Михайлов Юрий Петрович

Наша Душа. Онтология психической реальности

От автора

Эта книга представляет собой обзор сведений о человеческой душе: о природе и сущности сознания; о становлении личности; о развитии ума; о структуре духовной организации человека.

Но прежде всего, это рассказ о том, что душа у нас есть. И она не менее реальна, чем физически ощущаемое тело.

О временном благополучии плоти многие из нас пекутся так ревностно, что упускают из виду главное — заботу о своей вечной душе. А многим вообще до сих пор неизвестно, что от состояния духа напрямую зависят и самочувствие, и время земной жизни, и сами условия существования, возникающие как бы случайно, а также личная судьба и посмертная участь каждого из нас.

Без нормального питания, регулярного очищения, развивающих упражнений организм, как известно, истощается, слабеет, заболевает.

Душа тоже нуждается в очищении от зла, в благодатной духовной пище, в умственных и нравственных упражнениях, укрепляющих силы сознания.

Тело рискует погибнуть при несоблюдении человеком защитных ограничений: "правил уличного движения", "техники безопасности", нормативов общества, законов природы.

Духовное (нравственное) беззаконие приводит к худшему: к личностной деградации, именуемой гибелью души.

Потеря совести в любом возрасте чревата развитием "комплекса малодушия", с вытекающими последствиями: слабоумием, слабоволием, бессилием.

О том, как избежать этого при воспитании детей, как уберечь потомство от врожденных (генетических) пороков, сохранить свои силы и разум на многие годы, не стать жертвами "духовных вампиров" (сектантов, колдунов, бесноватых "целителей" и пр.) также говорится в данной книге.

Кроме того, в ней упоминается об истории научных исследований в области психологии; об отрицании и утверждении факта "психической реальности"; о парадоксах и феноменах мозга; об отличии человеческого разума от психики бессловесных животных; о первичности и превосходстве духа над плотью и, наконец, об онтологической (сущностной) основе нашего бытия.

Учитывая необъятность темы и неизбежную для многих трудность восприятия некоторых новых сведений, автор старался придать своим сообщениям доступную форму, но не упрощенную, однако, до примитивно-развлекательного уровня.

Информационная насыщенность материала предполагает определенную степень умственного напряжения и внимания со стороны читающего. Тем более, что основное содержание текста ориентировано именно на укрепление и расширение сознания — нашего главного душевного богатства.

В итоге, по прочтении книги, все, кто проявят реальный интерес к практическому самопознанию, смогут вскоре воочию убедиться в действенности и неотразимой силе непреложного нравственного закона, регламентирующего и благодатно стимулирующего жизнь духа, души и всего человека в целом.

1. Психологическая прелюдия

Определение

Веками вопросы о душе человека и природе сознания волнуют умы исследователей. Более трех тысячелетий мыслители различных философских школ и направлений науки дебатируют о духе и материи, о тайнах жизни и смерти, о бытии Бога и происхождении человека. Меняются взгляды, концепции, гипотезы; к единому мнению полемика не приводит.

Современные научные определения не столько отвечают на вопрос о сущности сознания, сколько перечисляют его функции, констатируя и без того очевидные факты психической реальности (бытия души). Что же касается природы психических (душевных) явлений и самой субстанции духа, то здесь мнения исследователей, как и прежде, всецело зависят от их мировоззренческих позиций.

Материалисты настаивают на безусловной "физиологичности" человеческой психики, якобы вытекающей из органических процессов в клетках головного мозга.

Идеалисты, опираясь на опыт интроспекции (смотрения внутрь) сознания, остаются при своем мнении о душе как особой бестелесной сущности.

Спиритуалисты (адепты безрелигиозной мистики) черпают свои воззрения из древней, прежде всего индо-буддийской, философии. На базе этих представлений развивается оккультизм с его суевериями о перевоплощении душ и причинно-следственном "законе кармы".

Ни те, ни другие, ни третьи не дают вразумительных ответов на вечные вопросы, провозглашенные еще Сократом: "Что такое жизнь? Что такое душа? Что такое сознание?" Однако, несмотря на принципиальные разногласия между собою, и атеисты, и мистики проявляют удивительную сговорчивость в отрицании положений Христианской онтологии (учения о Сущем) на основании того, что ее категории соответствуют догматам Православной веры. И дело всегда преподносится так, будто веровать допустимо лишь в то, чего на самом деле нет.

Между тем, онтология, в отличие от множества философских, научных и лженаучных "измов", никем до сих пор объективно не опровергнутая, утверждает следующее.

Человек, сотворенный по образу и подобию Бога, представляет из себя "тримерию": дух, душа, тело. Жизнь биологического организма (тела) обусловлена единством всех трех составляющих. Нематериальная (бессмертная) часть человека (дух и душа) является носителем сознания и всех связанных с ним психических функций. Телесные органы в течение земной жизни служат человеку физическим инструментарием, позволяющим живой душе осваивать окружающий материальный мир.

Это лишь общее предварительное определение, не касающееся множества деталей и связей. Но чтобы его оспорить, например, с позиции материализма, оппоненты должны владеть фактами, убедительно свидетельствующими о биологическом происхождении душевных феноменов. Добыванием, выискиванием, а то и выдумыванием таких фактов на протяжении полутора веков безуспешно занимались тысячи высокообразованных и интеллектуально одаренных людей. В итоге, вопреки прогнозам естественников, психическая реальность, как таковая, была признана наукой. На идеологическом противостоянии это, впрочем, почти не отразилось.

В знаменитом "Оксфордском словаре" имеется определение, согласно которому душа — "источник жизни; источник мысли; средоточие эмоций, чувств и настроений", и далее: "духовная составляющая человека, которая рассматривается в ее моральном аспекте по отношению к Богу".

Само по себе данное определение не очень конкретно, но все же оно показывает, как мало преуспели противники онтологических взглядов в деле отрицания самобытности нематериальной души. И это вполне закономерно, поскольку всякая теория, претендующая на объективность, проверяется практикой жизни и проходит испытание временем.

Психическая реальность

Немногим более ста лет назад на волне бурных успехов естествознания стала формироваться новая наука о душе — психология.

Отпочковавшись от идеалистической философии и ее метода исследования — интроспекции, новое учение уверенно устремилось в строй естественных наук. Ради этого физиологи (они стояли у истоков психологии) взяли дело в свои руки. Воздействуя на органы чувств различными раздражителями и исследуя реакции организма, они надеялись экспериментально раскрыть сокровенные тайны человеческой психики. При этом учение о душе как самостоятельном начале они априорно отрицали.

Опыты, однако, вскоре показали, что без учета чисто психических феноменов разумного человека исследовать невозможно. Да что говорить о человеке, когда даже в реакциях обезглавленной лягушки к механизму рефлекса (нервного отражения) обязательно добавляется не поддающийся объяснению дополнительный фактор психического свойства.

И если понятие о рефлексе физиологам представлялось тогда достаточно ясным, то наличие ощущения, которое испытуемый человек объяснял словами (по-иному оно не регистрировалось), не подлежало физиологическому истолкованию. Ощущение, как неизбежный при любом опыте "психический остаток" некуда било деть, и оно требовало однозначного признания его в качестве душевного фактора.

Принятое в психологии за "элемент сознания", ощущение, будучи малой частью (периферией души), тем не менее выражает собой сознание в целом. Духовная субстанция не делится на молекулы и атомы. И если мы воспринимаем собственную психику в виде элементов и частей, то только потому, что имеем дело с объектами множественного материального мира. Отсюда, собственно, и возникает представление о различии частных психических функций.

Даже онтологически, в составе неделимой души, дух (сознательное ядро), включающий ум, волю и силу духа, обособляется от функционального рассудка (способности к различению качеств, счету, чтению и т. д.) и, желательно-чувственной периферии, именуемой собственно душою.

На уровне ощущений душевная и телесная субстанции столь близки и так глубоко взаимосвязаны, что при жизни, до разделения души с телом разница между нервно-психическими и психофизическими явлениями остается практически неуловимой. Это, при игнорировании онтологических законов, одних соблазняет к занятиям магией (внушением, экстрасенсорикой и т. д.), а у других вызывает иллюзию зависимости психических процессов от химических реакций в нервных клетках головного мозга — нейронах.

Последнее заблуждение, именуемое позитивизмом, в конце XIX века захватило большинство умов. И создатели молодой науки психологии вслед за физиологами попытались исследовать душу по частям.

Считая ощущения порождениями органов чувств, и предполагая, что они соединяются между собой по законам психической связи (ассоциации) в более крупные психические блоки, все соглашались тогда с идеей изучения не души, а лишь душевных явлений.

Опыт, как было сказано выше, не подтвердил ни механического, ни химического происхождения ощущений. Они просто были, и человек их испытывал, но исключительно субъективно. Ощущения и связанные с ними представления (образы), полагаемые в основу понятий, нельзя было расчленить скальпелем, рассмотреть под микроскопом или смоделировать. Они оставались данностью самого человека; входили в его личность; составляли его индивидуальность; отражали его дух.

Принадлежность человека к двум мирам (духовному и материальному) вводила исследователей-позитивистов в серьезные затруднения. Ведь, с их точки зрения, духовность как объективная реальность считалась невозможной. Смириться с этим фактом "естественнонаучная мысль" не могла.

Позитивизм не выдержал испытания временем. Возможность постановки точного, физиологически чистого опыта в отношении человека не представлялась возможной. Однако материалисты сдаваться не собирались. Продолжая экспериментировать с упорством религиозных фанатиков, они многие годы искали источник духовного в телесном, несмотря на всеобщее признание факта психической реальности. И тогда, когда ученые США и

Западной Европы вполне погрязли уже в оккультной мистике экзистенциализма и пансексуальной мифологии Фрейда, в Советском Союзе психологи еще прочно держались за принцип физиологической детерминации сознания и за теорию локализации функций головного мозга.

Согласно этой теории, психические функции являются продуктами деятельности локальных зон, или "центров", головного мозга. И на первый взгляд данное допущение кажется вполне убедительным, поскольку при травмах отдельных участков головы, очаговых воспалениях мозга, опухолях и т. п. расстройства психики действительно наблюдаются. Но в то же время, при хирургическом удалении значительных объемов мозговой ткани утраченные функции вскоре восстанавливаются. Более того, известны случаи сохранения жизни и сознания людей при почти полной потере мозгового вещества.

Долгое время недоумения по этому поводу оставались не разрешенными. Однако отношение ученых к теории локализации под давлением фактов постепенно менялось.

2. Сознание и мозг

Исторические парадоксы

В анналах истории имеется несколько достоверных свидетельств о казненных людях, которые, после отсечения у них головы, еще некоторое время жили. И не просто двигались, а выполняли сознательные действия, о которых предупреждали свидетелей казни заранее.

Так было, например, в Германии при короле Людвиге Баварском в 1336 году, во время казни Дица фон Шаунбурга. Последний, будучи осужден за восстание, взял с короля слово, что тот помилует четверых рядовых участников мятежа, если он (Шаунбург) без головы пробежит мимо них (простых воинов), поставленных в ряд. И королю пришлось сдержать слово, данное осужденному при всем народе, так как Диц фон Шаунбург действительно пробежал мимо всех четверых ландскнехтов, поставленных через восемь шагов.

Другой случай произошел в 1528 г. в городе Родштадте. Там невинно осужденный монах доказал свою невиновность тем, что минуты через три после казни он перевернулся, аккуратно улегся на спину, скрестил руки на груди и успокоился на веки.

Об этом и других удивительных случаях можно прочесть в литературно-историческом альманахе "Русская старина", выпуск 2-й (М., Профиздат, 1992) и в книге Г. Дьяченко "Духовный мир" (М., 1990). Описанные там события дают информацию к самым серьезным размышлениям.

Но это история. Ее всегда можно принять за вымысел, оспорить, оставить без внимания. Тем более, что подобные случаи, получившие огласку, были достаточно редки. Другое дело, если справки о "жизни без мозга" выдаются современными врачами-материалистами, а сами феномены повторяются с достоверной частотой. Официально получить подобный документ нелегко. Особенно сложно с этим было в советское время. Но проблема такая существовала, и на страницы популярных изданий она время от времени выплескивалась.

Поводом к одной из научных бесед послужила как раз официальная медицинская справка (тоже историческая). Она дошла до нас из XVI века в изложении голландского врача Лузитануса. Вот ее содержание: "Десятилетний мальчик был ранен в затылочную часть рапирой… Мозг вытекал свободно через рану. Сверх ожиданий мальчик выздоровел. Но через три года, под напором соков, притекающих к ослабленному месту, умер: у него сделалась водянка".

Характерно, что о помрачении сознания в течение трех лет ничего не сообщается. Что же было дальше? "Мальчика анатомировали — и не нашли признака мозга. Первая оболочка мозга как бы раздвоилась, и образовавшаяся полость содержала совершенно прозрачную жидкость".

Опубликовавший эти сведения французский врач А. Буке заметил, что Лузитанусу можно было бы и не доверять, если ко времени написания его собственной статьи "Можно ли жить без мозга?" (журнал "Природа и люди" № 47 за 1917 г.) действительность не раскрыла бы"…подобные же, но еще более удивительные вещи, которые подтверждаются современными нам авторитетами и опираются на неопровержимые документальные данные".

Описав множество достоверных случаев из хирургической практики своего времени, А. Буке, в заключение, на вопрос: "Можно ли жить без мозга?" ответил так: "Да, можно жить по удалении более или менее значительной части головного мозга". В то же время, наряду с убежденностью в физическом выживании человека, автор статьи сам недоумевал по поводу сохранения сознания.

Как быть с локализацией функций головного мозга? Ведь известная всем теория утверждает прямую зависимость психики от действия конкретных нервных центров в конкретных зонах мозга. Все зоны и извилины давно сосчитаны, "пронумерованы и приурочены к определенным отправлениям нашего физического и психического "Я". Здесь, — писал доктор Буке, — теория и практика частью совпадают, частью совсем расходятся, и надо сознаться, врачи бродят как в потемках".

Мировоззренческие коллизии

Недоумения доктора А. Буке во второй половине XX века успешно разрешились вместе с опровержением устаревшей к тому времени "теории локализации". Советский профессор С. М. блинков, комментировавший статью Буке "Можно ли жить без мозга?" в журнале "Наука и религия" (№ 9 за 1988 г.), на основании последних данных нейрохирургии подтвердил, что "из общей массы, например, 1300 г. головного мозга, для обеспечения жизнедеятельности (в первую очередь — самостоятельного дыхания) работает сравнительно небольшой отдел массой около 130 г, так называемый ствол мозга, расположенный в глубине черепа на переходе головного мозга в спинной."

Профессор лично наблюдал аненцефала (безмозглого) младенца с пороком развития. "Дышал он самостоятельно, сон чередовал с бодрствованием, мог сосать соску, при болевом раздражении у него была мимика неудовольствия и благодушное выражение лица в комфортных условиях."

Отметим про себя благодушное выражение чувств (в отсутствии мозга) и послушаем дальше.

Во время Великой Отечественной войны доктор Блинков "видел в нейрохирургических госпиталях раненых с большими потерями мозговой ткани, которые благодаря умелому лечению, а еще больше благодаря огромной воле к выздоровлению, путем целенаправленной тренировки достигали изумительных результатов".

Обратим внимание на то, что воля к выздоровлению и умственная тренировка самих раненых, по свидетельству профессора, оказывались более значимыми, чем умелое лечение. Благодаря работе ума и воли (то есть силами души), психические функции успешно восстанавливались (точнее сказать, успешно реализовывали себя) на остатках мозгового вещества, вопреки "теории локализации".

Кстати, по мнению профессора С. М. Блинкова, "на эту теорию надо смотреть как на нечто преходящее во времени". Ведь "иногда — говорит он — дефект, наступивший в результате поражения даже значительной части мозга, компенсируется настолько, что это может выясниться только путем изощренного нейропсихического анализа".

В описываемом феномене нет ничего удивительного, если учесть неделимость нематериальной души. Когда сознание цельно (что бывает не всегда), тогда в случае потери мозгового вещества, количество оставшихся нейронов не влияет на состояние личности. А если сама личность убывает (нравственно и умственно деградирует), то морфологические изменения (дистрофия мозга) происходят обязательно. Но вернемся пока к восстановлению функций.

Вот что говорит по этому поводу уважаемый профессор: "Почти во всех отделах головного мозга, за исключением его ствола, одни и те же функции (особенно высшие, специфически человеческие) могут осуществляться различными содружествами центров и путей. При гибели одних содружеств происходит перестройка, и потерянная функция (например, понимание звуковой речи) восстанавливается — обычно через 3–4 месяца."

Что содружества живых клеток перестраиваются — это понятно и всем очевидно. Для констатации этого факта не требуется классный специалист. Другое дело — объяснить, почему, за счет каких сил происходит эта перестройка, т. е. заживление ран и некоторое возрождение клеточной массы? И тем более важно знать, как сохраняется сознание человека, когда мозг, считающийся генератором мысли, урезан почти наполовину, и вещество его уже не восстанавливается? За счет чего человек мыслит, если бывших "центров мышления" нет, а новые"центры" возникают в процессе умственной тренировки по сознательной воле исцеляющейся личности? Ученый-материалист на это отвечает так: "В мозгу много неиспользованных резервов. Чем больше мозг тренируется, работает мысль, чем больше очагов нервной деятельности, тем богаче и "умнее" становятся нейроны, тем больше возникает функциональных и анатомических связей между центрами".

Комментарии, как говорится, излишни. Анатомические связи возникают, когда нейроны "умнеют". А "умнеют" они от действия мысли. Остается узнать, откуда берется мысль?

Когда отрицается присутствие духа, тогда неизбежно приходится прибегать к мифологии и абстракциям. Тогда вместо душевной силы все объясняется некими "скрытыми резервами" организма. И наш уважаемый профессор, к сожалению, грешит тем же.

Если мы ссылаемся на некие "резервы", то должны указать их материю. А то получается: "резервы" неизвестно чего. Может быть, это резервы энергии? Тогда спросим: какая это энергия, и где ее источник?

Если речь идет о душе и посылаемой свыше благодатной жизненной силе, все становится на место. А если нет — "резервы" повисают в воздухе.

Ведь если, по мнению Гельмгольца, "организм черпает энергию извне и в нем ничего нет, кроме превращений различных видов энергии", то тогда мы должны допустить и возможность произвольного омоложения тела за счет потребления известных видов энергии от внешних источников. Тогда пищевые калории, тепло, свет, и еще что-нибудь вроде пресловутого "биополя" вполне могли бы если не обессмертить нас, то хотя бы значительно продлить наше активное долголетие. Однако, практика жизни такой возможности не подтверждает.

Наоборот, как только начинает убывать потенциал внутренней энергии, отпущенной каждой душе на срок совместной с телом временной жизни, так сразу запускается ничем не сдерживаемый процесс старения организма. Остановить его не могут уже никакие "энергетические" вливания. Ни биостимуляторы, ни "купание в парном молоке", ни трансплантация органов от убиенных детей.

Никому не дано продлить свой земной век даже ценою жертвы миллионов других жизней. Никто из смертных не может стяжать извне благодатную (Богом данную) жизненную силу. Ее невозможно также передать другим. И в этом смысле надежды духовно непросвещенных людей на помощь т. н. "экстрасенсов", якобы способных передавать "свою биоэнергию", представляются весьма опасным заблуждением. Лечение "биополем", как, впрочем, и "биовампиризм", есть не что иное, как демонические иллюзии.

Ни магия, ни наука не властны над жизнью душ человеческих и не в силах остановить процесс разделения души с телом. Зато, пока по воле Бога в теле пребывает душа, оно не только живет и развивается, но и возрождается от ран и болезней порою самым чудесным образом.

Когда душа не отравлена ядами порочных эго влечений (греховных страстей) и "темные тучи" нераскаянных злых деяний (грехов) не заслоняют источник внутреннего света (дух, обращенный к Богу), тогда заживление ран и восстановление нарушенных функций происходит легко и быстро, плавно и чудесно: подобно тому как яркий солнечный свет высушивает мокрые пятна, темнеющие на светлом асфальте.

Дух — наше "внутреннее светило" (ядро души) и сама душа — "ореол духа" — сводят на нет все болезненные потемнения внешней оболочки (тела). Но если духовный свет угасает (в злобе, уныний, гордости, страхе и т. д.) или "светило" покрывается пятнами нераскаянных грехов, то это непременно отражается на состоянии организма и всего человека. Тогда приходят болезни душевные и телесные; житейские беды; ранняя старость и преждевременная смерть.

В заключение, мы хотим еще раз возвратиться к беседе с профессором С. М. Блинковым.

По поводу психических нарушений, вызванных физическими причинами (опухолями мозга, нарывами и т. п.) им было сказано следующее: "Если нарывает мизинец, может наступить заражение крови… Но без мизинца прекрасно можно жить. Так и в мозгу. Патологические импульсы, исходящие из какого-либо (воспаленного) центра, могут совершенно дезорганизовать психику. Между тем, полная гибель ткани может быть полностью компенсирована за счет деятельности мозговых механизмов, оставшихся сохранными".

Насчет "механизмов" ученый высказался, конечно, в том же духе, что и ранее (насчет "резервов"). И на этом, зная о действии духовного света, можно не останавливаться. Любопытно здесь другое.

С одной стороны, маленький гнойник в мозге больного "сводит с ума". С другой стороны, значительная потеря здорового мозга прекрасно компенсируется восстановлением психических функций.

Одновременно известно, что многолетняя безнравственность и умственная лень закономерно приводят людей к раннему маразму (распадению личности) и преждевременной смерти. Тогда при вскрытии наряду со следами болезней обычно обнаруживается заметная атрофия мозгового вещества. И это находит отклик в комментарии профессора: "Большинство людей безрассудно относятся к своему мозгу: травят его наркотиками, оглушают неистовым ритмическим шумом, тратят время на погоню за химерами, бездельничают, идут по пути наименьшего сопротивления. В результате спят и в конце концов атрофируются резервные структуры мозга".

Здесь можно согласиться даже с "резервными структурами", ибо в динамике жизни они обретают определенную осязательность.

Дегенерацию мозговой ткани, вызываемую умственной ленью, можно сравнить с телесной дистрофией, обусловленной недостатком питания и мышечной подвижности (гиподинамией). И добавить к тому, что если для физического здоровья полезны систематические упражнения, рациональное питание, очищение от шлаков и токсинов (ядов), то это же необходимо прежде всего на душевном уровне.

Не "бытие определяет сознание" и не "в здоровом теле — здоровый дух", как измышлялось в давно уже не актуальных поговорках, а совсем наоборот. Высокая умственная и нравственная активность статистически достоверно продляют жизнь людей, готовых всегда учиться и творить добро.

Данный феномен был выявлен психологами ЛГУ, в результате многолетних наблюдений за группами взрослых испытуемых, восполнявших пробелы среднего образования, прерванного войной. Через много лет, при сравнении контрольных групп — "пассивных" — т. е. не учившихся, и "активных" — продолжавших учебу, не останавливаясь на достигнутом, — оказалось, что "активные" в целом значительно превзошли "пассивных" в продлении своей молодости и долголетия.

Таковы факты, однако выводы из них могут быть неоднозначными, и это видно из вышеизложенного. Мы же, следуя в русле онтологических воззрений, перейдем теперь к рассказу о душе в категориях, соответствующих этим воззрениям.

3. Сознание и бытие

Основные понятия

Сославшись в первой главе на учение Святых Отцов, мы обещали расширить и уточнить предварительное общее определение. И потому, переходя к рассмотрению субстанции эфирных духов, к роду которых относится наша душа, мы не можем обойти вниманием именно святоотеческое определение.

"Душа есть сущность живая, простая и бестелесная; невидимая, по своей природе, телесными очами, бессмертная, одаренная разумом и умом, не имеющая определенной фигуры; она действует при помощи органического тела и сообщает ему жизнь, возрастание, чувство и силу рождения. Ум принадлежит душе, не как что-либо другое, отличное от нее, но как чистейшая часть ее самой… Душа, далее, есть существо свободное, обладающее способностью хотения и действования; она доступна изменению и, именно, изменению со стороны воли, как это свойственно тварному существу. Все это душа получила естественно по благодати Создавшего, по которой получила и бытие, и определенную природу".

В книге Св. Иоанна Дамаскина "Точное изложение Православной веры" (М., 1992, стр. 50) данное определение приводится со ссылкой на Св. Максима Исповедника. В дальнейшем оно послужит нам онтологическим ориентиром, вне зависимости от формы прочих сообщений и обращений к самым различным авторам прошлого и современности.

Итак, еще в древности греческими философами (в частности, Гераклитом) было замечено, что движение есть главное свойство всего сущего во Вселенной. Со временем этот тезис стал достоянием науки. Не противоречит он и Христианской Онтологии, но с одной уточняющей поправкой: движением и соответствующей изменчивостью характеризуется только относительный (тварный) мир. И этим он отличается от Абсолютного Бытия Творца.

Безначальный, вечно живой. Самосовершенный Бог ни в чем не изменяем и непоколебим. Он постоянен как математическая бесконечность, у которой ничего нельзя отнять, и к которой нечего прибавить. Все конечное (ограниченное, временное) изменяется и движется в своих пределах (пространства и времени) относительно беспредельности Бога. Это в равной степени справедливо для движения микрочастиц, дыхания жизни (биологических процессов) и действия мысли (движения духа). Бог же есть Абсолютный Дух. В Нем нет ничего свойственного тварям, даже духовного эфира, составляющего субстанцию (ткань разума) богоподобных сущностей — ангелов и человеческих душ.

Для нас (тварных духов) непостижимы ни Божественный Ум, ни совершенное знание Творца. Но то, что нам дано в богоподобии разума, именуется сознанием, то есть "знанием" с приставкой "со". Знанием сотворенным, соответствующим, совместным и согласным со всезнанием Бога; с Его всеведением, ибо "весть" по-славянски означает "знание". Таким образом, совесть является высшей формой сознания, как наиболее согласная с Благой Вестью (Евангелием) Творца. С той вестью, что Ангелы (вестники, по-гречески) передают, нисходя по ступеням "Небесной Иерархии" с запредельных высот духовного мира (неба) до последних пределов материи (земли) в виде ее элементарных частиц и квантов света (фотонов).

Земной физический свет наиболее подходит для сравнения с небесным эфиром (светом разума). Поэтому не случайно "Небесное воинство" именуется Ангелами света, и даже о Самом Создателе Священное Писание говорит: "Бог есть свет, и нет в Нем никакой тьмы" (1 Посл. Иоанна, гл. 1, ст. 5).

Под "тьмой" здесь понимаются как небытие, которого, естественно, нет в Абсолютно Сущем Боге, так и зломыслие, несовместимое с совершенной Благостью Божественного разума! Ибо там же сказано: "Бог есть любовь" (1 Посл. Иоанна, гл. 4, ст.8).

Нетварный Божественный Дух, в надмирности Своей, непостижим. Но нам дано знать, что Он Всемогущий Источник духовного света тварей. А тварный (вторичный) свет (колебания эфира) уже есть движение. И к этому движению (потоку мыслей) относится сознание людей.

Всякое мыслительное действие выражается в обдумывании. Мы не знаем (не ведаем), поэтому вынуждены думать. В этом наше тварное несовершенство. Бог, наоборот, знает абсолютно все, и "Бог не обдумывает Своих действий, поскольку обдумывание есть следствие неведения".

Данное определение также взято нами из "Точного изложения Православной веры" (стр. 61). И с этим онтологическим минимумом мы можем приступать к дальнейшим рассуждениям.

Сущность сознания

Процессы нервного возбуждения относятся к деятельности организма. Но они, как нам уже известно, неотделимы от ощущений, присущих непосредственно сознанию.

В силу единства духовной субстанции (эфира) ощущения связаны с появлением образов-представлений, эмоционально переживаемых и запечатлеваемых в памяти. Обозначение образов словами приводит к рождению смыслов и превращает представления в понятия. Все это — в совокупности с запоминанием, оценкой и переработкой информации, построением логических (словесных) систем и явлением умозрительных образов (идей), предполагаемых к воплощению, — составляет суть человеческого мышления.

Разум не может существовать без языка, как впрочем, и язык без разума. Они единосущны и нераздельны подобно Божественным Ипостасям (Лицам) Святой Троицы. И если в Боге Отце заключена вся Его безначальная сущность и всемогущество совершенного Ума, то Сын Божий (рожденный от Отца) есть Слово, творящее образы относительного мира.

Сын Слово является выразителем образа Триединого Бога. А Дух Святой есть исходящая от Отца Всемогущая Сила, материализующая и наполняющая жизненной энергией (благодатью) всевозможные формы творения (креатуры), созидаемые Словом. Единство в Трех Лицах — это как солнце, сущность которого проявляется в образе света и в силе исходящего тепла.

У человека, сотворенного по образу и подобию Бога, образ ума также выражается в слове (мыслительной и речевой способности), а сила духа наполняет энергией душу и тело. Творчество — верный признак богоподобия человека, разум которого отличается от бессознательной психики бессловесных животных именно наличием языка.

Совокупность звуков, не выражающая конкретного образа (не осмысленная), по существу не является словом. Звериный рык, мычание, писки, свистки и прочие естественные звуки служат лишь сигналами к соответствующим инстинктивным действиям. Но они не западают в память в виде понятий; не образуют логических связей, не становятся метафорами или абстракциями.

Разумная душа живет не одним чувственным восприятием. Она сама посылает во внешний мир идеи, исходящие из творческих глубин сознания. И в основе всех идей, всех проектов и начинаний человека лежит слово.

Есть в греческой лексике слово этимон. От него происходит термин этимология — учение об истинном значении слов. На русский язык "этимон" переводится как истина или первичное, исходное слово, от которого происходят все слова человеческих языков. И, надо полагать, от него же имеет начало все сущее, ибо "в начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог" (Еванг. от Иоанна, гл. 1, ст. 1).

Слово как фундаментальный фактор сознания неизменно предшествует всякому действию, волеизъявлению, переживанию. И всегда любое слово, произнесенное хотя бы мысленно, оказывается заглавным в неограниченной цепи понятий, объясняющих и дополняющих его смысл.

Пекарь, например, при слове "хлеб" уже знает про поле и про посев, про обмолот зерна и про мельницу, про муку, воду и дрожжи, про топливо и печь, и про всю технологию хлебопечения. Знает, что сделано, что требуется сделать, что имеется в наличии, чего не хватает; зачем все совершается, и к чему (добру или злу) это относится. А зная разницу между добром и злом, он уже чувствует отношение к данному явлению, в соответствии со своей совестью.

Вот таким совокупным знанием — сознанием отличается разумная душа от рефлекторной (чисто отражательной) психики бессловесных. Причем, если знание пекаря является плодом обучения и многолетнего опыта, то совесть его (высшая форма сознания) есть "голос Бога в душе", как очень точно определили Святые Отцы. Она может быть дана человеку как природный дар, например, за праведность родителей; может быть разбужена в детстве благодаря правильному воспитанию; и может быть стяжаема собственными усилиями на ниве благочестия.

Во всех случаях, пробуждение совести — великое благо для человека, а потеря ее (попытка заглушить) — страшная беда. Ибо, если мы помним, что "совесть" и "сознание" — синонимы, то не должны забывать и о другой, отрицательной паре синонимов. "Бессовестный" — не только можно, но и нужно понимать буквально, как "бессознательный" (неразумный, глупый). И это мы постараемся показать, насколько будет возможно, на самых разных примерах.

Природа сознания

В одной научно-популярной книжке современный автор (имя не называем), излагая свою концепцию сознания, ссылается на античного философа Анаксагора. И хотя у самого Анаксагора такого определения нам обнаружить не удалось, мы, тем не менее, используем эту современную вольную трактовку как пример онтологически неверного суждения.

Итак, по мнению некоего ученого, Анаксагор определял сознание как "бесконечную ни с чем не смешанную субстанцию, источник движения, необходимую часть всего живого", и рассматривал его как "обобщенный ум, управляющий движением космоса".

Нетрудно заметить, что сознанию здесь приписываются черты божества, но какого-то безличного и разделенного на части.

Если сознание безлично, то нечего говорить об уме, так как ум без личности — это абсурд. А если оно "источник движения" (ни с чем не смешанный), да еще и "управляющая движением космоса" личность, тогда при явном намеке на Божественный разум, неуместным становится термин "сознание". Ибо Бог, как было сказано выше, обладает не сознанием, что характерно для тварных духов, а полным первичным и причинным всему знанием (всеведением).

И, кроме того, здесь не онтологично языческое понимание Бога как "части всего живого" (данным заблуждением в наши дни страдают йоги, толстовцы и практически все оккультисты).

Как математическая бесконечность, вмещая в себя все мыслимые и немыслимые суммы конечных чисел, сама числом не является, так и Творец Безначальный, вечно живой к абсолютно всемогущий, не тождественен Своему творению, ограниченному пределами пространства и времени. Бог не "часть всего живого", ибо Он — Абсолютное Надмирное Бытие. Он Творец, пребывающий вне тварного (относительного) мира. Он один обладает знанием, а "все живое" связано с Ним посредством сознания.

И не только живое. Даже неодушевленная природа, словно картина своему художнику, согласно отвечает Создателю гармонией и красотой космоса, энергией, светом, теплом, ландшафтами гор и долин, движением воздуха, игрою воды, сиянием солнца и радугой.

Растительный мир земли, преобразующий минералы в питательную биомассу для прокормления живых существ, также воздает хвалу Творцу обилием зелени и дивных плодов, буйным цветением, многообразием красок и запахов. Животные, восходя по ступеням биологических классов, набирают уже психические силы; становятся способными реагировать, проявлять эмоции, даже элементарно соображать; по-своему "любить" и "благодарить".

"Всякое дыхание да хвалит Господа" (Псал. 150, ст. 6).

Психика бессловесных

За отсутствием языка, и следовательно, логического мышления, сообразительность животных не идет обычно дальше выполнения"однофазной задачи", то есть прямого действия по добыче питания и прочее. Выработка условного рефлекса на "двухфазную задачу"(например, добычу того, чем нельзя завладеть иначе, как сначала оттолкнув от себя, или использование для добычи постороннего предмета) оказывается на практике делом чрезвычайно сложным. Способность животных к решению "двухфазной задачи" в природе вырабатывается веками, становясь инстинктом, а в научных лабораториях ее удается выработать как условный рефлекс. Но далее решения "двухфазной задачи" сообразительность бессловесных не развивается.

При этом даже "самые умные" животные — обезьяны, обучаемые в цирках всевозможным трюкам, в природе ловятся так же просто, как птицы (на приманку). Для ловли мартышек, например, часто используется кувшин с узким горлом, в который насыпаются орехи. И когда, просунув туда ладонь, обезьяна набирает полную горсть, то уже не может вытащить лапу обратно. Догадаться разжать пальцы (упустить добычу) мартышке не дает жадность. Дальше потребительского инстинкта ее сообразительность не простирается. И это — предел высших млекопитающих, так называемых приматов.

И как же досадно бывает иногда за людей, на глазах глупеющих в атмосфере беспросветного потребительства. За тех, кто с подачи бессовестных рекламных подстрекателей пытается "жить играючи", не утруждая себя нравственной ответственностью, в похотливости уподобляясь сытеньким кошечкам и собачкам. За это неизбежно приходится платить утратой целости сознания, прежде всего — ослаблением ума и воли.

Душа человека, как мы прочли в святоотеческом определении, "есть существо свободное, обладающее способностью хотения и действования; она доступна изменению со стороны воли". У животных же воля отсутствует. У них даже нет сознательных желаний (хотений). Вместо этого ими владеют влечения. Подавлять их сами животные не способны, но они могут смиряться перед волей человека (дрессировщика). При этом одни особи отличаются ласковостью и покладистостью, другие упрямством и злобой, что позволяет судить о наличии у них элементов характера и индивидуальных особенностей.

Характеры людей несравнимо богаче и многообразнее. Но, надо заметить, индивидуальность человека (даже яркая) — это еще не личность!

Высокая одаренность не означает еще человечности. Цель личности, по Платону, — "достижение высшего блага". Причем личное высшее благо одного человека неотделимо от блага всеобщего, а это всеобщее благо есть Бог — "Источник жизни и бессмертия".

Воля к жизни (в пределе вечной) снизу поддерживает ум от разрушения, а сверху оказывает смиряющее давление на силовую сторону души (эмоционально-чувственную сферу). Ослабление воли (переход от высших устремлений к мелочным желаниям и капризам) ведет к снижению уровня личности, вплоть до развития неудержимых влечений. Когда личность оказывается несостоятельной, начинается суетная манифестация индивидуальности (истероидные претензии на оригинальность), а чаще всего возникает подражание "кумирам толпы", следование моде и т. д. И в этих случаях некоторые люди становятся до смешного похожими на тех, от кого они, как сами полагают, произошли.

Слабоволие влечет за собою несдержанность чувств. Эго влечения — гордость, тщеславие и др., не говоря уже о физиологических (скотских) влечениях, (вплоть до извращений, алкоголизма и т. п.) приводят к развитию нездоровой (психопатической) эмоциональности.

В этих состояниях люди бывают крикливы и кокетливы как птицы, трусливы как зайцы, озлоблены как волки и т. д. Именно в эмоциях (нижнем слое человеческой психики) люди при нарушении душевного равновесия ближе всего оказываются к несознательным бессловесным. Многие в состоянии аффекта (одержимости страстью; например, гнева) теряют дар речи, "теряют голову" от любовной похоти или ревности, "сходят с ума" от счастья при денежном выигрыше, впадают в безумие отчаяния при неудачах.

Все это стихия чувств, но чувств негативных (не специфически человеческих), не направленных волей и не нацеленных умом к достижению высшего блага. Их можно приравнять к рефлексам, то есть к реакциям на внешнее раздражение, характерным для неразумных представителей зоологического мира.

При зачаточной сообразительности и некоторой проявленности черт характера, наиболее заметно в психике теплокровных животных, выражается эмоциональность.

В отличие от пресмыкающихся, способных злобно шипеть, но в целом эмоционально тупых, птицы, например, могут уже радоваться и грустить, проявлять симпатию, тосковать при разлуке и т. д.

У высших млекопитающих эмоции достигают выражения восторга и обиды. Некоторые животные, переживая или предчувствуя, оказываются способными плакать. А привязанность к человеку, например, у собаки бывает такой сильной, что ее называют даже "любовью". И многие ставят преданность "четвероногих друзей" в пример людям.

Конечно, нерадивых и бессердечных среди нас достаточно. Но все же тем, кто ставит собаку "выше человека", следует заметить, что так называемая "любовь" у животных отнюдь не бескорыстна. Привязанность собаки всегда обусловлена тем, что хозяин (кем бы он ни был) кормит ее и содержит. Все остальные (люди и звери) вызывают у собаки, в лучшем случае, настороженность. Да и сам хозяин, внезапно протянув руку к миске с собачьей едой, рискует быть укушенным. Ибо главное (фундаментальное) чувство владеющее всеми живыми существами есть страх. А гнев (агрессивная реакция) наряду с унынием и печалью (депрессивная реакция) есть не что иное, как оборотные стороны того же страха.

Утратив райское блаженство, заключавшееся в отсутствии страха и всех его производных: гнева, зависти, ревности, лжи и т. д., люди, став смертными, пали до некоторого сродства с млекопитающими. Однако они не утратили вечной духовности. Благодаря разуму и свободе воли человек имеет возможность подавлять свои страхи, а с ними и все негативные эмоции. Это всегда происходит, когда сознание оздоровляется принятием к исполнению нравственных заповедей и следованием высшей цели человеческой личности.

Тогда, по мере обретения человеком веры, надежды и любви, буйство эмоций преобразуется в благочестивое смирение, которое Федор Михайлович Достоевский не для красного словца называл страшной силой, то есть силой духа; и которое является главным критерием душевного равновесия.

4. Душевные силы

Энергия любви

Итак, мы уже знаем, что уровень биосоциальных потребностей человека соответствует "нижнему этажу" сознания — желательно-чувственной периферии души, которая смиряется под давлением воли, под властью ума. И этим смирением достигается душевное равновесие.

Совесть укрепляет ум и усиливает волю. Под прессом здорового (цельного) сознания рассеянные кванты эмоциональной энергии группируются, уплотняются и, таким образом, преобразуются в устойчивые положительные чувства.

При осознании человеком его высшей цели и устремленности воли к достижению всеобщего блага, положительные чувства укрупняются и крепнут, поглощая остатки негативной эмоциональности.

К этим высшим (сугубо человеческим) чувствам относятся: милосердие и сострадание, щедрость и отвага, чувство долга и справедливость. Им сопутствуют терпение, смирение, прощение обид и прочие известные добродетели, которые, в свою очередь, интегрируясь, возводят душу человека к любви — вершине всех положительных эмоций и чувств.

Объединяя все доброе в человеке, любовь, как высшее состояние духа, являет собою великую надмирную силу, побеждающую смерть. И это не отвлеченная поэтическая метафора. Ибо Сам Творец жизни "Бог есть любовь" (1 Посл. Иоанна, гл. 4, ст. 8).

Неразлучная с верою и надеждой святая любовь (к Богу и ближнему) буквально творит чудеса: утоляет печали, исцеляет болезни, выводит души из пагубного мрака зломыслия.

Озаренная светом любви душа смиряется, очищаясь от скверны самости; освобождается от страха (гнева и уныния). Недовольство и ропот любовь обращает в радость и благодарение. А телесные недуги, если— не проходят совсем, то, во всяком случае, перестают тревожить и угнетать.

Не распыляясь по страстям, эмоциональные силы души накапливаются в положительных чувствах, а в любви наступает резонанс сил. Тогда все существо человека преображается. Душа озаряется Божественным светом и становится целомудренной — обретает мудрость целого. Любящая душа созидает, как подобает богоподобным существам, и уже не смеет разрушать, в том числе, предавать, злословить и т. д.

"Страх Божий — начало мудрости" (Псал. 110, ст. 10) не позволяет человеку обидеть любимого Отца Небесного, не только прямым злодейством (это страх разбойника), но именно сыновним непослушанием. Любовь — трепет Ангелов — не позволяет целомудренным душам самовольно вмешиваться в существо Божиих созданий, изменяя природу по прихоти несовершенных умов. Если бы люди всегда руководствовались этим чувством в своем творчестве (науке, искусстве, политике и т. д.), то нам не угрожали бы ни войны, ни экологические кризисы, ни вырождение потомства. И в стремлении ко всеобщему благу осуществлялся бы истинный смысл жизни — единение человека с Богом, что представляет собою высшую степень целомудрия (возвращение бессмертия).

Онтологическое понимание вечного (абсолютно неделимого и неизменного), то есть безначального и живого, вполне очевидно — "Бог есть любовь". Он же — совершенный Ум. Человек богоподобен в разумности и свободе. А любовь — это чувство, силовая опора сознания. Стало быть, если негативные эмоции надо сдерживать, чтобы не взорваться, не безумствовать, то любовь — наоборот, восходя до небес, покоряя волю и вознося ум к Божественному совершенству, сама становится разумной.

Целомудрие центрирует душу. Делает ее духовной, так как сознательное ядро души (бессмертный дух) всегда обращен к Богу. Если душа заблудилась в мирской суете, духовный голос совести напоминает ей об опасности и успокаивает ее по мере возрождения любви.

Упорство в заблуждениях, наоборот, развивает тревогу, иногда до невротических состояний. Попытки заглушить совесть развлечениями (особенно алкоголем и наркотиками) приводят к еще более плачевным результатам.

Добро и зло

По определению Платона, "любовь — это жажда целостности и стремление к ней". Высшая цель личности — благо (соединение с Богом).

Добро, как созидательная деятельность, есть производная любви. Зло, наоборот, есть разделение целого на части (нарушение целомудрия). Все, что относится к разъединению — раздоры, споры, разрушения, растление душ, побои, убийства и т. п., представляет собой действия злых сил. Лукавые и злые слова (даже мысли) наносят вред не только окружающим, но в первую очередь угрожают тем, кто эти слова произносит. По последним данным науки, наши гены слышат наши мысли; воспринимают их и соответственно отражают в генетическом коде потомства.

Сквернословие, таким образом, является разновидностью самопроклятия. Так же и другие грехи.

Со времени грехопадения первых людей вещественным выражением зла стала смерть — разделение души с телом и дальнейшее его разложение. Однако власть смерти и закон энтропии (второе начало термодинамики) не простираются далее границ материального мира (земли). И поскольку в этом мире все относительно и временно, то ни смерть, ни вообще зло не могут здесь торжествовать вечно.

Что же касается светлого духовного мира (неба), не тронутого тьмой зла, то там, как и прежде, все совершается по закону любви. До сведения людей этот закон доносит Благая Весть (Евангелие). Соглашаться с нею или нет — дело нашей совести. На то богоподобным тварям дана свобода воли и здравомыслие.

Бог не создавал зла. Оно образовалось стихийно, поэтому и называется злом отпадения. Это зло пришло в мир по самоволию падших ангелов, ставших духами преисподней (бесами), и затем поразило людей. По совершенству любви Творец не вмешивается в нашу свободу, а предоставляет каждому выбирать между светом и тьмой.

Не хочешь обретать мудрость целого, возвращаться в вечные райские обители? Дело твое. Врата ада распахнуты широко. Но если мысль о предназначении человека (наследника Царства Божия) начинает преобладать над сиюминутными выгодами, чаще всего сомнительными; если различение добра и зла становится объективным и онтологически углубленным — то это верный признак духовного возрождения.

В этом смысле очень показательно отношение большинства людей к Библейскому тексту (Второзаконие гл. 8 ст. 3), цитируемому Спасителем Иисусом Христом: "Не хлебом одним будет жить человек, но всяким словом, исходящим из уст Божиих" (Еванг. от Матфея, гл. 4, ст. 4).

Почти все знают, что живем мы "не хлебом единым". Но чем? На этот вопрос большинство, за исключением верующих, затрудняется с ответом. Что означает в полном смысле "питание словом", мы объясним (для незнающих) несколько позже. Но здесь обращает внимание на себя сам феномен восприятия текста. Ведь большинству из нас хорошо знакома первая строка. В то же время вторая, разъясняющая смысл первой, откладывается в памяти только у верующих (духовно ориентированных) читателей Евангелия. И это хороший тест на способность к различению добра и зла.

Первое без второго — ничто. Если "не хлебом", а, скажем, информацией, эмоциями, впечатлениями, то все равно жизнь не продлевается и тем более не восстанавливается в вечности. Кроме того, эти душевные факторы отнюдь не всегда действуют на нас животворно. Масса душевной (культурной) продукции носит откровенно демонический (разрушительный) характер. Каков культ, такова и культура. Ибо всякая культура, в том числе и сельскохозяйственная, развивается от корня.

Питание душевной продукцией (музыкой, литературой и т. д.), неверно выдаваемой иногда за "духовную" пищу, в основном развлекает ум, волю и чувства, ненамного изменяя личность к лучшему. Исключение составляют лишь высшие образцы искусства, включающие в себя духовную проповедь любви. Но даже они зачастую привносят в проповедуемые идеи личное несовершенство авторов (человек ведь не Бог).

Что уж говорить о современном художественном непотребстве и моральной беспринципности некоторых авторов и издателей. Тем более, что к бездуховности культуры сегодня повсеместно добавляется и антидуховность (сатанизм) в виде суеверий, сектантства, религиозного самозванства. И здесь неразличение добра и зла чревато для нас страшными последствиями. Ведь мы свободны в своем выборе.

В желании жить вечно человек выражает любовь к себе. Но тогда ему уже не обойтись без любви к своему Создателю, без надежды на Бога, обусловленной верой, и без любви к Его творению, прежде всего к человеку. Заповеди любви гласят: "Возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим". И "возлюби ближнего твоего, как самого себя" (Еванг. от Матфея, гл. 22, ст. 37. 39). А о том, как надо любить ближнего, в Священном Писании сказано: "Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих" (Еванг. от Иоанна, гл.15, ст. 13).

Таково слово Божие в проповеди. Это предвкушение, но еще не насыщение Самим воплощенным Словом — Сыном Отца Небесного. Ибо вкусившие веру в Него, крестившись, становятся затем причастниками Святых Христовых Тайн, то есть непосредственно вкушают "Хлеб жизни вечной".

В подвиге любви мы получаем залог спасения. Но все ли к нему сознательно стремятся? Для многих теперь затруднительно даже простое снисхождение к слабости ближних, прощение мелких обид, бескорыстная взаимопомощь. Недостаток любви закономерно порождает безнадежность и страх. От страха приходят зависть и ревность, ненависть, памятозлобие, мечтательность, тщеславное желание быть первым, или хотя бы не отстать от всех. В случае успеха душа надмевается от гордости; при неудачах унывает, вплоть до отчаяния.

Таким образом, зло — альтернатива любви — овладевает человеком, затягивая его в психопатический круг эговлечений.

Триада страстей

В Христианской традиции эговлечения именуются греховными страстями. Из всех прочих страстей святые отцы особо выделяют восемь главных. Первая из них гордость — влечение к самодостаточности. За нею следует тщеславие — влечение к положительному мнению окружающих. Затем идут чревоугодие — страсть к насыщению пищей и блуд — устремленность к разврату. Все они взаимосвязаны со сребролюбием — жаждой накопительства. При неудовлетворенности развиваются печаль — склонность к депрессиям; уныние — упадочное равнодушие и лень, и появляется гнев — отец всех видов раздражения: ненависти, зависти, ревности, мести и т. д.

Но и эти восемь главных страстей вращаются вокруг центральной триады наиглавнейших, так называемых "трех С": славолюбия, сластолюбия, сребролюбия. Они лежат в основе прочих эговлечений и служат источником всех душевных пороков.

Первое " С " (славолюбие) порождает душевные расстройства на почве самости. Гордому самомнению, тщеславию, самоутверждению любой ценой, самообольщению (душевной слепоте) неизменно сопутствуют зависть и ложь, ревность и гнев с его производными — злобой, ненавистью, местью и т. д. В акцентуированных и психопатических формах славолюбие выражается истероидным (демонстративным) поведением: неумеренным хвастовством и патологической лживостью.

Невротический страх "проиграть", потерять престиж, отстать от людей, вообще быть отвергнутым, при развитии страсти славолюбия достигает порою таких размеров, что человек совершает преступления, а в случаях неудач доходит до крайней степени отчаяния (самоубийства).

Особенно страдают славолюбием люди творческие. Достаточно вспомнить пушкинского Сальери, который, из зависти отравив Моцарта, ужасается затем от мысли, что "гений и злодейство несовместимы".

Второе " С " (сластолюбие) включает в себя все стремления к удовольствиям: к ласкам и ленивой неге; обжорству (чревобесию) и гурманству (гортанобесию); к ненасытимому удовлетворению половой потребности в законном супружестве и внебрачному разврату (блуду). Несдерживаемое сластолюбие приводит к аморальному поведению, начиная с пьянства и прелюбодеяний (измен супругам), и заканчивая мерзкими извращениями (содомский грех), которые в психиатрии диагностируются как душевные заболевания (переверзии), а в здоровом обществе относятся к действиям уголовно наказуемым.

Жажда удовольствий и острых ощущений приводит распущенных людей к частым конфликтам и преступлениям. На почве алкоголизма, наркомании и других хронических болезней, сопутствующих сластолюбию, бурно развиваются психотические синдромы (например, "белая горячка"). И уже не стоит повторять, что жизнь сластолюбцев не обходится без жадности, зависти и ревности, а, следовательно, без ненависти и мести. Налицо все те же производные страха и гнева, как в первом случае. И все те же печаль и уныние, доводящие порою до отчаяния.

Третье " С " (сребролюбие) начинается с элементарной жадности, а в развитых формах (в одержимости страстью) приобретает отвратительные карикатурные формы. Такие, например, как одержимость "скупого рыцаря" или старческое слабоумие помещика Плюшкина из гоголевских "Мертвых душ". Подавляющее большинство уголовных преступлений происходит на почве сребролюбия. И не всегда из одной корысти, ибо алчность, как и прочие страсти, неразлучна с завистью, ревностью, гневом, памятозлобием и т. д.

Неудачи или внезапные потери собственности приводят сребролюбцев к печали, унынию и отчаянию. А о том, что материальная озабоченность всегда связана с постоянной тревогой (страхом), всем хорошо известно.

Итак, общим для триады "ССС" является замыкание всех эговлечений на чувство страха с его крайностями (гневом, отчаянием и т. д.). Причем отчаяние, как особая разновидность страха — страх жизни, куда более опасно, чем животный страх физической смерти.

Полное искоренение наших страхов в этой жизни невозможно в силу нынешнего онтологического состояния человечества. Но страх Божий (начало мудрости), который в зачатке есть любовь к себе (желание жить вечно), а в пределе восходит к сыновнему чувству (любви к Богу) и ощущению братской любви в отношении ближнего, вытесняет все прочие страхи. И человек, обретающий эту мудрость, неизбежно становится великодушным, то есть обладающим достаточной силой духа для сдерживания "внутреннего зверя" негативных эговлечений. Тогда происходит закономерный подъем уровня личности, обеспечивающий надежность психического здоровья на многие годы и передачу благодатных генов своему потомству.

5. Состояние души

Структура личности

В процессе жизни человеческая душа проявляет себя как самосознающая личность, которой присущи: ум, воля, сила (эмоции и чувства), характер и темперамент, направленность и мировоззрение.

Уровень личности определяется прежде всего умом, иерархически царящим над чувствами посредством воли. Правильное мировоззрение согласует их между собой, задавая личности положительную направленность. При отсутствии мировоззренческих ориентиров согласованность душевных сил нарушается.

Мировоззрение — стержень личности, ее становой хребет. Искривление стержня или его изломы уродуют душу. А без мировоззрения личность уподобляется выброшенной на берег "студенистой медузе". И тогда это уже не личность. В психиатрической норме мировоззрение (хоть какое-нибудь) у человека должно быть.

Характер, темперамент и способности оттеняют нашу индивидуальность. Но в деле становления личности их дурные качества могут оказаться серьезной помехой. При этом надо знать, что темперамент у каждого из нас, как природная данность, практически не изменяется. Его приходится просто учитывать. Что же касается характера, то он, несмотря на наследственные задатки, в большей степени зависит от воспитания. И если оно окажется неправильным, то в дальнейшем изменение дурных качеств характера становится весьма трудным делом, требующим огромных усилий ума и воли.

Способности (в первую очередь интеллектуальные) и память (фундамент интеллекта) относятся к врожденным составляющим ума. Но они не соединяются в целое при недостатке совести (нравственной основы личности) и не развиваются без систематических упражнений. Кроме того, если слабоумие врожденное (олигофрения) и приобретенное (деменеция) достаточно закономерно вытекают из умственной отсталости родителей и порочного воспитания детей, то одаренность распределяется по другим (не известным) законам.

Дары Всевышнего, конечно, не случайны, но тайна их распределения промыслительно сокрыта от нас. Все попытки людей (в прошлом) селекционировать гениев по наследственным признакам окончились полным провалом. Более того, в поколениях людей выдающихся, но далеко не святых всегда было достаточно много вырожденцев. Святость, впрочем, тоже не передается по наследству.

В Священном писании есть указания на то, что таланты отпускаются "каждому по его силе" (Еванг. от Матфея, гл. 25, ст. 15). А затем (по исходе жизни) с каждого спрашивается, как он распорядился этими сокровищами.

Горе тому, кто "зароет в землю" главный дар Бога — талант самой жизни, не приумножив ее в жизнь вечную. У того человека"отнимется и то, что имеет" (Еванг. от Матфея, гл. 25, ст. 29), то есть жизнь с перспективой райского блаженства. Но еще раньше, чем наступит физическая смерть, у не желающих умнеть и добреть (любить и прощать) постепенно отнимается способность нормально чувствовать, проявлять волю и здраво рассуждать.

То же самое происходит и со способностями, которые "зарываются в землю". И это не обязательно от пьянства и лени. Направленность ко злу (продажность, разврат и т. д.) так же приводят к вырождению талантов. Тогда творческая продукция этих личностей, в духовном и душевном планах, становится ядовитой. И речь тогда заходит уже не об оглуплении бездельников и самодовольных эгоистов, а о демоническом безумии одаренных подонков.

Падение человека может начаться в любое время, но в подавляющем большинстве случаев нравственные срывы случаются в неустойчивые периоды жизни, то есть в молодости и даже в детстве.

Становление человека

С первых шагов жизни будущая личность оказывается вынужденной непрестанно выбирать между добром и злом, решая дилемму "можно-нельзя". Когда "все нельзя", "во всем виноват", за все бьют, тогда личность угнетается. Тогда страх замещает любовь, и развиваются комплексы неполноценности. Растет аутизм (погружение в себя), последствия которого зачастую непредсказуемы. Но когда "все можно", тогда капризам, претензиям и соответствующей агрессивности малыша нет предела. И это верный путь к развитию психопатии.

Если слово "можно" в памяти ребенка последовательно увязывается с добром (любовью, сочувствием, трудом, заботой и т. д.), а на все злое накладывается табу — "нельзя", личность получает правильный ориентир. И если воспитатель остается до конца последовательным, то ребенок привыкает смиряться. Ощущая заботу и власть, детская душа в послушании приобретает добродетель смирения, и это необычайно повышает ее духовный потенциал.

Смирение, всегда следующее за покаянием (признанием вины и искренним отречением от зла), раскрывает душу к принятию Божественной вести. И тогда голос Бога — совесть — начинает звучать все громче, наполняя душу великими благодатными силами. Прежде всего, энергией для выполнения труда на благо ближних.

Всем хорошо известно, как, развлекаясь игрой (в праздности), дети бывают неутомимы. Но стоит маме обратиться к ребенку за помощью или усадить за уроки, вся энергия у него внезапно иссякает. На добрые дела сил не остается. Это реальный плод праздного (безнравственного) воспитания. И это опасный психопатический симптом. То, что бывает упущено с трех до шести лет, у подростков потом оборачивается акцентуацией характера, доставляющей родителям массу неприятностей в так называемом "трудном возрасте".

Акцентуация, как патологическое заострение отдельных черт характера, по мере взросления юношей, постепенно сглаживается, но в ряде случаев перерастает в стойкую психопатию. Наиболее неприятными и опасными представляются следующие виды акцентуаций: шизоидная (погруженность в себя); эмоционально-лабильная (склонность к депрессиям); эпилептоидная (угрюмая озлобленность); истероидная (демонстративное поведение); неустойчивая (беспринципность и праздность); конформная (следование за лидером, за модой, за мнением толпы).

Даже при благополучном исходе акцентуации (без перерастания в психопатию), неправильное воспитание оставляет в структуре личности глубокий неизгладимый след, и тогда "дурной характер" доставляет человеку массу проблем, зачастую неразрешимых.

В первые годы жизни нравственная память у ребенка еще достаточно слаба. Слово "нельзя" он забывает постоянно, и не очень еще понимает почему, собственно, "нельзя". И в это время его нельзя оставлять без опеки. Ребенок постоянно должен слышать доброе слово, и сам должен проявлять жалость и заботу (нужно создавать ситуации), и учиться не лгать. В случаях явного протеста (каприза) или упорства в дурных действиях со стороны ребенка, от воспитателя требуется настойчивость, вплоть до применения силы.

Телесные наказания, производимые с любовью (ради ограждения от зла), в дошкольном возрасте бывают весьма полезны. Безрезультатны и вредны они, когда дети подрастают и начинают самоутверждаться. И в это время разочарованные родители вымещают на них злобу за свои промахи в воспитании (прежде всего за беспечность). Но тогда вместо смирения они добиваются отчуждения. И в самый опасный период (во время полового созревания) подростки перестают доверять старшим, тяготея к компании сверстников. Потери в личностном развитии в этих случаях бывают огромны.

В дошкольном возрасте (с трех до шести) важнейшее значение имеет личность отца, дающего пример для подражания. Именно в это время в сознании малыша происходит закладка нравственного фундамента. Ребенок мало понимает, но все запечатлевает. Глубинная (нравственная) память — фундамент интеллекта. Если он выложен "добрыми камнями" и прочно сцементирован совестью, то здание будущей личности может и должно быть вполне устойчивым. Но не дай Бог нашим детям в этот период запечатлеть мерзости родительских грехов.

Неправильное воспитание по типу гипопротекции (полная безнадзорность и запущенность ребенка) обычно чревато развитием подростковых акцентуаций характера неустойчивого и конформного типов, с риском перерастания их в соответствующие психопатии.

Жесткое воспитание (забивание ребенка) развивает комплексы неполноценности и в ряде случаев эпилептоидную акцентуацию.

Очень опасна для юных душ потворствующая гиперпротекция (воспитание "кумиров семьи"), плодящая безжалостных эгоистов (семейных тиранов), психопатов истероидного (демонстративного) типа поведения.

Последствия малодушия

Напрасно некоторые люди принимают за проявление личностной силы гордое самоутверждение, наглость и жестокость. Это всего лишь показное прикрытие душевного ничтожества (трусости, несостоятельности и т. п.).

Неблагодарность, ослабленное чувство долга, социальный конформизм, не говоря уже об откровенной аморальности, есть не что иное, как легкая форма дебильности. Вообще для дебильного интеллекта характерны: слабая память, низкая сообразительность, отсутствие творчества и собственного мнения, а главное — неразличение добра и зла.

Последнее относится к симптомам пневмастении (слабости духа), которая вызывает естественно и психастению (слабодушие), разрешающуюся, соответственно, в слабосилие, слабоволие, слабоумие. Так что дебилами не обязательно рождаются. Ими становятся в процессе нравственной деградации. И если олигофрены обычно не доживают до реальной старости, то люди, "зарывшие в землю" свои душевные таланты, слабеют умом в зрелом и, особенно, в пенсионном возрасте.

Малодушные люди, как правило, ленивы к учебе, и в жизни не стараются делать выводов из прошлых ошибок. Это специфический дефект нравственной памяти. От нежелания смиряться (терпеть по заслугам, иметь по достоинствам и т. д.) у малодушных людей возникают бесконечные жалобы на "невезение", на "тяжкие времена", на правительство, погоду (на всех, кроме самих себя). На почве малодушия расцветают суеверия, процветает сектантство, снижается уровень культуры, возникают ссоры, склоки, совершаются преступления.

Самым печальным последствием малодушия, за исключением преждевременной смерти, оказывается раннее развитие сенильной деменеции (старческого слабоумия). Предвестником грядущего маразма становится "заострение негативных черт характера":карикатурная ревность и подозрительность, патологическая скупость, осуждение, навязчивые страхи и т. д. Так называемые "злые старики" буквально терроризируют своих домашних, капризничая и скандаля, обвиняя всех в воровстве, в заговорах, в попытках отравить, в "сживании со света" и т. п.

После этого наступают: амнезия (потеря памяти), апраксия (утрата трудовых навыков), афазия (разрушение речи) и. все остальные потери качеств, присущих личности.

Дольше всего (практически до конца) сохраняются прожорливость и похотливость, приобретающие на грани маразма отвратительные формы. Так что не стоит слишком умиляться при встречах с этакими "блудно-шаловливыми" старичками. Их повышенная сексуальная озабоченность — не признак сохранения молодости, а лишь манифестация сенильной деменеции.

В так называемых "цивилизованных странах" Запада маразм давно считается стопроцентной возрастной психиатрической нормой. Чего, к счастью, нельзя пока сказать об "отсталой" России. Даже после семидесяти лет богоборчества и десятилетия перестроечного растления это явление остается у нас достаточно редким. Так высок еще общий потенциал совести Православного народа.

Однако всему есть предел. Запасы нравственности наших благочестивых предков заметно идут на убыль. И если покаяние и обращение народа не состоится в ближайшее время, то скоро мы уравняемся с вырожденцами Европы и Америки. Но тогда нам вряд ли удастся укрыться за фасадами роскошных богаделен. Там, на Западе, цивилизованной изоляцией маразматиков занимаются давно и вкладывают в это огромные средства. У нас же теперь нет на то ни денег, ни человеческих сил. Да нам и не надо ориентироваться на Запад. Все, что требуется от каждого из нас — это проснуться от нравственной спячки, прислушаться к голосу совести, сделать первые шаги к покаянию. Недаром же сказано: "Покайтесь, ибо приблизилось Царство Небесное" (Еванг. от Матфея, гл. 3, ст. 2). О самом же Царствии говорится, что оно не придет "приметным образом" (Еванг. от Луки, гл. 17, ст. 20), ибо "Царствие Божие внутрь вас есть" (Еванг. от Луки, гл. 17, ст. 21). И душа, если только захочет, благодатью Всевышнего будет очищаться и наполняться силой в ответ на каждое (даже малое) нравственное усилие. А полное исцеление наступает уже по мере обильного стяжания благодати в таинствах Православной церкви (Крещения, Миропомазания, Исповеди, Причастия и др.).

Совесть и ум

Количество совести прямо пропорционально уровню личности. Любая нравственная неполноценность (даже ничтожно малая) становится отклонением от сознательной нормы и выступает (хотя и незаметно) как симптом душевной болезни. Выдающийся русский психиатр профессор В. Ф. Чиж рассматривал душевное равновесие Православных праведников в качестве эталона психического здоровья.

Уровень личности ниже святости уже не является совершенным, хотя и считается практически нормальным. Что же касается дальнейшего снижения уровня, то оно ведет к развитию малодушия, со всеми вытекающими последствиями, вплоть до развития психических патологий.

Провалы ума в пустоты бесплодных мечтаний и призрачных фантазий, несобранность воли, дробление высоких чувств на эмоциональные всплески есть не что иное, как нарушение целости сознания.

Любое зло, любой безнравственный поступок (грех), скверные слова и мысли на светлом фоне души проявляются как темные пятна (трещины, разрывы и т. д.), именуемые помрачениями сознания.

Крупные помрачения — "душевные бури" — становятся объектами наблюдения психиатров. Но незаметно целостность сознания нарушается даже при самых малых затмениях благодатного света.

Если на обличающий голос совести душа, образно говоря, "затыкает уши" или "зажмуривается", чтобы не видеть своего зла, высвеченного совестью, то она экранирует себя от непрерывного потока благодати. Питание души Божественным светом прерывается, иногда надолго. Не принимая вести (знания), душа теряет и сознание, о чем уже говорилось выше.

Без восприятия нет ощущений. Без ощущений не возникают представления, следовательно, не формируются понятия. От внешних восприятий мозг человека получает не больше, чем мозг животного, которое так же видит, слышит, осязает и обоняет (в ряде случаев лучше людей). Поэтому, отказываясь от нравственных усилий, ограничивая себя плотским потребительством, в том числе и потреблением знаний, человек опускается сначала духовно (не чувствуя связи с Творцом), а затем падает душевно (перестает чувствовать душу ближнего). На бытовом языке это именуется бездушием или "окаменелостью сердца".

Общая бездуховность и слабодушие приводят к тому, что множество людей, способных еще запоминать цифры, читать и писать, постепенно теряют способность к постижению смысла того, о чем они говорят и пишут. Оперируя формулами и пословицами, многие считают себя уже достаточно умными на основании некоторых ограниченных знаний. Однако еще Гераклит заметил, что "многознание не научает уму". Не говоря уже о малознании (невежестве).

Недостаток совести подрывает и расшатывает нравственную память (фундамент интеллекта). Монолит ума без "цемента совести" разваливается на фрагменты (интеллектуальные блоки). До времени они могут оставаться весьма крупными, если природные способности значительны, но умным (целомудренным) такой "интеллектуал" уже не будет. Именно этим объясняется, почему люди одаренные, даже в чем-то выдающиеся, творят порою великие глупости, совершают подлости, становятся преступниками и извращенцами. А в итоге жизни впадают в жестокий маразм.

Повторяем, это люди с хорошими интеллектуальными задатками. Что же касается низкоодаренных, то при бессовестном образе жизни деменеция развивается у них значительно раньше. При невнимательном, и тем более неправильном воспитании, задержка психического развития (ЗПР) чревата для запущенного ребенка сохранением слабоумия на всю жизнь.

Комплекс маугли

В психиатрии умственная недоразвитость в первые три года жизни отождествляется с врожденной олигофренией (страданием за грехи родителей). Далее следует уже деменеция (приобретенное слабоумие), в чем родители больного так же, как правило, не безучастны.

Если малыш до трех лет не услышит человеческой речи, то умственная отсталость становится неизбежной в любом случае. У олигофрена развивается так называемый "комплекс маугли".

Примером для названия здесь служит не популярный герой сказки Р. Киплинга (якобы разумный), а реальные случаи воспитания детей в стаях волков. Будучи пойманы взрослыми, эти настоящие "маугли" не могли уже научиться говорить и понимать человеческую речь. И жили они очень недолго, как и прочие клинические олигофрены, ибо неполная реализация способностей, оборачиваясь недоразвитием мозга, ведет к резкому сокращению срока жизни. В то же время постоянное упражнение ума и, особенно, нравственное стимулирование памяти (воздержание от зла) статистически достоверно продляют молодость и долголетие.

Это подтверждают и антропологические исследования. Мозг дикаря в среднем весит 1250 г. Старятся дикари значительно раньше, чем люди культурные (воспитанные в системе культовых ценностей, прежде всего Христианских), у которых индекс мозга составляет около 1400–1500 г.

Данный показатель не зависит от т. н. "эволюционных этапов развития" человека. Археологические раскопки показывают, что у "первобытных" людей (но не дикарей) индекс мозга был тем же (1400–1500 г.). Одновременно у многих наших современников означенный показатель едва превышает 1300 г. Это лишний раз подтверждает, что рост мозгового вещества связан отнюдь не с увеличением объемов воспринимаемой информации. Просто жизнь людей не по нравственным заповедям, а по законам "цивилизованной стаи", обедняет душу, ограничивает ум, и в конечном счете приводит к дистрофии мозга.

Особо настораживает возрастание числа умственно отсталых детей в так называемых "благополучных семьях", где по занятости материально озабоченных родителей малыши большую часть времени проводят у экранов телевизоров и за компьютерными играми. Бессловесные рычащие и визжащие монстры наполняют души юных зрителей страхом и агрессивностью, а понятийное мышление при этом не развивается. Словарный дефицит первых лет жизни в той иди иной степени разрушает сознание по типу "комплекса маугли". На пороге школы для многих это оборачивается "дырявой памятью". И такие обделенные материнским словом и отцовским примером дети не только слабо ориентируются в нравственных категориях (в различении добра и зла), но зачастую плохо запоминают буквы алфавита.

За огромные деньги, силами классных специалистов поверхностные слои памяти, необходимые для усвоения школьной программы (на уровне запоминания знаков и терминов), в некоторых случаях удается восстановить, но уже без надежды на развитие цельного ума(способности к постижению сути вещей). Глубинная нравственная память, оставаясь ущербной, не обеспечивает надежности устоев формирующейся личности, и голос совести в искалеченную душу пробивается с огромным трудом.

В итоге самым страшным оказывается даже не умственная отсталость и связанные с нею поступки, а именно недостаток совести, без которой у человека не возникает потребности в покаянии, то есть в преображении ума (метанойя). Этим греческим термином обозначается изменение направления ума к лучшему, после термина дианойя, соответствующего среднему рассудку. Недаром тоталитарная секта — "Церковь сайентологии", действуя на территории нынешней России, прикрывается термином дианетнка. Ибо усреднение (снижение уровня) ума от высокого метанойя (покаяние) через рассудочную самость (дианойя) ведет к болезни (паранойя), то есть к выпадению интеллекта из здоровой целостности к паранормальному (около нормальному) сознанию. А это уже прямая дорога в ад.

Начало мудрости

Один из основоположников европейской педагогики Ян Амос Коменский учил, что до шести лет ребенку должны быть привиты: вера, страх Божий, нравственность и добродетели. После этого можно приступать к предметному обучению.

Нельзя насыщать душу произвольным знанием до тех пор пока не решен главный нравственный вопрос — сознательный отказ человека от зла.

"Начало мудрости — страх Господень" (Псал. 110, ст. 10). Так святой псалмопевец Давид возвещает грядущим поколениям людей истину, отрицание которой обошлось нашим праотцам Адаму и Еве потерей бессмертия. Ведь Бог предупреждал их не прикасаться к плодам "древа познания" во избежание познания зла, ибо зло угрожало смертью. И люди сохраняли райское блаженство, пока мудро пребывали в страхе Божием.

Потеряв начало мудрости, человек потерял все. И никакое знание с тех пор не может возвратить ему утраченного бессмертия. "Какая польза человеку, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит? или какой выкуп даст человек за душу свою?" (Еванг. от Матфея, гл.16, ст. 26). Так проповедал людям Христос Спаситель, напоминая о диавольском искушении: обещании богатства и власти над миром в обмен на продажу души.

Неверующим людям Библейские Откровения обычно представляются прекрасной моралью, о которой культурному человеку следует знать, но исполнять буквально нет необходимости.

В то же время каждый производственник знает, что "правила техники безопасности" приносят пользу только при буквальном их соблюдении. И если допустить, что Священное Писание вещь более серьезная, чем правила, составленные рядовыми инженерами, то можно предположить его непреходящую ценность в деле спасения души.

Для этого надо только веровать в Бога и знать, что спасение (обретение вечной жизни) возможно для исполняющих заповеди закона Божия.

6. Азы онтологии

Вера и знание

Библия извещает нас о самом главном, сообщает спасительные правила жизни. Однако стоит заговорить об этих знаниях с неверующими, как сразу возникают возражения.

Любой вздор, любые гипотезы, которые завтра будут опровергнуты новыми, у нас принято называть "знаниями" вне зависимости от их качества и долговечности. А знание, полученное в Божественном откровении, которое не может уже не быть верой, большинством людей отвергается как бездоказательное.

Нет якобы теоремы, "убедительного" ее доказательства, нет возможности произвести экспериментальную проверку теории и т. д. В таких, примерно, выражениях производится запутывание здравого смысла.

Теоремы действительно нет. Есть аксиома бытия Бога. Проверка истины — история человечества. Личная проверка — собственная жизнь и судьбы окружающих. Стоит захотеть, и доказательство будет более чем убедительным. Но, чтобы захотеть, надо веровать. В этом особенность высшей истины.

Если я знаю, что стол изготовлен из дерева, я верю в это без вопросов. Бытовое знание составляет нижний уровень отношений.

На среднем уровне отношения "веры" и "знания" осложняются. О происхождении человека школьник или студент не знают. Им приходится верить тому, что скажет учитель. Повзрослев и услышав, что это неправда, они оказываются перед выбором: кому верить? В отношениях намечается неопределенность. А раз имеются нижний и средний уровень отношений, то логика здравого смысла подсказывает нам наличие третьего высшего уровня, когда знание уже невозможно получить без веры. Так некто, устав от житейских неурядиц (обусловленных собственной безнравственностью), вдруг взывает: "за что?" Но при попытке объяснить ему причину с позиций веры, вопрошавший тотчас протестует. Он не желает знать того, во что заведомо не верует. И, таким образом, он лишается возможности узнать то, о чем только что спрашивал. Такова, в общих чертах, схема отношений "веры" и "знания" на трех уровнях (бытовом, познавательном, духовном).

Что же касается точности самих терминов, то по существу (онтологически) всякое знание есть не что иное, как откровение, принятое на веру. Разница состоит лишь в значимости открываемых сведений и в авторитете открывающего.

Одно дело узнать от мамы, что молоко дает корова, другое дело поверить в теорию известного ученого, а третье — удостоится Божественного откровения. Для каждого случая требуется свой уровень развития личности и своя душевная готовность к восприятию открываемого знания. И всякий учитель, проповедник, апостол в своем случае выступает как свидетель того, что ему открыто. Дело остальных верить или не верить, и, стало быть, знать или не знать.

И вера и знание могут быть ложными. Упорных последователей лжеверия называют фанатиками. А правота всякой проповеди познается по приносимым ею плодам. Господь Иисус Христос говорит: "Берегитесь лжепророков, которые приходят к вам в овечьей одежде, а внутри суть волки хищные. По плодам их узнаете их" (Еванг. от Матфея, гл. 7, ст. 15). Таковыми были растлители веры народа русского в XIX и в начале XX веков. Плод их проповеди — кровавая революция.

Верующий Христианин утверждает, что человек сотворен Богом, и все мы — потомки Адама. Атеисты проповедуют дарвинизм. До революции дарвинистов не убивали и не преследовали. Зато фанатики большевики, захватив власть, учинили расправу над Православным народом.

Теперь всем ясно, что вера в "светлое будущее" была ложной. Стало быть, термин "фанатики" мы употребили к месту. Дарвинизм опровергла современная биология. И стало известно, что не только человек от обезьяны, но даже собака не происходила от волка.

Библию наука не опровергла, а лжеучение разоблачила. Тем не менее "старая гвардия" школьных учителей (дарвинистов) с упорством религиозных фанатиков по-прежнему вдалбливают в детские умы стереотипы ложного мировоззрения.

Переменить мнение фанатику очень трудно, так как заблуждаясь по вере, он не желает ничего знать и видеть, даже очевидное. Стереотипы мышления, навязанные многолетней идеологической обработкой, не так легко разрушаются. И ложное мировоззрение продолжает негативно влиять на сознание еще очень многих людей. Поэтому, обращаясь к тем, кому наши рассуждения представляются здравыми и не опровергаются по заведомому неверию в Бога, мы предлагаем рассмотреть человеческую душу, ее Творца и весь тварный мир в свете учения Православной Церкви с учетом того, что открылось теперь современным ученым.

Духовный мир

По учению Святых Отцов Древней Православной Церкви, душа человека относится к роду эфирных духов — умных сущностей особого свойства (приспособленных к жизни в органическом теле). Духовный эфир (ткань разума) не регистрируется физическими приборами как материя, состоящая из элементарных частиц. Однако, в сравнении с абсолютным Духом Творца, эфир все же некоторым образом вещественен. Лучше всего его сравнить с фотонной субстанцией физического света, но значительно более тонкой и неизмеримо более энергетичной.

Такова субстанция космических духов — Ангелов света, управляющих по воле Бога всеми стихиями космоса. В Священном Писании духовный мир именуется Небом, и свет разума, нисходя по ступеням "небесной иерархии", проникает все уровни материи (земли), одушевляя живые существа и поддерживая физические процессы во Вселенной.

У каждой человеческой души имеется свой Ангел-хранитель; но как дух, душа вполне самостоятельна. У прочих живых существ бессмертный дух — Ангел — есть архетип данного вида, который регулирует инстинктивное поведение и все биологические отношения особей. При этом психика каждого отдельного животного остается лишь фрагментом общего "знания стаи", то есть инстинктивным стереотипом поведения (безусловным рефлексом). В лучшем случае она дополняется условными рефлексами, приобретенными в процессе жизни особи. После смерти индивидуальная психика животного перестает существовать. Временная душа растворяется в общем облаке духовного света, отпущенного Богом каждому виду через его Ангела. Благодаря этому общему психическому облаку "большое знание стаи" отличается от индивидуальных фрагментов. Так, например, удивляющая исследователей жизнь муравейника представляется почти разумной в сравнении с рефлексами отдельного насекомого вне сообщества. То же можно сказать о пчелах и, вообще, о стадном поведении даже высших млекопитающих.

У растений видовая общность обозначена уже не психикой (рефлексами), а характерной для вида биологической силой, которую так же регулируют Ангелы, управляющие данной стихией. И так каждый уровень креатур (созданий), вплоть до элементарных частиц, контролируется Небесными силами.

Современные физики полагают, что ни один материальный процесс во Вселенной не происходит без участия "управляющей пси-функции", которую можно понимать как нематериальную (духовную) составляющую всех явлений. При этом, если движением электрона или состоянием протона управляют свои "пси-функции", то у совокупности микрочастиц (в атоме) нематериальная составляющая уже другая, более высокого ранга. И так, восходя к цельным формам (веществам и существам), ни один уровень творения не обходится без энергетической поддержки, животворной силы, одушевления.

Таким образом, по мнению многих ученых и философов, мирозданием управляет единая разумная сила, как бы высшая, "интегральная" пси-функция. Но поскольку высшей разумной силой универсума является Бог, то термин "интегральный" (суммированный из частей) к Нему — абсолютно неделимому Единому Богу — не может быть применен. И даже Его Ипостаси (Лица) Отец, Сын и Дух Святой, в Которых Божество непостижимо для тварного разума открывает Себя миру, частями (или отдельными богами) ни в коем случае не являются.

Просто в Откровении людям дано знать о безначальности Отца, о Сыне Слове — образе Бога, о Духе Святом — животворящей Силе Святой Троицы. Отец как Всемогущий Ум рождает Сына Слово, и Им же (Словом) творятся все образы мира: духи, души, материальные формы; все, начиная с пространства и времени, эфира и физического света (основы материи). Дух Святой, исходящий от Отца, наполняет эфир силой, материализует и животворит формы, производимые Словом.

И все это есть Триипостасное действие Единого Неделимого Абсолютного Духа — Абсолютной Личности Божества.

По образу и подобию Божию личность человека наделена умом, словом и силой духа, с той лишь разницей, что наш дух не обладает Божественным совершенством. С момента грехопадения тримерия (дух, душа, тело) теряет устойчивость.

Здоровый дух центрирует (уцеломудривает) душу. Тело, наоборот, стремится к разложению. Душа, сцепляя элементы организма, разрывается между духом и телом. Заканчивается эта борьба неизбежным разрывом. С телом — обязательно! Но иногда, раздираемая плотскими страстями, душа порывает с духом (бездуховность), и тогда наступает полная катастрофа — гибель души. Спасение души состоит в очищении от зла; в избавлении от всего, что разделяет и помрачает сознание. В этом случае душа просветляется и приобретает свойства Ангела света с правом жить на небесах. В противном случае душа причисляется к духам зла и отдается им в рабство.

Тело же, как всякая физическая система, лишившись души (источника жизненной энергии), распадается на элементы по закону возрастания энтропии. И в этом наглядно проявляется вещественное действие духовного мирового зла.

Свет и тьма

В Священном Писании сказано: "Бог есть свет, и нет в Нем никакой тьмы" (Посл. Иоанна, гл. 1, ст. 5). Что это означает? Как категорию Абсолюта (безначальное, вечное и неизменное) бытие Бога принимают даже неверующие философы. Все остальное — относительное (изменчивое, множественное, ограниченное пространством и временем) есть бытие производное от абсолютного — Божественное творение.

"Бог есть свет", стало быть Он — начало активное, действующее. Под тьмой в Священном Писании подразумевается абсолют небытия(то чего нет, не было, не будет и быть не может). И если в Боге нет "никакой тьмы" (небытия), то, естественно, Он — бытие совершенное: вечно живое, абсолютно разумное и всемогущее. Даже с диалектических позиций: Богу противоположно лишь то "чего абсолютно нет". Значит, Бог есть все, и диалектика тварного мира к Нему не применима.

Как инертная тьма в пространстве всегда уступает место явлению света, так тем более небытие не оказывает сопротивления свету творения. Любой образ, обозначенный Словом Божиим — уже бытие (тварный свет). Но мир в отличие от Творца не совершенен абсолютно, и в нем наряду со светом (добром, созиданием, жизнью) является и тьма (зло, разрушение, смерть).

Бог от начала зла не создавал, но даровав разумным тварям (духам) полную свободу воли, Он наложил на них величайшую ответственность за сохранение своего природного совершенства.

Нетрудно представить себе, что стало бы со Вселенной, если бы управляющие ею разумные силы вдруг взбесились и восстали против незыблемого космического порядка. Современными учеными подсчитано, что изменение лишь одной физической константы (постоянной) на ничтожнейшую величину (десять в минус пятидесятой степени) означало бы полное исчезновение жизни и изменение всего облика Вселенной.

Даже в нашем несовершенном мире нарушение социальных законов чревато многими трагедиями. Потому опасные — элементы общества у нас обычно изолируются, а в отношении хищников приходится прибегать к насилию, вплоть до уничтожения. Насилие (даже во благо) относится к действию злому. По необходимости люди вынуждены иногда его совершать, выбирая "меньшее из зол".

Но "Бог есть любовь" (1 Посл. Иоанна, гл. 4, ст. 8). Зло не присуще Божеству ни в каких его проявлениях. По совершенству любви Творец не вмешивается в свободу Своих созданий.

Каждому духу (ангелу, человеческой душе) по богоподобию разума предоставлена возможность выбора между светом и тьмой. И третьего бесплотному духу не дано. Если ангел не свет, то он тьма (злой дух). Разум его обращается в безумие, хотя и не без интеллекта, красота становится уродством, любовь переходит в ненависть, блаженство в муку и т. д. Это, собственно, и есть духовная смерть. В ней пребывают навечно осужденные падшие ангелы (бесы), и она угрожает обращенным ко злу человеческим душам.

О том, как на заре творения произошло падение (обращение во зло) возгордившейся части ангелов во главе с Денницей (Люцифером или Эосфором), в Библии сообщается очень скупо. Нам, жителям земли, не время знать дела небесные подробно. Все три вышеприведенные имени сатаны (противника) в переводе на русский язык со славянского, латинского и греческого означают светозарность. Таким и был "осеняющий херувим" до низвержения с небес. Но волны света, как известно из школьной физики, обращенные навстречу друг другу (в противофазе), взаимно уничтожаются. Свет, восставший против света, становится тьмой. Это фундаментальное положение онтологии. Но, поскольку Божественный свет бесконечен, то любое восстание против Бога может привести лишь к самоуничтожению встречного тварного света, не умаляя бесконечности Всемогущего.

Естественно, что возомнив себя богами, гордые духи вместо самосвечения обратились во тьму. Низринувшись со светлых небес, они оказались за пределами творческого поля Создателя (дабы не разрушить святого) и образовали духовную область зла — тьму внешнюю. Творческие способности падших ангелов извратились настолько, что даже пытаясь созидать, злые духи (демоны) творят одно лишь разрушение. И всякая душа, вступившая с ними в контакт, неизбежно погибает. Так вопреки воле Создателя в тварном мире образовалось духовное зло. Но поскольку бесы, как бесплотные духи, сами не могли ничего разрушить на земле, то им требовался материальный исполнитель. А таким исполнителем мог стать только падший (отпавший от Бога) человек.

Потерянный рай

Сотворив небо и землю и населив ее живыми существами, Бог насадил на земле прекрасный сад Эдем и поместил туда первых людей Адама и Еву.

Человек стал единственным в мире существом, соединившим в себе дух и материю. Он был сотворен последним, и поэтому считается венцом творения. Диалектику неба и земли (тезис и антитезис) человек дополнил собою как синтез. От сохранения его духовной ангельской чистоты зависело благополучие всех в мире живых существ. Ибо в бессмертном от начала человеке не было зла, как не было его в Творце и в небесах, очищенных от падших ангелов.

Но в мире зло было, и силы зла могли приобщить к нему человека. Сохраняя телесное бессмертие, злой человек мог окончательно погибнуть. Во избежание худшего люди были ограждены от возможности стать вечными злодеями. Человек оказался перед выбором жизни и смерти. Вкушение плодов с райского "древа жизни" могло продолжаться вечно, но плоды другого древа ("познания добра и зла") были ядовиты.

Об опасности людей предупредил Сам Бог. Таким образом, это было знание истины — предмет веры. Неверие (отсутствие страха Божия) допускало самоволие и, следовательно, действие вопреки здравому смыслу. Такова в онтологическом плане схема грехопадения, подробный рассказ о котором каждый может (должен) прочесть в трех первых главах Библии — книге Бытия.

Сначала диавол (клеветник) в образе животного (змея) предложил жене не верить Богу и, вкусив запретный плод, самим стать богами. Поверив искусителю, люди потеряли веру. А затем, согрешив, они испытали первое негативное чувство — стыд. Но не покаялись, а спрятались от Всевидящего. Так обычно малодушные люди стыдятся не столько грешить, сколько просить прощения (каяться).

Когда же Бог уличил Адама, он ответил: "жена, которую Ты мне дал, она дала мне от дерева, и я ел" (Кн. Бытия, гл. 3, ст. 12).

Таким образом, к непослушанию (нарушению заповеди) добавился грех осуждения. Человек не только обвинил жену, но и упрекнул Самого Бога. Так было положено начало нескончаемой цепи грехопадений. И так "грех вошел в мир, и грехом смерть" (Посл. Римлянам, гл. 5, ст. 12).

"Познание зла" привело падших людей к животному совокуплению. Рождение детей обеспечило продолжение рода человеческого. Жизнь, вопреки стараниям человекоубийцы — диавола, стала приумножаться и в целом восторжествовала над смертью. Но сами люди уже не могли избавиться от "семени зла". С того времени и праотцы (Адам и Ева), и их потомки, как "зачатые во грехе", были обречены на неизбежное старение.

Не поторопились бы люди познать зло, им бы наверняка был дан иной, целомудренный способ зачатия святых бессмертных наследников. А так, из-за духовного разрыва с Богом человека — "венца творения", в начальном звене цепи распределения животворной благодати Духа Святого смерть вошла во все живые креатуры (создания) и поразила всю биологическую природу.

Сам человек, став смертным, повредился умом, что привело к изменению структуры его сознания. Принятие решений стало не столько умным, сколько самовольным; не по совести, а по желаниям или в порыве бушующих чувств.

Согрешив отпадением от Бога, первые Люди передали семя греха своим детям (генетически). И если Адам и Ева никого не убивали, то их сын Каин уже убил брата своего Авеля. И так в каждом поколении люди начали наследовать не только первородный грех (причину старения и смерти), но и грехи родительские, и проклятие рода (до четвертого и даже до седьмого колена). А в каждом новом поколении не переставали грешить сами.

Когда же человечество, обновленное Всемирным потопом и вновь развратившееся, достигло неисчислимого множества (и все причинно-следственные связи перепугались), тогда толковые объяснения разности человеческих судеб сделались практически невозможными. Отсюда менее рассудительные (материалисты) заключили, что задатки, пороки и прочие врожденные условия жизни людей есть следствие случайности. Более склонные к философии (мудрецы востока) придумали миф о перевоплощении душ и законе кармы, согласно которому нынешняя судьба человека обусловлена его заслугами (или грехами) в прошлой жизни. А будущее (в следующем воплощении) зависит от деяний сегодняшнего дня.

За неимением точного онтологического знания индуистские идеи в моральном отношении, конечно, выигрывают у бездушного атеизма. Но не кощунством ли будет разглагольствование о карме в России, где каждый верующий может. Православно крестившись, искупить первородный грех? Ведь тогда он приобретает право регулярно исповедоваться и причащаться в Храме Божием Святых Христовых Тайн "во исцеление души и тела, и в жизнь вечную" (Евхаристическая молитва).

Искупление

Тому, кто верует во Святую Троицу и исполняет заповеди Закона Божия, для полного спасения недостает лишь вкушения плодов с "древа жизни". Однако до конца мира этого не удостоится никто. Доступ к райскому

древу закрыт для грешных людей.

Зато Сын Божий (второе Лицо Троицы), став Человеком, даровал верующим и чтущим Закон другое противоядие — Хлеб Жизни вечной — Свое Святое Тело и Честную Кровь, пролитую на Кресте во искупление всех грехов человечества.

В Причастии Святых Даров человек собственной плотью и кровью (душой) соединяется с воскресшим из мертвых и вечно живым Телом Богочеловека Иисуса Христа, Который до второго Своего пришествия, вознесшись, пребывает "одесную Отца" в Царствии Небесном.

Отпадение от Бога и вечной жизни можно сравнить с отсечением ветвей от живого древесного ствола. Засохшие ветви погибают безвозвратно и годятся лишь на растопку (в огонь). Но пока они свежи, их можно еще привить. При этом сами собой ветви не привьются — нужен садовник. Так и мы в падшем состоянии можем покаяться и обратиться, только пока живы. Но даже в этом случае мы не можем соединиться с Богом без Его помощи свыше.

Для того и состоялось Боговоплощение. Сначала Сын Божий непорочно (наитием Святого Духа) воплотился от Пречистой Девы Марии и вочеловечился. Затем, уже взрослым, Иисус Христос, крестившись от Иоанна Предтечи в водах Иорданских, взял на Себя все грехи людей за прошлое и будущее. Замкнул в Себе все наши страдания и беды.

Вспомним закон электрической цепи: ток равен напряжению, деленному на сопротивление. И если сопротивления нет (равно нулю), то ток в цепи становится бесконечным (короткое замыкание). Так и Господь, будучи абсолютно безгрешным, вошел однажды в воду с кающимися людьми. Произошло замыкание навечно (в пространстве и времени). Все отдают грехи, а Он принимает бесконечно. Когда бы и где бы не произошло обращение грешника, для него главное успеть (пока жив) покаяться и креститься законным Православным Крещением.

Иные (инославные, иноверные, сектантские) "крещения" таинствами не являются, ибо не имеют права апостольской преемственности. В исполнении самозванцев церковные обряды перед Богом недействительны.

Ведь Сын Божий Слово, став Плотью, не только освятил Собою Иорданскую Купель. Взяв на Себя грехи мира. Он затем умертвил их на Кресте заодно с первородным грехом (причиной смертности). А прежде распятия Он совершил (на "Тайной вечери") таинство Евхаристии (Благодарения). Соединил в одной чаше воду — кровь Земли и вино — кровь растительного мира. Затем, присовокупив к ним квасной хлеб. Господь пресуществил эти дары (невидимо) в Свои Тело и Кровь. И заповедал нам до второго пришествия Своего совершать это таинство в Церкви.

Так Слово, став Плотью, сделалось спасительной пищей — Хлебом Жизни для верующих в Христово Воскресение. И исполнились слова Спасителя:

"Не хлебом одним будет жить человек, но всяким словом, исходящим из уст Божиих" (Еванг. от Матфея, гл. 4, ст. 4). Слово освятило Иорданскую воду, Слово пресуществило Святые Дары. Словом Сын Божий посвятил Апостолов и дал им право отпускать людям грехи, исповеданные в таинстве покаяния.

По Вознесении Господа Иисуса Христа Дух Святой сошел на Святых Апостолов и других учеников, молившихся вместе с Божией Матерью в Сионской горнице в день Пятидесятницы. Так родилась Православная Церковь и Святой Дух по сей день пребывает на ней.

Апостолы рукоположили первых епископов, те — священников и диаконов. Так образовалась апостольская преемственность, благодаря Которой в семи Церковных таинствах участники всегда незримо стяжают благодать Святого Духа, получают отпущение грехов исоединяются с Богом в прямом смысле слова.

В самых общих чертах так выглядит схема спасения верующих, надеющихся и любящих Бога. Подробнее рассказывать о Церкви мы не станем. Во-первых, потому, что на эту тему есть масса замечательной Церковной литературы, и она доступна теперь всем желающим. А во-вторых, потому что здесь наша цель не катехизация (наставление в вере), а лишь информация к размышлению, пробуждение интереса кпознанию самого себя, равнозначному познанию Истины, без принуждения или навязывания. "Читающий да разумеет" (Еванг. от Матфея, гл. 24, ст. 15).

Минимум сведений мы тем не менее сообщаем, ибо без знакомства с "азами онтологии" нам не обойтись при дальнейших рассуждениях, в частности, при объяснении отношений тела и души в процессе этой временной жизни.

7. Душа и тело

Живой магнит

Итак, если вышеизложенные сведения приняты нами на веру, мы вправе утверждать, что знаем о душе следующее: во-первых, душа есть бессмертный дух — умная сущность невидимого мира. Во-вторых, для физического тела душа является автономным (по благодати)источником жизненной энергии.

Как невидимый магнит, душа связует атомы и молекулы нашего организма. Стимулирует синтез белков в живых клетках; задает им программу жизнедеятельности; обеспечивает обмен веществ и саморегуляцию, заживляет раны и т. д. При отделении души синтез белков моментально прекращается; тело, лишенное энергии, остывает, и потерявшие связующую силу элементы его разлагаются.

Сравнение с магнитом взято нами не случайно. Всем, вероятно, известен простой физический опыт. Если на лист картона насыпать железных опилок, а снизу приложить обычный магнит, то опилки в поле магнита мгновенно структурируются, располагаясь по силовым магнитным линиям.

Из опилок формируется некое плоское тело, имеющее конкретный образ (форму) и некоторый объем. И эта модель "сотворенного тела",

наделенного "магнитной душой", сохраняется до тех пор, пока его элементы (опилки) удерживаются силой магнитного поля. Но стоит убрать магнит —"тело" распадается.

Человек — производитель картона, магнита и железных опилок, в данном случае выступает в роли творца. В его власти создание "магнитного тела", отнятие "магнитной души" и восстановление разрушенного заново одним движением руки (т. е. возвращением магнита на место). В данном случае могущество человека очевидно, хотя в целом оно весьма ограничено. Власть смертных распространена далеко не над всеми стихиями. А оживить человек не в силах даже букашку.

Производителю магнита бесконечно далеко до Создателя природного магнетизма и Творца живой клетки, вдохнувшего жизнь в самого человека. Тем не менее, описанный выше опыт на человеческом примере дает возможность представить, насколько легко Всемогущему Богу вернуть бессмертным душам людей их на время распавшиеся молекулярно-клеточные наборы (физические тела).

Материя, по "закону сохранения", никуда из природы не исчезает. Значит, как бы не разложилось (сгорело, растворилось, испарилось) после смерти наше тело, восстановление его из элементов материи для Бога, сотворившего все из ничего, труда не составляет.

Проблемы есть у нас, смертных. И главная из них — сохранение от порока своей вечной души, образ которой неизмеримо более сложен и прекрасен, чем силовые линии магнитного поля.

Образ и подобие

Если продолжить разговор на языке техники, то душу можно — очень условно — сравнить со сложнейшим чертежом, по которому из мельчайших деталей (клеток) собирается наш организм. А жизнь души после разлучения с телом можно представить как хранение этого чертежа в архиве для будущего воспроизведения того же тела, но уже из новых (нетленных) материалов.

Однако, к каким бы метафорам мы не прибегали, ни магнит, ни чертеж не могут во всей полноте отразить живого образа эфирного духа, похожего, по мнению некоторых Святых Отцов, на своего Ангела-хранителя.

Это, так сказать, телесный облик души — эфирное (световое) тело. Духовный образ (ум, слово, сила) есть подобие Святой Троицы. Вселенский образ — тримерия (дух, душа, тело) напоминает строение атома, планетарной системы, яйца и живой клетки (ядро, цитоплазма, оболочка).

В трехмерном пространственном мире все сущее имеет свой центр, проекции на три взаимоперпендикулярные плоскости и бесконечную перспективу на четыре стороны света. Если, представив себя в одной из трех плоскостей, посмотреть на проекции двух других, то в плане увидим систему координат, то есть крест. Четыре вектора, образовавшиеся из осей координат, уходят в бесконечность из единой центральной точки.

Бог — невидимый центр мира. Он же есть бесконечность, охватывающая пределы неба и земли. Ученые полагают, что материальная Вселенная расширяется из некоторой начальной точки. И потому так полагают, что ведут наблюдения из самого центра — с планеты Земля. Только на Земле существует жизнь, и нигде более во Вселенной, ибо Земля является колыбелью образа Божия — человека.

В материнской утробе младенец подобен сжатому бутону цветка. По мере развития человек выпрямляется и раскрывается. Полный расцвет человека — распятие. Духовная победа над смертью. Жертвенный подвиг во имя любви, за веру и правду, "за други своя". Не случайно Спаситель был не просто убит, а именно распят на Кресте. За распятием следует Воскресение в жизнь вечную. Животворящий Крест заменил человечеству утраченное древо жизни.

Орудие пытки через искупительную жертву Иисуса Христа становится древом животворящим, попирающим силы зла.

Недаром Креста Господня так боится всякая нечисть, в том числе члены тоталитарных сект, например, "свидетели Иеговы" с прочими лжепророками. Распространяя заведомую ложь о том, что Иисус Христос якобы не на кресте распят, "свидетели" свидетельствуют о своем антихристианстве и сатанизме, ибо у св. апостола Павла сказано: "Слово о кресте для погибающих есть безумие, а для нас, спасаемых — сила Божия" (1 Посл. Коринфянам, гл. 1, ст. 18).

Древние Христиане в течении трех первых веков икону Спасителя заменяли изображением Креста и призывали Его словами: "Да знаменуется на нас свет лица Твоего, Господи". В знамении Креста — образ Сына Божия, а Он (Сын) — выразитель образа Отца. Таким образом. Крест — образ Бога во плоти. Человек — ноуменальный (умопостижимый) крест. Из всех земных существ только человек может свободно стоять прямо, на сомкнутых прямых ногах, широко развернув прямые руки. И эта внешняя (телесная) символика глубоко связана с внутренним миром человека.

Только человек (в полном смысле этого слова) может сознательно жертвовать собою из любви к ближнему, утверждая этим весь род человеческий, подражая Христу в милосердии и любви, знаменуя крестом "свет липа Господня". Ибо "Бог есть свет", и когда Сын Божий воплотился на земле, "в Нем была жизнь, и жизнь была свет человеков. И свет во тьме светит, и тьма не объяла его". (Еванг. от Иоанна, гл. 1, ст. 4, 5). Свет всегда был и остается символом жизни, символом красоты и богоподобия. И образование (восстановление искаженного образа Божия) не зря именуется просвещением.

Не надо его только путать с "просвещением" безбожников, незаконно присвоивших себе это древнее понятие. О лжепророках в Евангелии сказано:

"По плодам их узнаете их" (Еванг. от Матфея, гл. 7, ст. 16). Плоды "французских просветителей" XVIII века — кровавая революция, разврат, глумление над святынями и небывалый всплеск суеверий, в свое время изумлявший Наполеона. "Плоды просвещения" наших атеистов тоже хорошо известны. Достаточно посмотреть на безнравственность "сильных мира сего", на криминал и разврат, на разгул мракобесия (сектантов, гадателей, колдунов и т. д.). Если к этому добавить "половое воспитание" детей прямо в школе (с согласия родителей), то для полноты картины содомского мрака останется немного. И поскольку гибель Содома и Гоморры была великим предупреждением (моделью всеобщего конца), то о приближении Страшного Суда современным людям следует задуматься всерьез.

Предварительный суд

В Священном Писании сказано: "Если свет, который в тебе, тьма, то какова же тьма?" (Еванг. от Матфея, гл. 6, ст. 23). Действительно, какова же тьма преисподней, если мрак человеческих душ порою ужасает? И когда мы употребляем категории света и тьмы в их онтологическом смысле, то, зная текст Евангелия от Иоанна, не можем не вспомнить объяснения Спасителя о предстоящем суде."Суд же состоит в том, что свет пришел в мир; т люди более возлюбили тьму" (Еванг. от Иоанна, гл. З, ст. 19). И это можно понимать так, что суд совершается не только по итогам прожитой жизни, но и в процессе ее. При каждом помрачении сознания тьмой греха, мы нарушаем строй нашей временной жизни, ускоряем старение организма, подрываем здоровье.

Не все болезни посылаются нам за грехи. Бывает, что укладывая человека в постель, Господь ограждает его от худшего, например, от гибели в пути, или не дает совершить задуманного преступления (спасает от вечной погибели). Дети страдают за грехи родителей. Будучи невинны сами, они тем не менее искупают злодеяния старших. А те чаще всего этого не замечают и не понимают. Тем более, что и понять это бывает нелегко, ибо грехи прадедов (проклятие рода до четвертого и даже до седьмого колена) могут быть им самим неизвестны, хотя во многом определяют их личные судьбы.

Вообще люди, рассуждая о превратностях судьбы, редко обращают внимание на корень этого слова — суд. Между тем, независимо от наших мнений, этот суд совершается над каждым из нас от рождения до смерти, как предварительный и искупительный акт.

Милосердие Божие состоит еще и в том, чтобы многими скорбями и болезнями смирить гордость богоборцев и склонить души их к спасительному покаянию. А непонимание этой простой истины свидетельствует, как правило, о недоразвитости сознания (духовной слепоте).

Если же еще вспомнить о детях, то причины детских болезней кроются не только в наследственных пороках. Часто дети болеют от недостатка любви и невнимания со стороны старших. Иногда, болея, они просто отдыхают от школьных перегрузок.

Взрослые тоже болеют от усталости, особенно если перегружаются по жадности. Ведь страсть сребролюбия может проявляться не только в нечестных способах приобретения средств. Надрывать физическое здоровье, трудясь ради престижных тряпок или мебели, также большой грех.

"Не знаете ли, что тела ваши суть храм живущего в вас Святого Духа " (1 Поел. Коринфянам, гл. 6, ст. 19). "Если кто разорит храм Божий, того покарает Бог;… а сей Храм вы" (1 Посл. Коринфянам, гл. 3, ст. 17). Так пишет святой апостол Павел. Такова нравственная стратегия здоровья Православных христиан. Но это не означает, что праведники не старятся и не болеют. Скорби посылаются всем. Одним в наказание, другим в искупление, в предупреждение, в ограждение от худших бед. Верным дается"несение креста" для испытания на безропотность (терпение, благодарение и т. д.). А бывают недуги или врожденные увечья, определяемые Творцом для свершения чудесных исцелений "во славу Божию". Но основная масса болезней — все-таки расплата за неисполнение нравственного закона.

Скорби праведных — особый вид благодати. Даются они тем, кто способен их понять и понести. Вообще же все, что посылается нам в жизни, не бывает выше наших сил. Это онтологическая аксиома. Однако для несознательных, не желающих смиряться и благодарить Бога за вразумление, беды и болезни становятся подчас нестерпимой мукой.

Нежелание понести малое теперь в дальнейшем всегда усложняет проблемы. И так ежеминутно, ежедневно (пока живы) над нами совершается предварительный суд. Цель его — смягчение (а при покаянии — оправдание) вины на частном (посмертном) суде, и избавление от вечного приговора на Суде Страшном (окончательном) — "читающий да разумеет " (Еванг. от Матфея, гл. 24, ст. 15).

Больно смотреть иногда на людей "не ведающих, что творят", не понимающих, не желающих знать о причинах того, что с ними происходит, и так уходящих в вечность без покаяния, не познав смысла жизни.

А ведь как, казалось бы, просто! Принять на веру Божественную истину, познать смысл и начать жить сознательно! Ведь достаточно духом повернуться к свету и прекратить участие "в бесплодных делах тьмы" (Посл. Ефесянам, гл.5, ст. 11), как все в человеке начинает очищаться. Даже запахи тела изменяются. Не говоря о благоухании святых, просто нравственно здоровые люди не нуждаются в дезодорантах и прочей парфюмерии. Без румян и губной помады духовно чистые женщины заново расцветают в годы не первой молодости, приобретая иногда красоту, которой не имели от природы. О притягательной внешности праведных старцев можно не говорить тем, кто хоть раз заглядывал в их мудрые и одновременно юные прекрасные глаза.

При просветлении души рассеиваются тучи телесных болезней, уходят беды. А то, что остается, перестает угнетать и даже начинает радовать (вызывает благодарность за исцеление духа, за избавление от грядущих вечных мук). Такова стратегия здоровья не только Православных, но и вообще всех людей. Такова, в основе своей, психология здоровья, о которой теперь пойдет у нас речь.

8. Психология здоровья

Психосоматика

Для внешних восприятий и чувственного реагирования у нас имеются соответствующие телесные органы: глаза, уши, нос, язык, пальцы. Вся поверхность нашего тела покрыта рецепторами тактильной (осязательной) чувствительности. Все рецепторы (зрительные, слуховые и пр.) связаны с нервными центрами (головным и спинным мозгом) посредством разветвленной нервной системы.

При восприятии рецепторами внешнего раздражения возникает нервная рефлексия. В соответствии с возбуждением нервной системы происходят реакции организма. Душа, как мы знаем, участвует в этом на уровне своей периферии, испытывая соответствующие ощущения.

От субъективных, по-разному переживаемых ощущений, в сознании (ассоциативно) возникают представления, формируются понятия. И все однажды воспринятое запечатляется в глубинах нравственной памяти в соответствии с переживаниями и моральными оценками ситуаций.

Глубинные процессы, происходящие в душе, на внешний уровень сознания выходят чаще всего опосредованно, а то и вовсе не выходят. Множество душевных травм всплывают на поверхность под видом беспричинных заболеваний организма. Прежде всего это касается патологий мозга и нервной системы. Багаж неисповеданных грехов, по мере накопления, становится как бы "миной замедленного действия". Когда и как эта "мина" взорвется, никто не возьмется сказать определенно. Тем более, что она может и не взрываться, но медленно изо дня в день подтачивать наши силы, отравлять, разъедать и т. п.

Так обстоит дело с духовными (нравственно-углубленными) причинами болезней, которые материалистическая наука упорно обходит стороной за неимением средств к их диагностике и устранению. Между тем поверхностные, прежде всего, эмоциональные стрессы так же заметно влияют на ход органических процессов. И поскольку в таких случаях многое можно изменить к лучшему при помощи психотерапии, то эти явления учеными изучаются и уже осваиваются. Именуются они психосоматическими (душевно-телесными).

Для наглядности стоит привести пару примеров. Когда у человека болит печень или желудок (не без духовной причины, конечно), то эта боль не дает покоя душе (раздражает, озлобляет, пугает и т. д.). Здесь нет психосоматики как таковой.

Но вот другой пример. Человек сам додумался до чего-то ужасного. Внешнего раздражения в момент осознания ужаса не было (ни слухового, ни зрительного, ни тактильного, ни вкусового, ни обонятельного). Однако, испытав ужас, человек дернулся, словно его укололи. В глазах у него потемнело, в ушах зазвенело, во рту стало горько, и даже чем-то запахло.

Так выглядит типичная негативная психосоматическая реакция. Возбуждение нервной системы и соответствующие реакции здесь вызваны не внешним раздражением, а изменением состояния души. От нездоровой фантазии, тревожной мнительности, зависти, злобы, страха многие люди заболевают подчас не только неврозами и психозами, но и тяжкими телесными недугами.

Лечение психосоматических болезней (психотерапия) всегда направлено на создание условий для обращения негативных ситуаций в положительные. В первую очередь, это успокоение нервов (в том числе и лекарственное); затем, насколько позволяют личностные качества больного, следует психическое воздействие, направленное на общий душевный подъем. Лучшая психотерапия — возвращение больному веры, надежды, любви. Они дают человеку естественную радость. За неимением ее психотерапевты прибегают к искусственным методам подъема настроения, например, к смехотерапии.

В свое время некоторые ученые, в связи с успехами этого метода, высказывали даже предположения о выделении мозгом особых целительных "гормонов радости". Однако бум смехотерапии длился не очень долго. Дело в том, что искусственный смех душе, не очищенной от зла, не заменяет благодатного света. В то время как чистая душа сама радуется непрестанно, искусственно нагнетаемые увеселения рано или поздно сменяются депрессивными фазами: тоской, равнодушием, тревогой.

Вообще, к развлечениям люди тянутся именно от недостатка естественной (благодатной) радости; от неосознанного внутреннего страха, обусловленного нераскаянными грехами. А если голос совести беспокоит очень сильно, то развлечения порой приобретают характер одержимости. Попытки утопить тоску и скуку в вине, наркотиках, блуде, азарте ни к чему хорошему, как известно, не приводят.

Круг душевных терзаний, таким образом, замыкается. И "больные души", не имея сил к покаянию, начинают искать внешней помощи.

Одни (склонные к суевериям) поддаются на пропаганду оккультистов и возлагают надежды на магию и колдовство. Другие (мнящие себя достаточно образованными) прибегают к не менее страшной по своим последствиям суггестивной (внушающей) терапии.

Цена ощущения

При аутосуггестии (самовнушении) даже в самых "безобидных" ее проявлениях (например, аутогенная тренировка по формуле "я здоров") иллюзия исцеления возникает достаточно часто, но лишь на короткое время (до возобновления болезни или возникновения ее на новом месте).

Результат такого "лечения", вследствие самообмана (ложного ощущения), оказывается близким к последствиям медикаментозной терапии с использованием токсичных препаратов, от действия которых, как известно, наряду с улучшением самочувствия возникает побочный вредный эффект.

Душа, обманувшая себя внушением ложного ощущения, теряет контроль за ходом органических процессов. Тело остается как бы предоставленным самому себе. Если заболевание не очень опасно, то все может сойти благополучно (чисто соматически) за счет избытка внешней энергии (тепла, света, питания). Однако когда болезнь серьезная и внешней энергии для ее преодоления мало, тогда душевный самообман (при скрытом развитии недуга) обходится дорого. Иллюзия облегчения от внушения больным самому себе, что он "здоров", чревата не только последующим осложнением, но и переходом болезни на соседние органы.

При этом латентная (скрытая) фаза нового заболевания остается незамеченной под видом временного мнимого исцеления.

В духовно-нравственном плане это выглядит так. Внушение не устраняет внутренней причины, например, наказания за грех, не очищает душу покаянием, не уравновешивает ее ни смирением, ни тем более благодарением Бога за вразумление. Ложь (один из смертных грехов) нечистоту души еще и усугубляет. Душа остается больной. Причина телесных страданий не устраняется.

Значит, надо полагать, после такого "лечения" болезнь тела должна возобновиться и скорее всего усилиться, с большой вероятностью поражения других (прежде здоровых) органов.

При активном самовнушении (медитации) ложь переходит из сферы ощущений уже в область представлений (образов "исцеляющих потоков света", чьих-то "исцеляющих рук" и других фантазий). Это — при всех вышеизложенных недостатках метода — расшатывает структуру сознания. Длительное увлечение медитативной практикой приводит к появлению галлюцинаторных психотических симптомов. Раньше всех этим заболевают экзальтированные дамы. Оккультисты (учителя йоги и др.) уверяют больных в появлении у них особых даров (астрального зрения). Когда же образы "приходящих духов" и "голоса оттуда" становятся неотвязчивыми, тогда "учителя" бегут, а "ученики" поступают в психиатрическую клинику.

На языке Православия все это называется диавольской прелестью и ведет к одержимости (беснованию).

При гетеросуггестии (внушении со стороны) ко всему прочему добавляется разрушение защитных механизмов воли. Все, кто добровольно подвергают себя гипнозу или воздействию так называемым "биополем" со стороны другого лица (суггестора), неизбежно становятся гипнабельными (склонными к внешнему воздействию).

По мере повторения "сеансов" гипнабельность растет и приобретает свойство наркоманической привязанности. После каждого "успешного исцеления" гипнабельным больным вскоре становится хуже, и они пускаются в погоню за новыми, "более сильными" гипнотизерами или экстрасенсами. И так до психбольницы, до полной утраты здоровья, до преждевременной смерти (в расплату за духовное невежество).

Ведь на самом деле никакой "целительной" биоэнергии в природе не существует. Есть физические излучения от биологических объектов (магнетизм, электричество, тепловой спектр, ультразвук и т. д.). Они регистрируются приборами и ощущаются иногда нервнобольными людьми с так называемой повышенной сенситивностыо.

Сами по себе эти люди глубоко несчастны. Представьте себе на минуту, что вы слышите не только звуки, но и ультразвуки (весь спектр окружающих свистов и писков); не только в своей комнате, но и во всех соседних квартирах. Или видите инфракрасные тепловые излучения вместо реальных человеческих лиц.

Вот до таких болезненных (патологических) состояний доводят людей, в основном женщин, во всевозможных "центрах медитации", "школах бесконтактного (биоэнергетического) массажа" и т. д. И выдают это душевредительство за "приобретение экстрасенсорных способностей".

В лечебном плане, биофизические излучения ничего не значат. А если и вызывают субъективные ощущения "улучшения" самочувствия, то в основном за счет самовнушения по известной уже схеме. Бывают еще иллюзии исцелений при внедрении инородных духов (демонов) на сеансах "белой магии", якобы полезной, в отличие от "черной". Но это уже другой уровень патологии (не психической, а духовной), именуемый беснованием. И в этом случае психиатры бессильны, а Церковная помощь возможна лишь после глубокого раскаяния.

Резервы души

Конечно, без внутренней душевной (психической) энергии не обходится ни одно живое существо о чем мы говорили ранее. Но это не собственная "биоэнергия", а порция благодати, даруемая Творцом человеку на его временную земную жизнь. Ее нельзя ни отнять, ни передать. Но можно неразумно израсходовать раньше времени. Пополнить ее можно только стяжанием благодати в Церковном общении с Богом. Да и то, не по нашему желанию, а по воле Божией, в награду за нравственные и аскетические подвиги.

Мы упоминали уже о "втором начале термодинамики", согласно которому "каждая система, предоставленная самой себе, следует в направлении от порядка к беспорядку" (хаосу). Одним словом, без дополнительного внешнего источника энергии любая физическая система сначала перестает функционировать (живая умирает), затем распадается на части и элементы (разлагается). Неодушевленная материя по закону упадка (возрастания энтропии) из целых вещей стремится к обращению в пыль. Так, останавливаются и разваливаются машины, трещат и осыпаются горы, идет эрозия почвы и т. д.

Но в природе, Силою свыше, все обновляется. Из вулканической лавы формируются новые горы, растительный перегной образует очередные слои плодородной земли, совершается круговорот воды, рождаются живые существа. Люди переплавляют металлы и производят новые машины.

Первое начало термодинамики утверждает, что "энергия не возникает из ничего и не исчезает, а лишь переходит из одной формы в другую". Однажды сотворенное Богом и отпущенное природе общее количество энергии (также и материи) во Вселенной остается неизменным. Все частное в мире подвержено возрастанию энтропии, но при этом мир остается относительно целым, ибо существует по благодати Божией — единственной нетварной и неиссякаемой энергии мироздания.

Остальные сотворенные энергии ограничены в объемах, и в отношении Духа Божия даже материальны. Вспомним, что эфирные духи (Ангелы и человеческие души), имеющие образ (форму и размеры), в сравнении с Духом Абсолютным, по сути, являются телами. А если они тела, то, значит, части целого. Без энергии свыше (в отрыве от Источника) они существовать не могут. И такая энергия (благодать) всем существам дается.

Ангелы света получают ее постоянно и живут вечно. Люди, живя в раю, также получали ее без ограничений, питаясь плодами "древа жизни". Однако, разорвав первородную связь с Богом, человек оказался как бы в "автономном плавании". И если его душа после смерти продолжает жить по небесным законам, то тело получает запас жизненной силы лишь на определенный земной срок.

Наличие резервной энергии души всем очевидно без знания законов онтологии. Но одновременно онтологическое невежество не позволяет многим определиться с ее истинным назначением.

Одни выдумывают мифы про подсознательные пансексуальные силы (энергию либидо). Это так называемые "психоаналитики" — фрейдисты. Другие ("парапсихологи") непрестанно твердят о биополях, телепатии, магнетизме и т. п. Любопытно, что тех и других у нас теперь кое-где готовят на кратковременных частных курсах (вместе с бухгалтерами и парикмахерами).

Что же касается профессиональных психологов, то они давно уже обратили внимание на наличие у человека особых сил, именуемы хрезервной стресс-энергией. Благодаря ее запасам люди могут выживать в экстремальных ситуациях (на войне, во время голода и болезней, при стихийных бедствиях и т. д.). В стрессовом напряжении людям удается некоторое время существовать на пределе и даже за пределами своих физических возможностей. Однако растрата этих не безграничных резервов закономерно ведет к подрыву здоровья и сокращению срока жизни.

Вот здесь-то нам и стоит подумать: нужно ли по любому ничтожному поводу (или просто "впрок") заниматься мобилизацией так называемых "скрытых внутренних резервов организма"? Об этих "скрытых резервах" стало модно говорить на всех углах. И более всего здесь усердствуют те, кто понятия не имеет, о чем идет речь. "Резервами", если мы вспомним, уважаемый профессор-нейрохирург С. М. Блинков именовал то, что невозможно было объяснить без признания бытия души. И мы, в принципе, тоже не против термина "резервы". Но с одной оговоркой: вещи надо называть своими именами.

Поскольку теперь человек живет не в раю (не допущен до времени к плодам "древа жизни"), то на него, как на все остальное в природе, распространяется известный закон возрастания энтропии.

Благодать отпускается душе на определенный срок и в определенном количестве. Не расходовать стресс-энергию, как пытаются делать йоги, мы все равно не можем. Без стрессов и разного рода усилий в жизни нам не обойтись. Хотим мы того или нет, но силы наши утекают день за днем, как песок в песочных часах.

Пополнять душу стяжанием благодати (молитвою, постом, смирением и т. д.) мы, как было сказано, можем, но и то не по "своему хотению", а по милости Бога. Например, в награду за добрые дела, праведность, воинский или монашеский подвиг. Тогда явный перерасход стресс-энергии (сверхчеловеческие усилия) даже при неоднократном повторении (многолетнем подвижничестве) не приводит к заметному ухудшению здоровья и не снижает долголетия. Но это, повторяем, если расход энергии нравственно оправдан, и кроме того, воля Всевышнего нам здесь неизвестна. Так что внешних суждений на этот счет быть не может.

В прочих случаях (обычных), то есть в "безблагодатных условиях" жизни, стратегия здоровья сводится к следующему: чем меньше стрессов, тем дольше жизнь. Если же легкомысленные люди начинают добровольно "участвовать в делах тьмы", соблазняются посулами лжепророков (аферистов, шарлатанов, преступников), то "мобилизация резервов" обходится им очень дорого.

Простаков, обманутых надеждами на чудо, или обнадеженных "скорым исцелением" болящих, оккультисты заставляют то концентрироваться, то расслабляться (в зависимости от психотехники), но всегда по воле суггестора (внушающего).

"Перекачка" душевной энергии с места на место нарушает равновесие внутренних сил. В результате у больных иногда возникают концентрации экстремального уровня. Болевые симптомы при этом снимаются. Но какой ценой? Девять десятых израсходованных резервов уходят на ветер. И тогда человек лишается возможности выжить при очередной тяжелой болезни.

В первое время многие пациенты экстрасенсов и магов действительно чувствуют облегчение. Но вскоре им становится хуже, и требуется новый сеанс. А там все повторяется и ситуация усложняется. Еще ряд "исцелений" — обвал здоровья и конец. Наиболее истощенным делается плохо сразу после очередных биоэнергетических сеансов, но их жалобы уже никого не волнуют. Они тонут в море суеверных надежд, подогреваемых точно рассчитанной рекламой.

Для социально-конформной массы важен не здравый смысл, а то, что "карма", "биополе", гороскопы и прочие суеверия нынче в моде. А откуда это взялось, зачем творится, и как высока цена расточительности — энтузиастам использования своих "скрытых резервов" думать, как правило, некогда.

Внутренний разрыв

При возникновении ложных ощущений и представлений происходят психосоматические разрывы по границам души и тела. В эти душевно-телесные "пустоты" врываются невидимые носители болезней. Ткани мертвеют от недостатка душевного света, но это еще не злые духи.

При заигрывании с так называемыми "космическими" (читай: демоническими) силами заблуждения человека заходят дальше представлений. Ложь поражает мировоззрение. А это уже духовная травма — разрыв между духом и душой, именуемый еще "внутренним разрывом".

Зло, при разделении души и духа, открывает доступ в сознание всевозможных нечистот (голосов, видений и т. д.). Дезориентация мировоззрения начинается с потребности в ложных откровениях, а заканчивается галлюцинациями, бредом и полной одержимостью. Например, внедренный на сеансе гипноза "ученый бес" может говорить на любом иностранном языке, писать стихи, феноменально считать, водить руками пианиста-виртуоза и т. д.

Кодировщики сажают в душу алкоголика беса страха. Зато по истечении срока (когда бес выходит) у больного просыпается такая жажда пьянства, что он запивает иногда до смерти. Многие после сеансов какой-нибудь "бабы Нюры", отправляясь в Церковь, начинают вдруг лаять, визжать, кататься по полу и т. д.

Не все психические больные бесноваты, но все одержимые психически больны. Методами психиатрии духовная болезнь (демонизм) не излечивается, а в настоящее время даже не диагностируется.

До революции Православно верующие психиатры применяли очень простой и безотказный тест. Больному предлагали для питья стакан воды на выбор из десяти. Девять стаканов были наполнены святой водой (освященной в Церкви по специальному чину), а десятый наполнялся водою обычной. И в каком бы порядке их не поставили, "бесноватый" безошибочно хватал стакан обычной воды. Тогда для лечения его применяли экзорцизм (изгнание беса), которое производится только в Православной Церкви и очень немногими священниками.

Подробнее говорить об этом можно лишь с людьми крещеными и верующими в категориях Православия. Нецерковным же людям хочется напомнить о том, что колдуны и прочие "целители" тоже занимаются якобы "изгнанием бесов". Но это сущая ложь, ибо в их сатанинские задачи входит как раз обратное.

Не только при гетеросуггестии и насаждении патогенных суеверий калечатся души людей. Распыление эмоциональной энергии по страстям теперь производится в куда больших масштабах. Взять хотя бы "футбольные страсти", или воздействие рок-музыки на современную молодежь.

Массовое беснование болельщиков и зрителей некоторые "специалисты" считают даже "полезным" освобождением от накоплений негативной эмоциональности. Вместо того, чтобы бороться со злом, не впускать его в себя, "благодетели человечества" рекомендуют сначала безоглядно грешить, а затем "вытряхиваться" в оргиях. Тогда вместе с "духовной грязью", уходят на ветер и "резервы души". А страх и гнев (наши главные психовампиры), помноженные на разврат, пьянство и прочее зло, дополняют апокалиптическую картину деградации и вырождения.

Страх, как мы знаем, чувство фундаментальное! Он возникает спонтанно в комплексе прочих грехов. В массовом сознании страхи культивируются на уровне "художественных" ужасов, пропаганды насилия и пугающих слухов.

Гнев — оборотная сторона страха. Его разновидности внедряются в культуру "цивилизованных" людей более настойчиво (и зачастую весьма тонко). Начиная с идей классовой борьбы, межрелигиозной и межнациональной розни, и заканчивая спортивной злостью, яростью азарта и т. д. Людям давно известно, что в битве, когда никто, естественно, не думает об "экономии резервов", гневная ярость придает бойцам силы для победы.

Даже Христианские воины в сражениях "пылали праведным гневом". Но потом, на исповеди, они сокрушались о нарушении заповеди любви, в том числе к врагам.

Древним язычникам заповеди Закона Божия не были знакомы: ни заповедь любви к ближнему, ни прощение обид и прегрешений, ни стремление ко святому бесстрастию. Наоборот, эротизм, кровавые игрища, групповые оргии почитались за благо. Демонизм в язычестве носил религиозный характер. В праздники на "встречи" с "демонами" (языческими богами) выходили толпы народа. Отсюда и пришло к нам греческое слово "демонстрация". А ныне истероидное поведение психиатрами квалифицируется как демонстративное (подобное встрече с демонами).

В сферах демонических культов и производных от них культур развивалась и соответствующая психотехника: йога, тантризм, ведизм и т. д. Особенно ценилась у древних народов воинская одержимость. Это было настоящее бешенство, при котором адепты языческих сект (например, скандинавские берсерки), предававшие себя во власть "потусторонних сил", в бою теряли сознание (наподобие эпилептического пароксизма) и дрались, уже ничего не помня. При этом они были очень "сильны", "точны" и "неуязвимы".

Многие бешеные воины увлекались до того, что буквально "выходили из себя" и видели свое сражающееся тело со стороны. В странах индокитайского региона этот вид демонизма приобрел особо изощренные формы.

Адепты школ так называемых "восточных единоборств", в основном буддийские монахи, методом упорной психофизической тренировки добивались "выхода из себя", не испытывая гневной ярости (как бы бесстрастно), и затем "созерцали" себя дерущимися со стороны. Какой дух владел тогда их телами — можно догадаться, если они рубили ладонями кирпичи, бегали по потолку и т. п.

Теперь эти сатанинские психотехники навязчиво предлагаются нашим детям взамен нормальной физкультуры, а всем, кто пойдет на это, реклама сулит неисчислимые "оздоровительные блага". На деле же мы получаем то, что теперь называют "проблемами современной молодежи".

Плоды увлечений

К мобилизации "внутренних резервов" призывают не только экстрасенсы и любители восточной экзотики. Волна моды на "биоэнергетику" захватила и другие сферы людских увлечений, в частности, неформальные в прошлом клубы "здорового образа жизни".

Еще недавно (до восьмидесятых годов) немногочисленные, притесняемые властями энтузиасты "моржевания" находили свое удовольствие в зимнем купании и гордились успехами в "достижении здоровья".

В большинстве своем это были люди не молодые, давно потерявшие надежду на эффективность медицинской помощи. Для них ледяной стресс (действительно мобилизующий резервы, и соответственно, их расход) был на тот момент по-своему "полезен".

Не зная наперед, кому сколько осталось быть на земле (Богу ведомо), жизнерадостные (что немаловажно) "старички" приобретали хорошее самочувствие с гарантией на несколько дет за счет последних резервов души. Выглядело это достаточно умилительно, и надо сказать, зимнее купание для любителей — вещь приятная.

В стрессовом взбадривании дряхлеющих и болеющих тел ничего плохого в общем-то нет. За неимением покаяния это несомненно лучше уныния и пьянства. Но ведь "лиха беда начало". На смену "старым моржам" в канун "перестройки" пришли "новаторы здоровья" (из числа дилетантов, конечно) и потащили в прорубь грудных детей. И началось уже не "моржевание", а языческое "поклонение природе" и ее идолу — Порфирию Иванову. Началось хождение босиком с медитацией и дыхательной гимнастикой, с диетами и голоданием. Одним словом, начался "оздоровительный бум".

Не утруждая себя здравым рассуждением и даже не испытав процедур на себе, молодые экзальтированные мамы толпами понеслись к "ледяным купелям" с младенцами на руках. За тем, чтобы "учителя" (оккультисты) совершили над ними обряды языческого "посвящения" и потом регулярно окунали малюток в прорубь. Кто-то пустил слух, что "от холодового удара в мозгу у ребенка якобы открываются резервы неслыханных возможностей".

Все те же пресловутые "резервы" и все те же посулы для легковерных: от "гарантий" экстраординарного здоровья до творческой гениальности и магических сил. Все, как прежде, у "змея-искусителя". Тогда твари, вкусившей тварный же плод, обещаны были качества Творца. А теперь без благодати, без труда (как бы с черного хода), окунанием, обливанием, голоданием, босохождением и самовнушением человеку предлагают достичь чуть ли не бессмертия. Ладно хоть этим, а то еще чище: "Один сеанс — и вы здоровы".

Где теперь "учителя"-гастролеры, и что с детьми, которых с двухнедельного возраста регулярно пытали ледяными стрессами, пока не прошел "оздоровительный" бум, и не начался колдовской шабаш? Ведь чего тогда только не делали. Например, самые одиозные из "ивановцев" пытались достичь аутотрофности (самопитания) за счет голодания и потребления одной "биоэнергии". Наслушавшись лекций Г. С. Шаталовой, неразумные мамы (из той же, в основном, среды) лишали своих малышей животных белков. В результате, около 1986 года реанимационные отделения больниц Петербурга одно время оказались переполнены детьми с признаками дистрофии.

Одни, в надежде на необычайные перспективы, усиленно дышали по системе А. Н. Стрельниковой (учителя музыки на пенсии). Другие, помня наставления доктора К. П. Бутейко, старались не дышать — копили в крови углекислый газ, "чтобы не гореть в кислороде". Потом оказалось, что избыток углекислоты способствует развитию раковых клеток.

И так во всем, за что ни хватались незадачливые энтузиасты, результаты оздоровления оказывались в основном "липовыми" и даже вредными.

Меньше всех прогадали умеренные физкультурники, предпочитавшие традиционную зарядку, обычное закаливание и пробежки на свежем воздухе, но даже и здесь не обошлось без неприятностей. Одно дело — поддерживать себя в тонусе людям тренированным и в целом здоровым; другое дело — оздоровительный "бег от инфаркта". Сколько больных людей, обнадеженных рекламой, ухватилось за эту непроверенную "соломинку".

Когда минуло полтора десятилетия и мода на "оздоровительный бег" стала проходить сама собой, автор знаменитой "аэробики" (не путать с ритмической гимнастикой) Купер, по результатам своих многолетних исследований заключил: "Если вы будете пробегать более пяти километров пять раз в неделю, то вы прибежите к чему угодно, но только не к здоровью" (К. Купер. "Аэробика для хорошего самочувствия". М.: "ФиС", 1987 г.)

Признание делает честь автору, десять лет распространявшему на весь мир свои "аэробические таблицы" нагрузок (вплоть до взбегания по лестницам до верхних этажей), и одновременно оно вызывает раздумья.

Что это? Запоздалое осознание или диавольская насмешка над тысячами доверчивых людей, подорвавших здоровье и уже ушедших раньше времени в могилу (без покаяния). А ведь бег (что может быть проще?) — это всем с детства знакомая физкультура. Не сорокадневная голодовка, не ледяная ванна, не погружение в транс с "выходом из себя".

Однако даже бег, как и всякая физическая тренировка, относится к "мобилизации резервов". Нагрузка дает стресс. Большая нагрузка подобна экстремальной ситуации и, следовательно, ведет к усиленному расходу "стресс-энергии". Тренировка нужна воинам и спортсменам для выполнения боевых задач. Но к оздоровлению и тем паче к омоложению изнурительные занятия не приводят.

Наоборот, экстренный расход резервных сил сокращает земной срок человека. А иллюзии "самооздоровления", без благодатных нравственных изменений (покаяния и смирения), без обновления души светом любви, только отнимают у нас драгоценное время.

9. Оптимистический финал

Разум и долголетие

Итак, из вышеизложенного вытекает, что по собственному произволу людям не дано продлять свою временную телесную жизнь. Все известные попытки в этом направлении особого успеха никому не принесли.

Одновременно мы знаем, что несмотря на возможность умереть еще в утробе матери (не родившись), некоторым, на фоне среднестатистических 60–70 лет, удается доживать до 120 лет и более. Как объяснить столь заметную разницу с духовной точки зрения?

Для начала припомним, что умственные и нравственные упражнения (очищение души) и стяжание благодати подвигами благочестия влияют на качество жизни самым благоприятным образом. Во всяком случае, не дают мозговым структурам атрофироваться вследствие мыслительной "гиподинамии".

Дистрофия мозга, сопутствующая психическому маразму (распадению личности), статистически достоверно развивается у тех, кто рано утрачивает творческий интерес к жизни: к познанию мира, самого себя, и, тем более, к познанию Бога. Особенно это справедливо для тех, кто с юности до старости проводит досуг в бесцельной праздности: у телевизора, за картами, с бутылкой и т. п.

При таком не развивающем личность "прозябании" приобретаемая умственная неполноценность отражается на морфологии мозга. И его дистрофические изменения, по принципу единства организма, сказываются на общем здоровье и долголетии.

В то время, когда мозг, по последним данным науки, должен достигать своего расцвета в семьдесят лет (пора мудрости), у многих "счастливчиков", вообще доживших до этого возраста, уже активно развивается сенильная деменеция (старческое слабоумие). И вместо свидетельства бессмертия мудрой и по-юному живой души, на фоне дряхлеющего тела является угасание человеческих функций, подобное психической деградации бессловесных животных.

Из медицинской практики мы знаем, что физическое здоровье обеспечивается не одним дыханием и питанием, не только отдыхом и необходимой динамической нагрузкой на мышцы. Здоровье тела немыслимо также без качественного очищения организма от ядов и шлаков. Однако и этого недостаточно при постоянном загрязнении сознания.

Мозг — центр высшей нервной деятельности, от состояния которого зависит здоровье всего тела, должен быть чистым прежде всего. Биологически он защищен от проникновения ядов лучше, чем любой другой орган, но как физическая субстанция сознания мозг особо нуждается в чистоте мыслей, в здоровой воле, в наличии совести, высоких чувств и положительных эмоций.

Сила духа и душевное равновесие обеспечивают нам закономерное продление телесной молодости при сохранении здравого рассудка до последней минуты жизни.

Среди феноменальных долгожителей практически не встречаются люди ленивые, развратные и злые, хотя у некоторых, доживающих до ста и более лет, наблюдаются отдельные признаки сенильной деменеции. Что же касается "чистых сердцем" праведников, подвижников веры и благочестия, то они старческим слабоумием вообще не страдают.

У Православных христиан старость считается желанной порой, когда над смиренной годами немощной плотью окончательно воцаряется торжествующий дух. И мозг, развитый мудрым благомыслием, в семьдесят лет функционирует с максимальной отдачей. Как раз в соответствии "с последними данными биологической науки".

Промыслительно Бог дает людям время телесной молодости для исполнения мирских обязанностей: деторождения, воспитания потомства, приобретения знаний и навыков, реализации творческих способностей. А затем должны следовать житейская мудрость и торжество бессмертного духа как последняя ступень перед восхождением в "Царство вечной жизни".

Так должно быть. Но, к сожалению, долгая повседневная бездуховность не многих приводит к такому торжеству. А совершение тяжких (смертных) грехов вообще укорачивает жизнь вдвое.

В Библии сказано: "Кровожадные и коварные не доживут и до половины дней своих" (Псал. 54, ст. 24). Такова судьба многих "мафиози" и других преступников. О самих же днях говорится так: "Дней лет наших — семьдесят лет, а при большей крепости — восемьдесят лет; и самая лучшая пора их — труд и болезнь" (Псал. 89, ст. 10). И этот, Богом определенный, средний рубеж человечество не смогло преодолеть на протяжении всей своей истории.

Не нашли "элексира молодости" ни древние китайские мудрецы, ни индийские йоги, ни средневековые алхимики. Никаких успехов не добилась и современная геронтология (наука о старости).

Да и что" дает человеку искусственное оттягивание времени судного дня? Тем более, когда оно добывается ценой "продажи души" или страшным преступлением. Взять хотя бы попытки "омоложения" препаратами из плоти детей, убиваемых при абортах. Или еще страшнее — лекарства из крови шестимесячных младенцев, заколотых после искусственных преждевременных родов. Делается это у нас в России с позволения властей, профессиональными врачами, и с согласия матерей (если можно назвать этих чудовищ матерями). Да еще и по телевизору транслируется как норма современности.

И кто-то, спокойно взирая на этот апокалиптический ужас, всерьез надеется таким образом "омолодиться"? А потом жить, совмещая "цивилизованное" людоедство с прочими ужасами (художественными, политическими, идеологическими).

Да не дерзнем после этого заикаться о возможности продления дней своих. Слава Богу, что наш грешный мир еще вообще существует, и у кого-то остается шанс на покаяние.

Кстати, всем крещеным, кто видел подобное на экране и не возмутился духом, следует покаяться, дабы на Страшном Суде не оказаться в числе соучастников "избиения младенцев " в России, и не пойти в вечный огонь заодно с людоедами.

Времени у каждого из нас не так уж много. А дано оно нам для решения всего двух вопросов: "Хотим ли мы жить вечно? И будем ли мы вечно жить?" По благодати Божией, при условии покаяния и обращения к добру, человек может получить не только спасительное прощение грехов, но и все необходимые блага в этой земной жизни. В частности, многие получают награду за исполнение пятой заповеди Закона Божия: "Почитай отца твоего и мать твою, чтобы продлились дни твои на земле" (Кн. Исход, гл. 20, ст. 12), в том числе, наверно, и знаменитые "кавказские долгожители", чье почтение к родителям общеизвестно.

Еще больше приобретает человек, исполняющий все десять заповедей, и с ними главную (обобщающую Закон) заповедь любви: "Возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всем разумением твоим" (еванг. от Матфея, гл. 22, ст. 37). И вторую, подобную ей: "Возлюби ближнего твоего, как самого себя" (Еванг. от Матфея, гл. 22, ст. 39).

Исполнителям заповеди любви Господь отвечает: "За то, что он возлюбил Меня, избавлю его; защищу его… Долготою дней насыщу его, и явлю ему спасение Мое" (Псал. 90, ст. 14, 16).

Исполнение нравственного закона, чистота помыслов и молитвенный призыв о помощи открывают душу человека к принятию благодати — уже известной нам Божественной энергии, стяжание которой сопряжено с покаянием, смирением и участием в Церковных Таинствах: Крещения, Миропомазания, Исповеди и Причащения.

Благодать покрывает все духовные и психические издержки человека и развивает его умственную активность (а с нею здоровье мозга и всего тела) в тот период, когда безблагодатный (ленивый и развращенный) разум уже истощается (около шестидесяти лет) и катастрофически деградирует.

Обычная (мирская) активизация ума познавательной деятельностью и жизнь по совести позволяют использовать отпущенное время достаточно рационально, но далеко не так плодотворно, как при освящении благодатью.

По многолетним данным (достаточно просмотреть архивы монастырей), мировое первенство в активном долголетии занимают именно Православные монахи. Те кто мало едят, мало спят, много молятся, постятся и трудятся. Доживание до девяносто и до ста с лишним лет среди подвижников благочестия дело обычное, хотя их самих проблемы долголетия не занимают вовсе.

Ради торжества бессмертного духа Святые Отцы в течении многих десятилетий смиряли свою тленную плоть такими подвигами поста, которые не снились ни йогам, ни современным энтузиастам голодания. Но они делали это с непрестанной молитвой и, конечно, не для телесного омоложения. В смирении перед Богом "распиная" свою природную греховность, преподобные старцы стяжали изобилие благодати, не сравнимое с тем, какое дается обычным людям. В результате, по их молитвам, совершались великие чудеса, а иссохшие старческие тела их не только легко справлялись с тяжелой физической работой, но иногда, во время моления, воспаряли над землей.

Врата вечности

До сих пор мы говорили о здоровье в основном в смысле самочувствия и телесного долголетия; чуть коснувшись обетования Бога о грядущем всеобщем воскресении из мертвых, указали на его онтологические предпосылки и физическую реальность; кратко напомнили о явлении в мир Спасителя, Сына Божия Иисуса Христа.

Трудно рассчитывать, что эти отрывочные сведения сразу обратят читателей в образцовых Православных Христиан. Но дать информацию к размышлению, озадачить кое-кого проблемами духовно-нравственного оздоровления мы все же надеемся.

И если для большинства людей (вне зависимости от прочих ценностных ориентации) ценность практического здоровья несомненна, а оно есть явление относительное, то не большей ли ценностью представляется здоровье абсолютное? Ведь Христос Спаситель, воскреснув из мертвых, в течении сорока дней являлся ученикам, показывая им совершенство вечной обоженой плоти. Вечное тело способно потреблять земную пищу (Христос ел перед учениками), но также и не нуждается в ней. Оно проходит сквозь стены, возносится над землей, не стареет, не болеет, не страдает, не умирает. Оно не может быть убито: отравлено, разрублено, сожжено и пр. Впрочем, обновленным совершенным телам ничто и не будет угрожать, ибо спасенные люди обретут их при всеобщем воскресении в новом уже мире, очищенном от зла.

Всю работу по спасению человека совершает Всемогущий Бог. От нас же требуется смирение перед Ним: вера, надежда, любовь, но прежде всего — сознательное отвержение от зла (покаяние).

Зачем это нужно, и в чем суть обретения вечного блаженства? Его еще называют вечным покоем, и кое-кто из проповедников страстности по этому поводу иронизирует. В их числе и писатель Марк Твен, вложивший в уста своего юного героя Гека Финна примитивные рассуждения о "скучности райской жизни".

Но посмотрим, к чему стремится душа на самом деле? Разве не к лесной и озерной тишине, от шума и суеты городской? Разве не к домашнему уюту после напряженного трудового дня? Ко сну от усталости; к смерти от старости или отчаяния (страха жизни). А как было бы хорошо бодрствовать, но не уставать; ни в чем не нуждаться; ничего не бояться; и ничего не желать, кроме созерцания красоты. Вечно участвовать в ее созидании и никогда не

досадовать по поводу ошибок. Но всегда благодарить Всеблагого Бога за помощь и наставление в истине.

Представить себе такое очень трудно. И даже могут показаться неинтересными радость без бурных эмоций; добро, не оттененное злом. Но добавим: не омраченное страхом неизвестности и унынием неизбежной обреченности на смерть. Такое ведь тоже не представить.

Чтобы хоть как-то приблизиться к образному пониманию блаженства, воспользуемся следующим сравнением.

Бурное море временной жизни постоянно грозит гибелью. Корабль жизни давно разбит, и человеку, задыхающемуся среди грозных валов, остается выбор между обессиливающим отчаянием (провалом в бездну) и призыванием на помощь Того, Кто может спасти, хотя Он и невидим. Пока помощь не подоспела, надо бороться самому. Бороться со злом в себе, убеждаясь в тщетности собственных усилий. Но, зная о Спасителе и веруя в Его помощь, человек не оставляет надежды; не отдается на волю волн, не плывет по течению к засасывающему водовороту. И тогда помощь приходит.

Вы уже теряете сознание в забытьи смерти; видите отверстые пасти акул и других чудовищ бездны, но все-таки оказываетесь на спасительном берегу. Лежите на теплом песке, устремив взгляд в безоблачное небо, созерцаете красоту и благодарите Спасителя, Которого по-прежнему еще не видите. Вам хорошо от сознания, что беда миновала и ничего более не требуется.

Впереди у вас вечность: первые шаги по новой неизведанной земле — необычайно прекрасной, бесконечной для познания и совершенно безопасной. Такими же прекрасными будут ваши встречи с совершенными, полными любви обитателями этого вечного мира. Наконец, вы когда-нибудь сподобитесь созерцания Самого Создателя, если будете достойны. Но вы, лежа на песке, не завидуете тем, кому в Царстве Небесном уготованы лучшие обители. Главное для вас состояние блаженства от сознания того, что все плохое для вас окончено. Вы спасены и никогда уже не будете обижены или встревожены, ибо в мире света нет зла, и ваша спасенная душа от него очищена навсегда.

Представить это состояние нам сегодня невозможно, так как со злом мы пока неразлучны. Однако изображенный образ желанного покоя души достаточно реален, и мгновения тихой радости (блаженства), когда-либо пережитые человеком, не могут уже быть забыты

Душа стремится к спасению, то есть к покою. Тело живет, пока движется. Покой для тела — остановка всех физиологических процессов. В вечности (по воскресении из мертвых) телу будет возвращена возможность двигаться, но без надрыва и усталости (в блаженном самочувствии). Душа тоже не успокоится совершенно, ибо движение мысли сохранится. Только течение мысли будет плавным, равновесным, — блаженным.

Полный абсолютный покой и одновременно полнейшее активное бытие свойственны одному Богу. Как такое может быть — нам непостижимо, но это условие нетождественности Творца и твари. Постигнуто оно умом и философски обосновано еще Платоном и Аристотелем. А у Святых Отцов подкреплено Божественным откровением и соборным сознанием.

Ученые-физики, в частности, Макс Планк, обратили внимание на стремление всех материальных и энергетических процессов к равновесию. К выбору кратчайшего пути его достижения. Как бы ни были активны животные и деятельны люди, конечная цель их усилий — насыщение и отдых. При этом смерть не может служить образом покоя. Ее приближение всегда тревожит душу, обостряет болезненные процессы в организме. На последнем этапе разгорается борьба (агония). А после смерти нет уже бытия живого организма. Даже последний миг земной жизни не связан с покоем, ибо это боль разрыва души и тела.

Потому-то обреченные на вечные муки демоны не могут обрести именно покоя. Потому они и убийцы, и проповедники страстей. Потому за грешников-людей Церковь молит Бога об упокоении их душ; вечный покой всегда понимается в Православии как синоним вечной жизни.

В невозмутимости покоя тварь обретает совершенство богоподобия. В зеркале озера отражаются небесные светила. В бурной воде их не видно. Океан смирения ниже всех шумно бегущих рек, потому он их поглощает. Оглянувшись во гневе, человек приходит в себя, как пришел в себя на чужбине Евангельский "блудный сын". А придя в себя, он сказал: "Встану, пойду к отцу моему и скажу ему: отче! я согрешил против неба и пред тобою" (Еванг. от Луки, гл. 15, ст. 18).

Как встретил заблудшего, но покаявшегося, любящий отец — знают даже не читавшие Священного Писания, ибо эта притча известна практически всем. И как блудному сыну, промотавшему свою часть имения, отец дает и кров, и одежду, и перстень на руку (с печатью хозяина), так и Отец наш Небесный прощает каждого, кто приходит в себя в этом веке, и возвращает смертным наследие Царства бесконечной жизни. Лишь бы душа наша не погибла здесь, на чужбине, в бурном море страстей, в сатанинской гордости. Лишь бы человек — образ Божий, вспомнил о своем истинном предназначении и, вспомнив, успел обратиться. Аминь.

Заключение

Завершается наша беседа. Сказано, конечно, далеко не все, и не совсем так, как бы хотелось автору. На бумаге теряется многое из того, что обычно удается выразить устно, в процессе непосредственного общения со слушателями.

Когда смотришь людям в глаза и ощущаешь обратную связь (душевный контакт), тогда легче становится расставлять необходимые акценты и точнее адресовать сведения тому, кто способен их понять и усвоить.

Отвержение нового и непривычного происходит у людей не от недостатка естественных объемов памяти, а в основном от несоответствия форм (идеологических стереотипов) самих интеллектуальных емкостей тому, что требуется вместить.

Как неудобно укладывать кирпичи в круглую тару, так тяжело кому-то на первых порах привыкать к мысли о своем личном бессмертии и великой ответственности за сей бесценный дар Творца.

Для усвоения вечных истин обезбоженному сознанию требуется большая гибкость и подвижность ума. Ведь ожившая душа отличается от погибающей, как сочные ветви от ломких засохших сучьев. Оздоровление душ невозможно без их смягчения добром. И тогда нравственные упражнения становятся чем-то вроде гимнастических растяжек или массажа, порою так необходимых для отвердевших мышц и суставов тела.

Совесть — это не только "скрепляющий цемент", но и лучший "пластификатор" ума. Живой монолит интеллекта, памяти, воли и чувств не может быть подобен мертвым каменным глыбам (твердым, и потому хрупким).

Малодушие, невежество, фанатизм сужают рамки сознания, ожесточают и окаменяют душу. Истина требует того, чтобы ее не только знали(ведали), но и исповедали сердцем.

Если знания вообще составляют количество сознания, то нравственная чистота обеспечивает их качество. "Блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят" (Еванг. от Матфея, гл.5, ст. 8).

Сознание, очищенное от лжи и суетных помыслов, обретает способность вмещать дотоле невместимое и видеть ранее невидимое. "Вера же, —  по слову св. апостола Павла, — есть осуществление ожидаемого и уверенность в невидимом" (Поел. к Евреям, гл. 11, ст. 1). Неверившему в реальность Воскресения св. апостолу Фоме явившийся Иисус Христос говорит: "Ты поверил, потому что увидел Меня; блаженны не видевшие и уверовавшие" (Еванг. от Иоанна, гл. 20, ст. 29).

В момент откровения Истины происходит преображение ума (метанойя). С интеллектуальных полок сметается хлам ненужных суетных знаний и суеверий. У одних от этого "захватывает дух" и происходит экзальтация, что по-своему опасно. Другие (таких обычно больше) начинают сопротивляться, требовать доказательств и спорить. Однако, независимо от исхода внутренней борьбы, сознание тех и других несколько расширяется. При здоровом восприятии (вере) сознание бурно растет, питаемое посылаемой свыше благодатью.

И не так важно, что при знакомстве с данной публикацией кое-кто из читающих смутится и даже возмутится. Это гораздо лучше, чем если бы книга осталась не раскрытой. А если прочитанное обдумывается и переживается, то значит, полезная работа ума совершается. Читателю здесь предлагается выбор: принять или не принять сообщение всерьез.

Это своего рода ассоциативный тест, не допускающий других ответов, кроме "да" и "нет", на вопрос: "Хотите ли вы жить вечно?" Любопытно, что при многолетних опросах множества людей у автора накопилась своеобразная статистика. Детские аудитории всегда дружно отвечают "Да!" У взрослых бывает по разному, но преобладает "Нет!". И, к сожалению, среди отвечающих отрицательно попадаются даже прихожане. Православных Храмов. Впрочем, православными их называть, видимо, рано — по недостатку понимания и маловерию. Не желая жить вечно, они, естественно, не спасаются.

И тем более не смеют причислять себя к числу спасающихся те, кто позволяет себе сочетать участие в благодатных таинствах Церкви с оккультными мерзостями (лечением у экстрасенсов, обращением к магам и колдунам, самозванным "священникам" и "бабам-целительницам"). Такие по церковному уставу подлежат отлучению (для начала на пять лет). Но могут быть приняты к Евхаристическому общению при условии глубокого и полного покаяния.

Тем же, кто еще не крещен и о своем воцерковлении до сих пор не задумывался, тоже кое-что можно посоветовать в плане укрепления структуры личности.

Для начала рекомендуется выписать на бумагу все виды зла, известные вам на данный момент; покаяться в том, что из этого списка совершалось лично вами и впредь стараться не творить ничего из написанного. Затем, через некоторое время (полгода, год) выписку можно повторить. Тогда список злых дел расширится за счет того, что раньше вами как зло не воспринималось. К явным беззакониям добавятся злодейства, тщательно скрываемые общественной моралью. Еще через полгода (в третьем списке) вскроются утонченные нравственные компромиссы, которых в начале и представить было нельзя.

И так шаг за шагом, последовательно отказываясь от вновь открываемых видов зла, вы придете к необходимости духовно сориентироваться. При сравнении нравственных эталонов вам станет очевидным безоговорочное превосходство Православной святости. И тогда же, примерно, возникнет потребность в благодатной помощи свыше, ибо своими силами внутреннее зло побеждать будет все труднее.

На первых порах Бог помогает человеку уже за то, что он покаялся и приступил к нравственной борьбе. В дальнейшем помощь подается в ответ на молитвенный призыв. Затем следуют награды за смирение, стяжание благодати в Церковных Таинствах и т. д.

Когда же все перечисленное будет исполнено (и уже в процессе этого), тогда по мере отказа от зла начнут спадать душевные путы (цепи малодушия), и начнется бурный личностный рост. Сознание вырастет настолько, что вы сможете не только всех прощать, все принимать и ничего не бояться, но даже полюбите своих врагов, снисходя к их духовной немощи.

Потребность в стяжании благодати окажется выше житейских забот, а зов совести навсегда восторжествует над страхом смерти. Интеллект улучшится, может быть, незначительно, но ум буквально преобразится. Все воспринимаемое станет понятным, ложь и коварство недоброжелателей очевидными, добро и зло реально различимыми. Пневмастению (слабость духа) заменит сила великодушия. И значит, не будет уже ни психастении (слабодушия), ни неврастении (телесной слабости нервов).

Такова перспектива духовного совершенства, лежащего в основе личного счастья. Ведь не те богаты, кто много имеет, а те, кому всегда достаточно того, что у них есть.

Напившийся воды "возжаждет опять" (Еванг. от Иоанна, гл. 4, ст. 13), но прильнувший к "Источнику жизни" избавляется от забот века сего. Бог решает его бытовые проблемы. И всякий, кто последует Евангельским заповедям, скоро убедится в непреложности слов Спасителя: "Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это все [земное] приложится вам" (Еванг. от Матфея, гл. 6, ст. 33).

Страх Божий — начало мудрости. Вершина мудрости — любовь. Между основанием и вершиной — пирамида человеческой личности.

Логике построения этой пирамиды мы старались уделить главное внимание, хотя, возможно, и не очень в этом преуспели. Но ориентир (направление пути для желающих) все же указан недвусмысленно.

И поэтому, на прощанье, к пожеланию здоровья и спасения души всем хочется напомнить три наставления св. апостола Павла из "Первого послания Коринфянам":

"Все мне позволительно, но не все полезно; все мне позволительно, но не все назидает" (гл. 10, ст. 23);

"Посему, кто думает, что он стоит, берегись, чтобы не упасть" (гл. 10, ст. 12);

"Кто думает, что он знает что-нибудь, тот ничего еще не знает так, как должно знать. Но кто любит Бога, тому дано знание от Него" (гл. 8, ст. 2, 3).

Content

Михайлов Юрий Петрович Наша Душа. Онтология психической реальности

От автора

1. Психологическая прелюдия

2. Сознание и мозг

3. Сознание и бытие

4. Душевные силы

5. Состояние души

6. Азы онтологии

7. Душа и тело

8. Психология здоровья

9. Оптимистический финал

Заключение