М. Ю. Медведев

Баланс для начинающих

Введение

О балансе слышали все. Баланс всегда находился в центре внимания бухгалтерской общественности. Литературы о балансе опубликовано за последние сто лет огромное количество.

Однако о чем это свидетельствует – о том ли, что существует общепризнанная теория бухгалтерского баланса, или о том, что такой теории не существует?.. На наш взгляд, последнее. Если бы общепризнанная теория существовала, зачем было бы снова и снова обращаться к данному понятию, пытаясь переосмыслить, уточнить его? Очевидно, в этом не было бы необходимости.

Далеко не во всех книгах, посвященных бухгалтерскому балансу, авторы пытались разработать его теорию – многие имели чисто учебные цели. Если говорить откровенно, таких было подавляющее количество. Можно привести обширный список литературы о балансе, но среди этой книжной джомолунгмы будут лишь отдельные кирпичики, посвященные теории баланса. Остальные книги заметно вторичны – в основном благодаря приземленности целей, которые их авторы ставили перед собой.

Присмотревшись, можно обнаружить, что подобная бухгалтерская литература, особенно современная, делится на две группы.

1. Литература, посвященная анализу баланса.

Каким образом она построена? Берутся отдельные показатели или их группы и рассматриваются различные численные отношения между ними. Так возникают категории «оборачиваемость», «ликвидность», «фондоемкость» и другие. Однако откуда взялся каждый показатель баланса, что он обозначает в реальности и почему его возможно объединять с другими показателями в группы, опускается. Считается, что и без того ясно.

Подобная литература относится не к бухгалтерскому учету, а к управлению, менеджменту, принятию управленческих решений – как ни называй данную сферу деятельности, суть остается той же.

2. Литература, объясняющая порядок заполнения баланса.

Эта имеет чисто утилитарное, а не теоретическое назначение. Бухгалтеру говорится: «Вот утвержденная форма бухгалтерского баланса.

Показатель по строке такой-то берется оттуда-то, а по строке такой-то оттуда-то. При этом возможны такие-то варианты, смотрите не ошибитесь».

Многим такие книги нравятся, однако нельзя не заметить, что они оглупляют читателя. Читателю предлагается действовать не на основе теоретических представлений, а просто потому, что так полагается, – например, потому что так написано в нормативном акте.

Подобная литература также вторична, и лишь оригинальные произведения дают читателю правдивые представления о балансе. Лишь оригинальные произведения объясняют не последствия принятого способа учета, как учебники по анализу баланса, и не порядок заполнения утвержденной формы баланса, как практические пособия по учету, а сам способ учета… и, соответственно, бухгалтерский баланс как самую известную и вместе с тем неоднозначную отчетную форму.

К сожалению, фундаментальные работы, к которым относится и наше пособие, страдают одним недостатком: неподготовленному читателю в силу научности и сложности изложения бывает непросто понять их. Мы пытались избежать такой неприятности, создавая не научный труд, а учебное пособие, доступное в усвоении самому неподготовленному читателю. Осознавая проблемы неподготовленных читателей, старались, как могли.

Надеемся, наши старания не пропадут даром и читатель не откажется ознакомиться с историей и теорией баланса. Со своей стороны подтверждаем, что излагаемые теоретические представления способны помочь – нам, во всяком случае, существенно помогли и продолжают помогать – в работе с нормативной базой бухгалтерского учета… Практику, не владеющему теорией учета, в работе приходится запоминать массу ненужных сведений. Специалисту, владеющему теорией учета, в подобном механическом труде нет нужды: ему наперечет известны все возможности отражения в системе учета той или иной ситуации, поэтому любой нормативный акт не может испугать его или надолго озадачить. Даже позабыв на секунду о прикладном назначении учета, не любопытно ли узнать: откуда взялся баланс? как он устроен на самом деле?

Как и во многих других учебных пособиях, с целью лучшего усвоения и систематизации изложенного материала в конце каждого раздела приводим резюме – перечень утверждений, представляющихся нам важными и требующими обдумывания. Читатель может с ними согласиться или не согласиться, но во всяком случае пораскинет мозгами, а это всегда на пользу.

Обдумайте!

1. Существует многочисленная литература о бухгалтерском балансе.

2. Одни книги излагают теорию баланса. В них содержатся – или могут содержаться – фундаментальные представления о балансе.

3. Другие книги посвящены анализу баланса. Это литература не по бухгалтерскому учету, а по анализу хозяйственной деятельности.

4. Третьи книги посвящены различным аспектам заполнения бухгалтерского баланса. Они имеют немалую практическую и нулевую теоретическую ценность.

Глава 1

Порядок изложения материала

Прежде чем перейти непосредственно к рассмотрению баланса, определим порядок изложения, которого намерены придерживаться.

Дело в том, что понятие баланса на протяжении истории человечества эволюционировало. В разные исторические периоды в понятие баланса вкладывались различные смыслы – и суть не только в научных концепциях, предлагавшихся различными авторами, и не в возникновении и распространении самого термина «баланс», но в самом человечестве. Баланс эволюционировал вместе с человеческой цивилизацией, как сказали бы раньше, вместе с производительными силами и производственными отношениями. Утрированно говоря, в каменном веке баланс представлял собой одно, в средние века совсем другое, а в наше время совершенно третье.

Цивилизация развивалась неравномерно по всей земной территории: одни территории прогрессировали, в то время как другие оставались в невежестве. Более того, отдельные культуры зарождались и гибли, часто даже не вступая между собой в контакт, по причине чего эволюцию баланса, как и всего бухгалтерского учета в целом, невозможно рассматривать исторически. Мы пытаемся сказать, что невозможно рассматривать баланс в хронологической последовательности, скажем, таким образом: в Древнем мире баланс составлялся на папирусах, в средние века на пергаменте, затем один французский автор упомянул о балансе в своем раннем сочинении, затем другой немецкий автор предложил концепцию такого-то баланса и т. д. Данный подход неправомерен, поэтому следует отыскать другой.

По нашему мнению, эволюцию баланса следует рассматривать диалектически – по той причине, что баланс обладает собственной неоспоримой логикой развития. Если целенаправленно следовать данной логике, изложение окажется плавным и связным, даже если хронология нарушится.

Таким образом, возможны две последовательности изложения:

• с точки зрения хронологии, когда последовательно излагаются факты, имевшие место в одну историческую эпоху, но зачастую мало между собой связанные. Неустановленные факты вообще опускаются, т. к. с исторической точки зрения не существуют;

• внеисторично, с точки зрения диалектики, т. е. внутренних законов развития. В этом случае реконструируется генеральная логика развития, даже если законы хронологии при этом оказываются нарушены.

Мы безоговорочно останавливаемся на втором подходе, полагая: что бы о бухгалтерском балансе ни говорилось отдельными авторами, какая бы его форма ни устанавливалась нормативными актами, баланс существовал в известном смысле слова всегда. Развитием данного понятия человечество обязано собственному устройству и развитию. С этой стороны эволюция, которую баланс претерпел в умах людей, абсолютно детерминирована и познаваема.

Наша задача – проследить эволюцию баланса и, дойдя до современного периода его развития, понять, что баланс собой представляет. Это и есть обещанные фундаментальные знания, которые дают возможность ликвидировать механистическое восприятие нормативных требований бухгалтерского учета, проще говоря, сделать бухгалтера чуточку умней и чуточку мудрей.

Обдумайте!

1. Баланс эволюционировал.

2. Эволюцию баланса следует рассматривать не исторически, а диалектически.

Глава 2

Этимология и история баланса

Вот уже на нескольких страницах мы твердим «баланс», «баланс», «баланс»… И что это за слово такое непонятное – «баланс»?

Слово это, в качестве привычного (с начала XVIII в.) русскому слуху термина, есть заимствованное французское balance, что означает двухчашечные весы, которое, в свою очередь, берет начало от позднелатинского (IV в.) bilanx, что также означает двухчашечные весы (bi– < bis – дважды, вдвойне + lanx – чашка весов). Таким образом, «баланс» указывает на равновесие. Баланс – это «равновесие в чем-нибудь, пропорциональность частей целого», в таком значении первоначально в различных языках и известно.

В бухгалтерском значении слово впервые стало употребляться в Италии в XV в.; у нас – только с начала XIХ в. Первым считается упоминание в «Новом словотолкователе» (Яновский Н. М. – СПб., 1803–06), хотя широко проблема баланса стала обсуждаться в России лишь с начала ХХ в. Был провозглашен даже специальный раздел учета, занимающийся исключительно балансом, – балансоведение. Начиная с 1920-х гг. в специальной литературе учебники под таким названием были популярны среди учащейся молодежи. Годам к 1950-м популярность балансоведения пошла на спад, но сейчас, похоже, возобновляется – об этом свидетельствует появление нескольких современных пособий, озаглавленных по старинке. В те годы в ходу был также термин «балансовый учет», под которым обычно подразумевалось либо то же балансоведение, либо непосредственно бухгалтерский учет. Считалось, что центральным понятием бухгалтерского учета является баланс, поэтому правильней будет именовать учет балансовым.

Как видите, о балансе как таковом заговорили с XV в., а вплотную занялись им с начала ХХ в. Однако это ни в коей мере не означает, что раньше баланса не существовало. Если баланс отражает некоторые объективные явления, – а скоро читатель убедится, что так оно и есть, – то его существование определяется названными объективными явлениями, а вовсе не тем, под каким наименованием термин фигурировал и фигурировал ли вообще в человеческой речи. Ведь нас интересует не термин, а понятие, которое им обозначено.

Обдумайте!

1. Баланс означает равновесие, равенство двух частей.

2. Бухгалтерским слово стало в XV в. и позже.

3. До того момента для обозначения отчета, известного ныне под названием баланса, использовались другие термины.

4. Пик популярности баланса приходится на первую половину ХХ в.

Глава 3

Определения баланса

Указания на равенство двух частей недостаточно для понимания того, чем именно мы, собственно, намерены заниматься, – требуется определение. Оно тем необходимей, чем больше значений имеет слово.

Первое значение мы упоминали: это, как было первоначально, «равновесие». В таком значении термин нас не интересует. Канатоходец может сколько угодно балансировать на натянутом канате, однако такой баланс бухгалтеру как-то ни к чему.

Другое, близкое первому значение – «пропорциональность частей целого». В «Архиве князя Куракина Б. П. (1676–1727)» (СПб., 1890–92), читаем: «…тем союзом четверным балянс содержать… союзу между Англиею, Франциею и Цесарем». Такое значение современному бухгалтеру также малоинтересно. Конечно, бухгалтер может волноваться за свой кислотно-щелочной баланс, однако это волнение не составляет его профессионального интереса.

Близко к приведенным и другое значение – «соотношение двух противостоящих друг другу величин, показателей». При макроэкономическом планировании составляют так называемый межотраслевой баланс, однако данный баланс опять-таки не имеет отношения к бухгалтерии. По сути, это набор экономических таблиц, ничем не напоминающих баланс, знакомый бухгалтерам.

Следующее, самое малоупотребительное значение своим появлением обязано переводу. В английском языке balance означает «остаток, сальдо». То есть в этом случае мы имеем дело с чисто бухгалтерским термином, однако с совершенно непривычным для отечественного словаря содержанием. Впрочем, «остаток, сальдо» можно трактовать и как итог, тогда сопоставление «двух противостоящих друг другу величин, показателей» также в некотором смысле представляет собой итог. То есть когда кто-нибудь говорит: «Пора подвести баланс» – это можно воспринять и как «сопоставить величины, показатели», и как «подвести итоги», «взвесить все за и против». Данный смысл отечественному уху не чужд.

Но абсолютно бухгалтерским, почти родным для любого бухгалтера, является восприятие баланса в качестве отчетной формы. Когда бухгалтер заводит речь о балансе, можно со стопроцентной вероятностью быть уверенным, что он имеет в виду не балансирующего на канате канатоходца, и не кислотно-щелочной, и не межотраслевой баланс, и даже не итоги каких-нибудь расчетов, а отчетную форму установленного образца. Это и есть бухгалтерский баланс, которому посвящено наше пособие.

Данную отчетную форму мы и намерены обсудить.

Обдумайте!

1. «Баланс» – термин многозначный.

2. Бухгалтерский баланс представляет собой одну из отчетных форм.

Глава 4

Назначение баланса

Определив предмет исследования как отчетную бухгалтерскую форму под названием «баланс», мы предопределили и ее назначение – отражать имущественный комплекс. Ведь любая бухгалтерская отчетная форма служит для отражения какого-нибудь имущественного комплекса, и баланс не является исключением.

Как только появилась необходимость в создании информационного представления об имущественном комплексе, немедленно – как средство реализации данной задачи – возникла и бухгалтерия. Одной из отчетных бухгалтерских форм стал баланс.

Бухгалтерский баланс служит для отражения имущественного комплекса, но что есть сам имущественный комплекс? Как было сказано ранее, совокупность вещей. Человек ведет учет вещам, которыми пользуется, – а что ему еще учитывать? – называя их объектами учета. Вещи составляют имущественный комплекс субъекта учета, т. е. лица, ведущего учет (рис. 1).

Рис. 1. Имущественный комплекс состоит из отдельных вещей, называемых объектами учета

Получается, что бухгалтерский баланс является ровесником бухгалтерии. Отчетная информация, дающая представление об имущественном комплексе, – это и есть бухгалтерский баланс. Хотя то же самое, об отражении имущественного комплекса, можно с известной долей правоты сказать и о любой другой отчетной форме.

Тогда возникает вопрос: чем баланс так отличается от других отчетных форм, что ему издавна уделяется повышенное внимание?.. По нашему мнению, основным отличием является то, что баланс, в отличие от большинства других отчетных форм, отражает имущественный комплекс целиком, в совокупности.

Данная характеристика опять-таки не уникальна. Существует по меньшей мере еще одна отчетная форма, отражающая имущественный комплекс субъекта целиком, – мы имеем в виду Главную книгу. Главная книга не менее знаменита, чем бухгалтерский баланс, поэтому наш вывод о том, что пристальным вниманием к себе отличаются те отчетные формы, которые отражают имущественный комплекс целиком, можно признать правильным.

Разумеется, Главная книга не похожа на бухгалтерский баланс. Различия между ней, балансом и некоторыми другими отчетными формами будут рассмотрены в самом конце данного издания.

Обдумайте!

1. Назначением баланса является отражение в системе учета имущественного комплекса.

2. Имущественный комплекс состоит из отдельных вещей. Посредством регистрации в системе учета вещи становятся объектами учета.

3. Имущественный комплекс отражается в бухгалтерском балансе целиком, в полном составе.

Глава 5

Правила, по которым вещи подлежат или не подлежат регистрации в системе учета

Отражение в бухгалтерском балансе «целикового» имущественного комплекса следует понимать правильно: в балансе отражаются все объекты учета, т. е. все зарегистрированные вещи, однако в системе учета регистрируются далеко не все вещи, составляющие имущественный комплекс.

Как такое возможно?

Очень даже возможно. Например, газон предприятия зазеленел травой. Никто ее не сеял – сама выросла. Нужно ли учитывать такую траву? Понятно, что нет… несмотря на то, что трава является такой же вещью, как производственные здания, сооружения и т. п., и в известном смысле слова, а возможно и юридически, принадлежит предприятию.

Регистрировать выросшую траву в системе учета никому в голову не приходит, поскольку она является равнодоступной для всех участников хозяйственной деятельности. Первое правило, в соответствии с которым вещи становятся или не становятся объектами учета, можно сформулировать следующим образом: учету подлежат только неравнодоступные объекты. Все то, что равнодоступно для субъектов учета – траву, воздух, вообще любые ресурсы, к которым открыт доступ и которые на текущий момент кажутся неиссякаемыми, – учитывать нет смысла. Смысл появляется лишь в тот момент, когда вещь становится дефицитной, попросту говоря, когда за нее приходится платить.

Второе правило гласит: учету подлежат только вещи, участвующие в хозяйственной деятельности. Если вещь заведомо не участвует в хозяйственной деятельности, зачем ее регистрировать? Прикладное назначение бухгалтерии заключается в том, что она обслуживает хозяйственную деятельность человека, а вне хозяйственной деятельности бухгалтерия оказывается игрушкой ума.

Представим, как в предыдущем примере, зеленую траву на газоне предприятия, только на этот раз не выросшую самостоятельно, а посеянную. Администрация распорядилась озеленить территорию предприятия, и распоряжение было выполнено. Говорить о равнодоступности вещи для всех участников хозяйственной деятельности уже не приходится: ведь чтобы посеять траву, предприятию пришлось платить за семена, какая уж тут равнодоступность! Однако регистрировать взошедшую траву в системе учета по-прежнему никто не собирается – трава не участвует в хозяйственной деятельности и никогда не будет участвовать, следовательно, в ее регистрации нет необходимости.

Но предположим обратное. Посеянная травка выкашивается и затем используется в хозяйственной деятельности, например, в качестве ингредиента при производстве лекарственных препаратов. Она неравнодоступна, она используется в хозяйственной деятельности… существует ли еще какой-нибудь критерий, благодаря которому вещь незачем подвергать учету?

Существует. Он, в отличие от двух названных первыми, сформулирован в бухгалтерских учебниках.

Правило гласит: учитывать вещь имеет смысл при условии, что затраты на ведение учета не превышают ее ценности. То есть если трава посеяна, используется в хозяйственной деятельности, но стоит при этом копейки, нет никакого смысла нанимать дорогостоящего бухгалтера, чтобы вести ей учет. Да бог с ней, с травкой, еще посеем, дешевле выйдет!.. А вот если цена на травку «кусается», стоит учесть каждый кустик, еще и охранника поставить.

Таковы правила, в соответствии с которыми вещи попадают в бухгалтерский баланс… теоретические, но не практические. В практическом учете бухгалтер вынужден ориентироваться на требования нормативных актов, а при отсутствии четких указаний, какие вещи следует регистрировать, – на бухгалтерские традиции.

Регистрация некоторых вещей, подпадающих под названные критерии, в системе учета не осуществляется. Из наших дальнейших объяснений станет ясно, к каким заметным методологическим последствиям это приводит.

Обдумайте!

1. В системе учета регистрируются не все вещи, составляющие имущественный комплекс.

2. Регистрируются только вещи, неравнодоступные для всех участников хозяйственной деятельности, дефицитные.

3. Регистрируются только вещи, используемые в хозяйственной деятельности.

4. Регистрируются только вещи, затраты на учет которых не превышают ценности самих этих вещей.

5. В практической деятельности бухгалтер ориентируется на нормативную базу, а не теорию бухгалтерского учета.

Глава 6

Начальное представление объекта в системе учета

Установив, что имущественный комплекс субъекта учета состоит из вещей, большая часть которых подлежит регистрации, мы должны определиться с отдельным, вычлененным из имущественного комплекса объектом (рис. 2). Ведь только поняв, каким образом можно отразить отдельный объект в системе учета, мы в силах понять, что собой представляет отражающий объекты учета бухгалтерский баланс.

Рис. 2. Отдельный объект. Обыденное и ошибочное представление

На современном техническом и технологическом уровне развития цивилизации объекты принято регистрировать в базах данных, наглядным вариантом которых является всем известная таблица.

Каждый объект в базе данных обозначается ключом, или, как его еще называют, идентификатором, и характеризуется определенным значением по каждому из заранее установленных признаков. Например, если интересующий нас объект 1 представляет собой яблоко, то данное яблоко можно охарактеризовать как зеленый и кислый шар (рис. 3). Сам ключ ничего не означает, а лишь указывает на объект, характеризуют же зарегистрированный объект его признаки.

Рис. 3. Представление объекта в табличной форме

Иногда в качестве ключа в информационной системе учета используется тот или иной набор признаков либо отдельный признак. Данный прием не вполне корректен. Его применение негативно сказывается на структуре информационной системы – мы еще увидим, какими последствиями это чревато для бухгалтерского учета.

На табличном способе отображения информации основан, разумеется, и бухгалтерский баланс.

Обдумайте!

1. Система учета представляет собой информационную систему, реализуемую посредством создания баз данных.

2. Наглядным представлением базы данных служит таблица.

3. Каждый объект, зарегистрированный в базе данных, обозначается ключом и характеризуется признаками.

Глава 7

Представление объекта во времени

Ключа и признаков для полного представления объектов в системе учета совершенно не достаточно, т. к. любой объект учета, как и весь имущественный комплекс в целом, существует во времени. Данный фактор исследователями частенько игнорируется, и очень напрасно, ибо является для методологии бухгалтерского учета определяющим.

Что такое время, в котором и объекты учета, и субъекты учета существуют? Прошлое, настоящее и будущее. То есть имеется некая временная протяженность, отмеченная точкой настоящего. Все, что находится позади данной точки, есть прошлое. Все то, что находится впереди данной точки, есть будущее. Мы движемся вперед вместе с настоящим, переступая в будущее и тем самым делая его прошлым (рис. 4).

Рис. 4. Временна'я протяженность

Думается, это самые банальные воззрения на время, не нуждающиеся в комментариях. Однако нельзя не подчеркнуть следующие характеристики областей временной протяженности:

• прошлое известно, т. е. о прошлом можно составить определенное впечатление;

• будущее, напротив, туманно и неопределенно. Будущее, в отличие от прошлого, можно только предполагать, но нельзя знать доподлинно;

• настоящее дискретно (прерывисто), оно лишь отделяет прошлое от будущего, само принадлежа прошлому. Поэтому о настоящем, как и о прошлом, можно составить определенное впечатление.

Время – необходимая характеристика объекта. Если объект существует во временной протяженности, его необходимо на временной протяженности определить. Но каким образом? Вероятно, отметив границы расположения объекта во времени, иначе говоря, временной протяженности самого объекта (рис. 5).

Рис. 5. Установление границ объекта на временно'й протяженности

Так возникают понятия прихода и расхода. Приход – это момент появления объекта в системе учета. Расход – момент исчезновения объекта из системы учета. Приход всегда предшествует расходу, а расход следует за приходом, таково их содержание. Вместе приход и расход составляют фазы существования объекта.

Появление и возникновение объекта в системе учета следует понимать как «в данной системе учета», т. е. для данного субъекта.

При передаче объекта одним лицом другому лицу переданный объект в одной системе учета исчезает, а в другой системе учета появляется – об уничтожении объекта говорить в данном случае не приходится, хотя возможно и такое. В дальнейшем мы рассматриваем отражение объектов в системе учета с точки зрения одного субъекта – того, которым составляется бухгалтерский баланс. Согласованное отражение объектов всеми участниками хозяйственной деятельности составляет иной методологический вопрос, важный, однако выходящий за рамки нашего повествования.

При использовании категорий прихода и расхода вместо объекта, изображаемого – и мыслимого тоже! – в качестве некой существующей в данное мгновение вещи, получаем отрезок, как и всякий отрезок, характеризуемый начальной (приход) и конечной (расход) точками (рис. 6). Такова вещь, отраженная в современной информационной системе.

Рис. 6. Вещь, представляемая в качестве отрезка на временной протяженности. Плюсом обозначен приход, минусом – расход

Приход и расход – различные точки на временной протяженности, поэтому любой объект регистрируется всегда дважды, в разные моменты времени: один раз по приходу, другой раз по расходу. В противном случае его регистрация окажется неполной. Само собой, указанный способ отображения ни в коем случае не отменяет сказанное нами ранее по поводу ключей и признаков, а служит к нему добавлением.

Наши утверждения кажутся элементарными, хотя вступают в противоречие с обыденными воззрениями. Большинство бухгалтеров убеждены, что приход означает поступление объекта в имущественный комплекс, а расход – выбытие объекта из имущественного комплекса. В известном смысле так оно и есть, однако с методологической точки зрения выбытие объекта означает не столько исчезновение объекта в смысле отказа от его регистрации, сколько завершение, полноту регистрации.

Объект, зарегистрированный по единственной фазе существования, ущербен – его отражение в системе учета неполно (рис. 7). Это выражается в том, что нельзя указать границы его существования.

Рис. 7. Объект, зарегистрированный по одной фазе существования

Да, в настоящий момент объект в имущественном комплексе присутствует, известно также, когда он появился в имущественном комплексе, вследствие чего мы можем утверждать о существовании объекта на любой момент прошлого. Однако будущее объекта по-прежнему для нас темно. Мы не в состоянии сказать, сколь долго объект в имущественном комплексе пробудет, иначе говоря, не можем полностью определить объект. Лишь регистрация по второй фазе существования, расходу, позволяет полностью очертить временную протяженность объекта и тем самым полностью охарактеризовать его.

Разумеется, на достоверность нашей регистрации не может не повлиять положение на временной шкале настоящего момента, его отношение к зарегистрированным фазам существования. Нахождение обеих фаз существования объекта в прошлом означает абсолютную уверенность, насколько она вообще позволительна в информационной системе, в достоверности данных (рис. 8, объект 1). На каждый момент существования объекта мы можем утверждать: «Да, такой объект действительно существует!».

Однако такая уверенность становится ровно вполовину опрометчивой, если настоящее располагается между двумя фазами существования объекта (рис. 8, объект 2). Стандартная ситуация – нахождение объекта в имущественном комплексе, с тем условием, что зарегистрирована и вторая фаза существования объекта. Это совсем не то, что отсутствие регистрации второй фазы. Здесь мы можем указывать на каждый момент существования объекта – с той лишь оговоркой, что часть моментов приходится на будущее, по причине чего данная часть является предположительной. Иначе говоря, при неполной регистрации мы указываем только приход объекта, а при полной – и приход, и расход объекта, причем расход приходится на будущую дату.

Третий легко угадываемый вариант – регистрация будущего, лишь мыслимого, предполагаемого объекта (рис. 8, объект 3). Почему бы не зарегистрировать будущий объект, даже если он в имущественном комплексе сейчас отсутствует? При принятии управленческих решений такая регистрация может оказаться весьма кстати.

Рис. 8. Регистрация объектов во времени: 1 – объект прошлого; 2 – объект настоящего; 3 – объект будущего

Как видите, фазы существования объектов можно располагать и в будущем, однако любое такое расположение будет иметь предположительный характер.

Установив необходимость регистрации любого объекта, расположенного на временной протяженности, по фазам существования, нельзя не задаться вопросом: возможен ли какой-нибудь альтернативный способ отражения объекта на временной шкале?

И да, и нет.

Да – потому что такой способ и в самом деле имеется. Разбив временную протяженность на отдельные дискретные моменты, можно регистрировать объекты в каждый такой момент – тогда фаз существования не потребуется. Если посчитать таким дискретным моментом, к примеру, день, нам придется завести ведомость, в которой напротив каждого объекта, замеченного нами в хозяйственном комплексе, ежедневно ставить галочку. Никаких прихода с расходом, только галочки, зато ежедневно!

Нет – потому что ежедневное проставление галочек более обременительно для бухгалтера, чем регистрация двух фаз существования. Зачем усложнять себе жизнь? К тому же представление временной протяженности дискретной чревато ошибками: объект, поступивший и выбывший в один и тот же день, так сказать, внутри дискретного момента, останется не замечен и, следовательно, не зарегистрирован.

Регистрация объектов по фазам существования – оптимальный вариант регистрации, хотя из-за невозможности предугадывать будущее и обладающий одним неустранимым недостатком.

Обдумайте!

1. Объекты учета существуют во времени.

2. Регистрация объектов во времени осуществляется посредством регистрации их прихода и расхода (фаз существования).

3. Регистрация объекта по одной фазе существования является неполной.

4. Можно регистрировать фазы существования, находящиеся не только в прошлом или настоящем, но и в будущем.

Глава 8

Инвентарь

Становится более-менее понятным, чем бухгалтерский баланс был первоначально. Будучи не более чем отчетной бухгалтерской формой, отображающей имущественный комплекс целиком, баланс не мог не отображать все составляющие имущественный комплекс объекты. Настоящий момент приходился на протяженность некоторых объектов, считавшихся присутствующими в имущественном комплексе на данный момент (рис. 9), вследствие чего эти объекты и попадали в баланс.

Рис. 9. Установление объектов, присутствующих в имущественном комплексе. Срез на настоящий момент. Инвентарь составляют объекты 3 и 4

Первоначально бухгалтерский баланс представлял собой список объектов, присутствовавших в имущественном комплексе в какой-нибудь временной точке, т. е. в определенный момент времени. Это был примитивный баланс, удовлетворительный лишь ввиду неразвитости производственных отношений. Собственно, и балансом-то такая отчетная форма не называлась, не называется и сегодня. С точки зрения современных воззрений, это не баланс, а инвентарь, или инвентарная ведомость.

Как и «баланс», «инвентарь» – термин многозначный.

Во-первых, инвентарем именуются разные мелкие орудия труда. Когда говорят «садовый инвентарь» или «строительный инвентарь», имеют в виду именно их.

Во-вторых, инвентарем именуют вещи, особенно вещи в наличии, т. е. присутствующие в имущественном комплексе в настоящий момент. Данное значение противостоит понятию будущих вещей, о которых речь в нашем пособии пойдет ниже.

Первоначальным, хотя ныне и устаревшим, является понимание инвентаря как отчетной формы в виде перечня всех вещей, присутствующих в имущественном комплексе, тем самым составляющих данный имущественный комплекс. Инвентарь в данном значении и составляет понятие инвентарной ведомости.

Инвентарной ведомостью был когда-то бухгалтерский баланс, однако не на протяжении всего исторического периода. Производственные отношения неудержимо развивались. Наступил момент, когда из понятия инвентарной ведомости бухгалтерам пришлось вычленить понятие баланса в его современной интерпретации. Однако до той поры инвентарная ведомость – как мы сказали, представляющая собой примитивный, неразвитый баланс – претерпела многочисленные превращения, которые имеет смысл проанализировать.

Обдумайте!

1. Баланс ведет свое происхождение от инвентарной ведомости.

2. Инвентарная ведомость – полный перечень вещей, присутствующих в имущественном комплексе.

3. Форма инвентарной ведомости по ходу истории неоднократно менялась.

Глава 9

Баланс при мысленном учете

Представим себе колыбель человечества, когда человек только-только слез с дерева и приступил к хозяйственной деятельности.

Нужен ли был такому начинающему хозяйственнику примитивный баланс – как было сказано, полный перечень объектов имущественного комплекса? Разумеется, нужен – как любому занимающемуся хозяйственной деятельностью. Составлялся ли такой баланс? Разумеется, не составлялся. И как бы он мог составляться, когда, как мы предполагаем, человек еще не владел не только письменностью, но и устной речью, при том что факт сознательного первобытного хозяйствования – собирательство, охота, заготовление пищи впрок – не вызывает сомнений?

Чем это можно объяснить? Только составлением баланса, вообще учетом, которые совершались не в письменной, а в мысленной форме.

При мысленной форме учета мозг человека выполнял те же функции, которые сейчас выполняет процессор компьютера: мозг воспринимал и затем перерабатывал информацию, выдавая на выходе некие требуемые отчеты.

Мысленная форма учета сводилась к следующему.

Во-первых, ввод информации в систему учета отсутствовал. Первобытному бухгалтеру достаточно было пронаблюдать какие-нибудь приход или расход, чтобы они оказались помещенными в его мозг. Современному бухгалтеру для ввода информации в систему требуется оформить первичный документ или ввести данные с клавиатуры компьютера. Согласитесь, это намного хлопотней.

Во-вторых, дальнейшая обработка информации происходила тоже автоматически. «Автоматически» – означает на уровне нейронов человеческого мозга. Первобытный бухгалтер мог сознательно производить сколь угодно сложные расчеты «в уме», но чаще процесс обработки информации совершался способом, в котором первобытный бухгалтер не отдавал себе отчета.

В-третьих, мысли формировались в голове первобытного бухгалтера спонтанно. Форма их представления человеком не контролировалась, но при этом тяготела к однообразию. Первобытный бухгалтер получал на выходе из системы все, что хотел и на что оказывался способен, в наиболее привычном для его неразвитого интеллекта виде.

Стоило первобытному бухгалтеру подумать о том, сколько запасов у него имеется, как услужливая память тут же подсовывала ответ. Такой ответ и был балансом в его самом неразвитом, какой только можно представить, виде. О том, как формировался такой баланс, мы ничего не знаем, поскольку не можем представить, как связаны происходящие в человеческом мозгу процессы с их результатами. Вероятно, отдельная мысль представляла собой, исходя из современной информационной терминологии, ключ объекта (рис. 10).

Рис. 10. Мышлению для формирования инвентарной ведомости достаточно использовать ключ объекта

Соответственно, последовательность мыслей о составляющих имущественный комплекс первобытного бухгалтера вещах, т. е. сама последовательность мыслимых бухгалтером ключей, составляла инвентарь, или примитивный баланс. Именовать, классифицировать, группировать и выполнять подобные операции первобытному бухгалтеру не требовалось, т. к. его мозг решал эти вопросы самостоятельно. Бухгалтер мыслил объект – говоря по-другому, мыслил его ключ, – и все характеристики этого объекта вставали перед ним во всей когда-то воспринятой яркости и полноте. Чтобы помыслить, вспомнить объект, совсем не обязательно называть его, разве не так?

Мы не знаем точно, каков был самый первый баланс, формировавшийся мысленно, но можем представить.

Обдумайте!

1. Самый первый баланс формировался мысленно.

2. Способы формирования баланса при мысленном учете неизвестны. О них можно судить лишь предположительно.

Глава 10

Баланс и возникновение устной речи

Человечество взрослело, вместе с ним усложнялся баланс. Величайшим завоеванием цивилизации стало изобретение устной речи. Отныне люди смогли общаться между собой.

Нас, разумеется, будет интересовать не само общение, а то, каким образом устная речь повлияла на информационную систему мысленного учета.

Как мы помним, любой объект обозначается в информационной системе ключом и характеризуется установленным набором признаков. Устная речь заключается в том, что объектам присваиваются названия, по-другому имена, или наименования. Следовательно, создавая информационную модель внешнего мира, первобытный бухгалтер с изобретением устной речи получил возможность вводить в информационную систему названия. Яблоко, которое раньше он вполне мог представить, т. е. помыслить, но не мог поименовать, получило новый признак. Выяснилось, что указывать на объект можно не только ключом, но и его названием (рис. 11).

Рис. 11. Обозначение объекта с помощью названия

Использование названий имело то неожиданное последствие, что названием стало возможно обозначать как один объект, так и множество объектов, что совершенно непредставимо в отношении ключа. Ключ по определению уникален, т. е. всегда указывает на один объект.

Однако ошибка в именовании объекта приводит к непониманию — речью необходимо уметь пользоваться. Любая ошибка речи создает ошибку в информационной системе, создаваемой с помощью речи.

К несчастью, бухгалтеры осознали эту проблему только спустя десятки веков после изобретения речи. К тому времени информационная система учета уже базировалась на названиях – мы имеем в виду названия, известные бухгалтерам как счета бухгалтерского учета и балансовые статьи, ибо что это такое, как не названия групп объектов?

Бухгалтер именует объекты и под своими именами регистрирует их в системе учета. Там имена превращаются в счета бухгалтерского учета. Эти же или другие, построенные на основе иной классификации, имена бухгалтер использует при формировании баланса, в котором имена фигурируют уже в виде балансовых статей.

Но на первых порах, во времена мысленного учета, никакие грядущие проблемы с присваиванием объектам имен предвидеть было невозможно. Человеческий мозг самостоятельно разбирался с ключами, именами и признаками объектов, отделяя зерна от плевел, т. е. самостоятельно производя обработку информации и выдавая своему владельцу ответ на затребованный вопрос. В эпоху мысленного учета инвентарная ведомость, или примитивный баланс, по-прежнему представляла собой последовательность мыслей, однако объекты в нем стало возможным мыслить не «безъязыко», т. е. при помощи ключей, а при помощи имен (рис. 12).

Рис. 12. Представление инвентарной ведомости после возникновения устной речи

Революция, свершившаяся в проектировании информационной системы учета с изобретением устной речи, осталась по сути незамеченной. Ничего удивительного, слишком уж грандиозным оказалось само открытие, чтобы обращать внимание еще и на многочисленные последствия, привнесенные им в различные сферы человеческой деятельности.

Обдумайте!

1. С возникновением устной речи объектам учета стали присваиваться названия.

2. Название, в отличие от ключа, можно присвоить как отдельному объекту, так и группе объектов.

3. Устная речь приводит к специфическим логическим ошибкам. Например, можно присвоить одному объекту разные названия, дать одно название нескольким разным объектам и т. п.

4. Во времена мысленного учета все ошибки, возникавшие в информационной системе, решались тоже мысленно – человеческим мозгом.

5. Баланс в то время представлял собой перечень названий объектов.

Глава 11

Баланс и овладение арифметикой

Вслед за овладением устной речью настал черед овладения арифметикой. Нам хотелось бы написать, что человек изобрел арифметику по той причине, что держать в памяти объекты учета ввиду их многочисленности стало сложно, и тем самым своим изобретением арифметика обязана учету. Может, так оно и было, хотя более вероятно, что арифметика была изобретена по многим другим, поважней бухгалтерских, причинам.

Как бы там ни произошло в действительности, изобретение арифметики привело к тому, что объекты в инвентарной ведомости стало возможным подсчитывать, т. е. указывать их количество (рис. 13). В наше время сказали бы, что объекты стали учитываться в натуральном выражении.

Рис. 13. Форма инвентарной ведомости, в которой объекты учтены в натуральном выражении

При пользовании ключами, каждый из которых обозначает строго один объект учета, подсчитывать объекты при их регистрации нет необходимости. Благодаря ключам каждый объект уникален и, следовательно, единственен. Оперирование количеством допускается лишь на стадии формирования отчетов, когда результатом выборки объектов становится несколько записей: из записей формируется соответствующий отчет, в котором указывается количество выбранных объектов. То есть каждое яблоко регистрируется по отдельности, под своим уникальным ключом, но в сформированном позднее отчете можно при необходимости указывать общее количество зарегистрированных яблок либо другие подобные показатели. Напротив, при регистрации объектов под групповыми названиями необходимо указывать их количество уже при регистрации, к примеру: поступило 20 яблок.

Однако количество не является абсолютной величиной, а зависит от группировки объектов, осуществляемой в данном случае при помощи названий. Если объекты перегруппировать, совершенно иным окажется их количество.

Предположим, у нас имеются объекты со следующими признаками, представленными на рис. 14.

Рис. 14. Представление объектов с учетом качественных характеристик-свойств объекта

На рис. 14 объекты зарегистрированы под номерами-ключами и пока не имеют названий.

Названия обычно используются для именования групп объектов, т. е. являются групповыми, поэтому от того, какая группа объектов будет поименована, зависит количество как объектов в группе, так и самих групп (рис. 15).

Рис. 15. Варианты инвентарной ведомости при разных способах именования

Количество балансов, возможных к построению, определяется числом использованных в информационной системе учета признаков: чем больше признаков, тем больше балансов. Поэтому перед присваиванием наименований объектам бухгалтеру неплохо бы задуматься, какую инвентарную ведомость по какому именно признаку он хочет получить. Хотя во времена мысленного учета задумываться бухгалтеру по-настоящему еще не приходилось. Человеческий мозг был таким изумительным инструментом, что продолжал исправно предоставлять своему обладателю информацию в любом мыслимом виде.

Обдумайте!

1. После изобретения арифметики в балансе стало возможным указывать количество объектов.

2. Количество объектов зависит от способа их именования.

Глава 12

Баланс и овладение письменностью

Следующим революционным достижением цивилизации, если рассматривать ее с точки зрения эволюции бухгалтерского баланса, стала письменная речь.

Хозяйственная деятельность прогрессировала, количество достойных запоминания объектов имущественного комплекса все увеличивалось и увеличивалось, пока возможности человеческого мозга не оказались исчерпаны. Такой историческая предопределенность появления письменности предстает в глазах бухгалтера.

Учетная информация стала записываться, т. е. информационная система учета из мысленной превратилась в письменную. Как это сказалось на бухгалтерском учете вообще и бухгалтерском балансе в частности? Разумеется, сказалось. Не могло не сказаться.

Прежде всего, если при мысленном учете восприятие имущественного комплекса означало регистрацию этого имущественного комплекса в системе учета, то при письменном учете сам имущественный комплекс и его образ, составляющий систему учета, оказались разделены. Имущественный комплекс и система учета начали существовать раздельно. В реальности, что равносильно человеческому восприятию, имущественный комплекс представлял собой одно, а из бухгалтерских записей могло следовать нечто совершенно другое. Из-за письменности система учета перестала соответствовать имущественному комплексу.

В итоге с появлением письменности бухгалтер получил возможность отражать объекты хозяйственной деятельности в системе учета по выбору. Если раньше он оперировал всеми данными, которые были им восприняты, – фактически всеми, имевшими место, – то теперь только теми объектами, которые были им зарегистрированы. Как бы между прочим обнаружилось, что имущественный комплекс может быть описан различными способами.

Далее, мысленный учет не предполагал какой-либо настройки системы учета, т. к. система учета была совмещена с человеческим организмом. Возникший на его месте письменный учет вынес систему учета за пределы человеческого организма и тем самым предопределил необходимость в ее настройке. Необходимость настроить систему письменного учета выражалась прежде всего в необходимости разработать систему бухгалтерской записи, т. е. установить, каким способом выгоднее описывать имущественный комплекс. Ведь с изобретением письменности стало возможным описывать имущественный комплекс различными способами, причем в зависимости от того или иного способа различался и результат. К примеру, более детализированное описание вещи позволяло получать более детализированные отчеты об этой вещи, однако одновременно увеличивало объем регистрируемой информации. В итоге бухгалтер оказывался перед дилеммой: либо описывать имущественный комплекс сложно и полно, либо описывать имущественный комплекс быстро и просто. Полно же и одновременно просто не получалось никак. При мысленном учете подобных проблем не возникало, т. к. запоминание объектов хозяйственной деятельности происходило для бухгалтера неосознанно.

В момент, когда бухгалтеры впервые попытались записать информацию об имущественном комплексе, они по сути приступили к разработке системы бухгалтерской записи. Тогда и зародилась методология бухгалтерского учета – наука, рассматривающая способы ведения учета. Собственно, методология бухгалтерского учета и есть непосредственно бухгалтерский учет – усилиями людей сотворенная дисциплина. Ранее считаться научной дисциплиной бухгалтерский учет по причине своей нерукотворности, конечно же, не мог.

Занявшемуся письменной регистрацией информации бухгалтеру пришлось задуматься над тем, что каждый объект обладает фазой существования. Раньше ему было достаточно воспринять объект, без всяких дополнительных над ним размышлений, чтобы впоследствии по мере необходимости получать готовые отчеты. Теперь же бухгалтеру приходилось целенаправленно регистрировать объект, причем дважды: первый раз по приходу, второй раз по расходу. Хотя тогдашний бухгалтер был слишком упоен своим новым занятием, а понятия прихода и расхода на том этапе были еще слишком прозрачны для понимания, чтобы основывать на них какие-нибудь теоретические выводы.

За отсутствием теоретических представлений о проектировании информационных систем объекты регистрировались под названиями. Разумеется, под названиями, поскольку человеческая речь заключается в использовании названий. Казалось, так просто: взять и записать хозяйственную утварь, находящуюся у тебя перед глазами, под своим названием, – однако подобное записывание приводило к совершенно определенному строению информационной системы, о чем осчастливленные овладением письменности бухгалтеры еще не догадывались.

На выходе информационной системы бухгалтеры получали составленную в письменном же виде инвентарную ведомость – правда, единственную, обусловленную принятой в речи группировкой. До появления письменности это было не суть важно: человеческий мозг, реагируя на малейшую необходимость, выдавал бухгалтеру все, что только мог выдать. Но отныне любую отчетную форму бухгалтеру приходилось составлять в поте лица. Можно ли винить бухгалтеров за то, что балансом они стали считать один из возможных вариантов отчетной формы, хотя таких вариантов – при иных, обусловленных речью группировках объектов – было представимо великое множество?

Случилось то, что случилось. С тех самых пор многие ученые от бухгалтерского учета, как одержимые, корпеют над классификацией счетов бухгалтерского учета и балансовых статей, изобретением самой-самой наилучшей, самой-самой наиправдивейшей формы баланса, не понимая, что классификация объектов в балансе целиком зависит от того, какие признаки объектов изначально помещены в информационную систему, вообще как информационная система спроектирована.

Обдумайте!

1. Переход на письменный учет имел как преимущества, так и недостатки.

2. Основным преимуществом стала возможность оперировать значительными объемами информации, непосильными для человеческого мозга.

3. Основным недостатком письменного учета была необходимость сознательно проектировать информационную систему учета.

4. К самостоятельному проектированию системы учета бухгалтеры оказались не готовы.

5. Прежде всего это выразилось в использовании групповых названий и отказе от ключей.

6. Именование объектов предопределило их группировку в балансе.

7. Создалось ложное впечатление, что баланс возможен только один. Отсюда следовало, что необходимо отыскать его оптимальную форму, что такая оптимальная форма вообще существует.

Глава 13

События

Письменность выявила еще одну особенность организации информационной системы учета, раньше задумываться над которой бухгалтеру было ни к чему. Прояснилась сущность того, что в обыденной жизни называют событием, а в бухгалтерском учете фактом хозяйственной деятельности, или фактом хозяйственной жизни.

Стало очевидным, что фазы существования объектов, т. е. сами объекты в их временной протяженности, как правило, располагаются не хаотично, а в строгой последовательности. Данная строгая последовательность в существовании объектов возникла не с начала хозяйственной практики человека, а частично с того периода, когда человека перестало удовлетворять ведение натурального хозяйства и он приступил к обмену.

Возмездные отношения, на которых базируется современная экономика, предопределяют моменты прихода и расхода обмениваемых объектов: расход одного совпадает с приходом другого. То есть вы отдаете одну вещь, которая из вашего имущественного комплекса выбывает, а взамен получаете другую вещь, которая в ваш имущественный комплекс поступает (рис. 16). Момент, в который это происходит, и представляет собой событие.

Рис. 16. Совмещение расхода одной вещи и прихода другой вещи в одном событии

Другой причиной возникновения событий в системе учета является, как ни странно, человеческая речь. Если отождествлять объект с его названием, тогда при переименовании исчезает один и на его месте возникает другой объект, т. е. имеем ту же самую ситуацию, что и на представленном рисунке. Частным случаем переименования, хотя несомненно более распространенным в практике, является переработка в производстве. Например, в химическое производство поступает исходный материал, а из химического производства выходит готовый продукт, представляющий собой совсем другое, отличное от исходного вещество. Понятно, что исходное вещество превратится в конечное вещество в какой-то момент времени, представляющий собой отдельное событие.

С точки зрения глобальной системы учета, объемлющей всех субъектов, переименование и обмен объектов различны, но в рамках локальной системы, заключающей в себе одного пользователя, переименование и обмен можно рассматривать в принципе как аналогичные события.

Естественно, обменять можно одну вещь на две, точно так же как из одного исходного продукта переработки можно получить несколько либо, наоборот, из нескольких исходных продуктов один готовый. Имеем варианты событий более чем с двумя объектами (рис. 17), абсолютно ничего не меняющие в изложенном взгляде на событие как философскую и бухгалтерскую категорию.

Рис. 17. Варианты событий с тремя объектами

Легко догадаться, что возможны события с единственным объектом. Например, вещь выбывает из имущественного комплекса вследствие ее потери или того, что она стала непригодной для дальнейшего использования, или поступает в имущественный комплекс по той причине, что вам ее подарили. Приход и расход таких вещей совершается в гордом одиночестве.

В бухгалтерском учете события отображаются посредством регистрации обоих участвующих в событии объектов одной бухгалтерской записью, называемой бухгалтерской проводкой.

Групповое название объектов известно бухгалтерам как счет бухгалтерского учета, поэтому любое зарегистрированное событие определяется также так называемой корреспонденцией счетов бухгалтерского учета, под которой понимается отношение одновременно регистрируемых объектов друг к другу. В чем может заключаться отношение между такими объектами? Как раз в том, что их фазы существования составляют одно событие.

Бухгалтерская запись, если рассматривать ее по существу, хотя и в соответствии с принятой методологией, состоит в регистрации двух объектов, обладающих противоположными фазами существования:

Приход «Объект 1»,

Расход «Объект 2».

Приход в бухгалтерской записи всегда соседствует с расходом, а расход с приходом по следующим двум причинам:

• при переименовании объекта вследствие его переработки и т. п. действует закон сохранения материи. Ничто не возникает из ничего и не исчезает бесследно. Тем самым уничтожение одного объекта всегда приводит к возникновению другого;

• при обмене объектами роль закона сохранения материи выполняет возмездный характер обмена. Ведь любой обмен в том и состоит, чтобы вместо одной вещи получить другую. Соответственно, одна вещь теряется, зато другая приобретается.

Варианты записи, особенно при участии в одном событии более чем двух объектов, при анализе баланса не суть важны. Существенней вопрос: зачем бухгалтеры стали регистрировать события, объединяя между собой противоположные фазы существования объектов? Ответ таков: потому что регистрация событий позволяет прослеживать историю объекта. Но что мы имеем в виду под историей?

Представим цепочку последовательного обмена объектов: первый обменивается на второй, второй на третий (рис. 18) и т. д.

Рис. 18. Цепочка обмена объектов, рассматриваемая в контексте событий

Каким еще образом можно установить, какой объект на какой был в конечном счете обменен, т. е. что в приведенном примере предтечей, источником объекта 3 послужил объект 1? Только посредством регистрации событий, в противном же случае, при отказе от регистрации событий, историческая связь между объектами навсегда обрывается.

Необходимость регистрировать события повлияла на носители информации, в которых осуществлялась регистрация. Всего можно выделить два основных носителя: бухгалтерские книги и отдельные, т. е. не сшитые вместе бухгалтерские документы. Долгие эпохи популярней были книги, но в последние сто лет преимущество осталось, кажется, за документами. Это можно объяснить и тем, что документ лучше книги приспособлен для регистрации события. Отобразить связь двух объектов в книге не так просто, а вот регистрация двух объектов в одном документе сама по себе свидетельствует об их принадлежности одному событию. Хотя и не без известной натяжки, но можно утверждать, что в одном документе, предназначенном для регистрации исходной информации, отображаются относящиеся к одному событию объекты.

Способ регистрации в бухгалтерском учете событий оказал опосредованное влияние и на бухгалтерский баланс.

Обдумайте!

1. Благодаря закону сохранения материи и возмездному характеру обмена противоположные фазы существования объектов учета совмещаются. Приход совмещается с расходом, а расход с приходом.

2. Данные совмещения прихода с расходом составляют отдельные события.

3. В бухгалтерском учете события фиксируются посредством регистрации двух относящихся к нему объектов одной бухгалтерской записью.

4. Отказ от регистрации событий приводит к невозможности проследить историю объекта.

Глава 14

Будущие объекты

Следующим после письменности революционным шагом, полностью перекроившим бухгалтерскую методологию, стало возникновение кредитных отношений.

Вспомните, каким до сего момента представал в нашем изложении обмен. Одна вещь передается, другая принимается, причем это происходит одновременно в рамках одного события. Однако с некоторой исторической поры правило перестало соблюдаться: часто одна вещь передавалась, однако вещь взамен нее принималась с отсрочкой. Человечество стало практиковать одалживание.

Казалось бы, какая разница, однако с методологической точки зрения ничего подобного раньше не наблюдалось. Если раньше событие в виде обмена вещами всегда происходило в один момент времени – вообще, под одним актом взаимного обмена можно было понимать один момент времени, – то теперь один акт обмена разделился во времени на два события. Стало возможным – как и прежде, на возмездной основе! – отдать вещь, но получить возмещение за нее не немедленно, а в будущем (рис. 19).

Рис. 19. Разделение акта обмена во времени. Первый вариант

Другим вариантом оказалось, естественно, получение вещи в настоящем и передача возмещения в будущем (рис. 20).

Эти варианты противоположны. Если один субъект учета передает вещь 1 с отсрочкой получения вещи 2, очевидно, что второй субъект учета как противоположная сторона обмена получает вещь 1 с отсрочкой передачи вещи 2.

Рис. 20. Разделение акта обмена во времени. Второй вариант

Что имеем в итоге?

Если в системе учета должны регистрироваться вещи, которые еще не получены, но подлежат получению, либо еще не переданы, но подлежат передаче, то… их следует регистрировать. Разумеется, следует регистрировать – нужно же знать, что тебе должны и что ты должен. Их и стали регистрировать: как и остальные вещи, по одной из фаз существования, приходу либо расходу. Однако с регистрацией возникли непредвиденные сложности, в конце концов изменившие методологию учета до неузнаваемости.

Любой наличный объект уже состоялся, по причине чего и регистрируется. Если бы он не состоялся, он бы не подвергался регистрации: зачем регистрировать то, чего нет? Однако существование будущих объектов зыбко – должник просто не расплатится, и поминай как звали. Где здесь будущий объект? Предполагался, да не случился. Никто не в состоянии знать о существовании будущих объектов заранее и наверняка. Понятное дело, ведь будущее туманно и неопределенно.

В этом-то и обнаружилась основная сложность учета будущих объектов.

Обдумайте!

1. Возникновение кредитных отношений привело к разделению одного акта обмена на два события, второе из которых принадлежит будущему.

2. Появилась необходимость регистрировать будущие объекты.

3. Как и прочие вещи, будущие объекты регистрируются по одной из фаз существования.

4. Спецификой будущих объектов является предположительность их существования.

Глава 15

Дебет и кредит

Повторим, а может, и не однажды: подобно остальным вещам, будущие объекты регистрируются по одной из фаз существования, т. е. приходу или расходу. Таким образом, имеем два типа будущих объектов:

• первые регистрируются по приходу;

• вторые регистрируются по расходу.

Названные типы требуют определений. Чтобы дать такие определения, нам придется рассмотреть способ отражения будущих объектов в средневековых бухгалтерских книгах. Это абсолютно внеисторично, зато позволит оперировать современными понятиями. С хронологической точки зрения кредитные отношения возникли много ранее Средневековья, однако именно Средневековье дало дотоле неведомым объектам современные наименования, и не только будущим объектам, но и иным бухгалтерским категориям.

Современные термины – это, конечно же, «дебет» и «кредит». Центральные, самые знаменитые и с наибольшим трудом, буквально в мучениях, воспринимаемые понятия бухгалтерского учета.

А начиналось невинно: средневековые купцы на левой стороне регистрационных книг записывали, сколько им должны партнеры (лат. debet – он должен), а на правой – сколько они должны партнерам (лат. credit – он верит), т. е. регистрировали долги обоих типов (рис. 21).

Если взглянуть на данный способ регистрации несколько шире, то средневековые купцы отождествляли дебет с приходом, а кредит с расходом, ведь учитывались в книгах не только будущие, но и наличные, имеющиеся в настоящий момент вещи.

Заменив в бухгалтерской проводке приход с расходом на дебет и кредит, получим ее привычный вид – с тем отличием, что в качестве названий объектов в современной бухгалтерии используются названия счетов:

Дебет «Объект 1»,

Кредит «Объект 2».

Рис. 21. Колонки дебета и кредита в средневековых книгах

Приход и расход были старинными и непротиворечивыми значениями дебета и кредита, но с развитием методологии бухгалтерского учета – что, к сожалению, происходило не всегда в верном направлении – первоначальные значения оказались дебетом и кредитом утеряны. Когда нынешний бухгалтер употребляет означенные термины, он имеет в виду не всегда приход и не совсем расход. То есть со временем содержание дебета и кредита исказилось до неузнаваемости.

Искажения возникли не благодаря употреблению того или иного термина, а исключительно по вине бухгалтерской методологии, не справившейся с задачей научной организации учета таких специфических объектов, как будущие вещи.

Обдумайте!

1. Одни будущие объекты регистрируются по приходу, другие – по расходу.

2. Для их регистрации средневековые купцы использовали разные стороны бухгалтерских книг. Левую сторону книг они озаглавливали «Дебет», а правую – «Кредит».

3. В те времена дебет был равнозначен приходу, а кредит – расходу.

4. Впоследствии, с развитием учетной методологии, первоначальные значения дебета и кредита оказались искажены.

Глава 16

Регистрация события одной датой

Перво-наперво методология учета запуталась с датой регистрации.

Представим регистрацию акта обмена, происходящего единовременно, т. е. когда вещь 1 непосредственно обменивается на вещь 2. Допустим, это происходит 5 марта (рис. 22).

Рис. 22. Регистрация наличного обмена

Бухгалтерская запись о таком событии будет выглядеть следующим образом.

5 марта:

Дебет (Приход) «Вещь 2»,

Кредит (Расход) «Вещь 1».

Традиционно в бухгалтерской проводке сначала указывается объект по дебету, за ним следует объект по кредиту, поэтому их последовательность никакой роли не играет.

Дата «5 марта» относится к обоим объектам, поэтому вполне естественно, что указывается она однажды. Ее так и называют: дата бухгалтерской проводки, она же дата регистрации события. 5 марта происходит обмен, и этой же датой обмен отражается в бухгалтерских документах. Никакого противоречия до поры до времени не возникает.

Теперь представим, что регистрируется поступление будущего объекта: мы отдаем вещь 1 сейчас, 5 марта, а взамен нее ожидаем поступление вещи 2 – допустим, 17 июля (рис. 23).

Рис. 23. Регистрация поступления будущего объекта

В соответствии с действующей методологией учета одалживание регистрируется тем же способом, что и наличный обмен.

5 марта:

Дебет (Приход) «Будущая вещь 2»,

Кредит (Расход) «Вещь 1».

Тут-то и возникает не просто противоречие, а вопиющее противоречие.

По условиям задачи регистрируем будущую вещь, которая должна поступить в имущественный комплекс 17 июля. Однако дата «17 июля» в бухгалтерской проводке нигде не фигурирует. Дата может вытекать из других хозяйственных документов, в частности договоров, но в информационной системе учета не отображается. Никаких обоснований, просто не отображается, и все.

Что вообще означает регистрация будущего объекта? Мы регистрируем объект, предполагаемый к поступлению или выбытию – в нашем случае к поступлению – в будущем. Настоящее неумолимо движется по временной шкале вперед, захватывая будущее, чтобы превратить его в прошлое. Следовательно, рано или поздно настоящее настигнет будущий объект, который ввиду своей временной неопределенности состоится или не состоится (рис. 24). 17 июля, не раньше и не позже, станет ясно, исполнил ли должник свое обещание.

Рис. 24. Отношение настоящего момента к поступлению будущего объекта

Следуя логике регистрации, мы должны были бы, во-первых, указать дату «17 июля» наряду с датой «5 марта» в бухгалтерской проводке. Эта дата должна характеризовать вещь 2 – ведь в хозяйственном акте задействовано два объекта, каждый из которых обладает собственной датой совершения.

17 июля. Дебет (Приход) «Вещь 2»,

5 марта. Кредит (Расход) «Вещь 1».

Становится необязательным характеризовать вещь 2 как будущий объект при помощи признаков. Об этом красноречиво свидетельствует отношение даты, в которую вещь предполагается к поступлению в имущественный комплекс, к настоящему моменту. Когда 17 июля наступит, представимы два варианта.

1. Вещь, как и ожидалось, поступила в имущественный комплекс. Отлично. Никаких записей выполнять не нужно, т. к. запись об этом выполнена в момент регистрации будущего объекта!

2. Вещь, вопреки ожиданиям, не поступила. Вот тут-то и потребуется предпринимать какие-нибудь действия, например, отменять ранее сделанную запись или переносить ожидаемое поступление объекта на более поздний срок. Каким образом это можно было бы сделать, сейчас не важно – действующая методология поступает по-иному.

Она поступает следующим, прямо скажем, не лучшим образом. Отказавшись указывать в бухгалтерской проводке две даты, по числу регистрируемых объектов, методология бухгалтерского учета ошибочно принимает факт регистрации объекта за сам объект. Временными границами существования подобные абстракции, называемые обязательствами, имеют момент регистрации будущего объекта и момент его фактического исполнения. Различают дебиторские обязательства, возникающие при регистрации поступления будущих объектов, и кредиторские обязательства, возникающие при регистрации выбытия будущих объектов. Естественно, их определения произошли от «дебета» и «кредита» – в зависимости от порядка регистрации обязательств различных типов.

Вероятно, сказанное не слишком понятно читателю, поэтому поясним.

В нашем примере поступление будущего объекта выглядит следующим, привычным бухгалтеру, но не вполне реальным, если не сказать больше, образом (рис. 25).

В бухгалтерских проводках это выражается следующим образом:

5 марта:

Дебет «Дебиторское обязательство»,

Кредит «Вещь 1».

17 июля:

Дебет «Вещь 2»,

Кредит «Дебиторское обязательство».

Рис. 25. Начисление и погашение дебиторского обязательства согласно принятой методологии

5 марта мы отдаем вещь 1, а взамен нее 17 июля получаем вещь 2. Это фазы существования реальных вещей, составляющих хозяйственный комплекс. Никаких других вещей в примере не упоминается, их попросту нет.

Что же тогда за таинственный объект мы регистрируем, по дебету в момент появления предположения о поступлении вещи 2 в имущественный комплекс и по кредиту в момент исполнения данного предположения? Именно дебиторское обязательство – объект, регистрируемый в системе учета, но отсутствующий в реальности. В имущественном комплексе никакого такого объекта нет в помине, однако он регистрируется.

Как уже говорилось, обязательства значатся в системе учета с момента возникновения предположения о будущем объекте и до момента отмены предположения ввиду его исполнения или аннулирования.

Аналогичным образом регистрируются и значатся кредиторские обязательства (рис. 26).

В бухгалтерских проводках кредиторские обязательства показываются следующим образом:

5 марта:

Дебет «Вещь 1»,

Кредит «Кредиторское обязательство».

17 июля:

Дебет «Кредиторское обязательство»,

Кредит «Вещь 2».

Рис. 26. Начисление и погашение кредиторского обязательства согласно принятой методологии

В целом регистрацию в бухгалтерском учете дебиторских и кредиторских обязательств сравнительно с остальными объектами можно изобразить таким образом (табл. 1).

Таблица 1

Типология объектов и фазы их существования согласно принятой методологии

Регистрация обязательств целиком связана с будущими объектами, по сути обязательства обозначают не самих себя, а именно будущие объекты. По этой причине, упоминая обязательства, часто имеют в виду не их самих, а будущие объекты. Ведь по-настоящему интересовать пользователей бухгалтерской отчетности, в т. ч. юристов и менеджеров, может только то, что составляет или должно составить реальный имущественный комплекс, – вещи, как наличные, так и будущие.

Суть, конечно, не в терминологии. Суть в том, что с регистрацией обязательств информационная система учета начала злонамеренно не соответствовать имущественному комплексу: поскольку стали регистрироваться объекты, строго говоря, не являющиеся вещами. А ведь как, казалось бы, просто: имущественный комплекс состоит из вещей, бухгалтерия учитывает вещи, соответственно, в информационной системе учета отображаются одни вещи, причем каждая вещь регистрируется по приходу и расходу и т. д. В рассмотренных же ситуациях с предоставлением отсрочки действуют, по идее, два объекта, но согласно принятой методологии – три. В момент исполнения обещания ничего из ранее незарегистрированного не происходит, однако согласно принятой методологии происходит… и, соответственно, регистрируется. Такова она, бухгалтерская методология.

Обдумайте!

1. Будущие объекты следовало бы регистрировать будущей датой – той, когда вещь предполагается к поступлению или выбытию. Для этого в бухгалтерской проводке необходимо указывать дату для каждого объекта.

2. Однако этого не делается. В результате вместо двух объектов, задействованных в рамках кредитных отношений, регистрируется три объекта. Обязательство предстает объектом, лишенным соответствия в реальном имущественном комплексе.

3. Такой подход знаменует начало регистрации объектов, не являющихся вещами.

Глава 17

Договоры

В связи с регистрацией будущих объектов возникает законный вопрос: почему одни будущие объекты регистрируются, а другие не регистрируются?

В самом деле, будущих объектов представимо большое количество, много больше, чем регистрируется на практике, причем такого представления требует именно хозяйственная деятельность. Мы имеем в виду планирование.

Как известно, планирование заключается в составлении плана, по сути в представлении некоторых будущих, вследствие этого воображаемых объектов. Предприятие планирует приобрести материалы определенной номенклатуры, из которых выработать определенное количество продукции, которую продать за определенную сумму и т. д. Все это будущие объекты, которые по-хорошему также необходимо регистрировать в информационной системе учета – конечно, в качестве именно объектов планирования, до той поры, пока эти объекты планирования не окажутся реализованы или не реализованы на практике, т. е. выполнены или не выполнены в виде плановых показателей.

Чем различаются объекты планирования и будущие объекты? Только одним: тем, что будущие объекты есть порождение кредитных отношений настоящего момента (рис. 27).

Рис. 27. Кредитные отношения, принадлежащие настоящему моменту

Другие будущие объекты таким порождением не являются. Например, можно представить, что в будущем месяце предприятие намерено закупить вещь 5, однако вещь 6 взамен нее пока не передана, поэтому в настоящий момент кредитных отношений не возникает. Возможно, они возникнут – если вещь 5 действительно будет приобретена взамен вещи 6 и это произойдет не единовременно, – но не сейчас, позднее. Разумеется, можно планировать продать или приобрести любую вещь – например, вещи 7 и 8 – не в контексте любого обмена, попросту не рассматривать данный вопрос при планировании (рис. 28).

Рис. 28. Кредитные отношения, не относящиеся к настоящему моменту, а также разрозненные объекты планирования

Становится ясным, что в бухгалтерском учете предписывается регистрировать лишь те объединенные актом обмена объекты, хотя бы один из которых принадлежит настоящему моменту.

Это подтверждается практикой. Предположим, что предприятием заключен договор. Данный договор не найдет отражения в информационной системе учета до тех пор, пока одна из его сторон не исполнит свою обязанность по нему. Только в этот момент предметы обмена будут отражены в учете: одна вещь в качестве настоящей, другая – в качестве будущей.

Нельзя сказать, что данный порядок учета правилен – ведь от учета объектов планирования он злонамеренно отказывается, – однако непротиворечив и потому понятен.

Принятый порядок лишний раз подтверждает наши методологические изыскания. Если, как негласно подразумевается ныне, в учете регистрируются обязательства в их юридическом смысле, непонятно, отчего бы не регистрировать их непосредственно в момент заключения договоров, когда обязательства обычно возникают. Однако отсутствие регистрации оправдано, если воспринимать обязательства в истинно методологическом смысле, как будущие объекты: зачем регистрировать объекты, хотя и составляющие один акт обмена, если оба они принадлежат области будущего?

Обдумайте!

1. Обязательства не являются единственными будущими объектами, возможными к регистрации.

2. Теоретически возможно регистрировать объекты планирования, чего не делается.

3. Общее правило регистрации объектов при кредитных отношениях таково: регистрируются те объединенные актом обмена объекты, хотя бы один из которых принадлежит настоящему моменту.

Глава 18

Положительные и отрицательные объекты

До сих пор мы сознательно умалчивали об одной важной особенности действующего порядка учета обязательств. Вероятно, читатель сам уже заподозрил неладное. Мало того что обязательства в их бухгалтерском понимании отсутствуют в имущественном комплексе – сколько этот имущественный комплекс ни ощупывай, никаких специфических обязательств в качестве наличных и даже будущих объектов не нащупаешь, – так еще и с их фазами существования творится неладное.

Вещи обладают двумя фазами существования, первой из которых является приход (дебет), а второй – расход (кредит). Это понятно: любая вещь, а применительно к обязательствам, также любое дебиторское обязательство, отмечается таким способом на временной протяженности (рис. 29).

Рис. 29. Чередование фаз существования у вещей и дебиторских обязательств

Однако согласно действующей методологии кредиторские обязательства, как один из видов обязательств, обладают первой фазой существования – расходом (кредитом), и второй – приходом (дебетом) (рис. 30). Это уже что-то невероятное, ведь ни одна вещь не может покинуть имущественный комплекс до того, как в него поступила.

Рис. 30. Чередование фаз существования у кредиторских обязательств

Получается, что дебет и кредит теряют свои первоначальные значения «приход» и «расход» и обозначают уже вовсе не «приход» и соответственно «расход», а что-то совсем другое. Что именно, объяснить с точки зрения логики невозможно, потому что указанные термины применяются алогично.

Почему так получилось, мы подробно проанализировали в предыдущих главах, и теперь указываем лишь очевидные последствия свершившегося. А наиболее очевидным и, заметим, ощутимым последствием введения в систему учета обязательств стало разделение объектов на положительные и отрицательные. Соответственно, положительными стали называться объекты, регистрируемые сначала по приходу, а затем уже по расходу, т. е. вещи в наличии и дебиторские обязательства, а отрицательными – объекты, регистрируемые в обратном порядке, т. е. кредиторские обязательства.

Искусственным образом возникшая классификация привела к необходимости изобразить ее на бумаге, что привело к кардинальному пересмотру внешнего вида бухгалтерского баланса.

Обдумайте!

1. Кредиторские обязательства, в отличие от остальных объектов, регистрируются сначала по кредиту, затем уже по дебету.

2. Это приводит к разделению объектов на положительные и отрицательные.

3. К положительным объектам относятся вещи в наличии и дебиторские обязательства; к отрицательным – кредиторские обязательства.

4. Данную классификацию необходимо изобразить на бумаге.

Глава 19

Баланс – отчет, отражающий настоящие и будущие объекты

Прежде чем прояснить, что стало с балансом в результате появления в нем обязательств, придется привлечь внимание читателей следующим небезынтересным обстоятельством. В момент, когда в бухгалтерском балансе начали отражаться – безразлично, каким способом – будущие объекты, баланс отделился от инвентарной ведомости.

Раньше, как мы помним, баланс был инвентарной ведомостью, или инвентарная ведомость представляла собой примитивный баланс, что одно и то же. Теперь же эти отчетные формы безоговорочно и навсегда разделились:

• инвентарная ведомость стала показывать только наличные объекты, те, которые можно реально увидеть при осмотре имущественного комплекса. Тем самым инвентарная ведомость превратилась в неполную отчетную форму, т. к. отражала теперь не все объекты, присутствующие в имущественном комплексе. Точнее, с точки зрения настоящего времени это были все объекты, но кредитные отношения привели к необходимости учитывать будущие объекты, которые в инвентарной ведомости не отражались;

• баланс стал показывать не только наличные, но и будущие объекты. В итоге он превратился в полную отчетную форму, отражающую буквально все объекты, в отражении которых заинтересованы субъекты хозяйственной деятельности.

Последнее методологически намного сложней, поэтому-то в отношении баланса – конечно, также вследствие допущенных ошибок – и возникло недопонимание. В то же время мы никогда не слышали, чтобы кто-нибудь из бухгалтеров не понимал, что собой представляет инвентарная ведомость.

Обдумайте!

1. С необходимостью отражать будущие объекты понятия баланса и инвентарной ведомости разделились.

2. В инвентарной ведомости стали отражаться только наличные объекты, в балансе – также и будущие.

3. В результате инвентарная ведомость превратилась в неполную отчетную форму, а баланс остался полной отчетной формой.

Глава 20

Оценка

Цивилизация не стояла на месте и вскоре – разумеется, с методологической точки зрения, а не исторической хронологии – преподнесла бухгалтерам большой сюрприз в виде изобретения денег как всеобщего эквивалента и средства платежа. Деньги, наряду с классификацией объектов на положительные и отрицательные, придали балансу современный или почти современный вид.

В рамках этой брошюры нет нужды рассматривать феномен денег в деталях, благо их потребительскую сущность каждый из нас и без того представляет довольно отчетливо: деньги обмениваются на вещи, которые сразу или через несколько этапов обмена или переименований снова обмениваются на деньги и т. д. (рис. 31).

Рис. 31. Деньги как средство платежа

Обмены стали совершаться в форме купли-продажи, т. е. одной из обмениваемых вещей стали выступать деньги. Сразу сделался очевидным происходящий в хозяйственной деятельности кругооборот средств: деньги тратились, чтобы в конце концов получить больший номинал денег, чем прежде. Цепочка обмена объектов от денег до денег стала одним циклом кругооборота, выражающим локальный итог обмена.

По итогам цикла кругооборота стало возможным исчислять финансовый результат, т. е. прибыль либо убыток. Прибыль представляла собой прирост денег по итогам цикла кругооборота, а убыток – их убыль.

В книгах, в которые бухгалтеры записывали исходную информацию, одно событие – например, покупка товара – заносилось по одной строке. Колонки дебета и кредита находились рядом, на той же странице или том же развороте, поэтому количество и наименование товара всегда соседствовало с денежной суммой. Это, по большому счету, и привело к формулированию принципа оценки. Бухгалтеры, когда желали узнать, почем приобрели товар, заглядывали в свои книги и напротив записи о приобретении товара видели сумму, за которую этот товар был приобретен. Данная сумма получила название стоимости, или фактической стоимости, объекта.

Постепенно стоимость стала восприниматься в качестве признака объекта. Бухгалтеры посчитали, что стоимость сопровождает объект на протяжении всего времени его пребывания в имущественном комплексе, поэтому и является его признаком.

На самом деле это, конечно же, не так. Стоимость действительно характеризует вещи, но лишь в момент их покупки или в момент продажи, и то в качестве отношения к денежным суммам, на которые вещи обмениваются. Стоимость – это номинал денег, потраченных на покупку или полученных при продаже, характеристика денег, но никак не купленной или проданной вещи. Этой нехитрой истины средневековые бухгалтеры не понимали совершенно. Результатом их заблуждения стал подсчет объектов хозяйственной деятельности не только в количественном, но и в стоимостном выражении.

Стоимость стала восприниматься как признак не только денег, но и всех прочих объектов. От прочих признаков она отличалась тем, что стоимости – в известном смысле слова, конечно, – можно было придать любое значение. К примеру, бухгалтеры оказались перед проблемой, каким образом оценивать объекты, поступившие безвозмездно. В этом случае никакая сумма в бухгалтерских книгах не проставлялась, но ввиду поголовной оценки объектов требовалась. Объектам, поступившим безвозмездно, в итоге стала присваиваться произвольная, отсутствующая в системе учета стоимость – та, за которую объект мог бы был быть приобретен, т. е. рыночная. Длительное время средневековые бухгалтеры спорили, как такая стоимость должна называться, а также – не стоит ли все объекты бухгалтерского баланса оценивать не по фактическим, а по рыночным ценам. Оценка по рыночным ценам прямиком вела к переоценке объектов хозяйственной деятельности в каждый момент изменения цен на них, что было практически невыполнимо.

Конечно же, эта и другие подобные дискуссии не имели научной перспективы, т. к. основывались на непонимании экономической и методологической природы стоимости.

С другой стороны, стоимостная оценка создавала ощущение однородности. Если количественно совместить объекты между собой было чрезвычайно трудно – совсем как в жизни, – то их стоимостная оценка приводила при измерении объектов к единообразию.

Если разобраться, единообразие было не более чем методологической иллюзией. Бухгалтеры отдавали себе отчет, что сопоставление объекта с другой его стоимостной стороной – хотя бы с рыночной – приведет к изменению стоимостных показателей, но не могли осмыслить причин этого.

Что же касается отчетных форм, то с появлением принципа оценки их стало возможным составлять в стоимостном выражении. Инвентарная ведомость, она же примитивный баланс, составленная в стоимостном выражении, выглядела уже несколько иным образом, чем прежде (рис. 32).

Рис. 32. Инвентарная ведомость, составленная в стоимостном выражении

Оперирование стоимостью позволило численно сравнивать между собой отраженные в бухгалтерском балансе положительные и отрицательные объекты. Каким образом это было достигнуто, станет ясно из следующей главы.

Обдумайте!

1. С изобретением денег вещи стали обмениваться на них. Акты обмена превратились в акты купли-продажи.

2. Эти акты по-прежнему записывались в бухгалтерские книги.

3. Со временем записанные в бухгалтерских книгах денежные суммы начали восприниматься как признаки вещей, хотя на самом деле являлись признаками денег.

4. В итоге объекты учета стали оцениваться поголовно, т. е. любому регистрируемому объекту стала присваиваться та или иная стоимость.

5. Появилась возможность составлять отчетные формы не только в натуральном, но и в стоимостном выражении.

6. На самом деле стоимость – это номинал денег, потраченных на покупку или потраченных при продаже, характеристика денег, но никак не купленной или проданной вещи.

Глава 21

Однофазный и двухфазный балансы

Как обычно изображают противоположные объекты, явления? Рядом друг с другом, чтобы отличия проявились наглядно.

Так с бухгалтерским балансом и поступили: расположили положительные объекты, т. е. вещи и дебиторские обязательства, в одной колонке, а отрицательные объекты, т. е. кредиторские обязательства, в другой колонке, и колонки совместили. Левая колонка, с положительными объектами, стала называться активом, а правая колонка, с отрицательными объектами, – пассивом. Объекты, располагавшиеся в соответствующих колонках, также стали активами и пассивами.

Как и всегда при численном сравнении двух величин, получили три возможных результата сравнения: первая величина больше, равняется или меньше второй сравниваемой величины (рис. 33).

Рис. 33. Сравнение положительных и отрицательных объектов

Казалось бы, все абсолютно правильно…

Было бы правильно, если бы сравниваемые объекты строились логически непротиворечиво. Однако ранее мы убедились, что обязательства регистрируются в бухгалтерском учете более чем противоречиво: чего стоят кредиторские обязательства, самым непредставимым образом возникающие по кредиту и исчезающие по дебету!

В чем же, по нашему мнению, заключается ошибка изображения положительных и отрицательных объектов, как оно практикуется в бухгалтерском балансе? В том, что при подобном способе изображения теряется представление о том, что объект всегда регистрируется по одной из фаз своего существования. Регистрируя вещь, бухгалтер подспудно рассматривает данный акт как поступление вещи в имущественный комплекс или выбытие вещи из имущественного комплекса, согласно другой терминологии – как принятие вещи на баланс и снятие вещи с баланса. В действительности бухгалтер лишь очерчивает границы вещи на временной протяженности, но пока он регистрирует лишь объекты в наличии, это не существенно. Приступив к регистрации будущих объектов, бухгалтер начинает нуждаться в верной методологии и за отсутствием таковой воспринимает фазы существования объектов как сами объекты. В известной мере так оно и есть, однако регистрация расхода объекта прежде его прихода приводит к соблазну считать зарегистрированный расход таким же объектом, как и приход. В какой мере это допустимо?

Как фазы существования, приход с расходом абсолютно равноправны. Тем не менее в реальности приход всегда возникает до расхода и всегда обозначает начальные границы существования объекта, в то время как расход, напротив, всегда возникает после прихода и обозначает конечные границы существования объекта. Расход как бы доопределяет уже существующий объект, поэтому считаться самостоятельным объектом не может. Это тот же, когда-то зарегистрированный объект, но с измененными свойствами, к примеру: у объекта, зарегистрированного только по приходу, конечная точка существования неизвестна, а у него же, зарегистрированного еще и по расходу, конечная точка существования известна. Очевидно, что при таком взгляде на бухгалтерию объект, не зарегистрированный ни по одной из фаз существования, может, в действительности и существует, вот только о нем ничего не известно (табл. 2). Поэтому объект не может быть помещен в баланс, составляемый на определенную дату.

Таблица 2

Знания об объекте на различных этапах регистрации фаз его существования

Мы хотим показать и доказать, что регистрация объекта по расходу не может составить отдельный объект учета, что подразумевается при сравнении положительных и отрицательных объектов в виде двух колонок. Объект, зарегистрированный по приходу, безусловно, возможно изобразить в колонку (рис. 34).

Рис. 34. Объект, зарегистрированный по приходу

Объект, зарегистрированный также по расходу, не может быть изображен подобным образом, как это сейчас практикуется (рис. 35).

Рис. 35. Объект, зарегистрированный по приходу и расходу. Ошибочное изображение

Обычно выбывшая вещь не находит отображения в балансе, т. к. на момент составления баланса вещь в имущественном комплексе не значится. Но предположим, что объект зарегистрирован по обеим фазам своего существования, причем значится на момент составления баланса в имущественном комплексе. Такое возможно, если расход объекта зарегистрирован будущей датой, мы предупреждали об этом. Очевидно, что это тот же самый объект, что и прежде, однако наше познание о нем несколько расширено, хотя за счет будущего времени только предположительно. Иначе говоря, перед нами объект с изменившимися свойствами. Но в любом случае это один объект, никак не два объекта, поэтому изображен этот единственный объект должен быть в одной ячейке (рис. 36).

Рис. 36. Объект, зарегистрированный по приходу и расходу. Правильное изображение

Если читатель еще не догадался, о чем идет речь, вернемся к бухгалтерскому балансу, в котором положительные и отрицательные объекты представлены, как мы помним, в виде двух колонок. Оперируем первым из возможных вариантов как наиболее распространенным (рис. 37).

Рис. 37. Распространенное отношение положительных и отрицательных объектов. Предтеча бухгалтерского баланса

Внимательней всмотритесь в это изображение и поймите наконец, почему кредиторские обязательства как объекты, зарегистрированные в силу действующей методологии по расходу (или кредиту, что одно и то же), даже в этой некорректной ситуации не могут считаться отдельными объектами. Мы же только-только предупредили, что регистрация расхода не может создать новый объект, а может лишь доопределить его свойства – по этой причине кредиторские обязательства не могут представлять собой самостоятельные объекты. В действительности кредиторские обязательства указывают на изменение некоторых наличных или будущих вещей, поэтому не создают новую группу объектов, а лишь подразделяют существующие группы объектов на более мелкие подгруппы. Для большей наглядности заменим дебиторские обязательства на будущие объекты: ведь в реальном имущественном комплексе никаких обязательств нет, но представимы будущие объекты, как раз и учитываемые – хотя и некорректно – при помощи обязательств (рис. 38).

Рис. 38. Однофазный баланс

Перед нами однофазный, составляемый в одну колонку баланс – в отличие от двухфазного, составляемого в две колонки баланса, принятого действующей методологией. Если расположить объекты однофазного баланса в виде объектов на временной шкале и рассмотреть их отношение к моменту составления баланса, получим следующее (рис. 39).

Рис. 39. Объекты однофазного баланса на временно'й шкале: 1 – вещи в наличии, момент выбытия которых неизвестен; 2 – вещи в наличии, момент выбытия которых известен; 3 – будущие вещи, момент выбытия которых неизвестен; 4 – будущие вещи, момент выбытия которых известен

Нам тут же возразят, что кредиторские обязательства создают новый объект по той же причине, что и наличные вещи вкупе с дебиторскими обязательствами: объект регистрируется впервые, но только не по приходу, а по расходу.

Это отчасти верно, но только отчасти, а потому неверно по существу. Действительно, возникающие в хозяйственной деятельности кредитные отношения вроде бы заставляют бухгалтеров первоначально регистрировать объекты по расходу (рис. 40).

Рис. 40. Регистрация будущих объектов по расходу

Но обратите внимание: последовательность регистрации ни в коей мере не означает, что зарегистрированные объекты существуют в имущественном комплексе в таком порядке. Как и всякие порядочные вещи – к которым мы, само собой, не причисляем кредиторские обязательства в их бухгалтерской трактовке, – зарегистрированные объекты существуют первоначально по приходу, а затем уже по расходу. Приведенная схема представляет собой лишь часть предыдущей, а именно вторую фазу существования объектов 2 или 4 на ней, т. е. у регистрируемого по расходу объекта уже имеется зарегистрированный приход.

Первоначально регистрируя объект по расходу, бухгалтер просто обязан предположить, что тот уже существует по приходу, – разумеется, не на момент регистрации, а на момент расхода, т. е. исполнения обязательства. Это означает, что совершение прихода объекта уже зарегистрировано или должно быть зарегистрировано не позже того момента, когда будет зарегистрировано совершение расхода объекта. Следовательно, в бухгалтерском балансе не должны присутствовать объекты, зарегистрированные по расходу и не зарегистрированные по приходу.

Это довольно серьезный вывод, противоречащий гражданскому праву, но отнюдь не невозможный.

Представим, что субъект учета в соответствии с заключенным договором обязался передать противоположной стороне некую вещь. Такая вещь может существовать в реальности – например, если передаче подлежит уже работающее на предприятии оборудование, – но данное утверждение не является обязательным. Во-первых, обещано может быть оборудование, которое у данного предприятия на текущий момент отсутствует. Во-вторых, передаче в соответствии с заключенным договором может подлежать вещь, которой не существует не только на предприятии, но и вообще в окружающей действительности. Утрируя, скажем, что пообещать можно розового слона в зеленый горошек, но это еще не будет означать, что такие водятся в саванне. Нормы гражданского права не могут помешать субъекту заключить подобный договор. Но насколько это правильно? Почему гражданское право допускает обещания того, чего у субъекта учета нет, а иногда и того, чего и вообще быть не может?

С одной стороны, обещания того, чего у субъекта учета нет, – явление вынужденное. Кредитные отношения возникают как раз в тех ситуациях, когда кто-то не может передать вещь сейчас, но сможет в будущем. С другой стороны, логично обещать то, что уже существует и будет получено, другими словами, обещать вещи, уже зарегистрированные в системе учета, пусть не данного субъекта учета, но хотя бы какого-нибудь субъекта учета. Рамки настоящей работы не позволяют более детально проанализировать очерченную проблему, однако вывод очевиден: представима ситуация, когда гражданское право позволяет обещать только те вещи, которые уже имеются в имущественном комплексе или, насколько известно, поступят в него. «Насколько известно» означает: согласно информационной системе учета. К примеру, можно позволить регистрировать по расходу, т. е. в виде кредиторских обязательств, только те вещи, которые к моменту расхода уже значатся по приходу, т. е. в виде вещей в наличии или дебиторских обязательств. Применительно к бухгалтерскому балансу подобное означало бы возможность формирования однофазного баланса. Пока такой порядок не реализован на практике, не узаконен в гражданском праве, гарантированно строить однофазные балансы в самом деле невозможно.

Как видно, красота методологии учета зависит не только от нее самой, но и от гражданского права, т. е. способов ведения хозяйственной деятельности. Чем логичней, гуманней, справедливей способы ведения хозяйственной деятельности, тем понятнее становится бухгалтерский учет. И наоборот, чем надуманней и несправедливей ведется хозяйственная деятельность, тем более неуклюжей и искусственной становится бухгалтерия.

Обдумайте!

1. Положительные и отрицательные объекты традиционно изображаются в балансе в виде двух колонок.

2. В результате теряется представление о том, что объект всегда регистрируется по одной из фаз существования. Однако это так. Объекты, зарегистрированные по расходу, не могут составлять отдельные объекты учета, т. к. расход всегда следует за приходом. Создает объекты только приход.

3. Правильней было бы строить баланс в одну колонку.

4. Это невозможно ввиду несовершенства норм гражданского права, позволяющего обещать вещи, приход которых в информационной системе учета не зарегистрирован.

Глава 22

Собственный капитал

Приняв двухфазный баланс за образец, бухгалтеры продолжали заниматься письменным учетом. Они по-прежнему рассматривали каждое событие в контексте двух составляющих его объектов, отводя на каждый из типов объектов страницу своих бухгалтерских книг. То есть одно событие регистрировалось в бухгалтерских книгах записью на левой странице и одновременно записью на правой странице.

В один прекрасный день стало очевидным, что некоторые события в данную схему никак не укладываются. С актами обмена или переименованием объектов все было в порядке, однако изредка попадались события, состоящие из одного объекта. Второй объект в таких событиях напрочь отсутствовал, как бухгалтеры ни старались его обнаружить. Например, дарение вещи со стороны любого из участвующих лиц не имело никакого противопоставления.

Акт обмена или переименования обладал безусловной двойственностью:

Дебет (Приход) «Вещь 1»,

Кредит (Расход) «Вещь 2».

Другие события двойственностью не обладали. Они могли представлять некомпенсируемое поступление вещи:

Дебет (Приход) «Вещь 1».

Либо они могли представлять некомпенсируемое выбытие вещи:

Кредит (Расход) «Вещь 2».

Будучи относительно редкими, они явно выбивались из общей методологической колеи, но поддаваться формализации упорно не желали.

В итоге все регистрируемые в бухгалтерском учете события оказались подразделены на два типа:

• обладающие двойственностью, т. е. затрагивающие два противостоящих друг другу объекта (либо две группы объектов);

• не обладающие двойственностью, т. е. затрагивающие один объект.

Бухгалтеры, уже привыкшие рассматривать каждое событие с точки зрения двух составляющих его объектов, по дебету и кредиту, долгое время мирились с подобным нарушением «стройности» системы, но однажды решились на исправление. Им показалось, что в проверочных целях будет гораздо удобнее указывать отсутствующий объект – тогда каждое событие строго состояло бы из двух объектов, одного по дебету и одного по кредиту, что должно было облегчить арифметическую проверку бухгалтерских книг.

Сказано – сделано. Проблема с арифметической проверкой была решена посредством введения подставного объекта, который стали называть собственным капиталом. Когда противостоящий объект в событии отсутствовал, он создавался искусственным образом.

При отсутствии объекта по кредиту собственный капитал подставлялся по кредиту:

Дебет «Вещь 1»,

Кредит «Собственный капитал».

При отсутствии объекта по дебету собственный капитал подставлялся по дебету:

Дебет «Собственный капитал»,

Кредит «Вещь 1».

Стало возможным осуществлять проверку бухгалтерских книг, подсчитывая итоги по обеим колонкам: если итоги сходились, считалось, что ошибка отсутствует, в противном случае бухгалтер принимался за ее поиски.

Что в конце концов произошло? Наряду с обязательствами, при регистрации которых возникал лишний, отсутствовавший в имущественном комплексе объект, появился еще один объект, поиски которого в реальной жизни не могли увенчаться успехом, – собственный капитал. Собственный капитал регистрировался при отсутствии у события двойственности, вместо отсутствующего объекта. Разумеется, он проходил по учету в сумме бухгалтерской проводки, что стало возможным после принятия бухгалтерской методологией процедуры оценки. Тем самым собственный капитал представлял собой разницу между положительными и отрицательными объектами.

Последнее утверждение несложно понять, если представить двухфазный баланс, т. е. состоящий из положительных и отрицательных объектов. Любое согласованное использование дебета и кредита в одинаковом объеме, как это имеет место при двойственном событии, изменяет положительные и отрицательные объекты совершенно определенным образом, никогда не затрагивая разницу между ними, которая изменяется лишь в случае отсутствия двойственности. Если принять эту разницу за отдельный объект и посредством регистрации ввести в систему, то система приобретет в некотором роде замкнутый вид: положительные объекты численно окажутся равными отрицательным. Что в этом удивительного? Возьмите две колонки разного размера и увеличьте меньшую до большей. Данное увеличение и станет представлять собственный капитал (рис. 41).

Рис. 41. Модель двухфазного баланса после введения в него собственного капитала

Теперь уменьшайте или увеличивайте обе колонки на одинаковые величины либо уменьшайте и тут же увеличивайте на одинаковую величину любую из колонок, что в нашей ситуации равносильно выполнению бухгалтерской проводки, – ясно, что разница от этого не изменится. Данное равенство и представляет собой широко разрекламированную двойную запись, почитающуюся в качестве одного из принципов современной бухгалтерии.

Взяв за основу три базовых варианта бухгалтерского баланса, указанных выше, после ввода в них собственного капитала как величины, дополняющей стороны баланса до равенства, получим следующее (рис. 42).

Рис. 42. Варианты двухфазного баланса после введения в него собственного капитала. Первый вариант – базовый

Первый вариант базовый, ввиду его распространенности.

Второй вариант, когда актив равен пассиву, вследствие чего собственный капитал отсутствует, есть частный случай первого или третьего. По этой причине его опускаем.

Третий вариант малоупотребителен, однако должен быть рассмотрен из-за своей потенциальной осуществимости. Впрочем, после изобретения отрицательных чисел решение становится несложным – нужно всего лишь указать собственный капитал отрицательной суммой (рис. 43).

Рис. 43. Отрицательный собственный капитал. Расположение – в пассиве баланса

В качестве базового, подвергаемого дальнейшему анализу, имеем в итоге первый вариант. Собственный капитал – обычно положительная величина, но в исключительных случаях может быть и отрицательной. Актив численно равен пассиву. Данное численное равенство в виде итогов по активу или пассиву именуется валютой баланса (табл. 3).

Таблица 3

Внешний вид бухгалтерского баланса после введения в него собственного капитала

Вот бухгалтерский баланс и приобрел внешний вид, узнаваемый современными бухгалтерами.

Расположение собственного капитала в пассиве баланса привело к тому, что чередование фаз его существования совпало с чередованием фаз существования кредиторских обязательств. Поступи методология бухгалтерского учета по-иному, расположи собственный капитал в активе баланса, хотя бы и в отрицательной сумме, чередование оказалось бы стандартным. Но в хозяйственной деятельности кредиторские обязательства, как правило, не превышают совокупную величину вещей в наличии и дебиторских обязательств, поэтому расположение собственного капитала в пассиве баланса выглядело само собой разумеющимся.

Система учета получила еще один странноватый объект, в котором кредит предшествует дебету, а дебет следует за кредитом (табл. 4).

Таблица 4

Фазы существования собственного капитала согласно принятой методологии

Бухгалтерам стало чрезвычайно удобно отыскивать ошибки, подсчитывая итоги по двум колонкам бухгалтерских книг, но чего это удобство стоило? Система учета оказалась еще более искажена, чем была до этого. Критерием искаженности служит неоднократно приводимый нами вопрос: можем ли мы ощупать в имущественном комплексе регистрируемый объект? Если можем, все в порядке. Данный объект есть вещь, действительно составляющая имущественный комплекс. Если не можем, перед нами ошибка. Бухгалтерский учет предназначен для регистрации имущественного комплекса в виде составляющих его вещей – на этом мы стоим и не сойдем с места, – поэтому любая регистрация того, что не существует, является плодом чьего-нибудь недомыслия.

Определенное исключение составляют будущие объекты. Их невозможно ощупать в момент регистрации, но их можно будет ощупать впоследствии. Тогда вопрос, выдвигаемый нами в качестве универсального критерия возможности регистрации объекта, должен звучать так: можем ли мы сейчас, сможем ли впоследствии ощупать в имущественном комплексе регистрируемый объект? Ощупать собственный капитал не получится, следовательно, его регистрация ошибочна.

При компьютерном учете, пришедшем на смену учету письменному, контрольные величины, подобные собственному капиталу, изначально бессмысленны. Компьютер нет надобности проверять на правильность вычислений, особенно таким доисторическим способом. Допустим, в информационной системе регистрируются величины А и Б. Регистрировать также величину С, представляющую собой разницу между величинами А и Б, нет нужды, поскольку в любой момент ее можно определить расчетным путем. Регистрация величины С в приведенном примере противоречит теории информационных систем. Никакой программист никогда не стал бы регистрировать расчетную величину, потому что это противоестественно.

Собственный капитал – понятие, возникшее около пятисот лет назад, – представляет собой именно такую расчетную величину. Все до смешного просто: собственный капитал нет смысла регистрировать, потому что, регистрируя остальные объекты, его можно в любой момент рассчитать, вычислить. Зато введение собственного капитала в систему учета позволяет оправдать название отчетной формы: уж теперь-то бухгалтерский баланс, в результате долгих преобразований превратившийся в две уравновешенные колонки, полностью соответствует своей этимологии!

Насколько баланс, сформированный столь причудливым способом, способен соответствовать реальному имущественному комплексу, читатель пусть судит самостоятельно.

Обдумайте!

1. Одни события изначально обладают двойственностью. Другие события двойственностью не обладают.

2. Подстановкой в бухгалтерские проводки несуществующего объекта бухгалтеры добились двойственности для событий второго типа. Им это потребовалось для арифметической проверки бухгалтерских книг.

3. Данный подставной объект получил название собственного капитала.

4. За счет введения в систему учета собственного капитала стороны баланса оказались уравновешены.

5. Никакая бухгалтерская проводка не могла теперь изменить равенство сторон баланса, т. к. уменьшала или увеличивала обе стороны

баланса на одинаковую величину либо уменьшала и тут же увеличивала на одинаковую величину одну из сторон.

6. Равенство сторон баланса вкупе со структурой бухгалтерской проводки стало называться двойной записью.

7. Двойная запись – искусственное образование. При компьютерном учете регистрация собственного капитала, на чем основывается двойная запись, бессмысленна.

Глава 23

Пермутации и модификации

Как было дважды повторено, при двойной записи никакая бухгалтерская проводка не может изменить равенство сторон баланса. Это объясняется математически. Дабы читателю убедиться в этом лично, рассмотрим все возможные варианты изменений. Количество вариантов зависит, естественно, от количества рассматриваемых нами разделов баланса – ведь углубляться в понятие баланса, как и во всякую другую научную категорию, можно до бесконечности.

При анализе изменений, производимых одной бухгалтерской проводкой со сторонами баланса, принято различать модификации и пермутации.

Модификацией называется увеличение или уменьшение валюты баланса, для чего в бухгалтерской проводке должны быть задействованы обе стороны баланса.

Положительная модификация приводит к увеличению валюты баланса (рис. 44). Например, вследствие взятия вещи в долг на балансе появляется как полученная вещь, так и кредиторское обязательство по ее возврату.

Рис. 44. Положительная модификация

Отрицательная модификация приводит к уменьшению валюты баланса (рис. 45). Например, вследствие погашения долга с баланса исчезает как отданная вещь, так и погашенное кредиторское обязательство.

В рисунках здесь и далее заштрихованными фигурами обозначены поступающие на баланс объекты, а незакрашенными – выбывающие с баланса объекты.

Рис. 45. Отрицательная модификация

Пермутацией принято называть неизменность валюты баланса при выполнении бухгалтерской проводки. Для этого в бухгалтерской проводке должна быть задействована одна из сторон баланса.

При активной пермутации задействован актив: один объект, зарегистрированный по активу, с баланса выбывает, а другой появляется (рис. 46).

Рис. 46. Активная пермутация

При пассивной пермутации задействован, соответственно, пассив: один объект, зарегистрированный по пассиву, с баланса выбывает, а другой появляется (рис. 47).

Рис. 47. Пассивная пермутация

Откуда взялись, как стали возможны пермутации и модификации? Они появились вследствие бухгалтерской методологии, допускающей регистрацию не только положительных, но и отрицательных объектов.

При модификациях в бухгалтерской проводке обязательно участвуют положительный объект и отрицательный объект (рис. 48).

Рис. 48. Положительная и отрицательная модификации в виде бухгалтерской проводки

Отсюда понятно, почему валюта баланса при положительной модификации увеличивается, а при отрицательной модификации уменьшается. Просто в первом случае оба объекта принимаются к учету, а во втором – оба объекта снимаются с учета.

При пермутации корреспондируют два положительных либо два отрицательных объекта, поэтому всегда один объект к учету принимается, а другой снимается (рис. 49).

Рис. 49. Активная и пассивная пермутации в виде бухгалтерской проводки

Анализ изменений, происходящих с балансом, можно продолжить. Если количество разделов баланса увеличить, соответственно в прогрессии увеличится количество вариантов. В частности, увеличив количество разделов до четырех (1 – вещи в наличии; 2 – дебиторские обязательства; 3 – кредиторские обязательства; 4 – собственный капитал), получим уже 16 вариантов (рис. 50–65).

Можно было бы увеличить число разделов баланса с соответствующим увеличением числа возможных вариантов, но принцип и без того ясен: при двойной записи бухгалтерская проводка не может повлиять на равенство сторон баланса по математическим причинам. Что еще не свидетельствует в пользу двойной записи.

Рис. 50. Вещь поступает – на безвозмездной основе. Хозяйственная операция не имеет компенсационного характера, поэтому корреспондирующим объектом является собственный капитал

Рис. 51. Вещь выбывает – опять-таки на безвозмездной основе (допустим, она утеряла свои потребительские качества и ее попросту выкинули на свалку). В результате уменьшается величина собственного капитала

Рис. 52. Покупаем вещь с отсрочкой платежа. Вместе с вещью на балансе оказывается кредиторское обязательство – наш долг перед продавцом

Рис. 53. Обратный случай – гасим зарегистрированное ранее кредиторское обязательство. Вместе с кредиторским обязательством с баланса исчезает вещь – та, что мы передали в оплату

Рис. 54. Выступая уже в качестве продавца, продаем вещь с отсрочкой платежа. Вещь с баланса исчезает, а взамен нее появляется дебиторское обязательство – долг покупателя

Рис. 55. Покупатель гасит свой долг: взамен дебиторского обязательства на балансе продавца появляется вещь – та, которую мы получили в оплату

Рис. 56. Получаем право требования долга (дебиторское обязательство) – на безвозмездной основе. Вместе с дебиторским обязательством на балансе появляется собственный капитал

Рис. 57. В свою очередь уступаем право требования долга (дебиторское обязательство) – на безвозмездной основе. Теряем дебиторское обязательство, а вместе с ним и соответствующую часть собственного капитала

Рис. 58. Приобретаем право требования долга с отсрочкой платежа: нам должны заплатить, но и мы, в свою очередь, должны заплатить (другому лицу)

Рис. 59. Производим зачет встречного однородного требования: если мы должны какому-нибудь лицу определенную сумму и это лицо должно нам ту же самую сумму, долги взаимно аннулируются

Рис. 60. При списании кредиторского обязательства вследствие истечения срока исковой давности возникает положительный собственный капитал – ведь платить по данному обязательству уже не нужно

Рис. 61. Напротив, если оказывается, что мы кому-то должны заплатить, а компенсация при этом отсутствует (кредиторское обязательство – например, вследствие присуждения штрафа), собственный капитал уменьшается

Рис. 62. Одна вещь может быть обменена на другую – в этом случае корреспонденция счетов будет затрагивать лишь один раздел баланса

Рис. 63. Аналогичным образом заменено одно на другое может быть дебиторское обязательство: нам должно было заплатить одно лицо, а теперь должно другое

Рис. 64. Назначение собственного капитала может быть изменено (см. следующую главу), в результате чего имеем корреспонденцию внутри четвертого раздела

Рис. 65. Заменено одно на другое может быть и кредиторское обязательство: например, при переводе долга – мы должны были заплатить одному лицу, а теперь должны заплатить другому

Обдумайте!

1. Модификацией называется увеличение или уменьшение валюты баланса, для чего в бухгалтерской проводке должны быть задействованы обе стороны баланса.

2. Пермутацией называется неизменность валюты баланса при выполнении бухгалтерской проводки. Для этого в бухгалтерской проводке должна быть задействована одна из сторон баланса.

Глава 24

Части собственного капитала

Посчитав собственный капитал полноправным объектом учета, бухгалтеры не смогли избежать соблазна обойтись с ним, как обходились с другими объектами учета, – заняться его дифференциацией.

Известна в бухгалтерском учете такая проблема: какой объект является элементарным? К примеру, можно учитывать автомобиль целиком, а можно – каждую деталь автомобиля по отдельности. Мало-мальски удовлетворительных теоретических воззрений по этому поводу теория бухгалтерского учета выработать не сумела, поэтому решается вопрос, подобно многим другим теоретическим вопросам в сфере учета, посредством нормативных предписаний, ничего не объясняющих и вместе с тем неукоснительно требующих исполнения.

В рамках дифференциации собственный капитал был разбит на составные части. Если раньше на место отсутствовавших в бухгалтерской проводке объектов бухгалтер подставлял один реально не существующий объект, то теперь таких подставных объектов, под собирательным названием «собственный капитал», стало несколько. Так возник уставный капитал, резервный капитал, разнообразные фонды материального поощрения и некоторые другие объекты. Состав частей собственного капитала регулярно менялся и продолжает меняться – частично из-за отсутствия твердых теоретических представлений о том, что же такое собственный капитал, частично из-за попыток путем дифференциации собственного капитала решать сторонние проблемы.

В рамках настоящей работы мы не можем анализировать каждую из частей собственного капитала, объясняя, что под какой частью конкретно имеется в виду и исходя из каких побуждений она была образована. Как правило, градация производилась исходя либо из причин образования собственного капитала – ведь каждое не обладающее двойственностью событие, вследствие которого возникает собственный капитал, что-нибудь да значит! – либо из причин списания собственного капитала, по тем же соображениям. Не станем даже касаться ошибочности подобной классификации, поскольку любая элементарная часть собственного капитала имеет причину как своего начисления, так и своего списания – смешивать же названные характеристики совершенно невозможно. Не станем, потому что собственный капитал как расчетную величину вообще неправильно делить на части. Какую бы составную часть мы ни выделили, она ровным счетом не будет ничего означать.

Приведем только один пример, хотя характерный. Вот из собственного капитала выделяется так называемый резервный капитал, уж разумеется, из самых благородных побуждений. Он предназначен на случай всяких форс-мажорных обстоятельств и имеет следующий характер использования. Потери при форс-мажоре – событие, безусловно, не обладающее двойственностью, поскольку имеет место ничем не компенсируемая гибель имущества. Порядок использования резервного капитала таков: погибшее при форс-мажоре имущество списывается за его счет, т. е. уменьшение имущества приводит к уменьшению резервного капитала как части собственного капитала. Чтобы было, за счет чего погибшее имущество списывать, необходимо сначала резервный капитал начислить. Считается, что начисление резервного капитала – важный элемент хозяйственной предусмотрительности. Как же, предприятие заботится о том, чтобы в случае форс-мажора не оказаться нос к носу со страшной проблемой: за счет чего списывать погибшее имущество, иначе говоря, каким образом произвести запись об этом действительно печальном событии в системе учета!

Вам еще не смешно, читатель? Если не смешно, поясняем. Создавай или не создавай резервный капитал, спасти или восстановить имущество он не сможет, сколько ни копошись. Потерянное имущество все равно будет списано, тем или иным способом, и никакое предусмотрительное начисление резервного капитала, как и прочих частей собственного капитала, представляющего собой расчетную абстракцию, повлиять на ситуацию не в состоянии.

Суть в том, что любая часть собственного капитала прямо не соотносится с реальным имуществом, учитываемым по активу баланса. Попробуем доказать это.

Предположим, что у вас есть 100 руб., а у вашего оппонента 80 руб. Если вы осуществите балансировку противолежащих друг другу данных, получится следующая картина (рис. 66).

Рис. 66. Балансировка по избытку

Вопрос: кому принадлежат 20 руб.? Из баланса наглядно следует, что вашему оппоненту; только долгие годы учебы на экономическом факультете позволят, глядя на этот баланс, утверждать, что 20 руб. – это ваши деньги, а вовсе не оппонента. Иной вид баланса ясно показывает, какая величина подмножеством какой является: 20 руб., составляющие разницу между 100 и 80, являются подмножеством 100 руб. (рис. 67).

Рис. 67. Балансировка по недостатку

Разница между большей и меньшей величинами является подмножеством большей величины. Это означает, что предусмотрительность на случай форс-мажора может выразиться в том, чтобы застраховать имущество либо создать резервные запасы имущества, в отношении которого существует повышенная опасность, т. е. зафиксировать, ограничить в использовании актив баланса. Но создание реальных резервных запасов и начисление резервного капитала, представляющего собой пассив баланса, абстракцию в виде стоимостной разницы, – не одно и то же. Вследствие расчетного характера собственного капитала это величины несомненно и косвенно взаимосвязанные, но подменять одно понятие другим – сущий бред, впрочем, одобряемый и поддерживаемый имеющейся нормативной базой.

Что невозможно на белом свете, случается в бухгалтерии.

Обдумайте!

1. Собственный капитал подразделен на части, в основном по причинам начисления и списания.

2. Так как собственный капитал представляет собой расчетную величину, никакого смысла в подобной градации нет.

3. Никакая часть собственного капитала прямо не соотносится с объектами, проходящими по активу баланса.

Глава 25

Баланс и счета бухгалтерского учета

Занимаясь по мере сил и возможностей балансом, мы позабыли о счетах бухгалтерского учета. Однако не можем не отметить их несомненное методологическое сходство с бухгалтерским балансом, впрочем, не являющееся секретом для армии методологов, также занимающихся толкованием баланса. Это настолько не является секретом, что существуют специальные концепции, то представляющие баланс в виде самого крупного синтетического счета бухгалтерского учета, то счета бухгалтерского учета – в виде миниатюрных локальных балансов. Подобные взгляды не лишены резона.

Действительно, и бухгалтерский баланс, и счета бухгалтерского учета имеют по две стороны. На сторонах отражаются объекты, зарегистрированные по фазам существования (рис. 68).

Рис. 68. Методологическое сходство счета бухгалтерского учета и бухгалтерского баланса

Тогда: в чем методологическое родство указанных категорий и в чем различие?

Родство не вызывает сомнений. Счета бухгалтерского учета используются при регистрации объектов учета и служат, как мы помним, названиями, т. е. групповыми идентификаторами объектов. Дебет и кредит, являющиеся сторонами счета, обозначают фазы существования объектов. Пусть некоторые из регистрируемых объектов измышлены буйной фантазией бухгалтеров, но тем не менее…

Баланс является отчетной формой, противопоставляющей положительные объекты отрицательным. Является объект положительным или отрицательным, зависит только от того, по какой фазе существования он первоначально зарегистрирован, иначе говоря, зарегистрирован по дебету или кредиту.

Изобразительные средства, используемые при построении и счетов бухгалтерского учета, и баланса совпадают, поэтому нет ничего удивительного в том, что счета бухгалтерского учета формой напоминают баланс.

В чем тогда различия?

В первую очередь, в поверхностных проявлениях, внешности. Стороны счета называются дебетом и кредитом, а стороны баланса – активом и пассивом. Вы полагаете, это сделано специально? Ничуть не бывало. Никакого практического или теоретического смысла в пользовании разными парами терминов, «дебет» – «кредит» и «актив» – «пассив», нет – данный забавный факт можно объяснить лишь исторически.

Не слишком далеко по научности отстоит от названного другое обстоятельство: групповые идентификаторы в одних случаях известны как названия счетов бухгалтерского учета, а в других – как балансовые статьи. Понятия не совпадают, что означает: в бухгалтерском учете параллельно используются идентификаторы как минимум двух типов – счета бухгалтерского учета и балансовые статьи. При пользовании счетами бухгалтерского учета, а также отчетными формами, за исключением баланса, объекты группируются по одним критериям, при пользовании бухгалтерским балансом – по другим.

Счета бухгалтерского учета и балансовые статьи совпадают лишь частично. Все балансовые статьи можно подразделить на три группы:

• в точности совпадающие со счетами бухгалтерского учета;

• обозначающие более широкую группу объектов, нежели отдельный счет бухгалтерского учета;

• обозначающие более узкую группу объектов, нежели отдельный счет бухгалтерского учета.

Таким образом, балансовая статья не есть однородное понятие со счетом бухгалтерского учета. Признаки, на основании которых объекты размещаются в бухгалтерском балансе, не имеют какого-либо четкого критерия своего построения – балансовые статьи имеются, а признаки, стоящие за ними, в системе учета отсутствуют. Все это изобличает подмену целей: вместо того чтобы на основании дифференциации имущественного комплекса получать отчетные формы, раскрывающие экономическую природу объектов, первоначально разрабатывается отчетная форма, понятиями которой уже затем пытаются обосновать саму хозяйственную деятельность. Такой подход характерен как для бухгалтерского учета в целом, так и для построения отчетных форм в частности.

Привычно объясняя появление в информационной системе учета еще одного, наряду со счетами бухгалтерского учета, группового идентификатора необходимостью такой группировки объектов в балансе, которая не совпадает с группировкой, предлагаемой счетами бухгалтерского учета, либо ошибаются, либо лукавят. Слово «необходимость» здесь явно надуманное. Сложившееся построение баланса не в разрезе счетов, а в разрезе не совпадающих с ними балансовых статей, выступающих в качестве новой сущности, на самом деле не вызвано методологической или иной необходимостью, а объясняется традициями, доставшимися от тех времен, когда информационная природа учета еще не была осмыслена на должном уровне.

Впрочем, между балансовыми статьями и счетами бухгалтерского учета имеются и объективные различия – кроются они в той же причине, что и сходство. На счетах бухгалтерского учета отражается исходная информация, в бухгалтерском балансе – отчетная. На счетах отражается вся зарегистрированная информация, а в бухгалтерском балансе – информация выборочная, носящая индивидуальный характер, соответствующая определенным критериям.

Подойдя к вопросу с другой стороны, можно сказать, что в балансе отражаются остатки, называемые в бухгалтерском учете сальдо, тогда как на счетах бухгалтерского учета отражаются обороты. Под оборотами в бухгалтерии понимают численное выражение прихода или расхода объектов. Сальдо же по счетам бухгалтерского учета определяется расчетным путем.

Пожалуй, в этом и состоит взаимное отношение счетов бухгалтерского учета к бухгалтерскому балансу.

Обдумайте!

1. Между балансом и счетом бухгалтерского учета существует визуальное сходство. Причина – в идентичном изображении фаз существования объектов.

2. Названия сторон баланса и счета не совпадают: у баланса – актив и пассив; у счета – дебет и кредит. Термины дублируют друг друга.

3. Не совпадают также групповые идентификаторы: в первом случае это балансовые статьи, во втором – названия счетов.

4. На счетах накапливается исходная информация, в балансе отражается отчетная информация. Выражается это в следующем: на счетах регистрируются обороты, в балансе отражается сальдо.

Глава 26

Оправдание баланса

В предыдущей главе мы обмолвились о подмене целей, практикуемой в бухгалтерском учете. Сначала изобретается какая-нибудь отчетная форма или методологический прием, вводится в практику и в ней адаптируется, после чего новинке пытаются придать теоретическое обоснование. Хорошо, если обоснование возможно в принципе, а если нет?.. Если отчетная форма и методологический прием насквозь фальшивы, из-за чего никакого обоснования не может быть дано в принципе? Нет, какие-нибудь высокие теоретические объяснения у таких изобретений непременно появятся – не исключено, что весьма остроумные, – но объективны они будут ровно в той же степени, что и объясняемое ими явление.

Такой оказалась судьба бухгалтерского баланса. Будучи следствием методологической небрежности и недомыслия, неудивительного лишь с точки зрения исторической перспективы, баланс тем не менее бухгалтерам понравился, начал использоваться в практике. С тех самых пор ученые от бухгалтерского учета только тем и занимались, что пытались оправдать эту отчетную форму (еще чаще – математически выводимую из нее двойную запись), дать используемым категориям приемлемое истолкование, как будто баланс и двойная запись – это не вызывающие сомнений законы природы.

Каждая вещь, не имеющая точки опоры, падает на землю – данный факт требует объяснения. Стороны баланса равны – данный факт также требует объяснения. Подобным образом рассуждали, да и теперь рассуждают, ученые бухгалтеры, пытаясь объяснить бухгалтерский баланс. В научной запальчивости они забывают о том, что прежде чем существующую форму баланса объяснять, неплохо бы доказать, что она составлена разумно. Для этого потребна непротиворечивая теория бухгалтерского учета, которая как отсутствовала прежде, так отсутствует и теперь. Обратим внимание на то, что нужна не теория, объясняющая баланс, а теория, выводящая или опровергающая его исходя из более основательных законов мироздания. Как было сказано, не баланс требуется объяснять посредством анализа хозяйственной деятельности, а хозяйственную деятельность объяснять посредством анализа баланса. Если баланс для анализа не годится, найдутся другие отчетные формы, составленные более убедительно.

Некоторые попытки балансооправдания были, впрочем, столь познавательны, что оказали сильнейшее влияние на теорию бухгалтерского учета. Особо стоит выделить две концепции: первую, приписываемую некоторым французским авторам XIX в. (Э. Дегранжу, И. Ванье), и вторую, наших соотечественников И. П. Руссияна и Н. С. Лунского, первый из которых концепцию сформулировал, а второй развил и популяризовал. Идеи, высказанные названными авторами и развитые их неназванными здесь последователями, оказались столь прилипчивы, что и ныне нередко мелькают на страницах учебников. Многие бухгалтеры пользуются ими, не подозревая об авторстве. Если это и не показатель правдоподобия, то в научной добросовестности выдвинутых концепций можно быть совершенно уверенным.

Обдумайте!

1. Разработано множество концепций, пытающихся объяснить баланс.

2. На самом деле баланс необходимо доказать – вывести из законов, по которым функционирует экономика.

3. Пока такого доказательства нет, научная обоснованность баланса, как и само его существование, под сомнением.

Глава 27

Обязательственная концепция

Оправдание баланса, выдвинутое французскими авторами, весьма просто для понимания. Называемое еще обязательственной теорией двойной записи, оно приводит приблизительно следующие доводы в пользу балансировки.

Субъектом учета является предприятие. Участники предприятия вносят в него различное имущество, которое фактически – хотя не всегда юридически! – является долгом предприятия перед его участниками. Стоимость внесенного имущества в процессе предпринимательской деятельности постоянно изменяется: увеличивается либо уменьшается. Соответственно данному изменению изменяется долг предприятия перед участниками.

Собственный капитал предстает во французской концепции в качестве кредиторского обязательства предприятия перед его участниками, рассчитываемого как разница между положительными и отрицательными объектами. По мнению французских авторов, никакого собственного капитала в качестве подставного объекта не регистрируется, а регистрируется кредиторское обязательство предприятия перед его участниками. Любое не обладающее двойственностью событие все-таки является двойственным, поскольку наряду с основным объектом затрагивает и указанное кредиторское обязательство, уменьшая либо увеличивая его. То есть некомпенсируемое выбытие вещи приводит к уменьшению имущества предприятия и, соответственно, к уменьшению долга перед его участниками, а некомпенсируемое поступление вещи – к увеличению имущества предприятия и, соответственно, к увеличению долга перед его участниками.

Вообще, любые регистрируемые в системе учета объекты являются, по мнению авторов излагаемых воззрений, обязательствами. Ведь предприятие само по себе есть абстракция. В реальном мире таких существ не обитает, поэтому любые принадлежащие предприятию вещи закреплены за какими-нибудь физическими лицами, тем самым составляя не вещи в наличии, а соответствующие будущие объекты.

Реальная вещь находится у подотчетного лица, а в системе учета предприятия регистрируется дебиторское обязательство данного подотчетного лица перед предприятием.

Концепция заслуживает бесспорного уважения, хотя не настолько, чтобы не найти аргументов против нее.

Во-первых, обязательство предприятия перед его участниками не аналогично обязательству по передаче какой-нибудь вещи. Мы не можем анализировать юридические отличия подобных обязательств, поскольку право не является нашей специальностью, да и вряд ли подобный анализ уместен в работе, посвященной бухгалтерскому балансу. Тем более что отличия видны невооруженным глазом. Если в отношении обязательства по передаче вещи мы всегда можем сказать, какая именно вещь, когда и кому должна быть передана, то в отношении обязательства предприятия перед его участниками нам известен только последний пункт. Что именно должно быть передано – вещи, оставшиеся на момент ликвидации предприятия, – и когда должно быть передано – в момент ликвидации предприятия, – остается неизвестным.

Столь значительные отличия между типами обязательств либо неоправданны – но гражданское право мы до поры до времени оставляем в покое, – либо требуют специальных приемов учета, на рассмотрение в качестве которых бухгалтерский баланс претендовать явно не способен.

Доли участников и, как следствие, пропорции, в которых должно быть распределено имущество ликвидируемого предприятия, регистрируются в системе учета при первоначальном внесении имущества в предприятие. По этой причине регистрировать разницу между положительными и отрицательными объектами, называй ее хоть собственным капиталом, хоть кредиторскими обязательствами предприятия перед участниками, все равно нет необходимости.

Имеется и второй аргумент против – по нашему мнению, разящий французскую концепцию наповал. В качестве субъекта учета предполагается предприятие, т. е. юридическое лицо, образуемое взносами его участников. Устранив означенный постулат, мы уничтожим и концепцию.

Устранить постулат чрезвычайно легко – достаточно предположить, что субъектом учета является не юридическое, а физическое лицо. Физическое лицо не имеет учредителей. Человек сам себе учредитель, поэтому никакого долга перед самим собой иметь не может… тем не менее разница между положительными и отрицательными объектами при пользовании двойной записью все равно возникает. Но тогда с какой стати вводить в систему собственный капитал, который уже невозможно представить в виде кредиторского обязательства?

Одно из двух: либо обязательственная концепция правомерна лишь для предприятий – но что тогда это за концепция, действующая в одном частном случае и отказывающаяся действовать в другом? – либо концепция попросту ошибочна, к чему мы и склоняемся.

Обдумайте!

1. Концепция французских авторов предполагает предприятие в качестве субъекта учета.

2. Собственный капитал предстает в ней кредиторскими обязательствами предприятия перед его участниками, а вещи в наличии – дебиторскими обязательствами подотчетных лиц перед предприятием.

3. Что представляет собой собственный капитал в случае, если субъект учета – физическое лицо, в концепции не объясняется. Это позволяет усомниться в ее всеобъемлющем действии.

Глава 28

Концепция источников средств

Не менее остроумна концепция И. П. Руссияна и Н. С. Лунского, базирующаяся на восприятии пассива баланса как источника средств. Поскольку счетной общественности она стала известна после трудов Н. С. Лунского, тогда как оригинальные труды И. П. Руссияна остались малоизвестными и по сути невостребованными, станем говорить о концепции Н. С. Лунского.

Согласно данной концепции, каждый регистрируемый по активу баланса объект имеет свой источник, регистрируемый по пассиву баланса. Баланс предстает в виде двух половин, хотя и называемых активом и пассивом, но на самом деле обозначающих средства и их источники (рис. 69).

Рис. 69. Баланс как группировка средств и источников их возникновения

По Н. С. Лунскому, каждое средство, т. е. положительный объект, имеет источник своего образования.

Что значит источник? Он определяется по положительным модификациям. Например, вещь получена в долг – указанный долг является источником полученной вещи (рис. 70).

Рис. 70. Кредиторское обязательство как источник поступления средств

Но вещь может поступить и безвозмездно, на некомпенсационной основе. Тогда источником ее поступления станет собственный капитал, именно для этих целей и регистрируемый (рис. 71).

В итоге пассив баланса и предстает источником средств, отражаемых в активе баланса.

Что же можно сказать по поводу подобного, не лишенного остроумия и изысканности взгляда? Во-первых, отметить, что концепция заведомо не рассматривает пермутации, т. е. события, не изменяющие валюту баланса.

Рис. 71. Собственный капитал как источник поступления средств

Объекты могут сменять друг друга по активу или пассиву. В этом случае, следуя мысли Н. С. Лунского, приходится признать, что активные и пассивные пермутации также могут определять – точнее, переопределять – источники образования средств. Например, в случае активной пермутации: вещь в наличии, обмениваемая на другую, передает той свой источник образования. Или в случае пассивной пермутации: один источник образования меняется на другой – допустим, кредиторское обязательство списывается без погашения, тем самым меняясь на собственный капитал.

Во всем этом еще есть известный смысл.

Гораздо труднее обосновать тот факт, что концепция не позволяет соотнести с одним средством конкретный источник образования – средства соответствуют источникам только по совокупности. То есть нельзя сказать: вот это средство имеет такой-то источник образования, это – такой-то, и т. д. Можно сказать лишь: в целом имеется средств на такую-то сумму, которые имеют источниками кредиторские обязательства на такую-то сумму и собственный капитал на такую-то сумму.

По этой причине два термина, вызванные к жизни концепцией Н. С. Лунского – «собственные средства» и «заемные средства», – можно определять лишь численно, но нельзя соотносить с конкретными вещами (рис. 72).

Рис. 72. Собственные и заемные средства

Купленная с отсрочкой оплаты вещь в юридическом смысле – собственная вещь, принадлежащая новому владельцу, а согласно Н. С. Лунскому – заемное средство, поскольку приобретено с использованием кредитных отношений. Но утверждать это в отношении конкретной вещи все равно не получится – можно лишь констатировать: имеется заемных средств на такую-то сумму.

Если для определения источников пользоваться не разделами баланса, а тривиальной корреспонденцией счетов, сейчас же становится возможным проследить всю историю объекта – настолько, насколько позволяет структура системы учета. Большинство событий двойственно, в рамках двойной записи все события двойственны, поэтому каждый объект «сцепляется» как первой, так и последней фазой существования с фазами существования других объектов. Странствуя по цепочкам объектов, иначе говоря, по корреспонденции счетов, при условии идентификации каждого объекта можно установить, какой объект из какого возник – и не в совокупности, как у Н. С. Лунского, а вполне конкретно, по каждому объекту.

В конце концов, что бухгалтер регистрирует: только вещи или вещи с их источниками? Если последнее, то теория бухгалтерского учета должна быть пересмотрена с упором на источники. Мы же исходим из того, что должны регистрироваться только вещи, одни вещи, при том, что регистрация вещей в рамках событий позволяет отслеживать и источники образования вещей.

Представьте некомпенсируемое начисление кредиторского обязательства – субъект учета обязался произвести кому-нибудь некомпенсируемую оплату, допустим, в благотворительных целях. Для чистоты эксперимента примем баланс за нулевой, т. е. возьмем такое состояние субъекта учета, при котором никакие объекты в системе учета не значатся. По пассиву возникает кредиторское обязательство и, если пользоваться двойной записью, по пассиву же – отрицательный собственный капитал. Спрашивается, источником чего является зарегистрированное кредиторское обязательство? Увы, проходящее по активу баланса средство, которому данное кредиторское обязательство может послужить источником, отсутствует. Оперирование источниками средств ранее появления на балансе самих средств дает нам основания усомниться в правильности и отечественной концепции.

Обдумайте!

1. Согласно концепции И. П. Руссияна и Н. С. Лунского, актив баланса обозначает средства, а пассив баланса – источники этих средств.

2. При этом средства соответствуют своим источникам не по отдельности, а по совокупности.

3. Также не объясняется порядок регистрации объектов: когда регистрируются средства, когда их источники.

4. На самом деле источники образования средств можно проследить – и не в совокупности, а по отдельности – по корреспонденции счетов (регистрации вещей в рамках событий).

Глава 29

Оплата услуг как методологический феномен

В самый долгожданный момент, когда оправдание баланса близилось к завершению, с собственным капиталом возникли неувязки. Они выявлялись в ходе следующих рассуждений.

Любое некомпенсируемое событие, мыслили бухгалтеры, компенсируется введением в систему собственного капитала. Тем самым собственный капитал служит показателем успешности деятельности предприятия: любое его увеличение представляет собой прибыль, а любое уменьшение – убыток. Но как тогда быть с платой собственным нанятым работникам или сторонним предприятиям, подрядившимся оказать какие-нибудь услуги?

В общем случае – например, при покупке товара – выплата денег приводит к появлению в имущественном комплексе товара, который и подлежит учету. Продажа товара с надбавкой, согласно марксовой формуле кругооборота капитала, и выявит прибыль, в рамках приводимого цикла кругооборота (рис. 73).

Рис. 73. Кругооборот торгового капитала

Теперь представим, что предприятие оплачивает труд работников. Работники оказывают некие услуги, на которых предприятие надеется заработать впоследствии. Деньги, переданные в оплату, с баланса исчезают, но что субъект учета получает взамен?.. На первый взгляд, ничего ощутимо материального не получает, по крайней мере получает не всегда. Собственные работники могут не произвести ничего материального, однако потребовать за свой труд плату, аналогичным образом могут не произвести ничего материального и потребовать плату привлеченные для оказания услуг контрагенты. Но если компенсация в событии отсутствует, значит, субъект учета имеет дело с некомпенсируемым событием, приводящим к получению прибыли либо убытка – в нашем примере убытка. Уплачивая за услуги, предприятие несет убытки!

С этим-то выводом, логически неопровержимым с точки зрения имевшегося на тот момент баланса, и невозможно было согласиться. Ну какой это убыток – оплата услуг?.. Было ясно, что финансовый результат от данной хозяйственной операции будет определен позднее, по завершении цикла кругооборота, когда выяснится, что удалось получить от перепродажи услуг (рис. 74).

Рис. 74. Кругооборот капитала при оплате услуг. Среднее звено неизвестно

Разум бухгалтеров протестовал против отождествления оплаты за услуги с убытками, и было из-за чего. Либо оплата за услуги есть убыток, во что верилось с трудом, либо баланс необходимо составлять каким-то иным способом, например, учитывая в нем что-то еще, что позволит соотносить собственный капитал с полученными прибылями и понесенными убытками. Видимого решения не было, и бухгалтеры занялись обоснованием второго пункта.

Научный итог предпринятых ими исследований имел ошеломляющие последствия – для бухгалтерского учета в целом и бухгалтерского баланса в частности.

Обдумайте!

1. Если регистрировать в системе учета только вещи и собственный капитал, то оплата услуг предстает убытком. Это противоречит здравому смыслу, т. к. оплата производится для получения прибыли.

2. Попытки объяснить данный феномен привели бухгалтерию к новым методологическим открытиям.

Глава 30

Доходы и расходы

Чтобы прибыль и убыток начали соответствовать реалиям, а вместе с ними приблизился к реалиям бухгалтерский баланс, потребовалось изобрести и осмыслить ранее неизвестные категории расходов и доходов. Что они такое? Расходы обычно возникают ранее, поэтому займемся сначала ими.

Расходы – это… номинал выбывающих денег. В хозяйственной деятельности это деньги, которые тратятся с тем, как правило, чтобы впоследствии получить больше. Расходы измеряются в стоимостном выражении – количественно измерить их, как любую абстрактную величину, невозможно, – поэтому они могут быть связаны только с деньгами как единственным объектом, обладающим номиналом. Прочие объекты номиналом не обладают, следовательно, прямо соотноситься с расходами не могут – их стоимость же, как мы указывали, ошибочно задействуется в системе учета в качестве признака, хотя на деле представляет собой отношение к тем же деньгам.

Для начала, как самый простой вариант, рассмотрим торговлю. При покупке товара происходит следующее. Деньги из имущественного комплекса выбывают – они-то, разумеется, и есть расход! – а взамен них поступает товар… Уточним: расходы – это все-таки не сами деньги и не их заключительная фаза существования, а абстракция, характеризующая номинал выбывающих денег. Деньги, мы имеем в виду наличные, – вещь. Расход денег – абстракция, целиком и полностью определяемая номиналом денег. Приблизительно такое же отношение имеется между конкретной вещью синего цвета и обозначающим абстракцию термином «синева».

А что с товаром, по поводу покупки которого возник расход? Купленный товар оценивается по своей фактической стоимости, т. е. по той, по которой был приобретен. Численно фактическая стоимость товара равняется понесенному расходу (рис. 75), хотя расход по-прежнему характеризуется выбытием денег, а не поступлением товара. Если читатель еще не запамятовал, оперировать в информационной системе учета стоимостью объектов некорректно, т. к. стоимость представляет собой лишь отношение вещи к деньгам в рамках акта покупки данной вещи. Но делается именно так, и довольно об этом!

Рис. 75. Образование фактической стоимости товара

Торговлей хозяйственная деятельность не ограничивается. Помимо торговли, существует производство, со стороны методологии бухгалтерского учета гораздо более познавательное. Производство характеризуется переименованием используемых в нем вещей – как правило, вследствие того, что вместо нескольких вещей в процессе механического или химического взаимодействия образуется одна. Например, из нескольких веществ изготовляется материал, из нескольких материалов – деталь, из нескольких деталей монтируется изделие и т. д.

Стоимости выбывающих объектов составляют стоимость возникающего объекта – на этом правиле зиждется понятие себестоимости (рис. 76). Процедура исчисления себестоимости называется калькулированием (от лат. calculatio – счет, подсчет; что в свою очередь происходит от calcul – камешек).

Рис. 76. Калькулирование себестоимости

Таким образом, себестоимость – суть та же фактическая стоимость объекта. Как и последняя, себестоимость является следствием оценки и употребляется в бухгалтерском учете лишь с тем отличием, что в большей степени указывает на объект, который не закуплен на стороне, а изготовлен в собственном производстве.

Что можно возразить против того, что расходы есть номинал выбывающих денег? Привести примеры, когда выбытие денег не есть расходы. Оставляя в стороне нормативное определение расходов, ввиду его явной несамостоятельности, а также немногие сложные случаи, анализ которых в нашем пособии неуместен, можно назвать пару ситуаций, когда квалификация выбытия денег в качестве расходов вызывает определенные сомнения. Первая ситуация – кредитные отношения.

В самом деле, когда возникает расход при покупке вещи: когда мы получаем вещь или когда мы передаем за нее деньги? Догадаться несложно, вспомнив о том, что собой представляют и каким образом – вернее, с какими ошибками – кредитные отношения отражаются в бухгалтерском учете.

Фактически денежное кредиторское обязательство представляет собой будущее выбытие денег, регистрируемое в настоящем (рис. 77).

Рис. 77. Отсрочка оплаты за товар

Значит, феномен «раздвоения» расходов действительно существует и заключается в том, что будущие расходы регистрируются в настоящем: первое событие представляет собой регистрацию расходов, второе событие – исполнение ранее зарегистрированных расходов. Что полностью идентично общей ситуации с обязательствами.

Это означает, что любой возникающий в рамках кредитных отношений расход следует рассматривать с двух позиций:

• с точки зрения его регистрации;

• с точки зрения его исполнения.

Нельзя признавать расход в тот или другой из разрешенных моментов, по собственному желанию, как того требует бухгалтерское законодательство. Это абсурд, поскольку расход один и имеет место однажды. Нужно осознавать смысл «раздвоения» расхода и в соответствии с хозяйственными нуждами рассматривать его с той или иной стороны: со стороны регистрации или со стороны исполнения.

Вторая спорная ситуация – выдача денег взаймы.

Мы одалживаем – казалось бы, где же здесь расход, ведь деньги к нам возвратятся? Тот же неспокойный здравый смысл, запрещавший нам считать убытком оплату услуг, запрещает считать расходом выдачу денег в долг, подсказывает, что это не простой расход… Но уточним, что мы имеем в виду под расходом, – в зависимости от уточнения, станет ясно, следует ли считать расходом одалживание.

Большинство событий двойственны, т. е. устанавливаются двумя объектами. Расход, по нашему определению, есть номинал выбывающих денег. Это первый объект события… но что если вторым объектом события также являются деньги – разумеется, уже не выбывающие, а поступающие (рис. 78)?

Рис. 78. Выдача денег в долг

Мы призываем читателя сейчас определиться, следует ли или не следует считать расходом такое выбытие денег, которое регистрируется одновременно с поступлением денег. Ведь в описываемой ситуации происходит именно так: одновременно с выбытием денег регистрируется их поступление. Оба регистрируемых объекта явным образом аннулируют друг друга, заставляя нас усомниться: а был ли расход?

Прежде чем разрешить последние сомнения с расходами, стоит разобраться с доходами, представляющими собой номинал поступающих денег. Доходы – понятие, противоположное понятию расходов, следовательно, должны быть рассмотрены в том же методологическом ключе. Аргументация знакомая: доходы измеряются в стоимостном выражении, поэтому могут быть связаны только с деньгами как единственным объектом, обладающим номиналом. Как и расходы, доходы – это не сами деньги и не одна из их фаз существования, а абстракция, характеризующая номинал, в данном случае поступающих денег.

В рассматриваемой ситуации с одалживанием в рамках одного события регистрируется выбытие денег и одновременно их поступление.

Вопрос в следующем: возникает ли в рамках данного события расход с доходом либо не возникает ни расхода, ни дохода?

Да какая, в конце концов, разница, какую терминологию употреблять, если сами условия событий сформулированы:

• выбытие денег без их поступления точно создает расход;

• поступление денег без их выбытия точно создает доход;

• выбытие денег совместно с поступлением денег…

В современной практике считается, что в третьем случае ни расхода, ни дохода не возникает. Присоединимся же – раз в кои-то веки! – к общему мнению. Как было сказано, это вопрос терминологический: можно описывать ситуацию так, можно иначе… Какими терминами ни пользуйся, реальный имущественный комплекс от этого не изменится.

Окончательно определившись с употреблением терминологии, мы можем наконец сформулировать условия возникновения расхода и дохода. Условием этим, как было объяснено, является отсутствие регистрации в том же событии противоположной фазы существования денег. Выдача денег в долг не составляет расходы по той причине, что одновременно с выбытием денег регистрируется, в виде дебиторского обязательства, поступление денег. Схожим образом возникают доходы: получение денег в долг не составляет доходы, поскольку одновременно с поступлением денег регистрируется, в виде кредиторского обязательства, их выбытие.

Такова была теоретическая база, изменившая баланс до неузнаваемости.

Обдумайте!

1. Расходы – номинал выбывших денег. Доходы – номинал поступивших денег.

2. Если вместе с выбытием денег зарегистрировано поступление денег, считается, что расходы и доходы отсутствуют.

3. Фактическая стоимость вещи устанавливается по соответствующему расходу и численно ему равна. Она обозначает: почем данная вещь была изготовлена или приобретена?

4. Если из нескольких вещей в процессе хозяйственной деятельности образуется одна, фактическая стоимость этих вещей суммируется. Полученная сумма составляет фактическую стоимость новой вещи. Указанная процедура называется калькулированием себестоимости.

5. При кредитных отношениях расходы или доходы регистрируются в настоящем, а исполняются в будущем. Соответственно, анализировать доходы с расходами допустимо с позиций либо их регистрации, либо их исполнения.

Глава 31

Динамический баланс

Разработка категорий расходов и доходов началась с очень простой мысли: оплату услуг нельзя считать убытком. После того как понятия доходов и расходов были осмыслены, это стало более чем очевидным.

Предприятие понесло расходы, пускай они и не выражаются в чем-нибудь материальном. До тех пор пока не будут получены соответствующие доходы, которые покроют расходы, те нужно учитывать отдельно, наряду с вещами, если вещи отсутствуют (рис. 79).

Рис. 79. Место расходов в кругообороте капитала (при оплате услуг)

Учитывать вместе с вещами и собственным капиталом необходимо также доходы с расходами!

Отныне ни о каком убытке вследствие оплаты услуг речи уже не шло. Неважно, что оплата зримо не возмещалась имуществом, как при купле-продаже, вместо вещей возникали расходы! Финансовый результат, как и подсказывал здравый смысл, определялся по получении доходов, в виде разницы между доходами и расходами, в рамках цикла кругооборота капитала. Баланс в этом случае приобретал следующий вид (рис. 80).

Рис. 80. Динамический баланс

Почему именно такой, несложно понять, вообразив множество завершенных и продолжающихся циклов кругооборота капитала. Прежде всего, имеется финансовый результат по завершенным циклам кругооборота капитала. Это деньги (или их часть), которые снова помещены в дело. Деньги, помещенные в дело, – расходы по незавершенным циклам кругооборота капитала. Однако по незавершенным циклам кругооборота капитала наряду с расходами могут быть и доходы. Это полученные авансы. Авансы получены, но поскольку кругооборот капитала еще не завершился – проще говоря, работа еще не принята заказчиком, – высчитать финансовый результат по данному циклу невозможно.

Вырисовывалась следующая картина (рис. 81).

Рис. 81. Построение динамического баланса по кругообороту капитала

Поскольку поступления не были равны выплатам, для достижения балансировки потребовалась балансирующая величина. Она, как любая балансирующая величина, была способна располагаться по любой стороне баланса, в зависимости от того, какая из сторон численно больше.

Такой баланс, в самых разнообразных интерпретациях, стали называть динамическим, тогда как баланс прежнего вида, отражающий имущественный комплекс предприятия, назвали статическим, или имущественным.

Пока динамический баланс был слишком далек от статического, чтобы так вот сходу начать его использовать. Неясно было, каким образом бухгалтер должен регистрировать в системе учета вещи совместно с доходами с расходами. Идеи требовали вынашивания. В конце концов, бухгалтерские научные кадры склонились к созданию комбинированного баланса, представляющего собой и динамический, и статический балансы одновременно. К реализации этого проекта они истово и приступили.

Обдумайте!

1. Осознание категорий доходов и расходов привело бухгалтеров к понятию динамического баланса.

2. Использовать динамический баланс вместо статического, что было равносильно переходу с учета имущества на учет доходов и расходов, бухгалтеры не решились.

3. Вместо этого была предпринята попытка совместить динамический баланс со статическим.

Глава 32

Орудия и предметы труда

Основную сложность при оперировании категориями доходов и расходов представляли орудия и предметы труда. Предметы труда прекрасно укладывались в концепцию кругооборота средств, а вместе с ней и концепцию доходов с расходами, тогда как орудия труда укладываться в нее не желали.

Что такое предметы и орудия труда и чем они отличаются друг от друга, рассматривается в курсе экономики, но не бухгалтерского учета. Предметы труда – это вещи, которые в процессе потребления переносят свою материальную субстанцию на иную вещь либо заменяются материальной субстанцией иной вещи (последние называются предметами обмена). Орудия, или средства труда, – это вещи, которые, напротив, в процессе потребления не переносят свою материальную субстанцию на иную вещь и не заменяются материальной субстанцией иной вещи.

И предметы, и орудия труда представляют собой объекты материального мира. Так как их квалификация в качестве предметов или орудий связана с переносом материальной субстанции, быть квалифицированными подобным образом могут исключительно объекты материального мира. Никакие абстрактные величины под указанную классификацию не подпадают.

Вследствие того что предметы труда в процессе потребления переносят свою материальную субстанцию на иную вещь или обмениваются, они полностью расходуются в момент своего хозяйственного потребления, т. е. расходуются в рамках компенсационного события: один объект выбывает – взамен него поступает другой. Как мы говорили, тому имеются две причины: закон сохранения материи и возмездный характер обмена. Орудия труда в процессе потребления не переносят свою материальную субстанцию на иную вещь и не обмениваются – тем и отличаются от предметов труда. К примеру, материал, чья материальная субстанция переходит в процессе производства на изготавливаемое изделие, представляет собой предмет труда, а станок, на котором изделие изготавливается, но материальная субстанция которого на данное изделие никоим образом не переходит, является орудием труда. Материал передает свою материальную субстанцию, а вместе с ней и стоимость изготавливаемому из него изделию, станок же после того, как полностью износился, выкидывается на свалку.

Безусловно, что классификация вещей по предметам и орудиям осуществляется в зависимости от характера их использования. Использоваться одна и та же вещь может по-разному, поэтому один и тот же в своем материальном воплощении объект может представлять собой либо предмет труда, либо орудие труда, более того – при изменении характера использования изменится и тип объекта. Станок, на котором изготавливается изделие, есть типичное орудие труда, но завтра этот станок будет продан на сторону и в момент продажи станет фигурировать уже в качестве предмета обмена.

Надо заметить, что классификация объектов материального мира на орудия и предметы труда не всегда прямолинейна. Чем – орудием труда или предметом труда – является, к примеру, шариковая ручка, в процессе эксплуатации вроде бы неизменная, но с другой стороны, расходующая запас чернил, остающихся на поверхности листа? Очевидно, что корпус ручки представляет собой орудие труда, а чернила – предмет труда, хотя используется шариковая ручка в качестве единого объекта. Таким образом, единый с точки зрения своего использования в имущественном комплексе объект может представлять собой орудие труда, но иметь при этом так называемую расходную часть, являющуюся предметом труда.

Пока объект находится на хранении, говорить о его квалификации в качестве предмета или орудия труда не приходится – на этом временном интервале квалификация возможна лишь предположительная. Конечно, некоторые выводы о характере будущего использования объекта можно сделать исходя из намерений руководства предприятия или сложившейся практики, однако намерения могут оказаться изменены, а имевшаяся до того момента практика опровергнута. Объект, до того предполагавшийся к продаже, может быть использован в качестве орудия труда, либо наоборот.

Выводы о характере предстоящего использования объекта могут быть сделаны также исходя из того, что объект представляет собой в материальном мире. Некоторые объекты для использования в качестве орудий труда или в качестве предметов труда практически непригодны, но лишь практика их использования устанавливает истину.

Обдумайте!

1. По характеру своего использования вещи делятся на орудия и предметы труда.

2. Предметы труда переносят свою материальную субстанцию на изготавливаемое из них изделие либо обмениваются.

3. Орудия труда не переносят свою материальную субстанцию на изготавливаемое из них изделие и не обмениваются.

Глава 33

Амортизация

Как было сказано, предметы труда прекрасно укладывались в концепцию кругооборота средств, тогда как орудия труда – нет. В чем это выражалось?

В том, что при использовании предметов труда кругооборот средств поддерживается в привычном режиме. Предмет труда закупается, после чего обменивается либо в ходе производственного процесса переименовывается, служа исходным материалом для конечного продукта – кругооборот средств на этом не прекращается (рис. 82).

Рис. 82. Предметы труда в кругообороте средств

Орудия труда ведут себя совершенно иначе. Если оперировать вещами как материальными объектами, цикл кругооборота средств на покупке орудия труда обрывается, поскольку орудие труда по окончании своего использования покидает имущественный комплекс на некомпенсационной основе (рис. 83).

Рис. 83. Орудия труда в кругообороте средств

Если так, то от выбытия орудий труда предприятие имеет убыток. К примеру, оно купило орудие труда за 100 руб., а по прошествии какого-то периода данное орудие труда выбросило за негодностью. Получается убыток в 100 руб., возникший при покупке. Однако в него трудно поверить по той причине, что орудие труда полезно использовалось на протяжении своего пребывания в имущественном комплексе. Ну в самом деле, какой там убыток, когда орудия труда – необходимый элемент любого производства! В который раз здравый человеческий смысл опровергал сложные теоретические конструкции.

Вскоре было найдено следующее соломоново решение.

Пусть, решили бухгалтеры, орудия труда выбывают после окончания использования на некомпенсационной основе, но расходы-то все равно имеют место! В чем выражается участие предметов труда в кругообороте средств? В том, что они как бы передают свою стоимость последующему объекту. Так пусть же и орудия труда передают свою стоимость изделиям, ради обработки которых они приобретались. Такие изделия не будут принимать в себя материальную субстанцию орудий труда, зато будут принимать стоимость орудий труда. Поскольку для расходов важна не материальная субстанция, а стоимость, проблема разрешится ко всеобщему удовольствию.

Так возникло понятие амортизации (от лат. amortisatio – погашение). Было установлено, что в целях правильного исчисления себестоимости изготавливаемой продукции орудия труда должны амортизировать, погашать свою стоимость путем перенесения ее на эту продукцию. Объекты, которые принимали на себя стоимость орудий труда, стали называть объектами калькулирования.

Введя категорию амортизации, бухгалтеры начали определять, какая доля стоимости орудия труда приходится на конкретный объект калькулирования. Например, если орудие труда стоимостью 50 руб. используется при изготовлении 10 изделий, после чего становится полностью непригодным к использованию, то на каждое изготовленное изделие приходится 5 руб. стоимости орудия труда. Процедура перенесения указанной стоимости с орудия труда на объекты калькулирования, оформляемая бухгалтерскими записями, и получила название амортизации.

При помощи амортизации бухгалтеры смогли включить орудия труда в систему доходов и расходов, используемых при формировании динамического баланса.

Выходило, что себестоимость конкретного объекта калькулирования может образовываться двумя путями:

• за счет замены одного объекта на другой;

• за счет начисления амортизации.

Оба названных пути служат одной цели, притом весьма несхожи по природе:

• при первом способе имеется видимое изменение имущественного комплекса, хотя бы только в названиях составляющих его объектов;

• при втором способе никакого видимого изменения имущественного комплекса не происходит. Начисление амортизации, в принятом в современной бухгалтерии виде, – процесс исключительно интеллектуальный. Интеллектуальным образом определяется, какая часть орудия труда использована для изготовления какого изделия. Перенос стоимости осуществляется постепенно, в рамках многих производственных циклов, в которых орудия труда участвуют.

Каким образом следовало бы начислять амортизацию в корректно спроектированной системе учета – вопрос, для рассмотрения в данном учебном пособии чересчур сложный, к тому же слишком далекий от его центральной темы.

Обдумайте!

1. После использования предметов труда цикл кругооборота продолжается.

2. После использования орудий труда цикл кругооборота обрывается.

3. Орудия труда используются в имущественном комплексе с пользой, поэтому заплаченные за них деньги нельзя считать убытком.

4. Противоречие разрешено при помощи начисления амортизации.

5. Амортизация – интеллектуальная процедура перенесения стоимости с орудий труда на изготавливаемые с их помощью изделия.

Глава 34

Контрарные объекты

Разобравшись с орудиями труда посредством начисления на них амортизации, в качестве довеска к проблеме бухгалтеры получили некоторые последствия амортизации. С последствиями также пришлось разбираться. Их было множество. Мы намерены рассмотреть лишь одно из последствий – по той причине, что оно прямо связано с бухгалтерским балансом. Имеется в виду порядок переноса стоимости с одного объекта на другой.

Технически это легко осуществимо: выполняется бухгалтерская проводка, уменьшающая стоимость орудия труда и соответственно увеличивающая стоимость изготовляемого с его помощью изделия. Ее сумма обязана соответствовать доле стоимости орудия труда, приходящейся на объект калькулирования. Но как рассчитать эту долю, а вместе с ней и сумму бухгалтерской проводки, иными словами, как определить, в какой сумме начисляется амортизация?

Пример расчета амортизации приводился в предыдущей главе. Берется стоимость орудия труда и делится на количество изделий, изготовленных с его помощью. Если стоимость орудия труда – т. е. сумма, потраченная на его приобретение, – 50 руб., и с помощью данного орудия труда изготовлено 10 изделий, стоимость каждого изделия должна быть увеличена на 5 руб. В зависимости от того, на одном или нескольких счетах бухгалтерского учета отражены изделия, амортизация начисляется на один или несколько счетов бухгалтерского учета.

Однако как узнать, сколько изделий будет изготовлено при помощи какого-нибудь орудия труда? Напоминаем, что имеется в виду весь период использования орудия труда в имущественном комплексе, длящийся иногда десятки лет. Поначалу задача представляется невыполнимой. Она и есть невыполнимая, ведь для ответа требуется проникнуть в будущее, чего не дано никому. Ну в самом деле, откуда бухгалтеру знать, сколько изделий будет изготовлено на всем протяжении использования орудия труда?

К задаче возможно подобрать лишь приблизительное решение – более или менее. Количество изделий, которые при помощи данного орудия труда будут изготовлены, определяется приблизительно. Чаще не прямо, а косвенно, через так называемый срок полезного использования орудия труда. Примерно устанавливается, сколько времени орудие труда должно отработать, и часть общей стоимости орудия труда, приходящейся на текущий период, распределяется между всеми изготовленными при помощи данного орудия труда изделиями. К примеру, стоимость орудия труда 50 руб., и оно должно прослужить 10 месяцев. Значит, в одном месяце орудие труда «теряет» 5 руб. Если в этом месяце при помощи данного орудия изготовлено одно изделие, 5 руб. целиком относятся на это изделие; если изготовлено два изделия – 5 руб. распределяются между двумя изделиями и т. д.

Существуют самые разнообразные способы начисления амортизации, но суть не в них. Понятно, что порядок убывания какой-нибудь величины от 100 % до 0 % можно отобразить множеством математических зависимостей. Как мы говорили, ввиду оперирования категориями будущего времени амортизация – процедура интеллектуальная, и изощряться при ее выполнении интеллект бухгалтера может, на сколько хватит его мощи. Суть в том, что при начислении амортизации бухгалтер может «промахнуться» – как тут не «промахнуться», когда приходится предугадывать будущее?! – и начислить лишку амортизации.

Что произойдет тогда? Тогда окажется, что начислена стопроцентная амортизация, т. е. стоимость орудия труда полностью погашена. Но погашена досрочно. Само орудие труда успешно используется в имущественном комплексе, однако согласно системе учета за ним не числится никакой стоимости, поскольку вся его стоимость уже списана на другие объекты.

Все бы ничего, но нулевой стоимости система учета осмыслить уже не может. В соответствии с заложенной при ее проектировании логикой объект, обладающий нулевой стоимостью, в системе учета отсутствует. А все из-за стоимости, воспринимаемой не в качестве отношения между объектом и деньгами, а в качестве признака объекта!

Как бы там ни было, потребовался методологический прием, позволявший избежать нулевой стоимости объекта при начислении стопроцентной амортизации. Он был изобретен. Идея состояла в том, чтобы оценивать объект дважды: если одна стоимость объекта и оказывалась нулевой, вторая стоимость не была нулевой, поэтому объект не исчезал из системы учета, как ранее.

Двукратная оценка объектов достигалась посредством регистрации контрарных объектов, противостоящих поглощающему, или основному, объекту по стороне баланса. Если поглощающий объект, будучи первоначально зарегистрирован по дебету, числился по активу баланса, то контрарный объект первоначально регистрировался по кредиту и, соответственно, попадал в пассив баланса. Само собой, контрарный объект представлял собой еще один тип объектов, реально в имущественном комплексе отсутствующих и регистрируемых по методологическим причинам, точнее, из-за бессилия бухгалтерской методологии обосновать регистрацию одних вещей.

Двукратная регистрация стоимости при использовании контрарного объекта достигалась за счет двукратного представления поглощающего объекта:

• сначала без учета стоимости контрарного объекта;

• затем с учетом стоимости контрарного объекта. Поскольку контрарный объект регистрировался по противоположной фазе существования, его стоимость вычиталась из стоимости поглощающего объекта.

Допустим, стоимость поглощающего объекта – в нашем примере орудия труда – составляет 60 руб. Если по противоположной фазе существования зарегистрировать контрарный объект – в нашем примере амортизацию, – предположим, в сумме 20 руб., то стоимость поглощающего объекта становится возможным устанавливать двукратно:

• в первый раз – как таковую – 60 руб.;

• второй раз – как разницу между стоимостями поглощающего и контрарного объектов – 60 руб. минус 20 руб. равняется 40 руб.

Первая стоимость орудий труда получила название первоначальной, вторая – остаточной. То есть остаточная стоимость – это стоимость орудия труда за минусом начисленной амортизации.

Теперь-то остаточная стоимость объекта могла равняться нулю – орудие труда все равно не исчезало из системы учета, поскольку обладало ненулевой первоначальной стоимостью!

Встал вопрос: как отражать подобные объекты в балансе? К лучшему или к худшему, но был придуман следующий способ. В качестве зарегистрированных значилось бы два объекта, поглощающий и контрарный, и располагались бы они по разным сторонам баланса (рис. 84, а), если бы не зачет объектов на разных сторонах баланса. Выражался он в том, что контрарный объект переносился на другую сторону баланса, где естественным образом получал знак «минус» (рис. 84, б).

Рис. 84. Использование контрактивного счета. Положение а – до и б – после зачета объектов на разных сторонах баланса

Его стоимость вычиталась из стоимости основного объекта. В итоге орудие труда начинало отражаться по активу баланса по остаточной стоимости.

Когда начисленная амортизация составляла 100 %, возникал желаемый феномен: в балансе орудие труда не отражалось, по причине своей нулевой остаточной стоимости, однако в системе учета продолжало числиться.

Если, как в случае с орудиями труда, поглощающий объект был зарегистрирован по активу баланса, противолежащий ему контрарный объект получал название контрактивного. Однако методологический прием мог быть распространен и на пассив баланса – контрарный объект, противолежащий поглощающему объекту, зарегистрированному по пассиву баланса, получил название контрпассивного (рис. 85).

Рис. 85. Использование контрпассивного счета. Положение а – до и б – после зачета объектов на разных сторонах баланса

Прием с контрарными объектами настолько понравился бухгалтерам, что подобным образом стали учитываться не только орудия труда и амортизация, но и некоторые другие объекты, которые требовали двукратной оценки, в частности резервы.

Резервы в качестве контрарного объекта – совсем не то, что резервы в обыденном представлении. Это не какие-нибудь дефицитные вещи, которые складируются на случай возможной нехватки. В данном случае, как и в приведенном выше примере, это разница между двумя стоимостными величинами. Вычитая из одной величины контрарный объект, получаем другую величину.

К примеру, имеется дебиторское обязательство в сумме 100 руб., при этом вероятность, что данное обязательство будет погашено, – 30 %. Считается, что создание резерва позволит оценить проходящий по балансу объект более правдиво. И резерв создается, в сумме 70 руб. В итоге в системе учета обязательство по-прежнему числится в сумме 100 руб. – ведь необходимость знать, сколько на самом деле обязан должник, никто не отменял! – но в балансе это же дебиторское обязательство значится уже в сумме 100 минус 70 равняется 30 руб., т. е. с учетом вероятности его исполнения.

Методология бухгалтерского учета стремительно развивалась: изобретение одного приема предопределяло изобретение другого. При этом мало кто задумывался, в том ли направлении происходит развитие.

Обдумайте!

1. Амортизация начисляется всегда предположительно. Начислить ее точно невозможно по той причине, что неизвестно, как долго и насколько интенсивно будет использоваться орудие труда в имущественном комплексе.

2. Ввиду этого представима ситуация, когда начислена стопроцентная амортизация, но орудие труда продолжает использоваться.

3. Согласно принятой концепции, стоимость такого орудия труда должна равняться нулю. Однако это невозможно в связи с процедурой оценки, для которой нулевая стоимость объекта означает отсутствие данного объекта в имущественном комплексе.

4. Проблема разрешилась путем введения в систему учета контрарных объектов, позволяющих оценивать основные (поглощающие) объекты двукратно.

5. Контрарный объект регистрируется по противоположной фазе существования поглощающего объекта, но в балансе не отражается, уменьшая стоимость поглощающего объекта.

6. При помощи контрарных объектов учитываются не только орудия труда и начисленная на них амортизация, но и некоторые другие объекты.

Глава 35

Дополнительные объекты

Идея отражать одну присутствующую в имущественном комплексе вещь в виде нескольких зарегистрированных в системе учета объектов сделалась необычайно популярной. Бухгалтеры не могли уже остановиться и обдумать, что же такое они делают и зачем делают. Так появились дополнительные объекты.

В самом деле, если при помощи контрарного объекта можно уменьшить стоимость поглощающего объекта, в то же время оставляя ее неизменной, почему нельзя увеличить? Добиться нужного результата в рамках уже опробованного методологического приема легче легкого – нужно лишь регистрировать разницу между двумя величинами не по противоположной, а по той же фазе существования, по которой зарегистрирован поглощающий объект (рис. 86).

Рис. 86. Дополнительные объекты: а – по активу баланса, б – по пассиву баланса

При помощи дополнительных объектов стали регистрироваться некоторые предметы труда, как казалось придумавшим их методологам, требовавшие двойственной оценки: например, по фактической и рыночной стоимости.

Не правда ли, читатель, вы начинаете путаться, если уже не запутались, где в системе учета реально существующие вещи, а где методологические измышления? Глядя на отраженные в балансе объекты, понять это стало и в самом деле затруднительно.

С изобретением контрарных и дополнительных объектов неясностей добавилось. Выяснилось, что один реальный объект способен разделяться на несколько зарегистрированных, обозначающих части его стоимости. Если взглянуть по-другому, стоимость начала существовать сама по себе, вне каких бы то ни было материальных воплощений. Разве не поразительно?

Обдумайте!

1. По аналогии с контрарными изобрели дополнительные объекты, служащие для увеличения стоимости основных объектов.

2. Представление одной реальной вещи в виде нескольких зарегистрированных в системе учета объектов, обозначавших части стоимости данной вещи, было возведено в методологический прием.

Глава 36

Объединение статического и динамического балансов

С обоснованием понятия амортизации и разработкой способов ее отражения в балансе создалась база для объединения статического и динамического балансов.

Комбинация статического и динамического балансов в один бухгалтерский была достигнута наложением динамического баланса на статический (рис. 87).

Рис. 87. Наложение динамического баланса на статический

Каким образом объекты статического баланса стало возможным совместить с объектами динамического баланса? Названным выше:

• вещи в наличии стали восприниматься как понесенные расходы – по той причине, что для приобретения или изготовления какой-нибудь вещи необходимо понести определенные расходы. В качестве расходов стали восприниматься все вещи в наличии, за исключением денег. На деньгах цикл кругооборота капитала завершается, поэтому деньги могут выражать только доходы, но никак не расходы;

• частично расходы оказались совмещены и с дебиторскими обязательствами. Мы платим продавцу, получая от него товар либо обещание передать товар в будущем – тот же товар, но в виде будущего объекта. А учитывать текущий товар или будущий товар, с точки зрения кругооборота капитала, – разницы нет. Но почему расходы совмещаются с дебиторскими обязательствами лишь частично? Потому что в качестве дебиторских обязательств учитываются не только выплаченные продавцам авансы, но и долги покупателей. Нам оплатят долги, и на нашем балансе появятся деньги, которые с точки зрения статического подхода представляют собой, в качестве звонкой монеты, вещи в наличии;

• часть кредиторских обязательств была ассоциирована с доходами по незавершенным циклам кругооборота средств. Как кредиторские обязательства могут представлять собой доходы? Очень просто. От покупателя или заказчика получен аванс за товар. Пока товар нами не отгружен, имеется кредиторское обязательство по передаче товара. Как только товар будет отгружен, данное кредиторское обязательство окажется аннулировано, вследствие чего возникнет доход. Частичное же совмещение кредиторских обязательств с доходами объясняется тем, что в пассиве баланса отражаются не только полученные авансы, но и наши долги продавцам. Мы покупаем товар с отсрочкой оплаты. Наш долг продавцу отражается в качестве кредиторского обязательства, которое с доходами отождествлено быть никак не может;

• на собственный капитал пришлись, соответственно, финансовый результат по завершенным циклам кругооборота и величина, балансирующая динамический баланс. Последняя также необходима, т. к. балансирующие величины статического и динамического балансов не совпадают: нематериализованные расходы (т. е. не выраженные в соответствующей вещи), не учитываемые в статическом балансе, требуют балансирующего объекта по пассиву динамического баланса.

Глобальных выводов из полученной комбинации сделано не было – баланс остался тем, чем он в конце концов стал. Однако возможность учета оплаченных услуг не в виде убытка, а по дебету баланса, в качестве самостоятельного объекта отныне никого не удивляла. Первоначальная цель была достигнута – правда, посредством создания огромной и с трудом усвояемой понятийной надстройки.

Обдумайте!

1. Современный бухгалтерский баланс получен совмещением статического и динамического балансов.

2. Приемлемая трактовка подобного совмещения на сегодня отсутствует.

Глава 37

Бухгалтерский баланс

Современный бухгалтерский баланс – тот, который ежеквартально заполняется бухгалтерами, – есть совмещение статического и динамического элементов, хотя при его рассматривании это не слишком заметно. Имеющиеся у баланса разделы (рис. 88) установлены нормативным путем на основании несовместимых между собой теоретических воззрений.

Рис. 88. Разделы бухгалтерского баланса установленной формы

Попросту говоря, бухгалтерский баланс эклектичен и вследствие этого мало интересен практикам.

Невозможность, в силу его малой познавательности, применить бухгалтерский баланс на практике не является новостью для специалистов, в разные исторические периоды охотно и весьма откровенно высказывавшихся по этому поводу. Не откажем себе в удовольствии привести несколько цитат по случаю – когда-то, в другой нашей работе, уже приводившихся, но не утративших с той далекой поры своей злободневности.

«Кому не известно, что не только акционеры вообще, но и самые образованные из них, коль скоро они не посвящены в особые тайны предприятий, нередко становятся в тупик перед балансами и отчетами правлений обществ, вопреки прямому назначению этих документов, по закону, ясно показывать действительное положение дел… Происходит это, очевидно, от темноты балансов, напускаемой на них разными бухгалтерскими терминологическими ухищрениями, при посредстве которых самые хилые предприятия представляются выгодными».

А. А. Суходольский

«В этих публикациях одна лишь цель – уравнять приход с расходом, актив с пассивом, дебет с кредитом. Мы видим, что баланс в них верен, то есть достигнуто равенство дебета с кредитом, прихода с расходом, актива с пассивом, и только.

– А что внутри их?

– Лишь один бессистемный набор разных ценностей и капиталов, перемешанных с прибылями и убытками. Истинное понятие реальных ценностей отождествлено с понятием нереальных (отвлеченных) ценностей (капиталов, результатов). Эти разновидности слиты в общей таблице, в общем счете, в общих итогах дебета и кредита».

К. В. Клаус

«Неудивительно поэтому, если не всякий умеет ориентироваться в таком балансе и ничего в нем не поймет, и мы стоим перед поразительным фактом, что из массы публикуемых ежегодно балансов, может быть, ни один не отвечает требованием логики».

Т. Губер

«Так как баланс составляется ни по первому, ни по второму, а по особому, третьему, так сказать, смешанному методу, то в результате получаются цифры с таким же неопределенным содержанием, как и те, которые получились бы, если бы мы стали складывать аршины с пудами или корову с хворостиной. Ибо нельзя складывать величины разнородные».

И. Р. Николаев

«Гартли Уизерс утверждает, что “для большинства акционеров баланс приблизительно так же понятен, как какое-нибудь место из поэмы Броунинга, переведенное на незнакомый язык”, и говорит о нем, как о “секретном шифре, с тайным смыслом, открывающимся лишь посвященной касте после долгого поста и умерщвления плоти”».

Г. Р. Хэтфильд

Неужели вы этого не знали?

Существует даже термин «вуалирование баланса» (от фр. voiler – скрывать, затуманивать), принадлежащий швейцарцу И. Ф. Шеру (1846–1924). Вуалирование означает манипулирование показателями бухгалтерского баланса с целью придать тому более привлекательный вид. Хороша же отчетная форма, которая может отображать все, что угодно, по усмотрению бухгалтера! А вот если бы, как рекомендуется нами, в бухгалтерском балансе отображались исключительно вещи, любое его вуалирование оказалось бы неприкрытой фальсификацией, что не одно и то же. Ведь вуалирование – использование бухгалтерской методологии в рамках действующего законодательства, хотя и в неблаговидных целях, в то время как фальсификация баланса – прямой подлог документов.

Установленную форму бухгалтерского баланса мы нарочно не приводим. Кто ее не видел?.. и кому она нужна?

Обдумайте!

1. Современная форма бухгалтерского баланса определена нормативным путем – в разное время и разными специалистами. Вследствие этого она эклектична.

2. Пользоваться бухгалтерским балансом при принятии управленческих решений неразумно, хотя составлять его необходимо.

Глава 38

Объекты за балансом

Наглядней всего эклектическая сущность бухгалтерского баланса проявляется в том, что поместить в баланс в соответствии с принципами двойной записи все необходимые объекты не удается. В некоторых случаях материал, что называется, сопротивляется, и весьма недвусмысленно. Мы имеем в виду так называемые забалансовые счета бухгалтерского учета, т. е. счета, не отражаемые в соответствии с системой двойной записи и вследствие этого не попадающие в бухгалтерский баланс. Ведь баланс, как известно, приемлет только двойственные события.

Объекты регистрируются на забалансовых счетах вне всякой двойственности, даже если таковая прослеживается. В рамках одной записи счет либо дебетуется, либо кредитуется. Такая запись носит название одинарной.

Не станем даже анализировать, какие именно объекты регистрируются одинарной записью – фундаментальным данное знание никак не назовешь, – скажем лишь, что всякие-разные. Как только какой-нибудь объект оказывается несовместим или плохо совместим с двойной записью, он немедленно самым невинным образом оказывается зарегистрирован одинарной записью, вследствие чего учтен на забалансовом счете бухгалтерского учета.

Не поразительно ли, что двойная запись, во всеуслышание провозглашенная принципом бухгалтерского учета, отказывается в некоторых случаях действовать и требует дополнительной одинарной записи, выполняемой по совершенной иным правилам?

Обдумайте!

1. Многие объекты, в силу разных причин, регистрируются одинарной записью. В рамках одинарной записи счет либо дебетуется, либо кредитуется.

2. Поскольку балансировка осуществима лишь при двойственных событиях, объекты, зарегистрированные в рамках одинарной записи, отражаются за балансом.

Глава 39

Система учета и право собственности

Часто существование забалансовых счетов оправдывают тем, что на них якобы отражаются вещи, не принадлежащие предприятию по праву собственности.

Во-первых, не только они. Если так, упоминание права собственности в качестве аргумента не годится. Во-вторых, при чем здесь право собственности? Как только методологи бухгалтерского учета упоминают право собственности, их аргументы мигом теряют убедительность.

Нужно отчетливей понимать не слишком запутанные взаимные отношения между имущественным комплексом, гражданским правом, занимающимся вопросами собственности, и бухгалтерским учетом. По нашему мнению, эти отношения таковы. Имеется имущественный комплекс. Гражданское право описывает правила функционирования имущественного комплекса. Бухгалтерский учет создает систему учета, представляющую собой модель имущественного комплекса, иначе говоря, учитывает его.

Правила, по которым вещи перемещаются в имущественном комплексе и между субъектами учета, – это одно. Учет же – совсем другое. Учитывается все-таки перемещение самих вещей, а не правила, в соответствии с которыми перемещение осуществляется. Поэтому гражданское право и бухгалтерский учет – разумеется, в идеальном случае, а не в грубой действительности – не пересекаются. Гражданское право не служит учету имущественного комплекса и не ссылается на учет. Бухгалтерский учет не устанавливает правила, согласно которым имущественный комплекс функционирует, и в свою очередь не ссылается на гражданское право.

Вследствие этого право собственности не должно влиять на бухгалтерскую методологию, провоцируя создание специфических объектов за балансом. По-хорошему, обе области – гражданское законодательство и бухгалтерский учет – зависимы от экономики. И чтобы устанавливать правила перемещения вещей, и чтобы вести учет этих вещей, необходимо представлять, что это за вещи и по каким законам их вообще возможно перемещать, а этим занимается экономика.

В любом случае объекты, имеется на них право собственности или нет, должны учитываться единообразно, а не в разных – двойной и одинарной – подсистемах учета. Если же правила, придерживаясь которых, это можно осуществить, пока неизвестны, следует честно в этом признаться.

Обдумайте!

1. Отсутствие права собственности на некоторые объекты, регистрируемые в рамках одинарной записи, – отговорка, а не объяснение.

• Во-первых, за балансом учитываются и иные объекты.

• Во-вторых, не праву собственности влиять на методологию бухгалтерского учета.

Глава 40

Критика динамического баланса

До сих пор мы только тем и занимались, что последовательно усложняли баланс – за счет введения в круг нашего обзора допущенных при проектировании баланса ошибок. Теперь же попытаемся, устранив некоторые из них, баланс упростить.

Если присмотреться, совмещение статических элементов с динамическими вдвое увеличило количество разделов бухгалтерского баланса (рис. 91). Примерно таким, хотя в абсолютно иной терминологии, предстает баланс в трактовке немецкого экономиста Э. Шмаленбаха (1873–1955), считающегося изобретателем динамической концепции баланса (рис. 89).

Рис. 89. Комбинация статического и динамического балансов, в виде разделов баланса

Основное, что можно извлечь из анализа баланса такого вида: мысль о неоднородности как дебиторских, так и кредиторских обязательств, а также вещей в наличии. То, чем именно они неоднородны, в официальной методологии развития не получило, но крайне важно для наших дальнейших изысканий.

А если на секунду позабыть о не укладывающихся в схему оказанных услугах, у нас получается? Получается, что наложением динамического баланса на статический осуществилось разделение всех имеющихся у статического баланса разделов, за исключением собственного капитала, на деньги и другие вещи, т. е. не деньги (рис. 90).

Рис. 90. Комбинация статического и динамического балансов в виде денежных и неденежных разделов баланса

Долги покупателей – денежные обязательства? Денежные, т. к. покупатели обязуются деньгами. А выплаченные авансы? Нет, обязательства не денежные: они должны быть погашены не деньгами, а товарами, за которые, собственно, и авансировано. Аналогичным образом долги продавцам имеют своим предметом деньги, а полученные авансы – нет, не деньги, поскольку этот долг в данном случае должен быть погашен товаром.

Что представляют собой отдельные элементы кругооборота капитала, как деньги и не деньги (рис. 91)? Только они для кругооборота капитала и значимы!

Рис. 91. Фазы существования денег и не денег при кругообороте капитала

Ничего удивительного, если вспомнить определения доходов и расходов – как номинала поступивших и выбывших денег! Экономические категории доходов и расходов тесно связаны с деньгами, не могут быть не связаны с ними, отсюда, с точки зрения динамического подхода, и классификация всех объектов на деньги и не деньги (доходы и расходы).

Получается, что динамический баланс следовало бы представлять не как отношение доходов и расходов, а как отношение денег и не денег, т. е. вещей (рис. 92).

Рис. 92. Динамический однофазный баланс. Принципиальная схема

Конечно, при этом не следует забывать, что объекты в таком однофазном балансе могут представлять собой как настоящие, так и будущие объекты; причем зарегистрированные по любой из фаз своего существования.

Если мы правы, то введение в систему учета категорий доходов и расходов было ошибочно, ибо регистрация денег – а деньги все-таки представляют собой вещи, хотя и не совсем обыкновенные вещи! – полностью покрывает регистрацию доходов с расходами.

Вспомните, как мы определили доходы и расходы – как номинал поступающих и выбывающих денег. Но если так, то любое поступление денег является доходом, а любое выбытие денег – расходом. Почему нет? Единственным условием для возникновения доходов и расходов является отсутствие одновременной регистрации денег по противоположной фазе существования, поэтому выдача денег в долг расходом не является. Регистрируя выбытие денег, мы одновременно регистрируем, в виде дебиторского обязательства, будущее поступление денег, а согласно нашей договоренности одновременная регистрация поступления и выбытия денег не считается доходом и расходом. Простая условность.

Но почему тогда не считается доходом и расходом погашение долга, когда у должника наблюдается выбытие денег, а у кредитора поступление денег? Совершенно по иной причине, обусловленной неправильной методикой регистрации обязательств. Как мы помним, при регистрации обязательств в системе учета появляется лишний, отсутствующий в имущественном комплексе объект. В реальности регистрируется будущее выбытие объекта, а в системе учета проходит не только оно, но и мифическое обязательство, длящееся от момента регистрации до фактического выбытия объекта. В момент же погашения обязательства – как со стороны должника, так и со стороны кредитора – никакого ранее не зарегистрированного движения денег не происходит. Выбытие денег у должника было на самом деле зарегистрировано в момент регистрации им кредиторского обязательства, а поступление денег у кредитора – в момент регистрации им дебиторского обязательства.

А что с орудиями труда? Покупка орудия труда, поскольку имеет место неоспоримое выбытие денег, представляет собой расход. Данный расход покрывается доходом от продажи изделий, изготавливаемых при помощи указанного орудия труда. Так и должно быть. Если же мы хотим соотнести расходы по покупке орудия труда с доходами, то должны соотнести в информационной системе учета названное орудие труда с соответствующими объектами калькулирования. Каким образом – для нас, занимающихся проблемой баланса, не главное.

Поступление вещей (не денег) на некомпенсационной основе не составляет в таком случае никакого дохода – ведь денег-то пока никаких не поступило! В обратной же ситуации – при некомпенсируемом выбытии вещи (не денег) имеет место завершение цикла кругооборота. Расходы, понесенные на покупку вещи, по которой уже никогда не поступит доход, представляют собой убыток.

Остается самый последний и принципиальный вопрос – оплата услуг. Та самая злосчастная оплата услуг, с которой началось эпохальное строительство динамического баланса. Вопрос ставится ребром: при оплате услуг выбывают деньги, но что поступает взамен? Если ничего не поступает, оплата услуг – убыток, что противоречит кругообороту средств. Цикл кругооборота средств обрывается лишь на некомпенсируемых событиях, каковыми оплата услуг не является, ибо производится в расчете на будущее поступление денег, получение прибыли… Но если что-то поступает взамен, то что?

В попытках ответить на этот вопрос были разработаны категории доходов и расходов с вытекающей из них концепцией динамического баланса. Мы данную концепцию не одобряем. Доходы с расходами представляют собой абстрактные понятия, по нашим же убеждениям, регистрироваться могут и должны реальные вещи, но никак не абстрактные понятия. Значит, взамен оплаты услуг в имущественный комплекс поступает нечто материальное? Если мы не сможем связно ответить, то как говорится, нечего было воду мутить. Если сможем… последствия окажутся воистину глобальны. Выяснится, что категориями доходов и расходов бухгалтеры оперируют напрасно. Найдет подтверждение тот факт, что бухгалтерский учет создавался для учета вещей, а не методологических абстракций. Будут выявлены недочеты бухгалтерской записи, не позволяющие регистрировать будущие объекты. Да много каких методологических приемов, без которых современные бухгалтеры не мыслят бухгалтерский учет, будет предано забвению!

Обдумайте!

1. Если любое поступление денег – доход, а любое выбытие денег – расход, то доходы и расходы следует определять по движению денег. При этом исчезает необходимость не только в регистрации, но даже в упоминании доходов с расходами.

2. Динамический баланс предстанет тогда как однофазный баланс, объекты которого классифицированы на деньги и не деньги.

Глава 41

Трудовые ресурсы

Итак, что же учитывается взамен произведенной за оказываемые услуги оплаты, под видом нематериализованных расходов?

Все, что угодно, но только не расходы. Отождествление расходов с вещами вообще высосано из пальца, ибо расходы определяются выбытием денег, а не поступлением взамен них вещей. Оттого-то начинающим бухгалтерам и невдомек, как это расходы могут учитываться по активу баланса, когда они рас-хо-ды. Понятно же, что определяемые выбытием денег расходы должны учитываться по пассиву, а определяемые поступлением денег доходы – по активу баланса! Именно так они и учитывались бы, если бы возникла необходимость в учете не вещей, а именно доходов с расходами: доходы как абстракции, характеризующие первую фазу существования объектов, попали бы в актив баланса, а расходы как абстракции, характеризующие вторую фазу существования объектов – в пассив баланса. Однако в балансе должны фигурировать не хилые абстракции, а полноценные вещи. Какую же вещь мы приобретаем, производя оплату за оказанные услуги?

Как какую? Конечно же мы приобретаем работников, т. е. трудовые ресурсы! Разве не очевидно, что, производя оплату собственным работникам, предприятие этих самых работников и приобретает в имущественный комплекс. Иначе с какой стати им платить? Точно так же происходит с оплатой услуг сторонних предприятий. И в этом случае мы приобретаем работников, которые начинают работать на наш имущественный комплекс. Может быть, в самом имущественном комплексе они и не появятся, может быть, мы никогда не узнаем, какие именно работники на нас работали, но работа несомненно будет иметь место.

Различия между собственными работниками и работниками сторонних предприятий, работающими на нас согласно заключенному между предприятиями договору, – исключительно юридические. Как мы указывали, гражданское право, равно как и не упоминавшееся нами ранее право трудовое, не должно влиять на бухгалтерский учет.

Гражданское право устанавливает правила, по которым объекты перемещаются в имущественных комплексах и между ними, а бухгалтерия учитывает состоявшиеся, а иногда и предполагаемые перемещения.

Работники точно такие же объекты учета, как и вещи, поэтому должны учитываться единообразно с другими вещами. В основном работники используются в качестве орудий труда, следовательно, и должны учитываться наравне с другими орудиями труда. Однако в силу разных методологических сложностей не учитываются, во всяком случае, под своим именем. Фактически они учитываются в качестве нематериализованных расходов. Тут-то и становится понятным, с какой стати нематериализованные расходы отражаются не по пассиву, а по активу баланса: потому что это никакие не расходы, а трудовые ресурсы. Как и всякая другая вещь в наличии, трудовые ресурсы требуют учета по активу.

Откуда у современной бухгалтерской методологии такая нелюбовь к трудовым ресурсам как объекту учета? Работники – объекты, удовлетворяющие всем условиям учета:

• они неравнодоступны для субъектов учета;

• они участвуют в хозяйственной деятельности;

• затраты на их учет не превышают ценности учитываемых объектов.

При всем при том системой учета они игнорируются.

Уточним при этом, что начисление заработной платы не есть учет работников, поскольку предметом обязательства тут выступают деньги, а не сами работники. Если бы учет работников был организован подобно учету прочих орудий труда, выполнялись бы следующие бухгалтерские проводки:

Дебет «Работники»,

Кредит «Расчеты по оплате труда».

Дебет «Незавершенное производство»,

Кредит «Амортизация работника».

Первая проводка отражала бы покупку работника, вторая – его использование в производстве. Сейчас же при начислении заработной платы выполняется иная проводка:

Дебет «Незавершенное производство»,

Кредит «Расчеты по оплате труда».

Она представляет собой некорректное совмещение двух операций: покупки работника и начисления амортизации. Доказать это легко.

Представим, что работнику производится оплата за вынужденный простой. Что данная оплата собой представляет – мы имеем в виду с методологической точки зрения, а не согласно действующему законодательству? Оплата заведомо не направлена на производственные цели, поэтому должна быть охарактеризована как убыток. Но это противоречит компенсационному характеру производимой оплаты. Деньги-то уплачиваются хотя и напрасно, но далеко не безвозмездно, – за трудовые ресурсы. Если же воспринимать работников как один из видов вещей, все становится на свои места. Оплата и в самом деле не безвозмездная, а за орудия труда, однако использование орудий труда убыточно, т. к. отсутствует или не направлено на производственные цели.

Наша основная мысль – работники не учитываются, но их следует учитывать. Когда предприятие нанимает стороннюю организацию для производства, к примеру, малярных работ из материалов заказчика, то фактически приобретает для своего имущественного комплекса маляров, и никакое юридическое оформление договоров не способно затемнить эту светлую методологическую идею. Оплата услуг, выполняемых работниками сторонней организации, с методологической точки зрения представляет собой покупку этих работников. Данная покупка, как и всякая другая, – операция сугубо возмездная, поэтому-то ни о каком убытке вследствие оплаты услуг речи и не может идти. Выбывают деньги, приобретаются работники – искомая двойственность налицо!

Работники и есть то недостающее звено, которое самым загадочным образом обрывает цепочку объектов при кругообороте средств. Если бы не отсутствие учета работников, не потребовалось бы никаких нематериализованных расходов со всей громоздкой теоретической надстройкой.

Обдумайте!

1. Расходы не могут учитываться по активу баланса, т. к. определяются выбытием, а не поступлением денег.

2. Под видом нематериализованных расходов часто учитываются трудовые ресурсы, хотя официально учет трудовых ресурсов не ведется.

Глава 42

Символы

К несчастью, не все просто, как кажется. Существование нематериализованных расходов можно объяснить отсутствием учета трудовых ресурсов лишь частично.

Работник работнику рознь. Если маляр оперирует обычными вещами и тем уподобляется любому другому орудию труда, то, скажем, программист, также являясь орудием труда, действует более хитрым образом: он создает символы, которые могут быть использованы в будущем. Даже после того, как сам программист покинет имущественный комплекс.

Символы, скомпонованные тем или иным образом, – результат труда программиста. Сказать, что они представляют собой компьютерную программу, значит не сказать ничего, ибо что есть компьютерная программа для системы учета? Она нематериальна, следовательно, не может быть учтена, ведь однажды мы твердо установили, что бухгалтерия занимается лишь составляющими имущественный комплекс вещами. Либо мы был неправы, и учитывать необходимо также символы – говоря по-другому, информацию, – либо символы учитывать не нужно. Но что тогда компьютерные программы и другие объекты авторского права, известные бухгалтерам под названием нематериальных активов?

Как мы сказали, символы, информация. Вообще-то имущественный комплекс материален, поэтому никаких символов как таковых в нем не существует. Информации для существования необходим материальный носитель, будь то дискета, лист бумаги или какая-либо другая вещь, – вот они-то и должны быть учтены! Но парадокс в том, что ценность носителя информации определяет не столько его материальная субстанция, сколько записанная на носителе информация. Представьте себе, с одной стороны, чистый холст и набор красок, а с другой – мастерски написанную картину. Материально объекты абсолютно равноценны, но их потребительская ценность различна. Каким образом бухгалтеру отразить столь существенное отличие? Как обычно, при помощи названий: первый объект – холст и краски; второй объект – картина такого-то художника под таким-то наименованием.

Беда в том, что практика учета носителей в подобном смысле на сегодня отсутствует. Еще бы ей не отсутствовать, если большинство носителей в силу третьего критерия учета (превышение ценности учитываемого объекта над затратами на его учет) отражается в системе учета с искажениями. Та же дискета или лист бумаги будут списаны сразу же по покупке или выдаче со склада, хотя в имущественном комплексе могут использоваться продолжительное время. Но если нет носителя информации, информация будет представлена в виде абстрактного понятия, что противоречит нашей доктрине об учете вещей, одних вещей, ничего другого, кроме вещей. Тут и приходится выбирать:

• либо особым образом отражать в системе учета вещи, на которых записаны представляющие интерес в хозяйстве символы. Особым образом означает – под другими названиями. К примеру, чистая дискета будет проходить в системе учета как просто дискета, а дискета с записанной на ней программой – как дискета с такой-то программой;

• либо носители информации учитывать по-прежнему, а символы условно посчитать самостоятельными объектами.

Как вы понимаете, практика склоняется ко второму варианту. Критерии того, учитывать или не учитывать символы в подобном необычном ракурсе, очевидно, общие: неравнодоступность, использование в хозяйственной деятельности, превышение ценности учитываемого объекта над затратами на его учет. При этом непосредственным объектом учета являются все-таки не символы, а носители информации, на которые нанесены символы.

Носители с записанными на них символами часто выступают в качестве отраженных в балансе нематериализованных расходов.

К примеру, оплачено конструкторскому бюро за разработку документации. Сама документация – не более чем информация, она нематериальна. Однако как и всякая другая информация, она обязана иметь свой носитель – допустим, бумажный лист, – который фактически и подлежит учету. Если в соответствии с действующими правилами бумажные листы в системе учета не отражаются, возникают нематериализованные расходы – иногда в виде таковых, иногда под именем нематериальных активов, неважно.

Сложность учета символов еще и в возможности их неограниченного копирования. Благодаря закону сохранения материи ни одну вещь размножить нельзя, но на символы закон сохранения материи не действует. Если бы программист записывал программу на дискету однократно, так что дискету невозможно было бы стереть или перекопировать, ни о какой специфике речи бы не шло. Программист ничем не отличался бы от маляра или, положим, от токаря, изготовившего деталь, а изготовленная деталь – от дискеты с записанной информацией. Но специфика в том и состоит, что символы, во-первых, могут быть переписаны с дискеты на дискету, а во-вторых, дискета существует как бы отдельно от символов. Деталь же отдельно от своей материальной субстанции никак не представима.

Информация копируется, в связи с чем возникает вопрос: отражать ли в учете каждую ее копию – например, каждую копию компьютерной программы – или не отражать. Вероятно, в данном случае следует поступать исходя из второго критерия учета: если копия используется в хозяйственной деятельности, ее следует учитывать.

Но основная сложность не с количественным учетом копий, а с их стоимостным учетом. Ведь при копировании информации стоимость не перепрыгивает с дискеты на дискету, как при перемещении, а как бы удваивается. С обыденной точки зрения все понятно: продан еще один комплект программного продукта – труд программиста оказался более эффективен, чем был за минуту до этого. С методологической стороны вопрос на вопросе. В рамках калькулирования себестоимости и исчисления финансового результата заработную плату программиста необходимо соотнести с доходами, полученными от продажи изготовленного им программного продукта. Но программа продается, и не видно этому конца. Выходит, что себестоимость одной единицы программы требует постоянного пересчета, что с практической стороны абсолютно нереально. Удивительно ли после всего сказанного, что вопрос с учетом информации решается по большей части несистемно?

Все случаи отсутствия учета вещей, из-за чего возникают нематериализованные расходы, рассматривать здесь бесперспективно, но сформулируем общее правило. Нематериализованные расходы возникают при отсутствии учета какой-нибудь вещи. Вещь – будь то трудовые ресурсы, носитель информации или что-то третье – всегда имеется.

Если так, то введение в теорию бухгалтерского учета категорий доходов с расходами действительно большая ошибка.

Обдумайте!

1. Результатом деятельности работников могут быть символы (информация).

2. Для записи информации требуются материальные носители. Учету подлежат носители с записанной на них информацией.

3. В отличие от других вещей, информацию можно переносить с носителя на носитель, а также копировать. Последнее приводит к необходимости пересчитывать финансовый результат по всем ранее совершенным с ними операциям, чего не делается.

4. Информация часто проходит по учету в качестве нематериализованных расходов.

5. В целом нематериализованные расходы возникают при отсутствии учета каких-нибудь используемых в имущественном комплексе вещей.

Заключение

Воспринимать баланс необходимо правильно. С одной стороны, не стоит идеализировать его утверждениями, будто бы баланс присутствует в любом хозяйстве, как в недавнем историческом прошлом поступали особо рьяные балансоведы. Нет в имущественном комплексе никакого баланса – одни вещи! С другой стороны, не стоит его недооценивать как одну из главных отчетных форм – непригодную в практической деятельности, но крайне любопытную в методологическом плане.

Как и говорилось, приметен баланс тем, что отображает все зарегистрированные объекты. От других отчетных форм, также отображающих все зарегистрированные объекты, баланс отличается следующим (табл. 5).

Таблица 5

Отличия основных отчетных бухгалтерских форм друг от друга

Главное в балансе, конечно, балансировка – свойство, которому баланс обязан своим названием, абсолютно искусственное, а потому никчемное. Вот уж на что не надо ориентироваться, ни практикам, ни теоретикам! Хотя даже в рамках двойной записи баланс может быть сделан более сносным для пользователя. К примеру, объекты в нем могут быть перегруппированы в соответствии даже не со счетами бухгалтерского учета, а иными названиями объектов, формально – исходя из любого из их признаков, присутствующих в информационной системе учета. Может быть построена иерархия признаков. Наконец, весьма интересной представляется попытка на практике построить однофазный баланс: это должно выявить, какие из кредиторских обязательств имеют свои первые фазы существования зарегистрированными в активе.

Бухгалтерский баланс можно видоизменять любым способом, допустимым для отчетных форм. Он и есть отчетная форма – не больше не меньше. Полная нелепостей и исторических курьезов, а потому временная, но вместе с тем призванная отражать реально существующие и функционирующие имущественные комплексы.

Обдумайте!

1. Видоизменив бухгалтерский баланс, его можно сделать более наглядным для пользователя.

2. В целом же роль баланса как отчетной формы не оригинальна. Оригинальностью баланс обязан ошибкам в своем проектировании.

Библиография

Большинство изложенных взглядов на баланс – наши собственные, а не заимствованные, по причине чего с указанием точной библиографии мы затрудняемся.

При написании главы об этимологии баланса использован источник:

• Черных П. Я. Историко-этимологический словарь современного русского языка: 4-е изд. – М., Русский язык, 2001.

Огромную роль в осознании нами, как и множеством других специалистов, проблем балансоведения сыграли труды профессора Я. В. Соколова, а также вышедшие под его редакцией переводные работы иностранных авторов. Не перечисляем их, поскольку они общеизвестны.

Некоторая часть текстов написана заново, некоторая – скомпилирована из следующих наших собственных книг.

• Медведев М. Ю. Общая теория учета. Естественный, бухгалтерский и компьютерный методы. – М.: Дело и Сервис, 2001.

• Медведев М. Ю. Бухгалтерский учет для начинающих. – СПб.: Питер, 2003.

• Медведев М. Ю. Бухгалтерский учет для посвященных. – М.: ФБК-Пресс, 2004.

Чтобы читатель не почувствовал себя обманутым слишком краткой и не слишком скромной библиографией, приводим библиографический список литературы о балансе до середины 1960-х гг. Включены работы только отечественных авторов. Содержание списка формальное, по наличию в оглавлении термина «баланс». Книги указаны в хронологической последовательности.

• Бахчисарайцев Г. А. (под псевдонимом Арсеньев Г.) Как нужно изучать бухгалтерию? Мысли о законе двойной записи и о Балансе. – М.: Тип. Сапрыкина П. Т., 1908.

• Рощаховский А. К. Балансы акционерных предприятий. – СПб.: Типо-лит. «Якорь», 1910.

• Аринушкин Н. С. Балансы акционерных предприятий. Юридическая и бухгалтерская природа баланса, в связи с нормами русского финансово-податного обложения. С приложением таблиц исчисления чистой прибыли, подлежащей обложению, в предприятиях, обязанных публичной отчетностью. – М.: Правоведение И. К. Голубева, 1912.

• Рудановский А. П. Баланс как объект счетоведения. – М., 1915.

• Худяков П. Н. Анализ баланса. – Одесса: Одесское отделение союза потребительских обществ, 1920 (последующие издания: 2-е – М.: Всероссийский центральный союз потребительских обществ, 1922; 3-е – 1925; 4-е – М.: Кооперативное издательство; 5-е – М.; Л.: Всероссийский кооперативный издательский союз «Книгосоюз», 1926–1927).

• Аринушкин Н. С. Балансоведение. Курс общий и элементарный. – Самара, 1923.

• Белоглазов К. Баланс как отражение работы кооператива. Как читать баланс. – Вологда, 1925.

• Вайденгаммер Ю. А. Анализ баланса торговопромышленных предприятий. – Тифлис: Изд. Наркомфина ЗСФСР, 1925.

• Гальперин Я. М. Основы балансоведения. Общие положения теории учета. – Тифлис: Практический институт счетоведения, 1925.

• Давидсон Ф. М., Бык И. М. Методы анализа баланса. Практическое руководство для финработников, хозяйственников и ревизоров. – М.: Финансовое изд. НКФ СССР, 1925 (2-е изд. – М.: Госфиниздат, 1926).

• Кипарисов Н. А. Анализ баланса. – М.: Изд. НКРКИ СССР, 1925 (последующие издания: 2-е – Типо-лит. МСПО, 1927; 3-е – тип. им. Евг. Соколовой, 1927; 4-е – Гостип. им. Смирнова, 1929).

• Рудановский А. П. Теория учета. Дебет и кредит как метод учета баланса: 2-е изд. – М.: Макиз, 1925.

• Усачев А. Я. Руководство к анализу балансов для ревизионных комиссий. – М.: МСНХ, 1925.

• Яковлев А. И. К анализу баланса кооператива. – Л.: Кооперация, 1925 (2-е изд. – 1926, под названием: Анализ баланса кооператива).

• Бахчисарайцев Г. А. Первые уроки бухгалтерии на началах моей балансовой теории. – М.: Автор, 1926.

• Гальперин Я. М. Временные и парные счета. Очерки по теории балансоведения. – Тифлис: Институт, 1926.

• Гальперин Я. М. Учебник балансоведения. Методы учета на основе баланса. – Тифлис: Институт, 1926.

• Гальперин Я. М. Школы балансового учета. Очерки по теории балансоведения. – Тифлис: Институт, 1926.

• Рудановский А. П. Анализ баланса. – М.: Макиз, 1926 (извлечения – М.: Большая медведица, 1999, под названием: Пояснительная записка к годовому бухгалтерскому отчету).

• Рудановский А. П. Построение баланса. – М.: Макиз, 1926 (2-е изд. – 1926).

• Усачев А. Я. Экономический анализ баланса. – М.: РИО Объединения Работников Учета, 1926 (2-е изд. – изд. Наркомторга СССР и РСФСР, тип. Красный Октябрь Мосполиграфа, 1928).

• Аринушкин Н. С. Балансоведение. Курс элементарный. – Самара, Объединение работников учета при Самарском губотделе Союза совторгслужащих, 2-я тип. Красный Октябрь Полиграфпрома, 1927.

• Аринушкин Н. С. К вопросу об анализе баланса. Конспективное изложение. – Самара: Объединение работников учета при Самарском губотделе союза совторгслужащих, 2-я тип. Красный Октябрь Полиграфпрома, 1927.

• Бобков В. В. Как разобраться в балансе ЦРК и ГорПО. Практическое руководство по анализу баланса для членов правлений ревизионных комиссий и инструкторов. – М., 1927.

• Вейцман Н. Р. Курс балансоведения. – М.: Центросоюз, тип. Центросоюза, 1927 (2-е изд. – 1928).

• Прокопенко И. Как читать баланс кооператива. Краткое руководство к анализу баланса для хозяйственников, кооператоров и счетоводов. – Краснодар, 1927.

• Блатов Н. А. Балансоведение. Курс общий. – Л.: Экономическое образование, тип. Красной газеты им. Володарского, 1928 (2-е изд. – 1930, 3-е изд. – Л.; М.: Ленинская правда, 1931).

• Кипарисов Н. А. Основы балансоведения. Построение балансов и анализ. – М.: Изд. Наркомторга СССР и РСФСР, Государственная тип. им. Евг. Соколовой, 1928.

• Красильников Ф. С. Балансоведение. Очерки, читанные членам объединения работников учета (ОРУ) в Москве. – М.: 1928.

• Лепский М. Как читать баланс промышленного предприятия. – М.; Л.: Государственное изд., 1928.

• Нигров И. М. Как читать баланс и по балансу определить состояние кооператива. Практическое руководство для инструкторов кооперативных союзов, инструкторов сельскохозяйственного кредита и органов управления первичных кооперативов. – Воронеж, 1928.

• Рудановский А. П. Построение государственного баланса. – М.: Изд. Наркомторга СССР и РСФСР, Центральная тип. Н.К.В.М., 1928.

• Рудановский А. П. Теория балансового учета. Введение в теорию балансового учета. Баланс как объект учета. – М.: Макиз, государственная тип. им. Евг. Соколовой, 1928.

• Рудановский А. П. Теория балансового учета. Оценка, как цель балансового учета. Система исчисления. – М.: 1928.

• Филимонов Н. Г. Балансоведение и баланс. – М.: Финансовое изд. НКФ СССР, 1928.

• Счетоведение и балансоведение. Для студентов хозяйственного отделения. – М.: МГУ, 1929.

• Филимонов Н. Г. Балансоведение и баланс. Дополнительный курс. – М.: Государственное финансовое изд. СССР, тип. Госфиниздата, 1929.

• Худяков П. Н. Анализ баланса и отчетности сельскохозяйственных кредитных товариществ. – М.: Мосполиграф, 13-я типо-цинкогр. Мысль печатника, 1929 (2-е изд. – Книгосоюз, типо-лит. им. т. Воровского, 1930).

• Худяков П. Н. Популярные очерки балансоведения. – М.: Книго-союз, Мосполиграф, 13-я типо-цинк. Мысль печатника, 1929 (2-е изд. – 1930, под названием: Очерки по балансоведению).

• Якубян С. С. Вопросы анализа баланса предприятия. – Эривань, 1929.

• Гальперин Я. М. Очерки теории баланса. По лекциям, читанным в Тифлисском счетном институте. – Тифлис: Государственные курсы промышленно-экономических наук и административной техники, 1930.

• Барун М. А. Анализ баланса промпредприятия Госбанком. – М.: Госфиниздат, 1931.

• Гальперин Я. М. Основы балансового учета. Вып. 1–5. – М.: Госфиниздат, 1931–33 (последующие издания: 2-е – 1937, 3-е – 1938, 4-е – М; Л., 1940, под названием: Основы бухгалтерского учета. ВКВШ при СНК СССР).

• Локшин А. Я. Баланс промышленного предприятия и его анализ. – М.; Л.: Государственное изд., 1931 (2-е изд. – Госпланиздат, 1944).

• Адрианов Д. П., Тиманов П. А. Основы балансового учета. Общая бухгалтерия. Курс лекций по общей бухгалтерии. Лекции 1–7. – Ростов-на-Дону, 1932.

• Балагуров Н. А. Общая теория балансового учета. Отдельные замечания по материальному содержанию учебника проф. Кипарисова «Теория советского хозяйственного учета. Балансовый метод в советском учете». – М., 1932.

• Кипарисов Н. А. Общая теория балансового учета. – М., 1932.

• Кипарисов Н. А. Теория советского хозяйственного учета. Балансовый метод в советском учете. – М.; Л.: Снабтехиздат, тип. изд. Крестьянская газета, 1932.

• Кипарисов Н. А. Элементарный курс балансового учета. – М.: Госфиниздат, тип. Красный воин и 13-я тип. Мособлполиграфа, 1932.

• Бобков В. В., Остроумов С. С. Балансовый оперативный и статистический учет. – М., 1933.

• Гридин И. И., Политов К. А. Конспект по курсу балансового учета. Практическое пособие для слушателей бухгалтерских и счетоводных курсов В/О Заготлен. – Л., 1933.

• Мезенцев П. В. Конспективный курс балансового учета государственной и кооперативной торговли. – М.; Ташкент: Огиз, Ср.-аз. отделение, 1933 (2-е изд. – Ташкент, Государственное изд. УзССР, 1936).

• Пожидаев М., Василенко П. Балансовый учет. Основы советского бухгалтерского учета. – Харьков, 1933.

• Сазонов А. П. Теория советского балансового учета. Заочный курс. Выпуски 1 и 2. – М., 1933.

• Сакулинский Г. И. Основы балансового учета. Выпуски I–VIII. – Горький, 1933.

• Тиманов П. А. Основы балансового учета в торгово-кооперативных предприятиях. Лекции. – Ростов-на-Дону, 1933–1934.

• Адрианов В. П. Основы балансового учета. Лекции 2 и 3. Лекция 5. – Ростов-на-Дону, 1934.

• Бобков В. В. Балансовый учет и отчетность кооперативных организаций. Отдел 1. Основы балансового учета. Лекции 1–4. – М., 1934.

• Гальперин Я. М. Курс балансового учета. – М.: Госфиниздат, тип. им. Котлякова, 1934.

• Гальперин Я. М. Краткий курс балансового учета. – М., 1934 (2-е изд. – 1936).

• Гальперин Я. М. Краткий курс балансового учета. Для втузов и техникумов связи. – М.: Связьтехиздат, тип. Гудок, 1934 (2-е изд. – 1935).

• Голобородько М. М. Основы балансового учета (в применении к торговым и производственным предприятиям). – Киев, 1934.

• Иванов Н. А. и др. Основы балансового учета: Учебно-методическое пособие для финансово-кредитных техникумов. Сборник статей. – М.; Л., 1934.

• Ланда М. Балансовый учет: 2-е изд. – Харьков: Укротдел Госфиниздата СССР, 1934.

• Масанов А. Ф. Баланс и анализ хозяйственной деятельности предприятия. – Л.: Стандартизация и рационализация, 1934.

• Пожидаев М., Василенко П. Балансовый учет. Основы советского бухгалтерского учета: 2-е изд. – Харьков, 1934.

• Сазонов А. П. Теория советского балансового учета. Заочный курс. Выпуск 3. – М., 1934.

• Сумцов А. И. Основы советского балансового учета. Вып. 1. – Ташкент, учебный сектор Узбекской конторы Союзоргучета, 1934.

• Мирский Ю. И. Балансовый учет в торговых предприятиях: Пособие для работников учета. – М., 1935.

• Руководящие указания по рассмотрению балансов и отчетов за 1935 год и методология анализа балансов торгующих организаций. – Алма-Ата, 1935.

• Стернинсон Д. Б. Балансоведение. – М.: Типо-стекл. Баум. комб. м. пр., 1935.

• Кипарисов Н. А. Краткий курс основ советского балансового учета. – М.: Тип. изд. Дер Эмес, 1936 (2-е изд. – Всеккзо, 17-я фабрика национальной книги треста Полиграфкнига, 1937; 3-е изд. – Союзоргучет, ред.-изд. упр. тип. изд. Крестьянская газета, 1938, под названием: Теория бухгалтерского учета. Краткий курс; 4-е изд. – М.; Л.: Госпланиздат, 1939, 5-е изд. – 1940).

• Локшин А. Я. Новое положение о бухгалтерских отчетах и балансах. Положение СНК СССР. Инструкция НКФ СССР. – М.: Изд. и тип. Госфиниздата, 1936 (2-е изд. – Киев, Укротделение Госфиниздата СССР, 1936).

• Локшин А. Я. Практические вопросы применения нового закона о бухгалтерских отчетах и о балансах хозорганов. – М.: Полиграфтехникум, 1936.

• Рубинов М. С., Нагорский В. И. Основы балансового учета: Пособие для занятий по техминимуму. – Л.; М.: Народный комитет местной промышленности РСФСР, 1936 (последующие издания: 2-е – 1-я тип. изд. Ленинградского облисполкома и Совета, 1937, в соавторстве также со Слуцким И. Б.; 3-е – 1937; 4-е – 1937; 5-е – 1938; 6-е – М.; Л.: Гизместпром, тип. артели Печатня, 1938, под названием: Основы бухгалтерского учета. Пособие для занятий по техминимуму).

• Стернинсон Д. Б. Основы балансоведения. Части 1 и 2. – М.: Гослестехиздат, тип. Мособлпрома, 1936.

• Кипарисов Н. А. Теория советского балансового учета. Краткий курс. – Петрозаводск: Наркомлес СССР, Кареллес, тип. ББК НКВД на ст. Медная гора, 1937.

• Корчагин А. В., Гольдин Б. Ф. Элементарное пособие по балансовому учету для работников внешней торговли. – М., 1937.

• Лозинский А. И. Курс теории балансового учета в связи с промышленным, сельскохозяйственным и торговым учетом. – Саратов, тип. изд. Цемент, 1937 (2-е изд. – М.: Союзоргучет, ред.-изд. упр. тип. им. Фрунзе, 1938).

• Розенберг Л. Я. Сборник примеров по промышленному балансовому учету. – Л., 1937.

• Мезенцев П. В. Балансовый учет товарооборота в промпредприятиях, оптово-сбытовых базах промышленности и торговли. – Ташкент: Государственное издательство Уз.ССР, тип. Фрунзевец, 1938.

• Шоломович И. А. Как читать баланс промышленного предприятия. – Киев: Укротделение Госфиниздата, 1938.

• Лозинский А. И. К истории развития бухгалтерского (балансового) учета. Опыт (схема) исследования. – Саратов: Плановый институт, 1939.

• Лозинский А. И. и др. Учебно-методические вопросы балансового учета. – Саратов, 1939.

• Маргулис А. Ш. Указания по заполнению форм годового баланса промышленных предприятий за 1938 год по основной (производственной) деятельности, применяемые для заполнения форм годового отчета за 1939 год. – М., 1939.

• Розенберг Л. Я. Основы балансового учета и анализа хозяйственной деятельности промышленных предприятий. По эксплоатационной деятельности. Конспект курса. – Л., 1939.

• Блатов Н. А. Баланс промышленного предприятия и его анализ. – Л.: Ленпартиздат, 1940.

• Татур С. К. Баланс как орудие управления. Методы анализа финансового состояния предприятия. – М.: Изд. сектор Академии, 1940.

• Стоцкий В. И. Баланс промышленного предприятия и его анализ. – М.; Л.: Госполитиздат, 1941.

• Сумцов А. И. Хозяйственнику о бухгалтерском учете и анализе баланса промышленного предприятия. – М.: Госпланиздат, тип. им. Воровского, 1941 (2-е изд. – 1949).

• Татур С. К. Баланс как орудие управления предприятием. Анализ финансового состояния промышленных предприятий. – М.: Госпланиздат, 1941.

• Вейцман Н. Р. Анализ баланса: Краткое пособие для хозяйственников. – Саратов: Саратовское областное государственное изд., 1942.

• Вейцман Н. Р. Что должен знать хозяйственник о бухгалтерии и анализе баланса. – М.: Госполитиздат, 1943.

• Баканов М. И. Анализ баланса торговой организации. Как хозяйственнику читать баланс. – М.: Госторгиздат, 1944.

• Шмулян М. П. Анализ баланса и счета промышленных предприятий. Рабочий материал. Анализ выполнения плана выпуска продукции. – М., 1944.

• Вейцман Н. Р. Основы анализа баланса. Стенограмма публичной лекции, прочитанной 18-го декабря 1944 г. в клубе им. Ногина в Москве. – М.: Тип. им. Сталина, 1945.

• Маргулис А. Ш. Анализ баланса промышленного предприятия: Учебный материал. – М.: Госфиниздат, тип. Профиздата, 1945.

• Розенберг Л. Я., Зельмановский П. М. Что должен знать хозяйственник о бухгалтерском учете и балансе. – Свердловск: Тип. изд. Уральский рабочий, 1946.

• Вейцман Н. Р. Балансы капиталистических предприятий. Их построение, оценка, публикация и анализ. – М.: Госпланиздат, тип. им. Воровского в Калуге, 1947.

• Розенберг Л. Я. Анализ баланса промышленного предприятия. Конспект лекций, прочитанных 1-го и 8-го декабря 1947 г. – Л.: Тип. ЛДТМ, 1947.

• Савичев П. И. и др. Сборник практических упражнений по курсу анализа баланса и отчета. – Л., 1947.

• Афанасьев А. А. Принципы построения бухгалтерского баланса. – М.: Госфиниздат, 1948 (2-е и 3-е издания – под названием «Основы построения бухгалтерского баланса», соответственно в 1948 и 1952).

• Вейцман Н. Р. Исследование балансов и отчетов капиталистических предприятий. Опыт методической разработки. – М.: Госфиниздат, тип. им. Котлякова, 1948.

• Либерман Е. Г. Построение баланса промышленного предприятия. – М.: 5-я тип. Трансжелдориздата, 1948.

• Либерман Е. Г. Чтение и анализ баланса промышленного предприятия. – М.: 5-я тип. Трансжелдориздата, 1948.

• Баканов М. И. Анализ баланса и отчета торговых предприятий: Учебное пособие для финансово-кредитных техникумов. – М.: Госфиниздат, тип. им. Котлякова, 1949.

• Маргулис А. Ш. Баланс промышленного предприятия. – М.: 1-я тип. Профиздата, 1949.

• Савичев П. И. Баланс социалистического промышленного предприятия и его анализ: Стенограмма публичной лекции. – Л., 1951.

• Савичев П. И., Иванов Н. А. Баланс промышленного предприятия и его анализ. – М.: Госфиниздат, 1953.

• Вейцман Н. Р. Балансы капиталистических предприятий и их анализ. – М.: Внешторгиздат, 1954 (2-е изд. – 1956, 3-е изд. – 1962).

• Вейцман Н. Р. Баланс социалистического промышленного предприятия и его анализ. – М.: Госполитиздат, 1957.

• Алексеева Н. С. Основы бухгалтерского учета и методика анализа бухгалтерского баланса. Письменная лекция. – Л., 1958.

• Митюшкин Т. С., Переслегин В. И., Филиппов В. Ф. и др. Бухгалтерский учет и анализ баланса: Учебное пособие для партийных школ. – М., 1958.

• Баканов М. И. Анализ основных показателей баланса и отчета: Учебное пособие для студентов торгово-экономического товароведного факультета. – М., 1960.

• Евсеев П. Т. Как читать баланс торговой организации. На материалах кооперативных организаций. – Львов, 1960.

• Вейцман Н. Р. Как анализировать баланс промышленного предприятия. – М.: Госфиниздат, 1961.

• Вейцман Н. Р. Балансы «железной пяты» сегодня. Балансы монополий США в 1959–1961 гг. – М.: Изд. ИМО, 1962.

• Вейцман Н. Р. и др. Основы балансоведения и статистики: Учебное пособие. – М.: Изд. ИМО, 1962.

• Вейцман Н. Р. Балансы и бизнес. Обзор финансовых отчетов промышленных корпораций США за 1961–62 гг. – М.: Изд. ИМО, 1963.

• Кмицикевич О. Р. Как читать баланс потребительского общества. – М., 1963.

• Щенков С. А. Бухгалтерский баланс промышленного предприятия. – М.: Госфиниздат, 1963.

• Вейцман Н. Р. Баланс предприятия и общественность. – М.: Финансы, 1964.

Словарь малоизвестных экономических, бухгалтерских и юридических терминов

Если бухгалтерский баланс показался вам чересчур сложным, не расстраивайтесь: бухгалтерия не просто наука, а очень интересная и веселая наука. В доказательство публикуем словарик малоизвестных экономических, бухгалтерских и юридических терминов. Напрямую с бухгалтерским балансом эти термины не связаны, однако знакомство с ними современному читателю не повредит.

АВАНТАЖ – выгода.

АГЕНДА (agenda) – книга для заметок (в частности, по срокам погашения векселей).

АДЕПЦИЯ – приобретение имущества.

АДМОНИЦИЯ (лат. admonitio – напоминание, увещевание, указание) – предъявление обязательства с требованием уплатить по нему.

АЖИОТАЖ (фр. agiotage) – биржевая спекуляция.

АККОЛИЕНЦА (ит. accoglienza) – принятие векселя к оплате.

АКОМЕНДА – соглашение, по которому одно лицо за определенное вознаграждение управляет предприятием другого лица, за его счет и риск.

АКЦЕПТАЦИОНС-БУХ (нем.) – книга для регистрации акцептованных векселей.

АМБАРКАЦИЯ – загрузка судна.

АМБЕШ – у лошадиных барышников: 15 руб.

АМЕЛИОРАЦИЯ (фр. amélioration) – повышение производительности предприятия (как правило, сельскохозяйственного).

АМОДИАЦИЯ (< лат. admodiare) – откуп земли.

АМОРТИФИКАЦИЯ – признание документа недействительным.

АМПЛИАЦИЯ (АМПЛИАЦИОН) – копия.

АНАГАЛИСТ – лицо, которому доверено торговать за счет своего доверителя безотчетно.

АНАТОЦИЗМ (< греч. anatokismos) – взимание сложных процентов.

АНДИНОВАНИЕ – предложение о поставке товара.

АНКРИТЕТ – ежегодный взнос в уставный капитал.

АНТАПОЧА (лат. ant-apocha) – обязательство.

АНТИГРАФОН (греч. antigraphon) – копия счета, выдаваемая контрагенту после сверки расчетов.

АНТИДАТИРОВАНИЕ (< фр. antidater) – выдача документа или ценной бумаги задним числом.

АНТРЕПО – место складирования товаров.

АПОГРАФ – снимок с почерка.

АПОХА – квитанция.

АППИЕТРЕ (фр. appietré) – залежалый, вышедший из употребления или поврежденный товар.

АППОРТ — 1) открытый рынок, базар; 2) собрание купцов на рынке.

АППРЕТУРА — окончательная отделка товара.

АПУЭН – вексель, выданный в частичную оплату.

АРГЕНТАРИЯ (лат. argentaria) – в Древнем Риме: 1) меняльная лавка, банкирская контора; 2) серебряный рудник.

АРЕСТАТОРИУМ – приказ или объявление, которым вызываются кредиторы и должники несостоятельного должника.

АРКАРИЙ (< лат. arcarius) – в Древнем Риме: казначей, контролер.

АРМАТОР (armateur) – лицо, снаряжающее судно, либо владелец судна.

АССЕКУРАЦИЯ – страхование.

АТАКСИА (Ataxia) – в Германии: беспорядок в назначении вексельных сроков.

БАВЕЛЬ – поврежденный, негодный товар.

БАЙДАК – торговое судно.

БАНД – в Прибалтике: 30 штук чего-нибудь.

БАРАТ(Е)РИЯ (англ. barratry) – 1) умышленное повреждение судна или груза на нем; убытки от подобных действий; 2) действия шкипера, который грузит товар на судно без ведома судовладельца (с целью присвоения платы за перевозку); 3) любой обман в торговле.

БАРАТКОНТО – обмен натуральный комиссионного товара (вместо его продажи).

БАТЫРЬ – в Поволжье: подрядчик по погрузке или выгрузке судна.

БЕЗПЕННО — (нареч.) бесплатно.

БЕССА (фр. la baisse) – понижение курса, цены на что-нибудь.

БЕЧАРА (груз.) – в Грузии: повинность безземельных крестьян. За право пользования лесом и выгоном крестьянин должен был отработать на помещика определенное время.

БЕШ – у лошадиных барышников: 5 руб.

БИЛАН – сведение баланса, счетов несостоятельного должника.

БИЛОПЕР (byloper) – незаконный, неофициальный маклер.

БИНДЮГ – в Южной России: воз или телега, запряженная лошадьми или волами, для перевозки грузов.

БИРИЧ – судебный чиновник.

БИРС – у лошадиных барышников: 1 руб.

БИРЮЧ – глашатай, объявлявший по улицам и площадям постановления правительства.

БОДНЯ – в Южной России: сундук для хранения ценностей.

БРАХИГРАФИЯ (< греч. brachys – короткий + graphô – пишу) – искусство писать сокращенно.

БРЕВИАТОР (< лат. brevio – укорачивать, кратко излагать) – телеграфный код. Использовались различные сокращения, как цифровые (в последовательности цифр), так и словесные: Astarta – погрузка на пароход через две недели; Fabulist – грузить на пароход, какой вам мною будет указан; Gainer – ответ должен быть обязательно к … часам вечера; Gallant – постарайтесь непременно заключить предложенную сделку; Gambet – повторите вашу оферту, предполагаю ошибку; Helos – назначенной вами цены достигнуть невозможно; и т. д. Например, сообщение «36298. Fabulist Gallant» означало: «Предлагаю вам твердо 600 тонн ржи по 9 марок 80 пфеннигов за 100 кг. Грузить на пароход, какой вам будет мною указано. Постарайтесь непременно заключить предложенную сделку».

БУЛЫНЯ (ПРАСОЛ) – перекупщик на базаре.

БУЯН – место для выгрузки и бракования товаров.

ВАГМЕЙСТЕР (нем.) – в России XVIII в.: весовщик (как правило – на таможне).

ВАДЕ(-)МЕКУМ (лат. vade mecum – букв. «иди со мною») – карманная записная книжка, путеводитель.

ВАЖНЯ – место, где производится взвешивание громоздких грузов.

ВАЗАРИЙ (лат. vasarium) – в Древнем Риме: деньги на домашнее обзаведение, выдававшиеся из государственной казны наместникам провинций при их отправлении к месту назначения.

ВАРДЕЙН – должностное лицо, ответственное за чеканку монет.

ВАТАГА – на Волге и Доне: артель на соляных или рыбных промыслах.

ВАТРАС – в Казанской и Нижегородской губерниях: скупщик сельскохозяйственной продукции.

ВЕРВЬ – сельская община.

ВЕРГЕЛЬД (нем. Wergeld – цена человека) – в варварских правдах: возмещение за убийство свободного человека, заменяющее кровную месть.

ВЕРЕТЬЕ – сшитый из рогожи мешок, в который укладываются товары.

ВЕРСТАНИЕ – зачисление на военную службу с назначением оклада (деньгами, поместьем, землей и т. п.).

ВЕРШЕЛЫЕ – дела, которые уже решены.

ВЕРШОНКИ – плата посреднику за предоставление работы.

ВЕСЧЕЕ – плата (в т. ч. в виде пошлины) за взвешивание товара.

ВЗАКЛИЧЬ – (нареч.) публично требуя долг, оглашая претензии.

ВИДИМИР – копия, засвидетельствованная нотариусом.

ВИЗИТАЦИЯ – досмотр, предъявление паспорта.

ВИЗИТИРОВКА – 1) зачет встречного требования; 2) осмотр партии хлеба, взятие из нее образца.

ВИРА (ВИРЕВНАЯ, ВЕРВНАЯ, ВИРНАЯ) – штраф за убийство, взимаемый в пользу князя; дикая – вира, которую сообща платили члены общины в случае, когда убийство произошло на их территории, но убийца неизвестен.

ВКУП – сумма, вносимая в артель ее членами.

ВОРОВО – (нареч.) скорей, быстрей.

ВОРОТИЛО – старший приказчик, поставленный хозяином управлять всеми делами.

ВОРУЙ-ГОРОДОК – жульническое, воровское место.

ВОЩАНКА – бумага, ткань, пропитанные или натертые воском.

ВСКУП – покупка для перепродажи.

ВЫПРОДАТЬ – (гл.) распродать товар без остатка.

ВЫТОРЖКА – небольшая торговая уступка.

ГАВЕНМЕЙСТЕР – должностное лицо, заведующее всеми делами по гавани.

ГАЖА (Gage) – оклады служащим (но не рабочим).

ГАЗАРДИРОВАТЬ (нем. Hasardiren) – отважиться на большие дела (имея в виду большие барыши).

ГАЛА (груз.) – в Грузии: один из видов повинности натуральной (обработка земли).

ГЕККЕР – в Швеции, Германии, Дании: лавочник, вообще мелочный торговец.

ГЕЦКА (нем. Hetze – травля) – неблаговидные действия покупателя, под разными предлогами уклоняющегося от приемки хлеба по обусловленной цене (в расчете на скидку, т. к. продавцу невыгодно везти хлеб обратно).

ГОЛВАЖНЯ – единица измерения соли.

ГРАТИС (лат. gratis – даром, бесплатно, безвозмездно) – бесплатно. Термин указывает на безвозмездность чего-либо (например, при предоставлении бесплатного образца товара).

ГРАТИФИКАЦИЯ (лат. gratificatio – награждение) – материальное стимулирование, премирование.

ГРЕМИУМ – в Австрии: оптовый купец, имеющий значительные привилегии.

ГРИЗЫ – (во мн. ч.) графы для записи рублей и копеек в бухгалтерских книгах. Общая, отведенная для записи суммы графа разделялась дополнительной, бледнее обыкновенного вертикальной линией, предназначенной для записи копеек.

ГРОСС(-)БУХ (нем. Groβbuch) – главная книга.

ГРОССЕРИ (grosserie) – торговля в больших объемах, оптовая.

ГРОТ(-)БУХ (нем.) – учетная книга или ведомость, в которых отражены состояние расчетов со всеми контрагентами и инвентарь (обычно в алфавитном порядке).

ГРУНДАЖ (англ. groundage) – пошлина за место в гавани.

ГУРТОВЩИК – оптовик.

ДАМНИФИКАЦИЯ (< лат. damnum – убыток, потеря, ущерб, урон) – несение убытка.

ДЕБИТАНТ – мелкий торговец.

ДЕБУРС (фр. debourse) – 1) за рубежом: безвозвратные расходы (чаще – в торговле); 2) перерасход; 3) торговые расходы.

ДЕВЯТЬ ОНСОВ – у лошадиных барышников: 90 руб.; с бишом – у лошадиных барышников: 95 руб.

ДЕДИТ (сокр. Д, d) – обозначение покрытой суммы.

ДЕЗИНЬЯЦИЯ – товары, наиболее подверженные повреждению; также процесс такого повреждения.

ДЕЗАМБАЛАЖ (фр. dés – уничтожение, удаление, отсутствие чего-нибудь + < фр. emballage – упаковка) – выгрузка товара из трюма или вагона.

ДЕЗИГНАЦИЯ (англ. designation) – 1) подпись кредитора; 2) перечень бракованных товаров.

ДЕЗИДЕРАТЫ (< лат. desiderata – желаемое) – 1) пожелания, требования; 2) вещи, необходимые для пополнения коллекции.

ДЕКАЛО – уменьшение веса товара от усушки, утечки и т. п.

ДЕКВИТ – скидка для округления суммы на счете.

ДЕЛЕСТАЖ (< фр. délester) – освобождение корабля от груза или балласта.

ДЕПАНСЫ – расходы.

ДЕПОЗИТКА – (сленг.) бумажные деньги.

ДЕПРЕДЫ (dépredés) – товар, отнятый пиратами, но впоследствии выкупленный.

ДЕСИСУМ (desisum) – решительное окончание дела.

ДЕСТИНАТОР – лицо, которому предназначается принятый на пароход для перевозки груз.

ДЕСТЬ – единица счета писчей бумаги; метрическая (фр. métre, < греч. metron – мера) – 50 листов; русская – 24 листа.

ДЕТАЛИСТ (фр. détailleur) – купец, торгующий в розницу.

ДЕТЬСКОЙ – судебный исполнитель.

ДЕФТЕР (перс.) – книга для регистрации расходов.

ДЕШАРЖ – 1) денежная сумма, списанная со счета; 2) выгрузка корабля.

ДИАРИУМ – записная книжка, журнал.

ДИВЕРС (< лат. diversus – разный) – разнообразный товар, также счет на него.

ДИКАРЬ – (сленг.) товар, не имеющий сбыта.

ДИСГОНОРАЦИЯ – неоплата денежного документа (например, векселя, счета) или отказ от акцепта.

ДИСТИНАТОР – получатель груза по коносаменту.

ДОДОР – место, заваленное товаром до того, что нет прохода.

ДОКОНЧАНИЕ – договор.

ДОЛЬЩИК – лицо, имеющее долю в предприятии.

ДОНАЦИЯ (ДОНАТОРИЙ) (titre de donation, donataire) – дарственная надпись.

ДОРСО (dorso) – оборотная сторона векселя, на которой делается передаточная надпись.

ДРАГОМАН – в средиземноморских странах: переводчик.

ДРОБАК (англ. drawback) – возвратная пошлина.

ДРОБЯЗНИК – мелкий товар (которым торгуют вразнос).

ДРОГИСТ – торговец аптекарскими или химическими товарами.

ДРЯГИЛЬ – 1) дубликат; 2) рабочий при портовой таможне.

ДУБЛЕТ – дубликат.

ДУГА – воз с товаром.

ЕДЕССЕМ – у лошадиных барышников: 70 руб.

ЕДИНОТОРЖИЕ – монополия (в торговле).

ЕДЯБЕШ – у лошадиных барышников: 75 руб.

ЕЗД – судебная пошлина за вызов сторон из других городов.

ЕЙКЕР – накладчик клейм на весы и меры.

ЖАЛОБНИЦА – иск.

ЖЕЛЕЗНОЕ – (сущ.) 1) пошлина с оправданной по суду стороны; 2) испытание железом. Обвиняемый брал в руки раскаленное железо. Вина определялась по степени ожога; 3) пошлина за наложение оков (желез) на пойманного ответчика, содержание под стражей.

ЖЕРЕБЬЕ – доля.

ЖЕРМАБЕШ – у лошадиных барышников: 25 руб.

ЖЕРМАСАМ – у лошадиных барышников: 20 руб.

ЗА РУКАМИ – за подписью.

ЗА СЛЮБЛЕНО – обоюдно, по взаимному согласию.

ЗАБРАК – забракованный товар.

ЗАВАЛЬ – товар, который слежался и вследствие этого испортился.

ЗАДНИТЬ – (гл.) приминать товар ногами при его укладке в бочки.

ЗАДЬНИЦА (< древнерус. задьний – будущий, прежний) — наследство.

ЗАЗНАЕМО – обозначение того, что покупателю известно о качестве товара.

ЗАКЛИЧ – публичное объявление претензий к ответчику (например, при краже).

ЗАЛЕЖЬ – товар, сделавшийся от долгого лежания негодным.

ЗАПОВЕДЬ – штраф деньгами.

ЗАПРОДАЖА – в дореволюционном русском гражданском праве: предварительный договор о продаже имущества (к определенному сроку и за определенную цену).

ЗАРУЧКА – возможность получить помощь, содействие в чем-нибудь.

ЗАТРУСКА – добавление в сыпучий товар товара другого качества, для достижения требуемых кондиций.

ЗНАХОРЬ – ручатель.

ИЗВЕРКА – потеря доверия.

ИЗВЕТНИК – в Древней Руси: должностное лицо для поручений при суде.

ИЗВОД – показания.

ИЗГНИЛЬ – товар, повредившийся от гнилости.

ИЗГОДИТЬ – (гл.) 1) просрочить; 2) улучить время; 3) начать тяжбу.

ИЗДОЛЬЩИК – земледелец, платящий за аренду земли долей урожая.

ИЛИСБЕШ – у лошадиных барышников: 35 руб.

ИЛИССАМ – у лошадиных барышников: 50 руб.

ИМАНИЕ – право требования кредитора.

ИМПАККО (ит. impacco) – обозначение на счете, что упаковка товара приспособлена к его перевозке.

ИМПОСТ – налог.

ИНВИТАЦИЯ – приглашение кредиторов обсудить возможную отсрочку платежа и другие льготы по причине того, что финансовое положение должника пошатнулось.

ИНГРОССАЦИЯ – регистрация в учетных книгах кредитов (на несколько лиц), выдаваемых под залог имений.

ИНДУЛЬТ (лат. indultus – разрешение, уступка) – отсрочка или другая льгота, предоставляемая по векселю.

ИНКОНТРАЦИЯ (incontration, incontriren) – указание на окончательный расчет.

ИНКУРАНТ (incurant) – обозначение того, что товар не находит сбыта.

ИНСОЛЬВЕНЦИЯ (insolvenz) – невозможность выполнить принятые на себя обязательства.

ИНСТИТОР – ответственный компаньон торгового товарищества на вере.

ИНТАБУЛЯЦИЯ (intabulation <) – запись в таблицу.

ИНТЕРЕСАНТ – 1) купец, занимающийся только финансами (например, учетом векселей, выдачей займов и т. п.); 2) учредитель, участник (лицо, имеющее в каком-нибудь предприятии интерес); 3) корыстолюбивый человек, не упускающий ни малейшей для себя выгоды; 4) ростовщик.

ИНТЕРПЕЛЛЯЦИЯ – запрос.

ИНТЕРУСУРИЙ (interusurium) – досрочная оплата.

ИНФРАКЦИЯ (англ. infraction – нарушение (правила, закона)) – 1) нарушение условий договора; 2) неустойка.

ИРРЕЙТА (< лат. errata – ошибка) – надпись на документе, удостоверяющая исправление незначительной ошибки, допущенной при его оформлении (типа «Исправленному верить» и т. п.).

ИСПОЛУ – (нареч.) отдавая половину урожая собственнику обрабатываемой земли.

ИСПРОДАТЬ – (гл.) привлечь к ответственности.

ИСТИНА – в Древней Руси: сумма, взыскиваемая с несостоятельного должника (деньгами или товарами).

КАБАЛИСТ (араб. расписка, обязательство) – участник торговли либо компаньон, не раскрывающий своего имени.

КАБОЛЬЩИНА – аванс.

КАВАЖ – аренда погреба для складирования товаров.

КАВЕЛИНГ – 1) подмешивание некачественного товара к качественному; 2) продажа товара партиями на аукционе.

КАДРИРОВАНИЕ – в судоходстве: оформление всех документов, необходимых для получения разрешения на вход судна в порт или выход из порта.

КАМПСОР (лат.) – меняла.

КАНГЕР – в Турции: пошлина, взимавшаяся с христианских купцов.

КАПЧУК – у лошадиных барышников: 100 руб.

КАТЕРЖИ (тур.) – в Турции: извозчики, оставляющие купцам, для которых они переводят товары, залог.

КАУЦИЯ – внесение залога.

КАЯЖ ( kayage) – пошлина, взимаемая за выгрузку товаров на пристань.

КИРКАБЕШ – у лошадиных барышников: 45 руб.

КИРКАСАМ – у лошадиных барышников: 40 руб.

КОДЖА (перс. Khodschah) – в Турции: богатый купец.

КОЛПОРТАЖ – продажа посредством разноски или развозки товара.

КОММИ (фр. commis) – приказчик.

КОНВОЛЮТ – связка писем, каких-нибудь документов.

КОНДОТТА (ит. condotta, < лат. conducere) – 1) в Италии: отправка товара с экспедитором; 2) плата за провоз.

КОНСИЛИАТОР (лат. consiliator) – советчик, консультант.

КОНТАНТИСТ – купец, торгующий исключительно за наличность.

КОНТРАВЕНЦИЯ – нарушение какого-нибудь устава, вообще законодательства.

КОНТРЕКТАТОР (лат. contrectator) – в Древнем Риме: расхититель, растратчик.

КОНТРИБУЭНТ (contribuent) – налогоплательщик.

КОНТРОСТАЛИЯ – штраф за простой вагонов или судов.

КОПЕЙ-БУХ (нем.) – книга для регистрации копий.

КОРМЛЯ – пользование вещью, имуществом, т. е. извлечение из них доходов, плодов и т. п.

КОРТОМА – аренда.

КОРЧЕМСТВО – контрабанда (чаще – вина).

КОТЛЯНА – артель по промыслу моржа.

КОШТ – 1) иждивение; 2) расходы.

КРЕАНС – документ на имя подотчетного лица, предоставляющий ему право произвести оплату. В случае неиспользования или ненаступления оговоренного условия подлежит возврату.

КРЕНЕТ(Ь) – (гл.) купить.

КУВЕРТИРОВАНИЕ – заделывание писем в конверты.

КУЛУХИ (груз.) – в Грузии: повинность натуральная, заключавшаяся в работе на виноградниках.

КУМПЛИДО (исп. cumplido) – таможенное свидетельство.

КУРАНТ(ОВЫЙ) (ит. courante) – (прил.) текущий.

ЛАРГЕЗЗА (ит. largezza) – большой запас товаров.

ЛЕГЕН (англ.) – груз, выброшенный на берег после кораблекрушения.

ЛЕЧЕБНОЕ – в Древней Руси: 1) возмещение пострадавшему платы за лечение; 2) дополнительная плата сверх 1 гривны.

ЛИМБЕР (нем.) – кипа в 40 кож.

ЛИХВА (древнерус.) – прибыль, ростовщический процент.

ЛИЧИТАНДО (лат. licitando) – продажа с аукциона.

ЛУКРАТИВНЫЙ – прибыльный, выгодный.

ЛУМБАРИ (ЛУМБАДИ, ЛОМБАДИ) – в Ост-Индии: бродячие торговцы хлебом, не брезговавшие при случае и разбоем.

ЛЫЛЫ – обман, практикуемый мелкими торговцами.

МАЙДАН (араб.) – на Востоке, в южных областях России, на Украине: рынок, базар, базарная площадь.

МАКЛАК – торговец старьем (реже – посредник при мелких сделках).

МАЛЬПОСТ (фр. malle-poste) – карета, перевозившая пассажиров и почту до появления железных дорог.

МАЛЬХАНИЕ (мальхан – пластырь) – составление целебных (часто – мнимо) мазей и торговля ими.

МАНДЕЛЬ (нем. Mandel – букв. миндаль) – 15 штук чего-нибудь; большая – 16 штук чего-нибудь.

МАНУКАПИО (лат. manucapio) – освобождение под залог без права ареста для обеспечения явки в суд.

МАНУКАПТОР – гарантия (в письменном виде).

МАРШЕ КОМПТАНТ (marche comptant) – обозначение того, что купленный товар должен быть передан немедленно.

МАТИЦА – у западных славян: народные пожертвования на издание научных или художественных сочинений.

МАХТА – в Грузии: вид подати (уплачиваемой деньгами).

МЕЖЕУМОК – (сленг.) товар, средний по качеству (расположенный между низшим и высшим по качеству).

МЕЛЬБРИФ (нем.) – контракт на постройку судна.

МЕМОРИЯ (лат. memoria – память) – памятная записка.

МЕНАЖИРОВАТЬ (< фр. ménage) – (гл.) щадить, сберегать.

МЕРКАТОР (< ит. mercante – торговец) – торговец.

МЕРСЕРИ (mercerie) – мелкая торговля (как правило, товаром галантерейным).

МЕССАГЕРИ (фр. messagerie) – 1) курьерская повозка, также сами курьеры; 2) транспортная компания.

МЕТЕДОР (исп. meter – ввозить тайно) – контрабандист.

МЕТЕЛЬНИК – в Древней Руси: 1) представитель местной общины, участвующий в сборе налогов, пошлин как понятой или счетчик; 2) лицо, учитывающее (в письменном виде) собранные налоги, пошлины.

МИНУТИРЕР – в Германии, Франции: мелкий торговец.

МИНЦ-МЕЙСТЕР (нем.) – чиновник монетного двора, проверяющий пробы драгоценных металлов.

МОНЕТНИЦА – коробочка с отделениями для монет; вид кошелька.

МОНИТОРИУМ (monitorium) – письмо-напоминание (о возврате долга).

МОНТИСТ (ит.) – лицо, ссужающее деньги под залог недвижимости.

МОСТОВЩИНА – в Древней Руси: пошлина, взимаемая за проезд через мост.

МУКТЕЗИБ – в Персии: смотритель за рынками. В его обязанности входило назначать цены на продовольственные товары.

МУША (арм.) – носильщик на рынках, пристанях, вокзалах.

НАДБОЙ – придача бьющихся вещей (кирпича, черепицы, стекла и т. п.).

НАДДАНИЕ – в Древней Руси: увеличение прав, привилегий.

НАДДАЧА – прибавка в цене.

НАДМЕТ – придача продукции в меховой или лесной торговле (шкурок, бруса и т. п.).

НАКЛАД – убыток.

НАЧЁТИСТО – (нареч.) невыгодно, слишком дорого.

НАЧКАНЦ – сокр. от «начальник канцелярии».

НЕВСТУПНО – (нареч.) неполно, недостаточно (например, «невступно рубль» означает: рубль без нескольких копеек).

НЕГОЦИЯ (ит. negozio) – коммерческая сделка, торговля.

НЕДОВЕСОК – вещь, не имеющая требуемого веса.

НЕКСУМ (лат. nexum) – в Древнем Риме: обязательство под залог личной свободы (т. е. самозаклад должника).

НОВИК – член артели, внесший в нее не весь вкуп, а лишь часть его.

НОТЭД (англ. noted) – обозначение непринятия документа или неплатежа.

НУМЕРБУХ (нем.) – амбарная книга.

НУММУЛИТ (лат. numus – монета < греч. камень) – плоская круглая раковина, походящая на монету.

ОБАЙ(ЩИК) (ОБАКУЛА) – (сленг.) мелкий торговец, обманывающий покупателей.

ОБЖА – в новгородских землях XV–XVII вв.: единица налогообложения (поземельным налогом).

ОБЛАТОРИЙ – циркуляр о должностных перемещениях, изменении штата.

ОБЛИГАТНЫЙ (< лат. obligatus) – обязательный, непременный.

ОБЛИГАЦИОНЕР – владелец облигации.

ОБЛИГО (< ит. obligo – обязанность, долг, обязательство) – 1) сумма всех дебиторских обязательств (особенно по векселям); 2) учетная книга для регистрации дебиторских обязательств (особенно по векселям).

ОБСИНЬЯЦИЯ – наложение печати.

ОДНОДВОРЕЦ – владелец небольшого земельного участка, происходивший из низшего разряда служилых людей.

ОКОРД – в Древней Руси: соглашение, договор.

ОНЧИК – у лошадиных барышников: 10 руб.

ОПИСТОГРАФ (греч. – написанный на обороте) – 1) лист, исписанный с обеих сторон (в отличие от папирусного свитка, содержащего записи с одной стороны); 2) печать на обеих сторонах листа.

ОРГАГРАММА (< греч. gramma – письменный знак, черта, линия) – график, выражающий организационные отношения в производстве (структуру, связи, взаимоотношения) без количественных характеристик.

ОСЛАМ – торговец, странствующий по побережью Каспийского моря (на небольшом судне).

ОСЬМЕРИК – куль, вмещающий 8 пудов муки.

ОТАРИЦА – в Древней Руси: земля, засеянная работником по соглашению с хозяином.

О(Т)КУП – 1) исключительное право (предоставляемое государством за определенную плату) собирать какие-нибудь налоги или продавать определенные виды товаров (соль, вино и др.). В России отменены в 1863 г.; 2) на бирже: прекращение обязательства по ранее проданному фьючерсному контракту путем обратной покупки; 3) (сленг.) выкуп, взятка.

ОТМЕР – записка, в которой подробно указано количество мест товара, измеряемого в длину (например, ткани).

ОТМОРЩИНА – в Древней Руси: наследование по закону.

ОТПИСЬ – в Древней Руси: расписка в получении денег либо об отсрочке погашения долга.

ОТСТАЛОЕ – отступное.

ОТХОДНИК – крестьянин, уходящий на отхожий промысел.

ОФЕНЯ (ХОДЕБЩИК) – бродячий торговец, продававший по деревням мануфактуру, галантерею, книжки и т. п.; коробейник.

ПАГАМЕНТ (ит. pagamento – платеж) – наличная оплата.

ПАНДАН – вещь, парная с другой.

ПАРИАЦИЯ – погашение долга.

ПАРТИРЕР (ПАРТИФЕР) (фр.) – 1) торговец в розницу; 2) неудачливый торговец; 3) контрабандист, торговец контрабандным товаром.

ПАТРИМОНИОРУМ (лат. Patrimoniorum) – в Древнем Риме: книга, предназначенная для регистрации доходов от земель и скотоводства, либо инвентарная книга.

ПЕКУЛИЙ (< лат. peculium – собственность, имущество) – в Древнем Риме: имущество, которое на известных условиях рабовладелец давал в пользование сыновьям, другим зависимым от него лицам и рабам, сохраняя собственность на него.

ПЕНЯЗИ – деньги.

ПЕРЕБОЙЩИК – (сленг.) мелкий торговец (перебивающий цену у более крупных торговцев).

ПЕРЕДЕРЖКА – перерасход.

ПЕРЕЕМ (ПЕРЕИМ) – в Древней Руси: вознаграждение за помощь в обнаружении беглого холопа или преступника.

ПЕРЕТОРЖКА – повторные торги.

ПЕРКВИЗИЦИЯ (англ. perquisite) – случайный доход, приработок, чаевые.

ПЕРСЕКУЦИЯ (persecution) – преследование должника кредиторами.

ПЕРСКРИПЦИО (лат. per-scriptio) – 1) в банках: выборка по счетам клиентов; в Древнем Риме: 2) запись, протоколирование; 3) бухгалтерская запись (внесенная в учетную книгу); 4) расписка.

ПИНАК (гр.) – в Древней Греции: доска для письма, покрытая гипсом или воском.

ПИТОМЕТР (гр.) – прибор, служащий для измерения вместимости бочек.

ПЛИССИРОВКА – печать с применением двухсторонней копировальной бумаги.

ПЛОЩАДНАЯ – в Древней Руси: вид пошлины, взимаемой в городах.

ПОВЫТНО – (нареч.) по долям.

ПОДВОРНОЕ – плата за ночлег на постоялом дворе.

ПОДЪИМЕНЩИК – купец, торгующий под чужим именем.

ПОДОЙМАТЬ – (гл.) в Древней Руси: возместить убытки.

ПОДОРОЖНАЯ – документ на право проезда на лошадях, с указанием количества лошадей, пути и т. п.

ПОДСУСУДНИК – в Древней Руси: зависимый наниматель дома (или его части), живший в усадьбе хозяина.

ПОДЪЕЗДНОЙ – в Древней Руси: сборщик различных поступлений в пользу князя.

ПОЖИЛОЕ – 1) в Русском государстве XV–XVII вв.: денежный сбор с крестьян при их уходе от землевладельцев в Юрьев день. Введено Судебником 1497 г. Исчезло с полным закрепощением крестьян; 2) в Русском государстве XVII–XVIII вв.: штраф за прием беглых крестьян; 3) плата на нанятую квартиру.

ПОЗОВКА – в Древней Руси: повестка, документ о вызове в суд.

ПОКЛОННОЕ – (сущ.) в Древней Руси: подарок, взятка (деньги, отдаваемые с поклоном).

ПОКРУТА – в Древней Руси: заем, приводивший к установлению еще большей зависимости крестьянина от господина.

ПОКРУЧЕНИК – работник на промыслах, получивший от хозяина одежду, орудия труда и т. п.

ПОЛЕЖАЛОЕ – время нахождения товара на складе, также плата за это время.

ПОЛЕТНАЯ – (сущ.) в Древней Руси: грамота о погашении долга в рассрочку.

ПОЛИПТУША (лат. polyptyc(h)a) – в Древнем Риме: бухгалтерские документы или податные списки.

ПОЛЮДЬЕ – 1) в Древней Руси: первоначально – ежегодный объезд князем и его дружиной подвластного населения (людей) для сбора дани; затем – сама дань неопределенного размера; 2) в Новгородской и Смоленской областях в XII в.: денежная повинность (фиксированного размера).

ПОНЕДЕЛЬЩИК – рабочий, нанимаемый (соответственно, и получающий плату) понедельно.

ПОРТАТ (ит.) – перечень грузов, ежедневно прибывающих в порт (или на рынок), с указанием товарополучателей.

ПОРТАЧ – (сленг.) никудышный, плохой работник.

ПОРТО-БУХ (нем.) – книга для регистрации почтовых расходов.

ПОССЕССИЯ (лат. possessio) – за рубежом: владение землей; собственность на нее.

ПОСТНУМЕРАНДО (лат. post numerando) – выдача чего-нибудь задним числом, потом (например, выдача денег после оказании услуги).

ПОТОРЖКА – процесс достижения соглашения между продавцом и покупателем.

ПОТЫЧКА – (сленг.) нечаянный убыток, нежиданная неудача.

ПОШЛИННИК – в Древней Руси: должностное лицо (представитель наместника), собиравшее пошлины.

ПРАВЁЖ (< древнерус. править, взыскивать) – в Древней Руси: насильственный порядок взыскания долга. Должника, который отказывался или не имел возможности его уплатить, в течение определенного срока били батогами, и если он все равно не возвращал долг, отдавали в холопы кредитору.

ПРАВЕТНИК – в Древней Руси: судебный исполнитель.

ПРЕБЕНДА (< среднелат. praebenda – то, что должно быть дано) – доходы и имущество (дома, поместья), предоставляемые привилегированному католическому духовенству за исполнение должностных обязанностей.

ПРЕВЕНЦИЯ (лат. praeventio) – предупреждение.

ПРЕЛИМИНАРИИ (лат. prae + limen (liminis) – начало) – предварительные переговоры, временные соглашения.

ПРЕНОТАЦИЯ – уведомление судом кредиторов о предполагаемой несостоятельности должника.

ПРЕНУМЕРАНДО (ПРЕНУМЕРАЦИЯ) (лат. pre numerando) – вперед; выдача чего-нибудь вперед.

ПРЕТЕР-ПРОПТЕР (лат. praeter-propter) – приблизительно, более-менее.

ПРЕФИССО (ит. prefisso) – полная и своевременная оплата по векселю, тотчас по его предъявлении.

ПРИВАЛЬНОЕ – вознаграждение, выдаваемое судорабочим при благополучной швартовке судна.

ПРИДАТОК – в Древней Руси: проценты по займу.

ПРИДАЧА – бесплатное добавление на известное количество купленных товаров. Например, на десяток вещей дается одиннадцатая бесплатная.

ПРИКАЗНОЕ – в Древней Руси: наследование по завещанию.

ПРИКРАСА – выставление на всеобщее обозрение товара лучшего качества.

ПРИМАЖ(ЬИ КОЛПАК) (КАПЛАК) – плата шкиперу судна помимо платы за провоз груза. Тратится шкипером на покрытие разных мелких расходов (например, плату лоцманам). Происхождение названия объясняется тем, что обычно шкипер перед отходом судна ходил со шляпой – «колпаком» – между грузоотправителей и собирал деньги на покрытие мелких расходов, а если денег оказывалось мало, то он вновь обращался к грузоотправителям и просил их еще «примазать», т. е. добавить.

ПРИПУЩЕННИК – работник, недавно принятый в артель или товарищество.

ПРИСТАВНОЕ – в Древней Руси: судебная пошлина в пользу пристава.

ПРИСТАВНОЙ – (сущ.) документ, составлявшийся судебным приставом (например, о вызове в суд).

ПРИФИКС (prix fixe) – окончательная цена.

ПРОБИРЕР (нем.) – лицо, устанавливающее пробу.

ПРОВЕНАНСЫ – продукция, изготовленная в данной стране.

ПРОВЕС – недостача по весу.

ПРОВИЗО (лат. proviso – осмотрительно, с оглядкой) – средства, доставляемые в покрытие переводного векселя.

ПРОВИЗОРНЫЙ (нем. provisorisch) – (прил.) предварительный, временный.

ПРОГОНЫ – плата за проезд на почтовых лошадях либо офицеров и чиновников по железной дороге.

ПРОДУЦЕНТ – производитель.

ПРОЕСТИ – в Древней Руси: убытки, вызванные волокитой в решении дела.

ПРОК – остаток имущества.

ПРОКЛАДКА – суммирование, получение итогового показателя.

ПРОКСЕНЕТ (гр.) – ходатай, посредник.

ПРОКСИМА (< лат. proximus – ближайший) – ближайший срок платежа по векселю.

ПРОКУРА(ЦИЯ) (ПРОКУРО) (< лат. procuro) – 1) доверенность, полномочие; 2) в торговле: вознаграждение.

ПРОМЕР – 1) недостача по длине; 2) вознаграждение меняльщику за размен.

ПРОМИЕНГЕШАФТ (нем. Praemiengeschäfte) – на бирже: плата за расторжение невыгодной сделки.

ПРОМИССАР (promissar) – лицо, которому что-нибудь обещано.

ПРОМИТЕНТ (promitent) – лицо, которое что-нибудь обещает.

ПРОПИНАЦИЯ (лат. propinare) – исключительное право производить и продавать спиртные напитки.

ПРОПОЗИЦИЯ (лат. propositio) – предложение.

ПРОПРИЕТАРИЙ (< лат. proprius) – помещик, владелец.

ПРОПЯТЕНИЕ – в Древней Руси: штраф за неуплату пошлины, взимаемой за клеймение лошадей.

ПРОТАМО’Ж(ЕН)ЬЕ (см. Тамга) – штраф за объезд таможни и непредъявление в ней товаров.

ПРОТИВНИ – (во мн. ч.) копии.

ПРОТОРЖКА – ошибка в торговых расчетах.

ПРОТОР(И) – расходы, убытки.

ПУНКТИРОВКА – проверка разнесения информации из ведомостей, журналов в главную книгу.

ПУРКА – весы (в виде коромысла) в хлебной торговле.

ПЯТЕНЩИК – должностное лицо, занимавшееся клеймением лошадей.

ПЯТИНА – пятая часть чего-нибудь (доходов и т. п.).

ПЯТНО – пошлина, взимаемая за клеймение скота.

РАДАР (перс.) – сборщик дорожных пошлин или дорожная стража.

РАЙЯ (тур. < араб.) – в султанской Турции: податное население.

РАКАЛЛЬ (фр. racaille) – негодный товар.

РАМША – на севере России: артель, занимающаяся морским звериным промыслом.

РАМШИ – остаток бракованного товара.

РАПОРТИЧКА – краткая ведомость о движении или рапорт о выполнении чего-нибудь.

РАСКАССИРОВАТЬ – (гл.) расформировать, ликвидировать.

РАСПРАВА – рассмотрение дела.

РАСТОРЖКА – продажа всего товара, без остатка.

РЕВИНДИКАЦИЯ – долговое требование.

РЕГИОНАРИУС (< лат. ragio – страна) – окружной нотариус.

РЕГИОНЕНБУХ (ит. ragione – счет, фирма + нем. Buch – книга) – на бирже: книга для регистрации компаний.

РЕКРЕДЕНЦИЯ – временное владение спорным имуществом.

РЕКУ (фр. reçu) – обозначение получения (оплаты).

РЕЛИКВАТ – записка с указанием сальдо по взаимным расчетам, посылаемая контрагенту; также само такое сальдо.

РЕМОНТЁР – офицер, назначенный для закупки лошадей для восполнения их убыли в войсках.

РЕНДАНТ – лицо, выписывающее счет.

РЕНТЕРИЯ – в России XVIII в.: казначейство.

РЕПАРТИЦИЯ (фр. répartition) – распределение сумм между лицами, связанными взаимными интересами.

РЕПЕРТОРИУМ – список.

РЕПИГНОРАЦИЯ (< лат. repignorare – выкупить из заклада) – перезаклад либо взаимный заклад.

РЕПОНДУ (фр. repondu) – обозначение, что на письмо отвечено.

РЕСКРИБИРОВАТЬ – (гл.) уведомить трассанта, будет ли акцептована его тратта.

РЕСТ(АНТЫ) (англ. rest) – за рубежом: 1) долги, числящиеся ко времени составления бухгалтерского баланса; 2) остаток.

РИБОРДАЖ – плата за повреждение судна (другим судном).

РИВАЛИЗАЦИЯ (< rivalité) – конкуренция.

РИКАВИО (ит. ricavio) – в Италии: чистая прибыль.

РИКРИЦИЯ – поручение на прием или выдачу денег.

РОЗЗНОМЕНОВАНИЕ – нарушение права собственности посредством уничтожения какого-нибудь знака.

РОЗМЕТ – разверстка.

РОСАЛЬДО (ит.) – сальдо по обязательственому счету до начисления процентов.

РОХРЕМАТИКА (РЕКРЕМАТИКА) (англ. rhochrematics) – наука, изучающая движение вещей в производственном процессе, от момента создания до перехода к конечному потребителю.

РУГА (< среднегреч. rhoga – плата) – в Русском государстве IX– XVI вв.: жалованье духовенству, выдававшееся хлебом, иногда деньгами.

РУКОБИТИЕ (ПОРУКАВНИЧНОЕ) – хлопанье рукой по руке (как при рукопожатии) в подтверждение заключения договора.

РУХЛЯДЬ – имущество.

РЯДНИЦА (ПОРЯДНЯ) – документ о погашении долга.

САКТИРОВАТЬ – (гл.) составить акт о списании чего-нибудь.

САНГЛЕИСЫ – китайские купцы, жившие на Филиппинах.

САНКТУАРИЙ (лат. sanctuarium) – в Древнем Риме: секретный архив.

САУДИЕРО (груз.) – в Грузии: повинность (курица, ведро вина и свинья с каждого двора).

САЧИТЬ – (гл.) возбудить дело, предъявить иск.

СБРОД – (сленг.) некачественный товар.

СВОЕКОШТНЫЙ – (прил.) сам себя содержащий.

СДАБРИВАНИЕ товара – примешивание в товар такого же товара лучшего качества (для повышения сорта всей партии).

СИГНУМ (< лат. signare – обозначать, указывать) – отметка в бухгалтерских записях.

СИДЕЛЕЦ – приказчик, торгующий товарами, полученными под отчет.

СИЛИК (лат.) – 1) вес в 4 г; 2) мелкая монета.

СИМОНИЯ (по имени волхва Симона, просившего, по библейскому преданию, апостолов продать ему дар творить чудеса) – в Средние века: купля-продажа должностей в церкви (католической и др.).

СИНЬЯТУРА – личная подпись.

СКАДЕНЦА (ит. scagenza) – в Италии: вексельный срок.

СКАЗКА – 1) письменное объявление о составе семьи; 2) показание в суде.

СКАЛВЫ – в Древней Руси: весы.

СКОНТРАЦИЯ – уплата по векселям другими векселями (как правило, на ярмарках).

СКОРЦЕ (ит. scorse) – просрочка по векселю.

СКРЕПА – 1) подпись, скрепляющая документ; 2) надпись в конце бухгалтерской книги с указанием количества страниц, места и времени ее ведения.

СКРИПТУРА (лат. scriptio – записывание, письмо) – запись в торговые книги.

СЛЕПЕНЩИК – работник в лавке, торгующей поношенной обувью.

СМОГЛЕР – контрабандист.

СПАГЛИО (spaglio) – обозначение ошибки в счете.

СПОРСО (sporso) – аванс.

СТАВИЛА – в Древней Руси: весы.

СТАТОК – имущество.

СТИПУЛЯЦИЯ (лат. stipulatio – выспрашивание) – в Древнем Риме: 1) договор, заключавшийся посредством произнесения словесной формулы; 2) деньги, выплачиваемые истцом для покрытия расходов в случае проигрыша дела; 3) утверждение, принятие чего-нибудь.

СТРЕКУЛИСТ – 1) проныра, ловкач; 2) мелкий чиновник, служащий в канцелярии.

СУДЕБНИЦА – помещение суда.

СУДНИЦА – протокол судебного разбирательства; письменное решение суда.

СУПЛЕТКА – в Древней Руси: договор.

ТАБЕЛЛИОН (лат. tabellio) – в Древнем Риме: нотариус, частный писарь, за плату изготовлявший необходимые документы, удостоверявший их содержание и подлинность.

ТАБУЛЯРИУМ (лат. tabularium – архив) – в Древнем Риме: архив.

ТАВОЛЯ (ит. tavola – стол) – банкир.

ТАЙНОПРОВОЗИТЕЛЬ – контрабандист.

ТАМГА (тюрк.) – 1) в родовом обществе у монголов: знак, которым отмечали собственность рода; впоследствии – собственность семейную, имущество личное; 2) в России в XIII–XV вв.: таможенная пошлина, взимавшаяся при наложении специального клейма на товар.

ТАРИРОВАТЬ – (гл.) определять вес нетто товара.

ТАРХАНЫ (тюрк.) – в Древней Руси: освобождение от пошлин и повинностей.

ТЕЛА (перс.) – в Персии: монета или жетон, выдававшиеся населению в случае войны.

ТОВАР

бисквитный – изделия из мягкой глины либо фарфора без глазури, обожженные за один раз;

брусковатый — товар, который должен быть мелким, сыпучим, однако имеет комки;

веский — товар, который при малом объеме имеет большой вес;

гунявый — меха, которые вытерты или из которых вылезла шерсть;

деликатный – деликатесы;

душеный — замаринованные рыба, мясо;

задохлый — мука, солод, овес и т. п., приобретший от долгого лежания запах;

изрядный — товар среднего качества;

кипный (см. Кипа) – товар, продающийся кипами;

конфекционный – модный товар;

мозглый – товар, подвергшийся от долгого лежания гниению;

мусленый – ткани, по небрежности замаранные руками;

немудрый – недоброкачественный товар;

(от)волглый – влажный, отсыревший товар;

панцерный – изделия из проволоки: цепочки, крючки и т. п.;

походный – товар повышенного спроса;

сердитый – (сленг.) прочный и качественный товар;

скорблый – жесткий, ссохшийся товар (например, кожи);

слепой – (перен.) товар, качество которого сложно определить ввиду малой распространенности этого товара на рынке;

смазной – товар, который принято намазывать салом, ваксой, дегтем и т. п. (например, кожи);

собачий – (сленг.) неходовой товар, который, по всей видимости, таким и останется;

тисненый – товар, на котором выпукло вытеснены узоры;

тощий – (перен.) товар недостаточно высокого качества;

щеп(ет)ильный (щеп(я)ный) – глиняные, фарфоровые, деревянные, жестяные и др. применяемые в быту изделия (в основном посуда).

ТОЛОКА – 1) вид барщины, обычно спешной, на которую сгонялось все население помещичьего имения; 2) порча поля, хлеба скотом.

ТОРЖИЩЕ – место торговли, базар.

ТРАДЕНТ (tradent) – лицо, переуступающее другому права на вещь, подлежащую получению по какому-нибудь документу (например, коносаменту).

ТРАК(Т)АЦИЯ – предварительное предложение о сделке.

ТРАПЕ(Д)ЗИТ (греч.) – в Древней Греции: банкир.

ТРАПЕЦИТИКА (греч.) – в Древней Греции: книга, содержащая записи по счетам.

ТРЕЙГЕНДЕР (нем.) – в Германии: бухгалтер, ревизор.

ТЯГЛО – в Русском государстве XV – нач. XVIII в.: денежные и натуральные повинности крестьян и посадских людей (позднее стали называться податью); в XVIII–XIХ вв.: единица обложения.

УГАР – потеря (весовая) материалов при их переработке в готовый фабрикат.

УГОВОРЩИК – подрядчик.

УНИКАТ – документ (как правило, долговой), выписанный в одном экземпляре.

УНКОШТ (нем. Un Kosten) – купеческие расходы.

УТЕНСИЛИЯ (utensilien) – совокупность орудий труда (в основном, непроизводственного назначения); конторское имущество.

УТОРЖКА – уступка в цене.

ФАКТАЖ – плата за развозку или разноску товаров по городу.

ФАКТОТУМ (лат. fac totum – делай все) – доверенное лицо, беспрекословно исполняющее данные ему поручения.

ФАКТУРИСТ – лицо, выписывающее фактуру.

ФУКСОМ (< нем. Fuchs – лиса) – (нареч.; сленг.) неожиданно, случайно, без всяких на то оснований (первоначально – в бильярде).

ФУНДАТОР – основатель, учредитель чего-нибудь.

ФУСТИ (ит. fusti) – скидка с веса товара, в котором оказались посторонние примеси.

ХАБАРЬ – мелкая взятка.

ХОЖОНОЕ – плата за вызов и представление кого-нибудь в суд (в границах города).

ХОКИНГ (англ. hawking) – (сленг.) в Англии: продажа товаров вразноску.

ХОССА (фр. la hausse) – повышение курса, цены на что-нибудь.

ХРИЗОМАНИЯ (греч.) – скупость, страсть к золоту.

ХРЕМАСТИКА (ХРИЗИОЛОГИЯ) (греч.) – в Древней Греции: наука об управлении, коммерческих расчетах, вообще народном богатстве.

ХРЕМАТОЛОГИЯ (греч. < logos – слово; понятие, учение) – наука о накоплении богатства.

ХРЕМАТОНОТИЯ (греч.) – наука об употреблении богатства.

ЦЕНЗИВА (позднелат. censiva, < лат. census – перепись) – в феодальной Франции (до 1789 г.): наследственное крестьянское земельное владение (на платной основе).

ЦИММЕТАМТ (нем.) – в Австрии: чиновник, надзирающий за весами и мерами.

ЦОЛГАУЗ (нем.) – таможня, где клеймятся и опечатываются товары (для удостоверения того, что пошлина взята).

ЦОЛНЕР (нем.) – чиновник, надзирающий за сбором таможенных пошлин.

ЦЫБИК – ящик, содержащий от 40 до 50 фунтов чаю.

ЧЕДОЛА (ит. cedola) – обязательство римского государственного банка, обращавшееся наряду с деньгами.

ЧЕРНЕНИЕ – исправление в документе.

ЧЕСКИ – (сленг.) в Астрахани: биржа, устраивавшаяся на берегу Волги.

ЧЕТИ (ЧЕТВЕРТИ) – в России XVI–XVII вв.: центральные государственные учреждения, ведавшие финансами территорий, делами судебными по отношению к тяглому населению и доходами питейными. Взимали с населения податного сборы, за счет которых выплачивали высшим разрядам служилых людей жалованье.

ЧОХОМ – (сленг.; нареч.) оптом.

ШАБРЫ – прошение об отсрочке при вызове свидетеля в суд.

ШЕР – акция, разбитая на части.

ШЕРАФ – на Востоке: банкир, меняла.

ШЕДУЛА (англ. schedule – опись, перечень, < лат. shedula – листок бумаги) – разряды, части, на которые делятся доходы облагаемые (налогом подоходным) в целях налогообложения.

ШЕРСТНИК – в Древней Руси: должностное лицо, осуществлявшее вызовы в суд.

ШИКАН – тонкий обман, пронырство, разглашение вредных слухов.

ШИКАНЕР (КАВЕРЗНИК) – недобросовестный купец.

ШМУ (нем. Schmu) – не возвращенные владельцу материалы, сэкономленные при выполнении работ за чужой счет. Предоставляют собой недобросовестную наживу.

ШОПА (ШОФА) – место под навесом для складки или свалки товара.

ШУЛХАН – у евреев: банкир.

ЩЕПЕТИЛЬНИК (ЩЕПЯНИК) – торговец щепетильным товаром.

ЭЙДОГРАФ – копировальный аппарат.

ЭКЕР – таможенный чиновник, обмеривающий жидкости (в частности, напитки).

ЭКЗЕКУТОР (< лат. exsecutor – исполнитель) – в дореволюционной России: чиновник, ведавший хозяйственными вопросами в учреждении.

ЭПИСТАТ (греч.) – в эллинистическом Египте: царский чиновник, осуществлявший контроль за имуществом храмов.

ЭФФЕКТУИРОВАТЬ (лат. effectus) – исполнить поручение, приказ и т. п.

ЯБЕТНИК – в Древней Руси: 1) в XI–XIII вв.: привилегированный княжеский или боярский слуга, управлявший феодальным хозяйством; 2) должностное лицо в суде.

ЯКИ – у лошадиных барышников: полтинник.

Content

М. Ю. Медведев
Баланс для начинающих

Введение

Глава 1 Порядок изложения материала

Глава 2 Этимология и история баланса

Глава 3 Определения баланса

Глава 4 Назначение баланса

Глава 5 Правила, по которым вещи подлежат или не подлежат регистрации в системе учета

Глава 6 Начальное представление объекта в системе учета

Глава 7 Представление объекта во времени

Глава 8 Инвентарь

Глава 9 Баланс при мысленном учете

Глава 10 Баланс и возникновение устной речи

Глава 11 Баланс и овладение арифметикой

Глава 12 Баланс и овладение письменностью

Глава 13 События

Глава 14 Будущие объекты

Глава 15 Дебет и кредит

Глава 16 Регистрация события одной датой

Глава 17 Договоры

Глава 18 Положительные и отрицательные объекты

Глава 19 Баланс – отчет, отражающий настоящие и будущие объекты

Глава 20 Оценка

Глава 21 Однофазный и двухфазный балансы

Глава 22 Собственный капитал

Глава 23 Пермутации и модификации

Глава 24 Части собственного капитала

Глава 25 Баланс и счета бухгалтерского учета

Глава 26 Оправдание баланса

Глава 27 Обязательственная концепция

Глава 28 Концепция источников средств

Глава 29 Оплата услуг как методологический феномен

Глава 30 Доходы и расходы

Глава 31 Динамический баланс

Глава 32 Орудия и предметы труда

Глава 33 Амортизация

Глава 34 Контрарные объекты

Глава 35 Дополнительные объекты

Глава 36 Объединение статического и динамического балансов

Глава 37 Бухгалтерский баланс

Глава 38 Объекты за балансом

Глава 39 Система учета и право собственности

Глава 40 Критика динамического баланса

Глава 41 Трудовые ресурсы

Глава 42 Символы

Заключение

Библиография

Словарь малоизвестных экономических, бухгалтерских и юридических терминов