Недели Триоди Великопостной

Практическая Гомилетика протоиерея Иоанна Толмачева

Том 1. Неделя Триоди Великопостной

Предисловие к I выпуску

Предлагая благосклонному вниманию своих читателей этот первый выпуск предпринятого нами издания «Общедоступной Богословской Библиотеки», считаем долгом заявить, что высказанная нами в объявлении цель этого крупного предприятия — дать своим читателям возможность составить без обременительной затраты средств библиотеку из лучших русских и иностранных богословских сочинений, теперь начала осуществляться.

Мы приняли все меры к тому, чтобы наше издание оказалось вполне соответствующим своей высокой цели и могло послужить делу того высшего богословского самообразования, которое несомненно составляет насущную потребность нашего духовенства и на которое все более предъявляет к нему запросы наше глубоко-жаждущее духовного просвещения время. В соответствии с именно этой глубокой потребностью в духовно-просветительной деятельности духовенства мы избрали для первых выпусков нашей «Библиотеки» известное сочинение прот. И.В. Толмачева «Православное Собеседовательное Богословие», первый том которого теперь и предлагается публике. Это капитальное и единственное в своем роде сочинение в нашей духовной литературе, изданное впервые в 1868-77 годах, с того времени давно уже стало библиографической редкостью, a между тем, при усиленно развивающемся спросе на живое учительное слово, — в виде ли проповеди за богослужением или в виде особенно распространенных теперь внебогослужебных собеседований, — это сочинение составляет безусловно необходимую книгу для всякого пастыря, который по долгу служения и совести не хочет оставаться немым при возрастающей жажде к духовному назиданию в его пастве.

Хотя в последнее время появились в свет и другие подобные сочинения (и даже в немалом числе), но достаточно самого поверхностного взгляда, чтобы видеть, что эти позднейшие издания, являясь простым подражанием сочинению прот. И. В. Толмачева, далеко уступают своему первообразу во многих существенных отношениях и особенно в том, что, упуская из вида главную цель подобного рода изданий, стараются дать читателю-пастырю возможно больше готового механического материала для церковной проповеди, делая таким образом излишней для него всякую самодеятельность. Между тем особое достоинство труда прот. И. В. Толмачева в том и состоит, что он, давая богатый проповедническо-истолковательный материал, никогда не упускает из виду той существенной мысли, что этот материал не должен подавлять самодеятельности пастыря-проповедника, a напротив должен весь направляться к тому, чтобы, возбуждая его собственную мысль и чувство, содействовать ему в самостоятельной работе в области проповедничества. Таковая цель вполне достигается им благодаря превосходному плану расположения в нем проповеднического материала. Вот почему «Собеседовательное Богословие» прот. И. В. Толмачева, заключающее в себе планы и образцы для проповедей и собеседований на круглый год и на все возможные случаи пастырской деятельности, до сих пор остается единственным в своем роде сочинением и есть лучший спутник и помощник для всякого духовного пастыря. В сознании его современной важности мы именно и избрали его для первых выпусков нашей «Общедоступной Богословской Библиотеки» — в новом исправленном и дополненном издании.

С целью возможно более приспособить свое издание к непосредственным потребностям насущной практики пастырей-проповедников, мы в новом издании приняли другой, сравнительно с прежним, порядок следования томов «Собеседовательного Богословия», и применительно ко времени выхода в свет I выпуска, издаем том имеющий ближайшее соотношение к Великому Посту, как страдной поре духовно-пастырской деятельности, так чтобы пастыри церкви уже в настоящем году могли извлечь практическую пользу из нашего издания. Следующий том будет заключать в себе недели по Троице и выйдет как раз к своему времени.

В заключение считаем нужным заметить, что предлагаемый том в новом издании тщательно пересмотрен, исправлен и значительно дополнен по сравнению с прежним изданием. Дополнение состоит в целом ряде приложений образцовых слов поучений и бесед на все недели Триоди постной, так что всякий пастырь-проповедник имеет перед собой не только истолкование и план проповеднического материала на ту или другую неделю, но и кроме того готовые образцы проповедничества лучших и знаменитейших наших проповедников а также и «Библиографический указатель», относящейся ко всякой неделе проповеднической литературы в её главнейших представителях. С той же целью — облегчения труда проповедников в новом издании, сполна воспроизводятся сами чтения из Евангелия и Апостола, между тем как в прежнем издании на эти чтения делались лишь просто цифровые ссылки. Благодаря этим дополнениям том увеличился на целую треть против своего прежнего объема и вообще представляет собой совершенно обновленную и приспособленную к нашему времени книгу. Всё это, понятно. потребовало усиленных расходов; но редакция не щадила ни усилий, ни средств в полной уверенности, что пастыри церкви и другие любители Богословия сумеют оценить её труд и вполне вознаградят за них своим благосклонным сочувствием к её крупному литературному предприятию.

7 февр. 1898 г. Редакция духовного журнала «Странник».

Предисловие ко II изданию «Собеседовательного богословия.»

Обычай — предлагать народу духовные собеседования в храме Божьем (όμίλεΐν) — был во все времена христианства постоянным законом, одной из главнейших и существеннейших обязанностей, вменяемых пастырям словесного стада Христова (святителя Иоанна Златоуста бесед. 27 на 1 Кор; святителя Григория Богослова слово 1).

«Горе мне, если не благовествую» выразительно говорит Апостол о себе (1 Кор. 9:16–17) и заповедует своему преемнику: «проповедуй слово… со всяким долготерпением и учением» (2 Тим. 4:2)! Как «соработник Божий», пастырь Церкви обязан неутомимо насаждать и напаять «ниву Божью» (1 Кор. 3:9); как «ангел Господа Вседержителя» он имеет непременный долг «возвещать» людям «волю и закон Господа» (Мал. 2:7); как «страж», призванный для охранения вверенных ему душ, он должен быть постоянно препоясан «мечем духовным», т. е. «глаголом Божьим», держать его «в правой и левой руке» против всех врагов, для защиты от нападений, для сопротивления злу и охранения добра (Иез. 33:7; 2 Кор 6:7).

Напрасно стал бы кто из священнослужителей оправдываться в неисполнении этого долга многочисленностью других служебных обязанностей. «Служба Божья не состоит только в приношении молитв и благодарений, и в совершении таинств, Спасителем нашим ко спасению нашему установленных, но также и больше в обучении Божьему закону, в Слове Его святом содержимому… В этом то наиболее, т. е. в учении, a не в совершении только молитв и таинств, священническую должность поставляет Божественный Апостол» (Собр. Синод. поуч. Част. 1, стр. 1–2, ср. святителя Иоанна Златоуста бесед. 2 к Тим.). Пастырь без поучения — то же, что воин без оружия или сеятель без семени.

Но как исполнить столь важную и, поистине, многотрудную обязанность? Всякому, занимающемуся проповедью Слова Божьего, по собственному опыту известно, как трудно бывает иногда избирать поучительную тему для проповеди и еще труднее развить ее; много тратится иногда времени на то только, чтобы подобрать текст, из которого бы, как из исходной точки, начать развитие проповеднического слова.

Если, с другой стороны, обратим внимание на обширные и многоразличные обязанности пастыря Церкви, который, за исполнением треб, не имеет часто покоя ни днем, ни ночью, то труд проповеднический, сам по себе не легкий, окажется еще тяжелее. Удивительно ли, если нашим проповедникам некогда иной раз и подумать о проповеди, не говоря уже о том, чтобы написать проповедь!

A между тем проповедь Слова Божьего не требует отлагательства: «вера от слышания, а слышание от слова Божия» (Рим. 10:17). Как же можно помочь проповеднической деятельности? Какие найти положительные, собственно зависящие от проповедника средства к тому, чтобы с успехом совершать священнодействие благовествования Христова?

Исследованием этих вопросов должна бы заняться наука, известная под именем Гомилетики. Но, к сожалению, эта наука в том виде, как она преподается у нас, далеко не соответствует своей цели. Одними гомилетическими правилами и теориями, часто тонкими и непреложимыми; тут ничего не поделаешь. Мы имеем полное и обстоятельное теоретическое руководство в Гомилетике Амфитеатрова: но много ли благодаря ему выиграло наше «практическое» проповедничество? Сделались ли мы благодаря ему искуснее в проповедании Слова Божьего, обильнее и разнообразнее в выборе проповеднических тем?

Никто, конечно, не станет утверждать этого, — да это впрочем и не дело теории. Нельзя также помочь самостоятельному развитию проповедничества вообще и изданием готовых проповедей. Не говоря уже о том, что такое издание для своей полноты и разнообразия потребовало бы неисчислимых томов, обратим внимание только на то, что проповеди обыкновенно пишутся для «слушателей», a вовсе не как пособие для проповедников. Как проповеди для слушателей, они заключают в себе много условного и относительного; какая-либо истина раскрывается в них применительно к известным обстоятельствам места и времени; само развитие истины отличается личным настроением оратора в данную минуту.

Между тем, как для проповедника, ищущего себе пособия, нужна только одна голая истина, как она есть сама в себе, без всяких условных покровов, — нужно только одно общее развитие истины, которым он мог бы воспользоваться для своей цели, при своих условиях и обстоятельствах. Проповедовать же по проповеди готовой и при том составленной при иных обстоятельствах и для иного рода слушателей — значило бы никогда не достигать проповеднической цели. Всякий согласится с нами, что никто лучше самого пастыря не знает нужд своих пасомых, следовательно, никто лучше его самого не может и удовлетворить этим нуждам. Но если вы укажете при этом проповеднику, «как» ему развить его собственную тему, «с каких сторон» рассмотреть его собственный вопрос; если вы, одним словом, поможете ему в его проповеднической деятельности тем, что предложите всевозможные развития на его собственные проповедническия задачи, то это будет для него величайшим пособием, драгоценнейшим руководством.

Издаваемое нами сочинение, под названием: «Православное Собеседовательное Богословие или Практическая Гомилетика», имеет своей задачей содействовать облегчению, развитию и надлежащему направлению проповедничества. Мы назвали его Собеседовательным Богословием потому, что оно действительно заключает в себе предметы Собеседования о различных истинах православного Богословия в обширном смысле, — назвали Практической Гомилетикой в отличие от Гомилетики теоретической, предлагающей различные правила и теории церковного собеседования. Путь, избранный нами к достижению цели, — чисто практический. Не касаясь никаких гомилетических правил, которые предполагаются уже известными, мы самим делом вводим проповедника в круг его гомилетических занятий, раскрываем перед ним Библию и предлагаем ему всевозможные материалы для его проповеднической деятельности, которыми он мог бы пользоваться для своей цели, применительно к своим условиям, таланту и обстоятельствам.

Таким материалом служат темы с расположениями (планами) для проповедей. Предоставляя самим проповедникам делать различные применения и наставления, сообразно с обстоятельствами места и времени, — в темах указывается только то, что необходимо для каждого проповедника, в каких бы обстоятельствах он ни находился, — развивается истина, как она есть, помимо всех случайностей; раскрываются существенные стороны текста и делаются только такие нравственные выводы, которые прямо заключаются в избранном для проповеди тексте и имеют общее значение для всякого рода слушателей. Насколько эти гомилетические пособия соответствуют своей цели, об этом предоставляем судить тем, которые будут пользоваться ими на деле. По крайней мере, по отзыву людей опытных, к суду которых мы обращались в этом случае, лучшего и вернейшего средства к развитию проповеднической деятельности и придумать нельзя.

Нам остается только взяться прилежно за разработку этих средств, представить всевозможные развития на всевозможные проповеднические темы, и мы не сомневаемся, что успех нашего проповедничества далеко подвинется вперед. В самом деле, предложите нашим проповедникам обильный запас гомилетических материалов на каждое воскресное Евангелие и Апостол, на каждый праздник и случай; разработайте для этой цели богослужебные книги и творения святых Отцов, — не составит ли это важного пособия в деле проповедничества? Не будет ли тогда «близко в устах и в сердце» каждого проповедника «слово» небесной истины (Рим. 10:8), которое он станет благовествовать всем и во всякой потребе, не затрудняясь ни темами, ни развитием тем? Цель высокая! К этой то цели мы и стремились неуклонно и уповаем, что труд наш «не сделался тщетным пред Господом», не останется тщетен и для проповедников.

Но круг предметов для проповеднической деятельности весьма обширен и разнообразен: итак, спрашивается, с чего же начать, о чем должно проповедовать с церковной кафедры? Прямым и верным указателем того, что в какое время должно предлагать в храме для назидания верующих, служит Церковный Устав. По нем правят службы Божьи; его же руководству должно следовать и церковное собеседование. Весь годовой круг в церковном отношении разделяется на две части: на недели вне Триоди или, так называемые, недели по Троице, и недели Триоди.

Каждая из этих частей в свою очередь подразделяется на два отдела или последования: первое последование составляют те недели по Троице (I–XVII), в которые читается Евангелие от Матфея; второе — недели по Троице (XVIII-XXXII), в которые предлагаются чтения из Евангелия от Луки. Недели Триоди также разделяются на два последования: на недели Триоди Великопостной, начиная от недели Мытыря и Фарисея до недели Ваий (Евангелие преимущественно от Марка), и на недели Триоди Цветной, начиная от Пасхи до Троицы (Евангелие исключительно от Иоанна).

Кроме недель, в течение года встречаются такие дни и случаи, которые Церковь освятила особенной торжественностью, величием или умилительностью, и в которые по обыкновению, или по общей обязанности, или по частным потребностям, составляются и произносятся церковные поучения, таковы, напр., праздники Господские и Богородичные, общие Святым я на разные случаи. Соответственно с этим и весь курс Собеседовательного Богословия должен исчерпать весь проповеднический год, по руководству Церковного Устава, и дать возможность пастырю Церкви, в течение всей его пастырской деятельности, непрестанно проповедовать Слово Божие, не ограничиваясь в дни воскресные и праздничные одним каким-либо предметом поучений, но каждый раз изменяя содержание проповедей или бесед со своими прихожанами.

Первым, самым главным и необходимым источником церковной проповеди и церковного собеседования служат, конечно, библейские рядовые зачала, предлагаемые из Евангелия и Апостола. Поэтому задача практической Гомилетики определить отношение этих зачал к церковному проповедничеству, указать главную мысль или, так сказать, «идею» дневного чтения из Евангелия и Апостола, и затем вывести частные и более конкретные истины, о которых проповедник может беседовать на основании дневного зачала. Так мы и поступили в нашем труде. Выводу и развитию частных проповеднических у нас предшествует общее, «экзегетико-гомилетическое» обозрение дневного Евангелия и Апостола. Говорим экзегетико-гомилетическое в отличие от обыкновенного объяснения, имеющего в виду раскрыть один буквальный или исторический смысл без всякого отношения к Гомилетике.

Цель этих обозрений состоит в том, чтобы определить главную мысль или тему дневного зачала, из которой, как из центра. развивались бы другие, второстепенные мысли и темы для церковного собеседования. Темные места, встречающиеся в зачалах и требующие догматического, или исторического, или филологического истолкования, объяснены нами в примечаниях, чтобы таким образом проповедник ясно понимал не только нравственный, но и буквальный смысл того или другого чтения из Евангелия и Апостола. Такой порядок требуется самой сущностью дела и вызывается необходимостью. Без знания точного смысла того зачала, из которого заимствуется предмет для поучений, проповедник легко может ошибиться в выводе и развитии темы, как это нередко бывает даже в печатных проповедях.

Многие проповедники, говоря, например, о злоупотреблении богатством, по поводу евангельского чтения о скупом и расточительном богаче, развивают свою тему так, как бы здесь шла речь об одном и том же лице, между тем как злоупотребление богатством у того и другого лица выражалось по различным побуждениям: один злоупотреблял богатством из-за страсти к богатству, другой — потому, что ни во что не веровал. Такие черты весьма важны для правильного и назидательного развития и применения поучения к слушателям, но они легко могут ускользнуть от внимания проповедника, без предварительного уяснения общего характера дневного зачала.

Кроме значения руководящего, определяющего круг и свойство предметов для церковного собеседования, общей обзор зачал имеет и другое, не менее важное значение, а именно: оно само всей полнотой своей может служить одной темой беседы и, обнимая все частные истины, от первого стиха до последнего, дает проповеднику возможность изъяснить все дневное зачало в одной проповеди или беседе.

Прекрасные образцы такой методы можно встречать в толкованиях святителя Иоанна Златоуста, в некоторых беседах святителя Димитрия Ростовского, в приточнике Макария и др. Ознакомившись с общим содержанием дневного чтения из Евангелия или Апостола, проповедник может уже без труда вывести ту или другую тему для своей проповеди; он знает уже, как велика область предметов, предлагаемых ему дневным зачалом, и о чем ему беседовать с церковной кафедры.

Но здесь возникает вопрос: всякий ли из проповедников в состоянии будет развить ту или иную тему? Хватит ли у него времени и сил для такого труда? Отыскать тему еще не так трудно, но как ее развить, с каких сторон ее рассмотреть, — это стоит времени, искусства, глубокого знания Священного Писания и большого навыка. В ответ на эти вопросы мы предлагаем множество самых разнообразных тем с расположениями (планами) для проповедей, как на Евангелия, так и на Апостол. Обилие предлагаемых нами проповеднических материалов может удовлетворить самого взыскательного и ревностного проповедника. Какая бы ни была избрана тема, лишь бы только она заключалась в характере дневного зачала, проповедник большею частью найдет в расположениях (планах) и надлежащие тексты из Священного Писания, и основные мысли, и даже соответствующие контексту, но краткие выдержки из творений святых отцов, необходимые для дальнейшего развития проповеднического слова. Наши темы, при всем своем разнообразии, носят характер единства и имеют как между собой, так и с зачалом, тесную, внутреннюю связь. Они служат только подробным раскрытием различных сторон одного и того же зачала и вместе с тем истолкованием его нравственного смысла. Предлагаемые нами темы, по форме своей, двоякого рода: одни — полные и совершенно развитые во всех своих частях, делениях и подразделениях; другие — краткие и неразвитые, с указанием лишь главных, составных частей.

Что касается до внутреннего качества тем, как развитых, так и неразвитых, то мы тщательно заботились, чтобы они были экзегетически правильны, конкретны, разнообразны и поучительны.

Экзегетически правильны — т. е. прямо и естественно вытекали из текста, как стебель из зерна.

Конкретны, частны и, так сказать, специальны, т. е. касались бы одного какого-либо предмета, но со всех сторон; говоря, напр, о молитве, мы рассматривали не весь обширный вопрос о молитве, но или о свойствах молитвы, или о долге молитвы, или о терпении в молитве и т. д.

Разнообразны: чтобы проповедник каждый раз мог изменять содержание поучений при чтении одного и того же Евангелия или Апостола и чтобы, таким образом, мало по-малу, год за годом, мог сказать пасомым всю волю Божью.

Поучительны и близки к жизни, к нравственным нуждам и потребностям, к современным недугам общества и проч., чтобы они действительно могли одних исправлять, других обличать, иных наставлять и усовершенствовать, a всех вообще — назидать и поучать, «все Писание богодухновенно и полезно для научения, для обличения, для исправления, для наставления в праведности, да будет совершен Божий человек, ко всякому доброму делу приготовлен» (2 Тим. 3:16–17).

Но здесь, быть может, кто-нибудь возразит: полезно ли для развития проповедничества вообще пользоваться готовыми уже темами? Не послужит ли это к устранению собственных размышлений, к усыплению проповеднических способностей? где же будет тогда самостоятельный труд и т. д.?

Напрасные возражения! Труда предстоит здесь еще много, самостоятельному развитию мыслей и способностей открывается самое широкое поприще. Никто из людей не творит чего-либо из ничего, но всегда из какого-либо, данного уже, материала. Несмотря, однако, на один и тот же материал, произведения, например, одного живописца или скульптора резко отличаются от подобного рода произведений других живописцев и скульпторов. Что же придает им эту особенность, эту самостоятельную черту? — Форма, мысль, душа художника.

Так точно и в настоящем случае. Темы, это — только материал, который в руках «премудрого архитектора» Христова может быть употребляем и так, и иначе для созидания «Божьего строения» (1 Кор. 3:10), в соответствии с его талантом и условиями. От него зависит не только создать форму и сгруппировать весь строй мыслей, но и дать им своеобразный колорит, некоторые из них поставить в тени, другим придать более света и рельефности, смотря по личному настроению проповедника, по роду и обстоятельствам слушателей и проч. Проповедь, так разработанная, будет отличаться самостоятельностью, будет оживлена собственной мыслью проповедника, согрета собственной теплотой его сердца, хотя она и построена из готового материала.

С другой стороны, как ни разнообразны предлагаемые нами темы, но они далеко еще не исчерпывают неисчерпаемого «кладезя воды живой», заключающейся в зачалах. Поэтому никто не лишается права и возможности приступать сюда с собственными «почерпалом.» Обилие найденных нами материалов может лишь поощрять проповедников к отысканию других материалов, a это не только послужит к развитию мыслительных способностей, но и откроет путь к так называемой проповеднической изобретательности. Впрочем, самым лучшим опровержением всех подобных возражений, если бы они были сделаны, служит опыт. Некоторые из наших проповедников пользовались уже на деле нашими темами, когда они были еще в рукописи, и возвратили нам их с самыми лестными отзывами об их пригодности, что еще более поощрило нас к труду.

Остается решить вопрос: как нужно пользоваться предлагаемыми нами темами? Ответить категорически на этот вопрос так же трудно, как трудно наперед знать, что кому нужно в этих темах. Для одного достаточно одной темы и её главных, составных частей; другой нуждается в некотором развитии темы, a иному нужно полное и всестороннее развитие темы. Поэтому пусть каждый из проповедников ищет в темах и пользуется тем, в чем имеет нужду, по своим силам и обстоятельствам. Развитые темы в состоянии удовлетворить всем этим требованиям. Со своей стороны заметим только, что от воли самого проповедника зависит: развивать ли все составные части темы, или только некоторые, или даже только одну, или наконец самую основную часть темы общей взять за тему проповеди. Чтобы видеть это яснее, возьмем для примера какую либо развитую тему, состоящую из многих составных частей, напр. тему IV в первую неделю по Троице.[1]

«Справедливо ли, что человек не в состоянии противиться влечению ко греху?»

Нет; почему?

1. Человек очень часто сам создает себе это влечение.

2. Согрешающий человек сам чувствует, что он грешит более по воле, чем по необходимости.

3. Святые были такие же люди, a они могли противиться греху.

4. Мысль, что человек не может противиться греху, противоречит святости, правосудию и благости Божьей.

Вот четырехсоставная тема.

Предположим теперь, что проповедник взял для своей проповеди эту тему. Он может по своему желанию развивать или все четыре составные части темы, как они указаны, или только три, т. е.

Несправедливо:

1) потому, что человек очень часто сам создает себе влечение ко греху;

2) потому, что погрешающий человек сам чувствует, что он грешит по воле, a не по необходимости;

3) потому, что святые были такие же люди, a они могли противиться греху.

Или ограничиться только двумя, т. е:

Несправедливо:

1) потому что человек очень часто сам создает себе влечение ко греху;

2) потому что погрешающий человек сам чувствует, что он грешит по воле, a не по необходимости.

Или только одной какой-либо, напр.:

Несправедливо:

потому, что человек очень часто сам создает себе влечение ко греху.

Или же наконец какую-либо составную часть темы взять за тему проповеди, напр.

Мысль, что человек не может противиться греху, противоречит святости, правосудию и благости Божьей:

а) святости,

б) правосудию,

в) благости.

Таким образом, не только вся развитая тема, но даже каждая из её составных частей может служить предметом отдельной проповеди, для которой готово уже расположение (план), и главные мысли, и соответствующие тексты. Если проповедник желает быть совершенно самостоятельным, то он может идти еще дальше в выборе и развитии тем. Он может оставить все указанные нами темы и взять за тему какую-либо конкретную мысль или какое-либо изречение святого отца, оставленное нами, как афоризм, без всякого развития.

Для примера возьмем неразвитую тему, с указанием лишь главных составных её частей: о почитании святых (см. тема VI на Апостол в ту же неделю по Троице):

1) Почему нужно почитать святых?

2) Как нужно почитать святых?

Проповедник может не взять за тему своей проповеди ни темы общей, ни каждой из её составных частей, a ограничиться только одним. приведенным там изречением святителя Иоанна Златоуста в доказательство того, как нужно почитать святых, а именно: «почитание святого, говорит златословесный учитель, состоит в подражании ему», и это изречение поставить темой проповеди. Тоже самое нужно сказать об употреблении и всех прочих тем, как развитых, так и неразвитых.

Вообще всех, кто будет пользоваться нашими гомилетическими пособиями, мы просили бы прежде всего самим прочитывать известное зачало из Евангелия или Апостола,[2] вникнуть глубже в его смысл, остановиться на какой либо мысли, — и потом уже как бы для ответа на собственную мысль или тему искать в предлагаемых нами пособиях. Если же проповедник в темах, извлеченных нами из какого-либо зачала, не найдет ответа на свой собственный вопрос, применительно к своим нуждам и условиям, или желал бы рассмотреть вопрос с других точек зрения, а не как он рассмотрен у нас, то пусть обращается к другим зачалам, имеющим однородный характер, напр. «о слепых» в нед. 7 по Троице и «о слепых» в нед. 31 по Троице; «о званных на вечерю» в нед. 14 и о «званных на вечерю» в нед. 28 по Троице; «о воскрешении Наинского юноши» в нед. 20 «о воскрешении дочери Иаира» в нед. 24: «о бесноватых» в нед. 5, 10 и 23 и т. д.

Точно также можно поступать и относительно однородных мыслей, заключающихся в чтениях из Апостола. Кто из Пастырей пожелал бы предложить своим пасомым ряд поучений об одной какой-либо истине, напр., о вере, о молитве, о благодати, о воспитании и проч.; тогда пусть он отыскивает в нашем руководстве все темы, рассуждающие об этих предметах, сравнивает их между собой, подводит под свой план и таким образом творит из них одно стройное целое, раздробленное на несколько проповедей. Что касается до приводимых нами святоотеческих мест, то от воли проповедника зависит, вносить ли их целиком в свою проповедь, или лучше перефразировать их, как собственную мысль, и на основании их продолжать дальнейшее развитие проповеднического слова. Одним словом, мы желали бы, чтобы проповедники не рабски, a совершено самостоятельно относились к нашим темам. Пусть они смотрят на них только как на пособия, облегчающие и развивающие проповеднический труд, a не как на средства, устраняющие всякую самостоятельную мысль и изобретательность в деле проповедничества.

Оратором, конечно, эти пособия никого ее сделают, да и не об этом мы хлопочем прежде всего. Задачу мы видим в том, чтобы слово проповедническое было живым отголоском слова Божьего, отличалось полнотой содержания, близостью к действительным запросам нравственной жизни и неотразимой поучительностью. Ораторство без серьезной мысли — пустая игра слов; a крепкая мысль и глубокое чувство всегда найдут для себя и могучее ораторское слово.

Из сказанного до сих пор можно было видеть, что наше «Собеседовательное Богословие» предназначается, прежде всего и главным образом, для церковного собеседования о различных истинах христианской веры и благочестия и, следовательно, для лиц, призванных к пастырскому служению или готовящихся к нему.

Но оно с существенной пользой может быть употребляемо и в домашней жизни каждым благочестивым христианином, любящим поучатся в законе Господнем и проводить время в душеспасительных размышлениях. Все мы, приходя в храм в дни воскресные и праздничные, слушаем чтение из Евангелия или Апостола; многие и дома занимаются таким чтением, но не все, или не многие, получают от того душевную пользу. Смысл евангельских и особенно апостольских чтений для них непонятен во всей полноте; a богатство заключающихся там назидательных мыслей и уроков совершенно от них скрыто, потому что здесь требуется глубокое внимание и размышление, к которому не всякий способен по своим житейским заботам, по рассеянности в мыслях, по недостатку свободного времени.

«Собеседовательное Богословие» объяснит этот смысл и раскроет отчасти перед читателем неисчерпаемый родник чистейшего золота, содержащегося в евангельских и апостольских зачалах, из которых каждый может черпать для себя золотые Правила жизни, соблюдение которых ведет к спасению. Здесь христианин сознательно ознакомится со своими христианскими обязанностями по отношению к Богу, ближним и самому себе; отец и мать семейства найдут здесь для себя благочестивые правила воспитания детей; убитые горем — ободрение; печальные — утешение; заблудшие — исправление, a все без исключения урок и назидание. Вообще автор заботился о том, чтобы каждый православный христианин не только сам по себе был непоколебимо убежден в истинах православной веры и благочестия, но и мог всегда дать разумный ответ другим, вопрошающим о нашем христианском уповании (1 Пет. 3:15).[3] Эта двоякая цель будет непременно достигнута всяким, кто с глубоким вниманием осмыслит и усвоит всю область истин «Православного Собеседовательного Богословия.»

Иди же ты, «Собеседовательное Богословие» в грады и веси, и «проповедуй Евангелие всей твари» (Maр. 16:15)!..

Знаем очень хорошо недостатки нашего труда, но просим и великодушного снисхождения. Одному человеку, какой бы талант он ни имел, каким бы знанием Священных Писаний ни обладал, невозможно обнять всего и усмотреть все. Мы рассудили лучше дать просящим что-нибудь, чем ничего; a просящих немало, жатва предстоит многа-многа. «Так что и сеющий и жнущий вместе радоваться будут» (Иоан. 4:36).

Настоящий том «Собеседовательного Богословия» заключает в себе недели Триоди Великопостной, которая, начинаясь с недели Мытаря и Фарисея, продолжается до Пасхи. Всех недель, входящих в круг великопостной Триоди, десять. Из них четыре, предшествующие великому посту, назначены Церковью для подготовки верующих к подвигам покаяния, a остальные шесть вводят христиан в сами подвиги покаяния и сердечного сокрушения о грехах. Поэтому отличительный характер всех недель великопостной Триоди состоит в возбуждении в христианах покаянного чувства, смирения, воздержания от страстей, самоотвержения, крестоношения и последования за Господом.

«Cе время покаяния», взывает Святая Церковь, «се день спасительный, пощения вход: душе, бодрствуй и страстей входы затвори, ко Господу взирающи» (Трипесн. на утр. в понедельн. первой седм. поста). Сам семидесятидневный период, в который продолжается великопостная Триодь, как бы указывает на духовный плен, от которого мы можем освободиться молитвой и постом через семьдесят дней, подобно тому как некогда древний Израиль освободился через семьдесят лет от плена вавилонского. Сообразно с таким исключительным назначением времени великопостной Триоди, Святая Церковь в предлагаемых ей евангельских и апостольских чтениях, не ограничивается рядовыми зачалами одного какого-либо евангелиста или апостола, как в недели вне Триоди, a предлагает вниманию христиан чтения из всех евангелистов и апостолов, выбирая такие из них, которые руководствуют к истинному покаянию и свержению всякого греховного ига.

Так в первую Приготовительную к великому посту неделю предлагаются из евангелиста Луки покаянные притчи о Мытаре и Фарисее и о Блудном сыне; a в третью и четвертую — из евангелиста Матфея о страшном суде и о тех добродетелях, которыми христиане должны украшаться в дни Святой Четыредесятницы; в первую неделю великого поста из евангелистов Иоанна и Матфея; во вторую, третью, четвертую и пятую — из евангелиста Марка; в шестую опять — из евангелиста Иоанна.

Точно так же и в тех же целях Святая Церковь изменяет и апостольские чтения, которые она предлагает из разных посланий: к Римлянам, Коринфянам, Филиппийцам, Тимофею и к Евреям. Сравнивая, далее, содержание евангельских чтений в недели великопостной Триоди с евангельскими чтениями в недели нетриодные, мы находим, что евангелие сырной недели в первой своей части соответствует евангелию II-й недели по Троице; евангелие первой недели великого поста — евангелию 2-й недели по Троице; евангелие второй недели поста — евангелию 6-й по Троице; евангелие третьей — евангелию 1-й по Троице; евангелие четвертой — евангелию 10-й по Троице.

Что касается апостольских чтений, то из них только одно, в первую неделю великого поста, тождественно с апостольским чтением первой же недели по Троице, хотя многие частные истины, заключающиеся в великопостных апостолах, содержатся и в апостольских чтениях, изложенных в недели по Троице. Поэтому проповедник, при выборе какого-либо предмета для церковного собеседования в дни Великого поста, может с удобством пользоваться содержанием соответствующих евангельских и апостольских чтений в недели по Троице.

Прот. И. Толмачев.

НЕДЕЛЯ МЫТАРЯ И ФАРИСЕЯ

I. ЕВАНГЕЛЬСКОЕ ЧТЕНИЕ. Зачало (89) от Луки 18:10–14

10. Два человека вошли в храм помолиться: один фарисей, а другой мытарь.

11. Фарисей, став, молился сам в себе так: Боже! благодарю Тебя, что я не таков, как прочие люди, грабители, обидчики, прелюбодеи; или как этот мытарь.

12. Пощусь два раза в неделю, даю десятую часть из всего, что приобретаю.

13. Мытарь же, стоя вдали, не смел даже поднять глаз на небо; но, ударяя себя в грудь, говорил: Боже! будь милостив ко мне, грешнику!

14. Сказываю вам, что сей пошел оправданным в дом свой более, нежели тот: ибо всякий, возвышающий сам себя, унижен будет; а унижающий себя, возвысится.

Общий характер недели. Практический очерк содержания рядового чтения

С недели Мытаря и Фарисея Святая Церковь начинает готовить христиан в великому посту и покаянию. Так как началом греха и падения человека была и есть гордость, которая препятствует человеку чистосердечно сознавать свою духовную нищету и обращаться к искреннему раскаянию в грехах, то в евангельском чтении недели, готовящей к покаянию, внушается нам, прежде всего, как опасно питать в себе надменное превозношение собственной праведностью и благочестием.

А). Свойства этого превозношения (ст.10–13).

1). Люди гордящиеся, подобно фарисею, собственным благочестием:

а) склонны отделять себя от других людей (ст.11):

— Фарисей, став впереди, на видном месте, «молился сам в себе так»;

б) считают собственной заслугой всякое добро, ими сделанное, и не находят себе другой молитвы, кроме молитвы благодарения. Молитвы не благоговейной в признании необходимости для себя божественной помощи, но самоуслаждающейся в заявлении того, что ласкает собственное тщеславие (ст.11).

— «Боже! благодарю Тебя;»

в) думают весьма дурно о других людях (ст.11):

— «не таков, как прочие люди, грабители, обидчики, прелюбодеи»;

г) безжалостно осуждают своих собратий по одному их внешнему виду (ст.11):

— «как этот мытарь;»

д) превозносят себя выше всех, потому что считают себя совершенством (ст.11);

е) прославляют свои дела (ст.12):

— «Пощусь два раза в неделю, даю десятую часть из всего, что приобретаю» и проч.

2). Напротив, люди, чуждые, подобно мытарю, гордого самомнения о своей праведности:

а) не считают себя достойными даже приблизиться к престолу благодати Божьей (ст.13):

— «Мытарь же, стоя вдали»;

б) глубоко чувствуют свою вину (ст.13):

— «не смел даже поднять глаз на небо»;

в) сокрушаются о своих грехах (ст.13):

— «ударяя себя в грудь»

г) отдают себя во власть милосердия Божьего (ст.13):

— «Боже! будь милостив ко мне, грешнику!».

Б). Следствия превозношения.

Надмевающиеся собственной праведностью:

а) не удостаиваются благодати Божьей: «сей пошел оправданным в дом свой более, нежели тот»;

б) мало-помалу падают с высоты нравственной жизни, погрязают в пороках и осуждаются Богом (ст.14): «возвышающий сам себя, унижен будет».

Частные темы, предлагаемые проповеднику дневным евангелием, весьма разнообразны; они могут быть развиваемы или в связи со всем текстом, или отдельно от него.

Так, стих 10 дает повод беседовать:

— О хождении в храм для молитвы, как непременной обязанности христианина.

— О различных нравственных расположениях, с которыми люди идут во храм Божий, или о том, что многие посещают общественное Богослужение по привычке, а не по влечению сердца.

Ст. 11 и 12:

— О молитве фарисея — богопротивной молитве.

— О людях, носящих образ благочестия, но отвергшихся его силы.

— Какова твоя молитва, таково и твое сердце.

— О самомнении, как главной причине нравственного самообольщения.

— О духовной гордости (в чем она проявляется, как опасна и как мы можем её избежать).

— Почему мнимое благочестие так склонно к презрению других.

— Хвалиться своими добродетелями могут только те, кто не познал самого себя.

— Как далеко заходит иногда худое мнение людей о своих собратьях.

— Насколько привычка сравнивать себя с другими людьми позволительна и непозволительна.

— Как необоснованно и как опасно утешаться собственной праведностью (Апок. 3:17).[4]

— Истинное благочестие не может быть без смирения.

Ст. 13:

— Мытарь в храме — образец истинного богоугодного молитвенника, посещающего храм Божий.

— Молитва мытаря должна быть нашей постоянной молитвой.

— Истинно добродетельный человек всегда кроток и смирен.

Ст. 14:

— Почему мытарь был оправдан более, нежели фарисей.

— О том, что Бог гордым противится, а смиренным дает благодать и т. п.

Гордость уничтожает всякое добро

Фарисей, став, молился сам в себе так: Боже! благодарю Тебя, что я не таков, как прочие люди (ст.11).

Судя по человечески, фарисей был человек праведный, а мытарь — грешный. Но мытарь не был осужден, потому что был «смирен», со смирением молился Богу, смиренно каялся и сокрушался в своих грехах. Напротив, фарисей был осужден, потому что «гордился» собственной праведностью, считал себя человеком совершенным и безгрешным и презирал других. Гордость уничтожила его заслуги, как вообще гордость портит и уничтожает всякое добро.

1. Она препятствует истинному самолюбию.

Любовь к самому себе требует от человека, чтобы он более и более стремился к мудрости и добродетели, и через то достигал своего счастья. Но гордость препятствует этому троякому стремлению.

а) Гордый человек не желает быть мудрее, чем он есть.

Он полагает, что ему нечего более учиться, что он знает все. Совета и наставления он не принимает даже от Бога, не говоря уже о людях. Из закона Божьего он берет лишь то, что украсило бы его внешнюю жизнь, доступную наблюдениям окружающих. Он пренебрегает всем, что могло бы возвысить внутренние качества его природы: ум, сердце, добрую волю и, таким образом, сделать его достойным благоволения Божьего. Если бы гордец захотел быть более мудрым, достигнуть истинной мудрости, то он не был бы гордецом. Он остается безумцем, хотя бы с годами он и становился опытнее и учёнее.

б) Гордый человек не хочет быть добродетельнее, чем он воображает себя.

Он не думает, чтобы он имел в себе какие-нибудь особенные недостатки и грехи, поэтому не чувствует нужды прибегать к покаянию. Он считает себя человеком совершенным, поэтому не совершает никакого преуспевания на поприще добродетели. Он полагает, что может достигнуть всего своими собственными силами, поэтому не молит о помощи благодати Божьей, без которой мы не в состоянии вершить никакое добро (1 Кор. 15:10;[5] Фил. 2:13[6]). Он умер для духовной жизни, и Дух жизни не оживит трупа его души, если он не разбудит её воплем покаяния.

в) Гордый человек не хочет быть счастливее, чем он считает себя.

Только добродетель ведет человека к счастью; но гордец не ищет добродетели, он довольствуется лишь одним её видом. И одежда добродетели, одеваемая им, сообщает лишь видимое, внешнее счастье: удовлетворенное самолюбие, почтение окружающих… Сердце же, не согреваемое добром, подобно растению без солнца, начинает чахнуть, вянет, в нем открывается гниение. Язвы, неисцеляемые Божественным Врачом, к Которому гордый не хочет прибегнуть, наполняют страшной заразой весь духовный организм. Внутренняя природа растлевается. И гордый уподобляется идолу, прекрасному и свежему снаружи, но изъеденному червем и гнилому внутри. Вследствие этого он делается несчастным. Ему всегда кажется, что его недостаточно понимают. Он очень чувствителен; каждая ничтожная неприятность сильно огорчает его; он несчастен из-за «себя самого.»

2. Гордость пе допускает истинной любви к ближним.

Гордый человек не может любить ближних, потому именно, что он горд.

а) Он не может признавать чужих заслуг. Заслуги других огорчают его. Он один желал бы иметь все заслуги, и таким образом отрицает или унижает достоинство других.

б) Он не может быть приветливым. Смирение требует дружелюбного обращения со всеми людьми. Но гордый человек в отношении к высшим себя — льстец, а в отношении к низшим себя — груб и дерзок.

в) Он не может быть благотворительным. Бедных людей он не считает своими братьями; в его глазах они даже не люди. Если он иногда и оказывает им благодеяние, то оказывает не так, как заповедал Иисус Христос, чтобы «левая рука не знала, что делает правая.»

г) Он не может прощать. У него всегда другие виноваты, а он прав. Никакое оскорбление им не забывается. А что и «он» также может ошибаться, этого ему и на мысль не приходит.

Почему молитва фарисея была отвергнута, а молитва мытаря услышана Богом?

Сей пошел оправданным в дом свой более, нежели тот (ст.14).

Если смотреть на внешние поступки, а не на внутреннее расположение сердца, то фарисея никак нельзя назвать дурным человеком. Во всяком случае он был человек беспорочный в гражданском смысле и наружно благочестивый. При всем том молитва его была отвергнута. Напротив, мытарь был не без грехов и пороков. Он сам сознает свою греховность, и однако же его молитва была услышана. Почему?

1. Причины, по которым молитва фарисея была отвергнута.

Фарисей пришел в храм, — пришел для молитвы: это уже свидетельствовало о его набожности. Он благодарил и прославлял Бога: это опять говорило в его пользу. Но его приход во храм и его молитва не имели никакой цены в очах Божьих, потому что он молился «высокомерно», — с таким настроением духа, в котором он сам весь обнаружился. В молитве люди проявляются такими, какие они есть на самом деле и как живут. К его жизни и молитве можно применить слова апостола: «Ибо люди будут самолюбивы, сребролюбивы, горды, надменны, злоречивы, родителям непокорны, неблагодарны, нечестивы, недружелюбны, непримирительны, клеветники, невоздержны, жестоки, не любящие добра, предатели, наглы, напыщенны, более сластолюбивы, нежели боголюбивы, имеющие вид благочестия, силы же его отрекшиеся. Таковых удаляйся» (2 Тим. 3:2–5).

Евангельский фарисей был, действительно, таким, а «Бог гордым противится» (Иак. 4:6).

Присмотримся ближе к гордости фарисея.

а) Фарисей с надменностью держал себя по отношению к Богу.

Гордо вошел он в храм; стал впереди всех, на видном месте. В нем незаметно было никакого признака подобающего благоговения к Богу и Его дому. Он не думал о словах Писания: как «как страшно сие место! это не иное что, как дом Божий, это врата небесные» (Быт. 28:17). Ему и на мысль не приходило, что «кто почитает себя чем-нибудь, будучи ничто, тот обольщает сам себя» (Гал. 6:3). Не много ли таких и между христианами, которые входят в храм с таким видом, как бы Бог должен еще радоваться, что они только пришли? Не считают ли они самих себя Богом?

Фарисей исповедовал перед Богом, что он не сделал таких-то и таких-то проступков. Не много ли и между нами таких людей, которые говорят перед Богом и ближними: «я ничего не уворовал и проч.» Но что тут особенного? Не могут ли они при этом быть с весьма дурным сердцем, исполненным злобы, гнева, зависти, вражды, жестокосердия и т. д.?

Фарисей перечислял перед Богом свои добрые дела, свой пост и десятину. Есть и между христианами такие, которые, исполняя некоторые дела благочестия, не думают о том, как много они опустили добра, которое обязаны были сделать, имя для этого возможность.

б) Фарисей презрительно обращался с ближними.

Считая себя праведным, он называл других людей дурными: хищниками, неправедниками, прелюбодеями. Судил он об этом по внешним поступкам, ложно и превратно истолковывая их, а не по внутреннему расположению сердца. Так гордость везде поступает. О себе самой думает высоко, а о других низко. Напротив, смирение всегда думает о других лучше, чем о самом себе. Вынь прежде бревно из собственного глаза, а потом уже — сучец из глаза ближнего!.. Многие и из нас охотно говорят о недостатках ближнего и нередко судят об этом даже в церкви, и таким образом уподобляются фарисею. «Кто ты, осуждающий чужого раба?» (Рим. 14:4)? «Мерзость пред Господом всякий надменный сердцем» (Прит. 16:5).

Молитва фарисея была греховная молитва. Он благодарил Бога, но без смирения и сознания собственных немощей, — благодарил не за избавление от тяжких искушений ко греху и грубых пороков, а за то, что он не таков, как прочие людн. В его устах слышался голос гордости, которая кичится своею праведностью и обращается к Богу не с молитвой покаяния, а с молитвой самохваления. Каяться, по мнению фарисея, ему было не в чем.

Но не должен ли он был просить у Бога о прощении многих, особенно тайных, неосознанных грехов, — о благодати постоянного пребывания в добре? Молитву фарисея можно уподобить красивому мавзолею, воздвигнутому им над своим мертвым сердцем, с гордой надписью о своих воображаемых добродетелях. Он благодарил Бога — прекрасно, это одобрял и этого требовал Христос. Но если бы вместо Бога он благодарил себя, то молитва не изменилась бы. Он указывал на внешние дела своего благочестия: на пост, — но пост, без соответственного расположения души, тщетен; на благотворительность, — но только как на дело, предписываемое законом, а не являющееся потребностью его души облегчить участь своего ближнего, что и оказалось в его жестоком, гордом пренебрежении к мытарю. В остальном он только не нарушал заповедей и заповедей опять таки внешних, — но этого мало: не делать зла еще не значит творить добро; это свидетельствует скорее о мертвенности сердца, для которого внутренний голос тщеславия заглушил призывы неба.

В действительности вся молитва фарисея была обращена к собственному кумиру гордости. И Бог её не слышал. А потому молившийся себе, как почтивший тварь более Творца, был осужден.

2. Причины, почему была услышана молитва мытаря.

Молитва мытаря была воплем души, в смирении взиравшей на свои грехи и в дерзновении веры призывавшей милосердие Божье уврачевать страдания немощи. И Бог с благоволением внял ей, ибо Он видел человека, требующего Его помощи и сознающего собственное бессилие для обновления своей природы. «Хотящий всем человеком спастися» и не унижающий сердца смиренного оправдал жаждущего оправдания и возвратил заблудшую овцу к Своему стаду. Смирение сделало мытаря достойным благодати Божьей.

С благоволением взирал Бог на такую молитву мытаря, и «сей пошел оправданным в дом свой». В своей молитве мытарь высказался таким, каким он был на деле и как жил. Он молился со смирением, а «унижающий себя возвысится» (Лк. 14:11). В чем же обнаружилось его смирение?

а) Он стал вдали во храме и не смел даже поднять очей своих на небо.

Он не тискался вперед, хотя был человек должностной (чиновник), собиратель пошлин и, вероятно, с хорошим состоянием. В церкви нет различия. Все имеют равные права. Самое невидное место вполне достаточно для того, чтобы возноситься в молитве к Творцу.

б) Он ударял себя в грудь.

Истинная, пламенная молитва не может быть без внешнего выражения. Внутренние движения сердца невольно проявляются вовне. Примеры. Глубокое, внутреннее сокрушение о грехах не может не выражаться биением в грудь. Благоговение к Богу преклоняет колена и проч.

в) Он молил Бога о помиловании. «Боже! будь милостив ко мне, грешнику!».

Его единственное желание — получить отпущение грехов.

Приложим это к себе! Бескровная жертва, совершаемая на литургии, напоминает нам о нашем грехе и побуждает к покаянию. Сын Божий за нас пострадал на кресте. Какая великая жертва со стороны Бога и какая тяжкая вина с нашей стороны! Не должны ли мы просить Бога о помиловании? Заслуги Спасителя — единственное средство спасения.

Заключение. Перед нами в жизни две дороги: мы или пойдем стопами фарисея к собственному покою, к внешнему почету, всему, чем питается тщеславие и услаждается гордость, или пойдем вслед за мытарем с его сокрушенным сердцем, смиренным духом, заставляющим его в смущении перед живой совестью опускать глаза долу, в сокрушении бить себя в грудь. Первый — путь земного благополучия, презирающего несчастья других — путь погибели в вечной жизни. Вторая стезя, горькая и темная здесь, приведет нас к Источнику Света и Правды.

Будем же избегать фарисейской гордости, которая искушает и низвергает людей в погибель. Последуем смирению мытаря, которое ведет к покаянию и отпущению грехов. «От возношения уничтожается всякое благое, от смирения же уничтожается всякое злое. Тщеславие отщетевает богатство правды; смирение же расточает страстей множество. Всяк возносящийся смирится; смиряяй же себе вознесется.»[7]

Фарисейская праведность

«Фарисей, став, молился сам в себе так: Боже! благодарю Тебя» и проч. (ст.11–12).

Евангельский фарисей был, по-видимому, человек благочестивый: он молился, постился, благотворил бедным и не имел грубых пороков. Но в очах Божьих он оказался великим грешником, достойным осуждения (ст.14). Люди, подобные фарисею, были во все времена; не мало их и теперь. Судя по внешности, эти люди — не очень плохие. Они честны и безукоризненны в гражданском смысле; аккуратно посещают храм Божий; исполняют в точности религиозные обряды; чужды грубых преступлений против общественной нравственности; не подают никакого соблазна своим поведением и делают много добра. Почему же эти люди неугодны Богу, как неугоден был и евангельский фарисей? Потому что их праведность — фарисейская праведность.

1. Как фарисеи избегают зла?

Фарисеи всех мест и времен тщательно остерегаются худых проступков и злодеяний. Это, конечно, заслуживает похвалы, но достоин порицания тот способ, которым они, по-видимому, избегают зла.

а) Они чуждаются очевидных грехов, бросающихся в глаза всем и каждому, и исполняют предписания закона, относящиеся к внешнему строю жизни, а не к расположению сердца.

Они не совершают убийства, но сердце их исполнено ненависти, гнева, зависти и вражды. Они не решаются на воровство, но не боятся похищать чужой собственности обманом, непомерными процентами, хитрыми сделками. Они не делают открытого нападения на честь ближнего, но пускают в ход клевету. Поступая так, они забывают, что как в организме человека внешние болезни бывают, по большей части, менее серьезны и скорее поддаются лечению, — так и в нравственной жизни грехи внутренние, растлевающие сердце, страшнее и упорнее при исцелении, к которому они, к тому же, не хотят прибегнуть.

б) Они совершают зло не публично, а втайне.

Вопрос Спасителя, обращенный к фарисеям: «кто из вас без греха»? заставил их отказаться от осуждения женщины и показал, что они сами были не чужды того порока, в котором обвиняли других. В царстве небесном могут иметь место только очищенные от всякой скверны плоти и духа. Для тайного грешника покаяние труднее, чем для явного.

в) Они свободны от грехов, грубо и явно нарушающих нравы общества, права его членов.

Грехов же, ласкающих испорченную внутреннюю их природу, они не только не избегают, но стараются вознаградить ими некоторые лишения и жертвы внешней праведности. Фарисеям недостает, главным образом, страха к греху, чистосердечности, добросовестности, верности перед Богом.

2. Как фарисеи делают добро?

Фарисеи вообще совершают много добрых дел.

Они стоят гораздо выше тех, которые во всю жизнь свою ничего доброго не сделали. Они подают милостыню, оказывают помощь нуждающимся, постятся, ходят в храм, ревнуют о добре. Но почему?

а) Для славы и похвал человеческих.

Не любовь к Богу и ближним побуждает их к добрым поступкам, а любовь к своему я, стремление возвысить его, украсить перед людьми, снискать ему внешнюю честь. Но добро тогда только может быть названо истинным добром, когда оно проистекает из любви к Богу, из любви к ближнему; в противном случае оно фарисейское добро.

б) Поэтому фарисеи охотнее делают добро явно, чем тайно.

Но, по заповеди Спасителя, левая рука не должна знать, что делает правая.

в) Фарисеи делают добро, не сопряженное с жертвами.

Они молятся, потому что это легко, но не прощают обид. Они помогают с избытком, но не страждут с страждущими.

Доброе дело только тогда есть истинное добро, когда оно стоит жертв, труда, самообладания и самоотвержения.

Заключение. Когда мы делаемся фарисеями, и когда — нет?

Взаимное сравнение гордости и смирения

«Всякий, возвышающий сам себя, унижен будет» (ст.14).

Эти слова Спасителя, очевидно, не дозволяют нам хвалиться нашими преимуществами и добродетелями. Но мы можем и смеем говорить о себе с похвалой; иногда даже наша обязанность требует настаивать на признании наших добрых качеств и заслуг, если от этого признания зависит наша честь и деятельность. Однако при суждении о самих себе, мы должны искренне сознавать наши недостатки и приписывать добро, сделанное нами, не себе, а благодати и помощи Божьей, — иначе говоря, мы должны быть смиренны. Совершенно иначе поступает человек гордый, величающийся своими воображаемыми преимуществами и добродетелями.

1. Гордый слеп и не знает своих недостатков; напротив, смиренный знает самого себя.

а) Гордость ослепляет и препятствует самопознанию.

Высокомерный считает себя исполненным преимуществами добродетелей и заслуг, которыми он вовсе не обладает, или же придает своим поступкам и делам более цены, чем они имеют Это самомнение ослепляет его насчет его нравственного состояния. Он считает себя совершенно беспорочным человеком, не находит нужным непрестанно испытывать качество своих намерений, нравственного состояния и поступков, быть внимательным к своим ошибкам, дурным привычкам и грехам.

Если он слышит слова Писания: «нет человека праведного на земле, который делал бы добро и не грешил бы» (Еккл. 7:20), или: «если говорим, что не имеем греха, — обманываем самих себя, и истины нет в нас» (1 Ин. 1:8), то он всегда относит это к другим, но никогда к самому себе. Каждое напоминание благоразумных людей о его погрешностях он принимает с огорчением; каждое суждение о его поступках он отрицает с негодованием, или объясняет это завистью и страстью к порицаниям (Притч. 9:8).[8]

Как трудно, почти невозможно, гордому человеку научиться знать самого себя!

б) Напротив, смиренный знает самого себя. Потому что истинное смирение основывается на правильном самопознании, в особенности на познании немощей своей природы, равно как недостатков собственного сердца, действительных проступков и грехов. Смиренный не скрывает от себя своих недостатков, не старается оправдать их перед другими, а еще менее утаивать их перед всеведущим Богом.

Даже при несомненных успехах в добродетельной жизни, он знает, что ему нечем хвалиться перед Богом, и думает с беспокойством о том, что в нем еще живет более зла, чем добра. Поэтому он часто и беспристрастно испытывает себя, принимает с охотой каждое напоминание и указание от других людей и пользуется ими к тому, чтобы лучше научиться знать себя (Причт. 9:9).[9] Мысль о всеведущем Боге, о Его бесконечном совершенстве и святости подавляет всякое движение гордости и тщеславия, с которыми высокомерный судит о своих поступках.

Таким образом, тщеславие не задерживает человека смиренного в стремлении к самопознанию, без которого невозможно исправление.

2. Гордость препятствует нравственному исправлению и усовершенствованию, а смирение ведет к добродетели.

а) Гордость препятствует исправлению.

Кто желает исправить себя, тот должен начать с самоиспытания и самопознания. Истинная добродетель невозможна без устранения недостатков и дурных привычек, без искреннего, постоянного стремления к большему преуспеянию в добре. Но может ли человек высокомерный решиться на это? Он считает себя беспорочным: как же ему думать об устранении своих пороков? Он воображает себя добрым и совершенным: станет ли он поэтому давать себе труд стремиться к достижению большего совершенства? Нет, в гордом не пробуждается никакого желания к истинному улучшению и добродетели. Он имеет совершенно ложные понятия о добродетели и благочестии; он полагает, что для добродетели достаточно уже одного исполнения внешних дел благочестия, урочных молитвословий и проч., без всяких отношений к внутренним расположениям сердца.

При таких ложных представлениях, при таком нравственном ослеплении, он делается беспечным и беззаботным, не замечает искушений и влечений к греху, живет без предусмотрительности и бдительности.

Вследствие этого недостатки его более и более увеличиваются, грехи накапливаются, и нравственное исправление с каждым днем становится все более затруднительным (Сир. 10:15).[10]

б) Напротив, смирение ведет к истинной добродетели и совершенству.

Оно основывается, поистине, на познании наших недостатков и погрешностей, на сознании нашей зависимости от Бога и на убеждении, что мы всеми силами к добру и всеми нравственными преимуществами обязаны одному — Богу. К этому чувству у человека смиренного присоединяется благоговение к Богу и живая потребность в Его благодати и любви. Не будет ли поэтому смиренный искренне раскаиваться в своих прегрешениях и стремиться всеми силами к их исправлению и устранению? Не будет ли он постоянно внимателен и бдителен к представляющимся ему искушениям, чтобы не впасть в новые прегрешения? Не станет ли он пользоваться каждым богодарованным средством к дальнейшему преуспеванию в добродетели и к достижению благодати и любви Божьей? Ведь со смирением соединяется бдительность и вера, противящаяся всякому злу.

Таким образом, смирение не только само по себе есть славная добродетель, но и служит основанием к истинному благочестию и нравственному совершенству.

3. Гордость оскорбляет людей и возбуждает ненависть, смирение же приобретает себе уважение и любовь.

Если сравним далее гордость и смирение по их проявлениям и действиям в отношении к другим людям, то найдем, что:

а) Гордый человек оскорбляет людей и делается через это ненавистным.

Ведь гордость возникает из преувеличенного мнения о своих небывалых преимуществах, добродетелях и заслугах. Вследствие сего гордый склонен унижать и презирать других людей, становится несправедливым, пристрастным и жестокосердым. Высокомерный хочет, чтобы превозносили только его одного, его мнения и суждения, его воображаемые заслуги и преимущества. Поэтому он злоехидно выражается о других, умаляет их достоинства и усердно старается разглашать их недостатки всем и каждому. — Такие поступки гордеца делают его ненавистным перед всеми людьми. Каждый, оскорбленный им, ищет случая смирить его, осмеять его чванство, вывести на свет его проступки для того, чтобы доказать, как недостоин и презрителен человек надменный. «Гордость человека унижает его, а смиренный духом приобретает честь» (Прит. 29:23).

б) Напротив, через смирение приобретаются любовь и уважение от людей.

Нет сомнения, что истинные духовные преимущества, отличные способности и познания, добродетели и заслуги достойны всеобщего уважения. Они, действительно, заслуживают часто удивления и прославления. Но они также нередко возбуждают зависть и недоброжелательство — по крайней мере им не воздают того уважения, какое следует, если они не соединены с скромностью и смирением. Именно смирение придает всем добродетелям и преимуществам человека такую привлекательность, которая располагает к нему сердца всех людей. Смиренный никого не презирает, даже самого ничтожного из своих собратий, к каждому относится с почтением, за каждым признает его право и в своих поступках к другим избегает всего, что может оскорбить их, раздражить их чувствительность, возбудить неудовольствие. Он всегда услужлив, терпелив, снисходителен, миролюбив и этими качествами, как всеми своими поступками, приобретает себе уважение, доверие и любовь между людьми.

Не благодаря ли этому достигается счастье и довольство в жизни?

4. Гордый ненавистен Богу, а смиренный приобретает благоволение Божье.

а) «Гордым Бог противится» (см. 1 Пет. 5:5).

Может ли высокомерный быть угодным Богу и сделаться достойным Его благодати и любви?

Он не имеет никакого благоговения к Богу, потому что не чувствует своей зависимости от Него и порицает Его дела, учреждения и устроения. Он не воздает Богу никакой благодарности за блага, которыми он обладает и пользуется, потому что считает их собственным приобретением. Он не повинуется Его заповедям и законам, потому что гордость делает его надменным и упрямым. Ему чуждо сыновнее упование на Бога, потому что он недоволен и исполнен самомнения. Никаких обязанностей своих к Богу он не выполняет с благочестивым чувством. При этом не сознает за собой никаких погрешностей и недостатков, не заботится о нравственном исправлении и склонен ко многим прегрешениям в отношении к ближним.

Может ли он при таком настроении и таких поступках угодить Богу и надеяться на Его благодать?

б) Напротив, смиренному Бог дает благодать. Хотя бы он не пользовался никаким почетом от людей, был самым бедным и ничтожным на земле; но Бог возвысит его и даст ему благодать. Потому что его сердце проникнуто благоговением к Богу, послушно Его заповедям, благодарно за всякое получаемое им благо, довольно всем, что ни выпадает на его долю. Тихо и скромно, подобно Спасителю, он исполняет свои обязанности, делает добро без тщеславия и самохвальства, споспешествует благу людей не из стремления к славе, а из любви и послушания к Богу. Если только благодать Божья причастна его сердцу, то он охотно отказывается от одобрения и похвал мирских. В постигающих его скорбях и неприятностях он смиряется под крепкую руку Божью и не предается ропоту, как бы ни был тяжел несомый им крест. Его добродетель и благочестие чужды всякого вида ханжества, искренни и постоянны, и с полным упованием на помощь Божью он сопротивляется всяким страстям и искушениям.

Поэтому он находит благодать у Бога, и его чувства и поступки угодны Богу.

С разными чувствами люди входят в храм Божий и выходят из него

«Два человека вошли в храм помолиться» (ст.10).

1. Некоторые приходят в храм с легким сердцем, а выходят с тяжелым. Фарисеи. Те, которые приходят по одной привычке (Матф. 15:8),[11] люди легкомысленные. (Иер. 6:10),[12] самоуверенные в своем благочестии (Апок. 3:17).[13]

а) Совесть пробуждается и беспокоит их (Деян. 2:37).[14]

б) Иные навлекают на себя тайный гнев и проклятие Божие (Рим. 2:5).[15]

2. Другие приходят в храм с тяжелым сердцем, а выходят с легким. Обремененные земными нуждами. Скорбящие о своих грехах.

а) Они уверяются в благодати Божьей (Деян. 16:14).[16]

б) Некоторые не тотчас ощущают, что они имеют легкое сердце.

Образ гордого грешника

«Боже! благодарю Тебя, что я не таков, как прочие люди» (ст.11).

1. В чем он состоит?

а) Гордый грешник, несмотря на многие грехи свои, хвалится своим благочестием. Он нравится самому себе, ценит высоко свою внешнюю набожность (Ис. 58:2.3),[17] и, при наружном виде благочестия, чужд его силы (2 Тим. 3:5).[18]

б) Он презирает своих братий (Прит. 14:21).[19]

2. Как он опасен!

Гордый грешник обнаруживает самое грубое невежество (Рим. 3:23;[20] Гал. 6:3[21]). Он делается более и более неспособным к действиям благодати Божьей (Лук. 1:53; Исаии 3:9[22]).

Гордятся своими добродетелями лишь духовно слепые

«Боже! благодарю Тебя, что я не таков, как прочие люди» и т. д. (ст.11).

Фарисей гордился своей праведностью и благочестием. Он не находил в себе никакого греха, хвалился тем, что он не таков, как прочие люди, и относился с презрением к мытарю. Не много ли и между нами таких людей, которые тщеславятся своими добродетелями и перечисляют перед Богом и людьми свои заслуги и преимущества?

Но эти люди «слепы.»

1. Они не видят своих слабостей и недостатков.

Все мы грешники. Между нашей жизнью и истинной добродетелью — громадное расстояние. Много есть еще таких добродетелей, которых мы не достигли.

2. Они не видят, откуда исходит всякое благо.

Оно происходит иногда от доброго воспитания, от отсутствия искушений и поводов ко греху, но всегда — от Бога. «Благодатию Божиею есмь то, что есмь» (1 Кор. 15:10). «Бог производит в вас и хотение и действие по Своему благоволению» (Фил. 2:13). «Когда исполните всё повеленное вам, говорите: мы рабы ничего не стоящие, потому что сделали, что должны были сделать» (Лук. 17:10).

8. Они не видят надлежащего пути к спасению.

Мы можем достигать неба только через покаяние и крестные заслуги Иисуса Христа. Но кто превозносится своими добродетелями, тот неспособен к покаянию (почему)? и не ищет своего спасения в другом, в лице Иисуса Христа, — почему?

Молитва мытаря должна быть постоянной молитвой кающегося грешника

«Боже! будь милостив ко мне, грешнику!» (ст.13).

Если он подумает:

1. Сколько я сделал зла!

Фарисей не спрашивал себя так. Зато мытарь размышляет о себе: какой ты грешник уже от природы (Быт. 6:5)[23]?! Затем грехи, совершенные словом и делом (Пс.129:3).[24] Тайное воровство, неправда, прелюбодеяние и многие грехи неведения, о которых ты сам не знаешь (Пс.18:13).[25] Как много грехов совершено тобой в продолжении всей жизни (Иов. 9:3)?[26]

2. Сколько я опустил (не сделал) добра!

Многие вовсе не помышляют об этом. Но перед Богом нереализованная возможность сделать добро, как и содеянное зло — одно и то же (Мат. 13:23;[27] Иак. 4:17[28]). В отношении к ближним. Не помогать нуждающимся (Лук. 10:31–32[29]); не воспитывать детей, не заграждать уст клеветнику, не предотвратить души ближнего от погибели, не благодарить Бога. Велики также грехи, совершенные по небрежности и невежеству (Иер. 48:10)[30]. А сколько грехов, совершенных по злобе (Лук. 12:47)![31]

3. Чего я заслужил своими грехами!

Перед нелицеприятным Богом, который испытует сердца и утробы (Пс.33:17;[32] 89:8[33]), который ненавидит всякую скверну плоти и духа, который угрожает и приводит в исполнение угрозу. И какого наказания? Не временного только, но и вечного (Мат. 10:28).[34]

Бог знает грешника

«Не таков, как прочие люди». — Но:

1. Нераскаянного.

а) Нераскаянные грешники часто неизвестны другим людям.

Фарисей считал себя образцом добродетели, и однако же в очах Божьих он оказался великим грешником, достойным осуждения. Бог знает прикрывающегося грешника, все его дела и греховные помышления, и говорит ему: «ты это делал, и Я молчал» и проч. (Пс.49:21).

б) Нераскаянные грешники неизвестны иногда и самим себе. Они считают себя богатыми, а на самом деле бедны и нищи (Апок. 3:17); гордятся своею внешней набожностью и презирают других. Но Богу ненавистна их наружная прикраса (Иер. 2:22;[35] Иов. 9:30;[36] 1 Цар. 16:7[37]).

2. Кающегося.

Есть такие души:

а) которые знают самих себя, как мытарь (Пс.6:7);[38]

б) которые знают Бога: «Боже! будь милостив ко мне, грешнику!»; очи Господни взирают на их веру;

в) но которые неизвестны для мира. Мир не видит жемчужины, скрывающейся в такой скорлупе. Кто сам не кается, тот не понимает раскаяния в другом (Иов. 15:4–5).[39] Но у Бога они имеют тем большую цену, Бог видит их вздохи и слезы (Пс.37:10;[40] Деян. 10:4;[41] Иер. 31:16[42]), и возвышает их.

Ложный покой самоуверенного грешника

«Не таков, как прочие люди».

1. Свойство этого покоя.

Он основывается:

а) на известных земных преимуществах, которыми ослепляются фарисеи — люди с влиянием, почетом и богатым состоянием. Это служит как бы стеной и валом для прикрытия греховного безобразия (Втор. 32:15).[43] Особенно, если могут грешить свободно и безнаказанно (Сир. 5:4–5).[44]

б) На внешнем виде благочестия и на сравнении себя с заведомо недостойными и низкими в нравственной жизни. «Я не хищник, не прелюбодей и проч.» (Мат. 19:20;[45] Апок. 3:17[46]).

в) На беспредельном милосердии Божьем (Сир. 5:6–7).[47]

Злоупотребление заслугами Иисуса Христа.

г) На обещании исправиться со временем.

2. Как он опасен?

а) Это покой только воображаемый.

Мечты самолюбия. Покой пьяницы, валяющегося в грязи, или человека, спящего на дереве.

б) Он не имеет никакой прочности.

После сильного солнечного зноя следует сильнейшая гроза. Внезапное пробуждение совести. Тайный червь гложет сердце (Исаии 57:20–21).[48] Явные наказания Божьи, внезапно постигающие грешника. (Софон. 1:13;[49] Еккл. 8:12–13[50]).

в) Он причиняет величайший вред.

Считают себя праведными и не прибегают к покаянию. Нравственное состояние с каждым днем становится хуже и хуже. Наконец доходят до нравственного окаменения и отвергаются Богом (Евр. 3:11).[51]

3. Как достигнуть истинного покоя?

а) Надо прежде всего, чтобы сердце грешника пришло в беспокойство относительно своего нравственного состояния. Мытарь (Пс.37:4.7.9;[52] Лук. 15:4-32).

б) Затем, необходимо искреннее раскаяние и исповедание своих грехов. «Боже, милостив буди мне грешнику». (Пс.31:1–2;[53] Иов. 27:6;[54] Иер. 6:16[55]).

Мытарь во храме в сравнении с фарисеем

«Два человека вошли в храм помолиться: один фарисей, а другой мытарь.» (ст.10).

1. Как он беден и, однако же, как богат!

2. Как он ничтожен и, однако же, как велик!

3. Как он печален и, однако же, как блажен!

Человек не будет превозноситься своими добродетелями, если подумает

1. О своей прошедшей жизни.

2. О своем настоящем состоянии.

3. О своем будущем и, особенно, о вечной жизни.

II. АПОСТОЛЬСКОЕ ЧТЕНИЕ. Зачало (296) 2-е послание к Тимофею 3:10–15

10 А ты последовал мне в учении, житии, расположении, вере, великодушии, любви, терпении,

11 В гонениях, страданиях, постигших меня в Антиохии, Иконии, Листрах; каковые гонения я перенес, и от всех избавил меня Господь.

12 Да и все желающие жить благочестиво в Христе Иисусе, будут гонимы.

13 Злые же люди и обманщики будут преуспевать во зле, вводя в заблуждение и заблуждаясь.

14 А ты пребывай в том, чему научен, и что тебе вверено, зная, кем ты научен.

15 Притом же ты из детства знаешь священные писания, которые могут умудрить тебя во спасение верой в Христа Иисуса.

Практический очерк содержания рядового чтения

В апостольском чтении недели предлагаются увещания к неуклонному пребыванию в истинах веры и благочестия, несмотря на гонения и преследования. Истинный христианин в своей вере и деятельности должен одушевляться примером апостолов.

«Чадо Тимофее», говорит апостол Павел своему ученику, «ты», как верный мой ученик, «последовал моему» богопреданному «учению», моей твердой «вере» во Христа, моему «великодушию» к согрешающим, моей «любви» ко всем, моему «терпению» в скорбях (ст.10). Ты слышал о моих «гонениях» и «страданиях», постигших меня «в Антиохии, Иконии и Листрах;» ты узнал и то, как «от всех» бедствий чудесно «избавил меня Господь» (ст.11). Итак, продолжай неуклонно подражать мне во всем! Не смущайся бедствиями и страданиями, выпадающими на долю проповедников веры Христовой, потому что это — неизбежный крест, который должны нести все истинные последователи Распятого: «все желающие жить благочестиво в Христе Иисусе, будут гонимы» (ст.12; ср. Иоан. 15:20;[56] Лук. 21:12[57]).

Напротив, «злые же люди и обманщики», люди злые и коварные, живущие лестью и обманом, хотя и не подвергаются гонениям, но они «преуспеют» только «во зле», увеличат только тяжесть собственных грехов, «вводя в заблуждение» своим примером легковерных «и заблуждаясь» сами своими лукавыми деяниями (ст.13). «Ты же», снова обращается апостол к Тимофею, «пребывай» твердо и неизменно «чему научен, и что тебе вверено», в догматах веры и правилах благочестия, которые ты узнал и в истине которых убедился, «зная, кем ты научен» (ст.14).

Авторитет твоего учителя (т. е. апостола Павла), которому ты сопутствовал в трудах благовестия, должен утвердить тебя в непреложной истине учения, слышанного от него; потому что ты был свидетелем его свышечеловеческих подвигов и добродетелей, видел чудеса, совершавшиеся силой Божьей через него, видел и полноту даров святого Духа, обитавших в нем, как в избранном сосуде благодати.

Святость такого учителя твоего не должна ли укрепить тебя в неуклонном хранении принятых от него учений, несмотря на гонения, угрожающие всем истинным последователям Христовым? Притом же ты «из детства» научился вере от бабки и матери твоей (2 Тим. 1:5)[58] и «знаешь священные писания», т. е. Ветхого Завета, которые также утверждают тебя в том, чему ты научился от своего учителя; они «могут умудрить тебя во спасение верой в Христа Иисуса» (ст.15), так как весь Ветхий Завет, со всеми своими учреждениями, служит пестуном во Христа и руководит «во спасение верой» в Него.

Промысел Божий

«И от всех избавил меня Господь» (ст.11).

Божественный Промысел видимо бодрствовал над апостолом. Он чудесно избавлял его от всех гонений и страданий, постигавших его во время путешествия с евангельской проповедью.

Тот же Промысел бодрствует и над нами на всех путях и стезях нашей жизни.

1. Охраняет жизнь людей.

Пока это необходимо по премудрым целям Божьим. Смерть наступает тогда только, когда отдельный человек достигает в достаточной мере своего назначения на земле. И целые народы не прежде исчезают с земли, как по выполнении данного им назначения.

а) Бог доставляет людям все необходимое для поддержания их жизни.

Народонаселение планеты с каждым годом более и более возрастает, потребности их более и более увеличиваются, — и Бог дает им потребное для их существования. Земля истощается, — и Бог открывает людям новые методы увеличения ее плодородия. Находятся неизвестные прежде способы переработки и производства продуктов, которые приносят пользу человеку.

Если отдельное лицо умирает иногда преждевременно, то это не составляет никакого ущерба в великом целом. Как неисчислимо много требуют пять миллиардов людей, населяющих земной шар! «Очи всех уповают на Тебя, и Ты даешь им пищу их в свое время; открываешь руку Твою и насыщаешь все живущее по благоволению» (Пс. 44:15–16).

б) По мановению или допущению Промысла Божьего войны, моровые язвы, голод и прочее производят, конечно, гибельные опустошения в роде человеческом.

Но, однако же, число преждевременно умирающих остается всегда относительно малым. Прежнее народонаселение в определенном месте скоро опять восстанавливается. Человек имеет нужду в таких наказаниях Божьих. Он становится снова бережливее, лучше и богобоязненнее. Мудрость Божья простирается от одного конца земли до другого (Прем. 11:26–27).[59]

в) Часто великие несчастья постигают отдельных людей: градобития, пожары, внезапная смерть кормильцев семьи и т. п.

Вначале люди готовы предаться отчаянию. Но вскоре они опять находят совет и помощь. И они и другие видят тогда только яснее, что Бог может питать их без жатвы, без дома, без прежнего главы семейства и т. д. После таких несчастий люди устраиваются часто еще лучше. «Отец ваш Небесный знает, что вы имеете нужду во всем» (Мф. 6:32).

Таким образом, охранение людей — вот первое попечение Промысла Божьего!

2. Управляет людьми и руководит ими по своей воле.

Хотя Бог и дал людям свободную волю, однако Он удерживает над ними свое господство (Прем. 12:16).[60]

Так что, несмотря на свободу воли, ничего не бывает без допущения Божьего. Он ведет нас нашими же путями и делает нас великими или малыми, богатыми или бедными, сильными или слабыми, здоровыми или больными. Мы различаем три рода людей, управляемых Промыслом.

а) Людьми добрыми Бог управляет посредством своего закона (данного в откровении Моисею), совести, церкви, родителей и начальников.

Они любят Бога и повинуются Ему. Они подчиняют тело с его влечениями разуму и духу, а дух подчиняется Богу. Таково отношение к Богу людей благочестивых, и оно ведёт к счастью, радости и миру. — Нужно поистине удивляться безумным, которые не поступают так.

б) Иной вначале ходит стропотным путем, но в надлежащее время сворачивает с него и обращается.

Этому содействует Бог своей предваряющей благодатью, несчастьями, горькими последствиями греха, внушениями Духа Святого. Следовательно, такие люди только недолгое время остаются без управления Промысла, но потом они горько раскаиваются, что заблуждались и лишались водительства Божьего.

в) Даже поступки ожесточенных и нераскаянных грешников Бог направляет к добру.

Сыновья Иакова, продавшие Иосифа, обвинители и судьи Иисуса Христа, ярость Саула и т. п. Только злой волей и духом противления таких грешников Бог не управляет, и отвергает нераскаянных от своего царства.

Управление людьми — вот второе попечение Промысла Божьего о людях!

Заключение. Есть Промысел! Будем уповать на него. «Возложи на Господа заботы твои, и Он поддержит тебя» (Пс.54:23). Предадимся Его водительству. Да будет во всем Его воля! Из-за сопротивления Ему мы только уничтожаем самих себя.

Почему Иисус Христос и апостолы не завещали христианам никакого земного счастья, но готовили их к лишениям и страданиям

«И все желающие жить благочестиво в Христе Иисусе, будут гонимы» (ст.12).

Каждый человек, делающий добро и исполняющий свои обязанности, ожидает себе счастья и благоденствия в жизни. Но Иисус Христос не завещал своим ученикам и последователям никакого земного счастья, а требовал от них лишений и самоотвержения. «если кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною» (Мф. 16:24–25;[61]). То же самое говорит и апостол в нынешнем послании: «И все желающие жить благочестиво … будут гонимы» (ср. 1 Пет. 4:12–14).[62] Но неужели христианин должен постоянно вести печальную жизнь, лишаться всяких земных радостей, терпеть дни гонения, скорби и бедствия? Этот вопрос требует правильного решения.

Причины этого скрываются:

1. Частично в тогдашних обстоятельствах.

а) Иисус Христос хотел исправить религиозное состояние не одних только иудеев, но и всего рода человеческого.

Он предлагал истины и учения, которые были совершенно противоположны мнениям и воззрениям тогдашних людей. Отсюда ожесточенное сопротивление, ненависть и преследования, всюду сопровождавшие Иисуса Христа и Его апостолов. Трудно было людям расстаться со своими застарелыми заблуждениями и принять новые, небесные истины, проповедуемые христианством. Таким образом, Евангелие было принимаемо многими людьми с неохотой.

Зависть, честолюбие, корыстолюбие и другие страсти громко заговорили против евангельского учения, и те, которые почитали Иисуса Христа, как Божественного Учителя, и исповедовали Его учение, подвергались ради этого ненависти и преследованиям от врагов. Спаситель предвидел это. «Не думайте, что Я пришел принести мир на землю; не мир пришел Я принести, но меч» (Мф. 10:34 и др.). Поэтому Он не завещает своим последователям никакого земного счастья в общепринятом тогда понимании, а предрекает им гонения и страдания, и ублажает кротких, милосердных, миротворцев (Мф. 5:5.7.9),[63] чтобы они, при своем снисходительном, миролюбивом настроении, спокойнее переносили всякую неправду. Поэтому и апостол Павел говорит, что «все желающие жить благочестиво в Христе Иисусе, будут гонимы». Вместе с тем Он говорит, что образ жизни христианина — благочестивый достаток в кругу последователей.

б) Как желал бы Иисус Христос избавить своих последователей от гонений и даровать им уже здесь истинную награду за добродетель и благочестие!

Но Евангелие не могло без борьбы распространиться на земле. Добродетель и благочестие Его исповедников должны были явиться миру во всем величии не иначе, как пройдя через огонь искушений и страданий.

Как счастливы теперь мы, христиане, что ради имени Христова не подвергаемся никаким гонениям и преследованиям! Теперь уже никто открыто не гонит за то, что мы христиане. Напротив, исповедуемая нами вера доставляет нам значительные выгоды, дает нам целесообразные средства к образованию, развитию нашего интеллекта и к достижению нашего благосостояния. Будем признательны за такое благодеяние, станем высоко ценить достоинство нашего православного вероисповедания; будем искренне радоваться тому, что мы — христиане, и жить так, как требует наше христианское звание.

2. Частично в цели Иисуса Христа.

Вторая причина, почему Иисус Христос и апостолы не завещают своим последователям никакого земного счастья, но требуют от них терпения в бедствиях и страданиях, заключается в цели Иисуса Христа.

а) Иисус Христос желал освободить человечество от тех несчастий, под тяжестью которых оно изнемогало.

Такого освободителя давно уже ждал народ иудейский. Но Спаситель хотел освободить свой народ не от временных бедствий и телесной нужды, хотя Он милосердно помогал всем, кто искал Его помощи в такой нужде. Он не желал даровать своим последователям только те земные блага и благодеяния, которых ожидали от Мессии иудеи. Из всего того, чему Он учил и что делал, ясно открывается, что Он желал, прежде всего, содействовать внутреннему, духовному благу людей, удалить препятствия и даровать средства к достижению этого блага. Поэтому апостол Павел говорит об Иисусе Христе, что Он «сделался для нас премудростью от Бога, праведностью и освящением и искуплением» (1 Кор. 1:30, ср. 1 Кор. 1:24[64]). И апостол Петр называет Его «пастырем и посетителем» (блюстителем) «душ наших», который предохраняет нас от греха и заблуждений, ведет к добродетели, нравственному совершенству и блаженству, который своей смертью обязывает нас «умереть греху и ожить Богови».

Если он сам говорит о Себе, что Он пришел, «чтобы имели жизнь и имели с избытком»(Ин. 10:10); если Он сам называет себя и свое учение «хлеб Божий есть тот, который сходит с небес и дает жизнь миру» (Ин. 6:33), то мы должны понимать под этим в бóльшей мере внутреннюю, духовную жизнь человека, как преобладающую составляющую, и её духовные потребности, которые преимущественно желал он удовлетворить. Таким образом, Он желал завещать своим последователям счастье духовное, составляющее плод и награду истинной добродетели и благочестия. Поэтому Он называет «блаженными» (Мат. 5:6.8.10) «алчущих и жаждущих правды, чистых сердцем, гонимых за правду». Все эти люди должны быть счастливы, но их счастье — не внешняя, земная, видимая собственность, а собственность души и сердца.

б) Но с этим внутренним счастьем не может ли быть соединено также и внешнее, земное благополучие?

Конечно, может, и опыт показывает, что это чаще всего так и бывает. Образ жизни православного христианина — благочестивый достаток. Так как совершенно согласно с порядком Божьим, чтобы человек добродетельный, исполняющий добросовестно свои христианские обязанности, посредством этого устраивал свое земное счастье и делался достойным благословения Божьего в своих земных трудах и предприятиях. Но этого счастья и этого благословения Божьего в земных занятиях человек может достигать не иначе, как путем самоотвержения и добровольного ограничения потребления земных благ — необходимо соизмерять свои желания с реальными потребностями.

Какой добродетельный человек, стремящийся быть тем, чем он должен быть, не чувствует себя обязанным как можно чаще отказываться от чувственных удовольствий, ограничивать земные радости, жертвовать земными благами? Потому что те, кто любит деньги и имущество, почести и славу, радости и удовольствия более добродетели и благочестия, тот не может быть добродетельным; не может достигать и вечного счастья, завещаемого Спасителем.

Апостол Иоанн увещевает христиан: «не любите мира, ни того, что в мире: кто любит мир, в том нет любви Отчей… И мир проходит, и похоть его, а исполняющий волю Божию пребывает вовек» (1 Иоан. 2:15.17). Таким образом, самая совершенная и угодная Богу та добродетель, которая, через самоотвержение в бедствиях, очищается от греховной (чрезмерной) привязанности к материальным благам мира сего, укрепляется в страданиях и остается твердой во всевозможных искушениях.

Но если Иисус Христос требует от людей совершенной добродетели, то Он не может предлагать к их услугам земного счастья в понимании людей неверующих. «Все желающие жить благочестиво», так или иначе, но неизбежно «гонимы будут». При этом остаются совершенно истинными слова Спасителя: «ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это все (необходимое для достаточного материального существования) приложится вам.» (Мф.6:33).

Итак, не будем роптать, если мы ради благочестия терпим гонения, если мы, как христиане, должны отвергаться самих себя и нести свой крест. Христос, пострадав за нас, оставил нам пример, дабы мы шли по следам Его (1 Пет. 2:21).[65] А если со Христом страждем, то с Ним и прославимся.

Скорби и гонения составляют неизбежный удел благочестивого христианина

«Все желающие жить благочестиво в Христе Иисусе, будут гонимы» (ст.12).

Нерадостную истину возвещает нам апостол в дневном чтении. Не то же ли самое говорит Иисус Христос (Мат. 10:34[66] и др. Иоан. 16:20[67])?

Так должно быть:

1. Потому что он благочестивый христианин.

Конечно, и грешник имеет свое горе (Пс. 31:10),[68] но оно часто служит к его стыду и посрамлению. Он по своей собственной вине нередко делается притчей во языцех. Но благочестивый человек невинно терпит скорби и огорчения. «Возьми крест свой» (Лук. 9:23;[69] Деян. 14:22[70])! Если мы — христиане, то должны также и страдать с Христом. Когда страдает Глава, то чувствует страдание и каждый член. Захотим ли мы покоиться на розах и предоставить терния одному Иисусу Христу? Злой мир не может не питать ненависти к благочестивому человеку (Иоан. 15:19;[71] Иак. 4:4[72]). Овцы и волки. Но как иначе, если крест исходит из руки Божьей (Пс.37:3)?[73]

2. Потому что Бог любит его.

Правда ли это? Где же награда добродетели? Где обетование благочестия (1 Тим. 4:8;[74] Осии 6:4[75])? Однако же, рассмотри внимательнее несомый тобой крест; это — не гнев Божий (Пс.76:10),[76] но язвы любящего друга (Прит. 17:6;[77] 3:11–12;[78] Евр. 7:6[79]). Познай мудрого Врача, любвеобильного Отца, благо в горе. Тогда ты поймешь любовь Божью в самих страданиях (1 Пет. 4:1).[80] Сердце становится смиреннее, молитва пламеннее, упование крепче, мир омерзительнее, небо приятнее (Псал 72:23).[81]

3. Для того, чтобы он сильнее искусился, в благочестии.

Храбрый воин не прежде обнаруживает свою храбрость, как уже выступив перед врагом. Золото в горниле (Прит. 17:3;[82] Сир. 2:5[83]). Вера тогда только проявляется во всей силе, когда она открыто свидетельствует о Христе. Терпящий делается непреклонным (Рим. 5:3).[84] Молящийся находит ключ к сердцу Божию (Пс.17:7).[85] Надежда благочестия переходит в уверенность (Иак. 1:12;[86] 2 Кор. 4:17[87]).

Если мы не терпим никаких гонений со стороны злых людей, то это свидетельствует о недостатке в нас веры, любви, благочестия

«Все желающие жить благочестиво … будут гонимы».

Таков общий удел добродетели и благочестия! Тьма спорит со светом, истина с ложью, добро со злом. Мы не терпим теперь таких гонений, каким подвергались первенствующие христиане, и за это слава Богу. Но если и ныне не постигают нас никакие гонения, насмешки и издевательства и т. п., то это — недобрый знак.

1. Одушевленной веры.

Злые люди щадят и не осмеивают только того, кто не имеет и не обнаруживает никакой веры. Но кто в пути, при входах и выходах и проч. осеняет себя крестным знамением, кто перед храмом, иконой и крестом с благоговением останавливается и молится: тот непременно подвергнется насмешкам. Кто в церкви смотрит только на алтарь и думает только о молитве, того обзовут оскорбительным именем святоши. Кто верно соблюдает установленные Церковью посты, проводит по христиански воскресные и праздничные дни: тот в глазах других — ханжа. Если бы кто в обществе вздумал противоречить кощунникам, то наверно встретил бы град насмешек и т. п.

2. Пламенной любви.

Великая была бы любовь — наставить иного на правую веру: но сделай это, и тебя будут преследовать. Любовь была бы — удержать от греха: но сделай это, и тебя будут гнать. Любовь была бы — доставлять хлеб и утешение в хижины нищеты: но делай это постоянно и тебя заподозрят в нечистых намерениях и т. д.

3. Благочестивой жизни.

Если всегда и перед всеми говорят правду, то считают людьми несносными и опасными. Благотворительную щедрость осудят, как расточительность, целомудрие — как безчувственность, воздержность языка — как тупость ума и проч. Если сами заслужили доверие и относятся с доверием к другим, то будут обмануты. Точное и строгое исполнение всех своих обязанностей возбудит ненависть. Поистине, «все желающие жить благочестиво … будут гонимы.»

Заключение.

Вера, любовь, благочестие, так или иначе, неизбежно должны подвергаться гонениям. Если нас не постигают никакие гонения, то это — нехороший знак. А если мы терпим преследования от злых, то это должно доставлять нам радость и утешение.

Родители с ранней юности должны помогать своим детям в достижении их назначения

«Из детства знаешь священные писания, которые могут умудрить тебя во спасение» (ст.15).

Апостол Павел, наставляя своего ученика Тимофея к достойному прохождению пастырского служения, напоминает ему о том воспитании, какое подготовило его к этому служению. Ты — говорит он — «из детства знаешь священные писания, которые могут умудрить тебя во спасение'.» Труды матери и бабки (2 Тим. 1:5), заботившихся с ранней юности о воспитании Тимофея, были не напрасны; они принесли свой плод. Тимофей вышел достойным преемником апостольского звания. Какой поучительный пример для отцов и матерей!

А в чем это назначение?

1. Для семейства.

Человек прежде всего член «семьи.»

Чтобы дети вышли полезными и счастливыми членами семьи, об этом должны позаботиться родители, насаждая и запечатлевая в них учением и примером домашние добродетели. Какие?

а) Усердие и трудолюбие.

Почему они необходимы не только для нуждающихся, но и для состоятельных людей?

б) Довольство.

Прочь всякое излишество; надобно привыкать к самому простому образу жизни.

в) Миролюбие.

Почему оно так необходимо в доме?

г) Любовь к порядку.

Без этого все другое напрасно. Надобно делать всякое дело одно за другим. Если же ты все хочешь сделать сразу и без порядка, то это будет стоить тебе величайших усилий.

2. Для гражданского общества.

Дитя будет некогда «гражданином.» Какие добродетели требуются для того, чтобы быть счастливым и почтенным гражданином?

а) Честность.

Нужно уважать чужую собственность. «Широкая» совесть; «узкая» совесть. «Удали честность и справедливость: что иное выйдет тогда из гражданских обществ, как не великий вертеп разбойников?.»[88]

б) Правдивость.

Как вредит себе человек лицемерием, лукавством и ложью?

в) Стремление к общей пользе.

Корыстолюбивые портятся уже в семье.

3. Для церкви.

Дитя — член «церковного» общества. В нем нужно с ранних лет насаждать:

а) Благочестивое чувство.

В человеческом сердце таится врожденное стремление к Богу; надо его развивать, а не подавлять.

б) Благоговение к святым.

Если дитя приучено складывать руки на домашней молитве, не божиться, не употреблять всуе имени Божьего; если оно никогда не осмеливается сделать чего-либо непозволительного по отношению к родителям — то оно и впоследствии будет благоговейно вести себя в церкви. К чему привыкают в юности, то делают и в старости.

4. Для неба.

Небо есть награда святой любви, а дитя назначено для неба, есть дар неба; к нему оно должно быть и направлено.

Оно должно научиться любить «ближнего», предупреждать, уступать, добровольно творить добро, давать, помогать, прощать. Оно должно научиться любить «самого себя», а истинное себялюбие состоит в том, если господствуют над дурными наклонностями и борются за добро.

Велики плоды раннего благочестия

«Из детства знаешь священные писания, которые могут умудрить тебя во спасение.»

Тимофей уже с детства воспитан был в благочестии, знал священные Писания. Какой поучительный урок для отцов и матерей! Ранней весной мы обыкновенно обрабатываем наши сады и поля (Екк. 11:6).[89] Но какая небрежность в отношении к заботам о душе! Бог ищет нас уже «с утра» (Мат. 20:1).[90] Утренний час — дорогой час.

1. Раннее благочестие.

а) Если с ранней юности заботятся о религиозном настроении и закладывают прочное основание своим религиозным познаниям. Посещают храм Божий (Лук. 21:38).[91] Читают книги Священного Писания (2 Тим. 3:14–15;[92] Сир. 51:18[93]).

б) Если заблаговременно обращаются к Богу. Чем дальше откладывают свое обращение, тем хуже (Сир. 18:22).[94]

в) Если рано умирают для греха. Плох тот христианин, который оставляет грех только потому, что рука и нога более не действуют.

2. Великие и несомненные плоды.

а) Преимущество благочестия обнаруживается уже в делах вещественных (Пс.127:1–4;[95] 1 Тим. 6:6[96]). Иосиф.

б) Спокойная совесть — награда благочестия; она вносит небесный мир в сердце человеку (Еккл. 11:9).[97]

в) Всякий крест становится легче (Пс.70:5).[98]

г) Для благочестивого христианина физическая смерть не страшна.

Какова жизнь, такова и награда

«А ты последовал мне в учении, житии, расположении, вере, великодушии, любви, терпении, в гонениях, страданиях, постигших меня в Антиохии, Иконии, Листрах; каковые гонения я перенес, и от всех избавил меня Господь. Да и все желающие жить благочестиво в Христе Иисусе, будут гонимы. Злые же люди и обманщики будут преуспевать во зле, вводя в заблуждение и заблуждаясь» Ст. 10–13.

Эта истина, основанная на правде Божией, открывается:

1. Как над благочестивыми людьми, которых Господь избавляет от бедствий, постигающих их ради благочестия (ст. 10, 11), поскольку без креста нет общения с Христом (ст.12);

2. Так и над нечестивыми, потому что их грехи постоянно возрастают, а с грехом неразлучна и их погибель (ст.13).

ОБРАЗЦЫ ЦЕРКОВНОЙ ПРОПОВЕДИ

Слово на Неделю о Мытаре и Фарисее[99]

10. Два человека вошли в храм помолиться: один фарисей, а другой мытарь.

11. Фарисей, став, молился сам в себе так: Боже! благодарю Тебя, что я не таков, как прочие люди, грабители, обидчики, прелюбодеи; или как этот мытарь.

12. Пощусь два раза в неделю, даю десятую часть из всего, что приобретаю.

13. Мытарь же, стоя вдали, не смел даже поднять глаз на небо; но, ударяя себя в грудь, говорил: Боже! будь милостив ко мне, грешнику!

14. Сказываю вам, что сей пошел оправданным в дом свой более, нежели тот: ибо всякий, возвышающий сам себя, унижен будет; а унижающий себя, возвысится.

Притчу о мытаре и фарисее, которую мы сегодня слышали в Евангельском чтении, Христос Спаситель оканчивает тем, что фарисей пошел в дом свой, как осужденный или неоправданный, а мытарь как оправданный. «Пошел оправданным в дом свой более, нежели тот.»

Но разве они были в судилище? Разве над ними производился суд? Они были в храме. Они молились.

Отсюда открывается вид на храм и на молитву, который, вероятно, не все достаточно замечают и принимают во внимание. Входя в храм, становясь на молитву, мы всего скорее представляем себя просителями, а Бога подателем благ. Это справедливо, но это не все. Слово Христово показывает, что храм, будучи домом молитвы, в то же время есть и судилище Божье. Ты молишься, а невидимый Судья внемлет не только словам твоим, но и мыслям, и чувствам сердечным, и производит над тобой праведный суд. Ты окончишь молитву и пойдешь отсюда или оправданный, или неоправданный, или даже осужденный. Пророк сказал о ком-то: «молитва его да будет в грех» (Пс. 108:7). Видно, есть кто-нибудь, над кем сбывается это слово: потому что пророки не говорят слов на ветер.

Итак, молитвенники, надобно нам позаботиться, как бы избегнуть осуждения, как бы достигнуть оправдания. Для этого посмотрим, как достиг оправдания мытарь, как не достиг фарисей.

«Фарисей, став, молился сам в себе так: Боже! благодарю Тебя.» Кажется, это не плохая молитва.

Фарисей «молится сам в себе», то есть внутренне, мысленно, сердечно: это лучше некоторых из нас, которых уста произносят молитву, а сердце её не чувствует, и мысль нередко уклоняется от неё к посторонним предметам; или которые слушают церковное чтение и пение ухом телесным, но не открывают глубоким вниманием слуха внутреннего и не одушевляются духом молитвы. По таким случаях надо опасаться, чтобы нам не остаться более чуждыми оправдания, нежели неоправданный фарисей.

Фарисей «благодарит Бога:» и это лучше некоторых из нас, которые в молитве помышляют более о том, что нужно им, нежели о том, что нужно Богу; которые, как дети, алчущие наследства отцовского, а не любви, приходят в дом Отца Небесного, чтобы просить себе нужного и ненужного, полезного и не полезного. Приходят не для того, чтобы созерцать Его совершенства, чтобы исповедовать Его премудрость, благость, провидение, помощь, благодеяние, чтобы вкушать от Его любви и благодати и приносить Ему свою любовь, благодарность, хвалу и славу.

Фарисей — человек не без подвигов и не без добрых дел. «Пощусь», говорит он, «два раза в неделю, даю десятую часть из всего, что приобретаю.» Поститься два дня в неделю закон ветхозаветной церкви не предписывал; это был пост, введенный частным преданием и добровольно принятый фарисеем; из чего можно заключить, что тем паче неопустительно наблюдал он посты законные. Давать десятину, т. е. десятую долю от стада, от произведений земли, от годового дохода, церкви, её служителям и нищим предписывал закон, впрочем, не тщательно исполняемый в последние времена ветхозаветной церкви. Фарисей, дававший десятину от всякого приобретения, конечно, был ревнитель закона лучше многих и — нельзя не признаться — лучше некоторых из нас, которые не только не налагают на себя добровольных постов, но и установленные Церковью посты или явно нарушают, или исполняют небрежно, изобретая пост роскошнее мясоядения, — которые не только десятой доли от своих приобретений не отделяют на Церковь и на её служителей и на нищих, но и более скудную долю на это отдают неохотно, как бы невольную дань, а не с радостью, как жертву Богу. Повторяю, следует опасаться, чтобы не остаться нам более чуждыми оправдания, нежели фарисей неоправданный.

Но как же он не оправдан? — Сейчас увидите.

«Фарисей, став, молился сам в себе так: Боже! благодарю Тебя, что я не таков, как прочие люди.» Устами он хвалит Бога: но в самом деле превозносит себя. Хвала Богу служит у него только средством выражения того, как он доволен собой, что он лучше других. Поэтому нетрудно понять, может ли его молитва быть угодна Богу: это — кадило, из которого восходит не благоухание благоговения и умиления, но смрад гордости и тщеславия. Понятно, почему он не может быть оправдан: провозглашая себя лучшим других и беспорочным, он не только говорит, сам не зная что, как не сердцеведец, но и очевидно говорит неправду; потому что лучше его знающий человеческую добродетель апостол свидетельствует: «если говорим, что не имеем греха, — обманываем самих себя, и истины нет в нас.» (1 Иоан. 1:8).

Научимся из сего, братия, как вообще не думать о себе высоко, так и особенно не высокомудрствовать в молитве. Что тебе заглядываться на свои ничтожные добродетели, когда надобно созерцать безконечные совершенства Божьи. Что тебе хвалить себя, когда следует прославлять Бога? Если ты наслаждаешься сам собой, то, конечно, душа твоя не как фарисей в молитве — он не только хвалил себя, но и порицал других. «Я не таков, как прочие люди, грабители, обидчики, прелюбодеи; или как этот мытарь.» Этих слов не оправдает и человек незлобивый и кроткий: так как же оправдает их Бог всеблагий, человеколюбивый, Которого «щедроты на всех делах Его?» Перед лицом Божьим ты укоряешь ближнего, как. порочного, как преступника, но Бог имеет его под Своим провидением и милует: итак, в твоем укорении ближнего не скрывается ли дерзновенное укорение самого Бога, Который его милует? И какая тебе польза высматривать пороки ближнего? Ты не делаешься святым от того, что видишь его грешным; напротив того, твое око, которое Бог сотворил и постоянно хочет содержать чистым, сам делаешь лукавым. Ты ставишь «этого мытаря» между хищниками и неправедниками: но, может быть, этот низкий в глазах твоих Закхей через час, каким-нибудь способом, поднимется выше, чтобы узреть Христа, и еще через час Христос о нем скажет, «потому что и он сын Авраама» (Лук. 19:9). Какими тогда глазами воззришь на того, которого теперь порицаешь?

Опасное, братия, искушение, без нужды рассматривать недостатки и грехи других людей и прельщать себя мыслью, что мы не таковы, как они. Определенно, это значит прельщать самих себя. Глумясь над пороками ближних, мы нарушаем заповедь любви к ближним; оскорбляем Бога, их милующего; оскверняем наш ум нечистыми представлениями; подвергаемся опасности быть порицателями невинных и даже будущих святых; смрадом нечистых воспоминаний растлеваем благоухание молитвы; немирной совестью воспящаем сердце наше от восхождения горе, и, конечно, не достигнем оправдания от Того, Который рек: «не судите, да не судими будете».

Кто избавит нас от этого искушения? Кто нам покажет надежный способ достигнуть оправдания в молитве? — «Этот мытарь», столь презираемый фарисеем. Мытарю поручил это Христос Спаситель в слове притчи.

«Мытарь же, стоя вдали, не смел даже поднять глаз на небо; но, ударяя себя в грудь, говорил: Боже! будь милостив ко мне, грешнику!.» Вот молитва, вследствие которой мытарь «пошел оправданным в дом свой.» Следовательно, здесь есть и для нас образец молитвы, которая способна достигнуть оправдания.

Мытарь, войдя в храм, стоит вдали, ближе к дверям храма, нежели к его внутренней святыне. Что сделаем мы по этому образцу? Станем ли тесниться в притворе, оставив храм пустым? Это не было бы сообразно ни с удобством, ни с порядком церковным. Кто может, насколько может, пусть подражает и видимому образцу оправданной мытаревой молитвы; всякий же да старается постигнуть дух образа сего и им воодушевиться.

Что значит мытарево стояние вдали? Страх Божий перед святыней Божьей, ощущение своего недостоинства. Так и мы да достигнем и сохраним эти чувства!

О Боже святыни и славы! Тот, которого Ты оправдываешь, не дерзает приближаться к святыне Твоей: как же дерзну я, достойный тысячекратного осуждения, входить во внутренность Твоего святилища, прикасаться к святыне Твоей, которой ангелы со страхом служат, приступать к таинствам Твоим, в которые ангелы желают приникнуть? Даруй мне страх и трепет и самоосуждение, да не осудит меня мое дерзновение.

Мытарь не хочет и очей возвести на небо. Что это значит? — Смирение. Итак, имей смирение в молитве: и будешь иметь молитву оправдывающую.

Мытарь бьет себя в грудь. Что это значит? — Сокрушение сердца о грехах и покаяние. Итак, имей и ты эти чувства. — «Сердце сокрушенно и смиренно Бог не уничижит».

Что ознаменовалось видимыми образами молитвы мытаревой, то же выражают и слова: «Боже, милостив буди мне грешнику». Мытарь не опирается на свои дела, подобно фарисею, но уповает на милосердие Божье. С биением себя в грудь, называя себя грешником, он через это исповедует, что правосудие Божье требует добродетели и осуждает грех; что он, как грешник, признает себя достойным осуждения и уже чувствует свое осуждение; что желает избавиться от греха и вместе сознает свое бессилие избавиться от него. Когда же вместе с этим просит у Бога милости, не представляя ни права, ни побуждения, то этим исповедует веру в бесконечное милосердие Божье и в благодать по вере оправдывающую и спасающую грешника, возрождающую и воссозидающую человека на дела благая, да в них ходит.

Таким образом, молитва мытаря есть молитва покаяния и смирения и, вместе с тем, молитва веры и упования. С такой молитвой да входим в храм и да пребываем в ней, да возглаголет милосердый Господь и нам, что оправданными уйдем в дом свой. Аминь.

Поучение в Неделю Мытаря и Фарисея[100]

Почему, слушатели, молитва фарисея была неугодна Богу, несмотря на то, что он был человек, кажется, праведный? И отчего, напротив, Богу угодна была молитва мытаря, хотя он был всем известный грешник?

Бог грешников не слушает, Он слушает только праведных; отчего же фарисей добрый своей молитвой заслужил осуждение, а мытарь грешный получил оправдание?

Фарисей оттого заслужил осуждение своей молитвой, что он, молясь, сознавал себя праведным; а мытарь получил оправдание своей молитвой за то, что сознавал себя грешником.

Как бы вы ни были чисты и правы, — не сознавайте себя такими перед Богом, а сознавайте себя грешниками. Да, Бог не услышит нашей молитвы, когда мы, молясь Ему, бываем уверены, что мы правы.

Но вы скажете, как можно довести себя до сознания, что я грешник, когда я не грешу, по крайней мере — гораздо меньше других грешу; когда я исполняю и заповеди Божьи, делаю и добрые дела! Можно, слушатели, и легко можно сознать себя грешником, когда мы будем должным образом рассуждать. В самом деле, будем рассуждать хорошенько: ты не сознаешь себя грешником, — вот и знак, что ты не праведник, а грешник, ибо праведники никогда не считают себя правыми перед Богом; ты, к тому же, сознаешь себя лучше других, — а это знак еще вернее, что ты действительно грешник, ибо праведники всегда почитают себя хуже других.

Будем рассуждать далее: на мне нет теперь грехов, нет никаких важных грехов, какие есть за другими, — как же мне сознаться, что я грешник и грешнее других? Очень легко. Пусть так, что на тебе теперь грехов нет, но зато были прежде. Положим, что тебе прежние грехи прощены; положим, что ты загладил их добрыми делами, омыл слезами, но все же ты был грешником; стало быть, грешил; ты чист от грехов по милости Божией, а сам по себе ты грешник. Ты даже большой грешник: ты имел силы воздерживаться от грехов, ибо теперь воздерживаешься; другие грешат по слабости, а ты имел силы не грешить и грешил. Будем и еще рассуждать: я и прежде не грешил, грешил гораздо меньше, нежели другие. Положим, что и эта правда. Но как ты мог воздерживаться от грехов? Сам собой или при помощи благодати Божьей? Если ты сам по себе воздерживался от грехов, то ты вовсе не праведник, ибо твоя природа такова, что ты грешить не мог. Если ты боролся со грехом, вооружился против страстей, — то тебе помогла благодать Божья воздержаться. Без благодати Божьей ты никогда не мог бы воздержаться. Что же думаешь о себе, что ты праведник, когда ты по благости Божьей праведник?

Да если бы этому человеку, которого ты почитаешь хуже себя, так помогла благодать Божья, как тебе, — то и он не согрешил бы.

Да, слушатели, грехи, которые мы имеем или имели, — наша собственность; а добрые дела, которые мы делаем, не наши: это — дело благодати и милости Божьей.

Итак, если ты не грешишь теперь, а грешил прежде, то явно, что ты грешник, и хуже других: ибо мог воздерживаться и не воздерживался; другие грешат потому только, что воздерживаться не могут. Если ты и прежде не грешил и теперь не грешишь, — то все равно ты грешник, ибо не сознаешь себя грешником. Да, не сознавать себя грешником есть грех и грех великий.

Будем же, слушатели, так рассуждать; и мы сознаемся, наконец, что мы великие грешники. Да и сознавая себя грешниками, не будем почитать себя праведниками, ибо и это будет грех; да, и это грешно, если я буду успокаиваться тем, что сознаю себя грешником. Нет, вконец надо истреблять в себе грех; никогда не надо уверять себя, что праведник; ничем не надо успокаивать себя, что не грешник. Надо, чтобы после всех пощений и молений, после всех суждений о себе выходило одно заключение: я Господи, великий грешник; я недостоин милостей Твоих, я недостоин даже просить помилования у Тебя, Господи. Аминь.

Мытарь и фарисей

С неизменной правильностью совершается круговращение времен, придвигающих нас все ближе и ближе к цели завершения бытия. Начался новый год, прошли великие праздники и вот уже наступает время приготовления к Святой Четыредесятнице. Человек с его немощами и страстями постоянно нуждается в высшем руководстве, и Святая Церковь, как любящая мать, не оставляет нас без него. В обыденной жизни еще волнуется и бушует море страстей, еще тешится плоть и услаждается чрево, задаются пиры, на которых гремит сладострастная музыка, кружится в вихре удовольствий и танцев незрелая молодежь или недозрелая старость, и никому и в голову не приходит вопрос: в этом ли состоит истинная сущность и цель жизни? Да едва ли когда-нибудь и явилась бы мысль об этом, если бы не Святая Церковь, которая, как бы желая образумить увлеченное страстями человечество, уже поет глубоко-трогательную песнь: «Покаяния отверзи ми двери, Жизнодавче!» Вместе с тем она и своими евангельскими чтениями за литургией разъясняет нам, в чем заключается тайна нашего оправдания перед Богом. Эта последняя мысль находит себе поразительное пояснение в знаменитой притче о мытаре и фарисее.

Господь наш Иисус Христос уже совершил большую половину Своего служения на земле. Он обошел все города и веси земли Израилевой и во всей полноте постиг, в какой бездне нравственного падения находился избранный народ. В своей массе этот народ, будучи уже политическим рабом жестокого завоевателя, был вместе с тем и духовным рабом своих слепых вождей, которые извратили дух закона и поклонялись мертвой букве его. В буре общественнополитических смут и религиозных раздоров он уже потерял руководящую нить в своей жизни и, отчаявшись в настоящем, жил смутной надеждой на будущее. Но надежда все не осуществлялась. Он ждал явления грозного Мессии — царя, который низвергнет тяжкое иго языческого завоевателя и все богатства мира сего соберет и предоставит в пользование иудеям.

Эта мысль слишком льстила народному самолюбию и самомнению, чтобы она не проникла во все слои народа, и когда явился истинный Мессия, но в образе кроткого и смиренного учителя, проповедовавшего о духовном возрождении на основе покаяния, то учителя израилевы первые не признали Его и всячески возбуждали против Него народ. Чувствуя ложь своего взгляда на Мессию, но в то же время не желая сознаться в ней, они начали преследовать Христа, так что Он принужден был по временам удаляться в Перею, чтобы там найти успокоение Своему возмущенному духу. В одно из пребываний там Он и сказал притчу о мытаре и фарисее, и она с поразительной ясностью кисти божественного художника рисует перед нами с одной стороны бездну лицемерия и самоправедности, в которую впали вожди Израиля, а с другой — ту искру истинного покаяния, которая все еще теплилась в душе даже самых презренных и жалких подонков избранного народа.

«Два человека вошли в храм помолиться.» Кроме определенных времен, назначенных для богослужения и жертвоприношения, храм иерусалимский был постоянно открыт и для случайных богомольцев, так что каждый во всякое время мог пойти в дом Отца Небесного и излить перед Ним свои мольбы и чувства. И из этих богомольцев — один был фарисей, а другой — мытарь, — две непримиримые противоположности между собой.

Фарисей — это высокочтимый учитель народа, важный книжник, знаток закона, горячий патриот, щедрый благотворитель, — человек, который тщательно избегал всякого осквернения и, так сказать, распространял вокруг себя благоухание примерного благочестия и исполнения закона. Он с важностью поднимался к храму — в своих широких воскрилиях и с филактериями на руках и, войдя в храм, стал на видном, особом месте.

Другой — был мытарь, презренный сборщик податей, слуга ненавистных завоевателей, пособник их вымогательства и хищничества. По общепринятым представлениям, он относился к одному разряду с грешниками и блудницами, и ни один фарисей не позволил бы себе быть с ним в одном доме и дышать одним с ним воздухом, а тем более соприкоснуться с ним — от какого осквернения пришлось бы омываться в семи водах. Зная такое отношение к себе со стороны народа, он незаметно пробрался в храм и стал там — случайно неподалеку от фарисея.

Оба они пришли в дом Отца Небесного, чтобы излить перед Ним свою душу, и начали молиться. При виде столь нежеланного соседства дух фарисея смутился; но в то же время это соседство дало ему благодарный материал для молитвы: как кстати подошел этот презренный мытарь, который верхом своей греховности давал яркую картину противоположности с воплощенной праведностью! И видя в этом как бы действие Промысла Божьего, фарисей начал громко[101] молиться: «Боже, благодарю Тебя, что я не таков, как прочие люди — грабители, обидчики, прелюбодеи, или как этот мытарь.» Можно представить себе, каким презрительным взглядом при этих последних словах фарисей сверкнул в сторону несчастного мытаря! Он пришел молиться, но при виде этой воплощенной греховности ему уже не о чем молиться: в сравнении с ним он воплощенное совершенство, сама праведность, облачившаяся в широкие воскрилия, и потому ему остается только благодарить Бога, что он не таков, как прочие люди. По своему благочестию он стоит неизмеримо выше всех других людей, не говоря уже об этом жалком, презренном у людей и отвергнутом у Бога мытаре, который от стыда не смеет поднять даже глаз и от угрызений совести ударяет себя в нечестивую грудь. И довольный собою, фарисей начал по пальцам перечислять дела своего благочестия, как бы желая этим осязательно доказать самому Богу свое неотъемлемое право на оправдание, как залог вступления на лоно Авраамово. «Пощусь два раза в неделю», перечислял он; «даю десятую часть из всего, что приобретаю», и конечно, упомянул при этом, что десятину дает даже с мяты, аниса и тмина (Матф. 23:23).[102] Этим самохвальственным кощунством и кончилась вся его молитва.[103] Ни единого искреннего вздоха не вырвалось у него из груди, ни единого слова покаяния не проронили его гордые уста, и еще раз презрительно сверкнув в сторону мытаря, той же высокомерной поступью вышел из храма, звучно опустив, конечно, при этом и свой золотой или серебряный сикль в сокровищницу храма, — в посрамление все тому же мытарю, как сборщику этих сиклей с народа Божьего для сокровищницы нечестивых язычников.

Когда фарисей изощрялся таким образом в кощунственном самохвальстве перед Богом, в укромном уголке, весь погруженный в созерцание своей греховности стоял и молился мытарь. Он был великий грешник. Будучи сыном Авраамовым, наследником обетований, он изменил своему народу и своему Богу. По бедности или преступной алчности он поступил на службу к тем компаниям откупщиков, которые, взяв у римского сената на откуп подати с завоеванных народов, с лихвой взимали их, беспощадно вымогая и выколачивая свои барыши. Поступая на такую службу, он должен был порвать все узы родства и дружбы и превратиться в бессердечное орудие беспощадного вымогательства. И сколько слез было пролито бедным, угнетенным, беззащитным народом, отдавшим бездушному сборщику свое последнее, добытое кровавым потом, достояние и сбережение, сколько разорения внесено было им в дотоле благоденствующие семейства! Бурей пронеслись по его душе эти мрачные воспоминания, и теперь перед лицем всевидящего Бога он стоял как бы объятый всесожигающим огнем правосудия Божьего. Он не смел даже поднять своих глаз к месту страшного присутствия Божьего, и в неудержимом порыве охватившего его чувства раскаяния лишь судорожно бил себя в грудь и с подавленным воплем взывал: «Боже! будь милостив ко мне, грешнику!»

И поразительна преобразующая сила искренней молитвы! В то время, как фарисей своим кощунственным самохвальством лишь усугубил тяжесть своего греховного лицемерия, презренный мытарь своими горячими слезами омыл свою душу от омрачавших его грехов и пошел домой оправданный перед своей совестью и перед Богом.[104] Своей покаянной молитвой он доказал, что еще не совсем алчность поглотила его сердце и в его душе еще теплилась искра добродетели, нуждавшаяся только в порыве усилия. его воли.

Бывают в жизни обстоятельства, которые повергают и доброго по природе человека в бездну зла и нечестия, но человек никогда не испытывается сверх сил, и у него всегда остается достаточная доля самоопределения, чтобы воспрянуть из бездны падения и усиленным напряжением свободной воли сбросить с себя иго греховного обольщения и увлечения. Вот ободряющий пример для многих из тех слабых душ, которые будучи увлечены в нечестие и пороки, отчаиваются в своем спасении. Милосердие Божье бесконечно, и всякая из глубины сердца исходящая покаянная молитва находит себе мгновенный отклик в бесконечно любящем сердце Отца Небесного.

Свою притчу Христос закончил общим положением, что «всякий, возвышающий сам себя, унижен будет; а унижающий себя, возвысится.» Смирение — вот основной принцип жизни христианина. Языческая древность держалась иного правила. Там верх во всем и всегда брала сила, и отсюда движущим началом всего был беспощадный эгоизм, все сокрушавший перед собой и все приводивший себе в подчинение. Но этот принцип привел к полному крушению древнего мира, потому что в самом понятии эгоизма заключается понятие беспощадной борьбы и разрушения. Чтобы возродить мир, нужно смирить гордыню сильных, и вот дан новый принцип, по которому во главе человечества становятся не сильные эгоисты, а люди кроткие и смиренные сердцем, и они-то наследуют землю. Еще и теперь эгоизм отстаивает свое положение в мире и он именно является главным источником смут и треволнений на земле: самомнящие фарисеи еще и доселе дерзко выдвигаются вперед и перед людьми, и перед Богом, стараясь восхитить себе оправдание выставкой своих мнимых добродетелей и совершенств; но как в притче, так и теперь оправдание в действительности принадлежит не этим лицемерным и высокомерным ханжам, а смиренным, искренно кающимся мытарям.

Библиографический указатель слов, бесед и поучений на Неделю о Мытаре и Фарисее

На Евангелие:

Арсений, митр. Киев. Сочинения, т. II, стр. 103–105.

Димитрий, арх. Херсонский. Полн. собр. поучений (90 г.) т. IV. 5-38.

Евсевий, арх. Могилевский. Беседы на воскр. и праздничн. Евангелие (76 г.) ч. 2. 294.

Никанор, арх. Херсонский. Сочинения, т. IV. 55–61.

Павел, арх. Казанский. Проповеди; т. I.

Павел, арх. Кишиневский. Сочинения, т. I, 46–56; т. II. 46–54: т. II, 55–67.

Филарет, арх. Черниговский. Сочинения (83 г.) 473–478.

Феофан еп. Тамбовский. Слова во святую четыредесятницу и приготов. к ней недели (69 г.) 1. 7. 14.

Путятин, Родион, прот. Поучения. (93 г.) 179–187.

Сериев, Иоанн (Кронштадтский), прот. Собр. сочин. т. II. 1-12.

Полисадов, И., прот. Проповеди, т. I, вып. 1. 277–340.

Нордов, прот. Сеятель благочестия, т. I. 161–165.

Романов, И. К., прот. Поучения (80 г.) Отд. 11. 137–158.

Бухарев, священ. Беседы на воскр. литург. еванг. чт. 218–223.

Кириллов и свящ. Григорьев. Святоотеческие наставл. на воскресн. дни всего года. (92 г.). 167–171.

Кудрицкий. Внебогослужебн. беседы (95 г.). 1-13.

Дъяченко. Ежедневн. поучения в слове Божьем, т. I. 521–530.

Толкование на притчу о Мытаре и Фарисее. Изд. О-ва распр. полезн. книг. М. 1879 г.

На Апостол:

Димитрий, арх. Херсонский. С. IV. 68–77.

Евсевий, арх. Могилевский. Беседы на воскр. апост. чтения (67 г.), ч. 2.

Полисадов, И. прот. т. I. 356–369.

«Воскресное Чтение» 1890 г., февраль

НЕДЕЛЯ БЛУДНОГО СЫНА

I. ЕВАНГЕЛЬСКОЕ ЧТЕНИЕ. Зачало (79) от Луки 15:11–32

11. Еще сказал: у некоторого человека было два сына;

12. И сказал младший из них отцу: отче! дай мне следующую мне часть имения. И отец разделил им имение.

13. По прошествии немногих дней младший сын, собрав всё, пошел в дальнюю сторону и там расточил имение свое, живя распутно.

14. Когда же он прожил всё, настал великий голод в той стране, и он начал нуждаться.

15. И пошел, пристал к одному из жителей страны той, а тот послал его на поля свои пасти свиней.

16. И он рад был наполнить чрево свое рожками, которые ели свиньи, но никто не давал ему.

17. Придя же в себя, сказал: сколько наемников у отца моего избыточествуют хлебом, а я умираю от голода!

18. Встану, пойду к отцу моему и скажу ему: отче! я согрешил против неба и пред тобой,

19. И уже недостоин называться сыном твоим; прими меня в число наемников твоих.

20. Встал и пошел к отцу своему. И когда он был еще далеко, увидел его отец его и сжалился; и, побежав, пал ему на шею и целовал его.

21. Сын же сказал ему: отче! я согрешил против неба и пред тобой и уже недостоин называться сыном твоим.

22. А отец сказал рабам своим: принесите лучшую одежду и оденьте его, и дайте перстень на руку его и обувь на ноги.

23. И приведите откормленного теленка, и заколите; станем есть и веселиться!

24. Ибо этот сын мой был мертв и ожил, пропадал и нашелся. И начали веселиться.

25. Старший же сын его был на поле; и возвращаясь, когда приблизился к дому, услышал пение и ликование.

26. И, призвав одного из слуг, спросил: что это такое?

27. Он сказал ему: брат твой пришел, и отец твой заколол откормленного теленка, потому что принял его здоровым.

28. Он осердился и не хотел войти. Отец же его, выйдя, звал его.

29. Но он сказал в ответ отцу: вот, я столько лет служу тебе и никогда не преступал приказания твоего, но ты никогда не дал мне и козлёнка, чтобы мне повеселиться с друзьями моими.

30. А когда этот сын твой, расточивший имение своё с блудницами, пришел, ты заколол для него откормленного теленка.

31. Он же сказал ему: сын мой! ты всегда со мной, и всё мое твое.

32. А о том надобно было радоваться и веселиться, что брат твой сей был мертв и ожил, пропадал и нашелся.

Общий характер недели. Практический очерк содержания рядового чтения

В евангельском чтении этой недели, притчею о блудном сыне Святая Церковь призывает чад своих к покаянию.

1. Необходимость покаяния (ст.11–16) имеет свое основание:

а) В глубокой греховности человека.

Начало греха — своеволие и гордость; «Отче! дай мне следующую мне часть имения» (ст.12).

Сущность греха — отпадение от Бога; «По прошествии немногих дней младший сын … пошел в дальнюю сторону» (ст.13).

Обнаружение греха — беспутная жизнь: «расточил имение свое, живя распутно» (ст.13).

б) В пагубных последствиях, которыми сопровождается грех.

Потому что в грешнике остается еще жажда спасения: «настал великий голод» (ст.14); он чувствует свое несчастное состояние: «начал нуждаться» (ст.14); ищет помощи себе, но напрасно: «пошел, пристал к одному из жителей страны той» (ст.15) и наконец нигде не находит спасения: «придя же в себя» (ст.16).

2. Сущность покаяния (ст.17–20)

состоит в том, что:

а) грешник одумывается: «придя же в себя» (ст.17);

б) сознает тяжесть своего положения: «сколько наемников … избыточествуют хлебом» и проч. (ст.17);

в) питает в себе благую решимость: «встану, пойду к отцу» (ст.18);

г) исповедует свои грех: «отче! я согрешил» и т. д. (ст.18);

д) смиряется: «уже недостоин называться сыном твоим» и проч. (ст.19);

е) действительно возвращается на путь правый: «встал и пошел к отцу своему» (ст.20).

3. Следствия покаяния (ст.20–32):

а) по отношению к милосердому Отцу небесному.

Бог издали видит кающегося грешника: «и когда он был еще далеко, увидел его отец» (ст.20); облегчает ему исполнение его доброй решимости (ст.21); осыпает его знаками отеческой любви, дарует ему благодать и спасение (ст.22, 23); приглашает всех небожителей к участию в радости о покаявшемся грешнике (ст.24).

б) По отношению к людям, превозносящимся собственной праведностью (ст.25–32).

Их жестокая зависть возмущается таким любвеобильным отношением милосердого Отца к раскаявшемуся сыну: «осердился и не хотел войти» (ст.28). Они обвиняют Бога в несправедливости (ст. 29, 30); не замечают при этом благости Божией к ним самим (ст.31) и не находят основания принимать участие в радости о возвращении великого грешника на путь добродетели (ст.32).

Таким образом, на основании дневного евангелия проповедник может говорить вообще, или о необходимости покаяния, или о свойствах покаяния, или о плодах покаяния.

В частности,

ст. 12 дает ему повод беседовать о своеволии и гордости, как начале всякого греха;

ст. 13 — о том, что сущность греха состоит в удалении от Бога, что забвение Бога всегда сопровождается беспутной жизнью, или что «человек, забывший Бога, не может быть честным и добродетельным;»

ст. 14–16 — о гибельных последствиях греховной жизни, ощущаемых грешником уже здесь на земле;

ст. 17 — недовольство грешника самим собой служит началом его раскаяния, или, наоборот, кто доволен самим собой, тот далек от покаяния;

ст. 18, 19 — о том, что многие всю жизнь свою каются только на словах, но не на деле;

ст. 20 — о том, что «Бог видит сердце кающегося грешника и принимает его с любовью;»

ст. 24 — о великой радости ангелов и святых о покаявшемся грешнике и т. д.

Падение грешника и его восстание

«И сказал младший из них отцу: отче! дай мне следующую мне часть имения» и т. д. (ст.12).

В притче нынешнего евангелия о блудном сыне изображается:

1. Падение грешника.

С чего оно начинается? Падение блудного сына началось с того, что он захотел жить на свободе, вдали от родительского надзора. «Отче», говорит он, «дай мне следующую мне часть имения» (ст.12)! Едва достигнув юношеского возраста, сын уже возмечтал, что родительский дом для него тесен, что он сам уже может располагать и своим имением и собой. Мудрый отец, для опыта, дает требуемое, и сын, «собрав всё, пошел в дальнюю сторону» (ст.13), чтобы там, без надзора, без стеснений пожить в свое удовольствие. Вот «начало» падения грешника!

а) В стремлении к жизни вне строгого подчинения Богу, вере и церкви скрывается начало и нашего отпадения от Отца небесного.

Благое иго Христово кажется для многих стеснительным и заповеди Его тяжкими. Мы думаем, что нет особой нужды соблюдать в точности церковные уставы. Нам кажется, что мы можем служить Богу, не отказываясь от служения миру. Мы считаем себя довольно «зрелыми» для того, чтобы самим судить, что нам полезно или вредно, и довольно сильными, чтобы в случае нужды противостать гибельным соблазнам и искушениям. К тому же наш разум внушает нам, что мы существа «свободные:» почему же, думаем мы, не испытать, какое счастье заключается в полном распоряжении свободой?

«Подлинно ли сказал Бог: не ешьте ни от какого дерева в раю» (Быт. 3:1)?

И вот, мы восстаем против закона, требующего повиновения. Перестаем заниматься словом Божьим, и преклоняем свой слух к мудрованиям мирских учителей. Реже посещаем храм Божий или стоим в нем невнимательно и рассеянно, и наконец с каждым днем более и отходим «в дальнюю сторону.»

б) К чему приводит такое уклонение от Бога и Его церкви?

Преступный юноша хотел распоряжаться богатством иначе, чем распоряжается отец — и «расточил» его, «живя распутно» (ст.13). Он хотел купить на свое богатство множество удовольствий — и встретил «великий голод … и начал нуждаться» (ст.14). Он искал независимости — и нашел жестокое и унизительное рабство: «пошел, пристал к одному из жителей страны той, а тот послал его на поля свои пасти свиней» (ст. 15, 16).

Не то же ли самое бывает и с нами, когда мы удаляемся от Бога? Желая распоряжаться богодарованными нам силами и способностями по своей воле, a не по воле Божией, мы неизбежно их «расточаем.» Вместо насыщения, встречаем «великий голод.» Вместо истинной свободы чад Божиих, подвергаемся «рабству греха» (Иоан. 8:34).[105]

2. Восстание грешника.

а) Блудный сын не остался навсегда в несчастном положении.

Утомленный суетой, изнуренный голодом, он осознал свое безрассудство в удалении от мирного родительского крова «придя же в себя» (ст.17). Он обращает мысленный взор на самого себя, на свою прошлую жизнь, — и что же видит? C одной стороны — злосчастную участь свою, a с другой — блаженный жребий, каким пользуются в доме отца его даже работники. «Сколько наемников у отца моего избыточествуют хлебом» (ст.17)! За сознанием вины является у него намерение оставить распутную жизнь и возвратиться к отцу: «встану, пойду к отцу моему и скажу ему: отче! я … недостоин называться сыном твоим» (ст.18, 19). За намерением последовало самое действие: «встал и пошел» (ст.20).

б) Но происходила ли когда-нибудь с нами такая спасительная перемена?

Или наша жизнь была только жизнью постоянных падений, но никогда восстаний? «Приходим ли мы в себя», сознаем ли, хотя по временам, гибельное свое состояние в удалении от Бога? Замечаем ли мы, что «расточили» во грехе богодарованные нам силы, растратили вверенные нам таланты, — или, мы не чувствуем никакого ощущения вне, никакого расстройства внутри себя? Сознаем ли свое унижение в рабстве греху, — или это унижение нам нравится? Видим ли свою духовную нищету, — или с самодовольством говорим себе: «богаты мы и ничего нам не нужно?»

Если так, то мы далеки еще от «намерения» возвратиться к Отцу небесному и еще дальше от «действительного» обращения к Нему.

в) Что же удерживает нас от решимости оставить греховную жизнь?

Тяжесть ли преступлений, строгость ли правосудия Отца небесного, — или наша собственная беспечность? Но Отец небесный милосерден и с любовью принимает каждого кающегося грешника, как бы ни были велики его грехи. Как Он принял блудного сына? «И когда он был еще далеко, увидел его Отец его и сжалился; и, побежав, пал ему на шею и целовал его.» (ст.20). Вместо покаяния устраивает торжество и приглашает всех небожителей радоваться с собой (ст.22–24).

Поспешим же и мы, если не из любви к себе, то из любви к такому милосердому Отцу, исправить нашу беспутную жизнь. Когда явимся на исповедь, раскроем перед служителем Божьим наши грехи и скажем из глубины души: «согрешили на небо.» Тогда Отец небесный будет «мил» нам, Его благодать «облобызает» нас и мы получим утраченное достоинство сынов Божьих (ст.24).

Когда мы можем истинно каяться

«Придя же в себя, сказал: сколько наемников у отца моего избыточествуют хлебом, а я умираю от голода!» (ст.17.)

Блудный сын тогда только обратился на путь покаяния, когда серьезно убедился в опасности своего греховного состояния и возымел крепкую надежду на милосердие Отца, который не отвергнет его раскаяния. В блудном сыне представлен нам точный образ каждого грешника. Из него мы видим,

1) Если мы имеем непреложное убеждение в гибельности нашего греховного состояния, сознаем вполне наши грехи.

Блудный сын имел такое убеждение: «придя же в себя.» Многие люди потому только не прибегают к искреннему раскаянью, что не считают себя великими грешниками, не сознают опасности греха и не думают, что для освобождения от него требуется напряженное усилие и решимость.

а) Все мы грешники.

При испытании своей совести многие грешные люди не находят в себе многих грехов: какие-либо мелкие погрешности и преступления против второй, третьей, четвертой заповеди. Ненависть, зависть, высокомерие, корыстолюбие и прочее не считаются даже грехами; a они то по преимуществу и наполняют наше сердце. Всмотрись в зерцало закона Божьего, и ты придешь в ужас от своего греховного безобразия. «Испытывай себя прежде суда» (Сир. 18:20). «Кто познал бы все грехи, если бы Бог не открыл их ему в в особенном свете слова Божия?».[106] Обманываемый благовидной поверхностью, человек не чувствует скрытого червя, съедающего его внутренность.

б) Грех есть нечто ужасное.

До чего он довел блудного сына?

Грех есть оскорбление Бога! Бог правосуден и благ, строго карает грех: возможно ли оскорблять Его? A если веруют в благость Божью, которой злоупотребляют, не считая нужным каяться? Истинная вера в тяжесть греха и в благость Божью ведет к сердечному раскаянию и сокрушению. «Самое чистосердечное раскаяние возбуждается только ненавистью ко греху и любовью к Богу».[107] «Плачь и сокрушайся, что ты оскорбил Бога, который бесконечно благ и возлюбил тебя так сильно, что предал за тебя своего единородного Сына».[108]

в) Для освобождения от греха требуется великая решимость.

«Встану, пойду.»

Напрасно думают, что с грехом можно разделаться полумерами, полурешимостью. Грех — многосложное, тяжелое бремя, — крепкая цепь диавола, которую нужно разорвать. Расстаться с грехом можно только при величайших усилиях. Нужно твердо решиться не только избегать греха, но и ближайших к нему случаев; нужно пользоваться случаями и средствами к добру. Чистосердечное раскаяние и исповедание пред священником разрешает от прежних грехов только тогда, если вновь не впадают в них.

2. Если мы имеем крепкую веру в прощение грехов.

Блудный сын имел такую веру: «пойду к отцу моему и скажу».

Для отпущения грехов существует в церкви таинство покаяния, в котором подается истинное и действительное прощение. В это прощение нужно веровать.

а) Мне простится!

Кто так думает и верует, тот будет и искренно каяться, сокрушаться, побеждать всякий ложный стыд и проч.

б) Мне простится!

Кто так верует и думает, тот с радостью и охотой перенесет всякую, возлагаемую на него священником, епитимью, и загладит всякий грех противоположными добродетелями.

в) Мне прощено!

Кто так верует и так убежден, тот будет остерегаться греха, чтобы не оскорблять более милосердия Божьего и не возвращаться вспять.

Покаяние ложное и бесплодное

«Встал и пошел к отцу своему» (ст.20).

Раскаяние блудного сына было глубокое, искреннее и решительное. Он вполне сознал свой грех, исповедал его со смирением пред Богом и наконец самим делом обратился к Отцу небесному (ст.20). Что же Отец небесный? Он принял покаявшегося с распростертыми объятиями, — все забыл, все простил и пригласил к участию в своей радости всех небожителей, «этот сын мой был мертв и ожил, пропадал и нашелся.» Таковы плоды истинного покаяния!

Но можно ли сказать то же самое о нашем покаянии? Возвращает ли оно нас в объятия Отца? Доставляет ли радость небу? К сожалению, мы выходим иногда после исповеди хуже, чем пришли на исповедь, потому что есть —

Когда?

1. Если каются только для виду, nо одному заведенному обычаю.

Благочестивый царь Давид, подобно блудному сыну, получил прощение грехов, потому что принес искреннее раскаяние: «утомлен», взывал он, «каждую ночь омываю ложе мое, слезами моими омочаю постель мою» (Псал. 6:7).

Но царю Саулу не было прощено, потому что он каялся притворно, только для виду. Он хотел только не потерять чести и уважения перед Самуилом и народом. Он говорил: «я согрешил, но почти меня ныне пред старейшинами народа моего и пред Израилем» (1 Цар. 15:30).

То же самое бывает и с нами. Исповедуются, показываются наружные знаки раскаяния, приступают ко святому причащению потому, что в противном случае боятся навлечь на себя людские пересуды и заслужить обидное название нехристианина. Таким людям лучше было бы не исповедоваться и не причащаться, чем приступать к этим таинствам только для виду, из опасения: что скажут люди. Тому, кто вовсе не исполняет долга исповеди и приобщения святых тайн, можно сказать только, что он более не член православной церкви и не имеет никакого участия в ее благодатных средствах спасения: но он, по крайней мере, не похищает дара Божия, как тот, который лицемерно исповедуется и приобщается. Лучше ничего не делать, чем делать зло. Покаяние для виду не есть покаяние, a грех.

а) Тут нет никакого испытания совести и никакого сердечного исповедания.

Потому что, чем меньше находят и сознают за собой грехов, тем лучшими кажутся самим себе, и думают, что и духовнику покажутся лучшими, и разрешение грехов получат легче. Однако же, самый лучший человек находит в себе весьма много грехов.

б) Тут нет никакого раскаяния и никакого доброго намерения.

Только бы покаяться, исполнить обряд, чтобы слыть в мире порядочными христианами.

в) Тут нет никакого удовлетворения за содеянные грехи и никакого исправления.

О возмездии, как поступил Закхей, вовсе не думают. После исповеди остаются такими же, как и до исповеди. Ходят в те же общества и занимаются теми же греховными делами. Также раздражительны, завистливы, недоброжелательны и т. п.

2. Если хотят сложить вину на обстоятельства и на других лиц.

Когда Бог позвал к ответу первых людей, то Адам слагал свою вину на Еву, a Ева на змия.

Они не должны были бы допускать себя до искушения: они оба согрешили по совершенно свободному произволу. Тут не было никакого раскаяния, никакого самообвинения, никакого начала исправления. Такие извинения и оговорки весьма часто случаются и y нас.

а) Жена жалуется, что она гневлива и раздражительна оттого, что муж ее расточителен и прочее. A муж, с своей стороны, жалуется на жену, что она неразумна, что он должен ее бранить, журить, бить.

А может быть здесь просто недостает благоразумия, умеренности и терпения? Бывает ли вообще согрешение без какого-либо повода и искушения?

б) Родители жалуются, что они не могут поступать иначе, что дети их так своенравны, непокорны.

Что же нужно делать при таком своенравии и непокорности? Что должны были бы делать прежде?

в) Часто слагают вину на профессию, состояние, темперамент.

Но разве нельзя быть добродетельным в каждом состоянии, обуздывать каждый род характера?

г) Часто не имеют времени для дел добра.

Пустая отговорка! Всегда найдут время, если хотят. Делай одно и не оставляй другого! Несмотря на большую усталость во время дня, торговец вечером сводит итог своих денег; при усиленных занятиях не забывают есть и пить; для приобретения больших барышей откладывают спешные дела. И много ли нужно времени для дел добра? Ежедневно молиться, испытывать свою совесть, по праздникам посещать храм, в урочные времена говеть, исповедоваться и причащаться!

3. Если не хотят расстаться с любимыми грехами.

Войско законного царя Давида стояло против возмутившегося похитителя престола — Авессалома. Давид поощрял своих воинов к мужественной борьбе, но при этом говорил «сберегите мне отрока Авессалома» (2 Цар.18:5)! Совращенных солдат нужно было убивать, a совратителя их пощадить!?

Tо же самое бывает часто и при нашем покаянии. Сознают, каются и исповедуют разные грехи, но любимый грех — Авесалома, щадят.

а) Ты исповедуешься в своей страсти к пышности, роскоши, тщеславию.

Но это все происходит только из угождения твоей себялюбивой плоти. Почему же ты об ней собственно ничего не говоришь? Не есть ли она твой Авессалом? — Но ты не хочешь ее умерщвлять!

б) Ты каешься и исповедуешься в суесловии, бранчливости, божбе.

Но почему же не в сварливости, высокомерии, злобе сердца? Они — твой Авессалом!

в) Ты жалуешься, что молишься рассеянно.

Жалуйся лучше на твоего Авессалома, на твои привязанные к земле мысли и стремления.

г) Ты не каешься, как следует, священнику.

Твой Авессалом были леность и недостаток покаянного чувства.

д) Ты сознаешься, что живешь несогласно с родителями!

Но о твоем Авессаломе ты ничего не сказал, именно о твоих знакомствах и дурных связях.

Ежедневное покаяние христианина

«Отче! я согрешил против неба и пред тобой» (ст.21).

Так каялся блудный сын пред Отцем небесным. Бог повелевает всем людям покаяться (Деян. 17:30)[109] и обещает каждому покаявшемуся благодать и жизнь (Иезек. 18:21).[110] — Не в урочные только времена, но ежедневно мы должны исповедовать грехи свои пред Богом и взывать: «Отче! я согрешил против неба и пред тобой».

1. Необходимость ежедневного покаяния.

а) Мы ежедневно согрешаем.

Хотя мы и не принадлежим к отъявленным грешникам, однако же не можем сказать, чтобы мы были чисты от всякого греха. Сколько у нас тайных пятен на совести! Заботы о пропитании, дурные мысли, похоти и пожелания, праздные слова (Мат.12:36),[111] грехи неведения, опрометчивости, опущения (Иак. 4:17).[112] Каждый день обличает нас в грехе.

б) Мы ежедневно и ежечасно приближаемся к смерти.

Последний час может придти внезапно. Наша смерть постоянно стоит у дверей (1 Кор. 15:31).[113] Конец жизни есть начало блаженства или мучения. Должен ли я пренебрегать тогда своей дорогой душой?

2. Свойства ежедневного покаяния.

Для этого нет нужды, с утра до ночи, поститься и молиться; достаточно:

а) Ежедневно примиряться с Богом (Псал. 18:13–14).[114] Каяться в содеянных прегрешениях дня и обращаться к Богу с сокрушенным сердцем. Если другие думают о Боге только однажды в год, когда приступают к исповеди, то мы должны думать о Нем всякий день (Псал. 87:10).[115]

б) Стараться охранять свою добрую совесть (Деян. 24:16).[116] Остерегаться грехов даже самых мелких (1 Пет. 2:11).[117] Бодрствовать над своею душею (1 Фесс. 5:6),[118] жить постоянно в страхе Божьем (Притч. 23:17)[119] и ходить под Богом. Не делать никакого греха сознательно и свободно (Тов. 4:5).[120]

Заключение. Мы ежедневно заботимся о пище и питье для нашего тела; не тем ли более должны заботиться о душе?

Однако же, как много таких людей, которые совершенно забывают о душе своей! Сегодня ты еще живешь, сегодня и кайся. Сколько представляется нам ежедневно случаев призывающих к покаянию!

Заходящее солнце, усопший во гробе, болезнь в членах, каждый удар колокола…

Почему мы откладываем свое покаяние?

«Встал и пошел к отцу своему» (ст.20).

Сознав свои грехи, блудный сын немедленно кается и обращается к небесному Отцу. — Но так ли поступаем мы, хотя грешим ежедневно и ежечасно? Слово Божие призывает нас к немедленному покаянию и обращению (Сир. 5:8),[121] но мы со дня на день откладываем свое покаяние, медлим своим обращением. Чем объяснить это?

1. Или потому, что предполагаем, что Бог простит нам или не простит.

Если мы думаем, что Бог не простит нам наших грехов, то какое безумие оскорблять всесильного Бога без надежды на Его прощение, гневить Его карающее правосудие, умножая свои грехи?

Если же мы думаем, что Бог так милосерд, что простит нам все наши грехи, как бы мы Его ни оскорбляли, то какая черная злоба с нашей стороны без меры оскорблять всеблагого Бога?

«Какое странное рассуждение? Бог благ, следовательно необходимо, чтобы я был зол. Он по своей благости простит мне все, следовательно я не должен иметь страха грешить. Он имеет довольно терпения, чтобы ожидать моего раскаяния, следовательно я хочу иметь достаточно наглости, чтобы продолжать оскорблять Его грехами».[122]

2. Или потому, что думаем, что Бог дает нам мало времени для покаяния и обращения, или много.

Если вы думаете, что Он дает вам мало, то отчего вы не спешите пользоваться каждой минутой столь короткого и столь дорогого времени для вашего спасения? Если же вы думаете, что Он дает вам много, то не обязаны ли вы благодарить Его за это? A чем лучше можете вы выразить Ему вашу благодарность, как не употреблением времени, согласно с Его волей? Бог не дал нам времени для Его оскорбления, следовательно, какая неблагодарность с нашей стороны употреблять время для греха?

Откладывать покаяние по таким несправедливым побуждениям — не значит ли подвергаться опасности никогда не каяться?

Против тех, которые откладывают свое обращение на будущее время

«Встал и пошел к отцу своему».

1. Бог обещал покаявшемуся грешнику прощение, но не обещал часа u времени покаяния.

Иной говорит: «я покаюсь в старости!»

Но можете ли вы с уверенностью рассчитывать и на один день жизни? Если вы находите, что теперь для вас трудно исторгнуть из души пороки, которые не успели еще в ней укорениться, то неужели вы думаете, что со временем для вас будет это легко, когда они пустят глубокие корни? Теперь вас отягощают некоторые грехи, a вы надеетесь впоследствии идти свободнее под бременем неисчислимых грехов! Теперь вы не желаете бороться с неокрепшими еще страстями, a позже думаете преодолеть закоренелые привычки!

Можете ли вы рассчитывать тогда на победу с меньшим трудом?

2. Каждый удар, наносимый телу острым орудием, более и более вонзается в него.

Каждое греховное действие глубже и глубже запечатлевает порок в нашей душе, в которую он наконец проникает так далеко, что исправление его становится почти невозможным.

Вот почему мы видим обыкновенно, что старость грешника загрязнена пороками его юности. Слабая природа, истощенная распутной жизнью и преклонностью лет, желала бы остановиться, но сила греховной привычки, обратившейся во вторую природу, невольно влечет сердце к греховным пожеланиям, несмотря на сопротивление возраста и немощь тела.

«Кости его наполнены грехами юности его, и с ним лягут они в прах» (Иов. 20:10).

3. Непреклонным постоянством во грехе затрудняется для вас постоянство в добре.

И это даже в том случае, если бы вы совершенно покаялись.

С душой бывает то же самое, что и с телом: редко продолжительная болезнь не оставляет глубоких неизгладимых следов на теле. Человек, долгое время подчинявшийся греховным привычкам, никогда не освобождается от них совершенно. Его ослабленная воля легко поддается греховным соблазнам.

4. Наконец, какая несправедливость и в то же время какое безумие — назначать конец своей жизни для покаяния.

А лучшие годы растрачивать во грехе!

Кто ожидает старости, чтобы посвятить себя Богу, тот ясно показывает, что он хочет сберечь для добродетели только такое время, которого он не может употребить ни на что другое. Странное распределение вашей жизни! Юности и мужеству, полным сил и энергии, вы предоставляете покой, негу и наслаждения, a на старость, возраст слабый, которая едва поддерживает саму себя, вы возлагаете все бремя труда и лишений, все подвиги покаяния!

Не уподобляетесь ли вы в этом случае тому безумцу, который, имея нескольких рабочих животных, складывает всю тяжесть на самое слабое из них, a всех прочих заставляет идти без клади?

Нет греха, которого нельзя было бы загладить истинным покаянием

«И когда он был еще далеко, увидел его отец его и сжалился; и, побежав, пал ему на шею и целовал его» (ст.20).

1. Покаяние доставляет несомненное отпущение грехов.

Как велики были грехи блудного сына!

Но едва только он раскаялся, Отец небесный все простил ему.

«Если будут грехи ваши, как багряное, — как снег убелю; если будут красны, как пурпур, — как волну убелю» (Исаии 1:18).

2. Покаяние доставляет немедленное отпущение грехов.

Едва только Давид исповедал свой грех и сказал: «согрешил я пред Господом», как пророк Нафан возвестил ему: «Господь снял с тебя грех твой» (2 Цар. 12:13). Покаявшийся разбойник непосредственно за этим услышал из уст Распятого: «ныне же будешь со Мною в раю» (Лук. 23:43).

3. Покаяние доставляет отпущение полное и совершенное.

Бог не прощает на половину.

«Если … будет ходить по законам жизни, не делая ничего худого… Ни один из грехов его, какие он сделал, не помянется ему; он стал творить суд и правду, он будет жив» (Иезек. 33:15,16).

Не будем же говорить, подобно Каину: «наказание мое больше, нежели снести можно» (Быт. 4:13).

Грешник, обращающийся к Богу, получает вовсе не то, чего он заслуживает по своим грехам

«Принесите лучшую одежду и оденьте его, и дайте перстень на руку его и обувь на ноги» (ст.22–23).

1. Он заслуживает отвержения, a встречает объятия Отца небесного (ст.20).

2. Он заслуживает изнурения от наготы, a облекается в одежду первую.

3. Он заслуживает томления от голода, a получает хлеб жизни.

4. Он заслуживает вечных мучений, a его окружают радостные ликования.

Что требуется для истинного покаяния?

«Придя же в себя» и проч. (ст.17).

1. Надобно сознать тяжесть своих грехов: «придя же в себя» (Псал. 37:4–7).[123]

2. Надобно раскаяться в них с сердцем сокрушенным и смиренным: «отче! я согрешил … И уже недостоин называться сыном твоим» и проч.

3. Надобно исповедать их пред священником.

4. Надобно исправиться от них и загладить их противоположными добродетелями. «Покаяние бесплодно, если обращаются на прежний путь жизни».

II. АПОСТОЛЬСКОЕ ЧТЕНИЕ. Зачало (135) 1-е послание к Коринфянам 6:12–20

12 Все мне позволительно, но не все полезно; все мне позволительно, но ничто не должно обладать мною.

13 Пища для чрева, и чрево для пищи; но Бог уничтожит и то и другое. Тело же не для блуда, но для Господа, и Господь для тела.

14 Бог воскресил Господа, воскресит и нас силою Своею.

15 Разве не знаете, что тела ваши суть члены Христовы? Итак отниму ли члены у Христа, чтобы сделать их членами блудницы? Да не будет!

16 Или не знаете, что совокупляющийся с блудницею становится одно тело с нею? ибо сказано: два будут одна плоть.

17 А соединяющийся с Господом есть один дух с Господом.

18 Бегайте блуда; всякий грех, какой делает человек, есть вне тела, а блудник грешит против собственного тела.

19 Не знаете ли, что тела ваши суть храм живущего в вас Святого Духа, Которого имеете вы от Бога, и вы не свои?

20 Ибо вы куплены дорогою ценою. Посему прославляйте Бога и в телах ваших и в душах ваших, которые суть Божии.

Практический очерк содержания рядового чтения

В апостольском чтении этой недели предлагается увещание избегать греха блудодеяния. Что это за грех и почему нужно избегать его?

Приступая к изображению гибельности блудного греха, апостол Павел прежде всего устанавливает точку зрения, с которой нужно смотреть на этот грех. «Братие», говорит он, по своей врожденной свободе, мы можем делать все, что хотим, и добро, и зло: «все мне позволительно». «Но» не все то, что мы можем делать по своей свободе, полезно для нас: «не все полезно». Если мы делаем добро, то получаем пользу, a если зло, то получаем вред. Но есть вещи, которые сами по себе ни полезны, ни вредны. Каким же правилом нужно руководствоваться, чтобы такие вещи, сами по себе позволительные, были безвредны для нас?

Отвечая на этот вопрос, апостол Павел продолжает далее: «все мне позволительно, но ничто не должно обладать мною» (ст.12). Вещь, сама по себе безвредная и позволительная, становится опасной, как скоро обращается в страсть, овладевающую человеком. Бог, например, создал пищу для чрева и чрево для пищи: «пища для чрева, и чрево для пищи» (ст.13).

Как существа свободные, мы можем употреблять всякую пищу, но чрезмерное употребление ее сопровождается вредом для тела, a употребление, запрещенное законом, причиняет вред душе. Мы имеем право питать свое чрево всякими яствами, но неприлично и не полезно для нас, чтобы нами обладала какая-либо нравящаяся нам пища, чтобы мы сделались рабами чрева, потому что пища и чрево даны нам только на время настоящей жизни, для поддержания нашего земного существования, в будущей же жизни «Бог уничтожит и то (чрево) и другое (пищу)», сделает ненужными (ст.13).

Совершенно иначе нужно смотреть на блудодеяние. Оно не составляет такой позволительной вещи для тела, как пища для желудка; отношение между телом и блудом совершенно иное, чем между чревом и пищей. Чрево создано для пищи и пища для чрева, «тело же» наше «не для блуда, но для Господа» (ст.13). Пища находится в нашей власти и мы можем пользоваться ей, как угодно, лишь бы только нам не сделаться рабами чрева; но тело — не в нашей власти, оно не наше, но Господне, создано «для Господа», чтобы служить Господу, который есть «Господь телу» (ст.13). Поэтому, можем ли мы так же свободно блудодействовать, как свободно употребляем пищу желудком? С другой стороны, чрево и потребность чрева некогда упразднится, но тело наше не уничтожится; оно перейдет с нами в будущую вечную жизнь, и как «воскресит и нас силою Своею», так некогда «воскресит и нас силою Своею» (ст.14). Следовательно, тела наши тем более не находятся в нашей власти, что они составляют вечную собственность Иисуса Христа, — каким образом?

«Разве вы не знаете», продолжает далее апостол, «что тела ваши суть члены Христовы» (ст.15)? Церковь, к которой мы принадлежим, есть тело Христово (Ефес. 1:22,23),[124] a все мы верующие составляем члены этого тела и, следовательно, члены Иисуса Христа, Главы этого тела.

Итак, зная это, станем ли мы блудодействовать, то есть осквернять тела действием, освящаемым Господом только через брак? (Мар.10:8,[125] Еф.5:31–32[126]) «Итак отниму ли члены у Христа, чтобы» через блуд «сделать их членами блудницы? Никак!» (ст.15). Избави Бог впасть нам в такой тяжкий грех.

Что делает блудник, как не превращает члены Христовы в члены блудницы? «Или не знаете, что совокупляющийся с блудницею становится одно тело с нею», ибо сказано: «два будут одна плоть» (ст.16)? Сожитие мужа с женой, по естественному закону, делает двух одной плотью, как об этом пророчески сказал еще Адам в раю (Быт. 2:24);[127] но соединяющийся законным браком не отнимает членов у Христа, как отнимает их совокупляющийся с блудницей. Потому что в первом случае муж соединяется со своим собственным членом, присовокупляемым к нему от Бога Церковью, a во втором — с чужим членом.

Законный брак есть образ таинственного духовного союза Иисуса Христа с невестой Церковью (Ефес. 5:31–32). А беззаконная связь, как основанная на сладострастии, есть разрыв этого союза, есть отнятие членов у Христа и превращение их в члены блудницы. Поэтому, как совокупляющийся с блудницей становится одно тело с ней, так, напротив, «соединяющийся с Господом», в таинстве брака, «есть один дух с Господом» (ст.17).

Итак, по всем указанным основаниям, «бегайте блудодеяния», как самого тяжкого греха (ст.18). Но на это есть и другие причины. Какие?

Во-первых, «всякий грех, какой делает человек, есть вне тела, а блудник грешит против собственного тела» (ст.18). Некоторые грехи, например, гнев, зависть, ненависть и проч. также действуют разрушительно на наше тело; но эти грехи суть внутренние греховные страсти, a не внешние действия, как блуд. Обнаруживая в действиях нашу зависть, воровство, клевету, мщение и т. п., мы вредим только нашей душе и другим людям, телу же нашему мы никакого вреда не причиняем (см. толк. Никиф. in. h. l).[128] Напротив, блудник растлевает свое собственное тело, расслабляя и истощая его.

Во-вторых, если же вы мало жалеете ваше тело и вовсе не убеждаетесь тем, что оно расслабляется от блуда, то посмотрите на ваше высокое благодатное достоинство. «Не знаете ли, что тела ваши суть храм живущего в вас Святого Духа, Которого имеете вы от Бога» (ст.19)? Не должны ли вы, после сего, не только избегать блудодеяния, но и воздерживаться от своих нецеломудренных и нечистых помыслов, дабы не осквернить храма и не изгнать Святого Духа, живущего в вас? И от кого же вы получили такое величайшее достоинство — быть храмами Святого Духа? От самого Творца —«от Бога!»

Бог, по своей беспредельной благости, дал вам своего Святого Духа, дабы Он обитал в вас, оживлял вас, наставлял вас на всякую истину и добро: будете ли вы так неблагодарны к Отцу, так дерзки к Творцу, что осмелитесь оскорблять Подателя такого дара? Наконец, в-третьих, не знаете ли, что вы не имеете никакой власти ни над вашей душой, ни над вашим телом, потому что вы не только твари сотворившего, но и рабы искупившего вас Бога: «вы — не свои» (ст.19)? «Ибо вы», продолжает далее апостол, «куплены дорогой ценой», a всякий купленный раб всецело принадлежит купившему его господину. Этот Господин есть Бог, создавший вас и искупивший вас, вы составляете его полную собственность с вашим телом и с вашей душой. «Посему» не предавайтесь блуду, a «прославляйте Бога и в телах ваших и в душах ваших, которые суть Божии», a не ваши (ст.20). В телах ваших прославляется Бог целомудрием, милостыней, постом, бдением и телесными трудами для добродетельных подвигов; a в душах ваших — правой верой, надеждой и любовью к Богу и ближним, чистотой от всякого лукавства, святыми помыслами, благими чувствами и желаниями.

Дух нашего времени весьма много содействует грехам нецеломудрия

«Тело же не для блуда, но для Господа, и Господь для тела» (ст.13).

Какие сильные увещания представляет апостол, чтобы удержать христиан от греха блудодеяния! Наше тело, говорит он, создано не для блуда, но для Господа; оно есть храм Святого Духа; оно куплено дорогой ценой и составляет полную собственность Господа (ст.13–19). Но эти увещания остаются для многих христиан гласом вопиющего в пустыне. Они их не слушают и продолжают погрязать в похотях плоти. Чем это объяснить? — Не тем ли, между прочим, что самый —

1. Посредством легкомыслия, с которым судят u говорят о грехах этого рода.

Недостойным деяниям придают заманчивые названия; но как это вредно и опасно!

Как тяжко грешат многие из наших современников, когда они выражаются о супружеской верности, о совращении невинности, об удовлетворении низких похотей в таком тоне, как бы это были вещи совершенно безразличные для нравственности и общественного благосостояния! Удивительно ли, после этого, если мы встречаем теперь так много несчастных браков; если разврат замечается на всех степенях человеческого возраста, не исключая даже дряхлой старости и недозрелой юности?

2. Посредством чтения таких заманчивых сочинений, которые отравляют воображение и возбуждают чувственную похоть.

Не станем отрицать, что наше время богато книгами, доставляющими истинную пользу и удовольствие читателю.

Но как часто между современными литературными произведениями встречаются такие, которые рассчитаны только на то, чтобы напрасно убить время! В какой увлекательной форме представляют они, особенно, грехи прелюбодеяния; как оскверняют святое слово «любовь;» какими соблазнительными образами всякого рода увлекают душу; как возбуждают, часто преждевременно, такие желания, которые, по закону природы, долго еще не пробуждались бы в сердце человека!

Не удивительно, поэтому, если здесь и там встречается рано созревшая в плотских пороках юность; если многие юноши и девы скоро теряют невинность и приготовляют себе преждевременный гроб. — Не здесь ли нужно искать источника домашних несчастий! Какой урок для вас, родители, учителя, воспитатели!

3. Посредством роскошного и пустого образа жизни, соединенного с отвращением к серьезным трудам u занятиям.

Роскошь или склонность к удобствам жизни, вызываемая более искусственно, чем природой, составляет потребность развивающегося человеческого быта и сама по себе, в известных пределах, может быть благодетельна.

Но эти пределы редко соблюдаются. Мы часто встречаем теперь стремление к блеску и роскоши там, где свойство звания и обязанность требуют наибольшей простоты.

Примеры. Так как это стремление к роскоши располагает в тоже время к неге и лености, a леность есть начало всех пороков, то удивительно ли, что грехи нецеломудрия, и без того легко возбуждаемые, находят здесь для себя благоприятную пищу?

4. Посредством недостатка истинно христианского благочестивого настроения.

Мы охотно признаем многие улучшения нашего времени, но не можем отрицать также, что тысячи наших современников, как высших, так и низших классов, не имеют никакого религиозного убеждения. A при отсутствии религиозного убеждения будет ли человек удерживаться от плотских похотей? Станет ли он внимать сильным апостольским увещаниям против блудодеяния?

Почему христианская вера так строго восстает против этого плотского греха?

«Бегайте блуда» (ст.18).

Апостол Павел в своих посланиях часто говорит о грехах, как великих, так и малых, которых должны избегать христиане. Но ни об одном грехе он не говорит так много и так сильно, как о прелюбодеянии. Отчего это?

1. Потому что он столь же разрушительно действует на телесные и духовные силы человека, как и на нравственный его характер.

2. Потому что он приводит к грехам, которые не только разрушают семейное счастье, но и колеблет основы общественной жизни.

3. Потому что он противен заповеди, ясно и строго выраженной Богом.

Одна уже мысль о собственном благополучии должна сильно удерживать нас от распутной жизни

«Бегайте блуда» (ст.18).

1. Потому что блудодеяние разрушительно действует, как на тело, так и на душу.

2. Потому что оно позорит наше имя в глазах мудрых и добрых людей.

Грехи нецеломудрия служат главным источником семейного несчастья

Они разрушают в домашнем кругу:

1. Мир.

2. Честь.

3. Внешнее благосостояние.

4. Телесное здоровье.

Как мореплаватель, потерпевший кораблекрушение в пристани, не заслуживает никакого сострадания; так и человек женатый, живуший распутно.

Пагубные следствия распутной жизни

1. Для нашего телесного (мирского) Благосостояния.

а) Потеря здоровья.

б) Уменьшение состояния.

в) Позор и презрение.

2. Для духовного благосостояния.

а) Унижение духа и ослабление его сил.

б) Беспокойство совести.

в) Потеря божественной благодати.

Бегайте блуда

1. Ради Бога Отца, сотворившего вас по Своему образу и подобию.

2. Ради Бога Сына, искупившего вас и соделавшего Своими членами.

3. Ради Бога Духа Святого, освятившего вас и живущего в вас, как в Своих храмах.

Обычные извинения против нецеломудрия

1. Не могут, говорят, воздерживаться.

2. Не делают никакой несправедливости другому.

Их несостоятельность.

Прославляйте Бога и в телах ваших и в душах ваших, которые суть Божии (ст.20)

1. Как прославляется Бог в телах наших?

2. Как прославляется Бог в душах наших?

ОБРАЗЦЫ ЦЕРКОВНОЙ ПРОПОВЕДИ

Слово в Неделю о Блудном Сыне.[129]

«Встану, пойду к отцу моему и скажу ему: отче! я согрешил против неба и пред тобою и уже недостоин называться сыном твоим; прими меня в число наемников твоих. Встал и пошел к отцу своему.» (Лук. 15:18–20).

Итак, сознание опасности греховного состояния своего, чувство своей духовной бедности и беспомощности, предчувствие угрожающей грешнику вечной погибели — вот начало истинного покаяния! Это болезненное, тяжелое, подавляющее душу чувство своего бедственного состояния возбуждает в грешнике, как в блудном сыне, святую решимость оставить все и идти с раскаянием и молитвой к Отцу своему. Этого именно и желает нам Господь Иисус Христос, пришедший взыскать и спасти погибшего; к этому и призывает нас благодать Божья; этого и ожидает от нас милосердие и долготерпение Отца небесного.

«Встану, пойду к отцу моему», говорит пришедший в себя несчастный юноша, настигнутый нищетой и бедствиями вне дома отеческого.

Что может еще привязывать меня к этой чуждой стране, где все меня оставило, где испытал я столько бедствий, где купленные дорогой ценой удовольствия так жестоко обманули меня? Что могу я ожидать здесь, кроме крайнего посрамления и бесчестия, кроме ужасной смерти от голода? Знаю, что я недостоин уже назваться сыном столь любившего меня и столь жестоко оскорбленного мной отца, что преступления мои лишили меня права на всякое участие в благах отеческого дома, что безрассудство мое погубило все, чем напрасно одарила меня любовь отца моего, — и нечего мне ожидать от него, кроме гнева и заслуженного наказания. Но от руки отеческой легко и утешительно и самое суровое наказание, так как любовь отца не попустит погибнуть лютой смертью и преступному сыну. В доме отеческом быть и рабом, наемником будет для меня величайшим счастьем.

«Встану, пойду к отцу моему и скажу ему: отче! я согрешил против неба и пред тобой, и уже недостоин называться сыном твоим; прими меня в число наемников твоих.»

Таковы, братия мои, чувства истинно кающегося грешника. Он чувствует всю безысходную тяжесть, всю безнадежность своего греховного состояния; он почитает себя недостойным помилования, но достойным всякого осуждения и муки; он оживляется одной надеждой на милосердие Отца небесного.

Что приобрел я, спрашивает он самого себя, — что приобрел я, предавшись суетной греховной жизни, и что ожидать мне в будущем? Где те радости, которых искал я в мире — улетели они и оставили уме скорбь и болезнь душевную. Где блаженство, которого там много обещали мне удовольствия плотские? Увы, это была мечта, которая рассеялась, как сновидение, и оставила за собой изнеможение тела, томление духа, сокрушение сердца, угрызения совести. Где это счастье, за которым гонялся, которого искал я повсюду и которое так обольстительно манило меня все дальше и дальше? Это был пустой призрак, который не насытил жажды души моей, не наполнил сердца моего так, чтобы не оставалось желать ничего более, не принес духу моему вожделенного спокойствия и блаженства, не усладил совести моей тем животворным утешением, которым услаждаем невинность и добродетель!

Что обмануло раз, обманет и в другой, будет обманывать и всегда. Что оказалось пустым и ничтожным в прошедшем, тем же самым окажется и в будущем. A дни мои преходят и исчезают; время жизни сокращается, и смерть уже при дверях. Что же, если она постигнет меня таким, каким я был доселе? Как явлюсь я перед лицом Господа и Владыки живота моего? С чем предстану я перед Спасителем и Судьей моим?

Где те сокровища, которыми обогатила меня любовь Отца небесного? Я расточил их в угоду страстям моим. Где невинность, с которой вышел я из купели крещения и которую стяжал мне Христос Господь Своей Кровью? Я продал ее за греховные наслаждения. Где завет благодати, который запечатлен кровью Сына Божьего, с его обетованиями жизни вечной? Я попрал его грехами моими, я отрекся обетований жизни вечного и наследовал осуждение вечной смерти. Где сыновнее дерзновение, с которым чада Божьи приступают к престолу Отца небесного, призывают его всесвятое имя в молитве своей и приемлют от Него благодать?

Увы, я не смею и вспомнить о страшном и величественном имени Божьем, не смею возвести взора своего на небо, чтобы не встретить в нем свидетеля беззаконий моих и обличителя грехов моих. Все дары Божьи погублены; все благодатные и естественные дарования истрачены; разум осуетился в нечистых помышлениях, превратился в неискусный ум, склонный лишь творить непотребное. Сердце растлилось преступными пожеланиями и сделалось игралищем страстей, совесть убита и подавлена сознанием множества грехов моих, и бежит, как преступный раб, от лица Божьего. Все силы душевные и телесные сделались орудиями неправды и беззакония, нечистоты и скверны. «Ибо окружили меня беды неисчислимые; постигли меня беззакония мои, так что видеть не могу: их более, нежели волос на голове моей; сердце мое оставило меня» (Пс. 39:13).

Никто и ничто не спасет меня от лютой смерти грешника; никто не защитит меня от праведного суда Божьего; никто не избавит меня от геенны и огня вечного; никто не исхитит меня от темной власти диавола, которому предался я добровольно своим согласием на злое. О, если бы быть хотя бы наемником или рабом в доме Отца небесного! О если бы не быть навсегда изгнанным и низверженным из царства Божьего в тьму кромешную! О если бы Отец небесный принял меня опять под благодатный покров любви и милосердия Своего! «Встану, пойду к отцу моему.»

«Пойду к отцу моему и скажу ему: отче! я согрешил против неба и пред тобой». Жестоко оскорбил я Твою благость и милосердие, преогорчил Твои любовь и благоутробие, преступил Твои спасительные заповеди, попрал священные обеты мои, данные мной при святом крещении, перед святым Твоим жертвенником, перед ангелами и людьми. Поругал кровь завета Твоего, которой освятился, которой искуплен от смерти вечной; обесчестил благодать пресвятого Духа Твоего, которым знаменался в день избавления моего. Сам, несчастный, приготовил достойную казнь себе; сам воздвиг на себя праведный гнев Твой, и нет мне извинения ни в чем, нет ни малейшего оправдания злому произволению моему.

Все побуждало меня хранить Твои святые заповеди, все удерживало меня на пути закона Твоего, все требовало от меня любви и благодарности к Тебе. Ты Сам, всеблагий, непрестанно призывал к Себе во святом слове Твоем — то голосом любви и милосердия, то карающим мечом гнева и суда своего.

Но я не послушал отеческого гласа Твоего, презрел и ни во что вменил обетования и угрозы Твои. Ангел хранитель мой не переставал внушать мне желание всего доброго и отвращение ко всему злому и беззаконному; но я отверг его внушения, не послушал совета ангельского и преклонил слух мой к совету лукавого. Собственная совесть моя удерживала меня чувством стыда и целомудрия, страхом безчестия и наказания от преступных стремлений и дел; но я заглушил в себе голос совести, подавил чувство стыдливости и ринулся на путь греха и погибели. Все небо и земля; все твари, которые слушают повеления Твои, исполняют святую волю Твою, повинуются и мне недостойному по заповеди Твоей, — внушали мне покорность Тебе, послушание святой воле Твоей, благодарение благости и милосердию Твоему; но я сделался бессмысленнее бессловесных, безчувственнее всякой твари, — один во всем мире стал преступником закона Твоего, непокорным высочайшей власти Твоей. «Отче! я согрешил против неба и пред тобой.»

«И уже недостоин называться сыном твоим.» Ты отличил меня между всеми земными тварями Твоим божественным образом, поставил меня властелином земли, обладателем всех тварей Твоих. Но я попрал в себе божественный образ Твой преступлением воли Твоей, унизил достоинство богоподобной души моей, покорив ее плотским похотям, и сделался рабом страстей. Ты, по бесконечной любви Своей, не пощадил Единородного Сына Своего для спасения моего, предал Его на крестную смерть, да искупит меня от смерти вечной.

Но я грехами своими попрал святейшую кровь Его, пролитую за грехи мои, и самовольно подверг себя вновь осуждению и проклятию. Ты, во имя Единородного Сына Твоего, дал мне право именоваться и быть сыном Твоим, сотворил причастником божественного тела и крови Христа Твоего и обетовал мне наследие жизни вечной. Но я презрел и ни во что вменил дар божественного сыноположения — обесчестил тем и кровь Сына Твоего, сотворив уды Христовы удами блудничими, и сделал себя чуждым наследия жизни вечной.

Ты оградил меня печатью дара Духа Святого, освятил и душу, и тело мое в храм живущего во мне Духа Твоего; но я растлил и тело, и душу мой грехами и, вместо храма Божьего, сделался вместилищем тли и всякой нечистоты. Как дерзну я именовать Тебя, всесвятого, Отцем моим? Как осмелюсь назвать себя, раба греха и страстей, сыном Твоим? «Недостоин называться сыном твоим!»

Но, Творец мой и Владыка жизни моей, верю, что милосердию Твоему нет предела, что Твоя бесконечная любовь не хочет смерти грешника, но чает обратитися и живу быть ему, что Единородный Сын Твой приходил на землю найти и спасти погибающего, призвать не праведников, но грешников на покаяние. Что всесвятая кровь Его, пролитая за грехи мира, очищает нас от всякого греха; что благодать всесвятого Духа Твоего призбыточествует там, где умножается грех; что не праведникам, но грешникам положил Ты покаяние в спасение.

Не отринь от лица Твоего и меня окаянного; открой двери милосердия Твоего и мне грешному; осени благодатью Твоей и меня заблудшего; омой пречистой кровью Единородного Сына Твоего и мое нечистое и оскверненное сердце; оживотвори силой Твоею и меня, умерщвленного прегрешениями и погибшего в беззакониях! Недостоин я высочайшей почести истинных сынов Твоих — праведников совершенных; причисли меня к грешникам кающимся, не отринь от лика мытарей и грешников, помилованных Тобой; дай хотя приникнуть к порогу царства Твоего, «прими меня в число наемников Твоих.»

Благо нам, братия мои, если в душе нашей пробудились эти чувства кающегося грешника: они послужат твердым началом покаяния. Но и доброе начало само по себе не имеет цены, если не будет приведено в совершение, и наилучшие чувства останутся бесполезными, если не последует за ними твердая решимость исполнить их на деле.

Раскаявшийся блудный сын не стал выжидать какого-либо удобнейшего времени. Ничто не остановило его решимости возвратиться к отцу: «встал и пошел к отцу своему.» Последуем ему и мы в этом подвиге истинного покаяния. Не будем откладывать того, что необходимо сделать во всякое время и что удобнее всего сделать теперь. Двери милосердия Божьего открыты, и Отец небесный давно ожидает возвращения нашего. Господь Иисус Христос давно уготовал таинственную вечерю, чтобы напитать нашу алчущую и жаждущую душу. В доме Отца небесного все готово: идем ко Отцу нашему и скажем Ему: «Отче! я согрешил против неба и пред тобой и уже недостоин называться сыном твоим» Аминь.

Поучение в Неделю о Блудном Сыне.[130]

В то время, как лукавый мир, увлекаясь жаждой преступных удовольствий, служащих для погибели души и тела, в убийстве времени, нам данного для очищения грехов и собирания благих плодов для вечной и блаженной жизни, расставил множество сетей для празднолюбцев и готовит еще большие для них соблазны в эти дни, ближайшие к Великому Посту, — Святая Церковь, наша матерь, призывает верных чад своих к святому покаянию и предлагает дивные примеры обращения к Господу даже и великих грешников.

В прошедшую неделю она учила нас смиренному сознанию своих грехов перед Богом, по примеру мытаря, и избежанию той гордости, которую обнаружил тщеславный фарисей. A раньше, за неделю перед тем, указала нам и средство к исправлению неправды лихоимства: в милосердии Закхея.

Ныне представляется перед очами нашего ума и сердца новый образец для подражания, — в обращении к отцу распутного сына.

A в следующий день Воскресный раскроется пред нашим взором страшная картина того последнего, всеобщего и грозного суда Христова, за которым нераскаянных, великих грешников и всех неверов ожидают только вечные мучения.

Каких еще уроков и примеров не хватает нам с тобой, заблудший грешник?

И без того земная жизнь наша недолговечна, a мы с тобой изобретаем средства для того, чтобы так или иначе сократить ее духовным и телесным сладострастием или невоздержанием.

Святая Церковь говорит одно; a мы с тобой делаем другое. Она учит нас добру, a мы впадаем только в зло и беззакония. Она ведет нас к подвигам поста, a мы с тобой мечтаем о постоянном сладострастии и пагубном плотоугодии. Она внушает нам, что время прекратить те гнусные забавы и безумные развлечения, каким, забыв стыд и совесть, мы с тобой часто предавались, после дней прошедшего Великого Поста, в который обещали перед Богом исправить свою заблудшую жизнь. Но мы не только в дни, перед постом грядущим, но даже и среди поста, не взирая на уставы православной церкви, пользуясь каким-то «разрешением на вся», готовимся служить не Богу, a мамоне и другим позорным идолам.

Ужели, злополучный грешник, ты настолько отупел своим умом и растлился в своем сердце, что и сам ты сделался каким-то идолом бездушным, y которого есть очи, да не видят, y которого есть уши, да не слышат — ничего полезного, отрадного, для души и тела спасительного, для времени и вечности необходимого?

Ужели ты не чувствуешь, что разные болезни, без которых редко кто обходится из нас, служат явным признаком или предвестием той участи последней, за которой ждут нас только смерть и суд после смерти, с воздаянием за нашу жизнь земную.

Ужели обольщаясь долгожитием, как ложной мечтой, полагаешь ты, что рано еще думать о загробной жизни и готовиться тебе на суд к небесному Царю делами покаяния? Тогда как нет ни у кого из нас не только дня, но и часа, который был бы в нашей власти, a не в воле Вседержителя, могущего позвать к Себе на суд кого или когда Ему угодно, даже в каждую минуту, и притом, быть может, совершенно неожиданно для нас.

Ужели те примеры быстрой и мгновенной смерти, какой то и дело восхищаются от нас в загробный мир многие из наших родственников и знакомых, без всякого к нему приготовления, не действуют нисколько на твое воображение и не дают тебе, при этом, повода и случая подумать, что и с тобой может приключиться та же смерть внезапная и лютая?

И пусть бы эта мысль о близости или внезапности твоей кончины могла не занимать тебя в те дни или часы, когда Святая Церковь призывает нас к веселью духовному, среди которого она, не желая возмутить великой нашей радости, откладывает и поминовение умерших, как в дни святой Пасхи и других великих праздников!

Но отчего же ты стараешься забыть об этой бренности телесного состава твоего и этой неизбежности предстать тебе на суд к небесному Владыке — Судьи всех, Богу, когда, перед наступлением Великого Поста и покаяния, Святая Церковь и в своих чтениях, и песнопениях часто возвещает тебе эту истину святую, в желании подвигнуть тебя к покаянию, без которого «убьет грешника зло» (Пс. 33:22)?

«Множество содеянных мной лютых помышляя окаянный трепещу страшного дне судного» — вот о чем велит она нам думать и чего страшиться в это время, раскрывая и картину грозного суда в эти дни, пред Постом Великим!

«Душе моя, душе моя, восстани, что спиши; конец приближается и имаши смутитися. Воспряни убо, да пощадит тя Христос Бог, везде Сый и вся исполняяй.» Вот что будет часто повторять нам та же Церковь в самые дни Святой Четыредесятницы!

«Почто не помышляеши, душе моя, смерти; почто не обращаешися прочее к исправлению прежде трубы глашения на суде, тогда несть время покаяния. Приими в уме мытаря и блудницу, зовущия: согреших ти, Господи, помилуй мя!» Вот что заповедует она ревнующим о благоговейной жизни взывать к Господу каждый день, в молитвах покаяния!

Оставь же, грешник миролюбец, суету мирскую, в эти дни, служащие преддверием Великого Поста! Не целый год тебе кружиться в вихре суеты! Время же подумать, наконец, и о душе и постепенно приготовиться к святому покаянию, которое, как подвиг великий, непременно требует от нас и немалого приготовления к нему.

Пускай губитель наших душ и враг исконный, со своими злейшими клевретами расставляет в это время сети для соблазна. Но ты, как сын послушный Церкви и как верный раб Христов, врагу не поддавайся и старайся в это время удаляться этой «сети его ловчи.»

Найдется в это время пред постом великим у каждого из нас немало дел полезных и по долгу, и по службе, при благовременном совершении которых мы найдем себе свободу неопустительно посещать богослужение в дни грядущего поста. Ими и займемся ревностно в простые дни, по долгу и по совести, чтобы избежать соблазнов празднолюбия в это грядущее преддверие Великого Поста. A в дни праздников и накануне их будем посещать святые храмы неотложно, не меняя службу Богу на служение мамоне и не покидая Божий дом, с его святыней, из-за посещения «селений грешничих», где только объедение и пьянство, где только смех и блудодейство будут в эти дни святые в явную и дерзкую насмешку над уставом нашей православной церкви, попираемой и презираемой у нас нашествием иноплеменников и своих неверов, «пишущих лукавая», под мыслью о мнимом просвещении нашего народа православного постыдными забавами и преступными, блудными и кощунственными зрелищами.

Испытай, хотя в жизни раз, благой свет, на самом деле дав пред Богом обещание: в нынешнем году не осквернять преддверие Великого Поста, тем более самого поста, участием в постыдных зрелищах и гибельных забавах в честь языческих богов: Бахуса и Венеры и других негодных идолов! И ты встретишь наступающий Великий Пост в духовной радости и, при помощи небесной, проведешь его с великой пользой для души и тела, в светлом воздержании и богоугодном покаянии.

Не обольщаясь ложной надеждой на долгожитие, которого предел всегда в деснице Божьей, подумай лучше ты о том, что этот наступающий Великий Пост, быть может, пост уже последний в твоей жизни! И потому, старайся приготовиться к нему вполне по христиански, чтобы, по правилам православной церкви, мог ты в этот пост принести Господу такое покаяние, какого столько лет тебе не удавалось совершить от чистого сердца только потому, что ты на этот подвиг очищения души смотрел как-то хладнокровно и небрежно, не стараясь приготовиться к нему заблаговременно, в той неосновательной надежде, что успеешь принести подробное, глубокое и слезное святое покаяние когда-нибудь и после, особенно под старость и тем более пред смертью. Так многие, конечно, думали и многие окончили свой земную жизнь без всякого покаяния.

Прислушайся внимательно к тем прекрасным назидательным и в высшей степени трогательным чтениям и песнопениям церковным, какие предлагаются тебе в храме в эти дни великие, святые, для души твоей спасительные. И ты если не совсем еще душой охладел, невольно расположишься к святому покаянию и найдешь к нему пути и средства в примере обращения к Господу таких же грешников великих, к числу которых и мы с тобой принадлежим всецело, по началу их и нашей жизни в отчуждении от Бога.

Так, ты слышал, например, сегодня Евангельскую притчу о распутном сыне. Повторять ее подробно на этот раз не будем. Припомни, как он жил спокойно и довольно, пока он был на попечении прекрасного и доброго отца, в дому его богатом! Чего тогда ему недоставало. Недоставало разве прихотей пустых и вредных для души его и тела. По глупости своей он сам их пожелал и выпросил на это средства у отца, который, не желая нарушать его свободы, не отказал ему и в этом деле, полагая, что «юнейший» сын его употребит их с пользой для себя и для других, если будет жить в дому отца под его надзором и руководством.

Но глупому сыну, получившему наследство прежде времени, стало неприятно жить под мудрой властью родителя. Злая воля захотела большого простора, где бы эта власть родителя над ним в употреблении богатства правильным путем, ему нисколько не мешала эти средства расточать как вздумает. И вот, спустя немного дней, юнейший этот сын отошел украдкой, конечно, от отца, на чужую дальнюю страну, где при деньгах и свободе, без надзора он предался всем влечениям своих страстей, в явную его погибель.

Нашлись ему тогда, как и всегда находятся при деньгах, и негодные помощники друзья, a с ними и бесстыдные красавицы подруги. Начался тогда период полного разгула, в котором стыд, здоровье, честь, невинность, вера, совесть и рассудок — все погибло… Наконец, и средства к жизни истощились. «И он начал нуждаться», тем более, что на беду его случился страшный голод в той далекой стране. Дожил он, наконец, до состояния ужасного. Сын богатого и знатного отца нанялся было пасти свиней, хотя-бы из-за хлеба; но злой хозяин стада не давал ему охотно и свиного корма. Весь он оборвался, и весь он истаскался, и ужасно исхудал от прежнего распутства и такого страшного голода. В поганом его теле, истощенном разными негодными болезнями, оставалась только грязная, негодная, позорная его душа; но и та была готова выйти вскоре из своей удушливой и смрадной темницы. Еще одна минута, и он погиб бы временно и вечно в своем страшном и отчаянном, жестоком и позорным положении. Но Бог, «не хотяй смерти грешника», внушил ему благую мысль — идти к отцу со слезами покаяния и проситься у него хотя в работники.

Удали он эту мысль — и его погибель была бы неизбежна. Но блудный сын, презрев и стыд, и страх, ухватился за нее, как утопающий готов ухватиться за траву или солому, и сказал в себе: «Что же гибну я в далекой стране? Встану и пойду к отцу и так скажу ему: „Отче! я согрешил против неба и пред тобой, и уже недостоин называться сыном твоим; прими меня в число наемников твоих.“»

И действительно, собрав свои последние силы, встал он и пошел. Еще далеко было до родительского дома, еще много предстояло ему труда дотащиться кое-как до его преддверия, но родительское сердце чутко к голосу детей. Отец заметили его издали, побежал к нему навстречу, бросился к нему в объятия, обнимал и целовал его любезно. И, забыв все, что этот сын наделал ему неприятного, простил его, и принял в дом свой радостно, и даже приготовил для того большое пиршество, с пением и ликами.

Грешники великие, «от нихже первый есмь аз»! Не видите ли здесь бесконечной благости небесного Милосердия? Чем мы лучше распутного сына? Не все ли на чужой стороне, не все ли мы в рабстве постыдном у общего врага спасения или у диавола? Для нас сказана притча! Будем же подражать распутному сыну: не в грехах, конечно, и блудной жизни (некоторые из нас в этом отношении и его превзошли бы), a в его решимости обратиться к отцу.

Этот наш отец — Господь, небесный милосердный Царь. К Нему и припадем со слезами покаяния и скажем от чистого сердца: Отче, согрешили перед небом и перед Тобой! Но не оставь нас до конца. Научи нас обращению Закхея, смирению Мытаря и покаянию Блудного сына, и не отринь нас, как и этого последнего, от принятия в Твой дом небесный, от которого уклонились мы давно и далеко.

Дай нам, Господи, дожить до этого поста. Мы покаемся перед Тобой, и при этом так искренне и так усердно, как доселе еще никогда не приходилось нам совершать перед тобой наше покаяние!

A тогда, — если бы после этого всецелого и неизменного раскаяния во всех тяжких наших согрешениях, нам пришлось и умереть, — мы спокойно пошли бы, с упованием на милосердие Твое, повторяя сердцем и устами слова Богоприимца: «Ныне отпущаеши раба Твоего, Владыко, по глаголу Твоему, с миром». Аминь.

Бесконечное милосердие

Уяснив нам в предшествующем евангельском чтении высокое значение покаянного смирения в деле оправдания, по сравнению с бездушной, самохвальной гордостью, Святая Церковь, постепенно подготовляя нас к Святой Четыредесятнице, раскрывает затем перед нами ту истину, что как бы ни был велик грех человека, он никогда не может стать выше бесконечного милосердия Отца Небесного, и никакому грешнику не закрыт путь к раскаянию, a вместе и помилованию, потому что душа человеческая есть высшее сокровище в мире, средоточие всей духовной жизни, предмет бесконечной любви Отца Небесного и попечения всех небесных сил, как существующих ради неё. Поэтому если уклонение человека на путь нечестия и греха возбуждает в высшем духовном мире глубочайшую скорбь, то, наоборот, «бывает радость у ангелов Божьих и об одном грешнике кающемся.» Эту истину Христос Спаситель раскрыл в знаменательной притче о блудном сыне, этом чудесном благовестии о бесконечном человеколюбии Божьем, и Святая Церковь предлагает ее нам и в своем литургийном евангельском чтении, посвящая её раскрытию и всё богослужение недели, известной под названием «недели о блудном сыне».

«У некоторого человека было два сына.» Отец, по-видимому, был богат, воспитал своих детей в полном довольстве и жил сладостной надеждой, что его сыновья сделаются для него источником радости и утешения в старости. Но, как часто бывает в жизни, ему готовилось тяжкое испытание и именно со стороны наиболее любимого им, наиболее лелеянного — младшего сына. Добрый по своей натуре, он не обладал достаточно сильной волей, чтобы бороться с искушениями окружающего мира, увлекся его соблазнами и, встречая, вероятно, любящий укор со стороны отца, решил удалиться совсем из родительского дома, чтобы беспрепятственно испить всю чашу земных наслаждений. Отец конечно горевал, уговаривал его, выставляя перед ним все неразумие его шага; но встретив решительный отпор со стороны несчастного юноши, наконец с болью в сердце и с надеждой на то, что сама жизнь с её испытаниями скорее образумит его, согласился выдать ему, согласно с его просьбой, приходящуюся ему часть имения. Как младший сын, он мог по закону получить только третью часть имения, так как две трети его принадлежали старшему брату, на которого возлагалось и все попечение о доме и семействе, в случае преклонных лет или смерти отца.

Добившись своей цели, юноша ликовал, и проведя еще несколько дней в доме отца, забрал всю свой часть имения, и «пошел в дальнюю страну.» Ему очевидно хотелось вполне насладиться своею независимостью — вдали от этих любяще-укоризненных глаз отца, и он быть может отправился в далекую Вавилонию с её изысканной роскошью, в Египет с его блестящей и пышной столицей Александрией, бывшей центром всего мирового круговорота, или в один из богатых финикийских городов, где жизнь била ключом и в избытке предлагала все, что только могло тешить и услаждать чувственную природу человека. Оказавшись среди этого совершенно нового для него мира, молодой человек всецело отдался этому морю бушующих страстей, и увлеченный вихрем удовольствий, забыл обо всем и с жадностью пил чашу плотских наслаждений, полагая, что в них то и заключается вся тайна земного счастья. Обладая значительной, дотоле не бывалой у него в руках суммой, он воображал, что ему и не прожить никогда этих денег.

Но распутная жизнь, конечно, быстро истощила его богатство, и прежде чем успел пресытиться наслаждениями, он увидел, что у него уже ничего нет, a вместе с тем от него не замедлили отвернуться и все те, кто помогал ему расточать свое имение. По юношескому легкомыслию, он мог думать, что это беда еще не великая, и он — еще полный сил — может найти себе достаточный источник не только для пропитания, но и для удовольствий. Но тут-то и постиг его высший урок. В стране сделался великий голод и, как это постоянно бывает в торгово-промышленных странах, он повлек за собой тяжелый кризис; дело оказалось в застое; повсюду началось сокращение рабочих рук, и богатый, веселый дотоле город сделался сборищем голодных, тщетно умоляющих или даже грозно требующих себе куска хлеба. Среди них оказался и несчастный молодой человек. Он начал терпеть страшную нужду, и не зная, как и чем пропитаться, «пристал к одному из жителей той страны», и умолял его — дать хотя какое-нибудь занятие, чтобы только не умереть с голода. При этом оказалось, что он — как баловень судьбы — не способен был ни к какому серьезному занятию, и житель готов был отказать ему. Но несчастный со слезами и неотступно умолял его,[131] и последний, — сжалившись над злополучным юношей, особенно если последний рассказал ему о своем неразумном поступке, — наконец взял его в качестве дарового рабочего — из-за хлеба, и «послал его на поля свои пасти свиней»…

И вот, этот любимец богатого отца, нарядный, выхоленный и благоухающий всякими модными мастями, беспечно когда-то бросавшийся золотыми и серебряными сиклями направо и налево, услаждавшийся раболепным прислужничеством и заискиваниями льстецов и всяких приживал, кружившийся в вихре всяких наслаждений — юноша оказался в обществе одних только грязных животных, и притом таких, самое название которых вызывало ужас и омерзение в душе всякого иудея.[132]

Какая ужасная картина падения человеческого! Можно бы подумать, что это страшный сон, который рассеется с наступлением дня; но увы — судороги голодного желудка явственно показывали, что это не сон, a действительность, и юноша, чтобы утолить свой голод, стал и питаться тем же, что служило кормом для его грязного свинского общества, именно рожками, которыми в южных странах откармливаются свиньи, и только в крайней бедности питаются и люди.[133] Теперь ему не с кем было даже поделиться своим горем и оставалось выплакивать его одиноко — перед этим безучастным к нему, бессловесным обществом. Безмолвно, растерянным взглядом следил он за своим стадом, и по душе злополучного юноши невольно проносились все события его безумно загубленной жизни. Ему припомнился и родной отцовский дом, где он некогда был окружен любовью, довольством и почетом со стороны многочисленных слуг. Сам он теперь тоже слуга, но слуга голодный, униженный и отверженный всеми, a между тем в доме отца его и самые слуги пользуются довольством и сносным человеческим положением. И он с завистью вспомнил этих слуг. Как бы он рад был теперь занять в своем родном доме — уже не положение наследника сына (о чем он не смел и мечтать), a хоть положение одного из наемных рабочих!

В его душе началась страшная борьба. Не возвратиться ли ему в самом деле к отцу? Но при одной мысли об этом огонь стыда охватывал все существо, и ему страшно было предстать теперь перед лицом своего некогда любящего отца, которого он так глубоко оскорбил своим безумным поступком. Сердце судорожно сжималось, мысли путались в голове, и он не знал, что ему делать и на что решиться. Но голод и бедствие восторжествовали в этой страшной душевной борьбе, и несчастный юноша решился наконец возвратиться к отцу, чистосердечно раскаяться во всем и просить у него милости и прощения. И вот он голодный, грязный и оборванный «встал и пошел к отцу своему.»

Не трудно представить себе, в каком настроении и с какими чувствами шел он теперь обратно пешком по тому пути, по которому еще недавно с гордой беспечностью и безграничным самодовольством катил из родного дома на роскошной колеснице, запряженной дорогими быть может, великолепными египетскими скакунами.[134] Вот уже окрестности родной стороны; каждый холм, деревцо или источник напоминали ему сладостное время детства, — но теперь служили вместе с тем и страшным укором для него, и тем более он должен был страшиться и стыдиться знакомых людей, которые могли увидеть его теперь в этом бедственном и жалком положении. Что же скажут отец и брат? И злополучный юноша с трепетом сердца подвигался вперед, стараясь разобраться в своих путающихся от смущения и стыда мыслях и затвердить сочиненную им речь, с которой он намеревался обратиться к отцу.

Такое тяжелое душевное состояние свидетельствовало о силе и глубине раскаяния юноши; в нем бушевала возмущенная его собственной негодностью совесть, и если он опасался гнева и сурового укора со стороны отца, то это было лишь голосом его собственного сознания в том, что он вполне заслужил подобное отношение к себе. Но если он измерял гнев отца меркой своей собственной негодности, то он ошибся. Настрадавшееся родительское сердце уже давно потопило свой справедливый гнев во всепрощающей любви, и отец с тоской обращал свои взоры по направлению к той «далекой стране», где должен был находиться его несчастный юноша-сын.

По всему видно, что отец время от времени, пока было возможно, наводил справки о его житье-бытье, пока совсем не упустил его из вида. Какой же радостью затрепетало его сердце, когда до него дошла весть, что сын его, который был для него почти мертв, опять возвращается к нему! Он не мог более томиться ожиданием, и сам отправился к нему на встречу, и когда он увидел злополучного юношу в его бедственном положении — оборванным, изможденным и грязным, то еще более закипело в нем сердце и он «побежав, пал ему на шею и целовал его.»[135] Пораженный такой глубиной любвеобильного сердца отца, юноша еще более смутился и, сжимаемый в горячих объятиях, быть может с рыданием лепетал затверженную им речь: «Отче! я согрешил против неба и пред тобой, и уже не достоин называться сыном твоим»… Он хотел добавить уже заранее приготовленную им просьбу: «прими меня в число наемников твоих», но отец не дал ему договорить этого.[136] Он немедленно приказал принести наилучшую одежду, одеть его, обуть и украсить перстнем; затем велел убить откормленного теленка для семейного пира и веселился со своими домашними о сыне, который для него «был мертв и ожил; пропадал и нашелся.» Какая поразительная картина бесконечного человеколюбия Отца Небесного, покрывающего Своим безмерным милосердием все прегрешения людей![137]

Когда, таким образом, отец и сын, вновь объединенные любовью и всепрощающим милосердием, искренно и от полноты сердца веселились и жаждали сочувствия своей безграничной радости от всех окружающих, случилось событие, которое во всей силе обнаружило всю черствость и бессердечие законнической самоправедности.

В самый разгар пиршественного веселья пришел с поля старший сын, который, приблизившись к дому, крайне удивился, заслышав в нем веселье, сопровождавшееся пением и всяким ликованием. Узнав, в чем дело, он, вместо того, чтобы по братски открыть и свое сердце своему младшему брату — юноше, не только не сделал этого, a напротив крайне рассердился и не хотел войти в дом. Напрасно отец упрашивал его войти и разделить с ним его радость, — он отказывался и грубо осыпал отца упреками за то, что он так расчувствовался при возвращении распутника, промотавшего свое имение с блудницами, и ради него сделал такой большой пир, и в то же время никогда ничем подобным не выказал своей признательности ему, в поте лица трудящемуся на поле и несущему на себе все заботы по содержанию и управлению обширного хозяйства. Он был так раздражен этой кажущейся ему несправедливостью, что был до крайности груб в своих укорах и даже ни разу не назвал своего отца «отцем», ограничиваясь грубым местоимением «ты».[138] Горько было отцу слышать эти бессердечные укоры от своего сына в столь радостный момент; но его любовь восторжествовала и здесь, и он с необычайной лаской восторженно отвечал: «сын мой! ты всегда со мной, и все мое твое. А о том надо было радоваться и веселиться, что брат твой сей был мертв и ожил, пропадал и нашелся.»

Смысл этой божественнейшей из притч так ясен, что нет надобности останавливаться на подробном её разъяснении. История блудного сына есть, так сказать, зеркало жизни и состояния всякого грешника. Увлеченный страстями, он безумно оставляет дом Отца своего небесного, и все свое наследие, все свои силы и дарования, растрачивает в вихре распутной жизни, которая, конечно, неизбежно доводит его до ужасной бедности. Сколько погибает от подобного увлечения самых даровитых, многообещающих юношей, которые вместо того, чтобы оправдать надежды и заботы своего Отца Небесного и сделаться достойными сонаследниками Его царства, повергаются в омут греховности и делаются лишь пастухами свиней! Когда суровая действительность во всем ужасе раскроет перед грешником всю бедственность его положения; он способен приходить в отчаянье, которое может довершить его гибель.

И вот тут то Святая Церковь и приходит к нему с великим утешением, что как бы ни велик был грех человека, милосердие Небесного Отца бесконечно выше его, и на самой низкой степени нравственного падения есть полная возможность восстать и возвратиться в дом отчий, в котором бесконечно любящий Отец всегда ожидает всякого кающегося грешника с открытыми объятьями.

Но ободряя грешника надеждой на бесконечное милосердие Божье, она вместе с тем осуждает тех бессердечных, черствых и гордых своей самоправедностью людей которые с презрительным высокомерием относятся к своим немощным братьям и, вместо того, чтобы подать им руку помощи и вывести из бедственного положения, готовы презрительно отталкивать их как негодных тварей. Такое отношение обнаруживает в них самый черствый, нетерпимый эгоизм, готовый услаждаться в сознании своей праведности даже гибелью своих меньших братий. Таковы именно были фарисеи, закваска воззрений которых живет во многих и доселе. Как евангельским чтением притчи о блудном сыне, так и всем тоном своих песнопений в посвященную о нем неделю, Святая Церковь и предостерегает нас от подобных греховных крайностей, и, обобщая весь смысл своего духовного назидания, влагает нам в уста велико-поучительное и ободрительное двустишие:

Блудник аще кто есть яко аз, дерзай гряди,

Божиих бо щедрот всем отверзеся дверь.[139]

Библиографический указатель слов, бесед и поучений на неделю о Блудном Сыне

Филарет, митр. Московский. Слова и речи. М. 1873 г. Т. V, стр. 355.

Феофан, еп. Тамбовский. Слово в святую четыред. СПБ. 1869 г. стр. 18–38.

Никанор, арх. Херсонский. Собрание соч. т. I, 212–258.

Филарет, арх. Черниговский. Слова и беседы. Черн. 1863 г. Ч. 3; стр. 30–41, 51.

Евсевий, еп. Могилевский. Сочинения, стр. 371.

Иннокентий, арх. Херсонский. Сочинения, т. III. стр. 151–190.

Павел, арх. Кишеневский. Слова и речи, Киш. 1879 г. т. I, 37,57.

Павел, арх. Казанский. Проповеди. Т. II, 37.

Димитрий, арх. Херсонский. Сочинения. Т. III, 198–219.

Палладий, арх. Рязанский. Слова и речи. СПБ. 1881 г.

Бажанов, В. протопр. Слова и речи. СПБ. 1858 г. 66 стр.

Сергиев, И. прот. Собрание сочинений. Τ. II, 12–30.

Тихвинский, Е. Время зимнего покаяния. К. 1890 г. 20 стр.

Белоцветов, прот. Круг поучений. СПБ. 1894.

Полисадов, прот. Проповеди. Стр. 211.

Романов, прот. Полн. собр. поучений. СПБ. 1880 г. 151–174.

Кудрицкий, свящ. Внебогосл. беседы. К. 1895 г.

Сеятель. Сборник поучения. 196–205.

Шумов, свящ. Беседы на воскр. апост. чт. M. 1893 г. 27–39.

Бухарев, И. Беседы пастыря на воскр. еванг. литург. чт. Влад. 1887. 164.

«Руководство для сельск. паст.» 1881 г. — стр. 97; 82 г.-73; 83 г.-65; 84 г, — 94; 85 г.-43; 86 г.-110; 87 г.-55; 88 г.-66; 89 г.-88; 90 г-82; 91 г.-65; 92 г.-113; 93 г.-59; 94 г.-97; 95 г.-76. Дъяченко. Ежедневные поучения в слове Божьем. M. T. I, 551–569.

НЕДЕЛЯ МЯСОПУСТНАЯ

I. ЕВАНГЕЛЬСКОЕ ЧТЕНИЕ. Зачало (106) от Матфея 25:31–46

31 Когда же приидет Сын Человеческий во славе Своей и все святые Ангелы с Ним, тогда сядет на престоле славы Своей,

32 и соберутся пред Ним все народы; и отделит одних от других, как пастырь отделяет овец от козлов;

33 и поставит овец по правую Свой сторону, а козлов — по левую.

34 Тогда скажет Царь тем, которые по правую сторону Его: приидите, благословенные Отца Моего, наследуйте Царство, уготованное вам от создания мира:

35 ибо алкал Я, и вы дали Мне есть; жаждал, и вы напоили Меня; был странником, и вы приняли Меня;

36 был наг, и вы одели Меня; был болен, и вы посетили Меня; в темнице был, и вы пришли ко Мне.

37 Тогда праведники скажут Ему в ответ: Господи! когда мы видели Тебя алчущим, и накормили? или жаждущим, и напоили?

38 когда мы видели Тебя странником, и приняли? или нагим, и одели?

39 когда мы видели Тебя больным, или в темнице, и пришли к Тебе?

40 И Царь скажет им в ответ: истинно говорю вам: так как вы сделали это одному из сих братьев Моих меньших, то сделали Мне.

41 Тогда скажет и тем, которые по левую сторону: идите от Меня, проклятые, в огонь вечный, уготованный диаволу и ангелам его:

42 ибо алкал Я, и вы не дали Мне есть; жаждал, и вы не напоили Меня;

43 был странником, и не приняли Меня; был наг, и не одели Меня; болен и в темнице, и не посетили Меня.

44 Тогда и они скажут Ему в ответ: Господи! когда мы видели Тебя алчущим, или жаждущим, или странником, или нагим, или больным, или в темнице, и не послужили Тебе?

45 Тогда скажет им в ответ: истинно говорю вам: так как вы не сделали этого одному из сих меньших, то не сделали Мне.

46 И пойдут сии в муку вечную, а праведники в жизнь вечную.

Общий характер недели. Практический очерк содержания рядового чтения

Продолжая побуждать нас к покаянию, Святая Церковь в евангельском чтении Мясопустной недели указывает нам на страшный суд, который откроется со вторым пришествием Иисуса Христа при конце мира. Суд этот будет, по истине, страшный, потому что он будет:

1. Славный.

Сын человеческий придет не в образе смиренного раба, a во славе своей, окруженный «всеми ангелами» и «сядет на престоле славы своей», как Царь и Судья вселенной, чтобы судить живых и мертвых (ст.31).

2. Всеобщий.

«Возгласят трубы, и истощатся гробы, воскреснет человеческое все естество трепещущее.»[140] Перед судом «соберутся пред Ним все народы» и всех времен, от сотворения мира до последнего дня (ст.32); на нем раскроются и изобличатся все мысли, слова и дела, тайные и явные.

3. Нелицеприятный:

«и отделит одних от других», по их внутренним качествам, «как пастырь отделяет овец от козлов; и поставит овец», людей добродетельных, кротких и незлобных, «по правую Свой сторону, а козлов», людей нечестивых и грехолюбивых, «по левую» (ст.32, 33). «Тамо ничтоже помощи может Богу сущу Судии, ни тщание, ни козни, ни слава, ни дружба, разве от дел крепость твоя».[141]

4. Окончательный и последний:

а) для праведников — утешительный: «приидите, благословенные Отца Моего, наследуйте Царство, уготованное вам от создания мира» (ст.34) за ваши дела милосердия (ст.35–36), которые вы совершали не для внешней славы и наград, но по одной любви к Богу и ближним (ст.37–40);

б) для грешников ужасный: «идите от Меня, проклятые, в огонь вечный, уготованный диаволу и ангелам его» (ст.41) за то, что вы были немилосерды к ближним, которых вы не признавали своими братьями, заслуживающими сострадания ради Иисуса Христа (ст.42–45). «И пойдут сии в муку вечную, а праведники в жизнь вечную» (ст.46)!

Частные истины, предлагаемые дневным евангелием для церковного собеседования, могут быть следующие:

ст. 31 — «о том, к чему должна побуждать нас мысль о страшном суде».

Ст. 32–35 — «о вечном разлучении людей добрых от злых в будущей жизни, об овцах и козлищах».

Ст. 34 «о блаженстве праведных»

Ст. 35–40: «кто оказывает милостыню ближним, тот сам будет помилован на страшном суде»,

или о том, что «благотворительная деятельность на земле служит верным приготовлением к вечно-блаженной жизни на небе»,

или «о высоком нравственном достоинстве дел истинно-христианского милосердия».

Ст. 41–45: «немилосердие к ближним, оказываемое нами на земле, будет иметь влияние на решение нашей вечной участи».

Ст. 46: «о вечности мучений» и т. п.

Как страшно будет второе пришествие Господа для грешников и как утешительно для праведников!

«Когда же приидет Сын Человеческий во славе Своей и все святые Ангелы с Ним, тогда сядет на престоле славы Своей, и соберутся пред Ним все народы» (ст.31, 32).

Нынешнее евангелие изображает нам картину второго пришествия Господа нашего Иисуса Христа на суд. Было время, когда Сын Человеческий приходил на землю «в образе раба», чтобы «взыскать и спасти погибшее» (Лук. 19:10).[142]

Будет время, когда Он придет опять на землю, но уже «во славе своей», чтобы судить живых и мертвых, и воздать каждому по делам его (2 Кор. 5:10).[143]

1. Страшно для грешников.

а) Приидет Сын Человеческий во славе своей (Maр. 13:24–27;[144] 1Фесс. 4:16–17;[145] Мат. 24:30[146]) и станет судить живых и мертвых.

Этот суд будет всеобщий. Пред ним предстанут «все народы», начиная от сотворения мира до последнего дня, все великие и малые, старые и юные, богатые и бедные, знатные и простые. На нем раскроются и изобличатся «все» наши мысли, слова и дела, явные и тайные (Апок. 20:12;[147] 1 Кор. 4:5;[148] Иуд. 1:14–15;[149] Лук. 12:2[150]).

Этот суд будет праведнейший; ибо Судьей будет сам Господь, «воздающий каждому по делам» (Рим. 2:5–6),[151] без лицеприятия (Рим. 2:11;[152] 1 Пет. 1:17[153]).

Этот суд будет последний и окончательный. На нем решится участь наша на всю вечность. Пшеница отделится от плевел (Мат. 13:30[154]), овцы — от козлищ; между теми и другими утвердится непроходимая пропасть, и никто уже не изменит вечного решения (Исаии 63:14).[155]

б) Поистине, страшен будет этот суд, но страшен для грешников.

Каким позором и срамом покроются они, когда все их «постыдные дела тьмы» явятся во всем свете пред взорами всевидящего Бога, пред тьмами ангелов и человеков. — Тогда совесть представит грешнику всю его протекшую жизнь. Грешник узрит себя во всей наготе и прийдет в ужас, и раскается. Какой позор и смятение!

Но еще ужаснее приговор, какой услышат грешники от сидящего на престоле славы Господа: «идите от Меня, проклятые, в огонь вечный».

«Идите» — Я не признаю вас более своим народом; вы презрели мой крест, мое евангелие; вы отреклись от Меня, теперь и Я отрекаюсь вас. Время благодати и покаяния уже прошло и не возвратится (Мат. 7:22;[156] Лук. 13:26–27[157]); вся надежда на спасение потеряна (Прем. 3:18).[158]

«И пойдут сии в муку вечную.» Тут вечный плач и скрежет зубов; тут огонь вечно горит и не угасает, мучениям нет предела, времени нет конца.

2. Утешительно для праведников.

а) «Приидет Сын Человеческий во славе своей»

и это пришествие, столько страшное для грешников, будет невыразимо радостным для праведников.

«Восклонитесь и поднимите головы ваши, потому что приближается избавление ваше» (Лук. 21:28), сказал Господь смущенным ученикам, после того, как возвестил им о грядущем суде своем.

Теперь избранные Божьи ведут мучительную борьбу с своею греховной природой; тогда настанет для них «избавление от этой борьбы».

Теперь они терпят поношения и оскорбления, тогда Бог «отымет всяку слезу от очей их» (Апок. 20:4).[159]

Теперь они скрываются во мраке и неизвестности, тогда «просветятся как солнце» (Матф. 17:2).[160] «Приидите», скажет Господь одесную стоящим, «благословенные Отца Моего, наследуйте Царство, уготованное вам от создания мира». Приидите все, подвизавшиеся в вере и благочестии, и наследуйте не царство мира, земное, преходящее, но царство вечное. — И придут «праведники в жизнь вечную». Настанет блаженство, которого никакое слово человеческое не в состоянии выразить (1 Коринф. 2:9;[161] Рим. 8:18;[162] 1 Иоан. 3:2[163]), и этому блаженству не будет конца.

б) «Приидет Сын Человеческий во славе своей»:

итак вы, ревнующие о Господе, «вы же, братия, не унывайте, делая добро» (2 Фесс. 3:13). «Труд ваш не тщетен пред Господом» (1 Кор. 15:58). «В мире будете иметь скорбь» (Иоан. 16:33), но «и возрадуется сердце ваше, и радости вашей никто не отнимет у вас» (Иоан. 16:22; Псал. 125:5[164]).

Не унывайте и вы, которые в нужде и бедности пресмыкаетесь теперь при вратах немилосердых богачей. Имейте терпение. Пусть душа ваша очищается в несчастии, как золото в горниле, и потом думайте, что «не бедных ли мира избрал Бог быть богатыми верою и наследниками Царствия, которое Он обещал любящим Его?» (Иак. 2:5).

«Се, гряду скоро, и возмездие Мое со Мною» (Апок, 22:12).

Как важно и спасительно для нас постоянное памятование о страшном суде

«приидет Сын Человеческий во славе Своей… и соберутся пред Ним все народы» (ст.31–32).

Что мы все некогда умрем, это мы знаем несомненно, об этом говорит нам наша природа и повседневный опыт. Но что после временной жизни настанет вечная, и мы предстанем некогда на суд Божий, об этом мы ничего не знали бы, если бы слово Божье не открыло нам этого. A как часто и ясно говорит оно об этом (Евр. 9:27;[165] Деян. 17:31[166])! Как выразительно в дневном евангелии представлен страшный суд, которого не избежит никто из нас!

1. Оно должно пробудить нас от греховной беспечности и легкомыслия.

а) Нельзя отрицать, что большая часть людей проводит жизнь свою в крайней беспечности; смотрит на жизнь, как на игрище, и на отношения людей, как на торжище. Мало думают о едином на потребу; легко относятся к своим обязанностям, как людей и христиан.

б) Мысль о страшном суде выводит нас из этой беспечности. Как должна перемениться вся наша жизнь, если мы серьезно подумаем, что настанет некогда суд, на котором воздастся каждому по делам, где придется отвечать за всякую потерянную минуту, за каждое праздное слово и проч.

2. Оно должно усугубить наше внимание к нашему нравственному состоянию.

а) Кто может за собой заметить, как часто он погрешает?

Должен со смирением сознаться каждый из нас. Между тем, нет ничего опаснее для нашей добродетели, как та нравственная дремота, находясь в которой многие, быть может, не замечая того сами, продолжают коснеть во грехе. Только постоянное внимание к самим себе, только частое испытание своей совести может предохранить нас от такого ослепления, в котором мы сами обманываемся на счет наших грехов.

б) Из этой опасной дремоты выводит нас постоянное памятование о том дне, когда «сын Человеческий во славе Своей и все святые Ангелы с Ним, тогда сядет на престоле славы Своей, и соберутся пред Ним все народы; и отделит одних от других, как пастырь отделяет овец от козлов». Перед великим Судьей откроются все тайные и явные грехи каждого человека. Какой позор будет для нас, если мы своими поступками обманывали только мир, скрывая под личиной благочестия отвратительные пороки?

3. Оно должно ободрять нас в подвигах добра.

а) Добродетель требует труда и жертв.

Путь, ведущий к вечной жизни, тесен и узок; на нем изнемогают часто лучшие и благороднейшие из людей. Что может так ободрить человека в подвигах добродетели, как не мысль о великом дне мздовоздаяния, где его труды оценятся, его стремления к добру вознаградятся?

б) Сила чувственных влечений и страстей очень велика и вызывает человека добродетельного на тягчайшую борьбу. Что может укреплять его в этой борьбе, как не память о том часе, в который Сын Человеческий воздаст каждому по делам?

в) Неисчислимые соблазны и искушения ко злу окружают добродетельного человека, и тем легче колеблют его в добре, чем менее его добро признается и оценивается миром. Как удобно он поддается тогда искушению! Но как сильно и здесь опять может ободрить его мысль о вечности, где каждое благородное самоотвержение не останется без возмездия!

4. Оно должно утешать u укреплять нас среди несправедливых оскорблений и незаслуженных страданий.

а) Нет сомнения, что посредством мудрого и добродетельного образа жизни мы отвращаем от себя множество несчастий, которые часто постигают людей безумных и порочных. Но несомненно также и то, что самый добродетельный терпит в этом мире много лишений, огорчений, оскорблений.

б) Что может утешить и укрепить невинно страждущего, как не мысль о дне праведного мздовоздаяния? Временные страдания ничего не значат в сравнении с вечной славой, ожидающего добродетельных. Прийдет некогда день, в который страдания окончатся, слезы осушатся, незаслуженные оскорбления прекратятся.

Страшный суд будет поистине страшен

«Приидет Сын Человеческий во славе Своей и все святые Ангелы с Ним, тогда сядет на престоле славы Своей» и проч. (ст.31, 32).

Потому что это будет:

1. Суд совести.

При наступлении страшного суда люди живые изменятся, a умершие воскреснут.

Затрубит труба архангела, и со всех концов мира соберутся все народы на суд. Совесть, которая прежде была усыплена, теперь пробудится, как пробуждаются утром после безобразно проведенный ночи. Она предстанет человеку как чистое зеркало. «Изобличу тебя и представлю пред глаза твои грехи твои» (Псал. 49:21). Что же представит человеку некогда подавленная, a теперь свободная совесть?

а) Пренебрежение обязанностями звания.

«Пастыри церкви! учила ли я вас быть только наемниками в винограднике Господнем?»

«Судьи и начальники! не предохраняла ли я вас от всякого пристрастия и не возбраняла ли вам кривить правдой ради денег или лицеприятия?»

«Родители! как часто я увещевала вас приложить более труда и усилия к доброму воспитанию детей!»

«Богатые! не побуждала ли я вас постоянно приносить жертву для царствия Божия из дарованных вам Богом благ?»

«Не побуждала ли я „всех“ к верному исполнению обязанностей звания?».

б) Увлечение страстями.

«Ты предался честолюбию, и чрез оклеветание и очернение других и лучших вытеснил их из должности, лишил достоинства, чтобы самому занять их место!»

«Ты из суетного „тщеславия“ и страсти к „щегольству“ промотал состояние родителей и так часто огорчал их!»

«А ты, вопреки моим предостережениям, предавался по целым ночам „играм и пьянству“, между тем как твои родные ожидали тебя и скорбели!»

«А ты дозволил „плоти“ господствовать над духом и часто терял рассудок!»

«Ты служил гневу!» и т. д.

в) Причиненную неправду.

Как часто человек, совершивший вопиющую несправедливость, считает себя правым; Он не желал хорошо подумать, не превозмог себя, чтобы стать на беспристрастную точку зрения. Заметьте это вы, христиане, которые очень часто ссылаетесь на свое «право». Многим из вас совесть скажет тогда: «ты несправедливо обходился с своими старыми родителями, которых ты худо призревал; ты своею несправедливой ревностью мучил жену; ты обижал братьев и сестер, обделив их состоянием при разделе родительского имущества!» и т. д.

г) Пренебрежение покаянием.

«Я часто призывала тебя к покаянию: но ты упорствовал. Время жизни шло и смерть внезапно застигла тебя» и проч.

2. Суд людей.

На месте суда соберутся все народы, колена, племена, люди дальние и близкие нам.

Те, которые не принесли покаяния на земле, не прощали и не исправились, сделают горькие «упреки» злым людям, которые соблазняли их и развращали. Кто же выступит с этими угрозами и упреками?

а) Пренебреженные,

о воспитании и исправлении которых не заботились во время земной жизни.

«Дети», по выражению Спасителя, будут судьями собственных родителей и скажут им: «на вас падает вина за нашу погибель, до которой вы довели нас своею обезьяньей любовью и своим дурным примером.»

«Слуги» скажут господам: «вы Препятствовали нам исполнять наши христианские обязанности.»

«Жены» мужьям: «вы пренебрегали нашими благочестивыми чувствами и отвлекали нас от посещения храма Божия.»

б) Угнетенные.

К одному: «ты лишал нас заслуженной платы за труд и тем понудил нас взяться за порочное ремесло.»

К другому: «ты пользовался нашей „нуждой“ и взимал непомерные проценты.»

К третьему «ты пред судом „ложно свидетельствовал“ на нас и мы потеряли правое дело.»

К четвертому: «ты выиграл Процесс посредством подкупа.»

Все угнетенные скажут угнетателям: «возмущенные вашими неправдами, мы проклинали вас и не прощали, и теперь вместе с вами подвергнемся вечному осуждению.»

в) Соблазненные.

«Мы жили в счастье невинности: вы похитили ее у нас.»

«Наша брачная жизнь была счастлива: но пришли вы и разрушили наше счастье.»

«Мы имели правую веру: но вы вашими насмешками и издевательствами совратили ее.»

«Мы радовались в служении Господу но вы отравляли это служение.»

«Мы верно исполняли обязанности нашего звания: но вы называли нас безумными, и мы пренебрегали нашим долгом.»

3. Суд Сына Человеческого.

Кто в состоянии выразить ужас, который овладеет всеми, при появлении на суд Сына Человеческого? Самые праведные вострепещут. Сын Человеческий и вместе Сын Божий явится во всей славе, окруженный сонмом ангелов. Он всеведущ и все беззаконно тайное сделает явным. Что может быть ужаснее этого? Если бы Он судил только известные всем, явные дела: то это было бы сносно. Но Он судит сердце. Тут не устоят многие из тех, которые считали себя праведниками. Что же Он приведет во свет?

а) Тайные грехи плотские.

Одной толпе Господь скажет: «вы жили, по всей видимости, честно. Но в вашей плоти горел неугасаемый огонь. Самое хождение ваше в храм и ваши молитвы были отравляемы злыми похотями и пожеланиями: ваше сердце — яд.»

б) Сокровенное честолюбие.

Другой толпе скажет: «вы сделали много истинно доброго. Но вашим побуждением была не любовь к Богу и ближним, a искание похвалы и славы пред людьми. Вы получили уже мзду свою. Небо — награда только для любящих во смирении.»

в) Тайное корыстолюбие.

Третьей толпе скажет: «вы были бережливы, деятельны, умеренны, воздержны: но единственно из корыстолюбия. Вы доставляли другому хлеб и услугу: но только для того, чтобы самим обогатиться. Вы много жертвовали для бедных: но для того, чтобы еще более взять с богатых.»

г) Лицемерие.

Четвертой огромной толпе скажет: «Я часто видел вас в церкви, но в домашней клети вы никогда не молились. Молитва ваша, какую вы произносили устами, не исходила из сердца и не возносилась к небу.»

Заключение. Кто не устрашится суда совести, людей и Сына Человеческого? Тот, кто всегда поступает справедливо и непрестанно очищает грехи свои покаянием.

Страшный суд

«И соберутся пред Ним все народы» (ст.31–32).

1. Он непременно наступит.

Иной думает и говорит: «всеобщего суда не будет. К чему он, когда каждый человек судится уже частным судом?» Но слово Божье и даже разум уверяют в противном. Будет, непременно будет последний, всеобщий суд.

а) Все сотворенное имеет конец, стремится к своему разложению.

Так и человек. Он живет, растет, стареется и умирает. По смерти он будет судим.

б) Tо же самое нужно сказать и обо всех народах.

Они возрастают, процветают, стареются, исчезают и находят свой суд. Так, иудейский народ рассеян и чрез то осужден; он более — не народ.

в) Так и со всем человечеством.

Оно имеет свой возраст детства, юности, мужества и старости. В великий день суда Бог хочет собрать все человечество вместе и подвергнуть его суду. Задачи, которые оно имело, должны быть сопоставлены между собой: решило ли оно их или нет? Все добрые должны быть противопоставлены всем злым, как при обширном судном процессе на земле, в котором замешаны весьма многие лица. Каждому частному человеку уже предуказано, часто ясно сказано, что его ожидает. И, однако же, Судья при конце мира хочет собрать всех вместе и пред всеми произнести приговор: одни выйдут оправданными, другие подвергнутся большему или меньшему наказанию.

Следовательно, всеобщий суд будет уже по требованию разума, тем более потому, что о нем сказал Спаситель.

2. Он наступит неожиданно и при ужасных обстоятельствах.

а) «Итак бодрствуйте, потому что не знаете, в который час Господь ваш приидет» (Мат. 24:42). Один будет застигнут врасплох в своем сластолюбии; другой — в начертании своих планов; третий — когда только начали поправляться его трудные обстоятельства и т. д. Какое будет смятение! Не ужаснее ли оно, чем если внезапно врывается пожар в дом?!

б) Пробьет последний час; нужно будет расстаться со всем земным. Как горька уже одна мысль об этом!

в) «Солнце померкнет, и луна не даст света своего, и звезды спадут с неба, и силы небесные поколеблются» (Мат. 24:29)! Какой ужас наводит на нас уже землетрясение! Но оно — ничто, в сравнении со всем этим.

г) «Восплачутся все племена земные» (Мат. 24:30)! Каждое несчастие на земле становится тем сильнее и убийственнее, чем громче слышатся при этом раздирающие вопли. Осужденные возопиют: «горы, падите на нас; холмы, покройте нас» и т. д.

3. Решение его будет последнее и вечное.

а) Для благочестивых — отрадное.

Они возрадуются и возвеселятся; внидут в царский чертог, в радость Господа, в царство Отца небесного! Борьба привела их к самой счастливой цели. Не напрасно подвизались они на земле, страдали, каялись.

б) Для нечестивых — ужасное.

Уже совесть судила их, теперь судит Бог. Никакие извинения и оправдания не помогут. Что они дали бы за то, если бы могли на веки умереть? Они увидят между избранными тех, которых при жизни презирали, угнетали, преследовали! Они увидят родителей, учителей, супругов, советы которых презирали. Они увидят Спасителя, который так много сделал для них (что?) и которого они отвергли! Теперь Он отвергнет их!

Заключение. Страшный суд непременно придет и решит навеки участь каждого из нас. Подумаем об этом серьезно, чтобы нам не погибнуть!

Различие между раем и адом

«И пойдут сии в муку вечную, а праведники в жизнь вечную» (ст.46).

Вот участь, ожидающая людей праведных и грешных в вечности! Первые наследуют жизнь вечную, a вторые — муку вечную. Благочестивые будут в раю, a нечестивые — в аду. Какое же главное различие между этими двумя местами: раем и адом?

1. Ад ужасен и, однако же, он дорого стоит людям.

а) Ад ужасен.

Мы не знаем всех адских мучений, но то, что известно нам из откровения Божьего, приводит нас в ужас.

Там живут только между одними нечестивыми людьми. Уже на земле бывает почти невыносимо жить со злыми людьми: но на земле зло еще не достигает полного развития; здесь находятся и добрые люди, здесь можно избегать злых.

Там страсти продолжаются. Как они пожирают души людей уже здесь! Как они сильно бушуют в груди человека! В аду они будут иметь еще больший для себя простор.

Там мучит совесть. Сколько мучений причиняет совесть уже здесь!

Там вина сделается сознательнее и яснее.

Там будут лишены лицезрения Божьего. И все эти мучения будут продолжаться вечно. Никакой надежды на спасение. При земных страданиях всегда имеют утешение в том, что они некогда прекратятся.

б) Но как ад ни ужасен, однако же, он покупается дорогой ценой.

Самые обыкновенные грехи, ведущие в ад, уже здесь отравляют жизнь и уже здесь делают людей несчастными. Таким образом, покупают горечь за горечь, погибель за погибель. Гневливость и нетерпение причиняют уже здесь огорчение, удваивают страдания, отравляют расположение духа и все радости: стыдятся самих себя за такую слабость. Изнеженность, нецеломудрие, невоздержность похищают уже здесь мир, убивают всякие возвышенные стремления и самоуважение, причиняют раскаяние, тоску и досаду. Человек, подпавший этим страстям, чувствует себя рабом. Ложь, нечестность и обман навлекают уже здесь презрение, позор, проклятие, дурное мнение и тысячи неприятностей. Ненависть, вражда и зависть сокрушают кости, отравляют всякое удовольствие, отпечатлеваются на лице. Во всех этих страстях — одно только огорчение для человека.

Таким образом, грех причиняет скорбь уже здесь и мучения там. Мучение за мучение! Как дорого стоит ад!

2. Рай так привлекателен и, однако же, обходится дешево человеку.

а) Люди добродетельные, будущие обладатели рая, счастливы уже здесь.

Они — победители, a каждый победитель ощущает радость и восторг. Рай, таким образом, обходится им дешево. Возьмите самые обыкновенные добродетели, ведущие в рай; все они осчастливливают человека уже на земле. Самообладание доставляет радости; в нем чувствуют свою крепость, господствуют над самими собой, a господство — приятно. Воздержание есть не меньшее господство; оно облегчает стремление к Богу. Верность в своем звании и неутомимая деятельность награждаются уже тем, что пища и питье кажутся вкуснее, дневной труд вознаграждается радостным удовлетворением. Благожелательство и благотворительность доставляют многие радости; давать приятнее, чем принимать. Молитва ведет к небу, a Бог — бесконечно блажен. Так и со всеми добродетелями, ведущими в рай!

б) Кто имеет, тому дано будет.

Высочайшие блага, приобретаемые добродетелью, сокрыты в небе. Хотя их «ни око не видело, ни ухо не слышало» и т. д., однако же мы знаем много радостного о рае: он привлекателен и славен. Там нет никакой болезни и горя, там только радость и блаженство — настолько превышающие земные радости, насколько небо выше земли. Там созерцают истину, имеют высшее знание, проникаются мировыми планами Божьими. Там легко и охотно исполняют волю Божью и получают круг действий, как ангелы. Там живут только с одними добрыми. Какое счастье — там зреть лицо Божье. Там радость не имеет конца; она продолжается вечно. Здесь всякая радость омрачается мыслью, что она не долго продолжится.

Несомненное воздаяние на небе, хотя бы на земле многое осталось без возмездия

«Приидет Сын Человеческий во славе Своей» (ст.31, 32; ср. Апок. 22:12).[167]

1. Для благочестивых — какое утешение!

В мире остается многое без возмездия (Иов. 12:4–5).[168]

Посмотрите теперь на высшего Мздовоздаятеля.

а) Он воздает всякому и за все (Maр. 9:44).[169]

б) Он хочет воздать во времени и в вечности (Лук. 6:38;[170] 14:14;[171] Мат. 19:27–29[172]).

2. Для грешников — какой ужас!

Как много зла в мире остается без наказания! (Сир. 23:24–26;[173] Зах. 5:3[174]) И здесь Бог есть Мздовоздаятель:

а) потому что всякий грех оскорбляет его, как безгрешного.

б) грешник должен ожидать себе наказания уже здесь, на земле (Псал. 49:21; Сир. 19:3; Иер. 2:19).

в) в вечности будет возмездие еще ужаснее (Апок. 11:8). — Сир. 5:3. 1; Пет. 3:12; Псал. 72:13. 14.

Ужасное и вместе с тем отрадное учение евангелия о страшном суде

«Приидет Сын Человеческий во славе Своей» и т. д.

1. Для кого оно ужасно.

Уже преображение Иисуса Христа на Фаворе привело учеников Его в страх (Мат. 17:6);[175] не тем ли ужаснее будет Его явление во славе, как Судьи вселенной, в особенности:

а) Для грешника, имеющего злую совесть.

Все его грехи откроются (Гал. 5:19–21;[176] Еккл. 3:17[177]). Судья потребует отчета за всякое праздное слово (Мат. 12:36),[178] за всякое зло, им содеянное, за всякое добро, им упущенное. Ужасный день для омраченной грехами совести! (Еккл. 11:9;[179] Прем. 17:10–11[180]).

б) По причине вечного наказания, ожидающего грешника.

«Идите от Меня, проклятые» и проч. Это несомненно последует. И грешник не убежит от карающего правосудия Божьего. Он ввержен будет в «озеро огненное» (Апок. 19:20),[181] во тьму кромешную, и на долго ли? Навсегда (Исаии 66:24;[182] Апок. 14:11[183]).

2. Для кого оно отрадно.

а) Для праведников. Впрочем не все ли мы грешники? (Псал. 142:2).[184] Какие шипы у самой прекрасной розы! — Есть обратившиеся, раскаявшиеся и примирившиеся с Богом грешники (Иоан. 5:24),[185] которых сердце более не осуждает нас (1 Иоан. 3:21),[186] которые праведно и благочестно жили в этом мире и всегда хранили свою совесть (Иов. 27:6).[187] Такие с радостью явятся пред судилищем Христовым (Сир. 34:16).[188]

б) По причине несомненной и вечной награды, ожидающей их. На их главе венец (2 Тим. 4:8).[189] Невыразимое блаженство (2 Кор. 4:17).[190] Радость после печали. Жатва после посева, награда после труда. Добрые дела их последуют за ними (Апок. 14:13).[191] Судья воздаст им (Евр. 11:6;[192] Мат. 5:12[193]) за каждую чашу воды (Мат. 10:41[194]), за каждое дело их милосердия к меньшим братьям.

Заключение. Многие слушают об этом с холодным сердцем. О, слепой, беспечный человек (Исаии 28:15),[195] вспомни известного богача (Лук. 16:24).[196] Cо смертью Судья уже при дверях. — Лицемер, Бог знает твое лукавое сердце (Мат. 7:22–23).[197] Бедный Лазарь, не унывай духом!

Нынешнее евангелие открывает нам зрелище вечности

«Когда же приидет Сын Человеческий во славе Своей и все святые Ангелы с Ним, тогда сядет на престоле славы Своей, и соберутся пред Ним все народы; и отделит одних от других, как пастырь отделяет овец от козлов; и поставит овец по правую Свой сторону, а козлов — по левую.»

1. Все мы явимся перед судищем Христовым (2 Кор. 5:10).[198]

Кто Судья?

«Сын Человеческий во славе своей». Он явится как Царь всех царей (1 Фесс. 4:16),[199] сидящий на троне (Мат. 26:64).[200] Перед Ним соберутся все народы. Никакого предпочтения к национальностям, к званию, состоянию, происхождению, возрастам и лицам. Те, которые доживут до страшного суда, также восхищены будут (1 Фесс. 4:17).[201]

2. Все мы обнаружимся на судище Христовом со всеми своими делами.

Судья отделит одних от других, не по званию и достоинству земному, но по добродетели (Мал. 3:18).[202]

Благочестивый обнаружится здесь, как по своему внутреннему миру, (1 Пет. 3:4), так и по своим внешним делам (Мат. 6:34). Нечестивый также обнаружится со всеми злыми помыслами, словами и делами (Псал. 89:8). Он даст отчет о каждом слове (Мат. 12:36).

3. Каждый получит мзду свою.

Праведный получит награду. «Приидите благословенные» и проч. Все, даже чаша воды (Мат. 10:42),[203] богато вознаградится. Неправедный получит свое наказание. «Идите проклятые» и проч. (Исаии 66:24).[204] Грешник, мера твоя переполнена; Христос взывает: ей гряду скоро (Апок. 12:10).[205] Кто верует, для того не страшен суд. (Иоан. 3:17–18).[206]

Об огне геенском

«Идите от Меня, проклятые, в огонь вечный, уготованный диаволу и ангелам его» (ст.41).

Ужасная участь ожидает немилосердных и нераскаянных грешников в вечности! «Идите … проклятые», скажет им Господь, «в огонь вечный.» «И пойдут сии в муку вечную» (ст.46).

Что это за мука вечная? Что это за огонь вечный?

1. Это — огонь действительный по своему существу.

Слово Божье единогласно говорит об этом (Сир. 7:19;[207] Псал. 20:10;[208] Исаии 34:10[209]). Неведающие Бога и не принимающие евангелия будут гореть в «пламенеющем огне» (2 Фесс. 1:7–8[210]), в «в озере, горящем огнем и серою» (Апок. 21:8).[211] Не ясно ли?

Но, быть может, Иисус Христос употребляет слово «огонь» в смысле переносном, иносказательном? Нет. Господи, сказали некогда ученики, объясни нам притчу о поле и плевелах. Иисус Христос, исполняя их просьбу, объяснил им каждое иносказательное выражение в притче, но слово «огонь» оставил без объяснения, — почему? потому, конечно, что Он говорит о действительном, a не о мнимом огне (Мат. 13:24–30; 36–43).

Может ли быть еще место сомнению, когда Спаситель выразительно говорит: «Идите … проклятые, в огонь вечный.»

2. Это — огонь чудесный по своим действиям.

«Если во аде будет настоящий огонь, то как, возражают, он может сжигать душу, дух»?

A как, спросим, он может мучить «диавола и ангелов его», которые суть также духи? «Идите» сказано, «в огонь вечный, уготованный диаволу и ангелам его.» Конечно, это может быть не иначе, как по особенному действию всемогущества Божьего; это будет огонь «чудесный», как в отношении душ, так и тел. Он будет мучить души, как бы они были тела, и тела, как бы они были души, потому что эти тела никогда не уничтожатся от огня. «Души в этом огне, говорит один святой отец[212] будут мучиться хотя чудесным, но действительным образом.» Следовательно, если Богу угодно будет сообщить действительному огню свойство мучить души, то он и будет выполнять это назначение. Священное Писание прямо говорит, что огонь геенский возгорится от ярости правосудного Бога, разжется до ада преисподнего (Втор. 32:22).[213]

Если Бог сообщает воде крещения освятительную силу для крещаемых в ней душ, то не может ли Он сообщить и огню мучительную силу для грешных душ? Далее, если Бог в награду избранных одарит их тела некоторыми свойствами духовности, сделает их бессмертными, бесчувственными, проницаемыми, «духовными», как учит апостол Павел, то Он может также в наказание нечестивых дать их душам некоторые свойства телесности, сделать восприимчивыми к геенскому огню, телесными. Но самое чудесное в этом огне то, что степень его мучительности будет не для всех одинакова. Кто более согрешил, тот более будет и страдать, потому что правосудие требует, чтобы наказание было соразмерно с виною, как об этом говорится в откровении: «воздайте ей так, как и она воздала вам, и вдвое воздайте ей по делам ее; в чаше, в которой она приготовляла вам вино, приготовьте ей вдвое. Сколько славилась она и роскошествовала, столько воздайте ей мучений и горестей» (Апок. 18:6–7).

Не думаете ли, быть может, что геенский огонь будет не так мучителен, как он изображается в Писании? Напрасно.

3. Это — огонь ужасный по своей мучительности.

Посмотрите на действия естественного огня. Как они мучительны для человеческого тела! Мучения огнем самые ужасные из всех мучений. Но естественный огонь только тень геенского огня. О, как ужасно быть низвергнутым во ад! Ибо, что такое ад? Темница, всецело наполненная огнем. Идите, скажет праведный Судья, в огонь вечный.

Какой язык человеческий в состоянии выразить адские мучения, которым не будет ни предела, ни конца!

Разлучение с жизнью ужасно для нераскаянных грешников, но разлучение в последний день будет еще ужаснее

«И отделит одних от других, как пастырь отделяет овец от козлов» (ст.32).

1. Разлучение с жизнью ужасно для нераскаянных грешников:

а) потому что души их разлучаются с телами, без надежды на другую жизнь, уничтожающей страх смерти;

б) потому что они разлучаются со всеми близкими их сердцу;

в) потому что они разлучаются со всеми благодатными средствами спасения, которыми они при жизни злоупотребляли;

г) потому что они разлучаются со всеми своими благами, в которых полагали всю свой надежду.

2. Но разлучение в последний день будет еще ужаснее:

а) потому что тела их по воскресении соединятся с их душами для принятия вечных мучений, тогда как они желали бы быть вечно погребенными в земле с своими грехами;

б) потому что они разлучатся как козлища от овец, которых праведный Судья поставит «справа» (разлучение тяжкое, потому что оно разлучит детей с родителями, братьев с сестрами; для многих унизительное, потому что тут ни к чему не послужит ни знатность, ни богатство; вечное, а не временное, какое бывает на земле от продолжительного отсутствия или по причине смерти. Лук. 16:26;[214] Прем. 5:l-5;[215] 7–9[216]);

в) потому что они, по окончательному приговору Судьи, разлучатся от вечной надежды на милосердие Божье, между тем как ответ их показывает, что они не думали лишиться этой надежды (Матф. 7:22;[217] Лук. 8:27–28[218]);

г) наконец, потому что они подвергнутся вечным мучениям и, таким образом, навеки отлучатся от Бога и небесного блаженства.

II. АПОСТОЛЬСКОЕ ЧТЕНИЕ. Зачало (140) 1-е послание к Коринфянам 8:8-13 и 9:1–2

8 Пища не приближает нас к Богу: ибо, едим ли мы, ничего не приобретаем; не едим ли, ничего не теряем.

9 Берегитесь однако же, чтобы эта свобода ваша не послужила соблазном для немощных.

10 Ибо если кто-нибудь увидит, что ты, имея знание, сидишь за столом в капище, то совесть его, как немощного, не расположит ли и его есть идоложертвенное?

11 И от знания твоего погибнет немощный брат, за которого умер Христос.

12 А согрешая таким образом против братьев и уязвляя немощную совесть их, вы согрешаете против Христа.

13 И потому, если пища соблазняет брата моего, не буду есть мяса вовек, чтобы не соблазнить брата моего.

…

1 Не Апостол ли я? Не свободен ли я? Не видел ли я Иисуса Христа, Господа нашего? Не мое ли дело вы в Господе?

2 Если для других я не Апостол, то для вас Апостол; ибо печать моего апостольства — вы в Господе.

Практический очерк содержания рядового чтения

В апостольском чтении недели предлагается наставление об охранении христианской свободы. Некоторые из образованных коринфских христиан, рассуждая, что идолы суть ничто и что приносимые им в жертву «брашна» не составляют никакого осквернения для вкушающих их, как и всякая обыкновенная пища, спокойно, без смущения совести, входили в идольские капища и ели идоложертвенное мясо.

Апостол Павел, не отрицая свободы христиан употреблять в пищу идоложертвенное мясо, считает, однако, необходимым указать пределы этой свободы. Предположим, говорит он, что идоложертвенное есть ничто иное, как обыкновенная пища, которую мы можем употреблять, как употребляем всякие другие яства. Но, во-первых, употребление этой пищи совершенно излишне и не имеет никакой нравственной заслуги пред Богом, так как «пища не приближает нас к Богу.» Поэтому, «едим ли мы» идоложертвенное, мы «ничего не приобретаем, не едим ли», мы «ничего не теряем» в очах Божьих (ст.8). Во-вторых, бывают случаи, когда вещь, сама по себе позволительная и безвредная, может сделаться положительно опасной для нашей нравственности, коль скоро она служит поводом к соблазну для других. В этих случаях долг христианского благоразумия и любви требует воздерживаться от таких вещей.

Нет сомнения, что христиане имеют свободу употреблять всякую незапрещенную законом пищу без разбора, следовательно и идоложертвенную; однако же, «берегитесь», заповедует апостол, «чтобы эта свобода ваша не послужила соблазном» для людей «немощных» (ст.9), малосведущих и малоразвитых. Они не рассуждают о том, что в мире нет ни идола, ни идоложертвенного, и потому соблазняются вкушением идоложертвенных мяс. «Ибо если кто-нибудь» из этих немощных «увидит, что ты, имея знание» о несуществовании идолов, «сидишь за столом в капище» и ешь идоложертвенное, то «совесть его, как» человека «немощного», не обладающего твоим знанием и не понимающего, почему ты это делаешь, «не расположит ли и его есть идоложертвенное», и не утвердит ли его в той мысли, что идолы суть боги, перед которыми нужно благоговеть (ст.10)? Таким образом, твоя свобода есть идоложертвенные брашна, как простую пищу, делается виной погибели твоего ближнего: «и от знания твоего» о ничтожестве идолов «погибнет немощный брат твой, за которого умер Иисус Христос» (ст.11). «А согрешая таким образом против братьев и уязвляя немощную совесть их, вы согрешаете» в то же время «против» самого Иисуса Христа (ст.12).

Иисус Христос для того и приходил на землю, чтобы просветить нас истинным Боговедением и искупить нас от греха, a вы своим неосторожным употреблением идоложертвенных мяс соблазняете и губите вашего немощного брата, который, не имея вашего разума, становится поклонником идолов и лишается своего вечного спасения. Не уничтожаете ли вы таким поведением заслуг Христовых и не согрешаете ли против Христа? «И потому, если» не только идоложертвенная, но даже и обыкновенная мясная «пища соблазняет брата моего», то «не стану есть мяса во век, чтобы не соблазнить брата моего» (ст.13).

Соблазн немощных братий такой тяжкий грех, что мы, для избежания его, должны отказываться даже от позволительного по законам Божеским и человеческим, коль скоро это позволительное может смущать немощную совесть и служить соблазном для ближних.

Пример мудрого отношения к вещам позволительным самим по себе представляет нам апостол Павел в собственном лице. «Не апостол ли я», как и все другие, посланные самим Иисусом Христом на проповедь? спрашивает апостол Павел. «Не свободен ли я» от всякого подчинения прочим апостолам? «Не видел ли я» собственными очами, как и они, «Христа Господа нашего? Не мое ли дело», не по моей ли проповеди, «вы» коринфяне, «в Господе? Если» другим я не проповедовал и если потому «для других я не апостол, то для вас апостол; ибо печать моего апостольства вы в Господе» (9:1–2), вам я возвещал евангелие и вас обратил от идольского заблуждения. И, однако же, не смотря на все свои апостольские права и, в частности, на право пользоваться пропитанием от просвещенных им коринфян, он отказывается от этого законного права, чтобы только не подать кому-либо соблазна и «не поставить какой преграды благовествованию Христову» (1Кор.9:12).[219]

Итак, ежели я, коринфяне, как бы заключает апостол, имел законную власть брать от вас все мне нужное, однако ничего не брал, боясь какого-либо соблазна, то не тем ли более вы должны отказаться от вкушения идоложертвенных мяс, которое положительно соблазняет и губит ваших немощных братий?

Грехи, происходящие из доброго намерения

«И от знания твоего погибнет немощный брат, за которого умер Христос.» (ст.11).

Некоторые из коринфских христиан, входя спокойно в идольские капища и потребляя в пищу идоложертвенные мяса, думали, что хорошо поступают, потому что этим поступком своим они хотели ясно показать людям суеверным и простым, что идолы не существуют, как боги, и что приносимое им в жертву есть обыкновенная пища, которую можно вкушать без всякого смущения совести. Между тем, на самом деле, вышло иначе. Люди немощные, малосведующие и малоразвитые соблазнялись таким отношением к идольским жертвам, объясняя себе вкушение идоложертвенной пищи в смысле благоговения к идолам. Таким образом, из доброго намерения одних возник соблазн и грех для других: «и от знания твоего погибнет немощный брат, за которого умер Христос.»

Есть множество грешников, которые делают зло с злым намерением; но некоторые грешат также и из доброго намерения. Делая зло, они воображают, что делают добро, как это говорится об Израиле (Мих. 7:3).[220] Познайте отсюда непригодность иных ваших добрых намерений, на которые вы часто ссылаетесь.

1. Что это за грехи?

Не такие поступки, которые, будучи сами по себе добрыми, приводят к плохому итогу, как если на хорошо возделанной почве появляются иной раз дурные плоды, или истолковываются в худом смысле другими людьми, чаще всего по видимости (1 Цар. 1:13);[221] но действительно плохие дела. Из доброго намерения иной отец изнеживает своих детей, другой — строго обращается с ними и т. п.

Источник таких грехов заключается в ослеплении, неведении и предрассудках. Предрассудки нас ослепляют (Рим. 10:2–3).[222]

2. Доброе намерение не извиняет грехов.

Оправдывается ли перед судом вор, который ссылается на свою бедность? Еще менее имеет силы такое извинение пред Богом, который не терпит никакого беззакония (Псал. 5:5),[223] Который судит раба так, как его находит, и Который говорит нам, как Петру (Матф. 16:23).[224] —

Не жестоко ли это? спросишь. Но Бог взирает на сердце (1 Цар. 16:7).[225] Неведение нас не оправдывает. О многом мы знаем уже из законов природы, еще более из откровения (Мих. 6:8;[226] 2 Петр. 1:19[227]). Посему неведение не служит к нашему извинению (Иоан. 15:22).[228] Осуждение справедливо (Рим. 3:8).[229]

3. Христианин, поэтому, должен остерегаться их.

Он должен:

а) тщательно испытывать свои поступки, проверять свои мнения (Рим. 15:5)[230] с внушениями совести и словом Божиим (Иоан. 5:39;[231] Псал. 118:105[232]);

б) призвать на помощь Духа Святого. Он есть Дух истины, наставляющий на всякую истину (Иоан. 16:13).[233] Если, таким образом, следуют не своему собственному духу, но молят Бога об Его Духе (Псал. 142:10),[234] то могут надеяться на преодоление тьмы и немощи.

Позволительное само по себе вкушение идоложертвенного привело, однако, к великому греху

«Берегитесь однако же, чтобы эта свобода ваша не послужила соблазном для немощных.» (ст.9).

Как, поэтому, христианин должен быть осторожен в своих поступках (Сир. 5:18;[235] Амос. 5:13[236]).

Грехи, которые кажутся нам мелочью, велики в очах Божиих.

1. Что это за грехи?

а) Дурные мысли. Позволительны ли они (Мат. 5:28)?[237]

б) Нескромные мины и телодвижения.

в) Соблазнительные речи (Ефес. 5:4;[238] Мат. 12:36[239]).

г) Такие проступки, которые не очень бросаются в глаза (Быт. 20:9;[240] Лук. 18:11[241]).

д) Нереализованная возможность сделать добро (Иак. 4:17).[242]

2. Почему они считаются мелочами?

а) Привычка ослепляет нас (Иудиф. 12:12).[243]

б) Ссылаются на пример других.

в) Честь наша при этом не страдает (Псал. 72:6).[244]

г) Такие мелочи пропускаются без внимания и не подвергаются строгому суду других.

3. Однако же, они велики в очах Божьих.

а) Потому что Он есть Судья сердца (1 Цар. 16:7;[245] Евр.9:12;[246] Псал. 89:8[247]).—

б) Они лишают нас благодати (Иак. 2:10).[248]

в) За них последует не малое, но великое наказание (1 Иоан. 3:15).[249]

О соблазнителях

«Если пища соблазняет брата моего, не буду есть мяса вовек, чтобы не соблазнить брата моего» (ст.13).

Наша совесть так же чувствительна, как наш глаз.

Христианское братолюбие требует удаляться даже от таких дел, которые хотя и не суть грехи, но могут смущать немощную совесть других и соблазнять их. Что же сказать о тех людях, которые своими поступками явно соблазняют ближних?

1. Соблазнитель есть величайший враг Божий.

Он похищает у Бога Его дорогое сокровище, — похищает душу, купленную дорогой ценой. «Хотите ли знать цену души человеческой, посмотрите на цену искупления. Не золото целого мира, не мир весь, со всем, что в нем есть, но Сам Бог был ценой нашего выкупа.»[250] И это сокровище похищает у Бога соблазнитель. Какая дерзость похищать уже собственность людей! A собственность Божью?! «Согрешая таким образом против братьев … вы согрешаете против Христа» (ст.12). Справедливое слово Божье называет соблазнителей антихристами (1 Иоан. 2:18).[251]

2. Соблазнитель есть жесточайший враг ближнего.

Приходят в ужас от поджигателей, воров, убийц, отравителей. Но какого ужаса достоин христианин, который всюду разносит заразу греха, отнимает у своих братьев благодатную жизнь предает их в рабство диаволу, низвергает во ад? Соблазнители разрушают временное счастье своих ближних. Какого сожаления достойны те жертвы соблазна, которые более не веруют и не надеются. Не любят более труда, но предаются праздности и пьянству. Не оказывают повиновения родителям и властям, меняют честь на позор, испытывают угрызения совести и укоры родных?

A быть может соблазненные, в свою очередь, соблазняют еще других. Грех всегда ищет сообщников; грех есть заразная язва. Возможно ли перечислить все бедствия, причиняемые соблазнителем своим ближним?

3. Соблазнитель есть враг самого себя.

Он увеличивает свою собственную вину. Не много ли у нас и своих грехов? Нужно ли еще прибавлять к ним чужие грехи? Соблазнитель даст отчет пред Богом не за себя только, но и за соблазненных. Его покаяние затрудняется. Он может еще спасти свою собственную душу посредством покаяния, но в состоянии ли будут сделать это соблазненные им?

Он готовит себе тяжкое наказание. «Соблазнитель будет вдвойне наказан.»[252] Горе человеку тому, через которого приходит соблазн (Мат. 18:6. 7).[253]

О мудрой христианской осмотрительности, чтобы никому ни в чем не подавать соблазна

«Берегитесь однако же, чтобы эта свобода ваша не послужила соблазном для немощных» (ст.9).

1. Чего требует от нас эта осмотрительность?

а) Строгой добросовестности во всех житейских отношениях, в исполнении всех, возложенных на нас обязанностей.

б) Мудрого внимания к потребностям, свойствам и немощам других людей.

в) Благородной готовности сознавать и исправлять всякую ошибку, могущую подать повод к соблазну.

2. Почему она необходима?

а) Из уважения к долгу и добродетели вообще.

б) Из любви к нашим собратьям, особенно к тем из них, на которых может действовать наш пример.

в) В виду отчета, который предстоит нам дать пред Богом, правосудным Судьей.

ОБРАЗЦЫ ЦЕРКОВНОЙ ПРОПОВЕДИ

Слово в Неделю Мясопустную.[254]

Святая Церковь посвящает настоящую неделю воспоминанию последнего суда Божьего. Заботясь о нашем спасении, она желает пробудить в нас раскаяние в грехах наших и подкрепить слабое усердие к спасительным подвигам. Последуем ее голосу. Выслушаем слова Божьи о суде великом, о суде страшном. Подвигнем сердце наше к сокрушению. О, как велик сей день — день гнева и отмщения Божьего!

Пусть не обольщают себя мечтами, пусть не питают в душе греха своевольными помышлениями о несбыточности грозного будущего. На погибель себе говорит своеволие: «где есть обетование пришествия Его?» Неверно слово человеческое, но верно слово Божье: придет день страшного явления Христова, день откровения суда Божьего, день великий, день последний, после которого не будет дней (Рим. 2:5;[255] Матф. 13:40.[256] 49[257]). Пусть не спешат грешить, a поспешат каяться. Жизнь — поле, где растет пшеница, растут и плевелы. Не вырывают плевелов, по осторожному снисхождению. Придет время жатвы, тогда не пощадят плевелов (Матф. 13:39–40).[258]

Не медлит Господь с исполнением обещания; Он только терпит и ждет, не придут ли люди в себя, не одумаются ли, не решатся ли оплакать грехи свои горькими слезами раскаяния? Будет суд. Бог сказал о том. Небо и земля пройдут мимо. Не пройдет слово Божье. Пророки Божьи возвещали о суде всеобщем (Ис. 34:1–6;[259] 66:16–21;[260] Иоан. 3:7-17; Дан. 7:9-10;[261] Малах. 3:14–18[262]). Псалмы поют о суде вселенной: «Он будет судить вселенную по правде» (9:9;[263] 93:23[264]). Апостолы проповедовали: «ибо всем нам должно явиться пред судилище Христово» (2 Кор. 5:10). Сам Сын Божий, столько полный любви и милости к нам, повторял много раз «тогда явится знамение Сына Человеческого на небе; и тогда восплачутся все племена земные и увидят Сына Человеческого, грядущего на облаках небесных с силою и славою великою» (Матф. 16:27;[265] 10:15[266]).

Страшен будет этот день для всех, страшен особенно для отвергших Христа или не исполнивших верности своей Ему. Кто будет судьей на том суде? Господь наш, Иисус Христос. Он, Который пролил за нас кровь Свою, вытерпел столько мук за грехи наши, чтобы мы более не жили для греха, Он, Которому обязались служить мы от купели до гроба. О, как страшно будет предстать перед Ним нам, столь неблагодарным к Нему! Каково бы то ни было явление Его, оно уже само по себе будет грозно обличать бесчувствие христиан. «Тогда явится знамение Сына Человеческого на небе; и тогда восплачутся все племена земные и увидят Сына Человеческого, грядущего на облаках небесных с силою и славою великою» (Матф. 24:30). «Воззрят на Того, Которого пронзили» (Иоан. 19:37; Зах. 12:10[267]).

Пришествие Господа Иисуса на суде будет уже не то, что пришествие Его на землю для спасения нашего. Оно будет величественное и грозное, так что смятенная ужасом вселенная примет новый вид. Сын Божий явится, окруженный сонмом ангелов, в полном величии славы Сына Божьего. «Увидят Сына Человеческого, грядущего на облаках небесных с силою и славою великою» (Матф. 24:30), «во славе Отца Своего с Ангелами Своими» (Матф. 16:27). «И увидел я» говорит тайновидец, «великий белый престол и Сидящего на нем, от лица Которого бежало небо и земля, и не нашлось им места» (Апок. 20:11). Цари земные и вельможи, наравне с последними рабами, с ужасом и воплем обратятся к горам и камням и возопиют, «падите на нас и сокройте нас от лица Сидящего на престоле и от гнева Агнца; ибо пришел великий день гнева Его, и кто может устоять?» (Апок. 6:16–17).

Друзья мои! Может ли мысль обнять славу Бога, являющегося в грозной правде своей? Может ли сердце теснее вместить весь ужас, которым дрогнет вся вселенная от явления сей славы беспредельного? Покайся, омойся слезами, бедная душа моя; обратись к Господу Богу твоему, да правда сокрушенной веры поддержит тебя бедную в день гнева и откровения суда Божьего.

Какой суд! Какой всеобъемлюший суд! От земли до ада область его; от людей до духов падших все явятся выслушать последнее изречение о вечной, непременяющейся вечности (Иуд., гл. 6; 1 Кор. 6:3[268]). Живые и мертвые, язычник и иудей, верующий и неверный, — люди всех времен и всех стран предстанут дать ответ в делах своих (Рим. 6-12; Деян. 10:42;[269] 17:31[270]). Как много здесь между нами таких, которые согласятся лучше умереть, чем вынести обличение в грехе пред подобными себе! Какой же ужас поразит этот лицемерный стыд или, точнее, это нечестивое самолюбие, когда перед целой вселенной откроются темные дела? Смирись, бедная душа моя, открой искреннее посреднику между тобой и Богом грехи твои, чтобы не подвергнуться тебе позору всемирному.

Содрогается сердце, трепещет внутренность, когда представим, что там обнаружены будут все тайные и явные дела наши. A это будет, несомненно будет. Предметом суда будут все дела наши, добрые и худые, «чтобы каждому получить соответственно тому, что он делал, живя в теле, доброе или худое» (2 Кор. 5:10),[271] и каждому воздастся по делам его (Рим. гл. 6). Злость, обман, ненависть, гнев, хищение, пьянство, нечистоты плотские, гордость, тщеславие — все это будет предано позору. Сколько льется из уст наших слов праздности! Их принимают даже за милые шутки. Там не так будут смотреть. Там за каждое слово праздное придется давать ответ (Матф. 12:36).[272] Все тайные мысли, все тайные намерения, все движения сердечные, все желания, бережно хранимые от глаз другого, — все будут открыты, как бы они ни были черны, как бы ни были грязны, все подвергнутся обличению и суду.

«Придет Господь, Который и осветит скрытое во мраке и обнаружит сердечные намерения»(1 Кор. 4:5). Как не плакать, как не рыдать нам о такой ужасной, угрожающей нам будущности? Сколько лицемерия скрывается здесь в наших делах! Сколько притворства, сколько лукавства в замыслах! Гнусные дела прикрывают самой красивой наружностью, и за цену нечестия сердечного покупают одобрение людей. О! там снимут с дел и намерений наших эту маску нечестия, и их гнусность откроется в точном, безобразном их виде. Там откроется, что эти моды времени, эти наряды изысканные — не только суета, но и грязные следы грязных похотей сердца.

Отец неразумный! Мать легкомысленная! Сын века забывчивого! Товарищ рассеянный! Сколько вы сеете соблазнов на пагубу сердец! сколько уроков нечестия даете вы душам незрелым и неосмотрительным. О! остановитесь. Жена суетная! Понимаешь ли, видишь ли ты, что твои уборы, твоя роскошная одежда, твоя красота придуманная — сеть человекоубийцы диавола, если не по твоему намерению, то по твоему легкомыслию. Как ты будешь отвечать там за погибель душ соблазнившихся, от твоего ли намерения, или от твоего легкомыслия? «А кто соблазнит одного из малых сих» лучше ему, если бы повешен был на шею его жернов, и он потонул в море (Матф.18:6).[273] Настанет время — ангелы Божьи «все соблазны и делающих беззаконие, и ввергнут их в печь огненную» (Матф. 13:41–42).[274] Сокрушайся, душа моя, пока есть время небесплодного сокрушения; сокрушайся о всех дарах, которые приняла ты от благодати Божьей и растеряла! Грозный ответ отдашь ты за таланты, вверенные тебе. О! горе мне грешному, приявшему так много и от промыслительной руки Божьей; и от благодати Христа моего Иисуса. Что принесу, что возвращу Тебе, Владыко мой щедрый! Ленность моя и нерадение держат меня на покойном ложе греховном в праздности и суете. Горе мне, осквернившему чистую одежду крещения! Сколько раз, Владыко мой, возбуждал Ты меня к покаянию и болезнями телесными, и скорбными встречами жизни! Едва просыпался я от сна моего, как опять засыпал. Спаситель мой, прежде суда Твоего страшного, обрати сердце мое к Тебе — Богу моему, «не отрини мене», уклоняющегося от Тебя, «не остави мене», оставляющего Тебя, «Боже Спасителю мой!»

Не думаете ли, друзья мои, что там затруднятся испытанием всех дел и всех народов земли? Тайновидец говорит нам: «И увидел я мертвых, малых и великих», разных состояний, «стоящих пред Богом, и книги раскрыты были, и иная книга раскрыта, которая есть книга жизни; и судимы были мертвые по написанному в книгах, сообразно с делами своими» (Апок. 20:12). Что это за книги раскрытые, по которым судятся мертвецы? Что за книга, называемая книгой жизни? Это — символы всеведения Божьего, не имеющего нужды в книгах, для Которого известны все наши дела.

Всегда праведный и всеведующий — Он строго отличает дела праведников от дел грешников. Всегда благий — Он не оставляет без внимания ни одного подвига повиновения Его воле; не сокрыта от Него ни одна слеза раскаяния, известна Ему чаша студеной воды, поданная во имя Его; Он уже назначил награду жизни любящим Его. Но увы! Как немного праведных значится в Его праведном всеведении.

Первых одна часть, одна книга; последних много частей, много книг. Поэтому-то всеведению, праведному и благому, Он будет изрекать последнее решение о вечной участи людей и племен. И совесть каждого покажет там каждому дела его. Если она здесь у нас темна, если здесь много забывает, многого не досматривает, омрачаемая страстями и суетами, там просветится. Свет правды Божьей рассеет мрак ее. «Придет Господь, Который и осветит скрытое во мраке и обнаружит сердечные намерения» (Кор. 4:5). Озаренная этим светом, совесть покажет нам все ряды прошедшего, ряды мыслей, движений, желаний и дел. Не забудьте еще: тогда, как настанет великая жатва для поля дел мира — «жнецами будут ангелы», которые отделят плевелы от пшеницы, нечестивых от благочестивых.

Пробудимся, спящие во грехах, восстанем от сна самоугождения, да осветит нас Христос, прежде того страшного озарения правдой (Ефес. 5:14).[275]

Как строг, до какой точности справедлив будет суд последний! Если Господу все известно, если Он столь же справедлив, сколь и мощен, то как грозен будет суд Его! В пламенеющем огне совершит Он отмщение над незнающими Его и непокоряющимися благовествованию Господа нашего Иисуса Христа (2 Фесс. 1:8).[276] Не будут смотреть там на лица: Судья будет святый и праведный (Рим. 2:11).[277] Никто и ничто не защитит нас на этом суде, — ни друзья, ни сродники, ни те, которым льстили мы в надежде на силу их: каждый из них за себя будет отвечать (Ефес. 6:9).[278] Повелитель народов будет стоять там, как и последний подданный, в трепетном ожидании приговора. Там каждый будет значить столько, сколько значат его добродетели. Мы привыкли покоить беспечность свою надеждой на благость Божью. Там встретим одну правду, — она отличит в нас святую надежду от надежды беспечной и хульной. Откроет нам и меру сил наших, и меру немощей наших; примет в расчет меру способов и нищету нашу. Горе и беда всякой душе, делающей зло, но прежде иудею, потом еллину (Рим. 2:9),[279] — прежде христианину, потом незнающему Христа. Много взыскано будет с меня несчастного, которому дано больше, чем другому (Лук. 12:47–48).[280]

Друзья мои! Смотрите же за собой, чтобы сердца ваши не отягчались объядением и пьянством и заботами житейскими; бдите во всякое время и молитесь, да сподобитесь избежать всех сих будущих и предстать перед Сыном человеческим (Лук. 21:34–36).[281] Не дано нам знать, когда настанет страшный день: но то открыто, что он несомненно настанет, — и мы все предстанем судищу Христову. Запасемся же елеем добрых дел, чтобы светильники наши не погасли тогда, как негде будет взять елея (Матф. 25:7).[282]

Припадаю к Тебе, Господи мой Иисусе Христе, Сыне Бога живого! Не воздай нам по делам нашим, и да не прогневают Тебя дела наши. Помилуй нас по милости Твоей; даруй узреть Тебя в мире и веселии, хотя бы в числе самых последних рабов Твоих, к славе Твоей и единосущного Тебе Отца и Святого Духа. Аминь.

Поучение в Неделю Мясопустную.[283]

(Нужно быть готовым к суду Божьему)

О чем думаете, слушатели благочестивые?.. Какая мысль занимает вас в эту минуту?.. Ta ли, что день Господень, быть может, настает уже, что, быть может, пробил последний час, что еще несколько минут — и смутится земля, преложатся горы, солнце померкнет, луна не даст света своего, звезды спадут с небес, и силы небесные подвигнутся? Вот — будет слышен глас трубы Архангела, и все народы соберутся на суд пред Владыкой вселенной? Верно, не эта мысль занимает вас. И не будет занимать вас пред пришествием Сына Божия: «в он же час не мните, Сын Человеческий придет» (Лук. 12:40),[284] говорит Сам Судья и Учитель всех. «О дне же том и часе никто не знает, ни Ангелы небесные, а только Отец Мой один» (Мр. 24:36). «ибо, как во дни перед потопом ели, пили, женились и выходили замуж, до того дня, как вошел Ной в ковчег, и не думали, пока не пришел потоп и не истребил всех» (Мф. 24:38–39), — так будет и пришествие Сына Человеческого. Все знали, что будет потоп, и никто не ждал его.

И мы знаем, что будет суд, что будем отвечать Богу за дела свои, a между тем не ждем и не готовимся. «Господь с небес призрел на сынов человеческих, чтобы видеть, есть ли разумеющий, ищущий Бога;» говорит Пророк (Пс. 13:2–3), «все уклонились, сделались равно непотребными; нет делающего добро, нет ни одного.» Ужасно и мрачно будет положение наше в последний день! Кого нелицемерный Судья признает праведником? Кто из нас отделится одесную? Кто может неложно сказать: «Господи, Ты дал мне пять талантов, я приобрел на них еще пять талантов — я не виноват пред Тобой?» Ах, найдется ли кто-нибудь?!.. Не напрасно взываем: «студными окаях душу грехми и в лености житие мое иждих». Не приобретать стараемся мы, a расточать. И тем страннее будет для нас суд Божий, что всякое предстательство на нем бесполезно. Скрыть что-либо невозможно; пред Богом все ясно и открыто. Спастись бегством некуда: повсюду Бог и Его правосудие.

Что мы скажем? Много требовалось от нас? Сами чувствуем, что нет. Слишком строг с нами Бог? Правда ли? Разве Он не дает все средства к добру? Разве мало терпит нам? Разве не каждый час зовет к покаянию? Разве не готов Он и величайшие грехи простить нам? Все обвиняет нас Сами стремилися к вечной погибели, не желая принимать любви и истины, сами враги себе; «раб тот, который знал волю господина своего и не делал по воле его, биен будет много» (Лук. 12:47).[285]

И на этом свете мы смущаемся, когда не умеем что сказать вопрошающим. Что же будет там, на суде Христовом, где и праведники трепещут? где от страшных явлений грешники будут взывать к горам: падите на нас и сокройте нас от лица седящего на престоле и от гнева Агнча? О, горе беспечному! Будем помнить это, христиане! Будем помнить событие, которое напоминает Святая Церковь! Будем готовы! — рано ли, поздно ли, настанет час суда Божия, чтобы воздать кому-ждо по делом его.

«Помни о последнем дне», говорит Премудрый, «и во веки не согрешишь». Аминь.

Праведное воздаяние

Утешая грешный мир заявлением о бесконечном милосердии Божьем, Святая Церковь как любящая мать хотела нравственно ободрить грешников и не довести их до отчаяния. Но человеческая натура всегда склонна к крайностям и готова вывести из этого утешения ложное умозаключение. Если Бог бесконечно милосерд и по Своему милосердию прощает людям как немощным, зараженным грехом существам все их немощи и пороки, так что даже покаявшийся блудный сын встречается с большою любовью и радостью, чем верный своему долгу брат его, — то, значит, так называемые «грехи» и вовсе не столь ужасная вещь, и в надежде на бесконечное милосердие Божье можно допускать некоторое послабление для немощной природы…

Чтобы предупредить это опасное ложное умозаключение, Святая Церковь, вслед за изображением бесконечности милосердия Божьего, изображает перед нами другое свойство Божества — именно Его бесконечную справедливость, которая требует должного возмездия за все соделанное людьми, как нравственно свободными существами. В силу этого свойства не должно и не может остаться без надлежащего воздания ни единое движение нравственно свободного существа, и все его движения — начиная от дел и слов до сокровеннейших помышлений — постоянно складываются на чаши весов бесконечного правосудия, которое и воздаст каждому «по делам его.» Воздаяние происходит уже и в земной жизни, хотя оно и имеет здесь более воспитательно-исправительное, чем карающее знание, причем бесконечное милосердие еще, так сказать, борется с бесконечной справедливостью; но настанет день, когда бесконечная справедливость должна найти себе полное оправдание, и этот страшный момент и изображает Святая Церковь в своем евангельском чтении за литургией в неделю Мясопустную.

Отчет в своей жизни каждый человек должен отдавать еще и до наступления страшного суда, как это изображено в притче о талантах, предшествующей теперешнему евангельскому чтению. Но то суд частный, когда каждый человек, так сказать, лишь перед своею совестью и перед Богом дает отчет о результатах своей жизни. Для оправдания бесконечной справедливости такого суда недостаточно, и по истечении предопределенного ряда веков, назначенных в Божественном Совете для жизни мира сего, должен настать суд общий и последний, который, по своей обстановке и условиям его совершения, поистине получил название Страшного суда. И если грозен бывает суд царя земного, когда он во всеоружии своей власти и в блеске своего земного величия в присутствии высоких сановников изрекает свое решение по важным делам, то насколько бесконечно величественнее и страшнее будет всемирный суд Царя Небесного!

«Когда приидет Сын Человеческий во славе Своей и вси святые Ангелы с Ним: тогда сядет на престоле славы Своей.» При первом Своем пришествии на землю Сын Человеческий явился в убогих яслях, в мрачной Вифлеемской пещере, где поклонились Ему только убогие пастухи, да ангельский хор в небесной выси огласил мертвое безмолвие великой ночи своим знаменательным славословием. Но тогда Христос приходил как Искупитель, приходил в уничижении раба, чтобы возвестить людям Свое спасительное учение, Своею жизнью дать им пример осуществления религиозно-нравственного идеала в условиях обыденной жизни и Своею кровью искупить греховное человечество. Во второе же пришествие Он явится как грозный Судья и потому «сядет на престоле славы Своей», и если во время земной жизни Он указывал только на возможность того, что в защиту Его от поругания человеческого могли явиться более двенадцати легионов ангелов (Мф. 25:53), то тогда действительно Он явится окруженный тьмами тем ангелов, всем воинством их. Мысль цепенеет при одном представлении об этом величественном и страшном зрелище.

«И соберутся пред Ним вси народы». Все мертвецы, сбросив с себя могильный прах веков и тысячелетий, восстанут из своих могил, соберутся пред судилищем группами по семействам, народам и расам, и все тысячелетнее древо человечества восстановится во всем своем величавом объеме — от Адама до последнего его потомка. Народы цивилизованные и народы дикие, жители севера и юга, востока и запада, представители детства человечества, как и представители его дряхлой старости, — все, безусловно все соберутся пред престолом Страшного Судии 1).[286] Какая сила может поднять этот необъятный некрополь? Да та же самая, которая дала жизнь всем его обитателям и которая имеет безусловное право потребовать полного отчета в ней. Мир начал свое бытие по слову Творца, и закончит свое бытие также по слову Его, но уже не как Творца, a как Судии. Создавая мир, Творец в сознании Своего бесконечного самоудовлетворения изрек, что «это хорошо»; a по окончании мира, Он как Судья, измеряющий все по степени приближения к бесконечному идеалу совершенства, над одним произнесет все тот же одобрительный отзыв, a над другим скажет, — «это худо». В трепете и немом оцепенении будет человечество ожидать этого грозного приговора над собой.

«И отделит одних от других, как пастырь отделяет овец от козлов». Нет ничего легче для пастуха произвесть подобное разделение. Но еще легче будет произвести такое отделение для Судьи, которому ведомы не только внешность каждого человека, но и глубочайшие движения его сердца. И под этим всевидящим и всепроницающим оком выступит наружу и отобразится на челе все то содержание, которое таилось в глубине души в течение всей жизни, и какая поистине страшная картина раскроется пред глазами всех.

Что будет тогда с явными нечестивцами? Тут же впервые обнаружится перед всеми, — не только людьми, но и ангелами, как часто бывает ложны и слепы суждения человеческие. Многие из тех, кого на земле люди считали представителями правды и благочестия, воплощением всяких добродетелей, окажутся лишь хитрыми лицемерами и ханжами, умевшими искусно носить маску, которая прикрывала их низкую натуру и их бесчестные дела, и напротив те, кого презирали люди, могут оказаться истинными носителями добра и правды. Если и всемирная история имеет способность часто срывать маски с тех личностей, которые умели во время своей земной жизни прикрывать пред людьми свой негодность и пользовались незаслуженным уважением и почетом, то пред престолом Страшного Судьи не только сорвется маска, но и вся бездна нечестия, так сказать, огненными буквами отобразится на челе каждого, равно как неизреченным светом озарятся лики тех, которые осуществили в своей жизни верховный идеал Творца и Спасителя.

«И поставит овец по правую Свою сторону, a козлов по левую.» Это разделение будет произведено не сообразно с теми делениями, к которым привыкли люди в обыденной жизни, не между учеными и неучеными, знатными и низкими, богатыми и бедными, друзьями и врагами, a единственно — между добрыми и злыми. Правосудие Божье положит грань разделения между теми, которых соединяли условия и предрассудки земной жизни. И тогда, стоя между этими двумя половинами человечества, праведный Судья изречет Свой бесконечно справедливый приговор. Обращаясь к правой стороне, Он с выражением неизреченной сладости выскажет им Свое благоволение: «Приидите, благословенные Отца Моего, наследуйте царство, уготованное вам от создания мира.» И высказывая такой приговор, Он как праведный Судья приведет и основания для него: «Ибо алкал Я, и вы дали Мне есть; жаждал, и вы напоили Меня; был странником, и вы приняли Меня; был наг, и вы одели Меня; в темнице был, и вы пришли ко Мне». Вот те основания, по которым праведный Судья произнесет над правой половиной человечества свой бесконечно милостивый приговор. Он не требует каких-нибудь необычайных, едва подсильных подвигов: нет, для наследования царства небесного достаточно самых простых добродетелей, самого простого благотворения ближним, — настолько простого и единственного, что сами святые, удостоившиеся столь благословенного отзыва, изумляются и не знают, когда же и при каких условиях совершены ими столь великие дела. Вот в этом несознательном, невысокомнящем делании добра и заключается тайна оправдания.

Конечно, и фарисеи делали подобные добрые дела, — но они делали их напоказ, с выпячиванием своего благочестия перед людьми, — делали, следовательно, не для этих нуждающихся и обремененных, a ради себя и ради славы человеческой, и потому за свои дела они получили уже свою награду, и перед престолом страшного Судьи по необходимости явятся без всякого добра в своем внутреннем содержании, и окажутся не на правой стороне. Отвечая на удивление праведников, Судья скажет им: «Истинно говорю вам: так как вы сделали это одному из сих братьев Моих меньших, то сделали Мне». В этом изречении раскрывается глубочайшая тайна единения каждого члена Церкви со Христом. Организм христианской Церкви есть как бы организм человеческого тела. Боль или давление, испытываемые нами даже в самых отдаленных оконечностях, находят быстрый отголосок в головном мозге. Равным образом, всякое зло или добро, оказанное даже наималейшему, ничтожнейшему члену Церкви Христовой, непосредственно отзывается в Главе этого тела, в Главе, Который есть Иисус Христос.[287] И он, праведный Судья, во время земной жизни имевший общение с мытарями и грешниками, деливший горькую и низкую долю всех труждающихся и обремененных, теперь, восседая на престоле славы, перед которым в трепете стоят все сильные и гордые мира сего, — Он и теперь не забывает этих своих «меньших братьев» и на отношении именно к ним строит и Свой бесконечно-справедливый приговор!

Какой страшный урок для тех земных честолюбцев, которые, поднявшись до высокого положения на земле, с презрением и гордостью взирают на тех меньших братьев, с которыми были когда-то в одинаковом положении!

В ужасе ожидает себе праведного приговора и левая половина человечества, и грозный Судья, обращаясь к ним, изречет им Свой праведный гнев в страшных словах: «идите от Меня, проклятые, в огонь вечный, уготованный диаволу и ангелам его.» Каждое слово грозного Судьи как гром небесный будет потрясать преступные души, и грешники готовы бы были просить горы — сдвинуться и задавить их, чтобы только укрыться от грозных очей и всепотрясающих слов Праведного Судии, — но будет уже поздно. Подобно тому, как это было сделано в отношении праведников, и грешникам высказаны будут основания к их осуждению, и именно заключающияся в пренебрежении и попрании тех простых и естественных дел благотворения к меньшей братии, какие вызываются и требуются самыми простыми отношениями взаимной любви между членами церкви. Напрасно грешники, со своей стороны, будут оправдываться, что они не знали о тождестве этой меньшей страждущей братии с Христом, — так как иначе они готовы были бы сделать все, что сделано стоящими по правую сторону, и даже больше того. Но это уже слова лицемерия и лжи, — оправдательные слова преступников, захваченных на месте преступления и усиливающихся доказать, что они ни за что не посягнули бы на чужое достояние, если бы только знали, что их захватят на месте преступного деяния, и потому — оправдания их не принимаются во внимание, и заседание страшного суда закрывается. «И пойдут сии в муку вечную, a праведники в жизнь вечную.»

Так закончится течение настоящего мира, и начнется всеобщее царство Христа. Осужденные в вечную муку грешники в самых своих страданиях будут провозглашать бесконечное правосудие, a праведники своим неизреченным блаженством будут славить бесконечное милосердие Божье. И между этими двумя половинами образуется бездна непроходимая. Архангел трубным гласом возвестит — «совершилось», и на место бренной земли явятся новая земля и новое небо, и жизни их не будет конца.

Как многие в наше время совершенно забывают об этой, постоянно угрожающей и ежечасно могущей постигнуть наш грешный мир участи! Они смотрят на мир, как на корабль, который как испытанный в своей прочности веками и тысячелетиями исторической жизни дает гарантию безопасности и на будущие века. Но пусть не обольщаются. Как в текущей жизни бывают нередко случаи, когда испытанные и по общему признанию несокрушимые корабли внезапно тонут вместе со всем беспечным экипажем от неожиданно налетевшей бури, так то же самое может случиться и с мировым кораблем, плавающим по океану беспредельности. Наша земля с ее гордыми обитателями, заявляющими высокомерное притязание на постижение тайны всего мирового бытия, есть лишь ничтожная пылинка среди мириад миров вселенной, и — достаточно единого дуновения из уст Творца, чтобы мгновенно произошел мировой переворот, о котором наш гордый ум и представить себе не может. Поэтому смиримся перед величием Творца и, неослабно ожидая трубного гласа, имеющего призвать все человечество к страшному престолу Праведного Судии, будем уничиженно воспевать вместе со Святой Церковью: «Пощади, пощади, Спасе, создание Твое!»

Библиографический указатель слов, бесед и поучений на Неделю Мясопустную

Филарет, митр. Московский. Слова и речи. М. 1873 г. Т. I, стр. 294.

Арсений, митр. Киевский. Сочинения. Т. II, 15.

Никанор, арх. Херсонский. Собрание сочин. т. I, 258–271.

Евсевий, архиеп. Могилевский. Сочинения, стр. 319.

Феофан, еп. Тамбовский. Слова в св. четыред. СПБ. 1869 г. Стр. 38. 42. 48.

Филарет, арх. Черниговский. Слова и беседы. Черн. 1863 г. Ч.3, стр. 9.

Сергий, архим. Слова и речи. М. 1882 г. 137 стр.

Димитрий, арх. Херсонский, Сочинения, т. III, 31.

Павел, арх. Кишеневский. Слова и речи. Киш. 1879. Т. I, 69. 104.

Иннокентий, арх. Херсонский. Сочинения, т. III, 191–217.

Палладий, еп. Рязанский. Слова и речи. СПБ. 1881 г. стр. 16,

Нордов, прот. Сеятель благочестия. СПБ. 1981 г. т. II, 173.

Сергиев, И. прот. Собрание сочинений, т. II, 30–38.

Романов, прот. Полное собр. поучений. 177–189.

Путятин, Р. прот. Полное собр. поучений. СПБ. 1893 г. 188–192.

Тихвинский Ф. Время зимнего покаяния. 26.

Белоцветов, прот. Круг поучений, СПБ. 1894 г. 18.

Шумов, свящ. Беседы на воскр. апостольск. чтения, М. 1893 г. Стр. 18.

Сеятель. Сборник поучений к прост. народу. 189–196.

«Руководство для сельск. паст.» 1881 г. стр. 94 и сл.; 82 г. — 71; 83 г.-69;

84 г. — 91; 85 г. — 40; 86 г. — 107; 87 г. — 52; 88 г. — 62; 89 г. — 85; 90 г. -79;

01 г. — 60; 92 г. — 110; 93 г. — 55; 94 г. — 95; 95 г. — 73.

Дъяченко, Ежедневные поучения в слове Божьем, М. 1897 г. Т. I, 530–555.

НЕДЕЛЯ СЫРОПУСТНАЯ

I. ЕВАНГЕЛЬСКОЕ ЧТЕНИЕ. Зачало (17) от Матфея 6:14–21

14 Ибо если вы будете прощать людям согрешения их, то простит и вам Отец ваш Небесный,

15 а если не будете прощать людям согрешения их, то и Отец ваш не простит вам согрешений ваших.

16 Также, когда поститесь, не будьте унылы, как лицемеры, ибо они принимают на себя мрачные лица, чтобы показаться людям постящимися. Истинно говорю вам, что они уже получают награду свою.

17 А ты, когда постишься, помажь голову твою и умой лице твое,

18 чтобы явиться постящимся не пред людьми, но пред Отцом твоим, Который втайне; и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно.

19 Не собирайте себе сокровищ на земле, где моль и ржа истребляют и где воры подкапывают и крадут,

20 но собирайте себе сокровища на небе, где ни моль, ни ржа не истребляют и где воры не подкапывают и не крадут,

21 ибо где сокровище ваше, там будет и сердце ваше.

Общий характер недели. Практический очерк содержания рядового чтения

В эту последнюю подготовительную к посту неделю, называемую «преддверием покаяния, предпразднеством воздержания, предпутием поста,»[288] Святая Церковь, напутствуя чад своих на подвиги Четыредесятницы, заповедует им в евангельском чтении украситься по преимуществу тремя добродетелями, без которых невозможно проводить в чистоте и святости великие дни Четыредесятницы.

Эти добродетели: незлобие, пост и милостыня.

1) Первая добродетель, особенно необходимая для христиан в дни покаяния и поста, это незлобие (ст.14–15).

Оно обнаруживается в искреннем прощении обид и оскорблений, причиненных нам ближними.

а) Все мы грешники и нуждаемся в отпущении грехов.

Отец небесный готов простить нам все грехи, если только мы с своей стороны прощаем нашим ближним. «Ибо если вы будете прощать людям согрешения их, то простит и вам Отец ваш Небесный» (ст.14).

б) Напротив, «а если не будете прощать людям согрешения их, то и Отец ваш не простит вам согрешений ваших» (ст.15).

Почему? — потому что в этом случае мы оказываемся злыми и неблагодарными перед Богом и из-за этого лишаем себя Его благодати и милосердия. Отец небесный готов простить нам все величайшие грехи, a мы не хотим простить нашим ближним мелких прегрешений, к которым, быть может, мы сами же подали повод. Поэтому, «будьте друг ко другу добры, сострадательны, прощайте друг друга» (Ефес. 4:32; Зах. 8:17[289]).

2) Вторая добродетель, которую мы должны стяжать в дни Святой Четыредесятницы, это — пост (ст.16–18).

Многие из христиан отказываются от соблюдения поста, но слово Божье не только предписывает пост, но и научает, как поститься.

а) «Когда поститесь», говорит оно, «как лицемеры, ибо они принимают на себя мрачные лица, чтобы показаться людям постящимися» (ст.16). Лицемеры постятся для того, чтобы заслужить от людской молвы славу великих постников, чего они и достигают: «Истинно говорю вам, что они уже получают награду свою» (ст.16), — но какую мзду?

б) «А ты» не подражай лицемерам. Они принимают унылые лица, a ты «когда постишься, помажь голову твою и умой лице твое» (ст.17), как бы в праздник, чтобы никто и не подозревал твоих великих подвигов поста, твоего внутреннего плача и сокрушения о грехах, которого вовсе нет у лицемеров. Они хотят своим постом заслужить похвалу от людей; a ты постись не для людей, a для Бога, не только телесно, но и духовно: «чтобы явиться постящимся не пред людьми, но пред Отцом твоим, Который втайне; и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно» (ст.18).

Что делается на показ для людей, за то и слава людская; a что делается для Бога, за то от Бога и мздовоздаяние. Отец небесный за твои тайные подвиги поста «воздаст тебе явно:» пошлет в душу постящегося сладостный мир и тихую радость, явно свидетельствующую о близости Божьей к нему.

3) Милостыня или благотворительность — вот третья добродетель, которою мы должны украшаться в Великий Пост (ст.19–21).

При наступлении Четыредесятницы, когда все мирские развлечения прекращаются, многие из христиан обращаются к усиленной деятельности в области других земных занятий. Но евангелие, предохраняя нас от излишней заботливостии о земном, направляет нашу деятельность, преимущественно к делам милосердия и благотворительности.

a) «Не собирайте себе» говорит оно, «сокровищ на земле, где моль и ржа истребляют и где воры подкапывают и крадут» (ст.19).

Земные сокровища тленны и непостоянны; их моль точит, и ржа истребляет, и воры подкапывают и крадут. И вот эти то сокровища мы «скрываем», собираем «на земле», когда не разделяем их с другими по скупости, или расточаем их на суетные удовольствия, или, наконец, отказывая себе во всем, ищем их одних, как бы в них заключалась вся цель жизни. Но благоразумно ли это? Кто дал нам земные сокровища и для чего?

б) «Но собирайте себе сокровища на небе, где ни моль, ни ржа не истребляют и где воры не подкапывают и не крадут» (ст.20).

Благоразумие требует искать такого сокровища, которое не подлежит порче и тлению, которое остается неизменным при всех случайностях и переменах времени. Таким сокровищем служат дела милостыни и благотворения. Раздробляя алчущим хлеб и удовлетворяя нуждам несчастных, мы собираем «себе сокровища на небе», потому что руки бедных — «влагалища неветшающие» (Лук. 12:33).[290] Отдаваемое бедным складывается в небесную сокровищницу и приносит обильную прибыль (Мат. 25:40;[291] Осии 6:6[292]). Напротив, земные сокровища, хотя бы находились даже в безопасном месте, не доставляют нам истинных выгод, a положительный вред, потому что «ибо где сокровище ваше, там будет и сердце ваше» (ст.21). Связанный постоянной мыслью и заботами о своем золоте, может ли человек стремиться к небу и домогаться нетленных, небесных сокровищ? Его сердце зарывается в своих богатствах, как улитка в скорлупе, не имеющая ни желания, ни даже возможности расстаться с ней.

Таким образом, незлобие или прощение обид, пост и милостыня — вот главные истины, о которых проповедник может беседовать с церковной кафедры, на основании дневного евангелия. Каждая из этих истин дает повод к богатым и разнообразным нравственным применениям, в виду наступающих подвигов покаяния, поста и молитвы. О прощении обид и о милостыни будет подробно сказано нами в неделю 11 и 18 по Троице, a здесь мы обращаем преимущественное внимание на гомилетическую разработку темы о посте.

Ο посте

«Когда поститесь, не будьте унылы, как лицемеры» (ст.16).

В нынешнем евангельском чтении Иисус Христос не только заповедует нам пост, но и учит, как нужно поститься.

Между тем, ни одна заповедь так мало не соблюдается, как заповедь о посте. Многие совершенно пренебрегают ею, другие считают достаточным для себя умеренное употребление всякой пищи и пития в пост, a иные ограничиваются лишь тем, что отказываются от некоторых удовольствий в дни Четыредесятницы. Но можно ли так легкомысленно относиться к установленному Богом посту?

1. История поста.

а) Все народы во все времена мира постились для умилостивления Божества в угрожающих опасностях и в несчастных случаях. «Храните пост уже ради его глубочайшей древности; он также древен, как человечество.»[293]

б) Иудеям особенным законом предписаны были дни поста. Пророки также призывали народ к посту в великих нуждах. Наконец, каждый благочестивый израильтянин налагал на себя добровольный пост, часто два раза в неделю (Молитва фарисея).

в) Иисус Христос сильно восставал против фарисейского образа поста, но не против поста. Он сам строго и часто постился.

г) Апостолы и первые христиане смотрели на пост, как на священнейшую свою обязанность.

д) Святая Церковь и от нас также требует поста, состоящего не в одном только умеренном употреблении всякой пищи, но и в совершенном воздержании от некоторых видов пищи и питья, по церковному уставу.

2. Возражения против поста.

а) «Иисус Христос, говорят, учит, что не входящее в уста оскверняет человека, a исходящее из уст.»

Но несоблюдение поста есть ослушание церкви, a ослушание оскверняет!

б) «В христианстве, говорят, не существует более различия в пище; всякая пища дозволена и нет пищи греховной.»

Не пища греховна, a преступление заповеди! «Мы воздерживаемся во время поста от пищи и питья, но вовсе не потому чтобы что-либо сотворенное Богом было само по себе дурно и преступно.»[294] «Кто не почитает церкви матерью, тот не может иметь Бога своим Отцом.»[295]

в) «Пост слишком легко и слишком часто нарушается, к чему же, говорят, давать такую заповедь?»

Но заповедь любви к ближним также легко и часто нарушается: не нужно ли отменить и ее?!

г) «В семье, говорят, есть здоровые и больные, a они должны вместе разделять трапезу.»

Но это не возражение!

3. Достоинство и цель поста.

а) Пост располагает к послушанию и смирению.

«Изнурял постом душу мою» (Псал. 34:13).[296]

б) Пост укрощает плоть и укрепляет свободную волю.

«Он умерщвляет все волнения плоти и притупляет жало греховной похоти.»[297] «Христиане постятся для того, чтобы обуздать тело свое и возвысить дух.»[298]

в) Пост дает средства к благотворительности.

«Кто надлежащим образом постится, тот разделяет свое пропитание с алчущими.»[299]

г) Пост возбуждает и поддерживает чувство покаяния и сокрушения о грехах. «Невозможно, чтобы огонь горел в воде, невозможно и покаяние без поста.»[300]

Необходимость поста

«Когда поститесь, не будьте унылы, как лицемеры.»

С окончанием настоящего дня Святая Церковь вводит нас в дни Великого Поста.

Пост во все времена христианства составлял и составляет непременную обязанность всех христиан. «Нет города и деревни, писал еще святой Василий Великий, где бы не постились.»[301]

Для чего же нужно поститься?

1. Пост необходим для обуздания плоти и чувственных похотей.

«Если вас спросят: для чего вы поститесь и мучите себя? отвечайте: бешеную лошадь, которую нельзя укротить уздой, необходимо усмирять голодом и жаждой.»[302] Наша греховная плоть воюет в членах наших и влечет нас ко злу. Что лучше поста может укротить плотские страсти? Как елей смягчает мускулы тела, так пост утишает греховную похоть.

2. Пост необходим для укрепления нашей слабой воли и наших нравственных сил.

Кто не может отказать себе в какой-нибудь пище, в каком-нибудь питье, тот слаб, y того нет духовных сил, тем совершенно владеет чувственность. Кто не может отказать себе ни в чем, чего желает и чем может удовлетворить себя, y того нет господства над чувственностью, тот часто даже не думает, что у него есть какая-нибудь нравственная сила, тот не противится и не решается противиться никакому искушению, потому что он всегда живет в «похотях» плоти, «исполняя желания плоти и помыслов» (Ефес. 2:3).[303]

A с такой волей можно ли побеждать свои греховные немощи, идти тернистым и узким путем добродетели, требующим труда и самоотвержения? Пост и в этом случае служит спасительным средством к укреплению нравственных сил. Приучаясь к лишениям в пище и питье, требуемым Церковью, человек приобретает нравственную крепость к подвигам добродетели.

3. Пост необходим, как естественный, неразлучный спутник истинного покаяния и сетования о грехах.

Когда душа поглощается сильной скорбью, тогда забывается тело с его потребностями, забывается пища и питье, — становятся невыносимыми радости и удовольствия. Истинно скорбящий человек, для удовлетворения своих насущных потребностей ищет пищи грубой и питья неизысканного, отвращаясь от сладких снедей и питий, подобно псалмопевцу, который в дни скорби «пепел как хлеб ел и питье с плачем растворял» (Псал. 101:10).[304]

Все это испытал каждый из нас при потере близких родных или при впадении в тяжкие несчастья. Такую же скорбь и такие же лишения должен испытывать и каждый кающийся грешник, если только покаяние его искренне. В дни плача о грехах уместно ли употребление всякой пищи без разбора? Кто говорит и думает, что можно каяться без поста, тот обманывает себя. «Покаяние без поста невозможно и бесплодно; со слезами покаяния необходимо соединять пост.»[305]

Естественно ли, чтобы человек, отягчающий себя объядением и пьянством, сетовал о своих грехах? Пресыщение всегда раждает веселие и смех; вино веселит сердце человека. Как поле не производит никакого плода, если на него падает много семени или дождя, так остается бесплоден для покаяния и тот, кто много пьет и ест. «Невозможно, чтобы огонь горел в воде: невозможно и сокрушение о грехах среди мирских удовольствий.»[306]

4. Пост необходим, как средство для приближения к Богу и привлечения Его милосердия.

Великие подвижники приходили в ближайшее соприкосновение с Божеством, удостаивались высоких видений и откровений, именно после строгого поста, который, одухотворяя их и ослабляя тяготение к земному, греховному, облегчал для них соприкосновение с Богом и низводил на них милости Божии.

Моисей, во время сорокадневного пребывания на горе Синае, в строгом посте, получил от Бога закон для израильского народа (Исх. 24:18).[307] Илия, после сорокадневного поста, удостоился откровения Божия на горе Хориве (3 Цар. 18:18–31). Ниневитяне наложили на себя пост и были прощены Богом. Израильтяне всякий раз прибегали к посту, когда желали удостоиться какой-либо милости от Бога или избежать Его гнева. При таком значении поста можем ли не поститься мы, непрестанно оскорбляющие Бога своими тяжкими грехами? Итак, «поститесь, потому что вы согрешили; поститесь, чтобы получить благодать Божью; поститесь, наконец, для того, чтобы сохранить полученные милости.»[308] Самая молитва ваша о прощении грехов при посте «удобнее проникает на небо.»[309]

Как истинный Христианин проводит дни Великого Поста

«Когда поститесь, не будьте унылы, как лицемеры» (ст.16).

С нынешнего дня Святая Церковь напутствует нас на подвиги Великого Поста.

1. Он отказывается от многих удовольствий и постится.

Это существенное условие поста. Этого требует Церковь. Иначе и быть не может в дни плача и сокрушения о грехах. Но есть в известном смысле троякий пост:

а) Пост чрева.

Святая Церковь точно определяет род и меру пищи, дозволенной в пост. Только для слабых и больных делается исключение. Кто в пост употребляет без разбора всякую пищу, как и в прочее время года, пресыщает свой желудок всякими яствами и питьями, тот не имеет никакого уважения к святости поста. Тут для человека пробный камень.

б) Пост прочих чувств.

Надо управлять оком, чтобы оно не взирало с похотию. Надо закрывать ухо, чтобы оно не внимало пустым, нецеломудренным речам. Надо удерживать язык, чтобы он не лгал, не проклинал, не осуждал и проч. Надо вообще господствовать над телом, дабы оно отказалось от всякой неги и ленности, рано вставало для исправления необходимых дел и имело еще время для посещения богослужения.

в) Пост духа.

Постящийся должен отказаться от всякой гордости и тщеславия, быть послушным, сокрушенным и смиренным. Он должен оставить земные попечения и не думать о наживе и барышах. «Ищите прежде царствия Божия и правды его.» Дух питается и возвышается к небесным предметам посредством душеполезного чтения, размышления и проч.

2. Он старается загладить свои грехи.

Пост представляет для этого самое удобное время.

а) Пусть человек делает свое дело:

испытывает свою совесть, возбуждает в себе глубокое чувство раскаяния, смиренно исповедует грехи свои и заглаждает их противоположными добродетелями. Одного только раскаяния и одного исповедания недостаточно. Надо все указанное делать совместно.

б) Тогда Бог будет ему споспешествовать.

Бог, по своему милосердию, прощает, потому что «Он не хочет смерти грешника» и проч. Он прощает ради заслуг Иисуса Христа, «раздравшего на кресте согрешений наших рукописание».

Он устами служителя своего разрешает от грехов, прощает и милует. «Им же отпустите грехи, отпустятся» и проч. Святая Четыредесятница есть поистине самое благоприятное время, в которое мы, при некоторых усилиях и подвигах, можем загладить все грехи, уплатить весь долг Богу!

3. Он соединяется со Христом в таинстве святого причащения.

Он не только хочет получить отпущение долга от своего Царя, но и быть причастником Его вечери, как друг.

а) Он верует и исповедует, что вкушает истинное тело и истинную кровь. Он отлагает в сторону всякие толкования иноверных и принимает буквально слова Спасителя: «сие есть тело мое, сия есть кровь моя», согласно с верой всей церкви. Чудо пресуществления не кажется для него слишком непостяжимым, когда он видит, как в его собственном теле обыкновенный хлеб обращается в плоть и обыкновенное вино — в кровь.

б) Он уповает и надеется, что через приобщение святых Таин он получает укрепление и вечную жизнь. «Ядущий хлеб сей будет жить вовек» (Иоан. 6:51).[310]

в) Он любит.

И может ли он не пламенеть любовью, когда Господь в установлении таинства евхаристии явил нам величайшую любовь свою! Благочестивый христианин приемлет в себя Христа и не хочет расстаться с Ним.

4. Он становится новым, воскресшим человеком.

Как Христос восстал из гроба, так и христианин восстает теперь от греха. Но навсегда ли он расстался с ним? Неуклонно ли пребывает в новой, духовной жизни?

а) Только ангелы и святые на небе так охраняются благодатью Божьей, что никогда не падают. Не смотря на самые лучшие намерения и предположения, тяжкие испытания могут опять привести воскресшего человека к тяжкому падению. Но, однако же, все прежние грехи уже изглажены!

б) Очень вероятно, что он более не подвергнется тяжкому падению. Горькие опыты прошлого удержат его от новых тяжких грехов. A грехи немощи, неведения не разлучают от Бога, не удаляют Его благодати!

в) С благодатью Божьей, с непрестанным чувством покаяния, с непреклонным самоотвержением и борьбой, он может достигнуть того, чтобы более не грешить.

Заключение. Сравните человека, который в дни поста ничего не сделал для спасения своей души, с человеком, который сделал все возможное для очищения себя от грехов. Там беспокойство и недовольство, здесь мир и счастье!

Как мы должны оказывать дела благотворения в Великий Пост

«Собирайте себе сокровища на небе» (ст.20).

Святая Церковь в нынешнем евангелии призывает нас к делам милостыни и благотворения в настоящие дни Великого Поста. «Приготовляйте себе влагалища не ветшающие, сокровище неоскудевающее на небесах, куда вор не приближается и где моль не съедает» (Лук. 12:33).

1. Щедрой рукой.

Кто дает щедрой рукой, тот дает столько, сколько может, a в великой нужде даже с избытком.

а) Людям богатым нужно помнить следующие наставления:

«Отец небесный бесконечно богат, но Он и дает бесконечно много; Ему они должны подражать.»

«Кто сеет скупо, тот скупо и пожнет; а кто сеет щедро, тот щедро и пожнет. Каждый уделяй по расположению сердца, не с огорчением и не с принуждением; ибо доброхотно дающего любит Бог»(2 Кор. 9:6–7).

«Пост без милостыни недостаточен, a милостыня никого еще не делала бедным.»[311]

Нужно поддерживать Иисуса Христа в лице Его меньших братий. — Что пользы, если ты приобретешь весь мир, a погубишь душу свою?

б) Людям с посредственным состоянием можно сказать:

«не употребляйте для земной жизни так много, чтобы у вас ничего более не оставалось для бедных.» Первые христиане были не богаты, однако же делали много добра. Вы имеете мало времени для молитвы: делайте так, чтобы ваша милостыня вместо молитвы возносилась к небу.

в) Даже бедные могут делать многое для других.

«Приклоняй ухо твое к нищему и отвечай ему ласково, с кротостью» (Товит. 4:8). Тавифа, воскрешенная апостолом Петром, очень много благотворила, a она была только бедная швея. — «Нет почти ни одного бедного, который мог бы по праву уклониться от исполнения долга милостыни.»[312] Бедные могут просить за других бедных, разделять с ними свой хлеб, трудиться за них, помогать даже зажиточным в болезни, нужде, преследованиях.

О чем спросит Судья на страшном суде?

2. С открытым сердцем.

а) Многие люди дают милостыню, но с стесненным сердцем.

Они спрашивают, достойны ли просящие милостыни, не сами ли виновны в своей нищете и т. п.? Тут дает разум, a не сердце. Отец небесный дает нам много, хотя мы и недостойны. Иисус Христос насыщал тысячи, между которыми было много недостойных. Если бы мы захотели благотворить только невинно-бедным, то наша благотворительность была бы слишком ограничена! Неужели так много духовно и телесно искалеченных, которые решительно не в состоянии добывать себе куска хлеба?

б) Правила и исключения.

«Не трудящийся, да не ест.» Но всегда ли имеют работу? «Детям ничего не дают!» Но если они мерзнут и голодают? «Неблагодарный не заслуживает милостыни!» Но неблагодарность не есть ли уже сама по себе величайшее несчастие? «Пусть грешник терпит нужду; он того заслужил!» Но имеем ли мы право наказывать?

Итак, будем подавать милостыню с открытым сердцем.

3. С веселым лицом. Многие благотворят, но неохотно, с досадой и укорами. Почему нужно давать с веселым лицом?

а) Только при этом условии оказывают добро другому, в противном случае — огорчают его! «Сын мой! при благотворениях не делай упреков, и при всяком даре не оскорбляй словами» (Сир. 18:15). «Давать охотно значит больше, чем давать.»[313]

б) Милостыня, подаваемая неохотно, теряет награду. «Доброхотно дающего любит Бог» (2 Кор. 9:7).[314] «Благотворитель ли, благотвори с радушием» (Рим. 12:8).[315] «Если ты подаешь с печальным сердцем, то ты потерял и хлеб, и награду.»[316] «Только та милостыня истинная, которая подается с радостью.»[317]

в) Кто не желал бы с радостью помочь Иисусу Христу в лице нищих? Кто дает бедным, тот дает Спасителю.

В чем же состоит истинный пост, благоугодный Господу

«Когда поститесь, не будьте унылы, как лицемеры.»

В нынешнем Евангелии Святая Церковь приготовляет нас к посту.

Русский народ искони твердо соблюдает посты, но как соблюдает? Только наружно, постясь постом телесным, но не духовным.

На этот вопрос отвечает нам Святая Церковь (см. вечер. стихир. в понед. вел. поста).

1. Истинный пост есть злых отчуждение:

воздержание языка, укрощение страстей и похотей, удаление клеветы, лжи и клятвопреступления. «Берегитесь измерять пост простым воздержанием от пищи. Те, которые воздерживаются от пищи, a ведут себя дурно, уподобляются диаволу, который, хотя ничего не ест, однако же, не перестает грешить.»[318]

Что пользы, если мы наружно постимся, a внутренне остаемся с теми же греховными привычками и страстями? «Симон Киринейский нес крест, но не умер на кресте. Tо же самое бывает и с теми, которые изнуряют свое тело постом, но в своих внутренних желаниях служат миру.»[319]

2. Истинный пост состоит в братском прощении со всеми.

«Разрешим всякий союз неправды, расторгнем стропотная нужных изменений, всякое списание неправедное раздерем!» (См. вечер. стихир. в среду первой сед. поста).

3. Истинный пост состоит в делах благотворения. «Дадим алчущим хлеб, нищие бескровные введем в домы» (ibid). «Пост без милостыни то же, что лампада без елея.» «Хотите ли, чтобы ваша молитва восходила к небесам, дайте ей крылья милостыни и поста.»[320]

Плоды истинного поста

По изображению церкви (см. утрен. стих. в понедельн. первой седьм. поста), Истинный пост есть:

1. Мать целомудрия.

2. Обличитель грехов.

3. Проповедник покаяния.

4. Жительство ангелов, т. е. возводит нас к равноангельской жизни, ибо «что такое пост, как не образ небесной жизни?»[321]

5. Спасение человеков.

Средства к приобретению добродетели поста

1. Размышляйте часто о примере Иисуса Христа и святых.

2. Думайте о грубости плотских удовольствий, которые низводят нас на степень неразумных животных.

3. Остерегайтесь плотской и духовной ленности.

4. Обращайте внимание на благотворные плоды поста.

Возражения против поста

1. «Возможно ли, говорят, чтобы Бог наказывал нас за столь ничтожную вещь, как употребление пищи если мы наслаждаемся ею несколько более, чем нам дозволено? Высочайшее Существо не обращает внимания на такие мелочи».

Но возражающие таким образом, очевидно, сомневаются в богоустановленной цели поста. Если Бог заповедует нам или запрещает что-либо, то делает это для нашего усовершенствования и испытания нашего послушания, хотя бы предмет заповеди или запрещения был, по-видимому, самый ничтожный. Как неважен, например, был предмет, употребление которого было запрещено нашим прародителям в раю! И, однако, какие ужасные последствия произошли от вкушения запретного плода!

Так нужно смотреть и на запрещение мясной пищи в дни поста. Заповедь дана, и кто ее не соблюдает, тот подлежит наказанию, как нарушитель заповеди. Притом Святая Церковь не без причины заповедует нам пост. Каждый знает, что благодаря употреблению мясной пищи, особенно в излишестве, возбуждаются и питаются плотские похоти и пожелания, которые часто доводят человека до самых грубых пороков. Следовательно, если Церковь, как чадолюбивая мать, предохраняет нас от такого зла, то мы обязаны с охотой повиноваться ей.

2. «Но, говорят, поститься сорок дней без всякого промежутка — возможно ли? хватит ли на это сил и здоровья?»

A откуда, спросим в свою очередь, хватает сил и здоровья, чтобы проводить дни и ночи в кутежах и пьянстве? В состоянии ли делать это люди, считающие себя слабыми и хворыми для подвигов поста? Напрасно, впрочем, считают пост разрушительным для здоровья. Пост разрушает только удовольствия тела, но не самое тело. Великие постники жили до глубокой старости.

Все мы, конечно, желаем долгой жизни, a долголетие обещано Богом тем, которые почитают отца и мать. Наш Отец есть Бог, a наша мать — Святая Церковь. Наша мать указывает нам дни, в которые, мы должны поститься. Итак, если мы, действительно, желаем дотигнуть долголетия, то должны повиноваться Отцу и Матери, и — «почитай отца твоего и мать, это первая заповедь с обетованием: да будет тебе благо, и будешь долголетен на земле» (Ефес. 6:2–3)

II. АПОСТОЛЬСКОЕ ЧТЕНИЕ. Зачало (112) к Римлянам 8:11–14 и 14:1–4

11 Так поступайте, зная время, что наступил уже час пробудиться нам от сна. Ибо ныне ближе к нам спасение, нежели когда мы уверовали.

12 Ночь прошла, а день приблизился: итак отвергнем дела тьмы и облечемся в оружия света.

13 Как днем, будем вести себя благочинно, не предаваясь ни пированиям и пьянству, ни сладострастью и распутству, ни ссорам и зависти;

14 но облекитесь в Господа нашего Иисуса Христа, и попечения о плоти не превращайте в похоти.

…

1 Немощного в вере принимайте без споров о мнениях.

2 Ибо иной уверен, что можно есть все, а немощный ест овощи.

3 Кто ест, не уничижай того, кто не ест; и кто не ест, не осуждай того, кто ест, потому что Бог принял его.

4 Кто ты, осуждающий чужого раба? Перед своим Господом стоит он, или падает. И будет восставлен, ибо силен Бог восставить его.

Практический очерк содержания рядового чтения

Апостольское чтение сырной недели благовременно призывает нас

1) к покаянию (13:11–14);

2) посту (14:1–4) в наступающие дни Святой Четыредесятницы.

1. Что побуждает нас к покаянию и обращению (ст.11–12)?

Первым побуждением к покаянию в дни Великого Поста служит то, что теперь для покаяния надлежащее время и час. «Так поступайте, зная время, что наступил уже час пробудиться нам от сна» (ст.11), взывает апостол.

Спящий человек не имеет полного и ясного сознания ни о себе самом, ни о своем действительном состоянии: угрожает ли ему опасность, он не знает; ожидают ли его радости, он не чувствует. Душа его, ничем неозабоченная, занята разнообразными грезами, в которых находит свои радости и удовольствия, воображает себя то богатой, то счастливой.

Tо же самое бывает и с человеком, духовно спящим. Он не видит своего истинного и душевного состояния, своих грехов и недостатков, не чувствует радостей будущего мира, не ожидает и даже не подозревает угрожающего ему вечного наказания за грехи. Одни только земные выгоды, радости и удовольствия он ценит высоко, хотя они не имеют никакой действительности, никакой прочности. С легкомыслием и беспечностью проводит он дни своей жизни во грехах, никогда не помышляя о духовном пробуждении и раскаянии.

Как телесный сон служит несомненным признаком нашей немощи, так духовный сон грешника служит следствием и признаком его глубокого, внутреннего расслабления. Ныне, в наступающие дни Святой Четыредесятницы, настанет поистине надлежащий «час пробудиться нам от сна.»

Это надлежащее время, так как в Великий Пост прекращаются всякие мирские развлечения и удовольствия, подающие повод к соблазнам и грехам. Мирской шум и разгул умолкают; вместо изысканных яств и питья предлагается пища грубая и суровая, свойственная кающимся; особенный церковный колокол утром и вечером призывает к молитве; самое богослужение располагает к покаянию и сокрушению во грехах.

Это надлежащее время для покаяния и потому еще, что время вообще течет как река, и мы повседневно приближаемся к концу нашей жизни. Если мы не обратимся к Богу в настоящие дни поста, то доживем ли до того, чтобы нам покаяться в следующем году? Итак, ныне поистине «час пробудиться нам от сна.» Только духовно-спящим может казаться, что теперь еще не время пробуждаться от греховного сна. Они ожидают другого времени, других обстоятельств, но проходят годы и десятки лет, a они остаются в той же беспечности и косности. Что будет с ними, когда пробьет последний смертный час, пробуждающий их к другой жизни?

Второе побуждение к покаянию заключается в апостольских словах: «ныне ближе к нам спасение, нежели когда мы уверовали» (ст.11). Наше спасение, какого мы ожидаем от Бога, наше окончательное и совершенное освобождение от зла, грехов, недостатков и несовершенств, которые еще нечужды нам и которым мы подвержены еще при настоящем нашем состоянии, — это наше «спасение» и совершенное обладание им «ныне», говорит апостол римлянам, «ближе к нам, нежели» тогда, «когда мы уверовали» во Христа, сделавшись членами его церкви. Потому что с тех пор, как сам апостол Павел и римляне уверовали, до того часа, в который он писал свое послание, прошло довольно времени и, следовательно, уменьшилось число дней их жизни, a с уменьшением дней жизни они приблизились к смерти и к наслаждению спасением, ожидающим их в вечности (см. толк. Никиф. in h. I).

Но что апостол говорит римлянам, то относится и к нам. Много уже лет прошло для нас с тех пор, как мы приняли святое крещение и сделались членами Церкви Христовой. С каждым днем срок нашей жизни сокращается; смерть становится к нам ближе и ближе, a вместе с нею и наше спасение, наша вечная награда, ожидающая всех подвизавшихся в вере и добродетели на земле. Поэтому мы должны теперь еще ревностнее очищать себя от всякой скверны плоти и духа, еще усиленнее подвизаться на поприще добродетели, чтобы при конце пути не утратить ожидающего нас небесного венца.

К сожалению, нельзя этого сказать о всех христианах. Многие ли из нас, с возрастом, в жизни возрастают в благочестии и становятся ближе к своему вечному спасению? Подобно странникам, сбившимся с правого пути, блуждаем мы по разным распутиям суемудрия и греха, с каждым шагом вперед более и более удаляясь от начальной веры детства и от своей небесной цели. Одумаемся же, по крайней мере, в дни Великого Поста, и станем на правый путь; восстанем от греховного сна и начнем дело нашего покаяния и обращения. Это дело столь трудное и даже невозможное для язычника, — для нас, как христиан, возможно и легко, потому что «ночь прошла, а день приблизился» (ст.12). Мгла язычества, покрывавшая некогда все народы, в которой они ходили как бы ощупью, не зная ни Бога, ни своего отношения к Нему, ни цели своего земного странствования, — эта мгла, эта «ночь» с пришествием Иисуса Христа «прошла.» Мы знаем теперь Бога и Его святую волю, знаем, что такое человек и для чего он живет, для нас теперь настал «день» истинного Боговедения и Богопочтения.

Конечно, и теперь, при озарении светом Евангелия, при познании всей воли Божьей, мы «видим» еще «как бы сквозь тусклое стекло, гадательно» (1 Кор. 13:12);[322] y нас остаются еще немощи и темные дела, пока не озарит нас полный невечерний «день» вечной жизни (2 Петр. 1:19);[323] но этот «день» уже приближается к нам все более и более, с каждым годом, с каждым сокращением срока нашей жизни. Зная это, будем ли мы еще откладывать наше покаяние на долгое время, которое, быть может, для нас не настанет? Если мы не покаемся в наступающие дни поста, когда все располагает нас к покаянию: то в другое время, в другие дни это будет для нас труднее и труднее.

2. Как же и в чем мы должны каяться? (ст.12–14).

На этот вопрос отвечает нам апостол: «отложим», говорит он, «дела темные, и облечемся во оружие света» (ст.12). Темными делами называются всякие грехи, потому что они боятся света, совершаются во тьме и свидетельствуют о нашем духовном невежестве и нравственной испорченности. Во всяких таких делах мы должны, в дни Великого Поста, принести искреннее раскаяние и совершенно отвергнуть их; a вместо них «облечься во оружия света», в светлые дела добродетели, которыми мы, как бы оружием, побеждаем врага нашей души — диавола, и делаемся причастниками наследия святых во свете (Кол. 1:12).[324]

Далее апостол заповедует нам: «как днем, будем вести себя благочинно, не предаваясь ни пированиям и пьянству, ни сладострастью и распутству, ни ссорам и зависти» (ст.13).

Безобразные греховные дела обыкновенно совершаются ночью, днем же, при свете, все ходят в благопристойном виде и благочинно, удерживаясь от безобразных дел. Так и мы должны всегда «поступать, как днем», особенно во время Великого Поста. «Пиры», соединенные с «пьянством» и срамными песнями и плясками («козлогласования», по гречески χόμоι), «сладострастие» и «распутство, ссоры и зависть» — все это дела темные, свойственные язычникам, пребывающим во тьме, но не христианам, живущим во свете.

Между тем, многие ли из нас могут сказать, что они чужды этих греховных дел? Сколько раз, в течение года, мы предавались беспутным пирам и пьянству, сладострастью и распутству, зависти, вражде и ссорам с ближними? В наступающие дни Святой Четыредесятницы мы должны покаяться во всех своих грехах и вести себя «благочинно, как днем.» Но для христиан недостаточно хранить одну внешнюю благопристойность поступков, одну наружную личину благочестия; они должны остерегаться всякого тайного греха, очищать свое сердце от всякой нечистоты плотской и духовной. Для этого «облекитесь», говорит нам апостол, «в Господа нашего Иисуса Христа, и попечения о плоти не превращайте в похоти» (ст.14).

Как одежда облекает и украшает тело, так Иисус Христос своим оправданием облекает и украшает душу, соединяющуюся с Ним. Христос должен жить в нас, a мы должны жить в Нем, оживляясь Его духом и возвещая своим поведением Его добродетели. Потому что кто не имеет духа Христова, тот не принадлежит Ему. Все мы некогда облеклись во Христа в таинстве святого крещения (Гал. 3:27),[325] оживились Его Духом, украсились Его оправданием и соединились с Ним, как Его члены (1 Кор. 12:27). Но со времени нашего крещения прошло уже не мало лет; многие из нас достигли уже глубокой старости, провели всю жизнь во грехах и утратили чистоту и невинность, полученную в крещении. «Христос Господь наш» перестал быть Богом сердца нашего, в Котором должно заключаться все наше движение и жизнь. Вместо светлых одежд крещения, мы облеклись в раздранные рубища греха. Посему, взывает к нам апостол, «облецытеся» снова «в Господа нашего Иисуса Христа». A как мы можем облечься? Посредством покаяния, к которому призывает нас Церковь в наступающие дни поста; потому что покаяние есть второе крещение. Искренно раскаявшись пред священником, мы снова получаем отпущение грехов, облекаемся во Христа и соединяемся с Ним. A чтобы Христос неразлучно пребывал в соединении с нами и после покаяния, для сего апостол заповедует нам далее: «попечения о плоти» (της σαρκός πρόνоιαν), «не превращайте в похоти», не превращайте в греховные вожделения (ст.14). Нам не запрещено заботится о нашей плоти, потому что «никто никогда не имел ненависти к своей плоти, но питает и греет ее» (Ефес. 5:29).[326] Мы должны заботиться о здоровье нашего тела, как хранилища для души, но наше попечение о нем не должно простираться до того, чтобы возбуждать в нем сладострастные и всякие нечистые похоти и пожелания.

Предложив побуждения к покаянию, апостол в следующих затем стихах предлагает наставление о посте (14:1–4).

Наставление это относится, собственно, ко временам апостольским, но оно имеет отношение и к предстоящему нам посту. Некоторые из иудеев, уверовавших в Иисуса Христа, считали для себя обязательным соблюдение обрядового ветхозаветного закона. Но чтобы не показаться иудействующими и чтобы другие почитали их постниками и аскетами, они удалялись и от прочих яств и ели «зелень» и овощи. Это были люди «немощные», несовершенные в вере, потому что они думали, что одна вера во Христа без соблюдения обрядовых постановлений Моисеева закона не спасает человека. Напротив, другие из иудеев и язычников, будучи совершеннее в вере, вовсе не обращали внимания на выбор пищи, предписанной Моисеевым законом, и ели всякую пищу. Апостол Павел в своей ревности о том, чтобы совершеннейшие в вере своими излишними обличениями не колебали немощных в вере, избирает для примирения враждующих способ самый мудрый и полезный.

Он не говорит совершенным, что они худо поступают, обличая несовершенных, чтобы не утвердить последних в обязательном соблюдении обрядового закона относительно пищи. Но не говорит и того, что они поступают хорошо, дабы не сделать их еще более строгими в своих обличениях, a предлагает наставление, растворенное снисходительною любовью. «Немощного в вере» — наставляет он — «принимайте без споров о мнениях» (ст.1). Люди, строго соблюдающие Моисеев закон относительно пищи, это люди, «немощные в вере», к которым нужно иметь снисхождение, и потому «принимайте» их «без споров о мнениях», хотя бы рассудок ваш был убежден в том, что они несправедливо поступают; потому что «Ибо иной уверен, что можно есть все, а немощный ест овощи» (ст.2).

Иной, имея совершенную веру во Христа и потому не соблюдая законных постановлений, уверен, что он свободен употреблять всякую пищу; a другой, будучи немощным в вере, наблюдает обряды закона, но, чтобы не показаться иудействующим, ест одни лишь овощи. Вы же, как совершенные, принимайте немощного без смущения, чтобы он утвердился в вере и сделался совершенным. Кто ест всякую пищу, пуст не уничижает того, кто не ест ничего, кроме зелени; и кто не ест ничего, пусть не осуждает едящего все: «кто ест, не уничижай того, кто не ест; и кто не ест, не осуждай того, кто ест, потому что Бог принял его» (ст.3), т. е. ввел немощного в свою церковь, искупил его и сделал его сыном своим чрез таинство крещения.

A если Бог «принял его», то можешь ли ты не принимать его, не относиться к нему с снисходительною любовью, хотя бы многое в нем тебе не нравилось. Если же ты при всем том его осуждаешь: то «кто ты, осуждающий чужого раба»? Тот, кого ты осуждаешь, не есть раб твой, но Божий; стоит ли он твердо в вере и добродетели, или впадает в маловерие и порок, «перед своим Господом стоит он, или падает» (ст.4). Сам Владыка его, Бог, имеет власть судить его. Как бы глубоко он ни пал, это — не твоя забота, он может еще восстать и «будет восставлен, ибо силен Бог восставить его» (ст.4).

Частные темы, предлагаемые проповеднику дневным чтением из апостола, могут быть следующие.

О самоиспытании при вступлении в дни Святой Четыредесятницы

Благодарение Богу, мы снова приблизились к дням Великого Поста. Бог, не хотящий смерти грешника, дарует нам эти дни, чтобы мы одумались, испытали свою совесть и раскаялись во всех своих грехах. — Время Святой Четыредесятницы есть по преимуществу время самоиспытания во всех наших поступках и делах, какие мы совершили не только в течение года, но и в продолжение всей нашей жизни. — Итак, испытаем нашу совесть. Дневное чтение из апостола даст нам повод к тому.

1. Имеем ли мы правильные религиозные понятия и познания?

а) «Ночь прошла», говорит апостол, «а день приблизился» (ст.12).

Время, когда между людьми господствовали невежество, заблуждения и суеверия, прошло, и христианская вера озарила мир днем, при свете которого все люди могут приобретать правильные религиозные понятия и познания. День этот давно уже воссиял и для нас. Но как мы воспользовались им? Не ходим ли мы еще и доныне во тьме неверия и языческих заблуждений? Знаем ли мы, как нужно веровать в Бога, и какие заповеди дал Он нам для благоугождения Ему? Заботимся ли об обучении наших детей Закону Божьему и имеем ли сами твердые религиозные убеждения, чтобы в состоянии были дать ответ всякому, спрашивающему нас о нашем уповании (1 Петр.3:15)?[327]

Каждый человек, имеющий какое-либо ремесло, должность или звание, заботится о приобретении необходимых для него познаний и посвящает на это время, силы, усердие и труд. Мы, как христиане, имеем общее звание — быть последователями Христовыми и наследниками вечной жизни. Евангелие есть совокупность всего, что нам нужно знать для спасения, поэтому нам необходимо запастись правильным познанием Евангельских истин. Но обладаем ли мы таким познанием?

б) Испытаем себя в наступающие дни Святой Четыредесятницы.

Пользовались ли мы, как следует, всеми случаями, какие предлагала нам Церковь для нашего просвещения и научения в истинах веры? К сожалению, мы должны сознаться, что мы часто относились равнодушно к таким случаям. Мы рассеянно стояли во храме и невнимательно слушали чтение из Евангелия и Апостола, могущее умудрить нас во спасение. Мы оставляли храм, не дождавшись проповеднического слова. Мы нередко вовсе не посещали богослужения по одной лишь ленности и равнодушию к Богу и Его слову. Сознаем нашу вину во всем этом и постараемся загладить ее истинным раскаянием.

Кто хочет испытать себя, как он пользовался временем, дарованным ему Богом для спасения, то пусть делает это в дни поста, пусть помнит апостольское слово, что «Ночь прошла, а день приблизился.»

2. Оставили ли мы грехи, пороки и дурные привычки, какие некогда имели, и стремились ли, по крайней мере, к их ослаблению?

а) Бог до сих пор оставлял нам время для покаяния и обращения.

Но как мы пользовались этим временем? Сколь многие и доныне еще не пробудились от греховного сна! Всю жизнь свою «ходили» они не «как днем», но в «пированиях и пьянстве, сладострастии и распутстве, ссорах и зависти» (ст.13). Их дела — «дела тьмы» (ст.12). Не страшитесь ли вы, если подумаете серьезно, что каждый год в дни Великого Поста Бог призывает вас к покаянию и исправлению, a вы до сих пор еще не отложили дел темных? Какой конец вас ожидает, если Его долготерпение истощится и Его суд постигнет вас во время греховного сна? Если хотите избежать вашей погибели, то последуйте наставлению апостола, призывающего вас к исправлению, — «итак отвергнем дела тьмы.»

б) Испытаем себя, свободны ли наше сердце и жизнь от всякого греха и порока.

Подумаем, как часто, в течение нашей жизни, Бог побуждал нас к покаянию и обращению; как часто Он доставлял нам случаи убедиться на опыте в гибельных последствиях греха? Как мы относились к Его напоминаниям? Искореняли ли в себе греховные похоти; приучались ли к самообладанию и самоотвержению? Не уклоняйтесь от такого испытания своей совести; не отчаявайтесь при сознании множества тяжких грехов!

Чем более вы будете сознавать вашу вину, тем сильнее почувствуете необходимость исправления, и благо вам, если в наступающие дни поста вы возымеете твердую решимость «отвергнуть дела тьмы.»

3. Преуспевали ли в истинных христианских добродетелях?

а) Апостол требует от христиан, чтобы они не только отложили дела тьмы, но и «облеклись в оружия света» (ст.12), т.е. в светлые дела добродетели, «вели себя благочинно» (ст.13), «облеклись в Господа нашего Иисуса Христа» (ст.14), подражали Его примеру. Недовольно собой, даже если вы чужды только грубых грехов и пороков, если ваши поступки не зазорны и ваше нравственное расположение якобы безупречно. Как христиане, вы должны более и более преуспевать в добродетели и добрых делах, восходить от силы в силу, от совершенства к совершенству в исполнении всех ваших христианских обязанностей.

б) В наступающие дни Великого Поста пусть каждый испытает себя, как он проводил дни, посвященные общественному богослужению, как пользовался всеми средствами, чтобы «обновиться духом ума вашего» (Ефес. 4:23). Стяжал ли добродетели, которых не имел, усовершенствовался ли в тех, которыми обладал? При таком самоиспытании сколь многие из нас должны устыдиться своей ленности и беспечности в добре! Сколь многие неподвижно стоят на одной и той же степени добродетели, без восхождения к высшему совершенству! Не должны ли мы отсюда заключить, что они не пользовались, как следует, всеми богодарованными средствами к преуспеванию в добродетели? Но благо вам, если только вы чувствуете, что вам многого еще не достает в христианском совершенстве, если вы искренно и глубоко сознаете, что вы недовольно еще усердно стремились «облечься в Господа нашего Иисуса Христа», уподобиться Ему во всех добродетелях! С этим сознанием духовной нищеты и убожества вступайте на поприще Великого Поста и покаяния, и приимите неотложно твердую решимость пользоваться на будущее время каждым случаем, даруемым вам Богом, для обновления вашей жизни и для спасения.

4. Содействовали ли деятельно к распространению христианских понятий и добродетелей между другими?

а) Для всех христиан «ночь прошла, а день приблизился.»

Все должны отложить дела темные, ходить благочинно, облечься в Иисуса Христа. С искренним участием мы должны взирать на наших собратий, предостерегать их от заблуждений и суеверий, направлять их на путь добродетели. Но делали ли мы это?

б) Принимали ли искреннее участие во всем, касающемся спасения души ближних? Вселяли ли в них своим примером должное уважение к вере и благочестию? Пользовались ли каждым случаем к научению неведущих, к укреплению немощных, к наставлению и обращению заблудших?

Что в особенности сделали мы для вразумления тех ближних, которые живут с нами под одной кровлей, разделяют с нами один хлеб, но души которых далеко еще от Бога и вечного спасения? Итак, испытайте себя, как вы до сих пор исполняли эту вашу обязанность? Укрепитесь молитвой к исполнению этой обязанности! Присоедините ваши собственные усилия к общим усилиям об искоренении невежества и грубых пороков среди ваших собратий. Тогда Святая Четыредесятница не пройдет без пользы для вашего спасения.

Хотя и кажется, что мы бодрствуем, однако же, на самом деде, мы спим и грезим

«Так поступайте, зная время, что наступил уже час пробудиться» (ст.11).

Приготовляя нас к подвигам Великого Поста, Святая Церковь предлагает нам в дневном апостольском чтении важное наставление. Час нам, говорит апостол, восстать от сна; ночь прошла, a день приблизился, мы должны ходить благообразно, как днем.

«Но неужели, спросит кто-нибудь, мы спим и грезим, a не бодрствуем?» Да!

1. Одни спят и грезят разными пожеланиями, об осуществлении которых, не смотря на открытые глаза, бредят всю свою жизнь.

а) Желают денег и благосостояния, богатства и имений, случаев и средств к наслаждению.

«Если бы нам то или это, тогда мы были бы вполне счастливы», мечтают многие. В этих мечтах забывают то, что имеют, и занимаются обманчивыми призраками. Недовольные тем, что есть, стремятся часто к невозможному, подобно дитяти, которое собирает цветы и выбрасывает прекраснейшие из них, желая иметь еще прекраснее, и в конце концов, остается ни с чем.

б) От такой дремоты должна удерживать нас уже та мысль, что никто не делается счастливее от мечты о воображаем счастьи. Но еще более пробуждает нас от этих грез учение Иисуса Христа.

«Ибо удобнее верблюду пройти сквозь игольные уши, нежели богатому войти в Царствие Божие.» (Лук.18:25). «Какая польза человеку, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит?» (Матф.16:26) и т.д.

в) Мы вступаем в дни поста и покаяния. Пробудимся от сонных мечтаний и подумаем о действительном нашем состоянии.

2. Иные спят и грезят тщеславием.

а) Думают с самодовольством о своих нарядах, о телесной силе и красоте, о почете и влиянии, о талантах своего ума и его совершенствах. Все это одни грезы!

б) Иисус Христос и своим примером, и своим учением пробуждает нас от таких грез: «И кто захочет судиться с тобою и взять у тебя рубашку, отдай ему и верхнюю одежду» (Матф.5:40). «И кто хочет между вами быть первым, да будет вам рабом (Матф.20:27). Блаженны нищие духом (Матф.5:3)» и т.п.

в) Наступающая Четыредесятница есть время покаяния и сокрушения о грехах. Оставим суетные мечтания. Сами по себе мы ничто. Мы нуждаемся в спасении и искуплении. Через одного Иисуса Христа мы можем быть не тем, что мы не есть, но чем должны быть.

3. Многие, очень многие грезят удовольствиями.

а) Ищут своего счастья в пиршествах и кутежах, в играх и опьянении грубой похоти. Но эти удовольствия проходят, как сон, и не оставляют после себя ничего, кроме неприятного воспоминания. Что бывает с такими людьми на другой день, по пробуждении? Не чувствуют ли они себя дурно, не бывают ли расстроены, даже часто больны душой и телом? Только духовные удовольствия, проистекающие из молитвы, благодарности и сознания верно исполненных обязанностей, прочны и приятны.

б) Апостол Павел хочет пробудить нас от нашей дремоты и грез. «Наступил уже час пробудиться нам от сна», взывает он; «ибо ныне ближе к нам спасение» (ст.11). Детям было бы еще позволительно спать, но в старости и зрелых годах, когда настало для нас ближайшее время спасения, было бы неестественно и преступно предаваться сну и грезам. От юного ли дерева ожидают плодов, a не от окрепшего? «Ночь прошла, а день приблизился: итак отвергнем дела тьмы» (ст.12)! Греховные удовольствия достойны осуждении потому уже, что они совершаются в ночной тьме. «Как днем, будем вести себя благочинно» (ст.13)! За ночью может следовать вечная тьма. Какое ужасное было бы тогда пробуждение!

в) Мы находимся у преддверия Великого Поста. Публичные «открытые» удовольствия в это время запрещаются. Будем избегать «всяких» греховных удовольствий, тайных и явных. Пробудимся от сна и станем поступать «как днем».

Наступил час пробудиться от сна

«Наступил уже час пробудиться нам от сна» Ст.11.

1. К кому относится это воззвание апостола?

а) К спящим.

б) К дремлющим.

в) К пробудившимся, но которые, однако же, так ленивы, что не хотят встать.

2. Почему это воззвание необходимо!

а) Потому что ночь невежества и греха прошла для христиан и воссиял свет благодати и покаяния (ст.12).

6) Потому что дни Великого Поста суть по преимуществу дни пробуждения от греховного сна.

3. К чему это воззвание призывает нас?

а) К искреннему раскаянию и отложению дел тьмы (ст.12. 14).

Наступил час пробудиться от сна

«Наступил уже час пробудиться нам от сна» Ст.11.

Почему?

1. Потому что солнце благодати светло озаряет нас.

«Ночь прошла, а день приблизился» (ст.19). Мы должны восстать, потому что пробуждаемые благодатным светом евангелия, мы можем восстать и ходить благочинно, как днем (ст.13).

2. Потому что задача, данная для выполнения в течении жизни, очень велика.

«Облекитесь в Господа нашего Иисуса Христа» (ст.14), чтобы Он «отобразился» в вас, чтобы вам быть подобными Ему во всем.

3. A время так коротко! Не более как один «день.»

Когда мы можем сказать, что спасение сделалось для нас близким?

«Ибо ныне ближе к нам спасение, нежели когда мы уверовали» (ст.11).

1. Если мы восстали от греховного сна.

2. Если ночь для нас прошла.

3. Если день приблизился.

4. Если мы отложили дела темные.

5. Если облеклись в Господа нашего Иисуса Христа.

Сон современных нам Христиан

«Час пробудиться нам от сна.» (ст.11).

1. Долговременный сон.

2. Крепкий сон.

3. Несчастный сон.

4. Беспокойный сон.

5. Удивительный сон.

6. Весьма обыкновенный (всеобщий) сон.

Образ греха — ночная тьма

«Ночь прошла, а день приблизился: итак отвергнем дела тьмы» (ст.12)

В этих словах заключается сильное предостережение от греха. Чтобы представить грех во всем его обманчивом, ужасном и опасном виде, апостол изображает его под образом мрака, называет его «делом темным», совершение которого возможно лишь во время ночи, но отнюдь не при свете дня. Остановимся на этом знаменательном образе!

1. Как в ночной тьме человек не может познавать окружающих его вещей в их надлежащем виде, так грех препятствует человеку правильно познавать свои высшие обязанности.

2. Как ночная тьма возбуждает неприятное чувство, наводит тоску и страх, так грех влечет за собою ужас и отвращение.

3. Как странствующий в ночной темноте сбивается с правого пути, так человек, коснеющий во грехе, не находит пути, ведущего к вечному спасению.

Воззвание апостола к нам при наступлении Великого Поста

«Ночь прошла, а день приблизился: итак отвергнем дела тьмы и облечемся в оружия света. Как днем, будем вести себя благочинно, не предаваясь ни пированиям и пьянству, ни сладострастью и распутству, ни ссорам и зависти; но облекитесь в Господа нашего Иисуса Христа, и попечения о плоти не превращайте в похоти». Ст.12–14.

Оно заключает в себе:

1. Радостную весть «ночь прошла, а день приблизился.»

2. Серьезное предостережение: «итак отвергнем дела тьмы, … не предаваясь ни пированиям и пьянству, ни сладострастью и распутству, ни ссорам и зависти.»

3. Убедительное увещание: «облечемся в оружия света … облекитесь в Господа нашего Иисуса Христа.»

Три степени пробуждения от греховного сна

«Так поступайте, зная время, что наступил уже час пробудиться нам от сна. Ибо ныне ближе к нам спасение, нежели когда мы уверовали» Ст.11.

Пробуждение от греховного сна имеет три степени:

1. Первая степень — сознание, раскаяние и решимость.

2. Вторая степень — исповедание грехов.

3. Третья степень — принесение плодов покаяния.

ОБРАЗЦЫ ЦЕРКОВНОЙ ПРОПОВЕДИ

Слово в Неделю Сыропустную.[328]

«Когда поститесь, не будьте унылы, как лицемеры, ибо они принимают на себя мрачные лица, чтобы показаться людям постящимися»

(Мф. 6:16).

В настоящее время весьма мало таких людей, которые по лицемерию захотели бы казаться другим во время поста великими постниками с тем, чтобы заслужить от людей славу. Всего скорее найдутся теперь люди, которые ни быть, ни казаться не хотят постниками, потому что пост почитают для себя делом бесполезным и излишним, a казаться другим постниками — делом глупым и смешным. Но, при этих крайностях, есть без сомнения между христианами такие, которые держатся золотой средины и, не уклоняясь ни направо, ни налево, идут путем поста прямо и ровно, как истинные постники, постящиеся постом приятным, благоугодным Господеви.

С завтрашнего дня наступает Великая Четыредесятница, или Великий Пост, — время истинно дорогое для людей, умеющих поститься, как должно в духе христианском. Чтобы это время послужило нам к душевной пользе и спасению, побеседуем ныне о необходимости поста.

Нужен ли пост, т.е. воздержание не только от известных снедей, употребляемых не в пост, но и воздержание от употребления их в большом количестве? Нужен ли пост, как воздержание от удовольствий грубой чувственности? Нужен ли пост, как воздержание от беспорядочных мыслей и движений сердца и неодобрительных поступков?

A хочешь ли ты, возлюбленный, наследовать блаженную вечность или царство небесное, которое существует также несомненно, как несомненно то, что мы живем теперь на земле, потому что в этом уверяет нас Сам воплотившийся Бог — Слово, Его пророки, апостолы и все угодники Его?

Как не хотеть! Там, по верному и непреложному слову Божьему, живут во веки веков «праведность и мир и радость во Святом Духе» (Рим. 14:17),[329] там Бог, там духи блаженные, там люди праведные. А на земле, в продолжение немногим более семидесяти лет, только почти и видишь везде грехи, смятения и бедствия. Если желаешь знать, ты непременно должен поститься: так как «плоть и кровь не могут наследовать Царствия Божия, и тление не наследует нетления» (1 Кор. 15:50), потому что «царствие Божие не пища и питие» (Рим. 14:17).

Плоть и кровь, пища и питье, как вещи грубые, стихийные, земные — должны остаться на земле и подвергнуться общей участи тел земных — тлению. На небе нет и не может быть места для грубой плоти и крови потому, именно, что там — небо, a не земля, что существа тамошнего мира имеют свойства совсем отличные от свойств людей, живущих в похотях мира, свойства духовные, светоносные. Говорить ли тебе о самом Боге, Отце блаженных обитателей неба? Он есть Дух чистейший, Который гнушается, как скверной, делами плотскими, выходящими из границ закона, умеренности и приличия. «Не вечно Духу Моему быть пренебрегаемым человеками» сказал Он о людях, которые оскорбляли Его своею привязанностью к чувственным удовольствиям. Почему? «Потому что они», говорит, «плоть» (Быт. 6:3). Потому что они — грубая плоть, кусок земли, в которой нет ничего духовного, родного Мне.

Смотри же, и о нас Бог то же теперь говорит: «Не вечно Духу Моему быть пренебрегаемым человеками», потому что они — дебелая тварь, в которой не может почивать Дух Мой, так как в ней живет грех, нечистота, a Я — праведен и свят.

Говорить ли о духах сотворенных? Это — вторые светы по Боге, которые также будучи чужды всякой вещественности, чисты и святы, могут принять в свое блаженное сообщество лишь тех, которые сбрасывают с себя иго плотского рабства и, живя на земле, думают о небе, не служат прихотям своей плоти, зная, что она истлеет со временем в земле.

Говорить ли о святых Божьих людях, перешедших с тленной земли в вечные обители неба? — Это земные ангелы, которые то пощением и бдением, то подвигами мученичества и разными добродетелями возвысились над своей плотью, сделали свою природу столь досточтимой, что тела многих из них, причастившиеся божественной благодати, стали выше общей участи всего вещественного, т.е. тления. Они знали, что тело наше есть построенный рукою искусного художника дом, в котором живет только на время существо небесного происхождения, которое через непродолжительное время покинет свою земную хижину и воспарит в свое место, и потому жили не для тела, a для души.

Да, чтобы соделать наше существование блаженнейшим, Господу угодно было поселить нас в этом мире только на короткий срок — с тем, чтобы, наслаждаясь на земле и с земли созерцанием вещественных творений Божьих небесных и земных, — их красоты, правильности, стройности и разнообразного, неисчислимого множества, полюбили Творца их, возжелали соединения с Ним — начальной красотой — и делами святости и любви заслужили здесь это вечное единение.

Он как бы так говорит каждому человеку, живущему здесь и созерцающему Его творения: посмотри, как Мои творения необъятны, но и вместе с тем как стройны и прекрасны. Посмотри на себя, как ты мал и незаметен в Моем творении, a Я обещаю тебе — ничтожному — в удел небо, с его беспредельностью, с его вечностью. Я обещаю тебе его на известных условиях, a ты знаешь, что Я — Истина, и лгать не могу. Что же ты не стараешься выполнить этих условий, зачем ты льнешь к земле, да еще так сильно, что тебя никак не оторвешь от нее?

Неужели ты не хочешь придти ко Мне за тем, чтобы в соединении со Мной — Творцом всего, что ты видишь, — получать вечное удовольствие от познания и созерцания Моих неисчислимых творений, a больше всего — быть блаженным во Мне, Источнике блаженства для всех разумных созданий? Как бы тебе не воспарить душою к небу, не «удаляться от плотских похотей, восстающих на душу» (1 Петр. 2:11),[330] не брать верха над своею грехолюбивою плотью, которая тянет тебя к земле и со временем непременно ляжет в нее, как глыба земли? Что тебе за польза от лакомой пищи и напитков, как тебе не стыдно обременять себя ими? Зачем ты отдаешь себя во власть чувственности? Или тебе это приятно? Смотри: мнимая сладость твоих удовольствий есть опасная приманка плоти, через которую она легко берет перевес над твоей душой и не дает тебе возможности думать о небе и стремиться туда. Бойся этой приманки; как муха в меду, увязнешь ты в ней и останешься до смерти.

Нужен ли пост, как воздержание от беспорядочных мыслей и движений сердца и неодобрительных поступков? Если ты согласен, что Бог есть Законодатель твой и праведный Судья, Который знает, как наказывать нарушителей Своих законов, если совесть твоя говорит тебе, что душа твоя — не в своем чине — нарушала не раз порядок нравственной жизни, выходила из повиновения законам Творца, то ты необходимо должен согласиться, что тебе надобно восстановить порядок твоей нравственной жизни, привести свои мысли в правильный строй из беспорядочного брожения туда и сюда. Заставить сердце оторваться от недостойных предметов, к которым оно, по твоей невнимательности и оплошности, прильнуло так сильно, что забыло о первом предмете своей любви — Боге. Вести себя так, чтобы твои поступки не стыдно было выставить и на суд твоей совести и на суд людей и Божий.

Ты знаешь, что мерзость Господу и помысл неправедный, что Бог просит Себе твоего сердца, которое ты отдал на волю страстей, что у Него «не водворится злой» (Пс. 5:5) и нечистый. Если хочешь быть с Богом, если хочешь быть вечно благополучным, то ты должен согласиться, что тебе надо попоститься душой своей, собрать свой ум, помышления исправить, мысли очистить, вместо рубища дел неправедных украсить себя драгоценной одеждой добрых дел. Телесный пост установлен для того, чтобы легче было поститься душе.

Следует ли еще после этого говорить о пользе поста, так как сказав о необходимости его, мы указали частью и на его пользу? Он усмиряет нашу грешную, прихотливую плоть, освобождает из-под ее тяжести душу, сообщая ей как бы крылья для свободного парения к небу. Пост дает место действию благодати Божьей. Кто постится свободно и правильно, тот знает, как душа бывает легка и светла во время поста. Тогда легко идут в голову и мысли добрые, и сердце бывает чище, нежнее, сострадательнее, — мы ощущаем стремление к делам добрым. Является сокрушение о грехах, душа начинает чувствовать гибельность своего положения и начинает сокрушаться о грехах.

A когда мы не постимся, когда мысли в беспорядке, чувство не обуздано и воля позволяет себе все, — тогда редко увидишь в человеке спасительную перемену, тогда он мертв по своей душе: все силы ее действуют по неверному направлению. Главная цель существования — цель жизни, упускается из виду. Появляется множество частных целей, почти столько же, сколько есть у каждого человека страстей или прихотей. В душе происходит странная работа, следствием которой бывает, по-видимому, какое-то созидание: видишь материалы для построения, начало, средину и конец дела, a на самом деле венцом всего выходит — ничто. Душа идет сама против себя, против собственного спасения, всеми силами: и умом, и волей, и чувством.

Кто постится по-христиански, разумно, свободно, тот, по не ложному обещанию Господа, удостоивается воздаяния за свой подвиг от Отца небесного. «Отец твой», сказал Спаситель об истинном постнике, «видящий тайное, воздаст тебе явно» (Мф. 6:4). A воздаяние это, без сомнения, всегда бывает щедрое, истинно отеческое, служащее к самой существенной нашей пользе.

Братия, познаем, что тело наше есть храм Духа Святого, что мы не свои, a Божьи, потому что куплены ценою крови Сына Божьего. «Не знаете ли, что тела ваши суть храм живущего в вас Святаго Духа, Которого имеете вы от Бога, и вы не свои? Ибо вы куплены дорогою ценою. Посему прославляйте Бога и в телах ваших и в душах ваших, которые суть Божии.» (1 Кор. 6:19–20). Уважим свою природу, возвышенную до причастия божественного естества. Будем есть и пить столько, сколько нужно для поддержания жизни и для крепости наших сил — не отдадим ее во власть страстей нечистых, сделаем ее святыней, на которую и самим не стыдно было бы смотреть, и в которой Бог узнавал бы дело рук Своих.

До сих пор мы грешили и предавались удовольствиям грубой чувственности — поживем хотя бы теперь целомудренно и свято. Мы были доныне далеко от Бога по своим делам плотским, хотя теперь приблизимся к Нему, узнаем, сколь Он благ. Посмотри, Он дает нам вкушать Свою плоть и кровь. Если ты убежден, что сам по себе, без Бога, ты не больше, как нечистый тлен, прах, грешник, чуждый благодатной жизни, то ты поймешь, как велико благодеяние Господа, питающего нас Своею плотью и кровью. Он есть источник жизни всех тварей и хочет поселить в тебе, через соединение с Ним в таинстве причащения, Свою жизнь, Свои совершенства, Свой мир, Свое блаженство, и сделать тебя вечно живым.

Будем держать всегда в уме, что душа наша должна стремиться к богоподобному совершенству, к дорогой свободе духа, и что она не может достигнуть этого совершенства, если мы будем оземлять ее делами плотскими, оковывать ее тесными и тяжелыми цепями вещества.

Господь да поможет нам встретить пост с радостью. Аминь.

Поучение в Неделю Сыропустную.[331]

(Достоинство и важность взаимного прощения христиан при вступлении в Святую Четыредесятницу)

При вступлении в Святой и Великий Пост, в последнюю так называемую, Сыропустную Неделю, имеем мы, братия, обычай или, лучше сказать, правило, испрашивать друг у друга прощение.

Есть ли основание такого правила? Есть — именно, в самом евангелии, которое читается в этот день, в собственных божественных словах Спасителя нашего, которые Он изрек: «если вы будете прощать людям согрешения их, то простит и вам Отец ваш Небесный, а если не будете прощать людям согрешения их, то и Отец ваш не простит вам согрешений ваших» (Мф. 6:14–15). Какая связь этих слов Спасителя с соблюдаемым у нас правилом? Самая очевидная. Вступая во святой пост, к чему мы располагаемся, что намереваемся сделать? Принести Господу Богу покаяние в содеянных грехах, испросить у Него прощение своих грехов.

Но можем ли мы надеяться на прощение от Бога, если не простим теперь друг другу взаимных грехов наших? Ведь, по словам Спасителя, и наши грехи прощаются от Бога только тогда, когда мы прощаем другим грехи их и сами взаимно испрашиваем у них прощение наших грехов. Значит, правило, наблюдаемое у нас при вступлении в Великий Пост — правило взаимно испрашивать друг у друга прощение, есть правило священное, правило христианское. Точно, братие, правило это всегда самое благотворное, прямо христианское, очевидно необходимое и спасительное.

Благотворное правило — взаимно испрашивать друг у друга прощение. Кто не испытал тяжести чувства, когда меня кто-либо или я кого-либо оскорбил, когда мне кто- либо или я кому-либо причинил неудобство. Неприязнь против оскорбившего и упреки совести против самого себя так тогда и волнуют душу, так и грызут сердце, — и человек, при всей счастливой видимой обстановке, находит себя недовольным; при совершенном здоровье, носит в себе болезнь; никем и ничем нестесняемый, чувствует себя как бы в оковах. Чувство досады за полученное оскорбление еще становится ужаснее, когда оно, от продолжительности, делается сильнее и обращается в злобу. Тогда человек, обладаемый духом злобы, способен и готов бывает на всякое зло против ближнего.

Чем же избавиться человеку от такого бедственного состояния его души? Чем изгнать из себя чувство досады и злобы к ближнему и водворить в душе и совести спокойствие и мир? Одно средство — взаимное прощение. И какое дивное средство! Именно, как божественное и животворное слово Спасителя, оно творит чудеса. Примиритесь только, придите друг к другу, скажите каждый: «согрешил я, прости меня» — и сейчас дивная в вас перемена, сейчас озарит вас свет, сейчас ожила во всем как будто убитая жизнь, сейчас стало вам приятно и легко. На совести у вас спокойствие, в душе — сладость. Вдруг вы делаетесь другими, друг другу приятными, друг к другу расположенными, вас друг к другу уже как будто влечет, друг с другом как будто связывает какая-то невидимая благоприятная сила, — вы становитесь способными, готовыми делать всякое взаимное удовольствие, всякое один другому добро. Таково примирение. И кто не испытал на себе этого? Кому не доводилось вкушать сладость этого истинного высокого на земле удовольствия и счастия?

Христианское правило — взаимно испрашивать друг у друга прощение. Известно, какая главная христианская обязанность, и каковы должны быть христиане. Первая и главнейшая, по закону Божьему и по заповеди Спасителя, обязанность Христиан есть любовь. «Люби ближнего твоего, как самого себя» (Лев. 19:18),[332] сказал Господь Бог. «Сия есть заповедь Моя», сказал и Спаситель, «да любите друг друга» (Иоан. 15:12). «Очистив души ваши к нелицемерному братолюбию, постоянно любите друг друга от чистого сердца» (1 Петр. 1:22), писал святой апостол Петр верующим.

Так вот, видите, братия, к чему обязываются христиане и в каком, поэтому, они должны быть расположении друг к другу. Да, они должны любить друг друга и жить как братья, в единодушии и согласии между собой. И точно. Что за христианство без взаимного согласия и любви? Какие мы будем христиане, какие дети Небесного Отца, какие братья во Христе, ежели не будем любить друг друга, ежели не будем жить в единодушии и согласии между собой, ежели станем враждовать друг против друга, негодовать, досадовать друг на друга, делать неприятности, обиды друг другу? A как этого избежать? Как сохранить постоянно взаимную любовь? Можем ли никогда не быть виновными друг против друга, особенно в нашем общежитии, в наших почти ежедневных отношениях друг к другу? Знаете, ведь, какая наша природа, как она удобопреклонна на зло! Как мы самолюбивы, раздражительны, нетерпеливы; как мы склонны на осуждение, на досаждение, на обиды, на гнев, на раздор.

Что же в таких случаях будет помогать нам? Чем мы можем возобновлять разрушаемое нами взаимное согласие, оживлять в сердцах наших христианскую любовь друг к другу? Да, к этому, именно, и ведет нас взаимное наше примирение; сознанием нашей виновности и испрашиванием друг у друга прощения и восстановляется взаимная наша любовь. Потому то Господь и Спаситель и дал нам такую святую заповедь: «и если семь раз в день согрешит против тебя и семь раз в день обратится, и скажет: каюсь, — прости ему» (Лук. 17:4).

И святой апостол Павел поучает верующих сими словами: «облекитесь, как избранные Божии, святые и возлюбленные, в милосердие, благость, смиренномудрие, кротость, долготерпение, снисходя друг другу и прощая взаимно, если кто на кого имеет жалобу: как Христос простил вас, так и вы» (Кол. 3:12–13). Потому то Господь повелел нам «любить и врагов своих» (Мф. 5:44).

Правда, нелегко для нас такое примирение, горько это нашему самолюбию, — но эту то злую в нас силу и надо сломить, этого то нечистого духа и надо нам изгнать. Ведь самолюбие то и разрушает наше взаимное согласие и расторгает союз нашей любви: оно и посевает между нами ненависть и вражду и вводит нас в худые и пагубные для ближних наших дела. Его то и надо нам убить, убить христианским смирением, сознанием своей виновности и испрошением прощения у оскорбленного нами, или оскорбившего нас брата нашего. Тяжело для нас такое самоунижение, но тяжело только вначале, — a после — о, какою вознаградится неизъяснимою радостью! Тогда как будто рай чувствуется у нас в душе. Тогда можно отнести к нам слова Спасителя: «Царствие Божие внутрь вас есть» (Лук. 17:21).

Необходимое и спасительное правило — испрашивать друг у друга прощение. Дело в том, что мы, как грешники, имеем нужду в очищении своих грехов и потому всегда, и особенно в дни покаяния, должны просить у Бога прощения и оставления грехов и прегрешений наших. A как же мы будем просить об этом? И получим ли от Бога прощение, если наперед сами не простим своих ближних и не испросим у них прощения в своих грехах? Ведь уже мы слышали, на каком условии Господь Бог обещает нам прощение и оставление грехов наших, «Ибо если вы будете прощать людям согрешения их, то простит и вам Отец ваш Небесный» (Мф. 6:14). Не на этом ли самом условии ежедневно и сами просим у Отца нашего небесного оставления грехов наших?

«Остави нам дóлги наша» (так молимся Ему), «яко же и мы оставляем должникóм нашим» (молитва Господня). A иначе что? Иначе и нам нет отпущения грехов, если мы не прощаем грехов против нас ближних наших. «Если», сказал потом Господь, «не будете прощать людям согрешения их, то и Отец ваш не простит вам согрешений ваших» (Мф. 6:15). Господь воспрещает нам являться к Нему даже с жертвами и не приемлет от нас даров наших, как скоро мы не исторгли из сердца ненависти к ближнему и не примирились друг с другом. «Итак, если ты принесешь дар твой к жертвеннику и там вспомнишь, что брат твой имеет что-нибудь против тебя, оставь там дар твой пред жертвенником, и пойди прежде примирись с братом твоим, и тогда приди и принеси дар твой» (Мф. 5:23–24).

Видите, братие, Господь и дары, и жертвы наши приемлет только тогда, когда мы в согласии и мире с ближними нашими. A какой от нас лучший дар Господу, как не подвиг поста и молитвы? Какая от нас важнейшая и благоприятнейшая Ему жертва, как не покаяние, не сокрушенное исповедание грехов, по слову Давида: «жертва Богу — дух сокрушенный; сердца сокрушенного и смиренного Ты не презришь, Боже» (Пс. 50:18–19).

Судите же теперь, сколь важно и необходимо для нас взаимное примирение и прощение друг другу прегрешений наших, когда мы, вступая в постный и молитвенный подвиг, готовимся приносить Господу Богу покаяние и просить у него прощения и оставления грехов наших. Без примирения и прощения друг с другом, и сами не получим прощения от Бога, останемся как и были, грешниками и пойдем (чего Боже сохрани!) с грехами своими в вечность. А, напротив, сколько спасительно примирение и взаимное друг другу прегрешений прощение! За это обещается нам от Бога прощение и оставление прегрешений наших. Этим мы приобретаем мир в совести нашей и дерзновение к Богу. Примирившись друг с другом, — о, как приятно будет нам вступить в дни покаяния! С какой надеждой и упованием на милосердие и любовь Божью мы тогда «приступаем с дерзновением к престолу благодати, чтобы получить милость и обрести благодать для благовременной помощи» (Евр. 4:16).

Что после этого сказать, братия? Восхищаться ли нам временами минувшими, скорбеть ли о времени настоящем? Восхвалять ли обычаи и правила предков, осуждать ли обычаи и правила наши? Да, далеко, далеко непохожи стали мы на своих предков. О, как они были благочестивы и боголюбивы! Как хорошо понимали и как верно исполняли святые христианские обязанности! С какой точностью соблюдали и священное церковное правило взаимного примирения и прощения при вступлении в Святую Великую Четыредесятницу! Каждый обязанностью считал первее испросить прощение и благословение у своего духовного отца, потом проститься с родителями и сродниками и знакомыми. Святой обычай этот был тогда всеобщий! A ныне? Ныне он у многих считается уже лишним, ныне соблюдают его едва одни простолюдины. Так изменил у нас все настоящий век! Так ослабевают все почти правила и обычаи христианские в наше время!

Братия! «Не сообразуйтесь с веком сим» (Рим. 12:2),[333] но «стойте в вере» (1 Кор. 16:13)[334] и «держите предания, которым вы научены» (2 Фесс. 2:15);[335] соблюдайте благочестивые обычаи и христианские правила, которым следовали наши добрые и благочестивые отцы. Верьте, что взаимное примирение и прощение друг другу грехов есть существеннейшее качество и важнейшая обязанность христиан, и что «благодать дается» от «Бога» только «смиренным» (1 Петр. 5:5),[336] и отпущение грехов кающимся (Лук. 24:47).[337] Боже наш, слава Тебе.

Основы и средства оправдания

Быстро подвинулась к нам Святая Четыредесятница, как время необходимого покаяния и очищения, в течение которого мы должны очистить и душу, и тело, чтобы сделаться достойными соединения со Христом. Как бы чувствуя это, князь мира сего с своей стороны делает все усилия, чтобы возможно больше отягчить наши души и телеса всевозможными прегрешениями, и с этою целью особенно ревностно раскидывает сети всяких искушений, желая отвлечь нас от возвышенных помыслов в суете и наслаждениям греховного мира. По давнему обычаю, сохранившемуся от времен язычества, сырная или подготовительная к Великому Посту неделя превращается в период дикого разгула, в течение которого дается полный простор всевозможным страстям — как бы с целью удовлетворить их до полного пресыщения. И в это именно время роковой разлад между духом и телом достигает наивысшего развития; дух усиленно пытается освободиться от гнета низменных страстей, чтобы подняться на высоту созерцания бесконечного идеала, a тело неудержимо льнет к этим страстям и хочет как бы всецело отдаться им навсегда.

Борьба для немощной натуры весьма сомнительная и опасная. Для многих она грозит падением и гибелью. Но именно в это опасное время и является к нам на помощь Святая Церковь, которая своими молитвословиями, чтениями и песнями поддерживает дух и не дает ему окончательно пасть в опасной борьбе. Напоминая ему о высшем назначении человека, она не только предостерегает его от увлечений страстями, указывая на предстоящий страшный суд, на котором бесконечная справедливость воздаст каждому по делам его, но и предлагает надлежащие средства для противодействия искушениям и соблазнам. Начертав в прошлом евангельском чтении картину страшного суда, Святая Церковь предлагает теперь нашему вниманию уяснение тех основ и средств, руководясь которыми мы можем достигнуть оправдания и таким образом избавиться от приговора, произнесенного над левой половиной человечества.

Христос Спаситель, только что изложив пред тем молитву Господню, как образец всякой молитвы, нашел благовременным сделать затем несколько разъяснений и дополнений к ней. Одним из существенных прошений в ней является прошение: «и прости нам долги наши, как и мы прощаем должникам нашим.» Разъясняя эту мысль, Спаситель говорит затем: «Ибо если вы будете прощать людям согрешения их, то простит и вам Отец ваш Небесный, а если не будете прощать людям согрешения их, то и Отец ваш не простит вам согрешений ваших» (Матф.6:15).

В этих словах высказана глубочайшая тайна оправдания человека пред Богом. Это отнюдь не произвольное условие, a результат вечных законов нравственного миропорядка. Человек немощен по своей природе и грешен по своим делам; поэтому он находится в неоплатном долгу перед бесконечной безгрешностью Отца Небесного. Но по Своему милосердию Отец Небесный не требует от нас полного очищения наших грехов перед бесконечным правосудием. Он готов простить их нам, и условием ставит лишь одно, чтобы мы сами прощали своим ближним совершенные ими прегрешения по отношению к нам, т. е. неоплатный долг отпускает нам взамен отпущения нами ничтожного долга, лежащего на наших ближних. Отсюда, такое прощение является самым верным и безошибочным показателем нашего собственного настроения. Если мы, прося у Бога прощения наших бесконечных согрешений, сами в свою очередь не хотим простить ничтожных прегрешений наших ближних, то значит — мы каемся неискренне и, так сказать, хотим обмануть Самого Отца Небесного. Нет таковым оправдания и прощения, и они примут должное наказавие от правосудия Божьего, как принял его тот бессердечный должник, который, сам только что получив от своего господина прощение громадного долга, не хотел простить своему собственному должнику бывшего за ним и ничтожного долга.[338]

Указав на истинную основу оправдания, как глубоко нравственного акта, Спаситель затем предложил и вспомогательные средства к его достижению. Уже раньше Им указаны были как такие средства — молитва и милостыня. Теперь Он прибавляет к ним пост.

Пост — это одно из самых могучих средств в борьбе с искушениями, и оно направлено прежде всего против тела, как источника всяких соблазнов. В плоти именно князь мира сего находит себе главное орудие для увлечения людей в бездну нечестия, и завладев телом, он легко влияет чрез него и на душу, отравляя и ее нечестивыми помыслами. Дух, подчиняясь высшему нравственному закону, борется против плоти, но ослабевает в борьбе, помрачается в самом сознании того, что нравственно хорошо и что худо, и начинает хитроумными силлогизмами оправдывать свои прегрешения. Это уже опасная степень падения, и многие не уберегаются от нее, но не убереглись бы еще больше, если бы Святая Церковь не установила, согласно с учением и примером Христовым, поста, как именно средства обуздания плоти.

Пост помогает духу в его борьбе с плотскими вожделениями и человеку дает возможность одержать над ними полную нравственную победу. И не только жизнь отдельных лиц, но и жизнь целых народов ясно доказывает нам ту непреложную истину, что где строже соблюдается пост, там всегда замечается больше нравственной мощи, a упадок нравственности всегда идет рука об руку с ослаблением в деле соблюдения постов. Наш нервный и нравственно расслабленный век в значительной степени обязан своими немощами и страданиями именно тому, что он, увлекаясь ложными выводами медицинской науки, a больше всего поблажая похотям плоти, перестал соблюдать заповедь о посте.

Но пост тогда только исполняет свое назначение, когда он соблюдается искренне, в сознании того, что это есть наша жертва Богу. Только при таком условии он сохраняет свое глубокое нравственное значение, служа для духа могучим средством в достижении высшего совершенства. Не так поступали фарисеи, как поступают и теперь их прямые преемники — лицемеры. Они также и иногда очень строго соблюдали посты, но соблюдали их вовсе не в качестве средства нравственного оправдания пред Богом, a в качестве средства для выпячивания своего мнимого благочестия перед людьми и достижения, таким образом, незаслуженного уважения со стороны людей. С этою целью они во время пощения принимали на себя мрачные лица, вопреки обычая не мазали головы и не умывали лицо — как бы представляя собою ходячую картину постнического подвижничества.[339] Но за то они получали свою награду только от людей, a не от Отца Небесного.

Не так должны поститься ученики Христовы. Для них пост есть знамя торжества духа, и они должны являться пред людьми с внешними признаками радости и веселья, и связанное с постом сокрушение о грехах носить в глубине своего сердца, «чтобы явиться постящимся не перед людьми, a перед Отцом Небесным, который, видя тайное, воздаст тебе явное.» Такой именно пост воспевает и Святая Церковь, приветствуя его как «весну воссиявающую» и приглашая нас поститься не только телесно, но и духовно. Один внешний пост, состоящий лишь в воздержании от пищи, по ее учению, уподобляет таких постников «демонам, николиже ядущим…»

Рядом с постом, средством оправдания человека является и нестяжание. Это тоже своего рода пост, но охватывающий более широкий круг предметов. Пост есть лишь воздержание от одной потребности тела, a нестяжание есть воздержание от стремления к накоплению предметов, могущих служить средством удовлетворения всех потребностей земной жизни. Поэтому, если бы человек, соблюдая строгий пост, в то же время предан был стяжанию, он тем самым подрывал бы смысл самого поста. Делая шаг вперед к нравственному совершенству, он в тоже время делал бы несколько шагов назад — к низменным целям и задачам чувственной жизни. Поэтому Христос, разъяснив нравственный смысл поста, предостерегает затем и от стяжания земных сокровищ. «Не собирайте себе сокровищ на земле, где моль и ржа истребляют, и где воры подкапывают и крадут; но собирайте себе сокровища на небе, где ни моль, ни ржа не истребляют, и где воры не подкапывают и не крадут.» На востоке сокровища преимущественно состоят в дорогих одеждах, всевозможных украшениях и предметах роскоши. Бывали случаи, когда за дорогие, напр., висонные материи платились безумные деньги, и они передавались из рода в род как родовое сокровище, составлявшее честь и гордость известного дома. Но как непрочны эти земные сокровища! Как сам человек быстро изживает свой век, делаясь затем пищей для червей земных, так и его сокровища делаются со временем пищей моли и всесокрушающей ржавчины.

Но есть иного рода сокровища, которые не подлежат порче и истреблению. Это добрые дела, которые, накопляемые здесь на земле, представляют из себя вечное, негибнущее богатство, могущее принести хороший процент на небе, где богатство это тем более необходимо, что там предстоит нам уже не кратковременная, a вечная жизнь.

Люди, преданные интересам и благам земной жизни, могут подумать, что такое запрещение стяжания земных сокровищ слишком строго и может быть применимо только к особенно немощным людям, которые нуждаются в сильном средстве для отвлечения их от грубых земных интересов. Для большинства же возможно-де совмещать стремление к накоплению земных благ со стремлением к накоплению сокровищ на небе. Так именно и поступали фарисеи, умевшие в силу своей законнической казуистики примирять земные интересы с небесными. Нет, учит Христос, — такое совмещение невозможно. Это было бы то же самое, как служить двум господам. Сердце человеческое не может одинаково обнимать своею любовью две противоположности, и рано или поздно оно отвергнет одну и прилепится к другой, и прилепится к той именно, которая обладает большей привлекательностью для чувственной природы. Между этими противоположными сокровищами неизбежно должна будет произойти борьба из-за обладания сердцем, и лишь только земные сокровища силой своей обязательной обаятельности восторжествуют в этой борьбе, то и всякая мысль о небесном сокровище исчезнет сама собою. «Ибо где сокровище ваше, там будет и сердце ваше.»

Как всегда, так особенно в наш век надлежит неумолчно повторять это учение Христово. Никогда еще в христианской истории практический материализм не достигал такого страшного развития, как именно теперь, когда бесстыдно попираются все духовные интересы, и целью жизни человеческой выставляется накопление все большего и большего количества земных сокровищ. Но непреложна истина учения Христова; все эти земные сокровища, накопляемые с таким усердием, не дают полного удовлетворения сердцу и не водворяют счастья на земле. Они тут же на глазах всех истребляются молью и ржавчиной страстей, оставляя после себя лишь раздраженное, но неудовлетворенное чувство. Каким же несчастным и жалким существом окажется человек, когда он, всю свою земную жизнь употребив на накопление этих обманчивых сокровищ, явится в ожидающий его иной мир без малейшего запаса тех именно духовных сокровищ, которые одни только и могут дать сердцу полное и окончательное удовлетворение! Бедственность его будет равна только его прежнему неразумию…

Библиографический указатель слов, бесед и поучений на Неделю Сыропустную

Тихон, св., еп. Воронежский и Задонский. Творения. М. 1889 г. Т. I, 37.

Феофан, еп. Тамбовский. Слово в Св. Четыредесят. 57. 61. 67.

Филарет, митр. Московский. Слова и речи. Τ. II, 42; III, 71; V, 144.

Никанор, арх. Херсонский. Собрание сочинений. Т. I, 271–336.

Евсевий, арх. Могилевский. Сочинения. 325.

Филарет, арх. Черниговский. Слова и речи. Ч. 3, 14.

Иннокентий, арх. Херсонский. Сочинения, т. III, 217–235.

Павел, арх. Кишиневский. Слова и речи. Т. I, 148.

Палладий, еп. Рязанский. Слова и речи. 22.

Арсений, митр. Киевский, Сочинения, т. II, 21.

Путятин, Р. прот. Полное собр. Поучений. 192–196.

Бухарев, И. Беседы пастыря на еванг. свят. литург. чт. 168.

Тихвинский Ф. Время зимняго покаяния. 32.

Нордов, прот. Сеятель благочестия. 157. 657. 661.

Романов, прот. Полное собр. поучений. 191–205.

Белоцветов, прот. Круг поучений. 81.

Полисадов, прот. Проповеди. 235.

Шумов, свящ. Беседы па воскр. апост. чт. 47.

Кудрицкий, свящ. Внебогослуж. беседы. 91.

Сергиев, И., прот. Собрания сочин. Т. II, 38–60.

Сеятель. Сборник поучений. 209–313.

Дъяченко. Ежедневные поучения. Т. I, 569–588.

«Руководство для сельск. паст.» 1881 г. — 104; 82 г. — 75; 83 г. — 92; 84 г. — 97; 85 г. — 45; 86 г. — 113; 87 г. — 101; 88 г. — 71; 89 г. — 113; 90 г.. — 89; 91 г. — 72; 92 г. — 127; 93 г, — 91; 94 г. — 130; 95 г. — 98.

1-Я НЕДЕЛЯ ВЕЛИКОГО ПОСТА

I. ЕВАНГЕЛЬСКОЕ ЧТЕНИЕ. Зачало (5) от Иоанна 1:43–51

43 На другой день Иисус восхотел идти в Галилею, и находит Филиппа и говорит ему: иди за Мною.

44 Филипп же был из Вифсаиды, из одного города с Андреем и Петром.

45 Филипп находит Нафанаила и говорит ему: мы нашли Того, о Котором писали Моисей в законе и пророки, Иисуса, сына Иосифова, из Назарета.

46 Но Нафанаил сказал ему: из Назарета может ли быть что доброе? Филипп говорит ему: пойди и посмотри.

47 Иисус, увидев идущего к Нему Нафанаила, говорит о нем: вот подлинно Израильтянин, в котором нет лукавства.

48 Нафанаил говорит Ему: почему Ты знаешь меня? Иисус сказал ему в ответ: прежде нежели позвал тебя Филипп, когда ты был под смоковницею, Я видел тебя.

49 Нафанаил отвечал Ему: Равви! Ты Сын Божий, Ты Царь Израилев.

50 Иисус сказал ему в ответ: ты веришь, потому что Я тебе сказал: Я видел тебя под смоковницею; увидишь больше сего.

51 И говорит ему: истинно, истинно говорю вам: отныне будете видеть небо отверстым и Ангелов Божиих восходящих и нисходящих к Сыну Человеческому.

Зачало (75) Евангелие от Святого Апостола Матфея 18:10–17

1 °Смотрите, не презирайте ни одного из малых сих; ибо говорю вам, что Ангелы их на небесах всегда видят лице Отца Моего Небесного.

11 Ибо Сын Человеческий пришел взыскать и спасти погибшее.

12 Как вам кажется? Если бы у кого было сто овец, и одна из них заблудилась, то не оставит ли он девяносто девять в горах и не пойдет ли искать заблудившуюся?

13 и если случится найти ее, то, истинно говорю вам, он радуется о ней более, нежели о девяноста девяти незаблудившихся.

14 Так, нет воли Отца вашего Небесного, чтобы погиб один из малых сих.

15 Если же согрешит против тебя брат твой, пойди и обличи его между тобою и им одним; если послушает тебя, то приобрел ты брата твоего;

16 если же не послушает, возьми с собою еще одного или двух, дабы устами двух или трех свидетелей подтвердилось всякое слово;

17 если же не послушает их, скажи церкви; а если и церкви не послушает, то да будет он тебе, как язычник и мытарь.

Общий характер недели. Практический очерк содержания рядового чтения

В евангельском чтении первой недели Великого Поста излагаются обстоятельства призвания Филиппа и Нафанаила к апостольскому служению. Здесь изображается всепобеждающая сила Спасителя.

1. Всепобеждающая сила Иисуса Христа обнаружилась над Филиппом (ст.43–45), который

а) не только сам тотчас следует призванию Господа, но и

б) других старается привлечь к Господу: «Филипп находит Нафанаила и говорит ему: мы нашли Того, о Котором писали Моисей в законе и пророки, Иисуса» (ст.45).

2. Всепобеждающая сила Иисуса Христа обнаружилась над Нафанаилом (ст.46–51).

а) Нафанаил был предубежден против лица Иисуса Христа, частью вследствие предрассудка: «из Назарета может ли быть что доброе» (ст.46)? a частью, вероятно, вследствие знакомства с Писанием, в котором сказано, что Мессия должен явиться в Вифлееме, a не в Назарете.

б) Но его предубеждение могло легко рассеяться при ближайшем знакомстве с Мессиею: «пойди и посмотри» (ст.46).

в). Это предубеждение действительно рассеялось, когда Спаситель явил себя пред Нафанаилом проницательным сердцеведцем (ст.47–48).

г) Всепобеждающая сила Спасителя влечет уверовавшого в Него к открытому исповеданию (ст.49).

д) Предавшиеся Иисусу Христу с верой и любовью постепенно восходят к высшей и высшей благодати, и вступают во внутреннее общение с горним миром (ст.51).

Кроме воскресного евангелия в первую неделю поста читается еще особое евангелие, по случаю торжества православия, совершаемого в память восстановления православного почитания святых икон. При этом торжестве Святая Церковь, с одной стороны, ублажает соблюдающих древние ее постановления, a с другой — анафематствует тех, которые упорно отрицают ее богопреданное учение и уставы. Применительно к этому в евангельском чтении (Мат. 18:10–17) предлагается учение Иисуса Христа о том

а) как осторожно нужно поступать, чтобы своим примером и речами не соблазнить невинных, «ангелы их на небесах всегда видят лице Отца Моего Небесного» (ст.10);

б) как необходимо, по примеру Иисуса Христа, заботиться о возвращении на путь спасения тех, которые уже утратили невинность, сбились с правого пути и блуждают, подобно овцам, отставшим от стада и от пастыря (ст.11–14);

в) как следует относиться к упорным грешникам: сначала — увещевать их наедине, потом, если это не поможет, при двух и трех свидетелях, наконец, после всех безуспешных увещаний и обличений, отлучать их от общества верующих как негодных членов (ст.15–17).

Частные истины, предлагаемые проповеднику тем и другим евангельским чтением для церковного собеседования, могут быть следующие.

A. Нa основании чтения от Иоанна.

Ст. 42. Глас Господа, многоразличными путями призывающего нас к последованию за Ним.

Ст. 45. Когда мы можем с уверенностью сказать: нашли Иисуса? Какое великое утешение для нас, падших грешников заключается в словах: нашли Иисуса? Кто сам глубоко убежден в вере, тот не может не убеждать в ней и других. Наши взаимные встречи друг с другом не должны проходить без душевной пользы, или о том, как самые случайные встречи могут быть обращаемы к взаимному назиданию и поучению.

Ст. 46 Не сомневайся в том, в чем сам не успел еще убедиться собственным опытом, или:

Сомнения в вере происходят от недостатка собственного духовного опыта в силе веры, или:

Собственный духовный опыт служит самым лучшим средством к непоколебимому убеждению в истинах веры, или:

Предубеждения против лица Иисуса Христа возникают всегда от недостаточного знакомства с Ним и Его учением.

Ст. 47. О высоком достоинстве человека, в котором нет лести.

Ст. 48. О всеведении Иисуса Христа.

Ст. 49. Твердая вера выражается в открытом исповедании.

Ст. 51. Небо открыто с пришествием Иисуса Христа.

В. Нa основании чтения от Матфея.

Ст. 10. Об ангеле хранителе.

Ст. 11. Сын Человеческий пришел взыскать и спасти погибшее.

Ст. 12–13. Великая радость на небе о едином кающемся грешнике.

Ст. 14. Нет воли Отца вашего Небесного, чтобы погиб один из малых сих.

Ст. 15–17 Об отношении христиан к согрешающим собратиям и т. п.

Пойди и посмотри

«Пойди и посмотри» (ст 46).

От Назарета может ли что добро быти? возражал Нафанаил, когда Филипп в святом восторге рассказывал ему, что он нашел обетованного Мессию (ст.45). Филипп отвечал на это, если ты сомневаешься, то приди сам и убедись: прииди и виждь! И когда Нафанаил сам увидел Иисуса Христа и услышал от Него пророческое слово, то сомнение его исчезло, и объятый Божественным величием Мессии, он с верой и благоговением воскликнул: Равви, Ты еси Сын Божий, Ты еси царь израилев (ст.49)!

Между нами, конечно, нет неверующих или сомневающихся. Все мы искренне веруем в Господа нашего Иисуса Христа и исповедуем Его учение; но давали ли мы когда-нибудь отчет пред самими собой: почему мы веруем в Спасителя мира и исповедуем Его учение.

Есть много путей, которыми мы можем придти к убеждению в истине нашей веры, но ближайший из них и для всех доступный, это — свидетельство нашего собственного сердца о Христе. Станем на этот путь и пойдем с Нафанаилом к Иисусу, и когда мы услышим, как Он учит, и увидим, как Он действует; тогда пусть наше собственное сердце решит: Он ли тот, о Котором писали Моисей в законе и пророки (ст.45), или мы будем ожидать другого какого-либо лучшего Учителя и Наставника.

1. Учение Иисуса Христа.

а) «Чего требует Он от своих последователей?»

Мучительных ли, самоизмышленных истязаний, господствующих у язычников? Рабского ли подчинения обрядовым внешностям, свойственного иудеям? Принятия ли противоречащих и неприложимых истин? Нет (Мат. 11:30;[340] Иоан. 6:63[341]). Его требования не только не находятся в каком-либо противоречии с нашими благороднейшими силами и стремлениями, но напротив развивают эти силы, возвышают эти стремления и удовлетворяют им. Он требует от своих последователей, чтобы они искали истины, но не с самонадеянным умничаньем, a с живой верой и с озарением души божественным откровением — чтобы они исполняли добродетели, но не как образ наружного только благочестия (2 Тим. 3:5),[342] a как плод истинного, внутреннего благочестия, — чтобы они имели и хранили свободу воли, но не как необузданность пожеланий, a как отрешенность души от земных предметов, как ее богодарованную силу к достижению возможного на земле нравственного совершенства (Ефес. 4:3;[343] 2 Тим. 3:17[344]), — чтобы они достигали наконец блаженства, но не в угождении миру и греху, a в мире непорочной совести и в непоколебимом уповании на блаженную вечность. Вот чего требует Иисус Христос от своих последователей, когда говорит им: «будьте совершенны» (Мат. 5:48).[345]

б) «Чем Он побуждает своих последователей к послушанию Его благим заповедям?»

Обращением ли к холодной, житейской мудрости, которая во всем рассчитывает на свою собственную пользу? Возбуждением ли тщеславия, которое действует только для достижения славы и похвал человеческих (Мат. 6:2)?[346] Угрожающим ли только страхом наказаний за нарушение долга? Нет. Побуждения к христианской деятельности несравненно чище и сильнее.

Бог, для побуждения нас к благочестию, указывает на себя, как на источник всякого блага, — как на любовь, которая первее возлюбила нас (1 Иоан. 4:11–14),[347] — как на Отца, который всех знает, о всех заботится и всем хощет спастися (1 Тим. 2:14–15)[348]

A если мы любим Бога в нас самих, то мы стараемся обновляться по Его образу (Кол. 3:10).[349] Если мы любим Его в подобных нам (ближних), то мы заботимся не о себе только, но и о других (Фил. 2:4)[350] и делаем другим то же самое, чего желаем себе (Мат. 7:12).[351]

Любовь к Богу и любовь к ближним — вот основание, на котором Христос утверждает свое учение! Какая простая и могучая сила, которой Он побуждает богобоязненных к исполнению добра и которая скрывается не вне нас, a внутри, в глубине нашего собственного существа, созданного для любви!

2. Дела Иисуса Христа.

а) Если ты, христианин, не можешь обнять всех дел Спасителя: то посмотри хотя на те, которые Он творит своим словом и своим Духом в своей церкви.

Не оправдывается ли еще и ныне, что слепые прозревают, хромые ходят, прокаженные очищаются, мертвые воскресают, и нищим благовествуется (Мат. 11:5)?[352]

Не Христос ли это озаряет небесным лучом взоры тех, которые окружены были греховной тьмой, a теперь видят и радуются сиянию славы Божией?

Не Он ли божественной силой восставляет тех, которые колебались между Богом и мамоной, хромали на обе ноги, a теперь ходят твердо по благому дути?

Не Он ли всесильной благодатью воскрешает духовно-мертвых, давая им «дух нов и сердце ново».

Не Он ли ободряет угнетенных, утешает нищих духом, которым земля не может доставить никакого утешения, и холодная мудрость мира — никакого успокоения?

б) Если для твоего убеждения этого мало, то иди далее и посмотри, как учение Христа согласно с святейшими и насущными требованиями твоей природы.

Возьми какой угодно пункт христианской веры и сравни его не только с откровением Божьим в слове, но и с лучшими желаниями твоего сердца, — и ты с уверенностью убедишься, что одна истинная вера Христова дает то, в чем нуждается твое собственное сердце.

Что из двух находишь ты более справедливым и истинным, достойнейшим Творца и утешительнейшим для человека: быть ли жалкой жертвой слепой судьбы, носясь, подобно древесной коре, по морю случайностей, где счастье и несчастье меняются по воле случая, — или сознавать, что над тобою бодрствует всеблагое Провидение, которое охраняет тебя, руководит тобой, видит твои силы, слышит твои воздыхания и готово оказать тебе помощь? Пусть твое сердце решит это, — и ты без сомнения, уверуешь, чему учит об этом Спаситель.

Что из двух находишь ты более согласным с твоим достоинством и твоей целью: странствовать ли по тяжелому пути обязанностей, без всевидящего Свидетеля тайных жертв добродетели и внутренней борьбы, изнемогать без ободрения, падать без возможности восстания, чувствовать мучительное угрызение совести без врачевания, — или сознавать, что ты странствуешь пред взорами Того, Кто проникает в сокровенное, что ты чувствуешь себя в трудах и лишениях ободренным силой, которая в немощи совершается (2 Кор. 12:9), встречаешь объятия Отца, отверстые для заблудшего? Пусть твое сердце ответит на это, — и ты с радостным убеждением примешь учение Спасителя. Что из двух самое приятное и утешительное: смотреть ли на эту жизнь, как на высшую и единственную, чтобы тут несколько мгновений наслаждаться или страдать, и потом навсегда обратиться в прах, — или смотреть на твои дела и страдания, как на приготовление к жизни лучшей, и на смерть, как на кроткого ангела, переносящего тебя в страну истины, совершенства и блаженства? Предоставь выбор твоему сердцу, — и ты с радостным упованием успокоишься на обетованиях Христа.

Вот каким образом, христианин, твое собственное сердце может свидетельствовать об Иисусе Христе. Обдумай и сохрани то, чему учит и что творит Христос. Тогда ты не скажешь: от Назарета может ли что добро быти? Тогда ты уже не по привычке, a от избытка сердца воскликнешь: «Равви! Ты Сын Божий, Ты Царь Израилев!»

Какой силой Иисус Христос обращал людей к истине и добродетели?

«Иисус восхотел идти в Галилею, и находит Филиппа и говорит ему: иди за Мною» (ст.43).

Мы видим в нынешнем евангелии, как Господь избирает себе учеников. Услышав одно слово Спасителя: «иди за Мною», Филипп тотчас становится Его последователем и не только сам верит в Него, но и старается привлечь к Нему Нафанаила (ст.45). Нафанаил, в свою очередь, едва только увидел лично Иисуса Христа, как немедленно уверовал в Него и в святом восторге воскликнул: «Ты Сын Божий, Ты Царь Израилев»(ст. 49)!

Так было всегда и везде, где учил и действовал Спаситель. Его слова и дела, без всякого внешнего принуждения и побуждения, привлекали к Нему толпы верующих, незараженных предрассудками и имевших очи, чтобы видеть, и уши, чтобы слышать. Чем же Иисус Христос привлекал к себе сердца людей?

1. Своим ясным и общепонятным учением.

Иисус Христос явился на землю для распространения света истины и добродетели между людьми. С этой целью Он учил людей и призывал к себе труждающихся и обремененных, мытарей и грешников. Но при этом Он не исторгал насильно их предрассудков и заблуждений, a относился к ним с терпеливой любовью. Он обращался прежде всего к их уму, старался возбудить в них правильное богопознание и богопочитание, укрепить в них твердые убеждения и веру. Tо Он прибегал к притчам и аналогиям, то Он связывал свои наставления с предметами природы и повседневной жизни, то использовал повседневне материальные нужды людей, чтобы направить их стремления к предметам духовным, небесным.

Он всегда возвышал мысль слушателей от видимого к невидимому. Таким образом, Его слова были всегда «дух и жизнь.» Во всех Его наставлениях скрывалась непреодолимая, убеждающая сила, так что всякий, свободный от предрассудков, не мог не сознавать, что Он «проповедывал со властью.» Истина, исходившая из уст Его, невольно проникала в умы и сердца людей; Он учил и убеждал, трогал и увлекал.

Tо же действие и ныне оказывает Его учение на ум и сердце. Кто может Ему противиться? Кто, слушая Его с отверстым сердцем, не почувствует в себе озарения и влечения к истине, к Богу и добродетели? Кто, проникнутый Им, не воскликнет, подобно Нафанаилу: «Равви! Ты Сын Божий!» К кому идем? «Ты имеешь глаголы вечной жизни» (Иоан. 6:68)?

Благо всем тем, которые слышат Его голос и грядут за Ним; потому что Он есть «путь, истина и жизнь.»

2. Своими чистыми, и человеколюбивыми намерениями.

Некоторые из современных врагов Иисуса Христа обвиняли Его в том, что Он имеет земные цели, возмущает народ, богохульствует и т. п.

Но как эти обвинения рассеиваются пред чистыми и человеколюбивыми намерениями Спасителя! Он не старался обращать на себя общее внимание своими чудесами, не домогался громкой известности своего имени; напротив, запрещал даже другим разглашать об Его делах. Он не искал своей славы, но славы Отца небесного. Не господствовать хотел Он, как сильные земли, но служить своим братьям и принести себя в жертву для их искупления и спасения. «Я есмь пастырь добрый», который «полагает жизнь свою за овец», говорил Он (Иоан.10:11). Эта божественная любовь, соединенная с беспримерным самоотвержением, кого не убедит в чистоте Его намерений? Кто знает Иисуса Христа, Его чистые и святые стремления, тот не может не следовать Его учению, не может противиться Его голосу, когда Он взывает: «иди за Мною», или: «придите ко Мне все труждающиеся и обремененные» (Матф.11:28).

3. Примером своей совершеннейшей добродетели.

Об Иисусе Христе поистине можно сказать, что на Нем почивало все благоволение Отца небесного (Мат. 12:18).[353]

Кто мог открыть в Его поступках хотя бы ничтожное пятно? Кто мог заподозрить чистоту и невинность Его сердца? Был ли хотя один случай в Его жиизни, в котором обнаружился бы недостаток Его мудрости и справедливости, твердости и упования на Бога, кротости и любви к людям? Где такая трудная обязанность, которой Он не выполнил бы в совершенстве?

И эта небесная, божественная добродетель Спасителя — как в то же время смиренна и доступна во всех отношениях для тех, которым Он должен служить примером! Мы стоим пред этим величественным образом добродетели, взираем на крест, на котором Он предал жизнь свою за добродетель. При взгляде на Его высоту и достоинство, наше сердце невольно влечется к Нему. Мы забываем блага и радости мира. Греховная похоть бежит из нашего сердца; порок оставляет нас. Слабый дух укрепляется, холодная любовь воспламеняется, расслабленные силы собираются и напрягаются на служение долгу и добродетели. Мы становимся другими людьми. Спаситель взывает к нам: кто хочет за Мной идти, пусть отвергнется себя! Мы решаемся следовать за Ним. Его пример дает нам мужество для самоотвержения. Мы оставляем ленность и беспечность, легкомыслие и колебание. Мы боремся и напрягаем силы к побеждению мира, идем тесными вратами и узким путем, как и Христос, наш Предтеча. Мы чувствуем, как мир, радость и спокойствие возвращаются к нам, по мере приближения нашего к цели.

И если нам удается достигнуть этой цели, то и этим мы обязаны Ему, Он направляет нас своим примером на пути добродетели, дает нам возможность познавать ее достоинство и красоту, и испытывать ее мир и блаженство.

4. Своими славными обетованиями.

Прийдя в мир для спасения грешников, Иисус Христос хочет, чтобы никто из них не погиб. Людей колеблющихся, слабых, сомневающихся, упорствующих во грехе Он также хочет приобрести для царства добродетели своими «обетованиями.»

Если ты отчаиваешься в успехе исправления и усовершенствования в добродетели, если ты боишься за последствия своих прежних грехов, страшишься праведного суда Божьего, то Спаситель успокаивает тебя обетованиями благодати Божьей и прощения грехов. Он указывает тебе на Бога, как на милосердного и любвеобильного Отца, с распростертыми объятиями принимающего своих заблудших и падших детей, если они с полным раскаянием и решимостью исправления обращаются к Нему. Он сам пролил кровь свою для искупления наших грехов, дабы мы имели в Нем оправдание и мир с Богом.

Какой грешник, решившийся исправиться, не почувствует в себе благодаря этому успокоение и укрепление к покаянию и добродетели, не проникнется беспредельным упованием на Спасителя и не подчинится его руководству к спасению? И если ты, идя путем добродетели, подвергаешься бедствиям и страданиям; если ты в этих случаях начинаешь сомневаться в Промысле и достоинстве добродетели; если ты приходишь в отчаяние, коль скоро должен бываешь принести одну жертву за другого ради добра; если твоя ревность в добре ослабевает, потому что добро так редко вознаграждается на земле — то Иисус Христос обещает тебе будущую жизнь после смерти, где мудрые планы Провидения тебе откроются, и добро, сделанное тобой на земле, вознаградится сторицей. Он обещает вечное, неизменное блаженство тем, которые с терпением в добрых делах стремились к вечной жизни.

Если ты веришь этим обетованиям, черпаешь из них утешение и успокоение — не почувствуешь ли ты тогда в себе мужества и ободрения к достижению добродетели? Поистине, кто с верой приемлет евангелие Иисуса Христа, видит Его пример, надеется на Его обетования; тот не может не идти путем истины и добродетели, к которым Он призывает, не может противиться Его голосу, взывающему: «иди за Мною!»

Наша вера в Иисуса Христа и Его учение часто бывает слаба от того, что мы останавливаемся своими мыслями и впечатлениями только на внешнем, видимом

«Из Назарета может ли быть что доброе?» (ст.46).

Так возражал Нафанаил, когда Филипп с сердечной верой возвестил ему: «мы нашли … Иисуса, сына Иосифова, из Назарета» (ст.45)! Незначителен галилейский город Назарет, из которого не происходило ни одного пророка, ни судьи народного. Иисус, «сын Иосифов,»— все это показалось Нафанаилу странным и неприменимым к истинному Мессии, и потому он усомнился и не хотел верить словам Филиппа. В этом отношении Нафанаил представляет нам поучительный пример того, от чего иногда зависит слабость нашей веры в Иисуса Христа, а именно:

При таких мыслях и впечатлениях:

1. Мы не можем понять высочайшего, внутреннего достоинства Иисуса Христа.

Вера в Иисуса Христа требует признания Его божественного достоинства, убеждения в божественном происхождении проповедуемого Им учения. Мы не видим теперь видимых знамений и чудес, свидетельствующих о высочайшем лице Богочеловека. Он не обращается более видимым образом между нами, мы не можем быть очевидцами Его дел. Но именно вследствие этого вера в Иисуса Христа у многих христиан так еще слаба. Жизнь и дела Спасителя, совершенные на земле, остались для них в евангельской истории. Через беспристрастное изучение Его жизни и учения они могут придти к вере.

Но если они слышат или читают, что говорит о себе Спаситель: «Никто не восходил на небо, как только сшедший с небес Сын Человеческий, сущий на небесах» (Иоан. 3:13); «ибо дела, которые Отец дал Мне совершить, самые дела сии, Мною творимые, свидетельствуют о Мне, что Отец послал Меня» (Иоан. 5:36); «Я и Отец — одно» (Иоан. 10:30): то спрашивают они: «как это может быть» (Иоан. 3:9)?

Они не принимают свидетельства Иисуса Христа, хотят видеть Его собственными глазами и желали бы, если бы Христос был между ними, спросить Его подобно иудеям: «какое дашь знамение?»

Их разум склонен объяснять все естественными причинами. Они хотят низвести все в тесный круг собственного опыта и доказать все на основании видимых ими сил и явлений природы. Отсюда возникает слабость веры, сомнение, колебание. Если и ваша вера, слушатели, еще слаба, то испытайте себя, не имеете ли и вы, быть может, привычки останавливаться своими мыслями только на видимом, и не потому ли вам представляется непонятным божественное в учении и делах Спасителя?

В таком случае возвыстесь к вере в невидимые действия Божьи в мире! Рассудите о том, что всемогущество Божье не так ограниченно, как будто бы оно всегда и везде могло и должно было действовать только по известным нам законам природы! Вознеситесь мыслью к высшему, невидимому порядку, к духовному и нравственному царству, где Вечный открывает себя в делах, недоступных ограниченному, человеческому разуму.

Тогда вера ваша в Иисуса Христа укрепится.

2. Мы не можем ни правильно понять Его цели, ни убедиться в истине и превосходстве Его религии.

Для твердости нашей веры в Иисуса Христа нам необходимо знать, для чего Он приходил в мир и какая цель Божественного Промысла выполнялась Им.

Он приходил на землю для того, чтобы основать между людьми царство Божье, царство истины и добродетели, искупить их от греха, проклятия и смерти, примирить с Богом и сделать блаженными.

Средством к достижению такой цели служило, кроме учреждения спасительных таинств, распространение учения, истины которого совершенно согласны с разумом, и которое всецело направлено к тому, чтобы содействовать духовному возрождению рода человеческого, соединить людей невидимым союзом единой веры, единой надежды, единой любви, способствовать духовному совершенству и добродетели между ними.

Большая часть современников Спасителя не понимала этой цели и не была в состоянии правильно судить об истине и достоинстве Его религии. Они надеялись на земного Мессию и ожидали от Него внешних благ и преимуществ, на которые, по их мнению, давало им право плотского происхождения от Авраама. Могли ли они при таких понятиях веровать в «Иисуса, сына Иосифова, из Назарета?» Он был для них преткновением и соблазном.

И вы, слушатели, подвергнетесь тем же недостаткам, будете также заблуждаться относительно Иисуса Христа и не поймете правильно ни цели Его пришествия на землю, ни достоинства Его религиозных учреждений, если вы останавливаетесь вашими мыслями только на видимом и земном.

Если вы думаете, что Спаситель приходил на землю для того, чтобы произвести перемены во внешних отношениях людей; если вы считаете достаточным для спасения только по наружности принадлежать к установленной Им Церкви и только по имени называться христианами, то как вы будете воздавать Ему подобающее достоинство, как Главе Церкви? Как вы поверите Его словам: «Не всякий, говорящий Мне: „Господи! Господи!“, войдет в Царство Небесное, но исполняющий волю Отца Моего Небесного» (Мат. 7:21)?

Если вы при всех требованиях, предъявленных вам Спасителем, при всех обязанностях, какие Он налагает на вас, привыкли смотреть только на видимое, иметь перед глазами только временные выгоды, то вы не поверите искренне Его обетованиям о вечной жизни, о нетленном достоинстве и награде истинной добродетели. Поэтому исполняйтесь духом, взирайте не только на видимое, но и на невидимое, возноситесь с верой к вашему назначению для добродетели.

Тогда ваша вера в Спасителя сделается твердой и непоколебимой.

3. Мы не можем даже чувствовать в себе потребности к высшим благам, какие хочет дать нам Иисус Христос.

Христианская вера называется полнотой благословления «нас во Христе всяким духовным благословением в небесах» (Ефес. 1:3), потому что она должна приводить людей к наслаждению совершеннейшими благами и блаженством (1 Пет. 1:4–5).[354] Но для нас нет благ выше тех, которые составляют наше внутреннее достояние, уподобляют нас Богу.

Если Иисус Христос может и хочет дать нам такие блага, то не обязаны ли мы воздавать Ему подобающую славу и честь? И всякий, кто только сознает потребность в высших благах, не может не благоговеть перед «Иисусом, … из Назарета.» Между тем сколь многие смотрят только на видимое, занимаются всегда только земными потребностями, привязываются своим сердцем только к мирским благам и радостям!

Если вы так настроены, будете ли вы стремиться к внутренним радостям добродетели, к миру с Богом, к утешению доброй совести, к вечному блаженству? Будете ли вы почитать Христа как вашего Спасителя и Искупителя? Скажете ли от глубины сердца, подобно Филиппу: «мы нашли Того, о Котором писали Моисей в законе и пророки?» Поверите ли его словам: «Я пришел для того, чтобы имели жизнь и имели с избытком» (Иоанн. 10:10)? Если нет; тогда вы не пребудете с Ним, и Он не пребудет в вас. Ваше сердце тогда не принадлежит Ему; вы не уповаете на Него и не верите, чтобы Он мог спасти всех, которые приходят чрез Него к Богу. Тогда ваша вера в Него будет всегда слаба и удобопреклонна к сомнениям и колебаниям.

Поэтому, направляйте более и более вашу мысль к невидимому, небесному и вечному, что согласно с достоинством и назначением бессмертного духа. Как тогда укрепится ваша вера! Какую силу получит она для борьбы с заблуждением, неверием и грехом! Вы будете радоваться тогда вашей вере невыразимой радостью и достигнете конца веры — блаженства души.

Важность веры в высший духовный мир

«Отныне будете видеть небо отверстым и Ангелов Божиих восходящих и нисходящих к Сыну Человеческому» (ст.51).

Слово Божье часто говорит нам о существах высших и совершеннейших человека, называемых ангелами. Все народы также верили в существование таких существ, хотя представляли их себе весьма различно и часто в виде подобных себе чувственных форм.

Разум находит бытие высшего духовного мира очень вероятным, в силу одной уже неразрывной постепенности, замечаемой в видимом мире, от самого несовершенного творения до самого совершенного — человека. Но от человека до Бога какое безмерное расстояние! Не должно ли быть поэтому между Богом и человеком целого ряда других существ, более приближающихся к Существу Высочайшему?

В нынешнем евангелии Спаситель прямо говорит нам об ангелах восходящих и нисходящих на Сына Человеческого. Как это важно для нашей веры?

1. Для нашего богопознания и богопочитания.

а) Мы познаем Бога из бесчисленных дел Его на небе и на земле (Псал. 18:1–5;[355] Исаии 40:26).[356] Уже одно множество и разнообразие известных нам безжизненных и живых творений, их различные свойства и природа, их цель и польза свидетельствуют нам о бесконечном всемогуществе, премудрости и благости Божией. Нет ни одной самой ничтожной твари, которая не находилась бы в связи с неизмеримым творением, которая не могла бы достигать предназначенной ей цели и не служила бы в то же время к достижению других высших целей.

Но мы знаем только ничтожное число тварей, только малую часть творения, да и невозможно узнать нам всего сотворенного для нас Богом, потому что для такого знания недостаточно целой жизни человеческой. Чем более люди умножают свои познания о делах Божьих в мире, тем более раскрывается перед ними глубина премудрости и благости Божьей.

Величайшее чудо Божье на земле составляет сам человек, со своей духовно-чувственной природой, с высокими силами и дарованиями своей души. Он — образ Божий, должен господствовать над землей, познавать истину, ислолнять добродетель, возвышаться к бессмертию. Как совершенен должен быть Творец, даровавший человеку такие силы и способности!

б) Но мы имели бы слишком ограниченное понятие о Боге, если бы представляли Его себе только Творцом видимого нами мира.

Мы верим теперь в существование высших духов, которые не имеют земной смертной природы, слабого, тленного тела; но одарены высшими силами, большей способностью к познанию истины, добродетели и святости, достойны и способны к совершеннейшему блаженству. Мы представляем себе мир этих духов с разнообразными степенями, постепенно восходящих к уподоблению Богу и непрестанно занятых исполнением воли Божьей. И этот мир духов есть также творение Божье, зависящее от Него, подчиненное Ему, служащее для выполнения Его святых и премудрых целей. Бог, бесконечно возвышаясь над этими духами, дает всем им силы, способности, законы, назначение и средства к достижению их назначения. Как Он управляет всем на земле, так управляет Он и в царстве невидимых высших духов.

Кто не воскликнет с апостолом: «о глубина премудрости Божией?» Кто в состоянии постигнуть своим умом Творца совершеннейших духов?

в) Мысль о высшем духовном мире должна побуждать нас ревностно стремиться к познанию Бога, к глубочайшему благоговению к Его делам и учреждениям, целям и советам, к безусловному повиновению его законам. Это составляет также и занятие высших духов.

С полным смирением и благоговением будем поклоняться Ему, перед троном которого со страхом предстоят ангелы! Будем с полным упованием и преданностью надеяться на Него!

2. Для нашего стремления к высшему совершенству.

а) Как существа разумные, мы должны стремиться к духовному и нравственному совершенству, потому что дух есть нечто совершенно другое, чем тело.

Оно уподобляет нас животным, a посредством духа мы уподобляемся Богу, делаемся способными к познанию, желанию и исполнению истины и добра. Все побуждает наш дух стремиться к расширению своих познаний, исследовать основания и причины явлений, замечаемых в мире и природе, познавать связь и цель вещей и свое собственное назначение.

Но в нашем разуме скрывается такой закон добродетели, который обязывает нас к правильной деятельности, к деланию добра, к избежанию зла и неправды. При следовании этому закону, нами должны руководить не житейские рассчеты, но любовь и уважение к добру. Мы должны делать добро, хотя бы для этого нужно было пожертвовать нашими земными благами, вступить в борьбу с самыми трудными обстоятельствами (1 Пет. 2:20;[357] 3:14–15[358]).

Слово Божье требует от нас даже, чтобы мы были совершенны, как Отец небесный совершенен (Мат. 5:48;[359] 1 Петр. 1:15–16[360]).

При искреннем, неослабном стремлении, нам удается достигать мудрости и добродетели, приближаться к цели совершенства и ошущать соединенное с ним блаженство. В сознании нашего высокого достоинства и назначения мы возвышаемся тогда над земным и видимым.

б) Но как часто, при стремлении к истине и добродетели, мы чувствуем также нашу немощь!

Как часто мы жалуемся на ограниченность человеческого разума, на заблуждения, на бессилие предприятий! Перед нами стоит высочайший образец мудрости и добродетели в Иисусе Христе, которому мы должны подражать. Но тесны врата и узок путь, ведущий к жизни (Рим. 7:18–19;[361] Иак. 1:14–15[362]).

Не спрашиваешь ли ты тогда: неужели Бог, основавший во Христе царство истины и добродетели, создал только одни существа — людей, которых добродетель всегда недостаточна и несовершенна? Если Он благоволит к чистым сердцам и совершенным добродетельным существам, то почему Он не дал мне способности к достижению совершенной мудрости и добродетели?

в) Вознесись тогда мыслью к высшему духовному миру.

Там ты найдешь существ, которые, не будучи связанными узами чувственности, одарены высшими способностями к познанию истины и исполнению добродетели, предохранены от всякого заблуждения, непричастны никакому злу, — духи, которые ходят перед лицом Вечного в постоянной любви к добру, в совершенной деятельности, в Богоподобной добродетели, и исполняют с радостью Его повеления.

Как они подобны нам, духам низшего порядка, и родственны с нами, так и мы некогда должны сравняться с ними, быть тем, чем и они. Поэтому, будем стремиться всеми силами к этому уподоблению, к господству над чувственной нашей природой, к освобождению от животных влечений. Будем упражняться в послушании воле Божьей, в содействии Его святым и благим целям. Их пример должен побуждать нас к чистоте сердца, к жизни, посвященной долгу и добродетели.

3. Для нашей надежды на бессмертие и вечную жизнь.

а) Внутренний голос говорит человеку, что он живет не для этого только мира, что его ожидает вечность. Он воздыхает о совершеннейшем, счастливейшем состоянии, об освобождении от страданий, болезней и бедствий, постигающих его здесь часто без его вины, — о мире и спокойствии после бурь этой жизни, — о праведном мздовоздаянии добра и зла, которые часто остаются тут без возмездия. Его вера и надежда, устремляясь к небу, открывают ему взор на лучший мир.

Какое успокоение, утешение и ободрение дает нам эта надежда, если смерть похищает у нас одного из возлюбленных наших или приводит нас самих к страшному гробу!

б) Но эта надежда находит для себя подкрепление в вере в высший духовный мир.

Если есть царство бессмертных духов, то мы подобны им по нашему духу, хотя и не так совершенны в познании мудрости и добродетели, как они. Если вечный и всемогущий Бог сотворил их бессмертными, то Он может и нашему духу дать вечное бессмертие. Мы надеемся, что это земное тело, которое служит нашему духу жилищем только на время, некогда сложится, и он вознесется на небо, в жилище блаженных духов.

С радостью мы слышим утешительные слова Господа: «сподобившиеся достигнуть того века и воскресения из мертвых ни женятся, ни замуж не выходят, и умереть уже не могут, ибо они равны Ангелам и суть сыны Божии, будучи сынами воскресения» (Лук. 20:35–36).

Об ангелах вообще и, в частности, об ангелах-хранителях

«Смотрите, не презирайте ни одного из малых сих; ибо говорю вам, что Ангелы их на небесах всегда видят лице Отца Моего Небесного» (Мат. 18:10).

Эти слова Иисуса Христа, слыщанные нами из ныне чтенного евангелия, дают нам повод говорить —

1. Есть ангелы.

а) В ветхом завете находятся ясные свидетельства о бытии ангелов и об исконной вере в их существование.

Ангел, например, повелевает Аврааму удержать нож; ангел спасает Лота; ангелы сообщали пророкам божественные повеления. Во все времена древнего мира верили в ангелов.

б) Tо же самое в новом завете.

Ангел возвещает Захарии о рождении Иоанна Предтечи, Пресвятой Деве Марии о рождении Спасителя мира. По внушению ангела, Иосиф и Мария бегут в Египет с младенцем Иисусом. Спаситель также ясно говорит об ангелах и даже о многих легионах их. Ангел является в саду гефсиманском, y гроба, при вознесении на небо; ангел освобождает апостола Петра из темницы и т. д.

в) Разум также не отрицает бытия ангелов.

Если бы люди были самыми высшими из сотворенных существ, если бы не было бестелесных духов с высшим умом и силой, то все могущество Божие было бы слишком ограниченно, и расстояние между Творцом и человеком было бы слишком велико. Бог, по своей любви, хочет даровать бытие и блаженство «многим» тварям. С его премудростью совершенно согласно создание служебных духов для их блаженства и для блага людей. Влияние злых сил, действующих на человека, необходимо требует противодействия со стороны сил добрых.

г) Как отрадно для нас бытие ангелов!

Они считают себя счастливыми в служении Богу: будем искать такого же счастья!

Будем смотреть на изображения ангелов на иконах не с равнодушием, но с назиданием и ободрением. Мы видим, что ангелы имеют образ «юношей», в знак их вечной юности и искренности их любви, — имеют «крылья» и «непокрытые ноги», как символ того, что они быстро приносят к престолу Всевышнего наши молитвы и добрые дела, — одеты в «белые одежды» и «золотой пояс», в знак их чистоты и невинности, — имеют «опущенные глаза» и «кадило с фимиамом» в знак благоговения пред Богом, — «труба» у многих ангелов напоминает о страшном суде.

2. Каждый человек имеет своего ангела-хранителя.

а) Иисус Христос ясно учит, что детям даны от Бога для руководства, наставления и защиты ангелы-хранители: «Ангелы их на небесах всегда видят лице Отца Моего Небесного» (Мат. 18:10). У взрослых и y всех людей есть также свой ангел-хранитель (Деян. 12:14–15).[363]

б) Дети имеют ангелов-хранителей. Иное дитя спало, или шло, или стояло на краю страшной бездны, и не низверглось в нее. Иное подверглось очень опасному падению и осталось невредимым. Иное было найдено на опасном месте, и обрадованные родители не могли не признать в этом деле особенной защиты Божией. Все это действия ангела-хранителя.

в) При взрослых ангел-хранитель остается до тех пор, пока они не отгоняют его от себя тяжкими, неисправимыми грехами. Иной простер уже руку свою к неправде, но был удержан; иной ступил на путь злодеяний, но невидимая сила явилась пред ним; иной покаялся, потому что слышал внушения свыше; иной чудесно спасся от опасности потому только, что задерживаемый необъяснимыми обстоятельствами, пришел слишком поздно к месту опасности. Все это устраивают ангелы-хранители. Не будем огорчать наших ангелов- хранителей, не будем удалять их от себя грехами!

г) Умирающие также имеют ангелов-хранителей. Ангелы понесли Лазаря на лоно Авраама (Лук. 16:22).[364] При смертном одре ангел отгоняет всякие злые влияния. «Его светлые крылья покрывают душу, когда она освобождается от тела;» он охраняет ее «от невидимых врагов, хотящих ее схватить и унести», проводит ее «через мытарства лютого миродержца», возводит душу «к престолу Божьему и ходатайствует за нее пред Богом» (см. Канон. ангел. хранит.)

3. Мы также должны быть друг для друга ангелами-хранителями.

а) Родители, учителя и воспитатели — для детей, господа — для слуг. Дети должны быть по возможности охраняемы от всякого зла нашим словом и примером. Надобно строго следить за их поступками, развивая добрые наклонности и искореняя злые.

б) M y ж — для жены, брат и сестра — д л я б р а т a и сестры, друг — для друга. Муж и жена соединяются супружеским союзом для того, чтобы помогать друг другу не только в делах житейских, но и в духовных, в нравственном усовершенствовании и спасении. Кто может сделать нам какое-либо замечание прежде брата или сестры? Кто знает нас лучше друга? Даже слова врага иногда очень справедливы: будем смотреть на них, как бы они исходили от ангела хранителя.

в) Мы все — для беззащитных, угнетаемых, несчастных.

Примем их под свой кров, утешим, ободрим.

г) Для заблуждающихся, грешников и проч.

Обратим заблудшего, не оттолкнем грешника.

Ангелы-хранители — наши защитники

«Смотрите, не презирайте ни одного из малых сих; ибо говорю вам, что Ангелы их на небесах всегда видят лице Отца Моего Небесного.»

У каждого из нас есть ангел-хранитель. (Евр. 1:14;[365] Деян. 12:14–15; Мат. 18:10).

1. В борьбе со грехом.

«Вот, Я посылаю пред тобою Ангела Моего хранить тебя на пути и ввести тебя … блюди себя пред лицем Его и слушай гласа Его; не упорствуй против Него, потому что Он не простит греха вашего, ибо имя Мое в Нем» (Исход. 23:20–21). В каком положении грешника ангел оказывает свое влияние?

а) Если наступает искушение.

«Не следуй, не делай этого, беги и т. д.», внушает ангел-хранитель. Ангел говорил Аврааму: «не поднимай руки твоей на отрока и не делай над ним ничего» (Быт. 22:12). Примеры из жизни. Ангел вещает нам через совесть или в совести.

б) Если совершен грех.

Тогда ангел, то убеждая, то утешая, то угрожая, говорит: «возвратись на правый путь! Покайся, пока есть время» и т. п.

в) Если попытки к исправлению оказываются тщетными.

Тогда ангел поражает грешника болезнью, несчастьем, нуждой, презрением. Ангел говорил Валааму: «Я вышел, чтобы воспрепятствовать тебе, потому что путь твой не прав предо Мною» (Числ. 22:32).

2. В борьбе с несчастьями.

В горе и нужде помогают иногда нам люди, но не многие и недолго. Несравненно большую помощь оказывают ангелы.

а) В затруднительных обстоятельствах, в нужде и несчастьи.

Ангел, спутник Товии (Товит. 5:4–8[366]). Агарь с сыном своим Измаилом были изгнаны в пустыню. Мех с водой опустел. Оба погибали от жажды. Тогда явился ей Ангел и сказал: «Ангел Божий с неба воззвал к Агари и сказал ей: что с тобою, Агарь? не бойся; Бог услышал голос отрока оттуда, где он находится» (Быт. 21:14–19). Агарь нашла воду.

б) В гонениях и притеснениях от людей.

Апостол. Петр был изведен ангелом из темницы. Если ангел не всегда творит с нами чудо, то всегда утешает и ободряет нас.

в) На смертном одре.

Ангелы охраняют душу от влияния злых духов, сопровождают ее к престолу Судьи.

Какие наши обязанности по отношению к ангелам-хранителям?

«Смотрите, не презирайте ни одного из малых сих; ибо говорю вам, что Ангелы их на небесах всегда видят лице Отца Моего Небесного.»

Эти слова Спасителя показывают, что есть ангелы-хранители, которые близки к нам, любят нас, заботятся о нас и охраняют нас. Что же мы должны воздавать им за это?

1. Мы должны воздавать им подобающее благоговение, потому что они — ангелы, близкие к нам, и в то же время, близкие к Богу.

а) Они — ангелы.

Товит принял сначала спутника своего сына только за человека и, однако же, оказал ему почтение. Но когда старец узнал, что это ангел, он пал пред ним на землю и с благоговением поклонился ему (Товит. 12:5–6).[367]

Мы удерживаемся от всего дурного в присутствии людей почтенных и правдивых; не будем же делать ничего худого пред ангелами, из благоговения к ним!

б) Они близки к нам.

Сопровождают человека на всех путях его жизни. «Ангелам Своим заповедает о тебе — охранять тебя на всех путях твоих» (Псал. 90:11).

Дерзнешь ли ты сделать пуред лицем ангела то, чего ты не осмеливаешься делать даже перед очами людей? Твой ангел стоит подле тебя в храме Божьем, на поле, на постели и т. п.; не думай, не говори и не делай ничего худого!

в) Они близки к Богу.

Предстоят престолу Божьему и непосредственно видят лицо Отца Небесного. От нас они восходят к Богу, a от Бога нисходят к нам. Каким почетом мы окружаем людей, близко обращающихся с царем земным? Но ангелы обращаются с Царем царей, приносят Ему наши добрые расположения и жалуются на нас за наши грехи.

2. Мы должны воздавать им благодарность.

Мы воздаем благодарность благодетелям, которые из любви и расположения к нам, делают нам добро. Тем более приличествует благодарность ангелам-хранителям за их благодеяния.

а) Они защищают нас от телесных опасностей.

Сколь многим телесным опасностям подвергаются дети! Но ангелы-хранители устраняют их. Сколько случаев отвратили они от тела и жизни каждого из нас, которые могли бы погубить нас! «На руках понесут тебя, да не преткнешься о камень ногою твоею» (Псал. 90:12).

б) Они охраняют нас от опасностей греха.

Если ты впал в грех, то сам виноват, потому что ангел-хранитель увещевал и предостерегал тебя. Почему же ты не послушался? A если ты доныне еще свободен от греха, то благодари за это ангела, охраняющего тебя от всякого зла.

в) Они охраняют нас от нераскаянности.

Согрешивший человек должен покаяться. Не грешник, a только нераскаянный грешник будет осужден на вечную погибель. Но до такого состояния ангел-хранитель не хочет допустить человека. Он устрашает грешника в совести, увещевает к покаянию, доставляет случай раскаяться. На смертном одре ангел-хранитель употребляет все усилия, чтобы вверенная ему душа не осталась без раскаяния.

3. Мы должны питать к ним полное доверие, потому что они:

а) Наши лучшие друзья.

Ненапрасно мы надеемся на друга, особенно если он имеет силу пред высокопоставленными особами. Тем более мы должны надеяться на ангелов- хранителей. Они наши лучшие друзья, радуются нашему счастью, печалятся о нашем горе и грехе. И они высокопоставлены у Бога, имеют силу перед Богом.

б) Могущественнейшие хранители.

Они даны нам для защиты и охраны, на что указывает их имя. И они — могущественные хранители. Как ангелы, они имеют крепкую силу воли и сражаются на нашей стороне против ада и сатаны. Сообразно с таким призванием их, Бог облек их особенным могуществом. Поэтому, как дитя доверяется отцу, своему естественному защитнику, и слабый человек — своему сильному покровителю: так мы должны доверяться ангелам-хранителям.

в) Непрестанные молитвенники.

Они молятся за нас перед Богом. Они не перестают молиться за нас перед престолом Божьим об испрошении нам благодати, помощи, прощения и т. д. Не должны ли мы вполне доверяться им?

II. АПОСТОЛЬСКОЕ ЧТЕНИЕ. Зачало (329) к Евреям 11:24–26.32; к Римлянам 16:17–20

Евр. 11:24–26.32;12:2

24 Верою Моисей, придя в возраст, отказался называться сыном дочери фараоновой,

25 и лучше захотел страдать с народом Божиим, нежели иметь временное греховное наслаждение,

26 и поношение Христово почел большим для себя богатством, нежели Египетские сокровища; ибо он взирал на воздаяние.

…

32 И что еще скажу? Недостанет мне времени, чтобы повествовать о Гедеоне, о Вараке, о Самсоне и Иеффае, о Давиде, Самуиле и (других) пророках.

…

2 взирая на начальника и совершителя веры Иисуса, Который, вместо предлежавшей Ему радости, претерпел крест, пренебрегши посрамление, и воссел одесную престола Божия.

Рим. 16:17–20.

17 Умоляю вас, братия, остерегайтесь производящих разделения и соблазны, вопреки учению, которому вы научились, и уклоняйтесь от них;

18 ибо такие люди служат не Господу нашему Иисусу Христу, а своему чреву, и ласкательством и красноречием обольщают сердца простодушных.

19 Ваша покорность вере всем известна; посему я радуюсь за вас, но желаю, чтобы вы были мудры на добро и просты на зло.

20 Бог же мира сокрушит сатану под ногами вашими вскоре. Благодать Господа нашего Иисуса Христа с вами! Аминь.

Практический очерк содержания рядового чтения

Первое чтение из апостола в неделю Православия представляет нам сонм ветхозаветных праведников, дабы их примером утвердить нас в вере и благочестии (см. 1 Неделя по Троице). Во втором апостольском чтении Святая Церковь, устами апостола Павла, «умоляет» христиан «остерегаться» людей, «производящих разделения и соблазны, вопреки» православному «учению, и уклоняться от них» (ст.17); «потому что такие люди», проповедуя разные мнения, несогласные с верой церкви, имеют в виду не исследование истины, a собственную выгоду, «служат не Господу нашему Иисусу Христу, а своему чреву» (ст.18).

Как все лживые учители, они «ласкательством и красноречием обольщают сердца простодушных» (ст.18). «Ваша покорность вере»— говорит апостол римлянам — «всем известна, посему я радуюсь за вас; но», в виду того, что между вами происходят распри из-за пищи к соблазну немощных (14:1–3),[368] «желаю, чтобы вы были мудры на добро и просты на зло» (ст.19). Все эти разделения и несогласия между членами церкви происходят от нашего общего врага — диавола. Но «Бог же мира сокрушит сатану под ногами вашими вскоре» (ст.20). Да будет же «благодать Господа нашего Иисуса Христа с вами! Аминь» (ст.20).

Предлагаем здесь несколько частных тем на основании этого апостольского зачала.

Современные враги Православной Церкви

«Умоляю вас, братия, остерегайтесь производящих разделения и соблазны, вопреки учению, которому вы научились, и уклоняйтесь от них» (ст.17).

В настоящий день, посвященный торжеству православия, Святая Церковь устами апостола молит христиан твердо держаться православной веры и остерегаться лживых учителей, «творящих распри и раздоры», вопреки богопреданному учению. — Люди, восстающие против православной веры и церкви были всегда, есть и ныне. Кто они?

1. В чем они обвиняют Православную Церковь?

а) В том, будто она держит людей во мраке, препятствует всякому прогрессу.

Как странно слышать это. Есть ли другое учреждение в мире, которое сделало бы столько для истинного просвещения, сколько сделала Православная Церковь? Откуда произошли школы, науки, искусства? Не из монастырей ли? Церковь учит, что познавательные способности человека только помрачаются грехом, но не уничтожаются, и предлагает все средства к их истинному озарению и направлению.

б) В том, будто она связывает совесть и уничтожает человеческую свободу.

Справедливо, что Церковь не дозволяет произвола в деле веры, потому что она — божественное учреждение и не терпит, чтобы каждый веровал, как ему вздумается. Она предписывает закон, под условием соблюдения которого в ней можно быть свободным, подобно тому, как в благоустроенном государстве свобода ограждается законом. Она восстает против похотей плоти (заповедь о посте), дабы освободить дух от рабства.

в) В том, что она нетерпима к иноверцам.

Она защищает себя духовным оружием, если на нее нападают. Во всех остальных случаях она проявляет терпение и любовь. Ее молитвы за всех людей, ее больницы и богадельни служат лучшим свидетельством ее веротерпимости. Православные никогда и никого не обращали насилием и принуждением.

2. Откуда происходят эти обвинения?

а) От невежества.

Унижать Православную Церковь может только тот, кто не знает ни ее истории, ни ее духа. Но кто знает ее, тот любит ее.

б) От легкомыслия и гордости.

Легкомыслие привыкло к рассеянности и ненавидит Церковь за ее строгость и глубину. Гордость не хочет пленить свой разум в послушание веры.

в) От чувственности.

Церковь всем своим учением и правилами противится поощрению чувственных похотей, поэтому пресыщенная чувственность восстает против нее.

Самое лучшее средство узнавать лживых учителей

«Умоляю вас, братия, остерегайтесь производящих разделения и соблазны … ибо ласкательством и красноречием обольщают сердца простодушных.» (ст.17–18).

Апостол предостерегает христиан от коварных лжеучителей, которые ласкательством и красноречием совращают простодушных.

Иное значит — говорить о Боге и иное — быть от Бога. «Вы, возлюбленные, не всякому духу веруйте, но искушайте духи, от Бога ли они» (1 Иоан. 4:1). Сатана и его слуги часто представляются в образе светлого ангела (2 Кор. 11:14. 15). Наружностью легко можно ошибиться и принять Исава за Иакова. Надобно испытывать внутреннего человека. — С какой осторожностью считают деньги и товары!

1. Веруют ли они так, как Бог хочет?

а) Согласна ли их вера с учением слова Божьего и церкви?

Это — корень доброго дерева. Кто не верует в слово Божье или извращает его по своему произволу, тот не от Бога (Гал. 1:8).[369]

б) Верует ли также сердце их в то, что говорят уста (Рим. 10:10)?[370]

Одно только «Господи, Господи» — язык всех лицемеров (Мат. 7:21)![371] Худа та вера, которую знают только по книгам. Надо уметь говорить по собственному опыту; иначе — говорят, как слепые о цветах. Особенно нужно надлежащим образом познать Иисуса Христа (1 Иоан. 5:1).[372]

в) Уверены ли они в спасительности своей веры?

С пустыми надеждами и желаниями не входят в царствие небесное. Надобно уметь говорить как Павел (2 Тим. 1: 12).[373]

2. Делают ли они то, чего Бог хочет?

а) Человек, живущий нечестиво, не может быть от Бога.

Грехи — терния и волчцы. Может ли Христос быть вместе с Велиаром (2 Кор. 6:15)?[374] Как ночные совы и вороны не происходят от орлов, так и порочные люди не происходят от Бога. Рожденный от Бога греха не творит (1 Иоан. 3:9).[375]

б) И лицемер не может быть от Бога.

«Не от Твоего ли имени мы пророчествовали» и проч. (Мат. 7:22).[376] Пред миром, конечно, и волхв Симон считается за Божью силу (Деян. 8:9),[377] но не пред Богом. «Я никогда не знал вас; отойдите от Меня» (Мат. 7:23).[378]

Заключение. Посему, «остерегайтесь производящих разделения и соблазны.»

Испытайте самих себя, «в вере ли вы» (2 Кор. 13:5;[379] Гал. 6:4[380]).

Простая вера — самая лучшая вера

«Ваша покорность вере всем известна; посему я радуюсь за вас» (ст.19).

Апостол Павел радуется о римлянах, что их «покорность вере всем известна», что они в простоте и чистоте сердца хранили догматы веры и правила нравственности (2 Кор. 1:12).[381]

1. Что нужно понимать под простой верой?

Не невежество и неразумие (2 Цар. 15:11).[382] Не суеверие (Сир. 13:10).[383]

а) Простота веры основывается на Иисусе Христе и правильном о Нем познании (2 Тим. 1:12;[384] Деян. 15:11[385]).

б) Она крепко держится божественного слова. Хотя она и испытывает писания (Деян. 17:11),[386] однако же, пленяет свой разум в послушание веры и Церкви (2 Кор. 10:5;[387] 2 Петр. 1:19;[388] Евр. 11:1[389]).

2. Почему она самая лучшая?

а) Она познает силу истины прежде всего и лучше всего (Мат. 11:25;[390] Псал. 118:130[391]).

б) Она крепка и не легко совращается (Евр. 4:14[392]).

в) Она идет прямым путем к небу (Евр. 4:3;[393] 1 Кор. 1:27–28;[394] Кол. 2:8;[395] 2 Кор. 4:3[396]).

Что такое лжеучители, восстающие против православного учения?

«Умоляю вас, братия, остерегайтесь производящих разделения и соблазны, вопреки учению, которому вы научились, и уклоняйтесь от них» Ст. 17.

(ср. Иуд. 1:12–13).[397]

1. Это — безводные облака, т. е. их учение без мудрости, без знания, без плодов.

2. Это — деревья, цветущие только осенью и никогда не созревающие.

3. Это — бурное море, приводящее все в волнение и беспорядок и поглощающее корабли.

4. Это — обманчивые светящиеся огни, которые, вместо того чтобы привести путника в безопасную пристань, низвергают в пропасть.

Сравнение лжеучителей со змеями

«Умоляю вас, братия, остерегайтесь производящих разделения и соблазны, вопреки учению, которому вы научились, и уклоняйтесь от них; ибо такие люди служат не Господу нашему Иисусу Христу, а своему чреву, и ласкательством и красноречием обольщают сердца простодушных» Ст. 17–18.

(ср. Матф. 23:33).[398]

1. Подобно змеям они способны только соблазнять и делать зло, но не могут делать добра.

2. Свои мнения они также меняют, как змея цвет своей кожи.

3. Они всегда соблазняют людей земных и чувственных: змеи питаются землею.

4. Они также хитры и коварны, как змеи (ст.18).

Сравнение лжеучителей с волками хищными

«Умоляю вас, братия, остерегайтесь производящих разделения и соблазны, вопреки учению, которому вы научились, и уклоняйтесь от них; ибо такие люди служат не Господу нашему Иисусу Христу, а своему чреву, и ласкательством и красноречием обольщают сердца простодушных» Ст. 17–18.

(ср. Матф. 7:15).[399]

1. Волки — страшилище для стада: лжеучители — страшилище для верующих душ.

2. Волки ходят около овчарни: лжеучители — около церкви Христовой.

3. Волки подстерегают отсутствие пастыря, дабы удобнее делать свои нападения: лжеучители силятся отдалить пастырей душ, чтобы легче совращать овец Христовых.

4. Волки терзают стада пастью: лжеучители обольщают простодушных ласкательством и красноречием, исходящими из коварных уст (ст.18).

Ο божественной благодати

«Благодать Господа нашего Иисуса Христа с вами» (ст.20).

Умоляя христиан твердо держаться православного учения и остерегаться лживых учителей, совращающих сердца простодушных с пути истины, апостол Павел призывает на них благодать Господа нашего Иисуса Христа, дабы она утверждала и охраняла их в вере и благочестии.

1. Она необходима.

Благодать Божья есть высшая, жизненная сила для души человеческой. Без нее мы не можем ни делать добра, ни пребывать в добре.

а) Все мы обременены наследственным грехом.

От природы мы чада гнева (Ефес. 2:3).[400] Благодать Божья очищает нас от первородного греха в таинстве крещения. «Бог, богатый милостью, по Своей великой любви, которою возлюбил нас, 5 и нас, мертвых по преступлениям, оживотворил со Христом, — благодатью вы спасены» (Ефес. 2:4–5).

б) Все мы осквернены нашими собственными грехами.

От них мы можем освободиться только посредством благодати. Предваряющая благодать Божья должна возбуждать в нас раскаяние и обращение, как в блудном сыне. Отпущение грехов в таинстве покаяния есть дело благодати Божьей. Человек через грех может низвергнуться в пропасть, но без благодати Божьей он не освободится из нее.

в) Без божественной благодати мы не можем противостоять искушению к злу.

Она вразумляет, ободряет, дает мужество и силу к сопротивлению злу. — «Не введи нас во искушение!»

г) Без благодати Божьей мы не можем делать ничего доброго.

«Бог производит в вас и хотение и действие по Своему благоволению» (Филип. 2:13). «Как совершенно здоровый глаз не может видеть без света: так человек без благодати не может вести истиннодобродетельной жизни.»[401] Если люди делают какое-либо добро без помощи благодати, то делают не по святым побуждениям, a из честолюбия и т. д.

д) Без божественной благодати мы не можем постоянно пребывать в добре.

Самые лучшие люди не раз уже падали и теряли достигнутый с трудом венец, потому что слишком много надеялись на себя.

«Кто думает, что он стоит, берегись, чтобы не упасть.» (1 Кор. 10:12).

2. Она сильна и действенна.

«Все могу в укрепляющем меня Иисусе Христе» (Фил. 4:13).

а) Благодать Божья изменяет настроение мыслей и чувств, и ведет к обращению.

Апостолы Петр и Павел, Магдалина, Августин и многие другие, руководимые благодатью, обратились на путь истины.

б) Божественная благодать помогает победе.

Пустынники, святые мужи и девы благодарили благодать Божью, что она помогала им побеждать гордость, похоть плоти и похоть очей. «Благодатию Божиею есмь то, что есмь» (1 Кор. 15:10).

в) Она облегчает победу.

Все, предавшиеся совершенному воздержанию, нищете, уединению, смирению и проч., собственным опытом узнали истину слов Спасителя: «иго Мое благо и бремя Мое легко есть» (Мат. 11:30).

г) Она умножается.

«Ибо кто имеет, тому дано будет и приумножится» (Мат. 13:12). Если содействуют благодати, то получают ее в большей и большей мере.

3. Однако, она не непреодолима.

Человек свободен, благодать Божья не уничтожает этой свободы и не принуждает ее. Мы не можем противиться божественному всемогуществу, но мы можем отвергать действия благодати. Священное Писание говорит: «Он от начала сотворил человека и оставил его в руке произволения его. Если хочешь, соблюдешь заповеди и сохранишь благоугодную верность. Он предложил тебе огонь и воду: на что хочешь, прострешь руку твою» (Сир. 15:14–16). «Сколько раз хотел Я собрать детей твоих, как птица собирает птенцов своих под крылья, и вы не захотели!» (Мат. 23:37).

а) Бог хочет просветить тебя и указать тебе истинный путь.

Но ты можешь сомкнуть очи свои и возлюбить более тьму, нежели свет.

б) Благодать Божья побуждает тебя к совершению добра.

Но ты можешь внимать голосу мира и духа злобы.

в) Голос Божий взывает в твоей совести и побуждает к покаянию.

Но ты можешь заключить слух, сердце и душу.

г) Благодать зовет тебя отказаться от чрезмерной любви к миру.

А ты можешь продолжать пресыщаться мирским.

д) Благодать Божья указывает тебе на мучение ада и награду неба.

Но ты можешь отказаться от небесной награды и стремиться в ад.

ОБРАЗЦЫ ЦЕРКОВНОЙ ПРОПОВЕДИ

Слово в неделю Православия.[402]

«Бодрствуйте, стойте в вере, будьте мужественны, тверды» (1 Кор. 16:13).

Святая Церковь ныне празднует торжество православной веры над врагами ее и тем заповедует всем православным христианам твердо и непоколебимо всегда пребывать в послушании и неизменной преданности православной вере.

Апостольския слова: «Бодрствуйте, стойте в вере, будьте мужественны, тверды», внушают нам эту великую обязанность — всегда нерушимо придерживаться православной веры и, под руководством ее, постепенно все более усовершенствоваться в истинном благочестии и христианских добродетелях, чтобы достигнуть вечной блаженной жизни в обителях небесных. Господь Спаситель Сам научил этой вере и передал ее своей церкви во все времена, и Сам Он показывает нам, как необходима эта вера для нашего спасения, когда говорит: «Верующий в Сына имеет жизнь вечную, а не верующий в Сына не увидит жизни, но гнев Божий пребывает на нем.» (Иоан. 3:36).

Также Господь учит: «Истинно, истинно говорю вам: слушающий слово Мое и верующий в Пославшего Меня имеет жизнь вечную, и на суд не приходит, но перешел от смерти в жизнь» (Иоан.5:24). Посылая апостолов на проповедь и заповедуя им проповедовать Евангелие всем народам и крестить всех верующих в Него, Иисус Христос сказал: «Кто будет веровать и креститься, спасен будет; а кто не будет веровать, осужден будет» (Maр. 16:16).

Так, учение Иисуса Христа ясно показывает, что вера для всех необходима. «Без веры угодить Богу невозможно» (Евр. 11:6), пишет Апостол. Поэтому без веры невозможно и достигнуть спасения. Только православная или истинная вера показывает людям истинный путь к вечной жизни. A без этой веры человек ходит в тьме неведения, не знает своего последнего назначения и не может найти путь ко спасению. Без этой веры и мы скитались бы на земле, подобно язычникам не зная ни истинного Бога, ни своего назначения к вечной жизни; блуждали бы по распутьям заблуждений и нечестия; жили бы без упования.

Поэтому православная вера нам необходимее всего, — необходимее всякого другого знания, всякого искусства и всякого земного блага, сколько бы полезным и нужным оно ни казалось нам. Апостол Павел говорит: «Да и все почитаю тщетою ради превосходства познания Христа Иисуса, Господа моего: для Него я от всего отказался, и все почитаю за сор, чтобы приобрести Христа» (Фил. 3:8). Для познания Иисуса Христа или для сохранения веры во Иисуса Христа, говорит апостол, я все почитаю за ничто, всякое другое ведение, всякое достоинство, честь, славу, дружбу, все, что мир любит и высоко ценит.

Для Господа Иисуса, я отказался от всего и все почитаю ничего незначущим, чтобы только приобрести Иисуса, т.е. приблизиться к Иисусу и навсегда соединиться с ним.

Тот же апостол говорил к пресвитерам ефесской церкви: «Вот, ныне я, по влечению Духа, иду в Иерусалим, не зная, что там встретится со мною; только Дух Святый по всем городам свидетельствует, говоря, что узы и скорби ждут меня. Но я ни на что не взираю и не дорожу своею жизнью, только бы с радостью совершить поприще мое и служение, которое я принял от Господа Иисуса, проповедать Евангелие благодати Божией» (Деян. 20:22–24). Так дорого ценил апостол Павел веру в Иисуса Христа и верность своему призванию — быть апостолом Христовым, т.е. проповедать Евангелие и этой проповедью призывать к вере в Иисуса Христа.

Также дорого ценили веру в Иисуса Христа и другие апостолы. Все дела их показывают это. Каких только подвигов не совершили они для того, чтобы по всем странам мира возвестить учение Христово; чтобы, если можно, всех призвать к вере во Христа Спасителя? Каких скорбей, каких болезней и страданий ни претерпели они, проповедуя эту Божественную веру? И все это для того, чтобы погибавших во тьме неведения и заблуждений, спасти через веру в Иисуса Христа и чтобы самим пребыть верными Христу до смерти и получить, по обетованию Господа, «венец жизни» (Апок. 2:10).

Вспомним при этом, какое было множество мучеников и исповедников в первые времена христианства! Для чего терпели они тяжкие болезни и страдания и охотно подвергались смерти? — Для того, чтобы сохранить веру во Иисуса Христа и благодаря этому получить вечную жизнь в обителях Отца небесного. Вспомним соборы древних пастырей и учителей Церкви, преемствовавших апостолам в подвигах евангельской проповеди; вспомним лики преподобных, подвизавшихся в пустынях, в горах, в пещерах и ущельях земных, лики девственников и девственниц, неусыпно боровшихся с немощами плоти в продолжение всей жизни. Вспомним сонмы доблестных подвижников и подвижниц, которыми так славно украшается Христова Церковь: для чего они с таким самоотвержением подвергались всяким трудам, лишениям, скорбям, болезням? Для чего день и ночь подвизались, изнуряя свое тело постом и трудами? — Для того, чтобы сохранить святую веру целой и неразрушимой и чтобы под руководством этой веры, подвизаясь душой и телом, всецело принести себя в жертву Христу, Начальнику веры, a по окончании поприща земной жизни, получить от Него венец блаженной жизни в будущем веке. Так они высоко ценили святую веру и так много заботились о сохранении ее!

Братия! так и мы должны дорожить православной верой и более всего заботиться о том, чтобы нам твердо и непоколебимо всегда пребывать в православной вере; должны бояться всяких заблуждений неверия и лжеверия, также нерадения и беспечности о вере; должны мужественно преодолевать искушения и соблазны, восстающие против веры и всегда ревностно повиноваться правилам и уставам святой православной церкви. «Бодрствуйте, стойте в вере, будьте мужественны, тверды!»

Православный христианин! Храни святую соборную и апостольскую веру, как величайшее сокровище, которым приобретается вечная блаженная жизнь; питай и оживляй ее в своей душе во всякое время, благоговейно размышляя о Боге и делах Его, о Христе Спасителе и о спасении через веру в Него.

Веруй, что Бог есть Дух всесовершенный, вечный, независимый, вездеприсущий, всеведущий, всемогущий премудрый, преблагий, всесвятый, всеправедный и всеблаженный.

Веруй, что Бог — един по существу и троичен в лицах: Отец, Сын и Дух Святый, Троица единосущная и нераздельная. Отец не рождается и не исходит от другого лица; Сын предвечно рождается от Отца; Дух Святый предвечно исходит от Отца.

Веруй, что все три Божеские лица или Ипостаси, по Божеским совершенствам и беспредельному величию, власти и славе, равны между собой: Отец есть истинный всесовершенный Бог, и Сын есть истинный всесовершенный Бог, и Дух есть истинный всесовершенный Бог. Все три Лица или Ипостаси — один истинный, всесовершенный Бог.

Веруй, что вечный Триипостасный Бог сотворил из ничего весь мир, небо и землю, Ангелов и человеков, и весь мир, видимый и невидимый, содержит в бытии и управляет им.

Веруй, что Сын Божий, Иисус Христос, для нашего спасения сошел с небес на землю и воплотился от Святого Духа и Девы Марии, так что, будучи Богом от вечности, воспринял наше человечество — душу и тело, и есть истинный Бог и истинный человек или Богочеловек, в одном Божественном Лице, соединив два состава — Божественное и человеческое, непреложно, нераздельно и неслиянно. Пребывая на земле, Он своим учением, примером и чудесами просветил мир; своими молитвами к Отцу, совершенным исполнением воли Его, страданиями и крестной смертью искупил людей от греха, проклятия и вечной смерти. Своим воскресением из мертвых и вознесением на небо открыл людям путь к вечному блаженству.

Веруй, что Иисус Христос на земле создал Церковь для спасения всех верующих в Него. Эта Церковь, по обетованию Господа Спасителя, пребудет неодолимой от врагов ее до скончания мира. Эта Церковь есть Единая, Святая, Соборная или вселенская и Апостольская. Этой Церкви даровал Господь пастырей, Свое учение и семь спасительных таинств. По вознесении на небо, Господь ниспослал на апостолов и на всех, верующих в Него, всесвятого Духа-Утешителя, дабы Он всегда пребывал в Церкви.

Веруй, что Дух Святой, как от начала мира вместе с Отцом и Сыном дает тварям бытие и жизнь и всем управляет, и как в Ветхом завете говорил через пророков — так всегда действует и в Христовой Церкви, через слово Божье и спасительные таинства сообщая верующим различные благодатные дары, необходимые для их спасения.

Веруй, что Иисус Христос, при скончании мира, придет на землю во славе, сопутствуемый ликами Ангельскими. Тогда, все, по гласу Его, воскреснут из мертвых и предстанут на суд Его, «чтобы каждому получить соответственно тому, что он делал, живя в теле, доброе или худое» (2 Кор. 5:10), и по совершении последнего суда, «пойдут» непокаявшиеся грешники в муку вечную, «праведники в жизнь вечную» (Мф. 25:46).

Приемли с верой и ненарушимо храни предлагаемые тебе в церкви священное Писание и священные предания, все церковные правила и постановления, как то: о почитании преблагословенной Девы Марии Богородицы, святых ангелов, апостолов, пророков и всех святых; о чествовании святых икон и мощей, о поминовении усопших, о соблюдении постов. Свято храни это и другие заветы святой вселенской церкви Христовой как свойственно верному сыну ее.

Вот краткое изложение святой веры, которую благоговейно должен всегда хранить и иметь в своей душе каждый православный христианин. Эта вера единая, святая, апостольская, вселенская. На этой вере утверждена Церковь Христова и ей будет держаться непоколебимо до скончания мира, как обещал ее Основатель и Глава Господь Иисус, говоря: «создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют ее» (Мф. 16:18).

Эту веру, православный христианин, храни как священное и драгоценнейшее наследие, переданное тебе от твоих православных отцов и праотцов. Эту веру свято храни, как единое истинное основание твоего благочестия и добродетельной жизни в Иисусе Христе и как верный залог твоего спасения, твоего истинного счастья на земле и вечного блаженства на небе.

Эту веру вы, родители и попечители детей, более всего должны внушать своим детям или воспитанникам, с ранних лет укоренять в душах их, своим словом и примером питать и совершенствовать ее в них во всякое время и охранять ее от всяких ложных мнений и заблуждений, противных учению православной церкви.

Эту веру все православные христиане, как члены одного тела — церкви Христовой, должны поддерживать один в другом, как родные братья одного семейства Божьего, друг друга охраняя от уклонений на распутии, от неверия или маловерия, от нерадения и беспечности о своем спасении, от пагубных суеверий, ересей и расколов, расторгающих союз членов церкви между собой и с единым Главой ее Господом Иисусом, и многоразлично развращающих и погубляющий человека.

Итак, братия, внимая словам Духа Божьего, вещающего через Апостола, «бодрствуйте, стойте» в святой православной вере, «будьте мужественны, тверды» так, чтобы всегда жить по вере, повинуясь руководству святой православной церкви, «которая есть», как учил апостол, «Церковь Бога живаго, столп и утверждение истины» (1 Тим. 3:15).

Братия! со всем усердием и ревностью храня в своих душах святую православную веру и повинуясь ей во всех делах наших, в надежде вечной жизни, будем всегда прославлять единого Триипостасного Бога, Вседержителя, Творца неба и земли, и Спасителя рода человеческого. Слава Отцу и Сыну и Святому Духу, ныне и всегда, и во веки веков. Аминь.

Поучение в 1-ю Неделю Поста.[403]

Слава Богу! — вот, православные, прошла и масленица, дожили мы и до Великого Поста. Кому из нас неизвестно, как после этой масленицы трудно вступать в пост, после пресыщения лакомой пищей и вином — в говение, после шумных игр и катаний по улицам — в молитву, после праздной болтовни — в безмолвие. Что и говорить — трудно. Какая-то при этом чувствуется скука, душевная пустота и уныние.

Но что же делать; не все же нам пировать, да ликовать, — пора о Боге и о своей душе подумать, было бы с чем и на тот свет придти. В самом деле, призадумаешься, что такое настоящая наша жизнь? Это не дом наш, не наша собственность, a временное жилище, с которым не ныне, так завтра, не в настоящий год — так в будущий придется распроститься и идти на свою родину — к Отцу небесному.

Посмотрите-ка назад, припомните прошлые дни, сколько близких, родных мы проводили туда. В прошлом году они вместе с нами говели и в этом святом храме молились, — a теперь где они? — Там, на небе, пред очами самого Бога. Хорошо, кого Господь сподобил перед смертью покаяться в грехах и причаститься Святых Таин, — им все же не так страшно предстать перед небесным Судьей. A другие — увы! — не сподобились этой милости; умерли смертью внезапной, скоропостижной, a иные — без одного покаянного вздоха — с чаркой в руках: не давай Бог умирать так! Какая теперь участь этих несчастных! Верно, они ничего не пожалели бы теперь, отдали бы все свои пожитки за один день, за один час раскаяния в грехах. Но уже поздно, не видать им света вольного, не ходить им по сырой земле.

Братия! Кто же знает, кто ведает, может быть, для кого-либо и из нас настоящий год, настоящий месяц есть последний в жизни. Бог знает, может быть, и y нас смерть не за горами, a за плечами. Так, подумаем заблаговременно о покаянии, a особенно в нынешние дни, когда Святая Церковь всем располагает нас к тому. В самом деле, как хорошо ныне говеть. Вот ныне и пост для всех, и по нескольку раз совершается в день служба церковная. Ничто теперь не развлекает, ничто не мешает. Не теряйте напрасно этого времени; другого Великого Поста, может быть, и не будет для нас.

Вот вы, предстоящие здесь, хорошо сделали, что решились отговеть в нынешнюю первую неделю, — зачем откладывать до последней? Дела то от нас и тогда не уйдут, лишь Бог благословил бы, наработаемся; a отговеть то все-таки надобно, непременно надобно. Бог всегда один и тот же, всегда принимает с любовью кающегося, a вот беда, если кто из вас останется нерадивым на весь пост. От имени самого Бога я — служитель алтаря Его — поручаю вам сказать всем своим родным и знакомым, чтобы все от малого до старого в настоящий пост исповедывались и Святых Таин причастились. Об этом я с любовью прошу и молю всех вас.

Но многие из вас говорят обыкновенно: «наше дело крестьянское, и рад бы отговеть, да некогда: то работа останавливает, то детей малых не на кого покинуть.» Пустая это отговорка: кто захочет исполнить христианский свой долг, того никакой недуг не задержит, он уже найдет время на это.

Работа наша никуда не уйдет. Бог благословит — наработаемся, a без Божьего благословения что и сделаем, не пойдет нам в прок. Мало ли всяких наказаний посылает на нас Бог, — то градом поля побьет, то огнем жилище наше сожжет: от Божьей воли деваться некуда. Бросьте и ту пустую отговорку, что у вас в старину не так было. Старина нам не указ. В старину с хорошим много было и дурного, как и от нас останется нашему потомству. Вот, в старину незапамятную наши предки были язычники, в храм Божий вовсе не ходили, Святых Таин не причащались, — неужели и нам следует быть таковыми? Оборони вас Бог от того! Нет, слушайте, да принимайте лишь хорошее, a дурное и без того придет.

A вот слышу и еще отговорку: «мы-де люди молодые, боимся, не воздержимся от худых слов и дел пред причастием, тогда еще больше на нас будет греха.»

Ах, друзья мои! Какой же ты христианин, что не можешь на несколько дней воздержаться от праздных и гнилых слов и от постыдных дел, да притом ради такой благодати! Подумай-ка — ты, как христианин, и без того обязан беречься от всех пороков. Притом, кто похвалится, что он достойно причастился, и кто поручится за себя, что после Святого причастия, он не впадет ни в один грех? Наконец, лучше один даже час иметь в себе Бога и быть в Боге, чем целый век жить в общении с сатаной. Нет, такие отговорки суть плод духа ленности и нерадения, словом, внушение лукавого, который всеми мерами старается от всего доброго отклонить нас.

Так, братия, отговорки в сторону; воспользуемся настоящим временем, принесем Господу Богу покаяние во грехах своих, не будем откладывать его до будущего неизвестного времени, которое скрыто от нас в судьбах Промысла Божьего. Помните слова Господа Спасителя нашего: «Смотрите, бодрствуйте, молитесь, ибо не знаете, когда наступит это время. … бодрствуйте, ибо не знаете, когда придет хозяин дома: вечером, или в полночь, или в пение петухов, или поутру; чтобы, придя внезапно, не нашел вас спящими» (Мар. 13:33–36).

Торжество православия

Торжество православия есть торжество истины, и Святая Церковь, назначая для воспоминания об этом торжестве первое воскресенье Великого Поста, тем самым поучает нас, что торжество истины, составляющей самую основу и сущность духовной жизни, является лишь результатом великого подвига духа в его стремлении одолеть материю.

Истина по своей сущности должна составлять неотъемлемую принадлежность человеческого духа, как отображения Того, Кто есть сама истина; но с того рокового момента, когда в человеческой природе совершился перелом и нарушена была цельность первозданного естества, истина сделалась лишь предметом стремления, так как самооочевидность ее закрылась для человеческого сознания и она стала преподноситься ему лишь как бы в зеркале гадания, в гадательных образах вероятности. Чувственная природа, беря перевес над духом, тем самым омрачает наше сознание, задергивает его пеленой плотских ощущений и закрывает пред ним светлый лик истины, так что для того, чтобы отдернуть эту пелену перед своими умственными очами, человек должен подвизаться подвигом добрым и только усиленной борьбой с чувственностью может достигать освобождения духа от уз всепомрачающей материи. Вот почему пост, измождая тело, в то же время укрепляет и просветляет дух, и известные примеры духовной прозорливости, встречающиеся именно среди суровых постников, a не людей мира сего, составляют не только чудесное, но и психологически объяснимое.

Но если даже в пределах личной жизни истина является лишь плодом торжества духа над материей, то тем более этот факт имеет значение в истории — в приложении к истине безусловной или вселенской, потому что врагом ее выступает весь лежащий во грехе заблуждения мир. Человечество, подавляемое чувственностью, никогда само не могло постигать истины в ее полноте и совершенстве, и достаточно заглянуть в историю древнего дохристианского мира, чтобы понять, как немощен сам по себе дух человеческий и как он, без высшей всеозаряющей помощи, склонен принимать ложь за истину и всецело служить ей. Не даром для освобождения его от этого рабства лжи стал необходимым величайший акт милосердия Божьего, именно сошествие на землю самой божественной истины в лице Христа Спасителя мира.

Божественно ясна и лучезарна эта истина, возвещенная Христом и запечатленная Его крестной смертью и воскресением, и достаточно принимать ее с чистым верующим сердцем, чтобы тьма заблуждения исчезла на земле, и водворилось царство Божье, которое есть именно царство истины во всех ее проявлениях. Но даже лучезарная истина божественного откровения не могла рассеять навсегда тьмы заблуждения человеческого, a напротив, — сама встретила ожесточенное противоречие со стороны высокомерного разума, желающего жить по распутиям мира сего. И мы видим, как уже с первых дней Церкви Христовой, явившейся видимым осуществлением царства Божьего на земле, начинается борьба темных сил князя мира сего против истины и ее хранительницы — Церкви.

Все те многочисленные ереси, которые то и дело возникали и смущали совесть христианского мира, были именно плодом высокомерного, помраченного плотскими страстями разума, который не хотел подчиняться богооткровенной истине, a напротив, стремился и ее подчинить ограниченным законам своего логического мышления. Отсюда Церковь в лице ее богопросвещенных пастырей и учителей должна была вести продолжительную борьбу с дерзко поднимавшими знамя ереси и заблуждения лжеучителями. Целых восемь веков длилась эта великая борьба истины с заблуждением и бывали моменты, когда заблуждение, по-видимому, готово было восторжествовать окончательно. Достаточно вспомнить тот поистине страшный и критический момент, когда Григорий Богослов, прибыв в Константинополь, город великого равноапостольного Константина, видевшего над своей головой победное знамя Святой Церкви с надписью: «сим победиши!»— нашел эту столицу совершенно во власти ариан, этих рационалистов древности, и только малая паства еще хранила истину православия.

Но истинно и непреложно слово Христово, что небо и земля пройдут, a истина пребывает во век, и тьма заблуждения действительно стала рассееваться под лучами великого светила Церкви, и та же столица сделалась позже свидетельницей полного и неоднократного торжества православия. Седьмой вселенский собор, окончательно утвердивший истину православия определением догмата о почитании икон, был, так сказать, седьмой печатью, которой навсегда была запечатлена истина православия, и потому-то Святая Церковь особо и воспоминает этот момент, как именно решительный акт торжества православия.

Но торжество православия не закончилось и этим актом. Как разум человеческий по своим греховным наклонностям не переставал и после этого пытаться внести свои ограниченные мнения и суждения в область учения Христова, так и Святая Церковь постоянно должна была стоять на страже истины и продолжать борьбу с этими заблуждениями, не перестающими возникать и до сих пор. Истина, даже утвержденная и запечатленная авторитетом семи вселенских соборов, была недостаточно авторитетна для гордого самонадеянного разума, который, забывая о своей ограниченности, стремился обнять ее своею мыслью, как он обнимает и ограниченные предметы чувственного мира.

Но как свет вещественного солнца может освещать лишь одну часть земного шара, причем другая часть в это самое время остается во тьме, так и разум без высшей помощи веры может постигать вселенскую истину только с одной стороны, и когда он, не сознавая этой своей ограниченности, воображает, что постиг всю истину, то неизбежно становится жертвой заблуждения. И история Церкви после вселенских соборов представляет печальные и вместе поразительвые примеры такого заблуждения. В чем заключается причина отпадения западного мира от истины православия? Да именно в том, что глава этого мира слишком положился на свой личный разум, авторитет которого он поставил выше авторитета вселенских соборов. Он вообразил, что своим личным разумом он может постигнуть истину православия во всей ее полноте и совершенстве, и так как это по самой ограниченности личного разума было невозможно, то воображаемая им истина оказалась в действительности заблуждением, и притом таким, которое повлекло за собой неисчислимые пагубные последствия. Увлекаемый честолюбием своего главы, весь западный мир отпал от истины православия, начал жить по стихиям мира сего; в нем затемнилось самое понятие о Церкви, как царстве не от мира сего, и напротив, явилась ложная мысль, что Церковь есть именно царство мира сего, глава ее должен повелевать всем миром и пред ним должны преклоняться все цари и народы земли. И эта ложная мысль повлекла за собой все те ужасы, которыми ознаменовалась история западной церкви после ее отпадения от православия, — ужасы борьбы церковной власти с гражданской, a затем и ужасы инквизиции, составляющие позорнейшее кровавое пятно на страницах этой истории.

Но заблуждение, даже опирающееся на два меча — мирской и духовный, — не могло навсегда утвердить свое царство, и из глубины народа, сохранявшего в своем сердце искру сознания ненормальности установившегося самовластия в Церкви, вышел могучий протест, низвергший владычество папы во всех северных странах Европы. Протест был сделан во имя церковной правды, во имя свободы Церкви от деспотизма ее самозванного главы. К сожалению, этот протест не удержался на должном равновесии между авторитетом и свободой в Церкви, и впал в противоположное заблуждение, которое оказалось еще горше первого, ибо было прямым продолжением и развитием его.

Если Рим подавлял свободу Церкви безграничным авторитетом ее самозванного главы, тем самым подрывая и притупляя жизненные силы в ее организме, то с другой стороны протестантизм подорвал авторитет Церкви и отдал ее в жертву личного разума каждого из ее членов, так что она как царство перестала существовать и сделалась собранием необъединимых между собой атомов, — из космоса превратилась в хаос.

И в таком состоянии она, к несчастью, продолжает быть и доселе, причем все более и более сказываются печальные плоды этого двустороннего заблуждения. Не научившись ничему из горького опыта, римский католицизм продолжает все далее идти по пути возвышения авторитета папы, который уже и возведен на богохульственную высоту непогрешимости, a протестантизм, отрешившись от всякого авторитета Церкви, всецело погрузился в бездну беспринципного движения, которое привело его к отрицанию существеннейших догматов христианства. Эти две церкви вполне уподобились двум кораблям, захваченным бурей. И носятся они по безбрежному морю по воле капризной стихии, не имея возможности достигнуть тихого пристанища, потому что на одном из них вся власть безусловно находится в руках самозванного капитана, который, называя себя непогрешимым, однако, всегда руководствуется не правилами и законами мореплавания, a капризами своего самовластия, принимая обманчивые призраки за светящиеся маяки; a на другом и совсем нет капитана, и управление кораблем переходит из одних рук в другие, причем каждый из пассажиров воображает себя наилучшим знатоком мореплавания, хотя все они в действительности совершенно незнакомы с этим искусством и от страха потеряли головы. Такие корабли не только не могут достигнуть тихой пристани, но и самое сохранение их от полного крушения есть лишь чудо бесконечной милости Божьей.

Полную противоположность с ними представляет Святая Православная Церковь, которая никогда не отдавалась на волю стихий мира сего. Ее также можно уподобить кораблю, но такому, на котором управление находится в руках не самозванного, мнимо-непогрешимого капитана — папы, или несогласных и соперничающих между собой пассажиров, a в длани начальника нашего спасения, Самого Иисуса Христа, Который неизменно ведет Свой корабль к предназначенной ему цели.

Конечно, и этому кораблю во время его плавания часто приходилось испытывать жестокие бури, когда свирепые волны грозили потопить его; но он, имея во главе себя истинно-непогрешимого божественного Кормчего, всегда преодолевал их, и плывущие на нем всегда имеют возможность надеяться достигнуть тихого пристанища, если только сами от малодушия не побрасаются в кипящую стихию. И в этой испытанной веками надежности корабля православной Церкви, который, не страшась никаких бурь, из века в век продолжает совершать свое великое предназначение — перевозить человеческие души через житейское море к тихому пристанищу вечной жизни, и заключается его несравнимое преимущество пред кораблями инославными, a вместе с тем и постоянное торжество православия, которому одному только, как неизменному хранителю непреложной истины спасения, дано торжествовать победу над всеми заблуждениями человеческого недомыслия и своеволия.

Если, таким образом, и здравый смысл, и исторический опыт доказывают, что только именно корабль Святой Православной Церкви имеет способность перевозить нас через житейское море к жизни вечной, как цели нашего земного существования, то как жалки и безумны те из сынов православной Церкви, которые, получив высшее благо по рождению и крещению принадлежать к ней, в своем греховном ослеплении восстают против своей матери, клевещут на нее, называя ее мертвой и бездеятельной, и находя ее движение слишком медленным, оставляют ее, чтобы самим попытаться скорее достигнуть пристани жизни вечной!

С этой целью они оставляют корабль православной Церкви, на утлой ладье самоизмышленного учения пускаются в бурно волнующуюся стихию и — конечно погибают в ней. Но если жалки эти несчастные жертвы заблуждения, то уже вполне преступны те, кто являются распространителями и учителями лжи! Сами погибая от самомнения своего помраченного разума, восстающего под влиянием плотских страстей против богоустановленного авторитета Церкви, они увлекают за собой и многих других; и если последние действительно достойны более сожаления, чем осуждения, то первые положительно заслуживают строгую кару, и потому-то Святая Церковь, желая предохранить эти жертвы от слепого увлечения заблуждением, грозно карает лжеучителей, подвергая их отлучению или анафеме. В силу этого отлучения, она как бы сама выбрасывает их за борт своего корабля и представляет им вполне убедиться, насколько они способны собственными силами бороться с разъяренной стихией бурно-волнующегося житейского моря. Этот приговор над лжеучителями есть заключительный акт торжества православия, как не только торжествующего победу над заблуждениями, но и производящего свой страшный суд над непокорными врагами истины.

Библиографический указатель слов, бесед и поучений на 1-ю Неделю Великого Поста

Филарет, митр. Московский. Слова и речи. Т. V, 398.

Иннокентий, арх. Херсонский. Сочинения, т. III, 236.

Палладий, еп. Рязанский. Слова и речи. 37.

Феофан, еп. Тамбовский. Слова в Св. Четыред. 132. 138. 144.

Евсевий, архиеп. Могилевский. Сочинения, 331.

Филарет, арх. Черниговский. Слова и беседы. 7. 3, 41–51.

Павел, арх. Кишеневский. Слова и речи. Т. I, 123.

Димитрий, арх. Херсонский, Сочинения, 218.

Никанор, арх. Херсонский. Собрание сочин. т. I, 354–390.

Павел, арх. Казанский. Проповеди. Т. II, 49.

Нордов, прот. Сеятель благочестия. Т. I, 40.

Сергиев, И. прот. Собрание сочинений, т. II, 73–84.

Путятин, Р. прот. Полное собр. поучений. 217–221.

Кудрицкий, свящ. Внебогосл. беседы. 99.

Романов, прот. Полное собр. поучений. 207.

Бухарев, И. Беседы пастыря на воскр. еванг. чт. 171.

Шумов, свящ. Беседы на воскр. апостольск. чтения, 51.

Белоцветов, прот. Круг поучений, 89.

Полисадов, прот. Проповеди. Стр. 241.

Тихвинсхий. Ф. Время зимнего покаяния. 39.

Сеятель. Сборник поучений. 224.

Дьяченко, Ежедневные поучения. Т. I, 588–605.

2-Я НЕДЕЛЯ ВЕЛИКОГО ПОСТА

I.ЕВАНГЕЛЬСКОЕ ЧТЕНИЕ. Зачало (7) от Марка 2:1–2

1 Через несколько дней опять пришел Он в Капернаум; и слышно стало, что Он в доме.

2 Тотчас собрались многие, так что уже и у дверей не было места; и Он говорил им слово.

Зачало (36) от Иоанна 10:9-16

9 Я есмь дверь: кто войдет Мною, тот спасется, и войдет, и выйдет, и пажить найдет.

10 Вор приходит только для того, чтобы украсть, убить и погубить. Я пришел для того, чтобы имели жизнь и имели с избытком.

11 Я есмь пастырь добрый: пастырь добрый полагает жизнь свою за овец.

12 А наемник, не пастырь, которому овцы не свои, видит приходящего волка, и оставляет овец, и бежит; и волк расхищает овец, и разгоняет их.

13 А наемник бежит, потому что наемник, и нерадит об овцах.

14 Я есмь пастырь добрый; и знаю Моих, и Мои знают Меня.

15 Как Отец знает Меня, так и Я знаю Отца; и жизнь Мою полагаю за овец.

16 Есть у Меня и другие овцы, которые не сего двора, и тех надлежит Мне привести: и они услышат голос Мой, и будет одно стадо и один Пастырь.

Общий характер недели. Практический очерк содержания рядового чтения

Содержание первого евангельского чтения то же самое, что и в шестую неделю по Троице (см. VI нед. по Троице). Во втором чтении от Иоанна изображается Иисус Христос, как Добрый Пастырь.

1. Он обладает всеми свойствами доброго пастыря:

а) истинной пастырской мудростью (ст. 11, 12);

б) истинной пастырской заботливостью (ст.12).

2. Он имеет самоотверженную любовь к стаду;

а) не убегает, когда грозит опасность Его стаду;

б) защищает его и печется о нём с пожертвованием собственной жизни (ст. 12, 13).

3. Он находится в теснейшем внутреннем соединении с своими пасомыми;

а) знает их (ст.14) и

б) они знают Его (ст. 14, 15).

4. Его пастырская заботливость простирается на всех:

а) Он хочет, чтобы все принадлежали к Его стаду (ст.16);

б) заботится о том (ст.16) и

в) уверен в успехе своей пастырской заботливости (ст.16).

Частные темы, предлагаемые проповеднику этим евангельским чтением, могут быть следующие:

Cт. 9: без И. Христа и христианства нет спасения.

Ст. 10: о высокой цели, с какой приходил Иисус Христос на землю «чтобы имели жизнь и имели с избытком» (Иоанн. 10:10). О том, как мы с своей стороны можем содействовать осуществлению тех целей жизни, для которых приходил Спаситель; или о двояком бессмертии, ожидающем ревностных деятелей для истинного блага человечества.

Ст. 11, 12,13: о случаях, где нам позволительно говорить о себе с похвалой. Каждая добросовестно исполняемая обязанность требует жертв. Почему многие люди так небрежно исполняют обязанности, предполагаемые им по своему предназначению. О позорном имени «наемника» в исполнении ими обязанностей своего предназначения.

Ст. 14: о взаимной любви между пастырем и пасомыми. Как прискорбно, если пасомые не знают своего пастыря.

Ст. 15: Упование на Бога — величайшее утешение для истинных, но непризнанных труженников.

Ст. 16: об овцах, которые не суть от двора сего и которые составляют предмет особенной заботливости истинного пастыря Христова. Когда мы имеем право сказать, что мы составляем единое стадо единого пастыря Иисуса Христа и т. п.

Свойства доброго пастыря и добрых овец

«Я есмь пастырь добрый: пастырь добрый полагает жизнь свою за овец» (ст.11).

В нынешнем евангелии Иисус Христос сравнивает себя с пастырем, a своих верующих — с овцами.

1. Свойства доброго пастыря.

а) жизнь Мою полагаю за овец.

Иисус Христос, действительно, так и сделал. Он предал себя на заклание от руки тех, которых пришел спасти. Какая любовь с Его стороны, и какой благодарностью обязаны мы Ему!

6) Я знаю Моих.

После Своих кровавых страданий Иисус Христос вознесся на небо, чтобы оттуда руководить своими овцами. Он наблюдает за нами и знает всех нас. Какое утешение для печальных, для оставленных, для невинно гонимых и Какое утешение для немощных, впадающих в грехи и раскаявающихся в своих грехах! Он поможет, Он милостив!

в) Он дает Своим овцам вечную жизнь.

Неверующий, при одном воспоминании о смерти, приходит в ужас. Но христианин с радостью взирает на смерть. Иисус Христос дает вечноблаженную жизнь. В смерти мы ничего не теряем, a напротив много приобретаем. «Ибо для меня жизнь — Христос, и смерть — приобретение.» (Фил.1:21).

2. Свойства добрых овец.

а) Овцы Мои знают Меня.

Чтознают истияные христиане об Иисусе Христе? Его беспредельную любовь к роду человеческому, Его привлекательный пример, Его неограниченное могущество. Они знают высоту Его божественной личности, Его славные дела, великие и непреложные Его обетования. Они знают Его как Учителя, как доброго Пастыря, как Судью и Спасителя.

б) Овцы голос Мой слышат.

Где раздается зов Спасителя, туда христианин устремляет свой слух. Голос Его он слушает охотно, как голос друга, отца. Охотно он внимает Его словам: «блаженны кроткие», «возлюби Господа Бога твоего», «любите врагов ваших», «Никто не может служить двум господам» и т. д.

в) Овцы за Ним идут.

Что пользы, если слышат голос путеводителя, но продолжают идти своим ложным путем? Так и в отношонии к голосу Иисуса Христа. Добрый христианин не только слышит, но и слушается. Он любит Бога более всего. Любит ближнего, как самого себя. Прощает врагам и проч.

Заключение. Будем добрыми овцами! Последуем за Господом и мы сделаемся наследниками Его царствия.

Какие свойства овцы мы, христиане, должны усвоить себе?

«Пастырь добрый полагает жизнь свою за овец» (ст.11).

Иисус Христос сравнивает своих последователей с овцами, и мы можем спросить самих себя: овцы ли мы Иисуса Христа и добрые ли овцы? Овца, конечно, есть животное, но она имеет прекрасные свойства. Если мы в высшем, духовном смысле имеем эти свойства, то мы — добрые овцы.

1. Незлобие.

Овца безоружна; она не имеет никакого орудия для защиты: ни рогов, ни копыт, ни острых зубов, ни когтей, ни жала. Ее защитой служит незлобие.

Такого же незлобия требует Спаситель от нас: «научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем» (Мат. 11:29). «Блаженны кроткие, ибо они наследуют землю» (Мат. 5:5). Иисус Христос, страшный Бог, по выражению святого Амвросия, сравнивает себя с пастырем, чтобы научить нас быть овцами. Пока мы гневаемся на своего оскорбителя, хулим его и мстим ему, мы не принадлежим к овцам Христовым и к избранным Божьим.

2. Терпение.

Терпение овцы известно.

Она не визжит, не жалуется, не воет, когда ведут ее на заклание. — Священное Писание называет Иисуса Христа агнцем и говорит о терпении агнца. Так должен быть терпелив и христианин. Не страдания сами по себе ведут на небо, a терпеливое перенесение страданий. «В терпении вашем стяжите души ваши!»

3. Смирение.

Лев, лошадь, павлин и другие животные имеют гордую и надменную поступь. Но не так овца. Она ходит скромно, тихо, спокойно.

Овцы Христовы должны быть также смиренны. «Блаженны нищие духом.» Смирение необходимо для спасения. Врата, ведущие в царствие Божье, тесны, и только малые, т. е. смиренные, могут пройти через них. Напротив, надутое высокомерие не может пройти через них.

4. Потребность в соли.

Между всеми животными овца имеет наибольшую потребность в соли, которую нужно часто доставлять ей, чтобы она хорошо крепла и полнела.

Так и христианин должен иметь потребность в соли, доставляемой Иисусом Христом, т. е. в Его спасительном учении, сохраняющем души от тлетворного влияния мира. Как сидящий во тьме жаждет света и стремится к свету, так христианин должен жаждать истины и научения. Как потерпевший кораблекрушение хватается за спасательную доску, так христианин должен спасаться через покаяние. Как голодный требует хлеба, так христианин — святого причащения.

5. Знание голоса пастыря.

Овцы знают голос своего пастыря и следуют за ним.

Мы должны знать голос нашего пастыря — Иисуса Христа и слушаться его. «Мои знают Меня». Кто от Бога, тот слушает слово Божье.

6. Предостережение от волков.

Овцы бегают от волков; они все вместе пугаются, если только издали увидят волка или другое, похожее на него, животное. Истинные христиане имеют отвращение ко злу, даже к одному виду зла.

7. Полезность.

Овца своим молоком, мясом, шерстью и т. д. доставляет много пользы.

Она имеет две одежды и теплейшую из них дает тому, кто не имеет никакой. И мы должны быть также полезны другим. От благотворения нуждающимся зависит наше вечное блаженство.

Истинные Христиане знают голос своего доброго пастыря, Иисуса Христа

«Я есмь пастырь добрый; и знаю Моих, и Мои знают Меня» (ст.14).

Овцы слышат голос своего пастыря и «за ним идут, потому что знают голос его» (ст.4); так и

1. Когда Он предостерегает их от греха.

а) Иисус Христос часто предостерегает нас в своем слове от греха любостяжания. «Какая польза человеку, если он приобретет весь мир», взывает Он (Марк. 8:36)! «Смотрите, берегитесь любостяжания, ибо жизнь человека не зависит от изобилия его имения» (Лук. 12:15).

И овцы тотчас слышат голос Его. Они знают, что земные блага составляют только средство, a не цель жизни. Они охотно обходятся без тяги к мирскому накопительству, утешаясь Божественным Промыслом. Слова: «Взгляните на птиц небесных: они ни сеют, ни жнут, ни собирают в житницы; Отец ваш Небесный питает их» и проч. (Мат. 6:26) глубоко западают в сердце добрых христиан и предостерегают их от излишних забот о земном.

б) Иисус Христос предостерегает от самопревозношения, гордости, тщеславия и суетных стремлений. «когда исполните всё повеленное вам, говорите: мы рабы ничего не стоящие» (Лук. 17:10). «Кто хочет быть большим между вами, да будем вам слугою» (Maр. 10:43). Овцы Его знают, что честь людская лишь скоропреходящая тень, и потому ведут себя со смирением.

в) Иисус Христос предостерегает от плотских похотей и обещает блаженство чистым сердцам. «Блаженны» говорит Он, «чистые сердцем, ибо они Бога узрят» (Мат. 5:8). Те, которые принадлежат Ему, слышат этот голос и отвращаются от опасностей нецеломудрия, чувствуют себя счастливыми в своей борьбе и благодарят Господа за Его зов, предостерегающий от греха.

2. Когда Он призывает к покаянию.

Многие, несмотря на предостерегающий голос Иисуса Христа, впадают, однако же, в грех и греховное рабство. Но Иисус Христос не оставляет своих заблудших овец, a зовет обратно на путь правый, и добрые овцы знают глас Его.

а) Он взывает:

Бог милосерд и не хочет смерти грешника. На кресте разодрано рукописание наших беззаконий и удовлетворено правосудие Божье; нужно только принести покаяние.

б) Поступайте, как поступил блудный сын, который сознал свою вину, исповедал свой грех и принят в объятия Отца.

в) В Церкви установлено таинство покаяния, в котором каждый, искренне раскаявающийся в грехах, получает прощение и разрешение от них. «Имже отпустите грехи, отпустятся им!»

Иисус Христос — Пастырь наших душ

«Я есмь пастырь добрый» (ср. 1 Петр. 2:22–25).[404]

1. Он руководит нами так, что мы ограждены от всяких заблуждений.

а) До пришествия Спасителя в мир все народы были «как овцы блуждающие (не имея пастыря)» (1 Пет. 2:25).

Люди призябали в величайшем невежестве. Многие из них искали истины и добродетели, но не знали, где их найти. Никто не указывал им пути. Обманываемые своими чувствами, ослепленные наследственными предрассудками и страстями, блуждали они всю жизнь по ложным путям, и никто не предостерегал их от блуждения, никто не направлял их на правый путь.

И кто мог бы решиться быть вождем своих собратьев, когда не находилось ни одного человека, который был бы совершенно чужд всеобщей немощи и прегрешений? В невежестве, страхе и смущении странствовало человечество подобно стаду, не имущему пастыря и подверженному всем опасностям.

б) Один Иисус Христос был и есть пастырь наших душ; потому что Он охраняет и защищает нас от всех ложных путей, ведущих к заблуждению.

«Не было лести в устах Его» (1 Петр. 2:22). Из уст Его исходила одна только чистая, божественная истина. Он пришел с неба, дабы свидетельствовать истину и научить нас истинному Богопознанию и Богопочитанию. Он учил с силой и властью. Его слово озаряло ум, проникало в сердце. Поэтому Он по праву мог сказать: «знаю Моих, и Мои знают Меня.»

в) Он и ныне еще, как всегда, есть Пастырь наших душ, предохраняющий нас от всяких человеческих заблуждений и предрассудков, от суеверия и духовного рабства.

Во все времена противоречили себе те, которые считались мудрецами между людьми. В учении Иисуса Христа нет никакого противоречия. Божественные истины, возвещаемые Им, согласны с разумом. Любовь, смирение, кротость, сила и святое достоинство, с которыми Он говорит, пленяют наш разум и сердце, и убеждают нас в истине Его учения. Кто охотно не последует Его голосу и не вверится Его водительству? Какие бы ни возникали препятствия к достижению указываемой нам Богом цели, мы должны радоваться, что Иисус Христос есть наш путь, истина и жизнь.

2. Он дает нам в то же время мужество и силу к добродетели.

а) Иисус Христос не только учил людей тому, что праведно, благочестиво и согласно с волей Божьей, в чем состоит назначение человека и сущность добродетели, но и исполнял свое учение с величайшим самоотвержением, верностью и постоянством. О нем поистине мог сказать апостол, что Он «не сделал никакого греха» (1 Пет. 2:22), чего нельзя сказать ни о ком из людей. Во всей своей жизни и поступках Он является нам образцом чистейшей и совершеннейшей добродетели, чуждой всякого пятна. Этой добродетели Он пребыл верен при всех искушениях, гонениях и страданиях. Он был послушлив Богу до смерти, возлюбил людей до конца, и будучи «злословим» своими врагами, «не злословил взаимно; страдая, не угрожал» Он «грехи наши Сам вознес телом Своим на древо, дабы мы, избавившись от грехов, жили для правды: ранами Его вы исцелились» (1 Пет. 2:23–24).

б) Если мы теперь чувствуем себя слишком слабыми для исполнения дел благочестия и опасаемся, что, по немощам нашим, мы не в состоянии достигнуть нашего назначения: то пример Иисуса Христа показывает нам, что мы можем достигать совершенной добродетели, приносить всякую жертву для добра, любить Бога более всего и ближнего, как самих себя.

Если сознание нашей вины и угрожающего нам праведного наказания тревожит нас и повергает нас в уныние: то Он обещает нам взять на Себя грехи наши, дать нам благодать Божью и отпущение грехов, если мы, побуждаемые Его учением и примером, «избавившись от грехов, жили для правды» (1 Пет. 2:24).

Слушая, как Он призывает нас к покаянию и приглашает взять на себя Его иго, дабы обрести покой душам нашим; взирая на Него, как на нашего Пастыря, Который предшествует нам в подвигах самоотвержения, смирения и благочестия, мы чувствуем в себе мужество и силу к достижению, по Его следам, нравственного совершенства.

3. Он дарует нам также мир и блаженство.

а) Все мы призваны нести общечеловеческий жребий.

Неисчислимы бедстия и страдания, с которыми мы должны бороться. Если самые великие праведники терпели скорби, то можем ли мы без испытаний и страданий достигать цели?

б) Но мы не будем предаваться отчаянью в бедствиях, когда Иисус Христос, наш Пастырь, предшествует нам на пути страданий и ведет нас к миру и блаженству.

Если в борьбе с горькой участью колеблется наша вера в Божественный Промысел, если в бурях жизни исчезает покой из нашего сердца, то будем взирать на нашего Пастыря, Который с величайшим терпением и преданностью воле Божьей переносил всякие страдания и умер на кресте. Будем тогда внимать Его словам, полным утешения: «Мир оставляю вам, мир Мой даю вам; не так, как мир дает, Я даю вам. Да не смущается сердце ваше и да не устрашается» (Иоан. 14:27)!

в) Если даже наши страдания заслужены, если наша совесть уязвлена грехами и мы не дерзаем возноситься с сокрушенным сердцем к престолу святого и правосудного Бога, то и тогда Он утешает нас тем, что Он взял на Себя грехи наши и примирил с Богом.

Как верный пастырь предает жизнь за свое стадо, так Иисус Христос умер за нас, дабы мы в Нем и посредством Его обрели мир и покой. Страх смерти Он превратил в надежду вечной и блаженной жизни у Бога, к Которому Он отошел, чтобы приготовить место нам.

Будем верно и постоянно следовать за нашим добрым Пастырем по пути к истине и добродетели, и Он приведет нас к Богу и блаженному бессмертию (Псал. 22 и сл.).

Разум, озаренный Христианством, должен быть нашим добрым пастырем

«Я есмь пастырь добрый.»

Спаситель называет себя добрым пастырем, и Он поистине, есть добрый пастырь. Он знает своих овец, ведет их на злачные пажити и полагает за них душу Свою.

Добрыми пастырями должны быть священники, о которых сказано: «Повинуйтесь наставникам вашим и будьте покорны, ибо они неусыпно пекутся о душах ваших, как обязанные дать отчет; чтобы они делали это с радостью, а не воздыхая, ибо это для вас неполезно» (Евр. 13:17). Добрыми пастырями должны быть родители, учителя, домовладельцы и все, облечённые какой-либо властью и должностью. Особенно же добрым пастырем должен быть наш, озаренный Христианством, разум. Он имеет великую и трудную задачу.

1. В отношении к пожеланиям плоти.

Плоть с своими похотями составляет, поистине, тяжкое бремя. Разум никогда не в состоянии иметь достаточно бдительности над ней. Если не бодрствуют над своею плотью и не приводят ее в подчиненное положение, то она становится более и более разнузданной, непокорной и, мало по малу, разум должен совершенно замолчать перед ней.

К чему же плоть наиболее склонна?

а) К ленности.

Кто не чувствует в себе иной раз неохоты к труду? Не желали бы очень многие провести всю жизнь свою в праздности? Значит следует разуму внушать телу, чтобы оно предавалось более напряженной и более согласной с долгом деятельности. Пусть он говорит: «ленивец недоволен собой, другие также недовольны им; он не имеет никакой радости и никакого мира. Не праздность ли мать всех пороков? Должны ли чужие руки постоянно кормить тебя?»

б) К неумеренности, обжорству и пьянству.

Если наша похоть ведет нас к этим порокам, пусть разум говорит: «неумеренность расслабляет дух и тело, и делает человека неспособным ко всем высшим занятиям, требуемым христианством. Она приносит неудовольствие и нездоровье. Она есть злоупотребление прекрасными дарами Божьими, например, вином и т. д. Она ведет к бесчестию и презрению, к домашним раздорам и нищете, возбуждает дурные страсти и порождает ссоры и вражду.»

в) К нецеломудрию.

Если приходят дурные мысли и пожелания, разум должен говорить: «брось их, отгони их, борись с ними, иначе твоя награда — беспокойство, болезнь, нерасположение к молитве и богослужению. Чем дольше ты медлишь, тем более становишься рабом и тем менее делаешься господином. Твоя похоть, незаконно удовлетворяемая, причиняет тебе угрызение совести, недовольство, а, быть может, позор и несчастье. Не говори, что ты иначе не мог поступить, что ты должен был совершить этот грех. Если бы все так рассуждали и поступали, то с каким домом сравнился бы тогда весь мир?»

2. В отношении к органам чувств.

Озаренный христианством, разум должен иметь строгий пастырский надзор за органами чувств, иначе они направляются на запретные пажити, которые причиняют душе большой вред. Какие по преимуществу чувства должны быть управляемы разумом?

а) Чувство зрения.

Глаза охотно ищут вредных пастбищ. Они с удовольствием смотрят то на соблазн, то на золото и имущество, то на счастье ближнего. Если разум не проявляет своего господства, не руководит и не управляет зрением, то в сердце возгорается нечистый огонь, зарождается зависть, следуют дурные поступки.

б) Чувство слуха.

Как много зла проникает в душу посредством слуха, если разум не бодрствует над ним и не ограждает его? Клевета, возмутительные речи, богохульство, ласкательство, насмешки над святыней опустошают сердце. Поэтому говорится: «огради владение твое» (приобретаемое посредством слуха) «терновником» (Сир. 28:27). Что это значит?

в) Язык.

«Язык — небольшой член, но много делает» (Иак. 3:5). Он никогда не должен выходить из подчинения разуму. Что это значит? Как над камнем, брошенным рукой, мы не имеем уже власти, так и над каждым неразумным словом, слетевшим с наших уст. Поэтому сказано: «и для слов твоих сделай вес и меру, и для уст твоих — дверь и запор» (Сир. 28:29). Сколь многие делаются несчастными через грехи языка? «Кто не согрешает в слове, тот человек совершенный» (Иак. 3:2).

3. В отношении к внутренним предпочтениям нашего духа.

В нас проявляются различные внутренние предпочтения. Сами по себе они ни хороши, ни плохи. Руководимые разумом, они становятся хорошими, a без его руководства — плохими. Здесь разум особенно должен вступить в свои пастырские права. Какие же это предпочтения?

а) Желание иметь себе какое-либо положение и цену между людьми.

Если ты ищешь себе более высокого положения, то ты погрешаешь в раболепстве и низкопоклонстве, a это неразумно. Если ты желаешь иметь себе более цены, чем ты заслуживаешь по своему внутреннему достоинству, по своим заслугам и способностям, то это было бы несносной, неразумной гордостью.

Твое желание должно быть управляемо разумом.

б) Любовь.

Если ты любишь земные блага, земные удовольствия, любишь людей более Бога, то это неразумно; потому что Бог есть наш лучший отец и высочайшее благо. Если ты причиняешь зло ближним, завидуешь счастливым, радуешься чужому несчастью, если не можешь прощать, то это неразумно. Тогда ты сам себе доставляешь огорчения, лишаешь себя благороднейших радостей и грешишь против всеобщего правила: «не делай другим того, чего не желаешь себе.»

Разум таким, образом, должен управлять любовью.

в) Ненависть.

Иисус Христос ненавидел совершенной ненавистью только грех, лицемерие и злобу, но не грешника. Если разум не управляет нами, то мы становимся ненавистниками наших погрешающих собратьев, особенно тех, которые неприятны нашей чувствительности, мешают нашему самолюбию и корыстолюбию.

г) Радость.

Радуйся истинному благу, распространению веры, процветанию церкви и т. д. Радуйся своему разнообразному счастью. Но радуйся не чрезмерно; излишняя радость стоила многим жизни. Твоя радость да будет разумна!

д) Печаль.

Спаситель скорбел о греховности людей и о бедствиях. Это должны делать и мы. Но наша скорбь должна быть разумна, умеренна и непродолжительна. Утешение христианина: «Бог все устраивает к нашему благу.»

е) С т ρ a х.

Страшись только греха! Кто стоит твердо, пусть бережется, чтобы не пасть. Но не бойся чрезмерно, когда угрожает война, голод или болезнь и т. п. Бог поможет!

ж) Ревность о деле.

Ревнуй только о добре и против зла, как ревновал Господь, очищая храм от торжников. Но твоя ревность не должна доходить до гнева. В гневе человек не помнит, что делает и совершает много зла. Пусть разум управляет твоей ревностью!

Заключение. Кто станет отрицать, что разум имеет весьма важное пастырское значение для нас? И если бы люди подчинялись его руководству, то не совершали бы многих глупостей.

Опасные для стада Христова волки и наемники

«Наемник, не пастырь, которому овцы не свои, видит приходящего волка, и оставляет овец, и бежит; и волк расхищает овец, и разгоняет их» (ст.12).

В дни Великой Четыредесятницы Святая Церковь проповедует покаяние и призывает к покаянию. Многие уже примирились с Богом в таинстве покаяния и соединились с Ним в таинстве Причащения. Общество верующих во многих своих членах опять сделалось стадом Христовым, чистым благочестивым и святым. О если бы оно навсегда таким осталось!

Но есть опасности для стада. Эти опасности приходят от волков и наемников.

1. Опасные волки.

а) Те, которые нападают на Православную веру и Церковь в своих писаниях.

Люди, отпавшие от Бога и церкви, глумятся над священниками и совершаемым ими богослужением, над исповедью и постом, над церковными обрядами и обычаями и т. д. Они разрушают веру в читателях их произведений; a если вера падает, то вместе с ней исчезает и всякое истинное благо. Может ли дерево продолжить свою жиизнь, когда корень его подточен?

Не читайте таких сочинений, не слушайте таких речей: они исходят от самых хищных и опасных волков!

б) Те, которые соблазняют на грех.

Греховный человек не может выносить, если другие добры, и делает их злыми, соблазняет на зло. Часто не могут совершать греха одни, и соблазняют к тому других. Часто нуждаются в сообщниках, пособниках, утайщиках, и стараются их приобрести и совратить. Соблазнители прежде всего похищают веру и говорят: «то или другое вовсе не грех.» Почему честные прежде девицы сделались теперь бесчестными? Почему некогда послушная и скромная прислуга сделалась теперь наглой и бесстыдной? На них отразилось пагубное влияние соблазнителей!

в) Те, которые удерживают от добра.

Люди делаются плохими не только потому, что их соблазняют на зло, но и потому, что их удерживают от добра. Жена и дочь хотят к исповеди, — муж или отец противятся этому. Юноша стремится из общества домой, в храм, — товарищи удерживают его. Благотворитель хочет оказать добро, — ему говорят, что благодетельствуемые им — подозрительные люди, недостойные личности и т. д.

Овца никогда не общается с волками. Так и христианин должен избегать всех тех, которые издеваются над религией, соблазняют на грех, — этих волков, расхищающих и разгоняющих стадо Христово.

2. Опасные наемники.

а) Родители и воспитатели.

Там, где они строго исполняют свою обязанность и имеют бдительный надзор, там волку не легко проникнуть в малое стадо семьи. Дурные сочинения в доме и в руках детей не терпятся. Дети удерживаются от худых сообществ. Дурная прислуга изгоняется. Но как часто бывает наоборот! Дети растут, как грибы, без надзора и воспитания, или, еще хуже, от самих родителей и воспитателей учатся всему дурному.

б) Домовладельцы и господа.

В наше время часто слышится мнение: «домохозяин платит прислуге за работу содержанием и жалованьем, и затем от всех дальнейших обязанностей к своим домочадцам он свободен. Слуги и работники должны сами позаботиться о спасении своей души.» Это, конечно, удобно, но неизвинительно в глазах Божьих. Господа имеют обязанности родителей и от них потребуется некогда отчет о душах им подчиненных.

в) Всякого рода должностные лица,

которые собирают с своих подчиненных «только пух и шерсть», но не исполняют своих обязанностей по долгу и совести; напротив, обижают невинных, не преследуют виновных и т. д.

Сколько поучительного для нас заключается в том, что Иисус Христос называет себя добрым пастырем!

«Я есмь пастырь добрый» (ст.12–14).

1. Как добрый пастырь питает и поит свое стадо, так Иисус Христос доставляет нам пищу и питье в духовно-нравственном смысле.

Заботливый пастух стад в знойных, восточных странах, постоянно озабочен поиском таких мест, которые доставляли бы обильные пастбища, с богатыми ручьями и источниками, для утоления голода и жажды вверенных ему овец. Ясные доказательства такой заботливости мы находим в Ветхом Завете, если перенесемся к тем временам, когда потомки Авраама составляли еще пастушеское сословие. Чем был в те дни верный пастырь для своих стад, тем становится для нас теперь Иисус Христос в духовно-нравственном смысле.

Не успокаивает ли и не обогащает ли Его учение нашего разума великими истинами о Боге, о божественном промышлении, о нашем назначении к мудрости и добродетели, о нашем блаженном бессмертии? Не заключает ли оно в себе могущественного влияния на направление и исправление нашей жизни? Не доставляет ли оно нам великого утешения в неизбежных земных скорбях и бедствиях и т. д.?

2. Как добрый пастырь защищает свое стадо, так Иисус Христос защищает нас от величайших опасностей в жизни, угрожающих нашей нравственности и добродетели.

Бдительность, охрана, защита особенно свойственны пастухам на востоке, потому что в малонаселенных странах, где они водили свои стада, они вынуждены были бороться с опасными хищными животными. Такую же защиту доставляет нам и Христос, особенно в опасностях, угрожающих нашей добродетели. Они возникают, частью от соблазна других, частью от испытующих ударов судьбы, где колеблется наша вера и честь.

3. Как добрый пастырь идет впереди стада, показывая ему путь, так Иисус Христос всегда предшествует нам Своим примером на пути долга и добродетели.

Пастух в восточных странах не мог постоянно оставаться на одном и том же пастбище со стадом; он должен был часто переменять места, проходить через дикие, необитаемые пустыни, чтобы найти новые, зеленеющие луга и долины. При таких переходах он должен был находиться во главе своих стад, должен был давать им знаки своим голосом и другими способами — обстоятельство, на которое ясно указывает Иисус Христос в дневном евангелии. Не то же ли самое делает для нас и Спаситель в духовно-нравственном смысле? Можем ли мы указать хотя одну истину, хотя одно нравственное требование или долг, которых не объяснил бы нам Иисус Христос своим примером? Не имеем ли мы в Нем постоянного образца на нашем пути к долгу и добродетели?

Можем ли мы когда-либо и в чем-либо заблуждаться, если неуклонно следуем этому Вождю во всех своих стремлениях к мудрости и блаженству?

4. Наконец, как добрый пастырь полагает жизнь свою за овец, так и мы должны быть готовы к самопожертвованиям, в нашем звании.

Пастух в восточных странах должен был часто, ради своего стада, бороться с опасностями жизни. Он должен был опасаться не только набегов враждебных соседних племен, но и нападений страшных хищных животных, и борьбу с ними вынужден был вести не на жизнь, а на смерть. Если бы он, гонимый страхом, убежал, тогда его стадо сделалось бы добычей грабежа и расхищения. И это обстоятельство ясно указывается в нынешнем евангелии. Что добрый пастырь для стада, то для нас Иисус Христос. Он не только подвергался опасностям страданий за своих овец, но и претерпел самые тяжкие страдания и смерть.

Благо нам, если мы, подражая нашему пастыреначальнику, не отказываемся от жертв, каких требует от нас христианский долг и обязанности.

Я есмь пастырь добрый

В этих словах Спасителя слышится:

1. Голос побуждения.

Он хочет побудить нас, чтобы мы внимательно слушали Его голос, как овцы слушают пастыря, и охотно следовали за Ним.

2. Голос предостережения.

Он хочет этим предостеречь нас, чтобы мы не оставляли Его и Его стада и не доверялись никаким ложным вождям.

3. Голос утешения. Он хочет нас утешить, чтобы мы не отчаивались, при виде нападений на Его Церковь, или когда сами подвергаемся нуждам и опасностям.

Овцы от двора Христова

1. Любовь — их закон, по которому они поступают.

2. Вечность — их правило, с которым они сообразуются.

3. Добродетель — их путь, которым они идут.

4. Небо — их цель, к которой они стремятся.

5. Спаситель — их Вождь, за которым они следуют.

6. Бог — их царь и владыка, которому они служат.

Наемник в своем деле (ст.13)

Наблюдайте за ним и вы найдете, что:

1. Цели своего дела он не знает.

2. Обязанностей своего дела не исполняет.

3. Награды в своем деле не заслуживает.

4. Радостями своего дела не наслаждается.

Нравственные качества наемников

1. Они трудятся только для себя, но не для других.

2. Только ради выгоды, но не ради совести.

3. Только для земли, но не для неба.

И будет одно стадо и один Пастырь (ст.16)

Это:

1. Обетование Господа, которое еще не исполнилось.

2. Желание любви, которое мы все разделяем в сердце.

3. Цель будущего, к которой мы хотя бы медленно, но верно движемся.

II. АПОСТОЛЬСКОЕ ЧТЕНИЕ. Зачало (304) к Евреям 1:10-2:3

10 И: в начале Ты, Господи, основал землю, и небеса — дело рук Твоих;

11 они погибнут, а Ты пребываешь; и все обветшают, как риза,

12 и как одежду свернешь их, и изменятся; но Ты тот же, и лета Твои не кончатся.

13 Кому когда из Ангелов сказал Бог: седи одесную Меня, доколе положу врагов Твоих в подножие ног Твоих?

14 Не все ли они суть служебные духи, посылаемые на служение для тех, которые имеют наследовать спасение?

…

Зачало (318) к Евреям 7:26-8:2

26 Таков и должен быть у нас Первосвященник: святой, непричастный злу, непорочный, отделенный от грешников и превознесенный выше небес,

27 Который не имеет нужды ежедневно, как те первосвященники, приносить жертвы сперва за свои грехи, потом за грехи народа, ибо Он совершил это однажды, принеся в жертву Себя Самого.

28 Ибо закон поставляет первосвященниками человеков, имеющих немощи; а слово клятвенное, после закона, поставило Сына, на веки совершенного.

…

1 Главное же в том, о чем говорим, есть то: мы имеем такого Первосвященника, Который воссел одесную престола величия на небесах

2 и есть священнодействователь святилища и скинии истинной, которую воздвиг Господь, а не человек.

Практический очерк содержания рядового чтения

В первом апостольском чтении, положенном во вторую неделю Великого Поста, изображается Иисус Христос, как истинный Бог. В доказательство этой истины апостол Павел указывает христианам на ветхозаветные пророчества, свидетельствующие об Иисусе Христе, как о Творце неба и земли, седящем одесную Бога Отца и единосущном с Ним. «В начале Ты, Господи, основал землю, и небеса — дело Твоих рук», говорил еще Давид об Иисусе Христе, и эти пророческие слова приводит теперь апостол Павел (ст.10; ср. Псал. 101:26).[405]

Сын Божий, явившийся во плоти, существовал уже изначала, прежде всех веков, прежде всех тварей. «В начале», говорит Моисей, «сотворил Бог небо и землю» (Быт. 1:1); но это небо и эта земля созданы не другим кем, a Иисусом Христом, следовательно, Он есть истинный Бог, существовавший прежде начала неба и земли, прежде всех тварей видимых и невидимых, прежде всех времен и веков. Но небо и земля, созданные хотя и давно, некогда подвергнутся изменению и «погибнут, а Ты пребываешь» без изменения. Они некогда обветшают, как риза, и Ты свернешь их, как одежду, Своей божественной силой, вследствие чего они изменяются; но Ты пребываешь всегда тем же самым, нетленным и неизменным. «Ты тот же, и лета Твои не кончатся», (ст.12; ср. Псал. 101:28[406]). Ты безначален и бесконечен.

Доказав, на основании пророческих слов Давида, что Иисус Христос есть Творец неба и земли, истинный Бог, неизменный и вечный, апостол переходит потом к другому доказательству Божественности Спасителя, заимствуемому им также из ветхозаветных пророчеств: «Кому когда из Ангелов сказал Бог: седи одесную Меня, доколе положу врагов Твоих в подножие ног Твоих?» спрашивает далее апостол словами Давида (ст.13; ср. Псал. 109:1[407]).

Между христианами из евреев, которым апостол писал свое послание, были, как видно, такие, которые слова псалмопевца: «Сказал Господь Господу моему: седи одесную Меня» и проч. относили к кому-либо из высших ангелов, окружающих престол Божий.

Опровергая такое мнение, апостол спрашивает: «Кому когда из Ангелов сказал Бог: седи одесную Меня?» Если бы это относилось к ангелам, Давид так и сказал бы, но он говорит: «Сказал Господь Господу моему.» Ангел же не Господь, но раб и служитель Божий, как видно из слов того же Павла: «Не все ли они суть служебные духи, посылаемые на служение для тех, которые имеют наследовать спасение?» (ст.14).

Сидеть одесную Бога — значит, иметь достоинство, равное с Богом, обладать совершенным единосущием и соучастием во всем, что имеет Бог Отец. Но ангелы лишены таких достоинств и совершенств. Они только служебные духи Божьи, посылаемые Богом для наставления и помощи тем людям, которые по своей вере и добродетели имеют наследовать вечное спасение.

«Посему»— продолжает апостол — «мы должны быть особенно внимательны к слышанному, чтобы не отпасть» (2:1). Бог, Который прежде многократно и многообразно открывал Свою волю отцам нашим чрез пророков, теперь заговорил к нам в Своем Сыне (Евр. 1:1.2),[408] и если мы внимали словам ветхозаветных пророков, то не «особенно» ли, не с большим ли усердием должны внимать теперь тому, что слышали от самого Сына Божьего, дабы нам, в противном случае, «не отпасть» и не погибнуть?

Почему же нужно иметь большее внимание к словам Сына, чем к словам пророков? Потому что пророки были рабы, a Сын — Владыка. Пророки говорили образно, a Сын возвестил «самый образ вещей» (Евр. 10:1). Проповедь пророков служила только приготовлением к приходу Христу, a то, чему учил Иисус Христос, дарует нам спасение.

Отсюда понятно, что проповедь евангельскую мы должны слушать с большим вниманием, чем проповедь пророков. «Ибо», продолжает апостол, «если через Ангелов возвещенное слово было твердо, и всякое преступление и непослушание получало праведное воздаяние, то как мы избежим, вознерадев о толиком спасении, которое, быв сначала проповедано Господом, в нас утвердилось слышавшими от Него» (ст. 2, 3)?

Т. е. если слово, «возвещенное» пророками, которые суть не более, как «ангелы», вестники и рабы Божьи, «в нас утвердилось» и подтверждалось реальными событиями, и если «всякое преступление и непослушание» Божественного повеления, возвещенного устами пророков, «получало праведное воздаяние», то «как мы избежим» наказания за нерадение к спасительному слову Евангелия, которое, быв сначала продоведано самим «Господом», утверждено в нас слышавшими от Него апостолами и евангелистами?

Во втором апостольском чтении этой недели (Евр. 7:26-8:2) изображается Иисус Христос, как вечный Первосвященник, имеющий несравненное превосходство перед всеми ветхозаветными первосвященниками.

Ветхозаветные первосвященники, ходатайствовавшие перед Богом за народ, были сами люди грешные, с врожденной всему роду человеческому склонностью к греху. Напротив, Первосвященник Христос «святой, непричастный злу, непорочный, отделенный от грешников и превознесенный выше небес» (ст.26).

Ветхозаветные первосвященники, как люди грешные, должны были ежедневно приносить жертвы сперва за свои грехи, потом за грехи народа. Напротив, Иисус Христос «не имеет нужды ежедневно, как те первосвященники, приносить жертвы сперва за свои грехи, потом за грехи народа», «ибо Он совершил это однажды, принеся в жертву Себя Самого» (ст.27).

Ветхозаветный закон поставлял первосвященниками людей, имеющих немощи, ныне же «слово клятвенное, после закона, поставило Сына, на веки совершенного» (ст.28). Но главное в том, что мы имеем во Христе «такого Первосвященника», который «воссел одесную престола величия на небесах» и который есть «священнодействователь святилища и скинии истинной, которую воздвиг Господь, а не человек» (8:1–2).

Частные темы для церковного собеседования могут быть следующие:

Бог неизменен

«Ты тот же, и лета Твои не кончатся»

(Евр. 1:12).

Одно из существенных свойств Божьих есть его неизменяемость. Небо и земля, говорит апостол, «погибнут, а Ты пребываешь; и все обветшают, как риза, и как одежду свернешь их, и изменятся; но Ты тот же, и лета Твои не кончатся.» (ст.11, 12).

Таким образом —

1. Объясним эту истину.

а) Изменяемым называется то, что не остается тем же, не сохраняет своих свойств и качеств, a принимает другие.

Таково все земное и человеческое. Оно непостоянно и изменчиво, делается совершеннее или несовершеннее, и подвергается постоянной перемене. Даже наши познания и убеждения, наши желания и стремления не остаются одними и теми же, a должны изменяться; потому что иначе мы не делались бы лучше и совершеннее, никогда не достигали бы предназначенной нам от Бога цели.

Но y Бога нет никакого изменения, ни в отношении Его существа, ни в отношении Его воли. Свойства, которыми Он обладал прежде начала всех вещей, остаются вечными Его свойствами. Он не может ни отложить их, ни принять вместо них другие. Его существо не может быть совершеннее и несовершеннее.

Tо же самое нужно сказать и об Его воле: она всегда свята, всегда совершенна и не подлежит никакому изменению. Что Он от вечности, как благой и святой, восхотел и сделал для людей, то Он хочет и делает и ныне, и никогда не захочет и не сделает чего-либо другого. Так как от вечности Он не мог знать ничего лучше и совершеннее, чем Он познал, то и Его цели, намерения, советы остаются без изменения.

Правда, мы говорим о Боге, как будто Он иногда изменяет своё отношение к людям. Мы говорим, например, что Бог любит человека благочестивого, если же этот перестает быть благочестивым, то Господь больше не любит его. Это, конечно, справедливо; но при этом не происходит никакой перемены в отношении Бога к человеку, a только в отношениях человека к Богу.

б) И можем ли мы представлять себе Бога существом высочайшим и совершеннейшим и в то же время изменяемым?

Как Он может быть всемогущим, всеведущим Творцом и Промыслителем мира, святым законодателем и судьей разумных существ, если Он не остается и не останется тем же самым во всех своих свойствах?

Как мы можем приписывать Ему высочайшее блаженство, если Его состояние подвержено переменам, уменьшающим или увеличивающим Его блаженство?

Какое понятие мы должны составить себе об Его святости, правосудии и благости, если мы считаем Его изменяемым? Не должны ли тогда Его закон и заповеди подвергаться таким же изменениям и ошибкам, как и законы человеческие?

Поэтому мы не можем представить себе Бога иначе, как Существом неизменным, y которого нет никакого изменения и тени перемены (Иак. 1:17).[409] И, действительно, говорит апостол: «Ты тот же, и лета Твои не кончатся.»

2. Покажем приложение этой истины.

У Бога нет никакого изменения; эта истина служит:

а) К предостережению.

Если Бог неизменяем, то Его воля и закон также неизменяемы и Его слово пребывает во веки (1 Пет. 1:25;[410] ср. Ис. 40:6–8[411]). Что Он Своим высочайшим и совершеннейшим умом признал за истину и добро, что Он по Своей святости заповедал делать всем разумным существам, то остается таким теперь и пребудет таким всегда.

Да послужит это предостережением для всякого христианина. Пусть никто не думает, будто преступать закон Божий ничего не значит, будто Бог не так строго наказывает за преслушание Его воли, будто Он ослабил некоторые из своих заповедей!

Как опасно подобное заблуждение! Сколь равнодушным делает оно человека в отношении к заповедям Божьим, к своему долгу и обязанностям! Как слуга, знающий, что господин его изменчив в приказаниях, мало обращает внимания на его повеления, так поступает и каждый человек, который представляет себе Бога существом изменяемым и непостоянным.

Если воля и закон Божий неизменны, то и Он также непреложен в своих угрозах, неизменен в своих наказаниях. У Него нет лицеприятия; Он воздаст каждому по делам. Напрасно, следовательно, человек порочный старается успокоить свою злую совесть тем, что содеянное им зло останется без наказания, что ему нечего опасаться какого-либо возмездия.

Может ли Бог, неизменный и непреложный, оставить без наказания нарушение своего святого закона?

Не уничтожил ли бы Он через это святости своего закона, не противоречил ли бы откровениям своей воли, не разрушил ли бы царства истины и нравственности?

Поэтому не обманывайтесь! Бог поругаем не бывает. Что человек сеет, то и жнет.

б) К ободрению.

Если воля и закон Божий неизменны, то все наши помышления должны быть направлены к тому, чтобы неуклонно поступать по совести и следовать заповедям Божьим, потому что эти заповеди вечно истинны и имеют вечную обязательность для нас и всех людей. Не должно ли это побуждать людей беспечных и легкомысленных к исполнению того, что благоугодно святому Богу?

Но «закон Господа совершен, укрепляет душу…Повеления Господа праведны, веселят сердце; … и раб Твой охраняется ими, в соблюдении их великая награда» (Псал. 18:8–9.12). Бог заповедал нам только то, что для нас полезно и спасительно, и запретил только то, что препятствует нашему истинному благу и делает нас несчастными. Его намерения всегда мудры и благотворны.

Какое ободрение мы должны находить в этом к соблюдению заповедей Божьих даже и тогда, когда наши чувственные наклонности и пожелания противятся им и когда мир обещает нам радость и счастье в служении греху и пороку? — Будем неуклонно исполнять повеления Божии, потому что Он обещал нам великую награду, и, как неизменный и непреложный, Он исполнит свое обещание. И мы можем также, при исполнении наших обязанностей, с непоколебимым упованием надеяться на Его помощь.

в) К успокоению.

Истина, что у Бога нет никакого изменения, доставляет утешение, успокоение и надежду всякому благочестивому человеку, ходящему по стопам заповедей Божьих. Его не печалит никакая участь.

Неизменный Бог, во все времена, по своей высочайшей мудрости и благости, управляет судьбами народов и каждого отдельного человека. Он от вечности решил вести род человеческий по путям, которые признал лучшими.

Никто не в состоянии изменить Его решений или воспрепятствовать исполнению Его предвечных советов. Что Он восхотел и хочет, то непременно должно исполниться, хотя бы все люди воспротивились Ему. Он не изменяет своих мудрых планов мироправления в угоду какого-бы то ни было человека. Он возлюбил нас во Христе, и от Него исходит к нам всякое благо и всякий дар совершен. И в этом расположении к нам, Он пребывает неизменным. Такое свойство Божье вселяет в нас полное упование на Него.

Чего нам бояться если неизменный Бог правит нашей участью? Перед чем нам трепетать, если мы знаем, что Его планы и намерения в отношении нас непоколебимо постоянны и направлены к содействию нашему благу и последующему блаженству?

Было бы преступным малодушием с нашей стороны предаваться отчаянью в жизни, потому что Бог, вечно верный, всемогущий и премудрый Мироправитель, бодрствует над нами, управляет нашей судьбой и направляет все к нашему счастью. Нет, с полным спокойствием и утешением предадим наши пути Ему, и Он, непреложный в своих обетованиях, предоставит нам такую участь, какую мы заслужим и какая служит к нашему благу.

Пусть тогда преходит мир со своей похотью! Ты, Бог, вечный и неизменный, пребываешь тем же, что Ты есть, и «лета Твои не кончатся.»

Мы также пребудем в блаженной вечности, если исполняем Его волю!

Как мы должны относиться к спорам о божестве Иисуса Христа

«В начале Ты, Господи, основал землю, и небеса — дело рук Твоих; они погибнут, а Ты пребываешь; и все обветшают, как риза, и как одежду свернешь их, и изменятся; но Ты тот же, и лета Твои не кончатся. Кому когда из Ангелов сказал Бог: седи одесную Меня, доколе положу врагов Твоих в подножие ног Твоих?» (ст.10–13).

Величественными чертами изображает апостол лицо Иисуса Христа, называя Его Господом, Творцом неба и земли, седящим одесную Бога, истинным Богом (ср. ст. 3.[412] 5.[413] 8[414]).

Но, не смотря на столь ясные выражения Священного Писания о божестве Иисуса Христа, есть люди, к стыду, называемые христианами, которые сомневаются в этой истине, оспаривают божественное достоинство нашего Спасителя.

1. Мы не должны удивляться этим спорам, как чему-либо новому и неслыханному. Нам не должно казаться странным, что есть христиане, которые об этом предмете своей веры имеют различные мнения. Так было с тех пор, как христианство явилось в мир.

Для нас, конечно, не все равно, признают ли некоторые из христиан Иисуса Христа за истинного Бога, или не признают; потому что, если мы непоколебимо веровали и веруем, что Иисус Христос есть Господь, Творец неба и земли, образ и сияние божественной ипостаси, то мы должны также искренно желать, чтобы все люди были одной с нами веры и чрез веру в Бога — Спасителя, обретали вечное спасение. Может ли, следовательно, быть для нас безразличным, какого мнения о Христе держатся некоторые из наших собратий?

Однако это не должно и удивлять нас, если обратим внимание на то, что с самого появления христианства в мир были люди, которые никак не могли постигнуть, каким образом Иисус Христос есть Бог и вместе с тем человек. Непостижимость догмата возбуждала сомнения, a сомнения порождали споры. Разум человеческий здесь встретил для себя неразрешимую задачу.

Хотели объяснить все естественно, перенести вопрос в область чувственного опыта, к которой он не относится. Искали в словах и выражениях богодухновенного писания различный смысл, впадали в противоречия и возбуждали бесплодные сомнения. Так возник совершенно естественно спор о божестве Иисуса Христа.

Иные руководствовались при этом благородным стремлением к познанию истины во всей ее глубине, другие, напротив, преследовали свои честолюбивые цели, смущали немощных, сами совращались и других совращали с пути истины и спасения. Да послужит это для нас напоминанием твердо держаться своей веры и приводить других к спасительному убеждению.

2. Мы не должны страшиться, чтобы божественное достоинство Иисуса Христа было когда-либо поколеблено.

Есть робкие души, которые, слыша нечестивые мнения о личности земной ипостаси нашего Спасителя приходят в смущение и ужас. Еще больше, быть может, есть равнодушных, которые безучастно и беззаботно выслушивают такие мнения, нисколько не возмущаясь ими, как будто они вовсе их не касаются.

Но мы, однако, не должны слишком беспокоиться по поводу таких нечестивых толков, потому что мир никогда не будет в состоянии опровергнуть того, кем был и что совершил Спаситель. Прошло около двух тысяч лет, как дела Иисуса Христа существуют перед взорами всего мира, Его учение и подвиги исповедуются и прославляются миллиардами людей.

Его действия по просвещению, улучшению и облаженствованию рода человеческого сделались общим благом всех народов и проникли во все отношения гражданской жизни.

Подобно дереву, широко и далеко по всем сторонам раскинувшему свои ветви и все глубже и глубже пускающему свои корни в землю, Христианство повсюду распространяется, повсюду утверждается в сердцах благочестивых людей. Никогда не будет недостатка в таких христианах, которые с полным убеждением исповедуют, что «нет другого имени под небом, данного человекам, которым надлежало бы нам спастись» (Деян. 4:12), — которые непоколебимо веруют всему тому, что Христос сам говорит о себе и что говорят о Нем апостолы (Иоан. 6:29[415] и друг.; Иоан. 7:28[416]).

Пусть же, сколько угодно, возникает мнений по этому предмету, как это было всегда. Мнения изменяются и совершенно исчезают, но истина остается вечной. Она может в иное время затемниться, но в конце концов восторжествует над всеми сомнениями и заблуждениями.

Да будет это утешением и успокоением для всех истинных исповедников Иисуса Христа, если они видят, что иные по легкомыслию, равнодушию или неверию отрицаются Иисуса Христа и сомневаются в Его божественном достоинстве.

3. Мы должны находить для себя в этом величайшее побуждение к непоколебимой вере в Иисуса Христа и к неуклонному следованию Его религии.

Если мы не можем воспрепятствовать, чтобы иные из наших собратий оставили свое безрассудное мнение о личности Богочеловека, то, по крайней мере, будем со своей стороны поклоняться Ему с благоговением, подобающим истинному Богу, и укрепляться в вере, что Он, как единородный Сын Отца, как божественный Искупитель людей, может спасти всех, приходящих чрез Него к Богу.

Подумаем с серьезным вниманием, что и мы некогда должны будем дать отчет о нашей вере. Что нечаянное, но, тем не менее, подлежащее осуждению, сомнение, как и непостоянство в вере, есть грех, который не останется без наказания. Если Бог дал нам возможность достигнуть твердого убеждения в божественности Спасителя, то наша обязанность более и более укрепляться в том убеждении.

Впрочем, не одна только вера в Иисуса Христа делает нас достойными Его исповедниками; мы должны также посвятить Ему наше сердце и жизнь. Мы должны исполнять Его заповеди, согласовывать наши поступки с Его примером, содействовать совершенному Им делу искупления.

Если мы так поступаем, тогда Иисус Христос служит для нас основанием, на котором мы созидаем нашу веру, нашу добродетель, нашу надежду и наше вечное спасение.

Ο серьезном внимании, какового вера Христова требует от своих последователей

«Посему мы должны быть особенно внимательны к слышанному, чтобы не отпасть»

(Евр.2:1).

Апостол Павел требует от христиан особенного внимания к слышаннему ими евангельскому слову, предпочтительного перед всеми словами ветхозаветных пророков.

Благотворное влияние веры Христовой на просвещение и исправление людей часто ослабляется легкомыслием, с каким многие люди относятся к ней и предписываемым ей обязанностям. Это легкомыслие делает человека нечувствительным и равнодушным в истине и нравственности, особенно к святым требованиям христианства. Но христианство есть столь важное и святое дело, что мы должны относиться к нему не иначе, как с величайшим, серьезным вниманием.

1. При мысли о ее божественном происхождении.

а) Евангельское учение должно быть рассматриваемо не как слово человеческое, a как слово Божье, которое, по выражению ныне читаемого апостола, быв сначала проповедано самим Господом, утвердилось в нас слышавшими от Него апостолами и евангелистами (ст.3).

Оно засвидетельствовано самим Богом, знамениями и чудесами, и различными силами, и раздаянием Духа Святого (ст.4). Такое высокое происхождение христианства не заслуживает ли нашего особенного, серьезного внимания? Если вещи, которыми мы занимаемся, кажутся нам безразличными, то мы легко к ним и относимся.

Но вера христианская есть учреждение божественное, благодеяние Отца небесного, дело высочайшей мудрости, благости и святости. Следовательно, каждое легкомыслие, каждое невнимание и равнодушие, которое мы высказывали бы к вере Христовой, было бы преступным пренебрежением к величайшему благодеянию Божьему, тяжким грехом против Бога и Иисуса Христа. И говорит апостол: «Посему мы должны быть особенно внимательны к слышанному, чтобы не отпасть» (Евр.2:1).

б) Итак, показывайте по отношению к вере и ее требованиям должное, благоговейное внимание.

Избегайте легкомыслия и равнодушия, a тем более шутки и насмешек, когда речь идет о религии, особенно когда вы находитесь в доме Божьем и принимаете участие в общественном богослужении. Удаляйте из своих поступков все, из чего могли бы заключать, что вы с пренебрежением относитесь к вере, как делу человеческому. Напротив, всегда поступайте так, чтобы и другие, видя ваше благоговение к Богу и Спасителю, вашу любовь к Его слову, вашу благодарность к Его благодеяниям, познали и прославляли Бога вместе с вами.

Таково истинное и серьезное внимание, высказываемое вами к вере Христовой. Оно резко отличается от лицемерия и ханжества, которые хотя и принимают вид серьезности, но на самом деле заключают в себе одно лишь искусственно прикрытое равнодушие или даже неверие.

2. При размышлении о ее возвышенном учении.

а) Христианин должен вникать в совершенный закон свободы и пребывать в нем (Иак. 1:25),[417] т. е. должен стремиться к правильному и основательному познанию веры, вникать в ее истины и неуклонно пребывать в них.

Но возможно ли достигнуть этого без серьезного настроения духа? Будет ли человек легкомысленный и рассеянный, мысли которого постоянно переносятся то на те, то на другие предметы, иметь охоту и способность напрягать свой ум, отрешаться от земных попечений, чтобы вникать в высокие истины христианской веры? Если даже и случится ему задуматься над ними, станет ли он пребывать в них? Без серьезного внимания невозможно проникнуть в «совершенный закон свободы.»

б) Поэтому, когда вы размышляете об истинах и правилах веры, размышляйте всегда с должным вниманием. Если вы здесь, в храме, слышите слово Божье или читаете его дома, сосредоточьте ваши мысли и направьте их к слышимому и читаемому вами. Опыт показывает, что сосредоточенная вдумчивость необходима даже для успеха в житейских делах, что легкомыслие и рассеянность обыкновенно портят все.

Не тем ли необходимее запастись сосредоточенным вниманием, когда вы размышляете о высоких истинах веры, о Боге, Промысле?

Как непростительно здесь легкомыслие и бессмыслие! Как трудно становится понимание даже легчайших истин!

3. При соблюдении ее заповедей и предписаний.

а) «Будьте же исполнители слова, а не слышатели только, обманывающие самих себя», взывает апостол (Иак. 1:22). Мы должны преодолеть нашу беспечность, овладеть чувственными наклонностями и пожеланиями, воспротивиться всяким соблазнам и подстрекательствам, преодолеть искушения. Без серьезного размышления с самими собою, без твердой воли достигнуть этого невозможно. И, однако же, от этого зависит наше нравственное совершенство, достижение нашего назначения.

б) Итак, подумайте, какой пагубе мы подвергаем самих себя, если, при исполнении христианских заповедей, не проявляем надлежащего внимания, если мы делаемся только слышателями, a не творцами божественного слова! В этом случае мы уподобляемся легкомысленному человеку, который, увидев свое изображение в зеркале, отходит прочь и тотчас забывает, каков он и какие природные черты лица его (Иак. 1:23–24).[418]

К сожалению, как много христиан, похожих на такого человека! Они принимают участие в общественных богослужениях, слышат проповедуемое слово Божье, но их участие в богослужении бесплодно. Они исполняют легчайшие, предписываемые верой, обязанности и оставляют труднейшие.

Чем лучше мы постигаем требования веры, тем усерднее стремимся к их исполнению.

4. При стремлении к счастью и блаженству, какое она обещает своuм последователям.

а) Благо и счастье, обещаемое верой Христовой, не земное и тленное, a небесное и вечное.

Победа над всяким злом, радость о благе людей, мир с Богом, добрая совесть, надежда будущего вечного пребывания с Богом — вот основание блаженства, обещанного Иисусом Христом своим последователям. Если это блаженство составляет цель нашего стремления, то оно не может быть достигнуто без особого усилия с нашей стороны. Посему апостол заповедует, чтобы мы со страхом и трепетом осуществляли наше спасение.

б) Только серьезно настроенный дух восприимчив к радостям, происходящим из любви к Богу, из исполнения Его воли. Только он принимает в себя утешения, обетования и надежды, проповедуемые христианской верой. Только через напряженные усилия, лишения, страдания и непорочную жизнь мы делаемся достойными блаженства.

Пусть же слово Божье всегда слышится и принимается нами с глубочайшим вниманием, дабы нам в противном случае не отпасть от веры и вечного спасения!

Как постыдно и гибельно легкомысленное нерадение о спасении души

«Ибо, если через Ангелов возвещенное слово было твердо, и всякое преступление и непослушание получало праведное воздаяние, то как мы избежим, вознерадев о толиком спасении, которое, быв сначала проповедано Господом, в нас утвердилось слышавшими от Него» (ст. 2, 3).

Апостол Павел обращает внимание христиан на то, как опасно относиться с легкомыслием и пренебрежением к возвещаемому нам в Евангелии спасению.

Если, говорит он, нарушители повелений Божьих, изреченных устами пророков, были строго наказываемы и получали праведное воздаяние: то «то как мы избежим, вознерадев о толиком спасении», которое, быв сначала возвещено Господом, утвердилось в нас слышавшими от Него апостолами?

Кто считает себя существом разумным, высшим всех неразумных тварей, для того забота о спасении души должна быть первой заботой. К этому он находит побуждения и поощрения в самом себе, в потребностях своего духа, в слове Божьем, в достигаемых примерах добродетели и благочестия между людьми Но против этого восстает легкомыслие, которое беззаботно относится к спасению души. Оно часто скрывается под неистощимой деятельностью для земных целей, под личиной ложного благочестия.

Но кто знает свойства и последствия такого легкомыслия, тот не будет его оправдывать, потому что оно столько же постыдно, сколько и гибельно.

1. Нерадение о спасении души постыдно.

Потому что оно свидетельствует:

а) О большом невежестве в предметах первостепенной важности.

Нет сомнения, что забота о спасении души есть важнейшая забота для каждого человека. Душа, оживляющая бренное тело, со своими богодарованными силами и способностями, есть именно то, что делает человека человеком.

Что человек без души? — мертвый труп.

Что человек, хотя и с душей, но погрязшей в тине греха и пороков? — не более, как бессловесное животное.

Поэтому, попечение о благе души должно быть первым нашим долгом, к которому должно быть направлено все, что мы предпринимаем и делаем. Но это попечение требует многих знаний, правильных и прочных убеждений относительно истины и добра, — требует познания Бога и Его слова, с содержащимися в нем учением и предписаниями мудрости и добродетели, со славными его обетованиями.

Кто обладает такими познаниями и понимает, как и к чему приложить их: тот и заботу о спасении своей души считает выше всего. Но кто легкомысленно относится к спасению души, в том не без основания можно предполагать большое невежество. Потому, что если бы он обладал указанными познаниями, то не забывал бы, какая священная обязанность для него заботиться о благе души и сколько времени и труда требуется для выполнения этой обязанности.

Но не постыдно ли быть невеждой в использовании предметов первой необходимости? Вы можете, конечно, обладать обширными познаниями в другом роде и считаться образованнейшими среди людей.

Но при всем том вы стоите на низшей ступени развития человека, коль скоро вам недостает знаний, потребных для спасения вашей души.

б) О равнодушии и бесчувственности ко всему доброму и благородному.

Все доброе и благородное, само по себе, должно содействовать достоинству и благонастроенности нашего духа, должно составлять преимущество нашей духовной природы.

Богатство, почести, удовольствия сами по себе не суть добро, a служат только средством к достижению добра. Они одни не могут доставить ни постоянного счастья, ни истинной чести, ни подобающего преимущества, чтобы ради них одних можно было рассчитывать на уважение людей. Иногда они соединяются с такими ужасными пороками, которые делают людей бесчестными и несчастными, вредными для других и опасными для всего общества.

Но познание божественной веры, мудрость, сходящая свыше, добродетель, проистекающая не из выгоды, a из любви к Богу, человеческая любовь, одушевляющая нас на всякие жертвы для блага других, вера, побеждающая мир, надежда, простирающаяся за пределы земной жизни — все эти дела и поступки, происходящие от них — не составляют ли самого лучшего и благороднейшего блага, которым мы можем обладать? Не служат ли они основанием, на котором утверждается спасение нашей души?

Потому что, по учению Господа, мы по преимуществу должны запастись этими сокровищами мудрости и добродетели, поскольку кто не радит о спасении души, тот обнаруживает постыдное равнодушие к истинно-доброму и высокому.

2. Нерадение о спасении души пагубно.

Потому что:

а) Оно препятствует нам достигать нашего назначения.

Если бы мы созданы были только для того, чтобы нежить наше тело, чтобы несколько мгновений нашего земного бытия заботиться только о доставлении себе и своим пропитания, о приумножении состояния и почестей, тогда забота о нашей душе ограничивалась бы только развитием нашего ума, необходимым для целей земной жизни. Но мы имеем высшее назначение.

Возможно-полное развитие наших духовных сил к познанию истины, к готовности на всякое добро, к добросовестнейшему исполнению всех обязанностей, соединенному с чистым сердцем и поступками, уподобляющими нас Богу — вот наше назначение! Мы можем достигать его только через напряженное, ревностное стремление, только после самообладания и самоотвержения.

Можно ли, после этого, сомневаться, что легкомысленное нерадение о спасении души препятствует человеку достигать своего назначения, что изменчивость и колебание, свойственные обыкновенно легкомыслию, делают невозможным для человека постоянно иметь в виду свою цель и с напряжением стремиться к ней?

б) Оно лишает нас наслаждения прекраснейшими и чистейшими радостями!

Благороднейшие радости суть, конечно, те, которые благонастроенный ум человека ощущает в усовершенствовании своих познаний, в достижении истины, в размышлении о Боге и Его делах, — те, которые происходят из сознания осуществления благородных поступков человеческой любви, великодушия и милосердия. Которые происходят из мира доброй совести, преуспевания в добродетели, исполнения обязанностей своего призвания, обращения с добрыми людьми. Эти радости делают человека несравненно более счастливым, чем все чувственные удовольствия; они одни только сообразны с достоинством человека.

Но может ли человек, нерадящий о спасении души, быть причастным этим радостям? Он вовсе не знает их, не имеет к ним никакой охоты и не видит в них никакой потребности. Опьянение чувственностью, которой он предан, скоро испаряется, и его сердце и ум остаются нечувствительными ко всему, доставляющему человеку утешение, успокоение и радость.

в) Оно приводит к опасности утратить вечное спасение.

Кто никогда не думает о просвещении своего ума истинами веры и исправлении своего сердца правилами нравственности, тот не может приготовиться для неба. Его сердце слишком привязано к земле, его дух слишком невежествен, слишком недостаточен, несовершен и неискусен в добре, чтобы мог принимать участие в блаженстве совершенных духов на небе. — В суетных занятиях и заботах проходят у беспечного человека дни жизни, которых он не употребляет для приготовления к вечности. — О, не обманывайтесь вы, которые легкомысленно и беззаботно относитесь ко спасению вашей души! Вы находитесь в опасности сделаться навеки несчастными, если легкомысленно продолжаете жить со своими пороками, откладываете ваше исправление и не собираете никаких сокровищ на небе.

Не приносите в жертву тленным вещам вашей бессмертной души, но старайтесь со страхом и трепетом осуществлять ваше спасение!

Мы слишком мало соотносим к себе слышимое и читаемое нами слово Божье

«Посему мы должны быть особенно внимательны к слышанному, чтобы не отпасть»

(Евр. 2:1).

Такое важное наставление дает апостол христианам. Он требует, чтобы они с особенным вниманием слушали евангельскую проповедь, запечатлевали ее в уме и сердце, как слово самого Господа, от исполнения которого зависит наше вечное спасение и, напротив, пренебрежение которым ведет нас к отпадению от веры и к вечной погибели.

К сожалению, мы должны сознаться, что слова евангелия часто пролетают мимо наших ушей, без всякого следа.

1. Подтверждение этого.

Читают иногда слово Божье дома и воспринимают тысячи святых внушений, но впечатление от прочитанного весьма скоро исчезает. Слушают евангелие в храме, но выходят такими же, какими и пришли в храм. Как обыкновенно читают и слушают слово Божье?

а) Часто соотносят его к себе только слегка.

Так бывает еще в лучших случаях. Прочитав какую-либо назидательную книгу до конца, откладывают ее в сторону и больше о ней не думают.

Выслушав евангелие и проповедь при богослужении, оставляют храм и снова погружаются в мирскую суету, предаются своим обычным занятиям. Впечатление слышанного и читанного совершенно исчезает, как будто ничего не читали и не слышали. Иной раз западет в душу наставление о той или другой добродетели, основания которой вполне одобряют: однако же, самой добродетели не исполняют, даже при ближайших и удобнейших к тому случаях. Внимают предостережению от какого-либо порока и соотносят его к себе — но как только представится случай и искушение, тотчас впадают в прежний грех.

Что было бы с нашим телом, если бы оно подобным бепорядочным невнимательным образом принимало в себя пищу и питье? Могло ли бы оно быть здоровым? Созрели ли бы семена на поле, если бы оставить их на поверхности земли?

Надо внимать слову Божьему с открытым сердцем, внедрять его в себя и прилагать к себе. «Блаженны слышащие слово Божие и соблюдающие его» (Лук. 11:28). «Хранение слова Божия состоит в „исполнении“ его наставлений; иначе напрасно хранят его в своей памяти, хотя бы и долгое время, если не руководствуются им в своих поступках.»[419]

б) Часто соотносят его к себе, но в противоположном смысле.

Слушая проповедь о каком-либо грехе, иной думает, что к нему это не относится, что он обладает противоположной добродетелью, хотя на самом деле не добродетель, a грех свойствен ему. Как многие высокомерные люди мнят о своем смирении, когда слышат проповедь о гордости! Спрашивают иного на исповеди, не имеет ли он того или другого общеизвестного порока, и он отвечает, что нет. Почему? — Фарисейство препятствует сознанию. Оно всегда прилагает к себе евангельские истины в «ложном» смысле.

в) Часто соотносят его не к себе, а к другим.

Слушают, например, проповедь о том, что нужно управлять самим собой, господствовать над своими чувствами и страстями. Но обычно самые гневливые и самые чувственные люди думают, что не они, a те или другие должны так поступать.

Хороший хозяин не смотрит на то только, что в других домах происходит — он должен присматривать в своем собственном доме. Больной человек должен сам принимать предписываемые ему врачом лекарства, a не другие больные — вместо него.

г) Часто вовсе не делают никакого соотнесения узнанного.

Чтение и слышание слова Божьего используют только для времяпровождения. Слушают проповедь потому только, что неудобно уйти из церкви. Но Господь говорит: «Итак положите сии слова Мои в сердце ваше и в душу вашу, и навяжите их в знак на руку свою, и да будут они повязкою над глазами вашими» (Втор. 11:18).

С какой жаждой внимают словам рассказчика о новостях, о торговых делах, о местных событиях! Не старательнее стоит нам внимать слову спасения?

2. Следствия этого.

Что люди во многих отношениях так еще плохи, это главным образом зависит от того, что они вовсе не соотносят на себя божественное учение, или соотносят его неправильно. Какие же последствия происходят от такого отношения к слову Божьему?

а) Не приходят ни к какому самопознанию.

Один мудрец (Сократ) основным правилом своего учения о добродетели и началом нравственного исправления поставлял самопознание: «познай, говорил он, самого себя!» Но возможно ли это, если не стараются соотносить на себя евангельского научения?

«На стражу мою стал я и, стоя на башне, наблюдал, чтобы узнать, что скажет Он во мне, и что мне отвечать по жалобе моей?» (Аввак. 2:1). «Ибо если бы мы судили сами себя, то не были бы судимы» (1 Кор. 11:31).

б) Не делаются лучшими, но худшими.

Мы преуспеваем в добре только тогда, если соотносим на себя наставления евангелия. A кто не идет вперед, тот идет назад.

Дерево сначала должно твердо укрепиться, прежде чем оно в состоянии будет приносить плоды. Точно также и слово Божье должно утвердиться в наших сердцах, чтобы оно потом могло проявляться в делах. Если бы кто-нибудь учил нас искусству вынимать драгоценные сокровища из земли, ни одно слово такого учителя не пало бы на землю. Но здесь идет дело о сокровищах небесных! «От каждой проповеди приноси что либо домой.»[420]

в) Подвергаются большей ответственности.

Люди, выросшие без учения и воспитания, никогда не слышавшие о Боге и добродетели, впадают, конечно, в тяжкие нравственные пороки. Они, конечно, заслуживают извинения. Но можно ли извинить тех, которые грешат, внимая божественному слову, но не прилагая его к себе? Как строго осуждаем мы больного, состояние которого с каждым днем ухудшается и ведет к неизбежной смерти, хотя ему предлагается верное врачевство и помощь, от которых он отказывается?!

г) Отпадают от веры и теряют вечное спасение.

Вера есть дар, который постоянно нужно возгревать в себе назидательными размышлениями, внимательным чтением и слушанием слова Божьего. «Истинно, истинно говорю вам: слушающий слово Мое и верующий в Пославшего Меня имеет жизнь вечную, и на суд не приходит, но перешел от смерти в жизнь» (Иоан. 5:24). Но невнимание к евангельским истинам мало-помалу заглушает веру и подавляет в человеке всякое стремление к добродетели и спасению. Сего ради, взывает апостол, «мы должны быть особенно внимательны к слышанному, чтобы не отпасть» (Евр. 2:1).

ОБРАЗЦЫ ЦЕРКОВНОЙ ПРОПОВЕДИ

Слово в Неделю 2-ю Великого Поста.[421]

Известно ли вам, братия мои, что в продолжение Великого Поста каждый день недельный посвящен Церковью воспоминанию какого-либо великого лица или великого события? Так, в воскресенье, непосредственно перед постом, вспоминается в церкви падение Адамово, чтобы мы, приведя себе на память, как род человеческий изгнан из рая сладости за невоздержание, усерднее облобызали Святой Пост, как дверь в потерянный рай.

В Первую Неделю самого Поста совершается торжество Православия, показывающее, чего стоило некогда сохранение сокровища веры во всей его неприкосновенности, и тем самым наставляющее нас надлежаще дорожить им.

На средине поприща постного предложится для поклонения всечестный Крест, в ободрение нас к дальнейшим подвигам и для услаждения им горьких вод покаяния.

Пятая седмица огласится именем святого Иоанна Лествичника, как величайшего из подвижников благочестия, который не только сам, как орел, воспарял над всем земным, но в творениях своих начертал и для других лествицу к небу.

Последняя неделя четыредесятницы начнется ублажением памяти преподобной Марии Египетской, как трогательнейшего образца покаяния; ибо первой половиной жизни своей она, как известно, превзошла едва не всех грешников, a в продолжение последней удивила чистотой своей самих ангелов.

В нынешний день недельный, по уставу Святой Церкви, прославляются подвиги святого Григория Паламы, архиепископа Фессалонитского.

При таком распорядке в церковном уставе, в каждую седмицу нынешнего поста первый источник для душевного назидания нашего есть воспоминание, вместе с Церковью, того лица или события, коему посвящена неделя. Мы тем с большей охотой воспользуемся ныне этим источником — и для вас, и для себя, что он, как ни близко протекает от каждого, но к сожалению весьма мало употребляется в дело, так что для многих почти вовсе неизвестен. Таким образом, слова и беседы наши с вами, если не будут иметь другого какого действия, то по крайней мере, сделают сколько-нибудь известным этот святой источник.

Итак, ныне, как мы сказали, совершается хвалебная память сущего во святых отца нашего Григория Паламы.

Чем заслужил он столь великую честь?

Не тем ли, что был пастырь знаменитой, особенно в древности, паствы Фессалонитской? Но мы имеем пространный список пастырей этой Церкви, и ни один из них не разделяет этой чести со святым Григорием.

Или, может быть, он прославляется за то, что был просвещеннейший святитель своего времени и оставил нам много своих поучительных творений? Но и за это отличие следовало бы прославлять не его одного, но и многих других, чего однако же не делает Святая Церковь в этот день.

Можно еще предположить, что святой Григорий ублажается так за свою особенную святость. Это гораздо ближе к делу; ибо без святости жизни он никоим образом не сделался бы предметом похвалы для Церкви. Но и эта причина не объясняет всего, так как и святостью жизни отличался не он один, a многие.

Если целая седмица Святого Поста украшается именем святителя Григория, то должно быть в самых деяниях его есть нечто такое, почему он особенно приходит на память во время поста, и вследствие чего воспоминание о нем служит к особенному назиданию постящихся. Что бы это было такое?

Tо, что он, во-первых, был один из величайших подвижников в монашеском и, следовательно, постническом и труженническом образе жизни, на святой горе Афонской. Там провел он большую часть своих дней в посте, молитве и безмолвии, и там возрос он до той чистоты сердца и высоты духа, что сделался видимым и ощутительным для всех сосудом благодати Божией.

Tо, во-вторых, что святитель Григорий был ревностнейший поборник житья пустынного и, следовательно, постного, против тех, кто хотели очернить и унизить его разными клеветами. Последнее обстоятельство требует пояснения:, посему мы изложим некоторые подробности, которые таковы, что могут послужить к назиданию и в наше время.

Пустынножители горы Афонской, ведя образ жизни подвижнической, до того очищали себя от всего плотского и до того утончались и возвышались в духе, что многие из них сподобляемы были откровений и видений духовных, — особенно осияния светом небесным, подобным тому, который виден был вокруг Спасителя на Фаворе.

В явлении этом не только не было ничего противного духу Евангелия, но можно сказать — оно было доказательством и залогом того, что обещается в нем праведникам, т. е. что они сами просветятся как солнце в царствии небесном. Ибо удивительно ли, что те, кто предназначен сиять, как солнце, и ныне уже, на земле еще, озаряются, как луна, светом от духовного солнца, которое есть Христос Господь?

Но иначе смотрели на этот духовный опыт враги Православия. Вместо того, чтобы признать с благоговением в нем успех подвижников в духовной жизни, они смотрели на него, как на плод воображения. Мало того: начали разглашать всюду, что Афонские пустынники впали не только в самообольщение, но и в ересь. Будто бы они, сообщая этому пренебесному свету Божественность, вводят яко бы в Божество два начала — сотворенное и несотворенное, что подобным учением нарушаются даже основы веры.

Можете представить, братия, как горька была клевета эта для обитателей святой горы и как тяжела для всей православной церкви!

Среди тогдашних еретических треволнений Афон всегда был как духовный Арарат, на нем находил себе пристанище и спасался ковчег Православия. И вот на этом самом Арарате, как утверждали зломыслящие, является ересь, является под видом самым благочестивым и, следовательно, наиболее опасным! Такая мысль могла привести в смущение даже тех, коих «чувства», по выражению Апостола, «навыком приучены к различению добра и зла» (Евр. 5:14). Тем более не могли оставаться в покое души простые и малоопытные в жизни духовной: вся Греческая Церковь пришла в сильное волнение!..

В это опасное для церкви время пастырь Фессалонитский является как ангел тишины для укрощения бури. Обладая обширным и глубоким познанием Священного Писания, он показывает всем и каждому, что учение о свете Фаворском, видения которого сподобляются подвижники афонские, совершенно соответствует учению Евангелия, что те, которые сомневаются в существовании этого света и в озарении им избранных Божьих еще на земле, обнаруживают этим только недостаток своей чистоты и своих духовных подвигов.

Как ученик и воспитанник Афона, которому не по слухам только, a на опыте известен был образ жизни тамошних подвижников, святитель Григорий входит во все подробности спорного предмета, преследует каждую клевету зломыслящих от первого ее начала и до последнего конца и, рассеяв таким образом тьму, наведенную на Святую Гору, показывает ее во всем, до сих пор еще не так известном духовном величии. Даже находясь в плену у сарацин, святой Григорий не молчит: он и в узах продолжает разить врагов православия и утверждать в истине колеблющихся чад церкви.

В благодарность за эти-то апостольские подвиги, принесшие мир православной церкви и давшие Григорию имя — «сын света Божественного», вскоре после его святой кончины, единодушно установлено пастырями церкви, чтобы память о нем украшала собой сегодняшний день недели.

И правильно! Ведь им ограждена и защищена честь не только жителей Афона, но и всей жизни подвижнической, спасена честь Святого Поста, как первейшего из средств, посредством которого святые подвижники Афонские достигали озарения Божественным светом. Таким образом, памяти о подвигах святого Григория Паламы всего более соответствует не другое какое-либо время, a именно дни Великого Поста.

Мы, слава Богу, свободны от еретических треволнений, смущавших Церковь во время святителя Григория Паламы, но память о нем весьма поучительна и для нас.

Но чем же? Тем, чтобы мы, содержа в уме древний пример, не позволяли себе увлекаться теми легкомысленными суждениями о жизни подвижнической и, в частности, о Святом Посте, которые, к сожалению, можно слышать по временам и из уст людей, нечуждых уважения к церкви. Тем более, чтобы заграждали слух свой от безумных наветов по этому поводу тех, кто берётся судить о всем и отвергать все, сами не ведая, как следует, ничего. Неудивительно, если духовные опыты святых подвижников чаще всего подвергаются нареканию у таких лжеумников, которые слишком удалены от понимания этого вследствие скудного и слабого представления о предметах духовных. Эти духовные опыты совершенно противоположны материалистическому взгляду на все и на саму человеческую душу.

Если встретите подобные речи, то вспомните о святом Григории и его подвиге; вспомните, как он рассеял и низложил клевету на святую жизнь подвижников. Такое воспоминание послужит для вас всегда готовым щитом против соблазна.

Не в первый и не в последний раз жизнь по духу подвергается нареканиям от людей плотских. Апостол давно сказал, что «душевный человек не принимает того, что от Духа Божия, потому что он почитает это безумием» (1 Кор. 2:14). Приметьте выражение Апостола: «не принимает того.» Как же судить о том, чего не принимаем? Чтобы судить о духовных предметах, тем более о духовных опытах, надо самому судящему сподобиться Духа, чего да достигнем все мы благодатью Господней и молитвами святого Григория! Аминь.

Поучение во 2-ю Неделю Великого Поста.[422]

Господь Иисус Христос пришел однажды в город Капернаум и остановился в одном доме. В Капернауме в то же время был один расслабленный жилами, который не мог владеть ни одним телесным членом. Как только разнеслась молва, что Иисус Христос в Капернауме, в известном доме, четыре человека взяли расслабленного, положили его на постель и понесли к Иисусу Христу. «Не имея возможности приблизиться к Нему за многолюдством, раскрыли кровлю дома, где Он находился, и, прокопав ее, спустили постель, на которой лежал расслабленный». Иисус Христос, увидев пред Собой постель, и на постели едва живого чедовека, сперва сказал ему: «чадо, прощаются тебе грехи твои», a потом прибавил: «встань, возьми постель твою и иди в дом свой.» Расслабленный «тотчас встал и, взяв постель, вышел» из дому на виду у всего находившегося здесь народа (Марк. 2:1-12).

К чему, по-видимому, эти слова Иисуса Христа: «чадо, прощаются тебе грехи твои?» Расслабленного совсем не для того принесли к Иисусу Христу, чтобы Он простил ему грехи, a для того, чтобы Он исцелил его от болезни. Да, люди думали так, a вышло иначе. Они желали исцеления болезни, a получили исцеление болезни и прощение грехов.

Братия! Бог обычно так и поступает — Он часто дает людям и то, о чем Его не просят, о чем Ему не молятся. А кто просит Его, кто ищет Его помощи, тому очень часто помогает Он не только в прошлом, но и сверх молитвы и искания. Ему известны все наши нужды. Случается, сами то мы не знаем хорошо, что именно для нас требуется, a Бог знает наши истинные нужды прежде нашего к Нему прошения (Мф. 6:8).[423] Он только ждет, когда мы станем Ему молиться, когда станем искать Его помощи, чтобы вместе с одним дать нам и другое, и третье.

Отчего же происходит, что мы иногда просим Бога, ищем Его помощи, a исполнения наших прошений часто не видим и помощи от Него часто не получаем? Братия, это происходит не от Бога, a от нас самих. Должно быть, мы не так Его просим, не так ищем Его помощи; случается, что мы по неведению желаем себе вредного. Любя нас, Бог, разумеется, таких желаний наших никогда не исполняет.

Вновь возратимся к расслабленному. Перед Иисусом Христом является постель, и на постели полумертвый человек. О больном никто не просит Иисуса; никто не говорит, что ему нужно. Но Иисус видит, Иисус слышит, что на душе четверых людей, свесивших постель и стоящих на кровле дома; их тайная сердечная молитва, окрыленная верой (Мф. 6:5),[424] доходит до Господа Иисуса, и Господь с одним дает больному и другое — с исцелением болезни прощает ему и все грехи. Вот вам, братия, пример молчаливой молитвы.

Да, и в самом деле, сердце иногда громче слов вопиет к Богу, иногда горит оно к Нему пламеннее свечи. Иногда душа смиряется перед Ним ниже земных поклонов. И эта молитва без свечи, без слов, без поклонов доходит к Богу, — и за нее Он дает вдвое и второе более того, о чем Ему молятся, и к ней Он бывает щедр без конца. Правда, хороша и наша молитва; но беда в том, что она не всегда у нас соединяется с открытым сердцем. Ясно и светло горит наша свеча перед святой иконой, только в сердце-то у нас иногда мало теплоты и света; красноречивы наши слова на молитве Богу, только душа то в нас часто пред Ним бывает молчалива и неподвижна; низки наши поклоны, только внутри нас часто происходит не то, — только душой то иногда мы слишком высоко заносимся.

О молитве мы теперь сказали; поговорим об искании Божьей помощи. Четверых людей, несших расслабленного на постели к Иисусу Христу, не допустила к нему теснота народа; им надобно было или идти назад домой или дожидаться удобного времени с расслабленным. Но остановились ли они перед подобным препятствием? Нет. Они подняли больного с постелью на кровлю дома, проломали потолок, спустили и поставили постель перед глазами Иисуса Христа.

Также решительно и нам следует поступать, когда ищем Божьей помощи. Если Бог не подает нам Своей помощи по нашей молитве, то наложим на себя пост, будем подавать милостыню; дадим себе слово прощать обиды, примиряться с нашими врагами, воздерживаться от грехов, свято исполнять божественные заповеди. Только не будем охладевать в своем дерзновении; только будем терпеливы в продолжительном и иногда будто безнадежном прошении, — и непременно получим вдвое или втрое против того, чего ищем.

Бог всегда бы готов посылать нам помощь Свою и без нашего обращения к нему, но из-за этого могла бы охладеть наша любовь к Нему, пропало бы наше к Нему усердие. Тогда бы мы, может быть, не захотели и знать Бога, ожидая от Него помощи, как чего-то обыкновенного и повседневного. Оттого-то Он и не дает нам некоторых благ без наших просьб. Но Он неусыпно надзирает над Своими соискателями, и как только видит, что мы достаточно испытаны, что мы утвердились в своем желании, что мы, не взирая на долговременную несбыточность наших надежд, не желаем и не ищем ничьей помощи, кроме Божьей, тогда Он дает нам о Себе знать и, по мере наших трудов и любви, щедро оделяеть нас тем, чего ищем.

Итак, только надобно искать — и непременно найдем, чего ищем. «Просите», говорит Иисус Христос, «и дано будет вам; ищите, и найдете; стучите, и отворят вам. Ибо всякий просящий получает, и ищущий находит, и стучащему отворят» (Мф. 7:7–8).

Братия! Каждый день, каждую минуту мы имеем нужду в Божьих благах и в Божьей помощи. Человек уже так создан, что миновав Бога, нигде и ни в чем не может найти себе истинного благополучия. Следовательно, самое желание себе добра должно побуждать нас к молитве и к соисканию Божьей помощи. Да и Бог настолько благ, настолько снисходителен к нам, грешным, что только одни безрассудные и беспечные люди Ему не молятся и не ищут Его помощи. Бог многое дает нам и без нашей молитвы; Он посылает нам дары Свои и без нашего искания. За молитву, конечно, Он дает больше. за соискание помощи Божьей мы получаем много такого, чего бы нам никогда не иметь без обращения к Нему.

За усердную пламенную молитву, за терпеливое и неотступное соискание Бог дает нам все, так что щедроты Его в этом случае можно сравнить только с родственной щедростью отца к любимому чаду. Итак, братия, будем молиться Богу как можно усерднее и искать Его помощи как можно терпеливее. Аминь.

Дерзновение веры

Пост, давая торжество духу над материей, тем самым укрепляет веру, эту необычайную духовную силу, которая одна только и придает человеку высшее достоинство, поднимая его над всеми низменными влечениями и приближая к первозданному совершенству. Если Святая Церковь, называя пост «дивным оружием», говорит, что он соделал Моисея Боговидцем, пророка Илию — способным вознестись на огненной колеснице, a апостола Павла — в священном восторге восходить до третьего неба, то именно потому, что он укрепляет веру, получающую через него чудесную силу и дерзновение. Пример такого дерзновения веры представляет Святая Церковь в евангельском чтении за литургией в воскресение второй седмицы Великого Поста, именно в рассказе об исцелении расслабленного в Капернауме.[425]

Христос Спаситель уже ознаменовал Свое пребывание в излюбленном Им городе многими чудесами, так что за Ним уже следовало множество народа, жаждавшего воспользоваться делами Его милосердия или словами сладостного учения. Лишь только пронесся слух, что Он прибыл и остановился в одном доме, как народ массами устремился к этому дому, и если первые счастливцы проникли в самый дом, по восточному обычаю открытый для самого широкого гостеприимства, то другие опоздавшие толпились у входа, надеясь хоть через других услышать что-нибудь из спасительного учения.

Слух о появлении Христа в Капернауме дошел и до одного несчастного, который с радостью полетел бы к подножию великого Учителя, но он был расслаблен и беспомощно лежал на постели. Это по-видимому был еще молодой человек;[426] жизнь ему еще так недавно улыбалась впереди, и он, по свойственной юношам мечтательности, полагаясь на свое здоровье, быть может, строил различные планы, осуществление которых должно было наполнить содержанием всю его последующую жизнь.

Вместе с тем он (как можно заключать из контекста) уже раньше, чем следует, отдался земным удовольствиям и до излишества пил чашу плотских наслаждений, конечно, оправдывая себя тем, что жизнь ему предстоит еще долгая впереди и он успеет загладить свои прегрешения, когда настанет старость. Но — в поучение всем подобным мечтателям — как гром небесный постиг его неожиданный удар, и цветущий, полный сил и надежд юноша превратился в живой, неподвижный, беспомощный труп. И в этом положении, разбитый телесно и еще более нравственно, он вероятно впервые сознал, как ненадежна наша земная жизнь, как обманчивы все ее золотые мечты, которые как дым рассеиваются от одного удара непостижимой судьбы.

Болезнь, подвергнув его невольному посту, ослабила его тело, дотоле бравшее решительный перевес над духом, приучила к вдумчивости, и в нем впервые началась истинно человеческая духовная жизнь, о которой он раньше не имел и понятия. В прежнее время он, быть может, с легкомысленным пренебрежением отнесся бы и к назаретскому Учителю, повторяя общий говор: «может ли из Назарета быть что доброе?»— a теперь он пылал верой в Его всемогущество, и когда до него дошел слух, что вот Он недалеко, в одном из домов Капернаума, то душа расслабленного охвачена была неудержимым желанием — во что бы то ни стало повидать божественного Учителя и получить от Него исцеление, чтобы затем навсегда сделаться Его учеником и последователем.

Но не имея сам возможности идти к Нему, он умоляет своих друзей или родственников нести его на постели к великому Чудотворцу, и те действительно в четвертом подняли его с постелью на плечи и понесли к тому дому, где находился Иисус Христос.[427] Можно представить себе, как сильно трепетало в нем сердце, когда он таким образом приближался к божественному Учителю-Чудотворцу. Бурей проносились по его душе разнородные чувства, a более всего волновала именно мысль — как то отнесется к нему божественный Учитель: умилосердится ли над ним, или же в праведном гневе за его прежнюю греховную жизнь отвергнет его и таким образом навсегда похоронит все его земные надежды?

Торопливо подходят носильщики к дому, где находился Христос, и хотят войти в него. Но огромная масса народа не дает возможности даже подойти к дверям. Напрасно умоляет несчастный — пропустить его; для этого нет никакой возможности. Человек меньшей веры в таком случае впал бы в окончательное уныние и в отчаянии решил бы возвратиться домой. Но юноша пылал верой и ее не могла охладить эта первая неудача. Другой мог бы подождать у дверей, пока будет выходить Христос; но он горел нетерпением повидать Его, и упросил своих друзей — поднять его на кровлю, чтобы оттуда как-нибудь проникнуть внутрь дома. Те подняли его по наружной лестнице на плоскую кровлю, вероятно, не мало удивляя собравшуюся толпу, но так как и там не было готового входа в дом, то они попросту раскрыли нетолстую кровлю восточного дома и через проделанное таким образом отверстие опустили расслабленного к ногам Спасителя. Это был подвиг, обнаруживавший необычайное дерзновение веры, и Спаситель Христос, любвеобильно взглянув на лежавшее перед Ним тело живого мертвеца, всем своим существом умолявшего о милосердии, с нежной лаской сказал ему: «Дерзай, чадо!»[428]

В присутствии Божественного Серцеведца юноша, забыв о своем телесном недуге, помышлял только уже о своем духовном недуге, о тех прегрешениях, которыми запятнана была его душа и которые и привели его к теперешнему жалкому состоянию. Если уже под тяжким ударом судьбы, на одре страшной болезни он имел время поразмыслить об истинном назначении человека и произнесть надлежащий суд над своею прежней греховной жизнью, то теперь, в присутствии безгрешного Богочеловека, он еще более постиг всю омерзительность греха и все величие нравственной чистоты, и на эти немые, но благочестивые мысли и чувствования и получен им был бесконечно-милосердный ответ: «прощаются тебе грехи твои.»

Если легко и приятно чувствует себя человек, с плеч которого сваливается тяжелая ноша, то тем еще отраднее должен был почувствовать тот, с души которого свалилось тяготевшее на ней бремя грехов. Несчастный расслабленный, дотоле терзавшийся сознанием своей греховности, теперь был в состоянии полной невинности и с чувством невыразимой сладости в душе внимал словом Богочеловека. Для него теперь не существовало ничего больше, не существовало и сознания своего телесного недуга, и было лишь желание навсегда внимать этим бесконечно-мудрым и сладостным словам, которые лились спасительным потоком из уст Божественного Учителя, Который, как он чувствовал своей богопросвещенной душой, не простой человек, a воплотившийся Бог.

Не так чувствовали себя присутствовавшие при этом книжники, которые, с ехидным любопытством следя за учением и действиями назаретского Учителя, уже искали случаев обвинить Его в нарушении отеческих преданий или верований. Услышав изречение Господа, произнесшего прощение грехов расслабленному, они хотя и не посмели высказать своего недоумения открыто, но в их сердце шевельнулась мысль, что это богохульство, потому что «кто может прощать грехи, кроме одного Бога?»

Рассуждение их с одной стороны было правильно, потому что, действительно, один только Бог может прощать грехи; но они не хотели доводить этого рассуждения до конца, опасаясь, что это приведет их к нежелательному для них выводу. A между тем стоило только им сопоставить различные факты из жизни и деятельности Иисуса Христа — всем известные совершенные Им чудеса и дивную властность слова, возрождавшего людей, с этим заявлением необычайного права, чтобы придти к логическому выводу, что Он «может прощать и грехи», ибо Он есть Бог воплотившийся ради нашего спасения. И это лукавство их мысли не сокрылось от Сердцеведца. Чтобы еще более поразить их, Он немедленно изобличил их тайные помыслы, сказав им: «для чего так помышляете в сердцах ваших?» Для такого истинного израильтянина, каким был Нафанаил и в сердце которого «не было лукавства», достаточно было затронуть его тайные мысли, волновавшие его душу под смоковницей, чтобы он сразу признал в Сердцеведце воистину «Сына Божия.»[429]

Но книжники не были, очевидно, такими «истинными израильтянами», и они, исполненные лукавства в сердце своем, не поражены были и этим откровением их тайных помышлений, и поэтому Спаситель благоволил довершить дело своего милосердия к расслабленному видимым чудом Своего всемогущества. Объяснив, что прощать грехи несравненно труднее, чем исцелять телесные немощи, так что если чудесные исцеления тела совершались и пророками, то чудеса исцеления души могут быть совершаемы только Самим Богом.

Но чтобы и они, эти лицемерные и лукавые книжники, убедились, что Сын человеческий действительно имеет власть на земле прощать грехи, Он этот невидимый акт Своего всемогущества подтверждает видимым действием чудотворения. Обратившись к больному, Он с властью сказал: «Тебе говорю: встань, возьми постель твою, и иди в дом твой.» Замечательно, что это те же самые слова, которыми Иисус Христос совершил исцеление расслабленного в Иерусалиме, при купели Вифезда. Tо исцеление, как известно, послужило поводом к великой беседе, в которой Христос раскрыл перед книжниками тайну Своего единосущия с Богом Отцом.

Повторяя те же слова теперь перед книжниками, которые, как можно с верностью предполагать, присутствовали или, по меньшей мере, знали об иерусалимском событии, встревожившем весь книжническо-фарисейский мир,[430] Господь желал напомнить им как о самом событии, так и о последовавшей за ним беседе. И повеление немедленно возымело силу. Расслабленный «тотчас встал, и взяв постель, вышел пред всеми, так что все изумились и прославляли Бога, говоря: никогда ничего такого мы не видали» (Мар.2:12).

Если исцеление расслабленного в Иерусалиме совершилось, можно сказать, негласно, так что о нем узнали уже после, при виде безнадежного больного совершенно бодрым и здоровым, что и давало возможность фарисеям и книжникам сомневаться в чуде, то здесь эта возможность у них была отнята. Чудо совершилось при огромном множестве свидетелей, которые при виде его пришли в необычайное изумление и прославляли Бога.

Нечего и говорить, как чувствовал себя сам бывший расслабленный, когда он бодро нес домой на плечах ту самую постель, на которой незадолго пред тем его как пласт принесли четверо к ногам Спасителя. Все пережитое им было слишком поразительно, чтобы волноваться какими-нибудь другими чувствами, кроме беспредельной благодарности к Богу или Тому, Кто исцелил его от недуга не только телесного, но и духовного. «И пошел он, по выразительному свидетельству святого Луки, в дом свой, славя Бога.»

И сих пор Христос Спаситель продолжает сидеть и благовествовать в «доме», который есть Его Святая Церковь и через которую совершаются спасительные действия на земле — через благодать, право располагать которой Он предоставил Святой Церкви. И всем открыт свободный доступ к Нему и к Его благодатным дарам, но непременным условием усвоения их является вера.

Человек без веры, это — то же, что расслабленный, беспомощно и в отчаянии лежащий на своем одре, или тоже, что закрытый сосуд, в который не может попасть небесная роса, хотя бы она своим изобилием все орошала и оплодотворяла кругом. Вот почему в наш век так многие не чувствуют на себе действия благодати Божьей: они сами закрыли себя для ее, ибо не имеют веры, или даже прямо отвергают ее. В таком случае они подобны расслабленному, который под тяжестью жестокого недуга изнывал и душей и телом в ужасном одиночестве, вдали от Христа, пока великое бедствие, давшее его духу возможность восторжествовать над материей, не возродило в нем веры, — той всепобеждающей веры, которая через все препятствия привела его в непосредственное присутствие Спасителя Христа.

Не будем ждать подобных бедствий, которые являются как последнее грозное предостережение грешникам. Церковь дала нам другие средства для возбуждения веры, и прежде всего пост, как превосходное упражнение для укрепления всей нашей духовной сущности. Будем же пользоваться этим «дивным оружием:» оно укрепит наш дух, возбудит дремлющую веру и даст нам дерзновение приближаться к Спасителю Христу, и Он по Своему бесконечному милосердию не отвергнет нас, a сподобит той же милости, которой удостоился капернаумский юноша. «Ибо в век милость Его.»

Библиографический указатель слов, бесед и поучений на 2-ю Неделю Великого Поста

Филарет, арх. Черниговский. Слова и речи. Ч. 3, 55–63.

Феофан, еп. Тамбовский. Слова в Св. Четыредесят. 151–176.

Евсевий, арх. Могилевский. Сочинения. 340.

Филарет, митр. Московский. Слова и речи. Т. V, 11.

Палладий, еп. Рязанский. Слова и речи. 43.

Арсений, митр. Киевский, Сочинения, т. II, 18.

Никанор, арх. Херсонский. Собрание сочинений. Т. I, 218.

Павел, арх. Кишиневский. Слова и речи. Т. I, 190.

Путятин, Р. прот. Полное собр. Поучений. 223

Сергиев, И. прот. Собрания сочин. Τ. II, 84-106.

Бухарев, И. Беседы пастыря на еванг. свят. литург. чт. 175

Романов, прот. Полное собр. поучений 211–216.

Сеятель. Сборник поучений. 215.

Дьяченко. Ежедневные поучения. Т. I, 606–616.

Нордов, прот. Сеятель благочестия. Т. I, 47.

3-Я НЕДЕЛЯ ВЕЛИКОГО ПОСТА

I. ЕВАНГЕЛЬСКОЕ ЧТЕНИЕ. Зачало (37) от Марка 8:34-9:1

34 И, подозвав народ с учениками Своими, сказал им: кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною.

35 Ибо кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет ее, а кто потеряет душу свою ради Меня и Евангелия, тот сбережет ее.

36 Ибо какая польза человеку, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит?

37 Или какой выкуп даст человек за душу свою?

38 Ибо кто постыдится Меня и Моих слов в роде сем прелюбодейном и грешном, того постыдится и Сын Человеческий, когда приидет в славе Отца Своего со святыми Ангелами.

…

1 И сказал им: истинно говорю вам: есть некоторые из стоящих здесь, которые не вкусят смерти, как уже увидят Царствие Божие, пришедшее в силе.

Общий характер недели. Практический очерк содержания рядового чтения

В третью неделю Великого Поста, называемую иначе Крестопоклонною, потому что в это время предлагается верующим для поклонения животворящий крест Господень, как могущественное средство к утешению и ободрению их среди подвигов покаяния и поста, Святая Церковь словами самого Спасителя призывает христиан к крестоношению и самоотвержению, и изображает свойства истинного последователя Христова.

Кто хочет быть истинным последователем Христовым, тот должен:

1. Отвергнуться себя (ст.34).

Жить не по своей воле, a по воле Божьей и поступать во всем так, как повелевает Бог. Порочные мысли и чувства, дурные, хотя бы и выгодные для нашей плоти и крови, дела и поступки, плохие привычки и наклонности, беспечность и недобросовестность в исполнении обязанностей нашего призвания — все это должно быть отвергнуто, как нечистое и греховное в очах Божьих.

2. Взять крест свой.

Бог, разделив наш жребий и обязанности, сообразно с высшими целями, возложил на каждого из нас свой крест, который, хотя и различен для каждого, однако для всех и одинаков в том отношении, что нужно его взять и нести. Этот крест состоит не в общих человеческих бедствиях, постигающих нас за грех, вследствие проклятия, тяготеющего над всей природой, но во всяком страдании, поражающем нас или добровольно претерпеваемом нами ради Господа. Таковы, например, потеря чести и земного имущества, если наше христианское звание того требует, оставление самых дорогих для сердца привязанностей, если они препятствуют нашей всецелой преданности Иисусу Христу и т. п. Кто отказывается от своего креста или приемлет его с ропотом и негодованием, тот отказывается от Христа и христианства, потому что достойный последователь Христов должен «взять крест свой» и потом

3. Следовать за Господом (ст.34).

Впереди идет сам Иисус Христос с победным знаменем, a за Ним «грядут» все те, которые в мудрости мирской не находят никакого утешения и в земных благах — никакого удовлетворения, но с сердцем сокрушенным и смиренным ищут высшей мудрости, небесных сокровищ. Возникают ли какие-либо сомнения в вере, поражают ли болезни и бедствия, смущают ли соблазны и искушения, истинные последователи Христовы неуклонно «грядут» за своим Господом, и никто из них не спрашивает: куда Он идет или куда ведет; ибо они уверены, что с ними идет Он сам и непременно приведет их к блаженной цели, хотя бы они шли «долиной смертной тени» (Пс.22:4). Поэтому, они охотно следуют за Господом путем крестным, который хотя и узок и тернист, однако же, приводит к «той славе, которая откроется в нас» (Рим. 8:17–18).[431]

Напротив, без самоотвержения, крестоношения и последования за Господом нельзя достигать истинной жизни и быть достойным последователем Христовым, потому что: «кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет ее» (ст.35). Человек, живущий по своей воле и в свое удовольствие, отказывающийся от тяжести самоотвержения и крестоношения, от всяких стеснений плоти и духа, воображет, что он наслаждается истинной жизнью, «спасает» свою душу, «бережет» ее от изнурительных подвигов, требуемых евангелием.

Но на самом деле выходит иначе. Кто таким образом бережет свою душу, тот «губит» ее и временно, и вечно. Ибо что за жизнь человека уже здесь на земле, если он живет в похотях плоти своей? Где его душевный мир, где спокойствие совести? О небе ему нечего и помышлять: для неба он совершенно погубил душу свою. Между тем, «ибо кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет ее», сбережет ее для жизни настоящей, и будущей.

Предположим даже, что человек, отказывающийся от самоотвержения и последования за Господом, обладает сокровищами всего мира, наслаждается всевозможными удовольствиями земными: но что пользы от того для души? «Какая польза человеку, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит?» (ст.36). Все блага мира сего останутся здесь на земле, a душа с своими делами перейдет в вечность и предстанет на суд Божий. И если она будет осуждена на вечные мучения: то «какой выкуп даст человек за душу свою?» (ст.37). Какими сокровищами земными искупит ее от вечной погибели?

Нередко также случается, что люди отказываются от креста и последования за Господом из угождения миру, недостойной трусости, ложного стыда, чтобы не быть осмеянными за свое благочестие и не получить презрительного в глазах греховного мира имени «набожного человека.» Указывая и на это препятствие последователей евангелия, Иисус Христос выразительно говорит: «Ибо кто постыдится Меня и Моих слов в роде сем прелюбодейном и грешном, того постыдится и Сын Человеческий, когда приидет в славе Отца Своего со святыми Ангелами» (ст.38).

Понятно еще, если человек, из ничтожества достигший почестей, стыдится своих бедных и незнатных родителей; но как понять, если иной христианин стыдится быть чадом Божьим и истинным слугой Христовым, и перед кем же стыдится? — перед родом сим «прелюбодейным и грепшым!» Что он находит в таком Отце и в таком Господине, за что можно было бы их стыдиться?

Но Бог поругаем не бывает: «Сын человеческий» также «постыдится» такого человека, «когда приидет в славе Отца Своего», окруженный сонмом ангелов. Срашные слова — и они исполнятся!

Преподав народу, вместе с учениками, наставление о свойствах истинных своих последователей, Иисус Христос в заключение сказал: «истинно говорю вам: есть некоторые из стоящих здесь, которые не вкусят смерти, как уже увидят Царствие Божие, пришедшее в силе» (9:1), т. е. не смущайтесь тем, что Я сказал о будущем пришествии Моем во славе Отца Моего, и не сомневайтесь в том. Некоторый образ божественной славы своей Я явлю еще здесь на земле — в Моем славном преображении, и некоторые из стоящих здесь моих апостолов увидят эту славу, свидетельствующую о Моей божественной силе.

Важнейшие темы, почерпаемые проповедником из дневнего евангелия, могут быть следующие:

Ст. 34 — без самоотвержения и крестоношения невозможно быть истинным христианином — истинные христиане самотверженно несут крест свой и следуют за Господом. Что значит нести самоотверженно? — (желать того, чего Бог хочет, делать так, как Бог хочет, делать потому, что Бог хочет).

Ст. 35 — толкование слов: «Ибо какая польза человеку, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит? Или какой выкуп даст человек за душу свою?»

Ст. 36, 37 — о высоком достоинстве души человеческой. Богатства всего мира не спасут душу и не искупят ее от вечной погибели.

Ст. 38 — кто стыдится Христа и евангелия, тот обнаруживает недостойную трусость, жалкое и опасное ослепление. Стыдиться Христа не редкость между нынешними христианами и т. п.

В чем состоит самоотвержение, которого требует Иисус Христос от своих последователей?

«Кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною.» (ст.34).

Слышите ли, что Спаситель говорит нам с этого креста, предлагаемого ныне для поклонения? Он и нам завещает крест, — крест самоотвержения, как единый истинный путь, которым христианин может следовать за Господом. Завещание трудное, но необходимое для спасения, по закону правды Божьей. Ибо тот и не получает венца, кто не сражается. Тех только Христос и называет своими учениками, которые подобно Ему, отвергаются себя и несут крест свой. «И кто не несет креста своего и идёт за Мною, не может быть Моим учеником» (Лук. 14:27).

1. Самоотвержение состоит в отвержении греховного самолюбия.

Этого всеобщий человеческий порок, проникающий во все наши мысли и поступки, растлевающий все наши добродетели и извращающий назначение самого нашего бытия.

Человек создан для реализации своих способностей на пользу других, a самолюбие стремится пользу других обратить в собственную.

Человек создан для стремлений к будущему, вечному и божественному, a самолюбие приковывает его к настоящему, временному и суетному.

Человек создан для жизни духовной, a самолюбие занимает его чрезмерной заботой о земном.

Вот этого то врага и должен отказаться всякий христианин — врага и Богу, и ближним, и нашей душе

Вы поставлены начальником над подчиненными: начальствуйте во благо им, a не себе одному. Вы судья над подсудимыми: оправдывайте невинных, a не мздоимствуйте от них. Вы получили от Бога изобилие во всем: насыщайте алчущих, одевайте нищих, приютите странных, a не лишайте хлеба неимущих, одежды нагих, покрова бесприютных (1 Кор. 10:24).[432]

Когда прельщают вас временные блага, старайтесь обращать внимание свое к благам вечным. Когда охватит вас греховный посыл, «противоборствующий закону ума моего и делающий меня пленником закона греховного, находящегося в членах моих» (Рим. 7:23), то «почитайте себя мертвыми для греха, живыми же для Бога во Христе Иисусе, Господе нашем» (Рим. 6:11). Вот какое самоотвержение завещает нам ныне Спаситель со своего креста.

2. Самоотвержение — дело трудное.

Оно сопряженно с великими внутренними и внешними страданиями. Сам Спаситель называет подвиг самоотвержения крестом, т. е. таким болезненным страданием, как бы это было пригвождение к кресту.

Апостол Павел сравнивает самоотвержение с распятием: «те, которые Христовы, распяли плоть со страстями и похотями» (Гал. 5:24). Поэтому без подвига, без великого внутреннего терпения, невозможно самоотвержение.

A сколько еще, сверх этого, нужно терпеть поношений и огорчений со стороны! «Все, желающие жить благочестиво во Христе Иисусе, будут гонимы» (2 Тим. 3:12)

Даже само внешнее благочестие христиан вооружает нечестивых против них. их

Справедливость христиан изощряет против них меч неправедных.

Трудолюбие христиан укоряет нерадивых.

Люди властолюбивые назовут отвергшихся самолюбия начальников слабыми и неумеющими пользоваться своей властью. Люди корыстолюбивые назовут бескорыстных глупцами, незнающими своей пользы. Люди сластолюбивые посмеются над постящимися за их воздержание.

Сами домашние, быть может, обвинят их беспристрастие к земным стяжаниям, как нерадение о своем хозяйстве (Мат. 10:36).[433]

Вот крест, который Христос заповедует всем поднять на себя!

3. Ободрение к самоотвержению.

Оно заключается в том, что отвергающийся себя идет по стопам Господа: «следуй за Мною.»

Если Спаситель пострадал за нас, то неужели мы откажемся от страданий для Него? Если Он не отрекся за нас от болезней смертных, то мы ли не пойдем Ему во след, по пути временных скорбей, взирая на Него, как на «Начальника веры и Совершителя, иже вместо предлежащия Бму радости претерпе крест» (Евр. 12:2)?[434]

«Христос пострадал за нас, оставив нам пример, дабы мы шли по следам Его» (1 Пет. 2:21).

Впрочем, как бы ни был труден путь, которым надлежит нам идти в след Господа, мы должны всегда ободряться мыслью, что «Бог … не попустит вам быть искушаемыми сверх сил, но при искушении даст и облегчение, так чтобы вы могли перенести» (1 Кор. 10:13).

Искушен был Иосиф и поставлен первым после Фараона в Египте; искушен был Иов и награжден более прежнего.

Но не одна земная награда посылается несущим крест Христов, «где Я, там и слуга Мой будет. И кто Мне служит, того почтит Отец Мой» (Иоан. 12:26). Эта небесная и вечная честь более всего должна ободрять нас на пути самоотвержения и креста. «А если дети, то и наследники, наследники Божии, сонаследники же Христу, если только с Ним страдаем, чтобы с Ним и прославиться» (Рим. 8:17).

Самоотвержения, крестоношения и последования за Ним — вот чего требует Иисус Христос от всех, желающих быть Его последователями

«Кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною» (ст.34).

1. Истинный последователь Христов должен отвергнуться себя.

Без некоторого самоотвержения невозможно следовать и за земным учителем, чтобы научиться земной мудрости. Ученик, если желает быть достойным учеником, должен ввериться руководству своего учителя, жертвовать для него своим временем, подчинить ему свой разум и волю, хотя бы он хотел и думать и делать не то, что угодно учителю; должен, одним словом, отвергнуться себя ради своего учителя и учения, и только тогда будет достойным учеником.

Тем более без самоотвержения нельзя быть достойным последователем Иисуса Христа и научиться небесной мудрости. Истинный ученик Христов должен всецело предаться своему божественному Учителю и Господу. Должен отвергнуть безмерную любовь к самому себе, как несовместимую ни с любовью к Богу, которая должна быть беспредельной (Мат. 22:37),[435] ни с любовью к ближним, которая должна быть равносильна любви к себе (Мат. 22:39).[436] Должен отвергнуться пристрастия к мирской славе, богатству, удовольствиям плоти. Он должен поистине пожертвовать душой своей ради Христа и Евангелия (Мар. 8:35).[437]

2. Истинный последователь Христов должен взять крест свой.

Кто отвергся себя, тот с молитвой к Господу может уже бесстрашно взять на плечи свои и крест — свой, a не Христов, потому что Его креста никто не может ни принять, ни поднять.

У каждого из нас есть «свой» крест (Гал. 6:5),[438] который мы благодушно должны нести до конца жизни.

Иисус Христос нес до Голгофы на плечах Своих крест, потом был пригвожден к нему. Мы, как Его верные последователи, должны добровольно пригвождать ко кресту наши греховные душевные и телесные страсти (Гал. 5:24),[439] ежедневно умирать для греховной жизни (Рим. 6:11)[440] и быть готовыми понести всякое злострадание за имя Христово, за исповедание веры (2 Тим. 2:3).[441]

Тяжел путь такого крестоношения, но он единственный для спасения. Мы можем идти, если хотим, иным путем, но этот ведет к погибели. A «что пользы человеку приобрести весь мир, а себя самого погубить или повредить себе?» (Лук.9:25) Но как бы ни был тяжел крестный путь, мы знаем, что Господь назначает каждому его крест по силам (1 Кор. 10:12–13),[442] что благодать, облегчающая крестоношение, дается по мере веры (Рим. 13:6),[443] что все препятствия на крестном пути побеждены уже нашим Спасителем (Иоан. 16:33).[444]

3. Истинный последователь Христов должен следовать за Господом.

Кто решился отвергнуться себя и взять свой крест, тому ничего более не остается, как последовать за Господом: «следуй за Мною.»

С крестом в руках и с самоотвержением в сердце безумно было бы следовать за миром. Чем мир облегчил бы наш крест, который мы добровольно взяли на себя? Какую награду он дал бы нам за наше самоотвержение? Он удивлялся бы нашим жертвам, и в то же время глумился бы над нами, как над бесполезными тружениками и безумными самоистязателями.

Нет, кто решился идти крестным путем, тот должен следовать только за своим Спасителем и Господом. «Следовать», т. е. подражать всем тем добродетелям, высочайший образец которых явлен нам в жизни и делах Иисуса Христа (Иоан. 13:15)[445] — Его беспредельной покорности и послушанию воле Отца небесного (Фил. 2:8),[446] Его глубокому смирению, кротости и великодушию, Его святой любви ко всем людям, даже ко врагам и проч.

Следовать «постоянно» и «неуклонно» во всех случаях и обстоятельствах жизни, как бы ни увлекал нас мир своими соблазнами. Кто по малодушию или ради временной выгоды постыдится Иисуса Христа, тот теряет право на участие в небесном царстве. Только «быв испытан, он получит венец жизни» (Иак. 1:12;[447] Рим. 8:17).[448]

Признаки истинного ученика Христова

«Кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною.»

Мы охотно называемся христианами и обиделись бы, если бы кто-нибудь отказал нам в этом почетном имени. Но носить имя христианина и быть христианином — не одно и то же. Истинный ученик Христов имеет свои признаки, о которых каждый из нас должен знать (Иоан. 13:35; 1 Кор. 13:13; 1 Иоан. 3:10; Иоан. 21:16).

1. Он должен отвергнуться себя.

Самоотвержение Иисуса Христа (Фил. 2:6–8).[449] Ученик Христов отвергается греха, мира (2 Тим. 2:12),[450] собственного своего сердца (Гал. 5:24;[451] Фил. 3:7–8;[452] Мат. 4:20–22;[453] Лук. 14:26;[454] Деян. 20:24[455]).

2. Он должен взять крест свой.

Он не отстает, если замечает нужду и опасность. Христос, которому христианин подражает, был величайший крестоносец, агнец (Псал. 39:8–9;[456] Иоан. 18:4–7;[457] 19:17;[458] Евр. 12:2[459]). Крест и зависть мира — неизбежные спутники христианина (Сир. 2:1;[460] Деян. 14:22;[461] 2 Тим. 3:12[462]).

Недостаточно, если несут крест потому, что не могут отвергнуть его (Мат. 27:32;[463] Гал. 6:12–14[464]). С проклятием и бранью нельзя восходить на Голгофу.

Без ропота, со смирением нужно нести крест. И потом это должен быть «свой» крест. Бесполезно и безрассудно из тщеславия и высокомерия бросаться на мученичество, самому себе причинять раны. Напротив, страдания следует смиренно принимать ради Христа, ради истины (Деян. 14:22).[465]

3. Он должен следовать за Господом.

(Иоан. 10:4.27;[466] Апок. 14:4[467]). Пребывать в Его слове (Иоан. 13:31;[468] 1 Иоан. 2:3[469]). Не смешивать между собою пшеницы и плевел, оставить собственные произвольные толкования слова Божии. — Идти по стопам Господа (Мат. 11:29;[470] 1 Пет. 2:21;[471]).

Христос — мое солнце, я — луна, заимствующая от Него свой свет и направляющая по Нем свое течение. Что невозможно для моих сил, восполнит Его благодать.

Заключение. Пусть каждый испытает себя по этим трем признакам (Мат. 10:21–28).[472]

Не говори, что это слишком трудно. Молись (Иоан. 13:23).[473]

Два необходимых свойства крестоносца, желающего быть последователем Христовым

«И возьми крест свой, и следуй за Мною.»

Истинно, что в мире много страданий, символизируемых образом креста, и что христианин не может обойтись без них (Лук. 14:27;[474] Деян. 14:22[475]). Но несомненно также и то, что не всякий, несущий крест, есть христианский крестоносец. Страдания не составляют еще признака истинного христианина, потому что нечестивые также много мучаются (Псал. 31:10).[476] Различие в том, страдает ли кто как человек, или как христианин (1 Пет. 4:16).[477] Все зависит от того, почему и как страдают.

1. Он должен страдать ради Христа.

Страдания ради Христа касаются:

а) Исповедания истины о Христе и его учения.

В мире истина подвергается ненависти, частью от его слепоты (Деян. 3:12),[478] частью от его злобы (Гал. 3:1).[479]

б) Истинного благочестия.

Если не сообразуются с духом мира (Быт. 49:6),[480] отказываются от всяких его приманок, живут честно, богобоязненно, стараются иметь непорочную совесть. Таких людей мир не может переносить (Иоан. 15:19).[481]

в) В чем состоят эти страдания?

Испытывают великие внутренние огорчения, борьбу со своим собственным сердцем. К этому присоединяются внешние страдания (Евр. 11:36–38).[482] Крест становится неизбежным (Деян. 9:16;[483] 2 Тим. 3:12[484]). С первого же шага по стопам Господа начинают восходить на Голгофу.

2. Он должен страдать так, как страдал Христос.

а) Невинно как Христос (1 Пет. 4:15).[485]

Не каждое страдание ради веры невинно. Тот крест не годится, который сами себе устроили, сами себя без нужды подвергли опасности и предались врагу спасения. Христос не заповедал ученикам объявлять войну миру, но сказал только: вы будете Мне свидетели. Кто геройски сам зажигает свой дом, тот заслуживает ли сострадания? Страдают подобно Христу только тогда, если не имеют никакой собственной вины, если поступают предусмотрительно и могут по совести сказать себе, что они страдают не напрасно (Иоан. 15:25).[486]

б) Добровольно, как Христос (Псал. 39:8).[487]

Обязанность христианина следовать за Господом и по тернистым путям. Ободрением для него служит мысль о славной награде (Рим. 8:18).[488]

в) Терпеливо, как Христос.

Нетерпеливость служит признаком, что не нет чувства Христова. Посмотри: Агнец не отверзает уст своих (Исаии 53:7;[489] 1 Пет. 2:23[490]); Он — друг своих врагов, молится за распявших его. Не сверхчеловеческое ли это и не сверх-христианское ли даже?

Бог не попустит нам искуситься более, чем мы можем (1 Кор. 10:13).[491]

Если Утешитель в сердце, то бремя легко.

Почему и как мы должны ради Христа и евангелия погубить свою душу, чтобы спасти ее

«Ибо кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет ее, а кто потеряет душу свою ради Меня и Евангелия, тот сбережет ее» (ст.35).

Услышав такое учение из уст Спасителя, многие могут сказать: «жестоко слово сие, и кто может его послушати» (Иоан. 6:60)?[492] Естественно ли губить душу свою, губить самого себя для достижения спасения? Все, что дала нам природа, мы должны сохранять, a не убивать, — усовершенствовать, a не препятствовать естественному развитию наших сил душевных и телесных.

Но спросим прежде самих себя: естественны ли мы сами, чтобы рассуждать о естественности или неестественности каких-либо евангельских требований? Такова ли наша природа, какою она должна быть по своему первоначальному назначению?

Ответим на этот вопрос, и мы убедимся, что для нас теперь сделалось естественнее губить свою душу, чем соблюдать ее, распинать свою плоть, чем лелеять ее.

1. Почему?

Было время, когда человек не имел нужды вести борьбу с самим собой, со своей плотью и кровью, когда для спасения человека требовалось, напротив, внимать внушениям своей природы, блюсти свою душу, — это было время невинного состояния человека в раю. Тогда человек в самой первозданной природе своей находил влечение к истине и добру, где они действительно находились, т. е. в Боге. Ум естественно стремился к созерцанию и познанию Бога. В воле заключалась прирожденная расположенность к Богу. Сердце само собою влеклось любовью к Богу.

Тогда человеку оставалось только внимать внушениям своей чистой природы и, при помощи благодати Божией, восходить от силы в силу, от совершенства к совершенству, без борьбы и препятствий.

Но с падением человека все изменилось в нашем существе. Грех внес в нашу природу семя нескончаемого раздора, и человек как бы раздвоился пополам, так что дух начал восставать против плоти, a плоть против духа.

Душа, прежде устремленная к Богу, теперь обратилась к самой себе и стала заботиться не о Богослужении, a о самоугождении. Вместо детской веры ума, в ней явилось желание ведать самой, подобно Богу, доброе и лукавое (Быт. 3:5).[493] Вместо совершенной преданности воле Божьей, пробудилась в ней наклонность действовать по своему произволу. Вместо естественного влечения сердца к Богу, в ней возбудилось столь же естественное теперь вожделение к тому, что «приятно для глаз» (Быт. 3:6).[494]

Такое уклонение природы человеческой от первоначального порядка перешло по наследству ко всем людям и обратилось в неудержимое влечение к жизни вне Бога (Быт. 8:21;[495] Рим. 3:12;[496] 7:19–23;[497] 6:6[498]).

Теперь понятно для нас, почему евангелие возвещает нам постоянную борьбу с самими собой, почему говорит: «Ибо кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет ее.» Ибо что мы делаем, сохраняя душу в ее падшем состоянии? Соблюдая свой ум, который вследствие падения имеет греховную наклонность верить только самому себе и отвергает все, превышающее его разумение, мы ищем истины не там, где она находится, и не для того, для чего нужно искать ее: ищем в «водоемах разбитых» (Иер. 2:13),[499] a не в источнике воды живой, ищем мудрования плотского и для плоти, которое есть смерть, a не мудрости духовной и не для духа, которая есть «жизнь» (Рим. 8:6–7).[500] Сохраняя свою волю, которая теперь стремится более ко злу, чем к добру, мы живем и действуем под управлением греховного самолюбия, a такая жизнь есть смерть для души (Рим. 6:23).[501] Следуя влечению греховного сердца, мы ищем наслаждения в удовольствиях плоти, в прелестях мира, a сохраняя такие наклонности губим душу свою, потому что один Бог есть источник истинного блаженства. — Вот почему: «кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет ее!»

Напротив: «кто потеряет душу свою ради Меня и Евангелия, тот сбережет ее.»

2. Каким образом?

Погубить душу свою ради Христа и евангелия значит ни более, ни менее, как перестать быть тем, чем мы были, и сделаться другими людьми. Мы должны отвергнуть и возненавидеть (Иоан. 12:25)[502] греховное настроение мыслей, желаний, чувств и направить их к жизни истинной и спасительной, какой учит нас Иисус Христос Своим примером и Своим евангелием. Так как мы все в лице прародителей возжелали быть подобными Богу, то, подражая примеру Иисуса Христа, Который ради нас «уничижил Себя Самого, приняв образ раба» (Фил. 2:6–7),[503] мы также должны теперь стяжать смирение.

Наш падший ум имеет доверие только к себе и своим силам: мы должны «пленять его в послушание веры», дабы он «о горнем помышлял, а не о земном» (Кол. 3:2). Наша извращенная воля стремится жить по своему произволу: мы должны подчинять ее воле Божьей (1 Пет 4:2).[504] Наша испорченная природа любит более всего себя: теперь, по учению евангелия, мы должны возлюбить Бога паче всего и ближнего, даже врага, как самих себя (Мат. 5:44;[505] Maр. 12:30[506]). Мы вместо Бога возлюбили мир и все земное: теперь ради Господа должны отказаться от этой привязанности (1 Иоан. 2:15),[507] отложить всего ветхого человека со всеми его страстями и похотями (Гал. 5:24;[508] Рим. 6:11;[509] Ефес. 5:22–24[510]).

Но кто из нас в состоянии совершить такой трудный подвиг духовного сомоумерщвления? Отвергнуть застарелый образ мыслей, чувствований и желаний, сделаться другим человеком — не значит ли то же, что родиться вновь? A «как может человек родиться, будучи стар» (Иоан. 3:4)?[511] Но Тот, Кто дал нам заповедь о погублении души для ее спасения, указал и средства к совершению такого подвига.

Иисус Христос даровал нам таинства, в которых сообщается нам благодать, возрождающая нас к новой жизни и делающая нас «новым человеком», созданным по Богу (Ефес. 4:24).[512]

От нас теперь зависит, чтобы умерщвляя себя ради Господа, при помощи благодати Божьей принять «участие в страданиях Его» (Фил. 3:10)[513] и «жизни» Христовой (Рим. 6:8;[514] 5:17[515]).

Вот каким образом погубление души ради Господа и евангелия спасает нашу душу!

Почему Иисус Христос называет свою Церковь царствием Божьим?

«И сказал им: истинно говорю вам: есть некоторые из стоящих здесь, которые не вкусят смерти, как уже увидят Царствие Божие, пришедшее в силе» (9:1).

Под именем царствия Божьего здесь понимается благодатное царство или Церковь Христова. В других местах священного писания царствием Божьим называется царство небесное, жилище Божье, местопребывание блаженных духов и святых. Почему же одно и тоже слово «царствие Божье» употребляется для обозначения двух совершенно различных предметов? Какое между ними сходство?

Потому что:

1. В церкви, как и в небесном царстве Божьем, господствует свет и истина.

а) Небо в святом писании изображается, как царство света. Если мы думаем о небе, то представляем его себе по преимуществу царством света. Существо Божье окружено светлейшими лучами света. Как ад есть царство тьмы, так, напротив, небо есть жилище святых во свете (Кол. 1:12).[516]

Там святые познают совершенную истину. Там нет более сомнений и недоумений. Там наслаждаются лицезрением Того, Кто сотворил свет и, следовательно, Сам должен быть чистейшим светом.

б) Божьей Церкви сообщено Богом Отцом, Сыном и Святым Духом столько света, сколько мы в состоянии теперь снести. В церкви открыты все истины, какие только человек может обнять и в каких он нуждается на земле. Мы имеем все необходимое для достижения вечной жизни. Что? Спаситель принес истину с неба. Дух святой всегда охраняет Церковь в этой истине. Церковь возвещает Богооткровенную истину всему миру.

в) Чему учит мир, в противоположность небесному и церковному учению, то — тьма и ложь. Примеры из современной мудрости!

Все, кто доныне учили иначе, чем Церковь, впадали в величайшие заблуждения и не знали, как от них освободиться. Если бы мы захотели сегодня выдумать иные истины и правила, чем те, которые внушает нам Церковь, то завтра уже мы должны бы были отвергнуть их, как ложные. Все, до сих пор бывшие нападения против Христовой церкви, возникали от греха, a грех есть тьма и заблуждение.

2. В церкви, как и в небесном царстве Божием, господствует мир, утешение, радость.

а) Мир.

Небо есть по преимуществу царство мира. Святые наслаждаются высочайшим миром. Там умолкают все страсти. Так и в церкви, которая приняла в себя учение Спасителя о кротости, миролюбии и любви к врагам.

Кто заводит ссоры, любит вражду, тот не принадлежит Христовой церкви, есть только гнилой член в Христовом теле. Церковь всегда содействует тому, чтобы был мир в мире. Она молится об этом; проповедует о мире в брачной, семейной и общественной жизни.

б) Утешение.

«Блаженны плачущие, ибо они» (на небе) «утешатся» (Матф.5:4). В небе — только утешение: там страдания забываются, там с избытком вознаграждаются всякие земные лишения, там нет более страданий. «И отрет Бог всякую слезу с очей их» (Апок. 21:4).[517]

Какие утешения доставляет также и Церковь проповеданием слова Божьего, таинством покаяния и проч.? Сколько утешения получает от нее больной, скорбящий, озлобленный и т. д.?

в) Радость.

На небе ожидает нас невыразимая радость. «Не видел того глаз, не слышало ухо, и не приходило то на сердце человеку, что приготовил Бог любящим Его» (1 Кор. 2:9).

Церковь также доставляет радость. Радость, проистекающую из благоговейных подвигов молитвы и поста. Церковные подвиги и т. д.

3. В церкви, как и в небесном царстве Божьем, есть общение с Богом, только в низшей степени.

а) В небе мы узрим Бога, как Он есть, будем обращаться с Ним.

Как самым ужасным мучением ада будет лишение общения с Богом, так величайшим блаженством небесным будет лицезрение Бога и общение с Ним.

б) Истинные члены церкви есть дети Божьи, братья и сестры Христовы, храмы святого Духа.

Сын Божий сделался человеком, чтобы нас возвысить и приблизить к Богу.

в) В молитве мы имеем общение с Богом, в таинстве причащения вступаем в теснейшее соединение с Ним. Но учит молитве и преподает таинства Святая Церковь. Она есть хранительница и раздаятельница благодати святых таинств и проч.

Заключение. Будем истинными членами церкви Христовой! Тогда мы уже здесь будем иметь небесный свет, небесную истину, небесный мир, и достигнем всего этого в высшей степени там — на небе.

Царство Христово не есть царство от мира сего

«Истинно говорю вам: есть некоторые из стоящих здесь, которые не вкусят смерти, как уже увидят Царствие Божие.»

О каком это царстве говорит Иисус Христос и что это за царство?

1. Оно требует самоотвержения и отвержения мира (ст.34).

Мир ищет везде и во всем радостей и удовольствий; но в царстве Христовом нужно готовиться к страданиям: «возьми крест свой.»

2. Оно обещает и дает то, чего мир не может дать: вечную жизнь (ст.35. 36)

а) происходящую от живой веры и

б) основывающуюся на деятельном усвоении заслуг Христовых.

3. Оно возвещает о будущем блаженстве, к которому мир не чувствует никакого влечения, и о вечном воздаянии (ст.38).

а) Откровение этой истины утешительно для тех, которые под бременем креста и страданий следуют за Господом, и страшно для тех, которые любят мир более Иисуса Христа.

б) Исполнение этой истины настанет при втором пришествии Иисуса Христа на суд (ст.38); но предвкушение ее начинается уже здесь на земле.

Сравнение самоотвержения со смертью

«Отвергнись себя» (ср. Иоан. 11:16).[518]

1. Смерть есть закон природы: самоотвержение — закон Иисуса Христа (Мат. 16:24).[519]

2. Смерть есть дань природе: самоотвержение — также дань, по словам апостола (Рим. 13:12).[520]

3. Смерть, как и самоотвержение, есть долг смертного человека.

4. Cо смертью прекращаются все бедствия: самоотвержение полагает конец всем страстям, которые служат корнем всех зол (Иак. 4:1).[521]

Победа над самими собой посредством самоотвержения есть величайшая из всех побед

«Отвергнись себя.»

1. Она есть самая трудная победа, по причине силы врага (нас самих).

2. Она есть самая продолжительная победа, потому что окончивается только с жизнью.

3. Она есть самая славная победа, потому что доставляет торжество над миром и самими собою, и увенчивает борцов нетленным венцом.

Крестный путь самый лучший путь, какого только можно желать

«И возьми крест свой» (ср. Лук. 24:26).[522]

1. Крест есть кратчайший путь к небу — Иисус Христос Сам прошел им.

2. Крест есть вполне испытанный путь, ибо им прошли все святые.

3. Крест есть вернейший путь.

Потому что крест и страдания служат несомненным признаком, что принадлежат к числу избранных: это — тесные врата, которыми Иисус Христос хочет вести всех нас в царствие небесное.

Сравнение креста с лестницей, виденной патриархом Иаковом

«И возьми крест свой» (ср. Быт. 18:12).[523]

1. Крест подобен лестнице, возвышающейся до неба, потому что это единственное средство к восхождению на небо.

2. По этой лестнице нисходят ангелы, чтобы укреплять нас в страданиях, и восходят, чтобы приносить Богу, как благоприятную жертву, страдания и молитвы праведных.

3. На вершине этой лестницы восседает Господь, чтобы поддерживать, ободрять и принимать в объятия Свои тех, кто поднимается по ней.

Против тех, которые отказываются от креста и страданий

«И возми крест свой.»

1. «Мы не заслужили никаких страданий.»

Но есть ли хотя один человек без греха.

2. «Страдания невыносимы.»

Но их легко переносить, если сравнить с мучениями ада; они, по свидетельству истории, были переносимы лицами всякого пола и возраста, при помощи благодати Божьей.

3. «Мы не можем переносить страданий, когда они приходят со стороны известных людей.»

Источник страданий заключается в мудрости и благости Божией, для которой люди служат только орудием.

4. «Страдания слишком продолжительны.»

Но что можно назвать слишком продолжительным в кратковременной жизни человеческой?

Почему забота о душе должна быть первой нашего заботой?

«Ибо какая польза человеку, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит?» (ст.36)?

1. Потому что для нас нет ничего дороже нас самих.

2. Потому что душа есть основание нашего временного и вечного счастья.

3. Потому что мы имеем только душу, потеря который невознаградима.

4. Потому что душа есть вверенный нам талант, об употреблении которого мы должны дать строгий отчет.

II. АПОСТОЛЬСКОЕ ЧТЕНИЕ. Зачало (311) к Евреям 4:14-5:6

14 Итак, имея Первосвященника великого, прошедшего небеса, Иисуса Сына Божия, будем твердо держаться исповедания нашего.

15 Ибо мы имеем не такого первосвященника, который не может сострадать нам в немощах наших, но Который, подобно нам, искушен во всем, кроме греха.

16 Посему да приступаем с дерзновением к престолу благодати, чтобы получить милость и обрести благодать для благовременной помощи.

…

1 Ибо всякий первосвященник, из человеков избираемый, для человеков поставляется на служение Богу, чтобы приносить дары и жертвы за грехи,

2 могущий снисходить невежествующим и заблуждающим, потому что и сам обложен немощью,

3 и посему он должен как за народ, так и за себя приносить жертвы о грехах.

4 И никто сам собою не приемлет этой чести, но призываемый Богом, как и Аарон.

5 Так и Христос не Сам Себе присвоил славу быть первосвященником, но Тот, Кто сказал Ему: Ты Сын Мой, Я ныне родил Тебя;

6 как и в другом месте говорит: Ты священник вовек по чину Мелхиседека.

Практический очерк содержания рядового чтения

В апостольском чтении третьей недели Великого Поста изображается Иисус Христос, как великий Первосвященник или Архиерей.

«Итак, имея Первосвященника великого, прошедшего небеса, Иисуса Сына Божия, будем твердо держаться исповедания нашего», говорит апостол (ст.14).

Назначение первосвященника — ходатайствовать перед Богом за людей и приносить за них жертвы для умилостивления Божьего правосудия. Иисус Христос — наш вечный первосвященник, «великий Архиерей» и Ходатай перед Богом о спасении людей. Он для того и «прошёл небеса» и сел одесную Бога Отца, чтобы быть Ходатаем перед Богом за людей (ср. 1 Тим. 2:5).[524]

Его ходатайство, как великого Архиерея, могущественно, потому что Он не только человек, удостоенный особой Божьей милости, но и «Сын Божий», истинный Бог, a ради ходатайства Сына чего не сделает Отец? Поэтому «будем твердо держаться исповедания нашего», будем твердо и непоколебимо хранить веру во всемогущее ходатайство Сына Божьего за нас перед Богом Отцом.

Но иной, быть может, помышляя о божественной славе такого великого Архиерея, не посмеет обратиться к Его ходатайству. Для устранения подобного страха и для ободрения всех верующих, апостол говорит далее, что Иисус Христос есть не только всемогущий, но и всемилостивый Ходатай. «Ибо мы» — продолжает он «имеем не такого первосвященника, который не может сострадать нам в немощах наших, но Который, подобно нам, искушен во всем, кроме греха» (ст.15).

Иисус Христос, наш великий Ходатай, есть не только истинный Бог, но и истинный человек, во всем подобный нам, за исключением греха. Живя на земле, как Человек, Он испытал все немощи, неразлучные с естеством человеческим. Он и алкал, и жаждал, и чувствовал скорби, и изнемогал от страданий. Он «искушен» был во всем, познал и испытал все бедствия жизни, «подобно нам», за исключением одного только «греха», который был совершенно чужд Ему.

Таким образом, в лице Иисуса Христа мы имеем такого Ходатая, который может вполне сочувствовать и сострадать нам, a сочувствуя и сострадая может оказать нам свою всесильную помощь во всех наших нуждах. Поэтому «да приступаем с дерзновением к престолу благодати, чтобы получить милость и обрести благодать для благовременной помощи» (ст.16).

Когда прийдет Сын человеческий во славе своей, тогда Он сядет на престоле славы, чтобы судить живых и мертвых. (2Тим.4:1;[525] ср. Псал. 9:5[526]). Но пока не настало еще страшного суда, для нас продолжается время благодати. Христос, как великий Архиерей, восседает теперь на престоле благодати, доступ к которому открыт для всех, с верой и покаянием ищущих прощения грехов и благодати, необходимой в настоящее время земной жизни.

Да приступаем же с дерзновением и с полным упованием к престолу благодати, чтобы получить милость и обрести благодать для благовременной помощи. Если же мы теперь не пользуемся временем благодати и не приступаем к престолу благодати, то приступим некогда к престолу суда, с которого праведный Судья воздаст каждому по делам его (Мат. 16:27).[527]

Чтобы еще более поощрить всякого обращаться к ходатайству всеблагого Архиерея, Иисуса Христа, апостол изображает далее отличительные свойства архиерейского или первосвященнического служения. «Ибо всякий первосвященник», говорит он, «из человеков избираемый, для человеков поставляется на служение Богу, чтобы приносить дары и жертвы за грехи» (5:1). Ветхозаветный первосвященник по закону избирался из людей, a не из ангелов, и поставлялся на служение Богу, чтобы приносить умилостивительные дары и жертвы за грехи, — почему избирался из людей? Для того, чтобы «снисходить», иметь сострадание к «невежествующим и заблуждающим, потому что и сам обложен немощью» (ст.2). «И посему он должен как за народ, так и за себя приносить жертвы о грехах» (ст.3).

Таким образом, отличительным свойством ветхозаветных первосвященников, служивших прообразом вечного Архиерея, Иисуса Христа, было то, что они, по самому званию своему обязаны были ходатайствовать перед Богом за народ, и как лица, избираемые из людей, a не из высших существ, сами причастны были немощам человеческим и, следовательно, тем с большим усердием должны были умилостивлять жертвами Бога, как за грехи вверенных им людей, так и за свои собственные. Такое высокое звание они не сами себе присваивали, a по призванию и повелению Божьему: «и никто сам собою не приемлет этой чести, но призываемый Богом, как и Аарон» (ст.4).

Свойства, отличавшие ветхозаветных первосвященников, принадлежат и вечному Первосвященнику Иисусу Христу, только в безмерно-высшей степени, насколько Образ выше прообраза. Ветхозаветный первосвященник избирался из людей, «обложенных немощью», чтобы мог снисходить к согрешающим людям: Иисус Христос есть также истинный человек, только совершенный, могущий «снисходить невежествующим и заблуждающим.» Долг ветхозаветного первосвященника приносить Богу дары и жертвы за согрешающих: Иисус Христос принес в дар и жертву Самого Себя за грехи всего рода человеческого (Иоан. 1:29).[528] Ветхозаветный первосвященник, как человек грешный, приносил жертвы не только за чужие, но и за свои грехи; Иисус же Христос, «не имеет нужды ежедневно, как те первосвященники, приносить жертвы сперва за свои грехи, потом за грехи народа, ибо Он совершил это однажды, принеся в жертву Себя Самого» (Евр. 7:27).

Наконец, ветхозаветные первосвященники не самовластно присваивали себе первосвященническое достоинство, a по призванию от Бога. «Так и Христос не Сам Себе присвоил славу быть первосвященником, но Тот, Кто сказал Ему: Ты Сын Мой, Я ныне родил Тебя; как и в другом месте говорит: Ты священник вовек по чину Мелхиседека» (ст.5–6).

Но как во всем, так и в этом случае первосвященник Христос безмерно превосходит прочих первосвященников, потому что Он принял, по человеческому своему естеству, славу и честь первосвященнического достоинства не только от Бога, как Аарон, но от Бога и вместе Отца, свидетельствующего о Нем, как о своем единородном Сыне и избравшого Его первосвященником «вовек по чину Мелхиседека.» Почему же по чину или по подобию Мелхиседека? Потому что, как о Мелхиседеке говорится в священном писании, что он «без отца, без матери, без родословия, не имеющий ни начала дней, ни конца жизни» (Евр. 7:3), так и Иисус Христос по человечеству без отца, a по божеству без матери, безроден, безначален и бесконечен (Исаии 53:8).[529] И как Мелхиседек, «пребывает священником навсегда» (Евр. 7:3), т. к. в священном писании умолчано о его смерти, так и Христос, «пребывающий вечно, имеет и священство непреходящее» (Евр. 7:24). Поэтому Он может всегда спасать приходящих чрез Него к Богу, будучи всегда жив, чтобы ходатайствовать за них (Евр. 7:25).[530]

Итак, да приступаем с дерзновением к престолу благодати, чтобы получить милость и обрести благодать для благовременной помощи!

Частные темы, почерпаемые из дневного апостольского зачала и наиболее удобные для гомилетической разработки, могут быть следующие.

Побуждения к постоянному исповеданию нашей веры

«Имуще Архиерея велика, прошедшого небеса, Иисуса Сына Божьего, да держимся исповедания» (ст.14). — Апостол Павел, изображая христианам, бывшим прежде иудеями, высочайшее достоинство Основателя христианской веры, побуждает их к твердому и непоколебимому исповеданию этой веры…

1. Божественное происхождение этой веры.

а) Исповедание веры есть готовность дать о ней отчет всякому вопрошающему и сообразоваться с нею, как единственным правилом, во всех наших мыслях, поступках и жизни. Такое исповедание может назваться постоянным только тогда, когда мы, при всех обстоятельствах, неизменно храним истины веры и никогда от них не отрекаемся. Такого исповедания имеет полное право требовать от нас вера Христова, и только она одна, потому что она одна обладает божественным происхождением.

Иисус Христос, Основатель нашей веры, не был обыкновенным учителем, каких мы находим у других народов древности. Апостол Павел возвышает Его над всем ангельским миром, ставит Его выше Моисея и пророков, называет Его сиянием славы и образом божественной ипостаси (Евр. 1:3),[531] вечным Архиеем, прошедшим небеса и седящим одесную Бога Отца (Евр. 1:13),[532] Сыном Божьим и нетленным Богом.

Свое божественное достоинство Иисус Христос подтвердил знамениями и чудесами, учением и жизнью. Можем ли мы, зная о Его учении и делах, сомневаться в Его божественности?

б) Но если мы истинно исповедуем Иисуса Христа, как Сына Божьего, то мы должны также непоколебимо держаться и исповедания Его веры, и никогда не уклоняться от её правил и требований.

После вознесения Иисуса Христа на небо, учение Его распространяли апостолы, облеченные силой свыше. Знамения и чудеса всюду сопутствовали Христовым благовестникам. Бог удалял все препятствия к распространению Христовой веры и благословил труды её проповедников.

Есть ли в мире другая религия, которая носила бы на себе такие ясные признаки божественного происхождения, как религия христианская? Кто исходя из этого не уразумеет святых и мудрых Божьих целей, направленных на тому, чтобы Христова вера сделалась достоянием всех людей и всего рода человеческого?

Эти неопровержимые факты должны побуждать нас к твердому и непоколебимому исповеданию нашей веры. Как благочестивые свидетели этой веры во все времена с радостью жертвовали своей жизнью за истины Евангелия, так и мы, проникнутые полным убеждением в божественности нашей веры, должны с радостью исповедовать ее, охотно подчиняться ей и считать своею обязанностью утверждать в ней других.

2. Пагубные последствия непостоянства в исповедании веры.

а) Если мы увлекаемся всяким ветром ложных учений и не храним твердо исповедания нашей веры, то «как мы избежим, вознерадев о толиком спасении» (Евр. 2:3)? Вера Христова есть спасение и величайшее благодеяние для людей. Кто не пребывает постоянно в исповедании этой веры, тот по собственной вине лишается своего спасения.

Ум человеческий стремится к познанию истины, ищет надлежащего разъяснения относительно своих высших обязанностей и назначения. Иисус Христос дает это разъяснение в своей религии. В Нем Сам Бог явился людям (2 Кор. 6:6).[533] Вот этого то света и лишает себя человек, колеблющийся и сомневающийся в вере.

При немощи нашей природы, при сильной склонности к чувственности, при многих поползновениях к греху, мы нуждаемся в помощи к нашему исправлению и усовершенствованию в добродетели. Эту помощь мы находим в вере Христовой, Глава которой есть вечный Архиерей, могущий снизойти к немощам нашим и даровать милость и благодать для благовременной помощи. Но человек легкомысленный, не исполняющий Божьей воли и не следующий неуклонно за Господом этой помощи лишается.

Мы ищем утешения, успокоения и примирения в борьбе с несчастной участью, под гнетом скорбей и бедствий, против которых мир не имеет никакого спасительного средства. Евангелие дает нам это средство. Спаситель призывает к себе всех труждающихся и обремененных, чтобы утешить их и даровать покой душам ит (Мат. 11:28).[534] Но можете ли вы найти этот мир и покой, если не верите в Иисуса Христа и не исповедуете Его учения?

Мы приходим в ужас при виде смерти и трепещем при одной мысли о мрачной могиле, если надежда на лучший мир не даст нам мужества и силы в последний час. Иисус Христос победил смерть и даровал жизнь вечную всем, верующим в Него. Но кто не верует, тот лишает себя вечной жизни.

б) Чтобы избежать этих пагубных последствий уклонения от веры и не потерять всего, что служит к нашему просвещению, исправлению, утешению, укреплению и ободрению, мы должны твердо держаться исповедания нашей веры. Бодрствуйте, чтобы мир не соблазнял вас неверием. Стойте в вере, мужайтесь, укрепляйтесь.

Подумайте о том, что легкомыслие в исповедании веры подвергает вас ответственности перед Богом. Вы отвергаетесь не человеческого дела, но божественного.

Перед престолом нелицеприятного Судьи вы должны будете некогда отдать отчет, почему вы стыдились Евангелия, почему уклонились от его спасительнаге учения. Как вы можете обмануть Его лицемерным исповеданием? «как мы избежим, вознерадев о толиком спасении.» Да держимся же твердо исповедания нашей веры!

Когда мы можем с дерзновеним обращаться к Богу в наших молитвах

«Да приступаем с дерзновением к престолу благодати, чтобы получить милость и обрести благодать для благовременной помощи» (ст.16).

Апостол Павел побуждает христиан с дерзновением обращаться в молитвах к Богу, чтобы получить от Него милость и обрести благодать, необходимую для нас в жизни.

1. Если мы nо вере в Иисуса Христа почитаем Бога, как нашего Отца.

а) Чтобы с дерзновением обращаться в молитве к Богу, нужно иметь веру в Его Сына, Господа нашего Иисуса Христа, потому что только посредством веры в Сына Божьего мы можем называться Божьими чадами и только через Сына Бог хочет даровать нам всякую милость и благодать для своевременной помощь. A что может быть теснее того отношения, в каком дети находятся к отцу? В такое отношение к Богу, Творцу и Владыке вселенной, мы вступаем посредством веры в Иисуса Христа.

Представляй себе, христианин, что ты имеешь в Боге Отца, Который о тебе печется, хочет помочь тебе во всякой нужде и готов простить тебе все грехи, если ты с упованием обращаешься к Нему и твердо решился исправиться. Думай, что тебе позволено беседовать с Ним, как сыну со своим отцом, что ничто не может отделить тебя от Его любви, если ты сам не отвращаешься от Него.

б) Не будешь ли ты тогда с сыновним дерзновением молиться Богу?

Не к Нему ли первому станешь ты обращаться при всяком случае, в каждой нужде? Не сделается ли потребностью твоего сердца возноситься к Нему в печали и радости, в бедах и напастях, в недоразумениях и тяжких искушениях?

Как сыну, привязанному теснейшей любовью к отцу, невозможно прожить дня, чтобы не видеть отца, не говорить с ним или не думать о нем в его отсутствие, так и потребностью нашего сердца должно быть постоянное молитвенное обращение к Богу, если мы любим и почитаем Его, как нашего Отца, и если мы смотрим на себя, как на Его детей. Каждый молитвенный вздох в печали, так же как и каждое благодарение в радости, должны быть выражением сыновнего чувства, с которым мы обращаемся к Отцу небесному.

Тогда мы с дерзновением приступаем к престолу благодати.

2. Если мы имеем чистую совесть, не омраченную тяжкими преступлениями.

а) «Если сердце наше не осуждает нас, то мы имеем дерзновение к Богу» (1 Иоан. 3:21).

Но кто это те, которых «сердце осуждает?» Это вы, которые из легкомыслия или беспечности нарушаете заповеди Божьи, пренебрегаете вашими обязанностями, и повсюду вносите вашими поступками беспорядок в общество верующих. Не осуждет ли вас ваше сердце, если вы подумаете о ваших грехах и проступках, о ваших нечистых пожеланиях и страстях, гнездящихся в вашей душе? Можете ли вы с дерзновением обращаться в молитве к Богу, имея злую совесть? Не должны ли вы страшиться Его праведного суда, трепетать перед одним Его взором? Не будете ли вы в каждой вашей молитве сомневаться и спрашивать со скорбью: «услышит ли Бог меня, который презирал Его закон, был к нему неблагодарен и непослушен?»

Если ваше сердце отвратилось от Бога и Его заповедей, если ваша совесть упрекает вас, то вы не можете с дерзновением молиться Богу.

б) Напротив, когда «сердце наше не осуждает нас», то мы имеем дерзновение к Богу и уверены, что Он даст нам все, о чем мы просим.

Поэтому будем жить так, чтобы совесть ни в чем не упрекала нас, чтобы наши мысли и поступки привлекали к нам любовь и благоволение Отца небесного.

Чем больше мы во всех наших делах и жизни стремимся к угожденью Богу, чем добросовестнее исполняем наши обязанности и чем с большим усердием заботимся о нашем нравственном исправлении, тем с большим дерзновением и утешением мы будем обращаться во всех наших нуждах к Богу, потому что мы уверены, что «чего ни попросим, получим от Него, потому что соблюдаем заповеди Его и делаем благоугодное пред Ним.» (1 Иоан. 3:22). Тогда мысль о Боге не внушает нам страха и трепета, но радость и утешение.

В сознании, что мы ходим по путям Божьим и сообразуем наши поступки с волей Божьей, заключается непоколебимое основание нашего упования на Бога и нашего дерзновения, с которым мы приступаем к престолу благодати.

3. Если мы молимся согласно с волей Божьей.

а) «И вот какое дерзновение мы имеем к Нему, что, когда просим чего по воле Его, Он слушает нас» (1 Иоан. 5:14).

Просить по воле Божьей значит преимущественно просить о высших благах духовных, о познании истины, о помощи к побеждению зла, о силе к добродетели и благочестию. Такая молитва согласна с святой Божьей волей. Поэтому Иисус Христос обещает такой молитве услышание «просите и дастся вам» (Мат. 7:7–8).[535]

Но что может придать более дерзновения нашему сердцу, как не надежда, что всевидящий и всеблагой Бог услышит нашу молитву? Когда мы с большим утешением и радостью взираем на Него, как не тогда, когда знаем, что Он готов исполнить наши желания?

б) Но мы можем просить Бога и о благах вещественных, о помощи в нужде и опасности, потому что Он хочет дать нам и эти блага.

Как до сих пор Он отверзал щедрую руку Свою и насыщал нас, так и впредь Он не будет лишать нас необходимого в жизни. Поэтому Иисус Христос учит нас молиться: «хлеб наш насущный даждь нам днесь.»

Но если мы хотим с дерзновением просить об этих благах по «воле Божьей», то должны просить о них с убеждением, что Бог лучше нас знает, что для нас хорошо, когда и как помочь. Мы должны с полной покорностью предаться Его мудрости и любви, — услышит ли Он и как услышит нашу молитву.

При таком настроении мы всегда будем с дерзновением молиться Богу; и каждая молитва, хотя бы она даже осталась неуслышанной, будет для нас благодеянием и благословением, будет утешать нас в несчастьи, успокаивать на счет будущего, возвышать над всем земным, давать силу и мужество к добродетели, укреплять в любви и уповании на Бога.

Как мы должны просить Бога о необходимых для нас дарах Его милости и благодати, чтобы получить просимое?

«Да приступаем с дерзновением к престолу благодати, чтобы получить милость и обрести благодать для благовременной помощи» (ст.16).

Апостол Павел убеждает христиан во всех нуждах обращаться с дерзновенной молитвой к Богу, чтобы получить от Него благовременную помощь.

1. С надлежащим разумением и истинной верой.

а) С верой, что Бог, хотя и лучше нас знает наше благо, однако хочет, чтобы мы об этом благе просили Его.

Земной отец знает, что хорошо и полезно для его сына, однако желает, чтобы его об этом просили. Просьба делает нас более достойными и способными к принятию дара. Кто с такой верой молится, тот получает утешение, хотя бы просьба его и не была исполнена. Почему?

б) С верой, что Бог хочет, чтобы мы обращались к Нему с молитвой не в нуждах только и опасностях.

Есть люди, которые иногда молятся и просят Бога, но большей частью поклоняются золотому тельцу, думают только об одежде, удовольствиях, земных стяжаниях и деньгах. Оставьте золотого тельца! Поклонение ему причинило некогда много вреда израильскому народу.

в) С верой, что Бог действительно управляет миром, благословляет или не благословляет наши поля и пажити, посылает дождь или засуху, урожай или неурожай. Конечно, есть неизменные законы природы, данные Богом, но Бог свободно направляет их по своей воле и согласно с истинными потребностями человека.

Если бы Бог, хотя бы на мгновение, отвратил лицо свое от мира, то весь мир превратился бы в груду развалин от напора ветра, или воды, или огня.

г) Наконец, с верой, что Бог охотнее услышит нас, если мы обращаемся к Нему через ходатайство и ради заслуг великого Архиерея, Господа нашего Иисуса Христа (ст.14).

2. С надлежащим настроением сердца.

а) С чувством нашей зависимости от Бога.

Молитвы гордого Бог не слышит. Удалим надменное чувство, которое воображает, что оно все может дать само себе и ничего не требует от Бога. Кто так богат, могущественен, силен, чтобы ни в чем не нуждался от людей? Не тем ли более от Бога!

Только сердце сокрушенное и смиренное Бог не уничижит.

б) С чувством нашего недостоинства.

Все мы грешники. Хотя мы и не сознаем, быть может, за собой тяжких грехов, тем не менее мы ежедневно оскорбляем Бога. Хотя мы и сделали какое-либо добро, однако же остаемся «неразумными рабами» и не заслуживаем ничего, кроме наказания. Каждый дар, о котором мы просим Бога, есть незаслуженный нами дар. Молясь с таким сознанием нашего недостоинства, мы вернее можем расчитывать на получение милости Божьей.

в) С радостной уверенностью сердца.

При наших просьбах мы всегда должны питать уверенность в сердце, что Бог услышит нас. Если мы сомневаемся в услышании нашей молитвы, то лучше нам не молиться. Недоверие оскорбляет Бога. Пример Моисея.

Бог доныне помогал нам, поможет и теперь. Если Он не пощадил ради нас Своего Сына, то как Он откажет нам в необходимых дарах своей милости и благодати?

г) С любовью сердца.

Бог любит нас и дает охотно Свою милость, поэтому и мы возлюбим Его взаимно и отдадим Ему все наше сердце. В молитве любовь проявляется в том, если действительно возносятся к Богу, a не витают мыслями по земле; если молятся сердцем и от сердца, не одними устами. A если молящееся сердце часто и охотно возносится к Богу, то мы не будем чувствовать недостатка в высших благах: в мире, радости, утешении и надежде вечного блаженства.

3. С надлежащим расположением воли.

а) С постоянством воли.

Только слабая воля один и другой раз просит и молится, но потом оставляет молитву, если она не бывает тотчас услышана. Всегда, ежедневно мы должны просить Бога об Его милости и благодати. И если Он долго не слышит нас, то долго должны мы и молиться. С молитвой бывает то же самое, что и с полевыми работами: трудятся в различное время, делают то одно, то другое. При неудавшихся посевах и жатве не бросают работы, но начинают ее опять к следующей жатве.

б) С намерением довольствоваться всем, что Бог даст: будет ли это много или мало.

Если даже Он ничего не даст, будем довольны и тем, что имеем от Него совет и утешение.

в) С решимостью самим содействовать тому, о чем просим.

Как добродетель достигается при помощи Божьей и усилии самого человека; так и хлеб приобретается нашим трудом и благословением Божьим. Молитва дает мужество к труду и доставляет ему благословение Божье; труд со своей стороны служит доказательством, что молятся правильно.

г) С обещанием правильно упртреблять дары Божьи.

В начале нужно думать уже о конце.

Почему мы так мало уповаем на Бога?

«Да приступаем с дерзновением к престолу благодати, чтобы получить милость и обрести благодать для благовременной помощи» (ст.16).

Апостол Павел убеждает нас, чтобы мы с дерзновением обращались к Богу во всех наших нуждах и уповали на Его милость и благодать.

Но как часто мы уповаем более на людей, чем на Бога!

Причины этого заключаются:

1. В злой совести.

Порочная совесть часто виновна в том, что мы вовсе не уповаем или очень мало уповаем на Бога.

а) Грешник не может ожидать от Бога ничего доброго.

Дурной человек и других считает дурными, даже своего Бога. Ирод думал, что Бог послал ему врага в Мессии, что Бог хотел причинить ему вред и погубить его. Так думают все, имеющие дурное сердце. Может ли тут быть дерзновенное упование на Бога в нуждах и бедствиях? Найдет ли место в таком сердце мысль, что скорби и страдания спасительны для нас и что Бог в надлежащее время явит нам помощь?

б) Грешник боится.

Он сознает, что заслужил наказание. В грозных раскатах грома и стрелах молнии нечестный видит только карающее правосудие Божье и трепещет. Но благочестивый уповает на Бога, прибегает под защиту Того, Кто угрожает и милует, причиняет раны и исцеляет их.

в) Грешник не приближается к Богу и не верует, чтобы Бог был близ него.

Если бы грешник приближался к Богу и верил, что Бог близ него, то он не был бы грешником. Как грешник, он не может уповать. А без упования он в болезни делается вдвойне больнее, в бедности — еще беднее, в преследованиях и опасностях — еще озлобленнее и несчастнее. Но человек добродетельный знает и испытал собственным опытом, что «любящим Бога, призванным по Его изволению, все содействует ко благу» (Рим. 8:28).

2. В том, что иные не имеют правильного познания о Боге.

Многие не уповают на Бога потому, что не знают Его премудрости, любви и всемогущества.

а) Бог премудр.

Он направляет все случаи и обстоятельства жизни ко благу человека. Крестный путь по преимуществу — золотой путь ко спасению души. Кто понимает премудрость Божью, тот уповает на Бога. Но кто не имеет никакого упования, тот не знает премудрости Божьей.

б) Бог есть любовь.

Ради единой любви Он предал за нас на смерть Единородного Сына Своего. «Как с Ним не дарует нам и всего?» (Рим. 8:32)? Кто знает любовь Божью, тот имеет полное упование на Бога; но кто не уповает, тот не понимает любви Божьей.

в) Бог всемогущ.

Припомним опыты из нашей собственной жизни. Часто мы поставлены были в безвыходное положение, терпели горе и нужду, но опять все устраивалось к лучшему. Бог вновь и вновь помог нам всемогущей десницей.

Иному было так тяжело, что он желал бы лучше умереть, но Бог обрадовал и утешил его; он теперь весел и доволен. Часто страшились мы за успех жатвы, но однако всегда пожинали и ежедневно были сыты.

Только незнающий всемогущества Божьего может не уповать на Него с дерзновением.

3. В том, что многие ищут неба уже на этой земле.

а) Здесь на земле — скорби и слезы.

Болезнь, нужды, бедность, затруднительные обстоятельства приводят многих людей в отчаяние, потому что они уже здесь желали бы наслаждаться полным счастьем, что возможно только на небе. На земле не могут прекращаться лишения, страдания и слезы. Земля в этом смысле есть юдоль плача. Крест — ключ к небу. Там — на небе «отъимет Бог всяку слезу от очию и смерти не будет к тому, ни плача, ни вопля, ни болезни» (Апок. 21:4).[536]

б) Здесь постигают различные искушения.

Многие, и при том лучшие, люди жалуются, что борьба в них не умолкает, что они падают духом и начинают колебаться, поможет ли им Бог. Но только на небе нет борьбы и искушений. На земле же другой порядок: тут искушения — жребий человека. Если только мы сами не привлекаем их, не любим их, не поддаемся им, тогда они служат средством к достижению неба.

в) Здесь многое не удается.

Начатая с благоговением молитва оканчивается иной раз рассеянностью; самые лучшие начинания не осуществляются; самые добродетельные поступки встречают сильные препятствия. Многие души смущаются этим, теряют мужество и сомневаются в уповании на помощь Божью. Иначе и быть не может на земле. Только на небе мы будем восходить от совершенства к совершенству без всяких препятствий.

Добрые начинания уже сами по себе добры, хотя бы они и остались без полного осуществления; полупрерванная благоговейная молитва имеет однако половинную цену. Мы были бы слишком счастливы, если бы имели небо уже на земле, если бы всякое добро тотчас и всегда удавалось нам.

Заключение. Да приступаем с дерзновением к престолу благодати. Будем делать свое, a Бог сделает свое.

ОБРАЗЦЫ ЦЕРКОВНОЙ ПРОПОВЕДИ

Слово в Неделю Крестопоклонную.[537]

Приятно сделать половину дела, отрадно пройти половину пути, утешительно достигнуть до средины трудов и подвигов. С середины видно, что пройдено и что осталось пройти, сколько преодолено трудностей и сколько еще осталось преодолеть. Что представлялось невозможным, стало возможным; что казалось страшным — стало нестрашным. Много было препятствий, много опасностей, но и немало побед, немало чистых радостей, немало приобретено добрых навыков, терпения, твердости, смиренномудрия, воздержания, и еще предстоят подвиги… Блажен, кто «подвигом добрым» (2 Тим. 4:7)[538] подвизался в течение половины поста, — он и течение всего поста совершит благоуспешно, во спасение души своей, и радостно поклонится святому Христову воскресению.

У нас же часто во время подвигов нет подвигов, во время поста нет поста. Другие борются «со страстями и похотями» (Гал. 5:24),[539] побеждают и вечаются, как добрые воины, a мы все еще, по крайней мере, большая часть из нас, в плену страстей, все еще «рабами греха» (Римл. 6:17).[540] Но y Бога, «богатого милостью» (Еф. 2:4),[541] для всех есть неиссякаемый источник благодати и спасения, и мы можем быть причастниками этой благодати и спасения. Мы ничего не сделали истинно доброго, может быть, ни одной дурной привычки не оставили, ни одним грехом не убавили множества грехов своих.

Как Господь долготерпелив и многомилостив! Он принимает и одно наше покаяние и признание, что мы ничего не сделали доброго, что мы виноваты, грешны. Покайся, что ты грешник, и грехи очистятся; осуди себя, и Бог оправдает тебя; скажи, что ты «раб неверный» (Лук. 16:10),[542] и Бог сделает тебя сыном и наследником; смирись перед Богом, и Бог вознесет тебя.

Это неизреченное Божие милосердие приобретено нам животворящим крестом Христовым. В раю было древо жизни, и вкушающие от плодов его могли быть бессмертны по душе и по телу. Иисус Христос уже не в раю, но среди земли поставил древо креста, и «всякий верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную» (Иоан. 3:16).[543] Он один совершил подвиг крестный, по всем, «верующим во имя Его» (Иоан. 1:12), подает плоды креста.

Что крест Христа благотворен и спасителен для всех земнородных, — это можно видеть из того, что он в долготу простирается по всем временам и в широту по всем местам, a высота его до небес и глубина его до бездн адовых. Для того Сын Божий воплотился на земле и соединил с Собой человеческое естество, и Распятый сошел в ад и освободил узников адовых, держимых от века, и Восшедший на небеса пленил пленников греха и обещал всех «привлечь к Себе» (Иоан. 12:32),[544] чтобы всяк кто верует в Него, был там, где Он (14:3).[545]

Непобедимая и непостижимая животворящая сила креста Христова всего яснее и очевиднее выразилась в святых ветхого и нового завета, в мучениках и исповедниках, в иудеях и язычниках. Первые муки и первые горести сердечные изгнанников из рая были смягчены упованием на Избавителя, обетованного им под именем «Семени жены» (Быт. 3:15).[546]

Этот Избавитель дал нашим прародителям Свою всесильную помощь перенести великое несчастье — потерю двух первых сынов. Авель убит рукой брата, a Каин отторжен братоубийством от любви родительской и отвержен от Бога за нераскаянность и ожесточение своего сердца.

И все ветхозаветные праведники, патриархи и праотцы терпели многие и жестокие страдания. Авраам должен был оставить дом отца своего и идти в землю, ему неизвестную, a после вести на заклание единственного сына — возлюбленного Исаака. Исаак должен был вытерпеть горесть — быть закланным от родителя, как агнец. Иаков, потеряв Иосифа, думал сойти с печалью в ад. Иосиф сперва трепетал от ужаса — получить смерть от рук родных братьев, потом продан был братьями, как раб, и ввержен в темницу, как беззаконник. И весь Израиль пришел в Египет, чтобы не погибнуть от голода, но в Египте постоянно подвергался опасности погибнуть от фараона. После того народ Божий потерпел пленение; три отрока в Вавилоне брошены в огненную печь, Даниил в ров ко львам; пророки Господни замучены, убиты. Апостол говорит о них, что они «были побиваемы камнями, перепиливаемы, подвергаемы пытке, умирали от меча» (Евр. 11:37).

Кто укреплял их в телесных муках и скорбях душевных? Христос, Сын Божий, «предавший Себя для искупления всех» (1 Тим. 2:6). Он, как «Агнец, закланный от создания мира» (Апок. 13:8), — ибо волей уже был человек, — Сам страдал в них и спасал их, как Бог, и извел их в покой, как Победитель ада и смерти.

После смерти и воскресения Христова еще с большим дерзновением и радостью бесчисленные лики мучеников и мучениц за истинную веру шли на смерть, как на пир, и в темницу, как в чертог брачный. До креста Христова люди думали и верили, что невозможно преодолеть грех, по его всобщему владычеству, и знали, что смерти, царствовавшей непоколебимо от Адама (Рим. 5:14),[547] не избежал никто. Поэтому, все счастье и блаженство полагали в жизни временной и страшились смерти.

Но когда Христос единожды умер за всех, «праведник за неправедных» (1 Петр. 3:18), чтобы всем даровать оправдание, и воскрес, чтобы и всех верующих воскресить с Собой, то удовлетворение Богу за грехи было принесено, и смерть умерщвлена смертью Христовой. После сего враги креста напрасно думали остановить проповедь евангелия и связать «прекрасные ноги благовествующих мир, благовествующих благое» (Рим. 10:15).[548] «для слова Божия нет уз» (2 Тим. 2:9). «По всей земле прошел голос их, и до пределов вселенной слова их» (Рим. 10:18).

И можно ли людям долго противиться Богу и истине? Как ни обольстительна ложь, но рано или поздно обольщение исчезает перед истиной, как утренний туман при появлении солнца. Пришествие Спасителя в мир было в то время, когда в людях проявилось желание и стремление к истине. Что тогда знали, тем не были довольны и требовали лучших, животворных познаний; самые мудрые учители не могли уже удовлетворять всеобщей потребности истинного ведения; они сами сознавались, что все их познания ничто, так как они не знали самого главного и нужнейшего, не знали Бога, и потому все ожидали высшего, истинного, небесного Учителя.

С какой радостью приняли язычники истинное учение об истинном Боге, показывает пример проповеди апостольской: «язычники, слыша это, радовались и прославляли слово Господне» (Деян. 13:48). Пять тысяч лет они погрязали во тьме идолопоклонства, и только в Иудее, среди народа избранного, которому «вверено слово Божие» (Рим. 3:2), мерцал свет истины. Но и это мерцание — как оно было помрачаемо и ослабляемо ложными толкованиями «законников», взявших «ключ разумения» (Лук. 11:52)[549] и воссевших «на Моисеевом седалище» (Мф. 23:2)![550] Хотя они и «обходят море и сушу, дабы обратить хотя одного» (Мф. 23:15), т. е. чтобы уловить кого-нибудь сетью своих заблуждений, но на самом деле, почитая язычников нечистыми, они не допускали их в свои собрания и относились к ним с крайней нетерпимостью.

Крест Христов распахнул дверь для язычников и открыл им спасительное учение евангелия. «Процвела пустыня, яко крин, языческая неплодящая церковь» (утр. 2 гл. кан. 2. 3 прм.). С креста Сам Христос призвал язычников, как воспевает Святая Церковь: «Ктому не терплю прочее, призову Моя языки, и тии Мя прославлят со Отцем и Духом» (служба вел. пят. ант. 12), — a они прославили Его живой крепкой верой и обильными добрыми плодами веры. Славные языческие города, — столица востока, Антиохия, где в первый раз исповедники Святого Креста приняли имя христиан (Деян. 11:26),[551] богатый Коринф, Афины — средоточие языческого просвещения, Рим — столица всего мира, Александрия —. преклонили главу свою под благое и спасительное иго Христово, и сколько отсюда вышло ублажаемых Церковью доблестных борцов за Святой Крест!

И великий избранник Божий, равноапостольный Констанстин ни что иное, как Крест принял знаменем для совершения славных подвигов своих, по указанию свыше: «сим побеждай.» Всемогущей и непобедимой силой Креста Господня он победил всех врагов своих и Христовых. И после, всегда и везде, благочестивые цари и благоверные люди почитали и почитают Святой Крест спасительной силой Божьей, оружием мира, непобедимой победой.

Особенно же зрелым, полным жизни, сияющим славой и бессмертием, плодом Креста Христова было, кроме мученичества, пустынничество и отшельничество. Мученики смело шли на врага видимого, пустынники на врага невидимого, воздвигли брань, до того времени неслыханную, — «потому что наша брань не против крови и плоти, но против начальств, против властей, против мироправителей тьмы века сего, против духов злобы поднебесной» (Еф. 6:12), и Крестом, умерщвлением плоти, смирением духа, поражали врага, гнездящегося в помыслах их, в желаниях и чувствах сердечных; очистили мысли и сердца свои, освятили и самое тело свое, и уготовали его в свят «храм» Всесвятому Духу (1 Кор. 3:16).[552]

Крест Христов явил нам множество образцов для подражания — светлых и высоких, открыл множество путей ко спасению — прямых и верных, в жизни апостолов, мучеников, исповедников, воздержников, в городах и в пустынях, на престоле, в хижинах, темницах; нет места, нет звания, которые бы не освящены были святой жизнью.

Братия христиане. «Посему и мы, имея вокруг себя такое облако свидетелей, свергнем с себя всякое бремя и запинающий нас грех и с терпением будем проходить предлежащее нам поприще, взирая на начальника и совершителя веры Иисуса, Который, вместо предлежавшей Ему радости, претерпел крест» (Евр. 12:1–2).[553] Да грядет каждый из нас с Крестом своим во след Ему, и в силе Креста Его, несомненно, мы будем черпать благодатное одобрение, подкрепление и утешение во всех обстоятельствах жизни не только в течение поста, но и во всякое другое время.

О, как благотворны и спасительные плоды «треблаженного древа» (служб. 14 сент. кан. 2. 5 прм.), — Креста Господня! Осуждение за прародительский грех снято с нас, ад лишен добычи, уготован путь к первобытному блаженству, открыты земнородным райские врата и мы сделались «чадами» (Иоан. 1:12)[554] и «наследниками Божиими» (Гал. 4:7).[555]

Слава, Господи, Кресту Твоему честному. Аминь.

Поучение в Неделю Крестопоклонную.[556]

«А я не желаю хвалиться, разве только крестом Господа нашего Иисуса Христа, которым для меня мир распят, и я для мира» (Гал. 6:14).

В мире этом весьма много предметов, обладать которыми люди считают для себя за честь и славу. Так одни предпочитают знания, другие власть над людьми, и почти все с величайшими усилиями домогаются богатства и денег, отдавая богатым людям предпочтение перед многими другими. Но великий апостол языков не находит для себя ничего в этом мире славнее, выше и достойнее чем Святой Крест Господа нашего Иисуса Христа. «А я не желаю хвалиться», говорит он, «разве только крестом Господа нашего Иисуса Христа.»

Учение это святого апостола должно быть в то же время и нашим учением, христиане; его похвала — и нашей похвалой. И мы не иное что должны сказать о себе, как то, что сказал святой Апостол о себе, т. е. что и наша похвала в мире сем есть единственно Святой Крест Христов.

Подлинно, все, что есть наилучшего и прекраснейшего в мире сем, составляет только временное, весьма ненадежное и мало полезное приобретение. Напр., похвально знание естествоиспытателя, но оно пригодно для сей земли, и неизвестно, насколько пригодно будет оно тогда, когда «земля и все дела на ней сгорят.» A это изменение земли непременно будет, по уверению истинного и неложного слова Божьего (2 Петр. 3:10).[557]

Почтенно могущество власти и завидно довольство богатых. Но так ли прочно и постоянно и то, и другое, чтобы можно было опереться на него и считать себя вне всякой опасности? Тем более, — могут ли эти блага привести человека к будущей и блаженной жизни? Напротив, не служат ли они скорее важным препятствием в достижении благ будущей жизни? Именно таковы все избыточно желаемые нами мирские блага! По этой то, без сомнения, причине еще в древности многие умные язычники ни во что вменяли все роскошные блага мира сего и предпочитали им умеренность и лишения.

Наша похвала, слушатели, есть Крест Христов. Мы хвалимся правой верой в распятого Господа нашего Иисуса Христа живым упованием на Него и любовью Его к нам и нашей к Нему. Мы искуплены и освящены пречистой кровью Его, усвоены и приобретены Ему честными страданиями Его. A потому и в этом мире живем ради Него, укрепляемые Его силой и благодатью, и в будущем надеемся жить Им же и в Нем. «Ибо мы Им живем и движемся и существуем» (Деян. 17:28). Вот в чем похвала и слава.

Через грех праотца нашего Адама мы сделались противниками и врагами Божьими, впали в плен диавола и должны были неминуемо погибнуть за свои беззакония. Но Господь наш Иисус Христос, по любви и человеколюбию своему, восхотел спасти нас, благоизволил воплотиться от пресвятой Девы Марии и, будучи безгрешен, ради нас, грешных протерпел всякого рода страдания и смерть, чтобы таким образом Своими страданиями за нас приобрести нам очищение грехов, прощение и спасение. «Христос искупил нас от клятвы закона, сделавшись за нас клятвою», говорит апостол Павел (Гал.3:13), «Он есть умилостивление за грехи наши, и не только за наши, но и за грехи всего мира», говорит святой Иоанн Богослов (1 Иоан. 2:2). Итак, мы веруем и исповедуем, что Он есть Спаситель и Искупитель наш, истребитель греха и основание нашего блаженства!

Наша надежда основана вся на едином Господе Иисусе Христе. Ибо хотя мы и очищены Его кровью от всякого греха, но, по природной нашей слабости, a чаще всего по своей воле и небрежению, впадаем снова в грехи вольные и невольные. A таким образом разрушаем тот святой союз с Богом Отцом, в который Он ввел нас честным Крестом своим. — Спаситель и Господь Иисус Христос, нимало не чуждается нас, когда мы, как виновные дети, прибегаем к Нему с раскаянием. Для очищения нашего от грехов Он даровал святое покаяние, в котором служитель Его именем Его прощает грехи истинно кающемуся; a для соединения вновь с Собой даровал таинство святого причащения, предлагая нам в этом пречистое тело Свое и честную кровь Свою.

И этими спасительными средствами возвращает нас непрестанно к Себе и к Отцу Своему, ходатайствуя о нас перед Ним страданиями Своими и кровью Своей. Таким образом, надежда наша на спасение наше через Него, Спасителя нашего, вполне тверда. Мы несомненно уповаем спастись Им: ибо Он, как всемогущий и премилосердый, желает и может спасти всех приходящих к Нему с надеждой и покаянием. «Посему и может всегда спасать приходящих чрез Него к Богу, будучи всегда жив, чтобы ходатайствовать за них», говорит святой апостол Павел о первосвященнике Иисусе Христе (Евр. 7:25). Любит и каждая нежная добрая мать искренне свое дитя: но никакая любовь матери не может сравняться с любовью Господа Иисуса Христа к нам. Он возлюбил нас, когда мы были противниками Божьими и противниками Его; возлюбил нас, когда в нас не было ничего достойного Его любви, возлюбил так, что и душу Свою предал за нас неблагодарных и злонравных.

Христиане! Соответствуем ли мы, как должно, этой божественной любви к нам нашего Искупителя? Привязано ли к Нему все сердце наше, все мысли, чувства и желания? Так ли мы живем, чтобы ничего в мире этом не любить больше Христа? К сожалению, нет! Такая любовь весьма редка между нами. Будем, по крайней мере, всегда сознавать нашу слабость и наши недостатки и прибегать к Нему с чувством смирения и покорности и просить Его милосердия и милости.

Ибо Он весь любовь, весь милосердие и благость, и не только простит нам наши грехопадения и проступки, если с усердием будем просить Его, но и поможет восстать нам от греха, утвердиться в любви к Нему и добрых делах.

Итак, не о ком ином будем хвалиться, христиане, как о распятом Господе и Спасителе нашем Иисусе Христе. Ибо все великое и спасительное подано и подается нам чрез Него. Святой Крест Его есть основание всех благ.

Созерцая ныне лежащий перед нами Святой Крест, возопием из глубины сердец к Распятому на нем за нас: Слава милосердию Твоему, Христе! Слава честным страданиям Твоим и Святому Кресту Твоему. Спаси нас, премилосердый Господи, ради честных Твоих страданий и ради Святой Крови Твоей, за нас пролитой, молитвами Пречистой Матери Твоей и всех святых. Аминь.

Крест жизни

Жизнь человеческая удручена всевозможными бедствиями, и нет такой личности, которая могла бы сказать о себе, что она вполне удовлетворена и счастлива. Есть положения, которые на внешний взгляд кажутся удовлетворяющими всем условиям для того, чтобы быть счастливым, и люди стремятся к ним с непреклонной настойчивостью, ведут между собой ожесточенную борьбу из-за них, совершают часто тяжкие преступления или попирают справедливость, и чувствуют полное удовлетворение, когда наконец достигают своей заветной цели.

Другие им завидуют, считают счастливцами и в свою очередь стремятся к тому же; a между тем сами «счастливцы» скоро убеждаются, что — увы — и это положение, достигнуть которого им стоило столько усилий и борьбы, не обеспечивает счастья: после первого всплеска чувств самоудовлетворения неизбежно наступает разочарование, и то счастье, которого они уже думали исполна достигнуть, исчезло как призрак и обманчивым огоньком светит уже дальше, чтобы исчезнуть и опять, когда люди попытаются найти его там. Этот опыт повторяли миллионы людей во все времена, и счастливейшие из них в конце-концов приходили к тому грустному сознанию, что полного счастья (в его обыденном смысле) нет на земле и что в действительности все есть лишь «суета и томление духа.» Опыт, по-видимому, достаточный для того, чтобы люди, наконец, поняли обманчивость своих стремлений, не увлекались призраком земного счастья, и смотрели бы на жизнь не как на поприще удовольствий, a как на подвиг, назначенный лишь служить средством для достижения цели, которая лежит уже за пределами земной жизни.

Но чувственная сторона в нашей испорченной природе постоянно берет перевес над духовной, и урок, преподаваемый целыми веками и тысячелетиями, остается без внимания. В древнем дохристианском мире только величайшие мыслители приходили наконец к убеждению в обманчивости земного счастья, и так как они не имели достаточной духовной прозорливости для того, чтобы определить истинный смысл счастья, как осуществления назначения человека на земле, то им оставалось одно — проповедывать самый мрачный пессимизм и в отчаянии отрицать самую жизнь, как это и делали, например, Сенека, Плиний и другие, видевшие единственное счастье жизни в способности самих людей прекращать ее в любой момент.

От этого мрачного отчаяния избавил человечество Спаситель Христос. Придя на землю, чтобы основать на ней «царство Божье», как воплощение высших благ жизни, Он вместе с тем рассеял мглу человеческого заблуждения относительно смысла земной жизни и преподал ясное поучение, что она неразлучна с тягостями и страданиями, что при нашей испорченной натуре они даже необходимы для нас, как средства духовного воспитания и, чтобы избавиться от причиняемой ими бедственности, нужно не избегать их (что невозможно), a напротив, нужно самим идти к ним навстречу и встречать их как нечто неизбежное и спасительное. Это поучение предлагает и нам Святая Церковь в своем евангельском чтении за литургией в третье воскресенье Великого Поста.

Укорив апостола Петра за то, что и он, подобно его современникам, не смотря на долгое пребывание с Учителем, не постиг сущности Его учения и ждал от основываемого Им царства благ земных, увлекаясь в этом отношении отчасти чувственными надеждами на Мессию, как завоевателя и земного Царя, Спаситель Христос подозвал к Себе учеников и народ, чтобы прямо объяснить им сущность Своего царства. «Кто хочет идти за Мной, говорил Он, отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мной.» Являлось много и других учителей и вождей, которые также призывали народ следовать за собой, обещая ему открыть тайну счастья в жизни: одни обещали ему свободу, другие — непрерывное наслаждение, третьи — богатство или даже подчинение всего мира, и народ увлекался ими, пока не убеждался, что все это мечта и обман.

Эпикур обещал осчастливить человечество, указав смысл жизни в удовольствии, — но этим только предоставил полную разнузданность страстям, которые не преминули привести к пресыщению и к отвращению от самой жизни. Александр Великий подчинил себе все народы востока, и обещал водворить мир и благоденствие на земле; но основанная им всемирная монархия не только не водворила мира и благоденствия на земле, a послужила, напротив, поводом к страшным междоусобицам и бедствиям.

Никакими подобными надеждами и мечтами не должен обольщаться тот, кто хочет следовать за Христом. Он должен «отвергнуться себя», т. е. отрешиться от всего, что может льстить его самолюбию или его чувственности, и не ожидая никаких земных благ, быть готовым взять на себя крест свой и с этой тяжкой ношей следовать за Ним. Каждому из нас неизбежно предлежит свой крест в жизни; но мы не хотим взять его на себя, стараемся всячески избегнуть его и горько жалуемся, когда сама судьба взваливает его на наши плечи. Мы не должны дожидаться этого; напротив, мы сами должны взять его на себя и, как неизбежную участь земной жизни, нести его, пока не достигнем цели своего стремления.

Подобно тому, как на службе земному царю, тот из воинов, который, с готовностью и из сознания своего долга принимая на себя все тяготы военной службы, сносит эти тяготы с гораздо большей легкостью, чем тот, кто старался избегнуть их и насильственно привлечен к отбыванию повинности, так и на служении Христу всякий, с готовностью и самоотвержением взявший свой крест, пронесет его через все поприще жизни, не почувствовав его страшной тягости. В этом именно заключается глубочайшая философия христианского воззрения на жизнь.

Земная жизнь со всевозможными ее превратностями и бедствиями есть именно повинность, которую мы должны отбывать на служении Господу Христу. Если мы будем отбывать ее с полной готовностью и самоотвержением и, не обольщая себя ложными мечтами на возможность избегнуть ее, будем смотреть на нее как на свой непременный долг, исполнение которого только и может привести нас к высшему благу, то мы, всецело устремляя свои мысли к этому благу, как цели нашего стремления, бодро пронесем свой крест земной, даже не почувствовав его особенной тяжести. И напротив, если мы, упуская высшую цель, будем всецело устремлять свои взоры на предлежащий нам крест, стараясь как-нибудь избегнуть его или по возможности облегчить его тяжесть, то он будет давить нас преувеличенной тяжестью, под которой мы будем лишь в изнеможении и отчаянии стонать и жаловаться на судьбу.

Этим именно и объясняется тот общеизвестный факт, что люди мира сего, застигнутые неожиданным бедствием, впадают в полное отчаяние, a между тем истинные исповедники Христа не только не приходят в отчаяние, a напротив, радуются, что им дана часть в несении креста Христова. Потому, например, христианские исповедники, заключенные в мрачные темницы после вынесенных страшных мучений, оглашали их стены радостными песнопениями, разливавшими мир и сладость даже в душе жестоких мучителей. Tо, что для человека, преданного земле, могло быть только источником глубокой бедственности, для человека, преданного Христу, становится источником несказанной радости, того истинного и глубокого счастья, которого так тщетно ищут на земле.

Отсюда становится понятным и дальнейшее поучение Христово. «Ибо кто хочет душу свою[558] сберечь, тот потеряет ее; a кто потеряет душу свою ради Меня и Евангелия, тот сбережет ее.» (Мар.8:35). Оно относится к тем, которые, выше всего ценя земную жизнь, все свои стремления направляют к тому, чтобы обставить ее возможно лучше, исчерпать всю сумму тех удовольствий и радостей, которые может дать земля, и держась принципа, что земная жизнь не повторяется, что сегодня мы живы, a завтра можем обратиться в бездыханный труп, спешат вполне воспользоваться возможными для них наслаждениями до пренебрежения всеми высшими требованиями долга. Но этим они в действительности не сберегают свою душу, a губят ее.

Земная жизнь коротка, есть лишь один переходный момент в области бытия, — момент, за которым последует вечность. И поэтому всецело сосредоточиваться на этом моменте до забвения о вечности значит погрешать против самого простого рассчета — менять вечность на краткий момент с его призрачным счастьем. Напротив, кто на обыденннй взгляд «потеряет душу свою», т. е. не будет стремиться к призрачному земному счастью, не будет гоняться за удовлетворением только животной стороны своей природы, тот действительно «сбережет ее» — потерпев лишения в течение короткого периода земной жизни, он достигнет вечного блаженства в жизни бесконечной.

Это наставление особенно применимо к вашему времени, когда теоретической, a еще более практический материализм, возобладал людьми до того, что они часто совершенно забывают о душе, всецело заботясь о теле. Вся так называемая новейшая культура с ее часто великими открытиями и завоеваниями в области природы направляется к удовлетворению именно потребностей: тела, которое ублажается на счет души. A между тем, тело лишь временная оболочка, которая дана нам только на определенное время, скоро изнашивается и сбрасывается, как ненужная более вещь; душа же остается жить вечно, a о ней то человек и забывает в наше время.

При всем изобилии чувственных благ душа голодает и томится, напрасно ища себе удовлетворения. И тут именно во всей силе сказывается великая истина, заключающаяся в словах: «ибо какая польза человеку, если он приобретет весь мир, a душе своей повредит? Или какой выкуп даст человек за душу свою?» (Мар.8:36–37). Раз будет погублена душа, эта драгоценнейшая часть человеческого существа, то целого мира сокровищ недостаточно для того, чтобы искупить ее. Не даром для искупления человека от первородного греха и проклятия понадобилась бесконечная жертва самого Сына Божьего.

Но как тогда, так и теперь находится много таких людей, которые не только не хотят принять истины этого спасительного учения, но даже не ценят и принесенной за их искупление бесконечной жертвы. Они настолько преданы миру и похотям его, что подобное учение склонны считат вымыслом и химерой. Они с радостью последовали бы за Мессией, который явился бы в образе великого завоевателя, покорил бы весь мир и собрал бы со всех концов земли наилучшие сокровища для обогащения каждого из своих последователей. A этот галилейский Учитель, который Сам не имеет где главы приклонить и странствует повсюду как отвергнутый всеми, особенно учеными законниками и книжниками, — может ли Он расчитывать на привлечение к себе приличных последователей? Его учением могут увлекаться разве только те бездомные, заброшенные, обездоленные люди, по большей части мытари и грешники, которым нечего терять в жизни и которые готовы предаваться всякому мечтательству и всяким фантастическим учениям. «Приличным» людям остается только стыдиться и избегать общества такого Учителя.

И действительно как в древности, при земной жизни Спасителя Христа, так и теперь многие стыдятся исповедывать веру в Него и в Его учение. Тогда оно провозглашалось слишком странным и чудовищным, a теперь провозглашается уже совсем устаревшим и непрактичным. Чтобы иметь серьезное представление об этом учении, a тем более следовать ему, Никодим, не имевший мужества открыто следовать Иисусу Христу, и только под покровом ночи приходивший побеседовать с Ним о тайнах царства Божьего, был лишь одним из многих, которые «стыдились» Сына Человеческого, особенно когда видели, что Он имел общение с мытарями и грешниками.

В кружках новейших книжников и фарисеев также признавать себя открыто последователем Христа и Его Церкви — значит навлекать на себя всевозможные издевательства, и потому многие также «стыдятся» Сына Человеческого. Но пусть эти малодушные, стыдящиеся исповедать свою веру во Христа, a не боящиеся погубить свою душу в суете мирской, помнят, что в своем праведном гневе сказал о них Сын Божий: «Ибо кто постыдится Меня и Моих слов в роде сем прелюбодейном и грешном, того постыдится и Сын Человеческий, когда приидет в славе Отца Своего со святыми Ангелами.» (Мар.8:38) Тогда, конечно, возвратится мужество и к малодушным, но они услышат роковой ответ: не знаю вас! — и они уже не будут в числе тех верных рабов, которым произнесена будет великая похвала и награда: «добрые рабы! войдите в радость Господина вашего» (Матф.25:21).

Не будем же забывать этого великого урока, некогда преподанного Господом Христом и теперь повторяемого Его Святой Церковью. Центр тяжести человеческой жизни не в теле, a в душе, не в этом, a в будущем мире. Будем же больше заботиться о душе, a не о теле, бодро возьмем каждый свой жизненный крест и последуем за Сыном Человеческим, веруя Его слову, что «претерпевший до конца спасется.» И это самоотверженное несение креста жизни не только обеспечит нам спасение души для вечности, но и сделает нас достойными участниками того великого обетования, которое торжественно дал Иисус Христос Своим ученикам: «истинно говорю вам: есть некоторые из стоящих здесь, которые не вкусят смерти, как уже увидят царствие Божие, пришедшее в силе» (Мар.9:1).

Как уже первым последователям Христа, самоотверженно взявшим крест свой и следовавшим за Ним, неоднократно давалось еще при жизни видеть славу Царства Божьего, так то же самое дано в удел и всем самоотверженным последователям Его до настоящего времени. Из истории великих Божьих подвижников известно, как они за свои самоотверженные подвиги действительно, уже при жизни видели Царство Божье отверстым и предвкушали его неизреченное блаженство. То же самое предназначено и всем нам.

Для тех, кто удостаивается исполнения этого предназначения над собой, таким образом чудесно разрешается великая загадка жизни: тот самый крест, от несения которого человек мира сего бежит как от величайшего бедствия, приводит в действительности даже еще и в настоящей жизни к тому блаженству, или истинному счастью, которого напрасно добиваются и ищут люди, не берущие на себя креста. Воистину, крест становится не только источником нашего вечного блаженства, но и орудием истинного счастья и удовлетворения еще здесь на земле.

Библиографический указатель слов, бесед и поучений на Третью Неделю Великого Поста

Феофан, еп. Тамбовский. Слова на Св. Четыред. 178–206.

Никанор, арх. Херсонский. Собрание сочин. т. II, 60; III-325.

Филарет, митр. Московский. Слова и речи. Т. V, 398.

Филарет, арх. Черниговский. Слова и беседы. Ч. III, 63–72.

Палладий, еп. Рязанский. Слова и речи. 58.

Павел, арх. Кишеневский. Слова и речи. Т. I, 252–291.

Димитрий, арх. Херсонский. Сочинения, 318.

Павел, арх. Казанский. Проповеди. Т. II, 61.

Иннокентий, арх. Херсонский. Сочинения, т. III, 251.

Евсевий, архиеп. Могилевский. Сочинения, 323.

Арсений, митр. Киевский. Сочинения. Τ.II, 195. 217.

Сергиев, И. прот. Собрание сочинений, т. II, 106–126.

Путятин, Р. прот. Полное собр. поучений. 225–230.

Романов, прот. Полное собр. поучений. 218–227.

Кудрицкий, свящ. Внебогосл. беседы. 111.

Бухарев, И. Беседы пастыря на воскр. еванг. чт. 177.

Сеятель. Сборник поучений. 227.

Белоцветов, прот. Круг поучений, 91.

Полисадов, прот. Проповеди. Стр. 253.

Дьяченко, Ежедневные поучения. Т. I, 616–633.

Шумов, свящ. Беседы на воскр. апостольск. чтения, 59.

Кириллов и свящ. Григорьев. Святоотеч. наставления. 75.

4-Я НЕДЕЛЯ ВЕЛИКОГО ПОСТА

I. ЕВАНГЕЛЬСКОЕ ЧТЕНИЕ. Зачало (40) от Марка 9:17–31

17 Один из народа сказал в ответ: Учитель! я привел к Тебе сына моего, одержимого духом немым:

18 где ни схватывает его, повергает его на землю, и он испускает пену, и скрежещет зубами своими, и цепенеет. Говорил я ученикам Твоим, чтобы изгнали его, и они не могли.

19 Отвечая ему, Иисус сказал: о, род неверный! доколе буду с вами? доколе буду терпеть вас? Приведите его ко Мне.

20 И привели его к Нему. Как скоро бесноватый увидел Его, дух сотряс его; он упал на землю и валялся, испуская пену.

21 И спросил Иисус отца его: как давно это сделалось с ним? Он сказал: с детства;

22 и многократно дух бросал его и в огонь и в воду, чтобы погубить его; но, если что можешь, сжалься над нами и помоги нам.

23 Иисус сказал ему: если сколько-нибудь можешь веровать, всё возможно верующему.

24 И тотчас отец отрока воскликнул со слезами: верую, Господи! помоги моему неверию.

25 Иисус, видя, что сбегается народ, запретил духу нечистому, сказав ему: дух немой и глухой! Я повелеваю тебе, выйди из него и впредь не входи в него.

26 И, вскрикнув и сильно сотрясши его, вышел; и он сделался, как мертвый, так что многие говорили, что он умер.

27 Но Иисус, взяв его за руку, поднял его; и он встал.

28 И как вошел Иисус в дом, ученики Его спрашивали Его наедине: почему мы не могли изгнать его?

29 И сказал им: сей род не может выйти иначе, как от молитвы и поста.

30 Выйдя оттуда, проходили через Галилею; и Он не хотел, чтобы кто узнал.

31 Ибо учил Своих учеников и говорил им, что Сын Человеческий предан будет в руки человеческие и убьют Его, и, по убиении, в третий день воскреснет.

Общий характер недели. Практический очерк содержания рядового чтения

В евангельском чтении четвертой недели великого поста, повествующем о чудесном исцелении бесноватого, изображается власть греха над человеком.

1. Власть греха над человеком проявляется:

а) в великом несчастьи, до которого он доводит человека (ст.17, 18);

б) в бессилии учеников Христовых к уничтожению этого несчастья: «Говорил я ученикам Твоим, чтобы изгнали его, и они не могли» (ст.18);

в) в препятствиях, какие он возводит в стремлении сердца к полной преданности Господу (ст.19);

г) в сомнении, возбуждаемом им относительно всемогущества Спасителя: «если что можешь, сжалься над нами и помоги нам» (ст.22);

д) во внутренней мучительной борьбе между верой и неверием поселяемой им (ст.23, 24).

2. Власть греха над человеком побеждается Иисусом Христом.

а) Как сильно (ст.20) и

б) как глубоко грех укореняется в человеке (ст.21);

в) Иисус Христос оказывает совершенную помощь и навсегда (ст.25);

г) вселяет новые божественные силы в сердце человека (ст.26, 27) и

д) дарует силу к победе над злом тем, которые усердно молятся и постятся (ст.28, 29).

Важнейшие темы, предлагаемые проповеднику дневным зачалом, могут быть следующие:

Ст. 17, 18 — о власти диавола над родом человеческим до пришествия в мир Спасителя.

Ст. 19 — неверие навлекает на себя праведный гнев Божий. В каких случаях негодование наше может быть безгрешно.

Ст. 20 — о сходстве гнева с беснованием.

Ст. 21 — о том, что за грехи родителей нередко страдают дети, или — о семейных испытаниях.

Ст. 22 — о сомнении во всемогуществе Божьем.

Ст. 23 — «всё возможно верующему.»

Ст. 24 — о борьбе между верой и неверием, возбуждаемой в сердце человека грехом.

Ст. 29 — пост и молитва — вернейшее средство к уврачеванию души от страстей.

Ст. 31 — о том, что лучшие из людей нередко подвергаются в мире гонениям и преследованиям, или о том, что невинно страждущие имеют для себя великое утешение в примере Иисуса Христа.

Три рода и степени гнева

«О, род неверный! доколе буду с вами? доколе буду терпеть вас?» (ст.19)?

Такие гневные слова исходят из уст Иисуса Христа, кроткого и смиренного сердцем.

Отсюда мы видим, что гнев в иных случаях может быть безгрешен и праведен. Есть —

1. Гнев праведный и добродетельный.

а) Какой это гнев?

Это — благочестивое чувство негодования.

Если видят и слышат, например, как хулят имя Божье, издеваются над Церковью и ее таинствами, осмеивают благочестие, и при этом, «возмущаются духом», то это — гнев праведный и добродетельный. «Вижу отступников, и сокрушаюсь, ибо они не хранят слова Твоего» (Псал. 118:158).

Если приходят в гнев, когда наталкиваются на возмутительные случаи, где невинность ближнего безжалостно преследуется, доброе имя чернится, жизнь и имущество отнимается и т. п.

б) Почему такой гнев праведен и добродетелен?

Потому что в нем проявляется христианское понимание добра и зла: знают, что приличествует Богу и что нужно воздавать ближнему.

Его вызывает святая ревность о славе Божьей и благе ближнего. Он есть в этом случае любовь. Пастырь Церкви возвышает свой грозный голос против разврата и разгула, потому что любит Бога и хочет спасти грешника. Рука отца наказывает проступки сына не из ненависти, a из любви.

в) Как узнают людей добрых?

Именно по такому гневу, по такой ревности, по такому негодованию. Кто не возмущается при виде богохульства и вопиющих неправд, тот бесспорно принадлежит к злым людям. Почему?

Но кто, напротив, возгорается святой ревностью, гневается на зло, чувствует негодование: тот принадлежит к людям добрым. «Хорошо ревновать в добром всегда» (Гал. 4:18).

2. Гнев позволительный.

а) Когда наносится ущерб нашему имуществу или нашей чести, злоупотребляют нашим доверием и т. п., мы чувствуем огорчение. Такое огорчение позволительно, — даже и тогда, когда оно переходит в гнев, если только оно есть невольное, мгновенное, преходящее возмущение чувства.

б) Почему огорчение не есть грех и, следовательно, позволительно? Оно почти неизбежно. От нашей немощной природы часто невозможно требовать, чтобы она не приходила в раздражение гнева, коль скоро касаются нашей чести, нашего имущества и проч.

Как радость есть позволительное чувство, так и невольное обнаружение гнева.

в) Но мы должны тотчас умерять наше огорчение. Добровольная, невынужденная вспышка гнева есть уже грех. Человек должен управлять собой. В нашей собственности, в почете и т. п. не заключается так много, как в любви Божьей.

Быть может, иной не думал сделать нам зла, a поступил дурно в отношении к нам только по недоразумению.

г) Совершенный христианин подавляет даже позволительные сами по себе проявления греха.

Оскорбления суть страдания, a страдания мы должны переносить. Мы должны быть не слишком обидчивы, и мало по малу отвыкать от заносчивости. Терпение признается одной из первых христианских добродетелей. «Любовь долготерпит» (1 Кор. 13:4). Христианину свойственно «благодарить» Бога даже в неприятностях.

3. Гнев греховный.

а) Что это за гнев?

Если гневаются на свою неудачную работу или неискусство, на безжизненные и неразумные вещи. Если изливают свою ярость не на грех, a на грешника, на конкретного человека (Мат. 5:22).[559] Если дышат чувством мести. Если в гневном раздражении бранят, унижают, проклинают или самим делом вредят своему оскорбителю.

б) Какие средства против такого гнева?

1) Самоотвержение.

Почему Саул гневался на Давида и Аман на Мардохея? Из честолюбия и гордости. — Почему иной сердится на непогоду, если она причиняет ему убыток? Из корыстолюбия. — Пусть только откажутся от гордости, самолюбия и прочих страстей, пусть «отвергнутся себя», и греховный гнев не будет иметь места.

2) Добрые предприятия.

Каждое утро христианин должен принять решимость с кротостью переносить неприятности в течение дня, не давать никакого повода к пререканиям, со всяким терпением принимать неизбежные огорчения.

3) Взгляд на пример Иисуса Христа.

Когда Иуда облобызал Его предательским лобзанием, Он кротко спросил его «друг, для чего ты пришел» (Мф. 26:50)? Спаситель не роптал, когда над Ним издевались. На кресте молился: «Отче, отпусти им!»

Различные роды слез

«И тотчас отец отрока воскликнул со слезами: верую, Господи! помоги моему неверию» (ст.24).

Несчастный отец «со слезами» молит Господа об исцелении своего несчастного сына.

Искренние слезы делают честь сердцу человека. Если бы у нас не было слез, то жизнь наша была бы несравненно печальнее. По слезам узнают сердце человека. «Слезы — это кровь души», по выражению святого отца.[560] Смотря по положению человека бывают:

1. Слезы печали.

а) Такие слезы проливал отец в нынешнем евангелии, наинская вдова при гробе сына, Мария при Кресте, Спаситель на могиле друга своего Лазаря.

Такие слезы облегчают, утешают и успокаивают.

б) Ручьи таких слез проливались везде и во все времена.

Сын на гробе матери; гонимый и преследуемый; страдающий от неправды; больной на продолжительном одиноком ложе болезни. Едва ли есть человек, который никогда не плакал бы такими слезами.

в) Благо человеку, если он может по совести сказать: «я неповинен в этих слезах.»

Но прискорбно, если человек сам причинил себе печаль. В этом случае слезы не облегчают, но постоянно растравливают рану печали.

г) Счастлив человек, который не был виной чужих слез. A если был?

2. Слезы сострадания.

а) Такие слезы составляют драгоценные перлы в глазах христианина. Они показывают, что чужое горе близко нам, что «любовь живет» в нас.

Но если человек остается бесчувственным при несчастии ближнего и не плачет, то это — признак каменного сердца. Он сам — камень, в который никакой плодотворный дождь не проникает и на котором ничего доброго не растет.

б) Но одними слезами не следует ограничиваться. Сострадание должно перейти в действие. Христос помог плакавшему отцу.

Недостаточно плакать плакать, что твой брат идет не по правому пути, что он терпит недостатки, что его утешают: надо действовать. Тогда ты заслужишь имя друга людей.

в) Если уже сострадательные слезы запишутся в книге жизни, то не тем ли более сострадательные поступки наградятся на небе!

3. Слезы радости.

а) Странно, но верно: величайшая скорбь приводит к смеху, a внутренняя, чистая, святая радость — к плачу. Есть слезы радости, и там только она истинна, где вызывает плач.

Мы плачем слезами радости, если дети наши благодарны и правдивы, если приветствуем любимое лицо после долгой разлуки, если счастливо избежали угрожавшей нам опасности, в минуты святых размышлений, при чтении рассказов, где преследуемая невинность была оправдана и т. д.

б) Мы сеем слезы радости, коль скоро осушаем слезы печали, снимаем с сердца тяжелую заботу, предохраняем других от голода, позора и несчастья, выходим из затруднений, собираем горящие угли на главу врага, спасаем от пожаров и наводнений. Такие слезы составляют прекраснейшую награду за благородные поступки!

в) Уже здесь на земле в слезах выражается сладкая радость. Но как велика будет наша радость по ту сторону жизни, если спасенные нами души встретят нас там и скажут: «вам мы обязаны нашим спасением!»

Как приятно будет услышать приговор из уст праведного судьи: войдите в вечную радость за то, что вы на земле всюду распространяли радость вокруг себя!

4. Слезы гнева.

а) Они исходят из зависти, честолюбия, ненависти и мщения. Желали бы отмстить и не могут; но мстят тотчас при удобном случае. Выпустите тигра из клетки и он произведет страшные опустошения!

б) Если ты плачешь, что другого постигло большое счастье, что другой предпочтен тебе, что тебе сказали правду, что тебе стали поперек дороги и воспрепятствовали сделать зло: то знай, что это — слезы гнева, которыми не плачет истинный христианин.

в) Подавим в себе страсти, ведущие к слезам гнева! Они искажают наше лицо, сжигают нашу внутренность, отравляют и сокращают жизнь.

5. Слезы покаяния.

а) Такими слезами плакал Давид, апостол Петр. Когда и почему? Каждый смертный имеет причину проливать слезы покаяния. Они смывают грех и вину. Они по истине кровь души, a кровь очищает внутренность, как вода — внешность.

б) Но они должны быть искренни, как у Давида. Следующее за ними исправление служит доказательством их искренности. Иной плакал уже перед судьей, перед оскорбленным отцом, на исповеди — но это были только слезы притворства.

в) Они должны проливаться не ради позора, нищеты, наказания, следуемого за грехом: но потому, что оскорбили Бога. Естественное раскаяние недостаточно.

Заключение. Бог даровал очам нашим слезы, составляющие кровь души. Не будем плакать слезами гнева, они — ядовитая кровь.

Но если печаль угнетает нас, не будем стыдиться слез, они облегчают нас.

Если другие страдают, поплачем с ними: такие слезы доставляют нам честь.

Будем считать себя счастливыми, если мы можем проливать слезы радости. Возвратим себе потерянное небо искренними слезами покаяния.

Действия диавола в дни великого поста

«Учитель! я привел к Тебе сына моего, одержимого духом немым: где ни схватывает его, повергает его на землю, и он испускает пену, и скрежещет зубами своими, и цепенеет. Говорил я ученикам Твоим, чтобы изгнали его, и они не могли» (ст.17. 18).

Каким ужасным мучениям подвергал диавол несчастного отрока, о котором говорится в дневном евангелии!

Отсюда мы видим, что диавол действительно существует. Власть его над людьми во времена Иисуса Христа проявлялась самым очевидным образом.

Спаситель сокрушил эту власть. Истинному христианину, вооруженному верой, молитвой и святыми таинствами, диавол не может более причинять никакого вреда.

Однако, он и ныне еще действует и старается искушать вас на грех и зло, особенно в дни Святой Четыредесятницы.

1. Он препятствует покаянию.

а) Нет ничего вернее и несомненнее того, что все мы грешники, что мы можем примириться с оскорбленным нами Богом только посредством искреннего покаяния и исповедания грехов, которое заглаживает нашу вину и снимает наказание ради заслуг нашего Искупителя. Ясно также и то, что Церковь должна была установить особенное время для покаяния, потому что иначе многие люди никогда не каялись бы. Против такого божественного и церковного установления разум человеческий ничего не может сказать; от нас самих не возникает тут никакого возражения. Если же оно возникает: то уже не от нас, a от диавола.

б) Что же теперь многим внушает диавол?

1) «Ты вовсе не такой грешник, чтобы нуждался в покаянии. Твоя нечестность есть только благоразумие; твое нецеломудрие — только дань природе; твое пренебрежение богослужением и прочими церковными обрядностями свидетельствует только о твоем высшем взгляде на вещи», и т. д.

2) «Раскаяние есть признак слабости, которую нужно подавлять. Грех, тобой совершенный, ничего не изменяет в тебе. К чему напрасно мучить себя раскаянием?»

3) «Исповедь пред священником — невыносимое иго; духовникам нет нужды знать всего», и т. д.

4) «Вознаграждение за причиненную несправедливость, отречение от прежнего образа жизни и прочее было бы позором перед другими.»

Подобные внушения не приходят от самого человека. Воспитанный и выросший в христианских правилах человек неспособен к таким рассуждениям. Откуда же они? От диавола. Кто ловится на подобные измышления, пусть отклоняет их как козни диавольские. По ним всегда узнается диавол.

2. Он препятствует молитве.

а) Каждый человек со здравым смыслом понимает, что он должен возноситься к Богу умом и сердцем, обращаться к Нему с молитвой, прославлять Его, благодарить и просить Его о различных своих нуждах. Невероятно, чтобы человек сам собой уклонялся от долга молитвы. День имеет определенные часы, в которые мы должны обращаться к Богу с молитвой благодарения или прошения. Против этого никакой разумный человек сам по себе ничего не возражает.

По воскресеньям и праздникам идут в храм и, конечно, не с тем, чтобы развлекаться. В дни Великого Поста Святая Церковь более, чем когда либо, призывает к молитве, и ни один человек сам по себе, конечно, не скажет, что это излишне.

Отчего же тогда так мало и так рассеянно молятся? Почему так редко посещают храм и так худо пользуются временем поста? Это — действие диавола, a не самого человека.

б) По утрам диавол тотчас влечет тебя к работе и не допускает до молитвы. A по вечерам? При колокольном звоне?

По воскресеньям диавол зовет тебя на обычный труд или на греховные удовольствия.

Люди стоят в храме и хотят усердно молиться, но диавол внушает другие мысли.

В дни Великого Поста принимают особую решимость быть внимательными к себе и усердными к молитве; но и это часто не удается.

Если иной, вопреки лучшей своей воли, не в состоянии со вниманием и благоговением прочитать молитвы «Отче наш:» то это дело диавола.

Если ты не веришь в существование диавола, то наблюдай только за своей молитвой, и ты убедишься в противном. Остерегайся козней исконного врага, когда стоишь на молитве.

3. Он препятствует посту.

а) Никакой разумный человек сам по себе не может отрицать следующих ясных положений: Иисус Христос и первенствующие христиане строго постились; отсюда появилась заповедь о посте, которой мы должны подчиняться.

Установлениям Церкви нужно так же повиноваться, как и учреждениям гражданского правительства, под страхом наказания за нарушение закона.

Кто никогда и ни в чем не привык отказывать своему чреву, тот подвержен искушениям ко греху.

Если постигают нас лишения; кто лучше в состоянии их перенести?

В минуту сильной скорби забывают о пище: может ли быть иначе в дни поста, назначенные для плача и сокрушения о грехах?

Можно ли с обремененным желудком приступать к принятию святейшего таинства Евхаристии?

Могут ли многие давать в пост что-либо бедным, когда сами себе ни в чем не отказывают?!

б) Но тут является искуситель-диавол и внушает такие изветы, которых человек сам по себе не в состоянии придумать. Какие?

«Не входящее в уста оскверняет человека.» Но непослушание оскверняет!

«Пост — подвиг слишком тяжелый; мы не рабы, христианин свободен.» Кто послушен, тот делается свободным.

«Другие не соблюдают заповедь поста.» По крайней мере, ты будь лучше других, исполняй ее.

Как мы изгоняем грех посредством покаяния? (Постепенный ход покаяния)

«Дух немой и глухой! Я повелеваю тебе, выйди из него и впредь не входи в него» (ст.25).

Из нынешнего евангелия о бесноватом, мы видим, как глубоко укореняется грех в человеке (ст.21), и до какого ужасного состояния доводит он свою жертву. Что было бы с несчастным отроком, если бы Спаситель не оказал ему своей божественной помощи (ст.25)?

Те же действия производит грех и в нас, если мы вовремя не изгоняем его посредством покаяния.

1. Бог обращается к грешной душе, a душа обращается к Богу.

а) Сначала Бог обращается к грешной душе, как Спаситель к одержимому нечистым духом.

Хотя грешник уклонился от Бога, утратил через грех спасительную благодать и усыновление Божье, однако милосердый Отец небесный не отгоняет его еще от Себя, не оставляет его совершенно, пока грешник не дошел до полного ожесточения. Где такой отец, который не любил бы своего, хотя и заблудшего, сына, и не желал бы его исправления?

Кроме утраченной грешником благодати спасающей, есть благодать действующая: с этой благодатью Бог предшествует всякой покаянной деятельности грешника. Она возбуждает, побуждает, беспокоит совесть, как буря морские волны. Бог говорит в совести грешника, в несчастьи и счастьи, в бессонных ночах и проч. «Никто не может истинно каяться, если Бог не озарит его и не обратит по Своему безприкладному милосердию».[561]

б) Теперь душа обращается к Богу с верой.

Кого влекут, тот иногда и сам допускает себя влечь. Если зовут, то невольно обращаются в ту сторону, откуда исходит зов. Грешник, влекомый благодатью Божиею, обращается к Богу, верует в Него и в Его слово. Вера всегда есть первое дело с нашей стороны: так и при покаянии. Кто не приходит к вере в Бога и Его слово, тот не приходит и к покаянию. Неверующие все умирают в своих грехах.

в) Примеры.

Давид поверил божественному внушению, переданному пророком Нафаном, и прибег к покаянию. На блудного сына Бог действовал голодом и нуждой, и он уверовал. Что сделала Мария Магдалина, когда она была пробуждена от греха учением Спасителя? Благоразумный разбойник. Святой Павел и блаженный Августин. Так шло и идет везде. Предваряющая благодать многоразличными путями побуждает нас к покаянию и прежде всего хочет, чтобы мы «веровали.»

2. В душе возникают и пробуждаются различные благочестивые настроения.

а) Страх.

Думают о карающем правосудии Божьем, о страшном суде, о вечных мучениях. «Страх Господень отгоняет грехи» (Сир. 1:21). «Печаль ради Бога производит неизменное покаяние ко спасению» (2 Кор. 7:10).

Но те, которые каются из одного только страха, способны впадать в отчаяние.

б) Надежда и упование.

Христианин освобождается от указанного страха. Он знает и верует, что Бог милосерд, что Иисус Христос своей смертью загладил наши грехи, что в Церкви установлено таинство покаяния для отпущения грехов. Он ободряется, питает надежду и упование. Мужество и страх в нем борются между собой: но надежда одерживает верх.

Но кто ограничивается только надеждой и не идет дальше надежды, тот уподобляется человеку, который всю жизнь питается надеждами относительно своего земного счастья, но ничего не предпринимает для достижения ожидаемого, и в конце концов остается ни с чем.

в) Любовь.

Любят Бога, приемлющего грешника с распростертыми объятиями и обещающего ему великие милости. Движимые такой любовью Отца небесного, приносят совершенное раскаяние со святой решимостью. «Не любящий брата пребывает в смерти» (1 Иоан. 3:14). Чье сердце не подвигнется при виде столь великих благодеяний, оказываемых нам Богом? «Любящие Господа, ненавидьте зло!» (Псал. 96:10). Благость Божья ведет к покаянию.

3. Благочестивые настроения обнаруживаются, если их не подавляют сознательно и искусственно.

а) Исповедуют грехи свои священнику.

Сбрасывается камень, лежавший доселе на душе. Ниспровергается жестокое унизительное иго. Извергается опасный яд. Ощущаются чудесное облегчение.

Глубокое раскаяние и скорбь не могут не проявиться. Обвиняют самих себя, и бывают не осуждены, a помилованы. Смиряются и сокрушаются.

б) Получают отпущение грехов.

С полным упованием внимают словам Спасителя: «кому простите грехи, тому простятся; на ком оставите, на том останутся», (Иоан.20:23) и принимают их с такой же радостью, с какой осужденый на смерть слышит весть о помиловании. С чувством живейшей благодарности за такую благодать принимают твердую решимость не оскорблять более Бога своими грехами.

в) Приносят плоды, достойные покаяния.

Заглаживают причиненные неправды. Терпеливо переносят скорби. Чистосердечно прощают своим врагам. Вместо зла делают добро. Освящаются и живут свято. Становятся опять чадами Божьими по благодати и сообразно с таким усыновлением проводят жизнь. «Покаяние есть лестница, возводящая нас туда, откуда мы низпали.»[562]

Если мы в трудных обстоятельствах жизни ищем помощи от Бога, то должны искать ее с полной верой и упованием на всемогущество и милосердие Божье

«Если сколько-нибудь можешь веровать, всё возможно верующему» (ст.23.).

Какая утешительная истина заключается в этих немногих словах Господа, сказанных несчастному отцу, который имел у себя несчастного сына, одержимого злым духом «с детства»! На просьбу отца об исцелении его сына Иисус Христос отвечал: «Если сколько-нибудь можешь веровать, всё возможно верующему.» И когда отец со слезами возопил: «верую Господи», тогда последовало исцеление. Отсюда мы видим, что

1. Скорби и страдания, в большей или меньшей степени, составляют общий удел всех людей на земле.

Они всегда посылаются свыше или для испытания нашей веры, или для наказания нас за грехи, для пробуждения в нас искреннего раскаяния и сердечного сокрушения перед Богом.

а) Как христиане, мы должны переносить всякие скорби благодушно и с покорностью воле Божьей, хотя бы они постигали нас совершенно невинно.

Ибо мы знаем, что ничто не происходит с нами без воли Отца небесного (Лук. 21:18),[563] что для всех нас один путь ко спасению — путь крестный (Евр. 12:2),[564] что нигде так не обнаруживается сила веры в Бога, как в трудных обстоятельствах жизни.

Легко иметь веру, когда жизнь наша течет мирно и спокойно; но полное торжество веры открывается в борьбе с несчастьями.

б) Но большей частью Господь посылает нам бедствия за наши грехи.

И благо нам, если мы постигаем спасительную цель наказаний Божьих. Какая это цель? (Евр. 12:6–8).[565]

Но когда наши страдания превышают по-видимому наши силы; когда постигающие нас несчастья готовы повергнуть нас в отчаяние, тогда мы можем обращаться к Богу с мольбой о всесильной Его помощи и заступлении.

2. Условие, под которым Господь обещает нам свою помощь в скорбях и несчастьях.

а) Это условие то же самое и для нас, какое требовалось от упоминаемого в нынешнем евангелии несчастного отца — «если сколько-нибудь можешь веровать» спрашивает нас Господь. И когда мы с непоколебимой уверенностью отвечаем: «верую Господи» тогда Он несомненно пошлет нам свою помощь. Ибо Он Сам сказал: «все возможна верующему» (ст.23; Иоан. 14:13[566]); «просите и дастся вам» (Мат. 17:7-21).

Сомневаться в исполнении такого обетования непростительно для христиан (2 Тим. 2:13;[567] Иак. 1:6[568]).

б) Предавшись с полной верой и упованием на милосердие Божие, не будем спрашивать: какими средствами Господь избавит нас от бедствий? Он «сам знал, что хотел сделать» (Иоан. 6:6). Пути, которыми Он может вывести нас из затруднительных обстоятельств жизни, могут казаться «естественными», но они тем не менее «чудесны.»— Как бы долго ни продолжалось твое страдание, христианин, не падай духом, но «если сколько-нибудь можешь веровать», веруй и не бойся; ибо с тобой Господь, сильный крепостью (Суд. 6:13).[569] Таков был опыт всех истинно-верующих в Него. Таков он будет и для тебя. «Бог нам прибежище и сила, скорый помощник в бедах» (Псал. 45:2).

Степени веры

«Если сколько-нибудь можешь веровать, всё возможно верующему» (ст.23.).

1. Вера немощная или бессильная.

а) Она обнаруживает свое бессилие в победе зла, коль скоро то проявляется необыкновенной силой (ст.17–18).

б) Это бессилие самовольно и происходит от излишней надежды на свои собственные силы, от сомнения в божественной помощи (ст.19) и от пренебрежения или злоупотребления благодатными средствами.

2. Вера пробуждающаяся.

а) Величие нужд и опасностей начинает пробуждать мертвую веру (ст. 21, 22).

б) Самые первые признаки пробуждающейся веры обнаруживаются в том, что она начинает искать помощи у Иисуса Христа (ст.22 «сжалься над нами и помоги нам»).

в) Она укрепляется, когда приходят к убеждению, что самая пламенная вера для своего подкрепления нуждается в помощи Иисуса Христа (ст.24).

3. Вера всепобеждающая.

а) Для нее нет никаких непреодолимых препятствий; она может горы переставлять (ст.25–27).

б) Она приобретается, когда человек, при правильном употреблении благодатных средств, делается способным к совершению великих дел (ст.29).

II. АПОСТОЛЬСКОЕ ЧТЕНИЕ. Зачало (314) к Евреям 6:13–20

13 Бог, давая обетование Аврааму, как не мог никем высшим клясться, клялся Самим Собою,

14 говоря: истинно благословляя благословлю тебя и размножая размножу тебя.

15 И так Авраам, долготерпев, получил обещанное.

16 Люди клянутся высшим, и клятва во удостоверение оканчивает всякий спор их.

17 Посему и Бог, желая преимущественнее показать наследникам обетования непреложность Своей воли, употребил в посредство клятву,

18 дабы в двух непреложных вещах, в которых невозможно Богу солгать, твердое утешение имели мы, прибегшие взяться за предлежащую надежду,

19 которая для души есть как бы якорь безопасный и крепкий, и входит во внутреннейшее за завесу,

20 куда предтечею за нас вошел Иисус, сделавшись Первосвященником навек по чину Мелхиседека.

Практический очерк содержания рядового чтения

В апостольском чтении четвертой недели великого поста предлагается высокое учение о клятвенном обетовании Божьем, по которому все народы земные, уверовавшие в Иисуса Христа, несомненно получат благословение Божье и вечное спасение.

«Бог, давая обетование Аврааму, как не мог никем высшим клясться, клялся Самим Собою, говоря: истинно благословляя благословлю тебя и размножая размножу тебя», говорит апостол (ст.13–14). Много обетований давал Бог Аврааму, но ни одного из них не давал с такой клятвой, как умножение его потомства и благословение в семени его всех народов земных.

Когда Авраам, выполняя Божье повеление, не усомнился принести в жертву единственного сына своего Исаака, тогда Бог обещал ему: «Я благословляя благословлю тебя и умножая умножу семя твое, как звезды небесные и как песок на берегу моря» (Быт. 22:17). В подтверждение непреложности такого обетования Бог «клятся Собой», Своей святостью и Своею истиной, «Мною клянусь, говорит Господь.» Это обетование Божье действительно исполнилось. Плотские потомки Авраама, происшедшие от сына его Исаака, выросли в многочисленный народ. Но они не составляют еще того многочисленного потомства, которое размножится, как звезды небесные и как песок морской.

От Авраама произошел по плоти Иисус Христос, который поэтому называется сыном Авраамовым, a в Иисусе Христе дано благословение всем народам земным, уверовавшим в Него. Эти то «верующие суть сыны Авраама» (Гал. 3:7–9),[570] составляют благословенное и неисчислимое семя, обещанное Аврааму. Но поскольку такое обетование Божье Аврааму исполнилось не тотчас, a по прошествии нескольких веков, то и говорится далее у апостола: «и так Авраам, долготерпев, получил обещанное» (ст.15). Сказав это, как бы мимоходом, апостол обращает затем слова к клятвенному обещанию Божию. «Люди», продолжает он, для подтверждения своих обещаний, «клянутся высшим», призывают в свидетели Бога, и данная ими клятва прекращает всякое сомнение в том, что они обещают и свидетельствуют: «и клятва во удостоверение оканчивает всякий спор их» (ст.16). Так и «Бог, желая преимущественнее», сильнее «показать наследникам обетования непреложность Своей воли, употребил в посредство клятву» (ст.17).

Наследники обетования суть все верующие в Иисуса Христа; для них-то Бог употребил в посредство клятву, дабы они потом слыша, что Бог клятвенно обещал им благословение, имели в том непоколебимую уверенность. «Дабы в двух непреложных вещах, в которых невозможно Богу солгать, твердое утешение имели мы, прибегшие взяться за предлежащую надежду» (ст.18).

Надежда получить в Иисусе Христе благословение, дарующее нам вечную жизнь, есть наше «предлежащая надежда», и мы не напрасно имеем в нем «твердое утешение», потому что Бог, для уверения нас в благословении, обещанном Аврааму, употребил «две непреложные вещи», в которых «невозможно Богу солгать.» Это обещание и клятва, чтобы мы прибегая с верой ко Спасителю, питали в себе непоколебимую надежду на получение от Него благословения и спасения, и пребывали уверенными в этой надежде при всех искушениях и соблазнах настоящей жизни. В «уповании» на благословение во Христе всех народов земных, мы имеем «как бы якорь безопасный и крепкий» (ст.19), за который держится верующая душа среди бурь житейского моря, волнуемого всяким ветром ложных учений и сомнений. Силой этого упования мы не только спасаемся от гибельных волнений неверия, но и входим в тихое, вечное пристанище — во «внутреннейшее за завесу» (ст.19), в святое святых, «куда предтечею за нас вошел Иисус, сделавшись Первосвященником навек по чину Мелхиседека» (ст.20).

Вот то «внутреннейшее за завесой», куда входят все возлагающие упование на Спасителя и куда прежде нас и за нас взошел Иисус Христос. A куда Он взошел? «Не в рукотворенная святая, a в самое небо» (Евр. 9:24).[571] Небо есть завеса, отделяющая престол Божий от земли, как прообразовательная завеса скинии отделяла святилище от Святого святых. Сюда, в небо, взошел Иисус Христос «о нас», чтобы ходатайствовать за нас пред престолом Божиим, — взошел, как «Предтеча», чтобы предшествовать нам на пути к небу и уготовать нам вечные обители, — взошел, сделавшись «Первосвященником во веки по чину Мелхиседекову», чтобы быть вечным Ходатаем за грехи людей и привести своих пасомых туда, где и Он, наш Архиерей и Пастырь. Все это не утверждает ли нашего упования на получение вечного блаженства во Христе Иисусе?

Перейдем теперь к частным истинам, о которых проповедник может беседовать на основании дневного апостола.

Мысль, что Бог через Иисуса Христа хочет благословить, осчастливить все народы земные, имеет для нас величайшее значение

«Истинно благословляя благословлю тебя и размножая размножу тебя» (ст.14).

Бог с клятвой обещал Аврааму благословить в лице сына его по плоти, Господа нашего Иисуса Христа, все народы земные. «Истинно», клялся Он, «благословляя благословлю тебя и умножая умножу семя твое, как звезды небесные и как песок на берегу моря; и овладеет семя твое городами врагов своих; и благословятся в семени твоем все народы земли» (Быт. 22:17–18). Обетование это ныне исполнилось. Иисус Христос есть тот, о Ком «возвеселитесь, язычники» и на Кого они «надеяться будут» (Рим. 15:10–12).[572] Он для того и принял плоть человеческую и стал «служителем для обрезанных — ради истины Божией, чтобы исполнить обещанное отцам» (Рим. 15:8).[573] Через Него Бог хочет благословить, осчастливить все народы земные. Как важна для нас эта мысль!

1. Она разъясняет нам пути и намерения Божьи при столь странных часто судьбах народов.

Мы веруем в Бога, как в высшего Мироправителя, от которого зависят судьбы царств и народов.

Но если мы посмотрим на эти судьбы, как изображает их вековая история; если мы подумаем о событиях, которыми ознаменовались эти судьб, то как много представится нам странного, могущего колебать нашу веру в мудрое Провидение и Мироправление?

Здесь возникли нации, сделавшиеся сильными и могущественными, a там другие нации пришли в разрушение.

Цветущие некогда страны опустошены, a дикие пустыни превратились в богатые луга, счастливые обиталища для наук, искусств и человеческой деятельности.

При такой изменчивости народных судеб вера наша в мудрое Провидение Божье приобретает новую силу, вследствие мысли, что Бог чрез Иисуса Христа хочет осчастливить все народы земные. Руководимые этой мыслью, мы отыскиваем в потрясенных нациях то, что не погибло вместе с ними, но сохранилось для грядущих родов и поколений.

Истина и добро, мудрость и добродетель, вера и благочестие, средства внутреннего благосостояния — вот то, что не может совершенно утратиться при всех переворотах царств и народов! Если для нас остается непреложным обетование Божье о благословении всех народов во Христе Иисусе, если мы повсюду находим доказательства, как через исполнение этого обетования даны роду человеческому средства к его образованию и благосостоянию, как употребление этих средств более и более распространяется, более и более облегчается, то мы не можем сомневаться в мудром и благом промышлении Божьем о счастье народов.

Даже и тогда, когда над судьбами народов лежит непроницаемый мрак, когда мы не постигаем планов Провидения относительно их участи, и тогда мы должны быть уверены в покровительственном руководстве вечной мудрости, которая все устраивает к благу народов и все направляет к тому, чтобы через евангелие Иисуса Христа более и более распространялись между людьми свет и истина, мудрость и добродетель, внутреннее, духовное благо и счастье.

2. Она укрепляет нашу веру в Иисуса Христа и в совершенное им дело спасения.

Хотя Божественное достоинство нашего Искупителя основывается на неопровержимых свидетельствах о Его жизни, делах и учении, но есть однако невежественные и легкомысленные люди, которые отрицают это достоинство или сомневаются в нем.

Не стремится ли дух нашего времени к тому, чтобы признавать в Иисусе Христе не более, как обыкновенного человека, только обладающего особенными дарованиями души, мудрости и добродетели? Но если мы твердо держимся мысли, что Бог через Иисуса Христа хочет благословить все земные народы, то ничто не в состоянии сокрушить нашей веры.

Конечно, были мудрые, ученые, добродетельные мужи, которые заслужили у своих народов и своих современников славу учителей и законодателей. Но такого, который был бы учителем истины для всех народов земных, подателем нетленных благ и благодеяний, виновником истинного счастья и блаженства, — который основал бы учреждение, существующее в течение многих столетий и оказывающее благотворное влияние на благо народов при самых неблагоприятных обстоятельствах, — такого, кроме Иисуса Христа, Основателя нашей веры, история не знает.

Через Него Божественное Провидение совершило то, чего никто и никогда из людей не совершал. Только невежественные умы, относящиеся безучастно к важнейшим и святейшим потребностям человека, могут сомневаться в этом.

Наша вера в божественное достоинство Искупителя находит здесь для себя новую силу и подкрепление. Мы радуемся, что Иисус Христос «сделался для нас премудростью от Бога, праведностью и освящением и искуплением» (1 Кор. 1:30). Упование на Иисуса Христа, в Котором одном Бог хочет благословить всех и каждого, даровать счастье и вечное блаженство, составляет «как бы якорь безопасный и крепкий», среди всех бурь и сомнений мира.

3. Она побуждает нас к сердечной любви к людям и к споспешествованию всякому добру между ними.

До пришествия Спасителя в мир, народы жили между собой в ненависти и вражде, разделены были нравами и законами, различными религиями, а еще больше корыстными и самолюбивыми целями и стремлениями.

Иисус Христос пришел разрушить эту преграду между народами (Ефес. 2:15–18)[574] и соединить всех единой верой, надеждой и любовью в одно великое семейство Отца небесного, чтобы между всеми распространить истинную добродетель и благочестие и через то содействовать благу и счастью.

Только люди, ослепленные заблуждениями и страстями, не признают этой величайшей цели Иисуса Христа и христианства. Они спорят о человеческих мнениях, ненавидят и преследуют друг друга, ведут кровавые войны и думают этим угодить Богу. Какое ужасное ослепление!

Нет, Бог, который есть любовь и из любви к людям послал в мир Сына Своего, не хочет, чтобы люди враждовали между собой, a напротив, любили друг друга, как братья. Эту святую, благотворную цель мы постоянно должны иметь перед глазами, стремиться к сердечной любви к людям и к содействию всякому добру между ними.

Ни принадлежность к определенному народу, ни вера и Церковь, ни нравы и обычаи — ничто не освобождает нас от исполнения обязанностей, которые мы в общем смысле должны соблюдать в отношении к людям и соблюдать с такой добросовестностью и бескорыстием, как научил нас Спаситель своим примером.

Эта любовь влечет нас преимущественно к заботливости о духовном и вечном благе наших братий, к утверждению между ними истинной веры и благочестия. Ибо как мы можем быть равнодушны к духовному благу людей, когда знаем, что Бог хочет, «чтобы все люди спаслись и достигли познания истины?» (1 Тим.2:4)

Как мы можем утешаться благословением, которое Иисус Христос даровал всем людям, если не желаем и не содействуем тому, чтобы все люди сделались причастными этого благословения? Воодушевленные благочестивой ревностью о вечном благе, будем охотно помогать каждому, нуждающемуся в нашей помощи для достижения, познания истины и добродетели!

Пусть будет для нас величайшей, внутренней радостью, если мы нашим примером, поучением, увещанием можем другим внушить уважение к вере, благоговение к Богу, любовь к обязанностям и долгу. Не будем оставаться равнодушными, когда дело идет о вечном благе, к тому, правильные или неправильные употребляются средства к достижению этого блага. Но будем также терпеливы к другому мнению, к другой вере, будем принимать немощных, заблуждающихся, сомневающихся, с кротостью и любовью, как и Христос принимал людей, живших еще в заблуждении и грехе.

Будем внимательны к Божьим обетованиям

«Истинно благословляя благословлю тебя и размножая размножу тебя.»

Бог с клятвой обещал благословить всех верующих в Иисуса Христа, даровать им всякое счастье, помощь и защиту, a что Он обещал, то и исполнил (Числ. 23:19; Псал. 32:4).

1. Чтобы нам находить спокойствие в непонятных и трудных обстоятельствах жизни.

При виде разных событий в мире и несчастных случаев в нашей жизни, мы готовы часто придти в отчаяние и не знаем, как понять и объяснить эти совершающиеся вокруг нас и с нами события. Нам кажется, что все угрожает нашему благополучию, что мы погибаем.

Какое тогда утешение доставляет нам вера в Божьи обетования? Бог обещает в Своем слове любовь к людям, заботу об их благе и счастьи, верность и мудрость в исполнении своих планов, которые должны отогнать всякий страх и смущение от скорбной души.

Больной, бедный, беспомощный, оставленный может утешаться с упованием Божьими обетованиями о помощи и защите, и в этом уповании находить для себя успокоение.

Пусть обстоятельства наши делаются еще хуже, удары судьбы еще тяжелее; мы не падем духом, если твердо держимся Божьих обетований и поступаем по воле Божьей.

2. Чтобы нам с радостью исполнять наши обязанности и делать всякое добро.

Если Бог, величайший Мироправитель и Отец, обещал Свою помощь и поддержку, Свое благословение и успех тем, которые веруют в Него и уповают на Него, то эти Божьи обетования не должны погружать нас в беспечность и бездействие, вселять в нас ложную мысль, будто мы можем ожидать всякого успеха от Бога, не прилагая со своей стороны никакого труда и усердия.

Напротив, ободряемые божественным обетованием, мы должны напрягать свои силы к исполнению наших обязанностей, оживлять нашу деятельность к содействию всякому добру, требуемому мудрым и благим Провидением. Тогда мы делаемся достойными Его благословения и можем с утешением ожидать исполнения Его обетований над нами и к нашему благу.

Какое укрепление и ободрение должен находить здесь усердный деятель для своей общественной деятельности! Как мудрый и добродетельный, при своей ревности об истине и нравственности, он должен чувствовать себя ободренным к борьбе против всех затруднений и препятствий, против нападения злых людей, искушений и соблазнов греха, если он верует в Божьи обетования и с уверенностью ожидает от Бога силы и помощи, защиты и награды!

3. Чтобы нам с полной надеждой взирать на будущее.

При наших ограниченных понятиях и силах, ничто столько не причиняет нам столько беспокойства, как мрак неизвестности предстоящих еще дней жизни и, еще больше, будущность после смерти. Кто поручится нам, что будущие события нашей жизни будут отрадны для нас и благоприятны для нашего счастья и довольства? Кто уверит нас, что нас ожидает блаженная вечность?

Благо нам, если мы внимаем Божьим обетованиям! Они простираются на все обстоятельства нашей жизни, достигают отдаленнейшего будущего, объемлют всю вечность (Евр. 13:5;[575] Исаии 54:10;[576] Мат. 5:12;[577] Апок. 2:10;[578] 1 Иоан. 2:25[579]). Мы не можем сомневаться в верности подобных Божьих обетований, так как они уже исполнились на многих благочестивых и праведных людях.

Поэтому мы с радостным упованием взираем на будущность, без страха идем на встречу вечности и спокойно ожидаем нашего последнего часа, если мы знаем обетования Божьи и верим в их неотвратимость. Эта вера побеждает все.

В каких случаях можно сказать о нас, что мы представляем Бога лживым?

«Дабы в двух непреложных вещах, в которых невозможно Богу солгать, твердое утешение имели мы, прибегшие взяться за предлежащую надежду» (ст.18).

Бог для укрепления нашей веры в спасении через Иисуса Христа, употребил «две непреложные вещи», «в которых невозможно Богу солгать», а именно: обещание и клятву, чтобы мы, с верой прибегая к Спасителю, имели непоколебимое упование на получение через Него спасения и были уверенными в этом уповании при всех искушениях и соблазнах мира.

Но, не смотря на такое клятвенное обещание Божье, многие думают и поступают так, как будто Бог может говорить неправду, как будто слова Его лживы (1 Иоан. 5:10).[580]

1. Если мы отрицаем непреложное свидетельство об Иисусе Христе и Его учении.

Иисус Христос явился в мир, как посланник Божий, как единородный Сын Отца небесного (Иоан. 14:13).[581] Он говорит, что через Него действует Отец, что Он творит дела Отца, что Его учение исходит от Отца и что Бог свидетельствует о Нем (Иоан. 5:31–32;[582] 36–37[583]).

Апостолы верили этим словам Господа и почитали Его за посланного Богом Мессию и Спасителя людей, потому что сам Бог свидетельствовал о Нем. Такими свидетельствами Божьими были: голос с неба при крещении (Мат. 3:17),[584] преображении (Мат. 17:5);[585] чудеса, совершенные Спасителем; тьма и землетрясение при Его смерти; Его воскресение и вознесение на небо; ниспослание Святого Духа; распространение христианства.

Эти факты и события были делом всемогущего Бога, который через них свидетельствовал о своем Сыне и Его учении.

Но кто не верит этим свидетельствам Божьим и не признает божественного происхождения Христовой веры, кто не почитает Иисуса Христа, как Бога, и не считает Его предписаний божественными заповедями, тот представляет Бога лживым. Тот отвергает все свидетельства Божьи, признает их вымыслом, незаслуживающим веры.

Как ужасно погрешают против Бога все те, кто не верит в Иисуса Христа и в совершенное Им дело спасения! Будем твердо стоять в вере нашей, несмотря ни на какие сомнения и соблазны мира. Покажем искренность нашей веры в Иисуса Христа благоговейным поклонением Ему и исполнением Его предписаний.

2. Если мы преступаем заповеди Божии под предлогом, что исполнение их не доставляет нам счастья.

Бог дал нам Свой святой закон и свои заповеди, дабы они служили правилом нашей жизни и деятельности (Втор. 5:32–33).[586] «Смотрите, поступайте так, как повелел вам Господь, Бог ваш; не уклоняйтесь ни направо, ни налево» Но Бог заповедует только то, что содействует нашему истинному благу и счастью. Как всеблагой и всесвятой, Он не может предлагать нам ничего такого, что не было бы благодетельно для нас и что препятствовало бы нашему благополучию. «Повеления Господа праведны, веселят сердце; заповедь Господа светла, просвещает очи. Страх Господень чист, пребывает вовек» (Псал. 18:9-12)[587].

Посредством соблюдения божественных заповедей достигается наше счастье и в этой и в будущей жизни. (Втор. 5:29;[588] 11:27–28;[589] Псал. 118:111.[590] 105;[591] Мат. 19:17;[592] 1 Тим. 4:8[593]). «Благочестие на все полезно, имея обетование жизни настоящей и будущей.»

Кто принимает и исполняет эти предписания Иисуса Христа, как божественные заповеди, и ищет в них своё счастье, тот почитает святой закон Божий и уверен в Божьей непреложности. Но есть люди, которые хотя и знают, что нужно соблюдать заповеди Божьи, однако предполагают, что соблюдение их слишком тяжело для человека и превышает его силы. Такие люди противоречат слову Божьему (1 Иоан. 5:3;[594] Мат. 11:30[595]) и представляют Бога лживым.

Они привыкли искать свое счастье только в удовлетворении чувственных пожеланий, в наслаждениях земными радостями и удовольствиями; но они не знают блаженства человека добродетельного.

Потому они утверждают, что Бог не исполняет своего обещания и не награждает послушания Его заповедям, но оставляет благочестивого терпеть несчастья, бороться с нуждами, скорбями и бедствиями. Не значит ли это представлять Бога лживым?

3. Если мы не верим обетованиям Божьим и не ожидаем от Бога никакой помощи в нуждах и несчастьях.

Бог обещает нам в Своем слове Свою всесильную помощь в наших нуждах. «Призови Меня в день скорби», говорит Он, — «избавлю тебя» (Псал. 49:15;[596] 90:14–15[597]). Кто верует в Иисуса Христа, тот молит Бога с дерзновением и твердо убежден, что Бог его послушает (1 Иоан. 5:14[598]). Он не отчаивается ни в какой нужде и опасности, но постоянно уповает на Бога и уверен, что Бог никогда не оставит уповающих на Него.

Но как легко колеблется наше упование, если нужда увеличивается или долго продолжается, a наша молитва о помощи и спасении тотчас не услышана! Мы не усматриваем тогда в нашей участи мудрого устроения Божьего, не считаем Его руководства благодетельным для нас. Мы думаем, что Бог не любит нас так, как других людей.

Недоверие к Нему и недовольство охватывает нашу душу до такой степени, что мы все Божьи обетования о Его помощи считаем неистинными, сомневаемся в Его любви, верности и обязательности. Тогда мы представляем Бога лживым.

Поистине тяжкий грех, который сам себя наказывает!

Если мы не верим обязательности Божьих обетований, то в несчастьи мы — без утешения и надежды.

Надежда христиан на небо возбуждает радость в сердце и силу воли

«Которая для души есть как бы якорь безопасный и крепкий, и входит во внутреннейшее за завесу, куда предтечею за нас вошел Иисус» (ст.19, 20).

Господь наш Иисус Христос, после подвигов и страданий земной жизни, взошел в святая святых, в самое небо, и сел одесную Бога Отца. Он взошел, как наш Предтеча, за Которым последуют все те, которые веруют в Него и исполняют Его заповеди.

По окончании земного странствования нас также ожидает небо. Надежда христиан на небо несомненна; она составляет как бы якорь безопасный и крепкий.

1. Радость в сердце.

Человек, проживший долго на чужбине, часто думает о своем любимом отечестве и с радостью мечтает о своем возвращении. Так и надежда христианина на небо исполняет его сердце неизъяснимой радостью.

а) Мы будем вечно жить.

Мысль о нашем совершенном уничтожении была бы ужасной мыслью. Человеку присуща любовь к жизни. Вера в бессмертие составляет принадлежность нашего существа. Бог обещает нам бессмертие, и «невозможно Богу солгать» (Евр.6:18). Надежда, что мы будем жить и жить вечно, возбуждает в нас святой восторг.

б) Мы будем жить высшим образом.

Приятно занимать высшую степень в гражданском обществе. Приятно узнать истину, прожить без болезней и скорбей, устоять и победить в борьбе. На небе мы будем стоять на бесконечно высокой степени, познаем высшие истины, не будем иметь печали и воздыханий. Мысль об этом может возбуждать в нас самую искреннюю радость.

в) Мы будем обильно вознаграждены.

Как радуется всякий труженик своей награде! Награда неба — прекраснейшая радость. Надежда на эту награду возбуждает радость и удовольствие.

г) Мы увидим там близких сердцу.

Живущий на чужбине с радостью думает о том, что он опять увидит своих родных. Но наши родные находятся уже на небе или придут туда. Как отрадно будет встретить их!

2. Силу воли.

Если человек, в сердце которого сильна любовь к отечеству, промедлит на чужбине, то он напрягает все свои силы, чтобы покончить необходимые дела, запастись необходимыми средствами и отправиться на родину. Так и надежда на будущую жизнь на небе возбуждает силу и энергию нашей воли.

а) Так как наше отечество — на небе, то мы должны противиться влечению к земле.

Земля не составляет нашего вечного жилища, поэтому мы и не должны пристращаться к земле и ко всему, что на земле. С полной готовностью и охотой отрекается от земных благ тот, кто надеется на блага небесные.

б) Кто питает надежду на небесное блаженство, тот уже здесь на земле должен все свои силы напрягать, чтобы приобрести высшие понятия, облагородить сердце и укрепить волю.

в) Много делают ради земной награды.

Трудятся в поте лица, воздерживаются от бесполезного препровождения времени, избегают праздности и развлечений. Не тем ли более ради небесной награды мы должны с усилием избегать зла и делать добро?

г) На небе мы увидимся с близкими нашему сердцу. Но это может быть только тогда, когда мы и они были благочестивы и добродетельны. Не должны ли мы всеми силами заботиться о том, чтобы наши близкие вместе с нами служили добродетели?

Какие впечатления должно производить на нас представление о небе, как жилище блаженных духов и людей?

«Куда предтечею за нас вошел Иисус, сделавшись Первосвященником навек по чину Мелхиседека» (ст.20).

На небо вознесся Спаситель, по совершении Своего дела на земле. К небу устремлены отныне и все желания его верных последователей.

Сколько мыслей, чувств и надежд возбуждается в душе благочестивого христианина, при представлении о небе! Но где и что такое небо, куда «предтечею за нас вошел Иисус?» Мы думаем при этом, прежде всего, о неизмеримом пространстве, находящемся над нами, где неисчислимые солнца и миры вращаются в стройном порядке. Не это ли то небо, куда взошел Спаситель?

Он называет его домом Отца.

Таким образом небо — там, где Бог и куда вознесся Спаситель, чтобы приготовить место нам, — где живут духи праведных. Но Бог не объемлется никаким пространством. Он существует и действует везде. Однако Он в Своем неизмеримом творении определил особое место для жилища праведных. Кто может представлять себе небо, как жилище святых, не исполняясь самыми возвышенными мыслями и самыми утешительными надеждами?

1. Оно должно исполнять нас глубоким удивлением.

Какое удивление возбуждает в нас уже бесконечное пространство, с бесчисленными солнцами и мирами, которое мы называем небом! Как теряется взор и мысль в бесконечности творения! «Поднимите глаза ваши на высоту небес и посмотрите» (Ис. 40:26).[599]

Ум и сила человека не в состоянии произвести ни одной былинки, ни самого ничтожного горчичного зерна. A Бог, которому мы поклоняемся, одним только всемогущим Своим словом сотворил неизмеримое небо и сохраняет все сотворенное силой Своей воли. Впрочем, здесь мы познаем только Его могущество и величие. Но если мы подумаем о небе, как о вечном царстве праведных и благочестивых, которое будет продолжаться и тогда, когда солнце, луна и звезды померкнут, если мы представим себе прекрасное отечество, новый мир, где миллионы праведных душ живут в непрестанном мире и радости, то мы тут не только удивляемся Божьему величию и всемогуществу но и Его любви, милосердию и благости, какие Он явил нам на земле и еще бесконечно больше явит нам на небе.

Непреклонится ли тут дух наш с полным удивлением пред благодатию Божиею, которая обильными потоками изливается на души праведных! Может ли смертный, возвышенный к бессмертию, не изумляться чудесам нового мира, какие беспредельная любовь Отца небесного уготовила для тех, которые любили Его и повиновались Ему на земле.

2. Оно должно исполнять наше сердце утешением и успокоением.

Как печально и уныло для иного страдальца пребывание в этом мире, где он должен бороться со скорбями и бедствиями! Не проходит ни одного дня без заботы, болезней или горя. Что теперь, если бы не было никакого неба, никакого второго отечества, никакого вечного пристанища для изнуренных странников земных? Что если в могиле угасает вся наша жизнь? Если вся наша деятельность, все наши труды и подвиги ради истины и добра уничтожаются мгновенно с приходом смерти?

Как жалко было бы наше настоящее состояние! Как безутешен был бы благочестивый страдалец! С какой безнадежной тоской влачил бы дни свои каждый смертный, хотя бы он жил в счастье и довольстве!

Но в уповании на небо, мы, по уверению апостола, «твердое утешение имели» (ст.18). Как Спаситель перед Своею смертью утешал скорбных учеников надеждой: «иду приготовить место вам» (Иоан. 14:2),[600] так и каждый страждующий на земле находит утешение и успокоение в мысли о небе.

Какие бы ни постигали скорби и неудачи в жизни, — мы не будем падать духом и предаваться отчаянью. Пусть наша невинность преследуется, наши благороднейшие поступки возмещаются неблагодарностью, наше благочестие и добродетель подвергаются огненным искушениям, наши возлюбленные умирают: в уповании на небо мы «есть как бы якорь безопасный и крепкий» (ст.18).

Сюда, к жилищу блаженных, «куда предтечею за нас вошел Иисус», мы возводим свой взор. Там праведный Бог воздаст нам за все наши страдании на земле и осушит все слезы от очей наших.

Там, в доме Отца небесного, мы опять найдем всех тех, с которыми разлучила нас смерть.

Какое великое утешение и успокоение для нас, подвергающихся многоразличным бедствиям на земле! Есть небо, жилище праведных, страна мира и покоя, которая всех нас поместит и сделает на веки блаженными. Будем туда устремлять наши взоры, там искать утешения и успокоения!

3. Оно исполняет нас блаженным ожиданием и радостью.

Что такое земные блага и радости? Кто когда-либо чувствовал себя совершенно счастливым в обладании ими? Кто неизменно наслаждается счастьем до конца своей жизни?

Многие, считавшиеся счастливыми и возбуждавшие зависть к своему жребию, сознавались, однако же, что требование их души не удовлетворилось, что в сердце их всегда оставалось желание чего-то лучшего, но недостигнутого.

В этом мире нет ничего совершенного, ни в нашем внешнем состоянии, ни в нашем внутреннем стремлении к мудрости, добродетели и душевному миру. Было бы величайшим самообольщением, если бы мы захотели искать чего-либо совершенного на земле, где все подлежит изменению, где даже развитие нашего духа только начинается, но не достигает полного совершенства.

Потому что, как разум наш не освобождается вполне от заблуждений, так и наше сердце не очищается совершенно от порочных наклонностей, и наши поступки — от преткновений и погрешностей.

Если теперь небо представляется нам, как место, где все преходящее и несовершенное прекратится, то не должно ли оно служить предметом ожидания и радости для всех познавших тленность земных вещей и стремившихся к совершенству?

Какая радость наполняет наше сердце, если мы в душе возносимся туда, «куда предтечею за нас вошел Иисус!» Потому что некогда и мы будем там, где Он, и примем участие в Его блаженстве. Будем радоваться уже теперь, что там мы достигнем полного познания истины и богоподобной добродетели, если стремились к ним на земле; что там мы познаем то, чего здесь только чаяли; что там узрим то, во что здесь только верили.

Эта радость будет тем более наполнять нас, чем более мы стараемся быть достойными небесного блаженства.

4. Оно вселяет в нас мужество и силу к добродетели и благочестию.

Взошел ли бы Иисус Христос, как человек, на небо, для увенчания славой и честью, если бы Он не исполнил Своего назначения на земле, не был послушен Богу до смерти? Если мы, слыша сегодня слова апостола, устремляем наши взоры к небу, куда вознесся наш Предтеча, если мы надеемся войти в царство Божье — то мысль о небе дает нам мужество и силу к исполнению, по примеру Предтечи Иисуса, нашего назначения на земле, которое Бог указал каждому из нас.

Потому что, кто хочет жить в обществе блаженных на небе, тот должен быть чист сердцем, считать добродетель величайшим благом, делать неослабно, сеять по духу, a не по плоти, — должен отвергнуться от пагубных прелестей мира, собирать сокровища для неба, куда по нашей смерти, последуют за нами все наши дела, содеянные на земле.

И если нам предстоит трудная борьба для победы над злом, если мы, для сохранения чистоты и невинности души, вынуждены жертвовать земными радостями, исполнять наш долг при самых тяжелых обстоятельствах, то будем возвышать наше сердце к небу, и смотреть на себя, как на граждан небесного царства. Упование на вечное блаженство пусть воодушевляет нас мужеством и силой к благочестию, без которого никто не может быть там, «куда предтечею за нас вошел Иисус.»

Сравнение христианской надежды с якорем

«Твердое утешение имели мы, прибегшие взяться за предлежащую надежду, которая для души есть как бы якорь безопасный и крепкий» (ст.18, 19).

1. Якорь изготовлен из железа — наша надежда должна быть тверда и непоколебима.

2. Якорь имеет две стороны, заканчивающиеся острием — наша надежда должна быть соединена с двумя добродетелями: терпением или долготерпением и страхом Божьим.

3. Якорь опускается на дно моря, удерживаясь посредством каната — наша надежда должна быть соединена с Богом, океаном всякой благости, посредством молитвы.

4. Якорь охраняет от кораблекрушений и морских бурь — надежда спасает христианина от потопления в волнах житейского моря.

Сила христианской надежды

«Которая для души есть как бы якорь безопасный и крепкий» (ст.19).

1. По отношению к Богу, на Которого надеются.

Он бесконечно премудр, следовательно, вполне знает то, в чем мы нуждаемся. Он всемогущ, следовательно, может дать нам все, о чем просим. Он благ, следовательно, хочет дать нам то, что нам нужно.

2. По отношению к последствиям надежды.

Кто крепко уповает на Бога, тот видимо или невидимо удостаивается милостей Божьих.

Побуждения к христианскому упованию

«Надейся на Господа всем сердцем твоим, и не полагайся на разум твой.» (Прит. 3:5).

1. Над нами — Бог.

2. Под нами — ад, место отчаяния.

3. Вне нас — пример святых всех времен и плоды их упования на Бога.

4. В нас — сознание наших нужд и нашего бессилия, от которых невозможно освободиться без помощи Божьей.

Возражения против упования на Бога

«Будем увещевать друг друга, и тем более, чем более усматриваете приближение дня оного» (Евр. 10:25).

1. «Мы, говорят, недостойны великих обетований, обещаемых нам Богом.»

Но Иисус Христос сделал нас причастными Своих бесконечных заслуг.

2. «В мире, говорят, слишком много бедных, a это вовсе несогласно с мудростью и благостью.»

Возражение это рассеивается, когда внимательно испытают, что разумеют под словом «бедный;» не трудно доказать, почему Бог, в отношении к временным земным благам, допускает столько различия между Своими детьми.

3. «Молитвы, — возражают, — самые пламенные остаются часто без ответа.»

Но Бог лучше нас знает, что нам нужно и спасительно. По свойственной нам слабости, мы считаем часто наказанием то, что, по мысли Божьей, составляет истинное благодеяние для нас.

Наша жизнь — путь к небу

«Куда предтечею за нас вошел Иисус, сделавшись Первосвященником навек по чину Мелхиседека» (ст.20).

1. Доказательства.

а) Туда взошел наш Предтеча Иисус Христос.

б) Туда устремлены наши желания и надежды.

в) Там цель нашей деятельности.

2. Приложение.

а) К нашему испытанию.

б) К одобрению.

в) К успокоению.

ОБРАЗЦЫ ЦЕРКОВНОЙ ПРОПОВЕДИ

Слово в 4-ю Неделю Великого Поста.[601]

Когда, проходя каким-либо пустынным местом, встретишь дерево, или другое растение, на песчаном каменном грунте, то не можешь не пожалеть о нем. Уныло стоит оно. Недостаток питательных веществ в земле и воздухе истощает его. Оно видимо сохнет и чахнет, — и, кажется, всякому мимоходящему своим видом и состоянием ясно говорит: мне здесь плохо; возьмите меня отсюда и пересадите в другое место.

Другие совсем чувства внушает дерево, растущее при протоке воды, — на земле влажной и тучной. Оно полно жизни и, наслаждаясь полным довольством, всеми частичками своего состава, кажется поет благодарную песнь Созидателю всякой твари, за эту возможность всеми устами пить питательные соки из всего, что окружает его.

Не бывают ли, братия, часто и души человеческие в подобных обстоятельствах?! Да, часто и они гибнут от голода и томятся, как в душной темнице, от недостатка того, что может питать их и доставлять им довольство. И это нередко — с совершенной противоположностью внешнему пышному состоянию тех людей!

Христианство — святая вера наша; Святой Церкви — Богом назначено быть местом покойного и вседостаточного воспитания душ человеческих… Но не все пребывают в ней, и пребывая — не все пользуются надлежащим образом тем, что предлагает она. И здесь много душ истощающих и измождающих себя по одному лишь неразумию или заблуждению.

Вот посмотрите, как все это бывает.

Растение, будучи земного происхождения, пищу свою получает из земли и из того, что есть вокруг него: напротив, душа, созданная по Божьему образу и подобию, будучи происхождения небесного, может питаться только стихиями духовными, от Бога исходящими и к ней направленными или к ней приложенными.

Растению нужен свет: без него оно вянет. Нужен и душе свет — небесный. Это Божья истина. Обильно предлагается она в Церкви Божьей всем хотящим внимать; предлагается и в чтении слова Божьего, и в проповедях, и в песнях церковных, и во всем устройстве, и чинопоследованиях Церкви, и в писаниях отеческих, и в многих-многих душеспасительных книгах. Желающие обильно черпают здесь свет Божьей истины и веселятся под её сиянием. Но не все же так делают, и не всë, — по виду кажущееся могущее быть вместилищем Божьей истины — в самом деле вмещает ее. Есть люди, которые дни и ночи просиживают над изучением какой-нибудь науки — математики, физики, астрономии, истории и пр., думая, что питают душу истиной, a душа их чахнет и томится: отчего?

Оттого, что нет истины в тех местах, где хотят ее найти! Не потому так говорю, что науки не могут вмещать истину… но потому, что ныне она оттуда изгнана и замещена то мечтаниями, то предположениями, нередко противными истине.

A ведь души не обманешь, — как не обманешь голодного, давая ему камень вместо хлеба. Вот она и томится! Но это еще будто дельные занятия — ученость. A что сказать о жадно читающих нашу периодическую печать?

Посмотрите, с каким усилием добивается молодой, a иногда и немолодой человек, поскорее получить обычный месячный выпуск, — с какой неудержимостью бросается поглотить, как говорят, полученную добычу?! Тут и пища на ум не идет и сна бывает мало… A какой плод? — две-три удачные фразы, две-три льстящие фантазии, два-три обманчивых предположения — и все тут, прочее никуда неигоже. И душа недовольна. Берется другая, третья книга… все то же. Душе больно… Заводятся взаимные беседы — все то же, потому что и предметы бесед, и образ трактования их берется из тех же книг. Добавьте к этому мелочность обыденных занятий и состояний, и вы поймете, что если бы открыть тот слух, которым слышится речь души, — вы услышали бы горький в ней вопль: «изведите меня из сей темницы, мне тошно здесь! Дайте мне взглянуть на Божий свет!» Так это и есть.

Но кто об этом подумает? Видите ли, нынче не в моде — питать душу Божьей истиной… и ее томят.

И добро бы далеко было ходить за этой истиной… Нет — она тут же; но не хотят открыть глаз, чтобы воспрнять её свет.

Войди в храм; послушай, что здесь поется, читается и делается — и узришь свет Божьей истины.

Раскрой Евангелие или хотя в руках подержи эту Божественную книгу, — и то отраднее будет душе твоей.

A отеческих писаний разве мало у нас теперь в доступном для всех переводе? — A других духовных книг и периодических духовных изданий сколько?! Но всех этих сокровищ Божией истины мы не знаем, даже и названий их не слыхали.

Братия и отцы! — что ж это мы за христиане, когда и в руки не берем тех книг, в которых истолковываетя христианство, a читаем — не знамо что?

И мучим душу в душной темноте, — мы сыны света и дня, как назвал нас святой апостол?

Добавлю еще пару мыслей.

Растению, чтобы жить и расти нужен воздух. Без него оно умрет.

Нужен и для души воздух небесный… Это, как я не раз говорил уже вам, — вся церковность или все боголепные священнодействия Церкви… Тут только душа и бывает как бы в своей атмосфере, a вне — ей удушливо. Как чахнет чахоточный, — так чахнет душа вне Церкви — в просторных будто-бы обычаях мира…

И вот отчего — кто только и знает, что балы да театры, гулянья да вечеринки, кинематограф да фиглярство и подобное, — душа того глубоко ноет и томится, когда останется он один сам с собой!.. Она говорит ему тогда: «мне душно… возьми меня отсюда — и введи туда, где всегда воздух чист и небо светло.»

Для растения нужна влажность, — соки, которые пьет оно корнями и, проводя в ствол, созидает себя питательными веществами, содержащимися в них… Нужна своего рода переработка и выделение питательных веществ и для души.

Это осуществляется повседневным доброделанием или исполнением заповедей, к чему предоставляет случаи обычное течение жизни нашей.

Как соки в растении, или пища в теле нашем, оставаясь непереработанными, обременяют только и тяготят нас, не принося пользы, так и все духовные стихии, которые приемлет душа — Божья истина, таинства, священнодействия и прочее — будут только тяготить ее, здесь и вечно, судом совести и Божьим, если она не претворит всего того в свою кровь духовную доброделанием.

Вот отчего больны, скорбны и унылы души людей, которые погружены в одни житейские заботы или одни служебные дела и — еще хуже — в дела страстные. А о том, чтобы сделать какое добро — и помышления не имеют. Не пропускают они ни одной частички питательной в душу, вот она сохнет и сохнет.

Не потому так говорю, чтобы дела службы и житейские дела — хлопоты по семейству, торг, обороты разные и разные предприятия — были пагубны для души… Нет. Не они сами по себе пагубны, a пагубно то, если ими только одними и занимаются, не заботясь о добродетели, и если совершают их — совершают не во славу Божью, a для каких-нибудь корыстолюбивых целей. Как соки в нашем теле обращаются в живую кровь через соединение их с кислородом воздуха: так все дела — и служебные, и житейские могут обращаться в питательную для души стихию, если будем их посвящать Богу! A когда этого нет, — нет при этом и добрых дел — то чем питаться душе?! Вот она и молится тогда и жалуется человеку и внятно говорит ему: «пересади меня с этой сухой или гнилой почвы на Божью ниву, ниву добрых дел, требуемых Христовыми заповедями.»

Вот и все! Но все это вы знаете, братия, знаете, что душа обильно осененная светом Божьей истины, содержимая в чистом и небесном воздухе молитвословий и священнодействий Церкви и подкрепляемая питательной пищей доброделания, подобно дереву, насажденному у источника, которое плод свой даст в свое время, и лист его не отпадет. A другая, лишаемая всего этого, подобна благородному растению, с ожесточением содержимому в таком месте, где ни света, ни воздуха чистого, ни влажности… и чахнущему!

За что тиранишь, человек, душу свою, в неразумии и ослеплении предаваясь буйству мирской жизни?!

Предложить вам яти мысли предложить внушил мне нынешний день, посвященный святому Иоанну Лествичнику, пустынножителю и наставнику в пустынножительстве. Многим кажется, что пустыня или какая-нибудь иноческая обитель есть место сухое, ничего питательного для души не представляющее. A вот посмотрите на дела святого Иоанна, разверните Лествицу его, прочтите в ней что-нибудь — и увидите, как много было в нем жизни и сил! Пустыня истощает только плоть, a душу обильно питает всякой пищей.

Мир вам кажется наполненным; но он наполняет только плоть, a душу морит голодом, ни малейшей даже питательной частички не предоставляя для нее. По этому различию — устраивайте и жизнь свою все, хотящие возрастить свою душу в живое дерево, достойное пересадки в рай небесный. Аминь.

Поучение в 4-ю Неделю Великого Поста.[602]

(Как и о чем должен молиться грешник. На примере отца бесноватого юноши).

В нынешнем евангелии рассказывается об исцелении Иисусом Христом бесноватого — сына одного отца.

Отец несчастного сына встал перед Христом на колени и начинает умолять Его о помиловании. Умоляя, он подробно рассказал о болезни сына. По его словам, нечистый дух бросает сына на землю, и страдалец начинает испускать пену, скрежетать зубами своими и оцепеневает. Мало того, дух часто бросал его в огонь, в воду с тем, чтобы погубить его. Прежде Христа отец обращался к Его ученикам, но они исцелить не могли. Спаситель, упрекнув всех в маловерии, исцелил отрока, сказав ему: дух немой и глухой, Я повелеваю тебе, выйди из него и впредь не входи в него. Дух с сильным криком вышел из отрока.

Кто этот отец несчастного отрока? Грешник, это ты. О, если бы ты умел молиться, как молился этот несчастный. Смотри, как он молился, преклоняя колени свои перед Иисусом. Это — знак усердной молитвы, знак благоговения и смирения перед Спасителем. Молись и ты усерднее именно в эти дни поста и молитвы. Смиряйся перед Господом, повергайся перед Ним в чувствах благоговения и сокрушения. Всему время в твоей жизни. Есть время радости — это дни светлых великих праздников, есть дни и скорби — это дни святого Великого Поста. Во дни скорби молись с душой скорбной, молись слезно. Частое коленопреклонение предписывает теперь и святая Церковь. Сколько раз во время каждой службы она вызывает на такую коленопреклоненную молитву! С любовью делай это. Коленопреклоненная молитва, соединенная со смирением и сокрушением сердечным, a больше всего с любовью, — это жертва самая благоприятная Богу: Бог умилостивляется ей.

«Помилуй сына моего», взывал отец несчастного отрока. Взывай и ты о помиловании. Господь двояко поступает с грешниками, — с одними по милосердию, с другими по правосудию. Если Он по правде Своей будет поступать с нами, кто оправдается перед Ним? и чего заслужим мы с тобой? Очевидно, оправдаться нам нечем, окажемся мы достойны одного — это наказания. Но если Он поступит по милосердию, то Он от наказаний может нас избавить и грехи простить, как будто бы их и не было у нас. Вот поэтому то мы и должны взывать чаще: «Господи, помилуй! Господи, помилуй! Боже, милостив буди мне грешному», т. е. поступи, Господи, с нами не по Твоему строгому суду, не по Твоему правосудию, не по грехам нашим, a по Своей милости. Кто кается, смиряется, сокрушается, прибегает к Его милосердию, надеется на Него, тех Он милует, a с грешниками нераскаянными, упорными, ожесточенными поступает по Своей правде, и их тогда за их деяния ждет тяжкая участь.

Отец молил Спасителя о «сыне своем.» A нам о чем молиться? Мы же будем молиться о душе своей. Несчастна наша душа во многих отношениях. Она не менее несчастна, как и бесноватый сын этого отца. И ее мучат бесы — это бес самолюбия, когда помешаны мы бываем на своем «я», когда слово «я» не сходит в разговоре с языка нашего, — это бес сребролюбия, любостяжания, когда все мысли наши заняты одним приобретением, увеличением своего состояния, часто без разбора средств, часто без всякой цели, не зная, кому и для чего собираем его, — это бес чревоугодия, когда заботы о пище и питье не выходят ум нас из головы даже в эти постные дни. И в это время, подобно израильтянам в пустыне, мы требуем и взываем: «мяса хотим, без мяса жить не можем, дайте нам мяса, умираем мы без него.» A другого мучит бес пьянства. Несчастный, он не в силах удержать себя и в эти святые дни.

Часто в эти-то дни особенно жестоко мучит его плотская страсть, как бы наперекор тому, что предписывает Святая Церковь. A тяга к нарядам, к увеселениям? О, сколько и из-за них терпят беспокойства, расстройства и огорчений! Нет, нам не перечесть того, что приходится терпеть душе грешника от этих бесов, сидящих в ней, от этих жестоких страстей, гнетущих ее. Но, палимый страстями, мучимый совестью, грешник часто ищет облегчения, отрады, покоя себе.

Где же найти этот покой, это исцеление от удручающей страсти? Отец несчастного отрока обратился к ученикам, но они не смогли исцелить, a помог ему Сам Небесный Врач душ и телес. Он сказал слово, и бес вышел, и душа стала свободна от него.

Обращайтесь и вы, жаждущие исцеления от своих страстей, прежде всего к преемникам апостолов — пастырям церкви, — своей силы у них нет освободить вас от обладающего вами греха; они немощны, но они могут молиться за вас, они могут дать добрый совет вам, указать средства ослабить в себе ту или другую страсть; они поскорбят, поболеют с вами о вашей душевной болезни, и то много значит, — открывайте и им свои душевные язвы, но главное, ищите силы у Обладателя сил. Он, Всесильный, при жизни не одному отроку несчастному помог, Он множество подобных несчастных исцелил, Он даже мертвых воскрешал. Он, наконец, в Самом Себе победил смерть, став выше ее и воскреснув из мертвых Своей Божеской силой. Неужели только для вас недостанет этой силы? «Просите, и дано будет вам; ищите, и найдете; стучите, и отворят вам» (Матф.7:7).

Господи, мы все больны, все мы подобны отроку бесноватому, — поэтому просим Тебя: по множеству милости Твоей ко всем нам, прииди и всех нас исцели и помилуй!

Заря нашего спасения.(На праздник Благовещения)

Призывая нас к великому подвигу в течение Четыредесятницы, Святая Церковь, как мудрая воспитательница, старается внушить нам мысль о тяжести вины, висящей на плечах человечества, — вины греховности, облегчить которую мы можем только молитвой и постом. Но наша немощная природа не вынесла бы бремени этого вполне заслуженного нами креста, и пала бы под ним, если бы мы только постоянно слышали все один и тот же строгий призыв к все усиливающемуся подвигу, к неослабному исполнению нравственного долга, без всякой примеси тона ободрения и надежды. И Святая Церковь, снисходя к нашей немощи, уже с половины Великого Поста в своих песнопениях видимо смягчает свой тон, начинает все более говорить словами ободрения и утешения, и в них уже слышится не столько тон строгой воспитательницы, сколько нежный тон бесконечно любящей матери, которая своей лаской поднимает унылый дух своих чад.

Уже начинает оживать природа; весеннее солнце своими живительными лучами сжигает зимний саван земли; струятся с гор потоки вешних вод и в воздухе уже звенит радостная песнь жаворонка, возносящего хвалу Отцу небесному, Который дает жизнь и веселье всему Своему творению. Ободряется и первенец творения — человек, и слышит из уст святой матери — Церкви бесконечно радостную весть, что «днесь спасения нашего главизна», загорается заря нашего спасения, как предвестие близкого восхода Солнца правды, Христа Бога нашего. Эта «главизна нашего спасения» есть зачатие Избавителя мира, и рассказ об этой великой тайне благочестия составляет предмет евангельского чтения за литургией в праздник Благовещения Пресвятой Деве Марии.[603] Вникнем же в это чудесное благовестие, представляющее неиссякаемый источник духовного назидания и утешения.

Человечество уже до дна испило горькую чашу своего рабства греху и смерти и более чем когда-нибудь жаждало избавления. Все истинные израильтяне, которых к сожалению было уже немного в это тяжелое время, только и жили «чаянием утехи Израилевой», и оно наконец осуществилось самым неожиданным образом. Судя по человечески, можно бы ожидать, что Избавитель мира явится на землю с громом и славой, как и подобало бы явиться потомку Давида и Сыну Божьему, и многие действительно ожидали его в таком именно виде. Но мысли человеческие проникнуты земной суетностью, и они не соответствуют Божьему величию, которое велико не внешним блеском, а своей внутренней силой. Потому и величайшая тайна благочестия явилась совершенно в иной обстановке, чем как предполагала человеческая суетность.

Не в Иерусалиме и не в одной какой-либо из столиц мира совершилось величайшее из мировых событий, a в далекой глуши, в полуязыческой Галилее, в ничтожнейшем из городов ее — Назарете. Вследствие своей ничтожности он не значился даже в ветхозаветной географии среди других израильских городов, и y людей о нем составилось презрительное мнение, так что ходила даже поговорка: «из Назарета может ли быть что доброе?» И однако в Назарете именно и загорелась первая заря человеческого спасения. Незамечаемый и презираемый людьми, он был велик и славен перед Богом, потому что там именно жила та чистейшая и душой и телом Дева, которая должна была сделаться орудием избавления всего человеческого рода.

Как плод слезных молитв благочестивых родителей, с детства воспитавшись под благотворным влиянием храма с его священными песнопениями, обрядами и служениями, она и в Назарете под кровом своего нареченного обручника, престарелого Иосифа праведного, всецело жила духовной жизнью, питаясь не хлебом только, a главным образом — словом Божьим. О том, насколько Пресвятая Мария была глубоко знакома со Священным Писанием, показывает ее дивная песнь, вылившаяся из ее восторженной души под влиянием радостной беседы с праведной Елисаветой. Эта песнь представляет собой как бы драгоценную ткань, сотканную из лучших и благодатнейших изречений Священного Писания.

Другие назаретские девы, конечно, предавались обычным земным мечтам и удовольствиям, a для нее все счастье жизни заключалось в постоянном общении с Богом, и она все более и более возвышалась духом, пока наконец не созрела для восприятия самого Бога!

По преданию, она сидела уединенно, углубившись в чтение Священного Писания. Ничто мирское не занимало ее души и — вдруг она слышит сладостный, но незнакомый ей голос: «радуйся, благодатная!»[604] Невольно обращает она свой взор в сторону говорящего и видит перед собой блистательного юношу. Смущается ее чистая девическая душа, и она не знает, что ей и думать о таком странном явлении. Не есть ли это искуситель, который хочет обольстить ее подобно тому, как некогда он обольстил Еву? Она смотрит на него смущенным взором и в ее душе является желание, чтобы он, этот непрошеный гость, так неожиданно вторгшийся в ее уединенное помещение, поскорее удалился от нее. В ней, быть может, даже шевельнулось и чувство опасения за свою честь, именно, чтобы об этой встрече не проведал как-нибудь Иосиф, что могло повлечь за собой всевозможные неприятности.[605]

Но услышав вслед затем слова: «Господь с тобою», напомнившие ей, что с таким именно приветствием обращался когда-то к Гедеону ангел Господень, принесший ему весть об избавлении народа от тяжкого ига, она несколько успокоилась. Нечего бояться того, кто приходит во имя Господне! После такого приветствия она даже, по благочестивому размышлению святого Иоанна Златоуста, пригласила вестника войти вовнутрь ее комнаты и поведать, что ему нужно. Она трепетала в ожидании того, что может сказать ей этот необычный посетитель, a он продолжал: «Благословенна ты между женами.» Видя, однако же, продолжение ее смущения, он, чтобы ободрить ее еще более, сказал ей: «не бойся, Мария; ибо ты обрела благодать у Бога.»

Радостные, глубоко-поразительные слова, но они не рассеяли ее смущения. Она, скромнейшая и неприметнейшая из дев назаретских, отнюдь не считала себя достойной такой великой чести, и для ее смиреннейшего сердца такая похвала была невыносима. Она смутилась еще больше, но уже в состоянии блаженного умиления внимала словам благовестника, которые все более и более становились для нее непостижимыми, хотя и неизреченно сладостными для слуха.

«И вот, продолжал архангел Гавриил, зачнешь во чреве, и родишь Сына, и наречешь Ему имя: Иисус.» Она слушает и не верит своему слуху. Неужели это она именно та благословеннейшая из дев, о которой предвозвещал пророк Исаия, говоря: «се, дева во чреве приимет и родит Сына, и нарекут Ему имя: Еммануил, что значит: с нами Бог?» Это пророчество Исаии было одним из благодатнейших изречений, на которых с особенным благоговением останавливались все чающие утехи Израилевой, и можно с уверенностью предполагать, что и Пресвятая Дева не раз останавливалась на нем своей мыслью, сердечно благословляя Ту, которая именно явится исполнительницей этого великого предвозвещения. Но она по своему безграничному смирению не смела и помыслить, чтобы к ней именно могло оно иметь хоть самое отдаленное отношение.

A небесный вестник между тем продолжал: «Он будет велик и наречется Сыном Всевышнего, и даст Ему Господь Бог престол Давида, отца Его; и будет царствовать над домом Иакова во веки, и царству Его не будет конца.» Да, все это есть лишь повторение слов великого пророка, все это относится именно к Мессии, пришествия которого чают все истинные израильтяне. Так неужели на нее именно выпала бесконечно счастливая доля, предвозвещенная пророком?

От радостного восторга она теряется в своих мыслях и не знает, что ей сказать или подумать. Теперь она вполне поняла, что имеет дело не с искусителем, a с истинным благовестником, изрекающим словеса правды. Но ее смирение все-таки не хочет примириться со столь непостижимым величием, и она, чтобы так или иначе отклонить от себя эту великую честь, указывает на противоречивость предсказания с ее положением. Ведь она девственница по обету, и рождение от нее Сына немыслимая вещь!

Конечно, она не раз читала пророчество Исаии, и ее вера отнюдь не находила противоречия в нем. Только теперь, когда это пророчество прилагалось именно к ней, она изумилась этому противоречивому сочетанию понятий — девство и рождение! «Как будет это, сказала она ангелу, когда я мужа не знаю?»

Это не было сомнение, к которому неспособно было искреннее, верующее сердце Марии, a лишь именно недоумение ее простого, человеческого разума. Когда праведный Захария выразил свое сомнение касательно сделанного ему обетования, то поражен был немотой.

A так как вопрос Пресвятой Девы был только недоумением, то ангел немедленно разрешил его, вполне раскрывая великую тайну благочестия: «Дух Святый, сказал он, найдет на тебя, и сила Всевышнего осенит тебя; почему и рождаемое святое наречется Сыном Божьим.» Над нею совершится то же самое творческое дело Божье, которое совершилось «в начале» над только что сотворенным бесформенным веществом, когда над ним носился Дух Божий, оплодотворяя мертвое вещество. Подобно тому, как родоначальник древнего человечества был создан из земли и воспринял душу от самого Божьего дыхания, так и теперь родоначальник нового человечества родится от непорочного вещества, имевшего оплодотвориться под наитием Святого Духа.

Пресвятая Мария в умилении слушает слова архангела. Она не просит даже знамения в подтверждение этого непостижимого и страшного благовестия, как требовали его многие ветхозаветные праведники, потому что в ее душе исчезли все недоумения и царствовала безграничная вера; но сам архангел дает ей таковое знамение: «вот и Елисавета, родственница твоя, называемая неплодною, и она зачала сына в старости своей, и ей уже шестый месяц. Ибо у Бога не останется бессильным никакое слово»1).[606] Хотя это событие находится в видимом противоречии с законами бытия; но Творец, давший эти законы, не связан ими. Они в Его длани лишь гибкие пружины, которыми Он может управлять по Своей мудрости и Своему милосердию.

Изречение это всеозаряющим лучем запало в душу пресвятой Марии, возводя ее на высоту духовного разумения. И тогда вся сила ее веры и упования выразилась в ее ответе ангелу: «се, раба Господня; да будет мне по слову твоему.» Имея дело со святейшей и, следовательно, свободнейшей личностью, архангел не только сообщал ей благовестие, но и убеждал ее признать его и дать свое согласие. И когда она выразила свое согласие, то в этот именно момент совершилась та неизреченная тайна любви и благочестия, осуществления которой жаждало греховное человечество.

Небо и земля сочетались в этот момент, «Слово стало плотью» — и загорелась заря нашего спасения. Вместе с тем в словах пресвятой Марии слышится не только согласие, но и желание, чтобы Бог благоволил исполнить все предвозвещенное, чтобы через нее явился миру Христос, Избавитель человечества. Наконец это было и выражение ее полнейшей самопреданности на волю Божию, предвосхищение той молитвы, в которой ее Божий Сын учил нас впоследствии молиться к Отцу небесному: «да будет воля Твоя!» И ангел отошел от нее, унося с собой весть, от которой должны были возликовать все силы небесные.

Итак, совершилось величайшее событие в мире. Как на заре жизни рода человеческого совершилось событие, которое повергло все человечество в рабство греху и смерти, так теперь совершилось другое событие, которое должно было избавить людей от этого рабства. И то и другое совершилось через посредство женщины. Ева и Мария — обе праматери, но одна из них праматерь человечества падшего, греховного, a другая — человечества возрожденного и освященного.

Отсюда само собой становится понятным, какое значение женщина имеет в судьбе человечества. Она именно источник и проклятия, и благословения. Из-за нее человечество в течение пяти с половиной тысяч лет несло тягчайшее иго божественного проклятия и отвержения, было жертвой всяких бедствий и заблуждений, за что оно в свою очередь мстило их виновнице, подвергая женщину всевозможным унижениям. Но через нее же воссияла и заря нашего избавления и спасения. Великие события находят себе отображение и в обыденном течении жизни. И теперь женщины могут быть источником и бедственности, и спасения, смотря по тому, примеру какой из праматерей они более следуют. К несчастью, в наш век оказывается немало таких, которые больше подражают Еве, чем Марии, и неразумно поддаваясь внушениям искусителя до дна познать добро и зло, низводят на целые поколения проклятие всевозможных бедствий и заблуждений.

Особенность женщины и состоит в том, что всякое совершенное ею добро или зло не ограничивается только ее личностью, a по наследству передается и целому поколению. Пусть же они, хотя бы в виду этой великой ответственности за целые поколения, не увлекаются примером своей первой праматери, a берут себе за образец ту смиренную деву назаретскую, которая своим благочестием и всецелой преданностью воле Божией принесла спасение человечеству, за что и славословят ее неумолчно небо и земля, a Святая Церковь прославляет ее, как «честнейшую херувим и славнейшую без сравнения серафим.» Вот до какого неизреченного величия может подняться своими добродетелями женщина, и этот путь истинной славы открыт и для всех других женщин, были бы только они достойны того.

Библиографический указатель слов, бесед и поучений на 4-ю Неделю Великого Поста

Филарет, митр. Московский. Слова и речи. Изд. 2. М. 1840 г. Ч.I, отд. 2, стр. 130.

Макарий, архиеп. Орловский. Собрание слов, бесед и поучений. Орел. 1870 г. 69.

Иннокентий, арх. Херсонский. Сочинения, т. III, 177, 183, 190.

Павел, архиеп. Кишиневский. Слова и речи. Т. I, стр. 319.

Виссарион, еп. Костромской. Голос пастыря. М. 1893. Стр. 30.

Филарет, арх. Черниговский. Слова и беседы. Ч. III, 72, 74.

Феофан, еп. Тамбовский. Слова к Владим. пастве. 577, 665.

Сергиев, И., прот. Собрание сочин. Τ. II, 126.

Путятин, Р. прот. Полное собр. поучений. 109, 117.

Лебедев, Π. Α., прот. Поучения в Св. Четыред. Вып. I, стр. 19; II-15; III-9.

Халколиванов, прот. Слова и поучения. 109, 117.

Сеятель. Сборник поучений для простого народа. 236.

Сборник поучений на воскр. и праздн. дни года, изд. ред. журн. «Руков. Для Сельск. Паст.». 446, 452.

Великий Пост. Избр. беседы и поучения, изд. журн. «Пастыр. Собеседн.» М. 92. стр. 148, 146.

Бандаков, свящ. Поучения. 55.

Гречулевич, свящ. Беседы к простому народу. Вып. 36, стр. 90, 96.

Дьяченко. Ежедневные поучения в слове Божьем. Т. I, 633–652.

5-Я НЕДЕЛЯ ВЕЛИКОГО ПОСТА

I.ЕВАНГЕЛЬСКОЕ ЧТЕНИЕ. Зачало (35) от Марка: 10:32–45

32 Когда были они на пути, восходя в Иерусалим, Иисус шел впереди их, а они ужасались и, следуя за Ним, были в страхе. Подозвав двенадцать, Он опять начал им говорить о том, что будет с Ним:

33 вот, мы восходим в Иерусалим, и Сын Человеческий предан будет первосвященникам и книжникам, и осудят Его на смерть, и предадут Его язычникам,

34 и поругаются над Ним, и будут бить Его, и оплюют Его, и убьют Его; и в третий день воскреснет.

35 Тогда подошли к Нему сыновья Зеведеевы Иаков и Иоанн и сказали: Учитель! мы желаем, чтобы Ты сделал нам, о чем попросим.

36 Он сказал им: что хотите, чтобы Я сделал вам?

37 Они сказали Ему: дай нам сесть у Тебя, одному по правую сторону, а другому по левую в славе Твоей.

38 Но Иисус сказал им: не знаете, чего просите. Можете ли пить чашу, которую Я пью, и креститься крещением, которым Я крещусь?

39 Они отвечали: можем. Иисус же сказал им: чашу, которую Я пью, будете пить, и крещением, которым Я крещусь, будете креститься;

40 а дать сесть у Меня по правую сторону и по левую — не от Меня зависит, но кому уготовано.

41 И, услышав, десять начали негодовать на Иакова и Иоанна.

42 Иисус же, подозвав их, сказал им: вы знаете, что почитающиеся князьями народов господствуют над ними, и вельможи их властвуют ими.

43 Но между вами да не будет так: а кто хочет быть большим между вами, да будем вам слугою;

44 и кто хочет быть первым между вами, да будет всем рабом.

45 Ибо и Сын Человеческий не для того пришел, чтобы Ему служили, но чтобы послужить и отдать душу Свою для искупления многих.

Общий характер недели. Практический очерк содержания рядового чтения

Евангельское чтение пятой недели великого поста состоит из двух частей. В первой части (32–34) Иисус Христос, как всеведующий Бог, предсказывает своим двенадцати ученикам о своих добровольных страданиях, смерти и воскресении, в том же порядке, в каком они во всей точности исполнились на самом деле. «Вот, мы восходим» — говорит Он — «в Иерусалим», где должны совершиться Мои страдания, «и сын Человеческий предан будет первосвященникам и книжникам» иудейским (Мат. 26:57;[607] Maр. 14:53[608]) «и осудят Его на смерть» (Мат. 26:66;[609] Лук. 22:6,[610] 4[611]), «и предадут Его язычникам», язычнику Пилату, римскому игемону (Мат. 27:2;[612] Maр. 15:1;[613] Лук. 23:1[614]), «и поругаются над Ним, и будут бить Его, и оплюют Его» во дворе архиерейском (Мат. 26:67;[615] Maр. 14:65;[616] Лук. 22:63–64[617]), пред Иродом (Лук. 23:11[618]) и Пилатом (Мат. 27:27–32;[619] Maр, 15:16–19;[620] Иоан. 19:1–5[621]), «и убьют Его» распятием на кресте (Мат. 27:21–50; Марк. 15:20–37; Иоан. 19:16–30), «и в третий день воскреснет» из гроба (Мат. 28:1–7; Maр. 16:1–8. 10; Лук. 24:1-11; Иоан. 19:1-18).

Во второй части (35–45 ст.), по поводу просьбы Иакова и Иоанна, сынов Заведеевых, дать им почетные места в царстве Божьем, Иисус Христос указывает своим ученикам истинный путь к величию и славе перед Богом. Что же делает нас великими и славными в царстве небесном?

1. Любовь, которая учит нас страданиям.

а) Всякое домогательство внешнего величия унижает христиан, потому что оно основные принципы христианства: «не знаете, чего просите» и проч. (ст. 37, 38).

б) Великими делает нас любовь к Иисусу Христу, a эта любовь стремится к уподоблению Ему.

в) Удовлетворение своему стремлению она находит в том, если подвергается жесточайшим страданиям ради Иисуса Христа и по тем же причинам, как и Иисус Христос (ст. 38, 39,40).

2. Страдание, которое делает нас смиренномудрыми.

а) Одна готовность страдать за Господа не доставляет еще нам истинного величия, потому что к этому страданию может примешиваться чувство самопревозношения собственными подвигами (ст. 38, 39).

б) Истинное, происходящее из любви к Спасителю, страдание возбуждает глубокое смирение, потому что истинный крестоносец принимает как благодать, что Христос хочет сделать его через страдание подобным Себе (ст.39 «чашу, которую Я пью, будете пить» и т. д.), и знает, что своими собственными силами он не может достигнуть этого, a нуждается в высшей помощи и ободрении (ст.40 «не от Меня зависит, но кому уготовано», т. е. поскольку Он и если Он хочет)

3. Смиренномудрие, которое побуждает нас служить всем.

а) Желание господства, внешних преимуществ и отличий составляет общепринятый закон мирской жизни(ст. 42: «вы знаете, что почитающиеся князьями народов господствуют над ними» и проч.); но в царстве Божьем другой порядок.

б) Христианское величие состоит в способности и готовности служить другим по примеру Иисуса Христа (ст.43–45).

Нa основании этого евангельского чтения проповедник может беседовать с церковной кафедры:

Ст. 32–34 — страждущий Спаситель, как образец страждущих христиан.

На чем основывалось высокое мужество и необыкновенное спокойствие, с которыми Иисус Христос шел на встречу Своим страданиям и смерти? Мы можем спокойно думать о смерти, если будем следовать примеру Иисуса Христа. О прискорбном и загадочном явлении в жизни, что самые лучшие из людей часто имеют самый печальный конец. Что может утешать нас при всех страданиях и бедствиях (спокойствие совести, преданность воле Божьей, надежда на лучший мир).

Ст. 37 — что делает нас великими в царстве небесном.

Ст. 38 — непристойность наших молитв, в которых мы часто просим Бога о том, чего сами не знаем. Путь к славе в царстве Божьем — путь крестный.

Ст. 39 — страдание — неизбежный жребий всех истинных последователей Христовых.

Ст. 42–44 — лица, облеченные властью, должны служить во благо своим подчиненным. О взаимной христианской услужливости. Кто хочет быть большим, да будет слугою, и кто хочет быть первым, да будет всем рабом.

Иисус Христос на пути Своих страданий служит для нас примером в таком же положении жизни

«Когда были они на пути, восходя в Иерусалим, Иисус шел впереди их, а они ужасались и, следуя за Ним, были в страхе. Подозвав двенадцать, Он опять начал им говорить о том, что будет с Ним: вот, мы восходим в Иерусалим, и Сын Человеческий предан будет первосвященникам и книжникам, и осудят Его на смерть, и предадут Его язычникам, и поругаются над Ним, и будут бить Его, и оплюют Его, и убьют Его; и в третий день воскреснет» (Ст. 32–34).

С необыкновенным величием и спокойствием духа возвещает Иисус Христос Своим ученикам о предстоящих Ему страданиях и смерти. «Вот, мы восходим», говорит Он, «в Иерусалим и Сын человеческий предан будет» и проч. Какой высокий для нас пример!

Путь нашей жизни не бывает ли для нас часто путем незаслуженных страданий, скорбей и бедствий?

1. Он знает, Кем посылаются Его страдания и для чего.

Посещают ли нас радости и скорби без разбора, или ими управляет мудрость и справедливость? Слепой ли случай бросает нас в бездну страданий, или высшая рука водительствует нами? От решения этих вопросов зависит наш покой и способ, как мы должны нести тяжелый крест и как пользоваться страданиями.

Но кто из христиан сомневается в ответе на эти вопросы? Не случай правит людьми и их участью, a божественное Провидение, которое прославляется в самих человеческих страданиях. Таково ясное и утешительное учение нашего Спасителя, a чему Он учил, то Он подтвердил собственным примером в нынешнем евангелии.

И Его путь страданий, ненависть Его врагов, насилие Его гонителей, связь ближайших обстоятельств не были для Него чем-либо случайным. Он видел во всем этом только орудие и средство, которыми пользовался Бог для осуществления Своих мудрых планов.

Так и мы среди скорбей и страданий будем смотреть на них с правильной точки зрения, если способ и меру их предоставим Богу, распоряжающемуся нашей участью.

2. Он не пренебрегает нравственными опасностями страданий.

Путь страданий — скользкий путь, на котором многие спотыкаются и падают.

Сколь многие, вынужденные крайней бедностью, научились ужасным порокам! Иной отчаявается в любви Божьей и человеческой и думает удалить силу страданий не детской покорностью Промыслу, a упрямством и личиной благочестия.

Как легко наше сердце ожесточается под гнетом страданий, теряет всякие чувства милосердия и сострадания!

Будем и в этом случае подражать примеру Спасителя, Который на пути своих страданий должен был бороться со многими искушениями и, однако же, победил их силой своего благочестивого чувства.

3. Он не чуждался утешений в страдании, ниспосылаемых Ему Богом.

Иисус Христос величайший страстотерпец, испытывал также подкрепления на пути крестном. Не сопровождала ли Его любовь Его учеников? Не было ли для Него утешением дружественное отношение благочестивого семейства в Вифании? Не проливались ли слезы участия, когда Он шел на смерть?

Его благочестивое чувство не было ли для Него постоянным ангелом-утешителем? Как Он умел пользоваться такими утешениями, Он показал это в дневном евангелии, когда, после изображения мрачной картины своих страданий, заключил словами: «в третий день воскреснет.»

Благо нам, если и мы умеем пользоваться всеми утешениями, какие ниспосылает нам Бог среди скорбных путей нашей жизни.

4. Он указывал на высшую, неземную цель страданий.

Иисус Христос знал, что Отец небесный прославит Его через страдания. «Не так ли надлежало пострадать Христу и войти в славу Свою?» (Лук.24:26), говорил Он ученикам своим по воскресении?

И для нас путь страданий должен быть путем к небу. В школе крестной мы научаемся таким добродетелям, какие необходимы для вечности, именно: непоколебимому благочестию, охлаждению к земному, стремлению к небесному, участливой любви к другим и проч.

Поэтому не будем никогда роптать, как бы ни был тернист путь нашей жизни. Он ведет к славной цели.

Как взирал Иисус Христос на свою смерть?

«Вот, мы восходим в Иерусалим, и Сын Человеческий предан будет первосвященникам и книжникам, и осудят Его на смерть, и предадут Его язычникам, и поругаются над Ним, и будут бить Его, и оплюют Его, и убьют Его; и в третий день воскреснет» (ст.32–34).

1. Как на жертву свободной любви, которую Он принес.

Предваряя с божественным величием и спокойствием духа Своих учеников о предстоящих Ему страданиях, Иисус Христос ясно показал этим, что смерть Его не есть смерть обыкновенного мученика за истину и добродетель, что Он не был бессильной жертвой одной непримиримой злобы книжников и архиереев, распявших Его на Голгофе. Он знал наперед, что предстоит Ему в Иерусалиме, и мог еще избавиться от всех этих страданий. Но — Он идет! Бесконечная любовь, милующая, спасающая и всепримиряющая, зовет Его на Голгофу. Поэтому Он идет положить душу Свою «в избавление за многих,»— идет, как агнец непорочный на заклание и вместе как Первосвященник, приносящий жертву.

2. Дабы совершить дело нашего искупления.

Многое, неисчислимо многое совершено было Иисусом Христом для дела искупления посредством учения, чудес и святого примера. Оставалось еще совершить одно, самое великое и самое непостижимое — принести Себя в жертву. Без этого Его делу недоставало бы полного завершения, Его словам, которые Он проповедывал, — печати непреложной истины; Его примеру, который он давал, — всеозаряющей славы; Его явлению на землю — надлежащего, всесоединяющего средоточия; Его искуплению — всеудовлетворяющего выкупа; прощению наших грехов — полного ручательства, скрепленного кровью Богочеловека. Чтобы исполнить все это, Иисус Христос берет на себя грехи мира и, агнец Божий, идет на Голгофу.

3. Согласно с предвечными советами Божьими, многократно и многообразно предвозвещенными Богом.

Весь Ветхий Завет со всеми своими откровениями и обетованиями, событиями и делами, законом и установлениями, символами и прообразованиями, служил ясным и громким указанием на Иисуса Христа, Искупителя мира и Сына Божьего (Ис. 53:4. 5).

И вот этот Иисус, Сын Божий, предвозвещенный Моисеем и пророками, идет теперь с двенадцатью учениками в Иерусалим, чтобы исполнить предвечный совет Божий о спасении грешного человеческого рода.

В живейшем сознании Своего сыновнего общения с Богом Отцом, с неустрашимым мужеством победителя смерти, с полной уверенностью в Своем могуществе над гробом и адом, идет Он на встречу крестной смерти — и «в третий день воскреснет.»

Великая тайна креста

«Вот, мы восходим в Иерусалим, и Сын Человеческий предан будет первосвященникам и книжникам, и осудят Его на смерть, и предадут Его язычникам, и поругаются над Ним, и будут бить Его, и оплюют Его, и убьют Его; и в третий день воскреснет» и т. д. (32–34).

Что это — «внутрь меня явил мне мудрость», о которых говорит Давид (Псал. 50: 8)? Тайны существуют везде. Тайны природы. Мы видим ежедневно глазами солнце, но никто не знает, что это за свет, который от него исходит. Тайны в религии (1 Кор. 2:10[622]). Особенно тайны Евангелия (2 Кор. 4:3;[623] Ефес. 5:32[624]).

1. Креста Христова.

Спаситель возвещает ученикам Своим о Своих страданиях, но «слова сии», по замечанию евангелиста Луки, «были для них сокровенны, и они не разумели сказанного» (Лук. 18:34; ср. l Кор. 2:14[625]).

а) По отношению к Его лицу. Сын человеческий и вместе Сын Божий (Филип. 2:8;[626] Евр. 12:2;[627] 1 Тим. 3:16[628]).

б) По отношению к причине и действию этого креста. Так решено, чтобы «Христос умер за грехи наши, по Писанию» (1 Кор. 15:3–4[629]), но почему? Неисследимы пути Его (Рим. 11:33–34[630]).

Далее говорится: нет ни в ком другом спасения (Деян. 4:12[631]).

Бог во Христе примирил мир с собой (2 Кор. 5:19;[632] Ефес. 2:16[633]). Кто верует в Него, получит жизнь вечную. Все это — сокровенные истины, служащие соблазном для иудеев и еллинов (1 Кор. 1:23;[634] Гал. 3:1[635]). Горы Голгофы мы не можем перешагнуть нашим умом.

2. Нашего собственного креста.

«Чашу, которую Я пью, будете пить», предсказывает Господь Своим ученикам в дневном евангелии.

а) Крест наш — вина греха (Осии 9:9).[636]

Но почему он так тяжел? (Иоан. 15:8).[637] Он есть наказание Божье (Исаии 28:7;[638] Иер. 2:13[639]).

б) Крест — любовь и благодеяние Божье.

Многие видят благодетеля только в том, если он снимет с них крест. Для таких слова апостола, сказанные в Послании к Евреям (12:6),[640] кажутся сокровенной истиной (Осии 13:14).[641] Однако Бог посылает нам благодеяния, если возлагает на нас крест (Лук. 15:16–17[642]; Исаии 28:19;[643] Гал. 6:14;[644] Рим. 6:6[645]). Благо тому, кто знает тайну креста.

Мы должны знать более других (Мат. 13:11[646]). Многие мудрецы не имеют об этом никакого понятия (Мат. 11:25[647]).

Крестоносцы, замечайте, как Бог любит вас, и чего вы не понимаете сегодня, то узнаете завтра (Псал. 118:71[648]).

Узкий и скорбный путь к небу

«Чашу, которую Я пью, будете пить, и крещением, которым Я крещусь, будете креститься» (ст.39).

По поводу просьбы учеников — дать им первые места в царстве небесном, Иисус Христос указывает им на страдания и крест, как единый истинный путь к славе: «чашу Мою будете пить, и крещением, которым Я крещусь, будете креститься» (Матф. 20:23).

Широкий путь ведет к погибели (Мат. 7:13).[649] Бог не хочет ничьей погибели, однако же Он представил нам свободный выбор (Иер. 21:8).[650] Обычный человек охотно идет по широкому пути (Псал. 94:10).[651] Тут встречают большое общество. Но исход — худой (Притч. 16:25).[652]

Напротив, узкий путь ведет к жизни (Деян. 14:22).[653]

1. Он по истине узок.

а) Потому что наш разум его не замечает. Мы замечаем пути звезд небесных, но о нашем собственном пути к небу мы ничего не знаем (1 Кор. 2:14;[654] Мат. 16:17[655]). Иисус Христос указывает нам на писание (Иоан. 5:39).[656]

б) Потому что должны веровать многому, чего не понимают. Много тайн! Тут соблазняется иудей и еллин (1 Кор. 1:23).[657] К тому же, многие ложные учители хотят соблазнить, если возможно, и избранных (Мат. 24:24).[658]

в) Потому что мы должны делать многое, что нам не нравится. Отвергнуться себя (Maр. 8:34);[659] распять плоть (Гал. 5:24);[660] не сообразоваться с миром (Рим. 12:2);[661] любить врагов (Мат. 5:44).[662] Кто тут не вздохнет и не скажет, как те ученики, о которых говорится у святого апостола Матфея (12:25)?[663]

2. Он полон скорбей. (Сир. 40:1;[664] Псал. 33:20[665]).

а) Частично это скорби, посылаемые Богом, духовные и телесные (Тов. 12:13).[666]

б) Частично это скорби, приходящие от людей (Иов. 2:9).[667]

Кто много претерпевает, тот продолжает свой путь с усилием и ревностью (2 Тим. 3:12).[668]

3. Но он ведет к небу.

Спаситель, идя на страдания, шел в то же время к Своему Отцу. Он наш Предтеча (2 Тим. 2:12).[669] Однако, посмотрим, что необходимо для странника к небу.

а) Он должен молиться.

Помощь свыше посылается только молящемуся (Псал. 138:23).[670]

б) Он должен иметь истинную веру. Верующее сердце и благочестивая жизнь (Иоан. 14:6;[671] Maр. 16:16[672]).

Страдания и смерть Спасителя доставляют нам величайшее успокоение

«Вот, мы восходим в Иерусалим, и Сын Человеческий предан будет» и т. д. (33–39).

В ныне читаемом Евангелии Иисус Христос предрекает ученикам о Своих страданиях и смерти.

Как при жизни Своей Он был утешителем всех Своих последователей, так и в самих страданиях Своих и смерти Он проливает величайше утешение и успокоение в наши сердца.

1. В невинных страданиях и бедствиях.

а) «Зачем Бог обрек меня на такую печальную судьбу, которой я не заслужил? Почему я болен и несчастен, живу в бедности и нищете, когда я трудолюбив и прилежен? Почему мои лучшие намерения и поступки не признаны и не оценены по достоинству? Зачем смерть так преждевременно посещает близких моему сердцу?» Таковы жалобы иного благочестивого человека, терпящего горькую участь на земле. И вот он начинает уже теряться в сомнениях относительно отеческой благости Божьей и мудрого Провидения, и эти сомнения беспокоят и смущают его дух.

Какой ужасный мрак лежит иногда на судьбе людей! Мы были бы невыразимо несчастны, если бы не имели никакой помощи против этих сомнений, никакого утешения в наших земных нуждах.

б) Страдания и смерть Спасителя доставляют нам утешение и успокоение во всех скорбях и бедствиях, постигающих нас на земле. Его страдания и смерть были также невинны. Он не заслужил постигшей Его участи, не совершил не единого греха. Его обвинители и судьи были преступники. Никто более Его не имел причин жаловаться на свою участь. Но Он не жаловался, не роптал, но говорил: «Отче, не Моя, но Твоя воля да будет.» Он знал, что Его страдания и смерть принесут величайшее благословение роду человеческому.

И Бог исполнил все то, на что надеялся Иисус Христос, и в Его смерти дал нам самое трогательное доказательство своей любви и милосердия.

Какое, следовательно, успокоение доставляет смерть Иисуса Христа при всех скорбях.

в) Если ты невинно страдаешь, и тяжелая, незаслуженная участь гнетет тебя, то представь себе страдания Спасителя, пойми благие и мудрые цели, какие угодно было всеблагому Богу выполнить через Его смерть, и ты откроешь и в своей участи такие же цели Божьи. Взвесь благодетельные следствия смерти Иисуса Христа, и ты поверишь, что и твои страдания будут благодетельны для тебя, послужат средством к содействию твоему истинному счастью. Подумай, как Бог в страданиях Спасителя явил Свою любовь ко всем людям, и ты не будешь сомневаться в этой любви, хотя бы Он возложил на тебя тяжелый крест.

Если мы посмотрим на страждущего Спасителя, то мы легко примиряемся с нашей горькой участью.

2. При сознании наших грехов.

а) Сознающий себя преступником святого закона Божьего не может иметь внутреннего мира и спокойствия души. Он должен ежеминутно опасаться последствий своих грехов и преступлений, бояться наказания. Иной грешник старается ослабить чувство своей вины, заглушить голос совести, чтобы она не беспокоила его своими упреками. Но совесть пробуждается и бичует грешника еще сильнее. Кто может скрыться от этого внутреннего судьи? Кто может убежать от вечного, всеведущего Свидетеля всей его жизни?

Все мы «согрешили и лишены славы Божьей» (Рим. 3:23). Как тяжело сознавать в себе вину греха и не иметь возможности загладить ее! Какие сомнения беспокоят нашу душу о последствиях наших поступков, сделанных нами в прошедшем, хотя бы мы и избегали их в будущем!

б) Утешение здесь мы находим в смерти Иисуса Христа. Она успокаивает нас, при сознании наших грехов. «Но Бог Свою любовь к нам доказывает тем, что Христос умер за нас, когда мы были еще грешниками» (Рим. 5:8). «Ибо если, будучи врагами, мы примирились с Богом смертью Сына Его, то тем более, примирившись, спасемся жизнью Его» (Рим. 5:10). Бог хочет простить нам грехи, если мы с верой и покаянием держимся креста Христова.

Примите утешение, которое Спаситель приготовил Своей смертью всем грешникам, сознающим тяжесть своих грехов. Взирайте на крест Спасителя, примирившего вас с Богом. Ранами Его мы исцелились. Кровь Его очищает от всякого греха.

3. В минуты смерти.

а) Что мы некогда умрем, это мы знаем несомненно, в этом уверяет нас немощь нашего смертного тела. Но смерть не разрушает ли нашей радости и счастья на земле? Не похищает ли она всего, что для нас здесь дорого? Не разрывает ли она нашего союза с телом, которое соединяло нас с этим миром? Не грозит ли она нам совершенным разрушением и уничтожением? И если мы здоровы, довольны и счастливы, то одна мысль о ней повергает нас в уныние и скорбь. Но на земле нет никакого утешения, и между людьми, как и мы, смертными нет никакого избавления от власти смерти.

б) Посмотрите теперь на Иисуса Христа, грядущего на вольные страдания и смерть. Как Он спокойно ожидает смерти. Он знал, что Он только короткое время останется в гробе, что смерть не имеет над Ним никакой власти. Он взирал уже в высший мир, где должно начаться нескончаемое блаженство у Отца небесного. Сюда и нас ведет Его смерть и утешает нас непреложным упованием вечной жизни по смерти.

Если пробьет наш последний час, пусть мысль о страданиях и смерти Спасителя даст нам мужество и силу в борьбе с предсмертными мучениями и озарит могильный мрак светлой надеждой бессмертия.

Как Иисус Христос готовился к Своим страданиям и смерти

«Вот, мы восходим в Иерусалим, и Сын Человеческий предан будет.»

Мы видим в дневном Евангелии, с какой решимостью и готовностью Иисус Христос отправляется на страдания и смерть, a Он наш образец, которому и мы должны подражать (1 Пет. 2:21).[673]

1. Он исполнил все, что поручил Ему Отец небесный.

а) Страдания, бедствия, несчастья, которые могут постигнуть нас в будущем, не зависят от нас, a от Бога. Но наши обязанности — в нашей власти; исполнение их зависит от нас. И если мы исполняем их по долгу и совести, то относительно всего прочего, могущего постигнуть нас в будущем, мы можем быть совершенно спокойны.

Так поступал Господь наш, Иисус Христос. Чтобы приготовиться к своим предстоящим страданиям, Он ревностно исполнял все поручения Отца небесного.

Исполнение воли Божьей было для Него пищей и питьем.

Мы знаем, как каждый день и час своей жизни Он посвящал на дела благотворения, на просвещение людей светом истины и добродетели. Такое неутомимое, бескорыстное и святое исполнение обязанностей Своего призвания не было ли для Него лучшим приготовлением к страданиям и смерти?

б) Так и мы лучше всего можем приготовиться к будущим страданиям, если добросовестно исполняем наш долг и творим волю Божью.

Если обрушатся тогда на нас несчастья и бедствия, то мы будем страдать невинно и можем сказать с апостолом: «потому что во всем желаем вести себя честно» (Евр. 13:18).[674] Самые продолжительные страдания и смерть для нас не страшны, потому что мы всю нашу жизнь посвятили на служение Богу, приготовились к вечности, и можем с уверенностью ожидать от милосердого Отца небесного помощи, защиты и награды (2 Тим. 4:18).[675]

2. Он принял твердую решимость добровольно претерпеть страдания.

а) Такую решимость Иисус Христос высказал в дневном евангелии и особенно против ап. Петра, желавшего удержать Его от смерти (Мат. 16:21–22).[676]

В Его святой душе была непоколебимая мысль: Я хочу и должен претерпеть все, даже самую смерть, чтобы исполнить завет Божий о спасении людей.

При такой решимости, ужас предстоящих страданий был побежден.

б) Если мы видим издали угрожающие нам страдания и не в состоянии их отвратить, то с мужеством и решимостью мы должны идти к ним на встречу. Часто одно представление о них лишает нас силы и духа. Но вера, что так угодно Богу, так хочет Бог, должна укреплять нас в страданиях. Как бы жестока ни была земная участь, но она ничего не может отнять у истинного христианина, который добровольно отказывается от мира и его благ и радостей.

Кто возвысился до такого самоотвержения, тот в состоянии перенести величайшие страдания и нужды, не оставляя своих обязанностей, не забывая своего достоинства, не сомневаясь в Боге и не чувствуя себя погибшим.

Со спокойствием и утешением взирает он к небу в минуты своего разрушенного счастья и ожидает мздовоздаяния от Бога.

3. Он был уверен в славных последствиях своих страданий и смерти.

а) Если бы Иисус Христос опасался, что Его страдания и смерть останутся без благотворных последствий для Него самого и для человечества: то мог ли бы Он так спокойно идти на встречу смерти?

Но Он знал, что Своими страданиями и смертью Он исполнит предвечный совет Божий о спасении рода человеческого.

Мысль о славных последствиях голгофской жертвы не могла ли успокаивать Его в жесточайших страданиях?

б) Если мы, при изменчивости и непостоянстве человеческой судьбы, видим перед собой бедствия и страдания, то мы можем мужественно и спокойно ожидать их, если веруем, что они постигают нас по мудрым и благим планам Божьим и могут быть благодетельны для нас и других, — что наш пример терпения и смирения, твердости и стойкости, кротости и участливой любви, веры и упования на Бога будет благотворен для ближних, — что мы сами посредством страданий испытываемся, воспитываемся и очищаемся для неба.

Поистине, если мы с верой принимаем слова писания, что «нынешние временные страдания ничего не стоят в сравнении с тою славою, которая откроется в нас, … и что отрет Бог всякую слезу с очей их» (Рим. 8:18; Апок. 21:4), то мы можем спокойно идти на встречу своих страданий и даже «хвалимся и скорбями» (Рим. 5:3).[677]

Святое призвание христиан уподобляться в своих страданиях Иисусу Христу

«Вот, мы восходим в Иерусалим, и Сын Человеческий предан будет.» и т. д. (32–34).

Господь наш Иисус Христос, грядущий на вольные страдания в Иерусалим, служит для нас примером, которому мы должны подражать (1 Пет. 2:21).[678]

1. В терпении и любви к людям.

а) Иисус Христос «не сделал никакого греха, и не было лести в устах Его» (1 Пет. 2:22).

Невинность и благость сопровождали все Его поступки, которыми Он никого не оскорбил и не обидел. Однако же, Он был предан оплеваниям, заушениям и самой смерти. Как справедливо было бы, если бы Он возмутился чувством негодования против своих убийц!.. Но Он показал величайшее терпение и смирение. Будучи «злословим, Он не злословил взаимно; страдая, не угрожал» (1 Пет. 2:23).

И какую величайшую любовь явил Он ко всем людям, когда «грехи наши Сам вознес телом Своим на древо» (1 Пет. 2:24)?

б) И мы в страданиях своих должны оказывать терпение и любовь к людям. Скорби, бедствия, неприятности, продолжительные болезни легко возбуждают в нас некоторую раздражительность, нетерпение, негодование, озлобление. Мы даем чувствовать это мрачное настроение нашего духа окружающим нас. Если мы считаем их виновниками наших скорбей и болезней, то мы едва в состоянии сдерживать наши жалобы и упреки.

Но как тяжело нам бывает подавлять в себе такие легко-возбуждаемые чувства нетерпения и негодования к другим, если мы поражены болезнью или другим несчастьем? Однако же, подражая примеру Иисуса Христа, мы должны стараться подавить их. Такой подвиг будет для нас легок, если мы еще в счастливые дни нашей жизни приобрели себе добродетели терпения, смирения, покорности и любви по отношению к людям. Выражая к людям те же чувства и в несчастьи, мы будем трогать их сердца и побуждать их к участию в нашем горе, к помощи и поддержке.

2. В неутомимой ревности к деланию добра.

а) Господь наш Иисус Христос непрестанно стремился к облагодетельствованию людей, к осчастливливанию их в материальном и духовном отношении.

В заботах о других Он забывал Самого Себя. Даже в последние дни Своей жизни, когда начались уже Его страдания и приближалась Его смерть, Он не ослабевал в Своей ревности учить людей, благотворить им словом и делом. Об этом свидетельствуют Его последние речи, увещания и предостережения фарисеям (Мат. 21:23 и далее), Его заповеди и наставления ученикам (Иоан. 13–17).

б) И мы, как последователи Господа, призваны оказывать такую же ревность о благе других, даже среди страданий и бедствий, претерпеваемым нами.

В такой ревности не будет недостатка, если она не была чужда нам в счастливые дни. Несчастье, поразившее нас, редко бывает столь велико, чтобы оно сразу ослабляло все наши силы, всю нашу деятельность и отнимало у нас возможность приносить пользу другим людям. Мы часто сами виноваты в том, если теряем в несчастьи мужество и силу и становимся неспособными к заботами о благе ближних.

Нет, святого призвания благодетельствовать, учить других, поощрять их к добру словом и примером, мы не должны оставлять и тогда, когда сами находимся в несчастьи.

в) Мы чувствуем тогда лучше всего, как можно ободрить страждущего и несчастного, как его утешить и успокоить, как оказать ему помощь. A сочувствуя горю другого, содействуя его благу, мы будем смягчать собственное горе и отвлекать внимание от нашего собственного несчастья. Поэтому не составляет ли для нас святого призвания, чтобы по примеру Спасителя, делать добро в самых страданиях, так как через это достигается наше духовное и нравственное преуспеяние? Не возвышается ли тогда дух, полный силы и мужества, над всеми ударами судьбы?

3) В мужественном перенесении страданий.

а) Без страха и ужаса идет Иисус Христос в Иерусалим на страдания и смерть, предопределенные Ему от Бога. Хотя враги Его употребили все усилия, чтобы увеличить тяжесть Его страданий, однако же ничто не в состоянии было ослабить Его дух, поколебать Его твердость. До последней минуты Он оставался непреклонным и испил всю чашу жесточайших страданий. С полным благоговением удивляемся мы божественному духу Спасителя, силы и мужества Которого не могли сокрушить никакие страдания.

б) О, если бы и мы оставались столь же мужественными и твердыми в постигающих нас бедствиях и скорбях! Непреклонное мужество преодолевает величайшие бедствия, не оставляет ни одного позволительного средства к уменьшению страданий, к побеждению опасностей; и там, где мужественному становится невозможным избавление, он не падает духом, но с терпением переносит все, что воля Божья возлагает на него.

Чтобы достигнуть такого мужества и твердости в страданиях, будем чаще думать о мудрых и святых целях Божьих, с которыми посылаются нам бедствия.

4. В постоянном уповании на Бога.

а) При внутреннем общении Иисуса Христа с Богом Отцем, при сознании, что Бог послал Его в мир для спасения рода человеческого, Он должен был ожидать от Бога помощи, подкрепления и таких событий в жизни, которые служили бы к спасению людей. Какие бы препятствия и затруднения ни встречались Ему на пути, какие бы озлобления и преследования врагов ни угрожали Ему, Он никогда не опасался, что Бог оставит Его, не защитит и не благословит Его дела.

б) Как счастливы были бы мы, если бы, по примеру Спасителя, постоянно уповали на Бога в постигающих нас несчастьях и превратностях! Никогда мы не сознаем более нашего бессилия и беспомощности, как в несчастных случаях и страданиях, от которых не может избавить нас ни богатство и почетное звание, ни покровительство сильных людей, — Благо тогда нам, если мы почитаем Бога, как нашего Отца и с сыновней покорностью вверяемся Его мудрости, могуществу и благости! Тогда мы спокойно и терпеливо переносим все, что благая воля Отца небесного возлагает на нас, деятельно исполняем свои обязанности и с утешением взираем к небу, где прекратятся все наши земные страдания и где с радостью пожнем, если сеяли здесь со слезами.

«А кто хочет быть большим между вами, да будем вам слугою и кто хочет быть первым между вами, да будет всем рабом.»

«А кто хочет быть большим между вами, да будем вам слугою и кто хочет быть первым между вами, да будет всем рабом» (ст.43–44).

Все мы желаем быть старше других или стать выше других, пользоваться определенным уважением от людей и проч. Такое желание естественно в человеке, не осуждается и Божьим словом. Только слово Божье указывает нам иной путь для приобретения почестей и славы, чем тот, который большей частью избираем мы. Вот этот путь:

Этим Иисус Христос учит, что:

1. Кто отличен уже мирскими почестями и преимуществами, тот не должен превозноситься ими, a пользоваться со смирением и употреблять их во благо другим («да будет слуга»).

а) Достигшие почестей и облеченные какой-либо властью не должны превозноситься своими преимуществами, a пользоваться ими со смирением.

Потому что все наши преимущества — не наше приобретение, a дар Божий (1 Цар. 2:7–8;[679] Прит. 8:15;[680] Рим. 9:21;[681] 1 Кор. 4:7[682]). Следовательно, гордиться ими, значит похищать славу у Бога.

Превозношение почестями и властью противно не только Богу, но и людям, и особенно подчиненным нашей власти (Сир. 10:7[683]), которые хотя для видимости и будут оказывать нам почтение, но в душе — презрение.

Кроме того, кичливость властью или обнаруживает в нас отсутствие истинных достоинств, или же омрачает эти достоинства и отнимает у них цену в глазах других.

Все те, которые стоят ниже нас по своему званию и положению, суть наши братья, равные нам по природе и благодати, и может быть, несравненно выше нас по внутреннему достоинству.

Наконец, безумно было бы превозноситься почестями и потому, что они очень изменчивы, мы легко можем их утратить, и тогда, вместо уважения, мы встретим явную к себе ненависть и презрение (1 Кор. 10:12).[684]

б) Достигшие почестей должны употреблять свою власть и силу на пользу других.

Тогда они могут быть действительно «первыми» и «большими» других.

Всех, отличенных преимуществами чести и власти, слово Божье называет «Божий слуга, тебе на добро» для их подчиненных (Рим. 13:4).[685] Они поставлены выше других, дабы служить добрым примером для других.

Пред ними открыт обширный круг деятельности не для того, чтобы стеснять тех, кто в этом круге заключены, но для того, чтобы всех их обнимать любовью и попечительностью. Им подчинены подобные им люди не для того, чтобы только властвовать над ними и употреблять их в орудие своей прихоти, но для того, чтобы устроить их земное благосостояние и вести их к небесному наследию (Рим. 15:1).[686]

Напротив, кто пользуется званием, но злоупотребляет им, — злоупотребляет правами, но не исполняет по-христиански своих обязанностей, — тот не только даст строгий отчет перед Богом (Прем. 6:6;[687] Лук. 12:48),[688] но и утратит истинное уважение от людей.

Поэтому пользующиеся властью должны быть и в духе и на самом деле слугами всех: «кто хочет быть большим между вами, да будем вам слугою.»

2. Кто стремится еще к почестям, тот должен достигать их не иначе, как путем смирения и деятельного служения на пользу ближних («да будет всем рабом»).

а) Путь смирения и деятельного служения на пользу других есть верный путь к достижению славы и величия. «Сын Человеческий не для того пришел, чтобы Ему служили, но чтобы послужить» (ст.45); «посему и Бог превознес Его и дал Ему имя выше всякого имени,»[689] (Фил. 2:9).

Труден этот путь для нашего самолюбия; но он один только приводит нас к истинной славе. Ибо в чем состоит истинное величие? Не во внешних знаках почестей и отличий, a в добрых качествах души и сердца.

Величие и привлекательность сообщает человеку его смирение и готовность на всякое благое дело, с какими он служит пользе своих ближних, совершенно как бы забывая самого себя и не мечтая ни о каких своих достоинствах и выгодах. Поэтому:

б) Если мы желаем заслужить истинную честь и уважение не только у Бога, но и людей, для сего будем, как можно более, делать добра другим (Иов. 29:15–16),[690] без малейшего превозношения или желания и искательства чести и славы.

Тогда слава и честь сама отыщет нас и последует за нами.

Тогда сердца всех, знающих нас, обратятся к нам с искренней любовью, с нельстивыми благословениями, с полным уважением.

Тогда, если угодно Богу, достигнем и внешних преимуществ и отличий.

Честь и слава подобны тени нашей, за которой если сам погонишься, то она прочь убегает; a если от нее пойдешь, то она за тобой следует. Если мы идем прямо к свету или солнцу, то тень за нами следует; a когда идем в противную солнцу сторону, тогда тень от нас убегает. Будем ходить в свете добродетелей, тогда истинная честь и слава перед Богом и людьми будет нашим неотъемлемым достоянием.

Как неразумно искательство внешних почестей и отличий

«Не знаете, чего просите» (ст.38).

1. Стремление к почестям сопряжено с нравственной пыткой и унижением.

Честолюбец, подобно хамелеону, должен постоянно менять свой цвет.

2. Сохранение почестей связано с неисчислимыми беспокойствами.

Жизнь честолюбца — дым, который чем выше поднимается, тем скорее рассеивается и исчезает.

3. Потеря почестей служит предметом горчайших скорбей.

Добродетель — единственный путь к славе и почестям

«Дай нам сесть у Тебя, одному по правую сторону, а другому по левую в славе Твоей» (ст.38).

1. Она есть самый верный путь, потому что сам Бог ясно говорит что Он прославляющих Его прославит.

2. Она есть самый прямой и самый краткий путь, потому что не имеет ни извилин, ни уклонений, встречаемых на крутом пути к земным почестям.

3. Она есть самый приятный путь, потому что Бог охраняет и благословляет его.

II. АПОСТОЛЬСКОЕ ЧТЕНИЕ. Зачало (322) к Евреям 9:11–14

11 Но Христос, Первосвященник будущих благ, придя с большею и совершеннейшею скиниею, нерукотворенною, то есть не такового устроения,

12 и не с кровью козлов и тельцов, но со Своею Кровию, однажды вошел во святилище и приобрел вечное искупление.

13 Ибо если кровь тельцов и козлов и пепел телицы, через окропление, освящает оскверненных, дабы чисто было тело,

14 то кольми паче Кровь Христа, Который Духом Святым принес Себя непорочного Богу, очистит совесть нашу от мертвых дел, для служения Богу живому и истинному!

Практический очерк содержания рядового чтения

В апостольском чтении Пятой Недели Четыредесятницы изображается слава первосвященнического служения Иисуса Христа, которая открывается:

1) из особенных обстоятельств, отличающих это служение (ст.11–12) и

2) из божественной силы принесенной Спасителем жертвы (ст.13–14).

1. Первосвященническое служение Спасителя отличается совершенно особенными обстоятельствами, которые ставят его несравненно выше служения Аарона и всех прочих ветхозаветных первосвященников.

«Христос», говорит апостол, «Первосвященник будущих благ» (ст.11). Пока Он не приходил на землю, Он не был первосвященником, но, придя в мир и вочеловечившись, Он сделался «Первосвященник будущих благ», т. е. все блага, какие только были обещаны в Ветхом Завете и посему «будущие», через Него и Его посредничество действительно дарованы и сообщаются всем верующим в Него уже здесь на земле, хотя в полной мере сообщатся в будущей жизни. Таким образом, блага, даруемые нам Первосвященником Христом, частью уже исполнились, a частью составляют еще предмет надежды христиан, но в том и другом случае дарует их один Иисус Христос.

Первое особенное обстоятельство и преимущество первосвященнического служения Иисуса Христа заключается в том, что Он пришел «с большею и совершеннейшею скиниею, нерукотворенною, то есть не такового устроения» (ст.11).

Иудейский первосвященник, в великий день примирения, входил из святилища, через завесу, во святое святых, куда мог входить только он один и только однажды в год, именно в указанный день. Там он предстоял лицу Бога, о благодатном присутствии Которого свидетельствовали херувимы, осенявшие кивот завета.

Иначе совершил Свое первосвященническое служение Иисус Христос. На Голгофе, на кресте был Его жертвенный алтарь, где Он пролил кровь Свою и затем взошел в самое небо и сел одесную Бога Отца, чтобы быть нашим вечным Ходатаем и молитвенником перед Богом. Он совершил жертвоприношение и вошел «во святая» — в самое небо «большею и совершеннейшею скиниею», Своей пречистой плотью, которая несравненно «больше» скинии ветхозаветной, потому что в ней обитала полнота Божества (Колос. 2:9),[691] и несравненно «совершеннее», потому что страдания и смерть, понесенные Иисусом Христом в Своей плоти, бесконечно превосходят все жертвы, совершавшиеся в скинии. Она «нерукотворна», не человеческими руками устроена, как ветхозаветный храм и скиния, и не «от сея твари», потому что она получила бытие не по законам природы, от семени мужа и жены, как тела человеческие, но составилась и устроилась от пречистых кровей Приснодевы Марии, наитием Святого Духа и осенением силы Всевышнего.

Второе, особенное обстоятельство и преимущество первосвященничества Иисуса Христа состоит в том, что Он «не с кровью козлов и тельцов, но со Своею Кровию, однажды вошел во святилище» (ст.12).

Первосвященник входил во святая святых скинии, принося кровь козлов и тельцов, но первосвященник Христос принес в жертву Богу Отцу Самого Себя, пролил Свою собственную бесценную кровь за грехи всего мира и этим явил нам Свою беспредельную любовь к людям; ибо если между друзьями считается великим доказательством любви, когда один идет на смерть за другого, то любовь к нам Иисуса Христа является еше в высшей степени, так как Он умер не за друзей, a за Божьих врагов, за всех нас. И кто же пролил за нас свою кровь? Не существо сотворенное, но Единородный Сын Божий; поэтому и жертва, принесенная Им, имеет бесконечную цену в Божьих глазах.

Третье преимущество первосвященнического служения Господа — то, что Он «однажды вошел во святилище и приобрел вечное искупление» (ст.12).

Ветхозаветные первосвященники должны были ежегодно приносить жертвы для примирения с Богом, потому что новые грехи требовали и новых жертв умилостивления. Иное совсем значение имеет жертва первосвященника Христа. Он только «однажды» пролил Свою кровь и притом навсегда за грехи всего рода человеческого, настоящего, прошедшего и будущего. Его жертва приобрела нам вечное искупление, на веки искупила нас от всякого греха, проклятия и смерти, так что не требуется уже другой жертвы для нашего искупления.

2. Божественная сила принесенной Иисусом Христом первосвященнической жертвы открывается из сравнения ее с левитскими жертвоприношениями (ст.13–14).

«Кровь тельцов и козлов и пепел телицы, через окропление, освящает оскверненных, дабы чисто было тело» (ст.13). Левитские жертвоприношения, состоявшие в кроплении народа кровью козлов и тельцов, a также пеплом телицы, смешанном с водой (см. Лев. 16:14–18;[692] Чис. 19:2–5[693] и проч.), имели несомненно очистительную силу, но не более, как только внешнюю. Они возвращали грешникам утраченное право на участие в общественном богослужении и в народных преимуществах, но внутреннего очищения души от грехов они не доставляли и не оправдывали грешника перед Богом. Такое преимущество принадлежит только всеосвящающей голгофской жертве. «Кровь Христа, Который Духом Святым принес Себя непорочного Богу, очистит совесть нашу от мертвых дел, для служения Богу живому и истинному!» (ст.14).

Как юница, приносимая израильтянами в жертву, была чиста, не имеющая никакого порока на теле своем; так и Христос был «непорочен», чужд всякого греха и порока. Но юница была приносима в жертву другими, a Христос, по своей свободной любви. Сам Себя принес в жертву Богу, содействием живущего в Нем Духа Святого. Кровь, пролитая Им на кресте, доставляет нам внутреннее, истинное спасение, «очищает совесть нашу», повинную пред Богом, «от мертвых дел», которые приводят к духовной смерти (Лук. 15:32;[694] Ефес. 2:1–2[695]) и ведут к смерти. Пока человек не очистил своей совести, оскверненной мертвыми делами, не усвоил себе заслуг Христовых, дотоле он раб греха и не может служить добродетели. Но если наша совесть очищена от мертвых дел, если мы пробуждены к духовной жизни любовью к Богу и Христу, тогда мы способны служить «Богу живу и истинну», делать дела, угодные Ему, исполнять волю Его. Как в счастье, так и в несчастье, как среди злого мира, так и при его искушениях ко греху, всегда и везде постоянная мысль христианина — служить своему Богу истинным служением, к которому влечет и укрепляет его любовь Христова.

Частные темы для гомилетической разработки могут быть следующие:

Христианство есть духовная религия

«Но Христос, Первосвященник будущих благ, придя с большею и совершеннейшею скиниею, нерукотворенною, то есть не такового устроения, и не с кровью козлов и тельцов, но со Своею Кровию, однажды вошел во святилище и приобрел вечное искупление» (ст.11–12).

При сравнении ветхозаветного первосвященнического служения со служением Иисуса Христа, Архиерея и Ходатая нового завета, апостол Павел замечает, что Иисус Христос приобрел людям высшие, духовные, нетленные блага, что Его религия есть дело Божественного Духа и содействует духовной жизни (ср. ст. 14), и что она имеет величайшее преимущество перед Иудейством. Воспользуемся этими чертами, чтобы нам вполне понять и оценить высокое достоинство Христианства.

1. Как понимать это?

Христианство есть духовная религия, потому что оно:

а) Дело Духа Божьего. Иисус Христос, говорится в тексте, принес Себя в жертву Духом Святым, и все, что Он совершил, было делом божественного Духа, обитавшего в Нем и действовавшего через Него. Он проповедует учение, не как Свое, a как Божье; Он называет Свое религиозное учреждение Божьим царством и заявляет, что Бог через Него действует и открывает свою волю (Иоан. 7:16–17;[696] 8:40.[697] 14.[698] 24[699]). Иоанн Предтеча свидетельствует о Нем: «Ибо Тот, Которого послал Бог, говорит слова Божии; ибо не мерою дает Бог Духа.» (Иоан. 3:34).

От этого Божественного Духа произошло Христианство. Не Дух ли Божий почивал также и на апостолах, руководил их и наставлял на всякую истину? Не Он ли давал им мужество и силу к распространению учения Иисуса Христа?

Единогласно уверяют они, что «приняли не духа мира сего, а Духа от Бога, дабы знать дарованное нам от Бога, что и возвещаем не от человеческой мудрости изученными словами, но изученными от Духа Святаго, соображая духовное с духовным» (1 Кор. 2:12–13). Мы должны, след., считать Христианство за дело божественного Духа. Об этом свидетельствует также

б) Содержание и цель Христианства.

Оно содержит истины, относящиеся к Богу и богопочтению и представляющие Его Существом совершеннейшим, y Которого нет никакого изменения света и тьмы, — бесконечным, ничем неограниченным Духом, Которому нужно поклоняться духом и истиною.

Христианская вера предлагает заповеди и наставления к добродетели и совершенству, сущность которых состоит не во внешних делах, но в усовершенствовании духа, в очищении «совести нашей от мертвых дел», в святости и уподоблении Богу и в деятельной любви (1 Пет. 1:15;[700] 1 Фес. 1:1.[701] 3.[702] 7[703]; Мат. 5:48[704]).

Она требует веры в искупление, совершенное Сыном Божьим, в беспредельную благодать Божью, доступ к которой имеет каждый грешник, если он верит в Иисуса Христа и стремится к святости.

Она дает надежду на эту благодать, не требуя принесения в жертву тельцов и козлов; обещает вечную жизнь, вечное блаженство тем, которые стремятся к нравственному совершенству. Она предписывает и внешние подвиги, но только как средство к возвышению духа, к святости сердца.

Ее цель была и есть — возбуждать повсюду между людьми новую, духовную жизнь и содействовать тому, чтобы Дух Божий обитал в них, очищал от всякой скверны плотской и духовной (Рим. 8:1–4[705] и проч; Гал. 5:16[706] и проч.), наставлял на истину и добро.

2) К чему это обязывает нас?

а) Мы должны более и более познавать дух христианской веры и приобретать способность к такому познанию. Кто хочет усвоить себе божественные истины христианской веры, тот должен образовать для этого свой дух. Духовное воспринимается только духовными (1 Кор. 2:14–15;[707] Иоан. 3:12[708]). Кто занимает свой ум только земными вещами, тот никогда не научится понимать, что говорит Иисус Христос о вещах небесных, тому многие возвышенные истины Христианства будут непостижимыми.

Возрождением называет Иисус Христос новый порядок вещей, который должна произвести Его религия (Иоан. 3:3–5).[709] Поэтому дух наш должен быть возрожден, должен отложить все предрассудки и заблуждения, не коснеть больше в невежестве, но озаряться светом евангелия (Ефес. 5:6–9;[710] 4:22–23[711]). Если бы человек не был способен к познанию божественной истины, то Бог не открыл бы себя через Иисуса Христа людям. Поэтому пусть будет нашей священной обязанностью заботиться об образовании нашего духа, чтобы нам научиться понимать дух Христианства

б) Если Христианство есть духовная религия, то мы не должны ограничиваться одними лишь внешними обрядами и внешним богослужением. Истинная религия не может обойтись без внешнего богослужения, потому что мы люди чувственные и должны посредством чувственных впечатлений возбуждаться и возноситься к сверхчувственному и божественному. Но внешние обряды должны служить только средством к проявлению внутреннего благоговейного настроения.

Напротив, где соблюдение внешней обрядности считается за саму религию, где соблюдаются одни посты телесные без духовных, одни молитвы устами, a не сердцем, одни поклоны земные и поясные без повержения духа и сердца перед Богом, там нет истинной религии, a есть одна только внешняя оболочка религии, не заключающая в себе ни истинной веры, ни истинной любви. Тут нет никакого поклонения Богу духом и истиной; тут явное противоречие с учением и требованиями Спасителя, Который говорит, что «царство Божье не приходит с внешним соблюдением; нельзя сказать: оно здесь или там, потому что царство Божье внутри вас.»

Если мы хотим быть истинными исповедниками веры Христовой, то должны непременно исполнять и внешние обряды благочестия, но так, чтобы в них принимало участие и наше сердце, чтобы они служили к благоговению и возвышению нашего духа.

в) Наконец, как исповедники духовной религии, мы должны стремиться к содействию духовной жизни и в себе и в других. Но духовная жизнь находится там, где с ревностью заботятся о вящем изучении божественных истин, о просвещении своего ума и сердца, об утверждении в вере, о распространении повсюду правильных христианских понятий и убеждений; где стремятся к «очищению совести от мертвых дел», к освящению духа нелицемерными добродетелями и благочестием, и ведут истинно-благочестивую жизнь перед Богом и людьми.

Кто доныне был духовно мертв вследствие невежества, заблуждений и греха, тот должен бросить заблуждения разума, недостатки сердца, грехи и пороки, и возвыситься к новой, духовной жизни посредством стремления к истине и добродетели.

Но что мы делаем для себя самих, то должны делать и для наших близких, содействуя, при помощи Божьей, возбуждению между ними духовной жизни. Тогда мы становимся достойными членами царства Христова.

A кто не имеет духа Христова, тот не Его и не достигнет блаженства чад Божьих.

Искупление рода человеческого Иисусом Христом есть величайшее дело Божьего милосердия

«Христос, Первосвященник будущих благ, придя с большею и совершеннейшею скиниею, нерукотворенною» и т. д.

Апостол Павел представляет в тексте сравнение между иудейской и христианской религией, особенно в отношении средств той и другой к очищению людей от грехов. Легко понять, что он отдает христианству полное преимущество перед иудейством потому что искушение, совершенное Иисусом Христом, есть величайшее дело Божьего милосердия.

Более и более мы приближаемся к тем великим дням, в которые Господь наш совершил наше спасение посредством Своих страданий и смерти. Какое это великое дело! Как все мудро было к нему приготовлено! Сколько возвышенного находит в нем каждый благочестивый человек для своего ума и сердца!

Но однако многие остаются равнодушными и безучастными при воспоминании о великом деле, совершенном Спасителем по предвечному совету Божьего милосердия. Не явный ли это признак нерелигиозного чувства?

В скором ожидании великих дней страстной седмицы настроим наши мысли и чувства благоговейными размышлениями о великом деле искупления.

В этом мы убедимся, если посмотрим на:

1. Цель искупления.

Из цели искупления мы усматриваем, что оно было величайшим делом Божественного милосердия. В этой цели мы не можем сомневаться, если припомним слова Спасителя и Его апостолов. Он сам сказал: «так возлюбил Бог мир» (Иоан. 3:16;[712] l Иоан. 4:10[713]).

В дневном тексте говорится, что Иисус Христос должен был очистить «совесть нашу от мертвых дел, для служения Богу живому и истинному.» Эти мертвые дела суть ничто иное, как невежество, суеверие, грехи и пороки. От этих мертвых дел Иисус Христос пришел очистить людей и научить их истинному почитанию живого Бога. Этими мертвыми делами люди не должны более унижать своего высокого человеческого достоинства, страдать в греховном рабстве и через то быть навеки погибшими; не должны более умилостивлять Бога кровавыми жертвами тельцов и козлов, жить между собой в ненависти и вражде.

Такое тягостное, жалкое состояние людей Иисус Христос должен был прекратить делом искупления и приготовить для рода человеческого лучшее, совершеннейшее и счастливейшее состояние.

Теперь все, верующие в Спасителя и пользующиеся дарованными Им средствами спасения, должны достигать познания истины, добродетели и святости, спокойствия души и мира с Богом. Он хочет даровать прощение грехов, благодать к исправлению, надежду вечной жизни всем тем, которые почитают Его, как посланного Богом Искупителя. Может ли быть цель более святая и более благотворная? Не познаем ли отсюда беспредельного Божьего милосердия к нам?

С радостью и благодарением будем смотреть на эту цель, как на доказательство Божьего благоволения к нам и утешаться во всех обстоятельствах жизни!

2. Объем искупления.

Объем совершенного Иисусом Христом дела искупления также убеждает нас в том, что оно есть величайшее дело божественного милосердия. Очищение грехов, которое ежегодно предпринимал первосвященник, простиралось только на один народ, только на иудеев.

Несравненно далее простирается очищение, которое должен был совершить и действительно совершил Спаситель. Не один народ искупил Он от грехов, a весь род человеческий. Не одного народа был Он ходатаем, но все человечество примирил с Богом. Никто не исключен из Божьей благодати, явившейся в Иисусе Христе.

Все могут посредством Него приходить к Богу и принимать участие в просвещении, в святости, в прощении грехов, в надежде бессмертия. Его учение, жизнь и смерть служит для праведников и грешников путем к спасению и облагодатствованию у Бога. Он хотел соединить всех людей в одно царство Божье.

И не для одной только настоящей жизни Он приобрел им спокойствие, утешение и мир с Богом. Он есть «Архиерей грядущих благ» и приобрел «вечное искупление.» Его учение, дела и страдания простираются на всю вечность.

Взвесьте объем и величие дела искупления! Старайтесь обнять вашими мыслями все, чему Спаситель учил, что делал и как страдал. Какой беспредельной покажется тогда вам Божья любовь в деле искупления! Какими счастливыми должны мы чувствовать себя при мысли, что и мы принадлежим к тем, которых Иисус Христос очистил Своей кровью от мертвых дел! Какое успокоение должны мы находить в этом для нашей настоящей и будущей участи!

3. Действия искупления.

Что искупление есть величайшее дело милосердия Божия, это мы усматриваем наконец из действий, какие это дело произвело в продолжение веков.

Посмотрите на благотворные перемены и улучшения, основание которых положил Иисус Христос своим делом и которые непосредственно из него вытекали. Прекращены кровавые жертвы и между ними самые ужасные — принесение в жертву людей, которыми суеверие думало умилостивить высочайшее существо. Положен конец целому ряду стеснительных, мертвящих обрядов Моисеева закона, и мы радуемся, что можем поклоняться живому Богу духом и истиной.

A как много мы обязаны учению, примеру и смерти Спасителя? Как богаты мы сделались через Него в научении, как крепки в ревности к добрым делам, как непоколебимы в уповании вечной жизни? И эти благодеяния не суть ли дело божественного милосердия? Не получили ли мы их без всяких наших заслуг?

Посему будем с благодарностью радоваться этому делу божественного милосердия, радоваться и за наших братий, которые участвуют уже и еще будут участвовать в искуплении Иисуса Христа.

Но так как Бог милосерден к нам и возлюбил нас в Своем Сыне, то и мы со своей стороны возлюбим Его и нетщетно примем Его благодать, употребим все усилия, чтобы очищаться от мертвых дел и пользоваться Его милосердием к просвещению, исправлению и блаженству нас самих и наших ближних.

Несравненное превосходство первосвященнического служения Христова перед первосвященством иудейским

(ст. 11–14).

1. Там — грешные люди, нуждавшиеся сами в очищении грехов, здесь Всесвятой, о котором свидетельствовал глас с неба: «сей есть Сын Мой возлюбленный, о Нем же благоволих», и который «Духом святым Себе принесе непорочна Богу» (ст.14).

2. Там — кровь козлов и тельцов: здесь — кровь Сына Божьего (ст.13, 14).

3. Там — святилище, созданное человеческими руками: здесь — большая и совершеннейшая скиния нерукотворенная (ст.11).

4. Там — вход в видимое святилище на земле: здесь — вхождение в самое небо, в славу Отца небесного (ср. 12).

5. Там примирение только образное и ежегодно обновляемое: здесь — истинное и вечное искупление (ст.12–14).

Сила крови Христовой

«То кольми паче Кровь Христа, Который Духом Святым принес Себя непорочного Богу, очистит совесть нашу от мертвых дел, для служения Богу живому и истинному!» (ст.14).

1. В чем состоит эта сила?

Она «очищает совесть» (ст.14) в двояком смысле:

а) дает нам утешительную уверенность в прощении наших грехов и вместе с этим мир и спокойствие души.

Эта уверенность для нас необходима, потому что совесть мучит нас. Этой уверенности мы нигде не можем найти, кроме как только в крови Иисуса Христа.

б) Она способствует нашему нравственному исправлению.

2. На чем основывается эта сила?

Именно на том, что это — кровь Иисуса Христа, Сына Божьего, которая:

а) служит непреложным свидетельством любви Божьей к нам, грешникам, доставляющим нам утешительную уверенность и

б) возбуждает в нас благодарную любовь к Богу, побуждающую нас к исправлению нашей жизни.

3. Что требуется с нашей стороны, чтобы испытать эту силу?

Вера и деятельное усвоение крестных заслуг Спасителя.

Высокое достоинство Иисуса Христа, открывающееся из Его смерти

«Ибо если кровь тельцов и козлов и пепел телицы, через окропление, освящает оскверненных, дабы чисто было тело, 14 то кольми паче Кровь Христа, Который Духом Святым принес Себя непорочного Богу, очистит совесть нашу от мертвых дел, для служения Богу живому и истинному!» (ст.13, 14).

1. Он принес Себя в жертву Духом Святым.

2. Принес Себя «непорочна.»

3. Чтобы очистить людей от мертвых дел и

4. Даровать им грядущие блага и вечное наследие.

Иисус Христос приобрел нам вечное искупление

«То кольми паче Кровь Христа, Который Духом Святым принес Себя непорочного Богу, очистит совесть нашу от мертвых дел, для служения Богу живому и истинному!» (ст.14).

1. Объясним эту истину.

2. Приложим ее к себе; мы должны при этом:

а) Чувствовать радость и благодарность;

б) стремиться к вечному наследию, к которому мы призваны;

в) исполняться миром и упованием.

Жертва Господа нашего Иисуса Христа

«То кольми паче Кровь Христа, Который Духом Святым принес Себя непорочного Богу, очистит совесть нашу от мертвых дел, для служения Богу живому и истинному!» (ст.14).

1. Преимущества этой жертвы перед жертвами ветхозаветными.

2. Сила этой жертвы.

Что особенно должно радовать нас в искуплении, совершенном Спасителем?

«То кольми паче Кровь Христа, Который Духом Святым принес Себя непорочного Богу, очистит совесть нашу от мертвых дел, для служения Богу живому и истинному!» (ст.14).

1. Что оно произошло не от людей, a от Бога.

2. Что оно касается не телесных благ, a душевных.

3. Что им могут пользоваться не некоторые, a все.

4. Что оно не есть что-либо преходящее, но вечное и неизменное.

Мертвые дела не должны быть даже и мыслимы между христианами

«То кольми паче Кровь Христа, Который Духом Святым принес Себя непорочного Богу, очистит совесть нашу от мертвых дел, для служения Богу живому и истинному!» (ст.14).

1. Потому что они служат живому Богу.

2. Потому что они веруют в живого Спасителя.

3. Потому что в них действует живой Дух святой.

Могущественная власть совести

«То кольми паче Кровь Христа, Который Духом Святым принес Себя непорочного Богу, очистит совесть нашу от мертвых дел, для служения Богу живому и истинному!» (ст.14).

1. По своему существу она есть:

а) строгий провозвестник закона;

б) непреложный свидетель;

в) неподкупный судья;

г) праведный мздовоздаятель.

2. По своему кругу действий она простирается:

а) на всех людей;

б) на все их внутренние и внешние действия;

в) во всех местах;

г) во всякое время.

ОБРАЗЦЫ ЦЕРКОВНОЙ ПРОПОВЕДИ

Слово в 5-ю Неделю Великого Поста.[714]

«Кто хочет быть первым между вами, да будет всем рабом»

(Марк. 10:44).

Ныне читаемое святое Евангелие повествует, что и преданные Господу сердца лучших Его учеников оказались несвободными от духа превозношения и любоначалия. Господь допускает такие искушения Своим избранным к нашему наставлению. Если они, столпы церкви, колебались, то как же мы должны остерегаться преткновений и падений!

Что же? Нежели невозможно стремиться к высшему званию? Для чего же, говорят, даны нам силы и способности? Зачем открыто и открывается столько способов к нашему образованию? Кто не знает, каким сильным побуждением к трудам служит надежда занять видное место в обществе и иметь широкое поприще для своей деятельности? Наконец высокое положение, как говорится, обязывает людей к честному и доброму, предохраняет их от увлечений, дает им средства и открывает поприще для обнаружения дарований.

С другой стороны, кто не слыхал жалоб на неудобства низкой доли? Здесь так мало приходится действовать по своей воле, a это, говорят, стесняет свободное развитие сил и нравственно унижает человека. Не надеясь выйти из того тяжелого положения, в которое поставили обстоятельства, человек утрачивает бодрость к трудам и впадает в уныние. Так, часто слышатся здесь жалобы на неравномерность труда и воздаяния. Так обычны в этой среде чувства зависти и злобы в отношении тех, кто по состоянию и средствам жизни поставлен выше! Отсюда, между прочим, идут разные тревоги и смуты, волнующие общества и целые государства на западе Европы, a оттуда и к нам доносится ветер лжеучений, которыми соблазняются умы, неутвержденные в истине.

«Кто хочет быть первым между вами, да будет всем рабом» — вот живоносное слово нашего Божественного Наставника! Как молния оно освещает все пути и распутия человеческой жизни и, как живительный луч света, утешает и согревает всех, ищущих в вере назидания и успокоения.

Господь никому не возбранял желания «быть первым.» В притче о талантах, научая каждого всячески заботиться о развитии и добром употреблении данных ему сил и способностей, Господь угрожает строгим наказанием тому ленивому рабу, который сокроет вверенный ему талант. Верный ученик Слова, святой апостол Павел, о высоком священно-начальственном служении в церкви говорит: «если кто епископства желает, доброго дела желает» (1 Тим. 3:1).

Но, не возбраняя никому желать лучшего, Господь заповедует помнить, что, чем выше положение, в церкви ли, в обществе ли, — тем настоятельнее и сильнее обязанность быть всем слугой. Не для услаждения самолюбия, не для покоя и отдыха раскрываются перед людьми широкие поприща и даются им высокие положения, — нет, для трудов и подвигов и, как часто, для неизбежных с ними скорбей и страданий.

Божественный Наставник открывает и причину такого порядка в жизни нашей, ибо «Сын Человеческий, говорит Он, не для того пришел, чтобы Ему служили, но чтобы послужить и отдать душу Свою для искупления многих» (ст.45). Еще до создания мира Единородный Сын Божий благоволил воспринять на Себя служение человеческому роду даже «до смерти, смерти крестной.» Поэтому-то с первой минуты бытия разумных тварей, сделалось для них неизменным законом: полагать величие в смирении, подвиг в служении тем, кому укажет Божья десница. В самые ранние времена человеческого рода, как только произошло несчастное грехопадение прародителей, объявлена была от имени Божьего брань против темной силы диавола (Быт. 3:15),[715] и началась эта таинственная борьба Агнца Божьего и древнего змия, которая лежит в основании жизни человечества и всей его истории, и которая кончится только с разрушением этого мира. Все, спасающиеся верой в Господа, где бы они ни жили и кому бы ни служили, суть Его воины и подвижники (Еф. 6:11[716] и сл.). Кто выше поставлен, перед кем шире раскрыто поприще деятельности, для тех участие во всемирном кресте Господа Спасителя шире и разностороннее.

Кто не знает, сколько попечений и забот требует назидание во спасение и одной собственной души, a здесь к этой заботе присоединяется попечение о многих душах. «Кто изнемогает, с кем бы я не изнемогал?» пишет один из тех, кому вверено было попечение о многих церквах. «Кто соблазняется, за кого бы я не воспламенялся?» (2 Кор. 11:29). Тяжело решиться на какой-либо важный шаг в своей жизни, a здесь приходится делать такие начинания, где самая легкая ошибка может сопровождаться несчастьем многих: сколько страха нужно пережить, сколько самых мучительных чувств перенести прежде, чем решиться на такое начинание!

Как часто самое доброе начинание в исполнении принимает другой оборот и вместо ожидаемых пользы и утешения приносит вред и огорчение! Кроме неизбежных в человеческой жизни ошибок и недоразумений, всегда действуют в мире злые силы, направляемые нашим исконным врагом: явится клевета, чтобы очернить самые добрые желания и намерения, откроются препятствия там, где нельзя было их предвидеть и предупредить. Наконец, если с Божьей помощью эти препятствия и будут преодолены, и добрые намерения принесут явный добрый плод, кто может поручиться, что добрый делатель будет по достоинству оценен? Конечно, там на небе он получит должное за свой труд; но здесь, на земле, как часто подвижникам добра приходится терпеть самую черную неблагодарность и самые обидные оскорбления, и именно со стороны тех, кто был в особенности ими облагодетельствован! И эта людская неблагодарность сделалась почти неизбежным явлением жизни, и именно самых лучших деятелей истории как будто и ждет такая участь.

Вот перед нашими глазами прошла и так неожиданно прервана жизнь величайшего из деятелей всемирной истории и благодетеля своего и других народов, благочестивейшего Императора Александра II. Что может быть выше этого положения, добрее этого сердца, плодоноснее этой жизни? И что же представляет эта, приснопамятная и драгоценнейшая жизнь? Непрерывный труд, соединенный часто с самыми тяжкими лишениями, и самую тяжкую борьбу с разными препятствиями, которую вполне знала только его душа. Какие горькие чувства изъязвляли это добрейшее сердце, какие страдания он вынес, особенно в последние годы жизни, когда следовало бы только наслаждаться плодами дел своих, и, наконец, какая страшная кончина! Все это было бы для нас самой непонятной загадкой, если бы разрешения ее мы не видели в величии положения, на которое возвел его Господь, в особенной благотворности тех действий, которые ему было поручено совершить на земле, и в святоносной тайне креста Господня.

После сего понятны те чувства страха и смущения, с какими и великие духом люди встречали свои высокие призвания. «Господи, пошли другого, кого можешь послать», молился некогда великий пророк и законодатель Моисей (Исх. 4:13). «О, Господи Боже, я не умею говорить, ибо я еще молод», взывает Иеремия, призываемый к пророческому служению (Иерем. 1:6). И если они принимали свои призвания, повинуясь воле Господа, то сознавали, что идут на тяжкий труд, с готовностью положить за истину саму жизнь свою и с одной надеждой на Его всесильную помощь.

И это сознание своего недостоинства и трудности предстоящих служений служит как бы мерилом духовной зрелости: людям легкомысленным свойственно увлекаться разными видами почета и блеска, которыми окружается высокая власть, ради большого успеха в ее действии. Человек, серьезно относящийся к делу и глубоко мыслящий, видит перед собой прежде всего труд, препятствия, борьбу. Первые ищут высоких мест; последний, не доверяя себе, уклоняется от них, но на него то и падает жребий высокого призвания.

Так, Божья премудрость смиряет высокое в мире, обращая его на служение любви; но в то же самое время и тем же самым способом она возвышает положения, так часто в мире унижаемые и презираемые.

Представим самое последнее из человеческих служений — должность раба, совершенно зависящего от своего господина. Как может быть высоко и это звание, с точки зрения христианской! Слуга — христианин верует, что не какая-либо слепая судьба поставила его в такое положение, a Сам Господь, без воли которого и волос с головы нашей не упадет, определил ему это поприще для служения любви. И вот, он служит Господу на своем месте с таким же усердием и любовью, с какими служат Ему добрые делатели в высоких званиях и положениях (Еф. 6:5[717] и сл.).

Узко и ограниченно отведенное ему поприще служения: тем легче исполнить ему свой долг перед Господом. Он знает, как щедр и праведен Господь: судить Он будет по мере дарований каждого, a воздаст по мере усердия. И на малом поприще можно заслужить у небесного Царя такую же награду, какую получают великие мира за свое доброе делание. Часто, может быть, ему приходится терпеть обиду и несправедливость от своего господина, но он не человекоугодник, a слуга Божий. Лучше даже, если люди не воздадут ему за труд должного: воздаст ему Господь, Которому он служит, повинуясь своему господину. Так мощное слово Спасителя мира в самом корне разрушает то позорное рабство, какое вследствие общей греховности явилось в древнем языческом мире: нет ни раба, ни господина в церкви Господней, ибо все слуги Божьи. И как победоносно действовала сила Божьей истины над человеческим беспорядком. Сперва нравственно, духом сыноположения и свободы о Христе, поднимались труждающиеся и обремененные в положении рабском, a потом естественно, как бы сами собою, спадали с них и внешние цепи.

После этого, какое положение в христианском обществе или Божьей Церкви на земле может считаться низким? Святой апостол Павел уподобляет Церковь человеческому телу, в котором Божественная Премудрость соединила бесчисленное множество тончайших нитей, тканей, сочленений, мышц, членов, для достижения разных целей жизни (1 Кор. 12:15[718] и след.). Каждый член в теле нужен и дорог на своем месте: «не может глаз сказать руке: ты мне не надобна; или также голова ногам: вы мне не нужны» (ст.21). Так и в Церкви каждый христианин нужен и дорог в том месте, где указал ему быть Глава Церкви, Господь. Он должен стараться со всем усердием выполнить свое назначение и принести возможную в его положении долю добра в общую сокровищницу человеческой жизни. В теле все члены, хотя различаются между собою, a действуют стройно, во взаимном согласии и соподчинении, под управлением одной жизненной силы, так и в Церкви Божьей есть различные дарования, служения, действия, a Бог один и тот же, производящий все во всех (ст.4, 6).[719]

Выражением этого стройного единства в действовании на общую пользу служит взаимное уважение членов Церкви, требуемое словами Апостола: «всех почитайте, братство любите» (1 Петр. 2:17). Особый вид того же уважения — послушание или повиновение, которым обязаны младшие члены Церкви старшим, дети родителям, пасомые пастырям, подчиненные начальникам, подданные царю. «Будьте покорны, учит святой Апостол, всякому человеческому начальству, для Господа: царю ли, как верховной власти, правителям ли, как от него посылаемым» (ст.13, 14). «Младшие повинуйтесь пастырям; все же, подчиняясь друг другу, облекитесь смиренномудрием, потому что Бог гордым противится, a смиренным дает благодать» (5:5).

Вот высокое значение того послушания, в котором некоторые видят стеснение своей свободы! Они заблуждаются в мысли и о свободе, и о послушании. Для чего дана свобода? — чтобы сделать собственный выбор, который ставится в заслугу, между добром и злом. Какую же важность при этом получает указание со стороны более опытных и просвещенных: вот истинное добро, которое избрав, ты исполнишь долг и получишь награду у Бога! Послушание — это существенный признак живой веры и искреннего искания добра. Верующий прежде и более всего старается исполнить Божью волю и, по глубокому смирению, не доверяет своим собственным силам. Вот живая вера и указывает ему руководителей в тех, кого сам Бог поставил ему истолкователем Своей воли. Счастлив тот, кто привык жить и действовать в духе сыновнего послушания: сердце его осеняет дивное спокойствие от сознания, что он — на правом пути. Самые высокие деятели — и те, по чувствам веры и смирения, свободно отдают себя в послушание избираемым ими руководителям и ищут через них указания Господней воли.

Правда то, что в Божьей Церкви и благоустроенном человеческом обществе еще больше жизни, чем в самом совершенном из земных созданий — теле человеческом. Какой-либо член в последнем от рождения до смерти исполняет одно и то же назначение; у первых же возможны призвания и переходы из одного положения в другое, от низшего к высшему. Но кто же есть верховный Руководитель жизни? Господь «умерщвляет и оживляет, низводит в преисподнюю и возводит; Господь делает нищим и обогащает, унижает и возвышает» (1 Цар. 2:6–7).

Предавая себя, и друг друга, и всю жизнь наш Господу Богу, верующий ищет на всех своих путях Его всеблагой воли. Придет его череда, — он со смирением выходит на то поприще, которое указует ему десница Всевышнего. Не приходит, — он также смиренно трудится в своем кругу, и здесь ищет средства и способы к деланию добра… Как часто для самых великих деятелей в начале путь жизни бывал тесен, a потом невидимой рукою расширялся, и Божьему избраннику указывалось подобающее его дарованиям и трудам поприще!

Кто это пасет стада под знойными лучами палящего солнца? Это человек, наделенный от природы необыкновенными дарованиями и получивший самое высокое образование. Целые сорок лет дивный Моисей исполнял труд, так, по-видимому, не свойственный его способностям и просвещению. Но вот приходит время, и Господь указует ему великое его призвание, — и возводит его на поприще труда и славы, хотя сам он по великому смирению, всячески и отклонял от себя это призвание. Кто это тщательно укрывается от молвы людской в уединенной обители иноков? Это смиренный епископ Григорий, друг Василия Великого, соединявший в себе с необыкновенными талантами самое высокое духовное и светское просвещение, ум, по выражению песни, «краснейший», т. е. самый высокий. Но не укрылся великий светильник, его нашли, когда пришло его время, и извели на поприще великого труда, и загремело его сильное слово, утвердило оно истину православия там, где, казалось, совсем она была попрана врагами, и увенчался он славным именем Богослова, наравне с любимым учеником Христовым. «Никто сам собою не приемлет этой чести», говорит апостол, «но призываемый Богом, как и Аарон» (Евр. 5:4). А противящиеся власти, установленной Богом, подвергнутся страшному наказанию, как Дафан и Авирон, поглощенные землей за дерзкое возмущение против Божьего избранника Моисея… Аминь.

Поучение в 5-ю Неделю Великого Поста.[720]

Возлюбленные братия и сестры! Я хочу рассказать вам ныне и несколько разъяснить сегодняшнее чтение из Апостола и Евангелия. Из Апостола было чтение части послания святого апостола Павла к Евреям об очистительной силе крови Христа Спасителя, принесшего Себя в жертву Богу Отцу за грехи всего мира; a из Евангелия было читано повествование евангелиста Марка о том, как Господь Иисус Христос заранее предсказал Своим двенадцати апостолам, a в том числе и Иуде предателю, что Он, Господь наш, «предан будет архиереям и книжникам иудейским, и осудят Его на смерть, и предадут Его язычникам, и поругаются над Ним, и будут бить Его, и оплюют Его, и убьют Его, и в третий день воскреснет.» Далее, в Евангелии читано было о неуместной просьбе двух учеников — братьев, Иакова и Иоанна, — чтобы им занимать первые места, когда прославится Иисус Христос, и о том, как Господь кротко обличил их, сказав, что путь к славе Его есть путь креста, страданий и смерти; о негодовании прочих учеников на притязания Иакова и Иоанна и о наставлении, какое дал им всем Господь по этому поводу, а именно, — чтобы желающий быть большим других, был бы всем слугой, и кто хочет быть первым, был бы всем рабом, как и Сам Он «не для того пришел, чтобы Ему служили, но чтобы послужить и отдать душу Свою для искупления многих» (Мар. 10:32–45).

Теперь возвратимся к Апостолу. Итак, святой Апостол Павел в послании к Евреям говорит о Христе, что Он, Первосвященник будущих благ, со Своей Кровью, однажды вошел во святилище, и приобрел вечное искупление (всем верующим в Него); и если в ветхом завете кровь тельцов и козлов, приносившихся в жертву, и пепел телицы, через окропление, освящала оскверненных, дабы чисто было тело, то кольми паче Кровь Христа, Который Духом Святым принес Себя непорочного Богу, очистит совесть нашу от мертвых дел, т. е. от грехов, коих оброк смерти, — для служения Богу живому и истинному.

Итак, смысл апостольского чтения тот, что если, как прообраз, кровь ветхого завета, кровь жертвенных животных, освящала оскверненных, дабы чисто было тело, — то тем более кровь Христова очистит совесть нашу, душу и тело наше, от всякого греха. И апостол Иоанн Богослов говорит, что «кровь Иисуса Христа, Сына Его, очищает нас от всякого греха» (1 Иоан. 1:7).

Таким образом, пусть никто не унывает из грешников, сколь бы он ни был грешен, но да уповает получить прощение и очищение всех грехов своих; ибо мы имеем Спасителя, по благодати с нами присутствующего всегда в Своей Церкви, особенно в святых Тайнах; Который пришел очистить нас от всякого греха, только бы мы верили в Него, искренне и невозвратно каялись и причащались с верой и любовью Его пречистых Тела и Крови.

Так, вспоминаемая ныне святая Мария Египетская была первоначально погружена в бездну зол, в глубину разврата; но покаяние, вера и любовь, подвиги поста и молитвы, причащение святых Христовых Таин очистили ее, сделали ее святой и равноангельной. Будем и мы подражать ее вере, усердию в покаянии и молитве и в любви к Богу, ее жажде причащения Тела и Крови Христовой, — и Господь очистит нас от всякого греха, ибо «у Господа милость, и многое у Него избавление: и Той избавит» нас «от всех беззаконий» наших (Пс. 129:7–8).

В Евангелии нынешнего дня Господь наш Иисус Христос преподает нам то наставление, чтобы мы по ричине честолюбия и самолюбия не стремились к первенству и превосходству над другими, a домогались бы единственной угодной Богу чести — служить другим во спасение, как и Сам Христос Бог «пришел не для того, чтобы Ему служили, но чтобы» Самому «послужить и отдать душу Свою для искупления многих… Кто хочет быть большим между вами, да будем вам слугою; и кто хочет быть первым между вами, да будет всем рабом» (Мар. 10:45.43–44). «Носите бремена друг друга, и таким образом исполните закон Христов» (Гал. 6:2). Аминь.

Грех и покаяние

Поднимая наш дух указанием на загорающуюся зарю нашего спасения, Святая Церковь в то же время продолжает руководить нами в деле нашего религиозно-нравственного воспитания.

Природа человеческая так испорчена грехом и так немощна, что она всегда склонна более ко злу, чем к добру и потому ее постоянно нужно сдерживать, применять все средства обычного воспитания как назидания, так и указания на примеры того, к чему может приводить жизнь, отданная на волю страстей.

Чувственный мир с его, так называемыми, прелестями всегда имеет огромную силу обаяния для нашей природы, которая готова предпочесть его миру духовному даже тогда, когда перед ней последний открывается во всем величии своей божественности. Так это было даже с ближайшими учениками Христа-Спасителя, которые, не смотря на постоянное разъяснение им и в словах и делах сущности Царства Божьего, как царства не от мира сего, продолжали своими мыслями жить в царстве именно мира сего и даже добивались первенства чести в нем, как это обыкновенно бывает в наших земных отношениях.

Но мир, как весь лежащий во зле, способен увлекать людей и гораздо дальше — прямо в бездну самой греховности, в которой погибает все нравственное существо человека, и последний, теряя образ Божий, принимает на себя образ и подобие самого сатаны, подобострастно исполняя все его веления и прихоти. И Святая Церковь, предостерегая нас от такого греховного падения, предлагает нам за литургией в пятое воскресенье великого поста два евангельских чтения, из которых в одном, по поводу честолюбивой притязательности сыновей Саломии на первенство чести в Царстве Божьем, преподает урок христианского самоотречения, a в другом рисует страшную бездну греховности, в которую неминуемо падает человек, увлекающийся прелестями чувственного мира, и из которой нас может избавить только особенная Божья благодать.[721]

Мы остановим свое внимание на втором из них, так как и сама Церковь с особенной выразительностью останавливается на этом именно чтении, дополняя евангельский рассказ житием великой христианской подвижницы, которая своей жизнью доказала, как глубоко может падать человек, отдающийся миру страстей, и как наконец высоко может подниматься он, когда, отрешившись от мира, начинает служить Богу и стремиться к осуществлению своего высшего предназначения.

В период первого галилейского служения, когда слава учения и чудесных дел Христа Спасителя уже привлекла к Нему массы постоянно следовавшего за Ним народа, но не успела еще совсем ожесточить сердца книжников и фарисеев, один из последних, носивший одно из самых распространенных в то время имен — Симон, пригласил к себе в дом нового Учителя на вечерю. В этом приглашении сказалось конечно не столько искреннее гостеприимство и уважение к Учителю, сколько своего рода надменное честолюбие, желавшее выделиться этим из ряда других, a также и любопытство, побуждавшее поближе присмотреться к назаретскому Пророку.

Насколько последние чувства преобладали над первыми, видно из того, что Симон не соблюл при этом обычных на востоке любезностей и церемоний при встрече почетных гостей. Полагая для галилейского Пророка с Его учениками совершенно достаточной честью самое приглашени в дом такого знатного человека, как фарисей Симон, он даже не встретил Его, как требовалось установившимся обычаем, приветствием: шалом лека — «мир тебе», сопровождавшимся поцелуем в щеку, не помазал головы благовонными мастями и даже не подал холодной воды для освежения рук и ног.[722] Не соблюдя этих требований истинного гостеприимства, Симон прямо провел гостя к триклинию, за которым уже расположились сановные и чопорные друзья самого Симона, такие же высокомерные фарисеи, как и он сам.[723]

По обычаю, за Христом Спасителем следовал народ, который и теснился у дверей, даже проникая и внутрь дома, что при простоте восточной жизни было явлением весьма обыкновенным. Симон был доволен, что его дом сделался предметом такого общего внимания. Одно только крайне неприятно было ему: среди народа проникла в его дом одна такая личность, которая самым своим присутствием оскверняла все. Это была известная всему городу блудница — женщина, которая чарами своей красоты и нарядов увлекала в бездну греховности не только неопытную молодежь, но и благопристойных по внешности людей. Присутствие этой личности при данных обстоятельствах было крайне неприятно Симону, так как оно бросало тень на то показное благочестие, которым любили фарисеи хвастаться перед другими.[724] Ему хотелось бы сейчас же удалить ее, но, по-видимому, что-то препятствовало этому, и он, скрепя сердце, наблюдал за ней, вероятно приняв меры к тому, чтобы она не выдвигалась на особенно видное место.

Как фарисей, весь поглощенный соблюдением внешних обрядов благопристойности, он конечно и на эту женщину смотрел с точки зрения наружного благоприличия. Она была в его глазах сосудом греха, жалкой, презренной тварью, не заслуживавшей ни малейшего сострадания. A между тем в этой женщине была душа, которая жаждала любви и сострадания. И теперь в ее душе происходила страшная трагедия борьбы между добром и злом. Ведь и она когда-то была чистым, невинным существом, которое жило самыми чистыми надеждами и руководилось самыми невинными стремлениями. Эти надежды и стремления омрачились, когда она вступила на путь греховной жизни и падала все ниже и ниже. Есть натуры, которые навсегда погибают в этой бездне греховности и душой и телом, но есть другие, которые, даже осквернив свое тело и валяясь в бездне самых омерзительных пороков, продолжают сохранять искру добра и чистоты в глубочайшем тайнике своего сердца, и эта искра может разгореться в целое пламя, способное сразу очистить не только всю душу, но и тело от привитой ему мерзости осквернения.

К числу таких, именно, натур, по-видимому, принадлежала и эта женщина — причем холодное презрение со стороны людей могло только еще более погружать ее в порочность. При обычном течении жизни она могла беспечно предаваться самому грязному беспутству; но достаточно было ей услышать одно из благодатных изречений Спасителя, с бесконечной любвеобильностью и состраданием призывавшего к Себе всех «труждающихся и обремененных», чтобы все ее существо встрепенулось, искра добра воспламенилась и — совершился полный переворот в ее духовной жизни. Этот переворот и совершился теперь, когда она слышала учение божественного Учителя и видела, с какою любовью Он относился даже к самым отверженным существам в человеческом обществе.

При виде этого безгрешного Богочеловека она почувствовала всю омерзительность своей собственной греховности, и старалась теперь хоть чем-нибудь выразить свое благоговение к Нему. Для нее не существовало никого из этих надутых и гордо-презрительных фарисеев, которые сами, снаружи благоухая притворной святостью, внутри были преисполнены всякой мерзости. Поэтому, не обращая внимания на гневные, молниеносные взоры Симона и других фарисеев, она пробралась к Самому Христу и «начала обливать ноги Его слезами и отирать волосами головы своей, и целовала ноги Его, и мазала миром.»[725]

И Христос, как сердцеведец, принял эту жертву истинно сокрушенного сердца. Он не сказал пока еще ни одного ободрительного слова плачущей женщине, но она уже чувствовала, что жертва ее не отвергнута. Между тем фарисей пришел в ужас. Для него теперь стало ясно, что галилейский учитель вовсе не пророк. «Если бы Он был пророк, рассуждал про себя Симон, то знал бы, кто и какая женщина прикасается к Нему, ибо она грешница.» Сам Симон после такого осквернения непременно счел бы своим долгом совершить семь омовений в семи водах! Но он находился на ложном пути рассуждения, и в поучение ему, как и всем подобным ему высокомерным самолюбцам, Христос рассказал причту о двух должниках, из которых, вследствие их несостоятельности, одному заимодавец простил 500 динариев, a другому 50. «Скажи же, обратился к Симону божественный Учитель, который из этих должников более возлюбил его?»

Симону и в голову не приходило, чтобы эта притча могла иметь хотя какое-нибудь отношение к грешнице, a еще меньше к нему самому, и потому он, с некоторой важностью и не без примеси раввинского самовозношения, ответил: «думаю, тот, которому более простил.» «Правильно ты рассудил», ответил ему Христос, и затем обратив его внимание на женщину, все еще омывавшую свою греховную жизнь слезами у ног Спасителя, произнес то праведное обличение Симону, которое было для него тем неожиданнее и громоноснее, что оно основывалось на сравнении его бессердечия и черствости с сокрушением и любовью этой грешной, плачущей женщины!

«А потому сказываю тебе, торжественно заключил Христос: прощаются грехи ее многие за то, что она возлюбила много.» Ее долг был велик, но он прощен теперь, a потому и любовь ее также велика, — неизмеримо больше любви самого Симона, который воображал, что его долг совсем ничтожный, так что, в случае прощения его, не стоило даже и питать особых чувств любви и признательности к заимодавцу!

Можно представить себе, каким радостным трепетом охвачено было сердце бедной женщины, когда она сквозь рыдания слышала всю эту беседу, которая как сладостный голос бесконечно-чистой и нежной любви раздавался над ее склоненной к ногам божественного Учителя головой. Но ее радость перешла в полный и безграничный восторг, когда Господь Христос, обращаясь уже прямо к ней, с бесконечным человеколюбием сказал ей: «прощаются тебе грехи», a затем, чтобы рассеять недоумение фарисеев, еще прибавил: «вера твоя спасла тебя; иди с миром!»

Доселе она погрязала в бездне греха и в душе ее бушевала буря страстей. Она не знала, что такое мир, потому что находилась в постоянной брани и со своей совестью, и с окружающими людьми, и с Богом. Утопая в телесных наслаждениях, блистая наружной красотой и благоухая дорогими благовониями, она носила в своей душе целый ад терзаний, которые делали ее жизнь непрерывным страданием, каковым и вообще бывает жизнь всякого грешника. Только теперь она, охваченная и возрожденная неудержимым порывом покаяния, впервые узнала, как сладостен внутренний душевный мир, который, утишая бурю страстей, водворяет в душе и во всей жизни сладостное самоудовлетворение — как предчувствие блаженства неизреченного. Вот глубокий урок для всякого грешника! Предаваясь греху и валяясь в бездне порочности, он воображает, что находится в состоянии своего рода блаженства, пользуется жизнью с наслаждением. Но это лишь горькое заблуждение и ослепление, которое неминуемо должно замениться ужасным разочарованием. Это есть постепенное самоуничтожение, от которого может спасти только вера, и она именно, приводя человека к искреннему раскаянию, может водворить в его душе тот мир, который и есть необходимое условие истинно счастливой жизни.

В лице евангельской грешницы Церковь представляет нам пример того, как человек приходит к раскаянию под влиянием голоса своей собственной совести. Но есть и такие степени нравственного падения, на которых совесть подавляется настолько, что уже не в состоянии бороться с всеподавляющим и торжествующим грехом и потому человек нуждается для своего возвращения на путь истины в особых, более осязательных средствах.

Поразительный пример этого представляет жизнь преподобной Марии Египетской, прославление которой Святая Церковь приурочивает именно к пятой неделе великого поста. В ее лице мы видим даже более глубокое нравственное падение, чем в жизни евангельской грешницы. Эта последняя служила греху лишь как средству для удовлетворения потребностей своей жизни, a потому в душе ее никогда не погасала искра сознания ненормальности своего положения. Напротив, Мария Египетская, увлеченная вихрем страстей в таком бурном житейском море, как была в ее время Александрия, всецело отдалась греху, уже не как средству только для жизни, a как самой цели ее. Она не знала другой цели в жизни, кроме преступного самоуслаждения плоти, и для этого жертвовала даже всеми внешними удобствами жизни. Ничего святого уже не было и не шевелилось в ее сердце, и когда она отправилась в Святую землю вместе с паломниками, направлявшимися туда к празднику воздвиженья Святого Честного и Животворящего Креста Господня, то имела своей целью лишь продолжать свою грязную жизнь и там, на святой земле, увлекая в нее и других. На человеческий взгляд больше этого падения уже не может быть, и находящийся в таком состоянии человек есть жертва неминуемой вечной погибели. Но тайна Божьего промышления неисповедима и милость Божья беспредельна: нет такой степени греховного падения, от которой не могла бы восстановить грешника всеспасающая сила Божия.

Если Бог имеет силу воскрешать из мертвых, то Он же имеет силу восстановлять и от нравственной смерти. И это чудо нравственного воскресения совершилось именно над Марией, когда она, недопущенная невидимой силой войти в храм, впервые осознала всю греховность своей порочной жизни. Если евангельская блудница свободно прошла к самому Спасителю, y ног Которого и выплакала себе прощение, то, напротив, Мария Египетская приведена была к тому же сознанию недопущением ее даже к древу Крестному, на котором был распят Христос. Сама не сознавая своего недостоинства, она силой приведена была к такому сознанию, и результатом было также искреннее раскаяние в греховной жизни, оплаканной столь же горячими слезами покаяния. Но если для евангельской грешницы раскаяние повлекло за собой немедленное прощение из уст Самого Пастыря душ и водворение «мира» в душе, то Мария Египетская, как павшая гораздо глубже, должна была загладить свою греховную жизнь великим подвигом в пустыне. Еще семнадцать лет она боролась со страстями, и только после этого уже и она достигла того «мира» в душе, который составляет истинное счастье в жизни.

Да, Спаситель Христос пришел на землю, чтобы принести человечеству этот именно мир; но люди и доселе имеют склонность больше услаждаться бурей страстей, чем этим благословенным миром. Пусть же изложенный опыт жизни двух великих грешниц служит для нас постоянным напоминанием о том, к какой бедственности приводит жизнь, преданная страстям, и что от полной погибели, связанной с такой жизнью, может избавить только особая Божья милость.

Библиографический указатель слов, бесед и поучений на 5-ю Неделю Великого Поста

Филарет, митр. Московский. Слова и речи. Ч. I, отд 2, стр. 134.

Феофан, еп. Тамбовский. Ο покаянии. СПБ. 1869 г. стр. 232–258.

Иннокентий, арх. Херсонский. Сочинения, т. III. стр. 236.

Леонтий, митр. Московский. Слова и речи. М. 1888 г. Ч. I, стр. 95.

Иоанн, еп. Полтавский. Собрание слов, бесед и поуч. стр. 65.

Филарет, арх. Черниговский. Слова и беседы. Ч. III, отд. VI, стр. 80–99.

Николай, еп. Тамбовский. Слова и речи. Стр. 117.

Павел, арх. Кишиневский. Слова и речи. 1879 г. Т. 1, стр. 330.

Виссарион, еп. Костромской. Голос пастыря. Стр. 85.

Лебедев, Π. Α., прот. Поучения в Святую Четыредесят. Вып. I-24; II-19; III-14, 17.

Сергиев, И. прот. Собрание сочинений. Τ. II, 130–139.

Нордов, прот. Сеятель благочестия. Т. II.

Мегорский, прот. Слова, поучения и речи.

Сборник изд. журн. «Паст. Собеседн.». Стр. 149, 154, 157.

Сборник изд. журн. «Руков. для С. П.» Стр. 460, 463.

Дьяченко. Ежедневные поучения. Т. I, 652–668.

6-Я НЕДЕЛЯ ВЕЛИКОГО ПОСТА

I. ЕВАНГЕЛЬСКОЕ ЧТЕНИЕ. Зачало (41) от Иоанна 12:1-18

1 За шесть дней до Пасхи пришел Иисус в Вифанию, где был Лазарь умерший, которого Он воскресил из мертвых.

2 Там приготовили Ему вечерю, и Марфа служила, и Лазарь был одним из возлежавших с Ним.

3 Мария же, взяв фунт нардового чистого драгоценного мира, помазала ноги Иисуса и отерла волосами своими ноги Его; и дом наполнился благоуханием от мира.

4 Тогда один из учеников Его, Иуда Симонов Искариот, который хотел предать Его, сказал:

5 Для чего бы не продать это миро за триста динариев и не раздать нищим?

6 Сказал же он это не потому, чтобы заботился о нищих, но потому что был вор. Он имел при себе денежный ящик и носил, что туда опускали.

7 Иисус же сказал: оставьте ее; она сберегла это на день погребения Моего.

8 Ибо нищих всегда имеете с собою, а Меня не всегда.

9 Многие из Иудеев узнали, что Он там, и пришли не только для Иисуса, но чтобы видеть и Лазаря, которого Он воскресил из мертвых.

10 Первосвященники же положили убить и Лазаря,

11 потому что ради него многие из Иудеев приходили и веровали в Иисуса.

12 На другой день множество народа, пришедшего на праздник, услышав, что Иисус идет в Иерусалим,

13 взяли пальмовые ветви, вышли навстречу Ему и восклицали: осанна! благословен грядущий во имя Господне, Царь Израилев!

14 Иисус же, найдя молодого осла, сел на него, как написано:

15 Не бойся, дщерь Сионова! се, Царь твой грядет, сидя на молодом осле.

16 Ученики Его сперва не поняли этого; но когда прославился Иисус, тогда вспомнили, что так было о Нем написано, и это сделали Ему.

17 Народ, бывший с Ним прежде, свидетельствовал, что Он вызвал из гроба Лазаря и воскресил его из мертвых.

18 Потому и встретил Его народ, ибо слышал, что Он сотворил это чудо.

Общий характер недели. Практический очерк содержания рядового чтения

Евангельское чтение шестой недели поста состоит из двух частей, из которых каждая заключает в себя особый предмет для поучения и назидания. В первой части, повествующей о вечере Иисуса Христа в Вифании (ст.1–8), изображается величие истинной любви.

1. Любовь больше, чем её (Марии, сестры Марфы) дар, и прекраснее, чем её дело.

а) По отношению к её объему.

Она дает более, чем может, т. е. она думает, что, она никогда не в состоянии сделать достаточно, и только ограниченность сил и средств удерживает ее от дальнейшего круга действий (ст.3). Мария делает много, но ей кажется, что все еще не довольно, потому что она не может сделать больше.

б) По отношению к её содержанию.

И в деле, и в материальном даре высокое чувство любви хочет как бы воплотиться в видимой и осязательной форме, но оно может выразиться в этом только отчасти, невполне (ст.3). Мария высказала в своем подвиге любви полноту преданности и благодарности, истинное понимание которой она с уверенностью предполагала в Иисусе Христе.

2. Любовь непонятна для мира и даже для самой себя составляет тайну.

а) Мир ее не понимает, или потому, что он привык выражать свою любовь в одной и той же определенной форме (ст.5;[726] ср. ст. 8[727]).

Как часто воображают в миру, что милостыня бедным есть самое высшее и единственно возможное выражение любви! Не потому ли, что не хотят признать истинного величия в том, что явно обличает их примитивные чувства и их ничтожество (ст.6).[728]

б) Она для самой себя тайна, потому что она, как и всякая истинная добродетель, не имеет никакого сознания о своем достоинстве; дело её кажется ей вполне естественным и необходимым, не заключающим в себе ничего особенного.

Она делает более, чем думает, ибо то, что она вображает делать людям, она делает Господу (Мат. 25:40; ср. Евр. 13:2). Мария при этом случае видит в Иисусе Христе более благодетельного друга человечества, чем Бога.

Дело любви по своим последствиям необозримо; оно, как и всякое добро, вечно живет, возрастает и приводит к такому концу, какого любовь не могла даже и предчувствовать (ст.7; ср. Мат. 26:13).

Во сторой части, заключающей в себе рассказ о торжественном входе Спасителя в Иерусалим (ст.9-18), изображается Иисус Христое, как царь.

1. Предчувствие о Его необыкновенном величии имеют даже те, которые еще не узнали Его совершенно; это обнаруживается:

а) на народе, который слышал о Его необыкновенных деяниях (ст.9);

б) на Его врагах, которые всеми мерами стараются противодействовать возрастающему к Нему уважению (ст. 10, 11).

2. Царское величие Его открывается в торжественном входе в Иерусалим:

а) посредством приветствий со стороны народа (ст.13);

б) посредством исполнения пророчеств (ст.14–15);

в) посредством дальнейших последствий (ст.16).

3. Но не все хотят подчиниться Его владычеству.

а) Многие действительно прославлют Его могущество(ст. 17–18);

б) но другие из зависти отказываются признать Его (ст.19).

Частные темы, предлагаемые проповеднику евангельским чтением, могут быть следующие:

Ст. l-3. — О любви к странноприимству. Об утешениях в дружбе. Истинная любовь более, чем ее дар и прекраснее, чем ее дело.

Ст. 4–6. — О злобе сердца, прикрываемой любовью. О том, что благотворительность бедным не есть высшее выражение любви. О тех, которые восстают против дорогих украшений храма, богатой церковной утвари и т. п.

Ст. 9. — Желание видеть чудесное не служит еще признаком верующего сердца.

Ст. 10–11 — До какого ослепления может дойти злоба, если она соединена с предрассудками; это мы видим на врагах Иисуса Христа.

Ст. 12–13. — Как изменчивы одобрения толпы. Как легко народный энтузиазм, по наущению вожаков, переходит в ненависть. О необходимости быть осмотрительными особенно тогда, когда наиболее всего благоприятствует нам счастье. Об изменчивости человеческого счастья, или не полагайтесь на людей.

Ст. 14–15. — Иисус Христос, как царь духовного царства и т. п.

Cе Царь твой грядет

«Не бойся, дщерь Сионова! се, Царь твой грядет, сидя на молодом осле» (ст.15).

Пророчество Захарии исполнилось (Зах. 9:9).[729] Нынешнее евангелие изображает нам торжественное шествие Иисуса Христа в Иерусалим, как царя Сиона. Что же тут царского? Где блеск, достойный царя? Где радость, возвещаемая дщери Сиона?

1. Входит ли Он, как Царь?

Нет. Что касается Его лично, то Он приходит «кроток», беден, на «молодом осле» (Мат. 21:2–5),[730] без знатной прислуги и украшений, (Мат. 21:7),[731] без богатых колесниц, гордых всадников и блестящих мечей (Зах. 9:10).[732]

Но что касается народа, то он действительно встречает Его, как царя. Никогда, конечно, никакой народ не встречал царя с бόльшим восторгом, чем народ израильский, страдавший под иноземным игом, принимал Иисуса Христа, видя в Нем своего обетованного царя, хотящего избавить Израиля. Одежды и ветви расстилались по пути (Мат. 21:8).[733]

Никогда никакого царя не приветствовали так сердечно, как народ израильский. От старцев и до грудных младенцев, приветствовал Спасителя, возглашая Ему: «осанна! благословен грядущий во имя Господне, Царь Израилев!» (ст.13; ср. Мат. 21:9[734]).

И однако же истинно то, что Он не входит, как царь, т. е. этого мира. Напротив, достойно удивления, что народ мог так ошибиться, думая видеть в кротком лице Иисуса Христа грозного победителя, идущего на войну против римлян, и приветствуя Его, как героя из дому Давидова. И вот, спустя немного, лишь только он заметил свою ошибку, он с таким же ожесточением взывал: «распни, распни Его,»(Лук.23:21) с каким восторгом ныне возглашает: «осанна.»

2. Он входит, как величайший царь, но Царь особенного духовного царства.

Все цари должны повергнуть к Его стопам свои порфиры, венцы и державу; ибо как бы ни был велик и мудр земной царь, он может способствовать только временному благополучию своего народа, если Бог благословит его царство; но душевного мира, спокойствия совести он не может доставить своему народу, не может примирить с Богом, избавить ни от одного греха.

Но Иисус Христос входит «праведный и спасающий» (Зах. 9:9). Он идет на величайшую и беспримерную в мире борьбу. Однако ничьей крови Он не проливает.

Он идет пролить Свою собственную, бесценную кровь и ей приобрести победу. Посему весь мир — Его победные жертвы.

Прииди же, возлюбленная душа, и почти Его, как твоего Царя! Достойно и праведно воспевать Ему и Его царству: осанна! Пусть Он будет «праведный и спасающий» для тебя, — и ты в избытке сердца будешь воспевать Ему: осанна, и теперь — на земле, и вечно — на небе.

О жизненном пути Господа нашего Иисуса Христа

«За шесть дней до Пасхи пришел Иисус в Вифанию» (ст.1).

Приближались последние дни земной жизни нашего Господа. На пути в Иерусалим Он заходит в Вифанию. Путь, которым Он шел, вел Его к страданиям и смерти. Спокойно и безропотно идет Он своим путем, как шел и в продолжении всей Своей жизни.

Вступая в великие дни страстной седмицы, поразмыслим для нашего назидания

1. Путь, которым шел наш Спаситель, был предназначен Ему от Бога.

а) Вся Его жизнь была в собственном смысле странствованием с одного места на другое.

Он «ходил, благотворя и исцеляя всех» (Деян. 10:38). Таково было Его призвание от Бога. Научая, утешая, благодетельствуя, странствовал Он по земле и распространял истины богопознания и богопочитания, спасение и мир между людьми. «Я сошел с небес не для того», говорил Он, «чтобы творить волю Мою, но волю пославшего Меня Отца» (Иоан.6:38). Все перемены, обстоятельства, случаи, встречавшиеся Ему на Его пути, были предопределены от Бога. Все направлено было к прославлению Божьего имени.

б) И путь нашей жизни также предназначен нам Богом.

Каждый человек имеет определенное назначение, указанное ему Промыслом. К этому назначению приспособлено все, прежде чем началось наше земное странствование. С этим назначением находится в связи все, что встречается нам на пути жизни. Счастливые и несчастные случаи и обстоятельства, ознаменовывающие путь нашей жизни, постигают нас по Божьей воле и должны служить к развитию и укреплению наших сил, к образованию и улучшению нашего сердца, к направлению и устремлению нашего духа к неизменному и вечному.

в) Пусть никто поэтому не воображает, будто случай определяет путь его жизни. Пусть никто не считает для себя безразличным, при каких обстоятельствах мы живем, какую цель имеем пред глазами, какая ревность одушевляет нас, какой радости, какого счастья ищем мы на пути жизни.

О, если бы мы, по примеру Спасителя, следовали путем долга, призвания и назначения, указанных нам Богом! О, если бы мы никогда не забывали, как Бог взирает на наши пути, следуем ли мы путем греха или добродетели! Да будет нашим желанием и стремлением странствовать по пути жизни с просвещенным разумом и чистым сердцем, с верой и подражанием Спасителю!

2. Путь, которым шел Спаситель, вел Его к страданиям и жертвам.

а) Ничего другого Он не ожидал встретить на Своем пути. Еще за долго до страданий, Он говорил своим ученикам: «вот, мы восходим в Иерусалим, и Сын Человеческий предан будет первосвященникам и книжникам, и осудят Его на смерть» (Мат.20:18 и проч.).

Хотя при своем последнем торжественном входе в Иерусалим как видим из дневного Евангелия, Он был принят как царь, и Его путь, усеянный пальмами и одеждами, казалось, вел Его к славе и величию, но как скоро этот путь привел Его к Голгофе!

б) Среди подобных перемен счастья и несчастья проходит и наш путь жизни и ведет часто к страданиям и бедствиям. Не будем чуждаться радостей и утешений, какие Отец небесный посылает нам в скорбях жизни. Не будем забывать, как часто Он своей любвеобильной рукой предостерегал и охранял нас от опасностей, чтобы наши стопы не преткнулись о камень.

За такую отеческую заботливость мы должны быть благодарны, но при этом должны помнить и не забывать, что наш жизненный путь ведет то через цветущие луга счастья, то через мрачные юдоли скорбей. Кто не испытал этого?!

в) Как тяжел бывает этот путь для иного человека, которому постоянно сопутствует бедность и нищета, который, под гнетом забот, болезней, старости, должен идти длинным, пустынным путем, одинокий, оставленный, без поддержки и друзей! Долг счастливых людей — спешить на помощь таким несчастным, доставлять им утешение, ободрение и успокоение. Но никто не должен отчаиваться и падать духом на таком пути. Потому что Бог — наша защита, Христос — наш вождь. Поучимся у Него, как нам странствовать нашим путем жизни, если он ведет через скорби и страдания.

3. Иисус Христос шел Своим путем жизни неуклонно и постоянно.

а) Он был и остался верен Своему долгу, Своему высокому, божественному призванию; жизненный путь вел Его туда, куда Он хотел. Ныне путь Его из Вифании в Иерусалим был путем к кресту и крестной смерти. Но с каким спокойствием шел Он на смерть, чтобы убедить мир в истине Своего учения, искупить людей и совершить дело, порученное Ему от Отца! Все трудности, страдания и опасности Он препобедил верностью, постоянством и упованием на Бога.

б) Взирая на Начальника и Совершителя нашей веры, будем и мы неуклонно идти путем нашей жизни! Пусть каждый пребывает верным обязанностям своего звания, верным во всех случаях и при всех обстоятельствах, — верным в надежде и уповании на Бога. И пусть мы никогда не собъемся с нашего жизненного пути, если опасности угрожают нашей невинности и добродетели, никогда не будем колебаться и уклоняться от делания добра, но побеждать всякие огорчения силой Господа нашего Иисуса Христа, могущего снизойти к нашим немощам.

Ни прельщения чувственной похоти, ни блеск богатства и почестей не должны отвлекать нас от пути правды и благочестия; потому что стали Христовыми, распяв плоть.

в) Мы должны вооружиться мужеством, терпением и постоянством, если наш жизненный путь труден, и не переставать делать добро. Кто хочет быть учеником Христовым, тот должен взять на себя крест свой и следовать за Ним.

Подкреплением нашим должен служить Его пример и та мысль, что мы проходим наше жизненное поприще под защитой и водительством Промысла, который всегда находится подле нас и взывает к нам: «довольно для тебя благодати Моей, ибо сила Моя совершается в немощи» (1 Кор. 12:4).[735] «Укрепите опустившиеся руки и ослабевшие колени и ходите прямо ногами вашими, дабы хромлющее не совратилось, а лучше исправилось» (Евр. 12:12–13).

Если мы верно и постоянно идем нашим путем жизни, то приходим к славной цели.

4. Христос на этом пути достиг славной цели.

а) Путь Его вел к гробу; но из гроба — к славной и вечно блаженной жизни у Бога. Смертные страдания увенчали Его славой и честью; и как на земле Он прославлял Отца, так Отец прославил Его и посадил одесную Себя на небе.

б) И наш путь жизни приводит наконец к гробу. Цель наша там, где смерть ведет нас в вечное отечество. Куда шел Иисуса Христос, чтобы уготовать место нам; туда ведет и наш путь, ведет в дом Отца, из мрака к свету, из борьбы к вечному миру.

С каким чаянием взирает усталый путник на свою цель, если длинный путь ослабил его силы и дух, если он, оставленный спутниками и друзьями, должен наконец идти один! Как укрепляет взгляд на цель слабые силы, как возвышается падающий дух, как ободряются последние шаги.

в) Будем смотреть на наш жизненный путь, как на стезю, ведущую к небу; тогда легкомысленный одумается и направит свои стопы к истинной цели; тогда порочный обратится и станет искать пути, ведущего к добродетели; тогда печальный, гонимый и презираемый мужественно будет переносить краткое время печали. Поистине, «сонаследники же Христу, если только с Ним страдаем, чтобы с Ним и прославиться» (Рим.8:17).

Пример Иуды показывает нам, до чего может довести человека потеря совести

«Тогда один из учеников Его, Иуда Симонов Искариот, который хотел предать Его, сказал: Для чего бы не продать это миро за триста динариев и не раздать нищим? Сказал же он это не потому, чтобы заботился о нищих, но потому что был вор. Он имел при себе денежный ящик и носил, что туда опускали» (ст.4–6).

Прекрасный поступок Марии, помазавшей ноги Спасителя драгоценным миром, возбуждает негодование в злобном сердце Иуды Предателя. От чего это? От потери совести?

Бог дал нам в совести свидетеля и судью наших помышлений, намерений и поступков; она поощряет нас и предостерегает от зла, одобряет и порицает нас.

Благо тому, кто внимает ее внушениям и предостережениям.

Но кто остается совершенно равнодушен к голосу совести, y того она помрачена, потеряна и убита.

1. До бесчувственности ко всему доброму и благородному.

Иуда был учеником Иисуса Христа; но сомнительно, чтобы он сделался им из уважения к божественному лицу Спасителя и из убеждения в истине Его учения.

Очень может быть, что учение и чудеса Иисуса Христа произвели на него впечатление и возбудили в нем решимость следовать за Ним; потому что и порочный человек способен к добрым впечатлениям.

Но вероятнее всего, что овладевший им порок скупости и сребролюбия имел преимущественное влияние на его решимость сделаться учеником Иисуса Христа. От общения со Спасителем он рассчитывал на важные выгоды, большие почетные места в земном царстве, которое, по его представлению, должен был основать Мессия.

Порок сребролюбия до такой степени овладел его душей, что он не обращал внимания на внушения и упреки совести. Он не считал несправедливостью доставлять себе неправедными средствами приобретения, и не находил нужным очищать свое сердце от постыдного порока. Это помрачение совести довело его до равнодушия ко всему доброму и благородному.

Он видел чистую, святую жизнь Спасителя, был свидетелем Его величайших дел, слышал из уст Его уроки мудрости и добродетели, увещания к приобретению нетленных благ духовных. Но, ни эти уроки, ни эти божественные дела не трогали его сердца, не исправили его души.

Кто дошел до такого состояния, что не замечает смущения совести и не обращает внимания на ее угрызения, тот становится бесчувственным ко всякому добру. Он не находит более никакого удовольствия в благородных поступках и делах, не радуется успехам в познании истины, в усовершенствовании ума и сердца.

Он не чувствует более красоты и достоинства добродетели; потому что порок подавил в его груди всякое высокое чувство.

2. До совершенного развращения мысли и жизни.

Такое действие проявилось более во внутреннем расположении Иуды, чем в его общественной жизни и деятельности. Потому что страх перед Иисусом и прочими учениками удерживал его от полного обнаружения испорченности своего сердца в его поступках. Однако же ученики называют его вором (ст.6). Сказали ли бы они так, если бы не знали его таким из его поступков?

Помрачение совести неизбежно сопровождается развращением мыслей и жизни. Совесть должна бодрствовать над нашими расположениями и поступками, направлять наши намерения и стремления; она должна побуждать к добру и отвращать от зла.

Кто таким образом всегда поступает по совести, прислушивается к ее голосу, к ее внушениям и предостережениям, тот никогда не бывает вполне доволен своим нравственным состоянием, но всегда старается быть лучше и совершеннее.

Но кто равнодушен к внушениям совести и не обращает внимания на ее напоминания, тот не исправляет своего сердца по Божьему закону, не направдяет своих поступков по предписаниям разума, но подчиняется единственно господству своих чувственных наклонностей, пожеланий и страстей. Он продолжает делать проступки, осуждаемые совестью, более и более погрязает в пороке и делается несчастным его рабом.

По временам может пробуждаться совесть, но воля делается настолько слабой, что не в состоянии утвердиться в добре. Как тяжело, как часто даже невозможно становится теперь искоренение злых пожеланий и возвращение на путь добродетели? Пример Иуды ясно показывает это.

3. До отчаяния и погибели.

Иуда, предав своего Учителя и Благодетеля, потерял свою совесть. Пока он не чувствовал ее упреков, он извинял, быть может, свое дело тем, что он обманулся в своих ожиданиях на счет царства Мессии, что Иисус чудесно освободится из рук своих врагов. Но когда этого не случилось, и Спаситель был осужден на смерть, то совесть пробудилась с потрясающей силой. Он познал ужас своего поступка.

Чтобы сколько-нибудь облегчить угрызение совести, он возвратил назад сребренники. Но это однако же не успокоило его. Он чувствовал раскаяние в своем преступлении, но это раскаяние не примирило его с совестью и с Богом, потому что он утратил упование на Бога и должен был презирать самого себя. Он впал в отчаянье и кончил жизнь свою самоубийством.

Петр также пал, пал глубоко, отвергшись Иисуса Христа.

Но его совесть не была помрачена. Она спасла его. Его раскаяние возвратило его к добродетели, к Спасителю, к Богу. В вере и уповании на Божью благодать, в решимости никогда не впадать в такой грех, находил он утешение и ободрение. Он не отчаялся.

Помраченная совесть ведет к отчаянию и погибели. По временам она пробуждается, напоминает грешнику о его грехах, мучит его, но избавиться от ее мучений можно только посредством исправления, к которому несчастный становится неспособен. Это — червь, никогда неумирающий, и огонь, никогда неугасающий.

В отчаянии грешник старается часто вновь заглушить совесть преступными удовольствиями, или принимает на себя личину благочестия, которою думает обмануть себя и Бога. Но удается ли ему это? О, будьте внимательны к внушениям совести, как к Божьему голосу! Бдительная совесть — лучшая защита от порока.

Мы видим на врагах Иисуса Христа, как опасны и гибельны предрассудки, если они соединяются со злым сердцем

«Первосвященники же положили убить и Лазаря, потому что ради него многие из Иудеев приходили и веровали в Иисуса» (ст.10–11).

Замыслив на жизнь Иисуса Христа, архиереи и книжники иудейские совещаются между собою убить и Лазаря, воскрешенного Господом из мертвых, — для чего? «потому что ради него многие из Иудеев приходили и веровали в Иисуса.»

Какое ужасное ослепление!

1. В ослеплении врагов в отношении к учению Спасителя.

Иисус Христос учил иудеев о цели своего пришествия в мир, о царстве Божьем, которое Он должен был основать. В чистоте Его намерений, в истине и божественности Его учения они не могли сомневаться, если они испытывали их, сравнивали Его дела с Его наставлениями. Они не могли опровергнуть Его учения, и однако же не веровали в Него. Чем объяснить такое упорное неверие, как не ослеплением их ума и предрассудками, которыми они были заражены в отношении к Спасителю?

Иудеи, по преимуществу священники, желали Мессии, Который, по их планам, должен был основать мирское царство, и служить их честолюбию и любостяжанию. Но когда Иисус Христос не мог и не хотел оправдать этих ожиданий, они отвергли Его, назвали Его совратителем народа, богохульником.

До такого ослепления невозможно было бы дойти, если бы с предрассудками не соединялось злое сердце. Но их сердце исполнено было злобы и лукавства. Учение Спасителя встречало в их ненависти сильнейшее сопротивление. Они не могли переносить истины, потому что она была противна их страстям.

Поэтому Спаситель говорит о них: «видя не видят, и слыша не слышат.» (Мат. 13:13).[736] Ослепление к истине никогда не бывает столь великим, чем если предрассудки и злое сердце совместно сопротивляются ей. Пока только один разум заблуждается, a сердце еще неиспорчено, человек легко может придти к познанию истины. Тогда он считает своей обязанностью отказаться от заблуждений и предрассудков. Но если сердце испорчено и воля противится добру, тогда наставления не находят никакого доступа. Как ужасно состояние такого человека!

2. В их ожесточении ко всем предостережениям Спасителя.

Ожесточение есть такое состояние, в котором человек не чувствует более никакого побуждения к исправлению. Разум, чувство, совесть подавлены и как бы умерщвлены для всего духовного и божественного. Находясь в таком состоянии, человек имеет только чувство к земному и телесному, ощущает только телесную боль и похоть, но не скорбь о грехе. Он не верит, что он заслужил наказание, или что святой и праведный Бог воздаст за зло; он не верует в мздовоздаяние добра и в вечную, несомненную награду добродетели.

Предостережения, убеждения, увещания не имеют никакой силы для того, кто проникнут такими понятиями. Но и это состояние ожесточения есть действие предрассудков, с которыми соединено злое сердце. Предрассудки хотя и препятствуют человеку в познании его назначения и долга и могут даже извратить совесть, однако нравственное чувство еще возмущается, любовь к добру, благоговение и страх перед праведным Божьим судом еще действует, восприимчивость к увещаниям и предостережениям еще остается.

Но если в сердце убито всякое чувство к добру и порок совершенно овладевает им: тогда возникает то ожесточение, которое мы видим у врагов Иисуса Христа. Как грозно Он предостерегал их от лицемерия и порока; как часто Он указывал им на ожидающую их участь, если они не раскаются! Но они оставались непроклонными к Его предостережениям, унижали и хулили Его и надменно возглашали: «кровь Его на нас и на детях наших!» (Мат. 27:25). О, если бы мы никогда не забывали, что человек может дойти до такого ожесточения! Да послужит этот пример к нашему предостережению!

3. В их бесчувственности к Его страданиям и смерти.

С какой неистовой злобой старались они усилить Его страдания ругательствами и насмешками, сделать Его состояние еще более невыносимым!

Если бы они имели в отношении к Спасителю только предрассудки, считали бы Его только лжеучителем, то они, — хотя бы, по их мнению, Он и заслуживал смерти, — относились к Нему с состраданием или, по крайней мере, с сожалением, но не увеличивали бы Его страданий бесчувственными, жестокими мерами. Но с их предрассудками соединялось и злое сердце.

Давно уже зависть, недоброжелательство, ненависть и мщение наполняли их душу и побуждали их к ужасному преступлению.

Для них нестерпим был взгляд божественного Учителя, помрачавшего их блеском Своей добродетели. Установлением царства Божия Он уничтожал их честолюбивые и корыстолюбивые планы.

Когда посредством постыдной измены и подкупа удалось им схватить Иисуса и приговорить к смерти: с каким злорадством они встретили этот приговор! Какими насмешками осыпали невинного Страдальца, когда воображали, что Он не может им более вредить! Не было ли это действием предрассудков, с которыми соединено было злое сердце? Где разум проникнут заблуждением и предрассудками, a сердце испорчено греховными наклонностями и порочными пожеланиями: там жизнь превращается в длинный ряд злодеяний, в проклятие для мира, и погибель становится неизбежной.

О, пусть каждый предстанет пред Богом Всеведущим и спросит себя: иду ли я в ослеплении разума и злобы сердца на встречу моей погибели?

Да поможет Милосердый Бог каждому заблудшему познать гибельность своего пути!

Что открывается нам в торжественном входе Спасителя во Иерусалим

«Иисус же, найдя молодого осла, сел на него, как написано: Не бойся, дщерь Сионова! се, Царь твой грядет, сидя на молодом осле» (ст.14–15).

В истории Господа нашего Иисуса Христа есть такие события, которые довольно ясно представляют нам образ Его личности и жизни. Таким событием служит и торжественный вход Его в Иерусалим.

1. Его свободное послушание.

а) Спаситель знал, что Его ожидало на этот раз в Иерусалиме, — именно смерть.

«Вот, мы восходим в Иерусалим», говорил Он ученикам своим, «и совершится все, написанное через пророков о Сыне Человеческом, ибо предадут Его язычникам, и поругаются над Ним, и оскорбят Его, и оплюют Его, и будут бить, и убьют Его: и в третий день воскреснет» (Лук. 18:31–33).

Ученики отговаривали: «Равви! давно ли Иудеи искали побить Тебя камнями, и Ты опять идешь туда?» (Иоан. 11:8).

Когда ничто не помогало, Фома сказал: «пойдем и мы умрем с ним» (Иоан. 11:16)!

Таким образом, Иисус Христос шел на встречу смерти с вольным послушанием. И какой смерти? Не той, которая подобает учителю и другу бедных, но смерти самой ужасной, на которую осуждаются только изверги рода человеческого. В какое время? Во цвете лет, когда неохотно расстаются с жизнью. Он молился: «Отче Мой! если возможно, да минует Меня чаша сия; впрочем не как Я хочу, но как Ты» (Мат.26:39).

б) Как мало мы послушны в любви Божьей, в любви к ближнему, в самоотвержении и т. д.?

2. Возвышенное спокойствие души.

а) Иисус Христос шел на встречу ужаснейшей смерти и, однако же, дал приказание относительно своего входа в Иерусалим: «сказав им: пойдите в селение, которое прямо перед вами; и тотчас найдете ослицу привязанную и молодого осла с нею; отвязав, приведите ко Мне; и если кто скажет вам что-нибудь, отвечайте, что они надобны Господу; и тотчас пошлет их. Всё же сие было, да сбудется реченное через пророка» (Мат. 21:2–4). Он входил в столицу Иудеи не так, как обыкновенно Он входил, пешком. Таким образом, несмотря на ожидавшие Его страшные события, Он предпринимает торжественный вход, является как царь. Какое спокойствие духа!

б) Как малодушны и беспокойны делаемся мы, когда нам, при виде смерти, приходит одна мысль о расставании с привязанностями жизни и проч.?

3. Святое смирение.

а) Весь народ вышел на встречу Спасителю, постилал Ему одежды, приветствовал Его, как истинного царя от дома Давидова. Только книжники и члены синедриона высказывали негодование. Достаточно было одного мгновения, чтобы враги Христовы были уничтожены и чтобы Ему воссесть на престоле Давида. Но Его кротость этого не восхотела: Он не желал быть земным владыкой. Он хотел утвердить престол свой на Голгофе.

б) Как, напротив, мы высокомерны? Отказываемся ли мы когда-нибудь от земных почестей? Как домогаемся мирских отличий?

4. Бесконечная любовь.

а) Из любви к роду человеческому шел Спаситель в Иерусалим, чтобы умереть за нас. Своим торжественным входом Он ускорил приговор над собой. Как легко Он мог избежать его! Мера любви должна была исполниться!

б) Как часто мы не любим? И как часто под нашей мнимой любовью к Богу и ближним скрывается только самолюбие?

О кротости

«Се, Царь твой грядет к тебе кроткий» (Мат. 21:5).

Господь наш Иисус Христос предпринимает свой торжественный вход в Иерусалим, — тот самый город, который столько причинял Ему страданий в жизни и скоро будет вопиять: распни, распни Его! Спаситель желал спасти город, a город замышлял погубить Его. Какая необычайная кротость Мессии! Так буквально исполнились слова пророка: «се Царь твой грядет к тебе кроткий.»

Кротость спокойно переносит оскорбления ближнего и воздает добром за зло.

1. Иисус Христос учит кротости и словом, и примером Своим .

а) В нагорной проповеди своей Иисус Христос убедительно учит кротости: «блаженны кроткие, ибо они наследуют землю» (Мат. 5:5). Блаженными, следовательно, называются и прославляются те, которые твердо и спокойно переносят всякие оскорбления, которые обладают способностью умерять всякие вспышки гнева и не выходить из самообладания.

б) Иисус Христос требует смирения: «научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем» (Мат. 11:29). Весьма многие ничему или мало чему учатся от Спасителя, но менее всего смирению.

в) Иисус Христос собственным примером показал кротость, когда Иуда предавал Его лобзанием, когда исцелил ухо Малха, когда молился на кресте за своих врагов и т. п.

2. Кротость — добродетель очень трудная, но не невозможная..

а) Человек не охотно переносит оскорбления.

Он волнуется, приходит в раздражение и гнев. Только немногие люди с величайшим трудом достигают высокой добродетели смирения, миролюбия и любви ко врагам.

б) Но эта добродетель не невозможна, иначе Спаситель не требовал бы ее.

Человеку очень многое бывает трудно, но он должен привыкать, упражнять себя, если хочет быть христианином.

в) Были и есть люди, достигавшие кротости.

Моисей переносил все с терпением и смирением, и потому говорится о нем, как «о самом смиренном муже между всеми людьми, обитавшими на земле.» Давид с кротостью переносил оскорбление Семея и не причинил ему никакого зла.

Если могли другие, почему же не могу я?

3. Кротость — добродетель благородная, возвышенная и ведущая к небу.

а) В ней проявляется полное самообладание, господство разума, a кто умеет владеть собой, тот благороден. Такое самообладание украшает человека более, чем наука, искусство, богатство и рыцарство. Никакое другое благородство не может сравниться с кротостью. Победа над самим собой — величайшая из всех побед.

б) Бог неизменяем. Кротость также не изменяется; она спокойна при неприятностях, не теряет бодрости при оскорблениях. Таким образом, кроткий уподобляется Богу. Какая высокая добродетель!

в) Небо достигается только с усилием. Небо — великая награда, для получения которой нужно делать многое и трудное. Но кротость, действительно, есть трудное, великое и высокое самообладание. Кроткий человек — непрестанный победитель, a победа ведет к небу и доставляет нетленный венец.

Слезы Иисуса Христа — самое лучшее увещание против нераскаянности

«И когда приблизился к городу, то, смотря на него, заплакал о нем» (Лук. 19:41).

Приблизившись к городу Иерусалиму, Иисус Христос «заплакал.» Слезы Его говорят, что над иудейским народом истощены все меры и средства к его исправлению; но он им не внимал. Теперь остается плакать. Слезы — последнее увещание.

Но не относятся ли эти слезы Спасителя и к нам?. Мы хотя и христиане, но грешники. Сколько у нас тяжких, закоренелых грехов! Слезы, слезы Спасителя пусть умягчат наши сердца и обратят их на путь истины и добродетели.

Потому что они:

1. Самое сильное увещание.

а) Если все наставления учителя и воспитателя остаются бесплодными, если даже не исправляют наказания, то иной раз помогает, когда он плачет, когда провинившиеся питомцы видят его слезы. Слезы спасают невинность, когда она ничем другим не в состоянии обороняться от нападений развратного человека. Материнские слезы жгут сердце непокорных и беспутных детей и обращают их на путь долга. (Слезы Моники об Августине). Слезы гонимой невиновности неоднократно смягчали жестоких судей и подвигали их к справедливости.

Если человеческие слезы так убедительны, то каковы должны быть тогда слезы Богочеловека, Сына Божьего?

б) Если умирающий отец дает поручение детям и со слезами увещевает их к миру, согласию и проч., то какое впечатление производит его увещание? Какое сильное действие производят вообще слова и поступки человека умирающего или разлучающегося с ними? Как могущественно у евангелиста Иоанна Богослова повлияли слезы старца на распутного юношу?

Спаситель проливал слезы в «последние дни» своей земной жизни: как сильно они должны трогать нас и побуждать к оставлению греха?

2. Самое ясное и выразительное увещание.

а) Если слезы Иисуса Христа не действуют, то не помогут более никакие божественные внушения, потому что слезы эти очевидны для всех и каждого.

Бывает Господь попускает родителям умирать при малых детях, дабы дети более уповали на Бога и раньше сделались самостоятельными. Часто постигают нужды и несчастья, дабы более стремились к небесному. Ясен, конечно, перст Божий во всех этих и подобных обстоятельствах. Но глаз человеческий слеп и не усматривает тут Божьего перста.

Кто, однако же, имея глаза, может не видеть слез Спасителя?

Они говорят ясно и выразительно!

б) Если слезы Спасителя не действует, то не действует все евангелие.

Во всех Своих делах, учении, страданиях, Иисус Христос явил великую любовь к людям. Эта бесконечная любовь должна производить на нас могущественнейшее влияние и возбуждать в нас такую же любовь. Но этого часто не бывает, несмотря на увещания евангелия. В Своих слезах Спаситель выразил все Свое евангелие; тут высказалась вся полнота Его беспредельной любви; тут открылось Его окровавленное сердце.

Тут наглядная любовь!

3. Самое ужасное увещание.

Если слезы Иисуса Христа не побуждают нас к обращению, тогда они превращаются в плач над нами. Какое ужасное увещание!

а) Уже на земле. Горький плач раздавался в иудейском народе, при разрушении Иерусалима. Опять повторилось то, что было прежде — «Разинули на нас пасть свою все враги наши. Ужас и яма, опустошение и разорение — доля наша. Потоки вод изливает око мое о гибели дщери народа моего. Око мое изливается и не перестает, ибо нет облегчения» (Плач. Иер. 3:46–49). Такой же горький плач постигнет и нас на смертном одре, когда мы, прожив многие и долгие годы, ничему доброму не научились и ничего доброго не сделали. Тогда мы стыдились признаться на словах.

б) Еще более по тy сторону гроба, на страшном суде. «Горы, падите на нас; холмы, покройте нас!» Какой будет невыразимый плач, когда услышат: «идите в огонь вечный!»

Какие мучения в аду, какие слезы отчаяния!

Три врага нашего спасения, с которыми мы ежедневно должны бороться

«Смотря на него, заплакал о нем» (Лук, 19:41).

При входе Своем в Иерусалим, Иисус Христос, взглянув на этот город, заплакал. Что было причиной этих слез? Погибель Иерусалима (ср. Лук. 19:43–44).[737]

От чего погиб Иерусалим? От тех самых грехов, с которыми мы ежедневно должны бороться, именно от легкомыслия, беспечности и ожесточения или нераскаянности.

1. Легкомыслие.

а) Иудейский народ по легкомыслию не внимал голосу Спасителя, не обращался и продолжал коснеть в своих грехах. По легкомыслию взывает он сегодня: «осанна!» a через несколько дней будет взывать: «распни, распни Его!» Такое легкомыслие привело его к погибели.

Легкомыслие разнообразными путями губит и нас!

б) Легкомыслие проявляется о том, что оно расстраивает здоровье, честь, имущество и т. д., ни о чем не заботится, ни о завтрашнем дне, ни о будущем.

в) Но легкомыслие особенно опасно потому, что оно не думает и не заботится о вечном спасении. Оно — скала, на которой семя Божьего слова не пускает корня.

г) Христианин! Жизнь — не игра; шутить с ней нельзя.

2. Беспечность.

а) Спаситель говорил Иерусалиму: «о, если бы и ты хотя в сей твой день узнал, что служит к миру твоему!» (Лук. 19:42). Но Иерусалим не уверовал и жил в беспечности.

Беспечность погубила его, как губит и всякого человека, предавшегося ей.

б) Любостяжательный евангельский богач был беспечен, и в ту же самую ночь Бог потребовал его душу. Олоферн со всей беспечностью покоился на своем ложе и был умерщвлен. Беспечность была причиной, что оба они умерли в своих грехах.

Сколько же и теперь еще гибнет людей от беспечности!

в) Смерть и с ней суд приходит, как ночной тать. Никогда мы не можем быть уверены в смертном часе, никогда, следовательно, и не должны предаваться беспечности. «Ныне, когда услышите глас Его, не ожесточите сердец ваших!» (Евр.3:15).

г) Каждый вечер мы должны помышлять: «не последний ли это, быть может, день мой?» Перед каждой исповедью должна руководить нами мысль: «исповедуй грехи твои так, как бы это была последняя твоя исповедь!» и т. д.

3. Ожесточенность или нераскаянность.

а) Иерусалим был ожесточен и нераскаян; он смеялся над опасностями. Он взывал: «кровь Его на нас и на детях наших!» И кровь отмстила за себя так, что не осталось камня на камне! Когда мы находимся в подобном состоянии?

б) Фараон был ожесточен и погиб в Черном море. Не говорил ли нам не Моисей уже, но сам Спаситель, и не остались ли мы в состоянии ожесточения, как Фараон?

в) Валтасар был ожесточен и издевался на своем роскошном пиршестве. Он подвергся несчастью и погибели. A мы?

г) Иуда остался нераскаянным… Он сеял зло и пожал погибель. A многие из нас?

Какова скорбь, таково и сердце

«Смотря на него, заплакал о нем» (Лук, 19:41).

Мы очень часто осведомляемся и спрашиваем о цене той или иной вещи, того или иного предмета. «Это, говорят, дорого, очень дорого, a то дешево или ничего не стоит.» Но о ценности, о достоинстве нашей собственной души, нашего собственного сердца, редко спрашивают. A между тем от этого зависит бесконечно многое. Душа — самый важный для нас предмет: ценность ее мы должны знать прежде всего.

Есть различные средства к испытанию достоинства нашего сердца; но особенно мы познаем это достоинство по нашей скорби и слезам.

В слезах Спасителя о погибели Иерусалима высказалось все Его сердце.

По слезам узнается сердце:

1. Мужественное оно, или малодушное?

У многих, к сожалению, очень многих людей слезы показывают, что они имеют малодушное, детское, капризное, приземленное, черствое сердце.

а) Ты предаешься скорби, тебя мучит зависть, ты даже плачешь, что другие предпочтены тебе, имеют более почета, обладают большими против тебя преимуществами, что ты обойден, что тебе говорят в лицо правду и т. д. Источник такой скорби — зависть, a предмет — благоволение людей. Что делают дети, когда им предпочтут кого-либо из братьев или сестер, когда сделают им выговор?

б) Ты скорбишь и плачешь, если утратил малую часть имущества, понес ничтожный убыток, хотя впрочем далеко еще не все потеряно; или, если ближнего постигнет счастье и т. д. Предмет такой скорби — земля и земное, следовательно, таково и сердце. Что делают дети, если их чего-либо лишают, или если другие что-либо имеют?

в) Ты скорбишь и проливаешь слезы, что воспрепятствовали твоему корыстолюбию и нечестности, что задали тебе работу, что другие люди имеют меньше работают и больше получают и т. д. Тут высказывается земное расположение, ленность и бездейственный покой. Что делают капризные дети, если им отказывают в удовольствии, требуют от них труда?!

г) Ты жалуешься и плачешь, если очень незначительные болезни удручают твое тело, и ты теряешь всякое терпение. Как это малодушно! Что делают многие дети, когда грозят им наказанием или слегка наказывают их? Как они кричат и воют? Но говорится ли в евангелии о нашем Спасителе, чтобы Он плакал, когда били по лицу, осеняли голову терновым венцом, пригвождали ко кресту?

Во всех этих случаях высказывается сердце малодушное, детское, капризное. Когда же оно делается мужественным, великодушным?

2. Благородное ли, или низкое?

Спаситель плакал от души, проникнутой величайшими человеческо-благородными чувствами. Он предвидел, что славный град Иерусалим будет разрушен, что в нем не останется камня на камне, что враги замучат его обитателей, расхитят имущество их, а самих умертвят. Кто не почувствует при этом скорби?

Спустя 40 лет Иерусалим, действительно, был разрушен самым ужасным образом. Кто, имея человеческое сердце, не печалится еще и ныне, если слышит или читает об этом кровавом событии истории? Только человек, лишенный всякого человеческого чувства, остается при этом равнодушен. Так при страданиях других обнаруживаются сердца благородные и неблагородные (низкие).

а) Часто видят ужасную бедность, или читают и слышат о ней. Какой-либо частный человек лишился всего. Семейство совершенно обнищало, вследствие смерти отца, несчастного процесса, пожара. Селения разорены от града, неурожая. Страны опустошены войной и т. д. Что чувствуют при этом благородные сердца? Как высказывают свою бесчеловечность те, которые не имеют никакого сострадания?

б) Многие люди терпят гонения: сосед от бойкого сутяги-соседа, жена от мужа, родители от детей и т. д. В неправых войнах много проливается невинной крови. Бог вселил в сердца человеческие участливость, сострадание. Кто же в этих случаях не имеет человеческого сердца?

Какое сердце благородно?

в) Есть люди больные, изнемогающие от хвори, тающие, как воск, от разных озлоблений, неприятностей и т. д. Что имеет и что есть тот человек, который может равнодушно думать и говорить: «тому или другому скоро пробьет последний час?» И наоборот?

г) Стоят часто при гробах умерших, в которых родные утратили отца, мать, мужа и проч. Скорбь их велика. Если же кто не плачет с плачущими, как Спаситель при гробе Лазаря: то что он есть и что имеет? И наоборот?

3. Небесное ли, или адское?

Иисус Христос скорбел и плакал об Иерусалиме главным образом потому, что иудеи не уразумели времени своего посещения, не приняли вести о спасении, отвергли ее, и вместе с этим должны были отвергнуться Богом. Над всем этим мог смеяться только ад с диаволом. Приложим это к нашим отношениям.

а) Если люди впадают в грехи: юноши или девицы гибнут в разврате; неверный муж или жена предаются пьянству; кто-либо ворует, валяется в пьяном виде, попадает в исправительный дом, умирает в нераскаянности и т. д.; — и ты смеешься: то каково твое сердце? И наоборот?

б) Если иной с услаждением помышляет о своих грехах и желает, чтобы они чаще повторялись и проч.: то такой имеет адское сердце. Но кто, подобно апостолу Петру и Магдалине, оплакивает свои грехи; тот христианин, y того сердце родственно с небом, небесное.

в) Часто близкий нам человек исправляется, обращается. Несправедливый враг побежден и пристыжен; невинность оправдана и награждена и т. д. Кто проливает тут слезы радости, y того сердце небесное. Α кто при этом плачет?

г) Кто смеется над своими погрешностями и пороками, равнодушно относится к смерти и загробной жизни, того сердце стремится к аду, родственно с адом. Но кто кается в своих прегрешениях, чувствует себя неудовлетворенным на земле и со слезами упования возводит взор свой к небесному отечеству, тот имеет сердце, родственное с небом и небесное.

Один святой муж, при виде прекрасной и роскошно одетой женщины, горько заплакал и сказал: «она сделала для украшения своего смертного тела гораздо больше, чем я для моей бессмертной души.»

Вот о чем скорбит христианское сердце, направленное к небу!

Заключение. Образуем наше сердце так, чтобы оно в скорби было великодушным, по человечески благородным и христианским. Какова наша скорбь, таковы и наше сердца!

Ο христианской дружбе

«Там приготовили Ему вечерю, и Марфа служила, и Лазарь был одним из возлежавших с Ним» (ст.2).

На пути в Иерусалим Иисус Христос заходит в Вифанию к своим друзьям, которые приготовили Ему вечерю и приютили Его. Вифанское семейство было любимым семейством Спасителя, где Он делил Свое горе и радость. Как Он не чуждался дружбы и друзей, так и мы не должны чуждаться их.

1. Откуда она возникает?

Дружба проистекает из двух источников: из уважения к добродетелям другого и из сходства душевных настроений. Сообщничество и товарищество могут быть и между худыми людьми, но дружба возможна только между добрыми.

а) Дружба возникает из уважения к взаимным добродетелям. Между расточителями, празднолюбцами, похотниками, дружбы не может быть. Они по истине ненавидят самих себя, следовательно не могут любить и других. Столь же мало дружбы может быть между раздражительными, завистливыми, злорадостными, лицемерными. Для дружбы нужна снисходительная, доброжелательная и добротворящая любовь. Между ворами, обманщиками и клеветниками не может быть никакой дружбы; они могут на некоторое время сходиться вместе, чтобы вскоре затем изменить и возненавидеть друг друга. Могут ли богоотступники, кощунники, отщепенцы от Святой Церкви быть друзьями? Тут недостает единства веры, потому что те, которые не имеют правой веры, несогласны в христианских правилах и понятиях, расходятся между собой. Но если добрые люди сходятся на своем жизненном пути, то они заключают между собой самый тесный союз дружбы.

б) Дружба возникает из сходства внутренних расположений. «Дружба есть полное любовью согласие в вещах божественных и человеческих».[738] В Вифанском семействе Спаситель, конечно, находил добрые качества, стремления к истине и добродетели, поэтому и называл Лазаря своим другом. Редко, несмотря на все уважение к добродетелям, юноши избирают своими друзьями старцев, ученые — неученых и т. д. Для дружбы требуется сходство душевных настроений или они взаимно должны восполняться!

в) Из этого следует, что обладание одним или несколькими друзьями служит к чести человека. Но нельзя сказать, чтобы неимение никакого друга всегда служило к бесчестью; напротив это может быть доказательством истинно возвышенного и добродетельного стремления. Почему не могут иметь очень многих друзей?! «Живущих с тобою в мире да будет много, а советником твоим — один из тысячи» (Сир. 6:6).

г) Какие лица по преимуществу должны быть друзьями? Супруги, родители и дети, братья и сестры, товарищи по занятиям и состоянию. Ах, как часто эти-то именно люди более всего и ненавидят друг друга?

д) Любовь есть всеобщая обязанность, мы должны обнимать любовью всех людей, даже врагов; дружба напротив не заповедана нам, можно быть другом только немногих лиц.

2. Какие она полагает обязанности?

Дружба налагает тяжелые обязанности и требует больших жертв.

а) Если замечаются и проявляются в друге дурные качества, то необходимо его оставить.

По другу всегда судят о друге, и потому нужно избегать даже вида зла!

б) Если только основной характер друга хорош, то к нему слишком строго не следует других предъявлять требований.

И y нас самих найдутся недостатки; только на небе полное совершенство.

Мы должны терпеливо относиться к несовершенствам друга.

в) Друг должен познавать друга в нужде, смерти и опасности.

Спаситель передал мать свою на попечение Иоанну.

г) Надо быть второй совестью друга, надо взаимно исправлять себя.

Враг говорит лесть, a друг — правду. Друг должен иметь право говорить все. Что может быть драгоценнее, как иметь человека, которому ты смело можешь открывать свое сердце, если ты погрешаешь, и одно уже общение с которым для тебя полезно?

3. Что она доставляет?

Почему лучшие люди так сильно ищут дружбы?

а) Дружба доставляет утешение в страданиях.

Что делает друг, если мы оклеветаны, если умираем, находимся в затруднительных обстоятельствах? «Верному другу нет цены, и нет меры доброте его. Верный друг — врачевство для жизни, и боящиеся Господа найдут его» (Сир. 14:15–16). «Друг не познается в счастье, и враг не скроется в несчастье» (Сир. 12:8). «Какое великое утешение, если ты имеешь друга, которому можешь открывать свое сердце и свою печаль!»[739]

б) Дружба возвышает наши радости.

Постигшее нас счастье мы не можем заключить в сердце, мы должны сообщать его другим, a соучастие других возвышает нашу собственную радость. «Как хорошо и как приятно жить братьям вместе!» (Псал. 132:1)?

в) Дружба поощряет к добру.

Друг проникает нас насквозь, мы его боимся и не дозволим себе при нем никаких слабостей. Свойство дружбы — взаимное соревнование в благородных расположениях и прекрасных поступках.

Любовь, которая не ищет своего

«За шесть дней до Пасхи пришел Иисус в Вифанию» и т. д. (ст.1–8).

В поступке Марии, помазавшей ноги Спасителя, выразилась великая —

Посмотрим на:

1. Марию, из любви помазавшую ноги Господа.

а) Причиной ее действий была искренняя благодарность. В ее доме был Тот, Который незадолго пред этим осушил ее слезы, возвратив к жизни дорогого ей брата. Каждая из сестер старается выразить Господу свою благодарность. Глава дома, друг Искупителя, воскрешенный Лазарь устраивает для Него вечерю. Марфа, заботливая и деятельная хозяйка, служит при этом; a Мария, тихая и глубокая душа, благодарит Его другим способом.

б) Дело ее исполнено высокого внутреннего достоинства. Что оказывали царям и священникам при жизни и любимым людям в смерти, то она делает живому, божественному Учителю. Она помазала Его драгоценным миром; но не осмелилась возлить на главу, a только на ноги. Могла ли она оказать большую честь Господу? Она не жалеет никаких средств; делает все, что может, но ей кажется, что все еще недостаточно, потому что она не в состоянии сделать больше.

в) Дело ее проникнуто глубоким смирением. Не полотенцем, но своими собственными волосами отирает она ноги Спасителя. Какая смиренная любовь! Мария чувствует себя высоко осчастливленной уже тем, что миро, возлитое на ноги Господа, грядущего на страдания, могло омочить ее собственные волосы и ее собственную голову. Как охотно смиряется любовь!

От этой высокой любви обратим взор на —

2. Иуду, который порицает дело любви.

а) Он был жесткосердечен.

Сердце его, конечно, не могло понимать такого высокого выражения любви, происходящей из глубочайшего источника, и потому не могло и оценить его. При всем том он хочет уязвить любящее сердце Марии и причинить ей скорбь. Как часто иное истинно-доброе дело не признается людьми злыми и награждается огорчением! Это — естественное последствие, где недостает любви.

б) Сребролюбие главным образом побуждало Иуду к порицанию.

Он все мерил на деньги; поэтому и тут рассчитывал только цену мира, но самое дело не имело никакой цены в его глазах. Посвященную Господу жертву, как дань благоговейного и благодарного сердца, он считал излишней и бесполезной тратой. Земные блага значили для него все; в них он погрузился всей своей любовью, он искал только своего. Но с этим —

в) В Иуде соединялось лицемерие.

Он показывает видимость любви, как будто заботится о бедных. Лицемер! Он хотел иметь деньги, потому что носил кошелек и был вор! О, сколько темных и ужасных пороков скрывается в человеческом сердце, где нет любви!

Теперь посмотрим на —

3. Господа, Который есть любовь.

а) Любовь Господа высказалась в отношении к Иуде. Хотя Он, как сердцевед, видит насквозь душу Иуды со всей его злобой и лукавством, но щадит его. Он не обличает его строгим порицанием, не делает даже упрека за его жесткосердечное отношение к поступку Марии, a говорит только: оставьте ее в покое (ст.7)! Какая любовь, которая даже там, где она должна наказывать, ограничивается кротким обличением, и где она должна с презрением отвернуться от недостойного, снисходительно терпит и переносит!

б) Любовь Господа выразилась в Его взгляде на самый поступок Марии. «Она сберегла это на день погребения Моего; она наперед выразила последнюю благодарность своей любви ко Мне» и, по сказанию Святого Апостола Матфея, Господь присовокупил: «она доброе дело сделала для Меня» (Мат. 26:10). Да, любовь не судит никакого дела, хотя знает, по доброй или злой причине оно происходит. Любовь о всем думает самое лучшее и во всем видит самое лучшее.

в) Наконец, любовь Господа высказалась в Его суждении о Марии. Ее дело, порожденное любовью, должно быть известно всему миру. «Где ни будет проповедано Евангелие сие в целом мире, сказано будет в память ее и о том, что она сделала» (Мат. 26:13). Так высоко божественная любовь награждает человеческую любовь! Что Мария от избытка смиренного, благодарного и любвеобильного сердца сделала своему Божественному другу и Спасителю перед Его погребением, то переходит теперь из уст в уста, возглашается во всех концах мира и будет возглашаться до скончания века, как вечное воспоминание о том, — как Господь ценит благочестивое излияние любящего сердца!

Cе Царь твой грядет

«Не бойся, дщерь Сионова! се, Царь твой грядет, сидя на молодом осле» (ст.15).

Пророчество Захарии исполнилось (Зах. 9:9).[740] Иисус Христос торжественно входит в Иерусалим, как царь Сиона.

1. По наружности в Нем нет ничего царского.

Хотя и Сын Давида, но какое громадное различие между отцом и Сыном!

Тот с золотой короной (2 Цар. 12:30);[741] этот — в терновом венце. Тот со скипетром, a этот — с тростью в руке. От славы отца едва осталась тень (Лук. 17:25;[742] Исаии 53:2[743]). Он не имеет собственного дома, не знает даже, где главу преклонить (Мат. 8:20[744]). Вход Его — на осляти, свита — двенадцать бедных учеников. Какое преткновение для гордого разума!

Мудрый Царь становится великим именно через свое глубокое уничижение, и этим торжественно свидетельствует, что Его царство не от мира сего (Иоан. 18:36;[745] Иоан. 6:15[746]). Он хочет обогатить нас своей бедностью (2 Кор. 8:9[747]).

2. Однако же, он могущественный Царь.

Он был уже от вечности.

Небо — престол Его, и земля — подножие ног Его (Ис. 66:1[748]). Он управляет миром и держит все в своей деснице. Он творит чудеса (Псал. 20:6–7). Еще более: Он обладает таинственной, всепобеждающей властью над сердцами. Любовь Ему подчинена (Псал. 32:15).[749] Он побеждает могущественных врагов своих (Иоан. 18:6;[750] Деян. 9:5[751]). Пред Ним трепещет самый ад (1 Тим. 6:15[752]).

3. И в то же время милостивый Царь.

Кроток.

Принимает к сердцу всякое наше телесное горе и помогает. Исцеление слепого (Мар. 10:46–52). Доступ к Нему совершенно свободный, днем и ночью, и никто не отходит со скорбью от Него. Особенно Он помогает в духовной нужде. Он зовет к себе всех грешников (Мат. 11:28–29).[753] Грешник находит у Него не трон судьи, a престол благодати (Ис. 52:7;[754] Евр. 6:16).[755]

Заключение. Как нравится нам такой Царь? Прекрасен ли Он в наших глазах (Псал. 17:26).[756]

Радуйся, грешник (1 Тим. 1:15;[757] Мат. 11:5[758]). Он грядет к «тебе.»

С какой радостью ты встретишь смерть, когда услышишь: «се Царь твой грядет!»

Ветви, которыми мы усееваем крестной путь Спасителя при Его входе в Иерусалим

«Взяли пальмовые ветви, вышли навстречу Ему» (ст.13).

1. Слезы веры.

2. Слезы любви.

3. Слезы покаяния.

II. АПОСТОЛЬСКОЕ ЧТЕНИЕ. Зачало (247) к Фипипийцам 4:4–9

4 Радуйтесь всегда в Господе; и еще говорю: радуйтесь.

5 Кротость ваша да будет известна всем человекам. Господь близко.

6 Не заботьтесь ни о чем, но всегда в молитве и прошении с благодарением открывайте свои желания пред Богом,

7 и мир Божий, который превыше всякого ума, соблюдет сердца ваши и помышления ваши во Христе Иисусе.

8 Наконец, братия мои, что только истинно, что честно, что справедливо, что чисто, что любезно, что достославно, что только добродетель и похвала, о том помышляйте.

9 Чему вы научились, что приняли и слышали и видели во мне, то исполняйте, — и Бог мира будет с вами.

Практический очерк содержания рядового чтения

В апостольском чтении шестой недели, вводящей нас в великие дни страданий Спасителя, изображаются высокие чувства, которыми христиане должны одушевляться всегда, a особенно в страстную седмицу, при воспоминании страстей Христовых.

1. Первое чувство, которое должно наполнять нашу душу и сердце, при воспоминании о входе Спасителя в Иерусалим, грядущего на свои вольные страдания, — это — чувство радости.

Еще святой пророк Захария, провидя великий день торжественного шествия Мессии в Иерусалим для страданий, призывал истинно-верующих чад Израиля к великой радости. «Ликуй от радости, дщерь Сиона», взывал он в пророческом духе, «торжествуй, дщерь Иерусалима: се Царь твой грядет к тебе, праведный и спасающий, кроткий, сидящий на ослице и на молодом осле, сыне подъяремной» (Захар. 9:9; ср. Мат. 21:5[759]).

Tо же самое проповедует нам и апостол: «радуйтесь — говорит Он — всегда в Господе» (ст.4). О чем же радоваться? Наша радость должна быть не мирская, но духовная — «о Господе.» Мы должны радоваться, что Господь наш Иисус Христос Своими страданиями и крестной смертью избавил нас от греха, проклятия и вечной смерти, что Он открыл нам свободный вход на небо и даровал вечную жизнь. Βсе дело искупления, совершенное Господом, составляет предмет нашей радости. Это чувство должно теперь господствовать над всеми другими чувствами; посему апостол и усугубил свое слово: «радуйтесь», взывает он, «всегда в Господе; и еще говорю: радуйтесь», — радуйтеь «всегда», при всех случаях и обстоятельствах жизни. В болезни и скорбях, в лишениях и несчастьях, во всяких огорчениях и сердечных ранах, никогда не должна оставлять нас радость о том, что Господь искупил нас Своей кровью, что мы — Его, a Он — наш, и так как Он вечен, то мы должны и радоваться «всегда.»

2. С радостью при воспоминании страстей Христовых должно соединяться в нас чувство любви к ближним, о котором говорит далее апостол в словах: «кротость ваша да будет известна всем человекам. Господь близко» (ст.5)!

Снисхождение любви и благосклонность к каждому проистекает из радости о Господе, потому что радость разверзает сердце к участливости, тогда как скорбь заключает его и делает жестким, холодным и бесчувственным. Милосердый Бог, по беспредельной любви Своей к нам, предает на смерть Сына Своего, чтобы даровать в Нем благодать и отпущение грехов. A как велика и неизмерима эта любовь Божья, когда она не только прощает наши грехи, но и хочет дать нам вечное блаженство! Кто серьезно подумает о том, что Царь небесный, которому он должен 10 тысяч талантов, хочет простить весь этот долг, тот почувствует также и в своем сердце готовность простить своим братьям несколько динариев, как и Бог простил ему во Христе.

Уступчивость, незлобие, кротость, снисходительность, чуждая всякого раздражения и немилосердия, — вот та «кротость», которую христианин оказывает к своему ближнему, даже к своему врагу. Если ты доселе еще живешь во вражде с кем-либо, дышишь ненавистью и мщением, проникнут духом нетерпимости и непримиримости, то удали теперь из твоего сердца эти злые наклонности, потому что в таком состоянии ты не способен к принятию отпущения, даруемого тебе Богом в страждущем Спасителе, и не имеешь никакого понятия о Божественном милосердии. Если такая «кротость», снисходительность, миролюбие кажутся тебе трудными, то подумай, что «Господь близко» со Своей силой и благодатной помощью, которая делает нас крепкими, как бы мы ни были слабы. Посему в наступающие дни страданий Господа да одушевляет вас любовь к ближним во всех отношениях, да познают все окружающие вас вашу кротость, терпение, снисходительность!

3. Третье чувство, которое должно одушевлять христиан в дни страданий Спасителя — это упование. «Не заботьтесь ни о чем», заповедует апостол, «но всегда в молитве и прошении с благодарением открывайте свои желания пред Богом» (ст.6).

Непоколебимое основание нашего упования на Бога заключается в смерти Господа нашего Иисуса Христа. Если Бог не пощадил ради нас Своего возлюбленного Сына, то откажет ли Он нам в просимом ради Сына? В мире, который лежит во зле, мы встречаем огорчения, озлобления, нужды и тысячи причин к скорби; все это причиняет грех, живущий еще в нас и господствующий в мире. Однако мы не должны много беспокоиться, потому что о нас печется Отец небесный, a мы Его дети по благодати Иисуса Христа. «Не заботьтесь ни о чем!» Все ваши заботы, всю вашу участь предоставьте в руки Господа, и Он все устроит к вашему благу. Порукой в этом служит смерть Его Сына, примирившего нас с Богом Своей кровью. В Божьей любви, мудрости и могуществе мы не можем теперь сомневаться. Если грех вкрадывается и остается в нас, то прибегнем к «молитве и прошению», и сила молитвы и прошения даст нам возможность возложить все наши печали на Бога. Во всех скорбных случаях жизни будем обращаться с молитвенными вздохами к Богу, начиная всегда «благодарением» за прошлые Его благодеяния. Посредством благодарения молитвенный пламень восходит к небу, и Бог, по Своей благости, дарует нам все, для нас потребное и полезное. Посему «не заботьтесь ни о чем!»

4. Далее апостол заповедует нам стяжать мир с Богом: «и мир Божий, который превыше всякого ума, соблюдет сердца ваши и помышления ваши во Христе Иисусе» (ст.7).

Мир, как дар Божий, называющийся поэтому «миром Божьим», имеет свое основание в примирении нас с Богом смертью Его Сына. Это тот блаженный мир совести, который дарует Иисус Христос всем истинноверующим в Него. Мир этот, как не имеющий предела (ср. Ис. 9:7),[760] «превыше всякого ума» и словом человеческим невыразим для того, кто его не имеет; поэтому мир не знает его, но Спаситель говорит Своим ученикам: «Мир оставляю вам, мир Мой даю вам; не так, как мир дает, Я даю вам. Да не смущается сердце ваше и да не устрашается» (Иоан. 14:27). Этот внутренний мир с Богом «да соблюдает сердца ваши» от злых похотей и «помышления ваши» от худых помыслов «о Христе Иисусе.» Пусть он будет верным стражем души и сердца от навета плотских страстей, мирской суетности и демонического прельщения.

5. Наконец, «братия мои, что только истинно, что честно, что справедливо, что чисто, что любезно, что достославно, что только добродетель и похвала, о том помышляйте» (ст.8). В великие дни воспоминаний о страданиях Господа старайтесь помышлять только о том, что истинно, что честно, что справедливо, что чисто, что любезно, что достославно, — вообще обо всем, что называется добродетелью и достойно похвалы. A что же истинно, что честно? Все те дела и добродетели, «чему вы научились, что приняли и слышали и видели во мне, то исполняйте, — и Бог мира будет с вами», так поступающими (ст.9).

Частные темы могут быть следующие:

Как проявляется ровное и спокойное состояние духа христианина

«Радуйтесь всегда в Господе; и еще говорю: радуйтесь» (ст.4–7).

Перемена приятных и неприятных случаев и обстоятельств оказывает часто очень дурное влияние на состояние нашего духа, на спокойствие нашего сердца. Tо мы очень веселы и трепещем от радости, если счастье улыбается нам; то наоборот мы очень печальны и падаем духом, если постигает нас несчастье. Мы решились исполнять наши обязанности, проникнуты старанием к добру, исполнены любви к ближним. Но если мы наталкиваемся на трудности и препятствия, особенно подставляемые злобой и коварством людей, то мы сразу изменяемся в настроении духа. Наша старательность ослабевает, любовь остывает и наши отношения меняются.

Что может быть опаснее такого непостоянства характера для нашего довольства и добродетели? Мы тогда становимся игрой обстоятельств и зависим от случая.

Мы должны в собственных наших глазах казаться презренными, если не умеем ни в счастье поступать мудро, ни несчастья переносить мужественно: если у нас недостает того спокойствия духа, которое служит твердой защитой во всех житейских невзгодах.

В ныне читаемом послании апостол хочет своими наставлениями возбудить в христианах то счастливое настроение духа, при котором они оставались бы всегда одинаковы во всех обстоятельствах жизни, всегда верны самим себе, своим мыслям и поступкам.

1. Он всегда радуется.

«Радуйтесь всегда», заповедует апостол христианам, и тем побуждает их к постоянной и непрерывной радости, которая может быть такой потому, что это радость о Господе, что предмет ее составляет Бог, Его благодеяния и благословения.

Таким образом, речь идет не о чувственных удовольствиях, не о радостях земных. Эти последние по своему свойству не могут быть продолжительны и постоянны. Такой радостью может быть только радость, происходящая из размышления о Боге, Его свойствах и действиях, из ощущений Его благости и благодати, — радость о познании истины, добродетели и всякого добра.

Но кто может радоваться так, как христианин, приобретший себе то свойство, которое мы называем ровностью духа?

В его сердце господствует мир, и никакая буря страстей не возмущает его духа, ни при размышлении о всяком благе, исходящем от Бога, ни при восприятии всего прекрасного, доставляющего ему истинную радость, ни при исполнении обязанностей, составляющем источник чистейших радостей.

Он не предается никакой радости до излишества, радуется смиренно всякому, выпадающему на долю его счастью, и через это остерегается, чтобы радость не послужила для него вредом.

Но совершенно иначе бывает с тем, y кого недостает такой ровности духа! Он, конечно, имеет веселые минуты и многие радости, посылаемые ему Богом.

Но он наслаждается ими так, что они скоро ему надоедают; потребность в них растет все сильнее и сильнее, не находя удовлетворения. В высоких радостях Богопознания и добродетели он не находит никакого удовольствия. Для таких радостей дух его слишком беспокоен, мысль его слишком непостоянна.

Только спокойный духом христианин радуется всегда о Господе. Счастье, какое он в себе находит, благо, которого он непоколебимо ожидает, и сила, с которой он управляет самим собой, совершенно достаточны для него, чтобы препобеждать всякие неприятности и всякие огорчения.

Поэтому говорится о нем, что:

2. Он ни о чем не заботится (ст.6).

Это не значит, будто для спокойствия духа не нужно ни о чем серьезно беспокоиться, предаваться совершенной беспечности и не иметь никакого чувства к своему и чужому горю. Такого совета апостол не преподал бы христианам. В нем именно проявляется истинно христианское спокойствие души. При самых неудачных обстоятельствах и в самом скорбном положении христианин остается верен себе, не предается неумеренному страху и беспокойствам, и никогда не тоскует об исходе своей участи. Как бы ни было велико несчастье и опасность, угрожающие ему, они не подавляют его духа, не отнимают у него спокойного настроения и упования на Бога.

«Господь близко» к нему, и он во всех случаях жизни «в молитве и прошении с благодарением открывает свои желания пред Богом» (ст.6). Такое постоянное направление души к Богу, такое благочестивое возношение сердца к Нему сопутствует истинному христианину. Поэтому он и способен к спокойствию духа, охраняющему его от тоскливых забот и беспокойств.

Но кто не обладает этим спокойствием, тот не способен перенести даже малейшей неудачи без огорчения. Его дух постоянно обуревается беспокойством и страхом.

Каждое несчастье подавляет его, делает его унылым, колеблющимся, нерешительным в своих поступках.

Возможно ли при этом сохранить мир и довольство сердца, радоваться своей жизни с благодарением Бога? В этом последнем, т. е. в благодарении Бога, проявляется высокое достоинство чувства, которое остается одинаковым при всех потрясениях жизни, получает крепость и силу от направления к Богу и высказывается в сердечной любви к людям.

3. Он являет свою кротость известной всем людям (ст.5).

Эта кротость не есть только отдельная добродетель, как, напр., уступчивость, незлобие; но вообще снисходительное, дружественное, доброе, любвеобильное отношение ко всем людям, при котором, насколько это позволительно, охотно уступают желаниям других, оказывают в суждениях о них скромность и сдержанность, и всегда смотрят более на благо ближних, чем на свою собственную пользу.

Такое отношение было необходимо для современных апостолу христиан. Как исповедники нового учения они были ненавидимы и должны были остерегаться, чтобы своим недружелюбным, ропотливым и безучастным отношением не навлечь на себя еще большей вражды.

Но апостол заповедует такое отношение и каждому христианину. Наше благополучие, спокойствие и довольство достигаются тем, если «наша кротость известна всем людям;» если мы к знатным и незнатным, к друзьям и врагам, относимся с благожелательством, дружелюбием и скромностью.

Такую кротость может проявлять только тот, кто, при соблюдении обязанностей человеколюбия, сообразуется не с внешними обстоятельствами, но поступает по твердым правилам своего характера и остается одинаков при всех обстоятельствах; — кто равнодушно пропускает без внимания недостатки, слабости и несовершенства людей, переносит их оскорбления, гордость, жестокость, неразумие и глупость, не изменяя своего расположения к ним (Мат. 5:5.[761] 7.[762] 9[763]); — кто умеряет свои страсти и охотнее страдает от неправды, чем делает неправду (1 Кор. 13:4–7[764]).

Таким образом, как благороден и какой любви достоин христианин, который посредством спокойного духа в своих отношениях к другим споспешествует их благу и счастью!

Как много он сам благодаря этому приобретает для внутреннего спокойствия и мира с Богом.

Господь близко

«Господь близко» (ст.5).

Мысль о Боге присуща человеку. Мы знакомы с ней с ранней юности.

И однако для многих Бог остается чуждым на протяжении всей их жизни. Поэтому они не могут радоваться о Боге, утешаться Им; в мысли о Нем они не находят никакого поощрения к добру, никакого для себя возвышения. Они приближаются к Богу устами своими, но сердце их далеко отстоит от Него.

Бог, несомненно, составляет самый возвышенный предмет, о котором мы можем мыслить (Иер. 10:6–7;[765] Псал. 88:7–9[766]). Однако Он находится вблизи нас. Это утешительное заверение дает апостол Павел.

1. В Своих делах.

Бог, бесконечный дух, непостижим для разума человеческого. Однако же люди желают, чтобы Он был к ним близок, чтобы они могли видеть Его, говорить с Ним, познать Его лицом к лицу (Прем. 13:5–9).[767] И Бог искони открыл себя человеку в своих делах.

Все видимое, живое и безжизненное творение, неисчислимые мириады небесных светил и самые малые, едва заметные для глаза, предметы служат доказательством Его вечного бытия, всемогущества, премудрости и благости.

Кто с вниманием и размышлением рассматривает эти предметы, их свойства, силы и взаимное отношение, кто старается исследовать причины их бытия и их назначение — тот невольно возносится мыслью к вечному, бесконечному Творцу (Рим. 1:20;[768] Псал. 18:2–3;[769] Псал. 104:24;[770] Ис. 40:26[771]).

Так, во все времена Бог был близ к людям в Своих делах.

Он близок к их уму, чтобы они могли познавать Его величие, всемогущество и премудрость, близок к их сердцу, чтобы они могли чувствовать Его благость и любовь. Некоторое время они могли забыть Его, если они были ослеплены своими страстями и похотями (Иер. 2:13;[772] Рим. 1:21–23[773]). Но Он опять приходил к ним близко в громах и бурях, в ранних и поздних дождях, в благословениях и благотворениях, дабы они могли познать Его и обратиться к Нему.

И к нам бесконечный Бог близок в своих делах, мы можем найти Его в неизмеримом пространстве небес, на обитаемой нами земле, или в глубине моря. Всюду Он окружает нас чудесами Своего всемогущества, премудрости и благости. Во все времена года, которые, по Его всеопределяющему Разуму, правильно следуют одни за другими, Он дает всем своим тварям ощущать Его благодетельную близость, замечать направленные к благу действия Его всемогущества (Деян. 14:17).[774]

Кто мог бы бессмысленно проходить мимо этих доказательств Его всеприсутствия и величия? Кто в состоянии пользоваться без признательности ежедневными благодеяниями, какие Отец небесный дарует людям?

Человек, одаренный умом, усматривающем в видимом невидимое, был бы недостоин имени человека, если бы он с животной бесчувственностью проходил в храме природы, отражающей Божью славу.

Пусть же не напрасно всемогущий Творец и Промыслитель открыл пред нашими глазами Свои дела; пусть не напрасно являл Он нам Себя повсюду, как нашего благого Отца! Пусть наши мысли, ум и сердце будут постоянно отверсты и восприимчивы ко всему прекрасному, великому и славному, в чем Его величие и благость проявляется пред нашими глазами. Тогда мы будем «всегда радоваться о Господе, ни о чем не заботясь», потому что Он близ нас в своих делах.

Наслаждение разнообразными земными благодеяниями будет поощрять нас к благодарности и любви к Нему. Тогда мы будем более стремиться к благам, которые Он хочет даровать нам через Иисуса Христа.

2. В Своем слове.

Весьма многие народы не знали, как был к ним близок бесконечный Бог в своих делах, они не замечали Его величия и славы в природе, не прославили Его, как Бога, и не возблагодарили (Рим. 1:21;[775] Ефес. 4:18;[776] 2:12[777]).

Но Он не восхотел оставить их блуждать в не вежестве и заблуждении, не восхотел быть далеко от них.

Он восхотел приблизиться не только к их разуму, но и к сердцу, посредством Своего слова и закона.

Здесь Он открывает себя людям, как бесконечный Дух, который все обнимает: прошедшее, настоящее и будущее, — все знает и везде проникает (1 Иоан. 3:20;[778] Сир. 23:28–29[779]); как светый и праведный, который любит и награждает добро, презирает и наказывает зло; который дал людям в разуме и совести закон добродетели и требует святости; как благой и милосердый, который не отгоняет грешников и не отказывает в своих благодеяниях нечестивым (Мат. 5:45);[780] как Отец всех людей, Который в Сыне Своем Иисусе Христе послал всем людям Спасителя и Ходатая, чтобы мы через Него получили примирение (Рим. 3:23–24;[781] Евр. 4:16).[782]

Может ли вечный и бесконечный Бог вступить с нами в более близкий союз, чем тот, который дарован нам в Его слове и в Его церкви? И в этом союзе мы, будучи подобны Ему, можем достигать блаженнейшего общения с Ним, если от всего сердца ищем Его, и в приближении к Нему, в общении с Ним, находим свое величайшее блаженство.

Какого сожаления достойны те люди, которые по невежеству и легкомыслию доселе не искали Господа в Его слове!

Какого утешения, какой опоры добродетели, какого блаженства лишаются они по своей собственной вине!

Ищите Его в Его слове для того, чтобы вам не погрешать в Его заповедях (Псал. 118:10).[783]

Образуйте ваш ум и сердце, чтобы вы могли всегда «радоваться в Γосподе», примечать Его близость, если Он призывает вас к покаянию и исправлению.

Если вы познаете Бога в Его слове, то вы познаете Его и в вашей жизни. Потому что Он близок —

3. В Своем промышлении.

Непостижимы часто бывают для людей события в мире и человеческой жизни; неисследимы являются им Божьи пути (Рим. 11:33[784] и проч.). Многие видят в этом один лишь слепой случай.

Но «Господь» и здесь «близко» Своим промыслом.

Он есть Владыка и Правитель всех вещей; от Него зависит все, происходящее в мире и в жизни каждого человека (Прем. 16:9;[785] Мат. 10:30[786]). Он руководит всеми переменами, управляет всеми обстоятельствами. Его деятельность простирается до самых малых случаев, которые мы в нашей жизни пропускаем без внимания и считаем ничтожными.

Он близ к тебе в счастьи, удаляет от тебя опасности и бедствия; открывает тебе неизвестные источники утешений.

Он близ к тебе в несчастьи, посылает тебе радость, утешает тебя и помогает тебе (Псал. 84:10).[787] Он видит твои тайные скорби, твои слезы, твои усилия, твое терпение и постоянство (Псал. 33:5.19). Итак, ищите Господа в природе, в Его слове, в случаях и событиях вашей жизни.

Думайте всегда о том, что Он близ вас, когда вас постигает искушение, когда вы страдаете и терпите несчастье.

Если вы непоколебимо веруете, что Он близ вас, то вы не сделаете никакой неправды, не будете предаваться унынию и отчаянию.

Если вы уповаете на Него и возносите к Нему «молитвы и моления со благодарением», то Его мир будет ограждать сердца ваши при всех бурях жизни (ст.6–7).

Как проявляется сила Христовой веры в различных житейских заботах?

«Не заботьтесь ни о чем, но всегда в молитве и прошении с благодарением открывайте свои желания пред Богом» (ст.6).

Кто не жалуется на заботы, как на мучения и зло, от которых никто не свободен? Но действительно ли заботы составляют зло и мучение? Не скрывается ли, быть может, в самих людях причина того, что каждая забота делается для них мучением?

Бог возложил на нас различные заботы, потому что они имеют свое основание в свойствах земных благ, в устройстве мира и природы, в ходе нашей судьбы. Они зависят от Бога. Но Бог дал нам в религии средство, облегчающее заботы, облагораживающее их и обращающее в истинное для нас благо и т. д.

Благодетельная сила Христовой веры проявляется в самих житейских заботах.

1. Она очищает и облагораживает заботы.

Бездна забот сопровождает человека до гроба. Даже отживший старец имеет еще заботы, потому что имеет желания и надежды.

Но заботы человеческие неодинакового рода и свойства, не все основательны и важны, равно безукоризненны и безгрешны, равно правильны и благородны.

Сравните заботы земнолюбивого и порочного человека с заботами мудрого, добродетельного и благочестивого христианина. Нельзя считать безразличным, какого рода и свойства наши заботы. Иной воображает себе, что его заботы безвредны для ближнего, что ему не может быть вменено в грех, если он занимается теми или другими попечениями. Но есть заботы, которые сами по себе греховны, потому что они происходят от порочного характера, имеют свое основание в греховных наклонностях, пожеланиях и привычках. Суетливые, бесполезные, безмерные заботы вредят здоровью и довольству, препятствуют образованию духа, рассеивают и уменьшают сообразную с долгом деятельность.

В этих случаях вера Христова проявляет себя благотворно, очищая и облагораживая заботы. Она учит человека познавать его назначение и приводит его к сознанию его достоинства и преимуществ. Руководствуясь предписаниями веры, человек учится правильно судить, какие между всеми человеческими делами должны быть для него самые важные и святые, к каким благам и преимуществам он должен стремиться, если он хочет уважать свое человеческое достоинство и достигать своего назначения (Мат. 6:25.[788] 31–34;[789] Фил. 4:8[790]).

Но через это очищаются, возвышаются и облагораживаются человеческие заботы.

Кто, наученный наставлениями Иисуса Христа, знает, в чем он должен искать своего назначения: тот будет ли беспокоиться о вещах, которые несогласны с его назначением, унижают его достоинство, препятствуют ему быть мудрым и добродетельным? Вера порицает и отрицает земное чувство, любовь к миру, похоть плоти (Фил. 3:18–19[791]), a следовательно, и заботы, отсюда происходящие.

Она осуждает грех и порок, следов., и все порочные и греховные заботы (Кол. 3:5).[792]

Она направляет наш ум к Богу и вечности, предлагает нам стремиться к нетленным благам, и через это облагораживает и освящает наши заботы (Иоан. 6:27;[793] Кол. 3:1–2[794]).

Испытайте поэтому свойство ваших забот! Чем больше вы с помощью религии очищаете ваш ум и сердце от зла, облагороживаете и освящаете их, тем чище и богоугоднее делаются ваши заботы.

2. Она поощряет к мудрой и сообразной с долгом деятельности.

Конечно, и правильные заботы могут беспокоить нас. Пока существует еще зло, опасность или затруднение, пока необходимые потребности еще неудовлетворены, в нашем сердце остаются заботы. Если человек ленивый, беспечный, любящий покой, избегает всякого труда — заботы умножаются, становятся настойчивее и тягостнее вследствие вины человека.

Только посредством напряжения сил, обдуманности, усердия и деятельности мы можем помочь себе. К этому поощряет нас Христианская религия.

Старательность нисколько не поможет деятельности, которая предпринимается не вовремя, без обдуманности и осмотрительности, не обращает никакого внимания на обстоятельства, употребляет незаконные средства (Сир. 3:24[795] и друг.; Ефес. 5:15–17[796]).

Деятельность, которую мы проявляем для освобождения себя от тягостных забот, должна быть также и целесообразна. Мы должны осуществлять наши заботы, не прибегая к непозволительным и постыдным средствам, чтобы из-за этого не ставить в опасность спасения нашей души и не причинить вреда ближним.

Заповедь апостола христианам: «кротость ваша да будет известна всем человекам» (ст.5), пусть находит свое приложение и в том случае, если мы стараемся удовлетворить житейским заботам.

Пусть при этом не оставляется никакой долг ни к нам самим, ни к ближним. Этого хочет вера Христова.

Она побуждает, наконец, к добродетелям трудолюбия, умеренности, порядка, бережливости, довольства (1 Фес. 5:11–12;[797] 2 Фес. 3:12[798]). Исполнение этих добродетелей есть лучшее средство к сохранению нас от многих забот или к облегчению и удалению их. Вы, которые жалуетесь на заботы, сделали ли вы все то, что должны были сделать, по предписанию веры, для разрешения их?

Следуйте ее правилам, и вы меньше и меньшее будете стоять перед необходимостью бороться с заботами.

3. Она делает наш дух независимым от житейских забот,

Если апостол Павел взывает к христианам: «не заботьтесь ни о чем», то этим он отнюдь не хочет сказать, чтобы мы остались совершенно беззаботными, но чтобы по возможности удерживали наш дух независимым от забот.

Беспечность есть легкомыслие; она низвергает нас в бездну погибели, служит источником многих тяжких и подавляющих забот. Этого недостатка должен остерегаться каждый человек.

Но есть люди, которые всю жизнь свою проводят в рабстве забот, ощущают каждую минуту гнетущее бремя их, мучатся непрестанно мыслью о них. Самая ничтожная забота в их воображении представляется в преувеличенных размерах и наводит страх на их слабый, малодушный характер.

Христианин, который образовал свой ум и сердце по учению веры Христовой, освобожден от такой печальной участи. Она делает его независимым от житейских забот. Она укрепляет его дух возвышенными истинами и наставлениями, чтобы он при своих суждениях, впечатлениях и поступках не руководился переменчивыми, часто неосновательными заботами, но следовал истине, мудрости и долгу.

Христианин правильно судит о вещах мирских и неизбежных неприятностях жизни, пользуется приобретенным им опытом, не поддается обманчивым надеждам будущего, следовательно, никогда не бывает игрой внешних обстоятельств, которые то увеличивают заботы, то уменьшают их.

Он не ищет своего счастья в вещах, в которых отказывает ему его положение и состояние.

Он живет и поступает, как мудрый христианин, независимо от суждений и мнений людей, следовательно, независимо также и от многих забот, беспокоивших того, кто придает слишком большую цену суждениям и одобрениям мира.

4. Она утешает и укрепляет тогда, когда заботы становятся очень тягостными.

Если нас постигает великое несчастье; если бедность и нищета отнимают у нас самые необходимые средства к поддержанию нашего благополучия; если война, голод и другие бедствия подвергают опасности наше здоровье, имущество и жизнь — то заботы возрастают и умножаются, становятся тяжелыми и гнетущими, и мы не в состоянии бываем отвратить их ни трудолюбием, ни бережливостью, ни благоразумием и осмотрительностью.

Но тут утешает и укрепляет нас вера Христова. «Господь близко» (ст.5), взывает апостол к христианам. Какое утешение заключается в мысли, что Всеведущий, Всемогущий и Всеблагой Бог находится близ нас со Своей защитой, помощью и благословением! Как эта мысль облегчается тяжкое иго забот; как успокаивает она нас в беспокойных обстоятельствах! Нам тяжело, но мы не отчаиваемся. Мы знаем, что ничто не может случиться без воли Божьей и что «любящим Бога, призванным по Его изволению, все содействует ко благу» (Рим.8:28).

Его премудрость находит средства и пути к нашему счастью даже там, где мы не видим ничего, кроме опасностей и страданий. И если наш дух изнемогает под бременем забот, вера взывает к нам: «всегда в молитве и прошении с благодарением открывайте свои желания пред Богом» (ст.6)!

Молитва для верующего и благочестивого сердца есть самое действительное средство к успокоению, если увеличиваются заботы и становятся гнетущими.

Молясь и высказывая наши прошения всеведущему Богу, мы возлагаем на Него все наши печали, и Он позаботится о нас (1 Пет. 5:7).[799]

Если мы предоставим Ему все наши пути, то Его мир будет управлять нашим сердцем, и небесное спокойствие водворится в нас.

Огромное различие между радостью христианина и мирским весельем

«Радуйтесь всегда в Господе; и еще говорю: радуйтесь» (ст.4).

Многие думают, будто христианская вера требует от своих последователей суровой серьезности и мрачного настроения. Такое мнение встречается особенно у людей простых, невежественных и служит нередко к нападкам на само христианство.

Между тем, христианская вера призывает людей к постоянной радости: «радуйтесь», говорит апостол, «всегда о Господе.» Конечно, это радостное чувство христианина сильно отличается от мирской веселости. Но именно это различие и дает радостному чувству христиан истинное достоинство.

1. По их источнику.

Радость христианина проистекает из глубины верующего и верой проникнутого сердца. Она составляет драгоценную собственность тех душ, которые истинно любят Спасителя, имеют непоколебимое упование на заслуги Искупителя, питают сыновнее доверие к Отцу небесному и в чувстве покаяния и обращения распинают плоть свою со страстями и похотями. Поэтому и говорит апостол: «радуйтесь всегда в Господе», и называет радостное чувство христиан — «мир Божий» (ст.7). Таким образом, радостное настроение христианина есть ничто иное, как спокойствие души, проистекающее из сладкой уверенности в благодати Божьей о Христе, как довольство сердца, которое в уповании на Бога и в преданности Его воле свободно от всяких забот (ст.6), как внутренняя тишина духа, невозмущаемая никакими бурями злых похотей и страстей.

Как сильно уже этим отличается радость христианина от мирского веселья, которое происходит из других, совершенно противоположных источников. В самом лучшем случае оно есть не более, как счастливый дар природы, и не имеет в себе поэтому никакого нравственного достоинства. Но большей частью оно имеет дурное происхождение и составляет плод греховной плоти, нередко также оно есть действие легкомыслия, но всегда грубое или тонкое проявление чувственных движений сердца, похотей и страстей.

2. По своим видимым признакам.

Радостное чувство христианина в видимых признаках невинно, как в отношении к предмету, вследствие которого оно обнаруживается, так и в отношении к роду и способу, каким оно обнаруживается. Оно находит свою приятнейшую пищу именно в религиозных и нравственных радостях; оно не чуждается и позволительных земных удовольствий, но пользуется ими не иначе, как по предписываемому Богом порядку, с обдуманностью и умеренностью, никогда не отвергая при этом кроткого, любвеобильного чувства, которое охотно делится своей радостью с другими, непрестанно имеет перед глазами и в сердце Бога и освящает ниспосылаемые ему радости благочестивой благодарностью. На это указывает и апостол, когда говорит: «радуйтесь о Господе» и затем прибавляет: «Кротость ваша да будет известна всем человекам. Господь близко» (ст.5).

Но иначе совершенно проявляется мирское веселье. Предмет его составляют не религиозно-нравственные, но низкие чувственные радости, которых оно жаждет, не обращая никакого внимания на то, позволительны ли они или непозволительны. И с каким неистовством, с какой страстностью предается оно своим удовольствиям! Но если даже и соблюдает оно еще некоторую умеренность, то это делается не из уважения к заповеди Божьей, но из расчетов мирской мудрости, которая устанавливает пределы удовлетворения похоти, за которыми удовольствие превращается в мучение. Поэтому так легко мир в своем необдуманном веселии нарушает любовь и, примешивая к своим самоизмышленным радостям запальчивость, надменность, зависть, насмешки, приносит с собой всякие огорчения и отравляет свои же собственные радости!

3. По своей продолжительности.

Христианин радуется всегда (ст.4). Радостное чувство никогда не оставляет его; он равномерно и постоянно радуется о Господе. Не вера ли в Иисуса Христа составляет твердое, неизменное основание и неистощимый источник блаженнейших радостей? Радость о Господе в то же время облагораживает и возвышает земные радости, которыми христианин пользуется с обдуманностью и умеренностью, не прельщается ими и потому сохраняет их продолжительнее шумных радостей мира. И если даже он лишен всяких земных утех, терпит скорби и нужды, то и тогда радость о Господе служит его утешением и успокоением. Он ни о чем не беспокоится. Его укрепляет и ободряет всегда молитва (ст.6). Даже и тогда, когда «изнемогает плоть моя и сердце мое», Бог остается Богом сердца его и частью его во веки (Псал. 72:25–26).[800] Так христианин всегда радуется (1 Фес. 5:16[801]) и в надежде воздыхает с апостолом: «мы в отчаянных обстоятельствах, но не отчаиваемся» (2 Кор. 4:8).[802]

Но как, напротив, изменчиво мирское веселье! Оно поистине имеет непрочное и шаткое основание, а именно — преходящий покой и скоротечные похоти плоти, которые, будучи сами по себе мимолетными, прекращаются тем быстрее, чем неумереннее и неблагоразумнее ими пользуются. За удовольствием следует дурное настроение духа, скука и тоска. Отсюда происходит, что самые веселые люди внезапно предаются безутешной печали, потому что вообще мир быстро переходит от одной крайности к другой.

4. По своим действиям.

Радостное чувство христианина оказывает облагораживающее действие. Так как оно есть плод веры и верой освященное настроение, то оно в свою очередь благотворно влияет на возрастание веры и христианского расположения. Оно освобождает дух от подавляющих житейских забот, затрудняющих часто исполнение обязанностей, сохраняя в нем расположение и способность к добру. Само наслаждение чувственными радостями доставляет ему отдых и укрепление к новым добрым делам и полезным предприятиям.

Полное довольство, которое ощущает христианин в своей радости о Господе, и опыт собственного сердца, вкушающего благотворную силу божественного мира, дают ему понимать ничтожность всех суетных мирских удовольствий, увеличивают в нем жажду к тем высшим, нетленным и небесным радостям, которые происходят от веры и добродетели, и делают его тверже и тверже в его христианских убеждениях. Поэтому апостол заповедует христианам: «и мир Божий, который превыше всякого ума, соблюдет сердца ваши и помышления ваши во Христе Иисусе» (ст.7).

Напротив, чрезмерные мирские удовольствия, сами по себе составляющие уже грех, более и более отвлекают сердце от Бога и добра, и все глубже и глубже вводят в грех и порок. Они никогда не дозволяют рассеянному разуму возвышаться над самим собой к серьезному размышлению, похищают постепенно у людей лучшие чувства и непрестанно возбуждают злые пожелания. Каждое удовлетворение греховной похоти требует нового удовлетворения. Пожелания возрастают в страстность. Страстность приводит к рабству, в котором человек нравственно и окончательно гибнет, если Божья благодать не совершит над ним чуда.

Когда истинный христианин имеет радость

«Радуйтесь всегда в Господе; и еще говорю: радуйтесь.»

Апостол Павел призывает христиан к радости. Но многие не внимают этому призыву, не радуются и не видят причин радоваться…

1. Даже в самих страданиях и несмотря на страдания.

Мир исполнен неисчислимых скорбей. Каких?

Можно ли под гнетом их радоваться? Да, в известном, христианском смысле.

а) Страдания отвлекают от греха, и благодаря этому становятся благодеяниями, которым нужно радоваться.

Как часто страдания сокрушают гордость высокомерного! Как иной скряга через страдания исправляется и исцеляется! «Радуйтесь, если вас постигают многоразличные скорби.» Давид. Блудный сын. Как далеко зашел бы иной грешник, если бы скорби не увели его с пути нечестия!

б) Страдания ведут к добру, а именно к молитве, и благодаря этому делаются великими благодеяниями, которым нужно радоваться.

Апостол говорит в тексте: «не заботьтесь ни о чем, но всегда в молитве и прошении с благодарением открывайте свои желания пред Богом» (ст.6). Молитва доставляет утешение и радость. Молящийся больной гораздо счастливее здорового, но не возносящего хвалу Богу грешника! Молящаяся бедность несравненно лучше неправедного богатства! Грешник, обремененный почестями, не так счастлив, как тот, кто может молиться в своем незаслуженном унижении! Как редко и как холодно молились бы люди, если бы не было скорбей и страданий?!

в) Страдания вселяют радостное упование.

Больной принимает горькие лекарства или подвергается мучительной операции в радостной надежде, что он опять будет здоровым. Мы также больны, страдания для нас врачество.

Воин радостно ожидает победы и награды, и в этой надежде переносит самые трудные лишения. Мы также воины в служении Богу и т. д.

Земледелец видит многоразличные невзгоды над своими посевами, и однако же сеет и насаждает с благодушием. Так и мы!

Страдания — благодеяния, в них и о них христианин радуется. Они поистине отвлекают от греха, располагают к молитве, вселяют упование.

2. Даже в самих искушениях, несмотря на свои и чужие грехи.

Может ли христианин радоваться, подвергаясь многим и тяжким искушениям, взирая на свои и чужие грехи? Да, и в этом отношении для него возможна радость.

а) Бывают многие и тяжкие искушения.

Откуда они приходят? Как они бывают различны в различных возрастах жизни, званиях, состояниях и т. д.! Подвергаясь им, конечно, испытывают скорбь. Примеры. Но победа над ними доставляет мир и радость. Слова эти понятны всем тем, которые уже победили. Какое радостное чувство ощущается в груди того, кто отказался от бесчестного поручения, преодолел свою беспечность, говорил перед судом правду, вопреки всяким обольщениям и т. д.?!

б) Собственные грехи, конечно, причиняют беспокойство, тоску и скорбь.

Но если их очищают, то чувствуют радость. Слезы чистосердечного раскаяния — самые сладкие слезы. С какой радостью выходят с исповеди, если истинно смирялись? Как радуются, если с помощью благодати Божьей преодолели порок и страсть, если ежедневно преуспевают в нравственном совершенстве?!

в) Чужие грехи. Конечно, прискорбно видеть вокруг себя столь много грехов и грешников. Но если наша скорбь по этому поводу серьезна, то она есть благородная скорбь и соединена с радостью. Эти грехи доставляют нам случай упражняться в прекраснейших добродетелях. Каких?

Ради грешников Иисус Христос пришел и осчастливил мир. Рядом с грехом добродетель блестит еще прекраснее. Божья благодать пробуждает и грешников, a Спаситель, друг грешников, простит. Если бы христиане были также грешны, как и язычники, то все равно них мы должны были заботится, потому что Божья благодать всесильна.

Поистине в борьбе, победе, очищении грехов скрывается мир и радость. Поэтому и говорит апостол: «мир Божий, который превыше всякого ума, соблюдет сердца ваши и помышления ваши» и т. д. (ст.7).

3. Даже в тихие и, по-видимому, нерадостные дни Великого Поста и Страстной Седмицы.

Какая тишина в Святую Четыредесятницу! Все мирские развлечения и радости умолкают. Время — скучное и продолжительное. И однако же апостол взывает: «радуйтесь!» Как можно радоваться?

«Господь близко!» отвечает апостол. Мы должны радоваться о Господе и Его благости «внутренне, духовно».[803]

а) Господь наш Иисус Христос научил нас и хочет научить нас больше и больше познавать Бога, как всеблагого и милосердного Отца.

Следовательно, мы Его дети, о которых Он заботится, которых любит и прощает. Мы можем с сыновним дерзновением обращаться с Ним, взывать к Нему: «авва Отче.» Что, напротив, боги язычников?

Радость об этом несравненно более, чем всякие мирские веселья, прекращающиеся в пост. Она внутренняя!

б) Иисус Христос исправил живущих рядом с нами людей, и хочет исправлять их все больше и больше.

Есть многие, способные на жертвы, благотворительность, верные своему призванию, целомудренные, терпеливые люди. Мы живем не между разбойниками, убийцами и т. д. Наша жизнь, имущество и проч. под защитой закона. A как между дикими народами?

Во всем мире господствует человеческая любовь и просвещение — и это сделал Господь!

в) Иисус Христос показал нам наше достоинство, и хочет показывать это все больше и больше. Мы должны быть чем-то высоким, чтобы приблизиться к нему, когда Он унизился до нас! Мы Его братья и сестры. Он отверз нам небо, мы должны наследовать небо, быть счастливыми гражданами неба. Какая радость!

Великий пост со своим внешним затишьем, со своим постоянным утренним и вечерним богослужением, со своим плачем и сокрушением о грехах, со своими приготовлениями к светлому празднику Пасхи — есть время святой радости.

Заключение. «Радуйтесь всегда в Господе; и еще говорю: радуйтесь!»

Господь близко

1. Объяснение этой истины.

а) Ты, конечно, не видишь Его телесными глазами.

б) Но ты находишь Его везде: в совести, в природе, в судьбе людей и государств.

2. Приложение этой истины.

а) Если Господь близко, то остерегайся греха, когда он прельщает тебя.

б) Господь близко: поэтому «не заботьтесь ни о чем!»

в) Господь близко: поэтому не отчаивайся в минуты несчастий и опасностей.

Какое влияние должна оказывать на нашу жизнь мысль, что Господь близко?

1. В минуты искушений ко греху.

2. В дни счастья.

3. Во время несчастий.

4. В минуты смерти.

Господь близко

Эта мысль:

1. Освящает наши радости (ст.4).

2. Рассеивает наши скорби (ст.6).

3. Воспламеняет наши молитвы (ст.6).

4. Насполняет нас любовью и кротостью к всем людям (ст.5).

Радость о Господе (ст.4)

1. Ее корень: вера в Иисуса Христа (Фил. 2:8-11).

2. Ее плод: мир Божий, который превыше всякого ума (ст.7).

Мир Божий (ст.7)

1. Превосходит всяк ум.

2. Соблюдает наши сердца и разумения.

3. Сопутствует только истинно верующим христианам.

ОБРАЗЦЫ ЦЕРКОВНОЙ ПРОПОВЕДИ

Слово в неделю Ваий.[804]

(О том, как можем мы встречать и принимать к себе Иисуса Христа по примеру Иудеев, встретивших Его при торжественном входе Его в Иерусалим).

В настоящий день, братия, Иисус Христос имел последний — славный вход в Иерусалим. Вход сей был весьма торжествен. Лишь только пронеслась молва, что Мессия — Христос идет в Иерусалим, тотчас многие из народа, говорят Евангелисты, вышли к Нему на встречу с пальмовыми ветвями, и одни постилали свои ризы пред Ним, другие резали ветви с дерев и бросали их по пути Его, a все сопровождали Его с радостью и громко восклицали: «Осанна! благословен грядый во имя Господне, Царь Израилев! Благословепно грядущее царство! Осанна в вышних!» (Мр. 11:8-10;[805] Иоан. 12:12–15[806]).

Воспоминая ныне такой вход, Святая Церковь внушает нам, братия, чтобы и мы встречали Иисуса Христа по примеру сынов древнего Израиля. Для этого она вручает нам ваия (пальмовые ветви) и влагает в уста наши те радостные восклицания, с какими Иудейский народ встретил Спасителя. a один из древних пастырей Церкви говорит нам: «взяв пальмовыя ветви, пойдем и мы навстречу Господу нашему» (Сл. в нед. Ваий святого Прокла, архиеп. Царегр.).

Но как скажут иные, можем мы выйти навстречу Иисусу Христу, когда Он давно уже вознесся на небо и не живет между нами.

Нет, Он живет среди нас, потому что обещал пребывать с нами «во все дни до скончания века» (Мф. 28:20), и теперь находится «близко» от нас, как вы слышали в ныне читемом апостольском послании (Филип. 4:5).[807] «Се, стою у двери и стучу», вещает Он Сам в откровении Тайновидца, «если кто услышит голос Мой и отворит дверь, войду к нему, и буду вечерять с ним, и он со Мною» (Откр. 3:20). Значит, и ныне можем мы встретить и принять Его к себе по примеру Иудеев, только чувственные действия их нужно заменить духовными, потому что Господь посещает нас теперь не чувственно, a Своим духовно-благодатным наитием.

Иудеи, встретившие Иисуса Христа при входе Его в Иерусалим, как только услышали, что Он идет в сей город, тотчас вышли на встречу Ему.

Поэтому и мы, братия, не должны оставаться в бездействии и равнодушно ожидать, когда Он придет к нам, но должны сами выходить навстречу Ему, должны стремиться к Нему мыслями, желаниями и всем нашим существом. Сын Божий очень желает иметь духовное общение с нами и поэтому, как мы сказали, стоит «близко, при дверях» сердец наших и стучит в них Своим словом, благодатью и разными обстоятельствами нашей жизни. Но, однако, Он не может войти в них, если мы не откроем их для Него, потому что, как благий и свободолюбивый (2 Кор. 3:17),[808] ни в чем не поступает с нами насильно, но всего ждёт от нашей доброй воли, от нашего сердечного расположения. Поэтому Апостол говорит: «приблизьтесь к Богу, и приблизится к вам» (Иак. 4:8).

Значит, теперь от нас, от нашего приближения к Господу Иисусу зависит общение с Ним. Не будем же медлить, братия, и пойдем мысленно навстречу Ему, стремясь желанием принять Его в себя; a дабы Он не отринул нас, как недостойных общения с Ним, для этого приступим к Нему «верой, действующей любовью», в которых заключается и высшее совершенство христиан (Гал. 5:6),[809] и единственное средство к благодатному общению со Христом: «кто любит Меня», говорит Спаситель, «тот соблюдет слово Мое; и Отец Мой возлюбит его, и Мы придем к нему и обитель у него сотворим» (Иоан. 14:23); a святой Апостол учит, что «верою вселиться Христу в сердца ваши» (Еф. 3:17).

Иудеи, встретившие Иисуса Христа, вышли к Нему с пальмовыми ветвями. Где же нам взять таких ветвей? У нас нет их; они не растут в нашей стране; но зато у нас есть такое дерево, которое лучше всяких растений. Это дерево в начале посажено было в земном раю самим Богом, потом перенесено было на Голгофу, a теперь растет во всем христианском мире. В раю оно называлось деревом «жизни», потому что могло предохранять от смерти вкушавших плоды его; a теперь именуется «животворящим», потому что получило от Спасителя чудодейственную силу воскрешать «мертвых по преступлениям» (Еф. 2:5).[810] Мы ним мы понимаем крестное древо или, яснее, тот великий крест, те спасительныя страдания, которыя взял на себя за нас Сын Божий. С этого дерева должны мы брать себе ветви, т. е. меньшие кресты и встречать с ними Иисуса Христа, a потом и следовать за Ним. Это Сам Он ясно заповедал нам, говоря: «кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой» (Мат. 16:24). Без креста, без самоотвержения и неразлучных с ним скорбей и лишений ради Господа, мы не можем назваться учениками великого Крестоносца — Христа, не можем и приступить к Нему, ибо, не видя в нас креста, отличительного знамения истинных учеников Его, Он отвергнет нас, как чуждых Ему и скажет: «не знаю вас» (Мат. 25:12)![811]

Итак, кто желает иметь блаженное общение с Христом, тот безропотно неси те скорби и лишения, которые Господь посылает ему в этой жизни; неослабно подвизайся в трудных подвигах добродетели и охотно жертвуй для Господа всем, даже самой жизнью. «Претерпевший же до конца спасется» (Мат. 10:22).

Желая сильнее выразить радость о пришествии Иисуса Христа в Иерусалим, Иудеи встретили Его не только с пальмовами ветвями, но также снимали с себя одежды и постилали их по пути Христа. Это и мы должны сделать, братия, ибо у нас есть такая одежда, которую необходимо сорвать с себя и повергнуть перед Господом на попрание. Я имею в виду то рубище, которое называется в Священном Писании «прежним образом жизни ветхого человека, истлевающего в обольстительных похотях» (Еф. 4:22), и соткано из разных наших грехов. Явиться ко Господу в таком рубище не только стыдно для нас, но и страшно, потому что Господь, в праведном гневе Своем, поступит с нами так же, как поступил Он с тем несчастным, который дерзнул придти на брак Его, не имея на себе брачного — хорошего — одеяния, и за это изгнан был «во тьму кромешную» (Мат. 22:11–13).[812]

Поэтому, если мы хотим достойно встретить Господа и заслужить не гнев, a благословение Его, то должпы сбросить с себя ветхое, греховное рубище «и облечься в нового человека, созданного по Богу, в праведности и святости истины» (Еф. 4:24), т. е. должны перестать грешить и «остальное во плоти время жить уже не по человеческим похотям, но по воле Божией», преуспевая во всякой добродетели (1 Петр. 4:l-2).[813]

Постилая одежды свои перед Спасптелем, встретившие Его иудеи резали также ветви с деревьев, росших при дороге, и бросали их на Его пути. A мы, братия, готовясь к встрече Спасителя и намереваясь принять Его в себя, отречемся мысленно от соблазнов, которыя как некие терния, растут на широком пути мира, и сбросим их с себя, дабы они не препятствовали нам идти к Христу и следовать за Ним (Мар. 4:7.18–19).[814]

В особенности же постараемся истребить или, по крайней мере, как можно более урезать в себе три главныя похоти, господствующия в мире — «похоть плоти, похоть очей и гордость житейскую» (1 Иоан. 2:16),[815] от которых, как от корня, происходят все наши грехи, препятствующие иметь благодатное общение с Господом (Ис. 59:2).[816] Не будем щадить и того, что питает и усиливает в нас эти похоти, — не будем дорожигь богатством, славой и другими земными благами, a поэтому не станем много заботиться о стяжании и хранении их, но, подобно Апостолу, будем считать их таким «сором», который без сожаления можно бросить, «ради превосходства познания Христа Иисуса, Господа» и благоугодить Ему (Фил. 3:8). «Никто не может», говорит Спаситель, «служить двум господам: ибо или одного будет ненавидеть, а другого любить; или одному станет усердствовать, а о другом нерадеть. Не можете служить Богу и маммоне» (Мат. 6:24).

Это истина несомненная: ее доказывает пример того юноши, который, ради богатства, не захотел последовать Христу (Мат. 19:16–23);[817] ее подтверждают те званные на вечерю Господню, которые под разными житейскими предлогами отказались придти на неё (Лк. 14:16–20);[818] о ней свидетельствуют и все миролюбцы, которые в суете своей забывают Бога и враждуют против Него: ибо «дружба с миром есть вражда против Бога», говорит Апостол (Иак. 4:4).[819]

Встретив Иисуса Христа и сопровождая Его в Иерусалим, иудеи радостно взывали: «Осанна! Благословен грядый во имя Господне, Царь Израилев! Благословепно грядущее царство! Осанна в вышних!» Но если так радовались пришествию Спасителя и так желали успеха Ему иудеи, еще ожидавшие только царства Мессии и не знавшие хорошо тех благодатных даров, которые оно принесет людям, то тем более должны радоваться и желать успеха царству Христову мы — христиане, потому что мы наслаждаемся плодами пришествия Христова на землю и достоверно знаем, от каких зол избавил нас Сын Божий и какие блага дарует Он нам в этойи будущей жизни.

С чувством искренней благодарности за эти величайшие блага, мы должны не только благословлять Христово царство и усердно желать, чтобы оно распространилось всюду, — но и содействовать ему по мере наших сил и средств. В особенности же мы должны заботится о том, чтобы оно водворилось и утвердилось в нас самих. Для этого мы должны усердно молить Господа, да придет и вселится Он в сердца наши, и вместе с тем усердно готовить в качестве Его обители — очищать себя «от всякой скверны плоти и духа» (2 Кор. 7:1). А чтобы Ему приятно было обитать в нас, для этого мы должны украшаться христианскими добродетелями, и прежде всего облачиться в святую любовь, потому что «пребывающий в любви пребывает в Боге, и Бог в нем» (1 Иоан. 4:16), притом следуетсовершенно предать себя Его воле и предоставить Ему возможность производить в нас и «хотение, и действие, по Своему благоволению» (Фил. 2:13). Тогда мы будет жить для Бога, a в нас будет жить Христос (Рим. 6:11)[820] и, таким образом, совершится наше общение с Ним.

Итак, вспоминая таким образом торжественный вход Иисуса Христа в Иерусалим и заменяя чувственные действия встретивших Его иудеев духовными, как подобает христианам, пойдем мысленно к Спасителю с верой и любовию, взяв вместо пальмовых ветвей крест самоотвержения; совлечемся «ветхого человека» с порочными «деяниями его», и повергнем это рубище к стопам Иисуса Христа, a вместо него облечемся «в нового человека» и свойственные ему добродетели (Кол. 3:9-10).[821] Не будем увлекаться мирскими соблазнами и земными благами, растлевающими наши сердца, но станем охотно отвергать их ради Христа и умерщвлять в себе влекущие к ним похоти, притом, будем единодушно благословлять Господа, пришедшего ради нашего спасения, a вместе молить Его и содействовать тому, да царствует Он в нас и во всем мире.

Вот что мы должны делать ныне! Это нелегко, братия, но и не так трудно, как может иным казаться: ибо «невозможное человекам возможно Богу», — сила Его в нашей «немощи совершается» (Лк. 18:27; Кор. 12:9[822]). Поэтому, уповая на Божью помощь в святом деле, и, взирая на Спасителя нашего духовными очами, будем радостно взывать Ему: «Осанна! Благословеи грядый во имя Господне!» Хвала Тебе — Блюстителю душ наших (1 Петр. 2:25)![823]

«Осанна в вышних!» Аминь.

Поучение в неделю Ваий.[824]

«Бог Господь явися нам, составьте праздник»

(Ирм. в нед. Ваий).

Великий праздник и пресветлое торжество праздновали в нынешний день Иерусалимляне, когда увидели Иисуса Христа, входящаго в Иерусалим, по примеру царей иудейских — во множестве идут за Ним, радуются и поют Ему хвалебную песнь, как будто Господь готовился возсесть на престол царей иудейских. Сопровождают Его и приносят Ему зеленые ветви, постилают на пути свои одежды, но Господь не выражает ни малейшаго знака радости. Почему? Потому что видит перед Собой Иерусалим, наполненный убийцами; усматривает злобу против Себя иудеев и знает, что через несколько дней Он пострадает и умрет на кресте; потому что не только Его замышляли убить иудеи, но и Лазаря, которого Он воскресил.

По примеру иудеев, и мы ныне празднуем день входа Господня в Иерусалим, и носим знамение нашего бессмертия — эти зеленые ветви. Ибо и нам Господь Бог явился и изгнал из храма души нашей все наши страсти, как некогда изгнал из Иерусалимского храма всех продающих и покупающих. Он еще больше для нас сделал: Он освятил нас и омыл честной Своей кровью от всякой нечистоты: «Бог — Господь, и осиял нас; вяжите вервями жертву, ведите к рогам жертвенника.» (Пс.117:27).

Но можно ли, братия, празднество наше назвать всецело светлым, безгранично радостным? — Нет. Почему? — Потому что вскоре восстанут на Господа и на Христа Его все наши страсти, как злобные иудеи, скоро восстанет мир со своими соблазнами, и диавол со всеми искушениями, все внутренние и наружные, душевные и телесные враги восстанут, чтобы не только вновь распинать грехами Христа, но убить и Лазаря — тело наше, воскрешенное Божьей благодатью. Найдется и другой Каиафа — ослепленный разум наш, который станет пророчествовать, что лучше потерять, умертвить, распять, погубить Господа, нежели истребить столько страстей, столько удовольствий, доставляемых нам плотью и миром. Совесть примолчит, как лицемерный Пилат, и не станет мучить нас своими угрызениями; сердце, как Петр, отречется от Господа, и станет любить плоть и мир. Посему, братия христиане, не доверяйте врагам вашим — плоти, миру и диаволу, веруйте в свет Евангелия, пока вы ходите во свете; для сего чаще приходите в храм Божий, особенно в дни наступающие.

Христос Господь всего Себя отдал нам и с Собой все пренебесные дары, которые приготовлены для нас от создания мира. «Бог — Господь, и осиял нас» — явится ли в другой раз и сделает ли нас причастниками своего Божества?.. Много мы приобрели Божьих даров в Святую Четыредесятницу, много благодати и милости Божьей, проявившейся на нас в том, что Господь, несмотря на все наши неправды, на наши грехи, — по милости Своей взывал к нам: «приступите и просветитеся, приимите и ядите, пейте все кровь Мою, за вас пролитую.» И блаженны те, которые не в суд и не в осуждение этот высокий и многоценный бисер — тело и кровь Христову: это наша пасха, это наша пища бессмертия, это превеликий Божий дар.

«Бог — Господь, и осиял нас:» блажен тот, кто приступал к нему с чистым сердцем, — он Бога узрит. Блажен тот, кто от всей души и от всего сердца приобщился к этому великому таинству, и особенно тот, кто решился больше не изменять Господу до самой смерти.

Пока живем, христиане, на земле, станем веровать в свет, как сыны света, и не будем доверять нашему кичливому разуму, нашей злой воле и коварному сердцу, которое постоянно нам изменяет. Богочеловек явился в мир, дабы нас спасти от греха, проклятия и смерти, — не будем же раздражать Господа грехами нашими. Мы и так много нагрешили в жизни нашей, — будет ли Господь милостив к нам и простит ли неправды наши? Не станем надеяться на свое здоровье, — оно обманчиво и непостоянно, как ветер в поле, как полевой цвет, как сон.

Господь дает нам радость, Господь пошлет и скорбь, дабы мы не забывались и не забывали Самого Господа. Чаще будем сетовать о грехах своих, нежели веселиться в дни праздников; ибо и Христа видели на земле чаще сетующим и даже плачущим, a веселящимся никогда не видели; потому что наша земля есть земля проклятия, и ничего не может произрастать на ней кроме скорбей, кроме терния и волчцов.

Грядет Господь на вольную страсть ради нашего спасения — помяни и нас, когда придешь во царствие Твое. Аминь.

Христос Спаситель как Царь

В земной жизни Спасителя мира наступал последний решительный момент. Обойдя всю землю Израилеву, побывав во всех градах и весях, Христос Господь теперь шел в Иерусалим для завершения Своего служения, и Он шел туда как Царь, желавший во всем величии показать Себя Сыном Давидовым. Но и как Царь, Он шел в Иерусалим не для того, чтобы явить земного Мессию, того победителя и завоевателя, которого чаяли увидеть в лице Его огрубевшие в своих стремлениях иудеи. Если бы Он провозгласил Себя земным царем, то иудеи массой пошли бы за Ним и признали бы Его Мессией; но Его царственность была не от мира сего и Он шел в иудейскую столицу, чтобы закончить Свое служение ужасами унижения и страданий. Вот уже в Вифании Мария помазала Его миром, подготовляя Его погребение, a Иуда проявил свою злобную натуру, созрев для предательства. Злоба врагов все возрастала и изыскивала средства подорвать Его влияние на народ и даже убить Его. Теперь настало время не воздерживаться от открытого провозглашения мессианства. Доселе Христос заявлял о Себе как об обетованном Мессии преимущественно частным образом и отдельным личностям; теперь настало время объявить об этом всенародно, и самым торжественным образом заявить, что Он есть истинный Царь Мессия, истинный Сын Давидов. И Спаситель сделал это заявление Своим торжественным входом в Иерусалим.[825]

Перед большими праздниками толпы богомольцев, собиравшихся отовсюду, обыкновенно входили в святой город торжественно и со всевозможными выражениями радости. Такой вход благоволил сделать и Христос, чтобы в последний раз открыть Свою славу. До сих пор Он входил в Иерусалим обычно пешком; теперь Он хотел вступить в него так, как не раз вступал некогда Его предок Давид, именно сидя на осле. Это мирное и полезное животное высоко ценилось на востоке, и для иудеев с ним связывалось немало исторических воспоминаний, которые делали его даже более благородным и любимым в их глазах, чем гордые кони, доставлявшиеся из Египта. Еще более возвышалось в глазах их значение осла вследствие торжественного заявления пророка, что на осле именно вступит в Иерусалим Мессия — Царь (Зах. 9:9).[826] Отсюда такой именно вход Спасителя в святой город мог служить лучшим и самым наглядным провозглашением Его мессианства.

Рано утром девятого Нисана Спаситель Христос, оставив мирный и гостеприимный кров в Вифании, направился со Своими учениками к Иерусалиму. Между тем до Иерусалима уже долетела молва о намерении Христа вступить в святой город, и толпы галилейских поклонников, расположившихся около города, с чувством радости и благочестивого восторга устремились на гору встречать Его, для чего по пути срезали молодые, только что распускавшиеся ветви пальм, чтобы оказать Ему особенный почет. Ученики, проникнутые величием события, постилали свои плащи и покрыли ими осленка, на которого воссел их Учитель, a народ стал устилать путь ветвями, как это было в обычае на востоке. Так некогда иудеи устилали смоковничными и пальмовыми ветвями путь Мардохею, когда он ехал из царского дворца, и персидское войско так же выражало свой восторг Ксерксу перед переправой через Геллеспонт. И лишь только шествие двинулось, как неудержимый восторг охватил и учеников, и всю окружавшую толпу народа. В порыве восторженной радости за своего Учителя апостолы воскликнули: «Осанна Сыну Давидову![827] Благословен грядущий во имя Господне! Осанна в вышних!» Народ подхватил эти радостные клики, и многие с восторгом передавали друг другу весть о том, как Он воскресил Лазаря из мертвых. Дорога тут постепенно поднимается на гору Елеонскую, и на вершине ее круто поворачивает к северу. На этом повороте впервые открывается вид на Иерусалим, который дотоле скрывается за отрогом горы. Вид на знаменитый город отсюда поражал своим великолепием, и многие иудейские и языческие путешественники останавливали здесь своих коней и с восторгом немого изумления смотрели на это дивное зрелище. Иерусалим в то время, окаймленный целым рядом гордых башен, считался одним из чудес мира и представлял великолепное зрелище, о котором теперешний Иерусалим не может дать и приблизительного понятия. И вот этот город во всем своем величии открылся пред взором Христа, его истинного Царя! Всякого другого это величественное зрелище могло привести в восторг; но истинный Царь смотрел не на внешний блеск города, a нa внутреннее достоинство его жителей, и перед Его взорами открылась столь страшная бездна неверия и порока, уже назревших для совершения величайшего и гнуснейшего преступления на земле, что этот великолепный вид поразил бесконечно сострадательное сердце Христа невыносимой болью. Он не раз плакал и проливал слезы над человеческой жестокостью и греховностью, но теперь Он громко зарыдал. Весь позор издевательства и вся нестерпимая боль Его страданий спустя пять дней бессильны были исторгнуть хоть один стон из Его груди или вызвать хоть одну слезинку на Его истомленные веки; здесь же Его внутренняя скорбь пересилила Его человеческий дух, и Он не просто плакал, a неудержимо рыдал,[828] так что подавленный голос едва мог произносить слова.

«О, если бы и ты!» воскликнул Он, когда народ в изумлении смотрел и не знал, что подумать или сказать, — «о если бы и ты хотя в сей твой день узнал, что служит к миру твоему!» Скорбь прервала Его слова, и когда задушенный рыданием голос несколько оправился опять, Он мог только прибавить: «но это сокрыто ныне от глаз твоих; ибо придут на тебя дни, когда враги обложат тебя окопами и окружат тебя, и стеснят тебя отовсюду, и разорят тебя, и побьют детей твоих в тебе, и не оставят в тебе камня на камне, за то, что ты не узнал времени посещения твоего.» Это был последний призыв со стороны Мессии преступному городу, избивавшему пророков, к покаянию; но так как он не внял и этому призыву, то должен был понести предсказанную ему участь. И действительно, сорок лет спустя пророчество Господа Христа исполнилось во всей его точности.[829]

Когда Спаситель мира оплакивал город и произносил Свое пророчество над ним, шествие приостановилось. Но теперь и народ, находившийся в долине Кедронской и около стен Иерусалима, a также и все поклонники, расположившиеся в шалашах и палатках, густо пестревших по зеленым склонам внизу, завидев приближение народной массы на горе и услышав отголоски радостных кликов, поняли, что означало все это. Срывая с дерев зеленые ветви, народ бросился по дороге на гору встречать приближавшегося Мессию. И когда встретились эти две народные волны, одна, сопровождавшая Его из Вифании, и другая, вышедшая навстречу к Нему из Иерусалима, то Он оказался в середине народной массы, которая шла и впереди, и сзади, крича: «осанна!» и махая ветвями — до самых ворот Иерусалима. Среди толпы было несколько фарисеев, и восторг народа был для них острее меча. Что значат эти мессианские крики и царские титулы? Разве они не опасны, разве пристойны? зачем Он допускает их? «Учитель, запрети ученикам Твоим.» Но Он не хотел останавливать их. «Если они умолкнут, сказал Он в ответ, то камни возопиют.» И фарисеи, при всем своем озлоблении, невольно чувствовали, что они бессильны остановить прилив народного восторга. Когда шествие приблизилось к городским стенам, то весь город объят был необычайным волнением и тревогой. «Кто это?» спрашивали жители на базарах и улицах, по которым двигалось шествие; и народ восторженно отвечал: «это Иисус, пророк из Назарета Галилейскаго.» Внутри города народ рассеялся, a Христос направился к храму. Восторженные клики народа нашли отголоски и здесь. Даже дети, вероятно из храмового хора, кричали Ему: «осанна Сыну Давидову!» и когда книжники и фарисеи с затаенной злобой обратили Его внимание на это, то Он отвечал им: «разве вы никогда не читали: из уст младенцев и грудных детей Ты устроил хвалу?» К вечеру Христос Спаситель возвратился в Вифанию.

Торжественным входом в Иерусалим общественное служение Спасителя в сущности закончилось, и увы! результаты его, с человеческой точки зрения, были поистине плачевны. Сколько было совершено Христом великих дел, сколько излито было сладостных поучений, a народ, которого Он пришел спасти, — народ, который втечение целых тысячелетий в качестве избранного готовился к принятию Мессии, через несколько дней после восторженных приветствий отверг Его. Божественный Учитель, между тем, делал все, что только могло бы привлечь к Нему злополучный народ. Его уста открывались перед Израилем и со сладостным благовестием, и с суровым обличением, и с нотами самой нежной любви, но иногда и с негодующим гласом самой гневной правды.

Чего же еще недоставало Ему для того, чтобы быть принятым иудеями? Без сомнения недоставало того, чтобы Он подчинился их собственной нравственной мерке. Иудеи мечтали о земном Мессии. Они жаждали политического переворота, a не религиозного преобразования. Все, что касалось только души, нисколько не интересовало и не трогало их. Полагая свой мессианский идеал в явлении царя-завоевателя, который должен был царствовать над всей вселенной, народ этот не способен был узнать истинного Мессию в мирном основателе новой религии, хотя бы эта религия всеобщая, как истина, должна была сделаться религией для всего мира. Израильский народ, в своем узком эгоизме, ожидал Спасителя исключительно только иудейского. Мессия более человеческий, чем национальный, приносящий Своему народу лишь блага невидимого и духовного свойства, не мог быть в полном смысле Мессией — так именно рассуждали ученые книжники и фарисеи, смущавшие народ своей проповедью в Иерусалиме.

Неудивительно, что перед лицом таких предрассудков напрасны были все дела, все поучения, все всемогущество, вся святость жизни Христа; народ как-будто роковым образом шел на встречу своей судьбе: отвергал Христа, он будет отвергнут и сам; убивая Его, он будет избит и рассеян и сам.

Но не может ли самый разум человеческий находить здесь себе источник смущения? Народ, который должен был найти себе в Мессии спасение, находит в Нем свою гибель! Он предназначен был представить миру Мессию, a между тем он сам не узнал Его! Не обнаружилась ли в этом отношении некоторая ограниченность самой Божьей премудрости? Это возражение представлялось уже первому поколению христиан. Им занимался апостол Павел (Римл. IX–XI), a затем разрешение его дает и апостол Иоанн, лично видевший конец общественной жизни Христа.

Прежде всего, не следует думать, что это упорство иудейского народа было неожиданным явлением последнего времени. Бог предвидел его в Своем предвечном совете, как Он предвидит все в истории человечества, и пророки уже предсказывали о нем. Рядом с пророчествами, свидетельствующими о том, что Израиль радуется свету своего Мессии, y них есть также и печальная перспектива Израиля упорного, который, вследствие этого, должен быть заменен другими народами. Этого не следует упускать из виду, потому что тут именно и находится разрешение первого затруднения.

Народ (иудейский) не поверил в Него, говорит евангелист Иоанн, «да сбудется слово Исаии пророка: Господи! кто поверил слышанному от нас? и кому открылась мышца Господня?» (Иоан. 12:38; Ис. 53:1[830]). Возвещая о будущих страданиях Мессии, пророк в то же время в изумлении спрашивает: кто поверит Его слову и кто узнает в небесном Посланнике, покрытом поношениями, всемогущую руку Господню?

Конечно, число таковых будет невелико, потому что для принятия такой тайны требуется сильная вера и возвышенная душа. A иудеи не заслужили того, чтобы сохранить в себе этот проникающий в глубину сердца взгляд, дающий им возможность видеть сквозь тьму. Над ними исполнилось, по словам евангелиста, еще другое слово того же пророка: «народ сей ослепил глаза свои и окаменил сердце свое, да не видят глазами, и не уразумеют сердцем, и не обратятся, чтобы Я исцелил их» (Иоан. 12:40; Ис. 6:10[831]).[832] Вот, таким образом, в чем заключается причина неверия израильского народа в пришедшего Мессию. Израиль оказывается неверным Богу, Который, поэтому, отнимает у него свет, и он перестает видеть. Все это было предвидено и может удивлять разве только тех, которые не имеют достаточно разума для разумения Священного Писания. Божья Мудрость, следовательно, не осталась посрамленной. Она действовала в соответствии с тем, что должно было совершиться и сама злоба иудеев содействовала осуществлению ее советов.

Наказание, которое заслужил неверующий народ и которое он поэтому понес, также входило в план божественного домостроительства. Так, совершенно не видя света, вышедшего из его недр, Израиль тем не менее сделался ходячим факелом, освещающим из века в век небесное лицо Мессии, и его собственное ослепление, предсказанное пророками, сделалось поразительным доказательством божественного посланничества Иисуса Христа. Слава и честь Сыну человеческому может быть воздаваема различными средствами. Разве сами бесы своим мучением и своей злобой не провозглашают святости и величия Бога? Израиль, проявив полное упрямство и подвергшись проклятию и наказанию, тем самым свидетельствует в истории человечества, что Иисус был более чем человек. Если бы в лице этой великой жертвы иудеи убили лишь праведника, то они не подверглись бы столь страшному и продолжительному наказанию. Но иудейский народ обагрил свои руки кровью Богочеловека, и этой крови он не может смыть во век. Несчастный! Он богохульствует еще и теперь, но клеймо богоубийства, зияющее на его челе, свидетельствует лишь о свышечеловеческом достоинстве Того, Кого он нечестиво поносит. «Сие сказал Исаия,»— прибавляет евангелист Иоанн, — «когда увидел славу Его, и говорил о Нем» (Иоан.12:41). Вот почему стало невозможным, чтобы исполнение такого пророчества в состоянии было умалить торжество Иисуса Христа или замедлить его.

Впрочем, не весь Израиль отверг своего Мессию. Даже и из начальников, как с видимой радостью замечает евангелист Иоанн, «многие уверовали в Него; но ради фарисеев не исповедывали, чтобы не быть отлученными от синагоги, ибо возлюбили больше славу человеческую, нежели славу Божию;» (Иоан.12:42–43) но во всяком случае, искра уже зажглась в их душе и, с наступлением должного часа, пламя веры Христовой может охватить весь народ.

И действительно, после осенения благодатью Святого Духа, ближайшие последователи Христа из избранного народа, будучи до того боязливыми и малодушными, поднялись, как львы, и вырывая, так сказать, из рук палачей еще рдеющий кровью крест, они прошли с ним по всей вселенной, повторяя слова уверовавшего сотника: «истинно Человек Сей был Сын Божий!» (Мар.15:39) Основанное ими общество, сделавшееся Церковью, было истинным Израилем божественных обетований. Другие остались в числе Израиля отверженного, и они вполне заслужили этого.

Таким образом, в действительности имеются все данные, которые делают преступление иудейского народа совершенно непростительным. Тут во всей полноте проявилась злоба с его стороны и отеческая благость со стороны Бога. Чтобы еще яснее выставить эти доказательства, евангелист Иоанн воспроизводит то заявление, которое окончательно сделал иудеям Христос. Это заявление сделано с полнейшею ясностью и запечатлено божественным авторитетом. «верующий в Меня не в Меня верует, но в Пославшего Меня. И видящий Меня видит Пославшего Меня» (Иоан. 12:44–45).

Господь Христос Своими чудесами вполне доказал, что Его дело было делом Самого Бога, и что Он, в действительности, был одно со Своим Отцем. Вне Его, Учителя, посланного людям с неба, была лишь смерть и тьма. Чтобы видеть это, достаточно было бросить взгляд на окружающий мир. В Его словах истина просияла со всей силой убедительности. «Я свет, пришел в мир, чтобы всякий верующий в Меня не оставался во тьме» (Иоан. 12:46). Горе, следовательно, тому, кто по своему упорству не признает Божественного Учителя и закрывает глаза перед явлением Его славы. Неверующие из Его собственных уст могли узнать о той участи, которая ожидает таковых: «и если кто услышит Мои слова и не поверит, Я не сужу его, ибо Я пришел не судить мир, но спасти мир. Отвергающий Меня и не принимающий слов Моих имеет судью себе: слово, которое Я говорил, оно будет судить его в последний день» (Иоан. 12:47–48). A это слово, в действительности, есть слово Самого Отца небесного. «Ибо Я говорил не от Себя; но пославший Меня Отец, Он дал Мне заповедь, что сказать и что говорить. И Я знаю, что заповедь Его есть жизнь вечная. Итак, что Я говорю, говорю, как сказал Мне Отец» (Иоан. 12:49–50).

Не смотря на все это, Израиль остался бесчувственным, упорным, враждебным. Напрасно Господь Бог постоянно, в течение всего времени служения Своего Сына, простирал к нему длани. Все это вызывало в избранном народе лишь неверие и противодействие. И вот, наконец, благодать, как бы видя бесполезность всех своих влияний, предоставила этот народ своим собственным преступным влечениям, и он действительно хладнокровно совершил самую возмутительную неблагодарность, самое ужасное преступление, самое непростительное святотатство, какое только может омрачать память народа.

Библиографический указатель слов, бесед и поучений на 6-ю Неделю Великого Поста

Филарет, митр. Московский. Слова и речи. Τ. II, стр. 181.

Иннокентий, арх. Херсонский. Сочинения, т. IV, 32–73; 74-99

Макарий, арх. Орловский. Собр. слов, бесед и поучений, стр. 30.

Феофан, еп. Тамбовский. Слова. Стр. 285.

Макарий, митр. Московский. Слова и речи, стр. 217.

Евсевий, архиеп. Могилевский. Беседы. СПБ. 1880 г., т. I. Проповеди на воскр. и праздн. дни. СПБ. т. II, 187.

Павел, арх. Кишеневский. Слова и речи. Т. I, стр. 369, 379.

Путятин, P., прот. Собр. поучений. стр. 50–63.

Сергиев, И., прот. Собрание сочинений, т. I.

Сеятель. Сборник поучений, стр. 240.

Лебедев, П. Α., прот. Поучения на Святую Четыредесятницу, вып. I, стр. 28; II-23; III-18; IV-20.

Дьяченко, Ежедневные поучения. Т. I, 668–680.

ВЕЛИКИЙ ЧЕТВЕРГ

Великий Четверг посвящен, главным образом, воспоминанию тайной вечери, на которой Господь наш Иисус Христос благоволил установить святейшее таинство евхаристии. В этот день благочестивые христиане, с древних времен, имеют обычай приобщаться Святых Христовых таинств. По этому поводу служители алтаря произносят обычно соответствующие случаю слова, поучения и проводят беседы с причастниками. Предлагаем здесь несколько тем для проповедей, которые могут быть произносимы как в страстной четверг, так и в прочие дни Великого Поста, когда бывают причастники.

Мы причащаемся истинного и действительного Тела и Крови Христовой

«Приимите, ядите: сие есть тело Мое… сия есть кровь Моя.»

(Мат. 26:26.28)

Не простой хлеб и вино предлагаются нам в таинстве причащения, но истинное тело и истинная кровь Христова, a «с этим телом и кровию мы принимаем также и душу Его и божество Его.»[833] «Одним словом, Иисус Христос, предлагая нам Себя в святейшем таинстве, предает всего Себя и не оставляет ничего Себе.»[834]

Какое непостижимое чудо беспредельной Божьей любви! «Бог, при всем Своем всемогуществе не мог 6ы дать нам ничего более; при всей своей премудрости, не нашел бы ничего дать нам более; при всем своем богатстве, не имел бы ничего дать нам более.»[835]

1. Возможно ли это?

Трудно ли Тому, Кто сотворял сами хлеб и вино, само тело и кровь — под видом хлеба дать Тело, a под видом вина — Кровь?

«Если слово пророка Илии было довольно могущественно для того, чтобы низвести огонь с неба, то почему слово Господа не в состоянии изменить существа хлеба и вина? Если Бог мог сотворить все из ничего одним словом, то почему не может Он предложить то, что уже существует?»[836]

И что тут удивительного, когда каждый из нас нечто подобное видит в самом себе? Разнородная пища и питье, нами принимаемые, ежедневно превращаются в наше тело и кровь. Даже можно сказать, что законом подобного преобразования держится в жизни все разнообразие внешней природы, в круге которой один вид тварей переходит в другой, из низшего в высший и обратно.

Удивительно ли, если Сам Творец, в таинстве евхаристии, производит бесконечно высшим образом то, что, под известными условиями, происходит в наименьшем из Его творений?

2. Но какая необходимость в чудесном обращении хлеба в Тело, a вина в Кровь?

Чудо обращения совершается в помощь нашей немощи. Ибо кто из нас в состоянии был бы принять Тело и Кровь Спасителя, если бы они подавались нам в их собственном виде?

Были случаи, по свидетельству Церкви, что для вразумления неверия или по другим таинственным причинам, Агнец на Святой трапезе принимал иногда вид младенца, a хлеб и вино обращались в видимое тело и кровь: но, вместо радости о чуде, священнодействующие в ужасе отступали от священной трапезы, и Святая Церковь вынуждена была писать на этот случай особые правила. Поэтому Божья Премудрость положила питать нас хлебом небесным не иначе, как под видом пищи земной.

«Но почему же именно под видом хлеба, a не другой какой-либо пищи?» Отцы Церкви и на этот вопрос дают ответ. Хлеб есть насущная пища, без которой человек не может существовать и жить. Точно такое же значение имеет для нас Тело и Кровь Спасителя в духовном смысле. Далее, хлеб, назначаемый для потребления в пищу, может быть удобно сохраняем на долгое время. По этой причине и Христос желал оставить нам Тело Свое под видом хлеба, дабы оно не только питало нас в таинстве причащения, но и сохранялось на святой трапезе, пребывало среди нас и постоянно напоминало нам об Его беспредельной любви к нам.

3. Каким же образом Тело Спасителя, пребывая с душой одесную Бога Отца, и не будучи вездесуще, может находиться на каждом святом жертвеннике, и с другой стороны, как это же Тело и Кровь, непрестанно раздаваемые не подлежат умалению?

A как светит солнце? Вездесуще ли оно? Нет. Оставляет ли оно когда-либо место на небе? Никогда. A между тем свет и теплота от солнца везде, везде жизнь и радость. И вчера ли, или с третьего дня стало светить таким образом солнце? Нет, с самого творения мира. Однако же оно нисколько не умаляется в своем круге, не истощается в своей силе.

Что возможно солнцу, трудно ли для Того, Кому легче зажечь новое солнце на небе, чем человеку зажечь свечу?

Этот же пример солнца может объяснить сравнительно и то, как Тело Христово пребывает целым, хотя хлеб в таинстве раздробляется и разделяется непрестанно; ибо возьми зеркало и поставь против солнца, — в нем отразится весь круг солнца; разбей зеркало, и возьми какой угодно из его остатков, и поставь против солнца, — опять увидишь в нем весь круг солнца. Так и Тело Христово, «всегда ядомое и николиже иждиваемое.»

Поэтому «с каким благоговением и страхом, с какою чистотою душевною и телесною, мы должны приступать к этому таинству!»[837]

«Кто из вас решился бы бросить драгоценную одежду в грязный и гнилой ручей? Осмелитесь ли вы принять драгоценную Кровь Спасителя в сердце, исполненное грехов?»[838]

«Да испытывает же себя человек, и таким образом пусть ест от хлеба сего и пьет из чаши сей. Ибо, кто ест и пьет недостойно, тот ест и пьет осуждение себе, не рассуждая о Теле Господнем» (1 Кор. 2:28–29).

Великие плоды Святого Причащения

«Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь пребывает во Мне, и Я в нем»

(Иоан. 6:56).

И вот, посредством таинства причащения, мы восходим теперь на эту высоту. Ибо кто причащается Тела и Крови Христовой, тот по этому самому уже не может не быть в теснейшем соединении со Христом, не только по духу, но и по плоти. A так как с плотью и кровью Спасителя соединена полнота Божества, то, соединяясь со Христом, мы «соделались причастниками Божеского естества» (2 Пет. 1:4). Какого высочайшего дара удостаиваемся мы ныне!

1. Кто причащается, как должно, Тела и Крови Христовой, тот таинственно насыщается и удовлетворяет духовную жажду свою на целую вечность.

«Я есмь хлеб жизни; приходящий ко Мне не будет алкать, и верующий в Меня не будет жаждать никогда» (Иоан. 6:35). И что странного в этой истине? Не так ли и в обыкновенном употреблении вещей, что кто попробовал чего-либо самого вкусного, y того надолго исчезает охота ко всему прочему, менее приятному.

A может ли что другое быть питательнее Тела и Крови Сына Божьего? Когда бы и это божественное брашно не в состоянии было напитать сердца человеческого, то ему вечно пришлось бы алкать и жаждать.

Если нам трудно насытиться Телом и Кровью Господа, то не потому, чтобы наше сердце было слишком пространно, a потому что оно закрыто и не может вместить Господа, дабы насытиться им навсегда.

Но посмотрите на святых. Давид ничего не хотел ни на земле, ни на небе, кроме насыщения одним Богом (Псал. 72:25),[839] хотя он не причащался трапезы Господней так видимо, как мы, a приступал к ней только в духе и созерцании.

2. Причащающийся Тела и Крови Христовой бывает свободен от смерти.

«Я есмь хлеб жизни … сходящий с небес, таков, что ядущий его не умрет» (Иоан. 6:48–50).[840] Почему же истинный причастник не может подлежать смерти? Потому же самому, почему не может подлежать смерти и Христос!

«Пребывает во Мне, и Я в нем.»

A как же умирают святые? Нет, они не умирают, a только преставляются. Для нас смерть — предмет ужаса и отвращения, a для святых — предмет желания и радости (Фил. 1:23;[841] Рим. 7:24[842]).

Для нас смерть — начало нашего небытия для мира, a для святых — начало небесного царства с Христом, перед Которым они ходатайствуют за мир.

Наши тела через малое число дней предаются тлению, a тела святых остаются невредимыми в продолжении тысячелетий.

Если истинный причастник не остается навсегда с этим бренным земным телом, то потому, что оставаться в нем навсегда было бы для него не наградой, a наказанием.

3. Причащающийся Тела и Крови Христовой получает непреложный залог своего будущего воскресения плотью для вечной жизни.

«Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь имеет жизнь вечную, и Я воскрешу его в последний день» (Иоан. 6:54). Почему же воскресение присуще по преимуществу тем, кто причащается Тела и Крови Христовой? Не ждет ли оно и всех умирающих (Иоан. 5:25–28)?[843]

Так, все воскреснут; но неодинаково, не только по цели (одни для мучений, другие для блаженства), но и по образу воскресения. Одни воскреснут по силе одного всемогущества Божия; a другие по силе сего всемогущества и вместе внутреннего благодатного предрасположения к воскресению и жизни вечной.

«Я воскрешу его»: «Я сам, a не труба архангела; воскрешу как живую часть Моего собственного тела, с которым Я неразрывно соединен и в котором жил доселе, который существенно никогда и не умирал, ибо пребывал во Мне и Аз в нем. Я воскрешу или разбужу его, как будят от сна — только явлюсь миру, и он сам воспрянет и устремится ко Мне неудержимо; ибо в нем — Тело и Кровь моя, ибо Я и он — едино.»

С этой стороны на причащение Тела и Крови Христовой нужно смотреть, как на особенное некое приготовление нас к будущему воскресению. Поэтому-то то отцы Церкви называют евхаристию «врачевством бессмертия.»

4. Что требуется с нашей стороны для достойного принятия Тела и Крови Христовой?

а) Живая вера в Иисуса Христа и Его ходатайственные заслуги, в действительность Тела и Крови Его в таинстве евхаристии, и в благодатную силу их для нашего освящения. «Верую Господи и исповедую» и т. д.

б) Искреннее сознание нашего недостоинства, живое чувство нашей духовной и телесной нищеты, от которого происходит голод и жажда Тела и Крови Христовой, как единственной пищи, могущего насытить нас и исцелить недуги наши. «Несмь достоин, да под кров мой внидеши.»

в) Живая любовь к Спасителю, питающему нас Своим Телом и Своей Кровью и желающему навеки соединиться с нами.

г) Святая решимость, по таинственном соеденении со Христом, оставаться навсегда живыми членами Его и быть во всем подобными Ему.

С такими чувствами приступим к принятию Святых Таинств, и да будем приобщены к вечной жизни!

Приобщение Святых таинств служит для нас сильнейшим побуждением к святой жизни

«Всякий раз, когда вы едите хлеб сей и пьете чашу сию, смерть Господню возвещаете, доколе Он придет»

(1 Кор. 11:26).

Итак, вот что мы делаем каждый раз, когда причащаемся Тела и Крови Господа нашего Иисуса Христа! Мы возвещаем, воспоминаем смерть Его.

За несколько минут до страданий, преподав ученикам своим святейшее таинство евхаристии, Господь сказал им: «сие творите … в Мое воспоминание.» Таким образом, Господь желал, чтобы все Его последователи, приобщась Его истинного Тела и истинной Крови каждый раз воспоминали Его смерть и имели постоянно пред очами цель Его смерти и крестных страданий.

Что же из этого следует и к чему это нас обязывает?

1. Каждый приобщающийся должен умереть для греха и ожить для добродетели, ходить не по плоти, а по духу, отложить всякие дурные страсти и пороки, любить и делать добро, вести святую, благочестивую жизнь.

Смерть Спасителя должна убедить всех и каждого, как ужасен грех и как беспредельны любовь и Божье милосердие. Она должна побуждать нас искать благодати Божией и удостаиваться ее через исправление нашего сердца и жизни.

Ни вера, ни исповедание грехов перед священником, не спасут нас, без деятельного усвоения крестных заслуг Спасителя.

Если мы, вкушая Тело и Кровь Христову, действительно вспоминаем смерть Господню и правильно понимаем цель ее, то мы не станем больше грешить.

Христос распят за нас; будем ли вторично распинать Его своими грехами? Причащение Святых таинств побуждает нас к святой жизни.

2. Каждый приобщающийся Святых таинств видит перед собой совершеннейший образец добродетели.

Если мы вспоминаем об умершем друге, то мы думаем при этом об его жизни, его благородных поступках, добродетелях и заслугах. Если мы любим его и чтим память его, то мы желаем во всем подражать его примеру, довершать начатое им добро.

Вспоминайте теперь и вы, приобщившиеся Святых таинств, вашего Спасителя! Представляйте себе Его пример, Его добродетели, всю Его жизнь, посвященную Богу и людям!

Воспоминание о Его святой невинности и небесной добродетели, о Его любви к Богу и людям, об Его постоянном уповании, Его беспредельном самоотвержении для искупления рода человеческого, не исполнит ли вашего сердца удивлением и не воспламенит ли вашей души огненной ревностью к добродетели?

Не скажете ли вы с твердой решимостью, «буду отныне подражать моему Искупителю и Господу из благоговения, любви и благодарности к Нему. Буду проявлять свою веру в делах, отвергаться самого себя, вести борьбу с неверием и пороком. Буду по возможности пользоваться, подобно моему Спасителю, каждым случаем к деланию добра, к распространению истины и добродетели между людьми, к споспешествованию Его царству на земле. Буду искать моего высочайшего достоинства и блаженства в уподоблении моему божественному Искупителю!»

Кто, приобщившись Святых таинств, возымеет такую благую решимость, тот выйдет из храма в свою семью и в общественную жизнь совершенно другим человеком. Он не станет более довольствоваться тем, чтобы только по имени называться православным христианином. Он будет всюду являть себя достойным Христовым последователем, посредством верного и постоянного исполнения обязанностей своего христианского звания.

3. Каждый приобщающийся Святых таинств вспоминает свое назначение для другого мира.

Если апостол говорит: «когда вы едите хлеб сей и пьете чашу сию, смерть Господню возвещаете, доколе Он придет», то этим он направляет нашу надежду на вечную будущность, в которую Спаситель опять придет с божественным величием, и напомнит нам о нашем назначении для другого мира. Но залог этой надежды заключается в приобщении Тела и Крови Христовой. «Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь имеет жизнь вечную.»

С какой радостной уверенностью, в последней беседе со скорбными учениками, Иисус Христос направлял сердца их к будущему миру и утешал их надеждой свидания! Поэтому можем ли мы, приобщаясь Святых Христовых таинств, не чувствовать своего призвания для вечной жизни?

A сознавая свое призвание для вечности, можем ли мы не почерпать из приобщения Святых таинств сильнейшего побуждения к святой и богоугодной жизни на земле? Если мы смотрим на распятого и воскресшего Господа, видим на Его примере, какие награды уготованы добродетельным и какое блаженство ожидает благочестивых, то мы никогда не будем терять из виду великого назначения нашей жизни, но станем со страхом и трепетом осуществлять свое спасение.

Как бы ни была тяжела для нас борьба и самоотвержение, мы неослабно будем исполнять свои обязанности, творить волю Отца небесного, дабы нам при святой и богоугодной жизни радоваться упованием на будущее блаженство.

Вот к чему обязывает нас приобщение Святых Христовых таинств!

Достойное причащение Святых таинств доставляет нам истинное утешение и успокоение в жизни

1. Оно соединяет сердца людей взаимной любовью.

Чтобы дни нашей жизни текли мирно и радостно, необходимо, чтобы любовь увеселяла их, чтобы сердечное благожелание и искреннее участие людей, с которыми мы живем, осчастливливали нас, возвышали и украшали наши радости, облегчали наши скорби и несчастья. Где равнодушие, холодность, самолюбие, ненависть и раздоры разъединяют сердца, там всякое радостное и спокойное настроение духа подавляется и жизнь отравляется. Только там жизнь может быть истинно-радостной, где царствует любовь.

Как благотворно действует в этом отношении на нашу жизнь достойное принятие Святых таинств! В установлении этого таинства Господь хотел явить нам Свою беспредельную любовь и соединить сердца всех людей взаимной любовью (Иоан. 13:1).[844] Как трогательно увещевал Он на тайной вечери Своих учеников, чтобы они любили друг друга (Иоан. 13:35;[845] 15:12[846])!

Первые христиане иначе и не называли таинства причащения, как вечерей любви, которая соединяла всех причастников в одно сердце и одну душу. Причащение Святых таинств должно и нас соединять взаимной доброжелательностью и любовью.

Кто приступает к Господней трапезе, где он вкушает само тело и самую кровь Спасителя, возлюбившего нас до конца, тот может ли питать в своем сердце чувства ненависти и вражды? Может ли не примириться со всеми людьми и не возлюбить их так, как возлюбил Иисус Христос?

Как же тогда жизнь наша будет проходить мирно и радостно, если цель эта достигнется достойным принятием Святых таинств!

Если же и огонь божественной любви не в состоянии расплавить наших каменных сердец, тогда остается для них одно — огонь геенский!

2. Оно ободряет и укрепляет нас в исполнении наших обязанностей.

Кто хочет достойно приобщаться Святых таинств, тот должен прежде испытать себя: если приготовился он к принятию столь великого дара — «пусть ест от хлеба сего и пьет из чаши сей» (1 Кор. 11:28).

Тело и кровь Господа указывают нам на наше высокое христианское звание, обязывают нас к верному и неуклонному следованию за Спасителем, побуждают нас к благодарной любви к Нему, и через это оживляют и укрепляют в нас ревность к нравственному улучшению и добродетели.

Кто часто и с благоговейным чувством принимает Святые дары, для того все обязанности с каждым разом становятся святее и исполнение их легче. Любовь Господа поддерживает его и влечет к вечным, нетленным благам духовным.

Спросите самих себя: когда вы с благоговейным вниманием, с благочестивым настроениеми, со святыми мыслями и намерениями приступали к Господней трапезе, не ощущали ли в себе тогда мужества и охоты к исполнению ваших обязанностей? Не чувствовали ли вы в себе святой решимости ко всякому добру?

A посредством исполнения своих обязанностей вы одновременно закладываете прочное основание вашей спокойной жизни и достатка. Потому что никогда не можем мы быть более спокойны и радостны в жизни, как если усердно трудимся во вверенном нам круге деятельности — и по совести исполняем наш долг. Мы удаляем тогда от себя и своих близких многие огорчения, неприятности и затруднения, приобретаем себе любовь и уважение людей, одобрение чистой совести и радостное упование на Бога.

3. Оно успокаивает нас при сознании наших немощей и грехов.

Как бы ревностно мы ни стремились к исполнению наших обязанностей и к соблюдению Божьих заповедей, мы все-таки не освобождаемся совершенно от погрешностей и недостатков, которые делают нас недовольными нами самими и нашей слабостью, нарушают мир сердца. Мы должны искренно исповедать перед Богом, что мы величайшие грешники и не можем ничем похвалиться перед Богом. При таком сознании можем ли мы быть спокойны и веселы в жизни, если вера в Искупителя и надежда на благодать Божью не утешает и не успокаивает нас?

Но эта вера и эта надежда находит для себя укрепление в приобщении Святых таинств. Здесь дано нам торжественное уверение в том, что Отец милосердый готов простить нам все грехи, если мы с полным раскаянием и решимостью исправления приближаемся к Нему, ищем Его благодати и стараемся быть достойными ее.

Спаситель предлагает нам в снедь Свое пречистое Тело и Свою честную Кровь: может ли Он отказать нам в прощении грехов?

Если мы теперь, приобщаясь Святых таинств, укрепляемся в вере в Него и в подражании Его примеру; то мы оправдываемся перед Богом, имеем мир с Богом (Рим. 5:1).[847]

A этот мир доставит нам истинное утешение в жизни, источник которого заключается в Божьей благодати и которое ничем не может нарушаться, кроме греха. Чем глубже возбуждается в нашей душе принятием Святых таинств отвращение ко всякому злу, и чем сильнее оживляется любовь к добру, тем довольнее и спокойнее мы чувствуем себя в жизни по Божьей благодати.

4. Оно подавляет в нас ужас при мысли о смерти.

Как часто мысль о смерти тревожит человека и отравляет прекраснейшие радости! Не приходим ли мы в ужас при одном представлении, что смерть может оторвать самых возлюбленных от нашего сердца, сделать нас несчастными и убитыми горем и тоской?

Кто может весело смотреть на жизнь, если смерть все вещественное на веки разрушает и уничтожает?

Этот страх смерти рассеивается принятием Святых таинств. Христос, Тело и Кровь Которого мы вкушаем, попрал смерть и воскрес из гроба. В таинстве причащения Он дал всем нам непреложный залог надежды на вечную жизнь.

При установлении этого таинства, Он утешал печальных учеников Своим обещанием, что Он опять увидит их и на веки обрадует их.

«Живу Аз и вы будете жить! Ядый Мою плоть и пияй Мою кровь имать живот вечный, и Аз воскрешу его в последний день» (Иоан. 6:54).[848]

Надежда бессмертия, вселяемая в нас причащением Святых таинств, отнимает у нас всякий страх смерти и утешает нас в кратковременной жизни упованием на лучший мир.

Достойное причащение Святых таинств делает нас счастливыми даже во временном отношении

1. Оно удаляет то, что делает нас несчастными.

Несчастным, бедным, жалким, безутешным делает человека, главным образом, неверие, высокомерие и зависть. Но эти три недуга несовместимы с достойным причащением. Посредством его:

а) Неверие сжигается.

Где неверие, там счастье не приносит никакой радости, и несчастье не знает никакого утешения. Но кто достойно причащается, верует в глубочайшую тайну — тот пребывает в вере, верует в искупление Спасителя, верует в Отца небесного, во всеблагое, вселюбящее и всеуправляющее Божье Провидение. В такой вере легко переносят всякие страдания земные и думают: «милосердый Отец послал их для нашего спасения; Иисус Христос терпел несравненно большие страдания невинно; святые шли тем же путем; конец — небесная награда и т. д.»

б) Гордость изгоняется.

Кто достойно приобщается, тот уже прежде, до принятия Святых таинств, смиряется на исповеди, со смирением преклоняет колена вместе с другими, даже со своими слугами и служанками, перед Святой чашей. Во всех движениях своих проявляет благоговение к таинству; принимает смиренного Спасителя, который омыл ноги Своим ученикам и был слугой всех. Высокомерие исчезает, быть может, на некоторое время, быть может, — навсегда; a с высокомерием удаляются и многие страсти, делающие человека поистине несчастным, как то: заносчивость, сварливость, страсть к злословию и оскорблениям, и прочие пороки, уязвляющие сердце!

в) Зависть становится невозможной.

Зависть есть собственно следствие нищеты и нужды. Где нет зависти, там самый бедный не беден и самый несчастный не несчастен. Но после достойного принятия Святых таинств зависть делается невозможной. В таинстве причащения поистине принимают высочайший Божий дар, наравне со всеми другими. Причащаются бесконечной любви и благодати. Принимают Того, Кто есть любовь. Зависть умирает, a с ней вместе и многие столь язвительные мучения, — умирает то недовольство, которое не видит собственных благ и преимуществ, a взирает только на блага ближних. Теперь становятся счастливыми и более уже не несчастными.

2. Оно ограждает то, что делает нас счастливыми.

Если человек крепок и здоров, богат и уважаем, то говорят: он счастлив. Эти блага, доставляющие счастье, сохраняются и умножаются Святым причащением, если оно достойно.

а) Оно дает крепость сил и здоровье.

Достойное причащение, по учению нашей Церкви, доставляет исцеление не только души, но и «тела», способствует телесному здоровью. Уже многие святые поддерживали свою жизнь одним лишь вкушением Святых таинств. Но главное в том, что достойно причащающиеся укрепляются против искушений, лучше сопротивляются влечениям плоти и гнева, охотнее могут прощать, любить и молиться. A кто побеждает, молится, любит и прощает, тот единственно счастлив и имеет мир.

б) Оно делает богатым.

Некогда, во времена гонений на христиан, многие сохраняли Святые дары в собственном доме. Гонители иной раз хотели захватить эту святыню, но христиане охотнее отдавали все свое имущество, чем своего Спасителя. Спаситель есть и наше величайшее сокровище, и наше величайшее богатство. Кто обладает Им, наслаждается Им, имеет Его, тот бесконечно богат.

Если бедный принимает в сердце Христа, то он должен думать: «вы, богатые, наслаждаетесь только земными удовольствиями, a я — небесными; вы бедны, a я богат; вы имеете только малую часть земных сокровищ, a я ношу в моем сердце Творца всех сокровищ и всего мира: я богат.»

в) Оно делает почтенным.

Для счастья человека требуется, чтобы он значил что-нибудь в жизни. Если кто может общаться с людьми благочестивыми, или учеными, или влиятельными и высокопоставленными, то считает это за счастье. A если он приглашается к столу знатного господина, то его счастье еще более увеличивается. Но причащающийся приступает к трапезе, от которой вкушают князья и вельможи. Он приближается к Царю неба и земли. Он вступает в общение с тем Царем, Который своим учением совершил всемирные завоевания. Он приходит к божественной трапезе. Он вкушает самого Сына Божьего, и этот Сын Божий хочет быть его другом, его спутником, утешителем и советником. Какое высокое отличие и какая необыкновенная честь!

Заключение. Если мы достойно причащаемся, мы счастливы.

Часто мы просим Бога о насущном хлебе, об успехе наших предприятий, о здоровье и спокойствии; помолимся и о достойном причащении для нас и для всех приступающих с нами к трапезе Господней: оно доставит нам величайшее счастье!

Почему некоторые из христиан удерживаются от причащения Святых Христовых таинств?

«Плоть Моя истинно есть пища, и Кровь Моя истинно есть питие»

(Иоан. 6:55).

Почему же тогда многие уклоняются от приобщения Святых таинств? Если бы какой знатный господин каждодневно устраивал у себя богатую вечерю и приглашал бы к ней всех желающих, то нашелся ли бы хотя один человек, который отказался бы от такого приглашения?

Но здесь не земная вечеря, a бессмертная трапеза, на которой предлагается истинная пища и истинное питье, доставляющие вечную жизнь.

Неудивительно, хотя и ужасно, если иной отказывается от приобщения Святых таинств по неверию. Но есть люди, которые воздерживаются от Святого причащения по другим, по-видимому, не столь худым причинам. Каким?

1. Очень многие ссылаются на свои многочисленные занятия, на то, что не имеют времени. Что сказать против этого?

а) Никто не обременен столь многими занятиями по службе и званию, чтобы не мог приобщаться Святых таинств, по крайней мере, однажды в год. Для отдыха, покоя и необходимых работ, всегда находят время: почему же не находят его для заботы о своем спасении? Нужно делать одно, но не оставлять и другого. Дело спасения — самое важное занятие. «какая польза человеку, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит?» (Матф.16:26).

б) Обязанности состояния и особенно звания, конечно, важны, но обязанности христианского звания важнее. Общее всегда должно предшествовать частному. Делай прежде всего то, к чему ты обязан, как христианин, a затем уже то, что лежит на тебе, как на земледельце, ремесленнике, торговце и т. д.

в) Земные занятия совершаются легче и успешнее, если исполняют свои христианские обязанности, в особенности же, если соединяются с Иисусом Христом и укрепляются Им в таинстве причащения. «Я есмь лоза, а вы ветви; кто пребывает во Мне, и Я в нем, тот приносит много плода» (Иоан. 15:5). Тот, кто освящает воскресные дни посещением богослужения и начинает каждый день молитвой, легче и успешнее других исполняет свои недельные и дневные работы. Тем более легче удается и всякий труд каждому, принимающему святейшее таинство евхаристии.

2. Некоторые не причащаются Святых таинств потому, что не понимают их таинственности.

«Хлеб — тело Христово, и вино — кровь Христова?»— возражают они, и отходят прочь. Что скажем против этих?

а) Если так рассуждать, то следовало бы отказаться и от многого другого.

Непонятно, каким образом душа действует на тело, как прорастает зерно, как обыкновенный хлеб и обыкновенное вино, вкушаемые нами, превращаются в нашу плоть и кровь: однако же наша воля управляет движениями нашего тела: мы сеем, садим, едим, пьем и т. д.

б) Или мы не должны вовсе ничему верить, или же обязаны принять с верой всей Церкви «пресуществление Святых даров» в таинстве евхаристии.

Другого ничего более не остается. Апостолам некогда предоставлен был выбор: или идти прочь, или веровать в истинное Тело и истинную Кровь Спасителя в таинстве причащения (Иоан. 6:66[849] и др.).

в) Нам нужно смириться, подчинить разум, верить в простоте сердца и принимать с буквальной точностью самые определенные выражения Спасителя об этом предмете. «Сие есть тело Мое, сия есть кровь Моя!»

3. Иные ссылаются на то, что они недостойны.

Кто же достоин?

Но это только один предлог, a настоящая причина — другая.

а) Не хотят, быть может, на будущее время исправить свою жизнь.

C Христом в сердце надо стать другим человеком; но этого не желают. Ищут соблазнов и искушений, и охотнее поддаются им, чем побеждают их.

б) Не хотят теперь именно привести себя в надлежащее настроение и расположение. Боятся этого духовного подвига из ленности и неподвижности.

в) Но если действительно удерживаются от приобщения Святых таинств по многим и тяжким грехам своим, то пусть подумают о том, что истинное покаяние очищает от всех грехов, что Спаситель установил святейшее таинство евхаристии не для ангелов, a для немощных и греховных людей.

Извинения тех, которые уклоняются от причащения Святых таинств

1. Я, говорят, не имею никакой предрасположения к причащению Святых таинств.

Есть различие между предрасположением и чувством предрасположения. Можно иметь большое предрасположение и не чувствовать его. Предрасположение ощущаемое не всегда есть самое верное, оно часто бывает обманчивым. Впрочем, предрасположение не всегда зависит от нас: Бог дает его, кому хочет. Если бы оно было необходимо, то те, которые не имеют его сегодня, не должны были бы вовсе причащаться, a те, которые никогда его не имеют, никогда и не причащались бы. Итак, надо смириться, если его не имеют, a не отказываться от причащения.

Предрасположение, какое необходимо иметь к сему божественному таинству, состоит в приближении к нему со смирением, верой и любовью, в желании соединиться со Христом и принять Его в сердце.

Если вы желаете иметь предрасположение к Святым таинствам, то причащайтесь, по крайней мере, раз в год, и вы получите его. Почему же вы так редко причащаетесь?

2. Я говорят, недостоин причащения, потому что постоянно грешу.

Если вы ожидаете времени для причащения, когда вы перестанете грешить, то вы никогда не будете причащаться. Вы слабы, ленивы, беспечны, больны — вот почему и нужно вам часто обращаться к духовному врачеству. Вы должны принимать небесную пищу для вашего подкрепления. Можете ли вы исправить ваши недуги без благодати? A откуда вы ее получите, если не от таинства причащения, которое есть источник благодати? Не отвечал ли Иисус Христос фарисеям, соблазнившимся Его обращением с грешниками, что Он пришел не для здоровых, a для больных? Не знаете ли, что, по учению Церкви, это таинство есть пища и врачество для больных?

Итак, вы не должны уклоняться от него под предлогом вашей греховности: напротив это то и обязывает вас приступать к трапезе Господней для вашего уврачевания.

3. Я боюсь, говорят, причащаться только по привычке.

Привычка к доброму — дело доброе. Нужно ли удерживаться от частого посещения общественного богослужения из опасения участвовать в нем по привычке, — или от ежедневной молитвы, чтобы не молиться по привычке?

4. Я, говорят, не получаю никакой пользы от причащения.

Никакой пользы? Кто же до сих пор удерживал вас от тяжких грехов, если вы их не имеете, как не действие благодати, подаваемой таинством причащения?

Не думайте, что вы бесполезно причащаетесь, если вам кажется, что вы не возрастаете в добродетели. Причащение помогает вам, по крайней мере, пребывать в состоянии благодати.

Всякий день мы принимаем пищу, но не всякий день возрастаем в силе, иначе мы сделались бы исполинами. Поэтому бесполезна ли пища? Конечно, нет; потому что она, если не прибавляет нам больше сил, то сохраняет те, какие мы имеем.

Приложите это к пище духовной.

Все это одни отговорки, a главная причина уклонения от причащения Святых таинств вовсе не та. Ненавидят врачество, потому что любят болезни? Ненавидят жизнь, потому что любят смерть? Удаляются от Бога, потому что любят грех. Грех — вот что любят; его хотят иметь неразлучным спутником своим, и ради него избегают, как язвы, всего того, что могло бы разлучить его с ними (Иов. 24:13;[850] 21:14[851]).

Неблагоговение к таинству причащения

В таинстве причащения соединено все, что только может возвысить наш дух, тронуть наше сердце и наполнить нас святыми чувствами и стремлениями.

Но с каким равнодушием и небрежностью относятся многие к этому святейшему таинству! Одни вовсе отказываются от него или, по крайней мере, не ежегодно принимают его. Другие приступают к нему только по привычке, без внимания и благоговейного настроения. Такое небрежение не есть ли величайший грех?

1. Оно есть непростительное уничтожение величайших Христовых благодеяний.

Таинство причащения есть чудо Божественной любви. Никогда нежность отцов к своим детям, милость царей к своим подданным не заходила так далеко, как любовь и милость нашего божественного Искупителя, самого любвеобильного из всех Отцов, самого милостивого из всех Царей. Отцы в своих завещаниях оставляют детям имущество, наследство, состояние; но Иисус Христос, в своем предсмертном завещании, дает нам свое Тело, свою Кровь и следовательно несравненно более, чем все сокровища природы и все богатства мира. Давая нам свое Тело, Он в то же время дает нам свою душу, свое божество, потому что одно с другим нераздельно. Какое чудо беспредельной любви Божией!

Если бы Бог, по своей благости, позволил человеку просить у Него всего, чего только он ни пожелал бы и о чем он мог бы только себе вообразить, то и тогда осмелился ли бы человек хотя только помыслить о том, что ему теперь предлагается в таинстве причащения? И Бог, для удовлетворения желаний человека, мог ли предложить ему в дар что-либо высшее и лучшее? «Нет — отвечает один святой отец — Бог, при всем своем всемогуществе, не мог бы дать нам ничего более; при всей своей премудрости, не нашел бы дать нам ничего более; при всем своем богатстве, не имел бы дать нам ничего более.»[852]

Если мы серьезно об этом подумаем, не почувствуем ли мы в себе живейшей потребности выразить Спасителю наше благоговение, любовь и благодарность. Не будем ли высоко ценить Его заслуги и прославлять Его за Его благодеяния?

Но кто легкомысленно и неблагоговейно приступает к таинству причащения, или считает его вовсе излишним и бесцельным, тот «не рассуждает тела и крови Господней», не делает никого различия между вечерей Господней и обыкновенной трапезой.

Не значит ли это пренебрегать величайшими благодеяниями Иисуса Христа, считать Его обыкновенным человеком?

Кто так поступает, тот тяжко грешит против Спасителя и Искупителя и навлекает на себя тяжкую вину. Потому что каждому христианину с детства известно: Кто был и что сделал Спаситель для нашего искупления и спасения. Кто знает это, и однако с небрежением принимает Святые таинства или вовсе отказывается от них, тот презирает и оскорбляет Господа. И как презирает и оскорбляет? В собственном Теле и Крови Его, в самом высшем даре Его любви.

2. Оно есть преступная беспечность о спасении своей души.

Иисус Христос установил таинство причащения для нашего подкрепления, ободрения, освящения и спасения. Кто принимает это таинство с благоговением, тот находит в нем подкрепление для своей веры, поощрение к последованию за Господом, побуждение к освящению своей жизни и всего своего поведения. Причащающийся с верой таинственно соединяется со Христом и становится в Нем причастником жизни вечной.

Если мы хотим пользоваться такими действиями таинства причащения, то мы чувствуем также и святую обязанность очищаться от грехов, посвящать жизнь свою Богу и через это достигать нашего вечного спасения.

Но пренебрегающий таинством причащения или неблагоговейно принимающий его лишается могущественнейшего средства к освящению своего сердца и жизни, к возвышению своего духа и к достижению своего вечного блаженства.

Где он найдет тогда ободрение к исполнению своих обязанностей — силу к деланию добра и к победе над злом?

Посмотрите на легкомысленно приступающих к таинству причащения. Не лишены ли они всякого религиозного чувства? Не преданы ли они всякого рода порокам?

Так наказывается равнодушие к евхаристии, потому что оно из-за непопечения о спасении души делает человека несчастным.

3. Оно подает пагубный соблазн ближним.

Христианин обязан своей жизнью подавать добрый пример другим. «Каждый из нас должен угождать ближнему, во благо, к назиданию» (Рим. 15:2, Мат. 5:16[853]).

Как вообще это составляет нашу обязанность, так и в особенности по отношению к церковной жизни, к участию в общественном богослужении, к соблюдению церковных уставов и к принятию Святых таинств.

Потому что тут по преимуществу видят нас наши собратья, наблюдают за нашими поступками и судят по ним о нас.

Если вы оказываете неблагоговение к Телу и Крови Христовой, то этим вы вводите других в смущение и соблазн.

Если же вы вовсе не причащаетесь, то через это возбуждаете в ваших ближних мысль, будто таинство причащения — дело безразличное и излишнее. Как опасны такие мысли для немощных христиан.

Пусть подумает каждый христианин, какую ответственность он навлекает на себя небрежным отношением к Святому причастию.

Убедитесь в высокой важности этого таинства и приступайте к нему со страхом, верой, благоговением и соответствующим приготовлением!

4. Оно навлекает страшный суд Божий на недостойных причастников.

Недостойно причащающийся Святых таинств вкушает не простой хлеб и вино, a истинное Тело и истинную Кровь, как и те, которые достойно приступают к ним. Но это то самое счастье и обращается для недостойного причастника в погибель. «Ядый и пияй недостойне, суд себе яст и пиет» (1 Кор. 11:29).[854]

Иначе и быть не может, судя по важности вины. Ибо в чем виновен ложный причастник? В том, что есть самого преступного: он «повинен Телу и Крови Господа», т. е. смерти Господней. Может ли быть вина тяжеле этой вины?

Распинатели Господа виновны были в этом ужасном преступлении, но виновны не столько, как ложный причастник: потому что они или вовсе не знали, или знали неубедительно, кого распинают. «Ибо если бы познали, то не распяли бы Господа славы» (1 Кор. 2:8). Но ныне недостойный причастник не может не знать, кого распинает: он распинает своими грехами именно «Господа славы.» Какого только наказания не заслуживает это преступление?

Посмотрите на пример Иуды. Он был злой клеветник, Спаситель его терпит; он был вор, Спаситель его терпит; он замыслил уже продать своего Учителя за сребренники, Спаситель с непостижимой кротостью все еще терпит его; но он причастился недостойно, и Спаситель не может уже более сносить его; Иуда вдруг предался влиянию сатаны, — «И после сего куска вошел в него сатана.» (Иоан.13:27).[855]

Кто поручится, что и ныне недостойное причащение не сопровождается подобными последствиями? И как не следовать чему-либо от вкушения Тела и Крови Христовой, когда и употребление обыкновенных пищи и питья сопровождается нередко разнообразными последствиями?

Сильные и радикальные лекарства всегда такого свойства, что если не производят спасительных действий, то сопровождаются великой опасностью для принимающих. A какое врачество сильнее и решительнее Тела и Крови Сына Божьего?

Посредством таинства причащения мы уподобляемся Иисусу Христу

Когда мы принимаем какую-либо телесную пищу, то она претворяется в нашу плоть и кровь, прелагается в наше собственное существо. Но не так бывает с духовной пищей, вкушаемой нами в таинстве причащения. Не мы прелагаем Христа в нас, но Христос чудесным образом прелагает нас в Себя, так что мы становимся то же, что и Он.

1. Через дивное и действительное преображение нас в Иисуса Христа, в таинстве причащения, Спаситель хотел дать нам урок, имеющий величайшую важность. Соединяясь преискренне с нами, Он желал научить нас, что если приобщением делает нас едино с Собою, то и мы во всем должны быть подобны Ему. Следовательно, мы должны быть кротки и смиренны, как Он; снисходительны и доброжелательны, как Он; чисты и милосердны, как Он. Мы должны, подобно Ему, любить бедность, не гоняться за почестями, презирать мир с его суетой, посвящать всю жизнь нашу во славу Божью и, если нужно, умереть на кресте, как и Он и проч.

2. Но получили ли вы такой плод от приобщения Святых таинств, хотя к ним ежегодно приступаете в продолжение многих, многих уже лет вашей жизни? Замечаете ли какую либо перемену к лучшему в вашем поведении? Уподобляетесь ли святости Христовой?

Увы, ваше сердце также немилосердно, ваш дух все еще тяготеет к земле, ваш язык по-прежнему злоречив и язвителен, все ваши страсти также действуют в вас. «Чем вы можете извиниться, если, питаясь такою пищею, повинны в стольких грехах, — вкушая агнца, поступаете как львы, — насыщаясь агнцем, проявляете свирепость львов?»[856]

От таинства ли это? нет, от вас самих.

Как свеча распространяет больший или меньший свет, смотря потому, велика ли она или мала: так и действия благодати, получаемой от таинства причащения, находятся в прямом отношении к тому благоговению и усердию, с каким принимают его. Пища самая здоровая остается без действия в мертвом теле: не менее бесплодно и духовное брашно для того, кто мертв для добрых дел и не возбужден к духовной жизни.

Пробудитесь ныне от греховного сна и начните новую жизнь. Удаляйтесь всего, противного Христу; избегайте всякого праздного слова, всякого вольного, хотя бы и легкого, прегрешения; будьте внимательны к себе и ко всем вашим поступкам; живите так свято, чтобы можно было заметить в вас некоторые черты сходства со Христом, с которым вы теперь одно целое.

Достойный причастник

«Кто будет есть хлеб сей или пить чашу Господню недостойно, виновен будет.»

Но не все ли мы недостойны (Рим. 3:23)?[857] Достин тот, кто сознает свое недостоинство.

1. Если он верует тому, что говорит Спаситель:

а) С простым сердцем.

A что говорит Спаситель? «Сие есть тело Мое … сия есть кровь Моя!» (Матф.26:26.28). Это непостижимо (Фил. 4:7;[858] 1 Кор. 2:14[859]) Однако же я верую словам Господа. В таинстве евхаристии — не символ, не знак, но действительное тело, действительная кровь.

б) Сокрушенным сердцем.

Не достаточно соглашаться с истиной, одобрять ее (Иак. 2:14).[860] Веруешь ли ты, что ты первый из грешников? Тело Христово не для тебя ли и не за тебя ли преломляется? (Мат. 16:28).[861] К Нему должны приступать бедные, хромые, и проч. (Лук. 14:21;[862] Мат. 9:12[863]).

2. Если он делает, что повелевает Спаситель.

а) Чтобы мы приступали к Его вечери. Горе тому, кто ее презирает. Извинение: «я причищаюсь духовно, в сердце.» Великое различие между ежедневной и брачной вечерей (Лук. 14:17).[864] Редкий гость — худой гость.

б) Чтобы мы серьезно приготовлялись к ней. Надобно войти в глубину своего сердца (Ис. 46:8;[865] 2 Кор. 13:5[866]). Сокрушение и смирение (Псал. 50:19).[867] Примирение со всеми (Мат. 5:24).[868]

в) Чтобы мы сделались лучше и благочестивее (1 Иоан. 4:19).[869] Плоды покаяния (Мат. 3:8;[870] 2 Кор. 5:17[871]).

Заключение. Кто недостаточно себя испытал, пусть испытывает здесь, «ест хлеб сей или пить чашу!»

Жизнь и смерть от вкушения Святых таинств

Некогда Моисей говорил израильтянам: «жизнь и смерть предложил я тебе» (Втор. 30:19).[872] Так и таинство причащения: оно ведет или к жизни и небу, или к смерти и аду (Иер. 21:8;[873] 2 Кор. 2:16[874]).

1. Жизнь.

Как и для кого?

a) Не телесная жизнь, хотя таинство причащения исцеляет и тело. Пища и питье в евхаристии предлагаются преимущественно для людей духовно-алчущих и жаждущих (Мат. 4:4).[875] Для больных душ, которые чувствуют в себе смерть, которые прежде считали себя богатыми, веселыми и ни в чем не нуждающимися, a теперь ощущают в себе великую печаль сердца (Иер. 8:22).[876] Спаситель помогает им (Мат. 11:28).[877]

в) Для них таинство причащения — истинный целебный бальзам (Иоан. 6:35,50)[878]. Постоянная пища их веры (Иоан. 6:27).[879] Они это чувствуют и принимают Святые таинства.

2. Смерть.

Как и для кого?

а) Для всех тех, которые приступают к Господней трапезе с мертвой верой (Апок. 3:1).[880]

Для таких вкушение Святых таинств — смертный яд. Они ничего не приобретают, a только лишь теряют (Иоан. 6:53).[881]

б) Смерть обнаруживается в их теле (Псал. 54:16),[882] еще более — в их душе (Иоан. 3:36;[883] 13:27;[884] 8:24[885]).

Заключение. Смерть вкушают те, которые недостойно приступают к Господней трапезе. Не изумляйтесь этому!

Не лучше ли было бы вовсе удержаться от приобщения страшных Христовых таин? (Рим. 2:4).[886]

ОБРАЗЦЫ ЦЕРКОВНОЙ ПРОПОВЕДИ

Слово в великий Четверток.[887] (Ο достойном причащении Святых Таинств)

«Пребудьте во Мне, и Я в вас» (Иоан. 15:4), говорил Господь Своим ученикам, преподав им Свои Божественные Тело и Кровь. Значит, для теснейшего, внутреннейшего, животворного и спасительного соединения с Господом Иисусом Христом недостаточно одного видимого вкушения Тела и Крови Его. Для того, чтобы наше соединение с Христом было для нас животворно и спасительно, оно должно быть обоюдное, полное и совершенное. Если Он предал всего Себя нам и для нас, то и нам следует предать себя всецело Ему и для Него. Он положил за нас Свою душу и нам следует предать дух свой Ему, да будем один дух с Господом. Он предал нам в снедь Тело и Кровь Свою, и нам следует предать тело свое Господу (1 Кор. 2:13),[888] по слову святого Павла. «Ибо вы куплены дорогою ценою. Посему прославляйте Бога и в телах ваших и в душах ваших, которые суть Божии» (1 Кор. 6:20). Такова сущность Божественного завета.

Итак, в ком из причащающихся Христовых Тела и Крови пребывает Христос? В том, кто сам всецело пребывает во Христе; кто пленил разум свой в послушание Христовой веры, — мыслит так, как учит Божественное слово; от всего сердца верит всему, что благоволил нам открыть Сам Господь; кто поучается в законе Господнем день и ночь, кто покорив волю свою Христову закону, желает того, что угодно Господу; стремится к тому, чтобы в желаниях и поступках Его исполнялась Божья воля. От всего сердца он отвергается всего, что противно Божьему закону, кто само тело свое употребляет в качестве орудия правды, хранит сосуд плоти своей в чистоте и святыне. Сильнее же всего того, кто возлюбил Господа и Спасителя своего крепкой любовью, пуще жизни и готов за возлюбившего нас не только презреть все красоты мира, но и положить саму свою жизнь. Таковы непременные условия и обязательства Божественного завета.

Много ли требуется от нас? И чего не вправе востребовать Тот, от Которого имеем и дыхание, и жизнь, и всё вообще; Кто Сам для нашего избавления претерпел страдания и смерть? Впрочем, и в самом обязательстве пребывать во Христе не столько требуется от нас, сколько даруется нам. Ибо чего лишается и что приобретает тот, кто пребывает во Христе и в ком пребывает Христос? Он отвергается своей воли — злой и развращенной, которая влечет в погибель, и предается Божьей воле, благой и совершенной, которая желает всем спасения, желает всем наследовать блаженство; в ничто ставит земной грех и обретает вечныя блага; оставляет землю и наследует небо; избегает вечной смерти и обретает вечную жизнь. И в конце концов он освобождается из плена диавола и становится Божьим сыном.

Что может быть выше и вожделеннее этого? Напротив, что обретает тот, кто, соединяясь с Иисусом Христом видимо, не соединяется с Ним духом; приемля святое Тело Господне и Кровь завета, не приемлет намерения жизни святой и богоугодной. Он «ест и пьет осуждение себе» (Кор. 11:29),[889] говорит святой Апостол Христов, — как сухая, бесплодная ветвь, он готовится на сожжение; как свидетель страшных Божьих Тайн, он предается власти диавола. Ибо что случилось с Иудой, который, приняв Тело и Кровь Господню, не оставил злого умысла предательства? «И после сего куска вошел в него сатана» (Иоан.13:27) Что может быть ужаснее этого?

Скажете: «удобоисполняемо ли обязательство, возлагаемое на нас приобщением Плоти и Крови Господней? Можно ли рожденному в грехах сделаться и пребывать всегда безгрешным?»

Есть бессмертное различие между безгрешностью, свойственной единому Богу, и любовью ко греху, закоснением во зле, свойственными диаволу и подобным ему; есть различие между претыкающимся нечаянно и не желающим восстать от падения. Пал Иуда и погиб, потому что пал сердцем, которым овладел диавол так, что все обличения и угрозы не возбудили его к раскаянью. Отрекся Господа Петр и, не смотря на это, пребыл апостолом, потому что согрешил устами, но не сердцем, в коем не угасла живая вера и любовь к Господу, и омыл грех свой горькими слезами.

Мы не можем наперед обещать Богу совершенной безгрешности, но можем и должны ненавидеть грех и отвращаться его, возлюбить закон Божий и заботиться об исполнении его. Не можем обещать наперед быть святыми, но можем и должны стремиться к святости, отвращаться всякой нечистоты и скверны. Для этого-то Господь и даровал нам покаяние, чтобы мы всегда обретали прощение грехов, поэтому и дано нам святейшее таинство Евхаристии, чтобы мы беспрепятственно обретали всегда источник освящения и бессмертия; для этого Сам Господь благоволит пребывать в нас и заповедует нам пребывать в Нем, чтобы мы, немощные, возлюбили Его силой и крепостью: «пребудьте во Мне, и Я в вас», говорит Он, «кто пребывает во Мне, и Я в нем, тот приносит много плода; ибо без Меня не можете делать ничего» (Иоан. 15:4–5).[890]

Сделаем для него то, что можем и должны, a Он не умедлит сделать в нас то, что и может сделать только Он. Аминь.

Поучение перед причащением.[891]

Святой пророк Моисей однажды на горе увидел купину, которая горела и не сгорала; он хотел подойти к ней поближе, чтобы рассмотреть столь чудное явление, но вдруг услышал голос, из купины к нему говоривший: «не подходи сюда; сними обувь твою с ног твоих, ибо место, на котором ты стоишь, есть земля святая» (Исх. 3:5).

Благочестивые слушатели! Купина, виденная Моиссем, подлинно было явление чудное и страшное, ибо горела и не сгорала, ибо из купины говорил сам Бог. Не столь же ли чудна и страшна святая чаша, которой вы предстоите и к которой приступаете? Здесь, в этой святой чаше, под видом хлеба, преподается вам истинное Тело Господа нашего Иисуса Христа, a под видом вина истинная Кровь Его. Здесь, в этой святой чаше, огонь божественный, чудный, страшный огонь, достойных очищающий, a недостойных попаляющий и сожигающий. И потому, от лица Бога, некогда говорившего из купины и теперь таинственно здесь присутствующего, говорю всякому приближающемуся к святой чаше: ни приближайся безрассудно; разуй прежде сапоги от ног твоих, развяжи прежде все греховные узы, связующие твою душу. Время еще не ушло. Благоразумный разбойник и на кресте вися успел приготовить себя в рай. Не удерживай в душе твоей болезненных вздохов: этими вздохами душа освобождается от грехов. Не стыдись твоих сердечных слез: это бальзам на раны греховные. Забудь все земное, тебя окружающее: на тебя теперь смотрит Иисус Христос, на тебя теперь смотрит твой Ангел-хранитель, на тебя теперь смотрит все воинство небесное. Ты теперь как бы на страшном суде; теперь решается твоя участь на целую вечность; ты причастишься или в жизнь вечную, или в осуждение вечное.

Итак, скажи в душе своей: я грешник, первый в мире грешник, но я впредь уже не хочу быть таковым; я хочу исправиться, хочу бросить худые дела, оставить порочные намерения; только сподоби меня, Господи, теперь достойно причаститься пречистых Твоих Таин. «Верую, Господи», — только помоги моему неверию, — «верую, что Ты воистину Христос Сын Бога живого, пришедший в мир спасти грешных; еще верую, — и еще молю Тебя, помоги моему неверию, — еще верую, яко это есть самое пречистое Тело Твое, и эта есть самая пречистая Кровь Твоя.» Не даю Тебе Иудина поцелуя, нет, я уже не променяю Тебя ни на какие удовольствия, не продам Тебя ни за какую цену; только помилуй меня и дай неосужденно причаститься святых Твоих Тайн.

Приступающий с такой верой, с таким намерением к этой святой чаше освобождается от греховных уз, связующих его душу, и потому причастится пречистых Тайн не в суд или осуждение, но в отпущение грехов и жизнь вечную. Дай, Господи, так причаститься всем нам. Аминь.

ВЕЛИКАЯ ПЯТНИЦА

Великая пятница посвящена воспоминанию «святых, спасительных и страшных страданий Господа, которые Он нас ради плотию прият.»[892] В этот день пастыри Церкви почти всегда имеют обычай произносить поучение к пасомым. Предлагаем здесь несколько проповеднических тем, применительно к упоминаемым событиям страстной седмицы.

Какие чувства должны возбуждаться в нас при воспоминании страстей Христовых

«И, преклонив главу, предал дух»

(Иоан. 19:30).

День смерти нашего друга имеет для нас важное значение. Мы не забываем при этом случае, чтобы не вспомнить о нем и о том добре, какое он оказывал нам.

Не бесконечно ли важнее для нас день смерти нашего Спасителя, Которому мы обязаны неисчислимыми благами и благодеяниями?

При воспоминании об Его смерти возбуждаются в нас самые разнообразные чувства. Эти чувства мы хотим возбудить в себе теперь, при виде Его гроба и плащаницы.

1. Чувство глубочайшей скорби.

Одна мысль о страданиях Господа должна привести нас в ужас и содрогание. Мы видим Спасителя на Голгофе, на кресте, между разбойниками, как жертву ненависти, злобы и мщения. Тело Его истекает кровью, голова — в терновом венце, руки и ноги пригвождены, весь Его вид — невыразимо страдальческий.

Кто может представить себе это состояние, не поражаясь глубочайшей скорбью и соболезнованием?

Состояние страждущего Спасителя еще более ухудшалось через отношение Его врагов, которые не только не имели никакой жалости и сострадания к Нему, но еще позволяли себе смеяться и издеваться над Ним.

Все эти боль и страдания Иисус Христос претерпел невинно. «Он не сделал никакого греха, и не было лести в устах Его» (1 Пет. 2:22).

Однако Он должен был претерпеть столь ужасную смерть.

Все как будто направлено было к тому, чтобы как возможно больше усилить Его мучения.

Вид голгофского Страдальца трогает нас до глубины души и исторгает слезы из глаз. Если бы мы могли оставаться при этом равнодушными, то не были ли бы мы также бесчувственными, как те иудеи, которые невозмутимо стояли при Его кресте и смотрели на Его смерть?

Какой был бы это грех с нашей стороны!

2. Чувство высочайшего удивления.

Если мы от страданий перенесем взор на самого Страдальца и посмотрим на Его спокойный и кроткий дух, на Его преданность Богу и любовь ко врагам, на Его непоколебимое мужество и терпение в страданиях; то наша душа исполняется чувством высочайшего удивления.

Что более заслуживает нашего удивления, как не спокойствие духа при таких обстоятельствах, где все направлено к тому, чтобы потрясти и растерзать душу, как не упование и преданность Богу в таком положении, которое самого праведного могло бы подвигнуть к сомнениям в отеческой Божьей любви и вызвать жалобы на свою участь?

Что более достойно удивления, как не расположение кротости и любви, незлобия и великодушия к врагам, которые устроили все, чтобы еще более озлобить невинного страдальца и наполнить его сердце гневом и мщением, как не мужество и твердость в таком состоянии? Против него объединилось вместе все злое, что только может подавить дух человеческий и привести его в отчаянье.

Какое спокойствие и твердость духа в самом отчаянном положении, какое упование на Бога в самые ужасные минуты жизни, какую любовь, кротость и незлобие к проявлениям самой яростной злобы мы видим в умирающем Спасителе? Взгляд на Него может ли не возбуждать в нас благоговейнейшего удивления?

Мы оказываем наше уважение и благоговение человеческой добродетели при обыкновенных отношениях. Не тем ли более сердце наше должно проникнуться глубочайшим удивлением там, где мы видим непреклонность высочайшей добродетели при самых неблагоприятных обстоятельствах, непоколебимое мужество при самых мучительных страданиях?

В ком страждующий Спаситель не возбуждает такого чувства, тот поистине бесчувствен ко всему великому и высокому.

3. Чувство живейшей любви u благодарности.

Наше удивление перейдет в чувство любви и благодарности, если мы подумаем, за кого страдал и умер Иисус Христос, и какие последствия имели Его срадания и смерть. Его смерть примирила людей с Богом, сняла с них вечное проклятие за грехи их, привела их в такое состояние, что они посредством веры и деятельного усвоения крестных заслуг Спасителя могут опять удостаиваться благодати Божией и получать отпущение грехов.

Бог из любви к нам соединил со страданиями и смертью Иисуса Христа самые благотворные последствия. Все, в чем мы нуждаемся, чтобы оставаться спокойными при сознании наших немощей и грехов, чтобы не падать духом при неизбежных в жизни скорбях, не приходить в ужас от страха смерти, — все это и еще бесконечно большее есть следствие страданий и смерти Господа. Без этой смерти за истину и добродетель, Его учение, быть может, не было бы исповедуемо нами. Без этой смерти за грехи людей, не было бы так очевидна для нас отвратительность и преступность греха. Без этой смерти нам чуждо было бы утешение о прощении грехов и надежда вечного спасения.

Как, следовательно, бесконечно велики и вечны благодеяния, истекающие для нас из смерти Иисуса Христа!

Поэтому можем ли мы сегодня вспоминая день Его смерти, не вспоминать всех Его благодеяний и не побуждаясь к чувствам живейшей любви и благодарности к Нему?

Тронутые благочестивой, благодарной любовью к нашему Искупителю, будем не только сегодня помнить о Нем, но и всю жизнь нашу посвятим Ему и умрем для Него.

Если мы содействуем Его святым целям в отношении нас и наших близких, предлагаем в услужение Ему наши силы, наставляем и исправляем заблудших, любим искупленных Им братий наших, как Он любил, стремимся к нему, чтобы соединиться с Ним, то этим мы выразим нашу истинную благодарность и любовь к Нему.

Побежденный Христос есть Победитель

«Ибо я рассудил быть у вас незнающим ничего, кроме Иисуса Христа, и притом распятого»

(1 Кор. 2:2).

Иисус Христос, пригвожденный ко кресту и претерпевший невыразимые мучения, пока не преклонил главы и не испустил духа, казался для врагов побежденным.

Но на деле было не так. На кресте Он победил Самого Себя, преодолев человеческие движения в продолжении всех Своих страданий; победил сатану, сокрушив крестом все его царство; победил, наконец, но совершенно особенно, во всех Своих истинных последователях всякое зло, всякое мучение.

На кресте Он победил и искупил —

1. Все страдания и болезни.

Cо времени крестной смерти Спасителя между Его последователями нет более физических страданий в собственном смысле, или они существуют только в самой малой мере. Где слишком придают большое значение физическим страдания, там ничего еще не знают о кресте и Голгофе.

а) Посмотри на терпение Спасителя!

Он претерпевал невыразимые мучения — «взгляните и посмотрите, есть ли болезнь, как моя болезнь, какая постигла меня» (Плач. Иер. 1:12). Он все перенес с терпением. Его терпение должно и тебя побуждать к терпению в страданиях и преданности воле Божьей. С какой радостью страдали христианские мученики? Как многие уже христиане молили Бога об усилении своих страданий? Как облегчает молитва: «Отче, не Моя воля, но Твоя да будет!»

б) Посмотри на оскорбления, наносимые Спасителю!

Он терпел их незаслуженно и не воздавал ничем своим врагам. Оскорбления еще более усиливают страдания. Не спрашивай, когда тебя оскорбляют и преследуют: «что я сделал худого?» спроси: «что сделал Тот, которого распяли на кресте?»

в) Посмотри на невинность Спасителя!

Мы всегда страдаем по нашей вине и достойно несем заслуженную нами кару. Если мы серьезно подумаем об этом, то наши страдания значительно утратят силу своей остроты.

г) Посмотри на славный конец страданий Спасителя!

За страстной пятницей последовала пасха и вознесение на небо; к тому же ведут и нас наши страдания, a это — величайшее утешение. О Спасителе по истине можно сказать: «Он взял на Себя наши немощи и понес наши болезни» (Ис. 53:4). Взирайте «на начальника и совершителя веры Иисуса, Который, вместо предлежавшей Ему радости, претерпел крест, пренебрегши посрамление» (Евр. 12:2).

При всех своих страданиях будем думать о конце, о свидании с Христом, о мире — по отношению к себе!

2. Все страсти.

Под крестом, когда Спаситель истекал от крови, умолкли страсти Его врагов. Если христианин действительно представляет себя под голгофским крестом, то и его страсти побеждаются и умолкают.

а) Умолкает гнев.

Как Спаситель был спокоен на кресте? Не должны ли мы побеждать гневные движения?!

б) Умолкает ненависть.

Должны ли люди ради мелких недоразумений и ничтожных вещей, дышать ненавистью друг к другу, когда Спаситель молился за Своих распинателей? Кто таит в себе ненависть, пусть не взирает на Христов крест, не приближается к Христову гробу!

в) Умолкает высокомерие.

Смотри, человек, в какую бездну ты ниспал, когда Сын Божий должен был пролить за тебя кровь Свою! Крест — твоя похвала. «Бог уничижил Себя, чтобы сокрушить твою гордость.»[893]

г) Умолкает чувственная похоть.

Спаситель предал тело Свое на смерть и искупил нас Своей пречистой кровью.

д) Умолкает любостяжание.

До чего довело Иуду сребролюбие? Какие земные стяжания оставил Иисус Христос?!

Поистине, где свирепствует гнев, ненависть, высокомерие, чувственная похоть и любостяжание, там ничего не знают о кресте и Голгофе. «Страдания Иисуса Христа — самое спасительное врачество против всех болезней нашего духа.»[894]

3. Все грехи и вину.

а) Крест возбуждает отвращение к греху.

Поистине и ныне еще распинают Спасителя, если грешат. Грех должен быть чем-то невыразимо ужасным в очах Божьих, если из-за него должен был пострадать и умереть Иисус Христос.

б) Посредством креста мы достигаем благодати против греха.

Благодать нисходит с неба, привлекаемая крестом. Ради крестных заслуг Христовых Бог дает нам свою благодать. Величайшая сила благодати сообщается нам в таинстве причащения; a здесь мы принимаем Христа, как принесшего Себя в жертву на кресте.

в) Крест дает нам мужество к покаянию.

Мы видим тут Божье милосердие. Благоразумный разбойник! Надлежащее познание греха, раскаяние, исповедание приходят от креста.

г) Крест снимает с нас вину и наказание.

Кару, заслуженную нами, принял на себя голгофский Страдалец. Он, как Агнец, заклал Себя в жертву за наши грехи. Человек заслужил вечное проклятие и смерть — Спаситель Своими страданиями искупил нас от греха, проклятия и смерти. Если мы веруем и каемся, «рукописание наших прегрешений раздирается.»

д) Искупительная сила крестной смерти Спасителя заключается в том, что Он пострадал за нас, как Богочеловек, добровольно и невинно.

Творец предает Себя на распятие Своему творению!

На Голгофе мы видим Иисуса Христа

«Боже Мой, Боже Мой! для чего Ты Меня оставил?»

(Мат. 27:46)?

Взоры христиан всего мира обращены ныне к Голгофе, где раздается этот ужасный вопль. Перенесемся и мы мыслью к тому месту и посмотрим, что там происходит.

1. В Его глубочайшем уничижении.

а) Спаситель висит на кресте, преданный Своим учеником.

Если друзья преследуют друга, задумывают ему погибель, то во сколько крат это больнее и мучительнее, чем если бы сделали это самые ожесточенные враги!

б) Он висит на кресте, оставленный апостолами.

Нашим страданиям сострадают близкие нам и утешают нас. Даже преступников с соболезнованием провожают на лобное место. Но здесь самые близкие разбегаются и скрываются от страха. A как сильно клялся Петр в своей верности?

в) Он висит на кресте, a под Ним стоит Его оставленная Мать.

Мать много уже выстрадала, но теперь она должна смотреть на Него умирающего, как на мнимого преступника. Как это мучительно было переносить умирающему сыну!

г) Побежденный Своими врагами.

Давно уже замышляли они убить Его. Но допустит ли до этого народ? Согласится ли на это правитель страны? Все препятствия теперь удалены: лицемерие и злоба победили.

Какое унижение быть так низложенным!

д) Осмеянный проходящими мимо.

Как язвительны были слова: «других спасал, а Себя Самого не может спасти!»— «Если Он Царь Израилев, пусть теперь сойдет с креста!» — «Постой, посмотрим, придет ли Илия спасти Его!» и т. д. (Мат. 27:42,49)

е) Испытывающий невыносимые физические страдания.

Он не мог оказать Себе никакой помощи. Вся тяжесть тела висела на уязвленных руках и ногах. Смертельная жажда и т. д.

ж) Подавляемый многими духовными мучениями. На Нем тяготели грехи всего мира. Он знал, что для многих это напрасно, что многие впоследствии опять и часто будут пригвождать Его к кресту своими грехами.

з) Оставленный Богом. Душа человеческая остается непреклонной, пока она утешается Богом, сознает свое единение с Ним. Но чувствовать себя оставленным Богом — какое ужаснейшее состояние! И это должно было совершиться над Господом, который взял на себя грехи мира, чтобы искупить их. «Боже Мой, Боже Мой! для чего Ты Меня оставил?» Это был вопль души, подавленной тяжестью грехов всего мира и отвергнутой Богом. Это было «вкушение адских мук», по выражению святых отцов.

2. В Его необычайном величии.

а) Спаситель претерпел все указанныя страдания добровольно, — претерпел за врагов. Как легко Он мог бы избежать их? Это была великая душа!

б) Он забыл Самого Себя и заботился о Матери.

Великая мысль об искуплении мира не препятствовала Ему думать о своей Матери. Какое дивное настроение и расположение! Какой сын!

в) Он умилосердился над разбойником.

Иной, задумав что-либо особенно важное, пропускает часто без внимания менее значительное. Но истинно великий дух обнимает великое и малое, целое и частное. Так поступал Спаситель. Он проливал кровь за мир, но не оставлял без утешения и обетования и отдельного человека.

г) Он прощал Своим врагам.

Какое необыкновенное самообладание! Слова: «Отче, отпусти им», сказанные при таких обстоятельствах, — величайшие слова, какие никогда еще не исходили из уст человеческих!

д) И Он достиг цели своих страданий.

«Совершилось!» (Иоанн. 19:30).

1) Он уничтожил все страдания. Потому что кто думает о невинно-страждущем Спасителе, молится подобно Ему, стремится к Нему на небо путем страданий, тот не ощущает более особенных страданий.

2) Он победил все страсти. Не должны ли под крестом умолкнуть гнев, ненависть, мщение, зависть, скупость?

3) Он искупил вину всего человечества, принес себя в жертву за нас и на веки примирил нас с Богом.

4) Он сокрушил ад.

Вот величайшее дело, совершенное на кресте!

Почему смерть Иисуса Христа должна до глубины трогать сердца всех нас

«И, преклонив главу, предал дух»

(Иоан. 19:30).

Творец распинается тварью; величайший друг людей возносится на крест людьми. «Людие Мои, что сотворих вам,»[895] жалобно взывает ныне Святая Церковь от лица голгофского Страдальца!

Отец не спас Его; ангелы не защитили Его; ад не выслал убийц, чтобы положить конец Его страданиям, потому что Спаситель хотел и должен был умереть за нас. «Но Он изъязвлен был за грехи наши и мучим за беззакония наши; наказание мира нашего было на Нем, и ранами Его мы исцелились» (Ис. 53:5).

Потому что:

1. Иисус Христос претерпевает самую позорную смерть.

Смерть самая мучительная выносима, если она не соединена с публичным позором и осмеянием. Можно даже с радостью умирать, если в смерти заключается честь, или если она вызывает сострадание и сочувствие. Но Спаситель претерпел самую позорную смерть.

а) Он умирает как величайший грешник.

Принятые Им на себя грехи унизили Его перед небом; предполагаемые в Нем грехи (богохульство и проч.) покрыли Его позором перед землей. Он признан вообще виновным. Враги Его со всей силой восстановили против Него народ. Он представляется виновнее Вараввы и сравнивается с двумя разбойниками.

б) Он умирает на кресте.

К этому роду смерти присуждались тогда только отъявленные злодеи. На ночь не дозволялось оставлять на кресте трупа распятого. Место, куда его сваливали, считалось нечистым. Самый крест зарывали в землю.

в) Он умирает среди других позорных обстоятельств.

На лобном месте. Перед Пасхой, следовательно, при стечении народа со всех частей страны. Любопытные взоры, коварная злоба, площадной шум и гул, язвительные шутки, насмешки и ругательства!

2. Иисус Христос избирает самую мучительную смерть.

Видел ли когда-либо мир такую мучительную смерть, как смерть Спасителя?

а) Физические мучения.

Оплевание, заушение, возложение тернового венца, побои, несение креста. Раздевание с разрывом ран, просверление и пригвождение рук и ног, поднятие вместе с телом креста! Мучения на самом кресте: никакого движения и облегчения посредством перемены положения; ослабление членов; вся тяжесть тела висит на язвах! Смертельная жажда, невыносимый жар, потемнение очей.

б) Духовные мучения.

Все греховное бремя людей, как адская мука, давило Его сердце. Мучительна была мысль о том, что для многих все эти страдания напрасны, что христиане впоследствии опять будут распинать Его своими грехами.

3. Иисус Христос умирает самой любвеобильной смертью. Сердце страждущего и умирающего Спасителя полно любовью.

а) Он из любви прощает.

«Отче! прости им, ибо не знают, что делают»! (Лук.23:34)Если такой Страдалец прощает таким врагам: то что скрывается в Нем?!

б) Он из любви печется.

«Cе сын твой! се, Матерь твоя!» Такая заботливость и в такую минуту имеет необычайную цену.

в) Он из любви милует.

«Ныне же будешь со Мною в раю!» (Лук.23:43). Он находит еще время обратить к себе отвергнутого, но раскаявшегося грешника, утешить его, даровать ему помилование.

г) Он в любви оканчивает жизнь.

«Отче, в руки Твои предаю дух Мой!» (Лук.23:46) Последнее дыхание жизни, последнее слово, последнюю силу предает Богу.

Что есть Крест нашего Спасителя

«И распяли Его»

(Лук. 24:20).

«Если бы все книги Священного Писания утратились, то одной жизни, страданий и смерти Иисуса Христа достаточно было бы для того, чтобы научить нас жить жизнью христианской.»[896]

На голгофском кресте начертано все, что необходимо нам знать о Боге и о себе. Крест есть средоточный пункт, в котором соединены все истины нашей святой веры, как лучи в фокусе. Наше падение и наше восстановление, грех и благодать, правосудие и милосердие, — все это можно читать на кресте. «Крест есть школа, где Учитель поучает с древа, на котором Он висит;»[897] но он есть также и наше судилище.

1. Наши университеты.

Голгофский крест, если мы надлежащим образом смотрим на него и на Распятого на нем, учит нас:

а) Великому терпению.

С каким терпением переносил Спаситель самые мучительные страдания! Что именно и как долго?

Если ты, христианин, подвергаешься страданиям, взгляни на крест, и ты не будешь иметь недостатка в терпении!

Особенно, когда тебя невинно преследуют, возведи очи к Распятому и спроси: «что Он сделал?»

б) Л ю б в и.

Из любви Он взял на себя все мучения. Все, что Он говорил и делал на кресте, была одна любовь. Он прощал своим злейшим врагам, помиловал разбойника и т. д.

Христианин! Если тебя ничто не может подвигнуть к любви к людям, к родителям, к друзьям и врагам, то взгляни на крест, не должен ли он подействовать на тебя!

в) Распятию собственной плоти.

«Кто любит свою душу (самого себя), тот погубит ее; a кто ненавидит свою душу (распинает самого себя), тот спасет ее для вечной жизни.»

«Но те, которые Христовы, распяли плоть со страстями и похотями.» (Гал. 5:24).

г) Презрению к земному.

Как самый бедный висел Спаситель на кресте. Прежде Он имел единственную одежду, но теперь и ее лишился. У Него теперь два бревна, и ничего более.

Христианин, не привязывайся сердцем к земным сокровищам!

д) Смирению.

Если тебя искушает гордость, то подумай: «слава висит на кресте. Мы так глубоко пали, что Сын Божий должен был пролить кровь Свою и умереть за нас!»

е) Примирению, благодати, миру.

На кресте ясно начертано: «Бог не хочет смерти грешника, но чтобы он обратитился и жив был.» «Долговая запись человека разодрана на кресте». Распятый простирает Свои руки, чтобы обнять всех кающихся грешников. Бесценнейшая кровь пролита за грехи. Разбойник помилован. Громко проповедует крест: «вы можете здесь найти прощение, благодать и мир, если приносите покаяние.»

2. Наше судилище.

Кающиеся грешники, при взгляде на крест, находят величайшее и единственное утешение. Потому что Христос, по истине, прострадал за нас, чтобы примирить нас с Богом, Отцом небесным. Но для нераскаянных грешников крест — наказание, страшное судилище. Как Спаситель предстанет перед закоренелыми грешниками и что им скажет?

а) «Я вас возлюбил.

Вы же Меня возненавидели и преследовали, издевались надо Мной и хулили Меня. Вы не оценили Моей любви и воздавали за нее неблагодарностью. — Вы и без того достойны были бы осуждения за грехи; но теперь ваша вина еще более увеличивается, потому что вы пренебрегали Моей безконечной любовью. На кого такая любовь не производит никакого впечатления, тот принадлежит аду.»

б) «Я за вас пострадал.

Я был невинен, но принял на себя грехи всего мира и понес за них всю кару праведного мздовоздаяния Бога и Отца. Нигде Божье правосудие не проявлялось с такой неумолимой строгостью: ни в раю, ни в потопе, ни при Содоме и Гоморре. Так и с вами, упорными грешниками, должно быть поступлено по всей строгости.»

в) «Я принес Себя в жертву.

Я предал самого Себя в выкуп за вас, a вы возлюбили цепи греховного рабства. Ничего вы не принесли Мне в жертву: ни сердца, ни мысли, ни одного доброго дела. Вашим идолом было сребролюбие, любостяжание, плотоугодие: ему вы курили фимиам и закалали себя в жертву.»

г) «Я пролил кровь.

Так как одна капля этой крови в состоянии омыть грехи мира, то и вам легко было бы освободиться от ваших грехов. Но вы ничего не хотели знать о Моем кровавом поте, Моих слезах и о Моей крови. Поэтому какого осуждения достойны вы!»

д) «Я умер.

Но, не смотря на это, вы не умерли греху. Поэтому вы будете преданы вечной смерти.»

е) «Я был погребен.

Вы же, вместо погребения своей злой похоти, погребли Мое тело. Ад — будет гробом Вашим.»

Заключение. Пусть будет крест нашими университетами, дабы он не обратился для нас в судилище!

Троякое обвинение Иисуса Христа и развенчание этого обвинения

«Воистину Он был Сын Божий»

(Мат. 27:54).

Мы видим в гражданских судах, что приговор, произнесенный одним судьей, снимается и уничтожается (кассируется) другим. Случалось даже, что и смертные приговоры, некогда постановленные, впоследствии были отменяемы и уничтожаемы как несправедливые и незаконные. Tо же самое и мы хотим сделать ныне; мы желаем снять и уничтожить троякое обвинение, которому прежде подвергался Иисус Христос и ныне подвергается еще от многих.

1. Иудеями Иисус Христос был обвинен в богохульстве, и за это приговорен к смерти.

а) Суд первосвященников над Иисусом Христом.

Спаситель учил, жил и действовал не в духе иудейских первосвященников, книжников и фарисеев, которых Он обличал с заслуженной ими строгостью. Поэтому они ненавидели Его, преследовали и поносили. Вражда эта со дня на день возрастала. Давно уже искали случая схватить Господа и убить. Когда был воскрешен Лазарь, это обстоятельство дало толчок окончательному решению. Собрали совет и тут же быстро решили предать Спасителя смерти. Но открытое нападение, из боязни к народу, было неудобно. Вступили в сношения с Иудой, который знал, где Иисус Христос проведет ночь.

Нападение и отведение на суд произошло ночью. В доме первосвященника произведен был ночной допрос. Подкупленные свидетели не могли представить ничего важного. Они указывали на такие вещи, за которые никого не судят.

Председательствовавший на суде первосвященник, раздосадованный мелкими показаниями, поставил прямо вопрос: «Ты ли Христос, Сын Божий?» (Мат. 26:63). Иисус отвечал утвердительно. В этом ответе нашли богохульство, которое по законам иудейским наказывалось смертью.

б) Затруднение.

Cо времен римского владычества иудейский синедрион не имел права наказывать смертью. И однако же Спаситель должен был умереть за богохульство. К утру придумали иное обвинение, прибегли ко лжи. Между тем Спаситель содержался под стражей.

в) Ответ Спасителя не был богохульством.

Независимо от всего другого, ясно доказывающего Божество Иисуса Христа, в самом ответе Его скрывается неопровержимейшее доказательство Его божественности — Он дал его иудейскому синедриону перед лицом смерти, по клятвенному заклинанию первосвященника. Следовательно, Он был или Сын Божий, или жалкий, самообольщенный человек. Но последнего никак нельзя принять. Тысячи и сотни тысяч только по одному этому ответу Спасителя уверовали в Него.

Многовековая история христианства давно уже уничтожила иудейский приговор.

Уничтожаем его и мы, и взываем с изумленным сотником, стоявшим у креста: «Воистину Он был Сын Божий!» Только Сын Божий мог так поступать на кресте, как поступал распятый Христос.

2. Язычниками Иисус Христос был обвинен в измене правительству.

Перед языческим судьей Пилатом иудеи не могли настаивать на обвинении в богохульстве, и обвиняли Господа в измене правительству.

а) Суд Пилата.

Ранним утром, при шуме и криках толпы, Иисус Христос приведен был к Пилату. Судебная должность вообще тяжела, но никогда и ни один судья не находился в таком затруднительном положении, как римский правитель Иудеи Пилат. Перед ним обвиняли Спасителя в том, что Он «возмущает народ, запрещает платить дань Кесарю и называет себя царем.» Улицы наполнялись народом, шум усиливался. Пилат сразу признал неосновательность обвинений, но, по своей слабости, не осмеливался решительно противиться разъяренной толпе, подстрекаемой книжниками и фарисеями. Он делал попытки к спасению невинного Страдальца и удивился, когда ему сказали, что обвиняемый по закону иудейскому повинен смерти. «Так судите Его сами», сказал Пилат и предал Иисуса на поругание толпе. Для чего? Он хотел отпустить Его на праздник. Он послал Его к Ироду, чтобы самому умыть руки. Все напрасно! Разбушевавшаяся толпа неистово вопияла: «распни, распни Его!» Малодушный Пилат уступил. Спаситель приговорен к крестной смерти, как изменник правительства: «Иисус Назарянин, Царь иудейский!»

б) Что побудило Пилата, вопреки своим убеждениям, осудить Иисуса Христа на ужаснейшую смерть?

Страх перед народом: он теперь имел покой, пожертвовав одним человеком.

Страх перед Кесарем, который мог лишить его должности и перед которым он был уже оклеветан.

Попущение Божие. Сын Божий, поистане, должен был умереть за народ, за человечество, за грехи всего мира!

в) Ничтожность обвинений.

а) Спаситель, обвиненный и осужденный в измене царской власти, никогда не помышлял о земном царстве. Он скрывался, когда хотели провозгласить Его царем. «Воздадите кесарева кесареви.» «Царство мое несть от мира сего.» Не воинами Он окружал себя, a учениками, которых Он приготовлял к мирному учительству и пастырству.

Это было особенное Божье попущение, что Спаситель был осужден за мнимое преступление, которое народ предполагал в Нем, к которому хотели принудить Его и против которого Христос так ясно высказался.

б) Но Он, действительно, есть и был Царь в высшем смысле, Царь сердец.

Уже тогда Он управлял душами всех благочестивых и жаждавших спасения израильтян. Неисчислимое множество мучеников во всех странах шли за Него на смерть. Многие тысячи миллионов душ повиновались и повинуются Ему. При взгляде на крест уже бесконечно многие обратились и исправились. В настоящий день христиане всего мира вспоминают Его, лобзают Его язвы и крест. Всем царям земным вместе никогда не было оказано столько почестей, сколько голгофскому Страдальцу в один только день страстной пятницы.

Мы уничтожаем приговор, постановленный Пилатом, и взываем при взгляде на крест: «радуйся, Великий Царь, Царь наших сердец!»

3. Многими людьми Иисус Христос осуждается за то, что был распят.

Многие, к сожалению, очень многие люди, называющиеся христианами, осуждают и ныне еще Спасителя за то, что Он был распят. Крест для них соблазн. Они не могут взирать на него без смятения в уме, без жалости в сердце. Не со всеми христианами бывает так, так же как и не все иудеи осуждали Господа за богохульство, и не все язычники — за измену царской власти.

а) Высокомерный и надменный человек думает и говорит: «Распятый нищий Христос — не мой идеал. Если бы Он явился с царской пышностью и грозным могуществом, сокрушил своих врагов, тогда я уверовал бы в Него. Но в уничиженного, смиренного, распятого Спасителя я не верю.» Уничтожаем немедленно такой приговор. Где без креста люди низкие и угнетенные нашли бы Спасителя? Кто другой, как не Распятый, мог бы привести гордую душу человеческую к подчинению Богу!

Истинное самотвержение в том и заключается, что Бог должен был умереть за наши грехи и т. д.

б) Люди плотоугодливые, чувственные, невоздержные и нецеломудренные говорят: «Распятый Христос не в нашем вкусе. Он пил желчь и уксус, a мы любим опьяняющие напитки. Он терпел нужду, постился, голодал, a мы любим изысканныяе яства. Он предал плоть Свою на распятие, a мы желаем сохранить плотские похоти и поддерживать их, питать и нежить свою плоть.»

Но уничтожаем и этот приговор, исходящий от плоти, и говорим: «как иначе могли бы быть искуплены чувственные люди, как иначе могли бы души освободиться от власти плоти, как не через крест?»

Теперь крест сильно увещевает: «как можешь ты нежить плоть, когда Иисус Христос предал ее на распятие, искупил тебя Своей бесценной кровью? Без креста мир представил бы потрясающее зрелище. Не существовало бы более никакой чести. О целомудрии, девстве, чистоте нравов, скромности, благопристойности и благовоспитанности не было бы и помину. Тысячи душ Спаситель удерживает своим скипетром — крестом на прямом пути, a совратившихся снова приводит к покаянию: Он должен иметь могущественную власть; Он истинный Царь и Сын Божий.»

в) Люди земнолюбивые и любостяжательные говорят:

«Ряспятый Христос не в нашем духе и вкусе. Мы презираем Его. Должны ли мы отрывать взор свой от близкой и любимой нами земли и устремлять его ко кресту, a оттуда к отдаленному небу? Христос так беден и оставил только единственную одежду!»

Уничтожая этот приговор, мы, верующие христиане, говорим: «погружение в землю недостойно человека. Тот поистине есть Мессия, Который имеет власть отторгнуть от земли сердца столь многих людей. Наше отечество — на небе, a так как Распятый направляет наши взоры вверх на крест и к горней высоте, то Он наш вождь и Предтеча к небу, наш Искупитель, Царь, Спаситель и Бог!»

Заключение. Иисус Христос есть воистину Сын Божий, наш Царь и Искупитель. Будем избегать грехов, чтобы вторично не распинать Его!

Глубочайшее падение предателя Иуды

«Иуда! целованием ли предаешь Сына Человеческого?»

(Лук. 22:48)?

Cо скорбью и слезами воспоминаем мы ныне Господа нашего Иисуса Христа, беззаконно преданного и претерпевшего невыразимые страдания и позорную смерть. Скорбь наполняет нас потому, что Он должен был пострадать и умереть за наши грехи; но вместе с скорбью мы исполняемся и надеждой, потому что через смерть Его мы опять обрели жизнь.

Но воспоминая о страданиях Господа, мы думаем также и об Его врагах, вознесших Его на крест, особенно о том из них, который послужил ближайшей причиной Его смерти, именно об Иуде предателе. Остановимся на этом сыне погибельном, сделавшемся притчей между людьми. Пример его весьма поучителен для нас.

1. Он допустил развиться в себе дурной наклонности.

Евангелие не говорит, что Иуда с самого начала был человеком испорченным. Он, конечно, как и другие, ожидал Мессии и присоединился к Нему. Спаситель сделал его апостолом! Не домогались ли сыновья Заведеевы первых мест в новом царстве? Не был ли Фома из числа тех, которые с трудом приходят к вере? Не желали ли все апостолы земного царства Мессии?

Иуда допустил только этой мысли более других возобладать собой. Его настроение было очень оземленное; он домогался наживы и имущества; его мучил дух сребролюбия. Этой дурной наклонности он допустил в себе более и более развиваться и укрепляться.

а) Из учения Спасителя открывалось все яснее и очевиднее, что Он желал основать не земное, но духовное царство, — царство любви, смирения и отвержения. Такие истины не могли нравиться сребролюбивому Иуде, и он становился равнодущнее к Господу. Он держался Иисуса, но не ради Иисуса. Он хотел служить двум господам: Богу и мамоне, и по временам вознаграждал себя, нося кошелек с деньгами для бедных. Он «был вор. Он имел при себе денежный ящик и носил, что туда опускали» (Иоан. 12:6).

Таких людей много и они вездесущи!

б) Когда незадолго до предательства Мария помазала Господа миром, Иуда счел это помазание за безрассудную трату денег. Он говорил с озлоблением: «для чего бы не продать это миро за триста динариев и не раздать нищим?» (Иоан. 12:5) Спаситель отвечал: «оставьте ее; она сберегла это на день погребения Моего. Ибо нищих всегда имеете с собою, а Меня не всегда» (Иоан. 12:7–8). Такой поразительно величественный ответ должен был огорчить Иуду, сердце которого с этого времени более и более охлаждалось к Спасителю.

Такие Иуды есть «всегда и везде.» Они не хотят ничего делать для Бога и для Богослужения; они говорят о бедных, о которых они именно менее всего думают!

в) Ненависть архиереев и фарисеев к Спасителю возрастала все сильнее и открытее. Решено было убить Господа. Но днем не могли схватить Его, a Его ночное пребывание было неизвестно. «О, если бы только узнать об этом!» возглашали они. Тогда «во время вечери … диавол … вложил в сердце Иуде Симонову Искариоту предать Его» (Иоан. 13:2).

Решимость Иуды еще не созрела; он не думал ни о каких дурных последствиях для Господа, он хотел только получить побольше денег и вступил в переговоры. «Что вы дадите мне, и я вам предам Его? Они предложили ему тридцать сребренников» (Мат. 26:15).

Иуда и до ныне стоит не одиноким в мире. Тысячи людей ради ничтожной суммы готовы тотчас продать и своего Бога, и свою веру, и свою честь, и все святое. Деньги и имущество для многих выше всего!

2. Многие обстоятельства, внутренние и внешние, понуждали его к ужасному предательству.

Какие?

а) Спаситель видел его насквозь.

В иерусалимской горнице, в святом кругу, вкушали пасхального агнца. Спаситель сказал: «один от вас предаст Меня» (Иоан. 13:21). «Тот, кому Я, обмакнув кусок хлеба, подам» (Иоан. 13:26). «Что делаешь, делай скорее.» (Иоан. 13:27). Если бы Иуда тут же пал в ноги Спасителя и исповедал свою вину; то ему было бы прощено. Но он подумал: «я узнан! Иисус проник в мой замысел. Честь моя пред соапостолами потеряна. Ее не спасти более.» И он отправился к иудейским первосвященникам, чтобы предать Господа. (Очень вероятно, что он вкушал только ветхозаветного пасхального агнца, но не принимал участия в евхаристии).

Так бывает и ныне. Иной вор, увидев себя открытым, становится убийцей! Иной сребролюбец, похотник и любостяжательный делается в полном смысле негодяем не прежде, чем когда увидит себя узнанным и лишенным чести!

б) Получение денег.

Когда Иуда имел их в руках, он был этим связан, связан также и своим словом. Он мог бы еще всегда отказаться от своего злого умысла, но полученная награда делала это для него невозможным.

Так бывает и теперь. Иной со страхом и трепетом совершает убийство потому что связал себя словом, данным другому. Другой похвастался в обществе своей способностью к преступлению и совершил его потому только, что хотел сдержать слово. Иной принял грешную награду прежде греха, и совершил грех, потому что имел уже в руках награду.

в) От злого умысла не далеко и до самого дела.

В Иуде, конечно, происходила тяжелая, внутренняя борьба. На одной стороне стоял Иисус, учитель, друг, благодетель. «Могу ли я предать Его?» На другой стороне подстрекало данное слово и серебро. Наконец была глубокая ночь, и злобное сердце должно было решиться. Решение пришло с мыслью: «не велика важность если я и укажу, где Господь!» Такие отговорки — не редки. Примеры.

Между тем, Спаситель претерпевал уже страдания в Гефсиманском саду. Какие?

Наконец Он сказал: «встаньте, пойдем: вот, приблизился предающий Меня» (Мат. 26:46). Тут явился Иуда со словами: «радуйся, Равви! И поцеловал Его» (Мат. 26:49). «Иуда! целованием ли предаешь Сына Человеческого?» (Лук. 22:48). Теперь дело было совершено. Иисуса схватили и повели к первому допросу.

3. Следствия предательства привели его к отчаянию.

Ужасна была остальная часть ночи для Спасителя. Что, где и как Он выстрадал? Но страдал и Иуда. Как терзает совесть после совершенного злодеяния? Во сколько крат ночь тогда мучительнее и длинее дня? Однако же он еще надеялся, что дело не примет слишком худого оборота: но его надежда была напрасна.

а) Ночной допрос у первосвященника окончился осуждением Спасителя в богохульстве.

Он содержался под стражей, как преступник. Увеличились страдания Господа, усилилось и раскаяние Иуды. «Что я сделал?» Если бы он, подобно Петру, приблизился со слезами к своему Искупителю, то Господь простил бы его. Но кто охотно признает себя виновным? Как часто гордость удерживает человека в сознании своей вины пред оскорблением?

Иуда возлагал еще некоторую надежду на Пилата, который один мог судить и осуждать.

б) Но вскоре Иуда увидел себя обманутым.

Архиереи и фарисеи, вместе с безумной толпой, настойчиво требовали перед Пилатом смерти Спасителя. Все попытки Пилата были напрасны. По малодушию и слабости он подписал смертный приговор. До смертных мук довел величайшего Праведника Иуда!

Вот куда могут завести дурные наклонности, если над ними не бодрствуют!

в) Теперь Иуда хотел по крайней мере отказаться от награды за предательство.

Мучимый утрызениями совести, он отправился к своим сообщникам и, явившись к ним, с невыразимым отчаянием сказал: «согрешил я, предав кровь невинную.» «Что нам до того?» отвечали ему архиереи и старейшины, «смотри сам» (Мат. 27:3–5). Тогда он бросил сребренники в храме и повесился. Но веревка оборвалась, он упал и «когда низринулся, расселось чрево его, и выпали все внутренности его» (Деян. 1:18). Холодный и насмешливый ответ тех, которые платили деньги, но теперь отказывались от них, превратил раскаяние Иуды в отчаяние.

Если бы Иуда, хотя бы теперь с раскаянием приблизился к Господу, висевшему уже на кресте, то ему было бы прощено. Но диавол возымел над ним полную власть. Его душа погибла, погибла навеки!

Заключение. Многие, очень многие стоят на той же степени греха, на которой стоял и Иуда, решившийся предать Спасителя. Утратив свою честь перед Богом и людьми, они самыми обстоятельствами вынуждаются на греховное иго, отвергают веру и все святое.

От такого состояния до отчаяния Иуды — один шаг. Не дай Бог никому дойти до него!

Страстная Пятница воспоминаниями мучений Спасителя ободряет нас к христианскому терпению и крестоношению

«Если кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною»

(Мат. 16:24).

Нас постигают на земле различные страдания, и должны постигать. Без страданий, живя в одном счастьи и радости, мы забыли бы Бога, не были бы очищены и способны для неба. Cоxa должна разрезать пахотную ниву, буря потрясать дерево, и неблагоприятной погоде полезно иногда пронестись над засеянными полями. Молотильщик бьет по снопу, чтобы добыть зерно, садовник обрезает деревья, чтобы они не засыхали и лучше росли; кузнец раскаляет и ударяет молотом железо, чтобы оно окрепло и т. д. Так и Бог должен иной раз поражать нас страданиями, которые для нас очень полезны и спасительны. A чтобы через них, действительно, достигалась Божья цель, для этого мы должны переносить их с терпением, душевной крепостью и покаянным настроением. Но всегда ли мы в состоянии так относиться к страданиям? Что нас ободрит в них и что поможет нам перенести их? Прежде всего — страстная пятница и то, что совершилось в эту пятницу.

Посмотрим на:

1. Внешние или физические страдания Спасителя.

а) Что терпел Он?

О Его страданиях мы давно уже все знаем; но ныне мы должны ясно их припомнить и запечатлеть в сердце. В последнюю ночь и в последний день все возможные страдания обрушились на Него с самой ужасной силой. Он был связан, подвергался бичеваниям, заушениям, оплеваниям. Терновый венец на главе; несение креста на Голгофу, распятие на кресте; висение на кресте всей тяжестью тела на израненных частях рук и ног; мучительная жажда, невозможность переменить или облегчить свое положение! Поистине, ни один еще человек не терпел таких невыносимо ужасных страданий. Без содрагания, сострадания и слез невозможно о них думать!

б) Что мы иной раз должны претерпевать?

Там — потери, лишения, недостаток денег, затруднения, нищету; здесь — зной, холод, усталость, голод, жажду. Иногда мучит нездоровье, тоска, множество телесных болезней, и почти всюду ужас смерти. Часто человек не имеет никаких справедливых оснований жаловаться на страдания и болезни, которые от него же самого происходят, но он жалуется и из-за этого только усиливает тяжесть своего положения. Зачастую над отдельными лицами и целыми семействами разражаются действительные и поразительные несчастья.

в) Как мы должны переносить эти и подобныя страдания?

Так, как Христос: с терпением и преданностью Божьей воле. «Если кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною» (Лук.9:23). Христос пошел вперед; мы, Его ученики, должны Ему последовать. Он пострадал невинно, мы виновно. Крестом Он отверз небо, за Ним и мы можем восходить туда крестным путем. Небо должно достигаться борьбой, молитвой и терпением.

Страдания Христовы сильно укрепляют христианские сердца в терпении. С терпением легче идти тернистым путем.

2. Внутренние или душевные страдания Спасителя.

Они были у Иисуса Христа и бывают у чувствительных людей более, чем у черствых сердцем.

а) Откуда они происходят у людей?

Внутренне огорчают: преследования, насмешки, издевательства, клеветы со стороны ближних. Враждебное расположение других, их ненависть, зависть, злорадство и зложелательство причиняют нам сильное горе. Будто обоюдоострый меч пронзает душу, когда облагодетельствованные нами оказываются неблагодарными, обращают полученное ими добро во зло и отплачивают злом. Скорбь наша еще более увеличивается, когда все вышеуказанное мы испытываем от самых близких к нам: сыновей, дочерей, братьев, сестер. О, как много горя причиняют люди людям, особенно лучшим! Того не верит ни в какого диавола в аду, должен удостоверять люди в демонском обличье, которые ходят по земле.

б) Как мы должны переносить их?

Не только с терпением, но и со спокойным духом, кротостью и великодушием. Христианин должен снисходить, прощать и воздавать добром за зло. Град ругательств нужно стряхивать, как снежные хлопья. Сквозь бурю злословия и клеветы нужно пробегать так же спокойно, как спокойно солнце и луна совершают свое течение на небе, когда собаки лают на них с земли.

в) Как Спаситель в этих страданиях предшествовал нам?

Он предан был другом, оставлен своими апостолами, неправедно обвинен архиереями и фарисеями сначала в богохульстве, потом в возмущении народа. Судья был слаб, a его солдаты и слуги издевались над невинным Страдальцем. Весь почти народ считал Его виновным. Когда вели Его по улицам многолюдного города — из каждых почти уст исходили ругательства на Него, на всех почти лицах выражались насмешки над Ним. Только некоторые женщины сострадали Ему. Даже и на кресте не умолкали ругательства врагов, дышавших к Нему ненавистью и мщением.

A Он? Он «будучи злословим, … не злословил взаимно; страдая, не угрожал» (1 Пет. 2:23). Он молил Отца о прощении Своих мучителей. Он пролил кровь за искупление осудившего Его рода человеческого. Такому величию Его души должны последовать и мы. Небо достигается с тяжелым трудом. Кто не обладает таким величием души или, по крайней мере, не стремится к нему, тот не христианин.

3. Глубочайшие сверхестественные страдания Спасителя.

Какие это были страдания?

а) Нa Нем тяготела греховная вина всего человечества.

Человек страдает только за свои собственные грехи. За каждым грехом следует праведное наказание. Но Христос понес на Себе грехи всего мира. Какое невыносимо-тяжелое бремя и до какой мучительной степени оно должно было давить Господа! Мы знаем по собственному опыту, как сильно терзает совесть за одни только наши грехи.

При виде страданий Господа и сострадания к Нему исповедаем наши грехи; загладим их истинным покаянием, дабы со своей стороны не растравлять Его ран и вторично не распинать Его!

б) Он понес эту вину в сознании, что для многих Его жертва будет напрасна.

Иисус претерпел бесконечно-великие страдания. Но, по Своему всеведущему духу, с возвышенного креста и Голгофы, Он предвидел также, что, не смотря на Его страдания, многие даже из тех, которые называются Его последователями, будут служить гордости, сребролюбию, плотоугодию и т. д. Как это должно было мучить Его! Он хотел спасти, a многие не допускали себя до спасения. Он простирал руки, чтобы обнять всех: a многие убегали от Него и т. д. Не принадлежим ли и мы к таким?

в) Над Ним совершилось богоотступление и муки ада!

«Боже Мой, Боже Мой! для чего Ты Меня оставил?» (Мат. 27:46). Этому надлежало быть. Господь должен был претерпеть все, испить всю чашу страданий до дна; должен был, хоть только на мгновение, испытать муки ада, дабы нас освободить от ада.

Когда нас давит греховная вина, мы теперь не отчаиваемся и не думаем, что Бог совершенно оставил нас. Такое чувство выстрадал за нас Спаситель. Будем с верой и упованием взирать на крест: Бог милосерд, a Спаситель умер за нас и удовлетворил Божьему правосудию, если мы каемся и обращаемся к Богу.

Заключение. Именно так мы должны по примеру Господа нести свой крест и следовать за Ним. Мы должны переносить внешние страдания с терпением, a внутренние — с душевным величием. И если нас мучит скорбь о наших грехах, то возложим эту скорбь с глубоким раскаянием на Спасителя, и Он примет ее на свой крест и искупит ее своим крестом.

Крест Иисуса Христа — величайшее чудо мира

«Слово о кресте для погибающих юродство есть, а для нас, спасаемых, — сила Божия»

(1 Кор. 1:18).

Не о нашем собственном кресте идет речь: что он значит в сравнении с крестом Христовым? (Ис. 4:6).[898]

1. В наших очах.

Апостол Павел приглашает нас смотреть на него (Евр. 12:2).[899] Чудом становится для нас (Мат. 21:42).[900]

а) Если мы подумаем о высоте Спасителя. «Какие Он мог бы иметь радости?» Давид и Соломон исчезают перед Его славой (Мат. 12:42;[901] 1 Тим. 6:15[902]).

б) Если посмотрим на Его глубочайшее уничижение. Какое уже чудо — Бог во плоти (1 Тим. 3:16[903])! Не тем ли более — Бог на кресте? (Псал. 21:7;[904] Гал. 3:13;[905] ср. Дан. 3: 30[906]).

Не обманываемся ли мы? Не видим ли мы только человека? Нет, Он опять оживет и сядет одесную Бога (Лук. 24:26;[907] Евр. 8:1[908]).

2. В наших сердцах.

Посмотрите на Иисуса — величайшего Чудотворца в наших душах:

а) Если неверующий делается верующим (Деян. 13:41;[909] 1 Тим. 1:13[910]). Такая вера есть дело Божье (Иоан. 6:29).[911] Иисус — «Начальник веры.» Фома (Иоан. 20:27).[912] Праздник Троицы (Деян. 2:41).[913]

б) Если осужденный грешник получает милость и счастье (Зах. 10:12).[914] На кресте он находит то, чего ищет (Евр. 5:9;[915] Рим. 8:34[916]). Иисус есть также и «Совершитель» (Фил. 1:6;[917] 1 Пет. 1:9[918]).

Заключение. Можно ли при таком чуде оставаться холодным (2 Кор. 4:4).[919]

Впрочем, чудо в очах ничего не значит без чуда в сердце!

Крест Христов — наша величайшая мудрость

«От Него и вы во Христе Иисусе, Который сделался для нас премудростью от Бога»

(1 Кор. 1:30).

1. Которой не имеет часто самый мудрый.

Апостол Павел был некогда из таких. Мудрец первой степени (Деян. 22:3),[920] и однако же слепой человек, который не знал Иисуса.

Чем мудрее пред миром, тем часто безумнее пред Богом. Ничего не понимающий учитель (Иоан. 3:10).[921] Умная голова, которая много умеет говорить о слове Божьем, и однако же зерна Евангелия, распятого Спасителя, не знает (Мат. 23:29;[922] 1 Кор. 2:7[923]).

2. Которую необходимо должен иметь каждый христианин.

Апостол Павел ради ее забыл всякую другую мудрость (Гал. 1:23;[924] Фил. 3:8[925]). Слуга Христов должен обладать ею, иначе он негодный слуга (Мат. 13:52[926]). Всякий без исключения должен стяжать ее (Евр. 8:11).[927] И царь Давид пел псалмы своему Мессии. Все мы должны быть мудры о Христе (Гал. 3:28;[928] Иоан. 6:45[929]).

3. И которую ои может иметь скоро.

Конечно, если хотят постигнуть всю глубину божественной премудрости, тогда не достигнут ее (2 Тим. 3:7;[930] 1 Кор. 8:2[931]). Достаточно понимать любовь Христову (Ефес. 3:19).[932] Кто хочет быть мудрым о Христе, тот должен твердо знать только две истины, что он грешник (Рим. 7:18),[933] и что Спаситель умер за него. Чем простосердечнее он верует, тем скорее приходит к цели.

Заключение. Где теперь мудрый между нами? Не тот, кто хорошо сведущ в государственных делах, в торговле, в денежных оборотах.

«Я это давно знал», скажет иной (1 Кор. 3:18).[934]

Совет: молитесь Духу истины, чтобы Он озарил вас.

Наше знание — несовершенно (1 Кор. 13:9).[935]

Крест Христов — верное прибежище всех бедных грешников

«Куда мне бежать?»

Обыкновенная жалобная песнь, раздающаяся в мире. Обратитесь ко Мне и спасетесь (Ис. 45:2).[936] Не бегите в мир, не ищите там рая. Приблизьтесь ко Христу! (Лук. 15:1;[937] Ефес. 4:15–16[938]).

1. Которые в нем ищут своего прибежища:

а) Со скорбным и сокрушенным сердцем.

Иной пляшет еще вокруг золотого тельца и увеселяется им. Но прийдет время, когда червь начнет точить душу (Псал. 24:17;[939] Псал. 141:5–6[940]).

б) С верующим и детским сердцем.

Дверь отворена (Рим. 5:2;[941] Ефес. 3:12;[942] Евр. 10:22[943]). Кто верует во Христа, тот спасется (Деян. 16:31[944]). Он сам взывает (Мат. 11:28[945]). Буду молить Его (Псал. 142:9[946]) со всяким дерзновением (1 Иоан. 3:21[947]).

2. Которые в нем находят свое прибежище (Мат. 7:7;[948] Иер. 29:13[949]).

а) Каждый находит его, кто только приносит с собой веру (Иоан. 6:34[950]).

Павел (1 Тим. 1:13[951]).

б) Он находит его с полной уверенностью.

Эта уверенность основывается:

— на любви Иисуса Христа (Евр. 2:17–18[952]), Который, хотя без греха (2 Кор. 5:21[953]), однако же взял на себя грехи (Псал. 39:13[954]);

— на Его власти отпускать грехи (Мат. 9:6[955]).

в) И он находит его всегда.

В ветхом Завете только однажды в год. Здесь всегда открыт свободный доступ (Псал. 54:18;[956] Псал. 70:3[957]).

Заключение. Кто хочет спастись, тот приходит (Сир. 8:17).[958]

Но ты не приходишь, хотя Он зовет тебя (Мат. 23:37).[959] Не хочешь ли ты сам спасти себя? (Ис. 28:15–17).[960]

Крест Христов с надписью: здесь путь, истина и жизнь

«Здесь Христос!»

(Мат. 24:23;[961] Ис. 65:1[962]). Надпись (Иоан. 19:19;[963] 14:6;[964] Евр. 5:9[965]).

1. Путь.

Уже как образец для нашего странствования по земле. Но главное: крест Его — путь к нашему спасению (Деян. 4:12;[966] Иоан. 10:3[967]). Для того, кто верует в Него (Рим. 1:5;[968] Иоан. 3:15;[969] 2 Тим. 1:10[970]).

2. Истина.

Так много лживых христов (Мат. 24:24[971]): здесь — истинный Христос. На Нем исполнилось все (Лук. 24:44;[972] 2 Кор. 1:20[973]). Он всегда говорил истину (Ис. 53:9;[974] Гал. 1:8;[975] 2 Тим. 1:12[976]).

3. Жизнь.

Воскресший (Иоан. 11:25;[977] 10:18;[978] 14:19[979]). Если я умер во грехе (Ефес. 2:5–6[980]), то Он взывает ко мне.

Благодать! (Иезек. 16:6).[981] Он опять выводит меня из гроба (Иоан.11:25).

ОБРАЗЦЫ ЦЕРКОВНОЙ ПРОПОВЕДИ

Слово в Великую Пятницу.[982]

«Поклоняемся страстем Твоим, Христе! Поклоняемся страстем Твоим, Христе!»

Еще раз сподобил Господь нас грешных поклониться Его страшным страстям, еще раз прослушать жалостное повествование Святого Евангелия о Своем крестном подвиге, принятом за наши прегрешения.

Горько нам переживать эти воспоминания об ужасных муках Христовых, при мысли, что и каждый из нас не безучастен в том жестоком сокрушении духа, которое нанесли Господу грехи человеческие, при мысли, что Он распят «нас ради человек!»

Впрочем, возобновляемые воспоминания последних дней Его земной жизни представляют нам не один только божественный образ страждущего Искупителя, но и другие образы окружавших Его людей, Его врагов, Его друзей или наконец людей к Нему равнодушных. Конечно, все люди повинны в страданиях Христа-Спасителя, но все-таки повинны в различной степени, a потому, слушая страстные Евангелия, мы испытываем весьма различное настроение в зависимости от того, кому из окружавших Христа людей уподобляет нас наша совесть. Различны были эти люди, братия, различно их отношение к Христу! Но, правду сказать, мало доброго открыли души человеческие перед крестом Спасителя. Мера Его невинных страданий должна была исполниться, чаша Его должна была быть выпита до дна, a потому Господь не судил, чтобы Он имел много утешений в окружающих Его людях. И конечно, братие, не столько неистовая злоба Его врагов, безумная ярость фарисеев, слепота народной толпы. бездушная льстивость Пилата, могли огорчать нашего Господа, сколько те скорби, которые нанесены были Ему Своими же учениками, на одном из которых тогда оправдалось слово Писания: «который ел хлеб мой, поднял на меня пяту» (Пс. 40:10), a на всех: «порази пастыря, и рассеются овцы» (Зах. 13:7).[983] Велика была скорбь божественного Учителя о нетвердости тех, кого так любил Он, так заботливо воспитывал словом и примером.

Но, братия, очи Господни смотрели, конечно, дальше Своих непосредственных учеников: сквозь туман веков грядущих видели они и будущих учеников Христовой истины, тех самых, о которых молился Господь после прощальной беседы, говоря: «не о них же только молю, но и о верующих в Меня по слову их, да будут все едино» (Иоан. 17:20–21). На этих учеников, на нас, братия, были устремлены скорбные очи Искупителя. О Своих одиннадцати Он знал, что имеющий придти Святой Дух их «наставит … на всякую истину» (Иоан. 16:13) и восполнит Своей благодатью их слабость. Но мог ли не знать Господь, что в малодушном настроении Его учеников в день Его предания на казнь выражается нечто большее, выражается то самое настроение, которое Его дальнейшие ученики будут проявлять не в один день, не в качестве временного ослабления ревности, но увы — целые века, в качестве своего обыкновенного состояния.

Соберем же, братия, свои рассеянные мирскими заботами мысли, свои разбросанные по суетным предметам чувства, отрешимся хотя перед гробом умерщвленного за нас божественного Искупителя, отрешимся хотя в эти священные минуты от нашей греховной суетности и проверим свою совесть через евангельские повествования. Ученики Христовы разбежались, когда Его взяли под стражу, апостол Петр отрекся от Него перед Его врагами, но вина их ослабляется тем обстоятельством, что сердца их, еще не просвещенные благодатью Сятого Духа, не вмещали в себя истины воскресения Его, так что Его крестные страдания поколебали было даже их веру в Его божественное посланничество (Лук. 24:21).[984] Но для нас, знающих о Христовом прославлении, приявших полноту Его божественных даров, для нас, братия, нет ослабления, нет прощения, если мы поддаемся подобному малодушию.

Но неужели, спросите вы, и теперь Христос бывает предан? Неужели кто-либо теперь убегает от Христа, неужели отрекается? О, братия, лучше не спрашивать так. Вопрос этот слишком подобен другому страшному вопросу: «когда мы видели Тебя алчущим, или жаждущим, или странником, или нагим, или больным, или в темнице, и не послужили Тебе?» (Мат. 25:44).

Да, братия, Господь и ныне бывает поругаем в жизни, бывает осмеиваем как у нечестивых иудеев; Господь и ныне бывает оставляем и отвергаем своими учениками. Всякий раз, когда мы встречаем в жизни насмешку над верой Христовой, попрание Его Святых заповедей, когда видим возносящийся и кичащийся собою грех, всякий раз, когда мы оказываемся настолько лишенными христианского мужества, что поддаемся хулителю Божьего имени или Божьей правды, когда мы ради мирского страха стыдимся исповедать свою веру в Него, свое благоговение перед Его заповедями, — всякий раз мы тем самым уподобляемся малодушию Его учеников, разбежавшихся при виде вооруженных врагов.

A когда мы прямо стараемся скрыть свою веру перед людьми, вместо того, чтобы «исповедать» ее, по слову причастной молитвы, когда мы опасаемся, чтобы люди не заметили нашего благочестия, не прочь бываем даже похвастать своим пренебрежением к обязанностям христианина, когда мы славу мира сего любим больше, чем славу Божию (Иоан. 12:43),[985] тогда уже вина Петрова отречения ложится на нас двойной тяжестью, и блажен тот человек, которого духовный слух еще не настолько огрубел, что еще может донестись до него покаянный глас, подобный троекратному петушиному крику, дабы слезами омыть наши постоянные, чуть не ежедневные отречения от нашего сладчайшего Господа Иисуса!

Вот, братия, какой вине подвергаются даже благочестивые люди, забывающие исповедание Христовых веры и заповедей. Но если мирская корысть, или любоначалие, или чувственные страсти, или сердечная злоба побуждают нас прямо на сознательные отступления от Христа; если эти нечестивые побуждения иногда доводят нас до того, что мы через беззакония наши являемся предателями Христа, живущего между верующими; если не добро, но сознательное зло вносим в жизнь и вредим Божьей славе — о, тогда ужасно выговорить, чье гнусное дело мы повторяем, — дело злочестивого отступника Иуды! Не подумаем, братия, что это есть преувеличение, не будем поддаваться человеческому пониманию вещей, вспомним еще раз, какими словами осудит Господь всех грешников на Своем суде, как Своих собственных обидчиков, посмотрим на свои беззакония по суду не мирскому, но Божьему, и помыслим, как недалеки мы бываем по грехам своим от греха предателя.

Не будем, братие, закрывать глаза и перед той участью, какую он себе приготовил в самоубийстве, и вспоминая многочисленные случаи самоубийств в наше время, убедимся воочию в богопредательском состоянии всех сознательных беззаконников. Да, братия, велики наши преступления перед Господом в нашем постоянном о Нем забвении, в том, что мы, заботясь о всякой самомалейшей суетной нужде нашей усерднее, чем об исполнении Его закона, как бы тем самым отрекаемся от звания Его учеников всякий раз, когда приходится ради Него жертвовать мирскими выгодами. Но может быть у нас есть и подвиги, является и христианское мужество? Бывает, братия, и это, но едва ли оно оказывается угоднейшим Богу, чем неразумная ревность Петра, отсекшего Малхово ухо за минуту до своего малодушного бегства; ибо если мы что и делаем для процветания веры, для добра, то столько грязи, столько гордости, честолюбия, корыстолюбия и других грехов пачкают наше доброе дело, что и здесь бывает трудно сказать, служим ли мы Богу, или восстаем против Него.

Таким образом, братия, хотя страдания Господа окончились давно, но и теперь Господь, обитающий между нами точно также то бывает оставляем, то поругаем и распинаем в жизни христиан, как в дни Своего земного подвига. И ныне, в ознаменование сего, здесь лежит Его святая плащаница среди тысяч учеников Его, как бы для просветления нашей совести, для того, чтобы каждай мог дать себе ответ о своем отношении к Христу. Правда, мы все с молитвой приближаемся и покланяемся Его святому гробу, но ведь этого приближения мало, приближались к Нему устами своими и враги Его и устами чтили Его; сердце же их далеко отстояло от Него.

И наши уста, братия, ныне воспевают славу божественного страдальца, но где ныне сердца наши? Не далеко ли и они от Христа? Не земные ли заботы их наполняют? Не остались ли они непримиренными с обидевшими нас? Не остались ли мы и они неотрешенными от похоти плоти, от похоти очей и гордости житейской (1 Иоан. 2:16)?[986]

Одним словом, можем ли мы по отношению к страданию Христову считать себя соратниками с немногими верными Ему предстоятелями креста, или наоборот, приближаемся больше к Его врагам? Но не будем, братия, отвечать и на этот вопрос, чтобы не обременять унынием и отчаянием и без того слабых наших сердец, a лучше проникнемся сознанием высокой важности до сих пор презиравшегося нами несения в жизни Христова креста и скажем в покаяние подобно сотнику, ударяя себя в грудь: «воистину Он был Сын Божий» (Мф. 27:54). Воистину Тот, Кто научил нас прощать и любить, презирать свое себялюбие и гордость, Который говорил нам, что блаженны не смеющиеся и богатые, но нищие духом и алчущие правды; Тот, чьи слова мы считали неприложимыми к жизни, мудреными мечтаниями; Тот, чей закон казался нам исполнимым только для отшельников или нищих; Тот, Кого мы не стыдились забывать постоянно, Кому всегда предпочитали внушения страстей — Он есть Сын Божий, вечно сопутствующая Отцу Премудрость, созидающая мир и положившая начало всему доброму!

Он был осужден, как опасный проповедник странных учений; осмеянный и осмеиваемый поныне, как бессильный мечтатель; распятый, как злейший преступник, и убитый, как злодей, — Он есть наш Судья, Которого крест нас или спасает, или осуждает, к Которому покорное, или враждебное настроение наше, не Его унижает или возвышает, но только нас или оправдывает или предает вечной смерти.

Итак, принимая или отвергая Господа-Спасителя своей жизнью, мы не Его, но самих себя или приводим к жизни или удаляем от нее. Вдумаемся же, братия, в эту истину, что наша жизнь, — не жизнь плоти, а жизнь вечная, — зависит не от того, сколько мы себе накопим богатства, чинов или почтения и славы, но от того, насколько мы успеем очистить свое сердце от греховных чувств и наполнить христианскими добродетелями. Помыслим, братия, и о том высоком преимуществе, которое имеет христианская духовная жизнь перед жизнью греховной. Ведь все равно, сколько ни трудись над влечениями себялюбивых склонностей, все равно никогда не насытишься ими: чем больше будешь достигать, тем большего будешь желать дальше и никогда не приобретешь спокойствия души, не достигнешь духовного насыщения: «всякий, пьющий воду сию, возжаждет опять, а кто будет пить воду, которую Я дам ему, тот не будет жаждать вовек», сказал Господь. (Иоанн. 4:13–14).

Он сказал еще, что, исполняя Его заповеди, наполняя сердце свое любовью к Нему и к людям, мы не только не лишаемся чего-либо по сравнению с теми, которые живут для плоти, но сторицей приобретаем все благопотребное в веке нынешнем и жизнь вечную в веке грядущем. И кто, братия, не знает о том, что христианин при всех лишениях всегда блаженнее нечестивца, для которого ад всегда начинается еще на этом свете? A кому и этого довода жизни мало, тот пусть еще раз взглянет на гроб божественного Страдальца и увидит всю похоть мирскую, попранною Его смертью; пусть хотя бы здесь, перед величием Его священного подвига, перед широтой Его всеобъемлющей любви, принявшей в Его душу все грехи мира, сделанные всеми людьми от начала века, пусть хотя бы здесь возлюбит Его святейший закон, вкусит сладость Его небесной любви и постарается принять в сердце свое взамен подъятых Искупителем с Собою на крест наших грехов, принять Его божественные заповеди, понести Его благое иго, Его легкое бремя (Мф. 11:30).[987]

A если жизненная рассеянность или малодушие наше снова и снова будут отвращать нас от Него и понудят покидать Его перед Его врагами, то все же не будем до конца удаляться от Его креста, но как мироносицы слезами орошать Его подножие, чтобы спастись от отчаянья Иуды.

И ныне, исповедуя Его устами и сердцем Сыном Божьим, обещаем перед лицом Его церкви не пренебрегать впредь нашим Господом и Спасителем с этого времени построить свою жизнь так, чтобы не утехи плоти и себялюбия руководили нами, но чтобы находить утешение в помощи ближним, в утешении печальных, во вразумлении падающих, в ободрении унывающих, в прощении обижающих нас, в питании алчущих и посещении больных и заключенных; чтобы, собираясь для общения друг с другом, не в пересудах и злостных ухищрениях проводить время, но в обсуждении общих предприятий для славы Божьей, для благодеяний ближним; чтобы постепенно умягчать и растворять благожелательной ко всем любовью наши сердца и таким образом готовиться к вечному празднованию воскресения Христа в наших сердцах, в подражение Его святым апостолам, у которых духовные очи всегда были устремлены к своему небесному Учителю и после Его вознесения.

Богу известно, суждено ли каждому из нас еще раз поклониться Его честным страстям или еще раньше того придется предстать перед Ним, как перед Судьей, a потому не будем откладывать дела обращения от зла к добру, решим отныне учиться познанию и осуществлению Его закона и начнем с того, чтобы в эти священные минуты не устами только, но и сердцем облобызать Его священные раны. И если сознание наших грехов настолько тяготит нашу совесть, что нам представляется невозможным присоединиться духом к Его подвигу, то вспомним, братия, еще одного соучастника Его страданий, a именно покаявшегося разбойника и убедимся в великой силе Христова всепрощения. Убедимся в ней и с твердой покаянной верой преклонимся перед Его святым гробом, молитвой очищая сердце свое от всякого лукавства и повторяя с сокрушением сердца слова молитвы: «не поцелуем приникну к Тебе, как Иуда, но исповедаю Тебя, как разбойник: помяни меня, Господи, во царствии Твоем.» Аминь.

Поучение в Великую Пятницу.[988]

«Мария же Магдалина и Мария Иосиева смотрели, где Его полагали»

(Maр. 15:47).

И вот мы, слушатели, собрались теперь в этот святой храм, чтобы присутствовать при положение во гроб нашего Спасителя и Господа. И хотя не можем видеть, вместе с Марией Магдалиной и Марией Иосиевой, самого события — будем, по крайней мере, с внимательностью этих святых Христовых учениц, внимать предлагаемому нам воспоминанию о нём.

Что же видим мы о предлагаемом нам событии? Видим гроб; во гробе нашего Спасителя и Господа; y гроба пресвятую Божью Матерь, возлюбленного Его ученика и одну из учениц, особенно Его любящих. Видим и совершителей погребения Христа — благочестивого Иосифа и тайного Христова ученика Никодима. Видим даже и невидимые телесными нашими очами ангельские лица. Видим и все орудия казни и страданий Христа — крест, терновый венец, гвозди, копье и губку, лестницу и веревки. Видим и петуха — проповедника Петрова покаяния, и ковчежец с 30 сребрениками — главную вину Иудиной погибели. Видим, наконец, и избраннейших проповедников Христова Евангелидля всех стран света — святых апостолов-евангелистов Матфея, Марка, Луку и Иоанна.

О, сколько предметов для размышления, сколько уроков для назидания в одном этом образе, нам ныне предложенном!

Гроб, видимый вами ныне, в полном смысле слова есть гроб новый, не потому только, что никто до Христа не был положен в него, но потому особенно, что не похож ни на какой другой прежний гроб. Все бывшие прежде него гробы были украшены только снаружи, внутри же исполнены мертвыми костями, — неутешительными плодами горького сердцу и совершенно безнадежного тления и разрушения.

Гроб Христов не столько украшен снаружи, сколько величествен внутри; ибо из него, из этой погребальной пещеры, принадлежавшей некогда Иосифу Аримафейскому, по положении в нее живоносного тела Христова, исторгся источник, оживотворивший и могущий оживотворить тотчас после смерти Спасителя не только многие телеса умерших святых, но и телеса всех нас, когда настает время нашего воскресения и суда.

Как же нам не благоговеть перед образом гроба Христова? Как не черпать из этого приснотекущего источника животворной силы и аромата благовонного мира и для гробов, сокрывших когда-либо и кого-либо из близких нашему сердцу, и для гробов, в будущем скроющих и наши бренные, греховные тела.

Будем созерцать и Почиющего во гробе нашего Спасителя и Господа. Вспомнив о всей земной Его жизни, и всех Его подвигах и трудах, о всех Его лишениях и скорбях, — посмотрим внимательнее и на крестные, ужасные Его раны. Не за Себя, но за нас, грешных и недостойных все это потерпел наш Спаситель и Господь. И вся Его жизнь, и все Его скорби и страдания посвящены были нашему благу, нашему спасению. И теперь, хотя мертв и безмолвен явился Он перед нами, но наука вечной жизни и спасения, Им некогда проповеданная, и теперь на груди и сердце Его. О, если бы эта наука, к которой мы всегда так холодны и равнодушны, сделалась отныне самой близкой и к нашему сердцу!

Будем созерцать и стоящих у гроба. Созерцать, прежде всего, Пресвятую Матерь Господа. Очи Ее наполнены слез о страданиях и смерти Сына, но дух Ее как всегда, так и теперь, вполне предан святой Божьей воле — да будет эта святая преданность Божьей волю источником утешения и для нас, во всех постигающих нас скорбях и лишениях! Слезы Божьей Матери о Единородном Ее Сыне давно уже иссушены, но видя их на предложенном нам теперь образе и памятуя, что Матерь Христа есть Матерь и всех верующих во Христа, не должны ли мы придти к той мысли, что может быть и ныне, может быть и о нас стоит Она в слезах перед престолом Божьим, моля нам всего нужного для нашего блага и спасения. Утешим же небесную нашу Ходатаицу и собственной, усердной заботливостью о нашем истинном благе и спасении.

Возлюбленный Христов ученик и ученица, особенно Его любящая, стоящие у гроба и плачущие, не смотря на близость иудейскаго пасхального праздника, вразумят и нас, Христовых учеников и учениц, плакать более всего о грехах наших, не оставлять этого плача и при праздничных наших торжествах.

Совершители погребения Христова, Иосиф и Никодим, из которых один уступил Христу приготовленную себе и своему семейству гробницу, a другой принес Ему сто литров благовонной смеся смирны и алоя, да научат и нас чтить память Христа, за нас пострадавшего и умершего, и посильными приношениями в Его святой храм, и заботливостью о бедствующих Его и наших меньших братиях.

Святые Божьи Ангелы, предстоящие Христову гробу, да напомнят нам, что и от нашего гроба и наши души могут быть, подобно душе Лазаря, отнесены святыми ангелами на Авраамово лоно, — достойны ли они только будут этой неоцененной чести? Не сделались бы они добычей диавола и ада!

Орудия казни Христа да будут нам всегдашними напоминателями о самом для нас необходимом, но вместе с тем и самом трудном долге, распинать нашу плоть с ее страстями и похотями.

Проповедник Петрова покаяния да научит нас быть внимательными к нашему покаянию, от кого бы оно нам ни проповедовалось.

Ковчежец Иудин да заставит нас тщательно проверить и наши ковчежцы — нет ли в них цены порока, цены неправд, цены чьих-либо слез и крови?

Святые Евангелисты, видимые нами на предлежащем образе, да вразумят нас не только самим поучаться тайнам нашего спасения, но поучать им и других, кого только можем и словом, и делом нашим.

Господи! Мария Магдалина и Мария Иосиева, зревшие некогда, где Тебя полагали, видят Тебя теперь уже не во гробе, a на божественном Твоем престоле! Даруй и нам, зрящим Тебя теперь во гробе, узреть Тебя после нашей смерти и во славе, и самих нас удостой небесной Твоей славы. Аминь.

Страсти Господни

«… i, milеs, ехреdi сruсеm!..» (… иди, воин, приготовь крест!..)

Ежегодно Святая Церковь посвящает особую, страстную, неделю для напоминания своим верующим чадам о страшном событии — страстей Христовых, и всякий раз, как бы ни было сердце человеческое удручено мирской суетой и как бы ни было предано мирским наслаждениям, в нем невольно зазвучит нота лучших чувств сострадания и человеколюбия при воспоминании о том страшном попрании, которое совершилось над Христом. Не всякий по опыту знает всю глубину человеческих страданий и ту бездну терзаний и мук, которая испытывается невинными при перенесении несправедливости; но тут он невольно переживает все, чем только можно унизить и оскорбить нравственную и физическую природу человека и, вследствие этого, по необходимости, учится больше ценить всякую человеческую личность, как способную выстрадать те же унижения и оскорбления, и начинает больше понимать значение нравственного закона, обеспечивающего справедливость на земле.

Перед нашим взором история Христовых страстей разворачивает ужасающую картину торжествующего зла. Как бы чувствуя приближение конца своему царству в мире, оно излило всю ярость своих разрушительных сил на человеческую природу, и притом в лице ее величайшего и всесвятейшего представителя, в лице носителя самой добродетели, именно в лице Богочеловека. И позорнее всего для человечества, что зло нашло себе орудие высшего своего проявления среди самих же людей, против которых оно вело свою отчаянную борьбу, и притом среди тех, кто были выразителями высших сил, на которых зиждилась самая жизнь человечества. Носителями высшего религиозно-нравственного закона были те самые первосвященники и законники, которые в исступленном ослеплении требовали смерти Богочеловека. Носителем высшего гражданского закона и политического могущества был тот самый прокуратор Пилат, который из жалких расчетов политики предал на смерть святейшего и невиннейшего из людей. И наконец, одним из избранных носителей истины царства Божьего был тот самый Иуда, который в ослеплении обуявшей его алчности продал за ничтожную сумму в тридцать сребренников драгоценнейшую на земле жизнь, — ту жизнь, которой не стоил бы весь мир, даже если бы он был одним сплошным слитком золота. По истине вся эта история с поражающей ясностью показывает, каким жалким рабом греха и смерти был ветхозаветный человек!

При этом невольно возникает вопрос: неужели действительно зло могло окончательно восторжествовать над добром и в состоянии было погасить в человеческой природе и ту последнюю искру добра, которая еще тлела в ней и после грехопадения, как в созданной по Божьему образу и по подобию? Нет, семя добра оставалось в ней и в самые высшие моменты торжества зла и никаким силам ада невозможно было окончательно подавить в ней того голоса внутреннего сознания высшего предназначения, который раздавался и в самой преступной душе, неотступно вопия о нарушении нравственного закона. Это мы видим и в момент высшего торжества царства зла на земле, именно во время страстей Господних.

Нам неизвестно, насколько громко неумолимый и страшный голос совести раздавался в груди главнейших совершителей величайшего преступления на земле — первосвященников и Пилата, — иерархическая и политическая гордость могла скрыть в них от взоров постороннего мира целый ад внутренних терзаний, закончившихся для тех и другого тяжкими и заслуженными ударами судьбы; но в более простой и бесхитростной, в менее дрессированной душе несчастного Иуды голос совести прогремел за попранную справедливость с такой грозной силой, что его не выдержала натура предателя, хотя он н сделался вместилищем сатаны. Судьба Иуды Искариота в этом отношении представляет глубоко поучительный факт — не только в нравственном, но и в психологическом отношении. Отметим некоторые черты из его душевного состояния в страшный момент страстей Господних.

Страшная сцена народного смятения, в котором седовласые первосвященники и высокоученые книжники, забыв свое достоинство и великую важность, соперничали с уличной чернью в яростных криках: «распни, распни Его!», закончилась. Двоедушный и бессердечный Пилат, для которого его служебно-государственная карьера была дороже правды всего мира, решил пожертвовать Христом в своекорыстную угоду тому страшному властелину, один намек на недовольство которого рисовал перед ним все ужасы закона об оскорблении величества, и с высоты своего трибунала со спокойной римской важностью произнес последний приговор и дал последний для его исполнения приказ: i, milеs, ехреdi сruсеm.

Этот простой приказ слышали тысячи присутствующих людей, и его несомненно слышал и Иуда Искариот. Цель его была, таким образом, достигнута; предприятие окончательно увенчалось успехом, и полученные сребренники теперь составляли уже его неотъемлемую собственность. Но, увы — этот успех не обрадовал его. Последний приказ Пилата прозвучал для него как грозный приговор над ним самим, и он менее ужаснулся бы, если бы вместо этих спокойных слов прокуратора он услышал под собой треск земли, разверзшейся поглотить его.

В полной власти сил злобы он находился лишь до момента совершения самого предательства в Гефсиманском саду. Уже тогда спокойное слово Христа: «друг, зачем ты пришел? Целованием ли предаешь Сына человеческого?»— пронзило его сердце острием внезапного нравственного пробуждения и озарило светом грозного самообличения, и он в ужасе бежал с места своего сатанинского злодейства. Ослепляющий дух алчности мог и после этого поддерживать в нем бодрость самоизмышленными уверениями, что все совершится к его — Иудину благополучию, но рана самообличения уже начала зиять в его сердце, голос лучшей стороны его внутреннего существа начал раздаваться все сильнее и сильнее — до степени нравственно-невыносимого и грозного набата, и искра добра стала все более разгораться в всепожирающее пламя нестерпимой душевной муки. Иуда несомненно присутствовал при всех перепитиях суда и поруганий над Христом; он слышал и ругательства черни над Страдальцем, и взвизги бичей, и отзвуки заушений, и безумные, исступленные вопли: «распни, распни Его!» Но можно быть уверенным, что сам он далек был от всякого участия в этих зверских неистовствах, и напротив, каждый взвизг бича как бы раздавался над его собственной спиной, каждое заушение болезненно отзывалось на его собственных, мертвенно-бледных щеках, и вопли: «распни, распни Его», как бы относились не к кому другому, как к нему самому — Иуде Искариоту.

И — о, если бы действительно все это совершалось над ним — злополучным Иудой, a не над тем вон Страдальцем, кроткого взгляда Которого он теперь страшился более, чем сатана может страшиться грозной молнии небесной! И по его душе яркой чередой пронеслись воспоминания последних трех с половиной лет его жизни. От природы с затаенным семенем зла, он был одним из тех людей, которые в условиях своего скромного существования с затаенным ропотом сносят свою незавидную долю и готовы воспользоваться первым случаем, чтобы сбросить с себя иго бедности и низкого положения, чтобы разбогатеть и возвыситься — хотя бы для этого пришлось совершить ужасающее преступление. Случай свел его с великим Учителем. Не Он ли Мессия? — проскользнула в Иуде тайная мысль. Не Он ли тот ожидаемый Царь — Мессия, Который, по народному верованию, должен был явиться по исполнении времен, Который выведет иудеев из жалкого подчиненного положения язычникам, покорит для них весь мир, соберет для их обогащения все земные сокровища, оденет самого последнего иудея в багряницу, унизанную жемчугами и драгоценными камнями, и будет кормить их изысканными яствами, какие только может доставлять природа земная? Если так, то вступление в избранное общество такого Учителя есть очевидно дело крайне выгодное и многообещающее, и Иуда, вступая в число последователей Христа, по самому существу своей натуры, на первом плане имел именно земные выгоды.

Христос, конечно, провидел его низкую, злобную, своекорыстную натуру; но принятие его в общество апостолов было одним из тех опытов божественного милосердия, которые часто делаются с целью привести зло в соприкосновение с самым источником добра и дать свободной воле человека возможность при помощи этого добра победить гнездящееся в нем зло. Но злая воля Иуды не поддалась обаянию и самого источника добра. Иуда мечтал о власти, богатстве и наслаждении, a новый Учитель проповедывал о смирении, бедности и страданиях. Он не мог не чувствовать бесконечной святости и благости своего божественного Учителя, но проповедь Его казалась ему не соответствующей величию Мессии. Если вся задача Мессии будет именно такой, какой она являлась из проповеди Пророка назаретского, то Иуда очевидно ошибся в расчете; его мечты о земных благах разлетались в прах; он даже терял и то, что давала ему прежняя скромная доля, и взамен получал лишь залог неизбежных гонений, презрения и всяких бедствий.

Так не лучше же, мелькнула в нем лукавая мысль, воспользоваться хоть чем-нибудь, — и он начал удовлетворять свою алчность воровством из общинной кружки апостолов. Но этого ему скоро показалось мало, потому что апостольская кружка была слишком бедна, a часто и совсем пуста. Нельзя ли поэтому сразу сделать какой-либо более крупный изворот? Дух алчности изобретателен и обстоятельства благоприятствовали. Иуда ясно видел, с какой ненавистью вожди иудейские смотрели на опасного для их лицемерия Пророка, и решил просто продать им своего Учителя, пока еще есть для того возможность.

Но такое преступление, взятое по всей его наготе, было бы до невыносимости страшно даже и для Иуды, и он, подобно многим другим величайшим преступникам и злодеям, мог придумать и более или менее благовидные к тому предлоги. Колеблясь между духом алчности и голосом совести, он мог оправдывать свой злодейский шаг и некоторыми благовидными соображениями. Не побудит ли Иисуса этот его шаг оставить свою проповедь бедности и самоуничижения и проявить перед своими врагами все свое мессианское величие, которое скорее бы способно было склонить к нему народ? Если так, то он очевидно окажет этим лишь услугу своему слишком доброму и смиренному Учителю и таким образом будет вправе рассчитывать на участие в его мессианском царстве; если же нет, если Учитель погибнет, то значит Он все равно погиб бы для Иуды, но тогда эта погибель, была бы совершенно бесполезной для него, a теперь он заполучит верных тридцать сребренников, — сумму, достаточную для того, чтобы купить себе участок земли, a впоследствии, быть может, получит в награду и дополнительную взятку с целью сокрытия злодеяния перед народом.

Такие ухищрения сатанинской логики могли поддерживать в нем алчное возбуждение до самого совершения преступления. Но затем сразу изменилось все. Совершенное им преступление молниеносно озарило его темную душу и обнаружило перед ним самим всю лживость его логики. Бледный от внутреннего терзания возмущенной совести, он в лихорадочном возбуждении и трепете следил за ходом дела, хотел верить и надеяться — вопреки всякой возможности для этого, что все это приведет к чему-нибудь совсем иному, чем как это было в действительности; с нетерпением ждал какого-нибудь чудесного мановения со стороны Страдальца, от которого потряслись бы самые основы ада. Но все это было лишь одно предположение возмущенного своей собственной преступностью духа Иуды. Вот уже кончено все, и Пилат произнес свое роковое: i, milеs, ехреdi сruсеm!.. Если бы сразу и настежь отворились врата ада, то только картина того, что происходит в нем, могла бы дать достаточные краски для изображения душевного состояния несчастного предателя в этот момент.

Во всяком случае Иуда не выдержал этого момента. Поспешно бросился он по направлению к храму со своей жалкой добычей, из-за которой он навсегда потерял свое славное наследие апостольского звания, чтобы возвратить назад своим высокопоставленным покупателям тот кошелек, в котором теперь для него раздавались уже не сладостные звуки сребренников, a как бы шипенье целого гнезда смертельно ядовитых змей. Но те, которые не устрашились купить невинную кровь, теперь считали нарушением закона взять обратно уплаченные за преступную услугу деньги. Они страшились пятен крови на этих сребренниках, хотя отнюдь не помышляли о кровавых пятнах на своих собственных черных сердцах. Иуда сослужил нужную им службу, и теперь он потерял для них всякое значение.

В ужасе своего мучительного исступления он проник в самый двор священиков, куда никто не смел вступать из непосвященных, и дрожащей рукой совал обратно кошелек с ценой крови невинного человека лепеча несвязные упреки мольбы: «неужели они ничего не сделают для того, чтобы спасти его Учителя? Он не ожидал, что они пойдут так далеко в злодейском умышлении. Иисус — человек совершенно невинный. Все, что он наговорил им — чистая преступная ложь. Неужели они, хотя ради своего священного служения, ради святого места, на котором стоят, не предпримут ничего такого, что бы могло отвратить завершение узкасного преступления?» Но он скорее, кажется, пробудил бы отзвук сострадания в гранитной мостовой храма, чем в этих закоснелых в своем фанатическом ожесточении сердцах.

«Что нам до того? Смотри сам», — получил он сатанинский по своему бессердечию ответ. Тогда ничего не оставалось для Иуды, кроме невыносимого отчаяния. В порыве отчаянного исступления Иуда бросил обжигающий своим содержимым его дрожащую руку кошелек и — сам бросился в бездну небытия, которая теперь, даже при всех ужасах ада, стала для него более желанным убежищем, чем жизнь на земле. Он повесился на первой попавшейся осине, — но даже веревка не хотела держать его преступного тела и оборвалась под ним.

Но когда совершалась эта страшная трагедия в душевной области предателя, внешний мир доканчивал ужасное дело казни над Спасителем мира. Воины, исполняя приказание прокуратора, приготовили крест, навесили части его на осужденного, и печальное шествие двинулось к месту распятия.

Распятие было самым ужасным и позорным видом смертной казни в древности, — самое название которого, как говорит Цицерон, никогда бы не должно было приближаться к мыслям, глазам или ушам римского гражданина, a тем менее к его личности. Оно было восточного происхождения и задолго до проникновения его в Европу употреблялось у персов и карфагенян. В Палестине оно впервые введено было Александром Великим, когда он, по взятии упорно защищавшегося Тира, воспользовался для примерного наказания его непокорных жителей туземным видом казни, бывшим в употреблении у финикиян, и распял две тысячи тирян. В Риме оно введено было Крассом, который сделал страшное применение его при наказании рабов, возмутившихся под предводительством Спартака, когда именно он уставил крестами распятых рабов — мятежников всю дорогу от Рима до Капуи, и, наконец, окончательно оно принято было в систему наказаний при Августе, и в обширных размерах употреблялось при наказании различных мятежников и крупных злодеев, нарушителей государственного закона и порядка.

Для иудеев этот род смертной казни был тем ужаснее, что он был исключительно языческий. В ветхом завете если и есть указания на «повешение на древе», то это повешение обыкновенно совершалось уже над мертвым телом, или во всяком случае было явлением исключительным допускавшимся некоторыми царями под влиянием окружающих языческих народов. Во всяком случае для иудеев распять иудея было бы, при обычном состоянии вещей, решительной невозможностью, так как против этого возмутилось бы национальное чувство народа. И если теперь первосвященники, вожди иудейские и чернь неистово требовали распятия для Христа Назареянина, то это показывает, до какой невероятной степени злобы и ненависти довел «избранный народ» царь мира сего, хотевший доказать этим полное торжество темного начала на земле.

И он достиг своей цели. Христос, Спаситель человечества, был распят избранным народом как злодей и между злодеями. Он перенес весь позор и все страдания, какие только ненависть и исступленное зверство могли измыслить на земле и — произнеся последнее слово: «совершилось!» — испустил дух.

Но на бесконечную глубину вынесенной Им нравственной муки в виду того, что Ему пришлось перенести все это от того именно народа, который в течение целых тысячелетий был воспитываем и лелеян Богом, как народ избранный и возлюбленный среди всех других народов, — народа, на котором именно покоились все надежды будущего, как светоче среди глубокой религиозно-нравственной тьмы, указывает одно замечательное обстоятельство, определяющее физиологическую причину смерти Христа. Он, как известно, скончался на кресте раньше разбойников, так что римлянам не понадобилось уже применить к Нему варварский обычай перебивания голеней, и вообще смерть последовала скорее, чем это было обыкновенно. Бывали случаи, когда распятые жили на кресте по два и по три дня; между тем Христос испустил дух через три часа по пригвождении ко кресту, и это обстоятельство, особенно в виду того, что Он был в полном цвете лет и обладал благословенным здоровьем в течение всей своей земной жизни, даже христианской древности казалось необычайным, и она приписывала его сверхъестественной причине.

Но была и ближайшая причина. Когда воин, чтобы убедиться в действительности смерти распятого Христа, вонзил Ему копье в ребра, то из образовавшейся раны потекла кровь и вода, и это решительно указывает на то, что непосредственной причиной смерти был разрыв сердца, происшедший вследствие безмерного душевного потрясения. Избыток радости или горя, как известно, часто причиняет разрыв некоторых тканей сердца, следствием чего бывает проникновение крови в так называемое околосердие или мешочек, наполненный бесцветной жидкостью, наподобие воды, в котором именно подвешено сердце. При обыкновенных обстоятельствах только исследование, произведенное после смерти, дает возможность открыть этот факт; но в отношении Христа в этом вполне удостоверяет нас удар копья, сделанный воином. Затем при смерти от разрыва сердца наблюдается постоянное явление, что умирающий вдруг судорожно поднимает руку к груди издает резкий пронзительный крик. Спаситель не мог сделать такого движения рукой, так как руки Его были пригвождены, но евангелисты ясно свидетельствуют о последнем громком вопле, за которым последовала мгновенная смерть.

Таким образом, Христос, Спаситель мира, буквально умер от разрыва сердца! Это бесконечно любящее сердце не выдержало того позорного самоослепления, которому поддались люди, от исступленного озлобления не ведавшие того, что творили; не выдержало оно того безграничного безумия, которое заставило людей предать лютейшим мукам смерти Того, Кто пришел избавить их от рабства смерти, вырвать их из гибельной власти ада, и указать им путь к вечной жизни и вечному блаженству. Да, поистине велика темная сила зла, заставившая человечество собственными руками и с неистовой яростью подрубать свое собственное древо жизни, собственными руками тиранить и казнить своего величайшего благодетеля и Спасителя. При виде этого могло разорваться не только такое нежное, бесконечно любящее сердце, каким было сердце Христа, но даже и гранитное сердце гор.

Недаром в момент смерти Христа скалы растрескались и солнце померкло. Совершенное злодейство возмутило даже бездушную природу. Пусть же это страшное событие служит вечным напоминанием о том, как тяжко и грешно нарушать вечный закон правды, за добро платить злом, за благодеяние черной неблагодарностью. Истории известно не мало и других случаев, когда благороднейшие люди и поборники высшего блага умирали внезапно от разрыва своего благородного сердца, не выносившего также людского безумия и людской неблагодарности. Но имена их бледнеют перед именем божественного Страдальца за правду, взявшего на Себя грехи целого мира. И история страстей Господних, вспоминаемых теперь Святой церковью, да пробуждает нашу совесть от нравственной дремоты, готовой сделаться преступной от нашего «непротивления злу», и да дает нам мужество выше всего в мире ценить верховный нравственный закон и неуклонно следовать его велениям, — и тогда только грешная земля перестанет быть ареной таких ужасающих неправд, о величайшей из которых рассказывается в этой именно истории.

Библиографический указатель слов, бесед и поучений на Великую Пятницу

Филарет, митр. Московский. Слова и речи, т. I, стр. 121, 169, 31, 213, 89, 230.

Иннокентий, арх. Херсонский. Сочинения, т. VI, стр. 421–456; 457–499; т. III, 333–358.

Макарий, архиеп. Орловский. Слова, беседы и поучения, стр. 80, 89.

Иоанн, еп. Полтавский. Собрание слов, бесед и речей, стр. 12, 269.

Виссарион, еп. Костромской. Поучения, стр. 40.

Иннокентий, митр. Московский. Творения, кн. 2, 3.

Леонтий, митр. Московский. Слова и речи. Спб. 1888 г.

Павел, арх. Кишиневский. Слова и речи. Т. 1, стр. 387–410.

Филарет, арх. Черниговский. Слова и беседы. Ч. I, отд. 1, стр. 47, 52, 55.

Сергиев, И., прот. Собрание сочин. Τ. II, стр. 149–170.

Путятин, Р. прот. Собрание поучений, стр. 246–255.

Полисадов, прот. Проповеди, слова, поучения и речи. Спб. 1886. Т. I, кн. III

Нордов, В. И., прот. Сеятель благочестия. Т. V.

Сеятель. Стр. 244, 245.

Сборник изд. ред. «Руков. для С. Π.» Κ. 77 г., стр. 468, 472.

Лебедев, Π. Α., прот. Поучения в Святую Четыредесятницу. Вып. I-37; II-36; III-26; IV-15.18. 22.

Гречулевич, свящ. Беседы к простому народу. Вып. 36, стр. 100.

Бандаков, свящ. Поучения. 64.

Примечания

1

подробное развитие этой темы будет дано во II томе.

2

Во II издании это облегчается тем, что в нем сполна помещаются и сами Евангелие и Апостол. Ред.

3

Господа Бога святите в сердцах ваших; будьте всегда готовы всякому, требующему у вас отчета в вашем уповании, дать ответ с кротостью и благоговением.

4

Ибо ты говоришь: «я богат, разбогател и ни в чем не имею нужды»; а не знаешь, что ты несчастен, и жалок, и нищ, и слеп, и наг.

5

Но благодатию Божиею есмь то, что есмь; и благодать Его во мне не была тщетна, но я более всех их потрудился: не я, впрочем, а благодать Божия, которая со мною.

6

потому что Бог производит в вас и хотение и действие по Своему благоволению.

7

Служба в неделю Мытаря и Фарисея.

8

Не обличай кощунника, чтобы он не возненавидел тебя; обличай мудрого, и он возлюбит тебя;

9

дай наставление мудрому, и он будет еще мудрее; научи правдивого, и он приумножит знание.

10

ибо начало греха — гордость, и обладаемый ею изрыгает мерзость;

11

приближаются ко Мне люди сии устами своими, и чтут Меня языком, сердце же их далеко отстоит от Меня;

12

К кому мне говорить и кого увещевать, чтобы слушали? Вот, ухо у них необрезанное, и они не могут слушать; вот, слово Господне у них в посмеянии; оно неприятно им.

13

Ибо ты говоришь: «я богат, разбогател и ни в чем не имею нужды»; а не знаешь, что ты несчастен, и жалок, и нищ, и слеп, и наг.

14

Услышав это, они умилились сердцем и сказали Петру и прочим Апостолам: что нам делать, мужи братия?

15

Но, по упорству твоему и нераскаянному сердцу, ты сам себе собираешь гнев на день гнева и откровения праведного суда от Бога.

16

Проходя же по городам, они предавали верным соблюдать определения, постановленные Апостолами и пресвитерами в Иерусалиме.

17

Они каждый день ищут Меня и хотят знать пути Мои, как бы народ, поступающий праведно и не оставляющий законов Бога своего; они вопрошают Меня о судах правды, желают приближения к Богу: «Почему мы постимся, а Ты не видишь? смиряем души свои, а Ты не знаешь?» — Вот, в день поста вашего вы исполняете волю вашу и требуете тяжких трудов от других.

18

имеющие вид благочестия, силы же его отрекшиеся. Таковых удаляйся.

19

Кто презирает ближнего своего, тот грешит; а кто милосерд к бедным, тот блажен.

20

потому что все согрешили и лишены славы Божией.

21

Ибо кто почитает себя чем-нибудь, будучи ничто, тот обольщает сам себя.

22

Выражение лиц их свидетельствует против них, и о грехе своем они рассказывают открыто, как Содомляне, не скрывают: горе душе их! ибо сами на себя навлекают зло.

23

И увидел Господь [Бог], что велико развращение человеков на земле, и что все мысли и помышления сердца их были зло во всякое время;

24

Если Ты, Господи, будешь замечать беззакония, — Господи! кто устоит?

25

Кто усмотрит погрешности свои? От тайных моих очисти меня

26

Если захочет вступить в прение с Ним, то не ответит Ему ни на одно из тысячи.

27

Посеянное же на доброй земле означает слышащего слово и разумеющего, который и бывает плодоносен, так что иной приносит плод во сто крат, иной в шестьдесят, а иной в тридцать.

28

Итак, кто разумеет делать добро и не делает, тому грех.

29

По случаю один священник шел тою дорогою и, увидев его, прошел мимо. Также и левит, быв на том месте, подошел, посмотрел и прошел мимо.

30

Проклят, кто дело Господне делает небрежно, и проклят, кто удерживает меч Его от крови!

31

Раб же тот, который знал волю господина своего, и не был готов, и не делал по воле его, бит будет много;

32

Но лице Господне против делающих зло, чтобы истребить с земли память о них.

33

Ты положил беззакония наши пред Тобою и тайное наше пред светом лица Твоего.

34

И не бойтесь убивающих тело, души же не могущих убить; а бойтесь более Того, Кто может и душу и тело погубить в геенне.

35

Посему, хотя бы ты умылся мылом и много употребил на себя щелоку, нечестие твое отмечено предо Мною, говорит Господь Бог.

36

Хотя бы я омылся и снежною водою и совершенно очистил руки мои

37

Но Господь сказал Самуилу: не смотри на вид его и на высоту роста его; Я отринул его; Я смотрю не так, как смотрит человек; ибо человек смотрит на лице, а Господь смотрит на сердце.

38

Утомлен я воздыханиями моими: каждую ночь омываю ложе мое, слезами моими омочаю постель мою.

39

Нечестие твое настроило так уста твои, и ты избрал язык лукавых. Тебя обвиняют уста твои, а не я, и твой язык говорит против тебя.

40

Господи! пред Тобою все желания мои, и воздыхание мое не сокрыто от Тебя.

41

Он же, взглянув на него и испугавшись, сказал: что, Господи? Ангел отвечал ему: молитвы твои и милостыни твои пришли на память пред Богом.

42

Так говорит Господь: удержи голос твой от рыдания и глаза твои от слез, ибо есть награда за труд твой, говорит Господь, и возвратятся они из земли неприятельской.

43

И [ел Иаков, и] утучнел Израиль, и стал упрям; утучнел, отолстел и разжирел; и оставил он Бога, создавшего его, и презрел твердыню спасения своего.

44

Не говори: «я грешил, и что мне было?», ибо Господь долготерпелив. При мысли об умилостивлении не будь бесстрашен, чтобы прилагать грех ко грехам

45

Юноша говорит Ему: всё это сохранил я от юности моей; чего еще недостает мне?

46

Ибо ты говоришь: «я богат, разбогател и ни в чем не имею нужды»; а не знаешь, что ты несчастен, и жалок, и нищ, и слеп, и наг.

47

и не говори: «милосердие Его велико, Он простит множество грехов моих»; ибо милосердие и гнев у Него, и на грешниках пребывает ярость Его.

48

А нечестивые — как море взволнованное, которое не может успокоиться и которого воды выбрасывают ил и грязь. 21 Нет мира нечестивым, говорит Бог мой.

49

И обратятся богатства их в добычу и домы их — в запустение; они построят домы, а жить в них не будут, насадят виноградники, а вина из них не будут пить.

50

Хотя грешник сто раз делает зло и коснеет в нем, но я знаю, что благо будет боящимся Бога, которые благоговеют пред лицем Его; а нечестивому не будет добра, и, подобно тени, недолго продержится тот, кто не благоговеет пред Богом.

51

посему Я поклялся во гневе Моем, что они не войдут в покой Мой.

52

4 Нет целого места в плоти моей от гнева Твоего; нет мира в костях моих от грехов моих, …

7 Я согбен и совсем поник, весь день сетуя хожу,…

9 Я изнемог и сокрушен чрезмерно; кричу от терзания сердца моего.

53

Блажен, кому отпущены беззакония, и чьи грехи покрыты! 2 Блажен человек, которому Господь не вменит греха, и в чьем духе нет лукавства!

54

Крепко держал я правду мою и не опущу ее; не укорит меня сердце мое во все дни мои.

55

Так говорит Господь: остановитесь на путях ваших и рассмотрите, и расспросите о путях древних, где путь добрый, и идите по нему, и найдете покой душам вашим. Но они сказали: «не пойдем».

56

Помните слово, которое Я сказал вам: раб не больше господина своего. Если Меня гнали, будут гнать и вас; если Мое слово соблюдали, будут соблюдать и ваше.

57

Прежде же всего того возложат на вас руки и будут гнать вас, предавая в синагоги и в темницы, и поведут пред царей и правителей за имя Мое;

58

приводя на память нелицемерную веру твою, которая прежде обитала в бабке твоей Лоиде и матери твоей Евнике; уверен, что она и в тебе.

59

И как могло бы пребывать что-либо, если бы Ты не восхотел? Или как сохранилось бы то, что не было призвано Тобою? Но Ты все щадишь, потому что все Твое, душелюбивый Господи.

60

Ибо сила Твоя есть начало правды, и то самое, что Ты господствуешь над всеми, располагает Тебя щадить всех.

61

Тогда Иисус сказал ученикам Своим: если кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною, ибо кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет ее, а кто потеряет душу свою ради Меня, тот обретет ее;

62

Возлюбленные! огненного искушения, для испытания вам посылаемого, не чуждайтесь, как приключения для вас странного, но как вы участвуете в Христовых страданиях, радуйтесь, да и в явление славы Его возрадуетесь и восторжествуете. Если злословят вас за имя Христово, то вы блаженны, ибо Дух Славы, Дух Божий почивает на вас. Теми Он хулится, а вами прославляется.

63

5 Блаженны кроткие, ибо они наследуют землю.

7 Блаженны милостивые, ибо они помилованы будут.

9 Блаженны миротворцы, ибо они будут наречены сынами Божиими.

64

для самих же призванных, Иудеев и Еллинов, Христа, Божию силу и Божию премудрость

65

Ибо вы к тому призваны, потому что и Христос пострадал за нас, оставив нам пример, дабы мы шли по следам Его.

66

Не думайте, что Я пришел принести мир на землю; не мир пришел Я принести, но меч.

67

Истинно, истинно говорю вам: вы восплачете и возрыдаете, а мир возрадуется; вы печальны будете, но печаль ваша в радость будет.

68

Много скорбей нечестивому, а уповающего на Господа окружает милость.

69

Ко всем же сказал: если кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною.

70

утверждая души учеников, увещевая пребывать в вере и поучая, что многими скорбями надлежит нам войти в Царствие Божие.

71

Если бы вы были от мира, то мир любил бы свое; а как вы не от мира, но Я избрал вас от мира, потому ненавидит вас мир.

72

Прелюбодеи и прелюбодейцы! не знаете ли, что дружба с миром есть вражда против Бога? Итак, кто хочет быть другом миру, тот становится врагом Богу.

73

ибо стрелы Твои вонзились в меня, и рука Твоя тяготеет на мне.

74

ибо телесное упражнение мало полезно, а благочестие на все полезно, имея обетование жизни настоящей и будущей.

75

Что сделаю тебе, Ефрем? что сделаю тебе, Иуда? благочестие ваше, как утренний туман и как роса, скоро исчезающая.

76

неужели Бог забыл миловать? Неужели во гневе затворил щедроты Свои?

77

Венец стариков — сыновья сыновей, и слава детей — родители их. [У верного целый мир богатства, а у неверного — ни обола.]

78

Наказания Господня, сын мой, не отвергай, и не тяготись обличением Его; ибо кого любит Господь, того наказывает и благоволит к тому, как отец к сыну своему.

79

Но сей, не происходящий от рода их, получил десятину от Авраама и благословил имевшего обетования.

80

Итак, как Христос пострадал за нас плотию, то и вы вооружитесь тою же мыслью; ибо страдающий плотию перестает грешить.

81

Но я всегда с Тобою: Ты держишь меня за правую руку;

82

Плавильня — для серебра, и горнило — для золота, а сердца испытывает Господь.

83

ибо золото испытывается в огне, а люди, угодные Богу, — в горниле уничижения.

84

И не сим только, но хвалимся и скорбями, зная, что от скорби происходит терпение

85

В тесноте моей я призвал Господа и к Богу моему воззвал. И Он услышал от [святаго] чертога Своего голос мой, и вопль мой дошел до слуха Его.

86

Блажен человек, который переносит искушение, потому что, быв испытан, он получит венец жизни, который обещал Господь любящим Его.

87

Ибо кратковременное легкое страдание наше производит в безмерном преизбытке вечную славу

88

Бл. Августин, бесед. на Пс.43.

89

Утром сей семя твое, и вечером не давай отдыха руке твоей, потому что ты не знаешь, то или другое будет удачнее, или то и другое равно хорошо будет.

90

Ибо Царство Небесное подобно хозяину дома, который вышел рано поутру нанять работников в виноградник свой

91

И весь народ с утра приходил к Нему в храм слушать Его.

92

А ты пребывай в том, чему научен и что тебе вверено, зная, кем ты научен. Притом же ты из детства знаешь священные писания, которые могут умудрить тебя во спасение верою во Христа Иисуса.

93

Будучи еще юношею, прежде нежели пошел я странствовать, открыто искал я мудрости в молитве моей:

94

Ничто да не препятствует тебе исполнить обет благовременно, и не откладывай оправдания до смерти.

95

Блажен всякий боящийся Господа, ходящий путями Его! Ты будешь есть от трудов рук твоих: блажен ты, и благо тебе! Жена твоя, как плодовитая лоза, в доме твоем; сыновья твои, как масличные ветви, вокруг трапезы твоей: так благословится человек, боящийся Господа!

96

Великое приобретение — быть благочестивым и довольным.

97

Веселись, юноша, в юности твоей, и да вкушает сердце твое радости во дни юности твоей, и ходи по путям сердца твоего и по видению очей твоих; только знай, что за все это Бог приведет тебя на суд.

98

ибо Ты — надежда моя, Господи Боже, упование мое от юности моей.

99

Филарета, митр. Московского. Слова и речи т. III, стр. 15.

100

Прот. Родиона Путятина 185–187 стр.

101

Выражение «сице в себе моляшеся», переданное по русски «молился сам в себе», по-видимому предполагает тихую, безмолвную молитву. Но греческий текст не дает права на такое толкование, и безмолвная молитва отнюдь не свойственна была не только фарисеям, любившим молиться во всеуслышание и напоказ, но и иудеям вообще, которые и доселе молятся преимущественно вслух. См. Матф. 6:5.

102

Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры, что даете десятину с мяты, аниса и тмина, и оставили важнейшее в законе: суд, милость и веру; сие надлежало делать, и того не оставлять.

103

Замечательно, что подобные же молитвы встречаются в Талмуде. Так, одному раввину приписывается следующая молитва: «Боже, благодарю Тебя, что Ты положил мою часть с теми, которые заседают в академии, а не с теми, что сидят по углам (менялы и торговцы). Я встаю рано и они встают рано, но я встаю рано для слов закона, а они для корысти. Я тружусь и они трудятся: но я тружусь и получаю награду, а они трудятся и не получают награды. Я бегу и они бегут: но я бегу к жизни будущего мира, а они бегут к бездне погибели». См. у Эдершейма, II, стр. 291.

104

«Оправдан паче онаго» «оправданный более, нежели тот». Греческий подлинник усиливает эту мысль и может быть понимаем в том смысле, что «сей (мытарь) пошел в дом свой оправданным, а не тот» (т. е. фарисей). Такое толкование более соответствует и самому тону притчи, имеющей своею целью уяснить, в чем заключается тайна оправдания человека перед Богом.

105

Иисус отвечал им: истинно, истинно говорю вам: всякий, делающий грех, есть раб греха.

106

Святой Игнатий Богоносец.

107

Блаженный Августин dе util. роепit.

108

Святой Иоанн Златоуст о покаянии.

109

Итак, оставляя времена неведения, Бог ныне повелевает людям всем повсюду покаяться.

110

И беззаконник, если обратится от всех грехов своих, какие делал, и будет соблюдать все уставы Мои и поступать законно и праведно, жив будет, не умрет.

111

Говорю же вам, что за всякое праздное слово, какое скажут люди, дадут они ответ в день суда.

112

Итак, кто разумеет делать добро и не делает, тому грех.

113

Я каждый день умираю: свидетельствуюсь в том похвалою вашею, братия, которую я имею во Христе Иисусе, Господе нашем.

114

Кто усмотрит погрешности свои? От тайных моих очисти меня и от умышленных удержи раба Твоего, чтобы не возобладали мною. Тогда я буду непорочен и чист от великого развращения.

115

Око мое истомилось от горести: весь день я взывал к Тебе, Господи, простирал к Тебе руки мои.

116

Посему и сам подвизаюсь всегда иметь непорочную совесть пред Богом и людьми.

117

Возлюбленные! прошу вас, как пришельцев и странников, удаляться от плотских похотей, восстающих на душу.

118

Итак, не будем спать, как и прочие, но будем бодрствовать и трезвиться.

119

Да не завидует сердце твое грешникам, но да пребудет оно во все дни в страхе Господнем;

120

Во все дни помни, сын мой, Господа Бога нашего и не желай грешить и преступать заповеди Его. Во все дни жизни твоей делай правду и не ходи путями беззакония.

121

Не медли обратиться к Господу и не откладывай со дня на день.

122

Тертулиан о покаянии.

123

Нет целого места в плоти моей от гнева Твоего; нет мира в костях моих от грехов моих, ибо беззакония мои превысили голову мою, как тяжелое бремя отяготели на мне, смердят, гноятся раны мои от безумия моего. Я согбен и совсем поник, весь день сетуя хожу.

124

и все покорил под ноги Его, и поставил Его выше всего, главою Церкви, которая есть Тело Его, полнота Наполняющего все во всем.

125

и прилепится к жене своей, и будут два одною плотью; так что они уже не двое, но одна плоть.

126

и прилепится к жене своей, и будут двое одна плоть. Тайна сия велика; я говорю по отношению ко Христу и к Церкви.

127

Потому оставит человек отца своего и мать свою и прилепится к жене своей; и будут [два] одна плоть.

128

Так в оригинале (прим. ред.)

129

Соч. Димитрия, арх. Херсонского. т. IV.

130

Прот. И. Полисадова, т. Ι вып. 1, стран. 378–383.

131

На это указывает греческий глагол έχоλλήυη — «пристал», неотступно упрашивал, так что нельзя было отвязаться от него.

132

Из этого чувства иудеи избегали даже самого названия этого животного и, когда нельзя было обойтись без него, употребляли неопределенное выражение: «некая вещь.» Кроме того пасти свиней иудеям запрещено было под страхом проклятия.

133

Это известные в ботанике Cегоtоnia siliqua, плоды рожкового дерева, в изобилии встречающегося в Сирии, Египте и на юге Европы. Своим сахаристым вкусом они скоро становятся приторными и действительно пригодны только для прокормления таких неразборчивых на вкус животных, как свиньи. Листья дерева иногда употреблялись в качестве письменного материала.

134

Новейшие открытия показывают, что в древней Папестине пути сообщения были несравненно удобнее, чем в теперешней, разоренной и заброшенной стране, где почти совсем нет дорог, удобных для колесной езды

135

Κατεφίλησεν т. е. целовал его много, покрывал его поцелуями.

136

Нельзя не видеть глубокой тонкости в психологическом анализе всей этой евангельской сцены. Недоконченпость этой заученной речи, так сказать задушенной в горячих объятиях, придает особенную трогательность всей сцене.

137

Новейший рационализм любит подыскивать евангельским притчам параллели в раввинском учении, с целью показать их зависимость от последнего; параллели действительно иногда есть, но они ограничиваются лишь внешним сходством, рядом с которым тем ярче выступает бесконечное различие по духу и цели. В одном из древнейших раввинских трактатов (Siрhé еd Fгiеdm. р. 35 a, y Эдершейма, II, стр. 262) есть также похожая притча, но совершенно иная по духу и характеру. В ней блудный сын выпускается из бедственного состояния рабства, но не для того, чтобы восстановить его во всех правах сыновства, a для того, чтобы сделать его тоже рабом, обязанным безпрекословно повиноваться во всем. Из притчи делается тот вывод, что послушание искупленного не есть послушание сыновней любви прощенного, a послушание, вынуждаемое правом и властью господина. Каким холодом и законническим бессердечием веет от этой раввинской притчи по сравнению её с евангельской притчей! Это две несоизмеримые противоположности, и сближать их между собой значит просто грешить против элементарных законов логики.

138

Тоже настроение ярко выразилось и в том, что он своего возвратившегося юношу-брата не удостоил даже названия брата, a просто с злым ехидством называл его: сын твой (15:30).

139

Стихи перед синаксарем недели о блудном сыне. См. Триодь постную.

140

Служба в Неделю Мясопустную.

141

Служба в Неделю Мясопустную.

142

ибо Сын Человеческий пришел взыскать и спасти погибшее

143

ибо всем нам должно явиться пред судилище Христово, чтобы каждому получить соответственно тому, что он делал, живя в теле, доброе или худое.

144

Но в те дни, после скорби той, солнце померкнет, и луна не даст света своего, и звезды спадут с неба, и силы небесные поколеблются. Тогда увидят Сына Человеческого, грядущего на облаках с силою многою и славою. И тогда Он пошлет Ангелов Своих и соберет избранных Своих от четырех ветров, от края земли до края неба.

145

потому что Сам Господь при возвещении, при гласе Архангела и трубе Божией, сойдет с неба, и мертвые во Христе воскреснут прежде; потом мы, оставшиеся в живых, вместе с ними восхищены будем на облаках в сретение Господу на воздухе, и так всегда с Господом будем.

146

тогда явится знамение Сына Человеческого на небе; и тогда восплачутся все племена земные и увидят Сына Человеческого, грядущего на облаках небесных с силою и славою великою;

147

И увидел я мертвых, малых и великих, стоящих пред Богом, и книги раскрыты были, и иная книга раскрыта, которая есть книга жизни; и судимы были мертвые по написанному в книгах, сообразно с делами своими.

148

Посему не судите никак прежде времени, пока не придет Господь, Который и осветит скрытое во мраке и обнаружит сердечные намерения, и тогда каждому будет похвала от Бога.

149

О них пророчествовал и Енох, седьмый от Адама, говоря: «се, идет Господь со тьмами святых Ангелов Своих — сотворить суд над всеми и обличить всех между ними нечестивых во всех делах, которые произвело их нечестие, и во всех жестоких словах, которые произносили на Него нечестивые грешники».

150

Нет ничего сокровенного, что не открылось бы, и тайного, чего не узнали бы.

151

Но, по упорству твоему и нераскаянному сердцу, ты сам себе собираешь гнев на день гнева и откровения праведного суда от Бога, Который воздаст каждому по делам его.

152

Ибо нет лицеприятия у Бога.

153

И если вы называете Отцем Того, Который нелицеприятно судит каждого по делам, то со страхом проводите время странствования вашего.

154

оставьте расти вместе то и другое до жатвы; и во время жатвы я скажу жнецам: соберите прежде плевелы и свяжите их в снопы, чтобы сжечь их, а пшеницу уберите в житницу мою.

155

Как стадо сходит в долину, Дух Господень вел их к покою. Так вел Ты народ Твой, чтобы сделать Себе славное имя

156

Многие скажут Мне в тот день: Господи! Господи! не от Твоего ли имени мы пророчествовали? и не Твоим ли именем бесов изгоняли? и не Твоим ли именем многие чудеса творили?

157

Тогда станете говорить: мы ели и пили пред Тобою, и на улицах наших учил Ты. Но Он скажет: говорю вам: не знаю вас, откуда вы; отойдите от Меня все делатели неправды.

158

А если скоро умрут, не будут иметь надежды и утешения в день суда.

159

И увидел я престолы и сидящих на них, которым дано было судить, и души обезглавленных за свидетельство Иисуса и за слово Божие, которые не поклонились зверю, ни образу его, и не приняли начертания на чело свое и на руку свою. Они ожили и царствовали со Христом тысячу лет.

160

и преобразился пред ними: и просияло лице Его, как солнце, одежды же Его сделались белыми, как свет.

161

Но, как написано: не видел того глаз, не слышало ухо, и не приходило то на сердце человеку, что приготовил Бог любящим Его.

162

Ибо думаю, что нынешние временные страдания ничего не стоят в сравнении с тою славою, которая откроется в нас.

163

Возлюбленные! мы теперь дети Божии; но еще не открылось, что будем. Знаем только, что, когда откроется, будем подобны Ему, потому что увидим Его, как Он есть.

164

Сеявшие со слезами будут пожинать с радостью.

165

И как человекам положено однажды умереть, а потом суд.

166

ибо Он назначил день, в который будет праведно судить вселенную, посредством предопределенного Им Мужа, подав удостоверение всем, воскресив Его из мертвых.

167

Се, гряду скоро, и возмездие Мое со Мною, чтобы воздать каждому по делам его.

168

падающего восставляли слова твои, и гнущиеся колени ты укреплял. А теперь дошло до тебя, и ты изнемог; коснулось тебя, и ты упал духом.

169

где червь их не умирает и огонь не угасает.

170

давайте, и дастся вам: мерою доброю, утрясенною, нагнетенною и переполненною отсыплют вам в лоно ваше; ибо, какою мерою мерите, такою же отмерится и вам.

171

и блажен будешь, что они не могут воздать тебе, ибо воздастся тебе в воскресение праведных.

172

Тогда Петр, отвечая, сказал Ему: вот, мы оставили всё и последовали за Тобою; что же будет нам? Иисус же сказал им: истинно говорю вам, что вы, последовавшие за Мною, — в пакибытии, когда сядет Сын Человеческий на престоле славы Своей, сядете и вы на двенадцати престолах судить двенадцать колен Израилевых. И всякий, кто оставит домы, или братьев, или сестер, или отца, или мать, или жену, или детей, или земли, ради имени Моего, получит во сто крат и наследует жизнь вечную.

173

Человек, который согрешает против своего ложа, говорит в душе своей: «кто видит меня? Вокруг меня тьма, и стены закрывают меня, и никто не видит меня: чего мне бояться? Всевышний не воспомянет грехов моих». Страх его — только глаза человеческие.

174

Он сказал мне: это проклятие, исходящее на лице всей земли; ибо всякий, кто крадет, будет истреблен, как написано на одной стороне, и всякий, клянущийся ложно, истреблен будет, как написано на другой стороне.

175

И, услышав, ученики пали на лица свои и очень испугались.

176

Дела плоти известны; они суть: прелюбодеяние, блуд, нечистота, непотребство, идолослужение, волшебство, вражда, ссоры, зависть, гнев, распри, разногласия, [соблазны,] ереси, ненависть, убийства, пьянство, бесчинство и тому подобное. Предваряю вас, как и прежде предварял, что поступающие так Царствия Божия не наследуют.

177

И сказал я в сердце своем: «праведного и нечестивого будет судить Бог; потому что время для всякой вещи и суд над всяким делом там».

178

Говорю же вам, что за всякое праздное слово, какое скажут люди, дадут они ответ в день суда.

179

Веселись, юноша, в юности твоей, и да вкушает сердце твое радости во дни юности твоей, и ходи по путям сердца твоего и по видению очей твоих; только знай, что за все это Бог приведет тебя на суд.

180

ибо осуждаемое собственным свидетельством нечестие боязливо и, преследуемое совестью, всегда придумывает ужасы. Страх есть не что иное, как лишение помощи от рассудка.

181

И схвачен был зверь и с ним лжепророк, производивший чудеса пред ним, которыми он обольстил принявших начертание зверя и поклоняющихся его изображению: оба живые брошены в озеро огненное, горящее серою.

182

И будут выходить и увидят трупы людей, отступивших от Меня: ибо червь их не умрет, и огонь их не угаснет; и будут они мерзостью для всякой плоти.

183

и дым мучения их будет восходить во веки веков, и не будут иметь покоя ни днем, ни ночью поклоняющиеся зверю и образу его и принимающие начертание имени его.

184

и не входи в суд с рабом Твоим, потому что не оправдается пред Тобой ни один из живущих.

185

Истинно, истинно говорю вам: слушающий слово Мое и верующий в Пославшего Меня имеет жизнь вечную, и на суд не приходит, но перешел от смерти в жизнь.

186

Возлюбленные! если сердце наше не осуждает нас, то мы имеем дерзновение к Богу,

187

Крепко держал я правду мою и не опущу ее; не укорит меня сердце мое во все дни мои.

188

Очи Господа — на любящих Его. Он — могущественная защита и крепкая опора, покров от зноя и покров от полуденного жара, охранение от преткновения и защита от падения;

189

а теперь готовится мне венец правды, который даст мне Господь, праведный Судия, в день оный; и не только мне, но и всем, возлюбившим явление Его.

190

Ибо кратковременное легкое страдание наше производит в безмерном преизбытке вечную славу.

191

И услышал я голос с неба, говорящий мне: напиши: отныне блаженны мертвые, умирающие в Господе; ей, говорит Дух, они успокоятся от трудов своих, и дела их идут вслед за ними.

192

без веры угодить Богу невозможно; ибо надобно, чтобы приходящий к Богу веровал, что Он есть, и ищущим Его воздает.

193

Радуйтесь и веселитесь, ибо велика ваша награда на небесах: так гнали и пророков, бывших прежде вас.

194

кто принимает пророка, во имя пророка, получит награду пророка; и кто принимает праведника, во имя праведника, получит награду праведника.

195

Так как вы говорите: «мы заключили союз со смертью и с преисподнею сделали договор: когда всепоражающий бич будет проходить, он не дойдет до нас, — потому что ложь сделали мы убежищем для себя, и обманом прикроем себя».

196

и, возопив, сказал: отче Аврааме! умилосердись надо мною и пошли Лазаря, чтобы омочил конец перста своего в воде и прохладил язык мой, ибо я мучаюсь в пламени сем.

197

Многие скажут Мне в тот день: Господи! Господи! не от Твоего ли имени мы пророчествовали? и не Твоим ли именем бесов изгоняли? и не Твоим ли именем многие чудеса творили? И тогда объявлю им: Я никогда не знал вас; отойдите от Меня, делающие беззаконие.

198

ибо всем нам должно явиться пред судилище Христово, чтобы каждому получить соответственно тому, что он делал, живя в теле, доброе или худое.

199

потому что Сам Господь при возвещении, при гласе Архангела и трубе Божией, сойдет с неба, и мертвые во Христе воскреснут прежде.

200

Иисус говорит ему: ты сказал; даже сказываю вам: отныне узрите Сына Человеческого, сидящего одесную силы и грядущего на облаках небесных.

201

потом мы, оставшиеся в живых, вместе с ними восхищены будем на облаках в сретение Господу на воздухе, и так всегда с Господом будем.

202

И тогда снова увидите различие между праведником и нечестивым, между служащим Богу и не служащим Ему.

203

И кто напоит одного из малых сих только чашею холодной воды, во имя ученика, истинно говорю вам, не потеряет награды своей.

204

И будут выходить и увидят трупы людей, отступивших от Меня: ибо червь их не умрет, и огонь их не угаснет; и будут они мерзостью для всякой плоти.

205

И услышал я громкий голос, говорящий на небе: ныне настало спасение и сила и царство Бога нашего и власть Христа Его, потому что низвержен клеветник братий наших, клеветавший на них пред Богом нашим день и ночь.

206

Ибо не послал Бог Сына Своего в мир, чтобы судить мир, но чтобы мир спасен был чрез Него. Верующий в Него не судится, а неверующий уже осужден, потому что не уверовал во имя Единородного Сына Божия.

207

что наказание нечестивому — огонь и червь.

208

Во время гнева Твоего Ты сделаешь их, как печь огненную; во гневе Своем Господь погубит их, и пожрет их огонь.

209

не будет гаснуть ни днем, ни ночью; вечно будет восходить дым ее; будет от рода в род оставаться опустелою; во веки веков никто не пройдет по ней.

210

а вам, оскорбляемым, отрадою вместе с нами, в явление Господа Иисуса с неба, с Ангелами силы Его, в пламенеющем огне совершающего отмщение не познавшим Бога и не покоряющимся благовествованию Господа нашего Иисуса Христа,

211

Боязливых же и неверных, и скверных и убийц, и любодеев и чародеев, и идолослужителей и всех лжецов участь в озере, горящем огнем и серою. Это смерть вторая.

212

Блаженый Августин in рsal. 40.

213

ибо огонь возгорелся во гневе Моем, жжет до ада преисподнего, и поядает землю и произведения ее, и попаляет основания гор;

214

и сверх всего того между нами и вами утверждена великая пропасть, так что хотящие перейти отсюда к вам не могут, также и оттуда к нам не переходят.

215

Тогда праведник с великим дерзновением станет пред лицем тех, которые оскорбляли его и презирали подвиги его; они же, увидев, смутятся великим страхом и изумятся неожиданности спасения его и, раскаиваясь и воздыхая от стеснения духа, будут говорить сами в себе: «это тот самый, который был у нас некогда в посмеянии и притчею поругания. Безумные, мы почитали жизнь его сумасшествием и кончину его бесчестною! Как же он причислен к сынам Божиим, и жребий его — со святыми?»

216

Мы преисполнились делами беззакония и погибели и ходили по непроходимым пустыням, а пути Господня не познали. Какую пользу принесло нам высокомерие, и что доставило нам богатство с тщеславием? Все это прошло как тень и как молва быстротечная.

217

Многие скажут Мне в тот день: Господи! Господи! не от Твоего ли имени мы пророчествовали? и не Твоим ли именем бесов изгоняли? и не Твоим ли именем многие чудеса творили?

218

Когда же вышел Он на берег, встретил Его один человек из города, одержимый бесами с давнего времени, и в одежду не одевавшийся, и живший не в доме, а в гробах. Он, увидев Иисуса, вскричал, пал пред Ним и громким голосом сказал: что Тебе до меня, Иисус, Сын Бога Всевышнего? умоляю Тебя, не мучь меня.

219

Если другие имеют у вас власть, не паче ли мы? Однако мы не пользовались сею властью, но все переносим, дабы не поставить какой преграды благовествованию Христову.

220

Руки их обращены к тому, чтобы уметь делать зло; начальник требует подарков, и судья судит за взятки, а вельможи высказывают злые хотения души своей и извращают дело.

221

и как Анна говорила в сердце своем, а уста ее только двигались, и не было слышно голоса ее, то Илий счел ее пьяною.

222

Ибо свидетельствую им, что имеют ревность по Боге, но не по рассуждению. Ибо, не разумея праведности Божией и усиливаясь поставить собственную праведность, они не покорились праведности Божией

223

бо Ты Бог, не любящий беззакония; у Тебя не водворится злой;

224

Он же, обратившись, сказал Петру: отойди от Меня, сатана! ты Мне соблазн! потому что думаешь не о том, что Божие, но что человеческое.

225

Но Господь сказал Самуилу: не смотри на вид его и на высоту роста его; Я отринул его;

226

О, человек! сказано тебе, что — добро и чего требует от тебя Господь: действовать справедливо, любить дела милосердия и смиренномудренно ходить пред Богом твоим.

227

И притом мы имеем вернейшее пророческое слово; и вы хорошо делаете, что обращаетесь к нему, как к светильнику, сияющему в темном месте, доколе не начнет рассветать день и не взойдет утренняя звезда в сердцах ваших.

228

Если бы Я не пришел и не говорил им, то не имели бы греха; а теперь не имеют извинения во грехе своем.

229

И не делать ли нам зло, чтобы вышло добро, как некоторые злословят нас и говорят, будто мы так учим? Праведен суд на таковых.

230

Бог же терпения и утешения да дарует вам быть в единомыслии между собою, по учению Христа Иисуса.

231

Исследуйте Писания, ибо вы думаете чрез них иметь жизнь вечную; а они свидетельствуют о Мне.

232

Слово Твое — светильник ноге моей и свет стезе моей.

233

Когда же приидет Он, Дух истины, то наставит вас на всякую истину: ибо не от Себя говорить будет, но будет говорить, что услышит, и будущее возвестит вам.

234

Научи меня исполнять волю Твою, потому что Ты Бог мой; Дух Твой благий да ведет меня в землю правды.

235

Не будь неразумным ни в большом ни в малом.

236

Ибо Я знаю, как многочисленны преступления ваши и как тяжки грехи ваши: вы враги правого, берете взятки и извращаете в суде дела бедных. Поэтому разумный безмолвствует в это время, ибо злое это время.

237

А Я говорю вам, что всякий, кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействовал с нею в сердце своем.

238

Также сквернословие и пустословие и смехотворство не приличны вам, а, напротив, благодарение.

239

Говорю же вам, что за всякое праздное слово, какое скажут люди, дадут они ответ в день суда:

240

И призвал Авимелех Авраама и сказал ему: что ты с нами сделал? чем согрешил я против тебя, что ты навел было на меня и на царство мое великий грех? Ты сделал со мною дела, каких не делают.

241

Фарисей, став, молился сам в себе так: Боже! благодарю Тебя, что я не таков, как прочие люди, грабители, обидчики, прелюбодеи, или как этот мытарь.

242

Итак, кто разумеет делать добро и не делает, тому грех.

243

стыдно нам оставить такую жену, не побеседовав с нею; она осмеет нас, если мы не пригласим ее.

244

Оттого гордость, как ожерелье, обложила их, и дерзость, как наряд, одевает их;

245

Но Господь сказал Самуилу: не смотри на вид его и на высоту роста его; Я отринул его; Я смотрю не так, как смотрит человек; ибо человек смотрит на лице, а Господь смотрит на сердце.

246

и не с кровью козлов и тельцов, но со Своею Кровию, однажды вошел во святилище и приобрел вечное искупление.

247

Ты положил беззакония наши пред Тобою и тайное наше пред светом лица Твоего.

248

Кто соблюдает весь закон и согрешит в одном чем-нибудь, тот становится виновным во всем.

249

Всякий, ненавидящий брата своего, есть человекоубийца; а вы знаете, что никакой человекоубийца не имеет жизни вечной, в нем пребывающей.

250

Святителя Иоанна Златоуста беседа на Псал. 48.

251

Дети! последнее время. И как вы слышали, что придет антихрист, и теперь появилось много антихристов, то мы и познаём из того, что последнее время.

252

Святителя Иоанна Златоуста беседа 25 к Рим.

253

а кто соблазнит одного из малых сих, верующих в Меня, тому лучше было бы, если бы повесили ему мельничный жернов на шею и потопили его во глубине морской. Горе миру от соблазнов, ибо надобно придти соблазнам; но горе тому человеку, через которого соблазн приходит.

254

Филарета, арх. Черниговского, ч. III, стр. 9.

255

о, по упорству твоему и нераскаянному сердцу, ты сам себе собираешь гнев на день гнева и откровения праведного суда от Бога.

256

Посему как собирают плевелы и огнем сжигают, так будет при кончине века сего.

257

Так будет при кончине века: изыдут Ангелы, и отделят злых из среды праведных.

258

враг, посеявший их, есть диавол; жатва есть кончина века, а жнецы суть Ангелы. 40 Посему как собирают плевелы и огнем сжигают, так будет при кончине века сего.

259

Приступите, народы, слушайте и внимайте, племена! да слышит земля и все, что наполняет ее, вселенная и все рождающееся в ней! Ибо гнев Господа на все народы, и ярость Его на все воинство их. Он предал их заклятию, отдал их на заклание. И убитые их будут разбросаны, и от трупов их поднимется смрад, и горы размокнут от крови их. И истлеет все небесное воинство; и небеса свернутся, как свиток книжный; и все воинство их падет, как спадает лист с виноградной лозы, и как увядший лист — со смоковницы. Ибо упился меч Мой на небесах: вот, для суда нисходит он на Едом и на народ, преданный Мною заклятию. Меч Господа наполнится кровью, утучнеет от тука, от крови агнцев и козлов, от тука с почек овнов: ибо жертва у Господа в Восоре и большое заклание в земле Едома.

260

Ибо Господь с огнем и мечом Своим произведет суд над всякою плотью, и много будет пораженных Господом. Те, которые освящают и очищают себя в рощах, один за другим, едят свиное мясо и мерзость и мышей, — все погибнут, говорит Господь. Ибо Я знаю деяния их и мысли их; и вот, приду собрать все народы и языки, и они придут и увидят славу Мою. И положу на них знамение, и пошлю из спасенных от них к народам: в Фарсис, к Пулу и Луду, к натягивающим лук, к Тубалу и Явану, на дальние острова, которые не слышали обо Мне и не видели славы Моей: и они возвестят народам славу Мою и представят всех братьев ваших от всех народов в дар Господу на конях и колесницах, и на носилках, и на мулах, и на быстрых верблюдах, на святую гору Мою, в Иерусалим, говорит Господь, — подобно тому, как сыны Израилевы приносят дар в дом Господа в чистом сосуде. Из них буду брать также в священники и левиты, говорит Господь.

261

Видел я, наконец, что поставлены были престолы, и воссел Ветхий днями; одеяние на Нем было бело, как снег, и волосы главы Его — как чистая волна; престол Его — как пламя огня, колеса Его — пылающий огонь. Огненная река выходила и проходила пред Ним; тысячи тысяч служили Ему и тьмы тем предстояли пред Ним; судьи сели, и раскрылись книги.

262

Вы говорите: «тщетно служение Богу, и что пользы, что мы соблюдали постановления Его и ходили в печальной одежде пред лицем Господа Саваофа? И ныне мы считаем надменных счастливыми: лучше устраивают себя делающие беззакония, и хотя искушают Бога, но остаются целы». Но боящиеся Бога говорят друг другу: «внимает Господь и слышит это, и пред лицем Его пишется памятная книга о боящихся Господа и чтущих имя Его». И они будут Моими, говорит Господь Саваоф, собственностью Моею в тот день, который Я соделаю, и буду миловать их, как милует человек сына своего, служащего ему. И тогда снова увидите различие между праведником и нечестивым, между служащим Богу и не служащим Ему.

263

и Он будет судить вселенную по правде, совершит суд над народами по правоте.

264

и обратит на них беззаконие их, и злодейством их истребит их, истребит их Господь Бог наш.

265

ибо приидет Сын Человеческий во славе Отца Своего с Ангелами Своими и тогда воздаст каждому по делам его.

266

истинно говорю вам: отраднее будет земле Содомской и Гоморрской в день суда, нежели городу тому.

267

Ликуй и веселись, дщерь Сиона! Ибо вот, Я приду и поселюсь посреди тебя, говорит Господь.

268

Разве не знаете, что мы будем судить ангелов, не тем ли более дела житейские?

269

И Он повелел нам проповедывать людям и свидетельствовать, что Он есть определенный от Бога Судия живых и мертвых.

270

ибо Он назначил день, в который будет праведно судить вселенную, посредством предопределенного Им Мужа, подав удостоверение всем, воскресив Его из мертвых.

271

чтобы каждому получить соответственно тому, что он делал, живя в теле, доброе или худое.

272

Говорю же вам, что за всякое праздное слово, какое скажут люди, дадут они ответ в день суда.

273

а кто соблазнит одного из малых сих, верующих в Меня, тому лучше было бы, если бы повесили ему мельничный жернов на шею и потопили его во глубине морской.

274

пошлет Сын Человеческий Ангелов Своих, и соберут из Царства Его все соблазны и делающих беззаконие, и ввергнут их в печь огненную; там будет плач и скрежет зубов;

275

Посему сказано: «встань, спящий, и воскресни из мертвых, и осветит тебя Христос».

276

в пламенеющем огне совершающего отмщение не познавшим Бога и не покоряющимся благовествованию Господа нашего Иисуса Христа.

277

Ибо нет лицеприятия у Бога.

278

Наконец, братия мои, укрепляйтесь Господом и могуществом силы Его.

279

Скорбь и теснота всякой душе человека, делающего злое, во-первых, Иудея, потом и Еллина!

280

Раб же тот, который знал волю господина своего, и не был готов, и не делал по воле его, бит будет много; а который не знал, и сделал достойное наказания, бит будет меньше. И от всякого, кому дано много, много и потребуется, и кому много вверено, с того больше взыщут.

281

Смотрите же за собою, чтобы сердца ваши не отягчались объядением и пьянством и заботами житейскими, и чтобы день тот не постиг вас внезапно, 35 ибо он, как сеть, найдет на всех живущих по всему лицу земному; итак бодрствуйте на всякое время и молитесь, да сподобитесь избежать всех сих будущих бедствий и предстать пред Сына Человеческого.

282

Тогда встали все девы те и поправили светильники свои.

283

Прот. И. Романова. Спб. 1880. Стр. 180.

284

Будьте же и вы готовы, ибо, в который час не думаете, приидет Сын Человеческий.

285

Раб же тот, который знал волю господина своего, и не был готов, и не делал по воле его, бит будет много.

286

Развивая эти мысли, автор синаксария на неделю мясопустную, между прочим, говорит, что все собравшиеся пред престолом Судьи будут в одном и том же возрасте и все узнают друг друга. См. Триод постн. синакс.

287

Тот факт, что в основание оправдания указываются здесь только добрые дела, отнюдь не дает права на делаемое иными заключение, что для спасения достаточно именно одних добрых дел без веры и что нравственность независима от религии. Напротив, дальнейшая часть приговора показывает, что добрые дела получают свое полное значение только тогда, когда они совершаются в теснейшем соотношении с верой во Христа, Который именно и является главным предметом благотворения. Все другие дела, совершаемые без отношения к Нему, мертвы, каковыми были дела показно-набожных фарисеев.

288

Служба в седмицу Сыропустную.

289

Никто из вас да не мыслит в сердце своем зла против ближнего своего, и ложной клятвы не любите, ибо все это Я ненавижу, говорит Господь.

290

Продавайте имения ваши и давайте милостыню. Приготовляйте себе влагалища не ветшающие, сокровище неоскудевающее на небесах, куда вор не приближается и где моль не съедает.

291

И Царь скажет им в ответ: истинно говорю вам: так как вы сделали это одному из сих братьев Моих меньших, то сделали Мне.

292

Ибо Я милости хочу, а не жертвы, и Боговедения более, нежели всесожжений.

293

Святитель Василий Великий о посте.

294

Блаженный Августин о посте.

295

Святой Киприан о церкви.

296

Я во время болезни их одевался во вретище, изнурял постом душу мою, и молитва моя возвращалась в недро мое.

297

Святой Киприан.

298

Блаженный Августин hоm. 9. с. 3 dе utilit. jеjun.

299

Святителя Иоанна Златоуста беседа 1. о посте.

300

Ibid.

301

Святитель Василий Великий о посте.

302

Блаженный Августин о посте.

303

между которыми и мы все жили некогда по нашим плотским похотям, исполняя желания плоти и помыслов, и были по природе чадами гнева, как и прочие

304

Я ем пепел, как хлеб, и питье мое растворяю слезами.

305

Святитель Василий Великий о посте.

306

Святитель Иоанн Златоуст о покаянии.

307

Моисей вступил в средину облака и взошел на гору; и был Моисей на горе сорок дней и сорок ночей.

308

Святителя Иоанна Златоуста бесед. 1 о посте.

309

Святой Исидор Пелусиот о высочайшем благе.

310

Я хлеб живый, сшедший с небес; ядущий хлеб сей будет жить вовек; хлеб же, который Я дам, есть Плоть Моя, которую Я отдам за жизнь мира.

311

Святого Иоана Златоуста беседа 34 к народу.

312

Святителя Григория Назианзена слово о бедных.

313

Блаженного Августина sеrm. 15 dе vеrb. Dоmin.

314

Каждый уделяй по расположению сердца, не с огорчением и не с принуждением; ибо доброхотно дающего любит Бог.

315

увещатель ли, увещевай; раздаватель ли, раздавай в простоте; начальник ли, начальствуй с усердием; благотворитель ли, благотвори с радушием.

316

Святителя Иоанна Златоуста беседа к народу 30.

317

Ibid.

318

Святитель Василий Великий о посте.

319

Святого Григория Двоеслова послание к Маркеллу.

320

Блаженного Августина беседа на Псал. 42.

321

Святой Амвросий о посте.

322

Теперь мы видим как бы сквозь тусклое стекло, гадательно, тогда же лицем к лицу; теперь знаю я отчасти, а тогда познаю, подобно как я познан.

323

И притом мы имеем вернейшее пророческое слово; и вы хорошо делаете, что обращаетесь к нему, как к светильнику, сияющему в темном месте, доколе не начнет рассветать день и не взойдет утренняя звезда в сердцах ваших,

324

благодаря Бога и Отца, призвавшего нас к участию в наследии святых во свете.

325

все вы, во Христа крестившиеся, во Христа облеклись.

326

Ибо никто никогда не имел ненависти к своей плоти, но питает и греет ее, как и Господь Церковь.

327

Господа Бога святите в сердцах ваших; будьте всегда готовы всякому, требующему у вас отчета в вашем уповании, дать ответ с кротостью и благоговением.

328

Иоанна Сергиева, прот. Полн. собр. соч., т. II, стр. 38.

329

Ибо Царствие Божие не пища и питие, но праведность и мир и радость во Святом Духе.

330

Возлюбленные! прошу вас, как пришельцев и странников, удаляться от плотских похотей, восстающих на душу

331

Нордов. Училище благочестия, ст. II, стр. 657.

332

Не мсти и не имей злобы на сынов народа твоего, но люби ближнего твоего, как самого себя. Я Господь [Бог ваш].

333

не сообразуйтесь с веком сим, но преобразуйтесь обновлением ума вашего, чтобы вам познавать, что есть воля Божия, благая, угодная и совершенная.

334

Бодрствуйте, стойте в вере, будьте мужественны, тверды.

335

Итак, братия, стойте и держите предания, которым вы научены или словом или посланием нашим.

336

Также и младшие, повинуйтесь пастырям; все же, подчиняясь друг другу, облекитесь смиренномудрием, потому что Бог гордым противится, а смиренным дает благодать.

337

и проповедану быть во имя Его покаянию и прощению грехов во всех народах, начиная с Иерусалима.

338

Притча о должниках: Матф. 18:23–35. Ta же истина нашла себе прекрасное разъяснение еще в Ветхом Завете. См. Сир. 28:1–6.

339

Эта особенность фарисейского постничества замечена была даже римскими сатириками, которые в видах осмеяния его выводили на театральную сцену изможденного постом, повесившего голову, верблюда.

340

ибо иго Мое благо, и бремя Мое легко.

341

Ибо хлеб Божий есть тот, который сходит с небес и дает жизнь миру.

342

имеющие вид благочестия, силы же его отрекшиеся. Таковых удаляйся.

343

стараясь сохранять единство духа в союзе мира.

344

да будет совершен Божий человек, ко всякому доброму делу приготовлен.

345

Итак будьте совершенны, как совершен Отец ваш Небесный.

346

Итак, когда творишь милостыню, не труби перед собою, как делают лицемеры в синагогах и на улицах, чтобы прославляли их люди. Истинно говорю вам: они уже получают награду свою.

347

Возлюбленные! если так возлюбил нас Бог, то и мы должны любить друг друга. Бога никто никогда не видел. Если мы любим друг друга, то Бог в нас пребывает, и любовь Его совершенна есть в нас. Что мы пребываем в Нем и Он в нас, узнаём из того, что Он дал нам от Духа Своего. И мы видели и свидетельствуем, что Отец послал Сына Спасителем миру.

348

и не Адам прельщен; но жена, прельстившись, впала в преступление; впрочем спасется через чадородие, если пребудет в вере и любви и в святости с целомудрием.

349

и облекшись в нового, который обновляется в познании по образу Создавшего его.

350

Не о себе только каждый заботься, но каждый и о других.

351

Итак во всем, как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними, ибо в этом закон и пророки.

352

слепые прозревают и хромые ходят, прокаженные очищаются и глухие слышат, мертвые воскресают и нищие благовествуют.

353

Се, Отрок Мой, Которого Я избрал, Возлюбленный Мой, Которому благоволит душа Моя. Положу дух Мой на Него, и возвестит народам суд.

354

к наследству нетленному, чистому, неувядаемому, хранящемуся на небесах для вас, силою Божиею через веру соблюдаемых ко спасению, готовому открыться в последнее время.

355

Небеса проповедуют славу Божию, и о делах рук Его вещает твердь. День дню передает речь, и ночь ночи открывает знание. Нет языка, и нет наречия, где не слышался бы голос их. По всей земле проходит звук их, и до пределов вселенной слова их. Он поставил в них жилище солнцу.

356

Поднимите глаза ваши на высоту небес и посмотрите, кто сотворил их? Кто выводит воинство их счетом? Он всех их называет по имени: по множеству могущества и великой силе у Него ничто не выбывает.

357

Ибо что за похвала, если вы терпите, когда вас бьют за проступки? Но если, делая добро и страдая, терпите, это угодно Богу.

358

Но если и страдаете за правду, то вы блаженны; а страха их не бойтесь и не смущайтесь. Господа Бога святите в сердцах ваших; будьте всегда готовы всякому, требующему у вас отчета в вашем уповании, дать ответ с кротостью и благоговением.

359

Итак будьте совершенны, как совершен Отец ваш Небесный.

360

но, по примеру призвавшего вас Святаго, и сами будьте святы во всех поступках. Ибо написано: будьте святы, потому что Я свят.

361

Ибо знаю, что не живет во мне, то есть в плоти моей, доброе; потому что желание добра есть во мне, но чтобы сделать оное, того не нахожу. Доброго, которого хочу, не делаю, а злое, которого не хочу, делаю.

362

но каждый искушается, увлекаясь и обольщаясь собственною похотью; похоть же, зачав, рождает грех, а сделанный грех рождает смерть.

363

и, узнав голос Петра, от радости не отворила ворот, но, вбежав, объявила, что Петр стоит у ворот. А те сказали ей: в своем ли ты уме? Но она утверждала свое. Они же говорили: это Ангел его.

364

Умер нищий и отнесен был Ангелами на лоно Авраамово. Умер и богач, и похоронили его.

365

Не все ли они суть служебные духи, посылаемые на служение для тех, которые имеют наследовать спасение?

366

И пошел он искать человека и встретил Рафаила. Это был Ангел, но он не знал и сказал ему: можешь ли ты идти со мною в Раги Мидийские и знаешь ли эти места? Ангел отвечал: могу идти с тобою и дорогу знаю; я уже останавливался у Гаваила, брата нашего. И сказал ему Товия: подожди меня, я скажу отцу моему. Тот сказал: ступай, только не медли.

367

И призвал Ангела и сказал ему: возьми половину всего, что вы принесли, и иди с миром. Тогда, отозвав обоих особо, Ангел сказал им: благословляйте Бога, прославляйте Его, признавайте величие Его и исповедуйте пред всеми живущими, что Он сделал для вас. Доброе дело — благословлять Бога, превозносить имя Его и благоговейно проповедывать о делах Божиих; и вы не ленитесь прославлять Его.

368

Немощного в вере принимайте без споров о мнениях. Ибо иной уверен, что можно есть все, а немощный ест овощи. Кто ест, не уничижай того, кто не ест; и кто не ест, не осуждай того, кто ест, потому что Бог принял его.

369

Но если бы даже мы или Ангел с неба стал благовествовать вам не то, что мы благовествовали вам, да будет анафема.

370

потому что сердцем веруют к праведности, а устами исповедуют ко спасению.

371

Не всякий, говорящий Мне: «Господи! Господи!», войдет в Царство Небесное, но исполняющий волю Отца Моего Небесного.

372

Всякий верующий, что Иисус есть Христос, от Бога рожден, и всякий, любящий Родившего, любит и Рожденного от Него.

373

По сей причине я и страдаю так; но не стыжусь. Ибо я знаю, в Кого уверовал, и уверен, что Он силен сохранить залог мой на оный день.

374

Какое согласие между Христом и Велиаром? Или какое соучастие верного с неверным?

375

Всякий, рожденный от Бога, не делает греха, потому что семя Его пребывает в нем; и он не может грешить, потому что рожден от Бога.

376

Многие скажут Мне в тот день: Господи! Господи! не от Твоего ли имени мы пророчествовали? и не Твоим ли именем бесов изгоняли? и не Твоим ли именем многие чудеса творили?

377

Находился же в городе некоторый муж, именем Симон, который перед тем волхвовал и изумлял народ Самарийский, выдавая себя за кого-то великого.

378

И тогда объявлю им: Я никогда не знал вас; отойдите от Меня, делающие беззаконие.

379

Испытывайте самих себя, в вере ли вы; самих себя исследуйте. Или вы не знаете самих себя, что Иисус Христос в вас? Разве только вы не то, чем должны быть.

380

Каждый да испытывает свое дело, и тогда будет иметь похвалу только в себе, а не в другом.

381

Ибо похвала наша сия есть свидетельство совести нашей, что мы в простоте и богоугодной искренности, не по плотской мудрости, но по благодати Божией, жили в мире, особенно же у вас.

382

С Авессаломом пошли из Иерусалима двести человек, которые были приглашены им, и пошли по простоте своей, не зная, в чем дело.

383

Наблюдай, чтобы тебе не быть обманутым.

384

По сей причине я и страдаю так; но не стыжусь. Ибо я знаю, в Кого уверовал, и уверен, что Он силен сохранить залог мой на оный день.

385

Но мы веруем, что благодатью Господа Иисуса Христа спасемся, как и они.

386

Здешние были благомысленнее Фессалоникских: они приняли слово со всем усердием, ежедневно разбирая Писания, точно ли это так.

387

и всякое превозношение, восстающее против познания Божия, и пленяем всякое помышление в послушание Христу.

388

И притом мы имеем вернейшее пророческое слово; и вы хорошо делаете, что обращаетесь к нему, как к светильнику, сияющему в темном месте, доколе не начнет рассветать день и не взойдет утренняя звезда в сердцах ваших,

389

Вера же есть осуществление ожидаемого и уверенность в невидимом.

390

В то время, продолжая речь, Иисус сказал: славлю Тебя, Отче, Господи неба и земли, что Ты утаил сие от мудрых и разумных и открыл то младенцам;

391

Откровение слов Твоих просвещает, вразумляет простых.

392

Итак, имея Первосвященника великого, прошедшего небеса, Иисуса Сына Божия, будем твердо держаться исповедания нашего.

393

А входим в покой мы уверовавшие, так как Он сказал: «Я поклялся в гневе Моем, что они не войдут в покой Мой», хотя дела Его были совершены еще в начале мира.

394

но Бог избрал немудрое мира, чтобы посрамить мудрых, и немощное мира избрал Бог, чтобы посрамить сильное; и незнатное мира и уничиженное и ничего не значащее избрал Бог, чтобы упразднить значащее,

395

Смотрите, братия, чтобы кто не увлек вас философиею и пустым обольщением, по преданию человеческому, по стихиям мира, а не по Христу;

396

Если же и закрыто благовествование наше, то закрыто для погибающих.

397

Таковые бывают соблазном на ваших вечерях любви; пиршествуя с вами, без страха утучняют себя. Это безводные облака, носимые ветром; осенние деревья, бесплодные, дважды умершие, исторгнутые; свирепые морские волны, пенящиеся срамотами своими; звезды блуждающие, которым блюдется мрак тьмы на веки.

398

Змии, порождения ехиднины! как убежите вы от осуждения в геенну?

399

Берегитесь лжепророков, которые приходят к вам в овечьей одежде, а внутри суть волки хищные.

400

между которыми и мы все жили некогда по нашим плотским похотям, исполняя желания плоти и помыслов, и были по природе чадами гнева, как и прочие.

401

Святитель Иоанн Златоуст.

402

Евсевия, арх. Могилевсвого. Спб. 1870. Т. II, стр. 356.

403

И. Студенского, свящ. «Пенз. еп. Вед.» 1887 г.

404

Он не сделал никакого греха, и не было лести в устах Его. Будучи злословим, Он не злословил взаимно; страдая, не угрожал, но предавал то Судии Праведному. Он грехи наши Сам вознес телом Своим на древо, дабы мы, избавившись от грехов, жили для правды: ранами Его вы исцелились. Ибо вы были, как овцы блуждающие (не имея пастыря), но возвратились ныне к Пастырю и Блюстителю душ ваших.

405

В начале Ты, [Господи,] основал землю, и небеса — дело Твоих рук;

406

но Ты — тот же, и лета Твои не кончатся.

407

Сказал Господь Господу моему: седи одесную Меня, доколе положу врагов Твоих в подножие ног Твоих.

408

Бог, многократно и многообразно говоривший издревле отцам в пророках, в последние дни сии говорил нам в Сыне, Которого поставил наследником всего, чрез Которого и веки сотворил.

409

Всякое даяние доброе и всякий дар совершенный нисходит свыше, от Отца светов, у Которого нет изменения и ни тени перемены.

410

но слово Господне пребывает вовек; а это есть то слово, которое вам проповедано.

411

Голос говорит: возвещай! И сказал: что мне возвещать? Всякая плоть — трава, и вся красота ее — как цвет полевой. Засыхает трава, увядает цвет, когда дунет на него дуновение Господа: так и народ — трава. Трава засыхает, цвет увядает, а слово Бога нашего пребудет вечно.

412

Сей, будучи сияние славы и образ ипостаси Его и держа все словом силы Своей, совершив Собою очищение грехов наших, воссел одесную (престола) величия на высоте.

413

Ибо кому когда из Ангелов сказал Бог: Ты Сын Мой, Я ныне родил Тебя? И еще: Я буду Ему Отцем, и Он будет Мне Сыном?

414

А о Сыне: престол Твой, Боже, в век века; жезл царствия Твоего — жезл правоты.

415

Иисус сказал им в ответ: вот дело Божие, чтобы вы веровали в Того, Кого Он послал.

416

Тогда Иисус возгласил в храме, уча и говоря: и знаете Меня, и знаете, откуда Я; и Я пришел не Сам от Себя, но истинен Пославший Меня, Которого вы не знаете.

417

Но кто вникнет в закон совершенный, закон свободы, и пребудет в нем, тот, будучи не слушателем забывчивым, но исполнителем дела, блажен будет в своем действии.

418

Ибо, кто слушает слово и не исполняет, тот подобен человеку, рассматривающему природные черты лица своего в зеркале: он посмотрел на себя, отошел и тотчас забыл, каков он.

419

Блаженный Августин dе dосtr. сhrist.

420

Святителя Иоанна Златоуста бесед. на Мат. 24.

421

Иннокентия, арх. Херсонского, т. III, стр. 122.

422

П. Красовского свящ. М. 1870 г. Стр. 45.

423

не уподобляйтесь им, ибо знает Отец ваш, в чем вы имеете нужду, прежде вашего прошения у Него.

424

И, когда молишься, не будь, как лицемеры, которые любят в синагогах и на углах улиц, останавливаясь, молиться, чтобы показаться перед людьми. Истинно говорю вам, что они уже получают награду свою.

425

от Марка 2:1-12 (зач. 7). Сравни Матф. 9:1–8; Лук. 5:17–26.

426

Так некоторые толкователи заключают из слова «чадо», с которым обратился к нему Иисус Христос — Марк. 2:5, сравнивая смысл этого выражения с тем, в каком оно употреблено в Лук. 2:48 — (И, увидев Его, удивились; и Матерь Его сказала Ему: Чадо! что Ты сделал с нами? Вот, отец Твой и Я с великою скорбью искали Тебя.)

427

Друзья, очевидно, с готовностью отозвались на его просьбу, и сами веруя в силу чудотворения Господа, не отступили пред встретившимися препятствиями, a довели свое дело до конца, за что и сами удостоились внимания от божественного Учителя, Который, «видя веру их» (2:5), отнесся с особенным вниманием и к расслабленному. Их вера есть живой пример действенности веры тех, кто молится за своих немощных собратий.

428

В евангелии Марка просто значится «Чадо!» но в еванг. Матфея 9:2, Христос говорит: «дерзай, чадо!»— как бы желая ободрить очевидно совершенно растерявшегося юношу, испугавшегося своей собственной смелости, с которой он вторгся в присутствие к Иисусу Христу.

429

Иоан. 1:47–49, из евангельского чтения в первое воскресенье великого поста.

430

Ев. Лука в своем повествовании об этом событии прямо говорит, что «сидели тут фарисеи и законоучители, пришедшие из всех мест Галилеи и Иудеи и из Иерусалима» (Лук. 5:17). Это свидетельство вместе с тем служит одним из многих доказательств того, как евангелисты-синоптики, повествуя исключительно о галилейском служении Христа, в то же время не упускают из вида и событий из служения Его в Иудее и в самом Иерусалиме.

431

А если дети, то и наследники, наследники Божии, сонаследники же Христу, если только с Ним страдаем, чтобы с Ним и прославиться. Ибо думаю, что нынешние временные страдания ничего не стоят в сравнении с тою славою, которая откроется в нас.

432

Никто не ищи своего, но каждый пользы другого.

433

И враги человеку — домашние его.

434

взирая на начальника и совершителя веры Иисуса, Который, вместо предлежавшей Ему радости, претерпел крест, пренебрегши посрамление, и воссел одесную престола Божия.

435

Иисус сказал ему: возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим и всею душею твоею и всем разумением твоим:

436

вторая же подобная ей: возлюби ближнего твоего, как самого себя;

437

Ибо кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет ее, а кто потеряет душу свою ради Меня и Евангелия, тот сбережет ее.

438

Каждый да испытывает свое дело, и тогда будет иметь похвалу только в себе, а не в другом, ибо каждый понесет свое бремя.

439

Но те, которые Христовы, распяли плоть со страстями и похотями.

440

Так и вы почитайте себя мертвыми для греха, живыми же для Бога во Христе Иисусе, Господе нашем.

441

Итак переноси страдания, как добрый воин Иисуса Христа.

442

Посему, кто думает, что он стоит, берегись, чтобы не упасть. Вас постигло искушение не иное, как человеческое; и верен Бог, Который не попустит вам быть искушаемыми сверх сил, но при искушении даст и облегчение, так чтобы вы могли перенести.

443

Для сего вы и подати платите, ибо они Божии служители, сим самым постоянно занятые.

444

Сие сказал Я вам, чтобы вы имели во Мне мир. В мире будете иметь скорбь; но мужайтесь: Я победил мир.

445

дабы всякий, верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную.

446

смирил Себя, быв послушным даже до смерти, и смерти крестной.

447

Блажен человек, который переносит искушение, потому что, быв испытан, он получит венец жизни, который обещал Господь любящим Его.

448

А если дети, то и наследники, наследники Божии, сонаследники же Христу, если только с Ним страдаем, чтобы с Ним и прославиться.

449

Он, будучи образом Божиим, не почитал хищением быть равным Богу; но уничижил Себя Самого, приняв образ раба, сделавшись подобным человекам и по виду став как человек; смирил Себя, быв послушным даже до смерти, и смерти крестной.

450

если терпим, то с Ним и царствовать будем; если отречемся, и Он отречется от нас;

451

Но те, которые Христовы, распяли плоть со страстями и похотями.

452

Но что для меня было преимуществом, то ради Христа я почел тщетою. Да и все почитаю тщетою ради превосходства познания Христа Иисуса, Господа моего: для Него я от всего отказался, и все почитаю за сор, чтобы приобрести Христа.

453

И они тотчас, оставив сети, последовали за Ним. Оттуда, идя далее, увидел Он других двух братьев, Иакова Зеведеева и Иоанна, брата его, в лодке с Зеведеем, отцом их, починивающих сети свои, и призвал их. И они тотчас, оставив лодку и отца своего, последовали за Ним.

454

если кто приходит ко Мне и не возненавидит отца своего и матери, и жены и детей, и братьев и сестер, а притом и самой жизни своей, тот не может быть Моим учеником;

455

Но я ни на что не взираю и не дорожу своею жизнью, только бы с радостью совершить поприще мое и служение, которое я принял от Господа Иисуса, проповедать Евангелие благодати Божией.

456

И ныне чего ожидать мне, Господи? надежда моя — на Тебя. От всех беззаконий моих избавь меня, не предавай меня на поругание безумному.

457

Иисус же, зная все, что с Ним будет, вышел и сказал им: кого ищете? Ему отвечали: Иисуса Назорея. Иисус говорит им: это Я. Стоял же с ними и Иуда, предатель Его. И когда сказал им: это Я, они отступили назад и пали на землю. Опять спросил их: кого ищете? Они сказали: Иисуса Назорея.

458

И, неся крест Свой, Он вышел на место, называемое Лобное, по-еврейски Голгофа;

459

взирая на начальника и совершителя веры Иисуса, Который, вместо предлежавшей Ему радости, претерпел крест, пренебрегши посрамление, и воссел одесную престола Божия.

460

Сын мой! если ты приступаешь служить Господу Богу, то приготовь душу твою к искушению:

461

утверждая души учеников, увещевая пребывать в вере и поучая, что многими скорбями надлежит нам войти в Царствие Божие.

462

Да и все, желающие жить благочестиво во Христе Иисусе, будут гонимы.

463

Выходя, они встретили одного Киринеянина, по имени Симона; сего заставили нести крест Его.

464

Желающие хвалиться по плоти принуждают вас обрезываться только для того, чтобы не быть гонимыми за крест Христов, ибо и сами обрезывающиеся не соблюдают закона, но хотят, чтобы вы обрезывались, дабы похвалиться в вашей плоти. А я не желаю хвалиться, разве только крестом Господа нашего Иисуса Христа, которым для меня мир распят, и я для мира.

465

утверждая души учеников, увещевая пребывать в вере и поучая, что многими скорбями надлежит нам войти в Царствие Божие.

466

И когда выведет своих овец, идет перед ними; а овцы за ним идут, потому что знают голос его… Овцы Мои слушаются голоса Моего, и Я знаю их; и они идут за Мною.

467

Это те, которые не осквернились с женами, ибо они девственники; это те, которые следуют за Агнцем, куда бы Он ни пошел. Они искуплены из людей, как первенцу Богу и Агнцу,

468

Когда он вышел, Иисус сказал: ныне прославился Сын Человеческий, и Бог прославился в Нем.

469

А что мы познали Его, узнаём из того, что соблюдаем Его заповеди.

470

возьмите иго Мое на себя и научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем, и найдете покой душам вашим;

471

Ибо вы к тому призваны, потому что и Христос пострадал за нас, оставив нам пример, дабы мы шли по следам Его.

472

Предаст же брат брата на смерть, и отец — сына; и восстанут дети на родителей, и умертвят их; и будете ненавидимы всеми за имя Мое; претерпевший же до конца спасется. Когда же будут гнать вас в одном городе, бегите в другой. Ибо истинно говорю вам: не успеете обойти городов Израилевых, как приидет Сын Человеческий. Ученик не выше учителя, и слуга не выше господина своего: довольно для ученика, чтобы он был, как учитель его, и для слуги, чтобы он был, как господин его. Если хозяина дома назвали веельзевулом, не тем ли более домашних его? Итак не бойтесь их, ибо нет ничего сокровенного, что не открылось бы, и тайного, что не было бы узнано. Что говорю вам в темноте, говорите при свете; и что на ухо слышите, проповедуйте на кровлях. И не бойтесь убивающих тело, души же не могущих убить; а бойтесь более Того, Кто может и душу и тело погубить в геенне.

473

Один же из учеников Его, которого любил Иисус, возлежал у груди Иисуса.

474

и кто не несет креста своего и идёт за Мною, не может быть Моим учеником.

475

утверждая души учеников, увещевая пребывать в вере и поучая, что многими скорбями надлежит нам войти в Царствие Божие.

476

Много скорбей нечестивому, а уповающего на Господа окружает милость.

477

а если как Христианин, то не стыдись, но прославляй Бога за такую участь.

478

Увидев это, Петр сказал народу: мужи Израильские! что дивитесь сему, или что смотрите на нас, как будто бы мы своею силою или благочестием сделали то, что он ходит?

479

О, несмысленные Галаты! кто прельстил вас не покоряться истине, вас, у которых перед глазами предначертан был Иисус Христос, как бы у вас распятый?

480

в совет их да не внидет душа моя, и к собранию их да не приобщится слава моя, ибо они во гневе своем убили мужа и по прихоти своей перерезали жилы тельца;

481

Если бы вы были от мира, то мир любил бы свое; а как вы не от мира, но Я избрал вас от мира, потому ненавидит вас мир.

482

другие испытали поругания и побои, а также узы и темницу, были побиваемы камнями, перепиливаемы, подвергаемы пытке, умирали от меча, скитались в милотях и козьих кожах, терпя недостатки, скорби, озлобления; те, которых весь мир не был достоин, скитались по пустыням и горам, по пещерам и ущельям земли.

483

И Я покажу ему, сколько он должен пострадать за имя Мое.

484

Да и все, желающие жить благочестиво во Христе Иисусе, будут гонимы.

485

Только бы не пострадал кто из вас, как убийца, или вор, или злодей, или как посягающий на чужое;

486

Но да сбудется слово, написанное в законе их: возненавидели Меня напрасно.

487

Тогда я сказал: вот, иду; в свитке книжном написано о мне:

488

Ибо думаю, что нынешние временные страдания ничего не стоят в сравнении с тою славою, которая откроется в нас.

489

Он истязуем был, но страдал добровольно и не открывал уст Своих; как овца, веден был Он на заклание, и как агнец пред стригущим его безгласен, так Он не отверзал уст Своих.

490

Будучи злословим, Он не злословил взаимно; страдая, не угрожал, но предавал то Судии Праведному.

491

Вас постигло искушение не иное, как человеческое; и верен Бог, Который не попустит вам быть искушаемыми сверх сил, но при искушении даст и облегчение, так чтобы вы могли перенести.

492

Многие из учеников Его, слыша то, говорили: какие странные слова! кто может это слушать?

493

но знает Бог, что в день, в который вы вкусите их, откроются глаза ваши, и вы будете, как боги, знающие добро и зло.

494

И увидела жена, что дерево хорошо для пищи, и что оно приятно для глаз и вожделенно, потому что дает знание; и взяла плодов его и ела; и дала также мужу своему, и он ел.

495

И обонял Господь приятное благоухание, и сказал Господь [Бог] в сердце Своем: не буду больше проклинать землю за человека, потому что помышление сердца человеческого — зло от юности его; и не буду больше поражать всего живущего, как Я сделал:

496

все совратились с пути, до одного негодны; нет делающего добро, нет ни одного.

497

Доброго, которого хочу, не делаю, а злое, которого не хочу, делаю. Если же делаю то, чего не хочу, уже не я делаю то, но живущий во мне грех. Итак я нахожу закон, что, когда хочу делать доброе, прилежит мне злое. Ибо по внутреннему человеку нахожу удовольствие в законе Божием; но в членах моих вижу иной закон, противоборствующий закону ума моего и делающий меня пленником закона греховного, находящегося в членах моих.

498

зная то, что ветхий наш человек распят с Ним, чтобы упразднено было тело греховное, дабы нам не быть уже рабами греху;

499

Ибо два зла сделал народ Мой: Меня, источник воды живой, оставили, и высекли себе водоемы разбитые, которые не могут держать воды.

500

Помышления плотские суть смерть, а помышления духовные — жизнь и мир, потому что плотские помышления суть вражда против Бога; ибо закону Божию не покоряются, да и не могут.

501

Ибо возмездие за грех — смерть, а дар Божий — жизнь вечная во Христе Иисусе, Господе нашем.

502

Любящий душу свою погубит ее; а ненавидящий душу свою в мире сем сохранит ее в жизнь вечную.

503

Он, будучи образом Божиим, не почитал хищением быть равным Богу; но уничижил Себя Самого, приняв образ раба, сделавшись подобным человекам и по виду став как человек;

504

чтобы остальное во плоти время жить уже не по человеческим похотям, но по воле Божией.

505

А Я говорю вам: любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящим вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас.

506

и возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всем разумением твоим, и всею крепостию твоею, — вот первая заповедь!

507

Не любите мира, ни того, что в мире: кто любит мир, в том нет любви Отчей.

508

Но те, которые Христовы, распяли плоть со страстями и похотями.

509

Так и вы почитайте себя мертвыми для греха, живыми же для Бога во Христе Иисусе, Господе нашем.

510

Жены, повинуйтесь своим мужьям, как Господу, потому что муж есть глава жены, как и Христос глава Церкви, и Он же Спаситель тела. Но как Церковь повинуется Христу, так и жены своим мужьям во всем.

511

Никодим говорит Ему: как может человек родиться, будучи стар? неужели может он в другой раз войти в утробу матери своей и родиться?

512

и облечься в нового человека, созданного по Богу, в праведности и святости истины.

513

чтобы познать Его, и силу воскресения Его, и участие в страданиях Его, сообразуясь смерти Его

514

Если же мы умерли со Христом, то веруем, что и жить будем с Ним.

515

бо если преступлением одного смерть царствовала посредством одного, то тем более приемлющие обилие благодати и дар праведности будут царствовать в жизни посредством единого Иисуса Христа.

516

благодаря Бога и Отца, призвавшего нас к участию в наследии святых во свете.

517

И отрет Бог всякую слезу с очей их, и смерти не будет уже; ни плача, ни вопля, ни болезни уже не будет, ибо прежнее прошло.

518

Тогда Фома, иначе называемый Близнец, сказал ученикам: пойдем и мы умрем с ним.

519

Тогда Иисус сказал ученикам Своим: если кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною.

520

Ночь прошла, а день приблизился: итак отвергнем дела тьмы и облечемся в оружия света.

521

Откуда у вас вражды и распри? не отсюда ли, от вожделений ваших, воюющих в членах ваших?

522

Не так ли надлежало пострадать Христу и войти в славу Свою?

523

Сарра внутренно рассмеялась, сказав: мне ли, когда я состарилась, иметь сие утешение? и господин мой стар.

524

Ибо един Бог, един и посредник между Богом и человеками, человек Христос Иисус.

525

Итак заклинаю тебя пред Богом и Господом нашим Иисусом Христом, Который будет судить живых и мертвых в явление Его и Царствие Его:

526

ибо Ты производил мой суд и мою тяжбу; Ты воссел на престоле, Судия праведный.

527

бо приидет Сын Человеческий во славе Отца Своего с Ангелами Своими и тогда воздаст каждому по делам его.

528

На другой день видит Иоанн идущего к нему Иисуса и говорит: вот Агнец Божий, Который берет на Себя грех мира.

529

От уз и суда Он был взят; но род Его кто изъяснит? ибо Он отторгнут от земли живых; за преступления народа Моего претерпел казнь.

530

посему и может всегда спасать приходящих чрез Него к Богу, будучи всегда жив, чтобы ходатайствовать за них.

531

Сей, будучи сияние славы и образ ипостаси Его и держа все словом силы Своей, совершив Собою очищение грехов наших, воссел одесную (престола) величия на высоте,

532

Кому когда из Ангелов сказал Бог: седи одесную Меня, доколе положу врагов Твоих в подножие ног Твоих?

533

в чистоте, в благоразумии, в великодушии, в благости, в Духе Святом, в нелицемерной любви.

534

Придите ко Мне все труждающиеся и обремененные, и Я успокою вас.

535

Просите, и дано будет вам; ищите, и найдете; стучите, и отворят вам; ибо всякий просящий получает, и ищущий находит, и стучащему отворят.

536

И отрет Бог всякую слезу с очей их, и смерти не будет уже; ни плача, ни вопля, ни болезни уже не будет, ибо прежнее прошло.

537

Палладия, еп. Рязанского и Зарайского. Спб. 1881. Т. II, стр. 51.

538

Подвигом добрым я подвизался, течение совершил, веру сохранил;

539

Но те, которые Христовы, распяли плоть со страстями и похотями.

540

Благодарение Богу, что вы, быв прежде рабами греха, от сердца стали послушны тому образу учения, которому предали себя.

541

Бог, богатый милостью, по Своей великой любви, которою возлюбил нас.

542

Верный в малом и во многом верен, а неверный в малом неверен и во многом.

543

Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного, дабы всякий верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную.

544

И когда Я вознесен буду от земли, всех привлеку к Себе.

545

И когда пойду и приготовлю вам место, приду опять и возьму вас к Себе, чтобы и вы были, где Я.

546

и вражду положу между тобою и между женою, и между семенем твоим и между семенем ее; оно будет поражать тебя в голову, а ты будешь жалить его в пяту.

547

Однако же смерть царствовала от Адама до Моисея и над несогрешившими подобно преступлению Адама, который есть образ будущего.

548

И как проповедывать, если не будут посланы? как написано: как прекрасны ноги благовествующих мир, благовествующих благое!

549

Горе вам, законникам, что вы взяли ключ разумения: сами не вошли, и входящим воспрепятствовали.

550

и сказал: на Моисеевом седалище сели книжники и фарисеи;

551

Целый год собирались они в церкви и учили немалое число людей, и ученики в Антиохии в первый раз стали называться Христианами.

552

Разве не знаете, что вы храм Божий, и Дух Божий живет в вас?

553

Посему и мы, имея вокруг себя такое облако свидетелей, свергнем с себя всякое бремя и запинающий нас грех и с терпением будем проходить предлежащее нам поприще, взирая на начальника и совершителя веры Иисуса, Который, вместо предлежавшей Ему радости, претерпел крест, пренебрегши посрамление, и воссел одесную престола Божия.

554

А тем, которые приняли Его, верующим во имя Его, дал власть быть чадами Божиими.

555

Посему ты уже не раб, но сын; а если сын, то и наследник Божий через Иисуса

Христа.

556

И. Халколиванова, прот. Спб. 1865. Т. II, стр. 310.

557

Придет же день Господень, как тать ночью, и тогда небеса с шумом прейдут, стихии же, разгоревшись, разрушатся, земля и все дела на ней сгорят.

558

Выражение душу свою равносильно «жизнь свою», причем по свойству греческого языка душа — ψυχή — как центр жизненной силы, принимается за выражение всей жизни.

559

А Я говорю вам, что всякий, гневающийся на брата своего напрасно, подлежит суду; кто же скажет брату своему: «рака», подлежит синедриону; а кто скажет: «безумный», подлежит геенне огненной.

560

Блаженный Августин

561

Святой Иоанн Лествичник.

562

Святой Ефрем Сирин.

563

но и волос с головы вашей не пропадет.

564

взирая на начальника и совершителя веры Иисуса, Который, вместо предлежавшей Ему радости, претерпел крест, пренебрегши посрамление, и воссел одесную престола Божия.

565

Ибо Господь, кого любит, того наказывает; бьет же всякого сына, которого принимает. Если вы терпите наказание, то Бог поступает с вами, как с сынами. Ибо есть ли какой сын, которого бы не наказывал отец? Если же остаетесь без наказания, которое всем обще, то вы незаконные дети, а не сыны.

566

И если чего попросите у Отца во имя Мое, то сделаю, да прославится Отец в Сыне.

567

если мы неверны, Он пребывает верен, ибо Себя отречься не может.

568

Но да просит с верою, нимало не сомневаясь, потому что сомневающийся подобен морской волне, ветром поднимаемой и развеваемой.

569

Гедеон сказал ему: господин мой! если Господь с нами, то отчего постигло нас все это [бедствие]? и где все чудеса Его, о которых рассказывали нам отцы наши, говоря: «из Египта вывел нас Господь»? Ныне оставил нас Господь и предал нас в руки Мадианитян.

570

Познайте же, что верующие суть сыны Авраама. И Писание, провидя, что Бог верою оправдает язычников, предвозвестило Аврааму: в тебе благословятся все народы. Итак верующие благословляются с верным Авраамом,

571

Ибо Христос вошел не в рукотворенное святилище, по образу истинного устроенное, но в самое небо, чтобы предстать ныне за нас пред лице Божие,

572

И еще сказано: возвеселитесь, язычники, с народом Его. И еще: хвалите Господа, все язычники, и прославляйте Его, все народы. Исаия также говорит: будет корень Иессеев, и восстанет владеть народами; на Него язычники надеяться будут.

573

Разумею то, что Иисус Христос сделался служителем для обрезанных — ради истины Божией, чтобы исполнить обещанное отцам.

574

упразднив вражду Плотию Своею, а закон заповедей учением, дабы из двух создать в Себе Самом одного нового человека, устрояя мир, и в одном теле примирить обоих с Богом посредством креста, убив вражду на нем. И, придя, благовествовал мир вам, дальним и близким, потому что через Него и те и другие имеем доступ к Отцу, в одном Духе.

575

Имейте нрав несребролюбивый, довольствуясь тем, что есть. Ибо Сам сказал: не оставлю тебя и не покину тебя.

576

Горы сдвинутся и холмы поколеблются, — а милость Моя не отступит от тебя, и завет мира Моего не поколеблется, говорит милующий тебя Господь.

577

Радуйтесь и веселитесь, ибо велика ваша награда на небесах: так гнали и пророков, бывших прежде вас.

578

Не бойся ничего, что тебе надобно будет претерпеть. Вот, диавол будет ввергать из среды вас в темницу, чтобы искусить вас, и будете иметь скорбь дней десять. Будь верен до смерти, и дам тебе венец жизни.

579

Обетование же, которое Он обещал нам, есть жизнь вечная.

580

Верующий в Сына Божия имеет свидетельство в себе самом; не верующий Богу представляет Его лживым, потому что не верует в свидетельство, которым Бог свидетельствовал о Сыне Своем.

581

И если чего попросите у Отца во имя Мое, то сделаю, да прославится Отец в Сыне.

582

Если Я свидетельствую Сам о Себе, то свидетельство Мое не есть истинно. Есть другой, свидетельствующий о Мне; и Я знаю, что истинно то свидетельство, которым он свидетельствует о Мне.

583

Я же имею свидетельство больше Иоаннова: ибо дела, которые Отец дал Мне совершить, самые дела сии, Мною творимые, свидетельствуют о Мне, что Отец послал Меня. И пославший Меня Отец Сам засвидетельствовал о Мне. А вы ни гласа Его никогда не слышали, ни лица Его не видели

584

И се, глас с небес глаголющий: Сей есть Сын Мой возлюбленный, в Котором Мое благоволение.

585

Когда он еще говорил, се, облако светлое осенило их; и се, глас из облака глаголющий.

586

Смотрите, поступайте так, как повелел вам Господь, Бог ваш; не уклоняйтесь ни направо, ни налево; ходите по тому пути, по которому повелел вам Господь, Бог ваш, дабы вы были живы, и хорошо было вам, и прожили много времени на той земле, которую получите во владение.

587

Повеления Господа праведны, веселят сердце; заповедь Господа светла, просвещает очи. Страх Господень чист, пребывает вовек. Суды Господни истина, все праведны; они вожделеннее золота и даже множества золота чистого, слаще меда и капель сота; и раб Твой охраняется ими, в соблюдении их великая награда.

588

о, если бы сердце их было у них таково, чтобы бояться Меня и соблюдать все заповеди Мои во все дни, дабы хорошо было им и сынам их вовек!

589

благословение, если послушаете заповедей Господа, Бога вашего, которые я заповедую вам сегодня, а проклятие, если не послушаете заповедей Господа, Бога вашего, и уклонитесь от пути, который заповедую вам сегодня, и пойдете вслед богов иных, которых вы не знаете.

590

Откровения Твои я принял, как наследие на веки, ибо они веселие сердца моего.

591

Слово Твое — светильник ноге моей и свет стезе моей.

592

Он же сказал ему: что ты называешь Меня благим? Никто не благ, как только один Бог. Если же хочешь войти в жизнь вечную, соблюди заповеди.

593

ибо телесное упражнение мало полезно, а благочестие на все полезно, имея обетование жизни настоящей и будущей.

594

Ибо это есть любовь к Богу, чтобы мы соблюдали заповеди Его; и заповеди Его не тяжки.

595

ибо иго Мое благо, и бремя Мое легко.

596

и призови Меня в день скорби; Я избавлю тебя, и ты прославишь Меня.

597

За то, что он возлюбил Меня, избавлю его; защищу его, потому что он познал имя Мое. Воззовет ко Мне, и услышу его; с ним Я в скорби; избавлю его и прославлю его.

598

И вот какое дерзновение мы имеем к Нему, что, когда просим чего по воле Его, Он слушает нас

599

Поднимите глаза ваши на высоту небес и посмотрите, кто сотворил их? Кто выводит воинство их счетом? Он всех их называет по имени: по множеству могущества и великой силе у Него ничто не выбывает.

600

В доме Отца Моего обителей много. А если бы не так, Я сказал бы вам: Я иду приготовить место вам.

601

Феофана, еп. Тамбовского.

602

П. Шумова, свящ. Поучения, стр. 62.

603

Евангелие от святого Луки 1:24–38 (зач. 3).

604

Χαίρε — обычный греческий привет при встрече. В еврейском ему соответствует шалом лак — мир тебе.

605

Картинно изображает это состояние Пресвятой Девы святой Иоанн Златоуст в своем слове на день Благовещения, помещенном в Прологе под 25 марта. Это слово может служить примером того, как святые отцы, вопреки новейшим схоластам, боящимся оторваться от буквы, свободно предавались благочестивым размышлениям о библейских событиях, приближаясь к тому, что соответствует психологическому анализу состояния действующих лиц.

606

Ρήμα, vеrbum, дабар (евр.) — не только слово, но и выражаемое им дело, как неразлучные у Всемогущего.

607

А взявшие Иисуса отвели Его к Каиафе первосвященнику, куда собрались книжники и старейшины.

608

И привели Иисуса к первосвященнику; и собрались к нему все первосвященники и старейшины и книжники.

609

как вам кажется? Они же сказали в ответ: повинен смерти.

610

и он обещал, и искал удобного времени, чтобы предать Его им не при народе.

611

и он пошел, и говорил с первосвященниками и начальниками, как Его предать им.

612

и, связав Его, отвели и предали Его Понтию Пилату, правителю.

613

Немедленно поутру первосвященники со старейшинами и книжниками и весь синедрион составили совещание и, связав Иисуса, отвели и предали Пилату.

614

И поднялось все множество их, и повели Его к Пилату.

615

Тогда плевали Ему в лице и заушали Его; другие же ударяли Его по ланитам.

616

И некоторые начали плевать на Него и, закрывая Ему лице, ударять Его и говорить Ему: прореки. И слуги били Его по ланитам.

617

Люди, державшие Иисуса, ругались над Ним и били Его; и, закрыв Его, ударяли Его по лицу и спрашивали Его: прореки, кто ударил Тебя?

618

Но Ирод со своими воинами, уничижив Его и насмеявшись над Ним, одел Его в светлую одежду и отослал обратно к Пилату.

619

Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры, что уподобляетесь окрашенным гробам, которые снаружи кажутся красивыми, а внутри полны костей мертвых и всякой нечистоты; так и вы по наружности кажетесь людям праведными, а внутри исполнены лицемерия и беззакония. Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры, что строите гробницы пророкам и украшаете памятники праведников, и говорите: если бы мы были во дни отцов наших, то не были бы сообщниками их в пролитии крови пророков; таким образом вы сами против себя свидетельствуете, что вы сыновья тех, которые избили пророков; дополняйте же меру отцов ваших.

620

А воины отвели Его внутрь двора, то есть в преторию, и собрали весь полк, и одели Его в багряницу, и, сплетши терновый венец, возложили на Него; и начали приветствовать Его: радуйся, Царь Иудейский! И били Его по голове тростью, и плевали на Него, и, становясь на колени, кланялись Ему.

621

Тогда Пилат взял Иисуса и велел бить Его. И воины, сплетши венец из терна, возложили Ему на голову, и одели Его в багряницу, и говорили: радуйся, Царь Иудейский! и били Его по ланитам. Пилат опять вышел и сказал им: вот, я вывожу Его к вам, чтобы вы знали, что я не нахожу в Нем никакой вины. Тогда вышел Иисус в терновом венце и в багрянице. И сказал им Пилат: се, Человек!

622

А нам Бог открыл это Духом Своим; ибо Дух все проницает, и глубины Божии.

623

Если же и закрыто благовествование наше, то закрыто для погибающих,

624

Тайна сия велика; я говорю по отношению ко Христу и к Церкви.

625

Душевный человек не принимает того, что от Духа Божия, потому что он почитает это безумием; и не может разуметь, потому что о сем надобно судить духовно

626

смирил Себя, быв послушным даже до смерти, и смерти крестной.

627

взирая на начальника и совершителя веры Иисуса, Который, вместо предлежавшей Ему радости, претерпел крест, пренебрегши посрамление, и воссел одесную престола Божия.

628

И беспрекословно — великая благочестия тайна: Бог явился во плоти, оправдал Себя в Духе, показал Себя Ангелам, проповедан в народах, принят верою в мире, вознесся во славе.

629

Ибо я первоначально преподал вам, что и сам принял, то есть, что Христос умер за грехи наши, по Писанию, и что Он погребен был, и что воскрес в третий день, по Писанию,

630

О, бездна богатства и премудрости и ведения Божия! Как непостижимы судьбы Его и неисследимы пути Его! Ибо кто познал ум Господень? Или кто был советником Ему?

631

ибо нет другого имени под небом, данного человекам, которым надлежало бы нам спастись.

632

потому что Бог во Христе примирил с Собою мир, не вменяя людям преступлений их, и дал нам слово примирения.

633

и в одном теле примирить обоих с Богом посредством креста, убив вражду на нем.

634

а мы проповедуем Христа распятого, для Иудеев соблазн, а для Еллинов безумие.

635

О, несмысленные Галаты! кто прельстил вас не покоряться истине, вас, у которых перед глазами предначертан был Иисус Христос, как бы у вас распятый?

636

Глубоко упали они, развратились, как во дни Гивы; Он вспомнит нечестие их, накажет их за грехи их.

637

Тем прославится Отец Мой, если вы принесете много плода и будете Моими учениками

638

Но и эти шатаются от вина и сбиваются с пути от сикеры; священник и пророк спотыкаются от крепких напитков; побеждены вином, обезумели от сикеры, в видении ошибаются, в суждении спотыкаются.

639

Ибо два зла сделал народ Мой: Меня, источник воды живой, оставили, и высекли себе водоемы разбитые, которые не могут держать воды.

640

Ибо Господь, кого любит, того наказывает; бьет же всякого сына, которого принимает.

641

От власти ада Я искуплю их, от смерти избавлю их. Смерть! где твое жало? ад! где твоя победа? Раскаяния в том не будет у Меня.

642

и он рад был наполнить чрево свое рожками, которые ели свиньи, но никто не давал ему. Придя же в себя, сказал: сколько наемников у отца моего избыточествуют хлебом, а я умираю от голода;

643

Как скоро он пойдет, схватит вас; ходить же будет каждое утро, день и ночь, и один слух о нем будет внушать ужас.

644

А я не желаю хвалиться, разве только крестом Господа нашего Иисуса Христа, которым для меня мир распят, и я для мира.

645

зная то, что ветхий наш человек распят с Ним, чтобы упразднено было тело греховное, дабы нам не быть уже рабами греху;

646

Он сказал им в ответ: для того, что вам дано знать тайны Царствия Небесного, а им не дано

647

В то время, продолжая речь, Иисус сказал: славлю Тебя, Отче, Господи неба и земли, что Ты утаил сие от мудрых и разумных и открыл то младенцам;

648

Благо мне, что я пострадал, дабы научиться уставам Твоим.

649

Входите тесными вратами, потому что широки врата и пространен путь, ведущие в погибель, и многие идут ими.

650

И народу сему скажи: так говорит Господь: вот, Я предлагаю вам путь жизни и путь смерти:

651

Сорок лет Я был раздражаем родом сим, и сказал: это народ, заблуждающийся сердцем; они не познали путей Моих.

652

Есть пути, которые кажутся человеку прямыми, но конец их путь к смерти.

653

утверждая души учеников, увещевая пребывать в вере и поучая, что многими скорбями надлежит нам войти в Царствие Божие.

654

Душевный человек не принимает того, что от Духа Божия, потому что он почитает это безумием; и не может разуметь, потому что о сем надобно судить духовно.

655

Тогда Иисус сказал ему в ответ: блажен ты, Симон, сын Ионин, потому что не плоть и кровь открыли тебе это, но Отец Мой, Сущий на небесах.

656

Исследуйте Писания, ибо вы думаете чрез них иметь жизнь вечную; а они свидетельствуют о Мне.

657

а мы проповедуем Христа распятого, для Иудеев соблазн, а для Еллинов безумие.

658

Ибо восстанут лжехристы и лжепророки, и дадут великие знамения и чудеса, чтобы прельстить, если возможно, и избранных.

659

И, подозвав народ с учениками Своими, сказал им: кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною.

660

Но те, которые Христовы, распяли плоть со страстями и похотями.

661

и не сообразуйтесь с веком сим, но преобразуйтесь обновлением ума вашего, чтобы вам познавать, что есть воля Божия, благая, угодная и совершенная.

662

А Я говорю вам: любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящим вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас,

663

Но Иисус, зная помышления их, сказал им: всякое царство, разделившееся само в себе, опустеет; и всякий город или дом, разделившийся сам в себе, не устоит.

664

Много трудов предназначено каждому человеку, и тяжело иго на сынах Адама со дня исхода из чрева матери их до дня возвращения к матери всех.

665

Много скорбей у праведного, и от всех их избавит его Господь.

666

И когда ты не обленился встать и оставить обед свой, чтобы пойти и убрать мертвого, твоя благотворительность не утаилась от меня, но я был с тобою.

667

И сказала ему жена его: ты все еще тверд в непорочности твоей! похули Бога и умри

668

Да и все, желающие жить благочестиво во Христе Иисусе, будут гонимы.

669

если терпим, то с Ним и царствовать будем; если отречемся, и Он отречется от нас.

670

Испытай меня, Боже, и узнай сердце мое; испытай меня и узнай помышления мои;

671

Иисус сказал ему: Я есмь путь и истина и жизнь; никто не приходит к Отцу, как только через Меня.

672

Иисус сказал им: смотрите, берегитесь закваски фарисейской и саддукейской.

673

Ибо вы к тому призваны, потому что и Христос пострадал за нас, оставив нам пример, дабы мы шли по следам Его.

674

Молитесь о нас; ибо мы уверены, что имеем добрую совесть, потому что во всем желаем вести себя честно.

675

И избавит меня Господь от всякого злого дела и сохранит для Своего Небесного Царства, Ему слава во веки веков. Аминь.

676

С того времени Иисус начал открывать ученикам Своим, что Ему должно идти в Иерусалим и много пострадать от старейшин и первосвященников и книжников, и быть убиту, и в третий день воскреснуть. И, отозвав Его, Петр начал прекословить Ему: будь милостив к Себе, Господи! да не будет этого с Тобою!

677

И не сим только, но хвалимся и скорбями, зная, что от скорби происходит терпение.

678

уверовавших чрез Него в Бога, Который воскресил Его из мертвых и дал Ему славу, чтобы вы имели веру и упование на Бога.

679

Господь делает нищим и обогащает, унижает и возвышает. Из праха подъемлет Он бедного, из брения возвышает нищего, посаждая с вельможами, и престол славы дает им в наследие; ибо у Господа основания земли, и Он утвердил на них вселенную.

680

Мною цари царствуют и повелители узаконяют правду.

681

Не властен ли горшечник над глиною, чтобы из той же смеси сделать один сосуд для почетного употребления, а другой для низкого?

682

Ибо кто отличает тебя? Что ты имеешь, чего бы не получил? А если получил, что хвалишься, как будто не получил?

683

Гордость ненавистна и Господу и людям и преступна против обоих.

684

Посему, кто думает, что он стоит, берегись, чтобы не упасть.

685

ибо начальник есть Божий слуга, тебе на добро. Если же делаешь зло, бойся, ибо он не напрасно

носит меч: он Божий слуга, отмститель в наказание делающему злое.

686

Мы, сильные, должны сносить немощи бессильных и не себе угождать.

687

ибо меньший заслуживает помилование, а сильные сильно будут истязаны.

688

а который не знал, и сделал достойное наказания, бит будет меньше. И от всякого, кому дано много, много и потребуется, и кому много вверено, с того больше взыщут.

689

Посему и Бог превознес Его и дал Ему имя выше всякого имени.

690

Я был глазами слепому и ногами хромому; 16 отцом был я для нищих и тяжбу, которой я не знал, разбирал внимательно.

691

ибо в Нем обитает вся полнота Божества телесно.

692

и возьмет крови тельца и покропит перстом своим на крышку спереди и пред крышкою, семь раз покропит кровью с перста своего. И заколет козла в жертву за грех за народ, и внесет кровь его за завесу, и сделает с кровью его то же, что делал с кровью тельца и покропит ею на крышку и пред крышкою, — и очистит святилище от нечистот сынов Израилевых и от преступлений их, во всех грехах их. Так должен поступить он и со скиниею собрания, находящеюся у них, среди нечистот их. Ни один человек не должен быть в скинии собрания, когда входит он для очищения святилища, до самого выхода его. И так очистит он себя, дом свой и все общество Израилево. И выйдет он к жертвеннику, который пред лицем Господним, и очистит его, и возьмет крови тельца и крови козла, и возложит на роги жертвенника со всех сторон.

693

вот устав закона, который заповедал Господь, говоря: скажи сынам Израилевым, пусть приведут тебе рыжую телицу без порока, у которой нет недостатка, [и] на которой не было ярма; и отдайте ее Елеазару священнику, и выведет ее вон из стана [на место чистое], и заколют ее при нем; и пусть возьмет Елеазар священник перстом своим крови ее и кровью покропит к передней стороне скинии собрания семь раз; и сожгут телицу при его глазах: кожу ее и мясо ее и кровь ее с нечистотою ее пусть сожгут.

694

а о том надобно было радоваться и веселиться, что брат твой сей был мертв и ожил, пропадал и нашелся.

695

И вас, мертвых по преступлениям и грехам вашим, в которых вы некогда жили, по обычаю мира сего, по воле князя, господствующего в воздухе, духа, действующего ныне в сынах противления.

696

Иисус, отвечая им, сказал: Мое учение — не Мое, но Пославшего Меня; кто хочет творить волю Его, тот узнает о сем учении, от Бога ли оно, или Я Сам от Себя говорю.

697

А теперь ищете убить Меня, Человека, сказавшего вам истину, которую слышал от Бога: Авраам этого не делал.

698

Иисус сказал им в ответ: если Я и Сам о Себе свидетельствую, свидетельство Мое истинно; потому что Я знаю, откуда пришел и куда иду; а вы не знаете, откуда Я и куда иду.

699

Потому Я и сказал вам, что вы умрете во грехах ваших; ибо если не уверуете, что это Я, то умрете во грехах ваших.

700

но, по примеру призвавшего вас Святаго, и сами будьте святы во всех поступках.

701

Павел и Силуан и Тимофей — церкви Фессалоникской в Боге Отце и Господе Иисусе Христе: благодать вам и мир от Бога Отца нашего и Господа Иисуса Христа.

702

непрестанно памятуя ваше дело веры и труд любви и терпение упования на Господа нашего Иисуса Христа пред Богом и Отцем нашим.

703

так что вы стали образцом для всех верующих в Македонии и Ахаии.

704

Итак будьте совершенны, как совершен Отец ваш Небесный.

705

Итак нет ныне никакого осуждения тем, которые во Христе Иисусе живут не по плоти, но по духу, потому что закон духа жизни во Христе Иисусе освободил меня от закона греха и смерти. Как закон, ослабленный плотию, был бессилен, то Бог послал Сына Своего в подобии плоти греховной в жертву за грех и осудил грех во плоти, чтобы оправдание закона исполнилось в нас, живущих не по плоти, но по духу.

706

Я говорю: поступайте по духу, и вы не будете исполнять вожделений плоти.

707

Душевный человек не принимает того, что от Духа Божия, потому что он почитает это безумием; и не может разуметь, потому что о сем надобно судить духовно. Но духовный судит о всем, а о нем судить никто не может.

708

Если Я сказал вам о земном, и вы не верите, — как поверите, если буду говорить вам о небесном?

709

Иисус сказал ему в ответ: истинно, истинно говорю тебе, если кто не родится свыше, не может увидеть Царствия Божия. Никодим говорит Ему: как может человек родиться, будучи стар? неужели может он в другой раз войти в утробу матери своей и родиться? Иисус отвечал: истинно, истинно говорю тебе, если кто не родится от воды и Духа, не может войти в Царствие Божие.

710

Никто да не обольщает вас пустыми словами, ибо за это приходит гнев Божий на сынов противления итак, не будьте сообщниками их. Вы были некогда тьма, а теперь — свет в Господе: поступайте, как чада света, потому что плод Духа состоит во всякой благости, праведности и истине.

711

отложить прежний образ жизни ветхого человека, истлевающего в обольстительных похотях, а обновиться духом ума вашего.

712

Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного, дабы всякий верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную.

713

В том любовь, что не мы возлюбили Бога, но Он возлюбил нас и послал Сына Своего в умилостивление за грехи наши.

714

Прот. П. Смирнова. Слова и речи, ч. I, стр. 50.

715

и вражду положу между тобою и между женою, и между семенем твоим и между семенем ее; оно будет поражать тебя в голову, а ты будешь жалить его в пяту.

716

Облекитесь во всеоружие Божие, чтобы вам можно было стать против козней диавольских.

717

Рабы, повинуйтесь господам своим по плоти со страхом и трепетом, в простоте сердца вашего, как Христу.

718

Если нога скажет: я не принадлежу к телу, потому что я не рука, то неужели она потому не принадлежит к телу?

719

Дары различны, но Дух один и тот же; и служения различны, а Господь один и тот же; и действия различны, а Бог один и тот же, производящий все во всех.

720

И. Сергиева, прот. Полн. собр. сочин. т. II, стр. 130.

721

Ев. от Марка 10:32–45 и Луки 7:36–50.

722

Сапоги или сандалии по восточному обычаю оставляются у порога, a ноги освежаются холодной водой. Входить в дом иначе как с босыми ногами на востоке есть почти то же, что у нас входить в дом, не сняв шляпы или шапки.

723

В древнейшие времена у евреев был обычай сидеть за низеньким столом на особых подстилках, но впоследствии, хотя по-видимому уже со времени пророка Амоса (6:4), т. е. за семь веков до Рождества Христова., получил преобладание другой обычай — возлежать за столом. Этот обычай перешел к ним от персов, a затем поддерживался и влиянием греков и римлян, которые также возлежали за столом, как это можно видеть из многочисленных изображений на памятниках древности.

724

В талмуде имеется множество свидетельств в пользу того, что при других обстоятельствах присутствие таких личностей в доме даже почтенных раввинов отнюдь не было явлением редким или исключительным…

725

Принесенное ею с собою в алавастровом сосуде «миро» было одним из самых любимых и распространенных на востоке благовоний. Оно привозилось из Индии и ценилось очень дорого. С особенным избытком этим благовонием, как можно выводить из Притч. 7:17 и Ис. 3:19, пользовались именно известного класса женщины, и в данном случае оно было куплено очевидно далеко не для того употребления, которое было сделано из него…

726

Для чего бы не продать это миро за триста динариев и не раздать нищим?

727

Ибо нищих всегда имеете с собою, а Меня не всегда.

728

Сказал же он это не потому, чтобы заботился о нищих, но потому что был вор. Он имел при себе денежный ящик и носил, что туда опускали.

729

Ликуй от радости, дщерь Сиона, торжествуй, дщерь Иерусалима: се Царь твой грядет к тебе, праведный и спасающий, кроткий, сидящий на ослице и на молодом осле, сыне подъяремной.

730

сказав им: пойдите в селение, которое прямо перед вами; и тотчас найдете ослицу привязанную и молодого осла с нею; отвязав, приведите ко Мне; и если кто скажет вам что-нибудь, отвечайте, что они надобны Господу; и тотчас пошлет их. Всё же сие было, да сбудется реченное через пророка, который говорит: Скажите дщери Сионовой: се, Царь твой грядет к тебе кроткий, сидя на ослице и молодом осле, сыне подъяремной.

731

привели ослицу и молодого осла и положили на них одежды свои, и Он сел поверх их.

732

Тогда истреблю колесницы у Ефрема и коней в Иерусалиме, и сокрушен будет бранный лук; и Он возвестит мир народам, и владычество Его будет от моря до моря и от реки до концов земли.

733

Множество же народа постилали свои одежды по дороге, а другие резали ветви с дерев и постилали по дороге.

734

народ же, предшествовавший и сопровождавший, восклицал: осанна Сыну Давидову! благословен Грядущий во имя Господне! осанна в вышних!

735

Но Господь сказал мне: «довольно для тебя благодати Моей, ибо сила Моя совершается в немощи». И потому я гораздо охотнее буду хвалиться своими немощами, чтобы обитала во мне сила Христова.

736

потому говорю им притчами, что они видя не видят, и слыша не слышат, и не разумеют.

737

ибо придут на тебя дни, когда враги твои обложат тебя окопами и окружат тебя, и стеснят тебя отовсюду, и разорят тебя, и побьют детей твоих в тебе, и не оставят в тебе камня на камне за то, что ты не узнал времени посещения твоего.

738

Блаженный Августин.

739

Святой Иоанн Златоуст.

740

Ликуй от радости, дщерь Сиона, торжествуй, дщерь Иерусалима: се Царь твой грядет к тебе, праведный и спасающий, кроткий, сидящий на ослице и на молодом осле, сыне подъяремной.

741

И взял Давид венец царя их с головы его, — а в нем было золота талант и драгоценный камень, — и возложил его Давид на свою голову, и добычи из города вынес очень много.

742

Но прежде надлежит Ему много пострадать и быть отвержену родом сим.

743

Ибо Он взошел пред Ним, как отпрыск и как росток из сухой земли; нет в Нем ни вида, ни величия; и мы видели Его, и не было в Нем вида, который привлекал бы нас к Нему.

744

И говорит ему Иисус: лисицы имеют норы и птицы небесные — гнезда, а Сын Человеческий не имеет, где приклонить голову.

745

Иисус отвечал: Царство Мое не от мира сего; если бы от мира сего было Царство Мое, то служители Мои подвизались бы за Меня, чтобы Я не был предан Иудеям; но ныне Царство Мое не отсюда.

746

Иисус же, узнав, что хотят придти, нечаянно взять его и сделать царем, опять удалился на гору один.

747

Ибо вы знаете благодать Господа нашего Иисуса Христа, что Он, будучи богат, обнищал ради вас, дабы вы обогатились Его нищетою.

748

Так говорит Господь: небо — престол Мой, а земля — подножие ног Моих; где же построите вы дом для Меня, и где место покоя Моего?

749

Он создал сердца всех их и вникает во все дела их.

750

И когда сказал им: это Я, они отступили назад и пали на землю.

751

Он сказал: кто Ты, Господи? Господь же сказал: Я Иисус, Которого ты гонишь. Трудно тебе идти против рожна.

752

которое в свое время откроет блаженный и единый сильный Царь царствующих и Господь господствующих.

753

Придите ко Мне все труждающиеся и обремененные, и Я успокою вас; возьмите иго Мое на себя и научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем, и найдете покой душам вашим;

754

Как прекрасны на горах ноги благовестника, возвещающего мир, благовествующего радость, проповедующего спасение, говорящего Сиону: «воцарился Бог твой!»

755

Люди клянутся высшим, и клятва во удостоверение оканчивает всякий спор их.

756

С милостивым Ты поступаешь милостиво, с мужем искренним — искренно.

757

Верно и всякого принятия достойно слово, что Христос Иисус пришел в мир спасти грешников, из которых я первый.

758

слепые прозревают и хромые ходят, прокаженные очищаются и глухие слышат, мертвые воскресают и нищие благовествуют.

759

Скажите дщери Сионовой: се, Царь твой грядет к тебе кроткий, сидя на ослице и молодом осле, сыне подъяремной.

760

Умножению владычества Его и мира нет предела на престоле Давида и в царстве его, чтобы Ему утвердить его и укрепить его судом и правдою отныне и до века. Ревность Господа Саваофа соделает это.

761

Блаженны кроткие, ибо они наследуют землю.

762

Блаженны милостивые, ибо они помилованы будут.

763

Блаженны миротворцы, ибо они будут наречены сынами Божиими.

764

Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, а сорадуется истине; все покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит.

765

Нет подобного Тебе, Господи! Ты велик, и имя Твое велико могуществом. Кто не убоится Тебя, Царь народов? ибо Тебе единому принадлежит это; потому что между всеми мудрецами народов и во всех царствах их нет подобного Тебе.

766

Ибо кто на небесах сравнится с Господом? кто между сынами Божиими уподобится Господу? Страшен Бог в великом сонме святых, страшен Он для всех окружающих Его. Господи, Боже сил! кто силен, как Ты, Господи? И истина Твоя окрест Тебя.

767

ибо от величия красоты созданий сравнительно познается Виновник бытия их. Впрочем, они меньше заслуживают порицания, ибо заблуждаются, может быть, ища Бога и желая найти Его: потому что, обращаясь к делам Его, они исследывают и убеждаются зрением, что все видимое прекрасно. Но и они неизвинительны: если они столько могли разуметь, что в состоянии были исследывать временный мир, то почему они тотчас не обрели Господа его?

768

Ибо невидимое Его, вечная сила Его и Божество, от создания мира через рассматривание творений видимы, так что они безответны.

769

Небеса проповедуют славу Божию, и о делах рук Его вещает твердь. 3 День дню передает речь, и ночь ночи открывает знание.

770

И весьма размножил Бог народ Свой и сделал его сильнее врагов его.

771

Поднимите глаза ваши на высоту небес и посмотрите, кто сотворил их? Кто выводит воинство их счетом? Он всех их называет по имени: по множеству могущества и великой силе у Него ничто не выбывает.

772

Ибо два зла сделал народ Мой: Меня, источник воды живой, оставили, и высекли себе водоемы разбитые, которые не могут держать воды.

773

Но как они, познав Бога, не прославили Его, как Бога, и не возблагодарили, но осуетились в умствованиях своих, и омрачилось несмысленное их сердце; называя себя мудрыми, обезумели, и славу нетленного Бога изменили в образ, подобный тленному человеку, и птицам, и четвероногим, и пресмыкающимся

774

хотя и не переставал свидетельствовать о Себе благодеяниями, подавая нам с неба дожди и времена плодоносные и исполняя пищею и веселием сердца наши.

775

Но как они, познав Бога, не прославили Его, как Бога, и не возблагодарили, но осуетились в умствованиях своих, и омрачилось несмысленное их сердце.

776

будучи помрачены в разуме, отчуждены от жизни Божией, по причине их невежества и ожесточения сердца их.

777

что вы были в то время без Христа, отчуждены от общества Израильского, чужды заветов обетования, не имели надежды и были безбожники в мире.

778

ибо если сердце наше осуждает нас, то кольми паче Бог, потому что Бог больше сердца нашего и знает всё.

779

и взирают на все пути человеческие, и проникают в места сокровенные. Ему известно было все прежде, нежели сотворено было, равно как и по совершении.

780

да будете сынами Отца вашего Небесного, ибо Он повелевает солнцу Своему восходить над злыми и добрыми и посылает дождь на праведных и неправедных.

781

потому что все согрешили и лишены славы Божией, получая оправдание даром, по благодати Его, искуплением во Христе Иисусе.

782

Посему да приступаем с дерзновением к престолу благодати, чтобы получить милость и обрести благодать для благовременной помощи.

783

Всем сердцем моим ищу Тебя; не дай мне уклониться от заповедей Твоих.

784

О, бездна богатства и премудрости и ведения Божия! Как непостижимы судьбы Его и неисследимы пути Его!

785

ибо их убивали уязвления саранчи и мух, и не нашлось врачевства для души их, потому что они достойны были мучения от сих.

786

у вас же и волосы на голове все сочтены.

787

Так, близко к боящимся Его спасение Его, чтобы обитала слава в земле нашей!

788

Посему говорю вам: не заботьтесь для души вашей, что вам есть и что пить, ни для тела вашего, во что одеться. Душа не больше ли пищи, и тело одежды?

789

Итак не заботьтесь и не говорите: что нам есть? или что пить? или во что одеться? потому что всего этого ищут язычники, и потому что Отец ваш Небесный знает, что вы имеете нужду во всем этом. Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это все приложится вам. Итак не заботьтесь о завтрашнем дне, ибо завтрашний сам будет заботиться о своем: довольно для каждого дня своей заботы.

790

Наконец, братия мои, что только истинно, что честно, что справедливо, что чисто, что любезно, что достославно, что только добродетель и похвала, о том помышляйте.

791

Ибо многие, о которых я часто говорил вам, а теперь даже со слезами говорю, поступают как враги креста Христова. Их конец — погибель, их бог — чрево, и слава их — в сраме, они мыслят о земном.

792

Итак, умертвите земные члены ваши: блуд, нечистоту, страсть, злую похоть и любостяжание, которое есть идолослужение,

793

Старайтесь не о пище тленной, но о пище, пребывающей в жизнь вечную, которую даст вам Сын Человеческий, ибо на Нем положил печать Свою Отец, Бог.

794

Итак, если вы воскресли со Христом, то ищите горнего, где Христос сидит одесную Бога; о горнем помышляйте, а не о земном.

795

ибо многих ввели в заблуждение их предположения, и лукавые мечты поколебали ум их.

796

Итак, смотрите, поступайте осторожно, не как неразумные, но как мудрые, дорожа временем, потому что дни лукавы. Итак, не будьте нерассудительны, но познавайте, что есть воля Божия.

797

Посему увещавайте друг друга и назидайте один другого, как вы и делаете. Просим же вас, братия, уважать трудящихся у вас, и предстоятелей ваших в Господе, и вразумляющих вас

798

Таковых увещеваем и убеждаем Господом нашим Иисусом Христом, чтобы они, работая в безмолвии, ели свой хлеб.

799

Все заботы ваши возложите на Него, ибо Он печется о вас.

800

Кто мне на небе? и с Тобою ничего не хочу на земле. Изнемогает плоть моя и сердце мое: Бог твердыня сердца моего и часть моя вовек.

801

Всегда радуйтесь.

802

Мы отовсюду притесняемы, но не стеснены; мы в отчаянных обстоятельствах, но не отчаиваемся.

803

Эту часть можно раскрывать и иначе, применительно к наступающим дням страстной седмицы, показывая, какая радость заключается в том, что Спаситель идет на вольные страдания за нас и т. п. (см. изъясн. апостол.)

804

Платона, архиеп. Херсонского. Од. 1880 г., стр. 19.

805

Что же смотреть ходили вы? человека ли, одетого в мягкие одежды? Носящие мягкие одежды находятся в чертогах царских. Что же смотреть ходили вы? пророка? Да, говорю вам, и больше пророка. Ибо он тот, о котором написано: се, Я посылаю Ангела Моего пред лицем Твоим, который приготовит путь Твой пред Тобою.

806

На другой день множество народа, пришедшего на праздник, услышав, что Иисус идет в Иерусалим, взяли пальмовые ветви, вышли навстречу Ему и восклицали: осанна! благословен грядущий во имя Господне, Царь Израилев! Иисус же, найдя молодого осла, сел на него, как написано: Не бойся, дщерь Сионова! се, Царь твой грядет, сидя на молодом осле.

807

Кротость ваша да будет известна всем человекам. Господь близко.

808

Господь есть Дух; а где Дух Господень, там свобода.

809

Ибо во Христе Иисусе не имеет силы ни обрезание, ни необрезание, но вера, действующая любовью.

810

и нас, мертвых по преступлениям, оживотворил со Христом, — благодатью вы спасены.

811

Он же сказал им в ответ: истинно говорю вам: не знаю вас.

812

Царь, войдя посмотреть возлежащих, увидел там человека, одетого не в брачную одежду, и говорит ему: друг! как ты вошел сюда не в брачной одежде? Он же молчал. Тогда сказал царь слугам: связав ему руки и ноги, возьмите его и бросьте во тьму внешнюю; там будет плач и скрежет зубов.

813

Итак, как Христос пострадал за нас плотию, то и вы вооружитесь тою же мыслью; ибо страдающий плотию перестает грешить, чтобы остальное во плоти время жить уже не по человеческим похотям, но по воле Божией.

814

Иное упало в терние, и терние выросло, и заглушило семя, и оно не дало плода… Посеянное в тернии означает слышащих слово, но в которых заботы века сего, обольщение богатством и другие пожелания, входя в них, заглушают слово, и оно бывает без плода.

815

Ибо всё, что в мире: похоть плоти, похоть очей и гордость житейская, не есть от Отца, но от мира сего.

816

Но беззакония ваши произвели разделение между вами и Богом вашим, и грехи ваши отвращают лице Его от вас, чтобы не слышать.

817

И вот, некто, подойдя, сказал Ему: Учитель благий! что сделать мне доброго, чтобы иметь жизнь вечную? Он же сказал ему: что ты называешь Меня благим? Никто не благ, как только один Бог. Если же хочешь войти в жизнь вечную, соблюди заповеди. Говорит Ему: какие? Иисус же сказал: не убивай; не прелюбодействуй; не кради; не лжесвидетельствуй; почитай отца и мать; и: люби ближнего твоего, как самого себя. Юноша говорит Ему: всё это сохранил я от юности моей; чего еще недостает мне? Иисус сказал ему: если хочешь быть совершенным, пойди, продай имение твое и раздай нищим; и будешь иметь сокровище на небесах; и приходи и следуй за Мною. Услышав слово сие, юноша отошел с печалью, потому что у него было большое имение. Иисус же сказал ученикам Своим: истинно говорю вам, что трудно богатому войти в Царство Небесное;

818

Он же сказал ему: один человек сделал большой ужин и звал многих, и когда наступило время ужина, послал раба своего сказать званым: идите, ибо уже всё готово. И начали все, как бы сговорившись, извиняться. Первый сказал ему: я купил землю и мне нужно пойти посмотреть ее; прошу тебя, извини меня. Другой сказал: я купил пять пар волов и иду испытать их; прошу тебя, извини меня. Третий сказал: я женился и потому не могу придти.

819

Прелюбодеи и прелюбодейцы! не знаете ли, что дружба с миром есть вражда против Бога? Итак, кто хочет быть другом миру, тот становится врагом Богу.

820

Так и вы почитайте себя мертвыми для греха, живыми же для Бога во Христе Иисусе, Господе нашем.

821

не говорите лжи друг другу, совлекшись ветхого человека с делами его и облекшись в нового, который обновляется в познании по образу Создавшего его,

822

Но Господь сказал мне: «довольно для тебя благодати Моей, ибо сила Моя совершается в немощи». И потому я гораздо охотнее буду хвалиться своими немощами, чтобы обитала во мне сила Христова.

823

Ибо вы были, как овцы блуждающие (не имея пастыря), но возвратились ныне к Пастырю и Блюстителю душ ваших.

824

Бандакова Вaс., свящ., стр. 64.

825

Иоан. 12:1-18 (нач. 41). Сравн. Матф. 21:1-11; Марк. 11:1-11; Лук. 19:29–44.

826

Ликуй от радости, дщерь Сиона, торжествуй, дщерь Иерусалима: се Царь твой грядет к тебе, праведный и спасающий, кроткий, сидящий на ослице и на молодом осле, сыне подъяремной.

827

Осанна — с евр. букв. «спаси же», σώσоν δη, т. е. «просим тебя, спаси нас!» В этом смысле оно употреблено в пс. 117, ст. 25, который пелся за богослужением в праздник кущей, причем употреблялись и пальмовые ветви. Отсюда и сам праздник назывался — Осанна.

828

«Заплакал»— έχλαυσεν, буквально с греческого —«зарыдал.»

829

Подробное описание этого см. y Φ. Β. Фаррара, Станлея, Эдершейма и др.

830

[Господи!] кто поверил слышанному от нас, и кому открылась мышца Господня?

831

Ибо огрубело сердце народа сего, и ушами с трудом слышат, и очи свои сомкнули, да не узрят очами, и не услышат ушами, и не уразумеют сердцем, и не обратятся, чтобы Я исцелил их.

832

Евангелист Иоанн приводит здесь слова пророка Исаии, видимо, на память, не держась буквальной точности этих слов. Он не следует ни еврейскому тексту, ни переводу LXX, хотя и точно сохраняет смысл пророческих изречениии (См. Ис. 6:10).

833

Святого Иоанна Златоуста бесед. к народ.

834

Ibid.

835

Блаженного Августина traсt. 84 in Iоhan.

836

Святого Амвросия lib. III dе saсr.

837

Святого Амвросия оrat. ant. miss.

838

Блаженного Августина sеrm. 25 dе tетр.

839

Кто мне на небе? и с Тобою ничего не хочу на земле.

840

Я есмь хлеб жизни. Отцы ваши ели манну в пустыне и умерли; хлеб же, сходящий с небес, таков, что ядущий его не умрет.

841

Влечет меня то и другое: имею желание разрешиться и быть со Христом, потому что это несравненно лучше.

842

Бедный я человек! кто избавит меня от сего тела смерти?

843

Истинно, истинно говорю вам: наступает время, и настало уже, когда мертвые услышат глас Сына Божия и, услышав, оживут. Ибо, как Отец имеет жизнь в Самом Себе, так и Сыну дал иметь жизнь в Самом Себе. И дал Ему власть производить и суд, потому что Он есть Сын Человеческий. Не дивитесь сему; ибо наступает время, в которое все, находящиеся в гробах, услышат глас Сына Божия

844

Перед праздником Пасхи Иисус, зная, что пришел час Его перейти от мира сего к Отцу, явил делом, что, возлюбив Своих сущих в мире, до конца возлюбил их.

845

По тому узнают все, что вы Мои ученики, если будете иметь любовь между собою.

846

Сия есть заповедь Моя, да любите друг друга, как Я возлюбил вас.

847

Итак, оправдавшись верою, мы имеем мир с Богом через Господа нашего Иисуса Христа.

848

Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь имеет жизнь вечную, и Я воскрешу его в последний день.

849

С этого времени многие из учеников Его отошли от Него и уже не ходили с Ним.

850

Есть из них враги света, не знают путей его и не ходят по стезям его.

851

А между тем они говорят Богу: отойди от нас, не хотим мы знать путей Твоих!

852

Блаженный Августин: traсt. 84 in Iоhan.

853

Так да светит свет ваш пред людьми, чтобы они видели ваши добрые дела и прославляли Отца вашего Небесного.

854

Ибо, кто ест и пьет недостойно, тот ест и пьет осуждение себе, не рассуждая о Теле Господнем.

855

Святого Иоанна Златоуста бес. 28 на посл. к Кор.

856

Святого Иоанна Златоуста беседа 51 на Матф.

857

потому что все согрешили и лишены славы Божией.

858

и мир Божий, который превыше всякого ума, соблюдет сердца ваши и помышления ваши во Христе Иисусе.

859

Душевный человек не принимает того, что от Духа Божия, потому что он почитает это безумием; и не может разуметь, потому что о сем надобно судить духовно.

860

Что пользы, братия мои, если кто говорит, что он имеет веру, а дел не имеет? может ли эта вера спасти его?

861

Истинно говорю вам: есть некоторые из стоящих здесь, которые не вкусят смерти, как уже увидят Сына Человеческого, грядущего в Царствии Своем.

862

И, возвратившись, раб тот донес о сем господину своему. Тогда, разгневавшись, хозяин дома сказал рабу своему: пойди скорее по улицам и переулкам города и приведи сюда нищих, увечных, хромых и слепых.

863

Иисус же, услышав это, сказал им: не здоровые имеют нужду во враче, но больные.

864

Замечая же, как званые выбирали первые места, сказал им притчу:

865

Вспомните это и покажите себя мужами; примите это, отступники, к сердцу;

866

Испытывайте самих себя, в вере ли вы; самих себя исследуйте. Или вы не знаете самих себя, что Иисус Христос в вас? Разве только вы не то, чем должны быть.

867

Жертва Богу — дух сокрушенный; сердца сокрушенного и смиренного Ты не презришь, Боже.

868

оставь там дар твой пред жертвенником, и пойди прежде примирись с братом твоим, и тогда приди и принеси дар твой.

869

Женщина говорит Ему: Господи! вижу, что Ты пророк.

870

сотворите же достойный плод покаяния.

871

Итак, кто во Христе, тот новая тварь; древнее прошло, теперь все новое.

872

Во свидетели пред вами призываю сегодня небо и землю: жизнь и смерть предложил я тебе, благословение и проклятие. Избери жизнь, дабы жил ты и потомство твое.

873

И народу сему скажи: так говорит Господь: вот, Я предлагаю вам путь жизни и путь смерти.

874

для одних запах смертоносный на смерть, а для других запах живительный на жизнь. И кто способен к сему?

875

Он же сказал ему в ответ: написано: не хлебом одним будет жить человек, но всяким словом, исходящим из уст Божиих.

876

Разве нет бальзама в Галааде? разве нет там врача? Отчего же нет исцеления дщери народа моего?

877

Придите ко Мне все труждающиеся и обремененные, и Я успокою вас.

878

Иисус же сказал им: Я есмь хлеб жизни; приходящий ко Мне не будет алкать, и верующий в Меня не будет жаждать никогда … хлеб же, сходящий с небес, таков, что ядущий его не умрет.

879

Старайтесь не о пище тленной, но о пище, пребывающей в жизнь вечную, которую даст вам Сын Человеческий, ибо на Нем положил печать Свою Отец, Бог.

880

И Ангелу Сардийской церкви напиши: так говорит Имеющий семь духов Божиих и семь звезд: знаю твои дела; ты носишь имя, будто жив, но ты мертв.

881

Иисус же сказал им: истинно, истинно говорю вам: если не будете есть Плоти Сына Человеческого и пить Крови Его, то не будете иметь в себе жизни.

882

Да найдет на них смерть; да сойдут они живыми в ад, ибо злодейство в жилищах их, посреди их.

883

Верующий в Сына имеет жизнь вечную, а не верующий в Сына не увидит жизни, но гнев Божий пребывает на нем.

884

И после сего куска вошел в него сатана. Тогда Иисус сказал ему: что делаешь, делай скорее.

885

Потому Я и сказал вам, что вы умрете во грехах ваших; ибо если не уверуете, что это Я, то умрете во грехах ваших.

886

Или пренебрегаешь богатство благости, кротости и долготерпения Божия, не разумея, что благость Божия ведет тебя к покаянию?

887

Димитрия, архиеп. Херсонского.

888

потому что не слушатели закона праведны пред Богом, но исполнители закона оправданы будут

889

Ибо, кто ест и пьет недостойно, тот ест и пьет осуждение себе, не рассуждая о Теле Господнем.

890

Пребудьте во Мне, и Я в вас. Как ветвь не может приносить плода сама собою, если не будет на лозе: так и вы, если не будете во Мне. Я есмь лоза, а вы ветви; кто пребывает во Мне, и Я в нем, тот приносит много плода; ибо без Меня не можете делать ничего.

891

P. Путятина, прот. Полн. собр. поуч. стр. 215.

892

Синаксар. В Великую Пятницу.

893

Святой Иоанн Златоуст.

894

Святой Иоанн Златоуст.

895

Стихир. в Великую Пятницу.

896

Святой Василий Великий.

897

Блаженный Августина tr. 179.

898

И будет шатер для осенения днем от зноя и для убежища и защиты от непогод и дождя.

899

взирая на начальника и совершителя веры Иисуса, Который, вместо предлежавшей Ему радости, претерпел крест, пренебрегши посрамление, и воссел одесную престола Божия.

900

Иисус говорит им: неужели вы никогда не читали в Писании: камень, который отвергли строители, тот самый сделался главою угла? Это от Господа, и есть дивно в очах наших?

901

Царица южная восстанет на суд с родом сим и осудит его, ибо она приходила от пределов земли послушать мудрости Соломоновой; и вот, здесь больше Соломона.

902

которое в свое время откроет блаженный и единый сильный Царь царствующих и Господь господствующих.

903

И беспрекословно — великая благочестия тайна: Бог явился во плоти, оправдал Себя в Духе, показал Себя Ангелам, проповедан в народах, принят верою в мире, вознесся во славе.

904

Я же червь, а не человек, поношение у людей и презрение в народе.

905

Христос искупил нас от клятвы закона, сделавшись за нас клятвою [ибо написано: проклят всяк, висящий на древе].

906

Заповедей Твоих не слушали и не соблюдали их, и не поступали, как Ты повелел нам, чтобы благо нам было.

907

Не так ли надлежало пострадать Христу и войти в славу Свою?

908

Главное же в том, о чем говорим, есть то: мы имеем такого Первосвященника, Который воссел одесную престола величия на небесах.

909

смотрите, презрители, подивитесь и исчезните; ибо Я делаю дело во дни ваши, дело, которому не поверили бы вы, если бы кто рассказывал вам.

910

меня, который прежде был хулитель и гонитель и обидчик, но помилован потому, что так поступал по неведению, в неверии.

911

Иисус сказал им в ответ: вот дело Божие, чтобы вы веровали в Того, Кого Он послал.

912

Потом говорит Фоме: подай перст твой сюда и посмотри руки Мои; подай руку твою и вложи в ребра Мои; и не будь неверующим, но верующим.

913

Итак охотно принявшие слово его крестились, и присоединилось в тот день душ около трех тысяч.

914

Укреплю их в Господе, и они будут ходить во имя Его, говорит Господь.

915

и, совершившись, сделался для всех послушных Ему виновником спасения вечного.

916

Кто осуждает? Христос Иисус умер, но и воскрес: Он и одесную Бога, Он и ходатайствует за нас.

917

будучи уверен в том, что начавший в вас доброе дело будет совершать его даже до дня Иисуса Христа.

918

достигая наконец верою вашею спасения душ.

919

для неверующих, у которых бог века сего ослепил умы, чтобы для них не воссиял свет благовествования о славе Христа, Который есть образ Бога невидимого.

920

я Иудеянин, родившийся в Тарсе Киликийском, воспитанный в сем городе при ногах Гамалиила, тщательно наставленный в отеческом законе, ревнитель по Боге, как и все вы ныне.

921

Ему придверник отворяет, и овцы слушаются голоса его, и он зовет своих овец по имени и выводит их.

922

Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры, что строите гробницы пророкам и украшаете памятники праведников.

923

но проповедуем премудрость Божию, тайную, сокровенную, которую предназначил Бог прежде веков к славе нашей.

924

а только слышали они, что гнавший их некогда ныне благовествует веру, которую прежде истреблял.

925

Да и все почитаю тщетою ради превосходства познания Христа Иисуса, Господа моего: для Него я от всего отказался, и все почитаю за сор, чтобы приобрести Христа.

926

Он же сказал им: поэтому всякий книжник, наученный Царству Небесному, подобен хозяину, который выносит из сокровищницы своей новое и старое.

927

И не будет учить каждый ближнего своего и каждый брата своего, говоря: познай Господа; потому что все, от малого до большого, будут знать Меня.

928

Нет уже Иудея, ни язычника; нет раба, ни свободного; нет мужеского пола, ни женского: ибо все вы одно во Христе Иисусе.

929

У пророков написано: и будут все научены Богом. Всякий, слышавший от Отца и научившийся, приходит ко Мне.

930

всегда учащихся и никогда не могущих дойти до познания истины.

931

Кто думает, что он знает что-нибудь, тот ничего еще не знает так, как должно знать.

932

и уразуметь превосходящую разумение любовь Христову, дабы вам исполниться всею полнотою Божиею.

933

Ибо знаю, что не живет во мне, то есть в плоти моей, доброе; потому что желание добра есть во мне, но чтобы сделать оное, того не нахожу.

934

Никто не обольщай самого себя. Если кто из вас думает быть мудрым в веке сем, тот будь безумным, чтобы быть мудрым.

935

Ибо мы отчасти знаем, и отчасти пророчествуем.

936

Я пойду пред тобою и горы уровняю, медные двери сокрушу и запоры железные сломаю.

937

Приближались к Нему все мытари и грешники слушать Его.

938

но истинною любовью все возращали в Того, Который есть глава Христос, из Которого все тело, составляемое и совокупляемое посредством всяких взаимно скрепляющих связей, при действии в свою меру каждого члена, получает приращение для созидания самого себя в любви.

939

Скорби сердца моего умножились; выведи меня из бед моих.

940

Я воззвал к Тебе, Господи, я сказал: Ты прибежище мое и часть моя на земле живых. Внемли воплю моему, ибо я очень изнемог; избавь меня от гонителей моих, ибо они сильнее меня.

941

через Которого верою и получили мы доступ к той благодати, в которой стоим и хвалимся надеждою славы Божией.

942

в Котором мы имеем дерзновение и надежный доступ через веру в Него.

943

да приступаем с искренним сердцем, с полною верою, кроплением очистив сердца от порочной совести, и омыв тело водою чистою.

944

Они же сказали: веруй в Господа Иисуса Христа, и спасешься ты и весь дом твой.

945

Придите ко Мне все труждающиеся и обремененные, и Я успокою вас.

946

Избавь меня, Господи, от врагов моих; к Тебе прибегаю.

947

Возлюбленные! если сердце наше не осуждает нас, то мы имеем дерзновение к Богу.

948

Просите, и дано будет вам; ищите, и найдете; стучите, и отворят вам.

949

и взыщете Меня и найдете, если взыщете Меня всем сердцем вашим.

950

На это сказали Ему: Господи! подавай нам всегда такой хлеб.

951

меня, который прежде был хулитель и гонитель и обидчик, но помилован потому, что так поступал по неведению, в неверии.

952

Посему Он должен был во всем уподобиться братиям, чтобы быть милостивым и верным первосвященником пред Богом, для умилостивления за грехи народа. Ибо, как Сам Он претерпел, быв искушен, то может и искушаемым помочь.

953

Ибо не знавшего греха Он сделал для нас жертвою за грех, чтобы мы в Нем сделались праведными пред Богом.

954

ибо окружили меня беды неисчислимые; постигли меня беззакония мои, так что видеть не могу: их более, нежели волос на голове моей; сердце мое оставило меня.

955

Но чтобы вы знали, что Сын Человеческий имеет власть на земле прощать грехи, — тогда говорит расслабленному: встань, возьми постель твою, и иди в дом твой.

956

Вечером и утром и в полдень буду умолять и вопиять, и Он услышит голос мой.

957

Будь мне твердым прибежищем, куда я всегда мог бы укрываться; Ты заповедал спасти меня, ибо твердыня моя и крепость моя — Ты.

958

Не судись с судьею, потому что его будут судить по его почету.

959

Иерусалим, Иерусалим, избивающий пророков и камнями побивающий посланных к тебе! сколько раз хотел Я собрать детей твоих, как птица собирает птенцов своих под крылья, и вы не захотели!

960

Так как вы говорите: «мы заключили союз со смертью и с преисподнею сделали договор: когда всепоражающий бич будет проходить, он не дойдет до нас, — потому что ложь сделали мы убежищем для себя, и обманом прикроем себя». Посему так говорит Господь Бог: вот, Я полагаю в основание на Сионе камень, — камень испытанный, краеугольный, драгоценный, крепко утвержденный: верующий в него не постыдится. И поставлю суд мерилом и правду весами; и градом истребится убежище лжи, и воды потопят место укрывательства.

961

Тогда, если кто скажет вам: вот, здесь Христос, или там, — не верьте.

962

Я открылся не вопрошавшим обо Мне; Меня нашли не искавшие Меня. «Вот Я! вот Я!» говорил Я народу, не именовавшемуся именем Моим.

963

Пилат же написал и надпись, и поставил на кресте. Написано было: Иисус Назорей, Царь Иудейский.

964

Иисус сказал ему: Я есмь путь и истина и жизнь; никто не приходит к Отцу, как только через Меня.

965

и, совершившись, сделался для всех послушных Ему виновником спасения вечного.

966

ибо нет другого имени под небом, данного человекам, которым надлежало бы нам спастись.

967

Ему придверник отворяет, и овцы слушаются голоса его, и он зовет своих овец по имени и выводит их.

968

через Которого мы получили благодать и апостольство, чтобы во имя Его покорять вере все народы.

969

дабы всякий, верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную.

970

открывшейся же ныне явлением Спасителя нашего Иисуса Христа, разрушившего смерть и явившего жизнь и нетление через благовестие.

971

Ибо восстанут лжехристы и лжепророки, и дадут великие знамения и чудеса, чтобы прельстить, если возможно, и избранных.

972

И сказал им: вот то, о чем Я вам говорил, еще быв с вами, что надлежит исполниться всему, написанному о Мне в законе Моисеевом и в пророках и псалмах.

973

ибо все обетования Божии в Нем «да» и в Нем «аминь», — в славу Божию, через нас.

974

Ему назначали гроб со злодеями, но Он погребен у богатого, потому что не сделал греха, и не было лжи в устах Его.

975

Но если бы даже мы или Ангел с неба стал благовествовать вам не то, что мы благовествовали вам, да будет анафема.

976

По сей причине я и страдаю так; но не стыжусь. Ибо я знаю, в Кого уверовал, и уверен, что Он силен сохранить залог мой на оный день.

977

Иисус сказал ей: Я есмь воскресение и жизнь; верующий в Меня, если и умрет, оживет.

978

Никто не отнимает ее у Меня, но Я Сам отдаю ее. Имею власть отдать ее и власть имею опять принять ее. Сию заповедь получил Я от Отца Моего.

979

Иисус сказал ему: столько времени Я с вами, и ты не знаешь Меня, Филипп? Видевший Меня видел Отца; как же ты говоришь, покажи нам Отца?

980

и нас, мертвых по преступлениям, оживотворил со Христом, — благодатью вы спасены, — и воскресил с Ним, и посадил на небесах во Христе Иисусе.

981

И проходил Я мимо тебя, и увидел тебя, брошенную на попрание в кровях твоих, и сказал тебе: «в кровях твоих живи!» Так, Я сказал тебе: «в кровях твоих живи!»

982

Соб. иеромонаха Антония (впоследствии епископа чебоксарского).

983

О, меч! поднимись на пастыря Моего и на ближнего Моего, говорит Господь Саваоф: порази пастыря, и рассеются овцы! И Я обращу руку Мою на малых.

984

А мы надеялись было, что Он есть Тот, Который должен избавить Израиля; но со всем тем, уже третий день ныне, как это произошло.

985

ибо возлюбили больше славу человеческую, нежели славу Божию.

986

Ибо всё, что в мире: похоть плоти, похоть очей и гордость житейская, не есть от Отца, но от мира сего.

987

ибо иго Мое благо, и бремя Мое легко.

988

Лебедева, Π. Α., прот. Поучения, вып. V, стр. 28.

Content

Недели Триоди Великопостной

Практическая Гомилетика протоиерея Иоанна Толмачева Том 1. Неделя Триоди Великопостной

Предисловие к I выпуску

Предисловие ко II изданию «Собеседовательного богословия.»

НЕДЕЛЯ МЫТАРЯ И ФАРИСЕЯ

I. ЕВАНГЕЛЬСКОЕ ЧТЕНИЕ. Зачало (89) от Луки 18:10–14

Общий характер недели. Практический очерк содержания рядового чтения

Гордость уничтожает всякое добро

Почему молитва фарисея была отвергнута, а молитва мытаря услышана Богом?

Фарисейская праведность

Взаимное сравнение гордости и смирения

С разными чувствами люди входят в храм Божий и выходят из него

Образ гордого грешника

Гордятся своими добродетелями лишь духовно слепые

Молитва мытаря должна быть постоянной молитвой кающегося грешника

Бог знает грешника

Ложный покой самоуверенного грешника

Мытарь во храме в сравнении с фарисеем

Человек не будет превозноситься своими добродетелями, если подумает

II. АПОСТОЛЬСКОЕ ЧТЕНИЕ. Зачало (296) 2-е послание к Тимофею 3:10–15

Практический очерк содержания рядового чтения

Промысел Божий

Почему Иисус Христос и апостолы не завещали христианам никакого земного счастья, но готовили их к лишениям и страданиям

Скорби и гонения составляют неизбежный удел благочестивого христианина

Если мы не терпим никаких гонений со стороны злых людей, то это свидетельствует о недостатке в нас веры, любви, благочестия

Родители с ранней юности должны помогать своим детям в достижении их назначения

Велики плоды раннего благочестия

Какова жизнь, такова и награда

ОБРАЗЦЫ ЦЕРКОВНОЙ ПРОПОВЕДИ

Слово на Неделю о Мытаре и Фарисее

Поучение в Неделю Мытаря и Фарисея

Мытарь и фарисей

Библиографический указатель слов, бесед и поучений на Неделю о Мытаре и Фарисее

На Евангелие:

На Апостол:

НЕДЕЛЯ БЛУДНОГО СЫНА

I. ЕВАНГЕЛЬСКОЕ ЧТЕНИЕ. Зачало (79) от Луки 15:11–32

Общий характер недели. Практический очерк содержания рядового чтения

Падение грешника и его восстание

Когда мы можем истинно каяться

Покаяние ложное и бесплодное

Ежедневное покаяние христианина

Почему мы откладываем свое покаяние?

Против тех, которые откладывают свое обращение на будущее время

Нет греха, которого нельзя было бы загладить истинным покаянием

Грешник, обращающийся к Богу, получает вовсе не то, чего он заслуживает по своим грехам

Что требуется для истинного покаяния?

II. АПОСТОЛЬСКОЕ ЧТЕНИЕ. Зачало (135) 1-е послание к Коринфянам 6:12–20

Практический очерк содержания рядового чтения

Дух нашего времени весьма много содействует грехам нецеломудрия

Почему христианская вера так строго восстает против этого плотского греха?

Одна уже мысль о собственном благополучии должна сильно удерживать нас от распутной жизни

Грехи нецеломудрия служат главным источником семейного несчастья

Пагубные следствия распутной жизни

Бегайте блуда

Обычные извинения против нецеломудрия

Прославляйте Бога и в телах ваших и в душах ваших, которые суть Божии (ст.20)

ОБРАЗЦЫ ЦЕРКОВНОЙ ПРОПОВЕДИ

Слово в Неделю о Блудном Сыне.

Поучение в Неделю о Блудном Сыне.

Бесконечное милосердие

Библиографический указатель слов, бесед и поучений на неделю о Блудном Сыне

НЕДЕЛЯ МЯСОПУСТНАЯ

I. ЕВАНГЕЛЬСКОЕ ЧТЕНИЕ. Зачало (106) от Матфея 25:31–46

Общий характер недели. Практический очерк содержания рядового чтения

Как страшно будет второе пришествие Господа для грешников и как утешительно для праведников!

Как важно и спасительно для нас постоянное памятование о страшном суде

Страшный суд будет поистине страшен

Страшный суд

Различие между раем и адом

Несомненное воздаяние на небе, хотя бы на земле многое осталось без возмездия

Ужасное и вместе с тем отрадное учение евангелия о страшном суде

Нынешнее евангелие открывает нам зрелище вечности

Об огне геенском

Разлучение с жизнью ужасно для нераскаянных грешников, но разлучение в последний день будет еще ужаснее

II. АПОСТОЛЬСКОЕ ЧТЕНИЕ. Зачало (140) 1-е послание к Коринфянам 8:8-13 и 9:1–2

Практический очерк содержания рядового чтения

Грехи, происходящие из доброго намерения

Позволительное само по себе вкушение идоложертвенного привело, однако, к великому греху

О соблазнителях

О мудрой христианской осмотрительности, чтобы никому ни в чем не подавать соблазна

ОБРАЗЦЫ ЦЕРКОВНОЙ ПРОПОВЕДИ

Слово в Неделю Мясопустную.

Поучение в Неделю Мясопустную. (Нужно быть готовым к суду Божьему)

Праведное воздаяние

Библиографический указатель слов, бесед и поучений на Неделю Мясопустную

НЕДЕЛЯ СЫРОПУСТНАЯ

I. ЕВАНГЕЛЬСКОЕ ЧТЕНИЕ. Зачало (17) от Матфея 6:14–21

Общий характер недели. Практический очерк содержания рядового чтения

Ο посте

Необходимость поста

Как истинный Христианин проводит дни Великого Поста

Как мы должны оказывать дела благотворения в Великий Пост

В чем же состоит истинный пост, благоугодный Господу

Плоды истинного поста

Средства к приобретению добродетели поста

Возражения против поста

II. АПОСТОЛЬСКОЕ ЧТЕНИЕ. Зачало (112) к Римлянам 8:11–14 и 14:1–4

Практический очерк содержания рядового чтения

О самоиспытании при вступлении в дни Святой Четыредесятницы

Хотя и кажется, что мы бодрствуем, однако же, на самом деде, мы спим и грезим

Наступил час пробудиться от сна

Наступил час пробудиться от сна

Когда мы можем сказать, что спасение сделалось для нас близким?

Сон современных нам Христиан

Образ греха — ночная тьма

Воззвание апостола к нам при наступлении Великого Поста

Три степени пробуждения от греховного сна

ОБРАЗЦЫ ЦЕРКОВНОЙ ПРОПОВЕДИ

Слово в Неделю Сыропустную.

Поучение в Неделю Сыропустную. (Достоинство и важность взаимного прощения христиан при вступлении в Святую Четыредесятницу)

Основы и средства оправдания

Библиографический указатель слов, бесед и поучений на Неделю Сыропустную

1-Я НЕДЕЛЯ ВЕЛИКОГО ПОСТА

I. ЕВАНГЕЛЬСКОЕ ЧТЕНИЕ. Зачало (5) от Иоанна 1:43–51

Зачало (75) Евангелие от Святого Апостола Матфея 18:10–17

Общий характер недели. Практический очерк содержания рядового чтения

Пойди и посмотри

Какой силой Иисус Христос обращал людей к истине и добродетели?

Наша вера в Иисуса Христа и Его учение часто бывает слаба от того, что мы останавливаемся своими мыслями и впечатлениями только на внешнем, видимом

Важность веры в высший духовный мир

Об ангелах вообще и, в частности, об ангелах-хранителях

Ангелы-хранители — наши защитники

Какие наши обязанности по отношению к ангелам-хранителям?

II. АПОСТОЛЬСКОЕ ЧТЕНИЕ. Зачало (329) к Евреям 11:24–26.32; к Римлянам 16:17–20

Практический очерк содержания рядового чтения

Современные враги Православной Церкви

Самое лучшее средство узнавать лживых учителей

Простая вера — самая лучшая вера

Что такое лжеучители, восстающие против православного учения?

Сравнение лжеучителей со змеями

Сравнение лжеучителей с волками хищными

Ο божественной благодати

ОБРАЗЦЫ ЦЕРКОВНОЙ ПРОПОВЕДИ

Слово в неделю Православия.

Поучение в 1-ю Неделю Поста.

Торжество православия

Библиографический указатель слов, бесед и поучений на 1-ю Неделю Великого Поста

2-Я НЕДЕЛЯ ВЕЛИКОГО ПОСТА

I.ЕВАНГЕЛЬСКОЕ ЧТЕНИЕ. Зачало (7) от Марка 2:1–2

Зачало (36) от Иоанна 10:9-16

Общий характер недели. Практический очерк содержания рядового чтения

Свойства доброго пастыря и добрых овец

Какие свойства овцы мы, христиане, должны усвоить себе?

Истинные Христиане знают голос своего доброго пастыря, Иисуса Христа

Иисус Христос — Пастырь наших душ

Разум, озаренный Христианством, должен быть нашим добрым пастырем

Опасные для стада Христова волки и наемники

Сколько поучительного для нас заключается в том, что Иисус Христос называет себя добрым пастырем!

Я есмь пастырь добрый

Овцы от двора Христова

Наемник в своем деле (ст.13)

Нравственные качества наемников

И будет одно стадо и один Пастырь (ст.16)

II. АПОСТОЛЬСКОЕ ЧТЕНИЕ. Зачало (304) к Евреям 1:10-2:3

Зачало (318) к Евреям 7:26-8:2

Практический очерк содержания рядового чтения

Бог неизменен

Как мы должны относиться к спорам о божестве Иисуса Христа

Ο серьезном внимании, какового вера Христова требует от своих последователей

Как постыдно и гибельно легкомысленное нерадение о спасении души

Мы слишком мало соотносим к себе слышимое и читаемое нами слово Божье

ОБРАЗЦЫ ЦЕРКОВНОЙ ПРОПОВЕДИ

Слово в Неделю 2-ю Великого Поста.

Поучение во 2-ю Неделю Великого Поста.

Дерзновение веры

Библиографический указатель слов, бесед и поучений на 2-ю Неделю Великого Поста

3-Я НЕДЕЛЯ ВЕЛИКОГО ПОСТА

I. ЕВАНГЕЛЬСКОЕ ЧТЕНИЕ. Зачало (37) от Марка 8:34-9:1

Общий характер недели. Практический очерк содержания рядового чтения

В чем состоит самоотвержение, которого требует Иисус Христос от своих последователей?

Самоотвержения, крестоношения и последования за Ним — вот чего требует Иисус Христос от всех, желающих быть Его последователями

Признаки истинного ученика Христова

Два необходимых свойства крестоносца, желающего быть последователем Христовым

Почему и как мы должны ради Христа и евангелия погубить свою душу, чтобы спасти ее

Почему Иисус Христос называет свою Церковь царствием Божьим?

Царство Христово не есть царство от мира сего

Сравнение самоотвержения со смертью

Победа над самими собой посредством самоотвержения есть величайшая из всех побед

Крестный путь самый лучший путь, какого только можно желать

Сравнение креста с лестницей, виденной патриархом Иаковом

Против тех, которые отказываются от креста и страданий

Почему забота о душе должна быть первой нашего заботой?

II. АПОСТОЛЬСКОЕ ЧТЕНИЕ. Зачало (311) к Евреям 4:14-5:6

Практический очерк содержания рядового чтения

Побуждения к постоянному исповеданию нашей веры

Когда мы можем с дерзновеним обращаться к Богу в наших молитвах

Как мы должны просить Бога о необходимых для нас дарах Его милости и благодати, чтобы получить просимое?

Почему мы так мало уповаем на Бога?

ОБРАЗЦЫ ЦЕРКОВНОЙ ПРОПОВЕДИ

Слово в Неделю Крестопоклонную.

Поучение в Неделю Крестопоклонную.

Крест жизни

Библиографический указатель слов, бесед и поучений на Третью Неделю Великого Поста

4-Я НЕДЕЛЯ ВЕЛИКОГО ПОСТА

I. ЕВАНГЕЛЬСКОЕ ЧТЕНИЕ. Зачало (40) от Марка 9:17–31

Общий характер недели. Практический очерк содержания рядового чтения

Три рода и степени гнева

Различные роды слез

Действия диавола в дни великого поста

Как мы изгоняем грех посредством покаяния? (Постепенный ход покаяния)

Если мы в трудных обстоятельствах жизни ищем помощи от Бога, то должны искать ее с полной верой и упованием на всемогущество и милосердие Божье

Степени веры

II. АПОСТОЛЬСКОЕ ЧТЕНИЕ. Зачало (314) к Евреям 6:13–20

Практический очерк содержания рядового чтения

Мысль, что Бог через Иисуса Христа хочет благословить, осчастливить все народы земные, имеет для нас величайшее значение

Будем внимательны к Божьим обетованиям

В каких случаях можно сказать о нас, что мы представляем Бога лживым?

Надежда христиан на небо возбуждает радость в сердце и силу воли

Какие впечатления должно производить на нас представление о небе, как жилище блаженных духов и людей?

Сравнение христианской надежды с якорем

Сила христианской надежды

Побуждения к христианскому упованию

Возражения против упования на Бога

Наша жизнь — путь к небу

ОБРАЗЦЫ ЦЕРКОВНОЙ ПРОПОВЕДИ

Слово в 4-ю Неделю Великого Поста.

Поучение в 4-ю Неделю Великого Поста.

Заря нашего спасения.(На праздник Благовещения)

Библиографический указатель слов, бесед и поучений на 4-ю Неделю Великого Поста

5-Я НЕДЕЛЯ ВЕЛИКОГО ПОСТА

I.ЕВАНГЕЛЬСКОЕ ЧТЕНИЕ. Зачало (35) от Марка: 10:32–45

Общий характер недели. Практический очерк содержания рядового чтения

Иисус Христос на пути Своих страданий служит для нас примером в таком же положении жизни

Как взирал Иисус Христос на свою смерть?

Великая тайна креста

Узкий и скорбный путь к небу

Страдания и смерть Спасителя доставляют нам величайшее успокоение

Как Иисус Христос готовился к Своим страданиям и смерти

Святое призвание христиан уподобляться в своих страданиях Иисусу Христу

«А кто хочет быть большим между вами, да будем вам слугою и кто хочет быть первым между вами, да будет всем рабом.»

Как неразумно искательство внешних почестей и отличий

Добродетель — единственный путь к славе и почестям

II. АПОСТОЛЬСКОЕ ЧТЕНИЕ. Зачало (322) к Евреям 9:11–14

Практический очерк содержания рядового чтения

Христианство есть духовная религия

Искупление рода человеческого Иисусом Христом есть величайшее дело Божьего милосердия

Несравненное превосходство первосвященнического служения Христова перед первосвященством иудейским

Сила крови Христовой

Высокое достоинство Иисуса Христа, открывающееся из Его смерти

Иисус Христос приобрел нам вечное искупление

Жертва Господа нашего Иисуса Христа

Что особенно должно радовать нас в искуплении, совершенном Спасителем?

Мертвые дела не должны быть даже и мыслимы между христианами

Могущественная власть совести

ОБРАЗЦЫ ЦЕРКОВНОЙ ПРОПОВЕДИ

Слово в 5-ю Неделю Великого Поста.

Поучение в 5-ю Неделю Великого Поста.

Грех и покаяние

Библиографический указатель слов, бесед и поучений на 5-ю Неделю Великого Поста

6-Я НЕДЕЛЯ ВЕЛИКОГО ПОСТА

I. ЕВАНГЕЛЬСКОЕ ЧТЕНИЕ. Зачало (41) от Иоанна 12:1-18

Общий характер недели. Практический очерк содержания рядового чтения

Cе Царь твой грядет

О жизненном пути Господа нашего Иисуса Христа

Пример Иуды показывает нам, до чего может довести человека потеря совести

Мы видим на врагах Иисуса Христа, как опасны и гибельны предрассудки, если они соединяются со злым сердцем

Что открывается нам в торжественном входе Спасителя во Иерусалим

О кротости

Слезы Иисуса Христа — самое лучшее увещание против нераскаянности

Три врага нашего спасения, с которыми мы ежедневно должны бороться

Какова скорбь, таково и сердце

Ο христианской дружбе

Любовь, которая не ищет своего

Cе Царь твой грядет

Ветви, которыми мы усееваем крестной путь Спасителя при Его входе в Иерусалим

II. АПОСТОЛЬСКОЕ ЧТЕНИЕ. Зачало (247) к Фипипийцам 4:4–9

Практический очерк содержания рядового чтения

Как проявляется ровное и спокойное состояние духа христианина

Господь близко

Как проявляется сила Христовой веры в различных житейских заботах?

Огромное различие между радостью христианина и мирским весельем

Когда истинный христианин имеет радость

Господь близко

Какое влияние должна оказывать на нашу жизнь мысль, что Господь близко?

Господь близко

Радость о Господе (ст.4)

Мир Божий (ст.7)

ОБРАЗЦЫ ЦЕРКОВНОЙ ПРОПОВЕДИ

Слово в неделю Ваий.

Поучение в неделю Ваий.

Христос Спаситель как Царь

Библиографический указатель слов, бесед и поучений на 6-ю Неделю Великого Поста

ВЕЛИКИЙ ЧЕТВЕРГ

Мы причащаемся истинного и действительного Тела и Крови Христовой

Великие плоды Святого Причащения

Приобщение Святых таинств служит для нас сильнейшим побуждением к святой жизни

Достойное причащение Святых таинств доставляет нам истинное утешение и успокоение в жизни

Достойное причащение Святых таинств делает нас счастливыми даже во временном отношении

Почему некоторые из христиан удерживаются от причащения Святых Христовых таинств?

Извинения тех, которые уклоняются от причащения Святых таинств

Неблагоговение к таинству причащения

Посредством таинства причащения мы уподобляемся Иисусу Христу

Достойный причастник

Жизнь и смерть от вкушения Святых таинств

ОБРАЗЦЫ ЦЕРКОВНОЙ ПРОПОВЕДИ

Слово в великий Четверток. (Ο достойном причащении Святых Таинств)

Поучение перед причащением.

ВЕЛИКАЯ ПЯТНИЦА

Какие чувства должны возбуждаться в нас при воспоминании страстей Христовых

Побежденный Христос есть Победитель

На Голгофе мы видим Иисуса Христа

Почему смерть Иисуса Христа должна до глубины трогать сердца всех нас

Что есть Крест нашего Спасителя

Троякое обвинение Иисуса Христа и развенчание этого обвинения

Глубочайшее падение предателя Иуды

Страстная Пятница воспоминаниями мучений Спасителя ободряет нас к христианскому терпению и крестоношению

Крест Иисуса Христа — величайшее чудо мира

Крест Христов — наша величайшая мудрость

Крест Христов — верное прибежище всех бедных грешников

Крест Христов с надписью: здесь путь, истина и жизнь

ОБРАЗЦЫ ЦЕРКОВНОЙ ПРОПОВЕДИ

Слово в Великую Пятницу.

Поучение в Великую Пятницу.

Страсти Господни

Библиографический указатель слов, бесед и поучений на Великую Пятницу

Примечания