Левин Георгий

Спина Фортуны

Вся жизнь двухцветная тельняшка,

За белой полосой в ней, увы

Полоса чёрная идёт…

Но и она не бесконечна

Кого-то встреча с полосою

Другого цвета ждёт

А это как уж повезёт…

Глава 1

Счастливая мирная жизнь заставляет людей не замечать бегущего времени. Они счастливы и живут этим счастьем, наслаждаясь жизнью. За полог времени заглянуть не могут, да и не стремятся. Летящие годы замечают только по седине в своих волосах и взрослеющих детях. Тогда и появляется грусть о пролетевших годах, да грусть, а не сожаление. Тогда человек оглядывается вокруг и замечает меняющуюся жизнь. Шли годы. Менялись кирты. Менялась жизнь. От прошедшего времени оставались одни воспоминания. Но было и то, что оставалось неизменным на протяжении всего проходящего времени. Это была человеческая память и то, что напоминало ей о героическом прошлом. На главной планете созвездия Лебедя стоял постамент, поставленный в память об ИНЧАХ, а в бывшем дворце первого кирта располагался пантеон армады. В стены его залов памяти были вмурованы мраморные плиты, на которых были высечены имена погибших воинов армады. Мирное время отразилось на этих плитах тем, что уже много лет они не пополнялись именами воинов армады погибших в ходе боёв. Пополнялся пантеон только портретами киртов, отработавшими положенный срок на этой должности. Они сменялись и их портреты занимали стены переходов и новые залы, увеличивали галерею изображений живых правителей Вселенной людей. Со временем эти люди уходили, так как все люди смертны, но память о них оставалась в портретах этих залов и галерей. Портреты выполняли по старой технологии, их рисовали лучшие живописцы на холсте красками. Эта техника изготовления портретов-картин была специально восстановлена по старинным рецептам, сохранившихся в памяти компьютеров. Неизменным было и главное. Портрет КИРТА-ИНЧА был больших размеров, чем остальные портреты. Последние были размером в его половину, это стало строгим правилом. Не нарушаемым никогда. Ещё одним новшеством, этого времени была клумба, раскинувшаяся возле постамента-памятника ИНЧАМ и КИРТУ-ИНЧУ, на ней круглый год цвели цветы. В этом поясе планеты, климат был очень мягким, зимы не было, а была вечная весна. Цветы на этой клумбе были обычными полевыми цветами со всех планет Вселенной людей. Их привозили и обновляли постоянно, клумба всегда пестрела свежими цветами. Память об ИНЧАХ жила в сознании всех. Любой ребёнок мог ответить на вопрос:

— Что это за постамент? Кто эти люди? Почему он стоит именно здесь?

Неумолимое время из памяти людей вытравить ничего не сумело. Каждый год здесь у постамента, приносили присягу верности человечеству молодые офицеры армады. Для каждого жителя Вселенной людей считалось обязательным хотя бы раз в жизни побывать здесь, пройтись по залам этого дворца и увезти память о нём в своём сердце и душе. Люди всех планет мечтали побывать здесь, побродить по залам и галереям этого святого места доблести и скорби.

Со времени первого прихода ИНЧЕЙ прошло уже 467 лет, и 383 года прошло со дня исчезновения КИРТА-ИНЧА вместе со свильктами. Много сказок и легенд рассказывали о тех прошедших днях и событиях тех лет. В памяти поколений всегда жила память об этих пришельцах, а с проходящими годами их образы и дела обрастали вымыслами. Люди умели создавать сказки!

Особо любимой и почитаемой всеми была легенда о КИРТЕ, спасителе Вселенной людей, создавшем непобедимую армаду этого мира. Оканчивалась она так:

«Он ушёл, ибо его долг, он был Стражем Вселенной, призвал его в другое место, где творилась несправедливость, полыхала война, гибли наделённые разумом существа. Туда же устремились грозные корабли армад и непобедимые воины ИНЧИ, их вёл лучший полководец их расы Рит Зугава, Великий КИРТ. Их победа была предопределена этим, они положили конец всем войнам и установили мир. КИРТ остался охранять эти миры, как когда-то он это делал в нашей Вселенной. Он учил и готовил воинов нашей Вселенной, как резерв и смену своим воинам. Долг людей постоянно учится искусству воинов, чтобы в нужный момент выполнить наказ КИРТА и сменить его уставших воинов. Он пришлёт за нами гонца, когда найдёт нужным, или когда настанет такая необходимость. Тогда люди и исполнят свой долг перед ИНЧАМИ. Они встанут под знамя КИРТА ИНЧЕЙ и отдадут свой долг спасителям. Это будет самое счастливое время для людей! Не жалея сил и жизней люди исполнят это. Ибо это долг и предназначение каждого человека, живущего во Вселенной людей. А пока назначение людей готовиться и ждать, когда их призовут исполнить свой долг. И КИРТ может быть уверен, они все его исполнят…»

В эту сказку верили все люди. Другие расы тоже не отставали. В их легендах раса людей была расой избранной Владыками. Люди об этих легендах узнали быстро. Дело в том, что на Даре появились здания странной для человеческих глаз постройки. В них жили послы других разумных рас Вселенной.

Случилось то, что должно было случиться. Жить, отгородившись от всего и всех, среди других разумных миров очень сложно, а для человека с его любознательностью это вообще невозможно. Безусловное военное превосходство людей не оспаривалось никем. Их считали частью расы Владык Вселенной, поставленной блюсти закон Владык в этой части Вселенной. Относились с трепетом и уважением. В разумных расах о силе, жестокости Владык Вселенной помнили всегда. Это было отражено в историях о страшных наказаниях постигших тех, кто посмел выступить против них. Могучие Владыки диктовали свою волю всем и строго следили за её исполнением всеми без исключения. Кто пытался нарушить их волю? Того ждало немедленное наказание, жестокое и безжалостное, противостоять им не мог никто. Да никогда и не пытались. Здесь вспоминалось об уничтожении планет маргов со всеми жителями. Это тоже приписывали Владыкам. Вспоминались и старые ужасы известные из старых легенд. За многие тысячи лет от Владык досталось многим. Они опекали людей, а во Вселенную опекаемых Владыками, никто сам лезть не осмеливался. Боялись даже приближаться к её границам. Но любознательные люди сами пришли в их миры. Первым был мир катаров. Он был ближайший и первым пережил ужас этой встречи.

Глава 2

… Обычный день, обычное дежурство тагана вооружённых сил катарского флота Глика, молодого оператора системы наблюдения за космическим пространством, это скучное дежурство уже подходило к концу. Глик с нетерпением ёрзал в кресле, взглядом пытаясь ускорить время смены. На вечер у него были очень радужные планы. Ума, его давняя мечта, наконец, сдалась и согласилась провести с ним этот вечер, а может быть и ночь. Она на это намекнула, значит, шанс у него был. Кил, друг и сослуживец Глика к его восторженному обожанию Умы, относился с насмешкой. Он говорил, что Ума дарила ночи многим, за хорошие подарки и называл Глика слепым глупцом. Они росли вместе, вместе учились в училище флота, были не разлучными друзьями. Но после этого разговора подрались и не разговаривали месяц, но старая дружба победила, они помирились, а об Уме больше не говорили. Всё равно Глик даже старому другу не верил. Сейчас он страдал, смотря на медленно ползущие цифры на хронометре. Жаловаться на свою жизнь Глик не мог. С местом службы ему повезло! Этот сектор граничил с миром людей, подопечных Владык и считался самым спокойным. Владыки приходили только наказывать, а катары вели себя достойно и ничем гнева Владык старались не вызывать. Иллюзий в отношении долготерпения Владык не испытывали. Слежение было чисто формальной данью военной доктрины. Скорее под ним скрывалась возможность, если удастся засечь Владык и успеть добежать к храму Многоликого, а там успеть попросить его о лёгкой кончине. Но об этом страхе не говорили, так как не знали, каким богам молятся Владыки, боялись прогневить их богов даже мыслями. Осознание этого было только одним из неприятных моментов службы в этом секторе. Глик и Кил сюда попали по протекции брата матери Кила. Он был угаром катарского флота и служил помощником у начальника сектора. Среди остальных секторов служба здесь была раем. Не то, что служба на границах с мирами маргов или паукообразных. Там даже моргнуть не удавалось. После дежурства не то, что на свидание ходить сил не имели, с трудом доползали до кровати и спали сутки, мучась кошмарами. Глик об этих ужасах знал по рассказам своих соучеников, попавших туда. Но додумать радостные мысли до конца и провести долгожданный вечер, вкусить удовольствия на полную катушку ему было, не суждено.

Коротко пискнул звуковой индикатор локаторного приёмника. Он поймал отражённый сигнал. Он принёс нехорошие вести, со стороны мира подопечных Владыкам людей из подпространства вышёл корабль. Глик вздрогнул, протёр глаза и принялся калибровать прибор. Он надеялся, что это обычный сбой в работе уже старенького оборудования. Руки делали дело, калибруя прибор, а губы шептали слова молитвы великому и могучему богу катар, Многоликому. Он просил его, чтобы тот сотворил чудо! Сделал так, чтобы это было сбоем в работе. Но бог не слышал его. Ещё дважды он калибровал прибор, но результат оставался неизменным. Вышедший из подпространства корабль приближался к планетам мира катаров. И шёл он со стороны мира людей. Компьютер увеличил изображение и попытался определить тип корабля. Катары поддерживали отношения со многими мирами. Имели каталоги кораблей многих рас, кроме каталога кораблей одной расы. Находившейся рядом. Вышедший из подпространства корабль не определялся. Последние сомнения отпали. Галл понял, чей это корабль и ужас обуял его. Дрожащей рукой он нажал красную кнопку общей тревоги и упал в обморок. Впервые в жизни.

После нажатия красной кнопки включилась автоматическая программа общего оповещения, вся информация с компьютера Галла перебросилась на компьютеры всех командных центров вооружённых сил мира катар. Сколько человек упало в обмороки? Такой статистики не вели, не до того было. Паника разрасталась. О сопротивлении одинокому кораблю не думал никто. Да никто и не думал, что он один. Этот день был не счастливым для катаров. Запущенные по инерции, приборы контроля наличия масс в космосе в этот день зашкаливали. Случилось так, что астероиды и разный мусор попали в пылевое облако. На экранах приборов они показали скопления больших масс во многих точках. Версия об одиноком корабле умерла. Только корабли Владык могли быть невидимыми. Пылевое облако контуров не имело, а для датчиков объёма это было аналогом большой массы. Паника разрасталась. Зачем пришли Владыки? Не с подарками понятно! Все готовились к худшему, последнему дню своей жизни. Да и вообще к последнему дню жизни мира катар. Их расы. Они не знали, чем прогневили Владык. Умирать было страшно. Но что они могли сделать?

Вот и проживали последние минуты. Осознавая свою обречённость и беззащитность. Делали что могли. Прощались с родными и знакомыми, гуляли, тоскливо смотря на окружающий мир. Скорее всего, он умрёт вместе с ними, важным это не было. Самым страшным было умирать самому, лишившись всех радостей жизни. Ну и немного жаль было близких, меньше чем себя, но больше чем чужих остальных из своей расы. Они были вообще незнакомыми!

Военный флот катар насчитывал 7 000 кораблей, 2960 это были тяжёлые корабли класса «линкор» и «крейсер» по старой классификации людей, довольно внушительные силы, но никто даже не подумал об отдании приказа привести флот в боевую готовность и оказать сопротивление возможному агрессору. Все просто молились, прощались, не выходя из храмов Многоликого, бога отказавшегося от своих верных почитателей, не понятно почему? Оставивший свой народ в этот тяжёлый момент. Все покорно готовились к смерти. И она неумолимо приближалась…

… Торговый корабль планеты Лаба, седьмого сектора Вселенной людей подходил к планете мира катаров. Гамет сын торгового магната родной планеты был молод. Ему только исполнилось тридцать. По меркам людей это был возраст парня только вступившего в совершеннолетие. Запретов на полёт к другим мирам во Вселенной людей не существовало. Об этом просто не думали. Парень окончил обучение в торговом сейме, получил звание маркера и рвался к работе. Отсидев три месяца в конторе фирмы отца, заскучал. Мысль заняться торговлей с катарами, ближайшими соседями сулила интересные приключения и новизну. Он насел на отца. Тот от дикой идеи сына остолбенел. Но торговец в десятом поколении, был не глуп, выгоду быть первым в таком деле просчитал быстро. Вот и обратился за разрешением в администрацию сектора. Там с недоумением пересмотрели своды законов и инструкций, запрета не нашли и дали разрешение на торговый полёт.

Начались лихорадочные сборы. Чем живёт мир ближайших соседей? Какой товар там может стать ходовым? Какие там законы? На эти вопросы ответов не было. Предстояло решать всё на месте. О том, что вся информация есть у службы охраны границ, никто не знал. Это было тайной. Вот и готовились к полёту в неизвестность.

Корабль загрузили образцами всевозможных товаров. Подобрали самый опытный экипаж и отправили в путь. Руководить торговой экспедицией отец доверил Гамету. Тот от счастья весь светил и был важным и недоступным, для мирских забот. Экспедиция начала свой путь в неизвестность.

Добрались до форпоста охраны границ. Предъявили документы. Командер участка долго думал, советовался с руководством. Причин оказать в торговом полёте не нашёл. Разрешение администрации сектора было, он и дал разрешение на пересечение границы. Под конец сжалился над первооткрывателями и сделал им подарок. Приказал сбросить на компьютер корабля звёздную карту сектора катаров этого квадрата и дал монокристалл для линга, переводчика. Теперь в дальнейший путь торговый корабль отправился не как слепой детёныш ката. Он имел всё для успешной экспедиции и начал свой путь. С не предсказуемым результатом.

Вошли в подпространство. Точка выхода была рассчитана недалеко от границы мира катаров. Все понимали, что предстоит общение с охранными силами катар. И к нему готовились. От катарских властей разрешения на посещение не было, их там не ждали. Как примут? Вопрос имел множество ответов. Среди них были и очень неприятные. Но Гамет верил в свою удачу, как и любой молодой парень, верит во всё хорошее, он не расставался с лингом, пытался хоть немного освоить язык катаров. Преуспеть не преуспел. Пришлось надеяться на то, что перевод будет качественным или хотя бы понятным. Это было очень хлипкая надежда, но другой надежды просто не было…

… Из подпространства вышли в расчётной точке. Карта не подвела. Впереди висела военная станция наблюдения за космическим пространством не привычной формы для глаз человека. Она напоминала два треугольника поставленные на круглую плоскость сверху и снизу и ощетинилась орудийными башнями. Замедлили ход и двинулись к ней. На ходу компьютер корабля прокручивал запись с монокристалла линга, он передавал на всех частотах просьбу торгового корабля людей о получении разрешения пройти к планете для переговоров о проведении торговой операции. Но сигнал терялся в царившем хаосе радиообменов. Весь эфир был заполнен стенаниями и непонятными разговорами. Компьютер добросовестно переводил всё. Слова были понятны, но смысл уловить не удавалось. Кто-то просил у кого-то прощения. Кто-то желал кому-то лёгкой дороги в мир Харла, владений великого бога, Многоликого. И всё остальное в таком же духе. Один из вахтенных произнёс вслух:

— А может катары незрячие? Или видят всё в другом диапазоне? Давайте включим посадочные прожектора и помигаем ими!

Идея была бредовой, но раздумывали не долго. Мощные посадочные прожектора замигали. Они осветили два сторожевых катера, лежавших в захватах на посадочной плоскости станции наблюдения и контроля. Но и здесь всё было странно, ходовые огни катеров были отключены, они лежали безжизненным, брошенными. Капитан помучившись, принял решение идти к планете. Это был риск. Не прошеных посетителей могли встретить горячими приветами, лучами лазеров и другого оружия с патрульных кораблей. Он даже не представлял, что на орбите планеты может не быть патрульных кораблей. Подошли и увидели, что так и есть. Возле планеты по своим орбитам летали сотни спутников разных размеров и космический мусор. След жизнедеятельности любой цивилизации. Но это было всё!

Уже не колеблясь, капитан перешёл на низкую орбиту вокруг планеты. По экранам побежали картинки с поверхности планеты. Нашли десяток космодромов. Капитан выбрал самый большой. Он находился недалеко от крупного города или множества зданий разных конфигураций. Все обращения, направленные в эфир, остались без ответа. Выбора не было приходилось садиться самому, без помощи служб космодрома. Благо огромное посадочное поле космодрома имело свободные пятна. Выровняв корабль, изучив данные на обзорных экранах поста управления, капитан начал торможение. Вскоре корабль благополучно приземлился, выдвинул посадочные опоры и замер, отключив двигатели. Вокруг всё так же оставалось безжизненно. Только было видно следы поспешного бегства. Космодром был покинут в спешке. Её следы были видны любому. Брошенные заправщики, разные другие механизмы с отрытыми дверями, сиротливо застыли по всему посадочному полю. О причине бегства приходилось гадать. Капитан был человеком осторожным. По его приказу были выпущены зонды, они брали пробы воздуха и собирали данные об экологии планеты. Компьютер выдавал уже обработанные им результаты. Наличие кислорода в составе воздуха было ниже, чем идеальное для людей, но не намного. Во Вселенной людей были планеты, где этот процент был ещё меньший. Но никого это не пугало, люди на них жили. Приспособились. Все остальные данные состава воздуха тоже были в пределах приемлемого. Главное в воздухе не было обнаружено никаких неизвестных бактерий и примесей. Компьютер выдал результат и заключение. Воздух не опасен для людей. Тогда и начали действовать. Трёх матросов послали на разведку.

Посланные на разведку матросы подтвердили, что всё покинуто и никого нигде нет. Они же рассказали, что вся техника катаров на колёсном ходу. Это было всё, чем обогатились знания прилетевших о мире катаров.

Полученных сведений хватило для спора на общепринятую в такой ситуации тему. Что делать?

Сначала приняли решение ждать. Прождали почти три часа, но всё было как прежде. Тишина и полное отсутствие хозяев. Прилетевшими людьми никто не интересовался. Требовалось, что-то предпринять дальше, исходя из имеющихся средств и возможностей. На корабле было два гладера и грузовая платформа. Капитан принял решение отправить разведчиков на гладерах осмотреть окрестности и находившийся недалеко город. На одном лёгком одноместном гладере были установлены камеры, они передавали всё в режиме реального времени прямо на мониторы корабля.

Переданные ими изображения представили уже знакомую картину, она была та же, что и на космодроме. Отсутствие жителей, в спешке брошенные дома. Разведчики подлетели к городу и облетели его. Здесь они и все собравшиеся у мониторов, члены экспедиции увидели ещё более странную картину. Возле огромного кубического здания всё пространство было заставлено брошенными в беспорядке колёсными экипажами.

Разведчики вернулись. Капитан и Гамет уединились на совет. Капитан требовал немедленно покинуть космодром и убраться домой. Аргументы в пользу своего решения приводил веские:

— А если на планете эпидемия? Заразная болезнь? Или опасное для жизни людей излучение? Я отвечаю за корабль и экипаж! Поэтому и будем взлетать немедленно! В крайнем случае, находясь на орбите, продолжим облёт планеты. Это самый разумный выход. Прилетим в другой раз. Может всё образумиться?

До этого момента Гамет слушал и думал. Последние слова капитана его встряхнули. Кровь торговца в десятом поколении взбунтовалась. Его лицо налилось кровью:

— Прилетим в другой раз? Капитан, Вы считать умеете? Или Ваш корабль летает сам по себе? А Вам и экипажу за полёт не платят? Добавьте ещё продукты, воду, износ корабля. Как Вам такие цифры? А ещё забыл! Затраты на закупки всего, что в трюме. Теперь умножьте на два и скажите, что делать с товаром? Может, возьмёте на себя половину затрат?

Капитан прикинул цифры. Сумма получалась впечатлительная. Теперь покраснело его лицо, он возмутился:

— А причём здесь я к Вашим тратам? Я что ли организовал эту экспедицию? Или имею долю в Ваших прибылях?

Гамет успокоился. Его лицо вернуло нормальный цвет.

— Вот и договорились! Вы здесь не причём. Ваше дело вести корабль. Теперь командовать здесь буду я. Готовьте грузовую платформу и организуйте разгрузку трюма. Весь товар перевезти на площадь перед зданием, где скопились брошенные экипажи. Я сейчас вылетаю туда и укажу, как раскладывать товары. Выполняйте!

Капитан сдался. Гамет вылетел на большем из имевшихся на корабле гладеров. Трёхместный летательный аппарат вместил его, пилота и грузового карго, отвечавшего за разгрузочные работы и работу с грузом. Они приземлились на чистой от брошенных экипажей части площади. И сразу закипела работа. Платформа сновала между площадью и кораблём. Роботы под управлением матросов и карго, грузили товар из трюма на платформу, по прилёту её на площадь разгружали её, раскладывали товар на трубчатых стеллажах по указанию Гамета. Последней ходкой привезли установку моно, упаковки со сладостями. Упаковки открыли, поставив перед разложенным товаром. Все улетели, а на площади у товара остались пятеро. Гамет, два учётчика и два регистратора.

Экипаж торгового корабля не велик, это не военный корабль, хотя его размеры немалые. Состоит экипаж из капитана, его помощника, грузового карго, навигатора, механика и семи матросов. Торговые агенты в состав экипажа не входят. Обычно в зависимости от задачи, на корабле их бывает двое-трое. Только в этот раз их было пятеро, так как миссия была непростая. Экспедиция должна была наладить новый торговый контакт, с другой цивилизацией. Они и выполняли эту задачу.

Оставшиеся на площади, возле товара люди, начали действовать. Моно установка начала проигрывать записи музыки и записи изображений. Гамет и четверо торговых агентов сидели и ждали. Световой день заканчивался. Продолжительность светового дня на планете была неизвестна, так же как и количество часов в сутках. Торговцы это не исследователи и разведчики. Для них главное торговля, а остальное интереса не вызывает. Гамет был торговцем. Его не интересовали ни архитектура зданий, ни внешний вид экипажей аборигенов. Его интересовало другое. Что можно выгодно сбыть и выгодно купить? Это была основа его философии жизни. Это и волновало. Он сидел и терпеливо ждал покупателей…

Глава 3

… Для разумного существа есть предел всему. Даже страху. Предела нет только одному. Любопытству.

Ожидать смерть катары уже устали. Все молитвы были произнесены, все ритуалы исполнены. Тягостное ожидание угнетало. Времени с момента обнаружения корабля или кораблей Владык прошло много, а всё оставалось без изменения. Они были живы. Всеобщая растерянность охватывала планеты катаров. Потом пришла тревога. Все вспомнили про брошенные открытые дома, экипажи. И начали в тревоге оглядываться. Смерть не приходила, а вместо неё пришёл страх за имущество. Начали подозрительно оглядываться на стоявших рядом сородичей и потихоньку продвигаться к выходу из храма.

В этом отношении повезло жителям города около космодрома. У них всё происходило быстрее. Музыка проникла в храм. Любопытство начало разгораться. Первыми не выдержали дети. Им это сидение в тесноте, замкнутого пространства храма уже приелось и надоело. Дети обходиться без движения, считают страшным наказанием. Они и не утерпели. Те, что были старше, первыми улизнули от родителей и выбрались из храма. Их глазам открылось чудо! Музыка музыкой, но по площади носились голограммы странных зверей, машин и многого другого интересного. Они подошли ближе. Пятеро сидевших пришельцев, внешне отличались от привычного вида обитателей их мира. Более плотного сложения тела, с кожей странного цвета и в непривычной одежде. Их вид ненадолго привлек внимание детей. Открытые ящики и упаковки с яркими изделиями заинтересовали их гораздо больше, но страх ещё оставался и они смотрели настороженно, готовые сбежать к родителям в храм, при первой опасности. Один из сидевших встал, улыбнулся и ласково заговорил. Дети услышали его громкий голос:

— Подходите! Это игрушки и сладости! Последние новинки! Берите! Пробуйте! Это подарки!

Слова родного языка звучали понятно. Катары не были дикарями. Их дети прекрасно знали, что такое сладости и игрушки. Рядом не было взрослых, им никто не мешал. Дети есть дети. Понятие «подарок» обозначало бесплатно. Ну и…

Как говорится «дорвались». Постепенно из храма выходили и более старшие дети. Пришлось устанавливать норму. Не более двух единиц в одни руки. Это было трудно. Пятеро людей справляться с раздачей не успевали. А детей увещания не останавливали. Они и разметали всё. Постепенно из храма потянулись и взрослые. Проявляя осторожность, взрослые пока старались держаться на расстоянии. Первыми эту дистанцию нарушили хроникёры сетей. Во благо всего мира катар изображения с площади хлынули в сети. На всех планетах умирать раздумали и уселись возле голо экранов визиров. Все внимательно наблюдали за развитием событий на площади города. Тут проснулась и власть. На площади появились и её представители. Это были, около полусотни катар в форме отгородили выставленные товары от толпы, они пропускали желавших подойти строго по десять человек. Облегчив жизнь Гамету и его служащим. Гамет установил линг, в автоматический режим и тот беспрестанно вещал:

— Уважаемые покупатели! Выставленный здесь товар, это образцы. Их можно купить и заключить сделку на поставки. Это не подарок! Это на продажу!

Сам Гамет мучился вопросом:

«За что и почём? Продавать или на что менять? Что из местных товаров будут покупать в нашем мире?»

Отец оставил решение этого вопроса ему. Сейчас главное было не продешевить и не набрать ненужного хлама. Сделать это было трудно. Подходившие катары рассматривали товары и интересовались ценой. Гамет быстро понял, что торговцев среди них не было. Те скорей всего просто наблюдали, определяя цены и интересы пришельца. Закон торговли не меняли ни проходящие века, ни различия рас и языков. Он был незыблем:

«Купи дешевле, продай дороже!»

Здесь Гамет представлял всю расу торговцев людей, главное было зарекомендовать себя, не опозориться. Он старался. Брать местные деньги пока опасался. Во-первых, не знал им цены. Во-вторых, не знал порядка цен на свои товары. Поэтому предпочёл пока обмен. О чём и сообщил. Здесь и началась головная боль. Катары тащили всё. Понятно, в первую очередь ненужный хлам. Гамет терпеливо ковырялся в нём. Отыскивая ценности. К его радости понятие ценностей у людей и катаров было разное. Золото, алмазы и фарфор для катаров особой ценности не представляло. Гамет этому цену знал. Вот он и стал обладателем кофра с разными украшениями. Собрал десяток редких ваз и полсотни изделий из фарфора. Наступившая ночь прервала торговлю. Полиция катаров осталась охранять выставленный товар. Гамет им в помощь оставил своих торговых агентов. Сам улетел на корабль, стоявший на космодроме.

Страх перед пришельцами у жителей города отступил. О смерти от их рук уже не думали. Катары вернулись к обычной жизни. Космодром светился огнями и жил своей жизнью.

Но Гамету было не до ожившего космодрома. Он заперся в своей каюте, напряжённо обдумывая, как быть. Под утро его осенило. Поспав пару часов, он прилетел на площадь, где оставил товар. Всё было в целости. Кордон катаров-полицейских стоял на месте, сдерживая толпы с коробками и узелками в руках. Желающих менять увеличилось. Сообщение Гамета, что сегодня обмена не будет, а выставленный товар предназначен на этот день только для осмотра, встретили не с радостью, но спокойно. Катары были дисциплинированы и учтивы. Гамет дал указание своим агентам и отправился осуществлять свой план.

Он был прост и гениален. Гамет решил обойти лавки местных купцов, торговые ряды и комплексы. Увидеть цены на хлеб, овощи и другие продукты питания, промышленные товары. На основе всего увиденного, выставленного к продаже, определиться с местными товарами и местными деньгами. Для этого найдя старшего полицейского, он попросил того выделить ему сопровождающего. Просьба была исполнена. Счастливый гид с опаской уселся в кабину гладера, вместе с пилотом и главным пришельцем.

Целый день они ходили по всем торговым заведениям. Гамет записывал цены на всё, а рядом с местной ценой ставил минимальные цены на эти товары в денежном эквиваленте Вселенной людей. Товары, которым не мог подобрать эквивалента, среди товаров своей Вселенной снимал на цифровой аппарат. Для дальнейшего обсуждения с отцом, об их пригодности для торговли на родной планете.

Оставленные торговые агенты тоже работали. Они осматривали всё, что принесли катары для обмена. Отбирали то, что указал им Гамет, потом записывали, что хотели получить аборигены.

Общество катаров было построено иначе, чем общество людей. Все торговцы были членами торговой ассоциации. Она определяла цену на товары, учитывая себестоимость, все расходы по доставке и хранению товара и прибыль торговца, 10 %. Она не давала торговцам ломить необоснованные цены и очень круто наживаться. Руководство торговой ассоциации входило в правительство планет, было очень влиятельным. Уступая только военным, да и то в некоторых вопросах, касавшихся обороны.

Понятно своё представление о строении общества, катары приписывали другим. Гамета они посчитали представителем такой торговой ассоциации расы людей находящихся под покровительством Владык. И относились соответственно. Но самое главное они сделали вывод, что сами Владыки не только наказывают и уничтожают нарушителей своих приказов, они и торгуют, пусть через посредников, но торгуют! То есть ведут нормальную жизнь. Если их не раздражать, то можно получить и прибыль. Это было удобно и выгодно…

Эту ночь Гамет провёл тоже почти без сна. Он всю ночь считал, определяя цены на свои товары. Учёл всё. Фрахт корабля, топливо, оплату стоянки в порту, аренду торговых площадей, охрану товаров и складов для хранения товаров. В общем, накрутил по полной программе. Учёл даже расходы на то, за что не платил. Накинул и маржу, которую мог сбросить при торге. Отец всегда учил его:

«Сынок! Цену всегда считай сам. Не доверяй это агентам! Они люди наёмные и в твоей прибыли не заинтересованы. Облапошат! Да и с клиентом в сговор вступить могу. Сил, времени, для этого не жалей! Всё окупит полученная прибыль!»

Наказ отца выполнял, себя не жалея. Только под утро прилёг на пару часов. Но утром встал полным сил и энергии.

Прилетел на площадь и передал торговым агентам рассчитанные им цены. Обмен был отменён, начались торги. Получаемые от катаров деньги тут же шли в дело. Торговые агенты летали и закупали намеченные товары. Их отправляли сразу на космодром, там грузили в трюм корабля. После обеда пошли настоящие покупатели, купцы гильдии. С ними Гамет торговался, заключал договора на поставки. Не смотря на то, что он и купцы отличались строением тел, цветом кожного покрова, торговались одинаково. Клялись, что заключают сделку себе в убыток, щёлкали клавишами переносных терминалов, стонали и немного уступали. Но очень немного. От своих партнёров по торгам, Гамет и узнал о построении торговой системы катаров, назначении цен. Он поблагодарил местного бога, что не родился катаром. Как они так могли жить? Толи дело у них! Нарисовал цену, для этого просмотрел цены тех, у кого был похожий товар. Так делали все. Вот и цены у всех были практически одинаковы. А покупателям деваться было некуда. А если ты обладал товаром единолично? То и ставил цену, какую хотел. Контроля строгого над ценами никто не вёл. Это называлось свободной торговлей. Благом Вселенной людей. Для торговцев. Гамет был этим счастливцем. И другой жизни не хотел.

Единственное, что ему понравилось в катарской системе, это то, что гильдия отвечала за договор заключённый купцом, членом гильдии. Все договора заверялись гильдией, в обязательном порядке. Гамет за этим следил строго.

Постепенно трюм наполнялся товаром. Привезенный товар таял. Прошла неделя, начали готовиться к отлёту. Провожать посланцев Владык пришли правитель планеты и свита его чиновников. Пришельцев уже не боялись. Теперь их прилёта ждали.

Из дюз вырвалось жаркое пламя, корабль медленно начал подниматься. Вот он на мгновение завис, затем резко сорвавшись, исчез в небе планеты. На орбите станция слежения приветливо помигала огнями, провожая корабль. Диспетчер вежливо пожелал счастливого пути. В этот раз эфир был полон передач о Великих Владыках Вселенной, их мужестве и силе. Доброте и честности. Людей понятно, причислили к ним. Старались хроникёры от души, это был их хлеб и благополучие.

Возвращение Гамета с товарами произвело фурор в среде торговцев. Они бросились фрахтовать и грузить корабли товарами. Эта среда за прошедшее время не изменилась. Опыт общения с катарами, всё узнанное там, торговый дом отца Гамета хранил в секрете. Каждому предстояло пройти путь первопроходца самому. Но это никого не останавливало, все торговцы смело устремились в мир катаров.

Прилёт торговых кораблей расы людей опекаемых Владыками Вселенной больше паники в мире катаров не вызывал. Они встречали прибывающие корабли, отвечали на их запросы, провожали к космодромам планет, указывали места посадки. Всё это делали уважительно и добросердечно. Капитаны прибывших кораблей, вместе с торговцами или их агентами, после посадки на космодром шли отмечать полётные регистры и декларировать привезенный товар. Отметив регистры, капитаны отправлялись на свои корабли, а торговцы или агенты шли декларировать товар. Их принимал чиновник гильдии. Вежливый и внимательный. Отложив списки товаров, он вежливо задавал вопрос:

— Ваши товары и цены согласованы с торговым представителем вашего мира?

Услышав такой вопрос, терялись все. Подумав, спрашивали:

— А это кто?

Чиновник также вежливо отвечал:

— Это уважаемый купец Гамет! Вы его конечно знаете!

Что можно ответить на такой вопрос? Отвечали разное. Кто говорил:

— Да знаю! Но причём здесь он?

Другие хитрили:

— Понятие не имеем! Слышать не слышали!

Но чиновник отвечал всем одинаково:

— Гильдия с вольными торговцами не сотрудничает. Простите, но это наш закон и нарушать его я не имею права.

Пробовали подкупить чиновника, предлагая взятку в эко единицах, деньгах Вселенной людей. Но чиновник таких денег не знал и обижался. Выход у всех был один или возвращаться, или ждать Гамета и торговать через него. Подумав и подсчитав возможные убытки, все разумно выбирали второе. Так родилась монополия торгового дома семьи Гамета. Не отстали и катары. Они учились быстро. Другие миры тоже хотели торговать с людьми, посланниками самих Владык. Катары, пользуясь тем, что ни купцы других рас, ни торговцы людей не знали языка друг друга, взяли торговлю других миров в свои руки. Стали посредниками и неплохо зарабатывали на этом тяжёлом деле…

… Монополия торгового дома Гамета продлилась семь лет. Потом он пожадничал и допустил оплошность.

Посланец Нон шаха катаров обратился к главному купцу расы посредников Владык, уважаемому Гамету, он передал ему просьбу своего правителя. Тот просил передать прошение и дары от своего правителя правителю людей. При этом предложил оплатить рейс корабля. Кроме того Гамет получал разные послабления в оплате налогов. Даже не раздумывая, Гамет согласился, выставил цену полного фрахта корабля и свои проценты. Понятно, это была сумма за перелёт к Вселенной людей и обратно, плюс проценты. Катары оплатили. А Гамет бесплатно отвёз и привёз груз для себя. Он был безумно рад и гордился этой сделкой, на своё счастье он не знал, что везёт приговор своей монополии. Ибо в прошении владыки катаров содержалась просьба об обмене посольствами. Кирт её удовлетворил. На Даре появилось посольство катаров. А на Ломбае, главной планете мира катаров, посольство Вселенной людей. Это было начало установление отношений между разумными расами.

Ещё четыре года посольство катаров представляло остальные разумные миры, понятно не все, а только близлежащие. Дальние миры окраинным миром не интересовались, смысла поддерживать с ним отношения не видели. Но на Даре появлялись всё новые посольства, ближайших соседей. Только маргам путь во Вселенную людей был заказан. Об их потреблении в пищу мяса «животных» не забыли. Как не забыли и то, что под словом «животные» марги понимают. А так люди уже привыкали к обликам инопланетян. Пауки, леганы, низкорослые заросшие волосом существа, мароны, напоминающие бескрылых птиц, яги, многоножки с кольчатыми телами, ваги, подобие людей с крыльями и другие. Это были все те, кто жил на планетах с кислородным составом воздуха. Катары были самыми похожими на людей, хотя и сильно отличались.

Заключавшиеся договора о торговле открыли дороги купцам и торговцам разных планет, уже они создали банки, работающие с разными денежными единицами. Установились обменные курсы. Это и подорвало монополию торгового дома семьи Гамета. Время его процветания закончилось. Гамет сам приложил руку к этому, он вернул свой дом в разряд обычных торговых домов. С вершины финансового благополучия торговый дом семьи вернулся в разряд обычных торговцев. Такое семья пережить не смогла. Сначала болезнь забрала отца. Гамет тоже не пережил падения. Он принял пилюлю с ядом лума, вырабатываемого железами ядовитого паука из мира халонов, разумных пауков.

На этом закончилась печальная история торгового дома семьи. Но началась печальная истории для Вселенной людей, она начала свой путь к чёрной полосе в своей истории. Но об этом, никто и не подозревал. До конца пути ещё было время. Пока шли спокойные, счастливые годы и люди Вселенной жили своей жизнью, своими заботами и радостями…

Глава 4

… В семье навигатора крыла, эскадры службы охраны границ Вселенной людей, родилась дочь. Семья жила на главной планете окраинного сектора. Планета называлась, Иль. Эта граница была самой спокойной во всей Вселенной людей. Частично она примыкала к широкому рукаву Галактики и астероидному поясу с пылевой рекой и метеоритными потоками. Что было за ними? Необходимости разведывать не было. Когда-то были предприняты две экспедиции. Одна, потеряв один из двух своих кораблей, благоразумно вернулась. Вторая сгинула, не подав даже сигнала. На звёздных картах эту область отметили, как не проходимую. Больше и не пытались. Мать родившейся девочки служила в административной службе гарнизона. Оба родителя принадлежали к служащим армады. В семье уже было двое мальчишек. Но семью это не остановило. Обычно в семьях было трое-четверо детей. Вот и пошли дальше. Результат сказался быстро. Когда обследование указало, что мать носит девочку, все были счастливы. Имя девочке выбирали долго и основательно. Выбрали, с трудом достигнув компромисса. Девочку назвали Талой.

Времена, когда дети служащих армады, жили то в одной, то в другой семье, уже давно прошло. Женщин в основных подразделениях армады поубавилось. Это не значило, что они не поступали в учебные центры армады, просто после выхода замуж, женщина могла перейти в административную службу гарнизона и посвятить себя воспитанию семьи. В этом помогали воспитательные комплексы, где дети находились в течение дня. Но, даже выйдя замуж и родив ребёнка, женщина могла остаться служить на кораблях эскадры. Воспитательные комплексы были и с круглосуточным содержанием детей. Так что выбор был за женщиной.

Мать Талы выбрала семью и детей. Отец остался служить на корабле. Вахты, походы, несение патрульной службы, учения. Отца дети видели редко, но к такому образу жизни привыкли. Они жили в жилом комплексе армады и вокруг все жили также. Когда другой жизни не знаешь, то и ничем не страдаешь.

Не смотря на то, что их сектор был далёкой окраиной, о нём знали во всей Вселенной людей. На планете этого сектора, Талом, была знаменитая, старейшая школа юганов армады имени Акима Иртальца, основателя этой школы. Он основал её на планете, где жили люди, пораженные в правах, точнее их потомки. Голограммы необычных здания из сваренных корпусов кораблей, многоугольники один в одном, были знакомы всем мальчишкам и девчонкам на всех планетах Вселенной людей. На многих терминах подростков всех планет были эти цветные голограммы, в виде фоновой заставки. Учиться там было общей мечтой. Но поступить туда было очень сложно. Экзамены принимал компьютер школы. А для него все были равны. Чины и заслуги родителей и родственников, имущественное положение их, значения для него тоже не имели. Приходилось рассчитывать только на себя и трудиться самому.

Оба брата Талы попытались поступить в эту школу, но успеха не добились. Они решили идти обычным путём. Окончить обучение в колледже, поступить в средний учебный корпус армады на своей планете, окончить его и уже потом, пробовать поступать в главный центр обучения армады на Завре. Вот и пошли таким путём.

Система обучения во Вселенной людей создавалась столетиями и была своеобразной. Во всех местах обучения находились компьютеры. Они были связаны в один большой комплекс. Каждый год, в конце процесса обучения, компьютеры выставляли каждому ученику коэффициент УП-Ю. Это был коэффициент используемого объёма мозга детей, подростков и результаты тестов пригодности к выполнению тех или иных работ. Существовала и шкала градации для каждой деятельности. Все данные человека с детства и на протяжении всей жизни вносились в его персональный чип. Этот чип каждый ребёнок получал при рождении. Вся эта система считалась непогрешимой, никогда не давала сбои. Люди привыкли к ней.

Братья Талы усердно учились, старались получить необходимые балы для допуска к поступлению в центр обучения армады. Их коэффициент позволял им это. Сам коэффициент не был пропуском в профессии. Нужно было ещё учиться, набрать нужные балы оценки знаний. Сдать нужные экзамены и пройти собеседования. Легкого пути не было. Имеющийся потенциал, высокий УП-Ю был просто измерением возможностей человеческого мозга, возможностью загрузить его нужным количеством знаний. Да и с ним был вопрос не простой. Ещё когда только эта система внедрялась, во Вселенной людей, её разработчики и создатели установили её погрешность в размере 0,002 %. За всё время случаев проявления этой погрешности не было. Вот и уверовали в не погрешность этой системы.

Дети, достигшие 8 лет, проходили такое первое тестирование. На основании полученных данных, их направляли в группы обучения, привязываясь к шкале будущей пригодности к определённой деятельности.

Тала прошла эту проверку. Ей исполнилось 8 лет. Полученный УП-Ю был невысоким, она на обучение была направлена в группу согласно его данным. По полученному коэффициенту УП-Ю, она годилась только к простой деятельности. Родителей это не расстроило. Ответственные профессии были почётны, о них мечтали, к ним стремились. Но любой труд считался обязательным и нужным. От своего УП-Ю ни сам человек, ни его близкие, ни их окружение не страдали. Относились как к предначертанному пути, понятному и общепринятому действию.

А Тала вообще ни о чём не думала. Её определили в группу мальчиков и девочек, которые также не понимали, почему именно их свели вместе. Они только что оторванные от игрушек, решили, что это новая игра. Ну и начали играть в учёбу. Согласно полученному УП-Ю. Одни приносили с собой игрушки из дома, другие приводили домашних любимцев и играли с ними. Так вести себя им никто не мешал. Система обучения была направлена на то, что ребёнок должен сам заинтересоваться получением знаний и начать работать. Поэтому обучатели не обращая на поведение детей и их занятия внимания, просто объясняли свои предметы. Они делали это старательно и интересно. Терпеливо ожидая, когда дети заинтересуются их рассказами. Но пока результатов не было, обучатели терпеливо продолжали свои попытки заинтересовать детей. Здесь они обратили внимание на одну девочку. Она успевала пообщаться с детьми, поиграть их игрушками, посмотреть на домашних любимцев и мимоходом послушать обучателей. На неё не обратили бы внимания, но она успевала, ещё и задавать вопросы. Это было необычно, даже для детей с очень высоким коэффициентом УП-Ю. Все с нетерпением ждали конца года. Время шло, подошла годовая проверка. Она шла спокойно без каких-либо неожиданностей, пока не пришла очередь девочки.

Она спокойно села в кресло, обслуживающие компьютер операторы, закрепили на её голове шлем-датчик и на дисплее появились тесты. Обычно процесс проверки занимал несколько минут. Ведь проверки проходили дети с очень низким коэффициентом УП-Ю. С девочкой компьютер занимался уже полчаса и сигнала об окончании проверки не подавал. Оператор посмотрел на экран контрольного дисплея и ужаснулся. Его УП-Ю имел коэффициент 71 %, и считался очень высоким. На контрольном дисплее мелькали картинки тестов предлагаемых девочке и оценки её ответов. Оператор узнал эти тесты и открыл рот от изумления. Это были тесты уровня УП-Ю 60 %! Для ребёнка её возраста это было невозможно. Оператор включил самотестирование компьютера, но тот сбросил проверку.

Мол, не мешай!

Вокруг контрольного дисплея толпились обучатели группы, они с интересом наблюдали за всем. Наконец компьютер выдал сигнал окончания проверки девочки, а в её чип внёс УП-Ю 65 %. Один молодой обучатель не выдержал и ехидно бросил:

— А как же твоё первое заключение? Железка умная?

Самопрограммирующий компьютер имел речевой синтезатор, общался с молодыми операторами. От них узнал много интересного. Вот в свете полученных знаний и ответил:

— Да пошёл ты…! Мясо с костями!

Все слышавшие это подавились смехом. Только один оператор покраснел и с замирающим сердцем окинул всех быстрым взглядом. Это компьютер нахватался выражений от него. Сказанные им выражения, относились к разряду слабых и добрых выражений. Руководство могло задуматься об его коэффициенте УП-Ю. Это было бы катастрофой! Но его спасло то, что все были заняты рассмотрением вопроса резкого изменения оценки коэффициента УП-Ю девочки. От 11 % до 65 %! Таково ещё не было! После долгих споров и криков пришли к выводу, что налицо именно 0,002 %. Просто случилось это впервые за многие годы. Компьютер никогда не ошибался. Да и оценок никогда не менял.

Талу перевели в другую группу. Дети в этой группе имели коэффициент УП-Ю высокий, но он был ниже поставленного Тале. Так её лишили детства, нагрузили по положенной программе. В детстве мы этого счастья, быть ребёнком не понимаем. В этом Тала исключением не была. Училась и училась.

Глава 5

Восемь лет пролетели. Тала превратилась в серьёзную девочку-подростка. Ей и предложили попробовать сдать экзамены в школу юганов на планете Талом. Это, как уже говорили было мечтой всех. Конкурс именно в эту школу был огромный.

Компьютер школы, где училась Тала, принял у неё экзамены по присланным компьютером школы юганов предметам, по программе для подростков, допущенных к поступлению в эту школу. Результаты ушли в общую сеть и вошли в компьютер школы имени Акима Иртальца. По полученным баллам Тала получила вызов на собеседование и сдачу экзаменов в школу юганов армады. Ей предстоял ещё долгий и тернистый путь, но первую ступень она уже прошла. Следующие испытания были тоже не лёгким делом.

В семье это известие вызвало радость. Зависти у братьев к сестре не было. Все испытывали радость и были горды тем, что эта честь выпала их сестре.

Это действительно была большая честь. 27 киртов, 34 % высших офицеров армады, были выпускниками этой школы юганов армады. Школы юганов были на всех центральных планетах секторов. Только в их секторе школа была не на главной планете сектора. Но она считалась самой престижной. Когда Аким эту школу строил из подручного материала ни он, никто другой даже не задумывались над психологическим аспектом строительства. Но оказалось, что он был и был немаловажным для обучения. Юганы учились пять лет. Все эти годы, за исключением четырёх месяцев в году, они постоянно ходили корабельными переходами, жили в кубриках, учились в залах космических кораблей. Это имело своё положительное начало. Выпускники именно этой школы лучше всего приживались на кораблях, выдерживали самые длительные переходы без всяких трудностей. Они просто были в своей родной стихии, привычной и знакомой. Этого не дала подготовка ни в одной из остальных школ.

Поэтому школа и считалась самой лучшей из всех, о ней знали во всей Вселенной людей. Тала понимала всё это, но особого трепета не испытывала. Могло показаться, что она просто была уверенна в том, что она обязательно поступит. Эта уверенность всех удивляла.

Тала прошла собеседование и легко набрала нужные для поступления балы. Учёба тоже давалась ей легко. Ей нравилось ходить по бесконечным переходам корпусов школы. Каждый многоугольник здания соединялся со следующим зданием переходными шлюзами. Воображение подростков рисовало им, что за люком переходного шлюза находиться бездонный космос со своими тайнами и приключениями.

Любимой шуткой в школе было запугать новичка страшилками, а затем запустить новичка в переходной шлюз и выключить свет. Створки переходного шлюза медленно открывались. Света там тоже не было, только горели маленькие светодиодные светильники, стилизованные под звёзды. Подростки переносили это неодинаково. Ведь до этого им внушали, что один из переходов, точнее именно этот ведёт прямо в космос. Реакция была соответствующая. Одни дико кричали, пытаясь не дать разойтись створкам люка. Другие рвались в закрывшиеся за их спиной створки. Третьи задыхались, ибо верили, что это действительно космос.

Тала тоже прошла это испытание. Она не уподобилась ни одному из приведенных стереотипов поведения. Вела себя совершенно иначе. Рассмеявшись, она смело сделала два шага вперёд, подошла к расходящимся створкам и с интересом смотрела на открывающийся вид. Дальше всем проводившим этот ритуал стало не интересно. Они включили свет и собрались вокруг девушки. Посыпались вопросы:

— Ты почему не испугалась? Смелая или безголовая? Ты, что не знаешь об отсутствии воздуха в космосе?

Тала подождала окончания вопросов и ответила:

— Что воздуха в космосе нет, знаю. Голову имею. Имею и глаза. А вы звёздной карты не знаете. Вот и налепили звёзд, как взбрело в голову. Юганы армады! Будущие капитаны кораблей!

С этой точки зрения на сделанную много лет назад стилизацию космоса, ещё никто не смотрел. Только после её слов внимательно посмотрели и рассмеялись. Девушка была права. Лампочки-звёзды были расположены бестолково. Теперь всем и стало видно, что это просто лампочки. Для приверженцев традиций нашлась работа. Они ей и занялись. А Тала включилась в учёбу.

Глава 6

В эти годы обострились разногласия в руководстве армады. Оно разбилось на два лагеря. Причина этому назревала давно.

Кирты перестали быть полководцами и стратегами. Они стали администраторами, правителями Вселенной людей. Внешняя политика, хозяйственные вопросы жизни планет это такой ком! Он подминает под себя всех, отнимает всё время и силы. Армадой занимались между этими всеми вопросами. Был мир, вопрос армады не был главным. Ей занимались её военачальники. Их тоже давили и занимали хозяйственные дела, но армады. А кроме этого много времени отнимали разногласия, споры и интриги между представителями враждующих лагерей.

Суть разногласий была в том, что годы мирной жизни родили новую военную доктрину. Не нужно думать, что кто-то из командования ратовал за сокращение армады, уменьшения численности кораблей или людей. Нет! Человек, посвятивший себя профессии военного, на такое никогда не был и не будет способен. Это противоречит его сознанию и образу мышления.

Хищник травоядным не станет никогда! В силу этого возможно было возникновение только двух доктрин. Первая гласила, что необходимо армаду переводить на исполнение оборонительных функций, соответственно наращивая потенциал оборонных устройств, спутников, фортов, больших малоподвижных, но имеющих мощное вооружение кораблей. Вторая доктрина основывалась на том, что лучшая защита это нападение и необходимо наращивать мощь ударных сил армады, быстрых и подвижных небольших кораблей, но с мощным вооружением.

Эти споры велись постоянно. Слова умирающей Дианы, Лин, носивший, имя инча Рита Зугавы, первый кирт не забыл. Её мечту о ракетах для планетной обороны он осуществил. Теперь на планетах, фортах, спутниках и кораблях, базировались пусковые установки ракет. Их нужности никто не оспаривал и они стали неотъемлемой частью обороны. Но ещё тогда первый кирт, рассказал учёным, о возможном создании кристаллов с самостоятельным сознанием, таких миникомпьютерах. У тех и возникла мысль о создании умных ракет и торпед, которые сами распознают свои и чужие корабли, сами обходят их оборону и атакуют противника, выбирая способ и вид атаки. Тогда по приказу кирта и была создана секретная лаборатория на планете Геб, второй планете поражённых в правах людей этого же отдалённого сектора Вселенной людей. Это стало новой тайной армады. Тщательно охраняемой тайной, создания нового вида «умного» оружия, у которого было большое будущее. Это оружие принимали оба лагеря враждующих представителей командования армады. Оно одинаково соответствовало догмам обоих концепций, оборонной и наступательной. Планета так и осталась закрытой, с гарнизоном и малой патрульной эскадрой на орбите. Над этим никто не задумывался и вопросов не задавал, да и о жизни на далёкой окраинной планете особо не знали. Глушь, она и есть глушь.

А дела на этой планете творились странные. На ней была орбитальная верфь. Правда, в неё заходили старые транспортные корабли, там их вроде ремонтировали, но на внешнем виде кораблей это особенно не сказывалось. Видно к ремонту относились халатно или были ограничены в средствах. Это было то, что мог увидеть любой посторонний наблюдатель. Всё равно на саму верфь он бы не попал. Верфь охраняла частная молчаливая охрана. Только несколько высших офицеров армады знали, что эта частная охрана состояла из космических десантников команды «Улик» лучшего элитного подразделения армады. Здесь была их база дислокации и им была доверена охрана тайны.

Дело в том, что на верфи транспортники ремонтировали очень хорошо, оставляя только внешнюю часть корпусов. Зато внутри меняли всё. На них ставили новейшие двигатели, ходовые для подпространства, рулевые. Новые реакторы и новую начинку, электронную и внутреннюю. Весь трюм занимали стеллажи и пусковые станки для ракет и торпед. Эти стеллажи были наполнены ракетами и торпедами с кристаллами в их компьютерах управления атаки и движения. Менялся и корабельный компьютер, вместо него устанавливался самообучающийся комплекс, электронный мозг. Места он занимал много, но полностью роботизированный корабль теперь требовал небольшого экипажа. Он состоял из пяти человек. Капитан, он же штурман-навигатор, помощник, два механика и два электронщика-программиста. Очень скромный по численности команды, этот «транспортник» был мощным по количеству вооружения. Он нёс в себе грозную силу, 12 больших ракет, 25 малых и 30 плазменных торпед. Большая ракета могла разнести на атомы самый мощный корабль класса «линкор», любой спутник планетной обороны, да и на планете могла оставить кратер размером с море. Малые ракеты уступали ей в мощности наполовину, а торпеды были равны по мощности, но самое главное все они были думающими. Могли атаковать, используя память кристаллов. Электронный мозг корабля не только управлял кораблём, всеми механизмами, он мог наблюдать за окружающим пространством, решать какую цель и чем атаковать, сообщал цели ракетам и торпедам, давал им команды на запуск. Капитана корабля он воспринимал как своего командира и учителя, а помощника как советчика, без права командного решающего голоса. Браслет контроля жизненной деятельности капитана был связан с электронным мозгом. При получении сигнала об отсутствии жизненной деятельности, биения пульса капитана, мозг брал выполнение поставленной боевой задачи на себя. Мог использовать советы помощника капитана, но мог обходиться и без них. Таких кораблей в армаде на момент поступления Талы в школу юганов армады было всего 7. Дело в том, что изготовление боезапаса и оборудования для такого корабля, работы по его установке, занимали много времени. На один корабль уходило от 3 до 5 лет. Да и постоянный технический прогресс вносил свои корректировки. Отдельно готовили и экипаж. Самой сложной задачей была подготовка капитана. Проблема была в том, что электронный мозг должен был признать его, то есть требовался человек могущий стать в этом симбиозе лидером. Вот и приходилось отбирать кандидатов в капитаны с детства. Здесь ошибиться было нельзя. Грозное оружие могло выйти из-под контроля людей. Другая проблема была в том, что делать это всё нужно было тайно. Вот и крутились.

Глава 7

Ещё одной трудностью было наличие двух доктрин и постоянная борьба их представителей. Необходимость этого вида оружия и таких кораблей не оспаривалась никем, но каждая из этих двух доктрин ставила разные задачи при подготовке кадров. Операторы боевых систем, офицеры управления кораблями, фортами и спутниками, лётчики и десантники при оборонной доктрине, требовали совершенной другой подготовки, чем при наступательной доктрине. Пост командующего армады попеременно занимали лидеры, то одной, то другой доктрины. Они всё переделывали под свои взгляды. Кирт времени прекратить это противостояние не находил. Учебным центрам, школам, приходилось приспосабливаться. Они и приспособились. Готовили универсалов, могущих выполнять требования обоих доктрин. Но им приходилось проводить эту универсальную подготовку и обучение за отведенное время. Это было не возможно. Вот армада и пополнялась плохо обученными кадрами. Падала её боеготовность, мощь и сила. В этой борьбе очень трудно было решать задачу подборки кадров для тайных кораблей, носителей ракет и торпед базирующихся на планете Геб. Соблюдая тайну, это приходилось делать осторожно. Помогали личные связи и наличие компьютерной сети с данными на детей. Так отбирали кандидатов в капитаны тайных кораблей армады.

Вот в такой нелёгкий для армады период и началось обучение Талы искусству воина армады. Но пока она этого не чувствовала ибо делала первые шаги на этом длинном пути.

Во всей Вселенной людей, за исключением нескольких окраинных планет, где сохранились старые религиозные культы, между женщинами и мужчинами кроме физиологических различий никаких других различий не было. Они также занимали места у командных терминалов боевых, торговых и пассажирских кораблей, управляли боевыми тритерами, сидели у пультов ведения огня кораблей, фортов, спутников планетной защиты, служили в десанте, полиции. В общем, делали всё, что делали и мужчины. Это равноправие налагало и свои трудности в жизни. Так в школе юганов различия между юношей и девушкой было только в покрое комбинезона, а так и физическая подготовка, и уставная причёска были одинаковыми.

С этим Тала познакомилась в первое же утро первого дня учёбы. Подъём в 6 утра и зарядка с забегом на 3 километра были для всех. Но, ни она, никто другой не стонали и не протестовали. Сознание воспринимало это, как само собой разумеющееся и Тала бежала, в строю своей группы, старательно передвигала ноги и глубоко дышала под счёт бегущего рядом со строем наставника. Так началась её учёба.

За прошедшие столетия люди научились корректировать климат планет. Состав воздуха был приведен в параметры комфортные для человека. Так же был изменен и климат. Теперь планета ничем не напоминала условия жизни той старой планеты для людей, поражённых в правах. Плавные переходы температур, нормальная влажность. Обычный мир для жизни людей. Но, для юганов это был шаг в новую жизнь. Жизнь по регламенту с нагрузками. Конечно, они были меньше, чем нагрузки для учащихся центров подготовки старших ребят, но тоже не лёгкими. Безоблачное детство закончилось для них раньше, чем для их сверстников и начиналась взрослая жизнь.

Через полгода Тала втянулась. Она легко вставала в 6 утра, без труда пробегала утренние 3 километра и потом целый день училась в аудиториях, на тренажёрах и полигонах. Так закончился первый год учёбы.

В летний отпуск домой приехала крепкая девушка, уже впитавшая основы воинской дисциплины. Жизнь сверстниц, их стремления и интересы для неё уже были чужды. Форменный комбинезон стал самой удобной и практичной одеждой, а короткая мальчишеская причёска идеальной для волос.

Дома взросление девушки заметили и относились к этому с уважением. Тала шла начертанным путём ребёнка, родившегося в семье служащих в армаде родителей. Летние каникулы пролетели быстро. С этим вызывающим сожаление вопросом знакомы все. И начался новый учебный год.

Как и все подростки Тала мечтала о скорейшем взрослении. Жизнь взрослых кажется такой насыщенной, интересной и ёмкой, что с детством спешат расстаться как можно быстрее, мысленно подгоняя время. Зато потом об этих пролетевших годах, вспоминают с грустью.

Тала считала, что ей повезло! Наполненные учёбой дни пролетали быстро, скучать и мечтать времени не оставалось.

Пять лет учёбы в школе юганов армады промелькнули, как падающая звезда. Ярко и быстро. Она и оглянуться не успела, как оказалась перед терминалом, на экране которого мелькали вопросы и задания первого тура экзаменов в обучающий центр Завра. Для неё в них не было трудностей. Лучшая ученица курса этого звания не уронила. По результату сданных экзаменов получила уведомление о допуске ко второму туру экзаменов уже непосредственно на Завре.

В семье это известие отпраздновали. Дело в том, что братья Талы, несмотря на все старания сдать экзамены первого тура в центр обучения Завра так и не смогли. Они поступили в центр подготовки офицеров армады для эскадры их сектора. Он находился на их родной планете Иле. Там и учились. Сестра осуществила то, что не удалось им и этому они были рады.

За пять лет Тала изменилась, из угловатого подростка она превратилась в крепкую девушку со спортивной фигурой и серьёзным выражением лица. Почти эталон понятия красоты для военных Вселенной людей. Молодые парни, такие же курсанты учебных заведений армады засматривались на неё. Но она этого не замечала и о парнях не думала. Ей предстоял второй тур экзаменов и этим были заняты все мысли. Было страшно и тревожно. Этим и жила всё оставшееся до отлёта, на планету Завр время. В таком состоянии и поднялась на борт челнока на космодроме родной планеты. Это было началом осуществления мечты о взрослой жизни, она впервые улетала так далеко от дома. Вот именно теперь она и испугалась. Одно дело мечтать стать взрослым и совсем другое дело сделать шаг и перейти рубеж, отделяющий эти две поры жизни.

Но назад пути не бывает. Собрав всё своё мужество Тала, сохраняя спокойный вид, простилась с родителями, братьями и поднялась на борт челнока. Чего это ей стоило? Знала только она. Но марку выдержала. Челнок взлетел. На орбите его ждал пассажирский лайнер, он и увёз её в новую жизнь…

Глава 8

Завр был единственной планетой, не подвергшейся трансформации. Сделано это было не из любви к природе. Просто планета так и не стала жилой, она осталась планетой для подготовки воинов со всем необходимым для этой цели. Всё это имелось здесь, суровый климат, разряжённый воздух, повышенная гравитация и сложный рельеф планеты. Горы, пустыни, густые леса, болота, дикие звери. Всё это пригодилось ещё раз. Дело в том, что на Завре теперь кроме центра подготовки офицеров армады теперь находились ещё учебный центр подготовки космических разведчиков, учебный и тренировочный полигоны космических десантников, тренировочный полигон переподготовки изучения, разведки и обустройства новых планет. Все эти комплексы были расположены далеко друг от друга и существовали каждый самостоятельно. Суровые условия Завра посчитали идеально подходящими условиями для подготовки людей для этих целей.

Лайнер завис над планетой, челноки развезли приехавших людей. Самой большой была группа юношей и девушек, прибывших в центр подготовки армады. Они были со всех планет Вселенной людей, счастливчики, которые пробились во второй тур сдачи экзаменов. Все волновались и переживали. Это было понятно, ведь только один из десяти должен был быть зачислен на первый курс обучения. Хотя имелась и подслащенная пилюля. Все прошедшие первый тур экзаменов уже считались поступившими в центры подготовки офицеров армады своих секторов. Но это никого не радовало. Всем хотелось большего, к этому и стремились.

Челнок, доставивший группу, где была и Тала приземлился. Открылись двери шлюза. Широкий трап сполз на бетон порта и прибывшие, парни и девушки, начали выходить.

Тала вышла в числе первых. Пять дней проведенные в пути давали себя знать. Пониженная гравитация и искусственный воздух лайнера, сменили разряжённый воздух и повышенная гравитация Завра. Вдыхать воздух приходилось чаще, а всё тело налилось тяжестью, ноги несли его с трудом. Но пять лет тренировок закалили мышцы и они приспособились первыми, вернув телу подвижность. У челнока стояли пассажирские платформы. Приехавшие абитуриенты, по 10 человек размещались в них. Заполненные парнями и девушками платформы, включив гравитационные двигатели, покидали территорию порта. Всех прибывших доставляли в казармы и размещали. Это был организационный день и особо загруженным он не был. Абитуриенты смогли разместиться и осмотреться.

Группа, в которую попала Тала, состояла из 12 девушек и 18 парней. Их разместили в комнатах по шесть человек. Эти комнаты были предназначены для проживания двоих, но из них вынесли столы, шкафы и установили по три, двух ярусных койки. Повернуться было негде, но второй тур экзаменов был рассчитан на срок до 10 дней, неудобства приходилось терпеть. Мысли всех были забиты экзаменами и на бытовые условия внимания не обращали.

В этот день абитуриентам показали, где находятся необходимые им помещения столовая, бытовые комнаты, библиотека и аудитории для сдачи экзаменов. Больше им ничего не было нужно. Детальное изучение размещения объектов центра подготовки останется для тех, кто сдаст зачёты и экзамены. Остальным, кто отправиться домой это было не нужно. Понимали это все и вопросов не задавали.

Прибыли днём. Разместились, поужинали, прослушали инструкции, а затем раздалась команда «Отбой!». Но уснули не сразу. Напряжённые нервы сон гнали. Общее волнение роднило всех. Со следующего утра начались привычные всем будни.

Подъём в 6 утра, зарядка и завтрак, а затем общее построение на плацу. Перед входом в здание стояла стела с именами погибших курсантов центра обучения. Сбоку на стене висели таблички, на которых были описаны истории их героической гибели. Глаза Талы нашли самую крупную из них. Текста видно не было. Но его она знала по памяти, этот курсант первого набора добровольцев, погиб, спасая своих товарищей. Он предотвратил переворот десантной платформы, чем спас десятерых курсантов, а сам сорвался и упал на камни плата. Так погиб этот смелый курсант, его звали Лин. В комнате, где он жил до сих пор стояла его кровать и на вечерней поверке называли его имя. Он умер, но уже несколько веков его самоотверженность была известна всей армаде, как и имена выпускников его курса, первого выпуска центра подготовки. Это были знаменитые люди, все они погибли, исполняя свой долг. Имена этих остальных героев знали все, это были герои армады Диана, Мом, Борк, и многие другие.

Перед абитуриентами выступил начальник центра подготовки. Он поздравил всех и пожелал удачи. После этого торжественная часть закончилась и все разошлись. Экзамены начинались с завтрашнего дня, первый был по общефизической подготовке. Забег на десять километров, физические упражнения, марш-бросок на 50 километров с полной выкладкой по очень жёстким нормативам, затем контрольное обследование в медицинском диагносте. Через день начинались экзамены на тренажёрах, комплексах и сдача тестов. Всё это без выходных и с постоянным отсевом не сдавших. Тяжёлые будни начались.

Экзамен по физической подготовке сдали практически все. Отсеялись только трое. Двое подвернули ноги, оступившись на каменистых тропах, а одного отсеял диагностический комплекс. Это было не удивительно. Слабые парни и девушки, сюда поступать не шли и такой первый тур пройти не могли. Поступавшие в центр обучения Завра были лучшими из лучших свих сверстников! А дальше началось самое трудное. Отсеивались ежедневно. В своей комнате к концу экзаменов Тала осталась одна. Остальные пять коек опустели. Из её группы в 30 человек остались трое, она и два парня. Одуревшие, измотанные они с трудом осознали, что выдержали второй тур экзаменов. Получив курсантские нашивки, выслушав последние наставления, счастливцы отправились по домам. До начала занятий курсантов первого курса остался месяц, вот их и отпустили придти в себя.

Тала пришла в себя, только выйдя из челнока в порту на родной планете. Только тогда и заметила, как прекрасен мир вокруг. Ласковое солнце, синее безоблачное небо, прекрасная зелень деревьев, кустарников и шёлковой травы. В небе летали разноцветные гладеры, а вокруг сновали радостные и весёлые люди. Ей было хорошо и радостно. В порту её встречала вся семья. Все они были одеты в форму армады, и Тала полнила их строй. Это было здорово!

И полетели дни. Пять лет она училась на другой планете и старые школьные подруги от неё отошли. Они жили другой жизнью, другими интересами, когда нет общих интересов, из такого круга выпадаешь быстро. Но Талу это не волновало. Её ждала другая жизнь, другие интересы, другие заботы. Все юношеские привязанности ушли, как и ушло детство и юность. Её ждала новая взрослая жизнь, она этому была рада. Одно сознание, что она будет ходить по тем же переходам, заниматься в тех же аудиториях, на тех же тренажёрах, дышать тем же воздухом, что и легендарные люди армады, наполняло восторгом и радостью.

Долгожданный день отлёта к месту учёбы наступил. Челнок унёс её на орбиту, где ожидал своих пассажиров лайнер. Вот задраен люк посадочного шлюза, лёгкая вибрация пола и лайнер отошёл от причального модуля. Из дюз вырвалось жаркое пламя, уменьшающийся в обзорных иллюминаторах шар родной планеты исчез. Лайнер увёз её в новую жизнь. Взрослую жизнь, полную горечи, радости и разочарований. Но, даже осознавая это, её сердце было наполнено радостью…

В центре подготовки армады, как и в обществе, различий между полами не было. Парни и девушки несли одинаковую нагрузку, выполняли всё по одинаковым нормативам и требованиям. С точки зрения выполняемых обязанностей и профессиональной подготовки, это наверно было правильно. Но точек зрения может быть много, а Тала должна была пять лет учёбы и два года практики доказывать и испытывать это на себе. Легко ли быть парнем? Она отвечала на этот вопрос, ползая по грязи, преодолевая болота, пустыни, тропические леса с полной выкладкой десантника. Устраняя реальные и учебные поломки в ходовой части всего спектра имеющейся техники. Взлетая на любой летающей системе с перегрузками, при выполнении аварийных стартов. Плача от боли в мышцах, но так, чтобы это не видели другие. Обо всём этом она предпочитала не говорить и не делиться своими ощущениями ни с кем.

Во время практики, прошла все этапы. Была десантником, лётчиком, оператором и обслугой систем огня, напоследок исполнила обязанности дублёра капитана корабля. А в один из дней обнаружила себя с дипломом центра подготовки армады, с офицерскими нашивками на комбинезоне и запечатанным кристаллом направления в распоряжении эскадры OERSZ-07563. Её база находилась на планете Геб, родного сектора. Попала практически домой. Повезло или нет? Даже не задумывалась. В 26 лет, начиная службу в армаде, о таком не думал никто из её сверстников. По возрастным меркам человечества она была только оперившимся птенцом, начинающим взрослую жизнь. Но перед этим ей дали месяц отпуска и положенные подъёмные, оклад за три месяца и двойной оклад на обустройство. Но самым драгоценным для неё были два одинаковых кристалла с голографическими снимками. На них было запечатлено принятие присяги у памятника ИНЧАМ и залы пантеона киртов на главной планете созвездия Лебедя, колыбели армады. Один кристалл предназначался в подарок родителям, а второй стал её спутником на всю жизнь.

Полученные ей деньги, позволили провести две чудесные недели на курортной планете Лемане. Здесь впервые осознала, что есть два пола и что это здорово!

Латенен Губ закончил центр обучения на Завре три года назад, служил помощником командира большого катера пограничной эскадры в секторе 12–28 на другом конце Галактики. Был высоким и сильным парнем, с изумительными глазами, галантным и обходительным, а остальное значения не имело. Расстояния их не пугали. Максимализм молодости и оптимизм перекрывал все эти проблемы, возникшей любви. Тала влюбилась. До этого занятия и тренировки без различия полов этому не способствовали. Тогда своё женское начало не осознавала. А теперь оно проснулось, ей было хорошо. Кто может объяснить кому-то, что такое счастье? Тала не могла, но была счастлива!

Глава 8

После отдыха домой она приехала наполненная счастьем, окрылённая, добрая и загадочная. Мать всё заметила и поняла, но промолчала. Братьям и отцу было не до этого. Они обнаружили, что ничего не знают об эскадре, куда направили Талу. Начали выяснять и наткнулись на стену. За неё заглянуть не удавалось. Этот вопрос они и обсуждали до дня отъезда Талы.

Вскоре этот день наступил. Молодой младший офицер армады убыла к месту назначения. Старенький лайнер внутренних линий доставил её до Гебы. В порту она пересела на челнок внутри планетных перевозок и прибыла на закрытый космодром. Охраняемый контур охватывал верфь и городок, а на закрытом космодроме базировалась охранная эскадра. Это очень громкое название носили 9 старых кораблей. 4 малых катера, два больших и три малых эсминца. Все были ветеранами армады. Самый молодой катер был построен 63 года назад, а главный ветеран, один из эсминцев имел возраст 95 лет.

Нужно заметить, что охранные эскадры были последним прибежищем для кораблей, перед отправкой на переплавку. Так повелось давно и уже более 260 лет это стало незыблемой практикой. Если учесть, что это ещё и было охранное подразделение в секторе, который граничил с непроходимой границей, то получилось одно, это был последний отстой из отстоев, для старых кораблей. Естественно и возраст капитанов и офицеров здесь мало отличался от возраста их кораблей, но переведенных на возрастные мерки службы людей в рядах армады. Как это вязалось с тем, что охрану объектов осуществляло элитные подразделение «Улик»? Можно предположить, что это были отголоски противостояния двух доктрин руководства армады. Они рождали противоречия ещё более нелепые! Но, почему лучшую выпускницу центра подготовки армады, с очень высоким коэффициентом УП-Ю, направили именно сюда? На такой вопрос ответа было не найти. Кроме одного. Когда-то на прародине людей загубленной ими Земле существовало такое понятие, как вера в Бога. Так вот в ней и было утверждение, что у каждого человека свой начертанный путь именуемый «судьбой», он предопределён и написан человеку при рождении Богом. Изменить его никто и ничто не может. Только приняв это, можно было ответить на заданный вопрос.

Но Талу это вовсе не интересовало и не волновало. Она была влюблена, и её волновали только длинные висы, приходившие на её личный терминал от любимого Губа. Остальное было не важно.

Назначение вахтенным офицером, в команду ветерана армады было просто службой и доступом к терминалу корабельной галактической связи. Уж этой составной ветерана армады досталось по полной программе! Он за месяц вырабатывал годовую норму часов работы, но ломался редко. Девушке с парнем просто повезло! Или раньше всё делали очень добротно? Гадать не будем, всё равно не угадаем!

Так они и прожили до отпуска. Его, конечно, провели вместе. Успели даже создать семью. А так, как очень старались, то Губа перевели в эскадру пограничной охраны их сектора. Корабли пограничной охраны базировались на окраинных планетах, а Геб был именно такой планетой. Молодые смогли жить вместе. Потекло счастливое время семейной жизни со всем из этого вытекающим. Тала родила близнецов, мальчика и девочку. Отсидела положенный срок и вернулась продолжать службу на своего ветерана флота. Дети и семья скучать не давали, служба только дополняла это. Проблем и забот хватало, наполненные всеми этими проблемами дни пролетали не задерживаясь. Иногда, когда находила время остановиться и осмотреться, с удивлением констатировала, что на улице стоит осень, хотя из жизни запомнила только один из дней весны, вроде бы бывший вчера. Удивляться не успевала, наваливались заботы и снова летели дни, месяца, годы.

Восемь лет пролетели незаметно. За это время в их жизни изменилось не очень многое, только незаметно выросли дети, Губ стал командиром «Ноя-разведчика» пограничной эскадры, Тала — помощником капитана своего ветерана-эсминца. Продвижение по службе обуславливало то, что молодых офицеров в охранной эскадре не набиралось и десятка. Остальной состав офицеров составляли ветераны службы в армаде. И здесь случилось то, что заставляет вспомнить о «начертанном пути».

На секретных верфях готовились выпустить новый переделанный корабль. Обычно после схода со стапелей верфи корабль обкатывала специальная команда испытателей. Они тестировали корабль в течение полугода. Затем прибывала команда-дублёр и ещё год испытатели натаскивали их, затем принимались зачёты и корабль отправлялся к месту назначения, а испытатели принимали новый корабль с верфи. Командовал армадой лидер сторонников оборонной доктрины и срок переоборудования корабля составлял три года. На верфи в работе находилось два корабля с разницей сроков сдачи в обкатку в полтора года. Экипаж испытателей по этой причине был в одном экземпляре. Лишних людей не было. Тут и подкралась беда.

В связи с тем, что люди есть люди, и любят отмечать разные даты и события, тем самым создавая праздники для души, отметили сдачу корабля постоянной команде. Отметили душевно, усердно. После окончания празднования, помощник капитана команды-испытателей понадеялся на своё мастерство и сел в праздничном состоянии, когда море становиться по колено во всей своей акватории, в кабину своего личного гладера. Он полагал, что мастерство пилота вещь, не теряемая, в любом состоянии и что оно даже после празднования осталось с ним. Уже вместе с этим убеждением и «не потерянным» мастерством, они совместно снесли стену ограды. Так их совместно и отправили на планету Талом в центр медицинской регенерации в состоянии анабиоза. Медицинский комплекс на планете Гебе оказался бессильным, не имел нужного мастерства, так как травма полученная телом носителя мастерства была тяжёлой. Снесли часть бетонной стены толщиной около 500 миллиметров. Сделали это впервые за всё известное время. Гладер или то, что от него осталось, выбросили сразу, а пилота попытались спасти на месте, но изучив смесь компонентов тела и частей гладера, поняли, что местного мастерства медиков не хватит, слишком сильно всё перемешалось. Всё имеющееся уложили в криогенную камеру, погрузили на корабль и отправили главный медицинский центр сектора.

Тут и возникла паника. Через три дня верфь выпускала со стапеля переоборудованный корабль, а команда испытателей была не полной. Наверно нужно пояснить, что это за формирование команда испытателей? Так будет понятна причина паники.

Прежде всего, рассмотрим задачи команды испытателей. Капитан отвечает за тестирование и обкатку всего оборудования основного и резервного пунктов управления кораблём и всех механизмов связанных с терминалами управления. И так каждый член команды выполняет по 2–3 задачи. Да и сама команда по численности в пять раз меньше штатного экипажа. Заменить никого некем. Это был один из множества тревожных сигналов существующей борьбы доктрин. Помощник капитана с опытом на пару снесший стену и отправленный в центр регенерации, отвечал за проверку, тестирование, наладку и обкатку электронного мозга, который был сердца, глазами, сознанием и руками, он управлял всеми роботами, электроникой, всеми комплексами корабля. Теперь это место пустовало. Заменить его конструкторы и монтажники не могли, теоретически, что должен делать электронный мозг, они знали, но практики и умения управлять всеми системами корабля не имели, этого от них никогда и не требовалось. Поэтому выделить замену пострадавшему не могли. Экипаж тоже помочь в этом вопросе не мог. Как уже говорили, в имеющемся экипаже испытателей лишних людей не было. Можно было подобрать кого-то из офицеров пограничной эскадры имеющих опыт, но это было другое ведомство и на одну переписку и согласования уйдёт полгода. Оставалась только армада. Но и здесь были трудности. Просить откомандировать и подобрать нужного офицера за оставшиеся три дня? Было из области фантастики. Сорвать выход корабля на тестирование и обкатку? Грозило оргвыводами. Оставалась только охранная эскадра. Она была приписана к верфи. Перевести любого из её состава в команду испытателей? Было не сложно. Приказа руководителя комплекса было достаточно. Но здесь тоже были свои проблемы. Возраст возможных кандидатов был близок к предельному возрасту для службы в рядах армады. Сможет ли человек считающий дни до выхода на покой вникнуть во все тонкости обкатки и опробованию новейших систем корабля? Это вызывало большие сомнения. Тут и вспомнили, о высоком коэффициенте УП-Ю, единственного молодого помощника капитана ветерана-эсминца. Точнее помощнице капитана. Ну и…

Через три дня сошедший со стапелей верфи, переоборудованный корабль взлетел с космодрома с полным экипажем испытателей. Для помощника капитана испытателей Талы, это был первый полёт в новой должности, на новом месте службы. И снова время пустилось вскачь, спеша не понятно куда.

… На счету Талы было уже восемь сданных постоянным экипажам кораблей. Последний из них она сдала уже в должности капитана экипажа испытателей. Губ командовал пограничной эскадрой сектора и большую часть времени проводил в штабе эскадры на планете Талом. Близнецы учились на 6 курсе бывшей школы юганов армады. Им остался ещё один год учёбы до получения первых офицерских званий и начала взрослой жизни. Школа юганов стала офицерским училищем армады. Причиной этому был изменившийся мир. Точнее война, вспыхнувшая два года назад в большой Вселенной. Пока она полыхала далеко от Галактики людей, но то, что её пожар не перебросится в их Галактику? Люди уверены небыли. Вот тогда впервые трезво посмотрели на состояние армады и ужаснулись. Годы мирной жизни, борьба доктрин дали свои плоды.

3/4 численности кораблей армады составляли ветераны. Замена устаревших кораблей шла очень медленно. 1/3 личного состава офицеров армады были предельно допустимого возраста, а даже на старые корабли молодёжи на смену им не хватало. Когда это осознали и поняли, схватились за голову, прервав старые споры, бросились спасать положение. Начали с кадров. Центр подготовки на Завре из самого престижного превратился в центр подготовки старших офицеров. А все остальные училища теперь по 7 летней программе готовили младших офицеров армады. Старейшая школа юганов превратилась в училище, а аналогичные школы на планетах всех секторов стали готовить для них детей уже с 8 лет, после прохождения тестов на коэффициент УП-Ю. Все верфи и предприятия по производству оборудования и вооружения для кораблей работали теперь в три смены. Но все прекрасно понимали, что результат появится лет через 10-114 в лучшем случае, слишком всё было запущенно. Оставалось только надеяться, что эти годы у них есть. Надеяться и верить! Вот и убеждали в этой надежде друг друга, плохие мысли гнали прочь. По крайней мере, старались…

Глава 9

… Войны всегда возникают по одной причине, остальные оправдания и обоснования этих оправданий просто выдумываются. А причина проста и многогранна одновременно.

В лесах исчезла дичь, перестала приносить обильные урожаи земля, пересыхают реки, истощились недра. Тогда и шли завоёвывать соседей, не зависимо от того было это всё у них сразу или по отдельным частям. Просто в первом случае страдал один сосед, а во втором, столько соседей, сколько нужно для нормальной жизни народа своей нации. Лишний народ полегал на полях сражений, и можно было жить до следующего похода, за всем нужным для жизни. Так было у людей на покинутой умирающей Земле.

В большой Вселенной к этим причинам добавились более глобальные причины. Затухающие солнца, остывающие умирающие планеты, сворачивающиеся Галактики. Кораблей и мощного оружия у всех старых миров хватало. Люди были самой молодой расой, жившей на окраине вселенной. Старые цивилизации окраинные миры не интересовали. Новые планеты для жизни они искали рядом со своими мирами, в первую очередь, тесня и изгоняя более слабых соседей. Поэтому и начали не с мира людей.

Раньше сдерживающим фактором такого простого решения проблем были Владыки Вселенной. Они желание переселиться в миры соседей изгнав их, пресекали огнём орудий своих армад. Их орудия были большей мощности, чем орудия других рас, а армады более многочисленны. Такие аргументы были понятны всем, даже самым непонятливым. Они заставляли расы, у которых возникли проблемы с жизнью в своих мирами, не изгонять соседей со своих миров, а искать новые незаселённые разумными существами миры. Но о Владыках Вселенной уже давно не слышали, их не видели. Сдерживающего фактора не было, а проблемы возникли и требовали немедленного решения. Вот и начали передел…

Мир цивилизации ладов был закрыт для других рас, древняя высокоразвитая цивилизация жила замкнуто. В контакты с молодыми цивилизациями не вступала, ибо в их товарах не нуждалась, по этой причине они им были не интересны. Тех же, кто пытался проникнуть в их мир самостоятельно, без разговоров уничтожали на границах. Такие уроки соседи усвоили быстро и больше никогда в этот мир не совались. Но старая цивилизация ладов о соседях знала всё. Как она это делала? Были ли у нее осведомители или они вели техническое наблюдение? Ответить не мог никто, да и желающих искать эти ответы не было. Обломки уничтоженных кораблей на границах мира этой расы были красноречивым примером участи любопытных.

К чести ладов нужно отметить, что за жизнь своего мира они боролись, а не сразу бросились изгонять соседей с их планет. Когда начали угасать их солнца, они сумели остановить этот процесс и повернуть его вспять, но противостоять процессу свертывания пространства не смогли. Чтобы спасти свою цивилизацию у них тогда и остался только один путь, переселяться на другие планеты, в другие миры. Тогда перед расой ладов и встали вопросы.

«Искать новые планеты пригодные для их жизни? Осваивать их?»

Путь был длинный и нелёгкий, да и времени уже не было. Процесс свёртывания пространства ускорялся. Лады вынуждены были искать быстрое решение проблемы. Оно было не очень красивым, но самым простым и быстрым, выбрать лучшее, что было у соседей и выселить их. Искали не долго, информацией о соседях и их планетах обладали подробной. Планеты мира паукообразных разумных существ, были сухими и жаркими, они не подошли. Планеты маргов с обильными болотами, реками и водоёмами были очень влажными. Зато рядом находились планеты расы гетов, вот они и подошли.

Изгнание гетов, лады вели не спеша и строго по плану. Военные корабли ладов начали с ближайших к ним планет. Они подходили к планетам, уничтожали систему планетной обороны и все корабли, попадавшиеся им в околопланетном пространстве. Затем высаживали десант на планету. Высокоразвитая раса давно уже не использовала ни рабов, ни живых существ в войне, их заменили искусственными интеллектами. Десантниками были боевые роботы с ограниченной программой, а их действиями руководили само программирующиеся искусственные интеллекты, андроиды. Десантники никого, кто не оказывал сопротивления, не убивали, они просто сгоняли всех жителей к космодромам. Женщинам, старикам и детям давали возможность покинуть планету на стоявших на космодромах кораблях, а мужчин заставляли работать, переустраивать планету по своим меркам, под свои потребности. Всё нужное завозили со своих обречённых планет. Затем на переустроенные планеты прилетали переселенцы. Они попадали в родную привычную среду обитания. Но, перед их прилётом, когда мужчины геты заканчивали работы по переустройству планет, всех оставшихся в живых заставляли покинуть планету, на специально оставленных для этой цели кораблях расы гетов. Но так установилось не сразу. Десанту ладов пришлось начинать с жестокости так, как сначала геты разбегались, прятались, оказывали сопротивление, но их находили и тогда уничтожали. Усвоив этот горький опыт, геты согласились на условия ладов и выполняли все их требования беспрекословно. Даже сами эвакуировали людей с планет при подходе кораблей флота ладов. Эта волна беглецов катилась на другие планеты, но воины ладов приходили и туда, захватывая и переустраивая планеты, изгоняя живших на них, изгнанным приходилось отступать и бежать дальше. Они так и поступали.

Лады продолжали действовать не спеша. Переустроив планеты, перенеся на них свои заводы, фабрики и всё, что можно было забрать с оставляемых планет, они переселялись на них, неспешно оставляя свой гибнущий мир. Ещё три года геты отступали, беженцы двигались от одной планеты к другой. Они жили смутной надеждой, что лады остановятся. Но лады теснили и теснили. Всё меньше планет оставалось у расы гетов. Да и на оставшихся перенаселённых планетах появились проблемы. Беженцы увеличивали численность жителей, возникали проблемы с питанием. Надежда, что лады оставят их в покое угасла и геты двинулись в мир катаров, соседей мира людей. Мир катаров был ближайшим и имел планеты, подходившие для жизни гетов. Теперь изгнанники, превращались, вынужденно, в завоевателей чужого мира. Предоставлять им свои планеты для жизни, катары не хотели. Поэтому впереди кораблей с беженцами шли военные корабли гетов, лады сохранили им их уцелевший флот. После первых стычек с военным флотом ладов, геты больше боёв не вели. Очевидно, лады просчитали ситуацию, озлобленных соседей, горящих жаждой мести к своим гонителям, они иметь не хотели. Как не хотели, и оставлять эту проблему для своих потомков. Вот и выбрали самое простое решение. Устроить общую бойню, обескровить всех соседей. Вот и стравливали, оставив гетам их военный флот.

Пришельцев гетов катары встретили не цветами. Флот катаров начал обстреливать корабли гетов. Вот тогда и вспыхнула настоящая война. Изгоняемые ладами гаты начали атаки планет, выступив уже в роли захватчиков. Марги и паукообразные соседи тоже начали участвовать в этой войне, но сами по себе и для себя. Первым нужен был «скот» для питания, а вторым рабы. Катарам и гатам пришлось воевать, каждым против этих двоих рейдеров. Лады, вытеснив гетов с их планет, остановились. Они свою задачу выполнили и истреблению остальными друг друга не мешали.

Отбивая атаки маргов и паукообразных разумных существ, гаты задумались о будущем. По численности они превосходили катаров, ценой больших потерь могли их победить и захватить их планеты. А дальше они оставались один на один с соседями, ищущими корма и рабов. Войны с ними возникали часто, но в них две человекоподобных расы выступали всегда союзниками. Разбив катаров, они останутся ослабленными одни против этих соседей. Здесь гаты и предложили катарам сесть за стол переговоров. Те согласились, а на время ведения их, договорились совместно отбивать нападения соседей-рейдеров. Переговоры тянулись почти год. Но теперь атаки соседей отражали обе стороны, объединив свои усилия флотов. Это была вторая фаза войны. На переговорах выработали и общее согласие на третью фазу. Решив её, они решали проблему жизненного пространства для своих рас. К решению третьей фазы, определённые усилия приложили лады, но это осталось их тайной. Дело в том, что позже произошли события, изменившие первоначальные планы ладов. Они не отказались от плана столкнуть соседей, но для поля битвы выбрали другой окраинный мир. Представители этого мира испугали ладов, и этот испуг определил расу, назначенную на уничтожение общими усилиями остальных рас, сейчас воевавших между собой. Это легло в основу плана третьей фазы войны. Но этот план ещё нужно было претворить в жизнь.

Люди узнали о войне не сразу. Узнали пока только о второй фазе, но и то тогда, когда с планеты Дары, оставляя свои здания, начали уезжать посольства других рас. Первыми исход начали купцы, они спешно распродавали товары и улетали в свои миры, рассказав людям о полыхающей там войне. Но эта война шла за границами Вселенной людей и людей не заботила. Договоров о военной помощи ни с кем, из других рас люди не имели. Правда, приняли некоторые меры предосторожности. Усилили пограничную эскадру на границе с мирами катар и маргов, сняв часть кораблей с других спокойных границ.

Глава 10

Спокойная жизнь во Вселенной людей продолжалась. Дети Талы окончили учёбу ещё до этих событий, получили направления и убыли к местам службы. Дочь убыла не одна, она вышла замуж за своего сокурсника и они убыли вместе. Сын жениться не спешил. Убыл к месту службы в одиночестве.

Губ часто уходил в походы и патрулирование, в ослабленной пограничной эскадре теперь несли службу на кораблях все офицеры без исключения. Они отправлялись и в патрульные рейды на 2–3 месяца, командир эскадры исключением не был. Он уходил и Тала осталась одна, в опустевшем доме. Спасаясь от одиночества, ушла в работу, её хватало. Так прошли два года. Война в мирах катаров была далеко и о ней вспоминали не часто. Но в жизни Талы произошли важные перемены. Одиночество Талы закончилось. Приехала дочь и привезла сына трёхлетнего Рема. Они с мужем служили на одном корабле, и их крыло перебрасывали к границе с миром катаров. Она и привезла сына пожить у матери, пока они переедут и устроятся на новом месте. Тала не возражала, ради этого перешла в административную службу армады их сектора и занялась ребёнком. Внук был избавлением от одиночества и новыми хлопотами. Любопытный, подвижный, упрямый он скучать бабушке не давал, но ей это нравилось.

Яга дочь Талы связывалась с матерью не часто. Это было понятно! В рейдах и на учениях корабль капитана Лена, мужа Яги, как и другие корабли, обязан был хранить радиомолчание. Тала это понимала и особо не переживала. Военных действий во Вселенной людей не было. Корреспондентов сетей из работающих во Вселенной людей в мире катаров не было. Посольства других рас на Даре стояли пустыми, их покинули представители всех миров, передав здания под охрану полиции. В силу этого никакой информацией не располагал никто, кроме армады, да и то это был ограниченный круг старших офицеров и тех, кто служил в эскадре «Око», разведывательном подразделении армады. Основное, подавляющее большинство людей даже не представляли, что где-то идёт война. Тала входила в это число людей. Звонков дочери ждала, но так, как ждёт любая мать весточки от взрослых детей. Рем за родителями не скучал, привык к их отлучкам. Из положения вышёл просто, называя Талу «бамапа», объединил все известные ему наименования близких людей в одно, ибо её он видел ежедневно, получал от неё замечания и с ней вёл обычные детские войны под известными всем девизами.

Типа: «Не хочу спать!», «Не буду, это есть!», " Не мешай мне играть!». Ему шёл пятый год, такие войны с родителями ведут в таком возрасте все. Противник был постоянный, можно было изучать все его слабые стороны, для воздействия на него. В этом Рем был большой мастер. Так они и воевали. В этот день военные действия прекратил вызов Яги. На домашнем терминале Талы возникло улыбающееся лицо дочери. Она сообщила матери, что они уходят на патрулирование, а после возвращения ей и Лену уже подписали рапорта на отпуск. Они планируют приехать и провести его у матери. Поговорили о разных жизненных пустяках и простились. Никто из них даже не мог и подумать, что простились они навсегда.

Яга не говорила матери, что они служат в разведывательной эскадре армады «Око». Главной причиной, по которой она это не говорила, было то, что это было тайной и разглашению не подлежало. В рейд они уходили в мир катаров, а не на патрулирование. Это был не первый рейд. С опасностью она и муж уже свыклись, ибо она была неотделимой частью их службы. А о плохом старались не думать. Избравший путь воина человек знал, на что он идёт.

Здесь стоит рассказать историю возникновения эскадры «Око».

Первому кирту, последний Страж, передал систему наблюдения за мирами соседей людей и за мирами людей. Укрытые поляризованными полями зонды и бакены, передавали всю информацию электронному мозгу, терминал находился в секретной комнате. Где находилась эта комната? Не знал даже кирт. Секрет её он узнал, уже умирая. Попасть в неё можно было только через телепорт, который заблокировался с его смертью. Имеющиеся зонды наблюдения и цепь бакенов, установленная сотни лет назад Акимом, позволяла контролировать в основном границы и передавала информацию на пограничные форты. Тайные пункты наблюдения на астероидах уже давно пришли в негодность и пали жертвами борьбы доктрин двух групп в командовании армады. В период просветления, седьмой кирт вмешался в эту борьбу и приказал учредить разведывательную эскадру «Око». Введенная в состав структуры армады, она там так и осталась. Ей просто повезло, что её наличие было тайной, известной очень ограниченному кругу высшего командования армады. Тайна она и есть тайна одинаковая для всех. О службе в этой эскадре говорить было нельзя. Дочь и зять Талы служили в составе этой эскадры, состоящей из новейших кораблей, её корабли постоянно меняли на самые последние разработки. Служить в ней было престижно, интересно и опасно. В этот день они уходили в разведывательный рейд в мир катар, где велись боевые действия. Сейчас они затихли, но подозрительным было то, что бывшие враги вдруг стали друзьями. Такая резкая метаморфоза была очень подозрительна.

Вообще, название «эскадра» было очень громким и помпезным. По численности кораблей, это формирование не дотягивало и до малого крыла. В «Око» было всего 22 корабля, 11 звеньев. Разведку звеньями вели очень редко. Обычно в рейд отправлялись поодиночке. Корабль Лена имел номер 10-020, для кораблей, фортов и спутников планетной обороны армады и позывной «Призрак 20», для терминалов связи эскадры «Око». Это был новый «Ной-разведчик» имеющий на вооружении малое тоннельное орудие, два средних лазера, 8 ракет «ЗИРО» и скоростной одноместный «давер» с двумя баками и малой лазерной башней. Универсальный двухрежимный двигатель для полётов в подпространстве и межпланетном пространстве. Имелись генераторы защитного поля и генератор поляризованного поля, обеспечивающий режим невидимости. Экипаж корабля состоял из 9 человек. Каждый из экипажа совмещал две специальности. Капитана был ещё и первым навигатором. Помощник управлял рулевым терминалом и терминалом ведения огня тоннельного орудия. Штурман был ещё и пилотом, первый стрелок управлял носовой лазерной башней и носовой ракетной установкой, второй стрелок управлял кормовой лазерной башней и кормовой ракетной установкой. Радист кроме терминала связи, управлял поисковыми локаторами и системами контроля пространства, инженер-механик управлял реактором и генератором поляризованного поля, инженер-электрик управлял двумя генераторами защитных полей и боцман управлял системами стыковки и жизнеобеспечения корабля. Остальное место в корабле занимали баки с горючим, регенерационные установки воздуха, воды, переработки отходов, медицинский комплекс, автоматизированный пищеблок. 10-020 ушёл в разведывательный рейд. Увы, в свой последний рейд. Будущее неизвестно и это было благом для всего экипажа и их родных. Надежда, это последняя гавань жизни, за которой лежит пустота небытия для мёртвых и горе для живых.

Задание было простым и одновременно сложным. Они шли в квадрат, в который до них отправился «Ной-разведчик» 10-019 из их звена. Время его возвращения уже прошло, но он не вернулся. Каждый корабль имел систему кодового импульсного сигнала гибели. Она срабатывала автоматически, если нарушалась целость корабля или его систем жизнеобеспечения. Другими словами если корабль погибал. Теоретически этот мощный импульсный сигнал заблокировать было невозможно. Пока таких случаев за прошедшие сотни лет не было ни одного.

От исчезнувшего корабля этот сигнал не поступил, поэтому было предположение, что у корабля возникла какая-то поломка или неисправность и ему требуется помощь. Благодаря купцам, летавших в мир катаров, атлас звёздных карт этого мира имелся. Компьютер корабля 10-020 получил задание и рассчитал точку выхода из подпространства. На всю спасательную операцию кораблю 10-020 отводилось 70 суток. Времени было достаточно на дорогу туда и обратно, а также на прочёсывание района, где должен был находиться не вернувшийся корабль. Особо беспокойства не было. Корабли пропадали, космос полон опасностей, но сигнал гибели корабля приходил всегда. Если его не было? То корабль находили, устраняли поломку или эвакуировали экипаж. За многие столетия такое случалось не раз. А за всё время, пропавших без вести кораблей не набиралось и двух десятков.

10-020 ушёл в подпространство. Через 27 корабельных суток, он вышёл из подпространства в заданной точке и начал утюжить квадрат. Это был практически пустой квадрат, планет с жизнью в нём не было. С полсотни астероидов и семь безжизненных, лишённых атмосферы планет. Опасности встречи с кораблями катаров не было, поэтому двигались не спеша. Локаторы и десяток зондов осматривали всё в округе. Но, ни корабля, ни его следов, пока обнаружено не было. Зонды облетели все безжизненные планеты и четыре с половиной десятка астероидов. Осталось не обследованным последнее астероидное скопление. Пока 10-019 или его обломков нигде не было обнаружено, корабль исчез бесследно. В это не верилось, но сектор был чист! Ни обломков, ни останков корабля нигде не нашли, приборы это подтверждали и компьютер ошибиться не мог. Оставался последний кусочек, но и так в нём было видно скопление из пяти астероидов и всё. Этот сектор находился далеко от обитаемых планет и внутренний путей кораблей, привычного космического мусора в нём было немного. Поэтому, даже визуально на экранах дисплеев просматривался хорошо. Загадочные исчезновения пополнялись ещё одним случаем, это приходилось признать. Но приказ был конкретный:

«Обследовать весь указанный сектор!»

Лен был офицером армады, приказы привык исполнять точно и без рассуждений. 10-020 медленно двигался к последнему скоплению из пяти астероидов, последнему неисследованному квадрату указанного сектора. Основной двигатель был отключен, работали только рулевые двигатели.

«Ной-разведчик» это небольшой корабль и все его посты управления находятся в одном отсеке, разделённые небольшими перегородками. Весь экипаж находится на виду. Пост управления это стойка около полутора метров шириной с дисплеями, сигнальной панелью индикаторов на вертикальной части стойки и кнопками, рычагами, сенсорами на выступающем столе, за которым сидит оператор. Такой вид имеют 8 рабочих мест только 9 стойка, капитана-навигатора в три раза шире. На ней больше дисплеев и выведено дублирование сигналов со всех остальных постов управления.

Корабль приближался к намеченной точке. Основная заповедь разведчика это не быть замеченным. На капитанском посту на контрольной панели горел индикатор включения поляризованного поля. Корабль шёл в режиме «невидимки». Как и предписывала инструкция. Группа астероидов приближалась.

Радары и телескопы сканировали пространство. Оно было чистым. Но вдруг в стоящей тишине раздался резкий сигнал оповещения, на пульте радиста на контрольной панели загорелся красный мигающий огонёк, точно такой же сигнал горел на стойке перед капитаном. Это сработали детекторы массы. Они показывали, что прямо по курсу корабля есть большое скопление массы тела или тел.

Радист растеряно посмотрел на дисплеи локаторов, усилил сигнал, поступающий с локаторов. Но на дисплеях всё также была пустота, отражённый сигнал приходил полностью. Выругавшись, про себя, радист протестировал систему детекторов и датчиков массы. Все контрольные тесты показали норму, но включённая в поисковый режим, система снова выдавала сигнал тревоги.

Радист был человеком и поступил как человек. Он стукнул кулаком по панели. Но это ничего не изменило. Теперь он выругался вслух. Все так же не изменилось. Капитан тоже озадачено смотрел на контрольную панель на своём пульте. По его команде радист отключил зуммер. В отсеке восстановилась тишина. Корабль медленно продвигался вперёд. Загадку требовалось решить. Она и была решена.

Через 11 минут картинки на дисплеях капитанского пульта показали то, что было скрыто до этого мгновения. Не отстали и дисплеи локаторов. То, что они увидели на них, заставило замереть капитана и радиста. Перед ними предстали тысячи кораблей. На корпусах некоторых кипела работа, мелькали огни сварки. До этого момента всё это пряталось за экраном поляризованного поля искривляющего пространство.

О том, что можно создать такое большое поле люди не слышали. Лен быстро определил, что это поле создавали четыре странных корабля не привычной для глаза конфигурации. Они расположились по краям и были окантованы зелёного цвета нимбом. Дальше начались неприятности. Поляризованное поле их корабля исчезло, поглощённое этим большим полем-укрытием. Но это можно сказать была самая малая неприятность, большая была на подходе. Их заметили и к ним ринулись семь кораблей странной формы, но как сообщил компьютер, каждый из них в 3–4 раза превосходил по размерам и массе их небольшой «Ной-разведчик». Лен ситуацию просчитал мгновенно. Он понял, как исчез 10-019 и что уготовано им. Не колеблясь, он нажал сенсор сигнала боевой тревоги и сенсор выброса кристалла бортового журнала с записями. Кристалл, упакованный в сверхпрочный футляр, скользнул ему в руку. Встав с кресла, он подошёл к креслу штурмана-пилота и протянул футляр:

— Немедленно улетайте! Любой ценой доставить это на ближайший форт-пост!

Яга подняла взгляд на лицо Лена. Здесь не было жены и мужа, здесь были офицеры разведывательной эскадры армады. Они понимали всё. Кораблю не уйти, он обречён и всё равно принимает бой. Шансы её суметь уйти на давере? Тоже очень малы, но они обязаны так поступить, испробовать все варианты известить командование своей эскадры об обнаруженном ими скоплении кораблей, это был их долг. Они не могли даже проститься. Только короткое касание рук при передаче капсулы и всё. Слёзы душили Ягу, но она уже бежала к даверу, через две минуты освободившись от захватов корабля, давер падал в бескрайное пространство космоса, а «Ной-разведчик» уже вступил в бой. Запустить основной двигатель не успевали, так и шли на рулевых.

Противник открыл огонь с дальнего расстояния. Кроме привычных лазеров с его установок слетали какие-то шары и круги. Такого оружия люди не знали, но думать об этом было некогда. Лазерные установки обоих башен выбросили лучи, к ним присоединилось туннельное орудие. Оно первым и нашло свою цель. Вырвавшийся вперёд корабль противника исчез в огненном шаре, но остальных это не остановило. Они летели вперёд.

Лен понимал, что у них остаются последние мгновения. Умирать воину не страшно. Но человеку смириться с этим очень тяжело и не просто. Главное не давать этим мыслям овладеть собой. Мгновения летят быстро и в бою это сделать легче. На них просто нет времени. Восемь «умных» ракет покинули пусковые станки и устремились к заданным целям. Четыре ушли к скоплению кораблей, где кипела работа. Две устремились к одному из странных окружённых зелёным ореолом кораблей. А две пошли навстречу приближавшимся кораблям, атакующим их корабль.

Ни одна из выпущенных «умных» ракет не прошла мимо целей. Но Лен и его команда этого уже не увидели. Лазерные лучи, странные шары и пунктиры, выпущенные противником, добрались до их корабля. Защитных экранов они не ставили, надеялись отвлечь внимание противника от давера и 10-020 исчез в огненном шаре. За мгновение до этого кодированный импульс сигнала о гибели ушёл с обречённого корабля. Но купол защитного поля поглотил его. А ещё спустя мгновение семь огненных шаров расцвели в пространстве. Это был последний подарок противнику от экипажа погибшего «Ной-разведчик». Первые четыре ракеты ударили в скучившиеся корабли, повредив и уничтожив 23 корабля. Две ракеты разнесли странный корабль, нарушив целостность поляризованного поля. Последние две ракеты ударили в приближающиеся корабли противника и превратили два из них в огненные шары.

Яга эти вспышки видела, но смотреть на них времени не было. От скопления астероидов навстречу ей неслись три тройки изогнутых дисков. Это были истребители противника, и от них ей было не уйти. Она сделала последнюю попытку спасти добытые сведения. На борту давера была ракета-капсула с передатчиком. Она была не управляема. Яга вложила в неё контейнер с кристаллом и нажала сброс. Сама направила свой давер навстречу первой тройке противников. Ни она не противники не отвернули и встретились нос в нос. Новый огненный шар осветил космос, но он был не последним. Ракета с посланием врезалась в подкрадывающийся сзади диск. Это и был последний огненный шар…

Глава 11

… Укрытий полями невидимости на границе мира катаров дрейфовал большой корабль. Его корпус представлял вытянутый многоугольник с наростами орудийных башен и пусковых установок. В зале этого корабля, перед огромным экраном расположились две фигуры, закутанные в чёрные блестящие плащи с наброшенными широкими капюшонами. Они смотрели на экран и на плавающие в космосе обломки. Общались они телепатически:

— Отправьте запись Вагу! Пусть полюбуется!

— Уже исполнено! Тир Посланник!

— Так кто из нас был прав? Я же говорил, что тогда первый корабль мы застали врасплох! Три наши корабля и четыре истребителя! Вот результат того боя. А теперь? Они даже ухитрились уничтожить корабль «внушающего»! Остальные и считать не хочется. Полсотни этих кораблей таков, а я уверен, что это не самые большие и мощные их корабли и от Вашего роя не останется ничего! А если учесть, что у нас всего девять ударных роев? Вот и считайте!

— Вы тогда и сейчас правы, Тир Посланник! Эти таки прямая угроза нашей расе. Что прикажете делать?

Но первый молчал. Он думал о своём и на вопрос не ответил. Оба сидели неподвижно, уставившись на экран. Прошло несколько минут, пока первый вышёл из своей задумчивости. Он снял, поставленный перед этим блок своего сознания и начал рассуждать:

— Да Владыки исчезли! Что с ними произошло? Можно только гадать. Но их системы слежения за мирами продолжают работать и куда-то передают информацию. Мало того системы меняют траектории, значит получают на это приказ. А таки, по моему мнению, и есть молодая смена Владык. Только они ещё почему-то не получили оружия и технологий старших Владык. Пока этого не произошло их нужно уничтожить! Ускорьте подготовку кораблей для гатов и катаров. Отправьте внушающих к маргам, паукообразным, летающим и ползающим. Пусть они все навалятся на мир этих таков. Пусть истребляют друг друга! Нашим потомкам так будет легче выжить в своём новом мире. Знаешь Тук я рад, что это наш последний поход и впереди покой вечного сна. Странно! Чему радуюсь? Ну ладно отвлеклись! Займись делами!

— Слушаюсь! Тир Посланник!

Одна из фигур поднялась, приняла горизонтальное положение, перебирая шестью лапами, направилась к выходу из зала. Вторая осталась сидеть, погружённая в свои мысли.

Это были лады, которых никто никогда не видел. Под широкими плащами скрывались тела больших ос с головами рептилий. Они приговорили человечество и выполняли свой план. Это было изменение плана третьей фазы войны, расу людей назначили на уничтожение силами остальных рас. Она должна была исчезнуть, но перед гибелью изрядно проредив ряды других рас, обескровив их на долгие годы. Так решил лад и его план начал осуществляться…

… Среди разных рас возникла и начала укрепляться странная религия, о которой никто никогда и не слышал. Её проповедники носили тёмные глухие плащи из блестящей ткани. Никто никогда не видел их без этих плащей. Глубокие капюшоны скрывали их лица, но их проповеди доходили до сердца и разума каждого, именно там находили они отклик и понимание. Правда, никто не обратил внимания на одну странность. Голоса проповедников не слышали, а истинные слова сами возникали в мозгу и были, как бы собственными.

Высокоразвитые цивилизации имели специальные службы, в обязанность которых входило отслеживание и объяснение всего странного, что происходит в их мирах. Проповедники нового учения и само учение попали в их поле зрения и вызвали интерес. Странным показалось то, что очень быстро эта секта начала увеличивать число своих адептов и расползаться по всем соседним мирам.

Гиль несколько лет тому окончил курс специальной подготовки и уже два года служил агентом в службе контроля сознания иматов, крылатых человекообразных. Он получил задание разобраться с этим быстро растущим учением, в котором была одна для всех рас странность. Согласно его догмам представители расы людей были посланниками тёмных сил направленными захватить планеты всех разумных рас. В качестве доказательства приводился уже свершённый ими факт, что они уже захватили планеты расы гетов, отправив их скитаться. Раса иматов была одной из старых рас, живших в этой части Вселенной в памяти её компов хранились данные о заселении расой людей окраинных планет этой Галактики и геты никогда на этих планетах не проживали. Это и побудило разобраться со странным лжеучением. Тем более, что оно призывало все разумные расы объединиться и очистить Вселенную от этих посланников тёмных сил. А это был уже призыв к войне с расой, которую опекали Владыки Вселенной. Хотя о них давно не слышали, но рисковать не стоило. Вот и дали задание нескольким агентам службы контроля сознания внедриться в адепты этого учения. Гиль был среди агентов получивших это задание.

Служебный терминал видал скудную информацию. Самым ценным в ней было то, что на планете Цим была школа обучения проповедников учения и туда принимали всех желающих. Лайнер межпланетных сообщений через два дня увозил на эту планету молодого адепта нового учения, сына купца Арома. Это был Гиль.

Планета Цим была планетой гор и пустынь. Жаркое солнце, горные реки и огромная гладь океана создавали хорошие условия для жизни представителей расы иматов, ибо они любили жить в горах. Школа проповедников находилась на плато среди гор и была построена недавно, земли под неё выкупил купец Лот, один из адептов новой веры. Оказалось, что сдавать никаких экзаменов не требовалось, на обучение принимали после собеседования с одним из наставников, носившим тёмный глухой плащ из блестящей ткани. Собеседование он проводил не персональное, а групповое с 20–30 желающими. Записавшись в группу на собеседование, Гиль отправился бродить по городку.

Городок был небольшой, везде были следы ведущегося строительства. Сама школа располагалась в горных пещерах, так обычно испокон веков строили свои жилища иматы. Ничего необычного Гиль не увидел. Только гуляя по городу, он почувствовал странную вещь. Ему показалось, что кто-то неназойливо проник и обшарил его сознание. Агентов учили противостоять гипнотическому воздействию, чисто автоматически Гиль не выставил блок, а как его учили, просто очистил своё сознание. Блокировку сознания почувствовать легко, а очищенное сознание внимания привлечь не могло, так говорили его учителя и он им верил, но теперь на всякий случай в своём сознании сохранял только образы и мысли соответствующие его легенде. Собеседование прошёл легко. Гиль получил место в келье и синий глухой плащ с капюшоном, его полагалось носить постоянно, снимая только для сна. Так появился новый адепт новой веры. На следующий день начались занятия. Они были странными.

Обучали всех в большой пещере. Обычно на занятии присутствовали три учителя. Они восседали на возвышенности в своих чёрных блестящих плащах с наброшенными капюшонами. Отвести взгляд от их фигур было не возможно. Слова сами возникали в мозгах учеников и впечатывались в память намертво. Главное это было то, что все догмы становились собственным убеждением каждого ученика. Никаких сомнений они не вызывали. И так из дня в день по 10 часов. Гиль был знаком с этой методикой создания ложного сознания, он был обучен противостоять ей, но справлялся с этой задачей с трудом. Внушение было очень сильным. Подозрение это вызывало, сказать, что такие действия были чем-то необычным? Было не возможно, ибо такие же методики применялись и при обычном обучении во всех учебных заведениях расы иматов. Добивала только строгая дисциплина и множество ограничений. Так в город их не выпускали. Это нарушало планы Гиля и его руководства. Связной ждал его сообщений в городе. Других видов связи не имелось, но отсутствие связи его не очень удручало, ибо сообщить ему пока было нечего. Ежедневные занятия с перерывами на еду и сон, без выходных. После занятий вечерами самоподготовка, которая состояла в постоянном чтении специальных файлов на одну и ту же тему. Смысл был один. Люди враги всех рас и они, ужасные посланники тёмных сил. Вот и все сведения! Очень важные и объёмные? Гиль в этом справедливо сомневался. Так и пролетел первый месяц.

На втором месяце обучения всем ученикам выдали нагрудные амулеты. Большие блестящие пластины на прочном белом шнуре. На пластине был изображён имат с раскинутыми крыльями. Каждый ученик должен был вечерами устанавливать эту пластину перед собой и повторять вслух всё узнанное на занятиях. Гиль знал, для чего это делалось. Так развивали зачатки самогипноза, воздействия на личности. Это тоже не было противозаконным. Приходилось признать, что подозрения были безосновными и это обычная секта со своим пусть и странным верованием.

Гиль под разными предлогами обследовал всю территорию школы. Он свободно осмотрел все пещеры-помещения, кроме одной. Проникнуть туда не смог, так как вход преграждала прочная дверь из металла. На ней не было замка, нигде он не смог обнаружить никакой потайной кнопки, сенсора или рычага. Выяснил только одно, за этой дверью скрывались их учителя. Это давало основание думать, что если есть какая-то загадка, то она скрыта за этой дверью и Гиль должен был проникнуть за неё, в противном случае задания он не выполнит. Решив так, он нашёл укромное место и начал наблюдать за этой дверью.

Неделя наблюдения многого не принесла. Да, за этой дверью скрывались их учителя. Они подходили к ней, останавливались на мгновение, ничего не касались, а дверь открывалась, пропускала их внутрь и тут же закрывалась за ними. Гиль узнал только одно, стоящий перед дверью учитель посылал телепатический сигнал, открывающий её.

Вечерами Гиль теперь не занимался, он придумывал план, как проникнуть за дверь. Перебрал сотню вариантов, но приемлемого варианта не находил. Об опасности не думал. Он был в своём мире и представлял государственную структуру. По законам все обязаны были выполнять его требования, но он осуществлял тайную проверку и не должен был засветиться. Вот и приходилось искать обходные пути. Как любой агент спецслужбы он умел многое, даже не имея специальных устройств и оборудования, мог изготовить многое, из имеющихся под рукой средств. В столовой хватало разных специй для приготовления пищи. Обычно ученики раз в три недели дежурили по столовой, сами мыли посуду, убирали, чистили чаны для приготовления пищи.

В своё дежурство Гиль подобрал нужные компоненты и сделал состав, парализующий нервные узлы на несколько мгновений. Проверил на одном из своих соучеников. Всё прошло нормально. Тот получил укол щепкой из дерева, обмакнутой в сделанный состав и на мгновение отключился. Затем пришёл в себя. Посчитал, что просто перетрудился и значения случившемуся не придал. Гиль был доволен, достигнутым результатом и решил действовать. Стеклянная трубка нашлась легко, шарик с тонкой щепкой пропитанной полученным составом составили снаряд позволяющий нанести угол на расстоянии. Осталось выбрать момент. После долгих размышлений время было выбрано днём, когда большинство учителей находятся на занятиях. Гиль не спешил. Он отработал все детали. Как уйти с занятия на некоторое время? Как потом вернуться, не привлекая внимания? Всё продумал, взвесил, рассмотрел все могущие возникнуть неожиданности. Тянуть смысла не было, заканчивался третий месяц его учёбы в школе, а задание было не выполнено. Понятно, что начальство радости не испытывало. Это он знал, вот и торопился.

Назначенный день настал.

Под благовидным предлогом Гиль покинул пещеру, где проводились занятия. Проделывал это уже не раз. Тренировался. Тогда всё проходило гладко. В этот раз тоже всё удалось. Его никто не заметил. Затаившись в укромном месте, стал ждать. Ожидание не затянулось, к двери подошёл один из учителей. Выдохнув в трубку, Гиль отправил свой снаряд в выбранное место на фигуре учителя. Шарик ударил в его плащ и упал на пол перехода. Всё это Гиль видел. Видел место укола на плаще и открывшуюся дверь, в которую свободно вошёл учитель. Через мгновение дверь закрылась.

Гиль был озадачен, но думал над неудачей недолго. Найденный шарик со щепкой помог решить эту задачу. Щенка была с расплющенным наконечником. Вывод напрашивался один. Ткань плаща была прочной и щепка её не пробила. Предстояло искать новое решение задачи, этим и занялся. Хотя подобный вариант развития событий предусматривал и раньше, поэтому просто начал осуществлять ранее обдуманный запасной вариант.

Две полоски из клейкой ленты были сварены по краям, ещё два шва посередине сваренных полосок клейкой ленты образовали три ёмкости. В каждую был впрыснута жидкость. Соединяясь, при разрыве вместе они образовывали газ, по действию подобный ранее сделанному составу для укола. Пробовать необходимости не было. Осталось только наклеить это на расходящиеся створки двери. Открываясь, они разорвут плёнку, полученная смесь выделит летучий газ, который попадёт в организм учителя при вздохе и тот отключится на пару минут, дав возможность Гилю проникнуть за эту дверь.

Гиль ушёл с занятий, наклеил плёнку и затаился.

В этот раз всё прошло нормально. Учитель упал в открывшийся проём. Гиль мгновенно перескочил через него и вбежал в широкий проход. Место было незнакомым. Проход вёл в большую пещеру с дверями келий по окружности. Келий было более полусотни. Гиль вспомнил, что учителей всего два десятка, он нырнул за дверь самой дальней кельи, затаился. Здесь, наконец, смог перевести дух. Всё прошло удачно. Ему никто не попался и его никто не заметил. Учитель уже должен был прийти в себя. Вот пусть и ломает голову, что с ним случилось? Газ уже улетучился и настоящую причину найти не возможно. Оставалось разобраться здесь и выбраться отсюда. Над последним он и ломал голову. Через минут десять начинался перерыв на обед. Гиль немного приоткрыл дверь и в образовавшуюся щель наблюдал за залом пещеры.

Он не знал двух вещей. Первая это было то, что учитель так и не пришёл в себя. Он умер от болевого шока. А вторая, за ним уже давно наблюдали. Его обнаружили камеры наблюдения, они передавали информацию на пульт, за которым сидел андроид. Он уже давно доложил о проникновении в их пещеру старшему учителю и от него получил приказ наблюдать, не принимая мер, он это и делал. Бесстрастно взирая на экраны, только послал двух роботов убрать тело, лежавшее в дверях. То, что это уже не живое тело он знал, ручной браслет лежавшего учителя передал сигнал прекращения жизненных функций. На контрольном экране одна ячейка светилась красным цветом. Но это его не касалось, приказ был конкретный и должен был выполняться неукоснительно. Иначе поступать этот искусственный разум не мог. Программа не позволяла. Начался перерыв на обед. Все учителя собрались в зале большой пещеры. Они сидели и ждали старшего учителя, он зашёл в одну из келий и оставался там.

Гиль это видел, но значения этому не предавал, он просто не знал, что в этой келье был оборудован пульт видеонаблюдения и старший учитель просматривал записи, на которых были записаны все действия проникшего к ним имата. Отсутствовал старший учитель-проповедник минут 15. Вот он вышёл из кельи и сел во главе стола. Это всё видел подсматривавший за ними Гиль, вдруг он обмер. К двери кельи, где он спрятался, направились два металлических робота. Они открыли дверь кельи и вытащили Гиля в зал пещеры. Он даже не пытался сопротивляться, повиснув в их железных руках-захватах. Особо не волновался, опасности для него не было. Да он проник в запретное помещение. Ну и что? Его передадут местным властям, а с ними он объяснится. Просто предъявит знак своего ведомства и всё. Этими размышлениями о развитии дальнейших событий успокаивал себя, а поверив в это, был спокоен.

Роботы поставили его перед пустым концом стола. Сидевшие за ним учителя так и не сняли капюшонов, просто их головы были обращены в его сторону. В сознании Гиль возникли вопросы:

— Кто ты? Зачем забрался в наше жильё?

Он мог бы ответить на них мысленно, но делать этого не стал, решил отвечать, произнося слова. Надеялся, что звук собственного голоса добавит ему уверенности и значимости. Ответил громко:

— Отвечать на ваши вопросы не буду! Это мой мир! Вы обязаны передать меня властям планеты, по законам моего мира! Иначе власти призовут вас к ответу.

Успел ещё и подумать:

«Ну, откройте свои лица! Я запомню их и когда со спецназом приду сюда, тогда и поговорим! Хотя это и не важно. Отловим всех по счёту и снимем капюшоны сами»

В этот момент в сознании возник знакомый голос:

— Не будешь отвечать? Ну и ладно!

В голове возникла ужасная боль, Гиль потерял сознание. Когда он пришёл в себя, и к нему вернулось зрение, он увидел своё тело, безвольно повисшее в руках роботов. Одежда его была изорвана, а на столе перед главным учителем-проповедником лежал его тайный знак. Он едва осознал это и в тот же миг знакомый голос прозвучал в его сознании:

— Значит, ты представитель власти и хочешь увидеть наши лица? Хотя вернуться сюда со спецназом ты не сможешь ещё и по той причине, что властям планеты мы тебя передавать не будем. Ты убил Мифа, нашего сородича. Он погиб выполняя волю Вага, главы наших роев, за жизнь и процветание нашей расы. За его смерть ты заплатишь. Снимать капюшоны мы не будем, а тебе покажем без капюшона убитого тобой. Сейчас, подожди немного. Его тело принесут сюда.

Два других робота принесли тело, завёрнутое в плащ, они положили его на стол, затем отбросили полы плаща и Гиль увидел костюм на основе изоскелета. Один из роботов набрал код на браслете, висевшем на запястье. Костюм распахнулся и Гиль содрогнулся. Перед ним лежала что-то странное. Это было тело осы с шестью лапами и головой рептилии. Голову венчала жёлтая шапочка, она заканчивалась на теле. Гиль смотрел, открыв рот.

Он не знал, что первым из разумных видел лада, точнее «вещающего», симбиоз лада и паразита-усилителя внушений, сросшегося с ним. Его газ убил паразита и тот послал мощный сигнал боли в мозг своего носителя. Мозг не выдержал возникшего давления, разорвавшись, он выплеснулся наружу. Это было последнее, что увидел Гиль. От мощного импульса в его мозгу возникло сильное давление, от которого он разрушился. Гиль умер той же смертью, что и убитый им лад.

Повинуясь мысленному приказу главного учителя-проповедника, роботы отнесли оба тела в одно из ответвлений коридора и бросили их в глубокий колодец, ведущий в расщелину горного хребта.

На следующий день к связному пришёл «Гиль». Он отдал свой тайный знак и сообщил, что покидает службу так, как стал адептом новой веры. Связной растеряно смотрел на лежащий перед ним знак и мысленно составлял рапорт для руководства. Когда «Гиль» ушёл, связной не посмотрел в окно, не проводил его взглядом. А даже если бы он посмотрел и проводил взглядом уходившего «Гиля»? Это ничего не изменило б, он не мог видеть выходившую из его двери закутанную в блестящий чёрный плащ фигуру с капюшоном на голове, «внушающий» приказал ему видеть «Гиля» он его и видел. Хотя Гиль, точнее останки его тела, уже почти сутки были разбросаны по выступам стен ущелья, идти куда-то или к кому-то он уже не мог никогда. Гиль был уничтожен за то, что был единственным, из всех разумный существ, кто знал истинный облик, скрывающихся под чёрными блестящими плащами, истинный облик ладов…

Глава 10

… Командование эскадры «Око» ждало сообщения от 10-020 ещё месяц. Потом он был занесен в списки пропавших кораблей. Это случилось как раз в тот день, когда Рему исполнилось пять лет. В этот день Тала получила сообщение, о пропавших без вести офицерах армады, дочери и зяте. Она не плакала. Она тоже была в первую очередь офицером армады, а уже потом матерью. Да и у Рема собрались гости, они праздновали его день рождения. Выплакалась она ночью, проводив гостей и уложив спать внука. Геб был в очередной командировке…

Скорбная весть добавила ей морщин и серебряных нитей в волосах. Сначала Тала хотела сказать внуку о том, что его родители не вернулись с похода, но поразмыслив, передумала. Корабль дочери и зятя числился пропавшим, а не погибшим. Сигнала о гибели с него не поступило, оставалась надежда, что они потерпели аварию и их найдут. Такие случаи были. Надежда слабое утешение, но с ней жить легче. Поэтому и промолчала. Рем особо родителями не интересовался, привык, что они звонили не часто, а тем более приезжать тоже не могли. Основной причиной его равнодушия был страх перед школой. Ему предстояло идти в неё на следующий год, но он начал бояться заранее, с ужасом представляя, что придётся сидеть за столами по 5–6 часов в день, не имея возможности побегать и поиграть. Это было ужасно! Обычно его так наказывала «бамапа» заставляя целый час сидеть и читать, выдерживал такое наказание с трудом, а здесь это сидение было в 5–6 раз дольше! Как выдержать? Периодически доведя себя до предела, он требовал не забирать у него детства, угрожая побегом из дому. Тала советовала ему подать собственноручно написанное заявление с протестом на имя кирта. Рем соглашался, но вспоминал, что писать не умеет. Тала пожимала плечами и давала совет:

— Тогда иди и учись! Напишешь потом.

Рем дулся и шёл к своим друзьям. От его друзей Тала приходила в ужас, визжала или сбегала из дому, если он тайком приводил их в гости. Дело в том, что этими друзьями были представители местной фауны и многие далеко не безобидные. Но Рем их не боялся, а они его не трогали. На планете за всеми представителями фауны следила специальная служба, но это не знали представители фауны. Грызуны, пауки, ящерицы и другие часто появлялись там, где их не ждали. Это появление вызывало лёгкий стресс у всех, кроме Рема.

Первый раз Тала наткнулась на паука-птицелова в комнате Рема. Из неё вылетела мгновенно. Это было не удивительно так, как паук был размером с два кулака взрослого мужчины. Санитарная служба примчалась быстро. Паука отловили и забрали. Рем мужественно защищал своего друга, но санитаров было больше, они были взрослыми, поэтому победа досталась им. Тала запретила ему приводить друзей в свою комнату. Рем сдался, но понял запрет, как ему было удобно.

Через два месяца Тала узнала, как он его понял. Днём она в обед приехала домой и вошла в гостиную. Через мгновение её крики и разряды парализира всполошили всех соседей. Они кинулись в её дом. Картину увидели ужасную. Тала замерла у двери, с зажатым в руке оружием, а посреди гостиной лежал крыс. Существо с серой шкурой, длинным, безволосым тонким хвостом, четырьмя лапами, с узкой вытянутой вперёд мордой, размером со среднего ката. Приехавшие на вызов санитары долго рассматривали парализованное животное. О том, что бывают особи таких размеров, они не слышали. Допрос Рема результатов не дал. Он заявил:

— Друзей я не предаю! Места их обитания тем более! Вы все убийцы! Когда, я вырасту, стану взрослым, заведу себе целую сотню именно таких крыс.

Услышав такое высказывание, соседи сразу подумали, что к этому моменту им лучше переехать, а санитары вздохнули облегчённо. Возраст Рема и свой они знали, вот и имели надежду, что к тому моменту, когда он осуществит свою угрозу, они уже будут отдыхать от своей работы в силу преклонного возраста.

После последнего случая Тала входила в дом, соблюдая все предосторожности, как космический разведчик, выходящий из своего корабля на землю только открытой и неисследованной планеты. Она благодарила своих преподавателей и наставников, которые в период учёбы на Завре, обучили её азам этого предмета под названием «выживание в экстремальных условиях, на неизвестной планете».

Эти заботы отвлекали её от горестных раздумий о судьбе дочери и зятя. Они так и продолжали числиться «без вести пропавшими офицерами» при выполнении задания командования армады. Скупая формулировка, дающая надежду, которая тает с течением неумолимо идущего времени.

Прошёл год.

В это лето к матери приехал Дуг, брат-близнец пропавшей Яги, сын Талы. Он приехал не один. Его спутницу звали Эли, она была латенентом армады, эпидемиологом, сослуживицей и бывшей по её согласию невестой. Рем сразу утянул её знакомиться со своими друзьями. Этот экзамен она выдержала достойно, за обедом он дал своему дяде совет:

— Ты давай женись скорее, а то прогадаешь. Попадётся такая, как «бамапа» намучишься! Визжать будет, если увидит любую букашку. А оно тебе нужно?

Все рассмеялись. Но через несколько дней услышали новое изречение мальчика.

Это был выходной день. Точнее, вечер выходного дня. Тала с сыном сидела на веранде дома, Эли плавала в бассейне. Был тёплый и спокойный вечер. Вдруг у соседей раздался крик и вой. Тала первой вскочила и бросилась на соседний участок. То, что увидела там, повергло её в шок.

Соседка, тоже бабушка, более почтенного возраста сидела на крыше веранды своего дома и кричала. На её руках жалобно выл хунд, лестница валялась на земле. Возле лестницы метался шипящий шуп, пушистый хищный зверёк, размером с ката. Там же стоя Рем и задрав голову, озадачено смотрел на соседку. Увидел Талу, он озабоченно спросил:

— Чего она убежала? Я хотел подружить их, а она сбежала и кричит.

Ответить Тала не смогла. Она увидела шупа и бросилась прочь. Ответить не смогла и после того, как приехали вызванные санитары и отловили шупа. Они уже так привыкли к выходкам Рема, что даже не ругались. Сделали своё дело и молча, уехали с трофеем.

Рем все нравоучения выслушал внимательно. Когда Тала выдохлась, он сказал Дугу:

— Смотри! Прозеваешь Эли? То можешь получить и такую трусиху, как наша соседка. Только сейчас я понял! «Бамапа» ещё не самый паршивый вариант. Бывают и хуже!

Через три дня праздновали день рождения Рема, ему исполнилось шесть лет, он очень плакал по этому поводу. Говорил всем, что они не правильно считают и ему только пять лет. Но это его не спасло. Через месяц он пошёл в школу, со слезами и страхами. Через два дня успокоился. Всё оказалось не так страшно, как он себе представлял. К столу его никто не привязывал, играться не мешал. Радостный Рем решил, что одного его в школе мало. Через неделю после начала занятий, он сделал сюрприз Тали пошёл в школу спокойно и радостно, гак шёл не один. О сюрпризе она узнала едва пришла на работу, звонок на личный браслет-коммутатор заставил её лететь в школу. Там её встретил общий переполох и растерянный Рем. Все ученики и обучатели заперлись, где только смогли. Рем стоял в коридоре, по полу и стенам ползали несколько крупных пауков, многоножек и другая живность. А на его руках сидел крыс, он гладил и успокаивал его ласковыми словами. Тали пришлось долго уговаривать Рема отнести друзей домой. Делала она это на расстоянии, приближаться не решалась. Вся школа ликовала, когда Рем согласился с доводами Тали и унёс своих друзей. После этого случая Тали обыскивала его перед входом в школу под надзором дежурного обучателя. Так проходила учёба и последние годы мирной жизни или жизни вообще. Кому как предназначено.

Глава 11

… Третья договорённость гатов и катаров начала действовать. К ней присоединились обладающие разумом пауки, летающие, «марги» так образовался союз, направленный против чудовищ угрожавшим всем разумным существам. Этими чудовищами были люди. Все знали, что они изгнали гатов со своих планет, захватили их мир и готовились захватить остальные миры разумных существ. Это объясняли всем разумным проповедники новой веры, она объединила всех. На всех планетах, в каждом городе и поселении были адепты этой веры. Они носили чёрные или тёмно-синие плащи с капюшонами и большими блестящими бляхами на груди. Бляхи отличались только изображениями на них. У каждой расы на бляхах адептов был выбит представитель их расы. Главные проповедники у всех были одеты одинаково. Чёрные блестящие плащи с наброшенными на головы глухими капюшонами. На стороне этого союза был общий Великий Разум, он помогал готовиться к походу на общего врага.

Он подсказал адептам гатов и катаров пророчество, где найти корабли с мощным вооружением. Чудо свершилось! Тысячи кораблей пополнили флоты обоих рас. Был создан объединённый штаб управления флотами. Он начал разрабатывать планы атак на мир людей. Время не терялось даром. Мобилизовали ресурсы и воинов для войны, проводилось обучение и подготовка экипажей, проводились совместные маневры. Всё работало на справедливую войну против врагов всех разумных рас. Марги знали, что мясо людей самая полезная и питательная пища. Паукообразные знали, что люди лучшие рабы. Гаты знали, что люди сделали их скитальцами, изгнав из родного мира. Катары и летающие люди знали, что их долг помочь гатам вернуть свой мир и этим они защитят свои миры. Общие молитвы укрепляли эти знания. Все рвались в бой.

Больше 30 000 ладов «вещающих» и «внушающих» трудились, не ослабевая общего поля воздействия на представителей всех разумных. Медальоны адептов веры были электронными усилителями, поддерживающими все даваемые установки. Лады манипулировали сознаниями всех, толкая делать то, что задумали они.

… В уже знакомом зале корабля в удобном кресле сидел лад. Капюшон его плаща был отброшен за спину. На голове рептилии по бокам были светло-коричневые пятна. По ним определялся возраст лада. С годами они меняли свой цвет, тёмно-коричневый в молодости до белого в старости. Разъехавшиеся двери впустили в зал семенящего на шести лапах лада. Он подошёл, к сидящему в кресле ладу, отвесив поклон, ждал, когда тот обратит на него внимание. Наконец, сидящий в кресле лад, вышёл из состояния задумчивости. Он поднял голову. Мгновение смотрел и кивнул головой, разрешая стоявшему ладу, говорить. Тот вновь склонил голову, подобрал под себя передние лапы:

— Тир Посланник! У меня не приятная новость. Медики сообщили, что произошёл необратимый процесс сращивания «внушающих» с усилительным организмом. Никогда лады так долго не проводили этот симбиоз и с этим процессом не сталкивались. По заключению медиков существование симбиоза возможно не более 4–5 лет, а затем он разрушается, вызывая смерть обоих. Все «внушающие» обречены.

Он замолчал, ожидая ответа. Прошло несколько секунд, Посланник ответил:

— Это плохая новость! Но наши братья положили свои жизни на алтарь процветания расы. Отпущенный им срок достаточный для выполнения их миссии. Но у меня есть хорошая новость! В телах принявших покой вечного сна обнаружено по 2 личинки, а в некоторых и по 3! Жизнь на новых планетах даёт свои благие результаты. Ведь раньше и одна личинка была не во всех телах. Так что будет, кому заменить «вещающих». Что у нас с подготовкой похода на мир людей, таков?

— Здесь Тир Посланник хорошие новости. Ещё пару месяцев тренировок и можно выступать. Переоборудованные корабли переданы гетам и катарам. Мобилизация ими проведена, экипажи укомплектованы. Сейчас освоят новые установки и всё. Остальные тоже практически готовы. Все рвутся в бой. Таки ничего не подозревают, нападение со всех сторон для них будет неожиданностью.

Лад, сидевший в кресле, махнул лапой:

— Иди Луб! Продолжай подготовку к нападению и помни наказ, что нам оставили наши предшественники «люди должны быть уничтожены! Это необходимо для расы ладов!» Сейчас их тела служат пищей для личинок, а мы должны сделать всё, для спокойной жизни будущих поколений.

Отвесив поклон тот, кого Посланник назвал Лубом, попятился к выходу. Новый Тир Посланник этикету предавал большое значение. Приходилось выполнять всё, даже если пятиться было неудобно.

Покинув зал, где находился Тир Посланник, Луб зашёл в рубку управления корабля. Сидевшие там лады приветствовали его поклоном. Для них он был главным. Здесь Луб чувствовал своё величие. Он уселся в кресло и коротко бросил:

— Свяжитесь с «внушающими», пусть усилят работу. Через два месяца все собранные в коалицию должны выступить! Тир Посланник их работой не доволен! Включить системы контроля переданных гетам и катарам кораблей.

Все корабли ладов имели системы отключения охлаждения реакторов. В случае опасности захвата корабля, эти системы запускались по команде с контролеров капитана или его помощников. Автоматически они включались, в случае если все эти контролеры получали сигнал прекращения жизнедеятельности организма, всех старших офицеров корабля. Переданные гетам и катарам корабли имели такие же устройства отключения системы охлаждения реакторов, но запускались они по получению кодового сигнала с любого корабля ладов. Это давало возможность уничтожить корабли гетов и катаров, если они решат заменить врага и нападут на мир ладов. Лады были осторожны. Они верили в силу «внушающих», но также и страховались от возможных неожиданностей со стороны своих союзников. Ведь могло случиться и то чего не ожидаешь.

Получивший приказ флот союзников начал сосредотачиваться в отведенных пунктах. Места входа в подпространство и выхода из него были рассчитаны. Этому помогли купцы катаров, они представили звёздные карты мира людей, с которыми раньше вели торговлю и благодаря этому хорошо знали все внутренние трассы, размещение пограничных фортов и спутников планетной обороны. Задача внезапного нападения давала преимущество и так превосходившему по численности кораблей в четыре раза объединённому флоту коалиции. Люди были обречены потерпеть поражение в этой войне. Шансов у них не было…

… Разведывательная эскадра армады людей «Око» курсировала вдоль границ. Она и сообщала, что военные действия в мире катаров прекратились. Командование армады вздохнуло свободно. Впереди был мир, можно было расслабиться, прекратить усиленные работы по замене кораблей и подготовке новых офицеров. Всё возвращалось на круги мирной, спокойной жизни. И она шла, отсчитывая часы, дни, месяца…

Глава 12

Рему исполнилось 8 лет. Он прошёл тестирование и получил в свой чип коэффициент УП-Ю. Никаких неожиданностей при определении его коэффициента не произошло. Он был обычным, средним, ничем не отличался от результатов сверстников. Наступала любимая им пора года, теплое и свободное от занятий лето.

Прошлым летом отпраздновали свадьбу Дуга и Эли. Дядя внял советам племянника и своей удачи не упустил. Зимой их с Эли перевели в эскадру армады в сектор 09–15, которая дислоцировалась на планете Ланите. Дуг получил должность второго помощника капитана мощного корабля класса «Страж». Правда это был не самый новый корабль, ему было 57 лет, но полученная должность была престижна для молодого офицера. Геба перевели командантом пограничного сектора, его штаб базировался на одной из планет созвездия Тритона. В конце года Тала и Рем собирались переезжать к нему. Для Рема это добавило хлопот, он не отходил от терминала, изучая фауну планет, куда собрались переезжать. Уже намечал своих будущих друзей. Тала пообещала ему, что на новом месте ему выделят место под пристанище для них. Всё это было обещано Рему на его обязательство, не брать с собой местных друзей. Скрепя сердце он повоевал и согласился. Вот и выбирал новый состав. Соседи ждали дня отъезда Рема, как чуда, они с трудом верили в своё счастье.

Но последние часы мирной жизни истекали. Флот коалиции готовился к входу в подпространство. Кристаллы с расчётами были вставлены в гнёзда считывателей корабельных компьютеров.

Геб только что окончил разговор с Тали, он отключил свой коммуникатор, осмотрел рабочий стол и встал с кресла. Был конец недели. Впереди был выходной, но предстояло много дел. Нужно было определиться с ремонтом в выделенном ему доме. Задача была не из лёгких. Обычно всеми хозяйственными вопросами занималась Тала, она его этим не нагружала. Сейчас это легло на его плечи вот он, и мучился с решением всех этих проблем, постоянно советуясь с ней. Два листа исписал её указаниями, но не решил и части вопросов. Вздохнув, Геб спрятал листы в карман и сделал шаг к двери кабинета, но на столе запищал сигнал коммуникатора и он вернулся к нему. Приложил палец к сенсору включения. Ожил экран. На нём появился дежурный по сектору. Его лицо было встревоженным. Сегодня в течение дня они разговаривали не один раз, поэтому он начал доклад сразу:

— Посты фортов зафиксировали возмущение подпространства. Наметились точки выхода из подпространства неизвестных кораблей. Я объявил боевую тревогу. Необходимо Ваше присутствие в главном посту управления.

Геб кивнул головой и направился к выходу из кабинета. В коридоре штаба царило оживление. Офицеры штаба занимали свои места по инструкции боевого расписания. Геб прошёл в большой зал главного поста управления сектора. Три стены этого зала занимали тактические экраны, на них была звёздная карта сектора с выведенными на неё точками размещения фортов, кораблей, их нахождения в данный момент. Красные мигающие точки отмечали выход из подпространства неизвестных кораблей. Их уже было много, а возникали всё новые и новые. Они были перед фортами и за ними, постепенно занимая всё пространство и приближаясь к орбитам планет.

Геб окинул взглядом экран и шагнул к терминалу управления. По его пониманию это был или выход из строя всей системы контроля пространства сектора, или широкомасштабное вторжение неизвестного флота. Первое исключалось. Система слежения была многократно продублирована. Увы, оставалось второе. Действовать нужно было быстро. Геб связался с коммандером сектора, доложил обстановку и свои соображения. Дальше решения принимал коммандер, а заботой Геба было остановить, задержать неизвестные корабли и продержаться до подхода эскадры армады сектора. По данным тактического дисплея выходило, что это сделать было нереально. Вторгающихся кораблей было в пять раз больше уже и их количество увеличивалось. Но кроме численности было ещё одно но. Пограничная эскадра состояла из катеров, эсминцев класса «Ной-разведчик», двух крыльев «Ной-прима» и одного крыла «Ной-удар». Это было всего 58 кораблей, на 2/3 малотоннажных. Значит, противнику уступали не только в численности, но и в огневой мощи. 9 фортов положение не уравнивали. Об этой нерадостной арифметике старался не думать. Изменить ничего не мог.

На орбите планеты находился флагманский «Ной-прима» и два «Ной-удар» это был последний резерв. Челнок унёс Геба к флагману пограничной эскадры. По всему сектору закипели бои.

На связь вышёл коммандер сектора. Он сообщил, что эскадра сектора спешит на помощь, но сможет прибыть через час. Вторая часть его сообщения была тоже не радостной. Эскадры других секторов на помощь не придут. Они тоже ведут бои в своих секторах против превосходящих сил противника. Оставалось рассчитывать только на свои скромные силы.

Космос окрасился шарами взрывов, в них гибли корабли противника и корабли пограничников. Это была война! Перевес сил был на стороне врага.

Компьютер флагмана определил часть кораблей нападавших. Это были военные корабли катаров и маргов, известные людям, но многие корабли не определялись, компьютеру их тип был неизвестен. Часть кораблей атаковала форты и корабли пограничной стражи, но большая часть кораблей нападавших атаковала планеты. Спутники планетной обороны и наземные комплексы вступили в бой. Противник наседал.

Флагман Геба огрызался огнём из всех орудий и установок. Плотность кораблей противника была такой, что ни одна ракета, ни одна торпеда, ни один луч лазера или выстрел из тоннельного орудия не пропадал впустую. Разлетающиеся обломки достигали кораблей, когда ослабевали защитные силовые экраны. Но пограничникам приходилось вести бой каждому кораблю и форту отдельно, об общем отражении врага даже мечтать не приходилось. Это нападавшие могли вести фронтальный огонь. Они так и поступали. Превосходящая численность и мощность огня обрушивалась на оборонявшихся людей.

Флагман держался из последних сил. Генераторы защитных полей перегрелись и отключились. Лишившись защитных полей, корабль был лёгкой мишенью. Его корпус покрывали пробоины, из которых торчала изолирующая пена. Все лазерные башни были разбиты. Та же участь постигла и тоннельные орудия. Пусковые установки ракет и плазменных торпед были пусты. Огрызались только два средних лазера и дезинтегратор. Из экипажа осталось едва два десятка раненых. Жить кораблю оставалось мгновения. Геб полз к пульту управления реактора. Он не ощущал своего тела, две широкие кровавые полосы отмечали его путь. Все мысли были направлены только на одно, доползти и поднять стержни. Но сделать это, ему было не суждено. Плазменная торпеда ударила в корпус, пробила его, и корабль утонул в огненном шаре взрыва. Обломки разлетелись во все стороны. Пограничной эскадры сектора больше не существовало. Она выполнила свой долг, сражалась до последнего. Противник, подавив сопротивление спутников планетной обороны и наземную оборону планет, высаживал десант на поверхность планет. Подошедшая эскадра армады пыталась сдержать продвижение кораблей противника, помочь защитникам планет она не могла. Бои шли по всей линии, уже обозначившегося фронта. Подходившие эскадры армады с других секторов могли только сдерживать продвижение противника, медленно отступая и отдавая планеты.

Глава 13

Тала о гибели Геба не знала. Они только два часа назад разговаривали с ним и вот его уже не стало. В это время люди, жившие в других секторах о начавшейся войне, ещё не знали. О ней сообщили только днём следующего дня. Но Тала о начавшейся войне узнала немного раньше. Она как вся армада была поднята по тревоге утром этого выходного дня. Мир людей погружался в пучину давно забытой войны.

Дуг о нападении на мир людей тоже узнал ранним утром выходного дня. Эскадру их сектора подняли по тревоге, загрузив заряды, ракеты, торпеды и продовольствие она выступила вечером этого дня к месту боёв. Примерно в 2 часа ночи следующего дня их эскадра сектора вступила в бой.

Ударив с налёта, они сумели отбросить противника. Понеся большие потери, тот отступил. Это был первый удачный бой армады. Увы, триумф длился недолго. Перегруппировавшись и получив подкрепление, противник начал атаку. Но его замешательство помогло людям. К эскадре присоединилась подошедшая эскадра армады другого сектора. Уже вместе они отразили натиск, потрепав атакующих врагов. Упорное сопротивление остановило продвижение флота противников и в этом секторе фронт замер. Противник занял позиции перед кораблями армады, не приближаясь и не вступая в схватки. Как не старались «внушающие» заставить продолжать бои и продвигаться вперёд всё замерло, у флота коалиции просто не было сил. Устали не только люди. Напряжение боя выматывает обе стороны. Требовалась передышка. Она и наступила. Армада Вселенной людей ей воспользовалась и сумела подтянуть к линии боёв эскадры с глубинных секторов. Это не решило проблему численного превосходства сил противника, но несколько уравняло огневую мощь людей. Обычно любая военная доктрина предусматривает для успешного наступления создания 3–4 кратного превосходства сил над силами обороняющихся. Почти такое соотношение и сложилось, но люди были более упорны и дрались до конца, что создавало дополнительные трудности для нападающих. На несколько дней продвижение противника было остановлено.

Дни передышки пролетели и снова начались бои.

Если представить Вселенную людей в плоскости с привычными осями, то она представляла собой вытянутый овал, с более плоской вершиной на севере, раздутыми боками на западе и востоке, сужающийся к югу. Южную часть на уровне 9 секторов окантовывала метеоритная река с плотной метеоритной пылью. Когда-то её пытались пройти, но потеряв десяток кораблей-разведчиков, эти попытки отбросили. Ширина метеоритной реки была неизвестна, пыль не позволяла проникнуть взгляду. Мощные телескопы были бесполезны. Но теперь этот непроходимый щит позволил перебросить эскадры армады и пограничные из этих секторов к имеющейся линии боёв. Кроме того в этих секторах развернули дополнительные ремонтные верфи и предприятия по производству оружие и боеприпасов. Так пытались противостоять вторжению. Эти меры позволили армаде Вселенной людей замедлить продвижение противника, но жестокие бои продолжались. Противник подтягивал резервы и атаковал…

Корабль, где служил Дуг и Эли, уже месяц не выходил из боёв. Ему досталось изрядно. Две башни, одно тоннельное орудие и три пусковых установки не подлежали восстановлению в боевых условиях. Изолирующая пена заплатками покрывала корпус. Из экипажа осталось боеспособными немного более половины. Дуг уже исполнял обязанности первого помощника капитана. Во время боёв гибли люди и по службе продвигались быстро, кто оставался в живых. Фронт пятился вглубь Вселенной людей, приближаясь к созвездию Лебедя, колыбели армады.

Этот день начался, как обычно. Противник атаковал. Укрытые защитными силовыми полями корабли армады людей маневрировали, не отвечая на огонь противника. Торпеды, ракеты приходилось экономить, с пополнением их были перебои. В основном отвечали лазерами, тоннельными орудиями и дезинтеграторами, но ими на дальнем расстоянии не достанешь, приходилось маневрировать, уходя от торпед противника, тот пускать их не стеснялся.

Дуг с Эли практически не виделся. Их боевые посты находились в разных частях корабля. Переговариваться было неудобно, общая связь вести личные разговоры не позволяла. На корабле не они одни были в таком положении, вот и приходилось таить свою тревогу и беспокойство в себе.

Противник действовал по шаблону. Полсотни малых эсминцев стаей устремились вперед, выпустили торпеды и укрылись за подходившими большими кораблями. Этот манёвр они проделывали несколько раз. Торпеды до корпусов кораблей армады не доходили, они взрывались, истощая защитные силовые поля, генераторы этих полей работали на пределе. Добившись снижения плотности защитных полей, в бой вступали лазеры, тоннельные орудия и пусковые установки торпед больших кораблей. Незамысловатая стратегия давала результаты, так как противник имел количественное превосходство, но люди приспосабливались к таким условиям. Они старались, маневрируя держать свои корабли носом к атакующему противнику. А затем быстро атаковать, подошедшие корабли врагов и произведя залп, уходили, поворачиваясь кормой. В этот раз действовали также. Но кораблю Дуга не повезло, выполняя разворот, он получил торпеду в корпус. Изолирующая пена закрыла пробоину, корабль закончил разворот и оттянулся на безопасное расстояние, тогда и выяснилось, что взрыв торпеды повредил не только корпус, он уничтожил командный пункт корабля. Погиб капитан, навигатор и пять операторов. На корабле был резервный командный модуль, Дуг занял в нём кресло капитана. Он был последним, из старших офицеров, оставшихся в живых. Бой продолжался.

Дотянули до вечера. Ночью ремонтировались, стараясь восстановить боеспособность корабля, тогда Дуг и встретился с Эли. Они были живы и прожили ещё один день войны, боёв. О будущем старались не думать, да и поговорить им толком не удалось. Каждая пара рук была на счету. Так и разошлись, простившись взглядами. Наступал новый день и их ждал новый бой. Участок их фронта проходил у орбиты главной планеты созвездия Лебедя, базы их эскадры.

Противник с утра перегруппировывался. Вчерашний бой принёс ощутимые потери. Люди сражались всем, что имели. Кроме спутников планетной оборону, они задействовали и ракеты с поверхности планеты. Когда-то умирающая Диана считала, что с ракетами оборонять планету удобней и легче. Её слова подтвердились сейчас через сотни лет. Флот врага уже имел счастье познакомиться с ракетами планетной обороны. А планета, база эскадры сектора была ими прикрыта плотно. Потери флот противника нес серьёзные, фронт застопорился и геты с катарами вынуждены были перебросить сюда дополнительные силы. Пришлось привлечь и остальных членов коалиции. Усиленный флот коалиции начал генеральный штурм главной планеты созвездия Лебедя. Истерзанный флот армады людей вёл бой из последних сил. Командование армады поставило задачу сковать силы врага, задержав его продвижение. Это было нужно для создания нового рубежа обороны в тылу фронта. Один из офицеров штаба армады предложил использовать старые корабли, которые ждали своей очереди на переплавку. Из них создавали многоуровневые форты. Делалось это просто.

Брался старый корабль класса «линкор» или «крейсер» с имевшимся вооружением, со всех сторон к нему стыковали старые транспортные корабли, внутреннее пространство их заполнялось герметизирующей пеной, а на их палубах устанавливались несколько пусковых установок ракет или торпед, получался форт. Уничтожить который было очень нелегко, ибо пробиться через слои такой «брони» до укрытого в центре, основного корабля управления требовалось усилие минимум полу эскадры тяжёлых кораблей и куча времени. Экипаж для такого форта требовался небольшой, всего два десятка человек и главное любого возраста, и любой подготовки. Плотно расставленные такие форты создавали настоящую линию обороны с минимумом затрат. Люди надеялись остановить вторжение и сберечь хотя бы часть своих планет. Они делали для этого всё, жизней своих не жалели. Сейчас эту задачу выполняла обескровленная эскадра сектора и гарнизон главной планеты созвездия Лебедя. Корабль Дуга входил в состав сводной эскадры, он едва мог двигаться, имел неполный экипаж, но люди исполняли свой долг, хотя понимали, что ждёт их. Но это была их судьба.

… Боевой ордер коалиции двинулся к кораблям людей, они ждали противника, не двигаясь, перебросив всю энергию на защитные поля. Это была не бравада, просто многие корабли имели повреждения ходовых и рулевых двигателей, но ещё были целы некоторые орудия, лазерные башни и пусковые установки, имелись остатки торпед и ракет, да и выйти из боя возможности не было, орбитальные верфи и блоки были уничтожены торпедами противников ещё впервые дни боёв. Иногда обстоятельства складываются так, что поневоле приходится совершать геройские поступки поневоле. Просто ничего другого сделать невозможно. Это и был как раз такой случай.

Дуг тоскливо отвёл взгляд от тактического дисплея и посмотрел на дисплей технического состояния корабля, наличия боезапасов и готовности башен, орудий и пусковых комплексов. Картина была не радостной, и он подумал:

«Лучше бы не смотрел!»

Но стена командного модуля перед ним вся состояла из тактических дисплеев, это был резервный командный модуль, основной командный пункт был заполнен изолирующей пеной, он стал общей могилой капитана и шести операторов, боевых комплексов и управления двигателями, после взрыва прорвавшейся через ослабевшее защитное поле торпеды противника. Это уже свершилось, думать об этом смысла не было. Изменить уже ничего было нельзя. Корабли противника приближались. Тактику противник не менял, действовал по шаблону, но он это мог себе позволить, ибо располагал исправными кораблями, мог пополнять боезапас и имел резервы. То есть всё то, чего не было у них. А они располагали тем, что у них осталось и надеяться могли только на себя. Последний приказ из штаба армады был категоричен:

«Задержать противника любой ценой!»

Что это значит? Можно не говорить. Это и так понятно.

Первая волна миноносцев сбросили торпеды и укрылись за корпусами больших кораблей, вторая и третья волны последовали за ней. Торпеды устремились к кораблям людей, их взрывы истощали защитные поля кораблей, открывая их корпуса для лазерных лучей башен кораблей противника. Маневрировать возможности не было, приходилось тратить энергию на лазерные башни малого калибра и пытаться сбивать торпеды. Некоторые торпеды взрывались, сбивая с курса идущие рядом и следом, а некоторые доходили до целей. Защитные поля пока сдерживали их, защищая корпуса кораблей. Эскадра армады не отвечала. Ракет и торпед осталось мало, их берегли, предпочитая бить по кораблям противника в упор. Для тоннельных орудий расстояние, для эффективного выстрела ещё было большим. Бой был впереди, судя по решительным действиям противника, он будет нелёгким.

Дуг спокойно смотрел на тактический дисплей. Опознанные компьютером корабли противника были обозначены, синим цветом, а неопознанные отсвечивали красным цветом. Поставив передние силовые экраны, корабли противника устремились вслед за выпущенными торпедами. Корабль маргов класса «линкор» и три корабля класса «крейсер», из этой троицы компьютер опознал только одного, он принадлежал катарам, вырвались вперёд остальных. Зловещая улыбка скользнула по губам Дуга:

«Вот вы мне и нужны! Сейчас получите подарок! Жаль, он последний. Я как знал и берёг его до последнего мгновения».

Его рука скользнула к сенсору на панели управления, легко прикоснулась к нему и вернулась на место. На дисплее ничего не изменилось, но мысленно Дуг видел всё.

С пускового стапеля соскользнуло длинное тело «умной» ракеты класса «С-прим» самой мощной, сила полученного ускорения устремила её вперёд. Компьютер корабля сообщил компьютеру ракеты координаты и параметры цели, дальше уже действовал компьютер ракеты. Он проанализировал обстановку и выбрал решение. Ракета скользнула под лавину торпед, прикрывшись пламенем их двигателей, включила свой двигатель и устремилась к вырвавшимся вперёд кораблям противника. Ещё не выйдя из-под летящих торпед, она отключила свой двигатель. Инерция разгона продолжала нести её вперёд и пронесла под кораблями противника. Компьютер ракеты уже нашёл самую уязвимую точку корпуса большого корабля маргов. Он составил траекторию подхода к ней и включил на полную мощность ходовой двигатель ракеты, она устремилась к заданной точке. Плазменный заряд в носу ракеты направленно, вовнутрь корабля, взорвался, и основной заряд ракеты вошёл в корпус. Он взорвался возле реактора корабля.

Корабль мгновенно окутался огненным шаром взрыва, обломки с огромной скоростью разлетелись вокруг, калеча корабли до которых доставали. Шар взрыва поглотил и один из близко шедших к взорвавшемуся кораблю корабль неопознанный компьютером корабля Дуга, обломки изрешетили корпус корабля катаров, он тоже взорвался. Получившие повреждения корабли беспомощно качались, увлекаемые инерцией прерванного хода. Они стали мишенью для тоннельного орудия, этим малочисленная команда Дуга и воспользовалась.

На счету корабля Дуга было уже солидная галерея уничтоженных кораблей противника, два корабля класса «линкор», три класса «крейсер» и более десятка классами ниже, но этот бой для него стал последним. Боевой ордер противника приблизился вплотную и начал расстрел еле живых кораблей людей. На один корабль эскадры армады людей, точнее жалких остатков этой эскадры приходилось до десятка кораблей противника только первого эшелона. Один за другим корабли людей утопали в огне взрывов, но погибая, они вели огонь, до последнего мгновения доставая корпуса кораблей врагов. Упорство людей раздражало, схватки становились всё более жёсткими и безумными, случались и тараны, и само подрывы окруженных кораблей.

Корпус корабля Дуга состоял из сплошных пробоин залитых изолирующей пеной. Замолкла последняя лазерная башня. Система охлаждения реактор вышла из строя и на дисплее технического состояния корабля, его контур был заполнен зловещим багровым цветом. Безликий механический голос передавал одно, и тоже сообщение и вёл отсчёт:

«Внимание! Реактор повреждён! Команде покинуть корабль! До взрыва реактора осталось семь минут… шесть минут…»

Дуг прошёл в открытую дверь отсека спасательных капсул. Зашёл в ближайшую из них. Люк капсулы закрылся, захваты охватили его тело, перед лицом зажёгся экран дисплея. Капсула отстрелилась от гибнущего корабля. Тяжесть навалилась на тело, взревел двигатель капсулы, она устремилась к планете. Перегрузка возрастала и спустя мгновение исчезла. На дисплее Дуг увидел десяток огоньков двигателей капсул покидавших обречённый корабль. Это были все, кто уцелел от 319 членов экипажа. О судьбе Эли он старался не думать, это было тяжело, но гадать было ещё тяжелее, а смириться с мыслью о её гибели не мог. Старался жить надеждой на встречу…

Глава 14

Корабль взорвался, придав спасательным капсулам ускорение и разметав их. Дуг ощутил удар по корпусу капсулы. Он не испугался и не обеспокоился. Апатия после пережитого напряжения, сделала его безразличным ко всему. Но всё обошлось. Двигатель капсулы взревел, гася скорость падения, выработав остатки топлива, он замолк. Раздался резкий хлопок, капсула закачалась на стропах спускового парашюта. Дуг понял, что он жив и капсула опускается на поверхность планеты. Куда именно? Предположить не мог. Датчики обзора от трения об атмосферу планеты расплавились, экран дисплея потух. Спускаться в слабом свете освещения кабины капсулы в неизвестность, ощущение не очень приятное и простое, но с этим пришлось смириться, всё равно изменить ничего не мог. Амортизационная обивка кабины смягчила удар. Капсула застыла и распалась. Захваты раскрылись, освобождая тело. Свежий воздух планеты насыщенный запахами ворвался внутрь капсулы. Дуг его ощутил, когда вышёл и освободился от полётного скафандра, он вдохнул полные лёгкие этого воздуха и замер от наслаждения. Раньше как-то не замечал этого запаха и счастья от возможности дышать воздухом планеты со всем букетом земных запахов. Это осознал только в это мгновение. Осознал и оценил. А вокруг него была планета полная жизни и света.

Был солнечный день. Синее небо, украшенное редкими белыми облаками, было бескрайним и бездонным. Лёгкий ветерок овевал лицо и дарил незнакомые ощущения. По верхушкам кустов, порхали какие-то птички, они весело пересвистывались. Дуг осмотрелся. Капсула приземлилась в удачном месте на окраине редкого лесочка. Ровное поле пересекала полоса укатанной покрытой полимерным покрытием дороги. Она уходила в обе стороны, а далеко на горизонте были видны какие-то строения. Любоваться природой времени не было. Он получил только отсрочку от войны, злоупотреблять этим было не правильно, его место было там, где она шла. Эта мысль вернула его к имеющейся действительности.

Откинув защитную панель, на передней части капсулы, Дуг достал укреплённое в специальных зажимах снаряжение десантника. Там был тактический шлем, электронная винтовка, бластер в кобуре, защитный жилет, в его карманах были запасные батареи к бластеру, три кассеты к винтовке, четыре гранаты. Рядом был укреплён ранец с аптечкой, набором продуктов и другими необходимыми вещами. Быстро надев всё на себя, он направился к дороге, по ней пошёл в сторону видневшихся строений. В тактическом шлеме была широкополосная рация и радиомаяк. До домов Дуг не дошёл. Приземлившийся гладер забрал его и доставил в штаб обороны планеты, находившийся в пантеоне армады.

Через час Дуг уже знакомился с переданными под его командование бойцами из сил обороны и участком обороны его отряда.

Этот день и ночь прошли спокойно, он успел даже поспать. О судьбе Эли и спасшихся членов своего экипажа узнать не смог ничего. Оставалось предположить, что взорвавшийся корабль разметал спасательные капсулы, и они приземлились с сильным разбросом. Это был самый идеальный вариант, вот он и старался в него верить. Утром стало не до розысков и раздумий. Враг начал высадку десанта и завязались бои. Кораблей армады людей, спутников планетной обороны на орбите планеты не осталось. Запасы ракет комплексов планетной обороны закончились. Лазерные установки были разбиты истребителями. Высаживаться десанту врага никто не мешал. Силы самообороны планеты имели только легкое десантное оружие, помешать высадке они не могли.

Корабли противника заняли орбиту планеты и установили вокруг неё зону радиопомех. Лишив связи с внешним миром. А сообщить было что. Десант состоял из представителей всех рас коалиции. Против них людям и пришлось обороняться.

Силы были не равные, враг многократно превосходил количественно обороняющихся людей, это давало ему преимущество. Они теснили людей, отвоёвывая у них планету.

За эти дни Дуг повидал паукообразных, маргов, катаров, десантников с крыльями и высоких зелёных человекообразных. Принцип действия имеющегося оружия у всех рас был одинаков, отличалась только форма в зависимости от расы. У людей заканчивались боеприпасы, батареи и им приходилось пользоваться всем, что попадало им в руки. Кончался месяц с начала высадки десанта. Обороняемая территория людей неуклонно сжималась, теперь она проходила вокруг дворца первого кирта ставшего пантеоном армады. Это была святыня для любого человека, за неё бились отчаянно, но из последних сил. Ночью командовавшей обороной собрал старших офицеров. Их осталось всего трое. Дуг был в их числе. Измученные от постоянного недосыпания, четверо сидели в зале киртов. С портретов на них смотрели люди, которые руководили созданием этого мира, этой жизни. А теперь эти четверо руководили теми, кто защищал эти портреты, свою память об этих людях. Они решали, как защитить её от врага. Каждый из них понимал, что это иллюзия, мечта, которой не суждено осуществиться. Каждый обманывал себя и остальных. Всем так было легче обманывать и надеяться, но времени, предаваться иллюзиям уже не было. Решение было одно, только одно! Это понимали все, но молчали. Кто-то должен был озвучить это для остальных и такой человек нашёлся. Это был старый элкар армады, он командовал последними защитниками этой реликвии Вселенной людей. Своё он уже отжил, отлюбил, отгоревал. До начала нашествия на мир людей, он уже три года был на пенсии, а с начала войны добровольно вернулся на службу. Старый человек смотрел на сидящих перед ним парней, ему было жаль их и миллионы других молодых людей гибнущих в кораблях, истребителях и окопах, но изменить что-то ни он, ни кто другой не мог. Об этом лучше было не думать.

Обычно по старой традиции первым говорит младший по званию, а командир говорит последним. Элкар эту традицию сломал. Была ночь, утром предстоял бой, измученным людям нужно было поспать хотя бы пару часов. По этой причине он и заговорил первым:

— Долго говорить не будем. Врать себе прекращаем. Нам не выстоять, помощи ждать бесполезно. Сколько продержимся? Сказать трудно, батарей нет, зарядов нет, пользуемся трофейным оружием. Отдать врагам этот дворец права у нас нет. Даже если мы просто все погибнем, а враг войдёт в этот дворец по нашим телам, это будет позор нам, всем мёртвым и живым. Поэтому я отдал приказ и дворец давно заминирован. Под него заложили кварк-бомбу.

Он замолчал и посмотрел на лица сидевших перед ним офицеров. На их лицах было изумление. Усмехнувшись, он продолжил:

— Да Вы не ослышались, кварк-бомба! Их делать запретил ещё первый кирт, с тех пор их не производили. Когда возникла реальная угроза захвата пантеона, я дал задание учённым местного университета, они создали грубый прототип, но действующий. Вот каждому из вас по браслету, на них три индикатора, это сигналы о жизнедеятельности владельцев остальных браслетов. Если кто-то погибнет, то его индикатор будет светиться красным цветом. Последний оставшийся в живых нажмёт сенсор и запустит механизм взрыва бомбы. Врагу наша святыня не достанется. Есть другие мнения?

Офицеры молча, встали, разобрав, надели браслеты. Больше не было сказано ни слова. Да и нужны ли были слова? Все всё понимали, это был единственный реальный выход, они его приняли.

Дуг командовал обороной западного сектора дворца. Десантники противника уже хозяйничали в залах дворца, оттеснив оставшихся в живых защитников в центральную часть. На браслете ещё утром красный цвет окрасил два индикатора, а теперь горел этим цветом последний. Дуг понял, что из офицеров он остался один. Понял и то, что это ненадолго. Индикатор бластера показывал, что батарея его разряжена на 3/4, а под его командой осталось всего трое раненых бойцов. Следующую атаку отражать было нечем и неким. Выход был только один, выполнить последний приказ старого элкара армады, который уже исполнил свой долг. Теперь исполнить свой долг пришло его время. Перед его глазами стоял образ так и не найденной Эли. С улыбкой и её именем на устах, он приложил палец к сенсору браслета. Ещё мгновение всё оставалось без изменения. По лестнице поднимались десантники противника. Разные представители разумных существ удивлённо смотрели на стоящего израненного воина людей, смотревшего на них с улыбкой…

… Бомба получилась слабее боевого оригинала, изготовленная кустарно она не могла быть другой. Но главная планета созвездия Лебедя разлетелась на сотни мелких астероидов. Оплавленных кусков камней, когда-то бывших планетой. На кораблях и планетах людей видели этот взрыв, но ничего не поняли. Было после него только одно последствие. Противник остановил своё наступление и целых 27 дней в боевые столкновения не вступал…

Глава 15

Противник остановил своё продвижение от понесенных потерь. Они были огромны. Четыре корабля ладов с 763 «вещающими», 875 боевых, десантных, транспортных кораблей и более миллиона десантников коалиции. Но и это было не всё. Все «вещающие» в момент взрыва получили такой мощный выброс стрессовых эмоций, что мозг их симбиоза или заблокировался, у тех, кто был далеко от этого места, или был разрушен, у тех, кто находился близко. Ещё почти 2000 «вещающих» и «внушающих» погибли, остальным понадобилось почти две недели, чтобы освободиться от блока. Остальное время ушло на то, чтобы вновь подчинить себе испуганных и растерянных воинов коалиции. Противник снова начал бои, но теперь изменилась вся тактика захвата планет людей. Гаты до этого требовавшие не вести обстрел планет с орбит, теперь начали делать это первыми. Они предпочли получать пусть и изувеченные планеты, но планеты, а не кучи безжизненных астероидов. Теперь боевые корабли атаковали планеты, расстреливая с орбит наземные оборонительные комплексы, затем высаживали разведку. Десантники прочёсывала планету, выясняя места скопления оставшихся людей, только потом высаживался десант и переселенцы расы гатов. Это замедляло продвижение, но давало шанс уберечься от неприятных неожиданностей. Война против мира людей была прибыльной, спешить смысла не было. Мир людей был обречён, добычи хватало всем.

Гаты получали пригодные для жизни планеты с готовой инфраструктурой. Из пленных они отбирали людей могущих обслуживать эту технику. Брали с семьями, женщинами и детьми. Семья становилась заложниками лояльности рабов. Занимая лучшее жильё для себя, на окраинах гаты ограждали гетто для рабов.

Паукообразные разумные существа, отбирали из пленников здоровых, молодых и сильных. Их грузили в транспортные корабли и отвозили в свой мир, пополняя численность рабов.

Марги брали всех подряд стариков, детей, подростков, женщин и тела погибших. Живых грузили в транспортные корабли, тела в рефрижераторы.

Катары и летающие люди брали всё, что они раньше покупали у людей.

Все были довольны и война продолжалась. Оставлять людей было опасно, эту установку ладов разделяли все. Натиск не ослабевал, люди отступали к южной части своего мира к оконечности, очерченной метеоритно-пылевой рекой. Это был мешок, из которого не было выхода. Но и деваться людям было некуда.

Что твориться на захваченных планетах? Люди не знали. Связи с ними не было, вестей тоже. Посылать разведку не было возможности и сил. Потерянные планеты и сектора, занятые врагом оставались неизвестной территорией, отторгнутой от остального мира людей. Детей и гражданское население при приближении противника эвакуировали вглубь остатков своего мира. Эвакуировали по желанию, никого не принуждая, понимали, что это просто временная отсрочка. Враг будет идти до конца, до последней планеты…

… Тала известий о Гебе и Дуге с Эли не имела. О судьбе их ничего не знала. Точно в таком же положении были миллионы людей. Траур она не носила, хотя по службе знала, что их корабли и эскадры в списках армады на это время уже не значатся. Но бывало так, что корабли погибали, а люди спасались и находились на других кораблях, вестей о себе послать не имели возможности. Носить траур по живым? Ей не хотелось. Так и жила с надеждой в душе.

Два с половиной года шла война. Мир людей становился всё меньше. Окраинные сектора были производственными и сельскохозяйственными. Когда-то просторные малонаселённые планеты становились густонаселёнными. Их население пополнялось за счёт эвакуированных с захваченных планет. Работали, со временем не считаясь. Фронт требовал боеприпасов, оружия, ремонта кораблей. Тала сутками пропадала на верфи. Рем учился и был самостоятельным. Он превратился в крепкого парня. О родителях, деде и дяде не спрашивал, наверно уже всё понимал. Война забирает детство и заставляет рано взрослеть.

Времени на детские игры не остаётся. После занятий дети помогали взрослым в меру своих сил. От мира людей осталось сначала пять секторов, потом четыре, три… фронт приближался. В штабе обороны уже начали задумываться, что делать дальше? Как быть с людьми? Намерения врага были понятны. Это была война на истребление расы людей. Хотелось спасти хоть кого-то. Тогда и возникла мысль попробовать уйти за пределы своей Галактики, найти планеты пригодные для жизни и начать всё сначала. Времени и кораблей для разведки и поисков не было, вот и решили переоборудовать транспортные корабли, снабдив их всем необходимым для выживания. Прекрасно понимали, что это рискованно, но это был хоть какой-то шанс. У тех, кто останется, не было вообще никакого шанса выжить. Решение было принято, работа закипела. На верфях Гебы руководить этими работами поручили Тале. Она погрузилась в неё вся.

С инженерами наметили, как перестраивать корабли. Транспортные корабли выбрали по многим причинам. Их корпуса, реакторы, двигатели и обширные трюмы были более прочными, мощными и объёмными, чем корпуса и грузовые отсеки пассажирских лайнеров. В лайнерах был только комфорт для длительных перелётов, остальное не годилось для намеченной цели.

Обширный трюм транспортного корабля разделили. В верхней части добавили переборок, получились спальные отсеки на 900 человек, зал для занятий, помещение для пищевой оранжереи, кухня и столовая-зал. В нижней части трюма решили складировать все грузы необходимые для жизни на новой планете. Составили и списки необходимого оборудования и механизмов. Они получились обширные. Строительная техника, мини комплексы для изготовления стройматериалов, два боевых «триммера», пять гладеров, оружейная комната, склады одежды, концентратов и другое. Компьютеры кораблей должны были содержать всю обширную информацию накопленную людьми. Планировалось установить большие шкафы наполненные кристаллами с записями по всем отраслям промышленности, истории. Так решили снабдить каждый корабль, всем нужным для автономного выживания. Переделка и реконструкция кораблей шла круглосуточно. Попутно формировали команды для кораблей, это были в основном отставники армады, женщины из состава вспомогательных и административных служб. Все остальные сражались на фронте. Составляли и списки желающих эвакуироваться, а также детей потерявших родителей. Их желания не спрашивали, так как многие из них ещё были маленькими.

Готовые и укомплектованные корабли выводили на орбиту.

Вначале желающих отправиться в неизвестность было много, но из запертых в непроходимых границах планет путь был один, через фронт. Первые караваны беженцев далеко не улетели. Противник не обращал внимания на красные кресты на корпусах кораблей и сбивал их. Безоружные корабли были беззащитны и гибли в огне взрывов. На просьбы пропустить эвакуируемое гражданское население противник не отвечал. Более четырёх десятков транспортных кораблей с женщинами, детьми и подростками разлетелись обломками в космосе. Желающих идти на верную смерть не осталось. Предприняли ещё несколько попыток пройти через метеоритно-пылевую реку границ, но также потерпели неудачу. Бежать от войны и уготованной участи было невозможно. С этим смирились и попытки спастись прекратились. На орбите Гебы остались 9 переоборудованных и укомплектованных всем необходимым для выживания транспортных корабля, они были никому не нужными, там же висели ещё десяток транспортных корабля предназначавшихся для переделки. Но все работы свернули, признав их ненужными. Этот третий год войны становился последним годом существования свободного мира людей. Фронт подошёл к границе последнего сектора, пять планет были последним прибежищем людей. Последним бастионом обороны.

Тала понимала, что это уже агония. Из всей семьи у неё остался только Рем, спасти его она готова была любой ценой. Согласна даже была на любой риск. После долгих раздумий она пошла к начальнику штаба обороны их планеты. Он был её соучеником, они когда-то вместе закончили центр подготовки армады на Завре. Это было так давно! Ещё в том счастливом, мирном времени. Тогда все мечтали о долгой и интересной жизни, а теперь мечтали совсем о другой милости жизни. Но об этом не говорили.

Начштаба склонился над картой сектора, на висевший на стене тактический дисплей смотреть не хотелось. На нём вся информация была в режиме реального времени, радостного было мало. Здесь на карте он нанёс только линию фронта и бесцельно смотрел на неё. Решения их проблемы не было и это было понятно не только ему. Сегодня вечером он собирался покинуть штаб и перейти на корабль. Сидеть в штабе было бесполезно. Резервов не было, заканчивались боеприпасы, планировать тоже было нечего и незачем. Осталось только одно, занять место за пультом боевого модуля корабля и погибнуть вместе с кораблём сражаясь с врагом. Это было понятно и принято его сознанием, а сейчас он просто коротал время до этого часа.

Стук в дверь оторвал его от этого занятие. Это было какое-то разнообразие нудно тянувшегося дня:

— Войдите!

Крикнул он, оторвавшись от карты. В приёмной не было ни адъютанта, ни помощника. Большое здание было пустынно, все давно были на кораблях, спутниках планетной обороны, фортах и комплексах обороны планетного базирования. Штабные латали дыры в рядах защитников последних рубежей.

Тала зашла. Играть в субординацию смысла не было. Они уже сегодня встречались в пятый раз, поэтому она прошла к столу, встала перед ним и сказала:

— Кил! Я по личному вопросу. Хочу попробовать уйти через метеоритно-пылевую реку. Есть у меня план. Он рискованный, но и здесь оставаться риск не меньший. Снаряжённые корабли есть, вот и хочу попробовать. Мне на подготовку нужно дней 5–6. Разреши?

Начштаба посмотрел на неё:

— Тала! Сказать мне нечего. Обстановку ты знаешь. Разрешать или нет? Об этом говорить не стоит. Это твой риск и твоё решение. Обо всех попытках ты знаешь. Знаешь и результат. Хочешь пробовать? Пробуй! Разрешаю тебе забрать с собой всех, кто захочет рискнуть. Добровольцев можешь искать среди имеющихся раненых. Бери всех! Здесь участь у всех одна. Драться мы будем до конца. Удачи тебе и прощай! Сегодня я ухожу, все кто может держать оружие на линиях обороны и моё место среди них.

Они обнялись. Кабинет покинули вместе. Пустые коридоры большого здания провожали последних людей. Их шаги стихли, мёртвая тишина повисла в здании.

Тала вернулась на верфь. Через терминал связалась со станцией голо сети и продиктовала объявление. Опасности и риска не скрывала, но всем желающим предложила собираться на космодроме верфи. Сама занялась последними приготовлениями к рискованному походу. Она придумала, как пересечь метеоритно-пылевой поток. План был рискованный, как раньше говорили «безумный», но ничего другого придумать никто не смог. Это был шанс, пусть маленький, но шанс. Не воспользоваться им? Не рисковать? А какая альтернатива? Погибнуть с последними защитниками и более ничего. Это значило покориться судьбе, сдаться, а поступить так Тала не могла. У неё был Рем, единственный кто остался от всей её семьи, и за его жизнь она была намерена бороться до конца. Всеми имеющимися средствами к ним относились работы, которые сейчас проводились на верфи и на орбите. Она готовила снаряжение для своего «безумного» плана.

Ещё раньше на оружейных складах верфи она наткнулась на две ракетные установки и кассеты с ракетами к ним. Это были старые ракеты, случайно оставленные на верфи после замены их на одном из «Ной-прима». Их нужно было сдать на утилизацию, но толи времени не было, толи просто в спешке забыли. Вот они и остались. Нашлось и три торпеды с взрывателями, устанавливаемыми на заданное расстояние, дистанцию от точки пуска. Это всё теперь пригодилось. По указанию Талы найденное смонтировали на старый корабль класса «Ной-разведчик» ветеран так и не дождался очереди на переплавку, но послужить ещё мог. На нём заменили оборудование, отремонтировали реактор, двигатели. Ухитрились даже восстановить обе лазерные башни. Этому кораблю было больше ста двадцати лет, но приведенный в порядок он годился к походу в неизвестность.

Одновременно с восстановлением «Ной-разведчик» на орбите возились с не переделанными транспортными кораблями. Их трюмы набивали разными отходами и бочками с изолирующей пеной. Шесть так нафаршированных кораблей, по три, состыковывали и выводили антенны дистанционного управления рулевыми двигателями. Ещё пять транспортных корабля начиняли взрывчаткой, варили перегородки и экраны. Из них делали торпеды или ракеты, определить было трудно, потому что такого не было. Вся хитрость заключалась в том, что взрывная волна при взрыве их была направленной и должна была распространяться вперёд и влево. Такое задание было поставлено перед компьютером. Он и рисовал переборки, перегородки, рёбра жёсткости. Монтажники, ругаясь, городили их. Тала матов их не слышала, взяв небольшой буксир, она курсировала вдоль метеоритно-пылевой реки, наблюдала за скоростью движения массы в реке. После долгого наблюдения нашла место с самым медленным движением массы метеоритно-пылевого потока.

Придуманный ей план был прост. Торпедами пробить брешь в метеоритно-пылевой реке, расширить и углубить её торпедами-кораблями, состыкованные корабли сыграют роль сдерживающей на некоторое время плотины, а в образовавшуюся дыру проскочат корабли с беженцами. Всё это смоделировали и просчитали на компьютере. Результат был положительный, но два из расчётных параметров были не известны. Ширину реки и плотность потока не знали. Но об этом старались не думать, как и о неудаче. Просто надеялись и верили, что надежда сбудется. Другого варианта всё равно не было.

На всё эти приготовления ушло семь дней, вместо планируемых пяти, но наконец, всё было готово. На космодроме верфи собрались все откликнувшиеся на её объявление. Добровольцев набралось немного всего около 5860 человек. Раненые с семьями, осиротевшие подростки и дети с женщинами-воспитателями. Из отставников и женщин, имевших опыт кораблевождения и служивших на кораблях армады, сформировали экипажи для семи переделанных транспортных кораблей и восстановленного корабля «Ной-разведчик». Челноки доставили всех собравшихся на космодроме верфи на корабли, висящие на орбите. К походу всё было готово. День отлёта настал.

Рем простился с домом и друзьями, закинув за спину небольшой рюкзак, пешком отправился к космодрому верфи. Шёл и прощался с планетой, на которой прошли одиннадцать лет его жизни. С космодрома челнок увёз его на борт «Ной-разведчик», Тала брала его с собой. Обозначая общую судьбу для обоих. Правильно это или нет? Судить со стороны не стоит. Такое решает каждый сам. Тала потеряв всех, решила так.

Глава 16

Ордер движения был согласован заранее. Капитаны всех кораблей обсудили ситуацию, ознакомились с планом Талы. Спорить не стали, другого решения предложить никто не мог. Два буксира управляемые с модуля «Ной-разведчик» тащили корабли для плотины, сбоку от «Ной-разведчик» двигались корабли-торпеды, они управлялись компьютерами, связанными с компьютером «Ной-разведчик». Сзади следовали семь кораблей с беженцами. Люди покидали свой мир, уходили в неизвестность. Всё это можно назвать разными определениями. Бегство от страха перед врагом, попытка спасти жизни, форма сопротивления врагу, не желание покоряться обстоятельствам. Слова можно подобрать разные и всё преподнести как угодно. Но вряд ли кто-то из людей, уходивших в этот опасный поход, об этом думали. Давать оценки поступков легко со стороны, а когда это делаешь сам, то не до возвышенных слов и мыслей. Вперёд гонит страх, в основном за своих близких людей, а не за себя.

Тала старалась в себе его подавить, но по мере приближения к метеоритно-пылевой реке он всё сильнее овладевал ей. Пока была возможность вернуться, сомнения только усиливались, питая страх перед неизвестностью. Она понимала, что такое состояние испытывают все, но она взвалила сама на себя бремя руководства этой экспедицией в неизвестность, поэтому поддаваться своим чувствам не имела права. На тактическом дисплее бежали цифры. Они отмечали расстояние до реки.

Отбросив все лишние мысли Тала начала действовать. Её пальцы пробежали по сенсорам пульта управления, торпеды оставляя огненные шлейфы, устремились вперёд. Они взорвались, образовав выемку в потоке. Первый корабль-торпеда вошёл в неё. Огненный конус мощного взрыва углубил брешь в метеоритно-пылевой реке. За ним последовали остальные, начинённые взрывчаткой корабли.

По мере углубления воронки в неё входили состыкованные корабли заградительной плотины, под их прикрытием остальные корабли втягивались вглубь воронки.

Нервы были на пределе. Тала кожей ощущала удары метеоритов по корпусам кораблей плотины, взрывы емкостей с изолирующей пеной, вязнувших в ней метеоритов, вибрацию натужно ревущих двигателей буксиров. Они вошли в поток реки. Задний экран обзора, она отключила ещё в начале, но картина, как освободившийся от заграждения поток реки медленно стягивается за их спинами, отрезая путь назад, стояла перед её глазами. Взорвался последний корабль-торпеда, а впереди оставалась метеоритно-пылевая стена потока реки. Не теряя времени, пальцы Талы коснулись сенсоров пуска ракет. Первые четыре ракеты ушли в поток, пробивая путь кораблям. Пусковая установка приняла следующую кассету из четырёх ракет. Последнюю. Впереди всё также была пелена с вкраплениями метеоритов, поток реки не заканчивался. Тала закрыла глаза и нажала сенсоры пуска. Последние ракеты ушли вперёд. Не открывая глаз, она считала толчки отдачи взрывных волн.

«Раз, два, три, четыре… "

Сердце сжалось. Открыть глаза было страшно. Она представляла, как метеориты пробивают корпуса кораблей, поток разрывает их и тащит за собой. Это был бы конец! Пересилив себя Тала, открыла глаза. Перед ними был поток реки! Всё. Больше бороться нечем. Они проиграли! Отчаяние охватило всю её. Даже плакать не было сил. Она с болью смотрела на дисплей. Вдруг её взгляд упал на показания локатора. Сердце сжалось, воздух застрял в лёгких…

Цифры показывали, что луч локатора уходит в пустоту. Это обозначало, что плотность потока впереди очень низкая. Тала, не колеблясь, перевела рычаги управления двигателями буксиров тащивших корабли-плотины до упора. Натужно взревев, двигатели отключились, но этого толчка хватило, плотина перекрыла оставшийся край потока реки, локатор показал впереди пустое пространство.

Семь транспортных кораблей и «Ной-разведчик» вышли в открытый космос. Радостное известие разнеслось по всем отсекам кораблей. Люди радовались! Никто не задумывался о том, что они преодолели только лишь одну опасность. Сколько их ещё у них впереди? Об этом в этот момент не думали. Они прошли метеоритно-пылевую реку! Были живы. Корабли были целы, была свободная дорога впереди. Что ещё нужно?…

Наружные камеры передавали на обзорные экраны изображения окружавшего космоса. Густая темнота окружала россыпь из десятков звёзд впереди. Это были планеты неизвестной Галактики, это была надежда, что где-то там сверкает звезда-планета, которая приютит беглецов, примет их, заменит покинутую Вселенную людей. Подарит им жизнь и счастье. Долгий путь никого не страшил. У них появилась надежда. Восемь кораблей двигались вперёд к своей мечте. Никто не оглядывался назад, поэтому не видел, как метеоритно-пылевая река снесла и разодрала их заградительную плотину, поглотила и унесла обломки разорванных кораблей, а затем закрыла проделанную брешь…

Глава 17

… Шли дни. Они складывались в недели, месяцы. Уже год корабли шли в незнакомом пространстве безликого космоса. Но на кораблях кипела жизнь. Постоянно занятые делом люди не замечали идущего времени. Забылся страх и волнения при форсировании метеоритно-пылевой реки. Хотя всё пришлось пережить тем, кто находился в постах управления кораблей. То время добавило им седины и морщин, но остальные этого не заметили. Когда ежедневно видишь человека, то такие мелочи не замечаешь.

Волосы Талы украсила седая прядь, но она восприняла её, как уже бывшую и внимания на неё не обратила. Остальные видели её, но промолчали. Жизнь продолжалась!

Как-то так получилось, что к Тали продолжали обращаться по всем вопросам. Она стала руководителем их сообщества оставшегося от расы людей. Метеоритно-пылевая река отрезала их от бывшей Вселенной человечества, от людей, гибнущих и отступающих к последним планетам, под ударами превосходящих сил захватчиков. Они умирали, заканчивая свободную историю Вселенной людей, мира, где люди были счастливы. Но о последних минутах своего мира, горстка беглецов узнать не могла. Река не пропускала радиоволн, приёмные модули приёмо-передающих устройств молчали, на кораблях работала только внутренняя и общая селекторная связь, между кораблями. Впереди беглецов ждало самое страшное, что бывает в долгом походе, это было пребывание в замкнутом пространстве кораблей. С этим приходилось бороться, иначе психика людей могла просто не выдержать долгого пути.

Взвалив на себя руководство их общиной, Тала скучать никому не давала. Она перешла на один из транспортных кораблей. Взрослым достались вахты, тренажёры, осмотры груза, тестирование систем корабля. Детям, подросткам досталась ежедневная учёба. В виде поощрения их допускали к занятиям на тренажёрах. Это для них был праздник. Тренажёры были разные. Для тренировок и отработке управления гладерами, боевыми даверами, управления строительной техникой и оружейными устройствами и комплексами. Ради этих занятий все дети безропотно учились. Так и приходило время.

Рем, перешедший на транспортный корабль с Талой, жил такой же жизнью, как и все его сверстники.

Тала целые дни проводила в центральном посту управления. На обзорный экран выводились все сигналы с камер корабля и зондов. Корабли шли на двигателях межпланетных перелётов, незнакомый космос не позволял включать двигатели для движения в подпространстве, точки выходов рассчитать было не возможно. Приходилось медленно ползти. Танки с горючим были не безразмерны, но с этим приходилось мириться. Так и ползли. Однообразные дни проходили, сливаясь в месяцы.

Обзорный дисплей отображал странную картину. Они находились в каплеобразном замкнутом пространстве, окружённом «чёрными» дырами, туманностями и метеоритно-пылевой рекой. Корабли двигались от узкой части капли к её широкой части. В этой широкой части было созвездие со своим солнцем и планетами. Странностей было много, «чёрные» дыры были не активны и не поглощали пространства. Само наличие замкнутой линзы между ними было вещью не слыханной. Компьютеры такими данными не располагали. Теоретически этого быть не могло, но картинка на дисплее была реальностью. Лучи локаторов и телеметрия только подтверждали её.

Тала прекрасно понимала, что пройти через дыры и туманности они не смогут. Была только одна надежда, что в видимом вдалеке созвездии найдётся планета пригодная для жизни, иначе им уготована участь корабельных скитальцев. Ни оборудования для трансформации планет, ни времени в сотни лет у них не было. Снова страх и волнения владели ей. Но она старалась скрыть их, своими мыслями ни с кем не делилась. Часто её посещали странные мысли. Созвездие на дисплее ей было знакомо. Такого не могло быть! Но эта постоянно изгоняемая мысль лезла обратно в мозг и тревожила её. Заполненные дни продолжали лететь. Ещё один год пролетел. Половина танков с горючим опустела. Корабли подошли к первым планетам созвездия. Зонды и челноки устремились к ним. Эти планеты были далеко от местного солнца. Лишённые атмосферы, безжизненные и холодные они разочаровали. Ни одна из них не могла стать пристанищем для беглецов. Пришлось продолжить путь, скрывая разочарование. Корабли шли дальше.

Следующая большая планета имела пояс астероидов вращавшихся вокруг неё. Но была холодна и безжизненна. Это был год сплошных разочарований и тревог. Топлива оставалось всё меньше. Пришлось состыковать корабли, теперь они ползли гуськом за тащившим их кораблём. Солнце, на экранах дисплея ведущего корабля росло.

В этот день Рем вернулся в их отсек после занятий, с раздражением бросил планшет линписта на стол. Он был злым и недовольным. Тала была в отсеке и спросила его:

— Что случилось?

Время, когда он называл её «бамапа» уже прошло. Выросший парень теперь называл её просто по имени:

— Слушай Тала! Ты мне скажи, кто придумал эту историческую астрологию учить? Зачем она мне нужна? Мы даже не знаем, где эта Галактика Млечного Пути, где брошенная умершая прародина Земля? Зачем мне знать какие планеты возле неё? Сегодня этой глупости я не смог ответить на занятиях, из-за чего меня на неделю отстранили от занятий на лётном тренажёре.

Тала посмотрела на внука:

— Если забыть свою историю, то можно забыть и кто ты? Я тоже учила всё это. Ты считаешь это тебе не надо? Смотри это так просто!

Она набрала вопрос на компе и на его экране возникла картинка солнечной системы покинутого мира их прародины Земли. Тала посмотрела на экран и вздрогнула. Это было наваждение. Сегодня, да и до этого она видела эту картинку на экране… обзорного дисплея рубки управления корабля. Сознание отказывалось верить глазам. Такого не могло быть! Разве, что кто-то пошутил, вывел на обзорный дисплей историческую картинку? Но это было не возможно! Обзорный дисплей получал информацию с внешних камер корабля и камер зондов. Значит…, значит…, но это бред! Как могла солнечная система с умершей Землёй оказаться здесь?

Тала, резко повернувшись, бросилась в отсек управления корабля. Влетев, как ураган, она застыла перед обзорным дисплеем. Изображение на нём было идентично изображению на её коме.

Резкий сигнал тревоги пронёсся по отсекам всех кораблей. Засветились экраны внутренней связи, Тала объявила экстренный сбор всех капитанов кораблей.

В посту управления флагмана все собрались через час.

… Тала обвела взглядом собравшихся за столом командиров кораблей:

— Наш путь закончен! Мы нашли планету, которая приютит нас.

Она нажала сенсор и на обзорном дисплее появилась увеличенное изображение планеты в голубом ореоле. Сквозь него просвечивалась водная гладь и материки, разных цветов. Коричневые, зелёные, серые, золотистые. Все зачарованно смотрели на картинку.

Один из капитанов спросил:

— Что это за планета?

Тала улыбнулась:

— Это неизвестная Земля!

Все молчали и смотрели. Это название планеты знали все, но боялись высказать вертевшиеся на языках вопросы. Тала нарушила тишину:

— Осмотры остальных планет прекращаем. Идём к этой планете и занимаем места на орбите. Сегодня продумайте план облётов планеты, составление карт поверхности. Завтра обсудим. Сейчас все по своим кораблям. Произвести расстыковку и рассчитать курсы полёта. У меня всё. Вопросы?

Вопросов не было. Капитаны быстро покидали рубку. Заканчивался четвёртый год их скитаний. Они дошли до дома! Маленькая горсточка людей вернулась к своим истокам. Родная планета приютит их! Жизнь человечества продолжается!…

Глава 18

… Корабли приближались к планете медленно. Тала вначале опасалась, что планета обитаема и встретит их боевыми кораблями и спутниками планетной обороны, поэтому приняли меры предосторожности. Зонды плотно окружили планету, высматривая следы кораблей и спутников. От их камер не могло ничего укрыться. Но на орбите планеты не было ничего, даже спутников связи. Это удивляло. Само наличие здесь Земли было нереальным. Успокоив себя, решили, что эта планета просто очень похожа на Землю. Отсутствие спутников объяснялось только одним. Цивилизация, заселявшая эту планету, не была высокотехнологичной и до космических полётов не дошла. Только после этого корабли разместились на орбите планеты, а зонды ушли в атмосферу планеты. Приходившая с них информация радовала и удивляла. Воздух, вода соответствовали высшим стандартам для жизни людей. Радиационный фон был очень низким. Компьютер сравнивал получаемые данные с хранившимися данными покинутой Земли. Несколько отличались контуры материков, горных образований и площадей суши, покрытых лесами, отсутствовали многие острова, но эти незначительные отличия особого значения не имели. Основным было отсутствие городов и вообще любых следов деятельности человека. Дикая девственная природа была хозяйкой планеты. Хотя жизнь на планете присутствовала, но она была чисто животной, тоже дикой. Зонды осмотрели каждый уголок, компьютер составил карты планеты. Геофизические, климатические, геологические. Всё это добавляло только загадок. Как могла развиться такая флора и фауна, обойдя вид разумного существа? Это отрицало общепринятую теорию развития разумной жизни. Пусть не вид человекообразных существ, а какой-либо другой, всё равно должен был занять эту нишу, но она была свободна, точнее отсутствовала. Над этим ломали голову, ответа так и не нашли. Оставалось надеяться, что найдут его, высадившись на планету.

С другой стороны это была и радостная весть. Незаселённая, свободная планета была в распоряжении беглецов, она готова была стать их домом.

Обследование планеты с помощью зондов продолжалось больше месяца, дольше удерживать людей от высадки на планету Тала не могла. Три команды на челноках отправились на планету. Одну возглавила лично Тала. Места высадки были намечены заранее. Для первого десанта выбрали открытые места в разных точках. Но вначале челноки должны были приземлиться в одном месте, выбранном для производственной зоны. Это было плато с прочным, скальным грунтом удобным для посадки челноков.

Все челноки были оборудованы камерами, эти камеры челноков должны были передавать информацию прямо на обзорные экраны кораблей. А компьютеры кораблей транслировали её по внутренним сетям на все проекторы и компы. В этот день все не отходили от них, забыв о занятиях и еде. При длительном перелёте приходится испытывать много трудностей, воздух был не последней среди них.

Система регенерации воздуха на транспортных кораблях устанавливалась в авральном режиме. Кроме того трюмы транспортных кораблей не были предназначены для перевозки людей. Обычно был небольшой транспортный ярус оборудованный системой регенерации, а остальное пространство трюма продувалось воздухом только перед посадкой, а в режиме полёта воздуха в этой части трюма не требовалось. Установленная система регенерации была мощной, но создаваемый ей воздух, был не воздухом комфортных пассажирских лайнеров, для дыхания людей он годился, остальное не рассматривалось, таким воздухом дышали четыре года. Естественно он надоел, перед глазами была планета и её живой воздух, все мечтали вдохнуть его, ощутить его запах, вкус. Сейчас это досталось девяти счастливцам, все остальные могли только завидовать им и увидеть этот момент на экранах. Чем и довольствовались, прикипев к ним.

Над местом высадки кружились зонды. Вначале на экранах шло изображение, передаваемое их камерами. Это была картина прекрасного мира, которого они были лишены все годы пути.

Ясный погожий день, синее бездонное с редкими белыми облачками небо на нём яркое солнце, его лучи золотили всё вокруг, подчёркивая красоту открывающегося вида. Плато, поросшее редким кустарником, тянулось вверх и в стороны, повышаясь, оно переходило в горный хребет, который вздымаясь, уходил дальше. Из горного озера вытекала полноводная река, она несла свои воды вниз в долину, поросшая нежной зелёной травой. Этот зелёный ковёр переходил в кустарник и деревья густого леса. Лучи солнца блестели на каплях росы, растекались по водной глади и окружающей зелени, а на фоне всего этого бурлила жизнь. Летали птицы, ползали букашки и другая мелкая живность.

Всем смотревшим хотелось оказаться среди этой красоты и бурлящей жизни, но пока этот жребий выпал не им. В синеве неба появились чёрные точки, увеличиваясь в размерах, они приближались к месту высадки, за каждым из растущих на глазах тел шёл огненный шлейф. Зависнув на мгновение, разведывательные челноки опустились на плато, поднятый выхлопами их двигателей вихрь улёгся, они застыли. Откинулись входные люки, из них показались фигуры в серебристых комбинезонах, постояв на выдвинувшихся трапах, фигуры двинулись вниз и ступили на землю планеты. Они сняли лёгкие маски и махали ими. Первопроходцы дышали воздухом планеты!

Все сидевшие у экранов проекторов, смотревшие эту картину на экранах компов, разразились криками и аплодисментами, так выражали свою радость.

Слишком напыщенно? Много пафоса?

Говорят, что можно разделить чужую беду, радость и горе. Вот и попробуем одеть на себя, чужую жизнь. Детей в расчёт брать не будем, хотя они прыгали и кричали громче всех. Они мало что понимали, просто подражали взрослым. По настоящему, всё понимали только взрослые. Они сознательно оставили свою планету, привычную жизнь, стали беглецами, изгнанниками. Уходили от войны через метеоритно-пылевую реку, которую не преодолевал до них никто. Попали в замкнутое этой рекой, туманностями и чёрными дырами пространство космоса с единственным созвездием. Четыре года дышали искусственным воздухом переделанных на скорую руку транспортных кораблей. Нашли планету, с условиями пригодными для жизни и ступили на её поверхность. Смогли ощутить себя этими людьми? Если да, то скажите теперь своё мнение по поводу такой горячей радости. Они нашли место, где могли жить как люди и радовались этому…

Глава 19

Высадившие постояли у трапов челноков, полной грудью вдыхая живой воздух планеты. Два экипажа вернулись на борт своих челноков, и они взлетели. У каждой группы была своя задача. Оставшаяся на месте группа занималась размещением промышленной зоны. Остальные группы летели в другие места. Тала и её команда осматривали место, где было решено строить поселение для людей. Последняя группа размечала место под агропромышленный комплекс, людей нужно было кормить. Работы хватало всем. Провозились до вечера. День угас, сумерки окутывали всё. Челноки взлетели и пристыковались к флагману, наскоро перекусив, все собрались в кают-компании и начали рассматривать текущие вопросы. Их было множество. Требовалось составить планы установки оборудования, создания инженерных сетей, организовать строительство жилья, разгрузку кораблей, демонтаж их, размещение всех. Спорили до глубокой ночи, но обсудили всё, составили план работ, расписали под него исполнителей, обозначили сроки. Утро наступило незаметно, все уже были на ногах, едва камеры зондов показали восходящее солнце. Усталости никто не чувствовал. Напряжённые нервы, требовали начинать работу и она закипела. Для начала, согласно принятому накануне решению, всех детей младшего возраста перевели на три корабля. Эти три корабля и «Ной-разведчик» ещё долго будут находиться на орбите. Их трюмы разгрузили в первую очередь. Грузовые челноки сновали между поверхностью планеты и кораблями. Груз пока размещали прямо под открытым небом. Команда механиков распаковывала строительные машины, перерабатывающие установки, собирала, опробовала их и запускала в работу. Везде ставили быстро возводимые жилые комплексы, в них должны были жить работающие на поверхности планеты. Пока они жили в палатках. Хорошо, что было лето и можно было перемучиться в палатках. Первые два освобождённых от груза и людей, транспортных корабля начали разбирать. Делать это нужно было на орбите. Садиться на планету транспортные корабли не могли. Их и собирали на орбитальных верфях из собранных на планетах модулей. Сейчас всё предстояло делать наоборот. К работам привлекли всех. Подростков с 15 лет и старше использовали как подсобников. Рему исполнилось 15, и он трудился, как и все. От работы подростки не отлынивали, а работали с радостью и гордостью. Играли во взрослых. Им доверяли следить за контролерами строительных комплексов, это не требовало особых навыков, но были и те, кто мог работать за пультами управления, вносить программы, изменять их.

Условия жизни и быта при строительстве далеки от идеальных условий. Радость первой встречи с твердью планеты уже прошла, трудовые будни вытеснили восторг познания, любоваться окружающим миром возможности не оставалось. Работы было много.

Одновременно строились инженерные сооружения для поселения, производственный комплекс, аграрный комплекс, разбирались, перевозились, устанавливались установки транспортных кораблей. С них использовали всё, до последней заклёпки. Те, кто работал на планете, теперь завидовали самым младшим, остававшимся в кораблях на орбите.

День шёл за днём, росли постройки. Они изменяли облик планеты и быт первопроходцев. Аграрный комплекс был закончен первым. Обширные поля зеленели, золотились обширными посевами, в лабораторных отсеках инкубаторов выращивались эмбрионы технических животных.

Производственный комплекс был закончен и работал на полную мощность.

Поселение обрастало домами, с садами и клумбами с цветами. Люди заселяли их.

Обычный ежедневный труд, меняющиеся времена года, описывать трудно. Для человека занятого работой, если её много, отвлекаться некогда и время проходит незаметно. Так и прошли два года, на орбите остался один законсервированный «Ной-разведчик». Его решили не трогать. Замкнутому в материи чёрных дыр и границах метеоритно-пылевой реки созвездию вторжение посторонних существ не угрожало.

Люди уже жили в поселении, вели нормальную жизнь. Обо всей старой жизни в трюмах кораблей, бегстве с родной планеты, трудном пути, ударном обустройстве, без отдыха, постепенно забывалось. Работала школа, росли дети, юноши и девушки становились взрослыми. Устроив быт, люди занялись изучением своей планеты. Человек оставаться без дела не может по своей природе и любознательности. Огромная планета была перед ним, полная загадок и белых пятен. Численность людей не достигала 6000, занимаемое ими пространство было мизерной точкой на теле планеты. Но люди любят знать всё, этим и занялись. Съёмка из космоса позволила компьютерам составить карты, зонды уточняли и детализировали их, а уже люди бродили всюду, изучали флору и фауну разных мест. Подспудно во всех жил ещё один старый вопрос. Ответить на него так и не смогли. Вот и задавали его вновь и вновь. Как такая планета могла остаться без разумной жизни? Почему нигде нет её следов?

Эту загадку пытались решить все, но молча, об этих поисках не говорили.

Тала так и осталась руководить жизнью колонии людей. Время обустройства прошло, но проблем не уменьшилось. Часть людей занималось обслуживанием техники, контролем систем комплексов жизнеобеспечения. Бытовые, хозяйственные вопросы, учёба подростков, экспедиции и многое другое занимало всё её время. Рем вместе с другими парнями и девушками учился. Кроме изучения различных предметов, они учились управлять гладерами, пользоваться оружием, оказывать первую помощь, выживать в условиях дикого мира. Всё это он воспринимал частями. Часто спорил с обучателями, доказывая не нужность разных знаний. Но в этих спорах проигрывал и переносил их на территорию дома, где оппонентом была Тала. Но проигрывал и здесь. Устав спорить она говорила:

— Все учатся, молча, а чем ты лучше всех? Вырастешь, тогда и будешь менять мир. А пока будь добр жить как все!

Приходилось смиряться и ходить на занятия. И так изо дня в день.

Семнадцать лет это возраст, когда пробуждается интерес к противоположному полу, когда мечты приходят из снов, когда жажда поиска своего предназначения и места в жизни полна фантазий и придуманных сюжетов. Проще сказать, это период взросления и романтики в жизни, мечтах. Общей черты или точного времени, когда происходит это, вообще нет. У одних этот период начинается раньше, у других позже, но через него проходят все.

У Рема он начался именно сейчас и был сложным.

Признанная всеми красавица Ия, вечно окруженная поклонниками и подругами, ему нравилась тоже. Но вертеться среди этой толпы не хотел. Предпочитал вздыхать на расстоянии. Нравилась и бойкая боевая Лета, но её бойкий нрав и острый язык заставляли держаться от неё подальше. Кроме этих неординарных личностей была друг и товарищ Кама, такой же фанат и любитель фауны. Были конкуренты и противники. Рослый Зам был самым колоритным, остальные были калибром меньше, но драться приходилось со всеми. Как-то так сложилось, что Рем держался особняком, ни в какой союз не входил, ни под ничьё командование не шёл.

Времена, когда учеников в группы определяли по УП-Ю, давно прошли. Этими измерениями не занимались с тех пор, как началась война. Жизнь на кораблях, идущих в космосе, обустройство на найденной планете, этому не способствовало. В группы объединяли всех по возрасту, вот и учились все вместе с неизвестными коэффициентами УП-Ю, но со своими характерами и кулаками.

Этот день начался с урока истории Вселенной людей, рассматривали вопрос хозяйственной и политической структуры. Рем не понимал, зачем терять время на изучение этих эпизодов жизни, прошедшей жизни, оставшейся там, среди войны и победоносного шествия врагов? Протестовать уже прекратил, но слушал в пол уха, предаваясь более важному занятию, из-под опущенных век наблюдал за своими симпатиями. Сравнивал их, стараясь определиться с выбором единственного предмета обожания. Советоваться в таких вопросах было не с кем. Приходилось решать самому. Кама в советчики тоже не годилась. Это Рем чувствовал на уровне подсознания, без объяснения причин.

За окном здания школы стоял погожий весенний день. Светило солнце, буйно расцветала природа, на деревьях весело пели или свистели птички. Нудный урок тянулся и тянулся. Терпение было на исходе. Можно было применить старый приём, попросить разрешения выйти, изобразив на лице причину. Спрятаться в туалете и дождаться окончания урока. Но этот приём был действительно старым и о нём знали обе стороны, да и Рем им уже пользовался не раз. Новое пока не придумал. Так и мучился, с ненавистью смотря на ручной сигнал-браслет на дисплее, которого медленно ползли цифры. Но наконец, раздался сигнал окончания урока и Рем вылетел из комнаты в первых рядах. Остальные выходили степенно.

За прошедшие сотни лет разделение полов стало только физиологическим признаком. А так физически и в жизни это стёрлось. В десантниках, на кораблях, во всех подразделениях армады оба пола несли одинаковую нагрузку и выполняли одни и те же функции. Это изменило внешний вид и физический потенциал «слабого, прекрасного пола» в жизненных отношениях. Красавица Ия, задорная Лета и товарищ Кама, могли постоять за себя и больно обидеть любого из представителей «сильного пола». Одинаковая общефизическая подготовка, с общими для всех нормативами, изменила отношения не только среди представителей «сильного пола». Давить на всех физическим превосходством, утверждаться кулаками стало неприемлемым. Превосходства добивались другими методами эрудицией, личным обаянием, соответствием стандартам красоты. Обычно на перерывах так и группировались. Только Рем группировался с товарищем Камой. Они обсуждали разные новости исследований фауны планеты. Им ещё предстоял год учёбы, но свой путь они избрали. Исследователи фауны своей планеты. Это была самая романтическая специальность в колонии людей на огромной планете. Каждый год после окончания занятий все группы с наставниками уходили на два месяца в пеший поход по планете.

Имеющиеся взрослые в большинстве прошли обучение в центре подготовки армады на Завре и такую методику, родившуюся там, считали самой лучшей, для юношей и девушек. Рем и Кама с этим были согласны. В таких походах командовали они, наставник только наблюдал за их действиями. Это будет их третий поход, он обещал быть более интересным, чем предыдущие. В этот раз им выделили большой квадрат у моря и поручили собрать данные по флоре и фауне для атласа этого участка. Да за такой поход Рем готов был закончить занятия ещё вчера, но его мнение и желание никого не интересовало. Приходилось отсиживать скучные занятия и считать ползущие дни. Мучился основательно. Впервые с нетерпением ожидая экзаменов за учебный год. Но сегодня был ещё хороший день. Оставшиеся четыре урока были нужными. Тренажёр управления гладера, боевая подготовка с мечом, бластером и основы выживания в лесах. Так что мучения этого дня уже закончились, оставшиеся занятия относились к разделу «необходимых знаний», для жизни будущего исследователя планеты. Сейчас с Камой они обсуждали достоинство мечей и искусство владения ими с точки зрения встречи с различными известными и неизвестными представителями фауны планеты. Спор был горячий, и рука Рема лежала на плече девушки. Он этого не замечал, а она боялась шевельнуться. Только звонок прервал их спор. Занятия продолжались.

Глава 20

Как время не тянулось, но оно шло. Занятия закончились, наступила пора экзаменов. Экзамены принимал школьный компьютер, считалось, что он самый объективный и беспристрастный. Да и обмануть его было не возможно. Теоретически. Хотя в этом были уверены все. Когда-то эту уверенность разделял и Рем. Экзаменов боялся, так как особым усердием в учёбе не страдал, особенно по предметам, которые отнёс к ненужным знаниям. Сделав такое разделение, Рем получил много проблем на экзаменах, после первого года учёбы на новой планете. Скромные знания помочь сдавать экзамен не могли, а этот зловредный компьютер специально задавал такие вопросы ответы, на которые Рем, представить себе не мог. Система сдачи была следующей. На вопросы, возникающие на экране дисплея, нужно было отвечать, ставя галочки возле правильных ответов, он так и делал. Ставил галочки методом втыка. Но перед этим испробовав другой вариант, ставить галочки против всех ответов, увы, компьютер это не принимал, доказав свою неуязвимость. Оставлял только одну галочку, отбрасывая остальные. Вот Рем и перешёл к следующему методу, называемому «тыкать пальцем в небо». Натыкал, получив пересдачу и лишний месяц занятий. По большому счёту этот месяц ему знаний не добавил и на пересдачу пришёл с тем же скудным багажом знаний, который имел и до этого. Вот тогда же, от отчаяния и нашёл слабое место компьютера. Нашёл случайно, не от большой глубины знаний компьютерной техники. Дело в том, что компьютер был корабельный, демонтированный с разобранного транспортного корабля. Как и любой корабельный компьютер, он содержал программу постановки задач. Компьютер установили в школе без изменений общей программы, просто эту программу не использовали, но она осталась. Отчаявшийся Рем использовал её случайно.

При пересдаче экзамена на дисплее возник вопрос и три ответа к нему. Для Рема этих ответов могло быть и два, правильных ответов он всё равно не знал. Долго тянуть время было невозможно, и Рем пробурчал:

— Вот попробуй если ты такой умный ответить на свои вопросы сам! А то устроился классно! Умник!

Затем он активировал клавиатуру и набрал на ней вопрос. Мигнул экран и тут же появился ответ. Окрылённый Рем ещё немного поэкспериментировал, нашёл оптимальный вариант ввода вопросов на дополнительном окне. Дальше исчезли проблемы сдачи переэкзаменовки. С трудом успел остановиться и неправильно ответить на последний вопрос. Понимал, что в его очень глубокие знания, могут и не поверит, назначат сдачу экзаменов устно, без компьютера, вот тогда и будет всё ясно. Так глупо попадаться было стыдно.

Обучатель получил данные компьютера о переэкзаменовке и подозрительно посмотрел на Рема:

— Молодой человек! Вы специально устроили себе переэкзаменовку? Нравиться ходить в школу?

— Очень!

Ответил Рем, с трудом поверив в свою удачу.

После этого экзамены для Рема были нестрашны. Главное было не заиграться и не удивить своими глубокими знаниями всех. Тала и так смотрела на него подозрительно. Не учит дома заданий, целые вечера смотрит только создаваемый атлас фауны планеты, сравнивает его с данными Земли, оставленной много столетий назад Родины человечества и при этом, несмотря на такое наплевательское отношение к учёбе проявляет такие сильные знания. Может он гений? Хотя на роль гения, родной внук не тянет, как это ни трудно признать. Для любой бабушки единственный внук не только самый лучший, но и самый гениальный. Это нормальное явление, но в душе она умела быть объективной и правду о своём гении понимала. Не понимала главного. Экзамен принимал компьютер! Бесстрастный и объективный. Не верить ему? Было смешно. Этим и утешалась.

Блестяще сдав экзамены, Рем усердно готовился к походу. Составлял список необходимого для работы оборудования. Остальные члены его группы к этому обязательному участию в походе относились, как к неизбежному злу. Два месяца пешего хода, мелкая живность, лезущая всюду, пища, приготовленная на кострах, отсутствие бытовых условий и много других неудобств, никого не вдохновляли. В прошлом году всех этих прелестей попробовали по полной программе. И вот снова!

Плакать не плакали, но и не радовались, всячески скрываясь от назойливого Рема и его подпевалы Камы. Это было нелегко, как ни старались. Эта пара всё равно находила всех и озадачивала. Как раньше Рем с нетерпением ждал окончания уроков и занятий, так теперь все ждали окончания подготовки к походу и дня выхода. Считали дни и часы. И вот…

Ура! Досчитались! Назначенный день наступил!

Все собрались на площадке у поселения. Две переделанные грузовые платформы были загружены всем необходимым для похода. Об этих платформах рассказать нужно отдельно, ибо они были общественным транспортом, востребованным всеми жителями колонии людей. Самоделками местного производства колонии людей. Делали их сами из имеющихся материалов, по своим чертежам. На грузовые платформы наварили крышу из обшивки корабля и рамы со стёклами от обзорных иллюминаторов, установили сиденья из кресел постов управления и приварили перегородку для багажного отсека. Теперь по выходным эти платформы отвозили людей на побережье моря, на берег озера, реки или на лесные поляны. В этих местах были установлены здания для временного проживания, их использовали, как жильё, на первых этапах строительства поселения, производственной и сельскохозяйственной зон. Теперь там везде были капитальные здания, а эти уже не нужные здания использовали для проживания отдыхающих и опорных баз исследователей планеты. Доставляли людей к ним этими переделанными платформами. Они же доставили и группу школьников к началу их маршрута.

Выгрузили свой груз. Платформы улетели, а группа под руководством наставника начала распределять груз между собой. Палатки, пищевые концентраты, спальники, две трёхмерные камеры, три топора, четыре лопаты, пять мечей, четыре бластера, три радио-браслета, 15 аптечек и прочие нужные в походе вещи.

Никто не стремился брать из этого перечня как можно больше в свой рюкзак, за исключением троих. Один это делал в силу своего положения. Это был наставник. Двое других были добровольцами. Догадаться не трудно, кто это были? Понятно, Рем и Кама! Им достались мечи, бластеры, камеры, радио-браслет, аптечки, лопатки и топор, это не считая остального положенного по общему распределению груза. Нагрузив двух энтузиастов большим количеством груза, чем десятерых не энтузиастов, двинулись в путь.

Двигались медленно. Рем и Кама лазили по всем кустам, снимая всех встречающихся им насекомых, птиц, животных, работали за всех с радостью и удовольствием. Это было их стихией. После целого дня лазания по кустам, они ещё долго не могли угомониться. Обсуждали всё, увиденное ими в течение дня. По этой же причине спали по 5–6 часов в сутки, но это их не тяготило. Так продолжалось день за днём. Остальные просто отдыхали, обоих фанатов освободили от бытовых работ и не беспокоили. Наставник тоже с таким положением дел смирился, общую жизнь не нарушал. Он отвечал за них всех, а при таком раскладе только за этими двумя нужно было следить, остальные постоянно находились в лагере, далеко не удалялись, проблем ему не доставляли. Для всех это были два месяца отдыха на природе, пусть лишённые комфорта, но напоенных романтикой бытия. Спи, еж, гуляй, купайся. Однообразно? Да! Но не утомительно…

… Тала теперь жила обычной размеренной жизнью. Хлопоты обустройства остались позади, обычные бытовые вопросы решались в течение дня и хлопот не доставляли. Колония людей жила спокойной, размеренной жизнью. Взрослые, свободные от опёки детей, обслуживали имеющееся оборудование, вели работы по геологоразведке, обследованию планеты, составлению атласов. Дело находилось для всех желающих. Жизнь протекала в спокойном русле и Тала вечерами была свободна. Устроившись в кресле-каталке на веранде своего дома, она предавалась размышлениям. Просто появилась возможность попытаться разобраться во всех странностях или хотя бы осмыслить их. А этих вопросов ещё с первых дней пребывания на этой планете возникло много, за эти годы ответов на них найти не удавалось. Вопросы только добавлялись. Но тогда времени думать над ними, не было. Работа выматывала, счастьем было донести голову до подушки. Теперь размеренная жизнь давала свободное время и желание удовлетворить любопытство, искать ответы на все загадки. Она этим и занималась, осмысливая и переживая всё снова и снова…

Маленькая группа людей спаслась от войны и участи быть убитыми, искалеченными или захваченными в плен, с неизвестной участью. Им повезло! Они нашли планету пригодную для жизни в закрытом пространстве. Добраться до них не сможет никто, можно было жить спокойно. Просторов и ресурсов планеты для колонии людей хватит на сотни тысяч лет. Это понятно! Сейчас их всего около 6000 человек, это капля для огромной планеты. Будущее тревог не вызывало, тревожило другое.

Планета богатая биоресурсами, развитой жизнью, имеет свободную нишу разумных существ? Следов построек или любых других следов разумной деятельности не обнаружено. Это противоречило известной теории эволюции жизни, которую создало человечество. Или она ошибочна? Но есть и другая загадка. Эта планета не просто принадлежит к типу земных планет, а является копией, с незначительными отклонениями той умирающей Земли, покинутой людьми. Существует теория наличия парных планет, планет близнецов, но если даже так, то почему на ней нет разумной жизни? Зато есть вся растительность и животный мир той Земли? Все вопросы снова и снова возвращались к первому вопросу. Где разумная жизнь или её следы? Любое предположение упиралось во вторую часть этого вопроса. Даже самые невероятные. Война, болезни могли искоренить разумную жизнь, но искоренить все следы этой жизни?

Ответов не находила. А оставаясь без ответов, вопросы всплывали вновь. Помочь ей в её поисках было некому. Вот и мучилась постоянно и безрезультатно. А выбросить всё из головы не получалось. Дело в том, что странностей хватало.

Само это созвездие, часть космоса окружённая «чёрными» дырами и туманностью не могла существовать. Теория «чёрных» дыр и наблюдения за ними, отрицали такую возможность, «чёрные» дыры не пребывали в стабильном состоянии, они постоянно расширялись, изменялись, расползались. Это созвездие должно было быть поглощено ими! Здесь тоже не было ответа.

Тала просматривала все кристаллы записей наблюдений человечества за многие столетия, но ничего подобного не нашла. Загадки так и оставались загадками. Разум не находя объяснения, не давал покоя. Это всё не имело отношение к жизни колонии людей, но тревожило. Быть одной в пустом доме нелегко. Так недолго и…

Тала с нетерпением ждала возвращения Рема. Он отвлекаться не давал, умел осложнять её жизнь, отгоняя все посторонние мысли.

Глава 21

Прошли дни и Рем вернулся. Тала внутренне напряглась. Нет, она очень любила внука, но он приехал совсем другим человеком, был такой озабоченный и деловой, что впору было озаботиться, неожиданной перемене. Целые дни просиживал дома за терминалом вместе со своим другом Камой. Даже на обычные свои занятия по воспитанию местной живности не отвлекался. Но, самый большой сюрприз ждал её тогда, когда она встретила наставника, ездившего с группой Рема. После общения с ним Тала узнала, что такое шок. Наставник говорил о Реме так хорошо и уважительно, что вначале Тала думала, что он над ней издевается. Опыт имела.

В прошлом году наставник, ездивший с группой Рема, говорил о нём, хватаясь за сердце. Тогда 28 человек группы постоянно искали Рема, который мог забрести куда угодно, да ещё и не сам. Понятно с другом Камой. Излив всю накопившуюся у него желчь, наставник рассказал Тали, об одном воспитательном разговоре с Ремом, повергшем его в стопор. Его возмущение отношениями среди молодёжи не имели предела.

Найденный общими усилиями всей группы Рем стоял перед наставником и делал вид, что слушает его, а тот читал ему обычную лекцию о дисциплине и в конце задал вопрос:

— Вот представь! Ты заблудился, а мы тебя не нашли. Вокруг лес. У тебя нет еды. Ты уже три дня ничего не ел. Что ты будешь делать?

Рем ответил, ему сразу, не задумываясь:

— Съем Каму! Она не откажется, поделиться со мной своей плотью.

Стоявшая рядом девушка со счастливой улыбкой согласно кивнула и прижалась к нему. Такое вольное отношение молодых людей возмутило пожилого человека. Покраснев от возмущения, наставник отошёл в сторону и высказал все свои мысли по поводу такого поведения. Он был отставником армады, 43 года прослужил боцманом на учебном корабле центра обучения на Завре и шокировать молодёжь всеми словами которые он мог употребить, выражая своё отношение к такому ответу, просто не хотел. Почему-то думал, что они многих слов не знают и не поймут. Так и остался со своим заблуждением. Может и навсегда.

А к Рему после этого прилипла кличка «Людоед», которую вскоре заменили на «Камуед». На первую Рем отзывался, а только услышав вторую, мгновенно лез в драку. Парень он был здоровый и дрался от души, да и бой вёл не в одиночку. Верный товарищ Кама всегда дралась рядом с ним, делала это основательно и по физическим данным уступала немногим. Поэтому вторую кличку постарались просто забыть. Так было безопасней для собственных частей своего же тела.

Вторую половину последствий этого воспитательного разговора Тала не знала, ей хватило и первой части.

Отзыв прошлого наставника и его характеристику Рему, она запомнила и поэтому, слушая хвалебные слова в адрес Рема, смотрела на нового наставника подозрительно. Ожидая, когда тот кончит издеваться. Но лицо наставника выражало такой восторг и уважение, что глаза Талы лезли на лоб. Она начала подозревать, что ей подменили внука. Забрав её проблемного, ей подсунули паиньку. Именно в этот момент она и поняла, что паинька ей не нужен, ибо она уже сжилась с ним «проблемным», другим Рема не представляла. А ей говорили совсем о другом парне. Как тут было не удивиться?

Но восторженная характеристика наставника имела под собой чисто житейские корни. 87 летний наставник потерял свою семью, почти год участвовал в боях, был ранен. Семь месяцев лечился, большую часть этого времени пролежал в регенерационной камере. Когда ему предложили сопровождать эвакуируемых детей, с радостью согласился. После ранения к службе был признан негодным и применение себе не находил. Риска не боялся, терять было особо нечего. Смерть гуляла вокруг. О будущем даже не задумывался.

Прошедшие годы заглушили боль потери близких ему людей, и он обратил внимание на 79 летнюю женщину, бывшего бионика армады. Она эвакуировалась с тремя внуками и внучкой. Дети выросли, одинокие люди тянулись друг к другу. Но возрасту сопутствовала застенчивость, вот и искали окольных путей, с надеждой, что всё решиться само. Эта женщина теперь работала в группе составлявшей атлас фауны планеты. И для того, чтобы иметь возможность общаться с ней, он вызвался стать наставником непредсказуемой молодёжи. Трудности с подопечными давали ему предлог встреч со своей симпатией. После возвращения из похода он сдавал ей собранный группой материал. Так было и в этот раз, только конец был такой радостный, что от избытка чувств он…, он…, летал!

По возвращению он принёс ей кристаллы с записями и объёмными снимками и встал рядом, любуясь ей. Предмет его тайного обожания вставила первый кристалл и посмотрела на экран дисплея, она увидела записи и замерла от восхищения. Потом принялась просматривать информацию с других кристаллов. Была удивленна и счастлива.

На карте района были отмечены места гнездования и обитания всех видов обнаруженных птиц, животных, насекомых. Объёмные изображения содержали полную информацию. Класс, тип, вид, отряд, семейство. Всё это делали не только грамотные люди, но люди любящие эту работу. Увы, это было редкостью. Всех привлекало всё что угодно, кроме нудной и кропотливой работы по сбору данных о флоре и фауне планеты. От избытка чувств она обняла и поцеловала опешившего наставника, тот и решился на важный для себя шаг. Обнял её в ответ.

Какую характеристику после этого он мог дать Рему? Ведь весь собранный материал был чисто его заслугой. Радость переполняла наставника, часть её он и выплеснул на Тали.

Рем открылся ей совершенно с другой стороны, вот и созерцала непоседу, ставшего «трудоголиком».

А Рем оставил себе все копии сданного материала и теперь занимался сравнением данных фауны этой планеты земного типа и историческими данными фауны покинутой людьми Земли. Он сравнивал, находил отличия и пытался понять их. Знаний не хватало, пришлось восполнять пропуски и искать дополнительные материалы. Это требовало времени, на всё остальное его не оставалось. Вот и вёл тихий образ жизни.

Начавшийся учебный год его занятий не прервал. Отбыв положенное время в школе, если не удавалось найти причину, как пропустить занятия, он весь погружался в свои изыскания. Благо кристаллов с записями по истории прародины людей нашёл множество. Но вся история его не интересовала. Круг интересов замыкался на географии и животном мире. Найденные им записи о континентах и животном мире оставленной Земли, он сравнивал с уже имеющимися данными этой планеты. Имеющихся данных было мало, множество белых пятен украшали созданную, на основе снимков с орбиты карту планеты приютившей их.

Последнее время эта работа так захватила его, что он занимался ей и во время занятий. Время летело незаметно.

На одном из занятий, радостные возгласы товарищей по обучению отвлекли его от своей работы. Рем прислушался и застыл поражённый. Обучатель поздравил их с окончанием занятий и говорил об выпускных экзаменах. Рем посмотрел в окно.

Лучи солнца просвечивали листья деревьев. Синее небо, порхающие птички. Всё было, как и в тот день, когда он сел за стол в классной комнате, после летних каникул. Пролетевший год он не заметил. Бросив взгляд на экран компа, он с досадой подумал:

«Практически ничего сделать не успел! Как занятия ухитрились так быстро закончиться? Или это шутка?»

Но по общей радости соучеников понял, что всё услышанное им, правда. Горестно вздохнул и начал слушать, что говорил обучатель.

Экзамены сдал с высоким результатом. Талу это не насторожило, ведь мальчик так усердно занимался! Она порадовалась, что Рем повзрослел и взялся за ум. К её счастью она так и не узнала о его махинациях со школьным компьютером.

После сдачи экзаменов 63 выпускника выбирали, чем заниматься в дальнейшем. Самой интересной считалась работа в геологоразведке и исследовании планеты, кроме одного подразделения. В нём изучали флору и фауну планеты. Желающих пополнить реденькие ряды этих исследователей нашлось только двое. Это были Рем и Кама. Специфика работы этих исследователей заключалась в том, что их забрасывали на 7–8 месяцев в отдалённые районы и они ежедневно, а иногда и ночами, наблюдали, фотографировали и описывали жизнь насекомых, птиц, зверей в своём районе. Эти наблюдатели всё это время проводили в одиночестве. Кому такое понравиться? Рем с этим тоже не согласился. Он попросил дать ему и Каме участки рядом, так как они будут жить вместе. От услышанного у всех присутствующих взрослых отобрало речь, а Тала была готова провалиться сквозь землю от стыда.

Среди выпускников предложение Рема вызвало понимание. Особенно много предложений о совместном проживании поступило для Ии, она ответила на них кулаком под рёбра предлагавшим, но не всем. Другим девушкам тоже поступали такие предложения, а Лана его сделала сама. Поднявшийся шум и возня, только добавили ужаса на лицах присутствовавших бабушек и двух дедушек. Это был не конфликт поколений, ибо среднего нужного для конфликта между детьми и родителями поколения не было. В колонии насчитывалось всего 67 полноценных семей, это были те, кто был ранен и отправился в изгнание со своими семьями. Остальные дети или были сиротами, или имели дедушку, или бабушку. Для этих бабушек и дедушек поведение молодёжи было ужасным, прошедшие десятилетия выветрили из их памяти, какими были их мысли в таком возрасте. Вот и возмущались.

После долгих споров участки им выделили рядом, совместное проживание запретили. Хотя и понимали, что контролировать это было не возможно, но внешнее приличия соблюли. Хотя бы формально.

Грузопассажирская платформа доставила молодых исследователей и необходимые припасы к их временному жилью. Высадились и включились в работу.

Участки им выделили большие с разными зонами. Был там лес, степь, реки, озёра. Для передвижения исследователей по этим участкам, им дали двухместные гладеры. Начались рабочие будни. Так и пришла осень.

Вначале было тепло, но чем ближе было к концу осени, тем больше портилась погода. Шли дождями, гремели грозы, порывистый холодный ветер переходил в шквал и бушевал, ломая деревья, выворачивая их с корнем.

В этот день стихия разбушевалась не на шутку. Дождь, как зарядил с утра, так и не стихал, а к вечеру налетел шквал. Трещали деревья, порывы шквального ветра били в стены лёгкого домика, грозя унести его.

Рем работал, Кама возилась на кухне. Не смотря на страхи старшего поколения, они просто жили под одной крышей, работая вместе. И не более того. Вдвоём было комфортней и веселей, одиночество не угнетало. В домике было тепло и сухо, стихия бушевала за его стенами и была не страшной.

Кама позвала Рема. Ужин был готов. Оторвавшись от терминала, он прошёл на кухню и сел за стол. Кама повар был высшего класса. Консервы разогреть ей удавалось легко, тем более, что кухонный терминал это делал сам, нужно было только коснуться сенсоров с названием продукта. Рем к этому относился безразлично, даже за едой он думал о работе:

— Завтра если утихнет стихия, слетаю к южной границе твоего участка, там интересный лес. На моём участке такого нет. Вот и посмотрю, а ты закончишь обследование квадрата, который мы начали вчера. Ты не возражаешь?

Кама, пожав плечами, продолжила есть. С Ремом спорить было бесполезно. Спрашивал только для проформы, приняв решение, его не менял. Она это знала и даже не отвечала, принимая как его как задание к исполнению. Систематизируя собранный материал, просидели до полуночи и разошлись спать по своим углам. Кровать за ширмой была собственностью Камы, Рем довольствовал кушеткой. Понятно! Оказать «слабому» полу уважение это честь! Для самолюбия «сильного» пола. Даже если это только видимость.

Утро выдалось спокойное. Даже робко пробилось через облака солнце. Вся небесная влага вылилась на землю, ветер лишился сил и только обильные лужи и сломанные ветки деревьев напоминали о вчерашнем разгуле стихии. Выкатив гладер из гаража-контейнера, Рем проверил уровень заряда батареи и топливо в баке, убедившись, что всё в норме он включил зажигание и взлетел.

Листья деревьев роняли капли воды, после вчерашнего разгула стихии, но жизнь уже возвращалась в обычное русло, как будто вчерашней стихии не было. Деловито порхали птицы, остальная мелкая живность не отставала от них. Свежий воздух, напоённый влагой, приятно холодил лицо. Тело, укутанное тёплым плащом, сохраняло тепло, закрывать колпак кабины Рем не стал. Летел медленно, осматривая местность. Через два часа на горизонте показались группы больших деревьев. Это был интересовавший его лес. Он раскинулся широко, доходил до подножия гор, взбирался на них. Редея, деревья переходили в кустарник, а дальше вздымались горы, они тянулись до самого горизонта. Среди деревьев несла свои воды река, образуя цепь озёр. Сейчас после обильных дождей её мутные воды разлились широко, подтопив пологие берега. Быстрый поток тащил кустарник и обломанные ветки деревьев. Следы пронёсшейся стихии были всюду. Деревья с обломанными верхушками, поваленные стволы, вывернутые с корнями, облепленными мокрыми комьями земли.

Отыскав открытую площадку, Рем посадил на неё гладер и спрыгнул на мокрую землю. Грязь облепила его сапоги, но особого труда идти не представляла. Вообще-то нужно было подождать, пока немного подсохнет, но упрямство не позволяло отменить принятое решение. Надев пояс с мечом и бластером, накинув на плечи лямки рюкзака с прикреплённой к нему небольшой лопатой, Рем скользя по мокрой земле, направился в лес. Ноги разъезжались на мокрой земле, но он упрямо шёл вперёд к реке. Пролез сквозь кусты, вышёл на поляну, примыкавшую к берегу реки. Здесь в конце поляны начинался овраг, спускающийся к реке. Стихия тут погуляла усердно. Поваленные большие деревья лежали везде, особенно у начала оврага.

Рем направил к группе поваленных ветром деревьев. Подошёл и замер. Под крайним деревом лежало тело животного. Заметил его сразу. Шкура животного была светло-жёлтого цвета и выделялась на фоне дерева, обломанных ветвей и мокрой земли. Он подошёл ближе, рассматривая тело погибшего животного. Ствол рухнувшего дерева придавил заднюю часть тела. Голова с приплюснутой мордой, мускулистое тело покрытое шкурой с короткой гладкой шерстью, вытянутые вперёд две мощные лапы. Небольшие наросты на спине, напоминавшие рудименты крыльев. Заглянув через рухнувший ствол, он увидел хвост с кисточкой на конце. Рем прикинул размеры погибшего животного. Примерно двух метров от холки до хвоста и высотой до метра от конца лап. Открытая пасть демонстрировала приличные зубы. Таких животных он ещё не видел, да и на уже имеющиеся у людей фотографиях местных животных, населявших континенты, таких не встречал. Присев на корточки он рассматривал животное. Из раздумий его вывел раздавшийся писк, источник этих звуков нашёл быстро. В песчаной промоине, начала оврага, два жёлтеньких комочка дрожали и жались друг к другу. Это были маленькие копии погибшего животного.

Рем мгновенно сбросил тёплый плащ, расстелил его, подхватив эти комочки, он положил их на подкладку плаща и быстро укутал их в него, взял на руки и отнёс в кабину гладера. Дорогой те согрелись и притихли. Закрыв кабину, он вернулся назад. Фотографировать погибшее животное не стал. Даже во имя знаний, сделать этого не мог, как не мог и бросить тело.

Достал бластер, поставив мощность луча на максимум, разрезал ствол дерева, освободил тело зверя. Оттащил его в промоину, отстегнул лопату и забросал его песком, обрушив края промоины. Выросший холм, укрыл тело зверя. Рем понимал, что насекомые и другая живность доберётся до него, но он сделал всё, что мог. Так ему было спокойней. Окончив погребение, Рем покинул поляну и вернулся к гладеру. Свёрток лежал на заднем сидении, где он его положил. В кабине было тепло. Рем сел на переднее сидение, закрыл люк кабины, включил двигатель и гладер взмыл в небо. Рем направлялся домой.

Посадив аппарат на поляне, возле домика, Рем достал свёрток с найденными детёнышами, прижимая его к груди, направился к домику. Детёныши в свёртке заворочались, устраиваясь удобнее. Устроились и угомонились. Осторожно зайдя в комнату, Рем положил свёрток на свой топчан и укрыл его одеялом. Довольное урчание, было ему ответом.

Кама ещё не вернулась. Рем сел у стола. Появление найдёнышей родило проблемы. Их нужно было кормить. Чем и как? Он не представлял, рассчитывая найти ответ у главного компьютера, включил терминал и подключился к нему. Увы, информация о питании детей животных была скудной и сложной для исполнения, везде присутствовало молоко матери. Другой информации на его запрос не поступило. Можно было связаться с Камой и посоветоваться, но Рем считал себя авторитетным знатоком жизни животных и ронять свой авторитет не хотел. Мать детёнышей была мертва, можно было поискать их сородичей и подбросить им сирот, но поиски требовали времени, а кормить их нужно было уже сейчас. Рем вспомнил рассказы Талы, что когда он был маленьким, его кормили из соски, надетой на бутылочку с молоком, так как он молоком матери не наедался. Проблема была в том, что в поселении не было грудных детей и естественно не было сосок. Да и сам принцип работы соски он не понял. Но то, что для питания используется молоко, осознал. Среди их запасов были маленькие ёмкости с молоком. Оставалось решить вопрос с соской. Справился и с этим. Взял кусок плотной ткани, завернул в него мякиш хлеба, получившуюся конструкцию плотным скотчем примотал к горлышку своей фляги, предварительно влив в неё подогретое молоко. Успел вовремя. Найдёныши вылезли из своего тёплого гнезда, повизгивая, они тыкались носами во всё, что окружало их. Рем сунул им своё сооружение. Он понимал, что молоко по вкусу отличается, от привычного для них вкуса молока матери, но ничего другого предложить не мог. Смочил свой палец в молоке и подсунул найдёнышам. Те сначала принюхивались, потом неуверенно лизнули и усердно принялись облизывать палец, вскоре добравшись, до сооружения Рема, начали сосать импровизированную соску. Кормление и приготовление к нему заняло много времени, но оно было потрачено не зря. Наевшиеся детёныши залезли в своё теплое гнездо и уснули. В этот момент и появилась Кама.

Она посмотрела на найдёнышей, погладила их мягкую шкурку. Послушала их недовольное ворчание. С умилением посмотрела на их раздувшиеся от молока животики. Рем рассказал ей о размерах и зубах, погибшей матери этих детёнышей. Она представила всё это в натуре и озабочено посмотрела на спящих детёнышей. Дальше начался совет. Они решали вопрос, как быть? Дело в том, что им нужно было возвращаться, сдавать собранный материал. На зиму все работы обычно сворачивались. Зима здесь была мягкой, но дождливой, особо за животными не понаблюдаешь. Кроме того их задача заключалась в составлении карты мест обитания имеющихся здесь видов, а не изучения поведения в разные периоды года. До таких фундаментальных исследований было очень далеко. Огромная планета и малюсенькая колония людей были не очень совместимы. Планы остались планами, появившиеся найдёныши внесли в них корректировку. Они совместно решили, что нужно искать сородичей найденных детёнышей и подбросить их им. Выполнение этой части нового плана брал на себя Рем, а Каме досталось выполнение ранее имевшегося плана. Она была недовольна, но подчинилась доводам Рема. На следующий день она начала собираться.

Рем каждый вечер связывался с Тали. В этот вечер он связался с ней, как обычно, рассказал о найдёнышах и об их решениях. Тала согласилась с его решением. Приезд Рема откладывался, но она уже привыкла ждать, понимая, что парню шёл двадцатый год и сидеть он возле неё не будет. Такова жизнь. Молодость жаждет движения, свободы, а старости уготовано одиночество и ожидание. С этим приходилось мириться.

Найдёныши в основном ели и спали. Топчан Рема покидать не хотели, усердно отбивая все попытки переселения. Так и устроились на ночь, Рем и двое у него под боком. Утром Кама улетела, но сообщила, что сдаст собранный материал и прилетит. В поселении ей делать было нечего. Но вернулась она через три месяца. Её заставили систематизировать и обрабатывать привезенный материал за двоих, а затем загрузили другой работой. Людей в их отделе было мало…

Глава 22

… После отлёта Камы, Рем остался на хозяйстве один. Забот у него хватало. Да и проблем тоже.

Кормить найдёнышей приходилось 4–5 раз в день, аппетитом они не страдали, молоко пришлось им по вкусу. Но это было не самое страшное. Хуже было другое, оставаться одни они не хотели. Рем пытался их приучить, но не выдерживал сам. Их царапанье и скуление под дверью, когда он их оставлял одних, выдержать не мог. Приходилось брать их с собой на облёты территорий, для поиска их сородичей. Укутав их, он усаживал их во второе кресло гладера. Так и летали втроём, а на ночь они укладывались к нему под бок и тогда спали спокойно. Иначе не засыпали. Так Рем сдавал позиции в их воспитании. Шёл на поводу. Приняв их условия взаимного существования. Проходили дни.

Ежедневные поиски результатов не приносили. Тщательно обследуя местность, квадрат за квадратом, он забирался всё дальше, но сородичей детёнышей обнаружить не удавалось. Вечерами Рем пытался осмыслить этот факт. Строил догадки. Он замучил главный компьютер поисками этого вида животных по данным покинутой Земли, просмотрел все данные по животному миру планет Вселенной людей, но ничего похожего не находил. Эти животные человечеству были неизвестны. Вот это и удивляло. Живая жизнь развивалась по общим канонам и в принципе, даже отличаясь внешне животные, относившиеся к одному типу, классу, отряду, семейству имели много сходного. Вот и получалось, что найдёныши были неизвестным подсемейством, родом и видом? Или они были продуктом генной мутации давно известного вида и рода? Даже если согласиться с этим, то возникали другие вопросы. Где их сородичи? Почему самка была одна? Где самец? И много других. Ответов на них он не находил. В своих поисках охватывал всё большее пространство. Но время шло, а искомое не находилось. День проходил за днём. Детёныши находились постоянно перед его глазами, вот он и не замечал, как они быстро растут. Заметила и ощутила это Кама.

Вернулась Кама в сопровождении грузовой платформы. Платформа осталась, зависнув над их домиком и выпустив захваты. Гладер Камы улетел дальше, их переводили в новый район на 670 километров южнее. Всё было оговорено ещё накануне. Кама улетела на новую точку, Рем закрепил захваты на транспортных петлях домика и грузовая платформа, подхватив его, улетела. Рем остался навести порядок на старом месте проживания. К экологии люди, потеряв родную планету, относились трепетно, в маленькой колонии беженцев это отношение к живой природе осталось.

Рем справился с уборкой, осмотрел место, где прожил почти 8 месяцев и сев в гладер направился к новому месту. Два его выросших спутника, делили заднее сидение. К полётам они привыкли. Уселись, на заднее сидение и спокойно смотрели вокруг. Особенно их заинтересовал проносившейся под гладером пейзаж, через прозрачные боковины колпака кабины они смотрели на него и довольно урчали.

Рем включил автопилот и гладер летел, ориентируясь на сигналы маяка Камы. Участие пилота в управлении не требовалось, Рем погрузился в свои мысли.

Он не намеривался прекращать свои поиски сородичей своих найдёнышей, и всё время думал об этом. Проблема была в том, что не мог представить главного, где их искать? Как он ни старался, не мог определить климатические условия мест их обитания. Подсказку не находил нигде. Приходилось и дальше искать наобум, надеясь на случайную удачу. Это было против его правил. Во всём любил конкретность и ясность.

Зуммер раздался неожиданно и Рем вздрогнул. Автопилот сигнализировал о подлёте к месту посадки. Рем осмотрелся. Место, куда их перевели было привычным лесным пейзажем, только на западе начинались горы, а вдалеке горизонт сливался с водной поверхностью. По карте там раскинулось море. Кама для домика место выбрала на обширном лугу возле озера. Рем в этих вопросах с ней не спорил, ему было всё равно, где стоит их домик, он обычно целыми днями пропадал на отведенном для их работы участке. Обычно участки для обследования выделяли, не скупясь на площади, было впечатление, что те, кто давал задания в мерах длины и площадей не разбирались или не представляли возможностей двух человек. Но это уже жалобы, а жаловаться Рем не любил. Да ему и не до этого было. Когда человек постоянно рядом к этому привыкаешь, всё воспринимаешь как должное, но стоит этому человеку отлучиться на какое-то время, исчезнуть, вот тогда ты испытываешь дискомфорт, осознаёшь, как он тебе нужен. Рем это и испытал за три месяца разлуки с Камой.

Автопилот посадил его гладер на поляне, Рем открыл люк, спрыгнул на землю. Навстречу ему от дома бежала Кама. Она собиралась броситься ему на шею, но…

Со второго сиденья метнулись два больших ката и закрыли Рема, прижав уши, они шипели, открыв пасти и демонстрируя острые зубы. Кама замерла. Рем увидел эту картину, рассмеялся и пошёл к ней. Подошёл, обнял:

— Кама, ты найдёнышей не узнала? Испугалась? Не бойся, они наши друзья! Вот этого, злого парня зовут «Нет», а эту, не менее злую красавицу, «Нади». Давайте-ка знакомиться с нашей Камой, она мой, а значит и ваш друг. Хватит шипеть и скалиться! Нам жить вместе!

Перестав шипеть, оба животных подошли и обнюхали застывшую в объятиях Рема Каму, затем отошли и присели возле них. Уже все вместе направились к домику. Рем весело рассказывал что-то, но Кама его не слушала, она опасливо косилась на новых друзей. Те тоже не отставали, бросая на неё настороженные взгляды. Так и вошли в дом.

Кама успела приготовить ужин. Обычные полуфабрикаты и консервы, но старалась.

Прежде чем сесть за стол, Рем достал из шкафчика две мыски и наложил в них еды со стола. Обе мыски поставил возле своего стула. Нет и Нади, подошли к мискам, понюхали их содержимое, посмотрели на Каму и начали есть. Кама удивлённо посмотрела на Рема. Тот понял её удивление и ответил:

— Знаешь это не понятно и мне. В своё время, когда начал давать им обычную пищу, ловил им разную живность, они сами полезли к моей тарелке и съели всё, что находилось в ней. На принесенную мной живность внимания не обратили. Неделю питался бороться с ними, а потом сдался. Теперь они всеядны, едят всё, что готовлю себе. Даже не представляю, что с ними будет, когда найду их сородичей? Как они будут жить в природной среде?

Кама промолчала, ответила мысленно:

«Добавь ещё, что спят они, как ты мне уже сообщил, с тобой, но на моей кровати. Вам, видите ли, мало места на топчане. Понятно, что теперь на нём буду спать я! Думаю, ни к каким сородичам ты их не отправишь, а и их сородичей просто поселишь с нами».

Она вздохнула и в этот момент в поле её зрения попала Нади. Подняв голову, оторвавшись от еды, она смотрела ей прямо в глаза. Кама вздрогнула. Во взгляде животного ей почудилась торжествующая усмешка. Смешавшись, Кама отвела взгляд. Когда она снова посмотрела на животное, та спокойно ела, не обращая на неё внимания. Кама растеряно ковырялась в своей тарелке. Она не могла определиться, действительно ли она видела торжествующую усмешку во взгляде животного или ей показалось? Так и закончился этот день радостной встречи и не менее радостного знакомства. По второй части этого утверждения у кое-кого было другое мнение. Но этот кое-кто оставил его при себе. Всё равно, остальные о нём не догадались. Или тоже не все?

Наступило утро, потекли дни, заполненные обычной работой. И так день за днём.

… Сородичей найдёнышей нашла Кама. Лес заканчивался и переходил в обширную холмистую равнину, поросшую высокой травой, кустарниками и редкими группами деревьев. Животный мир планеты человека не знал и воспринимал его, как не опасное существо, которого бояться не нужно. Сельскохозяйственный комплекс давал достаточное количество продуктов для жизни людей поселения. В озёрах и реках водилось множество рыбы. Отсутствие необходимости поиска ресурсов для питания освобождало людей от охоты на животных, вот и жили не соприкасаясь.

В этот день Кама заканчивала обследование намеченного участка леса и присела передохнуть на берегу озера. Это озеро выступало из леса и на две трети лежало в степи. Был конец августа. Здесь солнце ещё припекало. Прохладная гладь воды манила к себе. Кама зачерпнула ладошками воду, умыла лицо и попробовала её на вкус. Здесь на мелководье вода была тёплой, вкус её был неприятен. Ещё раз умывшись, она встала, окинула взглядом берега и застыла. На холме, на солнце расположилась группа животных. Двое были взрослыми особями, а один был маленьким, ровесник найдёнышей. Кама, стараясь не делать резких движений, подняла камеру и сделала несколько снимков. Потом потихоньку покинула берег озера.

Наступил вечер, переход между световым днём и сумерками здесь был мгновенный, ей уже пора было возвращаться в их домик. Дорога до гладера много времени не заняла. Взлетев, она включила автопилот. Час пути пролетел быстро, вскоре показался их домик. Гладер Рема стоял на поляне. Он уже вернулся.

Кама выскочила из своего гладера и побежала в домик. Рем сидел у терминала, Нет и Нади, лежали на кровати. Дремали. Кама протянула Рему камеру. Оторвавшись от терминала, он просмотрел снимки, найденной ей семьи сородичей найдёнышей. Обрадованный он вскочил, обняв, закружил Каму по комнате.

— Здорово! Наконец нашлись! Я уже начал сомневаться, что мы их найдём. Ты молодец!

Кама, закрыв глаза, нежилась в его объятьях. Двадцатилетней девушке быть другом было нелегко. Но…

Выпустив Каму, Рем начал излагать план их дальнейших действий. Угомонился уже глубокой ночью.

Утром, едва рассвело, он был на ногах и тормошил всех. План был готов, и они приступили к его осуществлению.

Целую неделю следили за обнаруженной семьёй. Изучали их образ жизни. Всё остальное было заброшенно. Короткие перерывы на еду вызывали у Рема раздражение. Нет и Нади участия в этой работе, не принимали. Они оставались в гладере Рема, дремали, улёгшись на сидениях.

Наблюдения дали много информации о жизни этого типа животных. Предположение Рема подтвердилось. Животные были хищниками, питались разными животными, но не брезговали и рыбой. Жили семьёй в выемке холма. Сухой тёплый климат не требовал особых укрытий, хотя судя по их поведению, во время непогоды они укрывались в норе или пещере, горный массив начинался недалеко, а лес с оврагами был рядом. В данный момент они жили, передвигаясь по местности, останавливаясь для сна и отдыха. Других аналогичных животных нигде не обнаружили.

Рем посчитал, что этой недели наблюдений за найденной семьёй достаточно. Их образ жизни был устойчив и понятен, в окружающей местности естественных врагов, этих животных не обнаружили, они были самыми крупными и сильными хищниками в этой местности. Проведя совещание с Камой, Рем решил, единолично, что их найдёнышам здесь будет жить комфортно, и они обретут счастье в лоне найденной семьи их сородичей. Он даже не сомневался, что семья примет найдёнышей. Как же могло быть иначе? Не бросят же они беспомощных малышей?

Рем убедил себя в собственной правоте и окрылённый принялся за выполнение последней части своего плана, пристройки найдёнышей. Найденная семья передвигалась не спеша, девственные леса и водоёмы были богаты пищей для них. Нашли семью там же, где видели их вечером предыдущего дня. Оба гладера приземлились на лесной поляне, недалеко от холма, где в лучах солнца нежилось семейство. Рем прикинул, в какую сторону дует ветер. Чуткие животные могли услышать их запах и уйти, это было нежелательно. К холму он подобрался с наветренной стороны, Нет и Нади, следовали за ним. Указав им на спокойно лежащую семью, ясно видимую с места их засады, Рем толкнул обоих, направляя их к лежавшим сородичам. В голове пронеслась радостная мысль:

«Ну, вот ваша семья! Теперь вы не будете одинокими. Будет, кому вас учить и будет с кем, вам играть. Вперёд!»

Но животные упёрлись и не двигались, а в голове Рема возникло:

«Зачем ты нас гонишь? Это не наша семья! Ты наш вожак!»

Рем тряхнул головой и затравленно осмотрелся. Это были не его мысли! Кто мог внушить ему их? Потом его взгляд упал на Нади, она смотрела на него печальными глазами и из их уголков скатились слезинки. Он перевёл взгляд на Нета. Та же печаль во взгляде, но без слёз. Мужчины не плачут! Даже если они ещё малы.

Забыв об осторожности Рем сел перед животными и обнял их. По инерции он продолжил общаться с ними мысленно.

«Ну, раз так решили, значит определились! Семья, так семья! Полетели домой!»

Нет и Нади, прижались к нему и радостно заурчали. Самец, глава отдыхавшей семьи, почуял их и вскочил. Он смотрел на них и угрожающе рычал. Самка и детёныш тоже вскочили и присоединились к вожаку. Рем встал во весь рост, Нет и Нади, пристроились рядом с ним и оскалились, но Рем радостно рассмеялся и помахал семье на холме рукой. Развернувшись, он не прячась, направился в лес к поляне, где его возле гладеров ждала Кама. Ещё один член его семьи? Но этот вопрос он пока себе не задавал.

Каме сказал, что найденная семья малышей не приняла. Поэтому они останутся с ними. Кама привычно не спорила. Они полетели к домику.

Глава 23

И началась обычная жизнь. Только теперь у Рема была тайна. Он продолжал общаться, с Нет и Нади мысленно. День ото дня эта связь крепла, увеличивалось и расстояние, на котором они могли общаться. Изменилось и поведение подрастающих животных. Рем мог приказать им остаться в домике или гладере и ждать его возвращения. Кама в этом не участвовала, она просто трудилась, выполняя порученную им работу. Время приближалось к концу осени, пошли дожди. Пришла пора собираться и возвращаться в поселение, как всегда на зиму их работы сворачивались.

Закрыты щитами окна, ключ повернут два раза в замке, закрытая дверь оградила их домик от незваных посетителей. В этом году ему предстояло зимовать самому. Дом не был живым существом, и его отношение к этому было неизвестно. Но жившие в нём люди испытывали грусть, хотя эти чувства у них были с разными оттенками. Рем просто грустил за быстро пролетевшим временем, Кама…

Здесь Рема ждал сюрприз. Он услышал мысли Камы!

«Вот и пролетело время. Мы снова жили под одной крышей, вдвоём, но, увы, порознь. Когда просились жить вместе, старшее поколение было в шоке, а теперь даже они спокойны. Теперь неспокойна я…»

Рем оглянулся на Нета и сделал страшное лицо. Нади толкнула своего брата головой. Рем мысленно обратился к шалуну.

«Ты на неделю лишаешься сыра! За то, что лезешь в жизнь вожака. Ещё раз будешь подключать ко мне мысли людей без моего разрешения, сыра лишишься надолго!»

Для Нета сыр был любимым лакомством, услышав о наказании, он жалобно заскулил. Мысли Камы исчезли, больше Рем их не слышал. Что об этом думал он?

Для зверей подслушивать мысли вожака было табу, которое они никогда не нарушили бы, но и Рем меры принял, он научился ставить блокировку своего сознания, честная Нади была его учителем в этом вопросе.

Никто в вопросе их отношений с Камой не мог понять его. Они почти десять лет были вместе. Четыре года в корабле, два года строительства поселения, два года учёбы в школе и вот уже два года работы, всё время всегда Кама была рядом. Друг и товарищ. Перейти к новым отношениям, где Кама станет любимой? Он хотел, но и боялся. Этот страх давил на него. Понять его наверно сложно, но можно. Все мы разные.

Вздохнув, Рем повернулся и пошёл к своему гладеру. Нет и Нади, пошли за ним. Последней от домика уходила хмурая Кама. Её мысли и проблемы были с ней.

Гладеры взлетели один за другим и полетели к поселению. Мелкий дождь усиливался, лужи поглощали все следы пребывания людей. Дом равнодушно мок, он не мог противостоять непогоде и текущему времени. Приближалась зима, одно из времён года и с этим приходилось мириться всем и людям, и дому, и окружающим деревьям и кустарникам. Трава уже увяла. Жизнь вокруг продолжалась, природа жила по своим законам.

Гладер Рема приземлился на площадке перед домом Талы. Почти два года Рем не был дома, общение по терминалу позволяло им видеть друг друга, но это не могло заменить личной встречи. И теперь они встретились. Тала плача прижимала к себе выросшего Рема, вспоминая того мальчика, который скрашивал её одиночество и приносимыми проблемами не давал ей погрузиться в своё горе. Рем был молод и чувства бабушки, потерявшей всех родных, ему были не доступны. Родителей он потерял, будучи маленьким ребёнком, дед и дядя погибли в огне войны, как и миллионы других людей. Общее горе было у всех. Рем перенёс эти потери легче, чем Тала. Из объятий Талы он освободился первым и радостно сообщил ей:

— Тала! Знакомься с новыми членами нашей семьи!

Сердце Талы сжалось. Одно дело понимать, что внук вырос и совсем другое встать перед этим фактом. Она ждала, что из гладера выйдет Кама, но из него выскочили два гибких тела со шкурой светло песочного цвета и рудиментами крыльев на спине.

Тала узнала их сразу, она мгновенно вспомнила портрет первого кирта, КИРТА-ИНЧА. На нём два таких животных были изображены рядом с ним. Их называли «свильктами».

Воспоминания вернули её в молодость, в тот день, когда она, получив первое офицерское звание, приносила присягу возле памятника ИНЧАМ, на главной планете созвездия Лебедя. Этот памятник стоял на площади у дворца первого КИРТА-ИНЧА, дворца ставшего пантеоном армады. Она вернулась в свою молодость, в ту счастливую пору своей жизни. Увы, она не знала, что ни дворца, ни памятника уже нет. Она не знала, что эти реликвии, дворец и памятник, взорвал её сын Дуг. Взорвал вместе с собой, он сделал это, что бы их святыня, не досталась врагу. Иногда незнание бывает благом.

Нет и Нади, подошли к женщине и обнюхали её. Вожак сказал, что она из их стаи. Этого было достаточно. Они чувствовали, что в сознании женщины нет страха, в нём царили чувства неизвестные им, её руки погладили их головы. Делали это, они легко и нежно, как в смутных их воспоминаниях о детстве, так делал язык их матери. Зверям было приятно. Нади потёрлась головой о бедро женщины и довольно заурчала.

Все прошли в дом. Накрытый стол ждал их. Нет, уловил запах сыра, среди множества других и пристроился возле женщины, подальше от вожака. Рассудив здраво, что о наложенном на него наказании вожака она не знала, вот и можно было мысленно попросить у неё любимого лакомства. Он в своих расчётах не ошибся. Ужин для всех прошёл чудесно!

Убрав со стола, Тала подала Рему свою реликвию, голографический куб со снимками пантеона армады, памятника ИНЧАМ и молодой девушки-офицера армады. Она указала Рему на портрет КИРТА-ИНЧА и двух животных возле него. Рем рассматривал портрет и со стыдом думал, что он пропустил мимо ушей всю историю Вселенной людей напрасно. Оказывается, она очень интересна. Он тут же дал себе слово этот пробел наверстать, придётся помучить главный компьютер, это ни Рема, ни компьютер не пугало. Рем прислушался к тому, что говорила Тала.

«… твоя находка этих животных на планете, решает давно мучивший меня вопрос. Теперь я понимаю. Это созвездие, с планетой земного типа, всё, что осталось от мира ИНЧЕЙ. Туманность и «чёрные» дыры поглотили остальные их созвездия и планеты, кроме этого. Поэтому это созвездие и оказалось заключённым в капсулу «чёрных» дыр, туманностей и метеоритно-пылевой реки».

Рем был рад видеть Талу, сытный ужин настроил его на мирный лад и он не спорил. Хотя возражений было много. На приютившей их планете не было найдено никаких следов цивилизации, ни развалин построек, ни дорог, ничего! Это, во-первых. А во-вторых, такая высокоразвитая цивилизация просто сидела и ждала своего исчезновения? Такое даже предположить смешно! Они знали всё обо всех цивилизациях и мирах огромной вселенной. Обладали техникой, мощью и знаниями намного превосходя всех. И так просто сдались? Нет, в такую покорность цивилизации диктовавшей всем свои правила жизни, он не верил, но с Тали спорить не хотел. Он смотрел на неё и видел, как неумолимое время оставляло свой след на её лице и волосах. После долгой разлуки это было отчётливо видно.

Вечер подошёл к концу. Отправились спать. Здесь, Нета и Нади, ждал сюрприз. Они попытались устроиться на кровати, вместе с Ремом, но были изгнаны им на постеленное рядом с кроватью одеяло. При этом получили выговор от вожака. Он мысленно обратился к ним:

«И вам не стыдно? Ваши далёкие предки были спутниками и помощниками расы Владык! А вы? Здоровые ребята, если станете на задние лапы, то будете с меня ростом! А ведёте себя, как маленькие детёныши, лезете спать мне под бок. Вам не стыдно, позорить своих великих предков?»

Нет, безропотно лег на указанное ему место. Нади улеглась рядом, но обиженно смотрела на вожака, а он отвернулся от них и безмятежно уснул.

Дальше, для Нета и Нади, началась насыщенная жизнь.

Весть о том, кого привёз Рем, разлетелась по поселению. Все жители поселения под разными предлогами целыми днями толпились возле дома Талы. Погода значения не имела. Для старшего поколения свилькты были тотемом счастливой, мирной жизни, канувшей в небытие вместе с их миром. Они смотрели на грациозных животных и слёзы катились по их щекам. Вспоминали своих погибших детей, жён, мужей, внуков и других родственников. У каждого было своё горе. С годами оно вспоминалось и ощущалось всё отчётливей. Боль потери ушла, раны зарубцевались, но память осталась, погибшие чаще приходили в их сны.

Для молодых эти животные были подтверждением легенд и истории, которую они учили. Кроме того, для старших юношей и девушек, это было знамение, вызывавшее желание вернуться и изгнать врага из покинутого ими мира.

Поэтому ничего удивительного не было в том, что все от 14 лет и старше, не смотря на пол, потребовали организовать для них обучение профессии воина. Отставные военные взялись за своё любимое дело с воодушевлением. Многие из них, после отставки, были наставниками в военных школах и училищах. Опыт обучения имели, да и тосковали за той жизнью. Добровольцам досталось нелёгкое обучение. В дождь, ветер и холод все усиленно тренировались и учились воинским премудростям. Единственное чего добились старшие, это того, что это обучение проводилось после школьных занятий и работ.

Теория Талы о гибели мира ИНЧЕЙ, стражей Вселенной, была принята всеми, кроме Рема. Приняв её, люди знали, что им в своей борьбе нужно будет рассчитывать только на себя.

Рем и здесь оставался скептиком.

Единственный корабль, «Ной-разведчик» и максимум 1500 воинов, по его мнению, были каплей в море. Но он молчал. Наверно были и другие реалисты, но убивать мечту большинства они не решались и тоже молчали.

Рем получил статус негласно выбранного вождя. Ведь только у него были свилькты и подчинялись они только ему. Из истории было известно, что эти животные были только у кирта, основателя армады, победоносного воина Вселенной людей. Именно сейчас такой человек, по мнению всей молодёжи, и был нужен людям. Тянул ли на эту роль Рем? Его об этом не спрашивали. Справедливо решив главное для себя. Нашёл свильктов? Вот и соответствуй!

Общественное решение заставило Рема сидеть у домашнего терминала с раннего утра и до глубокой ночи. За эти месяцы он узнал всю историю Вселенной людей, изучил все битвы проведенные КИРТОМ-ИНЧЕМ. Ко всему написанному относился критически, понимал, что все люди, писавшие эти материалы, были людьми, поэтому во всём написанном ими присутствовали их чувства и отношения к личности кирта. Судя по всему написанному о нём, его обожествляли, соответственно и писали. Почерпнуть какие-то военные знания из этих рассказов не смог бы и военный гений, а Рем ни военным, ни гением не был. Насчёт этого не заблуждался.

Нет и Нади, целыми днями скучали, сидя в доме. Постоянно приходившая Кама пожалела бедных животных и выводила их гулять по окрестностям поселения. Так проходили дни. Как и раньше Рем с нетерпением ждал отъезда и считал оставшиеся до него дни. Только причина его нетерпения была новой. Его замучило общее внимание товарищей и их новая привычка. Доставать его вопросами по любому поводу. Что делать? Как лучше усвоить этот приём? Как применить его в бою? И сотни других вопросов, аналогичных по смыслу. Хотелось выть! Извернувшись, он уехал за десять дней до общего выезда. Причину привёл вескую.

Выделенный им для работы участок, был действительно сложный. Привычный лес, сменяло плоскогорье с ложбинами заросшими кустарником, деревьями, а дальше начинались горы, они полого спускались к морю обширными пляжами с мелкой галькой. Для работы требовалось различное оборудование, которым раньше не приходилось пользоваться. Вот Рем и объяснил, что ему требуется время, чтобы со всем разобраться. Так, как он говорил очень убедительно, а в его словах была истина, с ним согласились и разрешили выезд.

То чем занимались Рем, Кама и ещё около шестидесяти человек, это вовсе не было, просто чьей-то прихотью, или попыткой занять чем-то людей. Они делали то, что нужно было сделать сразу, ещё до того как строить поселение для проживания людей. Но, во-первых, среди спасшихся от ужасов войны людей не было ни одного человека, кто знал этот вопрос или представлял себе, где нужно строить поселения и как выбирать для них место. В своё время этим тоже никто не занимался. Планеты занимали все, где были более, менее пригодные для жизни условия, а города просто строили, расширяя по мере увеличения населения. Так и жили. Магнитные поля, биоэнергетику планет совершенно не учитывали, да и не знали, как это делать. Мутации организма людей, обратили на себя внимание, тогда и начали искать причины. Делали это вяло, как поиски совсем не имеющего значения фактор. Тем более, что ответы особо никого не интересовали. Интересовалась этими ответами только небольшая группа специалистов, разделявших теорию о том, что планеты обладают биоэнергетикой.

Около двухсот лет назад Кан Уринец опубликовал свою работу по биоэнергетике планет. Она вызвала много споров среди учёных мужей, но широкую аудиторию не заинтересовала. Так и оставшись одной из многих не востребованных работ, не нужным знанием.

Хотя этот учённый всю свою жизнь посвятил этому вопросу и проделал очень большую работу.

Он взял карту старой покинутой Земли и нанёс на неё известные первые поселения людей, а рядом нанёс данные по флоре и фауне этих мест. Получилась странная картина. Люди, не имеющие никаких знаний, технологий, селились в местах, где влияние планеты на организм человека было минимальным, а температурные и экологические условия были самые благоприятные. Определяли они эти места по кучности проживания в них животных и изобилии определённых растений. Опираясь на это, он составил карты благоприятных мест для проживания на десятках планет Вселенной людей, на которых имелись полученные современными методами карты экологической среды, магнитных полей и замеры излучений. Здесь ему открылась та же картина. Флора и фауна планет определяла лучшие для проживания места. Собрал он и статистику заболеваний, продолжительности жизни в разных местах исследуемых планет. Люди селились, где угодно, материала хватало. Полученные цифры подтвердили правоту его выводов. Но понятно, никто переносить города не собирался, его теория стала обычной утопией, мечтой чудака о жизни в гармонии с природой.

Одна из биологов их поселения, среди кристаллов с записями нашла работу этого учёного. Составив по его методе карту флоры и фауны возле их поселения, она увидела, что место для проживания они выбрали, мягко сказать, не очень удачное для проживания людей. С этим она обратилась к Тали, приложив статистику по состоянию здоровья жителей поселения. С цифрами спорить трудно, тем более, что их подтверждали другие данные. Тогда и возник отдел, который составлял карту флоры и фауны планеты приютившей их. Переносить поселение сейчас было не рационально, но определить места для новых поселений посчитали разумным. Все верили в будущее человеческой расы на новой планете. Вот и составляли карты планеты.

Многого из этого Рем не знал, он просто делал свою работу, обследовал порученные участки, отмечал на карте места проживания разных видов животных, насекомых, птиц, рыб, делал их фотографии. Ему это дело нравилось, нравилось жить на природе, бродить по лесам, горам. Особенно теперь, когда из него решили сделать будущего военного вождя, не существующего войска людей. Общий энтузиазм его не увлекал, идеи отбить захваченный врагами их мир, считал нереальной. На вещи смотрел трезво. Горсточка людей с одним старым кораблём, против врага, которому не смогла противостоять вся мощь армады? Это реально? Но говорить об этом вслух считал бесполезным, вот и нашёл выход, сбежать или точнее приступить к выполнению своих обязанностей. Ему это удалось.

Они прилетели вчетвером, он, Кама, Нет и Нади. Работы было много. Перенос на новое место домика, уборка старой стоянки, облёт района обследования, разбивка его на участки, наброска маршрутов. Потом начались рабочие будни. Рему пришла в голову идея использования в работе выросших животных. Сильные хищники не имели себе противников. Двухметровые мускулистые тела, острые зубы, мощные лапы и наличие разума делали их владыками местной фауны. Рем мысленно объяснял им задание, высаживал в разных точках и они осматривали местность. Вечером он получал их отчёт. Нет и Нади, могли передавать зрительные образы всего увиденного ими. Это очень упрощало работу. Рем уже зная, где и что искать, делал объёмные фотографии представитель фауны, а Кама наносила на карту места их проживания и составляла письменные отчёты. Работа спорилась и шла быстро. К концу лета они полностью обследовали отведенный им участок, и подошли к горной гряде. Горы попались им впервые, Рем с интересом лазил по ним, особенно, его внимание привлекали пещеры. Он с удивлением обнаружил в них жизнь. В эти походы отправлялись втроём. Рем и оба свилькта. Кама продолжала заниматься систематизацией и обработкой собранного материала.

Осень в этих местах, была тёплой и солнечной, днём было жарко, как летом и только вечерами можно было насладиться прохладой. Обильная растительность и не думала сбрасывать зёлёные сочные листья. Всё живое жило активной жизнью, словно лето продолжалось. Теплая солёная вода бирюзового моря манила, обещая прохладу. Рему здесь очень нравилось. Нет и Нади, солёную воду не любили, купаться в море не хотели, Рем плавал в море в одиночестве, иногда к нему присоединялась Кама. Вот тогда они резвились, как дети. Нет и Нади, демонстративно отворачивались, так высказывая, своё отношение к их занятию.

В этот день, Рем посадил гладер на большую площадку перед широким зевом входа в пещеру. Был жаркий полдень, пологий спуск с этой площадки вёл к бухте, а там завораживающе блестела, отражая лучи солнца, бирюзовая вода моря, суля прохладу. Рем думал не долго, он хотел, есть, но охладить разгоряченное тело, хотелось ещё больше. Поэтому обед был отодвинут на второй план, а он сбросил футболку и кельмы, лёгкие ботинки, в горах в другой обуви не полазишь, устремился к морю. Нет и Нади, проводили его взглядами и улеглись в прохладной тени входа в пещеру. Они ждали обеда, Кама утром собрала им провизии на день, подслушивая её мысли, они знали перечень имеющейся еды. Выбор был не плохой, поэтому они с нетерпением смотрели на плавающего Рема. Немного возмущаясь поведением вожака. Ведь можно было сначала поесть! А уж потом лезть в противную солёную воду. Это было их общее мнение. Они пытались передать его вожаку, но в завуалированной форме. Просто высказывали, озабоченность, состоянием пищи на такой жаре. Это было постоянно и уже стало привычной игрой, животных и человека. Рем играл усердно. Он передавал им картинки в изобилии плавающей вокруг него, в воде, рыбы и приглашал их поохотиться вместе с ним за ней. Но, Нет и Нади, на это не покупались. Они отвечали ему, что люди и разумные животные сырую пищу не употребляют, ибо это говорит об их низком умственном уровне. Приглашение о совместной охоте отклоняли, мотивируя тем, что они сухопутные особи, а не водяные хищники с отсутствием ума.

Этот обмен умными речами длился недолго. Рем уже накупался, вылез из воды и отжал шорты. Звери деликатно отвернулись. Надевать влажные шорты не хотелось, Рем накинул на плечо большое полотенце, оба его конца достигали ему до колен с обеих сторон тела, пояс с мечом и кобурой бластера превратил полотенце в подобие тоги, древней одежды, которую он видел на одной из картин записи из истории Земли. Взбежав по откосу, он положил шорты на боковой выступ гладера, достал упаковки с едой, смеясь, Рем направился, к лежавшим в тени пещеры нетерпеливым животным, жаждущих стать его сотрапезниками. Как можно скорее. Все трое прилично проголодались, обед проглотили быстро…

Глава 24

… Охранный робот класса «Страж» N 6077 уже давно наблюдал за биологическими существами, расположившимися у входа комплекса обслуживания портала. Его программа требовала обнаружить и не допустить проникновение в портал посторонних биологических существ. Вход в пещеру и она сама были оборудованы камерами внешнего наблюдения и излучателями двух типов, ультразвука и жёсткого излучения. Первыми излучателями пользовались часто, живность, водившаяся на планете, была любопытной и забредала в пещеру постоянно. Её приходилось изгонять. Ультразвук отпугивал их, и они убирались прочь. Излучатели жёсткого излучения были боевым оружием, их излучение уничтожало любую биологическую сущность, правда, за всё время существования портала, пользоваться ими не приходилось. Справлялись с отпугиванием и ультразвуковыми излучателями. Проникновений в охраняемую зону не было. Время для робота не существовало, он проходил профилактический осмотр, ему меняли изношенные узлы и он нёс службу дальше, выполняя свою программу. Она была не сложной. При поступлении сигнала с обзорных камер о появлении посторонних биологических существ, он должен был передать информацию об этом на Электронный Мозг и выполнять его распоряжения. Робот поступил согласно заложенной в него программе. Он сбросил информацию и стал ждать указаний о дальнейших своих действиях.

Электронный Мозг был занят. Приближался очередной профилактический осмотр всего оборудования сотен порталов, разбросанных по всей планете. Ему нужно было составить списки требуемых запчастей, и он проверял установленные сроки эксплуатации всех составных частей своего огромного хозяйства. На полученный сигнал робота N 6077 направил указание:

«Продолжить наблюдение!»

Робот человеческими эмоциями не обладал, получив конкретный приказ, он безропотно продолжил наблюдение…

… Обед был закончен, оставалось последнее, убрать оставшуюся от обеда упаковку. Нет и Нади, сделали вид, что они внимательно осматривают вход в пещеру и очень заняты. Рем вздохнул, возмущённо бурча, он собрал упаковки в мешок и положил его в кабину гладера. Вернувшись к занятым делом животным, вслух произнёс:

— Ну, хитрованы! Пошли, посмотрим пещеру. А то только знаете, накорми нас, убери за нами, погладь нас. Халявщики!

Нет и Нади, ориентировались на его эмоции и многое понимали. Они бодро двинулись в пещеру. Рем в своей «тоге» двинулся за ними. Шорты были ещё влажными, он потрогал их, когда относил мешок с упаковками от еды в кабину гладера, поэтому одевать их не стал. Пошёл в чём был…

Камеры в пещере зафиксировали проникновение биологических существ в охраняемый периметр зоны переходного портального комплекса. Робот передал информацию о проникновении посторонних в пещеру электронному Мозгу. До получения его команды о принятии мер он ждал, продолжая наблюдать за тремя биологическими существами, медленно идущими под сводами пещеры. Интереса не проявлял, его программа эмоций не предусматривала. Робот просто ждал команды…

… Электронный Мозг порталов составил заявки и графики, отослал всё Главному Мозгу, одной из сотен ячеек которого он был. Обычно закончив с делами, Мозг переключался на любимое занятие, просмотр записей, хранившихся в его памяти. Для Мозга, как и для роботов, понятие времени не существовало. Время текло для них незаметно, тысячелетия, столетия, годы, месяцы, дни и часы, проходили незамеченными ими. У Мозга были записи работы порталов за всё время с момента его запуска, он и просматривал их все подряд, не соотнося их временные координаты.

Толпы мускулистых людских особей, разных видов проходили через его порталы. Они купались в морях, лазили по горам, путешествовали по всем уголкам планеты. Потоки не прерывались, даже когда наступали годовые изменения погодных условий, просто ослабевала нагрузка на порталы в одном полушарии и увеличивалась в другом полушарии планеты. Это Мозгу было понятно, внешние камеры наблюдения показывали, что если в одном полушарии шли дожди, то в другом светило жаркое солнце. Особи шли к солнцу и теплу, но были и немногие любители снега. Сотни зондов кружили над планетой, доставляя Мозгу информацию о каждом прошедшем через порталы. Тысячи гравитационных платформ и индивидуальных аппаратов летали в небе планеты. Роботы обслуживания устанавливали домики в разных местах, развозили заказанные продукты питания, убирали мусор, восстанавливали экосистему планеты.

Этот круговорот продолжался долго, но потом наступило время и потоки особей начали уменьшаться, появились периоды затишья. Дальше появлялись уже единицы посетителей, а затем наступило долгое затишье. Зонды были возвращены в хранилища порталов, там же стояли гравитационные платформы, индивидуальные летательные аппараты, разобранные домики, портальные устройства доставки продуктов, роботы обслуживания. Всё это требовало ухода, но много времени это не занимало. Одни охранные роботы бдительно охраняли входы в туннели и залы порталов. Так продолжалось долго, очень долго. А потом особи появились снова. Но теперь они очень отличались от тех, которые приходили раньше. Один из них обязательно был одет в чёрный плащ, остальные, сопровождали его и были одеты в синие, жёлтые, красные блестящие плащи. И у всех на головы были одеты обширные капюшоны их глухих плащей. Они не путешествовали по планете, не купались, не оставались надолго. Обычно, эти прибывшие группы, выходили на смотровую площадку. Одетый в чёрный блестящий плащ, выходил вперёд, он подходил к краю площадки и молча, смотрел вдаль. Остальные стояли в отдалении за его спиной. Постояв так, они уходили в портал перехода, иногда так группой, посещали несколько порталов. Это продолжалось некоторый период. При этом количество сопровождающих постоянно уменьшалось. Мозгу многие человеческие понятия и чувства были не знакомы, но последние записи, он смотреть не очень любил, если это понятие можно применить к электронному устройству. Это были записи последнего посещения порталов планеты человеческими особями. Сначала одного в чёрном плаще сопровождали двое. Затем особь в чёрном плаще сопровождал один. Вскоре в чёрном плаще именно в этот портал прибыла только одна особь. Она постояла на площадке и вернулась в портал. После этого порталы планеты никто не посещал, только случайно забредающие в туннели входов в порталы животные тревожили покой Мозга и охранных роботов. После этого одинокого посетителя других записей о посещении порталов не было. Электронный Мозг постоянно прокручивал имеющиеся в его памяти записи, так отдыхал, когда не было плановых работ по поддержанию работоспособности имеющегося оборудования или не велась подготовка к ним. Вот и сейчас он приступил к своему занятию, просматривая свою самую первую запись, когда только установленные порталы планеты посетил первый почётный посетитель, Тиран мира расы ИНЧКАЧЕЙ, альт грин армад флота.

Срочный сигнал экстренного вызова от надоедливого охранного робота N 6077, оторвал Мозг от просмотра первой записи. Сообщение было коротким.

«Означенные биологические объекты вошли в туннель входа и приближаются к воротам входа в зал портала. Жду указаний!»

Мозг переключил на себя информацию с оптических датчиков тоннеля и на мгновение завис. Перед ним была та же картинка, от которой его оторвал сигнал вызова от охранного робота. По тоннелю шёл Тиран мира расы, в сопровождении боевых валов! Протестировав свои системы, Мозг убедился в их исправности, затем просканировал идущих по тоннелю, ошибки не было, один человек и двое животных, далее он сравнил видимое с записью и обнаружил отличие. На записи Тиран был в шлеме, а боевые валы в сбруе. В остальном всё совпадало, такое же белое полладо перетянутое поясом, на поясе меч и кобура с энергетическим оружием, высокие ботинки на ногах и боевые валы без боевого одеяния. Мозг передал информацию на Главный Мозг мира ИНЧКАЧЕЙ, согласно инструкции заложенной в его память общей программой.

… В отличие от своих периферийных устройств, Главный Мозг был постоянно загружен, более тысячи, периферийных устройств, электронных Мозгов, приходилось ему контролировать и проверять. И это, кроме того, что он получал и обрабатывал их запросы на запчасти, следил за выполнением ими профилактических работ на вверенном им оборудовании, механизмах. Вызов от Мозга земной планеты был неурочным, его заявка была получена только перед этим, но сигнал поступил, Главный Мозг его принял. Всем электронным устройствам повезло, что они лишены человеческих эмоций, иначе он точно получил бы стресс. Тем более, что Главный Мозг обладал большей информацией, чем периферийные устройства. Он имел информацию о том, что последний раз портал сработал в зале планеты храма Забвения очень давно. Что боевые валы давно вымерли из-за генетического изменения организмов, пять оставшихся семей были выпущены на планету Памяти человечества, а их заменили искусственно выводимыми свильктами, существами, лишёнными разума и служившими для трансформации мыслей окружающих в мозг своего хозяина, меньшими по замерам, умирающими вместе со своим хозяином. Но Главный Мозг имел определённую программу и не имел эмоций человека. Полученной информации он не удивился, вопросов она у него не вызвала. Идущий к порталу человек был опознан, как Тиран его мира, альт грин армад флота расы, его спутниками были боевые валы, а это значило, что люди вернулись в свой мир и Главный Мозг им должен служить. Приказ действовать по соответствующей программе был отправлен периферийному Мозгу планеты Памяти. Тот и действовал.

Отключил всех охранных роботов порталов, открыл двери в залы переходных порталов, выпустил на орбиту планеты зонды наблюдения, включил устройство приёма команд, перешёл в режим контроля и ожидания. Смотреть старые записи ему было некогда…

… Рем и сопровождавшие его, Нет и Нади, вошли в раскрытые двери в конце туннеля. Перед ними открылся большой зал с полом из мраморных плит и стенами из полированного гранита. Мягкий, неяркий свет струился из стен, посредине зала размещался фонтан. Серебристые струи воды опадали в круглую чашу, лёгкий ветерок охлаждал лицо и тело. Рем остановился и прямо перед ним возник ажурный столик с бокалом желтоватого напитка, а за его спиной возник удобный стул. Перед Нетом и Нади стояли низкие чаши с розоватой жидкостью. Рем сел на стул, взял бокал и попробовал напиток, сделав глоток. Вкус ему понравился, он отпил ещё. Нет и Нади, последовали примеру вожака и наклонились над своими чашами. Напротив стола возникли голограммы людей. Впереди стоял старик в длинной тунике с седой бородой, он опирался на резной посох. За ним выстроились другие. Воины в шлемах при мечах, юноши, рослые мужчины в туниках, несколько женщин разных возрастов, старики в халатах.

В голове Рема возник голос:

«Тиран мира расы ИНЧКАЧЕЙ! Приветствуем тебя! Света и Солнца тебе и твоим боевым валам. Главный Мозг мира и все периферийные Мозги планет и армад ждут твоих указаний. Твой биологический код внесен во все командные приёмные устройства. Мы готовы!»

За спинами стоявших образов, возникла звёздная карта этого сектора Галактики. Ярко загоралась звезда, изображавшая планету, когда её электронный Мозг отчитывался перед Ремом. Одетые в доспехи воины символизировали армады флота. Их было десять, каждая армада состояла из 1000 — 1200 различных боевых кораблей. Пассажирских и транспортных кораблей не было. Все межпланетные перемещения производились через порталы, они были везде на всех планетах и кораблях. Ещё семь воинов были образами электронных Мозгов, систем защиты мира расы. Вместо привычных для Рема спутников планетной обороны и фортов, этот мир защищали генераторы управления «чёрных» дыр, туманностей и метеоритных рек. Даже не очень сведущему в военном деле Рему, было понятно, что техника ИНЧКАЧЕЙ намного опережала все известные ему системы нападения и обороны людей. Понял он и главное. Ему придётся здорово попотеть, что бы усвоить всё это, хотя бы на познавательном уровне. Легенда об ИНЧАХ стала былью, только теперь самих ИНЧЕЙ не было и людям придётся заменить их. Надежда вернуть свой мир, стала реальностью.

Церемония знакомства была закончена, Рем с Главным Мозгом мира расы обсудил свои дальнейшие шаги. Он хотел побывать на планетах расы, кораблях, просмотреть все записи по истории расы. Главный Мозг принимал поступающие команды без возражений. Он был создан служить расе, это было заложено в его программе. Сидевший перед ним человек был просканирован, соответствовал контрольным параметрам, следовательно, имел право требовать выполнения любых своих приказов. Понятие о возможности подмены чужаком представителя расы своих создателей не было заложено в его программе, поэтому он просто работал. Исчезнувшая раса обретала новую жизнь. Её путь продолжался.

Глава 25

В этот день Рем вернулся в домик очень поздно. Кама была вся на нервах и встретила его упрёками, они едва не разругались. Она весь вечер пыталась связаться с ним, но он не отвечал. Вылив на Рема весь свой страх и беспокойство, она расплакалась, прижавшись к его груди. Рем гладил её волосы, успокаивая, поцеловал её сначала в волосы, потом в лоб и щеки, ну и…

А дальше их действиями руководила сама природа, она мудра и знает всё. Когда пришли в себя, то обнаружили свои тела в одной кровати, под одной простынёй и так далее, и так далее. Еще увидели, Нета и Нади, они сидели у кровати и внимательно смотревших, на укрывавшую их вожака и Каму простынь. Рем мысленно послал их. Прочь. С явным нежеланием оба животных отошли в сторону и отвернулись. Первое чувство неловкости прошло и Рема прорвало. Он рассказал Каме о находке в пещере. Рассказ затянулся до утра, с небольшими перерывами на поцелуи и так далее. Угомонились и уснули под утро. Новый день начал их новую жизнь, во всех смыслах.

Порталов на планете было много. Они воспользовались, тем, который располагался недалеко от их домика. Генератор укрывающего портал поля создавал иллюзию рощи деревьев, примыкающую к лесу. Биологический код Рема позволял свободно пересекать защитное поле и попадать в зал портала. При их появлении в нём возникали удобные кресла, столик с едой и напитками. Рем приказал, Главному Мозгу внести биологический код Камы в командные модули, а Мозгу планеты составлять атлас флоры и фауны, с картой размещения на материках и островах планеты. Порученная им работа была переложена на Мозг планеты, тот и выполнял её, собирая снимки с зондов и данные от роботов. Получив свободное время, Рем и Кама занялись ознакомлением с миром расы, его историей.

Посетив две планеты, Рем от путешествия по планетам отказался. Пустые города, здания и дома без людей, произвели на него удручающее впечатление. Везде были чистота и порядок. Роботы содержали всё в идеальном техническом состоянии, но тишина мёртвого мира была зловещей. Обычно человеческая жизнь, суета привычная для разума и глаза, вдыхает жизнь в окружающий мир. А здесь она отсутствовала. Отсутствие разрушений и порядок только усугубляли зловещее зрелище пустого мира созданного для жизни и лишившегося её. Рем это вынести не мог. Кама обо всём так не думала, ей было интересно видеть разнообразную архитектуру зданий, условия жизни и была разных планет. Поэтому они разделились. Рем просматривал записи Главного Мозга, по истории цивилизации, её жизни, жизни других рас Вселенной. Системы наблюдения за ними работали, собирали, накапливали информацию и хранили её. Главный Мозг мира расы выполнял свою программу.

Рем посетил военные корабли, ознакомился с их данными, многое так и не понял, имеющийся у него уровень знаний был ниже технических знаний этой расы. Но это было не важно, многие ли люди представляют процессы, происходящие после их прикосновения к сенсору управления? Понятно, нет! Просто знают, какой будет результат от их прикосновения. Здесь было ещё проще. Отдал мысленный приказ или набрал определённый код на панели управления и всё. С этим он разобрался быстро.

Посетил и много времени провёл Рем только в одном месте, в залах храма Забвения, это была целая планета, безжизненная, лишённая атмосферы, в её теле были сотни тысяч больших залов. В них Мозг этой планеты поддерживал температурный режим и воздух пригодный для дыхания человека. Стены этих залов состояли из отдельных ячеек, в которых находились тела людей расы ИНЧКАЧЕЙ, это был склеп расы.

Кто придумал это? Зачем?

Всё это Рем узнал позже, а вначале его туда влекло любопытство и интерес к чужой жизни. Дело в том, что находившееся в ячейке тело было не видно, но на стене каждой ячейки был монитор и сенсорная панель. При нажатии одного из сенсоров на мониторе шла запись всей жизни человека, чьё тело находилось в этой ячейке.

Гуманно это или нет? Правильно или неправильно?

Об этом Рем не думал. За прошедшее время он просмотрел многие записи. Три записи, Тирана мира, альт грина армад, Лека Бура, последнего Стража и Рита Зугавы КИРТА-ИНЧА мира людей, смотрел не однократно. О том, что увидел и узнал, не говорил даже Каме. Он ей вообще не сказал о планете Храме Забвения.

История никогда не интересовала Рема. Как и любой молодой человек, он жил настоящим. Жизнь прошедшего времени была чем-то далёким и нереальным. По его мнению, это было не интересно, но мнение человека может меняться и теперь он изменил своё мнение, понял, что прошлое это фундамент, на котором строиться настоящее. Тем более, что убедился жизнь повторяется неоднократно и идёт по бесконечной спирали. Узнал много об этой исчезнувшей расе и о родстве его расы с ней.

Раса ИНЧЕЙ была расой людей, покинувшей умирающую Землю. Они обосновались в этой части Галактики, начав новую жизнь. Преодолевая трудности, обжили планеты, начали войны, сумели остановиться на грани своего исчезновения и сумели выжить. Дальше они назначили себя Стражами Вселенной и начали диктовать свои правила жизни остальным мирам. С их точки зрения они делали всё правильно, сохраняя разумную жизнь. Но увлеклись идеей собственного бессмертия, и раса исчезла, сама похоронив себя. За прошедшие тысячи лет, был испробованы и много других путей в поисках смысла жизни.

Один из них начался с того, что ностальгия, по покинутой Земле, привела корабли ИНЧЕЙ к ней и разведчики увидели, что умиравшая Земля возродилась и на ней снова появилась жизнь. Обрадованные ИНЧИ приняли роль наблюдателей, их зонды наблюдали за Землёй, но в развитие возрождающейся жизни на ней, они не вмешивались. Тогда и увидели закономерность. Снова пройдя свой путь, люди сгубили свою планету. Снова Земля умирала и люди с неё уходили в просторы Вселенной, осваивали планеты, выживали, а затем, увы, начали воевать. ИНЧИ в войну своих потомков не вмешались, дали им возможность идти своим путём. Те и пошли. Уничтожив свои планеты и оставив «чёрные» дыры на месте своего мира. Этот путь наблюдателей тоже оказался тупиком. Усвоенные ИНЧАМИ уроки жизни для Рема были пока просто вехами истории людей, с одной планеты, общей колыбели для всех. Но не более того. Да и можно ли требовать от 21 парня чего-то другого? Тем более, что перед собой он увидел только две проблемы. Первая это освободить от захвативших его врагов, свой мир и вторую, это где взять воинов для этой борьбы. Средства у него были, оружие и корабли ИНЧЕЙ, были хорошим наследством.

Корабли ИНЧЕЙ были автоматизированы, когда их приводил в его мир, последний Страж, роль десантников играли клоны, давно ушедших воинов. Но уходя в Храм Забвения, последний Страж приказал Главному Мозгу все матрицы воинов, перенести в ячейки Храма Забвения, где находились их тела. Вернуть их оттуда? Было невозможно. Последний Страж стёр эту программу из памяти Главного Мозга. Да и Рем понимал, что даже для выполнения высоких целей он этого бы не сделал. Тревожить покой мёртвых не хотелось. В наличии имелась тысяча ребят пытающихся стать воинами, но не имеющих никакого опыта и боевых навыков. Ввести в миры врагов армады боевых кораблей ИНЧЕЙ, могущих самостоятельно вести боевые действия, он даже не думал, ибо не представлял, как это осуществить. Понимал, что война это не голографическая игра. Нужны были опытные воины. А где их взять?

Этим вопросом мучился всё время. Ответ найти не удавалось. Нет и Нади, чувствовали озабоченность вожака, но разобраться в ней не могли. Они старались его не обременять. Сидеть в помещении им надоело, и они в одиночку гуляли по окрестностям, время приёма пищи не пропускали, хотя понятие о времени, как физической величине, вряд ли имели. Их пунктуальность и обязательность в соблюдении приёма пищи смешила и отвлекала Рема от тяжёлых раздумий.

Кама, утолив любопытство путешествий по планетам мира расы ИНЧЕЙ, обратила внимание на хмурого Рема. Женщины, даже озарённые любовью, с веками не менялись. Сначала любопытство, потом всё остальное. Своего добиваться она умела, Рем рассказал ей о вставшей перед ним проблеме. Кама с энтузиазмом взялась за поиск решения. В отличие от Рема, она считала, что эта проблема решаема и мало того, с ней сталкивались и другие, и они находили её решение. Тысячелетняя история человечества это огромный опыт, нужно только знать, что искать и иметь терпение, и настойчивость. Теперь целыми днями она составляла вопросы для Главного Мозга и периферийных Мозгов, затребовала записи по истории от компьютера поселения. Рем смотрел на её усилия с усмешкой. Ну что можно найти, копаясь в прошлом? Оно ушло, и помочь настоящему не может. Эта твёрдая уверенность жила в нём целую неделю. Победный крик Камы, положил ей конец. Но не сразу.

— Я всё поняла! Ура!

Бурно радовалась она, обнимая Рема. Он этому подчинялся с улыбкой. Эмоциональность Камы знал, как знали это и Нети, и Нади. Время, когда она их боялось, давно прошло, теперь она могла в порыве радостных чувств, потискать их. Оба животных выросли, от холки до хвоста они достигали двух метров, от холки до земли почти метра, да и вес имели до 180 килограмм. Мощные мускулистые лапы могли одним ударом перебить ствол дерева 10–15 сантиметров толщиной. Но Кама тискала их. Нет, к этим объятиям относился, терпимо, ему это нравилось, он жмурился от удовольствия, а Нади фыркала и легонько отодвигала Каму в сторону. Уклоняясь от её жарких чувств. Нади больше любила внимание Рема.

Излив свою радость на всех, Кама приступила к объяснению:

— Вот смотри! Это голограмма десантника. Он одет в защитный комбинезон, глухой шлем, тяжёлые ботинки, ранец кислородного обеспечения. Он вооружён: тесаком в ножнах, бластером и импульсной винтовкой. Обрати внимание! Все размеры в натуральную величину. Кроме того каждый десантник имеет в подчинении 5 боевых валов в боевом облачении. Теперь вот голограмма десантника через 68 лет. Он выше ростом, более массивен. Посмотри на его экипировку и вооружение. Видишь? Шлем-кираса с гребнем, дыхательная маска с ранцем и короткий меч из металла жёлтого цвета. Меч и гребень шлема имеют встроенные генераторы лучей. Вот третья голограмма. Это из наших старых записей о встрече нашей расы с ИНЧАМИ. Десантники на второй и третьей голограмме одеты, вооружены идентично. Мы уже знаем, что когда ИНЧИ встретились с нашей расой, их десантники были клонами их воинов. Другими словами, со времени появления второго типа десантников и до последнего момента, уже десантников-клонов облик, вооружение их десантника не менялось. И ещё одно, уже с того времени, когда появился новый тип десантников исчезли их боевые вали. О них больше не упоминают. Только есть упоминание в данных Главного Мозга о том, что последние вали и другие представители земной фауны выпущены на планету Памяти. Больше найти ничего не удалось. Такое впечатление, что ничего важного не происходило. Согласен?

Рем кивнул головой. Он не понимал, к чему клонит Кама и ждал продолжение её объяснений. Уловив его кивок, Кама продолжила объяснение.

— Вот именно это и удивило меня. По существу изменилась военная стратегия, вооружение и сам десантник, а всё прошло незаметно. Так разве бывает? По этим признакам я выделила этот период времени и начала собирать о нём подробную информацию. Но её оказалось очень мало. Такое впечатление, что её просто убрали. Моё любопытство возросло. Я стала копаться в памяти периферийных электронных Мозгов и кое-что нашла. Генная инженерия в это время уже была развита на высоком уровне, но первые искусственные свилькты появились спустя 7 лет, после появления новых десантников. А за четыре года до их появления к Главному Мозгу подключился электронный Мозг планеты Памяти, этой искусственной копии Земли, приютившей нас. Кроме того, в это же время одна из армад ИНЧЕЙ совершила рейд к возродившейся Земле, настоящей. Зонды уже давно следили и собирали информацию о жизни на ней. Но, о цели этого рейда нигде нет ни одного упоминания, только электронный Мозг этой армады отметил, что при возвращении армады пищевые установки кораблей работали на полную мощность, как и установки по очищению воздуха. Сразу после их возвращения к Главному Мозгу подключились электронные Мозги трёх планет Гермы, Аланды и Миро. Я побывала на этих планетах. Их архитектура отличается от других планет этого мира и на этих планетах есть храмы! Да именно старинные храмы разным богам. Из памяти их Мозгов узнала, что на Аланде всегда правителями были женщины. Нет! В этом мире это не было редкостью, но чтобы всегда? И знаешь, кем в армадах были люди с этих планет? Десантниками! Представляешь? Большая часть десантников всех армад были люди именно с этих планет, недавно заселённых планет, если судить по времени подключения электронных Мозгов их планет к Главному Мозгу. Это привлекло моё внимание к конкретным биологическим данным ИНЧЕЙ, переселенцев с Земли второго исхода и нашим. Я сверила биологические коды людей всех трех переселений. Биологические коды ИНЧЕЙ и наши были идентичны, а биологический код переселенцев второй волны отличался. Незначительно, но он отличается! Такое бывает? Я сомневаюсь! Вот смотри, эти отличия. Видишь? Здесь и здесь…

Кама указала на экран дисплея, где Главный Мозг высветил три строки информации, нижняя имела два отличия. Рем смотрел на высветившие знаки и думал. Но его раздумья были грубо прерваны. Пришедшие, Нет и Нади, тёрлись о Рема, напоминая о том, что пришло время обеда. Пришлось прерваться, хотя и очень не хотелось. Камы говорила интересные вещи, но до сути ещё не дошла. А Кама была рада перерыву, ей нравилось интриговать Рема, а ещё её распирала гордость. Она сумела найти решение вопроса, которое не сумел найти Рем!

Рем проглотил обед и нетерпеливо ёрзал в кресле. Нет и Нади, смотрели на него с удивлением и непониманием. Они обладали разумом, но это был разум животных, молодых и растущих, поэтому они не могли понять вожака. Он имел возможность, есть, когда угодно и сколько угодно, а этим не пользовался. Такое было выше их понимания! Убедившись, что добавки не будет, они покинули зал портала. Смысла сидеть здесь, не было. Кама ела не спеша. Но наконец, покончила с этим занятием! Стол очистился. Мозг воспроизвёл голограммы и дисплей с записями. Кама важно продолжила.

— Теперь если соединить всё воедино, то получается, что нас интересует период времени в четыре года, до появления новой формации десантников. Ибо к этому времени у ИНЧЕЙ возникла проблема с десантниками. Популяция валов исчезает, а это 5/6 численности их десанта, кроме того появились защитные поля новых типов в которых энергетическое оружие было не применимым. Им нужны были десантники-мечники, с совершенно другим энергетическим оружием ближнего боя. Нужны были срочно люди владеющие мечом и имеющие необходимые для этого физические данные. Всего этого у людей их расы не было. Тогда они нашли решение этой проблемы, найдя такой народ на возродившейся Земле. Перевезли его в свой мир, расселили на трёх новых планетах и заменили десантников старого типа, оставшихся без боевых валов. По каким-то соображениям информацию об этом они убрали, но не очень тщательно или спешили, или не видели в этом необходимости. А может это делала группа военных, не посвящая Тирана? Хотя нет! Он об этом не мог не знать. Может просто скрывали от простых граждан? Ведь и у ИНЧЕЙ должны были быть секретные военные программы? Возьми наш мир. Много ли мы знали о нашей армаде, военных исследованиях? Думаю, у них это было так же!

Кама откинулась на спинку кресла, устало потянулась. Всё далось ей нелегко, но она справилась, а теперь просто торжествовала, гордилась собой. Ей удалось проявить себя, помочь любимому! Это приятно любому человеку, особенно женщине. Но Рему было не до её радости, решение возникшей у него проблемы пока не было. ИНЧИ столкнулись с ней и её решили. Он рад за них! Но ему нужно было решить свою проблему, а не ковыряться в их истории. Хотя, Кама права! Путь указан. Нужно думать!

Увы! Больше ничего хорошего они не придумали. Рассматривали и отвергали разные идеи. Вечер подкрался незаметно. Сил думать уже не осталось. Ужин прошёл в молчании, даже восторг Камы улетучился. В свой домик возвращались, молча, были усталые, расстроенные и задумчивые. Ночь облегчения не принесла, недолгий сон не принёс облегчения, весь следующий день ходили сонные, спать легли рано.

Глава 26

Все последующие дни Рем был молчалив и хмур. Подсказка Камы указывала, где искать воинов. Но как это осуществить? Как заставить их переселиться? Как заинтересовать и адаптировать их в новой реальности? Как это сделали ИНЧИ? Вопросы, вопросы, вопросы…

Через порталы Рем перенёсся на три указанные Камой планеты. Он ходил по пустым городам, заходил в здания. Взяв в местном портале гравитационную платформу, летал над городами, сидел в залах порталов этих планет и смотрел старые записи электронных Мозгов. Всматривался в лица давно ушедших людей, видел их быт и обычную ежедневную жизнь. Его интересовали только самые первые записи. Он всматривался в выражение лиц людей, старался понять их ощущения, чувства. Понял главное. Они переселились добровольно и были счастливы. Но главное это был один народ, одна нация. Именно тогда Рема заинтересовало, где этот народ жил на Земле, может это поможет решить загадку? Так появился новый вопрос. Как найти место их жизни?

В этот день Рем сидел в зале первого найденного портала, перед ним вертелась голограмма глобуса планеты Памяти, созданная электронным Мозгом планеты. Материки, моря, океаны проплывали перед ним. По команде Рема, Мозг увеличивал и уменьшал изображение. Рем связался с компьютером поселения и тот создал голограмму глобуса покинутой Земли. Два шара вращались рядом, Рем решил их сравнить и дал команду наложить одну голограмму на другую. Изображения слились в одно. Красным цветом обозначились отличия береговых линий, островов и главное…

Большое красное пятно и два пятна меньших размеров возле него привлекли внимание Рема. Остановив движение полученной голограммы, он приблизил к себе эту лишнюю часть голограммы искусственной Земли, полученную при наложении голограммы Земли второй расы на неё. Пятна располагались в океане, между двумя материками. Компьютер объяснил, что этот материк и два острова в глубокой древности ушли в океанскую пучину, назывался этот материк Анден. Рем мгновение подумал и вызвал Главный Мозг мира. По его команде тот создал три голограммы планеты Земли по данным ИНЧЕЙ, вторых переселенцев и по данным зондов наблюдений, вращавшимся над возродившейся Землёй. Два ранее наложенных изображения он рассоединил. Увеличил участки, где находился этот материк и два острова на всех пяти голограммах. На трёх изображениях этого материка и островов не было, он присутствовал только на двоих. Это были голографические изображения искусственной планеты Памяти и возрождённой Земли, имеющейся сейчас. Рем дал команду Главному Мозгу мира ИНЧЕЙ собрать все имеющиеся данные по исчезнувшему материку из всех записей ИНЧЕЙ, вторых переселенцев, и записей его расы. Собрать всё легенды, сказки, предания, а также всё о жившем там народе.

В этот день Рем был весел, тискал Каму и обоих валов. Понравилось это всем. О причине своей радости Каме не сказал, как она не допытывалась. У него просто появилась робкая надежда, что он приблизился к решению проблемы, но уверенности не было. Поэтому и молчал, ожидая запрошенной информации от Главного Мозга мира ИНЧЕЙ.

С полученным материалом Рем разбирался целый день. Главный Мозг поработал усердно, даже выдал свои выводы, но для Рема нужно было всё осмыслить и понять самому. Выводы он отложил в сторону и начал читать информацию с носителей.

У расы ИНЧЕЙ, в старых записях нашлись материалы по исчезнувшему материку и островам. В старых преданиях рассказывалось о великой расе, которую поглотил океан вместе с их землями. Этот материк назывался Алдол. Погибшая в пучине раса алдолов оказала влияние на весь остальной мир, их колонии были везде. После гибели их государства, эти колонии стали отдельными государствами, сохранив свои знания. Примеров влияния было множество. Одинаковые имена богов, похожие легенды, сходство в архитектуре, резкий всплеск знаний в разных науках, государств ранее не приметных и убогих.

Очень похожие предания и легенды были у расы Рема, только погибший материк назывался Атлон. Влияние погибшей расы ощутили многие государства сохранившихся материков, где так же были их колонии. Всё было, как и в истории у расы ИНЧЕЙ, всплеск наук в отсталых государствах, возросшая их мощь, знания. Получалось, что эти периоды историй расы ИНЧЕЙ и расы Рема были похожи. С этими материалами он разобрался быстро и подключился к носителям с записью информации по истории Земли расы второго исхода. Начал читать представленные ему Главным Мозгом материалы, отобранные из записей наблюдений зондов за жизнью людей, после первого возрождения Земли и получил лишнее подтверждение правоты выводов Камы, это не был прямой ответ на имевшиеся у него вопросы:

«Где ИНЧИ взяли новых воинов, для своего десанта за очень короткий срок? Кем заменили исчезнувших валов? Что они скрыли в своих записях?»

Рем читал материалы, просматривал записи видеонаблюдения и видел, что в этой истории жизни Земли всё было иначе, чем в историях развития человечества в период жизни на Земле рас ИНЧЕЙ и его. Общим было только одно, гибель материка и островов в океанской пучине. А название, погибшего материка, очень напоминало название одной планеты мира ИНЧЕЙ, погибший материк назывался Аланд.

У народов этой эпохи жизни людей на Земле, были две легенды о судьбе народа жившего на поглощённых океаном землях. В обоих, легендах было одно общее, этот народ не погиб и в обеих легендах этот народ забрали к себе Боги, погрузив в огненные телеги. Только в одной легенде было сказано, что Боги забрали этот народ, как избранный ими, а во второй легенде, что этот народ в своей дерзости замахнулся на Богов и был забран в наказание за свою дерзость.

Ещё одно, что заметил в истории жизни этого периода Рем, было более медленное развитие технического прогресса и очаги развития культур, отличались от очагов исторического развития их рас.

Зонды ИНЧЕЙ продолжали наблюдать за новой жизнью возрожденной Земли и теперь. Рем направил запрос электронному Мозгу зондов наблюдения. Он потребовал записи этого участка Земли, где были интересующий его материк и острова. До получения ответа, он сравнил даты гибели этих материков в историях Земли второй расы людей и в истории своей расы. Они практически совпали. Точных данных о гибели этого материка в истории жизни на Земле расы ИНЧЕЙ не было, но Рем был уверен, что они совпадут с двумя имеющимися датами. Для Земли этого последнего возрождения эта дата ещё не наступила. До неё было ещё 2–3 года.

В ожидании получения ответа на свои вопросы электронному Мозгу зондов наблюдения, Рем попытался восстановить возможную картину исхода народа погибшего материка при жизни на Земле второй расы людей. Но зная уже ИНЧЕЙ, он рассматривал более правдоподобную версию, соответствующую имеющимся легендам. Это была версия о похищении. Почему-то она выглядела более жизнеподобной. Почему?

Во-первых. ИНЧИ спешили восстановить свою боеспособность. Этот народ они выбрали не потому, что их материк должен был погибнуть, а потому, что он имел большую армию владеющую знанием и искусством боя с применением мечей. Это уже стало необходимостью при имеющихся защитных полях, где энергетическое оружие стало бесполезным. То есть это были готовые десантники, которых нужно было только соответственно вооружить и адоптировать к новой технике. Методами ускоренного обучения ИНЧИ уже обладали.

Во-вторых. Версия похищения была более реальна, потому что материк погиб почти через 36 лет. При добровольном исходе обязательно нашлись бы не захотевшие всё бросить и лететь неизвестно куда.

В-третьих. При имеющихся знаниях и представлениях о технике людей того времени они добровольно и поголовно в «огненные» телеги не пошли бы из простого страха. Они просто бежали бы прочь.

В-четвёртых. ИНЧИ в этот период уже умели воздействовать на сознание человека, изменять его, создав ложную память. Им было проще усыпить и внушить вывозимым людям всё, что угодно. Да так было и проще превратить их в грозных десантников, внедрив в их сознания знания имеющихся возможностей своей технике, реалиям жизни своего мира. Для облегчения можно было использовать имеющееся учение об их Богах.

Рем даже замер. Эта последняя мысль открывала ему возможность использовать этот путь для себя. Только её нужно было обдумать и подготовиться к её осуществлению технически. В этот момент и поступили записи от электронного Мозга зондов наблюдения за Землёй. Он занялся их просмотром.

Но до этого сравнил записи изображений городов-столиц погибших материка и островов, времен жизни второй расы людей, своей расы и расы живущей на Земле сейчас, с видом городов-столиц трёх планет мира ИНЧЕЙ с похожими названиями. Отличия были незначительны. Рем радостно рассмеялся. Во-первых, подтвердилась его догадка. Во-вторых, один вопрос из возникающего в его мыслях плана, был решён. В этот момент он понял, почему в памяти Главного Мозга мира расы ИНЧЕЙ нет информации об этом переселении. Это была тайная операция, о которой знали очень немногие. После её проведения была проведена коррекция сознания всех и похищенных, и участников этой операции, и всей расы ИНЧЕЙ. После неё все знали, что так они жили всегда, и их раса не пополнилась похищенными. Об этом свидетельствовала искусственная копия Земли, где эти материки и острова были. Это тоже Рем отложил в своей памяти. Его план обрастал деталями, обретая реальность.

С полученными от электронного Мозга зондов наблюдения за Землёй материалами он работал два дня. Изучал быт, привычки, жизнь людей живущих на материке Анлант, особенно его интересовал культ Богов этого народа. Потребовались более конкретные указания электронному Мозгу зондов слежения. Разобравшись со всеми полученными материалами Рем, дал команду Главному Мозгу мира ИНЧЕЙ стереть все эти материалы и свои запросы из своей памяти и памяти всех периферийный электронных Мозгов.

Главный Мозг, полученный приказ выполнил. Он стёр всё указанное из памяти своих периферийных устройств, проверил всё и убрал информацию из своей памяти. Когда-то он уже проделал аналогичную операцию, но понятно об этом не помнил.

Теперь Рем работал над своим планом. Обдумывал его мысленно, никаких записей не делал. Это было время, когда он просто бродил по окрестностям сопровождаемый, Нет и Нади, иногда к ним присоединялась и Кама. Но задумчивость Рема злила её, она предпочитала заниматься работой, а не ругаться с ним. Хотя электронный Мозг планеты всё делал сам, но Кама находила возможность вмешиваться в процесс работы и находить себе занятие. Так прошли дни и в начале октября они вернулись в поселение, на месяц раньше положенного срока возвращения.

Тала встретила вернувшихся из командировки исследователей радостно. Весть о том, что Кама теперь будет жить с ними, вызвало у неё вздох облегчения. Она уже боялась, что «другом» Кама будет ещё долго. Поведение и отношение к этому вопросу Рема её пугало. Вопрос разрешился, к её радости, как она и хотела. Теперь она суетливо хлопотала, освобождая самую большую комнату для проживания молодой семьи. Почему самую большую? Это понятно. Она подозревала, что оба больших животных жить отдельно от Рема откажутся. Её правота подтвердилась быстро, когда Рем и Кама отправились осматривать отведенную им комнату, оба животных пошли с ними. Войдя в комнату, животные хозяйски обошли её и принялись устраиваться на понравившемся им ковре. На Тали внимания они не обращали, а Рем и Кама настолько привыкли к тому, что, Нет и Нади, живут с ними, что восприняли все их действия, как должное.

Ещё до возвращения в поселение, Рем взял слово с Камы, что она будет хранить в тайне их открытие дороги в мир ИНЧЕЙ. Кама с этим его решением согласилась безропотно, она давно привыкла, что в их тендеме Рем решает всё. Тогда они отобрали собранные Мозгом планеты сведения о фауне, только порученного им района, остальные кристаллы спрятали в домике. На будущее. По плану Рема ему нужно было протянуть время. Ещё электронный Мозг планеты Памяти получил указание закрыть все входы в переходные порталы и укрыть двери входов в залы маскирующими полями с созданием иллюзии каменных стен пещер. Только в том портале, который Рем нашёл первым, маскирующее поле создавало иллюзию бесконечного лабиринта пещер. В порталы электронный Мозг имел право пропускать людей только по команде Рема. Задание получил и Главный Мозг мира расы. Он должен был смонтировать на кораблях одной армады установки коррекции сознания и памяти людей по указанной Ремом программе. Поля этих установок должны были не влиять только на одного человека с указанным биологическим кодом. Это был биологический код Рема. Сделав всё это, они отправились в поселение…

Утром, следующего дня, Кама отправилась сдавать собранные материалы. Их ранний приезд объяснила возникшими личными обстоятельствами. К этому отнеслись с пониманием и Каму поздравили с началом семейной жизни. Они были в этом не первопроходцами. Другие пары их опередили. Выросшие юноши и девушки шли путём предначертанным природой, это понимали все. А весть о том, что Кама перебралась в дом Талы, разнеслась по поселению ещё вчера. Люди жили кучно, их было мало, поэтому любая новость распространялась очень быстро.

Погода ещё не испортилась и добровольцы в воины тренировались вечерами, в выходные дни усердно. Их наставники были строгими, они верили в то, что парни и девушки вырастут, достигнут мастерства воинов, начнут борьбу за освобождение от врагов их родного мира. Хотя никто не представлял, как это будет выглядеть. Один «Ной-разведчик» представлял их флот и мог вместить, целых 36 человек, для недолгого перелёта. А как пройти назад через метеоритно-пылевую реку? Об этом старались не думать. Жить мечтой намного приятней! Даже если она нереальная. Так и жили этой мечтой, учились искусству боя на мечах, стрельбе из бластера и электронного ружья.

Рем, будучи реалистом, к утопическим мечтам относился скептически. Когда его из-за найденных им животных избрали киртом расы, он отнёсся к этому, как к проявлению общей блажи, значения этому не предавал, но теперь всё изменилось, он прилежно посещал все занятия, был самым активным учеником. Собственная активность не мешала ему наблюдать за всеми остальными учениками, замечать, лучших и успешных учеников, удостаивавшихся похвал наставников за успехи в овладении оружием. Это был не поиск передовиков, для подражания, просто Рем подбирал себе команду. По его прикидкам ему нужно было для осуществления задуманного им 80-100 человек, не больше. План ещё дорабатывался и был пока сырым. Предложение Рема, проводить ежемесячно состязания на звание лучших воинов, встретили с восторгом. Наставникам нравилось видеть результаты своего труда по обучению воинов, а ученикам нравился дух борьбы, слава сильнейших, почёт и уважение остальных. Людям всегда хочется выделяться и греться в лучах славы. Это и слабость, и сила человека. Но зависит, чем она обернётся только от него.

Наступившие дожди, непогода не охладили пыл юношей и девушек, плохая погода, холодный ветер добавили трудностей, сделали престижней победу.

Зима прошла в учении и борьбе, а Рем к её окончанию имел список отобранных им кандидатов. Лучших из лучших!

На протяжении всего зимнего времени Рем рассказывал юношам и девушкам, осваивающих искусство воинов о встречавшихся ему пещерных лабиринтах, огромных и таинственных, жаловался, что в одиночку не мог их обследовать и рассказывал многие сказки на эту тему, почерпнутые им из эпоса их расы, распаляя воображение и интерес парней и девушек. Ещё он постоянно доказывал в своём отделе, что наблюдения нужно проводить и зимой, отслеживая сезонную миграцию животных и птиц. Его упорство убедило руководство, но они жаловались на отсутствие кадров. Подрастающую молодёжь это занятие не привлекало. Но Рем обещал найти добровольцев. Ему поверили. До времени, когда материк Анлант погрузится, в пучины океана оставался год и пять месяцев. Это время Рем себе и обеспечил. Пора было приступать к исполнению уже составленного плана. Ведь время уходило!

Как Рем и обещал, в их отдел обратилось 78 добровольцев, согласившихся работать два срока без перерыва. Это были отобранные Ремом парни и девушки. Лучшие мечники, лучшие стрелки. Заинтригованные сказками Рема, они шли выполнять работу наблюдателей с условием участия в походе по исследованию найденных Ремом пещер. Это, понятно, было их тайной! О ней они говорили только между собой. Руководство отдела было в шоке от радости. Количество наблюдателей выросло почти в три раза, по крайней мере, на ближайшие два сезона и руководство отдела было согласно подписать заявки на любое снаряжение. Но Рем этим не воспользовался. В его распоряжении было боевое снаряжение десантников ИНЧЕЙ, оружие и снаряжение расы людей сравнения с ним не выдерживало. Новых домиков они тоже не заказали, сказали, что жить будут в палатках, чем заслужили похвалу наставников по военному делу и зависть всех остальных парней и девушек. Романтика приключений будоражила умы молодых людей во все времена.

Платформы доставили всех добровольных работников к перенесенному на новое место домику Рема и Камы. Он был установлен на большой поляне, недалеко от горного хребта, где по рассказам Рема он нашёл таинственные пещеры. Эту ночь решили провести на этой поляне вместе. Рядом с домиком Рема и Камы разбили палаточный лагерь. Ночь провели шумно и весело. Романтику вкусили по полной программе. Едва угомонились поздней ночью и с нетерпением ждали утра. Нетерпение очень понятно, ведь их ждал поход в горы, в таинственные пещеры, а это новые приключения! Вот все нетерпеливо и ждали его…

Рем и Кама провели эту ночь в споре. Рем настаивал, чтобы Кама осталась в домике, брать её с собой не хотел, не объясняя причины. Кама с такой постановкой вопроса не соглашалась, остаться одной на срок почти два года? Она не соглашалась. Мучиться и переживать от неизвестности? Впервые она выступила против решения Рема и стояла на этом неукоснительно. Осмелела до того, что предлагала Рему остаться самому в домике и ждать её из похода. Разве с таким он мог согласиться? Спор разгорался с новой силой. Но женщины, встав в позу, умеют стоять насмерть, понятно, это образное сравнение. В молодости о смерти не думают, считают чем-то далёким и абстрактным. Она просто не соглашалась с его аргументами, упрямо отстаивая свои аргументы. Рем устал от этих бесполезных споров и махнув рукой согласился. Корректировка сознания и памяти были безопасной процедурой, а Кама, сама того не зная, напросилась на своё участие в этой процедуре. Сказать ей о том, что все участники этой экспедиции пройдут через это? Рем даже ей, самому близкому человеку, говорить не хотел. Он чувствовал себя неловко, даже презирал себя, но дал согласие на участие Камы в экспедиции, так и не рассказав ей своего плана и мер принимаемым ко всем его участникам, для сохранения всего сделанного в тайне.

Утром радостно гомонящие участники похода в «пещеры», несмотря на короткий отдых, нетерпеливо начали сновать по лагерю, едва рассвело. Рем, сопровождаемый Камой и валами, узнав их истинное название, он даже мысленно называл их так, вышли из домика. Весь отряд был разбит на десятки, во главе каждой десятки стоял десятник, это составляло 77 человек, последний 78-й член отряда был командиром отряда. Эти должности были выборными, члены экспедиции своих командиров избирали сами. Так же, как раньше избрали Рема вождём. Когда командиры увидели выходящего из домика Рема, раздались их команды. Через несколько минут весь отряд уже с собранными и упакованными вещами выстроился перед палатками и командир отряда бежал навстречу идущему Рему с докладом. Выслушав его доклад, Рем скомандовал начать движение. Вслед за Ремом, Камой и валами, отряд устремился в горы. До заветной пещеры было полчала хода…

Едва люди покинули свой лагерь, из леса появились десятка полтора разных устройств напоминавших насекомых, но больше размерами, это были роботы-уборщики. Они сновали по оставленному лагерю. Через час весь мусор, зола от костра исчезли. На чистой поляне перед домиком стоял палаточный лагерь, с закрытыми пологами палаток и тишину нарушала только живущая своей жизнью живность. Насекомые, птицы и мелкие животные. Люди ушли надолго, но они об этом не знали, кроме одного человека. Он шёл впереди, твёрдо уверенный, что цель оправдывает средства. Миллионы людей до него и после него будут думать также, а затем мучиться сомнениями в правильности этого утверждения, но время сомнений приходит гораздо позже. В этот момент Рем в своём решении не сомневался. На карту была поставлена жизнь его расы, её будущее…

Шли быстро и вскоре вышли на площадку перед входом в пещеру. Заканчивалась зима. Солнце ещё пряталось за тучами, обложившими весь небосвод. Серые волны накатывались на берег, разбивались об него, шурша галькой, вода уходила обратно в море, навстречу новым волнам. Громоздившиеся горы уходили дальше, упираясь в небо. Прохладный ветер дул в сторону гор со стороны моря. Но даже эта суровая картина не испортила очарование моря, его бесконечной глади, покрытой белыми бурунами волн устремляющихся к берегу бесконечными рядами. Все стояли на краю площадки и молча, любовались открывавшейся их взору картиной природы планеты приютивших горстку расы людей, изгнанных из просторов родной Вселенной. Только Рем знал, что они отправляются в опасный путь, который должен привести их к родной Вселенной. Если повезёт…

Сбросив очарование дикой природы, Рем дал команду продолжать движение. Они углубились в пещеру. Каждый звук отдавался эхом в её глубине, фонари освещали высокий каменный свод пещеры и стены до ближайшего поворота. Двигались, сбившись в кучу, положив руку на рукоять меча. Бесконечные повороты, боковые ответвления пещеры, заставляли всех быть начеку. Что таилось в этих боковых проходах? Никто не представлял. Всё рассказанное Ремом оживало перед глазами. Тогда сидя в зале и слушая о пещере, все было нестрашным, но теперь чувство страха приходилось давить в себе, никто не хотел показать его другим. А из проходов доносились шорохи, казалось, что там ворочается кто-то огромный, страшный. Воображение рисовало таких уродов, что дух перехватывало. Движение замедлилось. Ожидание нападения со стороны тыла, заставило образовать круг. Задним приходилось идти спиной по ходу движения, они наталкивались на спины тех, кто шёл впереди. Напряжение изматывало, отбирало много сил. По телам струился пот…

Нет и Нади, сначала с удивлением смотрели на странное поведение людей, ловили их мысли, чувствовали их неуверенность и страх. Люди топтались посредине зала портала, издавая непонятные звуки, приседая, толкаясь, падая. Валы уже успели перекусить, попить. Вожак сидел у стола и что-то делал, на людей, сгрудившихся в другом конце зала, внимания не обращал. Переглянувшись, оба вала легли на тёплый пол, положили головы на лапы и закрыли глаза. Только подрагивающие уши показывали, что они контролируют обстановку и готовы действовать в любое мгновение. Увы, Кама, настоявшая на своём, была в общей толпе и страдала, как и все. Единственное облегчение у неё и остальных было только в одном, их кирт и его свилькты стояли впереди и вели за собой всех. Общие трудности облегчали ношу каждого, ведь избранный вождь делил тяжесть похода с ними и шёл, шёл…

… Рем закончил работу с Главным Мозгом. Встал. Стол, терминал и кресло исчезли, Нет и Нади, уловив движение вожака, вскочили. Обойдя толпу, Рем отдал команду Мозгу планеты об открытии переходного портала. Перед ним возникла мерцающая завеса, он вошёл в туннель перехода. Валы последовали за ним, а вслед двинулся отряд. Из перехода они вышли в широком коридоре корабля. Светящаяся завеса за спиной последних идущих членов отряда исчезла. Невидимые лучи излучателей заструились по коридору. Они изменили сознание, память и восприятие действительности всех идущих по коридору, кроме Рема и валов. Биологический код Рема был под запретом, а на обоих валов эти лучи не действовали. Поведение людей из остального отряда изменилось. Исчезли страх и усталость, теперь они осознавали себя воинами десанта, отправляющимися на выполнение ответственного задания. Это был их корабль, а они были его командой и уже много раз участвовали в походах. Все быстро разошлись по своим отсекам, переоделись в форму, висевшую в их шкафах, занялись своими обычными делами, скоро был обед. Распорядок корабельной жизни был ими усвоен давно. Ведь они не были новичками! До ветеранов ещё не дотягивали, но по десятку боёв и походов за плечами было у каждого. Куда они направляются в этот раз? Что у них за задание? Опытные десантники знали, что ответы на эти вопросы знает их кирт, он уже много раз водил их и всё положенное сообщит им, когда посчитает нужным. Так было и раньше.

Корабль двинулся в глубины космоса, в след за ним следовали остальные корабли 7-ой армады. Тиран мира выбрал эту армаду, электронный Мозг армады перешёл в автономный режим управления компьютерами кораблей армады. Выстраиваясь в походный ордер, корабли следовали в точку указанную электронным Мозгом армады. Роботы и автоматы делали обычную работу. Активировали внешние датчики наблюдения и контроля пространства, тестировали орудийные системы ведения огня, генераторов защитных полей, ставили их в боевой режим. Юркие миноносцы устремились вперёд, разбежались в стороны, заняли место в арьергарде отряда, прощупывая пространство космоса лучами своих локаторов и датчиков массы. Армада вошла в подпространство, точка выхода была передана всем компьютерам кораблей армады. Это была орбита планеты Земля.

Глава 27

Флагман армады был не самым большим кораблём. Он был штабным центром управления армадой. Основной объём внутри корабля занимал электронный Мозг армады, реактор, отсек двигателей и зал командного центра. Но кроме этого на нём могло разместиться 15 000 человек и жить со всеми удобствами. Оранжереи, бассейны с золотым песком, растительностью, морской и пресной водой. Столовые, тренажёрные залы с различной средой, прогулочные палубы. Удобные каюты для проживания. Это был настоящий город. Для 80 человек и двух валов он был большим, но это не замечалось. Полностью автоматизированный корабль не требовал обслуживающего персонала и люди жили своей жизнью. Распорядок дня экипаж усвоил давно, многократные походы сделали его привычным укладом жизни. Ежедневные тренировки в залах и на тренажёрах не были чем-то новым. Свободного времени было немного, каждый использовал его, как ему нравилось.

Кирт занимался своими делами целыми днями, но выкраивал время на тренировки с десантниками. Совершенствовал своё владение мечом и энергетическим оружием. Тренировки проходили в полной боевой форме. Меч с излучателем, шлем с встроенным компьютером и излучателем, облегающий комбинезон, управляемый компьютером, нагрудная кираса, пояс с генератором защитного поля и анти гравитационным двигателем. Всё было давно знакомо и привычно.

Рем смотрел на спутников и удивлялся. Действие аппаратуры коррекции памяти и сознания он видел впервые. Его спутники вели себя естественно, уверенно. Они не путались в переходах корабля, свободно владели оружием ИНЧЕЙ, даже выражение их лиц изменилось. Они стали суровыми, обветренными лицами бывалых воинов десанта совершивших уже не один десяток походов. Рему трудно было поверить, что эти бывалые воины ещё несколько дней назад были обычными парнями горсточки уцелевших людей его расы. Но видя их преображение, он уверился, что его план реален и в будущее смотрел с надеждой. Обретя веру в своих обновлённых спутников, он занялся шлифовкой деталей плана следующего этапа. До этого времени это были просто общие наброски, теперь приходилось дорабатывать детали. Искать решение самого главного:

«Как забрать людей с обречённого материка не изменив исторического хода жизни людей на Земле? Как заставить их последовать за собой?»

Ответа он не знал. Вот и искал его целыми днями.

Зонды висели над Анлантой постоянно, всю информацию они передавали электронному Мозгу армады, а он сортировал, группировал её и выводил на обзорный экран центрального пункта управления флагмана армады. Вся команда знала, что заходить в зал управления и беспокоить кирта запрещено, этот запрет не касался только Камы и валов. Но Кама этим правом пользовал редко, а валы и так не отходили от вожака. Рем сделал попытку вовлечь Каму в поиски ответов на мучившие его вопросы, но потерпел неудачу. Кама получила установку, как и остальные члены, их экспедиции. Она была воином десанта, её всё время тянуло в тренажёрные залы, повышать своё мастерство мечника и пилота гравитационной боевой платформы огневой поддержки. Хотя такими вещами раньше не интересовалась и военным делом не увлекалась. Столкнувшись с новым сознанием Камы, Рем от неё отстал, понимал, что виноват сам.

В подпространстве время течёт иначе, чем в реальном времени. Казалось, прошло совсем ничего времени, а громкая трель сигнала пронеслась по всем отсекам корабля. Это корабельный компьютер извещал, что они подходят к точке выхода из подпространства. В реальном мире прошло три месяца и девять дней, с момента начала их экспедиции. До времени погружения материка осталось год и 21 один день. Если во все времена даты погружения совпадают. Это тоже было вопросом возникшим внезапно.

Корабли выходили из подпространства и занимали указанные Мозгом армады орбиты. Самую низкую орбиту над планетой занял флагман.

Теперь через электронные телескопы Рем видел реальный вид материка. Три широких концентрических окружностей водной поверхности и две каменные окружности проходили, охватывая большую площадь материка, очерчивая широкие круги земли с деревьями и зданиями. Судя по правильности форм, водные кольца были искусственными. Похоже, просто замкнули цепь озёр, соединив их каналами и мостами с башнями и воротами. Каменные круги были высокой стеной, шириной до 10 метров, с башнями и арками ворот. В центре последней каменной окружности был холм с тремя зданиями. Верх центрального здания венчал купол, а три здания вокруг были пирамидами трёх цветов, белого, тёмно-коричневого и чёрного. С трёх сторон это всё окружали поля, луга, леса, а четвёртая сторона спускалась к пирсам и зданиям обширной гавани, заполненной кораблями, к ней же вели и два канала со шлюзами. Они соединяли водные кольца с водами гавани. На материке были ещё несколько таких городов или поселений? Они были меньше, имели меньше колец водных и каменных, но копировали большой город. Остальную поверхность материка занимали поля, сады, луга, леса. Сплошное море зелени. Два острова имели по подобному городу, меньших размеров, а третий был занят дымившейся вершиной вулкана. Представив затраченное на строительство всего этого время и силы с имевшейся у этого народа на настоящий момент техникой, Рем понял, какой колоссальный труд был вложен во всё это. Он сравнил снимок, полученный сейчас со снимком центрального города планеты Аланды мира ИНЧЕЙ. Архитектура старого центра планеты совпадала, только каналы были уже, вместо каменных колец были зелёные деревья. Разросшийся город стёр старые фортификационные сооружения, за прошедшие сотни лет они утратили свой смысл и назначение, жившие люди превратили их в привычные украшения своего города, наверняка забыли об их истинном назначении. Другая жизнь, другие ценности и понятия.

Рем прекратил восхищаться и изумляться открывшимся ему видом материка. Он прибыл сюда не для этого. Вернувшись к прерванной работе, продиктовал задание Мозгу армады и вернулся к изучению информации о жизни и быте этого народа.

Электронный Мозг получил задание сделать полную геологическую съёмку участка земли возле материка. Зонды сделать такое не могли. Установленная на них аппаратура была во много раз слабее аппаратуры корабля, да и некоторой аппаратуры они просто не имели, ибо она была достаточно громоздкой. Мозг, справился с поставленной задачей за время, затраченное на три витка на орбите планеты. Рем просмотрел всё и вздохнул с облегчением. Материк должен был погибнуть, как и во всех других возрождениях Земли. Только в этот раз, по проведенным расчётам, дата его гибели была примерно через 11 месяцев и 9 дней. Понятно если не произойдёт ничего неожиданного, непредвиденного. Время, отпущенное природой, на осуществление его плана сокращалось.

Из полученных данных Рем узнал причину постоянного поглощения водной гладью этого материка и его постоянного возрождения, вместе с возрождением планеты.

Ядро планеты состояло из раскаленной магмы, его покрывали литосферные плиты, на которых находились материки, архипелаги и дно водной поверхности. Именно здесь, возле этого материка была граница плит. Ядро разогревалось, увеличивая количество магмы, та давила на плиты. Плита, на которой находился этот материк и несколько островов, выдавливалась на другую плиту, материк всплывал из воды, но границе плит становилась шире и тоньше. Наступал момент, когда она разрывалась и магма устремлялась наверх, образовывалась трещина. Вода охлаждала магму, уменьшая её температуру, магма сжималась и литосферная плита с материком сползала в эту трещину, закупоривая её. Материк погружался в воду, становясь дном. И так при каждом цикле возрождения планеты.

После возрождения планеты люди в первую очередь селились на нём. Благодатный тёплый климат позволял собирать два урожая в год. Обилие лесов, трав и тепло привлекало животных и птиц, их изобилии добавляло привлекательность этим местам. Здесь скапливалось много людей, вот и возникала сильная многочисленная раса, распространяющая своё влияние на остальные материки планеты. За счёт наличия границы плит, вода вокруг материка прогревалась, создавая тёплые течения. Это были прекрасные условия для жизни рыб. Её здесь было в изобилии. Близость других материков развивала судоходство. Людям приходилось создавать науки, изучать разные явления, это подталкивало прогресс. А дальше всё было ещё проще сильная, высокоразвитая технически нация подминала под себя всех соседей, расползаясь по другим материкам. Когда погибал материк, колыбель этого народа, оставались его колонии, они развивались дальше, сохраняя в преданиях и легендах историю этого материка. Этот народ, обречённый на гибель подошёл ИНЧАМ, теперь он был нужен Рему.

Мозг армады смоделировал катастрофу, ожидавшую этот материк.

Прорыв магмы, создавал цунами, движущееся в юго-восточном направлении, огромная масса воды обрушивалась на побережье, лежавшего на востоке континента уничтожая города и людей. Возвращаясь назад эта волна, вбивала «пробку» в которую превращалась плита материка в разлом на границе плит намертво.

В этом сценарии внимание Рема привлекли люди, которые должны были погибнуть под ударом цунами. Ему нужны были воины, и он не хотел упускать любую возможность увеличения их численности.

Зонды так же густо закружили и над обречённым побережьем.

Информация накапливалась, но уходило время. А самое главное, не удавалось найти ответ на старый вопрос:

«Как заставить этих людей следовать за собой? Как забрать их отсюда?»

Времени оставалось всё меньше. Рем решил высадиться на эти материки, ощутить жизнь этих людей. Так он рассчитывал найти ответ и начал готовиться к экспедиции. Собранных зондами данных для адаптации в тех средах набралось достаточно. За неделю удалось всё подготовить, два челнока с флагмана армады летел к планете. Один приземлились на материке, где жил народ именуемый атланты. Второй на побережье континента. Валы получили приказ остаться на корабле. Вначале они воспротивились, но вожак их убедил, пообещав забрать к себе через пару недель. На этом их спор был закончен. Увы! Обещанные вожаком, пару недель разлуки, растянулись на месяцы. Так сложились обстоятельства.

Глава 28

… На рассвете, когда ночь ещё сопротивлялась наступлению нового дня, челнок с включённым генератором поляризованного поля, завис над дальним причалом. Он спустился бесшумно, работа анти гравитационных двигателей, человеческим слухом не воспринимается. Если бы кто-то мог наблюдать эту высадку, он мог сойти с ума от всего увиденного им. Это и понятно. Из воздуха на доски причала выпрыгнули трое, людей в военных доспехах. А затем из пустоты им передали вещи и сундук, при разгрузке кроме вещей из пустоты появлялись фрагменты человеческих тел, руки головы, передав груз, фрагменты тел исчезали в воздухе. Разгрузку закончили быстро, и из пустоты выпрыгнуло ещё восемь человек. Они отнесли свой груз к стене лабаза, присели рядом с ним. Между собой не разговаривали.

Сумерки отступали. Солнечные лучи позолотили небо и воду. Начинался новый день и причалы начали оживать. Под охраной шести воинов пригнали полсотни рабов, они принялись разгружать стоящее судно. Заспанные матросы и приказчики лениво переругивались, отчаянно зевая. Появились возницы с телегами, подтягивался другой народ. Рассвет изгонял ночь, набирая сил, также набирало сил оживление на причалах и портовой площади. На людей, сидящих у стены лабаза, внимания никто не обращал. У каждого своих забот было предостаточно. Смотреть по сторонам времени не было. Один из сидевших людей встал и подошёл к телегам. Вскоре он сопровождаемый телегой с возницей вернулся к остальным. Все вместе они быстро положили на телегу свой груз и двинулись к выходу с причалов. Заплатили стражам у ворот портовый сбор, получили от них дорожный стебель, кусок кожи с клеймом, это была подорожная грамота, и путники затерялись в общем потоке людей.

По дороге двигались десять воинов и человек в тунике. Нанятый возница на телеге вёз сундук и их мешки. Это была обычная картина. Идущие люди, ничем не выделялись из толпы, идущих по этой дороги в обоих направлениях людей. Дорога вела от причалов к стоявшим домам и портовым зданиям, рядам купеческих лабазов. Купцы и их охранники с гружёнными разными грузами телегами, постоянно приезжали и уезжали. Стоявших здесь главный город атлантов был торговым центром всех народов, где продавались товары из всех земель. В припортовой зоне проживали все приезжие-чужаки, через мосты первого и второго каналов они могли проходить свободно только в течение светового дня, но через мосты третьего кольца каналов, проход чужакам был запрещен, там жили атланты. Правитель, жрецы, воины, купцы, основные жители этого государства. Жить за первым и вторым кольцом могли только люди поклонявшиеся богам атлантов, чужаки-иноверцы имели право жить только на землях до первого кольца каналов и поклоняться своим богам. Но мог поселиться и в другом более престижном месте за каналами, доказав свою принадлежность к поклонникам почитаемого здесь божества. Каждый желающий поселиться за первым и вторым кольцом, должен был пройти собеседование со жрецами-толкователями храма бога Посейдона. Они опрашивали и выносили вердикт, а прошедший собеседование приносил дар храму и получал нагрудную табличку с изображением бога. Только после этого он мог селиться за первым и вторым кольцом, открывать там торговлю и иметь лавку или место в торговых рядах. Но чужак мог и принять веру, для этого он должен был нанять жреца-учителя, изучить все ритуалы, принести дар храму и пройти собеседование со жрецом-толкователем веры главного храма.

В основе всего лежал дар храму божества, а если человек был мудр и щедр, не забывал и о дарах для жреца-толкователя, то он проблем практически не имел. Купцы мудростью и щедростью обладали, она закладывалась в цены их товаров. Поэтому без проблем селились за первым и вторым каналами, даже продолжая поклоняться своим богам.

Прибывший помощник купца был человеком мудрым и щедрым в силу полученных указаний своего хозяина. Для себя и воинов он снял дом и лабаз в портовой зоне. Золотое массивное кольцо с большим синим камнем и две нитки кораллов, переданные в личный дар жрецу-толкователю, сделали его хозяина обладателем бляхи поклонника божества этого храма заочно. Прибыть с товаром он должен был через месяц, но дом за вторым кольцом ему уже искали. Купец в столице намеривался обосноваться навсегда. Так говорил его помощник.

В это время, сам купец обосновывался в городе, лежавшем на побережье другого материка, этот материк лежал на северо-востоке от Атлантиды. Там поклонялись Зевсу, но всё остальное не отличалось. Те же личные дары жрецу, храму и такая же бляха, но с другими символами.

От первой группы, высадившейся на пирс Атланта, группа, прибывшая с купцом в этот город, отличалась только численностью. В ней было 12 человек. Купец, его помощник, десять воинов и сундук. Высадились они точно также из воздуха и делали всё тоже. Только купец сразу нанял жреца-учителя. Официально для своих людей, на самом деле для себя. Ему нужно было вникнуть в имеющееся учение. Этим купцом был Рем, а товары в его сундуках были изготовлены синтезатором флагмана, по данным атомных структур образцов переданных зондами. Это для синтезатора сложной задачей не было. Богатого купца звали Ираклий, он со своими людьми погрузился в изучение жизни народа, обитавшего на этих землях.

Сам купец посещал и заводил дружбу с купцами, жрецами храма, придворными местного Тирана. Его воины сидели в питейных залах постоялых дворов, знакомились с воинами местного гарнизона, узнавали их быт, отношения и нравы. Помощник купца тоже не остался без дела, слуг и служек хватало, а знали они очень многое и охотно делились с ним своими знаниями за мелкие подарки. Информация накапливалась.

Рем-Ираклий щедрый и внимательный быстро вошёл в клоаку местной власти. Советники Тирана, военачальники, именитые купцы, помощник главного жреца храма и другие представители местной знати ценили мудрого купца. Они все постоянно интриговали, составляли коалиции, боролись за хлебные места и внимание Тирана и главного жреца храма. Мудрый купец не скупился на подарки, советы, знал очень много и был нужен всем.

Рем лишний раз убедился в превосходстве техники ИНЧЕЙ. Золотой резной обруч с камнями на его шее был не только лингом, позволявшим свободно общаться на местном языке, он передавал ему мысли и эмоции окружающих, позволял передавать им его установки. Такие же устройства разных внешних видов имели и его люди, десятник и его воины. Но они действовали по его инструкциям и указаниям. План, как забрать жителей этих мест, вырисовывался в голове Рема. До катастрофы, когда волна цунами смоет эти города и населявших их людей оставалось 9 месяцев и 3 дня. Времени всё подготовить осталось мало. Но он уже узнал всё, что ему было нужно, составил план действий, а теперь нужно было начинать действовать. Личного участия Рема не требовалось. Со всем должны были справиться без него. Одним из вечеров он вызвал к себе десятника, игравшего роль помощника купца и дал указания. Через два дня он собрался уезжать в государство атлантов. Корабль был зафрактован, товары куплены и загружены. Там предстояло начинать всё с нуля, условия были сложнее, атланты чужаков к себе не подпускали, относились к ним свысока, как к более низким существам.

В этот вечер Рем и десятник проговорили до утра. Точнее говорил Рем, а десятник кивал головой и задавал вопросы. Он волновался, узнав, что действовать ему придётся самостоятельно, возвращаться Рем не собирался. Десятнику нужно было начинать действовать сразу после отъезда Рема. Весь реквизит для финального действия был готов, оставалось только его запустить.

Этим десятником был Кем, бывший соученик Рема по школьной группе. Рем ещё в те годы обратил на него внимание. Учился он добросовестно и старательно, был любопытным и прилежным, а главное умел быстро ориентироваться в обстановке и не боялся принимать решения. С ним и Логом в период учёбы у Рема сложились дружеские отношения. Лог сейчас остался на флагмане, он был командиром отряда. Техника коррекции сознания ИНЧЕЙ только добавляла нужных знаний, увеличивала скорость восприятия и анализа обстановки, не затрагивая саму личность, не подавляя её. Лучшие люди, так и оставались лучшими, а обычные, увы, не менялись. Десятник, отправленный к атлантам, качествами Кема не обладал, он был хорошим исполнителем, но без инициативы, поэтому там Рем намечал действовать сам, да и контингент с которым там нужно было работать, был более сложным. Всё это Рем взвесил и решил ещё до того, как началась эта операция. Он сам отбирал воинов для участия в ней. К досаде девушек брал только парней, но они были воинами, дисциплина для них была не пустым звуком. Поэтому своего неудовольствия не высказывали. Рем всё понимал и слышал, но он же не мог объяснять им, что в этом времени, в этих местах женщин-воинов не было. А о легендарных амазонках заговорили позже. Он, молча, отобрал воинов мужского пола, руководствуясь своими соображениями. Брал тех, кто подходил для исполнения отведенных ролей в этой операции. На надутые губы обиженных воительниц внимания не обращал. Хотели стать воинами? Учитесь решение командира принимать, как должное. Вместе с отобранными счастливчиками улетел на двух челноках. Остальные остались наблюдателями. Рем страховался. Если его план не сработает, он должен будет искать решение на месте, исходя из имеющихся у них возможностей. Вариант уже опробованный по его догадкам ИНЧАМИ, принудительного похищения? Был простым и лёгким, но им он был не по силам, попросту не хватало людей. Усыпить жителей материка и перенести их на корабли, через порталы было не сложно, но, даже взяв с собой всех жителей их поселения, включая детей, они бы этого сделать, не могли. Для переноса спящих тел миллионов людей их 5 800 человекам потребовались бы годы, которых не было. Возвращаться из этой экспедиции без новых воинов? Рем не мог! В дальнейшем их взять было негде. Ждать пока станет достаточным количество людей-беглецов для освобождения своего мира? Очень долго. Для этого должно было пройти несколько тысячелетий. На карту было поставлено будущее его расы людей и их мира, захваченного врагом. Ошибиться, оплошать? Было нельзя! Здесь всё было готово, 320 000 воинов было хорошей силой, но требовалось гораздо больше. Вот он и направлялся за остальными, будущими десантниками его армад.

Последние инструкции и указания были доведены до остающихся, Рем простился и взбежал на палубу зафрактованного корабля. Матросы засуетились, с пирса упали швартовые канаты, вёсла опустились в воду и корабль покинул гавань…

… Шёл третий день пути. Рем стоял на носу корабля, опираясь на «онагр», метательное орудие этого времени. Ещё одно такое сооружение находилось на корме. Корабль представлял собой вытянутый овал с двумя палубами и трюмом метров 47 длиной и 14 шириной с мачтой в середине и помостом на корме. Трюм был загружен товаром Рема и балластом. Вторую палубу занимали 32 гребца-раба и одиннадцать членов экипажа. На верхней палубе разместился Рем и семь его воинов, они спали на тюфяках, лежавших под пологом натянутым ближе к корме. На помосте, расположенном на корме у рулевого весла стояли капитан-хозяин корабля и матрос.

Рем смотрел на небо, по нему неспешно летела стая птиц, направляясь на север материка, который они покинули. Он знал, что там наступила весна и птицы, укрывшиеся от зимы на тёплой Атлантиде, возвращаются в родные места. Рем провожал их взглядом и думал:

«Странная штука жизнь! Вот птицы, пересидели зиму в благодатном крае и летят в родные края, чтобы вывести потомство и снова улететь осенью. Нет, чтобы остаться в благодатном краю и не летать туда, сюда! Вот так и мы. Есть планета, приютившая нас, есть целый мир для комфортной жизни. Так нет! Ищем возможность вернуть свой покалеченный войной мир. Вот и я пришёл в этот мир за воинами, для этих целей. Странно…»

Бескрайнее море, залитое солнечными лучами, сливалось с небом на горизонте. Среди этой безбрежной красоты их одинокий корабль был песчинкой, которой они доверили себя. Все эти дни Рем мысленно перебирал то, что уже было сделано и то, что осталось сделать для осуществления придуманных им планов. Одни и те же мысли надоели, он просто вспоминал события последних дней.

Для человека, родившегося в его мире, название «корабль» ассоциировалось с телом, летящим в просторах бездонного космоса, среди россыпи звёзд-планет. А здесь этим словом называли неуклюжее изделие из дерева, медленно ползущее по водной глади. Мало того, что это было тихоходное сооружение, так оно было полностью лишено элементарных удобств, как гигиенических, так и жизненных. Спать на тюфяках, питаться вяленым мясом и рыбой, запивая разбавленным водой вином. Но Рему это нравилось. Он больше начинал ценить комфорт и удобства своего флагмана. Тут же по теме вспомнил, как нанимал этот «корабль».

Это была целая эпопея.

Сначала Рем собирался перебросить весь товар челноком. Каждая из групп имела свой челнок. Он укрытый поляризованным полем, парил над местом их проживания. Это заняло бы максимум несколько часов с учётом времени погрузки-разгрузки. Но потом от этой мысли отказался. Возле здания портового начальника стояла стела, на которой вывешивали таблички с именем купца привёзшего товар и оплатившего портовый сбор. Купцы, стражники, мелкие и крупные воришки, возчики, хозяева рабов-грузчиков, бдительно следили за всем и всеми. Появившийся ниоткуда товар они заметили бы сразу. У атлантов это ещё было строже, там к этой куче следящих добавлялись жрецы. Каждый купец должен был платить дань ещё и храму. Время позволяло, Рем решил не рисковать, а потратить 6–7 дней на перевозку товара морем. Тогда и встал вопрос выбора корабля для фрахта. Он пошёл в порт и начал осматривать предлагаемые корабли. Первые осмотренные корабли повергли его в уныние. Они были разных размеров, но имели одну палубу. По бортам располагались рабы-гребцы, посредине было возвышение, под ним трюм для товаров. Экипаж и пассажиры размещались на этом возвышении. От прикованных цепями к скамейкам рабов, шла такая вонь, что дышать было невозможно. Прикованные годами не мывшиеся, несчастные рабы, справлявшие нужду здесь же, где сидели, не могли испускать других запахов. Выдержать такой аромат 6–7 дней пути, Рем был не готов. Увидев это судно с двумя палубами, он на него положил глаз сразу. Хотя оно уступало размерами и быстроходностью остальным предлагаемым к фрахту кораблям. С хозяином-капитаном сторговались быстро. Дошли до даты выхода. Капитан назвал срок через 9 дней. Рема поинтересовался:

— Почему так долго нужно откладывать выход в море?

Капитан удивлённо посмотрел на него и ответил:

— Через 9 дней выходит караван к Атланте. Мы же не можем плыть в одиночку!

Рем удивился:

— Почему?

— Да потому, что одинокий корабль сделать своей добычей желающих найдётся столько, сколько рыбы в воде на прикормленном месте. Риск есть если идти и с караваном, но там он меньше. Это что для Вас новость?

Ответил капитан. Рему пришлось спасать положение, и он просто сказал, что раньше свои товары возил сушей, через море ни разу не ездил и решил попробовать этот способ перевозки товаров в первый раз. Но ждать так долго не может, ему нужно выйти из этого порта максимум через два дня. Капитан задумался:

— Ну, это Ваше дело. Я могу выйти в указанные Вами сроки и плыть в одиночку, но Вам нужно позаботиться и нанять охрану, на моих людей не рассчитывайте мы сражаться за Ваш товар не будем. И сумма за фрахт удваивается. Так что решайте!

Рем не мог объяснить капитану, что ему не страшно встретиться с любым количеством грабителей этого мира, даже в одиночку. А тем более не страшны были никакие грабители потому, что их корабль будут сопровождать два зонда ИНЧЕЙ. Общее между зондами его расы и зондами ИНЧЕЙ было то, что они были невидимы и могли передавать изображения и звуки, а дальше начинались различия. Зонды ИНЧЕЙ имели «кристалл разума», миникомпьютер, и небольшую импульсную лазерную установку. Получив сигнал, они могли атаковать, регулируя ширину и мощность луча. Деревянным кораблям с онаграми и камнемётами лучше было с ними не встречаться. Но сказать этого Рем не мог, он согласился на удвоенную сумму фрахта и необходимость нанимать охрану. У него не было проблем с решением ни первого, ни второго вопросов. Чем платить? Его обеспечил синтезатор флагмана. А нанимать охрану он не собирался. Ночью перед днём отплытия зафрахтованного корабля, челнок перебросил семерых бойцов из группы, находившейся в Атланте, главном городе атлантов. Рем выполнил все условия капитана, их судно вышло в море чётко в оговоренное время. Условия фрахта соблюдались. Сейчас шёл третий день спокойного плавания. Дул лёгкий попутный ветерок, светило солнце и нигде не было видно чужих парусов. Боги оберегали их!

Капитан стоял у рулевого весла и смотрел на стоящего, на носу судна купца. Плаванье проходило спокойно. Лёгкая зыбь и попутный ветер облегчали управление его медленным судном, рабы-гребцы лениво махали вёслами, их никто не подгонял и они не надрывались. Безделье навивало капитану разные мысли, он и думал, лениво ворочая их.

«Странный купец! Очень хитрый? Взял семь воинов, курам на смех. Он думает, что если на нас нападут, я с экипажем ввяжусь в драку? Размечтался! Мы не самоубийцы! Отдуваться придётся ему самому, грабить ведь будут его! Хотя нет! Он не хитрый, а просто глупый. В грозящей опасности не разбирается. Везёт глупцам! Боги их жалеют. Вот и посылают нам хорошую погоду, попутный ветер и отводит грабителей. А может это Боги, милостивы ко мне? Взять ночью и перерезать им горло, а тела сбросить в море на корм рыбам? Их восемь, а нас двенадцать! Рабы не в счёт. Товара у купца не мало. Эти две ночи они все спали, часовых не выставляли. Посмотрю ещё эту ночь и… не пропущу подарок богов!»

Рем мысли честного капитана знал, но не придавал им значения и своих воинов ночными нарядами нагружать не собирался. Он и они, прекрасно знали, что они здесь для декораций, вот и вели себя соответственно. Спали, играли в незатейливые игры, просто травили байки. Рем знал, что жадного капитана ожидал неприятный сюрприз, после которого он станет честным до конца своих дней. Мешать человеку, исправиться? Рем благому делу мешать не собирался. Он сам наслаждался красотой и покоем окружающего мира.

После полудня сзади показались паруса идущего каравана. Они быстро увеличивались в размерах, это был знак, что их заметили и решили уделить внимание. Какое и зачем? Если исходить из нравов этого времени, то и вопросов не должно было возникать. Подтверждая это, от каравана отделилось три корабля, узкие длинные тела резали воду, по бокам мелькали вёсла, борта украшали щиты, над ними пузырился надутый ветром большой парус. Они быстро приближались к их тихоходному судну. При этом выполняли манёвр. Два корабля заходили мористее их судна, забирая вправо и влево, намериваясь отрезать путь вперёд. Последний корабль был больших размеров и шёл медленнее, заходя им с кормы.

Капитан за всеми манёврами настигающих судов следил давно, он напряжённо всматривался в настигавшие их судна. Высмотрел что-то, облегчённо вздохнул и отдал команду:

— Убрать вёсла! Спустить парус!

Команда судна бросилась выполнять приказание. Трое занялись парусом, остальные подгоняли гребцов-рабов ударами плетей. Те торопливо втягивали вёсла. Корабль и так не шибко «несущийся по волнам», застыл, покачиваясь на лёгкой зыби.

Рем повернулся к капитану и уловил его мысли:

«Вымпелов над мачтами нет! Слава Богу! Будут только купца грабить. Невольничий рынок ему и нам не грозит. Точно Боги покровительствуют глупцам! Уберегли его от смерти, от моих рук и от невольничьего рынка, если больше глупить не будет и не вздумает сопротивляться».

Капитан посмотрел на купца. Их глаза встретились. Купец усмехнулся и поднял левую руку, на ней был широкий браслет. Его губы задвигались, что-то шепча, затем он опустил руку. Из-под полога неспешно выходили его воины. Они были подпоясаны, на поясах высели мечи в ножнах. Головы их закрывали шлемы, а в руке каждый держал короткое копьё. Он шли неспешно, выстраиваясь полукругом перед купцом.

Капитан смотрел на них, кривая улыбка перекашивала его лицо:

«Да, глупцов тут восемь! С копьями, мечами без щитов, они решили воевать против трёх кораблей и их экипажей? Боги отняли у них разум! Всё равно лезут на роль трупов для кормления рыб. Жалко, что мне ничего не достанется с их имущества. Ну, да и бог с ним. Главное сам не пострадаю».

Он демонстративно отвернулся в сторону, наглядно демонстрируя свой нейтралитет. Выполнив манёвр охвата, все три судна приближались к переваливающемуся на поднятой ими волне неподвижному судну. На палубах трёх судов толпились разномастно одетые люди, они размахивали мечами и кричали. Их паруса были спущены, только размеренно опускающиеся вёсла толкали их корпуса вперёд. Купец поднял левую руку к своему лицу и снова что-то шептал. Понятно, молился своим Богам! Наивный! Боги в таких случаях к молитвам людей глухи. А дальше…, дальше, произошло непонятное. Из синего безоблачного неба скользнули молнии. Они ударили в большой корабль сзади и меньший корабль слева. Те вспыхнули жарким пламенем, разломились и мгновенно затонули. На воде плавали десяток обломков и десятка три обожжённых людей. Ни раскатов грома, ни никаких других звуков не нарушили установившейся тишины. Все кто видел это, окаменели от ужаса. Только купец и его воины смотрели на всё это спокойно и безразлично. Купец кивнул головой, и они спокойно вернулись под полог. Жаркое солнце пекло во всю силу. Купец ушёл вслед за ними.

Ещё некоторое время тишину нарушали только крики людей в воде. Потом оцепенение прошло. Уцелевший корабль занялся подбором плавающих в воде уцелевших людей. Экипаж судна без команды капитана поставил парус. Рабы-гребцы выдвинули вёсла и налегли на них. Рабов никто не подгонял, весь экипаж сидел на вёслах, помогая рабам. Капитан прикипел к рулевому веслу на корме. Корабль буквально летел, двое суток все работали не останавливаясь. Очнулись только у причала Атланта, когда корабль разгрузили, а купец с воинами покинул его борт.

Капитан согласился на первый подвернувшийся фрахт. Через сутки они в составе каравана покинули порт Атланта и отправились к берегам Чёрного материка.

Боги действительно были благосклонны к «честному» капитану. Когда волна, поднятая цунами, обрушилась на берег материка и смыла людей, дома, храмы, капитан со своим судном уже неделю плыл по внутреннему морю за Геркулесовыми Столбами, а ещё через две недели смог рассказать историю ставшую легендой о пережитом им более года назад. Рассказывал её сидя в кабачке порта родной Итаки. Он рассказывал её и раньше, но многих её слушателей и пересказчиков смыла страшная волна. А кто остался живым? Те понесли её дальше. Это был ода о Великом Боге, Зевсе, вселяющемся в человека, истинно верящего в него, в тяжёлую минуту его жизни.

Её наверняка, знают многие, но только в рассказе первоисточника-капитана была самая интересная концовка:

«… не менее полусотни судов грабителей набросились на моё судно. Но я сдаваться им без боя не собирался. Несмотря на то, что помочь мне никто не мог. Мой экипаж трое суток сидел на вёслах, помогая гребцам-рабам, мы пытались уйти от погони и все выбились из сил. Честь моряка обязывала меня защитить несчастного купца и его три десятка воинов, они потеряли головы от страха, сбились на верхней палубе, плакали и молились, прося Богов и меня спасти их. На их помощь рассчитывать было бесполезно. Поняв это, я бросился к носовой онагре и выпустил первый сосуд с горючим маслом на грабителей. Так и метался сам, разрываясь, между ними, носовой и кормовой онаграми, пока не закончились заряды. Два десятка кораблей грабителей горели чадящими кострами, но остальные окружили мой корабль. Но я не впал в отчаяние, не присоединился к плачущим людям. Я горячо начал молиться и просить Зевса помочь мне защитить купца и его воинов. Бог откликнулся на мой зов и вселился в моё тело! С моих пальцев срывались молнии, они ударяли в корабли грабителей. Увидев силу Зевса, грабители в страхе разбежались. Зевс, убедившись в одержанной победе, покинул моё тело, и оно без сил рухнуло на доски палубы. Когда я пришёл в себя, все спасённые мной стояли на коленях передо мной, славя меня. Но я сказал им:

— Славьте не меня смертного, а возносите хвалу Зевсу! Это он спас Вас!

Все начали славить Зевса, а купец плача подарил мне это кольцо, в знак благодарности, за то, что я принял в своё тело Зевса и спас их всех!»

И капитан показывал кольцо, действительно удивительной работы. Понятно, ему верили! Купец Ираклий-Рем мог бы узнать это кольцо. Это им он рассчитался за фрахт судна «честного» капитана. Но он был очень далеко и решал другие проблемы. Поэтому подтвердить рассказ «честного» капитана или опровергнуть его не мог.

Вместе с людьми, спасёнными с погибшего материка и со смытых волной цунами городов, он готовился начать борьбу за свою Вселенную и свою расу. Все спасённые уже не помнили о том, что они когда-то жили на Земле. Они твёрдо знали, что они подданные Тирана их мира, КИРТА Рема, вождя их расы, расы ИНЧЕЙ, что они десантники армад Владык Вселенной.

Но это будет позже…

А вернуться нужно к тому моменту, когда Рем покинул борт корабля, привезшего его и его груз в порт Атланты, главного города Атлантиды и он шёл за телегами, везущими привезенный им товар к зданию стражи для оплаты портового и храмового сборов…

август 2009года

Content

Левин Георгий
Спина Фортуны

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28