хотел бы сойтись с ним врукопашную.

Тир почему-то совсем скис.

На пороге дома нас встретил гном, выглядевший элегантно и совсем не кряжисто. Его можно было бы принять за человека. Маленькая, аккуратная черная бородка, очень похож на Тира. Вернее, наоборот. Тир на него. Ясно, что отец. Одет в черные штаны и белую рубашку. Руки сильные, на пальце правой руки золотое кольцо с камнем. Лицо спокойное, не выражает ничего. Рядом и чуть позади – женщина, по виду средних лет, все еще стройная и красивая. Судя по тому, с какой нежностью и тревогой поглядывает на Тира, – его мать.

Долго не рассусоливая, меня пригласили в дом. И сразу за стол. Несколько необычно. Вначале разговор был ни о чем, хозяева просто соблюдали известные только им правила вежливости с гостем. Тир все так же тихо сидел на своем месте, не участвуя в разговоре. Ситуация стала меня забавлять.

Наконец Тиррон перешел непосредственно к делу:

– Ник, мы с Корой, – он посмотрел на мать Тира, – хотели бы поблагодарить тебя за то, что ты спас нашего сына. Мне рассказали, в каком состоянии он был. – Тиррон замолчал и посмотрел на меня.

Я бросил взгляд на Тира. М-да… Что-то тут не так. Вон как веселый парень сник. Не удивлюсь, если отец из него выжал все подробности.

– Не стоит благодарности. Уверен, на моем месте так поступил бы каждый, – штампом из своей прошлой жизни ответил я.

Такой ответ понравился хозяевам.

Странное впечатление от ситуации возникло у меня. Такое ощущение, что отец Тира – или семейный тиран, или какая-то крутая личность, типа мафиози. О! А действительно, не мафиози ли он?

– У тебя хороший учитель. Мэг Васа очень известен. У него обучалось много магов. Поздравляю. Хорошо, не буду утомлять тебя расспросами, – наконец промолвил Тиррон и махнул рукой мужику, весь обед простоявшему у двери. Тот принес небольшой футляр. Хозяин, открыв крышку, некоторое время задумчиво смотрел в него. Затем поднял на меня глаза и сказал: – Возможно, я бываю излишне строг с сыном, – он посмотрел на Тира, его взгляд смягчился, – и не всегда показываю свои чувства. Но я люблю его. – При этих словах Тир вскинул на отца глаза, которые не поднимал от своей тарелки в течение всего обеда – в них легко угадывалось удивление. – Не хочу предлагать деньги, это было бы неправильно, жизнь не стоит никаких денег. Поэтому хочу подарить тебе нашу семейную реликвию. – Он достал из футляра кольцо. – Само по себе это кольцо не такое уж дорогое. Но в нашей семье оно хранится не одно поколение как память о предке, основателе нашего рода. – Он посмотрел на свою жену. Кора улыбнулась и согласно прикрыла веки, поддерживая мужа. – Так вот, прими это кольцо на память. На нем выгравирован герб нашего рода. Где бы ты ни путешествовал в наших землях, землях гномов, если там будет кто-то из нашего рода или связан со мною делами – тебе окажут всемерную поддержку. – И он протянул мне подарок.

Я растерянно посмотрел на Кору, она ободряюще кивнула мне, глянул на Тира – тот смотрел на меня удивленно, видно, не ожидал такого.

– Вы уверены? Мне ведь на самом деле ничего не надо. Мне не кажется правильным прерывать такую длинную цепочку поколений на Тире по передаче реликвии.

Тиррон сделал легкое отрицательное движение рукой:

– Зато мне кажется, что так будет правильно, – и положил кольцо передо мной.

Я взял его – тяжеленькое! – вгляделся и с трудом удержал смех. Чтобы не показать этого, просто закашлялся.

– Извините, – пробормотал я.

Да, неожиданный подарок получился. Кольцо действительно выглядело древним, из непонятного металла. На золото непохоже, но такое же тяжелое. В общем, печатка с плоским черным камнем. Но то, от чего я чуть не рассмеялся, – это сам герб. Представляете: другой мир, непонятно какое время, а на камне печатки герб – перекрещенные серп и молот! Пусть серп на самом деле другой формы, но тем не менее очень похоже. Нет, что ни говори, а подарок роскошный.

– А что означает ваш герб?

– Ну, – довольный тем, что я взял подарок, начал рассказывать хозяин дома, – основатель нашего рода был очень сильным воином. Кроме того, он был самым лучшим кузнецом своего времени. Это кольцо он тоже сам сделал. А на герб он поместил молот – знак, который до сих пор является символом мастерства кузнеца, и хрис – боевое оружие предка как символ воина. В нашем роду очень часто вырастают воины и появляются мастера-кузнецы. Сейчас, конечно, реже. Жизнь стала легче. Вот и Тир такой же. – Я почувствовал в его интонациях грусть. – К кузнечному делу у него душа не лежит, великим воином вряд ли станет, торговать не любит. Я и с караваном-то отпустил его, чтобы он почувствовал прелесть походной жизни, но, видно, это тоже не его.

– Ну что вы, – решил я вступиться за парня, – он неплохо сражается. Я видел. Меня ведь тоже чуть не убили там. Да и опытных воинов там много погибло. – Ой, зря я это сказал. На глазах Коры появились слезы.

– А ты не в курсе, что там вообще произошло? – ненавязчиво поинтересовался Тиррон.

– Не знаю, не интересовался, – пожал я плечами. Что-то совсем не хочется рассказывать о том, что узнал. Вдруг всплывет еще где-нибудь моя информированность.

– После этой треклятой поездки Тир почему-то наотрез отказывается петь и играть, – грустно сказала Кора, – а ведь у него хорошо получается.

Я удивленно посмотрел на Тира. Вообще-то мне не показалось, что он так уж хорошо играет. Да, голос хороший, а остальное… А может, это потому, что играл он простенькие мелодии?

Заметив мой взгляд, Тир дернул плечом. А мое мнение о нем медленно выползло из-под плинтуса и поползло вверх – похоже, не всю информацию из него смогли выдавить.

Распрощавшись с семейством, я отправился домой. Тир вызвался проводить меня. По дороге с трудом, но все-таки удалось его разговорить.

– А что тут удивительного? – неохотно сказал Тир. – После того как ты показал нам вашу музыку, я просто не могу ничего играть. Звуки не те, пресные какие-то. Эх, – вздохнул он, – а ведь я хотел стать менестрелем, по крайней мере на некоторое время. Походить по дорогам, посмотреть мир. – Он замолчал.

Понятно. Короче, сбил у парня в мозгах нужную настройку. Звуки не те, говоришь? Еще когда в доме Васы рассматривал такой же инструмент, как у Тира, мне пришла в голову одна занятная мыслишка. Попробуем реализовать ее.

– Серьезный у тебя папаша. Чем он занимается?

– Да так, – пожал плечами Тир и явно неохотно сказал: – Разным, торгует в том числе. – И намертво замолчал.

В общем, разговора не получилось, парень замкнулся в себе.

Взяв обещание с него, что назавтра он придет ко мне со своим инструментом, я распрощался с ним у ворот внутреннего города.

«Магические струны»

В общем, вся проблема состояла в том, что для производства струн использовались волокна какого-то растения, очень крепкие, но сам звук, производимый ими, немного «плавал». Принцип построения звукового ряда и разбиения на октавы оказался таким же, как и у нас. Я не слышал местных духовых инструментов, но, думаю, там особых проблем не должно быть. Да и, по сути, какие такие проблемы со струнными? Ну звучание чуть глуховатое, менять струны часто надо, несмотря на их относительную крепость. Правда, для разбирающегося в музыке то, что звук «плывет», – дело крайне неприятное. Еще мелодии у гномов достаточно специфичные. Манера исполнения, аккорды, в общем, все по-другому. Ничего особого тут не придумаешь, если не применять магию, но на применение магии в этом деле я пока не тяну. Вернее, непонятно, каким образом магия тут может помочь. Как она должна воздействовать на слушателя. Для начала я решил просто заменить струны на металлические, да еще прокрутить Тиру мастер-класс игры на гитаре. Сам-то я не играю, но соответствующие записи и литература у меня есть.

Изготовление струн заняло неожиданно много времени. Больше всего пришлось повозиться с басовыми, у них ведь накрутка поверху идет. Рассчитал на компе оптимальную толщину, необходимый материал. Сделал все струны монолитными, но для точного воспроизведения звука в каждую струну внес индивидуальные изменения, разные добавки в металл, примеси. Все это проделал в виртуальном конструкторе материалов. В виртуале же немного поиграл ими. В принципе понял, как можно использовать инфомагию. Если и не по воздействию на человека, то для того, чтобы добиться чистоты звучания. Как раз и опробовал модель, которую наконец доработали с Умником. Неожиданной проблемой оказалась формулировка необходимого результата. Вот здесь я долго подбирал различные параметры на вход алгоритма, пока не получилась на выходе нужная информструктура. Автоматически этого комп сделать не мог – я еще сам смутно представлял, что мне нужно. Потом еще ковырялся, совмещая эту магоструктуру со структурами струн. Оказалось, что такие вещи просто так не накладываются. У них тоже есть правила совмещения. Мучился еще пару часов, пока не получилось. Совсем вымотался. Полюбовавшись на получившуюся модель, приступил к делу.

«Кстати, Умник! А что легче – создавать объект с нуля или преобразовывать из существующего материала?»

«Хороший вопрос. Быстрее, конечно, с нуля, как ты сказал. Создаем информструктуру, запитываем ее, и вуаля – получили, что хотели. Однако с точки зрения минимизации затрат энергии – лучше преобразовывать. При этом как основу можно использовать существующий материал, а также использовать энергию, выделяющуюся при разрыве связей в молекулах и при преобразовании атомов. Все зависит от исходного материала. Чаще все-таки бывает слишком накладно преобразовывать одно вещество в другое».

«Ни хрена себе! Это ж какими энергиями приходится манипулировать!»

«А ты думал? Это далеко не игрушки».

Я разложил обычные струны на столе.

«Давай попробуем с преобразованием? Интересно посмотреть».

«Давай, только мне надо будет выставить структуры допконтроля и использовать немного другие механизмы для преобразования».

«Угу».

Я немного волновался. Ведь это первый раз, когда Умник служит только в качестве исполнителя – всю расчетную часть я сделал сам.

«Готов?»

«Ну давай, поехали!» – выдохнул я и провел руками над струнами, хоть этого и не требовалось – я сидел на расстоянии, с которого Умник вполне мог дотянуться. Но мне нравилась внешняя составляющая магичинья – позерство, конечно, но неинтересно же просто так сидеть и смотреть.

Прямо на глазах обычные струны стали менять свою форму, при этом шевелясь, как червяки, – некоторые утончались, некоторые утолщались, стали приобретать металлический оттенок. Из-за добавок, внесенных мною в материал, они постепенно приобрели сероватый цвет различных оттенков. Самые тонкие – слегка засеребрились, самая толстая струна получилась почти черной. Непонятно только почему. Я, правда, не отслеживал цвет, когда формировал струны, но вроде бы этого не должно было случиться. Хотя материалы для каждой струны немного различаются – возможно, это и послужило причиной такой градации, но все же, все же…

«Закрой глаза», – вдруг попросил Умник.

Я послушался. Даже сквозь закрытые веки (камеры бадди-компа я послушно прикрыл ладонью) увидел яркую вспышку.

«Что это было?»

«Тут осталась лишняя энергия, которую я не смог приткнуть в дело, пришлось ее преобразовать в свет».

«Прикольно».

Я открыл глаза. На столе лежали струны, в точности повторяющие виртуальные, за исключением цвета.

Быстренько натянув струны на инструмент, я подумал, что перед испытанием надо что-то сделать. Подумав, постучал по столу. Затем, задержав дыхание, тронул черную струну – по комнате поплыл громкий басовый звук, заполнивший все помещение. Я прикрыл глаза, чувствуя, как внутри организма что-то откликается на вибрацию. Улыбнулся. Прошелся по всем струнам и попробовал простенькую гамму. Уж на это моих знаний хватает. Результат меня восхитил. Во-первых, из-за улучшенных с помощью магии резонансных характеристик звук усилился, а во-вторых, она приглушала негармонирующие пики всего спектра излучаемого струной звука, выделяя гармонирующие. Правда, звук все равно получился не такой, как в виртуале. То есть звучит-то красиво, но играть на инструменте еще нельзя. Я в задумчивости подергал мочку уха. Наконец вспомнил, что здесь большую роль играет корпус как резонатор. Имеет значение даже то, из какого материала изготовлен корпус, каким клеем скреплен… Ну в данном случае с этим вроде все в порядке. Но надо внести поправку на резонатор.

* * *

Во дворе дома Мора в очередной раз ругалась с садовником. Этот паразит снова стащил кое-какие заговоренные хозяином ингредиенты, необходимые по хозяйству.

– Сколько раз я тебе говорила, если нужно что-то – спрашивай у мэга! И не надо тащить что попало из моей кладовки!

– Но, Мора, – смущенно стискивая руки, отвечал Вэл, – когда еще мэг освободится, а мне срочно надо было проверить, как влияют на развитие розы Эль’тор Карна высушенные и заговоренные плоды Ш’ипа в качестве подкормки!

Мора открыла было рот, чтобы вдарить по ушам садовника звуком, которым она обычно ставила на место вредных продавцов, не желающих выслушивать резоны, почему продукты должны стоить на несколько монет дешевле, как откуда-то сверху донесся глубокий басовитый звук, проникающий, казалось, до самого естества. Застыв с раскрытым ртом, она удивленно смотрела на Вэла. Тот ответил ей таким же недоуменным взглядом. Через некоторое время из окна гостя, насколько поняла Мора, донесся перебор других звуков, которые были очень приятственны, но не составляли какой-нибудь мелодии. Снова посмотрев на Вэла, безуспешно пытаясь вспомнить, что она хотела ему сказать, Мора сплюнула и ушла к себе на кухню. Ужина в этот день так и не дождались – повариха слегла с сильной головной болью.

* * *

«Умник, а на сколько хватит заложенного в струны магического заряда?» – Самому мне было лень считать.

«Сейчас посчитаем, – тут же откликнулся он. – Так, если играть, не останавливаясь, круглые сутки, то примерно на сто двадцать семь лет».

«Круто! Неужто так мало энергии тратится?» – бренча на аппарате, спросил я.

«Ага, ты молодец, нашел хорошее решение, затраты энергии минимальные».

«Ну дык, – гордо подумал я. – Правильно проведенные расчеты на компьютере – это не хухры-мухры».

Через десять минут экспериментов неожиданно разболелась голова. Причем жутко. Экспресс-вмешательство Умника уняло пики боли, стало чуть полегче, но все равно хреново. Вытерев пот со лба, я спросил:

«Что за хрень?»

«Хм… странно это», – бормотал Умник.

«Что странно?»

«Да вот, воздействие на мозг. Неужели какие-то из звуковых волн?»

«Поковыряйся в компе, посмотри медицинскую литературу, я сейчас не в состоянии». – Со стоном завалившись за кровать и засунув голову под подушку, я затих, пережидая, пока организм справится с неожиданным расстройством.

«Ух ты! – через некоторое время возник голос Умника. – Честно говоря, я и не знал, что на человека так действуют звуковые волны. Ты слушаешь?»

«Угу», – откликнулся я, вроде боль потихоньку стала отступать.

«Так вот, в зависимости от частоты, модуляции звука и еще разных параметров можно очень сильно воздействовать на работу мозга».

«Да знаю я это. Ты лучше проанализируй, что там такое генерируется, что так по мозгам бьет».

«Ага, щас… А я-то думал, зачем ты иногда слушаешь записанные звуки природы, моря, – потихоньку бормотал он. – Так. Вот, сейчас голова должна пройти. Чувствуешь?»

С удивлением, но больше с облегчением, я почувствовал, как боль утекает.

«Что ты сделал?» – Я сел на кровати и проанализировал свое состояние. Вроде все нормально, голова еще чуть-чуть кружится, но все меньше и меньше.

«Ну у меня был сделан бэкап, как ты говоришь, тысяч показателей мозга. Ты ведь давал мне команду мониторить твое состояние. Вот периодически я и снимаю данные со всего организма. А сейчас посмотрел, увидел, какие участки мозга перевозбудились, а уж воздействовать на него я хорошо научился, так что быстро их успокоил».

«Гуд, тогда давай помогу с анализом звука».

Разделив с Умником задачи, мы принялись наперегонки собирать информацию, каждый в своем виртуальном пространстве. Как ни странно, у меня это получилось быстрее. Посмотрев на то, как искал инфу Умник, я понял, что к этому делу он подходит иначе, чем я. Я формулирую проблему точнее и быстрее. Слишком часто я очеловечиваю Умника, однако иногда проскальзывает вот такое машинное его мышление.

В общем, мы нашли, в чем проблема. Раскопали, какие частоты с какими ритмами воздействуют на мозг, после этого осталось только изменить алгоритм работы наложенного на струны магоплетения.

Признаться, я долго не решался снова побренчать. Ощущения были слишком свежи. В конце концов решился, провел большим пальцем сразу по всем струнам и тут же отложил инструмент. Звучание инструмента почти не изменилось, поэтому я с содроганием ждал возможного прихода боли. Пропустив контрольный срок и ничего не почувствовав, для надежности еще минут пять бренчал. Жаль, что не умею играть… А кстати, что мне мешает научиться?

Я в нерешительности остановился у окна. Хм… А почему бы и нет, не все же время я буду заниматься магией. Так, решено!

От размышлений меня отвлекло движение за спиной. Обернувшись, увидел, что вошел Васа.

Я легонько поклонился ему.

Бегло осмотрев комнату, он остановил взгляд на инструменте в моих руках. Ну да, конечно, совсем забыл, что в доме я не один.

– Можно посмотреть? – спросил он, протянув руку к инструменту.

– Разумеется, мэг. Я тут по-своему кое с чем экспериментировал. Вот, получилось это.

Васа взял гитару в руки, пробежался пальцами по струнам и неожиданно для меня выдал небольшой проигрыш. Очень даже неплохой.

Закряхтев от чувств, переполнивших его, он улыбнулся.

– Так как ты называешь свою магию? – переспросил он.

Буквально сразу после моего возвращения от Тира у нас с магом состоялся серьезный разговор, мы попытались найти точки соприкосновения. Результатом разговора я остался доволен. Это с учетом прочитанной информации про драконью магию. Договорились с Васой мы о следующем: он, в меру своих сил и моих возможностей, учит меня управлению обычными магоэнергиями. Я, со своей стороны, попытаюсь, нет, не обучить Васу инфомагии, а дать ему материал для работы, которую он начал писать по драконьей магии.

– Инфомагия, учитель, – слегка улыбнувшись, ответил я.

– Непонятно звучит. Что означает?

– Ну так вы тоже дали странное название этой магии – магия драконов, могли бы и получше что-нибудь придумать, – подразнил его я. – Не называете же вы свою магию земли магией гномов?

– Ну, – смутился Васа, – по причине неизвестного происхождения дали то название, которое хоть как-то ее описывает.

– Ну да, – хмыкнул я, – вполне понятно.

– Ну так все же? – напомнил Васа.

– Тут все просто – информационная магия, а вообще, не пора ли нам провести наш первый урок?

Ник, Криса, Тир, Лана

В кафе

– Ого, – восхитился я, – а это что за здание?

Мы втроем: я, Лана и Тир, которого я зачем-то пригласил с нами, остановились перед огромным, ну наверное, храмом. Он был полностью из белого камня, в основном из белого мрамора, и только в куполе присутствовали вкрапления черного камня. Красиво.

Лана улыбнулась моим эмоциям, а Тир равнодушно посмотрел на здание.

– А, это, – он махнул рукой, – это храм нашего бога Интры.

– А что так невежливо? – удивился я тону его объяснения.

– А что такое?

– Разве можно так о богах говорить? А если услышит?

Тир усмехнулся:

– Уже никто и не помнит, когда Интра последний раз появлялся. Разве что в заплесневелых книгах можно найти упоминания о тех событиях.

– Да? – с сомнением произнес я. – Зачем тогда тут этот храм стоит?

– Не знаю, наверное, служители надеются когда-нибудь его дождаться. А по-моему, зачем он нам нужен? И без него неплохо справляемся.

– Ладно, хватит об этом, – схватила меня за руку Лана и потащила куда-то в сторону. – Я тут знаю одно замечательное место, где можно посидеть, пойдем.

Утаскиваемый Ланой, я напоследок оглянулся на храм. Интересно, в каких мирах сейчас бродит Интра? По привычке задал себе вопрос, знают ли боги, как добраться до моего мира? И посещают ли его?

На следующий день после посещения дома Тира я выцепил Лану и уговорил составить мне компанию в прогулке по столице. На выходе мы столкнулись с Тиром. Я совсем забыл, что он должен был прийти, поэтому пришлось взять его с собой. Это несколько испортило удовольствие от прогулки в обществе симпатичной девушки, к тому же Тир несколько неровно, как я заметил, дышит в сторону Ланы. Ну да ладно. Лошадей решили не брать, Лана отсоветовала. Хоть и придется оттоптать себе ноги, но она обещала показать такие красивые места, где лошадей некуда будет приткнуть.

За весь день мы обошли практически весь внутренний город. Любовались на фонтаны, сидели в кафешках. Хорошо хоть деньги взял с собой. Ни Лана, что естественно, об этом не подумала, ни Тир, который просто не знал, что мы пойдем гулять. Пришлось изображать из себя богатея. Впрочем, потраченные деньги составили лишь малую часть от имеющихся у меня. Посещали разные лавки, были у оружейников, мне понравились ножи и мечи. Все оружие оказалось хорошего качества, но я ничего не купил – в принципе-то все необходимое у меня имелось. Посетили тот парк, что находился рядом с гильдией магов. Быстро просканировав здание, я нашел сигнал от Васы. Хотел послушать, о чем там говорят, но, видно, попал в неудачное время – услышал только похрапывание прикорнувшего мага. Не выспался, что ли? Во дворце архимага тоже было тихо, если не считать криков повара на своего помощника, что-то там испортившего.

И наконец зашли в магазинчик, где продавались музыкальные инструменты. Вернее, это была специализированная лавка – тут продавались только бригаты (наконец-то я удосужился узнать, как называют местные гитары). Судя по загоревшимся глазам Тира, любовно поглаживающего снятую со стены модель (я заметил несколько моделей, отличающихся формой корпуса), здесь продавали качественный товар.

Откуда-то из закутка вышел пожилой гном.

– Интересуетесь бригатами? – чтобы начать разговор, спросил хозяин.

Мы вежливо с ним поздоровались.

– Да вот, проходили мимо, – смутился Тир, положив понравившуюся ему бригату обратно на полку.

Я решил взять разговор в свои руки:

– Именно интересуемся. – Я отодвинул в сторону парня. – Нам бы посмотреть на лучшие образцы вашего мастерства, а то прямо глаза разбегаются.

Гном усмехнулся:

– Все, что я делаю, я делаю на совесть. То, что вы видите, ничем не отличается от остальных моих изделий. Различия могут быть только в звучании, но это каждый музыкант подбирает под себя, кому что больше нравится.

– Понятно, – ответил я. – Что скажешь, Тир, какой инструмент тут, по твоим ощущениям, лучший?

Уйдя из магазина и как партизан храня молчание на вопросы, зачем мне понадобился инструмент, я отправился в сторону дома. Благо теперь заплутать в городе мне не грозило – все время, что мы гуляли, бадди-комп исправно составлял трехмерную карту.

Напоследок мы зашли в очередную кафешку, кстати, у них они называются чифами – по названию самого распространенного безалкогольного напитка, предлагаемого в заведениях такого типа. Она располагалась недалеко от покинутого нами магазина, а нам захотелось дать отдохнуть натруженным за день ногам. За два столика от нас пристроился соглядатай. Как ни странно, но вычислить пасущих меня шпиков оказалось не просто, а очень просто. Я просто написал очередной плагинчик к радару, который постоянно отслеживал перемещения живых существ вокруг меня в пределах пары кварталов (на большее расстояние не имело смысла) и вел статистику по количеству появлений уникальных информструктур в указанном пространстве или их постоянному нахождению в этом диапазоне. Сделать это мне пришло в голову после прослушанного разговора Васы с архимагом – ну не мог архимаг оставить ситуацию без присмотра! Я даже возгордился, когда понял, что меня сопровождают аж четверо шпиков. Правда, вживую в лицо одного из шпиков я увидел только сейчас. Некоторое удивление во мне вызвало то, что этим шпиком оказалась весьма симпатичная и стройная девушка. Я давно заметил, что женщины гномов отличаются по своему строению от мужчин. Если особи мужского пола практически все коренасты, или, как говорится, широки в кости, то женщины, кроме малого роста, ничем не отличались от женщин из расы людей. Ну вернее, от женщин моего мира, местных-то женщин-людей я не видел. Единственное, что выделяло шпионку из остальных посетителей, – недовольное выражение лица.

Криса

У Крисы сегодня было отвратительное настроение. Не так она представляла себе практику. Вообще-то мэг Вордт, ее наставник, вполне определенно высказался, что по окончании обучения ее ждут хорошие рекомендации для поступления в магическую академию людей в городе Мерде. Однако вдруг оказалось, что необходимо пройти еще какую-то практику. Скукота полная – нужно всего лишь понаблюдать за одним приезжим. Интересно, и зачем за ним наблюдать, если он живет в доме у известного мэга Васы? И почему для этого нужно привлекать магичку? Впрочем, это не особо ее интересовало, вначале вызвало некоторое недоумение, а потом уже стало все равно. Немного насторожили невнятные намеки на возможное расширение полномочий. Но эти намеки она благополучно пропустила мимо ушей, расстроенная перспективой потратить неопределенное время на бесполезное, с ее точки зрения, занятие. У нее даже не возникло вопроса, почему именно ее взяли для этого задания. Просто она лучшая. Лучшая среди учеников Вордта. Особенно в «скрыте» – разделе магии, посвященном отводу глаз, магическому сокрытию больших групп людей, а также неодушевленных предметов. Вообще, данный раздел относится к боевой магии, к которому Криса не имела никакого отношения, просто он преподавался Вордтом факультативно, а у нее оказались хорошие способности к этому.

И вот уже второй день она с помощниками, сменяющими друг друга, сопровождает приезжего. И почему ей не выдали сменщика? Именно это ее раздражало больше всего. Однако учитель только бормотал что-то невнятное, делая вид, что занят. Это тоже раздражало. Так учитель ведет себя, когда ему нечего сказать или он чувствует свою неправоту.

И какого демона тебя занесло к нам? Криса подняла взгляд на объект – высокого парня, который сидел со своими друзьями через несколько столиков. Устав бродить за ним, как пришитый хвостик, она, наплевав на конспирацию, зашла в ту же чифу, заказала кружку напитка, навесила на себя легкий полог невидимости, достаточный, чтобы на нее не обращали пристального внимания, и мрачно уставилась на веселящуюся компанию.

Ник

Я с удовольствием смотрел, как смеются Тир и Лана. Странно, но немного переделанные, чтобы соответствовать месту, «бородатые» анекдоты очень хорошо пошли. Если дело обстоит таким образом, то я вполне могу издать свою книгу анекдотов, просто перепечатав ее из своих запасов. Вот такой Тир мне больше нравится. Нормальный веселый парень, а то ходило такое скуксившееся чудо, аж скулы сводило от его вида. А уж как Лана смеется – так и хочется слушать и слушать этот колокольчик.

– И все-таки, – вернулся к предыдущей теме Тир, – зачем тебе бригата? Да еще такая дорогая – ты же вроде говорил, что не умеешь играть? Или решил научиться?

Я вздохнул. Вот неугомонный! А бригата действительно оказалась дорогой. Даже излишне дорогой – аж половина золотого! Данное обстоятельство не отвратило меня от покупки только из-за того, что, я надеялся, откровенное гуано не будет столько стоить.

А, ладно!

– Понимаешь, Тир, – ответил я, – я хотел сделать тебе персональный подарок на твой день рождения, только дома. Но раз ты такой неугомонный, дарю тебе сейчас. – Я взял бригату, поставленную к стенке, вынул ее из футляра. Красивая, зараза. Люблю вещи, сделанные с любовью. А тот мастер показался мне именно таким. Я провел пальцами по струнам и невольно поморщился – после экспериментов с моими струнами звук был явно не тот. – Возьми. – Я протянул бригату Тиру.

Лана радостно захлопала в ладоши.

– Сыграй нам, Тир, – попросила она его, скорчив умильную мордашку, – ну пожа-а-алуйста!

Тир недовольно посмотрел на меня, не делая попытки взять инструмент:

– Во-первых, день рождения у меня только через полгода, а во-вторых, ты уже в курсе, я больше не играю.

Лана удивленно переводила взгляд с меня на Тира. Я ухмыльнулся и подмигнул ей.

– Бери, бери. И сыграй нам. Если мне понравится, сделаю тебе еще один подарок. Ручаюсь, после него все свои мысли о незавидной участи в области музыки смело сможешь выбросить на свалку.

Тир недоверчиво посмотрел на меня и перевел взгляд на Лану. Та, не понимая, о чем идет речь, но чувствуя, что происходит что-то интересное, ободряюще кивнула ему.

Тир неуверенно взял инструмент, медленно провел рукой, повторяя его контуры. Затем тронул струны, прислушиваясь к звукам. Некоторые из них подтянул. Снова проверил. Затем замер в раздумье, уставившись куда-то вдаль.

– Ну давай, – первой не выдержала Лана, – не томи.

Тир глубоко вздохнул и с хмурым выражением лица начал играть. Петь он не стал, просто выводил красивую мелодию. Зря я думал, что играет он не очень. Это действительно было красиво. Когда Тир закончил играть, раздались редкие хлопки – некоторые из посетителей оценили игру парня. Однако Тир все так же хмуро положил инструмент на стол и сказал:

– Доволен?

Я кивнул. Да, парень заслужил мой подарок. Не хотелось бы отдавать его в посредственные руки. Хотя о чем речь! Я ведь все равно готовил струны для Тира.

Выложив перед ним подарок, который я по наитию сегодня захватил с собой, сказал:

– Попробуй сыграть на этих струнах.

Нет, я не по наитию их взял, просто по-детски не хотел расставаться с тем, что сделал практически своими руками. Я грустно смотрел на руки Тира, настраивающего бригату. А, ладно, еще сделаю.

То, что случилось дальше, превзошло мои ожидания. Тир сначала дернулся и замер, как только взял первый аккорд. Затем быстро пробежался по струнам, подстраивая некоторые из них. И сыграл ту же мелодию. Что я могу сказать? Небо и земля! Да и мое бренчание не шло ни в какое сравнение с тем, что выдал Тир.

В кафе установилась тишина. Мощные и глубокие звуки бригаты, от которых вибрировала диафрагма слушающего, а может и поджелудочная, заставили замолчать гомон, обычный в заведениях общепита. Гномы, проходящие мимо, останавливались, заслушавшись. Среди них я заметил мастера, продавшего нам бригату. Ошеломленное выражение его лица послужило мне компенсацией за те отрицательные чувства, которые я испытал, услышав, сколько стоит инструмент.

Криса

Криса застыла с недонесенной до рта кружкой. Друг объекта наблюдения стал играть. Но как играть! В первый раз Криса оценила его игру как неплохую. Но сейчас, когда наблюдаемый передал товарищу другие струны (Криса сумела рассмотреть их), его игра просто заставила ее замереть. Справившись со ступором, Криса прищурила глаза и пригляделась к инструменту. Она была готова отдать последний золотой, что без магии тут не обошлось, однако ничего такого девушка не заметила. Надо будет отразить в отчете. Единственное, что от нее потребовали неукоснительно соблюдать, – писать в отчете все странности, происходящие вокруг объекта наблюдения.

Судорожно вздохнув, девушка прикрыла глаза и стала наслаждаться музыкой.

Ник

Я сидел, откинувшись на спинку стула, и, прикрыв глаза, наблюдал за гномами, используя внешние камеры бадди-компа. Все стояли и сидели в тех положениях, в которых их застала музыка. Я посмотрел на шпика. Она тоже сидела замерев. Ха, кружку хоть опусти, дура! Не позорь высокое звание шпиёна! Где же твое стальное сердце, хладный разум и невозмутимость?

Тут я заметил, что Тир уже играет что-то другое. Не сразу, но узнал мелодию. Честно говоря, не ожидал. Не знал, что музыку Морриконе можно исполнять на одной гитаре. Там ведь в основном духовые инструменты. Но, надо сказать, Тиру удавалось. И еще: парень просто рожден для игры, ведь только хорошие музыканты могут воспроизвести мелодию, которую слышали раз в жизни. Нет, ему никакой мастер-класс игры на гитаре не нужен.

Тем временем отзвучал последний аккорд. Сам Тир, видимо, тоже попал под свое же исполнение. Он сидел с закрытыми глазами. Лана задумчиво крутила маленькую ложечку в руках. Наконец все задвигались, в этот раз гром аплодисментов не шел ни в какое сравнение с теми хлопками, что прозвучали после первого исполнения. Я мог быть доволен собой.

К нам подошел мастер, продавший инструмент:

– Позвольте представиться. Меня зовут мастер Рем. Честно говоря, не ожидал, что на инструментах, которые я делаю, можно так играть. Позвольте выразить вам свое восхищение и вернуть деньги, заплаченные вами за бригату. Порадовали старика, спасибо.

Мастер поклонился и начал отсчитывать деньги. Я перехватил его руку:

– Не надо, мастер. Нам приятно, что вам понравилось. Пусть эти деньги остаются у вас в знак нашего восхищения перед вашим мастерством.

Гном хитро улыбнулся:

– Я прекрасно вижу, что струны на инструменте не мои. Если вам не покажется нескромным мое предложение, то мы могли бы обговорить некоторые возможные перспективы взаимного сотрудничества. Я ни на чем не настаиваю. Однако, где меня найти, вы знаете.

Высказавшись так витиевато, старичок удалился.

Мы удивленно переглянулись. Лана захихикала и пихнула меня в бок:

– Можешь заработать, если у тебя еще есть такие струны.

– Струны что, главное – исполнение, – сказал я.

Тут глаза Тира прояснились, и он отреагировал:

– Нет, ты неправ. Спасибо. Это роскошный подарок.

Я хлопнул его по плечу:

– Все, хана развлекаться, пора по домам.

К нам подошел хозяин заведения:

– Прошу прощения, господа. Не могли бы мы с вами переговорить?

Я с улыбкой посмотрел на Тира. Совершенно ясно, что хозяину нужно.

– Ты как, есть желание подзаработать? – спросил я Тира.

Тот задумался, а хозяин удивился, что его слова сразу интерпретировали таким образом.

– Почему бы и нет? – наконец улыбнулся Тир.

– Ладно, ты оставайся, а мы с Ланой пойдем. Смотри только, на меньшее, чем золотой в неделю, не соглашайся, – прошептал я ему на ухо.

Криса

Криса, ругаясь на свою судьбу, поплелась за поднадзорными. После чифы она ничего не хотела делать. Хотелось пойти куда-нибудь за город и посидеть на берегу озера, на душе было тяжело. Хорошо хоть место для проживания нашли нормальное, прямо напротив дома поднадзорного. Криса не знала, что пообещали хозяевам, но дом подготовили быстро. Она призналась себе, что жить в нем ей очень нравится. Жаль, что не светит в ближайшем будущем заработать на такой же. И тем не менее. Только второй день прошел, а ей уже все надоело по самые уши. Ежеминутно дергаться, проверять магическую сеть, сплетенную вокруг дома мэга Васы, чтобы не упустить объект наблюдения. Посреди ночи вскакивать от срабатывания сети – ее пока не удалось настроить исключительно на объект. Весь день, вроде сегодняшнего, таскаться за ним. Был бы он домоседом, еще ладно, но за прошедшие два дня за ним такого не наблюдалось. Сегодня был единственный приятный момент – игра того парня. Надо не забыть затребовать отчет о всех знакомствах поднадзорного.

Наконец-то добрались. Проконтролировав, что объект вошел в дом, Криса со вздохом облегчения отправилась в свое временное пристанище. На сегодня, как она надеялась, на ее долю событий достаточно. Пусть остальные сотрудники работают.

Ник

Развернув на голове повязку, чтобы камеры смотрели назад, я наблюдал за девушкой, грустно плетущейся за нами и совсем потерявшей нюх, раз подошла к нам так близко. Остальных сопровождающих визуально я не отслеживал. Странно как-то. Эта девушка поселилась в доме напротив два дня назад. Еще там крутилась тройка шпиков, но они сменялись через половину суток. Итого было задействовано семь гномов. И только девушка, которую я сегодня увидел, постоянно находилась «при мне». Непонятный у них график. Почему ее-то не сменяют? Мне даже стало ее жалко. Пожав плечами, я отправился вслед за Ланой.

* * *

Однажды, сидя в библиотеке, я наконец-то решил поискать информацию о геополитическом устройстве местного мира и в очередной раз недовольно окинул взглядом книжные ряды. Первый восторг от размеров библиотеки быстро прошел. Найти тут что-то конкретное оказалось просто нереальным. Во-первых, на корешках книг не было никаких надписей. Во-вторых, отсутствовал какой-либо реестр. Как-то я спросил у Васы, как он ищет тут нужный том. Он наигранно удивился вопросу и сказал, что помнит наизусть, где какая книга лежит. Ну а мне-то что делать? Васа предложил спрашивать у него. Но в его глазах я заметил искорки веселья. Может, поэтому он не возражал против моего «ковыряния» в библиотеке?

Честно говоря, такая позиция мэга меня разозлила. Ведь договорились же о сотрудничестве! Дело в том, что, когда мы с ним занимались, до книг дело не доходило, а в другое время Васа где-то пропадал. На мои вопросы, почему он не дает мне читать теорию, Васа отмахивался и говорил, что теоретических знаний у меня хватает, а вот практики явно недостаточно. Только по прошествии времени и прочтении многих книг я понял, почему это так. Оказалось, что самый большой пласт теории по магии, если не брать в расчет специфические разделы, как, например, целительство, является обычным засиранием мозгов. Это история, какие-то рассуждения о принципах магии, откровенная лажа и прочее. У гномов нет такого понятия, как «наука о магии». Все зависит от конкретных способностей ученика и учителя. Нет единой методологии обучения. Насколько я понял, некоторые попытки создать что-то вроде школ или академий у гномов были, но все сводилось опять-таки к работе учитель – ученик, так как у каждого ученика были свои способности, а вбивать в него что-то, к чему у него нет способностей, – пустая трата времени. Поэтому у гномов продолжало действовать наставничество. Все маги выше четвертой ступени (вернее, от первой до четвертой) должны были набирать учеников, которых распределяла между ними гильдия магов. Распределение, естественно, идет в зависимости от способностей ученика и аспектов магии учителя. Часто бывает так, что, отучившись у одного мага, ученик переходит к другому, если у него есть задатки в той области, в которой специализируется следующий учитель. И случается, что некоторых учеников отправляют в людские академии для продолжения учебы, если у самих гномов по каким-то причинам нет подходящего мага-учителя. Для этого есть договоренность на высшем уровне между государствами людей и гномов. Взаимовыгодная договоренность. Люди получают гномьи товары на льготных условиях, гномы – магов с максимально развитыми способностями.

Вот такие пироги с котятами. И все равно что-то Васа мутит. Должны же быть книги именно по тем дисциплинам, которые ученик изучает? Практика практикой, но, по-моему, не каждый учитель может объяснить ученику в понятных терминах то, что надо делать. В моем мире учителя нужны, только чтобы в нужную сторону вправить мозги ученику, дать направление развития, чтобы не захлебнулся в море информации, да принять экзамены. Остальное практически все изучается по книгам да на виртуальных занятиях, где уже виртуальные учителя проводят занятия, мало чем отличающиеся от реальных.

Я вспомнил свою жизнь дома. А ведь действительно, у нас достаточно зарегистрироваться в институте – и можно проходить практически все обучение виртуально. Правда, я частенько ходил ножками в институт, но на то у меня были свои причины.

Я встряхнул головой. Нет, так дело не пойдет. Меня не устраивает подход Васы. Что-то тут неправильно.

* * *

В конце концов вопрос с библиотекой решился. После долгих экспериментов удалось распотрошить информструктуру книги и построить алгоритм вытаскивания из нее информации. Даже для Умника это оказалось нелегкой задачей. Условно разбивать общую информструктуру на блоки (листы), оттуда выцеплять буквы и картинки. Изнутри-то все это выглядит иначе. Потом полученную информацию в виде текста с картинками Умник пересылал на субноут для перевода и индексации. К сожалению, автоматический перевод, несмотря на неплохие алгоритмы и большую базу данных, не гарантировал точности. Но все же субноут неплохо справлялся, достаточно близко к оригиналу. Поэтому я поступил просто: запрограммировал субноут автоматически переводить поступающие данные, как получится, но между оригинальным текстом и переводом устанавливать жесткие ссылки-связи. Таким образом решалась проблема поиска информации. Надо просто поискать инфу в переводе, хотя бы примерно, а уже по найденному тексту, при наличии непоняток, можно перейти на гномьи тексты и читать в оригинале.

Но первая радость омрачилась двумя обстоятельствами. Во-первых, чуть ли не для каждой книги Умнику приходилось заново разбираться в ее информструктуре – единого стандарта при их производстве у гномов не существует, и даже просто другой шрифт ломал весь алгоритм. Во-вторых, скорость скана и разбора структуры Умником оказалась низкой, и для его работы мне или постоянно нужно было таскать сканируемую книгу с собой, или находиться в библиотеке. В зависимости от сложности на книгу у Умника уходило от часа до пяти. Вот и пришлось мне бóльшую часть времени тусоваться в библиотеке или перетаскивать стопку книг на ночь в свою комнату.

* * *

А еще мне понравилось издеваться над моими надзирателями. В том, что за мной надзирают, сомнений не было.

Проснувшись как-то утром (как всегда, затемно), я решил попробовать побегать и разведать, как тут отреагируют на мои пробежки. Неплохое дополнение к обычным тренировкам.

Я выпрыгнул в окно и потихоньку, контролируя магическим зрением защиту дома, просочился сквозь нее. Мне все лучше и с большими подробностями удавалось наблюдать, что делает Умник. Однажды, надеюсь, я смогу проделывать такие штучки самостоятельно.

Оказавшись на улице, внимательно присмотрелся к дому напротив. Отметки наблюдателей не шевелились. Спят, что ли? Вот негодники! А если я сейчас просто уйду?

Подойдя к ограде того дома, я с помощью датчиков бадди-компа определил, что да, спят. Хмыкнув, огляделся. И только тут заметил нечто удивительное. Мне даже показалось, что я сплю. Вдоль дома Васы и заворачивая за угол, на уровне земли шел тонкий луч лазера, зигзагом доходя до противоположных домов, где он как бы отражался и возвращался обратно, таким образом перекрывая достаточно большой кусок вокруг дома по периметру. По счастливой случайности я не вляпался в эту сеть. Только через пару мгновений сообразил: это бадди-комп подсвечивает то, что я подсознательно срисовал. Все-таки поставили сигналку. А лучик-то какой тонкий! Я снова переключился на магическое зрение – в фоновом излучении этой местности тоненькой энергетической нити почти не было видно. Гуд. Вот еще одно достоинство бадди-компа – нить я все-таки ощутил, комп ухватил это, а засветку от фонового излучения отфильтровал. Я вспомнил, что такую выборочную фильтрацию бадди-комп стал делать сразу, очевидно «понимая», что это ненужная информации. Ну ладно.

Я подошел поближе и ногой перечеркнул линию. Затем стал с интересом наблюдать реакцию наблюдателей, не забыв подключиться к ним, чтобы послушать, как они будут меня склонять. А может, и узнать пару новых словесных оборотов, выражающих восторг от ночного пробуждения.

Глава 12

Сидя на восточной стене, окружавшей город, я, в ожидании рассвета, отдыхал после быстрой пробежки. Метрах в десяти от меня, притаившись, сидела девушка. Я специально выбирал места тренировок таким образом, чтобы единственное место, где можно было бы тихо посидеть, было недалеко от меня. А так как после пробежки я довольно долго медитировал или тренировался, то девушке волей-неволей приходилось потихоньку подбираться к выбранному мною месту, чтобы дать отдых ногам.

Как я понял из подслушанных разговоров, ее звали Криса. И я только-только начал подходить к расшифровке поля, окутывающего ее. Заметив эффект от этого поля в первый раз, был просто поражен. Представьте: есть засветка на радаре, что рядом находится человек, ну… гном, смóтрите на это место – там никого нет. А вот через объективы бадди-компа все прекрасно видно. Если приглядеться без участия бадди-компа – что-то такое там мнилось. Но смотреть в ту сторону совсем не хотелось. Интересный эффект.

* * *

«Ха, если б я еще знал! – была первая реакция Умника на вопрос. – А вообще похоже на какое-то воздействие на твое ментальное тело. Что-то такое я чувствую».

«Угу, – глубокомысленно покивал я, – теперь еще и ментальное тело. Не многовато ли сущностей?»

«Ну как получается. Помнишь наш разговор о многослойности ауры? Так вот, ментальное тело – одна из ее составляющих. Оно связано с мышлением. Кстати, именно взаимодействуя с ним, я могу полноценно сканировать мозг».

«Хм… А зачем тогда тебе вообще браслет нужен?»

«Ну… как тебе сказать, – замялся Умник. – Вообще-то в браслете находятся мощные специализированные процессоры, заточенные под это дело. Без них мне было бы во много раз сложнее проводить скан. Ну и еще там куча функций полезных есть, например анализаторы и излучатели разного рода полей. И без него я бы не смог связываться с бадди-компом».

«Ага, – сообразил я, – так вот почему скан мозга и обработка данных у тебя занимает чуть ли не минуту, а с каким-то паршивым сканом книг ты тормозишь?»

Умник обиженно промолчал.

«Ну ладно, не дуйся. – Я задумчиво потер лоб. – Так я не понял, это не магия, что ли?»

«Скорее всего, природные способности, усиленные магией. Вот если бы девушка побыла рядом некоторое время, сказал бы точно». – В голосе Умника я явно почувствовал ехидство.

«Да уж, – не обращая на это внимания, ответил я, – мне бы тоже не помешала такая хрень. Ладно, ее присутствие рядом я постараюсь обеспечить. Интересно, а имеет это что-то общее с тем пологом невидимости, который формировал Васа?»

«Скорее всего, ему удалось реализовать с помощью обычной магии некоторое подобие, но, насколько я понимаю, в данном случае качество полога намного выше. Я бы сказал – на порядок».

«Кстати, – мне в голову пришла мысль, – раз уж ты находишься в контакте с моим ментальным телом, ты можешь как-то убрать этот эффект? То есть нейтрализовать такое воздействие на меня?»

«Думаю, да. Но сначала организуй присутствие девушки рядом. Надо исследовать. Тогда можно будет пошаманить над твоей аурой, внедрить туда кое-какие информструктуры, и даже без моего вмешательства на тебя нельзя будет воздействовать подобным образом».

«Гуд», – восхитился я и стал прикидывать разные варианты, как сделать так, чтобы девушка почаще оказывалась рядом со мной.

* * *

Больше трех недель я наблюдал за Крисой. Честно говоря, был поражен ее упорством и выдержкой. И я беспрепятственно подслушивал, о чем говорят наблюдатели, благо живут через дорогу, да еще стараются держаться поближе ко мне. Так вот, я понял, что наблюдение – дело рук архимага, наблюдатели приставлены следить и подробно описывать все, что происходит со мной и вокруг меня. Я получал истинное наслаждение, слушая вечерами, как Криса ругается. Не знаю, где она этому научилась, но, составляя очередной отчет, ругалась виртуозно. Она не имела права покидать меня более чем на время, необходимое, чтобы перекусить, ополоснуться да сходить в туалет. У меня даже возникло ощущение, что ее за что-то наказали. Так вот, видно, в своем отчете Криса написала что-то неприятное для вышестоящих начальников, потому как на следующий день к ней пришел ее учитель, в разговоре с которым и выплыла информация о том, что всем рулит архимаг.

* * *

Я снова посмотрел на изображение Крисы, выведенное компом. Так как я не хотел, чтобы она поняла, что я ее вижу, а наблюдать хотелось, пришлось переместить одну камеру назад – возможностей видеообработки стало меньше, но зато в обзор кроме передней полусферы, градусов на сто двадцать, теперь попадала такая же полусфера сзади.

Девушка уже отдышалась и задумчиво смотрела на горизонт, иногда бросая на меня быстрые взгляды. А как она двигалась! Несмотря на ночную тишину, когда, казалось, можно услышать звук от упавшей на камни иголки, я не мог на слух определить, находится ли она рядом. Изумительная выдержка, тренированность и гибкость дикой кошки!

Вспомнив первую ночь, когда я начал свой марафон издевательств над наблюдателями, я не удержался и усмехнулся. Криса подозрительно на меня глянула.

* * *

С того момента, как я вышел из дома, и до того, как одна из точек резко задвигалась и остановилась около окна, прошла буквально пара секунд. Бадди-комп позволил мне разглядеть женский силуэт. Я стоял, делая вид, что раздумываю, куда бы податься.

Поняв, что меня заметили, я потихоньку двинулся в восточную сторону города.

– Ах ты, кровавый выпердыш! – наконец раздался мелодичный, но крайне раздраженный голос девушки. А я от такого эпитета споткнулся и чуть не растянулся.

«Вот ведьма! – Я рассердился. – Сама ты…» – И увеличил скорость.

Через некоторое время заметил, что меня стали догонять. Однако, быстренько собрались! Заметив впереди засветку из трех гномов, я кое-что придумал. Насколько я помнил, по ночам в городе патрулируют стражники, и именно по трое. Надеюсь, в данном случае эти сигналы показывают действительно стражников. Тем временем преследователи разделились. Непосредственно за мной следовала девушка, остальные распределились по параллельным улицам. Судя по непрекратившимся переговорам, они использовали какой-то тип связи друг с другом. Причем все это происходило в полной тишине. Я слышал только свои шаги. Если бы не бадди-комп, можно было бы подумать, что все тихо и спокойно.

Тем временем я бежал, иногда резко сворачивая в переулки, чтобы проверить, как у них построена схема преследования. От этого ничего не менялось – девушка «висела на моем хвосте», корректируя движение своих помощников, остальные повторяли выполняемые мною повороты, все так же перекрывая параллельные улицы. Иногда таких повторов не было, и тогда меня перехватывал бегущий по этой улице наблюдатель. Иногда я будто бы просто так оборачивался и замечал преследователей. Несмотря на скрывающую их темноту, они все равно были очень осторожны – возможно, на всякий случай, предполагая, что я могу магически видеть в темноте. Как я узнал, способностью видеть в темноте обладают если и не все маги, то многие. А еще есть амулеты, способствующие ночному видению простых граждан. Но они достаточно дорогие.

Освещенные фонарями участки я избегал. Это было легко – ближе к утру многие фонари потухли. «И здесь безалаберность», – еще подумал я.

А патрулей в городе было достаточно много. Мне не составляло труда избегать их, а вот преследователи иногда вынуждены были притормаживать, чтобы не попасться. Так вот, бегая и наблюдая за всеми перемещениями преследователей, а также отслеживая местоположение стражников, я строил свое перемещение таким способом, чтобы крайние преследователи выскакивали прямо на стражников. По логике вещей, у моих сопровождающих должно было быть какое-то подтверждение их обязанностей, эдакий аналог удостоверения тайного агента, типа бляхи какой-нибудь. Однако, к счастью, они не были настолько предусмотрительны, или им не положено было раскрываться перед стражниками, а может, местные и вообще до этого не дошли, потому как засветка надолго застревала рядом со стражниками, а я становился свидетелем очередного занимательного разбирательства.

Удивительно, но таким образом мне удалось избавиться от всех преследователей, кроме девушки. Мне повезло, что именно она бегала за мной. И, что еще более удивительно, этот фокус я проделывал в течение недели, и у меня всегда получалось. Конечно, времени такие пробежки занимали много, пару раз даже пришлось бегать около двух часов. Но преследователи оказались хорошо подготовленными – не отставали, даже девушка. Самое прикольное было, когда получалось так, что преследователи наталкивались на тот же самый патруль, что и в предыдущий раз. И хоть накануне ребят отпускали или выпускали (уж не знаю – не следил), их снова прихватывали, невзирая на все оправдания. Еще поражало, что, по логике, стражники должны ходить громко, распугивая возможных нарушителей, – кто же хочет гоняться за ними ночью? Подключившись к одному из патрулей, я понял, что это не испорченные «менты», а добросовестно делающие свое дело стражники. Во время патрулирования их практически не было слышно, а пойманный нарушитель вызывал у них восторг – и скука развеяна, и есть возможность вернуться в караулку, хлебнуть чего-нибудь горячительного. Хотя черт их знает, возможно, такое отношение к службе только во внутреннем городе.

Все это меня забавляло. По моим ощущениям, я вполне мог от них оторваться. Знаете, как бывает, – ты просто чувствуешь, что если захочешь, то спокойно можешь прыгнуть на определенную дистанцию, или если бросишь камень, то точно знаешь, что попадешь в цель. Наверное, это сродни предчувствию, а может, это полная уверенность в своих силах. Так и тут: я просто чувствовал, что в беге смогу развить скорость, сопоставимую с той, что у меня получилась в эльфийском лесу. Но мне не хотелось демонстрировать свои возможности преследователям, да и неплохая тренировка получалась, особенно с использованием элементов паркура.

Уже на третий день мне наскучило во время пробежки напрягать мозги, все время пытаясь рассчитать свое передвижение таким образом, чтобы загонять преследователей в лапы стражников. Поэтому я засел за комп и применил все свои знания и способности, чтобы переложить эту часть работы на своего электронного помощника. Задача на первый взгляд казалась простой – нахождение оптимального пути среди трехмерной модели города, к этому моменту уже построенной, не зря же я облазил почти весь внутренний город и часть внешнего. Наличие таких алгоритмов в бадди-компах является обязательным. Однако все это осложнялось дополнительными ограничительными условиями – передвижными препятствиями (стражниками) и необходимостью сталкивать своих преследователей с этими препятствиями. Мне не хотелось слишком углубляться в разработку оптимальной программы, на которую можно потратить много времени, голова была забита совсем другим. Поэтому я выбрал самое быстрое по написанию решение, но, по прикидкам, более ресурсоемкое по обучению и по загрузке компа – использовать пресловутые нейронные сети плюс еще кое-какой анализ. У них есть определенное достоинство – обучаемость. При правильно заданных граничных условиях работы и наличии достаточного для обучения времени их результативность многократно превышает другие «статичные» алгоритмы расчетов. К тому же сделал программу, запустил на обучение – и занимайся своими делами.

И тем не менее обучение нейросети двигалось медленно – слишком много динамически меняющихся параметров, пока я не сообразил сгрузить все это на удаленный субноут. Дело пошло веселее. Через пару суток я уже проверил работу программы в действии, и результат частично оправдал мои ожидания. Виртуальность, конечно, хорошая штука, но такие вещи лучше проверять на практике, и я не был уверен на все сто процентов, что проверка сразу даст положительные результаты. Поначалу были и накладки. Но вскоре все стабилизировалось. А комп, кроме того, продолжал обучаться уже на реальных данных, ведь реальность иногда даже более непредсказуема, чем фантазия человека. С этим утверждением можно поспорить, но я не буду этого делать. В постоянных спорах с самим собой и до шизофрении дойти недолго.

Тем не менее все эти игры сбивали график моих тренировок с оружием. Если сначала тренироваться дома, то из-за беготни я не успевал избавиться от сопровождения до наступления рассвета, даже с учетом возможностей компа, и тогда приходилось мириться с их присутствием. Поэтому я сразу начинал с пробежки, а потом уже в тихом уголке, или на той же стене, или в каком-нибудь парке устраивал тренировки. Правда, пришлось брать с собой свое оружие, рискуя нарваться на какого-нибудь любопытного, но мне все это нравилось. И нравилось красоваться перед девушкой, махая шестом или мечом. Она внимательно и явно со знанием дела смотрела на все, что я вытворяю. Иногда на ее лице мелькали тени каких-то мыслей, или она морщилась, когда я делал что-то не так. Короче, сопереживала.

Васа как-то прознал про мои ночные прогулки.

– Зачем ты это делаешь?

– А что? Мне нравится, да и, признаться, уже просто не могу без физических нагрузок.

– Ты хоть меч свой не бери, – с некоторыми признаками неудовольствия ответил Васа.

– Почему? – удивился я и вытащил меч из ножен, рассматривая его.

– Во-первых, меч у тебя типично эльфийский. Не спутаешь. Довольно редко случается, чтобы люди владели эльфийскими клинками. Во-вторых, могут заметить клеймо, сам понимаешь, к чему это может привести…

Я покивал.

– А если клеймо будет стоять другое?

– Вот как? И какое же?

– Мое собственное, – улыбнулся я.

Васа хмыкнул:

– Вообще это некрасиво. Клеймо – подпись мастера, сделавшего меч, ну или, как в данном случае, принадлежность кому-либо. В первом случае я бы не советовал менять клеймо, однако в твоем, думаю, хуже уже не будет.

– А почему некрасиво? Что может произойти?

Васа пожал плечами:

– Узнают – ославят. Вроде как чужую славу мастера решил себе присвоить.

Странно это. Ну да ладно.

Я долго думал, что бы такое сотворить. Просто так заменить клеймо неинтересно. В конце концов нужно же использовать свою фантазию и возможности Умника? И еще, насчет типичности для эльфийских клинков. Менять форму мне не хотелось бы – привык уже. А что, может, отвлечь внимание от формы меча?

Почесав свою репу, подумал. А почему бы и нет? С помощью Умника придал мечу иссиня-черный цвет. Посмотрел со стороны. Совершенно другой эффект. Вроде бы тот же самый меч, однако то, что это эльфийский клинок, уже не бросается в глаза. В принципе и клеймо практически не видно, только если приглядеться с близкого расстояния. Но раз уж начал дело, надо довести до конца. Как бы и тут выпендриться?

Я в задумчивости походил по комнате. Было бы круто и красиво посадить вместо клейма голограмму, но это не так-то просто сделать. Хотя… Ведь можно добиться эффекта игры света. Надо просто сделать такое покрытие, на котором будет происходить интерференция света. С такими мыслями я засел за поиск нужной информации. Один из найденных вариантов мне понравился своей относительной простотой.

Достаточно прорисовать рисунок насечками микронного размера, чтобы механизм заработал. Так и получилось. Старое клеймо я удалять не стал, только замаскировал его тонким слоем металла – вдруг еще понадобится, – а поверх нанес свой рисунок. На темном фоне всеми цветами радуги заиграл раскрывший крылья орел, в своих лапах держащий меч. Получилось тускловато, и, чтобы разглядеть все, надо присмотреться, но это и хорошо.

«Слушай, Ник, а насечки загрязняться не будут? Мне кажется, от этого весь эффект пропадет».

Я хлопнул себя по лбу:

«Ты гений, Умник! Действительно, достаточно попасть в насечки грязи или пыли, а она есть везде, и все… Хана красоте! М-да… Есть предложения?»

Мы помолчали.

«Значит, нет. Ладно, – вздохнул я, – давай вместе думать. Нам надо, чтобы на рисунок попадал свет. И в то же время желательно чем-то все это прикрыть. Какое может быть прозрачное и достаточно крепкое покрытие, а? Стекло? Алмаз? Нет, они хрупкие. При первом же ударе раскрошатся…»

«Слушай, Ник. А почему бы и нет?»

«А?» – Я выплыл из глубокой задумчивости.

«Ну смотри. Допустим, это будет алмаз. Покрываем им поверхность, магически укрепляем – и все!»

«М-да? – с сомнением протянул я. – А как ты будешь покрывать алмазной пленкой поверхность? Это ведь должна быть пленка с заполнением микротрещин, а алмазу вроде как такую форму не придашь… Или я ошибаюсь?»

«Ну сложности есть, конечно, однако можно попробовать все сделать проще. Совместить химию и магию. По сути, нам надо, только чтобы в трещины ничего не попадало. Вот. А ты возьми и замажь их, например, углем. Ненужное я уберу, а атомы углерода соберу в кристаллическую решетку алмаза, да еще и обеспечу хорошее сцепление атомов углерода и железа. Просто организую им взаимное проникновение. Если что, создам недостающее с помощью инфомагии. Ну а потом, как и раньше, наложу на все это укрепляющую информструктуру, которая, кроме всего прочего, не позволит атомам углерода и железа взаимодействовать. Что скажешь?»

Я только покачал головой. Сейчас был один из редких случаев, когда Умник сам предложил решение проблемы. Обычно на это его приходилось наталкивать.

«Ну давай попробуем».

Вспомнив, что на кухне я угля не найду – магическая печка, итить ее, я взял со стола сорванную ранее веточку с мелкими белыми цветочками и скептически посмотрел на нее. Не-а, зеленая. Оглядевшись и воровато посмотрев на дверь, я вырвал из какой-то старой книги страничку, достал из рюкзака свою зажигалку, которой не пользовался уже бог знает сколько времени, поджег бумагу и аккуратно положил на металлический поднос для фруктов. После того как она сгорела, аккуратно собрал получившееся черное месиво и втер в изображение орла.

«Ну как, пойдет?» – спросил я у Умника.

Через несколько секунд молчания он ответил недовольным тоном:

«Фигня наполнитель! Много примесей!»

«Ну извини, – развел я руками, – работай с тем, что есть».

«Ладно, но за результат я не отвечаю!»

«Э нет! Так дело не пойдет, дорогуша! – Я постучал пальцем по браслету. – Давай уж, постарайся. Не хочу позориться, если кто увидит клеймо. Понял?»

Что-то пробормотав, Умник принялся за работу. А я сел в кресло и стал внимательно смотреть на рисунок. Что-то там происходило. В магическом зрении была видна куча-мала энергопотоков, они то кучковались вместе, то размывались. Отключил магозрение – изменений не видно. И вдруг, как будто специально подгадав этот момент, по лезвию клинка пробежала световая полоска, повторяющая контуры клейма, и через пару мгновений пропала.

«Готово!» – отчитался Умник.

Повернув клинок так, чтобы на него падал свет, я полюбовался на получившийся результат. Странно, но голографический эффект только усилился. Неужто алмазное напыление так сработало?

Покрутив клинок и так и эдак, достал нож и со всей дури ударил лезвием по клейму, проверяя, выдержит ли? Ага, выдержало!

Тут я вспомнил информацию, мелькнувшую в поисковике, когда искал, как сделать свое клеймо. Ну-ка, что же там такое мелькнуло, на чем споткнулся взгляд? Ага, вот оно. «Оптические иллюзии. Зрительные искажения». Ну-ка, ну-ка. Хм… Интересно. А ведь и без использования магии можно добиться того, чтобы при взгляде на рисунок глаза собирались в кучу или искажали восприятие. А ну-ка попробуем! Я просмотрел все варианты, некоторые были достаточно интересными. Например, пересечение окружностей с линиями давало интересный эффект – тот самый, когда глаза в кучу. Казалось, что закручивающаяся спираль втягивает тебя в глубину. Нанесенные под определенным углом друг к другу насечки вызывали эффект размывания прямых линий, или их «ломаности». Ну еще стандартное чередование черных и белых квадратов вообще создает эффект объемности. Немного подумав, решил сильно не злоупотреблять этим, но кое-что использовать. В конце концов предварительно поэкспериментировав на компе, я нашел оптимальный вариант – теперь при пристальном взгляде на клинок возникает ощущение какой-то его «неправильности», «неровности» и непонятной «плавающей» выпуклости плюс переливы цвета при прямом попадании света. Причем глаз цепляется за все это, и возникает желание рассмотреть, что же там такое.

– Ну как? – гордо спросил я у Васы, показывая результат.

– Неплохо, неплохо, – бормотал он, прищурившись, рассматривая клинок, – и очень оригинально. – Затем потер глаза: – Если долго смотреть, голова начинает кружиться – тоже инфомагия? – Мэг уважительно посмотрел на меня.

– Нет, – улыбаясь, я покачал головой, – простая геометрия. И немного фантазии.

– Хм, – недоверчиво хмыкнул Васа, – а что это за птица?

О как! Здесь что, орлов нет? Прокололся маленько.

– Да так, придумалось вот, но вы мне подали идею.

Я отобрал меч у Васы и удалился в свою комнату. В результате вместо орла на клинке стал красоваться дракончик, опирающийся на меч. Прикольно получилось.

Криса

Сидя рядом с парнем, Криса задумчиво смотрела на светлеющее небо. Рассвет. Сколько она уже не отдыхала вот так, встречая рассвет? А ведь все это было. Были и ночные посиделки у костра, и, как следствие побегов из дома, порка, проводимая отцом. Купания в речке, лесные прогулки. Уже стало забываться. После того как у нее обнаружили дар магии, детство закончилось. И пошла одна учеба. Сколько же лет-то прошло? Криса задумалась. Да, точно. Двадцать три года назад она переехала жить и учиться к мэгу Вордту. Это было большой удачей, что учитель, которого подобрали ей, оказался именно Вордтом. Во-первых, живет он в столице, во-вторых, неплохой маг и учитель, в-третьих, характер у него оказался достаточно мягким и покладистым. Правда, и рассеянным учитель бывал довольно часто. Однако, зная от подруг (учениц других мэгов, с которыми ей частенько приходилось сталкиваться, а иногда и учиться некоторым дисциплинам совместно) об их условиях жизни, Криса вполне реально считала себя счастливчиком. До последней практики.

Каждый раз девушка краснела, вспоминая свою реакцию и слова, выдаваемые ею, когда этот гад впервые ночью отправился на свою тренировку. И ведь Криса реально посчитала, что он хочет убежать из города. И даже не приняла во внимание, что без лошади это делать несподручно. Кстати, имя у него необычное – Ник. Как-то нетипично для людей. Насколько она помнила, у людей таких имен не бывает. Ну да чего только у людей не бывает, всего не упомнишь. Однако уж себе она могла признаться, что даже немного благодарна Нику за эти ночные прогулки. Давно уже она не чувствовала себя такой… умиротворенной, что ли? Именно в такие моменты, когда сидишь на высоком доме… (Да-да, этот Ник иногда забирался на плоские крыши зданий без магической защиты и тренировался. Причем залазил туда по внешнему фасаду настолько ловко, что Криса только диву давалась.) Или же на стене, вот как сейчас, а иногда в каком-нибудь парке.

Криса мысленно прошлась по дням последней недели. А ведь эта неделя ей многое дала. Да, точно. Криса стала уверенно вести преследование, научилась предугадывать маршруты движения Ника (хотя это и не особенно помогало), координировать действия команды. Кроме того, она уже не чувствует такого упадка сил, когда приходится с помощью магии подлечивать мышцы ног, которые поначалу становились каменными и жутко болели. А ведь целительная магия Крисе всегда давалась с большим трудом. А еще постоянное (до полусуток и более) нахождение под пологом невидимости неплохо продвинуло ее в «скрыте». Теперь для накидывания полога ей почти не приходится напрягаться. Да уж… Она покачала головой.

Еще Ник весьма неплохо владеет оружием. И меч у него странный. Криса в первый раз даже не сразу поняла, чем парень занимается, так как в темноте его черного клинка практически не было видно. Но однажды, когда рассвет застал их за тренировкой Ника, она рассмотрела меч. Очень похож на эльфийский, но они таких не делают. Очевидно, кто-то из людских мастеров просто повторил форму. И когда луч света упал на клинок, Криса завороженно затаила дыхание. Такой красоты она никогда не видела – внезапно, совсем на короткое мгновение, клинок заполыхал всеми цветами радуги, притягивая взгляд. Но мгновение прошло, и Криса усиленно заморгала, стирая наваждение. М-да… О таком она даже не слышала. А в оружии девушка разбиралась. У мэга Вордта есть сын, долгое время бывший наемником, что не так уж часто случается в среде гномов. Он с детства бредил войнами и воинами прошлого и настоящего. После своего совершеннолетия он сбежал из дома и долгие годы путешествовал по миру. Был и у людей, и у демонов, и у орков, даже умудрился подружиться с одним эльфом и многому у него научился. В конце концов вернулся в отчий дом и уже лет пятьдесят живет в столице. Открыл свою школу – обучает всех желающих, способных заплатить за учебу. К Крисе он проникся симпатией, и ей удалось убедить его, что ей не помешало бы кое-что из его умений. Времени на тренировки было не так уж и много, но Криса старалась совмещать. Вообще маги редко владеют каким-либо боевым искусством. Причина проста – отсутствие времени. Приходится выбирать. Однако Криса могла гордиться собой – своей целеустремленностью и упрямством она просто создала себя своими руками. Сейчас она, что уж тут скромничать, стала достаточно неплохой магичкой – недавно ей присвоили шестой уровень – и неплохо управляется с мечом, луком и ножами. Без оружия у нее тоже все обстоит совсем неплохо. По крайней мере, мастер Бордт, сын Вордта, доволен ею. Он же стал ее первым мужчиной. Криса улыбнулась, вспоминая, сколько ей понадобилось времени, чтобы соблазнить Бордта. К сожалению, их отношениям чего-то не хватало, и в итоге они остались просто друзьями.

От такого поворота мыслей Криса невольно посмотрела на своего наблюдаемого. И, пожалуй, впервые – именно как на мужчину. А что, вполне даже ничего! Тьфу, куда это ее понесло! Криса сердито посмотрела на Ника. А этот гад еще и улыбается! Вот так подойти бы да двинуть в лоб, чтобы стереть эту улыбку! И за что ему такая честь – наблюдать за ним? Кто он? Шпион какой-то? Или маг? Да нет, магия в нем, конечно, чувствуется, но как-то невнятно. А, ладно, что тут думать? Сказали наблюдать – будем наблюдать. Скажут в постель с ним лечь… Что?

Криса резко вскочила. Нет, эта практика точно ее ухайдакает. Нервы совсем расшатались, раз такие мысли в голову лезут.

Она подошла вплотную к Нику. Она не беспокоилась, что он ее увидит или как-то учует. Даже мэг Вордт делает это с большим трудом, да и то если специально ищет ее. К тому же небольшое дополнение-плетение к пологу не дает ауре оставлять свои следы на предметах. Криса внимательно посмотрела на лицо парня. Правильные черты, красивые глаза, симпатичные длинные ресницы. Прямой нос. На губах – легкая улыбка. Глаза чуть прищурены, взгляд направлен вдаль. Он пошевелился. Криса чуть отодвинулась, чтобы парень ненароком не задел ее. Ник протянул руку куда-то назад – Криса нагнулась вбок, чтобы посмотреть, – и достал из свертка два яблока. Внимательно рассмотрев их, а надо сказать, яблочки были что надо – у Крисы даже забурчало в животе, он откусил от одного. Криса сглотнула. Внезапно Ник протянул ей второе яблоко, и она автоматически его взяла.

Держа яблоко в руке и в ступоре глядя на него, Криса мучительно пыталась понять, что происходит. Тем временем парень поднялся на ноги, собрал свое оружие и, все так же похрустывая яблоком, отправился прочь.

Ник

Не знаю, что на меня нашло. Может быть, мне просто надоело молчаливое присутствие девушки около меня? Захотелось какой-то динамики? Или толчком послужил сигнал от Умника, что он закончил обработку и расчеты параметров поля, прикрывающего девушку? А ведь мой поступок может привести к тому, что ее заменят. Вполне возможна ситуация, что Крисе не избежать проблем из-за того, что я ее «засветил». Хотя… Посмотрим, как она отреагирует, вполне возможно, что она никому ничего не расскажет. Ладно, теперь мяч на ее поле.

А я пошел к себе в комнату почитать одну занимательную книженцию. После разбора полетов, почему Умник так медленно сканит книги, мы поменяли технологию сканирования. Как оказалось, снятие копии информструктуры занимает у Умника буквально пару секунд. А вот для ее анализа требуется времени немногим меньше, чем обычному человеку – для прочтения книги. Таким образом, последовательность обработки скана стала следующей. Умник снимает копию информструктуры, оцифровывает ее, очищает от заведомо ненужной информации, связанной со строением книги (материал и прочее), – все это происходит достаточно быстро, и отсылает на субноут. А там в работу вступает моя программа. Старые добрые нейросети просто рулят в таких ситуациях. К программе я подключил обученные нейросети, которые использовал для обработки информации, снятой с пленников. В них поступали данные гномьего языка от Умника и наработки, сделанные мною еще в моем мире. Не скажу, что это было легко. Но я с удовольствием впрягся в работу – все-таки редко в последнее время мне приходится программировать. А работа программиста такова, что полугодичный перерыв – и ты практически потерял квалификацию. С учетом того, что я нахожусь в отрыве от информтехнологий своего мира, скорость развития которых ничуть не уменьшилась за прошедшие десятки лет, то вполне вероятно (если в моем мире время течет так же, как и здесь), что я уже «устарел» со своими знаниями, и по возвращении домой придется долго и нудно изучать то, что появилось в мое отсутствие. Речь, конечно, не идет о базовых знаниях или определенном мышлении, необходимом, чтобы быть программистом. Речь идет об используемых технологиях разработки, новых веяниях и прочем. К сожалению (с этой точки зрения), сейчас большинство работодателей стараются быть «на острие» технологий, иначе в нашем безумном и до сих пор летящем в «светлое будущее» мире просто не выжить.

Так вот, теперь по новой технологии скан книги занимает, в зависимости от сложности, от десятка минут до получаса. Причем зараз Умник снимает копии нескольких десятков книг – буквально, когда я захожу в библиотеку на несколько минут, или прохожу мимо, – а остальное все делается автоматически. Лепота!

Так вот, о книжке «Теория и практика целительства. Травничество». Боже, как я был наивен, полагая, что стал крутым целителем! По мере чтения книги я начал понимать, что тем способом, которым я воспользовался – накачка энергией информструктуры, – можно вылечить многое, но не все. В основном физические раны. Лечение начавшегося заражения у Тира объясняется только тем, что в него было закачано просто море энергии, как через информструктуру, так и напрямую. А если есть какие-то генетические отклонения? Они ведь тоже прописаны в информструктуре, а обычной целительной магией местным удается выправить такие косяки. Не сразу, но в течение долгого курса лечения. Как я прикинул, такое длительное лечение связано как раз с тем, что при этом информструктура сопротивляется изменению базового состояния организма, но тем не менее потихоньку поддается. А еще есть психические заболевания. Или тонкий дисбаланс внутренних энергий. Все это можно выправить, только зная устройство человеческого организма, его энергетических оболочек и прочая, прочая. Многие местные целители научились тонко чувствовать такие оболочки, то есть не просто видеть ауру, но и различать ее структуру и существующий дисбаланс и правильно воздействовать на организм.

В общем, я с интересом стал просвещаться.

* * *

Вернувшись к себе, Криса поднялась в верхний зал, скинула плащ на стол. Затем подтащила стул к окну, выходящему на дом мэга Васы, положила на подоконник полученный от Ника «подарок» и уселась, закинув ноги рядом с яблоком. Надо разобраться в себе. Честно говоря, голова идет кругом. Криса поймала себя на ощущении, что все происходящее ей снится, что все это как-то нереально. А может, она действительно спит и прошедшая неделя только снится ей в кошмарном сне? Ущипнув себя и зло зашипев, девушка поняла, что ошибается. С негодованием посмотрев на яблоко, она схватила его и запустила им в окно, как будто таким способом можно было решить все проблемы.

Значит, что получается? Поднадзорный все это время ее видел. Так? Непонятно, но, скорее всего, так. Магии в нем немного. Криса намного сильнее его. Так? Вроде бы так, но тогда как он ее увидел? Гадство! Ничего не понятно! Что же делать? Сообщать об этом или нет? А если это проверка? Тогда, если не сообщить, можно попрощаться с рекомендацией и дальнейшими перспективами. Практику можно будет считать проваленной.

От тяжких размышлений Крису отвлекли раздавшиеся внизу голоса вернувшихся помощников. Формально главной в команде назначена Криса, но как обстоит на самом деле, можно только догадываться. Вполне возможно, кто-то из них, в свою очередь, является наблюдателем. Только наблюдаемым для него является Криса и вся остальная команда.

– А я тебе говорю, это все неспроста! – Это Тронх, самый молодой в команде и самый шустрый. – Да ты сам подумай! Каждую ночь он куда-то бегает, ну допустим, тренируется. Мы все за ним следим. И все эти дни КАЖДЫЙ РАЗ так получается, что нас прихватывают стражники. И только Криса не попадается. Как такое может быть?

– Совпадение, – прозвучал в ответ меланхоличный ответ Бронха, массивного и спокойного гнома, но, когда нужно, самого быстрого и опытного из всей команды.

– А я тебе говорю, это не может быть совпадением! – не унимался Тронх. – Мне кажется, что для нас устроили проверку. И мы ее благополучно проваливаем.

«Надо же, не только у меня возникли такие мысли», – подумала Криса.

Оба гнома вошли в зал.

– Ну хоть ты, Криса, скажи, что я прав! – размахивая руками, сказал Тронх, увидев сидящую у окна девушку.

– А ты не боишься, что если это проверка, то проверяющим могу быть я и в этом случае просто не смогу сказать тебе правду? – криво улыбнулась девушка.

Тронх смутился, но затем улыбнулся:

– Не-а. Скорее это Бронх, – и увернулся от подзатыльника, которым тот хотел его угостить.

– Ты прав, это не я, – грустно смотря на них, ответила Криса. – Мне вот что подумалось. Для проверки все это слишком сложно и слишком долго длится. К тому же Вордт сказал, что заинтересованное в наблюдении лицо – архимаг. Вряд ли для какой-то паршивой проверки будут использовать такой веский аргумент.

Высказав эту мысль, Криса успокоилась. Она пока подождет. Ничего о произошедшем говорить не будет. И посмотрит, что произойдет дальше. А вслух сказала:

– Вам нужно больше тренироваться, чтобы не попадаться стражникам.

Тронх замер с раскрытым ртом. Бронх хлопнул снизу ему по челюсти:

– Закрой рот и послушай, что говорит Криса, она у нас умная девочка.

Девушка улыбнулась и вскочила:

– А что, бедолаги, не пора ли нам позавтракать?

Ник

От чтения меня отвлекла Лана. В последнее время она частенько вытаскивала меня с собой «подышать воздухом». На самом деле, как я понял, она просто хотела покрасоваться перед подругами своим «кавалером». Ну а как иначе объяснить, что мы постоянно запаздывали к назначенной встрече с ее подругами и, подходя к облюбованной девушками чифе, Лана решительно брала меня под руку? В первый раз, увидев нас входящими в чифу, подруги резко замолчали, уставившись на нас широко раскрытыми от удивления глазами, а потом уже, в процессе разговора, периодически бросали на Лану завистливые взгляды, от которых она только выше задирала свой носик. Она наслаждалась ситуацией, а мне было просто прикольно и весело. Вопреки ожиданиям мне не было с ними скучно. Несмотря на свой юный возраст, девушки оказались довольно начитанными и умненькими. Да и возраст в двадцать лет, по моим меркам, не настолько и детский. Я развлекал их анекдотами, рассказывал всякие выдуманные истории. Звали девушек Сола, Мира и Лара. И, что характерно, все трое имели приятственную внешность. Вообще я заметил, что гномьи женщины мало того что отличаются от мужчин своей конституцией, но в большинстве если и не красавицы, то симпатичные. Взгляду есть на чем остановиться, и иногда трудно контролировать глаза – постоянно рискуешь заработать косоглазие.

За короткое время мы подружились, и я для них стал, можно сказать, другом, у которого они иногда даже спрашивали совета из области взаимоотношений мужчины и женщины. Судя по вопросам, в этом они и сами неплохо разбирались, что периодически испытывало на излом некоторые мои взгляды насчет взаимоотношений с молоденькими девушками. Странно, но характеры подруг оказались совершенно разными. Почему странно? Мне просто непонятно, как смогли сдружиться Сола – застенчивое существо с постоянной извиняющейся полуулыбкой, Мира – циничная, во всем поначалу видящая только плохое, и Лара – заводная хохотушка, брызжущая безумными идеями. Среди них только Лана оказалась начинающей магичкой, остальные были в этом плане простыми девушками.

* * *

Зайдя под ручку с Ланой в чифу, за полюбившимся столиком мы сразу заметили ожидающих нас Миру и Лару.

– А где Сола? – плюхнувшись на стул, спросила Лана.

– Приветик, – поздоровался я с девчонками и уселся напротив них, с удовольствием рассматривая их свежие мордашки. Они заулыбались и тоже поздоровались.

– Не знаю, – ответила Лара, строя мне глазки.

– А ну перестань, кошка! – шутливо хлопнула ее по руке Лана. Лара обиженно надула губки. Впрочем, ненадолго, через пару секунд она уже вовсю улыбалась, постреливая по сторонам глазками.

– Что-то она уже несколько дней не появляется, – сказала Мира, – может, у нее что-то случилось?

Лара легко пожала плечами, выбивая по столу пальцами какой-то ритм.

Пока они разговаривали, я осмотрелся по сторонам. Ага, а вот и мой личный ангел-хранитель – Криса, устроившаяся за соседним столом. Она с каким-то недовольством, четко видимым на ее лице, смотрела на моих спутниц. Тут она заметила, что я смотрю на нее, и недовольство на ее лице сменилось удивлением. Улыбнувшись, я подмигнул ей и отвернулся.

Пока девчата обменивались последними сплетнями, в чифу влетел Тир, быстро огляделся, заметил нас и подбежал к нашему столику.

– Ну наконец-то я нашел вас. – Тир схватил со стола кружку с чифой. – Фу, запарился, полдня ищу вас.

Я с улыбкой смотрел на парня. В последнее время он что-то задумал, я даже догадывался, что. Он несколько раз приходил ко мне и просил прокрутить ему записи музыки. Как я убедился, музыкальная память у него оказалась чуть ли не абсолютной. Буквально со второго раза он мог худо-бедно воспроизвести мелодию на бригате. Я почти уверен, что дома он потихоньку оттачивает свое мастерство. Интересно, что же он задумал?

– Пойдемте, у нас осталось не так уж много времени. Я хотел, чтобы ты, Ник, обязательно присутствовал на нашем первом концерте. Лана, девушки, – он посмотрел на девчат, – вас я тоже приглашаю, пойдемте, не пожалеете. – Он умоляюще взглянул на Лану.

Переглянувшись, девушки прыснули и стали выбираться из-за стола.

Нетерпеливо подпрыгивая, Тир постоянно нас подгонял. Пришли мы в ту же чифу, в которой он впервые испытал бригату. Тут собралась куча народу, как потом я узнал, в основном друзья Тира и его банды. Да-да, буквально за пару недель он сколотил ансамбль из таких же, как он, музыкантов. Как раз сегодня и будет первый блин… надеюсь, не комом.

Нам выделили неплохие места. Оглядевшись, я заметил мать Тира, его отца, похоже, не было. Недалеко присутствовал Рем, хозяин лавки бригат. Я раскланялся с ним. С неделю назад на мой счет в банке гномов начал капать пока тоненький ручеек денежек, но, надеюсь, в скором времени этот ручеек наберет силу. Я с удовольствием вспомнил тот день. Тогда мне долго не давала покоя мысль, что с помощью модификации струн можно подзаработать. Струны, изготовленные мною для Тира, не годились к массовому и даже кустарному производству. Заниматься этим самому мне не хотелось, и в то же время не хотелось отдавать магическую модель в чужие руки какого– нибудь мага. Ну не прогрессор я, а деньги тут мне еще понадобятся. Грабить кого-то, используя свои способности, мне не улыбалось. И вот оказалось, что хоть я практически никакой маг, но артефактором или амулетчиком могу стать достаточно неплохим. Созданный мною с Умником амулет, на мой предвзятый взгляд, является произведением искусства. Идея у меня была такова: нет смысла возиться с производством струн. В конце концов можно использовать и местные, играли ведь как-то на них в течение поколений? И ничего, не жаловались. А вот магическую «добавку» вряд ли кто-то сможет повторить. Все-таки для производства ее плетения использовались сложные расчеты на компе. Вот сдублировать – вполне возможно, но и об этом я подумал, чтобы не плодить халявщиков и не упустить выгоду.

Так вот, для начала заказал в местном ювелирном магазине, чтобы не тратить свои инфомагические силы, небольшую красивую серебряную шкатулку. Пока ее делали, достал расчеты, сделанные после потрошения местных светильников. Я как-то задумался: свет включается, когда произносишь слово «свет». Какой отсюда следует вывод? Правильно. Во-первых, в светильники встроен механизм реагирования на звуки, во-вторых, там есть простенький механизм памяти (ведь реакция идет на слово «свет») и простенький процессор. Ну процессора там не оказалось, к сожалению, – все построено было по аналоговой схеме. Датчик звука – фильтр с памятью, реагирующий на определенное слово, и пусковое устройство – триггер. Просто и гениально! Я восхитился. А еще больше восхитился, рассмотрев структуру фильтра. Это ведь надо было сделать такую красивую вещь! Правда, иногда механизм не срабатывал, но и восьмидесятипроцентный уровень срабатывания – хороший результат, можно сказать, отличный.

Так вот. В шкатулку я встроил подобный механизм, заточенный под местную магию, вернее, Умник встроил, а я (сам!) накачал его обычной магической энергией. Этот механизм реагировал на семь слов, по числу струн, и запускал внутри шкатулки процесс внедрения определенного магоплетения в находящуюся в ней струну. То есть кладем в шкатулку струну, произносим волшебное слово, и через некоторое время достаем оттуда ту же струну, но со встроенным эквалайзером. Процесс окончания внедрения сопровождается кратенькой вспышкой – я встроил в крышку такой же механизм свечения, как и в светильниках. Внешне все это выглядит вообще супер! Серебряная шкатулка с изображенным на крышке дракончиком (я не стал мудрить – раз уж взял за основу штампа дракончика, почему бы и не использовать его дальше?), держащим в лапках бригату, которая вспыхивает по окончании процесса. Сам дракончик при попадании на него луча света переливается всеми цветами радуги. В шкатулку я встроил и защитку. Еще не знаю, могут ли крутые маги считывать алгоритм творимого волшебства по излучению, поэтому преобразование работает только при закрытой крышке, а на саму шкатулку Умник наложил информструктуру уже с использованием инфомагии, которая не пропускает никакие магические излучения. Вернее, во избежание подозрений во время работы вокруг шкатулки создается магофон с переменным мерцанием, генерируемым случайным образом. Для возможных магов-наблюдателей – типа что-то там работает. Нехай попытаются расшифровать. Емкости магоэнергии в шкатулке хватало примерно на сотню циклов. Так что периодически ее нужно подзаряжать. Для удобства юзеров встроил световую индикацию. В случае уменьшения энергии ниже определенного уровня процесс не начинался, а бригата в лапках дракончика вспыхивала красным светом. При полной зарядке – зеленым. Только знай себе периодически подзаряжай аппарат. Кроме того, в процессе преобразования струны она укрепляется. Не настолько сильно, как одежда, но несколько дополнительных магических связей между молекулами не давали струне со временем растягиваться, ну и срок жизни увеличивали вдвое. Нам же вечных струн не надо? С вечными и клиентов скоро не останется. Зато козырь просто отличный. По расчетам, вместо месяца жизни обычных струн при ежедневном использовании мои струны будут служить два, а может, и три месяца.

Испытав действие шкатулки, я чуть ли не прыгал от радости. Васе я ничего не сказал. Ну его на фиг с его молчанкой и уклонением от моих вопросов. Хотя сам он неплохо вытягивает из меня информацию по инфомагии. Хотя мне в общем-то и рассказывать там особо нечего. Ну да ладно.

Наверное, догадаетесь, какие слова использовались при производстве магострун? Ага, семь струн – семь слов: «до, ре, ми, фа, соль, ля, си». Причем на русском языке, чтоб жизнь медом не казалась, нехай приобщаются… Жадничать я не стал, с проданных бригат с моими струнами потребовал всего лишь тридцать процентов, с проданных струн – пятьдесят, и еще за саму шкатулку стряс с мастера десять золотых. Несмотря на такую громадную сумму, мастер, увидев результаты, вернее услышав, недрогнувшей рукой отсчитал мне деньги. Как мне кажется, на мастера особо сильное впечатление произвело именно удобство пользования шкатулкой и только во вторую очередь – остальное. Да и с небольшим укреплением струн он согласился. Типа такой знак качества.

Потом мы пошли в гномий банк и открыли счет на мое имя. В качестве идентификатора у них используется отпечаток ауры. В каждом банке сидит опытный маг, который считывает ауры, а заодно контролирует, не подделана ли она. А вообще удобно – гномьи банки есть во всех цивилизованных городах, хоть у гномов, хоть у людей. Не знаю, правда, каким образом они передают слепки ауры в прочие отделения банков, но меня заверили, что в любом из них меня обслужат по высшему разряду.

* * *

Концерт прошел на ура. Кроме Тира с бригатой в его команде был барабанщик, флейтист и еще один парень с каким-то духовым инструментом, отдаленно смахивающим на трубу. Ребятам удалось соединить их звучание так, чтобы ни один не выделялся, а органично вплетался в общий поток.

Сначала они исполняли свои гномьи мелодии, мне не очень понравилось. Ну не мое это! Однако потом пошли «мои». Снова Морриконе и мелодии других композиторов. Они выдали даже пару композиций из Вивальди.

После каждого произведения ребят поддерживал шквал рукоплесканий. Интересно, что рукоплескания используются гномами для выражения восторга. Оказывается, это не только универсальный метод выражения эмоций здесь, но и межмировой. А ведь на Земле не у всех народов хлопки ладонями – выражение восторга.

– Ну как? – К нам пробился Тир. Об его сияющую физиономию можно было зажигать огонь.

Я похлопал его по плечу:

– Супер! Нет, правда, мне очень понравилось. А вам? – обратился я к девчонкам. Ну судя по горящим глазам, да.

Издали за нами наблюдала мать Тира. Я кивнул ей, здороваясь. Она улыбнулась и кивнула в ответ.

В общем, все были довольны. Мы еще посидели, выпили пива – по такому случаю хозяин заведения выставил вместо чифы сей знаменитый напиток. Тир куда-то убежал, а мы, еще посидев, стали собираться. Девчонки сначала думали остаться потанцевать, но, судя по разговорам и атмосфере, витающей в воздухе, этого не предвиделось.

Возвращаясь обратно, девчата живо обсуждали концерт, а я как-то выпал из разговора и наблюдал по компу за плетущейся за нами Крисой. Что-то с нею явно происходит. Я увеличил изображение. Точно, вон какие тени под глазами. Взгляд устремлен в землю, она лишь иногда поднимает голову, чтобы не потерять нас из виду. Я вздохнул. Жалко ее. А что тут поделаешь? Работа у нее такая.

В этот момент мы проходили мимо той самой чифы – обычного места сбора сопровождаемых мною подруг. Девчонки шли мимо, ни на что не реагируя, перетирая кости каким-то общим знакомым, а я глянул внутрь и неожиданно увидел Солу, сидящую с опущенной головой за столиком.

– Так, девчонки, стой! Раз-два! А ну-ка зайдем внутрь, сдается мне, там сидит ваша пропавшая подруга.

Они бросились внутрь, а я, проводив их стройные фигурки глазами и усмехнувшись промелькнувшей у меня в мыслях эротической картине, неспешно пошел следом. Так, что это такое? Где бабский шум и гам? Почему так тихо? Я подошел к столу, Сола подняла на меня заплаканные глаза. Я резко остановился. Такие глаза бывают только у убитого горем человека. Девушки сидели рядом с нею и успокаивающе держали ее за руки. Видно, она уже успела сказать самое главное. Я посмотрел на лица подруг. Они явно были потрясены услышанным.

Усевшись напротив Солы, я спокойным голосом сказал:

– Говори, солнышко. Что у тебя произошло? Что бы это ни было, мы вместе постараемся помочь тебе.

– Лина пропала, – сказала она и расплакалась. Девушки бросились ее утешать. А я молча сидел и ждал окончания потопа. Наконец Сола успокоилась.

– А теперь спокойно и не спеша расскажи, кто такая Лина и что с нею случилось.

А произошло следующее. Лина – младшая сестренка Солы, любимица родителей и всех окружающих. Ей недавно исполнилось всего лишь восемь лет. И три дня назад она пропала.

– К властям обращались? – спросил я.

– Нет, – всхлипнула она. – Когда я спросила родителей об этом, они стали жутко на меня ругаться, чтоб не лезла со своими советами, и заперли меня в моей комнате. А я сегодня подслушала, что родителям принесли письмо, в котором говорилось, что Лину похитили. Похитители что-то требуют от отца, иначе обещали, что убьют сестренку.

О как! Это что же творится в этом прекрасном мире?

– А кто у нас папа?

Все девушки удивленно уставились на меня.

А что? Я должен знать всех их папаш, что ли?

– Бринхорт их’Гренадир, глава торговой гильдии, – буркнула Лана.

Ух ты! Бринхорт… Это ведь о нем говорили Васа с архимагом. Это что же получается? Та история еще не окончена? Что-то непонятно. Вроде как все раскрылось, дело давно должны были закрыть. И вдруг – на тебе!

– А кто у вас тут занимается похищениями? – спросил я.

На меня посмотрели, как на идиота.

– А что вы так на меня смотрите? У вас ведь тут все по полочкам разложено, – раздраженно стал объяснять я. – Торговая гильдия – торгует, гильдия магов – магичит, гильдия убийц – убивает. А кто похищает людей?

Девушки лишь молча пожали плечами.

– Ты ведь сбежала из дома?

Сола кивнула, почему-то с проснувшейся надеждой глядя на меня. И почему я вляпываюсь во всякое дерьмо? И ведь сам пообещал помочь.

– Пошли. Я провожу тебя домой, родители только потеряли одну дочь, а тут еще ты пропала. Ты подумала о них? Так, – я посмотрел на остальных, – а вы тоже отправляйтесь по домам. Пошли, Сола.

Я резко встал и вышел наружу, чуть не столкнувшись со стоявшей там Крисой, но мне сейчас было совсем не до нее. Подождав, пока появятся девушки, сказал:

– Веди, Сусанна, блин. А ты, Лана, как вернусь, зайди ко мне, поговорить надо, – и пошел за Солой.

Неторопливо двигаясь с девушкой под ручку, я пытался сообразить, как можно ей помочь. И ничего в голову не приходило. Обратиться к Васе? Так он в схеме – это все равно что обратиться к властям, неизвестно, насколько похитители контролируют ситуацию, но вполне возможно, что это приведет к печальным последствиям. Родителей Солы понять можно – хоть какой-то шанс получить дочку обратно, но я-то знаю, что в большинстве случаев, даже после выполнения всех требований, получают обратно в лучшем случае труп, в худшем – вообще ничего. У нас, по крайней мере, дела обстоят именно так.

Чем дольше я думал, тем больше склонялся к мысли, что единственный шанс – все-таки обратиться к Васе. Так сказать, «по-семейному».

Сола шла рядом со мною тихо – сообразила, что я обдумываю ситуацию, – и старалась даже дышать потише.

– Ладно, – сказал я, когда мы остановились у дома девушки, – не расстраивайся. Что-нибудь придумаем.

Неожиданно Сола прижалась к моей груди и прошептала:

– Пожалуйста, помоги.

– Ну будет тебе разводить сырость. Не надо портить такие красивые глазки. Беги домой.

Сола слабо улыбнулась, неожиданно встала на цыпочки и поцеловала меня. Затем быстро развернулась и убежала в дом.

А я задумчиво подергал себя за мочку уха, пытаясь понять, что это было. Аванс, что ли? Или предоплата за работу?

* * *

Вечером, расспросив Лану о том, как тут обстоят дела, кто в городе рулит, какая тут преступность, ничего не добился. Да и откуда знать молодой девушке с ветром в голове о таких вещах? Васу я не успел перехватить, да и не хотелось обращаться к нему, хорошенько не прочувствовав ситуацию и с минимумом знаний в этой области. Мучаясь тяжелыми мыслями, я крутился в кровати около часа, пока все-таки не уснул.

* * *

Криса лежала в маленьком бассейне с горячей водой, отмокая и пытаясь расслабиться. Сегодняшний день почему-то ее особенно вымотал. Хотя, надо сказать, была и пара приятных моментов – на устроенном другом Ника концерте. А так – одни расстройства. И что эти малявки нашли в нем? И ведь, не стесняясь, флиртуют с ним, и, похоже, ему это нравится. Проклятье! Как же ей все это надоело!

Внизу раздались голоса.

А, вот и смена пришла. Снова Тронх будет ее подкалывать насчет Ника, а Бронх, как всегда, защищать. Ну не виновата же она, что постоянно остается с ним одна! Сами виноваты, что их ловят стражники! А вообще в последнее время она уже стала сомневаться, что проблема в их непрофессионализме.

Везет же парням. Ночью отработали – и домой. Интересно, почему это нет ротации команд? Команда Бронха постоянно дежурит ночью. А, ладно, какая разница.

В эту ночь Криса так и не уснула. Поворочавшись в кровати, вылезла из нее и села в кресло перед окном. Овеваемая легким ветерком, как-то отстраненно и равнодушно подумала, что еще чуть-чуть – и она сорвется. И полетят к демонам все мечты о карьере мага, об обеспеченном будущем. Просидев так в полудреме или полусне, Криса за полчаса до обычного появления на улице Ника встала и подошла к зеркалу. В зеркале отразилась голая девушка, в меру стройная, с небольшой, но, по отзывам Бордта, аппетитной грудью. А вот лицо ей категорически не понравилось. И не своими симпатичными, по тем же отзывам, глазами и вздернутым носиком. И не роскошной косой, кстати, давно пора ее отрезать. А выражением лица.

«Да уж, дорогая моя. С таким лицом только на кладбище гномов пугать», – подумала Криса. И решила что-то с ним сделать. Посмотрев в трюмо, обнаружила обычные женские причиндалы, принадлежащие хозяйке дома. Внимательно рассмотрев их, выбрала пару баночек.

«Посмотрим, не забыла ли, как всем этим пользоваться».

Она попыталась легкими мазками привести свое лицо в более приличный вид.

«Ну что ж. Хоть на труп не первой свежести перестала походить», – с внутренним удовольствием подумала она.

Затем медленно оделась, почему-то сегодня особенно тщательно выбирая одежду. Хотя что тут выбирать? Обычная непримечательная одежда полумужского покроя. Слава бывшим богам, давно прошли те времена, когда женщине было неприлично ходить в брюках! Вот у людей такое еще встречается. Но для ее работы такая одежда – самое то. Особенно с учетом беготни. Медленно натянув обтягивающие брюки и застегнув пуговицы на свежей рубашке (хотя какая разница? Все равно через полчаса вспотеет, как лошадь. Кстати, какого… она накрасилась? Чудо, потечет же все!), Криса в последний раз осмотрела себя в зеркале, затем, тяжело вздохнув, направилась наружу. Судя по всему, до выхода Ника осталось несколько минут.

По пути растолкав прикемаривших сослуживцев – Бронх как-то странно на нее посмотрел, – она вышла из дома и остановилась напротив дома мэга Васы.

Сзади стояли ребята и о чем-то шептались. Судя по рокоту голоса, это Бронх что-то им объяснял. Но ей было все равно. Она вдруг почувствовала нетерпение гончей, взбодрилась и даже стала притопывать ногой.

Наконец появился Ник. Не оглядываясь по сторонам, он сразу рванул по своему маршруту. Криса, также не оглядываясь на своих спутников, сорвалась с места и полетела вдогонку. Странно, но сегодня спутники отстали очень быстро, отчитываясь по связи об очередных конфликтах со стражниками. Что за странная ночь! Подозрения Крисы о том, что Ник специально водил их своим петляющим бегом, пока спутники не попадутся стражникам, окрепли, так как в этот раз все закончилось очень быстро. Буквально за полчаса. Ник выбрал укрытую полянку в большом парке почти в центре города. Криса прислонилась к дереву и стала с непонятным ей самой чувством смотреть на парня, практически уже не сомневаясь, что он ее видит. Вроде все как обычно, но по-другому. Ник передвигался по полянке, как кошка. Да, точно – кошка. Настолько плавными были его движения.

Внезапно ситуация показалась ей такой смешной, что она прыснула в кулачок. Она знает, что он ее видит. И он знает, что она знает, что он ее видит, он уже не раз это показывал. Какой-то театр абсурда.

Вдруг Криса обнаружила Ника стоящим прямо перед ней и внимательно смотрящим прямо ей в глаза. От неожиданности у нее внутри все сжалось, лицо занемело. Впервые она видит его глаза так близко. Ночное зрение не позволяло увидеть все оттенки цвета, но остальное дорисовывало воображение. В глазах Ника промелькнуло веселье, он быстро наклонился, прижал ее своим телом к дереву и поцеловал. Таким долгим и сладким поцелуем. Сначала она впала в ступор, потом возмутилась и хотела его оттолкнуть, а потом куда-то поплыла. Дальнейшее она воспринимала как в тумане. Куда-то делась одежда ее и Ника (потом она еще удивлялась, как ему или ей удалось так быстро снять ее обтягивающие брюки, ведь она их только надевает с пяток минут). А потом осталось только наслаждение и в конце, как пик этого наслаждения, – долгий крик, медленно затихающий среди деревьев.

Глава 13

Ник

Проснувшись еще затемно, я, как обычно, отправился на пробежку. Вместе со мной проснулись и мысли о том, как помочь Соле. Как назло, в голову не приходило ничего умного. Нет, вру. Одна интересная мысль все-таки протоптала дорожку в мое сознание. Надо бы прошерстить память, снятую с разбойников на дороге. Вряд ли они из этого города, к тому же люди, а не гномы, но вдруг обнаружится какая-нибудь зацепка. Или удастся что-нибудь узнать о структуре преступных сообществ, схему их взаимодействия с органами власти.

Из тяжких размышлений меня вывел сигнал компа о завершении программы «Путанки» (как я ее назвал) в связи с отсутствием целей. А я даже и не заметил, как включил ее. «Путанка» – программа отрыва от преследователей. Странно, прошло всего с полчаса, а я бежал и даже не следовал ее указаниям. И как только на стражников не нарвался!

Глянув на сигналы радара, отметил отсутствие поблизости отметок преследователей. Расширив диапазон сканирования, я обнаружил кучку гномов, медленно двигающихся примерно в моем направлении. И один сигнал, чуть оторвавшийся вперед, но также неторопливо двигающийся. Жаль, что сегодня не подслушивал их. Узнал бы, в чем дело. Подслушивать их я бросил через несколько дней – надоело. Ну ладно, вроде бы ничего не замышляют. Впереди тоже нет никаких сигналов, кроме тройки стражников. Переместившись на параллельную улицу и избежав столкновения с ними, впереди я заметил парк. Как-то раз я в нем тренировался. В глубине парка была одна уютная полянка, полностью закрытая со всех сторон густо посаженными деревьями и кустами. Свернув туда, еще раз с удовольствием отметил бесшумность передвижения Крисы. Что-то она сегодня близко ко мне подобралась.

Интересно, как она поступит – я ведь уже несколько раз намекал ей, что ее полог для меня что прозрачное стекло? Ха! После этого должна себя чувствовать по-идиотски. Если б я попал в такую ситуацию… Хм… А что бы я сделал?

Отодвигая рукой низко наклоненную ветку, я задумался. Наверное, плюнул бы на все и послал на фиг своего начальника, если бы тот настаивал на продолжении. Но это я. А, ладно, приступим, что ли?

Разминку решил начать с небоевых техник ушу. Бесполезно с точки зрения прикладного использования, но, боже, как приятно двигаться в таком стиле! Чувствуешь себя то ветвями деревьев, изгибающимися на ветру, то леопардом, пробирающимся средь ветвей. Потом надо будет проделать дыхательные упражнения… Все мысли прочь! Меня нет дома!

Медленно выполняя движения, я неожиданно потерял сосредоточенность – до моего уха донесся смешок. Я как раз находился лицом к своей постоянной спутнице, так что, не останавливаясь, приблизил ее изображение. Сегодня она выглядит как-то по-другому. Одежда? Вроде нет. Что же? Пожалуй, держится иначе – стоит немного неудобно, зато эффектно. Я максимально приблизил ее лицо. Улыбается. Мысленно дав команду бадди-компу, включил фильтр обработки изображения на максимум, полностью убирающий ночную темень. Вгляделся в ее лицо. Ба! Да она накрасилась, что ли? Бадди-комп определил некоторое разночтение в тепловой картине поверхности кожи и сделал вывод, что это искусственный поверхностный слой. Хм… Этим она не заморачивалась даже днем, бродя за мной. Или это все-таки артефакты на изображении после отработки фильтра?

«Ник!» – влез в мои размышления Умник.

«Что?»

«Да вот, Криса стоит без своего обязательного полога невидимости. Я что-то пропустил?»

«Нет, – ответил я, – скорее, это я кое-что чуть не упустил».

На всякий случай просканировал окружающее пространство. Никого.

Сделав пару длинных шагов, я остановился перед девушкой и посмотрел ей в глаза. Правильно ли я понял эти намеки? «Вот и проверим», – внутренне усмехнулся я.

Качнувшись вперед, я легонько прижал Крису к дереву и поцеловал, всеми доступными мне чувствами ловя ее реакцию. Стоит ей возмутиться или показать свое отрицательное отношение к происходящему, я сразу же дам ход назад. Заставлять никого не собираюсь. Сначала мне даже показалось, что она вот-вот оттолкнет меня, но поцелуй все длился, и длился, и в конце концов она ответила мне. А дальше уже меня, как говорится, «повело», и все смазалось в памяти, осталось только чувственное восприятие происходящего.

Криса

Криса лежала рядом с Ником полностью расслабленная и умиротворенная. В голове было пусто и от этого хорошо – хоть чуть-чуть не думать о проблемах и о будущем. Но продлилось это состояние недолго. Рядом зашевелился Ник, и сразу на нее навалились звуки, запахи. Вдруг стало неудобно лежать – спину заколола трава, а под поясницей – камушек. А ведь всего этого она не чувствовала… Как жаль, что все уже закончилось, она еще чувствовала в себе достаточно сил для… чего? Продолжения?

– Ну что, будем знакомиться? – прозвучал веселый голос человека, после появления которого ее жизнь пошла наперекосяк и вполне предсказуемое будущее перестало быть таковым. Криса вздохнула и, открыв глаза, тут же наткнулась на взгляд парня, подперевшего голову рукой и с интересом разглядывающего ее.

От пристального взгляда Криса засмущалась, рука потянулась прикрыться чем-нибудь, но она тут же одернула себя. Чего уж теперь стесняться, после всего произошедшего…

– Ну давай, – выдавила она из себя.

Ник резко вскочил на ноги, принял горделивую осанку и сказал:

– Позвольте представиться, леди! Ник Админ Рутович, путешественник, собственной персоной. Прошу любить и жаловать!

Не выдержав, Криса рассмеялась – уж очень потешно это выглядело. Мужчина с важным лицом и осанкой, но голый и с болтающимся достоинством. Усмехнувшись в ответ, Ник наклонился, собрал их одежду и рядком разложил на земле.

Наблюдая за ним, Криса представилась:

– Криса их’Дрим. – И после небольшого молчания добавила: – Маг.

– Давай, Мечта, перебирайся в постельку, незачем царапать свою красивую попку о землю.

Хм… Просто слов нет, как приятно! То, что инициатива в разговоре принадлежала не ей, только радовало Крису. Честно говоря, она с трудом представляла, о чем можно говорить в такой ситуации. Попытавшись привстать, Криса охнула. Спину будто ошпарили кипятком. Ник, внимательно наблюдавший за ее действиями, сразу понял, в чем проблема:

– Так, лапочка, ложись на животик, сейчас будем тебя лечить. – Он взял ее за руку и помог перебраться на разложенную одежду.

У Крисы из глаз брызнули непроизвольные слезы, вызванные вспышкой боли в спине и ниже, но она только крепче сжала зубы. Вот ведь гад! А сам-то свеженький такой, и никаких травм у него, похоже, нету! А ведь должны быть – они неплохо покатались по земле, да и снизу он тоже побывал. Криса почувствовала, что ее лицу стало жарко. Ничего, сейчас можно, в темноте все равно не видно.

– Ого, абразивный круг отдыхает, – непонятно сказал Ник.

Ой, по спине и ниже стал растекаться жар, успокаивая боль. Почти сразу Криса стала проваливаться в дрему, жар стал просто теплом, и так она плыла и плыла в теплых волнах, словно в иной реальности. Очнулась она от мягкого массажа. Умм… Как приятно! Судя по тому, что Ник массирует ей спину и в тех местах, где раньше болело, он действительно подлечил ее. Ничего себе! Так он еще и целитель неслабый? Или уже времени так много прошло?

Приоткрыв один глаз, Криса убедилась, что на дворе еще глубокая ночь. Несмотря на ночное зрение, такие вещи определяются легко.

Мягкий массаж постепенно превратился в достаточно жесткий, от которого кровь по жилам потекла энергичней, а дрему как рукой смахнуло.

– Ну как? – Ухо обожгло горячим дыханием. Щекотно…

– Хорошо, – вырвалось у Крисы.

– А готова ли ты к продолжению? – все так же жарко прошептал Ник.

Хм… Готова ли она? Крисе надоело принимать пассивное участие в разговоре. Она осторожно перевернулась на спину. Ха! А ведь действительно ничего не болит!

– Неправильный вопрос, – посмотрев в глаза Нику, сказала она.

Ник, улыбаясь, удивленно приподнял бровь.

– Правильный вопрос таков: готов ли ТЫ к продолжению?

Он внимательно посмотрел себе вниз, затем на Крису:

– Всегда готов!

Ник

После второго круга «марафона», продлившегося даже дольше первого, я лежал с непонятными ощущениями и чувствами, бурлящими во мне. Голова Крисы уютно расположилась у меня на руке. Я уткнулся ей в волосы и второй рукой легонькими касаниями пробегался по ее спине, отчего Криса выгибалась и потихоньку стонала от удовольствия. Да, все было просто классно. В этот раз рулила Криса и задала мне жару. Но дело не в этом. Просто после секса с Крисой произошла непонятная хрень, в более слабом варианте проявившаяся и с Тишью. Если после первого раза я это заметил, но особого значения не придал, то сейчас эффект усилился, и игнорировать его не получается. Такое ощущение, что мое энергетическое поле подключили к электрической розетке – его переполняла непонятная сила, мышцы хотели действий. И это несмотря на то, что им пришлось только что хорошо поработать! Нет, вру. Я прислушался к ним. Мышцы все-таки утомились, но что-то заставляет их подергиваться, подталкивая меня к работе. Нет чтобы как раньше – спокойно отдыхать, ловя кайф от расслабленности!

«Умник, давай помогай. А то, чувствую, сейчас взорвусь! И вообще, что происходит?»

«Да не знаю я! Я сам смотрю и пытаюсь разобраться. Ну вот смотри: когда ваши ауры соприкасаются в обычном состоянии, ничего особенного не происходит. Ауры просто по частотам различаются и практически никак не влияют друг на друга. Но вот во время этого… соития, как я еще раньше заметил, они почему-то начинают резонировать. Откуда-то берется магическая энергия. Явного притока извне я не чувствую. Генерируется, что ли? Причем не только у тебя. Да ты сам посмотри на ауру Крисы!»

Глянув, я удивленно замер. Не скажу, чтобы такие уж сильные изменения, однако, несмотря на стандартную защиту (а может, просто она ее ослабила?), видно, как аура ярко светится от наполнившей ее энергии.

«Ну а мне-то что делать?»

«Не знаю. Ждать, наверное. По моим измерениям получается, что энергия просто еще не впиталась в твои внутренние резервуары, с которыми, кстати, я так и не разобрался. Но этот процесс потихоньку идет».

«Это что же, после каждого секса будет такая фигня?» – ужаснулся я.

«Не знаю. Может, приспособишься. Нужна статистика, чтобы проверить. Я просто буду замерять скорость всасывания энергии… ну дальше понятно».

Я рассмеялся про себя:

«Статистику, значит, тебе подавай?»

«А что такого? Тебе ведь нравится процесс. Какие проблемы?»

«Да ну тебя! Слушай, – вдруг кое-что вспомнил я, – а ведь такой фигни не было, когда в меня маги пулялись всякими нехорошими магическими плетениями. А я ведь без проблем и следов впитывал их. Почему?»

«Ну не все ведь магические штучки энергетически мощные. В основном их действие основывается на вложенном в них алгоритме работы, его сложности. Ну и вроде как в данном случае эта энергия чуть другая. У тебя, по крайней мере. Как у Крисы, не знаю. Может, ты еще просто не совсем адаптировался к ней. Кстати, у тебя эта новая энергия немного похожа на ту, что взаимодействовала с тобой, когда ты «танцевал» с ветром».

«Вот как? Кстати, а ведь это идея! Спасибо, Умник! Нужно попробовать».

Я прикрыл глаза и включил свой собственный, наработанный уже механизм сваливания в легкий транс. Этот процесс стал у меня получаться достаточно легко в любом положении, даже без шеста. Мысленно раскинул в стороны руки. Ну где же ты? Пару секунд ничего не происходило. Не сдержавшись, я немного выпустил наружу накопленную энергию. Криса недоуменно замерла, видно почувствовала что-то. Я успокаивающе погладил ее по спине. Она снова расслабилась.

В ладонях образовалось тепло, и почти сразу же лица коснулось дуновение ветра, легонько потрепав волосы. Я почувствовал слабый отголосок эмоций. Радостных. Потянулся навстречу – опаньки! Вот и ты. Как дела? Все хорошо?

Никаких мыслей, разговор только на уровне ощущений. Или все-таки мыслей?

Хочешь чуток энергии? А то у меня ее много, некуда девать. Хочешь? Хорошо…

Вокруг меня с Крисой закрутился слабенький ветерок. Я потянулся к нему и неожиданно почувствовал слияние. Как я определил это? Просто чужие эмоции и чувства стали моими. Неожиданно я увидел все окружающее меня пространство, но не глазами, а как-то по-другому. И тело мое стало большое-пребольшое. И такая легкость в движениях! Чувствуя необычайный подъем эмоциональных сил, я-ветер покрутился по поляне, одновременно присутствуя во всех ее точках. Как интересно все выглядит! Или это мой мозг пытается так оптимизировать картинку, чтобы было понятно?

Я щедро выплескивал лишнюю энергию, чувствуя, что ветру нравится такое вливание. В ответ со мной поделились еще одной способностью. Я вдруг почувствовал, что у меня сотни, нет, тысячи рук, которыми я одновременно могу управлять! Ух ты! А ну-ка сорвем вот этот листик! Оппа!

Я вдруг вспомнил о Крисе. А она подняла голову и недоумевающее огляделась.

– Откуда тут ветер? – тихо пробормотала она.

Мне стало весело. Так, что бы еще сделать? Чтобы не напрягать непонятным Крису, отвлек ее поцелуем, а сам потянулся за стену из деревьев, окружающих полянку, и увидел то, что искал. Большой камень. Килограммов на сотню или больше. Обхватил его несколькими воздушными руками, поднапрягся и медленно-медленно, но все-таки поднял. Чуть подержал. Тяжелый, зараза! У меня было такое чувство, что если еще поднапрячься или добавить энергии, то будет легче, но делать этого не стал – мне вдруг стало лень. Все! Резко отпустил.

Фух! Вроде все… Успокоился. А ты там как? Ага, довольный (или довольная?). Вот и хорошо. Что? В любое время? Да запросто! Пока!

Криса

К Крисе наконец вернулась способность рационально мыслить. И сразу в голову стали стучаться разные неприятные мысли. Как не хочется думать, демон ее побери! Хоть еще немного не вспоминать о неприятном! Просто полежать и, отбросив все тревоги, понежиться в крепких мужских объятиях. Но Криса отлично знала себя – отвлечься теперь уже не получится. Она нахмурилась и невольно вздохнула.

Ник

Меня привлек тихий вздох Крисы. Взглянув на нее, увидел, что она невидяще смотрит вверх и хмурится. В некоторых местах ее ауры цвета стали смещаться в область, отвечающую за отрицательные эмоции. Из той книжки по целительству я узнал много интересного об использовании ауры для диагностики заболеваний, настроения, эмоций. Там была даже краткая глава о способах определить, правду ли говорит человек. А устроив Васе интенсивный допрос на эту тему, я значительно расширил свои знания. Поэтому в последнее время я постоянно тренировался и пытался закрепить практикой эти навыки. С магами здесь гораздо сложнее. Любой маг выше шестой ступени может контролировать свою ауру и вносить в нее коррективы. А целители способны делать это, начиная уже с седьмой ступени. Но, что характерно, контролем своей ауры магам удается, так сказать, «мутить воду», но не спрятать состояние своего здоровья. Я научился контролировать свою ауру в этом аспекте сначала с помощью Умника, а потом и без него. Не скажу, что делал это виртуозно, но что-то получалось. По крайней мере, теперь я могу ненадолго взбаламутить свою ауру выплесками энергии таким образом, что прочитать ее просто нереально. Умник же при необходимости может навести иллюзию, которая изображает мою искренность и правдивость, при этом я могу врать сколько угодно.

Так-с, пожалуй, пора вмешаться, да и поговорить настало время.

– О чем вздыхаем, красавица?

Криса вздрогнула и перевела взгляд на меня.

– Да так, о своем, о девичьем.

– Что-то мне подсказывает, что совсем не о девичьем.

Криса вздохнула и, помедлив, спросила:

– Слушай, а ты давно понял, что я за тобой наблюдаю?

– Я бы сказал не «наблюдаю», а «шпионю», – ответил я, с удовольствием увидев на ее лице замешательство. – Я тебя сразу заметил. Такую симпатягу просто нельзя было не заметить. – Я погладил ее по волосам.

– Погоди, – она отодвинулась и оперлась на локоть, внимательно глядя на меня, – это очень трудно сделать. И не всякому магу по силам. А ты непохож на мага. Защиты нет, магической энергии – тоже… Хотя… – Она присмотрелась к моей ауре. – Странно, откуда в тебе появилась магия? Не было же. – Она растерянно посмотрела на меня.

Я пожал плечами:

– Ну подумай сама, стал бы архимаг интересоваться мною, если б я был совсем обычным? Есть у меня кое-какие способности, вызвавшие его любопытство…

– Ты и про архимага знаешь? – Удивлению Крисы не было предела.

Я хмыкнул, заложил руки за голову и, поерзав, занял удобное положение. Разговор, похоже, будет занимательным.

– И не только это.

– Если ты столько знаешь, почему все это рассказываешь? Я ведь должна буду отразить твои слова в отчете, – криво улыбаясь, спросила девушка.

Я в ответ тоже улыбнулся:

– Да пожалуйста, разве вы не этого добивались?

– То есть? – Удивление на ее лице очень походило на искреннее.

Я пожал плечами:

– Ну хорошо, если хочешь, расскажу тебе ход своих мыслей. Там, наверху. – Я поднял палец вверх, и Криса невольно посмотрела на небо. Я ухмыльнулся: – Я имею в виду твоих начальников, заинтересовавшихся моими способностями, которые, вместо того чтобы напрямую обратиться ко мне, зачем-то устроили эту возню с наблюдением. Вообще-то я их понимаю. А вдруг я откажусь от предложения и слиняю отсюда? Ну так вот. Приставили наблюдателей, а в качестве главной приманки – ты. Не знаю, откуда они узнали мои вкусы в отношении женщин, а может (я допускаю это) просто так совпало, но я не мог тобой не заинтересоваться. Причем, заметь, о том, что я вас не только вычислю, но и буду видеть, они должны были догадаться.

По мере того как я говорил, Криса выглядела все более и более удивленной. Она уже давно села и прижала руки к груди, подтянув свою одежду и накинув ее на нижнюю часть тела. Я недовольно поморщился – лишили красивой целостной картины!

– Но зачем? – воскликнула она.

– Откуда я знаю? Возможно, посчитали, что мне будет труднее уйти, если рядом со мной будет такая девушка, как ты. А может, чтобы тебе легче было выведывать у меня информацию. Да мало ли какие причины?

Переведя дыхание, я продолжил:

– Поняв, что я действительно тебя вижу (а я ведь не раз намекал на это), вы перешли к следующей части плана. – Я специально описывал один из наименее вероятных вариантов, чтобы посмотреть на ее реакцию. – Как я заметил, ты привела себя в порядок и отключила свой полог невидимости. А может, вы посчитали, что я решу, что это твой выбор, а они тут ни при чем? – Я снова пожал плечами. Похоже, пожимание плечами на сегодня стало моим любимым способом выражения своего отношения к происходящему. – Вот я и решил подыграть. Кроме того, от этого я получил несказанное удовольствие. Надеюсь, и тебе доставил несколько приятных минут.

Криса опустила голову и, задумавшись, стала ковырять пальцем в земле. Я не отвлекал ее. Пусть обдумает мои слова.

Немного помолчав, она тихо проговорила:

– Ты ошибаешься.

Не дождавшись продолжения, я спросил:

– В чем?

– Я не в курсе намерений архимага и полог не отключала. – Она подняла на меня глаза. Упс, а мы, кажись, сейчас заплачем!

– Ну-ну. – Протянув руку, я сделал попытку погладить девушку, но она отшатнулась. – Хорошо, – я недовольно опустил руку, – может, и так. Возможно, тебя использовали втемную. Но с теми же целями. Не знаю, как они планировали подсунуть мне тебя, но это случилось. Вот ты мне и скажи, как это получилось?

Криса долгим взглядом посмотрела на меня, затем, отведя глаза, ответила:

– Не знаю. Вообще-то я жутко злилась из-за того, что меня заставили заниматься этим делом. А еще ты постоянно был перед глазами, да еще каждый день на поляне скакал полуголый… Вот… А у меня уже давно никого не было. – Последние слова она произнесла шепотом, я еле расслышал ее. – И полог я не отключала, он сам пропал, а это плохо… Очень плохо. Это говорит о том, что я настолько потеряла… – Она замолчала, подбирая слово.

– Голову? – подсказал я.

Криса бросила на меня злой взгляд:

– Концентрацию! Для моего уровня такие вещи непозволительны!

– Ладно, не кипятись. – Я погладил ее по коленке.

Не обращая внимания на мою руку, она вдруг набросилась на меня:

– А ты, выходит, знал об этом и решил воспользоваться ситуацией, так, что ли?

Ха! А от злости она становится еще краше.

– Да ты и сама не особо сопротивлялась! Можно сказать, совсем не сопротивлялась. Уж будь уверена: если бы ты меня оттолкнула, я бы не стал принуждать! – Я сделал вид, что обиделся, и отвернулся от нее.

Ситуация, не знаю почему, доставляла мне удовольствие. Давно я не ругался с женщиной. Оказывается, в такой пикировке (разумеется, если она не длится слишком долго) есть своеобразная извращенная прелесть.

В молчании прошло с пару минут. Я даже стал думать, что Криса не оттает. И когда уже готов был сам идти замиряться, почувствовал, как она легла рядом и прижалась к моей спине.

– Насколько реально то, что ты рассказал?

Я пожал свободным плечом:

– Не знаю. Но вероятность велика. Не удивлюсь, если окажется, что на самом деле вариантов разработано много, а реализуется тот, который больше подходит к ситуации. А может, это шаблонные действия, разработанные специально для подобных случаев. Скажи-ка лучше, куда подевались твои спутники?

– Да как обычно. На стражников наткнулись.

Я хмыкнул:

– К твоему сведению, это я вас путал так, чтобы они попадались.

– Я догадалась.

– Вот как? Хорошо, тогда что ты скажешь на это: сегодня я вас не путал. Ты уверена, что твои опытные спутники сами, без посторонней помощи, настолько расслабились, что все вдруг попались, да еще так быстро?

– И что это значит? – через некоторое время спросила Криса напряженным голосом.

– Могу только предположить, – ответил я и замолчал.

Криса толкнула меня:

– Ну не молчи! Говори!

Я повернулся к ней и, обняв, прижал к себе. Криса не стала возражать.

– А это может означать разное. Например, всех их пробило на понос, и они, чтобы не смущать тебя, решили таким способом отмазаться от сегодняшнего дежурства.

Криса хмыкнула:

– Вряд ли.

– Или же они почувствовали в тебе нечто такое, чтобы сообразить, что настал момент истины. Наверное, у вас в наружке не самые глупые гномы сидят. Не удивлюсь, если ты постоянно находилась на контроле и кто-то оценивал твое психическое состояние. Есть там у вас такие?

Криса, нахмурив лобик, с полминуты думала.

– Не знаю, вроде как Бронх подходит. Он как-то обмолвился, что служил то ли в разведке, то ли еще где и был долгое время у людей.

– А кто он у вас в команде?

– Главный. Через него приходят указания, что и как делать. И отчеты сначала просматривает он.

– Ну что ж, – задумчиво произнес я, – может быть, и так. Но не факт.

Мы помолчали. Криса уткнулась мне в шею и стала посапывать там. А я гладил ее по голове и смотрел на небо.

– Что же мне делать? – наконец спросила Криса.

– А что хочешь, – улыбнулся я. – Что бы ты ни рассказала, для тебя это ничего не изменит. Можешь описать все, что у нас тут происходило. Только не забудь сделать мне копию. И особое внимание удели всем позам, которые мы использовали.

– Да ну тебя. – Криса стукнула меня кулачком в грудь. – Я серьезно.

– Я тоже. – Я посмотрел на девушку. – Если они ждут от тебя именно того, что и произошло тут, то не особо удивятся. Ну для виду пожурят, может, попугают. Если же ты ничего не скажешь, вся эта бодяга будет продолжаться. А может, как раз таки тебе и попадет, как не оправдавшей доверия. Прямо этого не скажут, но последствия будут. Могут и заменить. Кроме того, если не скажешь, все равно не сможешь в том же режиме таскаться за мной. А если у вас там есть такой уж умный и проницательный психолог – все равно по твоему виду он поймет, что произошло. В этом случае тебе перестанут доверять. Так что куда ни кинь – всюду клин.

Через минуту размышлений Криса спросила:

– А почему ты мне все это говоришь? Ведь если я передам твои слова в отчете, вряд ли тебя это обрадует.

Я хмыкнул:

– У меня есть одно преимущество перед вами. Если наверх уйдет информация, которая мне не понравится своими возможными последствиями, я об этом узнаю и сделаю соответствующие выводы. И, поверь мне, никто не сможет меня остановить – я просто исчезну.

Всю эту белиберду я проговорил насколько возможно уверенным голосом. Да, возможности для побега у меня есть, но на каждую хитрую резьбу всегда найдется свой винт. К счастью или к сожалению, но мне еще не приходилось испытывать на себе всю мощь местных магов. И я совсем не был уверен, что смогу бесследно исчезнуть или, если вдруг такое случится, выстоять перед настоящим боевым магом. Однако Крисе этого знать совсем не обязательно.

– А откуда ты это узнаешь? – заинтересованно спросила Криса.

– Так я тебе и сказал, – хмыкнул я. – Просто поверь мне – узнаю.

Мы снова помолчали. Криса хмурилась, пытаясь разложить в голове информацию. Я ждал.

– И все-таки, – очнулась Криса, – что ты можешь мне посоветовать?

– Хорошо, – улыбнулся я.

Застращал-таки, девочку. Аж самому неловко. С другой стороны, у нее ведь действительно непонятная ситуация.

– Я уверен, что скрывать факт, что мы познакомились, не имеет смысла. А вот что входит в это знакомство и прочие обстоятельства можно скорректировать, чтобы минимизировать отрицательные последствия. Ты слушаешь?

Криса с сосредоточенным видом кивнула.

– Ну так вот, ты можешь сказать, что вынуждена была раскрыться мне.

– Каким образом?

– Я уверен, что сейчас твои спутники пытаются найти нас по всем известным им точкам, где я занимался ранее. Или они могут узнать твое местоположение магическими способами?

Криса отрицательно мотнула головой.

– Хорошо. Так вот, там они нас не найдут. В это место они придут в последнюю очередь, как в наименее вероятное – я был-то тут всего один раз. И кстати, нам надо будет скоро отсюда уходить. Так вот. Ты скажешь, что я сегодня нашел новое место для тренировок. Пусть это будет где-то на внешней стене. Ну и, как вариант, я так затренировался, что сорвался со стены, но сумел зацепиться. А тебе волей-неволей пришлось мне помочь, дабы не потерять подопечного. Конечно, шито это все белыми нитками, но, если я прав, особых последствий для тебя не будет. Или придумай что-то свое, более-менее правдоподобное. Дальше. Скорее всего, завтра тебе выразят порицание, но, – я поднял вверх палец, – по рекомендациям насчет дальнейших действий ты сразу поймешь, прав я был или нет. Если тебя отзовут, значит, все мои рассуждения не стоят и медной монеты, и ты сможешь утешаться тем, что в любом случае не смогла бы это скрыть, и тогда последствия были бы серьезней.

Я перевел дыхание. Криса поторопила меня:

– А если ты прав?

– Ну тут уже понятно. Тебе просто дадут указание свести со мной более тесное знакомство. Могут даже обставить так, что, мол, ты сама во всем виновата. Это чтобы привить тебе чувство вины, от которого, что логично, ты должна с большей отдачей вкалывать и для своей дальнейшей карьеры идти на крайние меры, то есть постель, а может, еще что…

– Вот гады! – процедила сквозь зубы Криса.

Фух! По ходу, отболтался, по крайней мере, теперь в ее глазах я не должен выглядеть подлецом, каковым себя, кстати, и не считаю. А ведь я, по сути, и не обманываю ее.

– Ну-ну, – я поцеловал ее, – они всего лишь делают свою работу, как могут. А ты, если все случится именно таким образом, можешь тоже оставить их с носом.

– Это как? – заинтересовалась она.

Ха! По всему получается, что своим рассказом я настроил ее таким образом, что эта мысль у нее даже не вызывает отторжения! М-да… Гибнет во мне… ну пусть будет Казанова, что ли…

– Ну во-первых, ты можешь хорошо делать свою работу – налаживать мосты со мной тебе не придется, они уже налажены. Во-вторых, я не собираюсь от тебя требовать чего-то, что идет вразрез с твоими патриотическими чувствами – пиши в отчетах, что считаешь нужным. Если я не захочу, чтобы что-то попало в твои отчеты, я просто тебе этого не покажу и не скажу. – Я, конечно, немного завирался. Просто надеялся, что Криса сама не захочет кое о чем говорить, если правильно себя с ней поставить. В крайнем случае, есть и другие способы. – Ну и в-третьих, ты можешь смеяться над ними, занимаясь со мной сексом, если уж тебя на это толкают, но при этом получать удовольствие и не казниться… Ну разумеется, если последнее тебе противно, я не собираюсь настаивать.

Я чуть отодвинулся от нее, давая ей возможность решить. К моей радости, Криса, даже не задумываясь, тут же придвинулась ко мне, тесно прижалась и, положив голову мне на грудь, сказала:

– Ну что ты. Мне нравится. А тебе?

– Разумеется, – улыбнулся я. – Ты просто великолепна! А теперь, – я уже некоторое время наблюдал, как примерно в полукилометре появилась двойная отметка, которая идентифицировались как «наблюдатели – сотоварищи Крисы» (бадди-комп давно их внес в свою базу данных), – в эту сторону двигается кто-то из твоих. Скорее всего, они вспомнили об этом месте.

Криса встрепенулась:

– А зачем вообще им нас искать? Ты ведь сказал, что они планировали это?

Мне понравилось то, что она сказала «они».

– Я бы тоже на всякий случай проконтролировал, как идут дела, мало ли что. Возможно, они надеялись быстро нас найти, чтобы понаблюдать, а мы оказались в таком месте, которое в их списке стоит последним. Кто знает? Ну-ка встань.

Криса медленно стала подниматься, а я, когда мимо меня проплывал ее животик, звучно чмокнул ее в пупок. Она взвизгнула и отскочила:

– Дурак!

– Ага, и еще какой, – пробормотал я, быстро скатывая свою и ее одежду в рулон.

– Ты что делаешь?

А я зажал под мышкой одежду и сказал:

– А сейчас… Бежим! – И рванул вон из парка.

– Ты куда?! Отдай одежду, придурок! – закричала Криса, кидаясь вслед за мной.

Я только засмеялся, но не стал далеко вырываться, а так, чтобы Криса была на пару шагов позади меня. Поняв, что не догонит меня, она крикнула:

– Увидит же кто-нибудь!

– А пусть!

– Не хочу! – пристроившись рядом, выдохнула она.

– Не бойся, никто нас не увидит. Я позабочусь об этом. К тому же ты совсем забыла про свой полог невидимости.

– Ой, точно! – И тут же ее окутало поле, за которым она спряталась от возможных посторонних глаз. – А ты можешь так?

– Налево! – Я не стал отвечать и запетлял между домами, сверяясь с бадди-компом, который прокладывал курс домой в обход «двуногих» препятствий. А Криса уже забыла про свой вопрос, что меня несказанно обрадовало.

Хотя еще не рассвело, на улице потихоньку стали появляться ранние пташки. Бежать было хорошо, теплый встречный ветер ласкал лицо, да и просто настроение было приподнятым. Глянув искоса на Крису, заметил, что она тоже получает удовольствие. Улыбка не сходила с ее губ. Ее коса не поспевала за нею, то взметаясь вверх, то хлопая ее по спине и кончиками – по попе. Груди у нее были не большие, но и не отсутствовали, и она придерживала их руками.

– А где одеваться? – спросила Криса, когда мы приблизились к нашим домам.

– У тебя во дворе есть укрытое местечко? – оглядываясь, спросил я.

Криса, заглядывая внутрь двора через решетку, попыталась вспомнить такое место. Я не стал ей говорить, что она вполне может одеться и на улице, все равно ее никто не увидит, а она, похоже, не совсем адекватно оценивала обстановку.

– Вроде вон там в глубине есть что-то похожее, – показала рукой она.

– Сигнализация есть?

– Есть, но ее ставила я, сейчас. – От нее слабо повеяло магоэнергией. За это время Умник успел разобраться с защитой и тем сигналом, что подала Криса. Так, для коллекции. Оказывается, каждый маг старается внести в такую защиту что-то свое. И у каждого есть свои интересные наработки. Бегая по городу, я, вернее, Умник снял матрицы чуть ли не со всех установленных защит и сигнализаций во внутреннем городе.

– Пошли, только тихо! – прошептала Криса, взяла меня за руку и повела по кругу в предполагаемое закрытое место. Говорить ей, что дома никого нет (скан однозначно показал это), я не стал, а то еще сразу убежит.

Затянув меня за собой в густые кусты, Криса осмотрелась. Я тоже. Классное местечко! Разросшийся пышный куст занял пространство около десяти метров в диаметре, оставив в центре свободное пространство метра на два, причем не замусоренное ветками. Куст рос высоко, метра на три с половиной, и плотно закрывал густой листвой сердцевину. Поставить качалку – и место отдыха в жаркий день готово.

– Давай одежду! – Криса протянула руки к свертку в моих руках, но я его бросил на землю подальше от себя. Девушка вопросительно посмотрела на меня. Я же притянул ее к себе и нежно поцеловал.

Криса

Дома никого не было. Могла бы и сразу догадаться по состоянию сигнализации. Но Ник так забил голову своими разговорами, что Криса иногда пропускала некоторые вещи мимо сознания, и, сама не понимая почему, принимала его предложения как должное.

Криса сразу направилась в купальню. Хорошо хоть никто не видит ее походки, как она двигается враскорячку. Уф! Ну и безумный денек выдался! Вернее, ночь.

Бросив одежду на пол (а домой она так и вошла голышом, неохота было натягивать на себя грязную одежду в двух шагах от порога), включила в бассейн воду. Демоны! Опять горячей воды нет. Что-то разладилось внизу. Надо будет посмотреть, может, просто требуется подправить магоплетение. Иногда такие вещи, оставшись без присмотра, по непонятным причинам начинают сбоить. А может, маг никудышный попался. Ладно, сама нагреет. Не впервой.

Криса легко сплела в воде нагревающую структуру и передала ей обычный импульс энергии. Вода почти мгновенно закипела и обожгла не ожидающую такого коварства девушку горячими брызгами. Взвизгнув, Криса отскочила от бассейна. Что, демоны побери, происходит?

Вытерев места, куда попали брызги (слава тем же демонам, ничего серьезного), она внимательно всмотрелась в продолжающее действовать плетение. Странно, такое ощущение, что она туда вбухала в несколько раз больше энергии. С чего бы это?

Криса вытянула из-за спины косу и задумчиво стала ее расплетать. Наконец догадалась проверить свои запасы энергии и замерла от увиденного. Еще утром она была обычным магом шестой ступени, а сейчас ее запас таков, каким могут похвастаться только маги пятой ступени. «Может, сразу сдать экзамены на присвоение пятой ступени?» – скептически подумала Криса. Нет, ей не хватит необходимых знаний… Единственное объяснение – Ник. Больше с ней сегодня ничего не происходило. Интересно получается. Он не только накачал ее своим семенем – вон до сих пор течет по ногам, – но еще и магией? В таком случае она не откажется почаще с ним встречаться. Девушка невесело улыбнулась.

Криса продолжила расплетать косу. Жаль, что это ненадолго. Накопить-то магию, конечно, можно. Однако все дело в способности делать это самостоятельно. И снова Криса замерла, как только внимательней прошлась внутренним взором по своему организму. Вот это да! О таком она даже и не слышала – в ее ауре кое-что изменилось. И это «кое-что» отвечает за некоторые магические штучки. Это хорошо, но и недостатки есть – управлению бóльшими энергиями надо учиться, а то можно сжечь себя.

Криса встряхнула головой. Ладно, об этом она подумает позже. А сейчас неплохо было бы отмокнуть. Ноги еле держат. Хоть и чувствует она себя вполне нормально, но организм явно устал.

Разбавив кипяток холодной водой, Криса плюхнулась в воду и в блаженстве закрыла глаза, отбросив все мысли. Чуть полежав, положила руку себе ниже живота и стала дозировано воздействовать на это место энергией, одновременно подпитывая определенные участки ауры. В низу живота немного побаливало. Но удовольствие того стоило. «Ничего, заживет», – усмехнулась девушка. Зато прошедшую ночь она запомнит надолго, если не на всю жизнь.

Убаюканная теплой водой, Криса задремала.

Ник

После бурно проведенной ночи с Крисой я проспал не больше часа. Этого мне хватило, чтобы прийти в себя. Эх! Люблю я свой обновленный организм!

Все! Харэ отдыхать! Надо заняться текущими делами.

Сбегав на кухню и стащив вчерашние пирожки с крынкой молока, я быстро перекусил и засел за анализ имеющейся у меня информации о преступности у гномов. Для начала пропустил через поисковую систему уже отсканированные книги из библиотеки Васы. Кто знает, вдруг там есть нужная информация?

Быстро проведя поиск по стандартному варианту, используя слова и словосочетания на тему убийств и похищений, был немного обескуражен отсутствием результатов. Ладно, поступим по-другому. Я напустил на базу книг хорошо зарекомендовавший себя «Фактограф». Нехай построит свой собственный индекс. После его работы можно будет найти инфу, близкую к нужной мне тематике, да еще и в подборке.

Ладно, а пока железяка работает, пошуруем-ка в памяти разбойников с большой дороги. Так, что тут у нас есть? Ну это понятно, есть гильдия убийц. Есть упоминания о гильдии воров, куда уж без них! Еще есть контрабандисты, у них тоже существуют свои сообщества, но не гильдии – слишком они разобщены.

А вот это интересно. Получается, воры и убийцы – типа наших транснациональных компаний. Их филиалы есть чуть ли не везде: и у людей, и у гномов. У эльфов тоже есть, но там они состоят из эльфов-отщепенцев, отлученных от своих Домов, и работают на сопредельных территориях. Хотя есть намеки на то, что кое-кто в лесу неофициально их поддерживает. Так, что еще? Орки. Обычно просто наемники, но частенько и сами организуют банды для нападения. Следующие – демоны. По демонам информации в криминальном смысле нет… Идем дальше. Люди. Тут эти гильдии чувствуют себя наиболее вольготно. А конспирация в гильдии убийц поставлена на высшем уровне. Кроме подельников (а обычно это тройки исполнителей) они знают только своего непосредственного куратора. У тех, кто находится выше, возможно, все обстоит по-другому. Многие исполнители, при наличии соответствующих способностей, после долгих лет «службы» повышаются до уровня работ административного характера. Все. Больше никакой интересной информации нет. Мне попались как раз такие исполнители, которые, по сути, мало что знают. Жаль.

Так, а что там в книгах наш «Фактограф» накопал? Ага, все-таки что-то есть! Интересно. И снова о гильдии убийц, только почему-то они тут называются «мертвители». А, ну понятно, книжка трехсотлетней давности. Ничего себе! Я впечатлился. Структура, которая действует несколько сотен лет! В книге, кстати, приводился пример попытки уничтожить мертвителей как класс. Разумеется, безуспешной. Скоропостижно скончались главные зачинатели этого дела – один король у людей, куча магов (ого!) как у людей, так и у гномов и эльфов. И снова ни демоны, ни орки тут не участвовали. После такого мертвителей оставили в покое, а они переименовались в гильдию убийц и продолжали действовать, правда немного поумерив пыл. Если раньше, бывало, они диктовали свои условия даже королям, то постепенно отошли от политики (по крайней мере, внешне) и занялись чистым бизнесом. Благо всегда были и есть люди, гномы, даже эльфы, которым надо избавиться от своих недругов чужими руками.

М-да. Мне не понравилось упоминание о том, что кроме убийств они занимаются и похищениями ради выкупа или просто за деньги. Хреново, если гильдия убийц приложила руку к похищению сестренки Солы. Боюсь, тут я буду бессилен чем-то помочь. Ладно, поживем – увидим.

Я выглянул в окно и вздохнул полной грудью. Светает. Не знаю почему, но мне не дает покоя эта ситуация с маленькой девочкой. Что-то во мне начинает возмущаться и рычать, стоит лишь подумать об этом. Убил бы всех, на фиг!

Я стукнул кулаком по подоконнику. В палец впился перстень. Я удивленно посмотрел на него. Совсем забыл о подарке отца Тира. Тоже темная личность. Кстати, он обещал мне помощь, если что. Правда, прозвучало это так, мол, если где-то там, далеко, понадобится помощь, типа обращайся. А здесь? Попросить, что ли, его узнать, где может находиться девочка? Хм… Какой-то он непонятный тип, а вдруг он сам работает в гильдии убийц? Тогда я со своей просьбой засуну руку прямо в клубок змей. И все! Кирдык наступит Нику! Да, что-то такое в нем есть. То, как он держится, ведут себя власти предержащие. У Тира, что ли, поспрашивать? Ладно, оставим как запасной вариант.

Я походил по комнате. Чем бы отвлечься? Читать больше не хочется. Спать – тем более. В кратком сне, оказывается, есть и свои отрицательные стороны. Вот как теперь – просто трудно найти себе занятие. Ладно. Я снова лег на кровать и вызвал перед глазами виртуальный рабочий стол. Полазил по настройкам. Может, поиграть? Нет, не хочется. И так моя жизнь здесь походит на затянувшуюся игру. С Умником общаться тоже что-то не хочется.

Я вызвал изображение радара. Вон Лана спит, Мора ходит внизу. Садовник возится в конюшне. Надо будет Принцессу навестить и выгулять – застоялась она тут. В доме напротив нашел отметку Крисы. Улыбнулся, вспомнив произошедшее. Хороший был секс. В кустах у них во дворе – немножко жестковатый, но Крисе понравилось. Зуб даю!

Вон и ее спутники тусуются, не спят. Скоро у них смена.

Эх! Радар, что ли, модифицировать? А то надоел своим плоским видом. Хоть изображение и крутится в соответствии с тем, куда моя голова поворачивается, но выглядит каким-то устаревшим. Ладно, поработаем напильником…

Через час я полюбовался произведенными изменениями. Первоначальный вариант я оставил как есть, только добавил новый режим работы. В этом режиме радар показывает трехмерную карту местности, где я нахожусь, и более детально подает информацию об объектах наблюдения – удаленность, высоту над землей, расу. Помимо возможности покрутить трехмерную модель можно накладывать метки на реальную обстановку, видимую глазами.

Кстати, а неплохо бы и оружие показывать! Распознавание образов мой комп уже умеет делать, просто надо научить его распознавать информструктуры оружия. Ладно, сейчас прикручу нужный механизм, а потом пусть Умник потренирует бадди-комп.

За работой прошло еще какое-то время. За окном совсем рассвело. Так, пора прогуляться по рыбным местам. Однако моим планам не суждено было сбыться. На улице послышался голос: кто-то разговаривал с садовником. Глянув на новый интерфейс радара и покрутив трехмерную модель, я увидел виртуальную отметку Леона внутри ограды. Нормально радар работает. Есть шероховатости – не очень точное совмещение отметки и модели местности, – но это дело наживное, поправим потом.

Я выскочил во двор. Леон ругался с Вэлом, который не хотел его впускать. Леон увидел меня и замахал рукой.

– Ник, ну хоть ты скажи этому милому гному, что я твой друг! – прокричал он.

– Все в порядке, Вэл, – я похлопал по плечу хмурого садовника и главного во дворе, – пропусти его.

– Вот ужо пожалуюсь мэгу Васе, ходют тут всякие, – пробормотал Вэл, пропуская Леона.

Тот быстро просочился в появившуюся щель в воротах, не дожидаясь их полного раскрытия, и остановился передо мной, улыбаясь. Ну что ж, вид у него вполне цветущий и довольный. Из-за спины торчат рукояти эльфийских мечей.

Я не стал жеманиться и просто обнял его. Почему-то я очень соскучился по нему.

– Здорово, бродяга! Где ты так долго пропадал, почему не заходил?

Мы развернулись и потихоньку пошли в глубь сада. Домой заходить совсем не хотелось.

– Да вот, Мерк Инвази не отпускал от себя ни на шаг. Чего-то он сильно опасается. Даже домой не собирается. Гномы ему предоставили отдельный служебный дом неподалеку от гильдии магов. Вот там он и обретается. А мне пора возвращаться на службу, – вздохнул Леон, – подзадержался я тут. Напоследок решил зайти к тебе.

– Правильно сделал, дружище! – Я радостно хлопнул его по плечу. – Когда отправляешься?

– Примерно через неделю. Эта неделя у меня практически свободна. А куда мы идем? – Он огляделся.

– Эх, не романтичный ты человек. Ты просто посмотри, какая тут красота, – я обвел руками сад, – неужто не чувствуешь, как в тебя вливается энергия жизни? – Я хитро посмотрел на Леона.

Тот скептически рассматривал клумбы и красивые дорожки, посыпанные белым песком, изгибающиеся так хитро, что можно было видеть только дорогу на несколько шагов вперед, остальное скрывалось за частыми поворотами. Однако из верхних окон открывался красивый абстрактный вид.

– Ну, – с сомнением протянул Леон, – красиво, конечно.

– Да ну тебя, – махнул я рукой.

– Ну а у тебя как дела? Обустроился тут? Какие планы на будущее?

– Да нормально все. Вот чуток учусь у Васы магии. Что дальше делать, пока не решил. Никто не выгоняет, но чувствую себя, как в болоте: затягивает потихоньку, и тепло вроде – нигде не давит, – но вниз засасывает.

Леон покивал:

– Мне знакомо это чувство. Оно возникает у людей с деятельной натурой или у тех, чья работа – постоянно что-то делать, путешествовать, сражаться. А ты такой?

Хм… Как он заговорил. Я заинтересованно посмотрел на него и пожал плечами. А ведь я не шутил, говоря, что что-то стало давить на меня. Я этого и сам не замечал, а вот вопрос задали – и выплыл ответ…

Из задумчивости меня вывел тычок локтем в бок:

– Эй! Очнись!

– Угу.

– Ты как, тренировки не забросил? Или совсем расслабился тут? – Он кивнул на окружающую нас красоту.

Я хищно улыбнулся:

– Спарринг?

– Давай посмотрим, чему ты тут научился без опытного учителя вроде меня, – серьезно сказал Леон, но в глазах у него мелькали задорные искорки.

– Сейчас, только за мечом сбегаю, – сказал я и повернулся к дому.

Окно моей комнаты располагалось недалеко от нас. Бадди-комп подсветил все выступы на внешней стороне здания, возможные траектории движения, с учетом моих способностей, коэффициенты которых постоянно корректировались мною в компе с ростом этих самых возможностей. Но это мне сейчас не нужно. Уже не раз я проделывал такой трюк, а то слишком долго добираться до своей комнаты через все коридоры. Да не так уж и высоко. Буквально в два касания я взлетел к своему окну, присел на корточки на подоконнике и оглянулся на Леона. Тот стоял с открытым ртом и смотрел на меня. Я подмигнул ему и соскочил с подоконника в комнату. Взяв меч, рыбкой выпрыгнул из окна (предварительно удостоверившись, что не свалюсь на голову Леону), перевернулся в воздухе и мягко приземлился на землю. Чем дальше, тем лучше я контролировал такие прыжки. Но все равно пару кратких мгновений в воздухе был дезориентирован. Вот и работал над собой, пытаясь полностью взять контроль над ситуацией.

– Ну ты даешь! – выдохнул Леон. – Вижу, что времени ты зря не терял! Ладно, а как с мечами дело обстоит?

– Пошли за мной, тут есть одно неплохое местечко. – И я, довольный произведенным эффектом, повел его на свою укрытую полянку.

* * *

– Ух ты! – воскликнул Леон, когда я, стоя напротив него, вытащил из ножен меч. – Откуда у тебя такая красота?

– Хм, – улыбнулся я, – сам сделал.

– Так ты вроде не кузнец!

– Магия. – Я состроил важное лицо и поднял кверху палец. Потом рассмеялся.

– Да ну, – с сомнением произнес Леон, – это ж такая морока – накладывать магию на оружие, потому и стоит дорого. А еще заботиться надо постоянно, иногда таскать на подпитку магам.

– Тут магия работала, только чтобы придать такой внешний вид мечу. А так меч как меч. Ладно, забей. Начнем?

Леон кивнул и вытащил один из своих мечей.

И мы стали медленно кружиться, приглядываясь к движению, позам противника.

– Неплохо двигаешься, – оценив, сказал Леон.

Не успел он это сказать, как я атаковал. Леон легко ушел от атаки.

– Молодец, подловил момент, когда я отвлекся на разговор, – улыбнулся он.

И сам бросился в атаку. Но теперь ему было не так просто со мной справиться, как это еще случалось некоторое время назад. Пока он говорил, я успел войти в транс и практически сравнялся с ним в скорости. Через некоторое время понял, что не уступаю Леону. Он не смог прорваться ко мне. А я пока только защищался. Леон отскочил.

– Хвалю! – сказал Леон и чуть опустил меч, показывая, что надо приостановиться. – Вижу, что времени даром ты не терял. И даже если противник добьется того, чтобы ты встал против солнца, выгоды это ему почти не даст – твой меч сверкает и здорово отвлекает внимание. Надо будет подать идею своим.

Ну-ну, пусть попробуют. Интересно, как они смогут добиться такого же эффекта?

– Продолжим? – спросил я. – Я еще не все тебе показал. – И сразу бросился к Леону, взвинтив темп.

Похоже, мне удалось удивить Леона. Работая одним мечом, ему не удавалось пробить мою защиту. Улучив момент, он выхватил второй меч и стал теснить меня, обозначив несколько тушé.

Ах ты так? Ладно. «Три!» – мысленно подал я команду. Надо отдать должное Леону, он только пошатнулся, да его мечи слегка изменили траекторию движения, в результате чего я сумел обозначить поражение, прорвавшись своим мечом в образовавшуюся щель в его защите.

– Все! – Леон отскочил и положил мечи плоскостями себе на плечи, затем задумчиво посмотрел на меня: – Никогда не думал, что за такое короткое время можно научиться владеть мечом. Да еще и приемы какие интересные показал! И кто только тебя научил? Ладно, скажи-ка мне, дружище, а не применял ли ты против меня магию?

– Когда? – Я сделал удивленное лицо.

Леон нахмурился и покачал головой:

– Эх, Ник. К твоему сведению, я владею своим телом, можно сказать, в совершенстве. И все, что с ним происходит, я могу однозначно определить или даже предвидеть. Сейчас я почувствовал кратковременную потерю концентрации. Мой организм тут явно был ни при чем, остается один вывод: на меня воздействовал ты. Я прав?

Я рассмеялся и хлопнул его по плечу:

– Я ведь не только мечом тут махал, но и кое-чем другим занимался.

– Жаль, что я не активировал свой амулет против магического воздействия, но ты все равно молодец. Момент был выбран просто отлично.

– Ну-ка покажи свой амулет, – загорелся я. – А почему ты раньше не говорил о нем? И что, как он защищает?

– Не говорил, потому что ты не спрашивал, а как работает, – он пожал плечами, – демон его знает. Знаю только, что не дает магам воздействовать на меня. Правда, защищает он только от слабых магов или если кто-то пытается подчинить меня. Да я толком не знаю. Выдали амулет и сказали, чтобы в сложных ситуациях активировал, вот и все.

Я взял в руки бляху, сделанную из какого-то сплава, покрутил. Похожа на монетку с дыркой. Чуть-чуть светится в магическом зрении.

– Активируй, пожалуйста, я хочу посмотреть.

Леон повесил монетку себе на шею и сильно сдавил ее пальцами с плоских сторон. Я, прищурившись, наблюдал, как от нее стала расти в стороны пленка энергии. В конце концов она заключила в себя Леона и пропала, как будто всосалась в него. Только аура его посерела. Я вспомнил, что точно так выглядел Мерк Инвази.

«Знакомая картинка?» – спросил я Умника.

«Ага, только теперь я понимаю, что происходит», – довольно отозвался Умник.

«Ну?»

«Это какая-то энергетическая структура, которая внедряется в ауру и не дает воздействовать на нее. Не очень сильная, насколько я понимаю, защита. И еще мне кажется, что для местных не очень безопасно долго ее носить».

Ну это понятно. Они почему-то не терпят долгого «заключения» или блокировки своей ауры.

– Как здоровье у Мерка? – неожиданно для Леона спросил я.

– Уже знаешь?

– Что? – Я вопросительно посмотрел на него.

– Что здоровье у него не очень. Еще в дороге начал сдавать. А тут прям свалился. Из дома не выходит, бродит по комнатам бледный, аппетита нет.

– Носит подобный амулет и не знает его возможностей? Он же не снимает его?

– Ну да, есть у него что-то такое, только по размерам больше. Неужто такой же?

Я хмыкнул:

– Странно все это. И у тебя, и у него однотипные амулеты. Хоть они и защищают, однако носить их постоянно не следует – заболеешь. Еще раз скажу: странно, что вы этого не знаете. А если учесть, что амулет Мерка больше по размерам, можно предположить, что и по действию он сильнее. Так что скажи ему: если не снимет амулет, то долго не протянет.

Леон снова сжал амулет, и он выключился. А я, пока амулет работал, еще и проверил, блокирует ли он возможность проникновения инфомагического щупа. Как и предполагал – ни в малейшей степени. Говорить Леону о бесполезности использовании против меня его магической защиты я не стал.

Сняв с себя амулет и посмотрев на него, как на змею, он угрожающе процедил:

– Я еще спрошу кое у кого, почему меня не предупредили о последствиях!

– Ладно, пойдем пить чифу. Мора, наверное, уже пирожков нажарила. Скажу тебе по секрету: таких вкусных пирожков я нигде не пробовал.

* * *

Позавтракав и поблагодарив Мору, на что она, не отвлекаясь от своих дел, только махнула рукой, мы поднялись в мою комнату.

– Кстати, – вспомнил Леон, после того как мы еще поболтали о разном, – вот, возвращаю тебе мечи. Спасибо, что дал попользоваться.

Он вздохнул и, сняв их, положил на стол. Я задумчиво посмотрел на него. Вообще-то мне они не нужны, а дружбу с Леоном можно и нужно укреплять. Врагов легче всего находить, а завоевать искреннюю дружбу не так просто, если же такое случилось, ее нужно постоянно удобрять. Подарки, конечно, для такого не годятся, но в данном случае это прокатит. Да и кто знает, куда меня закинет судьба?

– Значит, говоришь, через неделю отправляешься назад? – Я внимательно посмотрел на него.

– Угу, – кивнул он, грустно глядя на мечи.

– Давай сделаем так. Мне мечи особо не нужны. Да и деньги у меня есть, причем постоянный доход. Покрутился я тут, – ответил я на вопросительный взгляд Леона. – В общем, не об этом речь. Можешь оставить их себе. Так сказать, в память обо мне – встретимся ли еще когда?

Я замолчал, сомневаясь, высказать ли свою просьбу.

– Спасибо, – Леон даже не пошевелился, – отказываться не буду. Просто не в силах. – Он улыбнулся. – Однако я чувствую, что тебя что-то гложет. Есть какие-то проблемы?

Я про себя отметил наблюдательность Леона.

– Как тебе сказать… – Я замолчал.

– Давай, не тяни.

– Есть тут кое-что, возможно, мне понадобится помощь.

– Я так понимаю, раз ты решился говорить об этом со мной, дело связано с драчкой? Что, покуролесил с чьей-то женушкой? – пошутил Леон.

– Нет, тут дело серьезней. Давай я расскажу тебе обо всем, что знаю, а ты уже решишь, помогать мне или нет, ладно?

Леон кивнул, и я рассказал ему все, что знал о ситуации с Солой.

После рассказа Леон долго молчал. Наконец он отвел взгляд от окна и повернулся ко мне:

– М-да, неприятная ситуация. Наверное, ты ждешь от меня какого-то совета?

Я кивнул.

– К сожалению, я вряд ли чем-то смогу помочь в поиске девчонки. Я тут никого не знаю. Но если вдруг ситуация повернется таким образом, что ты найдешь, где ее держат, и тебе понадобится поддержка бойца, – помогу. Не знаю, почему ты принимаешь это так близко к сердцу, однако вполне могу понять твои чувства – у самого сестренки есть.

– Договорились. – Я протянул Леону руку. Тот, не задумываясь, пожал ее.

– Только постарайся провернуть это дело в течение недели. Дольше я не смогу здесь задерживаться.

– Хорошо, постараюсь, но сам понимаешь…

Леон кивнул.

– А вообще, как ты думаешь, кто может быть похитителем? – спросил я.

– Тебе перечислить по именам? – хмыкнул он.

– Такого я от тебя не жду, – улыбнулся в ответ я, – просто озвучь свои мысли на этот счет.

– Все зависит от причин похищения. Если ради выкупа, то это может быть кто угодно. Но вообще, сам понимаешь, такие дела лучше поручать профессионалам. И чаще всего этим занимается гильдия убийц. А они стараются поддерживать свою репутацию на высоком уровне – практически не бывает, чтобы они выдали заказчика или не справились с работой. Поэтому к ним и обращаются для обделывания таких делишек – гарантия исполнения высокая, и это безопасно для заказчика – в гильдии умеют хранить тайны своих клиентов. В общем-то вариантов я больше не вижу. Да и как тут угадать, не имея информации?

Мы немного помолчали, думая каждый о своем. Я не стал говорить, что эта ситуация, возможно, возникла из-за встречи Мерка Инвази с представителями гномьих властей. Это ничего не изменит, а сказал Леон достаточно – по его словам, для таких дел (политических, что, скорее всего, так и есть) нанимают убийц из соответствующей гильдии.

– Не представляю, что можно сделать, если тут замешана гильдия, – пробормотал я.

Повернувшись к двери, я сказал:

– Лана, паразитка, заходи уж.

Дверь после секундного промедления открылась, и в комнату вошла хмурая Лана. Я осуждающе покачал головой:

– Тебе не говорили, что подслушивать нехорошо? От этого ушки вытягиваются.

– Ну и пусть вытянутся. Зато буду на эльфийку похожа!

Мы с Леоном рассмеялись.

– А как ты узнал? – спросила Лана, махнув приветственно рукой Леону и уставившись на меня. – Я же закрылась?

– Закрывалка еще нормальная не выросла. Больше тренируйся, – хмыкнул я.

– У-у, так неинтересно, ты лучше скажи, где я прокололась?

В разговоре Ланы в последнее время стали мелькать словечки, используемые мною и нетипичные для гномов. Вот это «прокололась» – из репертуара. У гномов в том же смысле используется слово «поскользнуться». А Леон только переводил удивленный взгляд с Ланы на меня – и обратно.

– Не, мне некогда, – отмахнулся я от обязанности учителя. – Пусть Васа тобой занимается, а то совсем забросил ребенка. А ты, наверное, и рада, я смотрю, все по подружкам бегаешь. Или по парням?

Лана покраснела. То ли от злости, то ли от смущения.

– Сколько раз тебе говорить – Я НЕ РЕБЕНОК! А бегаю я…

Прежде чем она успела что-то ответить, я поднял руки и сказал:

– Стоп! Не надо ничего говорить. Это твои дела. Лучше скажи, как дела у Солы. Есть новая информация?

– Откуда? – буркнула Лана, забираясь с ногами на мою кровать. – Я ж у них еще не была. Рано.

Упс, точно. Это я встаю ночью, а девчонка, наверное, только проснулась.

Поболтав еще некоторое время, Леон засобирался к себе, предварительно объяснив, где живет и как его найти. Я же предложил ему заходить ко мне каждый день до своего отъезда, все равно официально он практически уже не работает у Мерка Инвази.

– Ладно, посмотрим.

Он махнул нам с Ланой на прощание рукой и ушел.

После ухода Леона я попросил Лану сгонять к Соле за новостями, хотя что может измениться за день? И все, и ничего. А сам отправился к Тиру домой с намерением поговорить с его отцом.

Выбравшись из дома незаметно для наблюдателей и обойдя магическую сигнализацию, я неспешным шагом пошел вдоль улицы. Пока еще все-таки было рановато, и, чтобы потратить время с пользой, я решил сделать большой круг. В паре километров от дома Васы, вдалеке от дворца архимага и административного центра, располагалось эльфийское посольство. Это было тихое и красивое местечко. Я его приметил еще в первые дни обследования города, заметив входящего в здание эльфа. Сам дом стоит в центре небольшой огороженной рощи. Эльфы обустроились там по своему вкусу. Здание выглядело весьма старым, хоть и было в отличном состоянии. Его можно было увидеть только со стороны кованых трехметровых ворот, в которых имелась небольшая калитка.

С некоторых пор я все чаще возвращался мыслями к своим приключениям в эльфийском лесу. И все чаще мне вспоминались слова Васы, что эльфы могут меня искать. Пока никаких признаков этого я не наблюдал. Однако почти месяц спокойной жизни подходил к концу, и я частенько стал ловить себя на том, что пытаюсь что-то услышать или увидеть, чувствую какое-то неопределенное напряжение. Умник, кстати, как и в эльфийском лесу, тоже что-то такое чувствует. Это интересно. Получается, что он более чувствителен в этом плане к эльфийской… ммм… магии? Или каким-то флюктуациям в информсети, вызываемым эльфами? Вопросов много, но ответов на них нет. Вот и в последние дни события покатились вдруг как-то скопом. Криса, Сола, Леон вдруг объявился.

Несколько раз я пробирался в рощу, не попавшую внутрь огороженного пространства, но тем не менее опутанную магической сигнализацией, прятался в кустах и пытался прослушать, что говорят в доме. Сигнализацию незаметно снимал Умник. Вернее, она продолжала действовать, но переставала реагировать на меня. Из меня в тандеме с Умником получился бы классный домушник. Жаль, что мне это неинтересно. Еще иногда я заходил в чифу метрах в двухстах от посольства, где занимался шпионством в уютной обстановке, но долго не высиживал – ничего интересного не происходило, а потому быстро надоедало.

Однако пару раз при мне проскочила информация, что в лесу у эльфов проходит крупная реорганизация в службе рейнджеров, а также в структурах внешней разведки. Говоривший (скорее всего, это был посол) сокрушался, что эти преобразования ломают давно установившуюся систему взаимодействия между отдельными структурами разведки. А это затрагивает не только разведывательные структуры, но и все с ними связанные, в том числе и организацию дипломатических информационных потоков. Ну это я своими словами. На эльфийском это звучало красиво, если не вдумываться в смысл, со всякими витиеватыми пожеланиями в адрес бюрократов, задумавших делать такие реорганизации «по живому».

Конечно, меня напрягало постоянно таскаться к посольству. Тыкаться наудачу – малоэффективно, да и заметить могут. Поэтому после создания артефакта-шкатулки я обдумывал систему прослушки. Пытаться сделать ее на основе электроники, знакомой мне, – глупо и неэффективно. Разумеется, имея соответствующие информструктуры, Умник легко мог бы сваять нужные детали, вот только даже для примерного описания этих информструктур моих знаний явно недостаточно. Да и схем для сборки у меня нет. С магией тоже не все просто. С учетом того, что эльфийская магия отличается от гномьей (кстати, до сих пор мне не совсем понятно чем), очень легко засветиться. Понятно, что у них источники разные: гномы используют магические источники, бьющие из-под земли, а эльфы – магию, накапливаемую животным и растительным миром. С моей точки зрения (и магического зрения), эти энергии практически ничем не отличаются. Но все же какие-то отличия должны быть. Ведь не просто так эльфы не могут использовать магию земли, а гномы – растительную. С одной стороны, магия гномов мощнее – их источников намного больше, и заботиться о них не надо. С другой – эльфы изящнее и искуснее используют свою магию. А это значит, что они могут быть сильнее гномов в магическом поединке. Правда, вдали от леса источников подпитки становится меньше, но они как-то обходятся. У меня сложилось впечатление, что эльфы не могут потреблять напрямую естественную магию, разлитую в пространстве, именно для этого им нужен растительный мир. Трансформирует он ее, что ли? Непонятно, как эльфы смогли развить свою магию через такой фильтр. А если учесть, что многие из них – маги и количество их больше, чем у гномов, – вообще можно впасть в ступор от извратов местной матушки-природы, а вернее, сошедшего с ума вируса Дронта.

Вот и пришла мне в голову мысль проверить, как эльфы реагируют на наличие чужой магии в своем пространстве. Ведь если делать прослушку на основе обычной магии, на которую местные имеют нюх, надо точно знать, насколько хорош этот их нюх. Проверку я провел просто. В самый дальний уголок их огороженного дворика я подбросил обычный магический светильник. Разумеется, в выключенном, но активном состоянии. Если найдут, ничего страшного. С одной стороны, подозрительно, конечно, но с другой стороны, светильник – он и есть светильник. А не найдут – буду дальше думать. Так я решил и не прогадал. На следующий день после закладки и маскировки ветками светильник исчез. Так что остается рассчитывать только на инфомагию. Но тут процесс еще в самом начале осмысления.

Проверившись на наличие возможных наблюдателей и зевак, я забрался в самую гущу рощицы и улегся под кустом. В доме ничего не происходило, хотя эльфы там были и уже проснулись. Убаюканный тишиной, я задремал. Разбудил меня сигнал бадди-компа о появлении новой метки. В резиденцию приперся один из живущих здесь эльфов. И где он шлялся?

Через некоторое время отметки совместились в одной из комнат.

– А, Ллерин! Опять ночевал у какой-нибудь местной красавицы? – раздался насмешливый голос, очевидно, посла. – Неужели тебя привлекают гномки?

– Вы несправедливы, Элларен, – ответил мелодичный голос собеседника. – Женщины – они женщины везде. И всем требуется утешение и ласка. К тому же не такие уж гномки и уродины. Среди них часто попадаются очень симпатичные экземпляры.

– Слышали бы тебя у нас дома, – насмешливость в голосе Элларена никуда не делась, – или ты думаешь, никто не узнает? Не станут ли тебя избегать наши красавицы, если услышат, что ты предпочитаешь им низкорослых гномок?

– Это их проблемы, – невозмутимо ответил Ллерин. – У меня есть из кого выбирать, и мои похождения только придают пикантности моему образу. Позвольте заметить, что в женщинах я разбираюсь намного лучше вас.

– Ну-ну, – ответил Элларен, и через пару мгновений я услышал звяканье посуды. – Присоединяйся к завтраку.

– С удовольствием. После бурно проведенной ночи мне определенно необходимо восстановить силы.

– А теперь давай о серьезном. Узнал что-нибудь интересное? – уже другим тоном спросил Элларен.

– Нет, – с сожалением вздохнул Ллерин. – Мало того что женушка интересующего нас лица оказалась глупой, как дерево, лишенное духа леса, но она, слыханное ли дело, еще и безразлична к делам мужа.

– Что, все бесполезно?

– Да нет, – задумчиво проговорил ловелас, – если над ней немного поработать, может, и получится настроить ее нужным образом. Но, духи леса! Как же она глупа!

– Ничего-ничего. Лес тебя не забудет! Не забывай, этот гном нам нужен.

– Угу, – промычал Ллерин с набитым едой ртом.

– Кстати, я тут нашел одну лавку, где продают музыкальные инструменты, вернее, бригаты. Думал купить одну, ты ведь знаешь, что я коллекционирую их.

– Да, я знаю. У вас самая богатая коллекция музыкальных инструментов, – уважительно произнес собеседник Элларена.

– Так вот, – польщенно продолжил эльф, – то, что я купил, – просто чудо. Эта бригата будет королевой в моей коллекции! – восторженно воскликнул он.

* * *

Услышав разговор о бригатах, я подобрался. Уж не на моего ли мастера он наткнулся?

* * *

– Чем же она так замечательна? – недоверчиво спросил Ллерин. – Вот эта, что ли?

– Да, она, милая. Ну во-первых, выделяться она будет из-за своей стоимости. Но не это главное.

– И сколько же вы выложили за нее?

– Хм. Интересно, угадаешь ли?

– Не люблю я гадать, когда нет достаточной информации. Ну пусть будет один золотой. Думаю, это достаточная цена и для десяти бригат, каким бы мастером они ни были созданы.

В ответ на его слова прозвучал смех:

– Хорошо. Давай сделаем так. Я сыграю тебе нашу «Встречающую весну», а ты попробуешь еще раз угадать. Не угадаешь – восполнишь мне половину стоимости бригаты. Согласен?

– Что-то подсказывает мне, что где-то меня пытаются обмануть. Но ладно. Со своим непосредственным начальником лучше не спорить.

И снова в ответ смех эльфа.

* * *

Через пару мгновений раздались звуки бригаты, а я судорожно бросился проверять, ведется ли запись – настолько меня захватила нестандартная мелодия буквально с первых же звуков. И да, я был прав. Звуки бригаты моего производства ни с чем не спутаешь… Минут на пять я выпал из реальности. Такая мелодия могла бы поспорить с лучшими произведениями в моем компе. Разумеется, у всех вкусы разные, но мне исполняемое эльфом легло на душу, что называется, без щелей и зазоров.

* * *

После того как замолкли последние звуки бригаты, тишина в эфире стояла еще с минуту.

– Готов сейчас же выложить золотой, свою половину. Вы меня поразили. Да, думаю, двух золотых за такую вещь не жалко.

– Ты прав, не жалко. Однако с тебя два с половиной золотых. Признаться, я, услышав цену в пять монет, сначала подумал, что мастер сошел с ума. Но, оценив звучание, сразу же выложил запрашиваемое.

* * *

«Ага, – подумал я. – Надо кое-кого навестить». Похоже, мастер беззастенчиво меня кидает. У нас с ним шел разговор о трех золотых. Я не жадный, просто не хочу, чтобы меня считали лохом. Пожалуй, сегодня же заскочу.

* * *

– Можно посмотреть?

– Да, пожалуйста.

– Хм, – через некоторое время пробормотал Ллерин, – ничего не понимаю. Обычная бригата, струны наши, эльфийские. В чем хитрость?

– Неудивительно, что ты ничего не чуешь. С твоими способностями совсем не обязательно развивать магию в некоторых областях. Так вот, тут хитрость в самих струнах. Я чувствую очень сложное плетение. Это делал настоящий мастер.

* * *

При последних словах эльфа меня обуяла настоящая гордость за себя любимого. Местный маг назвал меня гением! Упс! Точно, у меня мания величия – не гением, а всего лишь мастером. Ну и ладно, все равно хорошо.

* * *

– Причем для каждой струны плетение чуть отличается. Это плетение очень сложное. Я уже неоднократно пытался понять его, но раз за разом терпел поражение, что обидно. Все-таки я не самый слабый маг.

* * *

«Ну да, куда тебе спорить с субноутом по сложности вычислений», – хмыкнул я. Однако немного удивлен, что плетение эквалайзера оказалось не по зубам магу.

«И с Умником», – недовольно вклинился мой виртуальный спутник.

«Прости, – беззвучно рассмеялся я, – просто я настолько привык к тебе, что воспринимаю тебя не как комп, а как личность».

«Пожалуйста», – сразу подобрел Умник.

* * *

– А что говорит мастер, который делает бригаты? – спросил Ллерин.

– Молчит, – вздохнул Элларен.

– Дайте ему денег, сразу расскажет – гномы жадны до золота, – фыркнул Ллерин.

– Ты головой-то своей думай! – непонятно с чего разозлился Элларен. – С таким товаром он через год-два станет одним из самых богатых гномов, и какие бы деньги ты ни сулил, он пошлет тебя гулять лесом. Уж на это у него мозгов хватает. Ты бы видел, с какой ухмылкой он выслушал мое предложение!

– Ага, значит, все-таки предлагали ему деньги? – буркнул Ллерин.

– Извини, – вдруг успокоился Элларен, – проверить-то я должен был, вдруг получится… Интересно, какой маг на него работает, неужели у гномов появился такой умница?

* * *

А мне что-то стало нехорошо. Совершенно не понимаю, откуда такой интерес. Ну сделали гномы очередную магическую цацку, какие проблемы? Однако стоит предупредить мастера Рема, нехай наймет себе охрану. Небось не разорится.

* * *

– Ладно, поговорим о текущих делах, – сказал Элларен. – Как ты помнишь, некоторое время назад из леса поступил приказ отслеживать всех приезжающих людей. Впрочем, именно этим ты и занимаешься. Но как выяснилось, это задание имеет чуть ли не высший приоритет. Честно говоря, в свое время я не совсем правильно оценил важность указания сверху. Недавно со мной связался мой дядя и рассказал много интересного. Оказывается, наш король решил провести проверку эффективности работы всех служб, связанных с охраной внешних интересов леса.

– А что случилось? Ведь неспроста такая проверка проводится?

– Не перебивай, – недовольно ответил Элларен, – все, что знаю, расскажу. Так вот, по словам дяди, король нанял какого-то человека, который проник в лес и которому удалось прожить там несколько месяцев!

– Ого, а куда смотрели рейнджеры? – удивился Ллерин.

– По всему выходит, что наши рейнджеры облажались. Во-первых, тем, что пропустили чужака в лес, во-вторых, что не сумели его поймать, когда все-таки обнаружили. Потому и идет реорганизация их структуры и методов обучения. Вообще сначала был большой скандал. Сам понимаешь, такой прокол рейнджеров утаить было просто нереально. Вот тогда и пошли слухи о проверке. Официально, конечно, об этом не говорится, но мой дядя тот еще интриган, у него много своих способов добывать информацию.

– Да уж, – пробормотал Ллерин. – Это каким же надо быть профессионалом, чтобы уйти от рейнджеров?

– Вот-вот. По всему выходит, что это универсал, маг-воин. И класс у него действительно высокий. Однако проблемы рейнджеров меня мало волнуют. Хотя король не пожалел даже Эль – именно она была в группе захвата чужака. Но провалила дело. Она до сих пор не может успокоиться. И ведь король никого не поставил в известность, что это – проверка!

– Еще бы! Проверки – они на то и проверки, чтобы неожиданно падать на голову, как желудь с дуба. Но как это стало известно вашему дяде?

– Неважно, – отмахнулся Элларен, – просто считай, что нам повезло. Поэтому на поиск человека надо бросить все силы. Теперь для нас с тобой это дело имеет высший приоритет.

– Странно все это, – задумчиво протянул Ллерин, – как-то необычно.

– Ты не знал отца нашего короля – вот кто был настоящим придумщиком, похлеще сына. Мне отец рассказывал.

– А вообще откуда известно, что нужный нам человек здесь? Раньше я был уверен в этом, а теперь даже не знаю, что думать.

– В этом-то вся и интрига, – улыбнулся Элларен. – Никто не знает, куда направился этот человек после выхода из леса. Хоть по его следу и пустили ищеек, но, насколько я знаю, безрезультатно. Поэтому подняты все службы во всех государствах. Но чтобы не волновать службы надзора за нами в этих государствах, информация о нем идет как второстепенная. Я думаю, что, если он здесь и мы не найдем его, нам по самые уши вставят за провал дела. Как считает наш король, второстепенных дел не бывает. Очевидно, он решил всем об этом напомнить. Так что продолжай обрабатывать женушку интересующего нас гнома, а я подумаю, что делать дальше. Возможно, и мне придется впрячься в работу.

– А что вы для себя оставили?

– Очевидно, прошедший месяц показался королю слишком большим сроком – ведь результата никакого. Вот и решили облегчить нам жизнь – прислали слепок ауры того человека. Правда, неполный. Вот этот момент мне неясен. Почему данные ауры неполные? И если этот человек – маг, то у него есть возможность закрыться и не оставлять следов. Свои параметры он, конечно, не сможет изменить, но и следов не оставит. А если даже ты увидишь на улице человека с блокировкой – как узнать, что это тот самый? Не подойдешь же к нему и не спросишь. А описание его слишком расплывчато. Высокий, черные волосы, на сумке изображение голой эльфийки, – Элларен хохотнул, – наверное, чтобы его легче было найти. А здесь людей очень много. Все-таки столица. Вот и думай. Есть еще один фактик, который не очень укладывается в картину проверки: этот человек забрал у рейнджеров их мечи, один – с клеймом правящего Дома. Зачем он это сделал? Непонятно. Ну да ладно, этот вариант также надо проработать. Гномы, кстати, особенно во власти и тем более маги, не такие уж охочие до денег, как у нас думают. Так что подключай своих помощников, местных гномов, работающих на нас. Пусть докладывают обо всех людях, попадающих в их поле зрения. Заряди деньгами тех гномов, что работают на нас и служат у магов. Вдруг что проклюнется. А мне придется проверять все их сообщения.

– А не боитесь?

– Чего? – удивился Элларен.

– Столкнуться с человеком – все-таки и маг и воин.

– А мне и не надо с ним сталкиваться. Достаточно удостовериться, что это он. А там дадим сигнал, и пусть с ним разбираются другие – мы свою работу выполнили. К тому же я был лучшим мечником на своем курсе. И это – помимо магии. По сути, я тоже универсал.

– Ну да, лучшим мечником на курсе магов, – пробормотал Ллерин.

– Хочешь удостовериться в этом? – прошипел Элларен.

– Что вы! Простите! Случайно вырвалось.

– Не забывай, что твоя дальнейшая карьера во многом зависит от меня, – припечатал Элларен.

– Не сомневайтесь! Приложу все силы!

– Давай действуй, – чуть смягчившись, сказал Элларен. – О любом выяснившемся факте докладывай мне немедленно.

– Разрешите идти?

– Давай, давай.

Раздался стук закрывшейся двери.

– Совсем эти молодые нюх потеряли, – пробормотал Элларен. – Смеют перечить старшим. Еще мой дед говорил, что все эти заигрывания с молодыми до добра не доведут…

* * *

Сквозь крону дерева, рядом с которым я лежал, пробивался лучик солнца. Шевелящаяся листва то закрывала его, то снова давала ему путь к моим глазам. Легкий шепот трущихся друг о друга листьев навевал дрему. Жаль, что услышанное в доме эльфов пинками отшвыривало от меня эту дрему. Я снова подумал, что события начинают сжиматься в пружину. Еще одним камушком в мой огород стал услышанный разговор. Вероятность того, что я приду сюда именно сегодня и именно в это время, была почти нулевой. А может, так и бывает в жизни? Вон сколько описано случаев, которые не просто невероятны, а вообще выбиваются из любых логических объяснений. А вдруг это мы как-то влияем на действительность, притягивая к себе маловероятные линии событий своими действиями и мыслями?

Тем не менее все это печально. Откуда у эльфов параметры моей ауры? В лесу сняли? Вполне возможно, если учесть, что я там порядочно наследил. Хорошо хоть в городе мне это практически ничем не грозит. Тут столько живых существ, что следы от ауры смешиваются с другими очень быстро, уже через десять минут невозможно что-то увидеть в этой мешанине. А если ходишь по местам, где уже толпилась куча людей, то твои следы сразу теряются в массе других. Я проверял. Кроме того, на следы аур воздействует повышенный магофон, который то ли впитывает ауры, то ли растворяет их, так что в этом плане бояться особо нечего. Другой вопрос, если придется столкнуться с эльфом на улице лицом к лицу. Хоть за прошедшее время этого не произошло, но, учитывая ту самую пружину, не удивлюсь, если в дальнейшем мне придется часто с ними сталкиваться. Ходить постоянно заблокированным? Хорошо хоть поблизости от посольства эльфов догадался блокировать свою ауру.

«А ты что скажешь, Умник?»

«Спросил бы раньше – не мучился бы с поиском ответов. Я уже настолько насобачился работать с твоей аурой, что вполне могу менять и эти, якобы уникальные, параметры. Кстати, слово-то какое интересное – «насобачился». Откуда оно произошло в твоем языке? Наверное, у вас сначала на собаках тренируются? Так?»

«Да подожди ты с собаками! Значит, можешь менять параметры ауры… Хорошо, а подделывать можешь?»

«Раз плюнуть! Кстати, почему «раз»? А если я что-то делаю быстрее, чем успеешь плюнуть?»

Так, что-то Умник раздухарился.

«Успокойся, на эти темы мы потом поговорим. Что тебе надо для подделки ауры и как это отразится на мне?» – Признаться, такое умение очень может пригодиться для возможной дезинформации противника.

«Разумеется, снять матрицу копируемой ауры. На тебе никак не скажется. Но это на тебе, ты и изначально был уникальным в этом смысле. Возможно, что в твоем мире все такие, так что не задирай нос. А вот местным (учитывая, что даже простая блокировка ауры для них надолго невозможна) это может чем-нибудь грозить. Здесь я могу только гадать».

«Гуд, тогда начни разработку механизма замены основных параметров ауры. Но только сделай так, чтобы мои изначальные параметры не потерялись, а то хрен я получу свои денежки в банке у гномов. Ладно?»

«Угу».

«Как будешь готов, скажи. Привяжем управление к интерфейсу бадди-компа. Ну как обычно».

«Все, задание получил, пошел работать», – сказал Умник.

«Молодец! Так держать!»

Прежде чем уйти, я, однако, прогулялся по улочке, по которой только что пришел Ллерин, и сразу увидел на земле свежие отметки ауры, ведущие к входу в посольство. Никому другому, кроме Ллерина, принадлежать они просто не могли – слишком свежие, а никто больше сюда не заходил.

«Умник, – сказал я, остановившись за углом рядом со следами, – снимешь параметры с этих отпечатков ауры?»

«Готово!» – через пару секунд отозвался Умник.

«Так быстро?» – удивился я.

«Не отвлекай, я работаю» – сказал Умник и замолчал.

Я только пожал плечами. Ладно, а нам, пожалуй, пора двигаться дальше. Надеюсь, отец Тира еще не успел никуда свалить. Готов биться об заклад – он дома. Пока события разворачиваются в мою пользу.

* * *

Разговор с Тирроном прошел как-то непонятно. На душе остался неприятный осадок. Он оказался дома. Меня слушал внимательно, не перебивая. Даже по ауре трудно было определить его отношение к рассказу. Железной выдержки гном. Однако кое-какие намеки на испытываемые им отрицательные эмоции все-таки были. Буквально сразу после начала разговора вышла мать Тира и присоединилась к нам. В конце Тиррон заверил меня, что сделает все от него зависящее и попытается добыть хоть какую-то информацию.

Распрощавшись с семейством Тира, я зашел в чифу, в паре кварталов от покинутого мною дома, чтобы собраться с мыслями. Интуитивно почувствовав недосказанность в словах Тиррона, уходя, включил прослушку.

– Что ты собираешься делать? – спросила Кора.

– Ничего, – прозвучал спокойный голос Тиррона.

– Почему?

– Мне совсем не с руки портить отношения с гильдией убийц. У нас с ними и так все шатко.

– Помоги ему.

– Что?

– Помоги ему, – повторила Кора.

– Объяснись.

– Во-первых, ты обещал ему помощь, если она ему понадобится. А ты стараешься всегда держать свое слово. Во-вторых, ты заметил, как в последнее время изменился Тир? Таким воодушевленным я его никогда не видела. У него появился смысл в жизни. Пусть тебе не нравится то, чем занимается наш сын, но, согласись, его душевное здоровье важнее всех твоих дел. И все это – благодаря Нику. Я уж не говорю, что если бы не он, то мы могли потерять Тира. Тебе мало причин?

– Ты не понимаешь, – вздохнул Тиррон, – если в гильдии узнают о моей помощи Нику, а он не будет тихо сидеть в сторонке и попытается что-то предпринять против них, то это грозит нам не просто неприятностями, а очень большими неприятностями. Возможно, даже смертью кого-то из моих людей. Ты согласна на такой размен?

– Пусть. Мы все взрослые люди и уже пожили достаточно, но в чем виновата маленькая девочка? А если бы это была твоя дочь?

– Не передергивай, – недовольно произнес Тиррон. – Ничего ей не сделают, добьются от ее родителей желаемого – и отпустят.

– Не надо меня обманывать, – голос Коры задрожал от сдерживаемых слез, – я не хуже тебя знаю, как работают в гильдии убийц. Шансов, что девочку вернут, почти нет. Ты не забыл, кто ее отец? Когда в игре такие большие ставки, свидетелей не оставляют. Девочка могла кого-то видеть, и если ее вернут, то в гильдии магов достаточно умельцев, которые вытащат у нее из памяти все, что она видела. А это большие проблемы для убийц. И они на это не пойдут. Им легче уничтожить ребенка.

– Да с чего ты взяла, что тут замешана гильдия убийц? – произнес Тиррон все тем же недовольным голосом.

– Во-первых, ты сам сказал, что это они. Во-вторых, в таких делах нужна гарантия. Тебе снова напомнить, кто отец девочки? Дальше продолжать?

* * *

Я так внимательно слушал, что даже замер в неудобной позе. В разговоре образовалась пауза, и я потянулся. В шее даже что-то захрустело. Фух! Не думал, что так могу погрузиться в чужой разговор. Даже от окружающего отключился – вон, хозяин чифы смотрит на меня подозрительно. Я показал ему палец, что во всех таких заведениях означает просьбу принести кружку чифы, тот расслабился и кивнул. Тем временем разговор продолжался.

* * *

– Хорошо. Я постараюсь добыть информацию, где держат девочку. Но помогать Нику не буду, если он вдруг решит ее освободить.

– По-моему, он тебя об этом и не просил. Мне кажется, что он сам дальше разберется. Извини, Тиррон, но женщины такие вещи чувствуют лучше. Он сильный человек.

– Может быть. Но как мне не хочется, чтобы в будущем возникла ситуация, когда мне захочется сказать тебе: «А я ведь говорил!»

– Я верю, что все будет хорошо. Иди ко мне.

* * *

Я только покачал головой и отключил прослушку. Самое главное я услышал.

Никогда не считал себя сильным человеком. Понятно, что речь идет о характере, а не о физической силе, которой я сейчас обладал в достаточной степени. Хотя, если окинуть взглядом прошедшее время, я действительно сильно изменился. Мои друзья там, на Земле, меня сейчас просто не узнают.

Ладно, что у нас там по плану? Вроде пока ничего особенного. Всех, кого надо, посетил. Со всеми поговорил. Разве что к мастеру Рему зайти?

* * *

Нет, зря я катил бочку на мастера. Увидев меня, он очень обрадовался и тут же бросился рассказывать о том, как обстоят дела. Я даже слово вставить не успел. Он просветил меня, что покупателей становится все больше и больше. Он даже осмелился поднять цену на бригаты до пяти золотых. Тем не менее это не отпугнуло богатых клиентов, желающих иметь инструмент с волшебным звуком. У него их даже приезжие стали покупать. А один торговец – человек – заключил с ним долгосрочную сделку на поставку бригат. Так что – живем. Я порадовался успехам и посоветовал что-то предпринять насчет безопасности. Мастер Рем ненадолго задумался.

– Что ж, полагаю, ты прав, Ник. Ведь мы же не разоримся, если наймем охранника-мага? Обычно это стоит дорого, но мы в финансовом плане потянем.

Мне понравилось, что Рем говорит «мы». Несколько неожиданно, но приятно, что мастер оказался честным гномом.

Попрощавшись с ним, я отправился домой. Подойдя к дому, просканировал берлогу своих наблюдателей. Странно, но там был лишь один гном – Криса и остальные отсутствовали. Похоже, я пропустил самое интересное. Ладно, посмотрим, что они там надумают.

* * *

Включив спокойную музыку, я разлегся на кровати. Снова ничем заниматься не хочется. Мозг, что ли, устал от избытка информации?

Я чуть не подскочил на месте от крика Умника:

«Поймал!»

«Твою… Ладно, чего ты там поймал?» – успокаиваясь, спросил я, снова откидываясь в постели.

«Ну вот, у тебя старческий склероз начинается? – обиженно спросил Умник. – Не чего, а кого – ментального симбионта поймал!»

Ух ты! Я действительно попросил Умника, еще после того разговора, поймать симбионта для исследований. Были у меня мыслишки, как его можно использовать. А поймать симбионта оказалось непросто даже для Умника. Эти странные энергетические создания просто скользили в слоях реальности, не обращая внимания на электромагнитные и инфомагические барьеры и ловушки, выставляемые Умником. Иногда их можно было заметить в ауре, но чаще всего их просто не было видно. Вот все это время Умник и пытался создать такие ловушки, из которых симбионты просто не смогли бы выскользнуть.

«Ну-ка давай посмотрим. – Я включил магическое зрение, огляделся и… ничего не увидел. – А где?»

«Хм. Он сейчас находится в таком состоянии, что ты свое магическое зрение можешь выбросить на свалку. А я вижу, кстати, – он находится прямо перед твоим носом», – хихикнул Умник.

М-да, проблема. Я почесал в затылке.

«Давай-ка, Умник, поступим таким образом, – начал я. – Ты уже достаточно хорошо управляешь бадди-компом. Вот смотри, – я запустил на компе программу трехмерного моделирования, – все увиденное рисуй здесь. А я, кстати, проверю, как ты научился управлять бадди-компом в режиме реального времени. Если не справишься – накажу. В общем, интерфейс тут обычный, достаточно вообразить или представить, что хочешь увидеть, – комп нарисует. Давай старайся. Понял?»

«Не мешай».

Умник сразу же принялся за работу.

Ух ты, какой прикольный осьминожек! Умнику не понадобилось много времени, чтобы освоиться с программой. На экране извивался натуральный энергетический осьминожек. Ножек, правда, у него побольше, и они шевелятся, и постоянно меняется их количество.

«М-да… И как его исследовать?» – спросил я сам себя.

Однако ответил Умник:

«Я тут кое-что посчитал. Получается, симбионт подчиняется тем же правилам и законам, что и магия. В таком вот заблокированном состоянии на него можно воздействовать инфомагией и даже обычной магией. Кстати, в этом же состоянии я уже могу видеть и оперировать его информструктурой. Классно, да?»

«Отлично. Тогда давай приступим. Мне надо узнать, почему он существует, как он может перемещаться в разных реальностях. Нет, это мне непонятно. Давай пока будем считать, что он просто может менять свою энергетическую составляющую, ладно? Дальше: как при этом он может существовать и, самое главное, как его можно использовать. Задача ясна?»

«Ага. Кое-какую информацию я уже собрал. Рассказывать?»

«И показывать», – ответил я и, устроившись поудобнее, приготовился слушать, что Умник успел раскопать.

* * *

Следующие два дня царило нездоровое затишье. Никаких событий. Криса куда-то пропала, хотя остальные соглядатаи снова появились. В семье Солы тоже ничего не происходило – Лана бегала к подруге по нескольку раз на дню за новостями. Заходил Леон, мы с ним позвенели мечами, но тоже как-то внапряг. Я бесцельно бродил по городу, не обращая внимания на шпиков. Лишь иногда смотрел на радар – не появится ли Криса. Признаться, я по ней соскучился. И ведь один разок только встретились нормально. Я боялся, что это затишье – затишье перед бурей. И не зря.

Ближе к вечеру второго дня я заметил, что к наблюдающим присоединился еще один шпик, но какой-то странный. Похоже, из другой команды, так как я его ни разу не видел. И что интересно, он старался не попадаться на глаза «моим» шпикам – ловко увиливал от пересечения с ними и даже, как мне кажется, вообще сумел избежать их внимания. Вот это я понимаю – высший пилотаж! И, заметьте, у него нет бадди-компа, чтобы помогать в этом! В конце концов мне пришла в голову мысль, что этот гном ищет со мною встречи, но не хочет светиться. Поэтому я стал перемещаться таким образом, чтобы иногда, хоть на несколько секунд, ускользать от внимания своих шпиков, но чтобы не вызывать у них тревоги. Тот тип это сразу просек, стал крутиться поблизости, и в один из моментов, когда я специально завернул в толпу, где увидел его, он, проталкиваясь, сунул мне в руку записку и растворился в толпе. Я незаметно положил ее в карман брюк и, побродив еще некоторое время, отправился домой.

Дома, развернув записку, увидел только одну написанную строчку. Это был адрес. Записку я сразу сжег, на всякий случай. Все равно в бадди-компе осталась ее фотка.

Похоже, Тиррон выполнил свое обещание. Судя по всему, указанное место находилось в нижнем городе, который я знал не очень хорошо. Надо будет у Ланы спросить, где это.

Итак, что мне делать? Пораскинув мозгами, решил ночью, вернее, ближе к утру сходить туда на разведку. Вдруг я вспомнил свои утренние размышления о пружине и непонятном течении событий вокруг меня. Если моя теория верна, то уже сегодня, ну максимум завтра, события снова должны покатиться со скоростью гоночного автомобиля. А чтобы проверить это утверждение, надо просто ждать и ничему не удивляться. Поэтому я спустился в зал на первом этаже, уселся в кресло у потушенного камина и, стараясь отвлечься, стал просматривать записи, сделанные в эльфийском лесу.

Первым звоночком оказался вдруг пришедший Леон.

– Привет, Ник! Слушай, я тут сегодня что-то задержался в городе, шел мимо, дай, думаю, зайду. Угостишь чифой?

Кивнув, я организовал напиток. Мы принялись лениво перебрасываться фразами. Леону, похоже, было все равно – за день шатания по городу он натрудил ноги и просто отдыхал.

Вторым звоночком прозвенело появление Крисы в доме напротив. Подключившись к ней, я не услышал ничего нового. Обычные разговоры – находящиеся в доме гномы ее ни о чем особо не спрашивали, а сама она не распространялась. Но, судя по голосу, настроение у нее было не очень. Я сначала обрадовался, но потом решил, что все это неспроста. Неужели я становлюсь фаталистом?

И третий звоночек, самый громкий и неприятный, – появление заплаканной Ланы, сегодня почему-то задержавшейся у Солы.

Внутренне подобравшись и встав из кресла, уже ожидая чего-то неприятного, я спросил ее, вернее, приказал:

– Говори!

Лана бросилась ко мне и, уже не сдерживаясь, зарыдала, спрятав лицо у меня на груди.

– Они, они… – всхлипывая, невнятно бормотала она, – сегодня прислали отрезанный палец Лины. Сола в истерике, как и ее мать. Отец заливается огненной настойкой. А я… Я просто убежала… Страшно!

– Ну-ну, – я погладил ее по голове, – там, на дороге, страшнее ведь было – и ничего, выдержала.

– Как ты не понимаешь! – отскочив от меня, закричала Лана. – Это ведь Лина! Она тут при чем? А там воины были! Подготовленные!

– Все, – я поднял руки ладонями вперед, – иди к себе, мы что-нибудь придумаем.

Лана посмотрела на меня с надеждой и медленно пошла наверх.

Я снова сел в кресло.

– Что будем делать? – твердо глядя на меня, спросил Леон и погладил рукоятки, как всегда, торчащих из-за спины мечей.

– Я знаю, где ее держат, – сказал я и хищно улыбнулся, глядя сквозь Леона.

Хоть я и был готов к чему-то неприятному, но услышанная новость превзошла мои ожидания. В груди поселился маленький горячий шарик. Снова что-то стало со мной происходить. Сначала лицо опалило жаром, затем – холодом. От вспыхнувшей во мне ярости руки сжались в кулаки. Краем сознания я понимал, что в таком состоянии ничего не стоит делать. Можно наломать дров. С трудом, но удалось загнать эмоции внутрь. Уроки с Васой не пропали даром. Получается, не зря он уделял столько внимания внутреннему контролю.

А вообще стоит ли сопротивляться водопадом хлынувшим событиям, если так легли карты судьбы? Я уже готов был поверить и в судьбу. Ну не бывает таких совпадений! По крайней мере, просто так! Так стоит ли противиться?

В это время Леон тоже улыбнулся мне:

– Ну что ж, проверим на практике, чему ты научился? – Его голос звучал ниже, чем обычно.

– Жди меня на улице, я сейчас приду.

Леон согласно кивнул.

Я не заметил, как промелькнули стены зала и как оказался в своей комнате. Так, ладно. Я на пару мгновений прикрыл глаза, пытаясь понять свои чувства. Нет, вроде все нормально. Я – это я. Просто накачан адреналином или еще чем. Посмотрим, что у нас получится.

Я быстро натянул свою амуницию. Сначала перевязь с ножами, за спину – меч. С сомнением посмотрел на шест и нунчаки. Нет, вряд ли они мне понадобятся. На пояс повесил пару длинных эльфийских ножей. Напоследок оглядел комнату, не забыл ли чего, и выпрыгнул в окно, чтобы не терять времени.

Леон ждал меня на улице. Я пошел впереди него быстрым шагом в сторону ворот. Даже не задумываясь о том, что не знаю, как найти дом по указанному адресу, я почему-то был уверен, что все сложится само собой.

И снова оказался прав.

Через пару кварталов нас догнала Криса. Она больше не пряталась за своим пологом невидимости.

– Ник!

Я обернулся. За несколько секунд до этого бадди-комп просигнализировал, что ко мне приближается человек, занесенный в базу данных. Поэтому появление Крисы не стало для меня сюрпризом.

Выглядела она немного уставшей, под глазами были круги. Однако в ее взгляде светилась какая-то внутренняя решимость и твердость.

– Рад тебя видеть, Криса. Знакомьтесь. Леон – мой друг. Криса – моя подруга.

Криса даже не посмотрела в сторону Леона, хотя он изящно ей поклонился.

– А где твои помощники? – Все это я говорил ровным голосом. Почему-то я стал чувствовать себя очень спокойно, отстраненно. Внутри что-то клокотало, я периодически прислушивался к себе, однако пока все было тихо.

– Нам надо поговорить, – твердо сказала Криса.

Я покачал головой:

– Не сейчас. Нам с Леоном предстоит сложное дело, потом поговорим.

– Вот как? – Криса перевела взгляд на моего друга. – Я иду с вами. И не возражай. С меня никто не снимал обязанности наблюдать за тобой. Просто многое изменилось. Вот об этом я и хотела поговорить.

Я переглянулся с удивленным Леоном. Он пожал плечами, оставляя выбор за мною.

– Хорошо, – немного подумав, произнес я. – Раз ты идешь с нами, я ставлю одно условие: беспрекословно подчиняться моим командам. Иначе – до свидания! Согласна?

Криса улыбнулась и кивнула.

– В таком случае скажи, ты знаешь, где находится дом по этому адресу? – И я продиктовал ей то, что было в записке.

– Да, знаю, – кивнула Криса, – это на окраине внешнего города. Пешком туда добираться около часа, может, больше.

– В таком случае нам придется пробежаться. Криса – впереди, я – за ней, Леон – замыкающим. Побежали!

* * *

За квартал до нужного нам дома мы остановились.

– Так, Криса, включай свой полог и прячь ауру. Леон, включай свой защитный амулет.

– А ты? – с любопытством спросила Криса.

Я поднял руку в останавливающем жесте, чтобы не мешала.

«Умник!»

«Да?»

«Ты готов поменять идентификационные параметры моей ауры?»

«Ага».

«Тогда делай. А в качестве эталона используй матрицу ауры, что ты снял у эльфийского посольства. Это долго?»

«С пяток секунд».

«Хорошо».

– А я не буду этого делать, – наконец ответил я Крисе. – Так надо.

Она пожала плечами:

– Надеюсь, ты знаешь, что делаешь…

Я, не отвечая ей, ждал отмашки Умника.

«Готово!»

«Спасибо!»

– Может, скажешь, с кем нам придется столкнуться? – спросила Криса.

– Пошли. – Я не спеша отправился вперед. – Кое с кем из гильдии убийц. Если сомневаешься, подожди в сторонке.

Однако Криса молча последовала за нами.

* * *

Нужный нам дом стоял несколько в стороне от других. Он был построен в распространенной среди гномов манере – высокая каменная стена вокруг площадки, в центре которой стоит сам дом. Тяжелые кованые решетчатые ворота. Всю площадку куполом накрывает магическая защита, на первый взгляд стандартная. Мы остановились прямо перед воротами. Внутри двора тусовались два гнома. Они удивленно посмотрели на нас.

«Умник, что за защита?»

«Хорошая. Не просто сигнализация, а с поражающим воздействием на ауру человека, у которого нет доступа, но это – второй слой. Так сразу и не заметишь. Дашь команду – сниму без проблем».

– Мужики, вам чего здесь надо? – не приближаясь к воротам, спросил один из гномов. На всякий случай оба достали секиры. Возможно, чтобы напугать. Не знаю.

А мне осталось только удостовериться, что указанный адрес – правильный. Просканировав дом, обнаружил двадцать одну метку.

– Как ты думаешь, Леон, два десятка гномов в одном здании является достаточным доказательством того, что это берлога принадлежит гильдии убийц?

– Ну не знаю. Может, это публичный дом? – включился в игру Леон. Криса за моей спиной хмыкнула.

– Ну мужики, вы сами нарвались. – Гном свистнул, в верхнем окне тут же появилась фигура с арбалетом в руке.

Второй гном из двойки ухмыльнулся:

– Ребята, вы еще настаиваете на ответе?

– Всенепременно, – ответил я и тяжело посмотрел на собеседника. – И если тот тип в окне выстрелит, я буду считать это враждебными действиями по отношению ко мне и моему другу и одновременно ответом на мой вопрос. После этого я всех вас тут убью.

Гном, с которым я разговаривал, только сожалеюще покачал головой и сделал какой-то знак рукой типу в окне. Одновременно с этим произошло сразу несколько событий. Гном в окне спустил тетиву. Справа от меня взвизгнули выхватываемые из ножен мечи Леона, которыми он отбил в сторону летящий в нас болт. Мои два ножа, мелькнув рыбкой сквозь решетку, нашли свой покой в глазах охранников. Посмотрев на типа в окне, пытающегося быстро перезарядить арбалет, я отдал команду бадди-компу: «Зеро» – и проводил взглядом падающее внутрь комнаты тело. К сожалению, использовать свое секретное оружие скопом для всех находящихся в доме я не догадался. Потом я долго удивлялся, почему я действовал именно таким неэффективным образом, но сразу к ответу так и не подобрался. А ведь можно было просто попросить Умника найти девочку по информструктуре. Наверняка у взрослого и ребенка есть в ней различия. На крайняк, мог попытаться проанализировать структуры гномов на наличие отрезанного пальца – пусть такие изменения еще долго не отражаются в информструктуре, но попытаться стоило. Однако все пошло по другому сценарию.

– Кажись, ответ мы получили. А самое паршивое, – мрачно сказал я, наблюдая, как из дома выскакивают новые вооруженные гномы, – это то, что нам придется всех тут поубивать. Во избежание неприятных последствий.

– Угу, – пробормотал Леон, также наблюдая за новыми противниками. – Ты лучше скажи, как нам внутрь попасть?

– Легко, – улыбнулся я и прикрыл глаза.

Наконец-то я могу отпустить пружину, сжавшуюся во мне. Я почувствовал, как откуда-то издалека или из самого глубокого места в моем организме стала выплескиваться наружу энергия. На краю моего внутреннего пространства я ее придержал. И потянулся мыслью вовне. Эй! Мне нужна твоя помощь! Ты где? Буквально сразу почувствовал легкое прикосновение ветра к моему лицу. Поиграем, как в прошлый раз? Ты не против? А у меня есть вкусненькое для тебя! Я перестал сдерживать энергию, и ветер радостно закричал от восторга. Вокруг нас закрутились воздушные смерчи. Я потянулся дальше. И вот оно – слияние! Обзор – триста шестьдесят градусов, тысячи рук! Вот Леон подозрительно оглядывается, а вот и Криса стоит. Кстати, несмотря на ее полог, здесь он не действует. И что она так на меня смотрит? Я схватил ее косичку и помахал ею. Так, не отвлекайся. Значит, нам мешают ворота? Ха! Я хватаю прутья ворот тысячью рук и начинаю раскачивать. Раздался скрип и скрежет. Но ворота стоят. Ах так? А если добавить еще тысячу рук? В металле ворот чувствуется очень сильное напряжение. Еще чуть-чуть – и с резким оглушающим звоном лопаются крепления кованых ворот. Я отбрасываю ворота в сторону. Хорошо. Оглядываю площадку перед домом – там четверо гномов стоят с вытаращенными глазами. Хватаю их своими руками, на каждого хватило всего лишь по паре, и впечатываю их в стену дома, одновременно разворачивая в воздухе пару летящих в нас болтов и отправляя их обратно. Чувствую, что попал. Итог – девятерых противников нет.

Ну извини, в дом тебя я взять не могу – там тебе не развернуться. Если хочешь – порезвись тут, или вон тучки сгони сюда – давно что-то дождичка не было. Сделаешь? Умница. Ну все, давай играйся…

Я открыл глаза и полюбовался разрушениями. М-да, страшная это сила – стихия. Вместо ворот – какие-то куски металла, торчащие, словно волосы у только что проснувшегося человека. У дома лежат четыре изломанных тела. Двое – с моими ножами – раскиданы ветром в стороны. Эх, далеко идти! Остатками сохранившейся связи с ветром тянусь к трупам, и ко мне в руки прыгают мои ножи. По пути я очищаю их от крови своими «виртуальными» руками. Сзади слышится судорожный вздох непонятно кого, Леона или Крисы.

– Так, – говорю я, возвращая ножи на место и не оглядываясь, – Леон остается во дворе, Криса, наблюдаешь в сторонке, чтобы никто не ушел. К тебе это тоже относится, Леон. Никого не выпускай. Понятно?

Леон кивнул, а Криса не ответила. И я побежал в дом. Ногой выбиваю дверь, которая, кстати, была открыта, на радаре вижу отметку справа. Не поворачиваясь, бью выхваченным мечом. Что-то падает, отметка гасится. А Криса не послушалась и последовала за мной. Ладно, некогда ругаться, потом разберемся. Я вытаскиваю из ножен эльфийские ножи и протягиваю их назад.

– Надеюсь, ты умеешь ими работать?

Ножи исчезают из моих рук. Тут открывается дверь, и в комнату с диким криком влетает гном. Занеся секиру над головой, он бросается на меня. Я уже давно готов его встретить, но вдруг мимо моего уха шелестит в полете только что отданный Крисе нож и глубоко входит в горло гному. Надо сказать, что он почти успел его отбить. Однако «почти» в таких делах не считается.

– Умею, – наконец ответила Криса.

– Ладно, держись за мной. Задача – зачистить дом и найти маленькую девочку. Вопросы есть?

– Какую девочку? – удивилась Криса.

– Вопросов нет. Хвалю.

* * *

Дальнейшее напоминало игру с полным погружением. Стандартная миссия – зачистка помещения. Только кровь, в отличие от игры, была настоящей. Я старался чаще пользоваться своим «нулевым» аргументом, но, после того как уже практически мертвый гном чуть не снес мне голову, не забывал и о мече с ножами. Дом был трехэтажный, и мы с Крисой (молодец девчонка – ни писка, ни лишних звуков) пошли наверх, не оставляя за собой никого в живых. К счастью, я отлично видел всех прячущихся убийц, так что застать нас врасплох они не могли, а вот нам это удавалось вполне. Сравнение с игрой сыграло и отрицательную роль. Как потом оказалось, девчушка находилась в оборудованном для пленников подвале. Я видел там пару меток (с нею находился один охранник), но посчитал, что важнее убрать всех, кто в доме, и даже не подумал, что маленькую девочку могут держать в подвале. В общем, оставил их на Леона, если вздумают выйти. И, как в игрушке, самый «главный злодей» оказался на самом верху. И самым последним в списке живых. Я ворвался в комнату, выискивая глазами противника по направлению метки (он, кстати, и не прятался, а стоял за столом-тумбой), как вдруг на меня обрушилась какая-то магическая гадость, излучаемая из странных предметов, висящих на стенах. От неожиданности я промедлил, хотя, как обычно, на меня вся эта магия не подействовала. Зато противник на всю катушку воспользовался моим замешательством и стукнул кулаком по металлической пластине на столе. Тут же пространство перед столом перечеркнули мелькнувшие тени нескольких болтов, вылетевших из скрытых ниш в столе. Скорее всего, это был последний круг защиты против нежелательных посетителей, простреливающий пространство перед столом и дверью. Один из этих болтов попал мне в живот, и я, согнувшись от боли, только и успел подумать:

«Зеро», твою мать…» – И затуманенными от боли глазами наблюдал, как «главный злодей» упал лицом на стол.

Я глянул на свой живот. Нет, мою укрепленную майку болт не пробил. Зато он пробил мой живот, втянув за собой майку, из-за чего меня еще больше скрючило – остатки майки притянули вниз мою шею, а руки непроизвольно ухватились за торчащий конец болта.

А больно-то как! Сознание пыталось трусливо махнуть хвостиком и бежать от меня, но я вцепился в него зубами и не отпускал.

В комнату вбежала отставшая Криса. И слава богу, что она отстала в коридоре, а то бы ей точно пришлось несладко в этой комнате. Она медленно опустилась на колени рядом со мной и всхлипнула.

– Криса, – выдавил я из себя, – зови Леона, пусть ищет девочку. Нам пора убираться отсюда.

Она никак не отреагировала на мои слова. Я поднял голову и сквозь непроизвольно выступившие слезы посмотрел на нее. Криса глядела на мою рану с ужасом в глазах.

– Криса, – я собрался с силами, чтобы вразумить глупую девчонку, – со мной все будет в порядке. Уже через пару дней я буду скакать, как дракончик. Поверь мне. – Она перевела взгляд на мое лицо. Ну не тормози! – ИДИ! – крикнул я.

От напряжения я уже не смог удержать сознание и «поплыл»… А жаль, мне ведь так хотелось поковыряться в голове местного мафиозо.

Очнулся я во дворе дома, куда меня вынес Леон. На руках у Крисы я заметил ребенка. Она с трудом удерживала тельце хнычущей девочки.

«Умник!»

«Не отвлекай, я работаю над твоим восстановлением. Только скажи, чтобы все-таки вытащили эту гадскую стрелу из живота. Не бойся, кровью не истечешь, я сделаю все необходимое».

Я с трудом передал просьбу Умника. Леон с сомнением покачал головой.

– Давай не мандражируй, – прохрипел я. Блин, печень-то как рвет! – Несите нас в дом Васы и позовите Лану. Она сообразит, что делать дальше и с девчонкой, и со мной. Все, тащи болт!

Последнее, что я увидел, – резкий рывок руки Леона, выдергивающей болт из моего живота.

Глава 14

Мэг Васа

Мэг Васа сидел у постели спящего Ника и с интересом наблюдал за процессами, протекающими в его организме. Ничего подобного он раньше не видел. Рана, полученная Ником, как только его принесли, почти сразу затянулась, предварительно исторгнув из себя с пол-литра крови. Но интереснее всего было наблюдать, как перераспределяется внутренняя энергия организма, как в ауре происходит ее концентрация в нужных точках, как меняется ее количество в зависимости от этапа лечения. Васа просто сидел и с удовольствием наблюдал за сполохами ауры Ника. У мэга было такое ощущение, что с Ником работает целитель высшего класса. Поэтому ни вмешиваться, ни приглашать магов-целителей он не стал.

Однако, хоть рана и затянулась, до полного выздоровления было еще далеко. Хотя… Если вспомнить лечение Тира, то, может, не так и далеко.

Насколько Васа понимал (а понимал и умел он достаточно многое), у Ника была задета печень, а также были еще некоторые неприятные повреждения. Сам Ник спал уже больше суток. По крайней мере, судя по слабо различимым в ауре признакам, Васа надеялся, что это именно сон, а не бессознательность.

То, что маг наблюдал, шло вразрез со всеми его знаниями в целительстве, да и магии, если честно. Насколько бы сильным ни был маг, в бессознательном состоянии он никак не может лечить себя. В данном случае единственное, что можно предположить, – это особенности самого организма Ника, амулетов такого уровня просто не существует. Но в таком случае, если приплюсовать сюда владение драконьей магией, возникает вопрос – а человек ли он вообще?

Немного устав от наблюдений, Васа прикрыл глаза и задумался. Последние месяца полтора оказались чрезвычайно насыщенными событиями и новыми знаниями. Что самое приятное, Васа смог наконец-то продвинуться в изучении магии драконов, о чем он давно мечтал и чему мешала нехватка информации. Сами драконы не только не говорят на эту тему, с ними вообще проблематично общаться. На другие расы они обращают внимание только в тех случаях, если возникают какие-то проблемы, в основном в связи с нарушением их границ. Тогда эти проблемы быстро становятся жизненными проблемами самих нарушителей. В смысле, несовместимыми с жизнью. А охотники нарушать границы до сих пор находятся. Все дело в том, что территория драконов обладает поистине богатейшими залежами полезных ископаемых, на которые давно облизываются как гномы, так и люди. А леса на равнинах там такие, что и эльфы обзавидовались бы. Однако в последнюю сотню лет драконы по каким-то своим, никому не известным причинам все чаще стали появляться на землях гномов, людей, а иногда и у демонов. То есть стали налаживать контакты. Васу драконы всегда завораживали своей необычностью, а в особенности – своей магией. Можно сказать, он был в них влюблен. Что удивительно, выучить драконий язык не смог никто, а вот они более-менее сносно могли общаться как на гномьем, так и на некоторых диалектах человеческих языков и даже на демонском наречии. И это при том, что строение их речевого аппарата не приспособлено к нужной для этого артикуляции. С эльфами, кстати, они практически не контачат – у них нет общей границы. А уж драконья магия – это вообще что-то несусветное!

Васа покачал головой: ну кто бы мог подумать, что именно человек со способностями к драконьей магии попадется ему на пути! В последнее время Васу часто посещали думы о бессмысленности его увлечения, но с появлением Ника все изменилось. А уж как Васа удивился, когда понял, что Ник владеет магией драконов! Правда, удивление быстро сменилось страхом. Банальным страхом. За всю историю никто из владеющих такой магией, кроме самих драконов, долго не протянул. Чаще всего они просто сходили с ума, предварительно успев неслабо нагадить тем, кто имел несчастье оказаться рядом. В свое время это навело Васу на мысль, что для использования магии драконов необходимо полностью контролировать свое сознание и силы. К сожалению хоть он и продвинулся в этом плане, но результатов пока не предвиделось, кроме того, его смущал еще один момент, к которому он не знал, с какой стороны подойти. А вопрос очень простой: откуда брать магию драконов? Как ее накапливать? И вообще – что это такое? С помощью Ника удалось кое-что выяснить, однако это, в свою очередь, вытянуло на свет целую цепочку очередных вопросов и загадок.

М-да… О чем это он? Ах да! Самоконтроль… По этим причинам Васа и старался в первую очередь обучить Ника самоконтролю. Этим он пытался обезопасить себя и тех, с кем общается Ник. С другой стороны, по характеру и силе воли Ник оказался очень непохож на известных в прошлом магов. Да, срывы у него бывают, но их причины вполне объяснимы. К тому же направлены эти эмоциональные взрывы, как убедился Васа, на его врагов или врагов его друзей. Об этом говорит его последняя выходка – помощь семье малознакомой девушки, пусть и подруги Ланы. Исходя из этого, мэг и рискнул оставить Ника жить в своем доме, доверившись интуиции. А может, и с Ланой у них чего выйдет. Васа видел, какими глазами девчонка смотрит на Ника. Было бы крайне любопытно узнать, передаются ли способности к инфомагии по наследству.

Васа бросил быстрый взгляд на лежащего пластом парня. Ни движения. Только сполохи в ауре, отражающие протекающие процессы излечения. Мэг снова прикрыл глаза.

Однако, несмотря на недовольство ученика программой обучения (Васа усмехнулся: еще неизвестно, кто у кого учится), он ни на шаг не отступал от своего. Правда, это привело к тому, что Ник стал сам заниматься магией, читая книги и пытаясь что-то делать. К сожалению, у него пока мало что получается. Вернее, не получается главного – создавать магические плетения. Но зато что он творит с помощью своей инфомагии! Слово-то какое – «инфомагия». Васа покачал головой, вспомнив результаты ее применения – обработанный меч, волшебную музыку и еще по мелочи. И все-таки, на взгляд Васы, он был прав, когда прежде всего стал обучать Ника самоконтролю. Именно последняя выходка мальчишки подтверждает это. Занятия нужно продолжать. А магия подождет. В конце концов ее изучают годами.

На последней мысли Васа подозрительно оглядел ни на что не реагирующего Ника. М-да… Годами – а ведь ему совсем немного лет. И как же, позвольте спросить, в его возрасте он смог достичь таких высот? А ведь, насколько Васа понял из объяснений Ника, инфомагия мало чем отличается от обычной. По крайней мере, между ними много общего. Тем более непонятна причина его провалов с использованием обычной магии. Нет, по сравнению с любым учеником начального уровня Ник очень быстро продвигается, только сам он так не считает. Васа осуждающе покачал головой. Эх, молодость! Все спешат куда-то, сначала пытаясь как можно быстрее вырасти, потом побыстрее достичь каких-то высот, найти свое место в мире, а время проносится мимо, как на быстрой лошади, а потом вдруг очнутся, глядь, а бóльшая часть жизненного пути уже позади. И вспомнить особо не о чем.

Так вот, как объяснил Ник, практически все, что можно сделать с помощью инфомагии, можно повторить и обычной магией. Получается, что по большей части различия определяются типом магической энергии. И еще он объяснил насчет «приоритетности» магий. Васа никогда не думал, что под это можно подвести такое обоснование. Получается, что у инфомагии более высокий приоритет. Значит ли это, что у человека, владеющего инфомагией, больше шансов в противостоянии с обычным магом? Васа задумчиво покивал: в общем случае – да. То есть если первым удар нанесет инфомаг, то у обычного мага шансов нет, что подтверждает история войн с драконами. Однако все существа подчиняются общим правилам, и в некоторых случаях маг может выйти победителем, особенно если инфомаг не ожидает нападения и не защищен.

Вон Ник вроде тоже… хм… инфомаг, а от простого болта не смог защититься. Правда, это можно объяснить его молодостью. Но ведь сумел же сделать свою одежду непробиваемой. Васа недоуменно покачал головой – опять не стыкуется. С одной стороны, Ник – явно начинающий инфомаг. С другой стороны, ту же зачарованную одежду обычный маг может сделать, достигнув пятого-четвертого уровня. А если учесть меч и созданные Ником рисунки, которые Васа просто не представлял, как сделать… М-да…

Чем больше Васа узнавал, тем больше удивительного для себя открывал. И пожалуй, впервые он серьезно стал задумываться о глобальных вещах с точки зрения инфомагического устройства мира – откуда вообще возникла магия, кто реально создал все вокруг и почему именно так. А еще у него возник интерес к богам. Уж больно неоднозначные и странные вещи рассказывает о них Ник. После того как боги ушли, все расы пытались выжить без них и постепенно забыли об их существовании. Нет – Васа от усталости потер глаза, – их не забыли, но стали относиться к ним, как к давно уехавшим родственникам. И откуда у Ника такая информация?

Васа почувствовал, что утомился и от долгого сидения, и от мыслей. Выбравшись из кресла, он в задумчивости подошел к окну и принялся рассматривать свой сад. Время близилось к ужину, а Васа еще не решил, что делать. Зря, зря Бринхорт не обратился к властям, когда похитили его дочку. Да, риск того, что похитители узнают об этом, был, но ведь все можно было проделать тихо-мирно. Да хоть бы к нему, Васе, обратился. Все знают, что он на короткой ноге с архимагом. И пожалуй, можно было бы извлечь выгоду из этой ситуации. А девочку можно было вызволить так, что никто бы и не догадался, куда и каким образом она исчезла. Васа не сомневался, что у архимага есть специалисты, способные провернуть подобное дело. Можно было бы даже все подстроить таким образом, чтобы похитители остались в уверенности, что девочка сгинула, а Бринхорта взяли в разработку опытные специалисты, и все были бы довольны. Бринхорт – получил обратно дочку, похитители – как бы «послушного» Бринхорта, архимаг – возможность играть через Бринхорта со своими противниками. М-да… Бы, бы, бы… Не разобрался Ник в ситуации, можно сказать, все испортил. А ведь мог обратиться за помощью или советом к нему, Васе. Да и Лане надо всыпать за то, что не сообщила. «Эх, – маг тяжело вздохнул, – а теперь что делать-то?»

Да, конечно, Бринхорт выскользнул из капкана, и для него уже все закончилось. Противники не дураки, понимают, что теперь он под плотным наблюдением, и не полезут к нему, а вот что они предпримут, остается только догадываться. Нет гарантии, что они не найдут иной элегантный способ добиться своего.

Как поведет себя в данной ситуации Руархид, даже Васа не мог просчитать, несмотря на долгую дружбу. Архимаг частенько действовал непредсказуемо. Возможно, за счет этого он так долго и удерживается у власти. А в том, что Руархид все узнает, Васа даже не сомневался. О слежке, устроенной архимагом за Ником, он знал. Сосед, которого вежливо попросили отдохнуть за пределами столицы, и по совместительству хороший приятель Васы успел ему шепнуть пару слов через посыльного. И, скорее всего, информация о произошедшем у Руархида уже есть, иначе не объяснить неожиданный вызов его, Васы, к архимагу на вечернюю аудиенцию.

Немного постояв у окна, покачиваясь с пяток на носки и обратно, Васа вернулся в кресло и, прикрыв глаза, стал вспоминать уроки с Ником, когда частенько учитель и ученик менялись местами. Например, однажды Ник привел убедительные доказательства того, что, во-первых, маги неправильно подходят к процессу создания новых магоплетений, а во-вторых, что гибкость мышления магов при этом стойко находится на уровне плинтуса – Васа про себя рассмеялся такому сравнению.

* * *

– Вот скажи мне, Васа, – кипятился Ник, расхаживая по комнате и размахивая руками, – почему у вас магия используется так… ну приземленно, что ли? Где полет фантазии? Где летающие ковры-самолеты, где телепортация или скатерти-самобранки, в конце концов?

Васа недоуменно поднял брови. Видя, что собеседник его не понимает, Ник разъяснил магу, что имеется в виду.

– Хм… – хмыкнул Васа, – странные у тебя фантазии. Ты представляешь себе, сколько энергии нужно на тот же полет? Ладно тут, в столице, где ее очень много. Даже при этом, чтобы пролететь квартал, магу придется потратить всю свою накопленную энергию, а ее накопление идет намного медленнее расхода в таком деле. А что делать там, где ее мало? Что? Да, конечно, принципы левитации, как ты ее называешь, у нас разработаны, но использовать ее крайне невыгодно. Проще проехать на лошади. Насчет телепортации… Хм, идея, конечно, красивая, но мне даже в голову не приходит, как ее можно осуществить. А энергии на это уйдет… мне даже страшно представить сколько!

При этих словах Ник почему-то сник.

– А насчет скатерти-самобранки… Ты имеешь в виду вот это? – Васа заметно напрягся, и на столе появилось яблоко. Такое сочное, красное. Ник смотрел на него выпученными глазами, а Васа, вытерев выступивший пот со лба, с ухмылкой смотрел на своего ученика. Однако, как только Ник протянул руку к яблоку, оно, пыхнув во все стороны магическим излучением, быстро превратилось в лужицу непонятной вонючей смеси.

– Извини, много энергии тратится на поддержание. Как ты понимаешь, магически созданные предметы нестабильны, и их нужно постоянно подпитывать. Да и есть такую еду я бы не советовал. Ты же не хочешь, чтобы у тебя в желудке она превратилась вот в такую же вонючую гадость?

– Извини, я совсем забыл, что вы умеете снимать матрицу информструктуры объектов, – мотнув головой, сказал Ник.

– Информструктуры? – прищурившись, переспросил Васа.

– Ну… – протянул Ник, – помнишь, я рассказывал, что любой объект или вещество, даже стабильные энергетические образования имеют свою информструктуру, которая является энергетическим и в то же время информационным каркасом, описывающим суть объекта? И на основе этого каркаса и строится объект. А вот мне интересно, как вы его видите? Ведь информструктуры относятся к инфомагии, а у вас к ней нет никаких способностей. Как ты умудрился воспроизвести информструктуру яблока? – спросил Ник.

– Чудные объяснения ты даешь, – покачал головой Васа. – Что ж, делается это очень трудно и нудно. Нужно войти в особое состояние, когда пропадают все мысли, в этот момент надо посмотреть на объект магическим зрением. Иногда, но не всегда удается увидеть предмет по-новому, у меня нет слов, чтобы объяснить это. Мысленно берешь то, что видишь, и пытаешься как бы впитать в себя. Вот, в общем, и все. Это я упрощенно рассказываю, на самом деле такие действия очень сложно описать словами, да и выполнить. Да и голова потом болит зверски. Вот… Этот образ можно вызвать в любой момент мысленным взором, а если наполнить его огромным количеством магии, то и появится искомый предмет. Чем-то это образование напоминает магоплетения, только работать с ними намного сложнее.

– Так, – пробормотал Ник, задумавшись, – энергии на создание предмета должно тратиться очень много, намного больше, чем способен накопить маг.

Немного помолчав, как будто вслушиваясь, он очнулся:

– Кажись, понятно. Интересная штука получается! При запитывании информструктуры энергией, после насыщения ее выше определенного уровня, процесс образования объекта начинает идти самостоятельно и лавинообразно. Причем если запитывать объект инфоэнергией, то энергия вытягивается из инфосети, и образуется самый натуральный реальный предмет. А если запитывать структуру обычной магической энергией, как это делаете вы, то при превышении этого уровня именно она начинает вытягиваться из окружающего пространства. А как мы определили, она не совсем подходит в качестве основы всего сущего, вот и приходится вам, магам, постоянно подпитывать информструктуру, чтобы она не разрушилась. Правильно я мыслю?

– Вроде логично, – пожал плечами Васа. – Вообще-то я не специалист в этом деле, но у меня есть знакомые маги, которые умудряются совмещать даже несколько таких образований. Ты бы видел, какие живые уроды у них получаются! – Васа осуждающе покачал головой. – И ведь безмозглые какие! Еще никому не удавалось создать нормальное мыслящее существо. Да и живут они совсем мало.

– А зачем тогда они их делают? – недоуменно спросил Ник.

Васа пожал плечами:

– Ну считается, что так можно создать или хороших слуг, или хороших воинов.

– Бред какой-то, – пробормотал Ник. – Однако методика снятия матрицы информструктуры весьма интересна. Учитывая ее сложность даже для самых простых объектов, не знаю даже, как такой объем информации помещается в мозгах. И понятно, почему твои знакомцы не создают с нуля информструктуры нужных им существ, а оперируют существующими структурами. Чтобы создать новое, нужны такие вычислительные мощности, что только держись! Это надо обдумать.

Как частенько бывало, его взгляд надолго замер. В таких случаях Васу всегда интересовало, о чем думает Ник. Иногда у него возникало ощущение, что парень с кем-то разговаривает. Однако в ответ на наводящие вопросы Ник ухмылялся. И только исключительное самообладание и самоконтроль не давали выплыть наружу раздражению и проучить несносного мальчишку, как и полагается в таких случаях поступать с учеником.

Неожиданно Ник хмыкнул.

– Что? – заинтересованно спросил Васа.

– Да вот мне пришла в голову интересная мысль. А что, если информация, содержащаяся в информструктуре, не полностью хранится в мозгу у мага?

– Как это?

– В инфосети есть информация о строении всего, что существует в мире, – предметы, живые существа, энергетические образования. Стоит человеку или гному, в общем, неважно кому, создать что-то новое, как эта структура копируется в инфосеть, или в сети прописывается информация о новой информструктуре в каком-то своем формате. Так вот, маг усилием воли просто вытягивает эту информацию из сети по ее уникальной метке, которая сохраняется у него в памяти при снятии матрицы, и создает ее клон или копию. Вернее, она сама создается в воображении мага, он просто ее овеществляет, так сказать. Все-таки кое-какие связи с инфосетью и некоторые способности у вас есть. Хоть и недоразвитые для полноценного управления инфосетью и инфомагической энергией, но для вас этого достаточно. Подменив инфомагию обычной магией, вы добиваетесь похожего результата. Хм… Прикольно. Кстати, интересный вывод из вышеизложенного можно сделать. – Ник хитро прищурился, мол, догадаешься ли?

Васа надолго задумался.

– То есть, – медленно проговорил он, обдумав сказанное Ником, – существует теоретическая возможность вытягивать из информсети структуры объектов, которые ты до того ни разу не видел?

– Угу. Только проблема в том, как это делать, если не знаешь «уникальную метку» объекта. Кстати, теоретически оттуда можно брать и уже готовые магические плетения, вместо того чтобы плести самому. Однако проблема поиска остается. Ну ладно, – Ник откинулся в кресле, – все это пустые теоретезирования.

– А у тебя есть связь с информсетью? – осторожно поинтересовался Васа.

Ник бросил на него подозрительный взгляд.

– Связь с информсетью есть у каждого, а вот пропускная способность и стабильность канала у всех разная, – немного непонятно ответил Ник и не стал развивать эту тему. – Давай лучше разберем то нападение по дороге в столицу. Мне кое-чего непонятно.

– Хорошо, – вздохнул Васа, – задавай свои вопросы. Только покороче, я что-то устал.

– Ну-ну, – хмыкнул Ник, – маг твоего уровня не может «что-то устать».

Васа поморщился: вот ведь хмырь, видит притворство. На самом деле ему не терпелось приступить к написанию следующей главы трактата о магии драконов. Информации уже накопилось достаточно, она была осмыслена и теперь ожидала своего времени для переноса на бумагу.

– Ладно, покороче так покороче, – покладисто согласился Ник. – Скажи мне, для чего служат защитные амулеты, которые использовались с нашей стороны при нападении мага?

– Я же уже рассказывал об этом, – Васа немного удивился, – при первом магическом ударе они впитывают всю враждебную магию в себя, а затем, при переполнении, включается механизм относительно медленного выпуска накопленной энергии в окружающее пространство или, в зависимости от типа амулета, производится быстрый выплеск энергии в заранее настроенную точку. Обычно в землю или в небо.

– А что мешает потом использовать накопленную в них энергию как батарейку?

– Разумеется, существуют амулеты, накапливающие энергию, которые потом можно использовать для подпитки мага, но такие амулеты заряжаются медленно. А вот защитные, быстро впитав в себя вражескую магию, становятся нестабильными, а это может привести к мгновенному выплеску накопленной магии в произвольном направлении. Сам понимаешь, в таком случае лучше находиться от них подальше.

– Ага, – задумчиво проговорил Ник, рисуя на листе бумаги какие-то кружочки и стрелочки, – понятненько. А почему нельзя повесить на такой амулет, например, плетение боевого защитного купола? Вот, смотри. – Он пододвинул к Васе рисунок.

Как просто у него получается, когда он описывает свои мысли, в том числе и магические плетения. Действительно, если разложить процесс составления магического плетения именно таким образом, то в некоторых случаях даже экспериментировать не надо – из рисунка ясно, будет работать или нет. Васа, пребывая в одиночестве у себя в комнате, уже перевел в подобные схемы некоторые из своих магоплетений и практически сразу увидел моменты, которые можно улучшить. Да и новые магоплетения так легче разрабатывать. Это-то Васа понял. Но оказалось, что такие рисунки – самый примитивный уровень, на котором можно описывать общие правила работы плетения и взаимодействия различных его уровней. А вот дальше Ник попытался втолковать Васе абсолютно не воспринимаемые им принципы инфомагии – разбивка понятий на минимальные самодостаточные структурированные магоклассы, свойства, взаимодействия между ними, какие-то рекурсии (чуть ли не единственное, что мэг понял, остальное он просто не воспринял, и многое из рассказанного быстро утекло из памяти). Видя такое положение дел, Ник пообещал структурировать информацию, как он выразился – «оптимизировать под местные понятия», и написать лично для Васы книгу «Инфомагия для чайников». При чем тут чайники, Васа так и не понял, но воспринял предложение Ника с огромным энтузиазмом.

– Ты слушаешь меня?

Васа не заметил, как углубился в себя и выпал из разговора.

– Так вот, – продолжал Ник, – при превышении определенного уровня накопленной энергии, а это произойдет быстро, энергия подается на плетение защитного купола, и чем больше враг бьет нас своей магией, тем сильнее и дольше стоит купол. А ты, пока он занят накачкой нашего купола своей энергией, чуешь? – враг работает на нас! – можешь подготовить свой удар. Враг ведь занят, и у тебя появляется больше шансов на ответный удар. Или же, что более вероятно, образованный магокупол отрезает вражескую магию. Враг находится в патовой ситуации. Как только он снова бьет по нас, у нас снова ставится купол. М-да… Весело получается. А еще можно пустить бьющую по нас энергию через магоплетения-трансформаторы, чтобы подзаряжать амулеты-батарейки и использовать их против противника….

Васа, прищурившись, с интересом, нет, с восторгом смотрел на нарисованную схему. Конечно, в таком виде это не применишь, но если решить некоторые технические детали, то ведь действительно может сработать!

Ник между тем продолжал говорить:

– Я ведь правильно понимаю, что у вас практически все магические бои такого расклада происходят по накатанной дорожке: вы сначала просто тупо пытаетесь разрушить амулеты противника, перенасытив их магией, а уже потом напрямую вступаете в схватку. Так?

Васа кивнул.

– И у кого останутся защитные амулеты, у того больше шансов на победу. Так?

И снова кивок.

– Так, стоп. Что-то не стыкуется. А как же амулеты не впитывают магическую энергию «своего» мага?

Васа улыбнулся:

– Все просто. Каждый маг настраивает амулеты на свою магию. Как бы ставит метку. В результате амулеты просто игнорируют магию своего хозяина.

– Хм… прикольно, – пробормотал Ник, постукивая пальцами по столешнице, – молодцы, защитку придумали. В данном направлении тоже можно покопать. Но это в другой раз, а то мысль убежит. Ладно, я, кстати, понял, почему у вас так медленно идет прогресс в боевой магии.

– Вот как? – удивился Васа. Он почему-то вовсе не считал, что магия развивается медленно. – И почему же?

– Во-первых, – начал Ник, – у вас плохо обстоит дело с теоретической магией. По сути, вы передаете свой накопленный опыт, практически натаскивая учеников на то, что сами знаете. У многих это просто отбивает собственную исследовательскую жилку. Ведь пока они научатся всему, что знает учитель, пройдет не один год. Вот они и привыкают к такому. Я еще удивляюсь, как при таком положении дел у вас нет регресса в этой области. Видимо, вы устойчивы к отупляющей и рутинной работе.

На эти слова Васа просто рассмеялся:

– Ты неправ, Ник. Все дело в том, что любое магическое плетение маг во время учебы просто подстраивает под себя, то есть практически создает заново. Иначе не получится. А без должного уровня развития интеллекта, любознательности и творчества этого не добиться. Такие, о ком ты говоришь, конечно, тоже есть, но их удел – низкооплачиваемая работа где-нибудь в селах. Это ведьмы и разного рода колдунишки. Так что здесь все в порядке.

– М-да? – с сомнением протянул Ник. – И тем не менее теоретическая магия как дисциплина у вас на очень низком уровне. Я сужу по тем книгам, что есть в твоей библиотеке.

– А ты что, прочитал всю библиотеку? – с насмешкой спросил Васа. – Вряд ли ты прочел более десятка книг. А тем более понял и осознал то, что в них написано.

Ник хмыкнул:

– Я мог бы поспорить с тобой, мэг, на что-нибудь ценное и выиграть спор, но, из уважения к тебе, не буду этого делать. Просто поверь мне, что вся твоя библиотека уже находится здесь. – И он постучал пальцем себя по лбу.

Видя явное недоверие к своим словам, Ник грустно вздохнул и сказал:

– Ладно, просто назови любую книгу из своей библиотеки и любую страницу, а я скажу, что там написано.

Васа вполне допускал такое. На фоне других способностей Ника то, что он говорит, не выбивается из строя. Но слишком уж невероятно это звучало. И проверить ведь несложно. Даже в библиотеку идти не надо – некоторые книги Васа просто помнил наизусть.

– Ну ладно, интересно же. – Улыбнувшись, Васа прикрыл глаза, вспоминая. – Например, книга мэга Трильда их’Тарамура «Основы боевой магии. Начальный уровень». Ну пусть будет первая страница, – Васа смущенно улыбнулся, – я просто не помню, какая информация на какой странице находится.

Ник в ответ тоже улыбнулся:

– На этой странице стоит дарственная надпись лично от мэга Трильда тебе, Васа, «своему любимому учителю от недостойного ученика».

М-да… Васа покачал головой – и возразить нечего. У него просто не укладывалось в уме, как можно пропустить через себя тысячи книг за такое короткое время.

– Ну ладно, а во-вторых? – напомнил Нику Васа.

– Ах да! – Ник снова перевел взгляд на мэга. – А во-вторых, самый лучший двигатель прогресса… что?

– Что? – Васа заинтересованно наклонился вперед.

– К сожалению, война. А у вас тут не войны, а черт-те что. Ну соберется максимум несколько тысяч воинов, редко – несколько десятков тысяч, и колбасите друг друга почем зря. С периодичностью в полсотни лет. Мелкие стычки и набеги не считаем. Этого добра у вас навалом. Чуть ли не каждый год. Но это все не то. К вашему счастью, глобальных войн на полное уничтожение определенной расы у вас не было.

Ник замолчал, откинув голову на спинку кресла и уставившись куда-то вверх:

– М-да… А это страшно.

Васа содрогнулся, представив такую картину. Вот полчища людей идут вырезать гномов или эльфов, или наоборот, и это тянет за собой разрушение установившегося равновесия… Откуда только Нику известны такие вещи? Впрочем, для Васы это стало вполне очевидно за проведенное с ним время. Хоть Ник в мягкой, но непреклонной форме и отказался от разговоров о своем происхождении, но выводы из его поведения, его незнания элементарных вещей наряду с невероятными знаниями в определенных областях, а также его странные вещи, которые они с Дортмуном в свое время обнаружили, обыскивая таинственного незнакомца, приводят именно к невероятным предположениям. Предположениям, верить в которые кажется просто сумасшествием. Впрочем, Васу это не очень-то смущало. Все домыслы отодвинулись на задний план по сравнению с тем неослабевающим интересом, который он испытывал к своему любимому делу – магии. Магии драконов в том числе, вернее, «инфомагии», как будет правильнее.

* * *

Васа очнулся от воспоминаний и взглянул на лежащего Ника. Нет, показалось. Ладно, пора собираться на встречу с Руархидом. И ведь снова будет поить «Огненной»! Попросить, что ли, у него новый рецепт от похмелья, о котором архимаг упоминал в разговоре?

Васа потянулся и прислушался к сигнальной сети дома, которая сообщила, что у входа стоит Криса. Девочку эту Васа знал, все-таки частенько приходится сталкиваться по работе с ее учителем, Вордтом. И он разрешил ей посещать больного Ника – разумеется, только после того, как она рассказала все, что произошло в последнее время с участием ее и Ника. И даже не посмотрел на явное недовольство Ланы. Интересно у них тут все закрутилось. Он усмехнулся: эх, молодость! Забавно посмотреть, как Ник выкрутится из сомнительного положения всеобщего женского любимчика.

* * *

Криса возвращалась в дом своего временного проживания, а если точнее – на базу наблюдения. Все произошло очень близко к тому, что говорил Ник насчет ее текущей работы. В тот день, после тесного… хм… общения с ним, Крисе все-таки пришлось написать в отчете о состоявшемся знакомстве. Вернувшийся Бронх поднял ее из постели и за каких-то полчаса вытащил из нее практически всю информацию о произошедшем. Дура! Нет чтобы подготовиться к разговору и продумать линию поведения! А так ее, полусонную и практически ничего не соображающую, расколоть Бронху ничего не стоило. Вот ведь гад! И правильно на него указал Ник, что, возможно, именно он является наблюдателем за нею. Хорошо хоть не стал требовать поминутного отчета. Информации о том, что она близко сошлась с Ником, для него оказалось достаточно. К середине разговора, вернее, словесной пытки Крисе удалось взять себя в руки и умолчать о подробностях разговора с Ником. Раз с ней играют по-грязному, то и ей не мешало бы что-то иметь в запасе.

В результате к вечеру ее уже вызвали. Правда, через учителя, что несколько успокоило девушку. На пороге дома ее встретил сам Вордт.

– Криса, девочка моя, – слегка приобняв, он повел ее в дом, – ты извини меня, старого дурака! Не знал я, что тебя собираются использовать в такой некрасивой игре.

У девушки полегчало на душе. Уж очень она привыкла к Вордту, заменившему ей семью. Она и воспринимала его как своего дедушку. И ей было бы очень больно менять свое отношение к нему.

– Вы в курсе? – спросила она.

– К сожалению, я спустя рукава относился к твоей практике, – удрученно вздохнул Вордт, – и редко читал твои отчеты. Хорошо хоть по правилам положено, чтобы учитель контролировал практики своих учеников, и я имею к ним доступ. К счастью, именно сегодня я обратил внимание на курьера, принесшего в гильдию твой отчет, и ознакомился с ним.

– Так это вы меня вызвали? – удивилась Криса. – А я подумала, что из гильдии.

– Присаживайся. – Вордт пододвинул к ней кресло.

Криса удивилась такой вежливости. Как-то учитель сегодня слишком суетлив.

– Из гильдии, из гильдии, – продолжал он. – Так вот, прочитав отчет, я очень расстроился. Да-да, если подходить к произошедшему непредвзято, то своими последними действиями ты провалила практику. Меня, как твоего учителя, это очень расстроило.

Криса виновато опустила голову. Жаль, конечно, учителя. Вряд ли он в курсе всей подоплеки этой практики. А провал ученика – пятнышко на репутации самого учителя.

– Однако, – Вордт поднял палец вверх, привлекая внимание Крисы, – я помню, что в этом деле заинтересован архимаг, а это такой фактор, который может повлиять как в отрицательную сторону, так и в положительную.

– И чем же это может помочь? – спросила Криса.

В душе у нее шевельнулась надежда на благополучный исход дела. Нет, Криса помнила слова Ника, но это всего лишь слова, а когда сам испытываешь на себе пресс событий далеко не благоприятного характера, пусть и предсказанных, начинаешь во всем сомневаться.

Вордт хитро улыбнулся:

– В общем, поговорил я со знающими гномами в гильдии, близко стоящими к архимагу. Есть у меня там пара моих бывших учеников, а также кое-кто мне там задолжал. Вот меня и просветили о некоторых особенностях твоей практики. Нет, со стороны вроде бы все нормально, но, как мне сказали, то, что случилось с тобой, тоже имели в виду как один из вариантов развития событий. И именно этот вариант, с их точки зрения, наиболее предпочтителен. Ну ничего, – Вордт успокаивающе похлопал девушку по руке, – как бы там ни было, я теперь прослежу за всем этим. А то совсем уже обнаглели – ставят эксперименты над учениками магов без их согласия. Кстати, вот тебе еще один урок: когда у тебя будут свои ученики, всегда поддерживай с ними хорошие отношения, не дай им себя возненавидеть. Никогда не знаешь, когда тебе может понадобиться помощь и кто сможет ее оказать.

Криса улыбнулась. Да уж. Этому Вордт сам служит живым примером. Все ученики считают его чуть ли не членом семьи. Вот и она как-то незаметно для себя стала считать его родней.

– Так вот, не буду сильно растекаться мыслью по столу, просто в гильдии, куда мы сейчас пойдем, я тебя от себя не отпущу. А ежели вдруг такое случится, говори всем, что без своего учителя разговаривать ни с кем не будешь. И еще, – Вордт вдруг успокоился и внимательно посмотрел на Крису, – скажи, этот… как его там… ну твой подопечный… он тебя не обидел? А то я не посмотрю, что он на контроле у архимага, быстренько оторву ему обижалку…

Криса смутилась.

– Ну что вы, учитель, – пробормотала девушка, – это был мой… ну почти сознательный выбор. Скажем так, я не жалею и не расстроена совсем. – И уже весело добавила: – А отчеты мои вы плохо читали, иначе бы знали, что вряд ли бы вам удалось совершить героический поступок и оторвать что-то у Ника. Я бы вообще не советовала с ним связываться или ссориться – слишком много в нем непонятного и опасного.

– Ну что ж, – кивнул Вордт, – надеюсь, ты на самом деле так думаешь. А теперь, – он встал, – пойдем в гильдию. Там дознаватели уже копытом бьют. Поборемся!

Следующие два дня прошли в постоянных встречах и разговорах с магами из службы дознания гильдии. Вот уж не думала Криса, что когда-нибудь придется с ними столкнуться, да еще и с противоположной стороны барьера! Спасибо учителю – он ни на шаг не отходил от нее и очень сильно помог. На многие задаваемые Крисе вопросы отвечал он, и чаще всего словами: «Это не относится к делу», «Я запрещаю своей ученице отвечать на этот вопрос», «Позвольте МНЕ решать, правильно поступила моя ученица или нет. Вашу оценку можете оставить при себе» и тому подобное. Криса сначала даже испугалась, что учителя могут попросить удалиться, уж очень агрессивно он вел себя по отношению к дознавателям. Однако обошлось. Но вымоталась девушка изрядно, а вот Вордту, как ни странно, происходящее доставляло удовольствие. Позднее учитель признался Крисе, что он, будучи занятым своими исследованиями и учениками, стал уже забывать, что в гильдии магов пользуется кое-каким авторитетом, и вовсю наслаждался своей пусть маленькой, но властью.

В результате всех этих разбирательств вынесенное решение не удивило почему-то только Крису. И формулировку подобрали интересную: «Текущие промежуточные результаты практики не могут считаться удовлетворительными из-за некорректного поведения практикантки Крисы их’Дрим. В связи с тем, что на данном этапе менять наблюдателя за объектом не является целесообразным, практикантке продолжить вести наблюдение за объектом в новых условиях, но не переходя рамок дозволенного».

– И кем же установлены эти рамки дозволенного? И пожалуйста, дай мне определение «недозволенного», – сразу же вмешался Вордт в речь дознавателя.

– Все, – раздраженно хлопнул ладонью по столу дознаватель. – Все, что нужно, я сказал. Можете быть свободными.

– В таком случае хочу предупредить, – медленно сказал Вордт, – если мне только покажется, что права моей ученицы в чем-то ущемляются, я вынужден буду обратиться напрямую к архимагу. Кроме того, теперь Криса будет отчитываться непосредственно передо мной. И все, что может ей навредить и напрямую не связано с заданием, прописанным в формуляре, сопровождающем практику, будет мною лично корректироваться. Если вас это не устраивает, прошу предоставить мне собственноручно прописанное указание архимага. Все! – Вордт резко встал. – Если ты забыл, напомню: я, как учитель, несу полную ответственность за свою ученицу. Поэтому все указания Крисе будут проходить через меня. Более того: я даю ей свое позволение игнорировать не одобренные мною указания. Пошли, Криса.

Учитель Вордт взял ее за руку и спокойно прошествовал к выходу.

Быстро оглянувшись, Криса порадовалась ошарашенному выражению лица дознавателя.

– Спасибо, учитель, – уже на улице обратилась она к Вордту, – и что бы я без вас делала?

– А, брось, – улыбаясь, он махнул рукой, – было даже весело. А то сидят тут и считают себя центром мироздания. Зажрались, паразиты. А я неплохо встряхнулся. – Он остановился, прикрыл глаза и глубоко вздохнул: – Эх, хорошо!

– И как же мне поступать дальше? У меня в голове все перемешалось.

Криса не обращала внимания на окружающую красоту, свои бы проблемы решить…

– А, ничего, Криса, теперь все будет хорошо. Просто поступай, как считаешь нужным, но не выходя за рамки упомянутого мною там, – он кивнул в сторону гильдии, – формуляра. Можешь даже в отчете, как и раньше, писать то, что сочтешь нужным. В случае чего, я подкорректирую, только не забудь отсылать отчеты лично мне. Да и объект твоего наблюдения достаточно интересен. Можешь узнать много нового. Непонятно только, почему твоей практике придается такое значение. Насколько я понял, тот парень живет в доме у мэга Васы. А он – друг архимага и сам может предоставить ему всю информацию. – Вордт недоуменно покачал головой: – А может, между ними какой разлад вышел? Или цель этого наблюдения за парнем состоит в другом… Ну да ладно. – Учитель повернулся к Крисе: – В общем, смотри сама: можешь идти на свое место практики, а можешь подождать до завтра, отдохнуть… А я побежал, меня беспокоит, что этот несносный Приндт мог там без меня натворить.

И, улыбнувшись напоследок, быстрым шагом удалился в направлении своего дома.

Проводив учителя взглядом, Криса усмехнулась. Да уж, этого Приндта не стоит оставлять надолго без присмотра. Приндт – еще один ученик Вордта. Очень способный, но на редкость рассеянный парень. Криса до сих пор удивлялась, как при своей расхлябанности он все еще жив.

Криса все-таки решила вернуться, дома у Вордта делать-то особо нечего.

Бронх со своей командой встретили ее сдержанно.

– Как будем дальше работать? – спокойно и без особых эмоций спросил Бронх.

Присутствующие в комнате мужчины примолкли. Криса обвела их взглядом. На некоторых лицах она успела заметить промелькнувшие ухмылки. Значит, так, да? Ну ладно, дайте только повод, она быстренько переломает кое-кому ручки или челюсти, чтоб неповадно было насмехаться.

На вопрос Бронха она, однако, пожала плечами:

– У вас свое начальство, у меня с сегодняшнего дня – свое. Теперь я отчитываюсь только перед своим учителем. Так что делайте что хотите, а я уж как-нибудь по-своему буду работать.

– Жаль, – покачал головой Бронх, – весьма недальновидно.

Он задумался. Криса хотела возразить, но Бронх, кратко взглянув на нее, пояснил:

– Я не о тебе. Вообще без тебя наша работа тут не имеет смысла. Мы ведь за магом следим. С другой стороны, мы и так были перед ним как на ладони. По сути, мы делали вид, что наблюдаем за ним, он – что не замечает этого… м-да… – негромко рассуждал он.

Затем снова задумался.

– Ну ладно! – наконец очнулся он. – Посмотрим. Нам новых указаний не давали, будем работать в обычном режиме. И я бы все-таки попросил тебя, Криса: учитывай нас. Наблюдение пока никто не снимал, а ты одна не сможешь бегать за ним круглосуточно.

Криса ничего не ответила. Она молча отправилась в свою комнату. Немного посидев в кресле, попыталась понять, чего, в конце концов, все от нее ждут? Покрутив ситуацию и так и эдак, ни к чему не пришла.

«Наверное, надо с Ником посоветоваться», – подумала она. Если непонятно, что делать, почему бы не делать то, что хочется? Вдруг это окажется самым лучшим решением? Интересная мысль. Криса задумалась. В этот момент она почувствовала сигнал от сторожевой сети. Ее только что потревожил Ник. Подскочив к окну, Криса действительно увидела Ника удаляющимся по улице, причем с оружием и в сопровождении какого-то человека. Быстро оглядевшись и просканировав ауры находящихся в доме гномов, она поняла, что ухода Ника никто не заметил. Отлично! Именно это ей сейчас и надо. Хорошо, что после вызова, в спешке, она не сняла сторожевую сеть.

Укрывшись пологом невидимости, Криса тихо, никого не потревожив, выскользнула из дома. Остановившись за углом, проверила, точно ли никто ее не заметил. Убедившись, что все в порядке, побежала за Ником, через квартал сняв с себя полог невидимости.

– Ник! – позвала Криса, приблизившись к спешащим куда-то мужчинам.

Ник обернулся. Увидев его лицо, она чуть не споткнулась, настолько оно показалось ей чужим и равнодушным. Не таким она запомнила его всего пару дней назад.

– Рад тебя видеть, Криса. Знакомьтесь. Леон – мой друг. Криса – моя подруга, – произнес он ровным и спокойным голосом.

Все мысли из головы куда-то разбежались, она просто стояла и всматривалась в лицо парня, еще совсем недавно казавшегося… не таким отстраненным.

– А где твои помощники? – продолжил Ник.

Криса почувствовала, что если и дальше будет тут стоять, как молчаливое дерево, то он просто развернется и уйдет. Собравшись с мыслями, она сказала:

– Нам надо поговорить.

– Не сейчас. Нам с Леоном предстоит сложное дело, потом поговорим.

– Вот как? – Криса наконец посмотрела на второго человека.

Ого! Обоерукий мечник. Два одинаковых меча, рукоятки которых выглядывали из-за спины, однозначно намекали на это обстоятельство. И куда же они собрались? Неужели, пока ее тут не было, Ник успел ввязаться в какую-то историю? Ну уж нет! Ему не удастся просто так от нее отделаться!

– Я иду с вами, – сказала Криса. – И не возражай. С меня никто не снимал обязанности наблюдать за тобой. Просто многое изменилось. Вот об этом я и хотела поговорить.

Хм, в общем, недолго он сопротивлялся, если это вообще можно назвать сопротивлением. Подчиняться его командам? Да без проблем! В конце концов если там что-то опасное, то и ее способности могут пригодиться. Жаль, конечно, что этим она может ухудшить свое и без того шаткое положение, но если с Ником что-нибудь случится, а она будет не в курсе, то ее по головке тоже не погладят.

Целью мужчин оказался внешне ничем не примечательный особнячок в нижнем городе, стоящий немного на отшибе. Криса не могла понять, почему они отправились туда пешком, вернее, бегом, если можно было спокойно доехать на платной повозке. Да и посторонние могли заметить странное трио, бегущее по дороге. Однако, понаблюдав немного, Криса пришла к выводу, что Ник каким-то образом чувствует, когда надо перейти на шаг. В таких случаях он слегка придерживал ее. Наконец ей это надоело, и она укрыла пологом невидимости всех троих (спасибо Нику – теперь с ее расширенным магическим резервом она могла себе это позволить). Ник молча кивнул, и больше они не останавливались до самой цели. Охранники в воротах внутреннего города также их не заметили.

Пока они бежали, мысли Крисы свернули в другую сторону. Последние два дня она постоянно наблюдала за своим увеличившимся резервом магической энергии. На самом деле ее интересовало, начнется ли и, если да, то когда, его возврат к предыдущему состоянию. Уж очень необычным способом увеличилась его емкость. А к таким вещам, легко доставшимся, Криса всегда испытывала недоверие. Странно, несмотря на то что магией она пользовалась постоянно – удерживая максимальную защиту ауры при беседе с дознавателями и скрывая свое состояние так, что даже учитель ничего не заметил, – никаких признаков изменений в обратную сторону она не обнаруживала. А пока Криса сама не разобралась в произошедшем, она не хотела никого посвящать в то, что ее магический уровень изменился. Вообще надо покопаться в литературе, как такое возможно. Нечто похожее ей попадалось очень давно, когда она еще была совсем соплюшкой, но тогда это ее, видимо, не заинтересовало и стерлось из памяти.

– Так, Криса, включай свой полог и прячь ауру. Леон, включай свой защитный амулет.

– А ты? – Крисе стало интересно, каким образом сам Ник будет скрывать свои следы, да и вообще какую защиту он будет использовать. А в серьезном деле без этого никак.

Он поднял руку, как бы останавливая ее вопросы, и задумался.

– А я не буду этого делать, – наконец ответил он. – Так надо.

Ей это не понравилось. И в Нике что-то изменилось при магическом зрении, но на поверхность вылезла другая мысль, более насущная: чем вообще они собираются заниматься? И с кем драться? Может, и не нужны никакие суровые методы защиты?

– Может, скажешь, с кем нам придется столкнуться? – спросила она у Ника.

– Пошли. – Он, не оглядываясь, отправился вперед. – Кое с кем из гильдии убийц. Если сомневаешься, подожди в сторонке.

Что? С гильдией убийц? Он что, с ума сошел? На кой ляд ему проблемы на свою задницу? Ох, и зачем она поперлась за ним? Сидела бы спокойно дома и попивала чифу. Да и вообще, надо было остаться у Вордта переночевать… «Ага, – ответил ей ехидный внутренний голос, – а если с ним что случится, как ты себя будешь чувствовать? А? Наверное, будешь рвать на себе волосы?»

Пока мужчины разговаривали с охранниками, Криса огляделась. Место тихое, дом стоит на самом отшибе, последний в ряду. Криса знала этот адрес потому, что как-то ей пришлось здесь побывать недалеко отсюда, на соседней улице. Кто бы мог подумать, что у гильдии убийц тут есть свой особняк.

А мужики вовсю собачились с охраной. Криса даже хмыкнула, когда они назвали дом публичным. А дальше произошло страшное. И главное, так быстро, что Криса осознала произошедшее, только когда все уже почти закончилось. Два охранника лежали мертвыми за воротами. Криса глянула на Леона с мечами в руках, на Ника – проследила за его взглядом и вместе с ним наблюдала в окне падение тела внутрь. Странно, всплеска магии она не почувствовала. Это что же получается, Ник умеет взглядом убивать? Мозг Крисы впал в небольшой ступор. Однако краем уха она продолжала слушать дальнейший разговор Ника и Леона.

– Ты лучше скажи, как нам внутрь попасть?

– Легко.

Тут Криса очнулась, перевела взгляд на Ника и просто онемела. Она и так молчала, но если бы захотела что-то сказать, вряд ли бы это у нее получилось. Буквально на ее изумленных глазах аура Ника стала наполняться магоэнергией. Такого просто не бывает! Запасенная магия или есть, или ее нет! А тут Ник из относительно простого человека превращался в мага с просто невообразимым количеством магии.

«А ведь я вижу это потому, что на нем нет обычной магозащиты. И как он вообще не боится без нее находиться? А может, как раз у него такая мощная защита, что за ней ничего не видно? Да нет, – Криса покачала головой, не отводя взгляда от представшего ее взору зрелища, – саму защиту ничто не скроет. Она ведь по-любому реагирует на сканирование, а когда я это делала, то ничего не почувствовала!»

Но то, что произошло дальше, поразило ее настолько, что она могла только наблюдать и фиксировать в памяти то, что видела. Весь анализ происходящего она, по молчаливому соглашению с собой, оставила на потом. А происходило следующее.

Неожиданно налетел ветер. Сначала слабый – Криса сначала даже не обратила на него внимания, – но постепенно он стал крепчать. Вокруг них закрутились небольшие смерчи, их становилось все больше и больше. При этом Ник, Леон и Криса, находящиеся внутри, почти не чувствовали силы этой стихии. Криса вздрогнула, когда неожиданно кто-то подергал ее за косу. Оглянувшись, никого не увидела. Ей трудно было поверить, что это безобразие вызвано Ником, однако дальнейшие события, а также то, что творилось с аурой Ника, убедили ее в правильности такого предположения. Вся поверхность его ауры очень активна, буквально бурлит. Нет, не так: она сейчас больше похожа на ежа – сотни, тысячи тонюсеньких лучиков, извиваясь, вырастают на поверхности и, вытягиваясь во все стороны, исчезают в окружающих их массах двигающегося воздуха. Криса попыталась получше разглядеть, куда они тянутся, но поднятая пыль и магические возмущения не позволили этого сделать. В этот момент смерчи стали извиваться и переплетаться, поднятая ими пыль хорошо позволяла их рассмотреть. Внезапно несколько из таких скрученных смерчей устремились к воротам и поглотили их.

Некоторое время ничего не происходило. Поднятая на их месте пыль уже не позволяла рассмотреть, что там происходит, слышался только вой и свист бушующей стихии. Неожиданно к шуму бури добавился тягучий звук перенапряженного металла, перемежающийся со скрежетом и скрипом. С резким и оглушительным звоном ворота оторвались от креплений и, подобно сорванному с дерева листу, улетели куда-то в сторону. Но на этом ничего не закончилось. Смерчи ворвались во двор, и четверо гномов (Криса даже не заметила их появления) резко взмыли в воздух и с огромной силой ударились об стену дома. Девушка закрыла глаза и с трудом сглотнула. «Стихийник», – крутилась у нее в мозгу единственная мысль. Через некоторое время появилась еще одна мысль: «Кажись, понятно, почему он не носит защиту ауры. Это чтобы в любой момент вызвать духов стихии, снятие защиты требует времени… Но как же он не боится, что его смогут подчинить магией или еще как-то навредить?»

Криса открыла глаза и увидела, как в воздухе мелькнула пара ножей, окончивших свое воздушное путешествие в ладонях Ника. Поняв, что уже несколько минут она стоит затаив дыхание, Криса судорожно вздохнула. Почему-то опасаясь смотреть на Ника, она перевела взгляд на его спутника. Его вид привел ее в чувство и немного развеселил. Леон стоял с наиглупейшим выражением лица и задумчиво чесал затылок. «Неужели и у меня такой же дурацкий вид?» – подумала Криса.

– Так, – спокойным голосом, не оборачиваясь, проговорил Ник, – Леон остается во дворе, Криса, наблюдаешь в сторонке, чтобы никто не ушел. К тебе это тоже относится, Леон. Никого не выпускай. Понятно?

Хоть бы глянул на них, как они тут! Бесчувственное животное! Криса рассердилась, что Ник обращается с нею, как с обузой. Ага, как же! Будет она сидеть в сторонке и смотреть издалека, что тут будет происходить! Собрался один идти в дом? «Вот тебе!» – Она показала Нику в спину неприличный жест и поспешила за ним вдогонку.

Когда Криса догнала Ника в доме, он уже успел справиться с одним из противников. Не оглядываясь на нее, Ник протянул назад два ножа.

– Надеюсь, ты умеешь ими работать?

Криса не сразу поняла, что он обращается к ней. А ведь ее в таком «боевом» режиме практически невозможно заметить – она специально еще больше усилила полог невидимости! Спиной он, что ли, видит? Она взяла ножи и взвесила их в руке. Идеально! С похожими ножами она обычно тренировалась. Краем глаза Криса заметила открывшуюся дверь и гнома, бросившегося на Ника. Ник даже не пошевелился. «Чего стоишь!» – испугалась Криса и, видя, что он не реагирует на опасность, с трудом пересилила внутреннее сопротивление и метнула в противника нож. То, что ей пришлось впервые в жизни использовать свои навыки против настоящего противника, сыграло определенную роль. Он почти успел отреагировать, но тут же с каким-то противным бульканьем упал, успев напоследок схватиться за торчащую из горла рукоятку ножа.

– Умею, – выдавила Криса из себя.

Ее всю колотило, и, чтобы взять себя в руки, ей пришлось приложить огромное внутреннее усилие. «Все! Успокойся! Теперь ничего не вернуть. Раз уж влезла – иди до конца. Или погибнешь!» – накручивала она себя.

– Ладно, держись за мной. Задача – зачистить дом и найти маленькую девочку. Вопросы есть?

– Какую девочку? – Криса так удивилась неожиданным словам Ника, что почти пришла в себя.

– Вопросов нет. Хвалю.

«Нет, я когда-нибудь не выдержу и просто убью этого грубияна, нахала и… и… в общем, гада!» – гневно подумала Криса. Ну почему все так непонятно происходит? На вопросы не отвечают, обращаются с ней, как с какой-то досадной помехой?

Ну а дальше начался какой-то кошмар. Кошмар в том смысле, что Криса практически не понимала, что происходит. Нет, не так. Она не понимала, что делает Ник. Проходя мимо какого-то закутка, Ник, лишь на долю мгновения задержав шаг, пробормотал:

– Нет, не то, девочки на антресоли не лазят. – Потом, мельком глянув в ту сторону, сказал: – Падай, ты убит. – И пошел дальше.

Криса заглянула в закуток и заметила, как откуда-то сверху на пол упало тело. Глянув наверх, она увидела широкую балку, которую по каким-то причинам не закрыли декоративными панелями. М-да… Хорошее место для засады, мимо проходящие – как на ладони. Как раз можно стрелять в спину идущего по коридору противника. А как его Ник убил? То, что он его заметил, Крису уже не удивило, но вот способ убийства… «Ладно, не время», – тряхнула головой Криса и побежала догонять успевшего уйти вперед загадочного парня.

Догнав Ника, она прислушалась к его бормотанию и только покачала головой – с ума он, что ли, сошел?

– Раз, два, три, четыре, пять, вышел зайчик погулять. Вдруг охотник выбегает, прямо в зайчика стреляет.

Тут впереди выскочили два вооруженных противника и, разойдясь к стенам коридора, бросились с двух сторон на Ника. Он, поочередно направив на каждого палец и не останавливая свою считалочку, пробормотал дальше:

– Пиф-паф, ой-ой-ой, умирает зайчик мой.

Криса протерла глаза – снова ни малейшего всплеска магии! Однако каким-то образом он на них воздействовал! Левый противник почти сразу упал, а правый, с закатившимися глазами и выступившей пеной изо рта, на последнем издыхании нанес мощный удар секирой наискось. Воспользоваться своими ножами Криса не могла – Ник закрывал все возможные траектории их полета. Она только могла из-за его плеча наблюдать происходящее и мысленно прощаться с ним. Однако в самый последний момент (Криса фиксировала все с каким-то болезненным любопытством и нервно сжатыми в руках ножами) Ник плавно и очень быстро, так, что она почти не заметила самого движения, оказался уже за спиной противника и вкладывал в ножны меч. Постойте! А когда он успел его вытащить? Неожиданно увидев результат работы меча Ника, Криса резко согнулась и исторгла из себя остатки обеда. Одним ударом он отрубил правую руку гнома вместе с его головой. На полу валялись два куска тела, а крови-то натекло! Собравшись, Криса перепрыгнула лужу и мрачно побежала за Ником.

– Принесли его домой… – Ник остановился и посмотрел назад, затем покачал головой и наконец замолчал.

Потом таким же непонятным образом он расправлялся с остальными противниками. Криса чуток поотстала, справедливо рассудив, что вряд ли Нику требуется ее помощь, однако оставленное позади пространство все-таки лучше контролировать, вдруг там кто-то еще прячется. Поэтому то, что случилось на верхнем этаже, Криса пропустила. Только почувствовав мощный всплеск боевой магии, она побежала со всех ног в ту сторону, где шла магическая битва.

Вбежав в комнату, Криса резко остановилась. На полу лежал Ник, судорожно вцепившись в торчащий из его живота болт.

«Как же так?» – заметались в ее голове мысли. Она настолько привыкла к чудесам, творимым Ником, что никак не ожидала увидеть его в таком беспомощном состоянии.

«Демоны! – Криса медленно опустилась на колени перед Ником. – Так нечестно!» Сердце у нее в груди дало сбой. Прижав ладони к щекам, она сквозь слезы смотрела на побелевшие от напряжения руки Ника. Ну почему жизнь так несправедлива? Стоило ей встретить нормального парня, как он оказался человеком, да еще и умирать собрался!

– Криса, зови Леона, пусть ищет девочку. Нам пора убираться отсюда.

Она не могла оторвать взгляда от страшного для нее зрелища – серьезно раненного Ника.

– Криса, со мной все будет в порядке. Уже через пару дней я буду скакать, как дракончик. Поверь мне.

Криса, не веря своему счастью, посмотрела Нику в глаза. Дура! Он же еще жив! Надо что-то делать!

– Иди! – крикнул Ник и потерял сознание.

Криса вскочила на ноги, всполошенно метнулась к двери, потом остановилась, развернулась к окну – оно выходило во двор, – бросилась к нему. Резким ударом ноги выбила раму и, не обращая внимания на порезы, по пояс высунулась в окно. Слава всем богам! Леон стоял во дворе, держа в руках маленькую девочку, и внимательно вглядывался в окно, обратив внимание на шум.

– Леон! – крикнула Криса. – Беги сюда! С Ником беда!

Однако Леон не пошевелился, только крепче сжал рукоять меча в руке.

Не поняв его реакции, Криса замерла, пытаясь привести мысли в порядок. Ой! Он же не видит ее! Быстро убрав полог невидимости, Криса замахала рукой. Наконец увидев ее, Леон бросился в дом. Криса же вернулась к Нику, снова опустилась на пол и положила его голову себе на колени. Гладя его волосы, другой рукой она смахивала никак не желающие останавливаться слезы и бормотала:

– Держись, Ник. Все будет хорошо. Я обещаю тебе! Ты поправишься. В конце концов ты мне нужен. – Криса сама не понимала, что говорит, просто ей казалось, что так будет правильно.

Вскоре прибежал Леон. Он остановился рядом и хмуро посмотрел на Ника.

– Так, – сказал он, – бери девочку, а я вынесу его во двор.

– А это не опасно? – принимая на руки девочку, спросила Криса.

Леон не ответил, только мрачно посмотрел на нее. Аккуратно подняв Ника и чуть пошатываясь, он двинулся наружу.

Во дворе Ник снова очнулся.

– Леон, – с трудом произнес он, – вытаскивай болт!

– Ты уверен? – Леон с сомнением покачал головой. – Я бы дождался целителя.

– Давай не мандражируй, – прохрипел Ник – было видно, что ему очень больно. – Несите нас в дом Васы и позовите Лану. Она сообразит, что делать дальше и с девчонкой, и со мной. Все, тащи болт!

– Ну ладно, – неуверенно сказал Леон.

Опустившись на колени, он крепко взялся рукой за болт, вторую положил на живот Ника и с резким выдохом выдернул болт.

Видимо от боли, Ник снова потерял сознание. Леон быстро сорвал с себя рубашку, сложил в несколько слоев и осторожно прижал ее к ране под нательной одеждой Ника.

– Ну что ж, – сказал Леон, взяв Ника на руки и с натугой встав, – оставаться здесь не имеет смысла. Не знаю, как мы доберемся до Васы с раненым Ником на руках, но идти надо.

Криса очнулась. Что это с ней? Нику требуется срочная помощь, а она тут сопли разводит.

– Пошли, – резко сказала она и быстрым шагом пошла со двора.

Сколько времени понадобилось, чтобы добраться до дома Васы, она не знала. Все перемешалось в кучу. Однако ясность мышления к ней вернулась.

В каком-то трансе – иначе не объяснить, почему она так четко действовала, – Криса шла впереди. На улице, чтобы не привлекать к себе внимание и не оставлять следы, она прикрыла всех пологом невидимости. Затем, через пару кварталов, оставив Леона с Ником и девочкой в укромном месте, пробежалась по окрестностям и нашла наемную повозку. Кучер, поставив повозку в тенечке (желающих прокатиться, видно, не было), тихонько дремал, сидя на облучке. Пришлось подождать некоторое время, пока поблизости никого не будет. Дождавшись такого момента, она мягким посылом погрузила кучера в очень глубокий сон. Хорошо, что он задремал, иначе у нее ничего бы не получилось. И тогда ей пришлось бы «выключить» его более грубыми физическими методами. А она совершенно не хотела оставлять никаких следов для убийц из гильдии. Слишком уж страшная организация. Да и сейчас мысль сожаления о том, что она оказалась втянута во все это, то и дело мелькала на задворках сознания. Но сейчас главное – доставить Ника к мэгу Васе.

На повозке до ворот во внутренний город доехали быстро. Дальше пришлось ее бросить – не хотелось попадаться на глаза стражникам. Все так же, под прикрытием полога невидимости, Леон с Ником на руках и Криса с девочкой, которая от переживаний то ли уснула, то ли впала в прострацию и перестала хныкать, проскользнули внутрь. Здесь поступили проще. Криса, обыскав Ника, нашла у него в карманах деньги (и чего он не носит их в мешочке на поясе – удобнее же!) – свои закончились, а у Леона оказалось слишком мало. Посчитав добычу, кивнула, мол, должно хватить, и отправила Леона нанять повозку без кучера. Такое тоже практиковалось, но стоило намного дороже. Конечно, было бы лучше отправиться самой – все-таки не каждый день человек нанимает повозку без кучера, и это непременно привлекает внимание. Но вокруг было много народу, и Криса не рискнула оставить Ника с девочкой без прикрытия полога. Через некоторое время, показавшееся Крисе вечностью, вернулся Леон, управляя повозкой, и девушка вздохнула с облегчением. Она уже вся испереживалась за Ника. Он лежал бледный, дыхание почти не чувствовалось, и сердце стучало слабо и неравномерно.

Наконец они добрались до дома Васы. Выпрыгнув из повозки, Криса заколотила в ворота. И только позже она с досадой сообразила, что же именно в тот момент ее беспокоило, кроме состояния Ника. Просто она совсем забыла о своих сослуживцах, и, как оказалось, зря. Их приезд не остался незамеченным.

Примечания

1

Что-то вроде саранчи. – Здесь и далее примеч. авт.

2

Единицы измерения применяются наши, земные.

Content

Анджей Ясинский
Ник

Часть первая

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Часть вторая

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Примечания