Алексей Риж-

Девочка и морф.

Морф.    28 мая, среда, ночь.

Я выжидал, несмотря на боль, терзающую меня; боль, которую можно было успокоить лишь едой. Добыча слишком опасна, чтобы кидаться на неё без подготовки, как я действовал первые дни после пробуждения. Я плохо помню, что было до того, как очнулся в помещении с несколькими десятками обглоданных тел. Как славно насытился в том здании! Пища лежала нетронутая, а главное не портилась, превращаясь в этих... других. Возможно, до того я и не имел разума вовсе, как эти - остальные, но теперь, каждая новая добыча делала меня сильнее: мои тело и разум. Прорезались странные картинки воспоминаний, отдельные слова языка, на котором когда-то говорил. Часто, страдая от желания насытиться, я все же не бросался на добычу сразу, пытался слушать их, разобраться, кто я и кто они. Они называли этих других - мертвяками, а таких как я - морфами, мутантами. Постепенно я стал понимать их лучше, но говорить пока не мог, да и зачем? Они - пища, с едой не о чем говорить - они сразу стреляют из своего оружия, не пытаются говорить, почему я должен действовать иначе? А уж желание откусить от них кусочек просто непреодолимо, когда они рядом. Встретить бы таких, как я, но эти... не показывали ни капли разума: ни "морфы", ни обычные "мертвяки"... Попытки наладить коммуникацию абсолютно ни к чему не приводили.

Дыхание добычи замедлилось и успокоилось: они называли это состояние "сном". Когда "живые" засыпали, то становились беззащитными, слабыми и столь притягательно доступными. Этот охранял покой пяти человек: двух "женщин", одного маленького человечка, и ещё двух "мужчин". Обычно опасными были лишь особи мужского пола, их и нужно прикончить в первую очередь. Совсем тихо, стараясь не издавать ни звука, я подкрался к заснувшему, поднял лапу, и одним ударом снес ему голову, которая с глухим стуком упала на землю и покатилась вниз по склону. Подавив желание сразу же начать питаться, я оглянулся на остальных спящих: охота прошла на редкость успешно - их сон не был потревожен. Быстро разделавшись с остальными - я принялся обгладывать их тела, утоляя жгучую жажду, заставляющую каждую ночь выходить из убежища. Ещё до рассвета я оторвался от добычи: нужно было перетащить остатки в укрытие, днем здесь небезопасно, а оставлять добытую с таким трудом пищу было очень жалко. Когда ещё представится возможность столь легко разделаться сразу с шестью людьми?

Свое логово я устроил в подвале высокого здания: люди уже давно не суются сюда, их интересуют другие места. В последнее время они стали жить очень кучно, тщательно обезопасив свои жилища. Поход к ним не мог закончиться ничем, кроме смерти: несколько раз я наблюдал, как другие неразумные морфы пытались пробраться к столь ценной пище и были довольно быстро расстреляны из оружия. Порой передвигались "живые" и по дорогам, но всегда с охраной, которая в отличие от последней добычи в большинстве случаев меня и близко к себе не подпускает. Пару раз я пытался взять в лапы оружие, но мои когти не позволяли им пользоваться: слишком все маленькое и неудобное, поэтому приходилось полагаться на свое тело, которое постепенно все дальше развивалось, по мере того, как я питался. Управлять изменениями я не мог, и это меня огорчало: хотелось бы получить руки, способные держать оружие, но мои лапы все меньше и меньше походили на человеческие, зато когти становились больше и острее.

Голод отступил, поэтому я смог заняться изучением книг. Сначала я совсем не понимал назначение этих предметов, раскиданных и расставленных по всему зданию на верхних этажах соседнего здания, но потом, наблюдая за людьми, понял, что те для чего-то нужны. Люди не тупы, как эти обычные мертвяки, не стали бы они столько времени просиживать, уставившись на них. Открыв первую книгу я попытался понять, чего же они ищут в них. Какие-то отрывки, непонятные картинки говорили, что я когда-то был знаком с этими предметами, откуда-то пришло понимание, что черные закорючки на белом фоне - это записанные слова, но разобрать их не получалось. Как научиться понимать их?! Бесполезно, нужен человек, который научит. Где найти человека, который не нападет на меня, который будет мне безопасен? Таких нет, они все одинаковые - сразу стреляют, попробуй с ним расслабься, сразу же воспользуется. Только если найти маленького, но умеет ли он понимать эти закорючки? Я с досадой взглянул на остатки обезглавленного маленького человека: надо было оставить его в живых, когда теперь мне удастся найти такого же? Они так редко появляются вне своих убежищ.

Дождавшись ночи, я выкарабкался на улицу и осмотрелся: никого. Сегодня было совсем не обязательно выходить на охоту. Я был сыт: вчерашняя добыча ещё не закончилась. Искал я этой ночью живого человека, чтобы принести его себе в логово и заставить научить понимать книги.

Аня Межова.    5 июня, четверг, утро.

Аня попалась к ним почти в самом начале, когда все началось. Вовремя не среагировав, она оказалась отрезана от всех путей спасения: одна дома, а вокруг сотни мертвецов. Все ещё тая надежду, что мать и отец живы, пятнадцатилетняя девушка сидела возле окна наблюдая за ужасами творящимися на улице. Спасение пришло, но совсем не такое, на какое она надеялась - пообещав, что спасут и не причинят ей вреда, на самом деле эти нелюди забрали её в рабство, где ежедневно насиловали и издевались, заставляя делать ужасные вещи, о которых хотелось забыть. Порой она хотела покончить жизнь самоубийством, но страх мешал ей совершить это. Оставалось лишь ждать и надеяться, что когда-нибудь её все же спасут хорошие люди и накажут этих зверей... или бежать, что и собиралась сделать девушка. Ей удалось достать пистолет, но использовать его против тех, кто её удерживал было бы бесполезно: слишком их много, всех не убьет. Вместо этого она решила попытать счастья с мертвяками: если уж повезет, то сможет спастись, если нет, то смерть не худшая альтернатива тому, через что ей приходилось проходить.

Дождавшись, когда начало светать, она выскользнула из своей комнаты и сняв пистолет с предохранителя и дослав патрон в патронник, на носочках двинулась к выходу из укрепленного склада. На главных воротах стояло множество часовых, но её интересовал второй выход, у него обычно стоял всего один и ждал он "гостей" снаружи, но никак не изнутри. Кому захочется соваться на съедение к мертвякам? Бежать-то, в общем, некуда. Приставив дуло к голове часового, она сказала:

-- Пистолет заряжен, снят с предохранителя, не дергайся, мозги вышибу -- рука не дрогнет. Понял?

-- Ты это, положи лучше пушку-то...

-- Ты меня не слышал? Медленно положи свое оружие на пол и подтолкни ногой ко мне.

-- Всех все равно не положишь. Тебя достанут, сука!

-- Тебя я пристрелить успею, оружие давай на землю, или с трупа возьму, -- сказала она, и дождавшись, когда тот исполнит инструкции, продолжила: -- Пистолет тоже выкладывай. Тихо и осторожно. И обоймы от пистолета и от автомата тоже клади. Нож тот, что у тебя на поясе не забудь.

-- Наружу что ли собралась? - ухмыляясь, спросил он.

-- Не твое дело, куда я собралась, -- сказала она, подбирая с пола оружие, -- дверь открывай.

-- Жить надоело? Может, все же передумаешь, у нас ведь совсем не так плохо, как там. Я даже никому ничего не скажу...

-- Открывай дверь, я сказала!

-- Открываю, -- он повернул ключ в замке и толкнул металическую дверь ногой, та со скрипом отворилась.

-- А теперь повернись спиной к стене. Вот так, -- сказала она и воткнула широкий охотничий нож в шею по самую рукоятку.

Часовой захрипел и в судорогах свалился на пол. После всего, что Аня пережила, не смотря на всю ту ненависть по отношению к людям, пленившим её, девушку все равно вывернуло. Сплюнув, она взяла в руки автомат, в котором она узнала "калаш" и двинулась на улицу. К счастью мертвяков поблизости она не увидела, и не теряя времени бросилась вниз по улице, надеясь что где-то там найдет спасение. Везение закончилось всего через сто метров, она выскочила из-за поворота и чуть не налетела на толпу мертвяков. Развернувшись, она бросилась в противоположную сторону, но и там в её направлении уже брели зомби. Прицелившись, она нажала на курок автомата, но отдачей его буквально вырвало у неё из рук. Она успела лишь взять руки пистолет, когда нечто сильное схватило её и с невероятной скоростью понесло в сторону. Оружие само собой упало на землю, когда она повернув голову увидела в чьих объятиях находится. Морф.

Ожидая смерти в любую секунду, она раз за разом говорила про себя: "Ну вот и все", но конец не наступал, морф нес её все дальше и дальше. Напуганная до смерти она не понимала, что происходит. Существо остановилось спустя несколько минут стремительного бега, и все так же, не отпуская и не нападая на Аню, стало влезать в какой-то проход. Внутри она увидела два обглоданных тела и попыталась вывернуться и убежать. К её удивлению, морф ослабил хватку и отпустил её, чем она не преминула воспользоваться, бросившись к выходу, но мертвяк преградил ей путь. Девушка не удержалась и громко закричала. Это все? Он подошел и оттолкнул своей лапой назад от выхода, при этом девушка заметила, что морф отвел в сторону когти, словно опасаясь ранить её. Что это значит? Оно не будет на неё нападать, или просто будет держать её "свежей", пока не проголодается? А они когда-нибудь бывают сытыми? Стараясь не смотреть на тела убитых, она шла туда, куда её толкал морф, который, ни на шаг не отставая, двигался за ней.

Она остановилась у рваного дивана, на котором валялись книги, и, дрожа от страха, оглянулась на морфа. Его глаза, так же как и глаза остальных мертвяков были ужасающи. Не в силах пошевелиться, она наблюдала, как существо забирается на диван, берет в руки книгу и протягивает ей. На автомате она взяла книгу, все ещё не в силах поверить, что убивать её не собираются, пока, по крайней мере. Морф издал, казалось, нетерпеливое булькающее рычание, и, привстав, подтолкнул девушку к себе. Понимая, что он хочет, чтобы Аня села, она сделала это и застыла. Существо тем временем протянуло свою лапу и открыло книгу в её руках и издало странный булькающий звук.

-- Читать? - скорее у самой себя спросила она, но существо, казалось, поняло её и ухнуло, покачав головой, а затем пододвинулось ближе и уставилось на текст.

Морф.    5 июня, четверг, день.

Маленький человек оказалась сообразительной. Несмотря на страх, который испытывала глядя на меня, она поняла что я хочу от неё и начала читать, хотя и не сразу. Стараясь не пропустить ни слова, я сосредоточился на сопоставлении закорючек с тем, что она читает, и к середине дня медленно начал понимать принцип. Каждая закорючка обозначала отдельный звук. Из них можно было построить любое слово. Голос человека понемногу становился хриплым, но она все равно не останавливалась, продолжая читать дальше.

Я почувствовал, как просыпается голод, поэтому отвернулся и двумя прыжками преодолел расстояние до двух припасенных человеческих тел и принялся питаться, чтобы случайно не сожрать маленького человека. Она взвизгнула и у неё из глаз потекла вода, которую она тут же принялась стирать руками. Заинтересовавшись, я посмотрел на неё, не понимая, как и зачем она выделяет из себя воду? Тщетно попытавшись повторить это, я оторвал ещё один кусок от руки мертвого человека и продолжил есть. Голод медленно отступал, и я вспомнил, что люди тоже чем-то питаются, но точно не людьми, поэтому предлагать ей свою добычу было бы, наверное, бессмысленно. Чем её накормить, не оставлять же её голодной - испортится, где я потом ещё одного маленького неопасного человека найду? Я подошел к ней и, пытаясь повторить буквы из книги, накарябал на стене: "Хошеш ест?". Она совсем не отреагировала, продолжая выделять воду из глаз, пришлось привлечь её внимание легким толчком и тихим рыком. Она взглянула на меня, затем на стену, на добычу и сказала: "Нет". Должно быть, она испугалась того, что я начал кормиться, все же я ел таких, как она, а сейчас и вовсе решила, что я ей предлагаю ей есть вместе. Я снова рыкнул, привлекая её внимание, и накарябал чуть ниже: "Не их. Хошеш ест?". Маленький человек на этот раз кивнула и тихо сказала: "Хочу".

Смутно припоминая, что видел в одном из соседних зданий блестящие на свету предметы, которые часто держали в своих руках люди, из которых потом ели, я осторожно, стараясь не задевать её своими когтями подхватил её на руки, заставив ещё раз её вздрогнуть. Осторожно выглянув на улицу - днем здесь порой могли показаться люди - я не увидев никого, быстро пробежал к зданию напротив. Внутри были эти... тупоголовые мертвяки, сразу же обратившие свое внимание на человека в моих руках. Пришлось, поставив её на землю, разобраться с ними оторвав головы. За этим занятием совершенно не заметил, как человек выскользнул из здания. Я бросился за ней и быстро преградил ей дальнейший путь к бегству. Она издала странный звук и стала отступать в здание. Долго. Я снова подхватил её лапами, и понес туда, где видел пищу для людей, внимательно осматривая помещения, чтобы не нарваться на другого, похожего на меня. Откуда-то и глубин моего сознания возникло слово: "консервы".

Разорвав одну из стоявших в помещении коробок, я подобрал консервы и протянул их маленькому человеку. Она осторожно взяла предмет, и, осмотрев его, достала оружие. Я насторожился, приготовившись к прыжку, но она не пыталась использовать его против меня, а стала ковыряться в консервах, а затем понемногу начала есть. Хорошо, теперь её не будет мучить голод. После того, как съела то, что было внутри первой банки, она взяла вторую и открыла стоявшую бутылку с водой. Я отошел подальше, понимая, что могу мешать ей поглощать пищу, но, несмотря на это, оставался настолько близко, чтобы в случае чего поймать её, либо отбить у подобных мне. Как только она насытилась, я снова взял её и отнес в логово, а там снова дал книгу, заставляя её читать. Хотя я многое уже понял, все же хотелось доучиться, а вот что потом делать с этим человеком? Раз она мне помогла, то помогу и я ей: не стану есть и не дам её другим.

-- Отпусти меня, пожалуйста, -- услышал я её голос.

Я зарычал и снова принялся царапать на стене, но она протянула мне тот же материал, из которого сделаны книги. Да припоминаю, она взяла это там, в том здании, где находилась человеческая еда. Вместе с этим она предлагала мне взять некий продолговатый предмет. Писать с помощью этого на этой пустой книге? Я попробовал взять в лапу предмет: получалось не очень, но держать все же мог: на белой материи предмет оставлял темную полосу.

-- Уши банимат книхи, -- написал я.

-- Ты хочешь научиться читать? - смотрела она меня все ещё со страхом, но уже не так, как утром.

-- Та. Уши.

-- А ты меня отпустишь?

-- Я панагу тепе.

-- Ты мне поможешь?

-- Та. Уши.

Аня Межова.    7 июня, суббота, ночь.

Этой ночью Морф взял её с собой на охоту. Аня не хотела, но он настоял, написав, что в логове без него опасно, могут придти другие, почуяв её вкусный запах. Пару раз по дороге они пересекались с другими мертвяками, но Морф легко отгонял их: он был куда быстрее, намного больше и гораздо умнее их: чего стоила хотя бы способность общаться. Он учился очень быстро, впитывая все новое как губка. Связываться с ним никто не решался, так что девушка была в относительной безопасности рядом с ним. Морф так же довольно хорошо кормил её, не давая голодать, но все же она до жути боялась его: стоило взглянуть ему в глаза, как хотелось кричать от ужаса, и то, что сейчас он шел охотиться на людей, просто угнетало её. Что ему стоит сожрать её, когда она станет ему не нужна? Он, конечно, отвечал, что не станет этого делать, когда она задавала этот вопрос, но уверенности в правдивости его слов не было.

Внезапно Морф остановился и показал Ане, чтобы та затаилась не двигаться. До выхода он предупредил её, чтобы та вела себя тихо и не мешала охоте для её же блага. Когда он долгое время не питался, голод становился невыносимым, и он мог наброситься на девушку, но как она могла допустить не попытавшись ничего предпринять, чтобы он на её глазах убил человека.

Присмотревшись, Аня заметила человека аккуратно крадущегося вдоль дома на другой стороне дороги. Морф парой прыжков преодолев огромное расстояние, спрятался сзади него за углом. Выждав пока человек отвернется, он вынырнул из-за угла, и рванул в его сторону. Не удержавшись, она крикнула: "Осторожно!", человек обернулся и успел несколько раз выстрелить, что не помешало Морфу добежать и обезглавить его. Она бросилась бежать, не зная, что теперь ожидать от этого существа, но Морф догнал её очень быстро, встал перед ней, бросив труп на землю, зарычал, и ударил своей мощной лапой в стену, оставляя глубокие борозды от когтей. Аня отступила на шаг, но Морф видимо удовлетворившись, снова поднял труп, и развернувшись двинулся к своему логову. Девушка не имея иной альтернативы побрела за ним. Утром, она проснулась от чавканья - Морф кормился. Когда света стало хватать, чтобы читать, Аня сказала:

-- Ты говорил, что поможешь мне.

-- Я помогу тебе. Что ты хочешь? - написал он на бумаге.

-- Отведи меня к людям, пожалуйста.

-- Нет. Это опасно для меня, к людям не отведу.

-- Но я не могу жить с тобой.

-- Можешь идти одна. Я не буду мешать.

-- Но я не смогу пройти одна.

-- Тогда оставайся. Я помогу тебе.

-- Но я не хочу жить так. Я хочу к людям.

-- Тебе нужны люди? Поймать маленького человека для тебя? Я заставлю его делать то, что ты хочешь.

-- Нет, не нужно, -- сказала она и присев на диван заплакала.

Морф как ни в чем не бывало, продолжил объедать труп мужчины. Аня, конечно же, не рассчитывала, что морф её поймет, но все же надеялась на это. Конечно, он не держал её, но и выйти отсюда одной будет невозможно.

-- Почему для тебя опасно, если я пойду к людям? - спросила она.

-- Я не знаю, что они сделают, когда ты им расскажешь про меня. Я не такой как все, -- написал он, оторвавшись от тела.

За несколько дней проведенных с Морфом, она хоть и смогла привыкнуть к вони, и его рациону, но от этого было не легче - содержимое желудка так и норовило выбраться наружу.

-- Но ты отпускаешь меня?

-- Да. Это так же опасно для меня, но я решил, что в ответ на твою помощь я должен помочь тебе.

-- Какую помощь?

-- Я не нападаю, я добываю тебе пищу, я защищаю тебя от подобных мне. Ты не нуждаешься в моей помощи?

-- Я нуждаюсь в твоей помощи, но все же я могу пообещать, что никому не расскажу про тебя.

-- Не могу доверять обещаниям. Мне придется уходить отсюда, а это неудобно.

-- Значит, ты не хочешь отвести меня к людям только потому, что тебе неудобно?!

-- Если посмотреть на вопрос с этой стороны, то да.

-- Я помогла тебе выучить язык...

-- Ты помогла мне научиться читать, язык я выучил сам.

-- Да, но я помогла тебе, помоги и ты мне.

Морф внимательно посмотрел на девушку, обошел вокруг неё, а затем написал:

-- Я не хочу, чтобы ты уходила. Я могу с тобой общаться, без тебя я снова останусь один.

Аня ожидала любого ответа, но никак не этого.

-- А что если ты тоже пойдешь к людям?

-- Нельзя.

-- Почему?

-- Мы разные. Они не примут меня.

-- Но я ведь приняла.

-- У тебя не было другого выбора.

-- Но...

-- Это не обсуждается, -- прервав меня рыком, написал он.

-- Ладно, давай пойдем на компромисс: я пробуду здесь неделю, а потом ты отведешь меня к людям.

-- Мало.

-- А две недели? - с надеждой в голосе спросила она.

-- Нет. Месяц.

-- Договорились, месяц.

-- Тридцать дней.

-- Да, тридцать дней, -- согласилась она.

Морф.    10 июня, вторник, день.

-- Куда мы? Ты же обычно опасаешься выходить днем? -- спросила у меня Аня.

-- Ты хочешь к людям, я хочу тебе показать их.

-- Зачем?

-- Вчера ты сказала, что сбежала от людей, может, они тебе не понравятся.

-- Это проявление заботы? - улыбнувшись, сказала она.

-- Я хочу получить больше информации о таких, как ты.

-- Зачем тебе это?

-- Чтобы лучше охотиться.

-- Знаешь, такой ответ не очень-то способствует тому, чтобы я тебе что-то рассказывала. Почему ты не можешь питаться коровами, скажем?

-- А видел двух рогатых существ. Они все у людей и не пахли так вкусно как ты, -- написал я и заметил, как Аня вздрогнула, когда читала последнее предложение, -- Пойдем.

Я осторожно высунулся из укрытия, и, убедившись, что людей нет, медленно, двинулся в сторону одного из известных мне убежищ. Находилось оно пусть и близко, все же приходилось выходить из территории, которую я считал своей. Эти... другие морфы ко мне здесь уже близко не подходят, даже если я с богатой добычей. На обычных мертвяков я внимания вообще бы не обращал, если бы не маленький человек плетущийся столь неуклюже сзади. Спустя некоторое время пришлось спрятаться в доме: впереди показались люди на большой громыхающий машине. Затаскивая Аню в укрытие через окно, я потратил недопустимо много времени, поэтому не был уверен, заметили нас или нет. Впрочем, даже если заметили, вряд ли полезут: людям обычно все равно, что происходит вокруг до тех пор, пока им не угрожают.

В этот раз мне не повезло, либо их заинтересовали мы, либо это здание и было их целью. Восемь вооруженных человек, которые вышли из машины и направились к дому, не сулили мне ничего хорошего, я не любил открытые схватки с людьми, предпочитая нападать неожиданно. Эти же шли очень собрано и уверено - опасные противники. Времени что-то писать Ане не было, поэтому я просто подхватил её, и понес по коридорам, никак не реагируя на её возгласы.

Поставив её в углу одной из комнат, я выглянул на секунду в окно. Трое остались у машины, кроме того, по-моему, в машине ещё кто-то сидит. Очень плохо - здесь есть всего три выхода, все окна выходят ту улицу, на которой стоят трое с оружием. Пока до них добегу - расстреляют. Верхний выход тоже не подойдет - Аню с собой не взять. Придется использовать свои преимущества в замкнутом пространстве. Я перебежал в соседнюю комнату и затаился, прикрыв себя и заодно окно так удачно подвернувшимися плотными темными шторами. Вскоре я услышал осторожные тихие шаги.

-- Осторожно, твою мать! Под ноги смотри, -- услышал я голос, пока ещё не так близко.

-- Может ну его этого морфа?

-- Ага, чтобы он тебе в задницу вцепился, когда генератор тащить будешь?

-- Ты вообще уверен, что эта тварь здесь? Я только девчонку видел.

-- Если нет, то хотя бы девчонку найдем.

-- Я здесь, -- подала голос Аня.

Не то чтобы я на это рассчитывал, но так было даже лучше. Они отвлекутся и расслабятся, зная, что она жива, не будут ожидать встретить такого как я. В комнате, где я оставил Аню, показались трое. Где были ещё двое - неясно.

-- Та-ак, -- сказал один из них, -- ты как здесь оказалась и кто был с тобой?

-- Я просто увидела вас и испугалась, решила спрятаться здесь.

-- Ты здесь одна что ли?

-- Да.

-- Странно, а мне показалось, что видел морфа, который тебя сюда затащил.

-- Если бы меня сюда затащил морф, то вы бы со мной не разговаривали. А вы кто?

-- Люди мы, люди, не бойся...

-- Ты голову-то нам не морочь. Я точно видел, что с тобой кто-то был, -- сказал другой человек.

Дальше я не слушал. Заметив, что все трое повернулись ко мне спиной, я тихо выскользнул из своего укрытия и быстро, но тихо стал подбираться к людям. Я уже собирался нанести первый удар, когда Аня встала между мной и людьми:

-- Нет! - закричала она.

Я отскочил назад, люди в свою очередь в противоположную сторону, направив на меня свое оружие.

-- Уйди, дура! -- заорал один из них Ане.

В этот момент кто-то выстрелил, попав в Аню и несколько раз в меня. Что на меня нашло - не знаю, но ранение девочки на меня произвело непонятный эффект. Это те самые чувства, про которые так часто говорилось в последней книге? Хотелось разорвать стрелявших людей, но прежде всего, защитить девочку. Странно, не смотря на желание сожрать её, у меня появилось и желание оберегать её. Нет, не желание - потребность. Я схватил её в лапы и с разбега влетел в людей, не имея возможности действовать когтями, оттолкнул их, и прорвался к двери, чувствуя, как в меня сзади впились ещё несколько пуль. Я смог уйти за угол, а потом дальше по коридору к лестнице, забираясь по ней все выше и выше.

Только на самом верху я остановился, положил её на пол и осмотрел: из плеча шла кровь; не знаю, серьезная ли это рана, но мне прикасаться к ней нельзя - превращу в подобную мне. Оставалось одно - отдать людям, помочь ей могут только они. Не зная, сколько у меня ещё времени, я взял тетрадь, предусмотрительно вырвал листы, на которых я писал до этого и быстро вывел на нем: "Вылечите или я за вами приду. За каждым". Уже слыша торопливые шаги на лестнице, я положил тетрадь с надписью прямо на бессознательную девочку и отбежал по длинному коридору в противоположный конец, затаившись за небольшим шкафчиком так, чтобы меня из-за царившего здесь сумрака не было видно. Я абсолютно ничем не рисковал: я уже был здесь, и знал, что сзади меня была дверь, за которой окно, через которое я смогу выбраться из этого здания, но перед этим я должен был удостовериться, что об Ане позаботятся.

Анна Межова.    10 июня, вторник, вечер.

Открыв глаза, Аня несколько секунд смотрела в белый потрескавшийся потолок, не понимая, где находится, а затем попыталась пошевелиться, но сразу же почувствовала сильную боль в плече и вспомнила, что в неё стреляли. Морф! Что с ним?! И что с людьми, которые были там?!

-- Эй! Кто-нибудь?! -- громко позвала она.

Никакого ответа, в комнате она была одна, и никто её не слышал. С трудом спустив с кровати ноги, она ощупала перевязанное плечо. Неужели Морфа убили? Несмотря на все, ей было жаль его -- он все же спас её и, если бы не он, не дошла бы она до людей никогда. Справа от кровати стоял небольшой журнальный столик, на котором Аня увидела книгу "451 градус по Фаренгейту" Рея Бредбери и чьи-то очки. Осторожно, стараясь не шевелить плечом, она поставила обе ноги на теплый мягкий ковер и медленно встала, скривившись от боли. Сквозь полупрозрачные занавеси проглядывало красное вечернее солнце. Подойдя к окну, она отдернула штору в сторону, и через стекло увидела в десяти метрах высокий кирпичный забор с колючей проволокой. Слева виднелась построенная на скорую руку смотровая вышка, на которой она увидела человека с каким-то оружием. Справа -- точно такая же. Она отошла от окна, и попробовала открыть дверь, но ручка не подалась. Вернувшись на кровать, Аня взяла в руки книгу, и решила посмотреть, о чем она: название было смутно знакомо, но она не помнила, чтобы читала её. Делать было нечего, поэтому девушка вслед за первым абзацем прочла второй, а затем незаметно втянулась и, и когда дверь с шумом открылась, она вздрогнула и выронила книгу.

-- А, проснулась, -- сказал вошедший мужчина, в котором девушка узнала того самого человека, с которым говорила.

-- Проснулась, -- тихо сказа она.

-- Как плечо?

-- Болит...

-- Дай, посмотрю, -- сказал он, подходя ближе, но Аня отпрянула. -- Да не бойся ты, я просто посмотрю.

Пока он осматривал ранение, Аня смотрела на него с недоверием, словно ожидая какого-то подвоха: несколько месяцев проведенных у тех нелюдей оставили неизгладимый след в её душе.

-- Ну вот, а ты боялась. Все хорошо, через пару недель заживет, кость, слава богу, не задели. Ты прости, что тогда палить начали, Санек он неплохой парень, струхнул просто. К тому же все довольно благополучно закончилось. Тебя как зовут-то?

-- Аня.

-- А я -- Егор.

-- А что с Морфом? -- спросила она и лицо собеседника напряглось.

-- А вот о морфе, я очень хотел с тобой поговорить подобнее...

-- Так что с ним?

-- Ушел, и оставил после себя вот эту записку, -- сказал он и достал из кармана сложенный листок, а затем, развернув, показал Ане, -- объяснить это можешь?

Аня узнала корявый почерк Морфа и вздохнула - он жив, а содержание записки вообще заставило её улыбнуться: надо же, не смотря на все свои уверения, он действительно о ней заботился. Кто бы мог подумать, что у мертвяка будут чувства? С другой стороны и мертвяком ведь его назвать уже довольно сложно.

-- Так что? - спросил Егор.

-- А что вы хотите знать?

-- Ты давай, лучше не вопросы задавай, а рассказывай все, что знаешь, не одного меня интересует история с этой запиской.

--Ну, это действительно оставил Морф, я его почерк узнала.

-- Так что это за морф?

-- Ну, как и другие, только умный.

-- Умный?

-- Ну, русский язык понимает, говорить не может, но читать и писать я его научила.

-- Ты чего?! За дурака...

-- Вы не орите, я тоже громко кричать умею, сами же записку видите. Как бы он её тогда оставил, и с чего меня не сожрал?

-- Ладно, -- немного помолчав, сказал он, -- тогда ответь: какого хрена ты там нас в засаду заманила?

-- Да не устраивали мы никакой засады, мы шли по улице, а потом вас заметили. Пришлось в доме спрятаться.

-- Да я не про это, я про дом, когда морф сзади зашел.

-- Да я как-то даже не подумала, что он нападет, я же поэтому и выскочила вперед, когда вы палить потом начали.

-- То есть, ты утверждаешь, что на тебя он не нападал.

-- Да.

-- Слабо как-то верится...

-- Так своими глазами же все видели.

-- Видели-то видели, но... Ладно, давай сначала: как встретились, и все остальное о нем, любительница мертвяков...

-- А что вы собираетесь с ним делать?

-- А это уже зависит от того, что ты мне расскажешь. Если он представляет для нас опасность, то сама понимаешь, мертвяка жалеть не будем.

Аня задумалась, не зная, что рассказывать, а что сохранить в секрете. Что преподнести так, как было на самом деле, а что приукрасить или наоборот... Все же раскрывать все секреты существа, которое её спасло не позволяла совесть, но и молчать она не могла, поэтому, вздохнув, она начала свой рассказ.

Морф.    15 июня, воскресение, день.

Прошло три дня с тех пор, как я увидел Аню, прогуливающуюся по территории укрепленной базы людей. Она улыбалась, а это, скорее всего, значило, что ей ничего не угрожало. Удостоверившись, что с ней все хорошо я прекратил интенсивные наблюдения за людьми, и вернулся к своему нормальному существованию, благоразумно переместив свое логово. Впрочем, не забывал я и посещать старое, чтобы знать, был там кто-то или нет. Вчера я собирался в очередной раз посетить свое предыдущее жилище, но прямо на входе обнаружил записку. Схватив её в лапу, я прочел: "Здравствуй. Это -- Аня. Люди хотят с тобой встретиться. Вреда тебе они причинять не собираются, но все же будь осторожен. Если согласен, то напиши на этом листочке свой ответ. Место и время". Некоторое время я размышлял над ответом, а затем все же решил встретиться: "Я согласен. Завтра на заходе солнца в здании на этой улице, на котором написано число 19. Не больше пяти людей". В том здании был подвал, из которого можно было попасть в довольно разветвленную сеть подземных ходов, по которым можно было уйти в случае нападения.

Людей я заметил издалека -- они ехали на той здоровенной машине, по пути отстреливая редко попадающихся этих... тупоголовых мертвяков. Здание я заранее осмотрел -- кроме меня им там ничего не угрожало. Нырнув в здание, я встал так, чтобы иметь возможность следить за каждым шагом людей, которых приехало все же больше чем пять. Сомневаясь, не стоит ли мне просто уйти, я все же решил остаться по крайней мере до тех пор, пока не буду знать точно, что все они пойдут в здание. Машина остановилась, в ней остались семь человек, а пятеро, среди которых была Аня, вышли и двинулись к зданию внимательно осматривая окрестности. У входа они остановились, видимо не решаясь идти дальше, но все же перешагнув порог вошли. Как же аппетитно они пахли, и как хотелось напасть и оторвать им головы.

-- Ты здесь?! -- громко спросил один из них.

Я спрыгнул вниз в нескольких метрах от людей, заставив тех шарахнуться в сторону и наставить на меня оружие.

-- Не стреляйте, это он, -- сказала Аня.

-- Значит тот самый морф... Ты меня понимаешь? -- спросил все тот же человек.

Я покачал головой, и бросил вперед тетрадь, на первом листе которой было написано: "Аня, подойди ко мне".

-- Действительно понимает, -- пробормотал он, и поднял тетрадь. -- Аня? Он просит тебя подойти к нему. Ты не обязана...

-- Ничего, все нормально. Я с ним провела достаточно времени, чтобы быть уверенной в том, что он не собирается меня кушать, -- улыбнулась она, взяла тетрадь, и подошла ко мне.

-- Ты будешь говорить за меня, -- написал я, когда та протянула мне тетрадь.

-- Хорошо, -- сказала она, а затем обратилась к людям: -- Я буду говорить то, что он пишет.

-- Что вы от меня хотите? -- написал я и Аня повторила это вслух.

-- Для начала познакомиться, -- ответил человек.

-- Я -- Морф.

-- Просто Морф?.

-- Так называет меня Аня, другого имени у меня нет.

-- Хорошо, я -- Егор Волков. А пришли мы, чтобы поговорить.

-- О чем? Не думаю, что нам есть, о чем говорить. Вы -- пища, -- читая это, она запнулась.

-- Мы ведь сейчас говорим и ты не стараешься нас сожрать, так что, видимо, поговорить нам все же есть о чем...

-- Тогда говори, а я посмотрю, интересно ли мне это.

-- Во-первых, мы могли бы договориться не нападать друг на друга.

-- Я не буду нападать на вас первым.

-- Нет, я имею ввиду вообще, а не только сейчас.

-- Я тоже. Пока у вас она, я не нападу первым.

-- В таком случае, мы тоже не будем нападать на тебя. А как насчет взаимопомощи?

-- Взаимопомощи? Чем вы можете помочь мне?

-- Аня сказала, что тебе нравится обучаться. Мы могли бы предоставить тебе возможность многому научиться.

-- Это интересно, но я теперь умею читать, зачем мне вы?

-- Кроме книг существует множество других интересных вещей.

-- Каких?

-- Да, к примеру, компьютеры.

Я взглянул на Аню, требуя пояснения.

-- Это такие штуки... сложно тебе объяснить. В общем, из них, как и из книг можно получать много информации, но не только, -- сказала она.

-- Интересно, -- написал я и Аня повторила вслух. -- Что вы хотите получить от меня?

-- Нас не так много, особенно умеющих хорошо обращаться с оружием...

-- Предлагаете мне драться? - не дожидаясь ответа написал я.

--Да. С людьми и мертвяками.

-- Рисковать из-за ваших компьютеров не буду. Если погибшие люди станут моей добычей - соглашусь.

Человек не ответил, вместо этого стал спорить со стоящими рядом людьми. Говорили тихо - шепотом, так чтобы я не слышал, только вот не знали они, что слух у меня куда лучше, чем у людей.

-- ...не по-человечески это.

-- Зато помощь, какую получим, а она нам нужна. У нас на базе сейчас двадцать три человека с оружием, считая нас. Остальные либо слишком малы, либо женщины, от оружия как бабуины от огня прыгающие. Нападет так на нас кто-нибудь, как отбиваться будем? Те же урки со склада. Хорошо, что мы им пока не нужны были, боязно им было за нас серьезно браться. А когда припрет? Что делать будем? Харакири?

-- Почему харакири-то сразу...

-- Да потому. Ты слышал то, что девчушка рассказывала? Так-то. А теперь скажите, мы впятером морфа этого положить сможем?

-- Не знаю. В тот раз я даже моргнуть не успел, как он до нас добрался. Хорошо хоть без ранений обошлось. Попробуй ему в голову с его-то скоростью попасть.

-- А сколько человек нужно чтобы точно завалить?

-- Да сколько не возьми, он до первого за секунду доберется, а там уже по своим палить будем.

-- Это только в помещении... На открытом пространстве мы его быстро подловим.

-- Так он тоже не дурак напролом переть, или ты по разговору не видишь, что у него интеллект имеется?

-- Не о том, парни, говорим. Мы уже все обсудили ещё на базе десять раз. Очень полезно было бы его иметь на своей стороне.

-- Нет, Егор, людей скармливать ему нельзя.

-- Так меня самого от такой мысли в дрожь бросает, но помощь его нам нужна. Да и людей освободить со склада. Ему-то что, от ранений не жарко и не холодно. Запустить его туда и по хрен, что он там зэками отобедает. Не жалко мне их. Совсем.

-- А зря, среди них тоже люди неплохие есть.

-- А мне плевать, хорошие они или плохие. Ты вон, девочке это скажи. Её отнюдь не эти твои неплохие люди спасали, а мертвяк. Пускай и разумный, но мертвяк людей жрущий.

-- Но...

-- Не "нокай", сколько мы жизней сохраним? Леху, Бегемота и Андрюху забыл уже? Был бы с нами этот морф - живы бы были. В любом случае, мы предполагали это и уже все обсудили. Большинство было "за" сотрудничество.

-- Ладно, я свое мнение сказал. Сам решай.

-- Серег, ну что ты заладил со своей моралью. Не те времена сейчас... Егор дело говорит.

Егор повернулся ко мне и сказал:

-- Мы согласны.

Анна Межова.    24 июня,вторник. День.

Морф на базе не жил: сам опасался, да и людей тревожить незачем было. Поселился он в здании находящемся в ста метрах от ограждения, по ночам выходил на свою охоту,хотя только Аня и знала об этом, остальные думали, что он питается дохлыми мертвяками. Днем частенько патрулировал окрестности, помогая обитателям базы. А с компьютерами сначала возникла проблема: мышь держать в своих лапах он не мог - когти упирались в стол, поэтому приходилось мне ему помогать, но в последнее время они все же начинали приобретать несколько иной вид. Если раньше тонкие скрюченные пальцы заканчивались длинными острыми когтями, то сейчас когти куда-то пропали. Отпали, как выразился Морф. Вместо них в районе запястий, а так же локтей появились многочисленные костяные наросты, которые с каждым днем немного удлинялись, становясь острее. Эх, могли бы люди точно так же эволюционировать. Захотел полетать, вырастил крылья и в небеса!

Аня шла к домику, который выделили для него, установив там компьютер. Не ясно для чего служило здание, но выбрали то, которое стояло на самом отшибе. Люди ведь довольно косо на него смотрели - боялись, мало ли что мертвяку в голову взбредет? Тем временем Морф уже сейчас принес огромную пользу: благодаря его хорошим знаниям города - за последние месяцы он успел обследовать огромное количество зданий - удалось найти несколько складов, с консервами, пару тайников с оружием и патронами, которые раньше, видимо, принадлежали каким-то бандитам.

-- Привет, Морф, -- сказала она, увидев того скрюченного перед маленьким ноутбуком.

Было забавно наблюдать такое здоровенное существо за таким маленьким устройством. На клавиатуре он своими ручищами только с неимоверным трудом нажимал на клавиши. Морф повернулся и произнес что-то гортанное. Ознакомившись с исследованиями мертвяков, он пришел к выводу, что если будет долго пытаться что-то сказать, то когда-нибудь органы отвечающие за формирование нужных звуков появятся. Не то чтобы что-то получалось - никакого прогресса и в помине не было, однако он не сдавался и упорно пытался говорить. С другой стороны: есть ведь прогресс с руками: как только ему понадобилось производить различные манипуляции с мелкими предметами, в течение совсем короткого времени пропали когти, да так, словно их и не было никогда. Морф правда этому рад не был, потому что на охоте ему теперь приходилось действовать немного иначе.

-- Что делаешь? - спросила она.

-- Учу математику, -- сначала прорычал, а потом написал он.

-- Математику? Зачем тебе нужна математика?

-- Полезно и интересно.

Аня взглянула на экран и увидела, что он действительно читает отсканированную книжку по математике. И судя по дробям, которыми усыпана страница - за пятый класс. Ого!

-- Ты уже знаешь дроби?

-- Знаю, -- не отрываясь от экрана написал он.

-- И сколько тогда будет: три вторых плюс семь девятых?

-- Две целые и пять восемнадцатых, -- ни секунды не думая написал он.

-- Ну, а числа умножать тоже можешь?

-- Могу.

-- Большие?

-- Не знаю, ты отвлекаешь.

-- Мне просто интересно. Вот сколько будет, если помножить пять тысяч семьсот тринадцать на двести тридцать три тысячи сорок один?

-- 1331363233, -- снова моментально написал он.

-- Это точно? - с сомнением спросила она

-- Да.

С недоверием Аня достала из кармана теперь уже не исполняющий основную функцию мобильный телефон и проверила на калькуляторе, правильно ли он посчитал. Удивительно, но верно. Не думаю, что много людей смогли бы столь быстро в уме проделать эту, вроде бы, простую операцию, а если учесть, что Морф познакомился с математикой только сегодня, ну или вчера - до этого он художественную литературу ещё читал, -- то напрашивался вывод: его интеллект куда выше человеческого. Кроме того, в отличие от человека, он можно сказать бессмертен и постоянно развивается не только интеллектуально, но и биологически. По её спине пробежала легкая дрожь: получалось, что он является представителем куда более совершенного вида, нежели люди. А что если таких как он станет больше? Не вытеснят ли они нас из этого мира полностью? Нет, вытеснить-то не вытеснят - им питаться чем-то необходимо. Аня встряхнула головой отгоняя прочь этим мысли.

Девушка присела в противоположном углу комнаты, взяла книгу и стала читать. Почему-то именно с Морфом она чувствовала себя в безопасности, поэтому часто приходила к нему отдохнуть и расслабиться, от работы, которой на базе было предостаточно. Ведь он защитит, если что? Вот и сейчас забывшись, она зачиталась и не заметила, как прошли четыре часа. Оторвалась она от книги, когда стало темнеть и глаза потребовали перерыва. Морф все так же неподвижно читал, часто щелкая пальцем по кнопке мыши. Подойдя поближе и присмотревшись она не удержалась от вопроса:

-- Ты хочешь сказать, что уже знаешь всю школьную математику?

-- Если в этих книгах была вся, то знаю.

Он смеется что ли? Не мог он все выучить. Хотя с чувством юмора у него все же не все в порядке, вряд ли он так шутит.

-- Не верю, можно проверю?

-- Можно.

Полистав учебник, Аня с радостью обнаружила, что ответы на задачи в конце книги имеются. Сама она этого не проходила и понятия не имела, как решаются, к примеру, интегралы, про которые в данный момент читал Морф. Выбрав самый длинную, она показала ему задачу, надеясь, что тот все же его не решит, но нет, спустя насколько секунд на листочке уже было записано правильное решение.

-- Блин, как ты так? Люди этому десяток лет учатся, а ты за один день, сел и все.

-- Я умнее.

-- Знаешь, ты лучше не говори остальным про свои успехи.

-- Почему? - написал он, первый раз оторвавшись от монитора.

-- Они пугают, даже меня пугают .

-- Почему? - обвел он уже написанную фразу.

-- Мы привыкли думать о себе, как о самом совершенном существе на планете, но сейчас я сомневаюсь в этом: ты умнее, сильнее, быстрее. Ты бессмертен, наконец.

-- Хочешь стать такой же, как я? - написал он и Аня вздрогнула.

-- Нет, -- неуверенно сказала она, -- то есть я хотела бы вечную жизнь, стать сильнее и умнее, но не хочу становиться такой же, как ты.

-- Боишься, что таких, как я может быть больше?

-- Ну да, не каждый ведь из вас будет с людьми сотрудничать.

-- Я таких ещё не встречал. Меня тебе опасаться незачем.

-- Это здесь, а вот возьми большие города, Москву ту же. Там ведь куда больше морфов и вообще мертвяков, а значит и больше вероятность того, что появится такой как ты.

-- А где этот город?

-- Ты ещё не видел географические карты?

-- Нет.

-- Сейчас принесу, подожди здесь.

Аня бегом понеслась в свою комнату, где висела большая карта мира, прикрепленная к стене кнопками. Отдирая от стены карту Аня сломала два ногтя, но не обратила на это никакого внимания - следить в такое время за внешностью у неё не было желания. Аккуратно сложив её она отнесла к морфу и снова развернула.

-- Вот карта всего мира.

-- А где мы находимся?

-- Где-то вот здесь. На этой карте, наш город не отмечен.

-- А Москва - вот здесь?

-- Да.

-- Насколько она далеко?

-- Где-то полторы тысячи километров.

-- Далеко, -- написал он.

В этот момент в дверь вошел знакомый Ане высокий рыжий мужчина, имени которого она, правда, не знала. С удивлением взглянув на девушку и разложенную на полу карту он сказал:

-- Выходим, Морф.

-- Куда? - спросила Аня.

-- Людей со склада освобождать.

-- С того?

-- С того, с того.

Морф.    24 июня,вторник. Вечер.

Люди вышли под самый вечер, чтобы не идти в темноте - им она как-то мешала, но атаковать собирались именно, когда полностью стемнеет. Не доходя километра два до цели они остановились, ожидая, когда солнце сядет, и тогда двинулись дальше. Мне сначала предложили проникнуть в склад и "по-отрывать бошки плохим людям", но я таких предложений не понял -одно дело взаимопомощь, другое - рисковать своей жизнью, поэтому отказался. Второй план мне понравился куда больше: люди создают много шума на главном входе, а я тем временем врываюсь с черного и начинаю "отрывать бошки плохим людям".

Оставалось как-то открыть мощную металлическую дверь: я не был уверен, что смогу вырвать её сам. Решили подорвать. Было очень интересно работать вместе с живыми, ведь оружие обычно использовалось против меня, а теперь я и сам мог использовать некоторые виды вооружения. Гранаты, например, но тут их использовать было нельзя - могут пострадать те, которых они хотят спасти. Пробовал я брать в руки и другое оружие, но слишком большие пальцы пока не позволяли использовать его эффективно, и все же проблема вскоре могла решиться. Теперь я знал, что значит мое имя.

Операция началась с гулкого взрыва с противоположной стороны здания, за которым последовали многочисленные очереди огнестрельного оружия. Началась затяжная перестрелка. Человек, оставшийся со мной, запустил что-то в дверь и её взрывом вырвало с корнями из стены. Не дожидаясь сигнала я бросился в проход. Никого, только убитый взрывом часовой, которому я сразу же снес голову, чтобы не превратился в мертвяка. Напролом я не лез, каждый поворот проходил осторожно, стараясь оставаться незамеченным. Чуть дальше по коридору моей пищей стали ещё трое "прикрывавших тылы", а затем пошли комнатки, в которые я заглядывал лишь на мгновение, чтобы удостовериться, что там никого. Порой обнаруживались живые безоружные люди, чаще всего женщины. Видя меня они кричали и забивались в угол, но мне до них дела не было, несмотря на то, что они столь притягательно пахли. Пищи здесь все равно будет предостаточно.

Юркнув в очередной коридор, я пробил очередную тоненькую стену, и ворвавшись в комнату, налетел на целую группу вооруженных людей. Для меня они стали ничуть не меньшим сюрпризом, чем я для них, но живым присущи нерациональные поступки. Палили они куда угодно, но не в меня. Я сразу же набросился на них, стараясь держаться за телами уже убитых. Всего несколько секунд спустя на полу лежали двенадцать обезглавленных человек, большей частью погибшие от своих же пуль. А ведь могли со мной справиться, если бы не паниковали. Я тем временем пробивался через стены, по пути разрывая вооруженных людей, туда, где судя по звукам шла перестрелка. Тылы они прикрывали, только я в зал вылетел через собственный проход, поэтому застал людей врасплох, а дальше - все просто: довольно просторное помещение, усыпанное многочисленными ящиками идеально подходило для моей охоты. Все прошло довольно удачно, если не считать, что я получил больше десятка пуль, три из которых сильно ударили в голову. Внешний костяной слой проломился, но внутренний не подвел.

Постреляв ещё несколько человек в коридорах, мои союзники вывели из здания около тридцати человек. Зная, как люди относятся к моему приему пищи, я ухватил несколько трупов, выскочил на улицу, перебежал дорогу и скрылся за деревьями, где, наконец, смог утолить свою жажду и насладиться вкусом свежего мяса. К моему возвращению уже начало светать и людей я на складе не обнаружил, хотя трупы валялись. Возвращаться на базу я не стал, а просто продолжил пожирать остальные тела: чем больше сейчас съем, тем меньше испортится. В отличие от людей, для меня не существовало такого понятия, как сытость. Чтобы обеспечить долгую сохранность пищи я перетаскал их в большую комнату, где было довольно холодно. Я уже замечал раньше, что тела в холоде хранятся дольше, хотя и мне там было несколько неуютно.

Склад постепенно пустел - люди с базы вывозили ящики со склада. Что там в них было меня мало интересовало, у меня других дел было достаточно. Давно я так не ел! Спустя четыре дня тела стали негодными - испортились, поэтому я вернулся на базу, где меня весьма настороженно встретили. Вначале даже огонь открыли, когда я приближался к ограде. В чем было дело, я понял лишь, когда посмотрел на себя в зеркало. За эти дни я изменился до неузнаваемости. Даже Аня далеко не сразу узнала во мне "своего Морфа",как порой выражалась она. Уменьшились кисти рук: пальцы стали тоньше и длиннее, зато появившиеся недавно отростки на руках стали длинными и очень острыми. Увеличился череп, который теперь защищали четыре толстые подвижные костяные пластины, расположенные друг над другом так, чтобы защищать мозг со всех сторон. Видимо, сказались последние ранения. Немного удлинился нос, выросли клыки. Нижняя часть тела почти не изменилась, лишь увеличившись в размерах.

Анна Межова    17 июля, четверг. Вечер.

Аня сидела рядом с Морфом, пока тот читал какую-то книжку. Он, хоть и изменился внешне, все так же хорошо относился ко ней, кроме этого, его попытки говорить привели к развитию некого подобия голосовых связок, так что он, хоть и не идеально, но мог говорить. Теперь ему не нужно было постоянно ходить с ручкой и тетрадью. Зато в последние дни возникла другая проблема: ему нечем было питаться. Его рацион состоял из мяса животных, которых люди разводили, а так же мертвяков. Было ясно, что ему этого хватало лишь на поддержание жизни, но хотелось большего. Его мозг, в отличие от других мертвяков требовал постоянной подпитки.

Аня спрашивала у его, что он будет делать, но тот и сам пока не знал. Уходить от людей он пока не хотел: слишком много полезной информации ещё мог получить, хотя девушка подозревала, что скоро он и сам сможет в своем логове и электрогенератор запустить и компьютер подключить, а потом накопать по квартирам нужную информацию с жестких дисков. Скорее всего к этому он и готовится: не зря же он читает книги по электронике, физике и информатике. Скорость чтения, кстати, поражала: страницу с текстом он читал за несколько секунд. Причем не художественную литературу, а серьезные научные работы. Как это ему удавалось - непонятно. Ведь совсем недавно читал он медленнее меня.

--Сидите? - раздался голос из двери, в котором она узнала Егора. - Морф, нам поговорить надо. Выйдешь?

Морф не говоря ни слова вышел вслед за человеком из комнаты, Аня посмотрела, куда те идут, оказалось, что всего лишь зашли за угол. Идя на поводу у своего любопытства она осторожно подошла ближе и прижавшись к стене стала слушать:

-- ... решили уходить. Нам невыгодно оставаться здесь: здесь ни заводов, ни оружия, ничего нет. Важного по крайней мере. Поэтому мы собираем машины и уходим. Ты здорово нам помог, но не думаю, что тебе стоит идти с нами. На новом месте решения будут принимать другие люди, военные. Не могу знать, как они к тебе отнесутся.

-- Когда?

-- В течение недели, как соберем все необходимое.

-- Куда?

-- К ХХХ, знаешь где это?

-- Знаю. С вами не пойду.

-- Хорошо, а то люди беспокоятся, что девчушка с тобой слишком много времени проводит.

Аня и сама слышала, как люди вокруг неё шептались. Иногда к ней подходили, уговаривали не ходить к "мертвяку". Морф не ответил, молча повернулся и пошел в дом, где девушка сразу же налетела на него с вопросами:

-- А почему ты не хочешь пойти со всеми?

-- Существует много причин, почему я не могу пойти с вами, и почему я не хочу идти с вами.

-- Каких причин?

-- Разных. Егор прав в том, что скорее всего мне просто опасно идти на контакт с военными.

-- А здесь ты что делать будешь? Отсюда ведь все люди рано или поздно уйдут, здесь незачем оставаться.

-- Я не собираюсь здесь оставаться.

-- А куда ты?

-- Не могу сказать.

-- Почему?

-- Потому что и сам не знаю.

Морф не ответил. Он взял книгу и продолжил её читать.

Морф    26 июля, суббота. День.

Прошло два дня с тех пор, как люди покинули базу. Несмотря на постоянное желание откусить от каждого из них кусочек, мне начинало не хватать общения с ними, особенно с Аней. Живые оставили довольно много скотины, которую не смогли увезти с собой, так что я смог бы ещё довольно долго питаться мясом не думая о поиске пищи, и все же я ходил на охоту, тренировался и оттачивал свои навыки на неразумных морфах, потому что боялся, что мой организм сочтет, что защита мне больше не нужна, и вслед за когтями отвалится ещё что-нибудь. Так же люди оставили пару компьютеров, небольшой генератор. Я воспользовался ими, чтобы учиться дальше.

Ещё вчера я собрался все бросить и пойти вслед за людьми. Там на самом деле мне было нечего делать. Встретить живого человека было уже практически невозможно, поэтому нужно было уходить, к тому же я опасался, что мной заинтересуются и вышлют сюда за мной отряд. Мне собирать было нечего, поэтому дождавшись, когда стемнеет, я отправился в свой путь держась вблизи дороги, но скрываясь в лесу. По пути несколько раз останавливался в деревнях, где порой встречались живые люди - прекрасная добыча, хотя и там люди встречали меня с оружием. Не смотря на то, что я и убедил живых на базе, что людей мне есть не обязательно, питаясь лишь дохлыми мертвяками, а так же животными, все же люди - моя основная пища хотя бы потому, что вкуснее. Гораздо вкуснее.

Бросив взгляд на дорогу, я различил силуэты машин, поэтому решил проверить, что там такое. Аккуратно выглянув из-за дерева я узнал грузовик, на котором поехала часть людей с базы. Он был перевернут, перед искорежен взрывом, а на корпусе имели многочисленные пулевые отверстия. Живых внутри не было - лишь два трупа с ранениями в голову,где все - меня не интересовало. Но чуть поодаль я зацепился глазом за машину, на которой ехала Аня. Я взревел: меня не тревожили остальные люди, лишь этот единственный человек - девочка Аня, которая помогла мне и так хорошо ко мне относилась.

За рулем был человек застреленный в голову. Остальных пассажиров нигде видно не было. Принюхавшись я почувствовал слабый запах девушки, но уже в метре от машины он терялся. Тогда я осмотрел землю и заметил следы от её обуви: она вышла из автомобиля и побежала вперед к дороге, но по пути её кто-то перехватил и потащил к лесу. В лесу обнаружилось множество следов, среди которых вскоре нашлись и автомобильные. Следуя им я вышел на лесную автомобильную дорогу, где четкий след терялся. Запаха людей не чувствовалось, поэтому я просто побежал вдоль дороги.

Спустя некоторое время впереди показался населенный пункт, в котором ярко чувствовался сладкий запах живых. Определив направление, я стал осторожно приближаться, скрываясь за строениями и многочисленными заборами. Вскоре показался обнесенный высоким ограждением человеческий анклав. Приближаться я не стал, но четко заметил ЕЁ запах среди остальных. Она здесь.

База была защищена хорошо, и я не мог найти проход, поэтому дождался вечера, и, когда стемнело, я заметил, что совсем небольшой участок стены слабо освещен. Там-то я и подобрался к стене одним стремительным прыжком, а затем спустя несколько минут перемахнул её на секунду запутавшись в колючей проволоке. Дальше я осторожно шел на запах. Не то чтобы я не хотел никого убивать, просто я понимал, что если начнется пальба, то в меня и попасть могут, но, что хуже, может пострадать Аня. Я не понимал, почему я рисковал из-за какой-то человеческой девочки, но желание спасти её было сравнимо с жаждой, которую я испытывал, когда не питался несколько дней. Больше никогда не доверю её сохранность людям. Они бросили её.

Оставляя за собой единичные трупы часовых, которые специально не обезглавливал, я шел и шел к тому зданию, из которого чувствовал Аню. Я открыл дверь и увидел, как на ней лежал мужчина, а она плакала... Одним ударом я отбросил его к стене, затем не медля обезглавил, и повернулся к девушке.

-- Морф? Ты пришел за мной? - дрожащим голосом спросила она.

-- Я пришел. Пойдем, -- сказал я и услышал, как на улице раздались выстрелы.

Мертвяки начали свое дело. Аня быстро оделась, и вслед за мной вышла из домика. Я схватил её на руки так, чтобы не задеть своими костяными лезвиями и добравшись до стены оттолкнувшись от ящиков перепрыгнул забор человеческого поселения. Только в лесу на безопасном расстоянии я остановился и поставил девушку на землю.

-- Как ты? Не ранена? - спросил я.

-- Я в порядке, -- ответила она каким-то странным голосом, а затем добавила: -- я ненавижу людей.

Алексей Прунин.    23 апреля, пятница. Вечер.

Колонна из трех машин ехала по старой, давно не ремонтируемой дороге. Жизнь после Катастрофы постепенно налаживалась. Мертвяков после того, как стукнули морозы, практически не осталось, хотя отдельные морфы, приспособившиеся к морозам все же до сих пор угрожали путникам. Нельзя и о бандитах забывать, так что хотя сейчас и не царил такой беспредел, как в первые месяцы, все же по дорогам предпочитали путешествовать вооруженными колоннами.

-- Маш, слышала легенду про девочку и морфа? - спросил Алексей.

-- Нет, расскажи, -- ответила она .

-- Страшилка есть такая, -- сказал он, наблюдая, как девушки напряглись. -- Говорят, что девушка здесь где-то с морфом живет и путников в его логово завлекает, где он всех и сжирает.

-- Жуть какая, -- вздрогнула она.

-- Говорят, что он её поэтому и не трогает. А другие говорят, что она на самом деле мертвяк, просто выглядит, как девушка.

-- Ну, говорить, что угодно можно. Я в такие бредни не верю, или у тебя свидетели есть?

-- Не-а, на то это и легенда, что свидетелей нет.

-- Вот тогда хватит меня пугать, и так ехать боязно.

-- Светка, а ты веришь? -- не унимался он.

-- Нет, не верю, ведь если бы он всех сжирал, то никто бы ни о девочке, ни о морфе не знал. Значит придумал просто кто-то страшилку. Как будто настоящих мало...

-- Ну а вдруг кто-то сбежал?

-- Тогда бы пошли и зачистили это его логово. Выдумки все это, хватит нас тут пугать.

-- А ещё есть легенда, что мертвяк разумный существует.

-- Ну, эту-то историю я слышала. Только вот пока своими глазами не увижу, не поверю. Болтовня все это пустая. Кто его видел?

Разговор затих, и несколько часов они ехали молча: девушки читали книги, а Алексей включил плеер. Передняя машина внезапно стала останавливаться, остальные притормозили вслед за ней.

-- Что там? - спросил Алексей у водителя.

-- Да хрен его знает, может колесо пробили, пойдем узнаем.

Взяв в руки оружие, они вышли из машины и двинулись выяснять причину остановки. Вслед за ними вышли люди и из небольшого автобуса, следовавшего вторым. Не захотев оставаться в пустой машине сзади подбежали и Света с Машей. Не сидится им. Обойдя БТР следовавший первым они увидели расстрелянные и перевернутые машины, у которых сидела девушка лет семнадцати, а может и восемнадцати.

-- Что тут такое-то, Михаил Александрович? - спросил Алексей.

-- Да на колонну какие-то урки напали, одна она и осталась - в лесу спряталась. Остальных увели куда-то, -- ответил он.

-- Что делать будем?

-- Да она говорит, что их трое всего было, думаем помочь, родители там её были. Может живы ещё. Куда-то в ту сторону увели их.

Машины отогнали, так чтобы с дороги не было заметно. Женщины в машинах остались, а с ними оставили семерых человек, а остальные пятнадцать двинулись за девушкой,назвавшейся Аней. Она повела их по узкой тропинке вглубь леса. Что-то не давало покоя Алексею, но он никак не мог понять, что именно. Лицо девушки? Грязное, заплаканное, но все же не потерявшее своей красоты оно не выражало ни единой эмоции. Как маска. Он шумно вздохнул, покачав головой. В Новом Мире ничего удивительного в этом не было. Многие прошли через такие ужасы, о которых бы он никогда даже не подумал до Катастрофы.

Впереди показалось здание обнесенное невысоким забором - скорее всего какой-то старый склад , девушка остановилась и сказала:

-- Вот там, в это здание зашли.

-- Видела ещё кого-нибудь?

-- Нет, -- покачала она головой, -- больше никого не видела, только тех троих.

-- Хорошо, -- сказал Михаил Александрович, -- жди здесь и не высовывайся, мы сначала посмотрим, что здесь и как, а потом постараемся твоих вытащить.

Осмотрев объект со всех сторон, и не заметив ни единой души снаружи, они решились на штурм. Забор преодолеть удалось без проблем: ворота были незакрыты. Двоих оставили прикрывать тылы, остальные расположились у окон и двери. Закрытые жалюзи мешали обзору, но внутри горел свет. Когда все были готовы, трое ворвались в дом, предварительно забросив туда шумовую гранату.

-- Ушли, - сказал Михаил, когда обнаружилось, что в помещении никого не было, -- здесь никого.

-- Жаль девчонку, --сказал Алексей.

-- Урки долбаные, -- сказал он, -- голова что-то кружится, пойдем выйдем на свежий воздух.

Алексей почувствовал те же симптомы, а вслед за ними и остальные зашедшие в дом люди. На него навалилась слабость, все ещё не понимая что происходит, он осмотрелся и увидел, что те, кого оставили охранять тыл лежали на земле. Оружие выпало из его рук, колени подогнулись, а язык перестал слушаться, не давая сказать ни слова. Последнее, что увидел Алексей была девушка - та самая Аня с каменным лицом без намека на эмоции. Она подошла, опустила руку и провела ладонью по его волосам. На её лице на мгновение появилась слабая улыбка, а сзади Алексей увидел огромное ужасное создание. "Девочка и морф", -- подумал он, и сознание его покинуло.

Конец.    Февраль 2010.

Постапокалипсис на: http://www.bookflash.ru

Content

Алексей Риж-
Девочка и морф.

Морф.    28 мая, среда, ночь.

Аня Межова.    5 июня, четверг, утро.

Морф.    5 июня, четверг, день.

Аня Межова.    7 июня, суббота, ночь.

Морф.    10 июня, вторник, день.

Анна Межова.    10 июня, вторник, вечер.

Морф.    15 июня, воскресение, день.

Анна Межова.    24 июня,вторник. День.

Морф.    24 июня,вторник. Вечер.

Анна Межова    17 июля, четверг. Вечер.

Морф    26 июля, суббота. День.

Алексей Прунин.    23 апреля, пятница. Вечер.

Конец.    Февраль 2010.