Техника и вооружение 2001 08

ТЕХНИКА И ВООРУЖЕНИЕ

вчера, сегодня, завтра…

Научно-популярный журнал, август 2001 г.

Зарегистрирован в Комитете по печати РФ. Свидетельство № 013300 от 3.03.97 г.

МОРСКИЕ ВЕРТОЛЕТЫ

Анатолий АРТЕМЬЕВ

Вертолеты против подводных лодок

История противолодочных вертолетов

Первый полёт геликоптера (от греческого helix – винт и pteron – крыло) состоялся в 1907 г. и сразу же люди стали строить планы их боевого использования, еще не имея достаточно чёткого представления о потенциальных возможностях столь необычного творения человеческого разума. Обращает внимание, что название «винтокрыл» очень точно передает принцип создания подъемной силы, используемый на подобных летательных аппаратах, в отличие от лишённого смысла и логики названия «вертолёт», придуманного в период борьбы с иностранной терминологией, поскольку не всё, что вертится, способно летать. Характерно, что на авторство подобного названия и ввод его в оборот претендовали многие, в том числе и известный писатель-фантаст Казанцев.

Понадобилось достаточно много времени, чтобы вертолёты стали более или менее держаться в воздухе и на что-то пригодны.

В июне 1942 г. газета «Вашингтон пост» сообщила о демонстрации полёта вертолёта. Через год завершилась предварительная подготовка к серийному выпуску вертолётов, предназначенных для борьбы с подводными лодками (ПЛ). Поскольку с противолодочной обороной в прибрежных зонах справлялись надводные корабли, то основное внимание обратили на оснащение вертолётами кораблей. Считать первые вертолёты противолодочными, учитывая отсутствие в составе их оборудования средств поиска ПЛ в подводном положении, особых оснований не было. Но дизельные лодки 40-х годов большую часть времени находились в надводном положении, совершая переходы или подзаряжая аккумуляторные батареи. Естественно, вертолёты, имевшие небольшую скорость, выполнявшие полёт на малых высотах в сочетании с хорошим обзором из кабин экипажа, обеспечивали возможность просмотра водной поверхности и обнаружение ПЛ следующим в позиционном положении или под выдвижными устройствами.

Базирование вертолётов на кораблях не нуждалось в особом обеспечении – достаточно было иметь площадку небольших размеров, причём при выполнении вертолётами взлётов и посадок кораблям не было необходимости следовать против ветра. С крупных кораблей, к которым относились авианосцы, вертолёты могли использоваться при волнении моря свыше 3 баллов, исключавшее применение самолётов.

Уэстленд "Уэссекс"

Благодаря этим качествам вертолёты применялись на кораблях в конце войны, правда, в ограниченных масштабах и не всегда для поиска ПЛ. Но, наверное, главное состоит в том, что полезность и необходимость корабельных вертолётов различного назначения (в том числе и предназначенных для поиска и уничтожения ПЛ) стала очевидной.

В 1948 г. на основе опыта использования вертолётов, показавших, что они способны выполнять многообразные задачи, командование ВМС США приняло решение о частичной замене бортовых самолётов вертолётами, сформировав в составе Атлантического и Тихоокеанского флотов соответствующие эскадрильи вертолётов.

Однако этим не ограничились и с 1953 г., когда началось вступление в строй новых кораблей, устаревшие ударные авианосцы типа «Эссекс» постройки 1942-1946 гг. стали переводить в подкласс противолодочных. Соответственно производилось их переоборудование для базирования противолодочных самолётов и вертолётов. В ВМС Англии и Франции по финансовым соображениям по этому пути не пошли и палубную противолодочную авиацию разместили на многоцелевых авианосцах.

Противолодочные авианосцы предназначались для обороны соединений боевых кораблей и прежде всего авианосных ударных соединений и оперативных десантных соединений на переходе морем, а также противолодочной обороны морских и океанских коммуникаций. Однако вряд ли Атлантическим коммуникациям грозила опасность и, вероятнее всего, переклассификация авианосцев имела целью сохранить в боевом составе дорогостоящие корабли. В конце пятидесятых годов часть противолодочных авианосцев модернизировали, а через несколько лет все их перевели в резерв.

Грузоподъёмность первых образцов противолодочных вертолётов оставляла желать лучшего, а применяемые средства поиска и поражения ПЛ обладали внушительными габаритами и весами. С учётом этих обстоятельств пришлось использовать вертолёты отдельно со средствами поиска и средствами поражения. Впоследствии вертолёты, за редким исключением, имели совмещенные функции и предназначались как для поиска, так и для поражения ПЛ. Учитывая сложность размещения на кораблях большого количества летательных аппаратов, их стремились сделать многофункциональными, что отразилось также и на вертолётах. Это стало возможным только с уменьшением весов и габаритов бортовых средств различного назначения и увеличения грузоподъёмности вертолётов.

В состав ВМС США в качестве противолодочного в 1953 г. вошел вертолёт продольной схемы HSL-1, оборудованный опускаемой гидроакустической станцией (ОГАС) типа AN/AQS-4 и радиогидроакустическими буями. Силовая установка состояла из поршневого двигателя R-2800 фирмы Пратт-Уитни мощностью 2400 л.с. В качестве противолодочного, а также десантного и спасательного использовался одновинтовой вертолёт с поршневым двигателем R-1820-84 фирмы Райт Циклон мощностью 1425 л.с. В эксплуатации находится также вертолёт с поршневыми двигателями H04S-1, разработанный на базе вертолёта S-55 фирмы Сикорского, с последующими модификациями H04S-2 и H04S-3.

В качестве основного средства поиска ПЛ на всех этих вертолётах устанавливалась ОГАС. Это объяснялось тем, что в разработке подобных средств, правда корабельных, имелся определенный успех, и полагали, что подобные вертолёты будут обладать большей поисковой скоростью по сравнению с кораблями, не рискуя быть обнаруженными (применяя соответствующие режимы работы станции) ПЛ. Приводились и другие доводы в пользу применения ОГАС на вертолётах. Но, пожалуй, главное, чем привлекала аппаратура подобного типа – это возможность получить больший объём информации о подводной обстановке, что создавало возможности для уточнения контакта. Одно время даже пытались доказать, что вертолёты более эффективны, чем палубные противолодочные самолёты.

Таким образом, разработчики первых вертолётов старались реализовать одно из важнейших свойств вертолёта – его способность осуществлять висение над водной поверхностью. Корабельные вертолёты с ОГАС могли расширить зону, контролируемую средствами корабля, что являлось немаловажным, ибо возможности гидроакустических средств последних не обеспечивали возможность своевременного обнаружения ПЛ, сблизившихся на позицию торпедного залпа.

В 1954 г. на вооружение ВМС США поступил противолодочный вертолёт SH-34, разработанный на базе вертолёта S-58. Его оборудование пополнил доплеровский измеритель путевой скорости и угла сноса, автопилот, система ближней навигации, другое современное оборудование, в том числе новая ОГАС. Вертолёты типа SH-34 по лицензии производились в Великобритании («Уэссекс»), Канаде (CHSS-1) и Японии.

Начиная с шестидесятых годов ВМС стран НАТО приступили к оснащению вертолётами кораблей. Модернизируемые и строящиеся корабли основных классов: крейсера (кр), эскадренные миноносцы (эм), фрегаты (фр), сторожевые корабли (скр) – почти все без исключения снабжались многоцелевыми (противолодочными) вертолётами, и появился термин – «вертолётное вооружение корабля». И безусловно, в состав авиакрыла авианосцев были включены противолодочные вертолёты.

Из общего количества кораблей основных классов стран НАТО по состоянию на начало 1995 г. свыше 70% (250 из 350) имели вертолёты. Считается, что всего на кораблях могут находиться до 3000 вертолётов различного назначения, представленных машинами «Си Спрайт», «Си Хок», «Линкс», «Си Кинг», «Агуста-Белл», «Дофэн», впоследствии их стали сменять более совершенные вертолёты ЕН-101 «Мерлин» и др.

К моменту развала Советского Союза около 130 кораблей ВМФ имели оборудование для базирования и использования корабельных вертолётов Ка-25ПЛ, Ка-25Ц и Ка-27.

Не без оснований стали считать, что эффективность вооружения кораблей зависит от наличия вертолётов, способных решать широкий круг задач борьбы с пл, выдачи целеуказания корабельному оружию и др. Наглядное свидетельство этому – конфликт на Фолклендских островах, в ходе которого вертолёты применялись для решения задач противолодочной обороны кораблей, ударов по надводным и береговым объектам, переброски техники и десантных подразделений и др. В ходе десантной операции вертолёты корабельного базирования имели налёт по 250-270 ч., что равно их годовой норме.

Базирование вертолётов на корабль предъявляет ряд специфических требований к его конструкции, архитектурному облику и, прежде всего, к водоизмещению и основным размерениям.

На сторожевых кораблях водоизмещением до 2 тыс. т, учитывая ограниченные возможности, обычно предусматривается базирование одного вертолёта. На кораблях большего водоизмещения имелись возможности для размещения двух вертолётов. Особый класс кораблей представляют авианесущие корабли с групповым базированием вертолётов – крейсера-вертолётоносцы и противолодочные крейсера (по терминологии, принятой в ВМС СССР).

Все вертолёты по их весам и размерностям условно можно разделить на три группы: лёгкие (до 5000 кг), средние (до 10000 кг) и тяжелые (свыше 10000 кг).

Основную массу вертолётов составляют первые две группы.

Лёгкие противолодочные вертолеты

Итальянский вертолет Агуста А 106

В составе флотов капиталистических стран наиболее многочисленны корабли небольшого водоизмещения до 5 тыс. т. В 1947-1951 годах на вооружении их состояли лёгкие вертолёты с поршневыми двигатели, которых впоследствии сменились газотурбинными. К группе лёгких вертолётов с поршневыми двигателями относятся одновинтовые и двухвинтовые вертолёты с соосными и перекрещивающимися несущими винтами типа Белл HSL-1, Пясецкий HUP-1, Каман НТК, Сикорекий H03S и др. Полётный вес этих вертолётов не превышал 1300 кг, мощность двигателей до 250 л.с., грузоподъёмность 250-300 кг, радиус полёта до 500 км, скорость 160-180 км/ч. Эти вертолёты раннего поколения, безусловно, по своим характеристикам не могли использоваться в качестве противолодочных, а тем более многоцелевых.

Увлечение постройкой сверхлёгких вертолётов с экспериментальными силовыми установками в виде прямоточных двигателей, расположенных на концах лопастей винтов ( Хиллер НОЕ-1) или ЖРД, использующих перекись водорода, также не создавало предпосылки для увеличения их полезной нагрузки, которая в большинстве случаев ограничивалась одним лётчиком.

Поэтому только с увеличением полётного веса, а следовательно и нагрузки, и дальнейшим уменьшением веса бортовых средств на вооружение стали поступать достаточно совершенные для своего времени легкие вертолёты HAS. Mk.2 «Уосп» (Англия), А106 и АВ204 AS (Италия), «Алуэтт» 3 (Франция), 500 MD «Дефендер», S-76 (США), А109А (Италия), «Дофэн» 2 (Франция), Ка-15 (СССР).

Корабельный противолодочный вертолет "Уосп" HAS Mk.2

«Уосп» HAS Mk1/2

Корабельный вертолёт «Уосп» разработан по заказу английского Адмиралтейства на базе серийного вертолёта фирмы Уэстленд «Скаут». Контракт на поставку вертолётов флоту заключён в сентябре 1961 г.

Первый полёт вертолёта «Уосп» HAS1 состоялся в 1962 г, поставки флоту начались в следующем году. Вертолёт предназначался для использования в качестве ударного (с двумя торпедами, которые он мог применять по целеуказанию от кораблей) или в поисковом варианте (с буями).

Фюзеляж вертолета состоял из двух отсеков. В переднем размещался экипаж из двух человек, отделение для трех топливных баков. Кормовая часть фюзеляжа – конусообразная складывающаяся балка – заканчивалась двухлопастным рулевым винтом. С правой стороны киля укреплён стабилизатор. Силовая установка – турбовальный двигатель Бристоль Сидли «Нимбус» 103 или 104 мощностью 710 л.с. Несущий винт четырехлопастный металлический, складывающийся вдоль хвостовой балки. Шасси четырехколёсное неубирающееся.

Вертолёты «Уосп» первой и последующих модификаций при нормальном полётном весе 2 500 кг имели крейсерскую скорость полёта 180 км/ч, дальность составляла 440 км. В середине 60-х годов на базе вертолёта HAS Mk.1 разработан противолодочный вертолёт HAS Мк.2 с улучшенными характеристиками.

500MD/ASW «Дефендер»

Прототипом вертолёту 500MD/ASW «Дифендер» фирмы Хьюз послужил лёгкий многоцелевой одновинтовой вертолёт 500MD. Вертолёт предназначался для наблюдения за надводными объектами с помощью РЛС RDR 1300, а для уточнения места ПЛ служил буксируемый магнитометр AN/ASQ-81. В ударном варианте на вертолёт можно было подвесить две торпеды Мк.44 или Мк.46. В качестве силовой установки на вертолёте использовался турбовальный двигатель Аллисон 250-С20В.

Нормальный взлётный вес вертолёта -1500 кг, дальность – 600 км. По лицензии вертолёт производился в Италии и Южной Корее.

Вертолёт 500MD/ASW "Дефендер", оборудованный для поиска и уничтожения ПЛ

SA 365 F «Дофэн 2»

Вертолёт SA 365 F «Дофэн 2» фирмы Аэроспасьяль (Франция) является дальнейшей модификацией однодвигательного вертолёта «Дофэн», появившегося в 1978 г. В отличие от прототипа в состав силовой установки вошли два турбоваль- ных двигателя «Ариель» фирмы Турбоме- ка мощностью по 640 л.с., отличающиеся высокой экономичностью. Особенностями конструкции вертолёта являются убирающееся в полёте трехопорное шасси, стабилизатор с двумя килями, рулевой винт (вентилятор) заключён в тоннель (фенес- трон). Вертолёт снабжён РЛС «Агрион» или ORB 32-14 фирмы Омега, в систему управления включен четырехканальный автопилот с устройством автоматического перехода от висения к горизонтальному полёту фирмы SFIM. Органы управления размещены на дверных стойках, что позволило убрать пульт управления из центральной части кабины.

Противолодочное оборудование вертолёта состоит из магнитометра фирмы Крузе с лебедкой, смонтированной в передней части хвостовой балки. Вместо магнитометра может устанавливаться ОГАС типа HS.12 фирмы Алькатель в сочетании с системой обработки данных Navtac фирмы Томсон-CSF. В качестве средств поражения по бортам фюзеляжа могут подвешиваться две торпеды.

Вертолёт снабжён швартующим устройством типа «Гарпун», обеспечивающим возможность посадки на корабль при кренах до 25 град. Обращает внимание, что при достаточно ограниченном полётном весе вертолёт имеет самое современное оборудование.

Полётный вес вертолёта составляет 3800 кг, запас топлива 660 кг обеспечивает тактический радиус 90 км с продолжительностью поиска в течение 1 ч 40 мин с одной подвешенной торпедой и 40 мин с двумя торпедами.

Вертолет SA 365F "Дофэн" 2

А109А

Вертолёт А. 109А разработан фирмой Агуста (Италия). Силовая установка состоит из двух турбовальных двигателей фирмы Аллисон 250-С20В по 420 л.с., четырехлопастного несущего и двухлопастного рулевого винтов. Вертолёт способен продолжать полёт при отказе одного из двигателей.

Полетный вес вертолёта составляет 2600 кг, дальность полёта до 600 км, вооружение – две торпеды, для поиска ПЛ используется магнитометр.

Из приведенных данных можно заключить, что лёгкие противолодочные вертолёты первоначально создавались как носители средств поражения, которые они должны применять по целеуказанию корабельных гидроакустических средств, а в отдельных случаях с предварительным уточнением места цели с помощью магнитометров. И только с начала 60-х годов, когда вертолёты снабдили турбовальными двигателями, увеличился их полётный вес и были созданы более-менее надёжные опускаемые гидроакустические станции с удовлетворительными весовыми характеристиками, возможности вертолётов и круг решаемых с их применением задач расширился.

Противолодочные вертолёты среднего класса

Противолодочные вертолёты среднего класса отличаются существенным разнообразием и соответственно более высокими возможностями решения задач. К этому классу принадлежат английские вертолёты «Уэссекс» HAS Mk.1, разработанные на базе американского вертолёта Сикорекий SH-34, «Линкс 3», АВ 212 ASW, «Супер Пума», «Си Кинг», вертолёты SH-2F и SH-60B системы «Лэмпс», Ка-25ПЛ.

«Линкс»

Вертолёт «Линкс» английской фирмы Уэстленд и французской Аэроспасьяль принят на вооружение ВМС Англии в первой половине 1977 г., в следующем году начались поставки вертолётов во Францию. Имеет ряд модификаций. Первые морские машины имели обозначение «Линкс» HAS Mk.2. В марте 1982 г. начат выпуск новой модификации «Линкс» HAS Mk.3 с более мощными, по сравнению с первыми вариантами, двигателями фирмы Роллс-Ройс GEM-41-1 по 1120 л.с. каждый. Втулка несущего винта выполнена из титановых сплавов, передние кромки лопастей – из нержавеющей стали, а задние – из композиционных материалов, усилена трансмиссия, установлен рулевой винт от вертолёта Уэстленд W.30. Лопасти несущего винта и хвостовая балка складываются.

Специальное устройство обеспечивает возможность перевода лопастей несущего винта на отрицательные углы атаки после касания шасси вертолёта посадочной площадки с последующей автоматической фиксацией гидравлическим гаком за решётку. Шасси вертолёта трехопорное. Средств поиска на этом вертолёте нет, предусмотрена лишь подвеска двух торпед Мк.44 или Мк.46. Средства связи вертолёта позволяли получать данные о подводной обстановке от вертолётов «Си Кинг» или от кораблей. С 1988 г. вертолёты снабжаются датчиками с системами управления бортовым электронным оборудованием, обеспечивающими централизованное управление всеми подсистемами вертолёта

Вертолёт "Супер Линкс" с подвешенной противолодочной торпедой (вверху) Схема вертолёта "Супер Линкс" (выше)

Подготовлен экспортный вариант вертолёта «Супер Линкс», в состав противолодочного вооружения которого входят: ОГАС AN/ASQ-18, магнитометр AN/ASQ-81 (AN/ASQ-504).

Нормальный полётный вес вертолётов последних модификации достигал 5900 кг. С одной торпедой и ОГАС поиск ПЛ может осуществляться в течение 2 ч 25 мин на удалении до 50 км от корабля. В ударном варианте (две торпеды) радиус действия достигает 300 км.

Схема вертолёта АВ 212 ASW

АВ 212 ASW

Итальянский вертолёт АВ 212 ASW фирмы Агуста-Белл имеет силовую установку из двух турбовальных двигателей мощностью по 1875 л.с. каждый. В состав оборудования входят автопилот, обеспечивающий автоматическое зависание вертолёта при поиске с применением ОГАС и последующий разгон с переходом в горизонтальный полёт, доплеровская навигационная РЛС AN/APN-208, обзорная РЛС серии APS, навигационная ЭВМ и другая современная аппаратура.

Противолодочное оборудование вертолёта представлено низкочастотной ОГАС AN/AQS-13B фирмы Бендикс, кабель-трос которой обеспечивает заглубление прием- но-излучающего устройства на 137 м. Автоматическое зависание вертолёта с последующей стабилизацией его на висении обеспечивается автоматически с помощью доплеровской навигационной РЛС AN/APN-208, станции AN/APN-91 навигационной системы «Такан», навигационной ЭВМ, радиовысотомера и аппаратуры указания положения кабель-троса ОГАС, сигналы которых поступают на автопилот.

При взлётном весе 5100 кг и запасе топлива 1000 кг дальность полёта вертолёта с двумя подвешенными торпедами Мк.46 достигает 600 км. Вертолёт поступил на вооружение в 1978 г. и в небольших количествах поставлялся в другие страны

Схема вертолёта AS 332 "Супер Пума"

AS 332 «Супер Пума»

Вертолёт AS 332 «Супер Пума» фирмы Аэроспасьяль впервые был представлен на выставке морского вооружения и оборудования в Ле-Бурже в 1982 г. Вертолёт для ВМС представлен в двух вариантах, различающихся составом оборудования для базирования на кораблях водоизмещением ок. 2 тыс. т. и на берегу.

Вертолет разработан на базе предшественника SA 330 «Пума» и имеет ряд усовершенствований: более мощные турбо- вальные двигатели «Макила 1А» фирмы Турбомека; повышено резервирование систем и живучесть; усовершенствована трансмиссия, в конструкции использованы композиционные материалы.

Стойки шасси вертолёта могут регулироваться по высоте, имеется система полуавтоматического складывания лопастей несущего винта и хвостовой балки.

Вертолёт оснащен системой автоматического управления, в состав которой входят подсистемы- навигации, автоматического выдерживания режима висения и разгона для перехода в горизонтальный полёт, доплеровская система CINA фирмы ESD, навигационная система «Надир» фирмы Крузе.

Противолодочное оборудование вертолёта включает ОГАС HS.12 фирмы Алька- тель, сбрасываемые буи и бортовую аппаратуру для приема и анализа их сигналов. В противолодочном варианте с экипажем из четырех человек (два летчика, оператор-тактик, оператор ОГАС) и двумя подвешенными торпедами Мк.46 с запасом топлива 2000 кг тактический радиус вертолёта достигает 185 км с продолжительностью полёта 2,5 ч, из которых более часа затрачивается на висение.

Одна из особенностей вертолёта – возможность переоборудования в короткое время в поисково-спасательный или противокорабельный варианты.

SH-3 «Си Кинг»

Вертолёты семейства SH-3 «Си Кинг» фирмы Сикорекий в различных вариантах, в том числе и противолодочные SH-3A и SH-3D, поступили на вооружение ВМС США соответственно с 1961 и с 1966 г. Вертолёт модификации SH-3H был принят в 1974 г. и находился в строю до середины 90-х годов.

Очень удачная конструкция в сочетании с высокой надёжностью обеспечила вертолёту широкое распространение. Он состоит на вооружении стран НАТО, по лицензии производился в Англии, Японии, Италии.

Фюзеляж вертолёта – цельнометаллический полумонокок. Для удобства размещения в корабельных условиях хвостовая часть балки фюзеляжа разворачивается на 180 град, и прижимается к фюзеляжу, что уменьшает его длину с 16,7 до 14,2 м. Нижняя часть фюзеляжа имеет обводы и килеватость, обеспечивающие приводнение вертолёта и руление по воде при состоянии поверхности до 3 баллов.

"Си Кинг" сил самообороны Японии

Вертолёт "Си Кинг" английских ВМС с опущенной ОГАС

Схема вертолёта "Си Кинг"

В 1963 г. для повышения остойчивости на плаву внутри обтекателей основных колёс шасси установили надувные баллонеты. За кабиной экипажа расположен приборный отсек, в котором размещена ОГАС, лебедка грузоподъёмностью до 300 кг, используемая при выполнении аварийно- спасательных операций, и два оператора для их обслуживания.

Вертолёт снабжён устройством для внешней подвески под фюзеляжем и перевозки груза весом до 2700 кг и буксировки кораблей небольшого водоизмещения.

Несущий винт вертолёта – пятилопастный металлический, лопасти его складываются вдоль фюзеляжа. Шасси вертолёта трехопорной конструкции состоит из двух основных опор, убирающихся в специальные гондолы, и ориентирующейся хвостовой опоры.

Силовая установка первых вертолётов состояла из двух турбовальных двигателей фирмы Дженерал Электрик Т-58-8В мощностью 1250 л.с. На вертолётах SH-3H установлены двигатели T58-GE-8F взлётной мощностью 1400 л.с. Вертолёты «Си Кинг» Мк.5 английского производства комплектуются двигателями Н. 1400-1 «Гном» фирмы Роллс-Ройс мощностью 2255 л.с. Топливо для двигателей размещается в двух группах протестированных баков, расположенных под полом кабины. На первых вертолётах его запасы составляли 2100 кг, на английских вертолётах – увеличены на 150 кг.

Модификация вертолёта «Си Кинг» SH-3H отличается от предшествующих моделей более совершенным противолодочным оборудованием, включающим ОГАС AN/AQS-13B фирмы Бендикс, 25 буёв, магнитометр AN/ASQ-81. В навигационную систему входит доплеровская РЛС APS-130 и система управления полётом с автоматическим режимом висения и перехода к горизонтальному полёту. В состав вооружения вертолёта входят торпеды Мк.44 или Мк.46.

В Англии разработку вертолётов по программе «Си Кинг» фирма Уэстленд Гели- коптерз начала в 1959 г. До 1986 г. эти вертолёты модернизировались трижды, соответственно «Си Кинг» HAS Mk.1/HAS Mk.2 и HAS Mk.5 В ходе разработки были внесены существенные изменения в состав оборудования вертолёта. Наиболее совершенный вертолёт «Си Кинг» HAS Мк.5 имеет в составе противолодочного оборудования ОГАС типа 195 фирмы Плесси или AN/AQS-13 фирмы Бендикс, радиогидроакустические буи и систему «Лападс», включающую аппаратуру приёма и обработки акустических сигналов не только от собственных буев, но и от буёв, выставленных самолётами «Нимрод» MR2, поисковую РЛС AN/APN-171 фирмы Ханиуэлл, автоматическую систему управления полётом Мк.31 фирмы Нъюмар, индикаторы для отображения тактической и навигационной обстановки и др. оборудование. В варианте с буями на вертолёте может устанавливаться магнитометр ASQ-81, который в нерабочем положении убирается в хвостовую часть правого поплавка вертолёта. Благодаря более мощным двигателям обеспечивается подвеска на вертолёт четырех торпед.

Нормальный полётный вес вертолёта составляет 8100 кг, дальность полёта на крейсерской скорости 208 км/ч достигает 1230 км.

Последующая модернизация вертолёта связана с установкой более совершенного оборудования (поисковая РЛС «Супер Сёрчер», процессор обработки акустических сигналов AQS-902 и др.), усилены некоторые узлы и трансмиссия несущего винта. Полётный вес возрос на 1600 кг.

Вертолёт NH90

Схема вертолёта NH90 в противолодочном варианте

Вертолёты среднего класса, как следует из приведенного, получили наибольшее распространение, а их оборудование обеспечивает возможность решения задач в соответствии с предназначением в любое время суток. Работы по созданию вертолётов подобного класса продолжаются. Так, с конца 80-х годов Франция, Германия, Италия и Нидерланды осуществляют полномасштабную разработку многоцелевого вертолёта NH90 в двух модификациях. Противолодочный вариант – NFH90. Считается, что удастся достичь высокой эксплуатационной надёжности и снижения затрат на техническое обслуживание. Вертолёт одновинтовой схемы с четырехлопастным основным и рулевым винтами с широким применением композиционных материалов. Шасси вертолёта трёхколёсное, убирающееся. В местах крепления силовой установки вмонтированы бронзовые хомуты и сетчатые металлические покрытия для защиты от грозовых разрядов.

В качестве силовой установки используются два турбовальных двигателя RTM322 производства фирм Роллс-Ройс и Турбомека мощностью по 2100 л.с. Особенность двигателя RTM322 – модульная конструкция, электронная система встроенного контроля, наличие чрезвычайного режима.

Противолодочное оборудования включает ОГАС, магнитометр и др.

Нормальный полётный вес вертолёта – 8000 кг, крейсерская скорость – 260 км/ч, дальность полёта – 1000 км.

Тяжелые противолодочные вертолёты

Тяжелые противолодочные вертолёты представлены не столь широко, как средние. К ним принадлежат устаревшие вертолёты: французские SA 321 «Супер Фрелон» и шведские Нкр-4 («Вертол-107»).

Противолодочный вертолёт "Супер Фрелон" при посадке на воду (вверху)

Схема вертолёта "Супер Фрелон" (внизу)

«Супер Фрелон»

Вертолёт «Супер Фрелон» построен по типовой схеме с одним несущим и рулевым винтом. Принят на вооружение в 1966 г. и предназначался в основном для действий у побережья для обеспечения выхода и возвращения с боевого патрулирования атомных ПЛ с баллистическими ракетами. Часть вертолётов базировалась на авианосце «Клемансо».

Экипаж вертолёта -три человека.

Фюзеляж вертолёта – цельнометаллический полумонокок с обводами летающей лодки. Грузовая кабина вертолёта имеет объём около 22 м. куб. Непотопляемость вертолёта обеспечивается наличием водонепроницаемых перегородок ниже пола грузового отсека. Мореходность не только обеспечивает возможность вынужденной посадки, но, благодаря удачному подбору материалов конструкции, возможна эксплуатация вертолёта с воды.

Необычна силовая установка из трёх турбовальных двигателей фирмы Турбомека «Тюрмо 111С6» взлётной мощностью по 1580 л.с. с приводом на одну трансмиссию. Несущий винт- шестилопастный диаметром 18,9 м, цельнометаллические лопасти складывающиеся. Рулевой винт пяти- лопастный диаметром 1,6 м. Хвостовая балка вместе с рулевым винтом с помощью гидропривода отклоняется в сторону и прижимается к фюзеляжу.

Оборудование вертолёта включает автопилот, РЛС, ОГАС AN/AQS-13, навигационные системы, обеспечивающие решение задач в сложных метеорологических условиях и ночью. Французской фирмой SIN- TRA-Алькатель разработана ОГАС активно- пассивного типа DUAV-4, подобная английской ОГАС типа 195 фирмы Плесси. Для поиска ПЛ могут применяться радиогидроакустические буи различного типа.

В качестве средств поражения применяются торпеды L4.

При полётном весе 13 000 кг с запасом топлива 3000 кг дальность полёта вертолёта на крейсерской скорости 240 км/ч достигает 1000 км.

Нкр 4 («Вертол-107»)

На вооружении шведских ВМС состояло несколько противолодочных вертолётов Нкр-4 («Вертол-107») американского производства, предназначенных для противолодочной обороны побережья Швеции. Это вертолёты с продольным расположением двух несущих винтов. В качестве силовой установки используются два газотурбинных двигателя фирмы Дженерал Электрик Т58- GE-16 мощностью 1870 л.с.

В состав противолодочного оборудования входят ОГАС DUAV-4 фирмы Алькатель и шведская комбинированная система управления РЕАВ 0ТС302, в состав которой входит РЛС 9НС1200. В качестве средств поражения применяются четыре малогабаритные торпеды типа 42.

Шведский вертолёт Нкр 4 ASW

Экипаж вертолёта состоит ив двух лётчиков, наблюдателя (выполняет функции координатора и оператора РЛС) и борттехника (управляет лебедкой ОГАС и антенной РЛС при ручном управлении).

Дальность полёта вертолёта с начальным полётным весом 10600 кг составляла 1100 км.

ЕН-101

С 1980 г. английская фирма Уэстленд и итальянская Агуста заключили соглашение о совместной разработке многоцелевого вертолёта ЕН-101 для замены вертолётов «Си Кинг». Противолодочный вариант вертолёта «Мерлин» или «Гриффон» (соответственно для ВМС Великобритании и Италии) может базироваться на кораблях водоизмещением более 3,8 тыс. т.

По аэродинамической схеме ЕН-101 -одновинтовой вертолёт с рулевым винтом. Несущий винт пятилопастный, рулевой с четырьмя лопастями. Лопасти и хвостовая балка складывающиеся. Шасси убирающееся трехопорное. В конструкции широко применены композиционные материалы. Кабина оснащена современным оборудованием. Противолодочный вариант имеет расширенную грузовую кабину.

Силовая установка вертолёта из трех двигателей различных фирм: RTM322 мощностью 2100 л. с. фирмы Ролле- Ройс и Турбомека на вертолётах английских ВМС, T700-G7-T6A мощностью 1730 л. с. – на итальянских. На взлёте и при наборе высоты используются три двигателя, в маршевом полёте – два двигателя.

Предполагается, что достаточная мощность двигателей в сочетании с их высокой топливной экономичностью обеспечивают дальность полёта 1100 км с нагрузкой 800 кг.

В состав противолодочного оборудования британского варианта вертолёта входит ОГАС фирмы Плесси, установка для транспортировки и применения буев, а также процессор для обработки акустических сигналов AQS-903 (LAPADS), на итальянском вертолёте устанавливается низкочастотная ОГАС HELRAS (Helicopter Long-Range Active Sonar) фирмы Бендикс. Различны также и РЛС. В качестве средств поражения подвешиваются две торпеды Мк.46. Максимальный полётный вес вертолёта -14600 кг, крейсерская скорость – 250 км/ч, дальность полёта – 1200 км.

Вертолёт ЕН-101 английских ВМС

Схема противолодочного вертолёта ЕН-101

ЕН-101 ВМС Италии над палубой крейсера "Джузеппе Гарибальди"

Схема складывания хвостовой балки и лопастей несущего винта ЕН-101 при размещении на корабле

Особенности посадки вертолета на палубу корабля

Посадка вертолёта "Си Линкс" на решетку, встроенную в палубу корабля

На конструкцию и архитектуру корабля существенное влияние оказывают два элемента. Это ангар и взлётно-посадочная палуба (площадка), на которые приходится 20-30% общей длины корабля. Для расширения секторов захода посадочные площадки, за редким исключением, располагаются в кормовой части корабля, примыкая к ангару (за исключением кораблей с групповым базированием вертолётов, имеющих подпалубный ангар).

Возможность применения корабельных вертолётов существенно зависит от гидрометеоусловий и времени суток. Полёты вертолётов могли выполняться при состоянии моря до 3 баллов, при которых бортовая качка не превышала 8 град., а килевая, учитывая, что площадки для них располагались преимущественно в кормовой части, и того меньше. Применительно к практике полётов важное значение имеет ещё один параметр. Оказалось, что лётчики не всегда имеют возможность абсолютно точно произвести посадку, причём, по некоторым данным, разброс точек касания опор шасси укладывается в круг диаметром 2-3 м. Это усложняет швартовку вертолёта на посадочной площадке и последующую транспортировку его в ангар.

Представителям авиации ВМФ неоднократно приходилось выслушивать справедливые замечания флотских офицеров об ограничениях в использовании вертолётов. И в доказательство этого приводились примеры, когда «маленькие» вертолёты ВМС НАТО производили взлёты и посадки на корабли в условиях, недостижимых для Ка-25. Конечно, имелись единичные случаи, когда названный выше вертолёт использовался в совершенно экстремальных условиях, как это было, например, при спасении экипажа ПЛ К-19 в Атлантическом океане 8 марта 1972 г. лётчиками авиации СФ майором Крайновым и старшим лейтенантом Молодкиным. Действуя с большого противолодочного корабля «Вице-адмирал Дрозд», лётчики произвели 20 полётов на ПЛ, эвакуировав 12 раненых и доставив четыре тонны различного имущества.

Высочайшую выучку продемонстрировали и экипажи вертолётов, действовавшие с противолодочного крейсера «Ленинград» – подполковник Е. Н. Галанин, В. В. Савчук,- В. Н. Соловьёв и другие. Это были достойные представители своей профессии и мужественные люди. Недаром многие из них получили государственные награды. Но, очевидно, каждый полёт и посадку производить с риском сломать шею вряд ли представляется разумным.

Стопорное устройство вертолётов "Линкс":

1 – запорный механизм; 2 – головка механизма захвата; 3 – механизм выдвижения штанги; 4 – соленоиды управления клапанами гидросистемы; 5 – двухступенчатая штанга; 6 – рычаг ручного управления; 7 – "клюв" устройства захвата; 8 – ячейки палубной решетки

"Си Линкс" выпускает тягу (гарпун) для сцепления с решеткой (внизу слева)

Фиксация тяги к решетке

Не случайно зарубежные специалисты пошли иным путём.

С тем чтобы расширить диапазон гидрометеоусловий, в которых обеспечивается применение вертолётов, были разработаны специальные приспособления для их посадки и последующей, буксировки в ангар. Эти приспособления выполняли роль механической связи между вертолётом и кораблём.

Первая система подобного назначения – это Beartrap, разработанная компанией Fairy Canads для посадки вертолётов «Си Кинг» на эскортные миноносцы и фрегаты класса DLG. В 1963 г. система испытывалась на эскортном миноносце канадских ВМС «Assibone». На основании материалов испытаний пришли к выводу, что система обеспечивает применение вертолётов при кренах корабля до 30 град., дифферентах до 8 град, вертикальных перемещениях (посадочной площадки) до 6 м/с и суммарном результирующием воздушном потоке до 23 м/с.

Система Beartrap включает оборудование, размещенное на вертолёте и на корабле. В полу кабины вертолёта имеется кожух с полым контактным стержнем, снабженным амортизацией, через который проходит трос, и штанга в хвостовой части, предназначенные для стыковки с корабельным модулем. Приёмная часть последнего выполнена в виде квадратной тележки со сторонами по 1,2 м. По сторонам тележки расположены брусья, которые.с помощью силовых цилиндров по направляющим могут перемещаться к центру.

Вертолёт, выполняющий посадку, зависает на высоте 5-6 м и выпускает буксирный трос, конец которого с помощью легкоразъёмного приспособления соединяется с тросом корабельной лебедки. Вертолёт притягивается к палубе, контактный стержень после входа во внутреннюю полость тележки зажимается стопорными брусьями, а хвостовая штанга, выпускаемая с помощью гидропривода, входит в одно из отверстий на площадке, удерживая вертолёт от перемещений. По завершении посадки двигатели выключаются, лопасти несущего винта и хвостовая балка складываются и с помощью транспортировочной лебёдки по направляющим вертолёт затягивается в ангар.

Канадская система оказалась довольно удачной и послужила основой для создания подобных же устройств. В частности, для вертолётов с меньшим полётным весом разработана упрощённая система, состоящая из гарпуна и решётки на палубе. Она смонтирована на кораблях береговой охраны США, ЭМ Франции, фрегатах типа «Бремен». Гидроцилиндр с выдвижным штоком, имеющим на конце захват, используется в качестве гарпуна и установлен на вертолёте. Палуба корабля снабжена специальной решёткой с прутьями для зацепления гарпуна. Таким образом вертолёт удерживается от скольжения по палубе при значительных кренах. Из приведенного следует, что транспортировки вертолёта в ангар эта система не обеспечивает. Исключение составляет эсминец УРО «Кассар» ВМС Франции, на котором она дополнена устройством буксировки вертолёта в ангар SAMANE.

Соединение троса вертолёта SH-60B с подтягивающим тросом корабельной лебёдки (слева). Подтягивание вертолёта SH-60B к палубе (справа).

В 1974 г. ВМС США приступили к разработке системы принудительной посадки корабельных вертолётов для расширения возможностей их эксплуатации, получившей обозначение HHRSD. Впоследствии систему из-за особенностей конструкции вертолёта SH-60B пришлось существенно доработать, после чего она получила обозначение RAST (Recovery Assist, Secure and Traverse – система обеспечения посадки, закрепления (фиксации) вертолёта и его буксировки в ангар).

Испытания системы проводились в 1980 г. на фрегате УРО «Мак Инерни» при высоте волны до 3,6 м и бортовой качке свыше 26 град., в процессе которых выполнено около 300 полётов. Всего было изготовлено и смонтировано свыше 200 систем RAST на кораблях многих стран.

Вертолёт снабжён двумя выдвижными стопорными штангами и бросательным концом, который проходит через центральную штангу. Принцип работы системы заключается в принудительном притягивании зависшего над палубой вертолёта к устройству швартовки с последующим затягиванием его в ангар по направляющим.

Успешное применение системы RAST обеспечивается, в отличие от канадской системы, чётким взаимодействием лётчика

и руководителя посадки, причём, как и во всех других случаях, принятие окончательного решения о посадке является прерогативой лётчика. Посадка состоит из ряда последовательных операций. Вертолёт зависает на высоте 4-4,5 м над посадочной площадкой и подаёт бросательный конец. После соединения его с силовым тросом гидравлической корабельной лебёдки он поднимается на вертолёт и силовой трос соединяется автоматическим замком в основной штанге. Таким образом, предварительный этап завершается, лётчик дает команду руководителю полётов «Натяжение».

После этого с поста управления создается натяжение около 900 кгс для стабилизации режима висения и вертолёт снижается до 2,5 м. Заняв эту высоту, лётчик докладывает о готовности к посадке, и для центрирования вертолёта усилие натяга троса увеличивается до 1800 кг. В случае необходимости лётчик может произвести расцепку. Силовой трос втягивает основную штангу вертолёта в устройство быстрой швартовки, зажимное устройство последнего захватывает и стопорит её.

Так же, как и в канадской системе, хвостовая штанга опускается в решётку на посадочной палубе, с тем чтобы не допустить разворота вертолёта. После закрепления вертолёта на палубе выключаются двигатели, складываются лопасти несущего винта, хвостовая балка и вертолёт с помощью устройства швартовки перемещается в ангар.

Попытки посадок без принудительного подтягивания вертолёта тросом показали, что лётчику очень трудно попасть основной штангой в пространство между зажимными устройствами швартовки размерами 1,05x0,9 м даже при отсутствии качки из-за потоков, отражающихся от палубы. По результатам испытаний система RAST обеспечивает безопасную посадку вертолёта в море на корабль при бортовой качке 28 град, килевой 5 град и вертикальной скорости перемещения палубы до 4,5 м/с.

Схема размещения основных элементов системы RAST на корабле:

1 – трек левого борта; 2 – шкивы и блоки; 3 – ангар; 4 – трек правого борта; 5 – полетная палуба; 6 – устройство быстрой швартовки; 7 – пост руководителя посадкой; 8 – трос для разворота хвостовой части; 9 – решетка для хвостовой штанги; 10 – гидравлические лебедки; 11 – силовой трос; 12 – палубный трек; 13 – стопорные балки

Схема системы принудительной посадки ASIST:

1 – буксировочная лебедка; 2 – световое сигнальное устройство; 3 – ИК-приемник; 4 – основной зонд; 5 – устройство быстрой фиксации; 6 – ИК-камеры; 7 – направление на ВПП

Для облегчения захода на палубе имеется продольная белая полоса, начинающаяся с кормы. Она пересекает посадочную площадку и продолжается на ангаре. С её помощью лётчик получает возможность определить амплитуду килевой качки при заходе на посадку с кормовых курсовых углов. На крыше ангара размещена световая рампа для ориентировки относительно истинного горизонта при посадке ночью и при ограниченной видимости.

Безопасность палубных специалистов палубной команды, работающих под вертолётом, обеспечивается страховочными поясами, свободно перемещающимися вдоль троса, натянутого над палубой.

Имеются и другие, менее сложные системы обеспечения посадки. Так, фирма «Индал Текнолоджи» разработала и приступила к испытаниям «интегрированной системы посадки и буксировки вертолётов» (Aircraft Ship Integrated Secure and Traverse – ASIST). В операциях по посадке участвует только офицер обеспечения посадки и лётчик.

В системе отсутствует трос, присоединяемый палубной командой, а для повышения надёжности захвата основного зонда устройством быстрой фиксации величина посадочного круга увеличена до 1,83 м. Зонд с вертолёта опускается со скоростью 1,8 м/с и по мере сближения с фиксирующим устройством по команде электрооптического датчика тормозится до 0,3 м/с. Само устройство быстрой фиксации, снабжённое амортизацией, перемещается по палубе со скоростью 1,5 м/с, уменьшаемой по мере сближения до 0,3 м/с. В составе системы имеется инфракрасная система обеспечения посадки из двух приёмных камер по бортам корабля и системы обработки данных, которые передаются на световые сигнальные устройства, размещённые на ангаре для информации лётчика о его положении относительно площадки.

С принятием программы перевооружения корабельной авиации на вертолёты ЕН-101, английская фирма «Фэри гидравлик» разработала стопорное устройство, которое крепится к фюзеляжу и подключается к его бортовым системам.

Это двухступенчатая телескопическая выдвижная штанга с гидравлическим приводом с захватом на конце, который зацеплялся за ячейки палубной решётки. Устройство действует полностью автоматически, но лётчик может в любое время вмешаться в его работу на любом этапе. Конец захвата снабжён рычагом для ручного отключения штанги и подсоединения её к транспортировочной системе для буксировки.

Кроме этого, корабли обеспечиваются и другими средствами обеспечения захода на посадку, к которым относятся: освещение посадочной площадки, световая курсо-глиссадная система, гиростабилизированные устройства индикации истинного накренения посадочной площадки относительно горизонта в тёмное время суток и при ограниченной видимости и другое оборудование.

Подобные технические средства имеются и на вооружении кораблей других государств, что существенно повысило всепогодность вертолётов и расширила круг решаемых ими задач.

Командование отечественной авиации не проявляло особой настойчивости в создании устройств подобного типа, но все же в 1986 г. фирмой Камова была произведена оценка патентной документации по средствам подобного назначения, ничего не прибавившей к тому, что было известно из литературы. А на вертолётах Ка-25 системы принудительной посадки так и не появились. Одна из причин этого состояла в том, что в нижней части фюзеляжа вертолёта расположены грузолюки, а возможность установки контактного устройства на борту фюзеляжа не рассматривалась.

Кормовая часть фрегата ВМС США «V. С. Симе» с вертолётом SH-2D

Вертолётные противолодочные системы корабельного базирования

Управление использованием одного или двух вертолётов корабельного базирования сложности не представляло. Однако необходимость координации действия вертолётов и корабельных средств, возможности которых постоянно совершенствовались, становилась очевидной. Безусловно, это было прерогативой ВМС США, которые и занимались разработкой концепции противолодочной системы с максимальным использованием вертолётов. Основная задача заключалась в том, чтобы увеличить глубину зоны противолодочного охранения кораблей применением корабельных акустических средств обнаружения ПЛ и рациональным использованием вертолётов для подтверждения контакта с ПЛ и её поражения.

На кораблях ВМС США с 1961 г. устанавливалась система противолодочного управляемого оружия «Асрок» с предельной эффективной дальностью стрельбы порядка 9 км, в то время как дальность обнаружения ПЛ корабельной гидроакустической станцией AN/SQS-23 достигала 20-25 км. Таким образом, возможности целеуказания реализовывались не полностью. С тем чтобы ликвидировать этот недостаток, решили вооружить лёгкие корабли беспилотными радиоуправляемыми вертолётами QH-50C. Они должны были доставлять средства поражения ПЛ, а для прицеливания использовать корабельные средства. Подобная система получила название DASH (Drone Antisubmarine Helicopter).

Беспилотный радиоуправляемый вертолёт фирмы Джиродайн QH-50C разработан в 1961 г. Он имел открытую ферменную конструкцию фюзеляжа без обшивки, на которой монтировалась силовая установка, топливные баки, аппаратура управления и торпедные замки. Вертолёт снабжался шасси полозкового типа. Силовая установка состояла из газотурбинного двигателя Боинг Т-50-В0-8А мощностью 300 л.с. с двумя соосными винтами разностороннего вращения диаметром 6,1 м.

Оборудование вертолёта включало приёмник команд управления, подаваемых с корабельного пункта, декодирующее устройство; электронную аппаратуру, вырабатывающую команды управления полётом и сбрасывание торпед. Радиус полёта не превышал 35 км, грузоподъёмность – 410 кг, взлётный вес- 1045 кг.

В 1964 г. фирма представила следующую модификацию вертолёта – QH-50D с более мощным двигателем Боинг Т50-130-10 и улучшенными характеристиками (радиус полёта до 65 км, грузоподъёмность 545 кг). Изменился состав оборудования вертолёта. В его состав ввели РЛС, а боевая нагрузка могла состоять из торпед Мк.44 или Мк.4б. Модифицированный аппарат испытывался в конце 1965 г. К началу 1966 г. было построено более 750 вертолётов QH-50.

Судьба этого неплохо задуманного вертолёта, как принято говорить, не сложилась. Если с подъёмом вертолётов с кораблей проблем не было, то произвести посадку на корабельную взлётно-посадочную площадку ограниченных размеров оказалось делом непростым, особенно при качке. За несколько лет эксплуатации из 750 вертолётов вышло из строя 411, и ВМС США, израсходовав в течение шести лет на разработку системы 275 миллионов долларов (не считая расходов на переоборудование кораблей), от их дальнейшего применения отказались.

К середине 70-х годов большинство эсминцев и сторожевых кораблей ВМС США оборудовались новой гидроакустической станцией типа AN/SQS-26 и её последующими модификациями. Особенность этой станции состояла в её способности обнаруживать ПЛ в зоне прямой видимости (18-23 км) и в так называемых зонах конвергентное™ (с использованием отраженного луча) на расстояниях 55-65 км от корабля. Зоны конвергентности образуются в водной среде при определенных зависимостях температуры воды от глубины. Между первой зоной конвергентности и зоной прямой видимости имеется довольно широкая неконтролируемая область, именуемая акустической тенью, в пределах которой ПЛ не обнаруживается корабельными средствами. Таких зон может быть несколько. И этот недостаток корабельных гидроакустических средств должны были восполнить корабельные вертолёты. Таким образом, задача ставилась уже шире, и её могли решить только пилотируемые вертолёты с разнообразным и совершенным оборудованием, к которым относились вертолёты типа «Си Кинг» и им подобные.

Беспилотный вертолёт Джиродайн QH-50

Схема вертолёта SH-2G "Супер Си Спрайт"

Противолодочный вертолёт "Си Спрайт" системы "Лэмпс" Мк.1

SH-2F «Си Спрайт»

В 1970 г. ВМС США приступили к разработке вертолёта такого назначения по программе «Лэмпс» (LAMPS – Light Airborne Multi-Purpose System – легкая корабельно- авиационная многоцелевая система ). Первоначально планировалось разработать вертолёт по программе SASI (Ship and Systems Integration) со взлётным весом до 3000 кг с радиогидроакустическими буями, ОГАС, магнитометром, двумя торпедами Мк.46 и другими средствами. Ограничение по взлётному весу явилось следствием невысокой прочности посадочных площадок. Разработка нового вертолёта заняла бы немало времени, и, чтобы ускорить этот процесс, программу решили разбить на три этапа: Mk.l, Мк.II и Mk.III, а в качестве вертолёта первого этапа использовать SH-2D (модификация вертолёта HH-2D «Си Спрайт» фирмы Каман) с упрощённым составом оборудования. Но даже и в этом случае его вес достиг 5540 кг, что обеспечивало применение только с кораблей, имеющих большие по размерам и прочные посадочные площадки. Было модифицировано 20 вертолётов, которые впоследствии заменили более совершенные SH-2F «Си Спрайт» и SH-2G.

Вертолётами оборудовали более 100 кораблей, причём на некоторых базировалось по два вертолёта. Поставка их началась в 1975 г., производство прекращено в 1987 г. Просуществовали вертолёты до начала 90-х годов и выводились из боевого состава вместе с кораблями, на которых они базировались.

По конструктивной схеме вертолёт SH-2F одновинтовой. Оригинальна конструкция носовой части, которая для уменьшения длины вертолёта имеет вертикальный разъём по продольной плоскости и обе половины на шарнирах отклонялись в стороны.

Под носовой частью находится цилиндрический обтекатель с РЛС LN66HP фирмы Кэнейдиан Маркони. Для поддержания вертолёта на плаву (в случае вынужденной посадки на воду) днище фюзеляжа герметизировано. По бортам фюзеляжа размещены два узла подвески торпед или дополнительных баков.

В состав противолодочного оборудования входит: магнитометр AN/ASQ-81 фирмы «Тексас Инструменте» с чувствительным элементом, буксируемым на кабель- тросе длиной 55-60 м, приёмник сигналов радиогидроакустических буёв AN/ARR-84 с цифровой ЭВМ AN/UYS-503, предназначенной для обработки сигналов с выхода приёмника, имеющего 99 каналов.

В грузовой кабине кроме оператора и пульта с индикаторами расположена лебёдка магнитометра, съёмные контейнеры для 15 пассивных и активных буёв и др. оборудование.

Силовая установка вертолёта состоит из двух газотурбинных двигателей T58-GE-8F фирмы Дженерал Электрик мощностью 1350 л.с. Основная топливная система – два основных бака емкостью 1045 л. Снаружи могут устанавливаться еще два дополнительных бака общей вместимостью 450 л.

Несущий винт вертолёта диаметром 13,4 м складывающийся с шарнирным креплением лопастей к втулке. Вертолёт снабжён трёхстоечным шасси с хвостовым колесом. Основные стойки со спаренными колёсами убираются вперед в бортовые ниши и закрываются обтекателями.

Максимальный взлётный вес вертолёта достигает 6000 кг, крейсерская скорость полёта – 240 км/ч, дальность – 680 км, боевая нагрузка -торпеда Мк.44 или Мк.46.

На кораблях, оборудованных системой «Лэмпс», имеется специальная авиационная боевая часть. Если на корабле базируется один вертолёт, то в неё входят четыре лётчика, два оператора и девять человек технического состава. При базировании двух вертолётов экипаж увеличивается на четырех человек лётного состава.

Вертолёт при нахождении корабля в море содержится в часовой готовности, при повышенной боевой готовности – в получасовой.

"Си Хок" над палубой авианосца

Схема противолодочного вертолёта SH-60B "Си Хок"

Одна из особенностей использования вертолёта состоит в том, что он вылетает, на решение противолодочной задачи только после обнаружения ПЛ другими средствами поиска (РГБ, выставленными палубными или базовыми патрульными самолётами, гидроакустическими средствами кораблей, вертолётами «Си Кинг»), По терминологии, принятой в нашем ВМФ – «по вызову». Последнее обстоятельство, тем не менее, не исключает возможность его применения для допоиска в зонах акустической тени своими средствами.

По заключению лётного состава, вертолёты SH-2 возможно эксплуатировать при состоянии моря до 3 баллов. Взлёт и посадка затрудняются слишком близким расстоянием между несущим винтом и ангаром (1 м). Размещение вертолёта в ангаре также не представляется вполне удобным: зазор по высоте составляет 150 мм, а по бортам фюзеляжа – 300 мм. По техническим условиям они должны быть в два раза больше.

SH-60B «Си Хок»

Требования к повышению эффективности вертолётов и расширению круга решаемых ими задач, ввиду усложнения аппаратуры и увеличения загрузки, привели к возрастанию их полётного веса..Взлётно-посадочные площадки кораблей, на которых ранее базировались вертолёты системы DASH, не годились для тяжелых вертолётов.

По этим причинам ВМС США провели конкурс, и в качестве прототипа для новых кораблей (этап «Лэмпс» Mk.III) выбрали армейский многоцелевой вертолёт UH-60A. «Блэк Хок». С фирмой Сикорского был заключён контракт на разработку на его основе вертолёта SH-60B «Си Хок». Сухопутный и морской варианты вертолёта имеют 75% одинаковых элементов конструкции, что удешевило его производство и сократило сроки разработки.

Решение о серийном производстве вертолёта SH-60B принято в августе 1981 г., а в конце сентября следующего года фирма представила полностью подготовленный вертолёт со всеми системами. К исходу 1983 г. пять вертолётов налетали свыше 3000 ч, показав вполне удовлетворительные результаты. В 1984 г. вертолёт поступил на вооружение. Для нужд ВМС планировалось закупить 204 вертолёта и вооружить ими 105 кораблей.

Вертолёт имеет одновинтовую схему с рулевым винтом. Рулевой винт с бесшарнирным креплением лопастей для создания дополнительной вертикальной составляющей тяги вместе с концевой балкой наклонён на 30 град. Фюзеляж вертолёта цельнометаллический, несиловые элементы изготовлены из стеклопластика.

На пилонах вместо торпед могут устанавливаться два дополнительных топливных бака. Хвостовая балка при помощи электромеханической системы складывается.

Вертолёт снабжён элементами принудительной посадки RAST, в грузовой кабине по левому борту установлен контейнер на 25 буёв.

В состав управления вертолётом входит автопилот, подсистема управления стабилизатором и дублированные системы устойчивости и управляемости для демпфирования колебаний. Автопилот имеет три режима: захода на посадку, висения и перехода с висения на горизонтальный полёт.

На SH-60B установлены два двигателя T-700-GE-401 фирмы Дженерал Электрик мощностью по 1690 л.с. в морском исполнении.

Топливная система вертолёта состоит из размещенного в задней части топливного бака, увеличенного в сравнении с армейским вариантом с 1030 до 1790 кг. Предусмотрена заправка вертолёта на висении над посадочной площадкой. Шасси вертолёта трехопорное с хвостовым колесом, неубираемое.

Максимальный взлётный вес вертолёта составляет 9900 кг, крейсерская скорость полёта – 250 км/ч, дальность – 800 км, боевая нагрузка – две торпеды Мк.46.

В целом оборудование и концепция использования вертолётов «Си Хок» представляет собой единую корабельно-вертолётную систему противолодочного оружия, состоящую из двух частей. Одной частью системы является корабельный вертолёт, а второй частью – корабль, имеющий пост управления противолодочными средствами с системами автоматического управления вертолётом, гидроакустическим комплексом корабля и т.п.

В комплекс системы «Лэмпс Mk.III» входят две ЭВМ и 140 блоков с электронной аппаратурой, из них ЭВМ и 100 блоков весом 950 кг размещены на вертолёте. Остальное оборудование – на корабле.

Бортовое оборудование вертолёта включает ряд систем: навигационную, акустическую, магнитометрическую, обработки данных, передачи информации, радиоэлектронной разведки, радиосвязи и другие.

Вертолёт SH-60B со сложенными лопастями несущего винта и хвостовой балкой: 1 – антенна аппаратуры передачи данных; 2 – пусковая установка РГБ с пневматической системой их выбрасывания; 3 – бусируемый магнитный обнаружитель; 4 – антенны средств радиотехнической разведки, связи и передачи данных; 5 – торпеда Мк.46; 6 – вертолетный зонд, выпускаемый при посадке с помо-. щью системы RAST; 7 – обтекатель антенны РЛС AN/APS-124

Акустическая система состоит из индикатора акустических сигналов AN/UYQ-21 фирмы Хьюз и двух приёмников AN/ARR-75 фирмы EDMAS для приёма акустических сигналов от РГБ. Принятые сигналы кодируются и без обработки в реальном масштабе времени передаются по восьмиканальной закрытой связи на корабль, где и производится их обработка. В комплект входят РГБ трёх типов: пассивные, активные и гидрологической разведки. Впоследствии состав бортового оборудования претерпел изменения и был дополнен процессором для обработки сигналов РГБ – «Протеус».

Установленный на вертолёте магнитометр ASQ-81 фирмы Тексас Инструменте снабжён системой выпуска и уборки маг- ниточувствительного блока с кабель-тросом длиной 55-60 м. Магнитометр предназначается лишь для уточнения места ПЛ, обнаруженной другими средствами. Полёт для расширения полосы поиска производится на высоте 70-80 м, при этом магни- точувствительный элемент будет находиться на расстоянии 30-35 м от водной поверхности.

Экипаж вертолёта состоит из трех человек. Первый лётчик занимает правое кресло, что отличается от принятой в авиации ВМФ схемы расположения, когда командир экипажа занимает левое кресло. Возможно, это вызвано тем, что надстройки на авианосцах расположены с правого борта, как и пост руководителя посадкой RAST на других кораблях. Он отвечает за безопасность полёта и выполнение основных боевых операций, производит сбрасывание торпед.

Второй лётчик занимает левое кресло. Он действует по указаниям офицера по управлению тактической авиацией на кораблях и отвечает за выполнение задач по поиску и наблюдению за надводными и подводными объектами, а также успешное решение задач при отсутствии связи с кораблём. Он работает со средствами связи, РЛС, производит постановку РГБ, определяет местоположение цели и её элементы движения для прицеливания перед сбрасыванием торпед.

Третий член экипажа – оператор датчиков электронного оборудования. Он контролирует работу всех основных поисковых и радиотехнических систем. В его кабине находится многофункциональный индикатор, на который поступает информация от датчиков.

На корабле в управлении системой «Лэмпс» занято четыре оператора: офицер управления действиями авиации АТАСО (Air Tactical Control Officer), оператор акустических датчиков ASO (Acoustic Sensor Operator), оператор дистанционного управления РЛС Remro (Remote Radar Operator), оператор радиоэлектронной разведки ESMO (ESM Operator).

В обязанности офицера АТАСО входит управление системой «Лэмпс» в целом, передача соответствующих команд экипажу, контроль за функционированием целевого оборудования вертолёта и применение РГБ.

Оператор ASO контролирует обработку информации, поступающей от вертолёта от сброшенных РГБ, производит классификацию контакта и определение места и элементов движения ПЛ, управляет работой активных РГБ.

Применение режима «Лэмпс» начинается с обнаружением ПЛ противника, первичная информация о которой может поступить от любых сил и средств. С корабля поднимается вертолёт и следует в назначенный район, используя автономные средства вертолётовождения с корректировкой с корабля. В назначенном районе с вертолёта может сбрасываться гидрологический РГБ. В 25-трубном контейнере, расположенном на левом борту грузовой кабины, находятся РГБ различного типа. Для каждого из них перед применением устанавливается частота передатчика информации и величина загрубления гидрофона.

После выхода вертолёта в расчётную точку офицер АТАСО принимает решение о постановке буев для восстановления и уточнения контакта с ПЛ. Акустические сигналы от буев принимаются приёмником вертолёта AN/ARR-75, предварительно обрабатываются, кодируются и передаются на корабль для подробного анализа. При необходимости место ПЛ уточняется с помощью активных буёв или магнитометра. Полученные данные также передаются на корабль для обработки.

Если местоположение цели, полученное от различных средств, подтверждается и цель опознана, то наступает завершающий этап выполнения боевой задачи – уничтожение цели. Второй лётчик вертолёта получает команду от офицера АТАСО о подготовке оружия, а правому лётчику поступает указание о разрешении сброса торпеды. Сброшенная торпеда производит самостоятельный поиск цели и наводится на неё. Считается, что для выполнения типовой противолодочной операции необходимо 10-12 РГБ.

В 1984 г. начат разработкой перспективный противолодочный вертолёт SH-60F «Оушен Хок», являющийся модификацией своего предшественника, способный выполнять поисково-спасательные операции. Этот вертолёт должен также полностью заменить вертолёты SH-3H «Си Кинг» на авианосцах из-за выработки ими лётного ресурса, равного 10 тыс.ч. Первый полет серийный вертолет совершил в 1986 г., производство завершено в 1995 г. Всего построено два опытных и 143 серийных вертолета.

В конструкции вертолёта использовано много узлов и деталей от вертолёта SH-60B. Силовая установка вертолёта состоит из двух турбовальных двигателей T700-GE-401 мощностью по 1700 л.с. Для поиска ПЛ предназначается ОГАС. Для автоматизации процесса поиска предусмотрено программное управление в процессе гидроакустического поиска, включая переход из режима горизонтального полёта на висение, выдерживание параметров висения и последующий разгон для перелёта в очередную точку. На вертолёте возможна установка процессора обработки акустических сигналов. Полётный вес вертолёта возрос до 11000 кг.

Вертолётные средства поиска п одводных лодок

Вертолёт SH-3A в полете на режиме висения с опускаемой гидроакустической станцией

Из приведенного выше следует, что вертолёты для поиска ПЛ могут использовать авиационные радиогидроакустические буи, такие же, как применяются в ППС самолётов, но методы обработки полученных данных могут отличаться. Имеется и чисто «вертолётное» средство – ОГАС. Магнитометрические средства обнаружения ПЛ рассматривались как вспомогательные ввиду их ограниченной дальности.

Между сторонниками вооружения вертолётов существовали различные подходы к составу средств поиска ПЛ. Одни полагали, что следует реализовать возможности вертолёта по висению и предпочтительнее использовать ОГАС, а полученную информацию передавать для обработки на корабль. Такой была точка зрения американских специалистов, о чём свидетельствует система «Лэмпс». Впрочем, американцы и при вооружении вертолётов буями предпочитали обрабатывать сигналы от них на корабле.

Англичане полагали, что передавать информацию, полученную с помощью ОГАС, с вертолёта на корабль необходимости нет и классификацией контакта должен заниматься экипаж. Столь различные подходы оказали влияние на состав ППС вертолётов, состав и уровень подготовки экипажей вертолётов.

У сторонников и противников вооружения вертолётов РГБ и ОГАС имелись доводы как за, так и против.

Современные РГБ обеспечивают гибкость поиска ПЛ, благодаря возможности выбора определённого типа буёв, величины заглубления акустических систем и схем постановки в зависимости от конкретной задачи. С применением буёв одновременно в течение продолжительности их работы (до 8 ч) контролируется значительная по размерам площадь, их использование не зависит от времени суток. После постановки буёв вертолёт может уходить от них на дальность радиолинии «буй-вертолёт».

Исключение режима висения обеспечивает надёжное радиолокационное наблюдения за вертолётами, применение пассивных буёв повышает скрытность поиска, радиус действия вертолёта, выполняющего полёт на экономичных режимах полёта, увеличивается.

Сторонники ОГАС доказывали, что этот вид поиска более экономичен в сравнении с буями, дает больший объём информации. Однако о том, что в случае отказа двигателя на висении создается опасная ситуация для экипажа, не упоминалось. Кроме того, возможность выполнения поиска с ОГАС в тёмное время суток всегда представлялась проблематичной и небезопасной. Имелись и другие доводы как за, так и против.

И, наверное, один аргумент, который не принимался поначалу во внимание. Шумы вертолёта, выполняющего висение на высоте 10-15 м, проникают в водную среду, и акустическое пятно обнаруживается гидроакустическими комплексами ПЛ на значительных удалениях. И, наконец, последнее. За спиной военных находились представители фирм-изготовителей, что также оказывало влияние на выбор средств.

Компромисс был достигнут размещением на вертолётах как ОГАС, так и радиогидроакустических систем. Обращает внимание, что только на последних вертолётах системы «Лэмпс» Mk.III установлены ОГАС.

Радиогидроакустические буи

Современные авиационные РГБ по методу приема информации разделяются на пассивные и активные, по возможности определения направления на объект поиска – на направленные и ненаправленные. Пассивный РГБ определяет только факт наличия подводных шумов. Местоположение цели определяется по данным от нескольких буёв.

Активные РГБ могут иметь командную и программную систему управления. Буи, управляемые с вертолёта, могут быть ненаправленными, дающими информацию только о расстоянии до объекта, и направленными, позволяющими определить пеленг и дальность до него. Буи с программным управлением – только ненаправленные. Они включаются в работу сразу после приводнения или через определённое время.

Независимо от типа буя в качестве источников питания на них используются замачиваемые морской водой электрические источники питания.

С тем чтобы повысить эффективность применяемых акустических средств, экипаж вертолёта, прибыв в назначенный район, сбрасывает батитермографический буй, который позволяет определить гидрологические условия. На основании полученных данных экипаж выбирает заглубление акустической системы буя и устанавлвает его. По сообщениям иностранной печати, вместо ручной установки применяется электронное переключение частоты радиоканала, глубины погружения и времени работы буя. Один из распространённых батитермогра- фических буев – AN/SSQ-36 с датчиком температуры термисторного типа, заглубляемого с вертикальной скоростью 1,5 м/с до 300 м. Максимальное время работы буя – 12 мин, после чего он затапливается.

После анализа гидрологических условий по команде с корабля или по решению экипажа выполняется постановка буев по определённой схеме. Вертикальная скорость снижения буёв уменьшается с помощью парашютной системы или роторного аэродинамического тормоза. Акустическая система буя, связанная с поплавком на кабеле, опускается на заданную глубину, а передатчик информации с антенным устройством после прихода источников питания в рабочее состояние начинает работать в режиме непрерывного излучения. В конце установленного времени затопления шарик из растворимого в морской воде материала растворяется, внутрь буя поступает вода и он затапливается. Для продолжения поиска выставляются дополнительные буи.

Встроенный контейнер с РГБ (слева) и оборудование отсека операторов ОГАС (справа) на вертолёте SH-60 "Си Хок"

К пассивным РГБ ненаправленного действия относятся американские AN/SSQ-41 и AN/SSQ-41B системы «Джезебел», AN/SSQ-57, английские типа 30104, SSQ-904, французские DSTV-4L, 4М, 7Y, TSM-8010 и TSM-8020.

Буи этого типа наиболее просты по конструкции. Установленные в них приёмники ненаправленных акустических колебаний (гидрофон или система гидрофонов) способны обеспечить прослушивание подводных шумов в диапазоне от 0,1 до 10 кГц. Усиленные и преобразованные подводные шумы модулируют несущую частоту передатчика буя, работающего в режиме непрерывного излучения. Спектр шумов передаётся на вертолёт в виде радиосигналов, где они анализируются экипажем с помощью бортовых устройств или передаются на корабль.

Чтобы увеличить количество буёв, на вертолёте разработаны буи с лучшими весогабаритными характеристиками (при сохранении основных параметров). Они имеют в два-три раза меньшие размеры и вес (высота корпуса 305-310 мм против 914 мм и вес 4,5 кг против 9 кг).

Пассивные широкополосные буи типа AN/SSQ-57A предназначаются в основном для замера акустических полей надводных кораблей и ПЛ и спектра шумов моря в данном районе. Для определения уровня гидроакустических шумов в широком диапазоне в схему буя встроен калибратор.

К пассивным направленным буям относятся американские AN/SSQ-53, 53В системы «DIFAR», AN/SSQ-77, AN/SSQ-79, австралийский AN/SSQ-81 и другие. Они определяют пеленг на ПЛ, а также передают принимаемые акустической системой шумы на вертолёт. Для пеленгования применяются различные методы: по максимуму сигнала, фазовый, фазово-амплитудный, корреляционный. Модификация буя AN/SSQ-53B комплектуется трехэлементной акустической антенной из направленных и ненаправленных гидрофонов, устанавливаемых на глубинах 27 и 305 м. За три минуты акустическая система полностью разворачивается и занимает рабочее положение. Буй передает информацию по одному из 99 каналов в диапазоне частот 162-174 мгц. Рабочая полоса принимаемых акустической системой частот – 0,1-2,4 кгц.

Буи направленного действия снабжаются более сложными акустическими системами и передатчиками, поскольку частота их колебаний не только модулируется шумами, но также изменяется в зависимости от положения акустической системы. Отсчёт пеленга производится относительно магнитного меридиана.

Буи AN/SSQ-77 системы VLAD (Vertical Line Array Difar) имеют вертикальную линейную гидроакустическую антенну – базу из девяти ненаправленных и двух направленных гидрофонов, что повышает чувствительность и повышает вероятность выделения полезного сигнала на фоне помех. Это первый буй, в котором экипаж выбирает частоту радиоканала информации в полёте по своему усмотрению. Это стало возможным благодаря использованию в РГБ синтезаторов сетки частот вместо кварцевых генераторов частоты.

Буи типа AN/SSQ-79 также комплектуются вертикальной акустической антенной, снабжаются накопительным устройством. В канале информации буя используется цифровая форма передачи данных.

К активным ненаправленным буям ВМС США относятся AN/SSQ-47A, В, AN/SSQ-50B (с командным управлением) системы CASS и DIKASS, английские SSQ-9478. Их обычно применяют для поиска малошумных ПЛ в районе ограниченных размеров, классификации контакта и его восстановления при небольшом времени запаздывания вертолёта с выходом в точку первичного обнаружения ПЛ. Буи излучают акустическую посылку, после чего переключаются (переводятся) на приём. Расстояние до цели измеряется по времени прохождения сигналов и известной скорости распространения звука в воде, измеренной с помощью батитер-мографического буя. Разность частот излучаемого и принимаемого сигналов используется также для определения радиальной составляющей скорости ПЛ.

Буи AN/SSQ-47B начинают излучать зондирующие импульсы в течение 30 мин сразу после приводнения. Для исключения помех по гидроакустическому тракту возможно одновременное применение до шести буёв. Передатчики канала информации используют 12 заранее установленных частот.

Акустическая система телеуправляемого с вертолёта буя AN/SSQ-50B погружается на глубину 18 или 457 м, для повышения скрытности и повышения времени работоспособности буя зондирующий импульс очень короткий.

Активные направленные буи, как следует из их названия, измеряют и магнитный пеленг цели. К таким буям относятся AN/SSQ-62B системы DICASS, предназначенные для замены AN/SSQ-47 и 47В и РГБ AN/SSQ-75 с улучшенными характеристиками, обеспечивающими обнаружение ПЛ на глубинах более 450 м в зоне образования подводного звукового канала.

Вероятность правильной классификации контакта и дальность обнаружения современных ПЛ находится в прямой зависимости от метода передачи информации от буёв, совершенства аппаратуры, применяемой для обработки, и, безусловно, во всех случаях от степени обученности экипажа.

Принятые за рубежом вертолётные системы позволяют производить обработку информации от нескольких буёв одновременно. Как правило, принятые сигналы анализируются и отображаются на дисплее оператора. Запомненные шумы сравниваются с сигнатурами целей, хранящимися в постоянном запоминающем устройстве ЦВМ, способной классифицировать и идентифицировать полученные от буев шумы. Существенную роль в процессе идентификации играет спектральный анализ, однако окончательное решение о достоверности контакта принимает оператор.

Вертолёт "Си Кинг" английских ВМС в полете на режиме висения с ОГАС

Французский противолодочный вертолёт "Супер Фрелон" с ОГАС

Первоначально на вертолётах устанавливались приёмники сигналов буёв AN/ARR-75 и R-165/ARA и устройство магнитной записи. Впоследствии было разработано более совершенное приёмное устройство AN/ARR-78. В начале 80-х годов в состав бортового устройства были введен акустический процессор AN/AQA-7, обеспечивающий обработку сигналов буев DIFAR (пеленгование и локализация обнаруженных ПЛ пассивными направленными буями AN/SSQ-53A H.AN/SSQ-77) и DIKASS (уточнение местоположения ПЛ перед применением средств поражения или для слежения активными направленными буями AN/SSQ-62, AN/SSQ-75).

Система AN/AQA-7 обеспечивает одновременный прием информации по восьми пассивным каналам, двум активным каналам ненаправленных буёв и от одного буя направленного действия.

На вертолётах системы «Лэмпс» Mk. III установлен более совершенный процессор AN/UYS-1 «Протей» фирмы IBM и две штатные бортовые ЭВМ AN/AYK-14 фирмы Контроул Дейта с емкостью памяти 98 тыс. слов, управляющие всей системой и информационной мультиплексной шиной. На корабле имеется такой же процессор «Протей», но емкостью 750 тыс. слов. Кроме того, на корабле собирается более полная информация о противолодочной обстановке в целом. Поэтому всегда предпочтительнее полученную вертолётом информацию передавать для обработки на взаимодействующий корабль. «Протей» обеспечивает обработку информации от большего количества буёв, чем AN/AQA-7.

В 1982 г. в ВМС Канады на вооружение вертолётов СН-124А «Си Кинг» принят процессор AN/UYS-502(V) «Калипсо», разработанный фирмой «Эмерсон электроник» (США). Сигналы нескольких буёв любого типа обрабатываются одновременно в цифровой форме. «Калипсо» имеет модульное построение и сопрягается с любой многофункциональной бортовой ЦВМ.

Другая канадская фирма разработала процессорную систему SBP-1-1, обеспечивающую обработку до 16 буёв различного типа. В состав системы входят четыре отдельных процессора, демультиплексор, сопрягающий цифровые каналы со стандартными аналоговыми приёмниками сигналов буёв. Масса аппаратуры всего лишь 20 кг.

На вооружении английских вертолётов «Си Кинг» состоит облегчённая система обработки и индикации акустических сигналов AQS-902 LAPADS (Light Weight Acoustic Processing and Display System). В системе применяются два 1б-канальных приёмных устройства. Первое обеспечивает управление системой, а второе – спектральный анализ с помощью метода быстрого преобразования Фурье и оценку энергетических уровней сигналов от буёв. Метод Фурье позволяет осуществлять оптимальную фильтрацию и выделение принятого сигнала на фоне шумов. Уровень сигнала усредняется за короткий период времени. Процесс повторяется постоянно с высокой скоростью. В результате этого достигается накопление постоянно появляющихся сигналов и их выделение на фоне помех.

Фирмой Маркони разработана ; более совершенная система AQS-903 для вертолета ЕН-101, скорость обработки информации в которой существенно превышает возможности предшествующих систем.

Для вооружения французских вертолётов, не использующих активные буи, разработана система ТСМ-8210, которая с 1987 г. устанавливалась на вертолётах AS.332F «Супер Пума». Еще более совершенной моделью является TSM-8230, обеспечивающая обработку информации от ОГАС и до восьми буёв.

Системы обработки информации от буёв отличаются сложностью конструкции, довольно большим временем, затрачиваемым на анализ информации, но несмотря на это, обеспечивают существенное увеличение вероятности выделения шумов ПЛ на фоне помех. О важности, которая придается подобным системам, свидетельствует их постоянное совершенствование.

Гидроакустические станции

Многие противолодочные вертолёты, преимущественно используемые с малых кораблей, оснащены опускаемыми гидроакустическими станциями. Некоторые вертолёты, наряду с ОГАС, имеют также и радиогидроакустические системы. Современные достижения в области технологии позволяют создать современные гидроакустические станции, пригодные для установки на вертолёты всех типов, независимо от их полётного веса (вес первых ОГАС достигал 500 кг). Назначение ОГАС – прослушивание водной среды при поиске ПЛ. Часть аппаратуры станции размещается на борту вертолёта, а другая – в опускном устройстве, заглубляемом с вертолёта в режиме висения.

Поиск ПЛ вертолёты производят путём последовательного обследования водной среды из точек висения, расположенных в определённом порядке. Обычно вертолёт зависает на высоте 10-15 м над водной поверхностью и заглубляет опускное устройство (акустическую антенну) на оптимальную глубину (до 450 м). Если объект поиска не обнаружен, то производится перелёт в очередную точку зависания.

Вертолётные гидроакустические станции за рубежом производят в основном три фирмы: Бендикс (США), Плесси (Англия), и Синтра-Алькатель (ФРГ). При их создании учитывался опыт конструирования и эксплуатации корабельных гидроакустических станций, использовались также идеи, реализованные в конструкции буёв.

Большинство современных ОГАС работают как в пассивном, так и в активном режимах, именуемых соответственно режимами шумопеленгования (ШП) и эхо-пеленгования (ЭП). Однако имеющийся в ОГАС режим ШП из-за малой шумности современных ПЛ и необходимости сложного оборудования для обработки и выделения полезного сигнала на фоне помех, применяется ограниченно, и, хотя это и сопряжено с рядом неудобств, предпочтение отдается режиму ЭП. При использовании станции в этом режиме после заглубления подъёмно-опускного устройства ОГАС включается в режим излучения – формируется довольно мощная акустическая посылка определённой формы и длительности (от 3 до 200 мс), в зависимости от типа ОГАС, режима работы, условий. Дальность до цели обычно не превышает 5000-6000 м в зависимости от условий поиска и определяется по времени от излучения импульса до приёма отражённого сигнала. Однако с появлением современных малошумящих ПЛ эти дальности существенно снизились. Можно предполагать, что с переводом ОГАС на низкие частоты, дальности обнаружения ПЛ в режиме ШП возрастут.

По принятому методу обследования пространства в горизонтальной плоскости различают ОГАС шагового поиска и кругового обзора. При шаговом поиске акустический сигнал излучается передающей антенной в определённом секторе. Антенна остается в этом положении в течение времени, необходимого для прохождения акустической волной расстояния, равного двойной дальности действия ОГАС. В течение этого времени включено приёмное устройство. Если контакт не установлен, то антенна (диаграмма) автоматически перемещается относительно вертикальной оси на ширину главного максимума характеристики направленности, и производится новая посылка. И так, шаг за шагом, последовательно просматривается весь горизонт (сектор). Очевидно, что с применением подобного метода, особенно при большой дальности станции и диаграмме направленности шириной 25-30 град; на круговое обследование потребуется очень много времени. Водная среда обследуется последовательно по секторам, а не весь горизонт одновременно, Поэтому станции шагового поиска применяются ограниченно, причём для сокращения времени обследования ширину обследуемого сектора увеличили до 60-90 град.

В ОГАС с круговым обзором акустическая посылка излучается по всему горизонту одновременно, после чего осуществляется круговой приём эхо-сигналов. В этом случае наблюдаются все объекты, находящиеся в пределах дальности ОГАС.

На противолодочных (многоцелевых) вертолётах военно-морских сил США и НАТО находятся ОГАС американского производства AN/AQS-13 (модификации А, В, С, D, Е, F, AN/AQS-18); английские – тип 195, Hisos-1; французские HS-12, DUAV-4 с последующими модификациями и другие. Большинство этих.ОГАС снабжены сложными системами датчиков со схемами формирования лучей и позволяют за одну- две посылки обнаружить ПЛ, определить её пеленг, дальность и скорость движения.

Опускаемая гидроакустическая станция AN/AQS-13A поступила на замену ОГАС AN/AQS-10, выпускавшейся с 1955 г. Она имеет несколько модификаций на основе базовой модели. В одной из последних её модификациях AN/AQS-13F используются частоты 9,5-10,5 кГц. При поиске ПЛ станция может работать в режиме ШП и ЭП, а также в режиме звукоподводной связи телефоном или телеграфом (только станция AN/AQS-13A).

Начиная с модификации AN/AQS-13B, станции для улучшения условий выделения полезного сигнала и устранения ложных целей с экрана индикатора могут дополняться адаптивным процессором APS (Adaptive Processor Sonar). С помощью APS повышается точность определения скорости цели, усиливается принимаемый сигнал. Большая энергия, излучаемая длинными импульсами в режиме APS, в сочетании с узкополосным анализом улучшает условия выделения полезного сигнала, особенно в условиях помех.

В этом режиме на индикаторе кругового обзора, кроме отображения пеленга и дальности, воспроизводится также значение до- плеровской радиальной скорости ПЛ.

Акустическая система станции размещается в опускном устройстве и состоит из трубчатых преобразователей – одного излучающего и восьми приёмных, расположенных над ним. Ширина диаграммы направленности каждого элемента составляет 45 град. В корпусе опускного устройства размещены также датчик температуры батитермографа.

Спуск и подъём опускного устройства осуществляется на 30 жильном кабель-тросе длиной 150 м с помощью лебёдки, барабан которой приводится во вращение гидромоторами. На вертолёте размещается также ряд дополнительных обеспечивающих применение станции устройств: указатель длины выпущенной части кабель-троса, датчики его вертикальности. Кроме того, в комплекте оборудования вертолёта имеется доплеровский измеритель путевой скорости и угла сноса, по сигналам которого вертолёт удерживается в точке висения (вручную или автоматически). Причём чувствительность последнего устройства очень велика. Сигнал смещения выдается при скорости вертолёта 400 м/ч.

Опускаемая гидроакустическая станция AN/AQS-18 также кругового обзора, и наряду с ОГАС AN/AQS-13F, для восьмидесятых годов являлась наиболее современной. Она работает в диапазоне частот 9,2-10,8 кГц. В конструкции этих станций просматриваются основные тенденции развития подобного типа технических устройств: уменьшение массогабаритных характеристик, увеличение глубины опускания приёмно-излучающего устройства и дальности обнаружения ПЛ.

В качестве индикаторов в комплекте станции AN/AQS-18 используется многоцелевой самописец и электронно-лучевая трубка с шестью масштабами дальности, максимальный из которых рассчитан на 18 км. На электронно-лучевой трубке кроме дальности показывается также пеленг на цель, величина его изменения, характер объекта, величина изменения расстояния. Имеется двухканальная слуховая система.

Станции AN/AQS-18, в том числе и поставлявшиеся в другие страны, комплектовались опускаемыми устройствами, существенно отличавшимися от ранее применявшихся. Кроме излучающих и приёмных элементов в опускаемое устройство поместили компас, генераторное устройство, усилитель мощности, датчик температуры воды, свинцово-цинковую аккумуляторную батарею для питания электронных схем и накопления энергии в генераторе.

Вертолёт SH-60B

Вертолёт SH-60B в зоне поиска. С правого борта виден магнитометр.

Противолодочный вертолёт Каман SH-2D "Си Спрайт" с буксируемым магнитометром.

Верхняя часть опускного устройства снабжена кольцевой акустической наделкой, которая обеспечивает стабилизацию процессов режима опускания и подъёма с большой вертикальной скоростью (подъём – 8,2 м/с, опускание – 5,2 м/с).

Уменьшение веса и габаритов отдельных элементов ОГАС, а также размещение подзаряжаемого постоянным током источника питания электроэнергией в опускаемом устройстве позволили вместо тяжелого кабеля использовать одножильный коаксиальный кабель толщиной всего 5 мм (обычный кабель имел диаметр. 12,5 мм и состоял из 30 проводов) и увеличить его длину до 460 м, причем время опускания на эту глубину такое же, как у станции AN/AQS-13, акустическое устройство которой заглубляется на 150 м.

На базе американской AN/AQS-13 в Великобритании создана станция типа 195, которая работает в режиме панорамного поиска в четырех секторах (шириной по 90 град, каждый) способом пульсирующей развёртки. Она входила в состав ППС вертолёта «Си Кинг» Великобритании.

Другая разработанная в Великобритании ОГАС – HISOS-1 устанавливается на вертолётах «Линкс». Информация, получаемая с её помощью, может обрабатываться бортовой ЦВМ AQS-902. Станция комплектуется гидроакустической широкополосной антенной решеткой, обеспечивающей более высокую точность определения пеленга цели и дальность обнаружения по сравнению со станцией типа 195. Антенна станции может заглубляться до 300 м. Имеются сведения, что система обработки данных этой станции может обрабатывать также информацию от буёв.

Во Франции вертолёты вооружались гидроакустической станцией DUAV-4, которая работала в режимах ШП и ЭП и обеспечивала также измерение радиальной скорости ПЛ по доплеровскому сдвигу частот. Приемно-излучающее устройство станции снабжалось малошумным приводом.

Более совершенной является ОГАС HS-12. В режиме шумопеленгования её антенна излучает импульсы акустической энергии прямоугольной или синусоидальной формы с частотной и гиперболической модуляцией. Повышение точности пеленгования обеспечивается за счёт использования цифровых методов формирования и управления диаграммой направленности.

В состав бортового оборудования станции HS-12 входят электронная аппаратура, схемы управления, специализированный процессор, индикаторы, аппаратура встроенного контроля, а также лебедка с гидроприводом. Радиоэлектронные блоки, размещенные в опускном устройстве, управляют излучением, формируют диаграмму направленности, осуществляют фильтрацию сигналов, а также усиление, квантование и определение максимума принимаемого сигнала.

Гидроакустическая антенна станции состоит из 12 керамических преобразователей. В дополнение к ним оператор может применять три полулуча. Система обеспечивает также панорамный пассивный поиск в полосе частот шириной 1 кгц в диапазоне от 7 до 20 кгц. Когерентная обработка сигналов и классификация контакта производится по 12 каналам. В опускном устройстве размещён также датчик температуры батитермографа. По мере погружения опускаемого устройства данные о температуре воды обрабатываются и поступают в запоминающее устройство.

Для уменьшения размеров кабеля в системе применена цифровая техника и мультиплексоры, что позволило погружать при- емоизлучающую систему на глубину до 300 м. На лёгких вертолётах может устанавливаться кабель длиной 170 м с более строгими ограничениями по весу.

Станция HS-12 устанавливалась в 80-х годах на большинстве средних противолодочных вертолётах, таких, как «Линкс».

Магнитометрические средства поиска подводных лодок

Средства подобного назначения не предназначены для первичного поиска ПЛ, что объясняется их небольшой дальностью обнаружения в сравнении с буями и гидроакустическими станциями, а также низкой информативностью. Магнитометрические средства работают на принципе регистрации местных аномалии магнитного поля Земли, вызванных присутствием ПЛ. В качестве чувствительного элемента на магнитометрах первых образцов использовался магнитонасыщенный феррозонд, ориентированный по силовым линиям магнитного поля Земли. К таким магнитометрам относился AN/ASQ-10A. Подобные магнитометры отличались невысокой чувствительностью и подверженностью помехам.

Значительно более высокие возможности у магнитометров с оптической накачкой, получивших название «квантовых». В магнитометрах подобного типа атомы, находящиеся в газовой среде, возбуждаются при воздействии на них светом определённой длины волны, а уровни их энергии измеряются с помощью индукционной катушки по изменению предварительно наложенного магнитного поля определённой частоты. Перед началом работы такому датчику необходим прогрев в течение 3-5 мин. Подобного типа магнитометры (AN/ASQ-501, AN/ASQ-81) получили распространение в Канаде и США. Один из их недостатков заключается в сложности технического обслуживания. Дальность обнаружения современных ПЛ с помощью магнитометров не превышает 400-500 м в зависимости от величины их магнитного поля.

Имеются также магнитометры, основанные на явлении ядерного магнитного резонанса. Фирма Крузе (Франция) изготовила вариант такого магнитометра для вертолёта. Измерительный блок буксируется на тросе длиной 70-75 м за вертолётом.

Средства поражения п одводных лодок

В арсенале авиационных средств поражения ПЛ наиболее эффективными считаются торпеды. Естественно, морские торпеды для применения на летательных аппаратах по ряду причин, а главное из-за большого веса и габаритов не годились, и велись работы по созданию достаточно легких торпед с приемлемыми характеристиками.

И в этом направлении довольно быстро обозначились успехи. Так, уже первая разработанная в 1954-1956 гг. в США торпеда Мк.43 мод.1 и 3 с акустической активной системой поиска и наведения имела весьма впечатляющие характеристики: вес 137 кг, калибр 254 мм, а длину всего лишь 2,36 м. Питаемый от аккумуляторной батареи двигатель обеспечивал дальность хода 4,6 км при скорости 20 узлов (37 км/ч), глубину поиска – до 300 м. Наверное, самое необычное состоит в том, что американцы никогда не являлись лидерами в разработке морских, а тем более авиационных средств поражения.

Ее сменила торпеда Мк.44 мод.1, в конструкции которой использован стеклопластик, гребные винты выполнены из алюминия. Система самонаведения – пассивная. В 1986 г. торпеда Мк.44 была модернизирована, дальность её хода, скорость и глубина погружения увеличились, а время наработки на отказ со 160 ч повысилось до 3000 ч.

С 1964 г. на вооружение ВМС США начала поступать авиационная противолодочная торпеда Мк.46 мод. 0. Торпеда снабжена газотурбинной силовой установкой. Движитель – два соосных гребных винта противоположного вращения. На этой торпеде уже применена пассивно-активная система самонаведения, способная обнаруживать цель на расстояниях до 1000 м. Торпеда, как и предшественницы, отличается хорошими весогабаритными данными: вес 250 кг, дальность хода – 9 км, максимальная глубина – до 450 м.

Представляет интерес схема работы торпеды. После приводнения она выходит на заданную глубину начального поиска и после включения системы самонаведения начинает выполнять правую циркуляцию с угловой скоростью 10 град./с. После обнаружения цели система самонаведения переводится в активный режим.

Интересна логика торпеды. Если в процессе самонаведения цель потеряна на удалении порядка 800 м, то торпеда в течение 5 с следует последним курсом, а затем около минуты циркулирует вправо с той же угловой скоростью. В случае необнаружения цели торпеда вновь выходит на глубину начального поиска и циркулирует вправо. Когда цель потеряна в ближней зоне (менее 800 м), торпеда движется 3 с последним курсом, а затем в течение 24 с циркулирует вправо с угловой скоростью 20 град./с. Если же цель не обнаружена, то система управления переводит торпеду на глубину начального поиска и она начинает циркуляцию вправо с угловой скоростью 6,5 град./с.

Если после полной циркуляции цель всё же не обнаружена, то торпеда переводится на прямолинейный курс в направлении первоначально предполагаемого места цели, проходит некоторое расстояние и вновь выполняет циркуляцию. В таком режиме торпеда следует или до захвата цели системой самонаведения, или до израсходования энергоресурса, после чего затапливается.

Торпеда Мк.46 мод.1 разрабатывалась сразу после поступления Мк.46 мод. 0. На новой торпеде усовершенствовали систему самонаведения, что повысило вероятность обнаружения цели и наведения на неё. Энергосиловая установка представлена поршневым пятицилиндровым двигателем, использующим жидкое унитарное топливо ОТТО-2 с высокой плотностью энергии.

Торпеда Мк.46 мод. 5 разработана на базе Мк.46 мод.1 по программе модернизации. При этом особое внимание обращено на создание новых элементов системы самонаведения, снижен уровень собственных помех путем применения двух режимов движения: поискового и наведения. Это позволило увеличить также дальность хода в сравнении с прототипом почти на 50%. Последующая модернизация торпеды имела целью обеспечить возможность её использования в мелководных районах.

Схема шведской торпеды ТР43

Французская торпеда "Мурена"

Противолодочная торпеда Мк.50 (США)

Вертолёт UH-6 в противолодочном варианте

Вертолет Уэстленд "Си Кинг" сбрасывает торпеду

Противолодочное оборудование на вертолете ЕН-101:

1 – противолодочные торпеды (до 4-х штук); 2 – блоки обработки сигналов датчиков; 3 – убираемая спасательная лебёдка; 4 – кассеты сброса РГБ; 5 – РЛС кругового обзора; 6 – рабочие места операторов; 7 – ОГАС; 8 – узлы подвески

Торпедой Мк.46 вооружены вертолёты SH-60 «Оушен Хок», SH-3H «Си Кинг» и SH-60B «Си Хок».

В 1983 г. начата разработка новой торпеды – Мк.50 «Барракуда». Её испытания производились в 1987 г., с 1990 г. начаты поставки торпед в ВМС.

Торпеда Мк.50 имеет скорость порядка 55 узлов (101,75 км/ч), дальность – 25 км, глубину хода – до 900 м. Торпеда снабжена системой самонаведения пассивно-активного типа, в состав которой входит перепрограммируемая ЭВМ AN/AYK-14. В активном режиме гидроакустические сигналы излучаются на нескольких частотах. Дальность обнаружения ПЛ достигает 1200-1500 м.

Новая конструкция двигательной установки существенно уменьшает собственный шум торпеды. В состав оборудования торпеды входит ЦВМ, которая обеспечивает анализ более 12 параметров при идентификации цели и обработке сигналов в режимах поиска и сопровождения, а также управляет системами торпеды. Торпеда имеет очень много оригинальных решений: приёмопередатчики системы наведения производят пассивный и активный поиск одновременно; на конечном участке торпеда выполняет маневр для встречи со средней частью ПЛ под углом 90 град; боевая часть направленного действия.

Французская малогабаритная торпеда «Мурена» калибром 324 мм предназначена для уничтожения ПЛ на глубинах до 1000 м. Её система самонаведения состоит из трёх антенн, соответственно, переднего обзора, двух боковых и направленной вниз, а также трёх микропроцессоров для обработки гидроакустических сигналов со скоростью 50 млн. опер./с.

Энергетическая установка торпеды электрическая. Торпеда двухрежимная: поиск производится на скорости 38 узлов (70,3 км/ч), при атаке скорость увеличивается до 50 узлов (92,5 км/ч), дальность хода – 10 км. Боевой заряд направленного действия весом 60 кг.

В 1991 г. начата совместная с итальянскими специалистами разработка торпеды «Импакт» с использованием части узлов от торпеды «Мурена».

Торпеды шведского производства ТР42 изначально разрабатывались с учётом их применения в мелководных районах моря. При весе 250-300 кг длина торпеды составляет 2440-2850 мм, калибр – 400 мм, дальность хода – 10 км, скорость в режиме атаки – 25 узлов (46,25 км/ч).

Специально для вертолётов разработаны торпеды ТР43 мод. 422 и 423. Они имеют улучшенные весогабаритные характеристики и с малых высот применяются без парашюта. При управлении торпедой с вертолёта на неё поступают команды наведения. В случае обрыва провода система самонаведения торпеды самостоятельно производит поиск цели.

В настоящее время развитие авиационных противолодочных торпед ведется по двум направлениям: модернизация существующих и разработка новых образцов, удовлетворяющих повышенным требованиям.

Модернизация направлена на увеличение глубины хода и скорости торпед, обеспечение применения в мелководных районах, повышение помехозащищённости и точности наведения на цель.

Всё это достигается за счёт использования новых конструкционных материалов с высокой удельной плотностью, малогабаритных бортовых ЦВМ с высоким быстродействием, многорежимных гидроакустических головок самонаведения, боевых частей с зарядом ВВ направленного действия, в том числе с пластиковым ВВ, высокоэффективных малогабаритных энергосиловых установок (в том числе замкнутого типа).

П роти володочные вертолёты морской авиации

Авиационные противолодочные силы и средства в нашей стране создавались очень медленно и с большим трудом. По-видимому, объяснение следует искать в том, что руководство флота не очень объективно оценивало результаты Второй мировой войны и действительный вклад, который внесли в дело окончательного разгрома фашизма различные рода вооруженных сил. Поэтому после окончания войны основное внимание в программах развития флота было уделено созданию «нового флота» по устаревшим концепциям.

Если бы в кораблестроительной программе уделили должное внимание её авиационной составляющей, а меньшее – неуклюжим «мастодонтам», то это инициировало бы ускоренную разработку самолётов и вертолётов, а также соответствующих средств, в том числе и противолодочных. Однако этого не произошло, и создание авиационных средств обнаружения подводных лодок (ПЛ) шло хаотично и с большим отставанием от мирового уровня.

В отличие от других стран, развитие противолодочных вертолётов в нашей стране началось с базовых вертолётов, и только через 10 лет появились корабельные вертолёты.

Бесполезно искать в этом глубокий смысл – все обстоит достаточно просто. Первыми в нашей стране появились одновинтовые вертолёты Ми-4, которые не были пригодны для корабельного базирования как из-за своих габаритов, так и склонности при приземлении с левым креном заваливаться на ту же сторону.

По этой причине и еще по ряду других, не поддающихся логическому обоснованию, внимание акцентировалось на имевших меньшие габариты вертолётах соосной схемы. Корабли, обеспечивающие базирование и эксплуатацию вертолётов, также появились только в конце 60-х годов.

Вертолеты Ка-25 и Ка-27 на палубе крейсера «Фрунзе»

Компоновочная схема вертолета Ми-4М

Базовые противолодочные вертолёты

Ми-4

Разработка вертолёта Ми-4 началась в 1951 г., а уже в следующем году его приняли на вооружение.

Первые вертолёты Ми-4, поступившие в авиацию флотов, выпускались в транспортно-боевом варианте, что позволяло использовать их для многочисленных внутрифлотских перевозок и спасательных работ, преимущественно не связанных с деятельностью флота, включая также обеспечение рыбалок руководителей и охоту.

Авиация ЧФ получила первые два вертолёта Ми-4 в августе 1954 г., а через два месяца капитаны Воронин и Баглаев приняли участие в учениях флота. В этот период вертолёты демонстрировали как диковинку.

В авиацию СФ вертолёты Ми-4 поступили 12 декабря 1954 г. Они вошли в состав вновь сформированной 2053-й отдельной эскадрильи вертолётов на аэродроме Шонгуй Мурманской области. К концу года в её составе числилось девять транспортно-бо- евых вертолётов, выполнявших задачи поисково-спасательных.

Авиация ТОФ получила вертолеты Ми-4 в 1954 г. Их включили в состав сформированной в следующем году 505-й отдельной вертолётной эскадрильи с базированием на аэродроме Седанка близ Владивостока.

В июне 1955 г. первые вертолёты Ми-4 поступили во вновь сформированную 509-ю отдельную вертолётную эскадрилью авиации БФ на аэродроме Коса.

Из приведенного следует, что к началу 1955 г. противолодочных вертолётов у морской авиации не было, а первые средства поиска ПЛ только еще отрабатывались.

По аэродинамической схеме Ми-4 – это одновинтовой вертолёт с рулевым винтом, размещенным на хвостовой балке. Несущий винт вертолёта четырехлопастный, на первых образцах смешанной конструкции с ресурсом лопастей 150 ч, и только после проведения комплекса конструктивно-технологических мер (а также ряда катастроф) ресурс удалось увеличить в шесть раз. Вертолёты последних серий комплектовались винтами с металлическими лопастями и системой контроля за их состоянием на земле.

В состав силовой установки вертолёта входил поршневой двигатель АШ-82В (двухрядная восемнадцатицилиндровая звезда) мощностью 1870 л.с. с принудительным воздушным охлаждением. Двигатель расположен наклонно относительно носовой части вертолёта под кабиной лётчиков. Для уменьшения оборотов двигателя и передачи крутящего момента на винт использовался главный редуктор, от которого с помощью трансмиссии через два редуктора приводился во вращение рулевой винт.

Управление вертолётом двойное и осуществлялось с помощью автомата перекоса, рулевого винта и объединенной системы шаг-газ. В систему управления включены необратимые и обратимые гидроусилители. Необходимость гидроусилителей вызвана тем, что для изменения общего шага несущего винта, наклона конуса его вращения требуются усилия в несколько сотен килограммов.

Пилотажно-навигационное оборудование вертолёта обеспечивало возможность его эксплуатации днём и ночью в простых и сложных метеорологических условиях.

На базе Ми-4 было принято решение создать противолодочный вариант. Переоборудование вертолёта существенно изменило его облик и весовые данные. На вертолёт установили дополнительное

оборудование: радиолокационную станцию СПРС-1 (впоследствии «Рубин-В»), радиогидроакустическую систему поиска и обнаружения ПЛ «Баку», авиационный магнитометр АПМ-56, агрегаты системы подвески и сбрасывания бомб и буёв, оптический прицел ОПБ-1Р.

Вертолёт мог использоваться как в поисковом, так и в ударном вариантах. В первом варианте имелась возможность подвесить 12 буёв типа РГБ-Н (с уменьшением запаса топлива) или 18 РГБ-НМ, во втором – три кассетных держателя ДЯ-53, вмещавших по 50 бомб ПЛАБ-МК или четыре бомбы калибром 50-100 кг. Нагрузка размещалась в грузовом отсеке, но, кроме этого, на наружные держатели при необходимости подвешивались бомбы калибром до 50 кг, дневные и ночные ориентирные морские бомбы (ОМАБ).

Попытки улучшить поисковые возможности вертолёта путём оснащения его опускаемой гидроакустической станцией успеха не имели, о чём подробно описано в № 2/2001 г. нашего журнала.

Вертолёт Ми-4М, а также его последующие модификации ВМ и AM не отличались выдающимися характеристиками: максимальная скорость полёта вертолёта – до 185 км/ч, крейсерская – 140-145 км/ч, дальность полёта – 350 км (высота – 500-1000 м), соответственно продолжительность – 2,2-2,5 ч. Полётный вес вертолёта Ми-4М составлял 8030 кг, запас топлива (бензин Б-95/115) – 900 л.

Экипаж противолодочного вертолёта состоит из двух лётчиков и штурмана. Штурман размещается в гондоле, расположенной в нижней части грузовой кабины. Был случай, когда на взлёте она отделилась после набора высоты 5-7 м, но все ограничилось синяками.

Начало поступления вертолётов Ми-4М в авиацию флотов относится к 1957 г., что вызвало необходимость организационно-штатных преобразований: 509-ю оаэ вертолётов на БФ переименовали в эскадрилью базовых вертолётов ПЛО; тихоокеанскую эскадрилью и 264-ю отдельную эскадрилью корабельных вертолётов Ка-15 в 1958 г. переформировали в 710-й отдельный авиационный полк вертолётов; на базе 2053-й ОАЭ вертолётов авиации СФ сформировали 830-й оап базовых вертолётов ПЛО; на базе эскадрильи вертолётов авиации ЧФ сформирован 872-й оап вертолётов ПЛО.

МИ-14ПЛ

Поскольку большую часть времени одномоторные вертолёты проводили над морем, то в кои-то веки руководство озаботилось проблемами безопасности экипажа в случае вынужденной посадки на воду. Не вызывало сомнения, что под действием тяжелого редуктора, расположенного в верхней части фюзеляжа, вертолёт перевернется и, обладая плавучестью на уровне колуна, как показывали исследования, через 1-1,5 мин уходит под воду полностью. В процессе приводнения и переворачивания покидание вертолёта не обеспечивается и возможно только после заполнения кабин водой и лишь при условии, что двери будут видны. Это требовало от экипажа железной выдержки, самообладания, проведения специальных тренировок и находилось на пределе физических и моральных возможностей человека. Во всяком случае, лётный состав был уверен, что в случае вынужденной посадки на воду шансов на спасение у него нет даже в светлое время суток и в тёплых морях.

В освоении вертолётов имелись свои сложности, но как и в любом деле не обходилось без энтузиастов, к которым в первую очередь относятся Г. П. Хайдуков, А. Н. Воронин, В. С. Пелипас, И. М. Гершевич, Г. Н. Мдивани и многие другие.

Ми-14

По ряду показателей приспособленный под противолодочный вертолёт Ми-4 не отвечал элементарным требованиям к ЛА, предназначенным для полётов над морем. Тем не менее, он состоял на вооружении до середины 1977 г. и осуществил несколько обнаружений иностранных ПЛ, причём довольно часто использовался метод маневренного базирования, когда вертолёты действовали с площадок, расположенных вдоль побережья. Аварийность вертолётов также, вопреки скептикам, оказалась невысокой, причём неприятности произошли в большинстве случаев по вине экипажа. Последняя катастрофа вертолёта Ми-4ПЛ произошла в авиации ТОФ в июне 1974 г. Это была единственная катастрофа за последние десять лет его эксплуатации.

Относительно необходимости иметь вертолёт с двумя двигателями, обладающий способностью в случае вынужденной посадки на воду в течение непродолжительного времени находиться на плаву, чтобы экипажу была оказана помощь или для того, чтобы он покинул вертолёт, мнения различных руководителей не расходились. Таким вертолётом должен был стать базовый вертолёт-амфибия В-14.

Постановление о его разработке приняли 30 апреля 1965 г., и только в 1971 г. до окончания испытаний по этапу «А» было принято решение о серийном производстве вертолёта. На вооружение вертолёт поступил только 25 июня 1976 г. Он получил обозначение Ми-14ПЛ.

Вертолёт Ми-14ПЛ создавался на базе вертолёта Ми-8 и имеет с ним много одинаковых узлов и деталей.

Аэродинамическая схема вертолёта такая же, как и вертолёта Ми-4 – это одновинтовой вертолёт с толкающим рулевым винтом (впоследствии заменен на тянущий). Мореходные возможности обеспечивались конструктивными особенностями фюзеляжа, имевшего в передней части скулы, по бокам лодки предусматриваются жабры. Непотопляемость достигается разделением корпуса лодки на шесть водонепроницаемых отсеков. Кроме того, на торцевых нервюрах жабр находятся надувные поплавки, обеспечивавшие дополнительную остойчивость на плаву.

Боевая нагрузка, как и на всех противолодочных вертолётах, размещается в грузовом отсеке, занимающем среднюю часть фюзеляжа.

Силовая установка вертолёта состояла из двух турбовальных двигателей ТВЗ-117 мощностью по 2200 л.с. конструкции Изотова. Однако главный редуктор несущего винта рассчитан на суммарную мощность в пределах 3900 л.с. Запас топлива для двигателей в количестве 2930 кг размещается в трёх группах баков.

Несущая система вертолёта состоит из цельнометаллического четырехлопастного винта диаметром 21,3м. Управление вертолётом бустерное двойное.

В состав пилотажно-навигационного оборудования впервые в практике отечественного вертолётостроения включён до- плеровский измеритель путевой скорости и угла сноса ДИСС-15, а также система автоматического управления (САУ). Последняя обеспечивает возможность стабилизации вертолёта по установленным лётчиком значениям тангажа, курса, высоты, а также автоматическое висение с выдерживанием вертикальности кабель-троса опускаемой гидроакустической станции.

В состав противолодочного оборудования вертолёта входят автономные средства поиска подводных лодок: система «Баку» (впоследствии заменена на приёмно-ин- дикаторное устройство А-100 «Пахра»), магнитометр второго поколения АПМ-60

Вертолёты Ка-10. 7 декабря 1950 г. Ка-10 совершил первую посадку на палубу крейсера «Максим Гоький»

Вертолёт Ка-15

(взамен гидроакустической станции) и поисково-прицельная система (ППС) «Кальмар». Последняя включает опускаемую гидроакустическую станцию «Ока-2», РЛС «Инициатива-2М», прицельно-вычисли- тельное устройство (ПВУ) «Ландыш» и др. оборудование, используемое совместно с бортовыми вычислителями параметров полёта. На вертолёте предпринята попытка полуавтоматического обмена информацией о местоположении и элементах движения обнаруженной ПЛ в ППС между взаимодействующими вертолётами тактической группы и с кораблями с помощью аппаратуры передачи данных ПК-025.

В поисковом варианте на вертолёт можно загрузить 36 буёв РГБ-НМ, в поисково-ударном варианте подвешивается авиационная противолодочная торпеда АТ-1М (впоследствии часть вертолётов была переоборудована для применения телеуправляемой торпеды ВТТ-1).

Вертолёт Ми-14ПЛ обладает несомненным преимуществом перед Ми-4М по всем показателям. Максимальная скорость его полёта достигает 240 км/ч, дальность (без подвесного бака) – 660 км, тактический радиус (при нахождении в районе поиска 1,5 ч) составляет 200 км.

Полётный вес вертолёта – 14000 кг, но безопасное висение возможно только при весе, не превышающем 13000 кг, в противном случае возможны крупные неприятности, связанные с потерей управляемости.

Наличие в составе оборудования опускаемой гидроакустической станции повышает оперативность использования вертолёта.

Корабельные вертолёты

Развитие корабельных вертолётов шло своим путём, и монополистом в области их постройки было конструкторское бюро, руководимое главным конструктором Н. И. Камовым. В июне 1955 г. командующий авиацией ВМФ подписал Акт о приёме на вооружение корабельного вертолёта Ка-15. Он предназначался для решения широкого круга задач, в том числе и противолодочных. В 1957-1958 гг. вертолёты начали поступать в авиацию флотов.

Ка-15

Компоновочная схема вертолета Ка-15

Представляет собой двухместный вертолёт цельнометаллической конструкции с двумя соосными винтами противоположного вращения диаметром 9,96 м со съёмными деревянными лопастями. Корабельным, а тем более противолодочным этот вертолёт можно называть с большой натяжкой и только в присутствии руководителей высокого ранга. Объясняется это тем, что полезная нагрузка вертолёта была чрезвычайно ограничена, и если на него устанавливали, например, СПАРУ-55, то даже при подвеске двух буёв взлететь он не мог. Приходилось на одном вертолёте иметь СПАРУ, а на другой, не имеющий приёмного устройства, подвешивать два буя. Согласно Акту испытаний на Ка-15 можно было подвесить четыре буя, но это явное преувеличение его хилых возможностей.

Полёты на вертолётах Ка-15 закончились в мае 1963 г. Один из существенных недостатков вертолёта заключался в его неспособности выполнять руление из-за опасности возникновения земного резонанса и случаи опасного сближения верхнего и нижнего винтов, иногда заканчивающихся их схлёстыванием. По этой причине произошло пять или шесть катастроф. В некоторых случаях, как это произошло, например, в авиации ТОФ в ноябре 1960 г. с экипажем майора Павлова, разрушения лопастей оказывались такими, что вертолёт удавалось посадить. Предварительно командир экипажа приказал штурману покинуть вертолёт с парашютом. Остальным экипажам везло меньше.

Ка-25

Имеются все основания считать первым противолодочным вертолётом Ка-25ПЛ, постановление о разработке которого принято 20 февраля 1958 г. Несмотря на существенные затруднения при его создании и отработке комплекса, в 1963 г. вертолёт Ка-25ПЛ запустили в серию и только 2 декабря 1971 г. приняли на вооружение авиации ВМФ. Однако это обстоятельство не помешало его освоению в частях. В августе 1968 г. шестнадцать экипажей 872 оплвп авиации на противолодочном крейсере проекта 1123 »Москва» вышли на боевую службу в Средиземное море.

В начале 1967 г. на Ка-25ПЛ переучился 830 ОПЛВП авиации СФ. Переучивание и перевооружение остальных противолодочных частей авиации ВМФ продолжалось до июня 1977 г.

Вертолёт построен по традиционной для ОКБ Камова схеме соосных винтов диаметром 15,7 м. Лопасти винта цельнометаллические с сигнализацией повреждения лонжеронов. Лопасти винтов складывающиеся. На вертикальном шарнире они поворачиваются и занимают сектор 20-22 град, в направлении хвостовой балки.

Ка-25

Силовая установка вертолёта состоит из двух турбовальных двигателей ГТД-ЗФ по 900 л.с. С помощью четырехступенчатого редуктора обороты свободной турбины двигателя с 19000 в мин. уменьшаются до скорости вращения несущих винтов – 237 об/мин.

Шасси вертолёта четырехопорное неубирающееся. На специальных рамах к осям колёс крепятся баллонеты, заполняемые забортным воздухом, эжектируемым из трех баллонов бортовой системы вертолёта.

Экипаж вертолёта состоит из двух человек.

Пилотажно-навигационное оборудование вертолёта практически автономное и не состыковано с корабельным комплексом, как это предусматривалось. В состав его, наряду с обычными измерителями параметров полёта, включен автопилот АП-114 и указатель параметров висения УПВ-2. Автопилот используется на всех режимах полёта и для выдерживания режима висения при использовании гидроакустической станции.

На вертолёте Ка-25ПЛ, как и на Ми-14ПЛ, имеются автономные средства поиска ПЛ: радиогидроакустическая система «Баку» и магнитометр АПМ-60, а также ППС «Байкал», которая включает РЛС «Инициатива-2К», опускаемую гидроакустическую станцию ВГС-2, ПВУ-В-1 «Жасмин», радиоприёмник маяков-ответчиков РПМ-С с радиолокационными буями «Поплавок».

В поисковом варианте на вертолёт загружается до 36 буёв РГБ-НМ или РГБ-НМ-1 в грузовом отсеке и 4 дневных или ночных ориентирных морских бомб на внешние держатели. В ударном варианте на вертолёт подвешивается противолодочная торпеда AT-1 (АТ-1М).

Вертолёт имеет следующие данные: скорость полёта до 220 км/ч, дальность полёта (с баллонетами и заправке топливом 765 кг) составляет 270 км, продолжительность – 2 ч. Максимальный взлётный вес вертолёта – 7200 кг.

Вертолёты Ка-25ПЛ проходили испытания на эсминце проекта 61 «Комсомолец Украины». Серия этих кораблей состояла из 20 единиц, но в дальние походы из-за отсутствия на них ангаров они выходили без вертолётов.

Главный штаб ВМФ и боевая подготовка ВМФ настаивали, чтобы корабли выходили на боевую службу с вертолётами. С тем чтобы доказать абсурдность подобного требования, в 1970 г. провели испытания вертолёта на корабле проекта 61 на ТОФ. Выяснилось, что с увеличение хода свыше 20 узлов вертолёт заливает. После испытаний вертолёт пришлось списать. После этого соответствующей директивой разрешили базировать вертолёт на кораблях, не имеющих ангара, в течение непродолжительного времени и направлять на боевую подготовку для отработки курсовых задач.

Корабли проекта 1134 имели взлётно-посадочную площадку и ангар, но на испытаниях выявилось, что на больших ходах они подвержены заливанию, поэтому на кораблях проекта 1134А и 1134Б ангар и площадку подняли на одну палубу. Всего было построено 23 корабля проекта 1134, но противолодочные вертолёты находились только на 10 из них и также не постоянно.

Наибольшая часть вертолётов размещалась на авианесущих кораблях с групповым базированием: двух кораблях пр. 1123 «Москва» и «Ленинград» и четырех кораблях пр.1143. Согласно проекту, когда ориентировались на явно завышенные возможности вертолётов, авиационная группа на кораблях проекта 1123 состояла из 12 Ка-25ПЛ, что оказалось недостаточным как для первичного поиска ПЛ, так и для слежения за ними. По этой причине в последующих выходах на боевую службу количество вертолётов на корабле удвоили, что отнюдь не способствовало повышению и без того не очень изысканного комфорта в жилых помещениях корабля.

Особенность использования вертолётов состояла в том, что значительное внимание уделялось выполнению комбинированного поиска ПЛ с использованием радиогидроакустических буёв и вертолётных гидроакустических станций. Основная идея заключалась в том, чтобы оградить буями определённый район и обследовать его гидроакустическими станциями. В ночное время поиск производился только с применением буёв. Кроме того, применение буёв обеспечивало возможность поиска ПЛ на удалениях, превышающих возможности при поиске с ОГАС в 1,5 раза.

Схема вертолёта Ка-25

Ка-25 в полете

В 1970 г. вышло постановление о доработке поисково-прицельной системы вертолёта Ка-25ПЛ. Она включала: оборудование вертолёта системой «Стриж-К», включавшей торпеду ВТТ-1 (Т-67) , устройство для её сбрасывания и аппаратуру наведения на цель до захвата её автономной системой торпеды.

В процессе модернизации на вертолёт установили также аппаратуру телекодовой связи для автоматизации процесса обмена тактической информацией между вертолётами тактической группы и с кораблями, имеющими соответствующее оборудование. Аппаратура телекодовой связи ПК-025 позволяла передавать координаты цели и 15 разовых команд адресатам.

Отдельные усовершенствования силовой установки вертолёта, его систем, безусловно, несколько повышали возможности Ка-25ПЛ, но он быстро старел, а его дальность и продолжительность полёта и возможности уже не отвечали всё возрастающим требованиям к корабельным противолодочным вертолётам. Он имел также существенные ограничения по использованию с кораблей.

Согласно лётно-морским испытаниям полёты Ка-25ПЛ с кораблей были возможны при бортовой качке до 8 град, и килевой до 3 град, суммарном потоке над палубой до 18 м/с, боковом справа (слева) – 8 (5) м/с. Согласно заданию, в 1969 г. проводились исследования, которые показали принципиальную возможность посадки на корабль при шторме 5-6 баллов, скорости воздушного потока 15-30 м/с. Разработанное для вертолёта автоматическое фиксирующее устройство, аналогичное зарубежным, обеспечивало автоматический захват вертолёта и его фиксацию. Необходимое усилие для подтяга вертолёта достигало 4200 кг. Вес устройства вместе с системой управления и сигнализации – 84 кг. Для захвата головки гарпуна была разработана специальная решетка, установленная заподлицо с поверхностью корабельной площадки или закрепленная на её поверхности отдельным блоком. Лётные исследования, проведенные на вертолёте, показали, что вертолёт для отслеживания качки корабля может выполнять гармонические колебания по вертикали с периодом 5-10 с. Но оказалось, что применить на Ка-25ПЛ подобное устройство невозможно, так как посчитали, что для его установки нужно убрать бомболюки, опускаемую гидроакустическую станцию и другое оборудование.

Ка-27

Постановление о разработке противолодочного вертолёта Ка-252, предназначенного для базирования на кораблях проекта 1143 и других вновь поступающих в состав ВМФ, принято Советом министров в апреле 1972 г.

14 апреля 1981 г. противолодочный вертолёт Ка-27 поступил на вооружение авиации ВМФ. Он выполнен по традиционной двухвинтовой схеме несущих винтов, лопасти складываются, для упрощения конструкции, вручную. Шасси вертолёта четырехопорное неубирающееся. Амортизационные стойки шасси сделаны раздвижными, что позволяет при необходимости приподнимать переднюю или заднюю часть вертолёта для подвески торпеды. Для поддержания вертолёта на плаву в случае вынужденной посадки имеются наполняемые воздухом баллонеты.

Силовая установка вертолёта состоит из двух турбовальных двигателей ТВЗ-117КМ мощностью по 2225 л.с.

На вертолёте установлено современное для времени его разработки пилотаж- но-навигационное оборудование, обеспечивающее автоматизацию процесса зависания вертолёта и выдерживание параметров висения.

Противолодочное оборудование вертолёта включает автономные средства, работа которых не зависит от других устройств: приёмно-индикаторное устройство сигналов буёв А-100 «Пахра» и магнитометр АПМ-73В (устанавливается при демонтаже гидроакустической станции). На вертолёт подвешивается 36 буёв. Наиболее важный компонент противолодочного оборудования – ППС «Осьминог», обеспечивающая обнаружение ПЛ в любом положении, расчёт очередных точек зависания при поиске с ОГАС, отображение навигационно-тактической обстановки на индикаторе. Наряду с радиолокационной и другими подсистемами в её состав входит ОГАС ВГС-3 («Рось-В») с обеспечивающими её работу устройствами. В качестве средств поражения применяются противолодочные торпеды АТ-1М, УМГТ-1 («Орлан»), АПР-2 («Ястреб»).

Компоновочная схема вертолета Ка-27

Ка-27

Дальность полёта вертолёта Ка-27 составляет 760 км, тактический радиус с пребыванием в районе 2 ч достигает 200 км, что выше, чем у вертолёта Ка-25ПЛ, более чем в два раза, крейсерская скорость – 250 км/ч. Нормальный полётный вес – 10 600 кг.

Средства поиска подводных лодок

Развитие отечественных средств поиска и обнаружения ПЛ в подводном положении шло по тем же направлениям, что и за рубежом, но со значительным отставанием. При этом использовались средства, разработанные для самолётов, и разница состояла только в составе аппаратуры.

Так, например, ненаправленная антенна СПАРУ-55 на вертолётах Ми-4М в полёте выдвигалась вниз из кабины штурмана, а перед посадкой, во избежание повреждений, убиралась. Ввиду большого уровня помех магниточувствительный блок магнитометра размещался на кабель-тросе и перед использованием выпускался штурманом.

И только опускаемые гидроакустические станции разрабатывались и устанавливались исключительно на вертолёты. Причём простота и весогабаритные размеры оказались настолько привлекательными, что они с соответствующими доработками применялись на противолодочных кораблях. Из приведенного следует, что вертолёты для поиска ПЛ могут применять гидроакустические и магнитометрические средства.

Радиогидроакустические буи

Вертолёты авиации ВМФ имеют на вооружении устаревшие радиогидроакустические буи звукового диапазона частот (6,5-7,5 кГц) РГБ-НМ «Чинара» и РГБ-НМ-1 «Жетон». Обычно они применяются в дежурном режиме с автопуском. Передатчики информации буёв включаются только при достижении определенного уровня акустического давления на гидрофоне. Дальность обнаружения ПЛ с применением буёв этого типа в несколько раз меньше, чем буями, использующими низкие частоты, и, в зависимости от уровня шумов ПЛ и гидрологических условий, она изменяется в пределах от нескольких сотен метров до одного-двух километров. Возможность применения любых радиогидроакустических буёв ограничивается состоянием моря 3 балла.

В соответствии с решением ВПК от 24 мая 1984 г. на вертолётах Ми-14ПЛ в 1987 г. проводили испытания радиогидроакустической аппаратуры «Изумруд», которая предназначена для обнаружения ПЛ по излучаемым ими шумам в низком звуковом диапазоне частот или по отражённым от них сигналам взрывных источников звука.

В процессе испытаний провели 15 полётов, в результате которых необходимость установки аппаратуры была признана нецелесообразной.

Методы обработки принимаемой информации могут существенно повысить её возможности, и такого типа апппаратура постоянно совершенствуется.

Тем не менее, на вертолётах авиации ВМФ подобной аппаратуры до настоящего времени нет. Они оборудованы приёмными устройствами, позволяющими принимать сигналы от буев на 18 фиксированных частотах.

Принятые сигналы переносятся из рабочего диапазона в диапазон прослушиваемых через шлемофоны. В процессе преобразования вместе с переносом спектра происходят его искажения в виде появления дополнительных составляющих. Никаких устройств для анализа принятых сигналов на вертолётах нет, и всё отдано на откуп штурману вертолёта, который сравнивает сигналы с ранее запомненными и принимает решение о достоверности контакта. С применением приёмного устройства СПАРУ-55 обеспечивалось прослушивание только одного буя, а остальные в это время не контролировались. Впоследствии, с установкой приёмного устройства А-100, одновременно с прослушиванием работающего буя состояние остальных выставленных буёв также контролировалось. Для прослушивания остальных выставленных буёв приёмное устройство СПАРУ-55 следовало переключать на очередной канал вручную.

Гидроакустические станции

Гидроакустические станции вертолётов авиации ВМФ по своим конструктивным решениям и возможностям отстают от зарубежных образцов как минимум на 10-15 лет.

На вертолётах Ми-4 проходила испытания ОГАС АГ-19 «Клязьма», принятая на вооружение в 1961 г., но практически в частях не применялась. Это шумопеленгаторная станция с ограниченными возможностями и кабель-тросом, с помощью которого акустическая система станции заглублялась на 20-25 м. Более подробно со станцией АГ-19 можно ознакомиться в нашем журнале №1 за 2000 г.

На корабельном вертолёте Ка-25ПЛ устанавливалась первая отечественная гидроакустическая станция шагового поиска ВГС-2 «Ока». Она обеспечивает обнаружение ПЛ в подводном положении, определение их места и элементов движения, с ручным вводом их значений в ПВУ, аппаратуру передачи данных и блок выработки команд телеуправления торпедой ВТТ-1 на вертолётах Ка-25ПЛС.

В отличие от АГ-19 станция ВГС-2 имеет два режима работы: шумопеленгования и эхопеленгования, а также ряд вспомогательных, таких, как ручное сопровождение, определение дальности и др. В состав бортового оборудования вертолёта, обеспечивающего применение станции, входят: электрическая лебедка с кабель-тросом длиной 65 м, впоследствии увеличенным до 125 м, кассета для крепления опускаемого устройства, пульт управления, указатель выпущенной длины кабель-троса.

Основными элементами станции «Ока» являются: импульсный генератор, усилитель, прибор управления и индикации. Развёртка на экране электронно-лучевой трубки, имеющей диаметр 100 мм, во всех режимах кольцевая амплитудная. В режиме шумопеленгования акустическая антенна с помощью электродвигателя, снабжённого редуктором, вращается со скоростью 4 об/мин. Для обзора в режиме автоматического шагового поиска затрачивается 6-8 мин.

Дальность обнаружения дизельной ПЛ при благоприятной гидрологии в Чёрном море как в режиме ШП, так и ЭП достигает 5500 м. Станция имела очень низкую надёжность. Каких-либо устройств на вертолёте, обеспечивющих автоматизацию процесса поиска с ОГАС, не применялось.

Ка-25 над английским фрегатом

Ка-27 в ангаре и на палубе крейсера «Фрунзе»

В полной мере освоение станции на вертолётах Ка-25ПЛ началось в 1967 г., а до этого времени производились её бесконечные доработки и усовершенствования, направленные на повышение надёжности и работоспособности.

На Ми-14ПЛ устанавливалась несколько улучшенная станция ВГС-2, получившая обозначение «Ока-2». Она решает такие же задачи, как и прототип, но имеет не один, а два дипазона дальности – 7,5 и 15 км. Соответственно увеличилось время обзора в режиме шагового поиска на втором режиме. Максимальная глубина погружения опускного устройства достигает 100 м.

Гидроакустическая станция ВГС-3 («Рось-В»), установленная на вертолёте Ка-27, обладает существенно более высокими возможностями и создана с учетом недостатков предшествующей ей ВГС-2. Кроме двух основных режимов, таких, как шумопе- ленгование и эхопеленгование, имеется еще пять вспомогательных, обеспечивающих получение большего объёма информации.

На выполнение кругового обзора в режиме шумопеленгования затрачивается порядка 30 с. Время обзора акватории в режиме автоматического шагового поиска существенно снижено за счет применения в конструкции станции секторных характеристик направленности акустической системы. Это позволяет через время, равное длительности развёртки по дальности (в зависимости от выбранной шкалы дальности), автоматически поворачивать характеристику направленности на 120 град, («перешагивание») с повторением всего цикла. В отличие от предшествующей станции поворот характеристики направленности осуществляется не электродвигателем с редуктором, а с использованием метода искусственного формирования и вращения характеристики направленности приёмных антенн. Сигналы, принимаемые акустическим приёмником, подвергаются частотному уплотнению перед передачей их по кабель-тросу на борт вертолёта, где и восстанавливаются с помощью дешифратора.

Имеются и другие нововведения. В частности, изменена форма представления информации, которая поступает на одну пя- тилучевую электронно-лучевую трубку. При обзоре в пассивном режиме используется максимальный метод пеленгования. В этом случае развёртка на экране представляется в виде светящейся точки, перемещающейся по экрану индикатора обзора, причём перемещение слева направо соответствует сектору 0-180 град., а справа налево – сектору 180-360 град. Одновременно с этим сигналы прослушиваются через шлемофон.

Магнитометрические средства поиска подводных лодок

Первые отечественные магнитометры отрабатывались одновременно с радиогидроакустической системой. Положительное качество магнитометров состоит в независимости от состояния моря и гидрологических условий, однако дальность их весьма невелика, они подвержены влиянию магнитных бурь, поэтому в качестве средств первичного поиска ПЛ обычно не рассматриваются.

Первый отечественный магнитометр отечественной конструкции АПМ-56 «Чита» относился, как и последовавшие за ним АПМ-60 и АПМ-73, к феррозондовым. В качестве чувствительного элемента в них использовался магниточувствительный элемент в виде пермаллоевого сердечника, снабжённого тремя обмотками. Первичная обмотка являлась измерительной. Магниточувствительный блок магнитометра выпускался с помощью ручной, а впоследствии лебёдкой с электроприводом на кабель-тросе 50-60 м и буксировался за вертолётом на скорости не свыше 120 км/ч.

Средства поражения подводных лодок

Практически одновременно с разработкой средств поиска модернизировались существующие и создавались новые средства поражения ПЛ. Основная сложность решения задачи состояла в том, что имеющиеся средства обнаружения не обеспечивали точного целеуказания.

В 1950 г. была модернизирована довоенная противолодочная бомба МПЛАБ-100. Оборудование носовой части противорикошетным диском обеспечило возможность её применения с высот 50-60 м. Но эффективность её была невысокой.

В 1954 г. поступила на вооружение противолодочная бомба малого калибра ПЛАБ-МК. Небольшого размера бомба весом 7,45 кг имела 0,74 кг взрывчатого вещества и могла применяться до глубины 300 м. Конструктивно она состояла из двух цилиндрических корпусов – наружного со стабилизатором и внутреннего с зарядом взрывчатого вещества. При ударе о корпус ПЛ срабатывал взрыватель и с помощью вышибного заряда придавал значительную скорость внутреннему корпусу, который пробивал лёгкий корпус и взрывался у прочного корпуса.

После завершения испытаний в 1964 г. на вооружение поступила противолодочная бомба ПЛАБ-50, снабжённая неконтактным магнитным взрывателем в головной части и ударным в донном очке. Её вес в окончательном снаряжении составлял 65 кг, заряд взрывчатого вещества – 26 кг.

Почти одновременно с этим шла разработка более крупной бомбы – ПЛАБ-250-120 (в габаритах ФАБ-250, вес – 120 кг). Она также комплектовалась ударным взрывателем в донном очке и гидроакустическим – в головном.

Однако противолодочные бомбы, даже при серийно-залповом их использовании не обеспечивали высокой вероятности поражения ПЛ и, естественно, внимание привлекли самонаводящиеся в двух плоскостях авиационные торпеды. Разработка их в нашей стране началась в конце 50-х годов.

Предполагалось, что торпеды АТ-1 можно будет применять с вертолёта Ми-4. Один вертолёт был переоборудован для подвески торпеды АТ-1. Он получил обозначение Ми-4МТ. Вертолёт имел существенные отличия от противолодочного, так как с него сняли РЛС, магнитометр, заменили серийные стойки шасси на удлиненные, установили двухстворчатый утеплённый контейнер для торпеды, сняли гондолу штурмана.

Государственные испытания вертолёта производились с 14 ноября 1963 г. до 7 марта 1964 г. с выполнением 48 полётов и общем налёте 52 ч 15 мин. со сбросом макетов торпеды. Результаты их признали удовлетворительными. В мае 1964 г. Акт был утверждён главкомом ВВС. На этом всё и закончилось, так как вертолёт с таким вооружением практически ничего не давал, а объём доработок оказался значительным.

Основные данные авиационных противолодочных торпед и краткая история их разработки приведены в нашем журнале № 7,8/2000 г.

Противолодочные вертолёты на боевой службе

На базовые вертолёты возлагалась задача поиска ПЛ в ближней зоне ПЛО, границы которой определили в 100 миль (185 км) от побережья. Никакими соображениями здравого смысла при определении границ, кроме ровного счёта, при этом не руководствовались.

Впрочем, вертолёты на таком удалении никогда и не использовались, а небольшой запас буёв, которые могли применяться в качестве средств поиска ПЛ в подводном положении, мог использоваться только для кратковременного слежения. Поэтому вертолёты Ми-4М обычно применялись вблизи побережья, не удаляясь за дальность видимости береговой черты по экрану РЛС, не превышавшей 50-60 км при полёте на высоте 500 м.

Вертолёты Ми-4ПЛ, как и следовало ожидать, никакого восторга ни у лётного состава, который поступал из расформируемых частей истребительной авиации, а тем более технического состава не вызвали. Для тех, кто познакомился с реактивной техникой и оценил её несомненные преимущества перед поршневыми двигателями, он означал возврат в прошлое авиации со всеми её сомнительными прелестями: поршневыми двигателями, которые необходимо было прогревать при низких температурах, их иногда следовало мыть после полёта, сложные редукторы, несущие винты, требовавшие проверки и регулировки демпферов перед полётом, трансмиссии и т.п.

При полётах над морем выявились недостатки навигационного оборудования вертолётов Ми-4ПЛ. С тем чтобы выдержать назначенный курс полёта и выйти в заданный район, приходилось производить множество вычислений из-за подверженности вертолёта сильному ветровому сносу. Всё это создавало дополнительные трудности при решении противолодочных задач. Учесть ветровой снос при постановке полукольцевых и кольцевых барьеров буёв представлялось сложной задачей, и выполнялась она путём спрямления на нескольких галсах, что вызывало необходимость выполнения дополнительного маневрирования.

Принимая во внимание несовершенство противолодочного оборудования вертолётов Ми-4М (а также Ми-4АМ и ВМ), они использовались в основном для визуального и радиолокационного контроля вдоль побережья с использованием оперативных площадок. В процессе этих полётов получено несколько обнаружений ПЛ, в основном визуально, с выполнением слежения.

В морской авиации к началу 60-х гг. имелось пять полков базовых вертолётов, в основном двухэскадрильского состава (третья эскадрилья включала корабельные вертолёты Ка-15 и транспортные), и одна отдельная эскадрилья корабельных вертолётов.

Учитывая полнейшую неспособность вертолётов вести эффективный поиск с применением гидроакустических средств, а также в связи с недостатком последних, вертолёты Ми-4ПЛ за всё время существования в составе морской авиации (до 1976 г.) первичных обнаружений ПЛ не имели. Несмотря на столь скромные результаты, они открыли путь следующим поколениям летательных аппаратов подобного назначения. С их поступлением начал отрабатываться тактический тандем: два-четыре вертолёта – корабельная поисковая ударная группа (КПУГ), что способствовало появлению взаимопонимания.

Вертолёты Ми-4М экспортировались в Болгарию, Восточную Германию, Польшу, Индонезию, Египет.

Вертолёты Ми-14ПЛ использовались несравненно эффективнее, чем их предшественники, тем не менее, упрёки на их низкую эффективность сыпались непрерывно. Однако критиковавшие применяли не очень у зучный подход для подобных оценок. CLI чтать, что основной критерий эф- фектив ости – это количество обнаруженных ПЛ можно только в случае, если достоверно зестно, что они находятся в районе поиск? такими данными критики не располагали. Тем не менее, начиная с середины 80-х годов отмечались случаи обнаружения ПЛ вертолётами Ми-14ПЛ, преимущественно с применением буёв. На нескольких вертолётах авиации флотов взамен гидроакустических станций установливались магнитометры и только в 1989 г. с применением этой аппаратуры получено три первичных обнаружения иностранных ПЛ. Начиная с середины 70-х годов на вертолёты Ми-14ПЛ возложили также задачу поиска подводных диверсионных сил и средств, но приемлемой аппаратуры для эффективного авиационного поиска диверсионных сил и средств создано не было, и всё ограничилось визуальным поиском. Большого усердия в решении подобных задач в авиации флотов не прилагали, но по отчётам всё выглядело пристойно. Естественно, никаких обнаружений подводных диверсионных сил и средств не отмечено.

Крейсер «Ленинград» и американский фрегат «Спрингфилд»

Вертолёты Ми-14ПЛ участвовали в поисках ПЛ, используя кроме буёв и гидроакустические станции. Начиная с 1980 г. тихоокеанцы по маршруту, проходящему через Хабаровск, Охотск, Магадан, Усть-Хайрю- зово, Елизово, выполняли перелёт на аэродром Байково (о. Шумшу, Курильская гряда). С этого аэродрома выполнялись вылеты на боевую службу по поиску иностранных ПЛ. Кроме того, транспортами вертолёты доставлялись во Вьетнам и выполняли полёты на поиск ПЛ, в результате которых получили несколько обнаружений. Неплохие результаты были получены при действиях с оперативных площадок.

Со временем выяснилось, что материалы конструкции вертолёта не обладают высокой коррозийной стойкостью, что сократило их жизненный цикл. К 2000 г. в морской авиации ВМФ оставалось только шесть вертолётов Ми-14ПЛ в Каче, которые использовались для обучения иностранных специалистов, а остальные были выведены в так называемый резерв.

По результатам эксплуатации вертолётов Ми-14ПЛ целесообразность постройки вертолётов-амфибий подвергли сомнению, что, впрочем, можно объяснить и не совсем удачными техническими решениями. В дальнейшем базовых вертолётов для авиации ВМФ вообще не заказывали, так как со временем корабельные вертолёты Ка-25, а впоследствии и Ка-27 оказались не у дел.

Вертолёты Ми-14ПЛ поставлялись в Ливию, Восточную Германию, Польшу, Югославию, Сирию.

Наиболее ярко проявили себя корабельные вертолёты Ка-25, особенно на кораблях группового базирования проектов 1123 и 1143. Конечно, это объясняется не их выдающимися характеристиками, а тем, что они использовались с кораблей и преимущественно для поиска ракетных ПЛ в районах их наиболее вероятного патрулирования. В некоторых случаях Ка-25, базировавшиеся на противолодочных кораблях проекта 1134Б, оказывали неоценимую помощь в успешном решении различных задач.

Имеется существенная разница в использовании корабельных вертолётов ряда западных стран и отечественного ВМФ. В ВМС США и Англии вертолёты поднимаются для допоиска ПЛ, когда её место известно с некоторой точностью. Подобные действия не занимают много времени и не требуют значительного наряда сил. В Советском ВМФ корабельные вертолёты использовались тактическими группами в поисковых противолодочных операциях с задачей первичного обнаружения ПЛ и производили поиск в течение длительного времени, от нескольких часов до нескольких суток. И не всегда их усилия оказывались успешными. Более того, вертолёты, установившие первичный контакт, вели слежение за обнаруженной ПЛ, а корабли, несмотря на все ухищрения, так и не могли сблизиться на дальность приема контакта и продолжения слежения с помощью своих гидроакустических средств.

Корабельные вертолёты обладают способностью действовать в районах, разрешённых для плавания кораблей, и вести поиск там, где по каким-либо причинам невозможно использовать противолодочные самолёты. В первую очередь это относится к Средиземному морю. И поэтому вполне понятно, что противолодочные корабли «Москва» и «Ленинград», к тому же не обладавшие высокими мореходными качествами, использовались преимущественно в этом районе. И первая поисковая операция в Средиземном море состоялась в октябре 1968 г. Только в период с 1967 по 1975 г. с участием кораблей проекта 1123 «Москва» и «Ленинград» выполнено 12 походов и 46 – на кораблях других проектов.

Это поисковые противолодочные операции «Удав» (1968), «Броня» (1969), в ходе маневров ВМФ «Океан», «Вымпел» (1972), «Накат» (1973) и другие. Вертолёты совместно с КПУГ показали высокую эффективность поиска и слежения. В частности, продолжительность слежения за предположительно ракетными ПЛ достигала 16-18 ч, а в отдельных случаях контакт поддерживался более суток. Вертолёты Ка-25ПЛ, базировавшиеся на кораблях одиночного базирования, применялись для уточнения контакта и для слежения в течение времени, необходимого КПУГ для выхода на приём контакта и слежения. Однако эти усилия не всегда завершались успешно. Чаще всего кораблям установить контакт не удавалось, и только впоследствии, после оборудования кораблей более совершенными гидроакустическими комплексами, передача контакта вертолётами Ка-27 осуществлялась более успешно.

Первоначально экипажи вертолётов Ка-25ПЛ использовали преимущественно гидроакустические станции в дневное время и гидроакустические буи в тёмное время суток. Впоследствии стали применять и гидроакустические буи и гидроакустические станции одновременно. Каждый выход авианесущих кораблей анализировался, и предлагались новые приёмы действий. Если в первом походе вертолёты, действовавшие на флангах, не рисковали удаляться от них дальше 15-18 км, а впереди по курсу – до 40 км, то уже в следующем году группы вертолётов удалялись до 100-120 км.

В 1976-1990 гг. вертолёты Ка-27 применялись с кораблей проекта 1143., атомного ракетного крейсера проекта 1144, проекта 1155 и др. На кораблях проекта 1143 с 1976 г. выполнено 1 б длительных походов с выполнением поисковых действий, (тяжелый авианосный крейсер «Новороссийск»- 291 сутки). Вертолёты Ка-27, обладавшие более высокими возможностями, в одной из поисковых операции, проводившихся в Норвежском море, производили поиск на удалениях от крейсера «Киев» до 220 км.

Крейсер «Москва»

В последующие годы в связи с тем, что корабли стали всё реже выходить в море, масштабы использования корабельных вертолётов стали сокращаться, и их стали привлекать для поиска в ближней противолодочной зоне с береговых аэродромов. Однако уже стало правилом, что противолодочные корабли в море без вертолётов обычно не выходят.

Зарубежные концепции применения противолодочных вертолётов

Вертолетоносец «Оушн» ВМС Великобритании. На взлетной палубе видны вертолеты «Си Кинг» и «Си Линкс»

Борьба с подводными лодками противника, которая в документах США и НАТО именуется противолодочной войной (ASW – antisubmarine warfare), является одним из определяющих направлений военных действий на море. Успешное их ведение командованием ВМС США и НАТО признается в качестве одного из важных условий завоевания господства на океанских и морских театрах.

Однако изменение военно-политичес- кой и стратегической обстановки в мире вызывает необходимость пересмотра некоторых устоявшихся положений и переоценки роли отдельных компонентов противолодочных сил и средств тактического предназначения. Помощник министра обороны США Генри Сокольски в 1990 г. заявил: «…К 2005 г., вероятно, в составе ВМС таких стран, как Алжир, Аргентина, Бразилия, Египет, Индия, Индонезия, Иран, Израиль, Пакистан, ОАР, будет в два раза больше современных неатомных ПЛ, чем сегодня… Все это предъявляет очень высокие требования к противолодочным силам и средствам ВМС США и их союзников и может потребовать изменения сегодняшних способов борьбы с ПЛ. Особенно это касается мелководных районов, таких как Персидский залив».

Не исключено, что подобные высказывания привлекли еще большее внимание к противолодочным вертолётам, незаменимым при поиске и атаке обнаруженной ПЛ в мелководных районах, к которым относят не только Персидский залив, но и арктические моря, Южно-Китайское море, районы, прилегающие к побережью США.

Существуют две концепции применения корабельных вертолётов в борьбе с ПЛ. Первая – это американская концепция системы «Лэмпс», основанная на том, что вертолёт должен являться маневренным элементом, увеличивающим дальность и эффективность средств обнаружения и поражения ПЛ.

В соответствии с принятой в ВМС НАТО концепцией, вертолёт рассматривается как самостоятельное средство обнаружения и уничтожения ПЛ. В соответствии с этой концепцией разрабатывались вертолёты ЕН-101 и NH90. Однако эти концепции весьма условны, если учесть, что ППС современных вертолётов позволяют обрабатывать получаемую информацию на борту.

Вместе с тем происходит дальнейшее совершенствование вертолётов и их оборудования, в первую очередь средств поиска ПЛ. Обращает внимание продолжительный период, в течение которого отмечено довольно равнодушное отношение к ОГАС. Как в свое время и в случае с буями, намечается переход от звуковых частот к более низким. Так, в ходе модернизации вертолётов SH-60 на них устанавливается низкочастотная ОГАС, а кроме того, вертолёты вооружили противокорабельными ракетами.

Предполагается, что вертолёты ЕН-101 и NH90, по всей видимости, будут приняты во всех флотах стран НАТО. Считается, что они намного превосходят возможности вертолётов подобного назначения. Например, продолжительность патрулирования вертолёта NH90 на удалении от корабля до 100 миль (185 км) может составить 4 ч. Гидроакустическая станция, использующая диапазон низких частот, должна обеспечить дальность обнаружения современных ПЛ не менее 10 км с возможностью обработки данных по нескольким целям одновременно. Вертолёт сможет брать на борт до 50 буев, одновременно обрабатывать информацию от 16 из них. Предполагается данные с магнитометра ввести в бортовую ЦВМ, хранящую в памяти характеристики магнитных полей ПЛ.

Высокая скорость полёта и продолжительность полёта повышают возможности вертолёта по обнаружению ПЛ на значительном удалении от кораблей, особенно при проведении вторичного поиска по данным целеуказания корабля, имеющего гидроакустическую станцию с протяженной антенной.

В целом, вертолёты играют всё большую роль как средство обеспечения противолодочного охранения кораблей в ближней зоне.

Вертолёт-тральщик RH-3D заправляется топливом в полёте от воздушного танкера КС-130 (вверху)

Воздушные «пахари» моря

В течение нескольких лет после окончания войны корабли специальной постройки – тральщики бороздили усыпанные минами моря, открывая дорогу мирному судоходству. Это был труд, подобный труду пахарей, подготавливающих землю для посева, что и дало основание для аналогий. В обиход вошло их название – «Пахари» моря. От остальных эти корабли отличали малые магнитные поля, низкий уровень акустических шумов, что давало некоторую гарантию от подрыва мин различного типа.

Тральщики, которые по непонятным причинам отнесли к кораблям обеспечения, продолжали строиться и в послевоенный период. Однако творческая мысль не могла на этом остановиться, и изыскивались силы и средства, применение которых обеспечивало бы быстрое наращивание противотральных сил в определённом районе, повышение скорости траления, уменьшение его стоимости, а также гарантировало безопасность от подрыва на минах. Решение подсказали обстоятельства.

Во время войны в Корее в конце 1950 г. имел место случай, когда на минах советского производства, выставленных северо- корейцами в районе, прилегающем к Вонсану, при подготовке высадки десанта подорвались два тральщика ВМС США. После того, как поднятому с крейсера вертолёту удалось обнаружить две якорные мины, решили более обстоятельно исследовать возможности вертолётов в качестве потенциальных противоминных средств. Собственно большой сенсации в способности самолётов, а тем более вертолётов обнаруживать при благоприятных условиях донные мины, выставленные на небольшом заглублении, не было, но предполагалось применить вертолёты и в качестве «тягловой силы» – для буксировки тралов. Вместе с тем обеспечивалась безопасность вертолётов от подрыва мин ввиду меньшего значения собственных физических полей (акустического, магнитного, и других) в сравнении с кораблями.

За рубежом, преимущественно в США, начиная с 1952 г. развернулись исследования, направленные на выявление путей технической реализации возможностей вертолётов для решения противоминных задач.

Первые полученные результаты оказались обнадёживающими. Они показали, что вертолёты обладают, в дополнение к перечисленным выше возможностям, лучшими маневренными способностями и скоростью при выполнении траления. Но в тоже время обозначился ряд проблем: необходимость очень точного определения места; сложность размещения на вертолёте громоздкого и тяжёлого трального оборудования, необходимость принять меры, направленные на повышение безопасности полёта вертолёта, выполняющего полёт на малой высоте.

Исследование возможности вертолётного траления в морских условиях ВМС США производили в центре, расположенном в Панама Сити (штат Флорида).

Первые два вертолёта-тральщика переоборудовали из противолодочных HSS-1 фирмы Сикорский, приняв меры по снижению шумности. Для захвата буксира трала установили гак, тягомер, указатель отклонения буксировочного кабеля от продольной оси вертолёта, зеркала для наблюдения за тралом.

Для первых исследований использовали достаточно тяжелые корабельные контактные тралы 5-G, которые выставлялись морскими тральщиками, после чего буксирный конец принимался на вертолёт и выполнялись дальнейшие операции. Скорость траления вертолётом не превышала 12-15 км/ч, натяжение буксирного троса достигало 2500 кгс.

С окончанием войны в Корее интерес к вертолётам-тральщикам не снизился – исследования продолжались, фронт их расширялся, начались разработки облегчённых вертолётных тралов различного типа и назначения.

Противоминные вертолёты

На основании первых исследований сформировали задачи вертолётного траления: разведывательное, предварительное, штурмовое, обеспечивающие действия.

Разведывательное траление имеет целью установить наличие мин в данном районе.

Предварительное траление преследует цель нейтрализовать опасные для кораблей мины.

Штурмовое траление производится при ограниченном времени на решение задачи.

Обеспечивающие действия предполагают постановку тральных вех, уничтожение всплывших мин и т.п.

В 1959 г. командование НАТО утвердило вертолёт HSS-1 в качестве первого вертолёта-тральщика для ВМС стран блока. Однако он не мог принимать трал на борт и применялся только совместно с кораблями.

Вертолёт-тральщик RH-53D

В 1960 г. ВМС США совместно с фирмой Сикорский провели испытания по тралению мин вертолётом «Скайкрейн» S-60 с тралом «Вермур», завершившиеся успешно. В последующие годы в опытных тралениях принимали участие вертолёты S-61, RH-3A

К 1963 г. накопился значительный опыт, позволивший сформировать основные требования к вертолёту-тральщику, а фирма Сикорский получила заказ на переоборудование двух десятков хорошо зарекомендовавших себя в эксплуатации одновинтовых вертолётов SH-3A «Си Кинг» в тральщики с присвоением индекса RH-3A.

Через три года первые девять вертолётов поступили в части. К этому времени удалось подготовить облегчённые в сравнении с корабельными образцами вертолётные тралы.

Вертолёт RH-3A, не отличаясь по основным характеристикам от прототипа, имел ряд особенностей, а его амфибийность обеспечивала применение с воды. Плавучесть вертолёта, кроме цельнометаллического герметизированного в нижней части фюзеляжа, обеспечивалась также отсеками в передней части обтекателей основных стоек шасси, а в грузовой кабине устанавливалась переборка, препятствующая проникновению в неё воды в случае возникновения нештатных ситуации в процессе траления.

Полётный вес вертолёта составляет 8650 кг, он оснащён двумя винтами – несущим шестилопастным и рулевым, установленным на пилоне хвостовой балки. Лопасти несущего винта и хвостовая балка складывающиеся. Удачная аэродинамическая схема и хорошо подобранный несущий винт обеспечивали получение значительного тягового усилия.

Силовая установка вертолёта состоит из двух турбовальных двигателей T-58GE-10 тягой по 1390 л.с. Кроме основных топливных баков имеются два дополнительных, емкостью по 2082 л, что обеспечивает увеличение продолжительности полёта (в обычном режиме) до 5 ч. Кроме того, вертолёт оборудован системой дозаправки топливом в полёте от специального самолёта-заправщика. Дозаправка производится в режиме горизонтального полёта на скорости 195-220 км/ч, заправочный шланг имеет длину 24-24,6 м и конус на конце. Скорость перекачки топлива составляет 570 л/мин. Возможна также дозаправка вертолёта-тральщика от корабля в режиме висения над ним или при движении с небольшой поступательной скоростью.

В состав бортового трального вооружения входят: грузовая балка с гаком; направляющие и стопорные устройства для обеспечения работы буксирного троса; наружный грузовой гак для подъёма электромагнитного трала с палубы противоминного корабля или с воды. В передней части грузовой кабины вертолёта установлены две электрогидравлические лебёдки (тяговое усилие каждой до 900 кгс), основная буксирная лебёдка (рассчитанная на нагрузку до 3180 кгс) и система замера тягового усилия с выносными индикаторами в кабине лётчиков. Имеется также автоматический рассоединитель, срабатывающий при достижении максимально допустимого тягового усилия, а также в случае превышения допустимого инструкцией угла между продольной осью вертолёта и буксирным тросом.

Для уничтожения всплывающих мин вертолёт вооружён двумя пулеметами калибра 12,7 мм.

Траление якорных и донных мин обеспечивается с помощью контактных или акустических тралов, размещаемых в грузовой кабине. В режиме висения трал выпускают или убирают на борт. Такая же операция возможна и при движении вертолёта с небольшой поступательной скоростью на высоте порядка 10-30 м. Наличие бортовых тралов не исключает возможность приема тралов от кораблей.

Точность выполнения заданного режима полёта обеспечивается автоматизированной пилотажно-навигационной системой, связанной со многими датчиками и автопилотом. В бортовой вычислитель вертолёта поступают данные от радиовысотомера малых высот, курсовых приборов, доплеров- ского измерителя путевой скорости и угла сноса, датчиков положения буксирного троса относительно трала и продольной оси вертолёта с учётом тягового усилия. Пило- тажно-навигационная система обеспечивает также возможность автоматического выдерживания параметров полёта при выполнении траления составом группы.

Экипаж вертолёта-тральщика состоит из двух лётчиков и двух операторов траления.

Своими штатными тралами вертолёты обеспечивали возможность траления на скорости до 15 узлов (27,7 км/ч).

Несмотря на относительно высокие возможности вертолёта-тральщика RH-3A и его последующей модификации – RH-3D, он не удовлетворил заказчика, и в 1966-1967 гг. были проведены исследования для определения возможностей применения тяжелых транспортных вертолётов корпуса морской пехоты СН-53А «Си Стэллион» в качестве тральщиков.

По их результатам принято решение все вертолёты, кроме первых 34, приспособить для траления наряду с ранее поступившими RH-3A и RH-3D. Грузовая кабина вертолёта обеспечивала размещение необходимого трального оборудования для решения задач независимо от кораблей. Эти тяжелые вертолёты могли базироваться на десантно-вертолётных кораблях-доках, обеспечивающих их обслуживание. Десантный вертолётоносец типа «Иводзима» предназначался для базирования до 20 вертолётов-тральщиков.

В результате переоборудования вертолётов СН-53А морская пехота получила возможность самостоятельно разминировать побережье при обеспечении высадки десанта.

В апреле 1971 г. в ВМС США были сформированы 12-я противоминная вертолётная эскадрилья (15 RH-53D , 240 чел. личного состава) и командование мобильных противолодочных сил. По штату каждая эскадрилья должна была иметь в боевом составе по 27 вертолётов, в основном типа CH-53D.

Это одновинтовой вертолёт с шестилопастным несущим и четырёхлопастным рулевым винтами. Несущий винт складывается с помощью гидравлической системы, шасси вертолёта убирающиеся со сдвоенными колёсами на каждой стойке. Нормальный взлётный вес вертолёта составляет около 17 ООО кг. При нормальном полётном весе радиус действия вертолёта 400 км, крейсерская скорость – 280 км/ч.

Вертолёт-тральщик RH-3A

Днище фюзеляжа и погрузочный люк герметизированы, что обеспечивает плавучесть вертолёта при нахождении на воде.

Силовая установка состоит из двух турбо- вальных двигателей T64-GE-6 мощностью по 2850 л.с.

В октябре 1971 г. командование ВМС США провело учение, в ходе которого два военно-транспортных самолёта С-5 «Гэлэк- си» в течение четырёх суток доставили с авиационной базы ВВС США Чарлстон на остров Крит четыре вертолёта CH-53D, личный состав и необходимое оборудование. После сборки и облёта вертолёты были готовы приступить к тралению. Корабли-тральщики прибыли из США в этот район через полмесяца.

Впоследствии, в 1972 г., по заказу ВМС создали модификацию вертолёта CH-53D, получившую обозначение RH-53D. В 1972 г. началась постройка первых 18 серийных вертолётов с двигателями Т64-400 мощностью по 3925 л.с.

В 1983 г. выполнил первый полёт опытный вертолёт-тральщик МН-53Е «Си Дрэгон» модификация многоцелевого вертолёта «Супер Стэллион». В 1986 г. начались его поставки ВМС. Основное назначение этого вертолета – борьба с морскими минами в мелководных районах.

Аэродинамическая схема вертолёта по сравнению с предшественником осталась без изменений. Максимальный полётный вес составил 33340 кг, крейсерская скорость – 315 км/ч., перегоночная дальность – 2000 км, максимальное тяговое усилие – 13 600 кгс.

Силовая установка вертолёта состоит из трёх двигателей типа T64-GE-416 мощностью по 4380 л.с. каждый. Запас топлива в количестве 12 000 л обеспечивает продолжительность полёта до 6 ч. Вертолёт снабжён системой дозаправки в воздухе и с корабля обеспечения в режиме висения, имеет доплеровскую систему и радионавигационную станцию с дальностью 250 миль, точность определения места 5-6 м.

Вертолёт оборудован двухканальной цифровой автоматической системой управления полётом, которая обеспечивает режим висения, в кабине лётчиков установлены индикаторы для контроля за углом наклона и величиной натяжения троса буксира.

Флагманский корабль минно-тральных сил «Инчон» может принимать на борт 25 вертолётов данного типа.

Противоминное оборудование вертолётов

Первоначально вертолёты назывались тральщиками и это соответствовало задачам, которые они решали: выполняли поиск и уничтожение контактных и неконтактных мин с помощью тралов различного назначения. Впоследствии стали поступать на вооружение средства поиска и обозначения мин, что дало полное основание именовать их противоминными.

Первые тралы, как уже отмечалось, были корабельными, затем появился облегчённый контактный трал «Вермур», который выставлялся и выбирался вертолётом. Его применение позволило увеличить скорость траления до 35 км/ч, но и это оказалось не пределом. Улучшенный вариант «Вермур HL-Спид» обеспечил прирост скорости траления ещё на 10 км/ч. По некоторым данным, последний его вариант использовался ВМС США для боевого траления на реках Вьетнама.

Вертолётное траление неконтактных мин сопряжено с рядом трудностей. В кабине необходимо установить вьюшки кабель- буксира, мощные источники электроэнергии, пульты управления и контроля, другое оборудование. Электромагнитные тралы корабельного исполнения уже применялись, а первый вертолётный трал подобного типа создали только в 1968 г. Он допускал траление на скорости до 28 км/ч. В следующем году ВМС США выдали заказ на производство серийных неконтактных вертолётных тралов.

В 1971 г. поступил дополнительный заказ на разработку и изготовление новой системы для траления, позволяющей более радикально решить ряд проблем. Для размещения необходимого оборудования использовали плавучую платформу, буксируемую вертолётом.

К середине 90-х годов на вооружении ВМС США состояли несколько типов тралов: Мк.103, Мк.104, Мк.105, Мк.106, а также противоминная система AN/AQS-14.

За основу вертолётного контактного трала Мк.103 принят корабельный трал «Оропеза», применявшийся англичанами и американцами для траления якорных мин ещё во время Второй мировой войны. Он обеспечивает подрезку тросовых и цепных минрепов якорных мин и снабжён резаками и подрывными патронами, которые устанавливаются на некотором расстоянии один от другого. В его конструкцию включён гидростатический прибор для контроля глубины, а также отводители для регулирования ширины полосы траления. Трал транспортируется, заводится и выбирается экипажем вертолёта. Процесс этот довольно сложный и может занимать 20-30 мин.

Вертолётный акустический трал Мк.104 имеет вес всего лишь 45 кг. Он выполнен в виде труб переменного сечения, внутри которых размещены крыльчатки, механически связанные с шумообразующим узлом, создающим кавитационный шум в определённом спектре частот. С тем чтобы спектр излучений приблизить к шумам кораблей, подбираются определённый диаметр и длина трубок. Акустическое поле, создаваемое таким узлом , воздействует на акустический взрыватель мины, обеспечивая взрыв на некотором расстоянии от трала. Профили труб и поддерживающих их поплавков рассчитаны так, чтобы при определённом значении скорости буксировки обеспечивалось заглубление 6-7 м. Постановка и выбор трала занимают 5-6 мин. Буксирный трос изготовлен из полипропиленового волокна толщиной 16 мм и может передаваться на другой вертолёт.

Принцип траления мин механическим тралом Мк103:

1 – режущее устройство; 2 – маркер; 3 – параван; 4 – углубитель; 5 – буй; 6 – вертолет-буксировщик трала; 7 – якорные мины

Вид назад через кормовой отсек вертолёта RH-53D

Вертолётный электромагнитный трал Мк.105 – это катамаран (так называемые тральные салазки), состоящий из двух заостренных поплавков, снабжённых телеуправляемыми подводными крыльями. С помощью буксирного троса трал поднимается вертолётом с палубы корабля и опускается на воду, крылья его при этом переводятся в нижнее положение. Применяются они только для буксировки, а при тралении складываются. На площадке, соединяющей поплавки катамарана, размещена турбогенераторная установка (ТГУ) с дистанционным управлением. Назначение ТГУ – вырабатывать электроэнергию, которая подводится к двум плавучим кабелям с электродами, имеющим длину активной части около 180 м, формирующим магнитное поле. Топливо для двигателя турбогенератора размещается в поплавке катамарана и обеспечивает его работу в течение 4 ч.

Трал буксируется вертолётом со скоростью до 25 узлов (46 км/ч). По кабель-тросу обеспечивается дистанционный запуск двигателя ТГУ, устанавливается режимом её работы, осуществляется управление поворотными крыльями, контролируются основные параметры буксируемого устройства. В кабель-тросе находится трубопровод, по которому при необходимости из специального бака, расположенного в задней части грузовой кабины вертолёта, можно подать топливо для двигателя ТГУ.

Вес трала составляет 2720 кг, длина – 8,4 м, ширина – 4 м.

Вертолётный комбинированный неконтактный трал Мк.106 является сочетанием тралов Мк.104 и Мк.105. Совместная работа акустического и электромагнитного тралов обеспечивает комбинированное воздействие на взрыватели неконтактных мин с акустическими, магнитными и комбинированными двухканальными магнито- акустическими взрывателями.

Существуют также и довольно несложные по устройству магнитные тралы в виде намагниченных металлических труб, заполненных пенополистиролом, обеспечивающим необходимую плавучесть. Траление мин предполагается в этом случае производить связкой из трёх последовательно соединённых труб, буксируемых вертолётом со скоростью 10-25 узлов (18,5-46 км/ч).

По образцу корабельных разработаны вертолётные гидроакустические системы миноискания. Исследования показали, что опускаемые гидроакустические станции (ГАС) с круговой характеристикой направленности из-за невысокой разрешающей способности не обеспечивают обнаружение мин. Поэтому обратили внимание на возможность применения для этих целей буксируемых ГАС с боковым обзором (БО), в значительной степени лишённых подобного недостатка.

По заказу ВМС США была разработана вертолётная гидроакустическая станция миноискания AN/AQS-14 (в настоящее время предполагается замена на более совершенную AN/AQS-20).

В её состав входит буксируемый обтекатель, в котором размещаются две антенны гидролокатора бокового обзора с синтезированной апертурой с малой мёртвой зоной, кабель-трос и пульт управления с электронными блоками обработки сигналов и индикатором телевизионного типа.

Конструкция обтекателя обеспечивает высокую стабильность положения антенны в пространстве и автоматический выбор правильной ориентации. Станцию обслуживают два оператора, устанавливающие и контролирующие расстояние от дна моря в процессе буксировки. На основании данных, поступающих от ГАС БО в пилотажно-навигационную систему вертолёта, в принятой системе отсчёта определяются координаты мин и производится соответствующая запись и отметка.

При обнаружении мины экипаж сбрасывает гидроакустический маяк, который устанавливается на дно. Решаются задачи обнаружения мин, определения их координат и классификация на фоне дна в районе поиска. Вес подводного аппарата – 250 кг, длина – 3,25 м, диаметр – 1,7 м.

Противоминные вертолёты авиации ВМФ

В нашей стране впервые авиация ВМФ совместно с научно-исследовательскими организациями с 1956 по 1960 гг. провели обширные лётно-морские исследования для определения возможностей использовать вертолёты в качестве буксировщиков тралов.

На основании проведенных исследований завод №329 ГКАТ в соответствии с так- тико-техническими требованиями авиации ВМФ от 12 июня 1957 г. подготовил макет вертолёта-тральщика Ми-4.

Макетная комиссия, заседавшая с 19 по 24 мая 1958 г., одобрила представленные материалы.

Предполагалось, что вертолёт сможет буксировать трал МТ-3 (односторонний), быстроходные акустические тралы БАТ-2, БАТ-3 и самоходный электромагнитный трал СЭМТ-1.

В процессе переоборудования с вертолёта сняли десантное, такелажное, кислородное и санитарное оборудование, гондолу стрелка с вооружением. Взамен установили приспособление для буксировки тралов, оборудование, обеспечивающее заправку топливом от надводного корабля, систему приводнения на случай аварийной посадки на воду.

Экипаж вертолёта – два человека. Управление буксировочным оборудованием возлагалось на правого лётчика.

Приспособление для буксировки состояло из фермы, электролебёдки ЛПГ-4, пирорезака, сцепного узла, аппаратуры управления питанием и контроля электромагнитных тралов и предназначалось для решения широкого круга задач, связанных с подъёмом на вертолёт и автоматической постановки на замок буксировочного троса, а также сброса троса при нагрузке свыше 2000 кгс. Очень большое внимание обращалось на выбор места крепления буксировочного устройства. Оказалось, что если поместить его в центре тяжести вертолёта, то тяговое усилие снижается на 30%, а максимальное удаление от центра тяжести позволяет более полно реализовать достаточно ограниченные возможности вертолёта.

Для обзора задней сферы часть грузовых створок между шпангоутами № 17-19 была остеклена, по обе стороны вертолёта установлены блистеры.

Система заправки вертолёта топливом

обеспечивала подъём заправочного шланга на борт, его запирание и герметизацию после дозаправки от корабля на висении; отсоединение при нагрузке свыше 470-500 кгс.

На вертолёт устанавливались два поплавка, изготовленные из прорезиненного материала, наполненные воздухом с системой подпитки. Остойчивость и плавучесть вертолёта с поплавками проверялись в Феодосийском заливе на нелётном экземпляре в начале июля 1959 г.

Вертолёт-тральщик Ми-4

Вертолёт-тральщик Ми-4 (заводской №01 бб) с 27 марта по 4 июня 1959 г. проходил заводскую наземную и лётную отработку на базе лётно-испытательной станции завода №329 ГКАТ (Казань) и 18 июня доставлен на аэродром Кировское. В июле вертолёт проходил лётно-морские испытания на базе 8 ЛИЦ ВВС, полигона №232 ВМФ и 5 августа был предъявлен на государственные испытания. Однако из-за ряда дефектов и перетяжеления конструкции к ним решили приступить лишь после того, как главный конструктор завода №329 ГКАТ проведёт испытания серийного двигателя АШ-82В для установления режима боевого номинала за счёт сокращения ресурса и примет меры по снижению веса вертолёта.

Государственные испытания начались 1 октября и закончились 26 ноября 1959 г., выполнено 100 полётов с налётом 47 ч.

Они показали, что буксировочные возможности вертолёта невысокие, что не явилось большой неожиданностью. Усилия, потребные для буксировки тралов СЭМТ-1 и БАТ-2 порядка 1500 кгс со скоростью 8 узлов (14,8 км/ч), обеспечивались только при температуре воздуха не выше 15 град, и скорости встречного ветра – 3-4 м/с. При стандартных атмосферных условиях и ветре порядка 5 м/с создать буксировочные усилия при полёте по ветру более 600 кгс на номинальном режиме работы двигателя АШ-82В не представлялось возможным. При подсекании минрепа возникала дополнительная нагрузка на трал порядка 200-300 кгс.

Предполагалось, что возможности вертолёта можно повысить, если его полётный вес снизить на 400 кг, уменьшив также и заправку топливом, но в этом случае продолжительность траления на удалении от аэродрома 50 км сокращалась до 20-30 мин. Одна заправка с корабля позволяла увеличить продолжительность полёта в 1,7 раза. Однако к системе заправки предъявили претензии, так как в ней использовался очень тяжелый для вертолёта шланг от самолёта Ту-16, а его выпуск и подъём производились с помощью электролебёдки ЛПГ-4А.

Лётчики, пилотировавшие вертолёт, отметили, что бортовое оборудование следует дополнить измерителем скорости перемещения его относительно водной поверхности. Подобная задача могла решаться только с помощью высокочувствительного доплеровского измерителя путевой скорости и угла сноса. Подобная аппаратура в нашей стране ещё только разрабатывалась и впоследствии совершенствовалась в течение многих лет.

Увеличение отрицательных углов тангажа вертолёта при буксировке трала до 7-8 град, затрудняло работу экипажа и контроль за количеством топлива в баке, не исключалась также опасность остановки двигателя из-за прекращения подачи топлива.

Имелись и другие недостатки, позволяющие сделать вывод об ограниченной пригодности вертолёта Ми-4 для буксировки тралов.

Представляют в этой связи весьма примечательные замечания авиации ВМФ за подписью её командующего Преображенского, представленные в акте:

«1. После выполнения плана мероприятий провести контрольные испытания, после которых решить вопрос о принятии вертолёта на вооружение.

2. Для освоения и накопления опыта по эксплуатации целесообразно заказать партию вертолётов-тральщиков Ми-4 с учётом устранения дефектов в перечне №1 акта».

На основании этого сочли возможным включить в курс боевой подготовки на вертолётах Ми-4 специальные упражнения по отработке техники траления.

После не совсем удавшейся попытки использовать Ми-4 в варианте тральщика интерес к этому направлению снизился, а работы по использованию вертолётов для решения ими задач противоминной обороны если и не свёрнули, то свели к минимуму.

Институты и исследовательские организации занялись ракетоносной и противолодочной авиацией.

И только по прошествии нескольких лет на основе ряда частных НИР в начале 70-х годов пришлось вновь вернуться к вертолётному тралению.

Опыт войны во Вьетнаме, когда американцы за 42 суток, выполнив 374 вылета, провели вертолётно-тральную операцию по разминированию территории и внутренних вод ДРВ с участием 25 кораблей и 60 вертолётов, обеспечивших траление магнитных, акустических и других мин, подтолкнул развертывание ОКР.

Обстановка в морской авиации к этому времени также изменилась. В её боевом составе имелись корабельные вертолёты Ка-25 различных модификаций и ограниченное количество десантно-транспортных вертолётов Ми-8. Вертолёты Ка-25 при необходимости можно было доставить практически в любой район кораблями, а Ми-8 использовать для траления в прибрежных районах.

Компоновочная схема вертолета Ми-14ПЛ

Тральное оборудование противоминных вертолётов, переоборудованных из Ка-25ПЛ, состояло из подъёмно-буксировочного устройства с аппаратурой управления и механизмом автоматического открытия замка трала при усилии 2100 кгс, системы питания неконтактных тралов, командно-передающего устройства буксируемого шнурового заряда (БШЗ).

При переоборудовании с вертолёта демонтировали РЛС «Инициатива-2К»; гидроакустическую станцию ВГС-2 с лебёдкой, СПАРУ-55, прицельно-вычислительное устройство ПВУ-В-1 и некоторое другое оборудование. Это позволило снизить вес пустого вертолёта до 4800 кг, а вместе с экипажем и заправкой топливом полётный вес составил 6070 кг (противолодочный вариант – 6970 кг).

Исследования показали, что тяговое усилие, развиваемое вертолётом, достигало 2000 кгс. Оптимальное тяговое усилие при буксировке БШЗ не превышало 1000-1200 кгс, при часовом расходе – 450 кг (километровый 45 кг).

По результатам испытаний было признано целесообразным использовать вертолёт Ка-25 преимущественно для буксировки шнуроукладчика проекта 103 и шнуровых зарядов.

Приказом Министра обороны СССР от 15 декабря 1975 г. № 0223 вертолёт Ка-25БШЗ принят на вооружение. Это не исключало возможность применения его для буксировки тралов. Для подвески универсальных тральных вех (две на наружной подвеске, две в грузовом отсеке) установили держатели КД2-325.

Соответственно, продолжительность решения задачи вертолётом Ка-25БШЗ на удалении от аэродрома 50 км при буксировке принятого от корабля БШЗ на расстояние б км 1 ч 40 мин. Полёт выполняется на высоте 25-40 м.

Вторым вертолётом, который приспособили для решения противоминных задач, был транспортный Ми-8, получивший обозначение Ми-8БТ. В состав его оборудования вошла ферма с тросорубом и роликами под трос.

Взлётный вес вертолёта для буксировочного полёта с запасом топлива 1420 кг и экипажем из трёх человек не превышал 8800 кг. По решению главного конструктора вес перед тралением ограничивался 8750 кг.

Результаты испытаний показали, что оптимальное тяговое усилие при транспортировке тралов составляет 1800-1900 кгс., высота полёта – 20-40 м.

Представляют интерес данные, полученные на испытаниях: время разворота вертолёта Ми-8БТ на 180 град, с тралом ГКТ-3 достигает 250-270 с, с ВНТ-1 – 110-120 с. Продолжительность «стандартного» разворота системы «вертолёт-трал» для повторного выхода на тральный галс с обратным курсом занимает от 3 до б мин.

На вертолёте предусмотрена дистанционная электрическая и ручная механическая отцепка трала.

Для подвески тральных вех УТВ используются специальные замки, установленные по бортам фюзеляжа вертолёта.

Вертолет-тральщик Ми-14

Основным противоминным вертолётом в конце 70-х годов стал Ми-14БТ, разработанный на базе вертолёта Ми-14ПЛ.

Вертолёт используется для буксировки контактных и неконтактных тралов, шнуро- укладчика проекта 103, БШЗ и постановки тральных вех УТВ.

Буксировочное устройство состоит из силовой фермы, лебёдки ЛПГ-2, систем индикации и сигнализации о положении троса. Управление сцепным устройством, выпуск и уборка фермы производится с помощью гидравлической системы.

Для управления уложенными на грунт БШЗ используется радиостанция Р-802, шифратор и пульт управления. Кабель питания неакустических тралов подсоединяется к штепсельному разъёму на ферме вручную, при сбросе – рассоединяется автоматически.

Произведены изменения и в пилотажно- навигационном оборудовании, вместо системы САУ-14 установлен новый автопилот (АП-34Б) и радиовысотомер, обеспечивающий более точное определение малой высоты.

Ми-14БТ обеспечивает буксировку вертолётных контактных тралов ГКТ-ЗВ и ВКТ-2, неконтактных тралов СЭМТ-1 с БАТ-2, шнуроукладчика проекта 103, БШЗ. Его вооружение рассчитано на подвеску 12 универсальных вех УТВ, четырёх буёв РГБ- Н-СТ и восьми ШЗ в габаритах ФАБ-100.

При отсутствии трала и сбрасываемых средств вертолёт может использоваться в качестве поисково-спасательного.

Нормальный взлётный вес вертолёта составляет 13 000 кг, однако при буксировке тралов, как и в случае с Ми-8БТ, имеется ограничение- 12 000 кг.

Продолжительность буксировочного полёта с различными средствами на удалении 100 км – до 2 ч 40 мин.

Буксировка тралов СЭМТ-1 и БАТ-2:

1 – трал СЭМТ-1; 2 – трал БАТ-2; 3 – буксир- но-фидерное устройство; 4 – поддерживающие буи

Отечественные противоминные тралы

В течение нескольких лет для вертолётов было разработано несколько типов контактных и неконтактных тралов.

Вертолётные контактные тралы ВКТ-1, ВКТ-2 и ГКТ-ЗВ предназначены для подсече- ния (перебивания) тросовых и цепных минрепов (буйрепов) якорных контактных и неконтактных мин. Следует отметить, что тралы именуются вертолётными только по той причине, что буксируются вертолётами, а в район они доставляются тральщиками, поскольку их веса и габариты исключают возможность размещения в грузовых кабинах вертолётов.

Вначале вертолётами использовался контактный трал МТ-3, но уже в 1958 г. разработан, а в 1961 г. принят на снабжение вертолётный разноглубинный контактный двухсторонний подсекающий трал ВКТ-1, снабжённый резаками и патронами ПМТ-М. Система обозначения места под- сечения мины состоит из сигнального буя, отсоединяющегося в момент затраливания. Момент затраливания определяется также по отклонению стрелки электрического динамометра в кабине вертолёта.

Ширина захвата трала при скорости буксировки 15-25 км/ч составляет 90 м, заглубление троса до – 30 м, натяжение – от 1000 до 4000 кгс.

Конструкция трала обеспечивает передачу и приём коренных концов буксиров с корабля, имеющего ход 5 узлов (9,2 км/ч) на вертолёт и обратно.

Контактный двухсторонний трал ВКТ-2 (может применяться и в одностороннем варианте), принят на снабжение в 1977 г., буксируется одним вертолётом. Ширина захвата односторонним тралом – 50 м, двухсторонним – 90 м. Скорость буксировки одностороннего трала – 50, двухстороннего – 35 км/ч. Тяговое усилие при буксировке со скоростью 35 км/ч составляет 1500 кгс.

Глубоководный контактный двухсторонний трал ГКТ-ЗВ принят на снабжение в 1970 г. Буксируется одним вертолётом. Ширина захвата трала при скорости траления 18 км/ч – 130 м, наименьшая глубина применения трала 7, максимальная – 60 м. Тяговое усилие при буксировке достигает 2700 кгс.

Неконтактные тралы предназначены для разведывательного траления и разрежения минных заграждений путём уничтожения высокочувствительных магнитных, индукционных, акустических, комбинированных магнитно-акустических и индукционно-акустических мин.

Применявшийся тральщиками соленоидный электромагнитный трал СЭМТ-1 в 1958- 1959 гг. модернизировали для применения вертолётами. Обычно он используется комплексно с акустическим тралом АТ-2 и применяется в районах с небольшими глубинами. Ширина полосы траления в районе с глубинами 20 м составляет 20-25 м. Отстояние трала – 290 м, высота полёта при тралении – 30-40 м., тяговое усилие при буксировке достигает 1300 кгс.

Вес комплекта забортной части – 18 т.

В 1975 г. поступил на снабжение трал ВНТ, через шесть лет ВНТ-1, затем ВНТ-2. Они предназначены для траления высокочувствительных магнитно-акустических и индукционно-акустических мин вертолётами Ми-8БТ и Ми-14БТ в районах с глубинами до 60 м.

Активная часть вертолётного электромагнитного трала ВНТ-2 и акустический излучатель кавитационного или гидродинамического типа размещаются на буксируемом катере, снабжённом подводными крыльями. Питание трала автономное, от турбогенератора типа АИ-8. Ширина полосы траления в среднем достигает 100 м.

Перед применением трал обычно доставляется на оборудованную береговую площадку для приготовления и стягивается вертолётом на воду.

С созданием ВНТ-1 и ВНТ-2 удалось частично разрешить задачу оснащения вертолётов неконтактными тралами для разведывательного поиска и уничтожения высокочувствительных донных неконтактных мин в мелководных районах, недоступных для тральщиков, и обследования первой тральной полосы в целях обеспечения безопасности тральщиков при последующем расширении фарватера.

Кроме тралов для уничтожения мин с неизвестными характеристиками, при необходимости срочного выхода кораблей по заминированному фарватеру применяются взрывные средства уничтожения мин – буксируемые шнуровые заряды (БШЗ), укладываемые непосредственно со специальных шнуроукладчиков проекта 103.

Буксируемые шнуровые заряды применяются двух типов: LLI3-1 и ШЗ-2. Они состоят из трёх секций взрывчатого вещества по 200 м каждая, вес ШЗ-1 – 5760 кг, ШЗ-2 – 6420 кг. Расстояние между вертолётом и БШЗ – 250 м. Плавучесть БШЗ обеспечивают пенопластовые поплавки.

После отбуксирования ШЗ подавалась команда по системе телеуправления на отделение якоря. Якорь, достигший грунта, создавал натяжение на тросе, идущем к ШЗ. При достижении определённого натяжения срезались чеки и начиналось последовательное отделение секций заряда от плавучести. После срабатывания последнего разъединителя взрыватель приводился в боевое положение. Его предохранительное устройство отстопоривалось, и через 400 с следовал подрыв ШЗ. Подрыв мог производиться по каналу телеуправления в течение срока, не превышающего 48 ч. После укладки ШЗ буй с механизмом натяжения доставлялся на тральщик, а после подрыва выбирался или уничтожался радиобуй.

Ширина зоны уничтожения мин одним ШЗ в зависимости от глубины использования (5-100 м) моря может достигать 250 м. Максимальное натяжение троса при буксировке БШЗ на скорости 11 км/ч составляет 1400 кгс. Скорость при укладке – до 7 км/ч.

Шнуровые заряды, укладываемые со специального шнуроукладчика, отличаются от БШЗ мощностью заряда и габаритами (длина 1000 м), способом укладки и отсутствием плавучести.

Шнуровые заряды подобного типа наматываются на специальный барабан и сматываются с него по мере движения шнуроукладчика, который буксируется вертолётом со скоростью до 7-8 км/ч.

Буксировочный трос имеет длину 26,8 м, буксировочное усилие на скорости 7 км/ч достигает 800 кгс.

Водоизмещение шнуроукладчика – 21т, длина – 11,74 м, экипаж состоит из трёх чел., он оборудован радиостанцией.

Освоение противоминных вертолетов

В соответствии с указанием штаба авиации ВМФ на некоторых вертолётах Ми-4 смонтировали изготовленное промышленностью оборудование, и экипажи время от времени «тралили» аэродромы, буксируя катки, предназначенные для укатки снегового покрова.

В авиации ЧФ отрабатывалось и практическое траление тралами типа СЭМТ-1

и МТ-3, доставлявшимися в район кораблями. Предпринимались также попытки траления двухсторонним тралом парой вертолётов Ми-4СП, соответственно переоборудованных. Подобное траление очень сложно по технике выполнения и предъявляет особые требования к слаженности действий ведущего и ведомого при приёме и отдаче трала.

Буксировка тралов СЭМТ-1 одиночными вертолётами Ми-4 выполнялась с тяговыми усилиями до 1200 кгс. Величина его контролировалась указателем тягомера, установленным над приборной доской лётчиков. Высота полёта вертолёта при тралении составляла 15-20 м.

Даже в процессе тренировочных полётов из-за множества ограничений траление не всегда оказывалось возможным: при боковом ветре справа более 5 м/с запаса тяги рулевого винта для выдерживания направления полёта оказывалось недостаточно; пилотирование вертолёта с попутным ветром свыше 3 м/с создавало значительные трудности с выдерживанием постоянной величины тягового усилия.

Практическая полезность попыток траления на Ми-4 может восприниматься скептически, учитывая, что масштабы их не поражали размахом, однако, в сумме с результатами испытаний получены довольно любопытные данные.

При пилотировании вертолёта без трала выдержать заданный режим полёта сложности не представляет, а изменение скорости и направления ветра на пилотирование влияют несущественно. Картина меняется, когда приходится выполнять траление. Диапазон скоростей буксировки тралов узок, далек от экономической скорости вертолёта, обеспечивающей наибольшее тяговое усилие и имеет такой же порядок, как и скорость ветра. Буксировочное усилие вертолёта существенно зависит от скорости встречного ветра. Установлено, что увеличение встречной скорости ветра на 1-2 м/с при одной и той же скорости буксировки и неизменной мощности двигателя приводит к росту буксировочного усилия в среднем на 10 %.

С тем чтобы получить более объективные характеристики по этим и другим вопросам, провели комплекс исследований. Из теории известно, что наименьшее тяговое усилие будет в штиль на «привязи», то есть без перемещения вертолёта. Чтобы проверить это положение, производился замер тяговых усилий вертолёта, закрепленного с помощью буксирного троса на бетонированной площадке в аэродромных условиях.

Таким образом, получили исходные данные, дающие представление о наихудших условиях, с которыми может встретиться экипаж при выполнении траления в реальных условиях. Если на первом галсе траление производилось курсом против ветра, то после разворота на обратный галс и достижения скорости, равной скорости ветра, буксировочное усилие окажется таким же, как и на «привязи» в штилевых условиях.

Впоследствии полёты «на привязи», имитирующие буксировку трала, связанные со значительными отрицательными углами, характерными для больших буксировочных скоростей полёта, стали применять на первоначальном этапе обучения лётчиков. На вертолётах Ми-14БТ шасси в этом случае не убирались.

Практические полёты позволили выявить некоторые особенности буксировки тралов, полностью погруженных в воду или частично находящихся над водой. В первом случае с увеличением скорости буксировки растёт гидродинамическое сопротивление, во втором – к нему добавляется аэродинамическое. В связи с этим на тралы первого типа, в отличие от вторых, изменение скорости и направления ветра не влияет.

При буксировке тралов, у которых часть корпуса выступает над водой, попутный ветер оказывает положительное влияние, помогая вертолёту.

В мае 1974 г. в авиации ЧФ два вертолёта Ми-8 переоборудовали в тральщики, и в том же месяце экипажи Ю. А. Сосонно- го и Баскакова приступили к освоению траления с применением контактного трала ВКТ-1.

Приём контактных тралов производился на ходу при скорости тральщика порядка 5 узлов (9,2 км/ч), последующие образцы тралов, например ГКТ-ЗМО, позволяли выполнять эту операцию на большей скорости. Приём неконтактных тралов в принципе возможен «на стопе», но затруднён из-за разворота корабля от потока, создаваемого несущим винтом вертолёта.

Приём тралов от кораблей проекта в общем виде рекомендовалось производить в следующей последовательности. Получив разрешение на подход к кораблю от руководителя полётов, на корабле (дублируется поднятием на мачте белого флага с синими полосами) осуществляется маневр на приём трала. Подход к кораблю выполняется с кормовых курсовых углов 150-170 град., уравниваются скорости, и производится зависание у правого борта на высоте 20-22 м (если мачта корабля до 19 м). Оператор выпускает наконечник сцепного устройства, и после его приводнения для снятия статического заряда вертолёт смещается влево, разворачиваясь на 10-15 град, вправо для лучшего наблюдения за кораблём. Стрела подъёмного устройства окажется над кормой, где находится корабельный расчёт, стыкующий наконечник с тралом.

Пространственное положение вертолёта определяется в основном по проекции корабля относительно остекления кабины лётчика. Периодически внимание переключается на контроль за пилотажно- навигационными приборами.

На этом этапе совершенно недопустимы значительные перемещения, так как изменение одного из параметров влияет на другие и усложняет обстановку: с увеличением высоты уходят из поля зрения палуба и надстройки, что может привести к излишнему натяжению троса и преждевременному подъёму сцепного узла; с уменьшением возможно касание вертолёта о мачту, запутывание троса и т.п.

Наиболее опасно смещение вертолёта влево, когда палуба полностью уходит из зоны видимости лётчика. И если сцепной узел состыкован с кольцом трала, то будет выбрана слабина тросов и произойдёт его автоматический сброс.

Сложность пилотирования при приёме трала объясняется тем, что- подстилающая поверхность под площадью вращения несущего винта неоднородна. Это вода, палуба, надстройки, расположенные на различных уровнях.

И, естественно, отражённый поток не только не будет симметричным, но образуются ещё и дополнительные завихрения.

Наиболее сложно выполнять висение с попутным ветром, поэтому принимать трал в этих условиях не рекомендуется.

Буксировка трала начинается после получения разрешения с корабля, дублируемого опусканием красного флага, запрещавшего смещение вертолёта. Корабль увеличивает ход и отворачивает влево, а вертолёт плавно смещается вправо на 7-10 м от борта корабля, выбирается слабина буксирного троса, постепенно создаётся усилие, необходимое для буксировки, трос трала устанавливается по продольной оси вертолёта.

При буксировании вертолёт имеет значительный угол тангажа на пикирование, который зависит от типа трала, тяговых усилий, направления и скорости ветра.

Постоянную величину натяжения троса выдержать сложно, так как трос колеблется, что и приводит к изменениям показаний тягомера. Причём если буксировка производится при состоянии моря 3-4 балла, то возможны кратковременные забросы усилий на 200-500 кгс, а при попутном ветре не исключена тряска вертолёта. Пилотирование вертолёта на показания тягомера может привести к его разбалансировке.

Поэтому более оправдано ориентироваться по меткам проекции естественного горизонта, которые наносятся на вертолётах-тральщиках в левой части переднего стекла кабины лётчиков.

Высота полёта выдерживается по радиовысотомеру. Уменьшение её приводит к интенсивному забрызгиванию стёкол кабины и переходу трала на большую глубину. С увеличением высоты уменьшается заглубление трала.

Угол подхода троса и курс буксировки лётчики выдерживают, ориентируясь на показания командно-пилотажного прибора (КПП). Отклонение троса относительно продольной оси вертолёта свыше 15 град, приводит к рысканью, а поскольку дополнительный момент не является постоянным, то создаются и поперечные нагрузки.

Существенно затруднена буксировка тралов с боковым ветром: если его скорость 5-6 м/с справа, то для выдерживания курса буксировки необходимо создавать крен 7-8 град, с усилением скорости ветра до 10 м/с крен приходится увеличивать до 10-12 град.

При смещении троса следует выполнить координированный доворот в эту же сторону и установить трос на нуль по показаниям КПП.

В процессе буксировочного полёта производится периодический контроль за тралом с помощью зеркал заднего вида.

Развороты в буксировочном полёте выполняются со скольжением, угол троса выдерживается вблизи нулевого положения. Развороты с тралом производятся с угловой скоростью 0,5-1,5 град/с и являются процессом длительным и нудным, требующим большого внимания от экипажа.

Буксировка контактного трала парой вертолётов:

1 – сигнальный буй; 2 – средний буй; 3 – тралящая часть; 4 – средний буксир; 5 – углубитель; 6 – механизм отсоединения; 7 – патрон ПМТ-М; 8 – отводитель; 9 – буй ОГ; 10 – якорная мина; 11- вытраленная мина, отсеченная тралом от своего якоря; 12 – левый буксир; 13 – правый буксир; 14 – плавучесть

Опыт авиации флотов показал, что буксировка контактных тралов вертолётами Ми-8БТ и Ми-14БТ имеет ряд особенностей: колебания в буксирном тросе меньше, чем при буксировке неконтактных тралов; необходимо следить за центральным буем по поверхности воды; развороты производить с очень малыми угловыми скоростями и контролировать их по движению внутреннего поплавка над отводителем по создаваемому им буруну; правый разворот с попутного ветра на встречный (скорость ветра 5-8 м/с) сопровождается тряской, разбалансировкой и стремлением вертолёта развернуться против ветра; полёт с боковым ветром под углом 90 град, и скорости ветра свыше 7 м/с сопровождается путевой неустойчивостью, причём колебания по курсу достигают 35 град., имеется тенденция к непроизвольному подъёму и опусканию носа. При буксировке тралов ГКТ-ЗВ, ГКТ-ЗМО с усилиями, близкими к предельно-допустимым, резкие движения органами управления во избежание автоматического сброса буксирного троса недопустимы.

Из приведенного следует, что буксировка трала не столь уж простое и безобидное занятие. Скорее наоборот, оно требует высокого уровня подготовки экипажей, слаженной работы и повышенного внимания за высотой и тяговым усилием. Важно чёткое взаимодействие с кораблем, от которого принимается трал.

Приходится считаться и с субъективными факторами. Попутная ветровая волна создаёт у лётчика впечатление, будто вертолёт стоит на месте, что приводит к непроизвольному увеличению натяжения троса и высоты полёта, брызги от струи несущего винта обгоняют вертолёт и попадают на остекление кабины и в двигатель. Увеличение высоты свыше 25 м недопустимо, так как средний буй трала ВКТ-1 выходит из воды.

Передача буксируемых тралов кораблю также представляет известную сложность и особенности.

Для отдачи трала вертолёт занимает положение правее корабля на 3-5 м и высоте 20-25 м. После уравнивания скорости производится маневр, чтобы обеспечить захват корабельным расчётом оттяжки буксирного троса. После закрепления оттяжки вертолёт смещается вправо на 5-8 м, наконечник сцепного узла сбрасывается и производится отход от корабля вправо с набором высоты.

Буксировка шнуроукладчика имеет некоторые особенности: при боковом ветре свыше 5 м/с могут возникать рывки. В этом случае при среднем натяжении по тягомеру 600-700 кгс его показания изменяются в пределах от 0 до 1200 кгс.

Боевая служба

В 1974 г. экипажи вертолётов Ка-25БТ и Ми-8БТ авиации ЧФ получили небольшой опыт боевого траления мин в Суэцком заливе.

Арабо-израильская война закончилась в 1973 г., а Суэцкий канал оставался недоступным для судоходства. В канале находилось несколько затопленных кораблей и большое количество якорных и донных мин советского производства, выставленных арабами из опасения высадки израильских десантов.

Высокая плата за очистку канала вызвала интерес у англичан, французов и американцев. Однако следовало расчистить подходы к каналу, и Советский Союз, пытавшийся закрепиться на Ближнем Востоке, взялся за решение этой довольно непростой задачи, принимая во внимание, что гидрографическое обеспечение в районе отсутствовало.

Точность постановки мин была такова, что установить границы минных полей не представлялось возможным. Подсчитали, что размеры минноопасного района составляют 170 тыс. кв. миль, и для успешного проведения операции необходим достаточно сильный тральный отряд, а также суда обеспечения.

Кораблям предстояло перейти в район траления либо с Тихоокеанского, либо с Черноморского флота.

При планировании операции определили состав сил: бригада морских тральщиков ТОФ (5 морских тральщиков, 2 базовых тральщика, 2 катерных тральщика, 4 корабля обеспечения с двумя шнуроукладчиками проекта 103); отряд кораблей ЧФ: противолодочный крейсер «Ленинград» с авиационной группой (2 Ка-25БТ, 5 Ка-25БШЗ, 6 Ка-25ПЛ, один Ка-25СП), большой противолодочный корабль «Скорый», танкер «Б. Чиликин», экспедиционно-опытовое судно «Апшерон» с вертолётом Ка-25СП. Командование отрядом ЧФ возглавлял капитан 1 ранга Л. Двинденко. Командиром авиационной группы был подполковник Галанин.

Через 27 лет контр-адмирала в отставке Л. Двинденко можно было увидеть в одной из телевизионных передач из Севастополя по случаю Дня Победы. Убелённый сединами адмирал вследствие нищенской пенсии вынужден работать на плавучем кране отнюдь не на руководящей должности…

В процессе подготовки отдел боевой подготовки штаба авиации ЧФ подготовил ряд документов: «Временную инструкцию по организации и методике выполнения полётов вертолётов Ка-25БШЗ на буксировку шнуровых зарядов»; «Инструкцию по организации и методике выполнения полётов вертолётов Ми-8БТ на буксировку тралов типа ВКТ-1»; «Дополнение к инструкции по производству полётов с ПКР» (в связи с базированием на его палубе двух вертолётов Ми-8БТ).

По всей видимости, ни один из начальников не задумывался, чем может обернуться участие такого крупного корабля, как ПКР «Ленинград», в рискованной и опасной операции.

Там, где уже год ходили лишь малые суда и рыбацкие фелюги, предстояло пройти огромному кораблю, потеря которого стоила бы жизни не одной сотне людей. На карту ставился не только авторитет ВМФ, в те годы выходившего на океанские просторы, но и международный авторитет страны.

Можно предположить, что командование рисковало ПКР осознанно и им двигало желание доставить в район противоминные вертолёты, хотя их возможности в полной мере выявлены не были.

Основную, самую опасную часть работы планировалось возложить на экипажи вертолётов с тральным вооружением, способных действовать в районах, где глубины и навигационные условия не обеспечивали использование тральщиков.

На завершающем этапе подготовки в период с 11 по 12 июня 1974 г. группу кораблей ЧФ посетили Министр обороны СССР и главком ВМФ. На специальном учении им продемонстрировали технику вертолётного траления с буксировкой и подрывом трёх БШЗ.

Ранним утром 15 июня 1974 г. отряд кораблей ЧФ вышел из Севастополя в Суэцкий залив. «Апшерон» следовал самостоятельно.

На период перехода составили план-календарь работы авиагруппы, который предусматривал полёты на технику пилотирования (не более раза в неделю), наземную подготовку, а также работу на авиатехнике.

Переход кораблей из Севастополя в Суэцкий залив вокруг Африки длился 38 суток. 23 июля отряд вошёл в минноопасный район. Нетрудно понять, что переживали экипажи осторожно идущих по Красному морю кораблей. Первым следовал БПК «Скорый», в кильватер за ним – ПКР «Ленинград».

Однако, принимая во внимание наличие на минах приборов кратности, это совершенно не исключало возможности их срабатывания под любым кораблём. Благополучно пройдя по фарватеру залива, корабли в точке рандеву встретили тральщики ТОФ и некоторое время спустя бросили якоря в заливе Губаль, близ порта Хургада, в который в наше время так назойливо призывают на отдых многочисленные туристические фирмы.

После прибытия в район несколько дней посвятили отработке вопросов взаимодействия с тральщиками ТОФ. Провели совместные тренировки по вопросам геодезического обеспечения и по боевому применению тралов и шнуровых зарядов.

Экипажи противоминных вертолётов были подготовлены к уничтожению донных мин с помощью БШЗ и ШЗ, укладываемых со шнуроукладчика; тралению с тралом ВКТ-2; поиску подрезанных мин; обвехованию районов укладки БШЗ и ШЗ.

Никто не представлял, какую кратность установили на минах перед их применением, поэтому пришли к выводу о необходимости производить разминирование взрывным способом. Такой, достаточно варварский способ, который обожают высокие начальники, даёт высокую вероятность уничтожения мин (в крайнем случае полностью выводит из строя их аппаратуру) и наносит колоссальный вред окружающей среде и животному миру.

Применение зарядов, как и выполнение траления, требует, чтобы место укладки заряда определялось с точностью 10-15 м. Аппаратуры, обеспечивающей столь высокую точность, на вертолётах не было. В связи с этим пришлось много усилий затратить на гидрографическое обеспечение с аппаратурой, которая имелась. На прилегающих к району траления островах развёрнули наземные станции дальномерно-разностной навигационной системы РЫМ и геодезические посты.

Но даже в этих условиях для укладки одного шнурового заряда, которая могла бы выполняться одним вертолётом и тральщиком, пришлось привлекать два корабля и 4-5 вертолётов. Привлечение такого количества сил вызывалось тем, что перед укладкой шнурового заряда выполнялось геодезическое координирование – буйками обозначались крайние и средняя точки его укладки. Задача решалась вертолётом и кораблём, оборудованным приемной аппаратурой системы РЫМ совместно с геодезическими постами. Постановку буйков внутри минного заграждения производил вертолёт, также действовавший во взаимодействии с кораблём и геодезическими постами. Обвехование района минного заграждения и установка створных вех выполнялась кораблём.

Для укладки БШЗ привлекались тральщик и три вертолёта: основной, дублирующий Ка-25БШЗ и вертолёт-корректировщик.

Накануне постановки вертолётами ШЗ проверялась исправность радиоаппаратуры канала управления вертолёт-радиобуй.

Для этого тральщик с комплектом БШЗ, который должен выставляться, подходил к ПКР «Ленинград» на расстояние менее 5 км для проверки каналов телеуправления радиобуем в режимах отдачи якоря и подрыва заряда взрывчатого вещества. Проверка считалась успешной после трехкратного прохождения команд.

Вертолёты Ми-8БТ производили траление мин с помощью вертолётного контактного трала ВКТ-1, осуществляли укладку ШЗ со шнуроукладчиков проекта 103. Полёты на вертолётах Ми-8БТ производились со снятыми створками грузовой кабины, из-за чего возникали значительные разрежения и пришлось обратить внимание на надёжность крепления различного оборудования.

Своё место в грузовой кабине бортовой техник занимал только после зависания вертолёта над тральщиком. Буксировка шнуроукладчика в район укладки выполнялась на высотах 20-25 м при тяговом усилии 100-200 кгс. Укладка шифрзаряда длиной 1000 м занимала в среднем 5 минут.

Всего за операцию вертолёты налетали в районе траления 340 ч, обследовали 1112 кв. км, уложили восемь больших шнуровых зарядов вертолётами Ка-25БШЗ и два шнуровых заряда с использованием шнуроукладчиков проекта 103, буксируемых вертолётами Ми-8БТ. С помощью тралов ВКТ-1 протралено 3,67 кв. км водной поверхности, обнаружено шесть мин.

Экипажам приходилось действовать в чрезвычайно сложной обстановке. Условия размещения лётного состава на ПКР «Ленинград», большинство кают которого не имели иллюминаторов и напоминали спальные ящики, на комфорт не претендовали. Донимала духота, температура воздуха достигала 50-60 град.

Прием контактного трала парой вертолётов Ми-4.

Вид сверху на корму корабля (в круге): 1 – оттяжка левого буксира; 2 – оттяжка правого; 3 – динамометр; 4 – накидное кольцо; 5 – буксировочный трос, закрепленный на вертолёте-тральщике

Вертолёт-тральщик Ми-8БТ

В дополнение ко всему через некоторое время стал ощущаться недостаток пресной воды, а однообразное питание стало уже привычным. Отсутствие пресной воды затрудняло обмыв вертолётов и двигателей после полёта.

Практически с первых дней пришлось организовать противодиверсионную оборону. Это было связано с тем, что в районе систематически появлялись израильские катера и самолёты.

И, тем не менее, задача была успешно решена. 11 ноября 1974 г. траление завершилось.

По разминированному фарватеру кильватерной колонной прошли тральщики, ВПК «Скорый», ПКР «Ленинград», проверяя качество проделанной работы.

Применение вертолётов при разминировании получило высокую оценку. По указанию главкома ВМФ к 1 декабря 1975 г. на флотах были созданы опытные авиагруппы вертолётного траления на вертолётах Ка-25БТ и Ми-8БТ.

В 1975 г. производились полёты на траление с использованием для определения координат и выдерживания тральных галсов радионавигационной системы БРАС. Эта система предназначена для создания поля взаимосвязанных сигналов, по которым вертолёт, оборудованный приемоиндикатором ГАЛС и находящийся в рабочей зоне равной 150-200 км, может определить своё место в море с точностью от 12 до 60 м.

В 1976 г. проводились испытания тралов. Экипажем майора В. Н. Зобова произведён фактический взрыв мины, вытраленной с помощью трала ВНТ-1.

Как показано выше, траление представляет значительную сложность и наибольшее количество ошибок допускается при приёме тралов от кораблей, в чём нетрудно убедиться.

19 июля 1977 г. произошла катастрофа вертолёта Ка-25БШЗ 745 ОПЛВП авиации БФ, пилотируемого капитаном В. В. Трушенковым при следующих обстоятельствах. Экипаж принял на буксир укладчик ШЗ и буксировал его в течение 7 мин. Во время передачи на корабль буксировочный трос зацепился за надстройку, что привело к приводнению вертолёта в 50 м от корабля. На этом этапе лётчик допустил ошибку – своевременно не обрубил буксир, и вертолёт столкнулся с водной поверхностью с правым креном 15-20 град, под углом 70 град. Тело бортового техника обнаружили в 30 м от остальных членов экипажа, покинувших вертолёт.

3 сентября 1981 г. произошла катастрофа вертолёта Ка-25БШЗ 710 ОПЛВП ВВС ТОФ, пилотируемого капитаном В. С. Селиверстовым с контролирующим капитаном В. А. Семёновым, выполнявшими проверочный полёт на буксировку БШЗ, при следующих обстоятельствах.

Принимая с рейдового тральщика имитатор БШЗ, лётчик потерял корабль из поля зрения. Из-за смещения вертолёта буксирный трос зацепился за кран-балку тральщика, вертолёт резко перешёл на пикирование и столкнулся с водной поверхностью в перевёрнутом положении. Командир экипажа и техник вертолёта погибли. Причиной катастрофы посчитали неудовлетворительную организацию и руководство полётами.

Экипажи противоминных вертолётов Ми-14БТ периодически тренировались в решении противоминных задач, взаимодействуя с силами флота. Их успехи неоднократно отмечались в приказах, они участвовали в призовых тралениях флота и показывали высокие результаты.

Но постепенно интенсивность тренировочных полётов, которые к тому же не мыслились без кораблей, снижалась. Обстоятельства сложились так, что морская авиация в начале 90-х годов потеряла разведывательную авиацию, сократилось количество противолодочных самолётов, и было не до противоминных вертолётов.

Это привело к тому, что к 1995 г. их исключили из боевого состава и вывели в резерв, а это значит, что они никогда больше не поднимутся в воздух…

В составе ВМФ состоит значительное количество тральных кораблей, вступивших в строй в 70-х годах с устаревшим оборудованием. В то же время практически все военно-морские базы и пункты базирования могут быть подвержены минной блокаде.

В условиях оборонительной направленности новой военной доктрины России роль противоминного обеспечения в вооружённой борьбе на море может возрасти.

По-видимому, пройдет немного времени и вновь начнут разрабатывать вертолёты-тральщики, возможно, на базе единственного оставшегося у морской авиации вертолёта – Ка-27. Но время упущено, и опять мы окажемся в положении догоняющих. Ведь за рубежом работы по созданию вертолётных систем траления мин не прекращались.

В ВМС США и других странах уделяют постоянное внимание развитию авиационных средств борьбы с минами. В частности, программой развития минно- тральных сил ВМС США к 2005 г. планируется иметь 44 вертолёта-тральщика типа «Си Дрэгон».

В боевой состав ВМС США включён корабль управления и поддержки минно- тральных сил, переоборудованный из вертолётоносца «Инчон» с базированием на нём 8 вертолётов-тральщиков.

На Тихом океане в боевом составе флота Японии имеется 10 вертолётов-тральщиков. На японских кораблях поддержки мин- но-тральных сил предусмотрено постоянно базирование вертолётов-тральщиков «Си Дрэгон»

Уэстленд «Уосп» HAS.Mkl

Уэстленд «Линкс» HAS.Mk2

EH 101

Ка-27

Ми-14ПЛ

Сикорский SH-60

Уэстленд «Си Кинг»

Сикорский RH-53D

Сикорский МН-53Е «Си Дрэгон»

Content

Техника и вооружение 2001 08

Вертолеты против подводных лодок

Лёгкие противолодочные вертолеты

«Уосп» HAS Mk1/2

500MD/ASW «Дефендер»

SA 365 F «Дофэн 2»

А109А

Противолодочные вертолёты среднего класса

«Линкс»

АВ 212 ASW

AS 332 «Супер Пума»

SH-3 «Си Кинг»

Вертолёт NH90

Тяжелые противолодочные вертолёты

«Супер Фрелон»

Нкр 4 («Вертол-107»)

ЕН-101

Особенности посадки вертолета на палубу корабля

Вертолётные противолодочные системы корабельного базирования

SH-2F «Си Спрайт»

SH-60B «Си Хок»

Вертолётные средства поиска п одводных лодок

Радиогидроакустические буи

Гидроакустические станции

Магнитометрические средства поиска подводных лодок

Средства поражения п одводных лодок

П роти володочные вертолёты морской авиации

Базовые противолодочные вертолёты Ми-4

Ми-14

Вертолёт Ка-15

Корабельные вертолёты

Ка-15

Ка-25

Ка-27

Средства поиска подводных лодок

Радиогидроакустические буи

Гидроакустические станции

Магнитометрические средства поиска подводных лодок

Средства поражения подводных лодок

Противолодочные вертолёты на боевой службе

Зарубежные концепции применения противолодочных вертолётов

Воздушные «пахари» моря

Противоминные вертолёты

Противоминное оборудование вертолётов

Противоминные вертолёты авиации ВМФ

Отечественные противоминные тралы

Освоение противоминных вертолетов

Боевая служба