Захарченко Константин

Театральный детектив

Захарченко Константин

Театральный детектив

Эту книгу я посвящаю моему отцу,

Ивану Григрьевичу.

При жизни, до ухода на пенсию, он

работал — старшим следователем

прокуратуры республики по особо

важным делам.

А так же моей жене, драматической

актрисе Тамаре.

" Ну и переполох, когда

подвох наткнётся на подвох"

" Гамлет" Шекспир.

" Я копыт не вижу! "

Странный человек сидел в углу беседки и не шевелился. Глаза его были прикрыты козырьком фуражки, голова была опущена на грудь, руки скрещены на груди. Взглянув на его фигуру со стороны, можно было безошибочно сказать, что в углу беседки, удобно устроившись на скамейке, спит бомж. И одежда его красноречиво говорила об этом: Помятый и изношенный пиджак, брюки с какими — то сальными пятнами, грязные ботинки и порванная фуражка.

Но тот, кто сидел в углу беседки не был бомжем. У него была однокомнатная квартира в Москве на " Красной Пресни", и хорошая, чистая одежда, и работал он в драматическом театре актёром и режиссёром. Звали его Виктором Алексеевичем Медведевым. Бомжем он разумеется не был. Он играл роль " бомжа". Этот тактический ход входил в его стратегический план. Все те, кто увидят его здесь в этот вечер: и прохожие, и жильцы дома, рядом с которым находилась беседка, в разговорах с милицией, после того, как всё произойдёт, должны описать его внешность так, как ему это было необходимо.

Виктор всё рассчитал по минутам. Он должен сойти с троллейбуса, пройти два квартала, завернуть за угол и оказаться возле гаража именно в тот момент, когда Пугов подъедет в своей Мазде, остановит машину и станет выходить из неё… Надо немедленно подойти к нему, по тропинке, которая ведёт мимо гаража и подойдя, вытащить пистолет из кармана, и выстрелить ему в голову. После этого, быстрым шагом уйти тем же путём, каким пришёл сюда, к троллейбусу.

Виктор предвидел случайности. Может так случиться, что ему пройдется ждать приезда Пугова, слоняться вокруг да около, ходить в зад и вперёд, ну и что — нибудь в этом роде.

Для этого он и превратился в бомжа. На случай, если кто — нибудь увидит его лицо, Виктор нацепил на нос очки и два передних зуба закрасил жёлтой, театральной краской.

И когда он подошёл к гаражам, ровно к семи часам вечера, когда уже почти стемнело и прождал "Объект" около пятнадцати минут, Виктор понял, что та самая случайность, произошла! Машина с Пуговым вовремя не приехала.

Но был запасной вариант — "беседка". Благо она находилась совсем рядом. Медведев не раздумывая включился во второй вариант операции под названием "Я копыт не вижу"! Он быстро зашёл в беседку так чтобы его никто не видел и сел на лавку подальше от входа.

Он сидел на скамейке и ждал. А машина всё не появлялась. Виктор уже решил отложить убийство Пугова, выйти из беседки и уйти домой, но в это время к его убежищу приблизились какие — то дети. Они уже собирались войти в беседку, но увидев, что внутри кто — то сидит, остановились в нерешительности и стали обсуждать возникшую ситуацию.

— Там какой — то дятел. — недовольным тоном сказал мальчик лет восьми.

— Он спит. — успокоил своего дружка мальчик по старше. — Это бомж. Я сразу догадался. Он нам не помешает. Спит. Пьяный в смерть. Он один, а мы "Кодла"… Против кодлы одному нечего делать. Ты слева, я спереди, сопля сзади…

— Я не сопля! Я Витя! — поправил старшего, мальчик лет пяти.

— Ладно, Витёк!. Ты не сопля… Ты сморчок!. Подойдёшь к бомжаре справа. Уработаем только так. Заходим!.

Мальцы зашли в беседку, уселись на цементный пол, разложили на картонном ящичке, который принесли с собой, карты и начали играть.

— Тебе сдавать. — указывая пальцем на самого младшего, внушительным тоном приказал старший.

— Я забыл… — робко проговорил младший. — Как это?.

— А говоришь "не сопля". Когда запомнишь как сдавать, не буду обзываться. Смотри последний раз… Видишь? Каждому по шесть. Одна карта идёт в козыря. Ложишь её на коробку мордой вверх и прикрываешь её остальной колодой, мордой вниз!. Усёк?

— Усёк.

— Как играть, секи по ходу. — старшой повернул голову в сторону скамейки. — Хорошо бы грабануть бомжару. У него на руке котлы…

— Чего у него на руке? — переспросил самый маленький.

— Котлами, блатные называют ручные часы. — пояснил средний по возрасту в группе.

— Понял, сопля? — старшой закурил сигарету. — Тебе пять лет, а мне десять. Поживи с моё, не такие слова выучишь… Ну что, разденем бомжару?

Услышав такое, Виктор пошевелился, давая понять картёжникам, что спит он чутко.

Хорошо, что он придумал роль "бомжа". Следователи не дураки. Бомжа он должен сыграть безукоризненно. Как на сцене. Никто не должен описать его внешность. Пусть описывают внешность бомжа. Но не его собственную… Даже родная мать, если бы она была жива, тоже не должна была его опознать… Провала быть не должно! Ведь такое задумал!. Убить человека!.

Мальчишки передумали раздевать бомжа. После того, как он пошевелился, они потеряли к нему интерес и продолжили игру в "Дурака".

Виктора не собирались грабить и он снова погрузился в свои мысли. А мысли его завертелись вокруг одного, — задуманного им убийства.

Для себя он определил совершенно чётко — Вся его жизнь — это пьеса. А сегодняшний вечер и расправа с Пуговым — это одна из сцен этой пьесы.

В каждой сцене должна быть железная логика. Это зрители думают, что актёры играют роли на сцене, как Бог на душу положит.

Виктор давно вывел для себя формулу драматического театра. — "Драматическое искусство, вовсе не искусство, а наука драматического действия". В жизни должно быть как на сцене. Железная логика. Продуманность каждого шага, каждого поворота головы, каждого жеста. Импровизация возможна, но после того, как сконструирован "скелет" спектакля у режиссёра и "скелет" роли у актёра.

Сегодня вечером очередная сцена его жизни и она называется " Убийство Яго".

Виктор сам придумал название. Пугова — Яго пока ещё нет и есть время ещё раз вспомнить исходные события. Вернее те события, которые привели Виктора к необходимости уничтожить Пугова. Так какое событие было первым? Приход Пугова в театр. До этого были обстоятельства.

Труппа московского, драматического театра " Превращения", бывший " Театра им. Лермонтова " живёт своей повседневной жизнью. Ставит спектакли. Иногда удачные, иногда не совсем удачные. В актёрском коллективе иногда вспыхивают разногласия, есть интриги, не очень серьёзные, но всё же бывают. Есть обиженные, недовольные. Есть талантливые, есть менее талантливые. У каждого свои проблемы. Но во общем — то все в театре живут достаточно мирно и спокойно.

Но вот в театр берут нового актёра на роли комических простаков. В театре появляется новая личность, некто Пугов, со средними актёрскими способностями, без царя в голове, высмеивающий актёрский труд, высмеивающий все спектакли в театре и всех актёров и актрис в придачу.

Но этого мало, через несколько дней после его появления, к нему в гримёрку зачастили его дружки — уголовники. Сначала на них никто не обращал внимания, ну приходят в гости к актёру люди, не выгонишь же. Ходили, ходили и доходились. Когда поняли какую гадость новый актёр впустил в театр, время было упущено! Уголовники стали приходить в театр как к себе домой. Утром, днём, вечером и ночью. Сначала только с бутылками водки, а затем уже и с проститутками. Всегда жизнерадостные, дышащие перегаром, Очень шумные и наглые, они бегали по театру не обращая внимания на то, что в какой — нибудь комнате идёт репетиция, или в каком — нибудь углу сидит актриса, вся в слезах и повторяет наизусть монолог из своей роли.

Совершенно освоившись, они стали хамить любому работнику театра. Всем, кто попадался на их пути. Приставать к молодым актрисам, на ходу задирая их юбки и оправдывая это тем, что им " интересно посмотреть какого цвета плавки носят драматичные артисточки по жизни".

Администрация театра опасаясь вступать в откровенный конфликт с уголовниками и не " выносить сор из избы", просила Пугова повлиять на своих дружков, и сделать так, что — бы они больше в театре не появлялись. На Пугова такая просьба подействовала с точностью на оборот. Своими двумя клетками в голове он смекнул, что его в театре боятся и что на этом можно сыграть. Теперь, если действовать по умному, в театре можно получить всё — И роли, какие он только захочет, и повышение заработной платы, и все другие блага. Всё складывалось для него, как нельзя лучше.

Для руководства театра, дело усугублялось ещё и тем, что жаловаться на Пугова, источника всех бед, было некому. Отец его был влиятельным лицом в Москве и все попытки поставить Пугова на место, терпели неудачу.

А уголовники продолжали своё дело. Они избили одного актёра за то, что тот на них " не так посмотрел". Однажды заперли в гримёрке молодую актрису, пытались её раздеть до гола и изнасиловать. Актриса стала кричать, кто — то из служащих театра услышал этот крик и вызвал милицию. Разумеется " мушкетёров", (так уголовники, сами себя называли) никуда не забрали, ибо Пугов, что — то пошептал на ухо людям в форме. Те прочли лекцию насильникам о вреде насилия и покинули театр.

После приезда милиции озлобленные "мушкетёры" пообещала всех причастных к вызову " Ментов", поубивать по очереди. Конечно они никого не убьют, но терроризировать труппу будут постоянно. И опять — таки безнаказанно.

Очень скоро выяснилось, кто за ними стоит. Кто привёл их в театр? Главный театральный спонсор, Совдат Гапурович Муташев. Зачем?. Это предстоит выяснить.

Но сейчас первостепенная задача, состоит в том, чтобы завтра не состоялась премьера " Отелло". Спектакль не должен состояться ни при каких обстоятельствах. Спектакль, который поставил сам Виктор Медведев. О котором долгое время мечтал. Многие режиссёры мечтают поставить " Отелло". И Виктор поставил! Да, не просто так, а для лондонского, шекспировского фестиваля!

Поставил и завтра премьера. А сегодня он должен её убить. Он должен убить свой спектакль! Другого выхода нет.

Виктор болезненно любил театр. Так получилось, что к пятидесяти годам он остался один. Его родители давно умерли. Была у Виктора жена, тоже актриса, Но они расстались. Расстались давно, десять лет назад. Их дети давно выросли и разъехались по свету.

Виктор остался один. За годы одиночества, передумав многое, он пришёл к выводу, что кроме театра ничего у него в жизни нет и судя по всему уже не будет. Но, что же будет?.. Если завтра состоится премьера " Отелло", то и театра больше не будет! И завтра не театр предаст его, а он театр. Таким образом он вынесет себе окончательный смертный приговор. Не театру смертный приговор, а самому себе! Это он, Виктор предаст завтра театр. Люди предают театр, а не наоборот. С лёгкой руки пуговых.

И как Пугов попал в театр? Ах, да!. Некому было играть двоечника в детском спектакле и новый спонсор театра, предложил Пугова. Да, разве угадаешь кого приводишь. Все, хорошие сначала, до тех пор пока не вступают с тобой в производственные отношения. Вот и вступил Пугов в производственные отношения с театром. Надоело ему играть двоечников, подавай ему Шекспира. И дали! И провалил роль. И какую — "Яго"!.

Слава Богу, Виктор нашёл выход из положения. Нашёл! Вот позору бы было! Зрители Медведева знают и они уверены, что он никогда халтурами не занимался, никогда не пародировал классику. Придут на премьеру и увидят недоделанного Яго. Придурковатого, озлобленного на весь мир и на себя в первую очередь… Суетливого, писклявого, с бегающими глазками, ползающего на карачках.

Виктор кричит ему на репетиции — " Что ты делаешь? Мне не нужна пародия на Яго! " — Пугов не слышит, он упоён своей " гениальностью" и продолжает "юродствовать в Яго".

Обвинять будут не Пугова а режиссёра. Как там у Пушкина " Я призван, чтоб его остановить". Медведев его и остановит! " Я тебя породил, я тебя и убью!". Чёрт возьми, реплики дурацкие лезут в голову!.

Сыночек высокопоставленного чиновника!. Это он натравил уголовников на всю труппу, это он принёс с собой дух цинизма!

Но самое главное, он совсем оказался беспомощным. Все актёрские качества, которые были прекрасны на эстраде, выявились, как дурные качества в драме. Всё, что было прекрасно там, оказалось ужасным здесь. В драматическом театре всё обаяние его куда — то исчезло. Он играл все драматические роли, как эстрадный артист. Там, на эстраде, он мог себе позволить импровизировать в тексте, общаться с публикой, сходить со сцены и бегать по зрительному залу, отвлекаться на другие темы, вставлять в свои монологи посторонние фразы политического характера, так сказать на злобу дня.

Но в театре все его приёмы, от которых он не мог и не хотел избавляться, казались пошлостью, фиглярством, паясничеством и т. д. Виктор винил себя за то, что не смог предвидеть такого поворота событий.

Но дело сделано. Пугова переманили из эстрады в драму, по наобещали, обнадёжили, а теперь выясняется, что " ошибочка произошла?"… А какое дело Пугову до наших ошибочек. И плевать ему на Станиславского и на Немировича — Данченко с высокой трибуны.

Виктор стерпел бы всё — и его хамство и его не профессионализм, но когда на репетиции " Отелло" умер его друг Женька Гайчук, при загадочных обстоятельствах, стало уже не до деликатностей. Во время репетиции сцены, когда Яго спаивает Кассио, Женька репетирующий Кассио выпивает фужер вина и падает замертво. Реквизиторша заранее налила в большие сосуды и в фужеры холодного, заваренного чая вместо вина, как это всегда делается в театре.

Вино было не настоящее, а Гайчук упал по настоящему! Сначала все его партнёры и режиссёр подумали, что это обычная актёрская хохма. Все хохотали бросали реплики друг другу и ждали когда же Женька поднимется. Но он не поднимался. И когда к нему подошли, чтобы его поднять насильно, то обнаружили, что он не дышит.

Женя Гайчук был другом Виктора. Они понимали друг друга, у них были одинаковые взгляды на искусство, на театр, на окружающую действительность. Они вместе ходили в пивной бар, на премьеры спектаклей в другие театры. А главное, они доверяли друг другу.

Смерть Жени была огромной потерей для Виктора. И как же он потом жалел, что сам не проверил стакан. Ведь потом по театру ходили упорные слухи, что в фужер, из которого пил Гайчук, было подлито спиртное. И все удивлялись, как мог умереть Женя из — за какого — то стакана вина?

Но очень немногие, в том числе и Виктор знали, что Женька был, вшит. Последнее время он стал много пить, но потом сам захотел покончить с этим.

Кто же влил спиртное? Кто был заинтересован в его смерти? После экспертизы, люди из прокуратуры сделали сообщение в театре, что Гайчук умер в результате сердечного приступа… И не слова о том, что Генка был " вшит"! Если он был вшит, то это уже пахнет преступлением и необходимо расследование.

Выходит дело замяли? Почему? Убийца — Высокопоставленное лицо? Или сынок высокопоставленного лица, Валентин Пугов? Медведев не сомневался, что это дело рук Пугова.

Женя Гайчук открыто высказывался против Пугова. Он так же высказывался против спонсора театра, Муташева…

Пугов, Муташев и " три Мушкетёра". Целый заговор против Гайчука? Виктор потом разберётся, кто заказал убийство Пугову… А сейчас надо спасать репутацию театра. Репутацию драматического искусства. Пугов возомнил из себя хозяина театра! Великим интриганом!. Но Пугов просчитался. Из него получился такой же бездарный Яго в жизни, как и на сцене. Он забыл финальную фразу Отелло, брошенную им, Яго, перед тем как броситься на него с мечом. " Я копыт не вижу". Эту финальную фразу скажет тебе режиссёр, Виктор Медведев, перед тем, как тебя пристрелить.

" Не убий!", — тут же прозвучала ещё одна фраза в голове Виктора, но он сделал вид, что ничего не услышал. Ему надоело постоянно мусолить эту фразу. " Не убий!", снова прошептали миллионы пуговых Виктору в ухо. " Нет, Валентин, ни тебе напоминать режиссёру о христианских заповедях. Убил Женю ты!. И по слухам в театре, собираешься убить Ольгу. Только потому, что актриса отказала спонсору в его домогательствах. Тебя я убью сегодня, Пугов, чтобы предотвратить новое убийство! "

Виктор отвлёкся от своих мыслей и прислушался. Мальчишки продолжали играть в дурачка.

— " Стоп!", подумал Виктор. " О чём они говорят? Матушки, обо мне! "

— Начинаем опускать бомжару! — сказал мальчик по старше.

— Как опускать? — переспросил младший.

— Тебе ещё рано, сопля. Ты будешь смотреть и учиться.

Старшой захохотал. Ему понравилась его собственная шутка.

— " Ах вы гадёныши! " — возмутился про себя Виктор. " Опускать вздумали!".

Медведев был родом из Ростова на Дону. Рос в послевоенные годы, когда мальчишки использовали своё школьное время, совершенно непотребным образом. Слонялись по кладбищу, срывая ветки сирени. Потом они делали из них букеты и продавали случайным прохожим. Лазали внутри зданий, разбитых во время войны, " в разбитках" и искали немецкое, или советское оружие и патроны. По ночам вооружались ломиками, взламывали замки продовольственных ларьков и вытаскивали от — туда папиросы, конфеты и длинные бутылки с вином. Тогда такая мода была, в определённой среде подростков. Виктор относился именно к такой категории " Трудных подростков". Он всегда общался с ребятами которые были на много старше его. Они либо уже отсидели в тюрьме, либо были на подходе "к отсидки".

Виктор вырос среди них. В тюрьме правда он не побывал, но очень хорошо знал лагерную жизнь, по рассказам своих приятелей. И уж конечно заговорить " по фене", правда уличной фене, но всё же по фене, не представляло для него никакого труда.

И когда он услышал планы сосунков, играющих в карты, он немедленно отреагировал.

— Это кого, вы, малолетки хотите опустить? — не поднимая головы, жёстко проговорил он. — Таким, как вы, я всегда снимал штаны и задницу ремнём бил до посинения!. Через пять минут сюда придут мои братаны, у нас здесь стрелка назначена. Мы побазарим малость, а потом начнём с вас штаны снимать!. Так что, тормознитесь пока. Сидите и ждите!

После такого крутого монолога, пацанов как корова языком слизала. Виктору стало легче дышать.

Уже почти стемнело, а Пугов ещё не приезжал. Наверное засиделся со своими дружками в ресторане.

Виктор вытащил револьвер и ещё раз проверил предохранитель. Всё в порядке, предохранитель находился в боевом положении. Он ещё раз поблагодарил мысленно своего друга детства Щеглова, за то, что тот насильно запихнул в его карман пистолет, в тот момент когда поезд уже трогался. Виктор проводил тогда свой отпуск в Ростове. — " Возьми, Витёк. Без пистолета в наши дни никак нельзя. Сейчас не нужен, потом понадобится. Приедешь на следующий год в Ростов в отпуск, расскажешь как он тебе пригодился"

Прошло ещё минут пятнадцать и наконец Виктор услышал шум мотора. Выглянув из беседки, он увидел машину Пугова, подъезжающую к гаражу.

У Виктора, что — то ёкнуло в области солнечного сплетения. " Что там ёкнуло? " — подумал Медведев. " Страх! Ну конечно же страх! В каком месте ёкнуло?.. " Виктор всегда любил фиксировать своё состояние и разбирать его детально. Профессия этому научила.

— " Было бы ненормально, если бы я шёл в первый раз в жизни кого — то убивать и в моей душе ничего бы не ёкнуло. Ёкнуло так ёкнуло, но вот, что руки задрожали, это плохо! У меня есть несколько секунд, чтобы успокоиться. Надо забыть обо всём и сконцентрироваться только на выполнении физических действий. Действовать и ещё раз действовать. Таков закон сцены. Ничего не чувствовать. Чувства сами придут. Впрочем сейчас они ни к чему… Виктор, успокой свои нервы! Ты же сотни раз делал это перед выходом на сцену… У какой — то знаменитой актрисы спросили перед тем как она собиралась выйти на сцену. — "Вы волнуетесь? " — Актриса ответила. — "Конечно волнуюсь, моя девочка. Я же актриса! " — Красное словцо и только. И чего знаменитой актрисе волноваться? Что, боялась роль забыть?. Или забыла, что надо делать на сцене. Нет — нет!. Старуха права. Радостное волнение перед выходом на сцену должно быть… Вот я например не радуюсь. Я боюсь… А вдруг не смогу выстрелить! Или, если выстрелю, и вдруг промажу!. Надо идти, чего я медлю!. Вот и в голове помутилось. Синдром Раскольникова. Я как бы " в бреду"… Пугов уже гараж открывает! Надо сейчас же идти!. Если так пойдёт дальше, я же упаду по дороге!. Надо посмотреть на горящие окна домов. Это мой зритель. Он смотрит на меня. Он меня любит… Иди!".

Виктор вынул пистолет из кармана, вышел из беседки и пошёл к гаражу. С каждым шагом он чувствовал, как сила и уверенность заполняет его существо.

Он зашёл в гараж.

— Привет Валентин. — спокойным голосом сказал Медведев.

Пугов собирался уже выходить из гаража, но увидев Медведева, остановился как вкопанный.

— Виктор Алексеевич?. Это вы?. Какими судьбами?

— Пришёл тебя шлёпнуть!

Медведев стоял в трёх метрах от Пугова. Он поднял пистолет и направил дуло в голову Пугова.

— Вы что?. Вы это серьёзно? Спектакль какой репетируете?

— Нет Пугов. Я уже не репетирую. Я играю!. Это последняя сцена. Твоя последняя сцена!

Пугов стал жевать свою нижнюю губу.

— Опустите пистолет!. Он может выстрелить! — прозаикал комик.

— Ты забыл Чехова, двоечник. " Если на сцене висит ружьё в первом акте, то оно должно выстрелить, в последнем"!. Если у меня в руках пистолет, он должен выстрелить!

— Вы серьёзно, я вижу… Но за что?.

— Ты перед сном мочился, Пугов?

— Что?. — Пугов весь дрожал!

— Ну ты ведь знаешь о чём я?.. Это ведь ты коверкал слова Отелло " Ты перед сном молилась, Дездемона?"

— Вы этого не сделаете! — Пугов наконец понял, что это не шутка.

— Почему не сделаю?

— Потому что сказано — "Не убий! " — несмело продекламировал Пугов.

— " Я копыт не вижу! " — продекламировал Виктор ему в ответ и нажал на курок…

Придя домой, Медведев налил пол стакана водки, выпил залпом, закусил кусочком хлеба, разделся и лёг в кровать. Он долго не мог заснуть. Всё смотрел в окно и ждал. Появится ли карамазовский чёрт? Но чёрт так и не появился. Вскоре Виктор заснул.

ПОХОРОНЫ.

Прошло три дня, после убийства Пугова Медведевым. Жизнь в театре замерла. Была отменена не только премьера " Отелло" но все дневные репетиции других спектаклей. Ничего за это время не произошло. Все те, кто были связаны с Пуговым были в шоке.

Наконец настал день похорон актёра. Гроб с телом Пугова был установлен в фойе театра. И Пугов, и гроб, и стол были усыпаны цветами. Рядом со столом был поставлен стенд, на котором были прикреплены фотографии, запечатлевшие покойного в различных ролях. За несколько лет работы в театре он сыграл немного ролей и в основном, комедийные.

В центре стенда была помещена огромная фотография, изображающая момент репетиции " Отелло". Фотографии Пугов в роли Яго, слева и справа от него, Отелло и Дездемона.

Премьера этого спектакля должна была состояться два дня назад, но в связи со смертью актёра играющего в одном составе одну из главных ролей, премьера была отменена и вся выпивка и закуска запасённая на "обмывание" премьеры, пойдёт на обмывание покойника, то есть на поминки. Как тут не вспомнить слова Гамлета — "Свадебный пирог, пошёл на стол по минный".

Играла траурная музыка и все прибывшие в театр, чтобы проводить в последний путь актёра, стояли молча и ждали начала траурного митинга.

Наконец к гробу подошла помощник режиссёра, Наталья Васильевна, Она работала в театре лет пятнадцать заведующей литературной частью, но в период перестройки, когда театр из государственного, превратился в само окупаемый, должность завлита сократили за ненадобностью.

В советские времена, когда театр был " Идеологическим фронтом", правящая партия должна была контролировать политическую направленность творческих коллективов. Что она и делала используя одного из своих комиссаров — заведующего литературной частью театра.

С "демократическими" преобразованиями, театр посредством перестройки, из " Идеологического фронта" превратился в " Комерческий фронт" и получил возможность самому решать какие пьесы ему ставить, а какие, нет.

Должность завлита сократили, но пожалели Наталию Васильевну. Да и случай подвернулся. Кирил Завьялов, работающий помощником режиссёра, уволился и перешёл в другой театр администратором. Его должность освободилась. Наталья Васильевна заняла его место. Она стала работать помрежем. Кроме того, она вела общественную работу.

Наталья Васильевна была человеком неприхотливым, скромным и лояльным. Никого никогда не осуждала, ни с кем не выясняла отношений, ни в какие интриги не вмешивалась. Жила своей, выдуманной ею, жизнью. Её все любили и именно поэтому ей поручили начать траурный митинг.

Наталья Васильевна вытерла платочком навернувшиеся слёзы и подглядывая в листочек, который она держала в своих руках, начала траурную речь.

— Дорогие друзья! Дорогие коллеги! Дорогие наши гости! Руководство и все работники театра благодарят наших гостей, за то, что они пришли к нам в этот скорбный час, проводить в последний путь нашего коллегу, нашего друга, великолепного актёра, Валентина Валентиновича Пугова…

Виктор Алексеевич Медведев, стоял в стороне от гроба, в группе нескольких человек, приготовившихся занять место Наталии Васильевны и сказать своё грустное и в тоже время, оптимистическое слово. Он стоял опустив голову на грудь, зная, что такое положение головы и туловища, вполне соответствует данному моменту. Изредка он поднимал глаза и обводил всех присутствующих печальным взглядом. Одновременно смотря на себя со стороны и прислушиваясь к своему подсознанию, разбирая своё психофизическое состояние и фиксируя его. Этому научила его, профессия…

Он вдруг сейчас понял, что печальный взгляд невозможно сделать. Такого взгляда вообще не существует в природе. Любой человек, хочет он этого или не хочет, всегда действует. Печалиться — это не действие. Почему?. Да, потому, что это действие нельзя сыграть. Взгляд может быть рассеянным. Это когда человек пытается решить для себя сразу несколько жизненных задач одновременно и не на одной не может сосредоточиться. Взгляд может быть задумчивым. Это тогда, когда человек ушёл из реального мира и погрузился в мир прошлого, или в мир будущего. На похоронах больше подходит второй вариант взгляда — " Задум-

чивый".. О бренности и кратковременности жизни… Эх!.

Виктор обводил всех задумчивым взглядом, фотографируя очень важные картинки, отсылая всю информацию в свой мозг, в своё подсознание, для дальнейшей обработки.

У гроба стоят " три мушкетёра" с опухшими мордами после пьянки. Рядом с ними стоит четвёртый, приведённый ими, друган. Наверное он будет Дартаньяном. Судя по всему эти четверо и понесут гроб к машине. Этих четверых сегодня утром официально зачислили в штат театра на должности монтировщиков сцены. Принял их на работу директор театра… На него надавили, вот он их и взял. Известно, кто надавил… Главный спонсор театра, Совдат Гапурович Муташев… Зачем же их взяли? Наших уволили, а их взяли?. Да так поспешно?. Муташеву в театре "глаза" нужны. Раньше он узнавал театральные новости от Пугова, теперь, от них будет узнавать.

Вторая причина — всех держать в страхе! Пусть ужас на всех нагоняют. Страхом можно верёвки вить из членов коллектива. Тем более, что все знают, что они уголовники… Никто в театре толком не знает их имён. Только клички. — Русик, Гога, Колёк… А вновь прибывшего как?. Говорят, что нового кличут, Серым. Слухи ходят, что это Колян подлил в фужер Жени Гайчука спиртное… По приказу Пугова… А раньше, по приказу Муташева. Потом надо разобраться!. Если выяснится, что это он подлил, следующий после Пугова, в гробу будет лежать, он!

Конечно он только исполнитель. Заказчиком был Пугов. Он ненавидел Женьку. Женька был единственным, кто открыто обвинял покойника в том, что тот умышленно уродует образ Яго, чтобы изуродовать весь спектакль… Усопший перекомиковал роль. Юмор хорош на сцене, но очень часто актёры и режиссёры прикрывают юмором свою беспомощность. Не умея поймать существо образа, не умея правильно расставить акценты роли или спектакля, они начинают прятаться за смешные трюки. А зрителю что… Зритель не знает, что в той, или иной сцене, персонажи должны быть серьёзными и если они комикуют, то видимо так и надо… Что и произошло с Пуговым на репетиции. Полная беспомощность. Он даже не мог просто стоять и подсматривать за Отелло и Дездемоной… Они целуются, а ты стой и молча смотри на них… И продумывай свой план интриги.

Медведев часто кричал ему на репетициях. — " Не кривляйся! Стой на месте и смотри в их сторону! "

Он часто оставлял Пугова после репетиций и учил его, как должен жить актёр в паузах.

Ничего не помогало. Пугов не хотел ничего знать.

Кончилось тем, что Яго снял штаны и начал онанировать. Многим присутствующим, сидящим в зале на репетиции, и актёрам, занятым в спектакле, так понравилось его онанирование, что просили Медведева закрепить "великолепную находку" актёра. — " А вы что в это время будете делать? " — спрашивал Отелло и Дездемону режиссёр. — " А мы в это время будем ему показывать наши интимные места. " — Ответили герои. — "Как бы дразня его. " Медведев понял, что пуговский микроб цинизма, стал размножаться…

— и труппа театра с воодушевлением констатирует, — продолжала свою речь Наталия Васильевна, — что благодаря человеческой и финансовой поддержке господина Муташева, а по нашему, просто по домашнему, Совдата, наш театр продолжает жить и здравствовать!

Несколько человек захлопали в ладоши. Но тут же остановились. Хоть и с опозданием, но поняли, что присутствуют на похоронах, а не на церемонии вручения театру переходящего, красного знамени.

Медведев взглянул на спонсора, на " театрального благодетеля". Тот стоял в первом ряду работников театра.

Виктор прекрасно помнил как всё начиналось. Горбачёвская перестройка к тому времени успешно продолжалась и перестроечные щупальцы уже расползались по всей стране. Непонятно откуда появилась идея перевести театр на хозрасчёт. Чувствовался какой — то заговор против театра им. Лермонтова. В заговоре участвовало достаточно много влиятельных людей. Старейшие актёры и актрисы театра, заседавшие в советское время на партсобраниях и в художественном совете театра, другие члены труппы, отец Пугова — генерал, Муташев — бизнесмен, работники министерства культуры, представители мэрии и другие.

Ведь зачем — то понадобился им театр на денежном поводке?.

Новаторы прикрывались красивыми фразами. "Перейдём на самоокупаемость, будем ставить спектакли какие захотим и зарабатывать деньги, сколько захотим! "

Большинство в театре было против нововведений, они предупреждали сильное меньшинство, что может так случиться, что, и спектаклей мы не будем ставить какие захотим и материально потеряем то, что сейчас имеем.

И те, и другие оказались правы. "Меньшевики" получили возможность участвовать в эротических спектаклях, "большевики" оказались не у дел. Страна менялась, люди менялись и менялись их вкусы. Поговаривали, что меняется так же и духовность. Медведев в это мало верил. Невозможно в короткое время поменять духовность. Духовности народ не поменял, просто народ захотел увидеть то, что ему не показывали, ни по телевизору, ни в кинотеатрах — " Секс и насилие". Людям хотелось увидеть чего — то нового и свежего.

Пройдёт немного времени и они устанут от просмотров крови, жестокостей и порнографии. Но это будет потом, а Виктор живёт сейчас!. Он сейчас работает режиссёром и сейчас ставит спектакли. Он уверен, что его зритель где — то есть, он где — то ходит и ищет глубокие по духу спектакли. Но, чтобы он нашёл Медведева и его единомышленников, то по крайней мере он, Медведев, должен существовать!.

… - Мы разделяем наши чувства с родителями Валентина — продолжала помреж — С его отцом, Валентином Дмитриевичем и с его мамой, Антониной Анатольевной и не хотим верить, что Валентина больше нет с нами. Папа и мама Валентина не пропускали ни одной нашей премьеры…

Помреж судя по её интонациям, подходила к концу речи. Как проникновенно она говорит о генерале.

Медведев так толком и не знал, где и какую должность он занимал. Отец Пугова появился в театре через два дня после зачисления его сына в труппу. Пришёл он в театр, в генеральской форме. Погоны на плечах были явно эмвэдэшными. Пришёл и стал другом театра. Он и на траурный митинг пришёл в генеральской форме.

Рядом с ним, стоит его жена. Очень сильная женщина. Не плачет. Любовница театрального художника, Василия Андреевича. Покойный сын об этом конечно знал. Он их и свёл! Наверное по просьбе мамы… Так поговаривают в театре.

Генерал тоже не лыком шит. Одну из героинь театра, Свету Назаренко, часто видят, как она в генеральскую машину садится после вечернего спектакля.

Ира Коновалова, вполне официально ходит под ручку с чиновником Министерства культуры, с вполне женатым человеком, Алексеем Юрьевичем. Он тоже здесь и насколько известно Медведеву, будет тоже держать траурную речь. Как говорится — " представитель от культуры".

А вот с последней героиней сплошные неприятности у всей околотеатральной мафии. Кто только не подбивался к ней. И владелец пяти вино водочных магазинов Логидзе, и торгующий строительными материалами Писцов, и многие другие, но всё напрасно!

Ольга Ростова оставалась твёрдой и никак не хотела понять, что время " свободных художников" ушло и пришло время крепостных актрис. Только не в дореволюционном понимании, а в современном.

Но вот за дело взялся сам спонсор, Совдат Гапурович Муташев. Он поставил себе задачу, завладеть телом своенравной актрисы.

Поначалу вход пошли подарки; Коробки конфет, косметика, букеты цветов, приглашения в шикарные рестораны. Но Ольга только нервно отшучивалась и придумывала всё новые причины, чтобы отказаться от подарков.

Спонсор не показывал своего дикого раздражения по этому поводу. Он не хам. Ни какой — нибудь, сумасброд. Он даже был ужасно огорчён, когда узнал, что новый художественный совет, состоящий из "понимающих людей", снял незаметно Ольгу со всех её ролей. — Как же так?! Что же она теперь будет делать в театре?.

Вскоре Ольгу стали преследовать неудачи повсюду. Ещё три месяца назад её утвердили на главную роль в фильме. Сценарий ей понравился, роль понравилась и вдруг на тебе — отказ!

Дальше больше. Ростова ждала два месяца финала конкурса красоты " Мисс Москвы". Конкурс начинается через неделю и она одна из пятнадцати участниц, но в списках, опубликованных в центральной газете её фамилии нет. Но почему?. Ольга звонит в штаб конкурса, не ошибка ли произошла?

Там ничего не знают. Позвоните завтра, или послезавтра, а лучше всего, никогда…

Муташев стоит в траурном костюме, слушает речь помрежа, искоса поглядывает в угол, туда, где стоит в одиночестве Ольга и нагло ухмыляется. Рядом с ней никто не стоит. Боятся. От опальной актрисы лучше держаться подальше.

Ольга Ростова хорошая актриса. Из театральной семьи. Её отец и мать работают в воронежском, областном театре актёрами. Ольга решила не связывать свою судьбу с родительским театром и уехала Москву. Поступила в театральное училище и после окончания сразу же пришла работать в Лермонтовский театр. Она очень серьёзно относилась к своей работе. Она любила свою профессию, она любила театр. Любовь эта видимо передалась ей генами. Кроме всего, она была очень способная актриса. Но беды обрушились на неё даже не по причине её таланта, а потому, что она была очень красивой. Про Ольгу говорили все без исключения " Русская красавица".

Ольга стояла в углу одна, опустив голову и о чём — то думала. По её фигуре и лицу, Виктор угадывал её неспокойную душу. Она старалась не шевелиться и не поднимать головы. Она не хотела привлекать к себе внимания. Она прекрасно понимала, что превратилась в белую ворону. Она знала, что её сейчас обсуждают. Ну конечно, почти весь коллектив перестроился и окунулся в бизнес. " Окунулся… Окунулся…". Виктор не мог придумать нужные слова. Да и не надо находить нужные слова. Достаточно понаблюдать за поступками творческого коллектива. Что они делают. У них сейчас много дел. Утром репетиция, потом надо успеть сняться в рекламе. Вечером пострадать в шекспировском спектакле. А потом не дай Бог опоздать в ресторан и вовремя не переодеться в клоуна и не по развлекать посетителей.

Актрисам ещё сложнее. Их на ночь разбирают любовники и увозят в ночные клубы.

Но Виктор так же знал, что большинство актёров и актрис, вернули бы себе прошлую, хоть и не богатую, но достойную жизнь…

… Слово предоставляется исполняющему обязанности главного режиссёра театра, Виктору Алексеевичу Медведеву. — вдруг услышал Виктор от куда — то, чей — то голос.

— "Это меня вызывают!". - вспомнил режиссёр где находится — "Чёрт возьми, уже моя очередь!. А когда же директор театра выступал? Вот так задумался, вот так ушёл в себя!. Надо подходить к гробу и что — то говорить. "

Максим Викторович Стрижёв, худрук театра уехал в Швецию ставить Чехова и оставил вместо себя очередного режиссёра, Медведева. Он ему доверял. И больше всего доверял потому, что второй режиссёр не стал " Новым русским".

В отличии от Медведева, сам он " Новым русским" стал. И Стрижёв понимал это. Может быть поэтому и сбежал из Москвы, чтобы снова стать человеком. Медведеву он по секрету сказал, что никогда в Россию не вернётся. И все бразды правления он передаёт ему.

Чиновник из министерства на похороны был приглашён не случайно. Стрижёв и директор театра, уже год обхаживали его. И не только его а и других сильных мира сего. Они прощупывали возможность вернуть театр к старой финансовой системе. Если театр будет продолжать выживать сам, он будет продолжать показывать зрителям голые задницы.

Медведев скептически относился к идее Стрижёва освободиться от спонсора официальным способом. Слишком много было задействовано влиятельных лиц в изменении статуса театра. Зачем им понадобилось изменять лицо театра, Медведев пока не знал. Узнает ли после?

Так или иначе, он был очень взволнован, когда узнал, что сейчас он является главным Режиссёром. Появилась возможность, что — то изменить в театре!

Услышав своё имя, Виктор подошёл к гробу. Он чувствовал себя скверно. Как не выбрасывай из себя кошмарные мысли, как не оправдывай себя великой целью, но от свершившегося факта убежать трудно. Он убил человека!. Как вести себя сейчас? Там, в гараже, он имел дело только с одним Пуговым. Тогда была ночь, он не видел лица Пугова. Там было его отчаяние. Его отчаяние, было одним из главных персонажей в ту ночь. Но сейчас не ночь!. На него смотрит не Пугов. На него смотрят его отец и мать. Они живые люди, не выдуманные. Сейчас они совсем не сильные. Они хотят быть сильными, но у них это не получается… Что же делать?. Ничего нельзя вернуть обратно! Не оглядываться!. Только не оглядываться!. Оглянёшься — увидишь " Вия"!.

Когда Виктор готовился к надгробной речи, он поставил себе актёрскую задачу; На протяжении всего монолога, подбирать слова. Ведь нельзя же так легко говорить о смерти своего товарища. И какие слова могут выразить чувства переполняющие Виктора.

Он подошёл к гробу, окинул всех присутствующих невидящим взглядом… То есть, рассеянным… То есть, не останавливающемся ни на каком предмете. Сделал десятисекундную паузу, набрал в лёгкие воздуха, причём так, чтобы все этот звук услышали, потом так же громко выдохнул его вместе со словом

— Да!…Да, дорогие друзья! — начал похоронную речь Медведев. — Даже не знаю как начать… Когда умирает любой человек, становится грустно. Когда умирает твой коллега, твой товарищ, становится грустно вдвойне!.

Виктор подумал, что переборщил с " товарищем". Ведь все знают, какими на самом деле у него были отношения с покойником. " Ничего, исправлюсь…".

— …Когда работаешь в одном спектакле с актёром, — продолжал он — без товарищеских отношений обойтись нельзя. Между актёром и режиссёром должна возникнуть духовная связь… Станиславский называл это " Законом дверной ручки". Взялся за ручку, повернул её, открыл дверь театра, вошёл в него, оставь все свои неприязни к людям на улице. Ты должен уверенно сказать себе, — "Здесь работают твои друзья, твои единомышленники!".

Все согласно закивали головами.

— Как вы знаете, Валентин репетировал Яго… — Виктор мельком взглянул на гроб — По началу у меня с ним возникали некоторые разногласия. Но потом я решил использовать индивидуальность актёра и взорвать традиционный подход к этой роли…

" Теперь надо окончательно поставить точку. " — подумал Медведев. — " Пусть все убедятся, что Медведев и Пугов, к моменту смерти последнего, не были врагами."…

— …Мало кто знает из присутствующих, что у нас с Пуговым были беседы с глазу на глаз Это было нашей тайной. — " А как они проверят? " — Валентин умел убеждать… И он убедил меня, что Яго может быть комедийным персонажем. Мало того, через персонаж Яго, мы пришли к выводу, что "Отелло" в целом, может из трагедии, превратиться в пародию…Ведь поставил же знаменитый Акимов " Гамлета" как пародию, сделав главный персонаж, мошенником и авантюристом. Станиславский посмотрев этот спектакль воскликнул — " Гениальное хулиганство!"… Если знаменитости занимаются " гениальными хулиганствами", то почему бы и нам не пошутить!.

Кроме кивков головы, послышались одобрительные возгласы. Цель достигнута. Теперь все знают, что это Медведеву нужна была пародия, а не Пугову. Можно закругляться. Теперь никому даже в голову не придёт, что Медведев причастен к убийству.

— Завтра мы приступим к читке другой шекспировской пьесы, " Гамлета". Все вы знаете, что "Отелло" готовился к лондонскому фестивалю, который начнётся через несколько недель… " Отелло" в принципе готов, но руководство театра приняло решение снять с репертуара уже готовый спектакль… Я был согласен с руководством. Играть " Отелло" без Пугова, считаю по крайней мере, не этично… Этот " Отелло" был пронизан духом Валентина " циничным духом — выстрелила фраза в мозгу режиссёра" и мы никогда не забудем наших репетиций, наших споров, наших проб, наших бесед, нашего поиска… Прошу меня извинить, я не привык выступать в подобной ситуации, но скажу только одно, театр потерял очень многое. Пугов был яркой индивидуальностью!.

Виктор выдохся, и чтобы не выглядеть законченным циником в своих же собственных глазах, решил немедленно закончить свою речь.

— Даже не знаю, что сказать… Слов нет… В заключении скажу лишь одно. Пугов навсегда останется в нашей памяти! — " В моей памяти — как мракобес! " — докончил внутренне режиссёр.

Медведев вернулся на своё место, и его сменил представитель министерства культуры, Алексей Юрьевич.

— Дамы и господа! Валентина я знал давно…

Медведев снова оглядел всех присутствующих и стал пытаться отключиться от мира сего, уйдя в свои мысли. Но у него ничего не получалось. Куда улетишь от гроба Пугова? Жуткая реальность не давала ему уйти в себя. Оставалось только одно, дождаться окончания митинга.

В группе людей, пришедших на митинг, стоял один человек. Он смотрел в сторону выступающих и о чём — то думал. Звали его Иваном Григорьевичем Гриценко. Он работал следователем в частной фирме под названием " Сыск". Контора этой фирмы, а по современному — " офис", находилась неподалёку от театра, в том же красно пресненском районе.

Эти две организации, если так можно выразиться — театр и контора, находились в одном квартале друг от друга. Поэтому работники " Сыска" были частыми гостями театра им. Лермонтова, а после его переименования, театра — студии " Превращения".

Они не пропускали ни одной премьеры, ни одного торжества проводимого театром. Нельзя под этим подразумевать, что студия " Превращения" и "Сыск" были в тесных связях. Просто для криминалистов было очень удобно, проходя мимо театра, заскочить туда и пропустить в актёрском буфете стаканчик холодного, сухого вина, или порцию Виски со льдом.

С тех пор, как театр получил " Крышу" автомобильной фирмы " Суперпокупка", в актёрском буфете можно было купить не только холодные закуски, мороженное, кофе, сигареты, но и алкогольные напитки. Продавалось всё это по довольно низким ценам. Всё было сделано на благо коллектива. Но коллектив с грустью вспоминал доперестроечную театральную столовую, где повариха, Дарья Степановна готовила вкусные борщи, каши, жаркое, котлеты и многое другое.

С переходом на " новое мышление", столовую закрыли, а тётю Дашу уволили. Вместо столовой открылся бар и за стойкой его появился прилизанный, напомаженный бармен, говорящий с посетителями на странном языке, на половину русском на половину английском…

— " Давайте мани, получите дринк. Сидите эт зэ столами, я, май сэлф, принесу вам всё что вы нид.".

Частное сыскное агентство образовалось с началом перестройки. Дмитрий Николаевич Дроздов, руководитель фирмы и её организатор, работал раньше прокурором района. Когда он ушёл с прокурорской должности и занялся частным бизнесом, он собрал вокруг себя людей, с которыми долгие годы работал вместе. Он пригласил тех людей, которым доверял профессионально и человечески. В их число и попал Иван Григорьевич Гриценко.

Если Дроздов ушёл из прокуратуры по финансовым причинам, то Гриценко покинул службу, по идейным соображениям. Если в советское время работать было трудно, прокуратуру недолюбливали партийные органы за её принципиальность, то после перестройки работать стало совсем невозможно. За кем гоняться, кого разоблачать? Кого сажать в тюрьму? Что, сразу всех скопом? Кого ловить и за что ловить? А главное кого спасать?

В частном бизнесе гораздо яснее, там больше денег платят. Работа та же самая. Совершено тяжкое преступление и у тебя есть опыт старшего следователя, тебе и карты в руки.

Иван Григорьевич сразу почувствовал, что экономический и политический хаос, был кем — то тщательно спланирован. А раз так, то не надо впадать в панику. Не шарахаться из стороны в сторону. Иначе можно головы лишиться! Твой начальник предлагает перейти тебе в частный сектор. Дроздов рассудительный человек, он знает, что делает. Дроздов честный человек. В прокуратуре работал честно и в бизнесе будет работать честно.

И Гриценко не ошибся. При любом бардаке можно остаться честным следователем. Новым хозяевам страны, как впрочем и старым, и будущим, и любым, помимо карманных органов правопорядка, иногда нужны настоящие, серьёзные и принципиальные. Бывают случаи, что сильным мира сего необходимо узнать правду. Необходимо поймать преступника. Вот для таких случаев они и позволяют существовать таким агентствам, как "Сыск".

Дроздову позвонил генеральный прокурор России, Кровцов и попросил сделать ему одолжение и во что бы то, не стало, найти убийцу сына генерала Пугова. В долгу он не останется.

Дроздов долго не раздумывал кого из своих следователей подключить к расследованию. Гриценко он знал давно. Он вместе с ним закончил юридический факультет университета.

Гриценко стоял в фойе театра и равнодушно смотрел на окружающих. Наташа, его жена, по профессии журналистка, тоже стояла рядом. Они вместе пришли на митинг.

Ивана Григорьевича не интересовали похороны. Он их не любил с детства. Ему никогда не хотелось присутствовать на похоронах. Он не любил смотреть на покойников. Другое дело когда он выезжал на место преступление осматривать труп. Покойник и труп, не одно и тоже. Покойник лежит в гробу, а труп лежит в комнате, или на улице. С покойником всё ясно. Его надо отпевать и хоронить. Тут законченный сюжет. А с обнаруженным трупом, сюжет только начинается. И почему это театралы задирают нос и начинают хвастаться, как

они копают человеческую психологию. Как они изучают характер человека, его мысли, его чувства, его привычки, его биографию. Так и они, следователи, разбирают психологию человека. Реального человека, а не придуманного драматургом.

У Гриценко не было большой неприязни к актёрам, но и особой симпатии к ним он не испытывал. Но работа, есть работа. Ему поручили найти убийцу Пугова и он его найдёт!

Сам покойник, лежащий в гробу, был ему неприятен. Он видел его несколько раз на сцене и в театральном кафе, куда он заходил выпить чашечку кофе. У Гриценко сложилось впечатление, что Пугов был человеком без царя в голове, да и талантом особым не обладал. Гонору много, амбиций много, нахрапистости много, а остального всего, мало. Но его убили и убийцу найти надо. Это закон! Чувства в сторону! Симпатии и антипатии, в сторону. Остаётся одна работа.

Траурный митинг закончился. Фойе оживилось, возобновились разговоры. Организаторы похорон засуетились.

Все присутствующие потянулись к выходу. Гроб с Валентином Валентиновичем, пьяные монтировщики вынесли из театра. Около входной двери стояли три человека и о чём — то беседовали. Это были Медведев, следователь Гриценко и хозяин сыскного агентства Дроздов. Директор театра, Андрей Фёдорович, проходя мимо них, остановился.

— Добрый день, Андрей Фёдорович. — поприветствовал директора, Дроздов. — Вот, наконец познакомились с Виктором Алексеевичем!

— А вы что, раньше не были знакомы? — удивился Директор.

— Раньше не были. — ответил Дроздов.

— Виктор Алексеевич наша надежда. — директор взял за локоть Медведева.

— Наш директор хочет, чтобы я поставил " Гамлета" за две недели. — улыбнулся Медведев.

— Насколько я помню, вы готовитесь к лондонскому фестивалю? — спросил Дроздов.

— Да, готовимся. — директор тяжело вздохнул. — Надеялись на " Отелло", а теперь…

— Что теперь говорить, — Медведев тоже вздохнул — работы было уйма!. Вот вам и коллективное творчество. Одно звено выбывает и вся цепочка распадается.

— Но ведь в театре вы готовите двух актёров на одну роль, на сколько я знаю. — неуверенно спросил Дроздов.

— Пугов репетировал в одном составе. — ответил Медведев. — Все другие в двух, а он в одном. Мы сделали ему исключение. Ведь раньше он работал в эстраде, а здесь вдруг, Яго… Мы не хотели его волновать. Когда тебе в спину дышит другой исполнитель… " Кто лучше?.."… У Валентина опыта большого не было… Решили, пусть он будет один. О конкуренции не думает… Пусть концентрируется только на своей роли.

— Благородно! — согласился Дроздов.

— Благородно и практично. — прищурил один глаз директор. — Нашему спонсору приятность делали… Муташев очень любил Пугова…

— " Какого чёрта влез Андрей! " — подумал Медведев. — " Я им подсовываю версию, что мы сами так решили, а он всё обнажает!. Дал понять сыщикам, что нам Пугова навязали. А раз нам навязали, то мы сами могли от него изба-

виться."…

— Слышал вы расследуете это дело? — не унимался директор.

— Надо же помогать соседям. — ответил Дроздов.

— И найдёте? — директор сделал серьёзное лицо.

— Иван Григорьевич найдёт. — Дроздов указал на Гриценко. — А у вас есть какие — нибудь поэтому поводу догадки?. — Дроздов взглянул на директора и на режиссёра. — Кто мог его убить?. Кому это было выгодно?

— Нет, Дмитрий Николаевич, догадок у меня никаких нет. — на лице директора высветилась досада. — Дружков его спросите.

— Каких дружков?

— Тех, которые гроб вынесли. Они у нас монтировщиками сцены работают.

— Он с ними дружил? — удивился Дроздов. — С этими уголовниками?. Мы их наизусть знаем. По каждому из них зона плачет. Странные у Пугова были приятели. — Дроздов мельком взглянул на Гриценко. — Странные!.

— Ничего странного. — продолжал директор. — Пугов их сюда и привёл… Вернее, их сюда привёл Муташев… А может быть и Пугов… Точно не помню.

— Как Пугов? — ещё больше удивился Дроздов. — Но почему?

— Потому что Муташев так захотел.

— Ваш спонсор?

— Наш спонсор.

— А зачем вашему спонсору понадобились эти уголовники? У вас что, проблема с монтировщиками?

— Да, нет. — уже более спокойным тоном ответил директор. Он решил закруглить беседу. Уже и так много лишнего сказал. — Просто Муташев… Хотел перевоспитать их…

В фойе вбежала театральная одевальщица Обухова.

— Господа! — крикнула всем Обуховаю — Кто едет на кладбище, прошу на выход!

— Я еду! — воскликнул директор театра.

— Ну. И нам пора. — сказал Дроздов.

Мужчины пошли к выходу.

Выйдя на улицу, режиссёр, директор и сыщики пожали друг другу руки и пошли в разные стороны. Медведев и директор театра Бессонов подошли к автобусу и вошли в него. Водитель завёл мотор и машина тронулась. Все поехали на кладбище.

Дроздов и Гриценко приехали на траурную церемонию слишком поздно и не смогли припарковать свои машины рядом с театром. Все места вокруг театра, где можно было оставить машины были заняты и им пришлось припарковаться за квартал от театрального здания. И сейчас возвращаясь к своим машинам, они обменивались впечатлениями.

— Ну, что скажешь Ваня? — спросил Дроздов.

— Трудно что — либо сказать… — задумчиво ответил Гриценко — Я всё время наблюдал за Муташевым. По его поведению и потому, как с ним все общались, у меня создалось впечатление, что он там единственный хозяин.

— Ну правильно, он же спонсор. Сейчас театр существует за его счёт… Что ты собираешься делать?

— Сейчас поеду домой, отдохну, а часикам к пяти, поеду к дому Пугова… Сегодня утром я был там… Кое с кем разговаривал. Никто ничего не видел. Так не бывает… Надо найти…Поеду ещё раз. Может быть нарвусь на свидетеля…

Они подошли к своим машинам, попрощались и разъехались в разные стороны.

ПАЦАНЫ.

Гриценко жил недалеко от театра. Он великолепно ориентировался в Москве. Все улицы и перекрёстки ему были знакомы, поэтому он как — бы автоматически управлял машиной, погружённый в свои думы.

С одной стороны неплохо бы ему заехать домой и перекусить что — нибудь, с другой стороны ему необходимо как можно скорей поехать к дому Пугова и поискать хоть каких — нибудь свидетелей. Так не бывает, что вечером, в густонаселённом районе убивают человека и никто этого не видел! На дворе лето, прекрасные вечера и что?. Никто не гулял, в это время около дома с детскими колясками, или просто так? Никто не распивал с приятелями бутылку водки за гаражами? Никто не возвращался домой, никто не входил в ближайший подъезд от гаража, или выходил оттуда? Ведь кто — то, чёрт возьми, был рядом с гаражом во время убийства?!.

Он передумал ехать домой и развернув машину на сто восемьдесят градусов, поехал на место преступления.

Подъехав к гаражу Пугова, он остановил машину и осмотрелся по сторонам. В беседке он сразу заметил мальчишек, играющих в карты. Гриценко вышел из машины и закрыв её на ключ, отправился в сторону беседки.

Пацаны, увидев, что к ним подошёл незнакомый дядька, перестали играть в карты и уставились на пришельца. Гриценко присел рядом с ними на корточки и заговорил.

— Здорово ребята! Я частный сыщик и расследую преступление, которое произошло три дня назад, вон в том гараже. Вы что — нибудь об этом знаете?

Мальчишки молчали.

— Если вы что — то знаете и боитесь мне сказать, так вы не бойтесь. Я даю вам честное слово, что никто о нашем разговоре не узнает.

Мальчишки переглянулись, но продолжали молчать.

— Вы знали того человека которого убили? — повернул вопросы в другую сторону Гриценко, понимая, что надо менять тактику.

— Знали. — выдавил из себя один из мальчишек.

— Вы были его соседями?

— Были.

— Как вы думаете, каким он был человеком?

— Он был ништяк! Он был хорошим. — ответил за всех самый старший — Мы его машину мыли… Он хорошо нам платил.

— Замечательно!. - оживился Гриценко. — Тогда вы должны помочь ему. Вы должны помочь найти убийцу. Меня интересует только одно, видели вы что — нибудь в тот вечер?

— Ничего не видели, ничего не слышали, ничего не скажем. — отчеканил выученные наизусть слова самый старший, строго глядя на остальных.

По глазам старшего следователь понял, что мальчишки что — то знают.

— Тогда вот, что я вам скажу. — Гриценко поднялся с корточек. — Мне известно, что Пугова убили уголовники и они вас рано или поздно найдут! И будут допрашивать. Только не так как я!. Вы наверное слышали как уголовники допрашивают?

— Слышали… Паяльной лампой.

— Правильно. Для вас будет лучше если до этого не дойдёт. Рассказывайте.

Мальчишки со страхом уставились на сыщика. Первым в себя пришёл старший.

— Ладно Вовчик, расскажи ему, что ты видел тогда… Как нам рассказывал.

— Не буду я ничего рассказывать. — Вовчик отвернул лицо в сторону. Он был средний по возрасту. — Пугов хороший был… Хороший… Но тот, кто его убил, может был тоже хороший!.

— Хороших убийц не бывает. — Гриценко постарался придать своему голосу жёсткость.

— Не знаю, бывает, или не бывает…

— Не хочешь рассказывать, я сам расскажу. — перебил Вовчика старший. — Не хочу чтобы меня паяльной лампой… Он сидел здесь, в беседке. Ну этот… Убийца. Он нам сказал, что он из банды. Когда Валя приехал на машине, то этот… Из банды… Пошёл к гаражу… Как в кино. Бандитской походкой. Было темно и Вовчик подлез к гаражу… Нам было интересно, как происходят разборки среди взросляков… У них здесь стрелка была забита. Это он нам сказал…. Убийца… Который сидел на скамейке, а потом пошёл к гаражу. Вовчик подполз к гаражу… Когда они уже там были. Вдвоём… Валя и урка. Вовчик услышал, что урка сказал… Перед тем, как бабахнуть… Он сказал Пугову, что он подков не видит…

— Не подков, а копыт, балда! — поправил старшего Вовчик.

— Какая разница, подковы, копыта… Короче урка каких — то копыт не видел… Скажи точно, Вовчик, как он сказал.

— "Я копыт не вижу! " — раздражённо выкрикнул Вовчик. — Что вам всем дались эти копыта?

— Ты видели его лицо? — продолжал допрос Гриценко.

— Он фуражкой всё лицо закрыл. — ответил Вова.

— А как он был одет?

— Как обыкновенный бомжара.

— Вы видели куда он потом пошёл? — Гриценко посмотрел на всех мальчишек.

— Нет. — ответил старший. — После того как он бабахнул, мы разбежались в разные стороны.

— Спасибо ребята. Я пошёл. Никому не проболтайтесь, что с вами следователь разговаривал. Это опасно. — Гриценко вырвал из блокнота листочек и записал свой номер телефона. — Возьми. — Он протянул листочек старшему. — Здесь записаны два моих телефона. Один номер моего домашнего телефона, другой рабочий телефон. Если кто будет интересоваться Пуговым, сразу звоните мне. Договорились?

— Договорились. — старший скомкал листочек и сунул его в карман.

— Вот и хорошо. До свиданья ребята. Чуть что, звоните.

Гриценко вернулся к машине. Прежде чем завести мотор он набрал номер своего домашнего телефона.

— Наташа?..

— Она самая. Ты где?. - услышал он голос в трубке.

— Я у дома Пугова.

— Что ты там делаешь?

— Важных свидетелей нашёл. Мальчишек. Они видели убийцу Пугова.

— Сказали тебе кто его убил?

— Нет. Убийца под бомжа подделался. Лицо фуражкой закрыл. Короче, пацаны его не опознают, даже если им его покажут… Только одну фразу запомнили.

— Чью фразу?

— Убийцы. Подробности расскажу дома. Я домой еду, поэтому и звоню. Кофе без меня не пей. Вместе выпьем.

— Какую фразу сказал убийца?… Кому?

— Пугову. Перед тем как его застрелить.

— Что он сказал?

— " Я копыт не вижу!"

— Что, что? Повтори…

— " Я копыт не вижу!".

— Ты знаешь откуда эта фраза? — взволнованно спросила Наташа.

— Понятия не имею.

— Из " Отелло"!.. Я три раза читала пьесу. Хотела написать статью о премьерном спектакле. Эту фразу говорит Отелло. Он говорит её Яго, перед тем как его заколоть.

— Я бегу домой! — крикнул в трубку Гриценко.

Он завёл мотор и тронулся с места. Теперь он знал наверняка, что убийцу Пугова надо искать в театре. Тот кто его застрелил, не только работает в том же театре, где работал Пугов, он так же хорошо знает произведение Шекспира и даже цитирует Отелло, наизусть!

В КВАРТИРЕ ГРИЦЕНКО.

Придя домой, Иван Григорьевич обнаружил, что на столе, в большой комнате, уже были поставлены две пустые чашки, печенье, бутерброды с колбасой. Оставалось сходить на кухню и принести кофе. Что Иван Григорьевич и сделал.

— Садись Иванушка, рассказывай.

Иванушка уселся поудобнее в кресло, отпил глоточек кофе и закурил сигарету.

— Очень и очень много интересного. — пристально посмотрел он на жену — Но сначала расскажи мне всё, что связано с фразой… " Я копыт не вижу".

— Это происходит уже в конце пьесы. — начала Наташа — Наступает развязка. Отелло узнаёт, что всю интригу против него, затеял Яго. Отелло смотрит на Яго своими бешеными глазами и говорит " Я копыт не вижу", подчёркивая этим принадлежность Яго к дьяволизму.

— Что такого нехорошего Яго натворил?

— Отелло, когда стал большим военным начальником, приблизил к себе Кассио и сделал его своим адъютантом. Яго это не понравилось. Он считал себя выше Кассио. Может быть Отелло был не справедлив по отношении к Яго, но провоцировать на убийство других людей и самому убивать, это уж слишком.

— Короче говоря, Яго подлец! — Иванушка сделал ещё одну затяжку сигаретного дыма.

— Да… Яго плохой мальчик.

— Перед тем как заколоть Яго, Отелло произносит эти слова?

— Да!… - Наташа внимательно посмотрела на мужа. — Ты сказал по телефону, что какие-то мальчишки видели убийцу. Они и эту фразу слышали?

— Один малец слышал. Вовчиком завут. Они… Думали, что это бандитская разборка… Во время убийства пацаны были рядом. Один из них подполз к гаражу и подслушал разговор между убийцей и Пуговым. Запомнил только эту фразу.

— Странно… — задумчиво проговорила Наташа. — Фраза очень сильная. Надо понимать её значение… Простой уголовник не будет её употреблять…

— А монтировщики?

— Что монтировщики?

— Монтировщики могли бы говорить словами Отелло?

— Могли бы… Но не такими. Насколько я знаю, они подключаются к спектаклю уже ближе к премьере. Когда декорацию начинают ставить на сцене. Если репетиции уже идут на сцене и с декорацией, монтировщики должны быть за кулисами. Режиссёр может в любой момент попросить переставить декорацию… Ну, что-то ему может не понравиться.

— Мантировщики могли слышать эту фразу? — насторожился Иванушка.

— Сто раз!.. Но накой чёрт тебе монтировщики? Монтировщики, монтировщики…

— Монтировщики о которых я тебе говорю, были приняты в театр несколько дней назад. Прежних монтировщиков уволили. Этих взяли. Этих типов не только красно пресненская милиция знает, но и вся городская. Профессиональные уголовники. Несколько раз были в отсидке в зоне. Взяли их в театр по рекомендации Муташева, их спонсора… Они были дружками покойного Пугова. Сегодня эти уголовники были в стельку пьяные… Ты же сама видела!.. Муташев покровитель Пугова и уголовников!.. В городской прокуратуре нам сказали, что Муташев стал заниматься нелегальным бизнесом. Каким именно не сказали… И так, что мы имеем? Уголовников-монтировщиков, уголовника Муташева, нелегальный бизнес и труп Пугова!..

— Интересно… — Наташа оживилась. — Тем более я права! Не могла всякая шваль произнести эту фразу! Прежние монтировщики, которых уволили, могли бы её сказать… Монтировщиками в театр идут, люди любящие театр!.. А ты говоришь сейчас об уголовниках, которых загнал Муташев в театр с какой-то целью. Они не могут любить театр, как любят постоянные монтировщики!.. Недавно мы с тобой смотрели по телеку " Джентльменов удачи". Какую фразу ты от туда запомнил?

— Так сразу не могу ответить. — Иван задумался.

— Думай, думай!..

— Ну… Ну… Когда… Когда работник музея… Гарин. Говорит. " Украдена бесценная вещь…". О Короне речь шла…

— Вот! — обрадовалась Наташа. — А я запомнила… Когда Леонов случайно забегает в детский сад… Но только в роли бандита… Случайно сталкивается с детьми и говорит. " Здравствуйте детки!".. А недоучки, типа твоих новоиспечённых монтировщиков, помнят другое — " Лошадью ходи, век свободы не видать".

— Хорошо… Согласен. Но к чему ты всё?

— К тому, что эту фразу сказал тот, кто очень хорошо знает Шекспира!.. И… Хорошо знает пьесу " Отелло"!

— Мальчишка сказал, что стрелявший был одет как бомж.

— Ещё теплее!.. Любой актёр мог легко сыграть роль бомжа. Уголовники не будут играть роль бомжа. Они будет играть роль бандита из голливудского фильма. Они оденутся во всё чистенькое…

— По словам того же мальчишки, убийца прятал своё лицо под козырьком фуражки…

— Уголовник не будет прятать своего лица! Весь смысл в этом. Он захочет, чтобы все увидели его лицо! — " Смотрите все, вот мол я какой!" — Самолюбование… Или актёр переоделся в бомжа, или кто-нибудь другой… Но поумнее уголовников.

— Молодец! — после паузы сказал Иванушка. — Моя школа! Я тебя партнёром возьму по розыску преступника.

— А я тебя, по театроведению….Что собираешься делать?

— Сегодня вечером в театре поминки. Надо идти. Много интересного можно увидеть. Ты пойдёшь?

— Конечно пойду.

Гриценко некоторое время сидели молча.

— Федя звонил! — спохватилась Наташа. — Забыла сказать.

— Что-нибудь случилось? Он звонит тогда, когда что-нибудь случается.

— Наоборот. Он звонит тогда, когда у него всё хорошо… Сына своего не знаешь.

— Что сказал?

— Сказал, что всё хорошо! И с женой хорошо, и с детьми хорошо!…

Супруги некоторое время молчали.

— Пойду отдохну немного. — вздохнул Иванушка.

— Иди. — согласилась Наташа.

Иванушка зашёл в спальную комнату. Наташа взяла пустые чашки и пошла на кухню.

ПОМИНКИ.

Поминки проходили в театральном буфете. На столах стояли фрукты, лёгкая закуска, различные бутылки с алкоголем и многое другое. Гриценко пришли, когда поминки были уже в самом разгаре. К ним сразу подошёл директор театра, Андрей Фёдорович и повёл их к свободным стульям.

— Располагайтесь и чувствуйте себя как дома. У нас самообслуживание. Берите стаканы, фужеры, рюмки, тарелки. Наливайте, пейте, закусывайте и скорбите.

Андрей Фёдорович отошёл к группе других людей, а Наташа с удивлением посмотрела на Ивана.

— Это что, была шутка, на счёт " скорбите"? Прямо так, в лоб… Несколько грубовато… Или у них так принято?

— Не знаю. — с неохотой ответил Иван.

— Как-то не этично!

— Не усложняй, Наточка. Люди трезвомыслящие. Пугова уже не вернуть. Жизнь продолжается. Согласись, глупо, сидеть, вздыхать и плакать.

— Ты прав. Налей пожалуйста мне красного вина.

Когда Гриценко вошли в буфет, Медведев увидел их сразу. В душе его что-то дёрнулось. Он ведь знал кто ведёт дело Пугова. Когда следом за следователем вошла Наташа, Медведев невольно отвернул лицо в сторону. Он знал её очень хорошо.

Несколько лет назад, когда театр был государственным, она была здесь частым гостем. Даже не гостем, а добрым партнёром театра. Писала рецензии на их спектакли. И на его, в частности. Сейчас правда в театр не ходит и ничего не пишет. И правильно делает. Сейчас театр, уже не театр, а сборище " официантов" по выражению какого-то актёра. Слово " театр" имеет несколько иное назначение. " Театр — это моя безусловная жизнь в моём обществе", молча процитировал своё собственное определение театра, Медведев. " Жизнь не условная, не лицемерная, как в жизни. А настоящая. Когда ты говоришь, что хочешь говорить и поступаешь так, как ты хочешь поступать. В моём обществе, у которого такие же проблемы как у меня, такие же страхи, надежды, отчаяние".

"Конечно в советское время была цензура" — думал Медведев глядя на Наташу. — " Да, мы были идеологическим фронтом. Да мы делали "нужники". Спектакли о партии, о Ленине, о революции. Но в свободное время от идеологических боёв, мы ведь играли Чехова, Достоевского, Уильямса. Это уже была работа для души. В спектаклях "для души", мы находили способ говорить о своих наболевших проблемах и проблемах зрителей.

Используя любой текст, мы вкладывали в него такой подтекст, чтобы зритель угадывал по нашим интонациям, по выражению лица, что речь сейчас идёт не о времени Софокла, или Сервантеса, а о нашем времени. Когда актёр устами Сальери кричит со сцены " Нет правды на земле, но правды нет и выше!", зрители понимают, что актёр кричит не о Моцарте, а о сегодняшнем дне."

Наташа Гриценко знает всё это не хуже Медведева, но она не знает, что он перестал вкладывать антиперестроечные под тексты, а взял пистолет в руки и стал стрелять.

Тем не менее лучше с ней взглядами не встречаться! Надо направить глаза от неё подальше. Благо есть куда направить.

Посреди буфетной комнаты, на чистой площадке от столов и стульев, актёры и актрисы по очереди разыгрывали сценки из несостоявшегося спектакля " Отелло". Видимо всё это было посвящено памяти, разумеется жизнеутверждающей памяти, безвременно ушедшему на вечный покой, "замечательному актёру", Валентину Пугову.

Служащие театра и пришедшие гости, сидели вокруг и гоготали.

— Я вам покажу как Валентин потрясающе репетировал начальную сцену. — восторженно крикнул Почечкин Миша репетировавший роль Кассио. — Когда он сообщает Бробанцио, отцу Дездемоны, что его дочь в данный момент, занимается любовью с мавром… Конечно я так не смогу сыграть, я смогу только обозначить… Хотя наш режиссёр не любит этого слова "обозначать". Виктор Алексеевич обычно кричит нам на репетициях. " Ты мне не обозначай роль, ты живи ею!".

Все присутствующие засмеялись и зааплодировали, глядя в сторону режиссёра.

— Ведь правду сказал, Виктор Алексеевич?

— Правду, правду. — согласился режиссёр. — Но ведь ты сам сказал, что не сможешь жить ролью. Тебе простительно. Валяй дальше.

— Так вот. — продолжал Миша. — Текст был такой… Дай вспомню…

— А ты своими словами! — кто-то выкрикнул из присутствующих в зале.

— Может ты лучше Шекспира скажешь! — выкрикнул другой.

— Уговорили. — согласился Миша. — Открою вам тайну. Этот текст как-то сочинил, сам Валентин Пугов… В шутку… Текст такой… Я его наизусть выучил… Текст такой.

" Оденьте плащ, несчастный вы отец!

Идите в ночь. Туда, где черти бродят в чёрном.

Там ваша дочь, вся белая такая,

А рядом с ней какой-то демон чёрный,

Как загорелый негр иль что-то в этом роде.

Но что увидел я потом, о ужас!

Она лежит на белом покрывале,

А что-то чёрное лежит на ней!

Они и до сих пор лежат там

И делают вам внуков чёрнобелых!".

Зрители от хохота чуть не падают со стульев.

— Ха-ха-ха!.. Шекспиру делать нечего!.. Вот это пародия, так пародия!… Молодец Миша, переходи к Пугову! Ха-ха-ха!..

— А что Пугов? — вдохновляясь похвалой зрителей прокричал Почечькин. — На этом месте, Валя хватает Родриго, — Миша вытащил первого попавшегося гостя на площадку, тот не сопротивлялся, — валит его спиной на пол и начинает имитировать половой акт, показывая наглядно Бробанцио, как трахают её дочку!

Миша разыгрывает пантомиму с гостем, все вокруг хохочат. Потом вдруг останавливается, поднимается на ноги, обводит серьёзным взглядом публику и взволнованно говорит.

— И знаете, смотрел я на игру Пугова и мне становилось жутко. В этой сцене Валентин показал весь цинизм Яго!.. Ну просто прекрасная находка, Виктора Алексеевича! — Почечкин взглянул на Медведева. — Я прав?..

— Если честно, я здесь не причём. — тоже по возможности серьёзно ответил Медведев. — Такое не может подсказать режиссёр. Такая находка может родиться только у самого актёра.

Присутствующие согласно закивали головами.

— Можно я? — на площадку неожиданно выскочил молодой актёр Гена. — Я хоть и не был занят в спектакле, но несколько репетиций видел. Повезло мне, не скрою, повезло!… Аркаша репетировал с Валентином… Соответственно сцену Яго и Кассио. Они говорят об Отелло. Эту сцену тоже Пугов написал… Пародию!.. Я потом её выучил наизусть…

— Так давай вместе! — крикнул Аркадий Почечкин. — Я её тоже помню наизусть.

— Давай. Ты за кого?

— Ну давай я буду за себя… За Кассио… А ты за Яго.

— Давай… Начинай.

— Почечькин — Пить больше я не буду, Яго.

— Гена — Ну почему же Кассио, скажи мне?

— Почечкин — С головкой у меня того… Когда напьюсь, хватаю сразу шпагу и вызываю всех я на дуэль!

— Гена — А я когда напьюсь, вытаскиваю друга из ширинки и вызываю тоже на дуэль!

— Почечкин — Кого мой честный Яго?

— Гена — Ну уж конечно не жену. С Эмилией мне стало скучно.

— Почечкин — Кого ж ещё?

— Гена — Да так… Всё больше проститутки. А свой, вытаскивал ты для дуэли?

— Почечкин — Да на кого ж мне меч свой поднимать?

— Гена — Да хоть бы и на Дездемону.

— Почечкин — Ох, Яго. Когда наш мавр ширинку открывает, так лучше брат, уж нам не открывать!

— Гена. — Что слышу я! Когда и где ты мог увидеть то, что кроме Дездемоны никто не должен видеть?

— Почечкин. — Когда ещё он не был, женат на Дездемоне,

Мы часто с ним, наведывались к проституткам…

Вот там, и я, и он разделись как-то, и я ахнул!

Такого я не видел никогда!…Но были то, ещё цветочки.

Он подошёл к одной из них и он поднялся!…

Не мавр поднялся, а совсем другое….

У мавра что-то поднялось. У мавра поднялся!

Мы знаем все, что может подниматься.

У мавра поднялся, а мой упал!

Мне жутко стало, можешь мне поверить.

И в это время грянул гром.

А он всё поднимался, поднимался

И превратился наконец он — в чёрный столб!..

Зрители только со стульев не падали от хохота. Почечкин замолчал и его лицо снова приобрело серьёзный вид.

— Да… Выдохнул он. — Пугов был великолепным актёром. Он чувствовал трагикомедию. Сейчас уже забыли что это такое.

Все согласно опять закивали головами. На площадку по очереди выходили всё новые и новые люди, разыгрывали сцены из "Отелло", в которых репетировал Пугов. Вечер быстро пролетел и публика в зале стала редеть. Высокопоставленные лица ушли. Влиятельные родители Пугова тоже ушли. Ушли гости. В буфете остались только работники театра. Да и то, не все. Только те, кто пришёлся ко двору. Ко двору спонсора. Остались свои, домашние, "наши", если вспомнить Достоевского.

Все сидели за столами, разбившись по маленьким группкам. Допивали остатки спиртного, потому, что по общему, молчаливому согласию, было принято решение, их допить.

Медведев сидел за стойкой бара, поглатывал потихоньку виски со льдом и делал вид, что смотрит телевизор. К нему подошёл второй администратор театра, Владимир Алибеков и подсел рядышком на стульчик.

— Грустите, Виктор Алексеевич?

— Смотрю телевизор. — ответил Медведев.

— Мусик, сделай мне сто пятьдесят водочки. — обратился Алибеков к бармену.

— Фо ю, с большим удовольствием. — обрадовался бармен. Он вообще радовался, когда общался с администраторами. — Ван хандрит и фифти грам. Донт пэй мне, Муташев заплатил за всех олрэди.

— Я вас понимаю, — глядя на Медведева проговорил администратор — репетировать месяц спектакль и все зря. — И помолчав несколько секунд добавил. — Не понимаю, зачем сняли спектакль? Конечно так, как Пугов, никто бы Яго не сыграл, но… Но ведь в театре есть другие актёры — ивановы, бендеры, арутюняны. Многие здесь хохочут, а в душах их сплошная тоска. Вон Отелло-Голованов. Посмотрите на него. Он уже пьяный. Поминает свою роль. А ведь непьющий человек. Старался, репетировал… Да ладно, что и вашу душу травить. — Алибеков замолчал.

Медведев хорошо знал Алибекова. Владимир был слабым администратором. Организовывать гастроли он не мог, хотя это главное чем он должен был заниматься. Все хорошие, театральные города перехватывали администраторы других театров. А если труппа выезжала на гастроли, то гостиницы он выбивал плохие и далеко от помещения где проходили гастроли. И не смотря ни на что, Алибекова держали в театре. Руководство всегда помнило, кто привёл его в театр. Привёл его спонсор. Муташеву нужны были лишние уши в коллективе. Он не боялся расспускаемых сплетен о себе, он их любил. Он любил когда о нём говорили, — что он жестокий, очень любит деньги и большой бабник. И если новоиспечённые "мушкетёры" должны были собирать слухи в обслуживающих цехах, то Алибеков должен был информировать шефа, что о нём говорят в актёрском цехе.

Медведев всё это знал и когда к нему подсел администратор, он понял, что Муташеву понадобилась какая-то новая информация.

— Ты прав, Вова. — прервал молчание режиссёр. — Конечно мне грустно расставаться с " Отелло", но тебе ведь известно, что идея закрыть спектакль принадлежала отцу Пугова, а он, как тебе известно, в очень тёплых отношениях с нашим меценатом…

— Да, пошёл он знаешь куда!.. — Алибеков завертел головой по сторонам, как бы давая понять, что опасается, как бы его не подслушал спонсор. — Им всё равно, какой спектакль поедет в Лондон… Через неделю вы поставите " Гамлета", он и поедет туда!.. Они вам создадут все условия для постановки… Им позарез надо послать какой-то спектакль в Англию!.. Плевали они на " Отелло"!.. А я плевал на нашего спонсора!..

— Фак его! — поправил администратора бармен. — Сан оф суки!

— " Этот тоже делает вид, что не доволен спонсором". - подумал Медведев, глядя на бармена.

Поразительное дело! Ведь столько раз пытался провоцировать его администратор на критику Муташева и каждый раз Медведев обрывал разговор, но не смотря на это, каждый раз, когда они разговаривали снова, Алибеков снова пытался вывести его на откровенную беседу. На что он рассчитывал? Медведев иногда приходил к мысли, что Алибекову и не надо услышать от собеседника негативную информацию о Муташеве. Он её сам придумает.

Медведев часто пытался дать формулу провокаторам. Существует же формула воды. И формула провокатора должна существовать. Провокатор по призванию, получает от своих провокаций огромное удовольствие. Сидит он перед жертвой и знает, что он знает всё, а жертва ничего не знает. Жертва уверена, что обсуждает с провокатором конструкцию обеденного стола, а провокатор обсуждает с жертвой, отношение жертвы к этому столу. Жертва не знает, что обсуждает провокатор, а провокатор знает всё. Это знание и даёт провокатору преимущество над жертвой. Провокатор знает, что жертва намного умнее, талантливее его, но сейчас провокатор ощущает своё полное превосходство над жертвой. Разговор о столе не только сравнивает их значимость для общества, для окружающих, но и делает провокатора, социально, гораздо выше жертвы. Провокатор утверждает себя, как личность, за счёт своей жертвы. Сидит перед провокатором человек, ведёт серьёзные разговоры, временами искренне радуется, огорчается, не скрывает своих слёз, а дурак дураком. Он ведь не знает, что провокатор его дурачит, издевается на ним. Вот оно наслаждение! В такие моменты жить хочется!.. Радоваться, смеяться, петь песни, хочется! А кто сказал, что провоцировать человека — большой грех? А как Муташев узнает, о чём думает хитрый директор театра, или замкнутый режиссёр? Другие-то попроще, выбалтываются сами. Их и провоцировать не надо. Никаких сложностей не надо. Достаточно сказать — "Муташев сволочь!" — Они тут же соглашаются. — " Да, он сволочь!…Ещё какая!" — А этих умников так не расколешь!..

Медведев не мог придумать формулы провокатора. Да и нужно ли? Может быть просто сказать сейчас Алибекову. Ты провокатор! Пошёл вон отсюда! Или воспользоваться языком бармена и сказать. Ай ноу тебя! Гоу ту зе жопу! Но Медведев не скажет. Ему надо поставить Гамлета. Со своими актёрами поставить. Не с теми, что сегодня пришли на поминки. Его актёры не пришли. Пришли другие. Муташевские. Какая же бомба взорвётся завтра утором, когда режиссёр повесит на стену распределение ролей на " Гамлета" И муташевские актёры в этом списке себя не найдут! Ради такого и о Муташеве можно несколько хороших слов сказать…

— Я не согласен с тобой, Владимир. — очень убедительно сказал Медведев. — Муташев тоже принимает решения. Он ведь один из руководителей театра. Все спонсоры, не только у нас, озабочены судьбой театра. И потом… Согласись. Если бы не Муташев, наш театр, давно бы в трубу вылетел!

Режиссёр и администратор замолчали. Попивали спиртное, смотрели на экран телевизора. Алибеков не выдержал первый.

— Скажите, Виктор Алексеевич, если не секрет. Кто у вас будет задействован в "Гамлете"?

Вот зачем он подсел. Спонсора интересует, займу ли я в спектакле Ольгу Ростову. В " Отелло" им удалось её прокатить, в " Гамлете" не удастся. Медведев много лет был в простое. Ему не давали ставить на основной сцене спектакли. Он не пришёлся ко двору "Новых русских". Повезло Медведеву потому, что главный уезжал за границу ставить спектакль. Он и рекомендовал его вместо себя. Сказал на художественном совете, что только Медведев сможет в кротчайший срок поставить " Отелло". Муташев и его карманные актёры скрепя сердцем согласились. Да и в Англии его помнили по постановке " На дне". В советские времена Медведев ездил в Лондон ставить Горького. С англичанами. Спектакль вызвал восторг у зрителей и специалистов. И когда англичане узнали, что Медведев привезёт на фестиваль " Отелло", то обрадовались этому сильно. Всё тогда неожиданно сработало на Медведева. Но тогда он и не помышлял занимать в спектакле своих, тоже опальных актёров. Только бы самому удержаться на плаву. Он надеялся, что после удачной постановки " Отелло", его будут часто приглашать в Европу. Да и в Москве после успеха за рубежом, будет легче организовать свою студию и перетащить туда всех опальных актёров, находящихся в простое как и он, вот уже много лет. Тогда он думал только о себе, сегодня он подумает и о других. Он не только займёт в спектакле Ростову, но и остальных опальных, тоже.

Алибеков задал вопрос и надо отвечать. И вдруг ему на ум пришла очень рискованная идея. Как учат философы, " из каждого отрицательного явления, нужно извлекать пользу!"

— Ещё не знаю кого. — как бы размышляя, ответил Медведев. — Пугов заразил меня своими пародиями. Хотелось на роль Гамлета взять какую-нибудь бабу… Ростову, например… Вот смеху-то будет! Весь город от смеха с ума сойдёт. Представляешь, Вова, баба в мужских брюках целует Офелию в юбке!.. После этого их будут называть — " шекспировскими лезбиянками"!

— А вы знаете, Виктор Алексеевич, эту мысль недавно высказал сам Муташев! — глаза Алибекова зажглись радостным блеском. — Вы одинакового мыслите!

— Ну мы же работаем на одно общее дело! — подтвердил режиссёр.

Администратор быстро вскочил со стула.

— Пойду скажу ему, что и вы так думаете. Вот обрадуется!

Алибеков поставил пустой стакан на стойку и в при прыжку помчался к спонсору. Конечно идею с Ольгой в " Гамлете" он выдаст за свою. Как это он представит шефу Медведева не волновало. Его волновало другое, клюнет, или не клюнет Муташев? Тот как обычно сидел в центре трёх молоденьких и очень сексуальных актрис.

Медведев видел как Алибеков подойдя к Муташеву, склонился над его ухом и стал, что-то возбуждённо шептать. Затем они оба разразились радостным смехом в кулачок. " Неужели клюнет?", подумал Медведев и затаил дыхание.

Как опытный режиссёр, он знал, что тысячи актрис по всему свету мечтают сыграть " Гамлета". А разве мало у Шекспира женщин переодетых в мужчину, в плащах и со шпагой? И почему женщине запрещено играть Гамлета? Ведь мужчины играют женские роли. Ольга сама как-то, не то в шутку, не то всерьёз обмолвилась. — " Если будете ставить Гамлета, Виктор Алексеевич, имейте в виду меня! Я уже сейчас подаю творческую заявку!.. Хочу сыграть Гамлета"

Медведев запомнил слова актрисы и уже тогда стал подумывать о распределении ролей.

Сейчас время пришло. Ему позарез нужна Ольга в спектакле. Во первых потому, что она талантливая актриса, во вторых потому, что она опальная, а в иретьих, потому что она ему просто нравится! Возрастом они конечно друг другу не подходят, но видеть её каждый день на репетициях, работать с ней, такого удовольствия он не мог себя лишить.

Пока режиссёр фантазировал, к нему подошёл Муташев и сел рядом на стульчик.

— Надеюсь вы не берёте всё близко к сердцу? — начал Совдат Гапурович

— Близко к сердцу не беру, но на душе мутарно. — ответил Медведев.

— Жизнь, есть жизнь… Кстати, я хочу больше денег вложить в театр. Увеличить зарплату руководству… Вам в частности… И актёрам… Ну и всем остальным… Спектакль сейчас конечно главное. Хочу, чтобы " Отелло" богатым был спектаклем… И поехал в Лондон!..

— Вы хотели сказать, " Гамлет".

— Конечно дорогой, конечно. Заговариваюсь. " Гамлет", конечно " Гамлет". Кто же ещё. На него не будем жалеть денег. Пусть будет роскошная декорация… Костюмы… Всё… Как вы смотрите на это?

— Хорошо бы…

— И оркестр можно заказать. Пусть себе пиликают. Вам нужен оркестр?

— Я пока об этом не думал.

— Подумайте, время есть. Варьете можно подключить… С директором цирка у меня хорошие отношения… Могут понадобиться акробаты… В " Гамлете" роль шута есть? Можем пригласить на роль шута клоуна Максимова. Я с директором договорюсь… Шоу, так шоу!..

Спонсор и режиссёр на некоторое время уставились на экран телевизора.

— Виктор Алексеевич, — возобновил разговор Муташев. — а кто у вас главного-то будет играть?. Отелло?.. Нет!… Этого?…Гамлета?

— Трудный вопрос. Выбор актёра на главную роль — это уже решение спектакля.

— У меня есть идея. — как бы мимоходом сказал Муташев. — А что если Ростову сделать Гамлетом?

— Кого?

— Ростову.

— Шутить изволите, Совдат Гапурович? Я люблю пародии, но не до такой же степени!.. Ростова — Гамлет!.. Издевательство какое-то… И над Шекспиром и над актрисой! Абсурд!.. Наказание трудно придумать для девушки. И потом… Ольга категорически откажется.

— Не горячитесь, дорогой, не горячитесь. Я вас уважаю… Сделайте одолжение. Вы же любите эксперименты… И любите себе на здоровье!..

— На что вы меня толкаете, Совдат Гапурович?

— Зови меня просто, Совдат. Я знаю, что ты не любишь фамильярностей… Мы друзья. Не партнёры, а друзья.

— Совдат, я не могу пойти на это. Меня же вся театральная Москва высмеивать будет! Никто руки не пожмёт!

Сердце Медведева забилось от радости. " Клюнул!"..

— Тебе нужна их рука? Тебе моя рука нужна. Одна рука. И всё.

— Да что же это такое, чёрт возьми? — возмутился режиссёр!

— Бизнес. Ты режиссёр, я бизнесмен. Представляешь как народ побежит на спектакль! Женщина, мужчину играет!

— Ах, бизнес?.. Так бы сразу и сказал. — Медведев поник головой.

— Ты настоящий руководитель. Настоящий лидер. Ты меня понял.

— Да уж, возразить нечем.

— Договорились? — Муташев поднялся со стула.

— Договорились. — безвольно выдохнул, "побеждённый" режиссёр.

Спонсор отправился обратно к столикам. Медведев ликовал. Как там у Ричарда третьего? " И было всё против меня, и суд, и совесть, и не было друзей чтоб мне помочь. И всё ж она моя!… Я герцогство против гроша поставлю, что до сих пор в себе я ошибался!". И Ростову заполучил, и деньги на постановку, в неограниченном количестве, и повышение в зарплате!

Медведев отошёл от бара, по возможности со всеми попрощался и вышел из театра.

СНОВА КВАРТИРА ГРИЦЕНКО.

Гриценко сидели на кухне и пили кофе. Иван и Наташа хоть и работали в разных профессиях, они не одгораживались друг от друга специфическими тайнами их ремесла. Если у кого-то возникали проблемы, или у Наташи в её искусствоведении, или у Ивана в раскрытии преступлений, то эти проблемы они решали вместе.

Поэтому, каждый из них, довольно прилично разбирался и в искусствоведении, и в юридическом деле. Конечно оба они считали, что каждый должен заниматься только своим делом и не лезть со своими дилетантскими мерками в чужие профессии, но между собой они позволяли такую роскошь.

Ведь человек любознательное существо и ему интересно знать, хотя это не входит в обязанности его профессии, как устроен утюг, или радиоприёмник. Мы ведь не называем себя историками, когда пытаемся узнать, когда возникла русская нация, кто первым из европейцев ступил на южноафриканскую землю и вообще, откуда пришёл человек на землю и когда он туда вернётся обратно?

Чем же помогало Ивану знакомство с журналистикой и знакомство Наташи со следственной практикой? Наверное помогало сближению их душ, что бывает в других семья совсем нечасто и бывает в тех семьях где муж и жена любят друг друга. Гриценко были именно такой семьёй.

— И всё-таки мне не понятно, чем ты так возмущаешься. Что, на поминках все должны сидеть как истуканы? — Иван искренне не понимал жену.

— Ну представь себя на месте отца Пугова. Не дай Бог, но что-нибудь с нашим Федей случилось? Ты бы смеялся на поминках, как отец Пугова?.. Хохотал как там все хохотали?.. А цинизм всех остальных?.. Мне Медведева жалко.

— Режиссёра? — удивился Иван.

— Да… Тоже улыбался… Случайно увидит меня, смутится… Прекрасный режиссёр, а принимает участие в этой вакханалии. Мы давно знакомы. Он всё ждал, что кончится перестройка и всё образуется. Все эти последние десять лет он находился в поисках утраченного времени, но оно не вернулось.

— Как не вернулось? Он же " Отелло" ставил, теперь " Гамлета" будет ставить.

— Не он ставил " Отелло". Пугов ставил… Медведев только присутствовал. Сдался Виктор Алексеевич!..

— Почему он не поменяет профессию?

— Ты даже представить себе не можешь, что такое театр! Театроведение — это не мой профиль. Театроведением занимаются специалисты. Они заканчивают институт, театроведческий факультет… Я журналистка… Но пишу статьи о театрах… Я тебе не говорила, просто к слову не пришлось. В школе, в девятом классе я посещала драматический кружок. Руководителем этого кружка, был Виктор Медведев… Да, да, он самый… Он тогда работал в театре актёром и вёл в нашей школе кружок. Он заразил меня театром. Не только меня. Других тоже. Он у нас в школе Деда Мороза играл. И до сих пор играет…После окончания школы я хотела в театральный поступить. На актёрский. Но и журналисткой хотела стать. В театральное училище я идти побоялась. Пошла на журналистский поступать. И поступила. Но театр не забывала никогда. Кончилось тем, что я объединила в себе любовь к двум профессиям… Театр — это зараза! Актёры и режиссёры помешаны на своих ролях, на спектаклях! Они и на своих вечеринках, когда собираются выпивать, только о театре и говорят. И ни о чём другом говорить не желают.

— Да, почему они помешаны на театре? Стоит ли он того, чтобы от него с ума сходить?

— Представь себе, что днями, годами, десятилетиями, они практически исследуют человеческую психологию. Взаимоотношения людей. На себе исследуют… В себе исследуют. Они изучают людей, а потом их играют. Они ведь и в игре продолжают изучать человеческую психику. Ершов написал давно книгу " Режиссёр — это практическая психология". Я бы добавила. Режиссёр — это практическая философия. Актёр — это практическая психология, философия, психиатрия…

— Что-то я не видел сегодня на поминках, что актёры помешаны на театре!

— Медведевские актёры помешаны!.. Они не были на поминках… У него есть своя группа актёров. Они так же работают в этом театре, но ничего не играют.

— Деньги получают и ничего не играют?

— Они деньги не получают. Они числятся в театре. Многие из них снимаются в кино.

— Почему они не перейдут в другой театр?

— Они не хотят уходить от Медведева. Ждут… Не только ждут. Они с Медведевым спектакли готовят. В театре репетируют. В любой свободной комнате. Несколько лет назад они спектакль сделали. " Красный цветок"" Гаршина. Играли в институтах, в школах для старшеклассников. Я видела спектакль… Главную роль играл — Борис Цикин. И Лиза Конькова играла медсестру….. Помнишь я написала рецензию? " Одиночество Гаршина — одиночество Медведева"?

— Что-то припоминаю.

— Об их спектакле я писала. Изумительный был спектакль!.. Он там соединил два рассказа Гаршина. — " Красный цветок" и " Пальму"… Он поместил их в сумасшедший дом!… Пальму играла актриса Михеева!.. На сцене две камеры для больных. Разделяет из прозрачная занавеска!…. Всего три персонажа. — Он, она и медсестра!.. Их враг!.. Долго рассказывать. Это надо видеть!..

— Стоп!.. — Иван выпрямился на стуле. Так концентрируется хищное животное, почуяв добычу. — Вопрос такой. Медведевские актёры хотели бы участвовать в " Отелло" и поехать на фестиваль в Лондон?

— Глупо не хотеть. Сыграть роли в шекспировской постановке, у такого режиссёра, в известном на всю страну театре, к тому же в Англию на фестиваль поехать… Мечтали бы!

— Мотив преступления на лицо!.. Убирают Пугова, расстраивают спектакль…

— Актёры на такое не способны. Они не способны убить в жизни. Они убивают на сцене, на экране… В жизни они не захотят никого убивать. Раскольников никогда бы не убил старуху второй раз! Он прошёл через убийство. Он знает, что это такое! Второй раз он на убийство не пойдёт! С актёрами происходит тоже самое. Не убивая, они убивают. Они становятся убийцами. Хорошие актёры живут с обострённой совестью. Убив один раз на сцене, они никогда не убьют человека в жизни.

— Но не все же актёры играют Раскольникова и убивают старуху?

— В каждой пьесе есть убийство. В каждом спектакле есть убийство. Не обязательно топором убивать. Убить человека можно словом!

— Актёры могли воспользоваться услугами уголовников. — не сдавался Иван.

— Не знаю… Интересно мыслишь, Иванушка. Мне бы в голову не пришла такая идея….Актёрский заговор?..

— Ну а вдруг?..

— Как ты это выяснишь?

— Ты мне поможешь.

— Как?

— Пойдёшь в театр и понаблюдаешь.

— Схватываешь мои тайные мысли на лету. Я уже подумала об этом. Завтра я пойду к Андрею Фёдоровичу, к директору театра и скажу, что хочу писать статью о репетициях " Гамлета". Он мне разрешит каждый день ходить в театр. Видеокамеру с собой возьму…

— Гениальный план!

— Хочешь, чтобы я вместо тебя нашла убийцу? Я буду заниматься следствием, а ты, театроведением.

— Ты будешь заниматься актёрами, я буду заниматься уголовниками-монтировщиками. А за одно и Муташевым.

— Надеюсь, что убийцу найдёшь ты, а не я!

— Мы вместе найдём убийцу. Завтра ты пойдёшь в театр, а я снова отыщу единственного свидетеля, Вовчика. Хочу снова с ним поговорить. Он, что-то скрывает. Я это почувствовал. Скрывает и скрыть этого не может.

— Всё, Иванушка! Расслабься. Не возбуждай себя перед сном. Опять плохо спать будешь.

— Но если меня в этом доме никто не возбуждает, мне приходится возбуждать себя, самому.

Наташа подошла к Ивану и села на его колени.

— Ты хочешь сказать, что я должна тебя возбудить?

Она прижалась своей щекой к его щеке и стала нежно гладить его голову.

ДМИТРИЙ РУСИНОВ.

Медведев сразу же после поминок, направился к Русинову, на Лесную улицу. Дмитрий Русинов совсем ещё недавно работал вместе с Медведевым в театре им. Лермонтова. Когда началась ельцинская перестройка всей страны и в частности искусства, Дмитрий ещё пытался удержаться в театре. Он старался убеждать себя, что весь этот бардак, временный, и очень скоро всё вернётся в своё русло, и можно будет продолжать служить драматическому искусству. Но вскоре понял, что весь этот бардак, хорошо спланирован и никогда не кончится. К театру и к своей профессии он относился с трепетом и поэтому в один момент решил не позорить своего имени и имени театра, а подать заявление об уходе и бежать куда глаза глядят.

Медведев пытался уговаривать его не уходить из театра. Подождать. Он ценил Русинова. Ценил человечески и профессионально. В советское время, когда работал очередным режиссёром и ставил спектакли, он давал Русинову хорошие роли, строил с ним планы на будущее.

Уговаривал, уговаривал, но никакие доводы на Дмитрия не действовали. " Не хочу превратиться в морального урода!" — Сказал он режиссёру на прощанье. — " Лучше работать разнорабочим на стройке, чем юродствовать на сцене. Матом ругаться я могу и в пивнушке. Но не на сцене!.. Это не новаторство — это преступление!".

Русинов ушёл и устроился разнорабочим на стройку, как и обещал. Он там и по сей день работал. Медведев решивший дать бой дегенератам и для этого ему нужны были хорошие актёры, верные помощники. Поэтому он и направился к Русинову.

Русинов встретил его холодно, даже враждебно. Хотя в квартиру впустил и даже указал рукой на кресло. Медведев воспользовался его предложением и сел. Русинов тоже уселся напротив незваного гостя. Посидели молча минут пять, повертели головами, влево, вправо, помолчали ещё.

— "Гамлета" собираешься ставить? — не выдержал молчанья Русинов.

— " Гамлета". - ответил Медведев. В его голосе слышалась серьёзная решимость.

— И я знаю о чём. — как бы входя в тон Медведева, с восторженной решимостью воскликнул Русинов. — Гамлет гомосексуалист. Спит тайно с Лоэртом. Офелия в молчаливых сценах берёт в руку морковку и занимается онанизмом, глядя на портрет Клавдия. Гертруда два раза в неделю, под утро, тихо соскользает с постели Клавдия и убегает в спальню Полония, отца Лоэрта. А Клавдий состоит в любовной связи сразу с двумя — С Розенкранцем и Гельдинстерном. Для этого он их и выписал из Англии…

— Клавдий спит с приезжими актёрами по очереди?. - засмеялся Медведев. — Ну ты даёшь, Дима! Такое даже Пугов не смог бы придумать, царство ему небесное.

— Я тебе такое могу придумать… Например, Гамлет и Лоэрт во время финального боя, рекламируют ножи, а Озрик, местный аристократ, рекламирует…

— Не угадал! — резко перебил его Медведев. — Я буду ставить спектакль против пуговых… Понимаешь?.. Против!.. Поэтому к тебе и пришёл. Уговаривать тебя, мне помочь.

— Изыди, Сатана! — крестом замахал Русинов рукой в сторону Медведева. — Под расстрелом не пойду! Я этой дряни порога не переступлю! Не театра порога не переступлю, а этой дряни… Не знаю, как и назвать эту дрянь! Всё Виктор Алексеевич, с этим покончено. И навсегда!

— Да, подожди ты, не кипятись!

— А я не кипячусь. Я поражаюсь тебе, Виктор, как ты можешь работать в этой клоаке!

— Разве я работаю? Это он работает, мой двойник.

— Знаю твою теорию двойников. — отмахнулся Русинов. — Может быть у меня тоже есть двойник, как у тебя, только он ещё недоразвитый. Он ещё не может заниматься практическим злом.

— Он просто боится. Не надо бояться. Ты оставляй своего хорошего двойника дома, превращайся в другого, выходи в город и делай то, что тебе не хочется делать. Делай это бесстрастно. Механически… Но ты боишься, что твой двойник не справится. Люди часто принимают свой страх за порядочность. А когда подвёртываются обстоятельства, то эти самые порядочные, которые всех вокруг обвиняли во всех смертных грехах, начинают творить такие чудеса дьяволизма, что и непорядочные вздрогнут!

— Что ж по твоему, все порядочные люди не делают зла, только потому, что боятся? А если сделают, то о них станут говорить, " В тихом болоте, черти водятся"?.. Так кажется подонки говорят о порядочных людях?

— Всё относительно. Изобрети теорию относительности в духе и всё встанет на свои места.

— Теория относительности в духе, уже есть. — твёрдо сказал Русинов.

— Уж не ты ли её изобрёл?

— Достоевский! Фёдор Михайлович Достоевский. Но об этом никто не знает. Никто не обратил внимания… А я обратил!.. Достоевский написал " Люди отличаются друг от друга, ощущением гармонии". Твой Гамлет тоже говорит похожее. " Люди не бывают хорошими или плохими сами по себе, они бывают таковыми в наших оценках"… Пятьсот лет говорит, а его никто не слышит!.. Но у Достоевского сильней!.. Достоевский великий философ.

— Ну ладно. Бог с ним, с Достоевским. Я говорить с тобой пришёл. Мне нужен Клавдий и лучше тебя эту роль никто не сыграет.

— Клавдий — это хорошо! — задумчиво сказал Русинов. — Клавдия можно хорошо сделать!… Отрицательный персонаж… Убийца, прелюбодей, но… В конце просыпается совесть! Как у Годунова… " И мальчики кровавые в глазах!"…

— Знаю я тебя. — замотал головой Медведев. — Ты всегда был адвокатом своих ролей. Ты всегда был прилежным учеником Станиславского. " Играешь злого, ищи где он добрый"…Искать конечно нужно… Но только для разнообразия… Ты читал пьесу, " Розенкранц и Гильденстерн"?

— Читал.

— Там у автора они несчастные жертвы. Короли играют свои игры, а " Розы" и " Гильды", расплачиваются своими головами… Враньё!… Автор лукавит. Или ни черта не понимает. Розенкранцы и Гильденстерны, страшнее и опаснее всех королей, во сто крат! С королями мы не видимся. Они высоко от нас. Между королями и народом есть прослойка. Опричники сильных мира сего. Не короли надевают на нас наручники и сажают в лагеря, не короли нас обворовывают, банкротят, закрывают фабрики и заводы и отправляют весь народ на пенсию. Не короли, посылают наших детей на войну, вынуждают всех заниматься торговлей, грабить друг друга, убивать… Этим занимаются Розы и Гильды. Они решают наши судьбы… Клавдий законченная сволочь. Может быть иногда он и задумывается… Только иногда. Он задумывается только тогда, когда у него, что-то не получается… Мне не нужен такой Клавдий! Клавдий — зло!.. Гамлет — добро!.. Всё!..

— Я с тобой согласен. С недавнего времени я и сам так начал думать. Почему я должен быть адвокатом своей роли? Почему я должен защищать таких, как Клавдий?.. Ты спрашиваешь, как определить, кто порядочный, а кто нет? Христос — вот пример!

— С каких пор ты стал религиозным?

— Оставим это!

— Оставим.

— Я хочу тебе помочь, — после молчания сказал Русинов — Очень хочу… Но ещё больше я не хочу возвращаться в театр. Извини, Виктор… Не могу себя пересилить!

— Я задумал ставить "Гамлета" серьёзно. Я и " Отелло" серьёзно хотел ставить…

— Да Пугов не дал?

— Я хочу взять фразу Гамлета " Ну и переполох, когда подвох наткнётся на подвох", за основу спектакля…

— Извини… Забыл. Когда это он говорит?

— Когда Клавдий посылает его в Англию и даёт сопроводительное письмо англичанам Розу и Гильду… В письме сказано — " По прибытию в Англию, Гамлета обезглавить"… Гамлет, Роз и Гильд, плывут как ты помнишь на коробле в Англию…Ночью, Гамлет, когда Роз и Гильд засыпают, вскрывает письмо, читает и подделывая почерк Клавдия, пишет новое письмо, изменяя его смысл. " По прибытию в Англию, Розенкранца и Гильденстерна, обезглавить.". Подделывает подпись Клавдия, ставит королевскую печать, дубликат у него был, запечатывает письмо, кладёт его обратно в шкатулку " своих друзей" и Говорит, " Ну и переполох, когда подвох наткнётся на подвох.". Эта фраза будет главной темой спектакля. В борьбе со злом, все средства хороши. Да, ты посмотри, что делает Гамлет!.. Притворяется сумасшедшим, издевается над всеми, интригует и в конце концов убивает всех своих врагов. " Ну и переполох, когда подвох наткнётся на подвох". Теперь понял?

— Понял. — скривился от душевной боли Русинов. — Но я думать не хочу о театре! Меня рвать тянет, когда вспоминаю театр!.. Ты посмотри, что делается!.. А в кино?..

— Сколько прекрасных театров было в Москве! — возразил Медведев.

— Я о нашем говорю!.. О теперешнем! Я в наш никогда не вернусь!

— Причём здесь театр? — вскричал Медведев. — Всё смешал!.. Театр, как корабль!.. Помнишь?.. " Пираты захватили корабль, убили капитана, а управлять им не умеют!"… Обиделся он на корабль и за штурвал больше не станет!.. Тогда давай расчищать путь для пиратов!.. Путём самоустранения!.. — Мы уходим, а вы делайте что хотите!.. Надо бороться с ними!..

— Но как? — тоже вскричал Русинов.

— Интриговать, притворяться, убивать…

— Кого убивать?

— Пуговых убивать!

— Его уже убили! Без тебя убили!

— Это я его убил! — крикнул Медведев.

Русинов замер. Режиссёр видел, как оценивает его слова актёр. На его лице и в глазах было написано, что он занят набором признаков. Фактов, случаев, эпизодов, связанных с Медведевым.

Дима, за считанные секунды вспомнил реплики Медведева, брошенные им за весь период их знакомства, жесты, выражение лица, поступки и его глаза с каждой долей секунды наполнялись каким-то пониманием.

Как режиссёр, Медведев знал, что оценка какого-то факта, может длиться минуты, часы, дни. Русинову хватило минуты оценить признание Медаведева.

— Ну, конечно ты!.. А кто же ещё!.. Но ведь решиться на убийство, надо иметь причину. — возбуждённо размышлял вслух Русинов. — Теория одно, практика другое. Я хорошо тебя знаю и ты бы мог убить кого-нибудь в своих мечтах… Теоретически, так сказать. Но практически… Скажи, как так получилось?

— Ты помнишь, когда Женька Гайчук умер на сцене?

— Почему не помнить, не сто лет назад случилось.

— Женю убили!

— Не понял?.. У него сердце остановилось. Или что-то в этом роде.

— Вот именно, что-то в этом роде. Его убили! Ты помнишь, что по роли, он должен был выпить тогда стакан вина? Женя выпил залпом стакан " вина" будучи уверенным, что в стакане простой чай. Он не знал, что в стакан с водой, было подмешано спиртное… Ты помнишь, когда его несли на носилках санитары, один из них сказал, что от Женьки прёт алкоголем?

— Помню.

— Но ведь до этого он долго не пил. Говорил, что завязал… И вдруг выпил…

— Куда ты клонишь? Мы же все знали, что Женька пьющий человек. Тут всё нормально…Всем говорил, что завязал, а сам продолжал пить в тихоря. Бывает и так.

— Не пил он! — крикнул Медведев. — До того злополучного вечера, он не пил уже месяца четыре!

— А ты откуда знаешь?

— Он был вшитый!.. Он сам мне сказал.

— Почему же в театре никто не знал о настоящей причине смерти?

— Потому что дело замяли. В милиции замяли, в прокуратуре замяли. Уверен, что по просьбе Муташева… Убийцы как-то узнали, что Женька вшитый… Ведь стакан тоже брали на экспертизу. Они обнаружили в стакане кроме воды, и спиртное. Женька выпил из этого стакана и сразу умер.

— Кому понадобилось его убивать?

— Прокуратура провела следствие. Многих допрашивали. Мне потом многое рассказал Андрей Фёдорович…

— Наш директор?

— Да. Прокуратура почти уверенна, что спиртное, в стакан подлил Пугов. По просьбе Муташева. Наверняка Пугов проделал это вместе с уголовниками, которых Муташев внедрил в театр. Пугов с ними тесно общался. Кстати, Муташев старых монтировщиков уволил. Оформили новых. Уголовников…

— Зачем Муташеву понадобилось убивать Гайчука?

— Сначала я думал… Женька открыто был против назначения Пугова на роль Яго. Он так же был всегда против коммерческого статуса театра… Но не за это, его убил Муташев. Женька что-то узнал о Муташеве… О его деятельности в театре. О его бизнесе… Женя хотел мне рассказать о своём открытии… Многим хотел рассказать, но не успел.

— Какой бизнес можно делать в театре? — в недоумении развёл руками Русинов. — Как говорят… " Актёрам в театре нечего красть, кроме реплики партнёра".

— Актёрам! — согласился Медведев. — Но кроме актёров в театре ещё кто-то работает.

— Что же это за бизнес такой? — задумался Русинов.

— Это я и хочу выяснить. Но сначала хочу отомстить за Женю!

— Ты уже отомстил. Убил Пугова.

— Муташев ходит в живых…

— Ты хочешь и их прикончить?

— Обязательно!

— Я приду в театр. — решительно сказал Русинов. — Когда надо?

— Завтра… Почему вдруг согласился?

— Я должен быть рядом с тобой. Я хочу тебе помешать убивать дальше. А то, ты весь театр по перебиваешь. Я не хочу тебя потерять, Алексеич! Тебя вычислят и в тюрьму по-садят! Не хочу тебя видеть в тюрьме… Если и сидеть в тюрьме… Так вдвоём!

Медведев молча обнял Русинова и вышел из квартиры.

СЛЕДСТВИЕ ПРОДОЛЖАЕТСЯ.

Гриценко потратил всё утро, чтобы найти мальчика. Единственного свидетеля убийства Пугова. Иван Григорьевич кружил вокруг дома Пугова, пытаясь вычислить, в каком подъезде и в какой квартире, живёт Вова. Он хотел поговорить с кем- нибудь из жильцов этого дома, но как на зло почти никто не выходил из подъездов и не входил. Если даже он кого и встретит, как расспросить их о мальчике? Он ведь может ему навредить своими расспросами. Ведь наверняка люди Муташева, так же разыскивают свидетелей. Если убийство его рук дело, то он должен убедиться, что свидетелей не было. Если он к этому непричастен, то он тоже, невзирая на прокуратуру, которая поставила под контроль это дело, будет искать убийцу. Хорошо если второй вариант… А если первый?… Не получится ли так, что своими расспросами, Гриценко сам выведет убийц на мальчика… Но с другой стороны мальчика нужно найти во чтобы это не стало. И найти первым!

Наконец Гриценко осенило! Ему пришло в голову, что мальчик должен где-то учиться. В какой-то ближайшей школе.

Ближайшая, средняя школа оказалась совсем рядом. Он направился туда. Зайдя в здание школы, Гриценко направился прямо к директору.

Афонасий Павлович, директор школы, изучив удостоверение Гриценко, указал рукой на стул.

— Садитесь пожалуйста, Иван Григорьевич. — директор тоже уселся в своё директорское кресло за столом. — Что опять натворили наши ученики?

— Мне это неизвестно. — улыбнулся частный сыщик. — Я по другому поводу пришёл.

— Замечательно! — также улыбнулся директор. — Я признаться думал, опять какая-нибудь неприятность. Тяжело стало работать. Ученики другие, родители другие… Не то, что десять лет назад. Почему в нашей стране было лучшее образование?.. Был я за границей… Послали туда передовой опыт перенимать. Там ученики с седьмого, или с шестого класса выбирают несколько предметов… Допустим… Рисование, свой родной язык и ещё парочку предметов. И всё!.. И учат только эти предметы до выпускных экзаменов. Из списка могут вылететь такие предметы, как физика, математика, или история… Представляете?.. А у нас всему учили. Всем предметам, какие только существуют в природе. До окончания школы учили. Потом пожалуйста! Потом выбирай себе профессию и учи её в институте… В художественном училище математика не нужна? Побоку её… Но это потом!.. А в школе будь любезен дай ученику представление обо всех предметах. В школе закладывается фундамент… Я разговаривал с нашими… Они сейчас живут там… За границей. Эмигранты приехавшие из Советского Союза, умеют всё. И посчитать до тысячи, и автомобиль починить, и дом отремонтировать. Разобрать и собрать телевизор… Почему? Потому, что школа им дала основу!..

Гриценко не перебивал директора. Он понимал, что пред ним сидит, тот тип людей, которым иногда ужасно хочется выговориться. А тут такая удача. Следователь пришёл!

— Я почему эту тему обостряю, — продолжал выговариваться директор — потому что у нас в Росси, тоже хотят такую систему образования внедрить. За тем нас и послали туда… Но у нас сейчас никакая система не сработает. Для наших мальчиков и девочек, и эти несколько предметов сейчас не понадобятся. А где их прикажете применять? Фабрики и заводы закрыты, научно исследовательские институты закрыты. В стране почти ничего не производится. Кругом один только бизнес. Как вам горбачёвская перестройка? Не надо отвечать!… Вы наверное подумали, что я со случайным человеком разговариваю?.. Вы, случайный человек, зашли в школу, я вас арестовал и душу вам раскрываю? Любому случайному человеку душу раскрываю?.. Вы человек не случайный для меня. Я вас очень хорошо знаю.

— Откуда вы меня знаете? — удивился Гриценко.

— Так мы ведь с вами в одном районе работаем. И живём в одном районе. Несколько лет назад вы раскрыли нескрываемое преступление. Изнасилование и убийство Андрюши Колотова…

Гриценко словно током ударило после упоминания директором того страшного дела!

Дело Андрюши Колотова попало в руки Гриценко в " третьем варианте". Он тогда ещё работал в прокуратуре. Два следователя до него работали с этим делом. Но безрезультатно. Если нет результата, есть путаница. Это можно сравнить, как если бы кто-то пытался сделать паркетный пол. Он его покрыл, но сделал это ужасно. Пол получился покоробленным, поверхность неровная, везде трещины, щели и бугры. Что надо в этом случае делать следующему паркетчику? Только одно — Переделать всю работу. Это сделать и предстояло Гриценко.

Он знал, из материалов следствия, что мальчик гулял во дворе своего дома и вдруг исчез. Проходили дни, недели, месяцы, годы, но мальчика не могли обнаружить.

Гриценко с энтузиазмом взялся за это дело. Он ненавидел преступления связанные с убийством маленьких детей. А то, что Андрюши уже нет в живых, он не сомневался.

В первый же день расследования, он пошёл к дому, где жил исчезнувший мальчик. Придя во двор этого дома, он разговорился с дворником. Они сидели на скамейке напротив подъезда, где жила семья Андрюши и дворник подробнейшим образом отвечал на вопросы следователя.

Слушая дворника, Валерия Герасимовича, Гриценко почувствовал, что двор, в котором они сидели, был каким-то не натуральным. Огромная баскетбольная площадка, построенная видимо совсем недавно, украла всё пространство двора. Создавалось впечатление, что эту площадку построили по желанию какого-то очень важного жильца этого дома. Любителя баскетбола. Или по желанию сыночка, очень важного лица.

Гриценко спросил дворника о баскетбольной площадке. Когда она была построена и что было во дворе, до её постройки? Валерий Герасимович поведал. Что год назад во дворе дома стояли два стола, мужики на нём играли в домино, детская площадка, спортивный уголок для взрослых. Деревья, цветы. А чуть дальше, за заборчиком, был деревянный сортир. Его давно хотели снести, да всё руки не доходили. Со старых времён всё стоял.

Гриценко узнал от деда, что сортир снесли год назад. Но тогда, когда мальчик гулял во дворе и исчез, сортир ещё стоял. Иван Григорьевич сразу понял, что убийца мог сбросить убитого им мальчика в яму с нечистотами!

Яму раскопали на следующий день и нашли там тело мальчика. А рядом с телом нашли несколько листочков. Потом экспертиза показала, что эти листочки были когда-то лепестками роз.

Гриценко опросил свидетелей и выяснил, что недалеко от двора, где случилась трагедия, есть цветочный магазин и в этом магазине работает очень странный продавец. Иван Григорьевич арестовал этого странного продавца и тот вскоре признался, что это он убил мальчика. Изнасиловал, убил и бросил тело в яму. А цветы у убийцы оказались в руках случайно в тот день. И мальчика он встретил, случайно. И изнасиловать его решил, случайно. И бросил в яму букет Роз следом за мальчиком, тоже случайно… Так он рассказывал на следствии и потом в суде.

Таким образом, следователь прокуратуры, раскрыл нескрываемое преступление, за несколько дней. И ему было очень приятно, что кто-то ему напомнил об этом.

— И вашу жену, Наташеньку знаю. — продолжал удивлять следователя, директор школы. Она ведь училась когда-то в нашей школе…

— Конечно в вашей! — радостно воскликнул Гриценко. — Ваша же школа, тридцать седьмая?

— Тридцать седьмая. — подтвердил директор. — Когда Наташа здесь училась я ещё не был директором. Я тогда был только учителем. Учителем истории… Она в драмкружок ходила. А руководителем кружка, был тогда Медведев. Он сейчас режиссёром работает в театре.

— Он что, и сейчас ведёт драмкружок? — автоматически спросил Гриценко. Для поддержания разговора.

— Нет, давно уже не ведёт… А вот Дедом Морозом, до сих пор выступает.

— Каким Дедом Морозом?

— Обыкновенным. На новогодние праздники… Подрабатывает у нас, Виктор Алексеевич. Он очень хороший Дед Мороз.

Возникла пауза.

— Что это я вас разговорами донимаю. — Афонасий Павлович поднялся со стула. — Я сейчас нам кофе организую.

— Не стоит. — остановил его Гриценко. — Я не надолго.

— Да, конечно. Вы ведь зачем-то пришли. — директор снова сел на стул. — Я вас слушаю.

— Я разыскиваю мальчика. Он живёт вон в тех домах. — Грицекно указал рукой через окно в сторону многоэтажных домов.

— А в каком классе он учится?

— Не знаю.

— Как зовут мальчика?

— Друзья его называют, Вовчиком. Ему на вид лет восемь, девять… Большие глаза… Часто их опускает. Наверное боится, чтобы мысли его не прочитали.

— Я знаю этого мальчика. — уверенно сказал директор и улыбнулся. — Я очень люблю Вову. Скажите ради Бога, он ничего не натворил?

— Успокойтесь, Афонасий Павлович, Вова ничего не натворил.

— Так вы разыскиваете Володю Соловьёва?.. Из второго "Б". Я сейчас его вызову. Посидите в одиночестве. Я сейчас.

Директор поспешно вышел из кабинета, а Гриценко встал со стула и стал прохаживаться по кабинету.

— " Что я здесь делаю? В этом кабинете?" — размышлял сыщик. — " Ах, да… Ищу убийцу!.. И так уж мне надо найти убийцу? Найти преступника?.. Убили дружка уголовников. Кем же был Пугов, если дружил с уголовниками?.. Что собственно говоря есть — "Преступление"? Преступить закон… Чей закон?.. Государственный закон. А если государство убивает кого-нибудь?.. От имени государства?.. Ну найду я убийцу, а что дальше? Мне хорошо заплатят. Отец Пугова заплатит… Или спонсор театра заплатит? А если сам спонсор убил Пугова?.. Его помощники?.. Зачем тогда спонсор хочет найти убийцу? В театре кто-то обмолвился. " Спонсор ищет убийцу". Ничего не понимаю… Да, ладно, поищем. Работа, есть работа. Кто-то создаёт законы, кто-то их нарушает, а кто-то ищет преступников и сажает их за решётку. Стало быть, я сожалею… У директора душа болит. У всех нормальных людей, душа болит… У Пугова душа не болела. А что я знаю о Пугове? Неужели он заслуживал убийства?.. Расстрел — это крайняя мера наказания! Имел ли право убийца, наказывать так Пугова?.. " Я копыт не вижу!".. Кто мог так сказать? Сильно сказано! У убийцы тоже болела душа. Он выстрадал расправу. Но кто он?"…

Открылась дверь и вошёл директор с мальчиком. Гриценко сразу узнал в нём, своего единственного свидетеля.

— Спасибо, Афонасий Павлович… - улыбнувшись, сказал Гриценко. — Именно этот ученик мне и нужен.

— Может быть вы мне объясните, что же случилось? — спросил директор, держа Вову за руку. — Мне, как директору школы положено знать. Я думаю, что и вы такого же мнения?…Садись Вова, а дядя расскажет нам, что его беспокоит.

Все трое сели на стулья.

— Вова был свидетелем убийства одного человека. — начал Гриценко. — Я решил Вову разыскать и задать ему несколько вопросов. Я уже говорил с ним вчера… Но мне показалось, что он что-то недоговаривал. Наверное не хотел говорить, когда рядом были его друзья. Сейчас их нет… Если ты хочешь что-либо добавить, Вова, ты можешь это сделать сейчас.

— А это не опасно будет для мальчика? — встревожился директор.

— Будет не опасно, если о нашем разговоре никто не узнает. Это касается и Вовы, и вас, Афонасий Павлович… Извините… Я имел ввиду, что кто-то из вас случайно может проговориться.

— Я директор школы, Иван Григорьевич. Директор старой формации. Пятнадцатилетней давности, так сказать. Вы можете надо мной смеяться, но все ученики нашей школы, являются моими детьми. И если мои дети в опасности, проговориться я никак не смогу!

— Очень хорошо! — Гриценко осторожно посмотрел в глаза Вовы. — Вова, ты что-нибудь хочешь добавить к сказанному мне вчера?

Вова опустил глаза и молчал.

— Ты уже знаешь, что о нашем разговоре никто не узнает… Ну, что же ты молчишь?

— Может быть ты знаешь кто стрелял в Пугова, но хорошо к нему относишься и не хочешь его выдавать? — мягко спросил директор. — Что глаза прячешь?

— " Глаза — это зеркало души". - глядя в пол, ответил Вова.

— Ты не хочешь на нас смотреть, потому что боишься, что мы прочитаем твои мысли? — спросил Гриценко.

— Угадали. — ответил Вова.

— Кто этому тебя научил? — поинтересовался Гриценко.

— Могу догадаться. — ответил директор. — Света. Она сидит с ним за одной партой.

— Не угадали. — пробурчал Вова.

— Вова, — начал очередную попытку разговорить мальчика Гриценко. — Как бы ты не относился к убийце… Он убийца! Он лишил жизни другого человека…

— Вы хотите, чтобы я теперь лиши — Что ты имеешь ввиду? — испугался директор.

— Если я вам скажу кто убил Пугова, его приговорят к расстрелу.

— У нас в стране не приговаривают к расстрелу. — иронически заметил директор. — Убивай кого хочешь…

— Вова, мы теряем время. — строго сказал Гриценко.

— Я всё-равно не скажу вам, кто убил Пугова.

— Знаешь, но не скажешь? — воскликнул директор. — Это, что-то новое.

— Мы всё-равно найдём убийцу. — решительно сказал Гриценко.

— Не найдёте! — так же решительно сказал Вова.

— Найдём!

— Не найдёте! Деда вы всё равно не найдёте! — Вова начал раздражаться.

— Какого деда? — недоверчиво спросил директор.

— Это что, кличка? — оживился следователь.

— Ну да… Его все так кличут! — засмеялся Вова.

— Ты не смейся. Какого деда?

— Обыкновенного деда.

— Так его убил пожилой человек? — допытывался директор.

— Очень пожилой!

— Сколько ему лет? Семьдесят?.. Восемьдесят?.. Убийца старый человек?

— Старый, очень старый. — Вова усмехнулся опять.

— Сколько ему лет, примерно?

— Не знаю. Может быть триста, может быть пятьсот… А может быть и тыщу лет.

— Что ты несёшь? — директор начал злиться на своего ученика. — Люди не живут до таких лет!.. Ты должен сказать, кто убил Пугова! Это твой долг! Долг гражданина!

— Я не гражданин.

— А кто ты? — опешил директор.

— Я человек!

— Кто тебя такой ерунде научил?

— Вы, Афонасий Павлович. Вы на каждом собрании говорите нам, что вы не гражданин, а человек!

— Ну ты даёшь! — Ещё больше опешил директор. — Хотя ты прав. Если не хочешь говорить, не говори. У нас демократия… Перестройка!.. Иван Григорьевич, если Вова не хочет говорить, он не скажет. Я знаю этого мальчика.

— Ладно. — вставая со стула, сказал Гриценко. — Не хочешь говорить, не надо. Если передумаешь, то дай знать Афонасию Павловичу. Я оставлю твоему учителю свою визитную карточку.

Гриценко пожал на прощанье руку директору, похлопал по плечу Вову и вышел из кабинета.

ПЕРВАЯ РЕПЕТИЦИЯ.

На следующий день, утром, зайдя в здание театра, Медведев сразу же увидел много актёров, столпившихся на месте, где был вывешен приказ о распределении ролей на " Гамлета". Они смотрели на доску и оживленно переговаривались.

— Доброе утро, господа! — поприветствовал всех режиссёр.

— Доброе утро, Виктор Алексеевич. — ответили актёры.

— Ольга Ростова будет играть Гамлета? — спросила режиссёра одна из актрис.

— А что вас смущает? — спросил актрису Режиссёр.

— Его пол. — ответила другая актриса.

— А какого пола Гамлет? — спросил режиссёр.

— Думаю, что мужского.

— Ошибаетесь, Верочка. Гамлет вообще бесполое существо.

— И кто же он по вашему?

— " Оно" — Ответил Медведев. " Оно", под названием — " Горе".

Все актёры перестали галдеть, а Медведев направился в репетиционный зал.

Там уже все были на месте. Все актёры, занятые в спектакле и помощник режиссёра со своим экземпляром пьесы.

Медведев сел за стол, открыл свой экземпляр, заранее положенный на режиссёрский стол помрежем и начал репетицию.

— Друзья! Сегодня мы начинаем репетировать "Гамлета". О чём будем ставить?.. Формула мне известна. Призову на помощь самого Шекспира. Не знаю, кто говорит эти слова, в какой пьесе и по какому поводу…Забыл. Но не это главное. Вот эти слова. — " Коль будем жить, так свергнем королей, а коль умрём, погибнут с нами принцы. Нам совесть говорит оружие свято, когда за правду поднято оно!"… Возьмём за основу фразу Гамлета " Ну и переполох, когда подвох наткнётся на подвох!"…. Сквозное действие Гамлета — Заговор Гамлета с его отцом — призраком, против Клавдия и его помощников. Сквозное действие спектакля — Осуществление заговора Гамлета и его помощников, против Клавдия и его сообщников… Сверх задача Гамлета — Восстановить справедливость!.. С менимальными потерями для его души… Призрак говорит Гамлету " Но как бы не сложилась месть, не посягай на мать.". Мать Гамлета оказалась обыкновенной сучкой. Гамлет живёт в мире дегенератов. В такой среде живёт наш Чацкий, в " Горе от ума". Только Чацкий был великим болтуном — Гамлет, великим воином!.. Испытал ли он облегчение после своей мести? Думаю, что нет. Гамлет был " Духовным Геркулесом"… И он убивал!.. В этом его собственная трагедия. Гамлет был уверен, что убивать необходимо, но он так же знал, что его убийства ничего не изменят. Мир останется таким, каким его создала природа… В этом полный трагизм Гамлета. Гамлет отрицает " всеобщую гармонию" и за эту гармонию борется. Он бежит по дорожке, которая ведёт вникуда и продолжает бежать по ней… Фраза Ивана Карамазова " В Бога я верю, но мира я его не принимаю", относится так же и к Гамлету. Гамлет — это кромешное одиночество. Другие бы на его месте, узнав о вероломстве близких ему людей, разуверились бы во всём. Или превратились бы в подлецов, или спились, или покончили жизнь самоубийством… Мы ещё будем возвращаться к философии Гамлета. Обрастать, так сказать, мясом, а теперь… Что же играть?.. Начну с Гамлета… Гамлет у нас женщина… Оля, не надо играть мужчину. Будь сама собой. Гамлет, глазами женщины… Ты понимаешь о чём я говорю?

— Понимаю, Виктор Алексеевич. — ответила Ольга…

В это время открылась дверь и в репетиционный зал вошёл директор театра и Наталья Гриценко.

— Извините, господа, что прерываю репетицию. — обратился директор ко всем. — Виктор Алексеевич, я знаю, не любит когда на репетиции присутствует кто-то посторонний… Но я думаю, что Наталья Фёдоровна не посторонняя для вас?.. Известная журналистка, наш доброжелатель, в прошлом ваша ученица… Правда она почему-то забыла в последнее время дорогу в наш театр… Вот вспомнила. Наталья целое утро уговаривала меня, разрешить ей сидеть на ваших репетициях… Она потом хорошую статью о нас напишет.

— А если наоборот? — спросил Медведев.

Все актёры засмеялись.

— У меня рука не поднимется писать плохое… — засмущалась Наташа.

— Кто знает, кто знает…

— Так вы не возражаете, Виктор Алексеевич? — перебил обоих директор.

— Не возражаю. — ответил режиссёр.

— Прекрасно! Я надеюсь вы найдёте местечко для Натальи Фёдоровны?

— Мне бы хотелось сесть где-нибудь в уголке. — попросила Наташа.

— Пожалуйста. — улыбнулся режиссёр. — У нас их целых четыре.

— Да, совсем забыл. — спохватился директор. — Наталья Фёдоровна, так же хочет снимать репетицию на камеру.

— Снимай, Наташа. — согласился режиссёр. — Только Лоэрта не снимай крупным планом. Он у нас сегодня с похмелья.

— Так я же не знал, что попаду в спектакль! — оправдывался Павленко. — Прихожу в театр, как обычно… Перед этим пару кружечек пивка… Я уже много лет ничего не играю… А тут вдруг на тебе…

— Господа, мне некогда! — оборвал его директор. — Надо фестивалем заниматься.

Директор извинился ещё раз за неожиданное вторжение и вышел из комнаты. Помреж поставила стул в углу комнаты возле окна и предложила Наташе устраиваться по удобней. Наташа села на стул, вытащила из сумки камеру и положила её на колени.

— Продолжим господа. — Медведев снова заходил по комнате. — На чём мы остановились?

— На том, что Гамлет — аристократ! — ответил актёр назначенный на роль Полония…

— Записала, Наташа? — Медведев улыбнулся журналистке.

— Очень хорошо! — воскликнула Наташа. — Это лучше, чем делать из Отелло, идиота!

— Виктор Алексеевич не хотел показывать " Отелло" зрителям!..

Эту фразу сказал Павлик, молодой актёр, назначенный на роль Франсиско. Сказал и на полуслове осёкся. Его лицо стало пунцовым. Глаза забегали по сторонам. Те актёры, которых Виктор Алексеевич занял в спектакле, ненавидели Пугова и любили Медведева. Они были почти уверенны, что режиссёр закрыл спектакль, не желая позорить своё имя и имя театра. Все догадывались об этом, но никто не произносил свои мысли в слух, боясь подставить своего режиссёра. Своей фразой, Павлик, не желая того, как бы раскрыл молчаливый заговор актёров. Тем более в присутствии постороннего человека, каким они считали журналистку Наташу.

В комнате воцарилось напряжённое молчание. Возникшая пауза угрожающе затянулась. Наташа сама пришла на помощь растерявшимся актёрам.

— Не расстраивайся Павлик… Так ведь тебя зовут?..

— Так. — уставившись как кролик на удава, еле слышно ответил Павлик.

— Я тебя запомнила по ГИТИСУ. В учебном спектакле " Голого Короля", ты играл первого министра?

— Играл…

— Мне понравилась твоя роль! Там ты играл лицемера, но в жизни ты не лицемер. Не волнуйся, что проговорился. Каждому нормальному человеку, знавшему ваш театр и вашего режиссёра, Виктора Алексеевича, несколько лет назад, в голову могла прийти только одна мысль… Ты её сейчас высказал.

— Твоей прямолинейности, нет границ, Наташа. — сказал Медведев. — Продолжим репетицию. У нас мало времени… Точнее, у нас его совсем не осталось. Директор театра меня сегодня оглоушил. У нас на репетиции всего две недели.

— Как две недели? — подпрыгнула на стуле Гамлет.

Реплики недоумения посыпались с разных сторон.

— Мы слишком много времени потратили на " Отелло". Через три недели мы должны играть спектакль на фестивале… А через две недели прилетит комиссия… Смотреть наш спектакль.

— Тогда мы слишком много разговариваем! — строго сказала помреж. — И ещё… Вы знаете стиль работы Виктора Алексеевича. Он обычно требует заучивание текста роли наизусть, за одну неделю. В данной ситуации, вам даётся два дня.

Дверь в комнату снова открылась и в неё влетел запыхавшийся Олег Мамонтов, распределённый на роль Горацио.

— Извините, господа!… Виктор Алексеевич, из… вините! Опоздал. Уже ехал в театр… Машину остановил… Один хмырь. Попросил подбросить его до Садового кольца… Поехали… Он передумал. Говорит " Отвези меня в аэропорт"… Деньги дал сразу… Сто баксов. Зелёными. Я не мог отказать!… Что они так на меня смотрят?.. — он посмотрел на актёров — Поднимите руку, кто бы из вас отказался от ста долларов?.. Если кто поднимет, я откажусь от театральной зарплаты… Которую давно не получаю.

— Кто на тебя смотрит? — ответил за всех Иван Сергеевич Прохоров-Полоний. — У тебя мания величия.

— Я на тебя, например смотрю… Когда ты отдышишься? — продолжил тему Сурен Папазян- Розенкранц. Ты же спортсмен!.. Наиграл как собака.

— Ты думаешь я нарочно задохнулся…

— Типун тебе на язык, Олег! — вскинула руки Михеева-Гертруда. — Задохнулся он!.. Ты запыхался.

— Запыхался он, или не запыхался, пару бутылок, нам он обязан купить. — Вмешался в разговор Антон- Бернардо. — Мы здесь понимаешь пыхтим, думаем о его роли… А он доллары зарабатывает…

— Господа, вы даёте себе отчет, сколько дней до премьеры? — возмутилась помреж.

— Да, действительно. — подал голос режиссёр. — Что-то мы разболтались. Олег садись на стул и принимай участие…

Входная дверь открылась очередной раз и в комнату вошёл директор и спонсор.

Директор отступил в сторону, дав спонсору простор. Муташев не вошёл в комнату. Он постоял немного в проёме двери, обвёл всех свирепым взглядом и отрезав приказным тоном — Я жду! — резко удалился.

— Извините господа в сотый раз! — сдавленным голосом сказал директор. — Муташев срочно хочет поговорить с Виктором Алексеевичем.

— На какую тему? — недовольным тоном спросил Медведев.

— Не знаю.

— А после репетиции нельзя? Ведь он сам знает, что у нас всего две недели!

— Виктор Алексеевич, вы же сами знаете, если ему взбрела в голову какая-нибудь проблема, он захочет её решить сразу.

— Хорошо, идём. — Медведев решительно пошёл к двери. Потом резко остановился и обернулся. — Почитайте по ролям первую сцену!

Режиссёр и директор вышли из комнаты и направились к директорскому кабинету. Войдя вовнутрь, Медведев увидел уже сидящего в директорском кресле, Муташева.

— Садитесь и располагайтесь. — с нескрываемой иронией, сказал спонсор. — Чувствуйте себя как дома.

— Прошу прощения господа, — директор пошёл к двери — вы беседуйте, а у меня много дел.

Директор вышел из своего кабинета. Медведев сел на стул напротив Муташева и выжидательно посмотрел на него.

— Своих тащишь, Виктор Алексеевич! — Муташев прострелил режиссёра проницательным взглядом. — Моих побоку, своих протащил… Почему на царицу поставил Михееву?.. Почему… Свету Назаренко не поставил? Она Дездемону репетировала, а сейчас без работы осталась! Что люди скажут?

Медведев прекрасно понимал, что сам по себе, без поддержки влиятельных людей из министерства культуры, или из мэрии, или, без генерала, отца Пугова, Муташев не чувствовал бы себя всесильным. Сейчас он всесильный, потому что за ним стоит сила. Они стоят за кулисами. А на сцене Муташев. Он давно уже превратился в главного, денежного козыря, сладострастной, похотливой и в конец развращённой, притеатральной мафии.

Медведев понимал подсознанием, что пиявки прилипли и присосались к театру, не только потому что здесь хорошенькие актрисы, бассейн и бар с алкогольными напитками. Что-то здесь кроется ещё!.. Но что?.. Да, и не это главное сейчас. Главное сейчас, отстоять состав актёров. Для отелловцев сегодня траурный день! Их не заняли в " Гамлете". А они все, любимчики спонсора. Медведеву сейчас надо быть настороже. Надо сыграть с Муташевым в его же игру. Надо стать бизнесменом. Как Розенкранц и Гильденстерн… С кем сейчас общаются, ими сейчас и становятся.

— Это бизнес, Совдат! — начал свою роль Медведев. — Зритель не дурак. Он не пойдёт на Свету. Зритель подумает, что мы его дурачим… Света по возрасту не подходит для Гертруды. Дездемона молодая. Там Света была на месте. А в " Гамлете"?.. Света, такого же возраста как и Ростова. А выглядит она моложе Оли. Какая же она мама Гамлета? Ты хочешь, чтобы зрители нас тухлыми яйцами забросали? Тогда мы на этом спектакле денег не заработаем!..

— Но ведь Свету можно загримировать… Скажу тебе честно. Как мужчина мужчине… Валентин Дмитревич, из министерства культуры, хочет, чтобы царицу…

— Королеву. — поправил Муташева режиссёр.

— Королеву… Шакал с ней!.. Понимаешь? Она ему уже позвонила. Он мне позвонил… Валентин Дмитриевич, сына потерял…

— " Теперь боится любовницу потерять." — подумал Медведев.

— Не хорошо! — продолжал Муташев. — Пусть Света играет Царицу.

— Но это сейчас уже невозможно!

— Не забывай, я плачу деньги за спектакль… Пусть половина актёров будет твоя, половина, моя.

— По твоей просьбе я взял Ростову. Я убил свой замысел!.. На такую уступку тебе пошёл!

— Очень хорошо сделал! Хорошо… Не бери мою половину. Возьми только Свету и всё.

— А что я Михеевой скажу?

— Скажи, что ты в следующем шоу, дашь ей роль… Леди… Как её там?.. Она со своим мужем, убивает всех?

— Леди Макбет. — подсказал Медведев.

— Вот, вот… Леди Макбет!

— Я не собираюсь ставить Леди Макбет!

— Ну тогда эту… Тоже у Шекспира… Красивая женщина…

— Клеопатру?

— Да, да!.. Клеопатру!

— Михеева вышла из этого возраста.

— Какая тебе разница. Ты только скажи!..

— Хорошо, Совдат. Я что-нибудь придумаю.

— Так я скажу Свете, чтобы она шла к тебе в комнату?

— Скажи.

— Спасибо, дорогой. Мужчины всегда договорятся!

— Мне надо идти, Совдат.

— Иди, дорогой.

Медведев вышел из кабинета и сразу же туда, вошёл директор

— Андрей Фёдорович. Дорогой. — ласково обратился к директору Муташев. — Пошли на репетицию Медведева, " Трёх мушкетёров". Режиссёру надо помочь. Ему будет трудно выгнать Михееву и взять Назаренко. Вся эта актёрская шобла начнёт его уговаривать не выгонять Михееву… Если мушкетёры будут там сидеть, все они свои языки в задницу засунут. Мушкетёры их напугают насмерть. Я их предупрежу… Сделай доброе дело!

— Каким боком они будут на репетиции? Там застольный период. Причём здесь монтировщики?

— Кому-то стулья передвигать, если надо… Как говорится, на подхвате быть… Шестерить… Придумай, что-нибудь.

— Хорошо, Совдат. — ответил директор и пошёл искать монтировщиков.

Возвратясь в репетиционную комнату, Медведев немедленно продолжил репетицию. Заменять он никого не собирался. Он надеялся, что до конца репетиции он что-нибудь придумает.

— Вперёд, господа! — крикнул режиссёр. — Вперёд и Гамлет победит! Смерть клавдиям, полониям, ричардам, макбетам… И всем мракоделам мировой драматургии!

Все актёры увидели в глазах режиссёра безумный блеск. Это был для них положительный признак.

— Оля иди на площадку. — скомандовал он.

Оля-Гамлет поднялась со стула и встала на открытую площадку комнаты, свободную от стола и стульев.

— Кто давно не работал со мной, тому напомню…

Медведев заходил кругами по комнате. Напоминая свой метод, он всё больше распалялся. Движения и жесты его, становились всё более энергичнее. Все актёры, работавшие с ним и любившие его, знали, что репетирует он на ногах и заставляет репетировать так, всех актёров. Медведев не отвергал метод Станиславского делать подробнейший анализ пьесы за столом, но поскольку он сам был ужасно непоседливым, то застольный период автоматически отпадал.

… - При всём моём уважении к Станиславскому, " Влезть в шкуру персонажа, которого ты играешь", невозможно. Как мы можем нащупать его шкуру? Какая шкура была у Гамлеа? Чью шкуру мы можем пощупать?.. Только свою. Что мы можем нащупать у Гамлета, кроме его шкуры?.. Его дух!.. Наша шкура у нас есть… Наше тело. Но нам нужна другая душа… Мы должны нащупать душу Гамлета и вогнать эту душу в наше тело. Ольга должна проделать это со своим телом. Говоря формулой " Ты должна нащупать дух Гамлета, и загнать его в свою шкуру"… На это тебе отводится всего неделя… Давай нащупывать… Оля, центральный твой монолог, не " Быть, или не быть". Центральный монолог дальше… Монолог о Гекубе, предшествует центральному монологу…

Медведев подошёл к столу и открыл свой экземпляр пьесы.

— Смотрите, что получается. Первый, приезжий актёр, по просьбе Гамлета, читает монолог о Гекубе. Затем актёр уходит и Гамлет после препирательства с Полонием, остаётся один. Начинает монолог — " Вот я один." Бля-бля-бля… И вот. В середине монолога…

" Ну и осёл же я! Как это славно,

Что я, сын умерщвленного отца,

Влекомый к мести небом и геенной,

Как шлюха, отвожу словами душу…"

… В этом монологе он принимает окончательное решение! Здесь переломный момент в его жизни…

Монолог " Быть, или не быть" — Очередные, философские рассуждения. Он не может быть центральным. Центральный монолог " Вот я один"… Всё!.. Оля, ты сказала, что все монологи Гамлета, уже знаешь наизусть… Начинай.

— " Вот я один"? — уточнила Ростова.

— Да…

Ростова поняла, что хочет от неё режиссёр и сразу включилась в действие!

— " Не стыдно ли, что этот вот актёр

В Воображение, в вымышленной страсти

Так поднял дух свой до своей мечты,

Что от его работы стал весь бледен.

Увлажен взор, отчаянье в лице…"

Ольга не смогла продолжить монолог. В комнату вошли, директор и монтировщики.

— Виктор Алексеевич, знаю, что надоел вам своими частыми посещениями. — директор обвёл выразительным взглядом и всех присутствующих. — Мы подумали с Совдатом Гапуровичем, что нечего монтировщикам по театру без дела шататься. Пусть сидят на репетиции и будут на подхвате… Если понадобится столы, или стулья передвигать… Они в вашем распоряжении, Виктор Алексеевич…

Директор, выразительно посмотрел в глаза режиссёру. Медведев знал тайное желание Бессонова, освободиться от спонсорства и вернуться в лоно государства. Когда театр перестраивали сильные мира сего, по каким-то им ведомым причинам, Андрей Фёдорович был внутренне против. Но воевать с министрами и миллионерами он был не в состоянии. Как опытный дипломат, он не высказывал своих мыслей в слух, но если появлялась хоть маленькая возможность расшатать позиции Муташева в театре, он эту возможность использовал. Когда Муташев начал настаивать на присутствии монтировщиков на репетиции, Бессонов хотел на отрез отказать ему. Но подумав, он решил вероломство Муташева повернуть против него, самого. Пусть журналистка воочию убедится в какой кошмарной обстановке существует сейчас театр. Благо Муташев не знает о присутствии на репетиции известной в Москве журналистки.

— Заходите, господа. — Медведев так же выразительно посмотрел в глаза Бессонова. — Берите стулья и садитесь.

— Желаю удачи, Виктор Алексеевич. — сказал директор.

— Сделаю всё возможное. — ответил режиссёр.

Бессонов вышел из комнаты.

— Оля, отложим на время с Гамлетом! — сказал после паузы, режиссёр.

Медведев понимал, что серьёзная репетиция, с появлением дегенератов, приостановлена. Началось представление, в котором главными действующими лицами будут, уголовники и журналистка.

— Сейчас давайте поработаем над сценой могильщиков. — режиссёр полистал пьесу и нашёл нужную страницу. — Саша, Валера, идите на площадку.

Медведев поставил два стула в центре комнаты.

— Господин режиссёр, — обиделся Русик, один из вошедших монтировщиков — вы только прикажите!.. Мы сами поставим чего, куда надо.

— Мало одного стула, я второй поставлю. — подхватил приятеля, Гога.

— Спасибо ребята, стулья уже поставлены. Если нам, что-нибудь понадобится, я вас попрошу.

— Просите и будет исполнено. — уверил режиссёра Колёк и со смешком в глазах покосился в сторону своих дружков.

— Могильщиков будем решать, как отчаянных философов. — Медведев сел на стул.

Актёры-могильщики последовали его примеру. Они поняли, что репетировать режиссёр не собирается. Когда он репетирует, он обычно ходит. Что он сейчас собирается делать, это известно только ему.

— Легче всего их решать как простолюдинов. — продолжал режиссёр — Могильщики ценят свой труд. Мало этого, они считают, что их профессия самая важная в мире. Они…

— Какие они бабки гребут! — перебил режиссёра Колёк. — Они за одного жмурика, загребают столько баксов, сколько актёрам за месяц не поднять!

— Они себя не считают простолюдинами. — не замечая реплик весёлой троицы, продолжал Медведев. — Они уверены, что занимаются самым серьёзным и нужным делом. У Шекспира, здесь всё предельно ясно… Вот это место.

" 1-ый могильщик. — Кто строит прочнее каменщика, судостроителя и плотника? Да, скажи и можешь гулять.

2-ой могильщик. — А вот могу сказать.

1-ый могильщик. — Ну-ка!

2-ой. — Нет, не могу, чёрт.

1-ый. — Не ломай себе голову и скажи; " Могильщик". Дома которые он строит, простоят до Судного дня…

— Точно списано! — воскликнул Русик. — Прям как дядя Петя!.. Помнишь Гога?.. На кладбище, когда Моржа хоронили?.. Ну, который ему яму вырыл, а потом его закапывал? Чё, забыл?

— Да, помню. — скривился Гога. —

— Водки ему принеси, закусон принеси… Даёшь баклану, а ему всё мало!

На репетициях "Отелло", когда Медведев полностью потерял контроль над ситуацией, позволялось всё. Ставили ведь пародию. И новоиспечённые монтировщики привыкли, что балаган на репетициях — это норма. Медведева раздражила болтовня на репетициях, но сейчас он сам провоцировал разговоры. Чем быстрее возникнет скандал, тем быстрее монтировщиков уберут из зала.

— Могильщики так же уверенны, что они самых благородных кровей. — повысил голос режиссёр.

— Дядя Петя тоже понты разводил. — поддержал режиссёра Колёк. — Даю ему яблоко закусить водяру, а он салфеткой его протирает.

Монтировщики дружно загоготали.

— Послушайте " мушкетёры"! — не выдержала помреж. — Может быть вы дадите актёрам репетировать?

— Валёк всегда к нам прислушивался. — возмутился Русик. — Хоть и Ягой был… Хоть и Ягу репетировал… Яга не последний человек в " Отелле".

— "Яго", не склоняется! — поправила уголовников, помреж.

— Кто склоняет? — возмутился Колёк. — Я его склоняю?.. Я про него никогда плохо не базарил!

— Правду говорит, Колёк! — заступился за приятеля Гога. — Пугов человеком был. Он говорил, что монтировщики самые главные в театре. Хороший был человек! Зайдёт к нам в курилку, поговорит по душам… Он много не бакланил… Как эта, бакланит…

— Виктор Алексеевич, — вскочила со стула помреж — я к директору пойду! Пусть он уберёт отсюда этих…

— Успокойтесь, Наталья. Васильевна. — проговорил Медведев. — Они больше не будут… Репетируем дальше… Могильщики считают себя дворянами… Читаем…

1-ый могильщик. — Ну-ка, мой заступ. Нет стариннее дворян, чем садовники, землекопы и могильщики; Они продолжают ремесло Адама.

2-ой. — А он был дворянин?

1-ый — Он первый из всех ходил вооружённый.

2-ой — Да у него не было оружия.

1-ый — В писании сказано " Адам копал". Как он копал, ничем для этого не вооружась?"

Тут мы закончим фразой, с которой он начал. " Ну-ка, дай мой заступ"…

— Братаны!.. — крикнул Рустик. — Мы тожа дворяне! У этого Адама была одна лопата, а у нас сколько всего?!..

— Ну-ка дай мой монтировочный молоток! — глядя на уголовников, выкрикнул Гиви Орчеладзе, репетирующий первого актёра.

Все актёры засмеялись.

— Над нами смеётесь? — вспылил Гога.

— Хотели по хорошему… — взвился Рустик — Помочь бля… А вы бакланить стали. Тюльку гнать в наши уши!.. Гамлет- хуямлет… Рустик, покажи им, как ты Гамлета изображаешь. Смотрите козлы и учитесь. — Рустик вскочил на стул. — Эх, стопарика нет!

— Ништяк, — подбадривал приятеля Колёк — и так фуфло прогонишь!

— Не в падлу сказал. — вдохновился Рустик. — Заглохните дятлы! Я начал…

Всё, начал!..

" Она в меня, Дездемона родная, так втюрилась…

Что обосраться можно!

Она хотела так же жрать людей, как я едал когда-то,

В джунглях грозных, но не доел.

А сколько их бродило там, под ананасами на ветках,

Когда кишки я ел и кровью запивал их.

Дездемона слушала меня и слюнки выделяла.

Мы разговорились с ней, когда поженимся,

Поедем вместе в джунгли и будем вместе есть там,

Человеческое мясо…"

— Ну, хватит! — не выдержал народный артист Росси, Мамонтов. — Виктор Алексеевич, если вы не выгоните этих попуасов, я сам уйду!

— Кого попуасами называешь? — оскорбился Гога. — Я тебе пальцем нокаутирую!

— Я тебя нокаутировать не буду! — вскочил со стула Папазян. — Я тебя к могильщикам отправлю!.. Как клиента!..

Взрыв произошёл сразу. Гога и Папазян наносили друг другу удары кулаками. Сурен был удачлив. На лице Гоги появилась кровь. Кое-кто пытался их разнять. Колёк дрался с Русиновым. Русик размахивая стулом, наровил ударить Мамонтова. Орчеладзе отталкивал дерущихся друг от друга и кричал. — " Чума на оба ваши дома!". — Судя по всему он в молодости играл Меркуцио в " Ромео и Джульетте". Русик попал стулом по плечу Гиви. Гиви выхватил стул из его рук и ударил им, Рустика по спине.

Актёров было больше, поэтому лица " мушкетёров", стали красно-синего цвета.

— Рустик, беги к стекляшке! — кричал Колёк. — Там наших двадцать пацанов! Пусть ноги сюда делают!.. С пустыми кружками!.. По головам будем козлов ху-жить!

Рустик вырвался из цепких рук Папазяна и выскочил из комнаты Драка продолжалась…

Вдруг все услышали душераздирающий крик.

— Он здесь!.. —

Все дерущиеся, кричащие, и наблюдающие драку, разом остановились, обернулись на крик и увидели Зинаиду Петровну Обухову.

— Говорила вам, что он здесь! — продолжала кричать Обухова. — Теперь мы все пропали… Нам всем конец!.. Ищите его и убейте во второй раз… В первый… Убейте осиновым колом в грудь. Отрежьте голову и предайте её огню… Нет!.. Лучше расчлените его тело и заройте все части в разных местах… Нет!.. Растворите его мёртвое тело… Не знаю в чём… Но сначала его надо найти. Ищите его по всем углам театра. Начнём с курилки монтировщиков!.. Потом!…

— Кого искать? — с испугом спросила одна из актрис.

— Как кого? — искренне изумилась Обухова. — Настенька, ты меня удивляешь! Вы все меня удивляете! Как дети малые… Как кого? Пугова конечно. Я многим уже говорила сто раз, он жив!… Ноль внимания, фунт презрения… Он опять ведёт интригу. Это он всех столкнул лбами… Ищите его. Чего вы стоите?..

В это время в зал вбежали, директор театра и спонсор.

— Что здесь происходит? — крикнул директор. — Мы занимаемся делом, рассматриваем с Совдатом Гапуровичем эскизы к костюмам, к " Гамлету"… Нам докладывают, что убивают актёров!.. Кого здесь убивали?

— Нас убивали! — прохрипел Колёк. — Меня, Гогу, Рустика…

— А где Рустам? — испугано спросил спонсор. — Убили Рустама?

— Не… — сплёвывая с губ кровь, сказал Гога. — Побежал братанов звать. Мы их, поганых крыс, сук позорных, пивными кружками перебьём…

— Я вам перебью! — вспылил спонсор. — Пошли вон отсюда!.. И скажи там, если кто появится, я сам всех пустыми бутылками поубиваю!..

— Сами же просили припугнуть актёров… Психически опустить. — покосился на спонсора, Гога.

— Кого опустить? — заорал спонсор. — Ты что говоришь такое?.. Вон отсюда!

Колёк и Гога мгновенно исчезли!..

— Зиночка, что вы Пугова упоминали? — спонсор подошёл к Обуховой.

— Вам лучше знать, Совдат Гапурович. — всё ещё трясясь от возбуждения, проговорила Обухова. — Кого там на кладбище похоронили? Пугова, или куклу?..

— Что ты несёшь, Зина? — сказала пожилая актриса, пришедшая с Муташевым — Опять что ли?.. Пойдём в буфет. Коньячку выпьем.

— Да, действительно, Зиночка. — согласился с пожилой актрисой директор. — Пойди выпей чего-нибудь и потом приходи в мастерскую к художнику. Поедем в театральные мастерские, костюмы отсматривать.

— Какие костюмы? — удивился Медведев. — С актёров ещё мерки не снимали.

— Это будет подбор, Виктор Алексеевич. Времени нет шить новые… Они не успеют…Сегодня договоримся, а завтра с актёрами после репетиции поедем.

— Господа, продолжим репетицию. — хлопнул в ладоши режиссёр.

— А если эти… Опять пожалуют? — нервно спросила помреж.

— Не пожалуют. — успокоил её спонсор. — Подышат свежим воздухом и успокоются… Их понять можно… Их друга убили… Валентина… Назаренко, лучшую подругу Валентина не заняли в концерте… Она тоже переживает! Мушкетёры простые люди. Бесхитростные… Конечно переборщили… То есть, малость по хулиганили. Мы их за это спросим. Но их тоже надо понять. Света репетировала Дездемону, пьесу сняли и человек остался без работы.

Медведев понимал, что Муташев перешёл в открытую атаку. Назаренко он решил впихнуть в спектакль, любыми средствами. Противиться этому открыто, значит воевать с ветряными мельницами. Медведев решил "сделать шаг назад", чтобы потом, как говорил классик марксизма, " сделать два шага вперёд".

— Вы правы, Совдат Гапурович. — проникновенно сказал Медведев. — Наталья Васильевна, — повернулся он к помрежу — с завтрашнего дня, роль Гертруды мы будем репетировать в двух составах. Пригласите на репетицию и Светлану Назаренко.

— Как скажите, Виктор Алексеевич.

— Вам Зина больше не нужна? — спросила пожилая актриса директора.

— Не нужна.

— Тогда я отведу её к Василию Андреевичу… Разумеется с остановкой в буфете.

— Какой буфет! — возразил Муташев. — Я хочу понять… Почему она вторично хотела убить, Валентина?

— Я знаю в чём тут дело. — ответила за Зину, пожилая актриса. — Зиночке кто-то сказал, что Пугов был вампиром. Конечно этот, "кто-то" пошутил… Но вы же знаете впечатлительность Зиночки… Она такое накрутила вокруг этого в своём воображении!..

— Настасья Леонидовна, — раздраженно сказал директор — идите с Зиной в буфет… Ну идите же!

Пожилая актриса взяла под руку Зину и повела в буфет.

— Всё господа. — громко сказал директор. — Спектакль закончился. Все свободны… Надеюсь милицию никто не вызвал?

Послышались реплики неодобрения.

— Да, что вы, Андрей Фёдорович!.. Зачем же сор из избы выносить?.. Милиции нам только не хватало!.. Сами разберёмся…

— Замечательно! — нервно крикнул директор. — Совдат Гапурович я иду к радисту. Проверю, приходил ли к нему композитор?

— Андрей Фёдорович, — остановил директора, режиссёр — поздно писать музыку. Будем делать подбор музыки. Я уже говорил со Стрекаловым. У него есть намётки…

— Зачем подбор? — удивился спонсор. — Хорошую музыку написал Зеленин для " Отелло". Деньги заплатили ему хорошие. Эту музыку пусть играют и в " Гамлете".

Наступила пауза.

— Но это невозможно! — не выдержал Медведев. — Когда мы работали с Зелениным… Я просил, чтобы в музыке присутствовали африканские мелодии… Я ставил " Отелло"…Хотел поставить… Как трагедию религиозных несовместимостей. Дездемона- христианка, Отелло — язычник…

— Вы же пародию ставили? — возразил спонсор.

— Какая разница! Музыка-то одна… Кстати — пародийная! — нашёлся Медведев.

— А почему в " Гамлете" не могут быть африканские мелодии? — Не унимался спонсор. — В Гамлете, что… Нет негров?

— Нет! — отрезал режиссёр. — Ни одного!

Снова возникла пауза.

— Уговорили! — скрепя сердцем принял решение спонсор. — Вы режиссёр, вам и решать!

— Композитору отказать? — поинтересовался директор.

— Отказать. — Муташев пожал руку Медведеву. — Очень хорошее решение, взять Назаренко в пьесу. Благородно поступили, Виктор Алексеевич. Валентин, там не небесах, будет доволен!

Директор и спонсор вышли из комнаты… Режиссёр объявил всем, что на сегодня репетиция закончена, попрощался со всеми и взяв под руку Марию Михееву, отвел её к окну.

— Поработай сегодня дома над диалогом Гамлета и Гертруды… Ты понимаешь, что произошло? Кто и зачем пытается всунуть Назаренко в спектакль?

— Пугова папочка? — горько улыбнулась Михеева. — Любовник Светочки?

— Он самый… Завтра на репетиции мы должны окончательно отбить у неё охоту совать нос, куда ей не следует его совать.

— Но как?

— А очень просто. Я заставлю её репетировать Гертруду так, как она не сможет. Ты же знаешь её актёрские способности? Она должна завтра понять, что Гертруду она не сделает никогда! Она должна сама осознать это и отказаться от роли.

— Вы думаете она поймёт?

— Инстинкт самосохранения ей подскажет.

— " Свежо придание, да верится с трудом". - вздохнула Михеева. — До завтра, Виктор Алексеевич?

— До завтра, Мария!

Михеева и Медведев разошлись в разные стороны.

СЕМЕЙНЫЙ СОВЕТ ГРИЦЕНКО.

Вечером, того же дня, на своей кухне сидели Гриценко, пили сухое вино и обменивались впечатлениями.

— Ваня, что там было, ты даже представить себе не сможешь! Какой-то вертеп… Конечно Медведев разыграл этот спектакль для меня.

— Что-то ты палку перегибаешь… С мордобоем?..

— Драка началась спонтанно. Он её не планировал. Для него самого наверное было открытие, что все актёры жили всё это время как натянутая струна. Одной капли не хватало, чтобы чаша терпения переполнилась… Он на меня нет, нет, да посмотрит… В нужный момент…

— В какой момент?

— Когда кто-нибудь из " мушкетёров" матюкнётся… Или беспардонно поведёт себя. Или актёров прервут на полуслове…

— Что ж здесь такого? Неловкость чувствовал за себя. За всех. Реакцию твою проверял.

— Но глаза!.. Глаза были с хитринкой. И ведь смотри, он ни разу не вспылил, ни разу не поставил их на место. У Медведева крутой характер! Я его давно знаю. Репетиции для него, святое дело!.. А драка возникла спонтанно, говорю тебе. Ты же всё видел на плёнке.

— Пойдём, оператор, ещё раз просмотрим запись.

Они прошли в большую комнату, где стоял телевизор и видеомагнитофон. Кассета была уже внутри видика. Они сели в кресла и приготовились смотреть репетицию ещё раз, но в это время зазвонил телефон. Трубку взял Иван.

— Алло!.. Да… Одну минуточку. Наташа, это тебя.

Наташа взяла трубку.

— Я слушаю… Здравствуйте, Андрей Фёдорович! — Наташа зажала трубку ладонью. — Это директор театра. — Да, Андрей Фёдорович… Я же вам сказала. Никто кроме меня эту кассету смотреть не будет… Я не привыкла бить в спину… Когда закончу писать статью, я эту кассету уничтожу… Не волнуйтесь! Уникальные кадры, где бьют крутых парней, никто не увидит… К сожалению не увидит… До свиданья, Андрей Фёдорович! До завтра… Я каждый день буду ходить… Да, как договорились… До свиданья.

Наташа повесила трубку.

— Слышал? — спросила она мужа.

— Слышал.

— Ну что, смотрим?

— Включай.

Наташа нажала на " Плэй" и на экране показались дерущиеся люди.

— Прокрути назад. — попросил Иван. — До появления директора…Секундочку… Смотрим…

Иван некоторое время смотрел на экран.

— Да… Всё было задумано заранее. — констатировал он.

Голос директора с экрана.

— Через две недели фестиваль. Мы подумали с Совдатом Гапуровичем, что нечего " трём мушкетёрам" по театру бродить без дела…

Наташа поставила изображение на паузу.

— Теперь сопоставим факты, если пользоваться твоей терминологией. Директор говорит. " Мы подумали с Муташевым…" Не думаю, что директор привёл монтировщиков на репетицию по своей инициативе. Он театральный человек. Он профессионал. Он знает, что на застольных репетициях, монтировщики не нужны. На этом Муташев настоял… Почему?..

— Запугать. Ты сама рассказывала… Они после драки, что-то сказали спонсору. Они обнародовали его приказ…

— Подожди, подожди… Наташа стала ходить по комнате. — Муташев поблагодарил Медведева за Назаренко… Она теперь будет репетировать так же. Во втором составе… На репетицию она приходит завтра… А сегодня спонсор подсылает монтировщиков… Запугать актёров и предотвратить бунт… И ещё… Когда я выходила из театра, то слышала реплику одной актрисы. " Начинается! Своих любовниц пропихивают!"… Назаренко чья-то любовница. Может быть самого Муташева…

— Но ведь это ужас! — Иван схватился за голову. — Полный беспридел!

— Но убили Пугова!.. Он был в приятельских отношениях с Муташевым. Свои, убили своего?..

— Или его убили из противоположного лагеря? — Иван пристально посмотрел на Наташу. — Ты говорила, что Пугов испортил им " Отелло"?..

— Да!.. Он совершенно не слушал режиссёра. Играл своё. Пародию!.. Все актёры, занятые в спектакле, пошли за Пуговым…

— Понятно. Пугов был эпицентром всех мерзостей. Спонсор — " Крёстный отец". Он держит всё под контролем… Он наблюдает со стороны. Пугов в гуще событий. Он развращает актёров. С подачи Муташева… Зачем?.. В безнравственном коллективе, легче жить безнравственному человеку. Спонсор делает из театра, государственную модель. В безнравственном обществе, легче делать безнравственные делишки… Но какие делишки можно делать в театре?.. Муташев стоит крепко на ногах в криминальном мире. Я разговаривал сегодня по телефону с Кравцовым. Он там же работает. В МУРе. Он мне рассказал про Муташева… Тот начинал в легальном бизнесе. С государством тесно работал. Покрышками торговал. Колёсами для автомобилей. Появились деньги, связи… Стал внедряться в другие бизнесы. Бензин, автомобили, брильянты, золото. Перестал платить налоги. Вошёл в контакт с уголовниками… Много раз его арестовывали, возбуждали уголовные дела и сразу же их закрывали. Не находили прямых улик. Сейчас по всей вероятностью, занимается отмыванием денег… Он мне не советовал копать Муташева… Было время, когда ему дали такой же совет, ребята из ФСБ… Но мы отвлеклись. Не спонсор убил Пугова.

— От куда такая уверенность? — удивилась Наташа.

— Мне сегодня уже человек пять звонили. И даже не просили, а требовали отчёта о расследовании. Генерал, отец Пугова звонил, мой шеф звонил. Муташев звонил. Из министерства культуры звонили. Из префектуры звонили. Скоро из " Белого дома" позвонят… Если бы Пугова убили уголовники, то вся эта честная компания, давно бы всё знала. В уголовном мире такие дела быстро распутывают.

— Ты нашёл своего свидетеля?

— Нашёл. Я сегодня был у директора школы.

— Какой школы?

— В твоей школе. В тридцать седьмой.

— С Афоней разговаривал?

— С кем?

— Так ученики называют Афонасия Павловича… Что ты там забыл?.. В нашей школе?

— Мальчик учится там. Я просто вычислил… Описал его директору. Тот вызвал Вову… Моего свидетеля, зовут Вова. Я разговаривал с ним в директорском кабинете… И знаешь, что он мне сказал?

— Что знает убийцу?

— Именно так.

— Что ж ты молчишь? Нашёл убийцу и молчит!

— Он не сказал кто убил Пугова.

— Как это, не сказал?

— А вот так… Не скажу, говорит и всё. Мы с директором его уговаривали. И на сознательность нажимали, и на гражданский долг нажимали… Всё бес толку!..

— А припугнуть не пробовал?

— Ты же сама отвергаешь этот метод.

— Я не то имела ввиду. Бандиты тоже могут искать единственного свидетеля. Люди Муташева, например!

— Ничего они не будут искать… И всё-таки фразу одну из него выбил. Малой не понял, что проговорился. По крайней мере, возраст убийцы мне известен.

— Какую фразу он сказал?

— Сказал, что Пугова убил какой-то дед.

— Дед?.. Старый дед?

— Старый дед… Либо это кличка, либо убийца был взаправдашним дедом.

— Что собираешься делать?

— Искать деда. Он мог быть соседом Пугова… Поругались… Дед его и убил.

— Вы, два взрослых мужика и мальчишку не смогли разговорить!

— Твой Афоня запретил мне давить на него. Говорит, что если не захочет малец сказать, никогда не скажет. Захочет сказать, сам скажет… Подождать надо.

— Тебе видней… Спросил хоть, примерный возраст? Или тоже не сказал?

— Спросил. Ёрничать стал. Говорит…Деду, или триста лет, или пятьсот… Или много тысяч лет…

— Шалабан надо было ему отвесить! — сказала Наташа — Тысячелетний дед у нас только один… Это Дед Мороз!..

— Ты мне никогда не говорила, что Медведев в вашей школе драмкружок вёл.

— Говорила. Много раз. Ты мимо ушей пропускал.

— И то, что он, в твоей бывшей школе, Дедом Морозом выступает, тоже говорила?

— Я не знала. Лет десять назад выступал… Что до сих пор играет Деда, для меня новость. Медведев с тех пор постарел на десять лет… А через десять лет, ему только дедов и играть. Интересная мысль!.. Роль Деда Мороза не имеет возраста! Даже если актёру будет сто лет, он сможет сыграть Деда!.. Деда… Деда… Деда…

— Что ты заладила, Деда, Деда?..

Наташа и Иван замерли глядя друг на друга.

— Мамочки, папочки! — простонала Наташа. — Медведев! Дед — это Медведев…

— Ну конечно! — прошептал Иван. — Всё сходится! " Я копыт не вижу!"… Ловко!.. Убивает актёра… Мальчишка подползает к гаражу, видит убийство Пугова, узнаёт в убийце Деда Мороза и даёт обет молчания. Медведев возвращается в театр…

— Отменяет спектакль. Назначает новых актёров на " Гамлета"…

— Как дождаться утра?.. Утром побегу в школу. Завтра, мальчишка мне скажет правду.

— И что ты будешь делать с этой правдой? — Наташа испуганно посмотрела на мужа.

— Что делал всегда. Узнавать всю правду.

— Иванушка, пожалуйста, ничего без меня не предпринимай! Сделай на этот раз исключение. Медведев — это театр… А театр — это мой мир!.. Что ты так смотришь на телефон? Позвонить кому хочешь?

— Только своему шефу.

— Зачем тебе звонить! Когда что-нибудь подтвердится, тогда будешь звонить… Пойдём куда-нибудь… В кино, или в ресторан…

— Пойдём! — согласился Иван. — От соблазна подальше. Рука так и тянется к телефону.

Наташа и Иван быстро оделись и выскочили из квартиры.

МАЛЬЧИК ВОВА.

Все события этой истории, происходили в одном районе. И театр, и сыскное агентство, и квартира где жил Гриценко, и школа в которой училась Наташа, а сейчас учится Вова, " единственный свидетель", находились рядом. Поэтому на следующее утро, Гриценко потребовалось всего несколько минут, чтобы доехать до школы в автомобиле.

В девять часов, после того, как уроки в школе уже начались, Иван Григорьевич сидел напротив Афонасия Павловича, в его директорском кабинете.

— Надеюсь, Иван Григорьевич, вы исправили мою ошибку и передали своей супруге от меня привет? Ведь я забыл это сделать сам.

— Я бы передал ей привет от вас, если бы сам не забыл этого сделать.

— Очень джентльменский ответ! Ставлю вам оценку пять!.. Что привело вас ко мне в этот раз?.. Вы должны понять, что с Вовой мы за одно. Мы с ним единомышленники. Как хорошо, когда ученик и учитель — единомышленники… Вы пришли за его душой?

— За его телом я пришёл. За одной частью его тела. Мне нужен его язык.

— Не только глазами человека говорит душа, но и языком… Вам нужен Вова?

— Да. Но сначала я хочу задать вам несколько вопросов.

— Спрашивайте.

— В прошлый раз вы мне сказали, что Медведев, режиссёр, играет в вашей школе роль Деда Мороза? Он что, каждый новый год играет?

— Он у нас незаменимый Дед.

— А школьники знают, кто у них Дед Мороз?

— Знают дети по старше. Медведев ведь их использует, как своих партнёров, в своём представлении. Его внучку играет наша девочка. Света из седьмого "А"… Медведев сам пишет сказки. Потом репетирует с ребятами… Ну, а потом они эту сказку разыгрывают, на новогодних представления… Кстати, Вова Соловьёв, интересующий вас мальчик, вот уже третий год, играет в медведевских сказках, роль Нового года… И очень хорошо играет… Виктор Алексеевич уделяет мальчику много времени на репетициях. Он считает, что Вова, очень способный мальчик… В драматическом смысле… В сценическом… Хотите посмотреть фотографии? Мы в каждый новый год делаем фотографии.

— Покажите, пожалуйста. — как бы нехотя согласился Гриценко.

Директор подошёл к шкафу, открыл его и вытащил очень толстый альбом.

— Пожалуйста любуйтесь. — директор стал листать альбом. — Вот эти фотографии самые свежие. Это сценки из спектакля последнего нового года… Это сам Медведев-Дед Мороз… Рядом Вова-Новый год. Это наша Света- Снегурочка… Рядом, Витя-Медведь, снежинки… Все снежинки из пятого "А"…

— Огромное спасибо, Афонасий Павлович! — разглядывая фотографии, поблагодарил директора, Гриценко. — Вова у вас молодцом!

— Он очень любит свою роль… "Нового года"… Целый год ждёт прихода Медведева. Целый год ждёт репетиций!..

— Меня заинтересовали их совместные репетиции. — задумчиво сказал Гриценко. — Можно с ним поговорить ещё раз?

— Позову, Иван Григорьевич.

Директор вышел из кабинета, а Гриценко продолжал рассматривать фотографии.

Дед Мороз и Новый год, стоят рядом и улыбаются друг другу. " Пугова убил Дед"… Не может быть, чтобы было так всё просто. Мальчик проговорился не подозревая, что выдаёт своего учителя. Медведев его учитель. Учитель драмы. Хоть и раз в год… Нет! Это было бы слишком просто! Гриценко не любил, когда на ум приходили быстрые и лёгкие решения. Раз!.. И убийца пойман…

В кабинет вошли, Афонасий Павлович и Вова.

— Иван Григорьевич, получайте нашего Нового года. — директор пошёл к своему стулу,

Вова остался стоять у двери.

— Здравствуйте… — поглядывая, то на директора, то на следователя, проговорил Вова.

— Человека, которого ты видишь, зовут Иваном Григорьевичем. — представил директор следователя Вове.

— Ты можешь называть меня дядей Ваней. — сказал Гриценко мальчику.

— Я называю дядями тех, кого уважаю. — глядя в пол проговорил Вова.

— Ты меня не уважаешь? — спросил Гриценко.

— Чтобы уважать человека, надо его хорошо знать.

— Во, как!.. — подскочил на стуле директор. — Кто тебя этому научил?

— Научить этому нельзя. — так же паркетному полу ответил Вова. — Это можно только почувствовать.

— Выходит, ты меня не уважаешь? — искренне удивился директор. — Ведь ты называешь меня по имени отчеству?

— Вас уважаю… Вы другое дело… Вы директор. Я хочу называть вас дядей Афоней… Не положено!.. Я всем в школе говорю, что вы Афонасий Павлович… Когда они называют вас Афонасием. Я не стучу, я вас предупреждаю.

— Ты не ябедничаешь, Вова, не волнуйся… А что касается Афонасия… Это естественно. Как ты знаешь, меня зовут Афонасием… Прибавить к слову Афонасий, слово, дядя… Будет, "дядя Афонасий" Если они меня называют… Так, по простому… Значит уважают!

— Ошибаетесь! — повысил голос Вова. — Они над вами смеются так. Говорят — "-А… Этот, Афонасий!"… — Петька Кирилов подарил учихолке, Жане Андреевне, цветы. Ему его пахан приказал… Родитель, то есть. День рождения у неё был… Над Петькой потом вся школа смеялась. " Афонасием" его стали обзывать. Вами его стали обзывать. Слово " Афонасий" у них хуже чем, Лох.

— За что они меня так невзлюбили? — дрогнувшим голосом спросил директор.

— Потому что вы добрый. Они над добрыми смеются. Над математичкой тоже смеются… Я до неё плохо знал математику… Она нам говорит. — "Летела стая птиц. Пятнадцать птиц. Пять улетело. Сколько осталось?"… — Они промеж себя базарят… Говорят… Что пусть она про математику рассказывает, а не про птичек… Но я, так лучше понимаю. Математика — это птички.

— У тебя есть ещё один учитель. На стороне… Кто тебе помогает, всё понимать?

— Ничего нельзя понять, пока не почувствуешь. — Вова посмотрел в глаза директора.

— Я догадываюсь, кто тебя учит всему этому. Медведев очень часто приглашает Вову поучаствовать в спектаклях. Когда театру нужны дети на сцене. Интересно, позовёт он тебя на " Гамлета"?

— Если в спектакле нужны дети. — ответил Вова. — Дядя Витя никогда не выдумывает их специально.

— И часто он приглашает тебя? — подключился к разговору следователь.

— Часто. В этом году театр будет ставить " Красную шапочку". Не знаю кого он мне даст… Но не Красную шапочку…

— Кто знает! — засмеялся директор. — Заболтались мы на посторонние темы… Иван Григорьевич хочет тебе задать несколько вопросов…

— Хоть сто!… - Вова снова уставился в пол. — Я всё-равно не отвечу.

— Вова… — очень осторожно начал Гриценко. — Я знаю, что пока ещё не заслужил твоего уважения. Надеюсь, что когда-нибудь заслужу… Но в жизни, мы вынужденны общаться с людьми, которых мы не уважаем…

— Кто же вас вынуждает? — перебил следователя Вова.

— Обстоятельства вынуждают… И очень часто… Дело которым мы занимаемся, мы так же не уважаем. Сейчас я ищу убийцу Пугова. Я Пугова не знал в жизни… Я его не уважаю… Но я уважаю свою профессию. Афонасий Павлович тоже уважает свою профессию. Он учит истории всех. И тех кого уважает, и тех, кого не уважает. Он выполняет свой долг. Как и я. Мой долг, найти убийцу… Того, кого я покажу тебе сейчас на фотографии, я тоже уважаю. И я обещаю тебе, что по мере моих возможностей, я постараюсь не причинить ему зла. — Гриценко поднёс к глазам мальчика фотографию. — Ты сказал, что Пугова убил " Дед"… Всмотрись в лицо Деда Мороза. Это, тот " Дед", о котором ты нам в прошлый раз рассказал?

Случилось неожиданное. Мальчик взглянул на фотографию. Его глаза наполнились страхом. Он вскочил со стула и выбежал из комнаты. Следователь и директор сидели оцепенело и смотрели друг на друга. Потом, как по команде так же вскочили со своих стульев и выбежали в коридор. Он был пустым. Вовы там уже не было. Кабинет директора находился на первом этаже. Мужчины бросились вдогонку за мальчиком к выходу из школы. Выскочив во двор, они увидели мальчика подбегающему к забору.

— Подожди, куда ты? — крикнул директор.

— Вова, остановись! — так же крикнул следователь.

Мальчик ловко перелез через забор и побежал по улице. Директор и следователь остановились.

— У мальчишек есть преимущество. Они могут перепрыгивать через заборы! — не скрывая радости, воскликнул директор. — Теперь его не догнать!.. Что вы собираетесь делать? На сколько я понял, вы подозреваете Медведева? Но это же абсурд!.. Бред какой-то! Дед Мороз — убийца!.. Даже в сказках такого не бывает. Там… Кащей Бессмертный, или Соловей Разбойник… На худой конец Леший… Но чтобы Дед Мороз!..

— Я вам не говорил, что Пугова убил Дед Мороз. — ответил следователь. — Я ещё не знаю кто его убил.

— Вот именно! — подхватил директор. — Вова мог что-то напутать. Ему могло показаться, что он узнал в убийце Деда…

— Пугов был его соседом. — продолжал успокаивать директора, следователь. — Если Пугова недолюбливали в театре, то и его соседи могли его недолюбливать. И у мальчика была наверное причина относиться к нему плохо…

— Вот именно! — обрадовался директор. — Он выдал желаемое за действительное. Дед Мороз убивает Кащея… Не всё же Деду только пугать всех. — "Заморожу, заморожу!"… Надо же когда-то от слов перейти к делу… Вову надо немедленно найти!

— Не волнуйтесь, Афонасий Павлович. Я знаю куда он побежал.

— К Медведеву?.. Предупреждать его об опасности?

— Да.

— Молодец!.. Вы меня извините за мою реакцию. Вы ведёте расследование… Странная ситуация…

— Обычная. Люди симпатизируют преступникам и не симпатизируют милиции.

— Я вам симпатизирую и Медведеву симпатизирую… Вы его в преступники записали?

— Версия… Медведев, только " Версия".

— Куда вы сейчас? В театр?

— Нет. Время терпит… Я сейчас пойду и выпью кружечку пива.

— Остаётся вам только позавидовать.

— Пойдёмте со мной.

— Не могу. У меня сегодня четыре урока.

— Очень жаль… Тогда я пожалуй пойду.

— Всего доброго, Иван Григорьевич.

— Всего доброго и вам, Афонасий Павлович.

Они пожали друг другу руки. Следователь пошёл к выходу из школы, директор направился к входу в здание.

РЕПЕТИЦИЯ ПРОДОЛЖАЕТСЯ.

В десять часов утра началась вторая репетиция " Гамлета". По распоряжению директора, вчера, после репетиции, заведующий труппой повесил на доску объявлений приказ о назначении актрисы Назаренко на роль Гертруды. Теперь гертруд было две.

— Начнём, господа. — cказал режиссёр ни на кого не гдядя. — Я сказал вам вчера, что сегодня мы начнём со сцены, Гамлета и Гертруды. — Медведев поискал глазами исполнителей. — Гамлет на площадку и первый состав Гертруды, на площадку…

— А что, уже есть первый состав? — подала голос Назаренко.

— Условно, условно… — ответил режиссёр.

— Так и будет условно до самой премьеры? — изобразила удивление на лице, Назаренко. — В первый состав выходит тот, кто репетирует лучше. А ещё не известно кто репетирует лучше… Я, или Михеева?..

Назаренко чувствовала себя уверенно. С режиссёрами обычно не принято обсуждать, кто в первом составе, кто во втором. Но судя по всему, Муташев пообещал Назаренко, что, она будет играть в первом составе. И в единственном.

— Ты совершенно права, Света. — cдержал свой псих режиссёр. В другой раз он быстро бы поставил актрису на место. Но сейчас всё было гораздо сложнее и опасней. — Сейчас говорить о составах преждевременно. Давайте репетировать… Сначала Мария, потом ты.

Назаренко обвела всех торжествующим взглядом. Первый раунд она выйграла.

— Отложите роли. — сказал режиссёр. — Будем импровизировать. Оля… Мария… На площадку… Задачи у вас простые. Разыгрываем жизненную ситуацию. Ты…. - режиссёр указал на Олю. — требуешь ответить Михееву, почему она сделала аборт. Ты…. — Режиссёр указал на Марию. — защищаешь себя и предъявляешь доказательства своего решения… Текст импровизационный.

Режиссёр специально заставлял актрис импровизировать. Импровизацией в драме заниматься могут только талантливые и опытные актрисы. У Ольги Ростовой был талант, но большого опыта не было. У Марии Михеевой был и талант, и большой опыт. Медведев был уверен, что импровизируя с Михеевой, Оля, имея талант, заразится опытом Михеевой.

Проблему абортов Медведев взял умышленно. Он знал, что Михеева ненавидит замужних женщин, делающих аборты. Медведев знал по опыту, как Марию затрясёт психофизически, когда она услышит слово " Аборт". Режиссёру и надо было, чтобы Михееву затрясло, потому, что Назаренко, никогда не трясло, ни психически, ни физически. А по мнению Медведева, да и по мнению большинства режиссёров, актрис должно трясти иногда на сцене. Во всяком случае тогда, когда они играют женщин, которых иногда трясёт. — Начали! — cкомандовал режиссёр.

Актрисы вышли на площадку и стали импровизировать.

— Оля — Я узнала недавно, что вы сделали аборт?.. Это правда?

— Мария — Да, сделала?

— Оля. — Вы убили своего ребёнка?.. Вы убили ребёнка вашего мужа!..

— Мария. — А чем я его буду кормить?.. Может быть ты мне дашь работу?.. — Михеева остановилась. — Виктор Алексеевич, не могу я говорить про аборты! У меня истерика начинается.

— Гертруда сделала аборт! — крикнул Медведев. — Предав своего мужа и выйдя замуж за его брата, она выбросила из себя зародыш короля. Клавдий сделает всё, чтобы Гамлет не стал королём!.. И она об этом знает!.. Нет… Демагогия… Забудь об этом. Королевская проблема не разбудит в тебе эмоций… Ты сама придумаешь… Продолжайте… Ты должна!..

Актрисы продолжили импровизацию.

— Оля — Вы сказали, что вам кормить его будет не чем?.. А вы… — Оля искала слова. — А вы…

— Мария. — Что я? — помогала ей Михеева. — Посоветуешь подбросить его кому-нибудь?..

— Оля. — Вы могли бы отдать малыша своим родственникам…

— Мария. — Нет у меня родственников!.. Мама и папа умерли… Братья и сёстры разъехались по миру… Где их теперь искать?

— Оля. — Вы не имеете их адресов?.. — Ольга постепенно освобождалась от зажима и входила в диалог. — Неужели вы с ними не переписываетесь?

— Мария. — Раньше переписывалась… Потом они поменяли место жительства. Своих новых адресов они мне не сообщили.

— Оля. — Как отнёсся ваш муж к тому, что вы сделали аборт?

— Мария. — Я не делала аборт!… Извините, Виктор Алексеевич… Я буду играть своё!

— Играй что хочешь! — cогласился Медведев.

— Мария. — Я не делала аборт!.. Как ты могла подумать, что я сделала аборт?!.. Тебе кто-то наврал! Тот, кто прекрасно знает, как я отношусь к абортам!..

— Оля. — Я не поверила этому человеку… Я была уверена, что это неправда…

— Мария. — Почему же спросила?.. Усомнилась?

— Оля. — Ну а вдруг!.. А вдруг!..

Импровизация толкнулась. Актрисы зацепили тему. Михеева задрожала, на глазах появились слёзы и задыхаясь от подступающего взрыва рыданий, она продолжала импровизировать.

— Мария. — А вдруг?.. Какое может быть вдруг?.. Вдруг забеременела… Вдруг сделала аборт. Вдруг стала убийцей!.. Ты знаешь, что сказал мой сын, когда подрос и услышал впервые слово " аборт"?.. Он меня спросил. — "Мама, а ты тоже делала аборты?" — Я ответила, что нет. И потом спросила. — А если бы сделала? И что? — А он мне… — " У меня сейчас был бы братик… Или сестричка… Мы бы играли вместе. Ходили бы вместе на каток. Помогали бы друг другу делать уроки… Я смотрел " Красную шапочку", а они никогда не посмотрят!.. Они никогда не будут с нами собирать грибы… Мы бы смотрели вместе фигурное катание. Мы бы… Мы бы!…

Михеева приготовилась рыдать.

— Стоп! — остановил актрису режиссёр. — сейчас инфаркт получишь… И все мы.

Присутствующие в зале, облегчённо вздохнули.

— Машенька, умница! — прокричала помреж.

Со всех сторон послышались одобрительные возгласы. Михеева отошла к окну и закурила. Она приходила в себя. Медведев возбужденно походил по комнате, затем сел и сказал.

— Так… Разминаем Гертруду… Теперь другой состав… Света, пожалуйста.

Назаренко встала со стула и прошла на площадку.

— Задачу мы изменим… Для Гертруды… Света, что тебя волнует в жизни?

— Мы можем оставить тему абортов. — сказала Назаренко. — Волнительная тема.

— Хорошо. — Медведев сел на стул. — Начинайте.

— Оля. — Света, мне сказали, что ты сделала аборт. Это правда?

— Света. — Правда.

— Оля. — Ты убила своего ребёнка?

— Света. — Никого я не убивала. Это сделали врачи… А ты сама, не делала абортов?

— Оля. — Я не делала абортов… И ты знаешь почему.

— Света. — Знаю… И я больше не буду делать аборты… У меня спиралька.

— Оля. — Час от часу не легче. Очень хорошее решение вопроса.

— Света. — Послушай милочка… Если бы женщины всё время беременели и рожали…

— Оля. — Если любишь человека, то зачем спиралька?

— Света. — Если любишь…

— Оля. — А ты не любишь?

— Света. — Почему я перед тобой должна отчитываться? Много будешь знать, скоро состаришься… Теперь ты ответь мне на вопрос. Когда женщиной станешь?

— Оля. — Когда полюблю, тогда и стану.

— Света. — А если никогда не полюбишь? Так и будешь сидеть в девственницах?

Медведеву стало не по себе. Повеяло цинизмом. Он больше всего не любил когда сталкивался с циничными актёрами. Он вспомнил, что точно так же начинались репетиции " Отелло". Пугов-Яго, сначала на репетициях шутил, потом стал хохмить, потом юродствовать. Медведев никак не мог повлиять на ход событий. Ведь начинал репетировать " Отелло" не он, а главный режиссёр театра. Максим Викторович.

И когда тот уехал за границу и спихнул постановку Медведеву, уже было поздно говорить о дисциплине. Максима уже не волновала дисциплина в театре. Его ждала Швеция.

Он позволял Пугову всё, что тому вздумается. И когда Медведев стал доделывать спектакль, весь отелловский состав, подчинялся воле Пугова.

Конечно Медведев понимал в какой ситуации репетировал Стрижёв. Тот состав актёров был ему навязан Муташевым. Уже много лет, с приходом в театр спонсора, занимались в спектакле одни и те же актёры. Симпатизирующие спонсору и его новой политике. Пришло их время. Можно было выпускать спектакли легкомысленные, не затрачивая много интеллектуальных и духовных усилий, и при этом получать неплохую, постоянную зарплату.

Но главным их источником наживы, были гастроли. Внутри страны и за рубежом. Если театр ехал в Астрахань, они закупали там по дешёвке " Воблу" и по приезде в Москву, распродавали её по немыслимо высоким ценам. Если театр ехал в Туркмению, они закупали там бухарские ковры, ручной работы, грузили их в поезд вместе с декорацией и проделывали с ними тоже самое, что они проделывали с воблой.

Спонсор театра, не только закрывал на весь этот " актёрский бизнес" глаза, а даже приветствовал его.

Таким образом театральная труппа раскололась на две лагеря. На тех, кто любил театр, как творческий организм и на тех, кто воспринимал театр, как торговую базу.

После того, как " Отелло" сняли с репертуара, в связи со смертью актёра, Медведев занял в своём спектакле актёров, преданных своей профессии. Таких актёров и служащих театра было совсем немного, но их было достаточно, чтобы сделать " Гамлета".

Всё складывалось хорошо для Медведева и его единомышленников, но с приходом Назаренко оказалось, что противоположный лагерь легко сдаваться не собирается. Актёры и режиссёр понимали, сегодня клан спонсора продвигает в спектакль Назаренко, завтра на репетиции окажется другой торговец коврами, послезавтра третий и так далее.

Тревогу надо бить сейчас! Медведеву надо было сделать всё возможное, чтобы Назаренко в спектакле не было.

— Стоп!.. Стоп! — прервал совершенно бесполезный диалог, режиссёр. — Что-то ты недопонимаешь, Света… Изменим тебе задачу… Света, вспомни, что тебя в жизни больше всего волнует и против чего протестует твоя душа?

— Меня просто бесят люди в нашем городе! — ответила Назаренко. — Злые, не приветливые. Поговорить не с кем. Спросишь кого-нибудь, как пройти на такую-то улицу, или не ответят, или пошлют в другую сторону.

— Давайте это. — согласился режиссёр. — Возьмём твою проблему, Света и разовьём её… С тобой сегодня случилась жуткая история. Ты шла по улице, к тебе подбежала совсем маленькая девочка и попросила тебя, перевести её на другую сторону улицы. Ты спешила… И отказалась её переводить. Девочка стала переходить сама и её сбила машина. Насмерть!.. Света, ты рассказываешь эту историю своей подруге, Оле… Понятно?

Актриса кивнули головами в знак согласия.

— Начали!..

Оля. — Что с тобой, Света?.. Что-нибудь случилось? Ты такая бледная?

Света. — Следующий раз покрашу лицо другим тоном и не буду бледной.

Оля. — Тогда я иначе тебя спрошу… Ты какая-то взволнованная?..

Света. — Конечно… А как же… Я сегодня не помогла девочке перейти дорогу… А она попала под машину…Девочка попала под машину… Ко мне подбежала девочка и…Маленькая девочка… — Назаренко искала слова. — И… Попросила перевести её на противоположную сторону улицы… Я опаздывала на съёмки… Ты же знаешь, что такое телевидение… Сразу в прямой эфир! Опоздаешь, неприятностей не оберёшься. Могут расторгнуть договор. Потом вообще никогда не пригласят. Ты же знаешь этих троглодитов! Вон, Комалина, один раз опоздала на съёмку, её на телевидении внесли в чёрный список. И всё!.. Хана ей! Теперь на телевидение ей дорога закрыта. А помнишь Регину Миансарову? На три минуты опоздала. Так они взяли с неё такой штраф, что боже мой!..

— Переходи к девочке! — нетерпеливо сказал режиссёр.

— Как хотите, Виктор Алексеевич… Забыла… Спроси меня ещё раз, Оля.

Оля — Что с тобой случилось?

Света. — Да нет, не это!.. Спроси меня, что случилось с девочкой.

— Оля. — Что случилось с девочкой?

— Света. — Как что?.. Я же тебе сказала. Она попала под машину!

— Оля. — Но как?

— Света. — Что же мне по сто раз повторять.

— Оля. — Ты сама меня просила, чтобы я тебя спросила ещё раз.

— Света. — Да… Извини… Какой ужас!.. — Назаренко схватилась за голову. — Какой ужас! Я её не перевела… Я ведь опаздывала!.. Девочка сама стала переходить дорогу и попала под трамвай!..

— Оля. — Ты минуту назад сказала, что девочка попала под машину. — Издевалась Оля над муташевской актрисой. Она ей мстила за упоминание о телевидении. Ведь Назаренко прекрасно знала, что Муташев закрыл Ростовой вход на телевидение. — Так под что она попала? Под машину, или под трамвай?

— Света. — Под трамвай. Так будет лучше…

— Оля. — Для кого лучше? Для девочки?

— Света. — Нет. Для нашей импровизации.

— Оля. — Импровизируем дальше… Ты убила девочку!.. Невольно, но убила!..

— Света. — Убила!.. Какой ужас!.. Какой ужас! — Назаренко снова схватилась за голову.

— Стоп! — закричал режиссёр. — Света, дорогая моя!.. Ведь ты убила девочку, а не таракана какого-то! Так спокойно рассуждаешь… Ну, по волнуйся хоть немного… Хоть для приличия!.. Ты же переживаешь, чёрт возьми!..

— Вы хотите, чтобы я как Михеева?.. — вспылила Назаренко. — У нас разные индивидуальности. Почему я должна головой об стенку биться как Михеева? Она бьётся и пусть бьётся…

— Пусть Назаренко, задницей об стенку бьётся. — предложила Михеева. — Если у неё головы нет.

— А что у меня по вашему на плечах?

— Ну хватит, дамы! — резко остановил их Медведев. — Ты права, Света. У вас с Михеевой разные индивидуальности, но ведь есть ещё одна индивидуальность, которую надо будет играть. Индивидуальность Гертруды! А это Шекспир, дорогая моя. Никуда от этого не денешься. Зрителям подавай шекспировские страсти…

— У меня есть страсти! — не сдавалась Назаренко. — Только их не видно. Они внутри меня. Их не видно… Надо современно играть!.. Актриса внешне спокойна, а внутри вулкан… У меня может быть вулкан внутри!..

— Так покажи нам вулкан! Ты наблюдала людей в жизни?.. Люди страдают и мы видим эти страдания на их лицах.

— Я страдала…

— Но я должен был увидеть твои страдания… Света, нам нужна определённая Гертруда… Плачущая, падающая в обморок…

— Я не собираюсь падать в обморок. Я умная актриса. Мне об этом ещё Пугов говорил. Я беру не эмоциями, а интеллектом! Я буду играть королеву, а не кухарку.

— Но короли тоже плачут! — Медведев пытался сдержать свою злость. — Борис Годунов почти с ума сошёл!.. Иван Грозный в идиота превратился…

— Так вы хотите, чтобы я играла идиотку?.. — Назаренко побледнела. Она нервно заходила по площадке., ломая суставы пальцев на руках.

— Посмотри на себя в зеркало! — возбужденно проговорил Медведев. — На лице твоём сейчас видны, и страдания, и тревога. И всё это наруже!.. Мы видим, что у тебя творится внутри. Так ты должна играть Гертруду!

— Я страдаю, потому что вы меня достали! Вы хотите сделать первым составом Михееву. От которой воняет нафталином!.. Её время ушло! Время Евстегнеевых, там всяких… Смоктуновских ушло!.. Подумаешь " Киты сцены"… Время китов ушло!..

— Пришло время краснопёрок! — спокойно проговорила Михеева.

— Я вам не краснопёрка! — закричала Назаренко. — Я щука! И я вам это докажу! — Назаренко пошла к выходу. — Муташев нас разберёт.

Назаренко открыла дверь, чтобы выйти из комнаты, но в дверях ей прегадил дорогу театральный вахтёр, Семён Михайлович. Судя по всему, он так же собирался открыть дверь репзала и войти во внутрь. Назаренко окинула вахтёра свирепым взглядом и выскочила в коридор. Вахтёр, не заходя в зал, обратился к режиссёру.

— Виктор Алексеевич, там Вовка хочет вас видеть.

— Какой Вовка? — спросил Медведев.

— Тот, который в ваших спектаклях играет.

— Вова Соловьёв?

— Ну не Набоков же!…

— Пусть посидит в фойе. Будет перерыв, я выйду.

— Виктор Алексеевич, он не отстанет. Глаза красные, как ленинское знамя… Наверное плакал…

— Хорошо. Иду. — Медведев встал со стула. — Господа, незапланированный перерыв. Повторяйте текст. Я сейчас.

Режиссёр вышел из комнаты.

" НОВЫЙ ГОД" И " ДЕД МОРОЗ".

Пройдя на проходную, Медведев увидел Вову, стоящего у доски расписаний.

Виктор Алексеевич, не только много раз виделся с ним в школе, в период новогодних представлений, он так же не раз бывал у него дома, переодетый в Деда Мороза. Так они и подружились.

Медведев познакомился с родителями Вовы. С мамой и папой. Его мама работала дворником, папа, шофёром. Вскоре папа попался на воровстве государственного хлеба, он развозил его по магазинам, и папу посадили в тюрьму. Мальчик остался без отца.

Медведев старался как можно больше приближать его к театру. Ни один спектакль, где должны были играть дети, не обходился без Вовы. Виктор Алексеевич помногу беседовал с ним. Прививал ему любовь к искусству. Вова был благодарен Медведеву. Он к нему привязался. Подойдя к мальчику Медведев положил руку на его плечо.

— Вова, ты что здесь делаешь?.. Почему не в школе?

— Здравствуйте, Дядя Витя… И не улыбайтесь мне. Настучал я на вас!

— Наябедничал. — поправил как обычно мальчика Медведев.

— Как скажите…

— Что случилось? Почему нос красный?

— Не здесь. — почти шёпотом сказал Вова. — Секретное дело.

— Пойдём ко мне в кабинет.

Медведев взял мальчика за руку и повёл по коридору. До отъезда в Швецию главного режиссёра, у него не было своего кабинета. Сейчас Медведев, временно занял комнату Стрижёва. Туда он и привёл мальчика.

— Садись на стул, или в кресло, куда хочешь. Рассказывай.

— Да не могу я сидеть! Мне на кладбище лежать надо!.. Сдал я вас! Следователю сдал!

Мальчик зарыдал.

— Успокойся! — Медведев схватил его за плечи. — Сядь!.. Ты ко мне зачем пришёл? Плакать?

Эти слова отрезвили Вову. Он снова почувствовал себя взрослым. Как он всегда чувствовал в присутствии Медведва.

— Меня к директору вызывали. Прихожу, там следователь сидит… Он мне вашу фотографию показал.

— Какую фотографию?

— Там где вы, Дедом Морозом…

— Зачем ему моя фотография понадобилась?

— Тогда в гараже, Пугова убили… — глядя в пол, ответил Вова. — Следователь нашёл нас во дворе. Мы там играли…

— С друзьями играл? — воскликнул Медведев.

— Да.

— Дальше рассказывай.

— Подсел к нам… Спрашивал, видели мы кого?.. Тогда?.. Я с дуру сказал, что видел… Не ему сказал… Дружкам. А они ему сказали… Что тот, кто застрелил Валька, сказал " Я копыт не вижу"…Потом уже следователю ляпнул… Что Пугова " Дед" убил. Я думал, что никогда не догадается… Какой "дед"… Он ушёл… Следователь… Сегодня опять директор вызвал… Опять этот сидит… Показывает вашу фотографию… Спрашивает. — "Этот дед Пугова убил?"… Я… Дурак!.. Вскочил и убежал. Бежать вам надо, Дядя Витя!

У Медведева заныло в районе солнечного сплетения. В душе почувствовалась сильная тревога.

— Как ты там оказался?.. В беседке?.. — Медведев не скрывал своей тревоги. — Стоп, стоп!.. Ты был одним из тех, которые ограбить меня хотели?… Мне послышался тогда знакомый голос!.. Так это был, твой голос!.. Видно я очень нервничал, что не узнал тебя!.. Ну хорошо… Вы сидели и играли в карты… Потом?..

— Они меня послали подсмотреть за вами… И мне интересно было увидеть, как стрелка у блатных бывает. Вы же сказали…

— Помню… Ты подполз и всё видел?

— Да… Видел… Слышал. Сначала ваш голос, потом выстрел…

— Ты меня по голосу узнал?

— Да. Ваш голос, я ни с каким не спутаю… Когда вы выстрелили, вы ойкнули… Вы всегда так ойкаете, когда с вами неожиданное случается. Когда вы стали уходить… Походку вашу узнал. Вы, когда волнуетесь, у вас радикулит начинает болеть… И ещё… Когда вы шли… От гаража. Вы крестились. Только вы так креститесь.

— Молодец! В театре мы это называем, набором признаков.

Оба замолчали. Медведев стал ходить по комнате и что-то бормотать.

— Дядя Витя, вам плохо?

— Что ты выдумываешь?

— Ваше лицо бледное, как у моей мамы… Я знаю…

— Всё в порядке, Вова… Понимаешь, я не хотел его убивать…

— Не говорите мне ничего! Если вы убили, значит так было надо. Когда речь идёт о моих близких, я теряю объективность и становлюсь субъективным.

— Где ты этому нахватался?

— Вы часто говорите так.

— Я?..

— Да, вы… Я знаю куда вас спрятать. Когда я бежал сюда, я всё обдумал. В Бирюлёво у меня дружок живёт. Тоже с матерью… Как я… Туда побежим. Там вы спрячетесь…Что вы ходите взад и вперёд?.. Сматываться надо!.. Я вам воды налью.

Вова подбежал к столу, налил в стакан воды из графина и поднёс его дяде Вите. Медведев залпом выпил.

— Спасибо, Вова!

— Ничего. Со всеми бывает.

— Вова, пожалуйста сделай то, что я тебя попрошу.

— Какие дела, всё сделаю!

— Сядь на стул и помолчи немного… Мне надо подумать!

— Хорошо, сяду. Только долго не думайте. Времени нету.

— Я быстро думаю.

— Я знаю.

Вова сел на стул, а Медведев быстрыми шагами стал пересекать комнату из угла в угол и по кругу.

— " Что происходит, чёрт возьми? — лихорадочно обдумывал ситуацию Медведев. — Я рассчитал всё детально. По пунктам. Шаг за шагом. Как же я не узнал Вовку? Он сидел совсем рядом, переговаривался с друзьями, а я его не узнал!.. " Преступление и наказание"!.. Достоевский был мудрым стариком! Хотя, что за чушь? Фёдор Михайлович умер в шестьдесят лет. В сорок пять, написал " Преступление…". Какой же он старик? Кто-то обозвал его " Зловредным стариком". А разве нет? Ещё какой зловредный! На что он там намекал, в романе? Будет преступление, будет и наказание?.. Дудки! В груди заныло!.. Это страх!.. Но это естественно. А "что естественно, то не безобразно". Так что же получается? Видел меня только Вовка. Он не скажет… Уже сказал!.. Малыш ещё. Существуют десятки способов расколоть его. Надо выбросить пистолет! Какого чёрта я его не выбросил? Гриценко сразу арестовывать меня не будет. Там Наташа с ним рядом… Прямых улик против меня сейчас две. — Вова и пистолет… Если найдут… Сегодня же я его выброшу!.. Надо пока Вовку от себя не отпускать"

— Вова, пойдёшь со мной на репетицию. — сказал он вслух мальчику — Потом решим, что делать.

— А бежать когда?.. Мы вместе убежим.

— Тебе что, в школу надоело ходить?

— Я не поэтому с вами убегу… Так вы бежать не собираетесь? Ну вы даёте!..

— Если ты бежишь, значит ты виновен! Понял?

— Точно сказано. Надо запомнить.

— Как себя вёл директор школы, Афонасий Павлович?

— Он за нас! Он всегда будет за нас.

— Если случится так, что следователь сюда придёт и захочет тебя увести с собой скажи, что ты будешь разговаривать с ним, только в присутствии мамы, или школьного директора. Афонасия Павловича… Если захочет здесь поговорить, начнёт расспрашивать, не отвечай. Скажи, что у тебя зуб болит. Всё остальное я беру на себя… Понял?

— Понял… А как играть… Что у меня зуб болит?

— Надо по настоящему почувствовать боль. Если не почувствуешь, надо положить это на физические действия. Тихо постанывать. Прикладывать ладонь к щеке. В той стороне, где у тебя зуб болит. Очень часто ты чувствуешь резкие, болевые удары в больной зуб. Как бы, кто-то за нерв дёргает… В это время можно вздрогнуть… Со стоном… Движения твои медленные, плавные… Но самое главное, ты концентрируешь своё внимание на больном зубе. Ты как бы прислушиваешься к боли. Конечно можно под щёку положить вату, имитирую распухание десны и щеки. Но это делают обычно в комедиях… А сейчас не комедия. Сейчас драма… Какая к чёрту драма?.. Трагедией запахло!..

— Я дома по репетирую… Зубную боль…

— Репетировать можно всегда и везде. Сидишь на репетиции и репетируй себе потихонечку. Ведь зуб у тебя может болеть везде… И в любом месте.

— Я пошутил, дядя Витя. — Вова заговорил так, как будто у него по настоящему болит зуб. — У меня так болит зуб, что даже не возможно терпеть!.. Ой!.. Ой!.. Сейчас умру!

— Как быстро ты схватил! — режиссёр расширил глаза. — Или ты раньше этим занимался?

— Занимался.

— Где?

— В школе. Когда надоедает сидеть в классе, у меня срочно заболевает зуб… Или ещё что… Иногда я начинаю чихать, или в нос говорить… Отпускают.

— Только не злоупотребляй этим… Пошли.

" Новый год" и " Дед Мороз" вышли из кабинета и направились в репзал.

СОВЕТ В БУФЕТЕ.

В это же самое время, в театральном буфете, за столами сидели актёры, незанятые в Гамлете. Их было достаточно много. И спонсор был здесь. Все попивали сухое вино и вели оживлённую беседу.

— Тогда я встала и демонстративно ушла! — раскрасневшаяся Светлана Назаренко, пересказывала эпизод, случившийся с ней в репетиционной комнате. — Медведев наверное думал, что я перед ним лебезить буду… В рот ему смотреть. А я хотела сказать этой целке Ростовой, хватит ей этюдами заниматься… Трахаться пора!

Все засмеялись.

— И правильно сделала, Светочка, что не согласилась "страсти рвать в клочья"! — Возмущался немолодой актёр, Пётр Алексеевич Голованов. — Медведев любитель этого. У него такой стиль. " Сценическая шизофрения"…

У Голованова тоже была проблема с эмоциями, поэтому он так же проповедовал интеллектуальный театр. Эмоционального театра, собственно каким театр и должен быть, он не понимал и побаивался. В " Отелло" он репетировал Мавра. Другими словами, самого Отелло. Голованов пытался доказать Медведеву, что Отелло очень большой интеллектуал.

— Пусть скажет спасибо, что ему вообще дали постановку! — подхватил Голованова, Почечкин, бывший Кассио. — Что, не могли со стороны взять режиссёра? Сколько безработных по Москве шляется.

— Много, немного… — вмешался в разговор Бобров — бывший Родриго. — Медведева поставил сам Стрижов. Он что, знал, что так получится?.. Да и вы все были не против. В Лондон дерьмо не повезёшь!.. Медведев-то, режиссёр хороший… Что вы так смотрите на меня? Надо правде смотреть в глаза. Я не люблю его, так же, как и вы!..

— Не могу понять тебя, Стёпа! — перебила Боброва, Назаренко. — " Правде в глаза смотреть"… Правда сейчас у нас одна. Нас выкинули из бизнеса! Хороший он, или плохой… Сам виноват. Не хотел ставить коммерческие спектакли, вот и оказался за бортом. Пусть бы там и оставался!

— Подождите, подождите, господа! — замахала руками Альбина Олеговна, готовящая роль, Эмилии. — Если говорить без эмоций, имел ли право Медведев отстранять нас от работы? " Отелло" репетировали мы! И спектакль закрыли не по нашей вине. По существу, мы лишились работы. Он был обязан взять в спектакль тот состав, который репетировал " Отелло".

— Да не хотел он нас брать, Альбиночка! — крикнул Голованов. — Ты не заметила кого он взял?..

— Он взял тех, кто по существу лишился работы на много лет… — ответил за Альбиночку, Бобров. — Они лишились работы много лет назад… Я их так же не люблю, как и вы…

— Ты попал в точку дорогой мой. — обрадовался Голованов. — Медведев взял в работу таких же, как он сам. Неудачников!.. А почему они ничего не делали в театре?.. Так же, как и он сам?.. Потому что время их ушло! Сейчас никого не интересует психология. Сейчас никого не интересует Станиславский… Сейчас зрителей интересует раз-вле-че-ния! Счастлив я от этого, или нет, роли не играет. Люди приходят в театр отвлечься от своих проблем… А что плохого в эротике? Это мы раньше боялись о сексе говорить… А сейчас говорим. И правильно делаем! Это вам говорю, я!.. Старый консерватор!.. Но я перестроился. Все мы, перестроились. А Медведев и компания, не перестроились!

— Абсолютно прав ты, Пётр Алексеевич! — согласился Почечкин. — Стрижёв предлогал ему постановки. Ты помнишь?

— Как же не помнить. Не первый год в театре работаю.

— Все мы помним. — продолжал Почечкин. — И очень часто Стрижёв предлагал ему постановки… Медведев сам отказывался от них. То ему не нравится, что в пьесе много мата, то ему не нравится, что пьеса о " Новых русских". Не нравится, что на сцене будут голые мужчины… Или женщины… Может быть нам тоже это не нравится, но что же делать?.. Время изменилось! Изменился зритель! А мы, между прочим, должны работать для зрителя, а не для медведевских принципов!

— Да, какие там у него, принципы!.. — возмутилась Альбина Олеговна. — Эротику надо уметь ставить. А он не умеет. У нас принцип один — Зарабатывать деньги! Посмотрите, что вокруг делается!.. Все делают деньги… У меня семья. И мне нужны деньги! И спасибо Совдату Гапуровичу, за то, что он перевернул наш театр и научил нас всех, делать деньги!

Понеслись одобрительные возгласы. Кто-то зааплодировал.

Муташев сидел и делал вид, что он о чём-то серьёзно думает. Очень серьёзно слушает актёров и о чём-то серьёзно думает. Но он ни о чём не думал. В данный момент, ему было всё-равно какой состав поедет в Англию. Главное, чтобы театр туда поехал. Почему?.. Это знают только избранные…

Но после того, как упомянули его имя, он должен как-то отреагировать. Он не был театралом и он не знал, что взбунтовавшиеся актёры преследовали и другую задачу — понравиться спонсору. Они говорили в его присутствии то, что он хотел бы услышать. Каждый из них, в душе презирал Муташева. Ведь до его прихода, все они, тоже были актёрами. Учились в театральных ВУЗах, изучали систему Станиславского. Они так же, как и Медведев прекрасно понимали, во что превратил театр Муташев. Но в отличии от Медведева и его актёров-единомышленников, они боялись и страшились переменчивой, актёрской судьбы. Они давно убедились на своём опыте и на опыте других, что все они принадлежат к униженной и оскорблённой профессии. Они давно уверовали, что государство относится к ним, как к клоунам, или в лучшем случае, как к средству пропаганды и агитации своих идей. Так было раньше, так есть сейчас и так будет всегда! Так зачем же ломать копья? Есть работа, есть начальство. Пусть они всё и решают!

— Меня интересует один вопрос, как можно всё исправить? — спросил всех спонсор, не зная зачем он это сделал.

— Изменить сейчас кардинально всё, просто не возможно. — начал за всех Голованов. — Я знаю Медведева не один день. Даже если ему прикажет президент, он не станет снова менять состав… Можно предложить ему компромисс. Пусть заменит несколько актёров. Своих на наших… Скажем… Клавдия, Полония… Гертруду… Всех остальных пусть оставляет, как и распределил.

— У меня другое предложение. — хорошо поставленным голосом, сказал Мельников. — Клавдия не надо менять. Надо поменять призрака. По возрасту эту роль должен был играть я. Репетирующий в " Отелло" старика Бробанцио, должен играть в " Гамлете" — " Старика-Призрака".

— Бробанцио не был стариком! — принял вызов Голованов. — Отцу молоденькой Дездемоны, отсилы лет сорок.

— А Отелло, между прочим, от силы лет тридцать! — Мельников раздражался всё больше. — И во всяком случае, не шестьдесят…

— Ну вот, давайте теперь все перегрызёмся. — совершенно справедливо заметила Ира Коновалова, репетирующая в " Отелло" роль Бьянки. Любовница Кассио по пьесе и заместителя министра культуры, Алексея Юрьевича Пономарёва, по жизни. — Лично мне, достаточно играть служанку Офелии. Я сама придумала себе роль…

— Поделись с нами. — подмигнула всем Альбина Олеговна.

— Могу рассказать. — простодушно согласилась Ира. — В пьесе этой роли нет… Но какая разница? Могла же быть у Офелии бессловесная служанка?.. Конечно могла быть!.. Помогать своей госпоже одеваться, раздеваться… Веером у её носа махать. Да мало ли, что в обязанности служанки может входить… В прядки с госпожой играть. Ходить по пятам за Гамлетом, а потом, что-то шептать на ухо Офелии… Я знаю, Медведев бы одобрил мою идею. Он любит такие неожиданности… А после смерти Офелии, я бы надела костюм Офелии и ходила бы по замку " Эльсимор"…

— " Эльсинор" — поправил Иру Голованов.

— " Эльсинор" — поправилась Ира. — Ходила бы по " Эльсинору" до конца спектакля и постоянно всем напоминала о своей госпоже. — Вот, что вы сделали, негодяи! — Я бы преследовала всех до конца спектакля!.. И Гамлета, и Полония, и Лоэрта!… - Коновалову посетило вдохновение. — Клавдия конечно тоже надо преследовать. Если бы он не разрешил Лоэрту уехать во Францию, Офелия не сошла бы с ума!.. А про королеву и говорить нечего. Если бы она не вышла за муж за Клавдия, Гамлет не лишился бы рассудка и продолжал бы любить Офелию…

— Ирочка! — прервала на полуслове Коновалову, Альбина. — Тебе надо написать новую пьесу. И назвать её " Тень госпожи Офелии"!

Все присутствующие не выдержали и расхохотались.

— Мы теряем время, господа! — прервал всех Голованов. — Мы должны что-то придумать!.. И придумать сейчас!

— Да! — согласился с ним Мельников. — Вернёмся к нашим баранам. Что будем делать с Гамлетом?

— С Гамлетом мы уже ничего не сделаем. — ответила Назаренко. — Если сам Совдат Гапурович предложил Медведеву на роль Гамлета, Ростову… Коментарии излишни!

— Ты знаешь, Светлана, почему я настоял на Ростовой? — как бы оправдываясь, сказал спонсор. — Ольге сейчас не по себе, мужика играть. Пусть помучается! Более покладистой будет… Это ей наказание!.. Я её наказываю!

Все повернули головы в сторону спонсора.

— Боже мой, Совдат! — расширила глаза Назаренко. — Так вот почему?.. Неужели ты думал, что свинью Ростовой подложил? Да, спроси всех, здесь сидящих актрис, хотят ли они сыграть Гамлета? И они тебе ответят. — Да!… Хотим! — Нашёл чем Ростову запугать. Ты ей подарок сделал, Совдат!

— Что ты такое говоришь? — вспылил Муташев. — Какой нормальный мужчина, захочет переодеваться в женщину? Какая нормальная женщина захочет переодеваться в мужчину?

— Совдат, это театр, а не магазин по продаже покрышек. — поддержала свою коллегу Альбина Олеговна. — В театре нет мужчин и женщин. В театре есть, актёры и актрисы.

— А они что, не женщины?.. Не мужчины? — как настоящий мужчина, спросил Муташев.

— Колягин играл женщину, — продолжала добивать Альбина, Муташева — Голованов, который здесь сидит, в молодости играл Мирчуткину, Чехова. Строков, который тоже здесь сидит и не даст соврать, десять лет назад играл Жану Дарк… Я много лет назад играла слугу Чайковского…

— Что ты хочешь сказать?.. — ещё больше распалился Муташев. — Я подарок сделал Ростовой?

— Ещё какой! — злорадно выкрикнула Ира Коновалова. — Ещё какой, Совдат Мухтарович… Ой!..

— Я не Мухтарович! — заорал Муташев. — Я знаю, что вы все меня за глаза, Мухтаровичем обзываете. Я не Узбек!.. Я Чеченец!.. Я Гапурович!.. Я не Мухтарович!..

— А вы знаете, кто сейчас сидит на репетиции у Медведева? — Назаренко решила направить гнев спонсора по нужному руслу.

— Кто? — глаза спонсора зловеще блеснули.

— Там сидит журналистка Гриценко… И между прочим с видеокамерой… Она и вчера сидела там… А вчера, между прочим, в репзале драка была!.. А она и вчера там с камерой сидела!..

— А кто её туда посадил? — угрожающе спросил спонсор.

— Наверное Медведев. — развела руками Назаренко. — Нас всех выкинул из спектакля, а Ростову взял… Журналистку посадил!.. Что хочет, то и делает… Как — будто, он спонсор театра!

— Сейчас мы всё выясним! — Муташев вскочил со стула. — Я иду в бассейн!.. Зовите туда директора театра!.. Зовите туда "мушкетёров"!.. Всех зовите! — Прокричал спонсор.

РЕПЕТИЦИЯ ПРОДОЛЖАЕТСЯ.

Медведев вошёл в репетиционный зал вместе с Вовой. Все актёры разбрелись по комнате и вполголоса зубрили текст своих ролей. Обычно они этим занимаются дома, но сейчас объявлена чрезвычайная ситуация.

На стуле, около окна, сидел новый человек, Саша Маслов. Медведев знал его уже лет тридцать. Он познакомился с ним на приёмных экзаменах в театральном институте. Они вместе поступали на актёрский факультет. Виктор Медведев поступил, а Александр Маслов, не поступил. И не потому что у него не было совсем актёрских способностей.

Он был блаженным. У него был ослаблен инстинкт самосохранения. Саша был очень добрым человеком и умным, но с большим трудом ориентировался в человеческом обществе. Ему было уже за пятьдесят, как и Медведеву, но он так и не понял основной закон человеческого существования " жизнь — это борьба", или не хотел его понимать.

Саша не попал на актёрский курс, но очень часто приходил в институт и просился у Нины Ивановны Тимофеевой, руководителя курса, посидеть на занятиях.

Саша сидел в аудитории, смотрел как постигают актёрское мастерство счастливые студенты. Иногда ему позволял педагог, принимать участие в занятиях.

Он был счастлив! Ему было всё-равно, официально он учится в институте, или просто приходит туда как гость. Главное было в том, что он чувствовал себя причастным к драматическому искусству.

Закончив институт, Медведев двадцать лет работал актёром в различных театрах. Потом поступил на высшие режиссёрские курсы, закончил их и стал работать уже и как режиссёр. Когда Медведев начал работать в театре им. Лермонотова, он пригрел там и Маслова. Саша стал часто посещать театр. По просьбе Медведева, Саше иногда давали эпизодические роли. Да он и массовке был бы рад.

Так, что Саша попал на репетицию не случайно. Он знал, от самого Виктора Алексеевича, что театр ставит " Гамлета". Да, не кто-нибудь, а его бывший однокашник и друг. И ставит теперь не как очередной режиссёр, а как исполняющий обязанности главного.

Саша пришёл на репетицию. " А вдруг и ему, что-нибудь перепадёт!"

Когда в комнату вошли, Медведев и мальчик Вова, Саша поднялся со стула.

— Здравствуйте, Виктор Алексеевич!

— Сидите, мой Фюрер! — обрадовался появлению Саше Медведев.

Никто в комнате не удивился, что режиссёр употребил слово " Фюрер". Все знали, что Саша Маслов подрабатывает в одном из московских ресторанов, в качестве двойника Адольфа Гитлера. Саша действительно был очень похож на Адольфа. Он даже в фильме снялся, вместе с Жириновским, под названием " Корабль двойников".

— Господа, гамлетовцы. — обратился ко всем режиссёр. — Вызывал меня вот этот мальчик. Вы его все знаете. Хочет посидеть у нас на репетиции… Садись на свободный стул. — Режиссёр потрепал Вову за плечо… — Продолжим… Оля, на площадку.

Ростова вышла на площадку и в ожидании уставилась на режиссёра.

— И так, Гамлет решил разыграть сумасшествие. — Медведев заходил по комнате. — Что такое сумасшествие? Я не знаю, как там у психиатров, у нас в театре, другие определения… Люди живут в двух мирах, в выдуманном и в реальном… Существует мостик, через который люди… Буду говорить — мы!.. Переходим из одного мира в другой… Из одного состояния, в другое… И если взять наше существование в процентном отношении, то мы можем увидеть, сколько времени мы проводим в нашем выдуманном мире, сколько в реальном. Люди без воображения и фантазий, только рефлексирующие, проводят в реальном мире девяносто процентов своего времени. У людей творческих, всё наоборот. Основное время своей жизни, они проводят в своих мечтах… Сумасшедшие, живут только в вымысле… Гамлет прикидывается сумасшедшим. Он начинает жить в вымысле. Он обретает полную свободу. Сумасшедшего нельзя наказать. И смирительную рубашку на него нельзя надеть. Он принц!.. Гамлет обретает полную свободу!.. Он может кричать, плакать, бегать по замку… Щипать всех за бороды, если таковые у них есть… Он может снимать с себя одежду принца и надевать лохмотья. Он может скакать на палке, как на коне… Он может позволить себе всё… Но самое главное, он может открыто проявлять свои чувства!.. Для Гамлета — это уникальный экперимент… Хватит болтать… Это я себе… Розенкранц и Гильденстерн, тоже на площадку… Репетируем " сцену с флейтой"…

Наташа Гриценко сидела на своём стуле в углу и не знала как ей выйти из комнаты. А сделать это, ей было просто необходимо. Что произошло в школе?.. Почему мальчик прибежал в слезах?.. Иван должен был с ним сегодня разговаривать. Неужели это правда и Медведев убил Пугова? Ответы на все вопросы можно было получить только от Ивана. И надо получить их, как можно быстрей!

Наташа положила в сумочку видеокамеру и встав со стула, и на цыпочках, чтобы не мешать репетиции, пошла к выходу. Проходя мимо помрежа, она шепнула ей на ухо, но достаточно громко, так, чтобы Медведев мог услышать. — Я скоро вернусь! — Подойдя к двери, она тихо открыла её и вышла из комнаты.

Наталья быстрыми шагами пошла в зрительское фойе. Она знала, что в это время суток там никого нет. Пройдя в фойе и зайдя в дамский, зрительский туалет, она вытащила из сумочки мобильный телефон и набрала номер мужа.

— Алло!.. Ваня, это я… Мне надо с тобой срочно поговорить… Потом допьёшь… Да прибежал. В возбуждённом состоянии… Ты говорил с ним?.. Приезжай в свой офис, я буду ждать тебя там… Всё, пока.

Выйдя на улицу она не спеша пошла в сторону частного агентства " Сыск". Она не видела, что следом за ней, по другой стороне улицы, медленно едет мотоцикл. На нём сидят двое парней в кожаных куртках и в шлемах, полностью прикрывающих их лица.

Офис Гриценко находился через два квартала от театра " Превращения". Наталья завернула за угол, прошла метров пятьдесят и остановилась у входа в офис. Она стала прогуливаться около парадного, то и дело поглядывая на ручные часы. Мотоцикл проехал мимо конторы и остановился в двадцати метрах от неё. Не снимая шлемов, мотоциклисты спрыгнули на асфальт и вошли в подъезд жилого дома. Поднявшись на второй этаж лестничной площадки, они через окно стали наблюдать за Наташей.

Они видели, как к журналистке подошёл какой-то мужчина, поцеловал её и они вместе вошли в здание.

СОВЕЩАНИЕ СУПРУГОВ.

Войдя в офис, Иван Григорьевич и Наталья Фёдоровна поздоровались с охранником и с секретаршей, и поднявшись на второй этаж, вошли в комнату на двери которой было на- писано " Следователь Гриценко".

— Рассказывай, Ваня. — сказала Наташа, садясь в кресло посетителей.

— Рассказывать мало что… — Иван уселся на свой следовательский стул. Он считал, что следователь, в своё рабочее время, не должен восседать в кресле. Сидение такое, расслабляет. — Чувствую только одно, Пугова застрелил Медведев.

— Только чувства? Уверенности нет?

— С некоторых пор, у меня ни в чём уверенности нет.

— Свет в окне погас?

— Ты знаешь, когда меня посещает вдохновение. Когда убивают детей. Ночи не буду спать, но убийцу найду.

— То-то я слышу, ночью ты стал похрапывать.

— Я похрапывать?.. Этого не может быть!

— Храпи себе на здоровье. Когда начинаешь сильно, я издаю такой звук " Ци-ци-ци…", и ты затихаешь. Лучше действует чем толчки… Не верю я, что Медведев убил Пугова! Здесь, что-то не так. Я его давно знаю. Он не умеет играть в жизни… Вернее не хочет. Это его принцип.

— А если он поменял свои принципы? Стал применять свою профессию в жизни?

— Я об этом не подумала… И всё равно… Он может начать играть в жизни, но он не сможет убить! Я за ним наблюдала на репетиции. Это человек с обострённой совестью.

— А если он изображает идейного убийцу.

— Он не станет ничего изображать. Если он захочет кого-нибудь убить, он превратится в убийцу. Даже не так… Он превратится в человека, который сможет убить другого человека, не моргнув глазом. Медведев не станет с ума сходить, как Раскольников…

— Я знаю, что ты симпатизируешь Медведеву… Я тоже ему симпатизирую. Но мои симпатии к делу не подошьёшь!

— Ты собираешься его арестовать?

— Рано арестовывать. Надо вокруг него поработать… Орудие убийства найти. Поработать с мальчиком… Его дружков опросить… Тех, кто были с ним тогда.

— А почему бы тебе сначала с ним, самим не поговорить?. И не вокруг да около, а напрямик спросить?.. Сказать ему. — Я вас подозреваю в убийстве. — А?..

— Он профессиональный актёр, — возразил Гриценко. — он мне такое изобразит на лице, что…

— Настоящие актёры никогда не играют в жизни? Им совесть не позволяет. Мне Медведев об этом сам говорил. " Если актёр играет роли в жизни, он предаёт свою профессию!"… Это его слова. Я понимаю о чем он… Представь себе химика, который везде и всегда говорит о химии. Дома с родными, на вечеринке со своими друзьями… И не только говорит, а и делает химические эксперименты… Такой химик не любит свою профессию. Он показывает всем себя. — Смотрите на меня, я химик! — Ну мне трудно объяснить…

— Уговорила. — Иван поднялся со стула. — Сегодня же поговорю с ним. Моя душа тоже не на месте.

— Через час. — Наташа посмотрела на ручные часы. — Через час заканчивается репетиция. Я возвращаюсь в театр. Ты со мной?

— Ты иди… Мне надо несколько звонков сделать. Там встретимся.

— Я очень рада твоему решению!.. Трагедии Отелло и Дездемоны не состоится…

— О чём ты?

— А, о том… Медведев сегодня на репетиции сказал, что если бы Отелло не послушал Яго, следить тайно за Кассио и Дездемоной, а сразу же спросил её о платке, то и трагедии бы не было. Ведь в чём там сыр-бор… Отелло дарит Дездемоне платок. Та его случайно теряет… Платок находит Эмилия, служанка Дездемоны и жена Яго. Яго отбирает платок у своей жены…Платок оказывается в руках Яго. Тот подбрасывает платок под ноги Кассио. Кассио его поднимает, как красивую вещь… Вышитый узорами платок… Ручной работы… И носит с собой. Яго говорит Отелло, что видел в руках Кассио платок, который Отелло подарил Дездемоне. А если так, то Дездемона и Кассио, любовники!.. Спроси он сразу Дездемону. — Ты дарила мой платок Кассио? — Всё!.. Эмилия не любит своего мужа. Она бы сразу рассказала правду о платке… Трагедия не состоялась!

— Почему же он этого не сделал?.. Отелло?.. Почему не спросил напрямую?..

— Вот в этом вся и загвоздка!.. На этом Медведев и строил новую версию " Отелло"…Хотел строить… Да, Хотей не дал… Отелло язычник! Медведев давно ставил " Отелло" в Ирландии. Он работал с оригинальным текстом Шекспира. Одно слово, сказанное Дездемоной всё решило. В русском переводе его нет. Перевод делался в советское время и это слово было нежелательно…

— Говори слово. — Иван посмотрел на стенные часы. —

— Отелло кричит Дездемрне — "Ты шлюха!" — Она отвечает. — " Я не шлюха! Я христианка!". "Трагедия религиозных несовместимостей!"…

— Хорошо… Иди… Будем надеяться, что Медведев христианин!

Наташа подошла к Ивану и поцеловала его в губы.

— Всё, пока. Не опаздывай, господин следователь! Успей к концу репетиции.

— И всё таки… — проговорил следователь, провожая жену до двери — А что если Медведев стал применять свою профессию в жизни?…

— Тогда для жизни настанут тяжёлые времена — журналистка вышла из комнаты.

Наташа спустилась вниз, и вышла на улицу. Она направилась в театр. Наташа торопилась.

Два человека в шлемах, выскочили из подъезда, прыгнули на мотоцикл и поехали за ней следом. Когда она шла к офису, сумку с видеокамерой она держала под мышкой. Сейчас она перебросила ремень сумки через голову на плечо. Мотоциклисты этого не заметили.

Когда она уже подходила к театральной проходной, мотоцикл резко зарулил в её сторону и остановился рядом с ней.

Мужчина в шлеме, который сидел сзади, на месте пассажира, подскочил к Наташе, схватил сумку и резко потянул её к себе. Ремень зацепился за шею Наташи и грабителю не удалось с первой попытки овладеть сумкой. Наташа воспользовалась этим обстоятельством и вцепилась в свою сумку обеими руками. Вор продолжал тянуть сумку левой рукой, а правой, ловким, профессиональным движением вытащил из кармана куртки нож и полоснул им по ремню, пытаясь его перерезать. Наташа сделала ногой ударила грабителя ниже пояса. Вор вскрикнул, выпустил из рук ремень и со стоном присел на корточки. Наташа подбежала к двери служебного входа, открыла её и вбежала в помещение.

Невезучий грабитель вскочил на мотоцикл, водитель нажал на педаль и через секунду крутые парни в шлемах исчезли за поворотом.

Заскочив в театр, Наташа направилась через проходную в фойе.

— Что случилось? — окликнул её Семён Михайлович, вахтёр театра.

— Какие-то сволочи пытались выхватить сумку.

— Так в чём же дело?.. Надо звонить ноль два, мальчикам.

Семён Михайлович, как-то рассмешил актёров. Уже начались прогоны " Отелло" на сцене. Вахтёр зашёл в зрительский зал посмотреть репетицию.

После окончания прогона, его спросили. — "О чем будет спектакль?" — Он ответил. — "Она любит его, а он любит платок"

— Спасибо, не надо. — ответила вахтёру Наташа. — У меня муж из этих мальчиков.

Наташа вошла в фойе, села на стул, вытащила из сумки телефон и набрала номер.

— Алло!.. Это я, Ваня. Меня хотели ограбить!.. Сумку выхватить… Они были на мотоцикле…. Двинула одному в запретное место ногой… Сижу в театре… Я буду в буфете… Жду.

Наташа положила телефон в сумку и пошла в буфет. Зайдя во внутрь она направилась к бару. Актёры и актрисы, бывшие " Отеловцы" сидящие за столами, повернули головы в её сторону.

— Добрый день, Наталья Фёдоровна! — окликнул её Голованов.

— Здравствуйте! — смущенно проговорила Наташа. — Извините, что не поздоровалась… Задумалась…

— Идите к нам! — Голованов указал на свободный стул — У нас хорошее вино.

— Я сок хотела…

— Садитесь за стол. Вам принесут… Дорогой, принеси женщине сока! — крикнул Голованов бармену.

— Вам какой джюс? — бодро спросил бармен. — Сок фо фри… Заплачено фо эврисынг!..

— Спасибо, но я не могу сесть за стол… Я возьму стакан с собой… Сейчас мой муж придёт. Я должна его ждать в фойе.

— Кстати, как продвигается следствие? — спросил Голованов. — Мы слышали, что ваш супруг занимается этим?

— Ваш вопрос к нему, Пётр Алексеевич.

— Мне нравится ваша позиция. " Муж и жена, одна сатана"…

— "Муж и жена, плоть единая" — поправила его Наташа.

— Согласен… — улыбнулся Голованов — А вот моя жена другого мнения придерживается на супружеские отношения. Она за гласность! Спросите её, как я отношусь к роли Отелло и она вам всё расскажет. А завтра меня все будут называть расистом!

— Заведи себе другую жену, Петя! — посоветовала Альбина Олеговна.

В буфет ворвался Муташев.

— Мне доложили, что вас хотели ограбить? — Муташев подошёл к журналистке.

— Быстро доложили. — удивилась Наташа.

— У нас всё быстро делается. Мы люди бизнеса… Кто вас хотел ограбить?.. Где?

— Прямо около театра. Хотели выхватить мою сумочку.

— Обмельчали воры! — гневно сказал спонсор — У женщин сумки выхватывают.

— Вот именно. — согласилась Наташа.

— Наталья… — пропел Муташев. — Забыл отчество.

— Отчество не обязательно. — помогла спонсору Наталья.

— Очень хорошо. Меня называйте просто Совдатом… Выйдем из буфета, Наташа. Поговорить надо.

Спонсор и журналистка вышли в коридор.

— Вы на репетицию идёте? — Муташев держал Наташу под локоть.

— Сейчас нет. Я жду своего мужа. Он с минуты, на минуту должен сюда прийти.

— Очень хорошо. Скажите вашему мужу, что мы найдём этих воришек и заставим их перед вами извиниться.

— Мне не нужны их извинения. — Наташа мягко освободилась от руки Совдата. — Мне надо, чтобы они оставили меня в покое.

— Всё сделаем… Не буду вам мешать. До встречи, Наталья… Гм…

— До встречи.

Наташа села в кресло около стены и стала рассматривать фотографии актёров, висевшие на противоположной стене. Спонсор пошёл в сторону бассейна.

Бассейн был выстроен недавно. На деньги спонсора. Никто из актёров и из служащих театра, там не купался. Он был сделан для высокопоставленных гостей театра. Муташев назвал это сооружение " Водным, спортивным залом".

Воёдя в зал, Муташев увидел молодого чеченца, обслуживающего бассейн.

— Найди мне этих идиотов! — приказал Муташев, по русски. Он не знал чеченского.

— Какой идотов? — с диким акцентом поинтересовался служитель. Он плохо говорил по русски.

— Ты прав, Абдул! Их много. Идиотов много… Найди мне " мушкетёров" Пусть идут сюда.

— Я бегат!.. — выкрикнул Абдул.

— Беги, Абдул.

Абдул убежал, а Муташев стал раздеваться. Когда на нём остались одни плавки, он подошёл к шкафу и вытащил от туда большие, плавательные трусы и надел их на плавки. Он знал, что на западе купаются не в плавках, а в трусах. Затем он подошёл к своей одежде и вытащил из кармана пиджака сотовый телефон, одну сигару и зажигалку. Рядом с бортиком бассейна покачивался надувной матрац. Муташев положил на него телефон, сигару и зажигалку. Муташев любил плавать на матраце и в это же время разговаривать с кем-нибудь по телефону, и курить трубку, или сигару. Кто-то из его друзей, которого он уважает, сделал ему комплимент. " Когда ты плаваешь вот так, Совдат, ты напоминаешь мне Аль Копоне!" —

Комплимент был приятным, но не точным. В такие минуты Совдат чувствовал себя не Аль Копоне, а Сталиным. Но Муташев об этом никому не говорил. Пусть не догадываются идиоты, с кем он себя сравнивает.

Положив весь реквизит на матрац, Муташев стал спускаться по лесенке в бассейн. Обычно в такие минуты, когда на него смотрят зрители, особенно женского пола, Муташев плюхался в воду не раздумывая. Но сейчас в комнате никого, а вода в бассейне такая холодная! Как тут сразу плюхаться?

Муташев долго пробовал температуру воды пальцами ступни. Потом другой ступнёй. Повернулся задом к бассейну, потом передом. Омочил руками ноги. Потом выше, выше…Спустился уже по пояс в воду, затем выскочил.

В это время он услышал чьи-то шаги за дверью. Муташев быстро набрал воздуха в рот, зажал нос двумя пальцами и задом плюхнулся в воду. В комнату вошёл Серов, соответственно по кличке " Серый".

— Почему один? — спросил отфыркиваясь от воды Муташев.

— А те ещё не подвалили. — Серый уселся на лавочке у бассейна.

— Ты знаешь, что эти мудаки сделали?

— Не знаю, шеф. Я же здесь не был. А чё?..

— Сумку хотели у журналистки отнять!… Я им сказал, чтобы они лишнего на репетиции чего не взболтнули. Журналистка всё записывает на камеру… Я им приказал камеру с кассетой отнять!.. Хотел посмотреть плёнку и понять, не сболтнули ли они лишнего на репетиции… А они не отняли камеру!.. И кассету я не получил!… Когда появятся в театре, сразу ко мне!

— Сварганим, шеф.

— И ещё… Пойди на проходную и скажи там, что скоро ко мне должны прийти люди…

— Эти двое что ли? Прифраерённые?.. В галстуках?

— Они здесь?

— На проходной стоят.

— Зови их сюда.

Серый вышел из зала. Муташев быстро подплыл к матрацу и вскарабкался на него. Так будет солидней встретить своих интеллигентных подчинённых.

В комнату вошли двое. По виду они были похожи на работников конторы. Они и были бывшими работниками КГБ. Сейчас они служили в центральном офисе Муташева, в отделе контрразведки.

— День добрый Совдат Гапурович. — поприветствовал своего боса, Коровин Борис Степанович.

— Садитесь. — ответил вместо приветствия Муташев. — Нашли убийцу Валентина?

— Ищем. — ответил коллега Коровина, Старостин. — Пока не одной зацепки… Вы обещали поговорить с авторитетами… Может быть они, что знают?.. Вы говорили с ними?

— Говорил. — нехотя ответил Муташев. — Мне с этими авторитетами нож в сердце разговаривать. Они сразу ответную услугу требуют… Они меня заверили, что если кто-то из уголовников положил Пугова, найдут… Надо найти! Валентин был не простым человеком. Его отец уважаемый человек в Москве… Ищите!

В зал вошли, Олег и Вася. Раньше они работали с Муташевым в его бизнесе по продаже колёс и покрышек для автомобилей, теперь им поручили быть вербовщиками " Курьера" Об этой деликатной их деятельности речь пойдёт ниже.

— Здравствуйте всем! — громко поприветствовал всех Олег.

— Что у вас? — так же вместо ответного приветствия, спросил спонсор.

— Ты расскажешь? — спросил своего партнёра, Вася.

— Могу и я. — пожал плечами Олег. — Многих опросили. Соседей Пугова по подъезду… В других подъездах кое кого. Нашли людей, кто держит гаражи рядом с пуговским. Никто, ничего не видел. Тогда уже темно было…

— Совдат, что происходит? — перебил Олега Коровин. — Этим делом мы занимаемся, или они? Зачем столько народу посылать к пуговскому дому? Олег рассказывает, а у меня создаётся впечатление, что всё это, где-то уже слышал. Мы дублируем друг друга.

— Согласен с тобой… Вы больше этим делом не занимайтесь. — Муташев посмотрел в сторону Олега и Василия. — Пусть профессионалы этим занимаются. А вы ищите курьера… Сосредоточите ваше внимание только на этом…

— Как скажешь Совдат. — пожал плечами Олег.

— Пусть профессионалы этим занимаются. — повторил свой приказ муташев. — Они должны искать убийцу Пугова…

Ему понравились его собственные слова. Он в каком-то фильме их услышал. — " Пусть этим профессионалы займутся".

— Уже и так много народу этим занимается. — продолжил Муташев. — И мы, и милиция, и прокуратура… И этот… Из " Сыска"… Как его?..

— Гриценко Иван Григорьевич. — подсказал Коровин.

— Ну и как он?.. Найдёт? — строго спросил Муташев.

— Найдёт он, или нет… Знаю, что он хороший сыщик. Да, ты нашего шефа спроси. Он его хорошо знает. Когда мы сюда заходили, они выходили… Гриценко с женой выходили из театра…

— А почему его здесь нет? Я имею ввиду вашего шефа? Начальник безопасности моей фирмы… Главный профессионал… И не пришёл?

— Так ведь ты сам ему сказал, чтобы он в театре не светился! — напомнил Муташеву Старостин.

— Да, да! — ещё строже сказал Муташев. — Мы так с ним договорились. Его многие знают в городе. Чего ему делать в театре? Сплетни пойдут. Скажут, что я свои проблемы бизнеса, решаю в театре…

В зал вбежали " три мушкетёра". Колёк, Рустик и Гога.

— А вот и герои! — крикнул Муташев. — Ну рассказывайте, как вас журналистка отделала!

— Меня там не было — сказал Рустик — Колян и Гога были… Пусть они и базарят…

— А чё базарить. — начал Колёк. — Мы хотели сделать всё путём…

— Ты рассказывай. А мы все посмеёмся. — Муташев вылез из бассейна и стал вытираться полотенцем.

— А чё рассказывать? — продолжал Колёк. — Ты сказал, мы хотели…Выследили, пристроились ей в жопу и едем… Гога сидит спереди, я сзади…

— Конечно сзади. — подзадоривал Муташев Колька. — На мотоцикле ты ездить не умеешь.

— Умею, Совдат! Бля буду, умею! Мне Рустик сказал, если я на велосипеде гоняю, я и на байке сумею…

— Давай дальше. — Муташев стал одеваться.

— А чё дальше?.. Едем… Смотрю глазами, она уже к дверям поканала! Я толкаю в бок Гогу, кричу ему в ухо. " Подъехай к ней впритык!" Он врубился, подъехал… Я соскачил с байка, подбежал к шалашовке, хватаю сумку… А она у неё на шее… Я её тяну, а она на шее застряла. Шея тоже тянется… Я хватаю пику… Ну чтобы типа ремень обрезать, а она мне по яйцам ногой… Я схватился за яйца, смотрю глазами, она сука рукой к шлему тянется. Руки у меня заняты, за яйца ими держусь… А она тянется… Думаю головой " сорвёт шлем, увидит мою харю…"… Я обратно ногами подскочил к байку… Прыг!.. Базарю ртом Гоге — " Валим!" — И свалили.

— Вы следующий раз внимательней слушайте меня! — назидательно сказал Муташев — Когда я вам говорил, чтобы вы сумки выхватывали у женщин?

— Так, так, мы… мы… — прозаикал Колёк. — Ты нам не приказывал… Мы сами…

— Вы сами… Ладно забыли. Не время воспитывать вас. Найдите какого-нибудь дружка и подошлите его к журналистке. Пусть вину на себя возьмёт. Пусть извинится перед журналисткой. Понятно?

— Понятно, Совдат. — вздохнул облегчённо Колёк. — Хоть двадцать штук подошлём.

— Не надо двадцать. Одного достаточно… Следующий раз не думайте головами. Думайте ногами, или руками. Понятно?

— Чёшь не понять! — заверил шефа Колёк.

— Все свободны. — завязывая шнурки на туфлях сказал Муташев. — Каждый занимается своим делом… Олег и Василий останьтесь.

Все вышли кроме двоих.

— Начинайте искать лоха. — Муташев пристально посмотрел на Олега и Василия.

— Уже время? — спросил Олег.

— Да время. Через две недели… А может быть и раньше, театр уезжает в Англию.

— Понятно, Совдат.

Олег и Василий сделали серьёзные лица.

— Начинайте поиск прямо сейчас. Я вас освободил от всех работ…

— Хорошо. — заверил шефа Олег. — Ждали твоего распоряжения.

— Начинайте искать лоха… Идите, господа. Ищите курьера.

Олег и Василий вышли. Муташев спрятал купальные трусы в шкаф, закрыл его на ключ, закурил сигару и стал прохаживаться взад и вперёд в доль боссейна.

— "Как я разговаривал с ними?" — размышлял Муташев. — "Ничего не сказал крутого!.."…

Он остался недоволен собой. Ничего существенного не сказал своим подчинённым. Записывает, записывает в блокнот хлёсткие фразы, а в нужный момент вылетают из головы. " Этим займутся профессионалы" — фраза из какого-то фильма. Надо избегать цитировать из фильмов. Их все смотрят… "Слушайте меня внимательно" — Каждый крутой фраер говорит. Неделю назад он от кого-то слышал хорошую фразу. " Кто умеет глаза, пусть видит, кто умеет уши, пусть слышит!".. Хорошо сказано!…

Муташев не помнил, кто сказал так и когда сказал, но он знал, что сказано было хорошо! Так и писатели не скажут. Деловой человек сказал. Подвернётся случай, надо и ему так сказать. Не задумываясь. Как бы, между прочим. Только бы не забыть! — " Имеешь уши — слушай!"… Во вспомнил!… "Кто имеет уши слышать, да слышит!" Нет!.. Шакал меня унеси!.. Это придурок сказал… Колёк!.. Это он ушами слышит… Повторять его слова не надо!.. Другие засмеют!…

Спонсор вышел из зала, закрыл его на свой ключ и пошёл обратно в буфет. Он так и не вспомнил, что сказал эти слова не Колёк, а Иссус Христос!….

— "Зачем я купаться стал?" — думал он по дороге. " Можно было допросить всех и не купаясь!"..

Спонсор вошёл в буфет.

РЕПЕТИЦИЯ ПРОДОЛЖАЕТСЯ.

— А я смерти не боюсь! — кричал Прохоров-Полоний. — Нежелательно мне умирать?.. Нежелательно!… Это другое дело! Жена не работает, сын учится в институте. Надо платить за его учёбу. А кто будет платить если я умру?.. Поэтому мне не хочется умирать. Но смерти я не боюсь…

— И Гамлет не боится смерти! — продолжил мысль Прохорова, Павленко. — Он говорит в этом монологе о ком-то другом… От имени кого-то говорит.

Работа над монологом " Быть, или не быть?" была в самом разгаре. Когда Медведев сомневался в чём-то, он просил высказаться всех желающих. Если возникал спор, он его только приветствовал. Медведев сомневался. До этого момента, он ещё не придумал решения монолога. Сейчас над этим решением, работали все.

— Не согласен с тобой, Сергей. — подключился к обсуждению Мамонтов. — Он начинает монолог от своего имени… Потом, он перебрасывает эту проблему на всё человечество… Мне кажется, что смерти он боится. Все люди больше всего на свете, в конечном итоге, боятся смерти!

— Люди больше всего боятся не смерти! — подал голос Русинов. — Я вам скажу, чего они больше всего боятся!

— Чего? — заинтересовался Прохоров.

— Не состояться! — отчеканил Русинов. — Больше всего на свете, они боятся не состояться!

— Это уже интересно. — оживился Лаптев.

— Люди… Большинство из них, — продолжал Русинов — о смерти совсем не думают. Смерть их не касается… Больше всего они боятся не состояться!.. Да, вы послушайте разговоры вокруг. Только и слышишь — " Этот состоялся, тот не состоялся. Этот поднялся на ноги, этот опустился"… Любой учёный, мать свою продаст за Нобелевскую премию. Если он изобретёт такую кнопку, что нажмёт её и мир исчезнет, он не задумываясь поместит своё изобретение в публичную газету… Возьмите Сахарова. Изобрёл водородную бомбу, обнародовал открытие, потом стал кричать на весь мир, что не надо её применять… Зачем изобретал?… А не опубликовал бы, Нобелевскую премию не получил бы…

— Он не за бомбу получил премию. — перебил Русинова Орчеладзе. — Как раз за то, что он был против её применения!… Но во общем я с тобой согласен.

— Так или иначе, Сахаров состоялся. — продолжал Русинов. — А другие не состоялись. Но они очень хотели состояться… Но ведь не могут состояться все сразу!.. В стремлении состояться, люди предают друг друга, обворовывают, убивают, разводятся с мужьями и с жёнами… Спиваются, сходят с ума, кончают жизнь самоубийством. Они хотят состояться любой ценой… Когда у кого-то получается, о нём говорят. — " Смотрите, перед вами дирижёр, а не какая-нибудь третья скрипка… Взгляните на того человека. Его дочка ходит в школу, в которую ходит сын премьер министра!".. Состоявшийся, видит только состоявшегося…

— Так, господа! — перебил его Медведев. — Я со всеми, вами согласен… Что же будем делать с монологом? В нём сплошная философия. Он не может быть центральным. Он не действенный. " Вот я один…" — действенный монолог. Кто создал миф о том, что " Быть, или не быть?", главный монолог у Гамлета? Для философов может быть он и главный. Для шекспироведов — главный… Но не для нас… Актёров! В нём нет действенного поворота в роли…

— Можно мне сказать? — несмело спросила, Оля.

— Не можно, а нужно! — обрадовался режиссёр. — Ты у нас Гамлет. Тебе и придумывать.

— Это сонет. — неуверенно сказала Оля. — " Быть, или не быть?" — это обыкновенный сонет… Шекспир написал ещё один сонет и вставил его в Гамлета. Сонет на тему Гамлета!

Многие в театре знали, что Ольга Ростова, года два назад, подготовила с Медведевым, концертную программу " Сонеты Шекспира". Оля ездила по школам и институтам и там читала сонеты. Разбиралась она в сонетах, великолепно!

— Что ты имеешь в виду? — спросил Медведев.

— " Быть, или не быть?", напоминает мне другой сонет. Помните, Виктор Алексеевич, я его сначала не любила?…

Ольга начала декламировать.

— " Зову я смерть!

Мне видеть невтерпёж,

Достоинство, что просит подаяние.

Над простотой глумящуюся ложь,

Ничтожество, в роскошном одеянье…"

— " Быть, или не быть?", — прервала она себя. — мне напоминает этот сонет. И здесь Шекспир ищет причину, чтобы не умереть…

" Всё мерзостно, что вижу я вокруг…

Но как тебя покинуть милый друг!"…

… Гамлет может здесь сонет читать… Вернее, на ходу сочинять.

Ольга выжидающе смотрела на Медведева.

— А что?.. В этом, что-то есть! — оживился Сурен Папазян. — Только надо сделать так, чтобы зрителю было понятно… Гамлет сочиняет сонет.

— Мне тоже нравится! — заходил по комнате Медведев. — Давайте пока остановимся на этом… Минутку!.. — Режиссёр резко остановился. — Есть идея!.. Надо найти точное место, куда его воткнуть. Пусть он и будет концертным номеров в спектакле. — Режиссёр открыл пьесу и стал листать страницы. — Нет, с Офелией не получится… Я хотел, чтобы он для Офелии сочинял… — Медведев скользил глазами по строчкам. — Она его здесь сумасшедшим называет… Может что-нибудь в конце найдём? — Быстро перелистывает страницы и читает. — Перед боем с Лоэртом?… Ольга читай!.. Горацио, подхватывай!

Ольга и Мамонтов нашли нужные места в своих ролях. Читают…

— Гамлет. — Но ты не можешь представить, какая тяжесть здесь у меня на сердце. Но это всё равно.

— Горацио. — Нет, дорогой мой принц…

— Гамлет. — Это конечно глупости, но это словно какое-то предчувствие, которое, быть может женщину и смутило бы.

— Горацио. — Если вашему рассудку чего-нибудь не хочется, то слушайте его. Я предупрежу их приход сюда и скажу, что вы не расположены.

— Гамлет. — Отнюдь; нас не страшат предчувствия, и в гибели воробья есть особый промысел. Если не теперь, так значит, не потом; если потом, так, значит теперь, если не теперь, то всё равно когда-нибудь; Готовность — это всё…

— Замечательно! — крикнул Медведев. — Самое место для " Быть, или не быть?" После реплики " Готовность — это всё!", Гамлет и Горацио идут к месту поединка… Не знаю…Может быть по кругу пойдёте. Если будут лестницы, начнёте подниматься по лестнице…. Подниметесь, пройдёте по коридору через всю сцену, там наверху и спуститесь справа, тоже по лестнице… Пройдёте на серидину сцены. Здесь дуэль. Главное монолог читать в движении. Вы идёте к месту поединка и на ходу сочиняете сонет… До того как пойдёте, вы стоите молча. Горацио-автор, сам Шекспир, очень медленно, как бы в философских раздумий, говорит первую фразу — " Быть, или не быть?". Пауза… Гамлет повторяет фразу, с точно такой же интонацией и жестами, как это делал автор… Короче говоря, автор предлогает Гамлету сочинить сонет, Гамлет его сочиняет… Распределите весь монолог, чтобы он закончился с выходом Лоэрта… Понятно?..

Олег и Оля кивнули головами в знак согласия.

— Тогда начали!

Актёры от начала и до конца повторили задание режиссёра. Медведев закурил сигарету и повернулся к Саше.

— Ну как? — Медведев ценил мнение Саши.

— Здорово! — Саша поднялся со стула. — Из монолога, сонет сделать!..

— Ольгина находка! — Медведев с поклоном указал рукой в сторону Ростовой.

— Александр у нас восторженный человек. — засмущалась Ольга.

— Я не всему восторгаюсь. — застеснялся Саша в ответ.

— А чему ты не восторгаешься? — спросил Прохоров.

— Когда играю в ресторане роль, Адольфа Гитлера! — ответил Саша.

КВАРТИРА ГРИЦЕНКО.

Иван и Наташа, подошли к двери своей квартиры.

Пол года назад, Иван расследовал одно дело, связанное с убийством двух мальчиков. Он нашёл убийц и они получили заслуженное наказание. Но в период расследования он получал много анонимных звонков по телефону с угрозами. Гриценко опасался, что те, кто угрожают, могут пожаловать к нему на квартиру. Гриценко опасался даже не за себя, а за Наташу.

Тогда, у него и появилась привычка, заходить в квартиру, первым. Поэтому Иван и сейчас в квартиру заходил первым.

Он вытащил пистолет из кобуры, которая находилась под пиджаком, левой рукой открыл ключом дверь, легонько толкнул её и вошёл в прихожую. Проверив всю квартиру, он вернулся к входной двери.

— Входи. — cказал он смеющейся Наташе. — Ты чему радуешься?

— Мы что, вечно так будем заходить?… По очереди?

— " Бережёного, Бог бережёт." — не принял шутки Иван.

— Только бы в манию преследования не обратилась твоя мнительность.

— Ладно… Мне самому смешно… Входи же!

Наташа вошла в квартиру и закрыла дверь. Она сразу направилась в большую комнату, где стояли телевизор и видеомагнитофон. Иван вошёл следом за ней. Она села в кресло, вытащила из сумки кассету, вставила её в видеомагнитофон и взяла в руку дистанционное управление.

— Хочешь проверить свою версию? — Иван тоже устроился в кресле.

— Их интересовала не камера. — начала вступительную речь журналистка перед просмотром видеозаписи — Грабители были одеты в кожаные куртки на голые тела. На шеях обоих проглядывали большие, золотые цепи. Сидели они на дорогом мотоцикле. Такие не будут выхватывать у прохожих сумки. Их интересовала даже не видеокамера. Их интересовала кассета.

— Кому интересна репетиция Гамлета?

— Один из " мушкетёров" упомянул на репетиции, миллион долларов! Я тогда насторожилась…

— Давай смотреть… Только интересующее нас место!.. Всё мне опять, не показывай! Надоело дегенератов смотреть… Этих мушкетёров!..

Наташа нажала на кнопку. На экране появилась репетиционная комната.

— Я хочу найти одно место. — Наташа прокрутила изображение. — Вот здесь!

На экране показались " мушкетёры".

— Заглохни дятел!..

— Задвинь ещё что-нибудь, Рустик!.. Черножопого задвинь!

— Отелла, что ли?.. Дай вникнуть… Как Валёк базарил…

— Уже не базарит.

— Был Валёк, нет Валька.

— Был лимон зелёных, нет лимона зелёных…

— А за такой базар, Муташ язык у тя отрежет…

Следователь подпрыгнул в кресле и отвернулся к окну.

— Выключай. — видно было, что Ивана сильно раздрожали " мушкетёры".

— Ну что скажешь? — спросила Наташа.

— Всё начинать надо сначала! — Иван положил голову на кресло и закрыл глаза.

— Почему сначала?

— Потому что Пугова убили из-за этого миллиона и Медведев здесь не причём!.. С другой стороны, как же мальчик Вова?.. Ведь он точно видел убийцу?…

— А он мог ошибиться? — с надеждой воскликнула Наташа. — Когда ты разговаривал с дворовыми пацанами, они сказали тебе, что убийца выглядел как бомж. Убийца мог подделаться под бомжа… Мальчику могло показаться, что он узнал в бомже, Медведева. Я допускаю, что Медведев мог убить, он он не мог знать про миллион.

— Надо всё начинать сначала. Пойду опрошу соседей Пугова. Надо заняться тем, чему меня учили в институте. — Иван пошёл к выходу из квартиры. — Я пошёл. Время бежит!

— Ты же хотел отдохнуть?

— Я передумал!

— Звони, если что!..

Иван поцеловал Наташу и вышел из квартиры. Выскочив на улицу и сев в свою машину, поехал к дому, где жил Пугов.

Гаражи, среди которых был и пуговский, стояли примерно в пятидесяти метрах от жилого дома. Гриценко вошёл в подъезд со стороны гаражей. Он решил заняться суевериями. Стучаться только в левые от себя квартиры.

Поднявшись на второй этаж, он позвонил в левую от себя дверь. Через несколько секунд он услышал мужской голос.

— Кто там?

— Иван Григорьевич Гриценко. Частный сыщик.

— Что вы хотите?

— Я расследую убийство Валентина Пугова. Он проживал в вашем подъезде. Мне бы хотелось задать вам несколько вопросов.

— Я уже разговаривал со следователем прокуратуры… И ещё двое приходили. Наверное из ФСБ… Я им сказал… Я ничего не знаю. До свиданья!

Послышались удаляющиеся шаги. Гриценко поднялся на этаж выше и так же позвонил в левую дверь.

— Кто это? — спросил женский голос.

— Моя фамилия Гриценко. Я частный сыщик. Хочу спросить у вас кое что.

Дверь открылась и Гриценко увидел женщину лет пятидесяти. Она некоторое время рассматривала сыщика.

— У вас честное лицо — это первое! — сказала женщина без улыбки. — Я доверяю частным сыщикам — это второе…

Но войти честному сыщику, она не предложила.

— Третье… — продолжала она. — Валя Пугов был неплохим мальчиком. Вежливым, щедрым… Надо найти его убийцу. Я знаю… Если вы его найдёте, то вы его посадите в тюрьму. Другие ловят и никуда не сажают… Тем, предыдущим я не сказала… Вам скажу… В нашем подвале живёт вампир. Вход в подвал из нашего подъезда… Он всегда там. Он почти не выходит на улицу… Идите вниз, вы уведите. Поговорите с ним. Вампиры многое знают. Расположите его к себе… Идите!

— Спасибо за совет. — улыбнулся Гриценко.

— Желаю успеха. — без улыбки сказала женщина и закрыла дверь.

Гриценко спустился вниз. Дверь, ведущая в подвал, оказалась не запертой. Он открыл её и вошёл в подвальное помещение.

В ГОСТЯХ У ВАМПИРА.

В подвале было темно, но в углу Гриценко увидел зажжённую, керосиновую лампу. Он подошёл поближе и обнаружил там, живой уголок. Около стены лежал поролоновый матрас. На нём было всё, чтобы удобно было спать. Простынь, подушка, одеяло. Рядом с постелью стоял маленький столик. На нём стояла керосиновая лампа, маленький радиоприёмник, пепельница. На столе так же лежали, ручка и исписанные листы бумаги.

Гриценко подошёл поближе к столику и наклонился над бумагами.

— Нехорошо читать чужие рукописи! — услышал он за спиной чей-то голос.

Иван Григорьевич обернулся и увидел перед собой мужчину. На вид ему было, лет тридцать.

— Садитесь на тот ящик у стола. — голос у мужчины был усталым.

— Спасибо. — следователь взглянул на ящик.

Гриценко подошёл к деревянному ящику и сел на него. Хозяин подвала уселся на другой ящик и вытащил из кармана пиджака, пачку сигарет.

— Курите? — он протянул следователю пачку сигарет.

— Спасибо. У меня свои… Крепкие.

Мужчины закурили сигареты. Немного помолчали не глядя друг на друга.

— Вас, Надежда Михайловна прислала ко мне?

— Не знаю. — ответил Гриценко. — С третьего этажа женщина. Она мне не представилась.

— Заходит сюда иногда… — мужчина откровенно разглядывал Ивана Григорьевича. — Справляется о моём здоровье… Вы следователь?

— Да… Как вы догадались?

— В последнее время, к ней следователи зачастили… Если она вас прислала сюда, значит вы ей понравились. Смотрю на вас и пытаюсь понять, почему?.. Я знаю, почему… В вас нет страсти немедленно поймать преступника… Эта женщина вам про меня что-нибудь сказала?

— Сказала, что вы вампир… И ещё она сказала, чтобы я поговорил с вами.

— Насчёт убийства Валентина Пугова?

— Вы угадали. — Гриценко оглядел подвал. — Вы давно здесь живёте?

— Месяца три.

— Вы действительно вампир?

— Да, как вам сказать… Моя хозяйка с юмором.

— Вы снимаете у неё комнату?

— Да, снимаю… Плачу почти символически… Я друг её сына… Его убили на войне, вот она как бы и приютила меня. Свою квартиру я потерял… Долго рассказывать, как!..

— Ничего не понимаю. — уставился в пол Гриценко. — У вас есть квартира, а вы живёте в подвале… " На зло кондуктору", что ли?

— На зло ничего нельзя делать!.. Я книгу пишу… Называться она будет " Воспоминание вампира"… Как вас зовут?

— Иван Григорьевич Гриценко. — представился следователь.

— Митрофан Александрович. — " вампир" протянул руку Гриценко. — Серов… Скажите мне, как можно написать хорошую книгу, сидя в уютной квартире?.. Уют должен быть… Но не такой как там… Постоянные, телефонные звонки. На улице крики, шум… Здесь ничего не слышно. Только когда стреляют, тогда слышно.

— И часто стреляют?

— Нет. За три месяца, стреляли два раза… Выстрелы я слышал, когда Пугова убивали.

— Вы были знакомы с ним?

— Ещё бы!.. Мой сосед… Когда слышал выстрелы, даже в голову не могло прийти, что в него стреляют.

— Вы сказали выстрелы?.. Разве не один был выстрел?

— Выстрелов было два.

— Странно. — снова уставился в пол Гриценко. — На сколько я знаю, Пугова убили одним выстрелом. С близкого расстояния… В лоб… В первый раз промахнулись, что ли?..

— Не думаю. Ведь второй выстрел я услышал через три часа после первого.

— Как?

— Первый выстрел я услышал около восьми часов вечера… Второй… Около двенадцати часов. Оба выстрела доносились со стороны гаражей.

Гриценко закурил вторую сигарету. Прикуривая от первой. Раньше он никогда этого не делал.

— Как бы осмотреть гараж? — сказал Гриценко больше самому себе, чем "вампиру".

— А что вас интересует?

— Меня интересует второй выстрел. Был ли он сделан там же, в гараже… Или в другом месте.

— И второй раз стреляли в гараже.

— Откуда такая уверенность?

— Я сегодня заходил в гараж. — Митрофан вытащил пачку кофе из под стола. — Извините, я вам ничего не предложил. Хотите хофе?

— Спасибо… Если вы хотите… Не обращайте на меня внимания.

— Один не буду. — Митрофан поставил пачку на стол.

— Как вы туда попали?.. В гараж?

— У меня ключ есть… Никто не знает, что у меня ключ есть… Я сегодня заходил. Мог бы и раньше, да ждал когда всё поутихнет.

— Откуда у вас ключ?… Извините за любопытство.

— Сам Валентин мне его дал… Три или четыре месяца назад я облюбовал этот подвальчик. Здесь только две комнаты. Основной подвал там, за стенкой. В той комнате, — Митрофан показал рукой на запертую на замок дверь — дворники оставляют свои мётла, мешки для мусора, лопаты всякие… Я договорился с ними, что поживу здесь несколько месяцев. Они разрешили… Ключи дали… Я поселился здесь и стал писать книгу… Скоро алкаши пронюхали. Стали стучаться в дверь. Распивать им бутылки негде… Я пускал их… Потом наглеть стали… Поспать им надо… Я ни в какую… Барабанить в дверь стали. Угрожать… Тогда, во дворе я разговорился с Валентином… Он шёл к своему гаражу… Попросил утихомирить алкашей… Он как-то мне проговорился… Или умышленно сказал, что знаком с авторитетами… Утихомирил! Больше здесь никто не появлялся… Позже я спросил его… Ну, если моя, какая помощь нужна? — Он говорит, что не нужна… Потом подумал и попросил меня за его гаражом иногда присматривать. Я согласился. Он ключ от гаража мне дал…

Митрофан умолк.

— Вы сказали, что были сегодня в гараже? — после недолгой паузы спросил Гриценко.

— Ходил. Рано утром.

— Как вы узнали, что второй выстрел… Вы сказали, что и второй раз стреляли, тоже в этом гараже?.. Как это так?..

— Очень просто. — спокойно ответил Серов.

— Прокуратура и милиция нашли только одну пулю. — проговорил следователь. — Если бы там стреляли дважды, нашли бы и вторую пулю.

— Не нашли бы. Второй пули в гараже нет.

— А где она?

— Не знаю… Наверное на улице где-нибудь лежит.

— Как это?. - удивился Гриценко.

— Вам надо самому взглянуть… Хотите?

— Мы можем пойти туда? — оживился следователь — Прямо сейчас?…

— Прямо сейчас… Пошли. — Серов вытащил из кармана ключ. — Только надо сделать так, чтобы нас никто не увидел. Идите за мной. Обойдём гараж. Зайдём со стороны деревьев… Нас через окна могут увидеть.

Серов и Гриценко молча вышли из подвала на улицу. Пройдя по тротуару, они завернули к беседке. Обогнув беседку они зашли в рощу. От туда они подошли к пуговскому гаражу.

— Я пойду первым. — тихо сказал Серов. — Оставлю дверь полуоткрытой. Через минуту, или две, заходите и вы. Когда войдёте, мы закроем дверь. В гараже должно быть темно. Только в темноте вы увидете то, что я хочу вам показать.

Серов двинулся к гаражу, а Гриценко достал мобильный телефон и набрал номер.

— Алло!.. Николаич, это я… Я стою около гаража Пугова… При встрече расскажу… У меня мало времени… Надо сделать одно дело… Позвони в прокуратуру… Этому… Да. Спроси у него, в котором часу наступила смерть Пугова. Я должен знать точно… Ты главный в нашем агентстве, тебе и спрашивать… Выстрелов было два… Оба выстрела в гараже… Один в восемь часов вечера, другой в двенадцать… Только он об этом не должен знать… Узнай только одно, в котором часу наступила смерть… Пока ничего не могу сказать… Сразу перезвони… Пока.

Гриценко отключил телефон, сунул его обратно в карман и пошёл к гаражу. Открыв дверь, он вошёл в гараж и срузу же закрыл её. Внутри было темно.

— Подойдите ко мне. — услышал он голос Серова. — Машины здесь нет. Идите прямо. и наткнётесь на меня.

Гриценко вытянул руки вперёд и пошёл в сторону голоса. Через несколько секунд, следователь упёрся руками в стену.

— Где вы? — спросил Гриценко.

— Здесь я, рядом с вами… Смотрите.

— Куда?

— На заднюю стенку. Перед собой.

Иван Григорьевич всмотрелся в темноту и наконец увидел в железной стене маленькую дырку. На улице было светло и маленькая дырка хорошо была видна из тёмного гаража.

— Вы думаете это пуля? — спросил Гриценко Серова. — Пуля пробила стенку и вылетела наружу?

— Эта дырка от пули. — ответил Серов. — А от чего же ещё? Видите, дырка на уровне наших голов. Пугов был примерно такого же роста как и вы. Пуля прошла через голову Пугова, пробила стенку и вылетела на улицу. Наверняка на краях дырки есть кровь… Только до сих пор не пойму, почему стреляли дважды?..

— И гильза и пуля, которой был убит Пугов, были найдены здесь. — возразил сыщик. — Внутри гаража. На ней была кровь.

— Какая же пуля тогда вылетела? — удивился Серов. — Почему стреляли дважды? В один и тот же вечер?..

Зазвонил мобильник у Гриценко в кармане. Он его поспешно выхватил.

— Алло!.. Да… Да… А кто вызвал милицию?.. Сразу вызвали?.. Понял. Спасибо, Николаич. Приеду расскажу… Пока. — Гриценко отключил телефон. — Умер Пугов часов в одиннадцать. Милицию вызвали после второго выстрела. Тот кто вызвал, слышал крики у гаражей. Милиция приехала… Пуговский гараж был открыт. Они туда… Пугов ещё теплым был. Его убили вторым выстрелом. В одиннадцать часов.

— Зачем стреляли в восемь часов? — всё больше удивлялся Серов.

— А вы уверены, что первый выстрел был в восемь часов?

— Конечно уверен. Я тогда на часы посмотрел. — Серов подошёл к двери, и приложил к ней ухо. — Если не возражаете, надо уходить. Если нас здесь застанут…

— Не надо договаривать. — согласился Гриценко. — Уходим.

Мужчины вышли из гаража и вернулись в подвал прежним путём.

Пока Митрофан Александрович зажигал лампу, Гриценко посетила страшная догадка. А что если этот добровольный затворник и есть настоящий убийца? Есть такой сорт преступников, которые безумно хотят, чтобы о их деяниях узнали другие. Они сами толкают следователей, или окружающих людей к раскрытию их преступлений. Синдром Раскольникова. Раскольников в своей газетной статье, фактически описал своё преступление.

Если человек совершил преступление, то оно становится одной из главных тем его жизни. Если не главной темой. Хочет он этого, или не хочет.

— Садитесь, Иван Григорьевич. — прервал кошмарные мысли Гриценко, Митрофан. — Так сварить вам кофе?

— Нет, спасибо.

— Хочу у вас спросить… Что вы об этом думаете? — Серов закурил сигарету.

— Трудно сказать. — дрогнувшим голосом ответил Гриценко. От мысли, что перед ним сидит убийца, ему становилось не по-себе. — Два выстрела в разное время… Надо подумать… Или наоборот, перестать думать обо всём на время. Расслабиться… — Интересно получается? — Гриценко мотнул головой в сторону митрофановской рукописи.

— Вы о моей писанине? Сам не знаю. На мой взгляд, интересно… Но надо, чтобы было интересно другим.

— Ваша книга будет называться " Воспоминания вампира"?

— Да.

— Какой-нибудь отрывок не прочитаете? — Гриценко придал интонации голоса как можно больше бесстрастности.

— Материал сырой. — замялся Серов. — Я пишу быстро, не задумываясь о стиле… Длинно… Ещё нет плавности переходов от одного куска к другому… Разве что, начало…

— Прочитайте начало.

— Вы действительно хотите?.. Аа… Понимаю зачем… Учтите, я не писатель. Как писатель, я дилетант.

— Я не критик. Мне интересно, как может человек писать книгу, сидя в подвале.

— Хорошо. Начало я вам прочитаю

Серов вытащил из под стола пачку листов, отобрал несколько, положил их перед собой и стал читать.

" Треск, раскалывающегося черепа от удара топора, послышался на Восьмой авеню, Октябрьского района, Нью Москвы! Вылетевшие с быстротой молнии из головы, кровь и мозги, ударились о грязную стену, к тому же каменную и медленно стали стекать на глиняную землю… Насилие свершилось! В сексуальном экстазе я вытащил из сумки " Интер-нейшенл-корпорейшенл" охотничий нож и с быстротой Джека-потрошителя отрезал голову, жестоко и бесстрашно убитой мною немолодой женщины. Большая, литровая кружка, грязная и сальная, приготовленная мною заранее, стояла в безобразных кустах крапивы, недалеко от трупа…. Привычным движением я стремительно схватил голову за волосы, перевернул её горлом вниз и положил её таким образом на кружку, чтобы кровь стекала во внутрь, этой самой кружки…. Дождь продолжал лить как из ведра. Буря не утихала, а усиливалась. Зловещий силуэт чёрной кошки промелькнул вдоль забора и мгновенно исчез за углом. Где-то, за этим же забором, за которым исчезла кошка, пронзительно завыла собака. Круглая луна вышла из-за чёрных, соседних туч, которые были по соседству. А за ней, там, в космической дали, проглядывало " Созвездие скорпиона", раскрывшее свою бездонную пасть, бесстыдно и похабно смеясь, показывая мне омерзительный оскал, своей дьявольской улыбки…

— Одну минуту! — прервал Серова, Иван Григорьевич. — Как я правильно понял, вы употребили фразу " Привычным движением"… Вы привыкли убивать. Это ваше не первое убийство… В вашем романе, вы уже закоренелый убийца?.. Так, что ли?..

— Но я не могу начинать свой роман с первого убийства! Оно было совсем неинтересно. По правде, я начал свою карьеру с кролика… Или с собаки. Я уж точно не помню… И даже не с собаки. В первый раз я попробовал вкус крови в приёмном пункте.

— Вы имеете ввиду, морг? — насторожился Гриценко. — Вы пили кровь покойников?

— Я имел ввиду приёмный пункт доноров. Я там работал санитаром. Относил банки с кровью в подсобные помещения. Там были холодильники. Туда я их и ставил.

— Так вы, там отведали в первый раз крови?

— Там… Каюсь!.. Мне кто-то сказал, что кровь пить очень полезно. Сначала было противно, не скрою… Потом привык… Изумительный вкус!

— Продолжайте, пожалуйста. — проговорил Гриценко по возможности спокойным голосом. — Извините, я вас перебил.

— Бывает!..

Серов как-то насмешливо взглянул на следователя и продолжил чтение.

— "… Вскоре кружка наполнилась кровью. Подняв её / если вы забыли что я поднял, могу напомнить — кружку/ и саркастически подмигнув моим друзьям, звёздам, я с наслаждением осушил её до дна. Блаженство растеклось по всему телу! Голова закружилась от неописуемого восторга и счастья. Я упал на красную от крови траву и сразу же заснул…"

Гриценко заколотил озноб! Он ясно вспомнил, что два года назад о подобном нераскрытом преступлении, он читал в одной из центральных газет. В статье говорилось о зверском убийстве девушки. Тело её было обнаружено за городом. Экспертиза показала, что её сначала изнасиловали, а потом отрезали голову.

Иван Григорьевич удивился откровенной наглости вампира. Человек, сидящий перед ним, описывал свои преступления совершенно беззастенчивым образом.

"… Но спал я недолго, а как обычно в таких случаях, не более пятнадцати минут…"- продолжил своё чтение Серов. — " Поднявшись на ноги, я вытащил из кармана куртки маленькое зеркальце и пристально всмотрелся в своё лицо. Как я и предполагал, дождь смыл с моего лица невинную кровь, невинной и в то же время симпатичной девушки, лежавшей в двух метрах от меня, без головы, в красивой юбке, уже бездыханной и несомненно мёртвой!.. "

— Вы могли предположить, что девушка без головы могла быть живой? — у Гриценко всё чаще и чаще стучало сердце.

— Если она была вампиркой, как и я, то отрезание головы ещё ни о чём не говорит. — пояснил Серов. — Сначала надо воткнуть вампиру в грудь осиновый кол, а потом уже рубить голову.

Иван Григорьевич всмотрелся в глаза Митрофана Александровича. Он увидел в них безумие. Гриценко вдруг вспомнил, что вампиры могут читать мысли других людей. Серов часто разговаривал с Пуговым и он мог прочитать пуговские мысли. Таким образом он узнал, что у Пугова где-то спрятан миллион долларов. Он застрелил Пугова. А два выстрела он сделал для того, чтобы запутать следствие… И сейчас деньги и это вполне вероятно, находятся где-то здесь!

— Вы читаете мысли людей? — спросил напрямую Гриценко.

— Мы не читаем мысли людей. — фанатично ответил Серов, как показалось сыщику. — Мы читаем подсознание ночи, а днём, подсознание человеческого общества.

— Очень интересно. — Гриценко заметил вызов в глазах вампира. — Читайте дальше.

— Читаю! — с ухмылкой сказал Серов.

— " Надо было уходить! И я ушёл. Если бы вы видели, как я уходил! Так уходят люди с места, где они совершили какое-то тяжкое преступление…"

— Вы убили Пугова? — Гриценко резко поднялся с ящика и отошёл в сторону на два метра. Он был готов в любую секунду выхватить из кармана пистолет.

— Я! — не шевелясь ответил Серов. — Надо признаться, что у Пугова была очень вкусная кровь. Как солёненький, томатный сок.

— Миллион долларов у него, тоже вы украли?

— Какой миллион? — искренне удивился Серов.

— Ведь вы убили его, из-за этого миллиона?

— Я не знал, что у Пугова есть миллион!

— Знали! — жёстко сказал Гриценко. — Ваша хозяйка с юмором… Но попала в точку.

Вы настоящий вампир!

— Как вы узнали?

— Я тоже умею читать чужие мысли! Ваши глаза мне рассказали многое!

— И какие же мои глаза?

— Глаза вампира!

— Браво!.. Браво, Митрофан Серов! — радостно крикнул вампир. — Ещё книжки пишут…" Норма и патология в творчестве". Если есть патология, значит нет творчества…Бодлер — наркоман, Чайковский — гомосексуалист, Достоевский — эпилептик, Гоголь — сумасшедший!.. Между прочим, Достоевский писал свои романы, в перерывах от припадков. Он не писал их во время припадков. Навешали ярлыки, уши вянут!.. Тургенев тоже ляпнул… " Счастье — это покой, а покой и творчество несовместимы"… А вот я, например, нахожусь в состоянии покоя, когда занимаюсь творчеством!..

— " Неужели вампиры свои убийства, называют творчеством?" — подумал Гриценко. — " Хотя всё логично. К каждому делу надо подходить " творчески".

— Лермонтов сказал точно. — продолжал философствовать Серов. — " А он мятежный ищет бури, как-будто в буре есть покой"… Извините, Иван Григорьевич, я пошутил… Вы побледнели!.. Никого я не убивал. Вы жертва своей профессии… Как я своей. Вы привыкли во всём искать преступление. Я читал, а сам наблюдал за вами. Вы наверное подумали, что у меня мания величия? Убил и рассказываю всем. Если бы я кого убил, я бы свой рот закрыл на замок. А ключ бы потерял… Я тюрьмы боюсь. Во времена Раскольникова, другие тюрьмы были. Один мой знакомый сказал — " В тюрьме лишают комфорта." — Какого комфорта? Мы когда-нибудь имели комфорт в вольной жизни? В сталинских тюрьмах и лагерях, лишают человеческого облика… Социальную жизнь в стране надо оценивать по тюрьмам. Говорите, что у вас демократия?.. Покажите ваши тюрьмы!..

— Вы убили Пугова? — крикнул Гриценко.

— Я никого не убивал! — крикнул в ответ Серов. — Что вы на меня так смотрите? Вампиром я себя называю в книге. Выходит я вас убедил, что я вампир?.. Браво, Митрофан! Форму я не потерял… Я профессиональный актёр…

— В каком смысле?

— В самом прямом!.. Я профессиональный актёр и пишу киносценарий… Про вампира… Сейчас люди не интересуются Пушкиным. Им подавай секс и насилие… Я нашёл одного спонсора. Он ждёт моего сценария. И главного вампира в этом фильме, буду играть я… Ну как вам мой будущий вампир?..

Гриценко долго переваривал в своей голове, услышанное и увиденное и наконец понял, что перед ним действительно стоит очередной придурок актёр.

— Ещё одного актёра мне не доставало! — вздохнул Гриценко.

Митрофан и Гриценко снова сели на ящики.

— О каком миллионе, украденном у Пугова вы говорили?

— Я пошутил. — Гриценко отвернул лицо от Митрофана.

— Нет, вы не пошутили. Вы проговорились. Хотели, чтобы я проговорился, а проговорились сами…

— Вы сказали, что вы профессиональный актёр? — с надеждой спросил Гриценко.

— Да… Был актёром. Сейчас на принудительной пенсии. Как весь народ. Начал писать мемуары.

— Вы должно быть знаете такого режиссёра, Медведева?

— Очень хорошо знаю. Правда я в другом театре работал… Но его я знаю… И он меня знает.

— Я скажу вам откровенно, какой расклад получается. — проговорил Гриценко — Есть у меня версия, что Пугова убил именно Медведев… Не знаю, почему я вам сказал это… Кое-кто видел, как он вошёл в гараж и выстрелил… После слов " Я копыт не вижу"…

— Где-то я слышал эту фразу! — Серов задумался.

— Эта фраза из " Отелло". - напомнил Гриценко.

— Да, да!.. Конечно!.. Вот номер! Так это Медведев убил Пугова?

— Я сам здесь ничего не понимаю. Экспертиза дала заключение, что смерть Пугова наступила около двенадцати часов ночи. Медведев стрелял в восемь часов… Пугов умер в одиннадцать. Он умер от второго выстрела.

— От куда вы знаете, в котором часу стрелял Медведев?

— Мальчик сказал. Ваш сосед…. Больше я ничего не скажу. Это тайна следствия.

Гриценко умолк и стал пристально смотреть Митрофану в глаза.

— Я знаю почему вы со мной откровенничаете. — тоже глядя в упор на следователя, проговорил Серов. — Думаете, что перед вами актёр-неудачник… Ненавидящий всех. Особенно режиссёров… Если что знает, выложит немедленно… Медведева вложит… Ошибаетесь. Медведева я не вложу. У вас же есть, извините, ментовское братство? У нас есть — Актёрское братство… Хотите дам совет?

— Слушаю.

— Поговорите откровенно с Медведевым. Как со мной. Он вам расскажет всё честно. Наедине с вами, расскажет. И вы не будете гадать.

— Жена мне говорит тоже самое… Так я и сделаю. — Гриценко поднялся с ящика. — Пойду… Признаюсь… Раньше я думал, что актёры глуповатый народ.

— Актёры боятся… Они играют в дурачков. Не верьте им. Умных актёров не любят режиссёры… Не все… Медведев только с умными и работает. У актёра главное не ум… Талант главное! Ум актёра, в его таланте!.. Быть актёром, или режиссёром, страшно сложно!.. Театр и кинематограф оккупировали случайные люди. И вы думаете, они чувствуют себя неуютно в театре? Ошибаетесь! Они нас учат как надо играть роли. Они нам приказывают ничего не играть. " Как в жизни"… Они не умеют работать с актёрами. Они придумали свою, новую театральную эстетику… Эстетику драмы! " Ничего не играть"!.. Они убивают профессию!.. Единственно чему они научились — это искусству жить!.. Другими словами, они великолепно приспосабливаются к любой власти!… Не буду вам морочить голову.

— Если не возражаете, я зайду к вам как-нибудь? — Гриценко тепло посмотрел на Митрофана.

— Заходите в любое время… В следующий раз, вы мне расскажите, как Медведев не убил никого.

— Вы в этом уверены?

— Абсолютно!.. А впрочем…

— До свиданья! — Гриценко пошёл к выходу.

— До свиданья, Иван Григорьевич.

Мужчины пожали друг другу руки и Гриценко вышел из подвала.

РАЗГОВОР ЗА КРУЖКОЙ ПИВА.

Когда Гриценко приехал в театр, репетиция уже закончилась. Актёры расходились по домам. Медведев был здесь же, в фойе. Он беседовал с актёрами.

— Добрый день, Виктор Алексеевич. — следователь пожал режиссёру руку. — Добрый день, господа.

Актёры ответили на приветствие.

— Мне надо с вами поговорить. — обратился Гриценко к Медведеву.

Режиссёр извинился перед актёрами и отошёл в сторону с Гриценко.

— Мальчика отпустите домой. — Иван Григорьевич мотнул головой в сторону Вовы. Тот стоял один у окна и дожидался дядю Витю. — Скажите ему, что я не арестовывать вас пришёл.

— Вова! — позвал мальчика Медведев. Вова несмело подошёл к дядям. — Иди в школу… Если она ещё функционирует.

— Что ж ты от нас убежал? — как можно дружелюбнее спросил Гриценко. — Твоего друга никто не собирается арестовывать. Ты меня понял?

— Понял. — недоверчиво ответил Вова и с тревогой посмотрел на дядю Витю.

— Всё в порядке, Вова. — Медведев положил руку на плечо мальчика. — Я вам сегодня позвоню. Передай привет маме…

Вова пошёл в сторону выхода.

— Может быть нам пойти куда-нибудь посидеть? — предложил Гриценко.

— Присоединяйтесь к нам. — ответил Медведев. — Мы сейчас идём в " Подвальчик" пиво пить.

— Мне бы хотелось поговорить с вами наедине.

— Знаю о чём вы хотите поговорить. О том, что тогда произошло в гараже Пугова?

— Да, об этом. — следователь удивился откровенности режиссёра.

— В " Подвальчик" я иду со своими друзьями. Один репетирует английского короля в " Гамлете", другой играет в ресторане роль Гитлера. " Королю" я уже сказал, что стрелял в Пугова, "Гитлеру" собирался сказать.

— Вы ставите их обоих в сложное положение. — воскликнул Гриценко. — Они знают об убийстве и не оповестили органы. Они могут оказаться в положении соучастников преступления… Или их могут обвинить в сокрытии преступления… Если они будут принимать участие в нашем разговоре.

— Я понимаю, что вы имеете ввиду. Всё это так, если я совершил преступление. А было ли оно? Я не сказал им, что убил Пугова. Я сказал, что я стрелял в него. Только стрелял!.. Здесь какая-то мистика! Дима и Саша актёры. Я собирался им рассказать, что же произошло на самом деле… Я надеялся, что они помогут мне разобраться в этой чертовщине…

— Хорошо. — согласился Гриценко. — Будем пить пиво вчетвером. Вы идите, я вас догоню. Мне надо позвонить жене.

Медведев пошёл к ожидавшим его актёрам, а Гриценко достал из кармана телефон и набрал наташин номер.

— Алло!.. Я в театре… Иду с ним пиво пить… Наташа, было два выстрела… Ещё один был… В одиннадцать часов. Пугов был убит вторым выстрелом. В одиннадцать часов… А Медведев стрелял, в восемь… Согласен… Чертовщина получается… Идём в " Подвальчик"… С Медведевым и с актёрами… Виктор Алексеевич обещал мне сказать правду… Не надо тебе туда приходить!.. Ну хоть не сразу прибегай!.. Я ведь в твою работу не вмешиваюсь… Делай, что хочешь! Бес толку говорить. Пока…

Гриценко пошёл к выходу. Там его ждали, Медведев и двое актёров.

— Знакомьтесь, Иван Григорьевич. — Медведев сделал жест рукой в сторону товарищей. — Русинов — "Английский король"… Александр — Ясновидящий. Хотя он был в другом месте, когда хоронили Андропова, но уверяет, что он увидел внутренним взором, что вместо Андропова, похоронили его двойника.

— Следователь тоже с нами идёт? — раздражённо спросил Русинов.

— Дима, ты когда-нибудь присутствовал на допросе в пивном баре? — ответил вопросом на вопрос, Медведев. — Если нет, у тебя есть шанс побывать.

Русинов ничего не ответил и четверо мужчин тронулись в сторону "Подвальчика". Всю дорогу они шли молча. Зайдя в пивной бар, они сели за пустой стол на четверых и заказали пиво с креветками.

— Спрашивайте, Иван Григорьевич. — Медведев откинулся на спинку стула.

— Вопрос первый и единственный… Вы стреляли в Пугова?.. Стреляли вы в него в гараже, в восемь часов вечера? Так?..

— Так.

— Стреляли и не убили?.. Как вас понимать?

— Я стрелял, но был уверен, что не убил его… На утро прихожу в театр и узнаю, что я всё-таки убил его! Мистика какая-то!

— Почему, мистика?

— Потому что я выстрелил мимо! Да, я хотел его убить… Был у меня план… Зашёл в гараж, прицелился в голову… Но… Уже нажимая на курок, отвёл руку в сторону. Сантиметров на десять. Рефлекс какой-то сработал…

— Рефлекс христианина! — воскликнул Русинов. — Если в репетициях, как говорит наш режиссёр, вырабатываются рефлексы роли, то христианские рефлексы, вырабатываются на протяжении всей жизни. Меня спросил один иностранец — "Когда вы впервые познакомились с христианством?" — Я ему ответил. — "В утробе материнской!" — Он удивился. — "Как это?" — Спрашивает. А ему отвечаю. — "Да, так это… В генах у меня крестьянство!"

— Наверное ты прав, Дима. — согласился Медведев. — Метил я ему прямо в лоб… Рука сама пошла в сторону!.. Но как я его мог убить?!.. Утром, прихожу в театр, а уже его портрет, в чёрной рамке на проходной висит… Но когда я выстрелил… Услышал звук… Пуля куда-то врезалась…

— В заднюю стенку гаража. — пояснил Гриценко — Вот она в неё и врезалась. И вылетела наружу. Поэтому её не нашли.

— А с Пуговым ничего не случилось!.. — продолжал Медведев — Кровь, наконец на лбу… Ну, что-нибудь такое?.. Но я видел его лицо, когда он падал! Крови на нём не было!..

Медведев посмотрел на следователя.

— Его убил кто-то другой! — после паузы пробормотал Гриценко. — Уже после вас. Вы с перепугу подумали на себя.

— Я тоже так думал… — развёл руками Медведев. — Но как быть с моим выстрелом?.. С покойником?.. С похоронами?..

Принесли пиво и креветки.

— Экспертиза показала, что Пугов скончался между одиннадцатью и двенадцатью часами. — Опорожнив пол кружки, сказал Гриценко. — Вы стреляли в восемь. Если он умер от вашего выстрела… Он что, три часа умирал с дыркой в голове?.. Если он умер от первого выстрела, он что, стоял как вкопанный три часа и ждал одиннадцати часов?..

— Совсем чертовщина получается! — Медведев сделал несколько глотков.

— Не совсем чертовщина. — вертя кружку в руках, сказал Гриценко. — Есть маленькая деталь… Вернее огромное обстоятельство… Пугов прятал в гараже миллион долларов. В связи с этим у меня появилась версия. Своим покушением вы его вспугнули. Он срочно вызывает своего ближайшего друга, или напарника… Или кого там ещё… Рассказывает ему о вашем покушении. Тот, кого я условно называю "напарником", решает воспользоваться ситуацией. Он стреляет в Пугова и убивает его. Произошло это в одиннадцать часов вечера. Миллион долларов убийца забирает. Он уже знает от Пугова о вашем покушении… Теперь он будет делать следующий ход. Он сделает звонок в прокуратуру и покажет на вас… Может быть он знает и о мальчике от Пугова. Он знает, что есть свидетель. И убийца знает кто этот свидетель… Убийца, теперь может вывести следствие, и на Вову!..

— А как Пугов узнал о мальчике? — удивился Медведев.

— Вы стояли к Вове спиной, когда он лежал на земле и наблюдал за вами. Вы не могли видеть Вову. Пугов же, стоял к нему лицом и мог его увидеть.

— Но это глупо! — вскричал Медведев. — Второй выстрел был сделан в одиннадцать часов. В это время меня там уже не было! Вова это подтвердит!

— Следователи легко смогут запутать Вову. Им нужен убийца! Им нужен человек, которого можно отдать под суд, а потом отчитаться перед вышестоящим начальством. Преступление раскрыто!.. Вы стреляли? Стреляли. Пугов убит? Убит. Всё!.. В подробности никто не будет вдаваться!

Мужчины молчали и пили пиво. Все понимали — Медведев влип в историю.

— А кто слышал второй выстрел? — спросил Русинов.

— Вампир слышал.

— Кто? — переспросили сразу трое.

— Вампир. — повторил Гриценко. — Он в подвале этого дома живёт. Пуговского дома… Книгу пишет о вампире… Тоже кстати актёр. Ваш брат по театру.

— А фамилия его как? — оживился Русинов.

— Серов. Митрофан Александрович Серов.

— Митрофаша? — Русинов подскочил на стуле. — Ты слышишь, Алексеич? Митрофаша!.. Из театра " Островского"! Помнишь такого?

— Конечно помню. Он года три назад ушёл из театра… Так же, как и ты. Замечательный актёр! А почему вы его вампиром обозвали?

— Он книжку пишет под названием " Воспоминание вампира".

Актёры засмеялись.

— Митрофан становится " новым русским" от литературы! Хочет на порнухе заработать денег. — Саша! — Медведев посмотрел на Маслова. — Тебе надо тоже книжку написать. — " Воспоминания двойника Гитлера".

Все снова захохотали.

— Мне можно сказать? — застеснялся Саша. — Я вас тут слушал…

— Скажи! — без тени улыбки, сказал Медведев.

— Только в пивбаре существует настоящая свобода слова. — заверил Сашу, Русинов.

— У Пугова есть двойник. — тихо сказал Саша и скромно опустил глаза.

— И у меня наверняка есть двойник. — наслаждаясь креветками, сказал Русинов. — И у Медведева, и у Ивана Григорьевича…

— Вы правы, Дмитрий Олегович. — уставившись в тарелку с креветками, согласился Саша. — Двойники есть у всех…

— Почему ты меня по имени отчеству называешь? — недовольным тоном, спросил Русинов. — Ты старше меня, Саша.

— Саша об этом иногда забывает. — пришёл Маслову на помощь, Медведев. — Или не хочет выходить из своего детства.

— Вы правы, Виктор Алексеевич. — Саша сделал шутливый тон. — Иногда я захожу в мир взрослых и мне становится не по себе!

— Ты хотел сказать, что тебе становится страшно! — Медведев очень серьёзно посмотрел на Сашу. — Я тебе много раз говорил, оставь своего Гитлера, иди к нам в театр. У нас ты всегда будешь, в мире детства.

Саша-Гитлер застеснялся и стал смотреть себе под ноги.

— Саша у нас всегда смотрит под ноги, когда стесняется! — пояснил Медведев, глядя на сыщика. — А знаете почему?.. Он там листочки считает!.. Когда он был маленьким, его бабушка, за что-то его ругала… Саша не выдержал её строгого взгляда и опустил голову… Тогда бабушка его спросила. — " Чего ты на землю смотришь, а не мне в глаза?".. Дело было во дворе их дома… Саша нашёлся и ответил бабушке. — "Я упавшие с дерева листочки считаю!.. Сколько их штук?".. Так я говорю, Саша?.. — Ты ведь, сейчас листочки считаешь?

— Да, Виктор Алексеевич! — снова застеснялся Саша и опустил голову. — Я листочки на полу считаю!..

— Саша, с этой секунды ты нас будешь называть на ты… И по имени. — приказал Русинов. — Если будешь упорствовать в своём "вы", я разговаривать с тобой перестану!

Мужчины замолчали и продолжили расправляться с креветками.

— Я к чему это… — решался, что-то сказать Саша. — У Пугова был двойник… Иногда хоронят двойников… Вместо Пугова, могли похоронить двойника.

Трое " взрослых" мужчин бросили недоеденные креветки в тарелку, выпрямились и повернули головы в сторону " ребёнка" Саши. Они смотрели на него так, как-будто в первый раз его увидели.

— " Очевидное и невероятное" — первым вышел из столбняка Медведев.

— Как вас по батюшке, Александр? — спросил Гриценко.

— Гаврилович. — с каким-то горьким смешком, ответил Саша. Он привык к унижениям и упоминание его отчества он воспринимал, как издёвку. В ресторане где он работал, унижали не Гитлера, как это трактовал Саша, а его самого.

— Александр Гаврилович, — снова обратился к Саше Гриценко — почему вы считаете, что вместо Пугова могли похоронить его двойника?

— Я в ресторане работаю. — очень осторожно начал Саша. — Там своеобразная публика. Там люди хвастаются друг перед другом. Я слышу их разговоры. Они говорят открыто. Они никого не боятся… Один рассказывал, как посадил своего двойника, в свою машину… Он послал его вместо себя… Его двойник вышел из подъезда, где оригинал живёт, с охраной, подошёл к машине, сел туда… Ещё только садился… Его убили из снайперской винтовки.

— Двойник Пугова сильно похож на оригинал? — Гриценко впервые за последние несколько дней, почувствовал удачу в расследовании.

— Юра, вылетый Пугов. — ответил Саша.

— Ты их видел вместе? — снова спросил Гриценко.

— Видел. Пугов всё хотел, чтобы Юру показали по телевидению, или в газете статью о нём написали… Это тоже была бы реклама Пугову. Но Юру все обходили… Наверное потому, что самого Пугова недолюбливали… Из-за Муташева. Все же знали, что Пугов с Муташевым приятели. А Муташева все держат за мафиози.

— Где его сейчас можно найти? — поинтересовался Гриценко.

— Юру?

— Да.

— Не знаю. Мы с ним видимся редко. Можно в агентство " Характеры" позвонить. Там все двойники в картотеке… Или в " клуб двойников"…

— У тебя есть телефон агентства?

— Есть. Я периодически звоню туда. Иногда дают подработать. В картину " Корабль двойников" я через них попал. — Саша полез в карман и вынул записную книжечку. — Сейчас… Нашёл номер. Хотите сами звонить?..

— Если можно, то лучше ты позвони. — предложил следователь.

— Да, так будет лучше. Секретарша меня знает… Пойду позвоню…

— Не надо никуда идти.

Гриценко протянул Саше мобильный телефон. Саша набрал номер.

— Алло!.. Это я, Гитлер… Здравствуйте Лена. Да нет, я не по этому поводу звоню. Мне надо Полянского найти. Двойника Пугова… Он мне давал номер, но я его на листочке записал. Не могу найти… Спасибо Лена! Я подожду. — Саша моргнул всем. — Да!..Записываю… Триста семьдесят. — Гриценко стал записывать. — Три, восемь одиннадцать… Огромное спасибо, Лена. С Гитлером, слава дьяволу, всё в порядке… Спасибо… И вам удачи. До свиданья!

— Саша вернул Гриценко трубку. — это его домашний телефон. Он с другом снимает комнату.

Гриценко набрал номер.

— Добрый день!.. Мне надо поговорить с Юрием Полянским… Давно?.. В какой город он уехал?.. А с кем я разговариваю?.. Я следователь, Иван Григорьевич Гриценко. Я расследую убийство Пугова… Согласен. Не по телефону… Может быть встретимся?.. Я сейчас в пивном баре, в " Подвальчике" на красной пресне… Знаете где?.. Саша Маслов мне дал ваш номер телефона… Да, Гитлер… Он тоже здесь… Мы будем ждать… До встречи. Он сейчас приедет…

Гриценко отключил телефон. В это время к их столу, подошла Наташа.

— Здравствуйте, господа! — Наташа обвела всех взглядом.

— Знакомьтесь! — Гриценко махнул рукой. — Это моя жена. Наталья Фёдоровна… Давно не виделись.

— Мой муж не хотел, чтобы я сюда приходила. Пиво только ему можно пить.

— Присаживайся, Наташа. — Медведев уступил ей свой стул. — Я принесу другой.

— Мы принесём два. — Саша тоже поднялся. — Сейчас сюда ещё один человек придёт.

— Двойник Пугова. — подытожил Гриценко.

— У Пугова есть двойник? — удивилась Наташа.

— Я сейчас разговаривал с ним. — ответил Гриценко.

Медведев и Маслов поднесли два стула.

— С двойником разговаривал? — переспросила Наташа.

— С другом двойника. Друга зовут… — Гриценко посмотрел в книжечку. — Вадимом Петровичем Копыловым. Он снимает с двойником Пугова, с Юрием Полянским, комнату. Оба приезжие. Копылов по телефону мне сказал, что Полянский неделю назад уехал к себе домой, в Харьков. Неделю назад кто-то позвонил Копылову и сказал, что Полянский просил передать, что он срочно уезжает к родителям в Харьков. Кто-то из его родителей находится при смерти. Полянский якобы не смог сам позвонить, на поезд торопился… Вот поэтому Копылову и позвонил какой-то тип… По просьбе Полянского. У Копылова харьковского адреса нет… Выяснить о своём друге, ничего не может. Узнал, что я расследую дело об убийстве Пугова, сам вызвался встретиться… Сейчас сюда приедет.

— Причём здесь двойник Пугова? — спросила Наташа. — Причём здесь этот Копылов? Какое это всё, имеет отношение к убийству Пугова?

— Самое прямое! — ответил Гриценко. — Двойник Пугова исчез неделю назад. А неделю назад, похоронили Пугова… "Есть мнение…", как говорили в старину, что вместо Пугова, похоронили, его двойника!

СОВЕЩАНИЕ У МУТАШЕВА.

В центральном офисе Муташева, в его кабинете, собрались несколько его помощников. Сам он сидел у камина, вёл собрание и изредка помешивал железным прутом угли в камине. Хотя на дворе было совсем тепло. Видимо он придерживался простому правилу. Если в комнате есть камин, то он должен действовать. Да, и на английского дворянина он так больше будет смахивать.

— Пацанов мы допросили. — продолжал свой доклад Коровин. — Не мы, участковый допросил. Филип Анатольевич. Мы его давно знаем. Он раньше опером работал в МУРе… Нашли, позвонили, попросили… Согласился помочь. Это его идея была пацанов допросить… Всех их знает. Он там участкует давно… Во общем ни один из них не прояснил дело. Никто ничего не видел.

Коровин замолчал и ждал реакции Муташева. Совдат тоже молчал.

— " Какой приказ отдать?", подумал Муташев. " Ведь надо какой-то приказ отдать!.. Надо!.. Ищите, господа, ищите!… Вот какой приказ надо отдать. Найдёте убийцу, найдёте миллион. Мне баксы нужны! Через неделю нужны! Чем платить за товар будем? — Конечно бабки на товар у меня есть. Но об этом им нельзя говорить… Когда приказать?.. Сейчас, или через минуту? Вон как смотрят на меня! Ждут, что я скажу… Надо минуты три подождать… Сталин знал, что делал. Ходил взад и вперёд и молчал. А все пытались угадать о чём он молчал… Пусть эти тоже ломают голову… Минуту уже промолчал. Надо ещё минуту помолчать. Нехорошо в пол смотреть. В этом нет оптимизма. Надо в окно смотреть… Да, так лучше… Хватит. Теперь надо выпрямиться, посмотреть цепким глазом на каждого и приказывать."

— Ищите, господа, ищите! — тихим голосом проговорил Муташев. — Найдёте убийцу, найдёте миллион!

— А зачем ты Пугову отдал миллион долларов? — жёстко спросил начальник контрразведки муташевской фирмы, Светланов Владимир Валентинович. — И мне ничего не сказал?

— Если честно, хотел помочь парню. Он попросил, я дал. Пугов дело хотел своё открыть… Он не хотел говорить никому. До поры, до времени, я тоже не буду говорить.

— Врубаюсь, какую фирму он хотел открыть. — Встрял в разговор Колёк. — Фирму " Двойник" хотел открыть. Он мне как-то слюни пускал, что его двойника заблатнировали.

— Ты хотел сказать " заблокировали"? — хмыкнул Олег, выразительно гладя на остальных.

— А мне по барабану. — огрызнулся Колёк. — Заблатнировали, или закодировали…

— Остановимся на слове " заблокировали". - перебил Колька, Олег. — У Валентина есть двойник… У Горбачёва есть, у Ельки есть… У Колька тоже есть…

— У меня? — удивился Колёк.

— У тебя. У всех есть двойники. Только его найти надо. Твоего двойника, Колёк, в таиландской тюрьме искать надо.

Все засмеялись.

— А чё он там делает? — поинтересовался Колёк.

— То, что ты делал на " Двойке", в ростовской тюрьме.

— Я там парился по воровской статье. А ты по фраерской.

— Хватит базарить! — крикнул Муташев.

— Ты хотел что-то сказать о пуговском двойнике. — начальник безопасности фирмы цепким взглядом впился в Олега. — У Пугова есть двойник?

— Валентин тоже отыскал себе где-то двойника. — Начал Олег. — Проталкивал его на телевидение. Хотел какое-то шоу сделать вместе со своим двойником…Но ему там говорили, что у артистов не могут быть двойники. Артисты сами чьи-то двойники. Валентин говорил, что его заблокировали… У него было предположение, почему?.. — Олег не смело взглянул на Муташева.

— Договаривай. — усмехнулся Муташев. — Догадываюсь о чём поёдёт речь.

— Угодал Совдат. Многие знают историю нашего незабвенного Совдата Гапуровича и актрисы театра " Превращения", Ростовой. По словам Валентина выходило, что Совдат заблокировал Ростову, а " крысы шоубизнеса", заблокировали Пугова. — "Мы ведь кенты с Совдатом" — Это мне Валентин говорил… — "Пусть и блокируют его а я-то тут причём?"

— Вы думаете, мне нужна эта мармазетка? — вспылил Муташев. — Если я не добьюсь своего от неё, меня уважать перестанут! Дело принципа, дорогой! Принципа! Сегодня не уважают меня, завтра не уважают мой бизнес!..

— Ошибаешься, Совдат! — перебил его Светланов. — Если занимаешься легальным бизнесом, можно себе многое позволить. Если занимаешься так же и нелегальным, в тени надо быть, а не доказывать всей Москве, что ты настоящий джигит.

— Не нравится тебе слово " Джигит", Володя. — Муташев зло взглянул на начальника контрразведки.

— Мне не нравится, что мы детскими играми стали заниматься.

— Это моя забота! — отрезал Муташев.

— Ты прав, Совдат… Я хочу о деле… Пугову ты дал миллион под проценты?

— Нет. Просто одолжил и всё.

— Когда он должен был тебе отдать долг?

— Как встанет на ноги.

— И как по твоему, он бы встал на ноги?

— Что-то у него не получалось… Я не спрашивал… Но чувствовал.

— Не мог он запутаться с этим миллионом?

— Мог!.. Не знаю.

— Он его вложил в дело?

— На сколько я знаю, он вложил пятьсот тысяч… Но дело не только в деньгах… Я любил Валентина… И потом отец его уважаемый человек. Начальник кадров министерства внутренних дел… Сегодня я Пугову помог, завтра его отец мне поможет. Это бизнес!… Всё, о чём мы здесь говорим, не должно выйти из этой комнаты! Не хочу, чтобы генерал, отец Пугова, чувствовал себя моим должником. Я не миллион хочу найти! Я хочу найти убийцу Валентина!.. Ладно, хватит об этом. Как Валю вспомню, тоска начинает съедать… — Муташев посмотрел на Олега и Василия. — Нашли лоха?

— Ищем. — ответил Олег.

— Чтоб к концу недели нашли!

— Найдём! — ответили разом, Олег и Василий.

— Что ты на меня так смотришь? — Муташев взглянул на Светланова. — Я тебя в это дело не вмешиваю. Не хочешь заниматься нелегальным бизнесом, не надо. Ты чистый. Это я весь в грязи…

— Совдат, для тебя же плюс, если вокруг тебя чистые люди. Ты раньше тоже был чистым… Пока в "курьера" не стал играть.

— Согласен с тобой, Владимир Валентинович. В последний раз сыграю и всё!.. Много поставлено на карту!.. Что с Пуговым будем делать? Найдём убийцу, много очков заработаем у генерала!

— У меня появилась одна мысль. — задумчиво произнёс Светланов, не глядя ни на кого.

— Выкладывай. — оживился Муташев.

— Мысль сумасшедшая!.. Хотя не знаю, на сколько сумасшедшая…. Двойник Пугова… Надо поговорить наедине… У меня от присутствующих секретов нет, но ведь это касается твоего бизнеса… И Пугова… И его отца, генерала… Дело деликатное.

Муташев поднялся с кресла и обвёл всех пронизывающим взглядом.

— " Отпустить всех надо, как обычно." — подумал Муташев. — " Надо так попрощаться, чтобы все почувствовали свою вину. Чтобы в страхе ушли. Чтобы ушли и думали, что их ждёт завтра?" Все свободны. — не глядя ни на кого, тихо произнёс Муташев. — Каждый занимается своим делом. Добросовестно занимается… Хотел поговорить с одним из вас… Кое что мне в нём не нравится… Но дел много!.. Потом… Свободны, господа.

Все, кроме Муташева и Светланова вышли из комнаты.

ПОДВАЛЬЧИК.

За то время, пока проходило короткое совещание в кабинете Муташева, за столом в "Подвальчике", Наташа услышала подробности событий, происшедших с утра этого дня.

— Во всей этой истории, — Наташа отхлебнула глоточек хофе, принесённый официантом- для меня главное то, что Виктор Алексеевич к сожалению никого не убивал.

— Сейчас многое прояснится. — Медведев повернул голову в сторону входа в кофе — Вон идёт человек. Ищет кого-то. Наверное нас. — Виктор Алексеевич приподнялся со стула и помахал кому-то рукой.

Молодой человек, увидя сигнал Медведева, поспешил к их столику.

— Добрый день! — поздоровался молодой человек со всеми. — Я Копылов.

— Садитесь, Вадим Петрович. — указал рукой на пустой стул Гриценко. — Это я вам звонил.

Копылов сел на стул и обвёл взглядом, всех сидящих за столиком.

— Хотите пива? — спросил Русинов.

— Не откажусь. — улыбнулся Копылов.

— Знакомьтесь. — Гриценко сделал жест рукой. — Медведев — режиссёр… Русинов — актёр… Моя жена, Наташа… Александра вы знаете.

— Официанта не вижу. — сказал Русинов. — Пойду сам возьму пару кружек.

Русинов пошёл в сторону бара.

— Вы снимаете квартиру с Юрием Петровичем? — начал беседу Гриценко.

— Комнату. — ответил Копылов.

— Вы с ним друзья?

— Да. Юра мой товарищ.

— Надолго он уехал?

— Он не сказал.

Русинов вернулся с четырьмя кружками пива.

— Помогите на стол поставить. Сейчас уроню.

Саша и Медведев подхватили кружки и поставили их на стол.

— Тебе две. — сказал Копылову Русинов. — Остальные по желаниям.

— Надолго он уехал? — повторил вопрос Гриценко.

— Тот, кто звонил, ничего по этому поводу не сказал. — Копылов сделал несколько глатков. — А я спросить не успел. Он повесил трубку.

— Ты Пугова знал?

— Не обращай внимания, Вадим, что следователь тебя на " ты" называет. — объяснил Русинов. — Мы договорились за этим столом, называть друг друга на " ты". И пивом поклялись не нарушать договора.

— Мне всё равно. — пожал плечами Вадим.

— Ты Пугова знал? — продолжил Гриценко.

— Не очень хорошо, но знал.

— В каких отношениях были, Пугов и ваш товарищ?

— В нормальных.

— Они часто виделись?

— Нет… Только когда у Пугова, что-то удавалось.

— Что?

— А вы не знаете?

— Что я должен знать? — нетерпеливо спросил Гриценко. — О Пугове я знал столько же, сколько знали все зрители. Видел его несколько раз по телевизору… А сейчас я хочу узнать о нём больше. Я вам сказал по телефону, что расследую убийство… Так, что мне следовало знать?

— У Пугова была, не плохая идея. — Копылов оживился. — Собрать двойников всех знаменитых актёров. Их много!.. Он говорил, что у Смоктуновского и Евгения Леонова есть двойники… И у Евстигнеева, и у Юрия Яковлева… У многих. Он нам с Юрой, их фотографии показывал. Вылитые актёры… Пугов хотел собрать их вместе и сделать с ними телевизионное шоу… С двойниками.

— Когда уехал ваш друг? — осторожно спросил Гриценко. — Только вспомните точный день.

— Во вторник. — не задумываясь ответил Копылов. — Я запомнил… Потому, что на следующий день, была среда… Я запомнил, потому, что в среду у меня была очень важная встреча. Именно в среду, утром, сообщили по телевидению об убийстве в гараже, актёра Пугова… Я тогда ещё подумал, что Юра сильно расстроится. Узнает и расстроится. Столько времени на Пугова потратил… Ждал главной роли на телевидении… И вот тебе…

Копылов замолчал и стал допивать кружку пива. Остальные молча переглянулись.

— Расскажи нам о Юре. — попросил Гриценко.

— Юра очень хороший парень!.. Он… — Быстро ответил Копылов. И так же быстро замолчал на полуслове. — А зачем вам знать о Полянском? Вы что, его подозреваете в убийстве Пугова? Я вам больше ничего не скажу. — Вадим отвернулся от Гриценко.

— Мы подозреваем совсем другое! — губы следователя задрожали. — Мы подозреваем, что не Пугова убили, а его двойника. Юрия Петровича Полянского. И убил его Пугов… Или по его просьбе убили.

Копылов смотрел на Гриценко, но казалось, что он его не видит. Возникла долгая пауза. Никому не хотелось её нарушать. Все понимали, что в душе и в мыслях Копылова, идёт сложная оценка. Вскоре глаза Вадима наполнились смыслом.

— Но зачем? — почти шёпотом спросил Копылов.

— Пока мы сами не знаем, зачем? — ответил следователь. — Ты можешь нам помочь?

— Какая помощь нужна?

— Надо проверить, кто лежит на кладбище. Сегодня же ночью. Ты бы мог отличить Пугова, от… — Гриценко осёкся.

— Договаривайте, Иван Григорьевич. — сказал Копылов. — Я уже пришёл в себя. Не будем бояться произносить нежелательные слова. Вы хотели сказать, мог бы я отличить Пугова от Полянского?

— Именно это я хотел спросить. Есть ли у Юры какие-нибудь особые приметы?.. Шрамы, татуировки, родимые пятна? Шишки, наконец?.. Имеет ли он приметы, искусственные, или природные, отличающие его от других людей?

— Аппендицит! — вскрикнул Копылов. — Пугову вырезали аппендицит! Он сам много раз рассказывал Юре, как ему вырезали аппендицит. Ещё в советское время…У него был концерт… Правительственный концерт. А он был в это время пьяный. Пугов должен был заменить какого-то юмориста в этом концерте. Его разыскали по телефону, а он пьяный… Пока ехали его забирать на концерт, он вызвал скорую помощь. Разыграл приступ аппендицита… Доктора приехали к нему домой. Узнали его. Испугались, всё-таки знаменитость!… Привезли в больницу и сразу же на операционный стол… Вырезали здоровый орган.

В другой раз, услышав такую, смешную историю, все взорвались бы смехом. Сейчас же никто даже не улыбнулся. Теперь всё, что было связано с Пуговым, обретало зловещий смысл.

— Он мог придумать эту историю. — после паузы, сказал Медведев.

— Что же ещё? — допытывался Гриценко.

— У Юры были мозоли на тыльной стороне ступни. Правой ступни. — вспомнил Копылов. — Уж это я точно помню. Он их бритвой срезал. Посидит в ванной, распарит ноги и срезает… У Юрки ещё одна проблема есть. С ногтём на пальце левой ноги. Ноготь растёт не в сторону, а в кожу кончика пальца. Если посмотреть, то можно увидеть.

— Спасибо, Вадим. — сказал Гриценко. — Ты пойдёшь сегодня ночью с нами на кладбище? Выроем покойника и осмотрим его?

— Пойду! — решительно сказал Копылов.

— Попрошу шефа, чтобы нашёл несколько человек. — сказал всем Гриценко. — Подключу наших. Только бы свободные от ночных дежурств были.

— Зачем искать людей? — возмутился Саша. — Я пойду с вами. И лопату прихвачу.

— И я пойду! — сказал Русинов.

— Я тоже должен пойти. — Медведев нервно закурил сигарету. — Меня это в первую очередь касается.

— Но это невозможно! — крикнул Гриценко. — Вы все с ума посходили! Это уголовное дело! Если нас поймают за этим делом, нам всем грозит тюрьма! Профессионалы сделают всё быстро и тихо… Официально я не могу. Целая история. Согласие родственников, санкция прокурора… Шумиха вокруг этого!.. На это никто не пойдёт. Только неофициально… Вы не сможете. Нас всех пересажают. Столько статей влепят!.. Надругательство над покойником, над могилой. Грабёж, вандализм!.. Осквернение святынь! Преступление против человечества! Фашизм!.. Что ещё?..

— Хватит! — не выдержал Медведев. — Иван, сегодня ночью мы идём вместе… К вечеру надо достать лопаты.

— В театре полно лопат. — сказал Русинов. — Надо завхоза попросить.

— Надо причину придумать про лопаты. — Медведев взглянул на Русинова.

— Нечего думать. — отрезал Русинов. — У актёров дачи под Москвой.

— Но это невозможно! — снова вскричал Гриценко. — Я не могу вами рисковать.

— Я пойду на кладбище! — твёрдо сказал Медведев. — Мне надо самому убедиться, убил я Пугова, или нет?

Все молчали и смотрели на Гриценко.

— Ладно, уговорили. — Гриценко с горя закурил сигарету. — Когда и где встречаемся?

— Около театра. — предложил Медведев. — Часов в одиннадцать.

— Будем в одиннадцать. — сказал Русинов.

— Поедем в моей машине. — неуверенно сказал Саша. — У меня Форд… Старый. Машина большая, все поместимся… И багажник большой.

— Прекрасно! — Гриценко поднялся со стула. — Захватите с собой перчатки. На всякий случай… Встречаемся в одиннадцать.

Иван Григорьевич и Наташа вышли из бара.

— Ещё по кружечке и по домам. — внёс предложение Русинов.

Возражений не последовало.

КЛАДБИЩЕ.

Ровно в одиннадцать часов вечера, примерно в тридцати метрах от служебного входа в театр, стоял "Форд". Как и собаки, так и машины, приобретают характер своего хозяина. Сашин " Форд" давно уже превратился в самого Сашу. Весь корпус был вмятинах, царапинах и в трещинах. Наверное Саша чувствовал себя на дорогах не совсем уверенно, как в жизни, и водители проезжающие мимо него, чувствуя его растерянность, подрезали его машину, прижимали, били сзади и спереди. Но наблюдательный глаз мог бы отметить, что при всех ранениях, " Форд" был тщательно вымыт и ухожен.

Саша мыл свою машину три раза в день и сам мылся столько же раз. Он ненавидел роль Гитлера, которую каждый вечер играл в ресторане. Моясь в ванной, он как бы смывал Гитлера с себя. Саша не знал, что совсем необязательно мыть себя и машину, чтобы смыть с себя скверну. Достаточно один раз в неделю сходить в церковь, или на кладбище. В церковь он не ходил, но на кладбище его тянуло. Кладбище он воспринимал, как каждый русский воспринимает. Кладбище — это мир живых духов.

Когда Саша входил ночью на кладбище и бродил по алеям, он физически ощущал присутствие этих духов. Иногда он останавливался у какой-нибудь могилки, смотрел на неё и долго о чём-то думал. В это время он находился в состоянии покоя. Саша чувствовал себя здесь, как дома. Он знал, здесь его любят и понимают. И не задают вопросы, как в ресторане. — " Когда вы, мой фюрер, построите концлагеря по всему миру?" Или… — "Как плохо, что вы не завоевали нас в сорок первом! Сейчас не было бы перестройки! "-

Саша боялся мир живых и не боялся мёртвых. Хотя он был уверен, что мир мёртвых мог причинить гораздо больше неприятностей, чем мир живых. Но загробный мир относился к нему с пониманием и поэтому, когда в его машину сели — Гриценко, Медведев, Русинов и Копылов, прежде чем завести мотор, Саша сказал.

— Я был сегодня на кладбище. Часов в шесть. Оно небольшое. Называется " Новое". Там две части. Одно для богатых, другое для бедных. В богатой части, могила Пугова. Плита чёрная. На ней написано. — Саша вынул из кармана блокнот. — Я записал.

" Ведь ты не здесь, что скажешь, друг?

Ты ходишь среди нас, как прежде веселясь.

Ты снова собираешь всех в свой дивный круг,

Так обмануть нас всех, над нами посмеясь!

И ум, и юмор твой на небо вознесясь

Спустились снова к нам и ходят среди нас."

— Вот это стишки! — Медведев хотел вскочить и забегать по кругу.

— Не в бровь, а в глаз! — Гриценко схватился за голову.

— Не эпитафия, а впрямь сонет! — воскликнул Русинов.

— Поехали, Александр. — приказал Гриценко.

Он негласно считался лидером. Старый " Форд" загремел, задрожал и тронулся с места.

— Лопаты и ломы захватили? — спохватился Гриценко.

— Взяли. — ответил Русинов. — Как говорят сегодня, "без проблем".

— Ну, Александр! — воскликнул Медведев. — Сашу никто не посылал на кладбище, а он взял и поехал! И как мы собирались без его информации могилу искать?

— Да, действительно, Саша, ты просто молодец! — согласился Гриценко.

В кармане у следователя уже лежал подробный план кладбища и место захоронения Пугова. Несколько работников агентства по его просьбе провели на кладбище время своего обеда и выяснили всё, что Гриценко может понадобиться ночью. Но Гриценко промолчал. Он не хотел принижать сашину инициативу.

— Я знаю где могила Пугова. — продолжал Саша информировать своих друзей. — Туда попасть очень просто. Приедем, покажу… С обратной стороны центрального входа, храм строится. К нему уже сделана дорога. Подъезд… Но дорога ещё земляная. В кладбище надо входить от туда.

— Как скажешь, Александр. — сказал Гриценко.

— Я знаю куда машину надо поставить. В кусты… Потом покажу. Ещё много не вырубленных деревьев и кустов. Проедем со стороны богатой части кладбища. Там нас не заметят сторожа.

Саша замолчал. Всё остальное время до кладбища никто не проронил ни слова. В машине сидели взрослые и мужественные люди, но каждый из них отдавал себе отчёт, куда он едет и зачем. Ни одному из них даже в страшном сне не могло привидеться, что он будет выкапывать из могилы мертвеца!

— Подъезжаем. — тихо сказал Саша.

— Смотрите! — воскликнул Русинов. — Там стоят два Джипа!

— Они у центрального входа стоят. — пояснил Саша. — Нагнитесь, я сверну в переулок. Если там кто-то сидит, они не должны вас видеть. Пусть думают, что в машине сидит один человек. Менее подозрительно.

Все пригнулись, а Саша не доезжая примерно тридцати метров до Джипов свернул в переулок. Заехав за дом, он остановился.

— Фух! — вздохнул Саша — Как же нам проехать?.. За джипами поворот, который нам нужен!.. Днём я здесь всё объездил… Подозрительно будет, что я за кладбище заехал.

— Может быть в джипах никого нет? — предположил Медведев.

— Или их хозяева давно спят в квартирах этого дома. — высказал своё предположение Русинов. — Пешком пойдём?

— Всё равно надо будет мимо машин проходить. — сказал Саша. — Другого пути нет. С другой стороны всё перерыто. Там машина не пройдёт.

— А если здесь проехать? — Гриценко вглядывался в темноту.

— Можно. — неуверенно ответил Саша. — Но там столько стекла, железок. Это задняя часть дома. В мусорку превратили… Наткнёмся на что-нибудь, проколем шины, тогда крантец! Запасных у меня нет. Надо купить, да всё некогда.

— Надо рискнуть и проехать мимо машин. — наконец подал голос и Копылов. — Если другого выхода нет. Не домой же возвращаться… Когда Саша заворачивал в переулок, нашими фарами осветились машины. Внутри никого не было. Я вгляделся.

— Вадим прав! — сказал Медведев. — Надо сейчас. Завтра я могу передумать.

— Поехали! — скомандовал сам себе Саша. — Только снова все пригнитесь.

Машина развернулась и поехала по переулку. Свернув налево, Форд поехал по направлению к джипам.

— Не высовывайтесь! — напомнил Саша. — Проезжаем мимо джипов… Ни одного человека в них нет!

— Посмотри около. — не поднимая головы, попросил Гриценко.

— Тоже никого… Всё, проехали! Пока не высовывайтесь. Сейчас свернём за угол… Всё! Можете сесть нормально. Ещё один поворот и мы приехали. Там роща. Там мы поставим машину.

Форд въехал в рощу. Саша остановил машину. Через окна, из-за кустов проглядывался забор. Все вышли из машины. Саша открыл багажник, мужчины вытащили оттуда лопаты и положили их рядом с собой на землю.

— На дорожку всем надо бы перекреститься. — посмотрев на всех, сказал Русинов.

Все перекрестились. Мужчины взяли в руки лопаты и двинулись в сторону забора. Через три минуты они уже стояли на территории кладбища.

— Куда идти? — Медведев взглянул на Сашу.

— Туда. — Саша рукой указал прямо.

— Пошли! — Гриценко двинулся первым.

Они прошли уже метров пятьдесят. Появились могилы.

— Стоп! — вскрикнул Саша. — Не наступайте на могилы. Многие ещё не огорожены. Здесь лежат бедные… Скоро начнётся богатая часть. Если идти прямо, наткнёмся на могилу Пугова.

Мужчины прошли ещё сто метров.

— Памятники появились. — заметил Копылов.

— Это богатая часть. — пояснил Саша.

Они шли между оградами и памятниками. В этой части кладбища, могилы были хорошо ухожены. Ограды, памятники, плиты, цветы.

— Стойте! — чуть не крикнул Гриценко. — Что это?

— Там кто-то есть! — Медведев застыл в неподвижной позе. — Слышите разговоры?

— Если проползти вон до того памятника, мы сможем разглядеть, кто там. — прошептал Саша. — Там уже могила Пугова.

Все пятеро пригнулись и осторожно пошли к большому памятнику. Достигнув его, они услышали разговор людей. Все присели на корточки.

— Ну чё ты там, скоро?

— А хер его знает! — послышался ответ откуда-то из под земли.

— Уже час мудохаемся, а результатов не хрена.

— Хера ты лопатой, ты ломом работай.

— А я чем, хером работаю? Ты сочкуешь, так сочкуй. Налей лучше ещё пол стакана водяры.

Я же сказал, чтобы вы забыли о водке! — послышался интеллигентный баритон. — Сделаем дело, хоть упейтесь. Это приказ Муташева, помните?

— Ему хорошо базарить. Он там палкой уголь тусует. И с блядями коньяк хлыщет. А мы тутачки гробы выкапываем.

Послышался удар лома по чему-то твёрдому.

— Кажись по гробу еболызнул! Давай спускайтесь. Кажись докопались.

Голоса замолчали. Были слышны только удары лопат по твёрдой земле.

— Во!.. Абдул, подними тот конец! Верёвку под гроб протяните! Серый, вылазь отседа! Будешь сверху принимать.

— Мы с Тимуром тянем здесь, вы там!

— Три, четыре, взрогнули!

— Ставь один край наверх! Блядь, держи а то придавишь!

По разговорам бандитов, было ясно, что там у могилы Пугова собралась муташевская команда. " Три Мушкетёра", Был ещё один голос слышен. С кавказским акцентом.

— Ставь на землю, Гога! Да, не бросайте вы, блядь!

— Фух!.. Чё такой тяжёлый? Он же изгнил уже?

— Тебя положи, згниёшь за неделю?.. За год згниёшь…

— А может и за два года… Кто будет открывать?

— У нас Серый специалист по взламыванию гробов.

— Чё ты лепешь горбатого к стенке! Я на кладбище хезаю ходить…

— Открывайте, ребята. — приказал баритон. — Только осторожно!.. Не повредите покойника!..

— Ему уже ничего не канает!

— Кажись затрещал… Щас!.. Фу!.. Бля!..

— Аа!.. Рыгаловка! Воняет!

— Я щас блевану!..

— Абдул, говорят ты в морге работал? Положи крышку рядышком!

Все смолкли. Скрежет досок закончился. Наступила длинная пауза. Было ясно, что кто-то обследует труп.

— Это не Пугов! — вынес решение другой интеллигентный голос.

— Вы уверены? — спросил баритон.

— Уверен, Владимир Валентинович. Я сам ему недавно сделал третью коронку. Он был моим постоянным клиентом. Зубы у Валентина, скажу мягко, были не совсем в порядке. Он страдал… Страдает… Пародонтозом. Запустил эту болезнь. Ко мне приходить боялся… И ещё… Я ему вставил три зуба… Этот рот, не Валентина… Кто же это?..

— Его двойник! — ответил баритон.

— А где же сам Пугов?

— Этим вопросом мы и займёмся… Спасибо, доктор. Сейчас вас отвезут домой… Тимур, Николай, Гогия едут с нами… Остальные остаются здесь. Закопайте гроб чисто. Чтобы никаких следов не было! Троих вас вполне хватит, чтобы закончить работу. Остальные Муташеву нужны.

— Нарисуем в лучшем виде.

Группа людей пошла к выходу. Шаги стали удаляться и вскоре совсем затихли.

— Во, бля! Фраера уехали, а мы закапывай. Серый, включай бандуру… Вставь эту… По душе…

— Ну, ты даёшь! А вдруг услышат менты?

— Не смеши мене. Какие менты ночью. Ты мене музыку давай!.

Послышалась душещипательная песня о воровской жизни.

— Скарэй давай! Домой надо!

— Ты спешишь, Абдула?

— Я не абдула! Я Абдул!.. Тыща раз гаварэл…

— А какая разница? Так ты спешишь?.. Нам спешить некуда.

— Спат хочу.

— А ты приляг на какую-нибудь могилку, Абдул… Поспи! — послышался жизнерадостный смех. — Как пузырь раздавим, разбудим тебя. Заколотим жмурика, бросим в яму и чуток по-балдеем!.. Или сначала по балдеем, а потом закапаем?.. Ты за какой вариант, Абдул?

— Вздрогнули? — предложил Рустик.

— Вздрогнули… Фух!.. Как её татары пьют?

Послышались стуки молотка.

— Серёга, а кто же это, Если не Валёк?

— А хрен его знает.

— Ты понял, Рустик, что наш артист отмочил?

— Чёж не понять! Грохнул своего двойника, дёрнул лимон и на дно лёг.

— Муташ его на дне параши достанет.

— Я пошёл спат. Давай его в могилу пускат.

— Серый, ты с того боку, я с этого. Три, четыре, кидай в могилу!..

— Ты чё, оборзел совсем? Гроб разобьём!

— А тебе чё?.. Тебе больше всех надо?.. Раз, три, десять…

Гроб с треском упал на дно могилы.

— Разливай, потом закопаем.

Гриценко поднялся в полный рост.

— Пора уходить! — прошептал следователь.

Мужчины вернулись прежним путём к забору. Копылов отвернулся от всех. Он плакал.

— Извините господа, мне очень жалко Юру. — оправдывался Копылов. — Не могу сдержать себя!.. Я вам не сказал, что он хотел уехать в Польшу. В Познань. Отец у него, Поляк… Юра знает польский… Он был актёром. Его театр расформировали… Обанкротился. Он остался без работы… Его один поляк увидел. В спектакле. В студии " На крыше". Пригласил в польский театр. Он собирался скоро уехать. Деньги подрабатывал… Мы вместе подрабатывали. Я ведь в " Щукинском училище" учусь. На актёрском факультете…Теперь он никуда не уедет…

— Пугов будет наказан! — простонал Русинов.

— Юру не вернёшь! — снова заплакал Копылов.

— Закончишь институт, приходи к нам! — сказал Медведев. — Ты и сейчас можешь ходить на наши репетиции.

— Спасибо, Виктор Алексеевич.

Мужчины, как по команде, кроме Копылова, закурили.

— А что там за здание виднеется? — спросил Сашу Медведев.

— Храм строится. — ответил Саша. — Церковь. Отец Гавриил, сам собирает деньги, сам стройкой руководит… Месяца два уже строится. Я сегодня в него заходил… Мне всё сторож рассказал.

— А почему " Новые русские" ему не помогают деньгами?

— Они хотят сами продолжить стройку. Узнали и хотят сами. Они не хотят Гавриила. У них свой есть… Идея была Гавриила, инициатива его же… Теперь они хотят его по боку…Им не нравится, что он православия придерживается. Они все протестантами заделались. Как за границей.

— Пойдём посмотрим? — предложил Русинов.

— Я не против. — согласился Медведев.

Мужчины затушили сигареты и сунули их в пачки. Им не хотелось грязнить кладбище. Они пошли в сторону храма. Впереди шёл Саша. Вскоре они наткнулись на стену церкви.

— Вход с той стороны!

Саша повернул направо, все пошли за ним. Войдя во внутрь они остановились по среди зала и стали его осматривать.

— Давно в церкви не был. — Русинов вертел головой, разглядывая потолок.

— Это ещё не церковь. — философски заметил Медведев.

— Почему не церковь? — удивился Русинов.

— Когда достроят и там начнутся службы, тогда и будет церковь.

— Могу тебе возразить, Виктор!

— Возражай, Дима.

Пока Медведев и Русинов вели философский диалог, остальные осматривали храм.

— Помнишь, — как мы " Вия" репетировали? — спросил вдруг Русинова, Медведев.

— Помню.

— В Переделкино стоял сгоревший особняк, — Медведев посмотрел на Гриценко — Мы там репетировали Гоголя. И никто об этом не знал… Кстати, Вадим, могу тебе напомнить твоё же высказывание.

— Напомни.

— Ты тогда сказал, что если мы этот особняк называем театром, то с этого мгновения он уже театр.

— Хорошо я когда-то сказал!

— А ты ещё помнишь своего Хому?

— Кое что ещё помню.

— А можешь прямо сейчас рвануть? — серьёзно спросил Медведев.

— Почему бы и нет! — тоже серьёзно ответил Русинов. — Ты же сам говоришь " Творчество освобождает от страха"… А мне сейчас страшно… Буду освобождаться от страха.

— Господа, идите все сюда! — тихо позвал всех режиссёр. — Сейчас нам актёр, что-то покажет.

Все окружили Русинова. Дима поставил напротив себя деревянный ящик и положил на него свою записную книжку.

— Это молитвенник. — пояснил он. — Буду отгонять ведьму. Это пересказ, о том, что произошло со мной прошлой ночью… Я начал…

"Ну, а если поднимется? — Она приподняла голову. Я протёр глаза. Но она точно, уж не лежит, а сидит в своём гробе. Я отвёл глаза и опять с ужасом обратил на гроб. Она встала… Идёт по церкви с закрытыми глазами, бесстрастно расправляя руки, как бы желая поймать кого-нибудь…"

Русинов читал монолог громким шёпотом и все его слова были слышны " зрителям".

— " Она идёт прямо на меня. В страхе очертил я около себя круг. С усилием начал читать молитвы и произносить заклинания…

…Она стала почти на самой черте; но видно было, что не имела сил переступить её, и вся посинела, как человек, уже несколько дней умерший. Я не имел духа взглянуть на неё. Она была страшна. — Приведите Вия! Ступайте за Вием! — Раздались слова ведьмы…"

— Сюда кто-то идёт! — жутким голосом прохрипел Саша

Русинов прекратил монолог. Все застыли в оцепенении. Наруже ясно были слышны чьи-то шаги. Они приближались к церкви.

— Туда, в ту арку! — снова прохрипел Саша.

Все пятеро на цыпочках бросились в арку. За считанные доли секунды они заскочили в маленькую комнату и завалились под стенку. Шаги были уже слышны у входа. Несмелые шаги, а как бы крадущиеся. Шаги смолкли. Человек остановился у входа. Он прислушивался, что творится внутри церкви. Тишина продолжалась минуты три. Наконец таинственный незнакомец решился войти.

— Валя! — услышали притаившиеся в другой комнате, резкий и неприятный голос. — Ты здесь?..Чего молчишь?.. Здесь тебе не театр!..

Обладатель неприятного голоса пошёл по комнате. Он подошёл к ящику.

— Моя записная книжка! — прошептал Русинов на ухо Гриценко.

Книжка была уже в руках незнакомца. Сидящие в засаде слышали шелест перелистываемых страниц. Так прошло минут десять. Гриценко надоело сидеть. Он поднялся и хотел уже выйти из комнаты, но на улице кто-то подбегал к церкви. Гриценко снова притаился у стены.

— Чего разбегался? — спросил скрипучий голос.

— Там такое, там такое!… справляясь с одышкой ответил голос вбежавшего человека.

Каждое его слово было понятно. Дикция у него была отменной.

— Что там такое? — проскрипел голос.

— Ты как пришёл сюда?

— Так же. С тыла.

— Ты ничего не заметил?.. Тебя никто не заметил?

— Там где я парканулся… Недалеко белая машина стоит. По моему "Форд".

— Пустая?

— Пустая.

— Чья?

— А я почём знаю. Думал твоя.

— Да, в моём положении только " Форды" покупать. Принёс пожрать?

— Принёс…

— Я же тебя просил принести сигареты!

— Забыл… Ты же не куришь!

— Курю брат, курю! У сторожа пачку купил… Но больше нельзя к нему подходить. Заподозрит… Сколько я здесь живу?.. Какое сегодня число? Не надо отвечать, я сам всё знаю. Страшна здесь ночь!.. А днём ещё страшнее! Что может быть, души страшней? Страшнее может быть, душа другого человека… Не страшен тот, кто мне понятен. Вот Славонька к примеру ты… Приходишь ты ко мне исправно, каждый вечер…

— Что-то заговариваться начал.

— Нет, Артур. Я нахожусь под влиянием Шекспира.

— Аа… Так это ты Шекспира читал?

— Выдумывал я всё, мой честный Яго… Вкусная колбаса!.. Ты поменял стольник?

— Как видишь…

— Спросили, откуда у тебя доллары?

— Нет. Сейчас не спрашивают. — хмыкнул скрипучий голос.

— Смотря где… Что так смотришь на меня?

— Ты видишь мои глаза?

— Я их чувствую.

— Чья это записная книжка?

— Дай посмотрю… Не моя… А где ты её нашёл?

— Вот здесь. На ящике лежала.

— Когда ты её нашёл? — оживился поставленный голос.

— За пять минут до твоего прихода. Там права водительские. На имя Русинова.

— Русинов… Русинов… Что-то очень знакомое… Может быть этот Русинов заходил сюда… В моё отсутствие… Да, ладно… — обладатель поставленного голоса вернул записную книжку Артуру — Так, что ты на меня так смотришь? Опять начнёшь допытываться, где я миллион спрятал? Скажи я тебе, ты меня через секунду убьёшь!.. Внутри тебя сидит убийца!

— Опять за своё? Если бы я не убил этого… Полянского… Твой режиссёр пришёл бы снова и доделал своё дело. И забрал бы он твой миллион.

— Он стрелял в меня не из-за миллиона!.. Он стрелял меня из-за Яго!.. Я его спектакль угробил!.. От своей беспомощности, стал кривляться… И до кривлялся. Все деградировавшие элементы в театре и вокруг него, меня поддержали… — " Молодец, Валентин! На сегодняшний день " Отелло" надо ставить, только как пародию! Чтобы зрителя не усыпить" Я и продолжил убивать спектакль… Второй раз он бы в меня не стал стрелять… Так что ты напрасно меня защищал от Медведева… Он, видишь ли, положение исправлял!.. А теперь, Артурчик, моё положение гораздо хуже. Я теперь "Живой труп". Ведь ты читал такое произведение. Я как бы есть и меня как бы нет… А вдруг возьмут и откопают? И проверят, а я ли там лежу?

— Не откопают. Знаем только мы с тобой.

— Уже откопали!

— Как?

— Да, так!.. Лежу я здесь и пятки щупаю. Не выросли ли копыта?.. Медведев роль разыграл… " Я копыт не вижу!"… Лежу, пятки щупаю… И вдруг понял всю игру Муташева. Он бы сам такое не придумал. У чеченца учитель есть… Ах!… Виски просто клас!.. Молодец, Слава!.. Учитель у Муташева — Виктор Яковлевич Карабут, по клички " Леший". Почти старик. Русский. Это ему пришла идея в голову, папу моего заарканить. Я как-то ляпнул Муташу, что отца моего могут сделать министром внутренних дел. Пошутил на свою голову. Муташ сказал об этом Лешему, а тот план составил…

Пугов немного помолчал.

— Три года назад, — продолжал он — в ресторане " Русская балалайка", Муташев познакомил меня с одним человеком. Муташ охарактеризовал его с хорошей стороны. " Порядочный, честный. Удачливый бизнесмен. Торгует парфюмерией" Смелянский его фамилия… Разговорились, там же в ресторане и Смелянский предложил мне парфюмерный магазин открыть…

— Зачем ты мне всё это рассказываешь? Это твои дела.

— И твои тоже… Просто я хочу внести ясность… Даже название придумал. — " Чудесные запахи"… На двоих открыть. Два хозяина будут. Я и он, Смелянский. Расписал в лучших красках! Вдохновил… " Вкладываем по миллиону долларов" — говорит… "Покупаем огромное помещение, закупаем товар и открываем магазин". Разумеется я отказался. Денег мол нету. И тут Муташ предложил мне одолжить деньги. Без процентов… Только у него сейчас их нет, но очень скоро будут. Договорились, что Смелянский покупает всё за свои деньги а я расплачиваюсь с ним, как только у Муташа появятся доллары.

Открыли магазин. Работаем… У меня денег нет, а отдавать надо, ведь он потратил свои два миллиона, в уверенности, что в течении некоторого времени я ему их дам!.. Проходит время после открытия магазина бегу к Муташеву. Денег пока нет, говорит, но завтра будут. Потом, послезавтра, потом, через неделю, через месяц… Смелянский терпит, терпит, в конце концов не выдерживает и идёт требовать деньги у Муташева, / он же знает, кто мой меценат/. На моих глазах ругаются чуть ли не до драки. Смелянский уходит и ставит меня на " счётчик". Счётчик стучит уже три года… И вот совсем недавно, перед самым " моим убийством" Муташев мне всё-таки дал деньги. Миллион долларов… И не из благородных побуждений! Какая провокация!.. Совдат даёт мне доллары в кейсе. Я уношу его домой. Держу до времени там. Через два дня должен был приехать с отдыха Смелянский. Через два дня я везу ему деньги, по дороге меня грабят люди Муташева и я остаюсь без денег.

Теперь я должен обоим: Муташеву миллион и Смелянскому миллион и штраф.

А впоследствии, их должником стал бы и мой отец!.. Не меня они хотели заполучить с потрохами, а моего отца!…Как тебе?.. Но здесь вмешался " Его величество — случай" и сломал все планы Карабута и Муташева… Теперь тебе понятно, что же произошло?

— Понятно… Ты мне скажи лучше, что ты здесь заикнулся о выкапывании покойника?.. Кого выкопали? Твоего двойника?

— Пол часа назад! Муташевская банда… Я ночью брожу по кладбищу… Если здесь сутками сидеть, очуметь же можно!.. Хожу сегодня, слышу машины к кладбищу подъехали. Вышли из машин люди и прямёхонько направились к моей могилке… Выкопали покойника и обнаружили подвох… Я слышал их разговоры. Они знают, что там лежит мой двойник!.. Теперь они будут искать меня… И тебя они найдут!.. Русинов, Русинов!..

Пугов, стоял на месте, медленно осматревал все углы комнаты… Прислушивался.

— Какого чёрта ты застрелил Полянского? — Пугов стал говорить громче.

— Ты тогда прибежал ко мне, как сумасшедший! Кричал, что тебя хотел убить Медведев. Что он агент Муташева. Ты тогда сам мне рассказал, что у тебя в гараже деньги спрятаны. Ты боялся идти домой и я посоветовал тебе найти твоего двойника, и заставить его, под любым предолгом пойти к тебе домой вместо тебя. Мы хотели проверить, не следит ли кто за тобой…

— Я помню… Это тоже была моя подлость! Полянского могли убить вместо меня… Я тогда ничего не соображал!..

— Зато я соображал. Я хотел спасти друга! Тебя!

— Говори громче! Совсем зашептал!

— Ты, что, оглох?

— Плохо стал слышать… Зачем ты его убил?

— Я не хотел его убивать!.. — громко сказал Артур.

— Тогда зачем ты нас повёл в гараж, мой честный Яго? Причём тут, гараж?

— Я хотел проверить, не прячется ли там кто-нибудь?

— Врёшь, милейший! У меня было достаточно времени всё проанализировать. Ты в секунду решил воспользоваться обстоятельством… Мы зашли в гараж, ты вытащил пистолет и выстрелил в голову Юры. Потом я вытащил деньги… Мы бежали… Ты меня звал в глубину рощи, чтобы пересчитать деньги. Ты меня хотел там замочить и закапать!.. Но мы потерялись… Что было потом?… Я и сейчас путаюсь…

— Потом ты меня нашёл. — напомнил Артур.

— Я тебя позвал сюда на кладбище, потому что боялся тебя. Боялся, что ты все расскажешь.

— И что я кокнул твоего двойника, расскажу всем?

— Да, нет!.. Конечно, нет. Меня к тебе тянуло что-то. Как Раскольникова тянуло к месту преступления, так и меня тянуло к тебе… И к этой могилке меня тянет. Мой страх меня тенет к вам. К тебе и этой могилке.

— Меня тоже к тебе тянет. Вернее меня тянет к твоему миллиону.

— Хочешь меня убить? Расскажи я тебе, где он, ты меня тут же кончишь.

— Я сейчас не о миллионе думаю. Я о своей шкуре думаю. Завтра вся уголовная Москва бросится тебя искать!.. Найдут тебя быстро. Ты выведешь их на меня.

— Артурчик, что это, голос твой таким зловещим стал? Тебе надо было "Яго" сыграть. Убивая Юру, ты не для меня старался… " Я — Яго, а не мавр, и для себя, а не для, их прекрасных глаз стараюсь. Но чем открыть лицо своё — скорей я галкам дам клевать свою печёнку. Нет, милый мой, не то я, чем кажусь.".. Ну как, Артур?.. Хороший я Яго?..

— Неплохо, актёр! А теперь моя очередь поиграть.

— Ух ты!.. Как ловко выхватил пистолет. Прям ковбой какой-то!.. Застрелишь меня?

— А почему бы и нет?

— "А ты дурак!"..

— Почему я дурак?

— "Потому, что дважды убить нельзя.". Не, я — Горький сказал.

— Плевать мне на твоего Горького!.. Я даже рад, что так вышло! " И вот, наконец нашёл я своего врага!"… Это ты, Пугов!

— Во-первых я не Моцарт. А во-вторых, ты не Сальери. Сальери был талантливым композитором.

— Ты мне даже в таланте отказываешь?

— Ты рехнулся, Артур! Талант в нашей профессии, это всё! Ты потому и ненавидишь актёров, потому что, таланта у тебя нет. Если бы у тебя был талант, ты любил бы талантливых актёров. А ты ненавидишь их! Я ведь помню твои высказывания в адрес талантливых актёров… У тебя, как талантливый, так обязательно, или карьерист, или сволочь, или алкоголик… Я видел тебя на сцене… Так себе… Ты не в ту профессию пошёл Артур… Ты…

— Сейчас моё время, Валя. Сейчас талант не нужен. Сейчас нужна предпринимательская жилка. А она у меня есть. Вот получу твои деньги, сниму помещение под театр, наберу небольшую труппу и тогда посмотрим, кто из нас нужней зрителям? Ты, или я? Вон Чак Норис, ни в одной роли не поменял мимики… Ни одна струнка в его душе не дрогнула, а его популярности можно позавидовать. И денег куча! Ему твой долбанный талант не нужен. Но зато он знает, что нужно зрителю!

— Не смеши меня, Артур.

— А я и не смешу тебя. Ты всё равно ничего не поймёшь. Ваше время, талантливых уходит. Уже ушло… Ну хватит, мой талантливый, слово серебро, а время золото. Время прощаться… Я догадался кому ты деньги отдал. Сейчас тебя прикончу и пойду искать твою зазнобу… Найду!.. Угадал?..

— Опусти пушку, она может выстрелить.

— Пушка должна выстрелить в конце спектакля. А для тебя спектакль заканчивается.

Гриценко быстро вышел из укрытия и громко крикнул.

— Опусти руку, Артур и брось пистолет на пол!

Артур вскрикнул, повернулся на голос и стал стрелять в темноту. Гриценко он не видел и стрелял наугад. Он стоял напротив входа и из входной двери проглядывал лунный свет. Гриценко не составило труда увидеть силуэт Артура и выстрелить в него!

Тёмная фигура не издав ни одного звука, рухнула на пол. Все молчали. Пугов медленно подошёл к убитому и замер. Следователь и все остальные подошли к убитому.

— Я догадался, что вы здесь. — сказал Пугов. — Я видел вас. Но не знал, что это вы. Я тоже наблюдал за муташевцами. Потом вы подползли. Вы сидели в метрах двадцати от меня… Вы ушли… Я хотел за вами, но побоялся. Я думал, что вы тоже бандиты. Но только из другой банды… Потом, когда этот… Показал мне водительские права, я сразу всё вычислил… Я догадался, что вы здесь… Я понял!… Медведев ищет меня. Хочет удостовериться, убил ли он меня?

— Психолог. — буркнул Медведев.

— Я думал, если вы здесь… Пусть он сам расскажет, как было на самом деле. Я боялся, что если его арестуют, он напрочь откажется от всего… Мне так хотелось, чтобы вы были здесь!.. Теперь вы всё слышали… А ведь я тогда, в гараже, по-настоящему вертонулся рассудком!.. Из-за вас, Виктор Алексеевич…

— Надо уходить! — сказал Гриценко. — Наши выстрелы наверняка слышали!

— Он мёртвый? — спросил Русинов.

— Я стрелял в голову. — Гриценко засунул свой пистолет в плечевую кобуру.

— Тогда его надо вынести отсюда. Всё-таки церковь!

— Я просил принести перчатки! — Гриценко вопросительно посмотрел на всех.

— Все и принесли. — ответил Русинов.

— Наденьте их. Мало ли где можете пальцы оставить… Где пистолет?.. Этого, где пистолет? — следователь указал рукой на Артура.

— У меня. — Пугов вытащил из кармана пистолет. — Когда он упал, пистолет его отлетел прямо ко мне… Я его поднял и сунул в карман. На всякий случай. Можно он у меня пока побудет? С ним, мне как-то спокойнее.

— Пусть побудет. — недовольным тоном, сказал Гриценко. — Потом отдадите его мне.

— Отдам. — Пугов спрятал пистолет в карман.

Мужчины надели перчатки, подхватили убитого и пошли к выходу из церкви. По ходу, Пугов продолжал свою исповедь.

— Я сказал, что из-за вас, Виктор Алексеевич я потерял рассудок. Так оно и было на самом деле… Вы меня тогда, как шоковой терапией!… " Я копыт не вижу!"… Только после ваших слов я снова обрёл человеческий разум. Я ведь до ваших слов в истерике жил!.. В панике! Вы представляете, что значит жить в панике? С утра до вечера, в панике!..

Они уже вышли из храма.

— Положим покойника пока на землю. — распорядился сыщик. — Я должен его обследовать.

Убитого положили на землю и Гриценко стал его обыскивать. Ничего интересного для себя он не нашёл, кроме записной книжки и водительского удостоверения Русинова.

— Чёрт, я совсем забыл о книжке! — вскрикнул Русинов.

— По своему опыту скажу, — Гриценко закончил обыск — вот на таких мелочах и попадаются большинство… Забытые на месте преступления ключи, или носовой платок, квитанция из прачечной, пачка сигарет, чей-то номер телефона, записанный на клочке бумаги. Не говоря уже о водительских правах! — Гриценко передал книжку Русинову. — Что с трупом будем делать?

— Вы решайте, что будете с ним делать, — протараторил Пугов — а я пойду проверю наших "братанов". Они наверняка слышали выстрелы… Я должен пойти проверить.

Пугов сделал несколько шагов.

— Я с вами! — сказал Копылов.

— Пошли. — согласился Пугов.

Пугов и Копылов пошли к центру кладбища. Около трупа Артура, остальные, решали, что делать с убитым.

— Так, что с этим-то?.. — повторил свой вопрос, Гриценко. — Хотя на этот вопрос должен ответить я сам.

— У меня есть идея! — глядя на покойника, сказал Медведев. — Надо отнести его обратно и положить там, где он лежал.

— Нельзя, Виктор! — эмоционально сказал Русинов. — Церковь святое место!

— Ошибаешься, Дима. — возразил режиссёр. — Если человека застрелили в храме… Плохого человека… Ведь он был убийцей… Если его застрелили в храме, то Богу угодно было, чтобы его застрелили в храме.

— Я согласен с Виктором. — подал голос Саша. — Представьте такую ситуацию. В церкви идёт служба. Вдруг открывается дверь, заскакивают бандиты и начинают из автоматов строчить по прихожанам. У одного из прихожан оказывается пистолет. Он выхватывает его и убивает бандитов… По моему с нами случилось тоже самое.

— Я принимаю решение. — остановил всех Гриценко. — Если уж мы принесли его сюда, пусть он остаётся здесь. Когда покинем кладбище надо позвонить в милицию. Вы актёры, вы можете изменить голоса. Вы…

В это время, с той стороны куда ушли, Пугов и Копылов, послышались выстрелы.

— Бежим! — крикнул Русинов.

— У нас нет оружия! — в отчаянии воскликнул Саша.

— У нашего следователя есть. — крикнул Русинов. — Нам надо захватить железные прутья! У стены церкви!..

Гриценко не стал дожидаться. Он выхватил пистолет и бросился в сторону выстрелов. Остальные передумали бежать к церкви за прутьями и побежали за ним.

— Около большого памятника остановимся! — отдавал приказы на ходу Гриценко. — Двое влево, двое вправо!.. Будут стрелять, не стойте на месте, двигайтесь! Мы уже близко! Начинайте сильно кричать! Что угодно!

Бегущие за следователем стали выкрикивать реплики. Гриценко бежал впереди всех. Вскоре они увидели чьи-то силуэты. Гриценко набрал в лёгкие воздуху и крикнул.

— Всем стоять! Милиция! Бросай оружие, вы окружены!

— Осторожней, их двое осталось! — услышали они голос Пугова за большой плитой!..

Гриценко, Русинов и Саша подбежали к плите. Они увидели там лежащих: Пугова и Копылова.

— Что случилось? Спросил Гриценко.

— Их там трое! — докладывал Пугов. — По моему одного я уложил.

В это время бандиты возобновили стрельбу. Гриценко увидел два силуэта и стал по ним стрелять. Через несколько секунд, выстрелы со стороны бандитов, прекратились.

— Думаю, что я попал в них! — Гриценко пошёл вперёд. Все остальные пошли за ним.

Когда " милиционеры" приблизились к " могиле Пугова", они увидели три трупа, лежащих во круг неё.

— Почему они начали стрелять! — спросил Пугова Гриценко.

— Когда мы сюда подошли, — начал Пугов дрожащим голосом — я увидел, что эти двое дегенератов, камушки в могилу бросают… С прибаутками… На Юрку камушки бросают!.. Я не выдержал, кричу — "А ну, не бросайте камни в покойника!" — Рустик оглянулся… Меня не видит… Кричит в ответ. — " Иди на хер вона отседа! Ты кто такой, козёл, чтобы мне приказывать? " — Я ему отвечаю. — " Милиция" — Он недолго думая выхватывает пистолет и давай в меня стрелять. По моему он в дупель пьяный был. Стреляет мимо, как-будто специально… Я не знаю как получилось… Но я прицелился и выстрелил… И попал!.. Двое других выхватили из-за пазухи пистолеты и в нас стал стрелять… Я стою и жду… Такой, деревянный стою… Смотрю… Потом упал. И тут вы!…

— Надо быстро уходить! — Гриценко засунул свой пистолет обратно в кабуру. — Столько выстрелов! Из дома, напротив могут в милицию позвонить!

— Умоляю вас всех! — Копылов поднялся с могилки. — Нельзя здесь Юру оставлять! Надо его пере хоронить в другое место.

— С минуты на минуту, сюда может милиция нагрянуть! — воскликнул Гриценко.

— Не волнуйся, Иван. — спокойным тоном сказал Саша. — Здесь такие выстрелы очень часто звучат. Уже все привыкли. Мне сторож рассказывал. Взбредёт в голову бандитам приехать сюда среди ночи помянуть своего какого-нибудь братана… Приедут, помянут, а потом салютуют из автоматов и пистолетов, в честь " геройски погибшего…"

— А этих куда? — спросил Медведев.

— Как куда! — удивился Русинов. — Они сами вырыли себе могилу.

— Мы теряем время, господа! — резко сказал Гриценко. — Надо решать, что с покойниками будем…делать?

— Сегодня моя ночь! — торжественно произнёс Пугов. — Сегодня я шлю весточки моему бывшему патрону! Представляю как он будет корчится от бессильной злобы, увидев всё это!

— Всё само собой и разрешилось. — Русинов облегчённо вздохнул.

— Что это? — насторожился Медведев.

— Сюда едут машины! — Крикнул Саша. — К кладбищу подъезжают!

— Забираем покойника! — скомандовал Гриценко. —

Партизаны вытащили гроб с двойником Пугова из могилы, и подхватили его на руки. Схватили так же оружие бандитов и понесли всё прочь от этого места.

— Куда несём? — пыхтел Русинов.

— На территорию бедных. — Саша шёл впереди всех, как проводник.

— Мы переходим с территории состоявшихся, на территорию несостоявшихся. — уточнил Медведев. — На территорию "завистников" Лежат бедолаги бедные и завидуют лежащим, богатым.

— Они не завидуют! — продолжил мысль Медведева Русинов. — Они возмущаются!.. Как при земной жизни. Возмущаться и завидовать — разные вещи!

— Мы напрасно испугались. — Саша остановился. — Послушайте голоса. Это не милиция. Это весёлая компания.

— Саша прав. — согласился Гриценко. — Поминать своих родственников приехали.

— Что из этого следует? — спросил всех Медведев.

— Продолжать свой путь. — ответил Гриценко. — Закапывать тех мы не будем. Это плохо, но возвращаться ещё хуже.

— Продолжим путь, господа. — сказал Медведев.

Все продвигались дальше.

— В Бога я не верю, но видит Бог, я не хотел убивать Юрика. — Снова вернулся к своей теме Пугов. — Я до сих пор не могу поверить, что всё это произошло… Я такую роль Юрке готовил!.. Меня обливали грязью. Обвиняли меня, что я русских, знаменитых актёров хочу высмеять. И в мыслях не было! Это была бы грустная комедия. Двойник Пугова — режиссёр, ставит спектакль с двойниками знаменитых актёров. Вскоре двойники понимают, что никогда не смогут сыграть так, как оригиналы… Идея спектакля — Нельзя повторить чужую жизнь, надо прожить свою… Надо быть самим собой и не прятаться за своих, знаменитых двойников… И всё!.. Как вам, Виктор Алексеевич?

— Нормально. — пропыхтел Медведев, продолжая путь со своей ношей. — Мне понравилось… Хочу спросить тебя, Валя…

— Спрашивайте, Виктор Алексеевич…

— Кто подлил спиртное в стакан Жени Гайчука? — Медведев остановился. Остановились все.

— Серый подлил. — ответил Пугов. — По приказу Муташева… По его намёку, так будет вернее. Я это потом понял. По их разговорам.

— Тогда я ставлю тебе двойку! Ты застрелил того, кого я должен был застрелить. — Медведев посмотрел в небо. — Смотрите, господа… " Уже светляк предвозвещает утро и гасит свой ненужный огонёк".

— Всё, пришли! — Саша остановился. — Здесь много свободного места. Можно рыть могилу.

Саша и Копылов сбегали за лопатами, оставленными у церкви. Все работали

не жалея сил, сменяя друг друга. Скоро могила была вырыта. Гроб стоял рядом с ней.

— Кто-нибудь скажет слово? — ни на кого не глядя спросил Русинов.

— Вадим был его другом. — сказал Русинов. — Пусть он скажет.

— Я не умею. — растерянно пробормотал Копылов.

— Здесь никто не умеет панихиду служить. — подбодрил Вадима, Медведев. — Говори, что чувствуешь!

— Хорошо. — Копылов откашлялся. — Прощай Юра!.. Сегодня ночью мы похороним тебя по человечески. Сегодня мы знаем кого мы хороним… Мы поставим тебе плитку и напишем… Теперь все будут знать, кто здесь похоронен… Похоронен, Юрий Полянский… Мы сделаем так, что когда люди будут проходить мимо твоей могилки, они смогут прочитать на могильном камне, что здесь похоронен именно ты… Мы сделаем так, чтобы твои родители, родственники, друзья, смогут найти твою могилку, прийти к тебе на свидание, и поговорить с тобой… Мы тоже будем приходить к тебе… А после разговора с тобой, мы будем заходить в церковь, которая будет построена около тебя и зажигать там свечки, за упокой твоей души… И… Как говорят в таких случаях, пусть земля тебе будет пухом… Всё…

— Аминь! — закончил Русинов.

— Аминь! — повторили остальные.

Гроб опустили в могилу, побросали по щепотки земли и закопали. Вернувшись к Форду, они положили театральные лопаты в багажник, расселись по своим местам в салоне и впервые за большой промежуток времени, закурили. БЕСЕДА У КАМИНА. В то время, когда: Следователь, режиссёр и актёры сидели в Форде и курили, в другом конце красно пресненского района, в офисе, шла оживлённая беседа, между контрразведчиком Светлановым и и хозяином фирмы ' Супер покупка' Муташевым. — Поздравляю, Владимир Валентинович, такое дело раскрыли! — переворачивая угли в камине, восклицал Муташев. — Не ожидал я от Пугова такой прыти! Шлёпнуть своего двойника, вертануть миллион и смыться за бугор! — Вполне возможно, что у Пугова был сообщник. — глядя на огонь в камине, размышлял Светланов. — Пугова я не плохо изучил. Он не способен придумать такую хитроумную шахматную комбинацию. Кто-то ему подсказал. — Кто? — спонсор проницательно посмотрел на своего помощника. — Выясним… Дело гораздо серьёзнее, чем я предполагал… Скажи откровенно, Совдат, Пугов знает о вашей игре с Лешим, под название ' Курьер'? — Ну что ты, дорогой!.. От куда ему знать… Об этой игре знаю несколько человек. — А мушкетёры знают? — Каждый из них знает свою работу… Общего плана игры никто не знает. Знают только два человека: Я и Карабут… Теперь узнаю, что и ты знаешь… Кто тебе сказал? — Если вы играете в эту игру уже не один раз, о ней уже знают многие… Может быть не знают подробностей, но в общих чертах догадываются… Наивно думать, что только вы знаете с Лешим… К чему я это говорю… Если Пугов знает, то вскоре узнают все! — Найди Пугова!… Очень прошу, Владимир, найди его! И как можно быстрей! — Найду!.. А ты пока подумай, может быть есть смысл приостановить игру. — Подумаю… Надо, чтобы и Леший подумал. — Понимаю… Убеди Лешего, что надо приостановить игру. — Сделаю всё возможное, дорогой. — На том и порешили… Я ищу Пугова, ты замораживаешь ' Курьера'… Извини, Совдат, но мне спать хочется. Ночка была тяжёлая… Я ушел домой… Муташев проводил Светланова к выходу и вернулся к камину. — Легко тебе сказать, — ' приостанови игру' — думал спонсор подбрасывая уголь в камин. — ' Я не один играю… Леший играет, партнёры играют, наркотики играют… Все играют… Хорошо сказал! ' Все играют'… Какой-то умный человек сказал — ' Вся наша жизнь игра' Хорошо сказал… Или это я сам придумал?… Хорошо придумал!.. Надо записать в блокнот' Муташев вынул из своего халата записную книжку и ручку и стал записывать… СНОВА НА КЛАДБИЩЕ.

— Спать смертельно хочу. — зевнул Русинов. — Пять минут назад не хотел, а сейчас вдруг просто проваливаюсь в преисподнюю.

— Который час? — Медведев тоже зевнул.

— Пять минут четвёртого. — посмотрев на часы, ответил Саша.

— А где пистолеты? — встрепенулся Гриценко. — Автомат бандитов куда делся?

— Пистолет у меня в кармане. — Пугов похлопал себя по груди.

— А я за пояс засунул. Он в надёжном месте. — заверил всех Русинов.

— Мой пистолет при мне. — отчитался перед следователем Копылов.

— Сколько у нас их сейчас? — восторженно спросил Саша. — И у меня два пистолета.

— Можно подсчитать. — Русинов стал зажимать пальцы. — Пистолет Артура, раз… Два пистолета " мушкетёров", три… А откуда у тебя два пистолета?.. Саша?

— Когда Абдул упал… — пытался точно вспомнить Саша. — Рядом с ним лежал пистолет. Может быть выпал откуда. Из его карманов… Я увидел и взял.

— Замечательно! — воскликнул Русинов. — Сейчас у нас шесть пистолетов. Включая пистолет нашего следователя. Сейчас мы банда! Трогай Саша свою лошадку. Поехали к цыганам!

— Сначала меня домой забросите, а потом хоть к дьяволу езжайте!.. — проговорил Медведев.

— Да, вы что, охренели все? — Гриценко подскочил на сидении. — Ну вы братцы даёте! Взрослые люди!.. Не заметил когда вы вооружились. Такой хернёй занимаетесь!.. До первого патруля!.. Остановят, обыщат и прямёхонька в тюрьму увезут… А автомат где?

— Он у меня под ногами. — растерянно ответил Саша.

Гриценко не говоря не слова, перелез через Медведева, он сидел в середине на заднем сидении, резко открыл дверь и выскочил наружу.

— Всем с оружием выйти! — приказал он. — Немедленно!

Все вышли из машины.

— Протрите тряпкой… — приказывал Гриценко. — Саша, у тебя есть тряпка в багажнике?

— Есть. — Саша открыл багажник и вытащил тряпку. — Вот.

— Протирайте! — приказал следователь.

Все по очереди вытерли своё оружие.

— А теперь вышвырните подальше всё это! Тряпьё выбросите по ходу движения через окна!

Партизаны исполнили приказ.

— Теперь всё!.. Просто молодцы, паиньки… Саша, где твоя гитлеровская форма? У тебя в багажнике лежит? Не её ли я видел в твоём багажнике?

— Она всегда там лежит. — испуганно ответил Саша. — Это моя рабочая одежда.

Гриценко посмотрел по сторонам…

— Ну и команда подобралась! Актёр, режиссёр, следователь… " Оживший мертвец"!.. Останавливают нас. — "Руки вверх!" — Обыскивают, находят пистолеты в плавках, открывают багажник, а там приготовленная фашистская форма!.. — "Чья? — Моя!.. Фамилия? — Гитлер!".. Фашистский переворот на лицо!.. И всех нас, ставят к стенке!

— А где твой пистолет, Ваня? — Медведев обнял левой рукой за плечи Гриценко.

— Перед тем как садиться в машину, выбросил.

— Не жалко? И как ты теперь будешь отчитываться перед начальством?

— Табельное оружие я дома оставил… Это запасной вариант. Тот, который я выбросил, был нелегальным… Если применять легальный, по судам затаскают. Неважно прав ты, или не прав. Когда простого бандита подстрелишь, никто внимания не обратит. " Выполнил свой долг"! Если убитый окажется " кем-нибудь", вот тут всё и начинается. Кто-то ведь из вас сказал, что "демократия — это импровизация в политике."

" Партизаны" расселись по своим местам. Русинов остался докуривать сигарету около дверцы машины. На заднем сидении было тесно сидеть вчетвером.

— Интересно, кто были те люди? — после паузы спросил Медведев. — У могилы, когда они труп осматривали?

— Светланов Владимир Валентинович. — ответил Пугов. — Начальник службы безопасности Муташева. Я с ним не очень хорошо знаком, но хорошо наслышан о нём от Совдата. Он не участвует в нелегальных делах Муташева. Муташ им недоволен. Он хочет его сменить. Он ищет себе какого-нибудь бывшего кэгэбэшника с уголовными наклонностями. Просил моего отца, порекомендовать кого-нибудь. Совсем обнаглел!.. Вторым был доктор… Муташевский… Кильковский Михаил Соломонович. Мастер на все руки, как он сам о себе думает. Может всё. И зубы лечить может. Не профессионал… Самоучка. Талантливый самоучка. Профессиональные познания не глубокие, но может оказать первую помощь. В медицинских кругах его называют "Выдающийся дилетант своего времени"!..

— Извини, Валентин… — Гриценко сделал глубокую затяжку. — Каким образом Муташев хотел использовать твоего отца? Мне нужны подробности.

— Отец у меня строгий! — начал Пугов. — Ох какой строгий!.. О том, что я живой он не знает. Мать знает, он нет. Ещё одна проблема у меня. Жизни нет, одни проблемы… Отец меня любит. Я у него один ребёнок. Непутёвый, что делать… И один. Если со мной, что случится, он всю Москву на дыбы поставит… А теперь представьте себе, что я попал в скверную историю. На миллион долларов нагрел "честного человека"!.. Все об этом знают. И бизнесмены, и уголовники, и политики, и сочувствующие… Отец узнаёт и за голову хватается. Единственный человек, который в состоянии безболезненно разрубить этот узел — это Муташев. Отец идёт на поклон к нему!.. Всё!..

— Зачем Муташеву понадобился театр? — спросил Медведев.

— Правоохранительные органы догадываются, зачем. — ответил Гриценко. — Ваш спонсор через реквизитный цех, что-то переправляет через границу. Но обнаружить трудно. А ты как думаешь, Валентин?

— На этот вопрос я вам не могу ответить. — потупился Пугов. — У меня есть причина.

— Причина — это твой отец. — тихо сказал Гриенко. — Но не только он. Человек из министерства культуры, человек из мэрии, человек из окружения президента. И так далее. Меня они не интересуют. Меня больше ничего не интересует. Убийца Пугова найден… Извините, господа. С языка сорвалось… Убийца двойника!.. Убийство раскрыто, преступник наказан… Докладывать результаты своему начальству я не спешу. Надо придумать как из этого положения выходить?

— Придумаем! — уверенно сказал Русинов.

— Муташев по канату над пропастью идёт! — задумчиво сказал Пугов, сидя на заднем сидении. — Убийство Гайчука не осталось незамеченным. О бес пределе " трёх мушкетёров" в городе все знают, о травле им Ольги Ростовой тоже все знают… Муташ увлёкся!.. Его стали побаиваться… Не его самого побаиваться, а вести с ним дела стали опасаться… А сам он, сейчас готовится к крупному делу. Ладно, "колюсь" Реквизитный цех ему сейчас, ой, как понадобится!.. Я почему так открыто говорю, потому, что все эти высокопоставленные особы вышли из игры… И мой отец вышел… По этому Муташ хотел приковать его прочной цепью, используя миллион долларов, которые я должен отдать… Остались, только Карабут и Муташев… Почему я так много болтаю?… Я к главному подхожу… На сердце у меня не спокойно!.. Там у них преступление, такое!.. У них дьявольская игра есть… Это главное!.. Вот почему от него разумные люди отвернулись. Очень интересная игра!.. Называется — " Курьер"!.. Смертельная игра!.. Я к ней веду… Поэтому много болтаю. " Краткость — сестра таланта", как классик сказал. Я не талантлив, поэтому много болтаю. " Горохом строчу", как Петенька Верховенский у Достоевского строчил… " Курьер"… Здесь убийство намечается!..Розыгрыш, с убийством в финале. Я понял откуда садизм выползает. Ненаказуемое преступление делает дегенерата садистом…У них дьявольская игра есть…Они ищут человека на роль курьера… Находят… Ему дают машину и он должен из пункта "А", перевезти огромные деньги в пункт "Б". Он перевозит деньги из этого пункта в другой пункт, получает взамен товар… Наркотики… Перевозит его в начальный пункт… За ним следует машина-сторож. После того, как курьер выполняет свою работу, его убивают. Его можно и не убивать, но тогда игры не получится. И удовольствия не получится. — Пугов немного помолчал. — Как вам игра?

— Когда они начинают эту игру? — спросил Гриценко.

— Гастроли театра в Англию на носу. Они уже ищут курьера. Может быть уже нашли…Нет, нет… — вскрикнул Пугов — Я вспомнил… Я слышал их разговор у могилы. Курьера ещё не нашли.

— А как они его ищут? — заинтересовался Медведев. — Кого они ищут?.. Где?.. По какой системе?

— На сколько я знаю по их разговорам, — ответил Пугов — специальной системы поиска у них нет… Нет, я неправ, система у них есть, как же без системы. Курьер должен быть лохом. Малоизвестным человеком в городе… Незаметным… Другими словами, после его убийства никто не будет его искать. Кроме его родственников, разумеется. Обычно они ищут курьера из семейных парней. Ну типа, среди неудачников. У лоха есть семья, но он не может её содержать. Такого легко поймать на крючок, всякими обещаниями хорошо заплатить, после сделанной работы.

— Поехали, Саша. — нетерпеливо сказал Гриценко. — Я поговорю с Дроздовым. Он мой шеф. Надо заранее предотвратить убийство.

— И как вы будете спасать курьера? — насторожился Медведев.

— Да очень просто. Дроздов сообщит подробности, о которых нам поведал Валентин своим друзья в прокуратуре, те арестуют несколько человек из окружения Муташева, допросят их и затем решат, что делать дальше.

— Тогда вы не поймаете с поличным Муташева! — чуть не крикнул Медведев. — Зачем заранее их спугивать? Надо принять участие в их игре!

— Это как? — не понял Гриценко.

— Надо подсунуть им своего курьера!

— Кого?

— Курьера!.. Мало ли у нас актёров!

После слов режиссёра все присутствующие в машине устремили на него свои взгляды. Пауза длилась довольно долго. Все актёры понимали, включая и Гриценко, что Медведев не шутит и в голове его возник интереснейший план новой постановки. Нового спектакля, который можно сыграть не на сцене, а в реальной жизни. Молчание первым нарушил Русинов.

— Я могу быть курьером! — в восторге крикнул он.

— Курьером может быть только тот, который не засветился в нашем театре. — Медведев задумался. — Так сразу не решишь.

— Я знаю такого человека! — хлопнул себя по лбу Пугов. — У меня в подъезде, в подвале, пишет "роман века", Митрофан. Он актёр.

— Мы уже знаем о нём! — Гриценко посмотрел на Медведева. — Он пишет книгу под названием — " Воспоминания вампира".

— Как вы узнали? — удивился Пугов. — А впрочем, что тут спрашивать. Опытному сыщику не выйти на подвал… После убийства…

— Мне нравится эта идея. — кивнул головой Медведев. — Но согласится ли он?

— Согласится, Виктор Алексеевич. — замахал руками Пугов. — Он просто мечтает, что — нибудь этакое сделать!..

— Мечтает, мечтает… Но это будет необычная роль. — Медведев закурил другую сигарету. — Опасная роль!.. Я снимаю своё предложение. Рисковать другими… Молодец Медведев! Здорово решил!.. Извините, господа, я не подумал… Я предложил, я и снимаю!

— Мы не согласны! — отрезал Русинов. — Только мы его сможем заарканить. А чего там рассуждать. Надо спросить самого Митрофана.

….. — Я вам ясно сказал, что снимаю своё предложение! — горячился Медведев. — Это безнравственно распоряжаться чужими жизнями.

— Безнравственно подавать гениальные идеи, а потом от них отказываться! — крикнул Русинов.

— Я тоже не имею права подвергать опасности, жизнь постороннего человека! — крикнул в свою очередь Гриценко. — Этим должны заниматься, те, кто обязаны этим заниматься! Профессионалы!

— Мы тоже профессионалы! — не сдавался Русинов. — Никто из ваших профессионалов не сыграет роль курьера так, как его сыграет актёр!.. Саша, что ты молчишь?

— Я полностью согласен с Димой! — довольно смело ответил Саша. — Я бы с великим удовольствием сыграл роль курьера, да с моим лицом… Лицом Гитлера. Да, о такой роли мечтать надо!..

— Умница, Саша! — подхватил его Русинов. — Применить свою профессию в борьбе с реальным злом!.. Да, это же роль всей жизни!.. Виктор, дай мне её сыграть!

— А почему не мне? — нервно крикнул Пугов. — В конце концов я могу загримироваться!

— Хватит орать, чёрт бы вас всех побрал! — Медведев выскочил из машины. — Какого чёрта я выскочил из машины? — он снова уселся в кресло. — Поехали к Митрофану, там и решим!

— Как мы подсунем им нашего курьера? — Саша растерянно посмотрел на всех.

— Об этом мы подумаем. — Русинов взглянул на Пугова. — Валя, кто ищет курьера и как?

— Их должно быть двое. Такое требование Лешего. О нём я как-нибудь расскажу. Игру " Курьер" придумал он. Он её и контролирует от начала и до конца. Но сам на глаза курьеру и его родственников он не показывается. Только вербовщики контактируют с курьером.

— А кто такой Леший? — поинтересовался Гриценко.

— Пахан! — ответил Пугов. — Крупный пахан! Вор в законе! Толком я не знаю какой район Москвы он держит в руках. Возможно всю Москву. Игра " Курьер" — это его детище… Муташев контролирует пересылку товара за рубеж… Муташ, и театр контролирует. Леший в театральные дела не лезет. У них всё распределено.

— Ты знаешь кто будет искать курьера? — спросил Грицегнко.

— Я их знаю. Олег и Василий… Фамилий не знаю. С высшим образованием оба.

— Ты сам, знаком с этим Лешим? — спросил Русинов.

— Видел много раз. Но с ним не знаком. В театр он никогда не приходил.

— А откуда такая кличка — " Леший"?

— Он получил её в Ростове на Дону… После очередной отсидки, Карабут поселился в Ростове. Сам он не ростовчанин… Там с ним, история приключилась с самого начала… Не помню подробностей… Кого-то он побил из местных блатных. Его пришли бить в ответ… К нему домой пришли. Человек сорок… Стучатся в дверь. Карабут Спрашивает. " Кто там?" — Те отвечают. — "Это мы" — Карабут спрашивает. — "Зачем пришли?" — Те отвечают. — "Бить тебя пришли" — Карабут снова спрашивает. — "Сколько вас?" — Те честно отвечают. — "Нас человек сорок" — Карабут говорит. — "Сейчас выйду!"

Через минуту дверь открывается и из квартиры выскакивает человек, в белых кальсонах, в белой рубашке, босиком и с топором в руке. Волосы дыбом, кричит, рычит, глаза безумные…

Гонялся он за ними по всему району с топором. Никого не убил, но напугал всех насмерть… С тех пор его прозвали " Лешим"… Тогда он и голос потерял. Сейчас у него не голос, а шипение… Я его несколько раз видел в разных местах. Один раз я поймал его взгляд на себе. Жуткий взгляд. Он так смотрит, как-будто всё про тебя знает. И знает самое плохое. Такой… Пронизывающий взгляд. Он смотрит на тебя и говорит как бы про себя. — " Ну ты понимаешь, что я про тебя всё знаю?"… Насмешливый и в тоже время, злой взгляд. Под этим взглядом становится не по себе.

— Отчаянный парен! — сказал Медведев. — Сорок человек гонял!

— Так, это было лет тридцать назад. — хмыкнул Пугов. — Когда он ещё молодым был. Сейчас на вид ему лет пятьдесят. У него три ходки было в зоне. За что сидел, не знаю…

— Как мы подсунем вербовщикам нашего курьера? — снова спросил Саша.

— Они вербуют всегда в одном и том же месте. В кофе " Стекляшка". Там всегда собираются неудачники. Если их перехватывать, то только там. Надо спешить, господа!

— Тогда поехали. — скомандовал Гриценко.

Русинов заскочил в Форд.

— Поехали! — крикнул Медведев. — Какого чёрта мы стоим?

— Постой, не заводи мотор! — Пугов вцепился в плечо Саши. — Одно слово, господин режиссёр. Мой гражданский долг настучать на одного человека!.. На " честного Яго"… Сергей Павленко, ваш Лоэрт, человек Муташева! Он каждое ваше слово и каждое ваше движение описывает Муташу.

В машине молчали долго. Сообщение Пугова ошарашило всех.

— Спасибо, Валя. — Медведев сразу как-то cник. — Сломался Сергей!.. Ох, как жалко!…

Сломался!.. Честнейший человек сломался!.. Будь оно всё проклято!…

Все молчали. На этот раз пауза длилась долго. Они не смотрели на Медведева. Все чувствовали и понимали, что ему сейчас надо побыть одному в своих мыслях. Медведев изгонял из своей души очередного беса, в образе предателя-актёра.

— Хотите песню спою? — жизнерадостным голосом спросил всех Пугов. — Для разрядки! А то, мы все, в мертвецов превратились… Молчание — знак согласия! Действие в песне, происходит на кладбище… Я её здесь сочинил… Я начал!..

" Солнце встало, светит ярко, птички малые щебечут.

Не живой иду я утром! Планы строю, в завтра глядя,

Отвечаю на вопросы, а живу я так же гадко,

Как пою я эту песню!

Шёл я быстро, вижу — мимо проплывает друг покойник.

Я его остановил. Мой вопрос был прост и ясен

— Ну скажи мне только честно, хоть кого-нибудь ты любишь?

Хоть кого-нибудь жалеешь? Сколько раз ты изменял,

Сколько раз ты предавал? -

Припев.

Я мертвец и ты мертвец, мы оба славных мертвеца!

Оха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!..

Мой дружочек, смело глядя, мне кокетливо кивая,

Рот открыл и вдруг запел.

— Тили-тили, трали-вали, это мы не проходили, это нам не задавали!

Пай-рам, пам, пам. Пай-рам, пам, пам!

Спел и смотрит. Я в сомненье, наглость вижу, беспредельна!

Но меня, не так-то просто с толку сбить и я продолжил.

" Дух тлетворный, смрадный дух, расползается по свету,

Оправдания ни какого, есть одно — тлетворный дух!" —

Спел и вижу, он расплылся в исказительной улыбке

И задорно подмигнув мне, издевательски запел.

— "Но вот пришла лягушка, прожорливое брюшко,

Прожорливое брюшко и съела кузнеца!" —

Я озлился. — Вот проказник! — Говорю ему — Дурында!

Ты пойми, ведь я-то вижу, кто ты есть,

Зачем играешь, ты со мной, Мёртводур!

Припев.

Я мертвец и ты мертвец! Мы оба славных мертвеца!

Оха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!..

Так давай с тобой, покойник, потанцуем танец смерти!

Так, чтоб горы задрожали!

А припев тебе известен, так давай же проскрипим!

Он очнулся, подал руку. — "Свояка — то не узнал я!" —

Говорит мне весь счастливый!

Прокрутил двойное сальто, сделал " Ап!" и мы запели!

Я мертвец и ты мертвец, мы оба славных мертвеца!

Оха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!..

Пугов кончил петь.

— Почему не едем? — очнулся Медведев.

— Как не едем? — удивился Саша. — Едем!

Саша завёл мотор, нажал на педаль и машина тронулась. Партизаны возвращались в город.

СОВЕТ У МУТАШЕВА

На другой день, утром, в муташевском кабинете, собралось много людей. На всех их лицах была написана скорбь. Все молчали. Иногда тишину прерывал " скрежет зубовный"! Многие сжимали кулаки до посинения. Муташев ходил по кабинету с сигарой. Он размышлял!

— Ни одной зацепки! — наконец он подал голос. — Ни одной!.. Кто убил наших людей, не знаем, куда гроб делся, не знаем!.. А что мы знаем?.. Ничего не знаем!.. Рядом с церковью лежал какой-то… Этот…

— Сизов. — Подсказал начальник службы безопасности, Светланов. — Сизов Артур Артурович.

— Что такое Сизов? — Муташев сделал руками неопределённый жест.

Светланов вытащил из кармана записную книжку.

— Сизов Артур Артурович. Прописан в Москве. Улица Старая Басманная 38. Высшее образование. Закончил ГИТИС, актёрский факультет. Работал в московском театре им. Гоголя. Три года назад попал под сокращения. До вчерашнего дня нигде официально не работал. Двадцать девять лет. По фамилии Сизов, никто на этом кладбище не похоронен. Постройка церкви на территории кладбища законсервирована месяц назад. К строительству этой церкви, он ни какого отношения не имеет. Убит в голову из пистолета. Из какого, буду знать через пол часа. Смерть наступила примерно в тоже время в какое были убиты наши помощники….

Светланов закрыл книжку.

— Думаю, что те, кто застрелил наших, — продолжал он доклад — убрали Сизова, как случайного свидетеля. Что делал Сизов на кладбище пока неизвестно. Трупы обнаружил сторож когда утром обходил кладбище. Ночью он слышал выстрелы. Примерно между двенадцатью и часом ночи… Люди из скорой помощи сказали, что и без экспертизы было ясно, убитые, перед смертью были в крайнем алкогольном опьянении… Сторож слышал, что примерно в полночь, на кладбище приехала какая-то компания… Мы выясняем — кто?.. У меня пока всё… Если, что раскопаем новое, ты об этом узнаешь сразу.

— Найди их, Владимир Валентинович! Скорее найди!.. Вопрос моей чести! Моих людей замочили! Найди их, как можно быстрей!

— Мы сейчас только этим и занимаемся. — Светланов положил записную книжку в карман.

— Хорошо… — прошептал Муташев.

Он как обычно заходил по комнате. Финальные фразы он приготовил заранее. — " Все свободны" и " А тебя, Вася я попрошу остаться!… И Олега тоже..". Очень хлёсткие фразы. Фразу " Все свободны", он где-то слышал, но не мог вспомнить, где? С фразой " А тебя, Олег, я попрошу остаться" гораздо проще. Уже сто раз повторяли " Семнадцать мгновений весны". Там Мюллер говорит Штирлицу. — " А вас, Штирлец, я попрошу остаться!" — Муражки по коже!.. От такой фразы!.. Никто не догадается откуда она. Муташев так её перефразировал!.. Но что он хотел сказать перед этим? " Забыл! Шакал его подери!"…

Во всём муташевском офисе, год назад, приглашённый человек со стороны, вмонтировал в каждой комнате, микрофоны. Муташев мог прослушивать всех своих сотрудников. То, что все его сотрудники верные ему как псы, он не сомневался. Прослушивал он их, по другим причинам. Ему необходимо было знать, как его характеризуют подчинённые. Он забывал, что его подчинённые не верили друг другу и говорили в разговорах между собой о своём шефе только хорошее. Не только хорошее — прекрасное!

— Все свободны… Олег и Василий, останьтесь! — задумчиво произнёс Муташев.

После того, как за последним человеком закрылась дверь, Муташев раскурил снова сигару и подошёл к окну. Постояв минут пять, он повернулся к молодым людям.

— Нашли курьера?

— Ищем, Совдат! — ответил за двоих Василий.

Муташев посмотрел на Олега, потом на Васю. Так он смотрел по очереди, на обоих, минуты три.

— Даю вам два дня. Не больше. Через неделю театр на гастроли едет. Поторопитесь!

— Тебе же нужен смертник. — Олег разговаривал с шефом стоя. — И чтобы после его исчезновения, никто не стал бы копать. Курьер должен быть москвичом, он так же должен иметь хвост… Жену и детей… Или одного дитя… Он должен нуждаться в деньгах… Он не должен быть глупым. Но и не сильно умным!.. Нам нужна, минимум неделя!..

— Нехорошо говоришь! — вспылил Муташев. — Смертник нужен не мне… Лешему нужен смертник… Но он прав! Свидетелей со стороны нельзя оставлять живыми!.. Будет много свидетелей. Вы тоже свидетели… И я, свидетель… Десятки свидетелей!.. Всех убивать? Но мы — " наши"!.. А нам нужен курьер, чтобы "не наш"… Он привозит, он увозит и…опять привозит… Мы рядом… Леший прав! Найдите курьера!.. Вы хорошо работаете, но сейчас вам надо доказать мне большее. Найти курьера, это очень сложное дело. Это вам, очень серьёзное задание… Ладно!.. Идите, ищите курьера!

Олег и Василий вышли. Муташев остался один. Он глубоко затянулся сигарой и тут же отчаянно стал кашлять. — " Шайтан меня подери! Ведь рядом никого нет! Зачем мне так затягиваться… Говорят, что сигарой не затягиваются…Ведь знал же!… Пора переходить на трубку… Скажут, что Сталину подражаю. Обнаружу себя!.. И пусть!.. И пусть!…Светланов сволочь!.. Скорей дело сделать дело и за бугор!.. Все сволочи!"… Приступ кашля продолжал мучить Совдата Гапуровича.

Выйдя на улицу, Олег и Василий увидели Светланова стоящего около своей машины. Контрразведчик жестом подозвал к себе Олега.

— Отмучился? — улыбнулся он Олегу. — Ты смотри… Я вам советую быстро выйти из этого дела. "Сколько веревочки не виться, конец будет" Он не понимает, ты хоть пойми!..

— А я в этом деле пешка. — Олег стал разминать сигарету в пальцах. — Мне что? Это моя работа. Если что… Скажу, что не знал зачем ему курьер. Мы ведь только человека ищем для бизнеса. А какой бизнес у Муташева, мне по барабану…

— Расспрашивал обо мне? — Светланом пристально взглянул в глаза Олега.

— Колол!.. Чем ты дышишь интересовался… А что я скажу про тебя?.. Отмолчался… Ненавидит он тебя. Слова не сказал, а глаза…

— Ну ладно, Олег. До встречи… Счастливо, Василий!

Светланов сел в машину, завёл мотор и уехал. Олег и Василий направились в сторону парка.

" МЫШЕЛОВКА"

Как обычно, в десять часов утра, началась очередная репетиция " Гамлета". Медведев чувствовал себя " Не в своей тарелке". Около окна, на стуле, сидел Сергей Павленко — предатель. Режиссёр старался не смотреть в его сторону. Он не принадлежал к тому сорту людей, которые в окружении врагов, могут заниматься творчеством. Он не мог репетировать хорошо, кому-то назло. Он мог репетировать, кому-то во благо. Театр — это тонкий и духовный организм. Как храм господний. Разве можно себе представить, что священник назло кому-то читает проповедь? Да, нет же!

— " Не думаю, чтобы Гамлет получал удовольствие, разыгрывая идиота" Подумал Медведев. — " Что такое " Сорочий глаз?". Это глаз твоего заклятого врага…Как избавиться от Павленко?"… — репетировал и думал Медведев. Провокациями он не любил заниматься. Когда он ставил Назаренко невыполнимую задачу, в надежде, что она не сыграет так Гертруду, как сыграет Михеева, он понимал, что это тоже провокация и с тех пор не находил себе места. Но как можно убрать без провокации Павленко?.. А разве " Мышеловка", разыгранная Гамлетом, не была провокацией?.. Если верить легендам и мифам, то и Бог, сотворивший Адама и Еву, начал воспитывать их с провокации…А чем же были тогда: Дерево, яблоко и Змей?.. У Гамлета были провокации поумнее.

Медведев не хочет с ним работать ни одной минуты! Просто снять с роли? А причина? Какая может быть причина? Сказать прямо, что Павленко такой и сякой?.. " И прямота, что глупостью слывёт,"… " Думай, думай, режиссёр! На то и голова дана, чтобы думать".

Неожиданно зазвонил мобильный телефон Павленко. Он выхватил его из кармана и быстро пошёл к двери.

— Извините, господа — на ходу сказал он всем присутствующим. — сто раз говорил, чтобы не звонили во время репетиций.

— Не волнуйся, дорогой — успокоил его Папазян. — А вдруг это судьбоносный звонок! Из Голливуда!..

— Да ладно тебе… Извините, Виктор Алексеевич. Через минуту вернусь. — Павленко открыл дверь и вышел из комнаты.

Медведев знал, кто позвонил Павленко. По плану следователя и режиссёра, Наташа должна позвонить на репетицию Павленко и затеять я ним разговор. Конечно не прилично звонить актёру, когда он репетирует и Наташа знала театральную этику, но тем не менее согласилась помочь мужу и Виктору. В конце концов и она тоже теперь состояла в заговоре труппы против банды. Она сразу придумала причину звонка. Поговорить с актёром о его роли Лоэрта, но этим звонком прежде всего вывести его из комнаты. Его присутствие среди актёров в этом момент было не желательно.

— Друзья, мне нужна ваша помощь! — с трудом выговорил режиссёр, когда Павленко покину зал. — Очень нужна… Я понимаю, что эту проблему должен решать сам, а не перекладывать на других. Откровенно скажу, не знаю как её решить… Не буду говорить, как попала ко мне эта информация, но ручаюсь, она достоверна… Актёр Павленко работает осведомителем у Муташева. Он передаёт всё, что здесь происходит. Муташев наш враг. Здесь все свои и нечего страховаться… Я не хочу работать с человеком, который нас не уважает… Что будем делать?

— А очень просто. — не раздумывая сказал Иван Сергеевич, репетирующий Полония. — Соколов начинает снимать детектив на телевидении. Набирает актёров. Я буду одного из следователей играть. Мы с Соколовым давнишние друзья… Кстати он хорошо к вам относится, Виктор Алексеевич. Скажу чего вы хотите, он согласится помочь… Я Павленко хорошо знаю. Он бредит сниматься в кино. Соколов даст ему роль. Но с условием, быть до конца съёмки у него под рукой. Причину он придумает. Конечно во время съёмок ни о какой поездки в Англию не может идти и речи… Павленко откажется от гастролей даже ради малюсенького эпизода… Как вам такой вариант?

— Хитроумно! — Медведев задумался. — Но я не люблю когда киношники разыгрывают актёров! " Девочка, не хочешь ли ты сниматься в кино?"… Конечно я не могу осуждать девочку, которая ради роли, ложится с режиссёром в постель… Но презираю тех режиссёров, которые ложатся с девочками в постель, а роли им не дают… Павленко должен по настоящему получить роль!

— Не волнуйтесь, Виктор Алексеевич. — Иван Сергеевич махнул рукой. — Соколов тоже в такую дешёвку не играет. Я могу позвонить Соколову сейчас же?

— Звоните, Иван Сергеевич.

— Вот повезло Павленко! — наигранно воскликнула Михеева. — Меня что- то стали забывать кинорежиссёры. Скажи Соколову, что я тоже стукачка.

Все засмеялись.

— А вообще, мне всё это не нравится! — снова сказала Михеева. — Почему бы ему честно не сказать. — Послушай, друг!.. Ты подлец и пошёл вон отсюда!

— Нельзя, Мария! — помотал головой Прохоров. — Мало нам неприятностей?.. Будет ещё одна!.. Так я пойду позвоню Соколову? — Иван Сергеевич поднялся со стула.

— Позвоните. — согласился Медведев.

Прохоров вышел из комнаты.

— Завидуешь новым, популярным актёрам? — Папазян-Розенкранц подошёл к Михеевой и обнял её за плечи.

— Я завидую? Ты совсем охренел, Суренушка!

— Русские люди вообще завистники. — Мамонтов-Гораций поднял палец правой руки вверх.

— Откуда знаешь? — спросил Лаптев-Призрак

— Так вокруг говорят!

— Ничегошеньки сказанул! — возмутился Русинов. — Фабрики, заводы по закрывали. Всё по закрывали! Разграбили страну! Люди сидят с детишками без денег. Голодные, холодные. Сидят и завидуют тем у которых замки, мерседесы, десяти комнатные квартиры!…

— Я завидую Ивану Сергеевичу. — вмешался в актёрский трёп, Арчеладзе-Первый актёр.

— Он взял в прошлом году и отказался от Роли Казановы в фильме.

— А я знаю почему он отказался. — Михеева закурила сигарету. — Режиссёрша ему, в первый день съёмок, задачу актёрскую поставила. Перед этим сняла со своих плеч шаль и так, элегантно бросила её на стул, и говорит. — "Вот так надо играть Казанову"

Все засмеялись.

— У нашего Гиви похлеще было. — закричал Мансуров-Гельденстрерн. — Пусть сам расскажет.

— Снимаюсь в Сталине… — начал Орчеладзе. — Режиссёр много говорил о Сталине. Процитировал кого-то. " Сталин был полу интеллигентом"… Потом говорит. — Сталин был идиотом. — Я спрашиваю. — "Так мне играть полуинтеллигентного идиота?" — Он говорит. — "Вот именно! Такого и играйте"

— И кто этот полу дегенеративный режиссёр? — поинтересовалась Михеева.

— Не важно.

— А как ты сам относишься к Сталину? — снова поинтересовалась Михеева.

— Плохо! — не задумываясь выпалил актёр. — Все говорят — " Феномен Сталина, феномен Сталина…". Феномена Сталина нет! Есть феномен народов, которые подчинялись идиоту!..

В комнату вбежал Прохоров.

— Всё в порядке! Соколов всё понял. Он прямо сейчас будет звонить Павленко. К нам на проходную.

— И какую же он ему роль даёт? — поинтересовался Яковлев- Марцел.

— Это уже не моя проблема.

— Спасибо, Иван Сергеевич. — Медведев энергично заходил по комнате. — Можно спокойно репетировать… И так, — " Мышеловка"!.. Горацио, он же автор, на площадку.

Олег Мамонтов взял в руки роль и вышел на репетиционное место.

— Олег, я бы не хотел, чтобы " Системе Станиславского", актёров учил Гамлет. Ты у нас не только Горацио, но и автор. Ты их будешь учить… Прошу прощения, "Мышеловку" будем репетировать потом… Натали Васильевна, дайте Олегу текст Гамлета.

Помреж порылась в бумагах и дала текст Мамонтову.

— Ты сейчас автор… — пояснил Медведев. — Учи их как надо играть.

Мамонтов надел очки и начал репетировать.

Мамонтов — "Произносите монолог, лёгким языком. И не слишком пелите воздух руками. Я бы отхлестал такого молодца, который старается перещеголять Термаганта; они готовы Ирода переиродить!

Орчеладзе — Я ручаюсь вашей чести.

— Стоп! — прервал их режиссёр. — С этим всё ясно!… Надо репетировать " Мышеловку", а вдохновения нет!.. Скорей бы избавиться от Павленко!..Главное в " Мышеловке"… Надо сделать атмосферу заговора против Клавдия. И чтобы он эту атмосферу почуял. В этой атмосфере он должен задавать себе кучу ужасных вопросов…Откуда Гамлет узнал подробности убийства? От кого?… Да какие подробности!.. Король спит один в саду. Клавдий вливает ему в ухо яд… Кто мог увидеть? Кто рассказал Гамлету? Клавдий не знает о призраке. А если бы и узнал, то не поверил бы. Он материалист… Сколько человек знает о том, что он убил короля?… У него начинается паника!.. — Медведев окинул всех взглядом. — Один актёр сказал мне недавно, что он долгие годы жил в панике. Когда я слушал как он жил, мне становилось страшно!.. Клавдий, после спектакля приезжих актёров начинает жить в панике. Для актёра, играющего Клавдия, это же клад! Играть Клавдия в панике… Посмотрите сколько роковых ошибок он начинает делать в панике. — Разрешает подслушать Полонию разговор Гамлета с его матерью… Первая смерть! Полоний убит!… Дальше!.. Посылает с недотёпами, Розенкранцем и Гильденстерном Гамлета в Англию с письмом, в котором приказ казнить принца…Казнят не Гамлета, а их!.. Офелия сходит с ума!.. Дальше… Клавдий организует дуэль между Гамлетом и Лоэртом. Развязка атмосферы заговора… Паника Клавдия начинается с " Мышеловки". — Медведев остановился. — Но всё это теория. Что будем играть?.. Гамлет принимает участие в спектакле приезжих актёров…

— Он не может принимать участие в спектакле! — не согласился с режиссёром Русинов- Клавдий.

— Почему?

— Потому что он принц!

— Он сумасшедший принц! — крикнул Медведев. — Ему можно всё! Извините за выражение, даже какать на сцене. Он для этого и прикинулся безумцем! Этим он разорвал все условности. Он живёт в безусловном мире!..

Дверь открылась и в комнату вбежал радостный Павленко.

— Виктор Алексеевич, мне надо с вами поговорить!

— Говори.

— Может быть наедине? Дело для меня очень важное и срочное.

— Говори, Сергей, здесь все… Понимающие люди собрались.

— Не знаю как начать… То, что я хочу сказать, вас расстроит. Да, и всех тоже… Мы все находимся в экстремальной ситуации, а тут… Не знаю как начать…

— Ты нас пугаешь, Сергей. — Прохоров расширил глаза. — Трагедия какая?

— Для вашего спектакля, Виктор Алексеевич… Да, и для всех… Мой поступок может оказаться трагедией!

— Ты что, подложил под театр бомбу? — спросил кто-то из актёров.

— Да, нет!.. Просто может оказаться под срывом спектакль.

— Да, не тяни ты кота за хвост! — наигранно возмутилась Михеева.

— Мне… Первый звонок бал от журналистки… Так, несколько вопросов о роли Лоэрта… Но потом последовал второй звонок!…Только что позвонил Соколов из телевидения. Роль предлагает. Сказал, чтобы я под рукой был весь период первой серии… Когда я ему сказал про Англию, он как-то странно хмыкнул в трубку… Я испугался… Что он откажет мне… Я всю жизнь мечтал сняться в хорошей роли в кино. Он сказал, что даст мне хорошую роль… Что делать не знаю… Но очень хочется!

— Сергей, у нас ещё есть время тебя заменить. — не глядя на Павленко, после паузы сказал Медведев. — Иди снимайся. Желаю успеха.

— Спасибо, Виктор Алексеевич!.. Извините за всё!

— За что?

— Да, так… Сволочь я!.. Извините за всё!

— Перед телевидением в церковь сходи! — сказал Русинов.

— Схожу! Обязательно схожу!.. Ну я пошёл?

— Иди. — Поставил точку Медведев.

Павленко семеня шагами выскользнул из комнаты.

— Иисус Христос больше всего боялся стукачей! — Русинов поднялся со стула и подошёл к окну. — Стукачей боялся!..

— Что ты несёшь, Дима? — Михеева широко раскрыла глаза.

— Вы будете смеяться, но это так! — продолжал свои мысли Русинов. — После каждого чуда, он предупреждал народ, чтобы они не рассказывали о случившимся. "Идите и не говорите никому, что вы здесь видели!" Говорил он всем. Он искренне боялся, что его миссия, будет приостановлена!

— Но ведь то, что произошло, было запланировано Богом отцом! — возразила Михеева. — Всё шло по плану!..

— План планом… — Русинов искал довод. — Но какой у них план был?.. У отца и сына?.. Пойди, разберись сейчас!..

Все молчали.

— Кто будет играть роль Лоэрта? — спросила всех Михеева после паузы.

— Придумаем, что-нибудь. — Медведев снова заходил по комнате.

— Первая мышь попалась в мышеловку? — спросил Трифонов, репетирующий могильщика. — и эта мышь — Павленко?..

— Наша задача поймать огромную крысу! — задумчиво проговорил Медведев. — Какой главный закон русских актёров? Отвечаю. Русские актёры отожествляют себя с персонажами которые они играют. Сцену " Мышеловки" мы должны перенести в жизнь. Но в жизни она будет называться " Антикурьер"!… Конечно если вы согласитесь. Об этом поговорим позже… А сейчас гамлетовская " Мышеловка"… Мы когда-нибудь начнём, чёрт бы меня побрал!?..

ПОДВАЛ

В подвале Митрофана Александровича Серова, собрались все " Партизаны", включая Наташу, жену Гриценко. Горела керосиновая лампа, на столике стояли бутылки с различным алкоголем. Все смеялись, слушая рассказ " Вампира".

— Вы смеётесь, а я чуть от разрыва сердца не умер!.. Сижу, пишу книгу. Стук в дверь! Даже не стук, а скребение! Кто-то скребётся в дверь!.. Я подошёл к двери… Стою… Скрип продолжается. Такое впечатление, что когтями скребут!.. Спрашиваю. — "Кто там?" — Ответа нет. Только скребение… Второй раз спрашиваю, третий раз спрашиваю… Наконец ответ. — " Это я — Мертвец!" — У меня дрожь по телу!.. Голос вроде знакомый!.. — "Пошёл вон отсюда!" — Так же шёпотом говорю я голосу. — " Если ты мертвец, иди туда, откуда ты вышел! Ложись обратно в гроб!" — За дверью отвечают. — " Моей могилы больше нет! Меня из неё выкинули, саму могилу забросали землёй. Обнаглели! Уже нам, мертвецам негде жить!. Что хотят, то и делают!" — Знакомый голос, а не узнаю… Нервы мои не выдержали…Совсем не выдержали. Кричу. — " Не уйдёшь, кладбищенская падаль, открою дверь и топором тебе по голове дам! Убью тебя вторично!" — У голоса тоже нервы не выдержали и он мне новое… — " Не будь скотиной, вампир, одолжи гроб, ночевать не где. Я буду в нём ночью лежать, когда темно, ты будешь лежать днём, когда светло" — Меня затрясло от бешенства, я схватил в руки топор, распахиваю дверь, смотрю Пугов стоит!

Все снова засмеялись.

— Давайте, господа эту тему не упоминать. — попросил всех Саша-Гитлер — Она связана с другим покойником!

— Саша прав. — поддержал его Гриценко.

Возникла неловкая пауза.

— Что с тобой будем делать? — глядя на Пугова спросил Медведев. — Положение у тебя тупиковое! Город тебя похоронил… Муташев знает, что ты живой. Его миллион у тебя… Кстати, кто будет играть Лоэрта?

— Пусть Митрофан играет Лоэрта. — предложил Пугов.

— Я об этом уже думал… — сказал Медведев. — Как говорит Гамлет " Ирода переиродить". Надо выйти из абсурдной ситуации…

— Если будешь ставить " Сирано де Бержерака", считай что я уже подал заявку на Сирано. — серьёзно сказал Пугов.

— Договорились!.. — согласился Медведев. — Придумаем что- нибудь…

— А ты чем занимаешься? — спросил Митрофан Копылова.

— Учусь в " Щуке" на актёрском.

— На каком курсе?

— На втором.

— Почему пошёл в актёры?

— Хочу впоследствии сыграть своего отца и показать его зрителям.

— Зачем?

— Он очень несчастный человек!.. Очень хороший!.. Он всё время пытается людям сделать хорошо, а его за это же и не любят. Мне кажется, что Дон Кихота неправильно играют… Я видел и английского Дон Кихота, и нашего… Его нельзя играть нормальным человеком. Он больной!.. Он создал свой мир и живёт в нём. Он материализовывает предметы… Пример с мельницей… Мой отец тоже такой. У него обострённое чувство несправедливости. Он… Он…

— Не торопись. — остановил его Митрофан. — Ты ищешь формулу Дон Кихота. Будешь актёром, придёт опыт, сформулируешь. Ты приходи ко мне когда захочешь. Появится вопрос, не стесняйся, приходи.

— Спасибо. — проговорил тихо Копылов.

— Давайте перейдём к делу. — сказал Медведев. — Люди Муташева уже ищут курьера… Ты действительно хочешь сыграть эту роль? — спросил он Митрофана.

— Вам же, никому нельзя. Вы все знаменитые! Любого из вас сразу могут узнать.

— Если есть хоть только один процент риска для жизни Митрофана, — Медведев обвёл всех взглядом — я против этой авантюры. Хотя и сам её предложил.

— Десять процентов, сорок процентов риска! — крикнул Серов. — Для меня, Митрофана жить в этом подвале, девяносто процентов риска!.. У меня был товарищ. Тоже актёр. Двадцать лет назад, ещё когда мы учились в институте он попал под машину. Умер на месте… Я себя часто спрашиваю, а что я сделал за эти двадцать лет? Он попал под машину, а я нет…Но что я сделал за эти лишние, отпущенные мне природой, двадцать лет?..Ничего!..Главное не то, что ты умер. Главное " как" ты умер!.. Виктор Алексеевич, я сыграю антикурьера. Годом раньше, годом позже умереть, какое это имеет значение!

Митрофан замолчал. Молчали все.

— Я договорился с Дроздовым. С моим шефом. — нарушил молчание Гриценко. — Рядом с Митрофаном будут наши люди. В квартире, которую мы обставим, тоже будет сидеть наш человек. В инвалидной коляске. Надо его представить как брата Митрофана…

— Дом и квартиру, куда мы поселим семью Митрофана уже нашли. — продолжила Наташа. Она открыла записную книжку. — Улица Качалова. Дом под снос идёт. Нам просто повезло. Из одного подъезда уже всех жильцов выселили. На каждом этаже по две квартиры…. Кто будет играть роль его жены? — Наташа посмотрела на Медведева.

— Ольга Ростова. — ответил режиссёр.

— Ольгу с Митрорфаном поселим в тридцать четвёртой квартире. — продолжала Наташа.

— А если эти два типа узнают Ольгу? — забеспокоился Русинов.

— Не узнают. — заверил его Пугов. — Я знаю этих типов, которые ищут курьера. Они никогда в нашем театре не были. Они ни в каком театре не были. Русские фильмы они не смотрят, только американские. Покажи им Смоктуновского, они его не узнают… Надо начинать репетировать "Антикурьера"…

— Какое там, репетировать, времени нет на репетиции! — воскликнул Медведев.

— Значит будем импровизировать по ходу. — горячился Пугов. — Если сковырнём Муташева, миллион не кому будет отдавать! А так не хочется миллион отдавать…

— Надо им придумать роли. — сказал Русинов. — Ольга Ростова не может себя играть!.. Да, и Митрофану надо придумать роль.

— Я буду Остапа Бендера играть! — предложил Митрофан. — Если режиссёр утвердит мою идею… Утвердишь?

— Давай свою идею. — Медведев закурил сигарету.

— Может быть сначала по маленькой? — предложил Русинов.

— По маленькой, так по маленькой. — подхватил Пугов.

Все подлили в свои стаканы спиртное. Выпили.

— Остап Бендер! — начал Митрофан. — Возраст неопределённый, где родился он сам не знает… Остап Бендер " и сейчас живее всех живых". В данный момент проживает в России, по какому-то адресу, под чьим-то именем… Беспринципный, неверующий ни только в Бога, или в чёрта, а в буквальном смысле, ни в кого… У него нет никаких корней. Бездетный. Кто были его отец и мать, не знает… Ни к чему не привязан, никому, ничем не обязан. Эгоцентрист беспредельный. Симпатизирует туркам, желает поселиться в Южной Америке, предварительно разбогатев…. Остап Бендер является зловещей фигурой двадцатого века. И не только для России, но и для всего человечества! Откуда он пришёл и зачем, никто не знает. А может быть он и есть тот Антихрист, которого все так давно дожидаются? С радостным нетерпением, дожидаются. А он уже пришёл и растворился во всех нас?.. Бендер не умеет ни любить, ни работать. Он презирает труд и людей которые трудятся… "Блистательный Остап в стране идиотов". Все человеческие ценности для него являются сгустком вонючих паров, как для Гамлета небесный свод. Вся его философия заключена в одной фразе " Вид на муравейник и циферблат часов"… Судьба вечного управдома его не устраивает и извилистая дорога по которой он идёт, неминуемо должна была привести его в " Катехизис революционера", но он родился слишком поздно… При его неуёмном стремлении быть богатым, получать все мыслимые и немыслимые блага, работать управдомом?.. Остап не состоялся при коммунистическом режиме и заражающийся рекет в его лице, потерпел крушение. Но сейчас времена изменились! Сейчас, время его пришло!..

— Стоп, стоп! — прервал Митрофана Медведев. — Здесь надо что-то проще.

— Сыграй злого Хлехстакова! — посоветовал Пугов.

— Пусть Митрофан сам решает кого ему играть. — принял решение режиссёр. — Опыта у него предостаточно. Лучше нам подумать об Ольге.

— Прав наш режиссёр. — согласился Русинов. — Её могут узнать бандиты! Олю сто раз показывали по телевизору! " Русская красавица — актриса, не востребована". Целая передача была ей посвящена… Надо загримировать её, до неузнаваемости…

— Пусть Мирчуткину чеховскую сыграет! — вмешался в разговор Саша. — Виктор, помнишь мы её в дипломном спектакле смотрели? Тебе тогда она очень понравилась.

— Я против того, чтобы мы обращались за помощью к персонажам. — резко сказал Медведев. — Мы сами в состоянии придумать образы для главных героев…

— Кстати, а ты водишь машину? — Пугов посмотрел на Митрофана.

— Десять лет стажа. — ответил актёр.

— Валентин, мы забыли тебя спросить о главном! — сказал Митрофан. — Каким должен быть антикурьер, которого ищет мафия?

— С этого и надо нам начинать! — воскликнул Русинов.

— Проверяющие от Муташева должны знать, что ты водишь машину. — стал набрасывать подробности будущего образа Медведев. — Ты должен сыграть законопослушного гражданина, но с авантюрными наклонностями. У тебя должно быть много планов, как разбогатеть… Как у твоего Остапа. " Триста способов"… Но у тебя нет стартового капитала?.. Дальше… Ты, тот человек, который всех и всего боится… Особенно мафии… Короче говоря, тебе надо сыграть человека-робота. Что тебе прикажут, то ты и сделаешь…

— Какую сумму попросит Митрофан у мафии? — спросил Пугова Гриценко.

— Он может запросить любую сумму. — ответил Пугов. — Муташев хоть миллион ему пообещает… Ведь всё равно они убьют курьера потом!

— Они дают деньги вперёд? — снова спросил Гриценко.

— Когда как. Это зависит от курьера. Если запросит, то дают вперёд.

— Надо просить вперёд. — воскликнул радостно Саша. — Ведь их потом арестуют. Проси десять тысяч!

— Просить, так миллион! — закричала подвыпившая Наташа.

Знаете чем всё кончится?.. — так же крикнул Пугов. — Проверяющие предложат Стасу зарплату и всё. С чего вы взяли, что они будут предлагать ему деньги? Они предложат ему работу курьера и дело с концом… Размечтались. Давайте подождём их встречи. Она расставит точки…

— Так и порешим. — твёрдо сказал Гриценко. — И потом давай договоримся, Виктор. Ты главный режиссёр спектакля "Антикурьер", я руковожу всей, оперативной частью.

— Согласен! — ответил режиссёр.

— Сплошные руководители! — буркнул Русинов, подливая себе водки.

— Мы забыли маленькую деталь. — сказала Наташа. — Как будем обставлять квартиры? Надо ведь не только митрофановскую квартиру обставить, но и соседские.

— Соседские обязательно. — поддержал Наташу Гриценко. — Проверяющие наверняка будут с соседями говорить… О семье Митрофана. Подлинная ли она, эта семья… Наташа, ты видела этот дом, квартиры… Опиши нам.

— Дом пятиэтажный. Думаю, что там были коммунальные квартиры. Квартира Митрофана на втором этаже справа, если поднимаешься. Там три комнаты…

— Но где мы столько людей найдём? — испугался Гриценко.

— Поселим наших актёров. — не задумываясь ответил Медведев. — Сегодня вечерняя репетиция, я с ними поговорю.

— А мебель где возьмём? — спросил всех Гриценко. — Мы с Наташей можем кое что дать из своей, но нам ведь много понадобится?

— Все притащим свою мебель. — сказал Русинов. — Митрофан, твоя мебель тоже понадобится. — все засмеялись. — Особенно мне твоя лампа керосиновая нравится… Грузовик нужен! Самое главное забыли!

— В третьем подъезде нашего дома живёт водитель, Пётр Александрович! — Пугов посмотрел на Митрофана. — Ты его лучше знаешь. Поговори с ним.

— Поговорю. — согласился Митрофан.

— Меня вот что смущает в этой ситуации. — задумчиво сказал Пугов. — Муташев будет искать меня повсюду. Он нам может всё испортить своими поисками. Что с этим будем делать?

Возникла пауза. Каждый обдумывал слова Пугова.

— Сизов убил двойника Пугова. — Гриценко уставился в пол. — Надо сделать так, чтобы об этом как можно скорей узнал Муташев. Надо сделать анонимный звонок.

— Надо создать вокруг Муташева атмосферу заговора. — воскликнул Медведев. — Анонимный звонок это хорошо, но надо чтобы он испугался этого звонка! И звонок он должен получить завтра… Или уже сегодня… И как можно больше он должен получить опасной информации для себя.

— Вариант Клавдия? — спросил Русинов.

— Да, вариант твоего Клавдия. Страх, как мы знаем, это результат. Надо сделать так, чтобы он понял, что его заговор против Валентина и его отца, раскрыт! И его сообщники, тоже об этом должны узнать. Бизнесмен Смелянский и… Этот, как его?..

— Леший. — напомнил Пугов. — Виктор Яковлевич Карабут.

— Трое осуществляют заговор против генерала, — продолжал Медведев. — В результате Пугов не выдерживает психологической атаки и теряет голову… Пугов близок к сумасшествию… За этим следует убийство пуговского двойника… Подробности пусть сам Муташев додумывает. Пусть ломает голову… " У страха, глаза велики!"…

— Надо сделать анонимные звонки и этим господам. — предложил Пугов. — Смелянскому и Лешему.

— Я знаю кого можно задействовать в нашем спектакле " Антикурьер"! — оживился Саша. — В нашем " Клубе двойников" есть двойник Мордастого. Мордовина Вениамина Семёновича. Крёстного отца солнцевской группировки. " Мордастый" — это его кличка… Мордастого весь город боится как чумы. Если его двойник, Вейзер Илья Самойлович, пройдётся около парфюмерного магазина Смелянского, а потом позвонит по телефону ему… Смелянский должен увидеть Мордастого через окно своего магазина… Ближе подпускать двойника нельзя… Может распознать подвох… Смелянский испугается Мордастого и сразу отскочит от Муташева…Только Вейзеру надо заплатить.

— Сколько? — спросил Пугов.

— Сто баксов думаю будет достаточно.

— Деньги беру на себя. — заверил всех Пугов. — Заплатим муташевскими.

— Двойника Муташева берёт на себя Саша? — спросил Гриценко.

— Сегодня же с ним свяжусь. — ответил Саша.

— Ещё один вопрос ко всем. — не глядя ни на кого, сказал Пугов. — Посоветуйте, как моему отцу представить моё воскрешение?

— С твоим отцом поговорит мой шеф. — сказал Гриценко. — Он его хорошо знает.

— А что он ему скажет?

— Правду!

— Ещё один вопрос. — застеснялся Саша. — Мы готовим спектакль " Антикурьер"… Если Муташев узнает, что Валентин жив, наш спектакль сорвётся!

— Почему? — удивился Пугов.

— Да, потому, что он знает, что ты, живой и что ты знаешь о его игре " Курьер". Ведь он тебе сам рассказывал!.. Понимаете, о чём я говорю?.. Когда они узнают, что ты жив, они эту игру приостановят!

— Александр абсолютно прав! — насторожился Гриценко. — Мы этого совсем не учли!

— Он рассказывал мне всё это, когда был в дупль пьяный. — уверенно сказал Пугов. — Он не помнил, что он мне тогда сказал. По трезвости, он бы мне никогда не сказал. Мы остались с ним вдвоем и он хотел хоть чем-то похвастаться. Он мне и рассказал о своей игре. Пьяный он был в стельку… Я тогда увёл разговор в сторону. А сам заполнил. Если бы он помнил, он бы на утром, или когда… Стал бы меня проверять. Но он не проверял. Наоборот! Когда в моём присутствии заходил об этом разговор у него с кем-нибудь, Муташ выразительно кашлял, давая понять своим, что мне об игре " Курьер" не надо знать… Не волнуйтесь, господа, я знаю, что говорю. Он уверен, что я об этой игре, ничего не знаю!

— Товарищи, у нас много дел сегодня! — сказал Медведев после паузы. — Что решили, то и будем делать!

— Давайте по последней? — Русинов окинул всех взглядом.

Все наполнили свои стаканы.

— За что будем пить? — спросил Митрофан.

— За имена главных героев. — раздражённо ответила Наташа.

— За какие имена? — удивился Русинов.

— Вы все, включая моего мужа, забыли главное. Как будут называться главные герои?

— Наташа права. — Гриценко вытащил записную книжечку. — Митрофан будет, Станиславом Понтелеевичем Кольцовым. Ольга будет, Антониной Тимофеевной Кольцовой. Именно эти люди прописаны в этой квартире. Я проверял, они ещё не выписались… Митрофан, запиши своё имя. — Митрофан выполнил указание сыщика. — И Ольге не забудьте сказать.

— Я записал и Ольгины данные. — Митрофан спрятал листочек в карман. — Когда начнём репетировать, обязательно ей скажу… А сейчас по последней.

— У меня есть необычный тост. — сказал Медведев.

— Говори, Виктор. — торопил Русинов.

— Только вы должны повторить мой тост. Все вместе повторить.

— Обещаем, режиссёр! — торжественно произнёс Саша.

-

Медведев поднял стакан, обвёл всех присутствующих серьёзным взглядом и сказал.

— Все эти банды делали неприятности нам. Теперь наш черёд сделать неприятность им! Мой тост скажем словами Гамлета, который вы должны повторить… " Ну и переполох, когда подвох наткнётся на подвох!"

Все повторили эти слова и молча выпили.

" Ну и переполох, когда подвох наткнётся на подвох!"

НА СЛЕДУЮЩИЙ ДЕНЬ.

В то время, когда в театре началась репетиция " Гамлета", к парфюмерному магазину подъехал шикарный, новый "Порш". Все люди проходившие мимо, невольно оглядывались на сверкающий под солнцем автомобиль.

Смелянский в это время находился в магазине. На втором этаже здания располагался его офис. На первом, торговый зал. Смелянский был в зале. Народу на улице было мало, покупателей в зале не было совсем, поэтому Степан Кузьмич сразу увидел "Порш", остановившийся около его магазина.

Смелянский завороженно смотрел на эту картину и ждал богатого покупателя.

— " Почему никто не выходит из машины?" — подумал он. " На таких "тачках" серьёзные люди разъезжают… Может выскочить и дверцу открыть?. Подумают, что я, лакей какой!.. А как хочется открыть дверцу и прокричать "Милости прошу в наш парфюмерный магазин!.. Лучший в городе!" — На заднем сидении сидит, уж больно знакомый профиль!"…наконец передняя дверца открылась и из машины вышел водитель, вместивший в себя двух Шварценегеров. Он профессиональным движением адъютанта, открыл заднюю дверцу и помог выйти мужчине, видимо своему шефу. Когда фигура шефа полностью стояла на асфальте, Смелянский сразу же узнал таинственного пассажира. " Мордастый!.." — Простонал внутренне парфюмер. — " Чудовище во мраке" собственной персоной!.. Как хорошо выглядит, подлец! Два месяца назад выглядел обрюзгшим, а сейчас!.. Что деньги делают! За деньги можно и молодость купить… Помолодел, похудел. Массажистов небось уйма!"

Мордастый далеко не отходил от машины. Прохаживался взад и вперёд, о чём-то спокойно говорил со своим шофёром, изредка поглядывал на витрины магазина и показывал указательным пальцем, как мерещилось Смелянскому, в его сторону.

— " Чего ему надо?.. Сколько это может продолжаться? Надо подойти и выяснить отношения?.. Хотя, лучшие отношения, не выяснять никаких отношений…"

Сердце парфюмера колотилось всё чаще и чаще. Вот, вот выпрыгнет!..

Мордастый походил немного, потом сел обратно в машину и она укатила.

Смелянский не находил себе места!..

— "Что всё это означало? Мордастый явно подъезжал к моему магазину. Почему не зашёл?.. О чём они так долго говорили?

Телефонный звонок, как выстрелом поразил сердце Степена Кузьмича! Он бросился по ступенькам на второй этаж.

— Это вас, Степан Кузьмич. — секретарша протягивала ему трубку.

У Смелянского пересохло в глотке.

— Алло!.. Парфюмерный магазин " Чудесные запахи"… Вас слушают!.. Да, да, слушаю!.. Кто?.. Доброе утро, Вениамин Семёнович! Чем могу служить?..

На другом конце провода говорили долго. Парфюмер слушал не перебивая, кусал губы и покрывался потом. Наконец настала очередь ему произносить слова.

— Трудно сказать, Вениамин Семёнович… Валентин Пугов наверное растерялся… Я… Я не требовал от него немедленной отдачи долга… Что вы, что вы!.. Я не был в заговоре с Муташевым, против него и генерала!.. Знаю, знаю, что у Валентина очень уважаемый отец!.. Это недоразумение! Уверен, что всё поправимо!.. Я уже отскочил от Муташева! С этой минуты я не буду иметь с ним дела!.. Это его была идея!.. Отскочил!.. Уже от него, отскочил!.. Вы совершенно правы. И не прискачу!.. Договорились… До свиданья, Вениамин Семёнович!..

Смелянский положил трубку. Он взмок. Он снова поднял трубку и набрал номер.

— Алло!.. Это ты Совдат?.. Как хорошо, что не отключил телефон!.. Это я, Смелянский… Слушай меня! Минут пять назад около моего магазина прогуливался Мордастый… Да, тот самый… Думал зайдёт ко мне, не зашёл… И хорошо, что не зашёл. Как он мне потом сказал, что это ниже его достоинства заходить в вонючие магазины… Самое главное было потом… Он мне позвонил… Говорил о покойном Пугове… Он живой?.. Как это?.. Ой, не нравится мне это, Совдат! Говорил он со мной таким тоном… Тихоньким… Он мне сказал, что я, с тобой, заговор против отца Пугова устроил… Да!.. А у того много друзей. Сам президент часто с ним видится… Тот самый президент… Перегарный столб!.. Мордастый говорил, что видел недавно генерала в компании президента… Мордастый тоже там был! Во, куда проник Мордастый! Ой, не нравится мне это дело!.. Всё, Совдат, я выхожу из игры! Слишком становится опасно!..Ты же знаешь, что они не церемонятся! Они просто убивают. Убивать сейчас поощряется властями!.. Извини, Совдат, созвонимся. Много дел… Всего хорошего.

Парфюмер положил трубку, подбежал к шкафу, открыл его, налил в стакан много коньку, залпом выпил и прижался лбом к дверце шкафа.

В КАБИНЕТЕ МУТАШЕВА.

— Заходи, дорогой… Садись, Владимир Валентинович… Что нового?

Начальник контрразведки Светланов вошёл в комнату.

— Сейчас был странный звонок. — взволнованно сказал Светланов. — Говорил мужчина. Спокойным, властным голосом… Меня властным голосом не испугаешь… Главное, что он говорил?… Явно работает в "Конторе"… Сказал, что двойника Пугова убил Сизов. Тот, кого нашли мёртвым на кладбище около церкви… То, что убили двойника Валентина, мы уже знали. Я навёл справки. Двойника звали Юрием Петровичем Полянским. Он тоже был актёром… Хотя кем же ему быть?.. Постепенно многое проясняется. Командирский голос по телефону сообщил, что в тот вечер вместо Пугова в гараже был его двойник. Сизов застрелил двойника и взял у него миллион… Всё запутанно…

— Откуда он всё знает, этот наглый голос из трубки? — разозлился Муташев.

— Пугов ему сам всё рассказал… Теперь о Пугове самом… Когда Пугов узнал, что вместо него, убили его двойника, он насмерть перепугался и ушёл в бега.

— Где он сейчас?.. Пугов?

— В какой-то неврологической клинике. Адрес и телефон он конечно же не назвал. Валентин находится в очень тяжёлом, психическом состоянии. И ещё он сказал, что Муташеву повезло. Валентин наотрез отказался, чтобы обо всём узнал его отец… Генерал ничего не узнает. Но он поставил условие. Забыть тебе про Пугова и заниматься только бизнесом.

— А мой миллион?

— Твой миллион, у убитого Сизова, а где он его спрятал он уже не скажет. То, что Сизов никому не сказал где спрятал деньги, в этом я не сомневаюсь. По словам тех людей, которые его знали, Сизов никому на свете не верил. Найти деньги сейчас просто невозможно. В этой истории можно голову сломать. Да, и стоит ли? Полнейший абсурд, или интрига гения! Я склоняюсь к первому варианту. Но звонок был подлинный. Я потом пробил по своим каналам. Звонил человек из самой конторы.

(Этот " подлинный звонок" устроил генерал Пугов. И так же по своим каналам).

— Ты же сам недавно говорил, что сам Пугов всё подстроил? — спонсор цепко посмотрел в глаза Светланова. По сталински.

— Говорил! Я не знал подробностей. Сегодня я разговаривал кое с кем о Пугове в театре. В частности с режиссёром Медведевым. Он с ним работал над Яго. Кто лучше может охарактеризовать актёра, как не режиссёр. Он сказал, что на такие интриги Пугов не способен. И на убийство, Валентин не способен. Медведев очень интересную вещь сказал. Пугов так хорошо репетировал Яго, что был на грани психологического срыва. Какой-нибудь незначительный, негативный толчок, мог его ввергнуть в пучину безумия.

— Прав режиссёр! — крикнул Муташев. — Все актёры психопаты!

— Ты тоже психопат, Совдат! Какого чёрта дурацкую игру затеял с Пуговыми? Лешего послушал? Леший дегенерат! По нему давно виселица плачет!.. Так не бывает, Совдат!.. Либо вы играете в игру " Курьер", либо в " Генерала МВД". Либо в реквизитный цех… Три такие сложные игры нельзя вести одновременно. Не покушайся на сильных мира сего! Генерал — это тебе не курьер!..

— Всё, уговорил! Считай, что я уже забыл про Пугова… И про деньги забыл!

— Вот и молодец, Совдат.

— Скоро ты от меня избавишся, Владимир Валентинович. Пройдёт успешно операция " Реквизиторский цех", как ты говоришь, здесь меня только и видели. От туда я больше не вернусь. Могу тебе весь мой бизнес оставить.

— Я не бизнесмен. Я сыщик… Мне пора, Совдат. Жена звонила, надо кое что по дому сделать… Я пошёл?..

— Иди, Володя. Я тоже хочу один остаться. Скажи Ларисоньке, чтобы минут тридцать ко мне никого не впускала, ни с кем по телефону не соединяла… Нет меня!

— Скажу.

Светланов вышел.

На людях Муташев спиртное не пил. Мусульмане вообще не употребляют спиртное. Но он же работал в России, шакал бы этих мусульман подери! Муташев давно уже обрусел, но не хотел признать это!.. Хотя знал, что лучше обрусеть, чем обчечениться!..

Муташев уже давно знал какое чудотворное действие оказывает спиртное на заболевшую душу. Русские не дураки! Конечно он в обществе будет говорить, что русские дураки, но это только так — дань моде!.. Но хватит филосовствовать…

Совдат Гапурович налил в фужер коньяку и тут же его ополовинил. Ему вспомнилось высказывание, одного актёра. — " Люди живут вместе, а умирают в одиночку". Иногда что-то путёвое они придумывают. Хотя дураки дураками. Из-за какой-то роли повеситься готовы!.. Это правильно, что люди умирают в одиночку. Вот и сейчас многие начали от него отворачиваться. Это всё, Леший! Ему терять нечего, он в тюрьме как у себя дома. Тюрьма ему только на пользу. Посидит, выходит от туда откормленный, порозовевший… Всё сейчас на Лешего свалить не получится… На самом Муташеве кровь! И этого, вшитого артиста и нескольких курьеров. Надо с Лешим встретиться. В стороне он не останется. Как бы ему этого не хотелось. Нет, дорогой!.. Тоже подумай, как из болота вылезать?..

Муташев подошёл к телефону, и набрал номер.

— Здравствуй, Виктор. Здравствуй дорогой!.. Хорошо когда тебя узнают по голосу… Пугов младший — живой!.. Похороны?.. Не знаю, зачем понадобились похороны!.. Встретимся, по обсуждаем!.. — Затем несколько секунд помолчав стал говорить наизусть где-то вычитанные фразы. — "Над горами чёрные тучи нависли. Слышу звуки летящих самолётов… Будут бомбить!.. Надо уходить в ущелье!.."… Что?… Угадал, дорогой, надо встретиться… Как сказал один актёр моего театра " Сегодня рано, а завтра будет поздно"… Курьера ищут. Я приказал, чтобы нашли сегодня до наступления темноты. Не найдут, завтра на рассвете им срубят головы и бросят их на растерзание гиенам… Где?… Как всегда?.. Давай часиков в восемь… До встречи, дорогой!

Муташев дал отбой.

— Хорошо сказал. — " Сегодня рано, завтра будет поздно". Только зря сказал, про актёра. Пусть бы Леший подумал, что такое изречение придумал сам Муташев. Кто за язык тянул?

КАФЕ " СТЕКЛЯШКА".

" Оживший мертвец" — Пугов и " Вампир" — Серов, вошли в кафе " Стекляшка". Лица их были загримированы и неузнаваемы. В кафе стояли столы, за которыми сидели посетители, курили, пили пиво, сухое вино и оживлённо переговаривались. За стойкой бара стоял бармэн и зорко смотрел по сторонам. От его взгляда, кто ловил его, становилось не по себе. Его взгляд всем внушал комплекс неполноценности. Идя к бару " партизаны" переговаривались. По ходу смеялись, шутили и чувствовали себя здесь, "как рыба в воде". Подойдя к бару они заказали по кружки пива.

— В этом баре обычно собираются авантюристы мелкого пошиба. — проговорил Пугов тихим голосом. — Обычно здесь, муташевские люди ищут курьера. — Пугов вдруг смолк. — Не дёргайся! Они уже здесь!.. В углу сидят.

— Кто сидит?

— Вербовщики!.. Получившие задание от Муташева найти курьера.

— Разговаривают с кем-нибудь?

— Нет, присматриваются… Надо зацепить их первыми. Так… Соседний столик пустой. Пошли сядем. Я сяду к ним спиной, нельзя противника держать за полного идиота. Они меня сто раз видели. Могут узнать.

Пугов и Серов сели за столик. За соседним столом сидели, Василий и Олег.

— То, что ты предлогаешь, не реально, Стас! Рисковать я не могу. — Пугов говорил громко. Так, что бы его слова услышали за соседним столиком. — Слишком большие деньги понадобятся.

— Я всё расчитал, Аркаша! Риска ни какого! — умоляюще воскликнул Митрофан.

— Я тебе не отказываю… Я ещё подумаю.

— Ты меня возродишь! Если ты мне поможешь деньгами и я сделаю задуманное, я человеком себя почувствую… Я всем врагам докажу, что они все дерьмо, а я крутой парень.

— Да, ты и так, что надо!

— Я хочу, чтобы у меня весь мир лежал в кармане!

— Будет, будет лежать! И жена в тебя поверит. Ты только не отчаивайся. Тебе встретится удача. Она уже тебя ищет! Ты только верь в свою удачу!.. А я подумаю… Ты извини меня, Стас, я должен бежать! Мы уже и так с тобой весь день пивные инспектируем… Сына Ваську надо забирать из продлёнки… Я тебе позвоню.

— Если сын, то беги! — сгласился "Стас". — Святое дело!

— Пока, Стас!

— Пока, Аркаша.

Пугов залпом допил пиво, пожал руку собутыльника и поспешно вышел из пивбара. Серов Митрофан, он же Стас, закурил сигарету и глядя на кружку пива, глубоко задумался.

— У вас не занято? — услышал Стас голос над с собой. Он вздрогнул, поднял голову и посмотрел на мужчину. Тот стоял с кружкой пива и улыбался во весь рот. Рядом с ним стоял его партнёр по пивбару. Разумеется тоже с кружкой.

— Нет, не занято. — усталым голосом ответил Стасик.

Мужчины с кружками сели за его стол.

— Я здесь никогда не был. — закуривая сигарету сказал Олег.

— Я пару раз был. — Василий тоже закурил. — Здесь тихо.

— А женщины сюда захаживают?

— Бывает и захаживают. Но только не те, которые тебе нужны.

— За кого ты меня принимаешь? — возмутился Вася. — Я вовсе не тех женщин имел ввиду! Я имел ввиду, просто одиноких женщин.

— У нас непринято ходить в бары одиноким женщинам. Одинокие, порядочные женщины обычно ходят в кафе-мороженное.

Два друга засмеялись.

— Тогда давай пойдём в кафе-мороженное. Я порядочный человек и мне нужно встретить порядочную женщину.

— Порядочные мужчины не ищут женщин в кафе. Они их встречают случайно. На улицах, в кинотеатрах, или на своих работах. Или в институтах, где они учатся… Случайно…

— По моему ты всё усложняешь. Случай можно подготовить…

Митрофан похлёбывая пиво и внимательно слушая вербовщиков, никак не мог отделаться от ощущения, что этот диалог он уже где-то слышал. Или читал. " Ну конечно!" — Воскликнул он про себя. — " Одноактная пьеса на двух мужчин. Называется — " Встреча двух друзей в канун нового года"…Была напечатана в журнале " Земной шар". Какая наглость!..Это же надо, наизусть выучили!.. Сейчас пойдёт речь о богатом покровителе, если я не ошибаюсь"…

— Хорошая мысль! — после небольшой паузы, сказал Василий. — Сколько я не готовил случай раньше, так и не познакомился с богатым человеком, который поддержал бы меня, как молодого бизнесмена… Если бы я сейчас встретил такого, каким я был раньше, я бы непременно помог ему. И неважно, друг он мне, или просто случайный знакомый…

Возникла пауза. Наверное специально запланированная вербовщиками. Давалась возможность будущему курьеру, осознать сказанное Василием… И антикурьер-Митрофан осознал. Он сделал открытие! — Проверяющие могли провести диалог сносно, если бы они говорили своими словами. Сейчас они говорили чужие слова. По заданию, они произносили чужой текст и с этим не справились. Произносить чужие слова, здесь нужно владеть профессией! А как бездарно играют роли. Нет, дорогие мои, играть роли по заданию режиссёра — это сложнейшая профессия. И что это взбрело людям в голову, что они смогут сыграть любые роли в жизни?

Серов решил не тянуть больше время. Надо " клевать"! А то пойдут к другому кандидату на покойники.

— Простите, который час? — обратился "Станислав" к вербовщикам.

— Половина пятого… — Вася подскочил от радости. " Рыбка клюнула".

— Жена ждёт не дождётся. — начал завязывать пивбаровский трёп, Станислав. — Что я, не имею права кружку пива выпить? Посидеть с товарищами? Пивка попить?.. Поболтать?… У меня хорошая жена, но сворливая.

— Как зовут? — подхватил беседу Олег.

— Галей зовут… А меня Стасом.

— А меня Олегом… Моего товарища зовут Васей… Будем знакомы.

— Будем знакомы. — согласился Стас.

— Чем, простите, занимаемся? — поинтересовался Олег.

— Я начинающий бизнесмен. — застенчиво ответил Стас.

— И какой у вас начинающий бизнес? — Вася облокотил руки на стол и сделал

мимику лица " Я весь внимание".

— Да, как вам сказать… Конкретно я ничем не занимаюсь… Но планов много.

— Интересно, интересно! — Олег наоборот, откинулся на стул и зделал позу " Доброго покровителя".

— Вам действительно интересно? — встрепенулся Стас.

— Конечно интересно. — Олег изучающе смотрел на Стаса. Так смотрят кинорежиссёры на молоденьких актрис. — Мне нравится интузиазм, с которым начинающие бизнесмены берутся за дело.

— А, была — не была, расскажу! — в глазах Стаса зажёгся огонь вдохновения. — У меня много идей… Можно, например, покупать в Африке крокодилов и ввозить их сюда. Здесь, соответственно, здирать с них кожу и делать из неё всё, что захотим. Дамские сапожки, мужские ботинки, сумочки, там… Кошельки, там… Тот же номер можно проделать и со страусами… А отсюда, в Африку можно везти валенки. Там жарко, но когда холодно, негры начинают мёрзнуть. Вмиг расхватают…

Митрофан специально для сегодняшней встречи, выучил наизусть монолог начинающего бизнесмена из пьессы " Хочу разбогатеть!". Он наткнулся на неё в библиотеке ВТО. Митрофан был уверен, что никто эту дрянь, кроме него, не читал.

— Очень интересно! — Олег вытащил из кормана пиджака записную книжку. Он давно вывел для себя правило. " Хоть и дурак, а с записной книжкой впечетляет". — Очень интересно! Вы меня заинтересовали. — Он что-то записал в книжечку. — Ваши идеи свежи и современны. Вы меня заинтересовали… Да, и моего друга так же. Ты как, Василий?

— Я тоже заинтересован! — ответил Василий. — Но начинать надо с малого.

— Что ты имеешь ввиду? — крайне заинтересовано спросил Олег.

— Начинать надо с малого. — повторил Василий. — Мы бы могли взять Стаса в свой бизнес, но сначала надо его проверить!.. Нам нужны свои, надёжные люди… Ну, поручить по началу Стасу какое-нибудь несложное дело…

— Ты хочешь Стаса проверить? Как мы обычно проверяем других?

— Да, как мы обычно проверяем.

— А что у вас за бизнес? — поинтересовался Стас.

— Пока это секрет. — отвёл глаза Олег. — У нас серьёзный бизнес. Но зато и деньги у нас серьёзные.

При слове " Серьёзные деньги" — Стаса парализовало. Митрофан ожидал реплики о деньгах и он решил именно в этом месте поменяться. Сломаться. Он весь напрягся, насторожился и замер.

— Понял. — наконец выдавил из себя Стас. — Ну что ж, я не против… Деньги серьёзные… А как вы будете меня проверять? Иностранного языка я не знаю, компьютером не владею. Приёмам карате не обучен… Я честно вам признаюсь.

— То, что вы перечислили, вы постигнете потом. Мы вас научим. — Олег снова что-то записал в книжечку. — Сначала мы проверим, как вы водите машину. У вас есть права?

— Конечно есть! — выпалил Стас. — Вот машину я вожу хорошо. Не буду хвастаться, но вожу я машину очень хорошо… Правил дорожного движения не нарушаю, с начальством всегда вежлив и исполнителен. Считаю себя законопослушным гражданином.

— Очень хорошо! — подхватил Олег. — Когда-нибудь были под арестом? Имеете приводы в милицию?

— Нет! Никогда!

— Очень хорошо! — Олег снова что-то записал.

— Что ты думаешь по этому поводу? — Олег посмотрел на Василия.

— Я к Стасу испытываю… Ну как сказать?.. Чувство доверия. — ответил тот, изучающе глядя на Стаса. — Можно начинать проверку хоть завтра… Или уже сегодня…

— Спасибо за доверие! — Стас встал со стула и одёрнул пиджак.

— Садитесь, что вы! — по доброму улыбнулся Олег. — У нас в компании демократия… Я бы хотел познакомиться с вашей женой. Желательно сегодня же.

— Зачем? — насторожился Стас.

— Не волнуйтесь, Стас. — дружелюбно улыбнулся Олег — Жён наших будущих работников мы проверям только по одной причине. Не разговорчивы ли они?.. Каждый бизнес это прежде всего комерчиская тайна. " Муж и жена, одна сатана" как говорится. Наш работник может откровенничать с ней о своей работе. Это нормально. Но его жена должна быть не болтлива. Она не должна выносить из своей комнаты тайны мужа… Иногда встречаются жёны такие болтушки, что своим подругам выдают секреты своих мужей. Вот почему мы проверяем не только претендента на работу с нами, но и его жену.

— Здорово! — воскликнул Стас. — Крутая у вас фирма!

— Очень крутая! — подтвердил Вася.

— Я согласен с вами. Познакомлю вас с женой… Она у меня не болтливая. Наоборот молчаливая… Но прежде чем я познакомлю вас с моей женой, я хотел бы узнать, в чём будет заключаться ваша проверка и когда я начну получать зарплату? Моя жена даже знакомиться с вами не будет, если это не будет для неё выгодно.

— Очень хорошее любопытство. — Олег спрятал книжечку в карман. — Сразу видна начинающая, деловая хватка. А вот моя жена не такая! Ей пофигу, где я работаю, с кем дружу. С кем сплю… Все бабы одинаковы!.. Да, ладно…Это будет не просто проверка. Это будет работа. Проверка в действии, так сказать. Вам будут платить за это деньги. Вам надо будет развозить почту по разным адресам. У нас секретная почта. Мы в ящиках, пересылаем кокой-нибудь компании почту, секретные документы, а они пересылают нам свои… В одном ящике… Или в двух…

— " Это завист, сколько наркотиков поместится в ящик, или денег" — подумал Митрофан.

— Обыкновенная, курьерская работа. — продолжал объяснять Олег. — Зарплату мы вам будем платить с сегодняшнего дня. Проверка продолжится две недели. Если всё будет нормально, вас зачислят в штат…Если согласны, можете вскоре приступить к работе. Наша фирма хорошо платит.

— А какая будет зарплата? — у Стаса пересохло в глотке от волнения. Это же надо, уже зарплату можно получать!…

— Две тысячи долларов в месяц. — спокойно ответил Олег.

— Две тысячи? — вскрикнул Стас.

— Для начала. — спокойно и уверенно ответил Олег.

Возникла пауза. Стас лихорадочно что-то обдумывал.

— А что за посылки и письма? — насторожился Стас.

— Извините за дружеский упрёк, но о таких вещах молодые, начинающие бизнесмены не спрашивают. Я сам не знаю, что будет в письмах. Это сектреты фирмы.

— Извините! — Стас снова встал со стула и одёрнул пиджак.

— Да, не дёргайтесь вы так! — раздражённо сказал Олег. — Я вас уважать перестану.

— А вы меня уважаете?

— Ещё как!

— Хорошо, если кто-то тебя уважает. — Стас прослезился.

— Успокойтесь! — Василий похлопал Стаса по плечу. — Надо себя уважать. "Человек — это звучит…"…

— Страшно! — закончил фразу, Стас.

— Нет, не так… Да, ладно… — Олег пытался вспомнить, как звучит человек.

— Я согласен! — выпалил Стас.

— Договорились. — Олег снова вытащил книжечку и что-то записал.

— Подождите записывать. — Стас начал кусать губу. — Дело серьёзное… Письма серьёзные… Я хочу три тысячи! Если продешевлю, жена выгонит…

— Идёт! — Олег зачеркнул что-то в книжке и записал новую информацию.

Митрофан знал, что вербовщики давно восприняли его как идиота, поэтому ему надо было закрепить эту репутацию.

— Дёшево себя не продаю! — гордо заявил он. — Я конкретный пацан!

— Мне нравится, что вы дёшего себя не продаёте. — Олег спрятал книжку обратно в пиджак. — Но торговаться хватит. Больше трёх тысяч по началу мы платить не можем. Дайте фирме разрастись, встать на ноги… Торговаться больше не будем.

— Я не торгуюсь! — засуетился Стас. — Я просто показываю вам, что я птица высокого полёта!

— Хорошо. — Олег примерительно улыбнулся. — А вы молодец! — Олег хлопнул Стаса по плечу. — Дёшево себя не продаёте. Это тоже была проверка. Если бы вы согласились на две тысячи, мы бы разговаривать с вами перестали. Будем считать, что разговор получился. Мужской разговор…

— Бизнесменский! — добавил Стас.

— Бизнесменский. — согласиля Олег. — Ваша жена будет довольна… Да!.. Простой вопрос… Кто ваши родители?

— Полное ничтожество! — выпалил Стас. — Живут обособленно от общества, как кроты. Мне стыдно иметь таких беззащитных предков. Если что случится со мной, мои родители не помогут. Они ничтожество! Никто их не любит, не ценит… Полный нуль!…

— Прекрасно! — сказал Олег. — Вы нам подходите!

Олег поднялся со стула. Василий последовал его примеру.

— Ну что, поедем знакомиться с вашей женой? — Олег выразительно посмотрел на Стаса.

— Как, прямо сейчас? — изумился Стас.

— Прямо сейчас. — подтвердил Олег.

— Вот это круто! — Стас с восторгом посмотрел на бизнесменов. — Я всегда мечтал работать с крутыми парнями!

— Поехали. — Василий указал рукой на входную дверь.

— Поехали! — Стас тоже поднялся. — Только у меня сейчас нет машины. Она на ремонте.

— Поедем на нашей. — Олег положил на стол деньги для официанта.

Трое "бизнесменов" вышли на улицу. Пугов наблюдал за входом в Стекляшку. Они договорились с Митрофаном, какой сигнал должен подать Митрофан. Были три варианта. Если вербовщики выйдут одни, то вербовка " Стаса" не состоялась. Если Митрофан будет разговаривать с кем-то из вербовщиков и жестикулировать, то вербовка состоялась, но проверять жену Стаса на данный момент вербовщики не собираются. Но если Митрофан, когда выйдет из кафе, бедет смотреть по сторонам, это будет означать, что проверка Семьи Стаса произойдёт сейчас же. И когда Митрофан вместе с " клиентами" вышел из заведения и стал глазеть по сторонам, Пугов набрал номер на мобильнике и сказал только одно слово

— Едут!

Медведев был талантливым режиссёром. А каждый талантиливый режиссёр — это талантливый психолог. Слушая Пугова о причинах проверки родственников курьера, он не ограничился только пуговскими предположениями. " Карабут строит спектакль для кайфа".

— " Нет! — готовил он Митрофана к встреча с вербовщиками. — Не только для кайфа. Он матёрый уголовник! Он опасается попасть в сложную ситуацию. И главными вопросами вербовщиков к тебе, будут вопросы об окружении курьера. Какие люди тебя окружают? Ты должен их успокоить. Придумай сам, как ты их будешь успокаивать. Запомни, за тобой никто не стоит. Ни родители, ни друзья. Ты беззащитный. Бандиты должны быть уверены, что когда ты исчезнишь, никто тебя искать не будет. Даже жена. Докажешь им это, они тебя завербуют. А нам по зарез надо, чтобы они выбрали тебя"

Митрофан задачу выполнил. Трое человек вышли из кафе. Стас осматривался по сторонам. Для Пугова это был знак. Сработало. Они направляются к родственникам Стаса. Пугов набрал номер и радостно сказал — ЕДУТ!..

ЗАГОВОР АКТЁРОВ.

Днём раньше, а точнее вчера вечером, когда все занятые в " Гамлете" собрались на репетицию, Медведев рассказал им подробно всю историю, которая произошла за последние несколько дней. Конечно перестрелки на кладбище и убийства он не то чтобы упустил, но описал это " Эзоповским языком".

Актёры узнали и о несчастном Пугове и о его двойнике. Они узнали истинную причину смерти их коллеги, Жени Гайчука… Режиссёр так же открыл им тайну о дьявольской игре Муташева и Лешего под названием — " Курьер". Единомышленники Медведева теперь знали, почему так крепко вцепился спонсор в театр и не выпускает его из своих когтей.

А то многое, которое он упустил в своём рассказе, актёры додумали сами.

Все были потресяны услышанным. Сидели молча, ходили по комнате, курили. Кто-то бесшумно плакал. Кричать и мозмущаться громко было опасно. У стен есть "уши". Все опасались, а не подслушивал ли кто их? Во время рассказа Медведева, кто-то подходил к двери, тихонько приоткрывал её и выглядывал в коридор. Там было пусто. Вахтёра Семёна Михайловича они не опасались. Они знали, что если даже он услышит что-нибудь, он никому не скажет.

Медведев долго не решался открыть актёрам план " Антикурьера", но выхода не было, он должен открыться. Он понимал, что собирается подвергать их опасности. Игра на сцене и игра в жизни, не одно и то же. Вербовщики наверняка будут вооружены и если они что-то почувствуют неладное, они могут начать стрелять. В театре стреляют бутафорскими пистолетами. Звуки выстрелов озвучиваются радистами. На сцене актёры падают, но потом поднимаются счастливые, кланяются зрителям и уходят в свои уютные квартиры отдыхать.

В реальной жизни, стреляют из настоящих пистолетов и от туда вылетают настоящие пули. Поражённые этими пулями, люди падают и умирают по настоящему. И отправляются они отдыхать не в уютные и тёплые постели, а на кладбище. И отправляются они туда, навсегда!

Наконец Медведев решился и открыл им партизанский план. Он так же сделал предложение всем, принять участие в спектакле " Антикурьер". Все немедленно согласились!

Медведев был уверен, что все согласятся сразу. Это его и мучало. Актёры истосковались по работе. После развала Советского Союза многие театры перестали существовать. Актёрская профессия отличается от всех профессий именно тем, что если закрывается театр, для актёров закрывается всё! Жизнь закрывается! Им больше нет места в этой жизни. Им не куда идти. Негде применять свою профессию. И вдруг режиссёр предлагает использовать актёрскую профессию в жизни. Да, лучшего и придумать нельзя! Конечно сейчас репетируется " Гамлет" одна из самых великих пьес мировой драматургии. Но не приносят эти репетиции духовной радости. Да и как может принести радость работа, которая делается в тылу врага. Каждый раз заходить в театральное здание и видеть во круг себя враждебные взгляды остальной труппы. Враждебные взгляды спонсора и его окружения. И понимать, что тебя здесь только терпят. Понимать, что только в силу криминальных обстоятельств город позволил тебе " чирикать" текст Шексипира. Вот кончатся гастроли, завершится перевозка наркотиков и всем " воробушкам" оторвут головы. Как будут отрывать головы придугадать трудно, но все понимали, что им отомстят. И за несостоявшегося "Отелло" отомстят, и за распределения ролей в " Гамлете" отомстят, и за поездку в Англию отомстят. Медведев любил повторять, что каждую роль надо играть с полной отдачей! Как в последний раз в жизни! Каждую роль, как в последний раз в жизни! Вот уж на каркал! Гамлет Гамлетом, а вот " Антикурьер" это действительно спектакль всей жизни! Появилась возможность, используя свою профессию, рассправиться не с окружением шекспировского Клавдия, жившего четыреста лет назад, а с сегодняшними королями криминального мира и с их окружением. Война так война! Не сценическая война а реальная! Какая возможность сыграть роли, как в последний раз в жизни! Актёры не задумываясь согласились принять участие в спектакле " Антикурьер"!

Надо было спешить. Серов с вербовщиками уже завтра могут нагрянуть с проверкой на квартиру " Кольцовых".

После короткого совещания были распределены роли. Кто будет играть соседей в коммунальной квартире четы Кольцовых. Кто будет играть соседей по подъезду.

Были так же оговорены организационные вопросы. Репетиция на завтра переносилась в дом курьера. Решили совместить приятное с полезным. Вечернюю репетицию было решено сократить и начать обставлять мебелью и прочим, нежелой подъезд. Распределили, кому бежать домой и готовить мебель. Многие предложили использовать в спектакле своих детей. Ведь кто-то должен играть в футбол напротив жилого подъезда, когда прийдут проверяющие с Митрофаном. Медведев вспомнил про своего друга Вову и решил задействовать в своём спектакле, и его.

Работа кипела целый день. К двенадцати часам ночи все приготовления в квартире курьера были закончены. Актёры попрощались и разъехались по домам.

На другой день репетиция " Гамлета" в театре закончилась в два часа дня и сразу же началась другая. Но на этот раз репетиция была не в театре, а в квартире курьера, в коммунальной комнате на втором этаже выселенного дома. Там, куда должны были приехать вербовщики.

Репетировали " Антикурьера". Никого лишних здесь не было. Только режиссёр, актёры, их дети, гримёр Люба Колобкова, костюмерша Зина Обухова и журналистка Наташа.

Костюмы, платья, обувь и прочую одежду, привезли из театра. Всё это было положенно на пол и каждый подходил и выбирал, то, что ему нужно было по роли, советуясь друг с другом, с режиссёром и костюмером. Тот кто уже выбрал себе костюм и одел его, занимал очередь на грим. Люба гримеровала каждого киношным гримом. У многих актёров были связи с киностудией "Содружество" и им не сотавило труда одолжить на один день у начальника гримёрного цеха всё, что нужно — Краски, кисточки, пудру, парики, усы, бороды, всевозможные лаки и прочее. Все торопились, ибо знали, что в кафе " Стекляшка" уже начались переговоры между Митрофаном и бандитами и в каждую секунду мог раздаться звонок от Пугова. Наташа не сводила глаз со своего мобильника, лежащего на тумбочки рядом с ней.

— Господа, продолжайте готовиться и слушайте. — Медведев заходил по комнате. — Я хочу ещё раз пройтись по ролям… Оля, ты знаешь что играть. Ты безработная, ждёшь ребёнка. Муж твой неудачник, но вообщем-то, родной человек. Ты в отчаяном пложении…Денег нет, перспектив, нет. В авантюры мужа ты не веришь, но с предложением вербовщиков, ты в конце концов вынужденно соглашаешься… Митрофан знает, что делать…Он уже начал… Смотрите, не назовите друг друга настоящими именами! По привычке!

— За кого ты нас принимаешь? — воскликнул Русинов. — Не помню, чтобы даже в театральных анегдотах кто-то назвал партнёра на сцене, не Ромео, а Стёпой!

— За время репетиций имена характеров входят в ваше подсознание. — возразил режиссёр. — У нас не было ни одной репетиции!

— Не волнуйтесь, Виктор Алексеевич, — сказала Оля — всё пройдёт нормально.

— Идём дальше. — продолжал режиссёр — поскольку ты живёшь в этой же квартире — режиссёр указал пальцем на молодого актёра. — и являешься ближайшим соседом Кольцовых по коммуналке, Стас тебя раздрожает. У тебя в жизни всё впорядке и неудачников ты презираешь… А кто ещё их соседи?..

— Мы. — подняли руки два актёра.

— Хорошо… Вы спортсмены, теннисисты. В коммуналке вам противно жить. Ни с кем здесь не общаетесь… Самое главное… Вы все, Кольцовых хорошо знаете… Живут они здесь давно… Почему я так много говорю… Потому, что я за вас, за всех волнуюсь. Не хочу вас запугивать, но вы помните, как охарактеризовал вербовщиков Гриценко? Всегда носят оружие и никого не боятся. Работают в паре давно. У обоих высшее образование. Очень хитрые и коварные…

— Хватит, Виктор Алексеевич! — прервала его Обухова. — У нашей Офелии чуть ли не обморок!… Леночка, может быть тебе дать нашатыря понюхать?

— Не надо, Зиночка, со мной всё впорядке… А где собака? — Кравцова недоумённо посмотрела на всех. — Режиссёр сказал мне, чтобы я играла девушку с собачкой около подъезда, но я что-то собачки не вижу!

— Собачка в другой комнате. — успокоил Кравцову режиссёр. — Как только мы получим известие от Пу…

Медведев осёкся на полуслове. То, что Пугов живой знали все, кроме Зинаиды Обуховой. Если она узнает, что Пугов живой, то с её психикой всё, что угодно может произойти. Её хотели постепенно подготовить к этому известию. Да, времени пока не находилось.

— Как только мы получим известие, — выкручивался Медведев — от одного лица… Доверенного лица… Собачка будет доставленна. Ты её погладишь для знакомства и…

В это время зазвонил телефон. Журналистка рывком схватила мобильник и нажала кнопку.

— Да?.. Я слушаю?.. Поняла! — Наташа повесила трубку. — Едут! — Прошептала она.

Открылась дверь и в комнату вбежали Гриценко и Саша-Гитлер.

— Ну что, позвонил? — спросил супругу следователь.

— Позвонил!.. Едут!.. — Наташа выскочила из комнаты.

— Ну что, господа хорошие?.. — Гриценко невольно улыбнулся, глядя на загримерованных актёров. — Прекрасно смотритесь. Никого не узнаю!.. Что такие запуганные?

— Режиссёр всех запугал. — ответила Обухова. — Напомнил, какие страшные и коварные эти бандиты… Которые "Едут!".

— Бояться нечего, — стал успокаивать всех Гриценко. — но под контролем держать себя надо. А бояться нечего. За вашими спинами стоят наши люди. В соседней комнате, — Гриценко указал рукой в сторону одной из комнат коммуналки — сидит Володя, по клички Терминатор. Володя, — Крикнул Гриценко — выезжай, покажись нам!

Из комнаты выехала инвалидная коляска. В ней сидел огромный мужчина с перебинтованными ногами.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил его Гриценко.

— Как в лучших дома Лондона!

— Ты был в Лондоне?

— Нет, не был…

— Что нового, Володя?.. Чем озабочен? — спросил следователь.

— Я слушаю разговор актёров. Уж шибко они боятся. Но зря. Если что, я этих козлов, вербовщиков, голыми руками удавлю! Ты меня знаешь!

— Вот так, господа! — хлопнул в ладоши Гриценко. — Во всех квартирах, где будут актёры находятся наши люди. Мой шеф взял их " на прокат" у своих приятелей из СОБРа. Лучших ребят!.. Займите свои позиции. Вербовщики уже едут сюда… И помните, надо насмерть запугать их. Наговорите им ужасов про этот дом и этот подъезд в частности. "Оживший мертвец" мне сказал, что проверяющие и перед самой операцией, ещё раз могут сюда наведаться. Пусть у них пропадёт это желание. Они…

— Какой, оживший мертвец? — насторожилась Колобкова.

— Да, это я так в шутку сказал про своего коллегу оперативника. Вы его не знаете… Володя, будь всё время на чеку!

— Не сомневайтесь! — заверил Терминатор.

— Займи позицию! — приказал Гриценко.

Володя-терминатор укатил в свою комнату. Дверь открылась и в комнату вбежала Наташа. Она держала на ошейнике собачку.

— Всё, господа, они будут с минуты на минуту. — крикнула она.

— Все по местам! — скомандовал Медведев… Стоп!.. Хочу несколько слов сказать. Для всех вас, это не подъезд жилого дома, это не коммунальная квартира, а самая настоящая сцена! Вы должны чувствовать себя здесь, как рыба в воде. Эти вербовщики здесь чужие. Они попадут в наш мир. В мир театра, в котором ничего не понимают. Как освободиться от страха вы знаете. Уберите из своих душ и тел ваши повседневные заботы и наполните себя духом других персонажей. Концентрируйтесь на партнёре. Выполняйте только свои задачи! Действуйте в предлогаемых обстоятельствах, как учил и учит наш Бог, Константин Сергеевич! С нами Станиславский, с нами театр!.. С Богом!

Все стали быстро расходиться по местам. Через три минуты всё затихло. Все были в ожидании.

ВЕРБОВЩИКИ.

К подъезду подъехала Тайота. Из неё вышли трое мужчин и пошли к подъезду. Поднявшись на второй этаж Стас позвонил в дверь. Долго никто не отвечал. Стас позвонил ещё раз, потом ещё раз. После третьего звонка за дверью кто-то спросил недовольным тоном.

— Кто там?

— Это я, Стас.

Дверь открылась. Проверяющие увидели человека у которого лицо вырожало явное неудовольствие.

— У тебя же ключи есть. — пробурчал недовольный.

— Забыл. — ответил Стас.

— Следущий раз не забывай!

Недовольный ушёл к себе в комнату.

— Кто такой? — спросил Василий входя в квартиру следом за Стасом.

— Сосед по коммуналке. В какой-то фирме работает. Упакованый. Скоро съезжает.

— Он что, враждует с тобой?

— Да нет. Просто человек вонючий. Есть у меня вражина. Местный участковый. В соседнем подъезде живёт. Все нервы истрепал. — "Когда работать пойдёшь?" — Каждый день спрашивает. Как будто от меня зависит, получу я работу или не получу. В Советском союзе мне можно было предъявлять притензии. Тогда не было безработицы. Да, ладно!..

Митрофан непросто упомянул участкового, живущего в соседнем поъезде. Бандиты не захотят встречаться нос к носу с ментами и в соседние подъезды теперь не сунутся. Из соседних подъездов жильцы уже выселены и узнай об этом, проверяющие могли насторожиться.

На протяжении короткого разговора проверяющие осматривали корридор. По ходу заглянули и на кухню. Газовая плитка. На ней кастрюли и сковоротка. Холодильник. Работает. Три шкафа. По центру стоит стол, по краям три стула. На столе какие-то крошки и оставленная чашка. Из чашки поднимается пар. Значит до их прихода кто-то пил чай. Наверное недовольный сосед. Проверяющие остались довольны кухней. И Стасом остались довольны. Курьер — реальное лицо, а не подосланый из уголовного розыска.

Стас подошёл к одной из двери и робко постучал.

— Кто? — послышался женский голос.

— Это я, Стас… Я не один.

Минуту никто не открывал дверь. Видимо женщина за дверью переодевалась. Стас постучал снова. Дверь открылась. В комнате стояла женщина с явнами признаками беременности и подозрительно смотрела на проверяющих и на мужа.

— Галочка, с этими людьми я познакомился в баре. Они бизнесмены. Честные люди. Может быть с ними у меня будет общее дело. Вот привёл познакомить их с тобой.

— Проходите. — недовольно пробормотала Ольга, играющая роль Галы.

Мужчины вошли в комнату.

— Не волнуйтесь хозяюшка, — весело сказал Василий — у нас всё с собой. — Он снял с плеч споритвную сумку, подошёл к столу и стал вытаскивать от туда содержимое.

На стол легли: — колбаса, банка чёрной икры, бутылка виски и сухого вина.

— И фрукты, вот! — улыбнулся Василий. — Чем богаты, тем и рады. По дороге заехали в один скромный магазинчик.

— Ты не волнуйся Галя, — растерянно сказал Стас — я сам поставлю посуду и стаканы.

Галя ничего не ответила. Она не сводила глаз с продуктов лежащих на столе. Чувствовалось, что она вспоминает названия этих предметов.

— Красивая у тебя жена, Стас! — весело сказал Олег. — Даже очки её не портят!

— Зрение у Галы никуда не годится. — скорбным тоном сказал Стас. — Надо бы к доктору сходить, и очки новые заказать, да деньги нужны немалые.

— Это мы в миг исправим! — воскликнул Василий. — Начнём нашу совместную работу и всё исправим!

— Господа, присаживайтесь к столу. — заискивающе сказал Стас.

Проверяющие и хозяйка сели на стулья. Стас открыл один из шкафов, вытащил от туда посуду и поставил на стол.

— Как говорят великие бизнесмены, американцы, " Хелп ё сэлф". Помогайте сами себе. У нас самообслуживание.

Мужчины стали хозяйничать за столом. Когда всё было порезано, разлито, Олег поднял стакан и торжественно произнёс.

— С этого дня ваш муж, Галина… Простите, а как вас по батюшке?

— Викторовна. — сухим тоном ответила Галя.

— Галина Викторовна! Прекрасное имя и отчество… С этого дня ваш муж работает с нами в серьёзной фирме. Выпьем за наше содружество. Мы вашего мужа уважаем!..

— Когда же вы его успели зауважать? — иронически спросила Галя.

— Стас нам сразу понравился! Его глаза нам понравились. Такие глаза не умеют лгать!.. Выпьем за вашу семью и за вашу новую жизнь!

Все выпили и стали закусывать.

— Для мужчины этого мало. — невесело проговорила Галя. — Кроме честных глаз надо ещё и работать! И обеспечивать семью!

— Вы слишком строги к своему мужу. — Олег вытащил пачку сигарет. — Можно закурить?

— Курите. — ответила Галя.

— Многим сейчас не везёт! — Олег сделал первую затяжку. — Переходный период от социализма к капитализму. В стране происходит накопление капитала. Времена американского, дикого запада. Деловым людям сейчас дана свободная дорога. И это правильно! Накопим капитал…

— В иностранных банках… — продолжила фразу Галина.

— Ха-ха-ха! — расмеялся Олег. — Умная у тебя жена, Стас. Хвалю!.. Вы правы. Смотрю, как люди вокруг живут и сердце разрывается! Хочется им порой всё отдать, что имеешь… Да, разве так проблемму безработицы и нищеты решишь? Как в советское время было хорошо! Образование бесплатное, медицинское обслуживание бесплатное, спорт — бесплатный!.. Квартирная плата была символическая… А сейчас что?.. А сейчас единицы живут в роскоши, а девяносто процентов в нищите! Хорошего, строгого руководителя не хватает!.. Сталина, например!.. Или Петра первого! Или Гитлера, или Наполеона, на худой конец…

— На какой конец? — не понял Стас

— На тот самый. — ответил Олег.

Мужчины засмеялись.

— Мне очень странно слышать от вас такое! — Галя с изумлением смотрела на Олега. — Вы, бизнесмен, против капитализма?

— Я против капитализма! — воскликнул Олег. — Я вынужденно занимаюсь бизнесом. Я закончил машиностроительный институт и мне бы хотелось копаться в моторах целый день на пролёт, а я должен продавать покрышки. Я творчества хочу!..

— А я за капитализм! — воскликнула Галина. — Если это действительно капитализм!

— И провильно! — в свою очередь воскликнул Олег. — Капитализм доказал себя веками! На западе доказал!..В Америке доказал….

Возникла пауза. Все молча закусывали.

— А что вы предлогаете Стасу? — возобновила разговор Галина.

— Работать курьером. Перевозить почту, посылки, деловые бумаги. Нам нужны честные и исполнительные люди. Пропади один документ, знаете какие убытки могут быть у нашей фирмы!..

— А как называется ваша фирма? — допытывалась Галина.

— Называется она " Коммюникэйшн". Фирма наша новая и мы только ничинаем. Стасу повезло, что он нас именно сейчас встретил.

— Зарплата, три тысячи долларов в месяц! — воскликнул Стас. — Это же для нас богатство! Все наши проблемы будут решены! И ты можешь не работать!..

— И кончатся ваши страдания! — очень мягко добавил Олег.

Оля Ростова сидела на стуле, смотрела на прожённого циника и ей хотелось взять в руки бутылку и пробить ему череп. Но нельзя. Надо играть дальше. От её игры зависит судьба театра! Пора начинать свой заготовленный монолог. Монолог Галины.

— Как хорошо вы сказали! — начала Оля — Как правильно!.. Мы все сейчас страдаем. Я беременна. Мой муж безработный. Родители наши далеко и помогать нам не могут. Мы им должны помогать! Но как?.. Как надоела мне эта коммуналка! Иногда хочется всё поджечь и бежать куда-нибудь безоглядки!..

Ольга вдруг почувствовала, что монолог не идёт! И она сразу поняла, почему? Перед ней сидел не актёр, не её партнёр по спектаклю, а настоящий враг! Реальный враг! Как перед ним раскрывать душу? На сцене другое дело, там перед тобой сидит актёр, играющий отрицательный персонаж. Он такой же, как она. С теми же проблемами, с тем же горем, с теми же радостями. Партнёр помогает ей раскрыть душу, независимо кого он в данный момент играет. Плохого или хорошего.

Здесь же совсем другое! Партнёр сидит перед ней и рассматривает её лицо. И решает, с какого места начать её гразть зубами?

Но надо что-то делать? Рядом сидит Митрофан, хороший и опытный актёр. В других комнатах сидят её коллеги. Виктор Алексеевич сидит. И все они надеются на неё! Они верят в неё! Что же ей делать? Бедные актёры! Чем вынужденны заниматься! Бедная Ольга Ростова! Сколько могут над ней издеваться? Муташевы, его приспешники, вот эти бандиты? Какая же она насчастная! Сколько же она испытала за последние месяцы. Да, кто же выдержит такие испытания? В театре — травля, в газетах — травля! Везде травля. Кто поможет ей? Маменьки — папенька, помогите!

Ольга почувствовала, что на глаза навернулись слезы! Держать! Держать состояние!..

— Когда моим страданиям наступит конец? — ещё одну заготовленную реплику сказала она.

Слёзы усилились, самое время продолжать монолог! Сейчас уже можно, наложить чужой текст на свои собственные и подленные страдания.

— А бежать некуда. Везде одно и тоже!.. — продолжила она. — Чем мы будем кормить своего ребёнка? Какое будущее мы ему приготовим?.. Я часто думаю, а может отказаться от ребёнка? Зачем плодить несчастных?.. Мне ужасно жалко своего мужа. Я люблю его! Он способный человек, но доверчивый, как ребёнок. Он… Он… Я оберегаю его как мама… Он без меня сопьётся, как другие спиваются… Что нам делать, что нам делать?..

Ростова горько заплакала. Митрофан смотрел на Ольгу и восхищался её игрой. Как она вошла в монолог! Как она смотрела на Олега ненавидящим взглядом и как она переборола себя! Актёры понимают друг друга на сцене без слов. Как она направила своё жуткое состояние в правильное русло. В русло монолога. Как она положила его на сквозное действие роли! Пора поддержать партнёра. Пора начинать диалог.

— Галя, прекрати свою истерику! Мы не одни!

— Кому-то я должна пожаловаться. Я вижу твои новые друзья порядочные люди. Пусть послушают нашу трагедию!

— Они для того и пришли, чтобы изменить нашу судьбу!

— Пусть меняют! Я согласна. Тебя настоящим мужчиной сделают!

— Почему ты считаешь меня не настоящим мужчиной? Я настоящий мужчина! Я… Я докажу всем!.. Я докажу этой проклятой, коммунальной квартире! Всему подъезду докажу! Дому всему докажу!..

Стас подошёл к окну, распахнул его и стал кричать на улицу.

— Всем, всем докажу! Всему району докажу! Всему городу докажу!

Диалог супругов слушали сейчас в других комнатах поъезда, многие. В комнате Стаса были вмонтированны микрафоны. Их Слушала охрана, слушал Володя терминатор. Слышали Гриценко, Наташа, вся группа спектакля "Антикурьер". И когда Митрофан стал кричать в открытое окно, Гриценко пришёл в ужас!

— Что он делает? — сказал он шёпотом, хотя проверяющие не могли его слышать. — Нельзя, чтобы его услышали из соседних, невыселенных подъездов! Прибегут сюда выяснять! Мы на этом можем погореть!

— У Терминатора есть рация? — спросил его Медведев.

— Есть. — Гриценко нажал на кнопку. Послышался приглушённый голос "инвалида".

— Сосед слушает!..

— Что ему сказать? — спросил Гриценко Медведева.

— Дай, я ему сам скажу. — Медведев взял рацию в руку. — Владимир, там рядом с вами актёры. Мне надо поговорить с кем-нибудь.

— Понял, передаю…

Медвев услышал голос молодого актёра.

— Слушаю, Виктор Алексеевич.

— Придумай, что-нибудь! Митрофан кричит на улицу. Он не учитывает обстоятельств. Он играет роль. Он забыл обо всём! Не надо привлекать внимания прохожих! Как-нибудь останови его!

— Понял, Виктор Алексеевич.

Стас продолжал кричать в открытое окно.

— Вы меня ещё узнаете! Я вам всем покажу! Я таким растовщиком заделаюсь! Все скажут — Вот он идёт! Стасенька! Король иудейский!

Дверь в комнату Стаса распахнулась и в комнату актёр.

— Стас! — прокричал он. — Закрой окно! Тебя слышно даже в соседних подъездах!.. Прибегут сюда выяснять… Кто кричит? Милицию вызовут!.. Если тебе нужны с милицией разборки, или с соседями, то нам они не нужны!

Митрофан его понял по — своему. Он решил, что по приказу режиссёра, актёр влетел в сцену. Теперь в " Деловой борьбе" по Ершёву, задействованы трое актёров.

— Ты что так врываешься ко мне в комнату? — заорал он на него. — Кто тебе дал право? Совсем обнаглел!

Актёр и этому был рад! Митрофан хоть отвернул свою лужёную глотку от окна.

— Галина, объясни своему мужу, что там за окнами соседи. Они ещё дома… Они ещё не разъехались… Кто куда… Кто на работу… А другие и подальше.

Ольга в секунду поняла куда клонит актёр. Она подбежала к окну и захлопнула его. Митрофан смотрел, то на актёра, то на Ольгу. Наконец и до него дошло.

— Ладно, не буду орать. Всё, замолкаю!

Актёр вышел из комнаты.

— Успокойся, Стас. — взволнованно сказал Василий. — Ещё накричишь своего друга, участкового. — Ну что, пора двигаться? — Обратился он к Олегу.

— Пора двигаться. — согласился Олег и встал со стула.

— Вы не передумали давать мне работу? — с испугом спросил Стас.

— Ты такой же, как и мы! — продекломировал Олег. — Было время мы тоже кричали в окна. Но мы больше не кричим. И ты не будешь кричать. Встанешь на ноги как мы и больше не будешь кричать в окна!

— Пусть они кричат! — Василий указал рукой в сторону окна… — А ты, Стас, лишний раз доказал, что ты борец! А "жизнь — это борьба"…

— Вот мы и боремся друг с другом. — продолжил Олег. — Мы сейчас запишем твой номер телефона и сегодня же позвоним тебе. Может так случиться, что ты уже сегодня поедешь развозить посылки. А если не сегодня, то с завтрашнего дня, ты уже точно начнёшь работать… Какой ваш номер телефона? — Олег уже стоял с записной книжкой.

— У нас нет теллефона. — растерянно сказала Гала. — Денег не было оплатить и нам телефон отключили.

— Это плохо! — Олег задумался. — Как же нам поступить?

— А вы дайте нам, ваш номер. — подсказал Стас. — Я вам позвоню, когда вы скажите.

— Нежелательно… Нежелательно…

— Я могу дать вам номер телефона моей подружки. — предложила Гала.

— Подружки?… Нежелательно. Не хочется впутывать в наши дела посторонних… Хорошо, я дам вам мою визитную карточку… Хотя нет… Кстати и тебе мы сделаем визитную карточку, Стас.

— " И будешь ты ею пользоваться в гробу" — докончила фразу Ольга про себя. — Я придумала! — Выполила она вслух. — Внизу, около нашего подъезда, слева, стоит телефонная будка. У телефона есть номер. Он написан внутри будки. Вы его запишите и позвоните Стасу в удобное для вас время. Он будет стоять у будки и ждать вашего звонка.

— Здорово! — Олег просиял улыбкой. — Хорошо когда у нашего нового работника умная жена! Когда спустимся, мы запишем номер. Я позвоню тебе сегодня вечером, в десять часов. Это не поздно?

— Звоните хоть в час ночи! В конце концов, это уже моя работа!

— Разрешите раскланяться. — Олег сдела нелепый поклон. Василий последовал его примеру. — Нас не провожайте. Мы сами дорогу найдём. Отдыхайте.

Супруги проводили проверяющих к входной двери из квартиры, попрощались с ними и тихо закрыли дверь.

Олег и Василий спустились на несколько ступенек и остановились. Хотя для них и так была ясна достоверность курьера, но надо было полностью пройти конструкцию проверки, от начала и до конца, выработанную самим Лешим. Хотя Муташев приписывает это себе. Леший, или Муташев придумал всё это, роли сейчас не играет. Совдат не простит если работа будет проделана небрежно. А в конструкцию входило: Проверка квартиры курьера и его семейное положение. Потом, проверка его соседей по подъезду.

Если бы Муташев посвятил в свои планы операции " Курьер" своего начальника отдела безопасности фирмы, Светланова, опытного в прошлом оперативника, то не было бы необходимости и в проверяющих. Светланов быстро узнал бы по своим каналам, и точный адрес курьера, и адрес прописки, и его профессию, и остальные подробности. Но Муташев не посвещал Светланова в свои криминальные и жестокие игры, потому, что знал, Светла-нов на мокрые дела не пойдёт. Муташев был не плохим торговцем, но в остальных делах он был дилетантом.

Постояв немного на лестнице, проверяющие снова поднялись на площадку, которую только что покинули. Прижавшись ухом к двери квартиры Стаса, Василий прислушался.

— Они у себя в комнате. — сообщил он Олегу. — Спорят о чём-то. Не услышат. Звони.

Олег подошел к двери, напротив квартиры Стаса.

— Звонок выдернут! — С досадой сказал Василий.

Ели бы проверяющие были сыщиками, то раньше, когда они поднимались в квартиру Стаса, они заметили бы, что входные звонки во всех квартирах были сорваны и увезены в неизвестном направлении. Это была оплошность Гриценко. Он в спешке этого не заметил. Но на удачу партизан, проверяющие проглядели этот факт.

Олег постучал в дверь. Через несколько секунд, дверь открыл Вадим Копылов, друг покойного двойника Пугова. Медведев дал ему роль в " Антикурьере", а Митрофан с ним долго работал. Митрофану понравился мальчик. Своей любовью к театру и серьёзным отношением к жизни. Он целую ночь работал с ним над ролью. В " Антикурьере" ему дали имя Антон. Работали они в митрофановом подвале.

— Вам кого? — спросил Вадим проверяющих.

— Добрый день! — Олег улыбнулся. — Извините за беспокойство. Я и мой товарищ… Мы преподаватели машиностроительного института. Мы разыскиваем бывшего профессора МГУ, Вениамина Семёновича Шварца. Я помню, что много лет назад он жил в этом доме, в этом подъезде. Вот только в какой квартире позабыл. Вы не подскажите?

— Вадим уставился в одну точку. Видно было, что он перебирает в уме всех жильцов этого подъезда. Этому его научил Митрофан.

— Нет, не знаю… Может быть моя мать поможет вам… Мама! — Крикнул Вадим повернувшись. — Тут ищут какого-то Шварца!

— Сейчас выйду, сынок! Только халат наброшу! — послышался красивый и хорошо поставленный, низкий голос из глубины квартиры. Через несколько секунд вышла "мама" и встала рядом с "сыном".

— Зинаида Петровна. — представилась она. — Чем могу служить?

Называть своё имя, Михеевой было не обязательно, но ей хотелось произнести побольше слов в новой роли. Как любой актрисе или актёру хочется. Она была не очень довольна той маленькой ролью, которую ей предложил режиссёр. Ольга и Митрофан, да и все в той коммуналке, получили главные роли, а ей достался маленький эпизод у соседской двери. Она предлагала Медведеву играть маму Стаса. Или маму Галины. Так тот, наотрез отказал ей. — "Чем меньше народу, тем лучше. Ещё в тексте запутаетесь!"

— Мы ищем профессора Шварца. — Олег улыбнулся маме. — В какой квартире он живёт?

Олег уже хотел повторить маме свой заученный монолог о Шварце, но Михеева не дала ему и рта снова открыть. В театре говорят " Актёр ничего не может украсть, кроме реплики партнёра". Михеева, как говорится " потащила одеяло на себя".

— Шварц… Шварц… Знаю, знаю, в какой-то квартире живёт профессор, но он не Шварц. Он, Гельдман. Михаил Израйлевич Гельдман. Профессор консерватории… Но мне кажется, что он уехал В Израиль… Все из нашего дома по уезжали. Скрипачи, адвокаты, аптекари, администраторы. Все лучшие умы по уезжали. Сейчас живут в Америке, в Нью-йорке, на Брайтон Бич… Подождите, подождите… На пятом этаже живёт какой-то мужчина профессорского вида. На пятом этаже, крайняя, левая квартира.

В этой квартире, которую упомянула Михеева, расположились сразу пять актёров и они просили Михееву, подослать проверяющих к ним. Им тоже хотелось поиграть.

Проверяющие после слов мамы остолбенели. Вот влипли! Надо идти на пятый этаж. Они повернулись к лестнице и собрались уже было подниматься на пятый этаж, но мама вдруг их остановила.

— Постойте, молодые люди! Вы говорите он профессор? — Михеева решила их не отпускать пока не наиграется сполна. — У него есть дети или внуки? Может быть сёстры?

Проверяющие растерялись. В конструкции такого не было, чтобы допрашивали не они, а их!

— У него…

Стал разводить руками и вертеть глазами Олег. Он стал играть, что он вспоминает. Он не знал, что играть ничего не надо. Надо по-настоящему вспоминать. Актёры знают, что всё надо положить на действие. Вспоминать — это тоже действие. Надо перебрать в памяти все эпизоды, где ты мог встретить детей профессора. Как это делал, только что, " Антон". Но Олег не был актёром, поэтому продолжал вертеть глазами.

— У него… Дети?.. Хм… У него должны быть дети. Как же без детей!

— Вы думаете, или уверенны? — участливо спросила мама.

— Уверен, что да!

— Сын, или дочь?

— Думаю, дочь.

— Сколько ей примерно лет?

— Ну… Лет шестнадцать… Или семнадцать…

— У профессора такая молодая дочь? Сколько же лет профессору?

— Он пожилой. — вступил в разговор Василий.

— Да, какой он пожилой! — гневно вытаращил глаза Олег на Василия. — Он ещё молодой.

— Мама! — вступил в сцену Копылов. — Ты всё равно не вспомнишь профессора. Я в уме перебрал всех жильцов нашего подъезда, профессора я там не нашёл.

— Где там? — раздражённо спросила мама.

— В своём уме, мама.

Вадиму тоже хотелось поиграть. Он знал, что сейчас эту сцену по микрофонам слышит Медведев, и ему хотелось понравится режиссёру. Зачем стоять и молчать? Потом режиссёр скажет. — Способный актёр, но безынициативный. Вадиму надо проявить инициативу.

— А на пятом этаже, куда ты посылаешь людей, живут уголовники! — продолжал брать инициативу Вадим. — Куда ты их посылаешь? Они весь район в страхе держат!.. А в квартире напротив уголовников, живут алкоголики…

— Не алкоголики, а пьяницы! — приняла вызов молодого студента — выскочки, Михеева. — Большая разница!

— Сегодня пьяницы, завтра алкаши. — Копылову хотелось понравиться Михеевой так же. — В этом подъезде живут одни дегенераты!.. На четвёртом этаже живёт явный убийца. У него на лбу написано, что он убийца… Напротив дегенерата, анонимщик живёт. На всех в подъезде стучит…

— Ах, сыночек, сыночек! — Михеева решила подавить студента и перетащить одеяло на себя. — Что же ты, так о наших соседях отзываешься? Нехорошо! Сплетником становишься. Отец твой не был сплетником!.. Или был?..

— Я… Он… — растерялся Вадим.

— И помолчи, мальчик. Ещё наговоришься. У тебя вся жизнь впереди. Лучше матери не скажешь… Не все в нашем подъезде плохие люди живут. Напротив нас живёт порядочная семья… Галочка… Умница! Ждёт ребёнка! Продолжением рода занимается. Свой материнский долг выполняет! За все годы, что я её знаю, ни одного грубого слова от неё не услышала… И муж её порядочный человек. Ищет работу. Другие только жалуются на жизнь, а работу не ищут. Стасик ищет! И найдёт!..

— Уж не на меня ли ты намекаешь? — возмутился Вадим. — Два месяца не работаю, так она… И говорит и говорит!.. "Лучше её не скажешь".. А когда же учиться говорить, если мать родная перебивает? Ей ведите ли выговориться хочется. Мне может быть тоже хочется. А вот хочется!..

— Гражданин!.. Гражданочка!.. — перебил их Олег — Нам пора. Пора искать Шварца.

— Идите, милые! — участливо сказала мама. — Найдёте вы своего профессора. " Ищите и обрящите". Не обращайте внимания на моего сына. Во общем-то он прав. Наш-то подъезд ещё светики. В другие подъезды просто заходить страшно! По ночам стрельба, крики!..

— До свиданья, мамаша! — почти крикнул Олег.

Проверяющие повернулись и стали сбегать вниз.

— Подъезд козлов и фраеров! — перескакивая ступеньки ворчал Олег.

— Надо докладывать Муташу, что нашли и сюда больше не ногой — согласился Василий.

Они бежали по ступенькам быстро, но не добежали до подъездной двери. Им встретились " случайные прохожие" — Розенкранц и Гильденстерн. По сценарию " Антикурьера", их обязательно должны были встретить проверяющие и расспросить о Стасе. Роз и Кранс должны были вовремя начать подниматься по лестнице. Именно в тот момент, когда проверяющие начнут спускаться.

Папазян и Мансуров слышали весь разговор снизу, проверяющих с Михеевой и Копыловым, хохотали безмолвно, но когда услышали, что бандиты начали быстро спускаться, они стали быстро подниматься и возбуждённо между собой разговаривать.

— Вчера ограбили квартиру в нашем доме и на прошлой недели ограбили! — тяжело дыша, кричал Папазян. — Я вчера спросил начальника районного отделения милиции. — Когда вы начнёте следить за нашим домом?

— И что он ответил? — спросил, так же пыхтевший Мансуров.

— С сегодняшнего дня начнут. Возможно с вечера.

— Давно пора!

И в этот момент, идущие вверх и бегущие вниз, чуть ли не столкнулись лбами. Розенкранц и Гильденстерн остановились. Они были уверенны, что проверяющие остановятся и начнут допрос. Но те, прижав подбородки к груди, не желая светиться лицами, прошмыгнули между Попозяном и Мансуровым.

Актёры в отчаянии посмотрели друг на друга. Они так долго готовили ответы, придумывали тактику, стратегию и на тебе!… Всё коту под хвост!.. Вот так часто бывает, готовишь роль, зубришь текст наизусть, мучаешься, ночей не спишь, репетируешь, а руководство берёт и замораживает спектакль. Ну, невезуха так невезуха!

Проверяющие выскочили на улицу.

— Ты куда? — в злобе прошипел Олег.

— В машину, куда? — пугливо озираясь по сторонам ответил Василий.

— А номер телефона кто будет записывать? Тебе всё пофигу, я знаю, но Муташ этого не поймёт.

— Во, блин, я и забыл!.. Ты пойдёшь, или мне сходить?

— Сходи ты. Я слишком много энергии потратил на мудаков… Пока ты молчал. Иди ты, а я осмотрюсь. Хватит дёргать башкой по сторонам, в глаза бросается!

Василий подошёл к автомату и проверил — работает, или не работает? Работает. Василий записал номер телефона и вернулся к Олегу.

— Пошли? — с надеждой спросил он Олега.

— По инструкции, мы должны опросить гуляющих около подъезда.

— А на пупа, а на пупа? Всё и так ясно. Лучшего идиота чем Стас нам не найти.

— Согласен с тобой. — Олег что-то обдумывал. — Давай сделаем так. Сейчас пройдём всю конструкцию до конца, а второй раз сюда не приедем. Контрольной проверки не будем устраивать.

— Клёвая идея. С кого начнём?

— Давай с тех шахматистов. За столом которые.

— Нет, надо всё по инструкции. Начнём с того, кто ближе к подъезду. Вот с этой профурсетки начнём. Видишь, с псиной прогуливается?

Проверяющие причесались и подошли к Офелии.

— Здравствуйте. — Олег расплылся в улыбке. — Какая у вас собачка! Как кукла.

— Это Малый пудель. — ласковым взглядом посмотрев на собачку, ответила Лена.

— Я бы не сказал, что она маленькая. — решил сделать комплимент хозяйке Олег. — Есть и совсем маленькие.

— Я не имела ввиду рост собачки. Так порода называется — Малый пудель. Есть ещё две породы пуделей — Средний пудель и Королевский пудель.

— А что это у неё с хвостом? Какая-то волосатая шишечка?

— Это не шишечка. На конце хвостика ей оставили шерсть. Весь хвостик постригли а на конце оставили.

— Как зовут собачку?

— Зовут её Гела.

— А подавать голос она умеет?

— Умеет. — Лена щёлкнула пальцем и собачка тявкнула

— У ты, пуси, муси, туси! — Олег засмеялся и посмотрел на окна дома. — Мы ищем одного человека. Профессора Шварца. Он раньше жил на втором этаже… Справа.

— Я знаю кто живёт в этой квартире. — Лена тоже подняла голову вверх. — Там коммуналка. Не знаю, кто живёт в остальных комнатах, но в одной из них живёт Стас. Очень хороший юноша. Но он не профессор. Он романтик. И с богатым воображением… Год назад у него тоже была собачка. И тоже Малый пудель. Но только мальчик. Звали собачку Логой. Он часто гулял с ней около дома. И в это же время я гуляла со своей… — Лена стала импровизировать. Она вспомнила известную пьесу " Два пуделя" автора Злотникова и стала пересказывать её сюжет. — Мы гуляли с пуделями… Мы говорили со Стасом… Мы говорили, что наши собачки понравились друг другу, но имели ввиду совсем другое. Мы говорили на самом деле не о собачках, а о нас! Мы…

Лена вдруг умолкла. Она почувствовала, что роль чеховской дамы с собачкой, не пошла. Но почему? Ведь характер Анны Сергеевны Лена знает. И поступки её знает. Стоп!.. Ну, конечно! Ей нельзя было играть Анну! Ведь Медведев её отговаривал. Говорил чтобы она играла любой характер, женщины с собачкой. Это она сама настояла играть Анну. Медведев не стал спорить. — "Хочешь Анну? — Играй." — Настояла и не справилась. И она знает почему? У Чехова встретились два особенных человека. Анна Сергеевна и Дмитрй Дмитреевич Гуров. Оба интеллигентные люди. Духовные, образованные, ранимые, мягкие. Не могла Анна вести себя так с подонками, как она вела себя с Гуровым. Она с бандитами вообще не стала бы разговаривать. С другой стороны Анна Сергевна не знает, что говорит с бандитами. Это Лена Кравцова знает. А если Анна не знает, то и Лена не должна знать.

Не было репетиций! Вот ответ. У остальных актёров роли не сложные, а она на Чехова замахнулась!..

Лена теперь не знала, как дальше вести роль. Медведева не спросишь. Сейчас только одно надо сделать — поскорей договорить текст до конца сцены и уйти " за кулисы". Конечно всё это она обдумала за несколько секунд.

— Впрочем тяжело вспоминать. — быстро проговорила Лена. — Профессор в этом подъезде не живёт. Извините, нам пора домой, Гелочка спать хочет.

Лена подняла собачку и пошла к подъезду.

— Дёргаем отсюда! — жёстко сказал Василий. — Чего нам ещё выяснять? Все здесь какие-то вертонутые.

— Ладно пошли. К шахматистам подходить не будем, а к тем пацанам, которые в футбол гоняют, подойти надо.

На огромной площадке, напротив дома, актёрские дети играли не только в футбол, а ещё и дворовых мальчишек.

Проверяющие минуя шахматистов, направились к пацанам. Там были и девочки. Они играли зрителей.

Два пожилых человека даже не заметили, кто мимо них прошёл. Иван Сергеевич и Гиви Арчеладзе играли роли пенсионеров. Они сидели за столом напротив подъезда и играли в шахматы. Было неважно из какого подъезда они были. Главное, чтобы они были из этого дома и знали Стаса.

Иван Сергеевич и Гиви, так обычно к ним обращались в театре, были опытными актёрами, сыгравшими за свою творческую жизнь огромное количество хороших ролей. Да, и в " Гамлете", Медведев дал им замечательные роли. Полония и Первого актёра. Но всё равно они чувствовали неудовлетворение. Они не могли смириться с настоящим положением в театре. И поэтому, они с радостью согласились помочь Медведеву и Гриценко, поймать в ловушку спонсора. Они понимали, что если Муташев отскочит от театра, труппе сразу возвратят статус государственного театра. И с хорошими зарплатами. А чего ещё надо стареющим актёрам. Вернутся они к нормальному образу жизни и будут потихоньку доживать свой актёрский век.

Играли они соседей пенсионеров добросовестно. И только. Свою инергию они в эти роли не вкладывали. Пусть молодёжь вкалывает. Не наигрались в театре, пусть здесь поиграют. Молодёжь надо понимать.

Иван Сергеевич и Гиви были хорошими шахматистами и они так углубились в игру, что первый акт спектакля " Анитикурьер" прошёл без них. Они ничего не слышали и не видели, что творится вокруг. И когда проверяющие прошли мимо них, Иван Сергеевич и Гиви, уткнувшись в доску продолжали играть.

Подойдя к дворовым пацанам, Олег крикнул.

— Эй, марадоны, подойдите ко мне!

Мальчишки прекратили игру и уставились на дядей.

— Идите сюда, мы хорошие ребята!

Футболисты медленно подошли к проверяющим. Впереди всех стоял Вова, друг Медведева. Он ему определил главную роль.

— Ты что ли здесь главный? — спросил Олег.

— Мы здесь все главные. — ответил Вова.

— Это хорошо!.. — Олег оглядел всех пацанов. — В вашем доме наш приятель живёт… Стас… Знаете такого?

— А кто ж его не знает. — снова ответил за всех Вова…

— Он с вами тоже в футбол играет?

— Мы с дядьками не играем.

— А вы давно его знаете?

— С тех пор как стали здесь жить.

— А когда вы стали здесь жить?

— Когда нас из родильных домов привезли.

Все дети засмеялись.

— А вы крутые! — похвалил пацанов Олег.

— А вы " новые русские"?.. — Вова улыбнулся. — Угадал? Ведь вы "новые русские"?

— Угадал малец. — поддакнул Василий

— Дядя, дайте нам денег! — умоляюще попросил Вова.

— Дайте, дайте нам денег! — попросил другой мальчик.

— Зачем вам деньги? — недовольно спросил Олег.

Актёрские дети только этого и ждали. Им была поставлена задача запугать проверяющих просьбой о денежной помощи. Чтобы они больше сюда не вернулись. " Дворовые мальчишки" на перебой стали выкрикивать реплики.

— Мячи надо новые купить!

— И бутсы, и бутсы!

— И майки, и майки!

— Ворота надо поставить!

— И сетки натянуть!

— Мы забыли про гетры! Нам и гетры нужны!

— И свистки нам нужны… Девчонкам. Они судейская бригада!

— Ну, дайте денег! У вас же их много!..

— Дадим, обязательно дадим. — Олег и Василий стали пятиться назад.

— А когда дадите? — не унимались футболисты. — Сегодня или завтра?

— Завтра! — крикнул Олег. — Завтра вы получите деньги!

— Мы будем вас здесь поджидать! Целый день будем ждать и сегодня вечером будем вас поджидать. И завтра целый день вас будем ждать!

— Вы только не обманите! Принесите денег нам! Много денег принесите.

— Принесём, чёрт бы вас побрал! — заорал Олег.

Мальчишки повернули головы в сторону дома и вдруг все сразу как по команде смолкли. Вдоль дома шёл человек в милицейской форме. Это был Русинов. Ему досталась роль участкового. Гриценко ему где-то раздобыл милицейскую форму.

Проходя вдоль дома, "участковый" посмотрел в сторону мальчишек и двух посторонних мужчин, и остановился. Постояв немного, он решительно направился в их сторону. Подойдя к собравшимся, "участковый" недовольным тоном спросил.

— Что они опять натворили?

— Да, ничего мы не натворили, гражданин начальник! — Вова отдал честь участковому.

— Я тебе много раз говорил, чтобы ты меня не называл " гражданином начальником".Только уголовники такие выражения употребляют. У меня есть имя и отчество… Виталий Романович. — Участковый перевёл взгляд на посторонних. — А вы, граждане, из прокуратуры будете?

— Из прокуратуры. — Олег солидно кашлянул.

Участковый строго посмотрел на мальчишек.

— Идите играйте в футбол, а я тут с товарищами потолкую. И смотрите, чтобы у меня, ни-ни!.. Чтобы без этого!..

Молодые футболисты вернулись на площадку.

— Так значит вы того… Из прокуратуры? — участковый с почтением взглянул на мужчин.

— Да, мы из прокуратуры. — повторил Олег. — Майор Селезнёв. — Представился он милиционеру. — А это мой коллега, капитан Полищук.

— Лейтенант Плетнёв. — так же представился участковый. — Не спокойно в нашем районе, как говорится в таких случаях.

— А где сейчас спокойно. — Олег махнул рукой.

— Но мы, того… Всегда на чеку! — милиционер поправил фуражку.

— И мы всегда на чеку. — Олег поправил галстук.

— Всегда смотрим по сторонам. — участковый посмотрел по сторонам. — Не видать ли уголовников.

— И мы всегда смотрим по сторонам. Не видать ли… Но их всегда видать!

— Особенно с этим домом много проблем. Да, вы знаете сами, что я вам рассказываю.

— Да, знаем… Грабят!

— Уже четвёртую квартиру ограбили… Да, вы знаете, что я вам говорю.

— Знаем. — вздохнул Олег. — Всё знаем.

— Я так понял, что вы уже начали наблюдение?

— Кто начал? — неуверенно спросил Василий.

— Ну, как… Прокуратура начала.

— Конечно, конечно! — спохватился Василий. — Мы начали. Поэтому мы здесь… А милиция начала?

— С сегодняшнего вечера начнёт.

"Офицеры правопорядка" немного помолчали.

— Люди в доме живут приличные. — сказал участковый. — Правда кое кто не работает, да это сейчас обычное дело. Работу найти трудно… Свиридов, из первого подъезда нигде не работает, Прохоров из второго… Вот из этого Стасик Кольцов. Сегодня не работает, а завтра уже в банде. Вот проблема… А мы следи, чтобы человек не заблудился, по скользкой дороге не пошёл.

— Такая наша сыщичецкая жизнь. — махнул рукой Василий. Олег гневно сверкнул на него глазами.

— Какая жизнь, извеняюсь? — переспросил милиционер.

— Жизнь сыщиков, он имел ввиду. — ответил Оллег.

— Интересное слово! — " Сыщичецкая". Новое слово, сильное слово!

— Много интересных слов услышишь. — наиграно задумчиво сказал Олег.

— Особенно в вашей прокуратуре. Там учёные люди собрались.

— В этом вы правы, мы все учёные.

— А вы из какой прокуратуры, извиняюсь за любопытство? Из районной, или из генеральной?

— Мы из генеральной. — Олег гордо поднял голову.

— Вам и платят на много больше. Вон какие костюмчики носите.

— А завидовать не надо, лейтенант! — Олег посмотрел на часы. — Ну нам пора. До встречи, господин Плетнёв.

— До встречи господа.

Пока Олег и Василий прикуривали сигареты, участковый повернулся и пошагал к дому. Проверяющие не торопились уходить. Они не хотели, чтобы участковый увидел их машину в которую они собирались садиться. Отойдя метров на пять, участковый вдруг остановился, повернулся и громким голосом сказал.

— Я не завидую… А вы знаете, что такое участковый? Это постоянное общение с криминалом. В той квартире подрались, в той накурились анаши. Там музыка целую ночь бубнит и людям спать не даёт. В подъездах алкаши распивают бутылки. И все мне жалуются. В районное отделение не звонят, знают, что там такими мелочами заниматься не будут. Мне звонят… Подъезжают к подъездам какие-то сомнительные машины. Тащат в дом какие-то сомнительные ящики, чемоданы. Одного застукал. Попросил открыть чемодан, а там ворованная чёрная икра. Из того магазина, что за день ограбили… И все угрожают!.. Все!.. И обиженные и потерпевшие…

Театральные дети перестали играть и как вкопанные слушали дядю Диму. Их родители говорили им, что дядя Дима хороший актёр. Дети были подобраны, от семи до десяти лет, поэтому они уже были в состоянии понимать, чем занимаются их родители. Они наблюдали, сидя на полу, приготовления актёров к своим ролям и сейчас они поняли, что дядя Дима начал свой финальный монолог.

Их родители не хотят, чтобы они шли по их стопам и становились актёрами, но каждый из мальчишек и девчонок, стоявших на спортивной площадке, тайно был уверен, что когда он вырастит, обязательно станет актёром или актрисой! А здесь такая возможность поучиться актёрскому мастерству!

Они завороженно смотрели на дядю Диму. Они знали, что он начал свой финальный монолог.

— Как-будто я во всём виноват!.. — продолжал Русинов. — Они ограбили, а я во всём виноват… Участковый для жильцов, что отец… Или брат, или дедушка… Все проблемы жильцов — это мои проблемы. Проблемы участкового…

Русинов всю ночь готовился к роли участкового. Размышляя, он сам понял суть работы " домашнего милиционера". Как актёр понял. Может быть он идеализировал профессию участковых, но такая уж его профессия, искать лучшее во всех характерах, прежде чем найдёт худшее.

— А вы знаете, скольких я спас от тюрьмы в моём районе? А вы знаете сколько я сохранил семей моих жильцов?.. Я представитель законной власти для всех жильцов этих домов!.. Кого поддержать морально, кого попугать, кого помирить, кого наставить на путь истинный… Вот они у меня где! — милиционер постучал себя по левой стороне груди. — Они моя боль, моя совесть, моя жизнь!.. Простите, Христа ради за болтливый язык!… А я вам не завидую, это я так про костюмчик… Мой костюмчик на мне! Костюмчик участкового! Мне в нём удобно и я чувствую в нём очень хорошо! И мне другой не нужен…

"Участкового" голос дрогнул. Он вытащил платочек из кармана и стал им протирать глаза. Театральные дети взорвались аплодисментами. Они совершенно забыли обстоятельства! Дети с восхищением смотрели на дядю Диму. Проверяющие совершенно обалдевшими глазами смотрели, то на участкового, то на футболистов.

Русинов сначала остолбенел, потом взял себя в руки и стал исправлять положение.

— Смеётесь? — гневно спросил он ребят. — Издеваетесь? Клоуна из меня хотите сделать? Здесь вам не цирк!.. Я к вам по человечески, а вы…

Он резко повернулся и пошёл прочь. Проверяющие быстрым шагом подошли к своей машине и юркнули туда. Василий завёл мотор и они поехали в сторону муташевского офиса.

— Не надо нам заниматься двойной проверкой! — раздражённо сказал Василий. — Повяжут нас!

— Не приедем мы сюда больше. — Олег что-то обдумывал.

— И хорошо! — облегчённо вздохнул Василий. — Как тебе эта муташевская конструкция? Он не хрена не соображает! Зачем нам такая конструкция?.. Жене курьера мы свои лица показали, соседям показали, с собачкой… Этой… Показали… Показали пацанам. Мало этого — менту, показали!.. Да, ещё со всеми, Стаса упоминали!.. — " Посмотрите, надеюсь вы мою рожу запомнили?.. Не запомнили? Так, когда Стас исчезнет, вспомните!" Забыли всем паспорта показать!

Проверяющие ехали к Муташеву. Долго молчали.

— Извини, Олег, я тебя никогда не спрашивал… Ты за что на зону попал?

— За мошенничества… А ты?

— За тоже самое… За спекуляцию. Сейчас за это не сажают. Сейчас за это ордена дают!

Друзья снова замолчали.

— Мне сразу не понравилось, что Муташ поручает нам это дело. — Василий нервно закурил ещё одну сигарету… Мы с тобой соучастники убийства. Не Муташев смотрит в глаза курьерам, а мы… А мы не только смотрим в глаза курьерам, мы разговариваем, шутим… А их потом убивают!

— Что ты предлагаешь? — Олег посмотрел в глаза Василия.

— А ты что?.. Мы с тобой давно знаем друг друга. — Василий задумался. — Ты меня приобщил к этому… К Муташу… Мы с тобой мелкие мошенники. Мелкие воры. Ты закончил политехнический, я машиностроительный… У Муташа есть все основания нам не доверять. Кончится тем, что и нас уберут. Как свидетелей.

— Когда мы работали на его бизнес, он нам доверял.

— Сейчас всё поменялось. Сейчас он, нас выбрал вербовщиками. Дела у него плохи. Ему не на кого положиться… Короче, что будем делать?

— Ничего не будем делать. — Олег радостно хлопнул себя ладонью по лбу. — Всё само сделается… Я узнал её! Я узнал жену Стаса!..

— В каком смысле?

— В таком… Знаешь кто это?.. Артистка из театра " Превращения". Та, которую Муташ хочет трахнуть. Я её по голосу узнал… Он как-то сидел с ней в ресторане… Я там тоже был. За соседним столиком сидел… Сижу и слышу, она вдруг заревела и причитает. — "Что же мне делать, что же мне делать?" — От муташевской жизни её в отчаяние бросило!.. Сегодня она тоже самое вопила… Помнишь?

— Припоминаю… — Василий прикрыл глаза.

— Сегодня мы с артистами разговаривали!.. Ты понял, какую ловушку они готовят Муташу и Лешему? Так это же потрясающе! Это наше спасение!

— Какое спасение!.. Мы соучастники!. - возразил Василий.

— Какие соучастники?.. В чём? Мы работаем на Муташа… Мы выполняли его задание!.. Да, мы соучастники! Но мы заранее знали, кто такой Стас и кто такая его жена!.. Это мы докажем… Знали и не сказали Муташу! Это уже смягчающие вину обстоятельства!.. Лучше так!.. Чем в гроб ложиться… Да не надо ничего доказывать ментам. Мы только агента фирмы по приёму на работу новых сотрудников… Запомни, Вася, мы агенты. А что было потом и что случалось с курьерами, мы не знаем. Нам никто не докладывал. Таким образом, в этом раскладе, мы уже не соучастники, а обманутые служащие… На допросах надо будет говорить — " Какой же подлец, этот Муташев и его банда! Они убивали курьеров! Убийцы проклятые!"… Повтори…

— Убийцы проклятые!

— Если нас допрашивать будут отдельно и тебе скажут. — " А Олег сознался, что вы знали, о том, что курьеров убивают как свидетелей" А ты им — " Олег знал, его и допрашивайте"… Повтори…

— Олег знал, его и допрашивайте — серьёзно повторил Вася.

— Так несознанку и держи…

— Понял… Так ты узнал артистку и дёргался… Я видел, как ты задёргался. Как ты искренне испугался.

— А знаешь почему? — Олег посмотрел в небо. — Я десять лет ходил в народный театр! Играл там роли! В какой стране ещё были народные театры? При домах пионеров, при доме офицеров, в клубах заводов и фабрик… Кто только не ходил в наш народный театр. И слесари, и токари… Инженеры, директора заводов… Врачи, бухгалтеры, разнорабочие… Конечно мы не были профессионалами, но кое чему я научился. Я заразился их игрой… Они классные профессионалы! Они стали нас запугивать. Они хотели отбить у нас охоту делать повторную проверку. И я им подыграл… И хорошо подыграл. Я сыграл — испуг… И они поверили моему испугу. Выходит я не даром посещал народный театр… Мы, с тобой, по одну сторону баррикады с ними… Вспомни себя до перестройки… Мы были порядочными людьми. И уверен, таковыми мы и остались…

— Тогда ты гениальный актёр! — Василий поднял вверх указательный палец. — Я поверил, что ты испугался… Глядя на тебя, я сам испугался…

— Я не гениальный актёр… Я тогда по настоящему испугался… Я только сейчас понял, кто такая жена Стаса. Тогда я этого не знал… Я не гениальный актёр…

— Что будем делать?

— Сейчас мы едем к Муташу. Доложим, потом обдумаем положение… Наша сверх задача, как говорил Станиславский — остаться живыми!…Поехали скорей, Муташ Ждёт!

РАЗБОР ПЕРВОГО АКТА " АНТИКУРЬЕРА"

Все занятые в спектакле " Антикурьер" сидели в той же комнате, где они гримеровались, переодевались, и обсуждали прошедшие события.

— Нам нельзя расходиться, это моя уверенность! — убеждала всех раскрасневшаяся, Михеева. — Я уверена, что они придут сюда снова! Я не согласна с Русиновым, что они ушли отсюда, насмерть напуганные.

— Иван Григорьевич, обрисовал нам их, как жестоких и безжалостных ублюдков. — не соглашался с Михеевой, Русинов. — Такие люди не ведают страха. Я где-то читал, что страх испытывают те люди, которые что-то понимают в этой жизни. У Гоголя присутствовал страх, может быть он поэтому сжёг вторую часть " Мёртвых душ"! Ему стало страшно, что он написал!

— Он сжёг свой труд не поэтому. — раздражённо воскликнула Михеева. — Он сжёг свой труд потому, что понял бессмысленность своего творчества.

— Хочу вам всем сразу сказать. — поднялся с пола Гриценко. — Я должен перед вами, всеми, извиниться. Олег и Василий никого не убивали. Никого не насиловали, никого не избивали. Это ваш глубокоуважаемый режиссёр попросил меня сгустить краски. Он видите ли, хотел ввести крайние обстоятельства. Проверяющие в сущности даже не уголовники. Да, они сидели в лагере общего режима, но по мелочёвке. Муташев сейчас использует их в своих целях, потому что они имеют высшее образование. У него таких мало, а вербовка дело деликатное. Светланов, как я теперь понял, в муташевских криминальных делах принимать участие не хочет…

— А кто такой, Светланов? — поинтересовалась Кравцова.

— Он возглавляет отдел безопасности фирмы.

— Я сгустил краски, — перебил всех Медведев — для того, чтобы актёры были предельно осторожны.

— Ладно оправдываться. — махнул рукой Русинов. — Ты всегда сгущаешь краски.

— Сегодня будет вечерняя репетиция? — спросил всех, Иван Сергеевич.

— Конечно будет! — воскликнул режиссёр. — Только где? Если мы уходим отсюда, репетировать будем в театре, если не уходим, репетировать будем здесь… Решайте!

— Да, что там решать! — сказала Михеева. — Отсюда уходить нельзя, значит репетировать " Гамлета" будем здесь.

— Все так думают? — Медведев посмотрел на актёров. — Кто против, поднимите руку.

— Как на партийном собрании. — иронизировал Русинов.

Руку никто не поднял. Иван Сергеевич Прохоров, народный артист России, поднялся с пола.

— Пойду в туалет. — пройдя несколько шагов он остановился. — Спасибо Медведеву, спасибо Гриценко, за то что втянули нас в это дело!.. Я играл с Гиви в шахматы… Я… К нам они не подошли, но… Мне тогда было всё равно… Сейчас я понял, что мне, не всё равно! Многие актёры, и я в их числе, отучились уважать свою профессию. Сейчас театр развлекает зрителей. Русский театр никогда никого не развлекал! Что такое русский театр? Как точно сказал наш режиссёр! — " Это наша безусловная жизнь в нашем обществе". В нашем обществе! У нас одинаковые проблемы, одинаковое веселье, одинаковые страхи. У нас одинаковые духовные проблемы!… Я что, умирать начал? Я играл в шахматы, и меня совершенно не трогало, чем заняты мои партнёры? Какую сцену они сейчас играют?.. А ведь они рисковали жизнью!.. Скоро позвонят Митрофану и он поедет к бандитам… Он поедет спасать театр… А я… Убивать таких актёров, как я, надо!..

— Наговариваешь ты на себя! — перебила его Михеева.

— Наговариваю?. - крикнул Прохоров. — А зачем тогда всё это?.. Зачем тогда нужна наша профессия? Хорошо рольку сыграть?.. Сыграл хорошо рольку и успокоился!.. Вот и профессией своей позанимался… " Ах, какой молодец Прохоров!.. Роль у него, получилась!..".. Конечно получилась!.. И покричал малость, и всплакнул там где надо!.. И правительство покритиковал в меру!.. И про русскую нацию несколько пакостных слов сказал!.. И погрозил пальчиком с экрана американцам… Убивать таких актёров надо!

Прохоров вышел из комнаты. Михеева и Арчеладзе последовали за ним.

— Надо бы дроздовского человека подменить. — после некоторого молчанья, сказал Гриценко. — Он дежурит около подъезда, на случай если проверяющие вернутся.

— Я пойду! — Лена Кравцова поднялась с пола, подошла к собачке и стала надевать на неё ошейник. — Пусть другие отдыхают. Я сегодня плохо сработала. Анну Сергевну вздумала сыграть с уголовниками. Хороший дуэт — Анна и уголовники. Пыталась корчить романтическую рожу!…

— Я понимаю, о чём ты… — лёжа на полу, на пиджаке и глядя в потолок, сказал Папазян. — Ты умозрительно придумала себе партнёров. Я слышал, как ты репетировала…

— Ты прав, Сурен. Я даже не придумывала их. Я только собой занималась. Я совершенно не думала, как бы себя повела Анна, встретившись с уголовниками.

— Опыт получила. — успокоил её Мансуров. — Опыт в бою.

— Ну я пошла на свой пост. — Лена потянула поводок собачки.

— Я с тобой пойду. — Русинов поднялся с пола. — Вот только думаю, в милицейской форме идти или переодеться?

— Так иди. — посоветовал Олег Мамонтов. — Тебе идёт офицерская форма.

— Никогда не играл офицеров. — Русинов надел фуражку.

— Я тоже с вами. — Гриценко пошёл к выходу. — Надо поблагодарить СОБРовца.

— Они что, все из СОБРа? — спросил Медведев.

— Из СОБРа. У моего шефа везде связи.

Лена, Русинов и Гриценко вышли из квартиры. Выйдя из подъезда, они увидели сидящих на лавках вокруг стола, Михееву, Прохорова и Арчеладзе. Они о чём-то возбуждённо беседовали.

— А где наш оперативник? — подойдя к ним, спросил Гриценко.

— Он только что зашёл в подъезд. — ответила Михеева. — Я думала, что вы с ним столкнулись. Он обрадовался замене часовых. — Она снова посмотрела на Прохорова. — Тебе-то говорить, что ты циник, совсем не годится.

— Это потому, что я за всю жизнь не сыграл ни одной главной роли! — продолжал изливать душу, Иван Сергеевич. — Полоний, герцог Бекингем, Сведригайлов… И таких у меня ролей, десятки. Хоть одну главную роль, актёр за свою жизнь должен сыграть. Главная роль — это сам автор. Часто главной ролью автор, рассказывает о своей жизни. Актёр, когда играет такие характеры, как Раскольников, князь Ростов, Гамлет, он проживает не только их жизни, но и свою собственную… А я, ни разу не прожил своей жизни на сцене.

— Но ведь каждая роль — это целая жизнь! — возразила Михеева. — Небольшая жизнь, но всё-таки, жизнь!

— Ты меня не понимаешь. Я прожил прекрасную творческую жизнь, но… Как бы тебе сказать?.. От моих ролей не зависела судьба пьесы, судьба спектакля… Возьми Парфирия Петровича. Огромная роль? — Да… Но он не Раскольников! Он не убивал старуху. Он не сделал преступления… И не понёс наказание… Парфирий не прошёл путь от убийцы, до Иисуса Христа!..

— Сдались тебе эти главные роли! — вскричала Михеева.

— Но ты ведь сыграла " Леди Макбет Мценского уезда"? — крикнул Прохоров. — Одна такая роль, чего стоит!..

— А ты сыграл Ленина! — не выдержала Михеева. — Одна такая роль чего стоит!.. И в театре его играл и в кино его сыграл!

— Это не роль!.. — крикнул в ответ Прохоров. — Это моё заверение советской власти, в мой преданности!.. Не напоминай мне больше эту гадость! Я с тобой поссорюсь!.. Или напомню тебе, Любовь Яровую!..

— Не буду!.. Извини, Ваня!..

Все стояли слушали Михееву и Прохорова и молчали.

— Я пойду. — тихо проговорил Гриценко, после долгой паузы. — Проверю охрану. В каждой квартире находятся наши люди…

Гриценко пошёл к подъезду.

— Пойдём и мы? — Прохоров поднялся с лавки. — Думаю, что репетировать будем здесь.

— Вы идите, а мы с Леной здесь постоим. — Русинов посмотрел на Лену. — " На атасе" постоим. Если что, зовите нас.

Арчеладзе, Михеева и Прохоров повернулись к подъезду, чтобы уйти, но в это время рядом с ними остановился "Жигуль" и из него вышли, Павлик, Антон и Миша. Другими словами от туда вышли — Франциско, Бернардо и Марцел. Друзья Гамлета.

— Привет, партизаны! — Павлик захлопнул дверцу машины.

— Ух, ты!.. Здравия желаем, товарищ милиционер! — козырнул Русинову Миша.

— Я участковый этого района. — солидно проговорил Русинов. — Прошу ко мне со всем почтением!.. А вы что здесь делаете? Предъявите ваши документы!

— Ух, ты!.. "Фу ты — ну ты." — Павлик стал выкрикивать реплики Пятигорова из чеховской "Маски" — " Испугал! Ей-ей, испугал! Даже поджилки трясутся. Ты откуда такой выискался? Разве я тебя звал?"…

— "Попрошу не тыкать!"… — пытался вспомнить диалог Русинов. — " Мы не в хлеву!.. Я прикажу вывести вас!

— Откуда вывести? — засмеялся Павлик. — Куда можно вывести с улицы?

— Проваливали бы вы подобру поздорову! — продолжал серьёзно Русинов.

— Не могу, товарищ унтер. — Павлик полез в сумку и вытащил арбалет. — Вы меня выгоняете, а если придут ночью бандиты, без нас вам не справиться.

— Ты с ума сошёл, Паша! — Михеева испуганно стала оглядываться по сторонам. — Это же оружие! Если увидит кто, тебя арестуют!

— А интересно. — Прохоров протянул руку. — Дай посмотреть. — Павлик передал ему арбалет. — Каким оружием его можно считать? Холодным или горячим?

— Если так, как есть выпустить стрелу, то холодным. Если перед этим принять на грудь сто пятьдесят грамм водки — то горячим. — высказал предположение Русинов.

— Я тоже себе кое — что припас. — Миша вытащил из кармана костет.

— А у меня свой. — похлопал себя по задниму месту Антон. — " Макаров".

— В кого вы собираетесь стрелять, мальчики? — испуганно спросила Михеева.

— Не боись, Мария Фёдоровна. — улыбнулся Павел. — Это мы на всякий случай.

— И это мы тоже на всякий случай принесли. — Миша потряс большую спортивную сумку.

Послышался звон бутылок.

— Что там звенит? — ужаснулась Михеева.

— Там звенит водка, вино, пиво… Надеюсь закуска у вас есть?

— Полный холодильник. — не скрывая радостного возбуждения, ответил Русинов.

— Мы что сюда, пьянствовать приехали? — возмутилась Михеева.

— А ты вспомни, Мария, — в свою очередь возмутился Антон — когда первый день наших гастролей протекал в сухую?

— Не припомню. — смешалась Михеева.

— То-то и оно!.. По двадцать капель на ночь пропустить не грешно.

— Не грешно?.. — повысила голос Михеева.

— Не грешно.

— Так чего же мы ждём?

— Как то есть, чего?

— Почему не идём и не пропускаем по двадцать капель? — крикнула Михеева.

— Да, действительно, молодые люди. — поддержал Марию Прохоров.

— Если маститые актёры приказывают, мы подчиняемся! — Миша взвалил сумку на плечо. — По коням?

Вся компания пошла к подъезду.

— А кто здесь останется? — спросил Русинов.

— А зачем? — удивился Павлик.

— Гриценко просит, чтобы кто-нибудь подежурил здесь часиков до десяти. — ответил Арчеладзе. — Вдруг бандиты снова захотят прийти!.. Хорошо, идите я здесь останусь.

— Гиви у нас не пьёт. — сказал Русинов. — Оставайся Гиви, я тебя через пол часа сменю.

— Договорились.

Арчеладзе вернулся к столу, остальные вошли в подъезд.

В большой комнате, на третьем этаже началась серьёзная работа. Кто-то сказал, "что предчувствие страдания, причиняет больше страдания, чем само страдание." Процесс приготовления к выпивки у русского человека вызывает больше восторга и радости, чем сама выпивка. Загремели ложки, вилки, стаканы и тарелки. Из холодильника вытаскивали продукты и клали на стол. Кто-то резал колбасу, хлеб и всё остальное, кто-то разливал содержимое бутылок и по стаканам. Все острили, смеялись и были очень возбуждены. Только один Гриценко был мрачен.

— Товарищи, работники театра, — обратился он ко всем — рано мы начали веселиться! Дело очень серьёзное!

— Я согласен с Иваном. — сказал Медведев. — Если и пить, то немного!

— Бояться во общем-то нечего! — продолжал сыщик. — За офисом Муташева установлено наблюдение. Если начнётся негативное для нас движение, мы сразу об этом узнаем и операцию "Антикурьер" отменим… Это моя забота. Вам надо репетировать? Репетируй- те… Каждый должен заниматься своим делом…

— По твоему мы не своим делом занимаемся? — раздражённо сказал Медведев.

— Извините! — Гриценко уставился в пол. — Конечно мы все, занимаемся одним делом…Надо не забыть подойти к десяти часам к автомату на улице.

— Не забуду. — заверил его Митрофан.

— Всё, я пошёл. — Гриценко подошёл к двери. — Желаю хорошей репетиции… Надеюсь, много пить не будете.

— Мы не будем репетировать! — сказал Медведев. — Репетиция отменяется.

— Почему? — удивился Мансуров.

— Потому что выпившими репетировать нельзя! — отрезал режиссёр.

— Тогда отменяется выпивка. — грустно сказал Русинов.

— Отменяется. — поддержал его Митрофан. — Пьянство переносится до завершения спектакля " Антикурьер".

— Согласны. — Русинов обвел всех взглядом. — "А счастье было, так близко!"

Гриценко вышел из комнаты.

— Что будем репетировать? — спросила помреж.

— " Мышеловку". — Медведев встал на середине комнаты. — Я вам говорил, что будем играть. Создавать атмосферу заговора вокруг Клавдия… Теперь будем искать подробности…

РАЗГОВОР НА ТРОИХ.

Разговор проверяющих с Муташевым, происходил в кабинете шефа. И Олег, и Василий держали в руках записные книжки и ручки.

— Я доволен вами! — Муташев курил сигару. — Ну как там он?

— Изучили комнату курьера. — Олег смотрел в книжку. — Кретин живёт в коммуналке… Жена его, беременна. Небольшой скандал между ними… В комнату забежал сосед. Тоже кретин. Потом соседка, кретинка. Балаболка… Все квартиры обошли по твоей конструкции. На лестничной площадке встретили двух кретинов. Поговорили. Курьера знают давно… Затем на улице… Собаку с кретинкой расспрашивали… То есть, кретинку с собакой…

— Жена курьера, красивая, стройная? — спросил Муташев. — Глаза голубые?

— Она очкастая. В каком-то кретинском платочке… Прям как из деревни. Ртом всё время дёргала. — Олег показал, как. — Психованая какая-то…

— Говорите, и на улице проверяли? — Муташев проницательно взглянул на Олега.

— Так я же говорю, Совдат. Девка выгуливала псину.

— Дети были во дворе?

— Были. В футбол играли. Стаса знают. Он с ними много лет в футбол играет.

— Зачем с детьми играет? — Муташев хитро прищурился. — Не показалось ли вам, это странным?

— Странного в этом ничего нет. Я тоже как-то играл с пацанами.

— Хороший ответ!.. Это говорит о вашей сообразительности!

— Потом с местным участковым разговорились. Тоже кретин… Стаса знает давно.

— Какой участковый? — вскрикнул Муташев. — Какого шакала вы попались на глаза участковому? Отвечайте!

— Это не он… Не мы попались ему на глаза… Он нам попался… А что нам было делать?.. Стоим, проверяем пацанов, вдруг откуда не возьмись, участковый! Он подумал, что мы из ментовки. Подошёл, чтобы выслужиться. Поближе познакомиться с работниками прокуратуры. Стал спрашивать про мальчишек. Мол, чего мы стоим около них? Не натворили чего пацаны?.. Мы говорим, что не натворили. После этого он с нами разговор завязал… Ты что, хотел, чтобы мы от него драпанули? Вот тогда бы точно подозрение было!

Муташев долго ходил взад и вперёд по сталински.

— Молодцы!.. Я проверял вас. Правильно, что не побежали! Менты не дураки, они своё дело знают. Если побежал, значит виновен… Это как с собаками… Не беги! Если побежишь, собака подумает, что ты виновен и будет тебя догонять. Она не дура. И менты не дураки… Я тоже… Вижу, что человек побежал, мне хочется догнать его… Если бы побежали от мента, он бы бросился вас догонять. Он не дурак. Противника нельзя недооценивать. Он не кретин… Он конечно кретин, но относиться к менту надо, не как к кретину…

Муташев остановился и долго смотрел в окно. Потом, как бы размышляя, продолжил.

— Надо смотреть в корень проблемы… Противника надо изучать. Смотрите на всё, с дипломатической точки зрения… С политической. И ничего не рассматривайте второпях… Продолжайте доклад, товарищи… Я хотел сказать — господа.

— Подошёл мент. — Олег чеканил каждое слово. — Поздоровались с ним, разговорились. Он нас спросил — "Вы из ментовки?" Как говорится, вы не ментами будете? — Мы говорим. — "Да, мы ментами будем"

— Почему он так спросил? — Муташев остановился.

— Он нас с кем-то спутал.

— Вы поддержали его заблуждение?.. Что вы из ментовки?

— Поддержали Совдат. Мы сказали ему, что мы из ментовки.

— Разумно!.. Он поверил, что вы из органов?

— Поверил, Совдат. В конце разговора нам честь отдал.

Муташев сел в кресло.

— Я доволен вашей работой… Вы сделали серьёзную проверку… Этому курьеру можно доверять… И дому можно доверять… Когда вы снова выходите с ним на связь?

— Мы сказали, что позвоним ему сегодня вечером. — ответил Василий. — В часиков десять… Мы же думали, что он понадобится тебе уже завтра?

— Правильно думали. До десяти мы решим. Я сейчас еду на встречу в верхах….

— Ты хотел сказать " на встречу в низах" — поправил его Олег.

— Ты прав! — согласился Муташев. — В низах…

— Ты, верховный едешь к остальным. — подытожил Олег.

— Молодец, Олег! Правильно понимаешь расклад… Я еду в низы… Там мы и решим… А когда вы поедете туда с контрольной проверкой?

— Мы?.. — Олег лихорадочно придумывал ответ.

— Ну, не я же! — раздражённо сказал Муташев.

— Мы поедем в часиков восемь.

— Поезжайте, дорогие.

— Поедем. — решительно сказал Олег, а про себя подумал. — " Отсосёшь хрен ты у пожилого ёжика. Сам едь-периедь!".

— Проверите и сразу ко мне. Ресторан "Русский"… Знаете такой?

— Так кто ж его не знает.

— Встреча в низах будет проходить там. Подойдите к ресторану к десяти… Нет, в половину десятого. И тусуйтесь там. В ресторан не входите. Я сам выйду. Выйду и скажу наше решение. Где и когда нам понадобится курьер. Вы поедете к нему и обговорите все детали с ним, на завтра.

— В третий раз ехать?

— Если надо и в пятый поедете.

— Как скажешь Совдат. — согласился вслух Олег, а сам подумал — " И звонка будет довольно. Ишь, разбежалась, крыса курчавая!".

— Идите с Богом, дорогие.

— С Аллахом, что ли? — поинтересовался Олег поднимаясь со стула.

— С кем хотите, с тем и идите… Погодите. — вдруг вспомнил верховный. — Главное выяснили?.. Кто у лоха родители?

— Выяснили. — Олег посмотрел в книжечку. — У лоха родители бакланы. Лох сам сказал так про своих родителей. Чернь… Толпа… Стадо… Да он с ними не живёт. Если пропадёт их сынишка, они даже не дёрнутся…

— Молодцы! — изрёк после пауза Муташев. — Все свободны.

Проверяющие вышли из кабинета. Муташев повернулся к окну.

— " Мы сегодня всё решим в низах " — процитировал он сам себя вслух. — " Хорошо сказал! Эти тараканы даже рты раскрыли в восхищении, глядя на меня!.. Что он там про Аллаха иронизировал?. Хорошая идея! Рано или поздно придётся обратиться к Аллаху… Но время терпит. Ещё ничего не случилось… Вот когда случится, тогда и обращусь."

ВСТРЕЧА В В НИЗАХ.

Ресторан " Русский" был построен недавно. Хозяин Грузин, сначала назвал его — "Грузинский", но посетители приходили в основном русские. Ресторан находился за городом, на отшибе, а грузины предпочитали собираться в самом центре столицы. Им был необходим зритель. Ну что это за выезд в общество в мерседесе, если кроме деревенских кур никто не увидит. Конечно надо было поддержать земляка в его ресторанном начинании, но ехать за окружную дорогу уж больно не хотелось.

Русские туда ехали с удовольствием. Хозяин терпел непредсказуемых клиентов, но бизнес есть бизнес! Пришлось скрепя сердцем заведение переименовать.

В ресторане был общий зал для всех и отдельные кабинки для избранных. Для очень богатых.

Спонсор и Леший сидели в дном из кабинетов, ели, деликатесы и пили самые дорогие горячие напитки. Муташев подробно рассказал Карабуту историю с Пуговым, со Смелянским и Мордастым.

— Пугов жив, Пугов жив!.. — раздражённо заговорил Леший. — Сука позорная! Как он может жить? Его похоронили, закопали, а он жив!.. Он знает про нашу тему " Курьер"?

— Ну, если ты ему не сказал!.. Я ему не сказал!.. А ты сказал?

— Не гонашись, Совдат. Мы должны всё учитывать… Ты разузнал подробности, через своего помощника, мента?

— Одни только предположения.

— Надо узнать!

— Некогда узнавать! Надо поскорее переправлять товар и бежать следом за ним!

— Дело говоришь… Всё фуфло… Пугов — самое фуфлыжное!

— Сейчас мы ничего не выясним… Надо время…

— А времени у нас нет… Лады. Как-нибудь займёмся этим.

— Из-за границы. — уточнил Муташев.

— Из-за границы. — согласился Карабут. — Перетрём наши текущих дела… Курьера мы нашли… Ты нашёл. — Лицо Лешего было серьёзно и расслабленно как у американских актёров когда они играют итальянских мафиози. Леший об этом знал. — Когда будем начинать?

— Ты, Виктор Яковлевич, лучше меня знаешь правила этого заведения. — Муташев посмотрел по сторонам. — Нас никто не прослушивает?

— Ты же не патриот родины, и не националист, кому ты нужен, чтобы тебя прослушивали. Не бзди. Можешь бакланить как у себя дома.

— Я у себя дома, тоже стараюсь держать язык за зубами.

— Тогда давай закончим нашу встречу… Или на языке немых давай говорить.

— Да, выхода у нас нет. — Муташев отхлебнул глоток коньяка. — Начинать будем завтра.

— Хотя бы за два дня предупредил!

— Спешить надо!.. Ты же знаешь кто звонил мне сегодня? Я тебе целых полчаса рассказывал! Смелянский звонил. К нему Мордастый приезжал…

— Тот самый?

— Да, ты что издеваешься? Тот самый. Вышел из машины напротив его магазина и долго прохаживался. Как-будто делал последнее предупреждение… Мне что, всё сначала тебе рассказывать? Наша игра " Курьер" многим не нравится. Генерал Пугов разгадал нашу игру с его сыном… И Мордастый с ними.

— Я это уже слышал.. — Леший принялся за шашлык.

— Гордый какой. — расширил глаза Муташев. — Не посчитал нужным встретиться со Смелянским, а по телефону предупредил… Говорю тебе, Мордастый на стороне генерала. Спелись… С кем спелся, шакал! С ними за одно премьер министр. Сильные мира сего… Что будем делать?

— Спать. — ответил Леший — Один умный человек в зоне говорил мне. — Когда большие неприятности мне светят, я иду на шконку и ложусь спать. " Утро вечера мудренее".

— Как бы нам с тобой не проснуться на нарах!

— А чего тебе бояться нар? Ты в законе. Тебе будет в зоне хорошо. За сколько купил "Вора в законе"?

— Я не покупал. За меня серьёзные люди проголосовали. Ты первый!.. А что, в зоне всё будет не действительно?

— Действительно, Совдат, можешь не волноваться. Ты же сдаёшь деньги в общак. А это главное.

— В зону я не пойду. Мне наплевать, как там ко мне будут относиться.

— Я знаю чего ты хочешь. Ты хочешь за бугор слинять. И линяй!.. Я тоже слиняю. Особенно после твоего заявления о Мордастом. Солнцевской банде всегда покровительствовали власти. Может быть они и были, и сейчас есть — правительство!.. Сделаем дело и валим. Сделаем ноги туда вместе. Ты закажешь билеты или мне этим заняться?

— Я уже заказал…

— Я завтра же займусь этим. Нам нужно самим проконтролировать полученную сумму в Англии. Я сам их положу на свои счета. Со мной полетят, только бухгалтер и адвокат. И тебе советую взять своих. Сейчас нельзя доверять нашим агентам. От такого бабла они могут с ума посходить. Нам надо самим контролировать всю операцию. Положение исключительное!.. Когда театр в Лондон едет?

— Через неделю.

— Когда отправляется товар?

— Послезавтра утром.

— Самолётом?

— Да.

— Нам надо лететь послезавтра утром. А лучше завтра вечером. Куда направится товар из самолёта?

— В лондонский театр, где они будут играть " Гамлета".

— А куда именно?

— У меня записано. — Муташев полез в карман.

— Не надо сейчас. Успеешь сказать. В самолёте скажешь.

— Стал бояться микрофонов?

— Если в этом замешан Мордастый и генерал… От них всего можно ожидать.

— Может быть отменим? Ляжем на дно?

— У них подводные лодки. Достанут и там!.. Захочешь на луне спрятаться, они и там достанут. У них на этот случай ракеты есть… Поздно отменять. Надо доиграть до конца. Не думаю, что генерал будет бить тревогу, он тоже был замешан в " Курьере". Он тоже кое-что передавал за границу через театральный, реквизитный цех. И не только он… Он всё равно будет мстить за сына. Сначала долго думать будет, а потом мстить. Пока раскачается мы уже будем там…

— Короче говоря, если я правильно понял, игра " Курьер" завтра состоится?

— Состоится. — Сквозь зубы прошипел Леший. — Завтра как всегда в шесть тридцать вечера, тебя устраивает?

— Устраивает. В том же гараже?

— Как всегда. От шести, до семи часов, курьер должен быть с бабками в гараже.

— Будет.

— Курьера хорошо проверили?

— Хорошо.

— За его спиной есть авторитеты?

— Нет.

— Это главное!.. А где он живёт и как его зовут?….

Партнёр полез в карман и вытащил записную книжку.

— Улица Качалова, дом номер сто пятьдесят один. Зовут курьера — Стасом Кольцовым. Его жена — Антонина Темофеевна Кольцова. Она беременна. Живут в коммуналке… Да, вот… Квартира тридцать четвёртая…

— Дверь за ручку открывается… — добавил Леший.

— Что?

— Ничего… Шучу… Дай мне бумажку. Я сам к ним наведаюсь.

Муташев вырвал листок из блокнота и протянул его Лешему. Партнёры замолчали и углубились в мясные блюда.

— Проверяющие тебя боятся? — Леший пристально посмотрел в глаза Муташева.

— Уважают меня! — Муташев гордо вскинул голову.

— А мне не надо, чтобы меня уважали. Мне надо, чтобы меня боялись. Один римский император сказал — " Пусть меня ненавидят, лишь бы боялись".

— Где ты слышал про такое высказывание? — Муташев навострил уши. Ему захотелось запомнить фразу и выдать её впоследствии за свою.

— В зоне, Совдат. Там многое услышишь… Был у меня кореш, под Тамбовом вместе парились. Тоже Виктором звали. Убили его… Эта безмозглая молодёжь убила… Кликуха у него была " Кулак"! Долго не беседовал. Чуть что, сразу рихтовать кулаками начинал. Сильный был. Весь из стали сделан… Часто говорил… Где-то вычитал высказывание. " Не тот храбр, кто не знал безумств!"… Какой-то Ларош Фуко сказал…

— Хорошо сказал! — Муташеву захотелось вытащить записную книжку, но не вытащил. Слишком откровенно было бы. — Хорошее высказывание!.. А вот ещё хорошее высказывание — " Безумству храбрых поём мы песню!"… Хорошо сказано!

— Про чеченцев сказано! — усмехнулся Леший. — Все вы безумцы!

— Мы хорошие! — не согласился Муташев. — Мы разумные!.. Видел кино " Кавказский пленник"?.. Хорошее кино!.. Правду показали… Там нас показали такими честными, робкими, трудолюбивыми… А русские, мать родную за бутылку водки продадут!.. Премию этому кино дали!.. Я тоже буду кино снимать!.. Уже начало придумал!.. И конец!.. Начало такое… Едут танки… Чеченцы в них… Дорогу переползает жучок!.. Танки остановились, Чеченцы от-туда по выползали и к жучку пришли… Взяли его на ладони и перенесли на другую сторону дороги!.. Не задавили!.. Поплакали над судьбой жучка и дольше поехали…А конец такой… Идёт русский солдат с балалайкой… Играет… Смотрит, жучок ползёт. Он его балалайкой по голове — трах!.. Буду только звёзд снимать!.. Премия обеспечена… Я уже с Гусманом разговаривал… И с этим… Из " Кинотавра"… Они премию дают тем, кто про русских правду говорит!…Человека с балалайкой, у меня будет Табаков играть!..

— А чеченцев? — Леший продолжал расправляться с едой. — Кто у тебя будет играть, солдат?..

— У меня много помощников!.. Мои телохранители…

— Бандиты, другими словами!.. А они плакать умеют?

— Нашатыря в глаза плеснём, вот и заплачут!.. Вы, русские… Вам бы кого убить!.. Видел " Кукушку"?.. Тоже первое место заняла! На каком-то фестивале!.. Там умные люди, премии просто так не дают!.. Там двое… Один русский, другой… Ни то, немец, ни то Поляк…Поляк весь фильм кричит " Не хочу больше убивать!" — А русский тоже весь фильм кричит — " Убить кого-нибудь хочу!" — Так весь фильм и кричат!.. Фильму премию дали!..Русский сапоги с убитого снимает, а латыш, что-то изобретает!.. Технически, что-то изобретает… Чтобы свою жизнь спасти!…Латыш там в наручниках… Он хочет их снять без ключей… И изобрёл что-то!.. И снял!..

— Ты что-то перепутал, кинематографист. — раздражённо сказал Леший — Это русские изобретают. Вон, русские в зоне вертолёт собрали!.. И хозяин не знал! Побег хотели устроить! Из ничего вертолёт собрали!.. А твои эти фраера, знай только одно бубнить. Научат их гвоздь забивать, он и будет всю жизнь его забивать… Всё ты перепутал, Совдат!..

— Так это не я!.. В кино врать не будут!.. Сам посмотри " Кукушку"…

— " Кукушка" говоришь?… — Леший вытер рот салфеткой и закурил сигарету. — Мне рассказывали про этот фильм… Когда я приеду в Америку с бабками, я тоже фильм снимать буду!.. Только я возьму не Табакова а Николсона… Джека!.. Он в этой " Кукушке" играл главную роль!.. Уеду за бугор, напишу пьесу и сам режиссёром буду!.. О своей жизни напишу… Джек будет меня играть!.. Надо по американскому сделать!.. Если мужик целуется с тёлкой, то с причмоком!.. Со звуком!.. Здесь поцеловались, а на ВДНХа слышно!.. Музыка должна быть от начала фильма и до конца!.. Чтобы слезу вышибала… Но главное!.. Все артисты в фильме, должны плакать!.. Нет, нет, Джека возьму!.. Только его!.. Пусть меня, американец изображает!.. А знаешь почему?

— От куда же мне знать, дорогой.

— Этот Джек, там вора в законе изображает!.. Закосил под дурака и его в психушку отправили… Он, нашу воровскую жизнь знает!

— Твой Джек, американец?

— Да, Совдат!.. Он в " Кукушке" выступал!

— Это же русский фильм… Как он там мог выступать?

— Не знаю… Пригласили небось…

— Он там на русском языке говорит!

— Дублировал кто-то!.. Кино собираешься снимать, а простых вещей не знаешь…

— Так он латыша этого играл?.. Этот?.. Джек?..

— Наверняка, латыша!

— А кто же эту играл… Хозяйку дома?..

— Ты хотел сказать, медсестру?.. Путаешь ты всё, Совдат!.. Там стерва, медсестра.

— Та, которая визжала по ночам?.. Её трахают по очереди два мужика, а она, на всю природу визжит!

— Мне не говорили, что медсестру трахают! — удивился Леший. — Подробно рассказывали этот фильм, но чтобы трахали медсестру…

— Трахали!.. Целый год трахали… А через год, она им двух пацанов родила!..

— Как это?.. Через год?

— Через год… Каждому по пацану!..

— Двойню, что ли?

— Нет! От каждого она родила!

— За год?

— Да!

— Она, что, забеременела сразу от двоих?.. Враз?..

— Выходит так.

— Вот гениальность, Совдат!.. Гениальный режиссёр снимал!.. Главное, дыму подпустить! Чтобы никто, ничего не понял!.. Слышал о таком художнике… Малевиче?..

— Нет.

— Слушай меня внимательно!.. Он взял дикту, покрасил его чёрной краской и в раму поставил… Картина получилась!.. Там, в раме ничего нет… Одна чёрная краска… Весь мир балдеет!.. А почему?.. Потому что — гениально!..

— Что там гениального?.. Там же ничего нет?..

— А ты сам фантазируй!.. Смотри на чёрную краску и фантазируй… Мне один художник объяснял… Каждый должен своё представить!.. Он, например представил… Когда на дикт смотрел… Он представил, что наша жизнь блядская там нарисована!.. Чёрная краска, как его жизнь паскудная… Я могу зону представить!.. Ты, Муташ, можешь свою артисточку представить!.. Смотришь на картину и дрочишь!.. Ха-ха-ха!..

— Я её всё равно достану!.. Рано смеёшься!.. — Муташев посмотрел на часы. — Извини, дружище, мне надо выйти и отдать кое- какое распоряжение. Мои ребята ждут сигнала около ресторана.

— Какого сигнала? Меня хлопнуть, что ли?

— Что ты, дорогой! Как тебя можно хлопнуть! Мы с тобой ещё поживём!.. Это вербовщики курьера. Они должны предупредить его, что работа назначена на завтра.

— Дело говоришь. Я тоже пойду. Устал что-то…

— Подожди, я быстро! Давай ещё посидим. Дело не убежит… Дело будет завтра. Вернусь и посидим ещё немного. Посмотри сколько женщин красивых вокруг.

— Посидим, Совдат, посидим. — Леший поднялся. — Ещё насидимся. За такие дела, пожизненный срок дают.

— Ну и шутки у тебя… И смотришь ты, как-будто приговор выносишь… Что-нибудь не так?

— Всё путём… Это у меня взгляд такой с детства.

— Под твоим взглядом, виноватым себя чувствуешь!

— Если ты не виноват, чего тебе чувствовать?

Совдат расплатился с официантом и партнёры вышли из ресторана. К ним сразу подошли телохранители. Олег и Василий присоединились к Муташеву и пошли к его автомобилю. Карабут и его телохранители тоже направились к своим машинам. Сев на заднее сидение, Леший отдал приказ водителю.

— Поехали к "Щипачу".

ОТЕЦ И СЫН.

В квартире генерала Пугова, в его кабинете, сидели двое — Отец и сын.

— Да, сынок, нечего сказать, интересную историю ты мне поведал! — генерал стоял у окна и смотрел на ночной город. — Как говорится — " Лучше поздно, чем никогда". — Пугов старший долго молчал. — Может быть я сам виноват? Не обращал внимания на твою жизнь? Думал, что ты уже взрослый? А ты сопляком оказался! Ты с кем в игры такие играешь?.. Похоронить своего собственного сына!.. Ты думаешь у меня сердца нет?.. Ты подумал обо мне? Ты подумал о матери, мать твою?.. Запутался? А нам что делать?.. Безжалостный!.. Когда я на фронте был, каждую неделю писал письма твоей матери! Она должна была знать, что я ещё живой! Из Афганистана многие не вернулись! Она должна была знать, что я ещё живой! Это придавало ей силы. Она тебя растила… И я… Там воевал, а сам думал — " У меня в России ростёт сын!". Этот факт оправдывал моё существование! Когда знаешь, что у тебя есть сын, можно закрыть глаза даже на эту идиотскую войну…

— Отец, ты меня хочешь совсем добить? — на глаза Валентина навернулись слёзы.

— Только без слёз! — крикнул генерал. — Ладно, забудем… Сейчас не об этом надо думать. Как выкручиваться будем?.. Что людям скажем? Убили сына, а он живой!.. В газетах писали… Чёрт!.. А он живой!. — Генерал подошёл к сыну и стал целовать его голову. — Живой! Счастье какое!.. Сыночек мой!.. Ни мне, ни матери не сказал. Мы что, чужие для тебя?.. Ты моим родом пахнешь!

Генерал опустил голову на плечо сына и заплакал.

— Ладно, папа! Умопомрачение было какое-то… Прости! Ты же сам сказал " забудем"… Что было, то было. Надо решать, что будем дальше делать?

Генерал отошёл от сына и сел в кресло.

— Игра " Курьер" назначена на завтра. — сентиментальность генерала, как рукой сняло. Муташев и Леший сейчас сидят в ресторане " Русский". Их слушают наши люди. И мне докладывают. Они приняли решение, что игра состоится завтра…

— " Наши люди их слушают"! — Валентин вскочил со стула. — А разве не твой человек Муташев? Разве не ему ты сдавал доллары, полученные от взяток?.. В чём же виноват Муташев, если ты его сам и создал?.. Я работаю в театре, а ты, этот театр используешь, как перевалочный пункт. Ведь ты же знаешь зачем понадобился Муташеву театр! Ты знаешь о реквизитном цехе. Все вы знаете! — И министерство культуры знает, и помощник мэра города знает, и члены госдумы знают и… Кто ещё?.. Ты мне хоть раз намекнул об этом? О том, что ты знаешь? Мне было бы легче ориентироваться. — " Работай, сыночек в театре, занимайся творчеством, а мы будем использовать тебя и твой театр в своих целях… Работай и не о чём не думай. Мы о тебе подумаем"… — А что в результате? За тебя подумали обо мне, другие. Муташев подумал. Леший подумал…

— Почему ты мне сразу не сказал? — воскликнул Валентин Дмитриевич. — Три года жил в таком кошмаре и мне ничего не сказал!

— Я был уверен, что сам выкручусь. Я был уверен, что Муташ, рано или поздно всё исправит.

— Чем он объяснял, что не может одолжить тебе деньги, как обещал?

— Очень просто. Всё вложено в бизнес. " Живых" денег нет… Но скоро будут… А самое главное, чем он меня держал за горло, это тем, что он знал, что я люблю Ольгу Ростову! Муташеву она нужна как прошлогодний снег. У него много профурсеток… Я сам виноват. Как-то проговорился… Он узнал о моей страсти. Когда я сказал, что люблю Ольгу, он сделал вид, что пропустил это мимо ушей… Через неделю, или две, вдруг говорит — Люблю одну женщину в театре! — Я спросил — Кого? — Он говорит… Так мечтательно говорит. — Ростову! — Садист!.. Он всё подстроил. Я ему нужен, как собачка на привязи. Я вынужден был, быть с ним рядом. Мне казалось, что я спасаю Ольгу! Он строил против неё козни, а я, будучи рядом, эти козни разрушал… Так мне казалось. Он её заблокировал, а я пытался разблокировать. Он её на телевидение не пускает, а я бегу туда и стараюсь телевизионщиков переубедить. Мол Ольга такая хорошая, талантливая, не слушайте Муташева! И не бойтесь его! Везде пытался всех переубедить. На конкурсе красоты, на радио, в нашем театре…

Пугов помолчал немного.

— Но главное другое… — продолжал он — Сидим мы как-то в ресторане. Выпили изрядно. Он и говорит мне. — " Мы с тобой братья, Валентин. Мы с тобой одну женщину любим" — Потом помолчал и добавляет. — " А эта женщина другого любит. Евгения Гайчука" Я и сам раньше догадывался, что Ольга Женьку любит… Ну, может быть не любит, а нравится он ей. Мужественный, красивый, талантливый актёр! Актёрский талант — это главное для актрисы! Хорошая актриса никогда не полюбит плохого актёра!.. Там же, в ресторане мы стали говорить об Ольге и о Женьки Гайчуке… Муташ вдруг и говорит. Совершенно серьёзно. — Я помогу тебе, Валя. Вы оба актёры, ты и Ольга. Ты знаменитость. Вы должны быть вместе. Мы уберём твоего противника! И очень скоро! — Я тогда не придал этому значения. Был уверен, что он шутит. Но потом вспомнил наш разговор, когда через неделю умер на сцене Женька. Женька всегда выступал против муташевского спонсорства. На всех собраниях, за кулисами… Он не скрывал своей неприязни к Муташеву. Муташев захотел избавиться от него… И мне кажется, что Женька вычислил реквизитный цех!… Как-то сам вычислил… Поэтому они захотели избавиться от Гайчука… А как избавиться, ему посоветовал наверняка Леший… И избавились. Женька был вшитый. Они пронюхали об этом и на сцене подлили в Женькин стакан с водой, спиртное. По роли он должен был пить водку, но пил как обычно простую воду. Но на этот раз в стакане оказалась настоящая водка. Женька не знал, залпом выпил и так же залпом умер. Прямо на сцене… Через несколько дней после смерти Гайчука, Муташ и говорит мне. — " Выполнил твою просьбу, Валентин" — Я ничего не подозревая спрашиваю — Какую? — Он заговорщически отвечает мне на ухо. — "Твоего соперника больше нет. Ольга теперь твоя" — Я в ужасе говорю. — "Я тебя ни о чём не просил!" — Он говорит. — "Не по мужски отказываться от своей просьбы. Ты меня попросил, я твою просьбу выполнил" — Конечно я тогда ему поверил… Муташ настоящий друг!…..Женьку мне было ужасно жалко. Он и сейчас является ко мне по ночам… Но дело не в нём, а в этом позёре, Муташе. Он ведь не живёт, он позирует. Если разобраться, то у него одна клетка в голове…Люди его выдумали!.. Как Сталина выдумали. Ты знаешь… Я насмотрелся на Муташева… Он Сталину подрожает. Он мне как-то проговорился… Я стал за ним наблюдать… И вот, что я понял…Чем брал всех за горло Сталин… Своим полным равнодушием к окружающему!.. Равнодушие — это сила!.. Только к власти он не был равнодушен!.. А для Муташа главное, что о нём скажут окружающие! Он этому жизнь посвятил. Пустышка!.. За ним Леший стоит. Вот тот — голова! Ему, не я был нужен… Ты ему нужен! Генерал ему нужен! Он к тебе подбирался. Ждал только момента… Хотел тебя потом шантажировать… — "Мы покроем твоего сына, а ты нас будешь слушаться!" — Всё, не хочу больше об этом говорить, папа!.. Ты какие-нибудь деньги давал сейчас Муташу для переправки за бугор?

— На этот раз ничего не дал. — сидя в кресле и глядя в стенку, ответил генерал. — Никто ему ничего не дал. Совдат слишком много ошибок сделал. С ним опасно иметь дело. Он заигрался. Игруля!.. Он больше нам не нужен.

— Как теперь ты будешь переправлять?

— Сейчас стало проще. Много вариантов придумали умные люди, с позволения сказать. Мы не умные люди, мы опричники. Мы на службе у Сатаны! Мы помогаем ему разворовывать наше государство… Уехать бы тоже куда-нибудь подальше!.. Придёт время и побежим!.. Как дворяне бежали после семнадцатого… Для этого и переправляю деньги!.. На чёрный день!.. История повторяется… Только не как фарс… Как эпилог трагедии нашей нации!.. Бежать всё равно придётся… Если успеем!..

— А как же Россия?

— России больше нет, сынок! Такой, какой она была раньше. Видно Дьяволу угодно так…. А жаль!.. До слёз жаль!.. Гриценко и Медведев, говоришь спасли тебе жизнь в церкви? Скоро я буду в думе. Сатана на меня глаз положил, он меня туда выдвигает. Я всё сделаю, чтобы ваш театр процветал!.. И ещё одно дело надо сделать. Лешему мы зону не подарим. Зона для него, что дом родной. Хватит ему землю коптить!.. И Муташеву по возможности, тоже!..

Генерал подошёл к телефону и набрал номер.

— Пугов говорит… Здравствуй ещё раз, Дмитрий Николаевич… К тебе можно моего человека направить?.. Когда начнётся " Антикурьер"?.. Завтра?.. Отлично! Я не хочу, чтобы Леший к адвокату обращался… Пусть в аду к нему попрощается… Сделай одолжение, предупреди ребят… Да, живым не надо брать такое дерьмо!.. Конечно выкрутится… Так я подошлю, моего человека?.. Спасибо, я твой должник!.. Прощай!

Генерал повесил трубку.

— Застрелят Лешего при задержании? — спросил Пугов — младший.

— Это не твоя забота. — ответил Пугов-старший.

— Опять не моя забота!

— Извини, Валя!

Генерал опять набрал номер

— Пётр?.. Да, это я. Дело есть…Эти твари курьеров убивали и вербовщиков… Да!… А мы об этом узнали только сейчас… Давай ко мне… Жду.

Валентин Дмитриевич повесил трубку.

— Я пошёл, папа. — Пугов-младший стал надевать пиджак.

— Куда, если не секрет?

— Наши " Гамлета" репетируют. Поеду к ним.

— Аа… Партизаны? Поезжай, сынок. Медведеву и Гриценко от меня привет.

— Передам, папа.

Отец и сын обнялись. Пугов-младший вышел из квартиры. Пугов-старший налил в фужер водки и подошёл к окну. Он смотрел на Москву. Он смотрел на свой город. Пока ещё, он был его!

В ГОСТЯХ У " ПРОФЕССОРА".

Леший поехал к метро " Аэропорт". Там жил вор в законе и его друг, Анатолий Привалов, по клички "Профессор" Кличку ему дали такую потому, что он был вором с философией. Всю свою криминальную жизнь, он был идейным, карманным вором. Формула его была простая. " Работать на общество, которое против меня — грешно. А если общество не хочет меня кормить, я прокормлю себя сам, используя это самое общество."

Профессору было далеко уже за шестьдесят и воровской мир разрешил ему уйти на заслуженный отдых. Из воровского общака он получал пенсию. Иногда к нему приходили авторитеты, прошедшие за свою жизнь — огонь, воду и канализационные трубы, получить от него мудрый совет.

К нему и направился Леший. Если он кому и верил немного в этой жизни, так это Профессору.

Взбежав на четвёртый этаж он остановился у квартиры друга и прислушался. За дверью играли на гитаре. По мнению Лешего, так на гитаре играть мог только один человек на свете — Профессор! Леший позвонил в дверь. Через несколько минут он услышал голос Привалова.

— Кто там?

— Открывай, Толя.

— Витёк, ты что ли?

— Я, Толян. Открывай.

Дверь приоткрылась и из неё показалась голова Профессора. Он мельком взглянул на Лешего, потом быстро поглядел в обе стороны лестничной клетки.

— Ты один? — спросил Профессор.

— Один. Как обычно.

— Лешего Леший принёс. Входи и дверь закрой.

Они вошли в комнату. Она была прокурена до основания. На столе лежало много чистых и исписанных листов, много газет и тонких книжечек. Друзья сели в кресла.

— Что за бардак у тебя на столе, — поинтересовался Леший — уголовный кодекс решил переделать?

— Мемуары пишу. — ответил Профессор. — Не смейся. Почему бы мне не написать мемуары. Все пишут. А воры что? Не люди?

— И не думал смеяться… А почему бы и нет?.. Пусть знают про нашу рисковую жизнь!.. Только как теперь тебе сказать что я хотел сказать… Скажу, а ты напишешь про это!

— Ничего плохого про нашего брата я не собираюсь писать… Даже если ты мне скажешь, что ты… Сукой стал… Или… Ещё кем…

— Обещаешь? А то… Как Солженицин… Всё про зону рассказал!

— Он про нас рассказал, а я про них расскажу… Что ты вдруг надумал ко мне пожаловать? Плохо стало?.. Ты ко мне приходишь, когда тебе хреново… Если хочешь выпить, загляни в тот шкаф. Сам себя обслуживай.

— По базарить надо. — Леший выразительно посмотрел на друга.

— Поговорить, значит. — скривился Привалов. — По фени у меня в квартире не говорят.

— Забыл, Толя, забыл.

— В зоне, там можно. Здесь не зона. Ты находишься в писательском кобинете.

— Говорю тебе, забыл.

— Вспомнил и всё… Ну, рассказывай. Я знаю, ты не любишь много говорить. Говори главное… Зачем пришёл?

— Совет нужен… Заигрался я!.. Обезьяну, как ты знаешь, застрелили три года назад. Вшивые фраера застрелили. Заказали его… Он был моим лучшим другом, как ты знаешь… Я нашёл заказчиков. Найти их было не сложно. За обезьяну я отомстил. Мне надо было найти ещё и исполнителей. Я их нашёл. Помнишь бригадира наёмных убийц замочили?

— Кравчука? — уточнил Профессор.

— Его… Я его замочил… Но перед этим… Когда узнал, кто исполнил приговор Обезьяне… Я подослал к Кравчуку своих людей и заказал замочить одного человека. Догадываешься кого я заказал замочить?… Себя самого!

— Ну, ты молодец! — крикнул Профессор.

— Ты дослушай до конца… Но мне не просто Кравчука и его двух солдат замочить захотелось… Убивали Обезьяну трое… Мне с ними поиграть перед этим захотелось… Короче я стал с ними играть. Я заказал им, самого себя. Они об этом не знали… Мои люди, "заказчики", договорились с Кравчуком, что они будут снобжать его новой информацией обо мне, о клиенте… Каким маршрутом я хожу из дома в свой офис, где я отдыхаю, где и когда трахаюсь с бабами… Я дал им неделю сроку… Бабки отдал все сразу. И не малые… За каждым их шагом следили мои люди… Не буду тебе долго рассказывать, как я замочил их всех… Я отомстил за Обезьяну… Мне понравилась играть. Потом я придумал игру " Курьер"…

— Я знаю твою игру! — перебил его Профессор. — Играй себе, если так тебе хочется… Ты знаешь, я никогда на мокрые дела не шёл. Я всегда был щипачом. Я тоже играл. Но не с людьми играл. Я с их карманами играл. Сейчас хочу вспомнить их лица, тех, кого щипал и не помню. Помню только в чём они одеты были, какие пиджаки носили, платья, сумочки… Глаза их не помню… Это не игра, Витя! Я с людьми не играл. Я их просто обворовывал…Чего ты хочешь от меня? Ты же не просто так пришёл, душу излить?

— Чувствую обложили меня! Не знаю кто, но обложили! Кто-то со мной игру повёл. Кто-то все карты мои спутал. Кто-то встрял в мою игру и переигрывает меня… Ты наверное помнишь базар с этим артистом? С Пуговым? По телеку ты его видел?..

— Как же не помнить!.. Сына великого мента завалили! Потом похоронили. В новостях говорили… А что?

— Да, живой он!.. Умер, похоронили… Воскрес!.. У меня все подлянки начались с него!

— Ты и с ним играл?

— Не только с ним, а с его паханом.

— С генералом? — вскричал Профессор.

— С генералом… Хотел через сыночка, привязать его.

— Нашёл с кем связаться. Этот генерал в зоне, паханом бы был! Я москвич. Я помню, как он начинал ментом быть. С опера начинал. Сколько он наших пересажал!.. Одного имени его боялись. " Пугачом" его звали. Идёт по улице, вся шпана в подворотни разбегается. Да, что там шпана, законники от него бегали!.. Нашёл с кем играть.

— Не в нём дело.

— А в ком?

— Не знаю!.. "Знал бы прикуп, не воровал бы". Твои слова?.. Тогда не Пугова замочили. Его двойника замочили.

— У него двойник был?.. Как у Сталина?

— У всех двойники есть. И твой двойник где-то бегает. Только его поймать надо. — Леший немного помолчал. — Зачем двойника убивать? Зачем его хоронить? Зачем потом всё высвечивать? Муташев говорил, что Пугов сам всё подстроил. Муташев занял ему миллион баксами, тот убил своего двойника, а сам с бабками ноги сделал… Если бы было так, то всё ясно… Зачем тогда объяву ему делать? Зачем живым себя светить?.. Мордастый в этом замешан…

— Веня? — удивился Профессор.

— Веня.

— А он как к ним в компанию попал?

— Как попал… Попал и попал. Ты что, не знаешь как ссучиваются? Мало ли ты сук в зоне видел? Сейчас все суки!.. Генерал, Мордастый… А за ними знаешь сколько!.. И началось всё с похорон Пугова. Здесь что-то кроется! Я сам крутила… Игрок! Я жопой чувствую опасность!

— Не будем упоминать жопу. — оборвал Лешего Профессор.

— Не буду. С языка сорвалось… Бакланы!.. Суки рваные!.. — Леший ударил кулаком по столу… — Идти мне на дело, или не идти? — Крикнул Леший.

— С этого и надо было начинать… Хотя ты путём всё сделал… Совета хочешь? Идти на дело, или нет?.. Скажу тебе прямо. Не иди! Уверенности нет, не иди. Кто потерял уверенность, тому петля. Тогда ты был уверен, когда троих замочил и что вышло? Отстоял свою честь. Тебя больше уважать стали. Смотри как ты поднялся! Машины, квартиры, дачи… В бизнесе в гору пошёл. Золотом торгуешь, оружием… Наркотой… Все тебя знают, ценят… Боятся. Чего они боятся? Уверенности твоей боятся! На таких как ты наш мир держится. Веру нельзя терять!.. Недавно книжку про большевиков прочитал. Я на старости лет, умные книги читаю… Большевики… У них вера была. Чуть что, выхватил валыну и пулю в лоб! И ни каких сомнений! Они на гвоздях спали… Они грабили награбленное. Слово у них в ходу… Дай вспомнить. Экстропри… Эксроция… Блядь, язык сломаешь… Где-то здесь на столе в книжках это слово написано. Времени нет искать… Короче говоря, они грабили и мочили того, кто вчера мочил других… Я лезу в карман того, кто вчера залез в карман другого… Вера нужна! Без веры в чужой карман нельзя залезть. Без веры, рука будет дрожать. Я тоже… Если веры нет в карман залезть, откладывал на другой день. Ждал когда вера появится… А если у тебя веры нет, не иди на дело. Подожди до завтра. Без веры тело твоё будет дрожать. Душонка твоя будет дрожать… Понял?

— Понял. Дело говоришь, Толя… Надо одно дело проверить. Проверю, вера появится.

— Хочешь проверить что-то, проверяй. Верни себе веру! Борись!.. Ты знаешь, что такое жизнь? Я прочитал… "Жизнь — это борьба!". Если ты не замочишь, тебя замочат. Всех этих Солженициных надо мочить! Или они, или мы… Я его своим пером замочу! Шариковой ручкой замочу!

— В глаз что ли перо всадишь?

— В какой там глаз!.. Писательское дело страшней чем финка!

— Аа… И правильно! А почему бы и нет?

— И замочу! Наша задача мочить! Разрушать!.. У меня вырезка из газеты есть. Я прочитал… Катехизис революционера… " Полное и повсеместное разрушение"… Они набивают карманы, а мы их опустошаем… Они на пианино играют, а ты наркотики продаешь… Английский язык учи!… Если надумаешь дёру давать, что там делать будешь?.. За бугром?

— Дело говоришь, Толян. Об английском я не подумал!

— А ты подумай!.. К примеру, я тоже за бугор… Что там делать?.. А если английский буду знать?.. Случись так, что бабок нет… Выйду на тротуар, остановлю иностранца… В Америке, или в той же Англии… Спрошу у него по английски. — " Как пройти на такую-то стрит?" — Он… Или она… Головой завертит. Показывать станет, а я к ней в это время, в карман… Или к нему… Без языка там пропадёшь!.. Всё напишу в книжке. Молодёжь надо учить!.. Я почему на большевиков глаз положил? Учусь у них?.. Да, потому что они за десять дней потрясли мир!.. Россия строилась тысячи лет, а они за десять дней!.. Ельцин с Горбачём тоже отмочили. Горбач, за один день!.. Выступил, сказал — " Перестройка"!.. И всё!.. Ельцын тоже за один день… В Беловежской пуще!… Я глубоко копаю!.. Сейчас они все вместе объединились… Все мировые президенты. И с терроризмом борются!.. Что-то они задумали. Раньше они с коммунизмом боролись, а теперь с терроризмом… А сами, что-то замышляют. Мировая перестройка канает, Витёк! Только нам отгадать надо, какая работа, нам, уголовникам сейчас предстоит? "Перестройка"!.. Во, как надо работать! Я понял!.. Я глубоко копаю!.. Мы им тоже нужны. Без нас, без криминалитета, ни одна власть не устоит… Мы их опора!…Ты помнишь, десять лет назад, Горбач собрал всех журналистов, людей из телека, радио и приказал им перестраиваться. Они поняли намёк и в своих газетах и везде стали рэкет проповедовать. Говорили, что рэкет в стране уже расцвёл и бороться с ним уже поздно… Я вышел на улицу и пошёл смотреть на этот рэкет. Ходил, ходил по всей Москве, а рэкетиров так и не нашёл… Тогда я понял. Да, не только я, все умные люди поняли. Наш брат понял. Рэкета нет, но газеты уверяют, что есть… У меня вырезка есть из газеты, тех времён. Я понял, на что намекают газеты. И кому намекают. Нам намекают. " Рэкетируйте!… Разрешаем!". Властям зачем-то нужен был повсеместный рэкет. Они криминальную атмосферу создавали в стране!.. Чтобы самим грабить!.. Мы и начали! Да, как начали! Живого места от начавшегося капитализма не оставили… Власти нам доверили большое мероприятие… Мы с тобой труженики. Они ларьки по открывали, а мы им, рэкет!… Вспомнить страшно, сколько работы было у нас. Я лично не рэкетировал, но работы хватало. Часа лишнего не было. У людей деньжата появились. У меня график был. Утром бегу на вокзал, там люди на работы свои едут и в карманах их деньги. После работы купить чего домой хотели. В полдень, бегу в центр города. У людей перерыв, они по магазинам бегают. И опять таки же, в карманах бабки носят. Вечером по кинотеатрам, ресторанам, по паркам культуры и отдыха… Минуты свободной не было!… Люди нас ненавидят и уважают… Они понимают, что нам тоже надо жить… Прочитал я недавно одну статью. Мудрёная статья. Там об Иисусе Христе говорилось… Висят они втроём на кресте. Помнишь, распяли троих?..

— То, что Христа распяли помню. — неуверенно ответил Леший. — То, что там трое висело, не помню.

— Я знаю точно. Их трое было. У меня вырезка есть. Кто третий был не понял… А двоих понял… Одного Христом звали, другого Варварой… Варвара уголовником был. Как мы с тобой…

— Мужика звали Варварой?

— Варварой, или Варваром, не помню. Надо вырезку найти. Такие имена у них тогда были… Слушай… Висят они, а судья спрашивает у народа… Там тогда много народа было. Тысячи человек. Хотели посмотреть, как Бога распинают… Судья спрашивает всех… Тогда закон такой был. Народ решал, кого?.. Судья спрашивает народ. — "Одного надо освободить… Кого освободить? Христа, или уголовника Варвару?" — Народ кричит — "Варвару!" — Ты представляешь, как нас ценят? Бога не отпускают, а уголовника отпускают. Варвару помиловали!.. А почему? Я долго думал. Вырезки читал. Я сам их вырезаю, а потом читаю. Вырезки, где об уголовниках говорят… Знаешь почему они уголовника помиловали? Да, потому, что с ним проще, чем с Богом. С нами, уголовниками договориться можно, а с Иисусом никогда не договоришься. Вот сказал Он, чтобы мы не убивали и всё!.. Сказал, чтобы мы не крали и всё!.. А ты покажи, как нам не красть!.. Сказать всё можно! А ты покажи!.. Для народа мы с тобой выше Бога! Мы с тобой целая прослойка общества. Воровская прослойка. С нами считаться надо!.. Говорили же, что есть рабочие, есть крестьяне и есть прослойка интеллигенции… Мы тоже прослойка. Выходит в обществе две прослойки — Интеллигенция и воры. Две… Погоди… — Профессор порылся в газетных вырезках. — Вот… " Исключающие друг друга". Две исключающие друг друга прослойки общества. У нас есть с тобой один враг — это интеллигенция. Её надо мочить!. У нас в зоне был один драматург…

Леший посмотрел на часы.

— Мне пора. Поеду я… Проверю… Вера появится, последнюю игру сыграю и всё. На покой. Как ты…

— Выпей на дорожку.

— Не сейчас. Потом хоть зальюсь. Надо самому всё проверить. — Леший посмотрел на часы.

— Как знаешь.

— Ты лучше спой на прощанье.

— Что тебе спеть? — глаза Профессора загорелись.

— Ну, эту… Помнишь ты в " Чёрной дыре" играл и пел?..

— Я там многое что играл. В зоне времени много было.

— Ну, эту. Тра-та-та-та-та-та…та-та-та-та-та-та… Ещё слова были… " Ты сына родного родила, отца прокурора нашла."… Припев помню… " А сын её вор, а отец прокурор."…За душу хватало!

— Хорошая песня, не спорю…Жизненная!.. Но я тебе лучше другую… " Журавли"… Помнишь?

— Тоже ништяк!.. Спой!

Профессор взял гитару и запел.

" Я вас стал забывать, ту страну где родился,

мне не хочется жить, хватит сердцу рыдать.

В нищете возрастал, с родным домом простился,

так зачем же рыдать, надо мной журавли…"

Леший послушал несколько минут, потом тихо встал с кресла и не попрощавшись с другом вышел из квартиры. Он знал Профессора давно. Толян играл на гитаре и пел, так, что плакать хотелось. И когда начинал, окружающее для него, переставало существовать.

Выйдя на улицу он подошёл к своей машине. Из неё и из другой выскочили телохранители.

— Вот, что, ребята. Садитесь все в эту машину и валяйте домой. В свою, я сяду один. Хочу по городу покататься. Один поеду.

— Виктор Яковлевич, — возразил старший телохранитель — мы вас от себя не отпустим.

— Двигайте, я сказал! — крикнул Леший. — Я знаю, что делаю!.. И вот ещё… — Леший посмотрел на одного из помощников — позвони Никифору. Пусть он обзвонит всех… Пусть хорошего доктора найдут… Пусть всем скажет, что за Профессором надо присмотреть. По-моему он не много рассудком захирел! Бормочет херню какую-то… Понял?

— Сделаю, Виктор Яковлевич.

Карабут сел в свою машину и через секунду она рванулась вперёд. Телохранители постояли недолго, старший махнул рукой.

— Бес с ним! Поехали в " Стрелку". Бухнём. Кататься он будет до утра.

Машина с телохранителями развернулась и уехала в противоположном направлении

НОЧНАЯ РЕПЕТИЦИЯ.

Около десяти часов вечера, внимание " жителей" дома на улице Качалова, сосредоточилось на телефонной будке, стоящей у предпоследнего подъезда. Все ждали звонка от проверяющих. Митрофан прохаживался около будки. Вокруг теннисного стола сидели гамлетовцы и смотрели, то на свои ручные часы, то на будку. Гриценко, Саша-Гитлер, Наташа-журналистка стояли у входа в подъезд, в пяти метрах от будки. Словом, Митрофан имел достаточно зрителей, чтобы чувствовать себя как на сцене.

Ровно в десять часов зазвонил телефон. Митрофан бросился к аппарату и снял трубку.

— Алло!.. Кольцов у аппарата!.. Добрый вечер… Я один, рядом никого нет… С женой всё в порядке… Нет, ещё не родила… Так, так, слушаю… Завтра в шесть часов… Вечера?… Где?… Мне удобно у метро… Ну, Пушкинская, скажем… Мне от дома десять минут идти. По Тверскому бульвару, поднимусь и я тама… Понял… Вы ко мне сами подойдёте?… Я буду в кожаной куртке и с газетой в руке… В чёрных очках… Почему не надо?… Хорошо… Водительские права уже у меня в кармане… Договорились, в шесть часов!.. До завтра.

Митрофан повесил трубку.

— Завтра в шесть часов вечера? — подойдя к Митрофану спросил Гриценко.

— Завтра в шесть часов. — Митрофан вышел из будки. — Сказали, что дадут мне пока старый Жигуль.

— Старый Жигуль гаишники не остановят. — размышлял вслух Сыщик. — У них всё продуманно.

Актёры сидящие за столом тоже подтянулись к будке.

— Куда поедешь, они конечно не сказали? — снова спросил Гриценко.

— Не сказали. Завтра скажут.

— Зайдёмте в квартиру! — распорядился Гриценко.

— Но кто-то же должен здесь остаться? — поинтересовался Павлик-Франциско.

— Зачем? — удивился Саша-Гитлер. — Они ведь всё равно не приедут.

— Актёр прав! — согласился Гриценко. — Кто останется?

— Я останусь. — сказал Павлик. — Виктор Алексеевич сказал, что вы репетируете " мышеловку" Пока можно и без меня.

— И я останусь. — Подхватил Антон. — И Бернардо в финале нет.

— В " Мышеловке" все будут нужны. — проговорил Медведев, стоящий тут же рядом. — Но сейчас можете отдыхать.

— Мы будем роли учить! — заверил режиссёра Антон-Бернардо.

— Только всю не выучите! — недовольно буркнул режиссёр. — Вижу что у тебя в кармане пиджака.

— Угадали, Виктор Алексеевич. — Антон похлопал рукой по пиджаку. — Это не водка. Это Бренди. Мы после репетиции… Вы же нас, всех приучили не приходить на репетицию, даже под хмельком.

— У кого-нибудь из вас есть мобильник? — спросил дежурных актёров, Гриценко.

— У меня есть. — Ответил Павлик-Франциско.

— Если кто появится, — Гриценко вытащил из кармана блокнот, записал свой номер, вырвал листок и протянул его Павлику — Просто набери этот номер. Я буду знать… Опасность!… Какой твой номер?

Павлик нажал на кнопки мобильника и показал свой номер. Гриценко записал его в свой телефон.

— Если тревога, не забудь сразу же мне позвонить. Ничего говорить не надо, просто набери номер.

— Будет сделано! — Павлик стал заучивать номер наизусть.

— Развлекайтесь. — Медведев вошёл в подъезд.

Все, кроме Павлика-Франциско и Антона-Бернардо последовали за режиссёром.

— Пойдём за столик сядем, — предложил Павлик — чё здесь торчать. Если кто подойдёт к подъезду и от туда увидим.

— Пошли. — махнул рукой Антон.

Они сели за теннисный стол и вынули из карманов, свои роли

— Начнём? — спросил Павлик.

— Хорошая идея. — Антон вытащил роль из пиджака. — Попробую не заглядывать в текст. Если ошибусь не обращайте внимания.

— Я тоже попробую. — хлопнул в ладоши Павлик — Поехали.

" — Бернардо — Кто здесь?

— Франциско — Нет, сам ответь мне; стой и объяснись.

— Бернардо — Король да здравствует!

— Франциско — Бернардо?

— Бернардо — Он.

— Франциско — Вы в самое пожаловали время.

— Бернардо. — Двенадцать бьёт; иди ложись, Франциско.

— Франциско — Спасибо… Спасибо…"

Франциско повторял одно слово, пытаясь вспомнить, какой текст идёт дальше. Он уже хотел заглянуть в текст, но Бернардо его остановил. Работая много лет с Медведевым, каждый из актёров, мог не только самостоятельно режиссировать свою роль, но и дать режиссёрский совет партнёру.

— Не заглядывай в роль! Вспомни, что там дальше по действию?

— Дальше?.. Смена караула…

— Вот действие!.. Вспоминай!..

— Мне часто снится сон, — сказал Павлик. — что я роль на сцене забыл! Играю роль Разумихина в " Преступлении…" и текст забыл! Передвигаюсь по сцене, что-то делаю, но ни слова не говорю!.. Просыпаюсь в холодном поту… Ладно поехали…

Актёры репетировали " Гамлета" на свежем воздухе, а Медведев начал работать над спектаклем, в большой комнате, квартиры Стаса.

— Дальнейшее молчанье" — говорит Гамлет перед смертью. — начал репетицию режиссёр. — Очень интересный перевод! Вероятно у Шекспира в оригинале, тоже так. Гамлет не сказал, что он умирает, или уходит навсегда… Он говорит — " Дальнейшее молчанье". Разве это не доказывает, переход человека из одного состояния в другое. Гамлет не умер! Гамлет перестаёт говорить. Так что же с ним случилось?.. Или случится?.. Он превратится в призрак! Как его отец. Только кому он будет являться потом?.. Такого человека в пьесе нет…

— Вы что, Виктор Алексеевич, — не выдержала Михеева — верите в привидения?

— Нет, Мария, я просто пытаюсь анализировать пьесу. В привидения мы никто не верим. Потому, что мы не знаем, что это такое…

Репетиция " Гамлета" продолжалась, а в это время…

А В ЭТО ВРЕМЯ. НА УЛИЦЕ!..

.

Дежурные продолжали репетировать пьесу. На улице было тихо, только были слышны их приглушённые голоса.

И вдруг они услышали чьи-то шаги. Актёры замолчали. Они увидели человека идущего вдоль дома. Тот шёл не спеша и оглядывал дом, изредка посматривая в листок, судя по всему, где был записан адрес. Было видно, что он здесь находится в первый раз и что-то ищет. Павлик выхватил мобильник из кармана и набрал номер Гриценко. Актёры вышли из-за своего укрытия и встали рядом с подъездом, так, чтобы их увидел незнакомец. Он их увидел и направился прямо к ним. Подойдя вплотную к актёрам, незнакомец заговорил первым.

— Хороший вечерок сегодня!

— Хороший. — согласился Павлик-Франциско.

В то время пока дежурные и незнакомец обменивались ничего незначащими словами, Гриценко услышав сигнал своего мобильника посмотрел на маленький экран на котором чётко отпечатался номер Франциско и крикнул.

— Тревога, все по местам!

Охранники выскочили из комнаты и разбежались по своим квартирам. Гриценко быстро спустился и посмотрел на улицу через окно лестничной площадки. Там он увидел трёх мужчин беседующих между собой. Двое из них ему были известны, третий, как он догадался, был пришельцем. Сыщик влетел в квартиру Стаса, в большую комнату.

— Тревога! Я получил сигнал от Франциско. Внизу что-то происходит! Через окно я увидел третьего. Там стояли только наши. Павлик не давал бы мне сигнала просто так!

— Водку на стол! — крикнул Медведев. — Закуску на стол! Как договорились, отмечаем новую работу Стаса!

Актёры забегали по комнате. Кто снова поправлял грим, кто создавал атмосферу вечеринки. Все начали напоминать друг другу, что надо делать.

— Пролейте водку на стол, надо, чтобы в комнате воняло!

— Кто-нибудь принесите пепельницу с окурками из кухню и поставите её на стол!

— Не надо же так много лить на стол водки!

— Все, кто курит, закуривайте!

— Выпейте все хотя бы по стакану пива! Вечеринка без пьяных людей — это неправда!

— Вы тут создавайте атмосферу, — перебил всех Медведев — а я спущусь вниз!

— Я с тобой. — решительно сказал Гриценко.

— Если это уголовник, он тебя наверняка узнает. — Медведев выпил стакан пива. — Если я крикну — К нам идет гость — Готовьтесь! Это опасный ревизор! И я приведу гостя, сюда.

— Зачем его сюда?

— Только здесь мы сможем окончательно прикончить его дезинформацией!

— Виктор Алексеевич прав.

— Импровизируйте " Вечеринку". Добавьте к этому Достоевского. " Он как бы был в бреду!".. Добавьте истерики!…Играйте свои роли, как…

— В последний раз? — закончила фразу Михеева.

— Я ушёл… — Медведев направился к двери. — Кто-нибудь выглядывайте в окошко. Ждите моего сигнала!

Медведев вышел из квартиры, спустился вниз и вышел из подъезда. Подойдя к мужчинам, он раскинул руки.

— Куда вы пропали? Вас ищут, а вы здесь прохлаждаетесь.

— Мы свежим воздухом дышим, ведь у Стаса балкона, нет. — ответил за всех Антон. — Знакомься, Виктор, новый начальник Стаса к нам пожаловал. Хочет лично познакомиться с ним.

— Виктор. — Медведев протянул "начальнику" руку. — Родной дядя Стаса.

— И меня, Виктор. — Леший тоже протянул руку.

Два Виктора пожали руки и впились друг другу в глаза.

— У нас очень серьёзная фирма. — проговорил Леший. — Работник нам нужен честный. А то… Что получается? Берём нового курьера а он начинает письма и посылки вскрывать!

— Ой, как нехорошо! — скривился Медведев. — Таких работников надо гнать в три шеи!

— Гоним… А как проверишь?.. Вот я пришёл, чтобы лично поговорить со Стасом. Нашим работникам, которые нашли Стаса, я доверяю… Но как говорится " Доверяй, да проверяй". Завтра мы начинаем вместе работать… Надо с ним перетереть…

— Простите, что надо? — переспросил режиссёр.

— Потолковать. — стал исправлять свою грубую ошибку Леший. Он невольно выпалил блатную феню " перетереть"

— " Шипящий голос!.. Разоблачающий взгляд!…" — быстро думал Медведев. Он понял, что перед ним стоит, сам Леший! Холодок пробежал по телу Медведева. В районе солнечного сплетения, что-то ёкнуло. Он поднял голову и крикнул. — Эй там, на втором этаже! — Из окна показалась чья-то голова. — У меня пренеприятнейшее известие! К нам приехал будущий коллега Стаса!

Медведев решил не говорить актёрам, что к ним пожаловал сам Леший, чтобы прежде времени в штаны не на какали. Пусть они нормально воспринимают нежданного гостя. Режиссёр указал гостю на входную дверь подъезда.

— Милости просим. Заходите. Мы как раз отмечаем удачу Стаса. Его новую работу. Там собрались его друзья… Вы извините, Виктор, что я не сказал друзьям Стаса, что вы его начальник. Они все простые люди и стесняются начальников. А сегодня всё таки застолье. Обмываем новую работу Стасаю

— Нет, Виктор, мне наоборот понравилось, как вы меня назвали. Пусть думают, что я просто его коллега. Так будет лучше для общего дела.

Мужчины вошли в подъезд, поднялись на второй этаж, Медведев открыл дверь квартиры и все пройдя коридор оказались в просторной, прокуренной комнате.

— Знакомьтесь, граждане, — Медведев указал рукой на Лешего — коллега Стаса… Виктор… А как вас по батюшке?

— Меня можно называть просто Виктором. — Леший осмотрел комнату и всех присутствующих, зорким взглядом. — Мы сейчас ведь не на работе.

— Виктор теперь коллега Стаса. — Медведев так же выразительно на всех посмотрел. — Они будут вместе работать.

— Да вы присаживайтесь. — как можно радостней крикнула дрогнувшим голосом Михеева Лешему.

Леший сел на свободный стул.

— Гостю штрафную! — крикнул кто-то.

Гостю налили большую рюмку водки и поставили на стол перед ним.

— Закуска на столе. — с каким-то, непонятным намёком, сказала Кровцова — Офелия. — У нас, в компании появился интересный мужчина!

— Будьте осторожны, Виктор, — Михеева показала пальцем на Кравцову — Лена у нас гроза для всех мужчин.

— Почему мне налили так много? — Леший посмотрел на фужер. — Почему мне налили в большой фужер, а сами пьёте из маленьких рюмок?

— Так ведь вам штрафная. — Пояснил Антон. — Этот фужер предназначался Стасу, теперь переходит к вам.

— Сегодня великий день для Стаса. — убеждал " коллегу " выпить Мансуров. — По такому делу грешно не выпить.

— Конкретно сказано. — согласился Леший. — Не выпить грешно.

— Тост! — крикнул Мансуров. — Кто скажет тост?

— Он скажет. — крикнул Лаптев, призрак по " Гамлету" и указал рукой на Павлика — Франциско. — Он у нас молодой, пусть учится произносить тосты… Мы слушаем.

— Ну, хватит дурака волять! — раздражился Арчеладзе. — Начнёт кто-нибудь?.. Если нет, я начну.

— Скорей кто-нибудь начинайте! — взмолилась Михеева. — Грузины говорят тост пол часа!

— Я начал! — крикнул Павлик. — Стас!.. Я так рад за тебя!.. Так рад!.. Хоть один из нас вышел в люди! Завтра ты будешь соединять людей. Развозить письма и посылки, и соединять людей. Ты будешь соединять влюблённых!…

— Между прочем он будет развозить деловые письма, а не любовные. — поправила Павлика, Лена.

— Значит он будет соединять деловых людей!.. — продолжил тост Павлик. — Какая честь!.. Да, мне бы, соединить кого-нибудь с кем-нибудь! Его, с ним, или её, с ней!..

— Только без половых извращений, пожалуйста! — вскричал Папазян.

— Ура! — крикнул Павлик. — Пьём!..

Все выпили. Леший так же выпил до дна и стал закусывать.

— Я серьёзный тост хочу сказать, — обиделся Павлик — а вы меня перебили…

— Всё! Говори! — крикнул Мансуров. — Пусть попробует кто-нибудь тебя перебить!

Антон снова разлил водку по рюмкам. Лешему он налил в тот же фужер. Но уже полный.

Леший приучил себя не пить спиртное когда решались важные дела. Главное не начинать. Но он уже начал. Да сейчас уже не решаются главные дела. Уже решение принято. Можно расслабиться. Здесь и так всё ясно. Курьер настоящий. Леший разбирался в людях. Все присутствующие в комнате не вызывали у него раздражения. Отмечают поступление на работу Стаса. Люди веселятся. Конечно Леший веселиться не будет, всё таки компания не знакомая, но расслабиться

необходимо. Слишком трудная неделя была. Леший перестал себя контролировать и ждал окончания тоста, чтобы снова опрокинуть в себя фужер с водкой…

— Говори тост, Павлик! — воскликнул Антон.

— Я так рад за тебя, Толик!.. — начал тост Павлик — Так рад!..

— Только не завидуй! — вдруг воскликнул Медведев и выразительно посмотрел на Толика. — Зависть плохая штука. Что-то в ней есть нервозное.

Толик посмотрел на режиссёра и сразу понял, что тот вводит новое обстоятельство в его роль. Он обрадовался. Значит режиссёр ему доверяет. Даёт такой сложный поворот в психике персонажа. — "Зависть!"

— А кто сказал, что я завидую? — возмутился Толик. — Я завидую?.. А почему бы и нет?.. Я тоже между прочем вожу машину. Я окончил курсы таксиста!.. Пять лет работаю таксистом!.. Но судьба ему улыбнулась!.. Да, я завидую… " Я завидую! Глубоко, мучительно завидую! О, небо!…"… Я трудился! Имею огромный опыт вождения… Но судьба выбрала его!… Да, вы знаете какой я таксист?.. — Толик почувствовал, что в него влетел дух Хлестакова. — Меня весь город знает!.. Как увидят мою машину, так и поднимают руки… — "Толик, Толик!" — Кричат они!.. — "Останови машину, подвези нас куда захочешь!" Было как-то… Мэр города остался без машины… Остановил меня… Я его подсадил и мы поехали. Ему так понравилось со мной ездить, что он забыл куда я его должен был подвезти. Весь день катались… С Никитой Михалковым сейчас на дружеской ноге… Через мою машину стал его приятелем. Из Питербурга заказы поступают!.. Я в Москве, они там, но всё равно заказы шлют… Да, если бы учредили конкурс таксистов, я бы чемпионом стал!.. — Вы Виктор, — Павлик посмотрел на Лешего. И ему захотелось закончить монолог, Бобчинским — " когда будете завтра в своём офисе, вы замолвите там за меня словечко… Вы там скажите всем, что живёт, мол, на улице Кочалова, в таком-то подъезде, в такой-то квартире, некто, Павлик!.. Но выбран он!… Стас!..

— Вот смешал всё!.. — схватился за голову Папазян.

Павлик действительно всё смешал. Молодые актёры обычно хотят сыграть все роли, какие существуют в мировой драматургии. Вот и сейчас, он вспомнил своей импровизации — И Сальери, и Хлестакова, и Бобчинского!..

— Не хорошо Паша! — тихо всплакнула Лена Кровцова. — Не хорошо! Здесь мы не одни…Посторонний человек сидит… Хотя он сейчас уже не посторонний для Стаса… Что он может подумать о нас?.. Такой интересный мужчина и должен слушать такие неинтересные слова…

Лешему надоело держать фужер в руке и он залпом выпил его содержимое. Все последовали его примеру и опорожнили свои маленькие рюмки.

— И немедленно по третьей. — сказала Михеева. — Разливайте мужчины.

Антон- Бернардо взял в обе руки бутылки и исполнил свою обязанность, разливающего.

— Я пропущу. — сделал отрицательный жест Леший. — Вы опять себе минзурки наливаете, а мне бочку!

— Пришёл коллега Стаса, — нашёлся Арчеладзе — мы не можем удариться лицом в грязь! Что вы про нас скажите потом? Друзья Стаса не умеют веселиться?

— Ничего я про вас не скажу… Я пропускаю.

— Тогда мы тоже пропускаем. — согласился Русинов. — Продолжай Леночка.

— Ну, действительно нехорошо получается!.. Ах, как не хорошо!…

— Сейчас вспомнит Радиона Романовича и опять начнётся! — подбросил идею Медведев.

Лена посмотрела на Медведева и внутренне опешила. Режиссёр предлагал ей роль Сонечки Мармеладовой из " Преступления и наказания"!..

Всё это начинало походить на вечер не сыгранных ролей. В один из вечеров собирались актёры в зрительном зале, садились в кресла и смотрели на своих коллег, которые на сцене показывали отрывки ролей, которые они мечтали сыграть, но по каким-то причинам ещё не сыграли. Или теперь уже никогда не сыграют. То ли им режиссёры не дадут такие роли сыграть, то ли возраст уже не тот, или по каким другим причинам.

Вот и сейчас, в это тревожное время, все поняли, что может получиться неплохой вечер " Не сыгранных ролей".

Лена с благодарностью посмотрела на режиссёра и начала импровизировать.

— Никого я вспоминать не буду. Это давнишняя история… Сейчас я о Павлике речь веду… Покайся, Паша! Перед Стасом покайся!.. Он получил работу, а ты его убиваешь!.. Завистью убиваешь!..Ты не его убиваешь, ты себя убиваешь!.. Что же ты с собой сделал? Грех-то какой!.. Давай вместе покаимся… — Лена тихо заплакала. — Давай, миленький! На душе легче станет. Покаешься, обновишь свою душу… Тебе сразу легче станет… Каяться выгодно!.. Ты попробуй! Конечно я понимаю, что я проститутка, не мне говорить такие слова…

— Проститутки разные бывают! — перебил " Сонечку" Леший. Он сам себе плеснул в фужер водки — Надо фильтровать базар… Я встречал проституток с душой!.. Что такого, что вы проститутка?.. Это бизнес! — Леший выпил залпом третью порцию водки. Все последовали его примеру. — Это нормальный бизнес. У меня есть бригада проституток. — Леший замер. Он понял, что проговаривается. — Вот… Бригада, скажу я вам… Я хотел сказать…

— Ваша фирма ведёт с проститутками воспитательную работу? — пришёл на выручку Лешему, Медведев — Вы их перевоспитываете?

— И этим мы занимаемся!.. По честноку говорю… Вы правы… Так, что вы не расстраивайтесь, что вы проститутка… Среди них тоже душевные люди встречаются…

— Спасибо вам, Виктор! — ещё больше заплакала Лена. — Вы меня понимаете!.. Покайся, Паша!.. — Не хотела заканчивать свою импровизацию Лена. — Встань на середину комнаты, поклонись нам всем и скажи. — Простите меня люди добрые!..

— Ну хватит! — вскричал Миша-Марцел — Хватит!… Таксист!.. Проститутка!.. Вот у меня проблема!.. Я должен был стать офицером! Мой дед был офицером, отец был офицером… Я учился в Суворовском училище!.. Почти закончил… Меня выгнали от туда из-за девчонок… Влюблялись в меня… Я влюблялся… Пятерых я бросил, трое бросили меня…

Актёры наконец поняли, что в Мишу влетел чеховский Медведь- Пятигоров.

— Дрался из-за них с курсантами!.. Бил им морды, они били мою… Я в душе офицер!.. Я кого хочешь могу скрутить в бараний рог!.. Я… Я…

Миша запнулся. У него не было актёрского опыта растянуть импровизацию на долго.

— А вот меня не скрутишь! — пришла на выручку Мише, Лена, понимая, что без партнёра ему роль некуда толкать. — Я сама тебя скручу!

— Ты меня скрутишь? Ха-ха-ха!.. Если бы ты не была женщиной, ты бы ответила за свои слова!

— А ты не обращай внимания, что я женщина! И попробуй тронь меня!

— Ой, не искушай Елена! Ведь трону.

— Драться со мной будешь? Как со своими курсантами?.. Слюнтяй!

— Ты мне это сказала?.. А ну встань!.. Драться будем!.. Дуэль!..

— И будем! — Лена поднялась со стула.

— Я не могу драться с женщинами!

— Струсил?

— Нет, не струсил… Кто струсил? Я струсил?.. Становись в стойку!

— А ну-ка, ты!… - Леший вскочил со стула. — С женщиной драться собираешься?.. Ты со мной подерись!.. Я боталом не машу!. Фуфло не гоню, как ты баклан позорный! Я тебе так дам по тыкве, что сральник отскочит!..

— Господа, господа! — Павлик- Франциско встал между ними. — Только не надо сцен!..

— Сядьте!.. Мы не одни в городе! — крикнул Прохоров.

— Ладно! — Миша сел на место — Забыли!

Леший тоже сел на место.

— Успокоились?.. — спросил всех Лаптев, призрак в Гамлете. — Ты прости Лена Мишу, он влюбчивый человек… Ему не повезло в жизни, потому, что он любил девушек!.. Я тоже люблю одну девушку. Вы её не знаете… Я тоже её мало знаю… Знаю только её имя. Её зовут, Мечта!. Странное имя…

Лаптев не хотел садиться на место. Он на ходу стал импровизировать свою любимую, ещё не сыгранную роль, Донкихота. Все знали, что он мечтает его сыграть.

— Она очень красивая!.. Нежная… Она меня любит, я это знаю. Я только несколько раз встречал её на улице… Она на меня так смотрела!.. Такими понимающими глазами! Я хочу совершить подвиг! В её честь, подвиг!.. Но случай, никак не представится… Один случай, правда, был… Она ехала в своей машине… Я нанял такси и ехал за ней. Мне хотелось с ней наконец-то познакомится. Я ждал когда она остановится и я… И вдруг!.. Другая машина её подрезала! Машину девушки повело в сторону и она врезалась в какой-то забор…

— Какая машина была? — поинтересовался Леший? — Джип?.. Если Джип, то отморозки её подрезали! Бес предельщики!.. Молодняк!…

— Кажется Джип.

— Обнаглели, сучата!..

— Я выскочил из такси — после паузы продолжил Лаптев — и побежал к ней. Вытащил её из машины… Она немного было ранена. Рана незначительная… Я успокоился… Потом смотрю на Джип!..

— Так они тоже врезалась в стену? — оживился Леший.

— Врезались! — нашёлся Лаптев — Молодняк разбежался и Джип остался один стоять у забора. Смотрю на фары Джипа и вместо его фар, я вижу страшные глаза… Злые, ненавистные глаза. И Джип рычит… Ррр… Я понял, что это какое-то страшное чудовище! Оно хотело убить мою мечту!.. Благо рядом валялась какая-то железная балка. Я схватил её и стал бить машину… По голове, по ногам, по туловищу… Чудовиже перестало рычать!.. Я обернулся к своей Мечте и посмотрел в её глаза. Там было столько любви и нежности!… Она крикнула! — "Ты тот человек, которого я искала всю свою жизнь!" — Я тоже ей стал кричать. — Я люблю тебя, Мечта! Я всегда приду тебе на помощь! Ты знаешь кто я?.. — Лаптев вдруг запел — " Это я…

— Стоп! — остановил его Папазян. Он знал продолжение песни — " Это я, дон, Донкихот, человек из Ламанчи…" — Стоп! Не надо песни. Ты соображаешь, что делаешь?.. На улице ночь… Эту песню каждый дурак должен был слышать!.. Там много матерщины!…

— Ах да, — оторопел Лаптев — что-то я увлёкся!… - Он посмотрел на всех. " Чуть наших не подставил!" — Подумал он. " Леший догадался бы, что мы играем для него спектакль"

— Теперь моя очередь говорить тост. — Саша Соколов, первый актёр в " Гамлете" — Стас!.. Я не буду говорить тебе комплименты. Ты знаешь, что я тебя люблю и желаю тебе добра… Ты на меня до сих пор держишь обиду… И правильно делаешь… Я отбил у тебя девушку… Джуди у тебя отбил… Ты хотел на ней жениться, а я у тебя её отбил… Её отец тебя любил… Но ведь она тебя не любила!.. Она полюбила меня с первого взгляда…

— Всё равно не надо было отбивать тёлку… Девушку у друга! — Лещий пристально посмотрел на Соколова и погрозил ему пальцем. — За такие дела морду бьют!

— Вы правы, Виктор. — задумчиво проговорил Саша. — Но я просто хотел объясниться… Почему я так тогда поступил… Я хотел проколоть нарыв… Чтобы между нами не было больше трещины…

— А вот это, ты по делу выступил. — согласился Леший. — Выговаривайся… А ты, Стас, слушай!.. Косяков здесь никто не гонит, предъяву тебе никто не кидает. Под моим контролем всё.

— Я буду слушать. — торжественно произнёс Митрофан. — Саша, говори!

— Она полюбила меня с первого взгляда… — продолжил свою импровизацию, Соколов. — Но это, она меня полюбила… Но самое страшное, что её семья не взлюбила меня… И так получилось, что и мои родители невзлюбили её… Её и мои родители ненавидели друг друга!.. А мы друг друга любили…

Все присутствующие, кроме Лешего поняли, какую роль импровизирует Саша. — Роль "Ромео". Молодой актёр мечтал её сыграть.

— Особенно меня не любил её брат!.. Тима!.. А она меня любила. Она полюбила меня за…

— " Она меня за муки полюбила, а я её — за состраданье к ним" — докончил Орчеладзе.

Все актёры засмеялись.

— Ну, хватит с вашими тостами! — вскричал Антон- Бернардо. — Это не тосты а речи на панихиде… Нужен жизнерадостный тост!.. Я скажу и закончим… Стас!.. Помнишь мы с тобой спорили: можно убивать, или нельзя? Предположим я убил одного человека и мучаюсь… Наполеон убивал миллионы!.. Сталин, Гитлер, убивали миллионы!.. И не мучаются!.. Как я!..Я убил одну вошь… И мучается…

Не было сомнений, что Антон начал монолог Раскольникова.

— Наполеон — это государство… Когда убивает государство, нам это кажется нормальным. Мы говорим. — Это большая политика! — Им всё можно… Кто-то сказал из большевиков. — " Когда убивают одного человека — это убийство. Когда убивают миллионы — Это статистика"… Государство статистикой занимается!.. А мы, простые люди — убийством!.. Мы себе вдолбили в голову, что убивать нельзя… Только им можно… Служителям Сатаны!… А нам нельзя!.. Объявить своеволие!.. Он говорит " Не убий!".. А я, убил!.. Проявил своеволие!.. Я пошёл против создателя!.. А то, приклеили мне ярлык — " От бедности… По молодости…". Тут копайте глубже!.. Но почему я страдаю? — Закричал Антон. Его тело началось трястись. — Почему ночей не сплю?.. Совесть замучила?.. Нет, господа хорошие!.. Страх меня замучил. Не буду себя обманывать. Страх… А если следователь знает, что это я?.. А если все православные узнают?.. Что тогда будет?.. Позор какой! В тюрьму посадят!..

— А ты побольше языком чеши! — крикнул Леший. — Убил кого и помалкивай! — Он налил пол фуждера водки и залпом выпил. — Кто людей за язык дёргает. Каждый из нас может быть стукачом!.. А тост ништяк!..

— Вот так жизнерадостный тост! — вскричал Мамонтов. — Хоть удавиться от такой жизнерадостности!..

— Господа, пусть Иван Сергеевич тост скажет. — предложила Михеева. — Молодёжь выступила, теперь и старики могут высказаться.

Михеева с надеждой посмотрела на Прохорова. Она как бы говорила ему. — " Покажи молодежи класс" На Прохорова теперь смотрели все. Они знали его неудовлетворённость творческой судьбой. Все ждали, начнёт ли он импровизировать? И он начал.

— Ну, что сказать тебе, Стас? Переполошил ты нас всех! Повезло тебе крепко!.. Ты, один из нас завтра будешь делать очень важную работу!.. Очень важную, прекрасную и ответственную!.. Я часто думаю с некоторых пор, а надо ли делать то, что будешь делать ты?..И… Сегодня я понял очень важное! Я для себя сделал открытие!.. Может быть к этой мысли я шёл всю свою жизнь! Профессиональную жизнь!.. Моя профессия превращается "В ничто", если она не служит моей родине!.. Только в служении народу, смысл нашей профессии! Всё остальное фиглярство!…Ты, Стас теперь курьер. Ты начал свой бег!.. Так беги!..Если побежал, то беги!.. И не останавливайся!.. И не оглядывайся!.. А мы за тобой!.. Беги к своему каменному дзоту, Стас!..

— С автоматом в руке! — уточнил Митрофан. — Нет!.. С Эстафетной палочкой! Я сейчас интересную мысль поймал!… Боец бежит с автоматом в руке, в котором уже нет патронов. И по-этому он бежит как бы не с автоматом, а с эстафетной палочкой. Так бежит спортсмен- олимпиец… И из последних сил он добегает до своего финиша и передаёт свою эстафетную палочку кому-то другому… Но кому?.. Кому передал свою эстафетную палочку наш боец?.. В беге участвует команда и каждый из членов этой команды бежит свой отрезок дистанции и каждый из них должен улучшить свой бег!.. А если бежит целый народ? Одно поколение должно пробежать свою жизнь великолепно и передать свою палочку другому поколению. А новое поколение обязано улучшить свой бег и передать палочку следующему поколению. И так дальше!.. А что получилось у нас? У россиян? Александр передал палочку другому, а тот побежал не прямо к финишу, а рванулся совсем в другую сторону. Третий бегун свою палочку потерял, пока нашли, остальные бегуны успели по десять раз поседеть и полысеть и умереть, и снова родиться!.. Современный бегун нашу национальную палочку продал иностранцам, а вырученные деньги положил в карман покупателя!

— Стас! — Леший изрядно захмелел. — Путём говоришь!.. Уважаю!.. И друзья у тебя путём!.. — Он полез в карман и вытащил огромный кошелёк. — Я тебе сейчас дам денег!.. Тебе они сейчас нужны!.. Тебе… Жене твоей… На бери, здесь тысяча баксов. Без отдачи!.. Завтра… Дело сделаешь и сразу домой!.. Я буду держать всё под контролем!.. Убивать можно- Леший посмотрел на Антона. — Я только сейчас понял слова моего кореша профессора " Если можешь не убивать, не убивай"… Убивать можно тогда, когда нельзя не убивать… Завтра после твоей работы, Стас, я сам отвезу тебя домой… — Леший взглянул на ручные часы. — Мне пора… А ну-ка дай мне гитару… В углу стоит…

Лешему дали гитару.

— Одну песню спою и домой поеду… В зоне сочинили.

Леший был уже изрядно пьян, по этому не заметил как проговорился, употребив слово " зона" Он с трудом нашёл начальный аккорд и запел.

— " Мне хочется друга, друга такого,

Что б сердце сжималось при мысли о нём.

Что б взгляд мой смущался, лицо обжигая,

Стыдливым и нежным, горящим огнём.

Мне хочется ласки и нежного слова,

Мне… мне"… — Забыл —

" Мне хочется нежной, горячей любви…

Но всё это только одни лишь мечтания,

Трата-та-та-тата"… — Забыл…

" Моей одинокой и сильной любви… Мне… Мне " — Забыл!.. Это плохо, Стас?..

— Что ж хорошего, если любимое забыл! — ответил Прохоров, словами Сатина из " На дне" Горького.

— Забыл!.. Всё забыл! — Леший заплакал. — Ладно, пойду. — Леший поднялся, положил гитару на пол и посмотрел на Лену. — Вы мне понравились… Бог даст ещё свидимся.

— Я провожу вас. — сказал Стас. —

— Сам найду дорогу. — Леший направился к двери. — Моя машина за углом.

Леший вышел из квартиры. В комнате возникла пауза. Все ждали когда гость выйдет из подъезда. Они смотрели в окно на улицу перед центральным подъездом.

— Всё! — сказал Русинов. — Он пошёл в конец дома.

— Там его машина. — пояснил Антон.

Тем временем Леший сел в автомобиль и завёл мотор. Прежде чем тронуться с места он набрал номер по мобильному телефону.

— Совдат, это я Леший… Я сам проверил курьера… То что надо… Знаешь, Совдат, я передумал избавляться от курьера… Нет, не совесть замучила… Его можно не убивать… После операции заплатим ему бабло и пусть катится на все фуфлыжные… Ты меня понял, Совдат… Скажи своим бойцам, что отменяется… Лады!.. До завтра…

Леший отключил мобильник, нажал на педаль и поехал домой.

В комнате Стаса, актёры обменивались впечатлениями. Дверь комнаты открылась и показалась голова Гриценко.

— Ушёл?

— Ушёл. — ответила Наташа. — Ты такой спектакль пропустил. Я в первый раз в жизни увидела актёрскую импровизацию! А говорят, что драматическим актёрам невозможно импровизировать!..

— Что за деньги? — Гриценко подошёл к столу.

— Леший оставил. — Ольга-Гамлет взяла доллары в руку и потрясла их. — Моему мужу и мне оставил.

— Он что, передумал убивать Стаса? — недоверчиво спросил Гриценко.

— Похоже на это. — Сказала Ольга.

— Вот она, сила искусства! — Воскликнул Папазян. — Посмотрел наш спектакль бандит и передумал убивать!…

— На завтра надо отменять операцию! — задумчиво проговорил Медведев. — Этот человек передумал убивать. Судьба не передумает!.. Когда вы играли этот спектакль, мне показалось, что собираемся мы вместе, в последний раз!.. "Бойтесь третью силу!" — говорил Гуджиев… " Одна сила помирилась с другой… Вмешается третья!". Надо отменять операцию!.

— Поздно отменять! — сказал Гриценко. — Слишком много людей задействовано в этом. Город хочет поставить точку в карьерах Лешего и Муташева.

В это время все услышали душераздирающий крик! Он доносился с лестничной площадки. Крик поднимался по лестнице и нарастал. Все присутствующие в комнате оцепенели. Крик подступил к двери, она резко распахнулась и в комнату вбежала обезумевшая Обухова.

— Спасайтесь! — размахивая руками и смотря на всех воспалёнными глазами, кричала она. — Он здесь!.. Зверь поднимается к нам! Его число человеческое — Шестьсот шестьдесят шесть! Это число дьявола!.. Я вышла из подъезда подышать воздухом и увидела его!…Аа!… Аа!… Прыгайте в окна! Он поднимается к нам!..

— Кто? — в страхе крикнула Михеева.

— Пугов!.. Пугов-мертвец! Он вышел из гроба и поднимается к нам!

— Это моя вина! — перевела дух Михеева. — Я остановлю его. — Михеева быстро пошла к двери. — Вы Зиночке объясните!.. Мы подождём за дверью.

Мария Фёдоровна вышла из комнаты.

— Не пускайте Машеньку туда! — закричала Обухова. — Он её… Он её…

— Изнасилует?! — испуганно спросил Арчеладзе.

— Не паясничай, Гиви. — скривился Попазян. — Ты же знаешь Зину.

— Кто её изнасилует? — Обухова расширила глаза. — Надо остановить ожившего мертвеца, маньяка — подлеца, взбесившегося трупа!.. Аа!.. Аа!..

Обухова стала просто орать в потолок. Мансуров подошёл к ней и ударил ладонью по её щеке. Обухова перестала кричать и уставилась на актёра.

— Он не умер! — отчеканил слова Мансуров. — Это был разыгранный спектакль!.. Валентин Пугов выполнял очень важное, государственное задание… Спроси всех. Об этом все знают!.. Но до вчерашнего дня, мы сами ничего не знали… Теперь мы знаем… Теперь и ты знаешь!.. И не обзывай пожалуйста нашего Валентина, разложившимся трупом!.. Ты не имеешь права позорить имя героя!

— Я… Я… — Обухова заморгала глазами. — Я… Что вы… Что ты… Такое говоришь? Я не… Его не оскорбляла…

— Он выполнял задание! — продолжал Мансуров — . Ты думаешь он хотел лежать в гробу?

— Мансуров! — Папазян выразительно посмотрел на актёра. — Хорошо придумал: клин, клином вышибить, но не перегни палку. Ты хочешь, чтобы Зина по другому поводу истерику закатила?

— Ладно, извини Зиночка. — Папазян подошел к Обуховой и обнял её. — Теперь ты знаешь, что Пугов не умер. Он претворялся покойником. Так было нужно.

Все ждали реакции Обуховой. Она долго соображала, переводила взгляд с одно на другого, потом видимо она полностью осознала сказанное Мансуровым.

— Какая я подлая! — застонала она. — Валентин там лежал… В гробу… Он выполнял задание в гробу… Я представила, как ему там неудобно было… Как он старался не дышать!..Какой молодец! Не обращайте на меня внимания.

— Это как же не обращать! — крикнул Русинов. — Я смотрел на тебя и думал. " Вот как надо играть безумие!"

— И я об этом думала. — подхватила Лена. — Пыталась всё запомнить… По действию это было… Трудно сказать…

— Мы все об этом думали. — согласился Папазян. — Вместо того, чтобы Зиночку успокоить…

— По действию это было… — Медведев на секунду задумался. — Зина убеждала нас прыгать в окно. И не просто прыгать, а прыгать немедленно!..

— Пугов гениальный актёр! — продолжала свою тему Обухова. — Он гениальный актёр!.. Теперь я это поняла! Столько лет играть морального урода, выполняя государственное задание!.. — Она посмотрела на всех — Вы не обращайте внимания на меня. Забудь-те, что я здесь. Я хочу уйти в себя. Я хочу передумать всю свою жизнь!

Возникла пауза. В дверь постучали, она открылась и в комнату вошли, Пугов, держа под руку Михееву.

— Надеюсь вы успокоили Зиночку? — тихо спросила Мария.

— Успокоили. — ответил Орчеладзе.

Радостные возгласы, всхлипывания, смех и обнимание с Пуговым, длились не долго. Папазян всех остановил.

— Я пожалуй поеду домой, уже поздно. — Прохоров поднялась со стула. — Где репетиция завтра?

— Здесь. — ответил Медведев. — Давайте в одиннадцать.

— Я такси вызову. — Прохоров тоже поднялся.

— Я тебя отвезу. — Арчеладзе тоже поднялся с пола. — В моей машине поедем.

— Замечательно! — Прохоров пошёл к выходу. — До завтра, господа. Желаю вам успешной психодрамы.

Попрощавшись со всеми, актёры вышли из квартиры.

— Господа, почему вновь пришедшему не наливаете? — возмутился Пугов.

Русинов налил в фужер водки и протянул его Пугову. Все налили понемногу в свои фужеры и рюмки, и устремили свои взоры на Валентина.

— За что выпьем? — спросил Русинов.

— За нас! — серьёзно сказал Пугов. — Я очень рад, что снова вижу всех вас!

— Я очень рада, что ты живой, Валя! — Обухова восхищённо смотрела на Пугова. — Я верила, что ты не умер. Твой дух жил. И я это чувствовала. Теперь я знаю, что жив был твой добрый дух. Я верила в твой дух. Живой дух. И ты пришёл…

— Вот и ответ! — крикнул Русинов. — Простите, я несколько слов…Гамлет верит, что его отец не умер!.. Умерла его плоть… Он общается с отцом. Он умеет это делать. Он умеет вызывать духи!.. Это он вызвал дух отца, постоянно думая о нём! Гамлет сделал то, что актёры делают каждый день!..

— Актёры вызывают духи? — удивился молодой актёр Копыло.

— Вызывают. — ответил Медведев. — Драматург написал пьесу, создал характеры. Как сказал Русинов, он прочитал это у Даниила Андреева, персонажи писателей начинают жить своей собственной, отдельной от писателя жизнью. Это материальные духи. Актёр вызывает, страстно вызывает из космоса эти духи. Он их находит и они влетают в него. Они начинают двигать тело и психику актёра… Актёр тоже может выпустить своего персонажа в космос…

— Не понимаю?!.. — Заинтересовался Копылов.

— Актёр призывает дух Гамлета, созданный Шекспиром. В репетициях призывает. Репетируя страстно, профессионально, самозабвенно. Перед этим он очищает свою душу от скверны… Гамлет влетает в его тело. Соприкасаясь с телом и душой актёра, он изменяется. В психике и подсознании актёра происходит уникальная работа. Соединение духа Гамлета, с. Душой актёра… В результате появляется третья душа. Третий человек. Этот человек создан актёром. Актёр создавая своего Гамлета, так же как и писатель выпускает своего двойника в космос. Он как бы возносится вместе со своим двойником в космос. То есть в будущую жизнь. А это и есть бессмертие!.. Актёры становятся бессмертными, когда блистательно сыграют какую-нибудь роль! Он может сыграть за свою жизнь много ролей, но ему достаточно сыграть три, или две роли, блистательно сыграть, чтобы выпустить своего двойника в будущий мир и обессмертить себя…

Ещё долго болтали актёры в эту ночь. Затем радист Стрекалов включил магнитофон. От туда полилась: лирическая, успокаивающая музыка. Все сидели, или лежали на покрывалах, постеленных на пол. Вскоре все " неврастеники", как окрестил актёров и актрис Гриценко, заснули, под действием " Партизанской жизни", алкоголя и чудной музыки.

Различные мелодии продолжали играть в комнате… Они играли и в душах спящих актёров. Обухова потихонечку поднялась, подошла к спящему Саше-Гитлеру и разбудила его.

— Саша, подвинься, я рядышком прилягу. — прошептала она.

Саша подвинулся. Обухова легла с ним рядом и тайно, так, чтобы никто не видел, поцеловала его в губы. Потом они оба закрыли глаза и заснули. Все спали тихо кроме Митрофана. Он изредка стонал. Вероятно ему снились тревожные сны. Михеева поднялась с покрывала, подошла к нему и стала гладить актёра по голове. Митрофан вздрогнул и проснулся. Его всего трясло. Михеева склонилась над его головой.

— Митрофан, ты всех будишь своими стонами!

— Я стонал? — Митрофану стало не по себе.

— Стонал! — улыбнулась Мария. — Пойдём в другую комнату. Мне Наташа ключи дала. Она пустая. Тебе лучше там спать. Тебе нужно выспаться.

— Хорошая идея, Мария! — Митрофан поднялся с пола. — Зачем людей будить своими стонами.

Митрофан и Мария на цыпочках вышли из комнаты, поднялись выше по лестнице, Мария отперла квартиру и они туда вошли

Митрофан нащупал выключатель и зажёг свет Они осмотрели комнату. Взгляды их остановились на матрасе.

— " Не зажигай свет!" — крикнула Михеева. " Не зажигай, пожалуйста свет!"…

Митрофан снова повернул выключатель и свет погас.

— Ты буквально понял меня, Митрофан! — тихо засмеялась Мария. — Это не я кричала… Это Бланш из " Трамвая желаний", Уильямса. Я играла её когда-то!. Бланш боялась, что при свете, её морщины, увидит её возлюбленный Митч!..Не зажигай свет, Митрофан, ты увидишь мои морщины!

— Я и при свете смотрел на вас. Морщин я не увидел! — улыбнулся Митрофан.

— Обманывашь!.. Нельзя обманывать старых женщин!

— Какая вы старая?.. Ну честно!.. Я совершенно не думаю, что вы старая!.. Мне эта мысль и в голову не приходила!.. Я видел вашу Бланш! Мне вы очень понравились тогда!

— Я тогда ещё была замужем… Ой, что я болтаю? Я наверное пьяная!..А я видела твоего Фёдора Иоановича!.. Замечательная роль! Ты талантливый актёр, Митрофан!

— А вы талантливая актриса, Мария!… А свет надо зажечь?

— Не надо зажигать свет! — прошептала Мария.

— Не надо зажигать свет! — громко прошептал Митрофан. — Не надо зажигать свет, Бланш!.. Это я тебе говорю!.. Царь Фёдор Иоанович!…

Митрофан взял Марию за талию и притянул её к себе.

— Вы негодяй, ваше величество! — Михеева положила ладони на голову Митрофана.

— Я давно вас люблю, Мария! — признался Митрофан. — С тех пор, когда увидел вас в " Трамвае желания"

— Я знаю. — тихо сказала Мария. — Ты каждый спектакль дарил мне цветы. Мне их выносили на сцену в конце спектакля. Я потом узнала, что они от тебя…

— Я хочу вас поцеловать. — так же тихо прошептал Митрофан.

— Ты хочешь меня изнасиловать?.. Как Стенли Бланш?.. Я закричу!.. На помощь! — прошептала Мария. — Пажар!… Горим!…

Митрофан прижал к себе Марию и со стоном стал целовать её губы.

СТАС И ЛОЭРТ.

Весь следующий день "гамлетовцы" вводили Митрофана на роль Лоэрта. В экстремальных ситуациях актёры могут выучить роли наизусть за два дня. И именно это Митрофан и сделал. Текст у него пока ещё " не отскакивал от зубов", частенько он подглядывал в листки роли, которые держал в руке, но всем было понятно, что Митрофан с текстом справится. В квартире Стаса, остались только те, кто входил в контакт с Лоэртом и с которыми у него было много текста роли. — Его партнёры по спектаклю. — Полоний, Офелия, Клавдий, Гертруда, Гамлет. Самые необходимые партнёры. Вёл репетицию, Русинов. Остальные сцены репетировал в театре Медведев. Репетировали на малой сцене, где и должны были сегодня играть. Все готовились к вечернему прогону.

И в театре и в доме Стаса, репетировали технически, не вкладывая душу. Медведев и остальные актёры понимали, что всё равно они не смогут полностью внутренне выкладываться. У всех в подсознании слишком сильно сидела тревога за окончание спектакля "Антикурьер", который заканчивать будет только один Актёр — Митрофан.

В пять часов Медведев объявил перерыв.

— Господа, — обратился он ко всем — через час Митрофан едет доигрывать спектакль с бандитами. Я поеду туда, на "квартиру Стаса" Все остаются здесь. Готовьтесь к прогону… Натали Васильевна — обратился он к помрежу — вы здесь за главного. Ещё раз проверьте музыку, реквизит…Часик отдохните и снова технически пройдитесь по мизансценам и по тексту.

— Вы едете к Митрофану? — спросил Саша-Гитлер.

— Да. Надо его поддержать.

Медведев выскочил из зала.

— Иван боится, что Митрофан будет безоружным. — сказал Наташа-журналистка. — Всё может случиться!.. Он будет под контролем собровцев… Но всё может случиться!..

— Неужели ему нельзя как-то подсунуть пистолет? — спросил Антон- Бернардо.

— А как? — Наташа развела руками. — Митрофана наверняка обыщут перед поездкой… Машина, на которой он поедет, принадлежит бандитам. Как подсунуть ему оружие?

— Что же вы молчите! — Саша-Гитлер вытащил из кармана записную книжку. — У меня есть человек, который подсунет ему, не только пистолет, но и автомат!

— Кто это? — спросила Наташа.

— Сергей Чапа. — ответил Саша. — Он учится на последнем курсе циркового училища.

— И что ты предлагаешь? — снова спросила Наташа.

— Сейчас я ему позвоню, он приедет сюда и мы попросим его всучить Митрофану пистолет. Говорят, что он сможет стать гениальным фокусником!

— А где мы возьмём оружие? — обвела всех взглядом Наташа. — Мой муж смог бы организовать, но он сейчас далеко.

— У меня в машине есть револьвер. — сказал Саша.

— Откуда он у тебя? — спросил Мансуров.

— Когда мы были на кладбище… Тогда, помните, мы вам рассказывали?..

— Когда Валентина Пугова увидели?

— Да… Помните я говорил, что после перестрелки с бандитами, мы взяли кое какое оружие у убитых уголовников… Иван Григорьевич приказал нам всем, чтобы мы оружие выбросили в кусты… Все выбросили, а я нет…

— Ты с ума сошёл, Саша! — сказал Папазян. — Тебя могут в любой момент остановить милиция и обыскать машину!..

— У меня в салоне такой тайник, что сам чёрт его не найдёт.

— Звони своему фокуснику. — согласился Павлик- Франциско.

— Кто-нибудь одолжит мне мобильник?

— Держи. — Наташа протянула ему свой телефонный аппарат.

Саша набрал номер.

— Привет Чапа!.. Гитлер беспокоит… Нет, ещё не сожгли, пока ещё живой… Всё нормально… Очень серьёзное дело есть, Сергей… Проблемы не у меня, а у " театра Превращения"… Да, да, того самого… Я отсюда и звоню… Надо помочь Медведеву… Приезжай… Только поскорей… На проходной тебя пропустят…

— Мы его встретим! — подсказал Арчеладзе.

— Тебя встретят… На проходной театра… Давай, жми!..

Саша отключил мобильник.

— Ну что? — поинтересовалась Наташа.

— Через пятнадцать минут будет здесь. Он где-то рядом.

Дверь открылась и в малый зал вошли, Муташев и директор театра.

— Ну, как наш спектакль? — весело спросил спонсор.

— К вечернему прогону всё готово! — ответила за всех, помреж.

— А где вы вчера все были?.. Мне доложили, что вы на природе репетируете.

— Мы репетировали в лесу, Совдат Гапурович. — помреж покраснела, она не умела врать. — Идея была Медведева…

— На природе актёры расслабляются. — пришла на помощь Наташа. — Там мало суеты.

— Очень хорошо! — согласился спонсор. — Очень хорошо!.. Как вижу, вы закончили репетицию?

— Медведев объявил перерыв до шести часов. — объяснила помреж.

— Вы мне скажите только одно, — серьёзно спросил Муташев — зрительский прогон состоится, или нет?

— Конечно состоится, Совдат Гапурович. — помреж сделала удивлённое лицо. — Куда же ему деться.

— Много людей приглашено? — спонсор посмотрел на Бессонова, директора театра.

Андрей Фёдорович достал из кармана записную книжку и открыл её.

— Два критика приглашены… Из министерства культуры. Из префектуры… Из ВТО… Из Ирландии приехало цыганское трио " Лойко". Сергей Эрденко, друг Медведева… Кто ещё… Лиза Конькова, актриса… Борис Цикин, писатель и кинодраматург…

— Тот самый? — удивился Спонсор.

— Тот самый!..

— Серьёзная публика!

— Лиза Конькова сейчас работает в королевском шекспировсом театре в Лондоне…Кононовы… Знаменитые художники. В Южной Африке работают. С Манделой знакомы… Кто ещё?.. Лена Антоненко, из театра " Приморская пальма". Вы её знаете. Она с Виктором Алексеевичем, в " Красном цветке" играла… Много будет народа!..

— Зрительный зал будет полный? — поинтересовался Муташев.

— Уверен, что да!

— Господа, отдыхайте… До вечера…

Спонсор и директор вышли из зала.

— Муташеву так хочется, чтобы было побольше народа. — глаза Наташи засверкали. — Им будет легче провернуть операцию с наркотиками.

— Не пройти ли нам в буфет? — внёс предложение Антон. — Нам надо всем подкрепиться кофем!.

— Очень дельное предложение! — подхватил Попазян. — Надо не забыть встретить циркача!..

Актёры стали выходить из зала.

КВАРТИРА СТАСА.

Медведев ворвался в комнату в коммунальной квартире на втором этаже предпоследнего подъезда. Его там уже ждали.

— Фух!.. — крикнул Медведев. — Думал не застану вас!

— Митрофану уже надо выходить. — сказал Гриценко.

— У нас есть пять минут? — спросил Медведев.

— Есть минут пятнадцать. — Гриценко посмотрел на ручные часы.

Режиссёр хотел перед кульминационным моментом "представления", ещё раз пройти, внутреннюю и внешнюю линии митрофановской роли Стаса Кольцова.

Медведев шагал кругами по комнате, все остальные расположились где попало.

— И так, Стас, — начал Медведев — давай пробежим по сквозному действию твою роль.

— Давайте. — Митрофан встал с пола и так же как Медведев, зашагал по комнате.

— Начинай! — скомандовал режиссёр.

— Я безработный…

Митрофан по мере своего монолога, превращался из Лоэрта, внутренне, в Стаса.

— У меня есть жена, она беременна!.. Мне надо во что бы-то не стало, получить работу. Мне нужна, любая работа… Беременная жена, которую я очень люблю, уже находится в панике… Она не работает, муж не работает… Вот, вот ребёнок появится на свет! Чем его кормить, как его растить?.. Ни я, ни жена, этого не знаем… Где взять деньги?…..Наконец-то мне повезло! Я встретил нужных мне людей. Прекрасных людей! Они мне предложили работу. Оклад пообещали приличный… Работодатели решили проверить меня на болтливость. И болтливость моей жены. Проверку мы выдержали с честью. Я и моя жена им понравились. Они почувствовали в нас надёжных людей, которым можно доверять тайны… Меня утвердили на должность курьера. Работа моя начинается сегодня вечером, в шесть часов пятнадцать минут. Мне надо перевезти в машине, из одного места в другое, чемоданчик… Наверное очень важная почта… Там мне дадут коробку, или ящик и я должен буду привезти его туда, откуда я брал чемоданчик… На этом моя работа в этот день, закончится… Всё…

— Зерно твоего образа? — спросил Медведев. — Ты знаешь наше определение зерна образа?

— Знаю. — ответил режиссёру Митрофан. — Это, либо главный порок персонажа, либо главное его достоинство… Что в конце концов доминирует в нём. Если выигрывает порок, он съедает главное достоинство, если выигрывает во внутренней борьбе человека с самим с собой, главное достоинство, оно съедает главный порок… В данном случае, речь может идти только о пороке… Главный порок Стаса… Не могу сказать!..

— А его и нет! — воскликнул Медведев. — Роль Стаса ни кем не написана. Нам самим надо придумать ему зерно образа… Раньше мы не подумали… Но лучше поздно, чем никогда!.. Придумай сам. Туда, куда ты поедешь, будет не только проверяющие. Там будет Муташев, там будет много людей… Хотя главного беса ты уже убедил…

— Лешего? — скептически скривился Митрофан. — Он пьяный был. Его и убеждать было нечего.

— Сегодня там пьяных не будет. — согласился с Митрофаном Гриценко.

— То-то и оно!.. — Митрофан задумался. — Главный порок Стаса…

Митрофан по мере своего второго монолога, превращался из Лоэрта, не только внутренне, но и внешне в Стаса.

— Переоценка своих возможностей! Интеллектуальных возможностей!.. Он как бы постоянно доказывает, что он умный… Волевой, решительный… У него немножко всё преувеличено… Нормальный человек скажет — "Я!.." — Спокойно скажет и всё… Стас, говоря это слово, вскинет голову, выпрямит спину и поднимет грудь… Всё немножечко преувеличено… Походка уверенная, но, опять — таки, преувеличинная уверенность… Жесты преувеличены…

— Господа, — Гриценко посмотрел на часы — у нас мало времени… Хотя я знаю, то, что вы делаете, очень необходимо… Извините…

— Проколы Стаса? — спросил Митрофана Медведев.

— В уверенное поведение вклинивается его испуганный взгляд. — ответил Митрофан. — Взгляд длится доли секунды… Короче говоря, из него на доли секунды выглядывает раб! Панический взгляд… От неверно сказанного им слова, неверно сделанного "уверенного жеста"… Эти проколы отражают его реальное состояние и реальные возможности… Например… Мне нужен партнёр…

— Иван Сергеевич, помогите ему! — попросил Медведев.

Прохоров поднялся с пола и подошёл к Стасу.

— Кого мне играть? — спросил он у режиссёра.

— Муташева — ответил режиссёр — Играй Муташева.

— Понял. — Прохоров подошёл к Стасу. — Ну, здравствуй, дорогой!.. Вот ты какой! Такой нам партнёр и нужен… Как себя чувствуешь, Стас?

— " Подобно доллару в куче центов"! — Митрофан вскинул подбородок.

— Хорошо, дорогой! — улыбнулся Прохоров — Мы все здесь, для тебя центы?

— Я не вас имел ввиду… Тех, кто ходят по улицам… Серая масса… Чернь!..

— Прокол! — скомандовал Медведев.

— А среди вас, — испуганно сказал Стас — я чувствую наоборот центом… Вы доллары, рядом со мной, а я… Рядом с вами — цент!..

— Ошибка! — крикнул Медведев. — Выявил свою рабскую суть!.. Выкручивайся!

— Нет, нет, я не чувствую себя центом! — Стас преувеличенно сделал жест и уверенно скрестил руки на груди. — Я себя чувствую долларом но… Но когда я говорю со своим начальством, я чувствую себя… Только одним долларом… А начальника… Сто долларовой купюрой!..

— Господа доллары, время! — Гриценко снова посмотрел на часы.

— Присядем на дорогу! — предложила Михеева.

Все сели. Молчали долго. Каждый думал об одном и том же — Об удачной судьбе " Театра Превращения".

— Пошли, Митрофан. — Гриценко поднялся со стула. Поднялись все. — Выходи один из подъезда и иди к метро. Действуй так, как мы обсудили. Не волнуйся, рядом с тобой будут наши люди. Ты их не будешь видеть, но они будут рядом…

— Оружие хоть дали ему? — спросил Русинов.

— Митрофана наверняка обыщут. — ответил Гриценко. — Церемониться со Стасом они больше не будут… Митрофан полностью должен быть чистым.

— Мне пора, господа. — Митрофан пошёл к двери.

— Я тебя провожу. — сказала Михеева. — Представим, что я лучшая подруга жены Стаса. Соседка, и лучшая подруга!.. Жене уже тяжело ходить, она сильно беременна и соседка провожает Стаса на его первую, в этом году, работу.

— Осторожней, Митрофан! — проговорил Прохоров. — Мария на тебя глаз положила!

— Я уже старая для Митрофана! — отрезала Михеева.

— А где вы всю ночь пропадали? — наигранно-серьёзно продолжал Прохоров.

Все присутствующие опустили глаза.

— Ну и сплетник ты Иван! — Михеева пошла к двери.

— Вы что, до метро его будете провожать? — испугался Гриценко.

— Нет! — ответила Мария — Мы только выйдем вместе из подъезда. Стас пойдёт на работу, а я вернусь в квартиру.

— Давайте без проводов! — раздражённо сказал Гриценко. — Всё гораздо серьёзнее!

— Хорошо! — согласилась Михеева. — Дай я тебя поцелую Митрофан! — Мария подошла к Митрофану, обняла его и прижала к себе. — Береги себя, Митрофанушка.

— Только не плакать! — сказал Медведев. — Плохая примета.

Митрофан вышел из квартиры.

— Братцы, — захлопал в ладоши Медведев — надо продолжать репетицию!.. Надо вводить Митрофана… Что я говорю, Митрофана нет!.. Кого же вводить?..

— Мы все устали. — Гриценко посмотрел на режиссёра. — Все чертовски устали… Но всё будет хорошо. Операция " Антикурьер" закончится быстро. В семь часов, Митрофан приедет с наркотиками в театр, всех бандитов арестуют и вы сможете начать свой генеральный прогон " Гамлета"!.. Господа, всё продуманно профессионально. Волноваться нет смысла. Пора возвращаться в театр.

— Иван Григорьевич прав. — сказала Михеева. — Мы сделали, что смогли, остальное в руках Господа…

— …И правоохранительных органов. — закончил фразу Гриценко.

— В театр, так в театр. — Медведев пошёл к выходу.

Гриценко и актёры последовали за ним.

" АНТИКУРЬЕР".

Ровно в шесть часов, Стас стоял у входа в метро " Пушкинская". К нему подошли, Олег и Василий и ещё два чеченца.

— Привет труженикам нового, русского бизнеса! — Олег протянул Стасу руку, Тоже самое сделал Василий. — А это служба безопасности нашей фирмы, — Олег указал на чеченцев. — Машину твою они проверили, бомб не нашли… Такие правила нашей фирмы. Знаешь время какое!.. А у нас каждый работник на счету… Теперь они проверят тебя. Знаешь, ведь могли тебе в карман вложить малюсенькую бомбочку… Или микрофон какой… Они проверят…

Два чеченца подошли вплотную к Стасу.

— Мы тэбэ обышым. — сказал один.

— Обыскивайте. — бодро ответил Стас.

Один из них прошёлся ладонями по всему телу Стаса.

— Всо порадке! — сказал он остальным.

— Видишь машину? — спросил Стаса Олег и указал пальцем в сторону парковки.

— Там много машин. — ответил Стас.

— Старый Жигуль?

— Вижу.

— Это твоя машина. Пойдём к ней. По дороге я тебе скажу, всё, что тебе, по твоей работе сегодня, надо сделать.

Пятеро мужчин двинулись к парковке. В эту же секунду от выхода из метро, к парковке двинулась весёлая компания молодых людей. Они шумно разговаривали друг с другом не обращая ни на кого внимания.

— Вот ключи от машины. — Олег протянул Стасу ключ. — Этот район ты хорошо знаешь…Ты мне сам сказал в прошлый раз… Поедешь за машиной, которая припаркована прямо перед твоей… Чероки… Видишь?

— Вижу. — Стас что-то шептал себе под нос.

— Что ты там себе бормочешь?

— Запоминаю ваши распоряжения. Учу наизусть.

— Учи, учи… Память у тебя хорошая… Начинающего бизнесмена….

Они продолжали идти к парковке. Олег говорил быстро.

— Мы будем ехать за тобой, а впереди тебя эти ребята…Поедешь за их машиной… Поедете по улице 19О5 года. Потом начнётся Звенигородское шоссе. Там свернёте вы налево. По левой стороне, метров через сто увидишь вывеску — " Глушители для автомобилей"… Или по английски — " Экзост"… Там будут ворота… Смотри на задние лампы Чероки. Перед тем, как тебе свернуть в мастерскую, они включат задние, аварийные огни. Это тебе сигнал. Они поедут дальше, а ты сворачивай налево и въезжай в гараж… Там увидишь ворота. Они будут открыты. Заедешь туда, там тебя встретят и скажут, что дальше делать… И всё такое… В машине, под передним сидением, чемоданчик. Ты его не открывай, там секретные документы нашей фирмы… Когда заедешь в гараж, там есть люди, которые сами вытащат этот чемоданчик… Потом они положат за передним сидением пассажирского места один ящик. На нём будет этикетка с надписью " посуда" Не обращай на это внимания. Это для конспирации. Там секретные документы… После гаража, за тобой поедем уже не мы. Другие поедут. Люди, из нашей партнёрской компании. Наши партнёры Понял?

— Не глупый! — ответил Стас. — Глупые вокруг меня!.. А я, в центре!

Мужчины уже стояли около Жигулёнка.

— Тогда открывай, садись, заводи и жди Чероки. Когда она тронется, трогайся и ты. Не отставай от неё! Если на светофоре будет красный., а Чероки проедет, не дёргайся. Жди зелёного. Как загорится, проезжай перекрёсток и снова пристраивайся в хвост Чероки… Мы с Василием, поедем за твоей машиной. Понял?

— Не дурак! — вспылил Стас. — И дураку понятно!.. А я не дурак!.. Дураков нет!..

— Ну не кипятись! — Олег похлопал Стаса по плечу. — Открывай машину и поезжай. Следи за Чероки.

Стас подошёл к машине, открыл ключом дверцу и уже собирался сесть на водительское место, как один из молодых людей, разговаривающий с своими весёлыми друзьями, в трёх метрах от Жигулёнка, крикнул.

— Стас!.. Ты ли это?.. Смотрю на тебя и не могу поверить своим глазам!..

Митрофан не знал, как себя вести. То, что это провокация, он не сомневался. "Только зачем?.. Последняя проверка?"… Митрофан решил пойти на импровизацию. А что ему ещё оставалось делать?

— Наконец- то я тебя нашёл! — продолжал "провокатор". — Ребята, — обратился он к своим друзьям — это тот самый Стас, который меня пьяного проводил домой… Два квартала вёл под ручку! Затащил меня на пятый этаж, сдал моей жене и смылся!.. Дорогой ты мой!.. — Провокатор обнял Стаса. — Ты хоть помнишь меня?

— Откровенно говоря, смутно… — нерешительно ответил Стас.

— Да, как же ты меня будешь помнить, когда ты сам пьяный был!.. Ха-ха-ха!.. Вы представляете, сам он пьяный, а меня вызвался провожать!.. Сеня я!.. Помнишь?.. Мы познакомились со Стасом в пивнушке. — Сеня снова посмотрел на своих друзей. — Сначала пили порознь, потом я подсел к Стасу и мы стали пить вместе… Болтали, пили… Потом нализались и Стас вызвался проводить меня домой… Ха-ха-ха!.. Я-то трезвее его был, раз в десять, а он меня провожать!.. Благородный ты человек, Стас!.. Душа у тебя есть!.. Молодец!… Такие больше не водятся!..

— Мне ехать надо… — Стас посмотрел на бандитов.

— Да, молодые люди, — вмешался Олег — ему ехать надо!

— А, вы вместе!.. — Сеня посмотрел на бандитов. — Твои друзья?

— Мои коллеги… — решительно сказал Стас. — Я на работе, Сеня!

— Святое дело!.. Не буду мешать!.. Как я тебя увижу?

— Я тебе позвоню. — нашёлся Митрофан. — Дай мне свой телефон и я тебе позвоню.

— Идея! — Сеня вытащил из кармана какой-то листик и записал свой номер телефона. — На, держи… Позвони обязательно… Нет, не позвонишь!.. Опять исчезнешь… У меня идея!.. Вытащи одну бутылку водки! — Попросил Сеня одного из своих друзей.

Тот вытащил из сумки бутылку водки и протянул её Сене. Было слышно по звуку стекла, что в сумке была не одна бутылка.

— Мы на дачу едем, к Володьке. — Сеня указал на одного из парней. — Девки должны сейчас подойти… Поедем балдеть…Женщины будут.!.. Одну бутылку водки я отдаю тебе!.. После работы выпьешь! За что захочешь, за то и выпьешь…

— Да, нет… Не надо, Сеня… — смутился Стас. — Я в состоянии сам себе купить… Теперь я работаю…

— Вижу, вижу! — крикнул Сеня. — Помнишь тогда мы открывали душу друг другу?.. В пивнушке?.. Я безработный, ты безработный… Теперь тебе повезло!.. И мне повезло!.. Бери бутылку!

— Не могу, я на работе.

— А ты выпьешь её после работы!..

— Возьми бутылку, Стас! — посоветовал Олег. — Твой друг от тебя не отстанет.

Стас протянул руку, чтобы взять бутылку.

— Нет, нет, хитрец! — засмеялся Гена. — Возьмёшь и отдашь её своим коллегам. Я сам положу бутылку к тебе в багажник!.. Так будет надёжнее… Стас, открывай багажник.

Стас открыл багажник Жигулёнка. Сеня поднял бутылку над своей головой. Он держал её одними пальчиками правой руки. Двое чеченцев, впились глазами в Сенину руку и в бутылку. Они стояли от багажника в трёх метрах.

— Эту бутылку, — торжественно произнёс Гена — я отрываю от своего тела… От своего горла и дарю её прекрасному человеку… Дерзкому человеку!.. Смелому и благородному человеку, Стасу!.. Моему другу! — Гена покружил бутылку над своей головой и опустил её в багажник. — Здесь у тебя хорошая ямочка в багажнике. Бутылку ты найдёшь здесь!.. Закрывай!

— Надо проверат буталка!.. Один из чеченцев двинулся к багажнику.

— Всё!.. Хватит!. - крикнул Олег и схватил за локоть чеченца. — Некогда проверять!.. В бутылке водка! Время теряем!.. Стас, закрывай багажник и трогай!.. И помни, что мы тебе сказали!.. Всё запомни!.. И эту бутылку нам тоже припомни!.. Мы, с Василием разрешили тебе взять её с собой! — Олег выразительно посмотрел в глаза Стаса. — Трогай!..

Стас закрыл багажник, сел за руль и закрыл дверцу.

— Открой окно, Стас! — подбежал к нему странный друг.

Стас опустил окно салона.

— Когда будешь пить водку, скажи тост! — взволнованно говорил Гена. — Помнишь я произносил его в пивнушке, когда мы пили пиво?..

— Смутно. — ответил Стас.

— Я тебе его напомню…

" Коль будем жить, так свергнем королей,

А коль умрём, погибнут с нами принцы.

Нам совесть говорит оружье свято,

Когда за правду поднято оно!"…

— Вспомнил?.. — " Оружье свято, когда за правду поднято оно!"..

В это время со стороны входа в метро послышался женский крик.

— Сеня!… Миша!… Ребята!

Все повернулись и увидели трёх девушек. Они махали руками Сене и всем остальным. Кричала одна из них.

— Поехали, хватит болтать! — крикнула другая.

— Всё, пока Стас! — Сеня пожал Стасу руку. — Мы побежали.

Сеня и трое парней скорым шагом направились к девушкам.

— Заводи мотор! — отдал приказ Олег.

— Завожу. — отчеканил Стас.

— Эти козлы базарили долго! Мы опаздываем! — подытожил Василий.

Двое чеченцев сели в переднюю машину, Олег и Василий в заднюю. Три машины тронулись с места.

От метро до мастерской ехать было минуть десять и все эти десять минут Митрофан пытался вспомнить где он слышал тост провокатора. С этим тостом, или стихами было связано, что-то приятное и родное.

Митрофан так и не вспомнил, Чероки просигналил задними, аварийными лампами. Митрофан повернул голову влево и увидел вывеску " Экзост", а ниже " Глушители". Ворота в мастерскую были открыты, Митрофан повернул влево, пропустил несколько машин ехавших в противоположном направлении и въехал в гараж. Ворота немедленно автоматически закрылись.

Чероки с двумя чеченцами припарковался за мастерской, красный Москвич с Олегом и Василием припарковались до гаража. И чеченцы и проверяющие наблюдали за воротами не долго. Через пять минут ворота снова открылись и они увидели выезжающий потрёпанный Жигулёнок.

Чероки как и прежде поехал впереди, за Митрофанов пристроился уже не красный Москвич, а другой джип. Машина, "добрых партнёров" Олега и Василия, красный Москвич отъехал от стоянки и нырнул в переулок.

— Ну что, двигаем? — Василий сидел за рулём Москвича.

— Двигаем! — облегчённо вздохнул Олег.

— А может быть повременим? Если их всех повяжут, то все подумают на нас!.. Сдали банду и смылись за бугор!..

— Это было бы так, если бы курьер был настоящий. — задумчиво ответил Олег. — Но курьер не настоящий… Лететь надо!.. На завтра нас с тобой уже пригласили на " среднюю дачу"!.. Зачем?.. Никогда не приглашали, а сейчас пригласили. Муташев за бугор намылился…

— От куда знаешь?

— Светланов сказал.

— А от куда он знает?

— Светланов КГБэшник! А контора всё знает. Знала, знает и будет знать…

— Ты думаешь…

— Уверен! — зло сказал Олег. — Муташ будет стирать всех свидетелей. Пулю в лоб нам подарят на " Ближней даче" Сталин долбаный!… Совдат подражает вождю народов и думает, что этого никто не знает… Мудак!.. Вася, нам заплатили по сто тысяч баксов, делаем ноги и ложимся на дно.

— Понял! — крикнул Василий. — Ложимся на дно!.. Летим за бугор!..

— Зачем за бугор. На юг едем. Наслаждаться солнцем, морем и девушками!…

— Мы не доедем! — уверенно сказал Василий. — Нас уже сейчас могут арестовать.

— Не арестуют. — так же уверенно сказал Олег. — Сегодня я позвонил в ФСБ и предупредил, что мы-вербовщики, знаем кто такой на самом деле курьер. Но мы ничего ни кому не сказали. Попросил учесть этот факт… Офицер, с которым я разговаривал, обещал передать мои слова кому следует… Так что, сейчас нас не арестуют. Уверен, что они нам дадут возможность " лечь на дно"… Вперёд, Вася — к морю и девочкам!…

Вербовщики ехали к морю, а Стас в сопровождении бандитов двигался к театру " Превращения".

ГАРАЖ.

Ворота мастерской ещё не успели закрыться, как в них, на большой скорости, въехал милицейский фургон. Из автобуса, стоящего вблизи гаража выскочила человек пятнадцать в военной форме, в масках и с автоматами. Они ворвались в мастерскую следом за фургоном.

Внутри гаража началась операция " Захват". Послышались команды.

— Всем стоять!.. Руки на затылок и мордами к стенке!.. Быстро!.. Не дёргайтесь, будем убивать на месте!.. Как бешеных псов!..

За считанные минуты всех бандитов в мастерской обезоружили и на всех надели наручники. Один из собравцев положил на пол перед майором чемоданчик.

— Что в нём? — спросил Петренко.

— То, что нам и нужно. Доллары.

— Сколько?

— Ещё не считали.

— Посчитаем!..

Петренко подошёл к одному из бандитов.

— Кирил Громов?.. Он же " Крокодил"… Кто тебе такую кличку дал?

— Не помню. — ответил бандит.

— Когда тебя так кликанули? Наверное ещё в детском саду?

— В желудке моей матери. — злобно ответил бандит.

— Она что, тебя съела и стала переваривать?

Собровцы в масках засмеялись.

— Ты так её достал, что она решила тебя съесть?

Бандит молчал.

— Чья это сумка? — спросил всех Петренко.

Никто не ответил.

— Спрошу иначе. Чьи это доллары?.. отвечай Громов.

— Какие доллары? — спросил один из " работников гаража".

— Те, что в чемоданчике.

— В чемоданчике?

— Да, в чемоданчике!

— В каком чемоданчике? — работник с удивлением посмотрел на майора.

— В том, который передо мной лежит.

— А там доллары? — удивился Громов.

— Доллары, или баксы, или зелень… Это как тебе нравится.

— Понятия не имею.

— Ты же правая рука Лешего, Громов. Тебе ли не знать?

— Сейчас узнаю. — Громов посмотрел на своих товарищей. — Чей это чемоданчик?.. Чё молчите?.. Не знаете?.. Они тоже не знают, товарищ начальник!

Петренко подошёл к двум молодым людям, стоящих в шеренге с поднятыми на затылок руками. По внешнему виду и по лицам, они явно выделялись из стоящих в шеренге бандитов. Одеты были они как преуспевающие бизнесмены. На их затылках проглядывался интеллект. И так бывает.

— А вы как оказались в компании бандитов? — удивился Петренко. — Такие джентльмены и в такой бандитской компании… Вечеслав Семёнович?.. Кадыр Тахирович?.. Как вы оказались в пещере Кащея Бессмертного?.. А догадался! Вы из фармацевтической фирмы по изготовлению искусственных наркотиков?.. Что увёз водитель на Жигулёнке? Я сам отвечу. Он увёз наркотики… А это — офицер указал на доллары — Плата за наркотики… Угадал?..

— Просите, но я не знаю о чём идёт речь. — ответил один из фармацевтов.

— Эти доллары, плата от Мумашева и Карабута… За наркотики… А где наркотики?

— Ящичек с наркотиками уехал в " театр Превращения". - доложил собровец.

— Стало быть, к Муташеву и к Лешему. — подытожил майор. — И какой наркотик вы продали?.. Я к вам обращаюсь, аптекари.

— С вами мы будем разговаривать только в присутствии нашего адвоката. — ответил за двоих Вечеслав Семёнович.

— Пригласим ваших адвокатов, не беспокойтесь.

— Всех в фургон! — скомандовал майор. — Отвезём аптекарей к нам, там и узнаем все подробности… И чей это чемоданчик с долларами, узнаем тоже.

ПОТРЁПАННЫЙ ЖИГУЛЁНОК.

Митрофан приближался к театру им. Лермонтова, а по медведевски, к " Театру-студии Превращения". Это он, Медведев давно придумал название своей группе актёров. Он взял это слово у Кафки, когда мечтал поставил "Нору". Это уже после, муташевцам понравилось это название и они переименовали театр Лермонтова, в театр Превращения и стали цинично превращать художественный театр в балаган.

Многое вспомнилось Митрофану по дороге. Он так же понял, почему несколько последних дней он чувствует себя " не в своей тарелке". Ему противно было играть роль в жизни. Раньше он пришёл в восторг, когда ему предложили роль " Антикурьера", но сейчас, когда он почувствовал, что роль у него получается, ему стало мерзко на душе. Он не чувствовал себя в этой роли, как рыба в воде, как он чувствовал себя обычно на сцене. Играя роль в жизни, он чувствовал всю фальшь своей души и тела. Он так же чувствовал всю фальшь спектакля разыгрывающегося вокруг него. На сцене, жизнь гораздо правдоподобней, чем в самой жизни. Парадокс?.. На сцене существуют реальные люди, с их реальными страстями, мыслями, поступками. А в так называемой, реальной жизни, всё нереально. Все кривляются, юродствуют. На сцене железная логика человеческих поступков, найденная и выверенная драматургом, режиссёром и актёрами. А в реальной жизни логика взаимоотношений людей, выверена абсурдной и бездумной природой… А эти партнёры, уголовники!.. Как можно играя с ними, получать удовольствие?

Но доиграть надо! Митрофан понимал, что эта его роль — " Нужник"! Ему надо было играть эту роль. Нужно было играть. Как раньше, хочешь, или не хочешь, надо было играть роли в партийных спектаклях. В театрах, такие пьесы, навязанные им министерством культуры, или райкомом партии, отделом пропаганды, назывались " Нужниками". Но в театрах знали, что после " нужников" они будут ставить спектакли для души. Они будут играть Достоевского, Булгакова, Мольера. А за границей? Нет " нужников"? Есть! Ещё как., есть!

Так Митрофан успокаивал себя тем, что после " нужника-Стаса", он будет играть роль Лоэрта. На сцене, с прекрасными партнёрами, в постановке прекрасного режиссёра.

Правда после нужников трудно играть для души, ведь она, эта самая душа, уже загажена "нужником". Шаляпин за неделю до игры Мефистофеля постился… Или после игры… До, или после, но он вымывал из себя сатану…

Митрофан никак не мог забыть одного очень знаменитого актёра, который сыграл Ленина, по существу сыграл " нужник", но после этого, играя последующие роли для души, картавил их как дедушка Ленин и хитро прищуривал один глаз.

Но что утешало Митрофана, так это то, что Стаса он играет всего два дня. И не такой уж плохой Стас. Игра Стаса, на роль Лоэрта никак не отразится. А как Митрофану хочется поскорей закончить роль Стаса и приступить к роли Лоэрта. Медведев великолепно придумал его. " Аристократ в духовной помойке". Лоэрт стыдится своего отца, приспособленца, уважает Гамлета, но вынужден отговаривать свою сестру от неравного брака, как считает сам Лоэрт… Презирает Клавдия, но держит свои чувства в узде, боясь навредить отцу. Держится свободно и независимо. Оденут Лоэрта в этом спектакле в белый костюм. Он должен быть, по задумке режиссёра, " белой вороной, среди стаи воронья". Королевский двор возненавидел бы его, но вся его ненависть ушла на Гамлета.

Митрофан предвкушал, как он выйдет сегодня на сцену и начнёт играть Лоэрта!… Но прежде надо было доиграть " нужника".

Он хоть и понимал, что ему нечего бояться, вся операция под контролем собровцев, но всё равно чувствовал себя неуютно. Впереди едут бандиты, сзади бандиты. А если бы он оказался по-настоящему в их руках? Ведь те курьеры, прошлые, которых уже нет в живых, оказались! Правда они не знали, что их повезут после операции убивать. Как скотину! А может быть знали? Догадались они в какой-то момент? Но что они могли сделать? Все курьеры были женаты, вполне возможно, что у них были дети! Семьи курьеров, были заложниками! Курьеров отвозили в лес и убивали. Их везли на убой по этим же улицам, по которым шли такие же прохожие, как и сейчас! Так же на горизонте горел закат… Стоп!.. Митрофан понял, что играет роль курьера. До него курьеры были убиты. Возможно что он играет эту роль в память погибших курьеров. А это уже не " нужник" Это настоящая роль, но только не курьера, а антикурьера. В мгновения Митрофан изменил своё мнение о своей роли. Теперь он понял, что играет роль антикурьера и эта роль ему — безумно нравится!

Серову становилось легче! Он решил доиграть эту роль до конца. Прекрасную роль! Он стал разбирать свою встречу с Сеней. Странный Сеня и странный подарок. Было бы ясно, что это провокатор, если бы не стихи. Зачем провокатору читать стихи? Стихи явно шекспировские. Митрофан только не мог вспомнить от куда? Из какой трагедии?

Потрёпанный Жигулёнок приближался к театру…

В ТЕАТРЕ.

К семи часам — фойе, и буфет, уже наполнились приглашёнными. Официальных людей почти не было, медведевская группа продолжала быть в опале. Да, она едет в Англию, но повода для сближения с ней,"новые русские" не находили. В театр пришли самые близкие актёрам и родственники обслуживающих спектакль. Другими словами — родственники, и друзья. Пришли так же: музыканты, художники, режиссёры, актёры других театров. Все ждали начала прогона.

Гамлетовцы находились на сцене малого зала, они оговаривали последние детали прогона. И хотя занавес был закрыт, в зрительный зал пока ещё никого не впустили.

Из-за кулис на сцену вбежал директор театра, Бессонов.

— Простите за вторжение, господа, есть новость! Завтра вечером вылетаем в Лондон!

— Замечательно! — воскликнул Прохоров.

— После завтра начинается фестиваль, как вы знаете… Завтра утром принесите свои паспорта.

— Принесём, Андрей Фёдорович, — заверил Мансуров директора — обязательно принесём!

— Всё, не буду мешать… Да, Гриценко приказал вам не выходить в фойе и в буфет, до конца операции. В буфете не только люди Муташева, там ещё, господин Карабут!

— Леший? — невольно вскрикнул Пугов.

— Кто такой Леший? — удивился директор.

— Это его "погоняло". - ответил Пугов. — Господина Карабута кличка — Леший!

На сцену вбежал Гриценко.

— Большая неожиданность! — проговорил он тревожно. — Леший вошёл в театр десять минут назад! Его ждали с наручниками в его гараже, а он сюда пожаловал. Есть предположение, что он больше не доверяет Муташеву и будет сам контролировать отправку наркотика. Муташеву это не понравилось. Они о чём-то злобно беседовали, друг с другом у окна в буфете. Их телохранители, а они вызвали всех и их много, тоже недоверчиво смотрят друг на друга. Муташевские на карабутовских, а те на них… У входа в театр тоже много бандитов! Руководитель захвата опасается, что при задержании бандитов может начаться перестрелка, небезопасная для прохожих на улице и зрителей внутри театра. Решают, как поступить.

На сцену вбежал ещё один человек.

— Иван Григорьевич, — обратился он к Гриценко — мы решили поскорей впустить зрителей в зал! Так будет для них безопасней!

— Правильно решили! — сказал Гриценко.

Все находившиеся на сцене, через занавес, услышали., как открылась дверь в зал и зрители начали занимать места.

— Никуда не выходите, я сейчас. — Гриценко пошёл к выходу со сцены.

— Постой, Иван! — остановил его Медведев. — Ты не сказал о главном. Что с Митрофаном?

— Извини, Виктор, не сказал. С ним пока всё впорядке. С минуты на минуту подъедет к театру. Сопровождающих решили сразу не брать, может начаться перестрелка… Тогда ящик с наркотиками не попадёт в руки Муташеву. Он его просто не возьмёт. Провалится его арест с поличным!.. Всё будет хорошо!

Гриценко вышел в фойе, директор последовал за ним. Гамлетовцы зашли за кулисы.

Наталия Васильевна, помреж, открыла ящик, висящий на стене и нажав кнопку, отключила свет на сцене. Затем она нажала вторую кнопку. Занавес автоматически открылся и входящие зрители увидели на сцене декорацию первой картины спектакля.

Сцена погрузилась во мрак и только десять факелов, образовывая собой круг, пылали настоящим огнём. Кроме факелов на сцене не было никакой декорации. Только чёрный, матерчатый задник закрывал заднюю стенку сцены.

ТЕЛЕЖКА С НАРКОТИКОМ.

Митрофан подъехал к служебному входу в театр, остановил машину, как ему приказали, заглушил мотор и стал ждать.

По плану партнёров, Муташева и Лешего, перед началом спектакля, когда ещё зрителей в фойе и в буфете будет много, курьер должен выйти из машины с ящиком, на боку которого будет написано " осторожно посуда" и внести его в буфет, не привлекая большого внимания. Затем курьер выйдет из театра к нему подсядут двое чеченцев и повезут его куда надо.

В буфете, тем временем бармен положит " ящик с посудой" в большую тележку с надписью " мороженое" и повезёт её на колёсиках в инквизиторский цех. Следом за барменом туда подойдёт Муташев, теперь к нему прибавится Леший, и на их глазах произойдёт подмена ящиков. Настоящий ящик с реквизитом, накануне опечатанный таможенниками, поместят в тележку, а ящик вынутый из тележки, поставят на стол с другими реквизитными ящиками, предварительно поменяв на ящиках наклейки.

Таким образом, ящик с реквизитом покатится обратно в буфет, а ящик с наркотиками останется в инквизиторском цехе и будет дожидаться отправки в Лондон.

У каждого нормального человека возникнет вопрос — " А зачем такие сложности с внедрением наркотиков в инквизиторский цех?".. Неужели нельзя проделать операцию тогда, когда в театре никого нет?.. А в этом и был весь Леший, который и придумывал все операции. Ему хотелось, как азартному игроку положить наркотики в реквизитный ящик " на глазах у всех!". Но разве он мог подумать, что встретит на своём, жизненном пути, таких же азартных игроков, какими являлись, актёры. Он так же не знал, что уже находится " под колпаком" правоохранительных органов.

У полковника ФСб, Харитонова Николая Петровича, руководителя группы по задержанию преступников, была конкретная задача. Зная планы бандитов, используя аппаратуру прослушивания, дождаться когда начнётся подмена ящиков, заскочить в реквизитный цех и арестовать всех с поличным. Свидетелей он подготовил заранее. Конечно главным свидетелем на суде, должен выступить Митрофан.

Харитонов сидел в комнате радистов и ждал развития событий. Все мужчины из группы захвата заняли свои позиции. Стас находился в Жигулёнке и ждал сигнала, когда ему вытаскивать ящик.

В буфете ещё оставалось небольшое количество зрителей За одним столиком сидели, Муташев и Леший. За другими столиками сидели бандиты и собровцы. Главарям такая ситуация не нравилась. Муташев поглядывал на часы. — " Какого лешего зрителей впустили в зал так рано? Где этот идиот директор?".

В буфет вошёл молодой человек и сразу направился к Муташеву.

— Курьер на месте. — тихо сказал он хозяину.

— Заносите. — приказал Муташев.

Молодой человек вышел из буфета. Муташев и Леший тоже поднялись со стульев и направились в фойе. Следом за ними, как по команде повскакивали со своих стульев человек пятнадцать со спортивными сумками в руках и последовали за хозяевами. Собровцы тоже вышли в фойе.

Молодой человек сообщивший Муташеву о Стасе, вышел из театра и подошёл к Митрофану.

— Вытащи ящик, — приказал он Стасу — и неси её в буфет.

— В какой буфет? — спросил Стас.

— Вопрос путём!.. Войдёшь в эту дверь, пройдёшь по коридору в фойе, завернёшь налево и внесёшь ящик в первую же дверь. Там у тебя его возьмут. Потом вернёшься в машину, к тебе подсядут наши коллеги и отвезут тебя домой.

— На этом моя работа закончится? — разочарованно спросил Стас.

— На сегодня, да… Понял?

— Понял.

— Действуй!

Молодой человек отошёл в сторону, а Стас вышел из машины, обошёл её, открыл правую дверцу, вытащил ящик и понёс его к входной двери.

Войдя в помещение, он прошёл по коридору и завернув налево вошёл в буфет. К нему подошёл мужчина среднего возраста.

— Ставь на пол и уходи.

Стас поставил ящик на пол, вышел из театра и сел в машину. Из Чероки вышли двое чеченцев и подошли к нему. К ним подошёл ещё один чеченец. Теперь их было трое.

— Выходы из тачкы! — скомандовал один из них.

Стас вышел из машины.

— Садыс на здный сыдэный.

Стас послушно выполнил приказ. Двое чеченцев сели по бокам Стаса и захлопнули дверцу. Первый чеченец сел на место Стаса и завёл мотор.

Спецназовцы собирались блокировать машину не около театра. Могла начаться перестрелка и план захвата Муташева и Лешего с поличным, мог бы рухнуть. Поэтому они ждали, когда Жигулёнок покинет зону театра.

Водитель, который сидел на месте Стаса, хотел уже трогаться с места, как к проходной на бешеной скорости подъехал мотоцикл. С него спрыгнул человек в шлеме и вбежал в театр. Чеченец не тронулся с места, его что-то насторожило.

Мотоциклист влетел в фойе и столкнулся с Лешим.

— Тревога, шеф! — панически стал докладывать он хозяину. — Я сидел в кафешке, напротив гаража, как ты сказал… Когда этот… Курьер въехал туда, за ним туда въехали менты. Всех повязали шеф!..

— Почему не позвонил? — злобно зашипел Леший. — Ты бы через год мне сообщил!

— Я мобильник забыл на столе… После того, как они увезли всех… Вывезли из гаража в крытой машине… Я пошёл проверить… Захожу… Никого. Тогда я враз понял. Побежал обратно, мобильника нет на столе, кто-то вертанул. Хотел звякнуть по автомату, он не работает… Я заскочил на байк и сюда…

Открылась дверь буфета и от туда вышел человек с тележкой. На тележке была надпись — "Мороженое". Он медленно покатил её через фойе, к двери ведущей за кулисы театра. Леший невольно посмотрел на него. Проходя мимо Лешего и увидев его налитые кровью от злости глаза, мужчина с тележкой остановился в нерешительности. Он подумал, что он, что-то не то делает.

— Что-нибудь не так? — дрожащим голосом спросил он Лешего.

— Всё не так! — затрясся от злости Леший.

— Что не так, дорогой? — подойдя ближе к Лешему спросил Муташев.

— Всё не так!.. — повторил Леший. — Он где-то здесь!

— Кто — "Он"? — поинтересовался Муташев.

— "Он" — это тот, кто меня переиграл!.. Меня — Лешего!.. Сука рваная! Волчара позорный!

Леший лихорадочно завертел головой по сторонам.

ФСБэшники поняли, что произошло непредвиденное! Бандиты в реквизиторский цех не пойдут. И они решили перенести задержание из реквизиторского цеха в фойе. Несколько человек подошли к тележке.

— Господин спонсор! — сказал один из фсбэшников. — Господин Карабут!.. Господа, не вам ли принадлежит ящичек, который лежит в тележке?

В глазах Лешего потемнело. Сотни миллионов долларов уходили безвозвратно. Уходила заграница! Уходили дворцы, которые в своём воображении он уже построил. Уходила счастливая, свободная и беззаботная жизнь!

В эту минуту, вся его ненависть к людям, к ментам, к обществу, к государству, — заполнила всё его существо. Вся его жизнь, талантливого и умного человека, в чём он был совершенно уверен, разбивалась в прах! А почему и по какому праву? Да, наплевать ему на все политические системы! Наплевать ему на человеческую мораль! Закрой глаза и мир исчезнет! Значит этот мир существует для него! Мир — это он сам! Мир — это деньги! И сейчас их у него отнимают! Нет, пидари македонские! Нет!..

Леший выхватил из кармана пиджака пистолет, схватил за волосы одного из зрителей, стоящего рядом с ним и рассматривающего на стене фотографии актёров, и приставил дуло к его виску.

— Стоять, суки! — заорал он. — " Не тот храбр, кто не знал безумств!".. Пристрелю его как собаку!.. Вытаскивайте дуры!

Леший обвёл своих телохранителей бешеным взглядом. Те по выхватывали из спортивных сумок автоматы. В руках чеченцев, телохранителей спонсора, а их в фойе было человек десять, тоже появилось оружие.

— Вези тележку туда! — Леший показал на дверь ведущую в малый зрительный зал. — Всем туда!.. Нашим туда, всем остальным не двигаться! Держите зрителей на мушке!

Леший, Муташев, человек с тележкой и все телохранители вбежали в зал и захлопнули за собой дверь.

— Всем оставаться на местах! — Крикнул Леший зрителям сидящим в креслах… А где артисты?

— Они на сцене. — дрожащим голосом ответил спонсор.

— Всех привести сюда!.. И посмотрите там, нет ли выхода в фойе!

Несколько человек с автоматами и с пистолетами побежали за кулисы. Через несколько секунд они вывели в зал всех актёров и находившихся за кулисами людей.

— Всем сесть в кресла! — заорал Леший. — И не рыпаться! Перестреляем как кур!

Актёры сели на свободные зрительские места.

— Вам всем понятно, что произошло? — Леший посмотрел на сидящих в креслах. — Это захват заложников!

От своих собственных слов, Леший вздрогнул. Он замолчал, обвёл всех взглядом и в его глазах потемнело ещё больше. Он осознал, что произошло непоправимое! Он посмотрел на Муташева, тот на него. Все бандиты переглядывались друг с другом и их взгляды выражали полное недоумение.

В это время, из зрительском туалета, в фойе выбежал один из бандитов с спортивной сумкой. Видимо крик Лешего заставил его срочно прекратить справлять нужду и разузнать, что случилось.

Выскочив от-туда он увидел людей в штатском и с оружием в руках. Бандит понял, что случилось, что-то страшное, он выхватил из кармана пистолет и ринулся к выходу.

— Стоять! — крикнули спецназовцы.

Один из них выстрелил в воздух. Бандит остановился и поднял руки вверх.

Выстрел в фойе послужил толчком молниеносных событий на улице. Люди спонсора и Лешего, дежурившие около театра, выхватили оружие и побежали к входу. ФСБэшники, которых здесь было так же много, бросились им наперерез. Началась стрельба.

Чеченец сидящий за рулём Жигулёнка, резко нажал на педаль и машина рванулась вперёд, и в считанные секунды, Митрофан с бандитами, исчезли за углом.

ФСБэшники видели манёвр чеченцев, но ничего не смогли сделать. У них завязался настоящий бой с бандитами. Крики и вопли прохожих, свистящие пули рядом с их головами!.. Могла ли группа захвата предотвратить похищение Митрофана?

Бой между бандитами и отрядом захвата кончился очень быстро. Большинство бандитов было убито, остальных арестовали, погрузили в машину и увезли. Со стороны спецназовцев, один человек был убит и двое ранено.

Подъехали машины "Скорой помощи" и милиции. Раненых немедленно увезли.

Полковник Харитонов, командир захвата, сообщил по рации всем постам ГАИ и своему ведомству о похищении Жигулёнка, и вернулся в фойе.

ТЕРРОРИСТИЧЕСКИЙ АКТ.

Харитонов быстро подошёл к двери малого зала, около неё стояло несколько человек.

— Что там? — спросил он одного из своих помощников.

— Они выдвинули ультиматум… А впрочем они ждут вас, или кого-то посолиднее…

— Какой ультиматум?

— Спросите их сами… Нам повторять они больше не намерены… Они сами так сказали.

Харитонов подошёл к двери малой сцены и постучал в дверь.

— Кто? — послышалось шипение Лешего.

— Полковник Харитонов. — офицер немного помолчал. — У вас ультиматум?

— Да, у нас ультиматум!

— Повторите!

— Даём вам часа два, не больше!.. Нам нужен самолёт!.. Нет, вертолёт!.. Исправный, не поломанный… Заправленный горючим по горло… И побыстрей решайте наш вопрос! Через час, мы будем расстреливать заложников по одному. Каждые пятнадцать минут мы будем делать по одному покойничку.

— Куда собираетесь лететь?

— Это военная тайна.

— Мне нужен Муташев.

— Я здесь, полковник. — послушно выкрикнул спонсор.

— Это твои люди увезли курьера?

— Какого курьера? — удивился спонсор.

— Послушай, Муташев! — закричал полковник. — Если с головы курьера упадёт хоть один волосок, с твоей головы, упадёт, скальп!.. Звони бандитам немедленно!

— У них нет мобильников. Они против цивилизации…

— Против чего?

— Против цивилизации. Они настоящие мусульмане… Они против телевизоров, против самолётов… Они считают, что всё это от дьявола.

— А на Чероки разъезжать, это не от дьявола?

— Что ты со мной говоришь, полковник — сказал Муташев после небольшой паузы — с ними и говори. Я за цивилизацию… Мне нравится играть в компьютерные игры…

— Куда они его повезли? — перебил спонсора, полковник.

— В лес. За кольцевую дорогу. — испуганно вскричал Муташев.

— Куда именно?

— Не знаю… Слово мужчины, не знаю. Они мне сказали, что увезут его в лес.

— Совдат! — шипяще заорал Леший. — Я же тебе вчера звонил!..

— Звонил, дорогой… Я сделал, как ты сказал… Предупредил моих джигитов, чтобы не убивали курьера… Но случилась неожиданность… Началась стрельба в фойе. Мои люди могли не правильно понять… Нет, они правильно всё поняли… Всё поменялось… Что я такое говорю!.. Какой курьер, какие джигиты, какое убийство курьера!..

— Болтун ты, Совдат! — уже тихо прошипел Леший. — Всё рассказал ментам. Кто за язык дёргал!. Ты как бы по хитрому сказал… Взял и весь расклад им выдал!

— Каким языком? — не понял Муташев.

— Эзоповским языком. — вмешался в разговор бандитов Папазян, сидя в зрительском кресле.

— Какой язык? — оживился Муташев.

— Язык иносказаний. — расшифровывал Папазян. — Вы говорите о ком-то, только вам понятно о ком, но называете другие имена и события…

— Нет!.. — крикнул Медведев, вскочив с зрительского кресла. — Этого нельзя допустить!.. Нет!.. — Он вышел в проход и хотел подойти к двери, но его блокировали бандиты.

— Сядь на место! — сказал один из них.

— Я без оружия!.. крикнул Медведев. — Я не собираюсь бежать. Мне надо выяснить!..

— Кто такой? — спросил Леший Муташева.

— Режиссёр. — ответил Спонсор. — Хороший режиссёр… Хороший человек. Пусть поговорит с полковником.

Леший сделал знак головой бандитам, те отошли в сторону и Медведев подошёл к двери.

— Господин полковник, вы слышите меня? — крикнул режиссёр.

— Слышу.

— Это невозможно! Надо найти Митрофана!

— Ищут! — ответил Харитонов. — Все дороги блокированы. Машина с курьером, где-то в центре города. Они не могли пересечь кольцевую дорогу.

— Могу я поговорить с Гриценко?

— Я здесь, Виктор. — Гриценко подошёл ближе к двери.

— Что случилось, Иван? — Медведев тоже подошёл вплотную к двери.

— Цепь трагических случайностей, Виктор… Я не могу говорить всё впрямую.

— Говори эзоповским языком.

— Нет, господа! — вскричал Леший. — Говорите на русском языке… Будете мне лапшу вешать на иностранном?.. О каком Митрофане они говорили? — Леший повернулся к Муташеву. — Что с тобой, Совдат? Испугался?.. Ты как-будто не в себе?

— Совдат Гапурович, — сказал Гриценко через дверь- вы сейчас делаете страшную ошибку! Наркотики — это одно, терроризм — это другое! У вас и у Виктора Яковлевича лучшие адвокаты в городе!.. На наркотики никто даже внимания не обратит… Терроризм стал международным пугалом. Вы сами привлекаете к себе внимание!.. Выходите поскорей, пока журналисты и телевизионщики не приехали. Они раздуют всё до таких размеров!..

— Господин режиссёр, — Леший подошёл к Медведеву и пристально посмотрел ему в лицо. — Я вас где-то уже видел!.. А знаешь, где я его цинканул? — Леший повернул голову к Муташеву. — На квартире нашего курьера!..

— Когда? — удивился спонсор.

— Вчера ночью. После нашего разговора с тобой, я поехал туда ещё раз проверить нашего курьера. Там было много народу… Этого я точно запомнил!.. Ты понимаешь, что произошло?

— Понимаю! — неуверенно ответил спонсор.

— Ничего ты не понимаешь!.. Всем артистам подняться с места!

— Они не любят, когда их называют, артистами. — сказал спонсор.

— А как они любят?

— Актёрами их называй.

— Мне по фене, как их называть… Всем актёрам подняться с места! — крикну Леший.

Актёры поднялись с кресел.

— Выйти сюда! — Леший сделал жест рукой.

Все актёра вышли в проход.

— Встаньте в шеренгу… Около стены… Вот так.

Актёры расположились возле стены, Леший стал медленно идти и смотреть каждому в лицо.

— Все они там были!.. Почти все!.. Как же они тебя трахнули, Совдат! Артисты твоего театра, как ты говорил, твои " крепостные", тебя же и трахнули!.. Они нам подсунули своего курьера! Стас, вовсе не Стас, а Митрофан. Тоже небось артист!.. У тебя под носом, схимичили!

— У тебя крыша поехала, Виктор! — Муташев насмешливо взглянул на Лешего.

— У меня поехала?.. Вот стоит жена Стаса. — Леший указал на Ольгу. — Я её вчера там видел. Она вчера в очках была… Но носик… И губки бантиком, её!.. Все они там были!.. Они прикинулись, что обмывают стасову работу. Мы и обмывали… Дообмывались!.. Все здесь его родственнички… Дяди, бляди… Весь подъезд был в артистах. Представление для нас с тобой разыграли… Ты понимаешь?.. Курьер был их, жена беременная, тоже их. Соседи по подъезду, тоже были артисты. Наши долбанные проверяющие фраернулись… И я фраернулся… И ты, Муташ, фраернулся!

Муташев не знал, как себя вести. То, что говорил Леший, было похоже на провду. Проявлять ему, как-то себя, было надо. Опозорена его мужская честь. Честь чеченца!..С другой стороны, уже всё случилось! Обратно ничего уже не вернуть. Надо бы сдаваться, но в тюрьму ему идти никак не хотелось!..

Муташев прибег к излюбленному манёвру. Он стал ходить и делать вид, что думает и что-то важное про себя решает. Ходил он долго. Все терпеливо ждали его гениального решения. Телохранители Лешего и Муташева смотрели друг на друга с опаской. От решения Муташева зависело многое. Если Совдат решиться сдаваться, то может произойти прямо здесь разборка между группировками, а это стрельба на порожение. Леший никогда не согласится сдаваться. Все знали, что он привык идти до конца.

— Интересно, интересно… — выхаживал спонсор. — Кто-то из них был режиссёром представления… Его надо расстрелять первым… Кто из вас заводила?

Муташев остановился и грозно посмотрел на шеренгу актёров.

— Я заводила! — ответил Медведев. — Это я всех втянул в это дело.

— Жаль! А я думал, что заводила Пугов. — Муташев подошёл к человеку в чёрных очках. — Сними очки, дорогой.

Пугов снял очки.

— Здравствую, Совдат! — улыбнулся Пугов. — Я рад снова тебя видеть!

— Я тоже рад, дорогой! — Муташев обнял Пугова. — Я рад, что ты живой!

— Я рад вас видеть обоих! — прохрипел Леший.

— Валентина мы возьмём с собой! — сказал Муташев.

— Куда полетим? — спросил Пугов.

— Куда?.. — Муташев задумался. — В Израиль.

— Одни туда уже полетели! — Пугов положил очки в карман. — Помнишь, много лет назад? Захватили школьный автобус, обложились банками с бензином. В Израиль попросились. Их туда отправили, а потом вернули в наручниках!

— Молодец Пугов! — просипел Леший. — Мы тебя расстреляем последним!

— Так куда же полетим? — снова спросил Пугов.

— В Америку надо лететь, философы! — сказал Леший.

— Америка первая борется с терроризмом! — сказал один из сидящих в зале.

— Кто такой? — зло спросил Леший. — Встать!

Мужчина поднялся с кресла.

— Я международный журналист. — ответил мужчина. Попов, моя фамилия. — Вам вообще некуда лететь!

— Почём знаешь? — спросил Леший.

— Вас никто не примет. Вы не террористы. Никто с вами не будет связываться.

— Почему мы не террористы? — крикнул Леший. — Мы захватили заложников. Требуем самолёт!.. Чем не террористы?.. Мы политические!.. Мы против перестройки!…

— Террористы не вывозят наркотики. В вашем случае — это не так нызывается…

— А как называется?

— " Организованной преступностью" называется.

— Мы полетим в Турцию! — решительно сказал Муташев. — Там мусульмане, они поймут.

— Турция в хороших отношениях с Америкой. — возразил Попов. — Они не станут с ней портить отношения из-за вас.

— Тогда к арабам полетим. — Муташев закурил сигару. — К Садаму Хусейну.

— Американцы снова будут бомбить Ирак! — Попов вытащил из кармана пачку сигарет. — Закурить можно?

— Кури, дорогой. — согласился спонсор. — У нас демократия.

Журналист чиркнул зажигалкой и прикурил сигарету.

— Американцы глаз положили на Ирак. — продолжал Попов. — Садам слабинку дал и теперь они от него не отстанут.

— В Иран тоже нельзя лететь! — присоединился к их разговору один из зрителей. — И до него американцы доберутся.

— Кто такой? — спросил его Леший.

— Я дирижёр. Работаю в Англии. В Москву погостить прилетел. В театр пришёл, потому, что Медведев мой друг и прекрасный режиссёр. Говорил ему давно ещё, чтобы ехал в Англию, не послушал. Вот теперь…

— Куда посоветуешь ехать? — зло улыбнулся Леший.

— Разве, что на луну!

Все в зале засмеялись

— Молчать, бакланы! — крикнул Леший. — Что-то разбазарилсь, гнилушки!.

— Господин Карабут, — обратился к Лешему Медведев — отпустите наших зрителей. Они тут не причём.

— Они тоже заложники! — ответил Леший. — Они должны сидеть смирно и молчать! Если кто из них пикнет, голову скрутим!

В фойе вошёл генерал Пугов и Пётр, которого попросил генерал расстрелять Лешего при первой же возможности. Они оба подошли к двери.

— Могу я поговорить с сыном? — спросил генерал Харитонова.

— Говорите. — Хоритонов мотнул головой в сторону двери.

— Валя! — крикнул генерал. — Ты меня слышишь?

— Слышу, отец. — крикнул Пугов-младший.

— Как там с тобой обращаются?

— Пока нормально… Правда в шеренгу поставили… Всех актёров…

— Что они собираются с шеренгой делать?

— Ничего не собираемся, Валентин Дмитриевич. — крикнул Муташев. — Они могут сесть на свои места. Ты не против? — Спросил он Лешего.

— Пусть садятся. — недовольно прошипел Леший.

Актёры сели на свои места, Пугов-младший подошёл к двери.

— Отец, что там слышно о Митрофане?

— Ищут, сынок!.. Уже много времени прошло. Боюсь что…

— Что? — крикнул Медведев.

— Машина, как сквозь землю провалилась, Виктор Алексеевич. — Виновато сказал генерал. — Задействовали всех, кого только возможно. Не волнуйтесь, найдём!

В фойе вошло ещё несколько человек. Они прямо направились к двери.

— Что там? — спросил полковника один из них.

— Ультиматум объявили, господин мэр.

— Слышал. Знакомьтесь господа. — Мэр Москвы указал рукой на своих попутчиков. — Сергей Владимирович, генерал ФСБ, Генадий Фёдорович, специалист по борьбе с терроризмом.

— Господин мэр к нам пожаловал! — Леший стоял прижав ухо к двери. — Нам со всеми господами, есть о чём пошептаться!

— Нам не о чём с тобой шептаться, Виктор Яковлевич! — громко сказал мэр. — Мы с уголовниками не шепчемся.

— А что вы с ними делаете?

— Мы их сажаем за решётку.

— Не торопитесь, господин мэр! Вы можете сесть за решётку вместе с нами!.. Слово Лешего! Ты меня знаешь, господин мэр!

— Ты забыл главный закон, Леший! " Богу — Богово, Кесарю — кесарево!".

— Не советую, господин мэр, приплетать сюда Бога!… Накажет!..

— Уж не по твоему ли ходатайству?

— По ходатайству человеческой жизни, господин мэр!

— Господин мэр! — крикнул Медведев. — Могу ли я поговорить со своими? Я Медведев… Режиссёр!

— С кем вы хотите поговорить?

— Там есть такой… Иван Григрьевич Гриценко. Следователь. Я бы хотел с ним поговорить.

— Какой ещё Гриценко? — мэр обвёл всех стоящих рядом, недоумевающим взглядом.

— Это следователь. — кто-то пояснил мэру.

— Понимаю. — закивал мэр. — Позовите его.

— Я здесь! — сказал Гриценко. — Я слушаю Виктор Алексеевич. — Крикнул он в дверь.

— Ничего, Иван! — пробормотал Медведевю — Что ты сможешь сделать…

— Я пойду на улицу, Виктор… Если что узнаю, прибегу назад.

Гриценко направился к выходу.

— Минуту… — остановил его мэр. — Господин…

— Иван Григорьевич. — помог мэру Гриценко.

— Иван Григорьевич, там полно газетчиков… Телевидение тоже… Уклонитесь от интервью. Нам сейчас только до интервью!..

— Понял, господин мэр! — согласился следователь.

Ивану Григорьевичу так хотелось крикнуть. — Наташа, как ты там?.. — Но он не хотел акцентировать внимание бандитов на своей жене, на жене следователя. Гриценко вышел на улицу.

— Там нас по телевизору показывают! — сказал Леший, глядя на Муташева. — Здесь есть телевизор?

— Есть. — ответил спонсор. — В одной из гримёрок… Там стоит большой телевизор. Я сам его покупал. Актёрам иногда надо расслабиться и посмотреть новости… Или ещё что…

— Тебя расслабляют новости? — удивился Пугов. — А меня наоборот, приводят в уныние.

— Несите телевизор! — скомандовал Леший. — Думаю, что удлинитель здесь имеется?

— Имеется. — ответил радист театра, Стрекалов. — Он там же, в шкафу, на котором стоит телек.

Два человека с автоматами ушли за кулисы и вскоре вынесли от туда телевизор.

— Подключите. — приказал Леший радисту.

Стрекалов соединил удлинителем телевизор с розеткой и включил его. По всем каналам передовали экстренные новости. Все присутствующие в зрительном зале увидели на экране проходную театра, возле которой стоял с микрофонам ведущий и сообщал телезрителям ужасающую новость.

— Генеральный прогон " Гамлета", обратился генеральным захватом бандитами, зрителей и актёров, которые должны были разыграть для них, бессмертную трагедию Шекспира!.. Но меня ошарашила другая новость. — Актёры репетирующие " Гамлета", параллельно сочинили спектакль для торговцев наркотиками! Стало известно, как они переправляли наркотики, или другой товар… И зелёненькие… Через реквизиторский цех! Уголовникам не откажешь в остроумии….Как известно, ни один драматический спектакль не обходится без реквизита и как легко положить в реквизиторский ящик парашок с наркотиками и отправить их вместе с остальным реквизитом… Ну, скажем в Лондон… Или в Америку… Но вот в дело вступают актёры!..

Ведущий продолжал рассказывать предысторию захвата заложников. Муташев, Леший и их бойцы внимательно слушали рассказ. Телохранители не замечая того, стали подтягиваться к сцене, по-ближе к телевизору. Актёры сидели вдали от сцены.

Когда люди с оружием стали передвигаться к экрану, Саша-Гитлер понял, что настал его час. Он сидел третьим с краю ряда. Саша наклонился вниз и прошептал, так, чтобы его услышали сидящие рядом актёры.

— У меня в сумке оружие!

— Какое оружие? — Пугов так же наклонился вперёд.

— Два часа потратил! — покраснел Саша. — Всё нашёл… За кладбищем. И Гриценко пистолет нашёл… Всего, пять пистолетов и два автомата… Разбирайте!.. Я буду передавать, а вы подталкивайте ногами друг к другу…

— Вы с ума сошли! — гневно зашептал Медведев. — Если бандиты увидят, несдобровать всем! Мы здесь не одни! С нами зрители. Мы подвергаем их опасности!

— Саша прав! — возразил Русинов. — А вы, неправы, пан режиссёр! Если мы будем без оружия, мы подвергнем опасности наших зрителей!..Я знаю Лешего. Он не отступит от своего! Гнилая честь уголовников! Он доведёт дело до конца… Но!… Нам наплевать на реальность!…Саша, передавай!

Саша незаметно нагнулся, вытащил из сумки пистолет ТТ, положил его на пол и толкнул ногой в сторону сидящего рядом Мансурова. Тот толкнул дальше в сторону Пугова. Наконец пистолет оказался около ног последнего актёра в ряду. Тот опустил руку, поднял его с пола и положил в боковой карман пиджака.

В течении пяти минут, вооружились семь человек. Антону и Павлику достались автоматы. Только они были со спортивными сумками. Автоматы ушли туда. Пистолеты достались: — Медведеву, Пугову, Арчеладзе, Русинову и Саше.

… - Таким образом, — продолжал диктор телевидения- актёры приготовили им ловушку в этом подъезде! И наркодельцы в эту ловушку, попались!.. Я вынужден прервать мой рассказ. — Ведущий повернул голову вправо. — Сейчас мы видим, что к театру подъехали сразу несколько фургонов и от туда выскакивают люди в военной форме…

На экране появились бегущие солдаты. Их головы были покрыты шлемами, такими, какие надевают на свои головы водолазы. У каждого в руках были автоматы. Солдаты заскакивали в здание театра. За ними подходили к проходной несколько человек в штатских костюмах.

— Простите, господин… — ведущий поднёс микрофон к лицу одного из них.

— Генерал Востряков. — представился ведущему человек в штатском. Он остановился.

— Господин генерал, — начал интервью ведущий — Что за люди с оружием вбежали сейчас в здание театра?

— Это специальный отряд по борьбе с терроризмом.

— Вы руководитель этого отряда?

— Да, я являюсь руководителем.

— Скажите… Вы сказали, что ваш отряд борится с террористами. Вы считаете, что мы имеем дело с террористами? Изначальная информация была такова, что заложников захватили обыкновенные уголовники. Наркодельцы. Какая же из двух информаций соответствует действительности?

— Захват заложников, сам по себе уже является террористическим актом. — отвечал генерал. — Я понимаю о чём вы говорите, но мы не можем провести чёткую черту между террористами и уголовниками. Международная практика показывает, что террористы зачастую являются и уголовниками…

— Я могу с вами согласиться. Достаточно вспомнить большевиков.

— Я бы не проводил таких параллелей. — отвечая на вопросы, генерал подробно осматривал здание театра. — У нас сейчас есть конкретная ситуация, конкретная проблема, которую мы должны решить.

— Как вы собираетесь освобождать заложников, если это не секрет?

— У нас много способов. На каком мы остановимся, покажет конкретная обстановка.

— Возможен ли такой вариант, что террористам пойдут на уступки?

— Мы не примем ни одно их условие. Это не только наше решение. Это решение российского правительства, которое было принято не сегодня. В Росси терроризм не пройдёт! Мы не пойдём на уступки уголовникам! Сейчас за событиями разворачивающимся здесь наблюдает весь мир. — Генерал указал рукой в сторону камеры. — Как я вижу СНН снимает?

— Да, это они. — согласился ведущий.

— Мы обязаны освободить заложников! — продолжал генерал. — Если хотите, это наш интернациональный долг! Сегодня мы проведём показательное, международное мероприятие! Террористы всех стран и народов должны знать, что нам надоело вести с ними переговоры!… И с террористами разговор короткий. Уничтожить их физически… Извините мне пора.

— Я надеюсь, что вы не уничтожите вместе с ними и заложников?…

— Наша главная цель — бандиты!. - ответил генерал.

Генерал отдал честь и вошёл в театр, а ведущий продолжил свой репортаж.

Около служебного входа стоял генерал Пугов со своим другом Петром и о чём-то переговаривались. К ним подошёл человек и отдал Пугову шлем с рекуператором и трубками для кислорода. Генерал протянул шлем Петру, предполагаемому палачу Лешего. Пётр надел его на голову, проверил его работоспособность, пожал руку генералу и вошёл в театр.

— Теперь мы знаем, что террористами занялись очень серьёзно! — ведущий сделал серьёзное лицо…

— Выключите этого пидаря! — заорал Леший.

— Виктор Яковлевич прав! — подхватил спонсор. — Заткните ему глотку.

Один из телохронителей выключил телевизор.

— Что там сочинили артисты? — спросил всех Леший.

— Они сочинили для бандитов спектакль. — ответил спонсор.

— Теперь наша очередь сочинить что-нибудь для артистов! И мы, сочиним!

— Совдат Гапурович!.. Виктор Яковлевич!.. — услышали находившиеся в зале, чей-то голос. — Вы меня слышите?

— Слышим. — Леший подошёл к двери.

— С вами говорит полковник Харитонов.

— Это опять вы?

— Это опять я… Вы, что там, сдурели? В террористов решили поиграть? Ты хоть понимаешь, Леший на что вы идёте? Открывайте дверь и сдавайтесь. Я обещаю, что ваша выходка с заложниками, будет считаться как злая шутка!.. Муташев, ты слышишь меня? Объясни своему партнёру, что ерундой занимаетесь. Ты же не бандит, Совдат Гапурович. Ты аферист. Бандит и аферист, это не одно и то же!.. Улавливаешь?.. Решайте сейчас, пока ещё я руковожу операцией…

— Дайте подумать! — сказал Леший

— Думайте, но только быстро!

Муташев и Леший молча смотрели друг на друга. Они понимали, что мент прав и не надо усложнять ситуацию, но на карту поставлена их честь! Теперь уже, даже не деньги, а честь! Особенно это важно было для Лешего. Для него было важно не уронить честь уголовника. Что касается Муташева, то он был совсем из другого мира, из мира бизнеса. В его мире вопросы чести занимали третьестепенную роль. Если вообще занимали какое-нибудь место. Но Муташев был чеченцем, а это меняет дело. У чеченцев должна быть честь. Честь настоящего мужчины! Если мужчина решился на что-то, он должен идти до конца!.. С другой стороны, так не хочется сидеть в тюрьме! От этой мысли Муташева бросало в дрожь! И наплевать ему на то, что он там будет в привилегированном положении, поскольку у него есть деньги и связи. Парашу-то он всё равно будет нюхать! Нет, в тюрьму идти ему никак нельзя!

— Что думаешь Совдат? — наконец спросил Леший.

— А ты что думаешь? — вопросом на вопрос ответил Муташев.

— Думаю, что надо идти до конца!

Муташев хотел закричать в морду Лешему. — "Сдаваться надо, мудак!" — Но не закричал, а закинул голову вверх / что означало " Муташев думает" /. Он думал долго. Леший терпеливо ждал.

Муташев посмотрел хитрым взглядом на Лешего и ответил.

— В чечню полетим! К чеченским войнам!

Леший хрипло засмеялся.

— Там вы нас и пришьёте! Ловко придумал. Продадите наркоту, бабки разделите между собой, а нам порежете горла!

— Что такое говоришь! Я бизнесмен!

— Нет, дорогой бизнесмен, в Чечню мы не полетим.

— Куда же полетим?

— Полетим и всё!.. В полёте придумаем… Блядь! — крикнул Леший. — И всё это они нам устроили! Твои крепостные артисты!

Леший подошёл по-ближе к актёрам.

— И эта красавица там была. — он указал на Ольгу Ростову.

— И что она делала, вот эта женщина в квартире Стаса? — спросил спонсор Лешего, подойдя к Ольге Ростовой.

— Она?.. — Леший тоже подошёл к месту где сидела Ростова. — Она ничего не делала. Она сидела рядом со Стасом и гладила свой живот.

— Зачем? — подозрительно спросил спонсор.

— Живот у неё был такой большой… Ты что, забыл? Жена Стаса беременна!

— Да, да, припоминаю… — Что ты туда подложила?

Ольга ничего не ответила.

— Подушку какую-нибудь? — продолжал допытываться спонсор. — Что обычно туда подкладывают? — Муташев повернул голову к Медведеву.

Медведев ничего не ответил.

— Этот режиссёр, — злобно прошипел Леший — и эта потаскушка…

— Она вам не потаскушка! — крикнула Михеева. — Оставьте её, хоть сейчас в покое, Совдат Гапурович. Что вам от неё надо? Вы превратили её жизнь в кошмар! Вы издевались над ней все эти годы!.. Вам мало?.. Какое право имеет этот человек, называть актрису, потаскушкой? — Голос у Марии дрогнул. — Кто он такой?.. Почему он ворвался к нам в театр и бесчинствует здесь? Кто эти люди с автоматами? Почему они здесь и почему они угрожают нашим жизням?

— Заткнись фуфыра!.. — крикнул Леший.

— Я тебе не фуфыра!

— А кто ты?

Михеева пошла к Лешему. Она прокричала.

— Ты тварь!.. Я тебе сейчас дам по морде, жопа отвалится!

Несколько человек из зрителей оттащили от бандита актрису.

— Душок у тебя есть, женщина! — Леший с удивлением смотрел на Михееву. — Уважаю!.. Ты актриса этого театра?..

— Моего театра! — крикнул спонсор. Чувствовалось, что он начал себя накручивать. — Моего театра!.. Я здесь хозяин! Хозяин тот, кто платит деньги! Я вас всех кормлю!..

— Но это не даёт вам право травить меня! — крикнула Ольга. — Вы меня так затравили, что я перестала себя ощущать! Я не знала, кто я и зачем я родилась на свет? Я всё время спрашивала себя, что я такое сделала и почему все ненавидят меня? От меня все шарахались как от зачумлённой!.. Все!.. Мне не хотелось просыпаться!.. У меня было такое чувство, что весь мир в заговоре против меня!.. Я хотела покончить жизнь самоубийством, но Медведев спас меня!.. И эти люди, которые сидят здесь, мои партнёры, тоже спасли меня!.. Хозяин в театре, не тот, кто кормит!.. А тот, кто спасает!

Ольга замолчала и в зале возникла долгая пауза.

— Одних он спасает, других топит! — Леший посмотрел на Медведева. — Меня никто так не фраерил! Клоуна из меня сделал!.. Как в цирке!..

— Виктор Алексеевич, — протянул спонсор — а обманывать таким интеллигентным людям как вы, нехорошо! Я вам верил. Я думал, что вы хороший человек… Даже в голову не могло прийти!..

— Вы правильно выразились, Совдат Гапурович! — спокойно сказал Медведев. Он понимал, что со зверями, надо говорить, как можно спокойнее. — Вам и в голову не приходила мысль, что какие-то там, актёришки, могут восстать! Вы, Совдат Гапурович и Женю Гайчука убили поэтому! Какой-то там актёришко стал перечить вам! Вы как-то проговорились. Сказали, что вам даже лень думать об актёрах. О тех, "кто пудрит свои мозги, купаясь в своём ничтожестве"… Я понимаю, что вы кого-то процитировали, но думали вы так же!

Медведев сразу понял по изменившемуся лицу спонсора, что совершил ошибку. Ему не надо было обнажать, явно плагиатский характер Муташева. Но было уже поздно, что-либо, исправлять!

— Через несколько минут, — глаза Муташева вылезли из орбит — с вашего курьера будут живьём сдирать кожу и мы услышим его крик, даже здесь!.. Я уже вижу, как нож возмездия джигитов приближается к горлу шакала!..

Спонсор подошёл к двери и яростно крикнул.

— Эй, вы там!.. Если вертолёта не будет, мы взорвём бомбу!.. Она у нас есть!..

Все бандиты в недоумении переглянулись.

— Вот это по нашему! — прошипел Леший.

— " Не тот храбр, кто не знал безумств"! — Муташев поднял указательный палец вверх. Потом грозно посмотрел на всех. — Ларошфуко!… Включите снова телевизор! — Приказал он своим людям. — Скоро мы узнаем, что произошло с вашим артистом! С вашим Стасом!…

А произошло со "Стасом", с Митрофаном, вот что…

ВОЙНА МИТРОФАНА.

Поняв, что он и его сообщники попали в западню, чеченец, сидящий за рулём Жигулёнка рванул машину и проехав несколько метров завернул за угол.

Потрёпанный Жигулёнок мчался к " улице 1905 года". По дороге чеченцы о чём-то совещались. Говорили они по чеченски.

— " Вот и меня повезли на бойню!" — думал Митрофан. " Этот чёртов мотоциклист! Он мог видеть арест лешевцев. Странная операция. Сначала арестовывают бандитов в одном месте, потом тех же бандитов, из той же шайки, в другом. Как-будто у Лешего нет связей. Все, кто работают возле его гаража, наверняка с ним знакомы. И наверняка с ним в чём-то повязаны. Любой мог его предупредить… " С поличным, с поличным"… Хорошо если они повезут меня за город… Но через кольцевую дорогу им проехать не удастся! Их там остановят… Куда меня везут?!"…

Митрофан стал обдумывать варианты спасения… "Схватить соседей за волосы, а водителя треснуть по голове ногами? Он потеряет руль, машина резко свернёт и врежется во что-нибудь… Дать соседям ладонями по горлу? Я не Шварценегер… Выхватить у кого-нибудь из его кармана пистолет?.. А в каком он кармане?.. Что ещё?.."

— Куда мы едем? — спросил Митрофан

— Потэм узнать. — ответил один из сидящих рядом.

— Убивать меня будете?.. А зря… Вашего шефа всё-равно уже арестовали.

— Как арэстовалы, так выпустылы.

Автомобиль доехал до улицы " Девятьсот пятого года" и свернул направо.

— Куда мы едем? — повторил Митрофан. — На Красно пресненскую набережную?

— К реке едым. Топыт тебя будым. Язак прыкусы! Сыды и молчы!

— " Что за тип ко мне являлся около Пушкинской?" — быстро думал Митрофан. " Это не просто так!.. Это не было провокацией… Зачем?.. Но что тогда?.. Водку подарил, стихи читал… Стихи явно Шекспира… Послание от гамлетовцев?.. Морально поддержать? Что там говорилось?.. Что-то о совести… О правде… Весь стих вспомнить невозможно. Надо вспомнить конец… "Мне совесть говорит…"… "Нам совесть говорит…"… Там что-то о святости… "Нам совесть говорит…"… Свято!.. Что свято?…"

Машина остановилась у забора красно пресненского парка.

— Выходы! — водитель повернулся в сторону пассажиров. — Вытаскай его!

Чеченцы вышли из машины. Митрофан не выходил. Он знал, что убийцы сразу могут выстрелить ему в голову.

— " Нам совесть говорит, свято…", Митрофан напряг все свои эмоциональные силы. Он понимал, что от этого стиха, может быть зависит его жизнь!

— Выходы! — крикнули сразу трое.

Митрофан медленно вылез из машины. Он увидел в руках чеченцев пистолеты.

… " Оружье свято!..", вспомнил Митрофан. Сердце его радостно ёкнуло. Теперь последние строчки. " Нам совесть говорит, оружье свято, когда… Когда… За правду поднято оно!… Нам совесть говорит, оружье свято, когда за правду поднято оно!"

Митрофана вдруг осенила одна догадка. " Да, неужели!.. Но как ему удалось?..".

— Я знаю, что вы меня убьёте. — закрывая дверцу машины сказал он. — Мой друг положил в багажник бутылку водки. Я хочу выпить перед смертью. Могу я взять её с собой?.. Это русский обычай! Выпить перед смертью… Знаете песенку? Митрофан запел. " Ко мне смерть пришла, меня дома не нашла. А нашла в кабачке с пол бутылочкой в руке"… Это традиция! Вы же сами почитаете традиции.

Чеченцы о чём-то переговорили.

— Быстро бэры и пошлы. — более примирительно сказал один из чеченцев. — В паркэ будэшь напытся.

Митрофан понял, что убивать его будут в парке, поэтому было время унять дрожь внутри себя. Если он будет так дрожать, то ничего не сможет сделать. Даже тогда, когда он найдёт в багажнике то, что он надеется там найти. Но сначала надо прийти в себя. Он знал, что это страх! Он знал, что миром правит, страх. Но он так же знал, как с ним бороться. И научил его этой борьбе — театр, его любимая наука, драматического действия.

Митрофан облокотился руками на крышу автомобиля.

— Спасибо ребята! Это благородно с вашей стороны!

— Беры буталка и пошлы! — сказал водитель.

— Сейчас, сейчас… -

Голова у Серова закружилась. Митрофан расслабил тело, закрыл глаза и перестал на несколько секунд чувствовать и думать. Затем он выпрямился, собрался физически и психически, и стал повторять про себя то, что часто повторял на сцене, когда чувствовал, что роль не шла.

— " Ничего не чувствовать, ни о чём не думать. Выполнять бездумно физические действия. Ходить, двигаться, что-то делать и вдохновение само придёт. Не надо насиловать свою природу! Только действовать… Действовать бездумно. Действовать и действовать".

Митрофан подошёл к багажнику, открыл его и поскольку уже стемнело, стал шарить руками по дну. Он сразу наткнулся ладонями на бутылку. Он приподнял её и ощутил под ней что-то холодное и металлическое. Он понял, что это пистолет. Митрофан взял пистолет в руки и ощупал его. Это был шестизарядный револьвер. С предохранителя он был снят. Митрофан положил его левой рукой в боковой карман пиджака, в левую руку он взял бутылку водки. Потом закрыл багажник и подошёл к чеченцам.

— Я готов.

— Пошлы. — скомандовал водитель. Видимо он был старшим в группе.

Все четверо вошли через ворота в парк. Митрофан шёл впереди, чеченцы сзади. Один из чеченцев, что-то темпераментно говорил водителю.

— Стать! — скомандовал старший Митрофану.

Митрофан остановился. Остановились и чеченцы. Они стояли в трёх метрах от него.

— Что ты положишь в карман? — спросил старший.

— Когда? — спросил Митрофан.

— Когда брал водка?

— Пачку сигарет.

— Снымы пуджак и кын впереди!

— Это сигареты! Смотрите. — Митрофан полез в левый карман.

— Нэ лэз в карман! — крикнул старший.

Но Митрофан не вынимая револьвера из кармана, направил его дуло в туловище старшего и нажал на курок. Бах!…Чеченец крикнул и схватился за живот. Митрофан бросил бутылку и кинулся к ближайшему дереву. Он уже добежал до него, когда услышал за спиной выстрел и в этот же миг, он почувствовал боль в спине. Не замечая этого, он заскочил за дерево. Револьвер он держал наготове.

Старший упал на землю, остальные чеченцы разбежались в разные стороны и открыли огонь из пистолетов. Митрофан на корточках побежал к другому дереву. Двое чеченцев что-то орали и стреляли.

— " Надо выполнять простые, физические действия!" Мелькали формулы в голове Митрофана.". — Чему учил Суворов. " У солдата должно быть, горячее сердце и холодная голова". Чеченцы потеряли голову и надо этим воспользоваться. Действие и только действие!"

Антикурьер лёг под дерево и пытался найти чеченцев. Их было легко найти. Их силуэты чётко просматривались на фоне улицы, освещённой фонарями.

Митрофан научился стрелять когда снимался в телевизионном фильме. По фильму он должен был часто стрелять из пистолета. Всех стреляющих актёров, там учили стрелять из настоящего оружия.

Серов поймал на мушку одного из бойцов и выстрелил. Бах!…Чеченец слева от него, упал на землю. Третий, что-то бешено заорал и бросился сломя голову к дереву, за которым лежал его ненавистный враг. Митрофан прицелился в третьего и выстрелил. Бах!…Тот упал сначала на колени, потом на грудь.

Митрофан вскочил на ноги и бросился в глубь парка. Боль в спине усиливалась. В голове стало мутно.

— " Я в вас стрелял, гады, от имени всех курьеров, убитых вами!" — подумал Митрофан.

От этой мысли ему стало легче бежать. Он не бежал, он шёл быстрыми шагами, но ему казалось, что он бежал!

Антикурьер должен был добежать до театра и передать эстафетную палочку Копылову. Митрофан почувствовал, что дух война влетел в него! Роль пошла! Ему пришла в голову мысль, что вместо окончания дурацких " воспоминаний вампира", он может написать роман об Антикурьере! Митрофан стал сочинять конец жизни Антикурьера!

…-. " Антикурьер бежал не останавливаясь. Позади он слышал голоса. Они наверное догадались, что он прячется в лесу, и хотят поймать его, и убить! Но он не даст им такой радости. Он сам себя убьёт!.. Я сам должен себя убить!… Убить, спасая других!.. Главное, как умереть?! Каждый человек должен найти свой дзот!.. Я должен найти свой дзот… И я его нашёл!.. И бросился на него. Значит я жизнь прожил не зря!.. Теперь надо передать эстафетную палочку другому!"…

Он на секунду остановился и облокотился о дерево. Он чувствовал, как спина его становится мокрой.

"Надо только добежать до Копылова!"

Актёр снова пошёл быстрыми шагами через парк. " Надо идти быстрее", подумал он. " Фух… Грудь сдавило! Дыхание ни к чёрту не годится. Хотя какое там дыхание. Как может дышать раненый. В голове темнеет!.."

Актёр продолжал идти пошатываясь. " На чём я остановился?" Спросил он себя. " Ах, Да!.. Бег Антикурьера в бессмертие!.. Мой бег в бессмертие!.. "

Митрофан перестал понимать кто он? Антикурьер, или он сам?.. Всё смешалось в его подсознании. Он пересёк парк и шатаясь вышел на улицу. Он наизусть знал это место. Раньше он часто отдыхал в этом парке, читал любимые книги, а потом шёл в пивной бар, что на Шмитовском проезде, встречался там с актёрами различных театров и проводил там отлично время.

Антикурьер шёл окровавленный по улицам. Прохожие сторонились его, но он не обращал на них внимания. Он приближался к театру.

— " Что это там?" — Митрофан посмотрел вверх впереди себя. — " Кто это там летит впереди меня?.. Да, это же человек летит! Летит и машет мне рукой. Он наверное показывает мне путь к театру! Лицо уж больно знакомое… Господи, да это же я сам! Это мой дух летит. Духовный двойник! Он машет мне рукой и показывает мне путь В нашу будущую жизнь! А воздух какой!.. Вернуться бы в лес и пособирать грибы, как когда-то в детстве. Отец шёл рядом со мной с палкой и искал грибы. А я, ухватившись за его пальто, бежал рядом. А как пахло его пальто! Таким родным!.. Когда он умер, я нюхал его старое пальто и плакал… Мама, и тебя я помню! Мне было четыре годика, когда ты умирала"…

Митрофан шёл уже по Шмитовскому проезду, он подходил к театру. Он увидел около театра много света. Это прожекторы и всевозможные лампы освещали телевизионную съёмку главных событий этого дня, захват в театре заложников.

— " Что это светится там около театра?" — думал он. — " Наверное это солце! Или тот самый белый коридор, по которому люди переходят из материальной жизни в духовную!..Скорее к нему!"…

Актёры, зрители и бандиты, продолжали смотреть телевизор. Журналист заканчивал рассказывать зрителям о хитроумной операции " Антикурьер".

… - Таким образом расставленная ловушка, сделанная актёрами театра " Превращения" и следователем Гриценко, сработала!…

Журналист повернул голову влево.

— Я вижу человека, подходящего к театру. Его белая рубашка в крови! Сейчас мы узнаем, кто это и что ему здесь нужно.

На экране показался Митрофан подходящий к служебному входу.

— Это Митрофан! — крикнул Медведев.

— Да, это Стас! — крикнул Леший.

Муташев, Леший и актёры подошли ближе к экрану. Никто актёров не остановил. Все актёры затаив дыхание смотрели на антикурьера!

Митрофан подошёл к служебной двери и упал под стену театра. Телевизионная камера наехала на его фигуру крупным планом.

— Митрофан! — Гриценко подбежал к нему и взял Митрофановы руки в свои. — Что с тобой?.. Ты ранен?.. Носилки сюда! — Крикнул он в сторону.

— Подождите с носилками. — задыхаясь сказал Митрофан. — Всё нормально!… Возьмите!..

Митрофан протянул неизвестно кому, пустую руку.

— Что ты мне протягиваешь? — крикнул Гриценко. — Скорей носилки, он умирает!

— Я протягиваю вам эстафетную палочку!.. облегчённо улыбнулся Митрофан.

Около Серова уже стояли несколько человек с носилками. Они нагнулись, чтобы поднять Митрофана.

— Подождите! — прошептал Митрофан. — Он посмотрел на прожектор. — Мне не нужны носилки!.. Я уже пришёл туда, куда мне надо… А вот и солнце! — Митрофан указал на прожектор.

Актёр замолчал. Зрачки его глаз перестали двигаться.

— Он умер! — Гриценко прижал голову Митрофана к своей. — Прости, Митрофанушка!.. Прости нас всех!.. — Иван Григорьевич заплакал.

— Выключите телевизор, — Михеева заплакала тоже — я не могу этого видеть!

Телевизор выключили.

— Одного прикончили! — Леший посмотрел на актёров. — Самого главного прикончили! Скоро до вас очередь дойдёт!

— Но ведь Митрофан прикончил и наших! — Муташев посмотрел на Лешего. — Он прикончил моих джигитов!

— Сколько их было? — спросил Леший.

— Трое!.. Их трое было!

— Трое, против одного! — " Актёришко", как говорит режиссёр, прикончил троих джигитов! Был у него душок!.. Мне он тогда сразу понравился!.. Когда я увидел его в квартире Стаса…

— Почему так говоришь? — возмутился Муташев. — Эти трое, не были твоими людьми!..

— Не дёргайся Совдат! — спокойно сказал Леший. — Свидетеля!.. Главного свидетеля больше нет!.. Теперь его больше нет!.. Теперь пускай докажут!..

— Что будем делать? — с надеждой спросил спонсор.

— Давай спросим у этого человека. — Леший указал на Медведева. — Человек, который организовал такую группу, — он обвёл рукой актёров, стоящих вокруг него — способен на многое… Эх, Совдат, ты не видел концерт, который они мне показали в квартире…

— …Митрофана. — подсказал ему Арчеладзе.

— Митрофана… — Леший задумался. — Кого они там изображали я не знаю, но ты бы видел!.. С душой всё делали!.. Я сейчас всё понял!.. Они… Какие-то роли играли! И придумывали они эти роли, прямо на моих глазах… И водку вовремя подсовывали и выпроводили меня вовремя… Меня никто до этого, так не обводил вокруг пальцев… " Мы проиграли достойным соперникам!"… В каком-то кино эти слова слышал. " Надо уметь проигрывать."… Но вот финал у вас получился слабый. — Леший посмотрел на Медведева. — Видит Бес, ещё игра не кончена! Вы игроки хорошие, но мы не хуже!.. Совдат, ты согласен, что мы проиграли?

— Проиграли говоришь? — Муташев поднял голову. — Говоришь проиграли? — Муташев пытался вспомнить слова, которые он недавно где-то прочитал, или от кого-то услышал. Наконец Муташев их вспомнил. Он посмотрел торжественно на Лешего, на всех телохранителей, на актёров, на зрителей и сказал. — " Если в моём ружье остался один патрон, я ещё не проиграл!".

— Молоток, Совдат! — крикнул Леший. — Время пришло заваливать по одному из наших заложников! С кого начнём?

— А ты как думаешь? — лукаво спросил спонсор.

— Думаю, что с самого главного. Режиссёра мы прикончим первым!

— Твое решение, говорит о твоём уме, Виктор Яковлевич!.. Я согласен!

Леший подошёл к двери и крикнул.

— Господин полковник, мы слишком долго ждали! Мы начинаем делать то, что обещали!.. Поставьте всех артистов к стенке. — Приказал Леший своим телохранителям.

В это же мгновенье, он выхватил пистолет из кармана и направил его дуло на Медведева.

— Давай, становись! — приказал актёрам один из бойцов.

Актёры посмотрели друг другу в глаза. Они понимали, что надеяться больше не на что! Русинов выхватил из кармана пистолет и навёл его на Лешего. Остальные актёры последовали его примеру. Леший и спонсор увидели, что в их головы направленно сразу пять стволов!

— Ты понимаешь, что нам терять нечего? — после долгой паузы прошипел Леший.

— Нам тоже терять нечего! — ответил Медведев.

Пистолеты Лешего и Медведва были направленны друг на друга.

— Ты знаешь сколько в этом ящичке денег? — Леший мотнул головой в сторону тележки.

— Не знаю. — ответил Медведев.

— Сто миллионов долларов! — Леший усмехнулся. — Ты знаешь, что это такое? Это первое, что мы теряем… Второе… Если мы сдадимся, нас всех посадят в клетки! И надолго! Мы многое теряем…А вы что теряете?

— Мы ничего не теряем. — ответил режиссёр. — Мы уже потеряли! Сейчас мы хотим вернуть то, что потеряли!

— Что вы могли потерять, голодранцы?

— Мы потеряли театр… Ты этого не поймёшь!

— Мудрёно базаришь, режиссёр… Мне бы ваши заботы… Опусти дуру!..

— И ты опусти оружие!

— Леший! — послышался голос из фойе. — Мы предоставим тебе вертолёт!..

— Кто говорит? — крикнул Леший, продолжая целиться в Медведева.

— Полковник Харитонов!

— Опять этот полковник. — скривился Леший. — Что, генералы не хотят с нами говорить?

— Генералы не освобождают заложников! — снова крикнул Полевой.

— Когда будет вертолёт? — Леший направил ухо на дверь.

— Очень скоро!.. Перестаньте целиться в актёров!

— Они тоже в нас целятся!

— Спрячьте оружие! — приказывал полковник. — Все спрячьте оружие и разойдитесь!.. Оно стреляет! Каждый из вас может случайно нажать на курок… Вы понимаете, что будет дальше?

И медведевцы и боевики посмотрели на своих лидеров. Медведев первым спрятал пистолет в карман. Ему последовали пятеро актёров. Леший, подумав немного, сделал то же самое. Все попрятали своё оружие.

— А теперь разойдитесь в разные стороны! — командовал Харитонов.

— Разойтись, мы разойдёмся, полковник — Леший подошёл ближе к закрытой двери. — но когда мы будем в вертолёт идти, несколько человечков пойдут с нами!.. Так, для нашего спокойствия… Садитесь на места! — Скомандовал он актёрам. — Вытащите ваши игрушки из штанов и бросьте на пол!

— Игрушки мы вытаскивать не будем! — сказал Русинов. — С ними нам спокойнее будет!

— Они будут с нами, — продолжил Медведев — но применять мы их не будем. Подадут вам вертолёт, вы отсюда спокойно выйдете и полетите в лучшие миры!

— Ещё шутит! — злобно сказал Леший. — Фраерок наш, шутит.

— Я не шучу… Вы остаётесь один на один с собровцами.

— Ошибаешься, режиссёр. Харитонова больше не слышно… Там уже не собровцы… Там люди из ФСБ… Или сама Альфа пожаловала…Садитесь на свои места!.. — Леший посмотрел на своих помощников и на чеченцев. — А вы следите за ними, чтобы больше они свои пушки не вынимали. Вынут, мочите!

Телохранители стали вдоль стенок, как и прежде, актёры заняли свои места. Леший и спонсор, остались стоять возле сцены, около телевизора и негромко переговаривались. Актёры переговаривались так же.

— Что будем делать, когда они будут выходить от сюда с заложниками? — Арчеладзе наклонился к актёрам. — Мы же не можем всё так оставить! Мы в ответе за них! Тем более у нас есть оружие!

— Думаю, что до этого не дойдёт. — ответил шёпотом Медведев. — Не нравятся мне, все эти команды полковника! — Они нас видят — это факт! Зачем им разъединять нас… У меня появилась страшная догадка!

— Я тоже об этом думаю. — подхватил Папазян. — Мне не понравились солдаты в кислородных шлемах! Зачем им надевать эти шлемы?.. Что такое? — Сурен поднял голову вверх и понюхал воздух. — Вы чувствуете что-нибудь?

— Чем-то завоняло. — Пугов тоже вдохнул носом воздух.

— Что у вас там горит, блядь? — крикнул Леший актёрам. — Володя!..

Молодой парень с автоматом вышел из-за кулис на сцену.

— Проверь, что там у них горит?

— Я за дверью слежу!.. Она выходит в фойе.

— Пусть мой человек последит! — крикнул ему Муташев. — А ты иди проверь…

— Хорошо! -

Молодой человек ушёл за кулисы.

— Что у вас, шакал вас побери, там горит? — заорал спонсор. — У меня голова закружилась!

— И моя бошка!.. Суки!.. Падлы!.. — Леший облокотился на сцену.

— Это газ! — Медведев схватился за горло.

В эту секунду в зале погас свет и всё погрузилось во мрак. Только десять факелов на сцене горели настоящим огнём. Точнее сказать — Не горели, а догорали.

— Это газ!.- крикнул Медведев на весь зал.

В это время входную дверь выбили со стороны фойе и в зал ворвалась группа тёмных фигур. Застрочили автоматы! За кулисами сцены случилось тоже самое. Тот же грохот выбиваемой двери и выстрелы!

— Всем лежать! — крикнул один из ворвавшихся…

Послышались крики! Медведев смутно видел, как тёмные фигуры строчили из своих автоматов вдоль стенок, где стояли телохранители Лешего и Муташева. Те, в свою очередь, начали стрелять по тёмным фигурам.

Сквозь грохот выстрелов, кто-то громко крикнул.

— Леший!.. Ты где?

— Я здесь ментовская тварь!

Раздался одинокий, пистолетный выстрел и тут же последовал другой. Бах! Бах!… Стреляли из разных пистолетов.

— Тебе тоже досталось, ментяра! — кричал Лещий. — Мы с тобой сдохнем вместе!

Валентин Пугов задыхался. К горлу подступила тошнота. Глаза смыкались. Чтобы не упасть, он начал изо всех сил открывать их! Когда ему удалось их открыть, он увидел перед собой лицо спонсора. Муташев злорадно смотрел на него и целился дулом, ему в голову. Пугов выхватил свой пистолет из кармана и выстрелил в спонсора. Бах!..Но невредимая голова спонсора передвинулась в другое место! Муташев так же продолжал злорадно смеяться. Пугов выстрелил снова. Бах!…Голова стала прятаться за другие головы. Пугов поднялся на кресло и упёршись на него ногами, стал искать голову спонсора. Увидев её, он выстрелил снова! И в это время Валентин услышал автоматную очередь и почувствовал жгучую боль в животе. Падая с кресла он продолжал нажимать на курок. Бах-бах-бах!..

Вокруг Пугова актёры делали тоже самое. Они беспорядочно стреляли куда попало. Бандиты стреляли куда попало…

Вопли, присутствующих в зале усилились. Многие из них повскакивали с пола и устремились к выходу.

Началась паника! Тёмные фигуры носились вдоль стен и добивали бандитов.

— Всем заложникам лежать и не двигаться! — кричала одна из фигур. — Мы видим бандитов!.. Вы мешаете нам их уничтожить!..

Никто его не слушал! Несколько зрителей полезли на сцену. Многим это удалось сделать. Они бросились через сцену за кулисы. Несколько человек наткнулись на стойки с факелами. Факелы падали на пол. Один из них упал рядом с чёрным задником. Он сразу же загорелся!

Паника усилилась. Все разбегались в разные стороны, сталкиваясь друг с другом. Стрельба не утихала. Вслед за задником, загорелись кулисы!.

— Остановитесь! — кричал кто-то из тёмных фигур — Все бандиты уничтожены!

— Дайте свет! — крикнул другой.

С разных сторон послышались команды.

— Прекратите стрелять!.. Все спокойно идут к выходу!.. Всем срочно покинуть помещение!.. Вызовите пожарные машины!.. Распахните все двери!..

Включился свет, но всё равно трудно было что-либо разобрать. Чёрный дым от пожара уже распространился по всему залу. Тёмные фигуры стали выталкивать из зала зрителей. Они работали профессионально и быстро.

Пламя перенеслось в зрительный зал. Загорелись кресла! В фойе появились люди с носилками.

— Наташа!. - кричал, ворвавшийся в зал, Гриценко. — Вы не видели Наташу? — Спрашивал он всех. — Господи! — Гриценко посмотрел на одни из носилок. Там лежала Наташа. Голова и лицо её было в крови. — Наточка!..

Журналистку понесли к выходу, следователь последовал за носилками.

— В чём дело? — кричал в углу фойе полковник Харитонов. — Почему, едрёна вошь, столько заложников ранено?

Перед ним стояло несколько молодых людей. Свои противогазы они уже сняли. Они стояли потные и на лицах их была растерянность.

— Не знаю, что произошло, товарищ полковник! — докладывал один из них. — Заложники словно с ума посходили! Забегали вдруг по залу!.. Мы им кричим — Лежать! — А они не слушают!

— Там странное дело, Василий Андреевич! — докладывал другой. — Мы обнаружили многих террористов спрятавшихся за спины заложников… Они открыли по нас огонь!.. Заложники тоже начали стрелять… Стреляли они не в нас… Во общем-то… Но у них было оружие в руках…

— В нас, не в нас… — перебил его третий. — Они стреляли!.. И мы должны были их обезвредить!

— Среди заложников сидели актёры с оружием! — проскрипел зубами полковник. — Вы сто раз просматривали зал! Наши камеры охватывали всё пространство. Зачем мы их туда просовывали?.. Если вы всё перепутали!..

— Мы ничего не перепутали! — оправдывался первый. — Если по правде, то они и в нас стреляли… Колю Ильиченко, кто-то из них ранил!

— Ладно, потом разберёмся! Помогайте выносить раненых!

Полковник пошёл к выходу. Санитары продолжали выносить раненых и убитых.

Генерал Пугов ходил по фойе и просматривал все носилки выносимые из зала. Он искал сына.

— Сколько осталось в зале? — спросил он одного санитара. — Много?

Санитар не снимая кислородной маски со своего лица помотал отрицательно головой.

Пугов-старший продолжал метаться по фойе и просматривать носилки.

— Товарищ генерал!..

Генерал повернулся и увидел кто его зовёт. Пётр, его старинный друг, лежал

на носилках и его несли к выходу. Пугов подскочил к нему.

— Положите на пол носилки на секунду, пожалуйста! — сказал он двум санитарам.

— Его надо срочно госпитализировать! — сказал один из них генералу. — Он в критическом состоянии.

— Хорошо. — согласился Пугов. — Один только вопрос.

— Спрашивайте… По дороге спрашивайте.

— Как ты, Пётр? — генерал шёл рядом с носилками.

— Не знаю… Сына твоего я не видел… Не успел… Когда мы туда ворвались, я сразу наткнулся на Лешего… Я выстрелил ему в грудь… Он тоже успел… Потом я добил его… В голову. Муташева расстреляли сразу… Сына твоего я не видел…

— Держись, Петр! Я сегодня же тебя навещу.

Раненого унесли. Пугов смотрел ему вслед. Потом повернулся к двери зала и не спускал с неё взгляда.

Ольга сидела на полу в фойе. К ней много раз подходили спецназовцы и санитары.

Предлагали ей свою помощь, но она отнекивалась. Отвечала всем, что с ней всё впорядке и она просто отдыхает.

— Оля! — вдруг она услышала знакомый голос рядом с собой. Она посмотрела на носилки и увидела там Валентина Пугова. Он был ранен в живот.

— Валя! — Ростова вскочила с пола и подбежала к Пугову. — Что с тобой?.. А где остальные?.. Где Русинов, где Саша?.. Где Медведев?.. Виктор Алексеевич вынес меня из зала и побежал за Михеевой?

— И я хотел тебя спросить, где все? — выдохнул Пугов.

— В какой-то момент я отключилась!.. Пришла в себя уже в фойе. Смутно помню, что меня Медведев вынес на руках… Вынес и положил в фойе… Он положил меня здесь, а сам вернулся в зал… Потом я отключилась опять…

Пугова продолжали нести к выходу, Ольга шла рядом с носилками.

— Что со мной говоришь?.. Ты видишь не Пугова, Оля, ты видишь умирающего Сирано!

" И, чтобы обо мне потомки не забыли,

Я надпись сочинил на собственной могиле…"

— Медведев обещал потом поставить на меня " Сирано!"…

"… Прохожий, стой! Здесь похоронен тот,

Кто прожил жизнь вне всех житейских правил.

Он музыкантом был, но не оставил нот.

Он был философом, но книг он не оставил…"

— Оля, я тебя любил…

" Как это просто всё! Бывает в жизни всё, бывает джаже смерть…

Но надо жить и надо сметь…

Я помню как сейчас, один из ваших жестов, как вы рукой касаетесь волос!.."

Ольга, здесь адрес Светы. — Валентин вытащил из кармана пиджака маленький листок и протянул его Ростовой. — Здесь и телефон. У неё я спрятал муташевский миллион долларов!.. Все деньги идут отцу Гавриилу!.. Партизаны знают!.. На его церковь… Света тоже знает… Нет!.. Половина денег театру, половина отцу Гавриилу!…

— Валя!.. — Ольга заплакала. — Ты что так говоришь, как-будто прощаешься?

— Молчи, Оля! Дай мне поговорить… Болтун ещё не наговорился…

" Но если смерть, но если

Уж умирать, так умирать не в кресле!"…

— А вот ещё…

" Смерть мне смотрит на нос…

Смотри, безносая сама!"…

Валентина Пугова не донесли до машины скорой помощи. Его глаза уставились на ночные звёзды. Ольга опустила голову на грудь умершего.

Отец Пугова так и не смог сказать ни одного слова своему сыну. Генерал видел с кем он, разговаривал, лежа на носилках. По тому, как Валя смотрел на девушку идущую рядом, он понял, что его сын разговаривает со своей любовью. Пугов-старший знал его тайну. Он шёл на расстоянии от носилок и ждал когда Валя останется один. И когда Ольга отошла от санитарной машины и Пугов младший остался один, генералу ничего не оставалось, как только закрыть ему глаза.

Пожар удалось быстро потушить… Около театра находились только пожарники. Остальным здесь делать было уже нечего. Скорые помощи уже разъехались, милицейские машины стояли в отдалении, оцепив квартал с разных сторон. Всех любопытствующих убрали за пределы опасной зоны. Телевизионщиков тоже не было видно.

Напротив театра, через дорогу, в отдалении, стояло много человек. В основном, это были, официальные лица. Они обсуждали случившееся.

— Людей потравили газом, — задыхаясь от гнева, говорил один из них. — Слыханное ли дело! Это вам не крысы какие-нибудь!

— Нам приказано было применить газ, мы и применили!

— Что это за чёртов газ? Его применяли когда-нибудь?

— Не успели! — отвечал небольшого роста человек. — Мы работали над ним. Газ должен был только усыпить людей а он…

— А он их, поубивал!

— Ну не всех же! — вступился за учёного другой мужчина. — Там была беспорядочная стрельба!

— Не хватало, чтобы всех травонуть!..

— Виноват, не так выразился.

— Откровенно говоря, мы категорически отказывались на данный момент применять его… — Оправдывался учёный. — Но постоянные звонки!.. " Действуйте, действуйте!.. Всё обойдётся…".

— Послали бы все эти звонки по-дальше!

— Вы, кстати, тоже звонили, Степан Викторович!

— И меня бы послали туда же!.. Я вам звонил, потому, что мне тоже звонили.

— Вам звонили, — глаза полковника Харитонова гневно сверкали — а мне приказали!

— У всех у нас рыло в пуху. Все мы полагались на "авось!"

— Вот именно — На "авось!"…

По дороге в госпиталь скончались от пулевых ран, Павлик-Франциско. Гиви Арчеладзе, и Антон- Бернардо, умерли так же от пулевых ранений уже в больнице. Помрежа — Наталью Васильевну, гримёршу, радиста и нескольких актёров, и Наташу-журналистку, госпитализировали. Госпитализировали так же, десятки зрителей-заложников, оставшихся в живых. В кого-то из них попали "шальные пули", кто-то надышался газом. Остальные гамлетовцы, вместе со своими родственниками и друзьями-заложниками, разъехались по домам.

Рядом с театром стоял Саша-Гитлер с блокнотом в руках. К нему подошёл пожилой человек.

— Здравствуйте, Саша. Я вахтёр театра…

— Здравствуйте, Семён Михайлович. — грустно улыбнулся Саша.

— Я был в зале, — проговорил вахтёр — Хотел посмотреть " Гамлета"… Да вот как всё обернулось…

— Вижу вы не пострадали. — Саша оглядел вахтёра.

— Как и вы… Пули просвистели мимо… И надышаться газом не успел… Почему вы здесь один?…

— Я записываю, куда, в какую больницу, кого повезли. — Саша-Гитлер закрыл блокнот и спрятал его в карман пиджака. — Может быть вам так же нужно в больницу? Как себя чувствуете?

— Относительно скверно!.. У меня такое ощущение, что я побывал в театре абсурда!.. Каждая группа людей с блеском выполняла поставленную себе задачу, а всё вместе!.. Получился — великолепный абсурд!.. Такова вся наша жизнь!.. Все идут к своей намеченной цели… И каждый про себя думает, что он прав!.. Кто прав, кто не прав?.. Прав тот, кто созидает!.. Кто разрушает, тот не прав!.. Ваши друзья актёры и ваш режиссёр, созидают. Они правы!.. Дай Бог, чтобы они все остались живы!.. От меня им поклон!..

Саша и вахтёр медленно пошли по улице, удаляясь от театра.

Спектакль " Антикурьер" закончился. Чёрный занавес ночи опустился на город.

НОВЫЙ ЗАГОВОР.

Прошла неделя. Убитых гамлетовцев похоронили на " Новом кладбище". К Митрофану, Пугову, Антону, Арчеладзе, Павлику, прибавились Наташа-журналистка Наташа умерла в больнице, через два дня, после разыгравшихся событий, от ранений в голову.

Отец Гавриил, отслужил, по всем погибшим, панихиду. Их похоронили рядом с могилкой двойника Пугова, Юрия Полянского. Надгробная плита была поставлена только около одной могилы. — У могилы Полянского. На плите поместили, его фотографию, его имя и даты — рождения, и смерти. Остальные усопшие, за недостаточностью денег, стали дожидаться своего часа. Медведе лежал в военном госпитале. Гриценко устроил всё хорошо.

Иван Григорьевич, Саша-Гитлер, Обухова и Вадим Копылов, пришли в больницу навестить двух актёров, Мамонтова и Лаптева, продолжающих лежать там и излечиваться от отравления.

— Что с Медведевым? — спросил Мамонтов.

— Плохо! — ответил Гриценко. — Ему всё хуже и хуже. Там Ольга Ростова рядом с ним.

— Выживет? — спросил Мансуров.

— Врачи делают всё возможное, как говорят в таких случаях. Два тяжёлых ранения! Была операция. Пули вытащили… Но дело не в пулях… Он в жуткой депрессии! Это главная причина, по которой он может умереть. Его воля парализована! Его организм совершенно не борится с болезнь!

— Ему не надо было второй раз возвращаться в зал! — Гриценко махнул рукой. — Вытащил на руках Ольгу и оставайся в фойе. Зачем возвращаться и других вытаскивать? Он уже тогда раненым был!

— Медведев, Марию вынес из зала так же! — сказал Лаптев. — Я видел! Михеева в обмороке была!.. Слава Богу, что в обмороке, я — то подумал худшее!..

— Виктор Алексеевич чувствует свою вину! — тихо сказал Саша. — Он уверен, что всё это из-за него случилось.

— Причём здесь он? — возбуждённо сказал Мамонтов. — Мы все были задействованы в этом! И мы пошли на всё это, сознательно!.. Он нас отговаривал, помните?

— Говорили мы ему! Он твердит своё — "Я виноват! Если бы не тот, выстрел в Валентина в гараже, ничего бы не случилось!"

— Мы вчера у него были. — сказал Обухова. — Разговаривали. Вид у него не очень…

— У Русинова есть план! — сказал Саша.

— Какой план?

— Он мне не сказал.

— С остальными как? — поинтересовался Лаптев.

— С остальными всё нормально. — Обухова улыбнулась. — Все уже на воле и вас собираются навестить.

— Да, сегодня мне Ольга звонила утром. — вдруг вспомнил Гриценко. — Хочет меня попросить о чём-то. Договорились встретиться сегодня во второй половине дня.

— Что собираются делать с горевшим театром? — Олег Мамонтов глотками пил кефир из бутылки, принесённой посетителями.

— Восстанавливают! — ответил Гриценко. — Надо сказать, что делают они это быстро.

Все помолчали.

— Что будете делать с долларами? — спросил всех Лаптев.

— С какими долларами? — удивился Мамонтов.

— Муташевскими. — напомнил ему Лаптев.

— Пугов, как вы все помните, — пояснил Саша — Перед смертью завещал отдать эти деньги отцу Гавриилу. На постройку церкви.

— А он сказал, где эти деньги? — Лаптев посмотрел на Сашу.

— Он Ростовой сказал. Валентин спрятал их у какой-то Светы. Он Оле дал и адрес, и имя…

— Деньги и сейчас у неё? — спросил Мамонтов.

— Нет. — ответил Гриценко. — Они уже у отца Гавриила. Мы передали ему. Генерал Пугов и я.

— А не спросят ли отца, где он такие деньги взял? — испуганно спросила Обухова.

— Генерал сказал, что никто не спросит. Пусть попробуют спросить. Пугов развернул такую деятельность!.. Он добивается, чтобы Медведева сделали худруком театра " Превращения". Он так же следит за восстановлением театра и постройкой церкви. Пугов в депутаты метит! Такую силу набирает!..

— Царство небесное Наташеньке! — Лаптев посмотрел на следователя.

— До сих пор не могу прийти в себя. — Гриценко опустил голову.

— Где её похоронили?

— Там же, где и всех. На " Новом кладбище"… Не будем говорить об этом…

Снова возникла паууза. Гриценко подошёл к больным актёрам.

— Выздоравливайте, господа актёры! — Гриценко поднялся со стула.

— Вы уже убегаете? — вскрикнул Лаптев. — Так быстро?

— У нас мало времени. — ответил Гриценко. — У Ольги есть план, как оживить Медведева.

— Святое дело!.. А как же, о чём договаривались? — Лаптев посмотрел на Обухову.

— Не забыли! — ответила Зина, полезла в сумку и достала бутылку водки.

— Это ещё зачем? — удивился сыщик.

— Мужики, меня с Сашей, попросили принести вот это, когда придём.

— Постоим минутку. — Мамонтов открыл бутылку. — Закуска у нас есть…

— Помянуть надо, Иван Григорьевич! — объяснил Лаптев. — Не пьянки ради, а по причине, мы в первый раз все вместе, для!.. Конечно кое — кого не хватает…

— Стаканы у меня. — Саша вытащил из своей сумки пластиковые стаканы.

Водку разлили по стаканам. Все взяли их в руки. Стояли молча. На глаза у всех появились слёзы. Лаптев посмотрел на всех и махнул головой. Все выпили до дна. Закусили.

— Остальное возьмите с собой. — Лаптев закупорил бутылку и протянул её Обуховой.

— Удачи вам, господа! — Мамонтов протянул руку Саше.

Посетители молча, пожали руки больным и вышли из палаты.

ПОБЕГ.

Медведев лежал на кровате в своей отдельной палате. Он старался ни о чём не думать, ибо когда он начинал думать, он сразу же начинал зажимать пальцы на обеих руках, стонал и подсчитывал убитых, в малом зале театра " Превращения". За окнами была ночь.

" Миитрофан, Валя Пугов, Антон, Арчеладзе, Павлик, Наташенька!..Композитор Тёмин. Тёма всегда писал для моих спектаклей музыку… Студент-клоун… Как его звали?.. Гитарист- циган Эрденко, певица Савина, Виталик режиссёр, Танцовщик Ваня, актёр МХАТА, народный артист, Закиров, сценарист Борис Цикин, актёр Костя Захарченко… Никифор Иванович!.. Кто ещё?..

В дверь палаты постучали.

— Кто там? — спросил Медведев.

Дверь потихонечку открылась и в палату вошла Ольга.

— Ты? — обрадовался больной.

— Я, Виктор Алексеевич. Тс!… - Ольга приставила палец к губам. — Рядом дежурная. Мне разрешено сидеть ночью только в коридоре… Я вам одежду принесла!

— Какую одежду?

— Обычную… Одевайтесь.

Ольга вытащила из сумки одежду и положила её на кровать рядом с Медведевым.

— Что ты придумала?

— Я хочу вам кое что сказать…

— Говори.

— Вам будет больно это услышать!

— Ты думаешь, мне ещё больней станет, чем сейчас?

— Это касается только вас.

— Говори, Оля. За мою психику не бойся. Она атрофированна!

— Вы умираете, Виктор Алексеевич! Сегодня мне сказал ваш доктор, что вам осталось всего несколько недель!.. Надо спешить!

— Куда?

— Вы хотели навестить " Партизан" на кладбище!.. Врачи вас не отпустят, вот я и подумала… Надо бежать от сюда!

— Ты правильно подумала!

Медведев поднялся с постели и стал переодеваться. Он это делал молча. Ольга стояла у двери и прослушивала коридор.

— Я готов. — Медведев медленно подошёл к Ольге. — Что дальше?

— Мы выйдем и сразу повернём налево. Пройдём до пожарной лестницы, пролезем в окно, спустимся вниз по лестнице и выйдем на улицу. Там стоит машина.

— Такси?

— Нет… Митрофана.

— Чья?

— Митрофана. Потрёпанный жигулёнок, на котором он работал курьером.

— Как он к тебе попал?

— Гриценко организовал. Тот жигулёнок оказался краденым. Причём давно. Милиция искала настоящего владельца, но так и не нашла. Я не знаю, где машина стояла, но Гриценко мне её организовал. Сегодня я его попросила одолжить мне машину и ему пришла в голову идея с митрофановской… Он привёз её сам… Сюда.

— Почему мою не взяли, все мои ключи у Саши.

— Как-то в голову не пришло.

— Иван Григорьевич знает о нашем побеге?

— Знает. Хотел нам помочь, но я сказала, что сама справлюсь. Он пожелал нам удачи…Чтобы вам идти было легче скажу вам хорошую новость. Доллары, те, которые были у Пугова, уже переданы отцу Гавриилу.

— Новость хорошая!

Ольга посмотрела в глаза режиссёра и поняла, что известие о передаче денег священнику, он воспринял умозрительно. Видимо Медведев боролся с болью в груди, и ему было не до эмоциональных всплесков.

Они вышли из палаты, прошли по коридору, спустились вниз по лестнице, вышли наружу, подошли к жигулёнку и Ольга помогла Медведеву сесть на переднее сидение. Сама она села на место водителя, включила мотор и жигулёнок тронулся.

— Ты умеешь водить машину? — удивился Медведев.

— Умею.

— Когда научилась?

— Сегодня! Сначала мне Иван Григорьевич показал. Мы с ним поездили по району, потом он уехал и я сама… Поехала… Я десять раз объездила маршрут, по которому мы сейчас поедем.

— Куда мы сейчас едем?

— На кладбище? Ведь так?

— Так… Как тебе удалось за один день научиться ездить.

— За пол дня. Машину я получила в пять часов вечера. Сейчас десять, вот и считайте!

— Фантастика!

— Никакой фантастики. Вы сами говорили, что можно всего достигнуть, если сильно захотеть!.. Сегодня я вспомнила ваше определение маниакальности. Это когда вся твоя психофизика сосредоточена на чём-то одном. Всё остальное уходит в сторону. Страстное желание добиться своей цели. Желание переходящее в болезненное состояние… И сегодня я поняла, что мы, актёры, являемся маньяками! Мы сосредотачиваемся на своей роли, которую хотим сыграть, репетируем и доводим себя, в стремлении её сыграть до болезненного состояния… Правильно я понимаю?

— Правильно.

— Извините, Виктор Алексеевич, я пошутила. Я давно научилась водить машину. Меня отец научил. Ещё до института, когда я жила в другом городе. У меня есть опыт.

— Ну и прекрасно. А то я подумал, как ты можешь учиться водить и одновременно рассуждать на серьёзные темы… Но продолжим интересную тему… Актёры маньяки… Но есть одно "но"… Сыграть роль — это цель. У маньяка есть цель, к которой он болезненно стремится. Ты права, мы тоже болезненно стремимся. Но в основе нашей страсти лежит — любовь! В основе страсти маньяка, лежит ненависть! Поэтому нас, актёров, можно назвать одержимыми! Что нами двигало в спектакле " Антикурьер"?.. Нами двигала и придавала нам силы, не ненависть к Муташеву и Лешему. Нами двигала любовь к нашей профессии! Болезненная любовь! Нами двигала болезненная любовь к театру!

— В какой-то газете я прочитала комментарии по поводу " Антикурьера". Автор называет нас " сбродом неудачников". Статья называется " И сам не могу и другому не дам!"…Как вам?..

— Какая газета напечатала?

— Не центральная… Малоизвестная… Статья случайно мне попала на глаза. Другие газеты пишут нормально…

— Что ещё пишут о нас в этой газете?

— Что мы…"Завистливые, ничтожные, бездарные…" Короче говоря неудачники.

— Невежество!.. Слово " Неудачник", пошло от понятия — "нет удачи". Слово " Удача" тоже имеет формулу. Удача — это благоприятные стечения обстоятельств. Неудача — неблагоприятные стечения обстоятельств… Пример с отцом Гавриилом… Стройку его замораживают. Стечение неблагоприятных обстоятельств. " Новым русским" понадобилось это кладбище. Там много места, недалеко от центра города. Покупать землю не надо. Церковь строится. На территории самого кладбища. Так удобно. Есть священники, которые не будут особенно вникать в их криминальные дела…. Но самые главные обстоятельства другие. Вся государственная структура — экономическая, политическая создана для них. Она их поддерживает. У отца Гавриила поддержки, никакой!..

… Удача повернулась к отцу Гавриилу, с стечением благоприятных обстоятельств. — Продолжал Медведев — Появляются огромные деньги. Хозяин этих денег умирает. Они бесхозные. Деньги в руках людей, для которых особенного значения они не имеют. Эти люди наталкиваются на священника….Священнику позарез нужны эти деньги. Деньги переходят к нему!..

— Для кого-то благоприятные обстоятельства, для кого-то наоборот? — Ольга с трудом остановила машину перед красным светофором.

— Выходит так.

— Я так тоже думала!.. Митрофана и Пугова мы не отдадим! Мы никого не отдадим! Они не были неудачниками! Они очень даже удачно расправились с бандой!.. В газете мы ещё обвиняемся в том, что не сумели овладеть, искусством жить!

— Что такое " Искусство жить"?. — Раздражённо заговорил Медведев. — Это умение приспосабливаться к любому режиму и к любой власти!.. С выгодой для себя!.. Поехали, Оля!.. Зелёный давно!

— Вы меня успокоили, Виктор Алексеевич. В который уже раз!

— Знаешь, в чём духовная сила человека?.. В том, что он на каком-то этапе своей жизни, начинает сам давать себе оценку! Он сам себе прокурор и защитник. И не обращай внимания на мнение о себе, других. Так можно с ума сойти, в конце концов! Ты и только ты, знаешь, правильно ли ты поступаешь? Иначе дурдом! Помнишь у Грибоедова?.. — " Ах, что будет говорить, княгиня, Мари Алексевна!".. Ты хорошо водишь машину!

— Это потому, что я везу вас!

— А обратно дорогу найдёшь?

— В больницу?

— Ну да, а куда же!

— Мы в больницу не поедем.

— А куда мы поедем?

— На Кудыкину гору!..

Машина въехала на территорию кладбища.

— Ты уверенна, что мы можем въезжать на территорию?

— Саша договорился со сторожем.

— Ну и Саша! Ресторанная жизнь научила его многому.

Оля остановила машину, они вышли из неё и пошли по алее к могилкам партизан. Подойдя к ним, Медведев закурил сигарету и погрузился в свои мысли. Потом встал на корточки и горько заплакал!

— Виктор Алексеевич, миленький, не надо! — Ольга присела на корточки и стала гладить волосы Медведева. — Вам нельзя волноваться!

— А где остальные похоронены? — Медведев продолжал рыдать.

— Все здесь.

— Зрители где похоронены?

— На разных кладбищах.

— Я туда уже не поеду!

— Куда вам ехать!..

— Я бы поехал, но у меня нет сил!

— Не надо вам никуда ехать!

Медведев стал плакать сильнее.

— Я бы поехал, но у меня нет сил…

— Перестаньте, Виктор Алексеевич!

— Ты знаешь кто здесь лежит?

— Знаю.

— Здесь лежит моя семья!

— А мы, кто же?.. Я, Саша, Гриценко, Зина?..

— Вы тоже семья!

— И мы живы! Нас ещё много, Виктор Алексеевич.

— Знаю.

— Перестаньте рыдать, нас отец Гавриил услышит!

— Отец Гавриил?

— Да!

— А где он?

— У себя в церкви… Он там… И нам туда надо! — Ольга показала пальцем в глубь кладбища.

— Пойдём к нему! — Медведев перестал плакать. — Пойдём, я хочу с ним поговорить!

— Пойдёмте! Он вас ждёт!

— Как это ждёт?

— Он знает, что вы сюда приедете.

— Это ты ему сказала?

— Саша.

— Пошли.

Медведев встал на ноги и они пошли к храму.

ОТЕЦ ГАВРИИЛ.

Зайдя в церковь, Ольга повела Виктора Алексеевича в маленькую комнату. Войдя туда, они увидели священника, сидящего на стуле. Рядом с ним стояли ещё два стула. Вверху горела лампадка около иконы с изображением Иисуса Христа.

— Проходите, садитесь. — священник поднялся. — Проходите, Виктор Алексеевич.

Ольга и Медведев подошли к Гавриилу и Медведев поклонился.

— Здравствуйте, отец Гавриил!

Они пожали друг другу руки и все трое расположились на стульях.

— Я ждал вас, Виктор Алексеевич. — начал священник. — Всю вашу историю я знаю. Это хорошо, что Ольга привела вас сюда. Извините, что встречаю вас так… Храм только, дня три назад начали достраивать.

— Ничего батюшка, нам и так удобно! — Медведев посмотрел на икону.

— Нас, православную церковь, стали упрекать за иконы и всякие предметы. — Гавриил тоже смотрел вверх. — Такие же христиане упрекают. Сравнивают нас с язычниками… Говорят, что мы поклоняемся предметам… Икона — это не предмет! Статуэтка — это предмет… Как бы вам объяснить!.. Икона, или свечка, концентрирует ваше внимание! Вы смотрите на икону, или на свечку и ваше внимание и энергия, сосредотачивается на чём-то одном… Вы знаете, что с этого момента, вы сосредоточили своё внимание на вере! На христианской вере. Вы знаете, что с этого момента вы начинаете говорить с Иисусом Христом… Вы потом можете и не смотреть на свечку, а смотреть например мимо… Но всё ваше существо уже там! Всё ваше существо уже направленно к Богу!.. Вы начали свой разговор, непосредственно с Богом…..Я не против, чтобы в церквах пели, обнимались друг с другом, вместе качались, взявшись за руки, но всё это должно происходить в свободное от беседы с Богом время… Вы заметили, что в православной церкви, священники ничего не навязывают своим прихожанам. Они выполняют свой ритуал, а прихожане молятся. Священники, как бы создают условия своим прихожанам для молитвы и общения с Богом. Люди приходят в церковь не для того, чтобы пообщаться с пастырем, они приходят туда за тем, чтобы пообщаться с Богом… Ну, да ладно… Вас что-то мучает, Виктор Алексеевич?

— Гамлетовский вопрос " Убивать, или не убивать?" — горько усмехнулся Медведев.

— Вы убили кого-нибудь?

— Хотел убить! А это, как говорят, ещё хуже!

— Скажите откровенно, когда вы шли убивать Пугова, вы были уверенны, что идёте убивать?

— Вы попали в точку, отец Гавриил! Странное состояние тогда мной владело. С одной стороны, я шёл с полной решимостью его убить, с другой стороны я был уверен, что не убью его!.. Что за чепуховина получается?

— Вы режиссёр и не поняли, что с вами происходило тогда?

— Я потом понял!

— И что вы думаете?..

— Какой-то мистикой попахивает.

— Я вам помогу. Убивать Пугова шли два человека? В вас, в одном, присутствовало, два человека. — Актёр Медведев и человек Медведев. Актёр Медведев шёл Пугова убивать, а человек Медведев, его остановил… Я угадал?

— Как раз наоборот, батюшка. Человек- Медведев его шёл убивать, а актёр- Медведев, его остановил! Я, как человек жаждал убийства!.. А может быть и наоборот!.. Может быть вы правы!..

— В любом случае, это же замечательно, господин актёр! — священник просиял. — Человек-актёр, стоит выше на лестнице духовности, человека-Медведева!.. Или "наоборот"! Вы того не заметили, как ваш профессионализм, протянул руку духовной помощи вашей человечности!.. Актёр, который в вас сидит, оказался духовнее вашей человеко-личности!. Или " наоборот"! Но какая разница, кто не убил Пугова. Его не убили — вы! И та грань, стоящая между человеком и профессионалом в такие минуты стирается!.. Виктор Алексеевич, вы не убийца!..

— Но я заставил других убивать!

— Новое и новое!.. Бес само съедания не собирается вас покидать. Но мы его выбьем из вас!.. Давайте проведём такой эксперимент… Я хоть и не актёр, но вам подыграю… Сделайте мне предложение, убить кого-нибудь совместно… Ну, попросите меня вам помочь, убить кого-нибудь!..

— Вы серьёзно?

— Думаете не справлюсь с ролью?.. Обижаете!..

— Хорошо… Батюшка, — начал Медведев импровизацию — Хочу просить вас об одном… Одолжении… Есть один мерзавец!.. Убийца!.. На его счету много человеческих жизней… Такому человеку нельзя жить на этом свете. Помогите мне, убить его!..

— Вон!.. — на всю церковь закричал священник. — Вон отсюда, сатана! Ты кого пришёл просить о помощи?.. Православного священника?.. Вон от сюда!..

Медведев и Ольга смотрели на батюшку и терялись в догадках. Серьёзно ли он орёт, или играет?..

— Ну как?.. — отец Гавриил перестал орать и улыбнулся.

— Отец Гавриил, — Медведев хотел вскочить со стула, как обычно и зашагать по комнате, но не смог — Где вы раньше были? Теперь я понял, как надо играть царя Фёдора Иоановича!.. Вот так!.. Играть сильного, смелого!.. Он просто занимает не ту должность!..

— Не отклоняйтесь от вопроса, Виктор Алексеевич! — остановил режиссёра Гавриил. — Вы поняли мой ответ, на вашу просьбу?.. — Вон отсюда и всё тут!.. Теперь ещё раз попросите меня помочь вам убить человека… Только короче!

— Батюшка, помогите мне убить человека! Он убийца!

— Повтори! — радостно закричал Гавриил.

— Помогите мне убить!

— Кого, прислужника сатаны?

— Прислужника сатаны.!

— Когда? — снова радостно закричал священник. — Я только этого и ждал! Наконец-то явился человек, который хочет того, чего хочу я!..

Медведев и Ольга сразу поняли куда клонит Гавриил. Они молча переглянулись.

— Десять лет издевательств над актёрами! — продолжал воодушевляться священник — Десять лет унижений! Разврат и жестокость! Театр превращают в шабаш ведьм!.. Мне рассказали все подробности… Убийство коллеги, попытка изнасилования актрисы!.. Цинизм и мракобесие!.. Да, каждый из ваших актёров, лежал у себя дома на кровате и мечтал расправиться с мафией!.. Как Достоевский мечтал, лёжа на нарах, на каторге, убить старуху процентщицу!.. И тут являетесь вы!.. И говорите — "А давайте-ка расправимся с этой бандой!" И кто говорит, сам духовный лидер, сам режиссёр!.. Они идут за вами и делают, то что задумали, а после!.. Сам духовный лидер ставит под сомнение всё сделанное!.. Разве это не предательство, Виктор Алексеевич?

Медведев засмеялся, но быстро его смех перешёл в кашель.

— Отец Гавриил… Извините… Вы?… Да, что такое?.. Сейчас!.. Вы никогда не занимались психодрамой?

— И психодрамой, и драмой, и трагедией, и фарсом, и мультипликацией!.. Всем занимался на этой должности. На должности священника!.. Кого только не приходилось возвращать к жизни!..

— Отец Гавриил! — послышался чей-то голос у входа в церковь. — Виктор Алексеевич!..

— Кто там? — раздражённо крикну Гавриил.

Священник поднялся и пошёл к выходу. Медведев и Ольга последовали за ним. В приоткрытую дверь заглядывали, Обухова и Саша. Саша был одет в гитлеровскую форму.

— Что вы здесь стоите и не заходите? — спросил Гавриил.

— Мне нельзя… — тихо сказал Саша.

— Почему нельзя?

— Так, я ведь… — Саша показал на форму, в которую был одет. — Не хочу осквернять храма!.. Большой грех входить вот так… У вас что-то случилось? Вы крикнули — "Вон отсюда!" — Мы испугались, думали, что вы Виктора Алексеевича выгоняете!.. Подошли… Прислушались, а вы мирно разговариваете… Потом отец Гавриил опять!.. Мы решили выяснить…

— Всё нормально, Александр. — священник положил руку на плечо Медведева. — Забирайте своего режиссёра.

— Спасибо, отец Гавриил! — сказал Медведев. — Что-то в моей душе прорвало. Что-то оттуда улетело.

— Заходите Виктор Алексеевич. — священник протянул руку. Медведев её пожал. — Думаю, что очень скоро будет действовать этот храм!.. Заходите!.. Заходите все!

— Обязательно зайдём!

Все вышли из церкви, кроме священника. Он тихо закрыл за посетителями дверь.

Режиссёр и его свита, шли к потрёпанному жигулёнку.

— Вы знали, что я здесь? — режиссёр посмотрел на Сашу и Обухову.

— Знали. — ответил Саша.

— Зачем в форме сюда пришёл? — Медведев смотрел себе под ноги.

— Я не хотел заходить в церковь! — оправдывался Саша. — Если бы не крики, не зашёл бы. Сегодня в последний раз был Гитлером в кабаке. Там переполох! Не хотели меня отпускать. Я понимаю. Они с таким лицом, как моё, больше никого не найдут… Эта форма моя. Я сам её купил на Мосфильме, там таких много… Решил в последний раз её поносить… Грустно расставаться. Привык я к ней. Я её нафталином… И спрячу. Буду иногда вынимать. И смотреть. И гладить. Она мне родная!.. Вам не надоело меня слушать?

— Продолжай, Саша. — ответил Медведев.

Все подошли к жигулёнку и остановились.

— Продолжай. Кого же нам слушать, как не друг друга.

— Сколько она кормила мня!.. Она дарила мне, такие минуты счастья!.. В этой форме меня все любили, разговаривали со мной. Я был всем нужен! Меня хлопали по плечу, усаживали за свой стол. Старались выполнить мою любую просьбу. Устроить на работу, кого, куда… Я многим людям помог!.. Меня уважали!.. Без этой формы, я никто!.. Я проверял. Сниму и сказка кончается…

— Мне это знакомо! — подтвердил Медведев. — Однажды… Было это, года три назад…Мне бы сесть! — Медведев стал смотреть по сторонам. — На могилку, что ли?

Оля открыла дверцу жигулёнка.

— Садитесь, Виктор Алексеевич!

— А вы стоять будете?

— Не просто стоять, товарищ режиссёр, — сказала Обухова — а вас слушать!

— Не надоело? — Медведев сел на переднее сидение. — Ладно, в другой раз расскажу.

— Это приятные воспоминания? — спросила Обухова.

— Очень приятные.

— Тогда мы слушаем.

— Если уж начал, Виктор Алексеевич, — пробурчал Саша — Давай до конца.

— Ну хорошо… Только говорить я буду медленно. Что-то задыхаться стал!.. Было это, года три назад. — начал свою историю Медведев. — Деда Мороза я только в одной школе сейчас играю. Раньше во многих играл. Деньги зарабатывал… У меня был один хороший приятель, а у того приятеля, была жена и работала она директором ресторана " Киев". Узнав, что я по совместительству ещё и дед Мороз, (то, что я режиссёр она знала) она попросила меня сыграть деда, в новогоднюю ночь у них в ресторане… Там какие-то высокопоставленные собирались праздновать… Уговаривала меня долго и я согласился!..

…Пришёл в ресторан, переоделся, загримировался и начал!.. Вдохновение меня посетило тогда! Всех поздравлял, устраивал викторины, конкурсы. Острил, придумывал новогоднии байки… Что-то на меня тогда нашло! Я долго думал, что на меня нашло и наконец понял!..

…За одним столом, с друзьями сидела одна, молодая девушка. Стройная и красивая… Ну Снегурочка и всё!.. Я ещё раньше заметил, что она очень часто смотрит в мою сторону. Я тоже стал смотреть на неё. Мельком, исподволь, но смотрел. Ничего такого я не думал… Она не одна пришла, с друзьями. Молодые парни, девушки…

…Было уже четыре часа утра и вдруг я объявляю Белый танец!.. Заиграл вальс и вижу… Эта принцесса встаёт, подходит ко мне и меня приглашает!..

…Мы потанцевали вальс, потом, как-то получилось… Другой танец станцевали вместе… Потом… Огни притушили… Сделался полумрак… Теперь я её пригласил. Мы танцуем… И она вдруг говорит мне. — " Проводите меня дедушка, домой!" — Я ей говорю. — "Конечно я вас провожу, но вы ведь не одна!" Она мне объяснила, что за столом сидят её подруги, а один из парней, с которым она часто беседует за столом, её брат… Я согласился её проводить…

…Новогодняя ночь подошла к концу, я, попрощался со всеми, ещё раз пожелал счастливого нового года и пошёл в комнату переодеваться.

… Через десять минут я подошёл к большому зеркалу в вестибюле, как было условлено и стал дожидаться девушку… Вскоре она появилась. Видимо к тому времени она уже попрощалась со своими друзьями и с братом. Она подошла к зеркалу, стала возле него и стала меня ждать. Я посматривал на неё, она на меня… Хочу вам напомнить, что я уже не был в костюме деда Мороза…Я был без бороды, без усов, без парика…

… Так мы простояли несколько минут. Я продолжал посматривать на неё, она по сторонам. Я искал её взгляда, она искала деда Мороза.

… Наконец мне это надоело и я заговорил с ней. Пытался шутить, завязать разговор, но все мои попытки не имели успеха. Я пробовал быть настойчивей. Даже сам себя стал цитировать… Цитировать деда Мороза. Думал, хоть так, она обратит на меня внимание… Потом стал намекать… Затем просто нагло спросил. — "А не деда Мороза ли вы ждёте?" — Ни-че-го!..

… Кончилось тем, что она пригрозила позвать кого-следует, чтобы меня утихомирили. Она меня не узнала! Перед ней стоял не великолепный Дед Мороз в гриме, а старый и уставший человек. И она меня не узнала!..

… Я попрощался и вышел на улицу. Погода была чудесная. Ещё было темно, но холода я не чувствовал. Снежок падал с неба. Ветра совсем не было. Я стоял недалеко от входа в ресторан, уходить почему-то не хотелось…

… Вскоре вышла она. Постояв минут пять и поглядев, опять таки же, по сторонам, она медленными шагами пошла в сторону метро. Я постоял ещё немного, вышвырнул недокуренную сигарету и пошёл прочь в другую сторону!.. Вот и вся история, про костюм деда Мороза…

— Придумал!.. — Саша заулыбался. — На ходу придумал!.. Ведь придумал?..

— Виктор Алексеевич придумал конец! — Ольга посмотрела на звёзды. — Вся история верная, но конец придуманный.

— А ты откуда знаешь? — спросила Обухова.

— Той девушкой… Из сказки деда Мороза, была я!..

— Ты серьёзно?

Саша и Обухова смотрели на Ольгу и режиссёра широко открытыми глазами.

— Какие уж здесь шутки!.. — продолжала Оля — Два года назад я закончила " Щуку" и меня уже распределили- в театр " Превращения". Но туда я ходила не часто. Ролей пока для меня не было… А тот новый год мы решили встретить в ресторане. Я никогда до этого не встречала его в ресторанах…

… Не буду описывать встречу нового года, Виктор Алексеевич её уже описал. Расскажу только финал… Не скрою, мне тогда дед Мороза ужасно понравился и я сама напросилась, чтобы он меня проводил… Меня поразила его игра!.. Я ведь знала, что это актёр!.. Такого деда я никогда не видела… Элегантный, жизнерадостный, остроумный… И в то же время, он был дедом Морозом!.. Понимаете?.. Сила какая-то в нём была!.. Он всех завораживал!.. Гипнотизировал! Он был и грустным и смешным… Иногда, удивительно добрым, иногда — ужасно злым!.. Злым он был тогда, когда вспоминал своих " недоброжелателей" — Бабу Ягу, например, или Кащея Бессмертного!.. Кого уж он подразумевал под бабой Ягой, приходилось только гадать… Дед Мороз сделал эту ночь для всех — сказкой!.. Чудесной сказкой!.. И я поставила себе цель, сделать так, чтобы этот дед Мороз, проводил меня домой!.. И он согласился!..

… Я быстренько попрощалась со своими подругами… И с друзьями, и с братом и побежала к зеркалу!..

… Подхожу и вижу, стоит!.. Я сразу его узнала!.. По глазам. Узнала и чуть в обморок не упала!.. Передо мной стояло чёрт знает, что!.. Передо мной стоял пожилой человек. Он стоял, смотрел на меня и улыбался какой-то закомплексованной улыбкой… Усталый, согнутый… Волосы мокрые, на лице пудра. Под глазами тёмные круги…

— Но ведь ты пошла со мной! — воскликнул Медведев. — Не хотела идти, сказала бы!..

— Ну мне как-то неловко было!.. Сама напросилась и сама… Что мне оставалось делать? Я сказала этому человеку в чёрном пальто. — Вы не передумали меня проводить?..

— Какая наглость! — Медведев поднялся с сиденья. — Сама передумала и меня спрашивала!.. А что ж ты тогда под руку меня взяла?.. Сначала не брала, а потом взяла?

— Мы стали говорить, о том, о сём… Мне стало интересно… Я и взяла.

— А потом волосы мои, вот так шибуршила?.. Зачем?..

— Мне стало ещё интересней с вами…

— Если я такой отвратный, зачем гуляла со мной до шести часов?… Два, или три часа?..

— Мне тогда совсем стало с вами интересно!.. Ко мне возвращался дед Мороз!.. Тот дед Мороз… Только другой дед Мороз. Не в костюме, а в чёрном пальто!.. Тот дед Мороз ко мне долго возвращался… Он целых два года возвращался!.. Постепенно… И когда я впервые вас увидела в театре и когда ваш спектакль посмотрела… " Красный цветок"… И когда вы мне Гамлета дали… И когда " Антикурьера" стали готовить!.. Дед Мороз, в другом костюме, ко мне почти вернулся тогда, когда он меня выносил на плечах из Малого зала… Но совсем тот дед Мороз ко мне вернулся, когда он стал плакать у тех могилок! — Ольга показала в сторону, где стояли могилки партизан. — Когда дед Мороз заплакал, он полностью ко мне вернулся! Но только он теперь не в костюме и не в чёрном пальто, а в пиджаке… Но это, тот дед Мороз, я знаю точно!..

Возникла неловкая пауза.

— Виктор Алексеевич, — Саша нарочно кашлянул в руку. — а вы не заметили, что все наши великие события, происходят на кладбище?

— Какие такие великие события, Саша? — Медведев сжал кулаки. — Какой ты бесхитростный, Саша!.. И язык у тебя длинный! Вот будешь работать в театре, там тебе его укоротят!

— Вы на ресторан намекаете? Там, что ли у меня язык вытянулся?.. Да я там в основном молчу… У меня там только два слова… И вся роль!.. Мне посетители кричат- "Хайль Гитлер!" А я им отвечаю. — "Зик Хайль!" — И всё!..

— Господа, нам пора! — Обухова полезла в сумочку. — Вот вам ключ от вашей квартиры, Виктор Алексеевич. Я там прибралась сегодня…

— Ты же брал у меня ключ, чтобы книжку принести! — Медведев недобро посмотрел на Сашу. — Причём здесь уборка?

— А это мы так, мимо ходом сделали. — Саша сделал неопределённый жест. — А вы знаете, что мы решили пожениться? Я и Зина?

— Нет, не знаю. — Медведев с удивлением посмотрел на обоих.

— Решили, решили! — подтвердила Обухова. — Свадьбу будем играть, когда вас выпишут.

— Меня уже выписали! — Медведев посмотрел на Ольгу.

— Прекрасно! — Обухова взяла под руку Сашу. — Значит завтра и сыграем… Мы пойдём, Виктор Алексеевич. Вам отдыхать надо.

— Да, — согласился Медведев — всем пора!

— Наша машина там. — Саша мотнул головой. — До завтра, Виктор!

— До завтра, друзья! — режиссёр сел в машину.

Саша и Обухова пошли к своему Форду, Ольга села в жигулёнок на место водителя, завела мотор и машина поехала к выезду из кладбища. Она проехала несколько метров и Медведев вдруг попросил Ольгу остановиться.

— Что вы хотите сделать? — спросила Ольга.

— Забыл кое что!..

Ольга остановила машину, Медведев открыл дверь и крикнул в сторону уходящим, Саше и Обуховой.

— Саша, Зина, поздравляю!

— Спасибо Виктор Алексеевич! — крикнули те в ответ.

Жигулёнок продолжил свой путь.

ДЕД МОРОЗ И СНЕГУРОЧКА.

Они ехали по ночной Москве. Жизнь дороги затихла. Даже таксисты не проявляли должного рвения в поисках клиентов.

Ольга и Виктор ехали молча.

— Вы поспите, Виктор Алексеевич.

— Попробую…

Медведев погрузился в себя. Ему пришла в голову мысль, которая раньше почему-то не приходила. Глядя на машины проезжающие мимо, Медведев понял, что каждая из них имеет свою индивидуальную психологию, а в месте с ней, индивидуальную психологию имеет и водитель. Таксисты всегда ищут клиентов, водителю троллейбуса спешить не куда, у него один маршрут. Скорой помощи, всегда и везде уступают дорогу, а милицейские машины, чувствую себя на дороге, хозяевами… Легкая машина должна уступить дорогу грузовой. Лучше с ней не связываться. А грузовик не сможет быстро повернуть налево и проскочить куда ему надо, поэтому ему надо ждать пока все легковушки проедут по встречной полосе…У каждой машины, своя жизнь, свои планы, свои цели. На перекрёстке они встречаются. Здесь завязывается конфликт пьесы. Каждым надо в свои стороны, к своим целям. Хорошо если есть светофор! Или разметка дороги. Или дорожные знаки… Они разведут всех! А если светофора нет?.. Или он есть, но его никто не видит? На дороге, единый, нравственный закон для всех. Светофор — вот закон!.. А в жизни?..

— А куда мы едем? — спросил Медведев, оглядываясь по сторонам. — Больница вроде бы, в другой стороне?

— Я везу вас, на вашу квартиру. Партизаны так решили. Они считают, что в вас влетел дух какого-то умирающего больного и вы сейчас его играете. И стены больницы вам в этом помогают. Они создают соответствующую атмосферу.

— А как же врачи, медсёстры? Ведь у них есть профессиональные задачи и они отвечают за каждого больного! Представляешь в какую атмосферу они попадут, когда утром не досчитаются одного больного?

— Главный врач в курсе дела. Ему сегодня генерал Пугов звонил. Они очень хорошо знакомы…

— Вы Валентина Дмитриевича подключили?

— Генерал сейчас очень сдружился с Иваном Григорьевичем… Вообще генерал сейчас относится к нам, как к родственникам… А мы к нему…

— Понятно… И сколько я буду находится у себя?

— Дня три… Если эксперимент окажется удачным, то срок продлится.

— Понятно…

Медведев и Ростова подъехали к дому.

— Спасибо, Оля, что подвезла!.. Заходи в любое время… Всем привет.

Медведев открыл дверцу и вышел из машины.

— Вы не хотите угостить меня чашечкой кофе?

Ольга тоже вышла из машины, захлопнула дверь и закрыла её на ключ.

— С удовольствием бы, Ольга… Но к сожалению я не купил кофе… Как на зло!..

— Зина и Саша купили. Они вам там и печенье купили.

— Сахара, по моему тоже нет…

— Они и сахар купили… И молоко, на всякий случай…

— Ну, разумеется, Оля! Какие могут быть разговоры. Прохладно на улице… Согреться не мешало бы!.. А машину возвращать не надо?

— Сегодня можно не возвращать.

— Пошли… Только у меня там беспорядок наверняка!

— Мы с Зиной и Сашой убрали квартиру.

— Ах да, я забыл!

Они поднялись на лифте на четвёртый этаж и вошли в медведевскую квартиру.

— Садись, Оля, я кипяток поставлю… Если хочешь, телевизор включай.

— Не надо. Идите заваривайте кофе, я просто посижу.

Медведев ушёл на кухню, а Ольга подошла к кассетному магнитофону, включила его. Вынула из своей сумки кассету, вставила её в магнитофон и нажала на кнопку " Плэй". Заиграла классическая музыка, сопровождающаяся странными звуками, похожими, на человеческое дыхание. Она села в кресло и стала слушать.

Вошёл Медведев с подносом.

— Всё здесь. — он поставил его на стол. — Как говорит наш театральный бармен " Хэлп сам себе.".

Они пили кофе, слушали музыку и молчали.

— Как вы себя чувствуете? — спросила Ольга.

— Ужасно!.. Я поймал сейчас себя на мысли, что мне ничего не хочется больше ставить!.. И грать роли не хочется! Что-то отключилось у меня в душе. Я перебирал в больнице, чтобы мне хотелось?.. Ничего не хочется! Какая — то чушь сплошная!.. " Отелло"!.. Один дурак требует показать ему платок, другая дура разговаривает с этим дураком, как с нормальным человеком… " Король Лир"!.. Одна дура, заявляет, что она любит своего мужа, так же, как и своего отца!.. Какая бестактность!.. Кто её за язык дёргал? Любишь мужа и люби его на здоровье… Зачем кричать об этом?.. Другой дурак, лишает её наследства… Зачем?.. Почему?.. Потом бегает всю пьесу, как побитая собачка и познаёт смысл жизни… Возьми Бальзака… Сплошные интриги!.. Бальзак помешался на интригах!.. Я бы поставил кафкинскую " Нору"!.. Гениальный рассказ!.. Я знаю, что наши Достоевского хотят сделать. " Сон смешного человека"… А со второй частью что делать?.. Прилетел наш землянин на другую планету… Очень хорошо! Там все счастливые живут и разумные… Потом он их всех развратил!.. Как ему удалось всех развратить? Попробуй разврати кого-нибудь в Америке, или в Англии… Там скорей тебя переделают!.. И положительный персонаж не сможет на другой планете поменять нравственный закон… Один уже попробовал. Что из этого вышло, мы знаем… Его распяли на кресте!.. Как вторую часть " Сна…" делать? Писать своё продолжение?..

Режиссёл надолго задумался. Ольга молчала так же.

— Странная музыка. — задумчиво проговорил Медведев. — Очень напоминает мне " Шестую симфонию" Чайковского… Только эти странные звуки…

— Это новое течение в музыке. — " Классический, сексуальный авангардизм".

— Ты видела фильм " Чайковский"? — Виктор Алексеевич закурил сигарету.

— Видела.

— Там мой самый любимый эпизод, когда он в речку входит, чтобы утопиться. А за кадром звучит "Шестая симфония"… Сколько же у него завистников было!.. И наверное мстили ему, за его талант… А он пошёл топиться… Люблю этот эпизод!..

— Странная любовь у вас… К странным эпизодам.

— Всё не просто у гениев… А ты знаешь как назвал первоначально свою пьесу Грибоедов?.. "Горе уму"…Как говорит Русинов — " Умным мстят". Умных боятся… Гениям мстят… Чайковскому мстили!…Вот почему иногда умные люди надевают на себя маски дураков… Хотя это не выход… Клоуны в цирке, умные люди и почему-то всегда надевают на себя маски дураков!.. Конечно есть и грустные клоуны…

— А вы были когда-нибудь клоуном?

— Нет, не был… Хотя иногда хотел попробовать… Чарли Чаплин был великолепным клоуном! Многие его называют гениальным актёром, но это неправильно. В его ролях отсутствовало слово!.. Конечно это не его вина… Но что сделаешь… Действие действием, но куда мы денемся без слова? В слово можно влюбиться… Одно слово, может родить любовь!..

— Ромео и Джульетта купались в словах, когда говорили их друг другу. — Ольга эмоционально развела руками. — Иногда мне кажется, что человеческий слух, тоже является эрогенной зоной! И слова… Слова выпущенные из губ, летят и попадают в ухо того, кому они были направленны. Ухо передаёт информацию дальше… Другим эрогенным зонам…

— Так что я сказал?.. Ах, да… Слово очень важно!..

— Слово может возбудить половую страсть!.. Вы это хотели сказать?

— Ну разумеется… Не только половую, а вообще страсть… Любую страсть…

— Но мы сейчас заговорим о половой страсти!.. Слова, которые посылаются в ухо партнёру, должны быть посланы, не просто с придыханием, — Ольга зашептала — они должны иметь сексуальный смысл…

— Какой такой… Сексуальный смысл?

— Сексуальную информацию!.. Так будет точней… Например… Виктор Алексеевич, я так устала сегодня. Можно мне прилечь на кроватку? Трусики я не буду снимать, я могу и в трусиках отдохнуть…

— Ты… Ты хочешь сказать, что… Что слово, важней чем действие?.. Теоретически, слово и действие, должны стоять рядом. Их нельзя разъединять. И то, и другое, главное… Вот…

— Правильно! Поэтому слово надо подкреплять действием. — Ольга подошла к креслу Медведева и уселась на подлокотник. — Например… Виктор Алексеевич, трусики я могу не снимать, когда лягу в постельку. Но платьице, мне снять придётся, потому что в платье мне неудобно будет лежать! — Ольга обняла Медведева за шею. — Какие у вас волосы жёсткие! — Ольга разворошила медведевскую причёску. — Говорят, что, у кого волосы жёсткие, у того сексуальные возможности обширные!…

— Я чувствую себя как маленький мальчик. — Медведев поднял глаза к потолку. — Я не знаю, как себя вести!

— Ведите себя как мужчина!

— Я не мужчина… Я режиссёр!.. Я дедушка Мороз!..

— Я же чувствовала на репетициях, как дедушка режиссёр, просто сгорал от желания обнять меня, показывая актрисе-Офелии, как она должна обнимать Гамлета! Вы и сейчас дрожите!..

— Так ведь, живой человек я… Да, я хотел тебя обнять… Но я бил себя по рукам… Внутренне… Человек должен подавлять в себе похотливые желания!

— Вы хотите меня обидеть?

— Нет!.. Я не то хотел сказать!.. Желания были высокие!.. Чёрт!.. Старый человек хочет обнять девочку!

— Вы сами, и не раз, говорили на репетициях, что в любви не существует возрастной дистанции?

— Болтовня!.. Я не говорю обратное!.. Я… Но… Мне показалось, что тебе нравился другой человек!

— Я знаю кого вы имеете ввиду. Да, он мне нравился. Я даже полюбила его!..

— Тогда ничего не понимаю!..

— Вы сложный режиссёр. Вы режиссёр парадоксов… Вот вам и парадокс! — Я поняла потом, что любила в нём, вас!.. Не будем вспоминать о нём сегодня!

— Ты права. Не будем.

Ольга подошла и выключила свет.

— Мне надо принять душ. — прошептал Медведев.

— Вы принимали душ сегодня. В пять часов вечера. Мне медсестра сказала.

— Тогда мне надо… Голову мне отключить надо!..

— Вы часто нам говорили, что если вдохновение не пришло, не насилуйте себя, а займитесь простыми физическими действиями.

— Какими например?.. Это интересно!..

— Ну-ну!..

— Подойти и открыть форточку?..

— Нет!

— А что?

— Обнимите меня!

Медведев обнял Ольгу.

— А теперь прижмите своё лицо к моему… Вот так!..

— А теперь что?..

— Может быть вы сами подскажите, господин режиссёр.

— Хорошо, подскажу! — Медведев уже задыхался. — Теперь самое простое действие… Моя щека скользит по твоей щеке и… И наши губы сближаются!

ВЫЗДОРОВЛЕНИЕ.

На утро Медведев проснулся довольно поздно. Он обнаружил, что Ольги в его постели, нет. Ему пришла в голову мысль, что вчера он чувствовал себя лучше, чем позавчера, а сегодня, он почувствовал себя на много лучше чем вчера! Что будет завтра!.. О, Господи!..

Он поднялся с постели и пошёл в ванную. По дороге он наткнулся на записку, лежащую на столе. Записка была от Ольги. Он её прочёл.

" Виктор Алексеевич, извините, мне надо отдавать жигулёнок. Приходите в театр к одиннадцати часам. Там соберутся все партизаны… Труппа приняла решение, чтобы вы поставили " Сон смешного человека" Достоевского. Это было мечтой Митрофана. Спектакль посвятим ему… И ещё… У Гриценко возникли трудности с одной криминальной группировкой. Ему надо помочь… Работы будет много. Ждём. Целую! Снегурочка.."

Медведев посмотрел на часы. Половина одиннадцатого!..

" Хорошо, что не в девять назначили! Могли бы и во второй половине дня собраться! Привыкли утром репетировать. Могли бы и вечером… Всё равно уже ничего нет! " Гамлета" — нет! Лондона, фестиваля — нет! Театра тоже нет! Разогнались!.. В Лондон поедем!… Как там у Тарелкина?.. — " Нет, говорит судьба!.."…

Виктор Алексеевич стоял в ванной и чистил зубы.

— " Встать, суд идёт!", снова он услышал в своём мозгу чей-то голос.

После выстрела в Пугова, он часто стал слышать этот голос!

— Мания преследования, что ли замучила? " Зловредный старикашка" — Достоевский, как в воду глядел! Раскольникова не страх замучил, а совесть! Раскольникова мучил, космический страх… Совесть — мать космического страха!… Раскольников знал, что делает мерзость! А может быть он ждал космического возмездия?.. За каждое бытовое преступление, человек получает, космическое возмездие? А может быть бытового преступления не существует, а существует только космическое? Если нам это только кажется, что наши мелкие преступления — это только наши, внутренние, земные проблемы?.. А вон оно как получается, убийство старухи и блаженной Елизаветы, не оставляет равнодушными тех… Тех, которые там, в небе…

Медведев не мог просто так бриться, он должен был работать. Он должен был сочинять режиссёрские формулы. Он себя к этому приучал десятилетиями. Сегодня он не будет ставить " Преступление и наказание". Вполне возможно, что он никогда не будет ставить, но формулы человеческого существования ему могут пригодиться в других спектаклях. Ничего не проходит бесследно! Надо только постоянно думать, думать… Чувствовать и думать!..

Он только не думал об Ольге. Он боялся, что тоже начнёт сочинять формулы.

Да, что там сочинять формулу! Она предельно ясна. Ольга отдалась ему из чувства безумной благодарности!… Но так нельзя отдаваться только из-за этого!.. Медведев- режиссёр, сразу же почувствовал бы фальшь. А фальши не было!..

— Хватит создавать формулы, профессиональный дегенерат! Не всё можно " разъять алгеброй"… Надо на перевязку сходить. Что-то грудь снова заболела!…

Медведев быстро оделся, выпил стакан молока, вышел на улицу и быстрым шагом направился к театру. Он не любил опаздывать. Виктор Алексеевич шёл по улице и с каждым шагом, приближающим его к театру, в душе его всё больше и больше возникала радость! Он оживал! Ну, ещё бы!.. Ставить Достоевского с любимыми актёрами!.. Снова использовать свою профессию в поимке бандитов!.. Снова увидеть Ольгу!..

Виктор Алексеевич почувствовал в своей душе радость!

ЭПИЛОГ.

Здесь, в самом конце повествования, необходимо извиниться перед читателями и пояснить, где на самом деле произошла эта правдивая история, и как она закончилась. А случились эти события, не в Москве, а моём родном городе, Ростове-на-Дону. И побоища в театре не было. Произошло гораздо проще. Актёры сами захватили бандитов. Если вы помните, у актёров в сумке было спрятано оружие. И когда Леший уже хотел приказать расстрелять первого заложника, а именно Медведева, партизаны направили дула пистолетов и автоматов на бандитов. И приказали им заложить руки за головы и стать вдоль стены. Что бандиты и сделали беспрекословно. Режиссёр открыл дверь в фойе и впустил в зрительский зал солдат спецназа. Таким образом бандитов арестовали и увезли в фургоне туда куда надо. С Митрофаном действительно произошло то, что описано выше. Но он не умер. Его, раненого оправили в больницу и вскоре он вышел от туда, совершенно здоровым и счастливым.

Ольга не любила Медведева так, как безумно любят женщины мужчин. Скорее она выдавала свою любовь к театру и к любимому режиссёру за любовь. Ростова полюбила Митрофана и только потом это поняла, уже тогда, когда Антикурьер вышел из больницы.

Митрофан тоже не любил Михееву, так, как любит мужчина женщину. В ней он любил талантливейшую актрису и театр. Затем он разобрался в своих чувствах и признался в любви Ольге. И попросил её руки. И они вскоре поженились.

Медведев вдруг понял, кого он любит по настоящему. Михееву любит, как женщину. В свою очередь и Михеева обнаружила: сначала в своей душе, а потом уже и в своём теле, страстную любовь к Виктору. Ну может быть не такую страстную, как у молодых — Ольги и Митрофана, но всё же любовь. Таким образом, актриса и режиссёр также вскоре поженились.

Мне рассказывали, что вскоре все переженились в медведевской труппе. А другого финала от актёров никто и не ожидал. Произошла: обыкновенная, театральная история. Актёры, которые должны были влюбляться в актрис на сцене и в определённых ролях, влюбились в них, не как в персонажей, а как в реальных женщин. Тоже самое сделали и актрисы. Таким образом — свадьб намного прибавилось. И после этого группа театра " Превращения" стала называть себя не труппой — а большой, театральной семьёй!

Гриценко и Наташа вероятно и до сих пор счастливо живут в Ростове-на-Дону.

А вот с Медведевым случилась историю. Он вдруг решил оставить театр и уехать в Америку. И уехал. Вместе с Михеевой. Они и сейчас там живут. И я точно знаю в каком городе. В Бостоне.

Вот уж действительно " Жизненный детектив"

Константин Захарченко

США. Бостон. Сентябрь.

2010 год.

Content

Захарченко Константин Театральный детектив

Захарченко Константин Театральный детектив