Михайлов Борис Борисович

Жена его и любовницы

Михайлов Борис Борисович

Жена его и любовницы

Действующие лица

Леонид Степанович Васильев — 48 лет, любимец женщин, ловелас. Журналист и писатель.

Елена Викторовна — его умершая жена, 45 лет. Усталая женщина со следами былой красоты.

Ольга — их дочь, 22 года.

Виктория Александровна — соседка, врач, с детских лет влюбленная в Леонида Степановича. В зрелом возрасте у них завязался и продолжается вялотекущий роман. Подруга Елены.

Светлана — школьная любовь Леонида. Одинокая дама — ученая, психолог, 47 лет.

Рита — разбитная девчонка лет 22, студентка-практикантка в газете Леонида, его любовница.

Вера — около 35 лет, ведущая программ на ТВ, любовница Леонида.

Лида — инженер, немногим за 30 лет. Бывшая любовница Леонида.

Татьяна — 24 года. Романтическая особа, не от мира сего. Бывшая любовница Леонида.

Время действия — наши дни.

Действие первое

С ворохом газет входит Леонид Степанович — стройный, обаятельный и симпатичный мужчина. Ему не дашь его лет и трудно поверить, что у него больное сердце. Он включает телевизор, показывают какую- то производственную программу, устало падает в кресло. Какое-то время молча сидит, на ТВ не смотрит, перебирает газеты, и тут же откладывает их, устало закрывает глаза. Из прихожей доносится шум и в комнату влетает дочь Ольга.

ОЛЬГА. (Обнимает и целует отца). Как ты?

ЛЕОНИД. Ничего, устал только. В редакции напряженный день был, потом планерка затянулась. Знаешь, как не люблю всякие посиделки! Устаю больше, чем от физической работы. Почему не позвонила, как закончила сессию?

ОЛЬГА. Последний экзамен час назад сдала. Всё нормально. (Убирает звук ТВ, началась реклама).

ЛЕОНИД. Нормально — на тройки?

ОЛЬГА. Одна. Две четверки и пятерка.

ЛЕОНИД. Не богато.

ОЛЬГА. Как сумела. Почему не ложишься в клинику, ждешь новых осложнений?

ЛЕОНИД. А! Всё одно, ложись не ложись! От судьбы не уйдешь. Кстати, и жить мне осталось совсем немного. Прочитал вчера в Интернете: пятьдесят три дня!

ОЛЬГА (перебивает). Сделают операцию и будешь еще долго — долго жить. Читаешь всякую галиматью. Интереснее в Интернете ничего не нашел?

ЛЕОНИД (не слушая дочь, продолжает). Открыл другой сайт, там потребовали чуточку математических усилий, и, представь — результат тот же — 53 дня. Вчера. Сегодня уже осталось 52. Хорошо, лето еще будет, больших проблем с похоронами не возникнет. И не так дорого, как зимой. О месте на кладбище сам позабочусь. Рядом или вместе с мамой.

ОЛЬГА. У тебя с головой порядок? На будущей неделе, надеюсь, давление стабилизируется, отвезем с Олегом тебя в больницу. Не буду больше слушать. Может, до операции нам переехать к тебе? Все будешь под присмотром.

ЛЕОНИД. Вполне нормально чувствую, что будете у меня делать? Ждать, когда умру?

ОЛЬГА. О чём ты, папа! Брось эти мысли, и не читай разных шарлатанов. (Помолчав). Говоришь, у тебя всё хорошо, побегу тогда. Береги себя! Утром позвоню.

ЛЕОНИД. Олегу привет, Коленьку поцелуй за меня. (Провожает дочь до двери, возвращается и прибавляет звук телевизору).

ДИКТОР ТВ. Начинаем концерт из произведений Иоганна Штрауса. Трансляция из Венской филармонии.

Начинается концерт, Леонид прибавляет звук ТВ, выбирает газету, читает, время от времени бросает взгляд на экран. Телефонный звонок отрывает от чтения. Зритель слышит разговор.

ЛЕОНИД. Да!.. Галина Васильевна?

ЕЛЕНА. Не узнал! Лена. Жена твоя.

ЛЕОНИД. Галина Васильевна, что за шутки!

ЕЛЕНА. Столько лет вместе и не узнать родной голос!

ЛЕОНИД. Рита?

ЕЛЕНА. Алёна. Жена твоя. Дали возможность поговорить с тобой, подготовить к встрече.

ЛЕОНИД. Кончайте разыгрывать. Какая жена, что за встреча! Не умно. (Бросает трубку, прибавляет звук ТВ). Дура! Нашла тему для шуток! (Телефон опять звонит). Да!

ЕЛЕНА. Это я, мой котик. Не разыгрываю тебя. Как убедить, не знаю. Штрауса слушаешь, вальс 'Поцелуй'?

ЛЕОНИД. (Не убирая трубки от уха, испуганно озирается. Нерешительно). Тоже смотрите трансляцию из Венской филармонии?

ЕЛЕНА. Слышу у тебя, у нас нет телевидения. Кстати, помнишь, как впервые попали в филармонию, на вечер Штрауса? Позже ты купил пластинку с вальсами, крутил постоянно. Часто ставил 'Поцелуй', 'Розы юга'. Помешан был на Штраусе. На каждой вечеринке танцевали под его вальсы. Друзья балдели от Магомаева и Ободзинского, часами слушали Окуджаву, а ты каждый раз ставил Штрауса. Мода, как и люди, приходит и уходит, сменяются поколения, а Штраус продолжает радовать, поднимать настроение.

ЛЕОНИД. Кто вы?.. Хватит придуриваться, чего от меня хотите?

ЕЛЕНА. Я же сказала, Алёна. Твоя любимая жена, как ты не уставал повторять, продолжая изменять мне. А этот вальс познакомил, сблизил нас. Неужели забыл?

ЛЕОНИД. (Мимо трубки). Чертовщина какая-то.

В дымке или за полупрозрачным занавесом молодая пара кружится в вальсе, он что-то горячо рассказывает, она заливисто смеется. Это Леня и Лена в молодости. Зритель видит только их тени, а затем слышит и разговор.

ЛЁНЯ. Вика ваша подруга?

ЛЕНА. В музыкалке вместе учимся, в бассейн ходим. Упросила пойти с ней. Танцевать, говорит, не с кем. Потрясешься со мной.

ЛЁНЯ. А я увел. Послушайте её — танцевать не с кем. Ну, даёт!

ЛЕНА. Не понимаю, почему не с кем. Мальчишки нормальные у вас в школе.

ЛЁНЯ. Воображуля твоя Вика! Задавака, вот и не приглашают. Понравилось тебе у нас?

ЛЕНА. Мы перешли на 'ты'?

ЛЁНЯ. Вы против?

ЛЕНА. Не знаю. Кроме школьных, мальчишек знакомых нет, с ними на 'вы' не будешь.

ЛЁНЯ. Сразу на 'ты', вероятно, не совсем прилично. Мы не представились. Меня зовут Леонид.

ЛЕНА. Я Лена.

ЛЁНЯ. Вот и познакомились. Тоже в десятом учишься?

ЛЕНА. (Кивнула, после паузы, целиком отдавшись танцу). Что-то сказали?

ЛЁНЯ. Хорошо танцуешь. У нас в школе мало кто умеет красиво танцевать вальс.

ЛЕНА. Замечательно ведешь. Учился танцам?

ЛЁНЯ. Немного. В ДК железнодорожников.

ЛЕНА. А я в танцевальную студию Дома пионеров хожу.

ЛЁНЯ. Приглашали как-то к вам на вечер. Одни малолетки.

ЛЕНА. Я в старшей группе занимаюсь.

ЛЁНЯ (помолчав). Можно, провожу тебя до дома?

ЛЕНА. Мне недалеко. Я с Викой пойду.

ЛЁНЯ. Позволь, и я с вами. Мы с ней не только в классе, в одном дворе, в одном парадном живем. (Помолчав). Давай, лучше, без Вики пойдем.

ЛЕНА. Папа будет встречать.

Вальс заканчивается, и он отводит ее к колонне.

ЛЕНА. Закружил! Никак не приду в себя.

ЛЕОНИД. Устала?

ЛЕНА. Немного.

Тени молодых Лены и Лени исчезают. Из темноты, из облака белого дыма, выходит взрослая Елена. Вместе с сегодняшним Леонидом комментируют эпизод знакомства.

ЕЛЕНА. Про себя в тот момент подумала: классный мальчик, жаль не из нашей школы… Не буду спешить. Никуда не денется.

ЛЕОНИД. На следующий день я стащил у Вики записную книжку и узнал твой адрес, телефон.

ЕЛЕНА. Страшно удивилась, увидев на пороге квартиры с коробкой конфет. Не сразу решилась впустить. Почти не знакомы и пришел. А если бы мама или бабушка? Хорошо, никого дома.

ЛЕОНИД. Понял, я тебе понравился.

ЕЛЕНА. На моем лице, вероятно, было написано. Повел себя, словно мы старые друзья. Смело вошел в квартиру, сел, не дожидаясь приглашения. Бесцеремонно открыл мой Дневник, заглянул в отметки.

ЛЕОНИД. Знал, что одна. Дневник открыл, любопытно — умная, или только симпатичная.

ЕЛЕНА. Слушали магнитофон, пили чай с твоими конфетами. Танцевали. Попросил показать несколько танцевальных па. Сказал, хочу завоевать приз на новогоднем балу. Пригласил меня. Очень хотела пойти, но в тот день и у нас в школе намечался вечер. Я отвечала за проведение.

ЛЕОНИД. Могла пригласить. Ради тебя оставил бы своих. (Опомнился, что разговаривает неизвестно с кем). Неужели ты, Алёна?.. Определенно, сдвиг по фазе. (Массирует виски, затылок, протирает глаза). Совсем свихнулся. Кто ты, признайся, хватит разыгрывать! Как сюда попала? Дверь я никому не открывал. Может Ольга не захлопнула?

ЕЛЕНА. Услышала Штрауса и подумала, вдруг, в эти минуты вспоминаешь меня. Подходящая минута поговорить.

ЛЕОНИД. (Опять забыл, что говорит неизвестно с кем, искренен). Правда, вспоминал, едва заиграли 'Поцелуй'. Всегда, как услышу Штрауса, вспоминаю, наши первые годы. Еще не было детей, жили друг для друга. Не представляешь, как не достает тебя! Понимаю, пора смириться, прошлое не вернуть! А я всё живу тобой. Переступлю порог квартиры, и жду, сейчас бросишься навстречу. Проходит несколько секунд, доходит — не встретишь. Накатывает страшная безнадега! Хоть кричи от бессилия — ничего не исправишь. Корю себя, не всегда исполнял твои желания, обманывал. Только потеряв, понял, как ты мне дорога. В лучшие дни моей жизни ты была со мной. Остались одни воспоминания.

ЕЛЕНА. Стал сентиментален. Не знаю, сколько отпустили мне времени. Хочу успеть предупредить: тебя здесь ждут. Скоро.

ЛЕОНИД. Memento mori? Помню. Недавно в Интернете прочёл, осталось мне пятьдесят два дня. Стараюсь подготовиться. Одно успокаивает — снова будем вместе.

ЕЛЕНА. Надеешься? Тоже очень хочу. К сожалению, от нас не зависит.

ЛЕОНИД. От кого? (Лена долго не отвечает). Почему замолчала? Алёна! (Вскакивает, бросается к ней, протягивает руки, но дотронуться не удается, она удаляется. Хватается за голову, разговаривает сам с собой). Ну и ну! Крыша поехала. Кто ты? Неужели галлюцинации? С чего бы? Не пью, наркотических лекарств не потребляю. Но ведь Алёнка! Не мираж! (Опять протягивает руки, она сразу удаляется). Дай, прикоснусь!

ЕЛЕНА. Не веришь. А кому только — что исповедовался? Я это! Я, мой котик.

ЛЕОНИД. Правда, Алёнка, ты? Не розыгрыш? Ты же умерла, как могла здесь оказаться?

ЕЛЕНА. Разрешили свидание, приготовить тебя, вот и спустилась. Дают шанс встретиться, он зависит от тебя. Хочешь?

ЛЕОНИД. Встретиться?.. Конечно! Неужели сомневалась! (Пытается подойти к ней, протягивает руки, она медленно отступает). Позволь обнять тебя, поцеловать!

ЕЛЕНА. На земле это не возможно.

ЛЕОНИД. Ты же здесь, рядом! (Опять бросается к ней, а она удаляется). Не уходи!

ЕЛЕНА. Нельзя.

ЛЕОНИД. Прежде должен умереть?

ЕЛЕНА. Смерти нет. Есть переход из одного мира в другой. Подумай, как жил. Попроси прощения за все подлости и ложь, с которыми жил, за предательства. У женщин, кого обманул, вселил надежду. Раскайся! Приди с повинной к Богу. Может, и простит. (Пауза). Могла еще пожить. С тобой, с детьми. Твои похождения доконали, обострили болезнь. Несмотря на всё, здесь сказала, была счастлива с тобой.

ЛЕОНИД. Правда, счастлива? Тяжелый камень с души сняла! Освободила. Не представляешь, как обрадовала! Я с тобой каждый день, час, минуту был счастлив! К сожалению, понял поздно, когда тебя не стало. Почему так, пока счастлив, не видишь, не замечаешь, считаешь, так и должно быть? Недавно перечитывал Притчи Соломона. '…кого любит Господь, того наказывает и благоволит к тому, как отец к сыну своему'. (Притчи 3;12). Выходит, он тебя любил, раз наказал болезнью, смертью. Не понимаю я такую любовь. (После паузы). Досталось тебе, бедной, в нашей жизни! Годы без приличного жилья, нищенские зарплаты, бессонные ночи с детьми, мои измены… Только встали на ноги, пришел достаток, казалось жить бы и жить теперь… Меня он наказал, забрав тебя!

ЕЛЕНА. (Перебивает). Бог наказал меня за то, что сильно любила, прощала всё. После первой измены взять бы и выгнать, вырвать из сердца. А я не представляла, как буду жить без тебя. Долго считал, ничего не замечаю. Запах чужих духов, следы помады на носовом платке. Дыхание твоих возлюбленных в молчавшей телефонной трубке. Свыклась и терпела, молчала. И с кем стал изменять?! С моей подругой! (Мигает свет, может, сверкнет молния, появляется взрослая Вика. Мы становимся свидетелями давнего разговора подруг. Леонид удаляется в тень. Вике). Давно замечаю, с каким вожделением смотришь на Леньку. Придешь к нам, сядешь напротив, ногу за ногу закинешь, а то разведешь в стороны, демонстрируя свое хозяйство из-под короткой юбки. Скажу тебе — смеешься. Пусть не смотрит! Повезло нам оказаться в соседях! А когда ездили на пикники! Искушала мужика, как могла. Не смирилась, что выбрал меня. И добилась! Только Ленька не оставил семью, она для него священна. Встречался, брал с собой в командировки, а оставить Сашку тебе не предлагал. Я всё ждала, не решалась поговорить с Лёней, а когда созрела, он не пожелал обсуждать. Сослался на детскую дружбу.

ВИКА. Ни я! Лёнька постоянно бросал на меня вожделенные взгляды. Сижу у вас и чувствую, как взглядом раздевает. Не решалась сказать. До меня у него с полдюжины баб было, если не больше.

ЕЛЕНА. Не уверена. Началось все с тебя! Пробудила интерес к приключениям на стороне. Близкая подруга!.. Раньше не обращал внимания на женщин, весь был в работе. Дни и ночи сидел за пишущей машинкой.

Когда прижала, Лёнька не отрицал. Признался — ты соблазнила. Как-то вечером обращается ко мне и называет твоим именем. Кровь ударила в голову, вскипела и врезала ему пощечину, да так, что едва на ногах устоял. Села, уставилась в книгу. Он — ни слова. Помолчав, сказала: коль не можешь без любовницы, — только не жена приятеля и соседка. Не желаю, чтобы бабушки на лавочке во дворе над нами потешались. На какой-то период остыл, оставил тебя.

ВИКА. Роман с ведущей на телевидении завел.

ЕЛЕНА. Всё ты знаешь. Сашка, думаешь, не в курсе ваших отношений? Терпел — терпел твои амуры с другом детства, и нашел себе кралю, потом вторую, и пошло.

ВИКА. Ой, Ленка, какая же ты, оказывается, наивная! Не говорила тебе, стыдно было признаться, а ты ничего не замечала! Сашка изменяет мне с институтской практики. А пришел работать в женскую консультацию… Работа: женщинам ноги раздвигать. Известно, кто ходит к гинекологу на приём. Девок нынешних тоже знаешь. Останешься равнодушным, не захочешь попробовать новенькую? К тебе, кстати, Сашка не лез с предложением?

ЕЛЕНА. Я к другому врачу ходила.

ВИКА. Винишь меня, соблазнила образцово — показательного мужа. Всё наоборот. Началось у нас с шутки. Поделилась как-то с Лёнькой: хочу отомстить Сашке за измены, да нет на примете мужика. А Лёнька вместо того, чтобы отговорить, молча повалил и взял силой. Здесь, у вас, в гостиной.

ЕЛЕНА. Ты и рада — отомстила мужу, унизила подругу!

ВИКА. Мне следовало кричать: насилуют! Спасите! И кто? Муж подруги. Обратиться в милицию? Прекрасно знаешь, Лёню я любила еще в детском саду. Мама говорила, и он меня любил. Когда утром я капризничала, не хотела идти в садик, мама дразнила: Лёня придет, а тебя нет, — будет плакать! Хочешь, чтобы Лёня плакал? Я переставала капризничать и безропотно шла с мамой в садик. Думала, со временем пройдет безответная любовь… Сашка поначалу любил меня безумно, носил на руках, и я не устояла, когда убедилась, Лёнька кроме тебя никого не видит. Была для него слишком своей. Помнил сопливой девчонкой, с которой позволял себе погонять мяч во дворе, играть в войну. Мы ведь не только в одну группу в детском саду ходили, вместе выросли.

ЕЛЕНА. Безответная любовь. Оч — чень романтично!

ВИКА. На следующий день Ленька приходит к нам. Стыжу, напоминаю, твоя жена моя подруга, не честно обманывать. Без толку! Короче, стали встречаться. Я не первая у него, поверь! Встречаясь со мной, одновременно крутил еще с несколькими женщинами.

ЕЛЕНА. Ты терпела?

ВИКА. Ты больше прав на него имела и терпела. Разочаровавшись в Сашке, прощала и Леонида. Как большинство женщин, винишь соперниц, а не его. У мужика в генах заложено иметь гарем. У творческих людей особо. Что толку теперь биться головой о стенку. Будем терпеть. Такая нам досталась любовь. Ни ты, ни я не решились изменить свою жизнь. Ты, было, попробовала, да отказалась.

ЕЛЕНА. Что теперь вспоминать! Однажды услышала разговор двух немолодых женщин. Одна другой: 'Вот ты простила своего, до сих пор с ним, я не простила и осталась одна'. Что лучше?

ВИКА. Тоже хотела уйти. Поразмыслила, идти — то некуда. Накотовавшись, Сашка всегда возвращается. Как Леонид тебе, клянется, любит только меня. Вот и пустила все по течению, надеясь, перебесится. Пыталась измениться, подстроиться, вернуть его. Сама к нему лезу, одеваюсь, раздеваюсь, трусики купила молодежные, чтобы его зажечь, и чулки надевала, и всякое другое. Лежу, жду, засыпаю, надеюсь, разбудит. Неделями не занимаемся любовью. Не знаю, что со мной происходит. То безумно хочу секса, то не могу думать, о нем, зная, что Сашка был с другой. В постели с ним я наслаждаюсь, и наличие любовниц не мешает. Бывает, наброшусь, и едва не изнасилую. Не могу себя остановить. Мне надо еще и еще. А через день — два, когда он сам лезет, всеми способами отказываюсь. Как-то говорю ему: 'Не будешь удовлетворять меня, — заведу любовника'. Он в шутку предложил купить в подарок искусственный фаллос. 'Потренируешься, может, и я больше не понадоблюсь'. Думала шутка, а он подарил вибратор. Оправдываясь, Сашка обвинил меня, сама виновата, что ходит по любовницам. Отдаюсь ему, видите ли, без страсти. А там полное раскрепощение… Почему так происходит, ты делаешь всё близкому и дорогому тебе человеку, а он на тебя плюет. (Обнимает Елену. Опять мигает свет, сверкает молния и Вика исчезает. Остаются Елена и Леонид, продолжают разговор).

ЛЕОНИД. Ты кто? Как здесь оказалась?! (Тянется к Лене, протягивает руки, но хватает воздух, а Лена пятится назад. Леонид неумело крестится). Сгинь, сгинь не чистая сила! Ты не Алёна! (Елена приближается. Он снова неумело крестится). Сгинь, сатана! Так, кажется, выгоняют нечистую силу? Жаль, креститься не научили. (Елена отходит в дальний угол).

ЕЛЕНА. Я не сатана! Твоя жена, Алена.

ЛЕОНИД. Алёна? Правда, Алёна? Тогда подойди, позволь убедиться. Прикоснуться, ощутить тебя. (Алена не шевелится). Ведьма в облике любимой жены, вот ты кто! Что от меня надо? (Неумело крестится).

ЕЛЕНА. Чтобы покаялся, уже говорила. Вырвалась на миг, предупредить, чтобы успел подготовиться. Вымолил прощение. У меня, у читателей, у женщин, которых обнадеживал!

ЛЕОНИД. Никого я не обнадеживал. Мне казалось, ты понимала меня. Профессия требовала широкого круга общения, участия в разных авантюрах, в том числе и любовных приключений. (Забывает, с кем говорит, отвечает, как отвечал бы жене). Любовь и физическая близость — вещи совершенно разные. Любил я всю жизнь только тебя одну. Оставить, поменять на кого-то, мысль никогда не приходила. Ты попробовала оставить меня, уговаривала развестись. Вспомни, я до последнего был против развода.

ЕЛЕНА. Устала, вот и решила попробовать начать с чистого листа. Попыталась оставить тебя и сразу же раскаялась. Поняла, не могу. Какой ни есть подонок, а люблю. Ничего не могу поделать с собой. Пришел за мной к маме, — секунды не колебалась, вернулась домой. А ты снова за старое.

ЛЕОНИД. Ангелок, понимаешь, как человеку творческому, мне интересно недоступное, не завоеванное. Как только покорил очередную женщину, она в твоих руках, интерес пропадает… Это присуще человеческой натуре.

ЕЛЕНА. Опять обо всех. Спросят с тебя! Если и здесь, на суде, оправдываясь, станешь винить человеческую натуру, нам не встретиться!

ЛЕОНИД. Разве моя вина, Бог создал мужчин такими — постоянно искать волнующие приключения, желать новую женщину. Я один из них.

ЕЛЕНА. Не поминай имя Господа всуе! Скоро встретитесь! Успехи у женщин развили жеребячьи инстинкты. Любил бы меня всей душой, сердцем, не испытывал потребности в чужом теле. После всего, что было между нами, может любящий желать прикоснуться к другой женщине?! Мы сливались не одними телами, — душами, составляя одно, неразделимое целое. И после ты находил удовольствие познать другую женщину! Чужую, с которой не связывало всё то большое, через что прошли мы с тобой. Общие радости и печали, рождение детей, похороны близких, — ни что! Оправдываешься творческой натурой… Предавал меня. Не знаю, простят ли тебя здесь. Спросят за каждую мою слезинку, за слезы обманутых тобой женщин, за твоих не родившихся детей. За все спросят. (Она замолчала, он тоже долго молчит).

ЛЕОНИД. Да, кто ты, признайся, в конце концов! Если всё взаправду, не сон, не игра больного воображения, покаяния вправе требовать кто-то из служителей Бога. Святой Петр или еще кто-то там. Почему должен каяться перед тобой? (Он тянется к Елене, но руки повисают в воздухе, она пятится назад).

ЕЛЕНА. Я жена твоя. Любила и продолжаю любить. Мне больше чем кому-либо, принес горя… Последнее слово за мной, если все другие простят. (Она окутывается облаком, исчезает)

ЛЕОНИД. (Остается один, сам с собой). Ко всем болячкам, похоже, прибавилась шизофрения… Может, все-таки, кто-то разыгрывает? Но ведь чётко видел Аленку, слышал её! (Помолчав). Что касается женщин, попытаюсь убедить простить. Надеюсь. С профессиональной деятельностью сложнее. Врать никогда не врал, писем, осуждающих коллег, не подписывал. Дифирамбы коммунистам и власть придержавшим не пел, в партии не состоял. В выборных кампаниях не участвовал, сам не голосовал. Под любым своим материалом готов подписаться и сейчас, они никогда не расходились с моими представлении о добре и зле. В этом не грешен. (Помолчав). Часто молчал, когда следовало возмутиться, протестовать, кричать, делал вид, не слышу, меня не касается? Да, грешен, выражаясь церковным языком. Такое не прощается… Но так вели себя все честные журналисты. Не только они.

Раздается голос Елены, Леонид испуганно вздрагивает, оглядывается по сторонам.

ЕЛЕНА. Ссылаешься на других… В своих статьях писал: 'Бойтесь равнодушных — они не убивают и не предают, но с их молчаливого согласия существуют на земле предательство и ложь'. Относил это к другим, а не к себе.

ЛЕОНИД. Алена!.. Я объясню.

З а т е м н е н и е

Наступил рассвет. Леонид, оказывается, заснул в кресле. Газеты на полу, ТВ показывает раннюю утреннюю программу. В комнату залетела канарейка, и начала биться о стекло, разбудила Леонида. Он поднимается, удивленно оглядывается. 'Как умудрился проспать ночь в кресле'? Выключает телевизор. Хватается за сердце, протягивает руку к тумбочке, берет в рот таблетку, снова опускается в кресло.

ЛЕОНИД. (Кладет руку на сердце). Мотор продолжает барахлить. (Замечает птичку, бьющуюся в окне. Поднимается, гоняется за ней, и, убедившись в тщетности выгнать в форточку или поймать, садится на тахту). Если верить приметам — это сигнал. Выходит, Алена и телевизионные оракулы правы, — времени осталось мало? (Выходит и возвращается со шваброй, наматывает на нее рубашку и принимается гонять птичку. Наконец, она запуталась в рубашке и падает на пол. Там он ее и поднимает). Канарейка! Улетела у кого-то. Что мне с тобой делать? (Выпускает в форточку). Лети на волю! Некогда тобой заниматься. (Смотрит в окно). Полетела, слава Богу, не придавил. (Смотрит на часы. Звонит телефон). Кто в такую рань?

ЕЛЕНА. Не сердись, опять я!

ЛЕОНИД. Кто я?

ЕЛЕНА. Алена.

ЛЕОНИД. Ничего не понимаю. Так ты не снилась?

ЕЛЕНА. Говорила с тобой, потом связь пропала, и ты заснул. Напомнить, на чем остановились?

ЛЕОНИД. Все прекрасно помню, только разговор проходил во сне. Сказала, что последнее слово за тобой.

ЕЛЕНА. Если простят все остальные.

ЛЕОНИД. Никогда не скрывал, что женат, говорил, детей и жену не оставлю. Не обманывал я женщин, не обнадеживал будущим.

ЕЛЕНА. Что, правда, то правда. Но женщина всегда надеется приручить мужчину. Одна из них — Татьяна, настолько поверила тебе, так запудрил мозги, что не выдержала, пришла ко мне.

Мигает свет, сверкает молния, и появляется Татьяна. Елена из тени выходит ей навстречу. Леонид остается в темноте.

ЕЛЕНА. Леонида Степановича еще нет. Входите, подождем вместе.

ТАТЬЯНА. Вы Елена Викторовна, догадалась. (Елена кивает). Вы всё знаете?

ЕЛЕНА. О чем вы?

ТАТЬЯНА. О нас с Леней. (Решительно). Отпустите его! Он любит меня! Полгода мы встречаемся.

ЕЛЕНА. Долгонько! Даже не похоже на Леньку.

ТАТЬЯНА. Знаете и не хотите отпустить? Зачем он вам? Не любит вас, Леонид Степанович.

ЕЛЕНА. Он сказал, или сама пришла к такому выводу?

ТАТЬЯНА. Знаю. Я женщина, вижу, как мучается, не решаясь уйти. Известно вам, когда Леня ездит в командировки, меня берет с собой?

ЕЛЕНА. И паспорт мой, чтобы поселили вместе. До тебя в командировки ездил с Надей из городской газеты. Когда ты занята, не можешь поехать, с ним едет Лиза из издательства.

TАТЬЯНА. С Надей встречался до меня. Лиза…Морозова?

ЕЛЕНА. Я лишь по именам знаю его блядюшек, извини за нелитературный слог.

ТАТЬЯНА. И продолжаете жить вместе?

ЕЛЕНА. Ты бы выгнала?

ТАТЬЯНА. Вы со мной на 'ты', чтобы унизить?

ЕЛЕНА. Девочка, ты мне почти дочерью приходишься, как же еще обращаться?

ТАТЬЯНА. Сами виноваты, что муж полюбил меня. Ищет на стороне, чего не получает дома.

ЕЛЕНА. (Иронично). Открываешь глаза. Что увидел в тебе необыкновенного, кроме молодости?

ТАТЬЯНА. Этого мало?.. Я его люблю, как вы не любили даже в молодости.

ЕЛЕНА. Преподал вам 125 поз совокупления из последнего издания 'Кама сутры'? Недавно купил книгу, сказал кому-то в подарок. Не тебе? Мы проходили это, когда ты в первом классе училась.

ТАТЬЯНА. Странная вы, женщина! Я боялась слез, боялась, наброситесь на меня, будете умолять оставить Лёню. Вы держитесь, словно речь о постороннем.

ЕЛЕНА. Ни на секунду не забываю, говорим о моем муже. О моем любимом муже, по вине которого проливаю немало слёз. Ты, правда, внешне похожа на меня в молодости. Не врал Лёнька.

ТАТЬЯНА. Знать всё и продолжать любить! Какое-то извращение. Так безумно любите, что всё прощаете, или боитесь остаться одна?

ЕЛЕНА. Просто люблю! Когда любят, всё прощают. Конечно, не нравятся его постоянные увлечения. А лишить любимого радости познания мира не могу. Привязан он и любит только меня, семью, наш дом.

ТАТЬЯНА. Притворяетесь! Не желаете показаться слабой, обиженной женщиной. На самом деле боитесь одиночества, лишиться материальной поддержки.

ЕЛЕНА. Если не преувеличиваю, выгляжу еще неплохо, денег в семью приношу не меньше Лёни.

(Делает несколько танцевальных движений, прибавляет громкость музыкальному проигрывателю, танцует, хватает Татьяну и кружится с ней). Как я? Мужчины все еще оборачиваются мне в след. Не уверена, что будешь интересовать их в моем возрасте. Надо уметь находит в себе силы прощать. Измена не самая большая беда. Не дай Бог что-то с детьми случится. А мужчина, если захочет уйти, уйдет. Не удержишь.

ТАТЬЯНА. Леонид Степанович давно со мной. Никто его больше не волнует. А про Морозову вы сказали, чтобы уколоть меня. Оставьте его!

ЕЛЕНА. Святая простота! Включить тебе компьютер, показать имена, телефоны, в чьих постелях он валялся в последнее время, которое считаешь своим?

ТАТЬЯНА. Неправда! Специально наговариваете на Лёню… Отпустите его! Он мой! Сильно любите — отпустите! Ради его счастья. Только со мной он будет счастлив по — настоящему!

ЕЛЕНА. Его никто не держит. Спроси, намерен, оставить меня? Наивная, ты, девочка! Сумел Ленька заморочить тебе головку!

ТАТЬЯНА. (Пытается скрыть слезы, это не удается и она плачет). Я пойду.

ЕЛЕНА. Иди, дорогая, спасибо мне еще скажешь. (Татьяна выходит). Бедная девочка!.. А я…

Снова на миг гаснет свет, сверкает молния. Вытирая слёзы, из воспоминания Елена возвращается к сегодняшнему Леониду.

ЕЛЕНА. Не знаю, какой разговор состоялся у вас после её визита. Позже узнала, бедная девушка наложила на себя руки. Соблазнил романтическую особу! Не перенесла разочарования. Искренне ее жаль.

ЛЕОНИД. (Удивлен). Татьяна наложила руки? Правда? (Не сразу поверил жене). Ты толкнула на самоубийство! На твоей совести её смерть. Я ведь не знал о вашей встрече. Расскажи о её визите, вместе образумили бы…. Считал, умерла от какой-то скоротечной болезни. Так объяснила её мама.

ЕЛЕНА. За свою вину я понесла наказание. А ты сходи к матери и вымоли прощение. (Помолчав).

Еще история, едва не закончившаяся, по твоей вине, трагически. Вспомни школьную любовь, Светлану. Задолго до Татьяны пыталась покончить с собой. Едва спасли.

ЛЕОНИД. Зачем только рассказал! Она оставила меня, будет тебе известно!

ЕЛЕНА. Ну, циник! После чего оставила, порезала вены? Не всё рассказал!

ЛЕОНИД. Мы даже не были близки. (Помолчал и решился). Хочешь полной правды — расскажу! Теперь уж настоящим подонком буду выглядеть. — Мать её во всем виновата. Соблазнила меня — пацана, когда еще не знал женщину.

ЕЛЕНА. Тебе, шестнадцатилетнему мальчишке, мать любимой не показалась старухой? Или ослеп, распалившись плотью?

ЛЕОНИД. Старуха? Видела бы старуху! Да она привлекательнее дочери выглядела! Светка — длинная худая дылда, ни бюста, ни фигуры, девчонка — подросток.

ЕЛЕНА. А собрался жениться, женилка требовала? Сколько лет было матери твоей возлюбленной?

Мигает свет, сверкает молния. На экране — заднике появляются тени Ларисы — матери Светланы и молодого человека — Леонида. Самой Ларисы, как и молодого человека, мы не увидим. Лишь их тени.

ЛАРИСА. Входи, женишок! Поговорим. На что жить собираетесь? Я не смогу помогать.

ЛЕНЯ. Поступлю в университет, стипендию буду получать. Светлана через год окончит школу, поступит. У неё будет стипендия. Папа обещает найти мне работу. Он не против моей женитьбы.

ЛАРИСА. (Насмешливо). На стипендию будут жить… В институт надо еще поступить.

Лариса пропадает. Сегодняшний Леонид продолжает разговор с Еленой.

ЛЕОНИД. Спрашивала, сколько лет было матери Светы. Лет тридцать пять, может меньше. Не знаю, почему замуж не вышла. Красивая, с прекрасной фигурой, блондинка. Мужчины на таких падки. Они у нее не переводились. Узнала, что мы со Светой собираемся подать заявления в ЗАГС, и решила любым способом остановить нас.

ЕЛЕНА. Другого варианта, как затащить к себе в постель, не придумала?

ЛЕОНИД. Зашли к ним вечером видик посмотреть. Мать отправила Светку в магазин и завела разговор о сексе, был ли у нас, знал ли я женщину. Признался, что нет. Стала смеяться, как же после свадьбы ляжете, а опыта никакого. Раздразнила, разбудила любопытство. Пообещала открыть некоторые секреты, если приду завтра, когда Света будет в школе.

ЕЛЕНА. И ты прибежал.

ЛЕОНИД. Интересно было послушать. Любопытно. (Вновь тени Ларисы и молодого человека. Леонид продолжает разговор с женой. Лариса с молодым человеком выполняют все, что он рассказывает). Встретила в одном коротком халатике на голом теле, как вскоре я разглядел. Опять завела разговор об отношениях между мужчиной и женщиной. Спросила, а видел ли я раздетую женщину? Не дождавшись ответа, распахнула халат, открыла мне свои прелести. Я был шокирован, смотрю широко раскрытыми глазами, не в силах отвести взгляда, слова произнести. Попросила и меня раздеться. Смущенный, я продолжал стоять столбом.

ЛАРИСА. Мне тебя раздевать?

ЛЕОНИД. Принялась расстегивать пуговицы на сорочке, приблизилась ко мне вплотную. В общем, раздела и уложила. Впервые я занялся любовью, да еще со зрелой опытной женщиной. Забыл обо всем на свете, что с минуты на минуту вернется из школы Света. Мать на это рассчитывала. Так и случилось. Света застала нас. Что было! Слезы, рыдания, проклятия матери и меня, обещание утопиться.

Лариса с молодым человеком исчезают.

ЛЕОНИД. Так некрасиво и пошло всё получилось. Стыдно за себя до сих пор, поверь.

ЕЛЕНА. Светлана так и не вышла замуж. Возненавидела мужчин на всю жизнь.

ЛЕОНИД. С чего взяла, видела её, разговаривала?

ЕЛЕНА. Представь, довелось. (После паузы). Помнишь еще подвиг — случайную знакомую увёл у жениха накануне свадьбы?

З а т е м н е н и е

Зал ресторана, играет музыка. За столиком в одиночестве сидит Вера, она только что поссорилась со своим женихом. Подходит Леонид, приглашает танцевать.

ЛЕОНИД. Вы позволите? (Вера не сразу отключается от своих дум и понимает, что хочет мужчина. Леониду приходится повторить). Можно вас пригласить?

ВЕРА. На танец? (Окидывает Леонида вопросительным взглядом). Что ж, пойдемте.

Танцуют медленный танец.

ЛЕОНИД. Вы прекрасно танцуете! Давно не получал такого удовольствия. (Провожает на место).

ВЕРА. Спасибо.

ЛЕОНИД. Можно, я перейду за ваш столик?

ВЕРА. (Отрешенно смотрит на него, оглядывается по сторонам). Как хотите.

ЛЕОНИД. (Пересаживается). Отчего такая грустная? Поссорились с молодым человеком, что сидел c вами?

ВЕРА. Наблюдательны. Собираетесь развеселить? Приступайте!

ЛЕОНИД. Я не массовик — затейник. Вижу, нуждаетесь в собеседнике. Вам необходимо выговориться. Снять напряжение, успокоиться, выплеснуть все лишнее, накопившееся.

ВЕРА. Вы психиатр, или священник? (Леонид качает головой). Думаете, исповедуюсь, станет легче?

ЛЕОНИД. Обязательно.

ВЕРА. Всегда так начинаете знакомство?

ЛЕОНИД. Похож на искателя случайных знакомств? Вижу, девушку обидели, переживает, вот — вот расплачется.

ВЕРА. Показалось, готова расплакаться? Фигушки! Не стоите все вы того, чтобы из-за вас плакать.

ЛЕОНИД. Он не ждет на улице? Оставить такую женщину и уйти! Надо быть не нормальным.

ВЕРА. Не ждет. Можете не беспокоиться. Уверен, сама прибегу. Не дождется. (Замолчала, вопросительно смотрит на Леонида) Что вы меня рассматриваете? (Вынимает зеркало, смотрится).

ЛЕОНИД. Красивая вы, женщина. Вам наверняка говорили.

ВЕРА. (Решительно). Хватит трепаться! Вы на колесах?

ЛЕОНИД. Куда вас отвезти?

ВЕРА. Время есть? В Останкино. Телецентр.

ЛЕОНИД. Работаете на телевидении? А я ломаю голову, где видел, лицо знакомое.

ВЕРА. Сочиняйте.

ЛЕОНИД. Правда. Видел в какой-то программе. Телевизор практически не смотрю — изредка новости по НТВ или что — то любопытное по Культуре.

ВЕРА. Пойдемте, если не передумали отвезти.

Оставляют деньги на столике и выходят. Свет на миг гаснет. Дальше действие происходит в настоящем времени. Леонид общается с Еленой.

ЛЕОНИД. В тот вечер мы с тобой поссорились, ты уехала к маме, а я с горя пошел в Дом журналиста. Попили с друзьями пива, спустился в ресторан. За соседним столиком сидела молодая пара и ссорилась. Вскоре он ушел, она, грустная, осталась. Мне показалось, сейчас расплачется.

ЕЛЕНА. Пожалел обиженную женщину, поехал в другой конец города. Она призналась, на завтра у неё с женихом регистрация, тебя не смутило.

ЛЕОНИД. Видел, ничего у них не получится. Не любит его. Сроки подпирают замуж.

ЕЛЕНА. Даже если так. Женщина на перепутье, и ты решил, почему бы не воспользоваться, не пополнить список соблазненных интеллектуалок. Разрушил её планы.

ЛЕОНИД. В Останкино собрался развернуться, она остановила. Попросила посидеть среди зрителей во время шоу. Мое присутствие позволит ей держаться в форме, перестать волноваться. Вижу, держится неуверенно, переживает. Не мог не поддержать. Выписала пропуск, провела в редакцию. Подождал, пока над ней трудилась визажистка. Вышла — не узнать. Прямо королева! После записи передачи, на просмотр не остались, и я отвез домой. Она пригласила подняться, зайти.

ЕЛЕНА. Опытным глазом ловеласа усёк, ей нужен кто-то живой рядом.

ЛЕОНИД. В тот момент, возможно, всё равно кто. Выпили за знакомство, посидели за столом, потрепались, и не помню, как оказались в постели.

Гаснет на миг свет. Продолжается прерванная сцена знакомства с Верой. Леонид у неё дома, сидят за столом. Включен телевизор. На экране музыкальная программа.

ЛЕОНИД. (С поднятой рюмкой). За наше знакомство!

ВЕРА. За наше случайное знакомство.

ЛЕОНИД. Не согласен. Наша встреча не случайна. Это судьба! Увидел тебя и понял — вот она, женщина моих грез! Девушка, о которой мечтал всю жизнь!

ВЕРА. Хватит врать. Забыл, кроме телешоу я тоже журналистка? Играть на зрителя, притворяться, научила профессия. Знаю цену словам

ЛЕОНИД. Хотя мы коллеги, но в смежных областях. Притворяться и играть, не умею. Говорю, что чувствую. Увидел тебя и был сражен. Наповал.

ВЕРА. (Смеется). Забыл жену, любовниц. Или скажешь, не женат? Хотя бы кольцо с правой руки снял. Эх, ты, Казанова!

ЛЕОНИД. О жене не будем — тема другая. Незаметно мы перешли на 'ты', пропустили повод выпить на брудершафт.

ВЕРА. Еще не поздно.

ЛЕОНИД. (Разливает по рюмкам). Так, за брудершафт? (Пьют, поцелуй длится более необходимого). Ты классно целуешься. (Снова целует ее, она вырывается).

ВЕРА. Ну, хватит, дорвался!

ЛЕОНИД. Мне показалось, тебе понравилось.

ВЕРА. Может, потанцуем? (Встает, выключает телевизор, перебирает диски). Аргентинское танго по — настоящему, с выпадами и переходами, сумеешь или слабо?

ЛЕОНИД. Попытаюсь. А ты умеешь?

ВЕРА. Сейчас проверим. (Включает танго).

ЛЕОНИД. (Галантно припадает на колено). Прошу сеньора! (Танцуют классическое танго).

ВЕРА. (Восхищенно). Не помню, когда в последний раз танцевала с таким партнером. Серьезно занимался танцами? Признайся. (Леонид кивает). Этим танго ты просто покорил меня, занимательный незнакомец. Говоришь, коллега. Газетчик?

ЛЕОНИД. В 'Меридиане' имею честь работать.

ВЕРА. В скучном официозе, и такой раскованный. Не знаю верить ли тебе, но ты мне нравишься! Чуточку даже влюбилась. Только не задавайся! (Целует Леонида. Они выполняют еще несколько па и Вера в изнеможении падают на диван. Леонид бросается к ней, целует в губы, она отвечает. Он начинает раздевать, Вера не сопротивляется). Не здесь!

ЛЕОНИД. (Нетерпеливо). Где? (Поднимает на руки и несет в соседнюю комнату).

Свет на миг гаснет. Вера пропадает и снова Леонид с Леной.

ЕЛЕНА. В роли утешителя непревзойденный актер. Женщина потеряла голову, не понимала, что делает. Сбежал один жених, наклёвывается другой. Как не воспользоваться.

ЛЕОНИД. Несколько раз напоминал ей: завтра у тебя свадьба. Встреча со мной последний твой девичник.

ЕЛЕНА. Свадьба расстроилась, ты время от времени продолжал встречаться, питал ее надеждами.

ЛЕОНИД. Зачем вспоминать этот случай? Ты простила, мы помирились и жили дальше в мире и любви.

ЕЛЕНА. Если не считать новых похождений… Хватит! Не будем дальше ворошить прошлое. Говоришь, скучаешь без меня, мечтаешь в новой жизни быть вместе. Придется держать ответ перед Господом. Готов?

ЛЕОНИД. Не знаю, не задумывался. Ты тоже жила не верующей, пока не заболела.

ЕЛЕНА. И до болезни много думала о Боге. Задавалась вопросами, почему многие интеллигентные люди, ученые верят. Если Он есть, почему допускает столько несправедливостей. Почему не облагоразумит тебя, не остановит. На худой конец, не избавит от любви к тебе.

ЛЕОНИД (перебивает). Заболев, пришла к Богу, согласилась исповедоваться, позвала священника.

ЕЛЕНА. Вера помогала переносить тяготы болезни, не обременять тебя и детей своими страданиями. (Надолго замолчала). Пойдешь в церковь, покаешься?

ЛЕОНИД. Не знаю… В церковь схожу, но прилюдно каяться, — уволь. У тех, кого считаю, обидел, прощения попрошу. Постараюсь разобраться с другими делами.

Бьют часы, Елена пропадает. Звонит будильник. Леонид останавливает его.

ЛЕОНИД. Только что было семь, уже десять. Часы трезвонят в неурочный час. Определенно, сдвиг по фазе. (После короткого размышления, решительно набирает номер). Вика? Леня. Саша дома?

ВИКА. (По телефону). Зачем он?

ЛЕОНИД. Сегодня суббота, надеюсь, свободен. Пригласить хочу, сходить проветрится.

ВИКА. Душ после зарядки принимает. Как твое самочувствие, сердце не беспокоит?

ЛЕОНИД. Немного. Самочувствие плохое.

ВИКА. А зовешь Сашку пиво пить!

ЛЕОНИД. Ой, Викуля, невообразимая чертовщина со мной происходит! Представляешь, Алена позвонила.

ВИКА. Какая Алена?

ЛЕОНИД. Моя Алена!

ВИКА. Пьян с утра?

ЛЕОНИД. Что ты, Викуля! С какой стати, я теперь рюмку вина боюсь выпить.

Вместо Вики раздается голос. Елены.

ЕЛЕНА. Для тебя всё еще Викуля! Продолжаешь наставлять рога приятелю? Вика всё еще тебя любит и готова оставить Сашу, женись! Самый оптимальный вариант. Она, как и я, искренне тебя любит. К тому же врач.

ЛЕОНИД. (Возмущенно кричит в трубку). Кто это? Как вы подключились? Я разговаривал с приятелем.

ЕЛЕНА. (Перебивает). С приятельницей. Бывшей любовницей. Может, настоящей, не знаю.

ЛЕОНИД. Да кто вы, в конце концов! Может, хватит комедию ломать?

ЕЛЕНА. Опять не узнаешь. Я! Я, мой котик.

ЛЕОНИД. Сгинь!

ЕЛЕНА. Гонишь меня?

ЛЕОНИД. (Сам с собой). Вторые сутки. Свихнулся, или кто-то так классно разыгрывает, что теряю контроль над ситуацией, включаюсь в игру.

ЕЛЕНА. Не волнуйся, голова в порядке. Неприятно слушать напоминания о своих грехах. А как мне? Приятно вспоминать не самые счастливые минуты?

Звонок в дверь.

ЛЕОНИД. Подожди минутку, открою. Кто-то идет. Ты меня слышишь? Алёна! Алло! Слышны частые гудки и Леонид опустил трубку. Некоторое время молча сидит. Дверной звонок продолжает заливаться. Он нерешительно встает, идет открывать и впускает жену соседа Викторию Александровну — Вику. Она чмокает его по-приятельски в щеку.

ВИКА. Почему бросил трубку? Саша звонил тебе, звонил — постоянно занято. Ушел, сказал, дежурный приём у него.

ЛЕОНИД. Все время занято? Значит, правда Алёна звонила.

ВИКА. Евгении Матвеевне дал отвод, нашел еще одну Алёну?

ЛЕОНИД. Причем Евгения Матвеевна? Мне жена звонила.

ВИКА. (Насмешливо). В загробный мир протянули телефонную линию? С того света звонила?

ЛЕОНИД. Не знаю с какого! Жена, которую схоронил два года назад, позвонила.

ВИКА. Понятно. Ночные клубы и женщины довели до белой горячки. (Подходит, кладет руку на лоб).

ЛЕОНИД. По-твоему, я ни в себе, пьян? Да я давно в рот не брал ничего спиртного. Сам думал, кто-то из знакомых разыгрывает. Но голос, интонация, знание интимных деталей, какие никто кроме Алены не может знать. Нас с тобой упрекала. Никакой логикой не объяснишь, но звонила она. Ничего не понимаю. Сказала, меня Там ждут, и если раскаюсь в земных грехах, встречусь с ней… Позвоню детям, оформим завещание. Всё никак не соберемся.

ВИКА. Голова болит? (Леонид качает головой). Не расстраивай детей. Сходи лучше к психиатру. Дать телефон хорошей знакомой? Опытный врач, профессор.

ЛЕОНИД. Не веришь. Позапрошлой ночью началась чертовщина. Позвонила Алёна и говорит: помнишь, мы три стодолларовых бумажки спрятали в семнадцатый том Энциклопедии? Отложили на подарок Ольге. Потом я заболела, стало не до подарка. Утром решил, приснилось, но проверил. Достаю Энциклопедию, листаю, а они там, зелененькие!

ВИКА. Не можешь без женщин, — женись на мне. Буду хорошей женой. Времени после смерти Лены прошло достаточно, дети не осудят.

ЛЕОНИД. А Саша как?

ВИКА. (Обнимает его, тащит на тахту, усаживает). Саша через неделю утешится, а мы с тобой остаток дней будем счастливы.

ЛЕОНИД. Счастлив был с Ленкой и больше ни с кем не буду. Каждый день вспоминаю. Не могу простить себе, что был плохим мужем.

ВИКА. Нас с тобой многое связывает. Лена перед смертью завещала мне выйти за тебя.

ЛЕОНИД. Куда мне жениться — умру скоро. Я не говорил — в Интернете узнал, мне осталось

пятьдесят два дня всего, а ты женись…

ВИКА. Сделают шунтирование, и снова будешь, как огурчик. А всяким глупостям из Интернета не верь. Я тебя выхожу. Врач все же. (Целует его). Ты меня совсем не любишь?

ЛЕОНИД. Не знаю. Вика, давай перенесем разговор. Мне надо побыть одному, сосредоточиться. Со мной что-то происходит, себя не понимаю.

ВИКА. (Поднимается). Саша с Мишей вечером собираются в бассейн. Раньше одиннадцати вряд ли вернутся. Зайду к тебе после шести.

ЛЕОНИД. Зачем?

ВИКА. Послушаю. Давление измерю. Может, соблазню после долгого перерыва.

ЛЕОНИД (смотрит с недоумением). Опоздала! Завязал все романы, никаких женщин! Никакого секса!

ВИКА. До вечера! (Уходит).

Мигает свет, сверкает молния, раздается телефонный звонок.

ЛЕОНИД. Я слушаю. Ты? Опять ты? (После паузы). Кто со мной говорит?

ЕЛЕНА. Да я, Лёня, я! Сколько тебе объяснять!

ЛЕОНИД. Не знаю кто вы, голос и вправду похож на Алёнин. Кончайте разыгрывать. Мне нельзя волноваться, сердце больное. С вашими шутками до второго инфаркта недалеко. Если ты Алена, покажись, спустись ко мне.

ЕЛЕНА. Отсюда на грешную землю не спускаются. Один Иисус был удостоен. Послушайся меня и постарайся всё исполнить. Повстречайся с матерью Татьяны, найди Светлану, остальных. Употреби свое обаяние, добейся прощения, а я здесь постараюсь.

Леонид ждет снова услышать дорогой голос, но трубка долго молчит, потом идут частые гудки. О чем жена обещает постараться, он не услышал. Перед глазами в тумане показалась молодая Лена, она подходит к нему — молодому и они танцуют вальс.

З А Н А В Е С

Действие второе

Домашний кабинет Леонида. Включен ТВ, показывают серьезную программу, звук отключен. Леонид за ноутбуком, медленно печатает, часто останавливается, задумавшись. Встает, делает несколько движений из комплекса утренней зарядки.

ЛЕОНИД. Надо начинать. (Тянется к телефону, набирает номер одной из своих, в прошлом, любовниц — Элеоноры. Её и других, мы лишь услышим).

ЭЛЕОНОРА. Слушаю.

ЛЕОНИД. Элеонора Владимировна? Эля, ты?

ЭЛЕОНОРА. Кто вы? Не узнаю.

ЛЕОНИД. Леонид. Васильев.

ЭЛЕОНОРА. Леонид?.. Журналист 'Меридиана'?.. Объявился…Что случилось?

ЛЕОНИД. Набрался смелости позвонить, попросить прощения. Извиниться за всё… С сердцем совсем плохо. Жить, считанные дни остались. Скоро умру. Обманул я тебя, предал… Прости, если можешь…

ЭЛЕОНОРА. (Перебивает). Вспомнил! Совесть вдруг пробудилась? Пошел ты, знаешь куда! (Отключилась).

Леонид снова набирает её номер, — длинные гудки.

ЛЕОНИД. Психопатка! (Набирает другой номер — Лиды).

МУЖСКОЙ ГОЛОС. Вас слушают.

ЛЕОНИД. Извините. Лидию Петровну можно? Это ее сослуживец.

Слышится, как мужчина кричит: Лида тебя!

ЛИДА. Алло!

ЛЕОНИД. Лид, это Леонид Степанович.

ЛИДА. Что случилось? Я же предупреждала: домой не звони! Обещал!

ЛЕОНИД. Когда это было? Я уж забыл. Лидочка, умру я скоро. Сердце отказывает, на одних таблетках держусь. Считанные дни остались мне… Не хорошо мы расстались. Вот и звоню, попросить прощения у тебя. Больно умереть не прощенным, остаться в памяти бездушным ловеласом, коллекционером женских сердец. Я ведь искренне любил тебя.

ЛИДА. А врачи? Врачи, что говорят, почему не ляжешь в больницу?

ЛЕОНИД. Последние дни хочу провести дома. Закончить, какие успею, дела. И жена позвонила, подтвердила, скоро ждет меня.

ЛИДА. Жена? Больше ничего жена не сказала? Леонид Степанович, в вашем состоянии никак нельзя пить, а вы опять приложились. Сочувствую, но чем могу помочь? Прежде всего, вам необходимо вести трезвый образ жизни. (Решительно). Извините, у меня дела. (Отключилась).

ЛЕОНИД. Ничего не поняла. Трезвый образ жизни. (Снова набирает ее номер). За кого ты принимаешь меня? Раньше не увлекался, теперь и подавно. Мне, действительно, плохо. Врачи считают, сердце может остановиться в любой день. Вдруг сегодня умру. Должен услышать от тебя, что простила, не считаешь подлецом.

ЛИДА. Не считаю, успокойся. Давным-давно всё забыла и не желаю вспоминать. (Опять отключилась).

ЛЕОНИД. (Сам себе). Спасибо. Успокоила. Слава Богу, Лида проблем не создает.

Ходит по комнате, размышляет, подходит к ноутбуку, печатает несколько строк, снова поднимает трубку телефона и набирает очередной номер — матери Татьяны.

НОННА АЛЕКСАНДРОВНА. Алло! Слушаю.

ЛЕОНИД. Нонна Александровна, это Леонид Степанович. Узнаете? Можно мне зайти, проведать вас. Разговор есть. (Она долго молчит). Не хотите видеть, понимаю… Бог меня уже наказал за Татьяну.

НОННА АЛЕКСАНДРОВНА. О чем у нас может быть разговор?

ЛЕОНИД. В прошлом году случился инфаркт, едва выкарабкался. Теперь проблемы с сердцем снова обострились. Врачи считают, жить мне осталось немного. Еще раз хочу попросить прощения за Татьяну, поговорить с вами. Боюсь умереть не прощенным.

НОННА АЛЕКСАНДРОВНА. Что вам даст моё прощенье? Бог наказывает за беспутную жизнь. Заходите. Поговорим.

ЛЕОНИД. Завтра, в первую половину дня дома будете?

НОННА АЛЕКСАНДРОВНА. Дачи нет. Схожу в церковь и с одиннадцати дома. Приходите.

ЛЕОНИД. Спасибо.

Опустив трубку, недолго размышляет, затем набирает номер Сони.

МАЛЬЧИШЕСКИЙ ГОЛОС. Квартира.

ЛЕОНИД. Костя? Маму пригласи, пожалуйста. Это дядя Лёня.

СОНЯ. Я слушаю.

ЛЕОНИД. Здравствуй, это я! Узнала?

СОНЯ. Узнала, и Костик сказал. Он вспоминает тебя.

ЛЕОНИД. А ты?

СОНЯ. Я тоже. Не твоя помощь, не знаю, где бы теперь Костя болтался. Благодаря твоему вмешательству не отчислили из университета. В сегодняшнем 'Комсомольце' не читал его статью? Аналитическая, о современной молодежи.

ЛЕОНИД. Сонечка, зуб на меня не держишь?

СОНЯ. За что?

ЛЕОНИД. Надеялась, разведусь, будем вместе. (Разговаривая, одной рукой держит трубку, другой перебирает листы рукописей возле компьютера).

СОНЯ. Не надеялась и не верила. Всё равно благодарю судьбу, хоть короткое время рядом был человек, на кого могла положиться. Заботился обо мне, о моем сыне. К чему слова? Они не передадут всех моих чувств. Приходили минуты, хотела все бросить, помчаться к тебе и убить. Силой увезти от жены. Здравый смысл всегда брал вверх.

ЛЕОНИД. Замуж не вышла?

СОНЯ. (Обрадовано). Хочешь приехать?

ЛЕОНИД. Я не об этом.

СОНЯ. ((Перебивает). А то приезжай, буду рада. Читала о твоем несчастье. Удивляюсь, при своей любвеобильности всё не женишься.

ЛЕОНИД. Не знаю, поймешь ли, что творится со мной. Предчувствую, скоро умру.

СОНЯ. С чего такой пессимизм? Помню тебя жизнерадостным оптимистом.

ЛЕОНИД. У тебя своих проблем хватает. На всякий случай подвожу итоги, рассчитываюсь с долгами, прошу прощения у всех, кого обидел, от кого ушел не простившись.

СОНЯ. Прощания, помню, у нас, точно, не было. Перестал звонить, приезжать. На мои звонки не отвечал. Не ожидала, не хватит мужества расстаться достойно.

ЛЕОНИД. Пожалел, побоялся слез.

СОНЯ. Слезы были. Но никогда не надеялась, что разойдешься с женой. Ты любил ее и детей.

ЛЕОНИД. Сонечка, ты всегда была умницей. Прости меня за всё.

СОНЯ. За что тебя прощать? Не девочка, знала, на что иду. Не мучься угрызением совести.

ЛЕОНИД. Будь счастлива, Соня! Ты достойна настоящей любви. (Положил трубку, отвалился на спинку кресла. Смотрит на часы на руке). Дописать что ли читательнице ответ? (Возвращается к письменному столу, перебирает бумаги и включает ноутбук. Отстучав несколько строк, ходит по комнате с письмом читательницы в руках, читает его). 'Ушла от одного предателя, чтобы попасть в объятия другого. Пока моя любовь была сильна, я прощала. Главное, чему научилась, — умению прощать'… Прямо, как моя Алёна. (Продолжает молча ходить по комнате и вдруг решительно бросается к компьютеру, печатает, вслух произносит текст). Отечественные социологи секс ставят на девятое место после общения, заботы, любви, чувства юмора.

Из прихожей послышался звонок.

ЛЕОНИД. Кого еще нелегкая несет? Не дадут закончить с этим нелепым письмом. Только пришло вдохновение.

Чертыхаясь, идет к двери. Возвращается с Ритой — юной особой на длинных каблуках. Едва оказавшись в гостиной, она бросается ему на шею.

РИТА. Соскучилась! Совсем забыл! (Обнимает его, целует, он пытается оставаться холодным, она отпускает его и падает на диван). Почему так холоден? Не рад? Не звонишь, дома телефон не отвечает. Переселился к очередной любовнице?

ЛЕОНИД. Побойся Бога! Какие любовницы! Болею я. С сердцем приступ за приступом, скорую устал вызывать. Умру скоро.

Борется с переполнявшим желанием броситься к своей последней любовнице, ведь решил завязать с женщинами. Устоять, однако, перед юной соблазнительницей, оказался не в силах.

ЛЕОНИД. Как я могу променять юную соблазнительницу, очаровательную нимфетку, понимающую меня с полуслова, на кого-то?! Общение с тобой переносит в молодость, я забываю о возрасте, о болячках.

РИТА. (Капризно). Леша, ты меня любишь?

ЛЕОНИД. (Театрально). Очень!

РИТА. Очень — очень?

ЛЕОНИД. Конечно.

РИТА. А не звонил целую неделю. У тебя кто-то появился, сердцем чувствую!

ЛЕОНИД. Чувствуешь сердцем? Я считал, твой чувственный орган ниже пупка.

РИТА. Скажешь тоже!

Раздается телефонный звонок и после короткого раздумья, Леонид поднимает трубку

ЛЕОНИД. Слушаю.

ВЕРА. (По телефону). Это, Вера. Узнал? Хотел меня видеть. Можешь, прямо сейчас приехать? Обсудим твою проблему.

ЛЕОНИД. (Смотрит на Риту, на часы). Восьмой час. Машина в ремонте. Да и поздно уже.

(Рита прислушивается к разговору).

ВЕРА. Ты не один?

ЛЕОНИД. Один.

ВЕРА. Могу я приехать.

ЛЕОНИД. (Испуганно). Не стоит. Плохо себя чувствую. Должна придти соседка — врач, послушать сердце, давление измерить.

ВЕРА. Я не помешаю.

ЛЕОНИД. Давай в другой раз.

ВЕРА. Жаль. Выдалось настроение посмотреть в твои лживые глаза, послушать, чего наплетешь. Не знаю, когда еще придет желание…

ЛЕОНИД. По телефону могла…

ВЕРА. Слишком легко хочешь отделаться. Послезавтра в одиннадцать утра в наше кафе, сумеешь придти?

ЛЕОНИД. А если после обеда, часика в три?

ВЕРА. Другого свободного времени в обозримом будущем не вижу.

ЛЕОНИД. Хорошо, послезавтра в одиннадцать. До встречи! (Опускает трубку).

РИТА. Любовница? Рано слишком назначаешь свидание.

ЛЕОНИД. Какая любовница, героиня будущего материала. Желает посмотреть материал до публикации, беспокоится, как бы чего не наврал. В редакцию зайти не решается. Вечера заняты, приходится тащиться в такую рань.

РИТА. Вечера женщинами заняты?

ЛЕОНИД. Какие женщины! Таскаюсь по клиникам и врачам.

РИТА. Вечерами?

ЛЕОНИД. Вечерами тороплюсь завершить незаконченные рукописи, перечитываю записные книжки. Вдохновение пришло, тороплюсь перенести на бумагу.

РИТА. Зачем, если собрался умирать? С собой не возьмешь. Лучше воспользоваться оставшимся временем и заняться более полезными земными делами, которых Там не будет. Иди ко мне! (Леонид не решается, и она сама бросается к нему, целует). Пошли в постельку! Я так соскучилась! Горю от желания.

ЛЕОНИД. Минуточку! (Оставляет Риту и садится к ноутбуку). Подожди чуть — чуть, фразы твои вспомнил. Пока не забыл, запишу. (Печатает, произносит вслух). Плачу от боли и наслаждения. Я твоя целиком и полностью. Войди, войди в меня глубже! Пронзи насквозь!

РИТА. Нас изображаешь в своем романе? В прошлый раз я потеряла остатки стыда и шептала, помнится, что-то подобное. (Тоже подходит к компьютеру, обнимает за шею Леонида и через голову читает, что он пишет).

ЛЕОНИД. Не помню. Твои слова, или из телевизора. Увидел тебя, и вспомнил. Героине романа вставлю в уста.

РИТА. (Берет страницу из стопки напечатанных листов, читает). Кого спрашиваешь 'Насколько важен секс во взаимоотношениях'? У наших социологов. Веришь им! Секс на первом месте! Надо следовать за своим сердцем.

ЛЕОНИД. Это не из романа. Поручили написать комментарий к письму читательницы. Спрашивает, почему мужики не задерживаются при ней долго. Объясняю, секс важен, но не должен заслонять многогранность других взаимоотношений.

РИТА. Как специалиста в женском вопросе, попросили ответить дамочке, ясно.

(Обнимает, пытается оторвать от компьютера). Брось эту заумь! Без меня допишешь. На практике проверим, насколько секс важен в реальной жизни. Угости девочку коньяком. Надеюсь, никого не ждешь? Сегодня могу остаться до утра, если не выгонишь.

ЛЕОНИД. (Какое-то время молчит, колеблется, как быть). Разве перед тобой устоишь! (Оставляет компьютер, бросается к Рите, они горячо обнимаются, целуются). Как я выгоню мою блудницу! Перед твоей раскрепощенностью, все благие мысли улетучиваются. Пока сердце еще бьется, воспользуюсь отсрочкой, а там будь, что будет!

РИТА. Да, да! Меня трясет, бросает в дрожь. Возьми меня! Я трепещу от желания. Скорее! Не могу больше терпеть! (Сдергивает с него одежду, одновременно раздевается сама). В тебе какая-то непонятная сила. Одно твое присутствие возбуждает. Не могу терпеть и секунды. Возьми меня!

ЛЕОНИД. Не торопись.

РИТА. Наконец!.. Ну! Что остановился!

З а т е м н е н и е

Кафе. На столике букетик цветов, стакан с соком. Играет тихая музыка. В одиночестве курит Вера, звонит ее мобильник. Достает из сумочки телефон, отвечает.

ВЕРА. Я слушаю, Женя…Главное, чтобы зрители были активны… И не сажай в первый ряд

примелькавшиеся рожи… Знаю я, что тобой движет!.. Оба профессора будут?.. Ровно в два тридцать начнем, не волнуйся. Всё! (Выключает телефон, нетерпеливо смотрит на двери.

Входит Леонид с букетом и направляется к ней. Она, принимает цветы, он целует ей руку, хочет поцеловать в щечку, она не дается.

ВЕРА. Прическу испортишь. Через три часа у меня запись.

ЛЕОНИД. Извини Веруня, заставил ждать. Пробки на каждом перекрестке.

ВЕРА. Не рассчитала, приехала рано. Никогда так рано не назначала свиданий.

ЛЕОНИД. Предлагал встретиться во второй половине дня. (Восхищенно рассматривает её, любуется). Великолепно выглядишь! Лучше чем в телевизоре. Хоть сейчас на обложку журнала. Кстати, хочешь, поговорю в издательстве 'Семь дней', дашь интервью для 'Каравана'? Украсишь обложку.

ВЕРА. Хватит льстить. Какого прощения ждешь от меня, говори.

ЛЕОНИД. Могла решить по телефону, — настояла встретиться. Повторю, не хочу остаться в твоей памяти безжалостным эгоистом, коллекционером женских сердец. Прошу, прости меня. Не держи зла в душе. Твои интернетные коллеги обещают мне всего пятьдесят дней жизни.

ВЕРА. А потом?

ЛЕОНИД. Потом — портрет в черной рамке, соболезнование детям и друзьям.

ВЕРА. Видела я в компьютере предложение предсказать будущее. Веришь шарлатанам? Считала тебя умнее.

ЛЕОНИД. Без них знаю, что осталось мало. Сердце совсем ни к черту.

ВЕРА (внимательно смотрит на него, помолчав). Не держу я зла. Перекипело, зарубцевалось. В памяти осталось приятно проведенное время. Творческий подъем. Во времена нашего романа протолкнула свой первый полнометражный киносценарий. Родились новые задумки. Стихи начала писать старая баба.

ЛЕОНИД. (Перебивает). Какая же ты баба! Светская львица. Секс — символ тридцатипятилетней дамы. Смотрел по телевизору интервью с тобой перед премьерой фильма.

ВЕРА. Фильм досмотрел до конца?

ЛЕОНИД. Если честно, в редакции не дали посмотреть, постоянно отвлекали. На работе специально включил ящик. Вечером следовало показывать. Сюжет помню, в свое время ты рассказывала. Что видел — понравилось.

ВЕРА. Сейчас продюсирую две программы, круглые сутки кручусь как белка в колесе. Но прочитать твои книги время нашла. 'Варенькиного жениха' читала по дороге на студию, а 'Надю и Надежду' взяла с собой в Испанию. На пляже в Эль Корсо за два дня проглотила. Нормальное чтиво для метро и пляжа. Сумел уловить интерес читателя к теме. Кстати, в метро видела, как женщины и девчонки читают твои книги. Популярны не меньше женских ироничных детективов, которыми заставлены прилавки.

ЛЕОНИД. Ты еще пользуешься метро? Сравнением с женскими романами, мне гордиться или унизительная оценка?

ВЕРА. Ни то, ни другое. Книги твои печатают в нескольких издательствах, значит востребованы. Ну, а что в историю литературы не войдут, сам прекрасно знаешь.

ЛЕОНИД. Спасибо за трезвую оценку. Боялся, не понравятся.

ВЕРА. Даже позавидовала. Какие — никакие, а книги, сохранятся в библиотеках свидетелями эпохи Путина. Мои программы через день теряют актуальность. Забываются. Телевизионная журналистика искусство одного дня.

ЛЕОНИД. Судьба газетных материалов не лучше.

ВЕРА. Потому и взялся за нетленку?

ЛЕОНИД. Просто масса историй, сюжетов не втискивались в газетные рамки, выкинуть жалко, решил попробовать объединить, — получилось. Издательство предложило напечатать еще что-нибудь.

ВЕРА. Может и мне сесть за книгу?

ЛЕОНИД. Садись, конечно. Включаюсь изредка на твои шоу, люди рассказывают потрясающие истории. Запишешь — книгу сметут с прилавков. (Разливает шампанское). Выпьем за твою будущую книгу.

ВЕРА. Считаешь, осилю?

ЛЕОНИД. Сядешь писать, получишь шанс фифти-фифти. Не заставишь себя, естественно, и шансов никаких. (Чокаются). За тебя!

ВЕРА. Спасибо.

ЛЕОНИД. Расскажи о себе, как живешь? Я понял, не замужем.

ВЕРА. Никто не берет.

ЛЕОНИД. Видел тебя в Домжуре, на какой — то тусовке. Нормальные мужики вокруг роятся. Всё выбираешь?

ВЕРА. У всех, как и у тебя, одно на уме, — затащить в постель.

ЛЕОНИД. Можно и с постели начать. У меня планы были серьезные.

ВЕРА. Рассказывай! Потом разочаровался, о семье вспомнил?

ЛЕОНИД. Не столько разочаровался, сколько посмотрел трезво. Детей жалко, заболевшую жену оставить подло.

ВЕРА. Изменять не подло? Про детей не заливай, в университетах учились уже. Про больную жену я не знала. Когда умерла, не вспомнил обо мне, а пустился в нескончаемый кастинг любовниц.

ЛЕОНИД. Не поймешь. У тебя не было семьи, детей. Не знакомо счастье, разделенной любви, единомыслия, одинакового взгляда на жизненные ситуации. Я всё это имел. И потерял. Забыть не могу. Постоянно, каждую минуту чувствую пустоту, одиночество.

ВЕРА. Тебе бы арабским шейхом родиться. Любимая жена и сонм любовниц. Не разгадала сразу. Показался несчастным в семейной жизни, я и клюнула на твои ухаживания. Очаровать умеешь. Вкрадчивый успокаивающий голос располагает к откровенности. Женщины тают, забывают все на свете, исповедуются перед тобой, как перед священником. Ты тащишь в постель, и они покорно соглашаются, забыв своих возлюбленных и мужей. Верят в серьезность отношений, верят, что это и есть долгожданная большая любовь.

ЛЕОНИД. Себя имеешь в виду? В первый вечер знакомства затащила в постель. Я не делал никаких попыток. Подумать не мог, такая серьезная дама, любимица миллионов телезрителей, вдруг обратит внимание на скромного газетчика, которого, скорее всего и не читала никогда.

ВЕРА. Была не в себе, не ведала, что творю. На автомате провела телепрограмму. Ты уловил моё состояние, успокоил. Я и растаяла, как маленькая собачонка последовала за тобой. Как оказались в постели не помню. Неужели сама предложила? Вероятно, уговорил. Мы ведь выпили, потеряла контроль над ситуацией, а ты воспользовался.

ЛЕОНИД. Послушать тебя, я еще и насильник! Даёшь!

ВЕРА. (Смеется, заигрывает с ним). Точно! Насильник. Приятный насильник. Через день позвонил с просьбой встретиться, не могла отказать. Потом пошло, поехало. Говорила, показался несчастным в семейной жизни. Решила прибрать к рукам, мужчина порядочный.

ЛЕОНИД. (Перебивает). Кстати, сейчас ты очень похожа на мою жену. Тогда, в ресторане, привлекла мое внимание удивительной похожестью на жену в молодости. Вспомни, хоть раз говорил, что оставлю её?

ВЕРА. Словами не говорил, а поведение, наши встречи, поездки в Ленинград, позволяли надеяться, строить планы. Почти год встречались. Уже потом узнала, что параллельно со мной крутил роман с Элкой из литературно — драматической редакции. Спасибо Элеоноре, открыла глаза на твою любвеобильную натуру. Позвонила, хотела посмотреть тебе в глаза, не могла дозвониться. На работе отвечали, что в командировке, звонить домой, совесть не позволила.

ЛЕОНИД. Не был уверен в тебе. Ты из мира богемы, на жизнь смотришь слишком легко. Встречаясь со мной, продолжала флиртовать с сослуживцами. При мне обнималась, в губы целовалась с мужиками. Мог я оставаться уверенным, что не станешь изменять мне?

ВЕРА. В отличие от тебя, одновременно с несколькими любовниками не встречаюсь никогда. (Помолчав). Неужели с сердцем так плохо, что собрался прощаться? (Леонид кивает). Положить тебя в лучшую кардиологическую клинику? Недавно на передаче познакомилась с известным профессором. Романовым. Если шунтирование не помогает, может, уговорим поставить донорское сердце без очереди.

ЛЕОНИД. Спасибо. Если бы всё было так просто… У меня достаточно связей и знакомств. Ты, Верунька, не в теме.

ВЕРА. Так серьезно? (Леонид кивает). Не знаю тогда чем помочь.

ЛЕОНИД. Спасибо, растрогала. Теперь всё в руках Бога. Один Он решит, сколько мне еще отпустить. Единственно, чем поможешь — прости, не держи зла.

ВЕРА. Я не злопамятна. Давно простила. Все проходит. Рано или поздно.

ЛЕОНИД. (Вздохнув). Все проходит. И это пройдет, — гениально сказал Соломон.

ЛЕОНИД. Тебя отвезти на студию?

ВЕРА.За мной с минуту на минуту машина придет. Ты не так уж плохо выглядишь. Не похож на умирающего. Завтра у меня свободный вечер, буду дома. Адрес не забыл? Приходи.

ЛЕОНИД. (Удивлен неожиданным предложением). Не знаю. Я уж смирился, собираться в последнюю дорогу… (После паузы). Завтра не знаю. Я позвоню. Если умру раньше, позволь пожелать тебе устроить свою жизнь и не оставаться одной! (Встает, обнимает, целует). Счастья тебе и не поминай лихом!

ВЕРА. Будет притворяться! Звони!

ЛЕОНИД. (Машет рукой). Будь! (Уходит, Вера продолжает сидеть за столиком, медленными глотками пьет кофе).

З а т е м н е н и е

Квартира Леонида. Входит Ольга. Обходит квартиру, по пути что-то поправляет, ставит на свое место. Садится у телефона, звонит на работу.

ОЛЬГА. Леонида Степановича пригласите, пожалуйста. Это его дочь.

Трубку берет коллега.

ЖЕНСКИЙ ГОЛОС. Это вы, Оля? Не пришел еще. Скопилось много вопросов, а его нет. Решили, опять сердце прихватило.

ОЛЬГА. Я из дома звоню. Кругом полный порядок, может, в поликлинику ушел.

ЖЕНСКИЙ ГОЛОС. Подождите! Оля, кажется, появился. Передаю трубку.

ОЛЬГА. Папа?.. Где задержался — в поликлинике?

ЛЕОНИД. По делам кое с кем встречался. Что случилось?

ОЛЬГА. Ничего не случилось. Почему вечером не позвонил? Я набирала — набирала, постоянно занято. Отключил телефон?.. Решила плохо чувствуешь. Позвонила Виктории Александровне, она успокоила, сказала, вечером слушала тебя. Утром мог позвонить. Знаешь же, как беспокоимся….

ЛЕОНИД. Всё у меня хорошо, Оленька. Не беспокойся… Извини, тут куча вопросов ждет.

ОЛЬГА. Хорошо, не буду отвлекать. Целую. Позвони вечером обязательно.

Позвонив отцу, переоделась в домашнее и занялась уборкой. Включила музыкальный центр, поставила что-то современное и подпевает певице. Протерла книжные полки и взялась гладить белье. Телефонный звонок, поднимает трубку.

ОЛЬГА. Я, Витя. Привет. Кажется, ничего пока, держится. Виктория Александровна вчера слушала, говорит, изменений не наблюдается. Ни в худшую, ни в лучшую сторону. В поликлинику вторую неделю не идет. Просит нас повлиять.

ВИКТОР. (Сын Леонида Степановича по телефону). Постараюсь. Не бережет себя. В редакции торчит допоздна, дома сидит за компьютером полночи, отключив телефоны. Вчера весь вечер пытался дозвониться. Сегодня звоню на работу — отвечают, еще не пришел.

ОЛЬГА. Я только — что разговаривала. Пришел. Вчера звонила тебе, Наташа сказала, ушел футбол смотреть со спутника.

ВИКТОР. Около нас кафе недорогое, за кружкой пива там можно смотреть трансляцию матчей, что не показывают в обычных программах.

ОЛЬГА. Давно говорю, купи спутниковую тарелку, и смотри свои футболы дома… Дешевле выйдет.

ВИКТОР. Наташа не соглашается.

ОЛЬГА. Убралась у папы, сейчас белье переглаживаю. Знаешь, как в сервисе гладят.

ВИКТОР. Женить его надо.

ОЛЬГА. С больным сердцем?

ВИКТОР. Ладно, сестренка, гуд бай! Работа стоит. Целую.

ОЛЬГА. Я тоже. Привет Наташе! Приходите к нам. (Оставляет телефон и снова берется за глажение, по радио звучит песня и Ольга подпевает).

З а т е м н е н и е

Квартира Леонида. Он и Вика в постели, телефонный звонок. Он приподнимается, видно, что на нем ничего, ищет телефон. Вика в одной комбинации, тоже поднимается.

ВИКА. Почему не выключил?

ЛЕОНИД. (Испуганно ищет и находит трубку). Слушаю…. Сегодня никак невозможно… Не от меня зависит. Извини, я не могу сейчас говорить, перезвоню позже.

ВИКА. Любовница?

ЛЕОНИД. Какая любовница, коллега по работе. Возмущается, почему отверг ее материал.

ВИКА. Ой, Лёнька! Так-то ты выполняешь обещание завязать с женщинами! Тебя не исправишь. (Леонид валит ее, они балуются, может, занимаются любовью).

ЛЕОНИД. Кто толкает? Молчала бы.

ВИКА. И он говорит, сердце беспокоит! Да ты как девятнадцатилетний готов заниматься любовью! (Снова звонит телефон). Ты его не выключил? Не бери! (Еще какое время они валяются в постели, Вика пытается встать, но Леонид не отпускает. Ей удается вырваться, и она поднимается, собирает разбросанную одежду). Мне пора. К Сашкиному возвращению должна ужин приготовить.

Леонид тоже встает, первым делом, находит на столе таблетки, пьет, запивая прямо из кувшина. В прихожей звонят.

ЛЕОНИД. Кого еще несёт, на ночь глядя? Достань фонендоскоп. (Идет открывать).

Вика привычным жестом надевает на шею фонендоскоп, раскрывает коробку с тонометром, раскладывает на столе содержимое. Испуганно смотрит на раскрытую постель, накидывает кое-как покрывало.

ВИКА. Если Сашка, скажешь, вызвал. С сердцем плохо.

Леонид возвращается с Ритой.

ЛЕОНИД. Совсем некстати. Сказала занята. Не можешь не пойти к подруге.

РИТА. (Говорит быстро — быстро). Галка поссорилась с женихом и день рождения перенесла. Сидит, ревёт. Уходите все, кричит, хочу остаться одна! Мне что делать? Пропадать вечеру? Вспомнила, ты звал. (Остановилась, передохнула). Вижу, не очень рад? (Увидела Вику, смутилась. Решила врач и успокоилась). Добрый вечер! Как у нашего Лени с сердцем? Жалуется.

ВИКА. Терпимо. Две пятилетки наш Леня еще протянет точно. Вы, простите, кто ему?

РИТА. (Смущённо). Знакомая. Проходила мимо, решила проведать. Два дня на работе не видела, забеспокоились. (Ведет себя по — хозяйски. Снимает кофту, вешает в шкаф, идет на кухню, оттуда кричит). Леня, я чай поставлю.

ВИКА. Позднее время для визитов.

ЛЕОНИД. Рита живет недалеко, просил зайти по дороге, купить кое-что из продуктов. Не думал, так поздно.

ВИКА. Знакомая, а держится, словно хозяйка в доме.

РИТА. (Входит, улыбнулась). Кто, как не любовница поухаживает за больным холостяком.

ВИКА. Я догадалась. (Леониду). Ты не исправим! Новая пассия? (Рите). Леонид Степанович не только мой пациент.

РИТА. Не только? Родственник или любовник?

ВИКА. Догадлива. Вроде этого.

РИТА. (Вспыхивает, возмущена). Она твоя любовница? (Подошла вплотную к Леониду). Признавайся! Меня тебе мало? Понадобилась еще любовница — старуха! Даешь! Про сердце все врал?

ЛЕОНИД. С сердцем, правда, проблемы. Виктория Александровна врач.

РИТА. (Поворачивается к Вике). По совместительству удовлетворяете ненасытные сексуальные потребности Лёни?

ВИКА. Думала, одна у него? Леонид Степанович многостаночник. (Поворачивается к Леониду). Опять к молоденьким потянуло? Говорил никого… Была бы еще красоткой, а то ни рожи, ни кожи. Что в ней нашел?

РИТА. На себя посмотрите! Что нашел во мне, — тело молодое! Энергетику. Оказалось мало, нужна еще старая кошелка. (Леониду). Может, она тебе платит?

ВИКА. (Леониду). С какими вульгарными хамками ведёшься! Удивляешь. Хорошо, Алёна не дожила, не знает, до чего докатился. Мельчаешь, Леня.

ЛЕОНИД. Не надо оскорблений, женщины!

РИТА. Пенсионерка твоя начала грубить. Помолчи! Действительно, многостаночник.

(Вынимает из шкафа кофту, Вике). Оставляю его вам, пользуйтесь. Прощай, многостаночник! Больше не звони! Знать тебя — не знаю. (Собирается уйти).

ВИКА. Запомни, никогда не приходи к любовнику без предварительного звонка. (Рита выходит, слышно, как хлопнула дверь). Свинья не благодарная, ты, Леонид! И я не лучше, всю жизнь люблю тебя — ловеласа. Представляю, как страдала Алёна. (Собирает тонометр, складывает фонендоскоп, и молча выходит).

ЛЕОНИД. (Оставшись один). Надо же так облажаться! Теперь прибавится обиженных и оскорбленных. Хорошо, Вера не приперлась. А Вика… Вот и попросил прощения… Ох, женщины! Почему так слаб перед ними, не могу устоять? (Обращает взор на потолок, постепенно воспламеняясь и всё энергичнее, возмущенно). А вы! Господь Бог, или, кто вы там, на небесах! Куда смотрите?! Позволяете грешить! Обещал Алене, больше никаких женщин! Клянусь, был полон решимости сдержать обещание!

(Прибирает постель, включил телевизор. Звонок в дверь). Забыла что? (Выходит и возвращается с Лидой).

ЛИДА. Жив, умирающий? Выглядишь нормально. Перепугал своим звонком. 'Вдруг сегодня умру'. Неужели, так серьезно?

ЛЕОНИД. К сожалению. Еще звонок жены: Там уже ждут. (Показывает в потолок).

ЛИДА. Обещала забыть, вычеркнуть из памяти, а ты в последнюю минуту вспомнил обо мне, позвонил. Тронута. Решила забежать попрощаться.

ЛЕОНИД. (Перебивает). Прощаться, надеюсь, еще не время, но подготовиться пора.

ЛИДА. Благоверный ушел к приятелю на преферанс. До полуночи не вернется.

ЛЕОНИД. Я поставлю чай.

ЛИДА. Не беспокойся, я ненадолго. Увидела тебя и пойду. Не поняла про жену. Покойная жена предупредила, что жить осталось недолго?

ЛЕОНИД. Не смейся, пожалуйста, не считай тронутым. Звонила моя умершая Елена.

(Лида в недоумении смотрит на Леонида, не знает, что сказать). Понятно. (Помолчав). Папа на старости лет тоже увлекся контактами с загробным миром, участвует в Российской ассоциации инструментальной транскоммуникации. Тебе, кажется, еще рано.

ЛЕОНИД. Есть даже ассоциация такая?

ЛИДА. В наше время чего только нет!.. Значит, позвонила покойная жена, сказала, что там уже ждут. И ты позвонил мне.

ЛЕОНИД. Врачи и без неё вынесли приговор. Будет про меня, расскажи, как живешь. Муж больше не обижает?

ЛИДА. Пусть только попробует!

ЛЕОНИД. Привлекательна, выглядишь. Сексуально.

ЛИДА. На что намек? В одну реку дважды не войдешь. Пришла, поверила, умираешь, а ты еще ничего. Ослабь бдительность — и в постель затащишь. Если на что-то надеешься, оставь эти мысли. Я мужняя жена.

ЛЕОНИД. И буду век ему верна. (Шутливо бросается к ней, обнимает, тащит на диван, пробует расстегнуть пуговицы на платье). Сейчас проверим! (Она отбивается).

ЛИДА. (Возмущенно). Отпусти! Немедленно отпусти! Между нами все давно кончено!

ЛЕОНИД. (Отпускает её, садится). Пошутил. Успокойся. Женщины теперь меня не волнуют.

ЛИДА. (Успокоилась, поправила прическу). Знаю я тебя! Ничего не обломится, не надейся.

ЛЕОНИД. Включу все-таки чайник, посидим, поговорим. (Лида достает из книжного шкафа последний томик Леонида, листает. Он тем временем выходит на кухню и возвращается с чайником, и чашками).

ЛИДА. Поздравляю! Не знала, что издал еще одну книгу. 'Надя и Надежда'. Надежда с большой буквы — вторая женщина или опечатка?

ЛЕОНИД. На обложке опечатки не случаются. Прочитаешь, — поймешь.

ЛИДА. Подаришь с автографом?

ЛЕОНИД. (Надписывает ей книгу, садится на диван). Прочитаешь внимательно, встретишь несколько эпизодов из наших встреч. Наше знакомство, помнишь? Зашел зачем-то в домоуправление, увидел тебя, и обалдел. (Забирает у неё книгу, листает, находит нужную страницу, читает). Сказал что-то приятное. Как все женщины, оказалась падка на комплименты. Ты писала заявление, не помню о чем, справку какую-то получить. Я подсел, извинился и сказал: (читает): 'Не хочу отвлекать, но позвольте заметить, вы самая привлекательная женщина, которую я когда-либо видел. Рад, что мы относимся к одному ЖЭКу. Остаётся узнать в каком доме и квартире живете. — Ваш фирменный способ знакомства — льстить впервые встреченной женщине? — спросила она. Я ответил, что еще не встречал такой симпатичной женщины. Незнакомка: вы мне мешаете. И так с трудом соображаю, как заполнять эту идиотскую бумагу. Я: Давайте помогу, искушен в канцелярском творчестве. Она: Спасибо, обойдусь без вашей помощи. — Меня зовут Андрей, — представился я. — Живу в доме 35 по Репина. Скажите свой телефон.

— Больше ничего?

— Скажете, как зовут, — осчастливите.

— Раз для счастья так мало надо, придется сказать — Лида, меня зовут. И до свидания.

— А телефон?

— Обойдетесь.

— Как же я найду вас?

— Представились и считаете, достаточно, чтобы загорелась желанием познакомиться?

Я протянул ей свою визитку, и она прочитала вслух: Андрей Николаевич Смородин, независимый журналист.

— От кого независимый, — от правительства? — спросила она.

— Независимый взгляд на события жизни. Ни от кого не завишу.

— Знаю ваш телефон, позвоню сама, если появится желание. Сейчас, до свидания, я все-таки должна заполнить эту злосчастную бумажку.

— Жду вашего звонка, прекрасная незнакомка'.

ЛИДА. Как не порядочно! Весь разговор записал. У тебя, был диктофон?

ЛЕОНИД. Память профессиональная.

ЛИДА. Своё имя изменил, а меня, назвал. Друзья, знакомые с твоими похождениями, наверняка узнали меня.

ЛЕОНИД. Этими строками ограничивается всё упоминание о тебе. Я не настолько непорядочен, чтобы компрометировать друзей.

ЛИДА. До нашей встречи среди знакомых никогда не было журналиста, да еще члена Союза журналистов России. Заинтриговал. На следующий день, придумала повод, позвонила. Несколько встреч и потеряла голову. (Берет чашку, пьет).

ЛЕОНИД. Может достать коньяк, выпьем по рюмочке за встречу?

ЛИДА. Уже ухожу. Не звони больше, пожалуйста. Ни к чему, а главное, — не хочу я. (Встала, взяла сумочку, посмотрелась в зеркало, уходит).

ЛЕОНИД. Могу спокойно готовиться к последнему путешествию? Если Там спросят, не испортил ли тебе жизнь, не держишь зла, могу ответить, мы остались добрыми друзьями?

ЛИДА. Просто друзьями. (Вместе выходят. Лида по — братски его целует).

З а т е м н е н и е

Квартира одинокой женщины. Несколько ваз с цветами. Светлана перед зеркалом прихорашивается, поправляет прическу, куда-то собирается. Она стройна, хорошо выглядит. Открытая чувственная улыбка. Великолепная прическа — копна волос, мягко спадающих на плечи. Идеальная осанка, полнейшая уверенность в себе. В прихожей звонок, Светлана выходит и возвращается с Леонидом, в руках у неё букет.

СВЕТЛАНА. Как не узнать? Знаменит! По телевизору показывали, в киосках книги с фотографией на обложке. Благодарю за цветы. (Ищет куда поставить их, в кухне находит банку и возвращается). Столько цветов! Ставить уже некуда. Знаешь, чем растопить сердце женщины. Повезло, застал дома. Кстати, как нашел?

ЛЕОНИД. Я же журналист. И телефон узнал, но рискнул придти без звонка.

СВЕТЛАНА. Отчего ж не позвонил, приготовилась бы.

ЛЕОНИД. Честно? Боялся, не захочешь видеть, а мне необходимо поговорить. (Ее внешность с первой секунды поразила. Ожидал встретить типичного педагога — старую деву, похожую на воблу или растолстевшую Матрену, а перед ним — непонятного возраста современная женщина, с которой можно гордо появиться на самой престижной тусовке). Восхитительно выглядишь! На лекциях студенты, наверное, в полном отпаде, а девчонки рассматривают с завистью. Куда-то собралась, я не во — время?

СВЕТЛАНА. Собиралась к подруге, но из — за неожиданного гостя…(Насмешливо). Известного журналиста и писателя подруга подождет. Позвоню, что приду позже. Ты по делу, за интервью? Или консультация психоаналитика потребовалась?

ЛЕОНИД. Желаешь засветиться в нашей газете? Интервью организую. Это не проблема.

СВЕТЛАНА. (Качает головой). Спасибо. В рекламе не нуждаюсь.

ЛЕОНИД. Пришел поговорить. Извини, без торта и шампанского, — не знал, как встретишь.

СВЕТЛАНА. Не представляю, о чем нам говорить. Треть века прошло. Какая необходимость?

ЛЕОНИД. У меня есть, Света. Из инфаркта едва выкарабкался, теперь опять проблемы. Сердце совсем ни к черту. Страшно умирать, оставляя о себе горькую память. Пришел попросить прощение.

СВЕТЛАНА. Зачем это тебе? Совесть спать не дает? Что-то не верится. Что стоишь? Садись, раз пришел, не выгонять же тебя. Торт в доме есть, не переживай. Чаю попьем. Надеялась, в гостях предложат, а раз гость пожаловал ко мне, как можно не посадить за стол. За компанию с удовольствием и сама чаю попью. (Леонид проходит, садиться на диван). Сердце слишком любвеобильное у тебя. Не выдержало. Про твои любовные похождения даже газеты писали.

ЛЕОНИД. Читаешь желтую прессу?

СВЕТЛАНА. Важно мое прощение? Столько лет никаких угрызений совести, и вдруг вспомнил.

ЛЕОНИД. Никогда не забывал. Всю жизнь преследует вина. Когда с порезами оказалась в больнице, часами стоял под окнами. Не желала видеть и меня не пускали. Потом пытался встретиться, объясниться, — бросала трубку. Прости за предательство, за все, что вынесла по моей вине.

СВЕТЛАНА. Говоришь, сердце отказывает, а выглядишь прекрасно. Правда, если сравнить с фотографией на обложке последней книги, сдал.

ЛЕОНИД. Зато ты смотришься замечательно. Значительно моложе своих лет. Мужчины, уверен, провожают вожделенными взглядами.

СВЕТЛАНА. По себе меришь? На комплименты горазд. Читала твои книги. Свои похождения описываешь? Любовные приключения, измены, что ни героиня — ноги от ушей, блондинка, голубые глаза. Все красавицы.

ЛЕОНИД. Хватает в романах уродин и стерв. Как в жизни. Не отождествляй литературного героя с автором! Книга — сочинение на вольную тему. Во вступлении сказано, все истории взяты из редакционной почты читателей. А живу как? По — разному. Грех жаловаться. Детей вырастил, дал образование, деревьев на даче и городских субботниках насажал целую рощу. Книгу, даже две, тоже написал. Весь джентльменский набор, что обязан оставить после себя, собрал.

СВЕТЛАНА. Всё я! Детей вырастил, образование дал, а жена, что воспитала их, работала за тебя на кухне, создавала условия для творчества, не в счёт? В благодарность изменял, не ценил.

ЛЕОНИД. Что ты знаешь о моей жизни!

СВЕТЛАНА. Представь, знаю. С Еленой Викторовной не раз общалась. Подолгу говорили о тебе, твоих увлечениях. Всё стоически терпела, возможно, благодаря нашим беседам.

ЛЕОНИД. Ах, да! Ты же психиатр! Слышал, стала ученой дамой, а вот что была знакома с Леной, не знал. Понимаю теперь, почему не удивилась моему визиту, будто ждала. Алёна не рассказывала о ваших встречах. (После паузы). Вот откуда она в курсе нашей размолвки! Теперь понятно. Лишь когда позвонила предупредить, что вскоре встретимся, призналась, все знает о нас с тобой.

СВЕТЛАНА. Нашей размолвки? Интересно ты называешь человеческую подлость! Выходит, Елена Викторовна все же рассказала о наших встречах?

ЛЕОНИД. Только на днях

СВЕТЛАНА. Что-то не врублюсь. Говоришь загадками. Как на днях?

ЛЕОНИД. Обыкновенно. Позвонила, сказала, если хочу и там (показывает в потолок) быть с ней, должен испросить прощения у всех, кого обидел на земле, принес несчастья. Сказала, из-за меня ты так и не вышла замуж. Не веришь мужчинам.

СВЕТЛАНА. Это правда.

ЛЕОНИД. Не поверил Алёне, не поверю и тебе. Что, и бой-френда нет?

СВЕТЛАНА. Никогда не имела.

ЛЕОНИД. Ни разу не влюбилась, не знала ни одного мужчины? Абсурд!

СВЕТЛАНА. Не испытывала потребности.

ЛЕОНИД. Ты медицинский или психфак Универа кончала? В любом случае должна знать, физиология женщины требует половой жизни.

СВЕТЛАНА. Пришел просвещать меня! Через тридцать лет объявился и кроме как о физиологии темы не нашел. (Возмущенно). Не о чем нам с тобой говорить! Вставай! (Подходит к двери, рукой показывает на выход). Валяй к своим бабам! Им читай лекции по физиологии!

ЛЕОНИД. (Продолжает сидеть). Извини, не ожидал такой бурной реакции. Неужели настолько глубока рана, нанесенная много лет назад, что не можешь забыть? Выходит, зря надеялся, что хоть на смертном одре простишь.

СВЕТЛАНА. Ой, держите меня! На смертном одре. Решил разжалобить! Может, и про сердце лапшу на уши вешаешь? (Смеется, потом вспоминает). Нет, о сердце Елена Викторовна, вспоминаю, что-то говорила.

ЛЕОНИД. Операцию шунтирования предлагали, да я все никак не мог собраться, теперь поздно. Пытаюсь закончить всё не завершенное, попрощаться, испросить прощения у тех, кого обидел… Ты меня презираешь?

СВЕТЛАНА. (Пожимает плечами). Столько лет прошло! Сегодня не могу сказать, во всем ли виноват ты. Осталась одна — сама виновата. Человека, кому стоило посвятить жизнь, встретить не довелось. В институте поклонники осаждали. Разочарование первой любви довлело, в каждом парне видела второго тебя. Профессия, которую выбрала, приучила к постоянному анализу, переносила его и на взаимоотношения с новыми знакомыми. К тому же, в группе и на факультете, мальчишки были

наперечет. Дискотеки, в отличие от тебя, если помнишь, не любила. Все к одному. Учеба захватила. После диплома и ординатуры оставили на кафедре, взялась за кандидатскую, потом докторской занялась. Времени на мужчин не оставалось. Вот и одна. Смирилась и ни о чем не жалею.

ЛЕОНИД. Встретить свою мечту, свою половинку не просто. Я не был твоей половинкой. Иначе наши судьбы сложились бы по-другому. У тебя есть еще шанс! В сравнении со мной, выглядишь молодо, полна сил и нерастраченных чувств.

СВЕТЛАНА. Когда Елена Викторовна рассказывала о твоих похождениях, про себя думала 'Хорошо, что мы с тобой расстались. Та же судьба ждала и меня'. Прирожденный Казанова! С шестого класса девчонки за тобой бегали, записочки писали, и ты не терялся, пользовался их симпатиями.

ЛЕОНИД. В десятом классе любил тебя одну. Если бы не твоя мама…

СВЕТЛАНА. (Перебивает). Не мама, другие увели бы. С высоты сегодняшних лет, вижу, не была бы счастлива с тобой. Благодарна судьбе, что остановила тогда.

ЛЕОНИД. Прости меня.

СВЕТЛАНА. Что теперь говорить! Всё в прошлом. Проблемы, говоришь, с сердцем, а как с головой?

ЛЕОНИД. С головой? Давление как? Нормальное для моего возраста… А! Не веришь, что разговаривал с умершей женой.

СВЕТЛАНА. Верю. Теперь это запросто. С любыми галактиками можно разговаривать. (Весь ее вид говорит, принимает его за больного). Пойду, чай организую. (Выходит).

ЛЕОНИД. (Оставшись один, сам с собой). Принимает за больного. Конечно, не поверила, что Алёна звонила. Никто не верит. Но ведь звонила!.. А Светка… Профессор, надо же! Великолепно выглядит, может, закинуть удочку? Попробовать исправить ошибку… Оба свободны. Алёна?… Обещал же остепениться. (Возвращается Светлана с подносом для чаепития).

СВЕТЛАНА. Задумался?

ЛЕОНИД. Боюсь, рассмеешься или выгонишь. Мысль неожиданная пришла. Оба одиноки, что если нам объединиться? Вообще-то, я принял решение полностью посвятить себя завершению литературных трудов, о женщинах больше не думать, но ты ведь особая женщина — первая любовь. Может, попытаться исправить ошибку молодости? Ты еще молода и привлекательна! Меня вдруг снова переполнили чувства и желания. Увидел, и сердце затрепетало. Через столько лет вижу прежнюю Светку. Удивительно!

СВЕТЛАНА. Ха-ха! (Заразительно смеется). Точно, с головой не всё в порядке

ЛЕОНИД. Я серьезно.

СВЕТЛАНА. Серьезно? Поезд давно ушел! Жизнь не начнешь сначала. А как с подготовкой к путешествию в мир иной? (Расставляет чашки, ставит блюдо с остатками торта). Лимон. Сахар. (Садится). У меня есть начатая бутылка коньяка. Как с твоим сердцем, можно?

ЛЕОНИД. Если капельку. Неси! Отметим встречу. Путешествие подождет. Операцию на сердце сделаю. Алена сказала, ждут меня там скоро (показывает в потолок). Когда, не сказала. Может еще несколько лет впереди. Их можно провести вместе. Хотя телевизионные оракулы… (Не договорил. Светлана достает бутылку и рюмки, Леонид разливает).

СВЕТЛАНА. Размечтался! Для полного счастья, считаешь, мне недостает подержанного инвалида? Все остальное есть. Давно я не Светка, а Светлана Валентиновна. С головой у тебя тоже не всё в порядке, если такое предлагаешь.

ЛЕОНИД. Для меня навсегда осталась Светкой Одинцовой из девятого 'Б', первая любовь, моя первая женщина. Как бы потом не складывалось, детские годы самые счастливые.

СВЕТЛАНА. Мне ты перечеркнул их. Никаких чувств к тебе, не осталось. Одна ненависть.

ЛЕОНИД. Столько лет прошло, могла бы и забыть. Выпьем за наши счастливые дни в прошлом!

(Тянет рюмку чокнуться. Она не торопится протянуть свою).

СВЕТЛАНА. Таким тебя и представляла по рассказам жены — обольститель, ловелас, Дон Жуан. Тост предлагаю другой — за всех твоих женщин! Чтобы простили и отпустили с миром, раз таким уродился. (Чокаются, пьют).

ЛЕОНИД. Если бы не твоя мама, и мы поженились, возможно, стал бы примерным семьянином.

СВЕТЛАНА. Если бы да кабы! (Долгое молчание). В голову ударило!

ЛЕОНИД. С наперстка коньяка?

СВЕТЛАНА. Скорее всего, от разговора с тобой. (Встает из-за стола, идет к музыкальному центру, ставит диск).

ЛЕОНИД. О, вальс! Как услышу зажигательную музыку, сразу ощущаю прилив энергии. Особенно, если вальс Штрауса. Жаль, не любишь танцевать, а то бы пригласил.

СВЕТЛАНА. Как некоторых, в детстве не водили за ручку в танцевальную студию, хотя потанцевать не против. Боюсь только, умрешь еще у меня в квартире.

Леонид встает, галантно приглашает. Светлана, поколебавшись, соглашается и они танцуют. Леонид быстро устает.

ЛЕОНИД. Извини. (Оставляет партнершу, держится за сердце, садится на диван). Вальс уже не для меня. Что-нибудь медленное, если.

СВЕТЛАНА. Постарел, ты, Лёня! Сдал. Спортом следовало заниматься, а не таскаться по чужим постелям.

ЛЕОНИД. Танцуешь как семнадцатилетняя. Выглядишь великолепно, повторю.

СВЕТЛАНА. (Уменьшает звук музыке, садится рядом с ним). Какие семнадцать! Сорок семь скоро. Перед тобой собралась похвастать, нос утереть, а сама не отдышусь никак.

ЛЕОНИД. Забыть прошлое не возможно, понимаю, но сегодняшняя встреча позволяет надеяться, простила предательство и горькую обиду. В будущем могу рассчитывать хотя бы на дружбу?

СВЕТЛАНА. Дружить с тобой? У каждого свои друзья, круг общения, сложившиеся привычки. Слишком далеко развела нас жизнь. Пойдем за стол. После танца есть захотела.

Леонид первым поднимается, протягивает ей руку и ведет к столу, отодвигает перед ней стул.

З а т е м н е н и е.

Звучит вальс И.Штрауса, кинопроекция на экране, а может тени танцующих молодых Лены и Лени на заднике сцены, как в начале спектакля. Это воспоминания больного Леонида.

Квартира Леонида, он молча лежит, смотрит в потолок. На столе включенный ноутбук, на полу рядом с лежанкой разбросаны машинописные листы.

ЛЕОНИД. (Приподнимается с лежанки, протягивает руку к телефону, намереваясь позвонить, но передумывает). Неужели второй инфаркт? Никогда не чувствовал себя так скверно. Если умирать, — не на больничной койке. Оля что-то задержалась. Предупредил, что, совсем плохо. (Помолчав). То три раза на дню забежит, а надо, — не дозовешься… Алёна не звонит больше… Может, она и не звонила? Но я в здравом уме разговаривал с ней… Права Вика, по — свински вёл себя с Алёной, горько обижал. Предавал! Она, бедная, всё прощала! Любила!

Сверкает молния, слышатся раскаты далекого грома, комнату заполняет облако дыма, который медленно рассеивается и перед Леонидом оказывается женщина, окутанная вся в белое. Трудно понять, маска на ней или такое ее лицо. Леонид протирает глаза, смотрит на незнакомку, гадает, кто это.

ЛЕОНИД. Говорили, костлявая обычно вся в чёрном, с клюкой.

АНГЕЛ. Завершил земные дела?

ЛЕОНИД. Пришли за мной? Так скоро!.. Дела? Да разве их завершишь! Окончишь одно, ждет другое, а там еще и еще. Перед теми, кто мог бы вспомнить недобро, покаялся.

АНГЕЛ. Объяснил любовницам ситуацию, и женские сердца в очередной раз растаяли. Они простили, и считаешь, помилован?

ЛЕОНИД. Не знаю. Скверно себя чувствую. Сердце не отпускает третий день, вдобавок грипп прихватил. Вторую неделю не хожу на работу. Алена больше не звонит, сниться перестала. Врачи снятся, больница, редакция. (Сам с собой, не обращая внимания на гостью). Насколько легче было бы покидать этот мир, поверь я в бессмертие души, что где-то там, в небесах встречусь с Аленой.

Воспитали атеистом. Лишь в тридцать пять открыл Библию. Искренне верующим всегда завидовал. Хотел и сам верить, да не верилось. Перефразируя Есенина, скажу:

'Стыдно мне, что я в Бога не верил,

Горько мне, что не верю теперь'.

Не верил, а сомневался всегда. Кто-то же сотворил наш мир и управляет им. (После паузы, обратил внимание на присутствующую гостью в белом). Еще здесь?

АНГЕЛ. Давно. Слушаю твои откровения.

ЛЕОНИД. Кто ты?

АНГЕЛ. Твой ангел.

ЛЕОНИД. (Удивлен). Ангел? Насколько знаю, ангелы мужского пола и больше похожи на детей.

АНГЕЛ. Уверен?

ЛЕОНИД. Абсолютно.

АНГЕЛ. Ангелы существа бесполые. Хотя, бывают и женского пола. Твоими ангелами всегда были женщины. В ангелов поверил, а в Бога — нет? Ангелы слуги Господа.

ЛЕОНИД. Я не говорил, что верю в Ангелов. Впрочем, в последнее время со мной происходит столько не понятного, что всему вынужден верить. Если есть ангелы, вероятно, есть и Бог. (После паузы). Ты мой ангел, говоришь? Где же ты раньше была, почему не наставила на путь истинный! Так у вас выражаются?

АНГЕЛ. Всю жизнь была рядом и хранила тебя. Не замечал. (Снимает маску и оказывается Еленой, приближается к Леониду).

ЛЕОНИД. (Удивленно вскрикивает). Алёна! Ты? Как я сразу не сообразил! Пришла за мной? (Пытается приподняться, тянет руку к ней, но силы оставляют, он безвольно опускает голову на подушку. После паузы заговаривает). Ой, Алёнка, знала бы как хочется еще пожить! Только теперь, когда за плечами почти полтинник, пришли мудрость, знание жизни. Пробудился писательский талант, столько задумок, планов! Обидно, когда знаю что делать, вижу перспективу, ты пришла за мной. Столько всего еще не осуществил!

ЕЛЕНА. Мне Господь отпустил меньше. А я тоже мечтала, строила планы. Да, что теперь говорить! Получи возможность прожить земную жизнь сначала, разве так построила бы её!.. Тебе дали шанс покаяться. Даже ради нашей встречи в вечности не угомонился. Вряд ли тебя здесь простят. Выходит, зря меня отпускали повидаться и предупредить.

ЛЕОНИД. Бес попутал! Ты же знаешь, добиваясь женщины, я хочу её лишь сексуально. Огонь любви ни разу не вспыхивал… Кто-то любит рыбалку, другие отдают свободное время охоте на зверей и птиц. Для меня добычей становится новая женщина. Мужчинам, да и женщинам, всегда хочется чего-то особенного, часто сами не знаем чего. Того, чего нет, чего тебе не дают. В подобной ситуации мы похожи на детей: 'Не даешь мне игрушку? А я хочу! Не успокоюсь, пока не получу'! Раньше ты понимала меня.

ЕЛЕНА. Понимала — не одобряла. Понадеялась перед лицом вечности, на пороге, наконец, остановишься. Так нет!

ЛЕОНИД. У кого могли остаться горькие воспоминания, испросил прощения и все меня простили. Осталась одна Элеонора. Послал ей письменное покаяние. Трудно переносить одиночество.

ЕЛЕНА. Ты не одинок. Дети рядом, внук растет. Когда в последний раз гулял с внуком?

ЛЕОНИД. Прости! Видимо таким уродился. Может гены предков проявляются. Прадед был любвеобильным, рассказывала мама.

ЕЛЕНА. Последнее испытание ни я предложила. Я тебя всегда прощаю. Судьба любящей женщины всё прощать, был бы счастлив любимый. Понимала, творческий человек, писатель, не можешь без новизны. Кем бы ни увлекался, со мной оставался любящим мужем. Нежным и предупредительным, любящим детей. После каждого увлечения просил прощения, клялся, кроме меня никого не любишь, и я верила.

ЛЕОНИД. Возвращаясь с очередного свидания, всегда испытывал муки совести. Клялся себе: всё! Последнее предательство. Больше никогда даже не взгляну на другую женщину! Понимал, обманывать тебя, — обманывать ребенка. Большой грех. А потом… Запретный плод сладок, и насладившись им, тянет сорвать еще один и еще.

ЕЛЕНА. Поздно теперь терзаться угрызениями совести.

Сверкает молния, раздаются раскаты грома, и Ангел исчезает. Леонид озирается по сторонам. Звонок в дверь.

ЛЕОНИД. (Пытается закричать, но получается тихо). Открыто! (С трудом медленно поднимается, шатаясь, идет открыть дочери). Кто закрыл дверь? Не понятно.

ОЛЬГА. Чего закрылся, — боишься украдут, или кто-то позарится на рукописи? У меня всегда с собой ключ. Предлагала, нам с Олегом пожить у тебя, не соглашаешься. (На обратном пути к лежанке, Леонид едва передвигает ноги, Оля поддерживает его).

ЛЕОНИД. (Лёг, не сразу заговаривает). Помню, дверь изнутри не запирал. С утра жду. Совсем плохо мне, Оля. Боялся умру, не увижу вас. Передала Виктору, чтобы пришел?

ОЛЬГА. Сейчас приедет. Сердце?

ЛЕОНИД. Не отпускает. Лекарства выпил — не помогают. Извини, буду лежать.

Ольга наводит порядок на столе.

ОЛЬГА. Дай-ка, давление и пульс посмотрим. Выглядишь неважно. (Достает со стола у компьютера тонометр, продолжая разговор, измеряет давление, пульс). Виктория Александровна звонила. Рассказала о твоем телефонном разговоре с мамой. Не поняла, с чьей мамой разговаривал?

ЛЕОНИД. С нашей. С твоей мамой.

ОЛЬГА. (Недоуменно смотрит на отца). С мамой? Во сне?.. Семьдесят на сорок пять. (Измеряет давление на другой руке). Не знала, что бывает такое низкое. (Звонит соседке — Вике). Виктория Александровна? Ольга это. Вы не могли бы зайти? У папы давление семьдесят на сорок пять.

ВИКА. (По телефону.) Да ты что! Может, тонометр барахлит? Иду. (Ольга идет в прихожую и возвращается с Викой. Она берет руку Леонида, ищет пульс). Как себя чувствуешь?

ЛЕОНИД. Слабость. Пошевелиться не могу.

ВИКА. (Считает пульс, измеряет давление своим тонометром). Действительно, давление очень низкое. (Придвигает к себе телефон, набирает скорую помощь). Скорая? Кардиологическую реанимацию необходимо… Леонид Степанович Васильев, 48 лет. Пульс 45, прерывистый, временами не прослушивается, давление семьдесят на сорок пять… Я сама врач. Терапевт. Как не может быть? Приезжайте немедленно! Вавилова 42, первый подъезд квартира 15. Да, сердечник.

ЛЕОНИД. (Дочери, она сидит на лежанке у его изголовья). Мама звонила, потом являлась в образе ангела и сказала, скоро умру.

ОЛЬГА. Что за глупости! Тебе еще жить и жить. Ты у нас еще совсем молодой! Сейчас скорая приедет. (К Вике). Может пока, какой укол сделаете?

ВИКА. (Качает головой, Леониду). Держись, главное — не падай духом! Всё нормально.

ОЛЬГА. Где же нормально?

ЛЕОНИД. (Вполголоса, медленно, дочери). Ты тоже не поверила, что разговаривал с мамой. Она вспомнила, что на годовщину вашей свадьбы мы не сделали подарка, а деньги отложили. Подсказала, где найти. Вон, на полке с Энциклопедиями, в семнадцатом томе, возьми. Если оклемаюсь, с тобой и Витей сходим к нотариусу. С квартирой необходимо определиться… Да, и с рукописями… Не поленись, разбери тексты в компьютере. Роман о нашем смутном времени вчерне закончил. Пройдись по нему и можно печатать. Можешь от своего имени.

ОЛЬГА. (Обнимает отца). Что за разговоры! Сделают укол, а станет легче, ляжешь в больницу. Может, разрешат все-таки шунтирование, и ты поднимешься. Мы с Витей невесту подыщем.

ЛЕОНИД. Какую невесту, кроме твоей мамы мне никто не нужен. Обижал её, бывал не справедлив, а она ведь моим ангелом — хранителем была. Всем, чего достиг, обязан ей. Я вправе считать себя счастливым. Была любимая, все понимающая и прощающая, жена. Ты, Витя. (Приподнимает голову над подушкой и бессильно роняет).

ОЛЬГА. Больно? Совсем плохо? Папа! Потерпи, скорая выехала. (Обнимает, целует, теребит отца). Открыл глаза? Виктория Александровна сделает укол. (Хватает телефон). Скорая? Только — что звонили. Вавилова, 42. Совсем плохо отцу. Выехали? (Плачет, подошла Вика, взяла руку, считает пульс, набирает другой номер). Витя? Папе совсем плохо, давление упало ниже всякой нормы… Виктория Александровна здесь… Брось всё! Возьми такси. (Опускает трубку, затем поднимает, собирается еще куда-то звонить, но передумала).

ВИКА. Лёня!.. Ты меня слышишь?.. Не уходи! (Плачет).

ОЛЬГА. (Плача целует отца, поправляет под головой подушку). Все будет хорошо! Скорая уже едет. Папа!

Тишина взрывается звуками вальса 'Поцелуй'. Мелькают тени танцующих молодых Леонида и Елены. Сверкает молния, гремит гром, раздается голос Елены.

ЕЛЕНА. Лёня, держись, я с тобой!

ОЛЬГА. (Склоняется над отцом). Папа!

На заднем плане тени танцующих молодых Лены и Лени.

З А Н А В Е С

Content

Михайлов Борис Борисович Жена его и любовницы

Михайлов Борис Борисович Жена его и любовницы

Действие первое

Действие второе