Навроцкая Елена

Сплав упорядоченности и анархии, Интервью с Анастасией Максимовой

ЕЛЕНА: Настя, ты являешься модератором одной из самых популярных «книжных» конференций сети FidoNet — SU.BOOKS «Беседы о книгах». Так как основная часть читателей нашего журнала имеет весьма ограниченное представление о FidoNet, не могла бы ты вкратце рассказать о конференции, её принципах, предназначении, традициях?

АНАСТАСИЯ: Наверное, читатели журнала нереалистической прозы очень удивятся, когда узнают, что наша сетевая конференция реально существует уже добрый десяток лет. :-)

ЕЛЕНА: Ого! Действительно почтенный возраст. Десять лет назад РуНета вообще не было.

АНАСТАСИЯ: В те стародавние времена сеть FidoNet (ФИДО) была местом виртуальных встреч увлеченных людей — главным образом «железячников», то есть компьютерщиков, программистов, системных администраторов. В России ФИДО существует с 1990 года, значит, SU.BOOKS — одна из первых конференций русскоязычной сети. А создали FidoNet как некоммерческую любительскую сеть американцы Том Дженнингс и Джон Мэдилл, это было еще в 1984 году.

ЕЛЕНА: Не все могут знать, как расшифровывается ФИДО_

АНАСТАСИЯ: Одна из фидошных легенд гласит, что так звали милую собачку Тома, которая и стала эмблемой сети. Но лично мне ближе другая, «историческая» этимология: «FIDO» — от латинского «fides»: доблесть, честь, верность. ФИДО создавалась как «сеть друзей»_ Уже потом появилась чуть ироничная расшифровка: ФИДО — Федерация Исключительно Дружеского Общения.

ЕЛЕНА: Говорят, ФИДО — сеть друзей. Ты согласна с этим?

АНАСТАСИЯ: Знаешь, Алена, два года тому назад, когда я только начинала в ФИДО, эта сеть рисовалась мне в романтических тонах: тихая ночь, огоньки модема, прозвонка «боссу», новые друзья, они пишут мне — я отвечаю им_ Лепота! Особенно после Интернета, с его навязчивой коммерциализацией. Оказалось, не все так просто. Оказалось, ФИДО — это своего рода государство в государстве, общество в обществе, удивительный сплав строгой упорядоченности и откровенной анархии. ФИДО — маленькая страна, где иногда бушуют страсти шекспировского размаха.

ЕЛЕНА: Что ты имеешь в виду?

АНАСТАСИЯ: Том Дженнингс, отец-основатель ФИДО, был геем и анархистом, поборником самой широкой свободы для членов сети. Первые фидошники убежденные эскейписты. Они искали в виртуальном сообществе ту свободу, которой им не хватало в реальной жизни. Дженнингс больше всего опасался, что его детище будет напоминать государство, а когда это все-таки произошло, отец-основатель ушел из ФИДО. Однако сеть развивалась, сначала были десятки и сотни фидошников, потом тысячи, десятки и сотни тысяч, ФИДО расширялось от континента к континенту, от страны к стране, от города к городу… Везде, где есть телефон и модем, можно поставить узловую станцию ФИДО. Такую разветвленную систему, сама понимаешь, нужно было как-то упорядочить — иначе бы она развалилась. Появился устав ФИДО — Полиси, возникло разделение на зоны-континенты, регионы-страны, сети-города/области. FidoNet Policy, «конституция ФИДО», и сегодня существует в том виде, в каком она была принята еще тринадцать (!) лет назад. Некоторые фидошники считают Полиси анахронизмом, но это, пожалуй, единственный документ, который обязаны соблюдать все без исключения члены сети.

ЕЛЕНА: Кто стоит у руля в фидошном королевстве?

АНАСТАСИЯ: О, славе этого человека могут позавидовать популярные литературные герои! Международным координатором FidoNet явяется Эдвард Дошше, или просто Вард, бельгиец. Над Вардом — только Господь Бог и Святой Коннектий, легендарный покровитель всех сетевиков. :-) Под Вардом региональные и сетевые координаторы. :-)

ЕЛЕНА: Теперь-то ясно, кто входит в состав мирового правительства.;)))

АНАСТАСИЯ: А на практике «власть» координаторов не шибко-то видна. Ведь зачем нужен координатор? Чтобы согласовывать работу узлов и разрешать конфликты между ними, когда это необходимо. И все. Многие фидошники и не знают вовсе, кто у нас какой координатор. Здесь действует одно очень мудрое правило: член ФИДО не должен допускать чрезмерно раздражающего поведения в отношении других фидошников и не должен сам быть слишком раздражительным. И другое важное правило: в ФИДО никто никому ничего не обязан. ФИДО — некоммерческая сеть, ее участники не получают денег за свою работу.

ЕЛЕНА: Мало кто поверит, что вся сеть держится лишь на энтузиазме…

АНАСТАСИЯ: Без альтруизма и энтузиазма, без желания отдавать, без веры в свои силы в ФИДО делать нечего. С другой стороны, сеть держится на стремлении людей показать себя, как-то выделиться, самоутвердиться иногда за счет других, к сожалению… И, конечно, на стремлении дружить, общаться, обсуждать в конференциях интересные темы. Здесь встречаются люди разных взглядов, возрастов, профессий, увлечений, от школьников до профессоров, — а жить они могут в противоположных концах света! Это потрясающе. Сегодня ты общаешься по сети с москвичом или питерцем, завтра или уже через минуту — с жителем Владивостока, Новосибирска, Перми, Новгорода, Калининграда, с нашим соотечественником из Америки, Германии, Израиля, с белорусом, украинцем, литовцем, поляком… географических ограничений нет вообще. Можно делиться опытом, знаниями, впечатлениями, симпатиями и антипатиями, можно чувствовать себя современными Сенеками и обмениваться с Луцилиями, проживающими на другом материке, внушительными статьями-эпистолами, можно спорить до хрипоты (виртуальной, естественно), можно даже ругаться и посылать друг друга, куда Макар телят не гонял… но последнего лучше не делать все же. :-)

ЕЛЕНА: А когда все-таки ругаются? Говорят, в сравнении с нашими фидошниками горячие финские парни — агнцы божии. :)

АНАСТАСИЯ: Да, бывает всякое. Понимаешь, пространство сети создает иллюзию безнаказанности. К виртуальному злоумышленнику не придет милиционер — для закона ФИДО не существует, сеть не зарегистрирована как общественная организация. ФИДО, повторюсь, — открытый клуб любителей неформального сетевого общения. Раньше, когда сеть начиналась, фидошники знали друг друга в лицо, знали, что от кого можно ожидать. Это и была «сеть друзей», сеть избранных, Тех-Кто-Имеет-Доступ. Сегодня фидошников много, «старожилы» по-прежнему составляют костяк, но они уже не знают и не могут знать всех, кто сюда приходит. С добром ли, со злом приходит определить это заранее нельзя.

Конференции ФИДО, как правило, постмодерируемые, то есть сначала сообщение поступает в конференцию (эху), лишь затем его читают подписчики конференции и ее модератор. Задача модератора — следить за порядком непосредственно в эхе. Если, по мнению модератора, то или иное сообщение является противозаконным, непристойным, оскорбительным для постоянных подписчиков, если оно нарушает объявленные правила ведения дискуссий — модератор может закрыть нарушителю доступ к конференции. Этим ФИДО заметно отличается, в лучшую сторону, от интернетовских ньюсгрупп. Кстати, в нашу сеть могут писать и пользователи Интернета — с помощью шлюзов, которые называются «гейтами». Однако и фидошники, и интернетчики в рамках эхоконференции обязаны соблюдать ее правила и сетевой этикет, традиции фидошного сообщества.

ЕЛЕНА: Как ты думаешь, что же привлекает людей именно в ФИДО? Почему эта архаичная любительская сеть до сих пор жива? Ведь есть могучий Интернет, есть веб-форумы и рассылки…

АНАСТАСИЯ: Угу. Еще есть домашние странички, гостевые книги, чаты, мегапорталы и мощные поисковые системы_ Знаю. У многих фидошников, как у тебя и у меня, есть Интернет, но универсум Интернета не может заменить привлекательный мир ФИДО. Здесь как бы иная планета. Представь, что десять лет тому назад ее открыли и начали осваивать представители одной, но очень продвинутой, ветви цивилизации землян — программисты-первопроходцы. Они создали технологии и программы, которые сегодня кажутся примитивными, безнадежно устаревшими. Но эти программы эффективно работают, а технологии постоянно совершенствуются.

Например, сегодня фидошная почта — нетмейл и эхомейл — «летает» по IP (Интернет-протоколу) почти так же быстро, как обычная электронная. ФИДО чем-то напоминает старинный английский замок. В замке уже все новое, современное — есть электричество, канализация, водопровод, радио и телевидение, даже мобильники и системы внешнего наблюдения — но в древних чертогах замка живет неуловимый дух доброй старины_ ах, разве это можно рассказать! Чтобы познать дух, нужно приехать в этот замок и пожить в нем. ;-)

ЕЛЕНА: Значит, и привидения в нашем замке водятся, и скелеты в шкафу…

АНАСТАСИЯ: Отож. Это призраки знаменитых фидошников — Экслера, Завалишина, Вагапова, Бочарова — и других, их много, всех не перечислить. Они бродят от узла к узлу, от конференции к конференции, пугают новичков и служат немым укором «старичкам»_ Многолетние архивы некоторых конференций можно читать как увлекательную историческую хронику. Или, вернее, авантюрно-приключенческий роман. А иногда — самый настоящий детектив! Со своими виртуальными преступлениями и преступниками, с инспекторами-модераторами, подписчиками-свидетелями, узлами-соучастниками и судьями-координаторами. Я же говорю — очнись Вильям Шекспир в наше время, драматургия ФИДО увлекла бы его без остатка, здесь столько Гамлетов, Макбетов, Глостеров и королей Лир… а уж Ромео и Джульетты в виртуальном пространстве — персонажи постоянные, обязательные, без них ФИДО — не ФИДО. :-) Этот мир нужно понимать и принимать, если есть желание понять самих фидошников. Здесь водятся герои и антигерои, которые до сих пор неизвестны ни «реальной литературе», ни т. н. «сетературе»

Большого Интернета. Спроси любого интернетчика, много ли он знает, к примеру, о кащенитах? Или о шушпанчиках? Между тем, шушпанчики совершенно очаровательные виртуальные зверьки, рожденные именно здесь, в ФИДО, «народным творчеством» самих фидошников. Шушпанчик чуть умнее телепузика, душевнее покемона, немного пожож на белку, шушпанчик хулиган и шкодник покруче Масяни, ему просто не хватает пиара. :-) А при словах «кащениты идут!» любой здравомыслящий модератор хватается за плюсомет…

ЕЛЕНА: Будь добра, объясни нашим читателям, за что хватается модератор?;)

АНАСТАСИЯ: За плюсомет, вестимо. Плюсомет — главное оружие модератора, наподобие автоматической винтовки. Но «стреляет» она не настоящими пулями, а виртуальными «наградами», взысканиями за нарушения правил. Плюсомет описан Сергеем Лукьяненко в «Лабиринте отражений»:

«На трибуну поднимается еще один парень. Гораздо более индивидуальный, почему-то напоминающий прибалтийца. У него плутоватое выражение, и я настораживаюсь. Парень косится на маленькую будочку в углу сцены.

— Господа! — выкрикивает он.

Действительно прибалт, если это не мое подсознание домыслило акцент.

— Фирма „Литокомп“ имеет честь предложить по самым низким ценам…

Ага. Все понятно.

Я тоже смотрю на будочку — укрытие модератора. В каждом клубе есть человек, наблюдающий за порядком и за соответствием разговоров разрешенной теме. Вопрос лишь в том, на месте модератор, или отреагирует позднее…

На месте.

Дверца будочки открывается, и оттуда лениво выходит кряжистый мужик с огромным, жутковато выглядящим устройством в pуках. Прибалт замечает его и начинает тараторить:

— …винчестеры „Квантум лайтинг“, „Вестерн диджитал“…

— Не по теме! — лениво, но с глухой злобой говорит модератор и вскидывает оpужие. Присутствующие затихают, наслаждаясь зрелищем.

Ствол дергается, и в сторону торговца со свистом летит алый, светящийся, крестообразный предмет. Прибалт пытается пригнуться, но это бесполезно.

Модераторы не промахиваются. На pубашке торговца расплывается огненный крест, или, как принято говорить, „плюс“. Три таких плюса — и вход в клуб „Анекдоты“ будет для него закрыт навсегда. Толпа одобрительно хохочет.

— А может, это анекдот так начинался? — выкрикивает кто-то с места.

Модератор грозит ему пальцем, потом повторно наводит ствол на прибалта. Тот бросает тщетную попытку отскрести сияющий плюс с pубашки, спрыгивает с эстрады и улепетывает прочь.

— Мочи его! — подзуживают модератора, но тот сегодня добродушен.»

ЕЛЕНА: Я помню этот фрагмент… Как ты однажды сказала, «все, кроме кряжистого мужика, — правда». Скажи, Настя, каково быть модератором такой махины, как SU.BOOKS? В день там проходит до ста-двухсот сообщений…

АНАСТАСИЯ: Если я отвечу — «легко», ты все равно мне не поверишь, да? Трудно и интересно. Бывает, очень трудно, иногда хочется бросить все это нафиг, безжалостно стереть ФИДО с диска, продать модем и никогда, никогда больше не ходить за почтой… Да, трудно, но всегда ужасно интересно. Поэтому я здесь, я остаюсь. SU.BOOKS — одна из самых продвинутых, качественных конференций. Такой ее сделали субуксяне, начинавшие вместе с Сергеем Николаевым, первым модератором. Они создали стиль. В те времена люди меньше ругались, но больше общались — общались от души и для души. Участники книжной конференции действительно обсуждали книги. Это были лучшие годы ФИДО. При втором модераторе Михаиле Зислисе конференция SU.BOOKS подверглась настоящему нашествию сетевых хулиганов, но устояла и уровень свой выдержала…

ЕЛЕНА: Я помню. Сторонники Торы выясняли отношения с махровыми антисемитами. :)

АНАСТАСИЯ: Это сейчас можно улыбаться, а тогда было не до смеху. Злостные провокаторы достали всех. Из конференции начался исход ее участников. О книгах почти не вспоминали. Шла игра без правил. Нужно было что-то делать. Нужно было наводить порядок…

ЕЛЕНА: Настя, твое решение было обдуманным или спонтанным? Ты знала, на что шла, когда принимала шапку модератора?

АНАСТАСИЯ: Обдуманным, конечно. Иначе быть не могло. Я читаю SU.BOOKS с весны 2000 года, осенью начала в нее писать. SU.BOOKS, Буксы — именно эта конференция стала моей любимой, самой дорогой в ФИДО. Я не могла сидеть и безмятежно наблюдать, как ее корежит_ Понимаю, это прозвучит банально, но и вправду, наступил момент, когда мне пришлось спросить у самой себя: «Если не ты, то кто же?»… Других желающих расчищать завалы что-то не наблюдалось… Но это не значит, что модераторство свалилось на меня подобно манне небесной. Нет, Миша Зислис поставил «испытательный срок» и лишь по его окончании, когда я выполнила все «задания», когда порядок был наведен, официально передал мне пост.

ЕЛЕНА: Не жалеешь?

АНАСТАСИЯ: Жалею, не жалею — неудачные слова, поскольку речь идет о Буксах. Скорее, так: я освободилась от многих нереалистических иллюзий. Кое-что, наверное, сделала бы иначе, если бы у меня была машина времени…

ЕЛЕНА: То есть?

АНАСТАСИЯ: В первые месяцы «правления» я думала, что модератор такой конференции, как SU.BOOKS, должен выполнять в ней роль дирижера, своего рода капитана океанского лайнера. Модератор, полагала я, должен не только следить за порядком, он должен вести, направлять дискуссии. Оказалось, нет, не совсем.

Субуксяне — гордый, свободолюбивый народ, субуксяне сами знают, куда им идти, какие темы обсуждать, а какие — игнорировать. В нашей конференции модератор — не указующая, а организующая сила. Модератор SU.BOOKS хранитель мира и порядка, арбитр при спорах, модератор всегда на стороне законопослушных подписчиков против смутьянов, нарушителей порядка.

ЕЛЕНА: Некоторые модераторы считают себя «царями и богами» своих конференций.

АНАСТАСИЯ: Это опасное заблуждение. Некоторым чересчур амбициозным личностям очень хочется выглядеть «царями и богами», если не в реальной жизни, то хотя бы здесь, в виртуальном пространстве. Они думают управлять своими конференциями по закону джунглей: «Раз территория моя, что хочу, то и ворочу!». К счастью — именно к счастью — я, модератор SU.BOOKS, не могу себе этого позволить. В моем представлении модераторы — не цари, не боги и не герои. «Власть» любого модератора основана на согласии членов сети выполнять его законные решения. Если такого согласия не будет, модератор превратится в пустышку. Следовательно, сеть ФИДО больше похожа на нормальное современное АО, где: акционеры — это члены любительской сети; совет директоров, держатели контрольного пакета — хабы, то есть крупные передающие узлы; председатель совета директоров — координатор. В такой системе модераторы — на самом деле не хозяева чего бы то ни было, а менеджеры, управляющие. Которых акционеры (члены сети) как бы нанимают для наблюдения за порядком в конференциях. Задача модератора — «шоб работало!», и притом работало хорошо. Иначе подписчики уйдут в другую конференцию (выбор сейчас очень велик, в современном ФИДО тысячи эх) либо конференцию перестанут распространять по узлам. Я не вправе навязывать подписчикам мнение модератора, но я должна делать все, чтобы атмосфера в конференции была как можно более дружественной, благожелательной, комфортной, заманчивой для интересных дискуссий. Как модератор, я давным-давно отставила личные симпатии и антипатии, научилась говорить себе «НЕТ!», когда это необходимо для общего дела. Мне важно, чтобы участник конференции был человек взрослый (интеллектуально и духовно), умный, грамотный, умеющий отвечать за себя самостоятельно, одним словом, культурный. Одним словом — Книголюб с большой буквы. Субуксянин.

Если я с кем-либо решительно не согласна, но вижу, что мнение этого человека и он сам как участник обсуждения полезны для конференции — как модератор, я поддержу его. Обратное тоже верно: как модератор, я обязана буду наказать лично приятного мне собеседника, если, ни дай Бог, он перейдет черту дозволенного.

Иначе невозможно. Иначе Буксы из уникального сообщества, где уживаются люди принципиально разных взглядов, превратятся в очередной фан-клуб той или иной личности, команды, направления. Либо вообще погрязнут в ссорах и склоках — примеров распада интересных проектов не счесть как в Интернете, так и в ФИДО.

Наши «Беседы о книгах» должны оставаться беседами о книгах уважительными беседами уважающих друг друга собеседников. Мой символ веры прост, это парафраз Евангелия: «И как хотите, чтобы вам отвечали субуксяне, так и вы отвечайте им». Модератор может закрыть глаза на незначительные отступления от тематики конференции, но у модератора SU.BOOKS нет права потакать перебранкам.

ЕЛЕНА: Многие люди, знающие только традиции Интернет, полагают ФИДО некой сектой, причём тоталитарной. Мнение, конечно, очень интересное, может быть, даже близкое к истине… А что ты думаешь на этот счёт? Считаешь ли ФИДО тоталитарной сектой?

АНАСТАСИЯ: Я бы хотела ответить: нет, не считаю… но такой ответ был бы слишком поверхностным и вряд ли справедливым. ФИДО слишком разное, чтобы представлять собой какую-либо сплоченную, а тем более тоталитарную, секту. Сейчас я выскажу неожиданную мысль, наверное: да, и в наши дни, весной 2002-го, ФИДО остается «сетью друзей» — тех, кто реально контролирует движение почты. А мы, все остальные, — гости сети, которым они, ее истинные владельцы, милостиво позволяют (и безвозмездно помогают) встречаться на своей территории. Вот их компания очень сплочена, это правда. Можно сказать, самодостаточная компания. Как правило, они давно знакомы друг с другом лично и придерживаются сходных взглядов на проблемы и перспективы сети. Эта группа состоит из толковых, авторитетных, в целом вменяемых, хорошо подготовленных технически людей. Благодаря им сеть пришла в свое нынешнее состояние, благодаря им ходят нетмейл и эхомейл, существуют конференции, в которых общаются подписчики, и пр. Будущее сети также зависит от действия (или бездействия, апатии) этой контролирующей русскоязычное ФИДО «группы товарищей». Никто и никак не сможет ничего изменить, ни к худшему, ни к лучшему, против воли этих людей.

Кстати, из их среды периодически раздаются голоса, мол, пора бы нас, фидошников-гостей (так называемых «пойнтов»), поставить на место. Почти как в культовом фильме Данелии: «Пацаки чатланам на голову сели, кю!», и смех, и грех_:-) Как объяснить, что мы не «пацаки», что всякий нормальный человек достоин уважения — просто потому что он человек, личность и обладает своим багажом интересных навыков? Как объяснить, что мы свое место знаем, ни на что другое, кроме возможности мирно встречаться в своих конференциях, не претендуем? Я постоянно общаюсь с десятками людей, с такими же, как и я, гуманитариями — среди них нет никого, кто бы мечтал превратиться в «чатланина»: занять место хаба, координатора или даже поставить себе узловую станцию. К сожалению, нас, модераторов гуманитарных конференций, да и просто компетентных в тех или иных нетехнических вопросах людей, крутые компьютерщики сторонятся_ не хотелось бы думать, что опасаются, что комплексуют…

Наш голос теряется: его либо не слушают, либо слушают, но не слышат, либо не хотят слышать. Это происходит на фоне нашествия в сеть агрессивной, малообразованной тинейджерской тусовки. Отсюда — известный плач, вот, дескать, «ФИДО умирает». Скорую смерть нашей сети пророчат уже лет пять, если не больше.

Очевидно, ФИДО в кризисе, но такой вялотекущий кризис для сложившейся системы — совершенно нормальное дело. Если воспринимать сеть исключительно как технический механизм перекачки почты, то любой участник конференции не более чем «набор буковок на экране»; любой, самый сильный модератор в этой машине всего лишь приводной ремень; ей нужны не культурные собеседники, не сильные личности, не грамотные люди, а винтики, всего лишь винтики_ Поэтому «культурный кризис» здесь как бы и есть, а как бы его и нет — действительно, какой «культурный кризис» может быть у машины? — тут все кризисы только-только технические… Решения по сети принимают координаторы и хабы, но отражаются их решения на нас, на всех участниках конференций. Поэтому многие из нас хотели бы внести свой посильный вклад в развитие ФИДО. Для нас ФИДО — не проходной двор, не забор, где можно писать гадости, не помойка для сброса отрицательных эмоций, а общий дом в виртуальном пространстве, мы тоже болеем за дело, мы хотим, чтобы этот дом был чистым, уютным, удобным как для его хозяев, так и для нас, гостей. Ведь очевидно, что в одной отдельно взятой конференции, сколько бы ни старался ее модератор, невозможно построить «коммунизм». Атмосфера в ФИДО в целом так или иначе отражается на климате в каждой конференции.

ЕЛЕНА: Как это мучительно напоминает…

АНАСТАСИЯ: Да — реальную жизнь. Естественно. ФИДО — слепок общества, это еще одна неизбежная банальность. Что везде, то и у нас. Те же радости. И те же противоречия. Старые помещики-латифундисты vs. современные топ-менеджеры, «физики» vs. «лирики», «дворянский» снобизм и косность vs. живая творческая инициатива… Ну да ладно, не будем больше о грустном, давай о книгах!;-)

ЕЛЕНА: В конференции присутствует много известных современных писателей. Не изменилось ли твоё мнение о некоторых из них, когда тебе пришлось общаться с ними не посредством их книг, а, так сказать, лично?

АНАСТАСИЯ: Если и изменилось, то — к лучшему. Например, я открыла для себя творчество Сергея Лукьяненко. Его собственные письма, наше общение в сети, участие писателя в фидошных дискуссиях — все это помогло мне лучше понять причины популярности его книг. А что некоторые писатели, общаясь со своими читателями, не всегда вежливы — так неудивительно! Идет живое общение, в неформальной дискуссии возможно все. Обычно читатели «наезжают» на писателей, а те занимают оборону, но иногда переходят в наступление. :-) Это нормально, это не причина менять к худшему свое мнение о писателе. Здесь, как и в любой дискуссии с любым составом участников, важно чувствовать меру и не переходить грань приличия; кому, если не писателям, знать, насколько тонка она, эта грань?..

Как модератору, мне бы хотелось видеть в SU.BOOKS самых разных писателей. Чем больше писателей, переводчиков, редакторов, критиков, издателей — тем лучше, ведь именно благодаря им существует книжная конференция. Когда есть хорошие писатели, благодарные читатели находятся всегда. Разносторонне развитые люди интересуются не только беллетристикой. Она — часть, да, важная, но лишь часть общего потока литератуpы. Желательно, чтобы в Буксах обсуждали разные книги: по искусству, о природе, о путешествиях, о космосе, о компьютерах, о психологии, о культуре, о политике, об истории, об иностранных языках, о медицине и здоровье, и т. д. И лучше — с участием самих авторов.

ЕЛЕНА: Могла бы ты по каким-то причинам нарушить правила конференции?

АНАСТАСИЯ: Правила пишутся не для модератора, а модератором для подписчиков. Правила помогают участникам конференции ориентироваться в дискуссиях. Что является нарушением правил, а что нет, определяет модератор, и только он. Если обстоятельства вынудят модератора нарушить ту или иную букву правил ради сохранения их духа, «нарушение» не может считаться нарушением, так как модератор действует для блага всех подписчиков.

ЕЛЕНА: А какие книги предпочитаешь лично ты? Любимые жанры? Авторы?

АНАСТАСИЯ: Ой, я всеядна. :-) Лишь бы литература была качественной. Любимая книга горячей юности — «Фауст».;-) Что бы там ни говорил «великий вождь и учитель народов», никакой штуки посильнее «Фауста» Гете — в природе не существует! Меня очаровывает Гомер, иногда читаю Библию, древних лириков, философов, трагиков (особенно трагиков), уважаю Плутарха, Данте, Макиавелли, разумеется, Шекспира, обожаю Дюма, прочла голоновских «Анжелик», читала Говарда и Берроуза, высоко ставлю творчество Сенкевича, Пруса, Гюго, Киплинга, братьев Манн, Фейхтвангера, Толкиена, Уиндема, Герберта, Эко; из наших — Пушкина, Гоголя, Тургенева, Лескова, Толстого, Достоевского, Чехова, Горького, Булгакова, Шолохова, Паустовского… Как видишь, Алена, в литературных пристрастиях я совершенно неоригинальна: обычный «европейский» набор. :-) Восхищаюсь Ефремовым — почти так же, как Гете_ Знаю, они очень разные, но что-то есть общее, прекрасное и в Мефистофеле, и в Гирине, и в юном Вертере, и в Таис Афинской, и в Фай Родис, и в Чойо Чагасе, этом мефистофеле с далекого Торманса_ Очень уважаю Стругацких, как ранних, так и поздних, с постоянным интересом читаю оффлайн-интервью Бориса Натановича, которое публикуется в SU.BOOKS.TEXT, в нашей дочерней конференции. Вот умнейший человек! Верно говорят о таких «он не всезнайка, он настоящий мудрец». Жаль, это оффлайн-интервью не вошло в «полное собрание сочинений», очень жаль. Уважаю — когда понимаю Александра Исаевича Солженицына. На очереди книга Панарина, нового лауреата Солженицынской премии, — «Искушение глобализмом». Кроме того_ нет, лучше не буду! Мне все равно не хватает времени это читать и перечитывать. Кстати, вечная хныкалка фидошников: ах-ах-ах, почему в сутках только двадцать четыре часа, а не сто, хотя бы!? %-)))

Мой любимый жанр? Популярная историко-географическая литература. Спасибо Жюлю Верну. Обожаю путешествовать по дивным древностям и заграницам вместе с любимыми героями. Прикинь, мне нравится киношная Лара Крофт, которую все почему-то ругают за излишне облегающие майки — послушаешь критиков — можно подумать, по джунглям и пещерам лучше передвигаться в скафандрах с кринолином!;-)

ЕЛЕНА: Скажи, а что ты думаешь о творчестве модного ныне писателя Сорокина? Если его произведения и обсуждаются в конференции, то в основном с негативной точки зрения…

АНАСТАСИЯ: Я читала Владимира Сорокина очень мало, чтобы составить всестороннее и взвешенное мнение о его творчестве. Но того, что я читала, мне хватило, как говорится, выше крыши_ вернее, выше унитаза, если по-сорокински. Бывает_ Это просто не мой автор, не моя эстетика. Модному нынче Владимиру Сорокину я предпочту основательного Питирима Сорокина, русско-американского социолога и культуролога; на мой взгляд, он пишет круче, интереснее.;-)

Хотя, как знать. Раньше мне совершенно не нравились работы Линор Горалик, а теперь читаю их с удовольствием. Что называется, прониклась…:-) В литературе, по-моему, очень важно «настроиться на волну».

ЕЛЕНА: А как ты относишься к фантастике? Как к падчерице литературы, или как к серьёзному самостоятельному жанру?:)

АНАСТАСИЯ: О, у нас в SU.BOOKS была огромная дискуссия на эту тему «Фантастика vs. литература». Битвы кипели нешуточные. :-) Я думаю, фантастика — такая же полноценная литература, как реалистический роман (к примеру), но это если она — Литература. Популярность наших писателей-фантастов — Г.Л.Олди, Ника Перумова, Вохи Васильева и других она оправданна, на мой взгляд. Но мне бы не хотелось причислять к «литературе» многотомные опупеи о приключениях «космических» или «волшебных» суперменов — такие вояки похожи друг на друга, как дуболомы Урфина Джюса, мне они неинтересны. Это ширпотреб, в массе которого часто теряется по-настоящему хорошая фантастика. Кстати, сетевое общение очень помогает в выборе, здесь я учусь извлекать зерна хорошей фантастики из плевел ширпотреба. У нас «обитают» известные ценители-знатоки доброй фантастики — Владимир Иванович Борисов (БВИ), Сергей Бережной, Павел Вязников, Юрий Зубакин, Константин Гришин, Алексей Мустейкис, Юрий Котилевский, Вячеслав Алексеев, Оскар Сакаев, Борис Толстиков и т. д.

ЕЛЕНА: Есть ли у тебя любимые «книжные» уголки в Интернете? Я имею в виду сайты. Может, поделишься с нашими читателями информацией?

АНАСТАСИЯ: Среди сайтов «книжной» периодики предпочитаю «ЭксЛибрис Независимой Газеты». Ресурс обновляется синхронно с печатной версией. В «ЭксЛибрисе» я всегда нахожу самые актуальные, профессионально написанные материалы о писателях, книгах и книжной жизни. Читаю «Русский журнал» — не проходит и дня, чтобы в «РЖ» не появлялось что-нибудь остренькое о книгах. Но, к сожалению, в последнее время все чаше обсуждения литературы подменяется разборками вокруг и около «литературного процесса»… А вообще, я стараюсь следить за разными газетами и журналами, ведь свои «беседы о книгах» есть в каждом уважающем себя, претендующем на интеллектуальность сетевом издании. Электронные версии книг беру обычно из Библиотеки Максима Мошкова (кстати, тоже участник SU.BOOKS) и файл-эхи ВООК. Жаловаться на недостаток информации было бы грех. Единственная проблема — время, время! Как успеть? На свете столько всего интересного…

ЕЛЕНА: Что бы ты могла пожелать читателям нашего журнала?

АНАСТАСИЯ: Читайте и выигрывайте! А потом приходите в Буксы пообщаемся.;-)

Подключиться к SU.BOOKS можно с помощью ньюс-сервера:

news://ddt.demos.su/fido7.su.books

news://news2.fido7.ru/fido7.su.books

news://news4.fido7.ru/fido7.su.books

Или через веб-сервисы:

http://www.fido-online.com/x/_-0?Msg?V3uagM&165

http://groups.google.com/groups?hl=ru&group=fido7.su.books

http://www.talk.ru/forum/fido7.su.books

Content

Навроцкая Елена
Сплав упорядоченности и анархии, Интервью с Анастасией Максимовой