Хизер Грэм

Идущий в ночи

Посвящаю моим друзьям из Вегаса: Дэну Фрэнку, Адаму Феннеру, Шелли Мартинсен и Дику Мартенсену. И с большой любовью Лэнсу Тауболду и Ричу Девину.

Пролог

Невада, 1876 год

Дым от дюжины сигар и сигарилл серым туманом нависал над головами завсегдатаев салуна. Джордж Тернер — человек, в чьих жилах смещалась кровь нескольких рас, — играл на пианино. Милли Тейлор — сопрано, зарабатывавшая себе на жизнь проституцией в этой забытой богом дыре, — пела о пташке в позолоченной клетке. Пыль пустыни, которой всегда был полон воздух, смешивалась с пахучим, едким дымом. Но огненно-красный шар солнца уже клонился к горизонту, что приносило некоторое облегчение игрокам, расположившимся за столом для покера.

У Джона Вульфа был флеш с тузом. Он сидел небрежно откинувшись на спинку стула. На столе лежала приличная сумма денег. Но его непринужденная манера держаться объяснялась не только умением сохранять спокойствие в такой ситуации.

Ему было наплевать на деньги, поставленные на кон. Он только что вернулся из путешествия, которое могло изменить жизнь всех, кто его окружал. Теперь оставалось только дождаться Мэрайю.

— Считай, что твои денежки у меня в кармане, полукровка, — заявил Марк Дэйвисон.

Джон даже глазом не моргнул. Он знал, что Дэйвисон пытается разозлить его своими колкими замечаниями. Не на того напал. Если чему-то Джон и научился, оказавшись между двумя мирами в этом песчаном карьере, где царило беззаконие, так это умению контролировать свои эмоции.

— Я удваиваю ставку, — продолжил Дэйвисон.

Дэйвисон был просто глупцом, который мечтал стать крутым бандитом.

Он приехал с востока с семейным капиталом и вздорным характером. И не важно, удавалось ли ему выиграть, или он спускал все подчистую, всегда оставлял барменам и девочкам чаевые. Впрочем, в этом не было ничего дурного. Однако он связался с Фрэнком Варни и его ребятами, а это не предвещало ничего хорошего.

— Два доллара, — повторил Дэйвисон.

На его щеках выступил румянец.

— Два доллара, — сказал Джон и небрежно пододвинул деньги к общей куче.

По лицу Дэйвисона он видел — тот ожидал, что его противник сбросит карты.

— Ребята, это же всего лишь дружеская партия в покер! — воскликнул Грант Перси — так называемый шериф города.

Он нерешительно заерзал на стуле и положил карты на стол. Пускай он и носил значок шерифа, но настоящим хозяином города был Фрэнк Варни.

Варни удалось завоевать себе положение, и он удерживал власть единственным доступным ему способом — с помощью устрашения. Выбор у людей был небольшой: либо ты подчиняешься ему, либо, когда в следующий раз отправляешься в пустыню с мулом и киркой, назад из этого путешествия возвращается лишь мул с киркой.

Но Джон Вульф знал, что в этот день все может измениться. Главное, чтобы поскорее пришла Мэрайя. И его не волновало, что будет дальше. Мэрайя была самым благородным и честным человеком изо всех, кого он встречал в своей жизни. Он собирался сообщить ей сведения, которые помогли бы убедить всех людей — не только индейцев из племени, но и жителей города, страдавших от жестокого правления Варни, — что они снова могут позволить себе достойную жизнь.

— Я пас, карты на стол, — сказал Ринго Мерфи — четвертый и последний участник игры.

Мерфи был темной лошадкой. Говорят, что когда-то он владел ранчо в Миссури. Он был еще совсем молод, когда его мир превратился в ад. Во время Гражданской войны он стал снайпером, но теперь война закончилась, и он мечтал о спокойной и обеспеченной жизни. Ринго был худощавым, но сильным мужчиной. Он отличался совершенно безрассудным и наплевательским отношением к жизни. Он был не из тех, кого легко сломать. Ринго откинулся на спинку стула, чтобы остальные игроки увидели его револьверы в кобуре, которые он носил под мышками. На дулах были выгравированы имена: Лола и Лили.

— Ну, давай же, Дэйвисон, — в нетерпении сказал Ринго. — Я хочу побыстрее вернуться к игре.

Дэйвисон был тощим и длинным как жердь мужчиной, мускулы ему заменяли пара кольтов, которые он носил в кобурах на бедрах.

Джон тоже был вооружен. Он всегда носил с собой револьверы. Тоже кольты. По шесть патронов в каждом, с двумя стволами, чтобы выпускать две пули одновременно. А еще у него было два ножа. Он привязывал их к лодыжкам. Это была отнюдь не блажь — в здешних местах иначе просто невозможно было выжить.

— Я принимаю ставку, — хриплым голосом проговорил Дэйвисон.

Джон положил карты на стол.

Двери в салун распахнулись. Солнце садилось, окрашивая небо в багровый цвет. На его фоне в дверном проеме возник силуэт.

Это был Фрэнк Варни. Джон знал, что он явится. Но не ожидал, что он придет так рано. Варни должен был покинуть свой «офис» на вершине холма лишь с наступлением ночи.

— Вульф! — сказал Варни, и это слово прозвучало как звериный рык.

Джон даже бровью не повел. Он выругался про себя, но внешне никак не отреагировал на вновь прибывшего. Джон собирался расставить все точки над «i», но кто-то предал его. Варни не должен был узнать о его возвращении. До тех пор, пока он не встретится с Мэрайей.

Сигарный дым в воздухе стал рассеиваться — большинство посетителей, словно подхваченные ветром сухие листья, поспешили к черному ходу.

Даже бармен исчез. Милли Тейлор проквакала последнюю ноту и замерла, когда ее аккомпаниатор бросился вверх по лестнице.

Один только Джон не обратил внимания на пришедшего.

Фрэнк Варни не любил, когда его игнорируют. Он пошел через зал. Варни привык к тому, что был здесь единственным представителем закона, и не заметил недовольного блеска в глазах Мерфи.

Дэйвисон нервно оглянулся, но вряд ли осознал, что происходит вокруг, однако инстинктивно опустил карты.

Джон выиграл.

— Мой флеш побил твой стрит, — объявил он и стал сгребать золотые доллары на столе.

— Вот и хорошо. Теперь мы можем продолжить игру, — пробормотал Ринго Мерфи.

— Игра окончена, — заявил Фрэнк Варни.

В этот момент в салуне появились четверо его подручных. Они держали руки на кобурах.

— Сдавайте, — сказал Джон Гранту Перси.

— Подождите, — проговорил Перси, нервно облизывая губы. — Кажется, мистер Варни хочет перекинуться с тобой парой слов, Джон Вульф.

Джон посмотрел на створчатые двери салуна — неожиданно поднявшийся ветер гнал куда-то перекати-поле. Он поднял глаза, но не на Варни, а на красное небо, которое стало теперь темно-алым, как кровь убитого человека. Краем глаза Джон заметил, где стоят люди Варни. Варни ударил кулаком по столу и навис над ним.

— Ты ведь нашел жилу, не так ли? Так вот, это моя земля. И мое золото!

Джон обернулся, взглянул на него и улыбнулся:

— Это земля племени паиутов, — спокойно ответил он. Джон взял карты и стал тасовать их. — Я съездил в Карсон-Сити и оформил от лица племени права на эти земли, которые принадлежали народу паиутов до того, как белые люди пришли сюда и отняли их. В Карсон-Сити тебя не боятся, Варни. И там верят в то, что называется законом. Так что эта земля принадлежит теперь паиутам, мой друг.

Ринго Мерфи фыркнул и перевел взгляд с одного мужчины на другого:

— Что за дьявол? Мы будем играть или нет?

— Заткнись! — рявкнул Варни. — У нас тут дела поважнее.

— Шел бы ты отсюда, с глаз моих долой, Варни, — спокойно проговорил Джон. — Я уже сказал тебе, что это мое золото.

Джон даже удивился, что Варни не помер на месте от апоплексического удара. Он выглядел так, словно был готов взорваться в любую минуту.

— Это мое золото, и ты скажешь мне, где оно находится, красный ублюдок!

— Кто-нибудь будет сдавать или нет? — спросил Мерфи. — Я хочу отыграть мои деньги.

— Мы скоро вернемся к игре, — заверил Джон Мерфи. Он снова обратился к Варни, — На самом деле я красный лишь наполовину. Моя мать была белой. Она работала в этом самом салуне, когда ее похитили. Но вскоре она поняла, что лучше жить с пленившим ее паиутом, чем быть белой барменшей.

— Барменшей? Скорее публичной девкой! — выпалил Варни.

Джон равнодушно посмотрел в глаза оппонента.

— Чем бы моя мать ни зарабатывала себе на жизнь, она была более достойным человеком, чем ты. Черт возьми, Варни, ты кровожадный мерзавец. И что бы она ни делала, в сравнении с тобой была просто ангелом.

Варни выхватил револьвер. Его люди последовали примеру босса. У Джона не оставалось выбора, поэтому он вскочил и опрокинул стол, использовав его как прикрытие, чтобы успеть вытащить оружие. Джон заметил, что Мерфи также достал револьверы. Теперь их шансы отчасти уравнялись.

Когда началась перестрелка и пули стали рикошетом отскакивать от стен, шериф и Дэйвисон бросились искать укрытие, а Милли Тейлор с визгом спряталась за пианино.

Для Джона Вульфа все происходило как будто в замедленном темпе, он успевал разглядеть каждую деталь.

Мерфи был отличным стрелком, быстрым как молния, и даже Джон не успевал уследить за ним. Когда шериф юркнул под ближайший стол, Мерфи занял боевую позицию, сжимая в обеих руках револьверы. Джон услышал глухой удар, первая пуля достигла цели. Затем последовал второй удар — Мерфи свалил двух подручных Варни и спас жизнь Джону.

Джон Вульф не остался в долгу и стал стрелять в двух оставшихся головорезов Варни.

Снова глухой звук удара, и кровь брызнула фонтаном, когда очередной приспешник Варни получил пулю в сердце. Мгновение спустя пуля пробила легкое другому нападавшему. Растекавшаяся по полу кровь была такого же цвета, как закат.

Четверо подручных Варни были перебиты, но Ринго Мерфи получил смертельную рану. Умирая, он последний раз посмотрел на Джона. «Прости, партнер», — сказал он и упал. Стол не уберег шерифа. Перси лежал, растянувшись под ним, с остекленевшими, мертвыми глазами. Не спас стол и тощего дурачка с востока. Дэйвисон лежал на шерифе, его яремная вена была пробита, а вытекавшая из раны кровь превратилась в глубокую темную реку, смешавшись с грязью на полу.

Милли Тейлор уцелела. Она сидела прижавшись к пианино и тихо всхлипывала. Стена над ней была изрешечена пулями. Варни был ранен в правую руку, но все еще держался на ногах.

Теперь их осталось только двое.

Они стояли посреди этой кровавой бойни и смотрели друг на друга.

— Везучий же ты, сукин сын, — проговорил Варни. — Твой дружок свалил Райли и Остина. Если бы не он, ты уже был бы трупом. Тебе не удалось бы пристрелить всех четверых.

— Важно не то, что могло быть, главное, что случилось, — тихо сказал Джон.

Губы Варни медленно расплылись в улыбке.

— Ты знаешь, что я все равно убью тебя. Я только не понимаю, почему ты так упрямишься? Отдай мне золото, и я сохраню тебе жизнь. Или ты сейчас опять будешь нести бред о своих предках? Ты говоришь, что теперь это твоя земля. Что это? Никчемный героизм или банальная жадность?

Джон пожал плечами:

— Никчемный героизм? Люди моего отца первыми пришли на эти земли, и они нужны им. Они готовы делиться. А ты имеешь больше, чем любому человеку нужно, чтобы спокойно прожить до конца своих дней. К тому же, знаешь ли, ходят слухи, что и в твоих жилах течет кровь индейцев.

— Еще чего!

— Слава богу. Индейцам не нужны такие, как ты.

Варни умел держать свои чувства в узде. От ярости у него перехватило горло, но он лишь усмехнулся.

— А что насчет твоей белой половинки, мальчишка?

Джон медленно поднял брови. Мальчишка?

— Что ж, папаня, моя мать умерла. И я не знаю, были у нее родственники или нет. Но речь идет не о красных или белых. Все дело в алчности. Твоей алчности. Со времен войны с паиутами ты причинил всем слишком много горя. Похищал из деревень женщин, а затем выбрасывал их, как ненужный мусор. Когда же их мужья, братья и отцы приходили к тебе, ты расстреливал или вешал их. Сколько я тебя помню, тебе нужно было только золото. Золото паиутов. Но тебе не получить его. Эта земля — и все золото на ней — принадлежит племени.

Глаза Варни наполнились яростью, но он продолжал сохранять дистанцию. Джон предположил, что, возможно, у Варни кончились патроны. Трудно сосчитать выстрелы, когда одновременно палят с полдюжины револьверов, однако, если у Варни был его старый армейский кольт, который он всегда носил с собой, скорее всего, предположения Джона были верны.

Тем временем Варни холодно улыбнулся:

— У меня есть нечто, что ты желаешь получить так же сильно, как я золото.

Джон не мог допустить, чтобы даже тень тревоги исказила его лицо. Он ждал. Что еще Варни был способен предъявить ему? Все получилось не так, как он ожидал, но теперь они с Варни остались вдвоем. Он мог погибнуть, но в таком случае заберет Варни с собой.

— Неужели ты думал, я так быстро разыграю все свои карты? — спросил Варни. Он не сводил с Джона взгляда. — Тобиас! Иди сюда!

Тобиас был крупным, пышущим здоровьем мужчиной, напоминавшим откормленного быка. Он появился в дверях, у него были спутанные светлые волосы, холщовые штаны на подтяжках. И весьма суровый вид.

Но не Тобиас заставил Джона замереть на месте. Его сердце бешено заколотилось, когда Джон увидел, что тот тащил за собой пленницу.

Это была Мэрайя.

На ней была одежда из оленьих шкур и мокасины, а ее волосы заплетены в косы, как и подобает девушкам племени паиутов. Но глаза у Мэрайи были большими и голубыми, как ясное полуденное небо, а ее кожа — белой, словно фарфор. Она была одним из тех редких существ, которые везде и во всем умели находить радость и гармонию. Мэрайя любила своих приемных родителей индейцев так же сильно, как и белого отца, после смерти которого ее взяли к себе люди из племени паиутов. Она была воплощением разума и мира. Вероятно, Варни схватил ее в тот момент, когда она шла на встречу с Джоном.

— Я убью ее, — равнодушно сказал Варни. В его голосе не было никаких эмоций. — Сначала я хотел развлечься с ней, но она такая тихая маленькая мышка, что меня это совсем не забавляет. Хотя кто знает? Может, я и попробую. Я, знаешь ли, люблю диких, необузданных женщин, вроде Милли, но ради золотой жилы готов стерпеть что угодно. И потом, нет ничего приятнее, чем выбить противнику коленную чашечку. Это очень больно, и я уверен, что ты сразу заговоришь.

Сначала Джон подумал, что он сделает все, что угодно, лишь бы спасти жизнь Мэрайи. Он отдал бы все золото вселенной, пожертвовал бы целым миром, лишь бы увидеть ее свободной. Он должен опустить оружие и рассказать Варни все, что тот требует.

Но это не помогло бы. Как только Варни получит золото, он все равно убьет их обоих, возможно, сначала помучает. И не важно, что бы он сейчас ни говорил.

— Итак? — не отступал Варни.

«Удивительно, — подумал Джон, — ведь Варни даже не представляет, где находится золото».

— Ничего не говори ему! — крикнула Мэрайя, пытаясь вырваться из лап державшего ее подручного Варни.

Ее глаза блестели от ярости и гнева, но это лишь рассмешило и раззадорило Варни.

— Возможно, эта леди не такая скучная, как кажется на первый взгляд, — заметил он.

Джон мгновенно взвесил все возможные варианты действия. Их было мало. Помощи ждать неоткуда. Ринго Мерфи лежал на земле мертвым, он был единственным глупцом, который согласился ему помогать.

Джон задал себе вопрос: справится ли он? Он мог пристрелить Варни, но удастся ли ему одновременно спасти и Мэрайю? Возможно. А если он попытается договориться, если замешкается, если Варни вытащит оружие первым...

Ни помощи, ни надежды.

Он поднял револьвер.

Джон тут же выстрелил из обоих револьверов. Одна пуля в Тобиаса, другая — в Варни.

Но Варни тоже не мешкал.

Пули Джона достигли своих целей. Но Варни подстрелил Джона в грудь. Удивительно, Джон даже не почувствовал боли. Легкий толчок, когда пуля попала в него, а затем... холод.

Ледяной холод.

Говорят, что смерть от подобного ранения наступает мгновенно.

Но это было не так. Джон оставался в сознании, пока умирал.

Он увидел лицо Мэрайи, ее губы, искривленные в немом крике, затем упал. Он пытался сказать ей все, что должен был сообщить, но не знал, двигались ли его тубы, смог ли он издать хотя бы один звук. Он не был уверен, что это имело какое-то значение.

Теперь она была свободна. Она могла жить. Джон снова попытался сказать ей то, что хотел, но не видел, понимает ли она его.

Смерть замкнула в горле его последние слова, она пришла с яркой вспышкой белого света, а затем наступила тьма. Больше он уже ничего не ощущал, даже висевшей в воздухе пыли, которая оседала и смешивалась с его кровью, пока его жизнь медленно угасала.

Глава 1

Напряжение за игорным столом нарастало — на поле были разбросаны разноцветные фишки достоинством в тысячи долларов.

Это был Лас-Вегас. Люди здесь, подобно метеорам, могли подняться на самый верх, а затем так же быстро рухнуть на дно.

Джесси Спархоук испытывала огромное напряжение — все взгляды игроков были устремлены на нее.

Некоторые из них играли на большие деньги.

Другие — идиоты вроде нее — пытались поймать редкий, отчаянный, смехотворный шанс обыграть судьбу. Бросить вызов богам Вегаса, которые считали, что в выигрыше всегда остается казино.

О да, она была идиоткой. Зачем, о господи, она положила на этот игорный стол свои последние сбережения? Она работала в Вегасе и выросла здесь. Она знала стольких людей, которые проиграли все, что имели. Она видела множество нищих, убогих, алкоголиков, наркоманов, все они пытались сорвать большой куш, просчитать выигрышное число.

— Десятка, малышка, пусть выпадет десятка! — крикнул мужчина с другого конца стола. Он не был из числа неудачников. Этот человек регулярно посещал казино. Джесси не раз встречала его в «Новом Орлеане», у него был сильный южный акцент, и он гнусавил, как многие техасцы. Его звали Кут Калхаун. Разумеется, не исключено, что Кут не настоящее его имя. Но именно так он представился. Хороший человек. Он был наследником одного из самых больших нефтяных месторождений в Техасе. Он нравился ей. У Кута была жена Минни — хотя Джесси опять же сомневалась, что это ее настоящее имя, — которую он искренне любил. Кут платил хорошие чаевые, потому что был щедрым, а не потому, что рассчитывал на особое к себе отношение.

— Я постараюсь, Кут, я постараюсь, — уверяла его Джесси, молясь, чтобы выпала десятка. Но не ради Кута, а ради Тимоти.

Она пришла играть в «Солнце Вегаса», поскольку ей не разрешили бы играть в казино, где она работала. Прежде она не особенно переживала по этому поводу, ведь она не была игроком. «Солнце» принадлежало миллиардеру, который уже много лет работал в игорном бизнесе. Ее «Новым Орлеаном» владел Эмил Лэндон. Разумеется, он был богатым человеком, очень богатым, но новичком в этом деле. Джесси не была игроком, но хорошо знала правила игры. Она работала крупье, официанткой, администратором, барменшей, певицей, танцовщицей и некоторое время даже выступала с акробатическими номерами. Она знала Лас-Вегас вдоль и поперек, вширь и вглубь и давно, очень давно усвоила, что не стоит играть. Потому что казино всегда выигрывает.

— Детка, милая детка, только бы у тебя получилось! Пусть выпадет десятка! — крикнул другой мужчина.

Он был молод. И пьян. Возможно, он положил на стол слишком большую сумму, и в его крови было слишком много алкоголя.

Джесси понимала, что взгляды многих людей были обращены к ней. Сначала это было забавно, но теперь она почувствовала напряжение. Даже Даррелл Фрай — один из распорядителей «Солнца» — смотрел на нее оценивающим взглядом, словно боялся, что ее бросок может нарушить равновесие в игре.

— Десять, десять, десять, — лихорадочно повторяла сидевшая рядом женщина.

Она выглядела худой и изможденной, а ее платье было модным лет двадцать тому назад. Вероятно, в те времена она была еще хороша собой. Теперь черты ее лица несли на себе тяжелый отпечаток времени, но она улыбнулась Джесси. И Джесси улыбнулась ей в ответ.

— Ну, давай же, — сказал кто-то еще, — просто бросай.

Так она и сделала. К ее ужасу, кости упали на пол.

— Все в порядке, это же игра, — послышался низкий, приятный мужской голос.

Джесси подняла голову. Мужчина, сказавший это, стоил неподалеку от нее. Она еще раньше обратила на него внимание. Он был из тех людей, кого трудно не заметить. Его нельзя было назвать красавцем в привычном значении этого слова, и он точно не был смазливым мальчиком. Но этот мужчина обращал на себя внимание. Высокий и широкоплечий, он в одно и то же время умудрялся выглядеть непосредственно и элегантно и держался с большим достоинством.

Джесси улыбнулась ему. Он не был пьян; с того момента, как она заметила его за столом, он все время потягивал один и тот же коктейль. Джесси была высокой девушкой, к тому же обута в туфли на шпильках, но все равно он был на несколько дюймов выше ее. Его глаза были такими темными, что даже несправедливо было бы назвать их карими. Черные как смоль волосы и резко очерченные скулы заставили ее подумать, что среди его предков, причем не таких уж и далеких, были коренные американцы. Он прекрасно смотрелся в белой в тонкую полоску рубашке с открытым воротом, великолепно скроенном пиджаке и черных джинсах. Он не рисковал большими деньгами, но играл так, словно знал об игре больше остальных. С тех пор как Джесси заметила его, он все время играл одними и теми же фишками. И казалось, что он следил не только за кубиками.

Незнакомец поднял стакан и посмотрел поверх него на крупье, который раскладывал фишки достоинством в двести долларов.

— Ставлю на десятку за себя и за бросающего, — сказал он.

— Вам не нужно… — начала было Джесси.

— Джесси, милая, бросай уже, — взмолился Кут, затем повернулся к крупье и сам взял еще две фишки. — Ставлю деньги на эту юную леди. На десятку для меня и для нее, пожалуйста.

Фишки легли на стол.

Еще несколько человек поставили свои фишки на десятку, многие из них были поставлены за нее. И она почувствовала, что лицо ее заливается краской.

— Спасибо, — пробормотала она, глядя на человека, который не сводил с нее глаз. Теперь напряжение было доведено до предела. Так называемая десятка хорошо оплачивалась.

Но если она проиграет, все эти деньги пропадут. Ее мужественный благотворитель сказал:

— Не волнуйтесь. Точно выпадет десятка. А даже если и нет, все будет хорошо. Я никогда не ставлю больше, чем могу позволить себе проиграть.

Жаль, что Джесси не могла сказать то же самое. Но в тот момент она была в отчаянии. Если она не вернется с деньгами, то не сможет оплатить пребывание Тимоти в доме престарелых. Она живо представила себе лицо мистера Хоскинса и как он спокойно говорит ей: «Мне жаль, мисс Спархоук, но мы не можем ничего поделать. Я и так был очень терпелив. Но если я не получу эти три тысячи долларов к завтрашнему утру, вам придется подыскивать ему другое жилье».

Она ненавидела Хоскинса. Этого недоумка с тонкими губами и длинным носом. Он был всего лишь управляющим в доме престарелых Хорторна, ему не приходилось проводить время с Тимом. А Тим любил санитара Джимми Бритина и медсестру Лиз Фриз. И еще доктора Джо — чудесного человека, который работал в доме престарелых и делал пожертвования для местных приютов.

Десятка. Если у нее выпадет десятка, если выпадут две пятерки одновременно, то она не только вернет деньги, которые поставила, но и... выиграет в десять раз больше!

Этого будет вполне достаточно, чтобы Тимоти оставался там, где он сейчас находится.

Она сглотнула и метнула кости.

— Десять! Десять! — стали повторять все вокруг.

Джесси никогда не видела, чтобы кости так долго катились по столу. Четыре и три... и собравшиеся вокруг стола дружно застонали, потому что семерка означала ее проигрыш. Но кости продолжали катиться...

Пять и три.

Пять и два.

Пять и...

Пять. Ровно десять.

Всеобщие вопли оглушили ее. Люди хлопали в ладоши и поздравляли друг друга. Джесси не знала, кто вдруг подхватил ее и закружил в воздухе, но она даже не пыталась сопротивляться. Не возражала она и против объятий, дружеских похлопываний по спине или даже воодушевленного поцелуя в щеку, которым наградил ее Кут. Она была просто потрясена случившимся.

Темноволосый незнакомец был единственным, кто не обнял ее и не поддался всеобщему безумию. Он просто смотрел на нее, вид у него был довольный, но в то же время мрачный.

Джесси не могла поверить, что выиграла столько фишек.

— Я хочу их обналичить, — сказала она крупье.

Он бросил на нее подозрительный взгляд.

— Вы все еще бросаете кости, — напомнил он ей. — Если вы уйдете, эти люди порвут меня на клочки. Вы должны бросать, пока не ошибетесь.

Джесси оглянулась, ища глазами темноволосого незнакомца.

Разумеется, он ушел. Ему не нужно было бросать кости. Джесси вдруг почувствовала, что ей недостает его. У нее возникло ощущение, что после его ухода произойдет что-то нехорошее. Чутье не подвело Джесси. Вскоре она проиграла. И все же, когда собирала фишки, которые стоили гораздо больше необходимых ей трех тысяч долларов, все обращались с ней так, словно она была знаменитостью. Она поблагодарила остальных игроков и повернулась с намерением как можно быстрее уйти отсюда.

И в этот момент столкнулась с крупным мужчиной.

Он был огромный. Настоящий гигант. Лысый и могучий как скала. Его светло-карие глаза были налиты кровью.

— Эй! — возмущенно крикнул Кут.

Но окрик не остановил мужчину, он так сильно толкнул Джесси, что она отлетела прямо на стол, и незнакомец устремился на нее.

Мужчина прижал Джесси к столу, она попыталась столкнуть его с себя, но не смогла. Она стала звать на помощь, но ее слова заглушил чей-то пронзительный истеричный крик.

Джесси снова предприняла попытку выбраться из-под мужчины и почувствовала, что на нее капает кровь.

Он обмяк как мертвец...

Он смотрел на нее застывшим взглядом, затем его губы зашевелились.

Он произнес одно-единственное слово:

— Индиго.

Его губы замерли, а глаза на короткое мгновение вспыхнули странным светом.

Джесси изогнулась, заметила торчавший из его спины нож, увидела кровь и сама закричала от ужаса.

Диллон Вульф услышал крик вскоре после того, как вошел в зал, где игра шла на высокие ставки. Он повернулся и помчался назад, оказавшись у стола для игры в кости в тот же момент, когда там появилась охрана казино Диллон увидел рыжеволосую красавицу, на которую еще прежде обратил внимание, пытавшуюся выбраться из-под лежащего на ней громилы. Затем он перевел взгляд на лицо мужчины.

Проклятье! Это был Таннер Грин.

Почти всю ночь Диллон следил за людьми, входившими и выходившими из казино, пытался вычислить постоянных посетителей нового игорного дома и меньше всего ожидал увидеть здесь мертвого Грина. Это же настоящий профессионал. Точнее, был им. В свое время он был наемником. Такого человека трудно было застать врасплох. И чтобы он погиб вот так, от ножа в спину? Это стало для Диллона настоящей неожиданностью.

Разумеется, полиция захочет, чтобы все оставалось на месте, но это не помешало Диллону броситься на выручку рыжеволосой девушке и помочь ей побыстрее выбраться из-под трупа.

— Стойте! — сказал один из охранников, выступив вперед, но Диллон проигнорировал его замечание.

— Спасибо, — прошептала рыжеволосая, когда наконец вылезла из-под тела и снова встала на ноги. На мгновение их взгляды встретились. У нее были огромные, темно-синие, как безоблачное небо, глаза. Диллон обратил на них внимание еще несколько минут назад, когда она бросала кости. Теперь он почувствовал приятный запах ее духов и заметил, что его присутствие действовало на нее успокаивающе.

Убедившись, что она может стоять на ногах, он достал удостоверение и протянул его охраннику.

— Диллон Вульф, частный детектив, — сказал он. — Вы уже вызвали полицию?

— Мы позвонили в службу спасения, они будут с минуты на минуту, — ответил охранник.

Двое сопровождавших его сотрудников казино стали оттеснять людей от стола, еще двое направились к бару и к дверям.

— О боже! Я должна уйти отсюда! Выпустите меня! — истеричным голосом кричала какая-то женщина.

— Успокойтесь, — сказал Диллон низким и властным голосом.

Он давно усвоил, что в критической ситуации люди не подчиняются, если говорить высоким голосом, хуже того, у них начинается истерика.

Рыжеволосая молчала, но Диллон заметил, что ее колотит дрожь. Нечто во взгляде этой девушки говорило ему, что она прекрасно понимала свое положение — ей придется провести еще немало времени на месте преступления. Она выглядела потрясающе, просто сногсшибательно, к тому же была в ней какая-то загадка. Конечно, в Лас-Вегасе хватало красивых женщин: танцовщиц, актрис, официанток, певиц, — но она была не похожа ни на одну из них, в ней было нечто особенное.

Когда Диллон впервые увидел эту девушку, ее глаза! были наполнены ужасом. Нет, она не боялась утратить мечты, и уж точно ее не пугала потеря... денег. Казалось, что она страшится потерять нечто более ценное. Как будто, бросая кости, она была готова расстаться со своей душой.

Диллон заставил себя встряхнуться. В конце концов, ему нужно было думать сейчас о более важных вещах. На игорном столе лежал не просто убитый человек, этим мертвецом был Таннер Грин.

В зал вошел еще один человек. Это был высокий, уверенный в себе мужчина. Джерри Чивер работал в отделе по расследованию убийств полиции Лас-Вегаса. Диллон знал, что Чивер недолюбливает его, но тот был хорошо осведомлен о сложившейся ситуации. Он мог сколько угодно презирать Диллона, но начальство информировало Чивера о том, что Диллону была предоставлена полная свобода действий. Чивера устраивали его положение и зарплата, и он был вынужден подчиниться. К тому же ему нравилось приписывать себе успешно раскрытые преступления. Чивер прекрасно знал, что у Диллона талант сыщика, и намеревался извлечь из этого собственную выгоду.

Тем более что сам он не отличался блестящим умом.

— Никому не двигаться! — прокричал он. — Я повторяю, никому!

Чивер заметил струйку крови, стекавшую по зеленому войлоку стола и испачкавшую разноцветные фишки.

— Вульф, — коротко сказал он, заметив Диллона. Он уставился на рыжеволосую девушку и спросил: — Что случилось?

— Меня здесь не было. Я прибежал, когда услышал крики, — объяснил Диллон.

Джерри Чивер повернулся к рыжеволосой.

— Что произошло? — быстро и настойчиво спросил он.

— Я собиралась уходить. Потом ко мне подошел этот мужчина и... упал на меня, — сказала она.

— Вы знали его? — спросил Чивер.

— Никогда не видела, — ответила она.

— Вы уверены? — продолжал допрос Чивер.

— Абсолютно, — решительно сказала Джесси.

Она все еще немного дрожала. «Ничего удивительного, — подумал Диллон, — ведь на ней до сих пор кровь убитого».

— Вы не ранены? — спросил он тихо.

Она покачала головой.

Чивер посмотрел на труп.

— Господи, это же Таннер Грин! — Он снова взглянул ин Диллона: — Вы ведь вместе работали на...

— Да, — резко ответил Диллон.

— Вы были вместе?

— Нет.

— Лейтенант Чивер, приехал судмедэксперт, — объявил только что вошедший в комнату полицейский.

— Пропустите его сюда. Никто не должен покидать помещение. Вы слышите? — спросил Чивер.

В толпе послышался недовольный ропот, но Чивер не обратил на это внимания.

— Выдавайте выигрыш, закрывайте столы, — приказал он крупье, затем повернулся к полицейским: — Я хочу, чтобы у дверей поставили людей. Не выпускайте никого, предварительно не проверив удостоверение личности и не выяснив адрес проживания. Но сначала я должен всех допросить. Вам ясно?

В толпе снова послышались возгласы протеста, но никто не двинулся с места. Даже сотрудники казино.

— Выплачивайте выигрыш. Быстро. Я хочу, чтобы закрыли столы. Я хочу навести здесь порядок! — заявил Чивер.

Наконец дело сдвинулось с мертвой точки. Судмедэксперт — это был Дуг Тарлтон, которого Диллон считал порядочным человеком и хорошим специалистом в своей области, — провел рукой в перчатке по лицу покойного, закрывая его глаза.

— Боже! — сказал Тарлтон с ужасом. — Это Таннер Грин.

— Да, — коротко ответил Диллон.

Чивер обратился к рыжеволосой девушке:

— А вы?..

— Джесси Спархоук, — быстро ответила она.

— А теперь скажите точно, что случилось? — спросил он.

Джесси приподняла брови, но ответила спокойным голосом:

— Я собиралась уходить. Не знаю, откуда появился этот человек. Он упал на меня и опрокинул на этот стол. Он упал на меня и лежал на мне, пока он... — девушка указала на Диллона, — пока он меня не вытащил. Это все, что мне известно.

— Значит, вы не знаете его?

— Нет, — твердо сказала она.

Офицеры Чивера проявили расторопность и быстро рассредоточились по залу.

Диллон знал, что у дверей уже дежурили полицейские, а еще несколько офицеров полиции собирались приступить к допросу сотен людей, находившихся в казино. Вокруг стола натянули оградительную ленту.

Внезапно Чивер снова посмотрел на Джесси Спархоук.

— Вы ведь знаете, что камеры наблюдения фиксируют все, что здесь происходит?

— Я уже рассказала вам обо всем, что случилось, — сказала она, а затем добавила; — И не имею к этому никакого отношения.

— Лейтенант Чивер, — сказал Диллон, выходя вперед. — Мисс Спархоук — пострадавшая. Думаю, сейчас она неважно себя чувствует.

— Как и этот человек, — раздраженно сказал Чивер, указывая на Таннера Грина.

— Нет, — ответил доктор Тарлтон. — Этот человек уже ничего не чувствует. Он мертв. Его ударили ножом в спину. У орудия убийства была короткая рукоятка.

— Вы уверены насчет орудия? — спросил Чивер.

Тарлтон откашлялся и с недовольным видом посмотрел на детектива. Он не любил Чивера.

— Да, я уверен. Нож все еще торчит из его спины.

— А разве в том месте, где его ударили ножом, не должно было остаться кровавое пятно? — нахмурился Чивер.

— Там могло быть всего лишь несколько капель. Нож сыграл роль пробки, — принялся терпеливо объяснять Дуг. — Когда Таннер падал, нож немного сдвинулся, и хлынула кровь. Она и перепачкала мисс Спархоук.

— Пригласите криминалистов, нужно как можно быстрее снять отпечатки пальцев, — раздраженно заявил Чивер. Диллон видел, что он испытывал смущение из-за своей недогадливости. — Выведите всех отсюда и освободите участок от двери до стола для работы криминалиста. — Он с подозрением глянул на Диллона: — Ты тоже, Вульф. Пусть криминалисты спокойно поработают здесь, да и Тарлтон должен закончить со своими делами.

Диллон не мог оторваться от Джесси Спархоук. Она не противилась, когда тот повел ее прочь. Он сообщил свое имя и адрес, продемонстрировал удостоверение личности одному из офицеров и подождал, пока Джесси сделает то же самое. Он отметил, что девушка жила в Хендерсоне не пригороде Лас-Вегаса, а род ее занятий — артистка эстрады. Она работала в только что открывшемся казино «Новый Орлеан». Когда полицейские стали допрашивать Джесси, она спокойно отвечала на вопросы, однако ее до сих пор била мелкая дрожь.

Но в этом не было ничего удивительного — на ней все еще оставалась кровь убитого человека.

— Послушайте, сколько вы собираетесь нас здесь продержать? — сердито выкрикнул напыщенного вида мужчина в клетчатом пиджаке.

— Пока лейтенант не сочтет нужным вас отпустить, — ответил один из полицейских.

Джесси Спархоук посмотрела на часы и прикусила нижнюю губу.

— Вы опаздываете на работу? — спросил ее Вульф.

Она покачала головой.

— Это... это все Тимоти... я не ожидала, что оставлю его так надолго, — пробормотала она.

— Ваш... сын? — спросил он.

Джесси вполне могла иметь сына лет десяти, но она не была похожа на женщину, которая оставит ребенка одного на всю ночь, чтобы спокойно играть и веселиться.

Джесси покачала головой:

— Тимоти — мой дедушка.

— Понятно. Подождите минуту.

Он пошел через зал к тому месту, где грозный лейтенант Чивер допрашивал двух игроков, которые находились у входа в тот момент, когда в казино вошел Грин.

— Прошу прощения, лейтенант, — очень вежливо прервал их Диллон.

Чивер смерил его недовольным взглядом, но сдержал негодование.

— Что еще?

— Женщина, на которую упал убитый. Джесси Спархоук. Она в ужасном состоянии. Ты бы сжалился над ней, — сказал Диллон, как будто между ними никогда не было вражды. — Отпусти ее домой, а потом мы здесь со всем разберемся.

Чивер нахмурился и указал пальцем на Диллона.

— Мне нужно поговорить с тобой.

— Как тебе угодно. Но пусть она едет домой. Я смотрю, ты отпускаешь людей после того, как их допросили.

На мгновение Чивер смягчился. Он растерянно покачал головой.

— Я пытаюсь предотвратить панику, чтобы убийца не проскользнул у меня между пальцев, — сказал он.

— Насколько я понимаю, Грин вошел в казино, пробрался через толпу и, умирая, упал прямо на мисс Спархоук, — сказал Диллон. — Не исключено, что его ударили ножом еще за пределами казино. Даже увлеченные игроки могли бы заметить, как человек с большим ножом крадется за своей жертвой.

Ты мне вот что лучше скажи. Он ведь был телохранителем Эмила Лэндона? Так же, как и ты?

— Я не телохранитель. Лэндон подозревает, что кто-то собирается его убить. Я должен был выяснить, кто именно. Я просто взялся вести это дело, даже не был другом Таннера Грина. Да, мы были знакомы, но не более того.

— А ты где был, черт возьми? Разве не за столом?

— Я играл в кости, а затем пошел в другой зал, где принимали крупные ставки, — объяснил Диллон, показывая налево.

— Правда? — сказал Чивер, прищурившись.

Взглядом и интонацией он явно спрашивал: «А что это ты делал в зале для высоких ставок?»

— Хотел посмотреть на крупных игроков Лас-Вегаса, — объяснил Диллон. — Я уже говорил, что совсем недавно принял предложение Эмила Лэндона. На самом деле это случилось сегодня утром. К тому же я находился далеко от входа. А Грина ударили ножом еще на улице. Бьюсь об заклад, что криминалисты найдут капли его крови именно там.

Чивер понимал, что Диллон был прав.

— Та девушка точно не убивала его, — спокойно продолжил Диллон. — Она должна заботиться о своем пожилом дедушке. И сейчас ей нужно домой.

— Лейтенант, — сказал полицейский, быстро пробираясь к Чиверу через толпу. — Видео с камер наблюдений готово.

Чивер пошел прочь.

— Так как с девушкой, лейтенант? — окликнул его Диллон.

— Ладно, отвези ее домой. Но знаешь, я хочу, чтобы завтра ровно к восьми утра ты был у меня в офисе.

— Я приеду, — заверил его Диллон. — Эмил Лэндон наверняка захочет узнать все, что мы сможем выяснить по этому делу.

— Он узнает... когда у меня будет чем с ним поделиться.

— И он поручит мне посмотреть эти записи.

— Я не люблю повторять, Вульф, поэтому слушай внимательно. Я знаю, у тебя есть знакомые, которые вхожи в кабинет губернатора, будь он неладен. Но тебе придется подождать, пока я сам не увижу записи. Так что завтра утром, ровно в восемь.

— Конечно, — сказал Диллон и отвернулся.

Полицейские стали отпускать людей. Диллон подумал, что часть гостей отправятся в другие казино, раздраженные тем, что убийство испортило им вечер. Многие посетители жили в отеле при казино «Солнце», и некоторые из них, потрясенные случившимся, возможно, вернутся в свои номера.

Таннер Грин не был ангелом. Его хорошо знали в Лас-Вегасе. У него была судимость. К тому же, какие бы действий сейчас ни предпринял Чивер, убийца давно уже скрылся. Даже сам Чивер знал об этом. Он лишь прикрывал свою задницу.

Неожиданно Чивер снова окликнул его.

— Вульф!

Диллон остановился и подождал.

— Не забудь. В восемь утра.

Диллон с трудом сдержал смех. Чивер любил, чтобы последнее слово оставалось за ним. Это давало ему ощущение контроля над ситуацией.

Диллон снова повернулся и пошел вдоль закрытых игорных столов. Доктор Тарлтон все еще стоял над телом с другим судмедэкспертом, они искали трассологические улики. Диллон на мгновение остановился и замер.

Он пытался почувствовать эту комнату.

Но так ничего и не понял. Постояв еще немного, Диллон направился к ожидавшей его Джесси. Он снова достал спою лицензию частного детектива на случай, если сдерживающий толпу полицейский не узнает его.

— Мисс Спархоук может идти домой, — тихо сказал он полисмену, который преграждал им дорогу, сложив руки на груди.

Тот кивнул, узнав Диллона, и лишь мельком взглянул на его удостоверение.

Диллон взял Джесси за руку и повел к двери. Она не протестовала, напротив, быстро следовала за ним.

Когда они вышли из казино, около которого полицейских машин было больше, чем муравьев в муравейнике, Джесси облегченно вздохнула.

— Спасибо. Большое спасибо. Вы — частный детектив? Что ж, я рада, что тот лейтенант ваш друг.

— На самом деле никакие мы не друзья, — пробормотал Диллон.

Они шли, пока не добрались до бульвара Лас-Вегас, где на тротуаре собралась толпа людей, следивших за происходящим и что-то бурно обсуждавших.

Диллона совсем не удивило, когда у него зазвонил мобильный телефон. Странно было то, что этого не случилось раньше.

— Извините, — сказал он Джесси и ответил на звонок: — Вульф слушает.

Он тут же узнал голос Эмила Лэндона. Тот был сильно взволнован.

— Я только что узнал, что Таннер Грин мертв. Убит. Ножом в спину.

— Да. Я был в казино, когда эта произошло.

— Вы видели...

— Нет. Я даже не знал, что он придет.

— Вы должны были знать об этом, черт побери!

— Простите?

— Мне нужно увидеть вас. Прямо сейчас.

— Я буду у вас, как только освобожусь.

— Он был моим телохранителем, а теперь мертв. Я хочу, чтобы вы немедленно приехали ко мне.

— Как только освобожусь, — спокойно повторил Диллон.

— Я могу уволить вас, Вульф.

— Как вам будет угодно.

Лэндон тут же пошел на попятную:

— Тогда приезжайте как можно скорее. Я же говорил, что мне угрожает опасность.

Диллон закрыл крышку телефона. Джесси оглядывалась по сторонам, вежливо притворяясь, что ее совершенно не интересует разговор.

— Простите. Вы, наверное, заняты. А я должна возвращаться домой.

— Где ваша машина? Я провожу вас.

— Я не за рулем, — сказала она и покраснела. — Сегодня у меня была деловая встреча, и я подумала, что после этого, возможно, загляну куда-нибудь, поэтому решила не садиться за руль. Я не вожу навеселе.

— Я не видел, чтобы вы пили.

— Да, но вполне могла бы. Долгая история. В любом случае, извините, но мне действительно нужно домой.

— Я подвезу вас. Моя машина припаркована на бульваре Стрип.

— Нет, не стоит. Я не спешу, поэтому лучше возьму такси. Но все равно спасибо. Большое спасибо.

Что он мог сделать? Настоять на своем? Он не имел на это права.

— Вам может угрожать опасность, — сказал он.

Какая банальность.

Джесси улыбнулась, понимая, что это была всего лишь стандартная фраза.

— Спасибо. Но со мной все будет хорошо.

Не отводя взгляда от ее ясных голубых глаз, он достал из кармана визитную карточку.

— Вот, возьмите. Позвоните, если вам что-нибудь понадобится.

Она улыбнулась, не глядя на него.

— Вульф. Юты? — спросила она. — Местное племя? Или вы из другого штата? Что это, эри, чироки, апачи?

Он улыбнулся.

— Паиуты, — сказал он ей и смущенно улыбнулся. — Хорошо, а как насчет... Спархоук? Юты? Апачи? Незиерсе? Сценический псевдоним?

— Мой прапрадедушка был из племени лакота-сиу. Среди моих предков кого только не было. Настоящий американский коктейль, — весело ответила она.

Некоторое время они смотрели друг на друга. Затем она смущенно сделала шаг в сторону:

— Мне действительно пора идти. Еще раз спасибо. — Джесси задержалась: — Вы знали его?

Вульф кивнул.

— Мне очень жаль.

— Мне всегда жаль, когда кто-то умирает. Но он не был моим близким другом.

— Ясно.

Он нахмурился:

— Вы ведь не обналичили ваши фишки? Не было времени, я полагаю? Я совсем забыл про них в этой суматохе.

Она покачала головой:

— Я тоже. Но я забрала их. Обналичу завтра.

— За эти фишки можно получить много денег. Вас могут ограбить.

Джесси рассмеялась.

— Водитель такси не узнает о моих фишках, — заверила она его. — Со мной все хорошо, честно. Я большая девочка. Я выросла здесь. У меня есть перцовый спрей. И обещаю, что со мной все будет хорошо.

Диллон увидел такси. Он подумал о дедушке, про которого упоминала Джесси. Возможно, он болен и ждет ее.

Диллон остановился у бордюра и присвистнул, голосуя приближавшейся машине. Он посадил Джесси в такси и махнул ей на прощание рукой — больше ничего не мог для нее сделать.

Диллон с тревогой посмотрел на отъезжавшее такси. Ему показалось, что рядом с Джесси была какая-то странная тень, как будто кто-то сидел около нее.

Он напрягся. Такси проехало под уличным фонарем, и Диллон увидел, что на заднем сиденье находился всего один человек. Джесси была одна.

«Но почему же так тревожно на душе?» — спрашивал он себя, глядя вслед удаляющемуся такси.

Глава 2

Джесси жалела о том, что сегодня была без своей машины. Но она знала, что в доме престарелых ее ждали неприятности, и, чтобы немного утешиться и обдумать свои дальнейшие действия, могла зайти куда-нибудь по дороге домой и пропустить пару стаканчиков.

Ей казалось, что такси еле-еле ползет.

К тому моменту, когда шофер остановил машину перед ее домом в Хендерсоне, она уже была как на иголках. Джесси так спешила поскорее очутиться дома, что по дороге споткнулась и чуть не упала.

— Сандра? — позвала она подругу, поворачивая ключ в замке.

Когда дверь открылась, Сандра услышала ее и поспешила из дальней комнаты, чтобы встретить у двери.

Сандра была хорошенькой женщиной тридцати с небольшим лет. Когда-то она выступала в кордебалете, а потом стала писать романы для молодежи и зарабатывать деньги на собственных юношеских переживаниях. У Сандры была шестнадцатилетняя дочь, которую она родила еще совсем юной. Благодаря Рэджи она лучше понимала подростков и их интересы.

Сандра Нельсон была замечательной подругой. Не каждый согласился бы приглядывать за гостящим у Джесси Тимоти, когда самой Джесси нужно было куда-нибудь отлучиться. Но Сандру это не смущало. Она не видела в этой задаче ничего сложного. Ей только и нужно было, что выслушивать его истории и следить за тем, чтобы Тимоти не поджег дом, решив, что находится в шатре-парной своего дедушки и должен развести очистительный костер.

Сандра с тревогой посмотрела на подругу, и Джесси широко улыбнулась:

— Прости. Я только...

Она не закончила, потому что справа от нее из зала, выходившего окнами во внутренний дворик, послышались крики:

— Мама! Это Джесси! Ее показывают по телевизору! Там кого-то убили!

Сандра уставилась на Джесси, но та лишь поморщились и пошла в зал, где Рэджи лежала на большой удобной софе и смотрела телевизор. Она снова вскрикнула, когда увидела Джесси.

Джесси уставилась в экран телевизора. Она думала только о том, как бы поскорее вернуться домой, и даже не заметила оператора теленовостей у выхода, когда они с Диллоном Вульфом наконец-то вышли из казино. А теперь ее показывали по телевизору. Она даже не помнила, что повисла у него на руке.

— Ты причастна к убийству? — спросила Сандра.

— Это не важно. Лучше скажи, кто тот красавчик? — спросила Рэджи.

Высокая и стройная, она унаследовала от матери зеленые глаза в обрамлении длинных темных ресниц и хорошенькое личико в форме сердечка. Эта красивая и вполне уже созревшая девушка все еще оставалась милым ребенком, Джесси всегда радовалась встрече с ней, когда Рэджи приходила вместе с Сандрой, чтобы присмотреть за Тимоти.

— Убийство? — повторила Сандра.

В этот момент из спальни появился Тимоти. Он был в джинсах и клетчатой рубашке, надетой задом наперед. Однако, несмотря ни на что, держался с большим достоинством. Величественно распрямив плечи, он спросил:

— Убийство? Да, это было убийство. Они могут похоронить мое сердце под Вундед-Ни[1], потому что истребление американских индейцев по-прежнему остается величайшей трагедией и проявлением несправедливости в истории нашей страны.

— Не волнуйся. Коренные американцы получили справедливое отмщение. И это правильно; это замечательно. Теперь они зарабатывают деньги, и никто не умирает, — принялась успокаивать его Сандра.

Джесси подошла и обняла Тимоти, но он ничего не сказал, а лишь посмотрел на нее. Его глаза, светло-голубые и мутные, словно их заволокло утренним туманом, сначала ничего не выражали. Наконец он понял, кто перед ним стоит.

— Внучка. Ты дома. И ты не пострадала.

Джесси удивилась, почувствовав, что он дрожит всем телом, обнимая ее. Она посмотрела через его плечо, обращаясь к Сандре с немым вопросом.

— Этот репортаж показали только что, — тихо проговорила Рэджи.

— Тебе угрожала опасность, — сказал Тимоти. — Они сообщили мне об этом.

— Кто тебе это сказал? — спросила Джесси.

— Призрачные всадники. Они приходили ко мне и сказали, что я должен быть сильным, что тебе угрожает опасность, и я должен защитить тебя, — настойчиво проговорил он.

— Со мной все хорошо. Честное слово, — с тревогой в голосе заверила его Джесси. Призраки? Это было что-то новенькое. — Тимоти?

— Я так скучаю по своей кровати, — сказал он.

— Но у тебя здесь тоже есть кровать, — сказала Джесси.

Он улыбнулся, его взгляд снова был затуманен.

— Да, и я благодарен за эта. Но это не моя кровать. У меня должно быть свое место, где ты могла бы навещать меня.

— Ты вернешься туда завтра, Тимоти. Все будет хорошо, — пообещала она.

Сандра удивленно приподняла брови. Ее красноречивый взгляд ясно говорил: «Нехорошо обманывать его. Где ты возьмешь столько денег?»

— Пойдем, Тимоти, я отведу тебя в постель, — сказала Джесси, игнорируя молчаливое замечание подруги.

Он распрямил плечи, в этот момент Тимоти производил впечатление совершенно нормального человека.

— Джесси, девочка моя, я сам смогу добраться до кровати. — Он повернулся к Сандре и Рэджи: — Спасибо, леди, за прекрасный ужин, и благодарю, что выслушали старого человека и его еще более старые истории. Спокойной ночи.

Рэджи поспешила обняться с ним, а Сандра поцеловала его в щеку. Он повернулся и направился в комнату. Джесси не хотела, чтобы Тимоти догадался, что она следит за ним. Она стояла неподвижно и смотрела ему вслед. Позже она зайдет к нему.

Когда Джесси повернулась к Сандре и Рэджи, обе посмотрели на нее с удивлением.

— Что, черт возьми, происходит? — спросила Сандра.

— Ты мне так и не ответила, кто тот парень? — добавили Рэджи.

— На тебе кровь, — заметила Сандра, игнорируя замечание дочери. — С тобой точно все хорошо?

— Все отлично. Честное слово. Но вы должны извинить меня, — сказала Джесси, стирая кровь.

Ей вдруг отчаянно захотелось в душ.

Она буквально бегом бросилась в свою комнату и быстро сняла с себя одежду, бросила ее в корзину для мусора, так как знала, что никогда больше не сможет этого надеть. Потом она поспешила в душ, включила такую горячую воду, что едва не ошпарилась, и принялась яростно тереть мочалкой кожу. Она долго втирала в волосы шампунь, наконец, хорошенько сполоснулась, выключила воду, накинула махровый халат и вернулась в гостиную.

Рэджи и Сандра снова посмотрели на нее с удивлением, и, прежде чем Сандра успела произнести хотя бы слово, Рэджи выпалила:

— А теперь расскажи, что это за парень? Ты специально скрывала его от нас?

— Нет. Я никогда не встречала его до сегодняшнего вечера. Его зовут Диллон Вульф, — сказала Джесси.

— Знаю, по телику уже назвали его имя, — сказала Рэджи.

— Правда? А мое имя там тоже упоминали? — спросила Джесси.

— Нет, тебя назвали неизвестной рыжеволосой девушкой, — ответила Сандра.

Она поднялась с софы, чтобы принести Джесси чашку чая, вид у нее был встревоженный.

Джесси поблагодарила ее, отхлебнула и закашлялась. Чай был наполовину разбавлен бренди.

— Сандра!..

— Тебе это сейчас необходимо.

— Ты могла хотя бы предупредить меня! — возмутилась Джесси.

— Может, вернемся к тому, что случилось? — настаивала Сандра.

— Я играла в казино...

— Что? — с негодованием спросила Сандра.

— Не волнуйся, я не поставила дом или еще что-нибудь ценное, — сказала она. — Сущая ерунда.

— А этот красавчик тоже играл? — не унималась Рэджи.

Джесси рассмеялась:

— Думаю, ему не понравилось бы, если бы он услышал, как его называют «красавчиком».

— А он что, может нас услышать? — спросила Рэджи.

— Нет, но...

— Да хватит уже об этом парне, — одернула ее Сандра, — Бьюсь об заклад, теперь мы знаем о нем даже больше, чем Джесси.

— О чем ты? — спросила Джесси.

— Рэджи ведь сказала, что о нем говорили по телевизору — объяснила Сандра. — Он — частный детектив и работает на какую-то секретную правительственную службу.

— А я думала, что он работает на Эмила Лэндона, — удивилась Джесси.

Она отхлебнула еще чая с бренди. Теперь, когда она знала, что в чашке, вкус показался ей бесподобным.

— Он работает под прикрытием, — с волнением предположила Рэджи. — Но как тебе удалось так быстро познакомиться с ним? И когда ваше следующее свидание?

— У нас не было свидания, — сказала Джесси. — Я играла в кости. Диллон Вульф тоже находился у игорного стола. Тогда я даже не знала, как его зовут. Но... я выиграла. Я выиграла кучу денег. Это было так странно, как будто невидимая рука двигала кости до тех пор, пока не выпала десятка. Я уже собиралась уходить, когда на меня налетел какой-то мужчина и опрокинул на стол...

— Диллон Вульф опрокинул тебя на стол для игры в кости? — удивилась Рэджи.

— Нет, это был тот мужчина, которого убили.

— Но если он был мертв, как он смог тебя опрокинуть? — спросила Сандра.

— В тот момент он был в агонии. Он умер прямо на мне. А затем вернулся Диллон Вульф и помог мне выбраться из-под трупа. Я думаю, это он убедил полицию, чтобы они отпустили меня домой.

— Круто! — воскликнула Рэджи. — Значит, ты собираешься снова встретиться с ним?

— Не вижу на то причин, — ответила Джесси.

— А я не вижу причин не делать этого, — заметила Рэджи.

— Но он даже не попросил меня о встрече.

— Еще попросит, — уверенно заявила Рэджи.

Джесси улыбнулась и отхлебнула еще чая. Теперь все случившееся казалось таким далеким, словно это произошло с кем-то другим, а не с ней. Тот человек, Таннер Грин, упал на нее... и умер.

— Ну и ночка, — тихо проговорила Сандра. — А тот твой разговор с Тимоти... перед тем, как все произошло… ты выиграла достаточно денег, чтобы оплатить его пребывание в доме престарелых?

Джесси смущенно улыбнулась.

— Это просто невероятно. Сo мной такого никогда не случалось, и я уверена, что не случится. Да, я выиграла достаточно, чтобы Тимоти смог прожить там целый год.

Сандра удивленно воскликнула:

— Ты выиграла столько денег? Нет, ты точно поставила дом!

Джесси покачала головой.

— Если честно, то нет. Это было безумием. Я играла не только на свои деньги. Я так хорошо бросала кости, что другие игроки ставили свои деньги за меня.

— Просто невероятно, — сказала Сандра. — Такой выигрыш. А потом на тебя свалился смертельно раненный человек. Странная ночь. — Она задумалась на мгновение, а затем спросила: — И никто ничего не видел?

— Насколько я знаю, нет. Он прижал меня к столу и умер, — сказала Джесси.

Долгое время все сидели молча, затем Сандра сказала:

— Ладно, нам пора. С тобой ведь точно все в порядке?

Джесси кивнула.

— Мне до сих пор не по себе, — вздрогнула Рэджи. — Ведь тот... кто убил того человека, еще на свободе?

Джесси почувствовала, как по спине у нее пробежал холодок. Внезапно она словно заново пережила тот момент, когда перед ней возникло лицо Таннера Грина, его шевелящиеся губы, меркнущий взгляд, он смотрел прямо на нее. Джесси попыталась прогнать это видение и встала, чтобы проводить гостей.

— Со мной все замечательно. Мы забудем обо всем через пару дней, — солгала она, понимая, что никогда не забудет о событиях этой ночи.

— Позвони мне. И скажи, если... я чем-нибудь смогу тебе помочь, — предложила Сандра.

— Хорошо, — пообещала Джесси.

Она смотрела, как женщины садятся в машину Сандры, затем тихо закрыла дверь и заперла ее. Внезапно она пожалела о том, что в ее доме нет сигнализации. Но до сегодняшнего дня это казалось бессмысленной тратой денег, учитывая, сколько приходилось ей тратить на лечение Тимоти.

Когда дверь была закрыта и заперта, Джесси заглянула и комнату Тимоти, он, уже переодетый в пижаму, спокойно спал.

Джесси пошла в свою комнату. Как хорошо, что у нее был свой дом. Он принадлежал ее родителям, которые купили его еще до того, как Хендерсон стал популярным местом. Внутренний дворик был посыпан галькой, там росли кактусы и стояли скульптуры, которые покупали ее родители. В гостиной стояло старое мамино пианино, а стеклянные двери вели на маленькую террасу, а оттуда — к бассейну. Еще в доме были кухня, столовая, зал, три спальни и кабинет.

Но в ту ночь Джесси пожалела, что у нее нет сигнализации.

Она попыталась убедить себя в том, что ее страхи глупые и беспочвенные. Кто бы ни убил Таннера Грина, она вряд ли заинтересует этого человека. Она ведь ничего не видела. Просто она оказалась в неподходящее время в неподходящем месте. Но поскольку этот вечер обеспечил Тимоти счастливую жизнь, она ни о чем не жалела.

Свернувшись под одеялом калачиком, Джесси подумала о Диллоне Вульфе. Он заинтриговал ее, привлек ее внимание, когда просто стоял за игорным столом. И то, что он так вовремя пришел к ней на помощь, показалось Джесси маленьким чудом.

Почему она не позволила ему проводить ее? Потому что в этом не было смысла, говорила она себе. Ей даже некогда было ходить на свидания. Она должна была заботиться о Тимоти, и ее это совсем не обременяло. Тимоти всегда поддерживал ее, и Джесси была рада, что могла для него что-то сделать. К тому же она была так занята на работе, соглашаясь на любые подработки, которые ей предлагали, что и думать забыла о свиданиях и об отношениях с мужчинами. Она не была уверена, сможет ли снова с кем-нибудь встречаться, даже если у нее появится возможность.

Но ей было приятно прикасаться к нему. Или когда он дотрагивался до нее. Ей хотелось почувствовать под своими пальцами ткань его пиджака. И... Джесси закрыла глаза.

Она позволила себе помечтать о мужчине по имени Диллон Вульф. Но уже во сне, когда Диллон Вульф улыбнулся ей, все вдруг переменилось. Она снова оказалась у стола для игры в кости, и пространство вокруг нее вдруг стало сжиматься. Таннер Грин снова мчался к ней. Прямо на нее. Она вновь почувствовала тяжесть его тела. Его глаза уставились прямо на нее и смотрели, пока в них не померк огонь жизни.

Она увидела, что его губы зашевелились, и снова услышала его шепот.

«Индиго».

Джесси вздрогнула и проснулась. За окном все еще была ночь, и она почувствовала, как тьма давит на нее. Ей вдруг показалось, что в комнате есть кто-то еще, он прячется в тени и следит за ней.

Джесси спрыгнула с кровати и побежала к выключателю. Комната осветилась, она заморгала от внезапного яркого света, все ее тело напряглось, приготовилось к броску.

Но вокруг никого не было. Совсем никого.

Джесси почувствовала себя дурочкой, она пошла в ванную, собрала окровавленную, скомканную одежду и отнесла на кухню, где положила в большой мусорный бак, а затем оттащила его в гараж. Она знала, что поступает глупо, но ей хотелось как можно дальше спрятать все воспоминания об этом вечере. Вернувшись в свою комнату, она включила маленький телевизор и не выключала его до тех пор, пока не начало светать.

В этот момент ей пришла в голову мысль, что никто не спросил ее, говорил ли ей что-нибудь умирающий.

И лишь ей было известно, что перед смертью он произнес одно-единственное слово.

«Индиго».

Эмил Лэндон был мужчиной неопределенного возрасти. Его можно было принять и за потертого тридцатипятилетнего плейбоя, и за пятидесятилетнего человека, сохранившего хорошую физическую форму. Но поскольку Адам Харрисон — владелец и директор уникального детективного агентства «Расследования Харрисона», в котором работал Диллон, — имел доступ к сведениям о каждом человеке, живущем в Соединенных Штатах и за их пределами, он знал, что Лэндону было сорок восемь. Он трижды женился и трижды разводился, его единственный ребенок жил в Дублине вместе со своей матерью. Лэндон унаследовал миллионы от своего дедушки — турецкого нефтяного магната. Крупные инвестиции в недвижимость помогли ему приумножить это состояние. Лэндон был заядлым игроком. Он любил красивую одежду, автомобили и женщин, которых притягивали большие деньги. Однако в игре ему не особенно везло, поэтому он нашел способ, как заработать на склонности других людей рассчитывать на удачу, играть и проигрывать. Он открыл собственное казино и вел переговоры о создании новой игровой Мекки, пытаясь преодолеть сопротивление со стороны местных общин. Он смог предоставить все необходимые документы, которые доказывали, что по линии своей матери он был на одну тридцать вторую паиутом. На самом деле ему хватило бы и одной шестьдесят четвертой доли индейской крови, чтобы получить разрешение строить казино на земле индейцев. Разумеется, Лэндон хотел, чтобы все доходы от его предприятия оставались у него в кармане и не доходили до индейцев, которые должны были получать свою долю.

Диллон даже не стал изучать подробности этого дела. Он уже не раз видел подобное. Его не особенно волновал Эмил Лэндон, однако он не понимал, почему человек с такими высокими моральными принципами, как Адам Харрисон, поручил ему это дело.

Диллон знал много богатых людей, которые отличались честностью в решении финансовых вопросов и с уважением относились к окружавшим их людям, независимо от их материального положения. Эмил Лэндон был не из их числа. Лэндон был убежден, что кто-то пытается его убить. Диллон выяснил, что за свою жизнь тот нажил себе немало врагов. У некоторых из них вполне могло возникнуть желание свести с ним счеты. Но это ничего не значило. Многие люди думают об убийстве, но так никогда и не решаются на этот поступок. Мысли о мести часто греют душу. Но у большинства людей есть совесть, а даже если ее и нет, то они не обладают достаточными возможностями, чтобы совершить идеальное убийство, а никто не хочет быть пойманным и провести остаток лет за решеткой. Но если у тебя есть деньги, то, разумеется, ты можешь нанять убийцу. Когда же профессионального киллера найти невозможно, всегда подвернется какой-нибудь наркоман, готовый совершить убийство за несколько тысяч долларов или просто за дозу наркотика. Но, как правило, наркоману не удается довести дело до конца, и обычно все заканчивается смертью этого самого наркомана.

Тем вечером Диллон проверял местные казино и пытался выяснить, кто в Вегасе мог обладать необходимыми связями и достаточным количеством денег, чтобы нанести удар, и кто действительно имел зуб на Эмила Лэндона. Диллон все еще не был уверен, что Лэндону на самом деле что-то угрожало. Во время первой встречи Лэндон сказал, что ему снятся сны, где его убивают. Расстреливают в собственном казино, закалывают в постели. Он считал, что нечто подобное обязательно произойдет, но у него не было доказательств.

Лэндон нанял двух самых известных в Лас-Вегасе телохранителей: Хьюго Блита и Таннера Грина. Теперь в живых остался только Хьюго, но Лэндон жил в пентхаусе на верхнем этаже «Нового Орлеана», где около двух лифтов и входа в его жилище постоянно дежурили охранники, прошедшие такую строгую проверку, словно их набирали для работы в ЦРУ.

Когда Диллон вошел в пентхаус, Лэндон, одетый в халат леопардовой расцветки от известного дизайнера, находился в обществе своей секретарши — блондинки с силиконовым бюстом, огромным, как штат Техас, а также начальника охраны казино и Хьюго Блита. Лондон был на взводе.

Он даже не взглянул на вошедшего Диллона и тут же разразился гневной тирадой:

— Я же говорил вам, что мне угрожает опасность, а вы не поверили. Теперь Таннер Грин мертв — это было предупреждение, посланное мне. Убийца хочет сказать, что может уничтожить всех, кто меня окружает, что мне не на кого положиться. Как ему, черт возьми, удалось это сделать у вас на глазах? — Он остановился и с упреком посмотрел на Диллона.

Диллон лишь презрительно покачал головой:

— Его убили не у меня на глазах, Грина закололи еще до того, как он вошел в казино. Территория перед казино просматривается дюжиной камер видеонаблюдения, надеюсь, полиция сможет что-то обнаружить. Я предполагаю, что его ударили ножом в машине, а затем выбросили у входа в казино. Когда Грин вошел в казино, у него уже была агония. Я собираюсь проверить его телефонные звонки и установить все его перемещения за последние несколько дней. Выяснить, кто мог заманить его к себе в машину и под каким предлогом. Разумеется, есть вероятность, что он был убит за какие-то прошлые дела или за то, что кто-то из криминального мира имел на него зуб.

Лэндон нахмурился и покачал головой:

— Послушайте, они охотятся за мной.

— Да, вы уже говорили мне это. Но все ли вы сказали мне? — спросил Диллон.

Он хотел, чтобы Лэндон был честен с ним. Но тот с самого начала юлил и что-то недоговаривал. Без сомнения, его деятельность не всегда была законной, возможно, у него имелись свои тайные планы. Не исключено, что они были как-то связаны со строительством казино на землях индейского племени. И пусть, задавая этот вопрос, Диллон и не надеялся получить искренний ответ, он все же рассчитывал на дополнительную информацию.

— О чем вы вообще говорите? — с раздражением в голосе спросил Лэндон. — Кто-то пытается убить меня. Что вам еще нужно знать?

— Я хотел бы выяснить возможные причины, — сказал Диллон. — Я хочу, чтобы вы были честны со мной, вспомнили о тех сделках, которые могли привести к нежелательному результату, о делах, которые неудачно закончились. Я должен знать причины, по которым кто-то, у кого есть возможность покончить с вами, желал бы вашей смерти.

— Я был откровенен с вами. Конечно, у меня есть враги. — Лэндон прищурился. — Есть несколько радикальных личностей из индейских племен, которые не хотят, признавать того факта, что мои казино способны обеспечить многих людей работой. У каждого богатого человека есть враги. И вы знаете об этом. Но это... черт возьми! Таннер Грин? Он же был профессионалом.

Блондинка с квадратным бюстом четвертого номера подошла к Диллону с подносом, на котором стояли стаканы с различными спиртными напитками.

— Выпьете что-нибудь, мистер Вульф?

Он покачал головой:

— Нет, спасибо.

— Мистер Вульф, теперь мне все двадцать четыре часа в сутки приходится быть начеку, — заметил Хьюго Блит. — Я слежу за каждым шагом мистера Лэндона. Мы должны выяснить, кто пытается убить мистера Лэндона, и разобраться с этим человеком.

— Я не наемный убийца, — резко оборвал его Диллон. — В любом случае теперь этим делом занимается полиция.

— Полиция?! — с сарказмом воскликнул Лэндон.

Затем он сказал, куда бы он с превеликим удовольствием отправил полицейских.

Диллон встал.

— Завтра утром я собираюсь посмотреть эти записи. После этого вам позвоню.

— Вы должны что-нибудь предпринять, и сделать это как можно скорее, — сказал Лэндон.

— Я надеялся, что вы окажете мне больше содействия.

Лэндон посмотрел на него так, словно снова собирался заорать во всю глотку. Однако, несмотря на все свои недостатки, он не был дураком.

— Я подумаю и сообщу вам все, что смогу, — согласился Лэндон.

Диллон ушел. Пока он спускался на частном лифте Лондона и шел через главный зал казино, он не смог не признать, что Лэндон подыскал подходящих менеджеров и строителей. «Новый Орлеан» наверняка станет популярным местом. Диллон не был уверен, что выбрал бы Вегас для семейного отдыха, но многие люди проводили свой отпуск именно здесь, и Лэндон сделал все, чтобы они чувствовали себя здесь не менее комфортно, чем завсегдатаи игорных домов. В «Новом Орлеане» было множество магазинов, ресторанов с различной кухней, аттракционов и даже американские горки. Здесь была отдельная развлекательная программа для детей и зал, где можно было устраивать детские дни рождения.

Пока Диллон шел к лифту, чтобы спуститься в гараж, краем глаза он заметил рекламу старой шоу-программы. На плакате были изображены два ковбоя с пистолетами, а между ними — красивая девушка из салуна. Картинка вполне подходила для детского шоу, ничего слишком откровенного, но лицо девушки привлекло его внимание и заставило сердце биться быстрее.

Это была Джесси Спархоук. Она улыбалась, великолепные рыжие волосы были собраны на затылке и закрыты ковбойской шляпой. Ее костюм, почти невинный, подчеркивал, однако, все достоинства ее фигуры. Она была невероятно привлекательной женщиной.

Диллон спустился на парковку, его мысли были все еще заняты Джесси, и он не сразу понял, что здесь не один.

— Прекрасно, просто замечательно, — сказал Ринго, пытаясь подстроиться под уверенную твердую походку Диллона.

Складки его куртки шуршали, но это не шло ни в какое сравнение со звоном шпор по мостовой.

Диллон заметил, что многие смотрят в его сторону. Люди не могли видеть Ринго, но понимали, что здесь есть кто-то еще. Звуки разносились на большое расстояние, и все слышали их.

— Что? — с нетерпением спросил Диллон.

Ринго откашлялся.

— Это, наверное, самое красивое создание на свете, к тому же потрясающе играет в кости, а ты позволил ей ускользнуть. Отлично. Может, я и умер, но иногда мне кажется, что единственный покойник здесь ты, мой друг.

— Прости, старина, — сказал Диллон. — Но у меня есть дела поважнее. Таннера Грина убили, Эмил Лэндон сам не свой, а я, между прочим, работаю на него. И хочу напомнить, что это ты втянул меня в эту историю.

Ринго проигнорировал его замечание и вернулся к первоначальной теме.

— Я видел, как ты улыбался ей. Стоит лишь на мгновение отвлечься, чтобы понюхать розы, и ты уже труп, — многозначительно сказал он.

— Как я понимаю, ты перестал нюхать розы и стал нюхать мусорные кучи? — резко сказал Диллон.

— Да нет, конечно! — ответил Ринго. — И хочу тебе напомнить, я умер из-за того, что ввязался в заварушку, помогая одному из твоих предков.

— Прости, Ринго, это было больше ста лет тому назад, и теперь я уже ничего не могу поделать. Но я уверен, что он был благодарен тебе за помощь.

— Возможно. Тогда я им задал жару. Приятно вспомнить.

Проходящая мимо женщина нервно поежилась и посмотрела на Диллона. Он наклонил голову и недовольно поморщился. Обычно Ринго старался не разговаривать с Диллоном на людях, потому что тот не отвечал ему. Что, черт возьми, случилось сегодня? Ну, конечно, убили человека. Но, кроме того, было еще что-то...

Какое-то чувство тревоги.

Как будто он мог столкнуться с чем-то непоправимым. Даже смертельно опасным.

— Ты ведь пригласишь ее на свидание? — спросил Ринго.

— Я предложил подвезти ее, но она отказалась.

— Неудивительно — на ней умер человек. Ты должен попытаться еще раз.

— Послушай, Ринго, вы с Адамом впутали меня в историю с Эмилом Лэндоном, так что давай сначала разберемся с ней, договорились? — Помимо того что Джесси произвела на него неожиданно сильное впечатление, он почувствовал в ней нечто особенное. Она не была проституткой, которая цепляется за богатых мужчин, или прожигательницей жизни, которая руководствуется принципом: «Все, что случается в Вегасе, остается в Вегасе». Она была другой. Она жила в этом городе. Работала здесь. Она знала Вегас. Ей было известно, какие ловушки поджидают в этом городе, где все нацелено лишь на одно — забрать твои деньги.

Поэтому его особенно удивило, что такая девушка играла в кости на большие деньги.

— Может, ты обратишь на меня внимание? — спросил Ринго.

Он почувствовал, что его щеки покраснели, эта женщина казалась ему необычайно загадочной. Но почему же его так смущали слова Ринго? Возможно, он действительно был очарован ею. Но в его жизни не было места для интимных переживаний, по крайней мере сейчас, когда главным для него была работа.

— Ринго, я ищу убийцу. Тебе не кажется, что сначала я должен выяснить, что здесь происходит, а лишь потом уже пытаться завести с кем-нибудь отношения?

Ринго ничего не ответил. Он проводил Диллона до машины, а затем проник сквозь дверцу пассажирского сиденья, хотя вполне мог ее открыть. Всю дорогу, пока они ехали к дому Диллона, находившемуся на окраине Стрипа, Ринго был молчалив и задумчив.

Клэнси — огромная бельгийская овчарка Диллона — встретила их у дверей, виляя хвостом. Она знала, что Ринго был здесь. Сначала Клэнси ненавидела его. Громко лаяла, когда он находился поблизости, сильно раздражая этим Диллона. Но затем, к радости Диллона, Клэнси привыкла к призрачному присутствию Ринго, и он ей даже понравился. И когда Диллон оставлял Ринго дома, они прекрасно ладили. Ринго выпускал Клэнси погулять во двор, играл с ней.

— И что теперь? — спросил Ринго. — Разве мы не должны кое-куда поехать и кое-что сделать?

— Не знаю, как ты, а я собираюсь пойти спать.

Ринго выругался, а Диллон пошел к себе в комнату. Он чувствовал себя совершенно измотанным. Быстро раздевшись, нырнул под простыню. Уже светало, и Диллону хотелось немного вздремнуть перед поездкой в полицейский участок.

Но ему никак не удавалось уснуть. Когда же сон все-таки сморил его, он услышал бой барабанов из своего детства. Диллон слышал песнопения и видел воинов, танцевавших в кругу. Старейшина паиутов придумал Танец призрака, который впоследствии стали исполнять во многих западных племенах. Во время танца вождя посетило видение о том, что индейцы прогонят белых людей с их земель и вернут племени утраченное могущество.

Но этого так и не случилось.

В детстве он много раз видел, как исполняется Танец призрака, но тогда привидения не посещали его. Впервые это произошло на похоронах его родителей. Тогда он, убитый горем молодой идиот, впервые увидел деву в белом.

Среди индейцев ходили предания, что эта мифическая Героиня была хранительницей белого бизона, она знала, что творится в сердцах и умах как живых, так и умерших. Она была мудра и прекрасна, и она знала все тайны человеческой души.

Для Диллона она была всего лишь легендой, красивой историей, которую рассказывали его соплеменники.

Так было до похорон, когда в один из моментов он поднял голову и увидел... ее. Он пытался убедить себя, что ее не существует на самом деле. Что она была плодом его воображения, взбудораженного болью в сердце и гневом на Бога и судьбу, который кипел в его груди.

Она стояла и смотрела на него с противоположной стороны могилы. Позже, когда он однажды попытался ввязаться в глупую драку в баре, она встала между ним и человеком, которого он специально оскорбил. Диллон хотел, чтобы ему разбили лицо. Хотел почувствовать физическую боль, чтобы она заглушила еще более сильную боль, разрывавшую его душу.

Но она остановила его. Диллон почувствовал, как она положила руку ему на плечо, а когда он повернулся к ней, их глаза встретились, и она прошептала: «Нет, это не твой путь. Только время и праведные дела помогут залечить твою раненую душу»

И с тех самых пор...

С тех самых пор он видел мертвых.

Обычно они приходили в его жизнь, когда им было что-то нужно. А затем, получив свое, исчезали. Он научился всему этому благодаря Адаму Харрисону и его агентству «Расследования Харрисона». Адам взял его на работу и помог превратиться из грубого, озлобленного полукровки в человека с призванием. Адам помог ему многое понять о жизни и смерти и о том, как важно ценить в себе человека.

Он был многим обязан Адаму и испытывал к этому человеку искреннюю симпатию. Поэтому, когда приходили призраки, он им помогал. После этого призраки уходили.

Кроме Ринго Мерфи. Проблема заключалась в том, что Ринго сам не знал, что держало его на земле.

Он зарабатывал себе на жизнь оружием и умер от пули, ничто в его жизни или обстоятельствах его смерти не могло объяснить, почему он все еще оставался здесь.

Диллон перевернулся на другой бок, ему хотелось поспать хотя бы час.

Он крепко сомкнул глаза.

И тогда, находясь в состоянии между сном и бодрствованием, в полузабытьи он увидел деву и почувствовал ее нежную руку на своем лице.

— Да, — прошептала она. — Это начало. Начало и... конец.

Глава 3

— Я вижу, как они танцуют в небе, — сказал Тимоти Джесси.

Она везла его обратно в дом престарелых и чувствовала себя не в своей тарелке. Джесси не хотела оставлять его одного утром, поэтому попросила Сандру присмотреть за ним, пока ездила в казино, чтобы обналичить фишки. Позже она обменяла наличность на банковские чеки, чтобы оплатить услуги дома престарелых, и заполнила справку о доходах для налоговой инспекции. Раньше она никогда не платила налоги с выигрыша — несколько раз она ради развлечения играла на несколько долларов, но ей до сих пор не доводилось отчитываться об этом перед государством.

Однако Джесси не возражала против того, чтобы немного поделиться с правительством.

Теперь она беспокоилась, как бы не опоздать на дневное выступление, так как даже ее солидного выигрыша было недостаточно, чтобы отказаться от работы. Когда она вернулась домой, Сандра встретила ее у дверей и скала, что, возможно, ей стоит поговорить с врачом в доме престарелых прежде, чем она оставит там Тимоти.

— Зачем? — спросила она.

— Может, все не так уж и плохо, как я думаю, но... — замолчала. — Он разговаривает с воображаемыми. А когда я спросила его, с кем он говорит, Тимоти хитро посмотрел на меня и сказал, что на стенах были люди, что они его друзья, они помогают ему и что я не должна беспокоиться по этому поводу. Наверное, так ему радостнее жить... Теперь он общался со своими друзьями на небе.

Возможно, Джесси так нервничала из-за того ночного происшествия, когда она проснулась, решив, что за ней кто-то следит. Как правило, это ощущение исчезает с наступлением дня, но только не в этот раз... утром, пока заваривала кофе и бросала хлеб в тостер, она снова замерла, почувствовав, что кто-то смотрит на нее. Однако она тут же убедила себя в том, что нельзя ощутить на себе посторонний взгляд. И все же это было возможно. Ведь иногда люди чувствуют, что за ними следят. Возможно, это связано с той частью человеческого мозга, которую ученые до сих пор считают неиспользованной.

Но рядом с ней никого не было. Ни ночью, ни утром.

Однако тем утром Тимоти говорил о людях в стенах, а потом он увидел танцоров на небе.

«И кто из нас в действительности сумасшедший?» — спрашивала она себя.

Дом престарелых Хоторна выделялся среди остальных заведений Лас-Вегаса. Джесси остановилась около административного корпуса. Тимоти нахмурился. Обычно, когда они возвращались после визитов домой и прогулок, Джесси сразу подъезжала к корпусу «А».

— Я должна заплатить мистеру Хоскинсу, — сказала она.

— Заплатить ему? — с негодованием спросил Тимоти.

Джесси похлопала его по руке.

— Да, Тимоти, такова жизнь. — Джесси нагнулась, чтобы поцеловать его в щеку. Когда-то он был для нее самым лучшим опекуном на свете, и она очень его любила. — Ты же знаешь, что нам нужно платить за жилье, — сказала она.

— Но только не в день, когда появились призрачные танцоры, — возразил Тимоти.

— Возможно, но это было давно. И потом, призраков не существует, — добавила она.

— Но если бы они существовали, — с улыбкой заметил Тимоти, — им не приходилось бы платить за жилье. Они просто появлялись бы, а потом исчезали.

Ее обрадовало, что Тимоти не утратил чувства юмора.

— Я не уверена, что эти земли принадлежали резервации, — сказала Джесси и улыбнулась ему в ответ. Она хотела попросить Тимоти, чтобы он остался в машине и подождал, пока она заплатит, но затем передумала. Тимоти все еще помнил, как управлять автомобилем. А его воображаемые друзья могли предложить ему проехаться до какого-нибудь магазина.

— Почему бы тебе не пойти со мной? — предложила она.

— Полагаю, этот идиот, мистер Хоскинс, будет там? — с неприязнью спросил он.

Джесси едва не рассмеялась над его возмущением. Тимоти был наполовину лакота, он унаследовал от своих индейских предков их прямые черные волосы, которые стали теперь совсем седыми, но на его глаза эти гены не повлияли. Они были ярко-голубыми. Джесси подумала, что ее дедушка оставался все еще достаточно привлекательным мужчиной, у него была горделивая осанка и правильные черты лица.

— Да, мне нужно с ним встретиться. И пожалуйста, не груби ему, хорошо? По крайней мере, нам приходится видеться с ним не чаще чем раз в месяц...

— Я буду сама вежливость, — пообещал Тимоти.

Однако Джесси не поверила ему. Хоскинс не просто чувствовал себя неловко в обществе пожилых людей, он открыто ненавидел их и даже не скрывал этого. Джесси не понимала, зачем он вообще занялся этой работой. Она думала, что рано или поздно он и сам здесь окажется. А может, и не окажется. Всегда же существовала альтернатива. Как бы там ни было, Джесси надеялась, что он проживет долгую жизнь прежде, чем ему самому понадобится забота, и лишь тогда он поймет, что молодому поколению совершенно наплевать на его потребности.

Они вышли из машины, Джесси взяла Тимоти за руку, И вместе они вошли в здание. Секретарь — молодая и коротенькая девушка — посмотрела на Джесси с удивлением.

— Мисс Спархоук! Доброе утро. Мы подумали, что, возможно, вы захотите оставить дедушку у себя. Мы... мы не ждали вас.

— Правда? Почему? Мне приятно, когда Тимоти навещает меня. — Она повернулась к нему и улыбнулась: — Но ему было бы неудобно жить со мной, тем более что мне постоянно приходится работать. Я принесла плату за несколько месяцев вперед, — добавила она, сладко улыбаясь девушке.

— О, прошу извинить меня... я сейчас, только позову мистера Хоскинса, — сказала секретарь.

Она не стала звонить в его кабинет, а вскочила со своего места и убежала. Через минуту появился недовольный Хоскинс:

— Мисс Спархоук, мистер Спархоук. Я не ожидал увидеть вас. Я думал, что сегодня у вас будут другие дела.

— Как видите, вы ошиблись. А сейчас я должна отвести Тимоти в его комнату, — сказала Джесси и протяну, ему банковский чек.

Он уставился на Джесси так, словно она была призраком.

— Сегодня я все оплатила, — сказала Джесси. — Теперь его пребывание оплачено за три месяца вперед. Так что, как говорится, все в полном ажуре.

Джесси не знала, почему у Хоскинса был такой подавленный вид, и ее это мало волновало.

— Хорошего дня, мистер Хоскинс, — сказал Тимоти повернулся, чтобы уйти.

Джесси выдала свое победоносное «до свидания» и последовала за ним.

Когда они вернулись к своей машине, Джесси заметила припаркованный неподалеку роскошный седан. Из автомобиля вышел молодой мужчина, обогнул машину, открыл дверцу пассажирского места и помог выбраться пожилому мужчине. Теперь она поняла, почему так бледнел мистер Хоскинс. Он собирался сдать комнату Тимоти кому-то еще. Она рассмеялась и посадила дедушку в машину. По дороге к своему корпусу они обменивались веселыми шутками.

Они зарегистрировались у дежурившего внизу молодого санитара — в каждом корпусе на вахте круглосуточно кто-то дежурил, ведь персоналу приходилось иметь дело с неспокойными стариками. Затем Джесси проводила Тимоти в его комнату. Наверху они столкнулись еще с одним санитаром — Джимми Бритином, афроамериканцем с широкой улыбкой.

— Тимоти, Джесси! — Он был приятно удивлен.

— Хоскинс собирался сдать мою комнату еще до того как я выехал из нее, — сказал Тимоти. — Но он недооценил мою внучку. И призраков, разумеется.

— Ну и ну... — проговорил Джимми, слова Тимоти его совсем не удивили.

Он взглянул на Джесси, словно хотел спросить ее: «Что вы сделали? Ограбили банк?»

Тимоти направился в свою комнату, Джесси с сочувствием улыбнулась Джимми.

— Не знаю, как насчет призраков, но кто-то явно мне помогает. Я выиграла в кости небольшое состояние.

— Это же чудесно, — улыбнулся Джимми.

— Я никогда прежде не играла, но... — Джесси покачала головой, как будто все это совершенно сбило ее с толку.

— Вы были в отчаянии. И вам повезло, — объяснил ей Джимми.

— Послушайте, мне пора возвращаться на работу, — сказала она.

— Не волнуйтесь. Я помогу ему устроиться. И ни в чем не нужно себя винить. Вы часто берете его домой на выходные. А здесь есть я. И Лиз Фриз — его любимая медсестра, как раз сегодня дежурит. С ним все будет хорошо. Вы можете ехать.

— Я просто хочу, чтобы вы знали. У него...

— Что? — спросил Джимми.

— У него бывают галлюцинации. И часто. Он видит призраков. На стенах. В небе... И даже разговаривает с ними.

— Я уже не в первый раз сталкиваюсь с подобным. Все будет хорошо. Я обещаю, — сказал он и похлопал Джесси по плечу, словно желая приободрить.

— Спасибо, Джимми.

Она с благодарностью улыбнулась ему, зашла в комнату Тимоти и поцеловала его в щеку.

— А сейчас мне нужно ехать на работу.

Он мрачно кивнул.

— Не волнуйся. Призраки заняты танцами в небесах. Все будет хорошо.

— Разумеется, — сказала Джесси, еще раз поцеловала его и поспешила прочь.

Взглянув на часы, она поняла, что ей нужно торопиться, чтобы успеть вовремя надеть костюм, но она знала, что успеет. Все в порядке, говорила она себе. Для нее это было обычным делом.

Она быстро дошла до машины, открыла дверцу, но вдруг замерла и осмотрелась. Джесси почувствовала, что кто-то следит за ней, однако никого не увидела.

Она проверила заднее сиденье.

Никого.

Она еще раз огляделась, тряхнула головой и приказала себе больше не думать о подобных глупостях. День выдался ясным и солнечным. Если кто-то и следил за ней, то разве что Хоскинс. Он, без сомнения, переживал из-за того, что ей удалось заплатить и он не смог сдать комнату Тимоти кому-то еще, возможно за более высокую плату.

Но ощущение того, что за ней следят, не оставляло Джесси даже после того, как она выехала на шоссе, и не покидало ее всю дорогу до казино.

Как будто в машине рядом с ней все время сидел кто-то невидимый.

— Видишь? Две камеры ничего не обнаружили, — сказал Чивер Диллону. — Вот это Таннер Грин... правда, его трудно рассмотреть, потому что у входа в то время было еще с дюжину машин. Похоже, он вышел из белого лимузина. Я не вижу номера, а таких машин в городе, наверное, не одна сотня, — растерянно сказал он. — И Грин ничем не отличался от других пьяных, которые шатаются по улицам среди ночи. Вот он идет... — Чивер указал на экран, — а парень впереди толкнул его. Ты видел его взгляд? Он подумал, что на него налетел пьяный. Теперь смотрим, как Грин пробирается через толпу. Все заняты своими делами, никто не обращает на него внимания. Даже швейцар. Он просто открывает дверь и не сводит глаз с той брюнетки с большими сиськами, на все остальное ему наплевать, даже на парня с ножом в спине. Так, теперь его зафиксировала другая камера... — Голос Чивера сорвался, когда он нажал на пульт дистанционного управления, переключаясь на сцену в казино. — По пути к игорному столу его снимали шесть камер одновременно, не везде мы видим только, как он пробирается через толпу, сталкивается с мисс Спархоук, и они оба падают на стол. А затем ты помогаешь ей выбраться.

Чивер был полностью обескуражен, в его голосе явно читалось разочарование по поводу того, что многочисленные камеры наблюдения предоставили так мало необходимых для следствия улик.

— Если не возражаешь, я хотел бы еще раз посмотреть все записи, — сказал Диллон.

— Что ж, располагайся, чувствуй себя как дома. Я смотрел их три часа подряд. Я даже пригласил техника, чтобы он отследил все перемещения Грина, но это не помогло, его постоянно загораживала чья-нибудь голова или рука.

Чивер бросил пульт Диллону, тот посмотрел на него, потом нажал на кнопку, чтобы перемотать запись на начало.

— Как будто кто-то знал, какие участки недоступны для камер наблюдения, — задумчиво проговорил он.

— Похоже на то; — согласился Чивер. — Как думаешь, чтобы это могло значить?

— Я думаю, что наш убийца имеет отношение к казино или знает кого-то из его сотрудников.

— Одному Богу известно, сколько может быть таких людей, — пробормотал Чивер.

Диллон повернулся на стуле и посмотрел на Чивера, который сидел на краю своего стола.

— А что случилось с ножом?

— Он в лаборатории. Предварительная экспертиза ничего не выявила. Это рабочий нож с коротким лезвием, в городе таких продаются тысячи. Эти ножи часто используют для разрезания пластиковых лент на пачках денег. Они есть в каждом казино. И разумеется, на рукоятке никаких отпечатков пальцев. Возможно, убийца был в перчатках. Удар Грину был нанесен со значительной силой, лезвие достало до сердца, что и послужило причиной смерти. Однако лезвие было несколько коротким, поэтому он успел дойти до игорного стола.

— Странно, — пробормотал Диллон, перематывая пленку. — А можно пригласить видеотехника, чтобы он посмотрел запись вместе со мной?

Джерри Чивер смерил его пристальным взглядом, прищурился и сначала хотел послать Диллона к черту. Но затем пожал плечами:

— Конечно. Если тебе удастся найти то, что я проглядел, будет просто замечательно.

Через минуту он вышел из кабинета, Диллон поднялся со своего места и взглянул на бумаги, лежавшие на столе Чивера. Он быстро пролистал их, но Чивер не обманул — ему действительно больше ничего не удалось найти.

Еще через минуту в кабинет вошла молодая женщина из отдела технического обслуживания. Она представилась как Сара Клей. В руках у нее был контроллер, по сравнению с которым пульт казался просто детской игрушкой. Диллон включил первую запись, и они по кадрам отсмотрели ее целиком. Чивер был прав. Оборудование для видеонаблюдения в казино нельзя было назвать устаревшим. Напротив, там использовались новейшие камеры. Однако машина, из которой выбрался Таннер Грин, была припаркована слишком далеко от двух камер, а неоновый свет не позволял рассмотреть детали.

Белый лимузин. Это было очевидно, но совершенно бесполезно. Как сказал Чивер, в Вегасе было много лимузинов, особенно белых. Каждое казино имело в своем автопарке лимузины, у каждого владельца казино был свой лимузин, так же как и у компаний, занимавшихся прокатом автомобилей. Половина богатых игроков в городе ездили на своих лимузинах.

Марку и модель машины было невозможно рассмотреть, а когда он попросил увеличить изображение, то не заметил ни одного опознавательного знака, ничего, что могло бы указать, откуда взялась эта машина. Ни одной улики, способной оказать помощь в процессе следствия.

Диллон просмотрел все оставшиеся записи. Время от времени он просил техника остановить воспроизведение и увеличить отдельные фрагменты, но все это лишь подтверждало слова Джерри Чивера. Той ночью посетители казино в буквальном смысле работали против них. Даже самый лучший видеотехник на свете не смог бы отличить на записи одного человека от другого. Обычно съемка с разных углов помогала решить эту проблему, но на этот раз им не повезло.

— Мы закончили? — вежливо спросила Сара, поглядывая на часы.

Диллон понимал, что у нее, наверное, еще уйма дел, поэтому улыбнулся.

— Почти. Спасибо вам большое. Но еще одна запись... Я хотел бы снова посмотреть ее.

— Конечно, — сказала она, но ее голос прозвучал совсем тихо.

Он прокручивал запись пока на экране не появился Грин, ковылявший к игорному столу. Затем он сосредоточил внимание на том моменте, когда Грин стал падать и прижал к столу Джесси Спархоук. Даже застигнутая врасплох и напуганная, она выглядела потрясающе. Какая странная у нее фамилия. У Джесси были рыжие волосы и огромные синие глаза, и он снова почувствовал, что очарован ею.

— Мистер Вульф? — вежливо напомнила о себе Сара.

Он встряхнулся.

— Вы не могли бы увеличить лицо Грина?

Она нажала кнопку, и мгновение спустя выпученные глаза Таннера Грина заполнили весь экран.

Проклятье, этот человек умирал у него на глазах.

Его взгляд был полон удивления, как будто он не верил в происходящее. Но чему он не верит, спрашивал себя Диллон. Тому, что умирает? Или тому, как он умирает?

Губы Грина слегка зашевелились. Диллон перемотал пленку и еще раз просмотрел этот момент, пытаясь понять, что он говорит. Возможно, что и ничего. А возможно, просит о помощи. Или же в минуту смерти он обратился к Богу и просто молился.

Диллон попросил Сару вернуть нормальное изображение, чтобы он мог видеть кадр целиком. В казино работала дорогая система вентиляции, однако в воздухе висело густое облако дыма. Казалось, в Лас-Вегасе начинали курить даже те, кто никогда не брал в рот сигареты.

Диллон еще минуту внимательно смотрел на экран.

Затем он опустился на стул.

— Большое вам спасибо, Сара.

Возможно, она была недовольна, что ей пришлось провести с ним столько времени, но все же она улыбнулась Диллону. Вероятно, ее нечасто благодарили за то, что считалось ее непосредственными обязанностями.

— Обращайтесь в любое время, — сказала Сара. — Вот. — Она вытащила из кармана визитную карточку. Там были указаны ее имя и должность, а также номер телефона и адрес электронной почты. — Я слышала о вас! О том, что вы делаете и что вы... видите. Говорят, что все это правда. И я охотно верю. Поэтому, если вам что-нибудь понадобится, обращайтесь. В любое время.

Он взял у нее карточку и мрачно кивнул.

— Даже так? Что ж, я польщен.

Диллон действительно был ей благодарен. Она только что согласилась лично помогать ему в расследовании. И он ценил подобное содействие.

Теперь ему нужно было отыскать Джесси Спархоук. Она единственная знала, что сказал перед смертью Таннер Грин.

В свое время Комитет по туризму пытался изменить Лас-Вегас, превратить Город грехов в курорт для семейного отдыха. Этот план провалился, а игорная столица быстро вернула себе прежний облик, но некоторые изменения все-таки произошли, и, отправляясь поиграть в Вегас, родители по-прежнему брали с собой детей. Поэтому каждое казино предлагало множество развлечений для малышей. Ведь это был Вегас, и родители могли в любой момент отвлечься на яркий, мерцающий свет и поверить, что следующий доллар, брошенный в заманчиво подмигивающий автомат, поможет им сорвать джек-пот. Это заняло бы всего несколько минут, но их было достаточно, чтобы случилось что-нибудь непоправимое.

В «Новом Орлеане» детскую проблему решили с помощью дневного шоу на пиратскую тему с напитками и едой.

На деле это был большой детский сад.

Но Джесси нравилась ее работа. Она любила детей. Конечно, время от времени ей с коллегами приходилось иметь дело с противными маленькими грубиянами, которые дергали пиратов за бороды, переворачивали сундуки с «сокровищами» и пытались заглянуть под юбки пиратских атаманш или официанток. Но это было совсем не страшно. Работать с детьми было куда приятнее, чем выступать на вечеринке для холостяков перед пьяными недоумками, возомнившими, что если тебе меньше тридцати и ты одета в короткое платьице, то тебя можно купить со всеми потрохами.

С детьми, напротив, всегда было весело, и в тот день представление получилось особенно интересным.

В зале собралось почти триста детишек, некоторые из них остановились с родителями в принадлежавшем казино отеле и присутствовали бесплатно, некоторых привели родители, которые жили в других гостиницах. Входной билет стоил недешево, но в сравнении с сотнями или даже тысячами долларов, которые взрослые собирались просадить за игорным столом или в автоматах, это была сущая мелочь.

Аудитория состояла из детей и подростков и юношей от двух до двадцати одного года. Обычно старшие ребята приходили вместе с младшими братьями и сестрами, потому что молодые люди восемнадцати и даже двадцати лет не имели права входить в казино или заказывать алкогольные напитки.

Представление было не чем иным, как шутливой импровизацией с хорошо поставленными танцевальными номерами. Актеры играли пиратов, они приплывали на озеро Мид, пели свою пиратскую песню, а затем принимались искать сокровища.

В этот момент дети начали кричать и подсказывать глупой королеве пиратов, которую играла Джесси, что сокровища находятся у нее прямо под носом. Джесси стала оглядываться, чтобы найти их, и в этот момент увидела его.

Он стоял у дверей, прислонившись к стене, на которой было нарисовано бушующее море и пиратские корабли, плывущие под «Веселым Роджером», и смотрел через стекло, огораживавшее сцену и зрительный зал. На нем был костюм, и он казался одновременно призрачным и реальным.

Совсем рядом с ним находился Грант Уиллоу — один из четырех охранников детской комнаты. Все охранники были настоящими профессионалами и умели обращаться с детишками. Уиллоу смотрел в вестибюль и, казалось, совершенно не замечал присутствия еще одного человека.

Джесси тут же узнала лицо мужчины. Она уже сталкивалась с ним при самых ужасных обстоятельствах в своей жизни, он не мог оказаться здесь... и все же стоял там у стены.

Она моргнула.

Он исчез.

Вероятно, она замерла как вкопанная, потому что Аарон Битон, игравший капитана Черная в Крапинку Борода, окликнул ее:

— Бонни Энн, Бонни Энн, ты нашла их? Ты нашла мои сокровища?

Джесси уставилась на него, не зная, что ответить, внутри у нее все похолодело.

Нет, тот человек не мог появиться здесь.

Она просто много думала о нем, он был плодом ее воображения.

Или там действительно кто-то был, но только не oн. Просто человек, похожий на умершего.

Прошлой ночью тот мужчина умер прямо на ней. Она испытала сильное потрясение. У нее начались видения. В этом не было ничего удивительного.

— Бонни Энн?! — резко крикнул Аарон.

— Твои сокровища? Это мои сокровища! — воскликнула Джесси, снова входя в образ.

После ее реплики началось сражение, которое на самом деле было специально поставленным хореографическим номером. Джесси дралась легко, играючи, она крутились и прыгала, но, когда ее взгляд снова упал на дверь, она едва не пропустила удар противника.

Он вернулся.

И смотрел на нее огромными, полными горечи и сожаления глазами.

Поскольку прошлой ночью Диллон видел постер с Джесси Спархоук, он решил вернуться в «Новый Орлеан», где она, скорее всего, работала.

Его предположения подтвердились.

Пиратское шоу устраивалось ежедневно с часу до шести, позволяя родителям целый день спокойно предаваться игре. Диллон подумал, что многие из них, возможно, так забываются, что не успевают прийти к закрытию, но решил, что в казино что-то припасли на этот случай.

Сцену и зрительный зал огораживала стеклянная стена, а вестибюль был украшен пиратской атрибутикой и росписями на стенах. На сцене стоял большой корабль, который, казалось, плыл по сверкающим голубым волнам. Этот эффект достигался с помощью ламп, расположенных под стеклянным полом сцены. Само представление было решено в игровой манере — в каждом секторе зрительного зала стоял пиратский флаг определенного цвета, дети разбивались на команды и могли болеть за «своих» пиратов на сцене, которые носили костюмы того же цвета. У стен стояли огромные сундуки, где вместо сокровищ хранились газированная вода, конфеты, чипсы, снеки и холодный чай. Шоу было занимательным и могло привлечь детей самого разного возраста — среди зрителем Диллон заметил даже совсем взрослых людей. Он обратил внимание, что самые маленькие дети сидели отдельно группами по девять-десять человек, и с ними занималось не меньше трех сотрудников казино, одетых в костюмы пиратов.

На сцене также царили пираты.

Диллон сразу же узнал Джесси, несмотря на парик, грим и костюм королевы пиратов. Дети кричали ей что-то, смеялись, и даже взрослые ребята веселились вместе с малышней и подсказывали ей, где искать сокровища.

И вдруг Джесси замерла. Просто остановилась... и уставилась на дверь.

Это длилось одно мгновение, затем она отвела глаза, и ответила на вопрос одного из актеров. Началось сражение на мечах, которое плавно перешло в танец.

Но вот Джесси Спархоук снова остановилась.

Диллон почувствовал, как кто-то тронул его за плечо, и подумал, что это, наверное, высокий охранник, который следит за безопасностью в зале.

Но он ошибся. Рядом стоял Ринго.

— Смотри, там, — тихо сказал он.

В противоположной стороне фойе рядом с охранником стоял мужчина. Высокий, крупный человек, одетый в костюм.

Таннер Грин.

Диллон тут же направился к нему. Он не сводил взгляда с охранника, словно хотел расспросить его о шоу.

Однако Таннер Грин почувствовал его интерес к себе. Он повернулся, пристально посмотрел на Диллона, а затем исчез. Растворился, как туман, который уносит ветром.

— Ты спугнул его! — упрекнул Диллона Ринго.

Диллон мысленно выругался. Он должен был проследить за Грином. Проявить немного терпения. Но если призрак Таннера Грина решил материализоваться, то Диллон вполне еще мог отыскать его и поговорить с ним.

В его внешнем облике не было угрозы. Диллон усмехнулся и подумал, что Грин был всего лишь перепуганным призраком, который не замышляет ничего дурного.

Охранник посмотрел на Диллона и кивнул, приняв его за одного из родителей.

— Дети выйдут попозже, минут через двадцать. После представления они любят фотографироваться с актерами.

— Спасибо, — сказал Диллон. Он отвернулся и поднес руку к лицу, словно хотел потереть подбородок.

На самом деле он собирался поговорить с Ринго так, чтобы его никто не услышал.

— Почему он так испугался меня?

— Как почему? Его же пришили, — заметил Ринго таким тоном, словно пытался объяснить трехлетнему ребенку совершенно очевидную вещь.

Диллон рассердился, но решил не отвечать на колкое замечание своего компаньона. Пусть Ринго и родился на Старом Западе, он с удовольствием перенимал современные словечки, словно это помогало ему приобщиться к миру людей.

— А может, он испугался тебя, — предположил Диллон. — Ты же все время таскаешь с собой револьверы.

— Все может быть, — согласился Ринго. — Наверное, он еще видел мало призраков... поэтому старый стрелок так смутил его. А может, он просто не верит, что уже мертв. Не хочет смириться с этим.

Как бы там ни было, но вид у Таннера Грина был напуганный.

И все же он пришел сюда и предстал перед глазами Джесси Спархоук — женщины, которой прошептал свои последние слова.

И Диллон был готов поклясться, что она видела его.

Представление закончилось, и дети устремились на сцену. Актеры позировали для фотографий, смеялись, болтали и пели короткие песенки, которые, казалось, сочиняли на лету. Диллон наблюдал, как Джесси сфотографировалась с карапузом на руках, потом поговорила с маленькой девочкой и подписала постер. Она выглядела такой непринужденной, но вот она снова взглянула на дверь, и в ее глазах появилась тревога.

Затем Джесси увидела Диллона и буквально остолбенела. Испуганная и смущенная, она все же продолжала улыбаться, общаться с детьми.

Диллон помахал ей рукой, и она махнула ему в ответ.

Широкоплечий охранник подошел к нему и дружелюбно улыбнулся.

— Так вы — друг Джесси, — спросил он, — а не отец кого-то из детей?

— Нет, — покачал головой Диллон. — И да... я друг Джесси.

— Можете войти, если хотите, — предложил охранник.

— Спасибо, — ответил Диллон и направился в зрительный зал.

Ринго следовал за ним.

Он заметил, что какая-то женщина обернулась, когда они проходили мимо нее, и с удивлением на них посмотрела. Она плотнее запахнула кофту, как будто внезапно почувствовала холод. Большинство людей именно так и поступали. Они не могли видеть умерших или общаться с ними, но интуитивно чувствовали их присутствие.

Диллон улыбнулся женщине и пошел дальше, надеясь, что Ринго не выкинет какую-нибудь гадость, не похлопает ее по плечу и не дернет за юбку. Он шел быстро, поскольку знал — стоит немного зазеваться, как Ринго обязательно что-нибудь устроит.

Джесси все еще была на сцене, она фотографировалась с последними оставшимися после спектакля зрителями.

Она посмотрела на Диллона поверх головы малыша, которого держала на руках, и Диллон почувствовал на себе ее враждебный взгляд. Но поскольку Джесси все еще была в образе, она улыбнулась ему.

— Отличное представление, — сказал Диллон Джесси и забрался на сцену.

Он заметил, что другие актеры обернулись в его сторону и стали перешептываться. Они явно обсуждали его.

— Не ожидала увидеть вас здесь, — сказала Джесси.

Диллон решил сразу перейти к делу.

— Мне нужно поговорить с вами.

— Правда? Боюсь, сейчас неподходящий момент. Я должна переодеться и проверить мое расписание на следующие дни.

— Я подожду.

Джесси отвернулась и прикусила нижнюю губу. Она была хорошей актрисой, но никудышной лгуньей — и не нашла подходящего оправдания, чтобы отказаться от беседы с ним, и не собиралась его выдумывать.

— У меня сегодня не самый удачный день, — призналась Джесси. — И я устала.

— Я не отниму у вас много времени. Вы ведь еще не обедали, не так ли? Могу отвезти вас в кафе на ваш выбор, мы поговорим, а потом я оставлю вас в покое. Обещаю.

Она тяжело вздохнула:

— Хорошо. Я освобожусь через полчаса.

— Спасибо. Очень вам признателен.

Джесси быстро кивнула, а Диллон отметил, что она великолепно выглядела в пиратском костюме. Он был довольно скромным, но ее грудь соблазнительно вздымалась под хлопковой блузкой, поверх которой был надет кожаный корсет. Юбка была длинной, но с разрезами по бокам, чтобы в ней было удобнее танцевать. У Джесси был яркий макияж, который дополняли накладные ресницы, но даже в нем она выглядела удивительно красивой.

И она была напугана.

Диллон отошел в сторону. Джесси очень привлекательная женщина, но он должен сосредоточиться на расследовании убийства Таннера Грина. К тому же Диллон понимал, что общение с ним вряд ли доставит Джесси удовольствие. После событий прошлой ночи, вполне возможно, само его присутствие будет вызывать у Джесси огорчение.

И вряд ли в ближайшее время что-то изменится.

— Встретимся в ресторане «У Чена», это здесь же, на Стрипе, — сказала она.

— Спасибо, — снова поблагодарил ее Диллон. — До встречи.

Он проследил, как Джесси уходит за кулисы. Перед тем как скрыться из виду, Джесси оглянулась, но смотрела она не на него.

Затем девушка вздрогнула, словно увидела призрака, и i исчезла за черным бархатным занавесом.

Глава 4

Джесси пыталась убедить себя, что случившееся с ней странное происшествие объясняется просто. Она наверняка видела человека, похожего на Таннера Грина. Ведь она совершенно не знала его при жизни и не могла точно сказать, был ли это он или кто-то другой.

Какая чушь.

Самое главное, что она видела его лицо.

Оно буквально отпечаталось у нее в памяти. И она никогда не забудет его. Джесси смотрела ему в глаза, пока он умирал.

Ключевые слова — он умер.

Возможно, она наслушалась Тимоти и теперь ее саму стали посещать видения мертвецов так же, как к нему являлись танцующие призраки.

Она поморщилась и села за свой столик в гримерной. И зачем она согласилась встретиться с Диллоном Вульфом? Она не хотела этого делать и не понимала, почему решилась на встречу. Этот человек был хорош собой, вежлив, приятен в общении, да и что греха таить, он был сексуальным, как сказала бы Сандра, но...

Ей казалось, что он имел отношение к тому странному видению, которое посетило ее. Она не знала, какое именно, но это было так. Ее не покидало ощущение страха и неловкости, и ей не нравилось это чувство. Хорошо хоть полицейские оставили ее в покое. Вероятно, они поняли, что Джесси не причастна к смерти Таннера Грина, а просто оказалась в неподходящем месте в неподходящее время.

Джесси взяла бутылочку со средством для снятия макияжа и принялась за дело. Без грима она выглядела совсем юной. И такой испуганной. Как же ей было страшно. И как она ненавидела это чувство!

— Кто этот красавчик? — с улыбкой спросила Эйприл Брэндон — одна из ее подруг-«пираток».

— Кто, прости?

— Ну, тот высокий, темноволосый и такой крутой, — сказала Эйприл, усаживаясь на стул перед длинным зеркалом.

— Да так, просто друг. Даже и не друг.

— Враг? — поддразнила ее Эйприл.

— Нет, нет, просто мы совсем недавно познакомились.

— А, понятно. Ну, если ты не хочешь, чтобы он был твоим другом, познакомь с ним меня. — Эйприл подмигнула ей, снимая с головы шляпу с перьями.

— Ты забыла, у тебя есть парень?

— Возможно, но я же не слепая, — заметила Эйприл.

Она сняла серьги и вдруг обернулась и осмотрелась.

Джесси почувствовала, как от страха по коже у нее побежали мурашки. Она спросила:

— В чем дело?

— Да так, показалось, — пожала плечами Эйприл. — Извини, просто мне вдруг стало не по себе. Как будто по спине пробежал холодок.

Джесси тоже обернулась. Она никого не увидела, однако и ей стало тревожно. Нужно взять себя в руки. Иначе она просто не сможет жить, если на каждом углу ей будут мерещиться всякие ужасы.

Эйприл снова пожала плечами и стала снимать грим.

— Между нами, девочками, я бы на твоем месте закрутила с ним роман. Хотя бы ради секса. Ты потом расскажешь мне подробности?

Джесси недовольно застонала.

— Я предпочитаю не распространяться на подобные темы.

— Он ведь индеец, не так ли?

— В наши дни правильнее говорить — коренной американец.

Эйприл удивленно выпучила глаза.

— А я тебя всегда называю индианкой. Хотя все думают, что я сумасшедшая, потому что ты такая светленькая.

— Тимоти наполовину лакота, — уточнила Джесси.

— Ну, вот видишь. Поэтому ты — индианка. Ой, прости, коренная американка.

Джесси стянула сапоги и убрала их в коробку под столом, быстро сняла пиратский костюм, надела сандалии и вязаное облегающее платье.

— Мне пора, — сказала она, дружески похлопав Эйприл по плечу.

Эйприл рассмеялась:

— Такое странное чувство. Как будто за тобой следят. — Она вздрогнула. — Наверное, это все из-за газет.

— Газет?

— Передовицы пестрят статьями о парне, которого убили. — Она понизила голос и прошептала: — Кстати, он работал на нашего босса, Эмила Лэндона, владельца этого казино. Так что погибший был практически нашим коллегой. Он умер, упав на какую-то несчастную женщину. — Она внимательно присмотрелась к Джесси и удивленно вскрикнула: — Что случилось? Ты стала бледной, как призрак. Неужели ты ничего не слышала?

— Нет. Конечно слышала.

— Я уверена, что к нам это не имеет никакого отношения. Возможно, его убил кто-то из тех, с кем он общался еще до того, как стал телохранителем. И все же думаю, мы должны проявлять бдительность и не ходить в одиночку. Вегас — не самый безопасный город.

— Верно, — согласилась Джесси.

— Ты ведь не пойдешь в гараж одна, не так ли? — с тревогой спросила Эйприл.

— Нет. У меня встреча. Я иду в кафе на Стрипе. А тебе нужно найти кого-то, кто проводил бы тебя до машины?

— Я тоже собираюсь на Стрип. Ну все, нам пора. Я догоню тебя.

Взволнованная Джесси вышла из гримерной. Закрыв за собой дверь, она почувствовала себя немного виноватой. Ведь она закрыла своего Мистера Страха в одной комнате с Эйприл. Джесси прошла через пустой зрительный зал, стремясь поскорее оказаться в казино, где было шумно, людно и горели яркие огни.

Диллон уже начал сомневаться, что Джесси придет. Возможно, она просто хотела отделаться от него.

Но через полчаса после того, как они расстались в театре, Джесси появилась в кафе «У Чена».

В Вегасе было полно прекрасных женщин с роскошными телами, прекрасными лицами и бесконечно длинными ногами. В городе, где хорошие танцовщицы всегда могли рассчитывать на достойную зарплату, многие из них увеличивали себе грудь.

Он видел, как Джесси Спархоук вошла в ресторан и остановилась, осматривая зал. Диллон также изучал ее, пытался понять, в чем заключалась ее привлекательность. Длинные шелковистые волосы падали ей на спину, как лучи заходящего солнца. У нее были большие, выразительные глаза, а точеная фигурка отличалась совершенством и естественностью форм. Ее ноги были такими длинными, что легко могли перешагнуть через Китай, она была сложена на редкость гармонично и выглядела элегантной, уверенной в себе и в то же самое время такой уязвимой. И в ней не было даже намека на вульгарность, которой отличались многие местные женщины.

Диллон пытался понять, что же в Джесси было особенного, но не мог найти ответа. Возможно, все дело в ее голосе: она говорила тихо, но вместе с тем каждое ее слово звучало отчетливо...

Все в ней будоражило и манило. Невозможно было определить, что именно делало ее такой привлекательной. В этом была ее загадка.

Сейчас Джесси выглядела повседневно. Чистое, без косметики лицо и кобальтово-синее платье под цвет глаз. В ее наряде не было ничего экстравагантного — юбка до колена и обнаженные плечи, но в движении платье смотрелось на ней просто сногсшибательно. Ринго тихо присвистнул.

Диллон не обратил на него внимания. Когда она приблизилась к его столику, он встал и протянул Джесси руку. Она приняла приглашение и уселась на самый краешек стула, словно боялась занять сиденье целиком.

— Мисс Джесси. — Прежде чем Диллон успел что-либо сказать, к ней подбежала официантка.

Очевидно, Джесси часто здесь бывала. Или этот ресторан был первым местом, которое пришло ей в голову?

— Привет, Мэй, — сказала Джесси, широко улыбаясь Хорошенькой молодой китаянке. — Как дела?

— Отлично. Так я приведу к вам Майкла в субботу? — с волнением спросила она.

— Конечно приводи. Обещаю, он здорово проведет время, — заверила ее Джесси.

— Спасибо. Я налью вам чаю, — сказала Мэй и в подтверждение своих слов поставила на стол перед Диллоном чайник.

Он был приятно удивлен, обнаружив там самый вкусный чай, который когда-либо пробовал.

— Значит, нашу официантку зовут Мэй и у нее есть сын? — спросил Диллон, когда Мэй оставила их размышлять над заказом.

— Они с мужем — владельцы этого ресторана, — объяснила Джесси. — Их сыну четыре года. Чудесный ребенок.

— Если еда здесь так же хороша, как и чай, то ужин будет просто замечательным.

Она наклонилась к нему и улыбнулась. «Похоже, ей нравятся мужчины, которые знают толк в хорошем чае, — подумал Диллон. — Но не особенно», — добавил он, когда Джесси заговорила.

— Я не понимаю, что вам от меня нужно? Что вы хотите услышать? Я не видела этого человека до момента, когда он свалился на меня, — решила Джесси сразу перейти к делу.

— Я просто подумал, что перед смертью он мог вам что-нибудь сказать, — проговорил Диллон, глядя ей прямо в глаза.

Она посмотрела на него и покачала головой:

— Вы работаете на Эмила Лэндона.

— На самом деле вы работаете на него дольше, чем я. Меня он нанял совсем недавно.

— Потому что он считает, что ему угрожает опасность? — равнодушно спросила Джесси.

— Да.

— А что вы думаете?

— Я пока не знаю, что думать, — честно ответил Диллон. — Я пытаюсь как можно больше разузнать об этом человеке. О нем ходит много слухов, но официальные документы и статистические отчеты не предоставили никакой информации. Он богат. Он владеет казино. Возможно, он вел жесткую игру и оставил на своем пути немало финансовых трупов. Возможно, он связался с дурными людьми. Как знать? Он никому не доверяет.

— Похоже, вам он не особенно нравится.

— А вам? — спросил ее Диллон.

Джесси покачала головой:

— Я не знаю Лэндона. Я видела его в новостях, но никогда не встречалась с ним лично. Не думаю, что у меня будут причины видеться с ним, если только он вдруг не приведет ко мне маленьких детишек.

Диллон отхлебнул чая, пытаясь скрыть улыбку, которая возникла у него при мысли о том, как хорошо она ладит с детьми. Это так мило. Хотя он был очарован Джесси и умилился бы, даже скажи она, что любит исполнять приват-танцы в стриптиз-клубе.

Мэй вернулась к их столику. Диллон был приятно удивлен, когда Джесси сначала нерешительно взглянула на него, а затем спросила, не возражает ли он, если они с Мэй решат, какие блюда им лучше всего заказать. Он улыбнулся и предоставил ей полную свободу действий.

Джесси немного расслабилась. Она уселась на стул поудобнее и откинулась на спинку.

— Вам, наверное, нелегко приходится, — заметила она, когда Мэй снова ушла. — Эмил Лэндон — человек с прошлым, у него, скорее всего, много врагов. И у Таннера Грина, судя по тому, что я слышала о нем в новостях, тоже было темное прошлое. Странно только, что такой крупный мужчина так легко позволил убить себя. Ведь чтобы нанести удар ножом, нужно подойти совсем близко.

Она говорила с задумчивым видом, и Диллон не мог понять, встревожена ли она или просто констатировала факты.

— Возможно, это сделал тот, кому он доверял, — предположил Диллон. — К тому же в таком людном месте, как казино, довольно просто подойти к человеку, оставаясь незамеченным. Но его могли ударить ножом и за пределами казино. Однако у нас пока что недостаточно улик, чтобы доказать это.

Джесси слегка вздрогнула и грустно улыбнулась.

— Я знаю, что нельзя так говорить, но была бы рада, если бы убийца Таннера Грина был сейчас мертв. Это куда лучше, чем думать о том, что он ходит где-то поблизости, выискивая новую жертву.

— Да, так было бы гораздо спокойнее, — согласился Диллон.

Принесли еду. Диллон решил, что успешно прошел первое испытание, поскольку Джесси представила его Мэй как своего друга. Джесси заказала два блюда — из курицы и из говядины, одно из кантонской, второе — из мандаринской кухни. Оба были очень вкусными. Поначалу, когда официантка только поставила тарелки на стол, у Диллона возникло ощущение, что они на любовном свидании. Но он понимал, что Джесси не согласилась бы встречаться с ним. Он с трудом уговорил ее пообщаться. Диллон видел, она будто не испытывает к нему неприязни, однако складывалось впечатление, что она пыталась возвести между ними стену и надеялась, что он, наконец, перестанет стучаться в ворота.

Они не могли весь вечер обсуждать еду, и Диллон снова вернулся к смерти Грина.

— Даже не знаю, что вы хотите от меня услышать, — сказала Джесси, наблюдая, как он пережевывает кусок мяса.

— Я думаю, что-то здесь есть. Возможно, в вашем подсознании. Нечто, что вы считаете не таким уж и важным, или даже не догадываетесь, что обладаете ценной информацией. Но, возможно, именно этот факт повлияет на ход расследования.

Она положила вилку и наклонилась к нему.

— Я не могу вам помочь. Человек, которого я видела в первый раз в жизни, пробрался через толпу, упал на меня и умер на столе для игры в кости. Вы знаете, что я не была с ним знакома. Все случилось так, как я уже вам рассказывала, и очень быстро.

— Он говорил с вами, — тихо сказал Диллон.

Ее удивление и смятение было не наигранным. Может, она забыла? Или необходимая информация была погребена в ее подсознании? Она откинулась на спинку стула и задумалась.

— Мы не разговаривали, — сказала она.

— Я смотрел видеозапись с камеры наблюдения. Его губы двигались.

— Может, он и прошептал что-то, — сказала Джесси. — Простите. Я не знаю. Он умирал. Возможно, он что-то сказал. Но я не помню. Я только знаю, что чувствовала себя загнанной в угол. Я пришла в ужас при мысли о том, что он умирает, истекая кровью, прямо на мне. Такое нескоро забудется.

Диллон не хотел отступать, но видел, что давить на нее дальше бессмысленно. Джесси знала, что сказал Таннер Грин, возможно, она уже не помнила этого, но эти слова осели в ее подсознании. Однако он понял, что больше не сможет ничего от нее добиться. Пора было сменить тему разговора.

— Как ваш дедушка пережил прошлую ночь? С ним все в порядке?

— Да, большое вам спасибо. — Джесси посмотрела на него: — Понимаете, Тимоти... он немного не в себе, — сказала она так, словно это могло напугать его.

— Извините. Это болезнь Альцгеймера?

— Он просто иногда странно ведет себя. Он нормальный и может о себе позаботиться... но за ним нужно постоянно присматривать. У него бывают минуты помутнения. Но в остальном он абсолютно дееспособный человек. Он узнает меня и людей, которые о нем заботятся. — Джесси помолчала. — Сейчас он живет в доме престарелых, но ему нравится это место, там у него много друзей и чудесные врачи. — Она снова замолчала, словно вдруг поняла, что сказала больше, чем хотела. А возможно, она по-прежнему подсознательно пыталась отделаться от него. — Мои родители умерли, когда я была еще ребенком. Меня вырастил Тимоти. Я очень люблю его, но не могу оставлять дома одного, когда уезжаю на работу. Он забывает еду в духовке и разговаривает со своими призрачными друзьями на стенах и в небе.

— Раз они его друзья, то в этом нет ничего страшного, — улыбнулся Диллон.

— Подруга помогает мне с ним, когда меня нет дома, — сказала она, ковыряя еду у себя на тарелке.

— Вы играли прошлой ночью, чтобы заплатить за его содержание, не так ли?

Она быстро взглянула на него и пожала плечами.

— Знаете, в этой стране очень дорого быть стариком.

— Знаю. Я видел это много раз. И рад, что вам повезло. У меня создалось впечатление, что вы нечасто играете.

Джесси рассмеялась.

— На самом деле я до этого случая вообще не играла. Я выросла в Вегасе. Ходила здесь в школу, а теперь работаю. Тимоти — это вся моя семья, которая у меня осталась. Разумеется, у меня есть друзья, и мне нравится работать с детьми. Вот и вся моя жизнь. А теперь давайте послушаем о вашей. Говорят, что вы кто-то вроде секретного агента. Это правда?

— Едва ли меня можно назвать секретным агентом — сказал он, скрывая удивление по поводу того, что она говорила о нем с кем-то еще. — И уж точно не секрет, что меня нанял Эмил Лэндон.

— А чем вы обычно занимаетесь? — решительно спросила она.

— На самом деле я — частный детектив. Разумеется, у меня есть лицензия, — сказал он. — Сейчас я работаю на компанию, которая называется «Расследования Харрисона», названную так в честь ее основателя Адама Харрисона, который приглашает к сотрудничеству людей со всей страны, даже со всего мира. Но сам я родом из этих мест. Мои родители умерли, однако у меня остались родственники, которые живут неподалеку отсюда. Так случилось, что Адам предложил мне заняться этим делом, и я согласился.

— Но почему?

Диллон помедлил с ответом. Не мог же он объяснить, что попросил его об этом призрак, с которым он общался, а Адам решил, что если призрак что-то заподозрил, то нужно уделить этому особое внимание.

— Я не могу этого сказать, — ответил он.

Немногословно, зато честно.

— Ваша семья живет в резервации?

— Некоторые из моих родственников живут там, у других есть частные дома.

— А почему же деятельность вашего шефа так засекречена и что за работу он выполняет для правительства? — спросила она.

— Адам расследовал немало преступлений, в том числе и федерального значения. У него много знакомых в различных силовых ведомствах. Я знаю о нем далеко не все, и мне также мало известно о других сотрудниках агентства и о том, чем они занимаются. Иногда мы работаем группой из нескольких человек над одним делом, а бывает, что расследованием занимается только один из нас. В нашей деятельности нет ничего секретного, но Адам не любит привлекать внимание прессы. Он очень тщательно подбирает для нас работу, а случается, что и сам частный детектив решает, каким делом он будет заниматься, а каким нет.

— Но Адам Харрисон предложил вам вести дело Эмила Лэндона. Это весьма любопытно, — сказала она. — Как вы думаете, почему он решил помогать этому влиятельному человеку, у которого много денег, но, как я слышала мало совести?

Вопрос был не из простых. Похоже, Джесси пыталась выяснить, не было ли в его работе чего-то противозаконного.

— Даже не знаю. Надеюсь, я смогу это понять, когда во всем разберусь. Пока я лишь несколько раз встречался с Эмилом Лэндоном и его свитой, а теперь один из его телохранителей мертв. И вы, пусть и не по своей воле оказались причастны к его гибели. Поэтому мне и нужна ваша помощь по этому делу. — Диллон посмотрел ей в глаза, надеясь увидеть в них доверие. У него возникла слабая надежда, что Джесси расскажет, как видела призрака.

Все напрасно.

Вместо этого Джесси внезапно поднялась с места.

— Простите, но я сегодня очень устала. Я подумаю над тем, что вы мне сказали. И попытаюсь вспомнить, говорил он мне что-нибудь или нет. Но, как я уже сказала... я никогда прежде не видела этого человека. Да, я работаю на Эмила Лэндона, но и его я никогда не видела. Извините.

Она пошла было прочь, но затем вернулась, покраснев от смущения:

— Совсем забыла. Счет...

— Не стоит. Ведь это я попросил вас о встрече.

Джесси покраснела еще сильнее, словно ей не хотелось, чтобы у него возникла иллюзия, будто они были на свидании.

— Считайте, что это деловые расходы. Наш общий босс оплачивает их.

Диллон с грустью посмотрел Джесси вслед, когда она уходила. Ему хотелось проводить Джесси до гаража и убедиться, что по дороге к машине с ней ничего не произойдет. Знала она об этом или нет, но Таннер Грин неотступно следовал за ней. Диллон был уверен, что призрак не причинит ей вреда, но кто-то же убил этого человека, и Джесси оказалась на месте преступления, а значит, ей также могла угрожать опасность.

— Я прослежу за ней, — сказал Ринго.

Диллон даже забыл о присутствии призрака. Ринго последовал за уходящей Джесси Спархоук. Едва слышное позвякивание шпор при каждом его шаге вызывало недоумение посетителей ресторана.

Джесси быстро прошла через толпу в казино и направилась к лифту, чтобы спуститься в гараж. Залы были заполнены людьми, хотя в последнее время народу в казино поубавилось. И все же колокольчики звонили, люди смеялись и разговаривали так громко, что их речь была слышна за шумом игровых автоматов, а зазывалы приглашали сыграть в ту или иную игру.

Она вошла в лифт вместе с музыкантом в мексиканском костюме, который держал в руках акустическую гитару, парочкой влюбленных, которые все время обнимались и хихикали, и разносчиком пиццы. Двери стали закрываться, но затем снова открылись, как будто кто-то не успел в него сесть и нажал кнопку вызова.

Однако в лифт так никто больше и не вошел.

— Не иначе как лифт вызвал призрак, — пошутил разносчик пиццы.

Парочка захихикала еще громче, даже музыкант улыбнулся. Дверь снова закрылась, и Джесси показалось, что воздух вокруг нее стал холодным.

Она приказала себе успокоиться. Любое колебание воздуха вызывало у нее страх преследования, это было просто смешно. Нужно избавиться от этого навязчивого ужаса, иначе все может плохо кончиться.

Джесси обрадовалась, когда музыкант вышел на одном с ней этаже. И с облегчением вздохнула, когда поняла, что он припарковался неподалеку от нее. Джесси отключила сигнализацию, села на водительское место и тут же заблокировала двери. Затем она повернулась и проверила заднее сиденье. Убедившись, что она была в машине одна, Джесси пожурила себя за то, что насмотрелась разных фильмов, где убийца прячется на заднем сиденье машины, чтобы напасть на ничего не подозревающую жертву.

Только она была одна.

Джесси включила погромче магнитолу. Музыка — отличный способ избавиться от всех посторонних звуков. На местной радиостанции шла программа «Ночь семидесятых», и через минуту ди-джей объявил песню «Не бойся Потрошителя» в исполнении группы «Культ голубой устрицы». Джесси тут же переключилась на другую радиостанцию. Она поехала в объезд, минуя Стрип, и направилась в Хендерсен, постоянно повторяя про себя, что у нее все хорошо. Она заблокировала двери. И проверила заднее сиденье.

И все же Джесси не покидало чувство, что в машине был кто-то еще. Как будто кто-то невидимый сопровождал ее. Сидел рядом с ней.

Однако добралась Джесси без происшествий. По дороге к дому она буквально заставила себя идти нормальным шагом, а не бежать со всех ног. Она заперла за собою дверь и включила только что установленную охранную систему. Но даже дома Джесси не смогла избавиться от неприятного ощущения, ей все равно казалось, что за ней следят, она здесь не одна.

Первым делом она пошла на кухню и взяла самую тяжелую сковородку. Джесси пожалела о том, что она не и играла в гольф — клюшка для гольфа могла послужить отличным оружием. Впрочем, она была уверена, что и сковородка вполне сгодится для этих целей.

Джесси обошла весь дом и убедилась, что, кроме нее, там никого не было. Ей нужно было поскорее уснуть, Джесси даже хотела принять снотворное, но после него утром она просыпалась вялой и разбитой, поэтому она налила себе изрядную порцию «Бейлиса». Джесси стояла на кухне со стаканом в руке, когда зазвонил телефон. От неожиданности она подпрыгнула на месте. Посмеявшись над своей глупостью, сняла трубку.

— Привет, как поживаешь? — послышался веселый голос Сандры.

— Отлично, — сказала Джесси, понимая, что голос ее звучал недостаточно убедительно.

— Значит, с Тимоти все хорошо?

— Да, все замечательно. Хоскинс был уверен, что мне не удастся достать деньги, и пообещал комнату Тимоти кому-то другому. Думаю, новые постояльцы остались очень недовольны, когда узнали, что не смогут въехать, но так этому кретину Хоскинсу и надо. А Тимоти прекрасно себя чувствует.

— Рада слышать. Как дела у тебя? — спросила Сандра.

— У меня тоже все отлично.

— Ты, наверное, еще не видела новости?

— Что-то случилось?

— Нет, пока больше ничего. Но ты стала знаменитостью.

— Как это?

Сандра рассмеялась.

— Тебя называют не иначе как «загадочная женщина». Подожди, тут Рэджи хочет поговорить с тобой.

— Это так здорово! — затараторила Рэджи. — Никто не называет тебя по имени, но говорят, что тот человек упал и умер на загадочной женщине. Красивой загадочной женщине. Я бы тоже хотела быть загадочной женщиной, — закончила Рэджи и нарочито-театрально вздохнула.

— А я хочу поскорее забыть все, что случилось, — сказала Джесси.

Сандра снова взяла трубку:

— Успокойся. Со временем все наладится. Я уверена, полиция раскроет это дело. Возможно, здесь были замешаны наркотики, или месть, или что-то еще в этом духе. А может, это дело рук мафии. Как хорошо, что я не работаю в полиции. Даже не представляю, как они во всем этом разбираются. На самом деле я звоню только для того, чтобы проверить, как у тебя дела.

— Все хорошо. Завтра у меня выступление, и я как раз собиралась идти спать. Утром заеду к Тимоти, а потом — на работу. Надеюсь, там ничего еще не слышали о «загадочной женщине», — сказала Джесси. — А то все будут дразнить меня.

Женщины пожелали друг другу спокойной ночи, и Сандра предложила Джесси звонить ей в случае необходимости. Джесси повесила трубку. Стакан с «Бейлисом» опустел наполовину, и она решила, что самое время идти спать. Когда Джесси встала, ей показалось, что она слышит какое-то тихое позвякивание, но решила, что это телефонная трубка.

Джесси быстро допила остатки «Бейлиса» и направилась к себе в комнату.

Она разобрала постель, но, прежде чем лечь, замерла и осмотрелась.

— Я очень устала, и прошу вас, оставьте меня в покое, — громко сказала она, стоя посреди пустой комнаты.

Ответа не последовало.

Несколько минут спустя, несмотря на все свои опасения, Джесси спокойно уснула.

Диллон испытывал большой соблазн позвонить Джесси и удостовериться, что она благополучно добралась домой, но сдержался. У него не было никаких оснований думать, будто ей что-то угрожает. Джесси оказалась на месте преступления, но она не имела никакого отношения к убийству Грина. По какой-то причине теперь призрак Грина ходил за ней по пятам, но это не означало, что она в опасности.

К тому же Ринго обещал присмотреть за ней, он уже больше ста лет существовал в качестве призрака и знал все законы потустороннего мира. Ринго был настоящим профессионалом среди призраков. При необходимости он мог двигать предметы или даже переворачивать их, как те игорные кости. Возможно, он смог бы даже воспользоваться телефоном и позвонить в 911.

Желая отвлечься от мыслей о Джесси, Диллон решил поехать в казино «Солнце» и поговорить с сотрудниками, особенно со швейцаром и рабочими парковки, которые могли видеть, кто ударил Грина ножом прошлой ночью. Был вечер четверга. Оградительную ленту убрали, казино открылось еще утром, теперь оно было полностью готово к приему гостей. У сотрудников было много работы, однако Диллон умел разговорить людей, к тому же он платил щедрые чаевые. Он выяснил, что менеджер парковки все время сидел в своей стеклянной будке и ничего не видел. Три швейцара в тот момент находились внутри казино, от них также было не много толку. Даже рабочие парковки ничем не смогли помочь Диллону.

— Понимаете, — сказал один из них, — мы так привыкли к пьяным, что не обращаем внимания на людей, которые идут нетвердой походкой. Нас уже допрашивала полиция, я очень хотел бы помочь им, но мне нечего было сказать. Вам может показаться странным, но поймите меня, здесь каждую ночь останавливается с дюжину лимузинов.

— И все же, — не отступал Диллон, — этот лимузин умудрился припарковаться так, что его не зафиксировала ни одна камера. Как будто владелец знал, где камеры были установлены.

— Да, копы сказали, что он стоял в самом конце парковки. Поговорите с Руди Йорбой, кажется, я видел его там прошлой ночью, он ждал, пока припаркуется машина на соседней линии.

Диллон нашел молодого человека по имени Руди Йорба, высокого, худого и нервного мужчину тридцати пяти лет.

Руди с удовольствием взял чаевые и согласился уделить Диллону время.

— Не совсем уверен, но мне кажется, я кое-что видел, — сказал он Диллону. — Только тот полицейский, который ведет следствие, оказался таким психом, что я даже боялся говорить с ним. Он заявил, что ему нужны проверенные факты, а не домыслы, и ему неинтересно знать, что кому показалось, он хочет получить достоверную информацию. А я не мог представить ему таких фактов. И он сказал, что не хочет вести расследование, основываясь на ложных версиях.

— Он — коп, а я — частный детектив и готов выслушать вас, — заверил его Диллон. — И потом, все равно ничего другого мне не остается, не так ли?

Руди посмотрел на него и кивнул.

— Так вот, мне показалось, что тот парень вышел из длинного белого «кадиллака». Я как раз ждал, пока очередной клиент выйдет из своей машины и позволит мне припарковать ее. Я обернулся и увидел, как кто-то вылез из «кадиллака», но не знаю точно, кто это был. Потом я заметил здоровенного громилу, который продирался сквозь толпу. Он вел себя грубо, расталкивал людей. Затем я отвлекся, сказал что-то моему клиенту, а когда снова посмотрел в ту сторону, мужчины уже и след простыл. Вот я и подумал, что это он вышел из «кадиллака», но не знаю, можно ли это считать достоверным фактом. Я знаю только, что та машина быстро подъехала на парковку и так же быстро скрылась. Никогда не видел, чтобы лимузин двигался с такой скоростью.

— Спасибо, Руди, большое спасибо, — сказал ему Диллон и отдал молодому человеку одну из своих визитных карточек. — Дайте мне знать, если вспомните что-то еще.

— Разумеется, — сказал Руди и покачал головой. — Вы, наверное, считаете, что кто-то должен был заметить нож. — Он пожал плечами. — Но это же Лас-Вегас. Кого зарезали в Вегасе, тот в Вегасе и остается, не так ли? — Он тихо рассмеялся своей мрачной шутке.

— Грустно, но верно, — сказал Диллон.

Диллон был уверен, что Руди не ошибся насчет «кадиллака», а значит, у того, кто убил Грина, было достаточно денег, чтобы нанять такой дорогой лимузин, к тому же он был очень хитер, раз сумел поставить его вдали от камер.

После этого Диллон вернулся домой, включил компьютер, вышел в Интернет и попытался выяснить, какие казино располагали лимузинами подобной марки. Он нашел шесть казино, которые предоставляли «кадиллаки» за деньги или в качестве бонуса игрокам, выигравшим крупную сумму.

Кроме того, он отыскал три агентства, которые специализировались на прокате лимузинов.

Диллон размышлял над полученной информацией, когда вдруг зазвонил его телефон.

— Вульф слушает.

— Мистер Вульф? Это Руди Йорба.

— Добрый вечер. Вы еще что-то вспомнили?

— Да. Я знаю, какого года был тот лимузин. Я только что вспомнил, потому что думал об этом после нашего с нами разговора.

— И?..

— Это была последняя модель. Я понял это по форме зеркал. Когда вы уехали, кто-то из ребят сказал о том, как мало все меняется в автомобильном мире и часто модель одного года не отличишь от модели другого. И тогда я вспомнил про зеркала. Может, вам это ничего и не даст, но я подумал, что такая информация может быть полезной.

— Конечно, это уже что-то. Спасибо, Руди, большое спасибо.

Диллон повесил трубку и вернулся к компьютеру. Ни одно из агентств не предлагало «кадиллаки» последней модели, зато подобные машины были в распоряжении двух казино: «Солнца» и недавно открывшегося на Стрипе «Нового Орлеана».

Глава 5

Руди Йорба ушел с работы в два часа ночи. Как правило, к этому времени толпа в казино начинала редеть. Посетители напивались так сильно, что, независимо от желания остаться и поиграть, их накачанные алкоголем тела сами стремились к постели.

Рок-звезды и их свиты имели обыкновение приходить поздно, но той ночью никто из знаменитостей так и не приехал. И хотя Руди часто задерживался до трех или четырех часов в надежде заработать побольше чаевых, той ночью он ушел в два.

Он попрощался с друзьями и коллегами и направился на парковку. Сотрудники оставляли свои машины на верхнем этаже, находившемся под открытым небом, но никто против этого особенно не возражал. Руди воспользовался служебным лифтом и поднялся наверх, где его поджидал его маленький «жук». Он любил свою машину. В мире, где цены на бензин росли с космической скоростью, такая малолитражка была весьма ценным приобретением.

Руди остановился и посмотрел на ночное небо, толстое покрывало облаков заслоняло луну и звезды. Темень стояла непроглядная. Руди подумал, что где-нибудь в пустыне, вдали от неоновых огней, небо было еще чернее. Там темно как в аду. И так же холодно. Даже морозно. Такова пустыня: днем там обжигающее пекло, а по ночам — ледяной мороз. И Вегас был всего лишь кучей денег и неоновых огней посреди этой пустыни.

Он нажал на пульт и услышал веселое чириканье сигнализации. Друзья посмеивались над его машиной, но он любил ее. Он называл ее Мэри. Так звали его мать и его дочь. Мать давно умерла, и он очень редко виделся с дочерью. Она жила в Нью-Йорке с его бывшей женой. Он ездил туда в лучшем случае два раза в год, и еще две недели Мэри разрешали проводить с ним летом. Руди не испытывал ненависти к своей бывшей жене и не обижался на ее нового мужа.

Когда Мэри только родилась, его дела шли в гору. Он работал на Уолл-стрит, получал большие деньги и ездил на «хаммере».

Затем он подсел на кокаин и промотал все, что имел. Однажды ночью он чуть не выбросил Мэри с балкона своей роскошной квартиры, когда его вдруг охватил приступ безумия. Теперь он не притрагивался к наркотикам, почти не употреблял алкоголь и постепенно возвращал себе человеческий облик. Он знал, что должен завоевать доверие дочери, но не был уверен, что она любила его так же сильно, как отчима. И он не мог винить ее за это.

Руди приблизился к своей машине и заметил, что кто-то отошел от его автомобиля и направился через парковку. Он не обратил на это особого внимания. Здесь постоянно находился кто-то из сотрудников казино.

Затем он услышал позади себя шаги. Неожиданно его охватило чувство тревоги, и он обернулся.

— Привет, Руди! — Его окликнула женщина по имени Эмбер Олсен — официантка, которая подавала коктейли.

— Привет, Эмбер. Тихая ночка, не так ли?

— Да, слишком тихая. От этого покойника у нас теперь сплошные убытки, — призналась она.

— Да не переживай. Может, эта история еще привлечет сюда толпы любопытных.

— Надеюсь, что так и будет, — сказала Эмбер, помахала ему на прощание рукой и направилась к своей машине, стоявшей в соседнем ряду.

Когда Руди сел в своего «жука», он на всякий случай проверил заднее сиденье и с грустью улыбнулся. Там никого не было. А что еще он мог ожидать.

Руди выехал на шоссе, когда услышал первый щелчок в двигателе. Нахмурившись, он посмотрел на приборную доску.

Как же так! У него кончился бензин... но это невозможно. Он только утром наполнил бак доверху.

Руди стало не по себе. Неужели у него опять случился провал в памяти и на самом деле он не заправлялся? Но в автомобиле с ним никогда не случалось ничего подобного. Никогда. Несколько раз такое бывало, когда он без дела слонялся по парковке, ожидая очередного клиента; Но он не садился за руль, если чувствовал, что может отключиться, и всегда был очень внимательным. Он пытался начать новую жизнь и не собирался никого убивать.

Но тем не менее бензин у него все-таки закончился. Он знал, что давно должен был вступить в автомобильный клуб, но так до сих пор и не сделал этого.

Ругаясь сквозь зубы, Руди затормозил на краю обочины, двигатель окончательно заглох. К счастью, он остановился всего в паре миль от парковки.

«Дурак, дурак, дурак, дурак!» — проклинал он себя, вылезая из машины и осторожно закрывая за собой дверцу. Он любил свою Мэри и не хотел, чтобы кто-нибудь украл ее.

Руди подумал было поймать машину, но затем решил прогуляться. Тем более что автомобилей на шоссе было мало.

Он прошел примерно с полмили, тихонько напевая какую-то мелодию, чтобы отвлечься и снова не бранить себя за глупость.

Позади него вспыхнули огни. Ничего удивительного, ведь он был на шоссе. Руди остановился и обернулся, решив все-таки проголосовать. Возможно, его все-таки согласятся подвезти.

Он стоял на обочине, и ему показалось, что машина мчится прямо на него. Он заслонил глаза от слепящих огней, подумав, что за рулем сидит какой-то идиот.

Автомобиль приближался, и огни становились все ярче. Он мчался со скоростью не меньше восьмидесяти миль в час.

И он летел прямо на Руди.

Тот даже не успел закричать.

И не почувствовал боли.

Руди и опомниться не успел, как был уже мертв.

Наступило утро.

Солнечный свет проник в комнату и разбудил Джесси. Она медленно открыла глаза, словно боялась увидеть что-то страшное.

Часы тикали на ее прикроватном столике. Украшенная бусинками и стразами искусно выполненная ловушка снов, которую купил для нее Тимоти, когда она была еще ребенком, свисала с зеркала над ее туалетным столиком и ловила первые лучи солнца. Она была совсем одна. И все же...

Так страшно просыпаться от чувства, что за тобой кто-то следит.

— Никто не следит за тобой, — твердо сказала себе Джесси. — Еще немного, и у тебя начнется мания преследования.

Она знала, что ей снились какие-то сны, но не могла ничего вспомнить. Но она помнила, что во сне кто-то следил за ней. И не кто-то. А Таннер Грин.

Джесси говорила себе, что должна вернуться к нормальной жизни, избавиться от этой одержимости. Секс. Сандра наверняка сказала бы, что это все от нехватки секса. Страстного романа с настоящим мужчиной. Вставая с постели, Джесси даже рассмеялась от мысли, что старый добрый секс может избавить ее от визитов призраков.

Если это действительно так, то она была готова броситься на первого встречного.

Но ведь ее ситуация не настолько плачевна. Диллон Вульф нравился ей и как мужчина, и как собеседник. Возможно, если она...

Нет, она не пойдет на это. Нужно идти вперед. И не думать больше ни о Диллоне Вульфе, ни о призраках.

Она быстро оделась и покинула дом, ей хотелось как можно скорее оказаться среди людей. Первым делом она, как всегда, заехала позавтракать к Тимоти.

Он производил впечатление человека, который находится в здравом уме и твердой памяти. Иногда у него бывали такие минуты просветления. Тимоти поприветствовал ее. По телевизору передавали новости, и ведущий рассказывал об убийстве в «Солнце», затем показали интервью с супружеской парой, которая находилась в это время в казино. К своему удивлению, Джесси увидела на экране своего любимого игрока Кута Калхауна и его седовласую жену Минни.

— Я такого еще никогда не видел, — сказал Кут со своим привычным техасским акцентом. — Откуда ни возьмись появился тот парень, рухнул на стол и придавил ту хорошенькую девушку.

— И вы не заметили, откуда он пришел? — спросила его журналистка.

— Нет, мэм, не заметил. Он просто вылетел из толпы и умер прямо на той бедной девушке.

— Она была его подругой? Возможно, его девушкой? — продолжала расспрашивать журналистка.

— Я этого не знаю, — сказал Кут.

— Но вы знали ту женщину?

Джесси почувствовала, как все мускулы ее напряглись, от страха у нее перехватило дыхание. Но Кут был джентльменом до мозга костей.

— Нет, мэм. Я не встречал ее до той ночи. И я рассказываю вам все, как было. Это случилось сразу же после самой продолжительной партии в кости, в которой я только участвовал.

На этом интервью закончилось, телеведущий объявил, что передача продолжится после рекламной паузы.

— Какая нелепая история, — сказал Тимоти. Лукавые искорки зажглись в его ярко-голубых глазах. — Я слышал, что казино подсылает новых игроков, чтобы переломить ход игры, когда кто-то начинает выигрывать, но я и представить себе не мог, чтобы они решились на убийство, лишь бы прекратить игру.

Джесси с ужасом воскликнула.

— Какой кошмар! Но ведь игра уже закончилась, когда все случилось.

Тимоти прищурился.

— Откуда вы это знаете, юная леди?

Джесси не хотела, чтобы дедушка узнал, как она в отчаянии поставила свои последние деньги, чтобы оплатить его пребывание здесь. Вместо этого Джесси указала на телевизор.

— Он сам об этом сказал. Тот человек, у которого брали интервью.

— И все равно это так странно. Раненый, у которого из спины торчит нож, пробирается в казино, но никто не видит, откуда он пришел. Даже камеры. Похоже, здесь был замешан кто-то из казино, — сказал он.

— Или это просто совпадение, — предположила Джесси.

— Совпадение? — Тимоти покачал головой. — Здесь явно есть какая-то связь, но я не знаю, какая именно.

— Полиция найдет убийцу, — уверенным тоном сказала Джесси, хотя на самом деле очень в этом сомневалась. — И как бы там ни было, но выглядишь ты замечательно.

Тимоти радостно улыбнулся.

— Я и чувствую себя отлично. Скоро нас ждет большое приключение, не так ли?

Джесси крепко обняла его, порадовавшись тому, что он полностью контролирует свои мысли.

— Конечно. Мы отправимся в путешествие на целый день. И придумаем что-нибудь интересное.

Внезапно он нахмурился и погрозил ей пальцем:

— Только береги себя.

— Что? Почему? — спросила она с тревогой.

— Призраки, — серьезным тоном сказал он. — Призрачные танцоры.

Она с волнением посмотрела на него.

— Тимоти, я не думаю, что призрачные танцоры могут причинить мне вред.

Тимоти покачал головой:

— Они хотят помочь тебе, а не навредить. Призрачные танцоры видят своих предков и говорят с мертвыми. А мертвые могут рассказать очень важные вещи тем, кто способен их услышать.

Она вздохнула.

— Тимоти, пойми меня. Ты знаешь, что я бесконечно уважаю твоего отца и его народ, но призрачные танцоры остались в прошлом, не думаю, что мы должны верить в них теперь.

Джесси удивилась, когда Тимоти терпеливо улыбнулся ей, словно она была совсем еще маленьким ребенком.

— Вера — это самое важное, что есть на свете, Джесси. Вера в себя, вера в окружающий нас мир, в Бога, в Великий дух. Мы не можем увидеть всего, что происходит. В отличие от призрачных танцоров.

Джесси подошла и поцеловала его в лоб, стараясь скрыть свое огорчение.

— Поверь, я горжусь своим происхождением, но все же думаю, что мы должны жить в реальном мире. А сейчас я должна ехать на работу. Я люблю тебя, и если вдруг получу какие-нибудь послания, то знаю, что ты поможешь мне их понять.

Тимоти мрачно посмотрел на нее.

— Призрачные танцоры говорят об опасности, внучка. Поэтому ты и должна прислушаться к их словам.

— Конечно, Тимоти, разумеется, — пообещала ему Джесси.

Затем она уехала.

Диллон по телефону договорился с Эмилом Лэндоном и в десять часов утра явился в его пентхаус в «Новом Орлеане». Он всегда рано вставал, но в тот день по непонятной причине чуть не проспал встречу. Он едва успел покормить собаку и выпустить ее на улицу перед тем, как уехать.

Диллон не знал, куда подевался Ринго, но, вероятно, он был где-то далеко, иначе разбудил бы его.

Ему опять снились странные сны, снова появлялась дева в белом, и он не знал, к чему все это. Когда Диллон впервые увидел деву, она пришла, чтобы спасти его жизнь. В те дни ему приходилось туго. Он тяжело переживал смерть родителей и был готов ввязаться в любую заварушку. Все это вполне могло привести к тюрьме.

Но теперь Диллон не мог понять, что она хочет сказать ему. Его сны были лишь фрагментами головоломки, которая все никак не складывалась в целое. Обычно дева появлялась, если она была нужна своему племени или если кому-то из коренных американцев угрожала опасность. Но Таннер Грин был чистым европейцем без примеси индейской крови.

Какова бы ни была причина этих странных сновидений, если она вообще существовала, беспокойная ночь наполнила сердце Диллона тревогой. Перед тем как выйти из дома, он даже не проверил электронную почту и не включал телевизор, чтобы посмотреть новости.

Когда Диллон ровно в десять появился в кабинете Лэндона, он сказал, что хотел бы поговорить с ним наедине. Затем он терпеливо ждал, пока Лэндон, наконец, перестанет громко возмущаться и прикажет своей свите длинноногих красоток и Хьюго Блиту выйти из комнаты.

— Я думаю, у вас серьезные неприятности. И в этом замешан кто-то из вашего окружения, — прямо заявил ему Диллон, когда они, наконец, остались одни. В комнате наверняка находилась скрытая камера, и Диллону было хорошо известно, что апартаменты Лэндона прослушиваются.

Диллон сознательно пошел на этот риск. Камеру установил сам Лэндон, что до жучков, то... это был единственный способ получать от него достоверную информацию, если; конечно, их до сих пор не обнаружили.

— О чем вы, черт возьми, говорите? — возмутился Лэндон.

Было уже десять часов утра, но он все еще оставался в пижаме из шелка леопардовой расцветки. Лэндон был в прекрасной физической форме, а его кожа имела красивый золотистый оттенок. Он оборудовал в пентхаусе тренажерный зал и проводил на солнце ровно столько времени, чтобы приобрести ровный загар. У него были темные волосы — Диллон подумал, что он наверняка их подкрашивал, — но его лицо, несмотря на дорогие подтяжки, выдавало истинный возраст и выглядело усталым. Как бы Лэндон ни старался поддерживать образ богатого и привлекательного мужчины, годы и постоянное напряжение все же брали свое.

— Я опросил сотрудников парковки, швейцаров и всех служащих казино, кто мог заметить на улице что-нибудь подозрительное. Теперь я собираюсь поговорить с людьми, которые работают в залах казино «Солнце». Я также выяснил марку лимузина, это был «кадиллак» последней модели. Такие машины есть только в двух казино: у вас и в «Солнце». Компании, занимающиеся прокатом авто, не имеют в своем распоряжении подобных автомобилей. А значит, мне нужно переговорить с вашими компаньонами и сотрудниками казино, — сказал ему Диллон.

Лэндон уставился на него.

— И это все? За что я плачу вам? Чтобы вы пришли ко мне и рассказали все это? Это не стоит и половины потраченных денег!

— Я уже говорил вам, что вы в любой момент можете отказаться от моих услуг, — напомнил Диллон.

— Мне важен результат. Я должен знать, кто убил Таннера Грина. Возможно, ему стало известно, кто охотится за мной. Кто-то должен располагать необходимой информацией, и вы должны это выяснить, — сердито проворчал Лэндон.

— Пока что я хочу сказать вам одно — будьте осторожны в своем собственном доме. А уж как вы распорядитесь этой информацией — это ваше дело, — сказал Диллон, вставая. — Если вы хотите знать больше, то должны быть откровенны со мной.

— Что, черт возьми, вы хотите знать? За мной охотятся. Я в этом уверен. Я не знаю, кто это, но за мной точно следят. Теперь кто-то убил Грина. Это все, что мне известно, а если бы я знал больше, то, наверное, сообщил бы вам, потому что хочу сохранить свою жизнь! — прорычал Эмил Лэндон. — Выясните, почему убили Таннера Грина, и тогда, возможно, мы поймем, где нам искать виновного и что на самом деле произошло. А теперь идите и наймитесь чем-нибудь полезным.

— Отлично, — бросил Диллон. — Я хотел бы отвезти ваш лимузин в криминалистическую лабораторию.

— Мой лимузин! — взорвался Эмил Лэндон. — Не забывайте, вы работаете на меня! Идите в «Солнце» и проверяйте их лимузины!

— Как странно, мистер Лэндон. Я думал, что вы хотите знать, что происходит в вашем собственном казино, — сухо проговорил Диллон.

— Знаете что? Вы уволены! Я увольняю вас ко всем чертям! — завизжал Лэндон. — Уходите! Немедленно убирайтесь из моего офиса!

— Как пожелаете, — сказал Диллон и повернулся, чтобы идти.

— Подождите! — крикнул ему вслед Лэндон.

Диллон повернулся.

— Только сначала вы проверите их лимузины, договорились? — спросил Лэндон. — А потом... возвращайтесь ко мне.

— Для этого мне нужен ордер на обыск.

— Так получите его.

— Я — частный детектив, а не полицейский.

— Да, но вы можете пролезть в любую щель и сами прекрасно знаете об этом, — отмахнулся Лэндон.

Неужели Лэндон нанял его, чтобы реализовать свои тайные замыслы? Возможно, он хотел подставить кого-то?

Диллон подошел к столу, оперся о него руками и посмотрел Лэндону прямо в глаза. На мгновение владелец казино даже испугался.

— Я постараюсь сделать все, что в моих силах, — проговорил Диллон. — Но я очень расстроюсь, если узнаю, что вы водили меня за нос. Я выясню всю правду, но, если окажется, что вы хоть как-то были замешаны в этой истории, я сделаю все, чтобы вы сполна заплатили за содеянное.

Он вышел прежде, чем Эмил Лэндон успел ответить на его угрозу.

Джесси любила детей. Они были очень доверчивы и радовались даже таким простым вещам, как шоколадки, завернутые в золотую фольгу. Изо всех представлений, в которых она принимала участие, Джесси больше всего любила пиратское шоу. Здесь ей никогда не приходилось скучать.

Но в тот день в разгар сражения на мечах, обернувшись, Джесси снова увидела его, Таннера Грина.

Он пристально смотрел на нее через стекло.

Она отвернулась, убеждая себя в том, что это не он. Он не мог быть там. Таннер Грин умер.

Джесси сосредоточилась на тексте пьесы и на своей роли. Она старалась не смотреть в сторону зрителей, чтобы не увидеть его. Но все равно чувствовала, что он не сводил с нее взгляда.

И все же в какой-то из моментов Джесси не сдержалась. Осторожно, чтобы не сорвать спектакль, она подняла глаза и облегченно вздохнула. Его там не было. Наверное, это и был ответ на ее вопрос, как поступить. Она просто не должна обращать на него внимание. Притвориться, что не видит его. Потому что она не могла видеть его на самом деле.

Призраков не существовало. А значит, они не способны были принимать человеческий облик и смотреть через стекло с таким меланхолическим видом.

Только сумасшедшие могут видеть призраков.

А она была абсолютно вменяемой.

Абсолютно.

Вменяемой.

Джесси сосредоточилась на взаимодействии со зрительным залом, на истории, которую она рассказывала вместе с другими актерами и старалась импровизировать, ведь это было частью представления.

На стеклянную стену она больше не смотрела.

Сидевшая в первом ряду маленькая девочка держала завернутую в фольгу шоколадную монетку в одно песо. Артисты раздавали их зрителям перед спектаклем. Теперь Джесси направилась к девочке со словами:

— Я вижу сокровище! И скоро оно будет моим!

Девочка протянула ей шоколадку:

— Вот, держи! Это твое сокровище! А я хочу свое собственное!

Дети рассмеялись, Джесси тоже улыбнулась и вернулась на сцену, стараясь не сводить взгляда с детей и не смотреть по сторонам.

— Привет, как дела? — спросил Джим Мартин, усаживаясь напротив Диллона. Они встретились в кафе неподалеку от резервации. У него, как и у Диллона, в предках были индейцы, а его брат служил в полиции местного племени.

— Спасибо, хорошо. Я благодарен тебе за то, что ты смог прийти.

— Ерунда, я сегодня не работаю. Честно говоря, едва не проспал встречу с тобой.

— Извини.

— Все нормально. Мне нужно хоть немного шевелиться. Я буду рад помочь тебе, если смогу.

— Ты ведь был на работе, наблюдал за крупье, когда убили Таннера Грина? — сказал Диллон.

— Да, точно. — Джим покачал головой. — Я был там, но ничего не видел.

— Совсем ничего?

— Кажется, я заметил, как он пробирался через толпу. Все это было так странно. Он даже не попытался обратиться к кому-то за помощью. Я не знаю, почему он не подошел к кому-нибудь на улице или в казино, а просто пробирался к столу. К тому же я тогда только приступил к работе.

— Что?

— Моя смена только начиналась. Передо мной дежурил Даррелл Фрай. Он пошел передохнуть, а я появился как раз в тот момент, когда все и случилось. Я ничего не заметил, потому что не успел разобраться в ситуации. Ты же знаешь, в казино играют на большие деньги, и мы отвечаем за то, чтобы все прошло гладко.

— Что ж, спасибо, что согласился побеседовать со мной, — сказал ему Диллон несколько минут спустя, после того как они обсудили события, связанные со смертью Грина. Диллон хотел убедиться, что он ничего не упустил. — Это было очень важно для меня. Я попробую разыскать Даррелла Фрая, возможно, он расскажет мне о том, что было до твоего появления.

— Конечно. Наверняка кто-то должен был заметить неладное. Грин довольно долго гулял с ножом в спине. Возможно, его накачали наркотиком, и он даже не подозревал о том, что его ударили ножом.

— Все может быть, — согласился Диллон.

Это не только проливало свет на странное поведение Грина, который пробирался через толпу и даже не пытался обратиться к кому-нибудь за помощью. Это также могло объяснить смятение и страх на лице призрака.

Через минуту после того, как Джеймс ушел, Диллон позвонил Чиверу, возмущаясь про себя, что ему приходится действовать через официальные инстанции, чтобы продолжать расследование.

Ему пришлось ждать ответа несколько минут, но Диллону, не любившему стереотипы, тем не менее всегда нравилось утверждение о том, что все индейцы по натуре своей стоики. Он размышлял об этом, пока Джерри Чивер не вышел, наконец, на связь.

— В чем дело? — спросил полицейский, и Диллон не сразу понял, говорил ли он с раздражением или с любопытством.

— Я хотел бы ознакомиться с результатами вскрытия Таннера Грина.

— Результатами вскрытия? Ты же сам знаешь, что его закололи ножом, — с сарказмом заметил Чивер.

— Знаю, — раздраженно бросил Диллон. — Но человек, которому воткнули в спину нож, наверняка захотел бы от него избавиться. Тебе не кажется, что он должен был обратиться к кому-нибудь за помощью? Если только он не был полностью дезориентирован?

— А тебе не кажется, что ножа в спине было вполне достаточно, чтобы дезориентировать его?

— Он шатался как пьяный или как человек, принявший сильную дозу наркотика, — сказал Диллон.

— Ладно, я перезвоню тебе. В морге наверняка уже взяли тест на содержание наркотика в крови. Если же нет, то я посмотрю, что можно сделать, — пообещал Чивер.

— Спасибо. Я тебе очень признателен.

Диллон был уверен, что, повесив трубку, Чивер пробормотал себе под нос какое-нибудь проклятие. Он не мог понять, что именно раздражало Чивера: возможно, тот сердился, что сам не догадался о том, что Грина могли накачать наркотиками, или же начальство запретило ему иметь дело с частными детективами, трудно сказать. Но Диллона это не особенно волновало, главное для него было добиться своей цели.

Разумеется, у событий той ночи были и другие свидетели, и Диллону хотелось выяснить, что известно им. Особенно его заинтересовал Даррелл Фрай — распорядитель в казино, который был на дежурстве и исчез как раз перед появлением Таннера Грина. Не исключено, что в этом не было ничего подозрительного — всем сотрудникам приходится иногда отлучаться с места работы.

Однако вполне вероятно, что лимузин принадлежал казино «Солнце», и в таком случае отсутствие Фрая могло быть неслучайным. Диллон заехал в казино, но ему сказали, что Фрай не вышел на работу и взял отпуск на несколько дней.

Уходя, Диллон спросил о Руди Йорбе и удивился, когда работавшая на парковке женщина охнула и с ужасом уставилась на него.

— Простите. Я думала, что вы уже слышали.

— О чем слышал?

— Руди умер.

— Что? — не веря своим ушам, спросил Диллон.

— Он мертв. Прошлой ночью кто-то сбил его на шоссе и скрылся с места преступления. Такой ужас! Об этом передают в каждом выпуске новостей. Он шел по обочине шоссе, а какой-то автомобиль сбил его и сбросил в кювет. Его тело нашли несколько часов назад.

Диллон внутренне содрогнулся. Он всегда слушал новости, но тем утром проснулся так поздно, что не стал включать телевизор. Чивер же наверняка знал об этом происшествии, но не рассказал ему, поскольку, скорее всего, не видел никакой связи с предыдущим убийством.

— О господи. Простите, нет, сегодня я не смотрел новостей.

Женщинах грустью покачала головой:

— Он погиб в пяти милях от своего дома. Это так печально. Говорят, он ехал домой. Какой-то мужчина направлялся к озеру Мид и увидел стервятников. Он вышел из машины, чтобы выяснить, что так заинтересовало птиц, обнаружил тело и позвонил в полицию. Какие ужасные вещи здесь происходят. Сначала тот телохранитель, а теперь и Руди... какая трагедия!

Диллон поблагодарил ее и ушел.

Это была не просто трагедия. Здесь было совершено преступление.

Глава 6

После представления Джесси, не снимая костюма и грима, тут же бросилась звонить Сандре и пригласила ее в кино. Что угодно, лишь бы хоть как-нибудь отвлечься. К тому же ей не хотелось садиться за руль — Джесси не знала, что может случиться, если, посмотрев в окно, она увидит Таннера Грина. К счастью, Сандра согласилась заехать за ней. Всю дорогу домой Джесси пела, надеясь, что это поможет ей прогнать призраков. Как бы там ни было, но добралась она без приключений.

Сандра и Джесси одновременно подъехали к ее дому.

— Ты выглядишь ужасно! — сказала ей Сандра с той прямотой, которую позволяла их долгая дружба.

— Знаю. Я плохо спала, — призналась Джесси.

— Ты напугана?

— Напугана? Чего мне бояться? — осторожно спросила Джесси.

— Того, кто убил Таннера Грина, — он мог подумать, что ты опознаешь его, и теперь охотится за тобой.

— Это невозможно, — тут же ответила Джесси, радуясь тому, что эта мысль не посетила ее прежде. — Если бы я что-то знала, то рассказал бы полиции, и того человека давно бы арестовали, не так ли?

— Конечно. Если только полиция смогла бы отыскать его по твоим описаниям.

— Знаешь, ты только расстраиваешь меня своими разговорами.

— Прости, — сказала Сандра, натянуто улыбаясь, а затем спросила: — Что же случилось с тем красивым, высоким и темноволосым?

— С кем? — спросила Джесси.

— Ты знаешь, о ком я.

— Ах, ты про Диллона.

— Да, про мистера «ах, Диллона». В чем дело? Что с ним произошло?

— Как это, что с ним произошло? Насколько мне известно, у него все хорошо.

— Ты с ним больше не встречалась? — с унынием в голосе спросила Сандра.

— На самом деле мы ужинали вчера, после представления.

Сандра с гневом посмотрела на подругу.

— Знаешь, Джесси, ты должна продолжить встречаться с этим красавчиком секретным агентом хотя бы из соображений безопасности.

— Я не собираюсь ходить на свидания с мужчиной только для того, чтобы защитить себя, Сандра.

— Люди совершают куда более странные поступки ради своей безопасности, — пожала плечами Сандра. — Подожди, кажется, я поняла!

— Что поняла?

— Почему ты избегаешь его. И остальных мужчин. Ты знаешь, что нравишься ему, — с упреком в голосе заявила Сандра. — Ты трусиха, и всегда была такой, сколько я тебя помню. Ты боишься, что тебе причинят боль, поэтому отталкиваешь парней.

— У меня есть обязательства, — напомнила ей Джесси.

— Не нужно придумывать оправданий. У тебя есть дедушка, который любит тебя. Он постарел, но это случается со всеми людьми. И все же если ты, Джесси, и дальше будешь отталкивать всех мужчин только из-за того, что тебе нужно заботиться о Тимоти, то он невольно станет камнем на твоей шее. А я прекрасно знаю, что ты не считаешь его таковым. Ты просто боишься, что кто-то другой не будет любить Тимоти так, как любишь его ты. И пережинаешь ты не за некоего мистера Диллона или еще кого-нибудь, а за Тимоти. Ты боишься, что, доверившись кому-то, ты тем самым причинишь боль Тимоти.

Сандра оказалась на редкость проницательной, Джесси поняла, что ее подруга была права, и это привело ее в замешательство.

— Тимоти здесь ни при чем, его присутствие в моей жизни для меня настоящий подарок. И дело не в том, что я не доверяю людям, точнее, не только в этом. Просто у меня очень мало времени. Но только не подумай, что я действительно имею виды на Диллона Вульфа.

— Неужели ты не находишь его сексуальным? — с улыбкой спросила Сандра.

— Да, он — привлекательный мужчина, — уклончиво ответила Джесси.

— И?..

— Хорошо, давай начистоту. Во-первых, он не приглашал меня на свидание. Ему нужна была информация. Во-вторых, я не знаю, чем именно он занимается и на кого в действительности работает. Если он говорил со мною откровенно, то мне кажется, что он испытывает симпатию и уважение к человеку, на которого работает, но... я до сих пор не могу понять, что он делает и почему оказался здесь... Понимаешь, Диллон говорит, что в его работе нет ничего секретного, но что это за организация — «Расследования Харрисона»? Почему о ней никто ничего не знает, хотя, по словам Диллона, эта компания не скрывает своей деятельности? Почему его знакомые полицейские не хотят, чтобы он вмешивался в расследование? Я не понимаю. Кто все эти люди?

— Мне кажется, ты паникуешь, — сказала Сандра.

— Я не паникую. Но мне как-то не по себе. Я хочу знать, кто он на самом деле и что происходит. Так... кто они? Ты знаешь?

— Охотники за привидениями. Настоящие охотники за привидениями, — спокойно сказала Сандра.

— Что? — спросила Джесси. — Охотники за привидениями?

— Ладно, они называют себя иначе. Но занимаются именно этим.

— А откуда ты знаешь?..

— Я читала, — ответила Сандра.

Джесси нахмурилась.

— Я тоже много чего читаю.

Сандра рассмеялась.

— Я не сомневаюсь. И я тоже читаю журнал «Пипл» от корки до корки. Но когда я впервые услышала о «Расследованиях Харрисона», провела небольшое собственное расследование и обнаружила много интересного. Адам Харрисон отказывается давать интервью и говорит, что работа его компании похожа на деятельность других детективных агентств, но... подожди. Я знала, что ты заинтересуешься, поэтому принесла с собой кое-что. — Сандра взяла свою огромную сумку и вытащила оттуда несколько журналов. — Вот, почитай.

Первый журнал был посвящен различным сенсациям. Заголовок гласил: «Элвис не умер. Его похитили инопланетяне».

Джесси уставилась на Сандру, удивленно подняв брови.

— Ой, не обращай внимания, — сказала Сандра, — посмотри на четвертой странице.

Джесси пролистала журнал и нашла статью о призраке в округе Колумбия. Он поселился в доме одного из сенаторов от Северной Дакоты. Чтобы разобраться в случившемся, были приглашены сотрудники агентства «Расследования Харрисона», но они сообщили, что причиной «зловещего шума» и странных происшествий в старинном особняке стали белки, а также проделки недовольной избирательницы, которая умудрилась устроиться экономкой в дом сенатора. Однако репортер утверждал, что в доме жил призрак мужчины, погибшего вскоре после покушения на Линкольна. Его убили за то, что он уговорил доктора Самюэля Мадда обращаться с Джоном Уилки Бутом как с обычным пациентом и обработать рану на его ноге, поскольку не знал, что Бут убил президента. Репортер был уверен, что сотрудник «Расследований Харрисона» встретился с призраком и убедил его, что он и Мадд были реабилитированы. После этого призрак исчез.

Джесси с удивлением уставилась на Сандру.

— Ты, наверное, шутишь?

— Ладно, почитай тогда вот это.

Она передала Джесси еще один журнал — еженедельник с хорошей репутацией: В нем содержался материал о том же событии, но упоминалось еще несколько фактов. Статья заканчивалась следующей фразой: «Что бы ни стало истинной причиной происшествия: дикие животные, хулиганские выходки или даже месть призрака, — компания «Расследования Харрисона» решает любые проблемы спокойно и не привлекая к себе излишнего внимания».

— Значит, они расследовали проделки белок, — усмехнулась Джесси.

— Они охотятся на призраков, — твердо сказала Сандра.

— Даже если и так, твои слова лишь подтвердили мою уверенность. Мне незачем связываться со странным типом, который расследует истории о привидениях так, словно имеет дело с настоящими преступлениями.

— Ты безнадежна, — вздохнула Сандра. — Не хочешь — не связывайся с ним. Просто займись с ним сексом. Возможно, между вами возникнет дружба... с небольшими привилегиями. И перестань бояться, твоя жизнь не должна состоять из одной только работы, обедов перед телевизором и сна...

— Я никогда не обедаю перед телевизором, — возмутилась Джесси.

Но Сандра проигнорировала ее замечание.

— ...и визитов к Тимоти. И если честно, я думаю, тебе необходимо, чтобы рядом с тобой был красивый, сильный мужчина. Тот человек погиб не от испуга. Его убили. Ножом в спину. И нравится тебе это или нет, но ты связана с его смертью. Чем больше я об этом думаю, тем страшнее мне становится.

— Что с тобой, черт возьми, случилось? — спросила Джесси.

— Я переживаю за твою безопасность, — ответила Сандра.

— И пытаешься напугать меня до смерти.

— Но ты же не умерла, так что мои зловещие планы не осуществились. И все-таки я думаю, что тебе угрожает опасность, — сказала Сандра и кивнула, подчеркивая серьезность своих слов.

— Значит, ты хочешь, чтобы я... завела роман с мужчиной, который, возможно, сумасшедший? — с упреком в голосе сказала Джесси.

— Ты сама знаешь, что именно этого тебе и не хватает, — ответила Сандра.

Джесси недовольно застонала и сменила тему разговора:

— Так мы едем в кино или нет?

— Там показывают новый ужастик... — начала Сандра.

— Очень смешно, — надулась Джесси.

— Прости, — поддразнила ее Сандра. — Как насчет нового фильма о полицейских?

Подруги пришли к согласию по поводу фильма и принялись спорить о том, в какой ресторан им пойти после кино.

Диллон приехал в криминалистическую лабораторию в тот момент, когда на работу заступала новая смена. Он надеялся встретить своего старого друга — Уолли Вальдеса.

После того как Диллон услышал о смерти Руди Йорбы, он первым делом позвонил Джерри Чиверу и высказал предположение о том, что слишком много было совпадений в этой истории и эти два убийства, скорее всего, связаны. Он даже рассказал Чиверу о своем коротком разговоре с Руди незадолго до его гибели. Чивер ответил, что они уже проверили машину Руди, которую нашли припаркованной на обочине шоссе. У Руди просто-напросто окончился бензин. Скорее всего, виновником трагедии стал какой-то трусливый пьяница, который теперь скрывался от полиции и надеялся, что его не найдут.

— У тебя есть что-нибудь еще по этому делу? — спросил Диллон.

Чивер забеспокоился и подчеркнул, что он не ведет это дело и что расследование было передано в департамент дорожной полиции. Поведение Чивера разозлило Диллона, и, когда Чивер попытался расспросить его о беседе с Руди Йорбой, Диллон не стал рассказывать ему всех подробностей.

Закончив разговор, Диллон тут же поехал в лабораторию.

Он справился об Уолли, но в этот момент в приемной появилась Сара Клей — женщина, которая всего сутки тому назад помогала ему с просмотром видеозаписей.

— Что вы здесь делаете? — спросила она.

— Ищу моего друга, Уолли Вальдеса. Вы знаете его?

— Знаю.

Он нахмурился.

— А как вы здесь оказались? Я думал, что вы работаете и полицейском участке.

Сара улыбнулась.

— Нет, обычно я работаю здесь. Но меня вызвали, когда нужно было просмотреть записи с камер наблюдения в казино. Сегодня у Вальдеса выходной, он будет завтра. — Она задумалась и помолчала. — Уолли очень хорошо отзывался о вас.

— Мне приятно это слышать.

— Я могу вам чем-нибудь помочь? — спросила Сара.

— Спасибо за предложение. Но это не имеет никакого отношения к записям из казино. Я здесь по поводу человека, которого сбили на дороге прошлой ночью.

— Вы по поводу Руди Йорбы? — угрюмым тоном спросила она.

— Верно. Мне показалось странным, что у Руди Йорбы — человека, занимавшегося парковкой машин около казино «Солнце» в ночь убийства Грина, неожиданно посереди дороги кончился бензин. А затем какой-то неизвестный сбил его и скрылся с места преступления. И все случилось посреди ночи — а это тихое время, даже для Лас-Вегаса.

— В этом городе много пьяных за рулем, — сказала Сара.

— И все же вы не находите, что это очень странное совпадение? Две смерти за два дня, и обе имеют отношение к одному и тому же казино.

— Я бы рада была сказать, что уровень насильственных смертей у нас так низок, что это вызывает подозрение, — мрачно заметила Сара, — но, к сожалению, дела обстоят иначе. Одно убийство. И один несчастный случай. Обычная статистика для этих мест.

— И все же... я говорил с Руди о событиях той ночи, когда был убит Таннер Грин, всего за несколько часов до того, как он сам погиб. Следствию удалось что-нибудь установить? Есть какие-нибудь улики?

Она смерила его тяжелым взглядом.

— Я пока ничего не знаю. К тому же я не веду это дело. Но могу попытаться выяснить, что им удалось установить, возможно, обнаружены частицы краски или другие улики. Думаю, на теле должны были остаться какие-то следы, — сказала она. — Я позвоню вам, как только что-нибудь выясню. Оставьте номер вашего телефона. Я слышала, что полицейский, который ведет это дело, обзванивал автомастерские, но пока никто не обращался к ним с просьбой отремонтировать разбитую машину.

— Спасибо. Я вам очень признателен. — Диллон протянул ей свою визитную карточку и повернулся, чтобы уйти.

— Его ударили очень сильно, — тихо сказала она.

Он оглянулся и посмотрел на Сару. У нее были большие карие глаза и лицо в форме сердечка. Несмотря на медицинский халат, надетый поверх полицейской формы, она все равно оставалась красивой молодой женщиной, только теперь вид у нее был огорченный и даже встревоженный.

— Как будто здесь был какой-то личный мотив? Вы думаете, что его сбили не случайно? — спросил он.

— Мне кажется, да, — решительно ответила она. — Согласитесь, что трудно ударить человека так сильно, чтобы переломать ему все кости, но при этом самому не въехать в ограждение и не слететь в кювет. Особенно если ты пьян, расслаблен и твои реакции замедленны? — Она покачала головой. — Я занимаю слишком маленькую должность, и никто не станет прислушиваться к моему мнению, и все же у меня есть своя точка зрения по поводу этого дела. Если, конечно, вам она интересна.

— Разумеется. Еще раз спасибо.

— Звоните мне. В любое время.

Теперь Диллону показалось, что она пытается кокетничать с ним. Бесспорно, Сара была привлекательной, умной женщиной, к тому же в ней чувствовалась какая-то загадка.

Но Диллон напомнил себе, что находится на работе.

Однако не мысли о службе заставили его проигнорировать столь явные сигналы, еще раз учтиво рассыпаться и благодарностях и поспешить удалиться.

Он никак не мог забыть молодую женщину с темно-синими глазами и огненной копной волос.

Сандра молчала почти всю дорогу, пока они возвращались домой после вечерней прогулки.

— В чем дело? — спросила ее Джесси.

— Хочешь переночевать у меня? — спросила Сандра.

«Да, хочу», — подумала Джесси и сама удивилась своей мысли.

Она не собиралась оставлять свой дом. Если она поступит так, то у нее вообще может не хватить духа вернуться сюда.

— Спасибо, но у меня все хорошо, — хмуро сказала она и заметила встревоженный взгляд Сандры. — Что еще?

— Знаешь, сначала я просто хотела немного встряхнуть тебя. Но теперь... мне стало по-настоящему за тебя страшно.

— Я установила сигнализацию, — напомнила ей Джесси. — И если кто-то в действительности опасается, что я обладаю какой-то информацией, он должен понимать, что в таком случае я давно бы сообщила ее полиции. Ведь так? Разве мы сами не пришли к такому выводу?

— Хорошо. Но если тебе что-то понадобится, звони. — Сандра замолчала, а затем добавила: — Черт возьми, если тебе станет совсем страшно, не мешкай и набирай 911.

— Именно так я и поступлю, — заверила ее Джесси.

— Я провожу тебя, — предложила Сандра.

Они вместе дошли до ее дома. Сандра держала наготове свою туфельку с острым, как копье, каблуком на случай, если на них вдруг внезапно нападут.

Но в доме никого не было. Впрочем, Джесси и не ожидала встретить там кого-нибудь.

По крайней мере, кого-нибудь живого.

Она пожелала Сандре спокойной ночи, затем повторила свое новое заклинание: «Смотри вперед. Не оглядывайся по сторонам. И не смотри в его глаза».

Она проговорила все это вслух, затем включила телевизор, налила себе чашку чая и стала готовиться ко сну.

Но даже в постели она продолжала бормотать свое заклинание.

Диллон, как и любой частный детектив, имел в своем арсенале несколько хитроумных приемов.

Поскольку Чивер сообщил ему о том, что у него не было достаточных оснований выписывать ордер на обыск, Диллон решил взять дело в свои руки. На самом деле Чивер сказал ему следующее: «Это безумие, но полицейским приходится следовать правилам, которые не распространяются на гражданских. И это весьма неприятно».

Диллон понял, что Чивер предоставлял ему полную свободу действий в попытке обойти несовершенства законов.

Лимузины часто оставались у входа в отели и казино, пока они ожидали появления очередного богатого игрока. Диллон прогулялся по Стрипу, но не обнаружил белого «кадиллака» последней модели ни у «Солнца», ни у «Нового Орлеана». Расспросив нужных людей, он выяснил, что оба автомобиля стояли в гараже. Весьма любопытное совпадение.

Диллон продолжил расспросы и узнал название гаража, которым пользовались казино. Машины находились в одном и том же гараже. Еще одно интересное совпадение.

Когда Диллон подъехал к гаражу, ворота оказались закрыты, но он и не ожидал другого. Гараж был окружен высоким забором, сверху по нему тянулась колючая проволока, но ток по ней пропущен не был.

Зато территорию охраняли два добермана, Заглянув в ближайший супермаркет, Диллон вернулся к гаражу. Он решил припарковаться на шоссе за гаражом. Перебежав улицу, по которой двигался плотный поток машин, он остановился у забора. Диллон ждал, пока появятся собаки. Ждать пришлось недолго. Диллон начал прикармливать собак купленным в магазине мясом и заговорил с ними, стараясь контролировать свои интонации. Он не стал добавлять в мясо снотворного, так как надеялся на свое умение завоевывать расположение собак. Он проявлял терпение, пока кормил их и разговаривал с ними. Затем он просунул руку через прутья и начал гладить доберманов, продолжая успокаивать их словами. Наконец, Диллон залез на изгородь и осторожно перебрался через колючую проволоку. Один из псов зарычал, но Диллон обратился к нему таким твердым голосом, что рычание быстро перешло в скулеж. Диллон погладил обоих псов и медленно пошел к гаражу, доберманы бежали рядом с ним.

На двери самого гаража не было сигнализации, а взломать замок не представляло особого труда. Вероятно, хозяева всецело доверяли своим собакам.

Диллон подождал, пока его глаза привыкнут к тусклому свету внутри помещения, а затем быстро отыскал оба лимузина. Его встревожил тот факт, что машины были совсем недавно покрашены. Он легко определил, какому казино принадлежал каждый из автомобилей, по табличкам на них: «Солнце 1» и «Новый О». Все было так очевидно.

Диллон надел полиэтиленовые перчатки, чтобы не оставить отпечатки пальцев на случай, если следствие же заинтересуется машинами.

Похоже, ни один из лимузинов не участвовал в аварии, которая могла повлечь за собой смерть человека. Краска была свежей, но корпуса машин не подвергались ремонту. Вероятно, убийца был достаточно осмотрительным, чтобы не использовать дважды одну и ту же машину.

Осмотр лимузина из казино «Солнце» ничего не дал. Диллон был уверен, что если здесь и была кровь, то ее давно смыли, чтобы не обнаружила полиция. И все же он заранее приготовился к осмотру. Однако спрей люминола и маленький инфракрасный фонарь также не выявили никаких следов крови.

Конечно, нельзя было исключать, что нож полностью запечатал рану, и все же Диллон тщательно осмотрел весь салон. Однако ничего не обнаружил. Там не было не только следов крови, но и моющих средств, с помощью которых преступники могли избавиться от нее. Зато здесь было много спермы.

Диллон перешел к лимузину из «Нового Орлеана».

И снова тщательный осмотр и спрей люминола ничего не дали. Ни капель крови, ни следов отбеливающих средств. Однако когда Диллон провел пальцем по обивке сиденья рядом с пассажирской дверью, он нашел кое-что не менее важное.

Это была пуговица от дизайнерской рубашки. Диллон направил на нее тонкий луч своего маленького фонарика и подумал, что, возможно, она с рубашки Таннера Грина. Выяснить это было довольно просто. Он вытащил мобильный телефон и сделал фотографию пуговицы, после чего положил ее на то место, где обнаружил.

Один из доберманов заскулил.

Диллон тут же выключил фонарик, бесшумно выбрался из лимузина и закрыл за собой дверцу. Оба пса бросились к двери гаража, которую он оставил приоткрытой.

Кто-то входил в гараж. Диллон отругал себя за то, что не услышал шаги раньше. Но похоже, этот человек пробрался в гараж так же тихо, как и Диллон.

Он спрятался за БМВ, припаркованным рядом с лимузином, и опустился на цементный пол, стараясь лежать тихо и неподвижно, как могильная плита.

— Вот идиоты, оставили дверь открытой, — возмутился вошедший. — А ваши чертовы собаки только и знают, что дрыхнуть в теньке.

Это был Хьюго Блит — уцелевший телохранитель Эмила Лэндона.

Диллон тихо поднялся и стал перебираться от машины к машине, приближаясь к двери, которую, к счастью, Блит также оставил открытой. Сам Блит направился к лимузину, из которого только что вышел Диллон.

Собаки следовали за Блитом, нервно поскуливая и опустив хвосты. Возможно, Эмил Лэндон не только хранил здесь свои машины, но у него также были еще какие-то дела с владельцами гаража. Собаки хорошо знали Хьюго Блита. Они не любили его, скорее даже боялись.

Размышляя о том, что все это могло бы означать, Диллон спрятался за машиной, припаркованной у самого входа. Он заметил, что Блит сел в лимузин.

Тогда Диллон бросился бежать.

Он домчался до забора, быстро взобрался на него, перемахнул через колючую проволоку, тяжело приземлился по другую сторону ограды и покатился, чтобы смягчить удар. В этот момент он услышал первый выстрел.

Затем последовал второй.

Блит бежал в его сторону, он снова выстрелил.

Диллон вскочил и бросился прочь.

К счастью, Блит оказался неуклюжим и медлительным. Диллон добрался до шоссе и перебежал его. Он уже успел сесть в машину и выехать на дорогу, когда Блит только перелез через забор.

Джесси не сразу поняла, что она спит и видит сон.

Она снова оказалась в «Солнце», там много народа, и кто-то преследует ее. Она пробиралась через толпу между столов, за которыми люди играли в кости, в покер, в рулетку. Она находилась в казино, но в воздухе висел густой туман. И это было так странно. Она знала, что в помещении не может быть тумана. Он должен быть на улице.

Неожиданно вместе с облаком тумана она переместилась за пределы казино. Теперь она была на кладбище, и снова кто-то ее преследовал. Но кладбище было необычным, оно напоминало старые захоронения, какие часто встречаются на Западе. Здесь не было красивых мраморных надгробий, а лишь примитивные деревянные кресты и могилы, обложенные камнями.

Полынь дрожала на ветру, но Джесси не чувствовала его дуновения. Она едва не задохнулась от поднявшегося в воздух песка пустыни, но затем он рассеялся, исчез в тумане, который не мог возникнуть в столь засушливом месте.

Вдалеке слышались звон и жужжание игровых автоматов. Она увидела стол для игры в покер...

Вокруг него сидели люди, но что-то в них было странное. Они казались нереальными. Как будто были частью тумана. На них были старинные одежды и пыльные широкополые шляпы. Она слышала едва различимые звуки старого пианино.

Внутренний голос подсказывал ей держаться подальше от игроков в покер. И она пошла прочь. Джесси все еще оставалась на кладбище, но окружающая ее местность переменилась. Это было уже другое кладбище, место для погребения коренных американцев, покойников здесь хоронили в неглубоких могилах, их укладывали на деревянные носилки, заворачивали тела в самые лучшие меха, а рядом клали копья, стрелы, колчаны и покрывали сверху шкурами бизонов. Ряды надгробий тянулись до самого горизонта, но Джесси решила, что лучше оставаться здесь, чем среди игроков в покер.

Туман все еще клубился вокруг нее, но теперь он был не такой густой, и Джесси смогла рассмотреть сквозь него Диллона Вульфа. Он стоял невдалеке, на нем был длинный черный сюртук, и казалось, существовала какая-то связь между ним и этим захоронением, мертвыми и прошлым.

Джесси покачала головой, она не испытывала желания становиться частью этого мира.

Но ей так хотелось прикоснуться к нему. Просто протянуть руку и дотронуться до него, увидеть его пылающие глаза, почувствовать, как его руки медленно прикасаются к ее коже. Это странное место и обстановка не пугали его, и Джесси чувствовала, что, если наберется мужества и подойдет к нему, ей тоже не будет страшно. Она обретет уверенность и кое-что еще, гораздо большее, ведь свет в его глазах был таким многообещающим. Даже во сне, окруженная туманом, она испытывала непреодолимое желание почувствовать его прикосновение. Джесси буквально тянуло к нему.

И все-таки она еще боялась. У нее не хватало мужества, опыта и силы, чтобы переступить через разделявшую их бездну.

Он стоял один среди тумана и знал все о душах, которые окружали его.

Кто-то все еще преследовал Джесси.

Она слышала голоса людей позади себя, они звучали все громче и ближе. Джесси не знала, кто это был, но понимала, что над ней нависла реальная угроза.

Они хотели ее смерти.

Джесси повернулась, она боялась идти вперед и поэтому направилась в сторону. Она должна была убежать и от надежд, и от страха.

Джесси услышала звук, напоминавший позвякивание шпор...

Но когда обернулась, увидела, что идущие за ней люди одеты в современные костюмы, казалось, они только что вышли из какого-нибудь казино. Но их лица закрывал страшный туман, который становился все гуще и не позволял ей рассмотреть преследователей...

Джесси обернулась и в ужасе бросилась бежать.

Затем перед ней возник Тимоти.

— Доверься призрачным танцорам! — крикнул он и раскинул руки, словно пытался поймать ее и заключить в объятия. Тимоти выглядел сильным и помолодевшим, таким Джесси помнила его с детства. И он был готов, подобно крепости, спрятать ее от любой опасности. — Призрачные танцоры говорят с умершими, и мертвые отвечают на их вопросы. Они видят то, что было, и они помогают предотвратить то, что может случиться.

— Тимоти, призрачных танцоров больше не существует, — сказала ему Джесси. — Все, что они узнали от своих умерших предков, оказалось неправдой, и они погибли, пытаясь вернуть племени утраченные земли.

— Ты должна внимательно слушать их, попытаться их понять, — продолжал Тимоти, не обращая внимания на слова, которые она выкрикнула сгоряча. — Лишь тогда ты сможешь постичь истину. Мы все должны слушать то, что они говорят, а не отворачиваться от них только потому, что это нам не нравится.

Внезапно Джесси проснулась. Или не проснулась?

Возможно, она все еще оставалась в своем кошмаре? В изножья ее кровати сидел человек. Мертвец. Таннер Грин.

От страха у нее перехватило дыхание. А потом она закричала.

Глава 7

— Все в порядке, я от него избавился.

От резкого пробуждения Диллон заморгал глазами: комнату освещали первые розовые лучи утреннего солнца, я прямо перед ним стоял Ринго.

Диллон уселся на кровати.

— Где ты вообще был? И... от кого ты избавился? Что случилось?

Ринго поставил ногу на краешек кровати, отряхнул шляпу о колено и недовольно покачал головой.

— От Танкера Грина, конечно. Неужели этот парень и в правду при жизни был грозным телохранителем? Потому что на деле он оказался просто трусишкой, или как там говорят сейчас? Стоило мне позвенеть шпорами, как его и след простыл.

— Я не хочу, чтобы он исчезал. Мне нужно поговорить с ним.

— Серьезно? И когда ты собираешься это сделать? До или после того, как у Джесси Спархоук случится из-за него сердечный приступ?

— Черт побери, что там на самом деле произошло?

— Он ходил за ней повсюду, как влюбленный теленок. А когда она проснулась, он сидел на ее постели, и Джесси увидела его. Я подумал, что ей стало плохо с сердцем, вот тогда появился я, и он исчез. Она заморгала. Потом встала, налила себе кофе, села в гостиной и уставилась в телевизор. Только вот телевизор не был включен. Через некоторое время стало светать. Я решил, что с ней все будет хорошо, и вернулся сюда, чтобы сказать тебе о случившемся. Ты слышал о парне, которого сбили на дороге? Он работал в казино «Солнце».

— Знаю. И знаю, из какой машины могли вытолкнуть Таннера Грина. Кстати, благодаря тому самому парню, которого сбили на дороге.

Ринго тихо выругался.

— Так ты считаешь, что это было убийство?

— Думаю, да.

— Он рассказал тебе о машине, а потом его убили?

— Да.

— Прости. Я тебя хорошо знаю. Тебя ведь теперь мучают угрызения совести, не так ли?

Диллон кивнул.

— Да, — признался он. — Но я не знаю, имеет ли наш разговор отношение к случившемуся, или убийца и раньше подозревал, что Руди мог что-то видеть и разболтать полиции. — Диллон тяжело вздохнул и повторил: — Я просто не знаю.

— Но он дал тебе зацепку насчет машины. Это уже кое-что.

— Это был лимузин. И я уверен, что был в той самой машине.

— Я вижу, ты вернулся оттуда в целости и сохранности, — заметил Ринго. — Так кто же убил Таннера Грина?

— Пока не знаю. Возможно, это был кто-то из «Нового Орлеана». Я должен собрать как можно больше информации перед тем, как подключить полицию. Иначе все улики исчезнут, и у меня не будет достаточно доказательств, чтобы обвинить кого-нибудь в преступлении и привлечь этого человека к ответственности.

— Так ты нашел кровь? — спросил Ринго.

— Нет, зато я отыскал пуговицу.

— Пуговицу? Здорово, — с сарказмом заметил Ринго.

— Я тебя понимаю... мне нужно нечто большее. А ты должен вернуться к Джесси, — сказал Диллон с хмурым видом.

Он хотел съездить в криминалистическую лабораторию и узнать, все ли пуговицы были на рубашке Танкера Грина.

— Я — всего лишь призрак, — напомнил ему Ринго.

— И что с того?.. — Теперь настала очередь Диллона проявить сарказм.

— Это тебе нужно поехать к Джесси.

— Ринго, я переживаю за нее, но не могу взять и заявиться туда, где меня не хотят видеть, — сказал Диллон. — По крайней мере, меня никто не приглашал.

— Ты должен вызвать эту женщину на беседу, — сказал Ринго, его лицо стало серьезным. — Она... у нее могут быть неприятности. Ей могут причинить вред.

Она может погибнуть.

Эта мысль одновременно пришла им обоим в голову.

В сердце Диллона закралась тревога.

— Она не знала Таннера Грина. И не имеет никакого отношения к тому, что произошло. И сомневаюсь, что она была знакома с Руди Йорбой.

— Да, но ты уверен, что Таннер Грин сказал ей что-то перед смертью.

— Я знаю это. Я видел запись.

— Кто-то еще также мог видеть эту запись, — заметил Ринго.

— А кто еще? Если только полицейские. Джерри Чивер, конечно, идиот, но я уверен, что он — честный коп.

— Возможно, но ведь в полиции работает много народу. Это мог быть кто-то другой. В городе, где крутятся такие деньги, большинство людей готовы пойти на что угодно, лишь бы им хорошо заплатили.

Диллон сильно переживал за Джесси. Но Ринго зря пытался пристыдить его, он все равно ничего не мог поделать. Он не мог заставить Джесси Спархоук встретиться с ним. В первый раз она согласилась поговорить с ним только из вежливости. Если он будет слишком настойчивым, то лишь окончательно ее отпугнет.

— Позвони ей, — предложил Ринго.

— Ринго, сейчас только семь утра.

— На ранчо в это время уже был ленч, — сказал Ринго.

— Но мы не на ранчо, и я хочу, чтобы ты вернулся к ней. Немедленно. Присмотри за ней, Ринго. Я найду какой-нибудь предлог, чтобы с ней встретиться. И попробую убедить ее в том, что она может доверять мне.

— Я сделаю все, что в моих силах, — пообещал Ринго. — Но...

— Что но?

— Я — мертвец. А Джесси нужен человек из плоти и крови, чтобы помочь справиться с опасностью, которая ей угрожает.

Джесси сидела перед телевизором и дрожала. Она была так напугана, что боялась идти в душ.

Она включила новостной канал, но едва ли следила за происходящим на экране.

Джесси думала только о том, сможет ли она спокойно одеться или опять увидит призрака и выскочит из дома босая и в одной ночной рубашке.

Но появившаяся на экране фотография худого молодого человека привлекла внимание Джесси. Она не узнала этого мужчину, но репортер сообщил, что его звали Руди Йорба и что два дня назад его насмерть сбили на дороге, когда он ночью возвращался домой с работы.

Ведущий сказал, что это преступление наделало много шума, потому что Йорба работал в «Солнце» — казино, где за ночь до этого был убит Таннер Грин. И полиция просит всех, кто обладает информацией, способной пролить свет на случившееся, обращаться в местный полицейский участок.

На экране не было никаких призраков, только телеведущий. И в доме, судя по всему, призраков также не было. И все же Джесси хотелось закричать и броситься куда глаза глядят.

Она решительно поднялась с дивана. Нужно поскорее одеться и уйти отсюда. Туда, где есть люди. Много людей.

Стараясь не глядеть по сторонам, Джесси вернулась к себе в спальню, собрала вещи и заперлась в ванной. Она быстро приняла душ, насухо вытерлась полотенцем, причесала волосы, почистила зубы и даже успела нанести легкий макияж.

После этого она поспешно покинула дом.

Затормозив у дома престарелых, где жил Тимоти, Джесси не сразу вышла из машины, она некоторое время сидела в салоне, пытаясь привести в порядок мысли. Наверное, после всего случившегося ей стоило обратиться за помощью к психотерапевту. Не исключено, что она все еще переживала последствия сильного стресса, поэтому ей и мерещился покойник.

— Вы сегодня рано, — с улыбкой сказал санитар Джимми. Он выглядел таким спокойным и уверенным в медицинском халате, что Джесси невольно почувствовала, как сама успокаивается, мир вокруг нее снова стал совершенно нормальным.

— Да, я рано встала, — сказала она, — и хотела позавтракать с Тимоти.

— Проходите. Он сейчас в столовой, сидит за одним столиком с миссис Тиздейл, — игриво подмигнул ей Джимми.

Она заставила себя рассмеяться. В хорошем расположении духа ее дедушка мог быть настоящим дамским угодником.

— Спасибо, я пойду наверх.

В столовой работал телевизор, передавали восьмичасовые новости. Джесси снова увидела на экране фотографию Руди Йорбы, а ведущий повторил просьбу полиции звонить всем, кто обладал какой-либо информацией о случившемся.

Тимоти заметил Джесси, лишь когда она подошла к их столу. Он удивленно улыбнулся и встал.

— Внучка, ты так рано? Рад тебя видеть. Ты, конечно, знакома с миссис Тиздейл?

— Разумеется. Как поживаете, миссис Тиздейл? — спросил она.

Миссис Тиздейл недавно перенесла паралич, случившийся после сильного сердечного приступа. Однако она много работала, чтобы снова научиться ходить и говорить, и добилась значительных успехов. Эта женщина была очень богата, вся ее семья жила на Восточном побережье. Они пытались отвезти ее домой на Восток, поближе к ним, но миссис Тиздейл решила, что никогда не покинет дом престарелых. Они с Тимоти были хорошими друзьями, и Джесси подозревала, что именно эта дружба повлияла на решение пожилой женщины остаться здесь.

— У меня все отлично, моя дорогая, только вот новости огорчают меня в последнее время. Одно дело, когда убили того гангстера или телохранителя. Как говорится, кто с мечом придет в этот мир, тот от меча и погибнет. — Она махнула рукой в перстнях в сторону телевизора. — Но этот бедный молодой человек... он оставил машину у обочины и умер после того, как его сбила машина. Конечно, здесь нет никакой связи. И все равно во всем этом присутствует какая-то злая ирония. И это так печально.

— Очень грустно, — согласилась Джесси. — Полиция разыскивает того пьяного водителя, но им не по силам поймать всех преступников.

— Люди не хотят слушать, — сказал Тимоти. — Они не слушают ветер. Никто не обращает внимания на знаки.

Джесси едва сдержала стон. Сегодня ей меньше всего хотелось слушать рассказы Тимоти о призрачных танцорах, о людях в стенах или о разговорах с ветром.

Лучше бы она видела призраков на стенах или в воздухе. Но посетивший Джесси призрак сидел в изножье ее собственной кровати.

— Давайте не будем думать о грустном, — предложила миссис Тиздейл. — Как у тебя дела, Джесси? Как твое пиратское шоу? Тимоти не говорил тебе, что когда-то я тоже была танцовщицей?

— Да, Тимоти рассказывал, — кивнула Джесси.

— У меня была сестра-близнец, — задумчиво проговорила миссис Тиздейл, и грустная улыбка искривила ее губы. — Серена. Мы были так похожи, только у моей сестры был бешеный темперамент! Я вышла замуж за Роджера, но, к сожалению, у нас не было детей. Серена еще лет десять выступала на Стрипе одна, а потом вышла замуж и родила четверых. Это было благословение свыше. После смерти Роджера мои племянники так мне помогают.

«Ну конечно! — внезапно подумала Джесси. — У Таннера Грина был близнец!» Она видела его близнеца. И не исключено, что он следит за ней, потому что считает ее причастной к смерти брата. На свете происходят и куда более странные вещи. К тому же она слышала, что между близнецами существует особая связь.

Но разумеется, близнец не приходил к ней домой. Ей это просто привиделось.

— А у меня есть Джесси. И, конечно же, призрачные танцоры, — сказал Тимоти. — Джесси, я хочу как-нибудь съездить в Малалуку и повидать мою семью. Может, нам удастся выбраться на фестиваль и показать Салли Танец призрака?

— Конечно, — сказала Джесси. В Малалуке жили ее дальние родственники, этот город находился всего в нескольких часах езды от Вегаса. — С большим удовольствием. Я посмотрю, когда проходит фестиваль. — Джесси встала.

Она больше не хотела оставаться на завтрак. Неожиданно у нее возникло желание отправиться в полицейский участок и найти человека, который смог бы поподробнее рассказать ей о Таннере Грине. Она поцеловала Тимоти в щеку и широко улыбнулась миссис Тиздейл.

— Хорошего вам дня. Тимоти, увидимся завтра. Позвони мне, если что-то понадобится.

Она так спешила, что чуть не забыла попрощаться с Джимми. Но когда Джесси села за руль, внутри у нее все будто оборвалось.

Если бы у Таннера Грина был брат, об этом наверняка упомянули бы в новостях. И все равно она должна была выяснить все наверняка. Потому что если у Таннера Грина в действительности был брат-близнец, тогда она снова сможет считать себя...

Нормальной.

Диллон оделся и собирался уже выйти из дома, когда по телевизору стали передавать репортаж о Руди Йорбе.

Он пытался убедить себя, что смерть молодого человека была случайностью. С момента трагедии прошло более суток, но у полиции по-прежнему не было никаких зацепок. Они даже обратились за помощью к населению и просили сообщить им, если кто-нибудь заметит помятую машину или сможет предоставить другие сведения, которые так или иначе помогли бы расследованию.

Несчастный случай... еще чего! Он говорил с Руди Йорбой, и вскоре тот погиб. Стал жертвой таинственного происшествия на дороге. Это не было совпадением.

Диллон вышел из дома и направился в полицейский участок. Он застал Джерри Чивера в своем кабинете. Детектив был одновременно удивлен и возмущен вопросами Диллона о происшествии с Руди Йорбой.

— Мы уже обсуждали это вчера, — напомнил ему Чивер.

— Это не был несчастный случай.

Джерри недовольно застонал.

— В любом случае я не занимаюсь этим делом, — отрезал он. — Я вижу, ты очень переживаешь из-за этого происшествия, но совершенно зря. Какое отношение эта смерть может иметь к Таннеру Грину?

— Джерри, я расспрашивал Руди Йорбу о Грине незадолго до того, как его убили, — сказал Диллон.

Он не собирался рассказывать Чиверу о том, как проник в гараж, основываясь на сведениях, полученных от Руди, хотя, по сути дела, Чивер сам предложил ему сделать это.

— Послушай, Джерри, с какой стати человек пойдет вдоль шоссе посреди ночи?

— Как это с какой? У него закончился бензин. Возможно, он искал заправку, — объяснил Джерри.

— Разве он не был членом автомобильного клуба? — спросил Диллон.

— Мы не нашли карточки в его бумажнике. Так что здесь нет никакого секрета.

— Правда? А я так не думаю. В наши дни у всех есть мобильные телефоны и каждый может позвонить в техпомощь.

— У него была старая машина, он не был членом автомобильного клуба, куда ему было звонить? Какой-то пьяный сбил его на дороге и скрылся. Брось, Диллон, тебе везде мерещатся заговоры. — Джерри пригладил волосы и покачал головой. — Не то чтобы уж я совсем отрицаю связь между этими двумя убийствами, но у меня нет улик, которые подтверждали бы ее.

— Неужели у тебя совсем ничего нет? — поинтересовался Диллон.

— Я же говорил тебе, что не веду это дело. Обратись в отдел по расследованию дорожно-транспортных происшествий.

— Чивер, и какой ты после этого полицейский? — спросил Диллон.

На мгновение лицо Джерри Чивера приобрело такое выражение, словно он сейчас взорвется, но он опустил глаза, стиснул зубы, а затем снова поднял голову:

— Пойми, так организован наш департамент. Я посоветовал бы тебе обратиться к Лину Дурсо. Лин и его напарник занимаются этим делом. Они отличные специалисты, и у них прекрасная команда криминалистов, которые изучат место преступления, тело, одежду убитого и все, что имеет отношение к преступлению. Я уверен, что если какая-то связь и существует, то они, то есть мы обязательно ее установим.

Диллон заметил, что Чивер не смотрит на него. Он с удивлением уставился в окно своего кабинета.

Диллон обернулся и тихо застонал. На улице стояла Джесси Спархоук. Ее глаза расширились от изумления, когда она увидела его. На мгновение он решил, что Джесси сейчас же развернется и уйдет. Но она не сделала этого. Просто стояла на месте, широко распахнув большие, удивительно невинные глаза. Диллон почувствовал, как его сердце учащенно забилось, и мысленно выругался. Он снова спросил себя, почему эта женщина кажется ему такой неотразимой.

Он стоял как вкопанный, когда Джерри подошел к двери и открыл ее.

— Простите, что я вот так к вам врываюсь, — смущенно произнесла Джесси.

— Диллон как раз собирался уходить, — сказал Джерри.

Сначала Диллон хотел выдумать какой-нибудь предлог и остаться. Но затем решил не делать этого. Пусть Джесси сама решит, хочет ли она ему рассказать все или нет. Она должна доверять ему.

К тому же если она хотела переговорить с Чивером с глазу на глаз, то Ринго мог подслушать их разговор и сообщить затем ему, если узнает что-то интересное.

Диллон вежливо поздоровался с Джесси и покинул кабинет. Он решил употребить это время с большей для себя пользой. Диллон вышел в коридор и спросил у дежурного сержанта, где можно найти детектива Дурсо.

— Прошу вас, садитесь. Чем могу помочь? — спросил Джерри Чивер.

Джесси расположилась на стуле напротив Чивера, который присел на край своего стола.

— Вы ничего больше не выяснили об убийстве Таннера Грина? — спросила она без лишних вступлений.

Чивер удивленно приподнял брови и медленно проговорил:

— Понимаете, следствие требует времени. К сожалению, обычно преступления раскрываются не так быстро, как это показывают в детективных фильмах.

— Я знаю. Просто мне немного тревожно, — сказала она.

— Однако у нас есть несколько версий, — продолжил Чивер. — Мы делаем все, что в наших силах, и я уверен, что в конечном счете мы выясним правду. Но возможно, вы вспомнили нечто важное, что ускорило бы этот процесс?

— Вообще-то нет... я просто хотела спросить вас о самом мистере Грине.

— Что? А зачем вам это? — поинтересовался Чивер.

— Я хотела бы знать, не было ли у него брата-близнеца или просто брата, который был бы на него похож?

Чивер выглядел озадаченным, он встал, обошел стол, нажал несколько клавиш на своем компьютере, затем поднял глаза и посмотрел на Джесси.

— Нет. Никаких братьев и сестер. Он был единственным сыном Мэтью и Вирджинии Грин, и они оба давно умерли.

— Ох, — вздохнула Джесси, не скрывая огорчения.

Отлично. Как она и опасалась, ее вопрос оказался совершенно нелепым, и теперь Чивер уставился на нее так, словно вознамерился глазами просверлить в ней дырку.

Она вскочила.

— Простите. Не хочу больше отнимать у вас время.

— А почему вас заинтересовали его родственники? — спросил Чивер.

Он тоже встал, чтобы проводить Джесси.

— Я вдруг вспомнила, что... в газетах ничего не писали о его похоронах, — объяснила Джесси, удивившись, как быстро сорвались эти слова с ее языка, хотя она понимала, что эта версия не выдерживала никакой критики.

— Тело все еще в морге. Но в какой-то статье Эмил Лэндон заявил, что возьмет похороны на себя, как только ему выдадут тело.

— Я рада слышать об этом.

— Читайте газеты внимательнее. Уверен, об этом еще напишут, когда придет время.

— Да, конечно. Спасибо.

Она пошла к двери, но вдруг остановилось.

— Правда, это так странно? Я о смерти того бедняги, который работал в казино «Солнце».

— Не волнуйтесь. Мы найдем того, кто это сделал.

Джесси кивнула и, наконец, вышла.

Диллон никогда раньше не встречал Лина Дурсо, но полицейский произвел на него впечатление человека достойного. Это был мужчина весьма крупной комплекции и сурового вида, однако держался он открыто и дружелюбно, когда Диллон представился ему и протянул свою визитную карточку с логотипом компании «Расследования Харрисона», а затем объяснил цель своего визита.

— Мы только приступили к расследованию, — признался Дурсо, пожимая Диллону руку и внимательно изучая его из-под тяжелых век.

Складывалось впечатление, что он много слышал о нем и был заинтригован этим визитом.

— Я не верю в то, что это был несчастный случай, — решительно заявил Диллон.

— Удар был очень сильным, пострадавший скончался мгновенно — пока это единственное, что могу вам сказать. Тело находится в морге, и, возможно, сейчас как раз проводится вскрытие. Я еще не получил заключения патологоанатома, но она сказала, что машина, которая сбила его, двигалась со скоростью не менее шестидесяти миль в час. На шоссе не осталось следов торможения, водитель даже не пытался остановиться, — сказал Дурсо. — Мы сможем сказать больше, когда получим отчеты криминалистов и данные вскрытия.

— Вы не могли бы позвонить мне и рассказать, что нашли? — Диллон указал на свою визитную карточку, которую Дурсо держал в руке.

— А скажите... — поинтересовался Дурсо, — для чего нам подобная информация?

Дурсо был с ним искренним и сообщил даже больше сведений, чем Диллон ожидал получить, поэтому он отмстил в том же духе:

— Я думаю, что это было убийство. Йорба мог опознать убийцу Таннера Грина, поэтому его устранили.

— Вы работаете на Эмила Лэндона? — спросил Дурсо.

Казалось, он уже пожалел о своей откровенности.

— Да, он — мой босс, — признался Диллон. — И Лэндон считает, что он был главной мишенью.

— Неужели? Что ж, пока дела у Лэндона идут неплохо. И если вы правы, получается, что те двое умерли вместо него, — предположил Дурсо.

Диллон решил, что поступил правильно, рассказав полицейскому, что ему поручили заниматься этим делом.

— Я думаю, что это был кто-то из своих. Возможно, этот человек работал в «Новом Орлеане» или в «Солнце», — сказал Диллон. — В противном случае убийство Таннера Грина — самое нелепое преступление за всю мою практику.

Дурсо смерил его мрачным взглядом.

— Я проверю все, что вы мне сейчас сообщили. Я встречался с Адамом Харрисоном во время одного из расследований несколько лет назад. Мы мало с ним общались, но я еще тогда понял, что он — удивительный человек, и я буду рад помочь ему... а теперь расскажите мне, что, по-вашему, произошло? И почему вы решили, что это был кто-то из своих?

— Лимузин, из которого выкинули Таннера Грина около казино, стоял так, чтобы его не зафиксировали камеры наружного наблюдения. Это практически невозможно организовать, если только ты не знаешь, где и под каким углом установлены камеры, — объяснил Диллон.

— Хороший специалист по технике мог бы это сделать.

— Это очень трудно и, я бы даже сказал, маловероятно, — возразил Диллон. — Как уже говорил, я думаю, что оба убийства связаны, потому что Руди работал на парковке у «Солнца» той ночью и мог видеть то, что не успела зафиксировать камера. И я очень благодарен вам за ваше предложение о помощи.

— Я тоже буду признателен вам, если вы поделитесь со мной информацией, которую сможете разузнать, — улыбнулся Дурсо.

Мужчины обменялись рукопожатиями и попрощались. Пока Диллон шел к выходу, он набрал номер, который дала ему прошлым вечером Сара.

— Здравствуйте, — сказала Сара, когда он представился.

— Здравствуйте. У меня к вам вопрос. Вы не помните, что было надето на Таннере Грине в ту ночь, когда его убили?

— На нем был дорогой костюм, — сказала она. — Его ботинки стоили больше, чем моя недельная зарплата.

— Вы не заметили никаких повреждений на его одежде?

— Там было отверстие, проделанное ножом, — сказала она. — И пятна крови.

— А что-нибудь еще?

— Минутку...

Диллон слышал, как она листала бумаги.

— Да, с его рубашки исчезло две пуговицы, — прочитала она отчет.

— Спасибо, — сказал Диллон. — Большое спасибо.

— Вам это что-то дает?

— Как только выясню все подробности, я вам сообщу.

Проходя через помещение для инструктажа, Джесси посмотрела на море столов и на офицеров, которые, подобно трудолюбивым муравьям, спешили по своим делам.

Странное напряжение не покидало ее. Она снова огляделась, ожидая увидеть за одним из столов Таннера Грина, поймать его пристальный взгляд. Но Грина нигде не было видно, однако это не принесло Джесси желаемого облегчения.

Одна мысль крепко засела у нее в голове: Таннер Грин был единственным ребенком в семье.

А еще ей было любопытно, что Диллон Вульф делал у Чивера. Она подумала, что это было связано с убийством Грина, расследованием которого они оба занимались. Поэтому им необходимо было сотрудничать, даже если они недолюбливали друг друга.

Но почему она не рассказала Чиверу то, о чем умолчала в разговоре с Диллоном? О том, что перед смертью Таннер Грин прошептал ей одно-единственное слово: «Индиго».

— Джесси?

Услышав свое имя, она вздрогнула от неожиданности. Диллон Вульф шел по коридору ей навстречу.

— Извините. Не хотел напугать вас, — сказал он.

Он был таким высоким. Сильным. И мужественным. И дело было не только в его внешности. В каждом его движении, в каждом слове чувствовалась уверенность. Даже в своих снах Джесси была очарована этим мужчиной и чувствовала непреодолимое желание быть с ним. Дотронуться до него. Взять его за руку. Было ли это странное влечение связано с ее галлюцинациями, или она действительно находила его настолько привлекательным? Джесси боялась, что, скорее всего, дело было в последнем.

В присутствии Диллона безотчетное волнение охватывало Джесси. Она не боялась его. Гораздо больше ее пугало то... как, казалось, хорошо он знал ее. Диллон видел в ней ту уязвимость и беззащитность, которую она пыталась скрыть.

— С вами все хорошо? — спросил он, с недоверием на нее глядя.

— У меня все замечательно, спасибо. — Разумеется, она лгала.

И он заметил это. Однако больше ничего не сказал, лишь пристально посмотрел на нее выразительными, темными глазами, и Джесси поняла, что бормочет что-то невнятное:

— Я просто пришла узнать, как проходит расследование.

— Понятно. — Диллон посмотрел на часы. — Вы работаете сегодня?

— Да.

— В том же шоу? — Когда она кивнула, Диллон спросил: — Значит, у вас есть еще время для позднего завтрака, или раннего обеда... или просто чашки кофе?

Она хотела отказать ему. И убежать куда глаза глядят.

Но это было безумием. И разве хотелось ей сейчас оставаться в одиночестве?

— Я прошу вас, — добавил он.

Диллон был таким милым, что у нее не нашлось веского предлога отказать ему.

— Я бы не отказалась от позднего завтрака, — согласилась Джесси.

— Отлично.

Когда они выходили из участка, Диллон слегка приобнял ее за талию. На улице предложил поехать на его машине и пообещал доставить Джесси назад. Она неохотно согласилась.

Он сел за руль маленького гибрида. Возможно, Вегас и был экстравагантным городом, но Джесси не удивило, что этот мужчина выбрал себе подобный автомобиль.

Диллон привез ее в чудесное семейное кафе, где Джесси никогда еще не бывала. Сначала она удивилась, что не знает этого места, но затем подумала, как много ресторанов в Вегасе. Они так быстро открывались, а затем так же быстро прогорали, что в этом не было ничего удивительного.

Ресторан сиял чистотой, а на столах в вазочках стояли живые, только что срезанные цветы. Просторный зал ярко освещали солнечные лучи. Но когда Джесси садилась за стол, она быстро оглянулась, боясь снова увидеть печальные глаза Таннера Грина, который постоянно глядел на нее так, словно умолял о чем-то...

— Я бы посоветовал вам яйца «бенедикт» — это очень вкусно, — предложил Диллон. — А еще здесь подают домашние супы.

Джесси не особенно интересовала еда.

— Яйца «бенедикт» — отличная мысль, — сказала она.

Официантка оказалась одной из хозяек кафе. Диллон мило пообщался с ней, пока она принимала заказ.

Когда перед ними поставили чашки с дымящимся кофе, Диллон посмотрел на Джесси и улыбнулся.

— Почему вы избегаете меня? — спросил он.

— Я... я не избегаю вас, — возмутилась она.

— Мне кажется, вам нужна моя помощь, — спокойно произнес Диллон.

Джесси понимала, что это была пустая фраза, только для того, чтобы начать разговор. И все же, откинув назад прядь волос, она сказала:

— Это какой-то новый способ завязать беседу?

Диллон ничего не ответил и даже не улыбнулся.

— Я думаю, вашей жизни угрожает опасность, — уверенно заявил Диллон.

Когда Джесси взяла в руки чашку с кофе, ее пальцы так дрожали, что она даже не решилась поднести ее ко рту.

— Почему? — прошептала она.

Он наклонился к ней.

— Таннер Грин говорил с вами перед смертью. Я видел эго на записи с камеры видеонаблюдения.

— Но... ведь доступ к записям имеют только полицейские, не так ли? — спросила она. — Или вы хотите сказать, что вся полиция куплена?

— Я не знаю, сколько всего копий существует. Что до полиции... у них очень большой департамент. Я знаю, что не все копы продажны, но это не значит, что среди них нет людей, которые готовы предоставить информацию за деньги. И потом, точно такие же записи остались в казино. Скажите, вы слышали о том человеке, которого сбили на шоссе?

— Да. Печальная история.

— Не просто печальная. Я почти уверен, его убили из-за того, что он говорил со мной, — серьезным тоном сказал Диллон.

— Отлично... а теперь вы решили побеседовать со мной.

— Джесси, вам что-то известно, и рано или поздно убийца узнает об этом, — предупредил Диллон.

«Скажи ему, — подумала она. — Просто скажи это слово, и все будет кончено».

Джесси посмотрела на свою чашку с кофе, но, когда снова подняла глаза, чтобы заговорить, замерла от ужаса.

Таннер Грин сидел за столиком позади Диллона Вульфа и с угрюмым видом глядел на нее.

Хуже того, за столиком позади него сидел еще один призрак.

Она никогда не встречала этого человека при жизни, но видела его фотографию в новостях и не могла ошибиться.

Это был Руди Йорба.

Диллон Вульф заметил выражение ее лица, оглянулся и понял, куда она смотрит.

Когда Диллон Вульф обернулся, Таннер Грин вскочил и задел стол. Солонка и перечница задрожали.

Затем он исчез. Руди Йорба пропал одновременно с ним.

Остальные посетители кафе стали озираться. Они слышали шум, но ничего не увидели.

Однако от Диллона Вульфа ничто не могло ускользнуть. Он наклонился к Джесси и быстро сказал ей:

— Вы видите их. — И это был не вопрос.

— Я ничего не видела.

Внезапно Джесси поняла, что он тоже видит призраков.

Краем уха она слышала звон тарелок, смех, звяканье чашек и стук вилок о тарелки. Где-то вдалеке звучала музыка, кажется, мелодия в стиле кантри: тихая и приятная.

Джесси вскочила, забыв о еде.

— Вам лучше держаться подальше от меня, — сказала она Диллону.

Диллон тоже встал. Он с мрачным видом положил на стол деньги, а когда она повернулась, чтобы выйти из ресторана, последовал за ней.

На парковке Джесси вспомнила, что приехала на его машине.

Она поморщилась, но даже не вздрогнула, когда Диллон взял ее за руку. Обернулась и увидела в его взгляде сочувствие. Джесси разрывалась между желанием рассмеяться и заплакать прямо здесь, на парковке. Ей хотелось броситься к нему в объятия и забыть обо всем: об убийстве, о призраке, плюнуть на работу и отдаться ему душой и телом.

Но Джесси не могла так поступить, как бы плохо ей ни было и каким бы привлекательным ни казался ей Диллон.

— Вы видите Таннера Грина, — сказал он спокойным тоном.

— Нет, Таннер Грин мертв, — запротестовала она.

— Он стал призраком и все еще бродит где-то здесь, — уверенно сказал Диллон.

Он по-прежнему держал Джесси за руку, и она, сама не зная почему, была благодарна ему за это. Ее колени подгибались, но она продолжала убеждать себя в том, что все это не может происходить на самом деле. Даже стоявший перед ней мужчина казался ей каким-то нереальным.

Джесси взглянула на Диллона, и внезапно ее охватило отчаяние.

— Почему? Почему он так со мной поступает? Почему он меня преследует?

Диллон наклонился к Джесси, посмотрел на нее и решительно произнес:

— Все просто: вы нужны ему.

Глава 8

Пришло время искать сокровища. Джесси удивилась, как она, выступая практически на автопилоте, смогла прекрасно справиться с ролью. Ей удалось на время забыть обо всех своих страхах и переживаниях и показать ребятишкам незабываемое представление.

Джесси не помнила, о чем они говорили по дороге до казино. Кажется, она почти все время молчала. Она опять ехала в чужой машине. Диллон предложил ей воздержаться от вождения, и она согласилась с ним. Он ждал в коридоре, пока Джесси переодевалась. Коллеги поддразнивали Джесси по поводу ее нового симпатичного поклонника. Диллон поговорил немного с охранником, а когда началось представление, решил посмотреть его с остальными зрителями. Он сидел на одной скамейке с детишками лет шести, и вид у него был вполне довольный. Иногда Диллон производил впечатление сурового человека, но он умел расслабиться, повеселиться от души и легко завоевывал доверие окружавших его людей.

Джесси повторяла про себя, что все будет хорошо.

Она старалась не смотреть на стену позади зрительного зала. Ей не хотелось снова увидеть Таннера Грина. Хуже того, теперь ее начал преследовать и Руди Йорба — человек, которого она никогда не встречала. Впрочем, Таннер Грин тоже не был из числа ее знакомых.

Представление закончилось.

Диллон оставался в зрительном зале, когда Джесси фотографировалась с детьми и раздавала им шоколадные монеты в золотой фольге. Он ждал ее.

В гримерной Джесси даже умудрилась поддерживать беседу с другими актрисами, пока снимала грим с лица и переодевалась в свою повседневную одежду. Когда она вышла, Диллон ждал ее в коридоре. Она снова испытала соблазн обнять его, опустить голову ему на плечо и заплакать. Или просто закричать. Но Джесси держала себя в руках и старалась не дрожать, как выскочивший на шоссе олень, когда заговорила с ним:

— Спасибо, что подождали меня.

Джесси удивилась, заметив восхищение в его глазах.

— Вы были просто великолепны.

— Вы так думаете?

— Немного найдется людей, которые сначала признаются, что их преследуют два призрака, а затем найдут в себе силы подняться на сцену.

Джесси подумала, что Диллон шутит, потому что его слова казались ей настоящим безумием. Но он говорил совершенно серьезно.

— Я думаю, что вам нужно составить компанию, к тому же вы так и не пообедали, — сказал он. — Не хотите заехать ко мне? Я живу в частном доме неподалеку отсюда. Вы совсем ничего не ели, меня не назовешь отличным поваром, но я смогу разогреть лазанью и сделать салат.

— Хорошо, поехали к вам домой, — согласилась Джесси.

Ей было все равно, куда они поедут, главное, чтобы не оставаться одной.

Через несколько минут они остановились у высокого дома в стиле ранчо, который находился неподалеку от Стрипа. Кирпичный забор опоясывал двор, в котором росли кактусы и раскинулся окруженный камнями садик. Едва они вошли в дом, навстречу им выскочила огромная собака.

— Клэнси, не забывай о хороших манерах. Это Джесси Спархоук. Я знаю, она похожа на шведку, но на самом деле в ее жилах течет кровь лакота. А Клэнси у нас бельгийка, — сказал он Джесси.

— Какая красивая, — смущенно проговорила Джесси.

Она не лгала — собака была очень красивой и дружелюбной. Она не вставала на задние лапы и не пыталась облизать лицо, но обрадовалась, когда ее погладили, и было видно, как она любит своего хозяина.

— Проходите и садитесь, — предложил Диллон.

— Спасибо, — сказала Джесси.

Джесси услышала тихое позвякивание и с волнением оглянулась, но никого не увидела. По крайней мере, ни Таннер Грин, ни Руди Йорба не преследовали ее.

Диллон посмотрел на нее так, словно хотел что-то сказать, но затем передумал. Он повернулся и направился через выложенную плиткой прихожую в гостиную. Комнату украшала коллекция предметов народного промысла различных индейских племен. Джесси узнала несколько работ, выполненных представителями местного племени паиутов. Другие поделки были похожи на те, что покупал в свое время Тимоти. Куклы лакоты сидели на каминной доске, на окнах висело несколько ловушек снов, на стене она заметила рубашку семинолов в окружении маленьких поделок инуитов.

В комнате стоял плазменный телевизор, напротив него — кожаный диван и такие же кресла, а между ними — кофейный столик из кипариса. Несколько ступенек вели к большому столу, который отделял гостиную от кухни. Кроме того, Джесси разглядела общую комнату и застекленные створчатые двери, ведущие во внутренний дворик с бассейном. Дальше начинался двор, окруженный кирпичный стеной. Позади дома она была выше, чем напротив входа.

— Выпьете что-нибудь? — спросил Диллон.

— Да, спасибо.

— Что вы будете?

— Мне все равно. Главное, чтобы там был алкоголь. — Джесси опустилась на софу.

Чувствовалось, что эта комната принадлежала мужчине. Она не заметила никаких признаков женского присутствия. Не считая, разумеется, Клэнси.

— Выбор небогат: пиво или бурбон? Еще могу предложить выбрать бутылку или стакан?

— Тогда принесите мне, пожалуйста, бутылку бурбона, — улыбнулась она, а затем сказала: — Я шучу. Пиво вполне меня устроит.

Диллон принес две бутылки пива, а затем снова вернулся на кухню. Джесси взяла свою бутылку и села, рассматривая картины и поделки, которые придавали комнате особый, неповторимый вид. Как же хорошо было сидеть здесь в тишине и безопасности.

Диллон вернулся через пару минут, в руках у него было большое блюдо с нарезанным сыром, колбасой пепперони, фруктами и чипсами.

— Надеюсь, вы не вегетарианка и не помешаны на здоровой пище? — спросил он.

— Нет, — ответила Джесси и внезапно почувствовала голод.

Она взяла кусочек сыра, который оказался очень вкусным, затем еще один. Джесси старалась есть не слишком быстро. Диллон сел на стул рядом с ней, и она улыбнулась ему.

— Спасибо. Это как раз то, что нужно.

— Понимаю. Вы, наверное, проголодались.

В комнату вошла Клэнси и легла между ними. Собака не стала выпрашивать еду, даже когда Диллон нагнулся и потрепал ее по голове.

— Как вы себя чувствуете? У вас все хорошо? — спросил он.

Джесси кивнула. Затем она посмотрела на него и сделала большой глоток пива.

— «Расследования Харрисона»... это компания, которая охотится на призраков? — спросил она.

Он улыбнулся:

— Если честно, то иногда приходится делать нечто подобное. Но обычно мы находим естественные причины для так называемых визитов призраков.

— Но вы... вы видите их? — прошептала она. — Вы видели Таннера Грина и Руди Йорба так же, как и я? — Джесси не могла поверить — она только что призналась, будто видела призраков. Двух призраков.

— Я видел их, но лишь мельком и пока ничего не могу сказать, — с сожалением в голосе ответил он.

Джесси старалась не сорваться на крик:

— И вы хотите еще раз увидеть их?

— Разумеется.

— Ох. — Она снова отхлебнула пива из бутылки. — А я не хочу.

— Они появляются лишь потому, что хотят что-то сказать или о чем-то спросить. Им нужна помощь, чтобы раскрыть тайну их смерти, — объяснил Диллон.

— Почему же тогда они не преследует вас? — прошептала она. — Вы же сыщик.

— Согласен, я и сам немного сбит с толку. Я еще могу понять Таннера Грина. Вы были последней, кого он видел. Но с Руди незадолго до его смерти я разговаривал, а вы даже ни разу с ним не встречались. Думаю, что он еще слишком неопытен, он еще новичок и многого не понимает.

— Чего не понимает? — спросила она.

— Иногда тело умирает, но душа, или как там ее называют, остается. Она хочет найти справедливость, успокоение. Но часто душе, призраку, требуется время, чтобы понять, что с ним на самом деле произошло и как ему получить необходимую помощь. Ни я, ни кто-либо из моих знакомых не могут ответить на все вопросы. Но ясно одно: Таннер Грин сильно напуган.

— Напуган? — с недоверием повторила Джесси.

Диллон улыбнулся:

— Да, он боится принять свою смерть. И похоже, доверяет только вам.

— А почему он решил, что я достойна доверия? — спросила Джесси.

Диллон рассмеялся ее вопросу. Джесси даже не улыбнулась.

— Трудно сказать, — ответил он. — Однако вы можете помочь мне установить с ним контакт, а когда это произойдет, я попытаюсь сделать что-нибудь для него. И если он получит необходимую помощь, никого больше не будет преследовать.

— Хотите, чтобы я познакомила вас с призраком? — скептически заметила она.

Диллон грустно улыбнулся:

— Что-то вроде того, но боюсь, что это непросто. Он должен приблизиться к вам и понять, что вы мне доверяете. Главное, не спугнуть его. В конце концов он тоже доверится мне и позволит, чтобы ему помогли.

— В конце концов? — с тревогой спросила Джесси.

— Послушайте, он не хочет причинить вам вред, — попробовал успокоиться Диллон.

— Возможно, — согласилась Джесси. — А вдруг он появится, когда я буду сидеть за рулем автомобиля? Он понимает, что я могу врезаться в стену или сбить пешехода?

— Призраки, как и люди, не всегда мыслят рационально, — заметил Диллон и сменил тему разговора. — Хотите еще? — спросил он, указывая на ее опустевшую бутылку пива.

Джесси кивнула.

Когда Диллон снова отправился на кухню, Джесси встала и последовала за ним. Клэнси пошла с ними и уселась у ее ног, когда она расположилась на стуле за кухонным столом.

— А вы всегда видели призраков? — спросила Джесси.

Диллон улыбнулся и покачал головой.

— Я вырос в резервации паиутов неподалеку отсюда, и я был весьма задиристым ребенком. Моя мать, медсестра по образованию, работала на правительство и занималась вакцинацией детей. Они с отцом встретились и полюбили друг друга — пара мечтателей, которые обожали весь мир. Я был еще ребенком, когда они перебрались на военную базу — мой отец вступил в армию, и их отправили в Северную Каролину. Тогда и начались первые неприятности. Иногда дети бывают очень жестокими. В раннем возрасте это не так заметно. Они еще не умеют отличать индейцев от китайцев, черных от инуитов. Для них разный цвет кожи такое же нормальное явление, как различный цвет волос, но, когда они становятся старше, все меняется... Поэтому в подростковом возрасте у меня начались проблемы. Ничего серьезного, потому что я не хотел огорчать родителей. Затем они погибли — маленький самолет, в котором они летели, потерпел крушение. Тогда я словно с цепи сорвался. После похорон — их погребли здесь, в Неваде, потому что они любили эти места, — я пошел в бар, сильно напился и подрался со здоровым белым парнем только потому, что он был блондином. — Диллон криво усмехнулся. — Вы ведь лакота, верно? У наших племен много общих мифов и верований. Вы слышали историю о деве в белых одеждах, о великом белом бизоне и о чудесах, которые происходят с теми, кто их видел? Так вот я видел ту девушку. Она была на похоронах. Сначала я думал, что у меня начались галлюцинации из-за потрясения, вызванного гибелью родителей. Но затем в баре, сразу после того, как я ввязался в драку и тот мужчина хотел уже разбить мне лицо, она встала между нами. И заговорила со мной. Я до сих пор слышу ее слова. «Нет. Это не твой путь. Ты должен стать сильнее. Боль не должна причинять еще большие страдания. Ты должен смириться ради них и ради себя». Кажется, в тот момент друзья оттащили меня в сторону, извинились за мое поведение, сказав тому парню, что у меня недавно умерли родители. Но с того дня... я начал видеть... людей. Призраков. И я встретил Адама.

— Адама Харрисона, — тихо сказала Джесси.

Он кивнул.

— У Адама был сын, Джош, которого он очень любил. Джош умер, но по-прежнему оставался с Адамом и пытался помочь ему, даже когда Адам не мог его видеть. Адам стал собирать единомышленников, чтобы вместе заниматься расследованием дел, связанных с паранормальными явлениями. Он верил, что есть люди, которые способны видеть призраков и разговаривать с ними, хотя сам не занимался этим уже много лет. В отличие от нас он не видит призраков, но научился чувствовать их присутствие, а иногда даже понимает, что они хотят. Мои предки назвали людей, обладающих подобной способностью — которую я долгое время считал проявлением безумия, — идущими в ночи. Это означает, что ты можешь заглянуть в другое измерение. На мой взгляд, это не такое уж плохое умение. Поначалу оно вызывает страх. Но затем ты все осмысливаешь и успокаиваешься.

— Успокаиваешься? Даже если знаешь, что в любой момент можешь увидеть призраков? — спросила Джесси.

Она не помнила, как Диллон подошел к столу, прислонился к нему и взял ее за руки, но ей нравились его прикосновения. Как будто вместе с ними он делился с ней своим теплом и энергией, придавал ей силы.

Диллон еще раз крепко сжал ее руки, а затем отпустил их, отвернулся и открыл духовку. Он взял прихватки и вытащил покрытый фольгой противень с лазаньей и опустил его на подставку на столе. Наконец он посмотрел на Джесси.

— Я рад стать идущим в ночи, — сказал Диллон, — это означает, что существует и другой мир, помимо того, в котором мы живем. Есть какое-то высшее бытие, квинтэссенция всего того, чем мы являлись при жизни. — Он улыбнулся и пожал плечами. — Моя мама была католичкой, и это оказало большое влияние на мое понимание религии. Я думаю, что существует некая высшая сила и не важно, как ты ее называешь и как ей поклоняешься. Я считаю, что самое главное предназначение человека на земле — это научиться помогать другим людям. Если на небесах и существует рай, или великая прерия, то я знаю, что мои родители теперь там. И меня это утешает.

Джесси снова посмотрела на него. «Как это замечательно, когда ты можешь верить», — подумала она про себя.

— Не хотите накрыть стол? — спросил Диллон.

— Конечно.

Диллон уже стоял у холодильника, он собирался делать салат. Джесси спрыгнула со стула и стала вытаскивать тарелки из шкафа, на который он указал. Она нашла столовое серебро, салфетки и стаканы, а затем накрыла в общей комнате стол, который стоял у окна с видом на внутренний дворик.

— У вас очень уютный дом, — сказала Джесси.

— Спасибо. Мне здесь нравится.

— Наверное, охотникам за привидениями хорошо живется, — сказала она, стараясь держаться легко и непринужденно. Но тут же пожалела о своих словах. — Простите, это бестактно, и меня это совершенно не касается.

— Нам платят так же, как и обычным детективам, но на жизнь вполне хватает. Адам заключает контракты, а затем приглашает кого-то из нас. Но мы можем отказаться от работы, если нас что-то смущает.

— Эмил Лэндон не похож на человека, с которым вы захотели бы работать, — выпалила Джесси и лишь потом поняла, каким неделикатным было ее замечание.

Диллон лишь засмеялся:

— Если честно, то я ненавижу этого ублюдка.

— Почему же вы согласились работать на него?

Он пожал плечами:

— Адам очень хотел, чтобы я взялся за это дело. Вероятно, у него была на то своя причина. Теперь, даже если Лэндон уволит меня, все равно доведу расследование до конца. Я мало знал Таннера Грина и еще меньше Руди Йорбу, но они заслужили справедливости. Я не хочу, чтобы смерть Йорбы считали несчастным случаем. Ведь он был убит.

— Вы не можете винить себя за его гибель, — сказала Джесси.

Щеки Диллона слегка побелели, и Джесси поняла, что тронула его больное место. Она тут же пожалела о своих словах.

— Возможно, он гораздо раньше стал мишенью для убийцы. Я не знаю. Поэтому мне так важно раскрыть это убийство.

Диллон доделал салат и налил чая со льдом. За обедом беседа текла медленно. Джесси задавала вопросы, Диллон отвечал на них, затем он расспросил Джесси о ее жизни.

«Мне так легко с ним», — подумала Джесси, поймав себя на мысли, что рассказала ему обо всех своих коллегах по работе, о Тимоти, даже о пожилой миссис Тиздейл и о других людях в доме престарелых, которые так скрашивали жизнь ее дедушки.

Джесси не ожидала, что лазанья окажется такой вкусной, да и салат был свежим и очень приятным на вкус. К концу обеда она чувствовала себя так, словно была знакома с Диллоном целую вечность.

Ей не хотелось уходить.

Но когда тарелки были вымыты, Клэнси накормлена и они сели пить кофе у бассейна, Джесси решила сказать Диллону, что больше не может злоупотреблять его гостеприимством.

— Мне пора домой.

— У вас есть домашний любимец? — спросил Диллон.

— Кто? Нет. — Она покачала головой.

— Почему же вы так спешите? — спросил Диллон.

— Хотя бы потому, что моя машина все еще находится у полицейского участка, — сказала она.

— У меня там работают знакомые. С ней ничего не случится, — сказал он. — Послушайте, сегодня вы пережили сильнейшее потрясение. Вы можете переночевать здесь. В доме есть комната для гостей, компьютер и все, что может вам понадобиться.

— Мне не стоит здесь оставаться. Это неправильно.

— Кто знает, что правильно, а что нет? — спросил он. — Вы боитесь того, что могут подумать люди? Или переживаете за своего дедушку?

— Нет, с Тимоти все хорошо. Он почти все время проводит в доме престарелых. Иногда я забираю его на выходные, а той ночью мне пришлось забрать его к себе, потому что я боялась, как бы его не выставили. Я ведь не каждый день выигрываю большие деньги. Нет, я не против азартных игр. Иногда это весьма забавно, главное, не увлекаться. Но... — Она замолчала и посмотрела на Диллона. — Кажется, я слишком много болтаю.

— Болтайте, я не против. И все же я думаю, что вам следует остаться.

— Вы хотите использовать меня как наживку? — спросила она. — Вы пытаетесь выманить призрака?

— А разве вы не хотите от него избавиться?

Джесси рассмеялась.

Диллон встал.

— Пойдемте, я покажу вам комнату для гостей. Джесси поняла, что он говорил серьезно.

Значит, его интересовало отнюдь не ее тело, и это открытие даже немного разочаровало девушку. Диллон отвел Джесси в комнату для гостей, она была отделана в розово-лиловых и песочных тонах, соответствующих светлой цветовой гамме всего дома. В комнате была отдельная ванная. И большой новый телевизор.

Диллон дал ей футболку и мешковатые брюки вместо пижамы. Она поблагодарила его. Впервые за последние дни ей не было страшно.

В тот момент она была даже готова к встрече с призраком.

Диллон оставил ее, сославшись на то, что ему нужно проверить кое-какую информацию в Интернете. Джесси приняла душ и переоделась. Она поймала себя на мысли, что ей было приятно надеть одежду Диллона, как будто он сам дотрагивался до ее тела, и это привело ее в смятение.

Зазвонил сотовый телефон, и Джесси вздрогнула от неожиданности. Она быстро вытащила его из сумочки и ответила. Звонила Сандра.

— С тобой все хорошо? Почему ты мне не позвонила? Я так ждала твоего звонка, — возмутилась она.

— Разве я обещала позвонить тебе?

— Нет. Но я за тебя очень переживаю. Все хорошо?

— Все замечательно. Спасибо за заботу, Сандра.

— Ты сейчас сидишь дома? Ты закрыла дверь на замок?

— Все хорошо, — повторила Джесси, на мгновение замолчала, а затем добавила: — Но я сейчас у Диллона Вульфа.

Сандра закричала так громко, что Джесси поморщилась.

— Где?!

— Успокойся. Это не свидание, — сказала Джесси. — Между нами ничего не было.

— Ты в его доме, но его самого там нет?

— Нет, он здесь. Он в другой комнате, за компьютером.

— Я хочу знать подробности. Надеюсь, ты меня понимаешь. — Джесси услышала вдалеке голос Рэджи, затем девочка, так же как и мать, испустила восторженный вопль.

— Что случилось? — спросила Джесси.

— Рэджи тоже хочет знать подробности. Я ничего ей не скажу, но сама не успокоюсь, пока все не узнаю.

— Мне тебе нечего рассказать, — твердо ответила Джесси. — А теперь я пойду спать. И знаешь, Сандра...

— Что?

— Спасибо, что позвонила.

— Не за что, детка. Теперь я буду звонить тебе постоянно.

Улыбнувшись, Джесси закрыла крышку телефона. Жизнь была не так уж и плоха. У нее отличные друзья, и она больше не будет бояться. По крайней мере, в эту ночь, пока за соседней дверью был Диллон Вульф.

Время для вечерних звонков было не самое подходящее, но Диллон знал доктора Дуга Тарлтона, одного из лучших патологоанатомов Лас-Вегаса, уже много лет. Дуг либо отвечал на телефонный звонок сразу, либо вообще не брал трубку. Если он смотрел на телефонный номер звонившего и личность этого человека не вызывала у него интереса, он не подходил к телефону. Если же он спал, то дозвониться до него можно было только по номеру экстренного вызова.

Дуг ответил после второго звонка.

— Диллон Вульф, — сказал он, даже не поздоровавшись, — я все ждал, когда же ты мне позвонишь.

— Понимаешь, я пытался получить информацию через официальные каналы, — признался Диллон.

Дуг рассмеялся:

— Ты имеешь в виду Джерри Чивера? Он хороший полицейский, но с заскоками. К тому же, в отличие от большинства людей, он недолюбливает компанию «Расследования Харрисона».

— Да, он ведет себя так, словно у него заноза в одном месте, — согласился Диллон. — Возможно, это и не его вина. Может, его сильно обижали в детстве. Но как бы там ни было, я пытался наладить связь с официальными органами и получить через них информацию. Однако теперь мне кажется, что лучше получить сведения из первых рук. Кстати, где ты сейчас?

— В морге.

— Неужели?

— Да, я как раз заканчивал, когда принесли отчет о том парне, которого сбили на дороге. Я, конечно, понимаю, труп он и есть труп, но этот человек получил такие повреждения... Слава богу, что при ударе ему сломало шею и смерть была мгновенной... У него переломаны ребра и все кости в области груди и таза. Только я прочитал отчет — а он был длинным, как целый роман, мне доставили данные токсикологической экспертизы по Таннеру Грину. Этот человек был под кайфом.

— Под кайфом? Хочешь сказать, он принял наркотик.

— Да, ЛСД. Тоже мне телохранитель, накачался, как последний наркоман.

— Он же был не на работе, — заметил Диллон. — У тебя есть еще что-нибудь?

— Он вряд ли дожил бы до пятидесяти. Его печень была в ужасном состоянии, и, судя по уровню холестерина в крови, складывается впечатление, что он ел мясо на завтрак, обед и ужин. К тому же у него были проблемы с весом. Причиной смерти, скорее всего, стало ранение в легкое. Он захлебнулся собственной кровью.

Диллон вспомнил, что в лимузине не было никаких следов крови.

— Подобное ранение должно вызвать сильное кровотечение?

— Удар был нанесен один раз, но с достаточной силой. Нож вошел в спину, миновал кости и проник прямо в легкое. Внешняя кровопотеря была незначительной, из раны на спине вытекло совсем немного крови, но при падении нож немного сдвинулся, кровь хлынула сильнее, пропитала рубашку и запачкала стол. Думаю, женщина, на которую он упал, тоже была забрызгана кровью. Однако Грин мог и не оставить после себя кровавых следов, потому что до падения почти вся кровь оставалась в его легких. Вначале нож служил своего рода пробкой, сводя кровопотерю к минимуму.

— Спасибо, Дуг. Я признателен тебе за помощь.

— Не стоит благодарности, это моя работа. Но тебе все это не кажется странным? Даже несмотря на то, что Таннер Грин не был ангелом. Тем не менее, я рад, что этим занимаешься ты, в противном случае им понадобилась бы целая армия следователей, чтобы найти убийцу. — Дуг на мгновение замолчал. — Ты думаешь, что его смерть связана с каким-то более серьезным преступлением?

— Думаю, да. Мне кажется, что обе смерти связаны, — сказал Диллон.

— Убийство и смерть в дорожном происшествии? — спросил Дуг.

— Нет, в обоих случаях было совершено убийство, — сказал Диллон, затем поблагодарил друга и повесил трубку.

Он решил, что следующим утром обязательно наведается в морг.

Джесси не сразу смогла уснуть, и не потому, что ей было страшно. Напротив, впервые после убийства Таннера Грина она не испытывала страха, и от этого у нее даже слегка кружилась голова.

Комната была очень уютной, а Диллон находился неподалеку.

Джесси включила телевизор и стала листать журналы, прочитала статью о том, как разные политики предлагали улучшить жизнь в стране.

Наконец, она уснула. И ей приснился сон.

Он не был повторением ночных кошмаров, которые преследовали ее. Джесси не снились мертвецы, кладбища и люди, которые, казалось, явились из далекого прошлого. Той ночью ее сны были эротическими и такими чувственными, что ее лицо заливалось краской. И вместе с тем ей было так хорошо, что не хотелось просыпаться, хоть она и понимала, что это всего лишь сон. Диллон был главным героем ее сна, они больше не испытывали неловкости в общении друг с другом. Джесси не знала, где они находятся и почему оказались здесь, но внезапно они слились в страстных объятиях, и она почувствовала его сильное, волнующее тело. Ей казалось, что они давно знали друг друга и всегда были вместе. Она чувствовала его страстные поцелуи, его губы и язык нежно скользили по ее коже. Она видела его лицо, а прикосновения его горячего тела обжигали ее кожу...

Внезапно она проснулась, и ею овладела паника. Но когда Джесси села и осмотрелась, она поняла, что в комнате больше никого нет. И никакого Таннера Грина.

Кто-то тихо и настойчиво постучал в ее дверь.

— Да? — быстро сказала она, сражаясь со страхом, который был готов поглотить ее.

Дверь открылась, и на пороге появился Диллон. В коридоре горел свет, и она отчетливо видела его силуэт.

— С вами все хорошо? — спросил он.

Джесси смутилась и попыталась придумать подходящий ответ.

«Да, все отлично. Я спала, и мне снилось, что мы с вами занимаемся любовью. Но не волнуйтесь, это лишь жалкие фантазии женщины, у которой давно не было сексуальной жизни».

— Все отлично, — сказала она и больше ничего не добавила.

— Но вы кричали, — заметил Диллон.

— Правда?

— Да.

— Боже. Извините. Все хорошо. Честно. Мне уже... давно не было так хорошо. Я не хотела разбудить вас.

— Все нормально. У меня очень чуткий сон. Спокойной ночи, — сказал он и стал закрывать дверь.

— Подождите!

Диллон замер.

Джесси тоже, — она не знала, что делать дальше.

В воздухе повисла долгая, напряженная пауза, как будто в следующее мгновение должна была решиться их судьба. Она приподнялась на кровати и решила предложить Диллону выпить чаю. Поговорить. Пойти в гостиную, на кухню или просто взять собаку и погулять...

— Пожалуйста, не уходите, — сказала она ему.

Диллон постоял немного у двери, затем медленно вошел в комнату. На нем был халат, как показалось Джесси, надетый на голое тело. Когда он заговорил с ней, его взгляд был спокойным, а голос низким:

— Вы же знаете, что вам здесь нечего бояться. Я нахожусь в комнате напротив. Просто крикните, и я приду.

— Я знаю, — сказала Джесси. — И я не боюсь.

А затем самый замечательный мужчина на свете протянул руку и погладил ее по волосам.

— Верно, — сказал он и улыбнулся обаятельной улыбкой.

— Верно, — повторила она эхом.

— Может, посмотрим какой-нибудь фильм? — предложил он.

— Можно. Но сейчас я хочу другого, — сказала она.

Диллон снова улыбнулся ей. Когда он дотронулся до нее, Джесси невольно вздрогнула, словно ее ударило током. Она едва не вскрикнула от страха — ее мечты стали реальностью, и его прикосновения оказались куда более волнующими, чем все ее самые смелые фантазии. Он присел на кровать рядом с ней, его пальцы погрузились в ее волосы, его губы — уверенные, твердые и чувственные, прикоснулись к ее коже, пробуждая в ней непреодолимое желание. Джесси показалось, что теперь они как будто стали единым целым, она легко поборола нерешительность и обняла его, с наслаждением ощутив его сильное мускулистое тело и гладкую горячую кожу под тонкой тканью халата. Страсть переполняла их обоих, но они старались растянуть эти сладкие мгновения и лучше узнать друг друга.

Их первый поцелуй, казалось, длился целую вечность, но она была подобна чуду, где каждое движение дарило яркое, невыразимое наслаждение, от которого их тела извивались и снова прижимались друг к другу, а нежные прикосновения рук открывали все новые источники удовольствия. Диллон быстро скинул халат, его обнаженная кожа дотронулась до ее плоти, все разжигая в ней неистовый пожар. Его тело, мускулистое и поджарое, покрытое гладкой медного цвета кожей, было горячим, подобно раскаленному металлу. Его руки — сильные и надежные, как и он сам, — дарили чувство уверенности и пробуждали дикие инстинкты. Их тела сплелись, пальцы Диллона ласкали ее лицо, гладили шею. Его поцелуи обжигали даже через хлопковую ткань рубашки, которую он ей дал, и Джесси не помнила, кто и когда, наконец, сорвал ее, позволив его языку, словно лучику солнечного света, скользить по ее груди и животу.

Джесси наслаждалась волшебными объятиями и сильным, напряженным телом Диллона, испытывая неистовое желание дотронуться до него, попробовать его на вкус. Она гладила пальцами его волосы, плечи, все его тело. Ее губы изучали его тело — сначала это было лишь легкое прикосновение, прелюдия к более смелому исследованию. Затем она подняла голову, и губы их снова слились в страстном поцелуе.

Наконец, Джесси легла на спину, глядя в его бездонные черные глаза, в которых отражались древняя мудрость и юношеская жизнерадостность, он смотрел на нее с желанием и безумной страстью. Она вскрикнула, когда он проник между ее бедер, медленно и уверенно наполняя ее всю, доводя до немыслимого исступления. Внутри нее полыхал настоящий костер, адское пламя. Она вцепилась и него, выгибаясь в такт каждому его движению и наслаждаясь каждым вскриком, дрожа от возбуждения, захлестнувшего ее подобно буре. Она оцарапала ногтями его спину и вдруг почувствовала, как руки Диллона стиснули ее ягодицы и прижали к себе в момент наивысшего напряжения. Но на самом краю пропасти он отступил и зaмедлил темп, а затем опять заставил ее воспарить под облаками. Он то начинал двигаться быстрее, то останавливался, пока не довел ее до безумия. Ее пальцы яростно чертили линии на его спине, а губы ласкали его шею, требовательно и жадно. И вот она испытала долгожданную разрядку. Это были мгновения неистовства и дикой разнузданности, она дрожала в его руках, ее влажная кожа трепетала под ним, и весь мир вокруг как будто раскололся на части. Постепенно она стала возвращаться к реальности.

Потому что это был не сон. Все случилось на самом деле.

Он крепко прижимал ее к себе, волны дрожи все еще пробегали по его телу. Диллон оказался заботливым любовником, он перекатился на бок, чтобы не придавливать Джесси своим телом, но не разжал объятий, заставляя ее почувствовать, что она по-прежнему оставалась для него самым важным и желанным человеком на свете. Лежа рядом с ним, она все еще судорожно хватала ртом воздух, лунный свет играл на их телах, и постепенно чувство робости и неуверенности, которые часто преследовали Джесси, когда она не была на сцене, вернулись к ней. Она знала, что рано или поздно им придется пошевелиться, заговорить друг с другом. Секс — это секс, и они не открыли ничего нового, ничего такого, что могло бы изменить мир, и не важно, какие чувства оба пережили в те мгновения. И все же эта ночь была для нее необычной и Джесси надеялась, что Диллон занялся с ней любовью не для того, чтобы успокоить ее, и не поддавшись минутному порыву.

Сначала он молчал и продолжал целовать ее шею, и сердце Джесси бешено колотилось. Наконец, он прошептал:

— Мне остаться? Я не хочу уходить.

Она положила руку на его ладонь, которая покоилась на ее животе, и переплела свои пальцы с его пальцами. Джесси пожалела о том, что не может заглянуть в эбеновую глубину его глаз, но в то же самое время радовалась, что темнота скрывала ее собственный испуганный взгляд.

— Пожалуйста, — с трудом пролепетала она, не в силах придумать другого ответа.

Она сказала это так, словно согласилась положить сахар в свою чашку с кофе.

Но Диллон и не собирался уходить, его руки еще крепче обняли Джесси, а губы снова прикоснулись к ее шее.

Она ненадолго задремала, а когда проснулась, снова почувствовала напряжение в его теле. Они опять занялись любовью. Но если в первый раз это напоминало яростную схватку, то теперь они любили друг друга медленно и расслабленно, но вместе с тем страстно и чувственно.

Затем Джесси долго лежала неподвижно — ей не хотелось шевелиться. Руки Диллона обнимали ее, и она, наконец, уснула. Ей снова приснился кошмар.

Она опять бежала по старому кладбищу с деревянными крестами и могилами, окруженными камнями. Дул легкий, теплый ветерок, и светило солнце, но затем оно померкло. За ней снова кто-то шел. Какие-то люди преследовали ее.

Охотились за ней.

Они хотели убить ее, и Джесси побежала, спотыкаясь о камни. Она пробиралась через полынь, которая трепетала на ветру так сильно, словно приближалась буря. Шаги позади нее становились все громче. Вдруг впереди Джесси увидела свет, и на его фоне возник мужской силуэт.

Это был Диллон.

Она подошла к нему, солнце снова взошло, а ее преследователи исчезли, растворились во мраке позади нее, потому что Диллон помог ей обрести силу и желание бороться.

Джесси медленно открыла глаза. Наступило утро, и мягкие лучи пробивались сквозь шторы.

Она была не одна. И теперь была рада этому.

Диллон неподвижно лежал рядом и обнимал ее, но Джесси увидела, что он уже проснулся. Она повернулась к нему и заметила, что его глаза улыбались. В его взгляде было столько доброты и внутренней силы, что ее сердце забилось быстрее. Было в нем нечто такое, от чего ее бросало в жар, и, когда он улыбнулся ей, Джесси почувствовала, как легкая дрожь пробежала по ее телу. Она поняла, что безумно хочет его — его взглядов, прикосновений, всего его без остатка. И она хотела, чтобы он оставался с ней не только на одну ночь. Долгое время она, как обиженный ребенок, избегала серьезных отношений. Она считала своим долгом оберегать Тимоти ото всех, кто может выразить к нему неуместную жалость или посмеяться над ней, за то, что она была так предана своему дедушке. Пускай она не говорила об этом с Диллоном, но она была уверена, что он поймет, в каком состоянии находится Тимоти, проявит уважение к старику и никогда не упрекнет ее за то, что она заботится о своем дедушке, который воспитал ее.

— Доброе утро, — тихо сказал он. — Ты хорошо спала?

Она кивнула.

— Никаких кошмаров?

— Мне приснился страшный сон, но там был ты, — мрачно сказала она.

— Отлично, — сухо пробормотал он.

Она рассмеялась.

— Нет, у тебя там была положительная роль, — заверила его Джесси. — Я убегала от людей, которые хотели убить меня, а потом увидела тебя.

— Надеюсь, я тебя спас? — спросил Диллон.

— Ты сделал нечто большее.

— Правда?

— Ты дал мне силы, и они, когда поняли, что больше не смогут напугать меня, исчезли.

— Рад слышать об этом, — сказал он и сел с хмурым видом. — Но иногда страх бывает полезен. Он оберегает тебя от опасности.

— Я боялась призрака, — сказала она мягко. — А ты говоришь, что ему нужна моя помощь.

— Но кто-то же превратил Таннера Грина в призрака, — сказал он. — И кто-то убил Руди Йорбу. Этот человек все еще жив, так что разумнее опасаться его и того, что он способен сделать.

Джесси внимательно посмотрела на Диллона и неожиданно поняла всю важность того, что произошло между ними, того, что они друг другу сказали, и того, что еще не было сказано.

— Индиго, — вдруг проговорила она.

Джесси была потрясена реакцией Диллона. Это было всего лишь название цвета, которое перед смертью прошептал ей Таннер Грин. Для нее это слово ровным счетом ничего не значило, и она не думала, что оно может оказаться таким важным.

— Что? — резко спросил он.

— Индиго. Вот что сказал мне Таннер Грин перед смертью. Извини. Я доверяю тебе, и если бы он сказал что-нибудь еще, то обязательно сообщила тебе об этом. Но он произнес одно-единственное слово. Индиго. Просто название цвета.

Диллон поднялся, она видела лишь мышцы на его спине. Он стоял в лучах солнца — высокий и сильный.

— Это не только цвет, — не оборачиваясь, сказал он.

— Правда?

— Это название одного местечка в Неваде.

— Никогда не слышала о нем. А что там?

Диллон повернулся к ней, его взгляд был мрачным и тревожным.

— Это город-призрак.

Глава 9

Диллон готовил кофе, когда, наконец, появился Ринго. Даже после смерти этот человек не утратил чувства юмора.

— Ну и видок у тебя, дружище. А я думал, что из нас двоих покойник — я.

— Очень смешно. Может, ты сядешь? Я уверен, что она слышит звон твоих шпор. Зачем ты ошивался здесь прошлой ночью?

— Ты меня обижаешь! — возмутился Ринго. — Я и не ошивался, — добавил он с упреком. — Неужели тебе не хочется познакомить нас?

— Я пытаюсь помочь ей привыкнуть к присутствию призраков, которые ее преследуют. И лишь после этого ей можно сообщить о том, что есть и другие люди, которые... которые обладают даром являться к нам из потустороннего мира.

— Слушай, это все здорово, и я готов вам помогать. Но в конце концов, благодаря мне ее дедушка теперь счастливо живет в том веселом местечке, где ему так нравится. Так что мне не терпится познакомиться с этой леди.

— Только, Ринго, давай договоримся, что, когда это случится, ты постараешься не напугать ее, хорошо?

— Не волнуйся. — Ринго на мгновение замолчал. — Ты взялся за работу с этим мерзким Эмилом Лэндоном из-за меня?

— А также из-за Адама. Он попросил меня об этом. Правда, вначале мне казалось, что это дело не имело никакого отношения к паранормальным явлениями, но, вероятно, Адам кое о чем догадывался и... — Диллон замолчал и пожал плечами. — Ладно, а теперь сделай милость, исчезни на некоторое время.

— Но этой ночью вы вдвоем развлекались в моей комнате.

— Я отдал тебе свою комнату, так что перестань жаловаться.

Ринго рассмеялся:

— Мне все равно. Это лучше, чем ночевать на морозе. Стоп. Я же не чувствую холода. И все равно, мне нравится жить в этом доме. Даже твоя дурацкая собака в конце концов полюбила меня.

— Клэнси — добрая старушка, — сказал Диллон. Собака стояла рядом с ним, и он чесал ее за ухом. — Послушай, Ринго, мы с Джесси хотим позавтракать у ее дедушки. А потом мы с тобой кое-куда съездим.

— Куда?

— В Индиго, — сказал Диллон.

— В Индиго? — спросил Ринго, он удивился и был явно не рад подобной перспективе. — Но ведь там же...

— Да, там ты умер. Я знаю об этом. И в Индиго ты познакомился с моим предком. Мне это также известно. Но именно это слово прошептал Джесси умирающий Таннер Грин.

— Черт побери, ты это серьезно? — спросил Ринго.

— Убийственно серьезно.

— Что?! — возмутился Ринго.

— Извини. Я выбрал неудачное слово.

— А что мы ищем? — спросил Ринго.

— Не знаю. Но раз умирающий упомянул об Индиго, наверное, это было неспроста. — Диллон нахмурился. — Ты знал что-нибудь об этом, когда попросил меня заняться делом Эмила Лэндона? — спросил Диллон.

Ринго покачал головой, и было видно, что он не лгал.

— Я же говорил тебе, этот человек — странный игрок даже для Вегаса. Вот я и решил, что дело здесь нечисто, к тому же за эту работу хорошо платили. Я подумал, что тебе только на пользу пойдет, если ты поможешь полиции спасти одного из местных богатеев. — Ринго пожал плечами. — Ладно. Мне пора. Я хочу узнать, где обретается Таннер Грин, когда он не таскается за Джесси. Возможно, мне заодно удастся отыскать и Руди Йорбу. Или даже последить немного за Эмилом Лэндоном.

— Да, займись делом. Наблюдение может быть очень полезным. Я отправлюсь в Индиго в час дня.

— Разве Джесси не должна быть на работе к полудню? — спросил Ринго.

— Да, но после того, как отвезу ее в казино, я хотел бы еще заехать в морг. Может, там и встретимся?

— В морге? — с отвращением в голосе спросил Ринго.

— В чем дело? Только не говори, что тебя тошнит от вида покойников.

— Я подожду тебя на улице. Не люблю этого места. Никогда не знаешь, что там можно подцепить. Или кого, — предупредил его Ринго.

— Ну... я буду осторожен, — пообещал Диллон.

— А ты не боишься оставлять Джесси одну? Мне кажется, она хочет, чтобы ты был рядом, даже когда она на работе, — предположил Ринго.

— С ней все будет хорошо. Она больше не боится Таннера Грина. И знает, что она... не сумасшедшая, — объяснил Диллон.

Ринго кивнул, звякнул шпорами и пропал.

Несколько минут спустя появилась Джесси. Она приняла душ, но ей пришлось надеть старую одежду, в которой она приехала сюда прошлым вечером.

Впрочем, она выглядела бы прекрасно даже в мешке из-под картошки. И без макияжа. Нечто волшебное было в ее голосе, во взгляде, в смехе, в движениях. И в ее душе. Диллон встречал много красивых женщин, но уникальность Джесси заключалась даже не в ее внешности. Эта банальная фраза давно уже навязла в зубах, но Джесси действительно была прекрасна и душой, и телом.

— Ммм, кофе, — протянула она, обводя взглядом комнату.

Выглядела она все еще встревоженной, но в глазах больше не было страха, который Диллон заметил вчера в кафе, когда она смотрела на Таннера Грина, а затем и на Руди Йорбу.

— Здесь ведь больше никого нет? — спросила она.

Диллон покачал головой:

— Нет.

Джесси забралась на высокий барный стул и повернулась к столу.

— Это хорошо. — Она помолчала и спросила: — А как… как ты определяешь, есть здесь кто-нибудь или нет?

— Ты просто... видишь их, — объяснил Диллон. — На самом деле это весьма редкий случай, когда призрак вот так преследует человека. Но у меня сложилось впечатление, что Таннер Грин был в отчаянии и решил довериться тебе. Вскоре мы попробуем поговорить с ним. Но сейчас мы выпьем кофе, заберем твою машину и привезем ее к твоему дому. А потом поедем завтракать к твоему дедушке, после чего я отвезу тебя в казино.

— А как я вернусь домой после работы? — спросила она.

— Главное, не оставайся одна, — решительно сказал он. — Держись поближе к людям или позвони Сандре. Сходи с ней куда-нибудь.

— Мне нужно переодеться, — сказала она, показывая на свою одежду.

— У тебя еще много времени.

Они допили кофе, Диллон накормил Клэнси, а затем они уехали. В доме Джесси Диллон решил подождать ее в гостиной, опасаясь, что они не смогут совладать с соблазном, если он зайдет в ее спальню, пока она переодевалась. Сейчас был не самый подходящий момент.

В доме престарелых Джесси сразу же отвела его в корпус, где жил Тимоти.

Тимоти ждал их в столовой, он пил кофе, ел тосты и читал газету.

— Доброе утро, — сказала Джесси, наклоняясь и целуя его в темечко. Она села на стул напротив и показала рукой на Диллона. — Я привела друга, чтобы он познакомился с тобой.

Тимоти с интересом посмотрел на Диллона, затем улыбнулся и протянул руку.

— Я знал, что вы придете ко мне.

— Это Диллон, Тимоти. Ты видишь его в первый риз, — объяснила ему Джесси.

— Я понимаю. Что ж, садитесь, позавтракайте с нами. Еда здесь простая, но вкусная, — вежливо предложил Тимоти.

Диллон подумал, что Джесси унаследовала свои необычные, ярко-синие глаза от Тимоти, только глаза старика с возрастом потускнели. Резко очерченные скулы выдавали его индейское происхождение. Седые волосы по-прежнему были густыми, он держал спину прямо и не сутулился.

— Спасибо, — сказал Диллон, удивившись, каким сильным оказалось рукопожатие Тимоти.

— Я принесу нам кофе, — сказала Джесси Диллону. — Будешь еще что-нибудь? Тосты? Круассаны? Бублики?

— Тосты, — выбрал Диллон.

Тимоти не сводил с Диллона взгляда.

— Юта? — спросил он. — Сиу? Нет, вы — паиут, не так ли?

— Верно, — согласился Диллон.

Джесси вернулась, держа в одной руке тарелку с намазанными маслом тостами из пшеничного хлеба и упаковками желе, а в другой — две чашки кофе. Диллон встал, взял одну из чашек и поблагодарил Джесси.

Тимоти по-прежнему внимательно разглядывал его. Но теперь Диллону показалось, что старик смотрит на него с одобрением. Ему было важно понравиться этому человеку.

— Когда-то давно шаман паиутов Вовока первым начал разговаривать с призрачными танцорами. Он основал целое движение, — сказал Тимоти.

По лицу Джесси было видно, что она не одобряла интереса дедушки к призрачным танцорам. Ее слова только подтвердили предположение Диллона.

— Тимоти, я знаю, ты хочешь, чтобы я гордилась нашими предками, и я действительно ими горжусь, но...

— Ей не нравится, что я вижу призрачных танцоров, — объяснил Диллону Тимоти.

— Я не понимаю, почему ты так радуешься им, как будто встреча с ними сулит что-то хорошее. — Она обернулась к Диллону, словно ища у него поддержки: — Ты наверняка знаешь об этом обряде. О том, как жрецы танцем вводили себя в транс и заставляли остальных членов племени поверить в то, что у них особые рубахи, которые защищают их от пуль. Вовока говорил, что видел умерших предков и они сообщили ему, что индейцы могут прогнать белых людей с их земель. Знаешь, к чему все это привело? К смерти Сидящего Быка и к резне у Вундед-Ни. — Джесси снова с мольбой посмотрела на Тимоти. — Движение сопротивления, которое возглавили призрачные танцоры, было разгромлено, и это случилось очень, очень... давно.

— Время ничего не значит, — отмахнулся Тимоти. — Ты не понимаешь самого важного, внучка. — Он кивнул Диллону, словно был убежден, что тот поймет его. — Главное, что западные племена научились разговаривать с теми, кто жил до них. Было положено начало новой традиции. Танец призрака стал настоящим откровением. Любое общество делится на тех, кто верит и не верит. Люди и в наши дни танцуют Танец призрака.

— Чтобы развлечь туристов, — сказала Джесси.

Тимоти рассмеялся:

— А разве ты наряжаешься пиратом не для того, чтобы развлекать туристов?

Джесси покраснела:

— Это всего лишь шоу.

— Для некоторых Танец призрака — тоже всего лишь шоу. Но для других имеет такое же важное значение, как и но времена Вовоки. Я очень надеюсь, что когда-нибудь ты это поймешь. И поверишь.

Джесси запнулась.

— Тимоти, ты видишь мир иначе, чем я.

Тимоти покачал головой и снова обратился к Диллону:

— Танцоры на стенах сообщили мне о вашем приходе. Они сказали, что вы здесь, потому что Джесси угрожает опасность.

— Тимоти... — запротестовала Джесси.

Но Тимоти не сводил взгляда с Диллона, и его губы медленно расплылись в улыбке. Тимоти обо всем было известно. Возможно, он интуитивно чувствовал опасность или действительно разговаривал с призраками на стенах. Но каким-то образом он узнал об этом. И он показался Диллону совершенно вменяемым человеком.

— Она сильная девушка и сможет справиться, но ей нужна ваша помощь.

Неожиданно он отвернулся и нахмурился, как будто что-то расстроило его.

Затем он обратился к Джесси:

— Внучка, принеси мне еще кофе.

Джесси бросила многозначительный взгляд на Диллона, однако взяла кружку Тимоти и направилась к буфету.

Когда она ушла, Тимоти снова повернулся к Диллону. Он был не просто расстроен. Он был огорчен.

— Они знают. Знают, что она была здесь.

— Кто? Кто знает, что она была здесь? — спросил Диллон.

— Я не знаю их имен. Мне неизвестно, как они выглядят. Но со мной говорил Билли Тайгер. Он был с Вовокой и погиб у Вундед-Ни.

Диллон замолчал, он испугался, что Тимоти потерял ощущение реальности.

Старик схватил Диллона за руку, хватка у него была стальная.

— Они знают, что она может видеть духов, и они придут за ней. Теперь ты — ее хранитель. Ты должен о ней позаботиться.

Джесси услышала последние слова, когда подходила к столу. Она отбросила назад волосы, и лицо ее помрачнело. Она села, взяла Тимоти за руку и заставила его посмотреть на себя.

— Тимоти, меня никто не ищет. Я очень осторожна.

Тимоти покачал головой:

— Они соберутся. А когда они будут вместе, повторится то, что случилось когда-то давно.

— Тимоти, я принесла тебе кофе, — напомнила Джесси.

Девушка была расстроена, и Диллон понимал, что она переживает из-за помутившегося рассудка Тимоти. Но Диллон не был в этом уверен.

Он слегка улыбнулся Джесси, пытаясь приободрить ее.

— Тимоти, кто собирается? — спросил Диллон.

— Я не знаю, кто они. Но Билли Тайгер сказал, что это случилось еще до Танца призрака. Гражданская война закончилась, и белые люди отправились на Запад в поисках новых территорий. Многие из них были в отчаянной ситуации. Другие наживались на их труде.

Джесси нежно провела рукой по его щеке.

— Тимоти, все хорошо. Мир не изменишь, но он стал намного лучше. Говорят, что казино индейцев — это их способ отомстить белым людям.

Тимоти покачал головой, демонстрируя свое недоверие, а затем посмотрел на чашку кофе:

— Он без сливок.

— Ой, прости, — извинилась Джесси и снова встала. — Тимоти, о чем вы говорите? — подтолкнул его к дальнейшей беседе Диллон.

И Тимоти посмотрел на него ничего не выражающим взглядом.

— Я сказал, что в кофе нет сливок.

— Нет, до этого. Что вы говорили о призрачных танцорах, о Билли Тайгере и о том, что случилось прежде?

— А, призрачные танцоры. Иногда они появляются на стенах, а иногда, если присмотреться, можно увидеть их в небе. Но я хочу кофе со сливками, — сказал он со вздохом.

Диллон откинулся на спинку стула. Возможно, Тимоти хотел что-то сказать, но время было упущено. Теперь невозможно было определить, в действительности ли он связан с потусторонним миром, или все это проявление болезни, разрушающей его мозг.

Джесси вернулась, Тимоти широко улыбнулся, когда она налила сливок в его кофе, а затем махнул рукой привлекательной пожилой женщине, которая появилась на пороге столовой. Она присоединилась к ним, и Тимоти представил ее как миссис Тиздейл. Затем они побеседовали на легкие, ничего не значащие темы. Наконец Джесси пообещала взять пожилую пару на выходные, и миссис Тиздейл обрадовалась этому. Она никуда не ходила одна, даже в магазин, особенно в «нынешние, опасные времена».

Спустя некоторое время Джесси сказала, что им пора ехать, иначе она опоздает в казино, а ей нужно было еще приготовиться к выступлению. Всю дорогу она молчала, а когда Диллон смотрел на нее, улыбалась ему тревожной улыбкой и отворачивалась к окну.

— Сегодня он неважно себя чувствует, — сказала она наконец, рассматривая проносившийся за окном пейзаж.

— Он показался мне вполне здравомыслящим человеком. Поверь, я видел куда более тяжелые случаи.

Джесси повернула голову, их взгляды встретились.

— Прости. У тебя есть... пожилые родственники?

— Нет. Я совсем один, — сказал он ей. — Но во время расследований мне приходится иметь дело с пожилыми людьми, — объяснил Диллон.

Он подумал, что пока не стоит говорить ей о том, что иногда люди считают сумасшедшими стариков, которые слишком близко подошли к двери, отделяющей один мир от другого, и которые способны увидеть нечто, недоступное остальным.

— У него все замечательно, — сказал Диллон и похлопал Джесси по колену. — Честно.

— Понимаешь, я была безумно напугана, когда увидела Таннера Грина. И очень благодарна тебе, ты помог мне разобраться в происходящем. Но теперь меня не нужно охранять. Я знаю, что я не сумасшедшая. И я уже не боюсь встретиться с Таннером Грином. На самом деле я собираюсь сказать ему, что, если он приблизится ко мне, я постараюсь ему помочь. — Она замолчала на некоторое время. — И Руди тоже. Хотя я никогда не встречала его и не понимаю, почему он преследует меня. О господи, я разговариваю как сумасшедшая? Возможно, зря я так переживаю за Тимоти.

— Все будет хорошо, — заверил ее Диллон. — Ты не возражаешь, если я подвезу тебя до казино, а потом уеду по своим делам? — спросил Диллон.

— Конечно. У меня все будет нормально, — уверенно сказала она и улыбнулась. — Я не хочу стеснять тебя.

Диллон посмотрел в окно.

— Поверь, ты меня совершенно не стесняешь.

Некоторое время она молчала.

— Ты не хочешь этой ночью остаться у меня? Таннер Грин может снова появиться.

Диллон попытался сдержать улыбку.

— Конечно. Мне нравится эта идея. Только, если я опоздаю и не смогу...

— Я позвоню моей подруге Сандре, и она подвезет меня. Не волнуйся.

Таннер Грин снова смотрел на нее сквозь стеклянную стену.

Джесси заметила его в тот момент, когда вышла на сцену. Лицо призрака было прижато к стеклу. Вид у него был все такой же грустный и напуганный.

Джесси улыбнулась ему, показывая, что она больше не возражает против его присутствия. Но он никак не отреагировал на ее улыбку.

Началось представление, и Джесси полностью сосредоточилась на своей роли, но время от времени она все же поглядывала в сторону стеклянной стены.

И он все время был там.

Секретарь встретил Диллона в приемной и отвел его в третью прозекторскую. Дуг Тарлтон ждал его у дверей, на нем были зеленый медицинский халат и такого же цвета маска, скрывавшая все лицо, кроме ясных и умных светло-карих глаз, смотревших из-под откидных увеличительных стекол.

— Я снова решил осмотреть Таннера Грина, — сказал он Диллону. Несмотря на маску, его слова звучали четко и ясно. — Впрочем, я уже составил по нему такой подробный отчет, что вряд ли смогу добавить к нему еще что-нибудь. Эмил Лэндон взял на себя заботу о похоронах, но что-то не спешит, мне до сих пор не позвонили и не попросили предоставить тело, вот я и подумал, что могу взглянуть на него еще раз.

— Спасибо. Я тебе очень благодарен за это.

— Не за что. Мне самому интересно, вдруг я упустил нечто важное. Сегодня утром я осматривал пожилого мужчину. На первый взгляд казалось, что он умер от сердечного приступа.

— Но это было не так? — спросил Диллон.

Тарлтон покачал головой:

— Вегас — весьма опасный город.

— Так отчего же он умер?

— Примерно год назад он выиграл джек-пот. Он уже тогда еле переставлял ноги и ходил с кислородным баллончиком, но кое-кто, полагаю, это был его сын, никак не мог дождаться, пока он умрет естественной смертью и отдает ему все деньги. В его крови обнаружили столько морфина, что это могло бы убить носорога. Однако проблема в том, что в скором времени он должен был умереть от рака.

— Возможно, это было убийство из милосердия? Смерть от укола морфина куда легче перенести, чем медленную гибель от рака, — заметил Диллон.

— Пусть теперь это решает полиция и суд. Я просто напишу то, что мне рассказало тело. А теперь надень спецодежду, если не хочешь, чтобы от тебя потом за версту разило химикатами и смертью.

Диллон сделал то, что ему велели, а затем последовал за Тарлтоном в прозекторскую. Они приблизились к покрытому простыней столу из нержавеющей стали.

Тарлтон убрал простыню. Таннер Грин, мертвый, голый и распухший, представлял собой не самую приятную картину. Этот человек был очень мускулистым, но при этом страдал от избытка веса. Достаточно было одного взгляда на его тело, чтобы понять: при жизни Грин любил вкусно поесть и хорошо выпить.

На его торсе не было никаких повреждений, кроме V-образного надреза, сделанного во время вскрытия, а его маленький, вялый член казался совсем крошечным на фоне огромных, как глыбы, бедер. Таннер Грин вряд ли обрадовался бы, если бы увидел себя таким.

Но если Таннер Грин и бродил сейчас по моргу, то Диллон его не видел. Возможно, у него хватало здравого смысла не делать этого, или он так и не принял свою смерть и предпочитал бывать в местах, которые посещал при жизни.

— Бертон! — крикнул Тарлтон, и его ассистент появился в дверях. — Подойди сюда, пожалуйста, и помоги мне.

Когда Бертон подошел к нему, Тарлтон продолжил говорить:

— Видишь, на теле нет никаких следов борьбы и насилия, а теперь мы перевернем мистера Танкера... — вместе с Бертоном он проиллюстрировал свои слова действием, — и увидим рану. Один быстрый, уверенный, ловкий и сильный удар. Лезвие вошло по рукоятку, она была короткой, и это объясняет, почему никто из пьяных идиотов, шляющихся у входа в казино или играющих за столами, не заметил, что у пробиравшегося сквозь толпу человека из спины торчал нож.

«Этот убийца был либо чертовски везучим, либо очень хорошо знал, что делает», — подумал про себя Диллон. Нож вошел точно в легкое, минуя ребра. Лишь человек с военной выучкой или медицинским образованием мог нанести такой удар. Ревнивая девушка или рассерженный коллега вряд ли смогли бы сделать подобное.

— Так, сейчас мы вернем его в исходное положение, — сказал Тарлтон Бертону.

Они оба отличались крупным телосложением, но Таннер Грин был подобен скале, и перевернуть его мертвое тело казалось непростой задачей.

Диллон поблагодарил Бертона, тот кивнул ему и вернулся к своим делам, которыми занимался до того, как его позвал Тарлтон.

— Значит, тест на наличие в крови ЛСД был положительным? — спросил Диллон.

— Я уже говорил тебе об этом. Да, так оно и есть. Он был здорово накачан наркотиком, — сказал Тарлтон.

— Ты знаешь, как наркотик попал в его организм?

— Через рот. Обычно его выпускают в форме таблеток.

Диллон покачал головой:

— Я не понимаю. Я не могу сказать, что хорошо знал его, но... ЛСД? Это не укладывается у меня в голове. К тому же это такой старомодный наркотик.

— Но это не значит, что его нельзя купить на улице так же, как и всякие новомодные штучки, — заметил Тарлтон.

— Не могу себе представить, чтобы Грин употреблял наркотики. Должно быть, кто-то подмешал их ему.

— Он выпил один или два стакана мартини, — сказал Тарлтон. — Возможно ли было растворить ЛСД в стакане? Разумеется, да.

— Это мог сделать тот, кому он доверял.

— Допускаю. Возможно, он сам принял наркотик, а затем столкнулся с убийцей.

— Не думаю. Мне кажется, его сначала накачали наркотиком, а потом убили, и все это организовал человек, который хорошо знал его, — сказал Диллон. — А как обстоят дела с едой? Где он ел в последний раз?

— Я тебе что, бюро развлечений? Не знаю, где он ел. Могу только сказать, что он ел. Он отобедал стейком с картофельным пюре. За последние двадцать четыре часа не съел ни одного овоща. Только стейк и картофель примерно за три часа до убийства, правда, не знаю, чем тебе это поможет.

— Спасибо. — Диллон подумал, что меню вряд ли окажется ему полезным, но вот мартини... в него наверняка что-то подмешали.

Насколько ему было известно, ни один из барменов в городе не сообщал полиции о том, что видел Таннера Грина незадолго до его смерти.

Возможно, это ничего и не значило. Это же Вегас — здесь никто не заметит даже нож в спине.

Но теперь, когда фотография Грина появилась в газетах, когда ее показали по телевизору, кто-то мог вспомнить, что видел этого человека. Если только он не пил у кого-то дома.

Или, возможно, в пентхаусе? В пентхаусе Эмила Лэндона?

— Хочешь взглянуть на другое тело? — спросил Тарлтон.

— Руди Йорбу?

Тарлтон кивнул.

Диллона передернуло. Он по-прежнему чувствовал свою ответственность за гибель Руди, но лишь кивнул в ответ.

— Иди сюда. Он сейчас в холодильнике. Его бывшая жена собирается забрать тело на Восток. Она хочет устроить ему нормальные похороны. У них был ребенок.

— Отлично, — пробормотал себе под нос Диллон.

Они вышли из комнаты для вскрытия и направились по коридору в помещение, которое Тарлтон называл холодильником.

Он окинул взглядом ящики, в которых лежали тела покойников, затем выбрал один из них и открыл его.

Руди Йорбу было практически невозможно опознать. Все его лицо было покрыто синяками, ссадинами и порезами, как будто на него напал йети.

Тело оказалось не в лучшем состоянии. Оно было до такой степени избито и изуродовано, что нельзя было даже разглядеть сделанного при вскрытии надреза.

Диллон тихо присвистнул.

Тарлтон с сожалением покачал головой.

— Машина сбила его с ног. Удар был таким сильным, что ему переломало оба бедра и швырнуло на лобовое стекло. Он ударился лицом и верхней частью туловища, шейные позвонки треснули, и это стало причиной смерти. Я думаю, что все это произошло в течение нескольких секунд. Затем тело отбросило на обочину, оно покатилось по гальке, песку и валявшемуся на дороге мусору, пока, наконец, не остановилось. Слава богу, на тот момент бедняга был уже мертв. Это единственный положительный момент в данном случае. В его крови не было обнаружено ни наркотиков, ни алкоголя. Сердце и внутренние органы были в норме, по крайней мере, до того, как они были разорваны и измяты. Даже если бы ему не сломало шею, он все равно не выжил бы — просто умер через несколько минут от сильного кровотечения. Незадолго до смерти он ел спагетти, они даже не успели перевариться. Вероятно, он ужинал в кафе для персонала. Сердце у него было здоровое, как у льва. Он мог прожить еще лет пятьдесят. Когда-то он был наркоманом, но затем полностью завязал. В день смерти был абсолютно чист.

Диллон посмотрел на труп. Он редко видел столь изуродованные тела.

«Прости, дружище, — сказал он про себя. — Мне очень жаль».

— Даже не верится, я разговаривал с ним незадолго до того, как все это случилось, — сказал он Тарлтону. — Не могу избавиться от чувства вины.

— Попробуй найти связь между этими двумя убийствами. Докажи свою теорию заговора. А я с удовольствием посмотрю, как кого-нибудь посадят за это, — усмехнулся Тарлтон. — На самом деле я бы еще с большим удовольствием посмотрел, как убийцу вываляют в дегте и в перьях, а потом выпотрошат, но, к сожалению, это противоречит закону. В любом случае я буду рад, если ты заставишь преступника предстать перед судом.

— Я постараюсь, — пообещал Диллон. — Даю слово.

— Будем держаться на связи, — сказал Тарлтон. — Если тебе понадобится помощь, обращайся.

— Хорошо, спасибо. — Диллон подождал, пока Тарлтон закроет ящик. — Может, ты предложишь бывшей супруге Йорбы, чтобы похороны проходили при закрытом гробе?

— Вообще-то я собирался предложить кремацию. Но мне хотелось немного задержать тело у себя. На всякий случай.

Диллон кивнул и ушел, положив медицинский халат в стоявшую у входа корзину для белья. Покидая здание, он оглянулся, подумав, что Таннер или Руди могут быть поблизости. Но единственный призрак, которого он увидел, был Ринго, он сидел на скамейке рядом с автобусной остановкой, положив одну ногу на другую и надвинув на лицо шляпу, чтобы спрятаться от солнца Лас-Вегаса. Он поднял голову и поглядел на Диллона.

— Я смотрю, ты правильно все рассчитал, — сказал Ринго. — Таннер Грин следил за твоей девочкой, и мисс Спархоук увидела его. Согласись, не слишком приятно? Но прежде я провел некоторое время наверху, в пентхаусе, где следил за Эмилом Лэндоном.

— И?

— Я видел, как он перебирал какие-то бумаги. Видел Хьюго Блита, он сидел у его кабинета и читал журнал. Затем я решил, что твоя девушка нуждается в моем пусть и не столь уж полезном присутствии, и ушел. Вот тогда я и увидел, как они с Таннером Грином смотрят друг на друга. Руди Йорбы нигде не было видно. А мисс Спархоук держалась молодцом. Может, теперь ты представишь нас друг другу?

— Ты уверен? — спросил Диллон, игнорируя вопрос Ринго. — Она увидела его и не испугалась?

— Все прошло просто отлично, — заверил его Ринго, — Джесси выглядела такой уверенной в себе. Кажется, она привыкает к присутствию призраков.

— С чего ты взял?

Ринго смерил его холодным взглядом.

— Я наблюдаю за людьми уже больше ста лет. По-твоему, этого не достаточно?

— Да, разумеется. Наверное, ты знаешь, о чем говоришь.

Ринго фыркнул.

— Когда мы расскажем ей обо мне? А то я ведь могу и поторопить события.

— Скоро. Договорились?

— Хорошо. А как... — Ринго замолчал и вздрогнул, — как дела в морге? Черт, когда я умер, меня просто бросили в яму и закопали.

— Это было в Индиго?

— Да, черт побери, в Индиго, — согласился Ринго.

— Нам пора. Поехали, — сказал Диллон.

Ринго встал и последовал за ним к машине, как всегда весело позвякивая шпорами.

Таннер Грин не остался до конца представления, а Джесси на время забыла о призраке — в тот день было слишком много детей и родителей, и она бесконечно долго раздавала автографы и позировала перед фотокамерами.

Попрощавшись с хорошенькой молодой женщиной, которая сопровождала двух пятилетних малышей, Джесси огляделась и поняла, что осталась на сцене одна.

Она направилась за кулисы и уже приближалась к занавесу, когда услышала странное шипение. Она обернулась и увидела, что один из больших парусов, который падал во время спектакля, когда стреляла бутафорская пушка, летит прямо на нее. Она вскрикнула, бросилась на пол и быстро откатилась в сторону.

Джесси услышала грохот, когда парус рухнул вниз. Он падал во время каждого представления, но в тот момент актеры всегда находились на палубе.

Джесси поднялась на ноги, задрала голову и крикнула:

— Эй вы! Идиоты! Почему двигаете декорации, когда на сцене есть люди?!

Ответа не последовало, но ей показалось, что она слышит какое-то шуршание наверху. Ее сердце учащенно забилось. Был ли это человек?

Или призрак?

Джесси вернулась в женскую раздевалку, Эйприл уже надевала платье.

— Чего ты так долго? — спросила она. — Правда сегодня было отличное шоу?

— Да. Пока меня чуть не прибил упавший парус, — сказала Джесси.

— Ничего себе! — удивилась Эйприл. — Ты должна рассказать об этом менеджеру сцены.

— Конечно, я так и поступлю. Спасибо.

— Ладно, я пошла. А где же тот высокий смуглый красавчик?

— Он на работе, — сказала Джесси.

Эйприл улыбнулась.

— Какой лентяй. Береги себя, милочка. До завтра. Прежде чем переодеться, Джесси отыскала менеджера сцены Рона Перла и рассказала ему о случившемся. Он был растерян и встревожен, хотя Джесси заподозрила, что его волновало не столько ее самочувствие, сколько возможные проблемы с законом, которые возникли бы, если бы Джесси пострадала. Но он пообещал, что во всем разберется, и она снова вернулась в гримерную.

Джесси снимала грим и переодевалась в полном одиночестве. Ей было не по себе, чувство тревоги не покидало ее, хотя поблизости не было ни одного призрака.

Переодевшись, Джесси позвонила Сандре, которой понравилась идея встретиться и сходить в кафе на Стрипе.

Но в тот момент, когда Джесси вышла из казино и встала у входа, ожидая Сандру, ей снова показалось, что за ней кто-то следит. По коже у нее побежали мурашки.

Она замерла и осмотрелась. Повсюду были люди: туристы, приехавшие осматривать достопримечательности, и просто пешеходы, спешащие по своим делам. Некоторые из них были молчаливы, другие, напротив, смеялись и что-то шумно обсуждали. Несколько человек шатались, как пьяные.

Но среди толпы она не увидела ни Таннера Грина, ни Руди Йорбу.

И все же Джесси чувствовала, что за ней следят. И она была уверена, что ее преследовал не призрак.

Кто-то неотступно шел за ней.

И этот кто-то был живым человеком.

Глава 10

Индиго.

Теперь это был мертвый, заброшенный город. Диллон припарковался на обочине пыльной дороги, вышел из машины и прислонился к капоту, осматривая окрестности. Даже не оглядываясь, он знал, что Ринго стоял рядом и так же, как и он, оглядывался по сторонам.

Это место могло послужить отличной декорацией для съемок фильма. Фасады зданий обветшали, но находились еще в достаточно хорошем состоянии. Их окна выходили на глухую, заброшенную дорогу, которая некогда служила главной улицей города. Пыль и песок тонкой пленкой покрывали все вокруг, создавая дополнительный сюрреалистический эффект. Как и сто лет назад, дорога здесь была грунтовой и вся изрезана колеями давно ушедших времен.

Остатки мостовой перед домами были деревянными — чудом уцелевшие потрескавшиеся и поломанные доски. Краска на вывесках выгорела и облупилась, однако некоторые надписи можно было прочитать: «Колбасы Лейфа», «Невадский банк Майнера», у других пропали отдельные буквы: «Упряжь Мартина: нов я и бывшая в употреблении». Стоявший особняком дом представлялся гостям как «Кабинет Бенджамина Салли, врача».

— А здесь была тюрьма, — сказал Ринго, когда Диллон поднял голову и прочитал надпись: «Офис шерифа города Индиго, штат Невада».

Диллон уже дважды бывал в Индиго. Второй раз он приезжал сюда после смерти своего дедушки и появления Ринго. Диллон выслушал его историю и приехал в этот город, чтобы посмотреть на него глазами Ринго. Он был здесь прежде, потому что его дальний предок, Джон Вульф, легенда его племени, был связан с этим местом. Он отдал свою жизнь, чтобы спасти белую девушку, которую воспитали паиуты. Он пытался отстоять права племени на земли этого города и его окрестностей. И хотя эта земля так и не принесла племени богатства, о котором оно мечтало, тем не менее, принадлежала индейцам. Человек по имени Варни — уголовник с мерзким характером — правил городом до тех пор, пока они с Джоном не застрелили друг друга в той перестрелке, где погиб и Ринго. После смерти Варни его бордели и бары были закрыты. Но золото так и не было найдено, и это стало концом Индиго. Повсюду стали прокладывать шоссе и железные дороги, и вскоре Индиго превратился в бесполезный символ победы человека над несправедливостью.

Ринго остался с Диллоном, потому что тот был потомком Джона Вульфа — человека, которым Ринго восхищался за время их непродолжительного знакомства. Белая девушка — Мэрайя — приходилась Диллону прапрапрабабушкой. Она забеременела от Джона незадолго до его гибели. В последующие годы межрасовые браки создали причудливую смесь белой и индейской крови.

Индиго совершенно не изменился с того момента, когда Диллон видел его в последний раз. Несколько лет назад голливудские боссы заплатили племени за возможность арендовать город для съемок фильма. Но пустыня быстро взяла свое и стерла все плоды реставрации.

— Индиго, — сказал Ринго, качая головой. — Думаешь, Джесси все правильно расслышала? Почему Таннер Грин упомянул перед смертью этот город?

— Я не знаю. Но это должно что-то значить, — сказал Диллон. Он с любопытством посмотрел на Ринго. — А ты помнишь, что сказал, умирая? Помнишь свое последнее слово?

— Ну, если я что-то и сказал, то это было нечто вроде: «Пошел ты, засранец», — криво усмехнулся Ринго. — Все случилось слишком быстро. Я не помню.

— Что общего Таннер Грин мог иметь с Индиго? — удивился Диллон.

— Ничего, но давай все же осмотримся здесь, — предложил Ринго, пожимая плечами.

— Думаешь, киношники здорово изменили это место? — спросил Диллон.

— По-моему, они просто разложили пыль по своим местам — пошутил Ринго.

Диллон рассмеялся:

— Я проверю баню.

— Хорошо, а я начну с конюшни, — сказал Ринго, затем замолчал, покачал головой и пошел по улице. — Смотри, а вот и старая «Хрустальная канарейка». Большинство девчонок здесь не умели петь. Но одна малютка... А, ладно. Все равно это было очень давно. Значит, так, я пойду по левой стороне, а ты — по правой. — Затем он остановился и осмотрелся.

— В чем дело? — спросил Диллон.

— Давай встретимся в салуне. — Ринго указал на здание неподалеку, одна из дверей которого беспомощно висела на единственной уцелевшей петле. — Когда солнце заходит, его лучи светят прямо в салун. Тогда все это и случилось. На закате.

— Хорошо. Через несколько часов мы сможем прийти туда и полюбоваться закатом.

— Зачем? — спросил Ринго.

— Как зачем? Мы же не просто так сюда приехали, — сказал Диллон.

Он вспомнил разговор с Тимоти Спархоуком. Неужели он это имел в виду, когда говорил, что они снова соберутся? Это казалось полной бессмыслицей. Когда-то здесь бывали Ринго и Джон Вульф, но какое они имели отношение к Таннеру Грину?

Он этого не знал.

Позвякивая шпорами, Ринго пошел в конюшню.

Диллон направился в банк.

Зайдя внутрь — а сделать это оказалось совсем несложно, поскольку двери в здании не было, — он подождал немного, давая глазам привыкнуть к темноте. Диллон едва не провалился в дыру в полу, но вовремя ее заметил.

Выходившие на улицу окна стали серыми от толстого слоя пыли. Конторка все еще оставалась на месте, как и решетка, отделявшая служащих банка от посетителей. Ворота, ведущие во внутренние, служебные помещения, были заперты, но не высоки, и Диллон легко смог перепрыгнуть через них. Во внутреннем офисе сохранились столы, около каждого из них стоял ящик для хранения документов, однако счетные машины, которыми пользовались клерки, исчезли. В самом дальнем кабинете Диллон обнаружил стол и сломанный стул-вертушку. Открыв один из ящиков, он нашел там лишь мертвого скорпиона да кучки крысиного помета.

Еще там стоял сейф, но его железная дверь была открыта, замок сломан, а внутри ничего не было.

Диллон не нашел в банке ничего, что могло бы связать это место с Таннером Грином.

Затем он направился в дом доктора. Изо всей мебели в смотровой комнате сохранился только стол. Почти все стекла в окнах были разбиты. Обои некогда украшал узор в виде роз, но они настолько выцвели, что рисунок уже едва можно было рассмотреть. Над дверью висело несколько старых покосившихся фотографий в рамках. На одной из них, вероятно, был изображен сам доктор. Вид у него был хмурый, рядом с ним стояла такая же неприветливая жена.

Проверив первый этаж, где располагались кабинет врача, смотровая комната и маленькая приемная, Диллон осторожно поднялся наверх по лестнице, проверяя на прочность каждую ступеньку прежде, чем наступить на псе. На втором этаже он обнаружил лишь пустую комнату, где когда-то жили доктор и его жена.

В следующем доме на той же стороне улицы располагалась аптека. К удивлению Диллона, она оказалась довольно уютным местечком. Прилавок окружала решетка, украшенная орнаментом в викторианском стиле, за ним стоял автомат из дутого стекла для продажи леденцов, однако мертвые насекомые внутри него разрушали иллюзию путешествия в прошлое. Впрочем, это была весьма милая вещичка, особенно если не обращать внимания на насекомых. Диллон представил себе, как давным-давно за этим прилавком стоял аптекарь, который продавал покупателям бесполезные снадобья или настойку лауданума[2]. На втором этаже, куда сначала не хотел подниматься, опасаясь прогнившего пола, он не нашел ничего интересного, как и в доме врача. Ни мебели, ни фотографий. Только три совершенно пустые комнаты.

Диллон пошел дальше. Прежде чем подойти к салуну, он обследовал еще четыре дома. В одном был магазин, в другом находился зубоврачебный кабинет. Кожаный стул с откидной спинкой был почти полностью изъеден червями или какими-то другими паразитами, но имел на удивление много сходства с современным креслом дантиста.

В третьем доме располагалось бюро похоронных услуг. Когда глаза Диллона привыкли к царившему внутри полумраку, он увидел, что, в отличие от остальных домов, здесь сохранилось почти все внутреннее убранство. Прямо у входа находился кабинет для приема клиентов, а позади — большое помещение, заполненное дешевыми гробами. В основном это были деревянные ящики без обшивки. Один из гробов был прислонен к стене, присмотревшись к нему повнимательнее, Диллон заметил на нем пятна, не исключено, что это была кровь. Диллон подумал, что в этом гробу могли выставлять труп какого-нибудь головореза, пойманного и расстрелянного за преступления. Наглядный пример в назидание остальным.

В последнем доме, стоявшем рядом с салуном, находился офис газеты. Вывеска потускнела, но на ней все еще можно было разобрать, что когда-то здесь выпускали «Индиго индепендент».

Впрочем, и здесь не осталось ничего, кроме сломанных столов и стульев-вертушек. Тщательно исследовав кучу мусора в углу, Диллон обнаружил разорванную холщовую шапочку, которую носили наборщики текстов.

Диллон был уверен, что газету печатали на проржавевшем печатном станке, стоявшем в конце комнаты. Диллон поднялся наверх и нашел там еще два кабинета; В одном из них на столе лежало несколько листков пожелтевшей бумаги, но, когда он дотронулся до них, они рассыпались прахом. Он напомнил себе, что нужно будет обязательно наведаться в местную библиотеку и проверить, не сохранились ли там последние выпуски газеты «Индиго индепендент».

Выглянув в окно, Диллон увидел выходившего из офиса шерифа Ринго. Он спустился вниз, чтобы встретиться с ним.

— Нашел что-нибудь? — окликнул он Ринго.

— Нет. А ты?

— Тоже ничего. Пойдем посмотрим, что там в салуне, — предложил Диллон.

Диллон шел впереди, Ринго следовал за ним. Было нечто зловещее в том, как позвякивали его шпоры за спиной.

— Столы для покера остались на месте, и стулья тоже, — сказал Ринго. — Смотри, обломки стульев все еще лежат у стены. Черт возьми, даже старое пианино сохранилось. Просто не верится.

Диллон прищурился, пытаясь представить, как выглядело это место полтора столетия назад.

Вдоль одной из стен тянулся бар. Там было несколько столов, а около стены — старое пианино. Напротив входа, и противоположном конце зала, располагалась маленькая сцена.

Лестница вела на второй этаж, вдоль которого тянулась галерея, но деревянные перила угрожающе покосились, а украшенные изящной резьбой столбы были сломаны или вовсе отсутствовали. Диллон подумал, что когда-то девушки из салуна занимались своим ремеслом в этих комнатах наверху. Разодетые в откровенные, вычурные наряды, они смотрели на собравшихся в баре золотоискателей и ковбоев и пытались отыскать среди них наименее отвратительных клиентов.

Или, по крайней мере, тех, кто был при деньгах.

Диллон снова посмотрел на стол для игры в покер. Ринго стоял около него с понурым видом, опустив голову.

— В тот раз мне не везло с картами, — сказал призрак. — Настоящее сражение развернулось между Джоном Вульфом и тем дурачком с Востока. Его звали Марк Дэйнисон.

На столе больше не было карт, лишь толстый слой песка из пустыни.

— Расскажи мне о том дне, — попросил Диллон. — Я слышал много историй, но ты видел все своими глазами, и я хотел бы узнать подробности.

— Но учти, я не все видел. — Ринго опустился на стул. — Милли пела. Не скажу, что у нее был замечательный голос, но вполне приличный. Она была неплохой певицей, хорошей барменшей и никудышной шлюхой. Но как говорится, беднякам не приходится выбирать.

— Ринго, я хочу, чтобы ты рассказал мне, что здесь случилось, а не давал характеристики всем участникам событий, словно собрался выбрать мистера и мисс Америка, — сказал Диллон.

— Прости. — Ринго откинулся на спинку старого стула и подался назад, пока стул не встал на две расшатанные ножки. — Хотя должен признаться, Джордж Таннер — полукровка, который играл на пианино, был отличным музыкантом. Он опередил свое время. Родись он сейчас, наверняка стал бы богатым и знаменитым.

— Мне приятно об этом слышать, — сухо сказал Диллон. — А теперь все-таки расскажи, что тогда произошло.

— Я не могу рассказать тебе всю историю до конца. Не забывай, я до него просто не дожил. Я не боялся смерти, я был на войне и видел людей, которые умирали в страшных мучениях. В те дни людям приходилось несладко, особенно на Юге. Поэтому многие ехали на Запад. В этом и заключается проблема войны... она дает тебе в руки оружие, учит обращаться с ним и велит убивать. Когда же все заканчивается, ты знаешь, что тебе делать с этим оружием. Поэтому Варни и смог так легко подмять всех под себя. Понимаешь, люди привыкли подчиняться парню с большим ружьем. — Он заметил нетерпеливый взгляд Диллона и сказал: — Хорошо, сейчас. Дай подумать... я пришел первым. Кажется, Грант Перси — так называемый шериф города, хотя на самом деле он был верной шавкой Варни, — появился, когда я стоял у бара, а потом к нам присоединился Марк Дэйвисон. Он был, как сейчас говорят, мечтателем. Состоял в шайке Варни, но, мне кажется, Варни считал его всего лишь бесполезным куском дерьма. Как бы там ни было, но вскоре появился твой прапрапрадедушка. Знаешь, ты очень напоминаешь мне его. У тебя такие же глаза. По его взгляду я сразу понял, что он думал не только о картах, но умел держать себя в руках. Он был очень терпелив.

Итак, мы начали игру. Джордж сидел за пианино, Милли пела, бармен подавал виски. Мы были за этим столом — сейчас я сижу на том же самом стуле, что и тогда. Мы все сидели немного боком к столу, потому что в этом городе ни один нормальный человек ни за что не уселся бы спиной к двери. В первой партии в конце остались Дэйвисон и Вульф, мы с шерифом сидели и ждали, когда сможем снова вступить в игру. Затем появился Варни. И тут все стало ясно. Вульф хотел встретиться с Варни. Но мне кажется, он не ожидал увидеть его так скоро. Джон Вульф делал вид, будто полностью сосредоточен на игре, но, несмотря на все его хладнокровие, я увидел, что Варни застал его тем днем врасплох.

Племя Вульфа жило неподалеку. Я думал, что они придут на помощь, чтобы ему не пришлось одному разбираться с Варни и его людьми. Но этого не случилось. Кто знает почему? Так или иначе, но пришел Варни, и они с Вульфом стали говорить о золоте. Ты же знаешь, все думали, что рядом с городом есть золото. Они принялись спорить, кому принадлежит эта земля. Затем началась перестрелка. Я уложил парочку наемников Варни, но один из них подстрелил меня. Я запомнил свою смерть. Пуля ударила меня очень сильно и все произошло так быстро. Я подумал: «Нет, я еще слишком молод, чтобы умирать, так не должно быть». Я слышал звуки выстрелов. И видел кровь. Я умирал или уже умер, когда они притащили девушку. Мэрайю.

— Мою прапра... в общем, не знаю, сколько там всего этих «пра», но мою бабушку...

— Да. Я даже не знаю, видел ли я ее на самом деле. Возможно, просто много раз слышал эту историю и решил, что действительно был ее свидетелем. Ты же знаешь, что такое иногда бывает. Нам рассказывают что-то, а затем мы превращаем это в свои воспоминания. Я не могу точно сказать, видел ли ее перед смертью. Но знаю, что Джон Вульф готов был умереть тысячу раз, лишь бы спасти ее. И я знаю, он хотел ей что-то сказать. Я много думал об этом, и мне кажется, что это имело какое-то отношение к золоту, которое все пытались найти. За это они и сражались. За землю. За золото. Вульф подтвердил, что эта земля принадлежала паиутам, но золота так никто и не нашел. И наша смерть была бессмысленной.

— Ведь все игроки в покер погибли, не так ли? — спросил Диллон, прерывая воспоминания Ринго.

— Они были мертвы, как ржавые дверные гвозди, — согласился Ринго. — Варни и все его подручные тоже полегли. Но Мэрайя выжила. Хотя тебе уже об этом известно. Она была беременна, и поэтому ты сейчас стоишь передо мной. Вот и вся история.

Диллон пристально посмотрел на него:

— Только это еще не конец. Потому что в двадцать первом веке умирающий человек прошептал название этого места.

Ринго взглянул на дверь.

— Сейчас, такой же закат, как и тогда. Видишь, все небо становится кроваво-золотым. Помню, перед тем как появился Варни и все покатилось к чертям, я подумал, что, когда смотришь на такой закат, все вокруг кажется красивым, даже этот городишко, который был зловонной дырой из песка и полыни. Потом началась перестрелка, появилась настоящая кровь, а вскоре все вокруг поглотила тьма. И я больше ничего не видел, даже адского пламени, — сказал Ринго.

Тьма. Диллону неожиданно стало неуютно при мысли о приближавшейся ночи. Ночь и тьма. Что-то мучило его, какая-то смутная мысль, которую он никак не мог сформулировать. Возможно, в том, что сейчас рассказал Ринго, и заключалась разгадка всего происходящего? Но даже если так оно и было, у него не получалось найти ее. Неожиданно Диллону захотелось поскорее вернуться в город. Он отбросил мысль о том, что, возможно, близок к разгадке. В конце концов, он давно уже знал обо всем, что здесь случилось. Ведь это была история его семьи.

— Думаю, нужно будет как-нибудь еще раз приехать сюда и все здесь обследовать, — внезапно сказал Диллон.

Тьма.

Это слово преследовало его.

Пора было возвращаться. Джесси уже час как закончила работу. Она дала ему слово, что никуда не пойдет одна, и позвонит своей подруге Сандре, чтобы та проводила ее. И все равно Диллон не хотел, чтобы она выходила на улицу с наступлением темноты, пока он был далеко и не мог защитить ее.

Он вышел из салуна. Ринго, наконец, встал со стула, в последний раз огляделся по сторонам и последовал за ним.

— Что случилось? — спросил Диллон.

— То старое кладбище. Я едва вижу его отсюда. Похоже, что все кресты там сломаны, или их давно убрали. Но некоторые могильные плиты еще уцелели. Меня там похоронили. Когда меня нашли, сказали: «Ублюдок мертв. Давайте зароем его». Нет, так нечестно. Над моей могилой даже не прочитали молитвы.

— Когда мы в следующий раз приедем сюда, то принесем цветы и поставим крест, — пообещал ему Диллон.

— Да ладно. И потом, кажется, мой папа был наполовину евреем.

— Мы поставим крест и звезду Давида. Тебя это устраивает? — спросил Диллон.

— Хорошая идея. Может, еще поставить туда какую-нибудь мумбу-юмбу или что там обычно кладут на могилы твои люди?

— Хорошо, — сказал Диллон. — А теперь садись в машину. Пора возвращаться домой.

— Значит, он тебе все-таки нравится? — дразнила подругу Сандра. Она говорила громко, чтобы ее было слышно за шумом ресторана. — По-моему, это просто замечательно. А теперь расскажи мне поподробнее. Разумеется, я не прошу тебя говорить мне все. Ну, хотя бы чуть-чуть? Каков он в постели? Знаешь, иногда хорошенькие мальчики оказываются совсем никудышными, когда дело доходит до самого главного. Они привыкли, что все ими восхищаются и весь мир крутится вокруг них, поэтому ведут себя как кролики. Бам, бам, бам. Я кончил, теперь можно и покурить.

— Он тебе не хорошенький мальчик, — шутливо возмутилась Джесси.

Она была счастлива, что ее жизнь снова начинает налаживаться. Сандра всегда оказывала на нее благотворное влияние. Она была достаточно приземленным человеком и обладала прекрасным чувством юмора. Даже когда она говорила совершенно серьезно, в ее словах всегда сквозила легкая ирония. Сандра старалась видеть жизнь такой, какая она есть, со всеми ее белыми и черными полосами. Она умела смотреть в будущее с оптимизмом, и Джесси особенно ценила в ней это качество.

С того момента, когда Сандра появилась перед дверями казино, Джесси почувствовала себя намного лучше.

Теперь она была в безопасности.

Джесси уже не думала о том, что какой-то человек преследует ее, что ее могут похитить, что она исчезнет и никто даже не узнает, что с ней случилось.

Сандра нагнулась к ней поближе и сказала:

— Хорошо, я не настаиваю, чтобы ты делилась со мной сексуальными подробностями. Я и так вижу, что он был хорош. Не зря же ты решила в первый раз за последние десять лет завести роман. Значит, он и вправду горячий мужчина.

— Сандра!

— Ладно, ладно. Тогда расскажи мне о том, как он охотится на призраков, — предложила Сандра. — Он на самом деле встречался с ними? И что он в таком случае делает? Он же не вызывает полицию и не просит арестовать привидение? Расскажи мне. Я так заинтригована и хочу знать все.

— Сандра, он не рассказывал мне никаких подробностей. Я думаю, им не позволяют говорить о подобных вещах. — Джесси не нравилось лгать Сандре, но она не была готова признаться в том, что призраки в действительности существуют и один из них преследует ее, а Диллон Вульф пытается ей помочь.

— Но я уверена, что он может рассказать тебе потрясающие истории, — не унималась Сандра. — И я бы с таким удовольствием послушала парочку из них.

— Как только он мне что-нибудь расскажет, я поделюсь с тобой, — пообещала Джесси.

— Здесь вообще есть официантки или про нас забыли? — возмутилась Сандра. — Я хочу «Маргариту»! — Она огляделась, пытаясь поймать взгляд официантки, а затем сказала: — Я сейчас. Пойду к бару или просто умру от жажды. Тебе с солью или без?

— Я не уверена, что...

— Не упрямься. С солью или без? — спросила Сандра.

— Да какая разница? Ладно, с солью, — сдалась Джесси.

Сандра стала пробираться через толпу к бару, а Джесси осталась сидеть, она стучала пальцами по столу и посматривала по сторонам. Со своего места Джесси хорошо была видна улица, но там не происходило ничего подозрительного, поэтому она отвернулась и стала рассматривать зал ресторана. Он был большим, просторным и заполнен народом. Еда здесь была недорогой, а несколько крупных казино, расположенных неподалеку, сделали это заведение особенно популярным. И здесь было совершенно безопасно.

Однако за столиками сидело не так уж много народу. В основном посетители ходили по залу. Джесси увидела, как Сандра отдает бармену кредитную карту, затем обернулась и снова посмотрела в зал.

Тогда она и увидела их.

Таннера Грина и позади него — Руди Йорбу.

Ее сердце учащенно забилось, но она не испугалась. Таннер Грин сидел за маленьким круглым столиком всего в нескольких футах от Джесси. Через два столика от него расположился Руди Йорба. Оба не сводили с нее глаз. Джесси не была уверена, что Грин знал о присутствии Руди, потому что маленький человечек изо всех сил старался оставаться незамеченным.

Это казалось ей каким-то безумием. Способен ли один призрак увидеть другого? И могут ли призраки прятаться друг от друга? Диллон считал, что Таннер Грин, возможно, не мог смириться со своей смертью. А что насчет Руди Йорбы?

Она быстро бросила взгляд в сторону бара. Сандра обернулась, улыбнулась и помахала ей рукой, затем снова посмотрела на бармена, который смешивал для нее коктейли.

Джесси принялась рыться в своей сумочке, пока не нашла записную книжку и ручку, а затем как будто случайно выронила ручку. Она не была трусихой, и сейчас настал подходящий момент доказать это. Сделав вид, будто хочет подобрать ручку, Джесси нагнулась и подтолкнула ручку поближе к столику Таннера Грина. Затем встала и подошла к тому месту, где сидел призрак.

Разве может нормальный человек заговорить с призраком? Она залезла под стол, подняла ручку и сказала быстро и тихо:

— Я хочу помочь вам. Но вы должны рассказать мне все, что вам известно. Кстати, позади вас сидит молодой человек, который, наверное, тоже что-то знает, и ему, как и вам, нужна помощь. Я готова помочь вам обоим.

— Джесси, у тебя все хорошо?

Голос застал ее врасплох, и, поднимаясь, она едва не ударилась головой о стол.

Таннер Грин снова исчез. А вместе с ним и Руди Йорба.

Стоящий перед ней мужчина был вполне реальным. Она не сомневалась в этом, потому что разговаривала с ним и в казино «Солнце», и в «Новом Орлеане», где он однажды подошел к ней после выступления.

Его звали Даррелл Фрай, и работал он распорядителем в казино «Солнце». Именно он наблюдал за столом для игры в кости той ночью, когда она выиграла крупную сумму, но незадолго до появления Таннера Грина его заменил другой сотрудник.

Джесси знала, что Фрай — человек амбициозный. И пускай сейчас он был всего лишь распорядителем, но в будущем надеялся продвинуться по карьерной лестнице и стать менеджером отдела развлечений в казино «Солнце». Джесси было приятно слышать, когда он сказал, что на ее выступление приходили важные люди из казино «Солнце» и хотели бы пригласить ее в свое шоу. Фрай признался, что если уговорит ее перейти к ним на работу, то это поможет его карьере.

— Привет, Даррелл, — сказала Джесси, вставая. — Я просто уронила ручку. Как дела?

— Хорошо, спасибо, а у тебя?

— Отлично.

Он был высоким — ростом примерно в шесть футов или даже выше, — и относился к тому типу мужчин, которые хорошо смотрятся в деловом костюме. Он был достаточно привлекательным, хотя красавцем не назовешь. У него были светлые волосы, карие глаза и не особенно запоминающаяся внешность. Фрай всегда вел себя с ней дружелюбно и искренне, поэтому Джесси не особенно возражала против его попыток переманить ее в «Солнце», тем более что в таком случае они оба могли остаться от этого в выигрыше.

— Ты уверена? — с тревогой спросил он. — Я слышал, что совсем недавно на тебя упал умирающий человек.

— Да, было дело. Но теперь все хорошо.

— Это, наверное, ужасно?

— Ну, скажем так, не самый приятный способ провести вечер.

— Полиция не надоедает тебе по этому поводу?

Джесси покачала головой:

— Меня никто не трогает. Я не знала этого человека. Он пришел, рухнул на меня и умер, вот и все.

— Я рад, что ты не пострадала. Нам пришлось несладко. Сначала Таннер Грин. Затем — Руди Йорба. Он был хорошим парнем. Надеюсь, ты не держишь зла на казино «Солнце»?

— Нет, конечно, — заверила его Джесси.

— Так ты еще не надумала перейти туда на работу? Я уверен, что они позволят тебе создать новый проект с нуля, — сказал Даррелл.

— Спасибо, это очень лестное предложение.

— «Маргарита»? — перебила их Сандра.

Она появилась с двумя стаканами в руках и встала около Джесси, как женщина-воительница, призванная оберегать ее. Высокая, красивая и готовая ринуться в бой, если кто-то попытается обидеть Джесси.

— Спасибо. — Джесси взяла у Сандры стакан. — Сандра, я хочу, чтобы ты познакомилась с Дарреллом Фраем. Даррелл, это моя лучшая подруга Сандра Нельсон.

— Как поживаете? — равнодушно спросил Даррелл, улыбаясь и протягивая руку для рукопожатия.

«Он что, слепой и не замечает, какая Сандра красавица?» — подумала Джесси.

— Прекрасно, спасибо, рада знакомству, — сказала Сандра.

— Даррелл работает распорядителем в казино «Солнце», — объяснила Джесси.

— О, сейчас ему, наверное, тяжело приходится, — поддержала разговор Сандра.

Даррелл пожал плечами:

— Я взял отпуск на следующий день после смерти Таннера Грина, и некоторое время меня не было на работе. Но недавно меня попросили выйти — похоже, дел у них невпроворот. Эти убийства привлекают клиентов. Правда, больные люди? Но я все равно рад был познакомиться с вами, Сандра. Джесси, не забудь про меня, если захочешь сменить обстановку.

Даррелл стоял словно в ожидании, что его пригласят присоединиться к их компании. Но Сандра ясно дала ему понять, что они были вполне довольны своим женским обществом. Она пристально посмотрела на Даррелла, ожидая, когда он уйдет.

— Ладно, не скучайте, — сказал он наконец и направился к дверям.

— Какая ты суровая! — со смехом заметила Джесси, когда Сандра поставила свой стакан и с хмурым видом уселась за стол.

— Не нравится он мне. От него как будто исходит дурная энергия.

— Энергия?

— Он пытается использовать тебя. А ты достойна лучшего, — сказала Сандра и улыбнулась. — И ты уже нашла это. Никак у меня не идет из головы этот высокий смуглый красавец.

— Поверь мне, ты ошибаешься. Ты не права насчет Даррелла. Он просто хочет, чтобы я ушла из «Нового Орлеана» и начала выступать в «Солнце», — объяснила Джесси.

Сандра посмотрела на улицу, словно провожала Даррелла глазами, хотя на самом деле он уже давно ушел. Наконец она покачала головой и сказала:

— Не думаю. Я не хочу преуменьшать твой талант, дорогуша, и ты знаешь, я всегда считала тебя замечательной актрисой, но это же Вегас. Здесь повсюду красивые талантливые женщины. И ему нет никакой необходимости переманивать кого-то для работы в казино. Так что будь с ним осторожна. Ему что-то от тебя нужно. И как я уже сказала, мне не нравится его энергетика. Поверь, я редко ошибаюсь на этот счет.

— Да, он приспособленец, но это весьма распространенная черта.

Сандра покачала головой:

— Нет, все-таки что-то здесь не так. И я уверена, что он замышляет что-то дурное.

Джесси начала было отвечать, но прежде, чем она успела произнести хотя бы слово, знакомый голое окликнул ее:

— Джесси!

Она повернулась и увидела свою коллегу по пиратскому шоу. Эйприл. Она пришла в сопровождении красивого незнакомца.

— Денни, познакомься с моей подругой Джесси и ее подругой... Сандрой, верно? Девочки, это Денни, — с гордостью сказала она.

Сандра и Джесси улыбнулись и обменялись рукопожатиями с новым молодым человеком Эйприл.

— Мы как раз собирались в казино «Харра», когда увидели вас, — сказала Эйприл. — И решили заглянуть сюда. Я очень волнуюсь за тебя, Джесси. Ты уже рассказала о том происшествии?

— Да, и Рон пообещал, что разберется, — ответила Джесси.

— Каком еще происшествии? — резко спросила Сандра.

Джесси лишь отмахнулась.

— Ничего особенного. На меня чуть не упал фрагмент декорации, — объяснила она. — Я поговорила с менеджером сцены, и он обещал все проверить. Как говорится, все хорошо, что хорошо кончается.

— Ну и отлично, я просто хотела убедиться, что с тобой все в порядке. Пока! — сказала Эйприл и ушла, помахав на прощание рукой.

Сандра наклонилась к подруге.

— И все-таки, что на тебя упало? — спросила она, нахмурив брови.

— Большой парус, который обычно падает во время сражения. Он здорово напугал меня, но не поранил.

— Это очень плохо, — твердо сказала Сандра.

— Разумеется, ничего хорошего. Поэтому я и сообщила менеджеру сцены, — согласилась Джесси. Прежде чем они успели еще что-то сказать, зазвонил мобильный телефон Джесси. Она ответила и обрадовалась, услышав голос Диллона. Джесси сообщила ему, что она сейчас с Сандрой, а затем отключила телефон. Сандра с любопытством уставилась на нее.

— Я увижусь с ним?

— Да.

Сандра откинулась на спинку стула и отхлебнула коктейль. Она по-прежнему не сводила глаз с Джесси.

— И все равно я переживаю за тебя.

— Почему?

— Интуиция, — многозначительно сказала Сандра.

— Сандра, послушай меня. Даррелл — милый человек, и то, что случилось сегодня с декорацией, было лишь случайностью. Неудачное стечение обстоятельств.

Сандра снова наклонилась к ней, ее лицо было сосредоточенным.

— Ты слишком доверчивая. А что, если это не было случайностью? Что, если кто-то пытается убить тебя?

— Если бы кто-то пытался меня убить, он выбрал бы оружие посерьезнее паруса.

— Он не задел тебя?

— Нет, я услышала, как он падает.

— Но он мог ударить тебя по голове.

— Нет, послушай, Сандра. Это была случайность, а не попытка убийства. Может, если бы я чуть-чуть замешкалась, то получила бы синяк, но все равно меня это не убило бы.

— Значит, это было предупреждение, — глубокомысленно произнесла Сандра. — Кто-то говорит тебе о том, что лучше держаться подальше... от чего-то.

— Сандра, на моем месте мог оказаться кто угодно из актеров, — возразила Джесси.

— Но оказался не кто угодно, а ты. — Сандра покачала головой. — Это страшно, действительно страшно. — Она вдруг встала, глядя куда-то в сторону, и сказала: — Привет, я — Сандра Нельсон. А вы, должно быть, Диллон Вульф.

Джесси обернулась и улыбнулась Диллону, а Сандра продолжала:

— Может, вам удастся урезонить ее. Она думает, что я зря паникую, но, что бы она ни говорила насчет случайностей, я уверена, что кто-то пытался ее убить.

Глава 11

Шумная улица слепила неоновыми огнями, а бармены собирали огромную выручку, смешивая коктейли для трезвых, подвыпивших и совсем пьяных клиентов, которые пришли в ресторан пообщаться и весело провести время.

Усевшись за стол, Диллон с тревогой посмотрел на Джесси. Он думал, что на работе, в окружении других людей она будет в безопасности.

Если бы не гибель Руди Йорбы, чью смерть по ошибке приняли за несчастный случай, он не переживал бы так сильно. Но Руди Йорба был мертв, его тело изуродовали почти до неузнаваемости.

Записи с камер наблюдения, сделанные в ночь убийства Таннера Грина, видело много народу: полиция, персонал казино. Что, если кто-то из них, имевший отношение к убийству, заметил, что Таннер Грин открыл рот и сказал что-то Джесси перед смертью?

Индиго.

Могло ли это означать что-то для убийцы? Потому что для Диллона это слово не означало ровным счетом ничего. Всего лишь заброшенный город.

— Расскажи мне, что произошло. Что случилось? — попросил он Джесси.

— Ничего особенного. Ты же видел представление. Когда мы нападаем на Порт-Рояль, пушки стреляют, и у нас падает один из парусов. Так вот парус упал на сцену, как и во время спектакля, а я в тот момент находилась прямо под ним. Вот и все. — Джесси решила сменить тему разговора, она внимательно посмотрела на Диллона и спросила: — А ты чем занимался? Почему ты весь в пыли?

— Я ездил сегодня в пустыню, — сказал он. — Думаю, мне нужно принять душ и переодеться.

— Не хотите «Маргариту»? — предложила Сандра.

Диллон с улыбкой покачал головой:

— Нет. Я бы с большим удовольствием пошел сейчас в душ.

Они пошли проводить Сандру до машины, она задала Диллону несколько вопросов о его работе в «Расследованиях Харрисона», и он вежливо ответил, что на свете существует много необъяснимых явлений, и заверил Сандру, что он ни разу не видел, чтобы призрак причинил вред человеку, не совершавшему дурных поступков.

— Значит, призраки вредят только плохим людям? — с энтузиазмом спросила его Сандра.

Он рассмеялся.

— Я сказал вам лишь то, что мне самому известно. Нас приглашают расследовать странные и непонятные явления, но, как правило, они имеют вполне реальные объяснения. Я думаю, что если призрак способен двигать предметы, значит, он может причинить вред человеку. Но обычно за подобными проделками стоят реальные люди.

Они добрались до машины Сандры, которую та оставила в гараже казино. Диллон открыл перед ней дверь водительского места и заглянул в салон.

— Будьте осторожны на дороге, — сказал он ей.

— Разумеется, — ответила Сандра. — А вы... присмотрите за Джесси. Прошу вас.

— Обязательно. Именно этим я и займусь, — пообещал ей Диллон.

Они смотрели вслед уезжающей машине, пока она не скрылась из вида, затем Диллон молча обнял Джесси и повел ее к лифту. Наконец, он сказал:

— Мне кажется, Сандра не зря переживает по поводу сегодняшнего случая с тобой.

— Диллон, Сандра — моя хорошая подруга, и я благодарна ей за заботу, но то, что произошло сегодня, было лишь досадным недоразумением.

Он нахмурился и, ничего не ответив на заявление Джесси, спросил:

— Какой у тебя график работы?

— Обычно я отдыхаю по понедельникам и вторникам.

— Значит, ты работаешь завтра, а затем у тебя два выходных, — задумчиво произнес он, почувствовав неприятную тревогу. Возможно, у него уже началась мания преследования. И он зря так волновался за Джесси. Но все же он переживал за нее. Стоило ему немного поговорить с Руди, как тот погиб. А они с Джесси...

— Поехали к тебе, — сказал Диллон.

Они направились к машине Диллона, которую он оставил на общественной парковке на огромной площади перед супермаркетом. Они уже были на полпути к ее дому, когда Джесси вдруг повернулась к нему и с волнением проговорила:

— Совсем забыла рассказать тебе. Таннер Грин вернулся.

— Верно, — пробормотал он.

— Что верно? — удивилась она. — Я думала, что ты обрадуешься. Разве ты не хотел, чтобы он вернулся?

Диллон мысленно одернул себя. Он вспомнил, что Джесси не знала о Ринго, который следил за Таннером Грином. Все же стоило рассказать ей про Ринго.

— Прости. Я был уверен, что он вернется. Он хочет поговорить с тобой.

— Он был на шоу. А потом, когда мы с Сандрой сидели в баре, я снова увидела Грина, а позади него сидел Руди Йорба. И он вел себя так, словно не хотел, чтобы его заметили. Я попыталась заговорить с Таннером и была почти уверена, что он услышал меня, но нам помешали.

— Правда? — спросил Диллон и стал слушать ее с удвоенным вниманием. Это было что-то новенькое. И весьма интересное. — И кто вам помешал?

— Даррелл Фрай. Он работает распорядителем в «Солнце». Ты видел его. Он был там, когда я выиграла деньги. Он хочет получить место в отделе развлечений казино и уже несколько недель уговаривает меня перейти к ним на работу. Ты знаешь его?

Он кивнул.

— У него была смена незадолго до того, как умер Грин. И хотел поговорить с ним, выяснить, не заметил ли он чего-нибудь необычного. Но мне сказали, что он в отпуске, так и не удалось с ним встретиться.

— Так вот, когда он заговорил со мной, Таннер Грин и Руди Йорба исчезли, — сказала Джесси.

Диллон подумал, что бы это могло означать. Он не имел ни малейшего понятия, но теперь ему еще больше захотелось встретиться с этим человеком.

Хоть прямо сейчас...

— Трудно сказать, что все это значит. — Диллон задумчиво поглядел на Джесси. Он был рад тому, что Джесси больше не боялась призраков и даже спокойно о них говорила. Но его беспокоило, что даже на работе она не могла чувствовать себя в абсолютной безопасности. Фрагменты головоломки постепенно начали складываться, но окончательная картина по-прежнему оставалась загадкой.

Они подъехали к дому Джесси. Сначала Диллон проверил все комнаты и лишь затем направился в душ.

Через несколько секунд она присоединилась к нему.

Присутствие Джесси было подобно волшебству, которое ворвалось в его жизнь и прогоняло все мысли о страхе и загадках и даже заставляло забыть об окружающем его мире.

Диллон испытывал непреодолимое влечение к ней и не знал, было ли это связано с тем, что она околдовала его при первой встрече, или же его так восхищало ее стройное, гибкое, грациозное тело, ее голубые глаза, ее голос, ее прекрасная душа. Но он понимал, что это было не простое сексуальное желание или животный инстинкт, древний как сама жизнь. Он пока еще не мог сказать, что любит ее, ведь для любви требуется время, однако чувствовал, как постепенно влюбляется в Джесси, которая затронула его душу так, как ни одна из женщин до нее.

Озорные огоньки в ее глазах послужили призывом к действию, пар поднимался от горячей воды, струившейся по ее великолепной коже цвета слоновой кости, по плечам, груди, спине, ягодицам. Когда она прижалась к нему, он почувствовал волнующее наслаждение от прикосновений ее кожи. Он отыскал ее губы под струями воды и стал исследовать ее маленький ротик, еще более горячий, чем падавшая на него вода.

Он ласкал ее. Его руки скользили по ее обнаженному телу, нежно сжимали ее груди, проникали между бедер в самое интимное место.

Джесси прижималась к нему, каждое прикосновение ее тела было невероятно возбуждающим. Таким соблазнительным и приводящим в безумный экстаз. Она обняла его, стала гладить его тело, ее ногти, дразня, царапали кожу. Он нехотя оторвался от нее, прижал ее к выложенной кафелем стене ванны, а затем снова стал целовать с удвоенной яростью.

Они занялись любовью под горячими струями воды. Диллон поднял Джесси, и она обхватила его великолепными длинными ногами. Шум воды эхом отдавался в их сердцах, словно буря. Наконец, они достигли наивысшего наслаждения, тогда он нащупал краны, закрыл воду и вышел из душа, все еще держа ее на руках и не желая отпускать ни на минуту.

Диллон отнес ее в кровать, они упали на матрас и начали все заново. Они неистово ласкали друг друга руками, губами, языком, оттягивая сладкий момент, наслаждаясь влажной, чистой и горячей плотью друг друга, радуясь полному единению. Джесси знала, как ей поступить, как распалить Диллона еще больше, но в ее действиях не было никакого расчета, ничего заранее запланированного, один лишь инстинкт, продиктованный самой природой. Они катались по кровати, она ласкала его тело нежными и легкими прикосновениями, которые были особенно возбуждающими. Она ловила его губы своими губами, покрывала поцелуями все его тело и дразнила его, доводя до полного исступления. Когда же он не смог больше сдерживаться, она скользнула под него, желание снова охватило Диллона, и Джесси с радостью отвечала на его ласки, пока он гладил ее груди, живот, бедра. Затем он проник между них сначала рукой, затем ртом, а потом опять овладел ее телом и душой.

Посреди ночи, изнуренные и обессиленные, они наконец-то уснули.

Он проснулся рано. Джесси еще спала, и Диллон несколько минут любовался своей возлюбленной. Он не мог оторвать глаз от ее огненных волос, рассыпавшихся по подушке, от очаровательного овала лица, от ее слегка приоткрытых губ. Он бережно поправил на ней одеяло и встал, затем быстро оделся и пошел на кухню, чтобы заварить кофе. Он не стал готовить еду, подумав, что Джесси наверняка снова захочет позавтракать с дедушкой.

Пока кофе готовился, Диллон взял мобильный телефон и сделал несколько звонков. Теперь он понимал, что с этой работой ему не справиться в одиночку.

Диллон заметил, что Джесси была одновременно удивлена и обрадована тому, как хорошо он ладил с ее дедушкой, словно они с Тимоти знали друг друга уже много лет. Воспользовавшись моментом, Джесси пошла побеседовать с врачом дедушки, и у Диллона появилась возможность поговорить с Тимоти наедине, не опасаясь, что Джесси опять расстроится.

— Итак, Тимоти, — начал он спокойным тоном, — значит, вы видите призрачных танцоров?

Пожилой человек некоторое время молча смотрел в окно, как будто не слышал его вопроса. Затем он повернулся и с вызовом посмотрел на Диллона:

— Я знаю, почему вы вернулись. Вы здесь потому, что страсть к богатству никогда не иссякнет. Люди алчны. Им наплевать, как они поступают с другими людьми, главное для них — разбогатеть. — Он с сожалением покачал головой, — Человек всегда был алчен, ему ничего не стоило убить себе подобного, если это сулило ему материальную выгоду.

— Когда-то, — осторожно сказал Диллон, — наши предки называли себя просто людьми. Мы хотели творить добро, как говорил нам о том Великий Дух. Заботиться о наших детях, о больных и немощных. Да, алчность существовала с того момента, как появился человек. Но мы стремились к лучшему.

Тимоти кивнул.

— Тимоти, вы говорите с Билли Тайгером? Он... дает вам советы? Он помогает вам понять послания от призрачных танцоров? — спросил Диллон.

Тимоти снова кивнул, а затем заговорил так, словно слова не принадлежали ему:

— Билл Тайгер видит то, что было, он знает, как устроен мир, как идет время, и ему известно, что прошлое может вернуться, если не остановить его. Нечто ужасное хочет вернуться, снова проникнуть в наш мир. И этому нужно помешать.

— «Тот, кто не помнит своего прошлого, обречен повторять его», — процитировал Диллон. — Так сказал Джордж Сантаяна, — добавил он. — Тимоти, для вас значит что-нибудь слово Индиго? — спросил Диллон.

Тимоти кивнул:

— Это город. Злой город.

— Я бы не сказал, что это такой уж злой город, но, думаю, там жили злые люди, — заметил Диллон.

Тимоти кивнул:

— Алчные люди.

— Были и такие. В прошлый раз вы сказали, что «они собираются». Тимоти, вы думаете, что люди из прошлого каким-то образом могут собраться?

— Зло будет распространяться, если не остановить его, — сказал Тимоти. Он обернулся и снова посмотрел в окно, затем взглянул на Диллона и улыбнулся. Его голос изменился, а лицо расслабилось. — Вы упомянули про Индиго, молодой человек? Я знаю Индиго. Старый, занесенный песком город в пустыне. Лет пять или шесть тому назад одна кинокомпания арендовала его для съемок фильма. Они сняли несколько сцен, а затем уехали. Им не понравилось это место. Говорят, там по ночам вещи начинали двигаться сами по себе, поэтому они уехали снимать в какое-то другое место.

— Правда? — с интересом спросил Диллон; — Я не слышал об этом.

— Ходили слухи, что саботаж на съемках устроили люди из нашего племени, решив, что кинокомпания слишком мало заплатила им за аренду. Другие говорили, что все дело было в старом захоронении неподалеку. Но наверняка никому ничего не известно. А я скажу вам одно: Индиго был дурным местом с самого начала. Однажды там произошла страшная перестрелка. В ней участвовал индеец по имени Вульф. Он, случайно, не ваш предок?

— Да, но очень дальний, — сказал Диллон.

— Мы с Джесси тоже родом из Индиго, — сказал Тимоти.

— Неужели?

— Моя прабабушка была родственницей того полукровки, что играл на пианино в салуне Индиго, — сказал Тимоти. Он посмотрел на Диллона, его взгляд был ясным и сосредоточенным. — На свете очень много странного. Жизнь и смерть — эти понятия так трудно постичь до конца. Души древних проникают в наш мир. Некоторые из них несут с собой добро, другие — зло. Но почему они приходят? Иногда потому, что потомки тех, кто когда-то сражался, победил или проиграл, снова собираются вместе. Вы меня понимаете?

Диллон не был уверен, что понял слова старика. По крайней мере, не до конца. Но некоторая взаимосвязь стала теперь для него очевидной. Предок Джесси жил в Индиго. Его собственный предок погиб там. А Ринго до сих пор бродит по земле.

Но что это могло значить? И какое все это имело отношение к убийствам Таннера Грина и Руди Йорбы, к игорному бизнесу или к Эмилу Лэндону, который и стал отправной точкой в этой истории?

— Тимоти, а что насчет призрачных танцоров? Когда они начали с вами разговаривать? — спросил Диллон.

— Я не помню, когда они появились в первый раз. Наверное, это было давно. Но однажды я увидел кровь, — с грустью сказал Тимоти, — и понял, что они пришли предупредить меня. Это не должно повториться.

— Тимоти, где вы видели кровь? — спросил Диллон. — Где?

— На Джесси, — сказал старик, и взгляд его потускнел. — Я увидел кровь на моей внучке. Я знаю, они не хотели ее смерти. Они пытаются спасти ее. Они рассказали мне о том, что вы придете. Они сказали, что Джесси откроет дверь, но затем появитесь вы и поможете ей все преодолеть. — Он заговорщически подмигнул и склонил голову.

Диллон повернулся. К ним шла Джесси, она посмотрела на Диллона, улыбнулась ему и села рядом.

Взглянув на сидевшего напротив Тимоти, Джесси снова улыбнулась.

— Говорят, ты много играешь в скраббл.

— Эта игра развивает умственные способности. Мы с Салли играем в нее почти каждый вечер.

— Как у нее дела? Сегодня я не вижу ее здесь, — сказала Джесси.

Тимоти улыбнулся:

— Она делает себе новую прическу. Сейчас она в главном корпусе, в салоне красоты. А что насчет вас, юная леди? Вы не опаздываете на работу?

Джесси посмотрела на часы:

— У меня еще есть время.

Тимоти покачал головой и посмотрел на Диллона:

— Как бы там ни было, но проследите, чтобы она хорошо поела перед тем, как вы отвезете ее на работу, договорились? Она выкладывается на сцене, и ей нужно много энергии.

— И слава богу, — сказала Джесси. — А то я так люблю шоколадные пирожные. Но если бы у меня не было такой замечательной возможности сжигать лишние калории, из сладкого я могла бы есть только мороженое. Какой кошмар!

— Сводите ее куда-нибудь на ленч, — предложил Тимоти, глядя на Диллона. — А меня вы сможете навестить еще и завтра.

— Я с удовольствием приеду, чтобы повидаться с нами, — сказал Диллон, поднимаясь.

Джесси последовала за ним.

— Ты мог бы проехаться с нами. Мы отвезли бы тебя в магазин или еще куда-нибудь. А потом, после ленча Диллон подбросил бы меня на работу, а тебя отвез бы сюда.

— Спасибо, не надо. Я благодарен за ваше предложение, но мне пока ничего не нужно. Лучше я пойду сейчас вздремну, чтобы быть бодрым к тому моменту, когда вернется Салли. — Тимоти хитро подмигнул.

— Хорошо, — согласилась Джесси и нежно поцеловала его в щеку.

Диллон пожал ему руку, после чего они с Джесси ушли.

Когда они сели в машину, Джесси повернулась к Диллону и посмотрела на него.

— Спасибо, — сказала она.

— Меня не за что благодарить, — ответил он.

— Временами кажется, что он совершенно нормальный человек... а затем что-то происходит, и он как будто переносится в другое измерение.

— Он очень умный и проницательный человек, и мне нравится его общество, — успокоил ее Диллон.

— Как бы я хотела, чтобы он мог жить со мной, — вздохнула она. — Но однажды он решил, что находится в шатре-парной и попытался развести на кухне костер. Приехали пожарные. Тогда я поняла, что его нельзя оставлять в доме. По крайней мере, пока я работаю.

— Тимоти живет в хорошем месте. Он счастлив и достаточно независим.

Джесси кивнула:

— Знаю, но я все равно чувствую себя виноватой.

Она замолчала и больше не проронила ни слова до тех пор, пока Диллон не спросил, как она хочет убить время до ленча. Диллон и Джесси поехали в кино, а когда фильм закончился, оба уже снова проголодались.

Диллон отвез ее в одно из своих любимых кафе, находившееся неподалеку от Стрипа. Это было тихое и красивое местечко, и Диллон подумал, что Тимоти одобрил бы его выбор. Они сразу же сели за стол, и официант принес им воды, чтобы они могли выпить ее, пока изучали меню. Когда стол был накрыт, появился Ринго. Он встал позади Джесси.

Диллон услышал звон его шпор и увидел, как Джесси нахмурилась, но продолжила рассматривать меню. Однако было ясно, что она услышала его.

— Джесси, — тихо сказал Диллон.

Она подняла на него глаза, и он откашлялся.

— Ты помнишь, как увидела Таннера Грина? Или Руди? Так вот, они не единственные призраки в этом городе. На самом деле... у меня есть друг, который хотел бы познакомиться с тобой. Я попросил его подождать и не показываться до тех пор, пока я не пойму, что ты готова к встрече с ним.

Джесси взяла стакан и сделала большой глоток.

— И где же он? — спросила она, пытаясь сохранять спокойствие.

— Он сидит рядом с тобой, — сказал он Джесси, когда Ринго уселся на стул около нее.

Джесси повернулась и охнула достаточно громко, чтобы официант поспешил к ним.

— Что-то случилось? — с тревогой спросил он.

Она покачала головой:

— Простите. Я... поперхнулась.

— Итак, Джесси, что ты будешь есть? — спросил Диллон, пытаясь разрядить обстановку. — Здесь очень вкусно готовят лосося.

— Тогда я хочу лосося, — сказала Джесси, стараясь не смотреть на Ринго.

— А что вы будете на гарнир? Рис или печеный картофель? — поинтересовался официант.

— Рис, — пролепетала Джесси.

— Мне то же самое, — сказал Диллон.

Официант наконец-то ушел.

— Вот придурок! — возмутился Диллон.

— Что? — спросила Джесси.

— Это я Ринго. Он обещал не пугать тебя.

— Прости, — сказал Ринго. — Я не хотел тебя расстраивать, и я рад с тобой познакомиться. Наконец-то... — многозначительно подчеркнул он, глядя на Диллона.

— Наконец-то? — прошептала она.

— Я уже давно просил Диллона представить нас друг другу. Я мог бы вам помочь.

Джесси старалась не смотреть в его сторону. Ринго взял меню, которое официант забыл забрать. Диллон вырвал папку у него из рук прежде, чем кто-то из посетителей успел заметить, что меню висит в воздухе.

— Лосось, — сказал Ринго с отвращением. — Ты просто псих. Это же Невада. Ты должен был заказать хороший бифштекс с кровью.

— Он любит говорить всякие гадости, — заметил Диллон, глядя на Джесси.

Она посмотрела на него, и ее глаза расширились. Может, она и привыкла к тому, что Таннер Грин и Руди Йорба внезапно появлялись перед ней, но к этому она не была готова.

— Я уязвлен до глубины души, — обиделся Ринго. — Но я так хотел познакомиться с тобой, Джесси.

— Ты выпустил Клэнси? — спросил Диллон.

— Ты спрашиваешь у призрака, выпустил ли он твою собаку? — спросила Джесси и сделала еще один глоток воды. Она заметила, что ее рука дрожала. — Но ты же говорил, что призраки не могут причинять вред людям? Как же тогда они могут...

— Я сказал, что не знаю призрака, который причинил бы вред человеку, — сказал Диллон. — Но я не говорил, что они не могут дотрагиваться до предметов или передвигать их. Ринго провел здесь довольно долгое время и научился использовать свою энергию, чтобы воздействовать на материальный мир. И, несмотря на твое первое впечатление, он хороший парень.

— Спасибо, напарник, — сказал Ринго.

— Он — твой напарник? — удивилась Джесси.

— Нет, это просто образное выражение, — уточнил Диллон.

Джесси теребила салфетку, стараясь не глядеть на Ринго, когда обращалась к нему:

— Итак, мистер Ринго...

— Я не мистер Ринго, — поправил ее Ринго. — Меня зовут Ринго Мерфи, для друзей — просто Ринго, и я надеюсь, что ты войдешь в их число.

Она посмотрела на Диллона.

— И он был с нами... все это время?

— Поверьте мне, мэм, я — настоящий джентльмен, — заверил ее Ринго, а затем посмотрел на Диллона. — Я просто хочу помочь. Помочь решить эту проблему.

Джесси собиралась ответить ему, но в этот момент принесли салаты, поэтому она замолчала.

— Ринго умер в Индиго, — объяснил Диллон, когда официант ушел.

Джесси прищурила голубые глаза и посмотрела на него.

— Значит, слово «Индиго» для вас — не пустой звук? И оно имеет важное значение?

— Мы пока что в этом не разобрались, — ответил Диллон.

— А знаешь, твой дедушка вовсе и не чокнутый, — сказал Ринго Джесси. — Возможно, он видел Индиго в своих видениях, или как он их там называет.

Она повернулась и с укором посмотрела на него:

— Я никогда не говорила, что мой дедушка чокнутый. И никто, кроме него, не знает, о чем бывают его видения.

— Прости, если обидел тебя, я не хотел, — извинился Ринго. — Но возможно... он действительно видит призрачных танцоров, о которых говорит.

— Не смотри на него, когда разговариваешь с ним, — предупредил Диллон. — Это нервирует окружающих людей, а Ринго ужасно нравится.

— Как часто он материализуется? — спросила Джесси.

— Всякий раз, когда ему это нужно, — объяснил Диллон.

Она снова заговорила с Ринго, но на этот раз не поворачиваясь к нему:

— Что ты знаешь о моем дедушке?

— Он — милый пожилой человек, — сказал Ринго. — И возможно, будет очень полезен, если мы хотим разобраться в этой истории.

Джесси в недоумении посмотрела на Диллона:

— О чем он вообще говорит? Что значит в «этой истории»?

— Джесси, я до сих пор многого не понимаю.

— Но кое-что тебе уже известно, однако ты не хочешь поделиться со мной, — возмутилась Джесси, пытаясь не давать воли своим эмоциям.

— Джесси, я знаю, что Эмил Лэндон обратился за помощью к Адаму, потому что он боится за свою жизнь. Я встретился с ним, а также с Таннером Грином и другим его охранником — Хьюго Блитом, а теперь Таннер Грин убит, однако прежде он успел кое-что сказать тебе.

— Поэтому ты стал преследовать меня, — сказала она.

— Я не собирался преследовать тебя, но я должен был узнать, что он сказал. И я очень переживаю за тебя, — мягко добавил он.

— А что еще ты знаешь? — спросила Джесси.

— Джесси, если бы я знал ответы на все вопросы, то убийца Таннера Грина ожидал бы сейчас суда, — заверил ее Диллон. — Но я ничего не знаю. Мне лишь известно, что призрачные танцоры твоего дедушки каким-то образом узнали, что ты можешь общаться с... мертвыми. И что из-за этой твоей способности тебе будет угрожать опасность. А еще им было известно, что я тоже окажусь замешанным в этой истории. И что я должен буду помочь тебе.

Диллон посмотрел на нее, и Джесси с трудом сдержалась, чтобы не наклониться и не поцеловать его.

Ринго застонал.

— Я вам мешаю, не так ли? — сказал он. — Ладно, я уйду. — Он встал, но вдруг замер. — Джесси?

Она посмотрела на него, и ей было все равно, даже если другие посетители кафе сочтут ее сумасшедшей.

— Я действительно сделаю все, что в моих силах, чтобы защитить тебя, — пообещал Ринго.

— А ты и правда можешь защитить меня? — с недоверием спросила она.

— Ну, я мог бы присмотреть за тобой, — сказал он.

— Тогда перестань меня пугать! — приказала она. — Звон твоих шпор сводит меня с ума.

— Прости, но я умер в сапогах, — виновато произнес Ринго и ушел.

Кто-то многозначительно покашлял. Диллон обернулся, проклиная себя за то, что вовремя не обратил внимания на официанта.

— Все в порядке? — спросил официант.

— Отлично, — сказал Диллон.

Официант поставил тарелки с лососем и ушел.

— Когда я была у тебя дома... слышала звон шпор. А когда мы... то он?.. — спросила Джесси, чувствуя, что краснеет.

— Клянусь, он тогда ушел, — сказал Диллон. — Можешь быть уверена, Ринго не вуайерист.

Джесси покраснела еще больше и сказала:

— Перед тем как ты вошел ко мне в комнату... — Ее голос оборвался, но она заставила себя продолжать: — Мне снился сон о тебе... весьма эротический. А тогда... за мной ведь никто не подглядывал?

Он наклонился к ней, пытаясь быстро спрятать улыбку.

— Джесси, тебе просто снился сон. Даю слово, к тому времени Ринго уже ушел и занимался своими делами.

— Какими, например?..

— Он вернулся в казино, проверить, вдруг там найдется какая-нибудь информация.

Диллону показалось, что Джесси не удовлетворена его ответом. Он и представить себе не мог, как она отреагирует, когда вечером появится подкрепление, которое он пригласил.

— Джесси, возможно, ему удастся разговорить Таннера Грина, А если Грин пойдет с нами на контакт, то мы, не исключено, сможем выяснить, что означало слово «Индиго».

Она покачала головой:

— А при чем здесь вообще этот город?

— Я пока что ничего не могу сказать, но постепенно фрагменты головоломки начинают складываться. В этом городе убили моего предка и Ринго. Они оба полегли в одной перестрелке. Сегодня утром твой дедушка сказал мне, что у тебя тоже был предок, который находился там в это время.

— Правда? — холодно спросила она. — А он был хорошим или плохим парнем?

— Он играл на пианино.

— Пианист?

— Да. Никому не известно, какую роль он сыграл в этой истории. Но я знаю, что тебе угрожает опасность. Возможно, человек, убивший Таннера Грина, расправился и с Руди Йорбой, и все это каким-то образом связано с Индиго.

Джесси откинулась на спинку стула, не сводя с него взгляда.

— Я думаю...

— Что?

Она покачала толовой:

— Кажется, я схожу с ума.

— Это не так.

Джесси со злостью вонзила вилку в лосося.

— А какое ко всему этому имеет отношение Эмил Лэндон?

— Я не знаю.

— И что мы теперь будем делать? — спросила она.

— Я продолжу расследование до тех пор, пока не выясню, что происходит.

Джесси покачала головой:

— Я тоже хочу принимать участие в расследовании. С твоей помощью я смирилась с тем фактом, что могу видеть призраков. Я даже могу подружиться с человеком, который носит старую ковбойскую шляпу и шпоры. И я хочу, чтобы ты информировал меня о каждом шаге, который собираешься предпринять.

— Хорошо, мы поступим следующим образом, — сказал Диллон, ковыряя вилкой еду. — Мы поедем в «Новый Орлеан», отыщем менеджера сцены и выясним, что случилось вчера. Затем я оставлю Ринго присматривать за тобой, а сам отправлюсь побеседовать с Эмилом Лэндоном. Дальше я поеду в «Солнце», чтобы встретиться с твоим другом распорядителем Дарреллом Фраем, и попробую разузнать, как получилось, что он устроил себе перерыв в тот момент, когда в казино появился смертельно раненный человек. Затем, если останется время, позвоню Джерри Чиверу и выясню, нет ли у него какой-нибудь новой информации. И возможно, заеду к Дугу Тарлтону — патологоанатому. Также там работает один криминалист — молодая женщина, которая мне в свое время очень помогла, и я попробую встретиться с ней.

— Подожди, я не говорила, что Даррелл — мой друг. Я думаю, что твои подозрения насчет него безосновательны. Он просто хочет переманить меня на работу в «Солнце», чтобы взобраться по карьерной лестнице.

— Надеюсь, что ты права. Как бы там ни было; пока я буду заниматься всем этим, Ринго присмотрит за тобой, и, возможно, он что-нибудь увидит или услышит...

«Это как-то уже слишком для тихого ленча», — подумал Диллон.

— Нам пора, — сказала Джесси. — Только знаешь, я ведь не совсем беспомощна. Я достаточно умна и могу быть весьма осторожной.

— Я знаю. Но, Джесси, все люди уязвимы. К тому же ты не обучена приемам самообороны, и у тебя нет оружия. И тебе не повредит, если кто-то, пусть даже и призрак, будет рядом. Ведь тебе в любой момент может понадобиться помощь.

Она обдумала его слова и кивнула:

— Хорошо. Я согласна. Но я пойду вместе с тобой и сама поговорю с менеджером сцены.

— Договорились, — сказал он и жестом попросил официанта принести счет.

— И вот еще, — сказала Джесси. — На меня уже падал умирающий человек, который забрызгал меня своей кровью. Я видела призраков. И возможно, мне грозит опасность. Поэтому я хочу, чтобы ты мне обо всем рассказывал. И не строил планов в одиночку. Мы будем все делать вместе. Я не какой-нибудь нежный цветочек. Это моя жизнь, и я намерена участвовать в ее спасении.

Диллон посмотрел на нее, сдерживая улыбку. Она нравилась ему такой — полной гнева и мужества.

Но ему также хотелось, чтобы мужество не затмило ее голос разума и чувство самосохранения.

— Ну?

Диллон, наконец, позволил себе улыбнуться.

— Отличный план, — согласился он.

Они встали, и, когда выходили из ресторана, Диллон обнял Джесси за талию. Подходя к машине, Джесси услышала позвякивание шпор Ринго.

— Тебе придется потесниться, — сказала она Ринго.

Ринго рассмеялся, посмотрел на Диллона и уселся на заднем сиденье.

Глава 12

Когда Джесси и Диллон приехали в «Новый Орлеан», они обнаружили Рона Перла на стропилах над сценой, он проверял механизм, который держал упавший парус. Увидев Джесси с Диллоном, он крикнул им, что спустится через минуту. Вскоре он был уже внизу и подошел к ним.

Этот проворный человек пятидесяти лет всю свою жизнь посвятил шоу-бизнесу. Он перепробовал множество профессий: работал бутафором и декоратором, некоторое время даже выступал как актер. Но больше всего ему нравилось руководить труппой и отвечать за все техническое оснащение шоу. Джесси уже приходилось сотрудничать с ним прежде, и она его просто обожала.

— Привет, — сказал он. — Я — Рон Перл, а вы?..

— Диллон Вульф. Джесси рассказала мне о том, что случилось. У вас что-то сломалось? — спросил Диллон.

— Я уже звонил по этому поводу в полицию, думаю, это была какая-то хулиганская выходка. Возможно, кто-то проиграл в казино крупную сумму и теперь хочет, чтобы это заведение закрыли и чтобы руководство казино тоже понесло убытки, — сказал Рон, глядя на Джесси. — Надеюсь, этот человек не знал, что внизу в тот момент кто-то находился. Полицейские сняли отпечатки пальцев с двери служебного входа. Хотя я не уверен, что это поможет. Они еще сделали какие-то странные пометки и все здесь сфотографировали. Пока они мне ничего не сообщили, но я уже предпринял некоторые меры предосторожности. Я послал наверх охранника, чтобы он следил за порядком.

Джесси заметила, что его ответ не до конца удовлетворил Диллона.

— Не возражаете, если я сам все проверю?

Рон сначала нахмурился, взбираться на стропила было опасно, и он не имел права пускать туда посторонних. Но Диллон не оставил ему времени на возражения. Он запрыгнул на сцену и стал подниматься по канату с такой легкостью, словно был цирковым акробатом.

— Где ты его, черт возьми, нашла? — спросил Рон Джесси.

— Это он меня нашел, — сказала Джесси, пожимая плечами.

Через несколько минут Диллон спустился.

— Там есть крючок, который поддерживает парус. Вероятно, кто-то специально его отцепил.

Рон с тревогой посмотрел на Диллона:

— Черт. Хорошо, что этим делом занялась полиция. Вы не собираетесь остаться на шоу?

— Нет, нет, — ответила за него Джесси. — Он занят. У него очень много дел.

— Ну, тогда еще увидимся, — сказал Рон. — Я предупрежу охранника, чтобы он проявлял особую бдительность. Джесси, тебе пора бы загримироваться и одеться.

— Уже иду, — сказала Джесси. — До встречи, — спокойно сказала она Диллону, уходя.

— Я вернусь, — пообещал он ей.

— Поступай так, как считаешь нужным. Я найду чем себя занять.

— Видный мужчина, — заметил ей Рон, когда Диллон скрылся из вида.

— Да, он такой, — согласилась Джесси.

Джесси направилась за кулисы в свою гримерную. Эйприл уже оделась и заканчивала наносить грим.

— Привет. Ты слышала? Кто-то забрался наверх и натворил там дел.

— Я слышала. Но Рон усилил охрану, и я уверена, что теперь все будет в порядке.

— Только подумай, — сказала Эйприл, пудря носик. — Я боялась работать стюардессой. А оказывается, выступать в пиратском шоу для детей куда опаснее!

Она вышла из гримерки и встала за кулисами. Вскоре должен был начаться спектакль.

Через пару минут Джесси присоединилась к ней. Она слегка отодвинула занавес и посмотрела на зрителей. Дети рассаживались по своим местам, среди них было и несколько взрослых. Затем она посмотрела сквозь стеклянную стену, отделявшую зрительный зал от фойе.

Охранник Грант Уиллоу дежурил у дверей и наблюдал за последними зрителями, проходившими через двери в зал. Рядом с ним, прижавшись лицом к стеклу, стоял Таннер Грин.

Ринго Мерфи находился позади Грина. Прислонившись к стене и скрестив руки на груди, он наблюдал за происходящим.

Ринго заметил выглядывающую из-за занавеса Джесси поднял шляпу в знак приветствия.

«О господи», — подумала она. Это было просто безумием. Один призрак преследовал ее, а другой — охранял.

— По местам! — скомандовал Рон, и она отошла назад, приготовилась к своему выходу в образе Бонни Энн — капитана пиратского корабля «Сокровище».

Эмил Лэндон снова сидел в своем кабинете и с нетерпением ждал Диллона.

— Ну? Вам удалось выяснить, что происходит? — с нетерпением спросил Эмил. — Полицейские нашли что-нибудь в «Солнце»? Наверняка они найдут виновного именно там, — заявил Эмил. — И мне уже надоело торчать здесь и дрожать от страха.

Диллон знал, что Хьюго Блит дежурил у дверей. Он удивился, поняв, что в пентхаусе кроме Лэндона и его большого охранника больше никого не было. Даже пышногрудая секретарша куда-то исчезла.

— Да, но последний раз нападение произошло в вашем казино, — заметил Диллон.

— Что?

— Вчера на пиратском шоу произошел несчастный случай, — пояснил Диллон.

Эмил Лэндон посмотрел на Диллона так, словно тот выжил из ума.

— Вы думаете, что это было нападение? Это же представление для детей. Какой-то шутник устроил хулиганскую выходку с декорациями. Ничего не сломалось, так в чем же дело?

— Одна из ваших актрис могла серьезно пострадать, — холодно бросил Диллон.

Замечание Диллона разозлило Лэндона.

— Зря вы думаете, что я сижу сложа руки. Я приказал немедленно во всем разобраться. Но это действительно был несчастный случай. В тот момент актриса не должна была находиться на сцене. Так что никто не хотел причинить вред ни ей, ни кому-нибудь другому. Это была всего лишь неудачная шутка. Да и какое это может иметь отношение к попыткам убить меня?

— Я до сих пор не понимаю, почему вы считаете, что нас хотят убить, — сказал Диллон, вытаскивая из кармана блокнот. — Когда мы встретились в первый раз, вы сказали, что за вами следили. Грин и Блит работали на вас некоторое время вместе, верно?

— Да, но... черт, поэтому я и обратился в «Расследования Харрисона». Мне казалось, что за мной следят, даже когда я точно знал, что рядом никого нет. Мне было так страшно, даже когда со мной было двое охранников. Вы понимаете? А затем я узнал, что вы не просто можете выявить присутствие призраков, но и разоблачить тех, кто пытается имитировать их деятельность. Ведь так?

— Верно, — согласился Диллон. — А что насчет Грина и Блита? Что вы им поручали делать? Чем занимался Грин в ту ночь, когда он умер?

— Обычно, когда один из них работал, у второго был выходной, — объяснил Лэндон. — И я понятия не имею, что делал Таннер Грин в ночь убийства. В тот день он отдыхал.

— Хорошо. Эти два человека должны были защищать вас, и все равно вы были так напуганы, что обратились за помощью со стороны, так как вам показалось, что за вашим автомобилем следили, когда вы ехали обедать или еще куда-нибудь. Может, были и другие причины? Человек с вашим положением и вашей властью... вероятно; одними подозрениями, что кто-то пытается вас убить, здесь дело не ограничилось.

— Однажды ночью в меня стреляли, — с неохотой признался Лэндон.

— В вас стреляли? И вы не сообщили об этом в полицию? Но почему?

— А что, черт возьми, могли сделать эти копы? Я был на парковке у ресторана и услышал выстрел. Блит бросился на меня и прикрыл собой, потом мы слышали, как отъехала машина.

— Какая еще машина?

— Я не знаю. Я ничего не видел, только слышал шуршание шин.

— Если бы вы вызвали полицию, они могли бы найти пули.

— Послушайте, моего охранника убили, а вы ничего не можете выяснить. Полиция работает над этим делом, вы тоже им занимаетесь, и что я имею в результате? Ничего!

Диллону хотелось сказать, чтобы он проваливал к черту. Но он видел, что Эмил Лэндон что-то от него скрывает.

Если бы не Джесси, Диллон просто послал бы Эмила куда подальше.

Но он не хотел, чтобы против него сфабриковали какое-нибудь дело и запретили бы ему появляться в казино. Он должен был иметь доступ сюда, чтобы приглядывать за Джесси.

— Сегодня я собирался вернуться в «Солнце», — сказал он, поднимаясь. — Я лишь хотел убедиться, что вам известно о проблемах в вашем собственном казино.

— Проблемах? Это же казино. Мы каждый день выбрасываем отсюда разбушевавшихся пьяниц, а копы наведываются как минимум раз в неделю, когда очередной засранец устраивает здесь потасовку. Ничего страшного не случилось, просто какой-то хулиган залез, куда не следовало забираться, — сказал Лэндон. Но, вероятно, во взгляде Диллона было нечто такое, что заставило его тут же добавить: — Я ценю моих сотрудников. Поверьте, я прослежу, чтобы эту ситуацию уладили. Я не великий гуманист, но пиратское шоу приносит мне хорошие деньги — не только благодаря продажам билетов, но и потому что оно приводит новых клиентов в мое казино. Как вы думаете, чем занимаются родители, пока их дети смотрят спектакль? У меня хорошие охранники. Побеседуйте с ними на досуге, и вы поймете, что я говорю правду. Меня самого очень тревожит эта история. Я начинаю сходить с ума из-за постоянного сидения в четырех стенах. Я боюсь выйти из своего пентхауса. Идите и выясняйте, кто убил Таннера Грина и кто стрелял в меня.

Диллон вышел и с улыбкой попрощался с Хьюго Блитом, который проводил его угрюмым взглядом.

Спускаясь на лифте, Диллон мрачно думал о том, что он не доверяет Эмилу Лэндону, не верит ему.

Однако он не собирался следить за этим человеком.

Только не сейчас.

Возможно, в скором времени, но не сейчас.

Представление прошло замечательно. Джесси видела, что все актеры немного волновались, но она, напротив, была совершенно спокойна. Парус упал строго по сценарию, когда все были на палубе, а затем вернулся в свое первоначальное положение. Это происходило каждый день, семь раз в неделю. Джесси заметила, что работники сцены двигались быстрее, чем обычно, и Рон Перл сам стоял за кулисами и следил за происходящим, пока актеры позировали для фотографий и раздавали детям автографы. Рон оставался до тех пор, пока все зрители не разошлись. Он вздохнул с облегчением, лишь когда отправил актеров в гримерку.

Ринго не пошел за Джесси в гримерную, теперь, когда Джесси знала о его существовании, она сразу смогла бы определить его присутствие. И пускай теперь, когда шоу прошло спокойно и без потрясений, Джесси немного успокоилась, она была рада, что этот старый призрак приглядывает за ней.

Ей даже захотелось поговорить с ним.

Как и предыдущим вечером, Джесси позвонила Сандре на мобильный телефон и удивилась, когда трубку сняла Рэджи.

— Привет, — радостно сказала она Джесси. — Говорят, ты встречаешься с мистером Секси.

— Рэджи, я прошу тебя. Твоя мама уже пытала меня на этот счет, а теперь и ты туда же. И кстати, где она сейчас?

— Не знаю. Она забыла свой мобильный, когда уходила, поэтому я не могу позвонить ей и спросить. Но думаю, она скоро вернется. Что случилось?

— Ничего. Я просто хотела узнать, как она.

— Не знаю. Я только что пришла из школы. Я скажу ей, чтобы она тебе позвонила.

— Хорошо, спасибо. — Джесси отключила трубку, раздумывая по поводу того, что ей теперь делать. Секунду спустя ее телефон зазвонил, и она ответила, даже не посмотрев на номер.

— Я звоню тебе из автомата, — быстро ответила Сандра на осторожное «Алло» Джесси.

— Ты где? — спросила Джесси.

— На твоей улице, — ответила Сандра. — Прости, я ужасная подруга. Я собиралась заехать за тобой, но на бульваре Рейнбоу заскочила в казино и просто не смогла оторваться от новых игровых автоматов. Я только сейчас поняла, который уже час. Так что не волнуйся, я буду через пять минут, и мы погуляем где-нибудь, пока не вернется твой высокий смуглый красавец.

— Сандра, ты не должна все время сидеть со мной. — возмутилась Джесси, впрочем, она была рада, что Сандра хочет с ней встретиться. Если ей действительно угрожала опасность, то ей лучше не оставаться одной.

Разумеется, теперь за ней присматривал призрак. Возможно, он был с ней все это время. Однако иногда Ринго приходится отлучаться по своим делам, и Джесси была уверена, что он не мог одновременно находиться в двух местах. Ей даже стало интересно, каким правилам подчиняются призраки.

— Я не собираюсь сидеть с тобой, просто хочу провести время со своей подругой, — заверила ее Сандра. — Я выхожу прямо сейчас.

— Нет. — Джесси уже надоело, что все, в том числе и она сама, рассматривали ее как потенциальную жертву. — Ты ведь сейчас на улице? Я сама приду к тебе.

— Ты уверена?

— На Стрипе полно людей. Со мной все будет хорошо.

«И потом, со мной призрак ковбоя», — добавила она про себя.

— Хорошо, но приходи скорее.

— Слушаюсь, мэм.

Джесси собрала вещи и вышла из гримерной.

Таннер Грин исчез куда-то ближе к концу шоу, но Ринго оставался до самого финала. Направляясь к выходу, Джесси осмотрелась, ища его глазами. Но к ее удивлению, Ринго нигде не было видно, и Джесси решила, что, вероятно, он отправился следить за неуловимым Таннером Грином.

Не важно. На Стрипе так много людей. С ней все будет хорошо.

Отыскать Даррелла Фрая оказалось намного проще, чем предполагал Диллон, потому что в тот день он вернулся на работу. Теперь ему оставалось подождать пятнадцать минут, когда у Фрая будет перерыв. Диллон направился в кафе, располагавшееся в казино.

На Стрипе было много людей.

Джесси шла по улице, рассматривая неоновые огни Вегаса, и думала о том, как много лет назад кому-то могло прийти в голову построить посреди пустыни фантастическую игровую площадку. Конечно, многое здесь было всего лишь бутафорией и подделкой, но за праздничным фасадом скрывалась самая обычная повседневная жизнь. Одни люди приезжали сюда, чтобы играть, другие — работать. Они строили здесь дома, создавали семьи, это место стало настоящей Меккой для молодых актеров и музыкантов.

Для нее этот город всегда был и оставался родным домом.

Неожиданно на смену этой приятной мысли пришло внезапное и очень четкое осознание того, что за ней следят.

Она попыталась убедить себя, что это всего лишь Ринго, но знала, что это не он. Она всегда могла определить присутствие Ринго по звону шпор, даже если не видела его.

Это был не Ринго. Кто-то другой следил за ней. Выходя из театра, она не заметила никого подозрительного. Значит, кто-то знал, когда она закончит работу, и поджидал в толпе, пока она покинет казино. Кто бы это ни был, он выследил ее и при желании мог напасть в любую минуту.

Джесси остановилась посреди улицы. Не посмеет же он наброситься на нее на глазах у стольких людей?

Затем она вспомнила Таннера Грина, как он внезапно появился ниоткуда с ножом в спине.

Впереди нее шла большая группа туристов. Джесси поспешила присоединиться к ним, надеясь, что среди них она будет в большей безопасности.

— Здравствуйте, Вульф, — сказал Даррелл Фрай, подходя к столику, где сидел Диллон. Он широко улыбнулся Диллону и протянул руку для рукопожатия. Вид у него был совершенно беззаботный. — Я слышал, что вы расследуете убийство Таннера Грина. Ужасное происшествие.

— Да. А поскольку вы работали той ночью, я подумал, что вы могли заметить что-то необычное.

— Сомневаюсь, что могу вам помочь. Мартин следил зa столом в тот момент, когда погиб Грин.

— Знаю, — сказал Диллон. — Вас угостить кофе?

— Я сам возьму... Сотрудников здесь обслуживают бесплатно. Нам не позволяют употреблять алкогольные напитки, но кофе можно пить сколько влезет. Не хотите еще? — спросил он, указывая на стоявшую перед Диллоном кружку.

— Спасибо, — сказал Диллон. — С меня хватит.

— Я сейчас.

Когда Даррелл вернулся с кофе, он сел напротив Диллона, посмотрел на часы и сказал:

— У меня есть еще девять минут.

— Этого вполне достаточно, — сказал Диллон.

— Но вы же сами были там и видели то же самое, что и я. Хотя... — Даррелл нахмурился. — Кто из нас ушел первым: вы или я? Кажется, я. Эту ночь я хорошо запомнил. За столом играл наш постоянный клиент Кут. Была еще одна худая женщина, по виду — просто доходяга. Потом — какой-то пьяный, который все время норовил уронить фишки со стола. И разумеется, Джесси. Джесси Спархоук. Вы, должно быть, знаете ее. Я видел по телевизору репортаж, вы вместе выходили из казино.

— Я познакомился с ней той ночью, — сказал Диллон. — Но вы, полагаю, знаете ее хорошо.

Даррелл пожал плечами и покачал головой.

— Увы, нет. Она не игрок. Как-то раз я говорил с ней после шоу. Я хочу перейти в отдел развлечений... об этом известно всем моим знакомым... я слышал, как кто-то из начальства говорил о пиратском шоу в «Новом Орлеане». Им понравилась Джесси, вот я и подумал переманить ее... Мне кажется, это не такая уж плохая идея.

— А куда вы пошли, когда покинули игровой зал той ночью? — спросил Диллон.

— В кафе для персонала, — ответил Даррелл.

Диллон решил, что это будет довольно легко проверить.

— А что? — спросил Даррелл.

— Я подумал, что, возможно, вы выходили на улицу и видели что-то, хотя тогда и не обратили на это особого внимания. Нечто важное, — сказал Диллон.

— Мне жаль, но я ничем не могу вам помочь.

— Мне тоже жаль. Я говорил с одним парнем, который работал на парковке, — сказал Диллон.

— И?

Внезапно на лице Даррелла Фрая появилась тревога. Его губы на мгновение дрогнули, по крайней мере, у Диллона сложилось такое впечатление. Он делал вид, будто на самом деле хочет ему помочь, но что-то здесь было не так. Уж больно он был услужлив.

— Да, — продолжил Диллон. — Одному из сотрудников парковки показалось, что он видел, как Таннер Грин выходил из длинного белого лимузина.

— Правда? И кто это? — спросил Даррелл Фрай. — Он сказал об этом полиции?

— Да, полицейские в курсе. Но это им не особенно помогло.

— Почему?

— Потому что парень, с которым я говорил, мертв. Это был Руди Йорба.

Фрай присвистнул.

— Ничего себе. Единственного человека, который что-то видел, сбивает на дороге неизвестный.

— Да, представьте себе.

Фрай глянул на часы.

— Мне пора возвращаться. Но если я что-то вспомню, то позвоню вам. Обещаю.

— Даррелл, еще один короткий вопрос. Вы знаете, кто из сотрудников казино имеет доступ к записям с камер видеонаблюдения? Кроме, разумеется, охраны?

— Думаю, все записи забрали полицейские, — с хмурым видом сказал Фрай.

— Но ведь это копии, верно?

— Вам лучше спросить об этом в службе охраны. Мне пора. — Даррелл встал. — Но я буду рад еще раз поговорить с вами. В любое время.

— Спасибо, Даррелл. Я вам очень признателен, — поблагодарил его Диллон.

— Не за что.

Когда Фрай ушел, Диллон также покинул казино. Он не мог понять, в чем именно солгал его собеседник. Но сомнений в том, что он сказал ему неправду, не оставалось. Во время разговора над губой у Фрая выступили капельки пота, и он все время прятал глаза.

Туристы шли толпой по узкому тротуару, они миновали казино и свернули на парковку, где туристические автобусы ждали своих пассажиров.

Джесси была уверена, что кто-то все еще ее преследует, поэтому свернула вместе с ними.

«Так, — подумала она. — И что мне теперь делать? Сесть в автобус?»

Она слишком поздно поняла, какую серьезную ошибку совершила. Если за ней и в самом деле шел человек, который мог причинить ей вред, то она должна была остаться на Стрипе и снова попробовать затеряться среди людей.

Не зная, как ей теперь поступить, Джесси попыталась сесть в автобус, но гид остановил ее:

— Мисс, мне очень жаль. Вы, должно быть, заблудились. Но это автобус для тургруппы.

— Я знаю. Но мне показалось, что меня преследуют.

Молодой человек поглядел по сторонам. Вокруг не было ни души, не считая, разумеется, туристов. У каждого из них была бирка с именем. Поэтому гид и догадался, что Джесси не из их группы.

— Может, вы хотите, чтобы я кому-нибудь позвонил? — спросил он, глядя на Джесси так, словно та сбежала из сумасшедшего дома.

Джесси вспомнила, что у нее был телефон. Она сама могла позвонить. Например, тому же Диллону. Кстати, куда он запропастился? И почему до сих пор не позвонил ей?

— Мисс, не могли бы вы отойти в сторону и пропустить людей?

Джесси подчинилась, в глубине души надеясь, что туристы будут достаточно медленно садиться в автобус. Тем временем она достала сотовый телефон и набрала номер Диллона, моля Бога, чтобы он ответил.

К счастью, он снял трубку:

— Джесси?

Услышав его обеспокоенный голос, Джесси облегченно вздохнула. Она сказала себе, что ее поведение было просто смешным.

— Ты где? — спросил Диллон.

— В квартале от бульвара Рейнбоу. Я иду на встречу с Сандрой. А ты где?

— В «Солнце». Я уже освободился. Сейчас я приеду к тебе. Ринго с тобой?

— Он был на шоу, но потом куда-то пропал, — сказала Джесси, с удивлением подумав, что говорила о призраке так, словно это обычный человек.

— С тобой все хорошо? — спросил Диллон.

— Да, извини. Я немного переволновалась, но... теперь все замечательно. — На самом деле Джесси была в панике, но она не хотела, чтобы Диллон понял, как сильно она была напугана. Только еще не хватало, чтобы страх парализовал ее.

— Хорошо, — медленно сказал он. — Как прошло выступление?

— Чудесно и без неприятностей.

— Хорошо. Я уже еду. Ты где?

— В трех кварталах от «Нового Орлеана».

— Дождись меня, — сказал он. — Я скоро буду. Джесси отключила телефон. Последний турист садился и автобус, настало время действовать. Она повернулась и быстро пошла прочь. Она слышала, как водитель завел двигатель, и поняла, что все туристы уже в автобусе и двери закрылись.

Дорога опустела. Нужно было как можно быстрее вернуться на Стрип и оказаться среди людей. Даже если кто-то и преследовал ее, было бы безумием думать, что этот человек все еще находился где-то поблизости.

Джесси подошла к росшим у казино кустам. Вероятно, это заведение тратило немалые деньги на их поддержание и засушливом пустынном климате. Она даже не обратила на них внимания, когда проходила здесь с группой туристов.

Джесси старалась держаться противоположной стороны тротуара, когда шла мимо кустарника. Ей показалось, что она начинает сходить с ума. Но это было не так.

Едва она приблизилась к кустам, как заметила, что ветви зашевелились.

Джесси мысленно выругалась и прибавила шаг. Обернувшись, она увидела, как из-за кустов появились двое мужчин. Она не узнала их. Несмотря на то, что на улице была теплая весенняя погода, оба были с головы до мог одеты во все черное, а их лица скрывали лыжные маски.

Джесси побежала.

Она должна была добраться до Стрипа прежде, чем они догонят ее. Должна. Если ей это удастся, они не посмеют напасть на нее на глазах у людей. Джесси услышала шаги позади себя. Они бежали очень быстро, а на ней были туфельки на каблуке. Бегать в такой обуви оказалось весьма неудобно. Джесси чувствовала, что кто-то преследует ее. Как будто горячий ветер подул ей в спину, звуки шагов становились все громче.

— Помогите! — закричала она. Впереди, там, где заканчивался темный переулок, она видела людей. — Помогите!

И в этот момент она почувствовала, как кто-то схватил ее за руку. Она снова закричала и стала вырываться, но рука в перчатке крепко держала ее.

— Помогите!

Второй мужчина схватил ее, но она не успела даже рассмотреть его потому что первый прижал что-то к ее лицу. Это была тряпка. От нее исходил противный сладковатый запах. У Джесси закружилась голова, она поняла, что тряпку чем-то пропитали.

— Помогите! — На этот раз ее крик звучал слабее. Там, впереди, были люди.

Неужели они не видели ее? Она стала падать...

И в этот момент что-то произошло. Кто-то бросился на державшего ее мужчину и оттолкнул его в сторону.

— Беги, Джесси! — Это был голос Диллона.

Бежать. Она должна бежать.

Но ей с трудом удалось сдвинуться с места. Она попыталась сделать шаг, но не нашла в себе сил. И ночь была такой темной.

Второй мужчина все еще держал ее, а она... Она падала.

Глава 13

Диллон действовал не раздумывая, когда схватил одного из державших Джесси мужчин и отшвырнул его в сторону. Он появился неожиданно и застал противника врасплох, поэтому ему легко удалось повалить нападавшего и прижать его к земле. Он вырубил его ударом кулака в челюсть:

В детстве Диллон был драчливым мальчишкой. Он часто ввязывался в глупые драки, из которых выходил с подбитыми глазами, но в конце концов научился защищать себя.

Ему легко удалось побороть первого нападавшего, однако второй мужчина все еще держал Джесси, которая стала сползать на землю. Он перебросил девушку через плечо с такой легкостью, словно это была подушка.

Куда он хотел утащить ее?

Диллону некогда было раздумывать над этим вопросом. Он оторвался от распростертого на земле мужчины, бросился на второго похитителя и со всей силы ударил его кулаком по шее.

Незнакомец был огромным, как горилла. Более субтильного человека такой удар немедленно сбил бы с ног, но этот гигант сначала пошатнулся, затем стал опускаться на колени, и лишь тогда отпустил Джесси, которая упала между его ног. Она приподнялась, отчаянно заморгала и хотела броситься бежать, но ее руки и ноги отказывались повиноваться мозгу. В безуспешной попытке подняться Джесси резко подняла вверх колено, ее похититель издал пронзительный крик и рухнул на землю, схватившись за пах. Диллон кинулся на него.

— Джесси, беги на улицу! — приказал ей Диллон.

В этот момент их глаза встретились, и Диллон испугался, что Джесси не послушается и останется, чтобы помочь ему.

Но она понимала, что была слишком слаба и не могла драться. Девушка с трудом поднялась на ноги и побрела и сторону улицы, зовя на помощь. Ее голос был слабым, но она могла самостоятельно идти.

Когда Джесси добралась до пешеходной дорожки, люди наконец-то услышали и увидели ее, и кто-то позвонил по 911. Через несколько секунд воздух наполнился воем полицейских сирен. Диллон вернулся к сражению. Первый мужчина поднялся и бросился бежать в противоположную сторону. Но гигант все еще оставался на месте, он со злобой посмотрел на Диллона и помчался по переулку вслед за Джесси.

Диллон побежал за ним, однако мужчина даже не обратил внимания на сидевшую на тротуаре Джесси. Он пролетел мимо нее, расталкивая людей, и скрылся в толпе. Диллон пытался преследовать его, но не смог прорваться сквозь образовавшееся вокруг Джесси кольцо людей. Поняв всю бессмысленность погони, он сдался. Он был вне себя от ярости — теперь нападавший, словно хамелеон, легко сменит окраску, избавится от лыжной маски и смешается с толпой людей на улице.

Диллон подошел к Джесси и положил руки ей на плечи.

— Ты можешь дышать?

— Что он мне дал? — спросила Джесси, глубоко вздохнув.

Она не чувствовала запаха наркотика, которым ее одурманили.

— Я думаю, это был эфир, — сказал ей Диллон и спросил с тревогой: — С тобой все хорошо? Ты не ранена?

Джесси покачала головой:

— Нет, нет... со мной все в порядке. Но могло быть и гораздо хуже... — Ее голос сорвался, и она вздрогнула.

Кто знает, что могло с ней случиться. И что собирались сделать с ней те люди — похитить или убить ее?

Рядом послышался вой полицейской сирены и визг тормозов. Полицейский в форме стал пробираться через толпу.

— Расступитесь. Дайте мне пройти к пострадавшей.

— Я не пострадавшая, — возмутилась Джесси.

— Нет, ты пострадавшая, — возразил Диллон.

Полицейский сказал что-то по рации и приказал прислать машину скорой помощи для Джесси.

— Мне не нужна скорая помощь, — запротестовала Джесси. Опираясь о плечо Диллона, она поднялась и повторила: — Мне не нужна скорая помощь.

— Джесси, ты могла получить травмы, — сказал ей Диллон.

Она возмущенно сощурила глаза.

— Я не ранена! — И повернулась к полицейским: — Спасибо. Вы приехали как раз вовремя. Но я — взрослая женщина, нахожусь в здравом уме и твердой памяти, и мне не нужна медицинская помощь.

— У тебя все колено в крови, — заметил Диллон.

— В сумочке у меня есть пластырь, — бросила она.

— Извините, но мы должны выяснить, что здесь случилось, — сказал один из полицейских. Он повернулся к людям, которые еще ближе подошли к Джесси: — Отойдите назад. Расходитесь, если только вы не были свидетелями случившегося.

Молодой человек вышел вперед:

— Мы с Лизой услышали крики и позвонили в 911.

— Вы видели что-нибудь? — спросил полицейский.

— Кто-нибудь должен был что-то заметить. Один из нападавших бросился через толпу, — сказал Диллон.

Примерно с дюжину человек одновременно обратились к полицейскому.

— Прошу вас по очереди, — вежливо попросил полицейский. — Куда он побежал?

Девушка указала в сторону улицы:

— Туда.

Слово «туда» означало шоссе в шесть полос.

— Офицер, когда я шла по улице, у меня было такое ощущение, словно кто-то следит за мной, — стала объяснять Джесси.

Полицейский удивленно приподнял брови.

— На Стрипе? — спросил он.

— Да.

— И поэтому вы свернули в переулок?

Джесси покраснела. Диллон с удивлением посмотрел на нее — его мучил тот же самый вопрос, что и полицейского.

— Я шла за группой туристов.

— Что? — спросил офицер.

— Впереди меня двигалась группа из двадцати пяти или около того туристов. Я решила затеряться среди них. Но меня не пустили в туристический автобус, и я подумала, что тот, кто следил за мной, давно уже потерял меня из виду. Тогда я попыталась вернуться на улицу. А затем они... они выскочили из-за кустов и бросились на меня, Они были одеты во все черное, а их лица скрывали лыжные маски.

— Вы опознали их? — спросил полицейский.

— На бедняжку только что напали, а вы мучаете ее своими расспросами, — возмутилась пожилая женщина.

— Мы пытаемся поймать преступников, — объяснил полицейский, — а значит, должны получить как можно больше информации. — Затем он посмотрел на Диллона: — А что насчет вас?

— Я поговорил с мисс Спархоук по телефону и шел к ней навстречу. Я почти уверен, что ее пытались похитить. Они хотели усыпить ее, — объяснил Диллон.

Толпа на улице продолжала расти. Несмотря на возмущение Джесси, «скорая помощь» все-таки приехала. А вместе с ней — еще один наряд полиции.

— Я прошу тебя, пойдем к машине скорой помощи, — прошептал Диллон на ухо Джесси. — Как только мы уйдем отсюда, толпа рассосется, и полицейские смогут спокойно обследовать место преступления.

Джесси пристально посмотрела на него и нехотя согласилась.

Неожиданно зазвонил ее телефон, Диллон взял трубку из рук Джесси и ответил. Звонила Сандра. У нее тут же началась истерика, когда Диллон объяснил ей, что случилось и куда они направляются. Диллон сказал, что они встретятся у больницы, и отключил трубку.

В машине скорой помощи Джесси легла на носилки. Пока врач задавал ей вопросы и обследовал ее, Джесси не переставала жаловаться на то, как это смешно — ехать в больницу из-за расцарапанного колена.

Но как бы там ни было, Диллон считал, что он поступил правильно. Пока они ехали по городу с включенной сиреной, он позвонил Джерри Чиверу. Сначала включилась голосовая почта, но, вероятно, Чивер сразу же прослушал сообщение, потому что перезвонил в тот момент, когда «скорая» подъезжала к больнице. Диллон кратко ввел его в курс событий.

— Я занимаюсь расследованием убийств, — напомнил ему Чивер. — А это было нападение, Вульф.

— Ты прекрасно знаешь, что все это чушь. Они охотились не за ее сумочкой, им нужна была ее жизнь.

— Хорошо. Я выезжаю, — согласился Чивер.

Сандра прибыла в больницу в тот момент, когда Джесси находилась у врача. Слезы катились по ее щекам, и Диллон попытался успокоить ее, сказав, что она ни в чем не виновата. Она перестала плакать, лишь когда появился врач и сказал, что Джесси не получила никаких серьезных повреждений и может ехать домой. Вскоре вышла и сама Джесси. Сандра обняла ее и снова принялась извиняться.

— Прекрати, Сандра. Ты ни в чем не виновата, а если не перестанешь, то я попрошу, чтобы тебе дали успокоительное, — уверенно сказала Джесси.

Они уже направлялись к выходу, когда по телевизору в приемной сообщили о нападении на Джесси. Репортаж с места событий записать не успели — все произошло слишком быстро.

На экране возникла фотография Джесси, которая была взята из рекламной фотосессии для ее пиратского шоу. Диллон невольно подумал о том, как великолепно она выглядела. Репортер сказал, что состояние Джесси пока остается невыясненным, и добавил, что в последнее время мисс Спархоук преследовали неприятности, а также напомнил зрителям о том, что она стала невольным свидетелем смерти Таннера Грина.

Джерри Чивер ворвался в приемное отделение, когда они уже собирались уйти. Он посмотрел на Джесси с искренним сочувствием и спросил, все ли у нее в порядке.

— Ерунда, всего лишь расцарапала колено, — сказала Джесси.

Чивер уставился на Диллона:

— Я не совсем уверен...

— Все очень серьезно, Чивер. Ее преследовали, а затем в переулке на нее напали. Но при этом не ограбили, просто набросились на нее и, судя по всему, пытались усыпить. Им было что-то нужно от нее или они просто хотели ее...

— Убить, — решительно добавила Джесси.

— О господи, — простонала Сандра.

— Проедемте в полицейский участок, — предложил Чивер.

— Есть идея получше. Поехали ко мне домой, — сказал Диллон. — Так будет легче для Джесси, не время тащить ее в полицейский участок.

— Садитесь в машину, — со вздохом согласился Чивер. — Так мы и поступим.

Подъезжая к дому Диллона, они услышали лай Клэнси. Она была большой, лохматой и дружелюбной собакой, но при этом не забывала о своих обязанностях сторожа. Когда Диллон открыл дверь и обратился к ней, Клэнси завиляла хвостом. Присутствие хозяина, а также его спокойный голос и манера держать себя убедили ее, что все было хорошо.

— Я могу приготовить кофе, если хотите, — предложила Сандра. — А вы пока поговорите.

— Спасибо. Очень мило с вашей стороны, — сказал Диллон.

В тот момент, когда Джесси, Диллон и Чивер расположились в гостиной, у полицейского зазвонил телефон. Он быстро переговорил с кем-то, а затем сказал:

— Звонил криминалист. Они обнаружили два образца крови, один из них, возможно, принадлежит кому-то из нападавших. Если его ДНК есть в нашей картотеке, то мы сможем установить его личность. В противном случае у нас будет очередной тупиковый след.

Диллон кивнул:

— Дело в том, Чивер, что это нападение было запланировано. Я думаю, убийцы Таннера Грина могли заподозрить, что перед смертью он сказал что-то Джесси, и эта информация была достаточно важной, чтобы... заставить ее замолчать. Я разговаривал с Руди Йорбой, а теперь Руди мертв. Тебе необходимо получить ордер на обыск двух лимузинов. Мы должны найти убийцу прежде, чем погибнет кто-нибудь еще.

Чивер с хмурым видом посмотрел на Джесси:

— Если все эти события связаны, тогда Вульф прав, и вам грозит опасность. И вот еще... я видел пленку. Я знаю, что Таннер Грин сказал вам что-то, и я тоже хотел бы это узнать. Не могли бы вы просветить меня на этот счет?

Джесси взглянула на Диллона, и он пожал плечами.

— Индиго, — сказала Джесси.

— Индиго? — повторил Чивер, в его голосе слышалось удивление и разочарование.

— Да, Индиго, — повторила она.

Чивер посмотрел на нее с недоумением:

— Это название цвета?

— Сначала я забыла об этом, тем более что в тот день произошло столько событий. Затем вспомнила, но решила, что это слово ничего не значило. А потом... я узнала, что так называется один город.

— Город? — спросил Чивер, глядя на Диллона.

— Даже удивительно, что ты никогда не слышал о нем. Это, можно сказать, историческое место, с которым связано немало легенд. Когда-то там произошла крупная перестрелка, а вскоре все жители покинули город. Он стоит на земле индейцев и теперь пребывает в совершенном запустении. Несколько лет назад его арендовали кинопродюсеры, сняли там несколько сцен и уехали. Слишком уж странным показался им этот город, — объяснил Диллон.

— А вы уверены, что он имел в виду город? — спросил Чивер, он был окончательно сбит с толку.

— Я ни в чем не уверена, — призналась Джесси.

— К сожалению, и я тоже, — добавил Диллон.

— Кофе, — объявила Сандра от двери.

В руках она несла поднос с четырьмя дымящимися чашками кофе, сахаром и всем необходимым.

Они разобрали чашки, а затем снова продолжили разговор. Сандра уселась с краю, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания.

— Знать бы, что все это означает, — сказал Чивер и взглянул на Диллона. — Зачем кому-то совершать убийство из-за города-призрака?

— Я не знаю, — ответил Диллон.

Разумеется, он не собирался рассказывать Чиверу, что призраки, включая того, кто был связан с Индиго, существовали на самом деле. Или о том, что они с Джесси были потомками людей, которые жили и, возможно, умерли в Индиго. Поскольку смысл всего этого по-прежнему оставался для него тайной.

Чивер вздохнул:

— Ладно, а теперь сосредоточьтесь. Возможно, вам удастся вспомнить какие-нибудь приметы нападавших? Нечто такое, что поможет нам найти их?

— Зеленые, — проговорила Джесси.

Чивер в недоумении посмотрел на нее:

— Сначала индиго, теперь зеленый? Мне нужно что-нибудь еще помимо цвета.

— У высокого мужчины были зеленые глаза, — пояснила Джесси.

Диллон посмотрел на нее с удивлением и чувством гордости. Он не запомнил, какого цвета были глаза у тех людей. Он старался как можно скорее оттащить их от Джесси и думал лишь о том, как побороть нападавших. У него просто не было времени разглядывать их.

— Что касается другого... даже не знаю...

— За всем этим наверняка кто-то стоит, и я не думаю, что этот человек — такая уж грозная личность, хоть он и пытается убедить нас в обратном. Он уже второй раз использует наркотики. Грина накачали ЛСД, Джесси пытались усыпить. Он нанял этих громил, но решил упростить дело и пустить в ход снотворное. Он боится встретить сопротивление, — сказал Диллон.

— Отлично. Значит, мы должны искать богатого человека, у которого проблемы с наркотиками. Это сужает круг подозреваемых, — с сарказмом заметил Чивер.

— Нужно обыскать те два лимузина, — ответил Диллон. — И как можно скорее.

— А что я должен найти в одном из этих лимузинов? Даже если Таннер Грин и был в нем, все следы его пребывания давно уже уничтожены, — сказал Чивер.

— Людям свойственно терять свои вещи, — напомнил ему Диллон.

Чивер смерил его пристальным взглядом.

— Ты ведь был как минимум в одном из этих лимузинов, не так ли?

Диллон начал отвечать, но Чивер поднял руку и перебил его.

— Не надо объясняться. Если ты совершил что-то незаконное, то я не хочу об этом знать. Какой лимузин мы должны распотрошить в первую очередь? И что ты, как человек посвященный, посоветуешь искать там?

— Пуговицу от рубашки, — сказал Диллон. — Ты же знаешь, они так легко отрываются.

Чивер встал и поставил чашку с кофе.

— Спасибо, — сказал он Сандре и пожалей руку. — Нас так и не представили друг другу, я — Джерри Чивер.

— Ой, простите. Сандра Нельсон. Рада с вами познакомиться, — сказала она.

— Я пришлю машину, чтобы они проследили за Джесси, — сказал Чивер, поворачиваясь к Диллону.

— Она останется у меня, — ответил Диллон.

— Ладно. Ну, тогда я попрошу, чтобы машину прислали к твоему дому...

— В этом нет необходимости. Они не посмеют явиться сюда, а даже если и придут, мой дом достаточно хорошо защищен.

— Ну конечно, — недовольно проворчал Чивер. — И все равно, если услышите что-то подозрительное, звоните.

Сандра встала.

— Я тоже пойду. Меня ждет дочь-подросток — объяснила она Диллону.

— Мы проводим вас домой, — предложил Диллон.

— Я сам позабочусь об этом, — сказал Чивер. — Если вы не возражаете.

— Конечно, — ответила Сандра. Она взглянула на Джесси, затем подошла к ней и взяла за руку. — Ты уверена, что с тобой все в порядке? Ты же знаешь, я бы осталась с тобой, но Рэджи сейчас совсем одна.

— Поезжай. У меня все будет хорошо. Спасибо.

Диллон и Джесси проводили Чивера и Сандру до дверей, где Сандра остановилась, обняла Джесси и снова вопросительно на нее посмотрела.

— Сандра! — засмеялась Джесси. — У меня все замечательно. Увидимся завтра.

Сандра и Чивер наконец ушли, а Джесси с Диллоном обернулись и выжидающе посмотрели друг на друга. Но прежде, чем они успели произнести хотя бы слово, они услышали звон шпор.

Ринго появился в коридоре, ведущем к кабинету и к спальням.

— Где ты был? — спросили они одновременно.

— Извините, что задержался, но я следил за этим Грином, пока не услышал, что случилось с Джесси, — с виноватым видом ответил Ринго. Он встал подбоченясь и некоторое время смотрел на Джесси и Диллона, а затем покачал головой, выражая, таким образом, презрение к самому себе. — Я думал, будет полезно выяснить, чем он занимается в то время, когда не следит за Джесси. А ты... — Он посмотрел на Диллона. — Ты не говорил, что я должен повсюду как хвостик ходить за ней.

Диллон стиснул зубы, он злился на самого себя. Диллон прекрасно знал, что Джесси грозила опасность и все равно оставил ее одну.

Такого больше никогда не должно повториться. Джесси посмотрела на Ринго:

— И куда ходил Таннер Грин?

— Вот здесь начинается самое странное, — сказал Ринго.

Он подошел к дивану и устроился на нем поудобнее, откинувшись на спинку и положив одну ногу на другую. Некоторое время он рассматривал свои сапоги, а затем сказал:

— Он пошел в казино и остановился у стола для игры в кости.

— И что он делал рядом с игорным столом? — поинтересовался Диллон.

— Некоторое время смотрел на него. Но даже не попытался дотронуться до чего-нибудь. Просто стоял и смотрел на него с грустным видом.

— И все? Больше ничего не делал? — спросила Джесси.

Ринго покачал головой:

— Затем он пошел к лифту в пентхаус. Но не смог его вызвать. Наконец кто-то из людей Лэндона спустился вниз, и он вошел в кабину. Однако, чтобы подняться наверх, ему нужна была специальная карточка.

— Подожди, — сказала Джесси. — Но разве Таннер Грин... не мог материализоваться прямо в пентхаусе Лэндона?

Ринго пожал плечами:

— Грин еще новичок. Он не привык к жизни призрака. Сейчас он уже понимает, что умер, но все еще не хочет смириться с этим и очень переживает. Я не знаю, какие из своих способностей он уже обнаружил. Я помню, как несколько лет бродил по Индиго, прежде чем научился путешествовать.

— И что? — с нетерпением перебил его Диллон. — Что случилось потом?

— Он постоял немного в лифте. Я думаю, он видит меня, но не испытывает ко мне доверия. Я еще последил за ним некоторое время, а затем вернулся сюда. Включил телевизор и узнал о случившемся. Потом я услышал, как вы подъезжаете. Я выключил телевизор и слушал, пока вы разговаривали с полицейским. Джесси, прости, что меня не было рядом, когда тебе была так нужна моя помощь.

— Ты должен был нажать кнопку лифта и подняться с ним в пентхаус Лэндона, — сказал Диллон.

— Я же сказал, что для этого нужна была специальная магнитная карточка, а у меня ее не было. Сам я мог попасть туда, используя свои способности, но Таннеру это бы не помогло. К тому же он не хотел общаться со мной и я не мог объяснить ему, как подняться наверх.

— Ну конечно, извини, — сказал Диллон.

— Если Лэндон и замышляет что-то, то он ведет себя очень осторожно. Когда я был у него, он решал какие-то деловые вопросы, — сказал Ринго. — Возможно, я никудышный шпион, но очень хороший призрак. — Он посмотрел на Джесси. — И я тебе это докажу. Я больше не оставлю тебя одну до тех пор, пока эта заварушка не кончится.

— Хорошо, Ринго, — сказал Диллон. — Но я сам собираюсь позаботиться о Джесси.

— Но ты не можешь оставаться с ней все время, — заметил Ринго, затем посмотрел на них и рассмеялся. — Ладно, не будем об этом. Я не стану вламываться к вам в спальню или в душ. Но в других местах я всегда буду рядом. И больше не подведу вас.

— Возможно, Грин был в пентхаусе незадолго до смерти? Выпил вместе с боссом, а затем уехал, — предположил Диллон.

— Все может быть, но нам нужно больше определенности! — решительно сказала Джесси и посмотрела на Диллона. — Мне нужно переодеться и немного перекусить.

Она улыбнулась так, словно ничего не случилось, и она не была на волосок от гибели всего несколько часов назад.

Вдруг Джесси замолчала, посмотрела в другой конец комнаты и тихо проговорила:

— Диллон, смотри.

Он обернулся. В кресле с изогнутой спинкой сидел Таннер Грин. Он то исчезал, то снова появлялся.

— Послушайте, мистер Грин. Я прошу вас, не исчезайте, — попросила его Джесси.

Диллон старался говорить тихо и спокойно:

— Таннер, мы пытаемся помочь вам. Мы все, кто находится сейчас в этой комнате, хотим вам помочь.

Но, несмотря на все их просьбы, Таннер все-таки исчез. Джесси и Диллон стояли и молча смотрели на кресло. Время шло, но Таннер так и не появился.

— Почему он не остался? — пробормотал Диллон.

— Он пытается, — сказал Ринго. — Но это не так просто, как вы думаете.

Неожиданно Клэнси гавкнула. Диллон нахмурил брови и прислушался. Наконец он понял, что встревожило собаку — какой-то автомобиль подъехал к дому и остановился перед входом.

Сандра села в полицейскую машину и попыталась успокоиться, но никак не могла избавиться от чувства, что она подвела Джесси.

— Все в порядке, мисс Нельсон, — сказал Чивер, когда Сандра рассказала ему о мучившем ее чувстве вины. — Кто мог предвидеть, что случится нечто подобное?

— Я не должна была бросать ее, — сказала Сандра.

— Да что вы такое говорите! Даже если бы вы были вместе, что бы могли сделать две женщины против здоровых головорезов?

— Какой ужас! Бедная Джесси. Сначала тот мужчина упал на нее и умер. А теперь ей самой грозит опасность, — сказала Сандра.

— Перестаньте так переживать, иначе вам самой станет плохо. С Джесси остался Диллон, а он способен ее защитить. Лучше скажите мне, где вы живете, чтобы я мог отвезти вас домой?

Сандра посмотрела на полицейского. Сначала он показался ей очень грубым человеком, но теперь был просто сама любезность.

— Я живу в Хендерсоне. Вам нужно выехать на шоссе, а там я покажу, куда двигаться дальше, — сказала Сандра. — И спасибо вам. Моя дочка уже достаточно взрослая, но я все равно не люблю, когда она остается одна в столь позднее время. — Сандра вздохнула. — Никогда не знаешь, что может произойти.

— Судя по всему, вы — хорошая мать, — похвалил ее Чивер.

— Она для меня все, — сказала Сандра. — А как у вас складывается жизнь? Наверное, у вас очень опасная работа?

Чивер пожал плечами, и на его губах появилась легкая улыбка.

— Я бы так не сказал. Сейчас опаснее всего заниматься наркотиками. Эти наркобароны и наркоманы — жуткие ребята. Я же расследую убийства. К тому времени, когда эти люди попадают ко мне, они кажутся не такими уж и страшными.

— Я с вами не согласна, — предостерегла его Сандра. — Да, жертвы убийств мертвы, но их убийцы остаются на свободе, и они по-прежнему опасны. Возьмем, к примеру, последнее дело. Люди, убившие Таннера Грина, продолжают охотиться на Джесси.

Чивер пристально посмотрел на Сандру:

— Вы ведь тоже актриса, мисс Нельсон?

— Прощу вас, зовите меня Сандрой. Я была когда-то актрисой, но теперь я — писатель. Хотя в какой-то степени я по-прежнему развлекаю людей. — Она указала на дорожный знак: — Вот здесь нужно свернуть.

— Так вы... все еще замужем? — спросил Чивер.

— Нет. А вы женаты?

Чивер покачал головой:

— Хотите верьте, хотите — нет, но не так-то просто выкроить время для свиданий, если ты работаешь в отделе по расследованию убийств.

— Я уверена, что хорошая женщина вполне смогла бы поладить с вами, детектив, — сказала Сандра. — Вот и мой дом, там, справа.

Чивер остановил машину у дома, на который она указала. Он был небольшим, уютным и напоминал своей архитектурой ранчо.

— Я подожду, пока вы войдете в дом, — сказал он.

Сандра улыбнулась:

— Спасибо.

Она вышла из машины, ей было приятно думать о том, что Чивер останется здесь до тех пор, пока она не закроет за собой входную дверь.

— Рэджи? — спросила она, открывая дверь.

— Мам, я здесь, за компьютером! — крикнула Рэджи.

Сандра поблагодарила Чивера за то, что он подвез ее, заперла за собой дверь и прислонилась к ней, Она все еще переживала за Джесси. Но, по крайней мере, теперь у Джесси был Диллон. Мир Сандры был сосредоточен вокруг Рэджи. Ее дочь была в безопасности, и жизнь казалась ей чудесной.

Тимоти лежал на постели и смотрел на потолок. День выдался просто замечательный. Ему нравилось общество миссис Тиздейл. Она еще не до конца оправилась после удара, но сохранила ясность ума, и рядом с ней он снова чувствовал себя молодым. Когда Джесси будет свободна, не на этой неделе, но в скором времени, они планировали съездить в резервацию.

Ему было очень хорошо. Обычно все, даже Джесси, не воспринимали всерьез его слова, когда он говорил о людях на стенах.

Но сегодня...

Сегодня проведать его приходил Диллон Вульф. И он был так похож на человека, чей образ показывали ему призраки.

На потолке появился Билли Тайгер. Сначала Тимоти видел лишь его очертания на штукатурке, но затем они начали принимать более отчетливую форму, как будто на потолок направили луч кинопроектора.

Билли Тайгер был видным мужчиной, в головном уборе из перьев и в традиционной яркой одежде семинолов. У него были миндалевидные глаза и темно-коричневая кожа.

— Брат Ястреб, — мрачно сказал он Тимоти.

— Тайгер, — ответил Тимоти.

— Наступает момент, когда прошлое должно столкнуться с будущим, — сказал Тайгер. — Они собираются. Я не знал этих людей, которые пришли со злыми намерениями. Они были одержимы алчностью и не осознавали, какую угрозу несут остальным людям.

Голос Тайгера стих, и на потолке появилось изображение. Тимоти увидел пыльную дорогу и старый город-призрак. Перед ним возникли здания почти такого же цвета, как и песок. Тимоти словно сам очутился в этом городе, на его улице. Он шел по деревянной мостовой к слегка покачивающимся на ветру дверям салуна. Он толкнул их и вошел внутрь. Какой-то человек играл на пианино, Тимоти сел около него и вдруг понял, что это уже не музыкант, а он, Тимоти, играет на пианино. Тимоти чувствовал, как его пальцы касаются клавиш. Рядом, прислонившись к пианино, стояла женщина. Она была все еще хороша собой, но выглядела потрепанной и усталой. Женщина запела, но в ее исполнении не было души. В прежние времена, когда она была совсем юной и полной надежд, у нее было красивое сопрано. Когда она улыбалась, ее улыбка, как солнце, освещала все вокруг. Но она устала, как, впрочем, и он. Слишком много времени провели они оба в Индиго.

Тимоти повернулся и увидел бармена, вытиравшего тряпкой барную стойку, рядом несколько посетителей глушили виски.

Он осмотрелся и увидел игроков в покер. Джон Вульф, преисполненный тихой уверенности в себе, производил впечатление лидера. Однако он не был вождем племени. На самом деле Вульф был всего лишь полукровкой, которого не хотели принимать ни в одном, ни в другом мире, но это придавало ему сил, ведь ему приходилось самостоятельно прокладывать себе дорогу в жизни. Если и существовал человек, способный спасти Индиго, то это был Джон Вульф.

Тимоти знал это, потому что сейчас смотрел на все происходящее глазами пианиста. Ему было известно, что у пианиста была жена из племени лакота и трое детей, их старший сын женился на белой девушке, которая не захотела оставаться в Индиго. Они ушли и вдвоем построили ферму на клочке земли около реки. Их дом находился рядом с большим городом Уайт-Рок, там же неподалеку располагалась и резервация. Им удавалось поддерживать связь с обоими мирами, они не обращали внимания на пренебрежение, с которым окружающие относились к ним, и, несмотря ни на что, любили друг друга. Тимоти подумал, что эта любовь питала их надежды. Джон Вульф, только что вернувшийся из административного центра, также был полон надежд. Там что-то произошло. Вульф ничего не говорил, но было ясно, что он узнал новость, подарившую ему уверенность, которую он теперь излучал. Вульф ждал Варни и еще одного человека, Мэрайю. Он сказал, что должен сообщить ей нечто важное, о чем больше никому не хотел говорить. Судя по всему, это имело отношение к тому делу, из-за которого он ездил в столицу. А пока он ждал, держа наготове оружие. Вульф был миролюбивым человеком, но стрелял хорошо.

Вместе с ним за столом сидели и другие игроки. Шериф Грант Перси изображал храбреца, но был до смерти запуган человеком, чья зловещая тень нависала над городом. Индиго правил Фрэнк Варни. Действуя с помощью взяток и угроз, он сколотил банду из людей, которые полностью подчинялись ему. Варни создал свою империю, в основе которой лежал рабский труд и даже смерть многих людей. Но если деньги помогли ему подняться, то они же должны были стать причиной его падения.

И он прекрасно знал об этом.

Рядом с шерифом сидел местный дурачок.

Марк Дэйвисон был шутом. Едва он пришел в город, как тут же вступил в банду Варни и теперь расхаживал с важным видом, показывая всем, какой он смельчак, хотя на деле трудно было сыскать более трусливого человека.

Последним игроком был Ринго Мерфи, беспечный и слишком молодой, чтобы понять, что в сражении с силами зла и алчности недостаточно уверенности в себе и в своем бессмертии. Он участвовал в войне. На его глазах все, что он любил, превратилось в прах. Он думал, что носит пуленепробиваемый плащ, но это было не так.

Внезапно двери в салун распахнулись. В дверном проеме появился человек, его силуэт вырисовывался на фоне заходящего солнца. Эта темная фигура была настоящим воплощением зла.

Варни явился раньше Мэрайи. Что-то пошло не так. Расчеты Вульфа не оправдались. И все изменилось.

— Уходи отсюда, — сказал Тимоти Милли. Во сне он был пианистом и обращался к певице.

А затем он встал из-за пианино и ушел в глубь комнаты. Сразу после этого картинка начала меркнуть, и Тимоти понял, что снова вернулся в свое тело. Круги на потолке стали всего лишь неясными разводами на штукатурке. Даже Билли Тайгер — единственный человек, который мог рассказать ему всю правду, — исчез.

— Тайгер, где же ты, брат мой? — спросил Тимоти.

Ему показалось, что он слышит тихий шепот.

— Я стараюсь увидеть все, брат мой, — сказал ему Тайгер. — Времена меняются, годы идут, и то, что случилось однажды, должно повториться. Будущее скрыто от меня, но я все равно пытаюсь отыскать правду.

Голос Тайгера стих, и только тикали часы на прикроватной тумбочке.

Но осталось чувство уверенности. Тимоти знал, что он должен продолжать поиски правды. С помощью Билли Тайгера или без него, но он должен был все выяснить.

Он знал, что они собираются.

И кровавая бойня может повториться...

Глава 14

Внезапно Клэнси вскочила, подбежала к двери и забилась громким лаем. Джесси пристально посмотрела на Диллона. Она была встревожена.

Но Диллон лишь улыбнулся ей.

— Как раз вовремя, — сказал он Джесси. — Тихо, девочка, все хорошо, — добавил он, обращаясь к собаке, и направился к двери.

— Все в порядке? — спросила Джесси, вставая. — Почему ты решил?..

— Потому что это Адам Харрисон, — сказал Диллон.

Джесси с удивлением посмотрела на него, ее брови поползли вверх. Диллон не говорил ей о том, что Адам Харрисон должен был приехать к ним, но она не могла винить его за это, ведь у него просто не было времени обо всем ей рассказать.

— Адам? Отлично, — сказал Ринго.

Джесси посмотрела на Ринго:

— Ты тоже знаешь Адама?

— Да и нет, — уклончиво ответил Ринго. Он вздохнул и поднялся. — Адам, в отличие от Диллона, не умеет общаться с призраками. Иногда он видит некоторых призраков, но только не меня, хотя и слышит звон моих шпор. Мы общаемся с ним через Диллона.

Диллон открыл дверь, и Джесси увидела, что Клэнси зaвиляла хвостом.

— Ты верен себе, Адам, — сказал Диллон. — Все рейсы могут задержаться, но ты все равно приедешь вовремя. Рад видеть тебя и всех остальных.

Всех остальных? Джесси посмотрела на дверь и увидела, как в дом вошли трое.

Впереди шел, скорее всего, Адам Харрисон. Он был примерно того же возраста, что и Тимоти, со снежно-белыми волосами и красивыми светлыми глазами. У него, как и у Тимоти, было вытянутое лицо и горделивая осанка. Он был высоким мужчиной, хотя и немного ниже ростом, чем Диллон.

Его сопровождала очень красивая молодая женщина, гибкая и стройная, с длинными золотистыми волосами и сияющими бирюзовыми глазами.

Джесси удивилась, когда Диллон подошел к этой женщине и крепко ее обнял.

Внутри у Джесси все сжалось от неожиданно накатившего приступа ревности, но она сразу же пожалела об этом. Разумеется, у Диллона были друзья, и среди них женщины.

Она упрекнула себя за такие глупые мысли, тем более что вслед за женщиной в дом вошел мужчина, который предупредил:

— Диллон, будь осторожнее, не сломай моей жене что-нибудь.

Диллон улыбнулся и, ни капли не смутившись, поприветствовал высокого мужчину такими же крепкими объятиями.

— Проходите, проходите. — Диллон повернулся к Джесси и улыбнулся. Эта улыбка согрела ее и придала уверенности в том, что она играла достаточно важную роль в его жизни, раз он решил немедленно представить ее своим гостям. — Джесси Спархоук, это Никки и Брент Блэкхоук и, разумеется, Адам Харрисон, — сказал Диллон. — Брент, Никки, Адам, познакомьтесь с Джесси.

Адам первым пожал ей руку.

— Разумеется? — сказал он, поддразнивая Диллона. — Все знают меня, потому что я такой старый?

— Никакой ты не старый, просто очень известный, — сказала ему Никки, взяв Джесси за руку. — Рада познакомиться с вами. Надеюсь, вы простите нас за вторжение. После того как Диллон позвонил Адаму, он связался с нами.

Следующим к Джесси подошел муж Никки. У него были длинные черные волосы и светлые глаза, которые указывали на то, что среди его предков были не только индейцы, но и белые.

— Джесси, — сказал он, пожимая ей руку и рассматривая ее. — Спархоук? С таким-то цветом волос?

— Среди моих предков были лакота сиу, — сказала она. — Вам стоит познакомиться с моим дедушкой Тимоти. Он наполовину коренной американец.

— Брент тоже лакота сиу, — сказал Диллон.

— Похоже, мы с вами теперь одни против целого племени, — сказала Никки Адаму, но ее улыбка говорила о том, что она шутит.

Джесси рассмеялась вместе со всеми и поняла, что вполне комфортно чувствует себя в обществе людей, с которыми познакомилась всего несколько минут назад.

Клэнси залаяла, привлекая к себе внимание, и Брент нагнулся, чтобы погладить ее.

— Клэнси, старушка. В чем дело? Я слышал, что вам нужна помощь, но мне кажется, что в доме у вас совершенно спокойно.

Клэнси радостно гавкнула и пошла к Никки, чтобы та приласкала ее.

— Ринго, можешь выходить, — сказал через плечо Брент.

Ринго появился в холле. Он проигнорировал Брента и направился прямо к Никки, которую наградил призрачным поцелуем в щечку.

— Привет, красотка, — сказал он ей.

— Ринго, держи себя в руках, — предупредил его Диллон.

— Все в порядке, — улыбнулась Никки. — Привет, ковбой, как дела?

— Я никогда не был ковбоем, — возмутился Ринго. — Ты же знаешь, что я был снайпером и заслуженным героем войны.

— Как же мне неудобно, — сказал Адам и повернулся к Джесси: — Вы тоже видите Ринго?

Она кивнула.

— А вы можете передать мне, что он сейчас сказал? — спросил Адам.

— Он просто хочет, чтобы мы знали, что он был снайпером и героем Гражданской войны, а не ковбоем.

Джесси с любопытством взглянула на Адама. Он смотрел прямо на Ринго, но ей показалось, что он поступает так потому, что в ту сторону смотрели все остальные.

— А вы их... не видите? Поэтому вам так неудобно? — тихо спросила она, подумав, что возможность видеть призраков вовсе не была каким-то особенным талантом:? Это всего лишь... феномен, который может однажды проявиться у тебя. Его нельзя купить или украсть, и он не возникнет по твоему желанию.

Адам безмятежно улыбнулся:

— Я научился видеть Джоша — моего сына, потому что желал этого всем сердцем. Но когда я не могу помочь остальным только потому, что не вижу их, мне бывает ужасно неудобно.

— Все в порядке. Вы же всегда знаете, где найти нас, с нежностью сказала Никки.

— Значит, она тоже идущая в ночи? — спросил у Диллона Брент, кивая в сторону Джесси.

— Да, но лишь с недавних пор. Похоже, эти способности появились у нее после смерти Таннера Грина, — объяснил Диллон.

Она была идущей в ночи. Эти слова ужасали ее и все же наполняли странным чувством гордости и причастности к чему-то особенному.

— Ребята, вы должны ввести нас в курс событий, — сказала Никки, а затем внимательно посмотрела на Диллона и Джесси. — У вас такой вид, словно вы недавно с кем-то подрались.

— На Джесси напали сегодня вечером, — сказал Диллон.

Все с тревогой посмотрели на Джесси.

— Со мной все хорошо, — быстро успокоила она собравшихся.

— Расскажите нам об этом, — попросил Адам, усаживаясь в гостиной.

Когда все устроились поудобнее, Ринго тихо сказал:

— Это все я виноват.

— Неправда, — возразила Джесси.

— Что неправда? — спросил Адам, и Диллон пересказал ему слова Ринго.

Затем Джесси и Диллон поведали о случившемся.

— Двое мужчин, запланированное нападение, лыжные маски... Похоже, кто-то сильно напуган, — прокомментировал Адам. Он посмотрел на Диллона: — Полиция, как я понимаю, взяла на вооружение самую очевидную версию случившегося?

Диллон кивнул.

— И я признателен, что вы согласились помочь нам провести расследование... с менее очевидной точки зрения. Я должен кое-что предпринять, но теперь мы знаем, что Джесси грозит опасность, и я хотел бы, чтобы рядом с ней всегда кто-нибудь находился.

— Как у вас обстоят дела с работой? — спросила Никки.

— У меня два дня выходных, — ответила Джесси.

— Отлично, — сказал Брент. — Нам будет удобнее, если вы на время ограничите свои передвижения и встречи с другими людьми.

Диллон посмотрел на Адама и сказал:

— Во всей этой истории каким-то образом замешан Эмил Лэндон. Я в этом уверен. — Диллон рассказал о том, как Таннер Грин умер на столе для игры в кости, затем перечислил людей, которые были так или иначе причастны к случившемуся. — Я постарался как можно быстрее опросить все сотрудников казино, работавших той ночью. Человеку по имени Руди Йорба показалось, что он видел, как Таннер Грин выходил из белого лимузина последней модели, но его сбили на дороге прежде, чем мне удалось еще раз поговорить с ним. Я уверен, его убили, потому что кто-то догадался о его разговоре со мной, и этот человек испугался, что Руди сболтнет лишнее. Мне удалось выяснить, что существует два лимузина, которые соответствуют описаниям, один из них принадлежит казино «Солнце», другой — «Новому Орлеану». Как ни странно, оба они оказались в одном гараже.

— И ты проник в тот гараж, не так ли? — спросил Брент.

Диллон кивнул.

— В лимузине, принадлежащем «Новому Орлеану» — казино Лэндона, — я обнаружил пуговицу и думаю, что это была пуговица от рубашки Грина. Я оставил ее на том же месте, где и нашел, и сообщил об этом Чиверу, так что ее могут снова отыскать в любой момент. Пока я сидел в лимузине, в гараже появился Хьюго Блит — еще один телохранитель Лэндона, и мне пришлось уйти.

— Он видел тебя? — спросил Брент.

— Да, но, думаю, он не узнал меня. Он мчался за мной, как огромный бык, но оказался слишком неповоротливым, — ответил Диллон. — Работа была сделана чисто. А потом мы узнали про Индиго.

— Индиго, — повторил Брент. — Мы ездили туда три года назад. — Он покачал головой. — Это город-призрак. По правде говоря, этот город был призраком с самого момента своего основания. Он находился слишком далеко от воды, на большом расстоянии от всех крупных населенных пунктов. Там жили золотоискатели, они работали на землях, которые присвоил себе мерзкий тип по имени Фрэнк Варни. Он погиб в перестрелке, где полегло еще несколько местных, а вскоре после этого город опустел. Думаешь, в Индиго произошло нечто такое, что было связано с этим делом?

— Думаю, да. А еще я уверен, что все это как-то связано с тем, о чем предупреждал меня Тимоти — дедушка Джесси. Он сказал, что «они собираются», — сказал Диллон.

Джесси посмотрела на них с удивлением. Она поняла, что Диллон не притворялся, когда слушал Тимоти, он искренне полагал, что Тимоти способен получать информацию от людей на стенах... или где он там их видел. Внутри у нее все задрожало. Возможно, она поторопилась, признав своего дедушку сумасшедшим? Нет, его разговоры казались ей слишком уж странными. Однако она сама видела мертвых, и большинство наверняка также назвали бы ее безумной.

— Значит, у нас есть несколько важных дел, с которыми мы должны разобраться, — подытожил Адам. — Во-первых, это Индиго. Мы должны как можно больше узнать об этом городе. Дальше — Джесси. Ей нужно обеспечить безопасность. Еще есть два казино, и я хотел бы для начала повнимательнее осмотреть «Солнце». Завтра утром первым делом я собираюсь встретиться с Тимоти, а затем поиграть в кости в «Солнце». Ты, Диллон, займешься Индиго. Собери всю возможную информацию, я надеюсь, нам удастся выяснить что-то новое.

— А сейчас, мне кажется, самое время поужинать, — сказала Никки. — Я просто умираю с голоду.

— Я тоже, — с улыбкой призналась Джесси.

— Но уже так поздно. Как вы думаете, какие-нибудь заведения еще работают? — спросила Никки.

Брент, Адам и Диллон посмотрели на нее и одновременно произнесли:

— Это же Вегас!

Никки рассмеялась.

— Как же я упустила это из виду. Мы куда-нибудь поедем или закажем ужин домой?

Пока все обсуждали этот вопрос, Джесси обратилась к Адаму.

— Эмила Лэндона не назовешь благопристойным человеком, — сказала она. — Почему же вы попросили Диллона заняться этим делом?

Несколько секунд Адам молчал, затем сказал:

— Эмил Лэндон позвонил мне и попросил подключить к этому делу именно Диллона. Он заявил, что кто-то из полицейских сказал ему, что только Диллон может разобраться в происходящем.

— И все же, — возразила Джесси, — наверняка многие люди обращаются к вам за помощью. Тем не менее я уверена, что вы беретесь не за каждое дело. Почему же вы все-таки согласились?

— Мне стало любопытно, — ответил Адам. — К тому же Ринго сказал Диллону, что он должен разобраться в этой истории. Однако сначала я собирался отказать Лэндону, но затем... почувствовал, что мы должны продолжить.

— Но почему? — спросила Джесси, обращаясь к Ринго.

Ринго развел руками.

— Не знаю. Возможно, я тоже что-то почувствовал. Мне показалось, дело нечисто и мы должны разобраться в этом.

— Эта история заинтриговала меня, — признался Адам, его глаза заблестели. — И я думаю, что она очень важна. Пускай я не способен видеть призраков, но это вовсе не значит, что на мою интуицию нельзя положиться.

— Я вполне доверяю вашей интуиции, — сказала Джесси.

— Вот и хорошо, — ответил Адам. — А теперь давайте узнаем, куда поведет нас ужинать эта прожорливая орда.

Брент взял машину напрокат. Поскольку автомобиль Диллона все еще оставался на Стрипе, было решено поехать с Брентом, чтобы забрать машину Диллона, а затем где-нибудь перекусить. После ужина Брент и Никки собирались поехать в дом Джесси и посмотреть, что там происходит, а Джесси и Адам должны были оставаться у Диллона.

— В моем доме хватит места, чтобы разместить всех вас, — заметил Диллон.

— Но, возможно, Таннер Грин будет искать Джесси у нее дома, не исключено, что Никки вызовет у него больше доверия, чем ты, — ответил Брент.

— Согласен, — с грустной улыбкой сказал Диллон.

— Хороший план, — поддержал их Адам. — Я присмотрю за Джесси, когда тебя не будет рядом, а также прослежу, чтобы с домом ничего не случилось. — Он улыбнулся: — Ринго может переночевать в одной комнате со мной. Даже если он храпит во сне или лягается, меня это не потревожит.

— Вы меня обижаете, — возмутился Ринго.

— Ему все равно, — перевел Диллон, бросив предостерегающий взгляд на Ринго, тот лишь презрительно фыркнул в ответ.

— Прошу вас, — взмолилась Никки, — поехали, наконец, ужинать!

Они заехали в кафе, которое работало круглые сутки. Около двух часов ночи телефон Диллона зазвонил. «Полиция?» — удивился он, глядя на определившийся номер.

Звонили действительно из полиции, но совсем не тот человек, которого ожидал услышать Диллон.

— Диллон? — послышался женский голос. — Это Сара. Сара Клей, судебный эксперт.

Он выпрямился.

— Сара, спасибо, что позвонили. Вы что-то обнаружили?

— Да. К нам только что привезли труп, и... сегодня в новостях я видела репортаж о том, что вы были на месте происшествия, где двое неизвестных в черном напали на Джесси Спархоук. Возможно, я заблуждаюсь, но мужчина, которого только что привезли, как предполагают, совершил самоубийство — спрыгнул с крыши казино «Радуга». Ему около тридцати пяти лет, документов, удостоверяющих личность, при нем обнаружено не было, но мы сейчас сверяем его отпечатки пальцев по нашей картотеке.

— Вы сказали, что это напоминает самоубийство? — нахмурившись, спросил Диллон.

— Очень похоже, и я не усомнилась бы, что так оно и есть, если бы этот человек не был одет во все черное. Я подумала, что, возможно, вам будет важно узнать это. Может быть, я ошибаюсь, но черная одежда натолкнула меня на мысль, что здесь, может быть, имеется какая-то связь.

— С вами в лаборатории есть еще кто-нибудь? — быстро спросил Диллон.

— Здесь довольно тихо. Наверняка Тарлтон где-то поблизости, делает очередное вскрытие. Но я могу встретить вас у входа и проводить.

— Я сейчас подъеду, — сказал Диллон.

Несмотря на то, что Адам обещал присмотреть за Джесси, а дом охраняла Клэнси, к тому же там было установлено несколько самодельных охранных устройств, Диллон все равно не хотел, чтобы Джесси и Адам поехали домой одни, поэтому попросил Брента и Никки проводить их. Никто не возражал.

Диллон забрал свой автомобиль, оставив им арендованную машину, и направился в морг. Подъезжая к парковке, он увидел ожидавшую его Сару Клей.

Она открыла дверь и впустила его, предупредив, что в здании еще работает несколько сотрудников, поэтому будет лучше, если он наденет медицинский халат, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания.

Диллон переоделся, и она отвела его в морг и вытащила один из ящиков.

Сара объяснила, что патологоанатом произвел пока лишь предварительный осмотр тела. Было сделано лишь несколько фотографий и взяты анализы, чтобы установить возможную причину и время смерти, но тело все еще оставалось нетронутым.

Этого человека вряд ли опознала бы даже собственная мать. Он упал ничком, и от его лица почти ничего не осталось.

Диллона это не особенно тревожило, ведь он не видел лица нападавшего, его скрывала лыжная маска. Своим телосложением он напоминал худощавого мужчину, а когда Сара показала ему рубашку покойного, которую извлекла из стопки аккуратно сложенной одежды, она оказалась того же фасона, что и у незнакомца, напавшего на Джесси.

Диллон внимательно посмотрел на труп, затем перевел взгляд на Сару.

— Вы выяснили что-нибудь насчет отпечатков? — спросил он.

— Да, — сказала она ему, взяла в руки папку и принялась читать. — Это Гарольд Миффинс, он же Найджел Томбс, он же Берт Толкен. Несколько судимостей, в основном за кражи со взломом. Тридцать пять лет. Семьи не было. Часто менял место жительства. Он родом из Флагстаффа, начал свою криминальную деятельность в Лос-Анджелесе, затем переехал в Вегас, потом — в Нью-Йорк, оттуда вернулся в Калифорнию, а затем — снова в Лас-Вегас. Ни разу не привлекался за хранение или употребление наркотиков. Похоже, ему просто не удавалось долго продержаться ни на одном из рабочих мест, и он всякий раз возвращался к преступной жизни.

— У вас есть какая-нибудь информация относительно того, чем он занимался в Вегасе, пока не свел счеты с жизнью?

— Я пока не знаю, но, возможно, полиции уже удалось что-то выяснить, — сказала она.

Диллон еще раз взглянул на тело. Покойный был весь в крови и в синяках. Какие бы преступления этот парень ни совершил, он сполна расплатился за них.

Диллон поблагодарил Сару, она отвела его к выходу и пообещала позвонить в случае, если получит какую-нибудь информацию.

— Мне бы хотелось узнать, на кого он работал, — сказал Диллон.

Сара рассмеялась:

— Не думаю, что они заполняют анкету перед тем, как их нанимают для очередного грязного дела.

— У него наверняка были какие-то связи в Вегасе. Трудно самостоятельно спланировать подобное нападение, если весь твой предыдущий опыт сводится к кражам в маленьких ночных магазинчиках. Его нельзя назвать крупной фигурой в криминальном мире.

— Да, нельзя, — улыбнулась Сара.

— Я вижу, вы работаете по ночам, — сказал он.

Сара снова улыбнулась.

— Я намереваюсь сделать карьеру, — твердо сказала она. — Чем больше знаний получу, тем больше у меня шансов стать хорошим детективом. Я планирую заняться расследованиями убийств, потом получить звание лейтенанта, а затем попробовать пробиться на руководящую должность.

— Уверен, у вас все получится, — подбодрил ее Диллон.

— Я с вами свяжусь, — завершила разговор Сара.

— Спасибо, Сара. Я очень вам благодарен.

Джесси обрадовалась, увидев, что Клэнси подружилась с Брентом. Когда они приехали, собака лишь негромко гавкнула, а затем подошла к Бренту и Никки, чтобы они погладили ее. Брент оставил Джесси с Никки и вместе с Адамом осмотрел весь дом. Они объявили, что не заметили ничего подозрительного.

— И все же мы еще посидим с вами немного, — сказал Брент.

Был четвертый час ночи, у Джесси слипались глаза. По дороге в кафе они заехали в ее дом, и она показала Бренту и Никки, как работает сигнализация, а также взяла кое-что из своих вещей, ведь ей было даже не в чем лечь спать.

Джесси зевнула, а Никки рассмеялась и сказала:

— Тебе нужно пойти отдохнуть.

— Я тоже пойду спать. Я уже слишком стар, чтобы засиживаться так поздно, — с улыбкой заметил Адам.

— Думаю, что нам нужно выпить чаю, и, если Диллон не вернется к этому времени, я лягу спать, — сказала Джесси.

— Я заварю вам отличного чаю, — сказал Брент и пожал плечами, — Мой отец был из племени сиу, а мать родом из Ирландии, так что я хорошо разбираюсь в этом деле.

Адам отправился к себе в комнату, а Джесси и Никки сели в гостиной и стали ждать, пока Брент приготовит чай. Ринго присоединился к ним, его шпоры зазвенели, когда он положил ноги на кофейный столик.

Джесси обратилась к Никки:

— Ты родилась... со способностью видеть мертвых?

Никки покачала головой, а затем откинулась назад и на мгновение закрыла глаза.

— Нет. Мою лучшую подругу убили, после этого однажды ночью я проснулась и увидела, что она стоит в изножье моей кровати. Я отреагировала как и любой другой на моем месте. Подумала, что мне это приснилось, что я увидела ночной кошмар. Это случилось давно, но с тех пор я так и не смогла найти объяснение всему этому, — Она посмотрела на мужа, который в тот момент находился на кухне. — Брент был совсем юным, когда он впервые увидел... — Она осеклась и перевела взгляд на Ринго. Казалось, что тот уснул — сидел склонив голову и надвинув шляпу на глаза. — Увидел прошлое, — закончила она.

— Призраков, — поправил ее Ринго.

Оказывается, он не спал.

— Брент был еще ребенком, он путешествовал по Дакоте с родителями, и однажды у него на глазах снова разыгралась битва при Литл-Бигхорн. После этого с ним постоянно стали происходить подобные вещи. Но это не так-то просто, То, что ты видишь призраков, вовсе не означает, что призраки готовы идти с тобой на контакт. Как я понимаю, в этом и заключается твоя проблема.

— Леди, прошу вас, успокойтесь, — сказал Ринго, вставая. — Вы подумайте, что умеете делать, когда только появляетесь на свет? Или когда делаете свои первые шаги? Одни призраки учатся очень быстро, у других возникают сложности. Кто-то из них боится, потому что не желает принять случившееся, поэтому проигрывает свою жизнь снова и снова, а кто-то готов начать все сначала и завести себе новых друзей.

Брент вышел из кухни, держа поднос с чаем, и обратился к Ринго.

— Адам говорит, что больше всего Диллона удивляет поведение Руди Йорбы. Он словно ходит по пятам за Таннером Грином. Стоит Таннеру Грину исчезнуть, пропадает и Руди Йорба.

— Он боится, — твердо сказал Ринго. — Думаю, они оба напуганы. Я старался не попадаться на глаза Грину, пока следил за ним. Возможно, он пока что не научился исчезать по собственному желанию. Может быть, он еще не знает, как общаться с людьми. Но мы не должны терять надежду.

— А что насчет Руди Йорбы? — спросил Брент.

— Возможно, он боится Таннера Грина или пока еще не понял до конца каково это быть призраком. Трудно сказать, — проговорил Ринго, затем наклонился к чайнику и попытался вдохнуть пар. — Как же я скучаю по хорошему виски, а впрочем, сейчас я бы с удовольствием выпил даже чаю.

Он встал.

— Я пойду спать и постараюсь храпеть как можно громче, чтобы разозлить Адама, — пошутил он.

Ринго ушел, позвякивая шпорами. Джесси смотрела ему вслед.

— Такое ощущение, будто он на самом деле присутствует здесь.

— Так оно и есть. Он представляет собой сгусток энергии. И все ученые сходятся во мнении, что энергию невозможно уничтожить, — объяснил Брент. — Кто знает, что происходит с человеческой энергией после смерти? Возможно, ад и рай в действительности существуют, и она попадает туда. Я никогда не встречал призрака, который знал бы всю правду.

— Но некоторые из них предпочитают оставаться на Земле и помогать людям, — сказал Никки. — Возможно, такова их судьба. Кто знает?

Джесси отхлебнула чая, он был приятным на вкус и действовал успокаивающе. Она снова зевнула и почувствовала слабость. Джесси сомневалась, что сможет уснуть после всего случившегося с ней в этот день и вечер, но все же надеялась, что у нее получится вздремнуть. Она встала и сказала:

— Спасибо вам за чудесный вечер, но сейчас я все-таки пойду спать. Вы даже не представляете, как я вам признательна за то, что вы помогаете мне развеять мои страхи.

— Ты быстро научишься общаться с призраками, я уверена. У тебя это здорово получается, — с улыбкой сказала Никки.

— Потому что теперь я знаю, что прежде всего нужно бояться живых. — И Джесси направилась по коридору в спальню, где ее ждала мягкая кровать.

Она с наслаждением приняла душ, который помог ей смыть с себя весь ужас недавнего нападения.

Несмотря на то, что Джесси привезла из дома свои вещи, она отыскала рубашку Диллона, закуталась в нее, вытерла полотенцем волосы и легла в постель.

Через несколько секунд она уже спала.

Диллон знал, что ему не стоит переживать за свой дом. У него не было новейшей сигнализации, зато его жилище охраняла Клэнси. Конечно, она была всего лишь собакой, к тому же Диллон понимал, что собаку всегда можно отравить. Поэтому он позаботился о дополнительных мерах безопасности.

Предусмотрительно оборудовал окна специальной защитой, позаимствовав идею у охотников-паиутов. Если кому-то пришло бы в голову проникнуть в дом, то он запутался бы в нейлоновой сетке, которая упала бы сверху и опутала злоумышленника с головы до ног. В тот же самый момент на кухне должен был прозвучать звонок, достаточно громкий, чтобы разбудить хозяина. Кроме того Диллон имел лицензию на ношение огнестрельного оружия, у него был маленький пистолет «глок» специальной модификации, позволяющий ему совершать десять выстрелов подряд.

И все же Диллон обрадовался, когда по возвращении домой встретил Брента и Никки. Он тут же рассказал им о новом трупе и своих предположениях на этот счет.

— Значит, у полиции были сведения об этом человеке, и его наниматель испугался, что этого парня вычислят по образцам крови, поэтому предпочел устранить его прежде, чем тот заговорит? — спросил Брент.

— Мне кажется, что именно так все и было, — сказал Диллон. — Мы должны как можно скорее разобраться в происходящем. Джесси любит свою работу, Но я не хочу, чтобы она стоила ей жизни.

Когда Брент и Никки уехали, Диллон запер дверь и закрыл ее на задвижку. Зевнув, он направился в спальню. На сон оставалось всего несколько часов, а ему нужно было хорошо отдохнуть перед завтрашним днем.

Увидев спящую Джесси, Диллон почувствовал прилив нежности. Он удивился, как быстро у него возникло желание заботиться о ней. Ведь даже если эта история разрешится благополучно, не было никаких гарантий, что в скором времени Джесси не исчезнет из его жизни.

Повернувшись, Диллон направился в ванную, чтобы принять душ. Он посмотрел на свое отражение в зеркале — волосы были всклокочены, щека перемазана грязью, и никто даже не сказал ему об этом.

Он разделся, встал под душ и закрыл глаза, когда вода хлынула на него.

Услышав шорох, он инстинктивно выключил воду. Все его тело напряглось, он вышел из душа и потянулся к первому тяжелому предмету, который попался ему под руку, к полотенцесушилке. При необходимости он мог бы сорвать ее со стены.

— Это я! — быстро сказала Джесси, ее большие синие глаза действовали на него гипнотически.

— Разве ты не спала?

— Спала, но проснулась, когда ты пришел, — сказала она с улыбкой.

— Ты, наверное, устала?

— Устала, но... не сильно.

Диллон обнял ее, не обращая внимания на воду, стекавшую с его мокрого тела. Вода с его горячей кожи быстро впиталась в рубашку Джесси, которая соблазнительно облепила ее тело. Диллон поцеловал Джесси и стянул с нее рубашку, уничтожив единственный барьер между ними. Мгновение спустя они снова смотрели в лицо друг другу, ее грудь высоко вздымалась. Он опять обнял ее.

Они целовались, и воздух вокруг, казалось, стал горячим от жара их тел. Затем Диллон поднял ее, и она уселась верхом на его бедра. Они оба рассмеялись. Диллон понес ее из ванной в спальню, где они упали на матрас. Их смех стих, когда он лег на нее. От усталости не осталось и следа. На смену ей пришло желание быть с этой женщиной.

Сначала их движения были быстрыми и яростными, но и самый напряженный момент они сбавили темп и занялись любовью медленно и нежно. Наконец, они уснули в объятиях друг друга.

Когда Джесси проснулась, к ее удивлению, Диллон все еще спал.

Она встала, стараясь не разбудить его. Было еще рано, да и уснули они лишь под утро, но Джесси не могла отказаться от своего режима. Она привыкла завтракать с Тимоти, и считала, что должна вставать рано, как бы сильно ни уставала предыдущим днем.

Джесси надела простую домашнюю футболку и джинсы, решив, что примет душ и переоденется во что-то более подобающее, когда Диллон проснется.

Клэнси ждала, пока ее выпустят во двор, и Джесси открыла ей дверь, а затем сварила кофе. Пока кофе готовился, она заглянула в гостиную, но Адама нигде не было видно. Почувствовав голод, она стала готовить себе тосты и лишь в этот момент поняла, что ничего не ела с прошлого вечера. Когда они приехали в ночное кафе, ей ужасно хотелось есть, но у нее пропал аппетит после того, как Диллону позвонила женщина-криминалист.

Джесси вспомнила, что даже не расспросила Диллона об этом, когда он вернулся. Ей хотелось прикасаться к его телу, быть с ним, а все остальное ее не волновало.

Поджаренные хлебцы выскочили из тостера, она нашла масло и джем. С тарелкой в одной руке и чашкой кофе в другой обогнула стол, отделявший кухню от гостиной, и вошла в комнату, собираясь посмотреть последние новости. Но, обойдя стол, она замерла на месте. Минуту назад в гостиной никого не было. Там было тихо, как на кладбище.

Но теперь все изменилось. В кресле сидел Таннер Грин.

Позади него стоял Руди Йорба. Вид у него был такой, словно он в любую минуту готов броситься наутек.

— Пожалуйста, не уходите, — тихо попросила их Джесси. — Это я. Вы пытались поговорить со мной все это время. Теперь я здесь одна... не бойтесь меня.

Джесси и сама была немного напугана, совсем чуть-чуть. Она уже привыкла к Ринго, однако теперь, оказавшись наедине сразу с двумя призраками, почувствовала, как по ее телу пробежала легкая дрожь.

Пытаясь сохранять спокойствие, она села на диван.

— Извините, — тихо заговорила Джесси и осторожно поставила перед собой поднос с завтраком. Она потянулась к чашке кофе, словно там был алкоголь, который придал бы ей смелости. — Мистер Грин, — вежливо сказала она. — Извините, что поначалу испугалась вас, но теперь я вас не боюсь. И я хотела бы вам помочь. Люди, которые убили вас, пытаются причинить вред другим. — Ее голос на минуту сорвался. — Они убили Руди и убьют снова, если вы не поможете мне. Прошу вас, поговорите со мной.

Таннер Грин пошевелил губами, как будто пытался что-то сказать, затем стал исчезать.

Внезапно она услышала нетерпеливый голос Ринго:

— Выходи, большой трус. Будь мужчиной, поговори с леди!

— Я и сама могу справиться, — твердо сказала Джесси.

Но появление Ринго возымело желаемый результат. Таннер Грин снова появился в своем кресле.

— Я рада, что вы решили остаться, — произнесла Джесси, не зная, что еще сказать. — А теперь, пожалуйста, скажите, кто уби... кто сделал это с вами?

— Я не знаю, — сказал он. — Вы должны выяснить это. — Казалось, он удивился тому, что может говорить, и едва не улыбнулся. Затем он продолжил более уверенным тоном: — Я пытаюсь восстановить в памяти тот день. Вспомнить, где был, что делал.

— Прекрасная идея, — приободрила его Джесси. — Мистер Йорба, садитесь, — добавила она.

Руди Йорба был удивлен тем, что к нему обратились, а Таннер Грин с любопытством посмотрел на него. Джесси вспомнила, что при жизни эти двое не знали друг друга.

Джесси сделала большой глоток кофе, поставила чашку и спросила:

— Руди, почему вы все время прячетесь от мистера Грина?

— Я следил за ним. Я думал, что тот, кто убил его, расправился и со мной, вот и решил, что, возможно, он выведет меня к убийце. Но я боялся, что он меня заметит. Он такой... огромный.

Джесси кивнула:

— Да, но это не значит, что он обязательно сделает вам что-то дурное.

Таннер посмотрела на Руди с насмешкой:

— С чего ты взял, что я хочу причинить тебе вред? Я тебя даже не знал! — Он прищурился. — Ты ведь не был в этом замешан?

— Нет, нет, мы думаем, что Руди убили те же люди, которые повинны в вашей смерти, — быстро сказала Джесси, затем откашлялась: — Мы уверены, что Руди убили, потому что кому-то стало известно о его разговоре с Диллоном... с Диллоном Вульфом, — поправилась Джесси. — Мы пытаемся найти ответы на одни и те же вопросы, поэтому должны помогать друг другу.

Руди ничего не ответил, но Таннер Грин нахмурился и сказал:

— Я помню... как пил, а потом вдруг... все изменилось. Все. Вокруг были неоновые огни. Я увидел спортивную площадку, на которой играл в детстве в Филадельфии... и было... столько огней... потом я увидел... вас... кто-то напал на меня, я упал на вас и умер.

— Да. Так и было.

— Простите.

— Все в порядке. Вы же не хотели этого.

— Руди, а что случилось с вами? Вы что-нибудь видели? — спросила Джесси.

— Огни. Я видел огни. Тот ублюдок возник неизвестно откуда. Он не просто сбил меня, он хотел меня убить. Это было убийство, и я хочу добраться до мерзавца, который сделал это, — сказал Руди Йорба.

— Руди, как получилось, что у вас кончился бензин?

— У меня не кончался бензин, — сказал он. — Кто-то специально вылил его из бака. Они оставили мне немного, чтобы я смог добраться до шоссе. Им было точно известно, куда я направлюсь.

Джесси посмотрела на Таннера Грина:

— Мистер Грин, а как насчет вас? Вы можете вспомнить что-нибудь, что помогло бы нам?

Гигант покачал головой:

— Я пытаюсь. Я знал, что кто-то охотится на Эмила Лэндона, и был готов защищать его. Но кто это...

— Подождите, — сказала Джесси. — Вы говорите, что кто-то охотится на Эмила Лэндона. Но откуда вы это узнали? Кто-то сказал вам об этом?

— Нет, — ответил Грин. — Однажды ночью в него стреляли. Я хотел вызвать полицию, но мистер Лэндон сказал, что он сам этим займется. Он позвонил одному знакомому полицейскому, а затем созвонился с Адамом Харрисоном и настоял на том, чтобы пригласили Диллона Вульфа. Друг Лэндона, полицейский, сказал, что для этого дела понадобится Вульф. Поэтому Вульф приступил к работе, он занимался расследованием. А мы охраняли Лэндона — Хьюго Блит и я. Но в тот день у меня был выходной. Неужели меня убили, чтобы я не смог защищать Лэндона?

— Не знаю. Но такой вариант не исключен, — сказала Джесси.

Грин удрученно вздохнул.

— Мистер Грин, есть и кое-что еще. Мы должны знать, почему перед смертью вы прошептали мне слово «Индиго»?

Глава 15

Диллон вздрогнул и проснулся. Окна занавешивали тяжелые портьеры, но было ясно, что уже начался день.

Он вытянул руку и понял, что Джесси рядом не было. Вскочив, Диллон направился к двери, но затем спохватился — он был совершенно голым, а в доме находился Адам. Пришлось вернуться и накинуть халат.

Диллон хотел позвать Джесси, но потом решил, что лучше поискать ее в тишине. Он вышел в коридор, стараясь двигаться бесшумно.

Проходя мимо гостиной, Диллон замер на месте от удивления.

Там он увидел Джесси, рыжие волосы золотым ореолом окружали ее лицо, создавая поразительный контраст с темно-синей футболкой. Она сидела закинув одну ногу на другую, держала в руках чашку и, казалось, вела самый обычный разговор.

С тремя призраками.

Рядом с ней сидел Ринго. Напротив, в кресле с изогнутой спинкой, расположился Таннер Грин, вид у него был сосредоточенный.

Еще там был Руди Йорба. Стоя позади Таннера Грина, он смотрел на остальных и выглядел очень напряженным.

Ринго тут же почувствовал присутствие Диллона. Он перебил Таннера Грина, когда тот хотел что-то сказать, и проговорил:

— Грин, только не надо больше пугаться и исчезать. У Диллона большой опыт в общении с призраками, и он — как раз тот человек, который может помочь тебе. Так что оставайся, понятно?

Потрясенный Грин посмотрел на Диллона и начал исчезать. Диллон выругался про себя и заговорил быстро, но очень мягко:

— Грин, я прошу вас, останьтесь. Нам нужна ваша помощь.

Таннер Грин глубоко вздохнул, и его образ стабилизировался.

Диллон перевел взгляд на Руди.

— Извините, — сказал он.

К его удивлению, Руди, казалось, даже немного расслабился и проговорил:

— Не стоит, это не ваша вина.

— Я просмотрел все эти записи. Черт возьми, если бы тот коп не был таким ослом и выслушал меня, то, возможно, меня убили бы еще раньше. Но что случилось, то случилось. Я хочу знать правду, я должен выяснить, кто меня убил, и хочу увидеть, как этот ублюдок понесет наказание. Пусть его запрут где-нибудь до конца дней, а я прослежу за тем, чтобы у него не было ни одной спокойной минуты.

Джесси откашлялась, глядя на Диллона. Ее глаза были похожи на два бездонных синих озера, и Диллон видел, что она прекрасно контролировала ситуацию.

— Диллон, я только что спросила мистера Грина об Индиго, — сказала она.

Диллон подошел к кушетке, и Ринго подвинулся, чтобы он смог сесть рядом с Джесси.

— Индиго может стать ключом ко всему, — объяснил Грину Диллон. — Мы должны понять, что такого особенного в этом месте.

— Там золото, — объяснил Грин.

— Как вы об этом узнали? — спросил Диллон. — Когда-то давно существовала легенда о том, что в Индиго есть золото. Вы хотите сказать, что это правда?

— Я не знаю. — Грин нахмурился, как будто сам не знал точного ответа.

— Давайте сделаем вот что. Я предлагаю рассказать все с самого начала и вспомнить, что вы делали в тот день.

— У меня был выходной.

— А что вы обычно делаете в выходной?

— Я встал поздно. У меня была комната в пентхаусе. Лэндон, может, и мерзавец, но он достойно обращается с людьми, которые на него работают. Я спал до полудня. В тот день дежурил Блит. Он был совершенно спокоен. Мне кажется, он не верил в то, что кто-то охотится за боссом. Что касается того выстрела... не исключено, что стреляли в кого-то другого. Знаете, большинство людей на парковке подумали, что просто произошел выхлоп.

Диллон старался сохранять спокойствие. Им наконец-то удалось разговорить Таннера Грина. Он должен был рассказать свою историю.

— Понимаю, но вы-то хорошо знаете, как звучат выстрелы, и смогли бы отличить этот звук от выхлопа, — сказал Диллон. — А что было потом?..

— Потом... — Грин замолчал и задумался. А когда снова заговорил, то даже слегка улыбнулся: — Я проголодался и пошел пообедать.

— Стейком и картофелем.

— Да, — смутился Грин — Откуда вы узнали?

«Данные вскрытия», — подумал Диллон, но ничего не сказал.

— Вы похожи на человека, который любит мясо с картофелем, — быстро нашелся он.

Грин снова кивнул:

— Затем я пошел играть:

— Куда?

— Я был в нескольких местах.

— Вы играли в «Новом Орлеане»? — спросил Диллон.

Грин покачал головой:

— Нет. Я не могу играть в том месте, где работаю, запрещено.

— Хорошо. Тогда где же? — спросил Диллон.

— Я был в больших казино. «У Бэлли», в «Винне», в «Эм-Джи-Эм».

— Вы находились на Стрипе? — спросил Диллон.

— Да. Кажется, в казино «Солнце» я тоже играл, — сказал он, обдумывая ответ. — Точно, я был там.

Диллон напомнил себе проверить данные с камер наблюдений. Но даже если Грин в действительности заходил в «Солнце», могло ли это что-то означать?

— Вы пили что-нибудь в тот день? — спросил Диллон.

— Да, пропустил несколько стаканчиков. Я не напивался, но, вероятно, принял что-то не то, потому что потом вдруг появились огни, о которых я рассказывал мисс Спархоук, и... я снова играл в кикбол[3] у себя дома, в Филадельфии, — сказал Грин.

Руди Йорба презрительно фыркнул.

— Это была не ваша вина. Кто-то подмешал ЛСД вам в мартини, — объяснил Диллон.

— Вы серьезно? — спросил Руди.

— Да, — ответил Диллон.

— Мистер Грин, мы могли бы еще поговорить об Индиго? — вмешалась в разговор Джесси.

Диллон чувствовал, как она напряжена. Он осторожно положил руку ей на колено, предупреждая о том, что они должны проявлять терпение.

— Я был в машине, возможно в лимузине, когда услышал, как кто-то рассуждает об Индиго. Они сказали, что должны найти золото, что оно там на самом деле существует.

— Кто это сказал? — тихо спросил Диллон.

— Не знаю. Я сидел в машине, и в то же самое время меня как будто там и не было, — ответил Грин.

Диллон растерянно потер лоб. Грин услышал обрывки разговора, но он был одурманен и не смог запомнить никаких деталей.

— Я прошу вас, попытайтесь вспомнить. Это очень важно, — сказал Диллон. — Вы же помните, что были в машине?

— В хорошей машине. Кажется, в лимузине.

— Так, это уже кое-что. А кто еще был в машине?

Таннер Грин сосредоточенно наморщил лоб.

— Думаю, это были друзья. Ребята, с которыми я играл в кикбол.

Диллон откинулся на спинку дивана.

— Таннер, там не было ваших друзей детства. Это были другие люди, с которыми вы познакомились уже в Вегасе. Подумайте хорошенько.

— Я пытаюсь, — сказал Грин.

Все вздрогнули, когда в коридоре послышался веселый свист.

— Доброе утро, — сказал Адам Харрисон, заходя в гостиную.

Он уже принял душ, оделся и был готов к новому дню.

— Нет, стойте! — крикнул Диллон. Таннер, казалось, снова собирался исчезнуть. — Это Адам, мой босс, он даже не видит вас.

— Извините, я не хотел перебивать вас, — сказал Адам. — Я пойду на кухню, продолжайте ваш разговор.

— Мне нужно подумать, — сказал Таннер, возвращаясь. — Я должен подумать.

Диллон встал. Ему самому нужно было хорошенько подумать.

— Руди, сходите в «Солнце» и посмотрите, что вы там сможете найти. А вы, Таннер, возвращайтесь в «Новый Орлеан», возможно, вы там что-нибудь обнаружите. Джесси, мы должны навестить твоего дедушку.

— Так мы и поступим, — кивнул Руди.

— Тогда я ухожу, — сказал Грин.

— Я пойду в душ, — сказала Диллону Джесси. — А ты пока расскажи обо всем Адаму.

Они встретились с Никки и Брентом у дома престарелых. Тимоти был рад новым гостям. Они с Брентом немного поговорили о старых временах, и Джесси улыбалась, глядя на своего счастливого дедушку.

Она немного смутилась, когда ей позвонила Сандра и упрекнула ее за то, что Джесси забыла перезвонить ей и сказать, все ли у нее хорошо. Джесси вышла в коридор и сообщила Сандре, что в город приехали друзья Диллона, и, возможно, вечером они смогут встретиться все вместе.

Сандра обрадовалась, узнав, что Джесси окружают люди, которым она могла доверять.

— Пообещай, что ты ни на минуту не останешься одна, — потребовала она.

— Обещаю, — заверила ее Джесси.

Сандра отключила трубку, и Джесси вернулась в комнату Тимоти, где ее дедушка с удовольствием беседовал со своими новыми знакомыми. Некоторое время спустя Диллон сообщил, что ему нужно отправиться по делам в библиотеку. Адам также извинился и сказал, что возьмет арендованный автомобиль и поедет в казино «Солнце», где ему, возможно, удастся что-нибудь разузнать или даже побеседовать с человеком, которому что-то известно. Остальные с удовольствием согласились остаться с Тимоти и подождать, пока за ними приедет Диллон или Адам.

Когда Диллон и Адам уехали, Брент Блэкхоук обратился к Тимоти.

— Я хотел бы узнать больше об этих призрачных танцорах, — мрачно сказал он.

Тимоти производил впечатление абсолютно здравомыслящего человека. Он кивнул и с тревогой посмотрел на Джесси, которая села рядом и обняла его.

— Все хорошо, Тимоти. Понимаешь ли, мы способны видеть то, что скрыто от большинства людей. Брент уже много лет общается с... призраками. И он верит в твои видения.

— Они собираются, — сказал Тимоти.

— Кто? — спросил Брент.

— Мой предок, предок Диллона. Все остальные. Я знаю их имена. Певицу звали Милли. Там были Ринго Мерфи и человек по имени Марк Дэйвисон, которого все недолюбливали. Еще там был шериф. Его звали Грант Перси. Или Перси Грант. — Сказав это, Тимоти нахмурился и покачал головой. — Точно не знаю. Но они ждут. Я чувствую присутствие зла. Подмога уже в пути, Вульф ждет, но его предают. Кто-то успел предупредить злого человека о возвращении Вульфа, иначе он не смог бы так быстро узнать об этом. И теперь они снова собираются.

— Но зачем, Тимоти? — спросил Брент.

— Из-за золота, — ответил Тимоти.

— Но нет же никакого золота. Руда, которую они отыскали, оказалась пустой, а золото так и не было найдено.

— Но оно здесь, — уверенно заметил Тимоти. — Оно здесь.

— Где? — спросил Брент.

Тимоти проигнорировал вопрос, а возможно, просто не расслышал его.

— Они собираются, потому что ищут золото. — Он покачал головой. — У них нет на него прав, и они хотят найти его первыми, чтобы потом присвоить.

Второй раз за день Джесси хотелось закричать от огорчения. Половина из того, что сказал ее дедушка, имела какой-никакой смысл, но все остальное казалось полной белибердой.

Неужели все эти люди действительно погибли из-за золота, которого, возможно, даже не существовало?

В библиотеке Хендерсона были не только прекрасно оборудованные современные залы и кафетерий, но и замечательный персонал, готовый оказать помощь и справиться с любой, даже самой сложной задачей.

Сначала Диллон изучил историю города.

Индиго был основан в 1857 году золотоискателями, которые работали на золотых приисках неподалеку. К сожалению, их надежды не оправдались. И все же в течение долгих лет они продолжали поиски золота, о котором ходило столько легенд. Фрэнк Варни владел правами на разработку почти всех примыкавших к городу земель, которые ему удалось захватить, и он тщательно контролировал свою территорию. Около реки жило несколько фермеров, с трудом сводивших концы с концами, но в городе дела шли достаточно хорошо, по крайней мере, там был свой банк, врач и газета. Время от времени в Индиго наведывались проповедники, чтобы основать там свою миссию, но они никогда не задерживались в этих местах. Единственная в городе церковь давно превратилась в руины, и никто даже не пытался восстановить ее. Однако земля, на которой стоял город, принадлежала не Варни, а старому золотоискателю, перебравшемуся много лет назад на прииски в Сан-Франциско. В 1876 году в административном центре была зарегистрирована сделка, согласно которой Вульф выплатил незначительную сумму, запрашиваемую прежним владельцем земли, и вся территория отошла племени паиутов.

Диллон поднял глаза и покачал головой. Он не узнал для себя ничего нового. Тогда он стал искать статьи о перестрелке, в которой погибли Джон Вульф и Фрэнк Варни, а также еще несколько человек.

Один из заголовков так и гласил: «Кровавая баня в Индиго».

Пока Диллон читал, из головы у него не выходили слова Тимоти: «Они собираются».

В статье рассказывалось о вражде между Джоном Вульфом и Фрэнком Варни, которая и привела к этому происшествию. Диллону понравился этот материал, он содержал много полезных фактов. Перечислялись все погибшие: Фрэнк Варни, Джон Вульф, Ринго Мерфи, Марк Дэйвисон, шериф Грант Перси и пять наемников, работавших на Варни: Остин Мейкпис, Райли Хорнеби, Сет Бигелоу, Дрю Миффинс и Тобиас Уилсон. В той бойне уцелели и впоследствии смогли рассказать о случившемся лишь Мэрайя Вульф, Милли Тейлор и пианист Джордж Тернер, который покинул салун перед перестрелкой, чтобы собрать народ. Горожане были напуганы и плохо вооружены, и все же, схватив первое, что попалось под руку, они устремились к салуну. Однако к тому времени перестрелка уже закончилась. Поскольку Джон Вульф от лица племени паиутов купил земли, на которых стоял Индиго, а также прилегавшие к нему территории, позже конгресс подписал акт, предоставивший индейцам право на бессрочное владение землей и возможность основать на ней резервацию. Все золото, найденное в этих местах, было собственностью племени. Но золотую жилу так и не обнаружили, а вскоре последние поселенцы покинули Индиго, и город превратился в место, где не было ничего, кроме песка и заброшенных домов.

Они собираются.

Диллон покачал головой. Его дальним предком был Вульф, Джесси была потомком пианиста, Ринго все: никак не мог обрести покой и оставался на земле. Было еще три трупа — можно ли их считать за трех убитых стрелков Варни? Если так, значит, оставалось еще двое — один стрелок и Дэйвисон, а также сам Варни? А что насчет Руди? Имел ли он какое-то отношение к той давней истории?

Диллону показалось, что он начинает сходить с ума. Если он прав, значит, Эмил Лэндон был Варни. Двое eгo телохранителей замыкали круг. Нет, он забыл еще о шерифе, бармене и певице. Но они не участвовали в той смертельной схватке, как и Мэрайя.

И было совершенно непонятно, какое отношение все это имело к золоту. Земли давно обследовали, но золота, о котором говорилось в легендах, так и не нашли.

Диллон еще раз прочитал статью, опасаясь, что мог пропустить нечто важное. И какой Эмилу Лэндону был смысл нанимать Таннера Грина телохранителем, чтобы затем убить его.

Желая проверить свои предположения, Диллон попросил библиотекаря принести ему официальные записи о, рождениях и смертях в данном регионе. Эмил Лэндон утверждал, что среди его предков были паиуты, а значит его происхождение можно было отследить.

Библиотекарь отвел его в отдельную комнату, где Диллону предстояло изучить старые записи. Некоторые книги выглядели такими же древними и пыльными, как Индиго.

Наконец, он нашел то, что искал. Эмил Лэндон имел предков паиутов по отцовской линий, а по материнской линии он был потомком Фрэнка Варни. Неужели он действительно верил в существование золота в Индиго? И надеялся присвоить его благодаря своему происхождению?

Диллон закрыл глаза и устало потер их. В эту минуту в кармане завибрировал его мобильный телефон. Он тихо ответил:

— Вульф слушает.

Звонил Джерри Чивер, и Диллон понял, что должен был предвидеть подобный звонок. Чивер не знал о том; что Диллон уже видел последний труп, который доставили ночью в морг.

— Один из парней, которых ты преследовал прошлым вечером, мертв. По крайней мере, я думаю, что он был одним из тех, кто напал на Джесси Спархоук. Труп привезли в морг прошлой ночью. Он спрыгнул с крыши... или это была удачная имитация самоубийства. Но ты никогда не догадаешься, что Тарлтону удалось обнаружить в его крови сегодня, когда он проводил токсикологическую экспертизу.

— И что же? — спросил Диллон.

— ЛСД. Этот парень принял изрядную дозу перед тем, как отправиться в ад. Кстати, у него были судимости.

— Почему-то меня это не удивляет.

— Ну, есть и еще кое-что интересное. Мы пригласили Эмила Лэндона на допрос. Ты представляешь, — с сарказмом в голосе сказал Чивер, — в его лимузине обнаружили пуговицу. Пуговицу с рубашки Таннера Грина. Просто не верится.

Сарказм Чивера вызвал у Диллона улыбку.

— Ты можешь предъявить ему обвинение?

— Я могу задержать его на некоторое время. А вот чтобы предъявить обвинение? Я попытаюсь... но он все равно выкрутится. Таннер Грин работал на него, и Лэндон может сказать, что иногда Грин водил его машину, возможно, это на самом деле так и было. Пуговица от рубашки телохранителя Лэндона, найденная в лимузине, который принадлежал казино Лэндона, — недостаточно веская улика, чтобы обвинить его в убийстве. Хороший адвокат, черт, даже самый паршивый адвокат разнесет такое доказательство в клочья. Но я задержу Лэндона, насколько это будет возможно. Вдруг он случайно проболтается о чем-нибудь. Я могу и ошибаться, но он не производит впечатления особенно смышленого человека. По крайней мере, он не так умен, чтобы в одиночку провернуть такую операцию. Так что, возможно, нам и повезет.

Лэндон, без сомнения, был хитрым человеком. Но был ли он умным? Возможно, что не очень. И не исключено, что Чивер прав.

— Даже если он недостаточно умен, это еще не означает, что он не замешан в этом деле, — сказал Диллон.

— Согласен. Но нам нужны улики.

— Верно. Спасибо тебе, Джерри. Ты не возражаешь, если я заеду и еще раз посмотрю записи с камер наблюдения.

— Разумеется, не возражаю. Подъезжай через часик. Я выделю тебе хороший монитор и подыщу смышленого техника.

Джесси ответила на звонок и обрадовалась, услышав голос Диллона. Когда Диллон предложил ей пообедать вместе, она согласилась, и он сказал, что скоро подъедет.

— Думаю, нам следует взять Тимоти с собой. Как ты считаешь?

— Мне кажется, это прекрасная мысль, — согласился Диллон.

Когда они вошли в ресторан, Джесси и Никки вместе с Ринго расположились с одной стороны стола, а Брент, Тимоти и Диллон — с другой. Девушки и Ринго молча слушали, они не сразу присоединились к обсуждениям.

— Тимоти, вы считаете, что там есть золото? — спросил Диллон.

Он хмурил брови, но было видно, что он серьезно относится к словам старика и не считает его видения галлюцинациями.

— Оно здесь, — сказал Тимоти. — Я видел, что произошло, когда был там. То есть я смотрел на происходящее глазами Джорджа Тернера. Вульфу было известно, что там есть золото, я в этом уверен. А затем пришел Варни и... да вы и сами знаете, что случилось дальше.

— Значит, все эти смерти связаны с Индиго, — сказала Джесси, — и кое-кто еще верит в существование золота. Но не знает, как его найти. Он думает, что Диллон сможет выяснить это за него.

— Именно поэтому, ты считаешь, он искал детектива с паранормальными способностями? Ему было известно о том, что прошлое может повториться? Ты думаешь, он блефовал, когда говорил, что его жизнь в опасности? — спросил Брент.

— Я начинаю склоняться к этой точке зрения, — признался Диллон.

Они только закончили обедать, а Диллон уже готов был сорваться с места.

— Нам пора, — сказал он, вставая. Вытащив из кармана лист бумаги, он положил его перед Брентом. — Проверь для меня эти имена, хорошо? Начни с верхнего имени в левом ряду. Справа я написал фамилии всех, кто был в салуне во время перестрелки. Я хочу проверить, не связаны ли каким-то образом эти люди. Возможно, каждый из участников перестрелки имеет здесь своих потомков. Я поеду в полицейский участок. Хочу еще раз посмотреть записи с камер наблюдения. Уверен, что пропустил что-то важное.

Диллон подвез всех до дома Джесси, чтобы они могли потом воспользоваться ее машиной, поскольку на арендованном автомобиле уехал Адам. Диллон уже собрался отправиться в путь, но остановился и позвал Джесси.

Она подошла к его машине и увидела, что он улыбается ей.

— Что еще?

— Я... — Он взял Джесси за руку и притянул ее к себе, а затем нежно и страстно поцеловал в губы. — Будь осторожна. Поезжай в дом престарелых и оставайся там, пока я не позвоню тебе. Держись рядом с Тимоти или с Никки. Я скоро вернусь, — пообещал он.

Джесси улыбнулась.

— Я ни на минуту не останусь одна, обещаю. А кто был в том списке? — с любопытством спросила Джесси.

— Все, с кем я сталкивался во время расследования, — сказал Диллон. — Полицейские — Джерри Чивер и Лин Дурсо. Эмил Лэндон и Хьюго Блит. Даррелл Фрай. Я даже включил в него судмедэкспертов — моего друга доктора Тарлтона и Сару Клей, которая работает с криминалистами. И твоего менеджера сцены.

— Рона? — удивилась она.

— И Сандру, — признался он.

— Сандру? — Джесси почувствовала, как внутри у все закипает.

— Не бойся, она не подозреваемая, — заверил ее он. — Главное, сделай то, о чем я тебя прошу. — Он снова поцеловал ее в губы и уехал.

— Джесси? — окликнула ее Никки.

Джесси обернулась и увидела, что Брент уже сел за руль, Тимоти был рядом с ним. Это была ее машина, но Джесси решила, что сейчас не время отстаивать свои женские права на независимость.

Джесси села на заднее сиденье рядом с Никки, и через несколько минут они вернулись в дом престарелых. Брент проводил их. Тимоти поприветствовал Джимми и медсестру по имени Лиз, которая ему очень нравилась. Он признался, что хотел бы немного вздремнуть, но сначала отвел их в комнату отдыха и познакомил с миссис Тиздейл, которая, взглянув на Никки и Брента, сказала Никки, что у них будут прекрасные дети.

Тимоти и миссис Тиздейл договорились встретиться позже и поиграть в скраббл, после чего Джесси, Никки и Тимоти вернулись в его комнату. Брент наконец-то оставил их и поехал в библиотеку, где Диллон провел все утро. На всякий случай он предупредил Ринго, чтобы тот оставался с женщинами и присмотрел за ними.

— И звони, если вдруг что... — начал он, но тут же покачал головой. — Черт, Ринго, ты — хороший призрак, но я забыл, что ты не умеешь пользоваться мобильным телефоном.

— Как знать, может, у меня и получится, — возразил Ринго. — Я люблю решать сложные задачи.

Они оставили Тимоти отдыхать и уселись за столиком в пустой столовой. Джесси стала чертить что-то на листе бумаге, а Ринго отошел в сторону и принялся нажимать кнопки на телефоне Никки.

— Правда, странно? — сказала Джесси Никки.

— Ты о чем?

— «Они собираются», — процитировала Джесси. Она посмотрела на Ринго, который умудрился открыть крышку телефона. — Ринго, расскажи мне о той перестрелке.

Он положил телефон и подошел к ней.

— Обстоятельства моей смерти начинают утомлять.

— Ну, Ринго, пожалуйста.

— Хорошо, хорошо. Там был бармен и какие-то люди из города. Но они быстро смотались. За столом для игры в покер сидели Джон Вульф, я, шериф Перси и Марк Дэйвисон. Затем пришел Варни и с ним еще четверо. Позже я прочитал, потому что к тому моменту был уже мертв, что, оказывается, у Варни был еще один приспешник, довольно мерзкий тип по имени Тобиас, который притащил жену Джона Вульфа. Вульф и Мэрайя поженились на какой-то индейской церемонии, но, думаю, закон признавал их брак.

— Десять человек, — сказала Никки. — Четверо игроков в покер. Варни и пять его наемников. Подождите, и еще миссис Вульф. Значит, одиннадцать.

— Вообще-то их было тринадцать, — заметил Ринго. — Не забывайте про пианиста и певицу.

— Хорошо, значит, ты — это ты, — сказала Джесси Ринго. — Диллон будет Джоном.

Ринго рассмеялся:

— Или Мэрайей. Ведь именно она стала продолжательницей рода. Во время перестрелки она была беременна, иначе у Вульфа просто не осталось бы потомков.

— Интересно, а какую роль играла я в этой истории? — проговорила Джесси.

— Ты была пианистом, — сказал Тимоти, неожиданно появившись в дверях.

Джесси не ожидала услышать его голос и даже подпрыгнула на месте.

— Что?

— Пианист Джордж Тернер был твоим предком.

Все это время Адам Харрисон провел за игорным столом. Стол для игры в кости, на котором умер Таннер Грин, убрали, и Адаму пришлось играть за новым столом.

На груди у распорядителя виднелась бирка с именем Даррелл Фрай, и, проходя между столами, он все время поглядывал на часы. Его поведение заинтересовало Адама.

Он ждал, пока в казино станет относительно тихо, и он сможет спокойно переговорить с Фраем.

— Говорят, недавно у вас выдалась горячая ночка, — сказал он ближайшему крупье. — Если не ошибаюсь, здесь кто-то умер?

Крупье оглянулся, увидел, что Даррелл Фрай стоит у другого стола, после чего заговорщически улыбнулся и сказал:

— Да, тот мужчина пришел прямо сюда, как раз где мы сейчас стоим. Чертовщина какая-то.

— Вы тогда работали? — спросил Адам.

Мужчина мрачно кивнул:

— Но я ничего не заметил, пока он не свалился на бедную женщину. Эти камеры работают из рук вон плохо.

— Правда? А что было не так с камерами?

— Начальство не особенно распространяется на эту тему, но, похоже, произошел какой-то сбой в работе, и камеры не сняли все, что было нужно, или что-то в этом роде. На самом деле это большой секрет. Но все, кто работают в казино, знают о нем.

Адам запомнил его слова, чтобы впоследствии передать их Диллону, поиграл еще несколько минут, оставил крупье чаевые и удалился. Он заметил, что Даррелл Фрай наконец-то ушел на перерыв, которого с таким нетерпением ждал. Адам увидел его у входа в кафетерий и зашел вслед за ним, заказал себе чашку кофе, сел за столик и принялся ждать.

Его бдительность была вознаграждена. Вскоре к Дарреллу Фраю подошла хорошенькая темноволосая женщина в трикотажном платье. У нее была стройная фигура, длинные волосы с красноватым отливом, уложенные в пышную прическу, и огромные солнечные очки. Эта дама показалась Адаму более чем подозрительной, и он усомнился в том, что ее волосы были натуральными.

Женщина села напротив Даррелла Фрая, сначала они говорили очень тихо, и он не мог разобрать, о чем они беседуют. Но через минуту разговор перешел на повышенные тона, и теперь он уже ясно различал слова.

— Сегодня. Ты слышишь меня, сегодня! — сказала женщина.

Она встала и удалилась прочь, громко цокая шпильками по выложенному мозаикой полу.

Когда Диллон приехал в полицейский участок, к своему удивлению он встретил там Дуга Тарлтона. Дуг был в повседневной одежде, без своего медицинского халата, он пил кофе, сидя в комнате для переговоров, где Джерри Чивер устанавливал телевизор и плеер, чтобы они могли просмотреть записи.

— Док, что ты здесь делаешь? — спросил Диллон.

Тарлтон улыбнулся:

— Отдыхаю. А то я слишком много времени провожу по локоть в крови и в кишках.

— Но ты же патологоанатом, — напомнил ему Диллон.

Тарлтон рассмеялся:

— Знаю. Но детектив Чивер решил немного развлечь меня. Вот я и приехал сюда. Ты не возражаешь?

— Нет, конечно, — пробормотал Диллон.

Техником был молодой сотрудник полиции по имени Дрейк Бартон.

— А где Сара Клей? — спросил Диллон.

— В морге, занимается трасологическими уликами, — объяснил Тарлтон. — Девушка очень амбициозна и много работает.

— Это верно, — согласился Диллон.

Он посмотрел на молодого техника, надеясь, что юноша окажется не менее смышленым, чем Сара.

— Вы можете показать записи с камеры, расположенной над столом для игры в кости, которые были сделаны незадолго до убийства? — спросил он.

— А что ты ищешь? — спросил Чивер.

— Возможно, Таннер Грин играл в «Солнце» незадолго до смерти, — пояснил Диллон.

— Конечно, я перемотаю, — сказал техник. — Как далеко? Здесь несколько часов записи.

— Отмотайте часа на три назад в режиме ускоренной перемотки, я скажу вам, когда остановиться, — сказал Диллон.

— Хорошо, — ответил Бартон.

Пленка начала крутиться. Диллон смотрел, как крупье и посетители бегают вокруг столов, будто они герои мультфильма, но Таннера Грина он среди них не заметил.

Затем появился и Грин. Он играл за тем же столом, на котором потом умер.

— Будь я проклят, — выпалил Чивер.

— Выходит, он появился здесь не случайно, — заметил Тарлтон.

Диллон пожал плечами.

— Мы всего лишь выяснили, что Таннер Грин был здесь до убийства, — заметил он. — Отмотайте еще назад, — попросил он техника.

В этот момент Диллон заметил Даррелла Фрая. Он выполнял свои обычные обязанности, но было видно, что Фрай нервничает. Диллон подумал, что он напомнил ему хорька.

Он явно чего-то ждал.

Диллон понимал, что дело было не только в его антипатии к Фраю. Этот человек вел себя очень подозрительно.

— Подождите — снова сказал он, — Отмотайте назад, а потом покажите этот фрагмент еще раз в режиме замедленного воспроизведения.

— Он заказал выпить. Вполне обычный поступок для посетителя казино, — заметил Чивер.

— Прокрутите еще раз, — настоял Диллон.

— Что-то здесь не так. Я тоже обратил на это внимание, — сказал Тарлтон.

— Что? — поинтересовался Чивер. Его раздражало, что он не видит того, что замечают остальные.

Техник Бартон медленно ответил:

— Знаете, существуют такие картинки, где изображение меняется в зависимости от угла зрения? А еще есть игра «найди десять отличий».

— Воспроизведите этот фрагмент еще раз, — попросил Диллон.

Пленка начала перематываться.

— Стойте! — воскликнул Диллон. — Вот оно.

— Что? — на этот раз даже Тарлтон был сбит с толку.

— Официантка, которая смешивала коктейли, — сказал он.

— А что с ней такого? Симпатичная... казино старается брать на работу хорошеньких девушек, — сказал Чивер.

— Нет; нет. Позади нее еще одна девушка. Они обе в саронгах[4], но у них разные костюмы.

На первый взгляд платья девушек были одинаковыми, но одежда официантки, которая обслуживала Таннера Грина, отличалась от остальных. У девушки рядом с ней, как и у других официанток, попугаи на платье были темно-зеленые и располагались симметрично. У этой же девушки попугаи были светлее и размещались несколько иначе.

— Найди, чем отличается одна картинка от другой, — пробормотал техник.

— Это что-то значит? — спросил Тарлтон.

Диллон посмотрел на Джерри Чивера:

— Вы можете позвонить в казино и выяснить, существуют ли у них различия в форме официанток?

— Сейчас узнаю, — сказал Чивер и взял трубку телефона.

Тарлтон встал и вплотную подошел к экрану, заслонив Диллону обзор.

— В чем дело? — спросил Диллон.

Тарлтон продолжал смотреть на экран.

— Черт, даже не знаю. Но что-то здесь не так. И это не укладывается у меня в голове. Возможно... — Он сел не отрывая глаз от экрана. — А, ладно. Я не могу понять. К тому же мне пора возвращаться. Спасибо, что разрешили мне немножко поиграть в полицейского. Кажется, я что-то заметил, и я позвоню вам, когда все выясню.

Глава 16

Джесси не могла припомнить, чтобы ложилась на кровать своего дедушки, и все же ей казалось, что она лежит рядом с ним, почти как во времена ее детства, когда они вместе ездили на озеро. Они расстилали на земле большое полотенце, ложились на него, смотрели на облака и фантазировали, превращая эти редкие белые клочья в небе Невады в волшебных животных.

Сегодня облака были странными. Они заволокли почти все небо. Тимоти указывал на них и говорил:

— Смотри, ты видишь его? Это Билли Тайгер. Не бойся его. Он — семинол, его захватили в плен и отправили на Запад, но ему удалось бежать, и вместе с вождем Сидящим Быком они вступили в бой с белыми.

— Как поживаете, мистер Тайгер? — вежливо спросила Джесси, теперь, когда Тимоти указал на него, она тоже смогла его увидеть.

— Он хороший друг, — сказал Тимоти.

Джесси было немного грустно, что он ищет друзей в облаках или на стенах, но она ничего не сказала ему.

Джесси слишком сильно любила дедушку, чтобы ранить его чувства.

— Билли Тайгер показывает мне прошлое, — сказал Тимоти. — Он и тебе его покажет.

Когда Тимоти начал описывать город с длинной центральной улицей и дорогой, изрезанной колеями, облака раздвинулись. Подул легкий ветерок, он принес с собой горячий воздух и песок из пустыни. На дороге то здесь, то там прыгали перекати-поле. На одном из домов Джесси увидела большую вывеску с надписью «Хрустальная канарейка». В другом доме располагался банк. В конюшне стояли лошади. Люди были одеты в старинные одежды, все женщины — в длинных платьях, часто из пестрого ситца, и в шляпках, которые защищали их от палящего солнца.

— Вот здесь находится газета, — сказал Тимоти. — А там... — Он указал на небо. — Там был салун.

Джесси показалось, что она идет вместе с ним через двери салуна. Она увидела пианиста — привлекательного мужчину с зелеными глазами и темной кожей, которая имела скорее даже коричневый, чем медный оттенок. Его можно было принять и за белого, проводившего слишком много времени на солнце, и за индейца, и даже за черного.

Вдруг Джесси оказалась у него на коленях, но ее это не смутило, потому что этот человек неожиданно превратился в Тимоти. Рядом с ним стояла молодая женщина. Она пела.

Четверо мужчин за столом играли в покер. Она узнала только двоих: Ринго и Диллона. Нет, это был не Диллон, а кто-то очень похожий на него. Двоих других она не узнала. Один из мужчин все время глупо улыбался, у другого был неприятный, угрюмый и изможденный вид. Он не понравился Джесси.

Двери распахнулись, и чей-то высокий темный силуэт загородил собой солнце. С его появлением облака потемнели, стали тяжелыми, словно в преддверии грозы.

Она испугалась.

— Прячься, — сказал ей Тимоти. Но теперь перед ней был уже не Тимоти, а снова пианист. — Я подниму людей.

Джесси спряталась за пианино.

Мужчина в дверях вошел в салун и направился к игрокам в покер, его сопровождали четверо громил. Никогда еще Джесси не видела таких огромных людей. Затем все повскакивали со своих мест и стали стрелять друг в друга. Джесси хотелось кричать, но она боялась выдать свое присутствие...

В живых остались только двое.

А затем...

Двери снова распахнулись. Появился еще один крупный мужчина, он тащил за собой красивую женщину в одежде из оленьей шкуры. Но это была не индианка, а белая женщина со светлыми волосами.

Джесси посмотрела на мужчину, который был похож на Диллона. Он смотрел на красивую женщину, губы его шевелились, и Джесси попыталась расслышать, что он говорит. Она видела, что блондинка не понимает его, не может услышать его слова за свистом пуль.

Но Джесси слышала его.

По крайней мере, одно слово: «здесь».

Звуки стрельбы смолкли, Джесси огляделась и увидела, что оба противника мертвы. А прекрасная женщина стояла над ними и рыдала.

Внезапно Джесси проснулась. Она не лежала рядом с Тимоти, а сидела на стуле в столовой. Вероятно, она уснула, положив голову на стол, точно так же, как и Никки. Джесси закрыла глаза и тихо застонала. Тимоти вовсе не был сумасшедшим.

И Билли Тайгер только что показал ей Индиго. Неужели она на самом деле услышала то, что говорил Джон Вульф? Отлично. Еще одно зашифрованное послание, состоящее из одного слова, которое, возможно, ничего не значило. Здесь.

Бренту Блэкхоуку удалось узнать много интересного. Одним из самых больших сюрпризов стало то, что подруга Джесси Сандра оказалась потомком Милли Тейлор — певицы из салуна, которая выступала там во время перестрелки. Ему стало любопытно, знала ли Сандра о своем происхождении.

Продолжив поиски, он установил еще одну взаимосвязь. Она касалась Таннера Грина.

Его предки по отцовской линии были родом из Филадельфии, но семья его матери происходила с Запада, они носили фамилию Хорнсби. В данных переписи по штату Невада было несколько Райли Хорнсби, и один из них вполне мог быть головорезом из шайки Фрэнка Варни и предком Грина.

Со все возрастающим интересом Брент принялся изучать семью злосчастного сотрудника парковки Руди Йорбы. Брент смог проследить и его родословную, опять же по материнской линии, — его предком был Марк Дэйвисон. Удивительно, как плохой человек из прошлого оказался связан с хорошим парнем из наших дней.

Час спустя Брент прервал свои поиски; переплетения имен и судеб, которые ему удалось обнаружить, ошеломили его. Оказалось, что предки всех людей из списка, который дал ему Диллон, были участниками той перестрелки, включая Даррелла Фрая, Хьюго Блита и детектива Джерри Чивера — он оказался потомком трусливого шерифа Индиго Гранта Перси.

Но настоящим джек-потом стал Эмил Лэндон. Его предком был Фрэнк Варни.

Брент продолжил поиски и обнаружил еще одну странную деталь, которая, возможно, и не имела отношения к делу. Судя по всему, у Эмила Лэндона был еще один ребенок, помимо того, который жил на Востоке вместе с его бывшей женой и о котором все знали. Более двадцати лет назад Лэндон сопровождал в больницу беременную проститутку, которой на тот момент было всего двадцать лет.

Брент буквально приник к монитору компьютера, еще раз перечитал статью и выругался про себя. Там не было никаких упоминаний о том, присутствовал ли Лэндон при родах или просто сыграл роль доброго покровителя девушки. Брент набрал в поисковике имя проститутки и продолжил работу.

Женщину звали Селия Смитфилд, а ее прапрабабушка по материнской линии носила имя Варни. Брент вытащил мобильный телефон и позвонил Диллону.

Джесси оставила спящую Никки в столовой и вышла в коридор, чтобы немного размять ноги. К своему удивлению, она столкнулась там с Сандрой. Вид подруги потряс ее — глаза у Сандры были красными, как будто женщина только что плакала.

— Что? В чем дело? — с тревогой спросила Джесси.

— Ты должна это видеть! Скорее! Там, на улице, — сказала Сандра и потянула Джесси за руку.

— Хорошо, Сандра. Я иду.

Джесси решила не будить Никки, ведь ей всего лишь нужно было выйти на парковку, к тому же с ней была Сандра. Она обняла Сандру за плечи и с удивлением обнаружила, что женщина дрожит.

— Сандра, я могу тебе чем-то помочь?

— Просто... пойдем, — сказала Сандра. — Прошу тебя.

Джесси последовала за Сандрой вниз по лестнице и с улыбкой помахала рукой Джимми.

— Я скоро вернусь, — сказала она ему.

— Это в моей машине, — сказала Сандра, когда они вышли на парковку.

Она открыла дверцу заднего сиденья.

Джесси наклонилась, чтобы рассмотреть, что ей хотела показать Сандра, но вдруг неожиданно та толкнула ее в машину. Джесси ударилась головой о ручку противоположной двери и почувствовала обжигающую боль. Она услышала, как Сандра охнула и сказала: «Вот черт!»

Боль в голове, стала невыносимой, перед глазами почернело.

Официантка в странном платье все никак не выходила у Диллона из головы. Даже в самой внешности этой девушки было нечто подозрительное. И у нее были странные волосы — неестественно пышные и как будто сбитые на одну сторону. Складывалось впечатление, что это парик.

По словам Джерри Чивера, который переговорил с менеджером по персоналу, вся спецодежда шилась из одной ткани.

Отъезжая от парковки, Диллон понял, что эта женщина показалась ему смутно знакомой. По тому, как она двигалась, как стояла.

Его телефон зазвонил.

Это был Адам.

— Похоже, Даррелл Фрай замешан в этом деле. Я видел, как он разговаривал в кафетерий с женщиной в чудном парике. Она была рассержена и сказала, что «это» должно случиться сегодня днем. Если сможешь дозвониться до своего друга Джерри Чивера, попроси задержать Даррелла Фрая под каким-нибудь предлогом.

— Хорошо. Кажется, я видел ту же самую женщину на записи с камеры видеонаблюдения. Она была сделана в ночь убийства Таннера Грина. Эта она подмешала Грину ЛСД, — сказал Диллон. — Я немедленно перезвоню Чиверу.

Диллону пришлось оставить сообщение, поскольку Чивер, судя по всему, был в туалете.

— Передайте ему, что нужно найти предлог, чтобы задержать Даррелла Фрая... и как можно скорее. Скажите ему об этом сразу же, как только он вернется, — попросил Диллон.

Телефон зазвонил в тот момент, когда Диллон перестал разговаривать с полицейским. На линии был Брент.

— Послушай. Все имена, которые были в списке, совпали. Даже Даррелл Фрай, в котором ты не был уверен.

— Я оставил Чиверу сообщение, чтобы он задержал его, — сказал Диллон. — Прости, что перебил тебя. У тебя есть еще что-нибудь?

— И самое интересное. Кажется, у Эмила Лэндона был ребенок.

— Да, он живет на Востоке.

— Нет, в Неваде. Незаконнорожденный.

— Сын? — спросил Диллон.

— Я не знаю. Ребенок исчез. Но догадайся, куда ведет его материнская линия? — спросил Брент.

— К кому же?

— К Фрэнку Варни. Правда, странно? Лэндон сам потомок Варни. У него были отношения с женщиной, которая являлась его дальней родственницей.

Диллон, наконец, вспомнил, где видел уже ту женщину на пленке и почему она показалась ему знакомой.

— Это была девочка, — сказал Диллон, проклиная собственную глупость. Его провели как последнего идиота. — Возвращайся к Джесси и Никки. И к Тимоти. Боюсь, там может что-то случиться. Я позвоню Чиверу, а затем поеду в морг. Брент, я напуган до чертиков. Поезжай туда как можно скорее. Прошу тебя.

Первое, что почувствовала Джесси, когда пришла в себя, была страшная головная боль. Она не сразу поняла, что все случившееся не было сном и Сандра действительно затолкнула её в машину и похитила.

— Сандра, что с тобой, черт возьми, стряслось? — спросила она, пытаясь подняться, Но снова упала на сиденье от невыносимой головной боли.

— Рэджи! — сквозь слезы проговорила Сандра.

— Рэджи? — с недоумением спросила Джесси.

— Они не могли добраться до тебя, потому что ты была с Диллоном, и тогда они похитили Рэджи и велели мне привезти тебя. Они ждут нас в Индиго, и если через полчаса ты не окажешься там, то убьют Рэджи.

Джесси нервно сглотнула. Она все прекрасно поняла, однако попыталась убедить Сандру сохранять благоразумие и не совершать опрометчивых поступков.

— Ты звонила в полицию? — спросила она.

— Я не могла позвонить в полицию! — истерично выкрикнула Сандра, — Разве ты не понимаешь, они убьют ее! Она для них ничего не значит. Когда они получат тебя, отпустят Рэджи. Они пообещали, что не причинят тебе вреда. Ты нужна им как заложница, чтобы Диллон рассказал им, где находится золото.

— Это безумие. Диллон не знает, где золото.

— Они считают, что знает.

У Джесси кружилась голова. Почему кто-то решил, что Диллону известно, где золото? Она подумала о предположении Диллона относительно связи между прошлым и настоящим и вспомнила слова Тимоти: «Они собираются». Неужели кто-то поверил, что, собрав вместе потомков тех, кто умер или уцелел в той кровавой бане, он сможет отыскать золото? И что Диллон сможет каким-то образом воскресить воспоминания своего предка и найти сокровища?

Джесси моргнула, пытаясь собраться с мыслями и разобраться в происходящем.

— У тебя нет аспирина или еще чего-нибудь подобного? Ты так больно меня ударила, стерва.

Она почти пожалела о последнем слове, когда увидела, что по щекам Сандры катились слезы.

— Прости, у меня не было выбора, — сказала Сандра.

— Сандра, ты должна сообщить о случившемся в полицию.

— Я не доверяю полицейским! — яростно выкрикнула Сандра.

— Почему?

— Прошлым вечером Чивер отвозил меня домой. Он знает, где я живу, — сказала Сандра. — Как я могу быть уверена, что это не он рассказал им, где искать Рэджи?

— Но... Сандра, твой адрес есть в телефонной книге. Его мог найти любой, — возмутилась Джесси.

— Возможно. Но это не важно. Они сказали, что убьют ее, если заметят полицейских.

— Успокойся и расскажи мне все. — Джесси понимала, что просит о невозможном.

Успокоиться? Эти люди убили уже трех человека Что могла значить для них жизнь Рэджи?

Сандра судорожно вздохнула.

— Я поехала в магазин. Когда вернулась, увидела рюкзак Рэджи и поняла, что она уже пришла из школы. Затем мне позвонили.

— Кто звонил: мужчина или женщина?

— Не знаю. Он старался изменить голос.

— Ты уверена, что Рэджи действительно у них? Что они не блефуют?

Сандра стала всхлипывать еще громче.

— Они дали ей трубку. Она плакала.

— Ладно, значит, Рэджи с ними, — согласилась Джесси. — Но, Сандра, мы все равно должны позвонить в полицию. Неужели ты ничего не понимаешь? Даже когда я окажусь у них, они не отпустят Рэджи. Они не смогут этого сделать. Твоя дочь слишком многое знает. Они убьют нас всех. Индиго — мертвый город вдали от населенных пунктов. Если ты не доверяешь Чиверу, обратись в полицию штата.

— Мы не можем позвонить в полицию, — сказала Сандра.

— Почему?

— Я забыла свой мобильный.

Диллон позвонил Тарлтону, но патологоанатом не снял трубку. Тогда он набрал номер морга, предположив, что Дуг занимался вскрытием очередного трупа и не мог подойти к телефону. Там он узнал, что Тарлтон отлучился, но вскоре должен был вернуться, а Сара Клей взяла выходной.

Едва он закончил разговор, как его телефон зазвонил.

— Диллон, это Брент. Джесси пропала. А также Тимоти и Ринго. Никки в панике. Санитар Джимми сказал, что Джесси ушла со своей подругой Сандрой.

— Сандрой? — с недоверием в голосе уточнил Диллон.

— Так он сказал.

— Звони в полицию... я уже еду туда, — ответил Диллон и резко развернулся, не обращая внимания на сердитые гудки других водителей.

— Куда ты едешь? — спросил Брент.

— В Индиго.

Тимоти давно уже не садился за руль, но это напоминало езду на велосипеде — стоит один раз научиться, и этот навык останется с тобой до конца дней. Он сожалел о том, что ему пришлось сбежать и бросить остальных, но у него было слишком мало времени. Он прожил долгую жизнь и ничего не боялся.

Билли Тайгер предупредил его о том, что должно произойти, что Джесси грозит опасность, и Тимоти знал, что ему нужно в Индиго. Все должно было повториться, и пусть это случится с ним, а не с Джесси.

Ему нравилось вести машину. Тимоти даже не представлял, что ему будет так весело за рулем «скорой помощи» и что этот автомобиль может ехать так быстро. Он был рад снова оказаться на дороге. Но скоро за ним отправятся в погоню, как только станет известно, что карета скорой помощи пропала.

Еще издалека он увидел город Индиго — суровый климат пустыни сделал его бледным как мираж.

Тимоти услышал чей-то голос и узнал Билли Тайгера. Пока он был в городе, Билли предупреждал Тимоти, чтобы он не сворачивал на центральное шоссе, где «скорая помощь» могла привлечь к себе внимание. Но на просторах пустыни Невады трудно было спрятать такой большой автомобиль.

Он услышал неприятное позвякивание, которое сопровождало его всю дорогу и напоминало звон шпор.

Пора было сбавить скорость, чтобы тихо подъехать к городу.

Тимоти свернул с дороги, и карета скорой помощи запрыгала по ухабам.

Если они следили за дорогой, то наверняка увидели его.

Однако, останавливаясь позади домов, выходивших окнами на главную улицу, Тимоти подумал, что, возможно, они и не заметили его. Он удивился, увидев, что там уже были припаркованы машины. Он насчитал три автомобиля.

Они собирались.

Подъезжая к городу, Сандра наконец-то сбавила скорость. «Еще чуть-чуть, — мрачно подумала Джесси, — и мы бы врезались прямо в дом»

Сандра остановилась посередине главной улицы, выскочила из машины и позвала свою дочь.

Джесси с удивлением увидела, как из дома с выцветшей вывеской, на которой было написано «Банк», вышла женщина.

— У тебя получилось! — радостно воскликнула она.

— Где моя дочь? — спросила Сандра. — Джесси здесь. А где моя дочь?

Сандра кинулась к женщине, но Джесси оттащила ее назад, заметив, что незнакомка держит в руке маленький пистолет. Несмотря ни на что, она не хотела, чтобы Сандра погибла.

— Тише, — сказала женщина Сандре, а затем осмотрела Джесси с ног до головы. — Так ты и есть Джесси Спархоук?

— Да... а вы кто такая? — спросила Джесси.

— Сара Клей, — ответила женщина.

Это имя ничего не сказало Джесси.

— Кто, черт возьми, стоит за всем этим? — спросила Джесси. — Эмил Лэндон?

Сара рассмеялась:

— Эмил Лэндон? Этот сукин сын, который не захотел признать меня своей дочерью? Который заявил, что моя мать путалась с половиной мужчин Лас-Вегаса и каждый из них мог быть моим отцом? И поэтому отказался сдавать тест на отцовство?

— Эмил Лэндон — ваш отец? — удивилась Джесси.

— Где моя дочь? — крикнула Сандра.

— Мама! — Из банка послышался крик.

Затем в дверях появилась Рэджи. Она хотела бежать, но кто-то удерживал ее. Это был Хьюго Блит. Вслед за ним из банка вышел Даррелл Фрай.

— Привет, Джесси, — сказал он.

Джесси была слишком потрясена, чтобы хоть что-то ответить, к горлу подкатила тошнота.

— Отпустите мою дочь... я прошу вас! — взмолилась Сандра.

— Иди к маме, малышка, — сказал Хьюго Блит, отпуская Рэджи.

Девочка спрыгнула с тротуара и бросилась к матери. Сандра, всхлипывая, обняла ее.

— А теперь, если не возражаешь, иди сюда... — сказала Сара Клей Джесси.

— Кто вы такие? — спросила она.

— Я же сказала, что я — Сара Клей, — с недовольным видом ответила женщина. — Разве Диллон не упоминал моего имени?

— Нет, — сказала Джесси, удивившись, что ее ответ, похоже, огорчил женщину.

— Что ж, вполне по-мужски, — заметила Сара. — Думаю, если бы между вами что-то было, он тоже не сказал бы мне об этом.

«Это ложь», — подумала Джесси, но все равно почувствовала, как внутри у нее все закипает. Она заставила себя успокоиться и смерила женщину хладнокровным взглядом.

— Наверное, вы были не так уж важны для него, или он считает вас недостаточно... сексуальной.

Джесси подумала, что зашла слишком далеко. Подобные слова могли не просто обидеть Сару Клей, а привести ее в ярость.

Слишком поздно.

Сара Клей подскочила к Джесси и залепила ей такую затрещину, что у девушки все поплыло перед глазами, а головная боль, начавшаяся после удара о дверцу машины, усилилась еще больше.

— Ладно, — проговорила Джесси. — У тебя есть я, отпусти их. Пусть Рэджи и Сандра уезжают.

— Сначала ты позвонишь Диллону. И скажешь ему, чтобы отделался от того старикашки и своих друзей. Я хочу знать, где находится золото, — сказала Сара.

— Ты сошла с ума. Нет никакого золота! — воскликнула Джесси.

— Есть. И оно где-то здесь, рядом, — ответила Сара.

— Сара права, — вступил в разговор Даррелл. — Она нашла письмо, которое Джон Вульф писал женщине по имени Мэрайя, где и говорил ей, что нашел его.

— Заткнись, Фрай. Дай сюда телефон, чтобы она могла позвонить Диллону и сказать, чтобы он немедленно ехал сюда, иначе я пристрелю ее! — приказала Сара.

Даррелл дал ей мобильный, и Джесси удивилась, что это место обслуживалось оператором сотовой связи.

Сара набрала номер и выругалась, а Джесси постаралась сдержать улыбку. Вероятно, она напоролась на автоответчик.

«Но где же Диллон?» — подумала Джесси. Никки наверняка уже проснулась и подняла тревогу. Джимми знал, что она уехала с Сандрой. Это не должно было вызвать особых подозрений, но в тот день все казалось необычным.

Неожиданно из салуна послышались звуки старого пианино. Кто-то играл давно забытую мелодию. От неожиданности все подпрыгнули на месте.

— Берите их и идите все за мной! — приказала Сара и поспешила к салуну. Блит взял на себя Сандру и Рэджи, а Даррелл схватил за руку Джесси и потащил за собой. Она прикусила нижнюю губу и постаралась сдержать переполнявшие ее эмоции.

Значит, Эмил Лэндон был ни при чем. Возможно, его пыталась убить собственная дочь?

Они прошли в салун через двери, которые угрожали в любой момент сорваться с петель.

Глаза Джесси не сразу привыкли к слабому освещению в салуне, но, оглядевшись, она не удержалась и громко охнула.

За старым пианино сидел Тимоти, его пальцы лежали на клавишах.

— Милли, ты пришла, — сказал он Сандре. — Иди сюда и спой нам.

— Кто этот старикашка и что он здесь делает? — спросила Сара.

— В чем дело, мэм? — спросил Тимоти и снова дотронулся до клавиш. — Я — Тернер, Джордж Тернер. А это Милли и ее дочка. Кое-кто не сможет к нам присоединиться, потому что уже мертв, например, тот парень, чье тело вы спрятали в банке, но все остальные в сборе.

Несмотря на царивший в салуне полумрак, Джесси заметила, что лицо Сары потемнело от гнева.

— Ты говоришь о втором головорезе, который напал на меня? — спросила Джесси.

Даррелл больно выкрутил ей руку.

— Послушайте, если вы хотите, чтобы я поговорила с Диллоном, то вам лучше отпустить меня. Сейчас же! Вы все вооружены, а у меня, как видите, нет ни ножа, ни пистолета.

Даррелл немного помедлил, но, как ни странно, отпустил ее. Сара, по-видимому, была не в настроении спорить с ним.

— Хорошо, отведите их в банк. Всех, — сказала она. — Живо вставай! — обратилась она к Тимоти.

— Все это так глупо, — сказал Тимоти. — Но, может, вы разрешите Милли подойти ко мне, и тогда мы исполним для вас какую-нибудь старую песенку.

Сандра обнимала Рэджи и дрожала всем телом. Тимоти не двинулся с места.

— Выведите этого старика, — приказала Сара Хьюго.

Джесси знала, что они могут причинить Тимоти вред, и решила помешать им.

— Подождите! Я уведу его, — сказала она и подошла к пианино.

Тимоти посмотрел на нее, и Джесси протянула ему руку:

— Дедушка, мы должны пойти в банк, где собрались городские жители.

— Хорошо, девочка, я иду, — сказал Тимоти и встал.

Сара махнула рукой в сторону улицы, и все последовали за ней.

Они пересекли пыльную дорогу и по деревянному тротуару дошли до банка.

— Я же говорил, что тебе нужно было поработать на меня, Джесси, — сказал Фрай.

Она уставилась на него.

— Я только не понимаю, зачем вы вытолкнули Таннера из лимузина, сначала ударив его ножом в спину?

— Согласись, это был отличный ход? — спросила Сара. — У моего отца был точно такой же лимузин, как и у владельцев казино «Солнце», — Она засмеялась. — Вас оказалось так легко провести. Даррелл взял лимузин из «Солнца», а затем я оторвала пуговицу от рубашки Грина. Потом я завела интрижку с одним парнем, который работал в «Новом Орлеане». Так я смогла пробраться в лимузин этого казино и оставить там пуговицу на случай, если кому-то придет в голову проверить лимузины. И я не ошиблась... Диллон клюнул на эту наживку. Мы рассчитали время так, чтобы в ночь убийства Даррелл все время оставался на виду, и кто мог заподозрить меня или установить связь между мною, мертвым городом и золотом в нем? Я подмешала Грину наркотик, а потом убила его. Он даже не узнал, кто убил его. Даррелл прекрасно справился со своей работой. Во время перерыва он выскочил на улицу и подошел к нам; чтобы потом мы смогли вытолкнуть Грина из машины, а камеры ничего не зафиксировали. — Она улыбнулась. — За рулем сидел Хьюго, но Лэндон готов был поклясться, что все это время охранник был с ним. Хьюго подмешал моему папочке снотворное, и он спал крепко, как младенец, и даже не подозревал о том, что верный Хьюго на время покинул его. Все прошло как по маслу.

— Но зачем? — спросила Джесси. — Зачем убивать Таннера Грина, если тебе было нужно золото?

— Ты ничего не понимаешь? Я стреляла в этого подлого мерзавца, который отказался признать меня своей дочерью. Таннер должен был умереть, и тогда мой отец поверил бы, что ему действительно угрожает опасность. Это я уговорила его нанять Диллона. Однажды я узнала, что мой милый папуля звонил моему боссу — лейтенанту Брауну — и просил у него совета. Я перезвонила Лэндону, сказала, что мне поручил это Браун, и убедила, что в целях своей безопасности он должен обратиться за помощью к Диллону Вульфу. Мне нужен был Диллон, с его помощью я рассчитывала найти золото, к тому же мне представилась отличная возможность свести счеты с отцом. Все было рассчитано просто идеально.

— Хорошо, но даже если ты найдешь его... что тебе это даст? Это же земля паиутов, — сказала Джесси.

Сара рассмеялась.

— Верно, это земля паиутов, а мой отец пытается использовать индейское происхождение, чтобы построить здесь свое казино. И если сюда приедут его люди с бульдозерами и лопатами, они найдут золото, поэтому я должна опередить их. Это мое золото, и я получу его во что бы то ни стало.

— А почему ты решила, что Диллон сможет найти золото? — спросила Джесси.

Сара была безумна, она придумала весь этот сложный план ради достижения своей сумасшедшей мечты. И она спокойно могла убить их.

— Не забывай, я работаю криминалистом, и провела свое расследование, — сказала Сара.

— Ну да, конечно, — согласилась Джесси. — Но почему ты считаешь...

— Джон Вульф умер в этом месте, он был предком Диллона. Я собрала всю возможную информацию об Адаме Харрисоне, о компании «Расследования Харрисона» и о Диллоне Вульфе. Он обладает способностью, которую наука пока не может объяснить. Ему известно, где золото, и даже если он пока что не знает этого, то сможет выяснить, упрямо заявила она.

— Но ты же не можешь... — начала Джесси.

— Заткнись! — перебила ее Сара и толкнула дверь банка.

Когда дверь стала закрываться и тьма сгустилась вокруг Джесси, она поняла, что все остальные остались на улице.

В ярости Джесси закричала:

— Я хочу видеть моего дедушку и друзей! Немедленно! Диллон ничего не сделает, если я его об этом не попрошу! Ничего! А я не стану его просить, если с моими друзьями что-то случится.

Ожидая ответа, она сделала шаг назад и наткнулась на что-то. Джесси нагнулась, чтобы получше рассмотреть лежавший на полу предмет. Он был твердым и липким, вместе с тем... достаточно податливым и холодным на ощупь...

Перед ней был мертвец.

Джесси отдернула руку, вспомнив, что они совершили еще одно убийство. Возможно, это был наемник, который работал на них. Вероятно, они ни с кем больше не хотели делить свою добычу.

Она собралась с силами, подавила страх и приготовилась повторить требования, но в этот момент дверь открылась. Внутрь зашла Сандра, следом за ней — Рэджи и Тимоти.

— Джесси? — сказала Сандра. — Что нам теперь делать?

— Все хорошо. Мы что-нибудь придумаем. И Диллон приедет, — сказала Джесси, всем сердцем надеясь, что так оно и будет.

На определителе высветился номер Сары. Диллон сразу же догадался, что она собирается использовать жизнь Джесси в качестве разменной монеты. Он с трудом сдержался и не ответил на звонок, потому что знал: пока он нужен им, с Джесси все будет в порядке. Ей наверняка сейчас было очень страшно, и все равно он не мог ответить. Как же он был слеп! Он подозревал кого угодно, только не Сару. Но теперь, когда узнал всю правду, он молился о том, чтобы было еще не слишком поздно что-то изменить.

Как быстро он сможет добраться до Индиго? И сколько времени понадобится, чтобы туда подоспела помощь?

И даже если они приедут вовремя, не случится ли еще одна кровавая баня?

Сара была безумна. Талантливая женщина, отвергнутая родным отцом и одержимая своими демонами. Она продумала все ходы и манипулировала всеми игроками, включая его самого. На самом деле убийство произошло в лимузине, принадлежавшем казино «Солнце», но он подыграл ей и купился на подброшенную ею улику. Даррелл Фрай также был замешан в этом деле. А поскольку Эмил Лэндон был ни при чем, значит, здесь не обошлось без участия Хьюго Блита. Был ли кто-то еще в их банде?

Скорее всего, нет. Сара знала, что чем больше людей участвуют в деле, тем выше шансы, что кто-то из них совершит предательство. Люди, напавшие на Джесси, были всего лишь наемниками. Возможно, они никогда не видели Сару в лицо. Один из них уже был мертв, что касается второго, то даже если он еще жив, его часы сочтены.

Лежавший на пассажирском сиденье телефон снова зазвонил. Он раздумывал над тем, отвечать ему или нет, когда увидел вдали поднимавшиеся из песка неясные очертания Индиго.

Ему снова звонила Сара. Диллон нажал кнопку, но не стал говорить. Возможно, Сара подумала, что связь прерывается, потому что не повесила трубку.

Диллон услышал, как они переговариваются между собой.

— Мы должны избавиться от остальных, — сказала Сара.

— В отличие от меня, вы плохо знаете Джесси. — Это был Даррелл Фрай. — Если вы убьете их, она не станет нам помогать. Она упрямая.

— Но как этот старикашка добрался сюда? — спросил Хьюго Блит.

— Машину угнал, как же еще? — сказала Сара. — Вы все мне испортили, недоумки! На вас вообще нельзя положиться! Хорошо хоть идиоты, которых вы наняли, чтобы похитить девчонку, теперь мертвы. А ты, ты просто дурак! — крикнула она Дарреллу. — Да, мы не попали в поле зрения камеры, но неужели ты не заметил, что Руди Йорба пялится на лимузин и на Таннера Грина? Я смотрела те чертовы записи и представляю, что могли там увидеть полицейские!

— Не забывай, что ты тоже в этом участвовала и несешь такую же ответственность за содеянное! — с вызовом бросил ей Даррелл. — Как только приедет Диллон, который знает, где золото, мы получим свою долю и уберемся отсюда. Потому что рано или поздно полиция догадается о том, что мы работали вместе. Да и твой придурочный папочка наверняка скоро начнет искать Хьюго.

— Расслабься. У нас есть мертвец, на которого все можно свалить, — напомнила ему Сара.

Связь прервалась, и Диллон отключил телефон. Он уже подъехал достаточно близко к городу, и, если телефон снова зазвонит, он ответит. Он знал, что будет делать, когда приедет в Индиго.

И надеялся на помощь умерших.

Глава 17

Дверь приоткрылась, и в темное помещение банка проник луч фонарика. Его свет слепил глаза, но Джесси все же смогла рассмотреть небо и кровавые отблески на нем. Солнце садилось.

— Джесси, выходи, — приказал Даррелл.

Она даже не пошевелилась.

— Джесси Спархоук, выходи немедленно, или мы начнем стрелять, — предупредила ее Сара.

— Джесси. — Сандра тронула ее за плечо.

— Все хорошо, Сандра. Не волнуйся.

Джесси повернулась и попыталась рассмотреть Тимоти в темноте.

Он, вероятно, уловил ее движение и сказал:

— Все в порядке, внучка. Мы собрались.

Слова Тимоти и его удивительное спокойствие тревожили Джесси куда больше, чем мысли о том, как договориться с Сарой и сохранить жизнь всех остальных. Она знала, что Сара в любую минуту может открыть огонь, поэтому вышла из банка на улицу.

Сара сунула ей в руку мобильный телефон.

— Звони Диллону и молись, чтобы на этот раз он ответил. Скажи ему, что если он приедет не один, то я пущу тебе пулю в голову. Возможно, я и сама погибну, но тебя заберу с собой.

Не говоря ни слова, Джесси взяла у нее телефон и набрала номер Диллона.

Она надеялась, что у Диллона включится автоответчик, это позволило бы им еще немного потянуть время. Но Диллон ответил.

— Диллон, — сказала Джесси.

— Джесси?

— Я в Индиго с женщиной по имени Сара Клей, которая утверждает, что ты знаешь ее. Еще здесь Даррелл Фрай и Хьюго Блит, — добавила она.

— Знаю, — тихо сказал Диллон.

— Она говорит, что если ты приедешь сюда не один и не скажешь им, где золото, то она убьет меня.

— Я уже понял это, — мягко сказал он.

— Повтори еще раз... он должен приехать один. И пусть скажет, где золото, — приказала Сара.

— Хорошо, я слышал ее. А теперь ты послушай меня, Джесси. Скажи ей, что я с удовольствием расскажу ей, где золото. Но я знаю, что с вами Тимоти, Сандра и Рэджи, и они должны быть живы и здоровы к тому моменту, когда я приеду. Передай ей, чтобы она отвела вас всех в салун. Скажи, что я смогу понять, где находится золото, лишь в том случае, если мы попытаемся восстановить ту перестрелку. Мне нужно, чтобы вы все были в салуне.

Сара вырвала телефон из рук Джесси.

— Здравствуй, Диллон, — приятным тоном проговорила она.

Джесси не слышала его ответа, но увидела, что Сара нахмурилась.

— Только не указывай, что мне делать. У нас есть оружие... твои друзья... и эта рыжая девка, от которой ты, похоже, без ума, — добавила она.

Ответ Диллона привел ее в ярость.

— Что? — крикнула Сара и бросила взгляд на Даррелла Фрая. — Тебе не нужно говорить с Дарреллом. Я одна здесь за все отвечаю.

— Но, Сара, мы участвуем в этом деле вместе, — напомнил Даррелл, недовольно щуря глаза.

— А кто придумал весь план? — огрызнулась Сара.

Затем она с возмущением посмотрела на телефон — Диллон повесил трубку.

Сара повернулась к своим подручным:

— Приведите сюда остальных. Он хочет, чтобы все пошли в салун. Пошевеливайтесь!

Она толкнула Джесси так сильно, что та чуть не упала, но невидимая рука поддержала ее и помогла сохранить равновесие.

Джесси услышала звон шпор, наклонила голову и слегка улыбнулась. Вероятно, Ринго приехал вместе с Тимоти. Он был здесь, и это приободрило Джесси.

Она направилась к салуну, понимая, что Даррелл и Хьюго пошли за Сандрой, Рэджи и Тимоти.

Сара толкнула ее внутрь первой. К удивлению Джесси, Диллон был уже там. Он сидел за столом для игры в покер и всем своим видом показывал, что ему уже надоело ждать, пока они появятся.

Сара зашла вслед за Джесси и ойкнула от удивления, но быстро взяла себя в руки.

— Так ты уже здесь. Вот идиот. Ты даже не попытался напасть на кого-нибудь из нас и увеличить свои шансы на победу.

— Зачем? Ты отпустишь моих друзей, а я отдам тебе золото, — сказал Диллон. — Но мы должны сделать все правильно. Ты наверняка изучала историю и знаешь, что ты потомок Варни, прости, даже двойной потомок. Больше всего меня огорчает то, что ты могла подняться наверх, не совершая преступлений. Ты же была лучшей в академии.

— Но у меня не было денег! — напомнила ему Сандра. — Да, я изучала прошлое моей семьи. Моя дура-мать по уши влюбилась в отца. Она позволила ему откупиться. А потом освободила его от любой финансовой ответственности за мое благополучие. Он отказался признать меня. Но этот дурак очень скоро потеряет все, что имеет. Я сама позабочусь об этом. Он по уши в долгах, и, как только я получу деньги и положение, скуплю все его закладные. И вот тогда он у меня попляшет. Я все тщательно спланировала. Мой отец невероятно глуп. Он доверяет Хьюго. А Хьюго уже давно работает на меня. Он просто хотел получить свою долю, и у него не было ни малейшего желания целовать задницу моему папаше.

— А что насчет Даррелла? — спросил Диллон.

— Она... она знает о... — начал Даррелл.

— Придурок, закрой рот! — предупредила его Сара, а затем вздохнула. — Вот черт. Он присваивал себе доходы казино, и я поймала его на этом. Но он обладал знаниями, которые были мне нужны, чтобы выгодно обставить смерть Грина. Он знал казино «Солнце» изнутри, включая расположение камер слежения. А мне было известно, что после смерти Грина ты в любом случае подключишься к расследованию. Я все очень умно придумала. Убедила отца нанять тебя, затем убила Таннера. Я предоставляла тебе информацию, и ты доверял мне. А теперь, если ты хочешь, чтобы эти люди остались в живых, скажи мне, где золото.

— Я скажу тебе, — проговорил Диллон. — Но мы должны восстановить события того вечера, чтобы я смог проникнуть в мысли Джона Вульфа. Сара посмотрела на него скептически, но кивнула, в этот момент появились все остальные.

— Хорошо, — сказал Диллон. — Давайте посмотрим. Тимоти, простите, Джордж, идите к пианино. Вы тоже, Милли. — Он откашлялся, но никто не двинулся с места. — Я обращаюсь к тебе, Сандра. Рэджи, держись рядом с мамой, а Джесси пойдет вместе с Тимоти. Я не могу выступать за двух людей одновременно, поэтому представим, что Мэрайя стоит у дверей. Ринго, займи свое место за столом. Таннер, ты был одним из людей Варни. А тебе, Руди, боюсь, придется сесть за стол.

— С кем ты, черт побери, разговариваешь? — раздраженно спросил Даррелл и с опаской осмотрелся.

— Можешь мне поверить, я разговариваю с мертвыми, — весело ответил Диллон.

Ринго позволил Джесси увидеть себя. Он пожал плечами, давая ей понять, что сам не имеет ни малейшего представления о том, что задумал Диллон. Он отодвинул стул, и его ножки заскрипели по полу, заставив всех вздрогнуть от неожиданности.

— Вульф, что ты делаешь? — ужаснулся Хьюго.

— Вы хотите получить золото или нет? — вопросом на вопрос ответил Диллон, — Тогда позвольте мне устроить все должным образом. Хорошо, теперь представим себе, что Чивер тоже сидит за столом... он будет за шерифа. А ты, Сара, разумеется, сыграешь роль Варни. Там еще было четверо головорезов, которые погибли в перестрелке. Прости, Таннер, но ты возьмешь на себя их роль. Вместе с теми двумя парнями, которые пытались похитить Джесси и которых вы убили.

— Ты видел только одно тело, — заметила Сара.

— Да, и ты помогла мне в этом, сразу же позвонила, — сказал он. — Думаю, второе тело все еще не нашли.

— Оно здесь, — сказала Джесси.

— Как же я не догадался, — задумчиво проговорил Диллон. — Нужно было вызвать сюда Чивера.

— Я же сказала, никакой полиции, или она умрет! — крикнула Сара. — Вы все умрете!

Джесси подумала, что она в любом случае собиралась всех убить, и Диллон наверняка догадывался об этом.

— Я не звонил Чиверу, можешь об этом не беспокоиться, — сказал Диллон. — Хорошо, остались Тобиас и еще один подручный Варни. — Он посмотрел на Даррелла и Хьюго. — Только вот не пойму, кто из вас кто? Я не успел как следует поговорить с Брентом и не выяснил подробностей. А впрочем, какая разница, здесь собрались все, кроме шерифа. Возможно, Билли Тайгер на время займет его место, — задумчиво проговорил он.

Джесси едва сдержала вздох удивления, когда кто-то прошел мимо нее. Это был высокий семинол, которого она видела во сне и с которым разговаривал Тимоти. Теперь за столом сидели четверо — трое призраков и один живой человек.

— Хватит уже, — возмутилась Сара. — Диллон, переходи к делу, и поскорее. Поскорее!

Джесси посмотрела на Диллона, он взглянул на нее так, словно хотел приободрить ее... но было в его взгляде и нечто еще. Она вспомнила слово, которое прошептал ей Джон Вульф во сне, и внезапно все поняла.

«Здесь», — прошептала она Диллону.

Он кивнул, давая знать, что понял ее.

Здесь. Золото находилось прямо у них под ногами.

— Сыграй нам, Джордж, — сказал Диллон. — А ты, Милли, спой.

Тимоти начал играть «Птичку в золотой клетке», а Сандра, запинаясь, пропевала слова.

— Хорошо, — приободрил их Диллон. — Джон Вульф выигрывал. Они с Марком Дэйвисоном — это ты, Руди — заканчивали партию. Ринго скучал, а Перси знал, что придешь ты, Варни. Ему было известно об этом, потому что он сам предупредил Варни о том, что я вернулся в город. Варни заподозрил, что мне стало известно, где золото, и захотел добраться до него раньше меня. Ты, Варни, с помощью угроз заставил шерифа работать на себя. Жаль. Я уверен, что в глубине души он был неплохим человеком. Но у него не хватило силы духа. Знаешь, во многих религиях существует такое понятие, как реинкарнация. Считается, что наша душа совершенствуется с каждой прожитой жизнью. Я думаю, что Перси в конце концов набрался мужества, которого ему так недоставало, и эту свою жизнь он проживет как достойный человек.

— К чему ты, черт возьми, клонишь? — спросил Даррелл. — Хватит уже трепаться, нам нужно золото!

Внезапно Тимоти притянул Джесси к себе. Он улыбнулся и положил ее руки на клавиши. Джесси продолжила играть и петь низким тихим голосом. Но когда она повернулась, замерла от удивления: Тимоти исчез.

— Итак, Варни, ты появился в салуне, — продолжал Диллон. — Ты подходишь ко мне и спрашиваешь о золоте. Давай, Сара. Разыграем это.

Пока он говорил, Джесси с трудом сдерживалась, чтобы не закричать. Сандра громко застонала и перестала петь, Рэджи прижалась к матери.

Внезапно все стало реальным. За столом сидело четыре человека. В воздух поднимался дым от сигар. За раскачивающимися дверями висело низкое солнце, небо было окрашено кровавым цветом.

Люди за столом внезапно встали. Хьюго закричал, и Джесси поняла, что он тоже видит их. Ринго, Таннер и Руди были одеты в старинные одежды, в руках у них были шестизарядные револьверы. Хьюго снова крикнул, вскинул пистолет и выстрелил, но промахнулся.

Диллон тоже вступил в перестрелку, в руке у него появился пистолет. Он выстрелил и свалил Хьюго, затем повернулся к Дарреллу Фраю, тот пытался прицелиться, но его рука дрожала. Через минуту Фрай упал на землю. Затем Диллон повернулся к Саре.

Но она уже целилась в него.

— Не спеши, ковбой, — спокойно сказала она. — Мне все равно, какую галлюцинацию ты можешь нам всем внушить. Они ненастоящие, и я хочу получить мое золото.

Внезапно двери в салун резко распахнулись, и это отвлекло Сару. Она выстрелила в дверь, но там никого не было.

Ринго сделал шаг вперед, и Сара проследила глазами за звоном шпор.

Диллон воспользовался временным преимуществом, но не стал стрелять в Сару, а лишь ударил ее кулаком в живот. Сара закричала и выронила пистолет, который с грохотом упал на пол.

Неожиданно в дверях появился силуэт, и громкий голос сказал:

— Я прикрою тебя, Диллон. Хорошо, что мистер Спархоук выскочил на улицу и предупредил меня не входить сразу, иначе меня изрешетили бы пулями. Ладно, ребята, постреляли, и хватит. На сегодня все.

— Диллон! — закричала Джесси.

Еще не все было кончено. Сара подобрала пистолет и снова прицелилась в Диллона, в ее глазах пылало безумие.

— Они не настоящие! — закричала она.

Послышался выстрел. У Диллона не было времени прицелиться и выстрелить, но Сара издала вдруг странный хлюпающий звук, ее лицо перекосилось от удивления, а на рубашке расползлось кровавое пятно.

Ринго Мерфи стоял в нескольких футах от нее, тонкая струйка дыма поднималась от дула его кольта, который был направлен на Сару Клей. Сара посмотрела на него, увидела его и наконец-то поверила в его существование. Ее взгляд, полный гнева, ненависти и горечи, стал меркнуть, пока глаза совсем не остекленели. Пускай Ринго был всего лишь призраком, но он держал в руках настоящий пистолет, который подобрал рядом с телом Хьюго Блита. С его помощью он смог, наконец, восстановить справедливость.

Сандра начала всхлипывать, прижимая к себе Рэджи. Тимоти подошел к ней и обнял ее.

— Все хорошо, Сандра, теперь все кончено.

— Что... здесь случилось? — спросил Чивер.

— Всего лишь обман зрения, игра света, энергии... и времени, — сказал Диллон.

Конечно, если Чивер задумается, то он поймет, что все обстояло намного сложнее. Но, скорее всего, он согласится с таким объяснением — слишком уж трудно было разобраться в том, что произошло на самом деле.

Когда Джесси встала и, пошатываясь, пошла к столу, она услышала, как завыли полицейские сирены, хлопнули дверцы автомобиля, затем раздались голоса Адама, Брента, Никки и других людей, которых она не узнала. Через минуту в салуне будет много народа. Джесси прильнула к Диллону, он крепко обнял ее и прошептал что-то, прижавшись лицом к ее волосам, затем отстранил и поцеловал в губы.

— О боже, Диллон, ты справился, — прошептала она.

— Мне помогли, — ответил Диллон с улыбкой.

— Ринго был великолепен.

— Да, верно. Но я имел в виду тебя. Ты не допустила, чтобы погибли люди, пока я добирался сюда.

Она рассмеялась.

— Это все потому, что Сара верила, будто ты можешь найти золото.

— Если честно, то, кажется, я догадываюсь, где оно.

Она отстранилась и улыбнулась.

— Я знаю, — сказала Джесси.

— Неужели?

— Во сне я пошла за призрачными танцорами Тимоти и увидела Джона Вульфа. Золото здесь. Он посмотрел на Мэрайю и сказал ей: «Здесь». Диллон рассмеялся.

— Да. Правильный ответ. Оно здесь, в салуне. Мы стоим прямо на нем.

Эпилог

Месяц спустя Джесси стояла в церкви и вертела в руках букет. Диллон подошел к ней и встал рядом. Органист уже сидел за своим инструментом, все гости были в сборе, и служба должна была начаться с минуты на минуту.

— Они нашли его, — прошептал Диллон.

— Кто и что нашел? — шепотом поинтересовалась Джесси.

— При раскопках обнаружили золото. Жила находилась прямо под салуном. Теперь паиуты получат золото и смогут восстановить город.

Она встала на цыпочки и поцеловала его.

— Это же замечательно. Но мне нужно идти, пропусти меня.

Церемония была очень простой, но Джесси хотела, чтобы все прошло надлежащим образом. Когда зазвучала музыка, она оглянулась. Прятавшаяся за дверью Салли Тиздейл подмигнула ей и махнула рукой. Джесси пошла между скамьями, разбрасывая лепестки цветов, пока не добралась до алтаря. В этот момент музыкальная тема изменилась и зазвучала мелодия «Вот идет невеста». Миссис Тиздейл в простом, но элегантном светло-голубом платье и фате такого же цвета появилась в проходе, лучезарно улыбаясь.

Тимоти, высокий и мужественный, ждал ее у алтаря.

Церемонию вели священник и шаман. Слова произносились на английском и на языке сиу, но Джесси была уверена, что гостям все было понятно, на каком бы языке ни произносилась речь. Конец был традиционным. Священник и шаман сказали одновременно: «Теперь вы можете поцеловать невесту».

Тимоти поцеловал новую миссис Спархоук, и все собравшиеся, а их было около пятидесяти человек, включая друзей молодоженов из дома престарелых, громко зааплодировали.

Затем последовал праздничный обед. Джесси села рядом с Диллоном, вместе с ними за столом расположились Адам, Брент, Никки, Джерри Чивер, Дуг Тарлтон, Сандра и Рэджи.

— Какая красивая свадьба, — сказал Джерри Чивер.

— Верно, — согласилась Сандра. Они с Чивером стали встречаться, и это было их третье свидание.

— Почему мне не разрешили разбрасывать цветы? — возмутилась Рэджи.

— Я была свидетельницей, — сказала Джесси. — А заодно мне поручили быть девушкой с цветами.

— Но ты слишком взрослая, чтобы разбрасывать цветы. Эта роль больше подходит девочке, — заметила Сандра.

— Ты можешь быть подружкой невесты на моей свадьбе, — предложила Джесси Рэджи.

— Ты собираешься замуж? — спросила Рэджи.

— Ну, когда я соберусь, — ответила Джесси.

— Если вы хотите, чтобы мы остались на вашу свадьбу, — сказала Никки, — вам лучше поторопиться. Мы не можем поселиться в Вегасе навечно.

— Вообще-то если Джесси согласится, то мы можем обвенчаться в ближайшее время, — сказал Диллон.

Его темные глаза заблестели, когда он посмотрел на Джесси.

— Это предложение? — спросила она.

Диллон кивнул.

— Тогда оно мне совсем не по душе.

Диллон рассмеялся и встал перед ней на колени.

— Джесси, ты выйдешь за меня замуж? Я понимаю, мы еще очень мало знаем друг друга, но я никогда никого не любил так, как люблю тебя, и я хочу провести свою жизнь только с тобой. — Он сделал паузу. — Так лучше?

Она засмеялась.

— Да, да, можешь подняться с колен. Но к чему спешить? — прошептала она ему на ухо.

однако Диллон покачал головой.

— Я потом объясню тебе, — шепотом ответил он ей.

— Она будет Джесси Спархоук Вульф. Просто зоопарк какой-то, — покачала головой Рэджи. — Я помогу тебе выбрать платье для подружки невесты. Чтобы не было ничего розового и с какими-нибудь ужасными оборочками.

Все засмеялись и стали обсуждать список гостей к предстоящей свадьбе.

Ночью, лежа в постели рядом с Диллоном, Джесси выяснила, почему он так спешил.

— Ринго уходит, — сказал он ей.

— Что? Почему? — с огорчением спросила она.

— Он сказал, что стал третьим лишним. Но на самом деле он просто завершил дело, которое пытался закончить больше ста лет тому назад. Он сказал, что видит свет, который зовет его. Такого никогда не было прежде, и поэтому он хочет уйти.

Джесси кивнула. Ей было грустно, но она все поняла.

Шесть недель спустя они поженились. Свадьба была шумной, на нее пришли все актеры и коллеги Джесси по казино, а также друзья Диллона из Невады и других мест. Сандра и Никки взяли на себя организацию мероприятия, церемония получилась одновременно традиционной и очень современной. Но вся эта свадебная суматоха мало что значила для Джесси. Она была влюблена в человека, который стал для нее лучшим другом и опорой в жизни.

Через два дня после свадьбы Диллон и Джесси снова поехали в Индиго. Ринго был с ними. Джесси сидела, втиснувшись между ним и Диллоном. Она старалась не плакать, но слезы все равно наворачивались на глаза.

Ринго пытался успокоить ее:

— Не грусти. Настал мой час.

Повсюду шло строительство. Старый город-призрак возвращался к жизни и преображался. Но работы не затронули старого кладбища. Паиуты с большим уважением относились к мертвым.

На кладбище Ринго отвел их к своей могиле. Он с торжественным видом пожал Диллону руку, затем сказал: «Да ну, к черту!» — и обнял его. Он в последний раз поцеловал Джесси.

— Будь счастлива, — сказал Ринго. — Оставайся всегда такой же сильной и мужественной. И сердечной. Будь великодушна и добра со всеми, кто тебя окружает, идущая в ночи.

Джесси кивнула и положила цветы на его могилу, когда он отвернулся. Солнце садилось, но неожиданно яркая вспышка света озарила вечернее небо. Ринго пошел на свет, а Джесси и Диллон смотрели на него.

Вдруг свет погас, и Ринго исчез.

Диллон приподнял голову Джесси за подбородок и коснулся губами ее губ.

— Мы сделаем так, как он просил, — тихо сказал он. — Будем добры и великодушны и никогда не забудем об уроках прошлого.

Она улыбнулась.

— Будем жить, учиться и любить, — сказала она.

Диллон улыбнулся и снова поцеловал ее. Затем рука об руку они ушли, оставляя Индиго позади.

Примечания

1

Речь идет о столкновении между индейцами племени сиу и армией США, произошедшем 29 декабря 1890 года у ручья Вундед-Ни, во время которого погибло много индейцев.

2

Лауданум — спиртовая настойка опиума.

3

Кикбол — детская игра с мячом, нечто среднее между бейсболом и регби.

4

Саронг — традиционная одежда народов Юго-Восточной Азии и Океании.

Content

Хизер Грэм
Идущий в ночи

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Эпилог

Примечания