Дэн Шорин

Амулет

Среди шума и суеты восточного базара этот молодой торговец, безусловно, был белой вороной. Он молча сидел на мягких подушках и отрешенно смотрел в небо. Соседские зазывалы благополучно уводили у него клиентов, но торговец словно не замечал этого. Казалось, он думает о чём-то возвышенном, недоступном простому обывателю. Я машинально отмахнулся от назойливого паренька, предлагавшего какую-то бижутерию, и подошёл к заинтересовавшему меня торговцу. Перед ним аккуратно были разложены магические жезлы. Или, по крайней мере, то, что он хотел выдать за магические жезлы.

— Что продаёшь? — лениво спросил я.

— Магические жезлы, амулеты, талисманы — безучастно ответил торговец.

— Лэп хааромс кэр? [настоящие магические жезлы? (ланийск.)] — спросил я. Торговец магической утварью, который не знает ланийского, наверняка мошенник.

— Лэрс хааромс кэр! [истинные магические жезлы! (ланийск.)] — невозмутимо поправил меня торговец.

То, что он владел ланийским, ещё ничего не значило. Сейчас такое время, что сотни проходимцев владеют ланийским, не то что в древности, когда знание этого языка было уделом избранных. Однако этот торговец меня уже заинтересовал. Истинные магические жезлы встречаются не так уж и часто, чтобы просто пройти мимо.

— Расскажи мне о них, — попросил я.

— Вот этот жезл принадлежал великому магу многомирья Лерику. В тот день, когда он пошёл на предвечного дракона, он взял его с собой. Дракон убил Лерика, но сам был настолько измотан, что стал лёгкой добычей рыцаря поднебесья Мирера. Жезл же упал в пропасть, где его и нашёл много лет спустя гном Патрик.

— Насколько я знаю, — поправил я торговца, — в этой битве жезл Лерика был сломан у самой рукояти.

— Патрик починил его в подземельях гномов.

— Даже гномы не способны второй раз вдохнуть жизнь в артефакты такой силы. Хлынувшая из разлома энергия уничтожит всякого, кто решит применить этот жезл в бою.

— Несомненно, господин, — во взгляде торговца появилось уважение и заинтересованность. — Я продаю этот жезл не как боевое оружие, а как сувенир.

— И у тебя повернулся язык назвать этот жезл истинным?

— Жезл, при помощи которого был сокрушен предвечный дракон, является истинным, даже если после этого он не сможем вобрать в себя ни искры магии, — я услышал стальные нотки в голосе торговца.

— Хорошо, расскажи мне про боевые истинные жезлы.

— Обратите внимание вот на этот жезл. Он был создан в изначальную эпоху мастерами бронзового ордена и закалён в башне Халиира. Именно этот жезл согласно пророчеству сможет сокрушить великого Пойседонуса в последнее время.

— А до последнего времени этот жезл просто деревяшка, обитая кусками бронзы. Жизнь в него вдохнёт извержение потухшего вулкана Куарро, которое произойдет в тот момент, когда Посейдонус будет в зените славы. И по самым грубым прикидкам до этого времени ещё не меньше пяти миллионов лет.

— Господин знает всё! — уважительно произнёс торговец.

— У меня был хороший учитель, — невозмутимо ответил я.

— Несомненно, Господин, — улыбнулся торговец. — Ещё у меня есть амулет силы воли. Его владелец в бою способен творить чудеса храбрости.

— Слышал о таком. Насколько я припоминаю, с каждым чудом храбрости он тяжелеет, и так до тех пор, пока своим весом не опрокинет владельца на землю. До сих пор не нашлось ни одного героя, отважившегося взять его в серьёзную битву, — я поморщился. — Есть ли у тебя хоть что-нибудь, что не имеет теневых сторон?

— Каждая вещь имеет свою теневую сторону. Даже луна — ночное светило, призванное разгонять мрак в тёмное время суток иногда бросает на нас свою тень. И тогда случается затмение солнца. У каждой вещи есть свои недостатки; суть могущества заключается в том, чтобы они с лихвой перекрывались нашими достоинствами, господин.

— Ерунду говоришь, торговец! Даже дети знают, что во время затмения великий чёрный дракон Алибу пытается съесть солнце. Но оно обжигает ему желудок, и дракон выплёвывает солнце, чтобы проглотить его в следующий раз. У великих астрологов есть специальные таблицы, по которым они вычисляют, как скоро у Алибу заживёт желудок.

— Как скажете, господин.

Вроде разумный человек, а сам как ребёнок. Про какую-то тень от луны выдумал. Какая может быть тень у источника света? Только сейчас я осознал, что этот торговец вряд ли сможет предложить мне что-нибудь ценное. Я повернулся и медленным шагом направился дальше вдоль торгового ряда. А в мыслях зрело какое-то нехорошее чувство. Что я пропустил что-то важное. Очень важное.

Медленно, очень медленно я оглянулся назад и понял, что меня так беспокоило все это время. Воры.

На всяком уважающем себя базаре тьма-тьмущая всяких воров и жуликов. А у торговца магическая атрибутика разложена слишком небрежно. Я не верю в альтруизм у торговцев. А это означает одно. Существует какой-то вид магической защиты, которая оберегает эти самые жезла от чужих рук. И, скорее всего, эта защита не активная, а пассивная. Какой-нибудь амулет или оберег.

Я развернулся и медленным шагом подошел к торговцу. Так и есть. На шее у него я заметил цепочку, уходящую в глубину под балахон.

— А это что у тебя за амулет? — спросил я требовательно.

Торговец машинально поправил воротник, пытаясь скрыть растерянность.

— Он господину без надобности.

— Почему? — его наглость начинала меня раздражать. — Каковы свойства этого амулета?

— Это амулет удачи магического торговца. Но у него есть одна очень важная теневая сторона. Если у вас есть призвание, надевать его не следует. Он разрушает призвание человека, господин. Если вы его наденете, то до конца жизни будете магическим торговцем.

Призвание. Каждый человек обладает им в той или иной мере. Я еще не встречал людей, не обладающих своим уникальным призванием. Другой вопрос, а правду ли говорит торговец. Разрушение призвания — это высшая магия. Это вам не сглаз какой-нибудь, на который способна даже самая тёмная ведьма. Во всяком случае, ни один из ныне живущих магов на такое не способен.

— Я не верю в призвание! — отчётливо заявил я. — И я хочу купить у тебя этот амулет. Сколько он стоит?

— Пятьсот два динара, господин.

Вот те на. Он думает, что за такую цену я не куплю действующий амулет. Я внимательно исследовал свой кошелёк. Ровно пятьсот два динара. А амулет-то работает!

— Я покупаю его.

Я бросил кошелёк торговцу и усмехнулся.

— Держи!

Торговец как-то странно посмотрел на меня и неуверенно улыбнулся. Неловким движением он снял с шеи амулет и протянул мне. И расхохотался.

Подозрительная слабость вдруг охватила меня. В ту же минуту я понял, что никуда не смогу уйти отсюда, что моё призвание (нет, не призвание — предназначение) сидеть здесь и продавать эти магические жезлы, а вся предыдущая жизнь была лишь призраком ускользающего сновиденья.

— Спасибо тебе, олух, что сделал меня свободным. Двести лет я находился под проклятием амулета. Двести лет я был вынужден торчать здесь, наедине с жезлами и самим собой. И вот я свободен. Моё призвание ушло к тебе. Свобода. Это слово обжигает мне лёгкие, как глоток свежего воздуха в высокогорье. Тебе не понять, что такое одиночество. Одиночество среди шумного многолюдного базара. О, нет, ты очень скоро это поймёшь, я же забыл, что тебя теперь ждёт. Поймёшь и возненавидишь. Как говорят ланийцы — лэрс зир ааберилл. [много хочешь — мало получишь {букв. истинные желания недостижимы} (ланийск.)] Ты останешься сидеть здесь, когда время будет перерисовывать карту земли, определяя ход истории. Сидеть и ожидать того дня, когда такой же вот олух приобретёт у тебя этот амулет, чтобы стать тобой. Чтобы обрести твоё проклятие — проклятие амулета. Что ж, прощай, торговец. Надеюсь, мы больше не свидимся.

Бывший торговец магической атрибутикой широко улыбнулся и исчез в глубине базара. Я же задумался.

Предназначение. Нечто, что заставляет человека свернуть направо, когда он хочет идти налево. Что властвует над судьбой человека, заставляя его делать глупости. Маленькие, если предназначение маленькое и глобальные, если предназначение большое, становящееся для человека смыслом жизни. Разрушить предназначение очень сложно. Можно сказать, практически невозможно. Даже по стандартам нашего века. Не говоря уже о возможностях двухвековой давности. Гораздо проще поменяться предназначениями. Одно время это было очень модно. Настолько модно, что увлечение повально сразило всю магическую элиту. Уходили короли и целые династии, а безумие смены предназначения всё ещё владело человечеством. Очень похоже, что амулет именно из той серии. А это значит, что бывший торговец обрёл моё предназначение…

Последние двести лет наука не стояла на месте. Появились новые предназначения, ранее неведомые. Фантазия магов безгранична. Именно поэтому в мир вернулся порядок. Кто же согласится принять чужое предназначение, если оно может оказаться бомбой замедленного действия. Например, предназначением императорского камикадзе. Или раба. Но незадачливый торговец очень скоро узнает, что-то, на что он променял своё тихое место на базаре гораздо хуже всего того, что бы мог придумать даже самый изворотливый чародей. Я уселся на подушки и мечтательно посмотрел на облака. Тяжелее всего не иметь своего места под солнцем, быть лишним в этом большом и жестоком мире. В один прекрасный миг торговец поймёт, что у меня не было никакого предназначения. Но будет слишком поздно. А пока я был от души благодарен ему. Тому, кто вернул мне смысл жизни.

27.01–03.02.2003 г. Красноармейск

Content

Дэн Шорин
Амулет