Каганов Леонид Александрович

Оды на злобу дня. Часть 1

Леонид Каганов

Оды на злобу дня. Часть 1

1. Острота момента. Выпуск 1

И больно мне, и завидно, и страшно. Дела забросил, думаю о том, как подлые злодеи строят башню — огромную, за Охтинским мостом. Поганая, в четыре сотни метров, вопьется, как заноза в каждый глаз! Помехой станет питерскому ветру и бросит тень на каждого из нас. Задумайтесь на миг: ведь это ж надо, подняв стрелу из стали и стекла, испортить светлый облик Петрограда и всю культуру — ту, что в нем цвела! Священный город, нищий до изнанки: облупленные арки, фонари, где самые коммерческие банки — в Кунсткамере с уродцами внутри. Здесь ваша башня не нужна и даром! Оставьте каждый камень, где стоял! Здесь Цой в грязи работал кочегаром! Раскольников старушек расчленял! Малевич пропивал последний рубль! Здесь Пушкина убили, видит бог! Здесь где-то в психбольнице умер Врубель! И от туберкулеза умер Блок! Здесь в перхоти лохматой штукатурки хранятся все культурные пласты! А вы хотите офис здесь, придурки? Задумали бабло вложить, скоты? Остановитесь, гады! Стоп! Не надо! Не стройте башню! Ведь она вот-вот испортит все лицо у Петрограда, а также попу, спину и живот!

Да знаете ли вы, я сам фигею, что здесь в земле закопан ценный клад: реликтовая шведская «Икея» здесь находилась пять веков назад! Все пять веков она была зарыта, но тут сейчас нельзя забить и гвоздь! Там в глубине стоянка неолита и каменная «Нокия» небось! Подумайте, зачем вам эти беды? Ведь если будет здесь высотный дом, отсель теперь грозить нам будут шведы Гаагским или Страсбургским судом! Недавно в почве найдена подковка. И это значит, черт вас всех возьми, что где-то там — античная парковка и Авгий со своими лошадьми!

Куда там сваи? Вы о чем, ребята? У вас теперь один лишь выход есть: повесить ленты и засыпать ватой. А стройки — это где-нибудь не здесь. Чтоб на Охте ни стука и ни плеска! Чтоб никаких строительных работ! Весь город под охраною Юнеско: у них сигнализация орет! Вам строить в этом городе не надо, а лишь беречь, беречь как ценный клад! Вернем исконный облик Петрограду, что был здесь лет четыреста назад! Вы знаете, эколог в интернете сказал, что в этом устье у Охты у местных комаров плодятся дети. А дети — это, знаете, цветы. Мы тыкаем в лицо природе фиги, а редкие животные в беде: комар-эндемик этот в Красной книге, такого вида больше нет нигде! Придет весна, вернется с юга птица, дожди размажут грязь по мостовой, комар полезет в устье нереститься и вдруг — фигак — об башню головой! Упал и умер, разговор недолог. И поздно плакать, по земле ползя. Любой недоучившийся эколог вам подтвердит, что строить тут нельзя. И каждый петербургский архитектор вам скажет, завернувшись в теплый плед, что на дворе-то двадцать первый век-то, а вы как дети — стройки, башни, бред… И хватит тут некомпетентных реплик! Хотите строить? Кто ж вам запретит? Но только чтоб не выше, чем поребрик, иначе точно будет портить вид! Мы тоже понимаем, уж поверьте, что деньги просто некуда вам деть. Конечно, стройте. Стройте башню, черти! Но так, чтоб и в очках не разглядеть.

Вдали от исторического центра бесхозные болота и поля. Там и площадка стоит меньше цента, и хорошо копается земля. Но даже там не место вам, ребята! Идите прочь от питерских красот! Подальше вам, подальше строить надо! Южнее километров на семьсот! И лично я, простой московский житель, от всей души вас искренне зову: оставьте этих питерцев! Идите с проектом вашим к нам, сюда, в Москву! Мы вас гостеприимно встретим, братцы! Обрадуемся, примем вас тепло! Мы сами строим башни федераций, да что-то как-то кончилось бабло. Найдем площадку в центре, стройте домик: Нагатинский затон, гнилой завод, излучина реки, дерьмоотстойник — аналог полный охтинских красот! Везите к нам газпромовские бабки! Давайте нам рабочие места! Нам нравятся эскизы в вашей папке, и ваша башня — просто красота! Москва желает зрелища и хлеба! И офис! И театр! И музей! Гоните небоскреб! Скребите небо! Зовите ваших спонсоров-друзей! Чтоб питерцы, попав в Москву транзитом, до хруста позвонков глазели вверх: «Ишь москвичи зажрались, паразиты! Опять, мерзавцы, обобрали всех!»

2. Открытое письмо кому надо от кого надо

Пой гармонь, пляшите ноги да трезвонь набат! В интернете в чьем-то блоге обнаружен мат! Вся российская культура под откос пошла! Раззудись прокуратура, брось свои дела! Отложи свою работу, чушь да висяки! Вам письмо товарищ Зотов пишет от руки! От пенсионеров лично очень просит он: матерщинник тот публично должен быть казнен!

Если ж это слишком строго, то тогда хотя б отлучить его от блогов, выпивки и баб. Отлучить от заграницы, отобрать Айфон, чтоб закончил материться в интернете он. Выйдешь в интернет из дома, в Яндекс — топ-топ-топ, ну а там конечно tёma с матом вылез в топ! Яндекс — это же столица всей страны родной! Это главная страница, Кремль сетевой! Это нравственность и сила дедов и отцов! Это всей большой России интернет-лицо! Не позволим материться блогерам на ней, дорогой моей странице, стартовой моей! Это что еще за блохи в рейтинг сели сплошь? Почему министров блоги с лупой не найдешь? И совсем не понимаю, кто так сделать смог, чтоб висел последним с краю президентский блог! Он ведь пишет, тратит нервы, милый, дорогой! А у вас на строчках первых — tёma да drugoi! Выйдут в Яндекс иностранцы, в топы поглядят — а у нас одни поганцы, сиськи, письки, мат! Словно нет в стране культуры, Бога и царя! Словно дураки и дуры сплошь везде царят! Плюнут иностранцы эти и, небось, решат, будто в нашем интернете люди ценят мат! Нет! Решительно ответим: интернет у нас краше всех на белом свете где-то в восемь раз! Разве ж офисы и школы ходят дружно в сеть, чтобы сиськи да приколы каждый день смотреть? Счетчик сайта Эрмитажа меньше, чем гей. ру? Значит, счетчик этот — лажа, ваши цифры врут! Нет такого! Не бывает! Не поверю! Нет! Наш народ не посещает матерный контент! Знайте, если вы не в курсе: гений наш народ! Нам балет, а не мумусик подавай весь год! Что у вас за автоматы измеряют ТИЦ? Им наставить автоматы — всем лежать и цыц! Материться можно дома — вот как я сейчас. Но вести себя как tёma? Так нельзя у нас! Это происк НАТО блока! Не позволит Бог видеть самым первым блогом Лебедева блог! Это англичанка гадит! Это полный бред! Мы в стране не Тёмы ради тянем интернет! Оскорбив культуру, веру, нравственность и честь он позорит блогосферу прямо всю как есть! Все что нажито годами, сразу — бац — и нет! Стало совестно при даме вспомнить интернет. Всё что было — всё порушил, влез как вор в окно и нагадил прямо в душу — в оптоволокно! Я прошу: примите меры. Наказать сполна! Подпись: все пенсионеры. Подпись: вся страна. И ответ скорее просим к нам сюда прислать: Кащенко, палата восемь, койка номер пять.

3. Острота момента. Выпуск 2

Гудит завод, шагают октябрята, шуршит под башмаком осенний лист, а мама Генку повела куда-то анализы сдавать на яйца глист. У мамы голос тверд, а график точен, с ней спорить абсолютно ни к чему. Конечно, Генка маму любит очень, но не взаимно, кажется ему. В родном дворе друзья играют в прятки. Кругом висят плакаты: «Миру — мир!» Мороженщица толстая в палатке румяным детям продает пломбир. Палатка — по пути, палатка прямо, во рту скопилась горькая слюна: «Пломбир! Давай пломбира купим, мама!» «Я запрещаю», — говорит она.

Но как же так? Любой ребенок мира мороженое летом должен есть! А я шесть лет не пробовал пломбира! А мне как раз сегодня ровно шесть! Едят пломбир в Америке, Европе, едят пломбир у нас, какой в нем вред? Но мама — больно хрясь его по попе: «Я запретила, это значит: нет!» И Генка, от обиды шмыгнув носом, прошел за мамой молча через парк.

И снова обратился к ней с вопросом: «Давай мы купим нам воздушный шар? Он будет красным, как победы знамя! Он полетит на ниточке вперед! Как будто он сегодня тоже с нами анализ в поликлинику несет!» Но мама жестко, не моргнув и глазом, ответила ему: «Конечно, нет. Шары содержат примеси и газы, а также в них большой моральный вред».

Не спорит Генка, спорить тут не надо, подобный спор всегда чреват бедой. Но впереди аллеи автоматы с прекрасной газированной водой. «Давай мы внутрь бросим три копейки! А если жалко — то одну всего! И автомат нальет в стакан из лейки с сиропом воду или без него!» Но вдруг, себя почувствовав неловко, он замолчал и услыхал в ответ: «Тебе я запретила газировку! А запретила — это значит: нет!» — «Но почему?» — «Там грязные стаканы». — «А мы помоем!» — «Замолчи, не ной». — «Мы сбегаем домой помыть под краном! Мы принесем стакан из дома свой! Ведь все же пьют!» — «А ты на всех не тыкай!» — «Но всем же можно!» — «А тебе — никак!» — «Но все ребята: Вовка, Вероника — они же…» Но в ответ по попе — шмяк: «Сказала «нет»! Не будет газировки! А чтоб не вздумал спорить и кричать, ты с завтрашнего дня не дружишь с Вовкой и запрещаю во дворе гулять!» — «Ах, мама, мама, ты такая злая!» — «Я злая? Почему же? Вовсе нет. Запомни, сын: чем больше запрещаешь, тем больше пользы и тем меньше вред».

И Генка замолчал. Он шел за мамой к районной поликлиники крыльцу, но было у него лицо упрямо, и злоба пробегала по лицу. И с яростью, нехарактерной детям, он все шептал: «Клянусь, я отомщу! Я вырасту! И людям всем на свете я все на свете тоже запрещу! Я запрещу, что надо и не надо! Я покараю весь жестокий мир! Я отомщу за каждую досаду! За каждый мне не купленный пломбир! Я вырасту! Я буду главный самый! Я вам припомню! Я вам не прощу! Я запрещу все то, что любит мама! И все, что любит папа, запрещу! Я запрещу газеты, пароходы! И цирк! И диафильмы! И кино!

Латвийские диковинные шпроты! Грузинское, молдавское вино! Я запрещу футбол и карусели! Поездки к морю взрослых и детей! Скакалки, прятки, салочки, качели!

И всех на свете птиц! И всех свиней! Я запрещу из Минска простоквашу! И молоко, и пиво по стране! И кашу — слышишь, мама? — эту кашу, которую ты утром варишь мне! Скажу „нельзя“ — и словно встанет стенка! Скажу „нельзя“ — и задрожит страна! Я вырасту! — шептал сквозь зубы Генка — И месть моя окажется страшна!

4. Ода прощания с лампой накаливания

Пересмотрев дела и беды неохватные, совет министров обнаружил вдруг нужду искоренить в стране все лампочки стоваттные уже в две тысячи каком-то там году. Теперь закон пройдет положенные чтения, подписан будет президентскою рукой. Министры вынесли нелегкое решение — оно давалось им и с болью и тоской. Горела вывеска: «Не беспокоить — занято!», из-под дверей катился ропот — тих и слаб. В дрожащем свете канделябров департамента совет министров обсуждал проблему ламп. Они сопели, языками горько цокали: не так уж просто людям плюнуть и забыть такую милую родную колбу с цоколем, что в раннем детстве так и просится разбить. Легко сказать: пойди все лампы замени-ка ты. Да, может, ну их? Может, в следующий раз?

Но бродит призрак экономии и выгоды — и по Европе, и теперь уже у нас. Не то чтоб станем мы без лампочек богатыми, но неприятно же терять свое бабло. А эти лампочки привыкли жить откатами и слишком много забирают на тепло, а это — дерзость. Это повод к революции, пора забрать свою маржу из цепких лап. И в новом свете — в свете мер борьбы с коррупцией — нам неприемлемо накаливанье ламп. Об этих лампах мы досье собрали в папочке, в эпоху кризиса они нам строят кознь. Вы ситуацию накаливали, лампочки! И разжигали электрическую рознь! Но мы, учитывая ценный вклад в историю, вас не посадим, не пошлем копать руду. Вам лишь приказано очистить территорию. И лишь в две тысячи каком-то там году. Давно осталась за спиной эпоха трудная, прошли года, и время движется вперед. И нам заменит вас отныне трубка ртутная и дорогой еще пока светодиод.

Прощай, родимая вольфрамовая лампочка! Твоя эпоха пролетела словно сон! Прощай, Жобар, Лодыгин, Гебель, Сван и Яблочков! Прощайте, Кулидж, Деларю и Эдисон! Прощайте, старые обугленные цоколи! Пусть будет светлой эта память и печаль, как в детских тубзиках мы вас об кафель цокали и как швыряли из окошек на асфальт. Мы вас стреляли из рогаток в школьном здании, мы вас меняли, погоревших, при свечах. Мы вас засовывали в рот на спор в компании и не могли обратно вынуть без врача. Нам не забыть уже тепла родного вашего, простых и матовых, со штампом ОТК. И запах детства — запах мух, сгоревших заживо, — навечно в памяти, на долгие века. Вы в кабинете Ильича горели бешено, вы освещали ДнепроГЭС, Кузбасс и БАМ, вас, разноцветные, в Кремле на елку вешали, и вы, родные, столько лет светили нам.

У всех людей свои пути, все судьбы разные. Но тот не знает жизнь и зря родился в мир, кто не ходил под душ с фонариком ни разу и не посещал с горящей свечкою сортир. О это дивное, живое ощущение, когда включаешь свет, а следом — вспышка, звон! И в беспросветном мраке тонет помещение, и стонет тихо остывающий плафон. И выключатель света острой рукояткою ладонь царапает, а ты все смотришь вдаль. И два зрачка с насквозь проплавленной сетчаткою хранят твой образ, раскаленная спираль. И ты встаешь, лицо состроив похоронное, на табуретку без резиновых галош. И долго дуешь ты на пальцы обожженные. И пять минут, пока остынет лампа, ждешь. И вот, на цыпочки свои поставив тапочки, ты снова тянешься к плафону. Темнота. В зубах поскрипывает цоколь новой лампочки — такой же короткоживущей, как и та. Какая лирика, романтика, патетика! Внутри плафона, где и пыльно, и тепло, ты крутишь, крутишь, как за яйца энергетику, — неповоротливое круглое стекло! Которое уже вот-вот горячим шариком в руке отломится, издав стеклянный звон. И до утра ты пассатижами с фонариком пытаться будешь выковыривать патрон, в котором цоколь приварился и не вертится, и адским током бьются усики внутри… А ты стоишь на табуретке или лестнице и под себя стеклянной крошкою соришь… Эх лампы, лампы, вам гореть в аду со стонами! Электротоком греть металл — какой же срам! Да нам светящийся диод китайцы тоннами готовы гнать за сэкономленный вольфрам! Вот лично я — простой поэт, закончил техникум, диплом электрика храню, как ценный клад. И я, конечно, за прогресс — прогресс и технику. И лампы в доме поменял пять лет назад. Но я сижу с карандашом, как мастер в шапочке, и все пишу, поскольку есть, чего сказать. Иначе кто ж еще напишет оду лампочке? Стихи в газету под названием F5?

5. Острота момента. Выпуск 3

Третий день Барак Обама совершенно не в ударе: в Белом доме вдоль по залам ходит грустно, смотрит в пол. Рэп в айфоне не включает, не бренчит на бас-гитаре, не сажает кукурузу, не играет в баскетбол. Смотрит грустными глазами, как породистая такса, в волосах кудрявых чешет, повторяет: «Как же так?» Клинтон Хиллари заходит, он дает ей ленту факса, и ее вставная челюсть в тот же миг на мрамор — бряк! Даже Буш, который младший, как в забытом детстве, снова ощутил работу мысли и прозрачность в голове. В третий раз прослушав новость, он все понял с полуслова и воскликнул: «Эти… как их… вы совсем того, в Москве?!» А немецкий канцлер Меркель, уж на что большая дама, разрыдалась как девчонка, новость рассмотрев вблизи. А когда в лесу Булонском получили телеграмму, то лягушкой за обедом подавился Саркози. У британской королевы, царственной Елизаветы, приключилось шесть инсультов — по три с каждой стороны. Михаил Саакашвили скушал с пряжкой… впрочем, это государственная тайна гордой маленькой страны.

Что стряслось такого в мире? Почему инфаркт у многих? Лишь у нас в российской прессе — благодатно и тепло. Не маячит новость в топах, не гудят об этом блоги, лишь в «Известиях» заметка за какое-то число. Это Николай Платоныч Патрушев в беседе длинной рассказал корреспондентам как бы к слову, между дел, о готовящемся тексте новой ядерной доктрины — той, что президент Медведев утвердить давно хотел. Наша старая доктрина долго оставалась в силе, но настолько устарела, что уж прямо нету сил. И, как секретарь Совета безопасности России, Патрушев порядок новый разъяснил и огласил. Если в брежневские годы мы готовили ракеты, чтоб агрессору ответить в третьей ядерной войне, то теперь уже понятно: мировых конфликтов нету и крылатые ракеты остаются в стороне. Как крылатые качели, позабыв про все на свете, ждут, надеются ракеты, сердце замерло в груди — им ведь хочется полета: только небо, только ветер, только небо, только небо, только радость впереди! Столько лет стоят без дела и гниют боеголовки, хоть вокруг границ России много разных важных дел! Нам бы в маленьком конфликте их взорвать для тренировки, только старый текст доктрины почему-то не велел.

Но теперь другое дело! Все доктрина разрешила! Превентивные удары может делать человек! Если вдруг сепаратисты, или просто где-то шило, или просто беспорядки, пьянки, шлюхи и блэкджек. Или просто где-то митинг, или просто негодяи, или просто, или просто или просто — просто так! Наша новая доктрина нам уже не запрещает шутки, розыгрыши, хохмы и салют для мелких драк! Это нужно, чтоб Россию уважали и любили. Чтоб Россию неповадно было обыграть в футбол. А особенно — чтоб всякий Михаил Саакашвили продолжал на нервной почве прятать в галстук валидол. Это правильная мера! Это важная задача! Есть такое слово — «надо». Накопилось за года! И пускай американцы с этих пор как дети плачут — будто сами Хиросиму не бомбили никогда.

Раз пошло такое дело, я прошу раздать патроны: дайте мне заряд некрупный — наноядерный, но свой! Чтоб и я навел порядок строгий конституционный в каждом маленьком конфликте, в каждой ссоре бытовой. Далеко ходить не надо — взять, к примеру, дядю Васю: возмутительная сука, мой сосед по гаражу. Тырит гайки, пассатижи, за собою свет не гасит и в ответ ругает матом, если что ему скажу. Налицо конфликт локальный — нерешаемый и долгий. Дайте ядерную бомбу — небольшую, с ноготок. Чтобы сдуло дядю Васю на его разбитой «Волге» и чтоб зимняя резина раскатилась за порог. Строго, ядерно, локально, долбануть прицельно, прямо. Чтоб ходил полгода в гипсе и здоровался уже. И чтоб радиоактивный свет на дне ремонтной ямы не давал ему отныне ставить «Волгу» в гараже. Всем пример и всем наука, всем спасибо — все свободны. Нет локальному конфликту, мирный атом — в каждый дом! Надо ядерным зарядом дорожить, пока он годный, и употреблять до даты, что указана на нем! Пусть весь мир офигевает, если вдруг какая ссора, — мы на пульт уроним тапок и получите сполна. Мы — великая Россия, мы — леса, поля и горы, беспредельные просторы, беспредельная страна!

6. Острота момента. Выпуск 4

Запомни крепко: в доме не свистят. Не будет денег. Так гласит примета. И постепенно смысл приметы этой становится понятен всем подряд. Пока ты в доме исполняешь свист, ты нарушаешь авторское право. И в дверь твою уже стучится РАО и говорит, что ты рецидивист. Ты нарушаешь авторский закон. Не верите — спросите у юриста: есть автор у исполненного свиста, и даже не беда, что умер он. Так даже проще — чтобы не мешал. И пусть при жизни он не знал про РАО, но РАО восстановит честь и право, устроив юридический скандал. Он умер, но мелодия живет. А там, глядишь, и родственники живы. И вместе с РАО требуют поживы с любого, кто свистит и кто поет.

Не пой под душем песен никогда! Наследники уже под дверью ванной. Приклеились к двери как листик банный и ждут, пока отключится вода. И в тот же миг они тебе несут отнюдь не полотенце или тапки, а строгие бумаги в красной папке, среди которых есть повестка в суд. Суду все ясно, он уже привык. Он постановит твердо, без нюансов: изъять твое имущество, финансы, а также вырвать грешный твой язык. Чтоб не совал его, закон поправ, в сокровищницу мировой культуры, беря без спросу рифмы, партитуры и прочие объекты смежных прав.

Не для того поэт, и музыкант, и композитор, вечная им слава, творят объекты авторского права, успешно применяя свой талант. Не для того, чтоб ты спустя года бесплатно слушал радио в маршрутке. Предмет искусства — это вам не шутки, а ценные улики для суда.

Услышал где-то музыку — беги, мизинцами заткнув покрепче уши. И отрицай, что ты ее прослушал, иначе образуются долги. Концерты в телевизоре не смей просматривать с семьею — только лично! Иначе исполнение — публично, и ты попал на миллион рублей. Приемник лучше подари врагам: пусть слушают налево и направо. В конце концов их всех поймает РАО, и выйдет им немало по деньгам.

С невестой в ЗАГС под музыку пошел? Отдай все деньги и ступай на зону! А РАО передаст их Мендельсону. Придет — получит. Нет — и хорошо.

Придумал стих? Исполнить не спеши. Хоть ты и автор, и законы в силе, но Авторское общество России оставишь без положенной маржи. Зарегистрируй, денег принеси, представь заявку и дождись отметки. И прочитай домашним с табуретки в назначенную дату и часы.

Велели в школе вызубрить стишок? К доске не выходи ни в коем разе! Публичным исполнением при классе юристы назовут такой урок. И за чужой стишок получишь два (условных года по итогам дела). И в кассу РАО местного отдела уплатишь штраф за все свои слова. Сидите, дети, лучше по домам. Забудьте, дети, про кружок вокальный, не подходите к школе музыкальной — чужое исполнять научат там. Литературу с музыкой — забыть: с правами там не ясно и не чисто. Пусть в школах учат только на юристов, а также адвокатов, может быть. Непобедимый, страшный, как дракон, мы в школах лишь один предмет оставим: об Авторском, а также Смежном праве — великий славный божий наш закон!

Семейные альбомы изучай. И твой прапрадед, как ты сам увидишь, Кирилла и Мефодия подкидыш, вдруг может оказаться невзначай. А значит, у тебя в руках права на авторские буквы алфавита. И каждый, кто напишет их открыто, обязан заплатить тебе сперва. А если родословной вовсе нет — то значит, из народа вышел родом. И все твое, что числилось народным: любая поговорка и куплет. Услышал исполнение — звони в ближайшую районную управу. И вызывай наряд в мундирах РАО, и пусть воришку в суд ведут они.

Вот ты прочел поэму до конца. А кто тебе, скажи, позволил это? Губами шевелил? Гони монету! Я выступаю в качестве истца! Пошел в свой блог и сделал копипаст? А ну-ка денег заплати нам с РАО! Оно на все искусство сверху срало! Оно его и купит и продаст!

7. Сказочка про ноябрьские праздники

Без драк и происшествий, без хамства и без свинства, не трогая прохожих, не причиняя зла, веселый день погожий Народного единства прошел себе четвертого числа. Он шел с какой-то девкой, беспечный и поддатый, гудел под нос сонаты, как треснутый рояль. Он шел гулять куда-то, где вина и салаты, и без проблем ушел куда-то вдаль. А вслед за ним с биноклем подтянутый и ловкий спешил другой прохожий — и прячась и таясь. А чтоб не узнавали, он в целях маскировки руками по лицу размазал грязь. А мог бы и не мазать — ведь, скажем откровенно, его и знать не знают, подумаешь, дела. Ну кто слыхал про праздник разведчиков военных, что празднуется пятого числа? А вслед за ним с портфелем знаток суда и права шагал прохожий в шляпе, стараясь не отстать. Число шестое — праздник судебного пристава, он в гости шел с желанием пристать.

Но вдруг из подворотни лениво и вразвалку выходит наша гордость и слава и краса. И молнии на тучах устроили мигалку и поперхнулись снегом небеса. Он вышел на прогулку в плаще и с автоматом и поднял вверх два пальца, коснувшись козырька. И рация на пузе представилась: «Десятый!» И смолкла, будто струсила слегка. Он огляделся важно, как генерал на фронте, он встал на перекрестке, как горная гряда. И сам себе сурово скомандовал: «Пройдемте!» Но не прошел — остался навсегда.

Идет число двенадцать — День тружеников банка — идет себе с работы, сережками звеня. Вдруг слышит за спиною: «Куда спешим, гражданка? У вас просрочен паспорт на три дня!» — «Да где же он просрочен?» — «А я сказал: просрочен! А если не просрочен — помят. Платите штраф!» И та в ответ: «Простите, прошу вас очень-очень!» И денежку сует ему в рукав.

Идет за нею следом почтенный социолог — в календаре за месяц четырнадцатый лист — старик-преподаватель, любитель книжных полок. И слышит за спиною громкий свист. «Проверка документов! А где прописка ваша? Прописаны в Мытищах — что делаем в Москве? Мобильник, документы — сдаем сюда, папаша». И автоматом — хрясь по голове.

Идет число пятнадцать. А это что за дата? А есть такая дата? Да вроде есть пока. Не то чтобы матроса, не то чтобы солдата, а — Всероссийский день призывника. «Стоять-бояться, руки — по швам, а ноги — прямо. Сейчас служить отправлю как минимум на год. Звони домой, не медля, и пусть родная мама сюда две штуки баксов привезет!»

Звонит сопливый парень мамаше, как просили. И мама сразу едет ребенка выручать. И приезжает мама — День матери России, ноябрь месяц, дата двадцать пять. Приехала босая, в руке пакет с капустой, в заштопанном пальтишке, с младенцем на груди. В бумажнике червонец, в карманах тоже пусто, заплакала и просит: «Отпусти». Ну что с такими делать? Ведь что-то делать надо? Приходят нищеброды и мучают нытьем. Вздохнул и взял червонец, по морде дал прикладом и отпустил их с богом всех втроем.

И так примерно с каждым, такая уж работа. Но вот почти ноябрь кончается совсем, и тут выходит кто-то — он День морской пехоты: ноябрь месяц, дата двадцать семь. Шагает в доску пьяный с бутылкой самогона, поет стихи Билана на музыку Барто. И бьет в витринах стекла ботинками с разгона. И окна припаркованных авто. Не то чтобы от злобы, не то чтобы со смыслом, а просто так гуляет — его сегодня день. И прячутся по норам все остальные числа, когда гуляет дата двадцать семь. Идет себе с бутылкой, идет в одной тельняшке, ему плевать на стужу и холод ноября; тяжелые ботинки, ремень с огромной пряжкой и кулаки размером с якоря.

И, автомат поправив, наш праздник номер десять сбегает в подворотню, чтоб не маячить тут. А то, наверно, могут ему пинков навесить, и уж наверно денег не дадут. И точно: слышен окрик и свист тяжелой пряжки и топают ботинки и раздается мат. И бронзовая пряжка по серой по фуражке вдогонку лупит десять раз подряд.

А с неба — дождь со снегом, в лицо — холодный ветер. Они бегут по лужам, хрустят кусочки льдин. Вот так ноябрь месяц у нас проходит, дети. И, честно говоря, не он один.

8. Конец света, часть I: ода календарю древних майя

Измазав красной глиной низкий лоб, обычной палкой джунгли ковыряя, трудились сотни тысяч древних майя, но все напрасно — то у них потоп, то чумка, долгоносик, то вулканы, а то у побережья Юкатана волна выходит на причал морской и всех обидит: и жрецов, и женщин, детей, свиней, посевы и старейшин, кого-то смоет, а кого доской огреет по макушке от балды. И нет ни урожая, ни еды.

Куда уж только майя ни ходили! Кому уж только денег ни несли! Уже в пруду и девственниц топили, уже и пацанов в вулкане жгли, уже и в землю золото швыряли, уже и в бубен били, и плясали, но почему-то пофигу богам: индифферентны к крови и деньгам.

И вот, из глыб построив пирамиду, измазав красной глиной нос для виду, сидел опухший косоглазый жрец. Вертел башкою, кушал огурец, на глине пальцем линии чертил, задумчиво почесывая яйца. Он на руках и на ногах все пальцы умел считать с нуля до двадцати. Копать маис со всеми не ходил. А пальцем просверлив дыру в початке, рассматривал, прижав его к сетчатке, движение космических светил. А в небе звезд — от края и до края! Как мух над миской каши! Смотрит майя в свой телескоп, дыханье затая. Устала попа, занемели ноги, но там вверху — планеты, звезды, боги и, видимо, разгадка бытия.

Припомнив, что луна богата светом, что за зимой всегда приходит лето, что солнце всходит каждый божий день, что дерево отбрасывает тень, что муравьи ползут шестью ногами, что мир рожден кровавыми богами, что ногти по краям черны, как крот, что режутся края обсидиана, что каучук жуется, как сметана, но сам как жвачка — день сиди и жуй, что очень по диаметру похожий влезает палец в нос и в попу тоже, а в глаз не лезет, как его ни суй, что попугай всю жизнь живет на ветке и что у съевших тухлую креветку три дня проблемы и бурчит живот, что громко воет по ночам койот, что мерзкий дух исходит от болот, что недозрелый помидор зеленый, что океан на вкус весьма соленый, что кровь из тела льется на алтарь и прочие загадочные штуки, объединив в подобие науки, изобретали майя календарь.

Понадобилось множество жрецов и множество толковых поколений, чтоб с помощью научных наблюдений понять и записать в конце концов: в году есть дни. Но для простых людей есть триста шестьдесят рабочих дней и пять — для всяких праздников и песен. А для жрецов — наоборот! Чудесен открытый майя древний календарь! Ведь он и ныне действует как встарь! Он крут! Его магические цифры хранят и благодать, и звездный свет! Его точнее не было и нет! Внутри него — загадки, тайны, шифры! У древних майя календарный год сакрален, как от карточки пин-код! Он идеально выверен и точен, он верен — ни прибавить ни отнять! Как древним майя удалось понять и вычислить такое? Между прочим, не ясно всей науке до сих пор. Ученые не прекращают спор, скрестив на поле битвы сотни копий. А выделенных грантов и пособий с лихвой хватило б накормить народ всей Африки на сотню лет вперед. О, дивная пропорция святая! Как точен календарь у древних майя! Какие эти майя молодцы! При всех режимах, при любой погоде есть те, что пашут год на огороде, а те, что жрут, считаются жрецы. Вот так сидишь годами у баранки, а он, блин, сука, аналитик в банке… Мы, впрочем, о жреце, а не о нем. Взирая с пирамиды на долину, жрец пальцем терпеливо тычет в глину и чертит год за годом, день за днем весь календарь до самого конца — подробный, точный и ужасно длинный, пока в стране не кончилась вся глина и затупился палец у жреца. И жрец устал. На глине, как учили, поставил точку. И отправил слуг, чтоб принесли лепешек, соль, и лук, и миску мамалыги с тертым чили: «Продолжу после. Сон, еда и танцы!» А через двести лет пришли испанцы и из мушкетов расстреляли всех под тем предлогом, что убийство — грех.

А календарь остался, предрекая какую-то неясную беду в две тысячи двенадцатом году, где сделал остановку палец майя.

Прервусь на том и я, устал писать. Подробней про сценарий катастрофы читайте поэтические строфы через неделю в выпуске F5.

9. Конец света. Часть II: сценарий катастрофы

Итак, прошла неделя. Я так вижу, за это время на неделю ближе к нам стал конец в двенадцатом году. Конец планеты нашей, Cолнца, света. И людям всем конец. И я про это сегодня речь прощальную веду.

Ученые, архивы поднимая, нашли тому свидетельств целый пруд: все тот же календарь у древних майя, трактаты Иоанна и Исайи… Да что Исайя? Сам отец Кураев в своем ЖЖ писал чего-то тут! Великая эпическая сила! На этом фоне Книга Даниила как тусклое невзрачное пятно, но говорит об этом и оно. Еще у Нострадамуса Мишеля (который как затычка в каждой щели писал катрен по каждой ерунде), цитирую источники: магистр, движением локтя задев регистр, предупреждал потомков о беде: «ГРЯДЕТ ВЕЛИКИЙ МОР ВСЕГО НАРОДА ДВЕ ТЫСЯЧИ ДВЕНАДЦАТОГО ГОДА, СЛУЧИТСЯ В НЕБЕСАХ ПАРАД ПЛАНЕТ: ПЛАНЕТЫ СОЛНЦУ СДЕЛАЮТ МИНЕТ». Москва, «Наука», «Книги разных стран», французский переводчик Де Билан.

Итоги подведем: сценарий ясен. Конец грядет, и будет он ужасен. Про это знают все уже давно: француз, и майя, и славяно-арий. И апокалиптический сценарий не раз показан даже нам в кино. В сценарии страниц довольно много. Придуман и написан лично Богом — по вечерам за двадцать сотен лет. Пираты к Богу в дом залезли силой и спи… простите, сфоткали мобилой и потихоньку слили в интернет. Сценарий я перескажу вам вкратце. Представим: год две тысячи двенадцать. Все плохо в небесах. Уран — в Овне. И Дева — далеко уже не дева. Сверхновой вспышка справа, вспышка слева. Нейтрино атакуют нас извне. У Водолея больше нет воды — и выпили ее плохие люди, как водится. Но дальше хуже будет, ведь это лишь предвестие беды. Посыплется дерьмо на Землю нашу, и Млечный Путь свернется в простоквашу. И злые торсионные поля достигнут мозга. Задрожит Земля. И Солнце на своем большом пути — из рукава Галактики в штанину — в тот вечер перевалит середину. А там такое, что и не пройти. И несомненный квантовый скачок почувствуют и даун, и качок, поняв теперь, насколько были правы безумные астрологи Полтавы.

Теперь глядим на Землю. На Земле, понятно, Калифорния в золе. Обрушились мосты, горят машины, летят под землю женщины, мужчины, с горы свалились буквы HOLLYWOOD и в море вместе с рыбами плывут. Со Штатами покончено. Европа минутой позже следом в воду — опа! И там, где был Париж и Ватикан, теперь сплошной дымящийся вулкан. Австралия бултых — и только море. Ну Африке и так хватало горя, а оказалось, выход есть простой покончить с настоящей нищетой: бабах, бабах — и все, закончен голод. В Канаде, в Антарктиде, где был холод, теперь поля из магмы и огня. И это все — к концу того же дня. И уж конечно, волны водостока сметут все страны Ближнего Востока: Ливан, Ирак, Египет — полный шок. И только одинокая ракета взлетит над миром, пущенная кем-то Израиль обстрелять на посошок, раз так удачно выдался момент. А параллельно с этим, как мы знаем, уйдут под воду Индия с Китаем, а также весь латинский континент. Последнее, что люди там увидят, — как Землю на летающем болиде покинет, грустно плюнув в океан, разведчик мудрых инопланетян, что жил у нас под маской человечка Георгия Михайловича Гречко.

Не избежит удара и Россия. Здесь встанет в полный рост педерастия. Загадятся таежные леса. Испортятся кефир и колбаса. Дороги станут очень не в порядке. Менты начнут просить у граждан взятки. Коррупция дорвется до руля. Возникнет вдруг инфляция рубля. По радио начнет звучать халтура. Опошлится слегка литература, и упадет культура языка. Окрепнет рейтинг Первого канала, и в диалогах телесериалов наигранность появится слегка. Промышленность окажется в упадке. Понадобятся связи, блат и взятки, возникнет воровство — хоть ставь засов. И выбор президента будет труден. Но по итогам это станет Путин — почти сто три процента голосов. Пенсионерам выжить станет сложно. И беспредел работников таможни возникнет сам собою в этот день. В провинциях понизится культура, а в СМИ наметится цензура, уже на интернет бросая тень. Тут задрожит, расступится земля, и вылезут подземные шахтеры с плакатами: «Верните деньги, воры! Отдайте нам зарплату с февраля!»

Боюсь, не избежать того исхода стране к концу двенадцатого года.

10. Ода в защиту Куклачева

Вы звери, люди. Ну скажите, чо вам? Ну чо вам надо, люди? Для чего? Напасть на дядю Юру Куклачева и кошек дрессированных его? Он жил себе спокойно в красной шапке. Откуда эта злоба? Почему? Он никогда вам не мочился в тапки, не раздирал обои никому, он вашу колбасу не ел ни разу, на кухне не запрыгивал на стол, не сбрасывал со шкафа на пол вазу и коготками не царапал пол, не воровал аквариумных рыбок и под окном старался не шуметь. Хотя бы лишь за это вы могли бы немного уважения иметь!

Да, он линяет. Нос и губы в краске. Передние клыки чуть-чуть длинней. Да, бегает за лазерной указкой. А кто из вас не бегает за ней? Да, любит кильку и сидеть на крыше. И что теперь, проклятьями трясти? Его интересуют только мыши, их стоимость и где приобрести. Ну да, играет в бантик сам с собою. Но это вас касаться не должно! Прочь руки и не трогайте святое! Вы выглядите жалко и смешно! Он жил, мяукал, веселил детишек. Понятно вам? Детишек веселил! А в интернете вдруг Вербицкий Миша подкрался и помоями облил и рад, как это свойственно подонку. Мерзавец, хоть в ведре таких топи! А вы еще и лаете вдогонку, как будто тоже сорвались с цепи! Набросились, как туча саранчова: ложь, клевета, наветы и обман. Мол, кошки обожают Куклачева, как негры обожают «Ку-клукс-клан». Что, мол, его боится всякий котик, печальна участь кошек и котов, мол, Куклачев дает им всем наркотик и держит взаперти без паспортов, мол, заставляет целый день трудиться, кричит и тычет пальцами в лицо, велит то кувыркаться, то садиться, то прыгать сквозь горящее кольцо, мол, Куклачев их бьет электротоком, а также спит он с ними вообще… Да, спит! Да, с ними! Да, в прихожей! Тока не в том, что вы подумали, ключе!

Вербицкий запятнал и честь примата, и честь и славу блогера вдвойне. Он допустил такую дозу мата, что дыбом встала шерсть по всей спине! И эта грязь разложена не где-то, не на песочке в ямке у ворот, а прямо на пороге интернета — наступит каждый, кто туда зайдет! Вербицкий, стыдно! Ведь читают дети! Ты с детства не умел ходить в лоток! Ты каждый божий день выходишь в сети и отправляешь надобности в блог!

У Куклачева блогов нет. Нескоро он выйдет в интернет. Но с давних пор он любит греться возле монитора, открытым глазом глядя на курсор. Сам в интернете не был, ходит мимо. Но обо всем, что делается тут, при помощи свистков и пантомимы помощники ему передадут. «Рублей сто тысяч — такова оценка — вы по суду потребовать должны!» — сказал помощник Александр Гриценко и долго терся ухом об штаны. «На эту сумму, драгоценный мой вы, — сказал помощник, покраснев слегка, — я вам куплю пакет копченой мойвы и целых три пакета молока! На интернет судья найдет управу, такое дело — явно для суда!» И Куклачев ему ответил: «Мяу!», что в том контексте означало «да».

Ну что, дождался, Михаил Вербицкий? Привык на всех подряд помои лить? Теперь придется отвечать на иски, а если повезет, то лес валить и жить в дому с решеткой на окошке — ну это как решит Басманный суд. А ты, небось, надеялся, что кошки обидчикам своим лишь в тапки ссут? Небось предполагал, что это шутка? Ты думал, это все тебе хи-хи? Ты сядешь, Миша. И Денис Яцутко, который про котов писал стихи. Вину свою ничем уж не загладишь, зря все кричат: «Погладь кота, погладь!» Клянусь хвостом, ты сядешь, Миша, сядешь! Чтоб понял каждый: в интернет — не гадь! Вы разозлили Куклачева, панки, а ничего страшнее в мире нет. Он выпьет пару капель валерьянки и на уши поставит интернет! Оттопчется на блогах, как на тапках, покажет настоящее лицо, и будет «Гугль» ходить на задних лапках, и будет «Яндекс» прыгать сквозь кольцо, и будет интернет команду слушать и делать что-то только по свистку, и блогеры прижмут стыдливо уши и наконец приучатся к лотку!

11. Ода космическому туризму

Туризм подкрался незаметно. И гегемон, живущий бедно, и олигарх богатый — всем сегодня хочется на чресла, за год уставшие от кресла, найти таинственных проблем. А как развлечь себя иначе? Бездарно гнить на старой даче? Давить побеги сорняка? Навоз размазывать лопаткой и попой вверх торчать над грядкой? И колорадского жука со зла топить в консервной банке? А если олигарх? То в замке смотреть наружу из окна? И день за днем ходить в пижаме меж расписными этажами с бокалом красного вина? Ничто покой не омрачало — но это только поначалу. А если прожил во дворце подряд лет десять, для примера?

Недаром у миллионера такая горечь на лице. О боже мой, какая скука! Сесть у камина с ноутбуком и, выйдя в банковскую сеть, следить, как там трясется фьючерс. И так — всю жизнь. Какая участь! Уж лучше сразу помереть!

Туризм — совсем другое дело. Берешь себе путевку смело и, заплатив фигню в рублях, летишь хоть в засранный Египет, хоть через Африку на джипе (ну это если олигарх). А там — тропические блюда разносят смуглые верблюды и водку в чашках суповых. И целый день с тобою рядом шагают клоуны в нарядах и взглядом просят чаевых. Экскурсий сотни — вот забота! Сегодня кушал бегемота. Вчера тушил лесной пожар. Сейчас на ферму — там в музее учить нас будут скарабеи лепить традиционный шар.

Турфирмы далеко не дуры и продают любые туры — и эконом, и бизнес-класс. Хватай билеты, кто не тормоз. Вчера, гляжу, билеты в космос подешевели в сотню раз. Ведь были — двадцать миллионов. С учетом скидочных талонов и новогодних распродаж, с учетом кризиса, обвала цена существенно упала — теперь за двести тысяч аж! Туристов над Землей возили лишь раз в году и лишь в России. Где сервис — знаете, какой. Все чуждо для миллионера: нет ванны, кондиционера, нет массажистки под рукой, скафандр жесткий и убогий (без всяких нанотехнологий) — чугун, резина и доска. И кресло Омского завода от шестьдесят восьмого года болтами колет зад слегка. Но пострашней всего полета лицо помощника пилота — как будто с надписью во лбу шершавым языком плаката: «Я всех бы вас бы, сук богатых, вертел пропеллером в гробу!» У русских так всегда для виду. Но возят честно — на орбиту, на полный, так сказать, этап. Под голубыми небесами великолепными коврами — как на картинке «Гугль-мап». Услышав, как звенят финансы, задергались американцы и строят новый самолет. Обидно ведь, что лишь Россия на рынке космоиндустрии и деньги адские дерет. Теперь продал квартиру в Химках — и мчишься вверх в небесных дымках, на сотню километров — вжих! А если руль пилот отпустит, то даже невесомость будет — почти совсем как у больших. Хоть самолет пока в макете, уже работает маркетинг, в салоне продают места. Пока лежат эскизы в папке, уже сдают туристы бабки: по двести тысяч — красота!

Ну что я вам скажу, ребята? Я взял сегодня калькулятор и соразмерил с высотой. И точно выяснил, что это — два доллара за каждый метр. Тариф понятный и простой. И я тогда подумал: может, открыть мне турагентство тоже? Раз люди так стремятся ввысь? Пускай не космос, не орбиты… но знали б вы, какие виды у нас с балкона — зашибись! Пусть высота лишь тридцать метров — зато живое чувство ветра! Штаны с простынками висят, сосед бычок смолит за стенкой… И по космическим расценкам всего-то баксов шестьдесят! Туристы и миллионеры! Забудьте ваши стратосферы! Балкон! Недорого! В Москве! А если наклониться грудью, то даже невесомость будет! Недолгая — секунды две.

12. Ода козьему гриппу

Не найти на грипп управу — кашель слева, кашель справа, сопли брызжут на очки. Расползлась болезнь по миру: едут в масках пассажиры, а под маской — пятачки. Эскалаторы, вагоны, турникеты, перегоны, в рупор хрюкают менты. Пассажиров кашель душит, и торчат свиные уши сквозь повязки и бинты. Лишь одни аптеки рады — рады новому рублю: маски продают, халаты, дорогие препараты «Фуфловир» и «Провафлю». Грипп лютует сатанинский, все ведут себя по-свински, грипп свиной страну накрыл. Телевизор хрюкать начал: прямо что ни передача — вереница свинских рыл. Хворь нависла над Россией — всех нас свиньи заразили сквозь повязки на лице. Мы за ними не следили — не доели, не добили, не дожарили на гриле, не сварили в холодце. И, поверив этикетке, покупает каждый лох иностранные таблетки: «Бесполенза», «Тамисдох». Как же нам сберечь здоровье? То вдруг бешенство коровье, то зловещий птичий грипп. Что ни год — звериный вирус, вот теперь и свинский вылез. Все умрем, прощайте, RIP!

Только что за перемена? Между страшных свинских рож едет, держится за стену гражданин, жующий сено, или жвачку — не поймешь. Вполз в вагон больной походкой, громко блеет — нету слов. Не холера, не чахотка, не краснуха, не чесотка, а лицо с такой бородкой, как бывает у козлов. А на лбу вокруг берета — не штырьки, не кочерга, не антенны, не лорнеты, не болты от арбалета, не запчасти от скелета, гляньте, братцы, что же это? Настоящие рога! Всех потряс забавным видом. Вот так чудо, вот же на! Кто ж тебе такие выдал? Не подруга? Не жена? Хрюкают больные гриппом, чешут рыльца, пятачки. Может, это мода типа? Может, нынче, как очки, молодежь такие носит? Может, лоб себе натер? Так и сыплются вопросы. Пассажирам, шмыгнув носом, отвечает Вася Тёр… Ой, простите: Пупкин Вася. Отвечает: «Завелася новая болезнь теперь. Хватит нам свиного гриппа, нынче будет козий типа, хочешь — в «Яндексе» проверь! Я вчера из Амстердама, там была такая дама, проще говоря — коза. Рассмотрел ее неясно: фонари светили красным сверху прямо мне в глаза. Просыпаюсь — болен гриппом, весь простужен и охрип. Мне сказали: это типа иностранный козий грипп! Так я, братцы, сразу понял. И заблеял как козел». Что тут началось в вагоне! Весь вагон на перегоне прямо на ходу сошел! Что тут было, что тут было! Тыкая друг друга рылом, падая боками в грязь, на копыта наступая, все бегут, себя спасая, гриппа козьего боясь!

Понеслась волна по кругу — все чихают друг на друга, козий грипп свиной сменил! Что ж так быстро? Как же это? Не освоены бюджеты! Недовыполнен попил! Не прошли еще платежки, грант не дан со всей красой… Подождите хоть немножко! Не спешите вы с козой! Мы косою бабки косим, погодите с вашим козьим! Нам свиной освоить тут! Закупили препаратов, не откачено откатов, нам повторно не дадут! Все закуплено на Темзе, и вот-вот сюда пришлют сто вагонов «Бесполензы», «Тамисдох» и «Провафлю»! Слышите, дельцы Гудзона, хватит посреди сезона правила менять в игре! Козий грипп — пока что рано! Грипп свиной сейчас по плану в декабре и январе! А потом уж — просим, просим: грипп ослиный, конский, козий. Хоть пчелиный! Хоть от рыб! Хоть от дятла! Хоть медвежий! Неожиданный и свежий — свежевыдуманный грипп!

Кстати, как вам грипп древесный? Он науке неизвестный, но и он приедет к нам. Им в тайге болеют кедры. И его разносят ветры. И возникнет новый штамм. На сибирской лесопилке, там, где пилится доска, зараженные опилки соберутся у станка. Вирус злобный и коварный попадет в вагон товарный, затаится среди смол и поедет, как заноза, на завод, где целлюлозу перегонят в этанол. Вирус в ходе обработки не умрет, раздастся вширь — попадет в цистерну водки и заразит всю Чукотку, весь Урал и всю Сибирь! В общем, так болезнь века от кедрового ствола передастся человеку через рюмку у стола. Кто в кафе, в гостях и дома выпьет рюмку или две, тот почувствует симптомы: тошнота, тепло, истома, шум в ушах и голове. Утром заболевший каждый встанет с мутной головой: будет тошнота и жажда, и необходим покой. Грипп сибирский, грипп древесный, вирус страшный, бестелесный, встанет в рост, раскроет пасть, все на свете пожирая, покорить весь мир желая и в Америку попасть! Страны мира грипп подкосит — это будет вам за козий. И купить придется вам за бабло у нас, ребята, тонны русских препаратов: «Вотрассол» и «Дайстограм».

13. Текст новогоднего обращения Санта-Клауса (полная двухчасовая режиссерская версия)

Куда мне говорить? Здесь столько камер и микрофонов, что… Чего могу? Могу ли замолчать? Молчу. И замер. Но я замерз топтаться на снегу! Я ж занятой довольно человек-то! А здесь не август месяц, не жара! Ну неужели этот ваш прожектор вы не могли установить с утра? Ну ладно, понимаю, не успели.

Но почему вам не хватило дня на все на эти голубые ели развесить микрофоны без меня? Чтоб за минуту все заснять на ленту, и я поехал по своим делам! А не смотрел, как ваши ассистенты корячатся, взбираясь по стволам в смоле, в иголках, в неприличной позе… Да что же за бардак в стране у нас? Чтоб пригласить меня, и на морозе держать без дела вот уж третий час! Кругом ведь иностранцы смотрят, фубля! Мобилками снимают наш позор! А мы не одного пока что дубля еще не записали до сих пор! И я сейчас скажу наверно резкость, но знайте: алкоголик режиссер! Он час наводит объектив на резкость и навести не может до сих пор! Что он орет? Чтоб не плясал, а замер? Что я переминаюсь на ногах? Вам хорошо, вы топчетесь у камер в хороших теплых зимних башмаках! А у меня-то ноги мерзнут страшно! Мне говорили: на минуту дел. И я приехал в тапочках домашних. И валенки, конечно, не надел. Мне холодно, а съемка не готова! У нас всегда зимою минус два? И что в России со свободой слова, что даже мне нельзя свои слова… Ну что он корчит рожи — этот, справа?

Я третий час стою, как идиот! Включайте запись срочно! Или я вам… Что-что? Она давно уже идет? Предупреждать же надо! Вот ведь дряни! Улыбка. Строгий взгляд. Одернуть плащ. И басом: ДОРОГИЕ РОССИЯНЕ! В ПОСЛЕДНИЕ СЕКУНДЫ УХОДЯЩ…

Что — стоп? Куда смотрю? Послушай, ну-ка веди себя спокойней, ё-моё! Откуда же мне знать, что эта штука — не камера, а ящик от нее? Ведь я себя не вижу на экране! Ты покажи, где камеры. Вон те? Я понял. ДОРОГИЕ РОССИЯНЕ! Пять пауз. ДОРОГИЕ СООТЕ…

Ну что ты мне опять руками машешь? Смотрю туда, где лампочка горит! Что это значит — камера не наша? Чего он мне такое говорит? Откуда здесь не наша? Вот так мило! Какие к черту блогеры? Как так?! Охрана! Отобрать у них мобилы! Гоните с Красной площади зевак! Они снимают всё хоть дыркой в зубе и пишут пост по каждой ерунде! И через час возникнет на Ютубе все то, что я не говорил нигде! И обыщите, что у них в кармане! А мы не отвлекаемся. Вперед! Снимаем! ДОРОГИЕ РОССИЯНЕ! НЕЛЕГКИМ ВЫПАЛ УХОДЯЩИЙ ГОД! НО ВСЕ ЖЕ ЕСТЬ ДЛЯ ГОРДОСТИ ПРИЧИНЫ! ХОТЬ КОЕ-ГДЕ НЕ ОБОШЛОСЬ БЕЗ СЛЕЗ! РОДНЫЕ НАШИ ЖЕНЩИНЫ! МУЖЧИНЫ! Я, КАК ЗАКОННЫЙ ГЛАВНЫЙ ДЕД МОРОЗ…

Что — стоп? Чего опять вы мне свистите? Вы ж не даете ничего сказать! Не Дед Мороз? А кто я? Заместитель? Я Санта Клаус? Черт, забыл опять! А где наш Дед Мороз? Опять при деле? Я понимаю, дел невпроворот. Я сам его не видел две недели, и на звонки он трубку не берет. Но мы — одно! Мы вечно друг за друга! И этот праздник — тоже общий наш! ОТ ВСЕЙ АДМИНИСТРАЦИИ УСТЮГА Я ПОЗДРАВЛЯЮ ВСЕХ РОССИЙСКИХ ГРАЖ…

Минуточку, а где фанерка с текстом? Ведь я его не помню наизусть! Где ассистент с фанеркой? Пусть на место вернется и поднимет выше пусть! Мотор, мотор! Снимаем! Дубль начат! ПОЗВОЛЬТЕ МНЕ ПОЗДРАВИТЬ РОССИЯН! ГАЛБ ХЕСВ МЕ АЛЕЖ ЫМ! — что это значит? ЙОК ИЛЕ ВТЕ ДУБАВА ЖРЕД АШАН!

По-моему звучит довольно странно. Я ничего не понял. Боже мой! Неужто маркетологи «АШАНА» нам проплатили блок рекламный свой? Кто мне подсунул эту глупость вместо хороших слов? Какой бардак в стране! Какой козел, политтехнолог, бездарь все время сочиняет речи мне? Что за язык? Кто это пишет? Мама! Охрана! Как посмели не сберечь?! Какой-то террорист, слуга ислама, переписал мне праздничную речь! А может, это фразы на иврите? Евреи поздравляют свой народ? А, понял! Ассистент, переверните! У вас фанерка задом-наперед! Поехали по новой! С КАЖДЫМ ГОДОМ РОССИЯ ВХОДИТ ГЛУБЖЕ В НОВЫЙ ВЕК! КАК САНТА КЛАУС, ИЗБРАННЫЙ НАРОДОМ, ХОЧУ ОТМЕТИТЬ… На фанерке снег! Не видно слов, неясен смысл темы, у нас не поздравление, а срам! Долой фанерку, с ней одни проблемы! Я буду говорить, пожалуй, сам. Я буду быстро говорить все фразы, я весь дрожу, особенно носки. А вы потом замедлите в три раза и вырежете лишние куски. Запишем быстро — и в машину греться! Так холодно, что губы сводит аж! Пусть будет второпях, зато от сердца! А чудеса пусть сделает монтаж.

Диктую: ДОРОГИЕ РОССИЯНЕ! МЫ В ЭТОТ ДЕНЬ! МЫ СИЛА! МЫ ВСЕГДА! Я САНТА КЛАУС! НОВЫЙ ГОД НАСТАНЕТ! СКАЖУ СО ВСЕЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ — ДА! ОТ КАЖДОГО ИЗ НАС ЗАВИСИТ МНОГО! Я БУДУ КРАТОК! ТРУДНОСТИ ПРОЙДУТ! ДАВАЙТЕ БУДЕМ ВМЕСТЕ! СЛАВА БОГУ! НАСТУПИТ ЧЕРЕЗ НЕСКОЛЬКО МИНУТ! ПРИДАСТ НАДЕЖДЫ! БУДЕТ НАСТОЯЩИЙ! ПУСТЬ СБУДУТСЯ МЕЧТЫ! НАШ ГОРДЫЙ ФЛАГ! СЕГОДНЯ ВСПОМИНАЕМ УХОДЯЩИЙ! ЗДОРОВЬЕ! СЧАСТЬЕ! МИР! Ну как-то так.

14. Навстречу новому календарю

Скучно жить на белом свете день за днем всю жизнь, как встарь. Так давайте на планете поменяем календарь!

Это что еще такое — старый календарь у нас? Мы наклеили обои, заменили унитаз, поменяли стекла лоджий, положили ламинат, ну а календарь все тот же! Как и был сто лет назад! Мы сменили две машины, дважды в год меняем шины, а уж сколько там мобил каждый человек разбил? Нас за кучу опозданий выгнали из трех компаний; хлопнув дверью на весь двор, мы ушли из трех контор; нам емейлом каждый год предлагают сто работ; три напишем, три в уме — так и пухнет резюме. Мы вообще любые штуки обновляем раз в году! Мы сто раз на ноутбуке переставили «Винду»! Да за эти годы каждый поменял по три жены! Даже гимн — и этот дважды поменялся у страны! Мы пахали, мы пололи, жизнь по-новому идет, только календарь до боли тот же самый каждый год! Он тупой, нескладный, скучный, не запомнится никак, он на редкость ненаучный, и какой-то в нем бардак.

Почему семь дней в неделе? Что за цифра эта — семь? Несмешная, в самом деле, и нечетная совсем. Сколько дней у нас рабочих каждый месяц? Вот фигня! Полночь — разве центр ночи? Полдень — разве центр дня? День рожденья твой родной — в будни или в выходной? Помню, праздновал в субботу, нынче — надо на работу… Високосный год вдобавок, график сложный, непростой. Сто ошибок, сто поправок, в экономике застой.

У сотрудников в отделе от усилий мозг свело: что у нас за день недели — тридцать первое число? Если первое — среда… То суббота, может? Или нет? Пожалуй, да. Кто в уме умножит? Где там наш сотрудник Гарик, пусть скорей сюда бежит — у него был календарик, где-то в ящике лежит. У бухгалтеров спросите: тридцать первое, февраль? Нет такого? Извините. Правда нету? Очень жаль. И такая дребедень — каждый день.

К счастью, не стоит на месте мозг научный — вовсе нет! К счастью, радостные вести нам доносит интернет! И конец эпохи черной ближе, ближе день за днем — силами Всемирной сборной по борьбе с календарем. Сотня гениев, талантов, каждый — светоч и фонарь, в счет больших научных грантов строит новый календарь. Также в городе Торонто молодцы не отстают: там один профессор — он-то сделал версию свою. Современные Декарты, гениальные мозги, циркулем по звездным картам чертят мудрые круги, строят умные таблицы, круглые со всех сторон: тут славянские седьмицы да китайский пантеон, тут и гороскоп астральный — все пристроилось само. Числа — сплошь из натуральных. Безо всяких ГМО. Люди умные умело все придумали в тиши. Жаль, что до такого дела не дожил Туркмен-баши. Выйдет календарь зачетный — легкий, круглый и простой: что ни день — то будет четный, что ни месяц — выходной. Чтоб понятней для народа, чтоб не сойти с ума, будет три сезона года: лето, задница, зима. Также наши дни недели (как их там? которых семь) безусловно устарели — их заменят насовсем. Чтоб себе не портить нервы и не бегать далеко: Крести, Бубны, Пики, Черви — очень выучить легко. И на радость честным людям, наплевав на всех зануд, на часах отныне будет каждый час по сто минут.

Календарь грядет отборный, до чего ж прекрасен он! Люди запаслись попкорном, ждут, чего решит ООН.

15. Ода депрессии

В день, когда студенты сдали сессию, а простой народ закончил пить, наступает зимняя депрессия, да и как же ей не наступить? Мы же вам не Ленины, не Сталины, не ведем гражданскую войну. Очень без депрессии устали мы. Наступай уже скорее, ну! Хватит прыгать! Нервы не казенные! «Выжить без депрессии нельзя», — скажут нам британские ученые, бороды унылые грызя. Нужен отдых, это знают многие. На маршруте должен быть привал. Вроде даже где-то в психологии кто-то умный что-то там писал. Хватит ржать и на работе вкалывать! Хватит петь корпоративный гимн! Хочется уже чего-то вялого! Потупить над чем-нибудь таким! Вспомните: ведь сколько в жизни прелестей! Радостей простого бытия! Скажем, посидеть с отвисшей челюстью, как вчера все утро делал я!

Проведи рабочий день в прострации с остальными сонными людьми! Почитай статьи и презентации — и в статьях ни слова не пойми! Посиди мешком, чтобы слиплись органы! Разложи «Косынку» и «Пасьянс»! «Тетрис» не включай — он слишком дерганный. Не забудь: депрессия у нас! Словно зомби, походи по комнате, пошурши бумагой на столе. Зимняя депрессия! Запомните: каждый год приходит в феврале! Подготовься к ней уже заранее — так примерно за недели три: с января ходи на совещания, но ни слова там не говори. Прекращаем хвастать интеллектами! Чаще делай морду кирпичом! Запусти дела свои с проектами, чтобы было погрустить о чем. Не мечись — в депрессии не мечутся! Собирай причины для тоски: зубы не лечи — пусть сами лечатся, не меняй линялые носки, главное — как следует запомните: должен окружать унылый вид. Разведи ремонт однажды в комнате — и оставь в известке, пусть стоит. Поживи проблемами вчерашними — скучно, не заглядывая вдаль. А потом с начальством и домашними крепко, но со вкусом поскандаль. Помни: тут как раз нужна агрессия. Все испорть, как Тузик — свежий снег. Ведь у вас же зимняя депрессия! Вы же милый тонкий человек! Всех пошли! Давай! Тебе понравится! И надуйся на весь мир затем! Заходи, депрессия, красавица! Для тебя готово столько тем! Все болит! И ничего не хочется! Все достало! Скучно! Жизни нет! Сколько можно! И когда все кончится! Вот тебе примерный список бед: денег нет. И не было. Не выдали. В мире нет получек и зарплат. Где последний раз мы деньги видели? Тридцать штук две тыщи лет назад. Распахни окошко сайта с блогами и кричи из этого окна, оглашая интернет тревогами, что у нас говно, а не страна! И затем, чтоб укрепить депрессию и настроить мозг на нужный лад, громко прокляни свою профессию, жизнь, коллег, друзей и всех подряд. И конечно, тема есть отличная — от нее трепещет вся душа. Это — наша жизнь. Ну та, что личная. Та, что не бывает хороша. Хоть ты в браке или разведенная, друг, подруга, муж, жена, семья — над тобой небесное бездонное мощное пространство для нытья! Чтоб совсем пробрало, взяло за душу, вслух произнеси сто раз подряд: «Почему я до сих пор не замужем?!» (Даже если пару раз женат.) Нарисуй печаль, на лоб повесь ее, убедись у зеркала: легла. Все в тебе должно кричать: депрессия! Зимняя депрессия пришла! Жри! Тупи! Вздыхай! Кряхти и жалуйся! Ной и дребезжи, как старый бард! Ждем тебя, депрессия, пожалуйста! С января через февраль по март! Дорожим тобой, как свежей сплетнею! Ждем тебя, как пассажир трамвай! А затем — весеннюю и летнюю! А потом — осеннюю давай!

16. Острота момента. Выпуск 5

Неслась, неслась Благая весть во все пределы! Я расскажу вам все как есть, как было дело! Пусть грешники горят в аду, и пес бы с ними! А я как есть переведу, что было в Риме. Как переполненный стакан, упавший на пол, гудит как улей Ватикан, глядит на папу. Созвал монахов Бенедикт на той неделе и объявил им свой вердикт — они и сели. Как хворост и дрова у ног Джордано Бруно, зажег понтифик наш, зажег! Дрожит трибуна! Все рты открыли как могли, упали шоры, корреспонденты полегли и репортеры. Упали разом сто кассет со стуком на пол. «Отцы, идите в интернет! — сказал им папа, и люди папского двора упали в ноги. — Ведите блоги, господа! Ведите блоги! Ведите через не хочу! Задорно, с матом! Ну сколько можно жечь свечу по казематам? Ну сколько можно у икон молиться в кельях? Ну раз поклон, ну два поклон — да вы сдурели! В наш век, когда наука — свет, расщеплен атом, несите веру в интернет! Она нужна там!

Вы скажете, что там беда? Разврат и гадство? Ну извиняйте, господа, ведь это паства! Там в чатах километры строк писал не демон! Там люди! Их же создал Бог! Снабдил модемом! У них имеются умы! И души даже! Они такие же, как мы! Чуть-чуть погаже. Вот «Одноклассники», ЖЖ, «Мой круг», «Фейсбуки»… Все у меня давно уже на ноутбуке! Я изучаю этот дух греха и срама, куда там исповедь старух в приходах храма! Здесь фронт работы без границ! Сегодня ночью качал я ролики блудниц, стыдил их очень. Следил за тенью на лице, ловил детали. Они раскаялись в конце — оделись, встали. И две заблудшие души вернулись в лоно! А это вам не бить в тиши свои поклоны!

Воистину несите свет во все пределы! Господь послал нам интернет для блага дела! Господь сознательно хотел, чтоб каждый бит вы потратили для добрых дел и для молитвы! Сажайте Божие зерно в любую сушу! Мы через оптоволокно пролезем в душу! В исповедальнях мне темно, мне душно в рясе! Я исповедую давно уже по асе! Грехи сумеем отпускать теперь везде мы! Пусть льется Божья благодать через модемы! Нам это свыше суждено! Трубите в трубы! Я проповедую давно уже с «Ютуба»! Ко мне народ течет рекой на «Скайп» и «Джаббер»! Я сто икон своей рукой отофотожабил! Мне что эллин, что иудей, что тролль в каментах — я исповедую людей в своих френд-лентах! Я выхожу к ним босиком в сиянье Божьем на «римский папа точка ком» и info тоже! На этом сайте, как в Раю, входи без стука! Я, как причастие, даю печеньки в куках! Мне всякий мил — и слеп, и хром — во имя веры! Что «Файрфокс», что «Гугль-Хром», да хоть «Конкверрор»! Я каждого люблю как есть, пусть даже грешных, мне хоть «Эксплорер» номер шесть — прощу, конечно! Люблю я в интернете всех — админа, гика, и отпускаю всякий грех по юзерпику. С утра включаю ноутбук в розетку вилкой и поздравляю всех вокруг емейл-рассылкой! Бегут сигналы по цепи как кровь по жилам! Летят по тисипи/айпи советы мылом!

Но самый смак и красота доступны многим: все дни Великого поста поститься в блоге! Тебе уже не до еды, ты — кожа-кости, когда весь день свои посты сидишь и постишь! Уже и дышишь ты едва, но как оратор бросаешь Божии слова на вентилятор! Бросаешь как в корзину мяч, как камень а шахту! А там уже в каментах срач! В каментах ахтунг! Твой пыл, казалось бы, утих, но вот отрада: теперь ведь каждому из них ответить надо! И ты пред каждым, не тая, откроешь душу: вот кровь моя, вот плоть моя, извольте кушать! Вот это, братцы, красота, вот так поститься! И дни Великого поста летят как птицы! И я, понтифик Бенедикт с такой-то цифрой, вам объявляю свой вердикт: дружите с цифрой! Я убеждаю целый свет своим примером: несите веру в интернет! Несите веру! Там людям очень тяжело! Стучите в лички! Качай церковное файло! Твори странички!»

Примерно час таких речей устроил папа. И воск готических свечей слезами капал. Летела речь во все концы могучим басом. Здесь все католики-отцы собрались в рясах. И несся запах из темниц от свечек жженых. Не вынимали люди лиц из капюшонов. Лишь кое-где исподтишка в огромном зале крутили пальцем у виска, локтем толкали. И все крестились со стыдом, кривясь и щерясь. Шептали: ишь развел дурдом, вот это ересь! И в общем, чуяли раскол довольно четко. И, расходясь, глядели в пол. И мяли четки. Сказали: папа нездоров, как это жалко! И заказали свежих дров. И зажигалку.

17. Ода современной науке и ее политическим лидерам

Клавиатура лезет в руки и просит, требует сама воспеть величие науки и мощь российского ума! Творцы и гении! Мессии, взлетевшие над бытием! О вас, ученые России, сегодня оду мы поем! О наши мудрые кумиры, чья мысль выходит за предел! Кто двигает науку мира в часы, свободные от дел! Где нам добыть такие гранты, такой объем бюджетных сумм, чтоб наградить сполна таланты и острый гениальный ум?

Хоть раз взгляните в эти лица! Не люди, а ходячий клад! Куда там Брадиса таблицы и формула эм-це-квадрат! Вот лично мне не нужно денег, они для счастья не нужны: я счастлив тем, что современник великих гениев страны! Что я живу под тем же небом! Что, как они, дышу и ем! Что я питаюсь тем же хлебом, пусть без икры, но все же — тем! Завидуйте, деды и внуки! Не вам достались времена, когда вокруг цветут науки и золотятся имена!

Но самое, конечно, счастье, когда ты знаешь, что они все как один стоят у власти! А не сидят в глухих НИИ! Ученые — ведь эту касту от власти держат в стороне. Но нет! Сбылись мечты фантастов! Причем сбылись у нас в стране! Ученый мозг сломал заборы! И все барьеры перелез! Как Франклин Бенджамин, который в Америке попал в Конгресс! (При этом, мало что умея и зная физику слегка, пускал по большей части змея под грозовые облака.)

Но что нам Франклин, что нам Штаты? Их мозг на уровне кальсон! У нас помощник депутата, как ваш Эйнштейн и Эдисон и Томсон с Резерфордом в сумме! Мыслитель и интеллигент! У нас уборщицы в Госдуме — и те имеют свой патент! И парочку изобретений, таких как чай и пироги! А выше — там уж чистый гений! Сплошные голые мозги!

У всех в правительстве рутина. У нас же — творческий подъем! Вот Матвиенко Валентина сосули лазерным ружьем срезает прямиком с орбиты сквозь наноядерный прицел! И вот они лежат разбиты! А Петербург, напротив, цел! Для тех же целей текст закона подписан был минувшим днем: создать летающих драконов, и пусть сосули жгут огнем! Общественность гудит как улей, трещат по швам столбцы газет, но ясно всем, что у сосулей в России будущего нет.

Да мы еще не то умеем! У нас полно таких людей! Несчастный Франклин с детским змеем — сынок без мозга и идей! К примеру, обладатель метрик, медалей и похвальных слов великий гений Виктор Петрик и лаборант Борис Грызлов. Не верите — зайдите в «Гугль». Они придумали вдвоем, чтоб активированный уголь совать не в рот, а в водоем! Почти очистили планету! Все реки, горы и поля! Им помешало то, что нету в стране достаточно угля. Увы, знакомая проблема (и есть, и будет, и была): изобретем, начертим схему, а как внедрять — так нет бабла! Мы ради чистоты планеты подрежем пенсии сейчас. И отчеканим на монетах Грызлова с Петриком анфас.

Но выше всех, где дирижабли, где звезды алые Кремля, вознесся ум (отсюда и до абзаца «не зря мечтателем кремлевским старик Уэллс назвал его» вычеркнуть, Каганову высказать, если окажется пустое место в полосе — подверстать нейтральную картинку). Что, в общем-то, для нас не ново: на то ведь он и президент. А вот — открытия Лужкова, оформленные, как патент. Вы не поверите, ребята, какой для творчества простор! Он запатентовал лопату! И мост! И МКАД! И светофор! Зайдите в «Яндекс», кто не слышал! Ведь это мэр Москвы Лужков придумал все, и даже крышу для павильона Лужников! Усядьтесь попрочней на стуле, придвиньте ближе стул к столу: он изобрел пчелиный улей! А также, собственно, пчелу! Он разработал щи и кашу! Кастрюлю! Кепку! Виноград! Он всю Москву придумал нашу! И алфавит! И русский мат! А как-то раз, вдвоем с супругой проснувшись рано поутру, он изобрел мороз и вьюгу, а также летнюю жару. Лужков сказал: «Да будет слово!» — и запатентовал людей. Мы — сон, приснившийся Лужкову, великому творцу идей!

Дрожите, остальные страны! Бегите, словно волки в лес! Мы выучили слово «нано», и всю страну накрыл прогресс! Россия в ногу шла со всеми, потом пробилась в первый ряд, а нынче обогнала время, чтоб показать вам голый зад! Мы все сметаем, как тараном! У нас мозги — упасть не встать! Мы если что, напишем «нано» и шлепнем круглую печать! Мы круче всех, нам все едино! Во имя наших всех святынь! Наноотца, и наносына, и нанодуха, и аминь!

18. Ода блину

Топ новостей пуст как бланк дебила, сдающего ЕГЭ! Гламурный маразм прет как танк, кругом застой и УГэ! Ноль событий, сплошь скукота мозг из черепа выгнала! Курникова беременна от кота! Шарапова сиську вынула! Билан перед камерой снял трусы! Охлобыстин кадило пропил! Как труп, на жаре провисевший часы, воняют новости в топе! Рожи — одна другой толстей! Одинаковы, словно клоны, герои каналов и новостей — медиа-ВИП-клоуны! Недельным синяком уныло гниет желто-синими красками политика Украины со всеми ее пидарасами и пидарасками! Да и в России дрянь дела! Жжот беспредел милиции! Две головы одного орла делают вид оппозиции! Шар земной зарылся в тоску! Новости выглядят дико! Фирма Apple презентует доску — в стекло пальцами тыкать!

Обратно прыгни сквозь океан — Европа коптится в шизе: британский ученый освоил банан, а грант скормил шимпанзе. Еврососеди делят газ, на губах еще нефть не обсохла! Где же пастись тебе, Пегас, когда с новостями дохло?

Где взять тему для буйства стихий? Экран как задница голый! О чем поэту писать стихи? Кого пидарасить глаголом? Топчусь у топа как бомж у касс, как слоник в каюте Ноя. Онищенко, выдай дурацкий указ! Путин, скажи смешное! Запрети интернет — надоел уже, намозолил глаза и уши! Одна тоска в каментах ЖЖ! Одни «валентинки» в «лируше»! Кого втоптать сапогами в битум? Кому посвятить песенку? Да я Маяковским рубил бы ритм, нет места расправить лесенку!

Но хватит бесед о пустых именах, страницы газет оставь им! Мы сложим сегодня стих о блинах! Масленицу восславим! Блин — хорош с икрою и без! Жрать — сложнее, чем делать! Блин — Колобок, попавший под пресс ментовского беспредела! Гноби гламур! Гони совсем — в сто путешествий пеших! Блинами протест вырази всем! Пожарь! Со сметаной съешь их!

Блин — в доме любимый гость! Гармоничен как вилка в розетке! Блин — муки пшеничной горсть, взятой в долг у соседки! Рукоять сковородки сжимай, рука! Бди, глаз: спалишь его! Блин — это стакан молока (можно слегка прокисшего)! Блин щербат как мента лицо! Блин вкуснее, чем кажется! Соль! Сахар! Воду! Яйцо! Взбей миксером в кашицу!

Я сам не мастер рецептов еды, у бабки пропорции вымерял: стакан молока, стакан воды, и муки полтора выбери! Скажи «нет» блинной муке! Для блинов обычная лучше! Добавь яйцо! Раздави в руке, если хочешь выглядеть круче! Столовую сахара — это не тайна! Чайную соли — до крошки! Жмись, подсолнух, масла дай нам — полторы столовые ложки!

Огонь, днище сковороды грей! Тесто, готовься литься! Бей, миксер, бей его, бей! Как бьет ОМОН оппозицию! Плюй маслом, сковорода, как божья роса в очи!

Первый блин комом всегда, а жрется вкуснее прочих!

Гости расселись, кричат «ура», на лицах печать счастья! Дымись, дымись, блинов гора на зависть попсе и власти! Блину вилкой проткну центр, намотаю вокруг оси я! Счастья — на стольник, затрат — на цент! Кушай блины, Россия! Что нам дискурс, гламур, хентай, — чужие забудь слова ты! Мечи на стол икру, ментай!

Гоните варенье, кумкваты! Сметану мажь! Мед лей! Есть причина гордиться!

Русский блин всех прочих круглей процентов примерно на тридцать! Нам ли не знать толк в еде? От голода мы не пухнем! Таких блинов не найдешь нигде!

Только у нас по кухням!

Февраль лют? Чай нагрей! В глотку чашку вылей! В рот блин пихай скорей, как галстук — Саакашвили! Ату его, блин, куси, куси! Руками заталкивай смело!

Великая слава блинам Руси — лучшим по рейтингам «Гэллап»!

Напек блинов? Ешь сиди! Гармонию чуешь в стране ты? Стопка блинов лучше стопки CD с отборной попсой планеты! В стране бескрайних лесов и рек, в стране с навязчивой властью блин — круглый наш оберег от всяких бед и несчастий! И если случится какой-нибудь клин, беда, неприятность, досада — как заклинание крикнешь «блин!» — и все повернется как надо!

19. Ода Ада

Грамотно одет, без декадентства, мил и вежлив и немного горд, в крупное рекламное агентство постучал большой рогатый черт. Черт сказал: «Коллеги! Срочно надо обсудить проект. Вопрос цены — не принципиален: я из Ада (это департамент Сатаны). Я у Сатаны в отделе старший и пришел оформить договор… ой! У вас упала секретарша! Отнесите даму в коридор. Дама так визжит, что вянут уши, и несет какой-то глупый бред, мол, пришел купить я ваши души… Боже упаси! У вас их нет! Вы же все — работники пиара! Как же вам не стыдно? Что за чушь? Да и метод, кстати, слишком старый — розничная скупка чьих-то душ. Душ б/у и так хватает. Ими ж не растопишь печь, не вытрешь пыль. Нам куда важней построить имидж и создать корпоративный стиль.

В этом наша боль и наше горе: фирме лет — примерно тысяч семь. Но ее success and business story в прессе не пиарилась совсем. Сатана не выделял ни цента даже на простой рекламный щит. И прямые наши конкуренты нас залили грязью, fuckin shit. За эпохой двигалась эпоха, Сатана по-прежнему был скуп, и о нас заговорила плохо наша целевая target group. Будто наших абонентов базу мы на сковородке кипятим! Ложь! Такое было лишь три раза! Это был веселый building team! Мол, не выполняем договоры, мол, даем грабительский кредит, мол, клиенты наши только воры — негодяй, насильник и бандит… А клиенты наши — то, что надо! Не способны жульничать и красть! Это ж — вся российская эстрада! Это ж — вся политика и власть! Это — бизнес, и гламур, и мода! Олигархи! Принцы! Короли! В общем, все, чей уровень дохода выше, чем цена на „Жигули“.

Нас почти что выбросили за борт! Рейтинги опросов дали нам: меньше единиц набрал лишь Хаббард (и в отдельных случаях — ислам). И вчера на брифинге отдела, обсудив проблему всю как есть, Сатана решил рекламу делать. И теперь я перед вами здесь!

Цель проста: неявная реклама. А бюджет, признаться маловат. Мы пресс-тур организуем прямо в главный офис (не кричите „в Ад“ слишком громко — будет шум и ропот, а у нас и так хватает склок). Соберите блогеров из топа, чтоб писали всю поездку в блог! Пусть кричат налево и направо так, чтоб задымились провода! Блогеры поедут на халяву, как мы понимаем, хоть куда. Это будет прямо то, что надо! А бюджет поделим пополам. Блогеры! Бесплатный тур по Аду! Это ровно то, что нужно нам! Завтрак, полдник, и обед, и ужин, перелет, отель, кумыс, айран — все бесплатно! И для виз не нужен паспорт — ни российский, ни загран!

Как обычно возят их по странам, так и здесь — пускай ребята шлют фоточки тарелок крупным планом, чудеса национальных блюд, фрукты и цветы, вино и мясо, в блог — отчетик, на ютубу — клип, отзывы о встречах, мастер-классах наших местных — ваших бывших ВИП.

Первый тур — примерно дней на восемь или даже девять с небольшим. Ад хвалить, заметьте, мы не просим: просто кормим, поим и смешим. Что писать — пускай решают сами, как у них поднимется рука. Люди не меняются веками — это знаем мы наверняка. Обеспечить их в Аду вай-фаем — и отчетам просто нет цены: „Гитлер, пацаны, вполне вменяем — он пожал мне руку, пацаны!“

«Из морозов мы попали в лето! Поселили нас в отеле ВИП! Ролик: так целуются скелеты — тук-тук-тук, а после — скрип-скрип-скрип!"

«Нас вчера водили в зал прожарки, там плакат «Оставь надежду всяк!» Вау! Нам здесь выдали подарки: флэшка в виде черепа, ништяк!»

«Эту фотку не поднять ли в топ ли? Наш отель, кроватка у стены, тут стеклопакет такой, что вопли из цехов почти что не слышны…»

Вот такая акция. Готовы? Созывайте блогеров скорей! А ему в ответ: «Да что вы, что вы! Ну-ка прочь, нечистый из дверей! Блогеры — эпохи нашей слава! Ум, и честь, и совесть — все дела! Блогеры не падки на халяву и не разместят рекламу зла! Ни за деньги ваши, ни задаром! Не таков российский интернет! Да и мы, работники пиара, помогать тебе не станем, нет! Мы сейчас пожалуемся Богу! Уходи от нас проклятый черт!»

Черт ушел. Но с той поры по блогам нет — да и всплывет такой отчет…

20. Ленинский призыв

Одной из главных тем последних дней стало закрытие сайта torrents.ru. Пока журналисты доискивались до причин, а пользователи массово перебирались из зоны. ru в зону. org, в самом центре столицы произошло любопытное событие…

Метель носилась, по земле стегая. Крепчал мороз, холодный ветер дул. Стоял и мерз, глазами не моргая, почетный наш кремлевский караул. Гудел февраль, на снег ложились тени. И в этот неприметный зимний день от векового сна очнулся Ленин. И выглянул. И вдруг увидел тень. Он вылез, завернувшись в покрывало, откашлялся, залез на Мавзолей. Со стуком сотня челюстей упала гуляющих по площади людей.

На ледовом катке затихли танцы. На лицах у ментов застыл испуг. И мыльницы роняли иностранцы из иностранных задрожавших рук. Настала тишина. И было страшно. Да и немудрено: проспав века, сегодня Ленин выглядел неважно — без кепки, сонный и помят слегка.

Случившееся здесь казалось сюром. Но Ленин руку вытянул вперед, знакомым с детства ленинским прищуром оглядывая замерший народ. И начал так: «Г'абочие! Мат'госы! Ох'ганники палаток! Торгаши! Каспа'говцы! Да хоть единороссы! Домохозяйки! Дети и бомжи! За эту сотню лет прошла эпоха: был голод, перестройка, путч, война! Но мне проблемы ваши были плохо понятны. Без меня жила страна, но следуя неписанным мандатам. По ленинским заветам жил народ: то отнимая деньги у богатых (для бедных), то затем наоборот! От декабристов со времен царизма архиважнейшей темой в списке тем была и есть идея коммунизма: украсть у всех, а после выдать всем! И я глядел из каменного гроба и сотню лет никак не мог заснуть. Все думал: вот какой архиособый и архиважный у России путь! Отнять и поделить! Забрать и юзать! Заметить чье-то и назвать ничьим! Мы со времен Советского Союза родные эти навыки храним!

Но лишь сейчас в стране случилось горе! Такое горе, что нельзя молчать! Враги народа отключили Торрент! Нам нечего, това'гищи, качать!

В стране измена, говорю как Ленин! Свершилась настоящая беда! Нас всех хотят поставить на колени и в душу наплевать как никогда! Оно принадлежало нам по праву! Враги страны, народа, Октября пытаются забрать у нас халяву! Отнять духовность, проще говоря! Качать бесплатно — это же святое! А нас сбивают с верного пути гонители свободы брать чужое, приспешники неравенства в Сети! Отнять у всех, кто чем-то там владеет, и выложить открыто каждый бит — сама национальная идея из этого в России состоит! У нас в крови, товарищи, скажу я, свобода брать все то, что видит глаз! За это ненавидят нас буржуи! За это „Майкрософт“ не любит нас! За это нас не любят в Голливуде! За наш характер, твердый как печать! За то, что было (было, есть и будет!) у нас в стране чего и где скачать! Мы так качали, что земля дрожала! Мы шли на Торрент и искали там буржуйское кино и сериалы! Пакеты нужных взломанных программ! Качали mp3 на оба уха! Библиотеки сотен тысяч книг! Рабочую крестьянскую порнуху! И что теперь? Забыть все это? Фиг!

Вставайте дружно, села и станицы! Вставай с колен, родимый интернет! Мы будем жечь помещичьи страницы горячим флеймом пламенных бесед! Пускай в борьбе окрепнет наша слава! Мы не рабы! Мы не хотим молчать! Мы снова обретем святое право: качать все то, что хочется качать! Не станем мы сидеть как крысы в яме! Пускай дрожит буржуй, помещик, граф! Даю задачу: Торрент взять с боями! Как брали в Петрограде телеграф! Отдайте Торрент, злые оккупанты! Верните голодающим еду! А я… — тут Ленин глянул на куранты, — пожалуй что, посплю еще пойду».

Content

Каганов Леонид Александрович Оды на злобу дня. Часть 1

Леонид Каганов Оды на злобу дня. Часть 1

1. Острота момента. Выпуск 1

2. Открытое письмо кому надо от кого надо

3. Острота момента. Выпуск 2

4. Ода прощания с лампой накаливания

5. Острота момента. Выпуск 3

6. Острота момента. Выпуск 4

7. Сказочка про ноябрьские праздники

8. Конец света, часть I: ода календарю древних майя

9. Конец света. Часть II: сценарий катастрофы

10. Ода в защиту Куклачева

11. Ода космическому туризму

12. Ода козьему гриппу

13. Текст новогоднего обращения Санта-Клауса (полная двухчасовая режиссерская версия)

14. Навстречу новому календарю

15. Ода депрессии

16. Острота момента. Выпуск 5

17. Ода современной науке и ее политическим лидерам

18. Ода блину

19. Ода Ада

20. Ленинский призыв