Горе ты моё, драконье…

Комарова Валерия

Я наблюдаю за ним уже три часа. Всё равно, делать больше нечего. За это время он успел вылить на себя две кружки пива, неловко задев свечу, поджечь себе рукав, порезаться тупым ножом и подавиться рыбьей костью. Фатально невезучий смертный. Повезло мне, нечего сказать…

Почему повезло? Да потому, что Майлорд Рубиус дай Драгон (чтоб у него хвост отвалился и клыки повыпадали) приказал мне это ходячее воплощение неудачи охранять.

Я одна из младших в Доме, вот и крутит мною глава ДракОНа, как хочет. Знает, что не рискну поперёк слова молвить. Это старики, первое поколение, могут позволить себе ему перечить, а нам, молодняку, приходится терпеть и пытаться получить удовольствие. А потом ещё удивляются, откуда в Доме Камней столько мазохистов!

И всё-таки не понимаю, за какие такие грехи меня на это задание отправили? Я — шпион-недоучка, а тут воину работка в самый раз.

Сергей был магом, да не из последних: в Ассамблее занимал кресло, учеников набирал, брался только за те задания, которые его интересовали. Вообщем, жил — не тужил. Но, похоже, нарвался на гнев кого-то помогущественней, не тому дорогу перешёл, вот и попал под заклятье тридцати и трёх лет невезения. Заклятье-то несложное, но снять его может лишь наложивший. Сергей наверняка нашёл, кто именно, но рыбка ему оказалась не по зубам…

Не знаю, чем Сергей заслужил, но Рубиновый Дракон решил подсобить магу и выделил ему телохранителя на срок действия проклятия. Меня, то бишь.

Я — одна из тех шуток Сферы, что зовут Драконами. Кэт дай Драгон из Дома Животных. Наш дом мал, всего семеро Драконов, так что по молчаливому соглашению мы считаемся частью Дома Камней и подчиняемся Майлорду Рубиусу. Тем более, что наши способности пришлись там ко двору… ДракОНу необходимы шпионы, а кто может для этой цели подойти лучше животных? Да-да, именно животных… Нас всего семеро — исключения, Драконы, произошедшие не от людей, а от зверей.

— Брысь! — рявкает подавальщица и пытается меня пнуть. Я отскакиваю и фырчу на обнаглевшую бабу. — А ну-ка брысь, тварь блохастая!

А вот не надо! В моей антрацитовой шкурке не то, что блох — соринки не отыскать! Я же Кошка, а не какая-то там шелудивая дворовая бродяжка!

Обиженно мяукнув, я задрала хвост и важно прошествовала к столику, за которым сидел мой горе-подопечный. Светловолосый, темноглазый, в потрёпанной куртке с бляхой Ассамблеи на кармане, стоптанных сапогах и залатанных на колене брюках, он не представлял из себя ничего особенного. Мне даже обидно немного стало за эту неказистость. Рядом со мной он будет смотреться странно…

— Мяууууу! — что в переводе на всерасовый означало «Поделись рыбкой, обжора!»

Маг уставился на меня, будто впервые увидел Кошку.

— Мяу! — Я запрыгнула на лавку и ткнулась мордой в его руку. — Мррр?

Сергей ухватил меня за шкирку. Возмутившись, я попыталась ударить его лапой, но легендарное невезение ему изменило, я промахнулась.

— Что, киска, голодная? — спросил он. — Ну, давай, поделюсь…

Он усадил меня на столешницу, игнорируя подавальщицу, попытавшуюся возражать. Проклят Сергей или нет, но он всё ещё маг, а с магами, как известно, спорить — себе дороже. Подавальщица знала, кто он, и не была склонна к суициду.

— Ещё порцию вашей рыбки, — заказал маг. — Только порежьте помельче…

Собственно говоря с этой самой рыбки и началось наше знакомство. С рыбки, блюдца молока и мягкой постельки, в которую я забралась едва ли не раньше законного хозяина. Впрочем, маг не слишком возражал против такого соседства. Засыпая под моё урчание (чего не сделаешь чтобы не внушать подозрений!), он улыбался и прижимал меня к себе, словно ребёнок игрушку.

Проснувшись утром, Сергей обнаружил меня, клубочком свернувшуюся на его груди (под боком тепло, но он так ворочался, что я побоялась оказаться раздавленной). За шкирку, надо отдать ему должное, он меня больше не хватал, просто переместил на подушку и начал собираться в путь.

— Мяу? — я приоткрыла один глаз.

— Что, киска, хочешь пойти со мной? — удивился он.

— Мррр…. — Я потянулась и устроилась на брошенной на кровать куртке.

Маг засмеялся и спихнув меня, оделся. Я уже собиралась было прибегнуть к крайним мерам (каким — и сама не знала), но тут Сергей посадил меня на плечо. Устроившись поудобней, я вновь задремала… Уже засыпая, услышала, как он бурчит себе под нос о том, что кошки — самые странные существа в Сфере. Я позволила себе не согласиться: самые странные существа всё-таки люди. А кошки… А что кошки?

Со временем он привык ко мне, люди вообще ко всему привыкают, даже к странным чёрным кошкам с зелёными глазами, следующим за ними по пятам и отказывающимся уходить, как ни прогоняй. Конечно, прогонял он для вида, а на самом деле был рад этому вынужденному соседству. По вечерам, садясь у костра или устраиваясь в съемной комнате, он разговаривал со мной. Шутил, что лучший собеседник — тот, кто ничего не говорит. Он рассказывал о себе, о своих приключениях, о том, как однажды побывал в Утопии Драконов и умудрился вернуться оттуда живым. Я внимательно слушала его и мяукала в нужных местах, и со временем, сама не поняв как, начала ждать этих вечерних бесед.

На жизнь Сергей зарабатывал наймом. Магам всегда находилась работа, как на Тропе, так и в мирах. Частенько его заклинания срабатывали совсем не так как надо и от заказчиков приходилось спасаться бегством, но изредка мне удавалось сдержать проклятье. Надо же мне как-то отрабатывать своё питание. Сергей никогда не забывал обо мне, иногда тратя последнюю монетку на рыбину, сам оставаясь без ужина.

— Как думаешь, Киска, повезёт на этот раз? — спрашивал он меня перед тем, как взяться за очередное задание. Я скептически фыркала. Он вздыхал. — Ничего-ничего… Осталось всего-то тридцать два года… продержимся…

Тридцать два года! Я не доживу!

Это дело было одним из самых простых на моей памяти. Всего-то и надо было, что донести письмо из одного мира в другой. Самое обычное письмо. Ничего секретного — поздравление с рождением наследника. Но проклятие не дремало. Стоило нам выйти на Тропу, как Сергей обнаружил, что письмо в процессе перемещения испарилось.

— Ну вот… — Он вздохнул и ссадил меня на землю. — Опять мне, Кисундель, не повезло. Придётся потуже затянуть ремень, денег у нас совсем не осталось…

Я скептически глянула на худющего мага, которого разве что ветром не сносило. Да уж, на такой диете ему долго не протянуть. Совесть вылезла из задницы и прошипела, что последние монеты он потратил на кринку сливок, которые я благополучно умяла на завтрак.

Конечно, помогать ему в мои обязанности не входило, но… Я же не могу допустить его голодной смерти?! Меня Руби за это прибьёт! Так что в виде исключения…

Вечером, когда Сергей перестал ворочаться и засопел, я отправилась на охоту.

Сам маг неоднократно пытался поймать что-нибудь на завтрак, но рыбины срывались с крючка, капканы не срабатывали, а заклинания пролетали мимо цели или рикошетили в него же самого. Он не раз шутил, что завёл зверя не той породы. И правда… Надо было Рубиусу Доги послать. Вот уж с ним Сергей точно бы голода не знал…

Только вот я совсем не хочу представлять себе, что не меня отправили на это задание. Странно, но тридцать два года уже не кажутся долгим сроком, иногда я ловлю себя на мысли что за последние четыреста лет я ещё никогда не была так счастлива.

Леса в этом мире густонаселённые, правда встретить тут что-нибудь травоядное и мелкое не стоит и надеяться. На Сергея-то не нападут, амулеты на нём Драконьи, видно и правда бывал он в Утопии. Проклятье их не одолело, защитный круг ещё ни разу не подвёл.

Но я-то из круга вышла…

Что-то напоминающее хищную овцу с паучьими лапами выскакивает из-под земли и бросается на меня. В последний момент я трансформируюсь. Ничего впечатляющего — просто увеличиваюсь в размерах и раскрываю крылья. Дракон-кошка — меня ни с кем не перепутаешь.

Несговорчивость добычи паукоовцу (или овцепаука) не смущает, а мне только этого и надо. Всего пара ударов — и наш продзапас готов.

— Эй, Кисель, смотри, вот удача привалила! — восторгается Сергей. — Это же Овцук.

Я с независимым видом умываюсь, ничем не выказывая своей радости. И чего это он так счастлив?

А на сердце теплеет… И хочется мурчать… Всё-таки привычки живучи, даже если ты — больше не ты. Это странное тепло мне знакомо, оно оттуда, из далёкого до-драконьего прошлого. Так тепло мне было, когда хозяйка сажала меня на колени, когда она смеялась или чесала мне пузо. Да… Те времена закончились, той кошки больше нет, но желание иметь своего человека осталось.

— Представляешь, сколько стоит его руно?! — продолжает Сергей, подхватывает меня, кружится и хохочет. — Мы богачи, Кисель! Я куплю тебе бантик на шею, будешь есть одну белую рыбу, никаких килек в томате! И мы с тобой сможем на месяц где-нибудь остановиться!

Я мысленно проклинаю свою лень. Говорили же мне умные драконы — учи зоологию! Так нет же! Я же хотела всего лишь обеспечить нас едой на пару дней! Я не собиралась решать все его проблемы одним махом!

И что это он там нёс о бантике?!

Пёс знает что такое! Кому скажешь — засмеют! Дракон с бантиком на шее! Не дамся!

Кажется, невезение на сей раз избрало меня своей жертвой. Сергей не просто дотащил Руно до базара, так ещё и получил справедливую цену. И он даже не потерял кошелёк!

Ленточку он купил. Красную. И даже попытался её мне повязать на манер ошейника. Я расцарапала ему руки и долго пряталась под кроватью в снятой им на месяц комнате. Выманить меня удалось только с помощью пакета жирных сливок и банки тунца.

— И чего ты так разозлилась? — вопросил Сергей после сцены примирения, включавшей в себя его извинения и мой ужин. — Я-то думал, что все женщины любят принарядиться, даже если они кошки.

Может и любят, только если они не Драконы. И не Кошки.

— Ладно, Кисель… Давай-ка спать. — Он устроился на кровати, заложив руки за голову. Я сделала ему одолжение и не стала протестовать. Так уж и быть, посплю на своём законном месте.

— А знаешь, она ведь не захотела со мной отправиться… — Он закрыл глаза. — Говорила, что муж-неудачник ей ни к чему. А благодаря проклятью она ещё и нищим меня оставила. Я уже потом понял, что… Эх… Вот почему мне не встретилась такая женщина как ты?

— Мрррр? — я приоткрыла один глаз. А я что, ему не встретилась?

— Ну, я имею в виду человека, не обижайся, но ты всё-таки кошка. Замечательная, но кошка.

И правда… Всего лишь кошка. И разговаривает он со мной просто потому, что поговорить больше не с кем. Да он бы и со змеёй от безнадёги начал болтать, изъяви какая-нибудь желание.

Он уже заснул, а я никак не могла прогнать накатившую тоску. Всё-таки не повезло мне с заданием. Тридцать три года мне таскаться за ним и изображать из себя неразумное животное. Хорошо хоть он на меня заклятие долголетия наложил, не придётся изворачиваться и «умирать», чтобы потом вновь явиться уже в другом обличии.

Поняв, что заснуть не удастся, я перебралась на подоконник. В этом странном мире отмечали какой-то праздник. Всюду горели огни, небо то тут то там разрывали огненные вспышки-салюты….

— Ты чего не спишь, Киска? — Он подвинул меня и устроился на подоконнике рядом. — А… Я и забыл со всеми этими перемещениями. Знаешь, я ведь из этого мира. Помню, когда был маленький, мамка на новый год пекла удивительно сладкие пироги. А потом мы катались на санях и играли с сестрой в снежки.

Я перебралась ему на колени. Сергей рассеянно трепал меня по загривку, уйдя в свои воспоминания. Он рассказывал о своей семье, о том, как впервые совершил «чудо» и мамка огрела его по спине ухватом, шрам до сих пор остался. Рассказывал о смешной девочке Даше, своей дочери, которая обязательно бы меня полюбила, как любила всех зверёнышей… О студентке, которую встретил в Ассамблее много лет назад и которая стала его женой.

— Знаешь, Кисель, а ведь это она меня прокляла. — Он грустно улыбнулся. — Я думал, что она меня любит. Меня, а не мои богатства и положение. Видишь, каким я был идиотом? Ещё тридцать два года почти… Дочка меня забудет наверное… Мне с ней видеться запретили. Мне в Ассамблею вообще запретили являться, словно я заразный какой. Она постаралась… Думал к Драконам обратиться, Майлорд Рубиус дай Драгон когда-то попросил меня об услуге и я её оказал, думал теперь он мне долг вернёт, так не ответил он, а в Утопию самому мне не попасть…

Значит вот почему… А я-то думала, чего Рубиус решил магу помочь?!

— Мррр…. — Я ткнулась носом в его ладонь.

— Что? — он приподнял меня. — Считаешь, что кроме тебя мне никто не нужен?

Я согласно мяукнула и Сергей улыбнулся.

— Знаешь, Кисель, может, ты и права…

Мы ещё долго сидели и смотрели в окно на веселящихся людей и праздничные огни. Сергей молчал и чесал меня за ухом, а я размышляла. О своём, о кошачьем. Например, о том, что каждой кошке нужен свой собственный человек, и я его нашла.

Всё хорошее когда-нибудь заканчивается, так закончился и наш отпуск. Впоследствии я проклинала себя за то, что не догадалась принести десяток этих самых Овцуков. Жили бы себе припеваючи… А так пришлось вновь странствовать из мира в мир, перебиваясь случайными заработками и ведя полуголодное существование. Я честно пыталась помочь, но золото донести до скупщиков не удавалось, мясо пойманных мною зверюг оказывалось ядовитым, а кошелёк стащенный на рынке перевыкрали, едва Сергей отвлёкся.

— Вот увидишь, Кисель, дождь не может идти вечно… — говорил Сергей каждый раз, когда на ужин у нас была краюха хлеба и маленькая рыбка. — Осталось всего-ничего. Вот спадёт проклятье, я в Ассамблею вернусь, восстановлюсь в ранге. Будем с тобой спать на мягких перинах, есть три раза в день и путешествовать только когда сами захотим, ради развлечения.

Я согласно мяукала и ластилась к нему, стараясь хоть как-то подбодрить. Только вот с каждым разом всё меньше и меньше уверенности было в его голосе.

Сергей метался во сне. Дождь и правда не может идти вечно. Он шёл всего двое суток, но и этого хватило, чтобы маг заболел. Денег на комнату у нас не было, так что ливень мы пережидали в шалаше, под дырявым зонтичным заклятьем. Сергей прятал меня за пазухой, а сам…

Еды не было. Денег не было. Он метался в бреду и звал дочь. Впервые в своей драконьей жизни я хотела реветь. Я понятия не имела, что делать. Можно стянуть из Хранилища Утопии деньги, перенести его в сухое место, но спасёт ли это ему жизнь? Нужен врач… Магов не каждый лечить может, тут нужен профессиональный целитель! А где я его возьму?!

— Кисель… Ки… ска… — Сергей открыл мутные глаза. — Прости, киска… Ты уходи отсюда…

Я устроилась у него под боком, стараясь не дрожать. Страх… Я и забыла, что это такое… Страх потерять своего человека.

Моя хозяйка умерла рано. А меня выбросили на улицу, не хотели держать перед глазами живое напоминание о дочери. Тогда тоже шёл дождь…

В памяти всплыли слова Рубиуса: «Он не должен знать, что ты Дракон. Ты не должна раскрываться. Запомни, он должен считать тебя обычной кошкой».

Только вот обычная кошка ничем Сергею помочь не может. И если я хочу спасти своего человека, то мне придётся раскрыться…

Остаётся надеяться, что брат войдёт в моё положение…

Лечить я не умею. Пришлось нести его на Тропу. Сама бы не нашла, всё-таки недоучка я, в Сфере не ориентируюсь совершенно. Мне неожиданно повезло, в таверне, куда я переместилась, второй день пили Сильвер и Изи. Обмывали завершение какого-то жутко сложного дела. Эти двое всегда неплохо ко мне относились, так что помочь не отказались.

Утро мы с Сергеем встретили в комнате наверху. Внизу всё ещё гуляли, к моим родичам присоединился какой-то странный приятель Силь, отказавшийся сдать на входе оружие. Таверну ощутимо потряхивало, но отправиться в другое место не позволила Изи. Сергей за три года странствий заработал себе целый букет болячек, Изи потратила два часа на приведение его организма в относительную норму.

— Эй… А где это я? — спросил он, открыв глаза, сел и осмотрелся. Я всеми силами старалась слиться с обстановкой, но не получилось… Всё-таки я Дракон, а не Хамелеон.

— Извини, ты заболел и мне пришлось перенести тебя. — Я натянуто улыбнулась.

— А… — Он пробежался взглядом по комнате. — А моя кошка?

Я закашлялась…

Горе ты моё, Драконье… Сам чуть жив, а всё о кошке… Хотя не скажу, что мне не нравится такая преданность. Интересно, ты меня узнаешь?

Словно в холодную воду прыгаю с разбега — снимаю маскировку. Зрачки разделяются на двойные вертикальные полоски, расползается бесформенным зелёным пятном радужка. Сквозь чёрную, колен, гриву, торчат кошачьи уши, а за спиной нервно подрагивает пушистый длинный хвост.

— Горе ты моё, Драконье… — повторяю я, уже вслух. — Куда ж ты от меня денешься, раз уж я тебя выбрала?

Это неправда, что люди выбирают себе питомцев. Нет, совсем нет. Это мы выбираем себе людей. Кого-то выбирает собака, кого-то попугайчик, кому-то всю жизнь приходится соседствовать с колонией тараканов, а Сергея выбрала Кошка. Дракон-Кошка. Не худший вариант ведь…

— Эй, Киска, а куда теперь? — он спотыкается и едва не падает. Я ловлю его в последний момент и раздражённо шиплю:

— Горе ты моё, Драконье! Ну когда ж ты под ноги научишься смотреть? И не зови меня Киской! Я — Кэт дай Драгон!

— Как скажешь, Кисундель, — у этого нахала хватает наглости ухмыльнуться. — Так куда идём?

Я вдыхаю и в очередной раз напоминаю себе, что сама его выбрала и винить некого. Мы в ответе за тех, кого приручили…

— Куда-нибудь, где тепло… и много рыбы. Да стой ты! Не надо! Сергей, я сама портал построю! Сергей! Ну вот… Я же говорила… Какого чёрта мы забыли в заснеженной тундре?!

Content

Горе ты моё, драконье…
Комарова Валерия