Сергей Бадей

Лукоморье. Курс боевого мага

Часть первая

Лукоморье? Это где?

Глава 1

Сколько себя помню, обожаю фэнтези! Но в смысле – почитать, а не в смысле – поучаствовать. Судьба почему-то считает по-другому. Она считает, что поучаствовать – лучше. И причем по полной программе!

Это что же делается? Не успел закончить одну школу, как стал учеником другой! Правда, школы с магическим уклоном. Да и не учеником, а студиозом.

А? Да! Знаю-знаю. Давайте по порядку. Сначала надо представиться.

Итак, меня зовут Мыкола, Николай, Коля, Колян, Кеша. Один кадр решил проявить оригинальность и начал называть меня Колом. Я его оригинальность оценил. После этой оценки новатор ходил с шикарным фонарем под глазом и постоянно шмыгал разбитым носом. У меня болели костяшки правой руки и ныло ухо, на которое я принял сдачу…

Хорошо! Не отвлекаюсь.

Мыкола – потому, что я живу в Украине. Мне шестнадцать лет, среднего роста, среднего сложения, шатен с серыми глазами. Таких много, да? Но в одном я отличаюсь от других. Я умею поднимать температуру ладоней рук. Немного, но достаточно, чтобы, при желании, сойти за больного. Подержал градусник в руке, и пожалуйста! Три дня лежу болею и над книжкою балдею! Во как! В рифму. Экспромт, однако.

В тот летний день, когда все началось, я сидел дома и решал дилемму. Учеба в выпускном классе уже закончилась, а выпускные экзамены еще не начались. Я попеременно смотрел то вправо, с тоской, на внушительную стопку книг и тетрадей, необходимую для сдачи выпускных экзаменов, то влево, с вожделением, на начатую книгу Иара Эльтерруса «Бремя императора». Иар победил. В конце-то концов, до начала экзаменов еще четыре дня. Я, конечно, не «ботан», хотя учился неплохо. Захватив книгу и подстилочку, я пошел на улицу почитать.

Наш городок находится неподалеку от «матери городов русских» – Киева. Метрах в ста от моего дома начинается лес. Вот туда-то я и направился. Есть там местечко. Мое личное, потайное. Шикарная поляна в окружении мощных дубов и стройных сосен. Добраться туда нелегко. Надо перемахнуть через пару оврагов и небольшой ручеек, текущий по дну одного из них. Мало кто туда забирался.

Разложив одеяло, служившее мне подстилкой, я с удовольствием рухнул на него и приготовился наслаждаться книгой. Не тут-то было! Муравьи. Большие, лесные, рыжие! Кусаются, что твои собаки! Ну и что, что у вас тут автострада? Впрочем, затевать боевые действия не стоит. Их много, я один! Ввиду численного превосходства пришлось срочно перебазироваться на другое место.

Почитав немного, я отвлекся. Как жаль, что в нашем мире нет магии! А вот что будет, если я поставлю одну ладонь над другой и попробую нагреть их одновременно?

Сказано – сделано!

Лучше бы я этого не затевал! Закрыв глаза для того, чтобы сосредоточиться, я начал нагревать ладони. Что-то припекает... Нет, определенно припекает! Я открыл глаза и увидел, что у меня между ладоней сформировался яркий оранжевый шарик. Вот он-то и припекал! Я, испугавшись, невольно сделал отталкивающий жест обеими ладонями. Шарик стремительно полетел через поляну, пересек ее и вонзился в ствол большого дуба. Пронзил его насквозь, и там, за дубом, громко бабахнуло!

Ё-моё!

Нет, конечно, мой словарный запас значительно больший, просто это выражение оказалось ближе всех. Я поднялся и на ватных ногах подошел к дубу. Зачем-то заглянул в дыру, оставленную этим странным шариком. Идеально ровное, круглое отверстие. Увидел свет в конце туннеля. Обошел дуб. Вид тот еще! Трава, листва и нижние ветви близ стоящих деревьев были обожжены и почернели. Несколько ветвей оказались сломаны. Хорошо еще, что не начался пожар! Что это было?..

– Так! Нарушаем? Несанкционированное магическое воздействие! – раздался за моей спиной хорошо поставленный мужской голос.– Ваша регистрация!

До чего же интересное дело – рефлексы! Не успел еще отзвучать строгий голос, как тело среагировало. Какая реакция может быть у школьника, услышавшего грозный тон директора школы? Правильно! Убежать. Бегаю я неплохо. Ноги сами собой, независимо от головы, пришли в движение в ритме чемпиона мира по спринту. Эх, какой рекорд пропал! Я с огромным удивлением понял, что гребу ногами на одном месте. Движения – ноль! А тут еще голос, в котором звучала явная насмешка:

– Не так быстро, молодой человек!

Поняв, что перебирать ногами бесполезно, я прекратил это занятие и обернулся на голос. Его обладатель, мужик средних лет, стоял, насмешливо наблюдая за мной голубыми глазами.

– Итак! Ваша регистрация! – повторил он.

– Какая регистрация? – слегка дрожащим голосом осведомился я.

Явная насмешка начала уступать место изумлению.

– Как это какая? Ты что, дикий?!

– А что, заметно? – вопросом на вопрос, ответил я.

Честно говоря, предположение мужика меня обидело. Что значит «дикий»? Кто это дикий? Я, что ли? Я что, под деревом в лесу живу? В шкурах убитых мною медведей дефилирую?

Мужик неожиданно взял меня за плечи и развернул к месту бабаха.

– Вот это! – показал он на дыру.– Или ты хочешь сказать, что это не твоих рук дело?

– Да я сам не знаю! Как-то так… И… Вот!.. А оно – бах!..– со свойственным мне красноречием изложил я.

Мужик еще раз поморщился:

– Понятно! Проморгали!

– Чего проморгали? – поинтересовался я.

– Не чего, а кого! – поправил меня незнакомец.– Тебя проморгали, милейший.

– Кто проморгал? – спросил я, совершенно перестав понимать происходящее.

– СР – служба розыска.

– Э-э-э…

– Зови меня Викентий Анатольевич,– разрешил мужик.

– Спасибо! – вырвалось у меня.– А кого разыскивают-то?

– Да вот таких, как ты, и разыскивают,– просветил меня Викентий,– только обычно находят в более нежном возрасте.

– Так все эти исчезновения детей…

– Это не мы! – резко прервал меня Викентий.– О наших действиях никто не знает!

– Да кто вы, собственно? – не выдержал я.

– СПМН! – торжественно объявил Викентий Анатольевич.

Во, блин! А это что за контора? Никогда не слышал.

– СПМН?

– Служба патрулирования магических нарушений.

Скажите мне, что сплю! СПМН! Надо же, что придумали. Он-то откуда здесь?

– А как вы здесь оказались?

– Был всплеск силы. Нехилый, кстати, всплеск!

– Где?

– Что – где?

– Ну всплеск.

– Да тут, чудило!

Викентий Анатольевич деловито взглянул на солнце, потом ухватил меня за руку:

– Пошли!

– Куда?

– На кудыкину гору. Надо тебя зарегистрировать, определить и все такое.

Ага! Счас!

– Не! Не надо! Мне, это... к экзаменам надо готовиться.

– Все, парень, ты влип! Кстати, как тебя зовут?

– Колян, то есть Коля… Николай. Но мне действительно надо готовиться!

– Ты что, не понял? Коля, ты теперь не принадлежишь этому миру. Ты теперь принадлежишь мирам магии, где все возможно, в пределах Дара и знаний, естественно.

Ого! Это он, пожалуй, загнул! Что значит «не принадлежу»?

– А как же мама, папа, брат?.. Да не хочу я!

– А вот это – уже поздно! Магическое действие произведено? Произведено! Зафиксировано? Зафиксировано! Поздно, Маша, пить боржоми! Почка уже того… Короче, отвалилась! Кстати, в нашем мире такие вредные для здоровья вещи, как отвал почки, невозможны. Наши целители, брат,– это – ого! И экология у нас значительно лучше!

Говоря это, Викентий Анатольевич шевелил руками, складывал как-то по-особенному пальцы. Мир начал мерцать и терять очертания.

– Что вы делаете? – уже откровенно запаниковал я.

– Перемещаюсь. Помолчи пока. Мне надо ключевое заклинание произнести.

Мир окончательно смазался. Стал молочно-белым. Потемнел. Посветлел. И мы оказались в кабинете. В обыкновенном, совсем не магическом кабинете. Стояло три стола с компами, три кресла, висели перекидные календари на стене, какой-то плакатик, который я от волнения не разглядел, и за столами сидели еще один мужик и молодая девушка.

– Э-э, о-о-о… – глубокомысленно заявил о своем прибытии я.

– А, нарушитель! – радостно пропела девушка.

Она была, пожалуй, красивая. Короткая стрижка придавала ей мальчишеский вид. Этакий Гаврош. Вот только речь ее мне что-то не очень понравилась:

– Ну теперь не обижайся! Сейчас мы тебя будем разделывать вдребезги и пополам!

Она встала из-за стола и приблизилась ко мне.

– А он еще молоденький! – и вдруг резко изменила тон: – Силы, значит, девать некуда! Ну ничего, мы тебе сейчас найдем точку приложения. Навек запомнишь!

Последнюю фразу она прошипела, как разъяренная кошка.

– Остынь, Маришка! – прошел к свободному столу и уселся в кресло Викентий Анатольевич.– Это дикий. Спонтанный выброс. Парень вдруг смог произвести магическое действие.

– То есть как это «дикий»? Что значит «дикий»?

Похоже, наступательный пыл этой самой Маришки переключился на другую цель. Правильно! Чего на меня накатывать? Я и так не очень хорошо себя чувствую! А если точнее, то очень нехорошо я себя чувствую!

– А служба розыска? Они что, совсем оборзели? Вик, пиши докладную! Это надо же, выброс второй степени, а они и ухом не шевелят! Пиши! – яростно заговорила Маришка.

– Ладно, разберемся,– задумчиво сказал Викентий.– Ты, парень, что можешь?

– Не знаю,– честно признался я.

Обстановочка складывалась нехорошая. Мне очень хотелось проснуться дома и обнаружить стопку книг и тетрадей, которые послужили причиной приснившегося мне кошмара.

– Ты что, до этого ни разу не пробовал? – усомнился Викентий.

– Нет,– и неожиданно у меня вырвалось: – Отпустите меня! Я больше не буду!

– Тебе сколько лет? – осведомился Викентий Анатольевич.

– Шестнадцать.

– Так чего ты как маленький – «не буду»? Пойми, ты произвел магическое действие! Все! Пути назад нет и не будет! Вот пройдешь процедуру оформления, пойдешь в школу…

– ОПЯТЬ В ШКОЛУ?!! – чуть не взвыл я. Ну ничего себе! Дырку в дереве сделал, а за это – в школу? Не хочу! Домой хочу! К маме! К обычной жизни!

– Успокойся! – мелодичным голосом вдруг заговорил молчавший до сих пор третий персонаж.– Это особая школа. Школа Боевой Магии, Чародейства и Целительства. Мы называем ее просто Школа. С большой буквы.

Я посмотрел на него. Очень правильное лицо, блондин, волосы до плеч. А это что такое? Уши! Уши остроконечные! Эльф?!! Вот это да! Правда, на Леголаса из «Властелина Колец» он непохож, но сомневаться не приходится: эльф. Настоящий!

– И с твоими родными и близкими все вопросы решим,– продолжал эльф.– Эти проблемы уже отработаны. Есть специальные группы зачистки. Все твои будут уверены, что тебя не было вообще.

Круто! Что значит – не было вообще?

– Как это не было? А шестнадцать лет кто был? А друзья? Соседи? А Наташка из второго подъезда? – Меня понесло.– И какое вы имеете право так поступать? А мои права? Может, я не хочу так! Я буду протестовать!

– Это пожалуйста! Протестуй не протестуй… – с улыбкой заявил Викентий Анатольевич.

Эта самая Маришка, прищурившись, рассматривала меня.

– Подождите, ребята! А как это он, ничего не зная, создал пульсар? Откуда заклинание взял? И потом, я что-то не вижу второго уровня, максимум четвертый!

Вот ведь язва! Все трое посмотрели на меня. Нехорошо посмотрели. Очень нехорошо!

– Так откуда заклинание, а? – мягким голосом спросил эльф.

Это он что, меня спрашивает?

– Какое заклинание? – озвучил свой вопрос я.– Никаких заклинаний я не знаю. Ладони нагрел, а этот шарик сам появился. Я испугался и вроде как оттолкнул его. А он как полетит, и в дуб… попал.

– Может, это не он? – засомневалась Маришка.– Без заклинания сделать пульсар?.. Не помню я, чтобы такое случалось.

– Может, при спонтанном выбросе уровень Дара бывает выше обычного? – нахмурил брови эльф.– Надо будет поинтересоваться.

– Так! Ладно! – подвел черту Викентий.– Люди, парня надо пока куда-то приткнуть. Я думаю, общага в Магире подойдет. Николай, сейчас я тебя устрою в общагу. Поживешь там, пока решаются все вопросы.

Он прихватил меня за руку, и мы покинули кабинет.

Выйдя вслед за Викентием Анатольевичем, я вырвал у него руку и в очередной раз остолбенел (что-то часто я попадаю в подобное состояние!). Мы вышли на крыльцо красивого особняка, стоящего среди леса.

У нас рядом с домом построили что-то вроде базы отдыха. В лесу расчистили место. Построили домики, красивое административное здание. Проложили асфальтовые дорожки. Подключили электричество. Ну и обнесли все это высоченным забором.

Так вот и здесь то же самое, только без забора. Над крылечком висел интересный такой фонарик «под старину». Перед нами была дорожка, посыпанная белым песочком.

– Ух ты! – вырвалось у меня.

– Что, нравится? – улыбнулся Викентий.– То ли еще будет! Я сообщу в Школу, чтобы они тебя забрали. Ну заодно уладят всякие формальности. Давай руку!

Ошарашенный, я безропотно протянул руку. Викентий ухватил меня за нее и потянул в неведомые дали. Пару шагов вправо – и мы уже где-то на вершине горы. Ясный день. Вокруг вздымаются заснеженные вершины. Холодный разреженный воздух врывается в легкие. Я закашлялся. Что за экстрим такой? Я в альпинисты не записывался! Еще пару шагов. Мы в пустыне. Дюны высокие, за такими наш пятиэтажный дом можно спрятать. Сильный ветер с песком сечет лицо. Температура как в сауне – градусов под пятьдесят. Еще три шага. Вечер. Песчаный пляж. Пальмы, или что-то похожее на них, склонились над тихой гладью моря, или над чем-то, похожим на море. Может, хватит? Мне тут больше нравится! Еще шаг. Мы снова в лесу. Вечер. Мы подошли к высокому терему. Я видел по телевизору, такие делают сейчас – под старину. Ну точно, под старину. Поднялись на крыльцо. Вошли внутрь. Ого! Стойка как в гостинице. Я один раз с отцом был в Киеве, и мы останавливались в гостинице «Колос». За стойкой… что-то непонятное. Какое-то существо. Явно не человек! Лохмы торчат в разные стороны, из середины этого выпирает нос и маленькие глазки. Существо флегматично наблюдало за нами, подперев свою, с позволения сказать, голову рукой. Викентий Анатольевич подошел к стойке и сказал:

– Силыч! Этого парня на ночь определи!

– Заявление, регистрацию, характеристику с места работы, характеристику с места предыдущего проживания,– захрипело существо.

– Ты где это бюрократии набрался, хмырь лесной? – удивленно осведомился Викентий.

– А как же, порядок должон быть! Как без порядку? – нахально заявил этот хмырь.

– Давно с начальством не общался? Могу устроить! Характеристики ему подавай! Новенький парень, еще только засветился.

– Ладноть, ладноть! Сразу начальство! Коль так, то поселю. Но только на одну ночь!

Существо поднялось и, вынув из застекленного шкафчика за спиной ключ, положило его на стойку.

– Пошли,– скомандовал Викентий, забирая со стойки ключ.

Я поплелся за ним, оглядываясь на оригинального портье.

– А кто это?

– Леший,– спокойно просветил меня Викентий.

– Кто?!

– У тебя проблемы со слухом? – обеспокоился Викентий.– Ты что, про леших не слышал? Можешь познакомиться. Самый натуральный леший, Силычем кличут. Раньше в лесу жил, как и остальные лешие. Потом сюда пришел. Получил под начало команду домовых. Теперь его никакими силами отсюда не вытащишь. Впрочем, тут он на месте, порядок блюдет, но иногда его заносит. Приходится на место ставить. Ага, вот она!

Викентий Анатольевич открыл комнату.

– Сейчас лучше ляг, отдохни! На улицу не ходи! Завтра утром за тобой кто-нибудь придет.

– Кто?

– Кто-нибудь из Школы. Надо же тебя определить.

Он что, думает уйти и меня одного оставить?

– Да не волнуйся! Одного тебя здесь не бросят! – как бы отвечая на мои мысли, сказал Викентий.– Я должен вернуться, служба!

Вы думаете, что я, по законам жанра, наплевав на просьбу Викентия, тут же отправился на поиски приключений? Ага! Счас!

Я сидел на кровати, уставившись в окно и ничего в нем не видя. Это что же получается? Весь привычный быт, отец, мать, братан, друзья – и всё, закончилось? Навсегда? Эмоции нахлынули так, что очень захотелось поискать в небе луну и от души на нее повыть. Неведомо куда отволокли. И здесь в этом неведомом оставили.

С другой стороны, сегодня узнал, что магия таки существует (век бы не узнавать!). Эльфа живого увидел. Читал, что они бессмертные. Ну это, по-моему, перегиб. Если бы они были бессмертными, то сейчас эльф на эльфе бы сидел да эльфом погонял. А это чудо в перьях, которое – леший Силыч, как будто из компьютерной анимашки свалился.

Я постепенно успокоился. Надо решить, как быть дальше. Ладно. Пока не я руковожу событиями, а они руководят мною. Это минус. Они меня еще не знают, они меня узнают! Недаром братья Бутенко гремят на всю школу и окружающие дворы. Нет, грань перехода на учет в детской комнате милиции мы не переходили, но кое-кому нервы здорово попортили. Взять хотя бы соседа Компостера с третьего этажа! Этот умник был недоволен, что мы играем в «слепака» в парадном! Ну мы ему дверь валерьянкой оросили. Откуда коты района узнали про это? Не знаю! Может, у них своя служба оповещения? После сегодняшних событий я уже ничему не удивлюсь.

Короче, мы с братом стояли на четвертом этаже и отбрасывали котов, лезущих вверх по «служебной» лестнице. У двери Компостера творилось неимоверное. Коты орали, дрались, лезли на стены и дверь. Компостер услышал, что за дверью творится что-то неладное, и пошел проверить. Этот олух не нашел ничего лучшего, как открыть дверь. Эта «пьяная лавочка» к нему в квартиру и заехала. Дальнейшее вы можете себе представить!!! Так что лучше с нами, то есть со мной, не ссориться.

Дальше. Я все-таки найду способ вернуться домой. Это дело принципа! Как? Пока не знаю. Уж больно далеко меня этот Викентий завел!

А вообще-то здесь интересно! Раз уж есть магия в этом мире и Дар есть у меня, то надо это дело хорошенько изучить. На будущее пригодится! Иметь это, можно сказать, оружие, будет не лишним.

Жизнь налаживается!

Я встал с кровати и подошел к окну. За окном был лес. Среди деревьев летали разноцветные маленькие огоньки. Спать не хотелось совершенно. Да, здесь вечер, но дома-то – день! Я открыл окно и уселся на подоконник.

Глава 2

Утром я был разбужен самым возмутительным образом. Кто-то рявкнул:

– Вставай, Колья Дикий! Я пришел!

Я лениво приоткрыл один глаз. Посреди комнаты торчал тип, как сейчас говорят, кавказской национальности, ростом под два метра, и смотрел на меня, явно рассчитывая на эффект своего рева. Зря он так рассчитывал.

– Ну пришел! Так что мне теперь, ямки копать? – лениво отозвался я.

– Какие ямки? Зачем ямки? – заволновался тип.– Я за тобой пришел.

За мной? Интересно. Это что, киднеппинг?

– А ты кто?

– Я Алим Хусейн ибн Хурды-Торнум! Младший преподаватель.

Ого! Вот это загнул. Стоп! Кажется, кто-то назвал меня диким?

– Так вот. Меня зовут Коля, а не Колья! А что касается дикого, то неизвестно еще, кто из нас дикий.

– Э-э-э! – протянул этот Алим.– Пока не зарегистрирован – дикий! Вставай!

– Куда вставай! Я же только заснул! – Я повернулся к стене с твердым намерением еще подремать пару часиков.

– Ну сам виноват! – услышал я его вздох.

Кровать, которая была столь надежна и мила моему телу, исчезла. Вернее, исчезла не кровать, а мое тело перестало ее ощущать. Я открыл глаза. Кровать вместе со стеной вдруг резко уехала в сторону, и я завис над полом. Края одеяла свисали по бокам.

– Эй! Ты что это делаешь, а? – завопил я, зажмуривая глаза и с обмиранием ожидая неминуемого падения на пол.

– Опустить? А?

Я приоткрыл один глаз и осмотрелся. Нет. Вишу, или висю. Короче, завис. Кажется, надо мной издеваются?

– Положи, где взял! – потребовал я.

– Э! Зачем кричать? Опусти ножки на пол, да!

Свирепея, я последовал указанию этого типа. Опустил ноги на холодный пол. Одеяло соскользнуло на него же. Покачнулся, но равновесие удержал! Алим Хусейн ибн кто-то откровенно скалился, довольный своей шуткой.

– Справился, да? А если я тебя сейчас пульсаром шарахну? – разозлился я. Поставил руки одну над другой. А смогу ли?

– Э! Пульсаром не надо! – Алим сделал какой-то жест. Вокруг него вспухло светло-зеленое прозрачное облачко и растаяло. Интересно.

– Защитный экран? – с деловым видом поинтересовался я.

– Защитный кокон,– поправил меня Алим.– Защитный экран – плоский, а кокон – объемный. Давай, Коля, собирайся. Действительно, нам надо уже идти.

Бурча, что даже на том свете покоя не найти, я всполоснул лицо из тазика, куда налил воды из кувшина, стоявшего в углу на тумбе. Вытерся полотенцем, висящим на спинке кровати. Оделся и, прихватив книгу, вслед за Алимом покинул помещение.

Мы вышли из терема. Силыча за стойкой не было. Там вообще никого не было! Алим с некоторым, на мой взгляд, напряжением щелкнул пальцами, и перед нами развернулся портал. Ну да, самый настоящий портал. Как их описывают писатели. Ярко-синяя рамка. Внутри рамки совершенно другой пейзаж, отличный от того, что нас окружал. Алим подтолкнул меня в спину и шагнул в портал вслед за мной.

Я с любопытством огляделся. Дорожка, на которой мы стояли, была не очень широкая. Она шла через лес. По сторонам, то здесь, то там, были видны домики. У домиков торчали столбики с фонариками. К каждому домику были прикреплены таблички с именем хозяина.

Мы двинулись по этой дорожке. Вопреки моим ожиданиям Алим больше меня за руку не хватал и через порталы не тащил. И то хлеб! Мы неспешно шли по дорожке и общались.

– Мне сказали, что придется здесь жить, а у меня ничего нет,– озабоченно проинформировал я Алима,– только книга да кое-какая мелочь по карманам, и всё. Если мне тут надо будет жить, где я могу получить все необходимое?

– Э. Не волнуйся, да! Студиозы получают форму и вещи бесплатно! Ну конечно, если там погулять или пойти в корчму, то нужны деньги. Стипендии обычно не хватает. Приходится выкручиваться, кто как может.

– Какие студиозы? Мне говорили, что это Школа.

– Школа – это название. А на самом деле это больше похоже на университет.

– У вас здесь все колдуны? – поинтересовался я.

– Да не колдуны! – поморщился Алим.– Маги! Темные и светлые маги. Я считаю, что у нас все, кто владеет Даром,– это маги. Но Даром владеют как раз не все. Нас, магов, не очень много. Еще меньше тех, кто владеет Даром сильным, выше третьего уровня. И две трети из них – темные.

Вот так так.

– Почему?

– Темная тропа дается легче. О конечной плате или не думают, или стараются не думать,– вздохнул Алим.– Думаю, что конечная плата будет очень большой!

– А у меня какая тропа?

– Вот это решать тебе! Ты можешь выбрать темный путь или светлый. Но когда выберешь – всё! Сойти с выбранного пути очень тяжело, практически невозможно.

М-да! Перспективочка та еще!

– А ты светлый?

– Да.

Я с удивлением отметил, что весь кавказский антураж Алима, которым он щеголял в начале встречи, исчез. Речь его была чистой, без акцента. Я спросил его и об этом.

– Я почувствовал, что ты ждешь именно такой речи,– улыбнулся Алим,– пошел тебе навстречу.

– Ты что, мысли читаешь? – испугался я.

– Нет, я чувствую эмоции. Я – эмпат.

Эмпат? Это что еще за зверь? Да, что-то он говорил про уровень Дара.

– А у тебя этот самый уровень Дара какой?

– У меня? Четвертый, усиленный.

– Что такое – усиленный?

– Ну как бы тебе объяснить? – Алим в раздумье пошевелил пальцами.– Иногда сильные маги делятся с кем-то своими силами. Резерв сил, таким образом, становится больше. Я могу использовать заклинания, на которые в обычном состоянии у меня сил не хватило бы.

Из-за очередного изгиба дорожки выплыло здание. Табличка на нем гласила: «Регистрация».

– Нам сюда,– заявил Алим, сворачивая к зданию.

Так вот она какая – регистрация. Сейчас меня тут как зарегистрируют, и привет, Митькой звали. Я поплелся за ним, чувствуя внутри неприятную слабость.

Мы вошли в небольшое фойе с тремя дверями, не считая входной. На них таблички: «Первичная регистрация», «Изменения статуса», «Регистрация нарушений». Ну естественно, Алим направился в «Первичную регистрацию». Куда же еще?

За столом, уставленным различными канцелярскими принадлежностями, восседал сурового вида дядька в строгом деловом костюме с галстуком и в очках. Рядом со столом стоял пюпитр, на котором лежала стопка бумаг, и из старомодной чернильницы торчало перо, по моему мнению выдранное из какой-то экзотической птицы типа павлина. Дядька заинтересованно листал газету, что-то бормоча себе под нос.

– Первичная регистрация,– известил Алим.– Здравствуйте!

Дядька поднял на нас глаза. В глазах мелькнуло узнавание. Значит, они знают друг друга.

– Здравствуйте, тан Алим! – подтвердил мои подозрения дядька.– Начнем?

Алим кивнул и подтолкнул меня вперед. Дядька поднялся из-за стола, открыл массивный сундук и вытащил какую-то каменюку. У каменюки была срезана и отшлифована одна сторона. Дядька направил каменюку на меня и сказал:

– Начинаем первичную регистрацию,– после чего покосился на перо. Я тоже покосился на перо. Перо отнеслось к этому индифферентно, то есть никак. Дядька прокашлялся и уже громче повторил предыдущую фразу, после чего снова посмотрел на перо. Я тоже посмотрел на перо. Перо и к этому отнеслось индифферентно, то есть никак. Дядька положил каменюку на стол, шагнул к пюпитру и вдруг шарахнул по нему кулаком.– Начинаем первичную регистрацию!!! – заорал он на перо. Я подпрыгнул от неожиданности, перо тоже, потом выскочило из чернильницы, уронило на пол пару капель чернил, после чего зависло над верхним листом из стопки. Дядька удовлетворенно вздохнул, взял каменюку и снова направил ее на меня. Я оторопело выдохнул. Порядочки тут, однако! – Бутенко Николай Петрович...

– Да, это я,– несмело сказал я.

– Это не вопрос, а утверждение! – сварливо сказал дядька. Перо заскрипело по бумаге, время от времени мокаясь в чернильницу. Класс! Я такое же хочу!

– Пол – мужской,– вынес вердикт дядька. Проницательный какой!

– А то это не видно! – ядовито заметил я.

– Не мешайте процессу! – последовало сердитое замечание.– Это не писать! – бросил дядька перу. Перо со скрипом зачеркнуло что-то на бумаге. Это что, свободу слова давят? Гады!

– Уровень Дара… – тут дядька начал особенно внимательно в меня всматриваться,– четыре.

Да он же не прав! Что было сказано во время моего пленения?

– Эй! А Викентий Анатольевич сказал, что у меня уровень два! – возмутился я.

– Не может быть два, если кристалл показывает четыре,– заявил дядька.

– Не волнуйся, Коля, – успокоил меня Алим. – У тебя это был спонтанный выброс силы, а при этом уровень может существенно подниматься.

– Зарегистрирован Кущиевской районной регистрацией,– торжественно закончил дядька, повернулся к пюпитру, выдернул верхний лист и бегло начал его прочитывать.– Экземпляр на бланке вчистовую! – приказал он перу. Перо снова зашуршало над новым листом, который вылетел из лотка и лег на пюпитр. Выхватив новый лист, дядька шагнул ко мне. Перо облегченно шмякнулось в чернильницу.– Протяни правую руку над листом,– потребовал он.

– А нужно? – поинтересовался я. Что-то не хотелось мне протягивать руку.

– Нужно! – категорически заявил этот местный бюрократ.

Я вытянул руку. С листа поднялся зеленоватый дымок и… втянулся в мою ладонь.

– Вы зарегистрированы,– торжественно провозгласил дядька.– Про ответственность за нарушения можете ознакомиться в отделе «Регистрации нарушений».

Этот тип утратил к нам интерес, спрятал листок в папочку, чистовой экземпляр отдал мне и снова уселся за стол.

Алим облегченно вздохнул и направился к выходу. Я, чуть помедлив, рассматривая ладонь, последовал за ним. Ладонь моя. Изменений не замечено, новых ощущений тоже.

– А теперь куда? – поинтересовался я, выйдя на дорожку.

– Теперь в Школу,– решительно заявил Алим.

– Тоже пешком?

– А ты имеешь что-то против? – насмешливо приподнял на меня бровь Алим.

– Да не так чтобы очень,– смешался я,– просто на дальние расстояния транспорт какой-нибудь не помешало бы. У вас что, нет такого понятия?

– Есть. Кареты и порталы. Правда, кареты за территорией нашего городка, а порталы – стационарны. Есть еще корабли и воздушные шары. Вроде бы всё. Да, еще, если умеешь левитировать, то можно пролететь какое-то расстояние.

– А, значит, отсюда мы можем только ножками?

– Да.– Алим вздохнул.– Навешивать портал – это искусство сильных магов. Не с моим четвертым уровнем, пусть даже и усиленным. Временный портал – действие первого уровня. Да и сил он отбирает немерено. Тан Горий, наш директор, после создания каждого портала отходил неделю, не меньше. А их же надо еще привязать к источнику энергии, для подпитки.

– А сюда мы же через портал попали? – изумился я.

– Это было одноразовое заклинание из амулета,– почему-то смутился Алим.

– А почему этот Горий сам не подпитается от этого источника?

– Напрямую? Да это невозможно! Попытавшийся сразу сгорит. Кстати, называй его тан Горий. Тан – это уважительное обращение к магу, как лэр – к дворянину.

– Ну ничего себе! У вас что, Средневековье? Дворяне есть? Вся власть у них в руках?

– Сейчас уже нет. Но дворяне есть, и их уважают. Есть король, и его уважают. Но все решения принимает Совет Магира. Его решения выполняют. Устройство власти ты будешь изучать в Школе. Тебе повезло, что ты попал к нам сейчас. В эту декаду мы набираем первый курс. Попал бы к нам в другое время – пришлось бы ждать.

– Декаду?

– Ты должен понимать, что единицы измерения у нас иные.

– А язык тот же?

– Язык разный… Как и у вас. Тан Горий говорит, что у нас вектор времени чуть-чуть смещен. В этой реальности есть много выходцев из вашей. Мы курируем вашу реальность. Если при рождении ребенка выявляется наличие Дара, то мы его изымаем и переправляем сюда. А команды зачистки делают так, что никто ничего не замечает.

– Ага! А как же я?

– Ты – другой случай. Дар не всегда проявляется сразу. Хотя, конечно, можно определить его наличие даже в зародыше. Тебя просто проморгали. И кто-то за это понесет ответственность. Уж Мари не упустит возможности насолить Смотрящим.

– Мари – это Маришка?

– Она самая! Смотри не назови ее так без ее разрешения! Она ведьмочка еще та. Потом долго и больно об этом будешь вспоминать, сидя на листочке кувшинки и ловя языком комаров.

– А почему вы у нас магов забираете?

– В вашей реальности, вернее, в твоей прежней реальности, ты ведь теперь принадлежишь нашей, очень плохо и вредно быть магически одаренным. Сожрут и не поморщатся. Туда запускают только магов со специальными полномочиями.

– Ага! Для того чтобы спереть очередного ребенка! – саркастически заметил я.

– Ну не только.

– Ну да! Амнезию всем остальным устроить!

– Амнезия, если мне не изменяет память…

– Это как раз когда тебе изменяет память!

– Ну тут не изменяют, тут заменяют память! А ты что-то зол!

Я зол? Я был не зол, я был в ярости!

– Не я к вам пришел, а вы за мной пришли и забрали сюда, не спрашивая моего согласия! Не я пришел зарегистрироваться, а меня привели под твоим конвоем и зарегистрировали, как вещь какую-то!

Я уже почти кричал на Алима. Алим выдержал паузу, внимательно и спокойно глядя на меня.

– Давай не будем кричать! – рассудительно попросил он.– Разберемся, и ты сам для себя все решишь.

– Ну давай разбираться,– после некоторого молчания согласился я. Вообще-то я человек не конфликтный, просто тут меня достало то, что не я управляю событиями, а они, события, управляют мной. Этим демаршем я спустил пар и теперь был готов выслушать то, что хотел сказать мне Алим.

– Ты хоть представляешь себе, что будет, если в реальности Земля определят мага? Я не стану тебе рассказывать о спецслужбах и методах, которые они используют. К сожалению, бывали случаи, когда в лапки спецслужб попадали наши. Что с ними делали, ты можешь догадаться сам. Вот и было решено, что на Землю нужно посылать специально подготовленных, сильных, умеющих и могущих действовать в экстремальных условиях магов. Были организованы органы, наблюдающие за реальностью Земля. Их задача – следить, чтобы не было случаев проявления магии, выявлять и эвакуировать людей, владеющих Даром, корректировать память тех, кто был свидетелем магических проявлений...

Алим прервался. Что-то изменилось! Он вдруг напрягся, глядя в направлении нашего движения. Там какое-то существо пересекало дорожку, я не мог понять какое – что-то типа крысы, вставшей на задние лапки и с узелком в передних.

– Стоять! – рявкнул Алим, резко выпрямляя руку в направлении существа. Мне показалось, что из его раскрытой ладони вырвался какой-то сгусток и мгновенно унесся в сторону существа. Существо замерло. Алим стремительно двинулся к нему. Мне ничего иного не оставалось, как припустить следом.

Я подбежал к Алиму, который, нахмурившись, рассматривал непонятное существо, одетое в непонятного происхождения шкурки. Ростом оно было примерно в полметра, с черной мордой, круглыми желтыми глазами с вертикальными, как у кошки, зрачками, маленьким носиком и широкой жабьей пастью. Существо уставилось в даль и, как мне показалось, даже не дышало. В одной лапке оно держало сверточек из лопуха. Я заглянул в сверточек. Там было три маленьких яичка, белых в синюю крапинку.

– Что это? – спросил я у Алима.

– Не что, а кто,– поправил меня Алим.– Если ты раньше не видел кикимору болотную, то можешь познакомиться сейчас.

Алим вытащил из кармана какой-то камень и начал, что-то бормоча себе под нос, тыкать в него пальцем. Потом приложил камень к уху.

– Ух ты!!! Мобила!!! – восхитился я.

Алим сделал мне знак помолчать и заговорил в камень:

– Говорит Алим Хусейн ибн Хурды-Торнум, младший преподаватель Школы. Ребятки, это вы Латное болото контролируете? – Тон Алима был опасно мягким. После некоторой паузы он заговорил уже другим тоном.– Так почему вы периметр не держите? Кикиморы по лесу как у себя дома разгуливают, птичьи гнезда разоряют! Быстро берите ноги в руки и на десятую версту! Или мне эту кикимору в Школу отнести и директору подарить?.. Не хотите?.. Жду!

Алим присел на траву около замершей кикиморы и сказал:

– Подождем этих ротозеев, потом пойдем. Тут уже недалеко.

Я присел рядом с Алимом и подумал: если мне еще предстоит здесь пробыть какое-то время, то нужно как можно больше узнать об этом мире. Сколько раз в прочитанных мною книгах герои, не зная окружающего их мира, попадали впросак. Судя по всему, Алим был не прочь скоротать время в ожидании «этих ротозеев» за беседой.

– Алим, а тут время течет не так, как на Земле?

– Правильно говорить – реальность Земля,– устраиваясь поудобнее, заметил Алим.– У нас сутки чуть-чуть короче, но этого хватает для того, чтобы тут прошел, к примеру, год, а в реальности Земля – месяцев одиннадцать. Но абсолютное время течет одинаково.

– Я видел тут эльфов. А другие разумные расы тут есть?

– Как правило, во многих реальностях, где есть жизнь, есть существа, есть и разнообразие разумных рас. Здесь у нас существуют еще дроу, гномы, гоблины, орки, встречаются даже иногда тролли. В других реальностях есть и еще много разных существ. Всех и не перечислишь.

– Когда меня сюда перетащили, я видел, что у вас есть компьютеры и другая техника, как это сочетается?

– Я сюда попал тоже из реальности Земля, но сразу после рождения,– вздохнул Алим.– Тан Ратий, который меня вытащил, потом взял меня в свою семью, что бывает крайне редко. Там, на Земле, существует стационарный пункт, где есть вся эта техника. Здесь электричества и компьютеров нет. Зачем? Есть магия. Она во многом заменяет все эти земные вещи.

– А скажи мне, там говорили, что пульсар – это второй уровень. Я читал, что пульсар – одно из самых простых заклинаний.

Алим некоторое время смотрел на меня, а потом расхохотался:

– Откуда вашим писателям может быть известно, что легко, а что тяжело? Ты знаешь, сколько энергии надо затратить на производство того или иного магического действия?

– Ну не знаю. Хотя я, к примеру, первое, что сделал, так это пульсар. Заклинания при этом я не знал!

– Вот это и есть загадка! Для производства магического действия нужны три составляющих: энергия, жест и слово. Если хоть чего-то не хватает, действия не будет!

– А ты умеешь делать пульсары?

– Коля, пульсары бывают разные. Есть поисковые, есть боевые и есть для освещения. Поисковые я сделать могу. Для освещения тоже. Но боевые – это выше моего уровня.

– Что меня ждет в Школе?

– Узнаешь. Обычно при поступлении определяют наличие Дара, специализацию и сторону.

– Какую сторону?

– Темный ты или светлый. Это очень важно для обучения.

– У вас войны между ними? – Я вспомнил «Дозоры» Лукьяненко.

– Между кем? – не понял Алим.

– Ну между светлыми и темными.

– Да нет. Каждый занимается своими делами. Конечно, если пересекаются интересы, то могут быть конфликты. Но они решаются на уровне самих магов при помощи магических дуэлей. Ты это все узнаешь потом. А вот и те, кого мы ждем!

Из-за поворота появилась пара контролеров. Их можно было принять за Пата и Паташона настолько они отличались друг от друга. Один – высокий, под стать Алиму, второй – низенький и бородатый, ростом едва ли до моей груди, скорее всего гном. Оба широкоплечие и хмурые. Ну это понятно! Сидели себе, никого не трогали, а тут – бац! Оказывается – прошляпили! И кто заметил? Преподаватель из Школы. Последствия этого для них были весьма туманны.

– Привет! – буркнул высокий.– Где кикимора?

– Привет! – ответил Алим.– У тебя как со зрением? Перед тобой что стоит и вдаль смотрит?

Гном молча подошел к кикиморе, сграбастал ее левой рукой и сунул себе под мышку.

– Слышь, препод, давай об этом никому не говорить, а? – предложил гном.– Потом как-нибудь сядем, поляну накроем.

– Да ладно,– усмехнулся Алим.– Бывает! Сочтем это рабочим моментом.

Сделав нам ручкой, высокий и гном с кикиморой под мышкой исчезли за поворотом. Я, оторопев, наблюдал проявление круговой поруки на уровне младшего магического персонала.

Глава 3

Алим, тяжело вздохнув, поднялся с травы, отряхнул брюки и, бросив мне:

– Пошли, Коля, а то уже поздновато… – пошел дальше по дорожке.

Я догнал его и пошел рядом. Вопросов у меня еще был вагон и маленькая тележка. Но Алим меня опередил:

– Запомни, в Школе для тебя и для других я – Алим Хусейн ибн Хурды-Торнум! Младший преподаватель. Изволь обращаться ко мне на «вы» и с должным уважением. Панибратство у нас не приветствуется. Наедине все по-прежнему.

– А почему наедине по-прежнему?

– Ну ты же мой земляк. И вообще как-то так сложилось, что не с кем поговорить вот так, запросто. Не возражаешь?

– Нет, конечно! – Для меня признание Алима было несколько неожиданным.

Тем временем мы поднялись на холм, и передо мной открылся захватывающий вид на опушку леса и поле за ней. На расстоянии нескольких километров (я в дальнейшем буду использовать привычные единицы измерения, так как и сам не совсем разбираюсь в местных) расположился прелестный городок. В основном он состоял из одноэтажных зданий, но встречались и двух– и трехэтажные. На крышах некоторых домов даже отсюда видны были флюгера. В центре располагался огромный замок с крепостной стеной. А от леса город был огорожен забором из кованых металлических решеток. В общем, типичный средневековый городок. По крайней мере, типичный для тех, кто читает соответствующую литературу.

От городка тянулась ровная, широкая дорога, вымощенная небольшими каменными брусками, тщательно пригнанными друг к другу. Наша дорожка, кстати тоже вымощенная подобным образом, вливалась в эту широкую дорогу, как маленький ручеек в широкую реку. Сразу за городскими воротами дорога изгибалась и вела к комплексу зданий, которые я бы назвал современными. Именно туда и направился Алим со мной, настороженным, в качестве хвостика.

На левом от центра здании висел плакат, вызвавший во мне чувство «дежавю». Точно такой же я видел в Киеве, куда ездил на день открытых дверей Политеха. «Приемная комиссия» – значилось на этом плакате. У входа толпилась кучка юношей и девушек, человек двадцать. Именно туда я и был направлен легким толчком мощной длани Алима.

Я приблизился к группе и остановился, не зная, что делать дальше. Подошел Алим и, грозно нахмурив брови, поднялся на крыльцо. Отец родной! Он развернулся к нам. О! Это был уже на Алим, а Алим Хусейн и так далее.

– Слушать сюда! – рявкнул он командирским голосом и окинул орлиным взглядом нашу нестройную толпу.– Сейчас состоится проверка, способны ли вы к магии, а если способны, то к какой. Следуйте за мной!

Он развернулся и прошел в дверь. Мы двинулись за ним. Вошли в большой вестибюль. Справа стоял столик, за которым восседала строгая пожилая женщина в очках. Перед ней я увидел уже знакомый пюпитр с чернильницей и торчащим из нее пером и кристалл, похожий на тот, который был в регистратуре.

– Заходите в эту дверь! – говорил тем временем Алим.– Если вы ничего не увидите, то разворачивайтесь и выходите. Это означает, что способностей к магии у вас нет. Если же увидите табличку какого-нибудь цвета, то подходите к ней и берете кольцо, лежащее под табличкой. После этого выходите и подходите к нашему секретарю танессе Валеа. Далее она займется вами. Если вы увидите две таблички разного цвета, то сначала подходите к той, что светится более ярко, потом к той, что светится послабее. Проверка начинается! – С этими словами Алим шагнул в сторону, открывая дверь, в которую каждому из нас предстояло войти.

Первым, решительно наклонив голову, вошел парень атлетического сложения. Дальше для меня все было как в тумане, видимо потому, что очень волновался: а вдруг никаких магических способностей у меня на самом деле нет? Войду в дверь и ничего не увижу?

Претенденты один за другим через каждые пять минут входили в дверь. Одни выходили, счастливо улыбаясь, другие с печальными лицами. Одна девушка вынесла два кольца – зеленое и голубое. Зеленое так и полыхало изумрудом. Голубое светилось еле-еле. Но это не смутило Алима. Радостно улыбаясь, он подхватил девушку под руку и лично повел ее к танессе, нежно воркуя и жестикулируя свободной рукой.

– Да! Два кольца – это редкий случай,– сказал стоящий рядом со мной смуглый парень.

У него были темные, почти черные глаза. Он старался постоянно улыбаться и выглядеть беззаботно, хотя было видно, что он тоже очень волнуется.

– А что в этом редкого? – спросил я и почувствовал, как дрожит мой голос. НЕТ! Так дело не пойдет! Я смогу! Глубокий вдох и медленный выдох.

– Два кольца могут взять в основном выходцы из реальности Земля. Для уроженцев нашей реальности это редкий случай,– пояснил мне парень и направился к двери. Подошла его очередь.

За ним собрался идти я.

Алим распахнул дверь, и из нее вышел тот смуглый парень. Он широко улыбался уже не деланой, а естественной улыбкой. В руке он сжимал красное кольцо. Я собрался с духом и шагнул вперед.

Внутри царил полумрак. Сначала я ничего не увидел. Мелькнула паническая мысль: «Ну все! Картина Репина «Приплыли»! Но вдруг, о чудо! Засветилась чуть-чуть левее меня зеленая табличка. Нет, одновременно с ней загорелись и остальные. Все четыре таблички горели ярко. Вот так номер! А какое же кольцо брать первым? Беру все. Откуда я знаю, что это означает. Может, Алим расскажет.

Таким образом, загруженный четырьмя кольцами, успокоенный и удовлетворенный, я вывалился из двери на всеобщее обозрение. Если у меня было тщеславие, а, чего греха таить, оно у меня было, то в этот момент оно было полностью удовлетворено! Увидеть приоткрытый от изумления рот Алима и абсолютно круглые глаза абитуриентов – это было что-то! Но больше всего мне запомнился вид танессы Валеа. Очки у нее сползли на нос, глаза поднялись выше бровей. На уровне лица, над листом бумаги, подпрыгивало в воздухе перо. При каждом рывке вверх с кончика пера капала капля чернил. Так что ритм был такой: три рывка, чмок в чернильницу, три рывка и так далее. Немая пауза. Потом Алим, возвратив челюсть на место, прокашлялся:

– Коля, подойдите к столу!

Я подошел.

– Какая табличка светилась ярче?

– Все светились одинаково,– сказал я.

Да, рояль в кустах! Но до чего же приятно, когда рояль по твою душу! Но что-то в глазах Алима не видно большого восхищения мной. Более того, я вижу там жалость ко мне.

– Что-то не так? – спросил я.

– Да. Это бывает редко. Крайне редко. Дар у тебя есть, но направление своего совершенствования он предлагает выбрать тебе самому. Как я понимаю, сам ты выбрать не можешь – на данном этапе, во всяком случае. Следовательно, тебя мы будем гонять по всем направлениям.

Улыбка Алима была злорадной. Ох, чувствую, что я его не очень хорошо знаю. Боюсь, он участник группы садистов-любителей.

Глаза танессы вернулись на место. Рояль рассыпался. Струны – отдельно, клавиши – отдельно, причем все клавиши были черного цвета. Танесса Валеа взяла свой кристалл и начала меня рассматривать через него, что-то бубня себе под нос. Перо резво запорхало над новым чистым листом.

– Ничего, Коля. Для четвертого уровня это, конечно, тяжело, но … – начал было Алим.

– Третьего! – вдруг вмешалась танесса. М-гм, возможно, не все клавиши были черны.

– Как третьего? – вскинулся Алим.– При регистрации его Дар был определен как четвертый!

– Тан Алим! – холодно сказала Валеа.– Я когда-нибудь при определении уровня Дара ошибалась? Прошу прощения, танесса! – Алим, осознав свою ошибку, виновато улыбнулся:– Вы никогда не ошибались.

– Внимание! – Алим обратился к тем, кто остался в холле.– Прошу всех разбиться на пары. Занятия начнутся через шесть дней. Сейчас я проведу вас в жилой сектор и расселю по домикам. Зеленые – мужские, желтые – женские. Потом возможны переселения, но не раньше, чем через декаду. Столовая – в комплексе, здание номер четыре. В домиках есть все предметы первой необходимости. Форма и учебники будут выданы накануне занятий. Кто не имеет возможности приобрести одежду,– при этом Алим многозначительно взглянул на меня,– может получить немного денег авансом из стипендии.

Я стоял рядом со столом и завороженно смотрел, как медленно растворяются цветные кружки, принесенные мной. Ко мне подошел тот самый смуглый парень.

– Не возражаешь, если мы с тобой составим пару? – Он весело мне подмигнул, когда я поднял на него глаза.– Меня зовут Тимон ад Зулор, а тебя?

– Коля, Николай Петрович Бутенко,– отрекомендовался я.

– Меня можно просто Тимон.

– А меня – Коля.

– Я услышал, что у тебя третий уровень. Ты будешь сильным магом.

– Да из меня сильный маг, как из тебя дворянин.

– А я и есть дворянин,– невозмутимо произнес Тимон.

– Ты – дворянин? – удивился я.– Я думал, что дворяне не увлекаются магией.

– Это старшие сыновья не увлекаются, а я – младший. У меня ничего, кроме имени, нет. Но я – дворянин, а ты – сильный маг,– рассмеялся Тимон.– Пошли, Коля!

Алим шел впереди и громогласно вещал. Наше маленькое стадо из девяти человек топало за ним и внимало ему.

– Студиозы проживают на территории городка магии. В лесу расположено шесть зон, в каждой из которых находится по тридцать пять домиков. Окраска домиков может меняться в зависимости от количества студиозов того или иного пола. Мы планируем набрать курс в пятьдесят – пятьдесят пять человек. Конечно, год на год не приходится. Бывает больше, бывает меньше. Ваша зона имеет номер четыре. Вот мы и пришли. Разбирайте свободные домики по парам. Коля, подойди ко мне.

Я подошел к Алиму.

– Так! Чтобы одеться, тебе будет достаточно трех золотых. Я их тебе одолжу. Стипендия – тридцать золотых. Когда получишь – отдашь долг. Впрочем, с этим я тебя не тороплю. Завтра сходи в город, подыщи себе одежду по нраву. Вы, молодой человек! – обратился Алим к Тимону.

– Тимон ад Зулор,– представился Тимон.

– Вы дворянин? – удивился Алим.– Это редкое явление!

– Младший сын Ареля ад Зулора.

– Тогда понятно,– кивнул Алим.– Но и среди младших сыновей не много имеющих Дар!

– Сам удивляюсь! – плутовато усмехнулся Тимон.

– Вы не откажете в любезности сопроводить этого молодого человека завтра в город?

– Нет проблемы, тан Алим!

– Благодарю вас! – Алим порылся в кармане и достал оттуда горсть монет. Отобрал три и протянул мне. Я, понимая, что отказываться глупо, их взял и засунул в задний карман своих джинсов.– Теперь можете выбрать себе домик.

Мы с Тимоном обозрели окрестности. Мне приглянулся зеленый домик, стоящий на пригорке под высоким раскидистым дубом. Я толкнул Тимона в бок локтем и на его вопросительный взгляд кивнул в сторону понравившегося мне домика. Тимон, прищурившись, осмотрел его и, соглашаясь со мной, кивнул. Он решительно направился к этому домику. Я, следуя за ним, обратил внимание, что недалеко от облюбованного нами домика стоит другой, желтый, видимо, уже заселенный. Дверь желтого домика была открыта, как и окошко. Проем двери закрывала легкая портьера, слегка колышущаяся от сквозняка. На окне висели занавески из той же ткани.

– Это хорошо, что рядом будут девушки,– заметил Тимон.

– И чего в этом хорошего? – спросил я.

Вообще-то с девушками у меня почему-то напряг. Если в компании ребят я был как рыба в воде, умел рассказать, сострить, пошутить и достойно ответить на шутку в мой адрес, то стоило появиться в поле зрения девушке, особенно симпатичной, и все менялось. Я краснел по поводу и без, мычал что-то нечленораздельное, становился неуклюжим. Мне постоянно казалось, что все, особенно девушки, втихомолку надо мной смеются. Поэтому после нескольких неудачных попыток я старался держаться от девушек подальше и, скрывая интерес к противоположному полу, изображал гордое презрение к воздыханиям, любви и романтическим свиданиям.

– У девушек всегда найдется чем поживиться,– поучительно, тоном опытного ловеласа изрек Тимон,– с ними лучше поддерживать хорошие отношения. Наверняка по случаю удачного поступления будет вечеринка. Станцуем с ними пару танцев, поболтаем о том, какие мы хорошие, выпьем по бокалу вина. Потом, в порядке взаимовыручки, и будем живиться.

– Я не умею танцевать,– сухо сказал я.

– Не умеешь танцевать? – изумленно спросил Тимон.– Ты же с реальности Земля?

– Да.

– Всех тех, кого забирают из этой реальности, за редкими исключениями, воспитывают по «правилам магических претендентов». А это предполагает и обучение танцам. У тебя какая семья была?

– Какая? Обыкновенная – папа, мама, брат…

– Тебя что, с семьей забрали?

– Меня самого забрали, вчера… – На меня вдруг нахлынула острая тоска по семье. В глазах защипало, к горлу подкатил ком, мешая говорить. Я, стесняясь недостойных настоящего мужчины слез, быстро вытер глаза рукой. На плечо мне мягко легла рука Тимона.

– Прости! Я не знал. Наверное, мне трудно понять тебя. Я все время был в семье. И могу увидеться с ними в любой момент. Не печалься! Все будет хорошо!

– Да. Надеюсь. Пошли, что ли, селиться.– Я потопал к дому.

Небольшая веранда, дверь, комната на двоих. Две кровати, два стола, два шкафа, четыре стула и старомодный светильник на потолке. Обстановка, конечно, спартанская. Ни тебе телевизора, ни компа. Тимон сразу плюхнулся на кровать у окна.

– Это – моя! – заявил он.– Ты, кстати, тоже можешь выбрать себе кровать.

Тимон сделал широкий взмах рукой. Я обозрел окрестности, но запасных кроватей поблизости не обнаружил.

– Из чего?

– А я откуда знаю,– беспечно бросил Тимон,– главное – демократия соблюдена. У тебя есть выбор.

– Какой выбор? – возмутился я.

– Выбирать эту кровать или нет.

– А если нет?

– Спи на полу,– невозмутимо ответил он, старательно поправляя подушку под головой.– Ты, кстати, решил, по какому направлению будешь специализироваться?

– Ах да, я еще над этим не думал,– присел я на свою кровать.– А ты?

– У меня все просто. Красное кольцо, пятый уровень Дара – боевая магия! А тебе, брат, предстоит решать и мучиться, правильное решение или нет,– злорадно заявил Тимон.

– И это называется друг! – укоризненно пожаловался я потолку.– Он, понимаешь, будет весь такой из себя боевой, красивый и во всем белом, а я мучайся.

– Слушай! А давай и ты в боевые, а? – загорелся Тимон.– Ну подумай сам. Зеленый, природа – это травки собирать, зелья варить. Магия там нужна только для того, чтобы зелья такие, как надо, получились. Голубой, жизнь – это целительство. Раненых и больных лечить. Брр! Желтый, бытовой – это вообще балаганные фокусы. Хотя… Иногда это тоже нужно.

– А боевая? – поинтересовался я.– По головам врагом молниями лупить?

– Не только молниями. Между прочим, боевым магам надо и по другим направлениям магии быть в курсе. И целительство знать, и бытовую магию – приготовить там для себя покушать, и природную – создать себе нормальные условия в походе. Это комплекс знаний и умений. Самая сложная, между прочим, и самая почетная специализация. И, что немаловажно, очень хорошо оплачиваемая.

Вообще-то я и сам склонялся к решению стать боевым магом. Все-таки это как-то звучит более привлекательно для мужского уха. Алим сказал, что меня будут гонять по всем направлениям магии. Так для боевой магии все направления и нужны. Ну например, зачем для целительства умение угрохать противника в максимально сжатые сроки и с максимальной эффективностью? Или зачем в бытовой магии умение лечить какую-нибудь рану, нанесенную каменюкой при осаде крепости?

Пока я размышлял, Тимон пялился в окно. Вдруг он подскочил:

– ОГО!!!

Я оглянулся на него. Тимон застыл столбиком, высматривая что-то в окне. Я поднялся, подошел к нему и тоже выглянул в окно.

Мама родная! Если есть на свете совершенство, то вот оно! Стройная, прекрасная, белые волосы легким облаком окутывали головку и струились вниз до талии. Глаза вполлица, ярко-синие.

– Тимон, ущипни меня, я сплю и вижу дивный сон. Кто это?

Тимон рывком оттащил меня от окна, приблизился к моему уху и шепотом сказал:

– Эльфийка.

– А почему шепотом? – невольно перешел на шепот и я.

– Потому что слух у них феноменальный! – продолжал шептать Тимон.– Я не уверен, что и сейчас она нас не услышит.

– И чем же ты будешь у нее живиться? – язвительно спросил я.– Прокатил пару раз на трамвае, и твоя? – Цитата из Жванецкого?

– Трамван? Это что?

– Неважно, в нашем случае можно сказать, в карете. Отвечай на вопрос! – яростным шепотом сказал я, притянув Тимона к себе за грудки.– Как мы теперь между собой общаться будем? Как глухонемые?

– Поставим полог неслышимости и будем общаться нормально,– выдираясь из моих рук, сказал Тимон.

– Ты умеешь ставить этот полог? – сердито спросил я.

– Я – нет. А Леандер – да.

– Кто такой Леандер?

– Наш маг-бытовик,– дал разъяснение Тимон.

– ???

– Ну мой отец пользуется его услугами, платит, конечно,– объяснил Тимон,– завтра зайдем к моим, и я его попрошу установить полог у нас в домике.

Глава 4

Утро встретило меня всем тем, чем может встретить утро в летнем лесу погожим днем. Хор птичьих голосов, шум ветра в кронах деревьев, далекие голоса людей. Я открыл глаза. Снопы солнечного света врывались в открытое окно. Что самое удивительное, мой организм чувствовал себя удивительно уютно в реальности Магира.

Я повернул голову и посмотрел на сладко посапывающего Тимона. Так! Это непорядок! Как кто-то может спать, когда я уже проснулся? Прицельно брошенная подушка попала точно в цель. Дальше последовали идиоматические выражения, не поддающиеся переводу. Тимон красочно описал всю мою родословную и все извращения, коим я предавался за свою пусть и недолгую, но на удивление насыщенную жизнь. На мое резонное замечание о необходимости подъема он ответил не менее красочным описанием мест, по которым мне следовало бы прогуляться. Ай-ай-ай! И это дворянин! Я неспешно встал, подошел к двери, возле которой стоял бак с водой, и кружкой, захваченной со стола, зачерпнул водички. Ну дальше вы понимаете! Мокрый Тимон разъяренно и старательно изображал пляску охотников за головами вокруг дуба, в кроне которого уютно примостился я. Сколь долго Тимон будет предаваться утренней разминке, меня, собственно, не интересовало. Дуб был большой, и места мне хватало. Я могу и подождать, пока наш кровожадный Тимон выдохнется.

– Слазь оттуда! – потребовал Тимон.

– Не слезу. Мне и тут хорошо,– ответствовал я со своего места.– И потом, ты мне столько всего там, внизу, приготовил, что одной десятой хватит, чтобы от меня не осталось и мокрого места.

– Ладно, слазь! Ничего я тебе не сделаю.

Посмеиваясь, я начал спуск. Спрыгнул с нижней ветки, обернулся и… наткнулся на взгляд огромных синих глаз.

– Привет, мальчики! А чем это вы тут занимались?

Я с тоской понял, что впадаю в свое обычное состояние: «поведение рядом с красивой девочкой». С надеждой взглянул на Тимона. Так, похоже, он тоже не в том состоянии! Значит, отдуваться все-таки придется мне.

– Мы... Тут... Это... Ну…

– Тренировались… – закончил информативную часть Тимон.

– Ой! Как интересно! А что вы тренировали? – Девушка улыбнулась.

– Эвакуацию при наводнении,– вырвалось у меня. Ну что я мог еще придумать?

– При каком наводнении? – Синие глаза удивленно округлились.– В лесу?

– Пока наводнения нет,– очнулся Тимон,– но с нашим появлением здесь может произойти что угодно. Разрешите представиться – Тимон ад Зулор, младший сын графа Ареля ад Зулора. А этот молодой невежа Коля…

– Николай Петрович Бутенко,– отрекомендовался я, недовольный комментарием Тимона, бросая на него убийственный взгляд.– И совсем я не невежа!

– Гариэль Отолариэ,– своим чарующим голоском представилась эльфийка.– Я вчера заметила, что у нас появились соседи, но решила вас не беспокоить в первый день.

– Ох! – даже задохнулся Тимон.– Ваше высочество!

Что? «Ваше высочество»? Это что, принцесса? Притом эльфийская, судя по аккуратным заостренным ушкам. И она стоит и так запросто с нами разговаривает? Мое сознание, начавшее было возвращаться в нормальное состояние, снова ушло куда-то в астрал.

– Ну что вы! Какое беспокойство? Для нас большая честь познакомиться с дочерью Хранящего Свет! – заливался соловьем Тимон.

Я с некоторой завистью смотрел на него. Это ж надо так уметь говорить в присутствии прекрасной девушки! А что значит «Хранящий Свет»?

– Моя подруга сейчас пошла на завтрак, но, как только она вернется, я ее вам представлю,– снова улыбнулась Гариэль.

Нет! Если она таким голосом говорит, то каким голосом она поет?

– Ваше высочество, мы, к сожалению, вынуждены сейчас отправиться по делам. Может, вечером?

– Не надо ко мне обращаться по титулу. Я – младшая дочь и здесь не афиширую свою принадлежность к Светлому лесу. Хорошо. Вечером я приглашаю вас к нам в домик с неофициальным визитом.

– Это же надо! Дочь самого Хранящего Свет! Здесь! – Тимон мерил шагами комнату.– Почему? Магия Светлого леса – древнейшая магия Магира! Хотя наша Школа и лучшая на Магире, но наши маги их магам в подметки не годятся! Разве что магистр Горий. Но он совершенствовался в магии именно в Светлом лесу.

– Ты долго еще будешь ходить? – не выдержал я.– Вот вечером и спросишь.

– Вот так взять и спросить? – недоверчиво уставился на меня Тимон.

– Вот так взять и спросить! – непререкаемым тоном ответил я.– Ты не забыл, что нам еще предстоит решить некоторые вопросы в городе?

– Да-да. Ты прав! – Тимон начал торопливо одеваться.– Пошли скорее! Сначала нанесем визит ко мне домой. Я заберу вещи и познакомлю тебя с моими родными. Да, надо еще попросить тана Леандера установить полог неслышимости. Потом пойдем на рынок, купим тебе необходимые вещи.

Мы вышли из домика. Тимон закрыл дверь и приложил руку к прямоугольнику рядом с дверью.

– Теперь ты приложи,– попросил он.

– Зачем? – не понял я.

– Мы хозяева этого дома. Он будет впускать только нас и никого более без нашего разрешения. Когда мы таким образом закрываем двери, на домике появляется знак, что домик занят, но хозяев нет.

Мы вышли на площадь перед Школой. Невдалеке стояло несколько карет с откидным верхом. Тимон махнул рукой. Тотчас одна из карет тронулась и подкатила к нам.

– Добрый день, благородные таны! Старый Хартоп доставит вас в любое место, куда благородные таны пожелают! – Кучер подобострастно улыбнулся нам с передней скамьи.

Тимон взобрался в карету, вальяжно развалился на сиденье и махнул мне рукой, предлагая последовать его примеру.

– К особняку графа ад Зулора! – распорядился он.

– Будет исполнено, благородный тан! – откликнулся кучер и щелкнул поводьями, понукая лошадь.

Карета плавно тронулась и, набирая ход, направилась в сторону города. Я наслаждался плавностью хода. Наши дороги (в реальности Земля) не шли ни в какое сравнение с местными. Вскоре по сторонам замелькали аккуратные домики с красивыми газонами у дверей. Далее последовали особняки, окруженные ажурными оградами с разными затейливыми фигурками на столбиках. Я с большим интересом рассматривал проносящиеся по сторонам образцы архитектуры. Так непохоже на то, к чему привыкли мы на Земле.

Через некоторое время экипаж остановился у особняка, напоминающего американскую виллу, подвергшуюся преобразованию под старину, но не особенно преуспевшую в этом.

Тимон бросил кучеру монету и ловко выпрыгнул из кареты. Я постарался выпрыгнуть не менее ловко, но опыта у меня не было, поэтому, не обними я попавшийся мне по пути фонарный столбик, я бы очень ловко пропахал носом тротуар.

– Ты как? – спросил подбежавший с другой стороны кареты Тимон.

– Живой,– честно признался я и отлепился от столбика.

– Здравствуй, дом! – высокопарно провозгласил Тимон и дернул за цепочку у калитки в заборе.

Я услышал тихий звон. Дверь особняка тут же открылась, как будто в особняке ждали нашего приезда, и на крыльцо выплыл благообразный субъект в мундире.

Интересно, откуда берутся дворецкие? У меня такое впечатление, что это отдельная раса, которую выращивают где-то подальше от всех и воспитывают тоже где-то подальше от всех. Их умение выглядеть невозмутимо при любых обстоятельствах вызывает у меня изумление. Этот образчик невозмутимо поздоровался, спросил у Тимона, как меня зовут, повернулся кругом и размеренно направился в глубь дома, не выражая никаких чувств в связи с нашим приездом. Распахнув дверь залы и войдя на пару шагов внутрь, он громогласно объявил:

– Лэр Тимон ад Зулор и лэр Коля ад Бут!

Тимон, придав лицу выражение, соответствующее, по его мнению, лэру Тимону ад Зулору, шагнул вперед. Я последовал вслед за ним, безуспешно пытаясь придать своему лицу хотя бы слегка похожее выражение.

За большим столом, уставленным всякими яствами, окруженным слугами, сидели несколько человек. Во главе стола возвышался представительный мужчина, видимо глава семейства. Его лицо было настолько похоже на лицо Тимона, что не вызывало сомнений – это его отец. По правую руку от него находилась изящная дама в возрасте. Ее глаза с любовью смотрели на моего товарища. По левую руку от отца сидел молодой человек, с интересом смотрящий на нас, похоже брат. За столом также присутствовали две девчонки и пожилой мужчина.

– Ну сын! Чем можешь обрадовать нас? – громыхнул граф.

– Я поступил в Школу, отец,– с достоинством сказал Тимон.– Буду учиться на факультете боевой магии.

При этих словах пожилой мужчина одобрительно кивнул и пару раз неслышно хлопнул в ладоши. Граф сделал движение, и слуга тут же подскочил к нему и отодвинул стул. Граф поднялся и, подойдя к нам, обнял сына за плечи.

– Я очень рад это слышать! – с чувством сказал он.– Теперь я спокоен за тебя. Я верю, что ты с честью пронесешь имя ад Зулора. Познакомь нас с твоим товарищем.

– Это мой друг лэр Коля ад Бут. Я с ним познакомился на вступительных испытаниях. Мы будем с ним жить в одном домике.

– Вы из благородной семьи? – осведомился граф.

Тимон за его спиной делал мне какие-то знаки, лицом и мимикой прося меня изобразить из себя благородного. Я решил пойти ему навстречу.

– У нас, в реальности Земля, не придают этому особого значения, ваше сиятельство, но наша семья ведет свое начало от благородных Бутов,– я на секунду замешкался и добавил: – Баронов Бутов.

– Я очень рад! – воскликнул граф.– Наконец-то мой сын подружился с благородным человеком, а то якшается со всякой чернью!

– Но, папа! – простонал Тимон.

– Что папа? – возмущенно повернулся к сыну граф.– Наш род в Атласной книге повыше всяких прочих записан!

– Арель, успокойся! – вмешалась женщина.– Что о нас подумает наш гость? – Она приветливо улыбнулась мне.– Может быть, вы позавтракаете с нами?

Только этого мне и не хватало! Я взглянул на столовые приборы, и мне стало тоскливо. Там было такое количество предметов, что я понял – мне не светит! Нет, конечно, я знал, что есть правила хорошего тона, в которых описано, что чем запивают и что чем берут. Но из всего этого я знал, что нож держат в правой руке, а вилку в левой. И потом, насколько правила хорошего тона Земли соответствуют местным? В состоянии, близком к панике, я взглянул на Тимона. Тот, видимо, уже просчитал ситуацию.

– Благодарю, мама, но мы уже позавтракали в столовой Школы. Сейчас нам нужно отправиться в город по делам. Сюда я зашел для того, чтобы сказать, что я поступил в Школу.

Тем временем уже все семейство Тимона вышло из-за стола и окружило нас. Девчонки начали весело теребить брата. Молодой человек подошел ко мне и представился:

– Арон ад Зулор. Рад знакомству! – Потом он повернулся к Тимону.– Честно говоря, я завидую тебе, братишка! Твое обучение будет гораздо интереснее моего.

– Но гораздо и опаснее,– добавил подошедший пожилой мужчина.

Я понял, что это и есть тан Леандер, маг-бытовик семейства ад Зулор.

– О, тан Леандер! У меня к вам будет небольшая просьба,– сказал Тимон.– Не могли бы вы заехать к нам и установить полог неслышимости над нашим домиком?

– Но зачем? – удивился тан Леандер.

– У нас соседи обладают очень острым слухом. Не хотелось бы, чтобы они слышали наши разговоры,– пояснил Тимон.

– Но для этого надо сидеть под окошком и слушать ваши разговоры,– улыбнулся тан Леандер.

– Эльфийке, нашей соседке, как вы понимаете, совсем не нужно сидеть под окошком, чтобы услышать наши разговоры.

– Тимон, ты что, позволяешь себе в присутствии дамы непочтительные слова в ее адрес? – Отец Тимона, до этого о чем-то беседовавший с матерью, грозно смотрел на сына.

– Нет, папа. Просто не хочется, чтобы кто-то, пусть и невольно, слышал наши с Колей беседы.

– Тимон, я не буду к вам приезжать,– сказал тан Леандер,– тем более что потом установленный полог надо будет ежедневно подпитывать. Мы можем сделать лучше. Я дам тебе амулет, у меня такой есть. Он обеспечит вам полог на три месяца. Потом привезешь его сюда, и я снова накачаю его энергией. Положишь его где-нибудь в домике.

– Да, Тимон! – продолжил разговор граф.– Как мы и договорились, я буду ежемесячно субсидировать тебя деньгами до того, как ты получишь профессию мага, которая позволит тебе самостоятельно зарабатывать на хлеб.– Он с сомнением посмотрел на сына. Видимо, он не очень верил, что когда-нибудь такое время настанет.– Я буду давать тебе пятьдесят золотых в месяц. Этого должно хватить.

Отец Тимона протянул руку назад, и подошедший дворецкий вложил в нее кошель. Граф протянул его сыну.

– Спасибо, папа. Но я не возьму этих денег,– с достоинством отклонил предложение Тимон.– Студиозы получают стипендию тридцать золотых, и я должен научиться довольствоваться этим.

Ад Зулор-старший с уважением посмотрел на сына:

– Хм, неплохо! Это делает тебе честь. Удачи!

После того как Тимон взял у тана Леандера амулет, мы покинули особняк графа ад Зулора.

Не люблю походы на базары. В отличие от обожателей шопинга, подробно исследующих все подряд лавки, лавочки, лотки и шатры, я просто все это игнорирую. Есть цель, и я следую ей. Ищу и покупаю только то, что мне необходимо, отсеивая все остальное. Мы с Тимоном пошли на базар с четкой целью – купить одежду. Нет, конечно, меня устраивал мой земной наряд (рубашка, джинсы, кроссовки «Найк» и джинсовая куртка), в котором я выскочил из дома, но для здешней публики он был новаторским. Все для меня слилось в мешанину цветов, ярких красок, шума, плутания туда-сюда. Тимон предлагал мне то это, то другое. Я сначала пытался добросовестно выбирать, потом меня охватила апатия, и я отдал инициативу приятелю. В результате я стал обладателем штанов с какими-то дурацкими лампасами (по словам Тимона – последний писк), двух рубашек, пары сапог, куртки с карманами и ремня с висюльками. На мой вопрос, зачем эти висюльки, Тимон сделал большие глаза и заявил, что раз я барон, то должен к ремню цеплять рапиру. На мое резонное замечание, что он сам сделал меня бароном, Тимон просто отмахнулся, и к этому вопросу мы больше не возвращались.

Вернулись мы в Школу уставшие и, по крайней мере Тимон, довольные проделанной работой. Я хотел завалиться на кровать и отдохнуть, но мой неугомонный друг напомнил мне, что вечером у нас намечен неофициальный визит к принцессе Светлого леса. Пришлось мне приводить себя в порядок и морально готовиться к общению с девушкой.

Как говорил Задорнов – смеркалось, когда мы подошли к домику Гариэль. Тимон вежливо постучал костяшками пальцев в дверь. Мне почудилось, что дверь вдруг открыла глаза и посмотрела на меня.

– Прошу вас, входите! – услышали мы звонкий голосок Гариэль.

Тимон толкнул дверь, сделал шаг вперед и… застыл на пороге. Я ткнулся носом ему в спину.

– У тебя что, столбняк? – поинтересовался я, раздосадованный задержкой. Не услышав ответа, я выглянул из-за плеча Тимона.

Ну и что? Стол. За столом – красивая девушка в платье небесно-голубого цвета. На столе четыре прибора, состоящих из чашечек, блюдечек, ложечек. Какой-то кувшинчик на средине стола и вазочка – вроде с пирожными. Никаких причин для столбняка! Пришлось толчком в спину придать Тимону поступательное движение в глубь домика.

– Рада вас видеть! – известила нас Гариэль. А уж как мы рады!

– Вы одни? – каким-то хриплым голосом поинтересовался Тимон. Как будто он не видел, что Гариэль одна. Может, он надеялся, что кто-нибудь запрятался под кровать? Так, толка от Тимона ждать не приходилось, пришлось брать инициативу в свои руки.

– Гариэль, вы говорили, что здесь вы инкогнито? Как к вам обращаться, чтобы не выдать вас?

– А так и обращайтесь – Гариэль. И прошу вас, давайте перейдем на «ты», без всяких там ваших высочеств.

– С удовольствием. Ты говорила, что живешь вместе с подругой? Где она?

– Скоро придет. Проходите, не стойте на пороге!

Мы с Тимоном зашли в домик и присели к столу. Тимон был заторможен и пялился на Гариэль. Ну сколько можно? Я от души пнул его под столом ногой. Если бы он умел испепелять взглядом, то на стуле вместо меня скромно лежала бы кучка пепла. Но хоть очнулся, и то хлеб!

– Вы, то есть ты хочешь угостить нас знаменитым лесным напитком? – спросил Тимон.

– Да. Я привезла с собой травы из дома,– улыбнулась ему Гариэль.

В это время дверь открылась и в домик вошла подруга Гариэль, тоненькая, изящная девушка с темными роскошными волосами, пухлыми красными губками и красивыми темно-карими глазами. На мой взгляд, у нее было несколько бледноватое лицо.

– А вот и Аранта! – отреагировала на ее появление Гариэль.

Мы с Тимоном дружно встали и поклонились Аранте. Она нам ответила изящным реверансом и, пройдя к столу, присела на свободное место.

– Аранта, это наши соседи! – известила свою подругу Гариэль.– Тимон ад Зулор и Никола э-э-э…

– Никола ад Бут,– поспешил на помощь Гариэль Тимон.

– Очень приятно! – склонила головку Аранта.

– Где же ты была, Аранточка?

– Бродила по городу, знакомилась с окрестностями,– ответила та.

– Небось по самым дальним районам,– осуждающе заметила Гариэль, наливая Аранте из кувшинчика.

– Ну и что? – пожала плечами Аранта.

– По дальним районам города одинокой девушке лучше не ходить! – заявил Тимон.– Могут обидеть.

Мне показалось, что Тимон хотел сказать что-то другое, но в последний момент передумал. Аранта ответила ему ослепительной улыбкой, и я понял, что обидчикам лучше обходить ее десятой дорогой.

– Ты вампирша? – невольно вырвался у меня вопрос.

– Высшая! – смеясь, ответила Аранта.– Аррантарра дер Тордерресс Хамра Коэрресс, клан Виа Дента – «Идущие в день».

Видимо, обуревавшие меня чувства ясно отразились на моем лице. Теперь смеялись уже обе девушки. Нам с Тимоном было как-то не до смеха.

– Ох уж эти предрассудки! – отсмеявшись, сказала Гариэль.– Хотя определенную пользу они приносят.

– Вампирам совсем не обязательно пить человеческую кровь,– пояснила Аранта,– просто у нас такое строение зубов. Должна заметить, кстати, что вкус человеческой крови мне не нравится. Мне больше по нраву томатный сок.

– А чем ты отличаешься от обычных людей, кроме зубов, конечно? – спросил я, вспоминая, что было написано у любимых мною писателей. Все они утверждали, что вампиры мертвы, по сути.

– Силой, долголетием и скоростью, пожалуй. Вот и все! – ответила Аранта.

– То есть ты живая?

– Попробуй проверь,– предложила Аранта и снова подарила мне свою ослепительную улыбку.

– Ага, потом проснусь, а голова в тумбочке,– пробурчал я.

– В какой тумбочке? – потрясенно спросил Тимон.

– Неважно в какой; главное, что в ней.

– Гариэль, а почему ты решила учиться здесь? – осмелился задать мучивший его вопрос Тимон.– У вас же маги посильнее наших будут.

Гариэль ответила не сразу. Она немного помолчала, словно решая про себя задачу, потом осторожно начала говорить:

– Это не для распространения. Все считают, что магия леса у нас в крови. На самом деле магией владеют немногие эльфы.

– Как это – немногие? – удивился Тимон.– Любой эльф может вырастить дерево, делает стрелы, не знающие промаха, и так далее…

– Возможно, действительно у нас в крови есть такая магия, но пользоваться ею могут не все. Я приехала сюда, чтобы изучить боевую магию и узнать, что известно по магии природы. Вся беда нашего народа в том, что мы сильны только в лесу, так как мы дети леса. На равнине или в городе мы становимся значительно слабее. Боевая магия должна помочь мне быть сильной не только в лесу.

– А я не мог понять, почему ты здесь,– задумчиво сказал Тимон.

– Мальчики, а по каким направлениям вы будете проходить обучение? – спросила Гариэль.

– Боевая магия! – гордо сказал Тимон.

– Я тоже,– сказала Аранта,– а Гариэль, как она уже сказала, будет еще проходить курс природы. Ей досталось два кольца – красное и зеленое. А вам, значит, красные.

– Мне да, а вот Коля у нас коллекционер,– наябедничал Тимон,– он отхватил себе все четыре кольца – красное, синее, зеленое и желтое.

– ЧТО??? – ошеломленно уставились на меня девушки.

– Так не бывает! – воскликнула Гариэль.

– Теперь бывает,– вздохнул я.

– А какой у вас уровень Дара? – поинтересовался Тимон.

– У меня первый,– ответила Гариэль.

– У меня четвертый,– подхватила Аранта.

– У меня только пятый,– несколько понурился мой друг.

– А у тебя? – Девушки с интересом смотрели на меня в ожидании ответа.

– У меня третий.

– Ого! Учитывая, что уровень Дара за время обучения в Школе имеет тенденцию к повышению, можешь закончить Школу со вторым уровнем,– со знанием дела сказала Гариэль,– а если тебя возьмет под крыло кто-то из преподавателей, то и со вторым усиленным.

– И ты тогда сможешь создавать боевые пульсары! – мечтательно проговорила Аранта.

– Из-за боевого пульсара я здесь и оказался,– насупился я.

– Ты смог создать пульсар? – Теперь уже все трое изумленно смотрели на меня.

– Да, там, на реальности Земля, создал. Потом меня прихватил Викентий Анатольевич, маг из СПМН, и я оказался здесь.

– Но я слышал, что на реальности Земля порог магии очень высок,– сказал Тимон,– и потом, для создания боевого пульсара нужен второй уровень Дара, а у тебя третий. И ты все-таки создал пульсар?

– Ну чего бы я еще здесь оказался? – обиделся я.– Причем моим мнением никто не интересовался, выдернули сюда, и все!

Вот так за знакомством и разговором и прошло время. Нам предстояло еще несколько дней общения. А потом должна начаться учеба на первом курсе Школы. И уже ночью, ложась спать, я понял, что синдром «неловкости при общении с девушками» у меня исчез! Это хорошо!

Глава 5

Уф, вот это выспался! Судя по солнечным лучам в окне, уже довольно поздно. Так, а почему птичек не слышно? И что это шлепает по полу?

Я повернул голову и увидел Тимона с пустой чашкой, направляющегося к емкости с водой.

– Не вздумай!!!

Тимон резко остановился и, не оборачиваясь, спросил:

– А вчера?

– Вчера я сначала честно пробовал тебя разбудить. Ты, дружище, красочно описал извращения, коим предавались мои предки, потом предложил мне прогуляться по очень экзотическим местам, причем с такими подробностями, что невольно закрадываются подозрения… Короче, я решил, что зарядка окончена и пора приступать к водным процедурам. Ты же вносишь никому не нужные изменения.

Я вытряхнул свой организм из кровати и сладко потянулся.

– Кстати о птичках. Почему их не слыхать? И вообще ничего не слыхать.

– О, дьявол! Амулет!!! Мы же его вчера активировали, а потом забыли.

Тимон подскочил к столу, на котором лежал амулет, и движением руки его отключил.

Сразу же как будто плотину прорвало! Звуки валом ударили по барабанным перепонкам. С непривычки это было так громко, что я схватился за уши. Птичий гомон, шум леса и, самое главное, грохот в дверь.

Я открыл дверь, выглянул наружу и сразу попал под перекрестный огонь пары синих глаз и пары темно-карих. Обладательницы этих глаз были настроены весьма недружелюбно.

– Мальчишки! А вам не кажется, что это хамство – вот так плевать на стук? Мало того что вы проспали завтрак, так еще нам пришлось полчаса стучать в дверь, пока вы соизволили открыть.

– Девочки, простите! Это все амулет. У него двусторонняя непроницаемость для звука. Мы его вчера включили для проверки и забыли выключить. Честное слово, мы ничего не слышали.

– А зачем вам этот амулет? – Взгляд Гариэль стал строгим.

– Чтобы никто нам спать не мешал,– нашелся я.

– А как вы просыпаться на занятия будете?

– А как все просыпаются? – задал встречный вопрос Тимон.

– В шесть утра звонит колокол,– начала пояснять Аранта,– занятия начинаются в восемь с половиной. За это время, до начала занятий, надо успеть сделать все, что требуется по утрам.

– В том числе и позавтракать,– вставила Гариэль.

– А сколько в сутках часов? – спросил я.

– Ты что, с неба упал? – удивилась Гариэль.

– Не с неба, а с Земли,– парировал я.

– А, ну да. В сутках двадцать часов. Делятся на четверти и половины.

– А сколько минут в часе?

– Минут? Каких минут? У нас нет минут,– сообщил Тимон,– четверть состоит из десяти тактов, а такт состоит из ста мгновений.

– То есть час состоит из сорока тактов? – подсчитал я.

Эту увлекательную беседу о местных единицах измерения Тимон решительно оборвал:

– Слушай, Коля, если мы проспали завтрак, то что мы будем есть сейчас? Я, между прочим, голоден.

– Ох уж эти мужчины! – вздохнула Аранта.– У них одно на уме.

– Одно на уме у меня, когда я сыт,– любезно проинформировал Тимон,– когда я голоден, у меня ТОЛЬКО одно на уме! Коля, выход один – отправиться в город и там позавтракать.

– Мы, пожалуй, тоже пойдем,– заметила Гариэль,– я не прочь выпить чашечку кофе.

– А я – стаканчик томатного сока,– присоединилась Аранта.

Все посмотрели на меня. Я почувствовал, что щеки у меня начали гореть.

– Я не могу! – сказал я.

– Почему?

– У меня нет денег,– выдавил я (Тимон-то должен об этом знать!).

– А он милый! – заметила Аранта.

Я почувствовал, что жар охватил и уши.

– Нет, ты посмотри, как он заалел! – восхитилась Аранта.

– Перестань, Ари! – вступилась за меня Гариэль.– Я понимаю Колю. Как благородный человек он больше привык оказывать помощь, чем принимать ее.

Но тут вмешался голодный Тимон:

– Коля, мы студиозы. А в кругах студиозов принято так: у кого есть деньги, тот и платит! На данный момент деньги есть у меня. Я угощаю. Хватит волынить! Я хочу кушать!

Провести нас по злачным местам Хаундара (а именно так назывался город) вызвалась Аранта. Хотя, на мой взгляд, Тимон должен был знать свой городок лучше ее.

Место, куда нас сначала привела Аранта, напоминало мусорную свалку. Было такое впечатление, что сюда прибыла парочка мусоровозов и вывалила свой груз разом, а потом его тщательно раскидали по двору.

– Это самая дешевая харчевня,– пояснила Аранта.

Да! Я бы тоже назвал это место на «х». Не принимайте меня за матерщинника. Просто каждый из нас владеет этой частью великого и могучего, но не каждый озвучивает свое владение им.

Тимон поморщился и изрек:

– Благородному человеку сюда не только входить, а даже подходить зазорно!

– Эй, щенок! Ты что? Оскорбляешь почтенное заведение?! – От стены отделилась неопрятная личность и двинулась к нам.– Ты сейчас же принесешь свои извинения, выложишь деньги и быстро отсюда исчезнешь! А девочек оставишь с нами! Га-га-га!

К этой личности присоединились еще двое. Один из них был настоящим громилой, под два метра ростом и с широкими плечами. Их намерения не вызывали сомнений. Тимон судорожно шарил по боку в поисках несуществующей рапиры. Я оглянулся на Гариэль. Она стояла, гордо подняв голову, не поддаваясь страху, разве что слегка бледная. Я напрягся, вспоминая уроки уличных драк, осознавая, что шансов у нас никаких.

Размытая тень мелькнула передо мной. Аранта, вдруг материализовавшись перед громилой, нанесла удар одновременно обеими руками с раскрытыми ладонями в область сердца и солнечного сплетения. Сила удара была такова, что громилу подбросило в воздух. Пролетев метра три на бреющем, он врезался спиной в стену дома. Меня удивило, что дом устоял! Мгновенно развернувшись, Аранта мазнула рукой по второму нападающему. Тот захрипел и схватился за горло. Из-под пальцев потекла кровь. Немного постояв, покачиваясь, он рухнул лицом вниз. А Аранта, уже ухватив третью личность за грудки, разъяренно прошипела ему в лицо:

– Девочек, говоришь, оставить? Оставьте меня здесь, ребята! Как раз пришло время завтракать!

Она ласково улыбнулась защитнику чести самой дешевой харчевни. Клыки, обнажившиеся у нее во рту, впечатляли. Личность взвыла от ужаса.

– Что такое? Передумал? – Аранта поморщилась и мощным рывком отшвырнула этого типа.– Пшел вон! Тебя выпьешь, потом похмелье будет мучить!

Мы с Тимоном ошарашенно наблюдали за действом. Все это было для нас откровением. Что такое высший вампир на самом деле, мы представляли слабо. Превращение с виду тоненькой, изящной девушки в ловкого, сильного и безжалостного убийцу шокировало. Я искренне порадовался, что Аранта мне не враг. Иметь такого врага означало, что можно заказывать место на кладбище, и оно долго пустовать не будет.

Тимон, прокашлявшись, сказал:

– Ну что, пойдем в другую харчевню?

– Аранта, зачем ты привела нас сюда? – обратилась Гариэль к подруге.

– Просто хотела вам показать самую дешевую харчевню,– пожала плечами та.

– И самую веселую к тому же,– буркнул я.

– Я предлагаю пойти в таверну «У дядюшки Трибора»,– вмешался Тимон,– там, правда, недешево, но кормят отлично, и район не такой опасный. Кстати, Коля, напомни мне, пожалуйста, чтобы в следующий раз я брал с собой рапиру. И тебе не мешало бы приобрести хороший клинок.

– Тимон, я боюсь, что этим клинком я себе что-нибудь отчекрыжу. Я не посещал секцию по фехтованию.

– Ах да! Я и забыл, что ты здесь недавно.

В таверне было людно, но свободные столики имелись. За одним из них мы и устроились. Действительно, район, в котором располагалась таверна, был респектабельным. Если я не ошибаюсь, где-то недалеко находился дом семейства ад Зулоров. Завтрак для всей компании обошелся в два золотых. Зато после него мы были готовы к новым свершениям.

Выйдя из таверны, Тимон махнул местному аналогу такси. Заскочив в карету, он махнул нам рукой, призывая присоединиться к нему. Ворча, что транжиры не в ее вкусе, Аранта последовала за ним. Мы с Гариэль переглянулись.

– Тимон! Может, мы пойдем пешком? – спросил я. Мне было все-таки не очень по себе, хотя на шару и уксус сладкий, а тут целый завтрак, да еще и адреналинчика перед ним получили.

– Залазь! Тебя это тоже касается,– сказал Тимон.

– Что касается? – удивился я.

– Увидишь.

Ну касается так касается. Я подал руку Гариэль, помогая ей сесть в карету. Девушка благодарно, но несколько удивленно посмотрела на меня. Она просто не знала, сколько моя мама муштровала меня по правилам «приличного поведения мужчины в присутствии женщины». Некоторые правила уже прочно вошли в мои привычки и проявлялись в самые, казалось бы, неподходящие моменты.

Карета привезла нас к особняку семьи Тимона. Он быстренько забежал домой и через некоторое время, в течение которого мы обозревали окрестности, появился снова. О! На боку Тимона уже висела рапира! В руках он держал какой-то чехол и еще одну рапиру в ножнах, которую и протянул мне.

– Цепляй! Сегодня я убедился, что дворянин должен постоянно носить с собой оружие.– Отдав мне рапиру, Тимон устроился на сиденье.– В магический поселок. К Школе,– скомандовал он кучеру.

– Тимон! Но я не умею пользоваться ею! – смущенно заметил я.

– Это не беда! – успокоительно сказал Тимон.– Я тебя научу.

Я окинул его сомневающимся взглядом. На него этот взгляд не произвел впечатления. То ли он не понял, что я сомневаюсь, то ли обладал непробиваемой уверенностью, что справится с этой задачей. Ну что ж… Я начал рассматривать рапиру. Да, умеют же делать! Теперь понятно, почему многие мужчины любят холодное оружие нерассуждающей любовью. В черных, покрытых золотой росписью ножнах таился красивый, отливающий синим хищный клинок. Помнится, по телевизору я смотрел турниры по фехтованию. Тогда они не произвели на меня особого впечатления. Какие-то тонкие, прогибающиеся под собственным весом шпаги и рапиры. Даже сабли мало напоминали то, что мы привыкли представлять как сабли. Да еще эти пумпочки на кончиках! Но тут! Я вытянул идеально ровное, острое на конце лезвие.

– Эй-эй! – забеспокоился Тимон.– Осторожнее! Это, между прочим, оружие. Оно острое и может проткнуть, знаешь ли, чей-то организм.

– Прошу прощения! – извинился я и осторожно спрятал рапиру в ножны. Посмотрев, как это сделал Тимон, я пристегнул ее на висюльки ремня.

Прибыв домой, мы решили не идти обедать, все равно сытые. Девочки пошли в комплекс Школы узнать что, когда и где, а мы с Тимоном начали первый урок фехтования. Тимон достал из чехла две палки. Я с недоумением рассмотрел их. Деревянные, обточенные, длиной как раз по рапире. Зачем?

– Ты что, хочешь сразу настоящими рапирами? – спросил Тимон.– Да так до конца первого занятия не доживешь. Это оружие! Для того чтобы убивать. Понял? Ты сам сказал, что не держал в руках до сих пор ни рапиры, ни кинжала и вообще ничего. Начинать надо с деревянных рапир. Они специально сделаны, как настоящие. И вес, и баланс.

– Тимон, а оно мне надо? – взмолился я.– Я же магом собираюсь стать, а не убивцем каким-нибудь.

Тимон присел на траву и показал мне жестом, чтобы я пристраивался к нему.

– Коля, лет четыреста назад правил король Ритор Четвертый. Воевали с орками, пришедшими с Северных земель. Для того чтобы маги поддержали войска, Ритор Четвертый своим указом приравнял магов к дворянам, тем более что часть магов и были дворянами по рождению. Вот как я. С тех пор, если у человека обнаруживался Дар, он сразу становился дворянином.

– А если маг, но не человек?

– Все равно. Его статус равен дворянскому. Вовсе не обязательно, что дети от брака магов будут обладать Даром. Поэтому у магов и приставка – тан. Тогда как лэр используется для дворян по крови. Понял? Ты – маг. Значит, сравним с дворянином. Как дворянин, ты должен владеть оружием, и не только магическим. Все дети, у которых выявлен Дар, обучаются этому.

– А если они из простых семей?

– Если дети из простых семей имеют Дар, то их забирают и передают в семьи магов или дворян. Это по указу короля. Владеющих Даром не так уж и много. Каждая семья считает честью принять на воспитание владеющего Даром. Если бы тебя обнаружили раньше, то ты бы воспитывался в какой-нибудь семье магов или дворян.

Тимон поднялся, взял одну из палок и, совершив какие-то замысловатые движения ею, скомандовал:

– К бою!

Я тоже поднялся, прихватив вторую палку, что-то там изобразил и встал в позицию, которую видел в фильмах. Ага! Встал! Мой вид вызвал искреннее веселье у Тимона. Потом начался учебный бой. Бой… ИЗБИЕНИЕ! Поубивал бы всех этих мушкетеров вместе с режиссерами фильмов и постановщиками трюков вкупе с оными. Помня, как лихо они размахивали шпагами, я тоже попытался воспроизвести что-то подобное. В итоге – побитые пальцы на правой руке, может, и не опасные, но очень болезненные уколы в грудь и в святое – живот. Ну а когда тебя перетянут по спине, семиэтажные конструкции улучшенной планировки так и сыпятся из глубины измученной души. И что самое противное, так это то, что я не достал Тимона ни разу! Не знаю, как с точки зрения профи, а на мой взгляд, он владел рапирой идеально.

Всласть понаслаждавшись и поиздевавшись над бедным мною, Тимон остановил бой и принялся мне объяснять, что я делаю не так. Делал я не так все! Начиная от позиции и заканчивая движениями нижней частью тела. Затем последовала целая лекция о всяких позициях и приемах боя. Тимон даже расщедрился и пообещал научить меня фамильному приему рода ад Зулор.

Вернулись наши девушки, полные впечатлений от всего увиденного ими в комплексе Школы. Перебивая друг друга, они рассказывали о корпусах Школы, но самое большое впечатление на них произвел полигон. Огромное, по их словам, поле было закрыто не менее чем тремя силовыми экранами. Но внутри полигон имел еще отгороженные области с повышенной защитой для отработки наиболее мощных и опасных заклинаний. Правда, этими областями редко кто пользовался ввиду того, что магов такого уровня было немного.

– А расписание первого дня занятий вы взяли? – поинтересовался Тимон.

– А то! – Гариэль щелкнула пальцами, и перед нами шлепнулся на траву флакон с какой-то прозрачной голубой жидкостью.– Ой! Это не то! – Гариэль наморщила лоб, что-то прошептала и снова щелкнула пальцами. Перед ней материализовался листок бумаги, который она тут же выхватила из воздуха.– Вот!

Тимон взял у нее листок, и мы склонились над ним. Первый урок – вводная лекция по теоретической магии. Второй – вводная по магии природы. Это для меня. А почему только два урока? Я не замедлил озвучить этот вопрос.

– Так урок тянется часа два, а то и больше,– пояснила Аранта.– Школьный урок – восемьдесят четыре такта. Это традиционная величина. Принята после первой лекции в Школе, которую вел великий маг Торонис.

– Гариэль, научи меня этому заклинанию,– попросил я.– Я тоже хочу что-нибудь вызывать.

– Оно простое. Настраиваешься на нужную вещь и говоришь заклинание – Terrus kontarra finista kontrum. Вещь должна материализоваться. Есть условия. Первое: ты должен точно представлять конкретную вещь. Второе: ты не можешь вызвать живое существо. Третье: вещь не может быть очень большой, до трех-четырех килограммов.

Я, под руководством Гариэль, несколько раз повторил заклинание и, когда ее наконец удовлетворило произношение, эффектно вызвал пачку мороженого «Киевский каштан». Судя по выражению лиц моих друзей, мороженого здесь не знают. А зря! Вкуснейшая штука. Может, наладить здесь бизнес? Вот только вряд ли Тимон согласится. Дворянин все-таки!

Глава 6

Тимон лежал на своей кровати, задумчиво смотрел в потолок и постукивал себя по носку сапога моделью рапиры. Я протащился к своей кровати и со стоном, по идее, изображающим наслаждение, рухнул на нее. Мороженое я вызвал по наитию. У нас в городке оно продавалось не часто, и привозили его из не такого уж далекого стольного града. Я его обожал и помнил, что это такое в совершенстве. Поэтому я не сомневался, что эта пачка получится. Удивление Гариэль заключалось в том, что я вытащил эту пачку из другой реальности. Такого не получалось ни у одного из магов.

Тимон повернул голову, рассматривая меня, наслаждавшегося новой пачкой мороженого.

– Ну и что это такое? – вяло спросил он.

– Это мороженое.

– Чем мороженное?

– Морозом мороженное.

– Это что, заклинание такое? – заинтересовался Тимон.

– Нет. Это технология такая.

– А это что за зверь? – удивился Тимон.

Ну как ему это объяснить?

– Вот как колеса для ваших телег делают?

– Да откуда я знаю, как их делают?

– Хорошо. Возьмем для примера рапиру.

– Мы ее и так можем взять. Баз всяких примеров.

– Не мешай! Ты хочешь знать, что такое технология?

– Если это не заклинание, то не хочу!

Тимон уже сидел на кровати, глядя на меня. Я с удовольствием облизал деревянную палочку от мороженого и бросил ее в мусорное ведро у входа. Попал!

– Вот так. Не хотят знать, что такое технология. Значит, не знают, что такое мороженое и все остальное, созданное технологической цивилизацией,– выдал я фразу.

Тимон обалдело смотрел на меня. Я снова извлек из воздуха пачку мороженого и протянул Тимону.

– Ты осторожнее с этим! – озаботился Тимон, принимая у меня пачку и начиная ее разворачивать.– Все-таки из другой реальности третий раз подряд извлекаешь вещь. Это же какая трата энергии! Слабость не ощущаешь? Она же холодная!

Я прислушался к себе. Никаких неприятных ощущений. Наоборот, приятное послевкусие от лакомства. О чем я и не замедлил сообщить.

– А ты уверен, что у тебя третий уровень Дара? – покачал головой Тимон, осторожно пробуя мороженое.– У-у-у! Вкуснотища!

– Ты сам слышал,– ответил я,– та тетка сказала.

– Не тетка, а танесса Валеа,– поправил меня Тимон.– Секретарь Школы. Между прочим, это важная особа.

– Неважно! – отмахнулся я.– Ты мне лучше скажи, как они определяют уровень Дара?

– Есть специальный талисман,– сообщил мне Тимон.– Но маги высокого уровня могут определять и без него. По ауре. Не спрашивай меня как. Сам не знаю. Да. Тренироваться с рапирами будем каждый день.

– Ты что, смерти моей хочешь? – возмутился я.

– Почему? – изумился Тимон.

– Да после этой тренировки на мне места живого нет! Ты же меня даже этой деревяхой проткнешь насквозь.– Я кивнул на деревянное подобие шпаги в его руках.

– Ничего подобного! – горячо воскликнул Тимон.– Этим проткнуть человека нельзя. Хотя, может, есть какое-то заклинание для этого.

– Вот заклинаний не надо! – с достоинством сказал я.– Вообще, я сомневаюсь, что из меня получится фехтовальщик.

– Ну и зря! У тебя отличная реакция и координация. А техника – дело наживное,– обнадеживающе заверил Тимон.– Будешь тренироваться – научишься. И вообще, надо же мне с кем-то заниматься, а то и навыки утрачу.

– С Арантой занимайся.

– Ага! Я еще жить хочу!

Я с содроганием вспомнил сцену расправы в исполнении нашей вампирши. Надо будет вести себя с ней поосторожнее, а то как бы она меня со стаканом томатного сока не перепутала. И она еще собирается обучаться боевой магии! Впрочем, ее навыки да в сочетании с боевой магией… Ой-ой-ой!

– Ладно. Что там у нас на завтра? – обратился я к Тимону.

– Ну с утра потренируемся. А днем… А днем давай пойдем в музей магии. И девчонок с собой прихватим.

– Музей магии? – удивился я.– Вот уж не знал, что и магия может быть музейным экспонатом! И где этот музей находится?

– Если верить плану,– Тимон перевернулся на живот и разгладил лежащий на его кровати план Школы,– то это корпус под номером десять.

Мы стояли перед корпусом номер десять.

Если все остальные здания Школы поражали величиной и красотой, то это даже зданием назвать было трудно. Одноэтажная хибарка – пожалуй, самое точное определение для того, что мы имели удовольствие лицезреть. Если бы не табличка, гласящая о том, что это именно тот корпус и, естественно, музей, то мы бы прошли мимо и не заметили бы его.

– Это что, шутка? – неуверенно спросил Тимон.

Гариэль посмотрела в план Школы, который несла с собой в руках, и покачала головой.

– На плане обозначено, что это именно музей,– заявила она.

Мне лично после утренней экзекуции, устроенной Тимоном, было как-то все равно. Я проводил ревизию организма на предмет наличия и функционирования частей тела. Но один раз сегодня я его достал!

– Я в это,– Аранта выделила слово «это»,– не пойду. Чья идея была идти сегодня в музей? – Аранта грозно посмотрела на Тимона.

– Ну я увидел надпись «музей». Думал, что нам будет интересно.

– Раз уж мы здесь, то все-таки давайте зайдем,– предложила Гариэль.

– А может, ну его! – подал я здравую мысль.– Пойдем. Поваляемся на травке,– озвучил я под диктовку измученного организма.

– Давай все-таки зайдем! Много времени это не займет,– оптимистично предложил Тимон, видимо чувствуя себя неловко из-за музея.

Покоряясь судьбе, я вздохнул и поплелся к входу. Открыл дверь. Вошел. Упавшая челюсть звонко ударилась о каменный пол. Пространство внутри хибарки поражало своими размерами. Но как это получается? Мне очень захотелось выйти и снова посмотреть на здание музея снаружи. Позади раздался восхищенный вздох Гариэль:

– Пространственный карман! Искусство создания утеряно столетия назад!

– Здесь он напрямую подсоединен к линии сил, поэтому и существует до сих пор,– раздался писклявый голос справа от меня.

Я резко повернулся в сторону голоса. В трех шагах от нас стоял индивидуум и смотрел на нас. Так, невысокий – метр с кепкой. А ласты какие! Ступни у заговорившего были удивительно большими для его размера. Голые ноги густо заросли шерстью.

– А вы кто? – поинтересовался Тимон.

– Я смотритель музея, а вот вы кто? – парировал индивидуум.

– Мы пришли посмотреть музей,– вежливо сказала Гариэль.– Мы студиозы. Поступили на первый курс.

– В первый раз,– констатировал смотритель.– Да не пялься на меня так, парень! – обратился он ко мне.– Ты что, хоббитов до сих пор не видел?

– Не видел,– ответил обалдевший я.

– Ну тогда разрешите представиться. Торон Хробинс собственной персоной!

– А Фродо Беггинс вам случайно не знаком? – вырвалось у меня.

На лице Торона отразилась явная борьба со склерозом. Склероз победил. Торон тяжело вздохнул и виновато развел руками:

– Что-то знакомое, но никак не могу вспомнить. Мыслеобраз киньте!

– А как его кинуть? – удивился я.

– Да как всегда кидаете! – с досадой сказал хоббит.

– Ярко представь себе объект и сделай усилие, как будто толкаешь его в направлении Торона,– тихо подсказала Гариэль.

Я послушно представил физиономию Фродо из фильма «Властелин Колец» и мысленно попытался толкнуть этот образ смотрителю. Тот сморщился и сказал:

– Нет! Такого не знаю. И вообще, он на хоббита не похож.

Я посмотрел на смотрителя и вынужден был согласиться, что Торон очень не похож на Фродо. Впрочем, вряд ли создатели фильма имели возможность видеть живого хоббита.

Мы двинулись в первый зал. На входе была табличка: «Начало осмотра. Магия первобытных времен». Сразу бросилась в глаза диорама «Магический круг орков. Камлание. Макет». Утрамбованная земля. Несколько камней, выложенных кругом. На заднем плане какой-то биг борд, к которому за руки и ноги был пришпилен человек (что-то типа восковой фигуры). И несколько внушительных, неприятного вида ребят с бубнами, пляшущих вокруг макета костра. Мне они напомнили мужиков, как-то приехавших в лес на «мерседесе». Нажрались водки, чуть было не устроили лесной пожар. Милиционера, заглянувшего «на огонек», обматюкали с ног до головы. Тот, когда увидел их документы (по их словам – ксивы), только униженно кланялся и стоически переносил их сомнительные комплименты. Только те мужики были в шикарных костюмчиках и со значками депутатов, а так – вылитые орки!

Я присмотрелся к их мордам. Ну и уроды! А клыки, торчащие из-под верхней губы! Просто саблезубые тигры какие-то! В глазках навеки застыло безумие пляски. Мне вдруг стало жаль того несчастного на заднем плане. Я читал, что орки имели нехорошую привычку разнообразить свое меню человеческим мясом.

Дальше стояло что-то похожее на огромный деревянный бокал. На него опиралась обыкновенная метла. Подпись гласила: «Первобытные средства левитации. Действующие образцы. Трогать запрещено!»

Очень надо! Так, а это что?

Подпись: «Вид земли доэльфийской эпохи». Унылого вида равнина с холмами вдали. На переднем плане огромная лапа какого-то чудища. Я сморгнул. Лапа исчезла! Вместо нее на меня смотрел огромный глаз янтарного цвета с вертикальной чертой зрачка! Я остолбенел. Глаз моргнул. Издав вопль, который бы сделал честь пароходной сирене в тумане, я одним прыжком перемахнул скамейку, стоявшую в трех метрах от меня в центре зала, и залег за ней, делая отчаянные знаки друзьям, чтобы они быстрее бежали отсюда.

Хоббит подбежал к диорамному окну и заорал туда:

– Тебе что, делать больше нечего? Ты же ребят испугал! Они только поступили. Неопытные еще! А ну оборачивайся и выходи!

Я опасливо выглянул из-за скамейки. В окне на миг полыхнул яркий белый свет. Потом незаметная дверца рядом с окном диорамы открылась, и из нее вышел крепкий высокий мужчина в просторном одеянии, напоминающем древнеримские тоги, насколько я помню эти самые древнеримские тоги. Он глянул на нас янтарными глазами.

– Хризмон Тюрон тор Перрия Кроуншельд Прастима сен Рассия, можно просто тан Тюрон,– представился он,– научный консультант Школы.

– Он же – дракон-оборотень! – ворчливо добавил Торон.– Чего это тебе приспичило там в дракона оборачиваться?

– Так ведь я же создавал этот ландшафт,– оправдался тан Тюрон,– захотелось, так сказать, в естественной ипостаси постоять, ощутить, может быть, вспомнить.

– Чего? – аж подскочил хоббит.– Вспомнить? Да тебя тогда даже в проекте не было! Вспомнить! Ну и много ты навспоминал?

– Не верещи! – поморщился тан Тюрон.– Ты про наследственную память слышал?

– Про нее не слышал. А вот то, что ты там наследил,– это факт! И ребят напугал – это тоже факт!

Тан Тюрон виновато посмотрел на нас.

– Я же не знал, что они именно сейчас придут. Впрочем, раз они собираются стать боевыми магами, то страху не место в их душах!

– А откуда вы знаете, что мы собираемся быть боевыми магами? – поинтересовалась Аранта.

Тюрон лишь загадочно ухмыльнулся на этот вопрос.

– Вы сказали, что создавали этот ландшафт? – неожиданно вмешалась Гариэль.– Значит, и пространственный карман тоже вы создали?

– Да! – с достоинством ответил тан Тюрон.

– Научите? – спросила Гариэль.

– Возможно,– ответил Тюрон,– лет через двести, если заслужите.

– Лет через двести? – воскликнул я.– Да лет через двести нам будет не до пространственных карманов. Если мы вообще живы будем!

– У тебя не совсем верные представления о продолжительности жизни магов,– покровительственно сказал Тимон.– Чем больше Дар, тем длиннее жизнь.

– Паренек прав! – согласился Тюрон, кивнув Тимону.– Хотя боевые маги редко умирают собственной смертью. Но даже если вы и будете живы к тому моменту, то только двое из вас могут воспользоваться этим заклинанием. Оно доступно только при уровне не ниже второго.

– Двое? – переспросила Гариэль.– У меня первый, а у ребят ниже второго. Почему двое?

– А вот у этого – второй,– указал на меня Тюрон.

– Ну ничего себе,– поразился я,– то говорят, что у меня четвертый, потом оказывается, что третий, а сейчас уже и второй?

– Я так и думал! – удовлетворенно сказал тан Тюрон.– Прогрессируешь. Ты же из реальности Земля?

– Да, ну и что?

– Такое с теми, кто пришел оттуда, бывает. Правда, очень редко. Что-то мне подсказывает, что это еще не предел. Впрочем, хватит пока об этом. Хотите, я проведу для вас экскурсию по этому музею?

Ну еще бы мы не хотели! Экскурсовод из тана Тюрона был чудесный! Он знал о каждом экспонате буквально все!

Мы вошли в зал «Разумные расы». Эльфы, вампиры и хоббиты были мне уже знакомы, как и уже виденный мною в первом зале орк. Тан Тюрон рассказал, что орки до сих пор живут в Северных землях. Они не оставили мечты о захвате Южных земель, но, после того как хорошо получили по соплям, пока сидят тихо. Гномы вызвали у меня искренний интерес. Представленный в зале образец гнома был ростом мне по грудь и шире меня раза в два. Короче, дядя поперек себя шире. В мощных руках он сжимал огромную обоюдоострую секиру. Шикарные усы и борода скрывали черты лица. Маленькие глазки смотрели из-под широких кустистых бровей. Тан Тюрон, усмехаясь, сказал, что женщины гномов тоже имеют усы и бороду. Это заявление было встречено с удивлением, а у наших девушек и с возмущением.

– А вы видели когда-нибудь женщину-гнома? – спросил Тюрон у нас. Мы помотали головами, в смысле – нет.– Тогда прошу слушать и верить! – наставительно сказал тан Тюрон.

После этого мы прошли в зал эльфийской славы. Тюрон нам много рассказал об эльфах. Даже Гариэль услышала несколько новых для себя фактов. Во-первых, эльфы не перворожденные, как говорится во всех источниках. До эльфов были драконы и айраниты. Кто такие айраниты, Тюрон нам рассказывать не стал.

Во-вторых, эльфы не бессмертны. Вернее, эльфы живут очень долго. Живут, пока не устанут от жизни. Встречаются личности, которым более трех тысяч лет (при этом Гариэль поморщилась). Потом уходят в Арванаит. Тюрон вопросительно взглянул на Гариэль.

– Когда приходит время,– тихо сказала она,– мы спускаемся к Лесному заливу, садимся на ладью и плывем вслед уходящему Солнцу. Никто не знает куда. Знание приходит ко времени ухода.

Мы долго рассматривали гобелен, выполненный с изумительным мастерством. На нем была изображена группа Старших деревьев в переплетении подвесных мостиков и с домиками на ветвях. Жители этого городка были заняты повседневными делами.

Дальше мы прошли к экспозиции, посвященной трехсотлетней войне с орками. Тюрон рассказал об объединенном войске людей, гномов и эльфов, о подвигах сводного отряда под руководством лихого Эльтиэреля Волиандериа и его помощников Эранта Рыжебородого и Людвиога Меченосца.

Экспозиция, посвященная лесной нечисти, была осмотрена нами с большим интересом. Мы предполагаем немало бродить по лесам, и иметь дело с лесной нечистью может стать для нас делом житейским.

Потом Тюрон провел нас под воду. Буквально! Он показал нам подводную жизнь. Водяные, русалки и прочие обитатели подводного царства прошли перед нашими глазами.

Закончили осмотр мы в шахте гномов. Мы увидели горных духов – злейших врагов гномов.

Стоя перед таном Тюроном у выхода из музея, мы поблагодарили его за прекрасную экскурсию.

– А мы вас еще увидим? – игриво спросила Аранта, уставшая от чинного прохода по музею.

– Вполне возможно,– ответствовал тан Тюрон,– я веду магические превращения на старших курсах.

– Ух ты! А сколько вам лет? – спросил Тимон.

– Я еще молодой. Я моложе тана Гория. Он держал меня на руках, когда я был еще яйцом! – с гордостью сказал Тюрон.– Мне всего двести сорок лет.

– А сколько же ему?

– Неизвестно.

– А как получилось, что все драконы ушли, а вы остались? – спросила Гариэль.

– Когда-нибудь я расскажу эту историю,– грустно улыбнулся Тюрон,– но я еще молод и не теряю надежду найти это место и своих сородичей. До скорой встречи!

Вечером мы с Тимоном, попрощавшись с девушками, сидели на кроватях и, готовясь ко сну, делились впечатлениями.

– Я, честно говоря, не поверил тогда тану Алиму,– говорил я,– ну про кикимору. Я думал, что он шутит так. Она не выглядела такой страшной и коварной, какой ее описал тан Тюрон.

– Так ты ее видел не на болоте,– объяснял Тимон,– на сухой земле она не очень вредная, а вот на болоте! Да когда их несколько! У-ух!

– А орки не могут снова напасть на нас?

– Не знаю. Наверное, могут. Но у нас сейчас большие силы. Много магов. Темные, если орки нападут, объединятся со светлыми. Потом, у нас, оказывается, есть дракон. Пройдется по рядам орков – и поляна с жареным мясом готова!

– А почему он сказал, что у меня второй уровень?

Тимон некоторое время молча смотрел на меня, потом почухал тыковку и честно признался:

– Не знаю. Понимаешь,– продолжил он,– драконы в этих делах не ошибаются. Если он говорит, что у тебя второй уровень, то это так и не иначе! И потом, ты же сотворил боевой пульсар, а для этого необходим второй уровень.

– Но все говорят, что это было при спонтанном выбросе, а при нем всякое бывает.

– Чепуха,– поморщился Тимон.– Даже при спонтанном выбросе, если у тебя нет второго уровня, получится что-нибудь ниже второго, но никак не выше! Подожди! – Он посмотрел на меня круглыми глазами.– Ты же не знал заклинания!

Наступила моя очередь чухать тыковку.

– Ну не знал. И что?

– Я слышал,– неуверенно сказал Тимон,– что магические действия без заклинаний могут производить только высшие.

– Не выдумывай! – фыркнул я.– Если бы я был высшим, то сейчас тут бы не сидел!

– Может быть, может быть,– задумчиво сказал Тимон.– Ты все-таки поосторожнее будь!

– Поосторожнее в чем?

– А в желаниях. А то пожелаешь, чтобы я пропал,– бах, и меня нету!

Так. Шутить изволите? Я с нехорошим интересом осмотрел своего друга.

– Знаешь, Тимон, у меня сейчас что-то такого типа и возникло! Дай-ка я попробую!

– Эй-эй! Не надо! – Тимон всполошенно вскочил с кровати.– Я пошутил!

– А ты думай, когда подаешь ценные идеи!

– Да ладно тебе! – Тимон снова удобно расположился на кровати.

Сон не шел. Овец считать было в лом, пришлось думать, благо есть чем. Оставался один день до начала учебы. Это же надо! Прошло всего четыре дня, а сколько всего произошло! Я вдруг осознал, что уже не так сильно хочу домой, вернее, совсем не хочу. Здесь интереснее. Конечно, домой я вернусь из принципа, но для этого надо много знать и уметь. Я представил себе, как я – конечно, к тому времени могучий маг – появляюсь дома. Трепещите все! Ха! А все-таки неужели было уничтожено все, что связывало меня с домом? Ну не верится, что все не помнят и не верят! Это надо же было убрать все вещи, стереть всем память. Огромная работа! Чтобы мама или папа не помнили меня! Брат, с которым мы столько всего переделали и переломали! Не укладывается в голове! Ладно. Утро вечера мудренее...

Проснулся я внезапно. Скатился с кровати и тут же отскочил на пару шагов. Очень вовремя! Лента воды, распластавшись в воздухе, хлюпнулась на подушку, простыню и откинутое одеяло. Тимон с кружкой в руке ошарашенно смотрел на меня.

– Ну и что это, предположительно, значит? – опасно вежливым тоном спросил я, нашаривая правой рукой деревянную рапиру.

– Как ты это сделал? – внезапно севшим голосом спросил Тимон.– Только что ты спал, и вдруг уже стоишь там!

Сейчас я буду кого-то убивать!

– Неважно, как я это сделал! Важно то, что ты замочил мою постель! – Помахивая рапирой, я начал приближаться к Тимону.

– Но я же пошутил! – завопил Тимон, отскакивая от меня.

– Пошутил?! Да знаешь ли ты, что, не совсем проснувшийся, я смертельно опасен для окружающих, то есть тебя? Впрочем, нет! Сейчас я тебя убивать не буду! Сначала ты высушишь мне постель.

– А,– отмахнулся Тимон,– через час она сама высохнет.

– Учти, еще одна такая шутка, и я тебе на голову надену вон ту бадью с водой!

– А я тебя на дуэль вызову!

– Не вызовешь! – злорадно сказал я.– Я пока не дворянин!

– Да, действительно, патента у тебя нет,– опечалился Тимон.– Ну ничего! Я тебя после того, как ты получишь патент, вызову.

– А я твой вызов не приму! – нахально ответил я.

– Это как – не примешь? – Глаза Тимона изумленно округлились.– Дворянин обязан принять вызов!

– А я не хочу, чтобы над тобой смеялись! – пояснил я.– Посуди сам: как ты объяснишь повод? Ведро с водой на голову надел? Ха-ха! Дальше: если ты меня победишь – велика ли честь одолеть ученика, который рапиру только-только в руках научился держать! Ну а если я буду победу праздновать – сам понимаешь, тебе полный амбец настанет! Засмеют.

– Ну если так смотреть, то – да,– наморщил лоб Тимон.– Ничего! Пошли на тренировку! – Глаза Тимона загорелись в предвкушении садизма, который он сейчас применит по отношению ко мне.

Минут пятнадцать Тимон издевался надо мною по полной. Вот он извернулся, пошел на свой излюбленный прием. Не успеваю!!! Клинок идет прямо в грудь… Краски дня внезапно стали тусклее. Или показалось? Птичий гомон перешел в низкий гул. Острие клинка Тимона медленно приближается. Подбиваю его рапирой влево от себя, сам ухожу вправо. Он очень медленно реагирует… Снова вернулись краски. Птичий гомон ломанулся в уши ударной волной. Я стою, уткнув свою деревянную рапиру в живот друга, он недоуменно рассматривает мою рапиру и меня.

– Этого не может быть! – потрясенно бормочет он.– От этого приема не уходят! Как ты это сделал?

– Он вошел в темп! – заявила Аранта. Она, оказывается, стояла и наблюдала за нашей тренировкой.

– Какой темп? – Тимон был в прострации.

– Темп – это состояние ускоренных реакций и движений,– втолковывала Аранта,– вообще-то это состояние присуще только вампирам.

– Слушай! А ты случайно его не кусала? – забеспокоился Тимон.– А ну-ка, Коля, покажи шею!

– Не глупи! – взорвался я.– Кстати, в моей реальности это состояние свойственно не только вампирам, которых у нас нет, а и некоторым людям. Японские ниндзя, изучая ниндзюцу, специально разрабатывают и исполняют приемы, которые развивают этот самый темп. Откуда он у меня взялся, я не знаю!

– И потом, если бы я его укусила,– Аранта плотоядно взглянула на меня,– этого времени совершенно недостаточно для развития таких качеств. Потребуется лет семьдесят – восемьдесят, не меньше. Коля, давай я тебя кусну, а?

– Ты это прекрати! – сурово сказал я.– Я и так неплох!

– Ах, Коля! В тебе нет ни капли романтики! – томно сказала Аранта.

За нашими спинами кто-то прокашлялся, явно намекая на то, что нам следует обратить внимание на присутствующего здесь человека. Мы обернулись. Перед нами стояла танесса Валеа – секретарь Школы.

– Николай Петрович Бутенко? – сухо осведомилась она. В ответ на мой кивок она продолжила: – Тебя приглашает в свой кабинет тан Горий ад Хаснеб. Прошу тебя надеть парадную форму и следовать за мной.

Я недоумевающе уставился на секретаря.

– Что-то непонятно? – нетерпеливо спросила она.

– Тан Горий ад Хаснеб?

– Директор Школы.

– Но что я сделал? – У меня уже на уровне рефлексов отложилось, что вызов к директору школы связан с тем, что я что-то натворил.

– Не волнуйся, мальчик,– улыбнулась секретарь,– ты ничего не сделал, по крайней мере недозволенного. Причина другая.

– Какая?

– Увидишь.– Танесса повернулась кругом четко, не хуже солдата роты почетного караула.

Следуя за секретарем, я поднялся на второй этаж административного корпуса и прошагал вслед за ней в кабинет директора.

Очень хотелось бы сказать: «Над широким зеленым полем гордо реяли разноцветные знамена. Шумная толпа празднично одетых людей приветствовала меня, такого красивого во всем белом…» Ну и как там дальше?

На самом деле было всего два флага, которые уныло торчали в углу кабинета из подставки, слегка душноватый воздух и несколько человек, сидящих в креслах вдоль длинного, покрытого зеленым сукном стола. Когда я вошел, мне навстречу поднялся мужчина в темно-синей хламиде и шапочке того же цвета, сидевший во главе этой композиции.

– Николай Бутенко? – поинтересовался он.

– Да. А?..– вежливо ответил я.

– Тан Горий,– небрежно отрекомендовался он.

Тан Горий?! Он?! На руках нянчивший яйцо Тюрона двести сорок лет назад?! Не может быть! По всяким книжкам и особенно фильмам я составил мнение о тане Гории как о старике типа Даблдора или Гендальфа Серого, наконец. А тут передо мной стоял не юноша, конечно, но и далеко не старый человек. Только глаза… Да, глаза не вязались с общим видом. Много повидавшие, умные и ироничные. Такие глаза заглядывают в душу, мгновенно оценивают и выносят приговор. Люди с такими глазами запоминаются на всю жизнь. Мне на моем пусть и не таком долгом жизненном пути крайне редко встречались такие люди. Раз или два, не больше. Как-нибудь под настроение я и расскажу об этих встречах. Рядом с такими людьми чувствуешь себя сильным, уверенным, что ничего плохого не произойдет и ты сможешь сделать все.

– Лор Тород ад Корун, управляющий Кущиевским герцогством, прошу вас!

В ответ на это предложение тана Гория поднялся тучный мужчина, одетый со скромностью павлина. В руках он держал свиток, с которого на веревочке свисала большая бляха с какими-то рунами, нанесенными на ней. Развернув свиток, он глянул на меня из-под кустистых бровей, набрал воздуху в грудь и неожиданно высоким тенором заголосил:

– Согласно указу его величества Ритора Четвертого об уравнивании прав урожденных дворян с лицами, имеющими Дар магии, по повелению ныне здравствующего его величества Кронтая Первого студиозу Николаю Петровичу Бутенко жалуется дворянское ненаследное достоинство. Отныне выше рекомый Николай Петрович Бутенко имеет право на титул барона и именование Колин ад Бут, с ношением холодного оружия, грамоты и баронского перстня с именным символом. Ваш символ, тан?

Управляющий перевел дух после этой закрученной тирады и, склонив голову к плечу, выжидающе уставился на меня. Я, обалдевший от вышепроизнесенного, застывшим взглядом ответил на его ожидание. Тан Горий, поняв, в чем заключается проблема, поспешил мне на помощь:

– Вы можете выбрать любой объект, будь то животное, неодушевленный предмет или что-либо иное, который отныне будет вашим символом. По нему все будут знать, что это вы, а не кто-либо иной. Представьте себе этот символ и пошлите его мне. Вы знаете, как посылать мысленный образ?

Вспомнив хоббита Торона Хробинса, я кивнул. Перед глазами почему-то всплыла великолепная фотография в рамке на стене моей комнаты в реальности Земля. Голова сокола сапсана. Я сделал усилие, посылая изображение тану Горию. Тан Горий кивнул и провел рукой над перстнем, который ему протянул управляющий. После этого лэр Тород сложил грамоту и перстень на поднос и направился ко мне. Он остановился передо мной и снова заголосил:

– Именем его величества Кронтая Первого, примите эти символы дворянства и с честью пронесите их через всю жизнь, дабы вас с гордостью поминали потомки ваши!

У меня в голове раздался голос тана Гория: «Приложите правую руку ладонью к сердцу, склоните голову и скажите: «Принимаю сии знаки и клянусь с честью пронести звание дворянина и быть верным вассалом его величества» – это ритуальная фраза». Я произнес всю эту белиберду вслед за голосом тана Гория и принял поднос из рук лора Торода.

– Наденьте перстень на мизинец правой руки и носите его не снимая, ибо он является показателем вашего дворянского достоинства,– провозгласил управляющий.

Мы сидели в беседке. Я рассматривал перстень. На нем с изумительной точностью была выполнена голова сокола. Судя по всему, перстень был золотой. Тимон, сияющий, как новенький пятак, расхаживал перед беседкой и, вдохновенно размахивая руками, разглагольствовал о том, как хорошо быть дворянином.

– С дворянином поведешься – дворянства наберешься! – фыркнула Аранта. Я так и не понял, как она отнеслась к этому. Гариэль и Тимон, узнав о происшедшем, с радостью поздравили меня.

– Слушайте! Это же завтра начинаются занятия? – воскликнул я. Если всего несколько дней, проведенных здесь, оказались столь насыщенными, то что будет дальше?

– Ну да! – откликнулся Тимон.– А после первого курса, надеюсь, нас отправят на практику в Лукоморье.

– Лукоморье? – удивился я.– Это где?

Часть вторая

Лукоморье? Подождет!

Глава 1

Громкий звук ворвался в мой сон, заставив рывком принять сидячее положение и открыть глаза. Напротив меня сидел мой друг Тимон. Он так же ошалело хлопал глазами, как и я.

– Что это было? – хриплым спросонья голосом спросил я.

Тимон сфокусировал на мне взгляд и попытался вникнуть в смысл вопроса. Но тут новый удар колокола снял вопрос как уже ненужный.

– Вот! – поднял вверх указательный палец Тимон.– Первый колокол!

– Ну ясно, что не второй! – пробурчал я, мысленно пообещав себе найти этот колокольчик и испробовать на нем свое фирменное блюдо – боевой пульсар!

Итак. Я здесь, и мне предстоит учиться в Школе.

– Сколько у нас времени до начала занятий? – осведомился я, натягивая брюки.

– Если верить Гариэль, то два с половиной,– пыхтя, ответил Тимон.

Он прыгал на одной ноге, уже одетой в штанину, пытаясь просунуть вторую ногу в штаны. На мой взгляд, он первую ногу всунул не в ту штанину, поэтому процесс надевания штанов обещал быть забавным. Грохот от падения тушки Тимона на пол и сопровождающие его проклятия подтвердили мои предположения. Я похрюкивал от смеха, стараясь, чтобы Тимон не услышал моего хрюканья и не увидел мое перекривленное от усилий сдержаться лицо. Жаль! Услышал!

– Колин! – услышал я его грозный голос.– Я на тренировке посмеюсь. Боюсь, что тебе там будет не очень смешно!

Сдерживаться уже не было нужды, и я рассмеялся в полный голос.

– Тимон, ты сначала из штанов выпутайся! У нас нет времени на тренировку. Надо срочно приводить себя в порядок и бежать в столовую. Жить голодным до обеда мне в облом!

– Что значит «облом»? – озадачился Тимон.

– Вот останешься без завтрака, узнаешь.

В столовой царило оживление и было непривычно людно. Тимон первым увидел столик, за которым уже сидели Гариэль и Аранта. Мы пробрались к нему и радостно поприветствовали наших девочек. Я обратил внимание на соседний столик. Там, на приставленных друг к другу табуретах, восседала здоровенная личность. Причем «здоровенная» – неправильно. Правильно – «ЗДОРОВЕННАЯ». То, что я вначале принял за куртку, вывернутую мехом наружу, на самом деле оказалось его шерстью. Широченные, слегка покатые плечи, близко посаженные глаза, тяжелая нижняя челюсть, методично двигающаяся при поглощении пищи, в изобилии стоящей на столе. Огромные волосатые лапы обеспечивали процесс непрерывной подачи для работы челюстей. Внушительная палица стояла прислоненная к столику. Проходящие мимо люди и другие существа делали крюк, стараясь держаться от этого монстра подальше. Я устроился за столом и толкнул локтем Тимона. Когда он повернул ко мне голову, я показал на это чудо. Тимон шепнул:

– Тролль! Откуда он здесь и зачем?

Гариэль шевельнула ухом. С ее-то слухом и не услышать! Она, ехидно улыбаясь, сказала:

– Мальчики! А вот разрешите вас познакомить с одним нашим одногруппником!

Мы одновременно с Тимоном глухо сглотнули. Тролль прекратил жевать, не спеша повернул к нам голову. Я посмотрел в темно-карие глаза. Ого! В них плясали веселые чертики. Тролль явно не соответствовал пословице о соотношении силы и ума. Гариэль представила нас полными именами.

– Тартак Хоран Банвириус,– басом прогрохотал тролль,– можно просто Тартак,– подумав, заключил он.

– Вы тоже желаете стать боевым магом? – великосветским тоном вопросил Тимон.

– Давайте на «ты»,– взмолился Тартак.– Я вижу, что вы из благородных, но я так не могу.

– Ладно, ладно! – замахал рукой Тимон.– Это не принципиально. Так что, у тебя есть Дар?

– Да,– гордо сказал Тартак,– четвертого уровня! Мне сказали, что я, пожалуй, единственный чистокровный тролль, имеющий Дар.

Я увидел, как сидящие за соседними столами напряглись, не зная, чего ожидать. То, что тролль разговаривает, еще не означает спокойствия. А ну как сейчас этот дядя прихватит свою дубинку и пойдет махать ею направо и налево? Разговор был тихим, но то, что имеет место общение с троллем, видимо, их напрягало. Аранта искренне наслаждалась нашим замешательством.

Тартак тем временем продолжал:

– Я пошел к вождю и сказал ему, что хочу стать боевым магом. Он долго ржал, потом мы с ним подрались… Когда у меня сросся перелом ноги, а вождю целители вырастили новые зубы, мы снова с ним поговорили…

– И снова подрались? – перебила Аранта, очаровательно улыбаясь Тартаку.

Тартак сделал паузу, некоторое время молча смотрел на Аранту, потом пробурчал:

– Вообще-то, когда говорят мужчины, бабы молчат.

Улыбка Аранты стала еще шире. Ой, что-то мне не нравится развитие разговора. Клыки у Аранты заметно удлинились.

– А я не баба!

Тартак хмыкнул, начисто игнорируя клыки Аранты, которые были уже хорошо видны.

– Извини, дорогуша, но на мужика ты что-то непохожа.

Улыбка исчезла с лица Аранты. Я почувствовал, как возрастает напряжение в зале.

– А если я сейчас рассержусь? – тихо спросила вампирша.

Тартак еще раз хмыкнул:

– Я один раз уже рассердил одного такого же зубастого, как ты. Здорово тогда мы повеселились! Все пытался меня на зуб попробовать. Ну шерсти он моей нажрался, а до мяса так и недогрыз! Но от моей дубинки он, шельмец, ловко уворачивался! Не сердись, цыпа! Нам вместе учиться.

Аранта немного помолчала, потом, видимо поняв, что тут устраивать демонстрацию боевых навыков не стоит, расслабилась.

– Ладно, только постарайся держаться в рамках. Здесь баб нет! Здесь все братья студиозы. Понял?

Тартак кивнул:

– Постараюсь, но только привычки не сразу исчезают, так что ты, в случае чего, не сердись!

Несмотря на массу, Тартак очень легко поднялся и вышел из-за стола, прихватив по пути свою палицу.

– Ну что, пошли на площадь? Там сейчас всех собирают,– пробасил он, выжидательно глядя на нас.

Аранта, прищурившись, смотрела на него. Гариэль положила свою руку на сгиб локтя Аранты, успокаивая ее:

– Ари, в племенах у троллей действительно женщины не имеют авторитета. Так уж сложилось.

Тролль кивнул :

– Да. Хотя, бывало, моя мамаша без авторитета так чихвостила папашу, что он драпал от нее со всех ног, а авторитет несся впереди него!

Все расхохотались, напряжение исчезло.

Площадь перед главным зданием была полна. Народ толпился в основном по краям. Наверное, это были родственники и любители зрелищ. Но и на самой площади тоже хватало людей и нелюдей. Пробираясь вслед за Тартаком, я заметил пару гномов, несколько эльфов и даже одного субъекта непонятной расы, во всяком случае, я такой не знал. Перед главным зданием в воздухе реяли знамена. На крыльце люди в форме, с музыкальными инструментами в руках оглашали воздух совсем не музыкальными звуками. Надеюсь, потом это будет звучать лучше. Над площадью в воздухе висели разноцветные цифры. Тартак радостно рыкнул и направился к цифре «1». Народа на его пути вроде бы и не существовало. Хотя так оно и было. Попробуйте встать на пути тепловоза! Не думаю, что вы долго выдержите, если только ваша фамилия не Каренина и встреча с тепловозом не входит в приоритет ваших рандеву. Среди тех, кто находился на пути тролля, Карениных не было. Все шарахались с пути Тартака с максимальной скоростью, на которою были способны. Мы бодренько пристроились вслед за Тартаком и довольно быстро добрались до места. Первый курс уже почти собрался. Вокруг нас суетился младший преподаватель Алим, пытаясь выстроить из сброда, именуемого первым курсом, колонну. Оркестр издал особо душераздирающий звук и замолчал. Под другими цифрами тоже началось движение в попытке как-то организоваться. Перед оркестром появился низенький, толстенький, лысенький человечек. Он встал к нам лицом, поклонился и, вновь повернувшись к оркестру, резко вскинул обе руки вверх. Оркестр рявкнул что-то бравурное, и на крыльце появилась процессия, во главе которой шествовал тан Горий. Все были одеты в синие балахоны и шапочки. Тан Горий вышел чуть вперед. Оркестр замолчал. Площадь притихла.

Я осмотрелся по сторонам. Ярко одетая публика явно жаждала зрелищ. А вот студиозы выглядели иначе. В колонне под цифрой «2» ребята стояли хмурые, и на лицах их явно было написано, что они попали не туда, куда хотели. Третий и четвертый курсы явно ожидали конца этой тягомотины. Пятый дружно отвернул головы в другую сторону, наблюдая любовные игры двух кабыздохов. Шестой курс в колонну становиться не пожелал и снисходительно наблюдал за разворачивающимся действием. Образовалось два полюса внимания, причем кабыздохи лидировали. Тан Горий такого допустить не мог. Он некоторое время оценивал ситуацию, потом сделал изящное движение рукой, и собаки плавно растворились в воздухе.

– Надеюсь, он их только телепортировал,– пробормотал Тимон, стоя рядом со мной.

Сосредоточив, таким образом, внимание на себе, тан Горий удовлетворенно улыбнулся, и над площадью загремел, явно усиленный магией, голос:

– Уважаемые студиозы и гости, поздравляю вас с началом нового учебного года!

Переждав аплодисменты – причем гости аплодировали восторженно, а студиозы вяло,– тан Горий продолжил:

– Наши лучшие преподаватели готовы предоставить вам огромные залежи знаний!

Ага! Как раз огромные залежи знаний и вызывали у студиозов чувства, не похожие на радость! Ведь разгребать эти залежи придется им.

– Вы будете иметь возможность совершенствовать свои навыки и повышать мастерство магических действий!

Ну в общем, вся речь была составлена по канонам подобных ей во все времена. Пойдите 1 сентября в любую школу, и вы услышите то же самое. Под конец, скорее всего, преподы разведут нас по классам на занятия.

– А сейчас наши уважаемые преподаватели проводят вас в аудитории, где вы начнете занятия!

Снова раздались аплодисменты. Оркестр изобразил торжественную кантату. Бабах! Фейерверк! Над площадью взмыли разноцветные огни, которые начали складывать разные картинки. Наверное, именно на это зрелище и приходили многочисленные зеваки.

Действительно, к нам подошла дама лет сорока на вид. Подчеркиваю, на вид. Как я успел узнать, возраст мага невозможно определить визуально. Например, тот же тан Горий выглядит на сорок – сорок пять, а на самом деле ему не менее двухсот сорока лет.

– Здравствуйте, я танесса Лиола ад Серез, преподаватель практической магии. Прошу всех следовать за мной! – сухо сказала она.

Танесса Лиола повернулась и пошла в сторону корпусов, не оборачиваясь, уверенная, что мы следуем за ней. А куда деваться? Следуем.

Аудитория представляла собой достаточно большую комнату, заставленную чем-то вроде парт, но одиночных. У ближней к двери стены было сделано возвышение с кафедрой.

Мы ввалились в нее и начали рассаживаться по партам. Тартак, с трудом протиснувшись в дверь, протопал к парте и, задумчиво постукивая пальцами по столешнице, выжидающе смотрел на танессу Лиолу. Та правильно поняла ситуацию, достала из складок своей хламиды какую-то палочку с веревочной петлей на конце и подошла к троллю.

– Вам, Тартак, надо надеть этот амулет на шею.

Тартак, приняв из рук танессы амулет, недоверчиво повертел его в руках.

– Этот амулет создал тан Горий лично,– подчеркнула танесса Лиола,– при нажатии на зеленое окончание ваши габариты уменьшатся. Если вы нажмете на красное окончание, они (габариты) вернутся в норму. Носить амулет следует на шее во время занятий. Не следует пользоваться им постоянно, не следует нажимать на зеленое окончание более одного раза. Это может привести к неприятным последствиям.

С трудом протиснув голову в петлю, Тартак нажал пальцами на нижнюю часть амулета. Его размеры моментально уменьшились. Не то чтобы очень, но существенно. Тартак шлепнулся на сиденье парты, та жалобно заскрипела. Ну да, вес-то его остался прежним! Тролль потянулся к своей палице. Ага! Промазал! Лапки-то тоже укоротились. Привстал, дотянулся и подволок к своей парте. Нормально! Тихое «хи-хи» Аранты. Тартак громко засопел и грозно взглянул на притихший класс.

Дверь распахнулась, и в аудиторию быстрым шагом вошел пожилой человек. Я по привычке вскочил.

– Вы что-то хотите сказать? – спросил он у меня.

– Нет. Просто у нас принято вставать, когда входит учитель,– покраснев, ответил я.

– Не учитель, а преподаватель,– поправил меня вошедший,– похвальный обычай, но, к сожалению, у нас его нет.

– Тан Хараг ад Простунер – преподаватель теории магии,– представила вошедшего танесса Лиола.

– Здравствуйте, молодые люди,– поздоровался тан Хараг.– Эта лекция вводная, поэтому общая. Разделение на группы будет потом. Итак, теоретическая магия. Что это такое? Вы можете засомневаться: разве бывает магия без практики? Не бывает, скажете вы и будете не правы! Первое: вы должны знать суть исполняемого вами магического действа. Вы должны хорошо понимать, что и как должно получиться! Если автоматически будете реализовывать заложенное в вас заклинание, то это может привести к катастрофическим последствиям, и не только для вас. Второе: зная теорию магического действия, но не имея соответствующего уровня Дара, вы можете подсказать вашему коллеге, который имеет соответствующий Дар, но не знает, как осуществить магическое действие.

Вот это загнул! Я ошеломленно смотрел на тана Харага. Смысл сказанного как-то ускользнул от меня. Такой переход к учебе был слишком резок! Остальные, по-видимому, были со мной солидарны. Тимон, мучительно сморщив лоб, пытался осмыслить только что сказанное. А Тартак, так тот и не пытался! Вероятно, речь преподавателя так быстро пронеслась мимо его ушей, что он даже и не понял, что там было.

Видимо, тан Хараг заметил легкое обалдение аудитории.

– Есть вопросы?

Тимон первый решил задать вопросы:

– Это как – подсказать?

Тан Хараг терпеливо вздохнул.

– Поясню на простом примере.– Он, прищурившись, посмотрел на Тартака.– Вот вы имеете, если не ошибаюсь, четвертый уровень Дара. Амулет несколько мешает определить более точно.– Тартак опасливо посмотрел на амулет и кивнул. Тан Хараг продолжил: – Предположим, что вам пришлось оборонять крепость при нападении врага. К стене приближается осадное орудие. Его надо ликвидировать боевым пульсаром. Ваш уровень не позволяет этого сделать. Рядом с вами стоит молодой маг, который по своему уровню мог бы это сделать, но не знает как. Вы можете, зная теорию создания боевого пульсара, помочь ему. Понятно?

Тартак отрицательно покачал головой

– Что вам непонятно? – нахмурился тан Хараг.

– Дык, если он маг, так чего он не будет знать, как делается пульсар?

– Ну предположим, что он еще неопытный и забыл, как это делается.

– Так палицей ему по кумполу! Сразу вспомнит,– внес предложение Тартак.

Под общий смех тан Хараг безнадежно взмахнул рукой.

– Итак, я буду преподавать вам теорию. Практическую сторону полученных знаний вы будете отрабатывать под руководством танессы Лиолы,– (вежливый поклон в сторону влюбленно на него глядевшей танессы,– в специально отведенном для этого месте – на полигоне. Для магических действий вы должны уметь входить в соответствующее состояние. Учить вас этому будет тан Алим. Маг должен не только уметь творить магию. Он должен быть крепким и здоровым. Вопросом крепости и здоровья займется преподаватель боевых искусств Багран Скиталец. Более того, каждая группа будет проходить смежные науки в необходимом объеме, у разных преподавателей. На этом вводная лекция окончена. Сейчас тан Алим проводит вас в зал медитации.

Тан Хараг кивнул нам и, резко развернувшись, исчез, заставив меня в очередной раз уронить бедную нижнюю челюсть на поверхность парты. В дверь вошел Алим и бросил вопросительный взгляд на танессу Лиолу. Та кивнула.

– Прошу вас встать и следовать за мной,– обратился к нам Алим.

Мы с готовностью повылезали из-за парт. Не обошлось без заминки. Тартак сначала нажал на красную сторону амулета. Растерянно глядя на кучку досок у его ног – все, что осталось от парты, он начал бурчать что-то типа извинений. Сморщившись, как от зубной боли, танесса Лиола махнула ему рукой. Иди, мол.

Хихикая, мы следовали за таном Алимом. Шли недалеко. Просто спустились на один этаж и зашли в зал. Зал был пуст, то есть мебели не было. По полу были разложены маты. Не совсем такие, как в школе, в зале физры, а круглые и поменьше. Алим сказал:

– Подождите, я скоро,– и куда-то ушел.

– А это что за аристократ? – услышал я голос за спиной.

Я резко повернулся, определяя источник голоса. Источник не спеша подходил к нам. Смотрел он, оказывается, не на меня, а на Тимона. Ну да, после происшествия в самом дешевом трактире Тимон не расставался с рапирой. Вот и сегодня она находилась на обычном месте – у бедра. Источником оказался паренек невысокого роста, рыжий, с прищуренными глазами зеленого цвета, издевательски и с вызовом смотрящими на Тимона. За его спиной стояли еще двое парней, похожесть которых выдавала в них братьев. По их физиям было видно, что они не дураки подраться.

– Воспитанные люди,– холодно произнес Тимон,– сначала здороваются, потом представляются и лишь потом задают вопросы.

– Так то воспитанные,– издевательски пропел рыжий.

Так, дело пахнет доброй дракой. «Как давно не ходил я в походы!» – подумал я, занимая позицию слева от Тимона и чуть сзади. Я увидел, как рука Тимона с побелевшими костяшками пальцев легла на эфес рапиры. Я нежно улыбнулся ребяткам, потирая левой рукой кулак правой.

– Дуэли в Школе запрещены,– негромко сказала Гариэль.

– А жаль! – добавила Аранта, занимая позицию справа от Тимона.

– Ну зачем же сразу дуэль? – вдруг прогудел тролль.– Давайте я ему сломаю руку или ногу. В случае чего, вы подтвердите, что он случайно упал.

– Точно! Или лучше, что ты его случайно уронил,– улыбнулась троллю Аранта.

Рыжий с братьями посмотрели на Тартака и разом поскучнели. Тартак приставил свою палицу к стене, потянулся и неожиданно рявкнул:

– Ну что, корявые, пободаемся?

– Что здесь происходит? – холодно спросил вошедший Алим.– Жерест, опять ты задираешься? Смотри, из Школы очень легко вылететь, но потом в нее тебе уже не поступить!

Тартак шумно засопел и укоризненно посмотрел на тана Алима. Я заметил в глазах Аранты явное сожаление, что не удалось подраться. Но лично мне стало легче. Не хотелось бы начинать первый день учебы с потасовки. Хотя, если бы она началась, я бы в стороне не остался.

– Фулос и Харос, я бы не советовал вам лезть в компанию к Жересту. Это может закончиться весьма плачевно для вас,– продолжил Алим, строго глядя на братьев.

Те отвели взгляды от бугрящейся мышцами туши тролля и закивали головами, показывая Алиму, что они все поняли, уяснили, раскаиваются и больше не будут.

– Сейчас мы займемся медитацией,– провозгласил Алим.– Прошу вас занимать места на площадках. Рекомендую тренироваться три раза в день. Мы будем вырабатывать состояние, необходимое для магических воздействий.

– Это боевой транс, что ли? – спросила Аранта.

– Нет. Боевой транс – это несколько иное. Когда вы станете дипломированными магами (если останетесь в живых), то в состояние магического озарения вы сможете входить практически мгновенно и автоматически.

Мне как-то очень не понравилось замечание про возможность не остаться в живых, услышанное из уст Алима.

Домой после учебы мы возвращались в молчании.

– Ну этому Жересту я бы не советовал покидать пределы Школы,– внезапно сказал Тимон.– Как только он их покинет, я тут же его вызову, и никуда он не денется.

– А почему бы тебе просто не набить ему морду? – спросил я.– Я тоже, пожалуй, пну его ногой пару раз, когда он уже упадет.

Аранта расхохоталась.

– Да нет,– тоже улыбаясь, сказал Тимон,– он дворянин, а дворянам драться невместно! Запомни это. Ты ведь тоже дворянин.

– Да какой он дворянин? – зло сказал я.– Ты его рожу видел? Да рядом с его семьей дворяне рядом не стояли!

– Я видел его перстень! Забыл, что маги приравнены к дворянам? Пусть даже родом они из свинопасов.

Глава 2

Мы наматывали уже второй круг вокруг комплекса Школы. Впереди, как всегда, тяжело бухал своими лапами Тартак. Причем «тяжело» в прямом смысле, с его-то весом. Дальше все растянулись цепочкой. Хотя сейчас рядом с нами и не несся неистовый Багран Скиталец со своим долбаным стеком, которым он подгонял отстающих, скорость мы держали приличную. Мы – группа боевых магов, то есть будущих боевых магов. Девять человек, вернее шесть человек и три нечеловек. В нашу группу вошли я с Тимоном, Гариэль, Аранта, Тартак. Также Морита ад Кервин – крепкая девушка из Северных земель. Там, как она нам рассказывала, слабые долго не живут. Там полный набор всех «прелестей»: голодные белые волки, нападающие на поселения людей зимой, нежить агрессивная и очень до человечинки охочая. Саблезубы, прячущиеся в кронах деревьев и прыгающие на спину проходящим. А если еще вспомнить о том, что недалеко расположены границы северных орков… Да, весело там у них! Как ни странно, в нашу группу вошли и Жерест ад Туран с братьями ад Шейт – Фулосом и Харосом. Вон он, Жерест. Бежит чуть в стороне и хмуро, с опаской косится на Тартака. Ага! Не зря. Три дня назад Тартак, который никогда не расстается со своей дубинкой, так ловко шибанул ею по ветке дерева, что отделил ветку от материнского тела. На свою беду, Жерест бежал как раз за Тартаком. Вот часть от того, что свалилось и зацепило его. Поистине – «Дар небес»! Вон как физиономия разукрашена! А тогда пришлось тащить его к целителям. Помнится, тогда Багран разорался. Кричал, что мы побили собственный рекорд медлительности, установленный нами на первом занятии. А мне то занятие понравилось! Мы заскочили по пути в столовку и здорово там подкрепились. Потом был бег трусцой. Быстрее мы не могли. После этого случая и стал Багран бегать с нами.

ЛИРИЧЕСКОЕ ОТСТУПЛЕНИЕ

Стенограмма лекции преподавателя боевых искусств Баграна Скитальца

Так. Стоять там! Слушать сюда!

Вы мясо!

Пока вы не владеете магией, вы мясо!

И ваши враги будут вас есть!

Когда вы овладеете магией, у вас врагов будет еще больше. Вами будут еще интересоваться существа, которые питаются магией.

Поэтому только тот, кто владеет боевыми искусствами, может рассчитывать на долгую жизнь.

Конечно, за время вашего обучения в стенах Школы вы не изучите боевые искусства в нужном объеме. За это время вы, пожалуй, сможете овладеть боевой стойкой, чтобы попытаться обмануть вашего противника. Пусть он думает, что вы владеете боевыми искусствами. Ха!

Может быть, кто-то из вас, наиболее способный, научится уклоняться и изучит пару приемов. Но и только!

Я возьму на себя этот тяжкий труд и попытаюсь вбить в ваши тупые головы хоть что-то!

Вы меня еще не знаете, но вы меня узнаете! Учить боевые искусства не тяжело. Учить боевые искусства очень тяжело! Вы будете умирать на моих занятиях. Потом лекари вас будут оживлять, и вы снова будете умирать! А теперь, чтобы вы не думали, что это просто слова, пять кругов вокруг комплекса! Бего-о-о-ом марш!

………….........................................................................

……………......................................................................

Ну что вы хекаете, как загнанные лошади?

Это непостижимо! Вы бежали несчастных пять кругов целый урок! Позор!

Это новый рекорд самого медленного бега!

На следующем занятии вы у меня пробежите вдвое быстрее! И тот, кто не пробежит, потом очень об этом пожалеет!

Урок закончен. Идите и тренируйтесь, немочи!

Вообще-то Багран мужик неплохой, только любит поорать. Оценил я его на втором занятии. Он нам показывал свое мастерство, типа какие мы будем, если выживем в первые три года, почему-то именно этот срок он нам выделил на оставшуюся жизнь. Мы тогда стояли кучкой унылого вида. Почему унылого? А какой бы вы имели вид после плотного завтрака, а потом пяти кругов вокруг комплекса? Причем Багран не поленился пробежаться с нами. В руках у него был стек, которым он угощал отстающих по мягкому месту. Впрочем, девчонок он не бил, а покрикивал на них, зато парням досталось по полной программе.

Так вот, стоим мы, а Багран ходит перед нами и рассказывает, какое мы мясо и что кто-то уже приготовился нас схомячить. И стол уже стоит, и скатерть уже постелена, и специи приготовлены.

– Вот вы ухмыляетесь, а зря! – вещал Багран.– Вот ты, здоровый! Как там тебя? Тартак? Давай выходи в круг. Дубинку свою можешь тоже взять.

Тартак набычился, перебросил палицу из одной руки в другую и шагнул в круг. Мы приготовились к зрелищу. Тартак уже успел показать, как он владеет своей палицей. А весила она очень прилично. Тартак как будто не чувствовал этого веса. Палица в его руках могла вращаться на манер вертолетного винта и делать самые замысловатые движения. Как объяснил нам Тартак, без этого в его племени не выжить. Была там, знаете ли, нехорошая привычка лупить по голове несогласных с твоим мнением.

Багран двинулся по кругу, обходя Тартака. Тот, покачивая в руке палицу, поворачивался за ним. Багран сделал движение навстречу Тартаку. Тартак взмахнул палицей, и... Палица улетела в сторону, а Тартак, мелькнув в воздухе ногами, рухнул на мат. Меня удивила сила Баграна. Тартак был потяжелей своей палицы. Тролль взревел. Одна рука его была вывернута и зажата в болевой захват Баграном. Тартак заколотил свободной рукой по мату.

– Вот так! – удовлетворенно сказал Багран, вставая с Тартака.– Есть еще желающие?

А вот это он погорячился! Зря! Очень зря! Чуть пожав плечами, в круг шагнула Аранта. Багран, удивленно приподняв правую бровь, усмехнулся и, протянув руку, шагнул в сторону Аранты. Что произошло после, никто не успел заметить. Багран поспешно покинул пределы круга, причем сделал он это по воздуху, головой вперед, и гулко приземлился метрах в трех от места взлета. Мгновенно вскочив на ноги, Багран с уважением посмотрел на Аранту и мягким кошачьим движением снова скользнул в ее направлении. Аранта, чуть пригнувшись, сузившимися глазами наблюдала за ним. Я понял, что сейчас начнется танец на сверхскоростях. Поспешно перестроил свой организм. Мир потерял краски, а птичий гомон перерос в гул, зато я смог насладиться поединком в полной мере. Быстрые, даже по меркам сверхскорости, удары Баграна и блоки Аранты, ответные удары Аранты и изящный уход Баграна – все это слилось в великолепный танец боя. Вряд ли я когда-нибудь еще увижу подобное! Все действо длилось долго в моем восприятии и быстро в реальном времени. Багран отскочил от Аранты и в знак остановки поднял обе руки.

– Что это было? – выдохнул стоявший рядом со мной Тимон.

– Полный абзац! – ответил я с восторгом.

– Кто ваш учитель? – спросил Багран, с удовольствием рассматривая Аранту.

Аранта в ответ широко улыбнулась.

– Вопрос снимается. Я мог бы заниматься с вами дополнительно. У вас не совсем правильная постановка блоков,– деловито рассказывал Багран,– и после некоторых блокирующих движений можно было сразу переходить к атакующим действиям.

– Я знаю,– мило улыбнулась Аранта,– просто меня не готовили к учебным поединкам, а учили бить сразу на поражение. Поэтому мне было очень трудно не убивать вас.

Багран озадаченно почесал тыковку.

– Однако!.. Вы можете не посещать занятия. К сожалению, я вам ничего нового дать не смогу.

– Я все равно буду ходить. Мне нужна физическая подготовка, чтобы не расслабляться.

– Ну это уже ваше личное дело! – улыбнулся Багран.– Но в случае пропуска у меня к вам претензий не будет.

Жерест, до этого стоявший с унылым видом, пробурчал:

– Ну вот, пять секунд помелькали, и сразу «свободна от занятий»!

Багран услышал это бурчание:

– Эй! Орелик! Если ты выстоишь против меня хотя бы три секунды, я съем свою шляпу.– Багран жестом показал на импровизированную вешалку, где, среди всего прочего, висела внушительного вида широкополая шляпа.– Но если ты не сможешь этого, то на протяжении всех занятий будешь работать учебным пособием [1]. Усек? Это касается всех, кроме тебя! – Багран повернулся ко мне.

– Ты, как я заметил, успевал следить за боем. Ты что, тоже вампир?

Я хотел было разразиться гневной речью по поводу моего отношения к этим существам, однако, взглянув на Аранту, которая стояла ко мне спиной, но явно прислушивалась, сказал совсем не то, что хотел:

– Вы мне льстите, учитель. Мне до Аранты далеко, и я – не вампир.

– Но у тебя есть потенциал. Я с тобой могу заняться дополнительно.

Ой-ой-ой! Так ли хорош этот подарок, как думает Багран? Впрочем, это придется познавать в процессе. Вряд ли у меня есть выбор.

– Если вы займетесь со мной кендо, то я не против дополнительных занятий.

– Займусь чем?

– Кендо – искусство владения холодным оружием: рапирой, мечом, кинжалом...

– Ну это называется немножко по-другому. Ладно, включим в тренировки и это.

С тех пор каждый день после занятий приходится мне выкраивать три-четыре часа на тренировки. Гоняет меня Багран безжалостно, но, как ни странно, мне это начинает нравиться. По утрам уже я могу задать перца Тимону. Он мне не говорил, но я знаю, что он подходил к Баграну с просьбой заняться и им. Судя по обещающим взглядам Тимона, Багран согласился.

Как сказал Алим, боевой маг – это воин-маг, а не наоборот. Мол, бывают ситуации, когда просто не успеваешь применить магию, а жить-то хочется!

Что-то я отвлекся. Мы уже намотали пять кругов вокруг комплекса. Вон и Багран уже стоит и нас поджидает. Ну что, финишный спурт?

ЛИРИЧЕСКОЕ ОТСТУПЛЕНИЕ

Вводная лекция танессы Хирув по целительству

ТИХО!!!

Здравствуйте! Так, по физиономиям вижу – боевики! Только у боевиков такие бандитские физиономии! Вот вы! Ну да, вы! Зачем вам целительство? Вас зовут Тартак? Для чего вам нужно целительство?

Что? Раны лечить?

Сейчас меня нужно будет лечить!

Чьи раны? Ваши? Хотела бы я посмотреть на самоубийцу, который попробует нанести вам рану! Ну ладно! С этим громилой понятно, но девушки!

Как вас зовут? Аранта… Гариэль… Морита.

Аранта, улыбнитесь еще раз... Больше вопросов к вам не имею.

Гариэль, вы светлый эльф. Вы должны дарить жизнь, а не отнимать ее!

Что? Нежить не имеет права на жизнь? Кто это вам сказал?..

Впрочем, это неважно!

Важно то, что вы должны уметь лечить ранения, которые вы будете, несомненно, получать. Вы не будете изучать целительство основательно. Ваша дальнейшая жизнь – это жизнь мясников. Умение заживить колотые и резаные раны. Срастить сломанную руку или ногу. Это все, что вам нужно!

Похмелье? Это кто спросил?..

Жерест, вы много пьете?.. Ах вы выпиваете! Так вот и мучайтесь!

Мгновенного заживления и регенерации не бывает. Даже маги с высочайшим уровнем Дара не могут добиться этого. Конечно, у них заживление происходит быстрее и качественнее, чем это будет происходить у вас. Основные заклинания, а также зелья, необходимые при этом, мы и будем изучать в процессе дальнейшего обучения. Почему у вас такие кислые лица? Неужели вы съели что-то кислое, а я и не заметила? Да, еще! Отрубленные конечности вы сами вылечить и восстановить не сумеете! Поэтому желательно подобрать то, что отрубили, и с этим к профессиональным целителям бежать. Бежать очень быстро!

Что?.. Если отрубят ногу? Ползти! Ползти очень быстро!..

Ну что будет иначе? Иначе будет красивый холмик, под которым вы и будете лежать и жалеть, что не умеете быстро ползать.

На этом вводная лекция закончена. Прошу покинуть помещение!

Глава 3

Тартак, самозабвенно размахивая своей палицей, что-то рассказывал братьям ад Шейт. Те, приоткрыв рты, восхищенно ему внимали, не забывая, однако, время от времени пригибаться от свистевшей у них над головой палицы.

Мы – я, Тимон и Гариэль – стояли у входа на полигон и вели дискуссию. Тимон, услышав, что я без применения заклинания создал боевой пульсар, предлагал попробовать еще раз это сделать. Гариэль, наоборот, советовала быть осторожным.

– Нет, Колин, это пока мы не проходим. Не надо пробовать! – втолковывала мне Гариэль. Тимон явно с ней был не согласен.

– Если у него уже раз получилось, то надо попробовать,– горячился он.– Где, если не здесь? Полигон идеально приспособлен для таких опытов…

Вдруг Гариэль нахмурилась и строго посмотрела на Жереста. Я заметил, что на лице Мориты появилась гримаса отвращения. Аранта, прохлаждавшаяся в тени, тоже заметила.

– Эль! Что случилось?

Вместо ответа Гариэль обратилась к рыжему:

– Послушай! Если ты озабочен, то, по крайней мере, не надо это так явно демонстрировать!

Жерест, ехидно улыбаясь, возразил:

– Ну почему не надо? Очень даже надо!

Тартак & C°, поняв, что назревает скандал, повернулись в нашу сторону. Гариэль мы любили, в отличие от Жереста. Она стала негласной совестью нашей группы. К ее мнению и советам мы прислушивались. Она была самой старшей по возрасту. По ее собственному признанию, Гариэль было под пятьдесят лет. Не буду повторять избитую истину, что для эльфов это не возраст. Тартак так вообще ее воздвиг на пьедестал и готов был за нее в огонь и воду. Аранта, как близкая подруга, тоже могла устроить веселую жизнь обидчику Гариэль, буде такой появится. Вот как раз эту сладкую парочку, Тартака и Аранту, Жерест определенно побаивался. Остальных он в грош не ставил. Аранта мягко скользнула поближе к Жересту и ласково спросила:

– И что же, очень надо?

– И поподробнее, чтобы я понял! – пробасил Тартак.

Улыбка Жереста подувяла. Морита, мстительно улыбнувшись, наябедничала:

– А он нам похабщину транслирует. Мы его уже сколько раз просили прекратить, а он не слушает.

– Ай-ай-ай! – сочувственно покачала головой Аранта.– Не слушает! Нехороший мальчик! – Внезапно голос ее изменился.– А хочешь все твои проблемы как рукой снимет? МОЕЙ РУКОЙ!!!

– А я обезболивание сделаю! – радостно взревел Тартак.– Разок палицей по кумполу, и ничего не почувствуешь!

– Эй, ребята! – вмешался Тимон.– А как же моя дуэль? Я же его хочу прогуляться пригласить. Вот и Колина, в качестве моего секунданта, тоже.

– Да, не повезло тебе, Тимон,– покачал головой я.– После операции, которую проведут такие опытные медики, как Тартак и Аранта, ты ЭТО хочешь вызвать на дуэль? Не думал я, что ты настолько жесток!

Жерест попятился:

– Ребята, я же пошутил!

– А я нет! – прошипела разъяренная Аранта.– Еще одна такая шутка, и одним студиозом в Школе будет меньше!

Белки глаз у Аранты покраснели, клыки удлинились, а на руках вместо ногтей выросли длинные острые когти. Мне стало не по себе от ее вида.

– Хватит! – крикнул я и вклинился между Арантой и Жерестом.– Аранта, успокойся! А ты,– я обернулся к Жересту,– не забывай, что здесь придется отвечать не только за поступки, но и за мысли! Понял?

Жерест судорожно закивал головой. Он побледнел, губы тряслись. Видимо, понял, что еще немного и… Митькой звали!

Танесса Лиола подошла в точно назначенное время. Окинув взглядом нашу группу, она спросила:

– Ну что, готовы?

– Ага… Это… Ну… Да! – выдал тролль фразу, поражающую своим красноречием и цветистостью оборотов. Особую выразительность ей придавали шумное сопение и страдальчески сморщенный лоб.

Я с удивлением уставился на Тартака. Что с ним произошло? Ага, понятно! Косит под дурачка! Веселые чертики в его глазах выдавали его. Танесса Лиола ласково покивала:

– Деточка, вы бы еще в носике поковыряли для достоверности. Не пытайтесь казаться глупее, чем на самом деле!

– А он такой на самом деле! – хихикнула Морита.– Ой!

Тартак, ущипнувший ее за мягкое место, удовлетворенно засопел.

– Ну раз у вас хорошее настроение, то, пожалуй, можно начинать урок,– сказала танесса Лиола, поворачиваясь к двери полигона.

Она сделала замысловатый жест, шевельнулись губы, произнося какое-то заклинание, и дверь плавно открылась.

– Заходите, деточки! – ласково сказала танесса Лиола.

Мы прошли в здание, вернее, для меня это выглядело как грандиозное здание. Я, когда был в Киеве, видел супермаркеты «МЕТРО» и «ЭПИЦЕНТР», так вот, они были меньше раза в три! Внутри весь полигон был разделен на секции с мутно-зелеными перегородками. Как потом объяснил мне Алим, перегородки – не что иное, как силовые защитные поля. Мы, вслед за танессой Лиолой, зашли в одну из секций. Она была перегорожена высокими стенками, метра два высотой. Эти стенки образовывали лабиринт.

ЛИРИЧЕСКОЕ ОТСТУПЛЕНИЕ

Лекция тана Хартага по пульсарам

Уважаемые студиозы!

Я вижу, что некоторые студиозы не очень уважаемые!

Сядьте туда!

Да-да! Это я вам говорю.

Итак. Моя лекция посвящена пульсарам.

Пульсары представляют собой сгустки магической энергии и создаются для различных целей. Боевые пульсары мы сразу исключим из нашей лекции, потому что для их создания требуется второй уровень Дара, а из всех вас только у студиоза Кольи третий уровень. И, по имеющейся у меня информации, ему удалось создать такой пульсар при инициализации. Как он это умудрился сделать? Никто не может ответить на этот вопрос, а студиоз Колья молчит и не хочет раскрывать свою тайну.

Что? Вы сами не знаете? Ну хорошо. Это вопрос будущего. Свою лекцию я посвящу другим видам пульсаров.

Пульсары бывают: поисковые, осветительные, точечные или, как их называют на Земле, фаерболы, то есть огненные мячи, и боевые.

Аранта, прошу вас записывать. Не надо полагаться на память. Я знаю, что вы очень хорошо помните своих врагов, и я им заранее сочувствую. Но если вы не сможете обнаружить этих самых врагов, укрывшихся в засаде, то сочувствовать уже придется вам, так же как и в том случае, когда вы не ответите мне на экзамене.

Итак! Поисковые пульсары. Цвет голубой. Жест, позволяющий создать пульсар, вот такой... Слово «Постар!» – для пульсара просто поискового и «Постарс!» – для пульсара, передающего зрительные образы. Хочу сразу предупредить: поисковые пульсары существуют ровно столько, сколько идет их подпитка энергией. Жест и слово вы отработаете на практических занятиях. Надеюсь, танесса Лиола не будет мне на вас жаловаться. И еще, не советую использовать более трех пульсаров со зрительными образами: очень трудно ориентироваться.

Осветительные пульсары. Цвет желтый. Жест... Слово – «Свелос!». Используется для освещения темных мест.

Жерест! Если вы еще раз попытаетесь передать свои, простите, похабные мысли Морите, то я вам обеспечу встречу с таном Горием. Я думаю, он по достоинству их оценит и обеспечит вам соответствующие ощущения.

Продолжу. Освещение и его интенсивность зависит от количества заложенной вами энергии и времени, на которое вы его создали, и рассчитывается вот по такой формуле... Переменную времени учитывайте при создании.

И, наконец, точечные пульсары. Цвет красный. Жест... Слово – «Фаррос!». Создается для очень точного удара по точке. Пульсары сродни боевым, но значительно слабее.

Тимон! Кто вам разрешал пытаться создавать его? Я уже сказал, отработка навыков на практических занятиях. У нас есть специальный полигон, защищенный могучим силовым экраном.

На этом я закончу лекцию. Благодарю за внимание. А ваше внимание я проверю на экзамене.

Танесса Лиола начала объяснение задачи на это занятие:

– Деточки! За этими стенами где-то прячется мишень. Ваша задача – создать поисковый пульсар и найти эту мишеньку. Надеюсь, все помнят, как создается поисковый пульсар со зрительными образами? Жест и заклинание «Постарс!». После создания пульсара вы должны направить его в лабиринт. Требуется постоянная подпитка пульсара. Не забывайте! Улавливая обратную связь, вы должны найти мишень. Когда вы ее найдете, она поднимется над лабиринтом, и мы все увидим, что вы – молодец.

– А если не увидим? – спросил Жерест.

– А если не увидим, то ты, деточка, будешь тренироваться в свободное время до тех пор, пока мы не увидим. Поэтому постарайся, чтобы мы увидели сейчас. Ну-с, кто первый попробует?

Иногда решительный шаг вперед – следствие хорошего пинка под зад. Хороший пинок произвел Тартак. Решительный шаг пришлось делать Жересту.

– Очень хорошо! – невозмутимо сказала Лиола.– Необходимый жест… Заклинание!

Страдальчески сморщившись, Жерест исполнил требуемое. Между его пальцев проскочила фиолетовая искра. Вверх потянулась тоненькая струйка дыма. Жерест вскрикнул и замахал рукой, остужая обожженные пальцы.

– Попробуй еще раз,– сказала Лиола.– Необходимый жест… Заклинание!

Жерест напрягся, зажмурил глаза и снова попробовал. На этот раз у него получился голубоватый комок пульсара, плюющийся во все стороны искрами.

– Неплохо! – похвалила танесса.– Попробуй получить от него образ!

Жерест открыл глаза и с удивлением, что у него что-то получилось, уставился на пульсар. Пульсар долго не заставил себя ждать и с легким хлопком исчез.

– А про подпитку забыл? – прозвучало замечание от танессы Лиолы.– Не забывайте, что поисковые пульсары подпитываются вашей энергией! Еще раз!

Наконец-то у Жереста получился пульсар, и его лицо озарилось восторгом. Пульсар дернулся и осторожно влетел в проем лабиринта. Жерест стоял с закрытыми глазами. Он старательно управлял пульсаром, рефлекторно двигая руками и делая движения корпусом.

– Есть! – вскрикнул Жерест. Одновременно с этим над стенами лабиринта взмыло что-то похожее на надувной шар с белыми и красными полосами.

– А вот и мишень! – удовлетворенно сказала танесса Лиола.– Следующий!

Постепенно попробовали все. У меня получилось достаточно легко! Ощущения были, как в компьютерной игре в лабиринт. Пульсар чутко реагировал на все мысленные пожелания. Особого оттока энергии я не чувствовал.

Танесса Лиола поздравила нас с успешным уроком. Тимон ткнул меня локтем в бок.

– Давай! – прошипел он.

Я решился. Поставил руки, как и тогда, в первый день, и, сосредоточившись, начал нагревать ладони. Рядом слышалось возбужденное сопение Тимона. Ладони начало припекать. Я усилил напор энергии из ладоней. Тихо вскрикнула Гариэль.

– Колин! Что ты там делаешь? – озабоченно спросила танесса Лиола.

Но я уже сделал отталкивающий жест в сторону лабиринта. Неожиданно большой шар ярко-желтого цвета оторвался от моих ладоней и с гулом понесся в направлении стен. Моментально пронзив первую, он продолжил движение, не задерживаясь, пробивая стены одну за другой. Застыв от удивления, я смотрел вслед пульсару. В конце сектора коротко грохнуло, и темно-зеленая стена растаяла.

Громко завопило что-то похожее на сирену. «Тревога! Тревога! Целостность защитного экрана нарушена! Срочная эвакуация присутствующих на полигоне!» – зазвучал голос, как из громкоговорителя.

– Деточки! Срочно выходим! – распорядилась танесса Лиола, не отводя расширенных глаз от меня.

– Ого! – завопил Тимон не хуже сирены.– Я же говорил, что он может клепать боевые пульсары без заклинаний!

У выхода нас встретил тан Горий. Что было им сказано, когда он подошел ко мне, если убрать все ругательства, уместилось в четыре слова:

– БОЛЬШЕ ТАК НЕ ДЕЛАЙ!

Мы сидели в беседке у дуба. Всех она, конечно, не вместила. Братья ад Шейт и Жерест расположились на перилах. Тролль устроился прямо на земле у входа. Остальные сидели за столиком внутри беседки. Аранта, задумчиво рассматривая меня, сказала:

– Я, честно говоря, не верила, что это возможно, но...

– Так какой, говоришь, у тебя уровень? – перебил ее Тартак.

– Тюрон сказал, что второй,– честно ответил я.

Тартак с сомнением покачал головой, а Жерест тут же влез с вопросом:

– Какой Тюрон?

– Это препод,– торопливо ответила Аранта.– Сейчас это неважно!

– А что важно? – пробасил Тартак.– То, что он опасен для окружающих? Да если он засветит таким вот чудом в меня, то что от меня останется?

– А с чего это ты решил, что я буду в тебя светить? – взвился я.– Я же не знал, что у меня такой здоровый получится. Я хотел маленький сделать.

– Ты не рассчитал! – зябко повела плечами Гариэль. Наступил уже жёлтень, и вечерами было прохладно. Тимон тут же снял свой камзол и накинул его на плечи Гариэль. Та благодарно кивнула.– То, что ты умеешь создавать боевые пульсары, конечно, высоко ценится, но боевому магу надо знать и уметь значительно больше. Тартак, не волнуйся. Колин вряд ли будет необдуманно рисковать после сегодняшнего.

– Да уж,– вздрогнул я, вспоминая пламенную речь тана Гория.

Сегодня я, возвращаясь из столовой, набрел на выводок боровиков. По сердцу резануло ностальгическое воспоминание о том, как мы всей семьей ходили за грибами. Отец с большой корзиной и ножом на поясе шел всегда впереди, ковыряя подозрительные бугорки ореховой палкой, собственноручно вырезанной им в ореховом кустарнике и любовно украшенной резным узором вдоль всей длины. По пятам за ним следовали мы с братом. У нас тоже были корзины, но меньших размеров. К ручкам корзин были привязаны на леске ножики, чтобы не потерялись. Мы носились по лесу зигзагами и иногда находили грибы. В хвосте процессии следовала мама. В ее обязанности входило тащить бутерброды и горячий чай в термосе. Как правило, именно она находила больше всех грибов. Вечером мы всей семьей чистили грибы и потом ели картошку со свежими жареными грибами. Вкуснотища!

Я пристал к Тимону с предложением сходить в лес за грибами. Этот тип высокомерно заявил, что это занятие простолюдинов и дворянам не пристало им заниматься. За что и получил подушкой по кумполу! Тимон в долгу не остался. Завязалась подушечная битва, которую прервало появление в проеме окна физиономии Тартака. Он поинтересовался, почему это трясется наш домик и раздается топот, грохот и лязг падающей посуды? Еще он поинтересовался, не нужен ли нам на нашем празднике лесорубов один милый и миролюбивый тролль с ма-а-аленькой палицей под мышкой? Мы с Тимоном, не сговариваясь, метнули подушки в голову Тартаку. Тот отличался быстрой реакцией, но подушки были быстрее. Тартак взревел и сделал попытку влезть в окно. Попытка не увенчалась успехом, так как плечи никак не пролазили. После пыхтения, кряхтения и стонов (наших от смеха) Тартак отвалился от окна и, грозя нам страшными карами, удалился в неизвестном направлении.

Остаток дня прошел в хлопотах. Я смотался на кухню и уладил со знакомым поваром (очень приятный домовой, правда, прижимистый, но договориться можно) вопрос приготовления. У Хароса, одного из братьев-наемников, выклянчил нож. Этот жмот заставил меня поклясться страшной клятвой, что я его нигде не посею. Гариэль вырастила для меня корзину. Корзина получилась очень уж вычурной и красивой. Но Гариэль объяснила мне, что иначе нельзя. Положено по эльфийским канонам. На мой вопрос, будет ли корзина, в отличие от луков, меня слушаться, Гариэль почему-то обиделась. Пришлось долго просить прощения и пообещать что-то сладенькое в ближайшую городскую экспедицию. Аранта прочитала мне лекцию «Об опасностях густого леса, подстерегающих глупого, но привлекательного (на вкус) молодого человека, сдуру отправившегося собирать грибы». В этой лекции были и коварные лешие, водящие вышеупомянутого молодого человека по кругу, и старички-боровички, увлекающие за собой в непролазные чащи, и завлекуши, выполняющие те же функции под видом привлекательных девушек. Были там и дендроиды, все еще водящиеся в лесах Магира. Не обошлось и без деревьев-людоедов. Все это было выложено мне с потрясающей экспрессией, и если бы не смеющиеся глаза Гариэль, слушающей лекцию вместе со мной, то можно было бы и поверить в эти ужасы.

Утром в воскресенье, по-нашему, или в седмицу, по-магировски, я, прихватив все собранное мною накануне барахло плюс зачарованную флягу с горячим травяным отваром, выбрался в лес.

Чуден лес при… Так, где-то это уже было. Впрочем, все равно чуден! Тихо, стараясь не валить по пути деревья, я двигался в лес по направлению от комплекса. Я не боюсь заблудиться, так как у меня хорошо развито чувство ориентации. Мне уже случалось удивлять своих друзей, выходя из незнакомого леса в той точке, где мы в него заходили. Едва зарождающееся утро уже расцветило кроны сосен и дубов яркими мазками восходящего солнца. Легкий шелест ветерка, шевелящий пожелтевшие листья, при полном безветрии внизу, навевал умиротворение и иллюзию, что я снова вместе со своими родными. Глаза привычно и цепко смотрели под ноги и по сторонам, выискивая подозрительные бугорки из листьев и хвои или шляпки грибов, неосторожно вылезшие наружу. Осталось только вырезать подходящую палочку. Когда я, уже собрав половину корзины отборных боровиков и подберезовиков, собирался поворачивать в сторону дома, вдруг послышалось приглушенное похрюкивание. Зная, что встреча в лесу с дикими кабанами представляет собой нешуточную опасность, я, откуда только что взялось, мгновенно засунул корзину и палку в кусты и взлетел на здоровенную разлапистую сосну. Хрюканье приближалось, и из лесу вывалилось кошмарное существо. Мама родная! Злобная кабанья морда на теле, напоминающем человеческое, но при этом заросшее густой рыжеватой шерстью. Трехпалые руки бугрились мощными мышцами. Кабано-человек двигался, чуть пригнувшись, всматриваясь и принюхиваясь к моему следу, похрюкивая от возбуждения. Вот он остановился и поднял голову. Злобные маленькие кабаньи глазки уставились на меня. Радостно рявкнув, он двинулся в направлении сосны, на которой, обняв ее, как родную, устроился я.

– Эй, дядя! А ну стой! – заорал я.– Иди лучше своей дорогой!

Никакого впечатления! Я выщелкнул точечный пульсар. Он вонзился точно в лоб кабано-человека. Тот раззявил пасть и, издав что-то среднее между ревом и визгом, уже более решительно продолжал приближение к моему укрытию. Чувствуя, что паника внутри меня нарастает, я начал лихорадочно формировать боевой пульсар. Кабано-человек, подскочив к стволу сосны, ухватился лапами за нижнюю ветку и остановился, настороженно наблюдая за возникшим между моих ладоней огненным шаром. Я стряхнул пульсар в направлении морды этой погани. Пульсар плавно опустился и завис на уровне груди чудища. Оно хрюкнуло и отскочило на пару шагов. Пульсар, набирая скорость, двинулся за ним. Кабано-человек взвизгнул и рванул в лес, не разбирая дороги. За ним понесся пульсар. Я слышал удаляющиеся испуганные взвизгивания и треск кустов. Потом раздался вой, полный муки, и все стихло. Я сполз с сосны, подобрал свои вещи и, приготовив кинжал Хароса, двинулся по следу твари, благо след был хорошо различим. Метров через пятьсот я его нашел… М-да… А нечего было трогать бедных и беззащитных с виду миролюбивых грибников. Зрелище было то еще! Не к обеду будь сказано. Я развернулся и максимально быстрым темпом, порою переходящим в бег, рванул в сторону дома.

И как только грибы не растерял? Когда я прибежал к домику, Тимон как раз встал. Он стоял на крыльце и несколько удивленно меня рассматривал. Я стоял, стараясь отдышаться. Тимон подошел ко мне, заглянул в корзину, снова посмотрел на меня и изрек:

– Я так понимаю, что это, в корзине, пленные, а от остальных ты убежал?

Я прошел к беседке и поставил корзину на стол.

– Остальные хотели мною позавтракать.

Тимон усмехнулся:

– Так, значит, в байках Аранты есть правда? Старички-боровички?

К беседке как раз подошли Гариэль и Аранта. Я вздохнул:

– Был там один. Правда, старичком его назвать не могу, да и на боровичка он не тянет, зато имеет полный набор клыков, резцов и других неприятных зубов.

– Подожди! – сказала Аранта.– Объясни поподробнее!

– Да что объяснять? – возмутился я.– Ты рассказывала всякие страсти про лесных обитателей, а про действительно опасное рассказать забыла!

– Колин, что произошло? – встревожилась Гариэль.

– Напала на меня какая-то тварь с головой хряка и телом гоблина,– проинформировал я.– Еще немного, и был бы я завтраком.

– Так, и где это произошло? – поинтересовался Тимон, пристегивая рапиру к поясу.– Пошли научим эту тварь правилам хорошего тона!

– Не надо,– сказал я, усаживаясь на скамеечку в беседке,– я сам уже научил. Скормил ей боевой пульсар. Наелась и добавки не попросила.

Короче, рассказал я моим друзьям все, что произошло. В процессе рассказа подтянулись остальные члены нашей группы. Когда я закончил, некоторое время царило молчание. Гариэль сказала, что где-то что-то подобное читала, и побежала в свой домик. Остальные начали обсуждение.

– Таких тварей в наших лесах не бывает! – горячо сказал Жерест.

– Очень много ты знаешь – бывает, не бывает,– задумчиво сказал Фулос,– в наших лесах всякое может быть. Мы с братом, пока в наемниках были, немало по этим землям походили и всякого повидали. Хотя о таких тварях не слыхивали.

Из своего домика вышла Гариэль и подошла к нам:

– Вот! – В руках у нее была книга, древнее, на мой взгляд, только в музеях можно увидеть. Большая. С железными уголками и бронзовыми застежками.

– Посмотри! Похоже?

В книге была гравюра, изображающая моего знакомца.

– Точно! Он!

– Их называют веприды. Полуразумные хищники. Живут небольшими семьями. Места обитания – острова Срединного моря. Откуда он здесь взялся?

– Вот-вот! – сказал я.– Именно такой вопрос я и задал, когда этот веприд торчал под сосной, на которой я сидел.

– На островах, говоришь. Семьями, говоришь,– задумчиво пробурчал Тартак.– А тролли на этих островах есть?

– Насколько я знаю, нет! – четко ответила Гариэль.

– Му-гу! Эй! Братцы! А не пойти ли нам на охоту за этими? – Тартак мотнул головой в сторону книги.

– Тартак! Так нельзя. Надо доложить руководству. Ты представляешь, что произойдет, если эти придут сюда? – возмущенно высказалась Гариэль.

– Да милости просим! – заворковала Аранта.– Я им за Колина головы оторву! А то взяли моду – нападать на беззащитных людей!

– Эй, Аранта, я, между прочим, сам справился. Боевой пульсар, знаешь ли, не назовешь беззащитным.

Гариэль, прищурившись, посмотрела на меня.

– А как ты им умудрился управлять? До сих пор считалось, что боевым пульсаром управлять невозможно.

– Да так,– пожал я плечами,– как поисковым пульсаром. Не знаю как, но получилось.

Тимон оперся двумя руками на стол:

– Люди! С этим надо разобраться! До сих пор этих тварей здесь не водилось!

– А теперь вот завелись! – бухнул Тартак.– На свою, блин, голову! Я говорю – пошли на охоту!

– Подожди, Тартак! – не дал сбить себя с толку Тимон.– Раз они здесь появились, значит, кто-то их сюда перебросил.

– Пошли на охоту! Заодно прищучим того, кто нам эту потеху устроил.

Я пытался сообразить. Что-то тут не вязалось, но что?

– Тартак, не спеши. Это дело надо сперва разведать. Выяснить, что к чему. Чтобы ничего не упустить. А потом устроим охоту. Согласен?

Глава 4

На разведку мы выдвинулись после обеда: наша тяжелая артиллерия (Тартак) заявила, что на пустой желудок ее мощь значительно слабеет.

Итак, впереди шла рота разведки (ваш покорный слуга). Далее следовала тяжелая техника (Тартак). Почти на броне сопутствовал спецназ ГРУ (Аранта). Ну и прикрывала тылы Гариэль с луком и полным колчаном стрел. Я шел, ориентируясь по тем деревьям, видам и так далее, что остаются в памяти при хождении по лесу. Вот тот холмик, где я нашел семью подберезовиков, а вон там пусто, хотя и место вроде ничего. До памятной сосны мы добрались за час быстрой ходьбы. Меня удивил Тартак. В предвкушении доброй драки его походка изменилась. Из тяжело ступающего увальня он превратился в бесшумно скользящую тень. Правда, тень эта была о-о-очень внушительных размеров. Вот и сосна. Я остановился, с недоумением оглядываясь.

– Чего стал? Куда дальше? – нетерпеливо спросил Тартак.

Место было то, но оно изменилось. Та же сосна, те же кусты. Исчез след, оставленный убегающим от пульсара вепридом.

– Вроде здесь,– неуверенно сказал я.

Друзья обменялись взглядами.

– Да точно, здесь! – воскликнул я, вытаскивая из куста палку, которую вырезал из орехового прута.– Но где след? Он вел вон туда! Он не мог зарасти так быстро! Были сломаны ветки кустов, помята трава. Где все это?

– Подожди, Колин,– рассудительно сказала Гариэль,– мы тебе верим. Просто так, для интереса, придумывать эту историю нет смысла. Куда вел след?

Я пошел в том направлении. Удивительно! Все кусты были нетронуты. Я же помню, веприд ломился сквозь них, как танк. Я как раз по следу его и нашел, вернее, нашел то, что от него осталось после близкого знакомства с пульсаром. Так, вот это место, где он лежал. Но его нет! И кусты, трава не примяты. Гариэль мягко отстранила меня.

– Здесь он лежал,– безнадежно сказал я.

– Сейчас посмотрим… – Гариэль наклонилась над этим местом.

– Колин, а ты не путаешь нас? – испытующе глядя на меня, спросил Тартак.– Я не вижу никаких следов, кроме палки.

– В том-то и дело,– разогнулась Гариэль,– что никаких следов, в том числе и Колина. К тому же я чувствую остаточную магию, но очень слабо.

Из кустов вынырнула Аранта и поманила нас за собой. Метрах в двухстах мы наткнулись на остатки кровавого пиршества. Разгрызенные кости, следы крови. Чуть в стороне лежала голова косули. Мне поплохело! Глаза Гариэль наполнились печалью. Аранта и Тартак отнеслись к этому зрелищу спокойно и с профессиональным интересом осматривали место трагедии.

– Я знаю местных хищников,– поделилась наблюдениями Аранта.– Ни один из них так не охотится. Судя по следам, тут было четыре особи. Там, дальше, есть болото. На берегу из земли торчит большой каменный валун. Так вот, следы появились именно у валуна. Следы пяти особей. Они уходят в лес, потом пятый след отрывается от остальных и исчезает. Остальные четверо охотились и убили косулю. Сожрали ее. Потом снова двинулись к валуну, и следы обрываются возле него. Вроде есть еще след, но слишком уж он легок. Трава чуть примята, и с полной уверенностью я сказать не могу.

– Пошли к валуну! – распорядилась Гариэль.

Аранта кивнула, соглашаясь, и пошла впереди, показывая дорогу. Мы двинулись за ней. Действительно, метрах в трехстах от убитой косули местность понизилась, и мы вышли к небольшому болотцу. Наполовину уходя в него, возвышался гранитный валун. Здоровенный! Верхушка его была как бы срезана. Гариэль, подойдя к валуну, замерла и, прикрыв глаза, начала делать какие-то пассы руками. Через некоторое время она встряхнула головой и недовольно поморщилась:

– Тут был портал. Я попыталась его вскрыть, но не получается: силы и опыта недостает!

– Жаль! – Аранта подошла к краю болота.– Что и кому здесь понадобилось? Зачем все это было сделано?

– Вопрос, как я понимаю, риторический? – Рапира с коротким лязгом вошла в ножны. Я подошел к Аранте и попытался рассмотреть противоположный берег.

Вдруг я услышал легкий свист. Мы с Арантой быстро развернулись. В руках Аранты сверкнули метательные ножи, а у меня в руке появилась рапира. Да, муштра Баграна дает о себе знать! Свист исходил от валуна. Гариэль отскочила от камня, наложив на тетиву стрелу.

– Что, получилось активировать? – задал вопрос я.

– Это не я,– негромко ответила Гариэль.

Над площадкой на камне появилось зеленоватое свечение. Что-то коротко треснуло, и на валуне материализовалось крупное тело. Я сморгнул. Свечение на мгновение усилилось и исчезло. А вот тело, наоборот, исчезать не собиралось. На камне стояло существо, которое я бы назвал раптором. Если кто видел фильм «Прогулки с динозаврами», то меня поймет. Раптор чуть пригнулся и издал мерзкое шипение. Я понял, что метательные ножи Аранты и моя рапира – не более чем мелкие зубочистки для этого урода. Тартак негромко сказал, обращаясь к Гариэль:

– Не стреляй! Я беру его на себя, а вы постарайтесь не попасть под раздачу!

Тартак перебросил палицу из руки в руку, сделал шаг к рептилии и рявкнул так, что заложило уши. Раптор сосредоточил свое внимание на Тартаке, еще больше пригнулся, зашипел и совершил огромный прыжок, преодолевая расстояние к жертве. Ну он так думал, что к жертве. Жертва качнулась чуть в сторону, уклоняясь от разинутой пасти, и, перехватив палицу обеими руками, нанесла сокрушительный удар. Одновременно с этим Аранта ухватила меня за руку и рванула в сторону валуна. Очень вовремя! Сила удара Тартака была такова, что раптора снесло в сторону, и он громко хлюпнулся в болотную жижу. Немного побарахтавшись, он перевернулся на брюхо и попытался встать. Но тут произошли две вещи. Первая – стрела, пущенная Гариэль, вонзилась точно в глаз гадины. Вторая – палица Тартака, шагнувшего вслед за упавшим раптором, со всего маха опустилась на черепушку незадачливого монстра, вздумавшего напасть на тролля в полном расцвете лет и здоровья. Так потом Тартак рассказывал о событиях. В столкновении палицы и черепа победила палица. Раптор упал на бок, несколько раз дернул лапами, щелкнул пастью и благополучно издох. Тартак в темпе ухватил его за хвост и выволок на сухое место. На вопрос Гариэль, зачем ему это надо, Тартак заявил, что ему нужна голова в качестве трофея. Выяснилось, что как раз голову отделить от всего остального нечем. Тартак не унывал. Он торжественно вручил мне свою палицу с наказом не потерять, потом, внимательно посмотрев на мою унылую физиономию, не вдохновленную перспективой тащить тяжеленную палицу через весь лес, поучительно сказал:

– А с тем хряком надо было поступить так!

Тартак ухватил раптора за хвост и бодро поволок вслед за шедшими к дому Гариэль и Арантой. Я уже не так бодро поволок его палицу.

Наше появление в поселке студиозов произвело фурор. Сбежались все, кто в этот момент был поблизости. Конечно, главным героем был Тартак. А мы, собравшись в домике Гариэль и Аранты, думали, как и что отвечать на неизбежные вопросы преподавателей.

Из административного корпуса мы возвращались молча. Громы и молнии, которые метал на наши опущенные и посыпанные пеплом головы тан Горий, были сравнимы лишь с буйством стихии типа цунами или торнадо. Из его гневной речи следовало, что мы ВСЕ сделали не так. Надо было сразу обратиться к кому-нибудь из преподавателей. Если бы не Тартак, то случившееся вообще могло закончиться трагически. Ну тут я согласен. То, что я могу создавать боевые пульсары, не помогло бы. На создание пульсара необходимо какое-то время, а вот его-то нам зверюга давать не собиралась. Я посмотрел на каждого из нашей группы. Тартак шел с гордо поднятой головой. Несмотря на нагоняй, он был доволен приключением. Гариэль шла задумавшись. Видно было, что она переживает выговор тана Гория. Аранта, наоборот, отнеслась к этому по-простому. Было то, что было. И нечего переживать, если все закончилось благополучно. Тимон что-то бубнил себе под нос и загибал пальцы, что-то просчитывая. Морита поравнялась с Гариэль, и они начали о чем-то шептаться. Жерест шел нахмурившись, потом взглянул на меня и сделал знак рукой, прося задержаться.

– Ну хорошо. Вы победили ту тварь, и теперь у Тартака будет висеть над кроватью голова. Но толку-то? Вы же не знаете, кто это учудил.

– Не знаем,– пожал я плечами.– Да и, судя по всему, не могли узнать. Он, как голос за кадром, все и всех видит, а его никто.

– Одно ясно,– тоскливо вздохнул Жерест,– кто-то заимел на вас огромный зуб.

– Тебе-то что волноваться? – неласково спросил я.– Этот «кто-то» на нас заимел зуб. Ты-то тут при чем?

– Ну так я же с вами.

– Спрыгни, пока не поздно.

– Не-а! Не хочу! Вы не такие, как моя бывшая банда.– Жерест остановился.

Я понял, что он хочет поплакаться в жилетку, то есть рассказать о прошлой жизни. На мгновение мелькнуло желание послать его куда подальше, но только на мгновение. К тому же остальные тоже остановились и выжидающе поглядывали то на меня, то на Жереста. Интуитивно я почувствовал, что от моей реакции зависит дальнейшая жизнь нашей группы. Ребята предоставили мне право ответить Жересту, и это в какой-то мере была проверка на вшивость. Хохмы закончились. Я кивнул:

– Пошли в беседку. Поговорим.

Расположились, кому как удобно. Жерест хотел было что-то сказать, но я его остановил жестом. Сам я обдумывал то, о чем надо сказать и как.

– Ребята! Мы кому-то хорошо наступили на мозоль. Этот «кто-то» очень силен, если смог навесить портал и управлять мясоедами, особенно тем, зубастым, голосистым и прыгучим, которого так хорошо поприветствовал Тартак.

– Он не только силен, но и нахален,– вставила Гариэль,– навесить портал в нашем присутствии, не боясь, что мы можем отследить…

– Ну на это, может быть, есть причины,– задумчиво сказал Тимон.– Я вижу, по крайней мере, две: первая – он знал, что вы первокурсники, а значит, не сможете его отследить; и вторая – его на том месте уже нет. Нагадил и исчез.

– Я сейчас не об этом,– остановил я Тимона,– сейчас надо решить, как нам быть дальше. Под удар может попасть любой из нашей группы. Если мы будем действовать по принципу «каждый сам за себя», то нас перебьют поодиночке. Значит, надо быть всем вместе. Для того чтобы это стало возможным, все должны забыть об антипатии к кому-либо. Сейчас жизнь каждого из нас зависит от других, от того, кто будет рядом. Любого из нас по отдельности можно проглотить. Всех вместе – подавится! Да, Жерест, я знаю, что мы отличаемся от тех, с кем ты общался раньше. Постарайся забыть о них и относиться к нам по-другому. Научись уважать других, и тогда начнут уважать тебя.

– И подводя итог,– вклинилась Аранта.– Понятно, что против нас действует темный, почему – не знаем. Известно также, что он действует с островов Срединного моря.

– Не факт, что там его база,– вставил я.

– Не факт,– согласилась Аранта.– Поэтому надо держать ушки на макушке. Кто что узнает, сразу должны знать все мы! Никакой самодеятельности!

– И еще одно,– улыбаясь, сказала Гариэль.– Как раз на осенних каникулах у нас, в Светлом лесу, праздник Прощания с летом. Мы все приглашены!

– Все?! – удивленно повернулась к ней Аранта.

– Все. Мы – одна группа. Отец, принимая это во внимание, решил чуть-чуть нарушить традиции. Но он просит вас держаться в рамках и не нарушать протокол праздника.

– Чего? – не понял Тартак.– Какой у праздника может быть протокол?

– Сразу видно, что ты об эльфах ничего не знаешь,– покровительственно похлопал Тартака по плечу Тимон.– У них все по протоколу. Спать – по протоколу, есть – по протоколу, даже в одно место сходить и то надо соблюсти строгий ритуал!

– Тимон, не утрируй! – укоризненно сказала Гариэль.– Есть многовековые традиции и порядок проведения этих и им подобных праздников. Одни традиции можно постепенно менять, другие должны быть незыблемы.

– Но я же вампир! – не могла поверить Аранта, хотя было видно, что ей очень хочется побывать в гостях у эльфов.

– А Тартак – тролль,– добавила Гариэль.– Главное то, что все мы выбрали свет!

Глава 5

Танесса Лиола бодренько проскочила мимо нас и открыла дверь полигона. Сегодня нам предстояло на практике овладеть левитацией.

ЛИРИЧЕСКОЕ ОТСТУПЛЕНИЕ

Лекция тана Хартага по левитации

Уважаемые студиозы!

Я расскажу вам о левитации. Советую записывать, материал включен в программу экзаменов. Итак. Все мы, включая и вашего лектора, мечтали когда-нибудь оторваться от земли и взлететь в небо. Что может быть прекраснее, чем парить среди облаков и взирать на земную суету с высоты птичьего полета?

Жерест! Еще одно слово, и ваш полет будет очень недолгим! Да. Это будет вылет с треском из ворот нашей Школы.

Продолжим. О полетах мечтали все, но не всем это дано! Я знал многих почтенных магов с высоким уровнем Дара и большим опытом, которые, пытаясь взлететь, подпрыгивали на месте и… оставались на земле. Я также знал юнцов с минимальным уровнем, без всякого опыта, которые, едва освоив заклинание, взмывали на высоту двух-трех метров. То есть способность к левитации не всем магам дана. Кстати, по секрету скажу, нет ничего смешнее подпрыгивающих почтенных магов. И нет ничего страшнее подпрыгивающего Тартака.

Тартак! Я вас убедительно прошу: в аудитории не подпрыгивать! Есть реальный шанс, что вы приземлитесь этажом ниже вместе с окружающими вас товарищами.

Левитация – это способность преодолевать притяжение тверди земной. Качество, чрезвычайно полезное для боевых магов. Жест прошу запомнить хорошенько! Заклинание – «Левио!». Для того чтобы начать полет, надо легонько оттолкнуться от земли. Вы видите, что я уже поднялся. Внимательно смотрите, как я управляю своим полетом. Для движения вправо – вы должны подрабатывать правой рукой. Вот так! А вот так – для движения влево. Подняться – вот такие движения. Опуститься – вот так! Для прекращения действия заклинания используется классическое прерывание – «Харут».

Колин! Аранта! Я не давал разрешения пробовать сейчас! Для этого есть полигон и танесса Лиола. Что? Вы просто повторили, чтобы лучше запомнить? Еще один повтор, и вы запомните! И запомните надолго.

ТАРТАК! Даже не думай!.. А почему тогда парта трясется? Ваша парта, а не моя. У меня, как вы могли заметить, не парта, а кафедра.

Жерест, вы куда? Ну так я и знал. Он тоже попытался, но неправильно исполнил. Теперь я очень надеюсь, что он успеет добежать до туалета, хотя вряд ли.

По крайней мере, двое из вас, уже окончательно ясно, могут левитировать. Я думаю, что также это смогут сделать Гариэль, как эльф – она обладает способностями, и Морита, может быть. С вами, ад Шейт, и с Жерестом, пока под вопросом. А вот Тартак... Тартак, НЕ НАДО! Лучше на полигоне. Там, даже если вы и попробуете, больших разрушений не предвидится. Хотя Колин и умудрился пробить защиту полигона, чем и ввел в шоковое состояние преподавательский состав Школы во главе с таном Горием. Хи-хи!

Так, а теперь все к тану Алиму на медитацию.

Вообще-то я и Аранта уже попробовали вчера, еще на лекции, даже зависли в метре от пола. Я хотел сегодня еще утром попробовать, но Тимон меня отговорил. Он сказал, что если что-то пойдет не так, то все получат по голове (все – это я и он), а если что-то пойдет совсем не так, то по голове получит он один. Меня в расчет тогда можно будет не брать, так как я и так и так буду безголовый. Лучше, мол, давай помашем рапирами. Я прикинул, что он в чем-то прав, поэтому мы ограничились утренним напрыгиванием друг на друга, азартными вскрикиваниями и деревянным стуком наших рапирозаменителей.

Мы прошли в сектор левитирования. Не знаю, как другие, а я чувствовал в животе легкий холодок от предстоящего. Впрочем, вон Тартак непривычно сосредоточен и шевелит губами – видимо, повторяет последовательности управления полетом. Интересно, если он взлетит? Это, наверное, будет грандиозное зрелище. Этакая «Мрия» с «Бураном» на спине. Роль «Бурана» будет исполнять его палица. Тартак с ней никогда не расстается. Либо она у него в руке, либо, если нужны свободными обе руки, она в специальной петле на спине его безрукавки. Жерест украдкой прячет стопку туалетной бумаги в карман. Он таки успел добежать до туалета после неправильной попытки воспроизвести заклинание левитации. Оказывается, что оно очень созвучно с заклинанием целителей от запора. Так что бумага – это актуально, как бы самому не напороться!

– Деточки! Вспоминайте, как делается и что говорится для левитации. Левио! Видите, я поднялась над землей. Харут! Гариэль, вы пробуете первой.

Гариэль вышла вперед. Танесса взяла тросик с ремешком и застегнула его на талии Гариэль.

– Это для страховки.

Гариэль плавно оттолкнулась и начала набирать высоту. Тросик тянулся за ней, не давая слабины. Она поднялась метров на пять в высоту.

– Хватит! – скомандовала Лиола.– Теперь горизонтальный полет и посадка.

Гариэль заскользила по воздуху и… неожиданно упала. В секторе были предусмотрены такие ситуации. Девушка упала на воздушный мат. Несколько покачавшись в воздухе, она встала. Виновато взглянула на танессу Лиолу.

– Ничего страшного, деточка,– мягко сказала Лиола.– Вы, не снижаясь, прекратили действие заклинания. Надо было опуститься к земле и только потом прекращать действие заклинания. Повторите еще…

На этот раз у Гариэль получилось все идеально. Потом настала моя очередь. Лиола, надев мне ремешок, шутливо сказала:

– Колин, очень прошу вас – не пробейте купол, а то у вас это может стать привычкой!

Я тихонько оттолкнулся и взмыл вверх. Чудесное ощущение!

– Хватит! – донеслось снизу.– Теперь горизонтальный полет.

– Танесса Лиола, а на какую высоту можно подняться? – поинтересовался я.

Лицо Лиолы приняло задумчивый вид.

– Это зависит от силы Дара,– наконец ответила она,– и предрасположенности к полету. При мне тан Горий поднялся на высоту городской стены. Это когда он спасал мальчишку, вывалившегося из бойницы и зацепившегося за подставку для факела. А там было добрых двадцать метров.

– Можно мне попробовать подняться выше?

– Пока не стоит, Колин,– танесса Лиола озабоченно смотрела на меня, парящего,– чем выше подъем, тем больше трата энергии. Переходи в горизонтальный полет.

Я плавно повернулся, вытягиваясь в горизонтальной плоскости, и, набирая скорость, полетел к силовому барьеру, выполняющему функцию стены. Потом, убрав скорость, плавно снизился и, когда до поверхности осталось, по моим расчетам, сантиметров пять, деактивировал заклинание. Пол твердо ткнулся в мои подошвы. Я покачнулся, но устоял. Класс! Но что меня удивило, так это усталость, вдруг нахлынувшая на меня. Как будто мешок картошки притащил с улицы на третий этаж.

Танесса Лиола, наблюдавшая за мной, улыбнулась:

– Ничего страшного, деточка. Нормальная реакция на магическое действие. Вы очень много энергии потратили на левитацию. Можно было обойтись значительно меньшими затратами. Мы еще будем изучать оптимизацию магических действий на втором курсе. Честно говоря, у меня было впечатление, что вы буквально искрите при полете.

У Аранты попытка прошла в общем-то просто и изящно, без видимого напряжения. Тимон, наоборот, потратил массу энергии, но все же смог оторваться от земли и повиснуть в воздухе на высоте метра. На горизонтальный полет у него попросту не хватило энергии. У Мориты, Жереста и братьев попытки были неудачны, но танесса Лиола успокоила их тем, что с первой попытки получается не у всех.

И вот настала очередь Тартака. Танесса Лиола с некоторой опаской посмотрела на громадную фигуру тролля, улыбнулась ему и предложила начать попытку. Тартак, сведя глаза к переносице и изобразив жест, утробным голосом взревел: «Левио!!!», подпрыгнул и... Почву сотряс удар пяток Тартака. Нет, конечно, веса Тартака было маловато для землетрясения, но все-таки я лично почти чувствовал толчки.

В течение последующих десяти минут регулярно раздавалось: Левио!!! Бум... Левио!!! Бум... И вот после очередного «Левио!!!» послышалось: «…О-о-о-о!!!»

Я, да и не только я, обернулся на этот торжествующий рев. Тартак, с палицей наперевес, завис сантиметрах в десяти над поверхностью. Он с недоверчивым восхищением смотрел то вниз, то на танессу Лиолу, которая с осторожным одобрением кивала ему:

– Вы молодец, деточка. Теперь осторожненько спускайтесь вниз. Нет, нет! Вспоминайте! Вот такие движения! Да, да!

Тартак, следуя указаниям танессы, совершил мягкую посадку. Все перевели дух. Нет, не из-за того, что падение с десятисантиметровой высоты могло вызвать что-то глобальное. Просто подвиг Тартака был наполнен таким напряжением и желанием, что все тоже невольно напряглись, сопереживая. Приземление было встречено шквалом аплодисментов со стороны остальной восьмерки. Кто-то спросит: «Ну и что? Что в этом эпохального?» Дело в том, что при левитации чем больше масса, тем больше энергии уходит на поддержание заклинания. При массе Тартака и четвертом уровне его Дара подъем вызывает лавинообразную потерю энергии. А Тартак продержался в воздухе достаточно много времени и смог мягко опуститься. По этому поводу мы славно провели время «У дядюшки Трибора».

Глава 6

Вот и каникулы! Сегодня мы получили стипендию, и я стал богатым Буратино. Подобьем баланс: тридцать золотых плюс два с прошлой стипендии, минус двадцать пять за зимнюю одежду, минус пять за посидеть «У дядюшки Трибора», минус один за дорогу в Светлый лес. И что мы имеем? А имеем мы аж один золотой на листопад месяц (целый)! Полный абзац…

Кстати, тан Горий предпринял меры по обеспечению безопасности Школы. Был установлен периметр, по которому патрулировали лешие с заданием: всех, кто пытается попасть на территорию комплекса, увести с территории, всех, кто пытается выйти с территории, увести на территорию. После должен быть доклад Самому.

Группа с полной серьезностью отнеслась к угрозе со стороны недружественно настроенного темного мага. Хотя я и скептически отнесся к предположению, что это по мою душу. Лестно, конечно, но я полагаю, что просто оказался не в том месте и не в то время. Ребята считают иначе, так что я был в меньшинстве. Темный с тех пор не давал о себе знать. Моя уверенность в том, что я прав, росла. Но решения, принятые в беседке, выполнялись в точности. За пределы комплекса меньше чем втроем мы не выходили. Обязательным было присутствие в команде Аранты, Тартака, Гариэль или меня. Хотя если шел я, то присутствие первых трех лиц было обязательным. Как меня это доставало, вы представить себе не можете! К примеру, захотела Морита пробежаться на лыжах вокруг комплекса. А ей обязательно надо выходить за пределы оного. Ну не может она внутри периметра бегать. Ей надо, чтобы людей не было, чтобы следы можно было посмотреть. С лешими она каким-то образом договорилась. Обратилась к Аранте. Аранта не любит холода и направляет Мориту к Гариэль. Гариэль сидит в теплой компании талмудов и конспектов и покидать эту компанию отказывается. Морита идет к Тартаку. Тартак, пользуясь возможностью, дрыхнет на двух приставленных друг к другу кроватях. Естественно, он, в мыслях само собой, посылает ее и, что характерно, по другому маршруту. А на словах он отговаривается тем, что занят медитацией и сейчас просто не может ей помочь. В отчаянии Морита обращается ко мне. Я соглашаюсь. В ответ на это из недр обиталищ Аранты с Гариэль и Тартака раздается хор пожеланий, чтоб я был такой здоровый и не кашлял. В итоге к периметру, распугивая по пути патрульных леших, устремляется группа будущих боевых магов. Во главе бухает лапами хмурый Тартак, за ним счастливая Морита в сопровождении почетного караула из меня, Аранты и Гариэль. Вся остальная братия присоединяется к нам из спортивного интереса. При выходе на трассу порядок меняется. Морита, наслаждаясь тишиной, безлюдьем и изучением следов, движется впереди. За ней плотной толпой, переругиваясь, пыхтя и отдуваясь, плетемся мы. Крысота!

Или еще. Появилось у Тимона желание навестить родных. Приглашает меня составить ему компанию. В итоге к ад Зулорам являемся все мы. Когда мать Тимона впервые увидела нас, ее можно было смело вносить в Книгу рекордов Гиннесса как обладательницу самых больших глаз среди людей. Чес-слово! Она обошла даже Гариэль. Отец Тимона, Арель ад Зулор, встретил наше появление с браво отвалившейся челюстью на выложенном мозаикой полу прихожей. Нет, сначала он нес свою челюсть на должном уровне. Челюсть вышла из повиновения и пала при виде Тартака. Ранее при нашем появлении в гостях у родителей Тимона граф ад Зулор-старший потчевал нас рассказами о своем участии в военной кампании против троллей. В этих рассказах он расписывал лихие подвиги, непременным участником которых он был. И вот тут, в его собственной прихожей его собственного дома стоит этот самый тролль с палицей! И привел его не кто иной, как собственный сын! Пришлось графу смирить свои воинственные настроения и принимать врага как гостя. Примиряло графа лишь то, что кроме тролля присутствовали три симпатичные девушки, одна из которых была эльфийкой (про ее благородное происхождение граф, естественно, проинформирован не был).

Вот так мы и жили. Единственно, что меня с этим примиряло, так это обещание Гариэль, что в Светлом лесу нам опасаться нечего. Значит, там нам не надо будет всюду бродить тесной толпой.

Вот с такими мыслями я шел к нашему домику, когда был встречен таном Тюроном. Для тех, кто не в курсе, тан Тюрон, он же Хризмон Тюрон тор Перрия Кроуншельд Прастима сен Рассия – на данный момент – единственный дракон-оборотень на Магире. Он служит научным консультантом при Школе. Нормальный дядька!

Мы поздоровались, и тан Тюрон попросил меня задержаться для разговора. Он некоторое время молча смотрел на меня, потом сказал:

– Я слышал о том, что с тобой произошло. Покажи-ка мне, как ты создаешь боевой пульсар.

– Но, тан Тюрон, я не могу здесь это сделать,– возразил я.

– Почему? – удивился Тюрон.

– Это может произвести разрушения,– пояснил я,– пульсар куда-нибудь полетит и может врезаться во что-нибудь.

– А зачем ему куда-нибудь лететь? – прищурился тан Тюрон.– Дезактивируй его, и все.

– Да я же не знаю, как его дезактивировать!

– Просто проведи процесс наоборот. Искусство создания пульсаров без заклинаний было присуще моим предкам, владеющим магией Огня. Скажи, у тебя случайно в роду не было драконов?

– Да нет, конечно,– но тут я вспомнил мамину сестру, тетку Любу, и добавил: – Вот кобры вполне могли быть.

– Ядовитые змеи несовместимы по метаболизму с людьми, соответственно, в твоем роду не могут быть. А вот драконы… Я в манускриптах читал, да и вообще уверен, что мои предки бывали в твоей реальности. А значит, вполне могли заводить романы с женщинами.

Я представил себе эту картинку… Лучше бы я ее себе не представлял!

– Тан Тюрон. Драконы с женщинами?! Это невозможно!

Тюрон некоторое время смотрел на меня, не понимая. Потом сообразил, что я имею в виду. Я был удивлен. Тан Тюрон покраснел!

– Колин. Ну как ты не понимаешь? Конечно же в человеческой ипостаси! Эта нынешняя молодежь! Стыдись!

Ага! Я стыдился изо всех сил!

– Тан Тюрон,– перебил я возмущенного дракона в человеческой ипостаси,– давайте отложим вопрос о моей родословной. Лучше объясните, как я могу повернуть процесс создания пульсара вспять?

– Ах да. Позволь предположить, что ты нагнетаешь энергию в ладони и фокусируешь ее между ними. Так?

Я подумал и кивнул.

– Потом ты подпитываешь уже сам пульсар дополнительной энергией, увеличивая его тем самым до необходимых тебе размеров и мощности. Так?

– Не совсем. Я его подпитываю до тех пор, пока сам не начинаю его бояться. Тогда я стараюсь как можно быстрее от него избавиться.

– Вот! – торжественно сказал Тюрон.– Это и есть твоя ошибка! Ты вгоняешь в создание пульсара все, что можешь. Кстати, после этого ты испытываешь упадок сил?

– Да нет вроде,– пожал плечами я.

А действительно! После левитации я очень устал. Когда призывал какую-нибудь вещь, тоже чувствовал легкую усталость, а вот после создания пульсаров – нет.

– Вот еще одно доказательство о вероятности наших кровей в твоем роде! – покачал головой тан Тюрон.

– Я бы попросил не трогать мой род! – возмутился я.– Что за намеки, в конце концов?

– Да не трогаю я твой род,– отмахнулся Тюрон,– просто создание пульсаров, именно боевых пульсаров, без заклинаний и усталости – это магия Огня! А магия Огня, да будет тебе известно, присуща исключительно драконам!

– Так это что получается? – Я чувствовал себя неуютно.– Получается, что я дракон? Может, я могу превращаться и выдыхать пламя?

– Ну не надо сразу так! – поспешил меня успокоить Тюрон.– Я только начал изучать влияние крови. К сожалению, знания драконов ушли вместе с ними. Я только один-единственный дракон в Магире. Но я ищу, и я найду своих.

Я только сейчас понял, насколько Тюрон одинок. В его янтарных глазах плавились печаль и тоска. Он стоял под начавшимся снегом, глядя вдаль и веря, что там, где-то вдали, ждут его сородичи. Но есть тема! Я кашлянул.

– А? Да! – очнулся от своих мыслей Тюрон.– Так вот. Когда пульсар еще в твоих руках, ты можешь его впитать. Просто представь, что твои ладони впитывают, втягивают энергию пульсара. И еще одно. Энергию не распределяй вновь по всему организму, а сливай, ну хотя бы сюда.– Тюрон похлопал меня по плечу.– Таким образом, у тебя всегда будет под рукой некоторый энзэ, позволяющий, почти не тратя времени, создать приличный боевой пульсар. Если будешь тренироваться, то этот запас станет постепенно увеличиваться. То есть твое плечо будет своеобразным накопителем.

– А вы тоже накапливаете энергию в плече? – несмело поинтересовался я.

Тюрон рассмеялся:

– Нет! Нам, драконам, это не нужно. Энергия магии Огня всегда вокруг нас. Посмотри на меня, а потом закрой глаза. Ты увидишь мою ауру.

Я так и сделал и чуть не задохнулся от восторга. Вокруг контура тела Тюрона полыхала широкая алая полоса.

– Кстати, Колин, я вижу, что у тебя тоже есть аура магии Огня, правда, пока очень слабенькая. Ее забивает общая аура фиолетового цвета – магическая. Поэтому алая очень плохо видна. Я буду работать над этим и дальше, так что мы с тобой еще поговорим.

Тюрон повернулся и пошел в глубь леса. Я же, переваривая услышанное, еще долго стоял у нашего домика.

ЛИРИЧЕСКОЕ ОТСТУПЛЕНИЕ

Лекция тана Пекаруса по бытовой магии

Так, пока рассаживайтесь. Я сейчас закончу эксперимент и начну лекцию... О!.. Ой!.. Кха-кха-кха… Кто-нибудь, откройте окно! Кха-кха-кха… Видимо, в кои-то веки этот невежа Важек был прав!.. Кха-кха… Эти ингредиенты не могут быть использованы в одном составе…

Так, о чем это я?.. Ах да! Лекция! Вы кто?.. Боевые маги?.. А какой курс?.. Первый?.. Первый курс. Первый курс. Первый курс… Ага! Первый курс… Создание пищи… Очень хорошо!.. Му-гу! А если добавить немного фиалковой эссенции? То это должно смягчить взаимодействие…

Что? Да! О чем это я? Ах да! Лекция. Вы кто?.. Да-да, помню. Боевые маги, первый курс. Создание пищи.

Бытовая магия, уважаемые студиозы,– это величайшее искусство! Я бы поставил ее на первое место в области магии! Почему? Потому, что бытовая магия призвана улучшать жизнь человека, делать ее более комфортной… Я это говорил на первом занятии?.. Да, говорил! И не устану повторять! А ваша, с позволения сказать, боевая магия как раз наоборот! Используется для войн, а значит, для ухудшения жизни людей… Что такое? Вы не согласны?.. Да, вы, девушка, правы! Уничтожение творений Зла, конечно, тоже благое дело, но это не отменяет разрушительного эффекта на бытовую магию в ходе боевых действий.

Но вернемся к теме нашей лекции… Что там у нас?.. Ах да! Создание пищи. Хорошо! Возьмем практический пример. Вот вы!.. Да-да! Вы! Вы такой большой! Но! Предположим, вы оказались в лесу, а при вас ничего нет! Совсем ничего… Почему это «не может быть»? Палица? Ну ладно, пусть при вас есть только палица. И вот вам захотелось кушать… Что вы будете делать? Если есть палица, то это не проблема? Ну ладно. Охота, конечно… Ладно… О! А как вы приготовите еду из убитой вами дичи? Что??? Вы ее съедите сырой? Вы рассуждаете, как тролль!.. Вы и есть тролль? М-да… Ладно, садитесь!

Хорошо, вот вы, девушка… Предположим, вы оказались в лесу, а у вас ничего нет. Как вы будете выходить из создавшегося положения? Да, я полагаю, поскольку вы боевые маги, что враги в этом лесу имеются… Если есть враги, то это не проблема?.. Что?! Пить кровь?! Вы рассуждаете, как вампир!!! Вы и есть вампир??? ТВОРЕЦ ЕДИНЫЙ!!! Куда я попал? Садитесь!

(Небольшая пауза, пока бедный тан Пекарус приходит в себя.)

…Хорошо. Продолжим. Вот вы, юноша… Вы, случаем, не тролль? Нет. Это хорошо… Улыбнитесь, пожалуйста!.. Ага! Вы и не вампир! Это очень хорошо!.. А кто вы, простите?.. Человек? Замечательно! Вы слышали про ситуацию?.. И как вы будете действовать? Не знаете? Чудесно!!!

Прошу всех достать конспекты и записать тему лекции: «Суп из сосновых иголок и шишек».

Первый день каникул. Хорошо-то как! Никогда не думал, что буду так рад осенним каникулам. Нет, конечно, я от учебы не устал. Каждый день был насыщен до предела. Сама учеба, тренировки, медитации и просто общение с друзьями не давали скучать. И вот пришло время расслабиться. Ан нет! Мы едем в гости к Гариэль. В Светлый лес.

В Светлом лесу живут эльфы. Кто бы сомневался. Вообще-то это не единственное место, где обитают эльфы. Есть еще пять больших поселений. Самое большое поселение эльфов – Ясеневый град – расположено на территории Московии. Эльфы, хоть и живут на территории других государств, но никому из местных правителей не подчиняются. Конечно, это не вызывает восторга у власти предержащих. Были даже попытки завоевания. Ну это котелок у кого не варил. В этих случаях эльфы быстро и жестко давали понять, что затея повоевать с ними – бесперспективна. Лес – их дом и крепость. Из леса они не выходят, поэтому в чистом поле с ними не схлестнешься. А в лесу с ними воевать – надо быть самоубийцей. Во всяком случае, лучшего способа покончить с собой не найдешь. Каждое дерево, каждый куст может скрывать эльфа так, что брянские партизаны нервно курят в туалете. А снайперы из эльфов – это вообще блеск. Их стрелы в лесу находят цель безошибочно. Как рассказывала Гариэль, стрелы выращивают. Да-да! Короче, человеческие владыки хорошо уразумели, что воевать с эльфами гораздо хуже, чем с ними торговать.

Люди, живущие рядом с эльфийским лесом, хорошо знают, что без разрешения эльфов в лес лучше не соваться. Конечно, бывают случаи браконьерства. Как же без них? Такова натура человека. Вот, стоит кадр с топором. Два одинаковых дерева. Одно за границей эльфийской территории, другое на территории. Конечно, то, которое растет на эльфийской земле, кажется и лучше, и стройнее, и древесина, должно быть, не порченая. Вот и случаются браконьерства. Когда я спросил Гариэль, как в таких случаях поступают эльфы, она мило покраснела и сказала, что с пойманных снимают штаны и сажают их в муравейник. Может, кому-то и нравится, когда из его дома делают кресло для сиденья, но не муравьям. Вы уж мне поверьте. Впрочем, любители экстрима и мазохисты могут попробовать. Обычно одного раза хватает, чтобы отбить охоту продолжать вредительство. «А если не хватает?» – был мой вопрос. «Когда такое произойдет, то тогда и будут решать»,– флегматично ответила Гариэль.

Итак, мы получили разрешение пользования телепортом в Светлый лес – от тана Гория лично. Утром вся наша группа собралась у здания телепортов, которое размещено в центре комплекса Школы. Погода в первый листопадный день не радовала. Было сыро и холодно. Над головой медленно ползли низкие и тяжелые тучи, готовясь плюнуть в нас то ли последним дождем, то ли первым снегом. Из здания вышел один из дежурных.

Вообще-то это здание было одним из самых защищенных во всей Школе. Из телепортов, размещенных в нем, можно было попасть в десятки точек Магира. Их устанавливали опытные и сильные маги, выпускники Школы разных лет. Конечно, для нашего неизвестного недруга попасть телепортом к Школе проблемы не составляло, но в Школу – это уже другой вопрос.

Вслед за дежурным мы вошли в здание. В большом зале возвышались десятки телепортов. Несколько из них были окутаны бело-зеленым сиянием. Как сказал дежурный в ответ на мой вопрос, это сияние говорило о том, что телепорты активированы и через них можно было попасть в другое место. Мы подошли к телепорту, над которым сияла надпись: «Светлый лес». Дежурный озабоченно оглядел Тартака:

– Да, надо отправлять в два приема, а разрешение только на один.

Тартак мог казаться тупым, но тупым-то он не был! Он перебросил палицу в другую руку и положил свободную на плечо дежурному, склонился к его лицу и ласково так сказал:

– А ты, милый, подумай хорошенько, подумай.

Палица как бы невзначай придвинулась совсем близко, давая возможность оценить, о чем в первую очередь надо подумать дежурному. Дежурный, весь перекосившийся от тяжести лапы Тартака, лежавшей на его плече, побледнел, судорожно глотнул и неуверенно сказал:

– Возможно, несколько лишних килограмм не повлияют на перенос.

– Не повлияют! – раздался голос тана Гория.

Мы обернулись. Тан Горий собственной персоной стоял за нашими спинами и с интересом наблюдал за процессом отправки.

– Поспешите, пожалуйста! – нетерпеливо сказал он.– Я, подписывая разрешение, знал, сколько и кто отправляется.

– Встаньте на центр площадки,– распорядился дежурный, с опаской поглядывая на Тартака. Тартак ответил ему широкой дружелюбной улыбкой, заставив дежурного нервно дернуться.

Мы взошли на площадку и собрались поближе к центру. Я заволновался: а вдруг не получится или не туда отправят; может, и правда вес слишком велик.

– Внимание! Вперед!

И вот мы на поляне. Широкая площадка, заросшая невысокой, по-осеннему пожухлой травой. По обоим бокам площадки выросло по одному толстенному дереву, ветви которых срослись между собой в форме арки.

Первое, что мы увидели, так это длинные луки и стрелы, недвусмысленно глядящие в уязвимые точки наших молодых организмов. Потом мы увидели воинов-эльфов, держащих эти конструкции. Выражение их лиц было далеким от дружелюбия.

Аранта, демонстративно не обращая внимания на направленные на нас стрелы, спросила Гариэль:

– Ты уверена, что твой отец нас приглашал?

Гариэль, внимательно глядя на воинов, ответила:

– Уверена,– потом уже, обращаясь к страже: – Альювенн артеррае!

ВОХР местного эльфийского разлива опустил луки. Я огляделся. Интересно! За спинами воинов вздымался ввысь лес. И какой лес! Я не могу сравнить его ни с чем, виденным мною. Величественные деревья вздымали к небу совсем не тронутые осенью ветви с зеленой листвой. Стражи стояли как раз на границе леса. Сразу за границей трава менялась. Если под ногами у нас она была вялая, жухлая, то там – зеленая и сочная. Из травы выглядывали лесные цветы. Как будто не листопад-месяц на дворе, а червень.

– Мы прибыли сюда по приглашению моего отца, Владыки Светлого леса, Хранящего Свет, Антариеля Отолариэ, и пользуемся неприкосновенностью в Светлом лесу,– продолжала тем временем Гариэль.

– Но, госпожа, здесь есть вампир и тролль,– выступил вперед один из воинов, видимо начальник стражи.

– Неужели вы думаете, что моему отцу неизвестно это? – Голосом Гариэль можно было заморозить небольшое племя эскимосов.– Они идут по тропе света и приглашены на праздник Прощания с летом.

Начальник стражи коротко кивнул и отступил, сделав знак воинам отойти с нашего пути. Воины плавно развернулись и растворились среди деревьев. Ни один листочек не шелохнулся, ни одна веточка не треснула. Невозможно было увидеть хотя бы кого-нибудь из стражи, но ощущение внимательного взгляда не исчезло.

Гариэль уверенно двинулась вперед по появившейся вдруг дорожке, аккуратно посыпанной желтым песочком.

Такой резкий переход от почти зимы до начала лета сродни шоку. Мы двигались по прекраснейшему лесу из всех виденных мною. Высокие, стройные деревья росли так, что не мешали друг другу. То тут, то там встречались небольшие полянки, усыпанные разноцветными цветами. Несмотря на то что тучи висели над самыми макушками деревьев, было тепло. Ну а нам, в наших теплых зимних одеждах, так вообще жарко.

– Эй, Гариэль, а куда осень делась, а? – пропыхтел Жерест.– Вы что, осень отменили?

– А я не могу понять, какое прощание с летом, если оно тут только началось? – подал голос и я.

– Все очень просто, ребята,– ответила Гариэль.– Эльфы живут в лесу и неразрывно с ним связаны. Наши маги могут устанавливать погоду в пределах леса. Даже иногда разгонять облака над ним. Вот, к примеру, завтра будет солнечный день, потому что праздник. А впечатление начала лета немного ошибочно. У нас все лето такое. Зимой будет прохладнее. Лесу надо отдохнуть. Будет даже снег. Наши дети очень любят играть в снежки.

За разговором мы подошли к жилой зоне эльфов. Наверное, стража передала весть о нашем появлении, так как навстречу нам вышла целая делегация. Во главе двигался высокий эльф в строгом элегантном камзоле (или как там у них это называется?). Чуть позади него двигался еще десяток эльфов. Мы остановились. Не доходя до нас шагов семь, остановились и эльфы. Отец Гариэль начал толкать речь:

– Мы рады видеть на нашем празднике Прощания с летом вас, наши уважаемые гости. Это праздник эльфов и для эльфов. Мы редко кого приглашаем на него. Для вас сделано исключение. Вы – друзья моей дочери. Она очень хорошо отзывалась о каждом из вас, и мы сочли возможным немного нарушить традицию. Я прошу вас принять наше гостеприимство и отдохнуть с дороги.

О каком отдыхе идет речь? Мы же только телепортировались и прошли метров триста.

– Завтра вечером вы будете иметь редкую возможность видеть, как мы празднуем.

Я взглянул на Гариэль. Ну надо же. Держаться с таким официальным видом, встретившись с отцом, с которым давно не виделась. А где «папочка, родной?», жаркие объятия и громкий чмок в щечку? Или у них это не принято? Опять же – принцесса.

– А теперь,– продолжал заливаться соловьем Владыка,– вас проводят в отведенные вам покои. Дочь моя, проведите гостей.

Гариэль наклонила головку в знак согласия и важно поплыла в сторону поселения. Мы в некотором ступоре последовали за ней.

Больше всего меня удивило то, что на протяжении всего пути мы практически не увидели детей. Только один раз из кустов на нас выскочило забавное существо. Огромные глазищи на маленьком личике, встопорщенные белокурые волоски, из которых торчали остроконечные ушки, короткая рубашонка и штанишки в обтяжку, заправленные в маленькие изящные сапожки. Эльфенок уставился на нас своими глазищами. Его внимание в первую очередь конечно же привлек Тартак. Аранта с Моритой сразу заворковали. Ну как же без этого? Эльфенок что-то пискнул и снова исчез в кустах.

Среди прочих деревьев росли особенные, кажется, их называют мэллорны. Огромные, кряжистые. От основного ствола отходят массивные толстые ветви. Именно на них и были устроены дома эльфов. Как птичьи гнезда, чес-слово! Между домами тянулись неширокие мостки без перил. Эльфы порхали по ним настолько легко и непринужденно, не теряя равновесия, что казалось, будто они идут по земле, а не на высоте семи-восьми, а кое-где и двадцати метров. Тартак, проследив взглядом за одним таким эквилибристом, решительно заявил:

– Не, я туда не полезу! Лучше я тут, на травке, посплю!

Гариэль улыбнулась:

– Не волнуйся, Тартак! Ты не первый гость. Для таких гостей у нас построены апартаменты на земле.

На одной из полян я увидел интересную сцену. На стульчике сидел эльф в строгом черном камзоле. Вокруг него расположилась на траве группа молодых эльфов. Он негромко о чем-то рассказывал. Меня поразили тишина и внимание, с которыми молодежь его слушала. Гариэль остановилась и вежливо поклонилась эльфу. Тот ответил кивком, показывая, что увидел и оценил вежливость Гариэль. Мы двинулись дальше. Я догнал принцессу:

– Кто это? Он единственный, кому с таким уважением ты поклонилась.

– Это Форинтиэль, старейший и мудрейший эльф среди нас. Он уже хотел начать свое путешествие, но мы его упросили остаться. Его знания и мудрость нужны нам.

– Я не думал, что он старый. На вид он не очень отличается от других.

– О! Он уже начал свое шестое тысячелетие! Никто не жил с нами столько. А вот здесь вы и будете жить в течение всего времени!

Мы подошли к нескольким домикам, расположенным на земле. Аккуратные и изящные – впрочем, здесь всё аккуратное и изящное,– домики были окружены низенькой оградкой и походили на огромные корзины с цветами. Небольшие окошки проглядывали за виноградными лозами. Над крылечками висели эльфийские фонарики. Около крылечек стояли уютные лавочки с небольшими столиками. Я похожие видел на старинных немецких открытках, которые остались моей маме от бабушки. Значит, вот здесь и будем существовать ближайшие дни.

Глава 7

Вокруг поляны, на которой должно было происходить главное действие праздника, собралось множество эльфов. Уже стемнело. К обеду погода прояснилась, и сейчас над нашими головами раскинулось ночное небо с множеством звезд, которые складывались в созвездия, в чем-то знакомые, в чем-то отличающиеся от земных. Ночь была безлунной. Хотя, честно говоря, я как-то не удосужился узнать, есть ли тут вообще луна. Надо будет обратить на это внимание.

Наверное, всем знакома обстановка в зрительном зале кинотеатра или театра, неважно, перед началом представления. Негромкие, а порой и громкие разговоры, шум, скрип, шорох разворачиваемых оберток. Здесь была тишина, полная. Если закрыть глаза и слушать, то полное впечатление, что стоишь один в лесу. Хотя глаза можно и не закрывать, все равно ни зги не видать. Во! В рифму загнул. Итак, все готово к началу.

Среди деревьев, где-то в кронах, загорелись маленькие разноцветные огоньки. Они стали постепенно приближаться. Легко и незаметно появилась музыка. Журчанием летнего ручейка, несущего прохладу и обещание утоления жажды, коснулась она слуха. С приближением огоньков музыка усиливалась, приобретала новые оттенки, подключались новые инструменты. Да, это была МУЗЫКА. Огоньки начали хоровод среди листвы деревьев. Музыка вторила причудливому узору их траекторий. Скорость кружения огоньков увеличивалась, и музыка убыстрялась. В ней чудилась радость и печаль, потери и приобретения, поражения и победы. Ком застрял в горле, а на глазах выступили слезы, хотя я никогда не считал себя сентиментальным. Как можно создать такое чудо? Каким гением надо быть, чтобы вплести все эти чувства в единую мелодию? Огоньки плели свою вязь уже над нашими головами. Мелодия приобрела бравурные оттенки. Она ликующе гремела, утверждая торжество жизни, и вдруг стихла, перешла в другое звучание. Полились тихие и светлые аккорды, и почти реально я ощутил то непередаваемое словами состояние природы на пороге осени, когда еще тепло, но нет-нет да протянет прохладным ветерком, проглянет среди зеленой листвы желтизна да покроется тонким ледком заморозков лужица. И вот уже застучала капель осенних дождей, начался полет желтых осенних листьев и засыпает, готовая принять зимние холода, природа. Прозвучал последний аккорд, и музыка стихла. В этот миг огоньки взметнулись вверх и ярко вспыхнули. Свет, подобный дневному, залил все вокруг. Из моей груди вырвался изумленный вздох. По листьям, от черенков к краям, стремительно разливалась желтизна. Очень быстро картина природы изменилась. Теперь нас окружали деревья в осеннем убранстве. В зеленом наряде остались только ели и сосны.

– Дней через десять листья облетят,– негромко сказала Гариэль.– Потом начнет падать снег. Сугробы вырастут выше меня.

– А как же вы по таким сугробам передвигаетесь? – с улыбкой и так же негромко спросил я.– Или вы ныряете в снег и выныриваете там, где вам надо?

– Мы передвигаемся по дорожкам,– укоризненно покосилась на меня Гариэль.– Вот их как раз снегом не засыпает ни при каких условиях.

Тем временем верхний свет потух. На поляне в разных местах зажглись разноцветные светильники. Начались выступления местных бардов. Качество игры, звучание музыкальных инструментов были выше всяких похвал. Ну а голоса!!! Песни были на эльфийском языке, так что, ясен день, я не понимал ни слова. Впрочем, мне оно и не надо было. Я воспринимал эти голоса как дополнительный инструмент, умело вплетающий свое звучание в общую канву мелодии. Это было такое пение, что все земные исполнители, за редчайшим исключением, могли со спокойной совестью начинать искать веревку и мыло. Короче, вешайтесь, ребята! Концерт длился несколько часов. Один исполнитель сменял другого, но ни разу я не слышал, чтобы кто-нибудь сфальшивил. Конечно, они старались, ведь такой праздник.

Ребята затерялись среди толпы эльфов, окружающих поляну. В поле зрения оставались только Гариэль, Аранта, восхищенно внимавшая каждой песне, да Тартак, сидевший на траве спиной к дереву. Эгей, да он, кажется, готовится заснуть! Храпящий Тартак – это совсем не то музыкальное сопровождение, которое украсит этот праздник, лучше будет, если он выдаст его подальше от этого места. Когда я услышал храп Тартака в первый раз, у меня было полное ощущение, что рядом работает бульдозер. Бульдозер, который, надрываясь, ворочает землю с причмокиванием и бормотанием. Я, слегка запаниковав, тронул Гариэль за рукав и указал на Тартака. Она моментально осознала степень опасности и умоляюще взглянула на меня. Ладно! Меня в общем-то уже слегка утомило празднество, и тоже хотелось если не прилечь поспать, то заняться чем-то другим. Я подошел к Тартаку и потряс его за плечо. Ага! Потряси такую тушу. Тартак, голова которого уже начала клониться к груди, даже не отреагировал на мои попытки. Может, его шарахнуть его же палицей? Я потянул палицу из рук Тартака. Вот чувство ускользающего из рук любимого оружия мгновенно его разбудило. Он, крепче ухватив палицу, мгновенно оказался на ногах и угрожающе поднял ее над головой. На палице, не успев убрать руки, мирно висел я (по-моему, Тартак даже не заметил этого). Гариэль мужественно встала перед Тартаком, показывая знаками, что не надо шуметь и размахивать оружием. Вот с этим я был полностью согласен. Оружием размахивать не надо! Тартак сфокусировал взгляд на Гариэль. Потом, почувствовав, что палица стала несколько тяжелее, посмотрел на нее, вернее, на меня. Криво улыбнувшись в знак приветствия, я отпустил руки, левитируя. Вовремя мы научились этому занятию! Боюсь, что ноги, спрыгни я на землю просто так, меня бы не удержали. Стресс, господа, стресс! Тартак, нахмурившись, пробормотал что-то вроде извинения. Я, отмахнувшись – мол, бывает,– предложил ему пройтись в гостиницу.

По дороге Тартак бурчал, что это похоже на дискриминацию. Тихий, мирный, белый и пушистый троллик прилег отдохнуть под деревце, и на тебе, будят, не дают подремать, гонят. Это как называется? Я, благоразумно не упоминая о музыкальности его храпа, соглашался. Но все же я постарался донести до Тартака мысль, что, мол, кто этих эльфов знает; они вот стараются, поют и играют, а кто-то, не обращая на них внимания, ложится под дерево и засыпает. Они ведь могут и обидеться. Кто-нибудь знает, что такое обиженный эльф? А желает узнать?

Благополучно доставив Тартака в гостиницу, я пошел к недалекому лесному озерцу. Хотелось просто посидеть на берегу возле воды, обдумать полученную информацию.

Вот интересно, я столько читал об эльфах. Ну не то чтобы научные труды, нет – фэнтези. Там описывались эльфы как нечеловечески красивые существа. Перворожденные, познавшие многовековые знания, эльфы уединились в своих лесах-крепостях.

Не спорю, поют они действительно классно. Земная попса нервно курит в туалете! Появись здесь Киркоров или «Корни» с их зелеными бровями, которые колосятся при свете луны, я даже и не знаю, сколько бы они прожили после своего выступления. И дожили бы они до конца его?

Но вот что касается их нечеловеческой красоты… Я как-то не заметил этой их особой красоты, хотя вон Тимон, так тот просто млеет в присутствии Гариэль. Да, конечно, глаза вполлица производят впечатление своей необычностью и выразительностью, но и у человеческих девушек тоже с этим неплохо. Я думаю, что просто они не такие, как мы, люди. Их лица уже наших. Глаза больше человеческих и видят лучше. Волосы прямые, преимущественно – светлые. Эльфы производят впечатление более хрупких существ по сравнению с людьми. Но это впечатление обманчиво. Они достаточно сильные и очень гибкие. Как сказала Гариэль, далеко не все они владеют магией, но все понимают лес, частью которого они являются. Почему-то они стараются не показывать эмоций, как индейцы из американских вестернов. Не знаю, чем это вызвано. К людям они действительно относятся с некоторым пренебрежением, что меня, например, очень задевает и вызывает желание устроить что-то, что заставит их отнестись ко мне по-другому. Не знаю как, но по-другому.

Мои размышления прервало ощущение чьего-то присутствия за спиной. Я быстро поднялся с травы и обернулся. В неверном свете звезд передо мной стоял эльф в абсолютно черном одеянии. Мне вспомнилось наше прибытие сюда и эльф в окружении юношей. Как-то он тогда на нас очень внимательно поглядывал. Как там его зовут? Форинтиэль, кажется.

– Почему ты не со своими? – задал вопрос эльф.

Ну что за дела? Разве я не имею права отделяться от группы? Мы так и должны тесным стадом бродить по лесу?

– А я обязательно должен быть со своими? – нейтральным тоном поинтересовался я.

Даже в темноте было видно, что Форинтиэль улыбнулся. Не отвечая, старый эльф прошел мимо меня и остановился на берегу озера, гладя на противоположную сторону. Некоторое время он молчал, а потом заговорил каким-то глухим голосом:

– Дракон еще спит, но время придет, и он проснется. Он раскроет свои крылья и пойдет по дороге предков. Он понесет с собой горе врагам и надежды друзьям. Время придет…

Ну вот, искренне огорчился я, у старика начались глюки. Ну почему это произошло при мне? Что мне рассказывать, если спросят? Я несмело сделал шаг к нему, совсем не представляя, что мне дальше делать. Форинтиэль не спеша повернулся ко мне.

– Вот так всегда и бывает,– негромко сказал он,– что-то приходит, и сразу не поймешь, что и кому это предназначено, и только через некоторое время проясняется смысл.

Форинтиэль кивнул мне и, неслышно ступая, исчез в лесу.

Ну я вообще-то думаю, что это про Тюрона. Он – единственный дракон среди нас. Правда, выражение о том, что он спит, мне непонятно. Про дорогу предков ясно. Он ищет своих предков и раскапывает их знания. На это нужно какое-то время. Про горе и надежду – не знаю. Это все-таки будущее. Надо будет обсудить это с ребятами… или не надо?

Меня разбудил дружный хор птичьих голосов, воспевавших утро. На соседней кровати, блаженно улыбаясь, спал Тимон. Видимо, что-то хорошее приснилось под утро. Ослепительное солнце, пробиваясь сквозь золотую листву, создавало изумительно хорошее настроение. Слышался голосок Аранты, распекавшей за что-то братьев ад Шейт. Да, денек предстоит хлопотный. Сегодня мы покидаем Светлый лес и едем домой. Четыре дня промелькнули быстро.

Я больше не встречал Форинтиэля. О происшедшем в ночь праздника я рассказал только Гариэль. Она, задумавшись, некоторое время сидела молча. Потом заговорила:

– Знаешь, Колин, такое с Форинтиэлем иногда бывает. Он делает прорицания. Его устами говорит Провидение. Мы не можем сразу понять, к чему эти прорицания относятся. Только со временем, когда что-то происходит, становится понятно, о чем шла речь. Вся беда в том, что Форинтиэль произносит прорицания в трансе. Он не знает, откуда что берется. Иногда в подобных ситуациях речь шла об очень важных делах, но кому это предназначалось, выяснять не удавалось. В результате гибли люди и эльфы, происходили страшные разрушения.

– Но речь шла о том, что горе будет врагам, а друзьям надежда.

– Колин, а ты можешь точно сказать, кто эти враги? Дракон-то еще спит. Я не уверена, что речь идет о тане Тюроне. Что, если это иной дракон и нам предстоит стать его врагами?

– Да, об этом я как-то не подумал. Может, речь идет о нашем недоброжелателе? Может, все эти примочки и есть признаки пробуждения?

– Может быть. Хотя нет, вряд ли. Драконы, насколько я знаю, не бывают темными. А с нами воевал темный маг.

– Может быть, это условное название – дракон? Прозвище какого-нибудь темного мага?

– Все может быть. Не знаю.

Я хитро прищурился и ангельским голоском спросил:

– Это как же так? Эльфы же ведь все знают и все предвидят?

– Колин! – сердито повернулась ко мне Гариэль.– Я вот сейчас как дам тебе по шее! Эльфы знают много, но не все! А уж что касается предвидения… Просто мы относимся ко всему спокойно. Чему быть, того не миновать!

– А, понятно. Фаталисты, значит.

– Фаталисты – это что? – недоуменно спросила Гариэль.

– Это от слова «фатум». У нас на Земле, вернее, там, у них… Короче, это как раз и означает то, что ты говорила. Будет то, что будет, и ничего нельзя изменить.

– Да, примерно. Но мы хоть боремся со злом, не то что эти дроу!

– Дроу? – насторожился я.– Темные эльфы?

Гариэль неохотно кивнула.

– Они что, действительно существуют?

Снова неохотный кивок.

– Расскажи мне о них,– потребовал я.

– Что тебе рассказывать? – вскипела Гариэль.– Дроу – это изначальное зло! Они практикуют магию Хаоса! Понятий добро, милосердие, сострадание и любовь для них не существует.

– Они по внешнему виду как-то отличаются от вас?

– А как ты думаешь, если они живут под землей?

– То есть они имеют бледный вид?

– А гномы что, имеют бледный вид?

Я честно попытался вспомнить, как выглядят гномы. Вроде бы они не бледные. А какие?

– Не мучайся,– поняла мое молчание Гариэль,– дроу имеют темную кожу и абсолютно белые волосы. Глаза у них с красноватым оттенком. Радужка меняется от светло-желтого до темно-коричневого цвета.

– Ты их видела?

– Нет, конечно! Я еще слишком молода и не в силах постоять за себя. А встреча с ними всегда заканчивается боем насмерть.

Тимон заворочался, просыпаясь. Я сел на кровати от неожиданно пришедшей мысли.

– Тимон! Тимон, я же вижу, что ты уже проснулся.

Тимон лениво приоткрыл один глаз:

– А вот и нет. Я еще сплю. А ты меня будишь. Даже на каникулах от тебя покоя нет. Хорошо еще, что воду не льешь!

– Тимон, а Новый год здесь празднуют?

– Спрашиваешь! – расплылся в улыбке Тимон.– Если хочешь знать, Новый год в вашей реальности наши маги установили. Ад Клаусез лично занимался этим делом. Санта-Клаус – это про него. До сих пор, когда на Земле наступают эти праздники, ад Клаусез запрягает в сани семерку бессмертных оленей, собирает большой мешок подарков и отправляется в эту реальность.

– Постой, но это же сказка!

Тимон закивал:

– Вот, ты уловил! Ад Клаусез так и сказал: «Пусть у детей этой бедной магией реальности будет несколько сказочных ночей в году, когда сбываются хоть какие-то мечты!»

– Да, Санта-Клауса так и изображают – дед с белой бородой и на санях, запряженных оленями.

– Вот-вот! Совсем невидимым стать нельзя, это отбирает много сил и энергии. Ад Клаусез, в целях экономии, на высоте снимает полог невидимости. А раз так, значит, его можно увидеть.

– А Дед Мороз!

– Это просто другое название. Главное то, что праздник есть и подарки тоже.

– А елка есть, то есть будет?

– А как же без нее? Обязательно будет!

Наскоро сделав обязательный комплекс утренних упражнений, что благодаря стараниям Скитальца стало условным рефлексом, я бодренько прорысил к нашему временному жилью. Ну как всегда! Тартак, наверное, чем-то таким смазывается, что к нему постоянно липнут три-четыре эльфиечки. Вот и сейчас Тартак, полностью собранный, то есть при палице, сидел на скамеечке и млел, слушая щебет эльфиек, которые живенько общались между собой, не требуя от тролля ответов. Из дома выскочили взопревшие братцы-кролики. За ними вышла рассерженная Аранта.

– Представляешь,– обратилась она ко мне,– эти олухи дорвались до эльфийского вина, набрали шесть фляг!

– Ну и что? – пробасил Тартак со своей лавочки.

– А то, что рук у них всего по две на каждого! Да еще вещи нести надо! Как они будут это делать? Может, ты за них будешь тащить?

– Не-а! У меня самого две фляги,– прогудел Тартак.

Решение все же нашлось. Итак, удалялись мы из леса в таком порядке: впереди, небрежно взвалив поклажу на плечо, шествовал Тартак. Следом за ним, составляя уже привычную взору свиту, двигалось шесть эльфиечек, опечаленных расставанием с Тартаком. Далее шли братья один за другим. Между ними на шесте тяжело раскачивались шесть фляг вина. Братья пыхтели, но ношу бросать не собирались. За братьями, время от времени подбрасывая им ехидные замечания и советы, двигались Аранта и Жерест. Гариэль и Морита шли, держась за руки, и явно наслаждались осенним лесом. Замыкали колонну я и Тимон. Стоило нам выйти из леса к поляне портала, как в лицо ударила противная листопадная морось и полоснул холодный сырой ветер. Сразу захотелось развернуться кругом и в том же порядке последовать в теплый и гостеприимный лес. Но наше время истекло, да и лес через некоторое время уже не будет таким гостеприимным, по крайней мере до следующей весны.

Глава 8

Как бы ни были хороши каникулы, у них есть одно паршивое свойство – они заканчиваются! Хотя, честно говоря, в данном случае я не жалею. Мне учиться в Школе было интересно, и каникулы были приятным разнообразием в череде интересных приключений.

После занятий я потащил Тимона к братьям ад Шейт. Они подозрительно молчали весь день, уклонялись от разговоров, на занятиях были невнимательны, за что и получили несколько замечаний от преподавателей. Да и вид был у них еще тот! Фулос носил роскошный синяк под глазом, а Харос шмыгал носом, и губа, по-моему, у него тоже была повреждена. Это не ускользнуло от нашего внимания, и Гариэль предложила мне с Тимоном наведаться к братцам и пообщаться с ними.

Зайдя в домик, я узрел следующую картину: братья сидели у стола, на котором лежала фляга с вином, уже початая, стояло несколько стаканов и тарелка с какой-то закуской.

Об истории с вином нужно рассказать отдельно. Сколько ругани и препирательств она вызвала у телепортов! Появление алкоголя в Школе не приветствуется, как не приветствуется и появление выпивших студиозов и преподавателей. А в данном случае отмечалось появление целых девяти больших фляг с вином! Я имею в виду все фляги. Ведь и Тартак, и Тимон тоже приобрели энное количество напитка. Справедливости ради должен сказать, что вино у эльфов отличное. Оно слабоалкогольное и очень вкусное, с непередаваемым букетом лесных трав и цветов. Нас сначала не хотели и пускать на территорию Школы. Поднялся скандал. Тартак, пребывавший в благодушном настроении после прощания с эльфиечками Светлого леса, вдруг сообразил, что у него хотят отобрать две фляги с вином, которое ему очень понравилось. Пытаться что-то отобрать у тролля, пусть даже он находится в благодушном настроении, я категорически не советую! Тартак мгновенно вышел из благодушия и вошел в ярость. Сбросив поклажу себе под ноги, он взревел и принял боевую позицию, подняв свою палицу над головой. Братья не отставали от него, вцепившись во фляги с вином мертвой хваткой. Все остальные члены нашей группы были несколько удивлены реакцией обслуживающего персонала на вино, ведь никто из нас им не злоупотреблял, и реакцией наших товарищей, которая начала приобретать угрожающие образы. Примчался вызванный кем-то тан Горий в сопровождении танессы Валеа и Алима. Сначала они не могли уразуметь, что творится, пытаясь вслушаться в обвинения персонала телепортов и наши объяснения под аккомпанемент оглушительного рева Тартака.

Наконец тан Горий не выдержал и рявкнул так, что даже Тартак замолчал и с восторгом и немалой долей уважения уставился на тана Гория. Выдержав должную паузу и грозно осмотрев поле боя, директор обратился к сотруднику телепорта:

– Что происходит?

Сотрудник ткнул в нашу сторону пальцем и тоном прокурора, добивающегося вынесения высшей меры наказания, произнес:

– Вот эти студиозы пытались пронести на территорию Школы вино!

– Это эльфийское вино,– негромко, но веско сказала Гариэль.

– Но это вино! – повысил голос сотрудник.

Тан Горий поморщился:

– Уважаемый, прошу вас не кричать. Вы говорите, что это эльфийское вино, Гариэль? – Горий взял Гариэль под руку и увел в сторону от нас.

Они некоторое время тихо между собой общались. Две противоборствующие стороны тем временем грозно смотрели друг на друга, уверенные в своей правоте. Честно говоря, я разделял правоту нашей стороны. Эльфийским вином невозможно напиться до потери человеческого достоинства. То ли оно сделано по такой технологии, то ли на нем чары какие-то, но, кроме легкой эйфории, оно не вызывало никаких непотребных эффектов. Об утреннем похмелье, или бодуне, если говорить по-простому, и речи не могло быть.

Тем временем тан Горий закончил совещание с Гариэль и вернулся к нашей могучей кучке.

– Все в порядке,– махнул он рукой сотрудникам телепорта,– я разрешаю пронос этого напитка на территорию!

– Но!..– начал было возражать сотрудник.

– У вас что, проблемы со слухом или у меня плохая дикция? – грозно поинтересовался тан Горий.

– Нет. Все в порядке. Если вы разрешаете пронос этого напитка, то нет проблем! – браво отрапортовал тот.

Вот таким образом вино было доставлено в наше расположение. Теперь же братья носили украшения на физиономиях, а сбитые костяшки на их кулаках говорили о том, что за эти украшения они честно заплатили.

Тимон решительно придвинул табурет к столу и расположился на нем. Я устроился на кровати.

– Это что? – облокотился на стол и, кивая на флягу, спросил Тимон.

– Это вино,– грустно сказал Фулос. Харос кивнул.

– Ну!

– Его пьют,– через некоторое время изрек Харос. Фулос кивнул.

– А еще оно бьет не в голову, а по голове,– ехидно добавил я и сам себе кивнул.

Братья возмущенно посмотрели на меня.

– Вообще-то это работа третьего курса,– сообщил Фулос.

– Так в чем дело? – изумился Тимон.– Берем сейчас Тартака и идем к этим орлам. Всего-то делов – нюх прочистить!

– Фи! Тимон! Такие выражения от дворянина!..– едко заметил я.

– Да не надо идти разбираться,– досадливо поморщился Харос,– мы и так с ними неплохо повеселились. И по большому счету они правы.

– В чем? – сухо поинтересовался Тимон, метнув в меня уничижительный взгляд.

– Вино действительно скисло! – горестно поник головой Харос.

– Не понял! – оторопело сказал Тимон.– Как это скисло?

– Ну мы продали им флягу вина, а оно оказалось скисшим,– пояснил Фулос.

– Продали? Ну тогда понятно! – протянул Тимон.

– Что тебе понятно? – с подозрением уставился на Тимона Фулос.

– Ребятки,– вкрадчиво начал Тимон,– с вас эльфы за вино хоть медяк взяли?

– Нет.

– При продаже это вино моментально скисает,– пояснил Тимон.– Оно не предназначено для торговли. И на него наложены соответствующие чары. Это вино для внутреннего употребления. А вы продавать его взялись!

– Что? – Харос моментально повернулся, подхватил одну из стоявших поблизости фляг, ловко сорвал печатку и набулькал в стаканчик вина. Потом осторожно поднес его к носу и понюхал. Оценив аромат, одним мощным глотком Харос осушил стакан. Мы втроем с интересом наблюдали за ним. По лицу Хароса расплылась блаженная улыбка.

– Ну? – осторожно поинтересовался Фулос.

– Не кислое! – выдал резюме Харос.

– Хотите добрый совет? – спросил Тимон и, не дождавшись ответных кивков, продолжил: – Позовите тех парней и распейте эту флягу на мировую! И не вздумайте продавать! Не тот случай!

Так. У меня, кажется, проблема. В книгарне Томара Бердуана появился справочник «Краткие заклинания». Всего три штуки! Леший знает, что тут за технологии! В любом случае медлить нельзя. Надо успеть сбегать и купить, пока другие жаждущие не перехватили. Эта книга в хозяйстве мага, тем более боевого мага, вещь далеко не лишняя. Да, заклинания короткоживущие. Да, не такие мощные, как стандартно созданные, но не требующие времени на создание и активацию. Одно ключевое слово и жест, и здрасте вам через окно! Но за этой книгой надо бежать в город! А с кем?

Тимон, Жерест и братья уже в городе. Ушли где-то час назад. Тартак с Моритой отправились в лес то ли охотиться, то ли следы рассматривать. Гариэль засела в библиотеке. Когда она там, до нее не достучишься! А с Арантой так вообще проблема!

На последней лекции по бытовой магии тана Пекаруса произошел инцидент. Тан Пекарус громко зачитал название лекции: «Защитные пологи от комаров и других кровососущих созданий». Тимон негромко, скорее себе под нос, добавил: «Другие кровососущие создания – это Аранта». Я, сдуру конечно, хихикнул. Хоть и сказано было тихо, но Аранта услышала. Обидела-а-ась!!! Короче, с тех пор она с нами, то есть с Тимоном и мной, не разговаривает и вообще делает вид, что нас не существует. Надо будет подойти к ней извиниться, но раньше чем через неделю она нас и слушать не станет. Характер – не подарок!

Так как мне быть? Видимо, придется самому в город мотнуться. Вооружусь, и – «гей, славяне!». Да действительно, ну что может случиться? В конце-то концов, решение спонтанное. Предусмотреть его – это вряд ли. По-быстрому смотаюсь – и все.

Решив таким образом, я оделся потеплее – грудень на дворе, белые мухи уже летают – и, прихватив шпагу, выскочил из домика.

Всю дорогу до городка я пронесся легкой трусцой. В самом городке ветра как такового не было. Не снижая скорости, я бежал по улочкам. Вы небось знаете, что такое средневековые улочки. Это когда верхние этажи нависают над нижними. Так вот, хоть и не везде, такие улочки есть и в Хаундаре, городке, возле которого расположена наша Школа. Сам-то городок не очень велик. Так, герцогского подчинения. Тут даже есть замок этого герцога, как там его обзывают? А, ладно, забыл, ну и леший с ним. Этот замок используется как летняя резиденция. Сам-то герцог сейчас в столице.

Вот так размышляя, за очередным поворотом я чуть не врезался в троих субъектов самого типического вида. Ну вы понимаете какого. Резко затормозив, я стал рассматривать эту троицу. На всякий случай, понимая, что, вряд ли подействует, сказал:

– Ребята! Давайте по-хорошему. Я пойду своей дорогой, а вы своей. Я студиоз, и, сами понимаете, особо поживиться у меня нечем!

Не подействовало. Даже не пытаясь произнести формальную фразу: «Кошелек или жизнь!», эти висельники двинулись на меня. Трепался я по привычке. За что не любили связываться со мной в школе на Земле, так это за то, что во время трепа я обычно готовил неприятные сюрпризы противникам. Вот и сейчас я перекачал энергию из плеча в левую руку, формируя боевой пульсар. Энергетический аккумулятор – не бог весть какой, но достаточный для разового употребления – я начал развивать чуть больше месяца назад. Одновременно правой рукой я ухватился за рукоять рапиры. Видя, что переговоры зашли в глухой угол, то есть попали в глухие уши, я не стал тратить время на дальнейшие уговоры и воззвания к совести. Швырнув пульсар в левого противника, я перешел в темп. Взвизгнула выхватываемая рапира. Встретил рапиру правого бандита, перевел ее вниз и из нижней позиции, как учил Багран, укол! Опа! Остался один! Ну что, зря я, что ли, занимался каждый день! Э-э-э! Да он двигается в том же темпе!

В самом деле, мой противник тоже вошел в темп. Стало сразу понятно, что мой благоприобретенный опыт – ничто по сравнению с опытом бандита, отточенным во множестве драк. Я еле успевал парировать его выпады!

Что делать? Я отступал к выходу из переулка. Там, на улице, может быть, встретится кто-то из прохожих или кто-нибудь стражу вызовет. Только бы не споткнуться! Черт! Достал ногу! Не сильно, но больно!

Я отскочил, надеясь оторваться и выскочить из переулка. И вот в прыжке из руки этой мрази вырвался какой-то зеленый комок и полетел прямо мне в грудь. Он настиг меня в воздухе и долбанул так, что меня перевернуло. Последнее, что я успел увидеть,– это перекошенное ужасом лицо бандита и поток пламени, настигший и охвативший его. Потом меня со всего маху приложило фасадом о булыжную мостовую, и сознание, на прощание помахав мне платочком, спешно покинуло меня.

Мама родная! Роди меня обратно! Что же это все тело так болит и ноет?

Я услышал быстрые шаги, приближающиеся ко мне. Крепкие руки ухватили меня и бережно перевернули на спину. Тан Тюрон! Он встревоженно вглядывался мне в лицо глазами, светящимися в темноте оранжевым светом, с узкими вертикальными зрачками.

– Мальчик мой. Ты жив? У тебя все в порядке? – услышал я его голос, в котором проскальзывали рокочущие нотки еще не вполне трансформировавшегося организма.

– Не знаю! – с невольно вырвавшимся стоном ответил я.– Я не успел произвести инвентаризацию.

– Инвентарз… иревим… Что ты не успел произвести? – спросил тан Тюрон, еще более обеспокоенно вглядываясь в меня.

– Инвентаризацию,– раздельно произнес я,– это когда вспоминают, что было до того как, и сравнивают с тем, что осталось после того как.

– Нет, он еще шутит! – возмущенно взревел тан Тюрон.– Ты на себя посмотри! На что ты похож!

Я опустил глаза на свою безвольную тушку. М-да! Видок еще тот! Одежда потрепана, а на груди и большей части живота так и вообще ее нет. Теперь понятно, почему мне в этом месте было так холодно. Тело, открытое обозрению, имело нездоровый синеватый оттенок, наверное, большой синяк, в темноте нелегко разобраться.

– Встать можешь? – спросил тан Тюрон. Хороший вопрос.

– Попробую,– прокряхтел я и завозился, вставая. Встал! Уже хорошо!

– Давай я тебя до дома провожу,– предложил Тюрон.

Это предложение несколько расходилось с моими планами на этот вечер.

– Э-э-э… Мне надо сначала зайти в книгарню, справочник «Краткие заклинания» купить, а потом я домой, честное слово!

– Нет! Сейчас только домой! – сказал Тюрон, укутывая меня своим плащом.– А справочник, если он так тебе необходим, я тебе свой подарю. У меня есть экземпляр.

Честно говоря, сил спорить у меня как-то не было. Я кивнул и повернул к выходу из переулка. И тут меня повело… Тан Тюрон вовремя подхватил мое тело, которое собралось соприкоснуться с мостовой, испачкав при этом свой шикарный плащ.

– Эй, парень! Да ты совсем квелый! – воскликнул Тюрон, поднимая меня на руки.

Я слабо запротестовал и зашевелился, пытаясь вывернуться из его рук и встать на собственные ноги. Не тут-то было! Тан Тюрон, крепко удерживая меня на руках, широко зашагал по улице. Тем временем мне совсем поплохело. Дальше я помню урывками. Покачивания, когда тан Тюрон нес меня… Потом он вроде бы бежал… стук открытой ногой двери… крик Тюрона: «Эй, кто-нибудь, бегом за целителем! Найдите танессу Хирув!»… переполох, поднявшийся после этого. Вспоминаются тан Тимон, внимательно вглядывающийся в мое лицо, тан Горий, сидящий около моей кровати и держащий в руках мою руку. Все это урывками, как в плохом фильме, где халтурщик-оператор склеил куски разных лент.

ЛИРИЧЕСКОЕ ОТСТУПЛЕНИЕ

Лекция тана Пекаруса по бытовой магии. Магический полог

Так, о чем это я? Ах да! Лекция! Вы кто?.. Боевые маги?.. А какой курс?.. Первый?.. Первый курс. Первый курс. Первый курс... Ага! Первый курс... Магический полог.

Магический полог, друзья мои,– это величайшее изобретение нашей магии. Он служит для защиты от дождя. Представьте: идет дождь. Все мокры. Всё мокро. Вы – сухи! Это же замечательно!

Хотя некоторые невежи типа Важека утверждают, что полог притягивает все молнии. Я вам скажу: ЧЕПУХА! Полог притягивает одну-две молнии максимум. Это немного и тем более не все. К тому же в лесу, если полог находится ниже деревьев, молнии будут бить в деревья – это закон природы, а против природы не попрешь!

Что?.. Совершенно правильный вопрос! В степи или поле, как там быть? Отвечаю! Вам будут не страшны молнии, если вы поместите локтях в тридцати магический образ очага. Молнии будут бить в очаг, на вас ни одна молния не обратит внимания. Очаг будет притягивать молнии. Правда, есть одно неприятное свойство у очага. Он притягивает не только молнии, но и врагов. Не расстраивайтесь! Врагов он притягивает только тогда, когда враги его увидят. И у вас будет одно несомненное преимущество перед врагами – вы будете сухи!

Прошу всех достать конспекты и записать тему лекции: «Магический полог как защита от дождя».

Проснулся я как-то сразу, скачком. Сначала не понял, где я. То, что меня окружало, совсем не похоже на наш с Тимоном домик. Стоп! Вроде бы вспоминаю. Что-то со мной произошло… Но что?.. А, да! Та драка, в переулке. Меня же тогда хорошо приложило о мостовую! Тогда я, надо полагать, в больнице. Я повернул голову, рассматривая обстановку. Сразу же над моей головой зашевелилось что-то белое. Тимон! Наклонился надо мной, заботливо вглядываясь в мое лицо.

– Колин! Ты как?

– Да вроде нормально! – прохрипел я. Что это с моим голосом? Прокашлялся.– Я что, в больнице?

– А где еще ты можешь быть? В раю?

– Не, если ты рядом, то только в аду!

– Шутник! – Тимон передвинул стул, уселся на него.– Нет. Действительно. Как ты себя чувствуешь?

– Я же говорю, нормально! Ну разве что некоторая слабость.

Тимон нервно хихикнул:

– «Некоторая слабость»! Да ты вообще по энергии был на нуле! Куда тебя понесло на ночь глядя?

– Слышишь, что вообще произошло?

– Это я тебя хотел спросить.– Тимон наклонился ко мне.– Куда ты вляпался?

– А что, тан Тюрон разве не рассказал? – Я заворочался, пытаясь сесть. Тимон подхватился, поправил подушку и помог мне устроиться.

– В общих чертах,– сообщил Тимон.– Он сказал, что ты сцепился с грабителями.

– Да объясни ты толком, что со мной тут было? – Я требовательно смотрел на друга.– А потом я расскажу о грабителях.

– Ну слушай,– вздохнул Тимон.– Когда я пришел, то тебя не было. Сначала я подумал, что ты куда-то выскочил и скоро появишься. Потом, когда тебя не было довольно долго, я сходил к девчонкам. Я думал, что ты у них сидишь. А когда оказалось, что и там тебя нет, мы заволновались. Снова пришли к нам в домик, подтянулись Жерест с братьями. Потом и Тартак с Моритой пришли. Сидим. Вдруг в дверь так долбанули, что магический замок вылетел. Заходит тан Тюрон. Смотрю, а на руках у него – ты. Видок у тебя был тот еще. Тюрон как заорет: «Кто-нибудь, за целителем! Срочно! Давай-давай!» Тартак так и выскочил, не открывая двери. Потом ремонтировать пришлось! Примчалась танесса Хирув. Как тебя увидела, сразу засуетилась. Быстро тебя в больницу перетащили. Тана Гория вызвали. Он потом с тобой долго сидел, что-то делал. Из палаты так магией и несло. Вот олух! Забыл!

Тимон вскочил со стула и подбежал к окну. Распахнул его и, перегнувшись через край, свистнул. Через некоторое время я услышал топот ног в коридоре. Дверь открылась, и в палату заскочили девчонки, за ними проскользнул Жерест. Братья замешкались в дверях, пытаясь протиснуться в дверной проем одновременно. Их вынес мощный пинок Тартака, замыкавшего группу забега. Все собрались около моей кровати.

– Привет! – прокашлявшись, поздоровался я.

Аранта неожиданно рванулась ко мне, ухватила меня за отвороты больничной пижамы и яростно зашептала:

– Если ты еще раз, хотя бы еще раз отправишься на подобную прогулку, я тебя лично вот этими самыми руками прибью! Понял?

Губы у нее дрожали, на глазах заблестели слезы. Я ей неуверенно улыбнулся:

– Аранта, ты извини, что я тогда, на лекции, хихикал…

– Единый! Какой же ты все-таки дурак! – вскинулась Аранта, подхватилась и выскочила из палаты.

Ничего не понимаю! Что с ней? Я посмотрел на ребят. Тимон, по-моему, был удивлен поступком Аранты не меньше, чем я. Гариэль улыбалась, мол, знаем, не проболтаемся. Остальные, похоже, тоже были удивлены.

– Вообще-то она права,– прогудел Тартак.– Ведь договаривались, что в одиночку не ходить, а ты?

– Тартак,– начал оправдываться я,– так ведь в книгарне Томара Бердуана появился справочник «Краткие заклинания». Оставался всего один экземпляр. Ну как я мог упустить его? А вас никого не было!

– Подожди! – вмешалась Гариэль.– Ты что, не знаешь, что в книгарнях не может быть трудов, в которых дается хотя бы одно заклинание? Это запрещено и высочайшим указом, и решением ковена магов.

– Да откуда я мог это знать? – огрызнулся я.– Мне никто об этом не говорил.

– Да ты хоть раз видел в книгарне такие вещи? – с негодованием спросила Гариэль.– Такие труды выдает издательство ковена, и они сразу поступают в библиотеки школ или, по заказу, отдельным магам.

– Так, а кто это тебе сказал? – прокурорским тоном спросил Тартак.

– Ну – начал вспоминать я,– я случайно услышал разговор двух целителей…

– Ясно! – с явным удовлетворением сказал Тартак.– Подстава! Явная подстава! Когда встанешь, мы этих целителей найдем! Я их так поцелю, что на всю жизнь запомнят, если живы, конечно, останутся! Ты их запомнил?

– Они вроде бы с третьего курса. Но я их раньше не видел.

– Тогда не факт, что они студиозы,– задумчиво сказал Тимон.

– Все равно! Когда поднимешься, пройдемся по третьему курсу! – упрямо заявил Тартак.

Открылась дверь, и на пороге палаты возникла танесса Хирув. Она остановилась, удивленно глядя на консилиум, собравшийся около моей кровати.

– Это еще что такое? Кто вас пропустил сюда? Больному нужен покой, отдых и реабилитация, а с вами, господа студиозы, ни первого, ни второго, ни третьего ему не видать! Особенно с вами, большой и лохматый! – Танесса Хирув ткнула пальцем в сторону Тартака.

Тартак обиженно засопел:

– Ну вот, как что, так сразу лохматый. Я что, лысый?

– Молчать! – скомандовала танесса.– Все вон отсюда! Ад Зулор, еще раз такое безобразие увижу, запрещу дежурства.

Пришлось ребятам покинуть палату, хотя было видно, что делали они это с ба-а-альшой неохотой.

На следующий день пожаловал тан Тюрон. Появившись на пороге, он движением бровей выпроводил за дверь Гариэль, которая в это время дежурила возле меня. Подошел к кровати, положил на тумбочку большое спелое яблоко и, придвинув стул, сел около меня.

– Ну как дела, герой?

– Герой – это в качестве насмешки? – независимо поинтересовался я.

– Ну почему же? После темного пульсара, или «комка инферно», как его еще называют, никто не оставался живым. А ты не только жив, но и, судя по всему, пришел в себя. Так что – герой!

– Да, ребята говорили, что я был на Грани.

– Ты был одной ногой за Гранью! – жестко сказал Тюрон.– Если бы не быстрая помощь танессы Хирув, тана Гория и моя, ты был бы за Гранью обеими ногами. Ты понимаешь, что нарушил договоренность – не ходить одному никуда? Сейчас уже ясно, что охота ведется исключительно на тебя.

– Да что я ему сделал? – взвыл я.– Чего он ко мне привязался? Учусь тут, никого не трогаю! Что ему еще надо?

– Возможно, ты ему еще ничего не сделал,– рассудительно сказал тан Тюрон,– но это означает, что ты можешь ему что-то сделать.

– А может, там, в переулке, это и был тот темный маг? – с надеждой спросил я.– Он и действовал на сверхскорости, и этот темный пульсар – заклинание, наверное, не самое легкое?

Тан Тюрон некоторое время думал, потирая подбородок.

– Не факт! – наконец выдал он результат.– Сверхскорость не является прерогативой только магов, да и темное заклинание можно было просто в амулет загнать и использовать при необходимости. Да и не будет этот негодяй зря рисковать. Он будет пробовать достать тебя чужими руками и выйдет на сцену лично только тогда, когда будет уверен, что уничтожит тебя. Наша задача – не дать ему такого шанса! Кстати, я усилил твой Дар. Теперь у тебя второй уровень усиленный. Ну-ка взгляни на свое состояние.

Я, как нас и учили на медитации, расслабился и попытался оценить свое состояние. Так, в правом плече уже начала набираться энергия. А это что? Чуть выше головы как будто теплое облако пылает оранжевым и желтым. Я сосредоточился, и струйка энергии из облака потекла в резервуар на моем плече. Опа! Запас правого плеча полон!

«Оччччень правильно, малышшш!» – услышал я какой-то шипящий голос.

– Что вы сказали? – обратился я к тану Тюрону.

– Я? Я ничего не говорил,– удивленно посмотрел на меня Тюрон.

«Наверное, показалось»,– подумал я.

Глава 9

От сессии до сессии живут студенты весело, а сессия всего два раза в год. Да. Знали бы вы, как мне хотелось за время учебы в школе на Земле хотя бы разок поболеть. Нет, не чем-нибудь серьезным, а обыкновенным ОРЗ. Какое блаженство лежать на диване, попивать чаек, почитывать книгу или смотреть телевизор, а то и бессовестно подрыхнуть, не обращая внимания на завистливые взгляды брата, которого судьба обделила и которому надо идти в школу. Лепота! Но тут неделя, которую я провалялся в больничной кровати, вышла мне боком. Мало того что надо было усваивать новый материал, надо еще было пройти пропущенное и готовиться к сессии. А если учесть, что силенок после передряги, в которую я попал, было маловато, то можно представить, каково мне пришлось. Скиталец предложил мне комплекс упражнений для восстановления. Садист его фамилия. Пот с несчастного меня лил ручьями, и это при отрицательных температурах на улице! Но я смог! И сейчас вместе со всеми ребятами готовился сдавать сессию.

В эту сессию нам надо сдать два экзамена. Первый – основы целительства мы уже перевалили. Много от нас не требовалось – умение оказать первую помощь и заживление колотых и резаных ран. Танесса Хирув разбила нас на пары и заставляла показывать, как делается искусственное дыхание, непрямой массаж сердца и удержание души. Да, душу надо удерживать, а то делаешь искусственное дыхание, делаешь, а душа раз – и упорхнула. Правда, об удержании души мы отвечали теоретически. Я попал в пару с Арантой. Мне понравилось! Хм, а я бы не прочь еще разок сделать ей искусственное дыхание… Да, что-то я отвлекся! Тартаку пары не досталось, никто не хотел умирать! Танесса Хирув, взглянув на Тартака, поняла, что это не тот случай, когда надо проявлять героизм, и, проверив теоретические знания, сочла, что этот материал Тартак знает. Ну с ранами так вообще просто. Каждый наносил себе царапину или разрез, и каждый эту царапину или разрез в течение минуты заживлял. Справились все.

ЛИРИЧЕСКОЕ ОТСТУПЛЕНИЕ

Стенограмма лекции танессы Хирув по целительству

Прошу внимания!

Тихо!

Внимание! Во-первых, здравствуйте! Во-вторых, тема лекции – быстрое заживление колотых и резаных ран.

Аранта, не облизывайтесь!

Что надо делать, если вам нанесли рану?.. Правильно! Надо ее заживить. И чем быстрее вы это сделаете, тем больше шансов, что вам не успеют нанести новую.

Колотые и резаные раны – это нарушение кожных и мышечных покровов посредством инородных предметов, что приводит к нарушению внутримышечных процессов и потере крови. В особо сложных случаях это приводит к летальному исходу со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Заживление – процедура не сложная, но она требует все же некоторого времени. Скорость прямо пропорциональна силе Дара и обратно пропорциональна сложности нанесенного ранения.

Жерест, записывайте, а то, когда на вас упадет дерево в следующий раз, вам придется самому проводить заживление... Что?.. Если вы будете без сознания? Тогда я приведу вас в чувство, и вы сами будете проводить заживление остального. Аранта, не облизывайтесь!

При получении раны вы должны сконцентрироваться на ней и произнести следующую формулу: «Регеномус».

Жерест, не «Реганамас», а «Регеномус»! Это важно! При неправильном произношении могут произойти накладки и может быть получен результат, который вам не понравится. Как мне тогда вас спасать?

Показываю на примере. Сейчас я порежу себе палец и заживлю его. Аранта не облизывайтесь!

Ой!.. Какая гадость!.. «Регеномус»… Как видите, рана затянулась, кровь свернулась, струпик отпал. Не трупик, Тартак, а струпик! Шрам рассосался! Что и требовалось доказать!

Сейчас каждый из вас проведет этот захватывающий эксперимент на себе. Аранта, не облизывайтесь!

Прошу, Жерест, вы первый... Ну и что вы только что сказали? Заклинание – «Регеномус», а не то слово, которым обозначают падшую женщину! Быстрее произносите заклинание! Вы теряете кровь... Что вы произнесли? Зачем вам эти зеленые волосы вокруг раны?.. Тартак, перекрасить – не выход... Даже если покрыть такими волосами все тело, он не будет похож на гоблина! Тартак, перестаньте фантазировать! Ваше счастье, Жерест, что я знаю заклинание лишения волосяного покрова. Только стойте спокойно, а то вы можете лишиться ВСЕГО волосяного покрова! Восстанавливать его будет ой как сложно...

Ну вот. Попробуйте еще раз! Только повторите заклинание десять раз, и погромче. Я послушаю и поправлю, только не настраивайтесь на свою рану! Ну и что, что кровь?.. Аранта, не облизывайтесь!

Но вот второй экзамен… Теория и практика магии. Принимают экзамен тан Хараг и танесса Лиола. Это серьезно. Тан Хараг, притом что он кажется интеллигентным и воспитанным человеком, личность достаточно ехидная и въедливая. Списать у него, по данным ребят со старших курсов, невозможно. Знания, знания и еще раз знания! Неважно, какой у тебя уровень Дара. Даже если все, что ты можешь,– это двигать взглядом перышко, ты должен знать теорию, как «Отче наш»! Танесса Лиола, наоборот, требовала практическое применение того, что мы знаем. Поэтому экзамен проходил на полигоне. То есть мы отвечали на теоретический вопрос билета тану Харагу, а потом показывали практическое умение танессе Лиоле.

Как мы готовились! Ну да, объяснить действие словами, особенно если это действие магическое,– это очень трудно! Несмотря на то что тан Хараг давал нам лекции по теории, еще больше он нам давал перечень библиотечных фолиантов, которые мы должны были проходить самостоятельно. А вопросы – и он нас об этом предупредил особо – будут, как будто он читал лекции и на эту тему. Теперь понятно, почему домик Тартака, которому теория давалась с большим трудом, гудел, дергался и подпрыгивал, а остальные обитатели студгородка старались обходить это место десятой дорогой.

Жерест ходил с отсутствующим взглядом, натыкался на предметы и на вопросы отвечал невпопад. В области магии он был великим экспериментатором, несмотря на свой сравнительно невысокий уровень Дара. Причем экспериментатором невольным. То есть он умудрялся то слово ключевое произнести не так, как надо, то жест переиначить. Естественно, и результаты были не такие, как ожидались. Помнится, на занятиях по бытовухе он должен был вскипятить воду в чугунке. Казалось бы, чего проще? Направил энергию на воду, отсек массу чугунка, сказал ключевое слово – и вуаля, получите ваши шпроты. Почему у него получилось желе ярко-зеленого цвета, да с температурой явно ниже нуля градусов по Цельсиеву исчислению, не мог понять даже тан Пекарус. Тан Пекарус провел несколько часов у котелка Жереста, пытаясь выяснить состав желе. Ага! Счас! А обросший уже кучей легенд выбрык на левитации? Да, слово похоже на то, что применяют целители от запора, но жест-то отличается! Достойный Книги рекордов скоростной забег до сортира оказался единственным, где скорость победила естественные потребности тела.

Надо сказать, что Жерест действительно изменился в поведении. Он больше не пытался изобразить из себя «плохого мальчика». Мы не акцентировали на этом внимания и помогали ему, чем могли. Часами кто-нибудь сидел с ним и проверял произношение ключевого слова, без применения Дара, естественно, и жест, сопровождающий слово. Надо отдать должное ребятам, несмотря на то что и нам надо было готовиться, они терпеливо уделяли время Жересту. Как-то уже начала складываться группа. Группа не просто студиозов, где каждый сам по себе, а группа друзей, где каждый готов прийти на выручку друг другу. Хм, а мне, пожалуй, это нравится!

В это утро мы собрались у полигона, ожидая начала экзамена. Я видел, что все волнуются. Экзамен предстоял уже непосредственно по той профессии, которую мы выбрали. Братцы и Жерест судорожно повторяли слова и жесты. Тартак бродил по площадке, что-то бормоча себе под нос. Я прислушался. Ну понятно! Он вызубрил теоретические определения и теперь повторял их. Девчонки о чем-то шушукались, и время от времени с их стороны раздавалось приглушенное хихиканье. Мы с Тимоном просто стояли и ждали начала. Я хорошо знаю, что нервничать и что-то вспоминать до начала экзамена бесполезно. Если учил, то вспомнишь. Поэтому в день экзамена надо расслабиться и получать удовольствие.

Ага! Вот и экзаменаторы! Тан Хараг еще издали нам заулыбался и помахал рукой. Танесса Лиола открыла дверь, и мы вошли на полигон. Надо сказать, что на полигоне только несколько участков имеют постоянный вид. Остальная площадь планируется, как говорится, под злобу дня. Также полигон имеет магический обогрев. Мною, в зимнее время, это только приветствуется. Что-то я не очень люблю холод.

На площадке, предназначенной для экзамена, уже стоял накрытый зеленой скатертью стол и несколько парт для студиозов. Тан Хараг подошел к столу и с лучезарной улыбкой жестом указал нам на билеты, уже лежащие на столе:

– Выбирайте!

Каждый из нас, кто дрожащей рукой, кто не очень дрожащей, взял билет. Так. У меня билет номер семь. Угу! Первый вопрос: «Иллюзия, морок, галлюцинация. Их различие. Способы построения. Структура. Практическое наведение».

Второй вопрос: «Поисковый пульсар. Пояснить структуру и создать поисковый пульсар с обратной связью».

А я все это знаю! Лично я не люблю тянуть кота за хвост. Кстати, интересно, есть ли здесь коты? Что-то до сих пор не видел. Ладно. Не люблю тянуть не виденного мною кота за хвост. На всех экзаменах в школе я шел первым, или одним из первых. Я решил не изменять этой традиции и здесь.

– Ну-ну! Молодой человек, я вижу, вы уже оправились от тех неприятностей, что приключились с вами недавно. Это похвально! Честно говоря, мы волновались за вас.– Тан Хараг, усевшись на стул, отечески мне улыбнулся.– Прошу! Можете отвечать.

Как я и ожидал, ответ на билет не вызвал у меня особого труда. Ответив теорию, приступил к практическим экзерсисам. Набросил морок на Тимона, превратив его в тролля, очень похожего на Тартака, только с рыжей шерстью. Сам Тимон, старательно пишущий на листочке ответ, не обратил на это внимания, а вот Тартак, увидев превращение, подобрался и на всякий случай придвинул к себе свою палицу. Посмотрел на танессу Лиолу, та поощрительно улыбнулась:

– Теперь иллюзию.

Развеял морок. Не мудрствуя лукаво, создал иллюзию стакана, стоящего на столе перед таном Харагом. Дальше все в том же ключе. Короче, вышел с площадки с надписью «отлично» в зачетном формуляре. Осталось только дождаться остальных.

Постепенно начали выходить и ребята. Ну с Гариэль все ясно, вон как улыбается. Тимон вышел, смущенно теребя шевелюру.

– Представляешь! Хараг меня спрашивает, почему левитация не является обязательным Даром для мага.

– Ну и?..

– Да откуда я знаю? – досадливо поморщился Тимон.– Это от природы.

– Ну так бы и сказал,– посочувствовал я.

– Ага! А я начал плести про вес и все такое…

– Короче! Ты сдал?

– Поставил мне «хорошо». А по весу предложил проконсультироваться у Тартака.

– Гы!

– Тартак! А ты почему, когда я отвечал, себя по животу хлопал?

Тартак недоуменно пожал плечами:

– Так я жрать хочу. Утром как проснулся, так, не евши, на экзамен и пошел.

Тимон возмущенно покачал головой:

– А я думал, это ты на вес намекаешь.

– Это на чей вес намек? На мой вес? Да я… Я легкий, как перышко!

– Тимон, Тимон, подожди! Ты что, забыл, что Тартак тоже левитировать может? – вмешался я.

– Точно! Могу! – с удовлетворением высказался Тартак.– Низко-низко над землей, на бреющем.

– Это ты кого брить собрался, лохматый? – весело спросила вышедшая Аранта.– Ты в первую очередь сам побрейся. Вон щетина какая!

– Ты, клыкастая, мою щетину не трожь! – важно сказал Тартак.– Это у троллей сейчас самая модная мода!

За стенкой что-то глухо хлопнуло.

– Кгм! Кто сейчас отвечает? Жерест? – поинтересовался я.

– Нет,– ответила Аранта, прислушиваясь к звукам за стенкой,– когда я выходила, к столу собиралась Морита.

Вдруг дверь перегородки распахнулась, и оттуда выскочил Жерест с перепуганным лицом.

– Ага! Я же говорил, что Жерест! – торжествующе заметил я.

Но Жерест успел сделать только пару шагов, как его подняло в воздух и втянуло обратно на площадку.

– Морита! Я просила вас сделать пульсар для освещения, а не фаербол! И тем более не метать его в Жереста! – успели услышать мы, и дверь захлопнулась.

– Ничего себе! – пробормотал Тартак, почесывая тыковку.– Это что же должен был сделать Жерест, чтобы Морита на него этак разозлилась?

Из-за двери выглянула танесса Лиола:

– Ребята, кто живет вместе с Жерестом? Никто? А кто имеет доступ? Вы, Харос? Пожалуйста, пойдите к нему и принесите исподнюю рубашку, мундир и верхнюю куртку.

Мы переглянулись. Дверь открылась, и Морита вышла, несколько смущенная.

– Ты что там натворила? – набросилась на нее Аранта.– Тебя что, снова Жерест доставал? Я думала, он исправился, а он, оказывается, снова за свое! Ну всё! Моему терпению пришел конец! Я сейчас по стенке очччень художественно размажу!

– Аранта, успокойся! – попросила Морита.– Жерест ничего не делал. Это я перепутала… ну из-за нервов… Вместо одного пульсара другой сделала. А когда фаербол получился, я его случайно на Жереста откинула.

Тем временем дверь открылась, и оттуда выскочил взъерошенный Жерест.

– За что? – первым делом спросил он Мориту.– Я тебе чего плохого сделал? Ты же мне одежду прожгла! И спину!

Тут мы все обратили внимание на тыловую часть Жереста. Сзади на его одежде прямо посредине было выжженное пятно, сквозь прореху виднелась спина Жереста.

– Ну ничего обожженного,– разглядывая спину, заметил Тартак,– спина как спина.

– Ну да, ничего обожженного! – заныл Жерест.– Это тан Хараг вылечил, а то бы сейчас я, наверное, уже умер.

– Жерестик, миленький, извини! – взмолилась Морита.– Я же не хотела! Это случайно вышло!

– Вот теперь новую одежду покупай! – сварливо отозвался Жерест.

Дверь вновь открылась. Вышли преподаватели. Тан Хараг осмотрел наше сборище и торжественно провозгласил:

– Поздравляю! Все вы с честью выдержали экзамен! Доказали, что усвоили материал, который я вам давал, и не без накладок, конечно, но все же умеете применять знания на практике. Можете разъезжаться по домам на каникулы. С наступающим Новым годом!

Глава 10

Знаете ли вы, что такое канун Нового года? Это знают лишь те, кто жил в дружной семье, где Новый год – праздник семейный.

Па был категорически против походов в недалекий лес и рубки сосен или елей. Он считал, что моральные принципы не позволяют интеллигентному человеку, вроде него, варварски рубить деревья. Но, к счастью, в центре нашего городка ежегодно таборились ребята из Прикарпатья, которым на эти принципы было начихать с высокой башни. Покупать ели или смерички у этих парней принципы не мешали, чем мы с братом и пользовались.

Позади поиски елки. Подарки уже куплены. Ма заканчивает приготовления на кухне. Елка наряжена. Телевизор включен на интересной передаче. Вот настает момент, когда все усаживаются за стол. Выключается верхний свет, и включаются гирлянды лампочек на елке. Мы сидим за столом, вдыхаем аромат вкуснятины. Па готов открыть бутылку с шампанским (единственный случай, когда нам официально разрешали алкогольный напиток). Глаза под угрозой заработать расходящееся косоглазие. Поглядываем на елку, под которой наверняка уже лежат подарки, и не только мои с братом, и ждем. Ждем боя часов, которые следуют за поздравительным обращением президента. Эх, где это все осталось?

Тимон отправился встречать Новый год домой. Он звал меня, но я, чувствуя, что буду там лишним, отказался. Морита, Аранта и Гариэль разъехались по домам. Тартак, узнав, что в Хаундаре остановилась проездом делегация троллей, отправился к ним, заявляя, что встреча Нового года у троллей сильно отличается от людской. Людям при этой встрече лучше всего находиться подальше, в идеале – километрах в ста от празднующих, иначе за здоровье и жизнь этих людей никто поручиться не может. Братья отправились в город в какую-то таверну. Накануне они таинственно перемигивались и позванивали золотыми в карманах. После обеда они, одетые в форму наемников с парой медалей на груди, покинули нас, пожелав счастливой встречи Нового года.

Таким образом, остались я и Жерест. Жерест окопался в своем домике и сказал, что ничего встречать не желает и будет спать, так как каникулы – время для отдыха, а он мечтает отдохнуть с тех пор, как появился здесь.

Я, одинокий и всеми покинутый, сидел у окошка и наблюдал за падающим новогодним снегом. А что еще оставалось делать? Напади сейчас тот хмырь на меня, так и защитить некому. Правда, патрули в лесах вокруг нас есть и они не дремали, но мне нравилось думать именно так. Новый год, конечно, будет без елки, но вызвать хорошую порцию оливье, мандарины и бутылку шампанского я смогу, вон даже тарелку, вилку и салфетку из столовки приволок.

Так. А это что за фигура нарисовалась за окном? Фигура направилась к двери домика, и я услышал стук. Открыв, я увидел перед собой танессу Валеа, секретаря Школы.

– Тан Колин! От имени преподавательского состава я приглашаю вас встретить Новый год в столовой Школы в узком, почти семейном кругу преподавателей и студиозов, которые остались здесь. Собираемся в девятнадцать часов.

Я зачарованно смотрел на танессу Валеа. Приглашение было полной неожиданностью для меня. И то, что кто-то из преподавателей остался здесь, вместо того чтобы поехать домой, тоже стало для меня откровением. Но в то же время я был очень обрадован, что мне не придется встречать Новый год в грустном одиночестве.

– Благодарю вас, танесса Валеа. Я принимаю ваше приглашение и с большим удовольствием приду на встречу Нового года!

Танесса Валеа кивнула мне головой в меховой шапке:

– Отлично! Мы будем ждать вас,– и пошла дальше по дорожке, засыпанной новогодним снегом.

Я невольно посочувствовал ей. Вот так брести по холоду, под снегом от домика к домику, вместо того чтобы сидеть в теплом доме, в семейном кругу и ждать Нового года.

Но надо одеваться! Я взглянул на часы, висевшие на стене. Да до девятнадцати осталось совсем немного. Девятнадцать часов местного времени – это примерно десять часов вечера по земному времени. Сутки тут несколько короче, чем на Земле. Впрочем, я этого почти не ощущал. Особенно когда за меня брался Багран Скиталец.

Я вошел в столовую и ошеломленно остановился. Да, это помещение сейчас мало походило на привычную столовку. По-моему, оно здорово уменьшилось! Впрочем, это хорошо. Уютнее стало. Столики были расставлены по кругу. У дальней стены кто-то из преподов, скорее всего бытовик, соорудил камин. Камин или его иллюзия, пока не знаю, был хорош! Шикарный, большой, дрова в пламени уютно потрескивали. Ого! Вон огненная саламандра пробежала! Точно над центром зала свисала люстра, ярко освещавшая белые скатерти на столах. Свет преломлялся в хрустале бокалов и бросал яркие лучики на холодные закуски, уже выставленные на столы. Стояли графины, похожие на огромные драгоценные камни своим разноцветным содержимым. За столами кое-где уже сидели люди, но не ели, чинно ведя разговоры и терпеливо ожидая начала застолья. Елки я что-то нигде не заметил. Неужели они празднуют без этого непременного атрибута?

– Колин! Эй, Колин! – раздался голос справа от меня. Я обернулся в ту сторону. Мне махал рукой и улыбался тан Тюрон. Я радостно помахал ему в ответ и подошел.

– Здравствуйте, тан Тюрон! – вежливо поздоровался я.– Поздравляю вас с наступающим Новым годом!

– Здравствуй, Колин, здравствуй. И тебе мои поздравления. Буду рад, если ты присядешь за мой столик. Вместе встречать Новый год гораздо веселее. Не находишь?

– Сочту за честь! – Я коротко поклонился и, отодвинув стул, присел напротив Тюрона.

Встреча с таном Тюроном напомнила мне о сне, который приснился мне прошлой ночью. Вообще-то сны мне снятся редко. Еще реже я что-то помню о них. Но этот сон был таким ярким, что, проснувшись утром, я помнил все до мельчайших деталей.

– …ничего не знает. Это хорошо! – Какой-то тип в черном балахоне с капюшоном, надвинутым на самый нос так, что лица я не смог рассмотреть на протяжении всего сна, переставлял бутылочки, колбочки, что-то подсыпал, что-то размешивал и непрерывно бормотал себе под нос.– Но Одиночка может его прочувствовать, может! Аура меняется! Одиночка не дурак. Надо как-то его убрать. Как? Он силен. Он очень силен! Может быть, вызвать одного из сильнейших нижних? Навухотел!!! Он должен помочь! Справится ли? А если Одиночка его захватит? Этого нельзя допустить!

Тип вдруг поднял голову, прислушиваясь к чему-то.

– Кто осмелился наблюдать за мной?! – закричал он. Взмах руки… и я проснулся.

Почему-то мне казалось, что этот сон как-то связан с ним. Так как Тюрон просил меня рассказывать о странных вещах, то это как раз по его части. Я рассказал Тюрону о сне. Тот задумался.

– Знаешь, Колин, это все-таки только сон. Поэтому воспринимать его на полном серьезе нельзя. Но нельзя и отрицать того, что он может быть как-то связан с тобой. Не знаю. Много неясного. Кто такой этот Одиночка? О ком идет речь?

– А этот Навухотел? Это кто?

– Навухотел? Навухотел – демон! Демон из нижних пределов. Лучше тебе с ним не встречаться!

– А вам?

– Мне? Хм… Вообще-то я тоже не хотел бы с ним видеться. Пренеприятнейшая личность! Но пободаться с ним при необходимости могу.

Шум в зале постепенно нарастал. Приходили новые люди, здоровались, поздравляли друг друга, усаживались за столы.

– Тан Тюрон!

– Да?

– А что, елки не будет? Их здесь не принято ставить?

– Не спеши, Колин,– улыбнулся Тюрон,– всему свое время и место!

Наконец появились тан Горий, тан Хараг и танесса Валеа. Тан Горий помахал кому-то рукой, увидел меня, весело подмигнул, что-то сказал тану Харагу и направился к свободному столику. Эгей, время-то близится к полночи!

Свет люстры начал постепенно слабеть, погружая зал в темноту, которую несколько рассеивали огоньки свечей, стоящих на столиках. Одновременно с этим стихал и шум зала. Тан Тюрон жестом обратил мое внимание на середину зала. Там над полом возникла голубая дымка. Она начала образовывать водоворот. Центр водоворота набирал интенсивность. И вот тонкий луч голубого цвета ударил вверх. Пол начал как бы трескаться. Все больше света устремлялось вверх. И медленно из пола начала подниматься… ель! Знаете, такую ель можно увидеть только на картинках! В реальном лесу ничего подобного увидеть невозможно. Абсолютно правильная форма. Пышная ель уже была украшена всевозможными игрушками и гирляндами. И под ее широкими нижними лапами я заметил множество коробочек, свертков и пакетиков. Сочтя момент подходящим, я сосредоточился и прошептал заклинание призыва. Есть! В моей руке материализовалась бутылка. Я взглянул на нее. Оно! Советское шампанское! Полусладкое! Холодное! То, что нужно! Под заинтересованным взглядом Тюрона я начал открывать бутылку. Вообще-то на Новый год это делал всегда па, но я хорошо запомнил технологию.

Раздалось низкое: бумм, бумм… На двенадцатом бумме я, поддев пробку пальцем, резко выстрелил ею. Пробка улетела под потолок с громким хлопком. Я сразу же наполнил бокалы тана Тюрона и свой шампанским.

– С Новым годом! – громко сказал тан Горий.

Все поднялись с мест и, подняв бокалы, начали поздравлять друг друга.

– Колин! Что это было? – Из-за соседнего столика склонился в мою сторону Багран Скиталец.

– Это специальное вино для Нового года! – улыбаясь, ответил я.

Брови тана Тюрона, допивавшего свой бокал, удивленно полезли вверх.

– Очень необычное вино! – выдохнул он, поставив бокал на стол.– Но очень приятное! – добавил он подумав.

Передо мной моментально оказалось несколько пустых бокалов.

Вскоре пришлось призывать еще несколько бутылок.

А потом началась раздача слонов и пряников. Груда всякого добра под елкой была не чем иным, как подарками. Подарками для всех и каждого! Вот это я понимаю! Мне достался очень красивый ремень с висюльками для ножен. Мелочь, а приятно!

До чего же болит голова! Если это и есть похмелье, то оно мне решительно не нравится! Одно дело ржать над анекдотами с тупыми мужиками с бодуна, и совсем другое – испытывать это на собственной шкуре. А ведь был примерный мальчик! Не пил, не курил, занимался спортом. А сейчас? Мало того что уже несколько жмуриков на счету, так еще и напиться изволил!

Это что же вчера было? После того как соседний столик распробовал шампанское, желание попробовать испытал практически весь контингент зала. Пришлось мне попотеть, но шампанским я зал обеспечил. Все бы ничего, если бы не наличие в том же зале других напитков, не менее бодрящего толка. Тан Тюрон сказал, что хватит транжирить мою энергию, надо, мол, использовать то, что есть. Ну и понеслось! Ох, не надо было мне мешать столько сортов вин!

– Пьянь болотная! – вынес я сам себе приговор.

Впрочем, надо вставать, хотя мне эта мысль ненавистна, и искать средство унять головную боль. Кажется, в шкафу, на верхней полке, была коробка с какими-то снадобьями, которыми нас снабжали ребята с параллельного курса целителей.

Кряхтя и морщась, я вылез из кровати и, шлепая босыми ногами по полу, поковылял к шкафу. Да, коробка была, и зелья были, но убей меня бог, что к чему и для чего, понять невозможно! Хоть бы надписали, что для чего и как принимать! До еды или после того, как эта еда попросится на свежий воздух? Сама мысль о еде вызывала острое желание эту мысль удушить.

Постанывая от приступов головной боли, я оделся и вывалился из домика. Ну так и есть! Все дрыхнут, а тут человек погибает! Я побрел к домику Жереста. Он вчера в вечеринке не участвовал. Может, Жерест мне чего присоветует.

Жерест, открыв дверь на мой стук и увидев меня, присвистнул:

– Колин, ты похож на свежеприготовленного зомби! Что случилось?

– Выпил бы ты столько, сколько я, не спрашивал бы,– сварливо отозвался я.– Скажи лучше, как от этого избавиться?

– Как избавиться, как избавиться… Народными средствами, конечно! – издевательски пропел Жерест.

– Ну и где этот народ с его средствами? – возопил я.– Не издевайся, а помоги!

– Эх, молодежь! – с видом отпетого пропойцы провозгласил Жерест.– Заходи, помогу!

В домике Жерест метнулся по полкам, что-то достал, что-то перемешал, что-то долил и с ковшиком этого «чего-то» подступил ко мне.

– Это что? – с ужасом разглядывая полученную смесь, подозрительно спросил я.

– Ты от последствий похмелья хотел избавиться? – спросил Жерест.– Ну так вот это – самое то! Верное средство! Впрочем, если не хочешь, то не надо!

Жерест пошел к двери с явным намерением вылить приготовленное наружу.

– Эй, постой! – содрогнувшись от нового приступа боли, окликнул Жереста я.– Давай сюда! А оно точно поможет?

– Ты пей, пей! – ласково сказал Жерест.– Потом спрашивать будешь.

Я принял ковшик из рук Жереста и снова подозрительно рассмотрел приготовленное. М-да, оптимизма оно не вызывало.

– А ты ничего не перепутал? Все то, что надо, положил?

– Ничего! – решительно ответил Жерест.– Я столько раз готовил это средство для папаши, что могу приготовить его и во сне. Пей!

Я выдохнул воздух и решительно, не отрываясь, выпил средство. Прислушался к себе. Так, вроде ничего. Нет, точно ничего! Жизнь налаживается!

Жерест, улыбаясь, наблюдал за мной:

– Ну что? Работает?

– Спаситель! – проникновенно сказал я ему.– Твоему средству цены нет. В реальности Земля за него дали бы очень большие деньги!

Фраза о деньгах вызвала интерес, отразившийся в глазах Жереста.

– Колин, а ты не собираешься туда, ну на Землю? – несмело спросил он.

– Вообще-то хочу, но… – со значением ответил я.

Жерест понимающе покивал.

– Ну если выдастся возможность, то не забудь обо мне. Давно хотел там побывать, да как-то случая не представлялось,– вновь улыбнулся он.

– Жерест, а в столовой мы сможем найти что-нибудь съедобное или, по случаю Нового года, там глухо?

– А чего гадать? – недоуменно пожал плечами тот.– Все равно в домиках ни у меня, ни у тебя ничего нет. Пошли в столовку, там видно будет.

Признав его рассуждения верными, я кивнул и направил свою ожившую тушку в сторону столовой. Жерест пристроился сзади, и мы дружно зашагали по протоптанной в снегу дорожке.

Шагать нам пришлось недолго. Вдруг раздался многоголосный крик, в котором мы разобрали: «Оборотень! Оборотень на территории!» Мы остановились и переглянулись. Вот это да! Прорваться через недремлющий кордон леших! Да еще через охранные заклинания, навешенные самим таном Горием! Надо же!

Мимо нас на огромной скорости пронеслось что-то невысокое, но широкое. Гном! Ну он и несется! – восхитился я. Посмотрел в ту сторону, откуда гном бежал, и, дернув за рукав Жереста, бросился догонять гнома, сразу взяв темп «чемпион мира нервно курит в туалете»! Вы спросите почему? По-моему, ответ сам напрашивается. В той стороне, по следу гнома, целенаправленно двигался тот самый оборотень! Увидев вместо одной упитанной тушки целых три, оборотень радостно рявкнул и ускорил движение в нашем направлении. Мы бежали быстро, очень быстро, но я чувствовал, что недостаточно быстро. Нам пришлось бежать по снегу. Хотя тот был и неглубок, но движение замедлял. Насколько я знаю, оборотни в снег не проваливаются и могут держать очень высокую скорость. Это знание меня не радовало! Сформировав на бегу пульсар, я, не оборачиваясь, швырнул его в сторону преследователя. К сожалению, темп бега и спешка, в которой я создавал пульсар, не дали мне возможности прицелиться или сделать пульсар самонаводящимся. Пульсар врезался в землю перед носом оборотня, подняв целую тучу снега, земли и пара. Одновременно с этим я, подскочив к Жересту, обхватил его за талию и (откуда только силы и прыть взялись?), выкрикнув заклинание левитации, перелетел на ветку дуба, стоящего метрах в десяти от трассы забега. Жерест тут же вцепился мертвой хваткой в ветви. Я тоже постарался закрепиться. Из тучи раздавался раздраженный рев оборотня. Вот он появился в поле зрения, азартно рыча, пересек поляну и вломился в кусты на противоположной ее стороне, даже не обратив внимания на то, что следы прервались. «Бедный гном!» – устало подумал я.

В кустах тем временем вдруг взревело, коротко вякнуло, взвизгнуло, и мы снова увидели оборотня.

Он летел низко-низко, на бреющем. Причем, что характерно, летел он спиной вперед! Долетев до нашего дуба, оборотень со смачным звуком слился с дубом в экстазе. Во всяком случае, мне так показалось. Нас основательно тряхнуло. Из кустов появился разъяренный Тартак. Быстро подскочил к оборотню, который начал было уже шевелиться, и, ухватив того за загривок своей мощной лапой, вздернул в воздух.

– Ну ты! Кабыздох драный! Ты на кого хвост поднял? – зарычал Тартак прямо в морду оборотня, покорно висящего в воздухе.– Ты на кого зубы скалил? Да я тебя сейчас размажу тонким слоем так, что легче будет закрасить, чем отколупать!

– Тартак! Стой! Отдай его нам!

Ага! Прибыло начальство. Тан Горий, тан Тюрон, тан Хараг и танесса Валеа стояли на опушке.

– Не отдам! – упрямо зарычал Тартак.– Это лохматое непотребство налетело на меня, чуть с ног не сбило, так вместо того, чтобы извиниться, еще зубы скалить начало! Да я его сейчас…

– Тартак! Он нам нужен! Отдай его нам, пожалуйста!

Тартак, продолжая держать оборотня на весу, задумался.

– А может быть, я все-таки разок по кумполу стукну? Всего один разок, а? Чтобы неповадно было на мирных троллей налетать!

– Тартак, оборотень нам нужен живой. Если ты его разок, да еще по кумполу, как ты говоришь, боюсь, что живым, или, по крайней мере, в здравом уме мы его не получим. А нам очень надо с ним побеседовать!

Я решил, что пора вставить свои пять копеек.

– Ну ничего себе! – завопил я со своего насеста.– Он нас сюда загнал, мы здесь мерзнем по его милости. Голодные мы, и вот Жерест – совсем никакой, а вы с ним беседовать собрались!

– Колин! Слазь оттуда! – мимоходом бросил тан Горий.

Тартак, тяжело вздохнув, с сожалением разжал лапу. Оборотень безвольной куклой хлопнулся в снег у его ног. Тан Горий сразу вытянул обе руки в направлении оборотня. Я увидел, как из рук тана Гория вырвались две темные туманные ленты. Они мелькнули в воздухе и мгновенно опутали оборотня так, что он стал негативом мумии Тутанхамона. В смысле, что мумия была замотана все-таки белыми бинтами. Впрочем, я не специалист. Сразу после этого тан Тюрон сделал жест, и оборотня окутало еще и прозрачное темно-красное облако, по поверхности которого проскакивали маленькие ярко-красные молнии. Тан Горий, недоуменно вскинув бровь, взглянул на Тюрона.

– Есть напряжение,– пояснил тан Тюрон,– мне кажется, что кто-то пытается его отсюда выдернуть.

Тан Горий хмыкнул:

– Да если, несмотря на твое облако привязки, его все-таки выдернут, то это будет маг запредельной силы. Во-первых, я таких не знаю. Во-вторых, и знать не желаю.

– Не выдернут! – самодовольно улыбнулся тан Тюрон.

Вся делегация развернулась и, переговариваясь, двинулась в сторону комплекса. Спутанный и сияющий красным оборотень поднялся в воздух и не спеша отправился за начальством.

Тартак наконец обратил внимание на нас:

– Эй, мужики! Вы там долго собираетесь торчать? – Задрав голову, он насмешливо смотрел на нас.– Сами спуститесь или помочь?

Я хотел сказать, что сами, но, взглянув на Жереста, понял, что это может быть проблематично. Жерест крепко-накрепко вцепился в ветки и, судя по побелевшим губам и зажмуренным глазам, собирался остаток жизни провести на этом месте.

– Жерест! Отцепляйся и прыгай! Я поймаю,– громко сказал Тартак.

Жерест отчаянно замотал головой.

– Да не бойся! Чес-слово! Поймаю! – пообещал Тартак.

Я понял, что от обещаний Тартака мало толку. До Жереста в его теперешнем состоянии мало что доходит. Значит, отдуваться придется мне. Ну взлетели мы на дуб благодаря адреналину в моей крови. А спуститься вдвоем мы сможем? Попробуем!

– Жерест, давай! Цепляйся за меня! – скомандовал я.– Сейчас аккуратненько спланируем вниз, и все будет в порядке!

Жерест кивнул и судорожно вцепился в меня. Итог закономерный: я даже крякнуть не успел, как мы потеряли равновесие и кувыркнулись вниз. Плавное планирование наш полет напоминал мало!

– Ну ты шустрый! – Тимон, задумчиво глядя на шахматную доску, взлохматил рукой волосы, доводя и так уже не идеальную прическу до идеального вороньего гнезда.

Назревал киндермат в моем исполнении. Два месяца назад я от нечего делать научил своего друга играть в шахматы. Лучше бы я его научил играть в шашки или Чапаева. С того момента Тимон и шахматная доска стали неразлучны, а вечера превратились в пытки под постоянным лозунгом «Давай, сыграем!». Сам-то я шахматист не ахти какой. Как, что и куда ходит, знаю, и не более. Ну вот еще сегодня вспомнил немудреную комбинацию с детским матом.

В дверь постучали. Я нехотя поднялся и открыл. Тартак с Жерестом. Наверное, тоже скучно стало. Тартак поиграл своим талисманом и, уменьшившись, протопал мимо меня, жестом пригласив Жереста последовать его примеру.

– Эй! А где «добрый вечер, Колин»? Или хотя бы «привет!»,– возмущенно спросил я.

– Добрый вечер, Колин! Привет, Тимон! – послушно пробасил Тартак.

Жерест покивал, соглашаясь с тем, что вечер добрый, и присоединяясь к привету.

– О! Ребята! – обрадовался Тимон.– Ну рассказывайте, что сегодня произошло. А то этот тип,– Тимон ткнул в меня пальцем,– молчит, как гоблин на допросе!

Ой, зря он это сделал! Жерест, устроившись на кровати (моей, между прочим), открыл шлюзы своего красноречия. Утреннее происшествие он расписывал так, что даже мы с Тартаком, непосредственные участники оного, изумленно уронили челюсти. Значит, заторможенное состояние, в котором находился Жерест, было иллюзией. На самом деле Жерест сражался с оборотнем, и если бы не он, нам с Тартаком был бы полный амбец! Надо же! А я и не знал!

Снова стук в дверь. У нас что, точка рандеву для всех скучающих? Я снова открыл дверь. Тан Тюрон в сопровождении невзрачного мужичка. Интересно!

– Добрый вечер! – поздоровался тан Тюрон.

– Добрый вечер! – хором ответили мы.

– А это что? – хмуро спросил Тартак, уставившись на мужичка.

– А... Это... Вот! – представился мужичок.

– Это и есть тот самый оборотень, с которым вы, правда в другой ипостаси, познакомились сегодня утром! – радостно проинформировал нас Тюрон.– Мы с ним пообщались. Он признал, что был неправ, и раскаивается.

– Да, уважаемые лоры! Простите! Утром я был, значится, неправ! – проблеял мужичок, с опаской поглядывая на Тартака.

– Не лоры, а таны,– поправил я его.

– И даже тролль,– важно добавил Тартак.

– Простите, уважаемые таны, и Дажетролль!

– И вот это чудо на меня зубы скалило? – удивленно спросил Тартак.– Вшивенький он какой-то.

– И не вшивенький! – возмутился мужичок.– У нас вошей нет!

– Ага! – подтвердил я.– Все с голодухи подохли. Ты посмотри на него – кожа да кости!

– Но этот мешок с костями на меня зубы скалил,– хмыкнул Тартак.

– Давайте я объясню,– вклинился Тюрон.– Картол, а именно так зовут нашего знакомого, жил в графстве Павол. Земли там бедные, да еще в этом году неурожай случился. Картол – прирожденный оборотень, а значит, может скрывать это от окружающих. Вы знаете, что полнолуние на прирожденных оборотней не оказывает того удручающего влияния, как на обычных. Картол может оборачиваться по желанию. Сегодня утром он пошел в лес поохотиться.

– Ну да! – вклинился Картол.– Жрать-то хочется. Зайчика там какого-никакого поймать, али козочку лесную.

– Да,– продолжил тан Тюрон,– обернулся Картол в волка и начал охотиться…

– Так ить! – снова вклинился Картол.– Уже увидел! Уже погнался! И даже почти поймал! А тут это марево зеленое!

– Я думаю, что это и был портал, через который он к нам и попал,– заметил Тюрон.

– Ага! Значится, попал я сюда. В голове – голос! Мол, ежели не порву одного мальчишку, вон того,– пальцем Картол указал на меня,– снова в человека обернуться не смогу и домой не попаду. Ну пригорюнился я, а делать нечего! Тут на поляну выскочил тот, низенький.

– Гном! – буркнул Жерест.

– Ага! Гнум,– согласился Картол.– Как меня увидел, так завизжал на весь лес, и ходу! А мне жрать охота! Ну я за ним и припустил. А там вижу – этот с тем,– Картол ткнул пальцем в Жереста,– я обрадовался. Думаю, сейчас его порву – и домой.

– Эй, мужик,– возмутился Жерест,– ты пальцем не тыкай! А то сейчас без пальцев останешься! Я сейчас магию применю, и будешь ты без пальчиков бегать!

– Не надо, Жерест,– испугался Тимон,– он больше не будет! Продолжай, Картол!

– Ну токмо я за ними погнался, тут вот… – Мужик замялся, неуверенно поглядывая на меня.

– Его зовут тан Колин,– подсказал Тюрон, понявший, чем вызвана пауза.

– Ага! Этот тан Колин как саданет в меня чем-то! – продолжил Картол.– Прям перед носом оно как жахнет! Мне в морду снегом и землей как сыпанет! Я осерчал! Больно! Ну думаю, я тебя сейчас точно – порву! Слышу, в кустах что-то шебаршится! Я туда! А там тан Дажетролль стоит! Я и слова сказать не успел, как он меня дубиной шарахнул. А дальше вы знаете.

– Слова он сказать не успел! – пробурчал Тартак.– Значит, зубы скалил – это ты слово искал, которое сказать надо было успеть?

Да, видимо, Тартак здорово на оборотня был сердит.

– И что интересно,– задумчиво продолжил Тартак,– в человеческом обличье это тип мелковат. В обличье оборотня он как-то побольше был. Почему это?

– Так вы, тан Дажетролль, тоже побольше были,– заметил Картол.

– Если я сейчас стану побольше,– Тартак угрожающе потянул руку к амулету,– то кое-кто об этом очень пожалеет.

– Тартак! Прекрати немедленно! – вмешался тан Тюрон.– В данный момент Картол находится под моей защитой.

– Эх! Меня с вами не было! – с досадой выдохнул Тимон.

– Ага,– подтвердил Жерест,– мы бы втроем на ветке сидели!

– Нет! Двоих я бы не потянул,– с сожалением высказался я,– одного пришлось бы оставить на съедение этому обормоту.

Глава 11

Мы сегодня приглашены на день рождения. Мы – это наша группа боевых магов, а день рождения, соответственно, у Тартака. Правда, не вся наша группа нынче в сборе. Морита, Аранта и Гариэль еще не приехали от родственников. Так что мы собирались устроить своего рода мальчишник. Еще были приглашены тан Тюрон и Алим. Последний, правда, попросил прощения и сказал, что вряд ли сможет прийти – его работой завалили. Что это за работа, Алим не рассказывает, говорит, что это большая тайна.

Я и Тимон сбросились и купили Тартаку пояс. АБАЛДЕННЫЙ! Простите за выражение! Такого на Земле я не видел. Хотя… Вот те пояса, за которые боксеры друг другу фотографии портят, вроде бы похожи. Только наш – лучше! Кожаный, с массивной бронзовой бляхой в форме оскаленной медвежьей морды, с разными висюльками и кармашками, куда можно прятать что-нибудь полезное. Мечта! Самое главное – это то, что он большой. По моим прикидкам, Тартаку должен быть впору.

При приближении к домику мы услышали странные для этой местности звуки. Что-то ухало, были слышны сопение, глухие хлопки и невнятные взревывания. Переглянувшись, мы с Тимоном резко ускорили ход. Вылетев из-за поворота, мы увидели картину, повергшую нас в шок. Два тролля, обхватив друг друга лапами, топтались и сопели. Причем один из них был наш Тартак, а другой явно не наш. Он был больше, мех его был светлее. Бросив подарок в снег, мы изготовились к бою. Тартак был нашим всеобщим любимцем, и оставлять его наедине с большим троллем мы не могли. Но, к счастью, я обратил внимание на группу людей (и не только), стоящую у крылечка. Они, умиротворенно улыбаясь, смотрели на разворачивающееся зрелище. Среди них был еще один тролль. Я дернул Тимона за рукав и, когда он обернулся на меня, кивнул в сторону домика. Дезактивировав заклинания, мы присмотрелись к центральным фигурам. Тролли хлопали лапами по спинам друг друга. В реве мы различили наконец невнятные «Папаня!» и «Сынуля!». А в тролле, стоящем в группе приглашенных лиц, я признал троллиху. Опа! Кажется, к Тартаку родители приехали. Подобрав подарок, мы подошли к домику. Туда же подошли и прекратившие массаж друг друга папаша с сыном. Как оказалось, действительно большой тролль был отцом Тартака, а троллиха, соответственно, матерью.

– Ребята, знакомьтесь! Мой папа – Таргум Хоран Банвириус и мама – Ротона Вирхеус Банвириус.

– Можно просто дядюшка Таргум и тетушка Ротона! – пробасил отец Тартака.– Вот, приехали к сынку на день рождения. Гостинцев привезли, да и соскучились. Раньше так надолго он никогда от нас не уезжал. А вы, значит, вместе с ним учитесь?

– Не все, уважаемый,– заметил тан Тюрон,– я преподаю в школе и являюсь научным консультантом.

Тан Тюрон был при полном параде. Еще бы! Шитый золотом френч, высокие сапоги, затянутые ремешками под коленями, пояс с рапирой, рукоять которой была украшена драгоценными камнями. Шея была повязана белоснежным шарфиком. Короче, вау!!!

Заметив мое обалдение его видом, тан Тюрон лихо мне подмигнул – мол, знай наших!

– Что-то мелковаты они,– критически заметил дядюшка Таргум.

– Дорогой,– вмешалась тетушка Ротона,– это же люди, а не тролли. Они все такие, и, по-моему, очень милые.

Тимон, приняв у меня из рук пояс, повернулся к Тартаку:

– Дружище! Мы с Колином поздравляем тебя с днем рождения! Прими от нас этот пояс. Пусть он всегда поддерживает тебя!

– И удерживает твою талию в рамках допустимого,– подхватил я.

Терпеть не могу длинные высокопарные речи. Ну как, спрашивается, пояс может в чем-то поддержать Тартака?

Тимон возмущенно повернулся ко мне, видимо собираясь высказаться по поводу моего вмешательства, но громкий гогот дядюшки Таргума и смешки со стороны остальных показали, что юмор оценен.

Тартак, под одобрительное хмыканье отца, быстро нацепил пояс и туго затянул его. Послышалось тихое потрескивание новой кожи. С поясом Тартак стал выглядеть еще внушительнее. Он подхватил палицу и широко взмахнул ею. Мы услышали жужжание воздуха, вспарываемого палицей. Класс!

– Вот только на стол нечего поставить! – печально сказал Тартак.

– А гостинцы? – воскликнула тетушка Ротона.– Мы взяли их достаточно, я думаю, что перекусить хватит на всех.

– Ничего не требуется! – вмешался тан Тюрон.– Это не проблема! Прошу всех в домик!

Мы все затолкались в обитель Тартака. Ну и что? Тан Тюрон подошел к… дверце. Откуда здесь дверь? Театральным жестом тан Тюрон распахнул дверь.

– Подарок от преподавательского состава и от меня лично,– застенчиво сказал он,– пространственный карман!

Лично я был потрясен. За дверью открылся вид поляны, заросшей низкой густой травой в окружении деревьев и кустов. Посреди поляны стоял стол, накрытый белоснежной скатертью. Стол буквально ломился от всевозможных яств и напитков. Вокруг стола стояло штук десять удобных стульев. Три из них отличались особой фундаментальностью. Как я понимаю – это были стулья, предназначенные для троллей. Судя по оханью и вздохам остальных, для них это тоже было приятной неожиданностью. Да, эффектно, надо сказать! Ну а дальше? Дальше началось то, что мы называем обжираловкой! Вкуснотища! Названий многих блюд я не знаю, но от этого они менее вкусными не были! Выпив за здоровье Тартака вина, мы хорошо закусили и хотели уже повторить тост, но не тут-то было!

Внезапно в веселый шум застолья ворвался новый сильный шум. Это был… ну как бы вам сказать? Когда оленю во время брачного гона его соперник рогами попадает совсем не в то место, откуда эти рога растут, он, возможно, издает подобные звуки. Короче, это был рев, полный тоски и мучительной боли.

Ну и что это было? Все на мгновение замерли, а потом начали выходить в комнату Тартака. Зрелище открылось нам неожиданное и впечатляющее.

На полянке перед окном стоял самый настоящий рыцарский конь в самой настоящей рыцарской сбруе. На коне сидел самый настоящий средневековый рыцарь в самых настоящих рыцарских латах, начищенных и блестящих. Рядом с ним торчало полосатое копье, воткнутое в снег. На кончике копья трепетал маленький флажок. В левой руке рыцарь держал что-то похожее на изогнутый рог антилопы гну. Вот он правой рукой приподнял забрало и поднес к губам этот рог. Прозвучал уже слышанный нами рев.

Мы поняли это как приглашение и вышли толпой на крыльцо. Рыцарь сквозь забрало обозрел нас, и раздался глухой голос:

– Мне сказали, что среди вас есть дракон, принявший обличье человека. Я вызываю дракона на смертный бой. Кто он? Покажись!

– Ух ты! – восторженно сказал Жерест.– Оно еще и говорит!

– Молчать, смерд! – прогромыхал рыцарь, из-под забрала вырвалось облачко пара.– На колени перед благородным рыцарем, бароном Саксонским.

– Па, а можно я вскрою этот самовар и посмотрю, что там внутри? – громко спросил Тартак, не отрывая взгляда от рыцаря.

– А тобой, урод, я займусь после того, как прикончу дракона! – донеслось из-под забрала.

– Урод? – нехорошим голосом повторил Тартак.

Я почувствовал, что вокруг Тюрона начинают заплетаться какие-то мощные силы. Да он сейчас сменит обличье! Я лихорадочно искал выход из создавшегося положения. Искать пришлось недолго. Дядюшка Таргум вдруг шагнул вперед и резко взмахнул рукой. Как заправский игрок в городки, он отправил свою палицу в полет. Попал! С громким лязгом рыцаря снесло с коня. Потом раздался грохот его падения на землю.

– Нельзя так поступать с благородным человеком! – возмутился Тимон.

– Зато я не благородный! – невозмутимо заявил дядюшка Таргум.– И оскорблять моего сына в моем присутствии я никому не позволю!

Тартак с благодарностью и гордостью посмотрел на отца. Вдруг я увидел, как над упавшим рыцарем начало формироваться знакомое ядовито зеленое свечение портала. Не раздумывая, я метнул туда приличный боевой пульсар. Следом за ним мелькнули две ледяных иглы. Одна из них была послана Жерестом, а вторая – Фулосом. Пульсар угодил точно в центр облака, раздался болезненный вскрик, и облако мгновенно растаяло. Иглы вонзились в деревья, стоящие на противоположном краю поляны.

– Похоже, ты его достал,– заметил Тюрон.

Дядюшка Таргум не спеша направился к рыцарю. Подхватив по пути палицу, он ухватил рыцаря за ногу и поволок его к домику. Конь действительно был рыцарским – как стоял, так и остался стоять на одном месте, изредка всхрапывая.

– Ну-ка, что тут у нас? – поинтересовался тан Тюрон, шагая к рыцарю и поднимая его забрало,– надеюсь, дядюшка, вы его не убили, хотя полет его был знатен.

– Это никогда не поздно,– флегматично отозвался Таргум.

Нам открылось слегка полноватое лицо мужчины лет за тридцать. Тан Тюрон провел ладонью над ним. Рыцарь вздрогнул и открыл глаза. Некоторое время он просто моргал и пытался понять, что же, собственно, произошло. Вспомнил:

– Как вы смели поднять руку на благородного…

– Помню, помню! Барона Саксонского,– ответил Таргум.– У нас, у троллей, благородным считается тот, кто раньше шарахнет соперника палицей по башке. После этого обычно сомнений в благородстве просто некому высказывать. Так что тебе повезло.

– Да я сейчас встану и зарублю тебя своим мечом, негодяй!!!

– А я сейчас, кажется, стану очень благородным,– нахмурился дядюшка Таргум, потянувшись к палице,– а голову присобачу рядом с головой той зверушки, которую мне прислал Тартак.

Пленник начал тихо икать.

– Кстати,– продолжал Таргум,– голова той зверушки пользуется большой популярностью. Парни каждый день ходят посмотреть, а девушки интересуются, когда ты приедешь. Вождь мне за голову три огненных кольца предлагает.

– Надеюсь, ты не согласился? – забеспокоился Тартак.

– Пусть только попробует! – вмешалась тетушка Ротона.– Я им ноги повыдергиваю!

Дядюшка Таргум заметно стушевался. Видимо, закулисные переговоры по этому вопросу все же имели место быть.

– Нет! – прервал разговор тан Тюрон.– Он мне нужен для о-о-очень долгой и обстоятельной беседы.

Тан Тюрон протянул руки, и рыцаря опутали уже знакомые мне черные туманные ленты. После этой, несомненно, нужной процедуры тан Тюрон достал из кармана мобилу, потыкал пальцем, пошевелил губами и заговорил:

– Тан Горий, приветствую вас!.. У нас снова гость!.. Да, от того самого, неизвестного пока «доброжелателя»… Прошу прислать людей, забрать гостя и его коня… Да, я буду чуть позже, надо же поговорить… До встречи!

– Хорошо, что получилось именно так,– негромко сказал я, подойдя к тану Тюрону,– ведь вы уже собирались перекинуться…

Тан Тюрон резко повернулся ко мне. Несколько долгих секунд он внимательно смотрел мне в глаза:

– Откуда ты знаешь?

– Не знаю,– пожал плечами я,– просто я почувствовал силы, которые начали виться вокруг вас, и понял, что вы сейчас обернетесь драконом.

Тан Тюрон еще некоторое время вглядывался в мои глаза, потом, кивая в такт собственным мыслям, повернулся и пошел в дом. И что его так поразило?

Глава 12

После каникул, естественно, начались наши занятия. У нас уже не было целительства, зато вместо него появилось зельеделание. Та еще наука!

Конечно, когда девчонки вернулись, Тимон наябедничал им про все наши приключения. Зачем, спрашивается? Впрочем, они бы все равно узнали. Гариэль хмурилась, Морита громко ахала, а Аранта так просто кипела от возмущения, что ее тут не было. А что было бы, если бы она тут была? Я задал ей этот вопрос, на что в очередной раз был обозван дураком. И это весь ответ?

Да, с горе-рыцарем была проведена беседа. Он оказался из неизвестной реальности, откуда его вытащил наш темный маг. Вот что он рассказал.

У всех его знакомых благородных баронов и графов имелись на счету подвиги: они уничтожали кто драконов, кто великанов, кто упырей всяких. И лишь у одного него, барона Саксонского, потомка славных предков, не было ничего такого. И однажды в таверне, после того как это ничтожество, этот прыщавый недоросль барон Крантайм похвастался, что собственноручно зарубил мечом трех гидр (как впоследствии выяснилось, животных безобидных, имеющих две головы, каждая из которых уверена, что она единственная), наш барон не выдержал и громко посетовал на свою судьбу. И тут к нему за столик присел человек, которого барон Саксонский принял за монаха. Посочувствовав нашему герою, человек сказал, что знает место, где есть дракон, удовлетворяющий всем его требованиям. Что это дракон-оборотень, злобный и коварный. Монах сказал также, что, уничтожив его, барон совершит богоугодное дело, очистит мир от скверны и прославит себя. Конечно же барон ухватился за этот случай обеими руками. В назначенный монахом день барон Саксонский в полном рыцарском доспехе прибыл на поляну, указанную монахом. Тот его уже ожидал там. Монах сказал, что отправит рыцаря в нужное место через врата, которые откроет с Божьей помощью. Также было сказано, что в случае неудачи или победы барон при помощи тех же врат вернется домой. Короче, барон попал! И попал по-крупному.

После разъяснительной беседы, которую провели с ним тан Горий и тан Тюрон, барон уяснил себе свою ошибку и застрял в нашей реальности. Сейчас как раз тан Горий занимался тем, что искал реальность, из которой и попал к нам Саксонский рыцарь.

ЛИРИЧЕСКОЕ ОТСТУПЛЕНИЕ

Вводная лекция танессы Кортунус по зельеделанию

Здравствуйте, детки!

Сегодня мы начнем изучение зельеделания... Нет, детка, не зельеварение, а зальеделание! Это важно! Не все зелья варятся. Именно наговор и ваш Дар делают созданное зелье действующим.

Я убеждена, что зелья – это то, с чего начиналась магия. И хотя существуют спорные моменты, все же многое говорит в пользу моего мнения.

Зелья помогают магам, и не только им, во многих сферах жизни. Они могут быть и благом, и бедой. Они могут убить, но могут и дать жизнь.

Темный маг готовит ураган... Что «где»?.. Где готовит?.. Неважно, это я привожу пример.

Так вот, темный маг готовит ураган и использует для этого зелье. Знахарка принимает роды и для облегчения их делает зелье. Девушка собирается на бал и применяет приобретенное в лавке знахаря средство, которое является не чем иным, как зельем. Боевой маг подрывает стену крепости врага. Взрывчатка, используемая для этого, тоже не что иное, как зелье.

Что «состав»?.. Состав взрывчатки? Для чего это тебе, детка?.. Вы – боевой маг?.. Вы пока не боевой маг! Вы пока заготовочка для боевого мага. Сведения, представляющие опасность для окружающих, вы получите на последнем курсе, когда вы, детки, станете чуть умнее и поймете, что эти знания – опасны!

На первом курсе мы с вами будем изучать зелья не опасные, но очень полезные... Какие?

Ну например: зелья аромата, зелья, снимающие головную боль... Какой анальгин? Я такого зелья не знаю... На Земле?.. А оно действует?.. Надо будет попросить кого-нибудь достать... Оно дорогое?.. Что значит – в каждой аптеке?.. Ладно, разберемся!

Дальше, зелье, приносящее хорошее настроение... Да не вино!!! Детка, как вас зовут?.. Харос?.. Так вот, Харос, вино – то еще зелье! Но учтите, это зелье лишает мужской силы!.. Ничего хорошего, дорогая! Если ваш любимый будет лишен мужской силы, то вам хорошего настроения не вернет никакое зелье, даже если ваш любимый при этом будет с хорошим настроением.

Мы будем также изучать зелья, помогающие быстрее заживлять раны...

Кто сказал «на фига»?.. Рана есть, а Дара нет!!! Причем рана в голову, и врожденная! Не сметь выражаться на моих занятиях!

Открывайте конспекты и пишите: «Зелье для создания аромата весенних цветов». На ближайших практических занятиях мы проверим, как вы можете работать.

Я сидел и злыми глазами смотрел на горшок, стоящий на спиртовке. Он никак не хотел закипать. В горшке было зелье, которое должно, как сказано в конспекте, «распространять легкий и дивный аромат лесных весенних цветов». Пока тот аромат, который шел от горшка, никак нельзя было назвать ни дивным, ни легким! Может, я сделал что-то не так? Открыл конспект, перечитал. Да нет, все правильно! Эх, цветы весенние, что же вы так пахнете-то, а? Нет, если они действительно так пахнут, то я в лес весной ни ногой!

Заскочил Тимон, принюхался и пулей вылетел за дверь.

– Ты что, готовишь боевое зелье «Умрите враги от запаха»? – донеслось из-за двери.

– А что, похоже? – с надеждой спросил я.

– Если у них не будет насморка, то они окочурятся, точно! – убежденно вынес вердикт Тимон.

Я тяжело вздохнул, подцепил ухватиком горшок и вынес его из домика. От меня с крыльца с испуганным шипением шарахнулся Тимон. Споткнулся и матерно рухнул в сугроб. Что он потом высказал обо мне, описанию не поддается, но я узнал о себе много нового и доселе неизвестного. Все время, пока продолжалась его пламенная речь, я стоял с ухватиком в руках, с отвисшей челюстью и с восторгом внимал ему.

– ..! …! – закончил Тимон.– Что ты собираешься делать с этой гадостью?

– Да выброшу сейчас в кадушку для мусора.

– Нет! Ты отнеси его подальше в лес и закопай! Потом люди нарекут это место Великой вонючей пустошью. В историю войдешь как основатель.

– А будешь выступать,– невозмутимо заметил я,– поставлю этот горшочек в твой шкафчик, туда, где твои носки. Как думаешь, будут их называть Великими вонючими носками? Так и быть, согласен войти в историю как основатель.

Когда мы снова сидели в основательно проветренном домике, Тимон спросил меня, как я умудрился так завонять комнату. Я честно рассказал ему предысторию. Тимон почухал темечко и открыл свой конспект, потом мой.

– Ага… Му-гу… а тут… а это?.. Стоп! Ты две ложки транссонной настойки клал?

– Ну да!

– А какие ложки? Столовые или чайные?

– Столовые.

– Вот!!! Изверг!!! – Тимон демонстративно помахал конспектом.– Тут написано «м», а не «ст»! Просто у тебя почерк, как у лешего походка!

– А тебе не кажется, что название чайной ложки начинается с другой буквы?

– Не кажется! – Тимон аж подскочил.– Это для нас «чайная». Ты вспомни, как я ее называл в начале. Я ее называл МАЛАЯ!

Н-да. Уел он меня, уел. Теперь понятно, откуда неожиданный результат. Ну зачем нам, боевым магам, эта муть с запахом весенних цветов? Научили бы делать взрывчатку и ладно!

– Ого! У наших девчонок гость! – неожиданно сказал Тимон.

Я поднял на него глаза. Тимон напряженно всматривался в окно, в котором виднелся домик Гариэль и Аранты.

То, что Тимон не равнодушен к Гариэль, я заметил давно. Нет, конечно, Гариэль очень красивая девушка, но у меня она никаких иных чувств, кроме дружеских, не вызывала. Я не понимаю, многие мужики при виде Гариэль превращались в баранов, разве что не блеяли, впрочем, некоторые и блеяли. Романтика любви! Ага! Бессонные ночи, брожение во тьме вокруг жилища предмета страсти, кропание стихов, посвященных ей, и только ей. Стихи непременно надо читать с надрывом и завываниями! Строгий учет взглядов, брошенных на тебя, и взглядов, брошенных на других. Отдельный учет взглядов украдкой… Да минует меня судьба такая! Аминь! Гормоны, молчать!!!

Я посмотрел в направлении домика девчонок. Ну да, они стояли в компании с каким-то хлыщом. Теплый черный плащ подметал снег. Вид был таинствен и элегантен. Он что, охмуряет наших девчонок?

– Тимон, пошли разбираться! – скомандовал я, вскакивая со стула.– Что это за тип и почему Аранта до сих пор не размазала его по стеночке.

Гость недоуменно поднял левую бровь, когда в поле его зрения появились мы. Класс! Это так аристократично! Может быть, когда-нибудь научусь. Понятно, почему Аранта не спешит размазывать масло по хлебу. Гость-то – вампир.

– Арин! Это мои друзья,– как-то неуверенно представила нас Аранта,– Тимон ад Зулор и Колин ад Бут.

– Ты пришелся по вкусу моей сестренке,– неприятно улыбнулся мне Арин,– не знаю, что она в тебе нашла. Может, и мне попробовать тебя на вкус?

Клыки, выглядывающие из-под верхней губы Арина, удлинились.

– А зубки не сломаешь? – поинтересовался я.

– Насчет этого можешь не волноваться! – оскалился вампир.

– Арин! Не смей! – рванулась Аранта.

– Отойди, сестричка, это наше с ним дело, и ты лучше не мешай! – хищно улыбнулся Арин.– Не забывай: в спарринге я всегда был сильнее тебя.

Так, еще один «доброжелатель» появился. Ну и зачем мне столько? Чем я мог их всех так заинтересовать? Зачем им нужен необученный маг второго уровня Дара? Может, это потому, что я из другой реальности? Так, насколько я понял, тут таких немало. Но что-то я отвлекся. Этот тип уже готов на меня броситься. Вон как глаза покраснели. Честно говоря, у меня, после неудачного опыта с запашком, тоже настроение не фонтан. Ты хочешь потанцевать? Ну так потанцуем! Я почувствовал, как вокруг меня начали закручиваться тугие кольца силы. А-а-а! Это, наверное, запас от Тюрона активизировался. Краем глаза я заметил, как от меня попятился Тимон. Лицо у него было изумленное донельзя.

На плечо Арина неожиданно легла лапа Тартака. А он откуда здесь взялся?

– Эй, клыкастик! – пробасил Тартак.– Прежде чем доберешься до этого парня, тебе придется пройти меня. Что у тебя вряд ли получится!

– Отпусти! – рванулся Арин, но лапа тролля только крепче сжала его плечо.

Мой запал исчез так же внезапно, как и появился. А Тартак ласково ворковал, приблизив свое лицо вплотную к лицу Арина:

– А не получится у тебя потому, что в одной руке у меня ты, а в другой – моя палица. Дальнейшее развитие событий можешь придумать сам. Но я не промахнусь!

– Да не собирался я ему ничего плохого делать! – перестал дергаться Арин.– Просто проверить хотел. На этот раз сестричка оказалась права: парень не трус и не рохля. Это я уважаю!

– Поклянись! – потребовал Тартак.

– Клянусь! – нехотя сказал Арин.

– Темным огнем поклянись! – не успокоился Тартак.

– Ого! А не слишком ли ты много хочешь? – возмутился Арин, но, посмотрев в лицо Тартака, сник.– Ну хорошо, хорошо. Темным огнем клянусь. Tart’hecki hese arountor p’rata!

Над головой Арина на мгновение показался язычок абсолютно черного пламени. Тартак тут же отпустил Арина. Тот вежливо отвесил общий поклон и полуобернулся к Аранте:

– Сестричка, сегодня в семь вечера я ужинаю в «Веселом вампире». Приходи. Мне надо с тобой поговорить.

Арин, подметая снег полами зимнего плаща, двинулся к выходу. Тимон подошел ко мне.

– Как ты сделал так, чтобы светиться? – шепотом спросил он и, увидев мой изумленный взгляд, поспешно продолжил: – Можешь не отвечать.

Глава 13

До чего же хорошо в весеннем лесу! Бежишь среди деревьев, пробуждающихся к жизни. Вон на открытых местах уже появилась молодая, сочная, ярко-зеленая трава. Среди деревьев то тут, то там мелькает белая и розовая кипень цветущих деревьев. А воздух какой! Встречный ветерок обвевает лицо. Приятно! Ветерок уже теплый, хотя и хранит ощущение недавних холодов. Лепота!

Бегаем мы ежедневно. Каждое утро, проклиная Скитальца, мы выползаем из кроватей и, поеживаясь от утренней прохлады, собираемся у домика Тартака. Несколько минут, пока не все в сборе, мы со смаком промываем косточки нашего препода по боевым искусствам, а потом дружной толпой устремляемся наматывать круги вокруг комплекса.

Сам Багран говорит, что боевой маг должен не только хорошо магичить, но и должен хорошо бегать. Главное достоинство боевого мага – не совершить подвиг и героически погибнуть, а совершить подвиг и вовремя сделать ноги, не дожидаясь оваций «благодарных» клиентов. Конечно, он совершенствовал наши навыки и в других областях боя, но при этом с грустью говорил: «Вы быстро учитесь, но боевые искусства изучают всю жизнь и все равно не достигают совершенства. Вот бегать я вас научу в совершенстве!» Вот тут он прав. Бегаем мы совершенно!

Мы достигли такого уровня, что на сам бег и дыхание при этом не обращаем внимания. Автоматически глядя под ноги, каждый занят своими мыслями. Вспоминаем, что сегодня нужно сделать, повторяем в уме материал, заданный на этот день, или просто предаемся самокопанию, что тоже иногда не бесполезно.

Сегодня я решил подытожить изменения, произошедшие со мной с момента попадания в реальность Магира. Сейчас я чувствовал себя намного старше и опытнее, чем тогда. Это же надо! Я жил, как с закрытыми глазами и зажатыми ушами. Во всем полагался на родителей и был неприспособлен к самостоятельной жизни. Ну честно говоря, к самостоятельной жизни я и сейчас неприспособлен. Но к жизни без родителей – уже! Есть странности, которые меня тревожат. Появление больших возможностей, чем предполагалось ранее,– это только часть всех тревог. Что за странный голос в голове? Его никто, кроме меня, не слышит. Не мой – это однозначно. Не Тюрон – это тоже понятно. Может, того колдуна, что устроил на меня сафари? Непонятно также мое свечение. Тимон и девочки утверждают, что при разговоре с Арином я, когда беседа приобрела конфликтное звучание, начал светиться желтым цветом. Тартак этого не заметил, так как был озабочен устранением опасности. Я понятия не имею, что это такое. Кстати, колдун, которому я расщедрился на боевой пульсар, с тех пор не дает о себе знать. Это еще не значит, что можно вздохнуть спокойно. Тан Тюрон говорит, что колдунов такого уровня унять сложно. Скорее всего, выдумывает новую гадость. Ай, ладно. С нашей стороны, насколько я знаю, тоже ведутся работы.

Так, это ствол, упавший поперек дороги…

Ха! Заметил! Я похож на Гарри Поттера. Почему? Тоже учусь в магическом учебном заведении. Кто у нас претендует на Рона? Тимон? Пожалуй, нет. А на Гермиону? Хм. Что-то не тянет никто.

Как, уже пробежали? Ага! Все довольны и готовы бегать каждый день. А кто завтра будет снова ругательски ругать Баграна?

ЛИРИЧЕСКОЕ ОТСТУПЛЕНИЕ

Стенограмма лекции преподавателя боевых искусств Баграна Скитальца (выпуск второй)

Так. Стоять там! Слушать сюда!

Тартак! Хватит махать своей дубиной!.. Знаю, что палица, а не дубина! Положи ее!.. А я сказал: положи! Вон в углу – топор, за забором лес. Помахай топором! Мы потом там полосу препятствий построим.

Так, братья. Взяли мечи и работаем в спарринге!.. Да не настоящие, олухи! Вы же друг друга в капусту порубите! Взяли деревянные!.. А я сказал: деревянные!

Морита! Метаешь ножи! Твоя задача не оглушить, а проткнуть! У тебя вечно ножи летят рукоятью вперед... А должно получиться! Я тебе показывал. Тренируйся!

Жерест! Еще раз протянешь свои шаловливые ручки к моему мечу, останешься без рук!.. И голову заодно откручу! Бери топор и марш за Тартаком! Будешь ветки рубать, все равно больше ни на что ты не годен.

Тимон! Отрабатывай уход с линии атаки. Да что ты вертишься, как балерина из королевского балета? Уход пируэтом производится более резко... Еще раз... Ну это уже ближе к телу!

Аранта, погоняй Колина... Да не убивай, а погоняй!.. Что значит «прибила бы»? За что?.. То, что он дурак,– это еще не повод. Вернее, повод, но не достаточный!.. Тебе и этого хватает? Все равно! Можешь прибивать его в свободное от занятий время, а во время занятий он мне нужен живым.

Так. Всем задания раздал, теперь можно и кофе выпить... Какой троглодит мой кофе схомячил?!

– Колин, у нас еще не все! – Тимон, помахивая полотенцем, пританцовывал у двери.– Нам надо отточить тот прием, что показывал Багран на прошлом занятии.

– Давай после обеда,– решил я, доставая и свои умывальные принадлежности,– ты лучше повтори заклинание «Стена молчания», а то на прошлом занятии у тебя не стена получилась, а несколько кирпичей, зависших в воздухе. И надо же им было рухнуть прямо на Тартака!

– Ха, ха, ха! – рассмеялся Тимон.– Он стоит среди этих кирпичей, ругается, а ничего не слышно!

– Твое счастье, Тимон, он не знал, что это твоя работа! – заметил я.– А то бы смеялся он. А что бы делал ты, можно только догадываться.

– Боюсь, что мне уже делать было бы нечего,– хихикнул Тимон.– Хорошо, что Тартак быстро отходит!

– Это он по отношению к друзьям быстро отходит,– поправил я.– Кстати, сегодня надо смотаться в город.

– У тебя там какие-то дела,– удивился Тимон,– и я об этом не знаю?

– Не шуми. Дела не у меня, а у Жереста. Он попросил нас сопроводить его.

– А прием Баграна?

– Да отработаем мы его, отработаем.

Жерест шел впереди, мы с Тимоном держались чуть позади. Жерест направлялся в самую неблагополучную часть города. Как он нам сказал, он оттуда родом и прожил там всю жизнь. Если бы не знакомый маг-бытовик, определивший в мальчишке наличие Дара, то Жерест так бы тут и остался. Уточнять, чем бы он занимался в таком случае, мы не стали. Это и так ясно. Кому не ясно, почитайте классическую литературу или пройдитесь по таким районам. Думаю, все вопросы сразу отпадут вместе с кошельками, а то и со здоровьем. Так что мы держались настороже и воздерживались от рекламы здешней моды на кошельки и иные ценные вещи.

Жерест уверенно проталкивался через толпу. Мне и Тимону было труднее. Мы не привыкли к такому продвижению в отличие от Жереста, поэтому он от нас несколько оторвался. Я ускорил шаг и чуть было не ткнулся носом в спину Жереста. Он остановился перед невысоким типом, который издевательски улыбался и, картинно опираясь на плечо рядом стоящего оборванца, чуть шепелявя, что, видимо, считалось признаком особой крутизны, что-то высказывал Жересту. Я сделал знак Тимону не проявлять себя и прислушался.

– И ти решил, шо мошно меня не замечать? – вещал тип.– Ти думаешь, шо ешли ти какой-то ученик какой-то мигической школы, то мошна… на нас?..

Вот ведь матюгается, как маленький! Почему Жерест молчит? А-а-а. Это состояние мне знакомо! Даже зная, что ты сильнее того, кто тебя терроризировал ранее, все равно как-то чувствуешь робость. Чтобы ответить, надо переступить какую-то грань, пересилить в себе тот давнишний страх. Надо подняться с колен. Не поднялся, сломался – все! Останешься на коленях на всю жизнь. Не бойся, Жерест, для того и есть друзья, чтобы помочь в нужную минуту, подставить плечо, а не ногу.

Я сделал знак Тимону, что держу ситуацию под контролем и что он тоже должен быть начеку. Тимон кивнул мне. Глаза полны гнева, костяшки пальцев правой руки, сжимающие рукоять рапиры, побелели от напряжения. Ну да, Тимон к такому обращению не привык. В его окружении и за косой взгляд могут вызвать на дуэль. Что же до меня, то в моем дворе я часто становился свидетелем вот таких разговоров местного предводителя «дворянства» со своими шестерками. Пару раз мне приходилось отстаивать свое достоинство с боем. Как поется в одной из песен: «…Но, слава богу, есть друзья, и у друзей есть шпаги!». С тех пор ненавижу таких людей, как представленный здесь индивидуум. Тип тем временем ждал ответа от впавшего в ступор Жереста, небрежно подкидывая нож правой рукой. Вот! Это то, что мы и обыграем. Не зря танесса Лиола с ангельским терпением три занятия подряд натаскивала нас по телекинезу. Без ложной скромности скажу, что в отношении меня она преуспела. Проведя все подготовительные действия и шепнув: «Кинериус!», я осторожно подхватил нож в верхней точке. Тип, не поймав нож, озадаченно уставился на свою руку. В этот момент я подошел к Жересту и, обхватив рукой его плечо, сильно его сжал, пытаясь привести Жереста в чувство. Я решил разговаривать с этим типом в одесском ключе.

– Иду я мимо, и шо я вижу? – начал я.– Какой-то фраер разговаривает с моим корефаном неуважительно! Но это головная боль моего корефана. Главное, шо этот фраер неуважительно говорит о Школе! А скажи мне, Жерест, шо за это бывает с такими фраерами, шоб он был здоров? И кто он вообще?

– Это профундер нашего района Хрост,– слегка дрожащим голосом ответил Жерест.

– И хто назначил не уважаемого Хроста профундером? – поинтересовался я.

– Совет фундеров.

Час от часа не легче. Я закатил глаза и набрался терпения.

– И шо такое совет этих самых фундеров?

– Это совет мастеров ночных дел,– ответил Жерест, продолжая с опаской следить за Хростом.

– То есть насильники, убийцы и грабители? – безжалостно уточнил я.

Жерест кивнул.

– И шо? Этот профундер Хрост считает, шо у него слишком много здоровья, чтобы наезжать на Школу? Или он хочет стать БЫВШИМ профундером этого района?

– Ето хто? – булькнул профундер.

– Или ты слепой? – поинтересовался я.– Или ты знак Школы не увидел? На ножик посмотри!

Хрост послушно поднял глаза на нож.

– Может случиться несчастный случай,– продолжил тем временем я,– вот подкидывал ты ножик, а он взял и воткнулся тебе в горло…

Нож послушно опустился к горлу профундера.

– …или в живот, такое тоже случается…

Нож проделал замысловатое движение в непосредственной близости от живота побледневшего клиента.

– А то и совсем смешное может получиться,– беспощадно говорил я.

Нож скакнул чуть ниже.

– Был профундер, стал кто?..

Среди окружавших нас раздались смешки.

– ЧТО ЗДЕСЬ ПРОИСХОДИТ? – услышали мы голос, который привык командовать.

В группе людей появились новые лица, что заставило многих присутствующих побыстрее покинуть нас. Правильно, это были стражники. В количестве пяти человек. Старший, по-видимому сержант, и задал этот вопрос. Пока я раздумывал над ответом, Тимон меня опередил:

– Оскорбление Школы в присутствии свидетелей! – четко отрапортовал он.– Пункт семь-три Устава города!

– Я не оскорблял Школу! – заблеял профундер, с опаской поглядывая на нож, продолжавший висеть в области паха.

– Оскорбление студиоза Школы является оскорблением Школы,– беспощадно продолжил Тимон,– пункт семь-девять Устава города.

Стражники, которым повелительно кивнул сержант, решительно подхватили под руки профундера и его дружка. Сержант посмотрел на нож, потом на меня, потом снова на нож. Я понял. Нож лег на землю.

– Ношение холодного оружия с клинком, превышающим ширину ладони, неблагородным без разрешения властей,– прокурорским тоном, как заведенный, провозгласил Тимон,– пункт десять-четыре Уложения о преступлениях.

Ну ничего себе! О таких знаниях Тимона я и не догадывался!

– Ну как раз ношение доказать будет трудно,– с досадой сказал стражник.– Вот если бы мы его нашли при нем…

– Так снимите отпечатки пальцев,– фыркнул я,– и всех делов!

– Отпечатки пальцев? – Вид у сержанта был, мягко говоря, озадаченный.– Какие отпечатки и откуда?

Ну что? Завести здесь еще и дактилоскопию? А почему нет? Я достал платок из кармана и, наклонившись, через платок поднял нож.

– Обратите внимание, сержант,– начал я лекцию, стараясь при этом быть похожим на тана Харага,– на лезвии есть отпечатки пальчиков.

Я показал сержанту отпечаток пальца в виде легких туманных линий, оставленных на ноже Хростом.

– У каждого человека – свой отпечаток, как лицо. Нет одинаковых отпечатков. Даже у близнецов они разные. Если вы смажете чернилами пальцы этого профундера и сравните с этими отпечатками, то сможете точно доказать, был этот нож у данного человека в руках или нет.

Вид у сержанта был, мягко говоря, отстойный. То, что я ему изложил, явно выходило за область его знаний и умений. Хотя на вид – мужик умный. Должно дойти.

– До сих пор мы определяли это с помощью магов,– с отрешенным видом сказал сержант,– но вызывать мага на каждый такой случай. Тем более что никто не убит.

Я не ошибся. Дошло! А подброшу-ка я ему еще идейку!

– Вы можете снимать такие отпечатки у всех преступников, подписывать их и при нужде сравнивать с отпечатками, найденными на месте преступления.

Сержант посмотрел на меня с благоговением.

– Да,– констатировал он.– Школа зря хлеб не ест! Это же надо, до чего додумались маги!

Я подошел к сержанту, взял его под руку и тихо сказал:

– До этого Школа еще не додумалась! Это знание другого мира. Если вы, сержант, предложите его своему начальству, то никто не скажет, что вы украли это открытие! И я не скажу! Вы меня понимаете?

Судя по блеску в глазах, сержант меня понял великолепно. Он принял у меня нож, завернутый в платок, и, отдав честь, пошел вслед за своими людьми.

Не понимаю! У них здесь достаточно большое количество магов, которые имеют выход в реальность Земля. Почему те умения и знания не используются здесь? Я думаю, что у меня еще будет время разобраться с этим вопросом. Сейчас важно другое! Надо психологически встряхнуть Жереста. Вот он стоит, как пыльным мешком из-за угла ударенный. Я подошел к нему и крепко взял за плечи. Взгляд мечущийся. В нем мелькают противоречивые чувства и мысли. Так! Поймал взглядом его взгляд. Зафиксировал. Меня он видит. Поехали!

– Жерест! Забудь. То. Кем. Ты. Был! – раздельно сказал я.– Главное, кто ты есть сейчас! Сейчас ты наш, и ты один из нас. Попытка наехать на тебя – это попытка наехать на всех нас!

Кажется, действует! Вон взгляд принял осмысленное выражение.

– Ты меня понял?

Кивнул. Ну совсем хорошо! Подошел Тимон. Вид, как у кота, съевшего сметану и не получившего за это нагоняй от хозяйки. Улыбка от уха до уха.

– Колин, это было лихо! – восторженно заговорил Тимон.– Я даже не думал, что так получится! А ты мастерски овладел движением на расстоянии! Я бы так не смог.

– Если бы приперло, то смог бы,– отмахнулся я,– они только такой язык и понимают. Парни, пора домой!

Жерест прокашлялся и сказал:

– Это было здорово, но фундерам это не понравится.

– Ну и что? Пусть попробуют достать нас в Школе. Впрочем, я сомневаюсь, что они это сделают. Не дураки ведь.

Глава 14

Я заскочил в домик и захлопнул за собой дверь. Удалось! Я стибрил у танессы Кортунус несколько листочков растения, не помню, как оно называется, но взрывчатое вещество без него не получишь. Тимон, морщась и чихая, тщательно растирал в ступке какую-то смесь. Я принюхался. Апчхи! Лучше бы я этого не делал!

– Ты что творишь? Это что, средство для чихания нежити или добавка для газовой атаки на орды орков? – вознегодовал я.– Бросай это дело! Я достал недостающий компонент для нашей затеи.

Тимон поднял на меня страдальческие слезящиеся глаза, лицо его снова исказилось, и мощный чих погреб под собою то, что он хотел мне сказать. В героическом броске я распахнул створки окна.

– Вон от твоей адской смеси сразу две осы на лету сдохли! – прокомментировал я.

Тимон проковылял к окну и навалился животом на подоконник, жадно вдыхая чистый воздух.

– Что, не додумался сразу окно открыть? – укоризненно спросил я.

– Посмотри на двадцать четвертой странице,– вместо ответа донеслось из окна.

На столе, обложкой вверх, лежала книжка, которую мы раскопали в книгарне Томара Бердуана. В ней были собраны очччень полезные рецепты зелий для нашей деятельности, которой мы себя собирались посвятить. Взяв книгу, я нашел искомую страницу:

«Зелье для погружения в пучину водяную. Используется для дыхания под водою и общения с тварями водяными…»

– Ну и где ты собираешься погружаться? – поинтересовался я.– Тем более с кем ты собираешься общаться?

Тимон, вытирая слезящиеся глаза, подошел ко мне.

– Ты лесное озеро помнишь? – спросил он.– Там точно две русалки живут. Вот хочу попробовать с ними пообщаться. В эту смесь еще надо корифинскую пудру добавить и смерские почки. Потом натереть смесью нос, рот и уши.

– Ты сначала в тазике с водой побулькай,– серьезно посоветовал я,– потом вон в той кадушке. Если головастики тебя поймут, то можно будет и на озеро.

Тимон повернулся ко мне и несколько мгновений задумчиво на меня смотрел, потом вдруг обхватил руками и с воплем: «Я тебя самого сейчас в кадушку запихну!» – повалил на кровать. Завязалась веселая потасовка.

– Извращенцы! – донеслось от окна.

В ответ на голос полетели шлепанец и подушка. Мы выкарабкались из порядком смятой постели. В окне торчала ухмыляющаяся рожа Фулоса.

– Промахнулись! – ехидно заметил он.

Ну это он поспешил. Шлепанец, ведомый телекинезом, смачно врезался Фулосу в затылок.

– А может, и не промахнулись! – пробурчал Фулос, потирая затылок.

Тимон, подхватив со стола адское месиво, направился к окну. В его глазах я заметил опасный блеск.

– Фулос, вот ты у нас спец по зельям. Так? – поинтересовался Тимон.

– Ну-у-у… – протянул Фулос, поглядывая на Тимона и на ступку в его руках.

– Вот я тут зельеце состряпал,– продолжил Тимон,– рецептик мне наш маг-бытовик подсунул. Для дам высшего света предназначено. Аромат экзотических цветов. Вот, как учили, закрой глаза и глубоко вдохни. Оцени аромат!

– А я тоже хочу! – услышали мы голос Гариэль.

Она стояла за спиной Фулоса. Ну еще бы, с ее-то слухом, да о женских примочках!

– И я! – Рядом с Гариэль материализовалась Аранта.

Пользуясь тем, что внимание Фулоса было сосредоточено на Тимоне, я из-за спины друга сделал страшные глаза, показывая девчонкам, что настаивать не надо. Гариэль быстро сориентировалась:

– Ладно, Аранта! Пусть сначала попробует Фулос как специалист, а потом и мы.

Удивляюсь я, насколько наивны бывают люди! Кто и где говорил, что надо закрывать глаза и глубоко вдыхать при определении запаха? По урокам химии я помнил правила безопасности. Фулос же вместе с крючком проглотил наживку! Эффект был потрясающий! Несколько долгих мгновений Фулос стоял с краснеющим лицом и вылезающими из орбит глазами. Потом гулкое «Апчхи…» вызвало панику среди пернатых обитателей леса и смело с подоконника Тимона. Фулос начал чихать как заведенный, напоминая если не фигурой, так поведением Бывалого из кинофильма «Операция «Ы». А тут еще нагрянул его братец.

– Фул! Ты чего расчихался? – крикнул он.– Хошь в нос дам, сразу пройдет!

– Ты... апчхи... этому... апчхи... апчхи... дай! – проговорил Фулос.– Экспериментатору... а-апчхи...

– Какому? – грозно оглядывая окрестности, спросил Харос.

– А что,– рассматривая ситуацию, задумчиво отметил я,– как прочищающее нос, твое средство очень эффективно. Правда, пациент скорее мертв, чем жив, но чих здоров и громок.

– Ну если не подействует, как планируется,– согласился со мной Тимон, снова вылезая в окно,– то можно предложить танессе Кортунус именно как прочищающее нос.

Гариэль, закрыв рот руками, округлившимися глазами смотрела на мучения Фулоса. Аранта, сообразив, чего она только что избежала, начала грозно поглядывать на Тимона.

– Значит, благовония, да? – заговорил наконец прочихавшийся Фулос.– Значит, для дам, да?

– Где дамы? – завертел головой Харос.– Какие благовония?

– Мы дамы! – сварливо отозвалась Аранта.– И благовония для нас. Я правильно понимаю, Тимончик?

– Нет-нет! – быстро заговорил Тимон (правильно, я бы тоже заволновался, услышав тон Аранты).– Это... одно средство... для... ну...

– Для похудения посредством интенсивного чихания,– бросился на выручку друга я.

– Да! – выдохнул Тимон.

– Похудения? – прищурилась Аранта.– И ты решил проверить его на Фулосе?

– Как истинный ученый,– вмешался я,– он сначала проверил его на себе, потом попытался проверить его на мне и лишь после этого осчастливил Фулоса.

– Осчастливил? – завопил Фулос.– Ну так я его сейчас тоже осчастливлю!

– Не рекомендую,– заявил я,– у Тимона есть еще один составчик, пока не испытанный. Хочешь стать первым?

Судя по виду Фулоса, первым ему становиться как-то резко расхотелось.

Со стороны леса нарисовались еще две фигуры. Ну кто бы сомневался – Морита и Тартак. Во чутье у ребят!

– Что за шум, а драки нет? – добродушно пробасил Тартак.

Морита подбежала к девчонкам, и они тут же зашушукались, вводя новоприбывшую в курс дела. Тартак шушукаться не пошел, поэтому в курс дела его начал вводить обиженный Фулос. Мы с Тимоном старательно разнообразили его объяснения.

– Тартак! Вот этот тип мне подсунул...

– Ничего я тебе не подсовывал!

– Ну предложил...

– Сначала он у тебя спросил.

– Кто, что и у кого спросил? – не понял Тартак.– Ты у Колина спросил, а в это время Тимон тебе подсунул?

– Ну это, мол, благовония...

– Да, воняет жутко!

– Но на благо! Вот поэтому и благовония!

– Да дайте сказать! Бандиты!

– ТИХО! – рявкнул Тартак.– Это оно? – указал он на ступку в руке Тимона.

Фулос кивнул. Тартак перевел взгляд на меня, и я покивал. Тимон приподнял ступку и улыбнулся.

– Дай сюда! – потребовал Тартак.

– Так, плакали твои головастики без дружеского общения с тобой,– тихо сказал я Тимону, продолжая держать улыбку.

– Думаешь, выкинет? – тоже изображая улыбку, спросил Тимон.

– Нет, сначала понюхает, а потом решит, кого выкидывать и куда,– поделился я своими соображениями.

Тимон отдал Тартаку ступку, которая буквально утонула в громадной лапе. Тартак недоверчиво посмотрел в ступку.

– Они меня нюхать заставили! – наябедничал Фулос.

– Никто тебя не заставлял, тебе предложили,– уточнил я.

– А мне предложишь? – поинтересовался Тартак.

– Да, но за последствия не отвечаю,– хрипло сказал Тимон.

– Я тоже! – пообещал Тартак. Тимона явственно передернуло.

Тартак решительно поднес ступку к носу и громко втянул воздух. Тимон начал тихонько пятиться от окна. Секунду Тартак стоял в ожидании эффекта, потом оглушительно чихнул.

– Ну все, Тимон, молись! – злорадно сказал Фулос.

– Эх! Хорошо пробрало! – выдал фразу Тартак.– Еще такое сотворить можешь?

– Он даст тебе рецепт! – поспешно сказал я.

Тимон тем временем, получив назад свою ступку, печально смотрел в нее. Смеси, которую он так старательно молол, в ступке не было. Так, чего-то не хватает. Вернее, кого-то.

– Тимон, а где Жерест?

– Да куда он денется? Здесь где-то.– Тимон тяжело вздохнул и позвал: – Жерест!

– Чего орешь? – раздалось сверху.

Мы подняли головы. На ветке дуба удобно устроилось это чудо и насмешливо поглядывало на нас.

– Ты чего туда залез?

– Да чтобы под раздачу не попасть! – хохотнул Жерест.

– Тимон, а если дать дубу понюхать, чтобы его передернуло, Жерест свалится? – заинтересовался я.

– Нечего давать! – уныло сказал Тимон.– Тартак все вынюхал.

– Тартак! Как тебе не стыдно? Все вынюхал, даже дубу не оставил! – продолжал дурачиться я.

– Да там и нюхать-то нечего было! – добродушно буркнул Тартак.– Тимон, с тебя рецептик!

Из того, что готовил я, получилось пять лепешек и маленький комочек взрывчатки. Мы с Тимоном решили испытать, стоит ли доверять книге. Именно из-за книги мы воспылали такой любовью к зельеделанию. Того, что нам давала на занятиях танесса Кортунус, нам явно не хватало. То есть всякие примочки, ароматизаторы и остальное подобное нас не устраивало. Мы ведь боевые маги, вернее, будем ими. Значит, мы в первую очередь должны учить применение зелий в боевых условиях. Аромат весенних цветов можно применять только в том виде, в котором изготовил его я, и то сбрасывать на головы врагов с высоколетящих (что тут у них?) ковров-самолетов. Я уже было совсем охладел к зельям, но тут мы нашли эту самую книжку: «Применение зелий в боевых баталиях» – каково? Конечно же пройти мимо такого богатства мы не могли! Заглянув в книгу и определив, что в ней приводятся рецепты эксклюзивных зелий, мы тут же купили ее.

Испытание взрывчатого вещества мы решили провести подальше, в лесу. В выходной мы с Тимоном нашли здоровенную сосну и примостили у основания ее наш взрывпакет. Не мудрствуя лукаво, мы прилепили его при помощи смолы, которую отколупнули тут же. Отойдя подальше, я послал ключевое слово, активизирующее реакцию. От сосны послышалось громкое шипение, потом затихло.

– Так,– Тимон с досадой махнул рукой,– фуфло все эти зелья!

Краем глаза я успел заметить яркую вспышку у сосны. Я ухватил за плечо Тимона и вместе с ним рухнул на землю, прикрывая голову свободной рукой. Коротко рявкнуло, послышался скрип и хруст падающего дерева. По нашим спинам забарабанил град мусора и земли.

Через некоторое время один из двух холмиков заговорил слегка придушенным, но восторженным голосом Тимона:

– Ух ты, как жахнуло! Сработало!

Второй холмик зашипел в ответ моим голосом:

– Тише! Мы тут не одни!

И вправду, у места взрыва материализовалось несколько фигур, в которых без труда можно было признать леших. Трое стояли и тупо пялились на то, что осталось от сосны, а несколько спешно тушили огоньки пожара, который мог бы начаться.

– Тимон! Двигаем отсюда! – прошипел я.– Только тихо и незаметно!

Ох и неудобно же пятиться тихо и незаметно! Мы это делали, не сводя глаз с леших и замирая при малейшем намеке на взгляд в нашу сторону. Это продолжалось мучительно долго, но страх быть изобличенными оказался сильнее. Наконец, когда, по нашим расчетам, нас уже не могли увидеть, мы встали и, отряхнувшись, припустили в сторону дома.

Громко сербая из горячей чашки обжигающий чай и хрустя бубликом, Тимон рассуждал:

– Если подействовало зелье взрывчатки, то должно подействовать и зелье подводного погружения.

– Ты хочешь сказать, что оно тоже сначала зашипит, а потом шарахнет? – уточнил я.

– И дернул же меня леший поселиться в одном домике с неисправимым пессимистом,– с отвращением глядя на меня, заявил Тимон.

– А ты у нас оптимист,– возразил я,– и тоже неисправимый! Ну скажи мне, вот залезешь ты в озеро, о чем ты будешь с русалками говорить? А пиявки, которые там водятся в изобилии? Я сомневаюсь, что ты сможешь с ними договориться, разве что ценой собственной крови. Учти, пиявок там значительно больше, чем крови у тебя! А чихательный эффект при изготовлении? А если Тартак учует? Забыл, что он сделал с твоей первой попыткой?

Тимон только грустно вздыхал, не находя ответных доводов.

– Колин! Ну интересно же попробовать! – наконец взмолился он.

– Не сейчас! – непреклонно заявил я.

В дверь постучали.

– Кто там? – крикнули мы одновременно.

– Мальчики, к вам можно? – раздался голос Мориты; она явно пришла с какими-то новостями.

– Заходи! – пригласил Тимон, одновременно снимая запирающее заклятие.

Морита зашла и с таинственным видом прикрыла дверь.

– Мальчики! Только что разговаривала с Михасем! Он говорит…

– Стоп! – поднял руку Тимон.– Кто такой Михась?

– Ну Михась – леший знакомый. Мы гуляли, а он нас заблудить хотел.

– Кто это «мы»? – подал голос и я.

– Ну «мы» – это я и Тартак. Не перебивайте меня,– возмутилась Морита,– а то не буду рассказывать!

– Ладно, ладно! – примирительно проговорил Тимон.– Надо же знать, кто такой Михась!

– Так вот, Михась сказал, что сегодня в лесу был большой переполох.– Морита, видимо для усиления эффекта от сказанного, сделала большие глаза.– Михась сказал, что он как раз нашел гнездо пуранги…

– Кто такая пуранга? – не выдержал я.

– Пуранга – это птица такая,– сердито сказала Морита.– Я же просила – не перебивать!

– Ну должен же я знать, кто такая эта пуранга! – так же сердито ответил я.

– Так вот. Михась только нашел ее гнездо, а тут как бахнет! Он с Топтуном побежали посмотреть.

Тимон открыл было рот, чтобы спросить про Топтуна, но, напоровшись на многообещающий взгляд Мориты, рот закрыл.

– Топтун – это друг Михася,– пояснила Морита, правильно истолковав мимику Тимона.– В лесу кто-то вывернул большую сосну! Причем странно как-то! Как будто вырвал кусок ствола снизу. И огонь кинул. Еле-еле потушили! Лешие сообщили начальству. Там даже тан Горий был!

– Ну и?..– поторопил Тимон.

– Ну и все! – сообщила Морита.

– Что – все? – удивился я.

– А то все! – отрезала Морита.– Сейчас ищут того, кто это сделал!

Мы с Тимоном обменялись встревоженными взглядами.

– И что, нашли? – осторожно поинтересовался Тимон.

– Пока нет! – Морита оглянулась и наклонилась к нам.– Я думаю, а может, это тот темный?

– Нет.– Я изобразил задумчивость.– Тот темный порталами баловался. И зачем ему подрывать какую-то сосну?

– Да? – Морита покачала головой.– Вот и тан Горий говорит, что это, скорее всего, кто-то из старшекурсников нахулиганил. Главное то, что следов не смогли найти!

Тимон расплылся в облегченной улыбке. Я сделал ему предостерегающий жест. Не хватало еще, чтобы Морита узнала. Узнает Морита – узнают все. Вот тогда уже нам с Тимоном будет бум-хряп по-крупному!

– Я думаю, что хулигана найдут,– нейтральным тоном сказал я.– Если сам тан Горий занялся этим вопросом, то обязательно найдут.

Тимон испуганно посмотрел на меня, разве только пальцем у виска не покрутил. Снова раздался стук в дверь. Тимон сделал рефлекторный рывок к окну. Если бы я не ухватил его за руку, то, наверное, выпрыгнул бы. Отвечая на удивленный взгляд Мориты, я как можно непринужденнее сказал:

– Тимона так расстроило это сообщение, что он ЗАБЫЛ, где у нас дверь! – Я подтолкнул Тимона к входной двери.

За дверью оказался тан Тюрон. Он быстро вошел в домик и, увидев меня, облегченно вздохнул:

– С вами все в порядке? Слава Единому!

Мы недоуменно переглянулись с Тимоном.

– А что? С нами что-то должно было случиться? – спросил Тимон.

– На некоторое время вам нельзя ходить в лес,– не отвечая на вопрос Тимона, продолжил Тюрон,– в особенности это касается тебя, Морита! Все знают, как ты любишь шататься по лесу.

– Боитесь, что я найду того, кто это сделал? – ехидно поинтересовалась Морита.

– Сделал что? – мгновенно отреагировал Тюрон.

– Ну… это… – замялась Морита.– В лесу.

– Распоряжение не мое,– видя замешательство Мориты, улыбнулся тан Тюрон.– Это так решило руководство Школы. А ты, как я вижу, уже в курсе всего? Михась постарался?

Морита произвела движение головой, которое можно было толковать по-разному.

– А сейчас я бы хотел потолковать с Колином наедине! – вдруг категорическим тоном произнес Тюрон.

Тимон тяжело вздохнул, сделал мне большие глаза – мол, не выдавай и потянул за руку Мориту, которая, и это было видно, вознамерилась остаться, прикинувшись несущественной частью мебели. Тан Тюрон проводил ребят взглядом и, дождавшись хлопка двери, взмахом руки поставил «стену молчания». Прошел к стулу и, развернув его, уселся на него верхом. Я настороженно наблюдал за Тюроном. О чем это он хочет «потолковать»?

– Тан Горий, по-моему, не смог определить, кто подорвал это дерево.– Тан Тюрон уперся руками о стул и многозначительно посмотрел на меня.

Я сделал наивные глаза, как Грыня из «Неуловимых мстителей». Тюрон вздохнул:

– У тебя, Колин, очень специфическая магия. Я почувствовал ее. Могу с уверенностью сказать, что только я могу ее определить. След был очень слаб, но он был. Надеюсь, что это было все, что вы нахимичили?

Вот так так! Об этом мы с Тимоном и не подумали. Ну да! Я же посылал импульс, активируя взрывчатку. Но пять пакетов я выдавать не собирался.

– Тан Тюрон, мы здесь больше ничего взрывать не будем.– Я принял максимально честный вид.

– ЗДЕСЬ? – выделил тан Тюрон.

– И ЗДЕСЬ тоже.

– Ладно,– Тюрон поднялся,– я считаю, что решение о запрете походов по лесу – временное, между прочим – правильное. До сессии осталось две недели, и вам лучше сидеть и готовиться, а не шастать по лесу. А с тобой, Колин, нам надо будет как-нибудь сесть и поговорить о многом. Есть вещи, которые и тебе и мне надо будет выяснить.

Сняв «стену молчания», Тюрон кивком головы попрощался со мною и вышел.

ЛИРИЧЕСКОЕ ОТСТУПЛЕНИЕ

Лекция тана Хартага по «воздушным кулакам»

Уважаемые студиозы!

В боевой магии большое значение имеет разнообразие боевых заклинаний. Чем большим набором заклинаний владеет маг, тем больше шансов у него на победу.

Сегодня мы приступаем к первому боевому заклинанию, которым может овладеть любой из вас. Конечно, я ранее упоминал о боевом пульсаре. Боевой пульсар пока получается только у Колина, хотя я не могу сказать почему. Сила зависит от уровня Дара. Заклинание называется «Воздушный кулак». С его помощью можно сбить врага с ног, выбить у него оружие из рук и, наконец, просто заставить его потерять ориентацию.

Запоминайте и записывайте.

Ключевое слово – «Фулф!». Жест – вот такой. Следите за тем, чтобы энергия протекала в основном через указательный и средний пальцы.

Тимон! Сколько раз говорить вам, чтобы вы тренировались на полигоне? Прекратить смех! То, что Тимон снес парик с моей головы необдуманной попыткой сотворить заклинание, не является поводом для смеха. Да, я лыс. И хотя тан Пекарус обещал создать средство против облысения, волос на моей голове становится все меньше. В основном в результате его же экспериментов. Поэтому я вынужден носить парик. ВРЕМЕННО!

При генерации заклинания требуется точно рассчитать вектор применения. Про векторы магических заклинаний мы подробно будем говорить на втором и третьем курсах. До тех пор, вы будете направлять удар на глазок, что конечно же отразится на точности.

ИМЕННО ПОЭТОМУ, Тартак, я требую, чтобы вы все отрабатывали его на полигоне!

Кстати, Тартак, вам, я смотрю, совсем не обязательно применять жест. Вы сейчас так энергично рявкнули «Фулф», что чуть не снесли с передней парты Аранту и Гариэль. И сделали это без жеста.

Сейчас, в качестве демонстрации, я покажу вам, как правильно делать это заклинание. Я, в отличие от вас, могу рассчитать вектор и силу. Я создам легчайший «воздушный кулак» и затушу им свечу, горящую вот тут на столе.

Смотрите внимательно.

Нет, это просто невозможно! Кто затушил свечу? Только что она горела, никому не мешала. Стоило мне отвернуться, как ее как будто ветром сдуло!

Что?.. Колин, вы сказали, что ее действительно ветром сдуло? А, понимаю, это у вас юмор такой?.. Что? У вас заклинание такое? Пока Тимон тренировался на мне, вы тренировались на свече?.. У меня нет слов!

Хорошо, что хоть Гариэль не тренировалась!.. Вы тренировались? Только не говорите мне, что прилипший к стене Жерест – это результат вашей тренировки!.. Вашей?..

Осторожно возьмите его за руки и приведите в себя.

Жерест! Вы меня слышите?.. Вы меня понимаете?.. Слушайте меня внимательно! НЕ ПРОБУЙТЕ ПРОИЗВЕСТИ «ВОЗДУШНЫЙ КУЛАК» ЗДЕСЬ!

Что?.. Вы хотели, но Гариэль успела раньше?..

Нет, с этой группой я точно с ума сойду!..

После обеда появился Тимон, с утра куда-то запропастившийся. С таинственным видом он зашел в дом и тщательно притворил за собой дверь. Прошелся к окну, выглянул и так же тщательно прикрыл и окно.

– Что, дружище,– не выдержал я,– паранойя замучила?

– Не знаю, какая у Ноя пара,– отмахнулся Тимон,– она меня не мучила. Лучше вот, посмотри!

Тимон подсунул мне под нос книгу. Ну что тут у нас? Ага, «Понимание тварей пернатых и общение с оными».

– Так. Значит, от русалок к птицам перешел. Ну да! Все-таки птичье дерьмо – не пиявки, можно оттереть! – язвительно заметил я.– А к сессии готовиться ты думаешь?

– Некачественно ты ко мне относишься! – огорчился Тимон.– В занятиях требуется делать перерыв. Вот я в перерыв и сделал это!

– Что – это?

– Зелье, конечно! – Тимон гордо продемонстрировал мне баночку.

– Ну зачем тебе птицы? Что они тебе плохого сделали?

Надо заметить, что от занятий в одиночестве у меня всегда портится настроение. Осознание того факта, что я вот мучаюсь, а кто-то и в ус не дует, меня сильно раздражает. Тимон мне попался под горячую руку (пусть «спасибо» скажет, что не под раскаленную).

– Да птицы – это лучшие разведчики! – не обращая внимания на мой сердитый вид, воскликнул Тимон.– От птиц можно обстановку узнать: где какой враг сидит и что он делает. И рецепт не очень сложный. Вот!

Тимон отодвинул мой конспект по теормагу и хлопнул на стол книгу. М-да! Рецептик тот еще! Ого! От него и пронести может! И вот эта баночка в руках Тимона – оно и есть?

– Это оно? – озвучил я свою мысль, глядя на банку.

– Ага! – кивнул Тимон и с надеждой спросил: – Хочешь попробовать?

– Щас! Разбежался! Сам сотворил, сам и пробуй!

– Ну и попробую! – Тимон решительно открыл банку, достал ложку и зачерпнул зелья.

Я с интересом наблюдал за ним, но и тревожился немного. Хотя среди компонентов зелья не было ничего опасного, но неизвестно, как встретит желудок эту смесь. Тимон зажмурился и запихнул ложку в рот. С трудом заглотнул и торжествующе посмотрел на меня.

К сожалению, Тимона не пронесло. Правда, остаток дня в его речи преобладали писк, щелканье, чириканье и свист. Для пробы он обратился к синице, которая суетилась в ветках растущего рядом куста. В результате она обматюкала Тимона за то, что он мешает ей охотиться за гусеницами, приставая к ней с глупыми вопросами, и послала его в дупло. Тимон понял ее по-своему и направился к дуплу в дубе. В этом дупле обитал филин. После того как Тимон проскрежетал что-то в отверстие дупла, филин вылез и прошипел прямо в лицо остолбеневшего Тимона, что порядочные птицы днем спят и только такие невежи, как двуногие и бескрылые, могут мешать этим птицам спать. Потом филин смягчился и прогукал Тимону, что его обстановка ночью не интересует, а интересует его, как бы чего пожрать. Вот парочку мышиных троп он мог бы показать, но не покажет, потому что мы можем перехватить его добычу.

Когда Тимон мне рассказывал содержание его переговоров с птицами, я от смеха плакал. Потом я объяснил Тимону, что птицам нет дела до наших проблем. Надо заниматься взаимовыгодными делами. То есть показать тому же филину новую норку мыши, а он за это проинформирует нас о том, что делается вокруг. Тимон с довольным видом и фразой: «Зато, чирик, действует!» – запрятал баночку в ящик стола.

Теормагия, конечно, зло известное. Сдал зимой – сдам и сейчас. Тем более что занимались мы на совесть. Но вот зельеделание! Как его сдавать?! Об этом я старался не думать. Все эти рецепты и их компоненты ни в какую не хотели задерживаться в памяти! Может быть, мое зелье от головной боли и избавит страждущего от этой боли, но я не могу поручиться, что он не скончается от поноса после принятия моего лекарства. Или примочка для улучшения цвета лица может привести это самое лицо к тому рубежу, за которым следует вызов на дуэль от мужа этого лица. Впрочем, боевым магам не приходится этим заниматься! Просто зазубрю наизусть, а там как-нибудь состряпаю на практике.

Занятия у нас закончились, и мы сосредоточились на подготовке. Дни превратились в бесконечную череду консультаций, тренировок на полигоне, штудирование литературы и конспектов. Вы можете спросить, к чему такое рвение? Отвечу: во-первых, это наше основное занятие, от которого будет зависеть наша жизнь, во-вторых, было громогласно объявлено, что на практику в Лукоморье поедет лучшая группа. С нами за эту честь соревновались бытовики, природники и целители. Мы, по случаю жары, собирались в беседке и допоздна проверяли друг друга, спорили, ругались, мирились и доказывали свою правоту.

Я в последнее время увлекся микроскопическими действиями. Вы думаете, создать «воздушный кулак» тяжело? Если есть сила, то как раз не очень. А вот создать микро-«воздушный кулак», чтобы он действовал на муравья?.. Тут не надо много сил, но требуется точный расчет и даже некоторое изящество. К тому же можно модифицировать заклинание и сделать его множественным. Теперь, когда я хлопался на траву с конспектом, вокруг меня вспухало облачко разлетающихся насекомых, получивших по мордам моими «воздушными кулачками». Да и потом от меня отлетали всякие муравьи и прочая живность. Моих друзей это впечатляло и нервировало, так как отлетавшие муравьи после этого были в плохом настроении и кусали все, что попадется под руку. Под руку обычно попадали мои друзья, неосторожно пристроившиеся рядом.

С Жерестом персонально занималась Аранта, обладающая молниеносной реакцией, или Тартак, которого трудно было чем-нибудь пронять.

Из-за запрета ходить в лес расстраивалась Морита. Пришлось втихаря договариваться с лешими, возглавляемыми Михасем, чтобы они дали возможность Морите совершать короткие прогулки в сопровождении Тартака.

И вот великий день экзаменов наступил.

Теорию магии, подкрепив ее практическими результатами, мы сдали. Сдали, я бы сказал, блестяще. Даже Жерест ошибся всего один раз, перенервничал парень, и «воздушный кулак» снес всего-то доску, на которой в это время рисовал схему ориентирования на местности Тимон. Главное, обошлось без жертв!

А вот сегодня, боюсь, жертвы будут. Экзамен по зельеделанию. Всю предыдущую ночь я просидел над конспектом. Вроде выучил назубок, но… Спроси меня: что нужно для зелья успокоения домашних животных? Не отвечу. В голове коктейль. Зачем боевому магу успокаивать домашних животных? Лучше бы дали зелья для успокоения нечисти, да и для меня заодно! Вон Тимону хорошо! Дрыхнет! В последнее время он выбился в отличники у танессы Кортунус. Понравилось ему смешивать, варить и взбалтывать. Я понимаю, недостаток силы по Дару он компенсирует за счет зелий. Правильно! Но мне от этого понимания не легче! Я вздохнул, подпер рукой тяжелую голову и, наверное, в сотый раз открыл конспект.

Стук в окно. За окном Гариэль.

– Привет! – хмуро сказал я, открывая створку.

– Колин, ты всю ночь не спал? – мягко спросила Гариэль.

– А ты откуда знаешь? – Я с трудом подавил подкативший зевок.

– Мы, эльфы, мало спим. Вернее, мы не спим, а медитируем! Нам хватает четырех часов в сутки для восстановления сил. Выходи! Побеседуем!

– Я бы вышел, да готовиться надо,– вздохнул я.– Ничего в голову не лезет! Как я экзамен сдавать буду?

Гариэль, серьезно глядя на меня, сказала:

– Сейчас и не полезет. Выходи! Попробую помочь.

О! Вот это другое дело! Помощь мне нужна! Быстро накинув куртку, я выскочил из домика. Опа! И Аранта тут! Что, тоже медитирует? Мы пошли к беседке.

– Колин, ты, главное, не напрягайся,– поучала меня Гариэль.– Сейчас надо войти в транс и настроиться на предстоящий экзамен.

– Этот предстоящий экзамен у меня в печенках сидит! – простонал я, бухаясь на скамейку беседки.– Голова гудит и щелкает, а ни фига не выдает! Ничего не могу вспомнить! Хоть убей.

– Это мы запросто! – улыбнулась Аранта.– А поможет?

Из кустов появились две тени и направились к нам. В глазах Аранты на мгновение мелькнули красные блики, но тут же погасли. Братцы! А им чего не спится под утро?

– Вот, вышли прогуляться и услышали разговор,– как бы отвечая на мой вопрос, выдал Фулос,– не спится нам!

– Да и нам тоже,– ответила Гариэль.– Колин, откинься на спинку скамейки и расслабься!

Она подошла ко мне, наклонилась и положила мне на лоб прохладную руку. Ее глаза оказались напротив моих. Уже достаточно рассвело, и все было видно.

– Смотри мне в глаза! – повелительно сказала она.

Вспомнив, что у Гариэль первый уровень Дара и что она освоила эльфийское искусство магии, я подчинился. Взглянул в синие глаза Гариэль и утонул. Легкое головокружение…

Яркое солнечное утро! Я, перекосившись в неудобной позе, сижу на скамейке беседки. Несмотря на то что от неудобного сидения болело тело, ощущение – как будто хорошо выспался! Невдалеке стояли мои друзья и о чем-то тихо беседовали. Тимон, взъерошенный, только что проснувшийся, быстро листает конспект и что-то горячо объясняет Тартаку. Тот не соглашается и тычет пальцем в свой конспект. Аранта, оглянувшись, заметила, что я пришел в себя, и, тронув за рукав Гариэль, быстро подошла ко мне.

– Ну как? – поинтересовалась она.– Убивать или еще потрепыхаешься?

– Тебе лишь бы кого-нибудь убить,– улыбнулся я в ответ.– Потрепыхаюсь, куда же я денусь?

Странно! В голове, как по волшебству, все улеглось на свои места! Да, впрочем, это, наверное, и есть волшебство. Я вопросительно взглянул на Гариэль. Она кивнула:

– Я ввела тебя в состояние транса и сделала установку,– пояснила она,– все остальное – твоя голова.

– Как ты себя чувствуешь? – влез с вопросом Жерест.

– Хорошо! – искренне ответил я.

– Гариэль! Срочно сделай и мне то же самое! – повернулся к Гариэль Жерест.

– Экзамен через час,– серьезно ответила Гариэль.– Если я сделаю это тебе, то экзамен нам придется сдавать без тебя.

– Давай я тебя грохну палицей по голове,– встрял Тартак,– эффект будет тот же!

– Вот они какие, друзья! – умильно сказал Жерест.– На все готовы ради тебя! Садюга!!!

– Зачем это тебе? – удивленно спросила Морита.– Ты же и так все знаешь!

– А чтобы было! – ответил Жерест и, повернувшись ко мне, вдруг резко спросил: – Зелье от комаров. Быстро!

Ответ сам всплыл в голове. Я как заведенный перечислил компоненты и способ приготовления.

– Вот! Молодец! – Тартак с гордостью, как будто это его рук дело, хлопнул меня своей лапой по плечу.

Я поднялся с земли, отряхнулся и вогнал Тартаку ледяную иголочку пониже спины.

– А ты силу рассчитывай! – невозмутимо заявил я, пригнувшись от прошелестевшей над головой палицы Тартака.– Медведь!

– Я – тролль! – гордо выпятив грудь, заявил Тартак.– У медведей начинается дрожь в нижних конечностях от одного моего запаха!

Жерест шумно втянул воздух носом.

– Да, запах тот еще,– согласился он.– Тартак, ты когда мылся в последний раз?

– УБЬЮ! – взревел Тартак, тяжело бухая ногами вслед за смеющимся Жерестом и размахивая палицей.– По стене размажу!

– Ну что,– улыбнулась Гариэль,– пошли сдаваться?

Танесса Кортунус встретила нас ласковой улыбкой анаконды в предвкушении сытного ужина.

– Здравствуйте, детки! – Она распахнула дверь в аудиторию.– Проходите, берите билеты и готовьтесь!

Я снова почувствовал неуверенность. На ватных ногах подошел к столу и потянул к себе ближайший билет. Так я и знал! Аромат весенних лесных цветов. Компоненты и способ приготовления. Главное, не забыть об этих несчастных ложках, которые не столовые, а чайные… тьфу ты, малые!

В состоянии абсолютного счастья я вывалился из аудитории, в которой шипело, кипело, булькало и испускало ароматы великое множество зелий, приготовленных нашей группой. Я ОТВЕТИЛ! Ответил на основной вопрос и на дополнительные!

– Гариэль, спасибо! – счастливо улыбнулся я стоящей неподалеку эльфийке.– Если бы не твоя помощь!..

– Не за что,– улыбнулась она в ответ.

Мы – лучшая группа! Экзамены сданы! Ну Лукоморье, держись! Мы идем!

Часть третья

Лукоморье (практика)

Глава 1

Ну что за жизнь? В кои-то веки утром не будит гнусный колокол, так нет, проснулся даже раньше, чем обычно! Никто никуда не бежит. Спи себе и спи! Это что – закон подлости в действии? И главное, спать уже совсем не хочется!

Я энергично скатился с кровати и с завистью посмотрел на Тимона. Этот дрыхнет без задних ног! Разбудить, что ли? А ну его! Еще засветит спросонья «воздушным кулаком», мсти ему потом.

Накинув на плечи полотенце, вооружившись зубной щеткой и порошком, эквивалентом «Colgate total», причем с двумя плюсами, побрел к ручью, протекающему недалеко от нашего домика. Правильно! Гигиена, особенно личная, превыше всего!

Не успел тщательно залепить порошком зубы, как что-то большое, с треском пролетев сквозь кусты, рухнуло в воду. Меня аж передернуло от мысли, какая холодная вода, окажись я в ней. А этому большому хоть бы хны!

– Доброе утро, Тартак! Резвимся?

– Не-а! Это я споткнулся.– Тартак, сидя в ручье, пошлепал ладонями по бочкообразной груди.– Ну раз уж я здесь, то заодно и помоюсь!

Мы успешно окончили первый курс Школы. Уже кое-что знаем, кое-что умеем, и теперь настало время практики. Как лучшая группа, мы получили практику в Лукоморье. Это закономерно! Согласитесь, какую конкуренцию нам могли составить бытовики, целители и природники? Правильно – никакую! Если вы считаете себя знатоком Лукоморья и источник знаний – Пушкин А. С., то вы введены в заблуждение. Дубы там, конечно, есть! А вот цепей и котов не наблюдается! На самом деле Лукоморье – это огромный участок земли, окруженный со всех сторон непроходимыми горами. Есть только один неширокий проход, в котором расположена застава. Как хорошо пригнанная пробка в бутылке, застава преграждает дорогу. Задача заставы – никого и ничего не выпускать и не впускать без разрешения Высшего совета Магира (Магир – название мира, в котором я нахожусь без малого год). От заставы в глубь Лукоморья ведет дорога длиной в двадцать три версты. Заканчивается она городком Луком. Это скорее не город, а крепость. Окружающий лес кишит всякой нечистью и неприятными сюрпризами, и это не русалки, сидящие на ветвях (что в принципе невозможно).

Вы можете спросить: как же так? Почему первокурсников посылают в такое опасное место? Отвечу вопросом на вопрос: а где же нам практиковаться? Притом что наша группа уже имеет такую репутацию, что скорее надо волноваться за Лукоморье, чем за нас.

Сегодня тан Горий – директор Школы – собирает нас для инструктажа перед практикой. Ну что ж, уделим время собранию. Я слышал, что куратором практики хотят назначить тана Пекаруса. Тан Пекарус – преподаватель бытовой магии. Лично я считаю, что это не самое лучшее назначение, но, что возмутительно, мое мнение всем до Фенимора Купера. Ну что может дать тан Пекарус для практики боевым магам? Как приготовить суп на отдельно взятом боевом пульсаре? Или как с помощью ледяных игл этот самый суп сохранить, если его не съедят? Хм, а это идея! Надо будет подкинуть ее тану Пекарусу. Но тут возможны два последствия. Либо меня причислят к племени невеж Важоков, либо заставят эту идею реализовывать, ибо, как известно, инициатива наказуема. Ни то, ни другое меня не прельщает.

Мы сидим в кабинете тана Гория. Во главе большого стола расположился Сам. По правую руку от тана Гория, уткнувшись в какую-то бумагу, сидит тан Пекарус. По левую руку – тан Тюрон. А он-то зачем? За маленьким столиком в сторонке сидит танесса Валеа. Перед ней стопка бумаг и самопишущее перо. Она что, стенограмму инструктажа будет вести? Обстановка такая нервная, что это заставляет меня к этой обстановке присоединиться. Остальные тоже не в своей тарелке. Тартак громко сопит и не знает, куда деть руки, тем более не знает, куда деть палицу. Постоянно переставляет ее то слева от себя, то справа. Палица нелегкая и при перестановке издает характерное «бум». Так что звучат тамтамы. Гариэль тоже нервничает. Это видно. Сидит очень напряженно. Аранта настороженно смотрит на тана Гория. В прищуренных глазах нет-нет да промелькнет алый отсвет. Жерест согнулся на стуле, зажав руки между колен, и не отрываясь смотрит на директора. Тимон, рядом со мной, положил на стол какой-то свиток и нервно его поглаживает. Морита и братья ад Шейт как-то синхронно переводят взгляд с тана Пекаруса на тана Гория, с тана Гория на тана Тюрона и по новой на тана Пекаруса.

– Ну что, начнем? – Тан Горий нежно нам улыбнулся.– Вы знаете, что группа первого курса, которая оказывается лучшей по итогам года, имеет право проходить практику в Лукоморье. Поздравляю вас. Именно вы – лучшие!

С нашей стороны донеслось неразборчивое мычание, типа «спасибо родной партии!» (да простят меня члены любых партий). Тан Горий с улыбкой покивал, слушая этот комментарий к своим словам.

– Начну с того, что руководителем практики предполагалось назначить тана Пекаруса, но, ввиду того что ему надо присутствовать на симпозиуме по бытовой магии, нам пришлось пересмотреть это решение.

Тан Пекарус оторвался от своей бумаги и орлиным взором окинул помещение. Потом встал:

– И пусть поостерегутся те, кто считает, что в нашем сложном и точном искусстве, коим является бытовая магия, допустимы профанация и невежество!

– Вот,– поучающе поднял указательный палец тан Горий,– вам пример, как надо готовиться к ответственному делу! Тан Пекарус назначен на должность заместителя председателя.

– Да! – твердо сказал Пекарус и уселся. После чего он снова уткнулся в свою бумагу.

– В связи с вышеизложенным,– продолжил между тем тан Горий,– принято решение назначить руководителем практики тана Тюрона.

Мы радостно переглянулись. Это же совсем другое дело! Именно такой руководитель то, что нужно. Этот не будет отсиживаться в тихом местечке. А мы при таком руководстве сможем набраться необходимого нам опыта.

– А сейчас мы можем отпустить тана Пекаруса готовиться… – Тан Горий повернул голову к тану Пекарусу, тот никак не показал, что слышит.– Тан Пекарус!

Тан Пекарус очнулся, поднялся.

– Не подлежит сомнению… – начал он.

– Что вы свободны и можете идти готовиться! – продолжил тан Горий.

– Да! – твердо ответил тан Пекарус.– Что?

– Вы свободны, тан Пекарус! – обезоруживающе улыбнулся тан Горий.

– Да! Надо готовиться! – Тан Пекарус выбрался из-за стола и быстро прошел к двери. Дверь хлопнула, и мы облегченно вздохнули; я, во всяком случае, вздохнул.

– Это, конечно, хорошо, но есть и проблемы.– Тан Горий поднялся из-за стола и подошел к окну.– В последнее время обстановка в Лукоморье усложнилась. Нападения нечисти участились, и не только на город, но и в самом городе. Участились нападения и на дороге от заставы до города.

Тан Горий замолчал. Молчали и мы, переваривая полученную информацию.

– Нечисть – это слишком общее понятие,– нарушила молчание Гариэль.– Какая именно нечисть?

Тан Горий повернулся к нам:

– Есть и призраки, и вампиры, и упыри,– тан Горий поморщился,– и что меня больше всего настораживает, в последнее время появились зомби.

– Ого! – вмешался я.– Это уже попахивает некромантом!

– Именно! – подтвердил тан Горий.– Ввиду такой ситуации власти города решили пригласить охотников. Диких охотников!

Дикие охотники – это уже серьезно! В Магире существовала гильдия охотников на нечисть. Это были профессионалы, как правило, высокого класса. Когда где-нибудь объявлялась нечисть, местные власти вызывали представителя гильдии. Тот проводил расследование и назначал сумму, за которую гильдия берется уничтожить виновника переполоха. Конечно, это были приличные суммы, но жизнь дороже, и власти раскошеливались. Но не всегда сумма устраивала власти предержащие. И тогда делался заказ так называемым диким охотникам. Эти в гильдию не входили, и их услуги, естественно, стоили дешевле. Были также и мелкие проблемки, за которые гильдия даже не хотела браться. Для таких случаев подходили дикие охотники. Среди них встречались очень разные личности. Конечно, в их числе были и неплохие люди. Просто им не хватало денег на вступительный взнос в гильдию. Но были и авантюристы, и шарлатаны, и бандиты разных мастей, скрывающиеся от стражи, а также и любители адреналинчика. Там, где собиралось большое количество диких охотников, закону приходил конец.

– Догадываюсь, к чему это привело,– задумчиво сказал тан Тюрон.

– Все не так трагично,– покачал головой тан Горий.– Охотники объединились в так называемые стаи. Порядка стало больше, но проблемы появляются у нас.

– Да? И какие же? – заинтересованно спросил Тимон.

– А такие, что Аранте ехать туда нежелательно! – ответил тан Горий.– Охотникам все равно, за что получать деньги. Они не будут смотреть, что Аранта светлая. Мертвый вампир – это деньги, и не малые.

Напряжение в помещении как-то ощутимо возросло. Я представил себе, что какое-то мрачное и неприятное существо пытается убить Аранту!.. И понял, что смотрю на свои крепко сжатые кулаки, вокруг которых медленно усиливается желтое сияние. Я быстро взглянул по сторонам, не заметил ли кто, и наткнулся на внимательный взгляд тана Тюрона. Он едва заметно покачал головой. Я выдохнул – сияние исчезло.

– Честно говоря, я даже не знаю, как решать данную проблему.– Тан Горий задумчиво постукивал пальцами по столешнице.

– Палицей по кумполу! – внес конструктивное предложение Тартак.

– Тартак! – Тан Горий укоризненно посмотрел на нашего тролля.– Вы, кстати, тоже можете попасть на прицел стае. А в этом случае вас не спасет вся ваша сила. В одиночку вам с ними не справиться!

Жерест неожиданно захихикал. Мы недоуменно посмотрели на него.

– Жерест, вы увидели что-то смешное в создавшейся ситуации? – хмуро спросил тан Горий.

– Есть одно обстоятельство! – весело оскалился наш рыжий.– Я подумал, что ни одна их стая не сталкивалась с нашей. В одиночку мы, может быть, и не сможем с ними справиться, но, когда мы вместе, лучше будет им и не пытаться!

– Правильно, Жере! – хлопнул по плечу Жереста Тимон.– Пусть попробуют зацепить нас – не обрадуются!

Со стороны всех наших донеслось одобрительное ворчание.

– А ты что скажешь, Хризмон? – неожиданно тепло обратился к тану Тюрону Горий.

Тот взглянул на Гория и хмыкнул.

– Я не думаю, что возникнут особые сложности.– Тан Тюрон откинулся на спинку стула и потер шею.– Если ребята будут всегда ходить в форме, то охотники не рискнут их трогать. Любой маг, а их там хватает, сразу придет им на помощь. Ссориться с магами охотники не рискнут, не дураки, чай. Да и ходить ребятам по одному не следует. А на группу я бы действительно не советовал никому нападать. И главное, Школа никогда не страшилась трудностей и имеет определенный авторитет и имидж. Не стоит, я думаю, подрывать и то, и другое.

– Но туда едут целители третьего и бытовики четвертого курсов,– парировал тан Горий,– природники, как тебе известно, едут в экспедицию на острова.

– Целители и бытовики дальше заставы не уйдут, а в Луке наших не будет,– возразил Тюрон.

– То есть ты считаешь, что риска нет? – спросил тан Горий.

– Риск есть всегда и везде,– спокойно сказал тан Тюрон,– но тут риск оправданный, да и честь Школы надо поддержать.

– Убедил! – Тан Горий окинул нас взором.– Ладно, разбойники, вам повезло! Завтра всем быть у телепортов с вещами в десять утра. Тех, кто опоздает, ждать не будем. Все свободны!

Опоздавших не было! Мы собрались у телепортов еще до девяти. «Табор на привале» – именно так можно было назвать картину. Девчонки, оставив свои вещи на попечение братцев, собрались у зеркала и, что-то живо обсуждая, наводили утренний макияж, или как это у них называется? Вообще, с утра они возмутительно хороши! У меня так не получается. Обычно, несмотря на то что я умываюсь и причесываюсь, вид у меня – растрепанный. Это пока я окончательно не проснусь. Тартак, положив рядышком палицу, роется в котомке, именно так он называет свой мешок, в котором я могу скрыться с головой. На траве уже высится изрядная доля «крайне нужных» в хозяйстве вещей, и, судя по всему, это далеко не предел. Жерест, постоянно оглядываясь, нервно мнется у прохода в здание телепортов. Тимон, рискуя вывихнуть себе нижнюю челюсть, зевает, ругая меня за то, что разбудил его слишком рано. А он такой интересный сон видел! Ты посмотри на себя! Сон как рукой снимет! Аристократ! На вот гребень – причешись! Я пощупал дно своего вещевого мешка, где аккуратно примостил пять лепешек взрывчатки. Это не простая взрывчатка, типа тола или динамита. Это магическая взрывчатка! Без детонатора – команды с подсоединением магического импульса – не взорвется. И это правильно! Команду знаем только я и Тимон. Взрывчатку мы испытали. Правда, наше испытание вызвало изрядный переполох среди леших и потерю для леса большой сосны (хвойное дерево типа сосна – одна штука), но никто не смог определить, что это наша работа. Никто, кроме Тюрона. К моему удивлению, он нас выдавать не стал, хотя и потребовал обещания больше такими экспериментами не заниматься. Обещание я дал, но с одним хитрым поворотом. Так! Близится час «Х»!

Появился тан Тюрон. Он осмотрел наши нестройные, но дружные ряды, взглянул на часы, укрепленные над входом в здание телепортов, и недовольно сказал:

– Хорошо хоть знаки все прикрепили. По прибытии на место немедленно переодеться! Забыли, о чем на собрании говорилось?

Из здания вышел дежурный и подошел к тану Тюрону:

– Все готово! Телепорт активирован. Можно отправляться.

– Благодарю! – Тан Тюрон кивнул дежурному и повернулся к нам: – Идите за дежурным. Я замыкаю группу.

Подхватив вещички, мы двинулись в здание. Меня еще в первый раз поразило такое количество стационарных телепортов в одном месте. Все они были подсоединены к линии силы и могли существовать сколько угодно долго. Создание такого телепорта – результат высокого мастерства и могучего Дара. Таким Даром обладали немногие маги, находящиеся вне всяких уровней. Среди них был и наш директор – тан Горий. Тан Тюрон тоже имел такие возможности, но он как-то признался, что пока стационарных телепортов не создавал. Некуда, да и неохота после этого пару недель исполнять роль выжатого лимона. Все встали на площадку телепорта. Дежурный, озабоченно обежав телепорт, сверился с какими-то расчетами, кивнул сам себе и прощально нам помахал. Засияло вокруг неведомое нечто, и меня объяло уже знакомое ощущение переноса. И вот мы прибыли!

Нас уже встречали! Пара десятков стражников в не очень блестящих доспехах и с пиками. Парочка с длинными луками. Наверное, исполняют роль штатных снайперов. Впрочем, в кольцо они нас взяли достаточно профессионально.

– «И тридцать витязей прекрасных чредой из вод выходят ясных…» – пробормотал я себе под нос. Тимон, стоявший рядом со мной, услышал и недоуменно посмотрел на меня:

– Из каких вод?

– Из ясных,– пояснил я.– Стихи такие!

Тимон оценивающе посмотрел на окружение и несогласно покачал головой:

– Нет! После этих воинов воды никак ясными быть не могут! Да и прекрасными я их назвать тоже никак не могу! Видно ведь, что вод, тем более ясных, эти ребята уже примерно неделю как не видели.

Между тем тан Тюрон вышел вперед и, обращаясь к командиру бравого войска, громко сказал:

– Группа практикантов в количестве девяти человек и руководитель практики из Школы Боевой Магии, Чародейства и Целительства прибыли для прохождения практики.

Из рядов воинов вышел один. Кольчуга чуть чище, чем у других. Да и все обмундирование сидит более естественно. На левом плече щиток из бронзы (хотя тут я не уверен):

– Сержант Карлотон! Ваше предписание, пожалуйста!

Тан Тюрон протянул сержанту свиток с висящей на веревочке печатью. Тот развернул его и, сморщившись, шевеля губами, начал по складам читать. Потом тщательно осмотрел печать. Удостоверившись, что все правильно, он махнул своим воинам. Те опустили оружие. Рядом со мной облегченно вздохнул Тартак. Ну да, такая встреча как-то напрягает!

– К чему такие строгости? – поинтересовался Тюрон.– Это же стационарный портал.

– Портал-то стационарный,– поморщился Карлотон,– да лезет из него всякая нечисть! Вот нас сюда и кинули. Пост не подготовлен. Воды, что с собою взяли, не хватает не то чтобы помыться, а даже попить! Спать негде! Уже третий день маемся.

Сержант показал рукой на место, где обосновался его отряд. Примятая трава. На боку лежит пустой бочонок, рядом валяется деревянная затычка. Старые рассохшиеся козлы для пик стражников, покосившись, стоят на краю поляны.

Тан Тюрон внимательно осмотрел это место и щелкнул пальцами. Бочонок вдруг стал торчком, и затычка, сделав в воздухе замысловатый пируэт, воткнулась в отверстие. Стражники зачарованно наблюдали за эволюциями на поляне. Тан Тюрон вытянул руку в направлении большого камня, вросшего в землю. Камень зашевелился и вдруг вывернулся из земли, показав потемневший бок. Из углубления ударил родник. Тан Тюрон сделал жест двумя руками. Большой пласт земли вывернулся из углубления за кустами и лег рядом с квадратной ямой. Вода из родника потекла в том направлении и начала наполнять яму. Мы с все возрастающим восторгом наблюдали за действиями тана Тюрона. Еще движение, и на месте примятой травы возникло марево, которое, постепенно рассеиваясь, оставило после себя аккуратный домик с новыми козлами и скамеечками у двери.

Стражники стояли с отвисшими челюстями. Они, вероятно, никогда не видели такого и не ожидали, что кто-то захочет им помочь. Тан Тюрон тем временем повернулся к телепорту. Он закрыл глаза и начал прощупывать линии силы вокруг этого места. Вокруг телепорта возникло правильное каменное кольцо. В средине кольца появилось еще одно из металла.

– Серебро! – пояснил тан Тюрон, обращаясь к сержанту.– Теперь при появлении из телепорта нечисть окажется в ловушке. Пересечь серебряный круг она не сможет. У вас есть стрелы с серебряными наконечниками?

Сержант только обалдело покивал. Наглядный урок магических возможностей прибывших из Школы был для него шоком, но, к чести сержанта, он довольно быстро от него избавился. Посыпались восхваления и благодарности, и не только от сержанта, но и от солдат. Прикажи им сейчас тан Тюрон идти в бой на заставу – пошли бы без колебаний. Авторитет тана Тюрона вознесся на недосягаемую высоту, и не только среди стражников!

– Я сейчас выделю вам двух воинов,– спохватился сержант,– они проводят вас до заставы. Несколько тварей, вылезших из портала, бродят поблизости.

– Вы считаете, что нам необходима охрана? – безмятежно улыбнулся тан Тюрон.

В это время Тартак, стоявший чуть в отдалении от остальных и прислушивавшийся к чему-то, внезапно с треском вломился в кусты. Послышалась какая-то возня, короткий рев, пара гулких ударов. Стражники снова взяли на изготовку свои орудия боя. Вот из кустов показался Тартак. С довольной физиономией он волок какую-то тушу. Туша была похожа на крокодила-переростка, покрытого светлой серо-голубой шерстью.

– Малый тинник… – обалдело прокомментировал сержант, изумленно глядя на Тартака,– одна из тварей.

– Вы до сих пор считаете, что нам необходима охрана? – уточнил тан Тюрон.

– Теперь уже нет! – Сержант с уважением отдал честь.– Вы знаете, куда идти?

– Да,– отозвался Тюрон,– я здесь уже не в первый раз.

– Эй, парни! – обратился к солдатам Тартак, критически обозревая трофей.– У кого есть топорик? Всю тушу тянуть дальше смысла нет, а вот голову отчекрыжить нечем. Голова мне нужна! Папаша коллекцию пополнит.

Перед Тартаком очень быстро появилось четыре топорика, на выбор.

– Тартак, ты что, потащишь это дальше? – брезгливо морщась, спросил Тимон.– Оно же вонять будет.

– За какое время мы до заставы доберемся? – повернулся к сержанту Тартак.

– Через часик будете там.– Сержант усмехнулся:– Да, таким охрана не нужна! Наоборот! Охрана нужна от таких!

– А то! – самодовольно пробасил Тартак, тщательно примериваясь самым большим топором.– Не боись, Тимон! Завоняться не успеет!

Когда мы отошли от места телепортации, Гариэль поравнялась с нашим руководителем практики:

– Тан Тюрон, а зачем вы это сделали? – спросила она.

– Что именно? – удивился тот.

– Ну домик, родник.– Гариэль вопросительно повернула к Тюрону лицо.– Это же какая трата энергии! И охранный круг вокруг телепорта.

– На это есть две причины,– тан Тюрон улыбнулся,– сама догадаешься или подсказать?

– Или! – вмешался я.– Мне тоже интересно!

– Ну хорошо! – Тан Тюрон, видя, что все заинтересованно подтянулись поближе, заговорил громче: – Первая причина: мне их стало жаль чисто по-человечески. Представьте себе: люди, не имея элементарных удобств, трое суток сидят около телепорта и отражают атаки нечисти. Энергии у меня хватает. Почему бы не помочь? На самом деле достаточно большую энергию потребовал вывод на поверхность водоносного слоя. Домик – это типовой проект, заклинание для которого я подцепил на кафедре бытовой магии. Простоит два года. Там я прилепил к нему еще туалетик с магическим уничтожением отходов.

Мы шли по дорожке среди степи, поросшей кое-где кустарником. Впереди маячили скалистые отроги Кольцевых гор, окружающих Лукоморье.

– А вторая причина? – спросил Тимон.

– Это же просто,– усмехнулся Тюрон,– появление нашей группы с впечатляющим эффектом. Тут, кстати, и Тартак приложил свою лапку. Теперь стражники разнесут об этом по всей округе! Нас просто будут опасаться трогать. Боевые маги – это вам не шутки!

– Странно,– поделился мыслью вслух Харос,– эти порталы устанавливают так далеко от нужного места.

– Ничего странного,– оглянулся на него тан Тюрон,– стационарные порталы устанавливаются в местах, где есть источники силы. Конечно, источники бывают и в самих точках, куда надобно прибывать или убывать, как в нашем комплексе, но это нецелесообразно. Примером служит портал, из которого мы только что прибыли. Если попрет какая-нибудь гадость, то пусть это будет не там, где много беззащитных людей. Вы заметили, что внутренняя защита нашего здания телепортов значительно мощнее, чем внешняя?

Увлекательная лекция была прервана самым возмутительным образом. Посреди дороги стояло что-то неприятное и злорадно скалилось нам навстречу. Во всяком случае, именно так я растолковал выражение морды лица этой нечисти. Величиной она была с годовалого теленка, с туловищем темно-коричневого цвета с полосами черного. По бокам, плотно прижатые к телу, располагались крылья, по-моему, перепончатые. Передние лапы – широкие и мощные, задние – короче передних, поэтому создавалось впечатление, что зверушка присела перед прыжком.

М-да! Бедная зверушка! Она не знала, с кем повстречалась! Пока мы, остановившись, с любопытством пялились на нее, с ревом: «Не трогать! Мое!» – из наших рядов выскочил Тартак и, раскручивая над головой палицу, понесся к твари. Вслед ему из ладони Тюрона выметнулся сгусток изумрудного цвета, мгновенно догнал и окутал Тартака коконом защиты. Очень вовремя! Тварь чем-то плюнула в Тартака. Плевок растекся по кокону и соскользнул вниз. Там, где он попал на землю, трава сразу почернела и скрутилась. Вдогонку Тартаку устремился мой боевой пульсар, три «воздушных кулака» и три ледяных иглы.

– Тартак! В сторону! – завопил Жерест.– Сзади опасность!

Тартак среагировал мгновенно. Он прыгнул вправо, и в ту же секунду мимо него пронеслось и вонзилось в тварь все, что ей было послано. Ну а ку де грас нанес уже сам Тартак, с размаху опустивший свою палицу на кумпол нечисти. Короче – «в траве сидел кузнечик»!

Тартак стоял над откинувшей все четыре тапочки тварью и с умилением рассматривал морду, которая, несомненно, станет украшением коллекции его отца.

– Тартак! Я могу снизить вам оценку по практике,– сухо сказал Тюрон, подойдя к троллю.– Даже большое желание пополнить ваши подвиги не оправдывает то, что вы забыли о защите! Я лично не хочу, чтобы коллекцию одной из этих тварей пополнила голова одного глупого тролля, ваша голова, Тартак!

Тартак виновато посмотрел на тана Тюрона.

– Я еще не умею ставить защиту,– нехотя признался он.– Нам еще не давали.

– Тем более! – Тан Тюрон показал на клыки твари.– Ставить защиту вас могут научить, и научат! Но не всякая защита годится для конкретных ситуаций. Если бы я поставил сплошной кокон, то толку от вашей палицы был бы ноль!

– Тартак, а топорика-то нет! – заметил Фулос, безмятежно разглядывая небо.

Тартак, пробормотав что-то типа «сам вижу», схватил нечисть за шкирку и потащил дальше по дороге, закинув палицу на плечо. За ним оставался след крови нечисти.

– Ребята! – Тан Тюрон повернулся к нам.– Старайтесь не наступать на следы крови. Жерест, тебя это особенно касается! Кровь скалистого кошара очень ядовита и может разъедать органику.

– Я не Аранта, чтобы интересоваться кровью,– тихо сказал Жерест и тут же получил двойной подзатыльник. Ни Аранта, ни Гариэль плохим слухом не страдали.

– Я попрошу без рукоприкладства! – с достоинством сказал Жерест, почесывая шею. Он подхватил увесистый мешок Тартака и двинулся за ним, старательно избегая дорожки крови.

– Смотри, Жерестик,– промурлыкала Аранта, двигаясь за ним,– как бы до клыкоприкладства не дошло!

Мы тоже двинулись, улыбаясь. Подобные пикировки стали обычным делом и не вызывали обид.

Глава 2

Вот теперь я понял, почему застава называлась Пробкой. Подобно этому гениальному изобретению, она полностью перекрывала проход между горами. От крайней скалы справа до высоченного утеса слева протянулась сплошная стена с бойницами, башенками и непонятными сооружениями типа баллист. Комитет по встрече состоял из нескольких десятков хмурого вида стражников, которые шустренько наставили на нас свои аналоги снайперских винтовок – стрелы на натянутых тетивах луков. Мы остановились перед воротами, несколько озадаченные столь сердечным приемом. Тан Тюрон вышел вперед.

– Группа первого курса Школы прибыла на практику,– громко сказал он,– я руководитель практики, научный консультант Школы тан Тюрон!

Щиты над воротами откинулись, и мы увидели командира стражи. Он облокотился на перила и начал внимательно нас рассматривать. Брови тана Тюрона сползлись к переносице.

– Командир! – В голосе Тюрона сквозило раздражение.– Есть проблемы?

– Тан Тюрон! Проблемы были, есть и будут,– сурово сказал командир.– Вам не кажется, что сейчас не то время, когда следует привозить сюда практикантов? Здесь, знаете ли, неспокойно.

– Если вы не впустите нас, то проблем станет еще больше,– с трудом сохраняя спокойствие, пообещал Тюрон,– у нас предписание на практику в Лукоморье, и вопрос ее прохождения обсуждению не поддается!

– Странно вы выглядите,– помолчав, изрек командир.– Вон тот, большой, он кто? И что за тварь он держит?

Тартак, грозно засопев, выдвинулся вперед:

– Я тролль! Вы что, не знаете, как мы выглядим? А эта зверушка гуляла тут неподалеку. Вы стража или просто погулять вышли? Она, между прочим, и укусить кого-нибудь может!

– Тролль?! – Командир сделал знак рукой, и стражники, уже было опустившие луки, снова направили их на нас.

Тан Тюрон сделал жест, и нас затянуло зеленоватой дымкой. Кокон защиты. Ого! Это уже серьезно! Рядом с командиром стражи появилось еще одно действующее лицо. Это был молодой на вид человек, добротно и со вкусом одетый, со знаком боевого мага на груди – пульсар на кончике меча. Он вгляделся в тана Тюрона, широко улыбнулся и вдруг сиганул через перила. М-да, а ворота здесь не низкие!

– Хризмон! Дружище! – Маг мягко приземлился рядом с таном Тюроном.– Сколько времени прошло? Рад тебя видеть!

– Широн? – Тан Тюрон недоверчиво всматривался в спрыгнувшего к нам мага.– Ты ли это?

– Толбат! Отбой тревоге! – Широн повелительно махнул командиру.– Я ручаюсь за этих людей!

– Людей? – Брови Толбата поползли вверх.

– Толбат! У тебя проблемы со слухом? Это приказ! – Широн сердито повернулся в сторону ворот.

– Но…

– Никаких «но»! Открыть ворота! – Широн снова повернулся к Тюрону и крепко его обнял.

Мы растроганно созерцали встречу старых друзей. Они обнимались, хлопали друг друга по спине и издавали радостные восклицания. Впрочем, набор этих радостных восклицаний не выходил за рамки стандартного.

Мощные, окованные железом створки ворот медленно разъехались в стороны. Обнаружилось, что их пихали стражники, пыхтя и отдуваясь.

Вся наша группа быстрым шагом, плавно переходящим в рысь, влилась в раскрытые створки.

Первое, что предстало моему взору,– это огромный двор, заставленный разнокалиберными шатрами и домиками. Между ними с деловым видом оживленно сновали люди. Перед воротами стоял отряд стражников в полном боевом снаряжении и с дорожными мешками.

– Фулос! Харос! – От отряда отделились несколько человек и бросились в нашу сторону.– Бродяги! Живы?

– Братаны! – завопил Харос во всю глотку.– Так вот где вы ошиваетесь! Куда собрались?

– Сам понимаешь,– мелькнула на лице одного из подошедших ироничная ухмылка,– в хорошие места нашего брата наемника не посылают. Идем менять наших у телепорта. Дыра та еще! Никаких условий! Вон барахла сколько с собой тащим. Впрочем, нам не привыкать!

Парень мотнул головой в сторону сложенных вещей. Рядом с отрядом стояла телега, на которой находились бочонок, судя по всему с водой, котел и какие-то кастрюли.

– А разве там наемники? – удивился Фулос.– Я думал, там стражники.

– А мы все стражники,– пояснил парень,– только отношение к нам, как к наемникам…

– Эй! Воины! В строй! – Командир отряда сердито смотрел на нас.

Я его понимаю. Кто же будет рад такому заданию. Тан Тюрон прервал беседу с Широном и повернулся к командиру:

– Уважаемый! – Тюрон не спеша пошел к строю.– Там, у телепорта, кое-что поменялось. На данный момент условия на посту более сносные, чем до нашего прибытия. Есть вода и крыша над головой. Телепорт я заключил в серебряный контур. Теперь никакая нечисть из него не вырвется! Об этом я собираюсь сейчас доложить вашему начальству, так что, возможно, кое-какие его распоряжения будут изменены. Поэтому я бы посоветовал вам немного подождать с отправкой отряда.

Лицо командира, сердитое к началу речи Тюрона, постепенно менялось. Теперь он смотрел на тана Тюрона с интересом и благосклонностью.

– Благодарю тебя, маг! – Командир отдал честь.– Хорошо! Мы задержимся немного с выходом.

– Но откуда этот кошар? – Широн кивнул на зверушку в руках Тартака.– Вообще-то тут такие твари имеются, но они живут в лесу. По эту сторону не появляются.

– Подозреваю, что он, как и несколько других, появился из телепорта.– Тан Тюрон вздохнул.– Творится что-то неладное! Надо будет разбираться.

Широн задумчиво покивал.

– Нам, магам Лукоморья, тоже так кажется. Слишком все это выходит за рамки обычного. Пошли! Я помогу вам устроиться, временно, пока не решится, куда вас направить.

Нас поселили в большом шатре рядом с шатром целителей, практикантов третьего курса. Часть шатра была отгорожена деревянной ширмой. Это была территория девушек. Остальная часть принадлежала нам, мужикам.

– В походных условиях есть своя прелесть! – заявил Жерест, залезая на спинку кровати и пытаясь заглянуть за ширму, за которой слышалось шушуканье девчонок и шорох одежды.

– А ля гер, ком а ля гер,– философски заметил я, когда метко пущенный снаряд в виде веника смёл Жерестика с ограждения кровати.

Спасло Жереста от членовредительства только то, что он рухнул на Тимона, раскладывавшего свои вещи в тумбочке. Реакция у Тимона не подкачала, и он успел подхватить Жереста при падении.

– Чего ты сказал? – обратился ко мне Тимон, отвешивая подзатыльник Жересту.– Что за гер такой?

– Французская поговорка,– пояснил я,– на Земле есть такой народ, французами его называют. У них, как ты понимаешь, и язык французский. На войне, как на войне.

– Ну если на войне,– заметил Жерест, потирая шею,– то, наверное, надо переходить в контрнаступление?

– Ты в этом уверен? – ехидно спросила Аранта, выглядывая из-за ширмы.

– Когда я к вам заглянуть хотел, то получил веником,– возмутился Жерест,– а сейчас ты к нам заглядываешь! Чем в тебя запулить?

– Можешь запулить в меня пирожным,– сделав невинное выражение лица, предложила Аранта,– и вообще, можешь пулять в меня пирожным всякий раз, когда я к вам буду заглядывать.

– Ага! А пирожное в виде этого самого веника не хочешь? – Жерест демонстративно потянулся за предметом быта.

– Попробуй только! – Аранта грозно нахмурила бровки и снова исчезла за ширмой.

Кер бурта мортал бухра!

Мухтар гхыр перил кумра

Каразах имрец курбыш

Мерил пунц курпил картыш!

Мы все вздрогнули от внезапного рева Тартака. Он сидел на своей кровати и с умилением разглядывал свои трофеи. Воцарилась полная тишина, только на женской половине что-то упало и разбилось. Секция ширмы осторожненько отошла в сторону. Появились испуганные лица девушек.

– Что это было? – Гариэль требовательно смотрела на нас.

– Это была старинная троллья песня,– самодовольно сказал наш певец.

Кербана хартак херак!

И амбрец жуста!

Кирдугу сторон пердык

Мерил перил сердегик! —

снова взревел Тартак.

Полог шатра отлетел в сторону, и в шатер ворвались тан Тюрон, тан Широн и офицер стражи.

– Что здесь произошло? – Тан Тюрон тревожно окинул наше общество взором.– Почему ревел Тартак?

– Этот рев у них песней зовется,– сообщил я, перефразировав известное стихотворение.

– Скажите пожалуйста! Песня! – возмущенно воскликнула Аранта.– И про что же эта песня?

– Про жизнь! – философски вздохнул Тартак.

– Слова запиши,– попросил Жерест.

– А ну переведи на общий! – немедленно потребовала Аранта.

– Жизнь – штука сложная,– начал пояснение Тартак.– Так?

Аранта кивнула.

– Особенно сложна она у нас, троллей. Так?

– Ну это спорный вопрос,– встрял тан Широн.– Ладно, пусть будет так.

– Когда мы понимаем, что жизнь – штука сложная, мы начинаем ее ругать. Так?

Аранта кивнула – уже не так уверенно.

– Вот это и есть те ругательства,– закончил Тартак.

– Слова запиши! – Жерест от нетерпения даже приплясывал.

– Ничего себе песня,– выпалил офицер,– у меня два новобранца из-за нее оскандалились!

– Тут кому-то не нравится национальная троллья песня? – Лапа Тартака потянулась к палице.

– Нет, почему же! Звучит она очень даже неплохо.– Офицер заметил движение Тартака и очень верно его истолковал.

– Да! – Тартак поощрительно улыбнулся офицеру.– Больше всего мне нравится третий куплет. Он особенно проникновенно передает чувства!

Тартак набрал воздуха в грудь.

– Не надо! Стоп! – Тан Тюрон поднял руку.– Третий куплет ты, Тартак, исполнишь как-нибудь потом.

– Да! – подтвердил Широн.– Когда мы будем со всех сторон окружены нечистью и у нас не будет другого выхода!

– Тан Широн,– я смиренно посмотрел на друга тана Тюрона,– вообще-то в реальности Земля это называется оружием массового поражения и запрещено к использованию.

– Это кто тут такой юморной? – Тан Широн повернулся ко мне.

– Это Колин,– пояснил тан Тюрон.

– Колин, со старшими надо разговаривать вежливо,– тан Широн нежно мне улыбнулся,– а то старшие ведь и обидеться могут.

У меня от улыбки тана Широна по спине пробежала армия мурашек.

– Ладно, мы пойдем.– Тан Тюрон начал легонько подталкивать Широна к выходу.– Тартак, побереги горло. Пока не пой, хорошо?

Тартак пожал плечами – мол, не хотите – не надо.

Ой, чувствую я, что у меня могут быть неприятности с таном Широном. И кто меня за язык тянул?

Тартак опустился на свою кровать и блаженно на ней вытянулся. Об этой кровати следует сказать отдельно. По-моему, она раньше была помостом для бочек с вином на торговой площади. Стандартные кровати для Тартака не годятся. Слишком хлипкие. Не успели мы оглядеться в нашем шатре, как услышали топот многих ног, тяжелое сопение, матерные указания и не менее матерные пожелания тому, кто это придумал. Полог распахнулся во всю ширь, и десяток стражников заволокли этот самый помост к нам в шатер.

– Кто тут Тартак будет? – громко спросил сержант.

Слабое икание Фулоса из угла информации не несло.

– Это что? – после продолжительной паузы спросил Тартак.

– Так это кровать, стало быть,– пояснил сержант,– для Тартака, офицер сказал.

Мы ошарашенно смотрели на это произведение плотничьего искусства.

– Как они это назвали? – прорезался у Жереста голос, когда стражники вышли и полог шатра опустился.

– Вроде бы кровать,– неуверенно ответил я.

Тартак подошел к помосту и попробовал его двумя руками прижать. Помост заскрипел, но устоял. Тартак осторожно сел на него. Сидит! Помост стоит! Лег, вытянувшись во всю длину, осторожно кося глазами по сторонам. Держит! Замечательно! А то, что вином попахивает, так это ничего. Только у братцев начинают носы шевелиться, да блаженные улыбки сами собой на их лицах проявляются.

Вечером тан Тюрон просветил нас относительно программы практики:

– В качестве будущих боевых магов вы должны пройти и попробовать все прелести службы боевого мага в походных условиях. Ознакомительная практика потому и называется ознакомительной, что вы должны посмотреть, как поступать в тех или иных условиях. Вы побываете с магом в карауле на стенах заставы. Вам придется патрулировать улицы Лука конечно же в составе профессионального патруля. Вы будете сопровождать боевого мага при контроле дороги к Луку.

Тан Тюрон прошелся по шатру. Вся наша группа сидела перед ним на кроватях. На «кровати» Тартака собралась небольшая толпа из девочек, самого Тартака и неизвестно почему там оказавшегося Жереста. В особо интересных местах речи Тюрона Жерест начинал ерзать, что решительно пресекалось Арантой путем поднесения к его носу крепко сжатого кулака и алым высверком глаз. Я обратил внимание, что Гариэль вроде бы как не слушает тана Тюрона. На лице у нее было какое-то отсутствующее выражение. Мысли ее витали где-то далеко, и мысли эти, судя по всему, были не очень веселые.

– Строго предупреждаю,– продолжал между тем Тюрон,– никаких инициатив! Быстро и точно выполнять команды старших. Не пытайтесь показать, что вы крутые. Ваш уровень очень далек от крутизны. Помните это. За нарушение – понижение балла по практике, если вы останетесь живы, конечно. Особо хочу отметить, чтобы в городе не связывались с дикими охотниками! До добра это не доведет!

– Кого не доведет? Диких охотников? – наивно хлопая ресницами, спросил Жерест.

– В первую очередь вас! – отрезал тан Тюрон.

Интересно, точно так же звучал инструктаж нашего учителя по трудовому обучению. Видимо, есть вещи, которые вызывают одни и те же слова в одинаковых ситуациях, независимо от реальности.

После ухода тана Тюрона мы некоторое время переваривали сказанное им.

– Так это что, мы должны быть сторонними наблюдателями, да? – нахмурил брови Тартак.

– Получается, что так,– невесело отозвался Жерест.

– Я думал, что практика – это практиковаться в боевой магии,– заметил я.– А что получается на самом деле?

– На самом деле получается, что сиди в своей песочнице и не высовывайся! – сердито сказал Харос.– Мы сюда для чего ехали?

– Харос, успокойся! – Морита поднялась с помоста Тартака и, подойдя к столу, обернулась к нам.– Ребята! У них работа такая! Тан Тюрон отвечает за нас перед Школой. Те, кто будет старшими, отвечают за нас перед таном Тюроном. Конечно же все они будут стараться, чтобы держать нас подальше от опасности.

– А наше дело – не бухтеть и стараться получить как можно больше из того, что имеем,– негромко сказал Тимон.

– Ребята! Давайте пройдемся по заставе,– поднялся Тартак,– хочу поглядеть, что тут к чему.

– Идите! – откликнулась Гариэль.– Я не хочу.

– Да и я, пожалуй, не пойду,– откликнулся я,– хочу отдохнуть с дороги.

– А мы пойдем! – упрямо сказал Тартак.

Когда мы остались одни, я подсел к Гариэль:

– Давай выкладывай!

– Что? – недоуменно посмотрела на меня она.

– Ты думаешь, я не заметил, что тебя что-то тревожит! – настойчиво сказал я.– Давай выкладывай и не хитри!

Гариэль некоторое время молча смотрела на меня, на ее лице отражалась внутренняя борьба. Видно было, что она хотела бы поделиться со мной своими проблемами, но какие-то причины мешают ей это сделать.

– Ладно! – наконец решилась она.– Только пока никому не надо об этом говорить.

– Хорошо! – охотно пообещал я.

– Когда я только собиралась поступать в Школу, я очень много времени проводила в библиотеке отца. Среди нужного попадались и другие свитки, вроде бы не имеющие отношения к поступлению. Что-то я откладывала, не читая, а что-то из интереса смотрела. Однажды мне попался древний свиток, еще тех времен, когда мы были едины, а людей еще и в помине не было.

Гариэль замолчала. Я остро почувствовал, что сейчас узнаю нечто такое, что к людям не имеет отношения, окунусь в тайну другого народа, невообразимо далекого от нас, людей.

– Это был рассказ о том, что часть эльфов в результате ссоры, предмет которой так и остался тайной, откололась от народа эльфов и ушла. Они забрали с собой артефакт, который называется Камень правосудия. Не спрашивай меня о нем. Я сама не знаю, что это. Я не нашла описание ни камня, ни его свойств. Главное не это. Главное, что они ушли сюда. Тогда это место называлось не Лукоморье, а «Men sirima nan imbe oron» – Место Текущей Воды Между Гор. Много раз владыки Светлого леса посылали разведчиков и добровольцев на поиски ушедшего клана, но никто не смог найти их. Я, придя сюда, почувствовала слабый звук голоса крови. Он есть, но в то же время я не могу определить, откуда он. Я не могу определить, что это. Либо голос крови исходит от эльфов, либо от их творений, а может быть, и от артефакта. И я не знаю, что мне делать. Конечно, я могу просто сделать вид, что мне все равно, а потом, после практики, доложить об этом отцу. Наверное, так и надо сделать. Но в то же время я хочу сама найти их. Спросить, хотят ли они вернуться? А может, не хотят… Колин, я не знаю!

Да! Окунулся в тайну! Себе на голову или пятую точку, кому как нравится! И ведь эту проблему не решишь при помощи универсального принципа Тартака «палицей по кумполу!».

– Гариэль, а ты можешь определить направление по этому голосу крови?

– Обычно – да,– подняла голову Гариэль,– если источник не слишком далеко.

– Значит, этот источник далеко,– сделал вывод я.– Давай посоветуемся с ребятами. Ведь мы вместе, группа. Мы уже побывали в передрягах.

Ой, не нравится мне это! Но меня уже понесло.

– Для чего еще существуют друзья? Мы поможем тебе найти это, не знаю что. Хочешь?

Гариэль с изумлением посмотрела на меня. Черт! А она очень красивая!

– Но какое вам дело до этого? И потом, когда?

– Найдем время и возможности! Вот с ребятами посоветуемся и решим.

А что! Во мне вдруг взыграл азарт. Если мы найдем этих эльфов, победителей не судят! Не выгонят же из Школы всю группу!

В шатер со смехом ввалились ребята. Ну вот! Тут, понимаешь, человек сопереживает, думает, как помочь подруге, а они гогочут! Нет в мире справедливости, что в этом, что в том!

– Ну чего вы смеетесь?

– Тартак учудил.– Жерест, все еще похрюкивая от смеха, решил прояснить для меня ситуацию.– Шли мы по торговому месту. Одна из торговок отвернулась от прилавка и вовсю ругает какого-то забулдыгу.

– А на прилавке пряники с медом,– пояснил Тимон.

– Я люблю пряники! – пробасил Тартак.

– Да! Тартак наклонился к уху торговки и тихо так спрашивает: «Почем пряники?», а потом снова выпрямился.– Жерест зажмурился, вспоминая сцену.– Торговка говорит: «Три монеты» – и поворачивается к Тартаку.

– Упирается носом в пряжку ремня! – продолжил Тимон.– Медленно поднимает взгляд, потом тихо так: «Великан!» – и в обморок – хлоп!

– Ну и что? – заинтересованно спросил я.

– А ничего! – ответил Жерест.– Тартак спокойно положил шесть монет на прилавок, загреб пряники и пошел дальше, как будто ничего не случилось!

– И что тут смешного? – не поняла Гариэль.

– А то, что сейчас гарнизон носится по всей заставе, разыскивая «огромного, ужасного и очень опасного монстра, который сожрал все товары». Кстати, Тартак принял самое деятельное участие в поисках.

– Он стоял в центре торгового места и руководил стражниками,– пояснил Тимон,– пока наконец не сообразил, что монстр – это он.

Я поднял руку, привлекая общее внимание. Сделав знак, чтобы все молчали, подошел к выходу, выглянул и, убедившись, что нас не подслушивают, сказал:

– Ребята! Пока вы тут монстра ловили, возникла одна проблемка. Надо посоветоваться.

– Так! – Тимон прищурился на меня.– Признавайся, во что ты снова влип!

– Как это влип? Ты же все время здесь был.– Жерест завертел головой, выискивая место, куда бы я мог влипнуть.

Тартак цыкнул на Жереста, прошел к своему помосту, сел, устроив свою палицу между ног, внимательно на меня посмотрел и распорядился:

– Излагай!

Я тяжело вздохнул, взглянул на Гариэль (она никак не отреагировала, видимо решившись) и начал излагать:

– Я никуда не влипал. Но шанс влипнуть есть. Он есть у всех нас. Осталось только решить – влипать или не влипать.

– Ну-ну! – заинтересованно произнес Тимон.

– Шанс нам предоставляет Гариэль,– заявил я с вежливым полупоклоном в сторону эльфийки.– Она вычитала в древнем свитке, что здесь, возможно, существуют эльфы. Мы можем попытаться их найти. За это все остальные эльфы будут нам очень благодарны.

– И как ты себе это представляешь? – промурлыкала Аранта.– Пойти в лес и позвать эльфов?

– Пойти в лес и найти эльфов! – отрезал я.

– Как? – спросил Тартак.

– Сколько времени существует этот заповедник? – поинтересовался я.

– Лет сто пятьдесят,– ответил Тимон.

– Значит, должны быть люди, которые его знают, смотрители, егеря…

– Колин, ты либо оптимист, либо… большой оптимист! – взвился Тимон.– Это место называется заповедником потому, что места здесь нехожены, заповедны. Никто за пределы Лука не совался, а о том, чтобы изучать его, и речи быть не может! Тот, кто сунулся в лес, а потом унес оттуда ноги, желательно вместе с головой, может считать себя счастливчиком! Застава здесь построена с главной целью – не выпускать из Лукоморья тварей, опасных для людей долины. Лук здесь расположен потому, что он построен прямо на месторождении алмазов, иначе люди давно отсюда ушли бы. О том, что там дальше, не знает никто!

– Значит, пора узнать! – вынес свое суждение Тартак.

– Ты что, хочешь туда пойти? – вытаращился на него Тимон.

– Угу! – кивнул Тартак.

– Так! Я, Гариэль, Тартак. Кто еще? – сказал я.

– Да куда же я от вас денусь? – уныло сказал Тимон.– Я с вами!

– Драться будем? – поинтересовался Харос.

– Этого добра я вам могу гарантировать с избытком,– криво усмехнулся Тимон.

– Тогда никаких проблем! – браво сказал Фулос.

– Точно! – поддержал его брат.

– Вас, охламонов, одних отпускать нельзя! – сердито заявила Аранта.– Вечно вы в какую-нибудь историю влипаете! Надо же кому-то вытягивать ваши задницы со всем остальным!

– Ребята! А вы уверены, что это хорошая идея? – тихо спросила Морита.– Тут столько крутых бойцов, но никто не рискует соваться в лес.

– Все крутые бойцы заинтересованы в том, что находится под Луком, а не в том, что вокруг Лука,– поучительно сказал Тимон.– Если тихо и без шума идти в лес, то вполне возможно, что у нас получится. Жерест! А ты как?

– Что я, рыжий? – возмутился Жерест.

– Ну ты действительно рыжий,– нерешительно сказал Тимон.

– Я не рыжий,– с достоинством произнес Жерест,– просто у меня волосы рыжие.

Вид недоумевающего Тимона вызвал тихие смешки у нашей группы. Такой интерпретации от нашего Рыжика никто не ожидал.

– Значит, решено! – прихлопнул ладонью по столу Тартак.– Осталось только решить, как?

– Во время несения караула на стенах не получится,– начал рассуждать я.– Патрулирование в городе тоже вряд ли для этого годится, а вот контроль дороги от заставы до города – то, что нужно!

– Но там же будет маг! – повернулся ко мне Тимон.– Как ты собираешься решить эту проблему?

– Если маг будет один, то он не сможет нами заниматься,– парировал я.– Ему нужно будет продолжать контролировать дорогу. Единственное, что он может сделать,– известить, что мы куда-то слиняли!

– Куда-то что? – не понял Жерест.

– Ну исчезли,– поправился я.

– А тан Тюрон? – поинтересовался Тимон.

– Ребята! Давайте определимся по ходу дела,– предложил я.

Глава 3

ЛИРИЧЕСКОЕ ОТСТУПЛЕНИЕ

Инструктаж тана Широна перед несением караула на стенах

Внимание, орлы! Смотреть сюда и слушать внимательно!

Пост мага-настенника очень важен!

Вы должны заметить кого-то или что-то заранее и дать сигнал о приближении. Потом вы должны привести стражников в состояние повышенной бдительности...

Нет, Тартак, не таким способом! Если вы примените этот способ, то стражники окажутся в другом состоянии, весьма далеком от бдительности. Думаю, что при вашем дежурстве в состояние повышенной бдительности надо будет приводить наших целителей…

И щекотать их не нужно, Аранта! Ах кинжалом? Нет-нет! Тем более кинжалом!..

Да, Жерест! Крик: «Офицер идет!» – может привести к желаемому результату, хотя правильная команда: «Караул! Внимание!»

Когда объект приблизится, вы должны его опознать и...

Колин! Не уничтожить, а принять решение о дальнейших действиях. Объект может быть опасным и неопасным. Вы должны определить намерения объекта, если таковые имеются. Если объект не стремится к заставе, то он не представляет для вас интереса…

Даже если это молодой и интересный мужчина, Морита!

Если же объект направляется к заставе, то есть два пути. Первый. Если объект опасен, то вы командуете: «К бою!» – и применяете действия по уничтожению объекта. Обычно хватает стрел с серебряными наконечниками.

Второй. Если объект не опасен, то вы останавливаете его командой:«Стой! Кто идет?» – и узнаете цель прибытия на заставу…

Как это зачем? Вы что, думаете, что застава – это место, где может ходить что хочет? Если цель прибытия не является важной, то надо отправить объект обратно…

Нет, Тартак! Не тем способом, какой вы предлагаете! Таким способом вы можете отправить его к целителям, а учитывая инструмент, при помощи которого вы собираетесь это делать, то, возможно, и к мастерам ритуальных услуг.

Офицер, который будет старшим караула, знает, как отправлять обратно.

Еще раз подчеркиваю, караул на стене – почетная и ответственная задача!

Караул на стене – это совсем не так интересно, как казалось бы. Описываю: первые полчаса ты бдительно вглядываешься в даль, готовый в любой момент поднять тревогу и, образно говоря, «ударить со всех стволов» в приближающуюся опасность. Короче говоря, спасти человечество от всех напастей. Еще одну четверть часа ты уже не так бдительно вглядываешься в даль. Еще четверть ты уже совсем не вглядываешься, а рассматриваешь окружающую обстановку. Остальное время дежурства ты с тоской ждешь его окончания. Это когда ты первый раз выходишь вместе с караулом на стену. Когда ты выходишь во второй и все последующие разы, остается только последний этап.

Нас включили в состав караула на внешней стене заставы. Как и ожидалось, на внутреннюю стену нас не решились поставить. Пока один из нас с нарядом вышагивал по стене, остальные сидели в караулке (большое каменное здание рядом с воротами) и коротали время, кто как мог. Единственный член нашего коллектива, который приносил реальную пользу,– это Гариэль. Она задолго до того, как кто-нибудь появлялся в поле зрения стражи, предупреждала о приближении. Да, острота зрения у эльфов – это вам не хухры-мухры! Начальник стражи даже осторожно поинтересовался у тана Тюрона, не собирается ли Гариэль после окончания Школы служить в Лукоморье. Идеальный маг-настенник! Идея была встречена всеобщим нашим возмущением, включая и тана Тюрона. Ничего себе – эльфийская принцесса, постоянно ошивающаяся на стене.

Сам тан Тюрон с нами много времени не проводил. У него, как выяснилось, в Лукоморье было множество друзей, приятелей и просто знакомых.

Мне нравилось наблюдать за приезжими во время дежурства Тартака. Тролль эффектно выделялся на фоне неба, стоя на гребне стены. Подъезжающие «объекты» (именно так их называл тан Широн во время инструктажа), увидев Тартака, останавливались на приличном расстоянии и долго не решались тронуться дальше. Тартак терпеливо ждал, когда необходимость ехать дальше пересилит нерешительность и страх гостей. Громогласное: «Стой! Кто идет?» – неизменно производило ошеломляющий эффект. Лошади просто приседали на задние ноги; у тех из них, кто послабее, наблюдался характерный процесс. Сами приезжие замирали, вжав головы в плечи, и пытались изобразить из себя не привлекающую внимания деталь телеги. Но бдительного Тартака они, естественно, обмануть не могли. Выждав некоторое время, Тартак пускал в ход неотразимый довод: «Ну чего молчите? Мне что, взять свою палицу и спуститься к вам?» Гости решительно не хотели, чтобы Тартак утруждал себя спуском, и начинали блеющими голосами что-то нечленораздельно произносить. Облегченно они вздыхали, когда появлялся начальник караула, который, услышав рев Тартака и зная, что этот рев обозначает, со всех ног мчался выручать несчастных.

Стражники начали оказывать внимание нашим девушкам. Так как люди они были простые и незамысловатые, то и знаки внимания тоже были соответствующие. Шлепнуть по попке, ущипнуть, отпустить соленую шутку, ну что тут такого? Вот только девушки не оценили такого внимания и жестко пресекли всякие попытки проявления оного. После попытки шлепнуть Гариэль один из стражников часа три провисел под потолком караулки, спутанный живыми лианами по рукам и ногам. Одна из лиан заботливо зажимала несчастному рот, и сверху было слышно только сдавленное мычание. После этого стражник старался держаться подальше от Гариэль. Аранта разобралась с двумя стражниками. Пошутили ребятки, зацепив острым словцом некоторые части ее тела. Сначала Аранта пыталась научить их летать, но помещение караулки для этого было плохо приспособлено, поэтому ребята сшибали по пути стулья и натыкались на столы. Аранта, прижав обоих к стене, с «фирменной» улыбкой объяснила им свою точку зрения на части тела бедных стражников, которыми они болтают лишнее. Морите хватило только вытащить меч и одним ударом разрубить стол, за которым сидел еще один шутник. Мы не вмешивались. Вот еще! Не хватало нам выручать стражников! Сами полезли, пусть сами и отбиваются. И на жалобы стражников мы сочувственно качали головами и поддакивали: «Да, страшные ведьмы! Они еще и не такое могут!»

Братья удивительно быстро подружились со стражниками и теперь, в свободное от дежурств время азартно режутся с ними в карты, постреливая иногда фаерболами в тех, кто мухлюет. Это выводило неудачников из себя. Мало того что у них выигрывают, так еще и фаерболами швыряются. Не столько больно, сколько обидно! Разозлившись, стражники лезли в драку. Братья радостно засучивали рукава и активно принимали приглашение повеселиться. Незаинтересованные стороны, то есть мы, быстренько выметались из караулки и с замиранием сердца прислушивались к звукам «праздника лесорубов» из-за закрытых дверей. Жерест, заглядывая в окошко караулки, комментировал действо: «Вот, вот! А теперь под дых ему!.. В шнобель! В шнобель бей!.. Эй! А стул зачем сломали?»

Вот так прошла неделя. Наступил следующий этап нашей практики.

Глава 4

ЛИРИЧЕСКОЕ ОТСТУПЛЕНИЕ

Инструктаж старшего патруля

Значится, так! Я говорить много не буду!

Патрулировать будем.

Это, значит, ходить по улицам... Шоб порядок был!

Ежели там пьяный или драка какая, так то наша забота. Вы не встрявайте, сами справимся. А вот ежели нечисть увидели, то орите – куды бечь!..

Да не к нечисти, а от нее!..

Вот ты, большой и небритый. Как ты сказал?.. Чем по чему?.. А шо такое «кумпол»?.. Так, ты можешь и не бечь. Но сначала нам укажи – куды, а потом можешь и по кумполу. И спрячь эту гадость… Не, я вижу, шо то голова кошара… А я говорю, спрячь! Ты, может, и герой, а у меня дети малые.

Ходить начинаем с вечера… А как работа в шахтах заканчивается, так и начинаем. Наряд – четыре стражника и маг. Вам, девки, лучше не ходить!.. «Дивсприк…» – шо? Никакая это не «дивскримирануция»… Тьфу! Слов напридумывали… Короче, приставать будут! Девки вы уж больно ладные! Не посмотрят, шо маги, и, опять же, стражники рядом. …Да слыхал я, шо вы могете, слыхал!

Дык, им, то есть рабочим, это неизвестно. Я сказал – девки не ходют! Точка!

Все понятно?.. Шо?.. Тебя как зовут?.. Фулос?.. А чего к парням приставать будут? Не извращенцы, чай, какие!.. Чего жаль?.. А, подраться! Подерешься еще. Это от тебя не уйдеть!

Так! А счас я буду делить вас по нарядам…

Я попал в наряд к четырем здоровенным бугаям. Конечно, рядом с ними я смотрелся особенно мелким и невзрачным типом. С громким лязгом нацепленного на себя железа мы двигались по улочкам Лука. Думаю, что тут лязг лат стражников заменял вой милицейских сирен в моей родной реальности. Слышно нас было далеко! Иногда доносился такой же лязг со стороны, и вскоре мы пересекались с другим нарядом. Отсалютовав друг другу, наряды расходились, каждый своим маршрутом.

Лук, по крайней мере на данном этапе, выглядел типичным средневековым городком. Узкие улочки с каменными домами по бокам. Верхние этажи нависали над мостовой. Между домами были натянуты многочисленные веревки, на которых сушилось все, что требовало сушки. Канализация отсутствовала в принципе. Амбре было, скажу я вам, потрясающим! Я постоянно морщился, обоняя непередаваемые запахи Средневековья. Лица моего конвоя оставались бесстрастными. Для них эти ароматы были, как для нас выхлопные газы на наших улицах,– привычными и обыденными.

Шахты, где добывались знаменитые лукоморские алмазы, находились на западной окраине городка. Там бродило целых три наряда, в состав которых входили Тартак, Фулос и Харос. Там же находились и многочисленные харчевни, в которых оттягивались после рабочего дня шахтеры. Это было, по мнению старшего патруля, самое напряженное в криминогенном отношении место. Сам городок напоминал осажденную крепость. Мощные даже по местным понятиям стены окружали весь город. По верху стен торчали серебряные шипы. Многочисленные сторожевые башни по периметру днем и ночью охраняли подступы к городу, но нечисть все же как-то умудрялась просачиваться через все препятствия. Именно для этого и требовалось присутствие магов в нарядах. Обычно эту должность занимали местные маги, но им, на время нашего пребывания, был предоставлен отпуск, который маги уже третий день обмывали в таверне «Три петуха».

Тюрон и Широн поселили нас на постоялом дворе «Пристанище одинокого гнома», предоставленном специально для этой цели магистратом Лука. Как всегда, тан Тюрон пропадал по своим делам, что нас очень даже устраивало. Хозяин до сих пор пристойного и тихого заведения хватался за голову. С нашим прибытием репутация постоялого двора неуклонно катилась вниз. Началось с того, что, ввиду отсутствия подходящей кровати, Тартаку постелили постель на полу. Тартак устраивается на ночь своеобразно. Он просто падает на место для сна. Так он поступил и в этот вечер. Одновременно с его падением люстра, висевшая этажом ниже, сорвалась и вместе с крюком рухнула вниз, разнеся вдребезги стол, который стоял под ней. К счастью, никто не пострадал. Ну если не считать двух темных личностей, впоследствии оказавшихся местными грабителями. Хозяин огородил это место красными ленточками и на время нашего пребывания в городке запретил что-либо ставить туда.

На следующий день вышел из строя один из подавальщиков. Со сломанной рукой и расквашенным носом, он получил возможность поразмышлять о том, что приставать к бедным девушкам по имени Аранта опасно не только для здоровья в частности, но и для жизни вообще.

Возможности повеселиться подстерегали нас на каждом шагу. Вот вчера повеселились. Легкое такое развлечение на ужин, причем буквально. Ведь сидели, ужинали, никого не трогали. Так нет. Принесло компанию диких охотников, и занесло ее на наш постоялый двор. Охотнички были уже… то есть вроде бы нормальные, но ум уже отправился на нижний ярус. Заметили они в первую очередь наших девочек. Когда ум на нижнем ярусе, почему-то в первую очередь замечаешь представителей противоположного пола. Стараясь обратить на себя внимание, заговорили громко. Обсуждать начали мужскую часть нашей группы. Я увидел, как братья, затвердев скулами, начали пробовать руками свои стулья на крепость. Рядом сидевший Тимон перестал есть, деревянная ложка в его руке жалобно хрустнула. Тартак угрожающе засопел. А охотники тем временем, видя, что мы не реагируем, начали отпускать сальные шутки в отношении девушек. Я поднял голову и встретился взглядом с Жерестом. Черт! Да они ВСЕ выжидающе смотрели на меня! Я что, крайний? Впрочем, кто-то же должен отдуваться в данной ситуации. Почему не я? Ну ладно! Потанцуем!

Я кивнул Тартаку:

– Зажигай!

Тартак не спеша поднялся, сделал один широкий шаг в сторону охотников, ухватил одного из них, самого громкого, в охапку и вышвырнул в дверь, забыв открыть ее перед этим. На двери остался трафарет. Невмешательство данного охотника с куском двери можно было гарантировать! Посетители, для которых представления подобного рода были не в диковинку, сообразно наклонностям разбились на группы. Одна сразу отправилась по стопам охотника, благо открывай дверь, не открывай – путь свободен! Вторая группа, забившись кто куда, приготовилась наблюдать действо. Третья решила принять непосредственное участие в забаве, встав на сторону тех, кто побеждает. А у нас между тем завертелось. Аранта метнулась к невысокому типу, который особо старательно прохаживался на ее счет. Тартак высился над тремя охотниками, ощетинившимися разнообразным холодным оружием, и раскручивал свою палицу. Этакое мулине в исполнении тролля. Братья и Жерест, проведшие детство и юность в подобных увеселениях, рьяно пробовали на крепость чужие и свои челюсти. Тимон с рапирой упоенно фехтовал с охотником, чьи островатые уши выдавали полукровку. Морита мечом умело обезоружила своего противника и, прижав его к стене, развлекалась. К Гариэль вообще никто не рисковал приблизиться. По сторонам ее извивались две гигантские лианы, напоминая упитанных питонов в ожидании очередной жертвы. Моим противником оказался высокий мужик с неприятным сухощавым лицом. Он ехидно улыбнулся:

– Ну что, школьничек, влип? Папа, мама не помогут!

Он вытащил правой рукой рапиру. Я оголил свою. Улыбнувшись еще более мерзко, мой визави сделал движение левой рукой, и в ней оказался длинный кинжал. Ну так и я не лыком шит! Я вытянул в направлении противника открытую ладонь левой руки. Мужик не сразу сообразил, что это означает. Ах, какая прелесть этот «воздушный кулак», да еще примененный вовремя, да от всей, так сказать, души! Свидетельствую: летел мужик здорово! Ну а то, что он собрал по пути несколько стульев и один стол, так это уже детали. Вот и битве конец! Тимон, приставив рапиру к горлу полукровки, внимательно выслушивал его придушенные извинения. Тартак философски взирал на три бренных тела, лежащих вместе со всем своим арсеналом тихо и смирно. Братья и Жерест, передав своих подопечных группе жаждущих, подошли ко мне, потирая кулаки и улыбаясь. Морита, срезав мечом клок волос своего противника, заставила встать того на колени и принести свои искренние мольбы о прощении. Лианы рядом с Гариэль исчезли, и она внимательно смотрела на Аранту, готовая предотвратить смертоубийство. Аранта, нанеся несколько точечных ударов своей жертве и обездвижив ее, держала мужика, прижав его к столбу, подпирающему потолок, и тихо объясняла ему, в чем он был неправ. Судя по побледневшей физиономии и расширенным от ужаса глазам, несчастный был неправ во всем, даже в том, что он родился.

Хозяин заведения, закатывая глаза, стремительно подсчитывал убытки и ожесточенно чиркал что-то на листке бумаги. Тартак навис над ним и, благожелательно улыбаясь, пророкотал:

– Счет тому, кто заказывал это веселье.– Тартак кивнул в сторону охотников, которых деловито метелила группа активных посетителей.

Хозяин, зачарованно взглянув на Тартака, покивал и добавил еще один нолик к цифре ущерба.

Утро добрым не бывает! В этой нехитрой истине нам пришлось убедиться на следующий день. Ну разве это доброе утро, если перед еще сонной группой стоит разъяренный тан Тюрон.

– Вы понимаете, что восстановили против себя самую большую силу города? Что вы сможете сделать против нескольких сотен охотников, у которых есть опыт и умение убивать? Даже гибель одного из вас может привести к самым печальным последствиям! Что вы можете сделать вдевятером? Вас просто прихлопнут! Да, вы там положите несколько охотников, но не более того! В Школу пришлют соболезнования, и всё! Чем это поможет? Гариэль, ну остальные дети еще, но ты!.. Не могла прекратить это?

Так, настала пора вмешаться. Оно мне надо? Так ведь надо!

– Тан Тюрон,– подал голос я,– простите, что перебиваю, но можно задать вопрос?

– Какой еще вопрос? – раздраженно повернулся ко мне Тюрон.

Главное спокойно! Спокойно и уверенно!

– Если вас оскорбляют, вы сдержитесь?

– Если надо, сдержусь!

Ответ спрогнозирован. Иначе он ответить не мог.

– Мы тоже сдержались,– я поднял руку, останавливая готового подать реплику тана Тюрона,– не сдержались мы, когда при нас стали оскорблять девушек. Вы бы сдержались?

Пауза, последовавшая за моим вопросом, говорила сама за себя.

– То есть они оскорбляли девушек? – задумчиво уточнил Тюрон для себя.– Да, при таком обстоятельстве благородному человеку сдержать себя трудно. Я пойду сейчас в город, прощупаю обстановку. Чтобы до моего прихода ни ногой за пределы постоялого двора!

Какой там ногой! Мы и сами не очень хотели покидать «Пристанище одинокого гнома», ставшее пристанищем одиноким студиозам. Позавтракав, мы сидели в зале харчевни при постоялом дворе, хранившем следы вчерашнего веселья. Хозяин, опасливо кося на нас глазом, давал распоряжения по уборке и наведению порядка.

– Тебе заплатили за все? – хмуро осведомился Тартак.

– Да, да,– быстро закивал хозяин,– все, до медяка!

– Это хорошо! – вздохнул я.

Взгляды остальных членов нашей группы выражали здоровый скепсис по поводу моего последнего утверждения. Как выяснилось, скепсис был оправдан. Двери харчевни распахнулись. В зал вошло трое. Охотники, естественно, кто бы сомневался? Правда, вид этих троих отличался от тех, которых мы били вчера.

– Так, одного громилу я вижу! – громко сказал один из прибывших, сухощавый мужчина с проседью в волосах и шрамом, пересекающим лицо от бровей до подбородка.– А где же остальные?

Он с деланым недоумением обозрел пространство харчевни.

– Здесь нет громил! – внезапно охрипшим голосом вмешался я.

– Да? А кто вчера напал на наших людей? – ехидно спросил второй, с усами и бородкой типа «а-ля три мушкетера».

– Они сами виноваты! – рявкнул Тартак.

Руки всех троих синхронно опустились на рукояти рапир.

– Тролль! Молодой! – констатировал первый.

Дверь снова распахнулась, и в зал быстрым шагом вошел тан Тюрон в сопровождении тана Широна и, судя по знакам на груди, начальника стражи города. Увидев, что разговор не перешел в активную стадию, тан Тюрон облегченно вздохнул.

– Я руководитель практики боевых магов Школы тан Тюрон,– представился он.– С кем имею честь?

– Мы представители диких охотников в этом городе,– заявил третий из делегации, достаточно молодой мужчина с иссиня-черными волосами, затянутыми в хвост на затылке,– Вахтур, Сирез и лэр Партон.

Он поочередно указал на каждого. Этот мужчина и был лэром Партоном. Теперь понятно, почему его включили в состав делегации.

– Ваши практиканты напали на наших людей и нанесли им тяжелые травмы.

– Ваши люди сами спровоцировали это столкновение! – заявил тан Тюрон.– И именно ваши люди несут ответственность за произошедшее!

– Оскорбление студиоза Школы является оскорблением Школы,– отрешенно вмешался Тимон.– Оскорбление благородной дамы в присутствии благородного лэра или тана является вызовом на поединок! Уложение о благородных сословиях, параграф десять. Дозволенные действия при обстоятельствах.

– Ваши люди, уважаемый лэр Партон, оскорбляли наших девушек. Являясь студиозами Школы, они имеют статус благородных дам. Мы же, опять-таки по статусу, являемся благородными танами и не могли допустить оскорблений,– втолковывал Тюрон представителям охотников.

Лор Партон поморщился:

– Ладно! Мы можем считать инцидент исчерпанным, но!..– лэр Партон сделал многозначительную паузу,– нам стало известно, что среди вас находится вампир! Мы требуем выдачи вампира!

Ого! Вот это уже серьезно! Зашевелился Тартак, подтягивая к себе свою палицу. Подобрались Тимон, Жерест и братья. Я услышал тихий шелест меча, вынимаемого Моритой. Рядом со мной встала Гариэль.

– Ну я – вампир! – раздался звонкий голос Аранты.– Но я высший вампир, а значит, могу контролировать себя!

– Не имеет значения! – отрезал Вахтур.– Вампир должен быть уничтожен!

– Лэр Партон,– вкрадчиво сказал я,– примите во внимание, что Аранта могла вчера выпить кровь любого из ваших людей. Никто из нас не стал бы ей мешать! Она была в своем праве! Есть ли хотя бы у одного из ваших следы укуса?

Лэр Партон нерешительно оглянулся на своих товарищей.

– Следов нет, но… – начал было Сирез, но тан Тюрон не дал ему закончить:

– Я ответственен за студиозов, прибывших на практику! За всех девятерых! Аранта идет по светлому пути! Если она пострадает, я, как дракон-оборотень, заявляю, что выжгу здесь все! А потом сюда прибудут родственники Аранты и изничтожат тут все, что останется. Вы этого хотите? Я не смогу их остановить, да и не хочу!

– Боевые маги города поддерживают тана Тюрона! – громко сказал тан Широн.– Мы требуем оставить практикантов в покое и наказать охотников, спровоцировавших драку.

– Стража города присоединяется к требованиям боевых магов! – добавил начальник стражи.

Дикие охотники, не ожидавшие такого единого фронта, переглянулись.

– Мы обсудим положение на совете,– наконец решил лэр Партон.– Если дело обстоит так, как вы сказали, то решение будет принято в вашу пользу. Но я прошу вас контролировать вампира. Если будет хотя бы один случай нападения на людей, мы предпримем меры!

– А как вы узнаете, что это дело рук, вернее, зубов именно Аранты? – поинтересовался я.

Лэр Партон некоторое время внимательно разглядывал меня. Нехороший взгляд!

– У нас есть средства! – наконец сказал он.– Если это произойдет, то берегитесь! Тогда мы будем в своем праве!

– Побережемся! – пообещал я, формируя в руке боевой пульсар.

Лица охотников поскучнели. Им явно расхотелось находиться в одном помещении с нами. Тан Тюрон неодобрительно покачал головой. Я рассосал пульсар и мило улыбнулся охотникам.

– Я надеюсь, вы не будете фабриковать улики? – прокурорским тоном спросил я.

По лицам охотников ясно читалось, что такое понятие, как «фабриковать улики», им неизвестно, но на всякий случай они этого делать не будут.

Охотники откланялись и вышли из зала. Мы последовали за ними. Во дворе, негромко переговариваясь, уже стояли несколько боевых магов и отряд стражников, числом человек в двадцать. При появлении охотников они подобрались, вопросительно поглядывая на тана Тюрона, вышедшего вслед за охотниками.

– Недоразумение исчерпано! – улыбаясь, объявил тан Тюрон.– Претензии сняты! Не так ли?

Охотники, отметив для себя ситуацию, тоже вынужденно улыбнулись.

– Да! – Лэр Партон заставил себя поклониться группе боевых магов.– Гарантирую, что охотники не будут заглядывать сюда, пока практиканты находятся в этом месте.

Когда охотники удалились, тан Тюрон подошел ко мне:

– Колин, зачем ты баловался с пульсаром?

– Я решил показать им, что мы достаточно сильны,– смущенно сказал я.– А что?

– Не надо было расшифровывать себя полностью,– серьезно сказал Тюрон,– боевой маг всегда должен держать в рукаве парочку козырей.

– Ага! – задумался я.– Как говорят в Канзасе, «если умеешь считать до десяти, остановись на восьми». Так?

– Я не бывал в вашем Канзасе,– спокойно ответил тан Тюрон.– Видимо, там живут очень здравомыслящие люди.

– Живут,– согласился я.– Поэтому, для того чтобы лишний раз не считать, они палят друг в друга из своего оружия. Чем меньше врагов, тем меньше считать.

– Еще одна здравая мысль,– вынужден был согласиться тан Тюрон.

Глава 5

Проснулся я неожиданно. Среди ночи. Чего, спрашивается? Может, чего захотелось? Так нет! Вроде ничего не хочется… Вот! Душно! Я встал с кровати и, шлепая босыми ногами по полу, прошел к окну. Поднял раму и с наслаждением подставил лицо потоку прохладного воздуха, начавшего вливаться в нашу с Тимоном комнату. Хотел выяснить, есть ли тут луна? Пожалуйста! Вот она! Большая, полная и светит, зараза, как прожектор! А это что там движется? Мое внимание привлекла фигура, появившаяся в начале нашей улицы, достаточно широкой по меркам Лука. Движения какие-то неправильные. Я подскочил к кровати Тимона и затряс его за плечо. Начало гневной тирады о его нелестном мнении обо мне я грубо прервал, зажав ладонью рот Тимона. Несколько мгновений понадобилось ему, чтобы прийти в себя и осознать мои действия. Отпихнув мою руку, он резко сел на кровати.

– Что случилось? – хриплым со сна голосом спросил Тимон.

– Посмотри, на улице,– шепотом пригласил я,– там что-то непонятное!

Тимон быстро встал и подошел к окну. Некоторое время он молчал, вглядываясь в фигуру, которая медленно ковыляла по улице.

– Зомби! – наконец выдохнул Тимон, подхватывая со стула штаны и рубаху.– Одевайся! Проследим за ним!

– А может, просто шарахнуть в него чем-нибудь? – предложил я, торопливо натягивая штаны.

– Шарахнуть всегда успеем,– ответил Тимон, надевая ботинки,– а вот проследить, куда он прется, шанс есть!

Мы скатились вниз по лестнице и выметнулись за ворота. К счастью, хозяин их запереть не озаботился! Фигура зомби маячила уже в другом конце улицы. Мы рысью, стараясь бежать бесшумно, устремились за ней. Примерно три четверти часа мы таскались за бредущим зомби по городу. Наконец он подошел к какому-то покосившемуся зданию и стукнул в дверь. Она тихо отворилась, и зомби вошел внутрь. На улицу выскользнула какая-то личность в темной одежде, внимательно осмотрелась по сторонам и снова юркнула в дверь, закрыв ее за собой. Нас не заметили. Ну не дураки же мы торчать посреди улицы, привлекая к себе внимание!

За завтраком, когда мы всей группой сидели за столом и активно заправляли организмы топливом на первую половину дня, я негромко сказал:

– Интересные дела тут творятся! Зомби ночью по улицам вовсю шастают!

Мгновенное прекращение потребления пищи со стороны моих друзей свидетельствовало о том, что мое замечание дошло до сознания и вызвало интерес.

– Ну? – подбодрил меня Жерест.

– Гну! – отозвался я.– Мы с Тимоном проследили его. Если не хозяина, то помощника можно поймать.

– Где? – деловито спросил Тартак, вытирая рот рукавом и поднимаясь.

– Третий дом по улочке Крипса Кайла.

– Подожди, Тартак! Присядь! – Я наклонился над столом и понизил голос, заставляя тем самым других приблизиться ко мне.– Мы, конечно, можем нанести туда визит всей компанией, но что это даст? Ну разнесем мы эту халабуду вдребезги и пополам, ну придавим хозяина. А если это мелкая сошка? Тогда рыбка покрупнее упадет на дно и… Лучше давайте все как следует обсудим.

До начала дежурства было еще время, и мы, собравшись в комнате девчонок, решали, как быть.

– Ребята, а может, все-таки предупредить тана Тюрона? – задумчиво сказала Гариэль.– Наверное, этот вопрос должны решать власти города.

– Ага! – скептически отозвался Тимон.– А нас просто ототрут в сторонку и запретят даже приближаться к этому делу!

– Не-а,– заявил Жерест,– я так не согласен! Самое интересное пропустим!

– А что может быть интереснее, чем палицей по кумполу? – пробасил Тартак.

– Может быть, интереснее,– сказал я,– очистить город от нечисти. Раньше же не было ее. Она появилась только в последнее время. Это тан Горий сам сказал.

– Вот и я говорю! – согласился Тартак.– Палицей по…

– Дальше мы уже знаем! – прервал Фулос.– Тут надо тоньше сработать!

– Мальчишки! Мы тоже участвуем! – заявила Аранта.– А то отстранили нас от патрулирования, сидим здесь, киснем! Я вот уже квалификацию начала терять. Даже, по-моему, толстеть стала. Это дискриминация чистой воды!

– Успокойся, Аранта! Чистую воду никто дискриминировать не собирается,– расплылся в улыбке Тимон.– Конечно, вы тоже участвуете!

Постановили, что каждую ночь будут дежурить по два человека. Один – чтобы проследить, другой – чтобы прибежать и поднять остальных. Распределили пары. Мне выпало дежурить вместе с Тимоном. Самое то! Беспокоило одно: успеть бы до следующего этапа практики. Контроль дороги – заключительный и самый долгий этап. Ничего, у нас есть еще пять суток!

Повезло Жересту с Харосом на третью ночь. Мы с Тимоном проснулись от стука в дверь. Я открыл ее. На пороге стоял Жерест.

– Скорее! Мы засекли, как зомби вышел из той хибары. Харос следит за ним, а я рванул сюда.

Мы торопливо оделись, пристегнули рапиры и тихо спустились вниз. Там уже стояли Аранта с мечами за спиной, Гариэль с колчаном стрел и луком в руках. Тетива пока не была натянута, но я знал, что для эльфийки это секундное дело. Фулос с улыбкой наблюдал за разговором Тартака и хозяина постоялого двора Патрикия. Тартак одной лапой обхватил последнего за плечо и, мило ему улыбаясь, тихо втолковывал:

– Уважаемый, вы спали. Спали и ничего не видели. Правда?

Палица Тартака угрожающе близко покачивалась перед лицом хозяина.

– Но, тан Тартак,– проблеял Патрикий,– все же знают, что у меня бессонница.

– А я вам снотворного дам. Сильного. Быстродействующего,– ворковал Тартак.– Будете спать как убитый.

– Не надо! – пискнул Патрикий, испуганно косясь на палицу.

– Так ведь даром! – удивился Тартак.

– Лучше я скажу, что был в подвале, продукты перебирал,– нашелся Патрикий,– и ничего не видел и не слышал!

– Логично! – задумчиво буркнул Тартак.– А может, все-таки снотворного?

– Я уже сейчас лезу в подвал,– заторопился Патрикий.

– Ну хорошо! В подвал так в подвал,– согласился Тартак.– Только не шумите там – постояльцы спят!

По ступенькам быстро сбежала Морита, застегивая на ходу пояс с мечом.

Мы тенями выскользнули за ворота и быстро побежали в сторону хибарки.

Ночной Лук проносился мимо нас безлюдными улицами. Люди не рисковали выходить ночью. Стража уже давно прошла, и тишину нарушало только легкое шуршание наших ног и редкие тихие чертыханья Жереста, путавшегося в улицах Лука.

Наконец показалась знакомая подворотня, в которой мы с Тимоном проторчали всю прошлую ночь, переговариваясь хриплым шепотом, зыркая по сторонам и хватаясь за рапиры, когда мерещилось что-то подозрительное. Я осторожно выглянул из-за угла, потом махнул ребятам, и мы быстренько переместились в эту подворотню. Хароса пока не наблюдалось, но не прошло и пяти тактов, как он появился. Он махнул нам рукой, и мы снова понеслись по ночным улицам.

Харос уверенно вел нас вперед и скоро остановился у вполне приличного дома, прилегающего к городской стене.

– Вон туда зомби зашел,– прошептал он.

– Ты уверен, что это зомби, а не человек? – спросила Аранта, подойдя к нам.– Не хотелось бы ворваться туда и напороться на пустышку.

– Зомби! Самый натуральный! – убежденно сказал Харос.

– Надо, наверное, постучать? – спросил Тимон.

Тартак согласно кивнул и постучал... палицей!

Дверь вылетела после первого же стука. Второй стук прозвучал, когда дверь грохнулась на пол.

– Танцуем! – скомандовал я.

Мы всей толпой ввалились в дом. Дом, оказывается, не спал. В слабоосвещенной прихожей на стук испуганно оглянулся неприметный человечек в длинном халате с закатанными рукавами и ночном колпаке с бумбончиком на конце. Перед ним на столе лежало человеческое тело. В руках человечка поблескивали какие-то инструменты. Увидев нас, он бросил инструменты и ринулся к двери, находившейся напротив входной. Размытой тенью мелькнула Аранта, и вот у груди резко затормозившего человечка поблескивают сталью парные клинки. Хозяин домика резко отпрыгнул назад и напоролся на приблизившегося Тартака, чья мощная лапа ухватила человечка за шкирку и вздернула вверх.

– Шустрый какой! – восхитился Тартак.

– Попался, некромантик! – Я подошел к безвольно повисшему хозяину.– Ну что делать будем?

– А чего тут делать? Палицей по...

– Знаю! По кумполу успеем,– прервал я Тартака на любимой фразе,– сначала побеседуем.

– Так вот кто наводит нечисть на город! – Гариэль тоже подошла к нам.– Зачем ты это делал, негодяй?

– Я не виноват! Это все Серый Гвидо! – просипел человечек.

– Кто такой Серый Гвидо? – задал вопрос я.

– Хозяин лавки «Последний путь». Отпустите меня!

Тартак взглянул на меня. Я утвердительно кивнул – мол, куда он денется? Тартак разжал руку. Человечек кулем рухнул на пол.

– А ты кто такой? Случайно не заблудший ангел? – иронично спросил я.– Если ты не виноват?

– Меня зовут Хриптон,– человечек кряхтя поднялся с пола,– я некромант. Слабый, правда, могу делать только зомби третьего и четвертого уровня.

Скрипнула дверь. Я мгновенно обернулся. В дверь, подволакивая ногу, двинулся зомби, и тут же его унесло обратно, не без помощи боевого пульсара и трех «воздушных кулаков». Гариэль послала вслед остаткам от зомби зеленую молнию. Дверь захлопнулась.

– Жерест, пойди проверь! – распорядился я и обратился к изрядно струхнувшему при виде демонстрации наших боевых возможностей Хриптону: – А ты продолжай! Зачем Серому Гвидо зомби?

– Мне тоже интересно! – раздался голос от дверей.

Боевой пульсар, рефлекторно вырвавшийся из моей руки, поглотило зеленое сияние вокруг тана Тюрона.

– Представляешь, Широн,– сказал тан Тюрон, заходя в домик и делая вид, что не заметил моего пульсара,– мы готовим операцию, тщательно прорабатываем ее детали. Распределяем роли. Не спим несколько суток. И вот, когда все готово и мы предпринимаем последние шаги, приходит толпа неучей и шутя делает то, на что мы потратили столько времени! И где, спрашивается, справедливость?

– Не знаю, Хризмон. Тут ее точно не наблюдается,– заходя вслед за Тюроном, ответил тан Широн.– Да еще, в завершение всех забот, боевым пульсаром угостят. Хорошо, что ты защиту догадался поставить!

– Защита – дело не лишнее, если имеешь дело с этими бандитами. Особенно надо остерегаться вон того – большого и вот этого, пуляющего пульсарами чуть что! Остальные, правда, тоже не подарок! – изрек тан Тюрон и повернулся к Хриптону.– Ну так зачем нужны зомби?

– Не знаю,– проблеял тот.– Гвидо с ними что-то делает, и они начинают жаждать крови.

– А так они, значит, мирные овечки и травку щиплют? – поинтересовался тан Тюрон.

– Ну вообще-то я маг слабенький, и у меня не получаются кровожадные зомби,– заюлил Хриптон,– да и держатся они недолго – денька три-четыре.

– А зачем ты в это дело влез? – вмешался тан Широн.– Что, не терпелось свои некромантские навыки использовать?

– Гвидо угрожает мне. Он сказал, что если я не буду делать, то все узнают, что я некромант. Вы же понимаете, чем мне это грозит.

– Ладно. Придется заняться твоим Гвидо.– Тан Тюрон нахмурился и повернулся к нам.– А вы, сыщики несчастные, брысь домой спать! Быстро!

Мы шли на постоялый двор. Я подумал: «Эх, такую операцию на корню сломали! Но с другой стороны, если тан Тюрон будет заниматься Гвидо, то кто тогда будет заниматься нами?»

Глава 6

ЛИРИЧЕСКОЕ ОТСТУПЛЕНИЕ

Инструктаж тана Фортуната, контролера дороги

Уважаемые студиозы!

Все собрались? Ого! Тут даже один тролль есть!

А вы, простите, кто?.. Знаменитый Жерест Рыжий? Никогда не слышал.

Контроль дороги. Это, пожалуй, слишком сильно сказано. Нас, контролеров, всего пятеро. Вахты несем поочередно. И, естественно, один маг на всю дорогу – это не контроль, а насмешка. В чем заключается наша задача: курсировать вдоль дороги и замечать все, что представляет потенциальную опасность для караванов. К сожалению, очень часто опасность не потенциальная, а реальная. В этом случае есть два решения.

Первое – ликвидировать опасность. При этом очень большая вероятность того, что не вы ликвидируете опасность, а она ликвидирует вас. Прошу это учесть.

Второе – заметив опасность, брать ноги в руки и с максимальной скоростью удаляться от нее, оповещая всеми доступными средствами об опасности. Либо соберутся все маги региона и сообща задолбают опасность, либо придется затаиться и перезимовать до тех пор, пока опасности не надоест находиться вблизи дороги.

Я слышал, что вы достаточно сильны и можете совладать с определенными представителями нечисти. Так вот, я не хочу проверять, насколько это соответствует истине. Вы все слушаете меня и выполняете мои приказы беспрекословно!..

А я сказал – БЕСПРЕКОСЛОВНО! Иначе ваши рыжие волосы – это все, что останется от Жереста Рыжего! Спасибо, тролль! Я сам не могу дотянуться, чтобы дать ему подзатыльник...

Если я скажу: упасть и слиться с местностью – вы падаете и сливаетесь! Это не касается вас, тролль… Как?.. Очень приятно! Это не касается вас, Тартак. У вас только одна задача: сразу с максимальной скоростью удаляться. Вам слиться с местностью не светит. Вполне возможно, что мы догоним вас, и вполне возможно, не все. Отдыхайте! Завтра выезжаем.

Идея спрыгнуть на поиски эльфов во время контроля дороги, конечно, хороша. Я даже знаю, как это сделать. Но прыгать надо с умом. Вечером мы собрались в комнате девочек на совещание. Тартак прицепил на дверь листок с надписью: «Не вхадить! Прибью!» – и рисунком: на голову человека опускается большая дубина. Гариэль прочла, улыбнулась и, сняв листок, просто запечатала дверь пологом молчания.

– Ну как действовать будем? – задал первый вопрос Жерест.

– Надо, чтобы в момент ухода тан Фортунат был не с нами,– задумчиво сказал я.– Ведь стопроцентно постарается не пустить!

– Не проблема! – Тартак любовно погладил свою палицу.

– Ты чего,– возмутилась Морита,– с дуба упал? Тан Фортунат – свой! Его нельзя вот так!

– У меня есть идея! – вмешался я.– Отсутствие тана Фортуната беру на себя. Наша задача обойти город и добраться до противоположного конца долины и вернуться назад. Что-то мне подсказывает, что эльфы если они и есть, то там, в противоположном конце. Вопрос в том, чем мы будем питаться и как нам защищаться.

– С питанием проблем быть не должно.– Морита откинулась на спинку стула.– Я, Тартак и Гариэль сможем обеспечить нас дичью. Возьмем сухари, крупу и специи с солью. Аранта купит все это.

– Сканирование окружающего я возьму на себя,– улыбнулась Гариэль,– все-таки я закончила три курса Зеленой стражи и это делать умею. Также могу определить, справимся мы или нет.

– Ого! Что же ты молчала раньше? – Я был в шоке.– Я думал, что ты такая же, как и мы,– новичок.

– Просто не было нужды,– пожала плечами Гариэль.

– Когда мы это сделаем? – Тимон старался казаться спокойным, но видно было, что он возбужден.

– Когда будем готовы,– ответил я.– Думаю, что пару дней надо будет добросовестно выполнять все, что скажет тан Фортунат. И надо, чтобы он привык к тому, что при нас всегда набитые походные мешки.

– Да, и что он про нас подумает, увидев эти мешки? – покачала головой Аранта.

– Что мы – мешочники и сквалыги! – хмыкнул Фулос.

– Пусть думает что хочет,– отмахнулся я,– нам надо это сделать, и мы это сделаем! У каждого в мешке должна быть одежда и все самое необходимое! Помните: тан Тюрон – дракон-оборотень! Он наверняка бросится нас искать! Это значит, что на открытое место нам выходить нельзя. Двигаться придется быстро. Надо пробежать сто верст туда и столько же обратно. Держаться всем вместе! Есть вопросы?

– Да чего там! – кивнул Тартак.– Ждем твоего сигнала.

Утром у тана Фортуната, увидевшего нашу выстроенную и одетую по-походному колонну, глаза медленно полезли на лоб.

– Вы что, на войну собрались? – спросил он.– Конечно, столь серьезное отношение к заданию похвально, но не стоит так фанатично!

– Все свое носим с собой! – браво отчеканил Жерест.

– Вдруг нам придется на заставе переночевать, а тут вещи без надзора! – рассудительно произнес Тимон.

– У меня каждая мелочь мила моему сердцу, и если она пропадет, я очень расстроюсь. Вы видели расстроенного тролля? – Тартак прочувственно хлюпнул носом.

– Лучше не видеть! – подал голос я.– Обычно после этого уже никто ничего не видит!

– Да ладно,– рассмеялся тан Фортунат,– потаскаете так вещи, сами их бросите! Вообще-то достаточно запаса еды и оружия.

Ага! Знал бы он, что запаса еды у нас хватит на прокорм роты полного состава!

Фортунат оказался джентльменом! Он раздобыл повозку, в которую запряг своего коня. На этом коне Фортунат обычно контролировал дорогу. Итак, впереди важно шел конь, за ним тащилась повозка. На повозке лежали наши мешки. На мешках сидели наши девочки. Сразу за повозкой шел тан Фортунат. За ним все остальные. Замыкал эту процессию Тартак собственной персоной.

Вот таким образом мы начали первый контрольный рейд. Когда добрались до городских ворот, пришлось остановиться. Стражник вышел из привратной сторожки, позевывая и таща за собой алебарду.

– Ну куды прете? Караван будя завтра! Без каравану пущать не велено… – начал было он.

– Это тан Фортунат! Открывай! – крикнул, выходя вперед, наш предводитель.

Раздался громкий стук челюсти стражника, упавшей на мостовую. Стражник ошалело смотрел на нашу группу «коммандос».

– А…а…а! – Этот звук раздавался, пока стражник подтягивал челюсть на место.– Тан Фортунат! А енто хто?

– Практиканты из Школы. Понятно?

– Ага! – По лицу стражника было видно, что НЕ понятно, но лучше согласиться и избавиться от мага, который вдруг сошел с ума.

Стражник подошел к воротам, откинул массивную щеколду и, покраснев от натуги, начал раскрывать створку ворот.

– Эй! А взглянуть за ворота? Там же может быть что угодно! – строго спросил тан Фортунат.

– А вы на шо? Ежели там чегой-то будет, шмальнете какой-нибудь молнией али еще какой пакостью!

Стражник наконец справился со створкой и отошел в сторону.

– А дозвольте спросить: энти прахтиканты, они теперь завсегда с вами ходить будут?

– Сначала, дней пять, да! Потом со сменщиком таном Бугримом. Учатся они, понятно?

– Ух ты! Учатся! И девки учатся?

Со стороны Аранты вылетел красный шарик фаербола, и, описав дугу, врезался в кормовую часть стражника.

– Ага! Понял! Учатся! – сказал стражник, потирая пострадавшее место.

Мы шли, бдительно поглядывая по сторонам. Я лично бдительно искал место, где можно сравнительно быстро и легко свалить с дороги. Гариэль, по-моему, занималась тем же. По моим прикидкам, лучшее место – это верст десять – двенадцать от города. Лес, вплотную подступавший к дороге, иногда отходил от нее, образуя открытые плеши болотистых низин. Деревья стояли близко друг к другу. Мало того, они еще были переплетены какими-то лианами. Так просто нырнуть в чащу представлялось затруднительным. Я занес в память всего два места, где звериные тропы пересекали дорогу: на девятой и тринадцатой версте. Не фонтан, но пойдет.

Гариэль, сидя на повозке, держала на коленях свиток и время от времени делала в нем какие-то пометки. Я встретился с ней взглядом. Она чуть заметно кивнула. Нормально! Вдруг Гариэль напряженно выпрямилась и подняла руку. Мгновенно мы все схватились за оружие. Тан Фортунат изумленно охнул. Мы остановились. Прямо перед нами на дороге стояла какая-то тварь. Ростом с приличную корову, она была покрыта длинной шерстью пепельного цвета; красные бусинки небольших глаз в упор рассматривали нас.

– Не шевелитесь! Это болотный клык! – услышал я негромкий голос тана Фортуната.

– А это поможет? – последовал такой же негромкий вопрос Фулоса.

– Не уверен,– обнадежил нас тан Фортунат.

– Такого в моей коллекции нет,– обиженно заметил Тартак.– Оно на что способно?

– Оно способно сожрать нас всех вместе с конем! – с панической ноткой в голосе просветил нас тан Фортунат.

После этой фразы руки Гариэль начали наливаться изумрудным свечением, а в моей левой ладони сформировался боевой пульсар приличных размеров.

– Магия его не берет,– с отчаянием сказал тан Фортунат.– Он обладает способностью отражать любые заклинания.

Клык медленно двинулся в нашу сторону.

– Ну все! – обреченно выдохнул Фортунат.

– Есть у меня одно заклинаньице,– пробурчал Тартак, мягко выдвигаясь вперед,– попробую, может, не отразит…

– Отразит! – безнадежно сказал тан Фортунат.

Рядом с повозкой возникла фигурка Аранты с парой обнаженных клинков. По скорости, с которой это было сделано, я понял, что она вошла в темп. Я впитал пульсар и, настраиваясь, придвинулся к ней.

Болотный клык раззявил пасть, которая оказалась очень приличных размеров, и, ускоряясь, двинулся к нам.

– Мое? Вряд ли! – рявкнул Тартак и, раскручивая палицу, бросился к твари. Мы с Арантой рванули за ним, охватывая с двух сторон клыка. Болотный клык взвился в прыжке. Прыжок был остановлен мощным встречным движением палицы Тартака. Тварь опустилась на все четыре лапы. Видимо, удар тролля потряс ее. Я подскочил с правой стороны и резанул по задней лапе. Рядом со мной материализовалась Аранта, нанося слаженный удар двумя клинками по левой лапе. Мы тут же отскочили. Тварь взревела, задние лапы подкосились, но с удивительным проворством она повернулась к нам. Не находись мы в темпе, она бы нас достала. Тартак, хакая, как дровосек, рубящий дерево, нанес еще один мощный удар по загривку твари. Клык, уже гораздо медленней, начал поворачиваться к Тартаку. Но тот вошел в раж! Удары посыпались градом! Мы с Арантой подскочили к твари вновь и, переглянувшись, вонзили три клинка под лопатки болотного клыка.

Вытирая вспотевший лоб, я взглянул в сторону повозки. Ребята стояли полукругом перед ней. На острие находился Харос. Рядом с ним, прикрывая правую сторону, стояли Фулос и Морита. Левую сторону, соответственно, прикрывали Жерест и Тимон. На повозке во весь рост стояла Гариэль с натянутым луком в руках. Тан Фортунат стоял чуть в стороне, с нескрываемым изумлением глядя на нас. Тартак, бормоча о том, что башка твари слегка повреждена, но ничего, сойдет и такая, шагнул к повозке и начал там рыться в поисках топора.

– Я слышал, но не верил,– слабым голосом сказал тан Фортунат.

– Что это вы слышали? – подозрительно прищурился на него Жерест.

– Что вы очень сильны, несмотря на то что только первокурсники.– Тан Фортунат подошел к повозке и изможденно на нее оперся.

– Ну что вы! – невинным голосом сказал Тимон.– Мы еще многого не знаем. Вот когда мы войдем в полную силу…

Тан Фортунат явственно вздрогнул.

– То тогда лучше быть вашим другом! – закончил он.

– А как получается, что тут мы встречаем только светлых магов? – задал вопрос я.– За все время я не видел здесь ни одного темного.

– А зачем им? – пожал плечами Фортунат.– Своя шкура, знаете ли, дороже! Им это неинтересно – стоять на страже, рисковать ради других. Алмазы они могут получать другим путем, не требующим таких жертв.

Тартак тем временем закончил упражнения мясницким делом и, оттащив обезглавленную тушу на обочину, подошел к нам, заворачивая в тряпку голову болотного клыка. Ее он засунул в свой бездонный мешочек и повернулся к нам.

– А тут еще есть какие-нибудь зверушки? – Глаза Тартака горели нешуточным азартом.

Эй, он со своей страстью собирательства голов монстров может нам всю задумку испортить!

– Дружище,– обратился я к нему,– ты бы сначала в порядок привел все то, что успел урвать!

– Я не рвал,– оскорбился Тартак,– я честно отрубил это все!

– Ну не рвал! Ну отрубил! Все равно привести в нормальный вид ты это должен? А то вон два экспоната уже попахивают!

– Чего попахивают? – Тартак сунул нос в свой мешок.– Нормальный запах!

– Ты этим нормальным запахом всю живность в округе распугиваешь,– улыбнулась Гариэль.– Только вот болотный клык сдуру к нам вылез!

– Да? – Тартак в задумчивости почухал тыковку.– Ладно! Сегодня займусь!

– Только помни, что кровь кошара – ядовита! – напомнила Морита.

Тан Фортунат во время этого препирательства смотрел на нас круглыми глазами.

– Вас что, совершенно не интересует то, что вы уничтожили тварь, которая считалась неуязвимой? – оторопело спросил он.

– Считалась неуязвимой до сих пор! – подняв палец, поучительно уточнил я.– Подождите! Наш Тартак еще проведет инвентаризацию вашего зверинца и заставит пересмотреть многие понятия, до сих пор считавшиеся незыблемыми!

Сегодня день «Х». Все поглядывают на меня с нетерпением. Чувствуется некоторое напряжение. Слишком бодрая речь, слишком громкий смех! Так нельзя! Тан Фортунат – не дурак! Почувствует что-нибудь, и наша задача усложнится! А она и так не из легких. Надо снять напряжение! До выхода остался час, но мне хватит и нескольких минут. Я достал из своего мешка лепешку взрывчатки и кивнул в сторону комнаты девушек. Все торопливо туда направились. Когда расселись, я попросил Гариэль установить полог неслышимости.

– Тартак! Держи! – Я протянул лепешку нашему троллю.

– Это что? – Он недоуменно смотрел на лепешку.

– Когда я дам знак, ты забросишь ее подальше от дороги,– сказал я,– в это время Жерест должен отвлечь внимание тана Фортуната каким-нибудь вопросом. Учти, Жерест, все внимание его должно быть привлечено к тебе! Идеально было бы, чтобы он вообще не смотрел в сторону Тартака! Когда мы будем недалеко от тропы, лепешка взорвется. Будь тан Фортунат один, он бы развернул коня и помчался посмотреть, что происходит. Я думаю, что он распряжет коня из повозки и поедет один. В это время мы и нырнем в лес. Двигаться надо будет быстро! За время, которое потребуется тану Фортунату съездить туда и обратно, мы должны покрыть максимальное расстояние! И расслабьтесь вы! Иначе он сразу сообразит, что дело тут нечисто! Выходим! Жерест, расскажи какую-нибудь байку посмешнее.

Когда тан Фортунат вошел во двор нашего отеля, мы покатывались со смеху! Жерест в лицах рассказывал, как его учили воровать. Учитель сам был вором-неудачником! Описания того, что из учебы вышло, когда приступили к практическим занятиям, и как из создавшейся ситуации выкручивались, вызывало взрывы нашего смеха!

– О! Я вижу, у вас хорошее настроение! – с удовольствием сказал тан Фортунат, подходя к нашей группе.– Ну что, выступаем?

Я кивнул Жересту, и тот, вырвавшись чуть вперед, остановился перед магом:

– Тан Фортунат, разрешите вопрос?

– Задавай! – кивнул маг, остановившись.

– Вот нам все говорят, что темных магов значительно больше, а мы в основном видим светлых. Почему?

Фортунат некоторое время рассматривал Жереста, а потом, вздохнув, сказал:

– Когда я учился, у нас в группе светлыми были я и еще двое моих друзей, а группа составляла двадцать три человека.

Тан Фортунат продолжил движение, мы двинулись следом. Жерест пристроился рядом с магом.

– И что интересно! После выпуска двадцати магов как будто и не было вовсе! Темные не любят афишировать себя. Они делают свои дела для себя, а окружающим от этого приятного мало!

Тартаку цены бы не было на соревнованиях по метанию гранаты. Особо не размахиваясь, он так запулил лепешку, как не смог бы никто! Жерест выполнил свою задачу. Внимание Фортуната было приковано к нему, и наставник не заметил движения Тартака и мелькнувшую темную точку лепешки.

Первая часть плана реализована. Переходим ко второй! Только бы получилось!

Когда мы приблизились к тропе, на которую собирались свернуть, я сосредоточился и послал импульс, активизирующий взрывчатку. Над лесом взметнулся столб черного дыма, и только через несколько секунд тяжело ахнуло. Земля ощутимо вздрогнула у нас под ногами. Мы резко остановились. Тан Фортунат напряженно вглядывался в столб черного дыма, потом беспомощно оглянулся на нас.

– Да выпрягайте коня и поезжайте, посмотрите, что там такое! – не выдержал я.– Ничего с нами не случится! Тимон, помоги!

Мы с таном Фортунатом стали выпрягать коня из повозки, а Тимон бросился к передку – вытаскивать седло и уздечку, которые всегда там лежали. Быстро накинули потник, водрузили седло, затянули подпругу, и вот уже тан Фортунат пускает своего Портягу (а именно так звали коня) в галоп.

Как только конь с всадником на спине скрылся за поворотом, мы бросились к повозке за своими мешками. Тартак также прихватил и топор. Перед тем как рвануть в лес, мы приостановились, решаясь. А то! Стремно ведь!

Глава 7

Первым решился Тартак. Я давно заметил: если тролль начал что-то делать, то потом не раздумывает, что будет, а решительно и без колебаний идет по намеченному пути. Другое дело, что намеченный путь очень напоминает прямую из точки А в точку Б и совершенно не учитывает возражений встречающихся на этой прямой индивидуумов.

Тартак быстро шагнул на тропу и двинулся в глубь леса. За ним, стараясь не валить по пути деревья, двинулись все остальные. Порядок движения выработался у нас раньше, и сейчас все привычно заняли свои места. Впереди шел Тартак. В который раз удивляюсь, что встречные ветки мешают ему меньше, чем мне, хотя я значительно мельче. За Тартаком следовали Харос и Фулос. Харос контролировал левую сторону, а Фулос правую. За братьями практически скользила Гариэль. Ну лес – это ее среда, она его чувствует, а он – ее. Далее мягким шагом, как большая, но очень опасная кошка, двигалась Аранта. Морита шагала упругой походкой привыкшего к дальним переходам охотника. Жерест с Тимоном шли, контролируя стороны с тыла. Замыкал нашу походную колонну я. Моя задача была прикрывать нас всех сзади. Двигались быстро, стараясь отойти от дороги на максимальное расстояние. По моим расчетам, пока Фортунат определится, что там случилось, пока вернется к месту, где нас оставил, пока будет звать, потом еще потратит время, отправившись в город – сообщить тану Тюрону, поскольку в лес он один не полезет… Короче, у нас есть фора в пару-тройку часов.

Лес по бокам тропы не вдохновлял! Хмурый и негостеприимный какой-то. На мой взгляд, очень густой подлесок мог скрывать всякие неприятные вещи типа змей и другой гадости, которая тут водится. Хорошо, что кроны деревьев сомкнулись над нами в сплошной зеленый свод, не пропускающий солнечных лучей. Сверху нас не увидеть, да и приземлиться дракону негде!

Мы пробежали по тропе километров шесть, когда лес вокруг начал меняться. Стали попадаться деревья поистине гигантских размеров. Лиан, обвивающих стволы и переплетающих промежутки между ними, стало меньше. Меньше стало и кустарника. Взгляд все дальше мог проникать в глубины окружающего нас леса. Тартак вскинул вверх раскрытую ладонь и махнул вправо, указывая на ствол огромного дерева, стоящего чуть в стороне от тропы. По ковру из опавших прошлогодних листьев, между которыми кое-где пробивалась трава, мы подбежали к нему и, глубоко дыша, побросали мешки и присели на корни, подходящие под определение скамеек.

– Появились просветы в кронах,– тихо пророкотал Тартак.– Надо двигаться так, чтобы нас не было видно сверху.

– И, наверное, надо сойти с тропы,– добавил я.– Поисковая группа наверняка может найти эту тропу и пойти по ней.

– Я не думаю, что поисковая группа будет углубляться далеко в лес,– покачал головой Фулос,– в лучшем случае они пройдут пару верст и вернутся назад. В городе не хватает магов для обороны, и они не рискнут отрывать большие силы для поисков.

– Гариэль, а что такое белое и имеет форму облака? – вдруг спросил Жерест.

– Где ты такое увидел? – встрепенулась Гариэль.

– А вон там,– флегматично ответил Жерест, показывая пальцем.

Гариэль всмотрелась в указанном направлении и побледнела:

– Ребята, нам с этим не справиться!

Несмотря на ее пессимистическое заявление, в приближающееся облако полетели сразу три моих боевых пульсара и несколько «воздушных кулаков». Это не произвело ожидаемого впечатления на создание. Оно решительно направилось к нам.

– Эта тварь питается магией! – отчаянно крикнула Гариэль.

Я попытался рассмотреть ауру этого создания и увидел странную картину. Сама тварь виделась черным пятном, из которого, извиваясь по-змеиному, в разные стороны торчали черные же щупальца. Несколько щупалец были направлены в нашу сторону. Почему? Ага! Ясно! От нас к твари тянутся еле видимые следы наших магических ударов. Я не знаю, как у меня получилось, но я отсек эти следы от нас. Тварь остановилась и начала хаотически выбрасывать щупальца, пытаясь найти хоть какой-то след. Одно из щупалец потянулось к нам.

– Не пытайтесь колдовать! – негромко сказал я, расставив руки и пятясь от приближающегося щупальца.

– А палицей? – поинтересовался Тартак.

– Ты по туману палицей бил? – спросил я, оттесняя ребят еще дальше. Те, молодцы, не сопротивлялись.– Тут будет такой же эффект.

Вдруг с противоположной стороны чудища тоже зашевелились щупальца. Тварь развернулась и, ускоряя движение, рванула в ту сторону.

– Ффух! – облегченно выдохнул я и в изнеможении сел на пятую точку.

– Куда оно? – изумленно спросил Тимон.

– Что-то где-то уловило… – вяло ответил я, сил почти не осталось.– Ребята! Давайте немного передохнем, а?

– Эль! А что это было, а? – Харос присел на корень дерева, торчащий рядом с ним.

– Я читала об этом.– Гариэль озабоченно посмотрела на меня.– Эту сущность называли Убийцей магов. Она чует магию и, приблизившись, высасывает ее начисто.

– И что? Человек умирает?

– Нет. Просто маг становится обычным человеком.

– Ну это еще не страшно! – выдохнул я.

– Не страшно? – Гариэль снова повернулась ко мне.– А ты бы смог снова быть человеком? Простым человеком, без магических способностей?

А действительно! Прошлая жизнь простого человека, без этих магических прибамбасов, казалась мне, в отличие от нынешней, серой и скучной. Нет, там, конечно, были свои радости и яркие моменты, но, согласитесь, по сравнению с событиями последнего года они казались очень мелкими.

– Ты мне лучше скажи,– продолжала меж тем Гариэль,– как ты умудрился эту тварь отвадить? Это не второй уровень, и даже не первый!

– А какой? – глупо спросил я.

– Не увиливай! – Гариэль требовательно смотрела мне прямо в глаза.

– Не знаю! – после некоторого колебания сказал я.– Честно! Если бы знал, то мне бы вообще цены не было! Просто я увидел, что оно тянется щупальцами по следам наших заклятий. Я очень захотел, чтобы эти следы исчезли. А потом… Ну в общем, они и исчезли!

– Ребята! – Аранта беспокойно оглядывалась вокруг.– Надо искать место для ночлега. Ночью всякое может вылезти.

– Точно! – согласился с ней Тартак, очень расстроенный тем, что не у всякой нечисти есть «кумпол».– Там дальше есть какой-то холм. Посмотрим, может, там найдется местечко.

Местечко нашлось, и очень даже неплохое. На взгорке, на высоте примерно роста Тартака, мы обнаружили естественное углубление, в котором все отлично поместились. Распределили вахты. Мне, как самому утомленному, вахтерить не дали! Предложение наших джентльменов – освободить от вахты девчат – было отвергнуто теми с величайшим возмущением.

«Утро красит ярким цветом стены какого-то там Кремля…» Откуда бы это? Песня вроде. Старая, но неплохая. А что красит наше утро?

Я проснулся, полный сил и желания чего-нибудь сотворить. Ого! Да мы же вчера рванули в лес! А сегодня, если мои подсчеты верны… Да, сегодня мой день рождения! Семнадцать лет. В какой-то песне поется, что день рождения – это грустный праздник. Конечно, грустный! Ну как в этой, с позволения сказать, пещере праздновать? С чем праздновать? А вот с кем – есть! Я усмехнулся. Несомненно, мои здешние друзья на Земле произвели бы незабываемое впечатление – с нечеловеческой (буквально) красотой Гариэль и Аранты, «грациозностью» Тартака, больше похожего на самоходный шкаф, даже если бы он воспользовался амулетом.

Так, что мы имеем? Я открыл глаза, приподнялся на локте и осмотрелся. Кто-то из писателей написал бы: «Светало…» Ага! Что-то сильно «светало»! Почему нас никто не будит? Понятно! Жерест, который должен был бдительно нести свою вахту, бдительно дрыхнет! Это наказуемо! Повесим перед его лицом иллюзию… ах, вот! Морда кошара его немного взбодрит, когда он откроет глаза.

Рядом со мной завозился Тимон. Поднял от мешка голову и сразу просчитал ситуацию. Шуметь не стал, а только поменял позу. Сел, с интересом наблюдая за моими приготовлениями. Ну любим мы пакости ближним делать! Так, готово!

– Тартак! Тут кто-то у тебя голову кошара из мешка украл!

Далее события развивались по заранее намеченному плану. Жерест, проснувшись и увидев пред собой башку кошара, рефлекторно произвел на свет «воздушный кулак». Иллюзия не пострадала! А вот Харос, вскочивший на ноги и оказавшийся на линии огня… В это время проснулся Тартак, обеспокоенный пропажей своего, родного… Мощный рев:

– Шо!!! Хто посмел!!!

Нет, все-таки я хорошо запомнил, как выглядит морда кошара. Вон даже Тартак купился! А выше рекомый индивид в данный момент лихорадочно рылся в своем мешочке, проводя ревизию содержимого. Харос наконец отлепился от стены, обернулся, изучая оставшийся на ней контур, потом снова повернулся к Жересту. Вид Хароса был многообещающий.

– Ты чего, Рыжий, творишь, а? – Харос медленно двинулся к Жересту.– Ты чего кулаки распускаешь?

– А он, Харос, тебя за кошара принял,– усмехнулся сидящий рядом со мной Тимон.– Со сна чего не померещится?

– Бессовестные! – раздался голос Аранты.– Выспались и веселятся. Нет чтобы помолчать и подождать, пока другие проснутся!

– И что, ждать, пока часовой проснется? – поинтересовался Тимон.

– Так Жерест спал? – Со своего места поднялась Гариэль. Вид свежий, вроде и не спала!

– Точно,– подтвердил я,– дрых на посту.

– Я не дрых! – возмутился Жерест.– Я просто на какое-то время глаза закрыл.

– Не ври, Рыжий! – заметил я.– Я за тобой полчаса наблюдал. Кстати, и за окрестностями тоже. Выполнял, понимаешь, твою работу. Тут стада нечисти бродят!

– Где? – немедленно заинтересовался Тартак.

– Уже не здесь! – парировал я.– Ты их всех своим ревом распугал.

– Ты понимаешь, чем нам это грозило? – не приняла шутливый тон Гариэль, обращаясь к Жересту.

Тот сидел, печально наклонив голову. Уши его пылали. Мне стало его жаль. Как-то не хотелось попасть на его место.

– Гариэль! Я думаю, что он осознал,– решил вмешаться я.– Ведь правда, Жерест?

Тот покивал. Гариэль некоторое время еще сверлила Жереста взглядом, потом посмотрела на меня:

– Ты слишком добр, Колин. Пока он спал, могло произойти что угодно.

– Так ведь не произошло,– возразил я примиряюще.

– Что значит «не произошло»! – возмутился Харос.– А кто меня в стенку влепил?

– А уходить с линии огня надо было! – ехидно вставил Тимон.– Вот сунулся и получил.

Харос набычился и угрожающе засопел. Рядом с ним тут же встал молчавший до сих пор Фулос.

– Вы еще подеритесь! – неодобрительно сказала Гариэль.

– Кто тут драться собрался? – Аранта мягко шагнула, встав между Харосом и Тимоном, который и не подумал подняться.– Чур, я первая бью!

– Ну да, первая! – Харос мигом утратил боевой запал.– Потом зубы по всей пещере собирать придется!

Тартак шагнул к иллюзии и попытался ее сграбастать.

– Эй, Тартак! Тебе что, одной башки кошара мало? – возмутился я.

Тартак, нахмурившись, смотрел на иллюзию.

– Это кто такое учудил? – наконец поинтересовался он.– Это же иллюзия!

– Именно! – согласился я с ним.

– Иллюзионист! – с отвращением пробурчал Тартак.

Третий день мы движемся по лесу. Под ногами то трава, то прошлогодняя листва, то хвоя, то мох. Лес не везде одинаков. Деревья-великаны сменяются густыми хвойными зарослями, из которых очень легко можно попасть в настоящие джунгли с лианами и прочими прелестями. Мы идем в порядке, который сложился у нас с самого начала. Впереди движется Тартак. Он сменил свою любимую палицу на топор. Палица надежно принайтована к спине Тартака, хотя он может выхватить ее в любой момент. Мы с Тимоном прикрываем тылы. Пару раз мне показалось, что в просветах крон мелькнули алые крылья дракона. Может, действительно показалось? Остальные молчат. Если мы не вернемся с победой… А победа – это эльфы или артефакт. И что нас после этого ждет? Нет, так нельзя! Надо брать пример с Тартака! Вот кто живет по принципу студентов: «Боишься – не делай! Сделал – не бойся!» Вернемся – посмотрим!

Неприятных встреч с нечистью пока больше не было. А вот звери встречались. Вчера перли через малинник. Напоролись на медведя, который пасся среди спелой малины. Ну не обрадовался он нам! А может, обрадовался? Я не специалист в эмоциях медведей. Так вот! Выныривает он перед Тартаком, ревет, скотина, встает на задние лапы. Это, собственно, все, что он успел сделать самостоятельно. Тартак, невежа, ни здрасте тебе, ни извините, недолго думая, влепил медведю с левой. Да так, что бедолагу приподняло и метров пять проволокло по малиннику. Мишка, по-моему, понял все правильно. На «бис» не пошел. Обиженно поскуливая, припустил, подкидывая толстым задом, в глубину леса.

На ехидный вопрос Жереста: а почему бы и у этого башку не отрубить? – Тартак пояснил, что у троллей башка медведя не котируется, а как бы даже наоборот!

– Понимаешь,– объяснял он,– медведи, они несчастные! Ну по крайней мере те, что рядом с нами живут. Троллям дорогу должны уступать. Попробуй не уступи!

Я взглянул на внушительную фигуру Тартака и согласился. Действительно! Попробуй такому не уступи!

– Тролли вообще-то их жалеют,– продолжал тем временем Тартак,– и стараются не обижать.

– А что же ты тогда его по морде? – не отставал Жерест.

– Я – другое дело! – поморщился Тартак.

И наш товарищ поведал нам историю своих отношений с медведями. Когда Тартак был еще отроком и не набрал своих нынешних физических кондиций, он активно работал над тем, чтобы увеличить свою физическую массу. Ну что это за тролль, если его ветром может унести? (В этот момент я хрюкнул от смеха, за что получил укоризненный взгляд Тартака.) Если что и может увеличить массу, то это мед! Да-да! Мед, он очень пользительный для молодого, развивающегося организма тролля! Но вот беда – тролли пасек не держат. Пчелы почему-то не любят троллей. А вот люди пасеки держат! И однажды Тартак отправился к далекому поселению людей, где была такая пасека. Отправился конечно же ночью. Ночью и люди, и пчелы спят. Но не знал Тартак, что медведь пришел к тем же выводам и отправился той же ночью на ту же пасеку, но с другой стороны. Встретились они около очень аппетитного улья. Пока сторож-человек дрожал в сторожке от страха, у Тартака с медведем вышла громкая дискуссия по поводу авторских прав на улей. После веских доводов медведя, подкрепленных двумя увесистыми затрещинами, Тартак вынужден был признать, что медведь, на данный момент, более прав. Тартак так был расстроен безрезультатным походом на пасеку (ну нельзя же два полупустых улья считать результатом!), что с тех пор недолюбливает медведей и бьет им морды, когда никто из сородичей этого не видит.

Глава 8

Тихо потрескивали дрова в маленьком костерке, уютно устроившемся вместе с нами в корнях огромного дуба. Над костром вертелась нога нигами, подстреленной сегодня утром Моритой. Нигами – это что-то вроде антилопы с одним витым рогом на голове. Одна нога уже была пожарена, и ее схарчил Тартак. Нашему троллю нужно кушать больше, чем нам всем. Он большой, и желудок у него большой! Вон лежит и сыто поглядывает на костер. Я делился своими размышлениями с Гариэль и Тимоном. Братья точат мечи. Жерест, морщась от усилий, под руководством Аранты и Мориты пытается овладеть новым приемом ухода от удара и одновременным нанесением ответного.

– Я вот о чем говорю,– вещал я своим слушателям,– мы в пути уже пять дней, а за это время, кроме того облака с щупальцами, не встретили ни одной нечисти. Напрашивается вывод, что вся она концентрируется около города и дороги.

– И заставы! – веско добавил Тимон.

– И заставы,– согласился я.– Какой отсюда следует вывод?

– Да, какой? – поинтересовался Тимон.

– Отсюда следует вывод, что кто-то очень не хочет, чтобы люди покидали эту четко обозначенную территорию!

– Не факт! – отрицательно качнула головой Гариэль.

– Почему? – удивился я.– Смотри, как все вписывается! Здесь великолепные леса. Много пород ценных деревьев. Есть и земли для пахоты! Я уже не говорю о возможных ценных ископаемых! А люди занимают ничтожную часть этих земель, да и то постоянно под угрозой атаки!

– А я думаю, что тут иное,– тихо ответила Гариэль,– нечисть чует эмоции. Для нее отрицательные эмоции как приглашение поесть! Люди наиболее сильно излучают эти эмоции. Ненависть, злость, отчаяние, злорадство, зависть, их хватает для того, чтобы привлечь нечисть со всей округи! Люди сами заперли себя на этом маленьком кусочке земли.

– Не понимаю! – задумчиво сказал Тимон.– Ведь и вы, эльфы, а тем более гномы, тоже имеете эмоции. Почему к вам нечисть не имеет особых претензий?

– Мы умеем закрывать свои эмоции. Гномы в основном живут под землей. Там свои особенности.

Меня разбудил Жерест. Так, очередь на вахту: сидеть и смотреть по сторонам, чтобы вовремя поднять товарищей, если что. Костер почти погас. Только алые всполохи пробегают по прогоревшим дровам, практически не дающим света. Я подкинул пару веток, слушая, как устраивается спать Жерест. Гариэль создала защитный полог имени какого-то там эльфийского мага. Чем хорош этот полог, так это тем, что он не пропускает комаров. Уж чего-чего, а этого добра в лесу навалом! И кусаются эти вампиры (да простит меня Аранта!) не по-детски! Только Тартак и Гариэль не имели с ними проблем. А вот по отношению к крупным представителям фауны принципы действия этого полога мне неизвестны. Вон какая-то тварь уже третий круг наматывает вокруг поляны! На тот случай, если она решит к нам присоединиться, я не в обществе охраны животных! Сама полезла – пускай сама и отбивается!

– Как ты думаешь, полезет? – В негромком голосе Тартака сквозила надежда.

– Тар! Тебе что, тех голов, что у тебя в мешке, мало? – послышался сонный голос Аранты.– Ты и так уже перевыполнил нормы поставки голов в музей имени тебя.

– Нет пределов совершенству! – поучительно сказал Тартак.

– Ну раз уж тебе так хочется… – сказал я. Подобрал желудь и кистевым броском послал его в сторону зеленых глаз. Попал!

Зверюга взревела, как самолет на взлете, и сиганула в нашу сторону. Тартак мигом оказался на ногах с палицей на изготовку. Ага! Зря! На миг вспыхнули кружевные завитки полога, и хищника отбросило назад, на деревья.

– Это нечестно! – возмутился Тартак.

Но противник нам попался упорный! Я заметил, что по ветке, которая находилась как раз над нашим лагерем, ползет темная тень. Оказавшись над нами, большая кошка, или, как ее здесь называют, чащобник, снова зажгла фонари зеленых глаз и начала приготовления к прыжку.

– Вот это другое дело! – одобрительно сказал Тартак, поплевал на ладони и снова ухватился за палицу.

Я услышал веселое хмыканье Гариэль. Чащобник прыгнул. Снова засветилась вязь полога. Чащобника отбросило вверх. Он налетел на ветку, с которой прыгал, и его снова бросило вниз. Вы видели, как в баскетболе игроки с большой скоростью стучат мячом об пол? Если видели, то можете себе представить удовольствие, которое получил чащобник, оказавшись в роли мяча. Возмущенный рев вперемежку с взвизгами создавал незабываемую музыкальную атмосферу! Тартак ошеломленно взирал на это действие. Все остальные покатывались с хохота! Вы спросите, как ночью в темноте мы могли видеть все это? Как раз когда чащобник прыгнул, кто-то запустил осветительный пульсарчик. Маги мы или просто погулять вышли? Эх! Вкусно, но мало! Неудачный отскок, и лес огласился удаляющимся обиженным ревом.

– Эй! Куда? – заревел Тартак, бросаясь вслед за животинкой.

– Стой! – завопил я, но за Тартаком не побежал. Вот еще! Ночное зрение мне пока неподвластно, а считать лбом деревья особой охоты нет!

– Не пропадет! – вынес вердикт Тимон, устраиваясь на одеяле и пытаясь плотнее укутаться в куртку.

Действительно, через некоторое время Тартак вернулся и сел у костра. Появился он совершенно бесшумно. Просто вынырнул из тьмы. Эх, мне бы так уметь! А вот вид у Тартака был ошарашенный. Никогда еще не видел у тролля таких больших глаз.

– Тартак, ты что, на дуб в темноте налетел? – не выдержал я.– Но что-то шума вывернутого с корнем дерева я не слышал. Что случилось?

– Там такое!..– Тартак махнул рукой в направлении «там такого».– Там это…

– Не томи! Рассказывай! – зашевелился вновь Тимон.

– Нет! Не могу,– замотал головой Тартак.– Завтра увидите сами!

– Ты что, издеваешься? – впился взглядом в лицо Тартака я.– Да до завтра мы помрем от любопытства!

– Как же, ты помрешь… Не с нашим счастьем,– вдруг расплылся в злорадной улыбке Тартак.– Ничего я вам сейчас не скажу! Я спать хочу.

Утро наступило внезапно и как-то неприятно. Кажется, только лег, только заснул, так нет. Будят, разгильдяи! Ах да! Тартак что-то ночью видел! Быстренько встал, протер глаза. Очень напрягало то, что не всегда можно было утром помыться и почистить зубы. Ну ничего! Мы стойко переносим тяготы походной жизни. Выпили чаю, заваренного на травах, заедая его эльфийским хлебом, и вперед!

Шагая за Тартаком, я убедился в том, что тролли видят ночью очень хорошо, хотя Тартак сам не распространялся на эту тему. Ни одного поваленного дерева! Пройдя метров сто, мы остановились.

– Мэллорны! – восхищенно выдохнула Гариэль.

– Вот! – торжественно сказал Тартак.– Это твой город?

Я увидел два огромных мэллорна. Эти деревья я видел, когда был у Гариэль в гостях. В обе стороны от них простиралась непроходимая чаща колючего кустарника. А эти два мэллорна образовывали ворота. Вроде бы пройти можно.

Гариэль, склонив голову к плечу, прислушивалась к своим ощущениям.

– Я чувствую магию леса, но что-то здесь не так. Этот город покинут… Стой! – резко сказала Гариэль Жересту, двинувшемуся было к мэллорнам.– На этих воротах стоит охранное заклинание. Я бы не назвала его безобидным.

– Колин,– Тимон пританцовывал от нетерпения,– а давай ты взрывчаткой туда кидани? Так шарахнет, что все охранные заклинания снесет!

– Тимка! Ты в своем уме? – возмутилась Морита.– Сразу все поймут и узнают, где мы. Гариэль сказала, что город покинут. Значит, задачу мы пока еще не выполнили.

– Нет, Тимон! – вынес свое решение и я.– Неизвестно, что нас еще ждет. Приберечь надо. Осталась всего одна лепешечка.

Гариэль еще некоторое время прислушивалась.

– Здесь никого нет! – Она повернулась к нам.– И артефакта нет. Я чувствую старую магию. Охранную магию. Больше ничего!

– А может, они за этой магией маскируются? – Харос пригнулся, внимательно всматриваясь в переплетение ветвей.

– Нет,– покачала головой Гариэль,– фон живой магии скрыть нельзя. Я бы это уловила.

Я закрыл глаза и тоже начал разбираться с этим местом. Какое-то зеленоватое пятно. Стоит на месте стабильно. Ничего не шевелится. Ага! Между мэллорнами темно-зеленая линия. Наверное, это и есть охранное заклинание. В глубине я уловил еще несколько таких линий.

– Эль права,– заявил я,– там никого нет. Кстати, там еще есть такие же ловушки, как и эта.

– Ты видишь? – изумленно уставилась на меня эльфийка.– Ты видишь магию леса? Но это невозможно! Только мой народ может это!

– Не знаю, что там твой народ,– отмахнулся я,– а вот такую же линию я вижу вон там и там. И хватит изумляться! Конечно, большие глаза производят впечатление, но ничего особенного я не сделал. А вон там, по-моему, есть что-то или кто-то.

Я указал на противоположную сторону поляны. Там, за деревом, действительно чувствовалось какое-то движение. Гариэль некоторое время вглядывалась туда, а потом крикнула:

– Termar toron! Men horme quet!

Темная фигура метнулась от дерева в глубь леса. Мы, не сговариваясь, рванули за ней. Я заметил, как бегущий уклонился влево, и бросился наперерез. По паре донесшихся из-за спины идиом я понял, что за мной несется Тимон.

Не замедляя бега, незнакомец метнул что-то в нашу сторону. Передо мной расплылось зеленоватое облако. Я резко затормозил, но налетевший сзади Тимон сшиб меня прямо в облако. Я только успел задержать дыхание и зажмурить глаза...

Глава 9

Полет был недолгим, а приземление болезненным. Хряпнулся фасадом об землю. Это уже тенденция! Не хотелось бы сделать это традицией! Задержанный воздух с радостным «ххук…» вырвался из груди. Несколько долгих секунд желание вдохнуть боролось с нежеланием отравиться. Желание вдохнуть победило. Дышу, уже хорошо! Лицо уткнулось в траву. Провожу ревизию. Конечности вроде целы и фунциклируют. Рядом раздался шорох. Шорох приблизился и голосом Тимона сказал:

– Ну и куда это мы попали?

Я перевернулся на спину и открыл глаза. В просветах листвы было видно голубое небо, краешек облака, неспешно скользящего по небу. Тимон стоял рядом и озирался по сторонам. Я сел и тоже огляделся.

– Опасности я пока не вижу,– облегченно вздохнул Тимон.

– Есть опасность,– флегматично ответил я.

– Какая? – Тимон подобрался, оглядываясь по сторонам.

– Технологическая цивилизация,– я поднялся, отряхиваясь,– человеческая.

– Откуда ты это взял? – полюбопытствовал мой друг.

– Именно отсюда начался мой путь на Магир! – Я указал на дуб с круглым отверстием в стволе.– Понимаешь, нас тут как бы нет сейчас. Есть опасность, что станем подопытными кроликами для военных ученых, а если применим магию, то нас загребет СПМН.

– СПМН?..

– Служба патрулирования магических нарушений.

– Так давай быстренько применяй магию! – Тимон возбужденно подпрыгивал на месте.

– Не спеши! – отмахнулся я.– Раз уж выпала такая возможность, хочу посмотреть, как тут мои.

– Да ведь тебя тут не помнят! – Тимон нетерпеливо смотрел на меня.– Не можешь же ты появиться и сказать: «Привет! Я Колин, а вы мои папа и мама!»

– А я и не собираюсь этого делать! Я просто хочу посмотреть, как они живут тут… без меня.– У меня почему-то перехватило горло и защипало в глазах.

– Ну ладно,– Тимон сочувственно смотрел на меня,– только это надо сделать быстро. Я за наших ребят волнуюсь. Как там они? И за нас, наверное, переживают!

– Так! Надо сейчас избегать сильных проявлений магии! – Я сосредоточенно соображал.– Именно по ним нас могут вычислить. Потом, наши костюмы не годятся!

– А что тебе не нравится в наших костюмах? – Тимон недоуменно осмотрел свое одеяние.

– Здесь такого не носят. Короче, если мы наложим иллюзию – а это слабое проявление магии, особенно если каждый наложит ее на себя,– получится замкнутый контур без выхода наружу. Отследить будет трудно!

– Но я же не знаю, какую иллюзию накладывать!

– Учись, студиоз! – улыбнулся я. Веселое возбуждение от мысли о предстоящей встрече с родными охватывало меня.– Кстати, здесь меня зовут Коля, а не Колин. Смотри не перепутай, Кутузов!

– Это как ты меня обозвал? – нахмурился Тимон.

– А, ладно! Не обращай внимания!

Я закрыл глаза, сосредоточился, вспоминая лекцию тана Харага, увидел себя со стороны. Так, кроссовки, джинсы, чуть протертые на коленях, рубашка в клеточку с длинным рукавом… Ага, еще легкую ветровку не забыть. Сделаем себя блондином и чуть изменим черты лица… Вот, нормально! Я открыл глаза.

– Ну и что это ты с собой сотворил? – скептически прищурился Тимон.– Ты зачем морду поменял?

– Да меня же здесь каждая собака знает! – возмутился я.

– Какая собака? – Тимон аж подпрыгнул.– Ты о чистильщиках забыл? О тебе тут и не помнят.

– М-да,– я почесал затылок,– ну ничего! Пусть будет другое лицо. Предосторожность не помешает.

Тимон закрыл глаза и начал преобразование. Через несколько минут он стоял в точно такой же одежде.

– Нормально! – одобрил я.– Теперь поменяй цвет штанов на черный, а рубашку сделай однотонной и синей. Да, и цвет курточки немного измени.

– Зачем? – осведомился Тимон.

– Это же не форма! – принялся я втолковывать.– Это обыкновенная одежда. В ней ходят в лес. Мы можем и должны быть одеты по-разному.

– А может, ну его? – буркнул он, но, взглянув на меня, послушно изменил цвет.

В общем, все нормально! Только несколько мешала рапира. Ее не было видно из-за иллюзии, но она постоянно попадала под руку, и это слегка напрягало. Пока никто не появлялся. Это говорило о том, что наши упражнения не вызвали тревоги и не были заметны на магическом фоне. Я уверенно двинулся вперед. Тимон, положив руку на эфес рапиры, что выглядело забавно, если не знать о ней, двинулся за мной.

Дом, мой милый дом! Вон, уже виден! А вот и отделение милиции, и стенд, на котором вывешивают…

Я резко остановился, не веря своим глазам. Тимон шагнул ко мне и, увидев мой остановившийся взгляд, спросил:

– Колин, что случилось?

Я не ответил. Я вообще не мог что-либо сказать. Мое внимание привлек листок бумаги, на котором крупными буквами было написано: «ПОМОГИТЕ НАЙТИ!» Ну и что? А то, что под этими словами было мое фото! И приметы тоже мои. Тимон, проследив мой взгляд, шагнул к стенду.

– А что? У вас тут очень неплохие художники! – Он, склонив голову к плечу, рассматривал объявление.– Отлично нарисовал! Ты тут как живой. Только прическа не такая!

Я подскочил к щитку и сорвал листок. Тимон испуганно шагнул ко мне.

– Ты что, сдурел? – прошипел он.– Немедленно убери свечение!

Я с огромным трудом взял себя в руки. Судя по кивку Тимона, у меня это получилось, но судя по озабоченному взгляду – не совсем.

– Ты понимаешь, что это значит? – с трудом сдерживая ярость, сказал я.– Чистки не было! Мои родители целый год помнили меня, беспокоились, не зная ни где я, ни что со мной!

– Надеюсь, ты не попрешься сейчас домой? – обеспокоенно спросил Тимон.– Это было бы крайне неразумно!

– Ну да! Чтобы они тут же инфаркт схлопотали? – мотнул головой я.– У мамы слабое сердце. Надо действовать очень осторожно. Что-то придумать надо!

Я бессильно опустился на лавочку. Тимон примостился рядом, повозившись с рапирой. А ведь день клонится к вечеру. Ночевать на улице – та еще перспектива! Этак и до «обезьянника» в милиции докатиться недолго! Приближается вопрос, который вечно мучает славян: «Что делать? Куды бечь?»

– Тебе не кажется странным,– прервал молчание Тимон,– что нас выбросило именно здесь?

– Плевать! – ответил я.– Пусть это и рояль в кустах, но я сыграю на нем собачью польку и заставлю кое-кого танцевать под эту музыку. Я хотел как можно быстрее попасть сюда. Взглянуть, как тут мои без меня. Пусть и зачищено тут, пусть они меня не знают и не помнят. Просто взглянуть и убедиться, что все нормально.

– Ну так ты же и оказался здесь,– хмыкнул Тимон.– Может, этот телепорт так и действует.

Некоторое время я размышлял над его словами. А ведь это может быть! Настроить заклинание так, чтобы противник, попав в область действия, оказывался там, откуда он начинал. Тогда это объяснимо. Ведь начинал я именно отсюда.

– Но я не понимаю,– продолжил Тимон (видимо, думающий параллельно со мной),– я-то почему тут оказался?

– Может, все отправляются туда, откуда первый вступивший? – предположил я.

Тимон задумчиво повертел пальцами:

– Ага!.. Значит, так… Понятно, но… хм!.. А вообще-то это возможно!

Я одобрительно наблюдал за его пассами. Ход его мыслей показывал, что он копает достаточно глубоко. На него, в случае чего, можно будет положиться. Смотри! Не паникует, не бьется в истерике, не кричит, чтобы его поскорее вернули. Принимает ситуацию такой, какая она есть! Классный маг будет.

– Колька?!

М-да! Это называется «мордой об стол»! За нашими рассуждениями мы совершенно забыли о нашей маскировке! Я только тут обнаружил, что мы сидим в нашем реальном виде. А голос, который меня окликнул, принадлежит моему брату Лешке. Вот он стоит с квадратными глазами и отвисшей челюстью. Еще бы! Здесь наш вид смутит кого угодно. Особенно болтающиеся на поясах рапиры.

– Привет, Леха! Мы тут мимо проходили… – начал я, но Лешка меня перебил:

– Ты где шлялся? Мама извелась вся! Папа по всем моргам и больницам мотается! Во что ты вырядился?

Нет, так дело не пойдет! Хорошо еще, что дорога от единственного в нашем городке крупного предприятия пролегает в стороне. Людей не видно. Я мотнул головой Тимону и, ухватив Лешку за руку, потащил его в палисадник. Лешка, ошалев от такого обращения со своей персоной, даже не очень и упирался.

– Вот теперь и поговорим,– сказал я, спрятавшись от посторонних взглядов за кустами с какими-то мелкими белыми цветочками.

– А это кто? – Лешка настороженно уставился на Тимона, который, в свою очередь, с интересом разглядывал моего брата.

– Мой друг Тимофей,– представил я Тимона. Тот перевел на меня изумленный взгляд, но промолчал.– Тим, это мой брат Леша. Не отвлекаемся! Раньше я не мог попасть домой. Меня забрали в школу закрытого типа.

– Ты должен был хотя бы написать или позвонить! – упорствовал братишка.

– Я не мог написать или позвонить,– терпеливо объяснял я,– оттуда письма не доходят, и телефонов там нет!

– Ты еще скажи, что это на другой планете! – язвительно заявил Лешка.

– А он догадлив,– хмыкнул Тимон,– только не на планете, а в другом мире.

– Так, кое у кого крыша поехала! – констатировал Лешка, с жалостью поглядывая на Тимона.

– Леха, ты как к магии относишься? – бросил я пробный шар.

– Никак! – отрезал Лешка.– Снова ты со своими фантазиями! Ты лучше скажи, как выкручиваться будешь?

Ну что же, ты сам напросился! Я кивнул Тимону и вернул иллюзию на место. Тимон не замедлил это сделать со своей стороны. Изумленный вздох Лешки был мне достойной наградой.

– Это что? Как это? – Глаза Лехи можно было выставлять наглядным пособием под названием: «Классическое изумление. Глаза на затылке».

– А теперь как ты к магии относишься? – безмятежным голосом спросил я.

– Колька, кончай дурить! Что это?

– Иллюзия,– пояснил я, возвращая своему лицу нормальный вид,– простая иллюзия. Я мог бы показать тебе вещи покруче, но пока не буду. Не пора, Петька, не пора!

– Извини, Коля! – вмешался Тимон.– Я не совсем понял, как зовут твоего брата – Леша или Петька?

– Леша, Леха, Алексей. Про Петьку – это присказка такая. Давай по существу! – меня уже начала нервировать обстановка.

– По существу я уже спросил.– Лешка продолжал нас очень внимательно разглядывать, но темы не терял.– Ты чего делать собираешься?

А действительно, что делать? Раз чистильщики не выполнили своей работы, то и мне не имело смысла скрывать от родителей, что я жив.

– Вот об этом я и хочу с тобой поговорить.– Я замялся. А действительно, как сформулировать то, что я хочу сказать? – То, что я скажу, может показаться тебе невероятным. Поэтому предлагаю сразу ущипнуть себя за задницу, чтобы быть уверенным, что это на самом деле так.

– Ну что за брат мне попался? – пожаловался Лешка Тимону и повернулся ко мне.– Ты по сути говори!

– Магия существует, Леша. Просто на Земле ее очень мало. Поэтому даже маленькое проявление ее вызывает всплеск в магическом поле. Существует специальная служба, которая отслеживает эти всплески. На место является специалист этой службы и изымает того, кто этот всплеск произвел. А там уже по обстановке…

– Так… – Леха наморщил лоб.– Ты сказал: «…на Земле ее мало…»; а что, есть место, где ее много?

– Есть! – вмешался Тимон.– Это мой родной мир. Там магия официально разрешена и есть маги.

– Понимаешь,– продолжил я.– Я произвел такой всплеск, и меня загребли. Но мне обещали сделать зачистку…

– Зачистку? – Брови брата поползли вверх.– Это что еще за зачистка?

– Это когда все следы пребывания на Земле убираются,– я несколько терялся, не зная конкретных деталей,– ну там… память стирают, фотографии уничтожают, документы меняют… Что еще делают?

– Это кому память стирают? – грозно засопел братишка.

– Всем, кто меня знал и видел,– уныло ответил я.

– Хрен им в зубы! – зарычал Лешка.– Я их сам сотру!

– Не дергайся! – Я успокаивающе похлопал его по плечу.– С этим мы разберемся позже. Помоги с предками решить проблему.

– А если эти твои… как их… сейчас здесь появятся и снова тебя заберут? – Лешка с опаской оглянулся.

– Его сейчас не очень-то и заберешь! – заметил Тимон.– Во-первых, твой брат и сам маг неслабый. Во-вторых, мы не делали больших всплесков. Пока мы здесь – невидимки.

– Маг неслабый? – Лешка с интересом уставился на меня.– А ну колдани чего!

– Ты что? – Я отрицательно покачал головой.– Это самый верный путь вызвать приключение на пятую точку! Может, я и неслабый, но необученный! Не знаю, чем это закончится, но, чем бы ни закончилось, родителей я не увижу. Да и тебе может не поздоровиться! Так что подожду с этим. Ты лучше пойди и, только осторожно, предупреди предков. Ну там, что, мол, со мной все в порядке, жив и здоров. А когда они будут готовы, скажи, что видел меня, разговаривал. И только потом скажи, что я здесь, во дворе.

Лешка еще некоторое время смотрел на меня, хитро прищурившись. Потом кивнул:

– Ладно! Помогу! Но дивидишник – мой! Лады?

– Вымогатель! – с досадой выдохнул я.– Лады! Иди!

Я стоял перед парадным. Что-то я нервничать начал. Вон окна нашей квартиры на третьем этаже. Окошко кухни светится. Мои, наверное, сейчас ужинать собираются. Тимон вертит головой по сторонам. Конечно, ему все интересно! Магир очень отличается от Земли, а технологическая цивилизация от цивилизации, основанной на магии. Сначала маги и инженеры идут одним путем, только маги придумывают формулы заклятий, а инженеры – пути технического решения. Но дальше пути расходятся! Маги удовлетворяются формулой, а инженеры начинают совершенствовать изобретение. Из одного изобретения рождаются другие, и так по нарастающей. Рискну предположить, что именно этим вызвано отставание Магира в социальном плане. Но зато экология там намного лучше.

Тимон заметил, что меня потряхивает.

– Колин, не волнуйся! – тихо сказал он.– Туда же пошел твой брат.

– Именно это меня и волнует,– заметил я.

– Почему? Он же все понял! – Тимон с удивлением поглядел на меня.

– Я его хорошо знаю. Он кивает, высказывает соответствующие здравые мысли, принимает решения, а потом, когда приходит момент действовать, поступает совершенно непредсказуемо! И, главное, он сам не может объяснить, почему так поступил. Ну вот! Пожалуйста!

Я услышал грохот упавшей в доме посуды. Окно распахнулось, и появился отец. Он высунул голову наружу и сразу натолкнулся на меня взглядом. Рывком исчез. Дверь парадного заскрипела тугой пружиной. Мама выбежала наружу и повисла у меня на шее, покрывая мое лицо поцелуями и заливая слезами. Всхлипывая, она одновременно и ругала меня, и называла нежными словами. Появился папа. Он тоже начал меня обнимать и, похлопывая по спине, бормотал:

– Сын! Сынок!

Мама опомнилась первая:

– Пошли, пошли домой! Ты должен рассказать, где тебя носило, почему ты ничего не сказал, почему не написал, почему не позвонил!

Отец в этот момент зацепился за рапиру. Он недоуменно смотрел в пустоту, которую сжимал в руке. Он чувствовал, что что-то держит, но ничего не видел.

– Потом! – коротко сказал я ему.– Папа, мама, позвольте представить вам моего друга Тимофея. Он из другого города, и ему негде переночевать.

Тимон галантно поклонился и – вот где чувствуется аристократ! – произнес:

– Для меня большая честь и радость видеть уважаемых родителей моего благородного друга в добром здравии и в хорошем настроении!

– Спасибо! – несколько оторопело сказала мама.– Конечно же Тимочка переночует у нас. Вы, наверное, голодны? У меня ужин готов! Пошли, пошли! Помоетесь с дороги, поужинаете. Потом поговорим! А кое с кем поговорим по душам! – Тут мама бросила на меня многообещающий взгляд.

Мы расселись в большой комнате. Я с Тимоном на сложенном диване, папа опустился в кресло, Лешка, в предвкушении бесплатного спектакля, подпирал косяк двери, а мама начала нервно расхаживать по комнате. Это у нее такая привычка. Когда она собиралась распекать кого-то из нас за какую-то шалость, она начинала мерить шагами помещение, в котором мы находились. Сытый и умытый Тимон большими глазами смотрел то на телевизор, то на люстру, в которой горели экономные лампочки.

– Николай! Может, ты все-таки объяснишь, что произошло? – Мама остановилась передо мной.– Мы тут нервничали, не знали, что с тобой. Папа все морги и больницы обошел. Милиция тебя ищет. Нигде тебя нет, а тут – раз, и ты появляешься как ни в чем не бывало!

– Давай рассказывай! – поддержал ее папа.– Как на духу! И не вздумай ничего придумывать!

Воцарилась тишина, нарушаемая только бормотанием диктора из телевизора. Мама стояла посреди комнаты, требовательно глядя на меня. Папа откинулся в кресле, не сводя с меня взгляда. Лешка откровенно скалился от двери. Ну погоди! Я тебе припомню! Я взглянул на Тимона. Тот почувствовал мой взгляд, оторвался от телевизора и достаточно ехидно посмотрел на меня. Он что, хочет, чтобы я один отдувался?

– Ну ладно! Вы сами этого хотели,– сказал я и рассеял иллюзию,– это мой истинный вид.

Тимон пожал плечами и рассеял иллюзию. Мама ошарашенно смотрела на меня. Взгляд папы зацепился за рапиру, которую я придерживал левой рукой.

– Объясняй! – наконец потребовал он.– Что это значит?

– А вы готовы к моему объяснению? – поинтересовался я.– Оно может оказаться таким, что вы не поверите. Честно говоря, я сам сейчас до конца поверить не могу, хотя это все происходило со мной.

– Ты рассказывай, а мы уж как-нибудь поймем.

– Хорошо! – вздохнул я.– Только просьба: не перебивайте! Все вопросы зададите потом, когда я закончу.

Поведав свою историю, я посмотрел на родителей. На их лицах была видна борьба. С одной стороны, то, что я рассказал, казалось настолько невероятным, что не лезло ни в какие ворота. Но рассказ был связным, Тимон подтверждал и дополнял его, да и наши прикиды вкупе с рапирами выглядели нереальными, но материальными, не говоря уже о трюке с иллюзиями.

– Так говоришь, что учишься на мага? – спросил папа.– А ну покажи еще что-нибудь!

– Па! – укоризненно сказал Лешка.– Колька говорил, что если он что-нибудь сотворит, то явятся плохие дяди и надерут всем нам задницы.

– Что, прямо сюда явятся? – иронично сказал папа.

– Для открытия портала все равно где,– хмыкнул я,– другое дело, что будет шум, а мне бы этого не хотелось! В любом случае я, конечно, сотворю что-нибудь, но в другом месте, приготовясь к встрече. Есть у меня некоторые мысли и желания, которые надо обсудить в спокойной обстановке, а не в состоянии кризиса. Просто до этого момента надо воздержаться от проявления магии. Когда придет время, я обязательно покажу тебе, на что способен.

– Что касается меня, так я жду этого момента с нетерпением! – заявил Тимон.– Я, знаете ли, домой хочу!

– Так ты оттуда? – удивилась мама.– Я думала, что ты обычный мальчик…

– У меня что, рога выросли или цвет поменялся? – осведомился Тимон.– Конечно, я не обычный мальчик, да и не мальчик я!

– Кгм! Тим, здесь же дети! – заметил я.

– Где? – Лешка завертел головой по сторонам.

– Здесь! – рявкнул я на младшего. Лешка скорчил мне гримасу.

– Тише! – поморщился папа.– Я вообще-то склонен вам верить.

Когда папа начинал говорить так, к его мнению прислушивались. Что я всегда ценил в нем, так это умение рассмотреть ситуацию со всех сторон. Порой это приводило к неожиданным выводам. Но, как правило, выводы были правильными.

– Да! Склонен.– Папа откинулся в кресле и внимательно всех нас оглядел.– Женя, парни показали, что они уже достигли того возраста, когда мелочная опека мешает. Если судить по их рассказу, то они прекрасно справляются и сами. Есть, конечно, ляпы, не без них. Многие вещи остаются непонятными, есть и это. Но в основном неплохо. Мне очень не нравится известие о так называемых чистильщиках! Еще больше мне не нравится то, что Колю забрали, совершенно не принимая во внимание наши желания и чувства! Против нашей и Колиной воли. Мне не нравится то, что там жизнь Коли подвергается опасности. Но я рад, что у сына появились там друзья, хотя в их описание и трудно поверить. Я считаю, что можно согласиться на продолжение обучения Коли, но есть вопросы, которые надо решить здесь. Коля, у тебя есть план, как вам вернуться в ваш мир?

Хм, план… План – это хорошо! Но вот у меня пока его не было.

– Если честно, папа, я пока над этим не думал. Я знаю, что надо сделать для того, чтобы явился представитель, и я это сделаю, но я не знаю, сработает ли? Деталей я еще не продумывал.

– Я только что сказал, что ты достаточно взрослый.– Папа укоризненно посмотрел на меня.– Кажется, я поторопился!

– Петр! – мама нервно заходила по комнате.– Если мальчику грозит опасность, то можем ли мы отпускать его туда?

– У тебя есть другие предложения? – Папа, прищурившись, посмотрел на маму.– А как разрешить проблемы, которые неизбежно возникнут здесь? Как быть с Тимофеем? Ведь теперь получается, что он оторван от своей семьи. Об их чувствах ты подумала?

– Какие проблемы? Ты совершенно не думаешь о детях! – Мама гневно повернулась к отцу.

– Проблемы? Вот тебе несколько, навскидку. Первое: получение аттестата. Второе, вытекающее из первого: выпускные экзамены. Третье: обоснование годичного отсутствия. Наверняка есть еще, надо будет подумать и составить список. И, наконец, что хочет сам Коля? А, сын?..

– Я хочу вернуться,– твердо ответил я,– после того, что я увидел и узнал, я просто не могу здесь жить. Да, там нет многого, что есть здесь, но мое место там.

– Я с тобой! – заявил брат.

– Да? – Папа иронично поднял бровь и искоса взглянул на Лешку.– И что ты там будешь делать?

Лешка открыл было рот, но потом закрыл. Ответить ему было нечего. Папа одобрительно кивнул.

– Ясно одно: в тот момент, когда ты будешь предпринимать действия по возврату, мы должны быть с тобой.

– И я должен быть с тобой,– воинственно заявил Лешка,– все-таки я твой брат!

Я метнулся в другую комнату и прихватил с письменного стола первую попавшуюся тетрадь и ручку.

– Эй-эй! – запротестовал было Лешка.

– Не жмись! Для дела! – Я открыл тетрадь на первом чистом листе и начал набрасывать план поляны.– Надо, чтобы сначала на поляне были только я с Тимо…феем!

Тимон тихонько фыркнул. Я изобразил два кружка с буквами «я» и «т». За кустиками, которые я нарисовал под скептическим взглядом папы, я поставил еще два кружка с буквами «п» и «м». Посмотрел на скептическое выражение отца, ехидно улыбнулся и сделал маленькую иллюзию кустов. Полюбовался на его вытянувшееся лицо и, заметив умоляющий взгляд брата, добавил еще кружок с буквой «л».

– Сидишь здесь и не высовываешься, пока я не скажу! – строго сказал я Лешке.

Лешка горящими глазами смотрел, как на листочке образуется маленькое подобие поляны. Может быть, и не совсем точно, но очень близко к истине.

– М-да! – Папа потер шею.– Очень наглядно и впечатляет. А, Женя?

Мама только слабо покивала.

– Подожди, а это не вызовет появление этих твоих… – озаботился папа.

– Нет,– я помотал головой,– иллюзия производит очень маленький всплеск, практически незаметный. Итак, вначале в центре находимся только я и Тимон, причем Тимон занимает позицию справа позади и страхует меня.

– «Ледяная игла» или «воздушный кулак»? – деловито поинтересовался Тимон.

– «Воздушный кулак»,– подумав, решил я,– все-таки это же наш, убивать его нельзя.

– Нельзя! – фыркнул Тимон.– Да моим «кулаком» только мух бить! Лучше я рапиру к его горлу приставлю.

– Да не надо его сносить,– воскликнул я.– Достаточно сбить ему настрой, чтобы я успел создать пульсар!

Родители с остановившимся взглядом слушали наш спор.

– Потом поймете! – Я помахал раскрытой ладонью перед лицом папы.

Папа с трудом взглотнул и кивнул.

– Потом, когда мы его немножко обломаем, я вас позову.

– Если нас не обломают,– пробормотал Тимон.

Глава 10

Я стоял на знакомой поляне и, честно говоря, нервничал. А вдруг не сработает? Или сработает, но явится какой-нибудь крутой дядька, с которым разговор просто не сможет состояться? Тимон постоял со мной рядом, посопел, потом сказал:

– Давай! Если что, то будем искать другой путь!

– Твои слова бы… – вяло огрызнулся я.– Ты мне лучше скажи: достаточно создать пульсар, а потом его впитать или надо им что-нибудь шарахнуть?

– Наверное, шарахни,– пожал плечами Тимон,– для надежности. Но не перестарайся! Не надо его настораживать!

Вот! Это задача. Если я создам слишком мощный пульсар, контролер может просто не явиться, вполне справедливо опасаясь за свою шкуру, или явится с поддержкой, и тогда уже нам надо будет спасать свои пятые точки. Я вспомнил, как выглядел тот пульсар, и тщательно отмерил такой же. Оглянулся и метнул его во все тот же многострадальный дуб. Ну слава богу! За спиной раздался знакомый грозный голос:

– Так! Хулиганим? Несанкционированная магия! Ваша регистрация!

– Здравствуйте, Викентий Анатольевич! – Я с радостной улыбкой на лице развернулся к инспектору, одновременно с этим формируя в левой руке новый боевой пульсар, на этот раз гораздо больше и мощнее предыдущего.

– И не надо делать резких движений! – раздался со стороны голос Тимона. Он стоял в классической позе атакующего боевого мага (во всяком случае, Тимон утверждал, что именно такая стойка соответствует атакующему боевому магу).

– Все ясно, – убито вздохнул Викентий,– засада! И когда? Когда я явился сюда без зонтика!

Викентий начал было какое-то движение. Я лихорадочно стал думать, что делать. Ну не метать же в него пульсар, в конце-то концов! Но движение не закончилось! Тимон стоял рядом с Викентием, уперев рапиру в шею инспектора. Я даже видел, как слегка промялась кожа под острием.

– Викентий Анатольевич! – Я дезактивировал пульсар.– Давайте без обид и смертоубийства поговорим!

– Я тебя где-то видел, парень! – Викентий смотрел на меня. Кончик рапиры около шеи его вроде бы совсем не волновал. Вот бы мне такую выдержку!

– Видели,– подтвердил я,– год назад при таких же обстоятельствах или почти таких же.

– Постой, постой!.. Дикий! – Викентий Анатольевич просветлел лицом.– Да, ты далеко рванул! Надо же, опять воздействие второго уровня, а ведь ты дальше четвертого не тянул!

– Посмотрите более внимательно! – мягко посоветовал я.

Викентий, прищурившись, посмотрел, и лицо его стало серьезным. Даже очень серьезным.

– Я не могу определить твоего уровня,– внезапно охрипшим голосом сказал он.– Одно могу сказать, он выше второго! Как это может быть?

– Ну я учусь в Школе!

– Не забивай мне баки, парень! – насупился Викентий.– За год учебы уровень Дара так возрасти не может!

– Вы тана Гория знаете? – поинтересовался я.

– Ну кто же не знает старика Гория! – хмыкнул Викентий.

– Вот и поспрошайте его! – посоветовал я.

– Ну-с, молодые таны, как вы сюда попали и зачем устроили на меня засаду? – с деловым видом осведомился Викентий.

– Да мы в портал провалились! – хмуро проинформировал Тимон.– А засаду устроили для того, чтобы назад на Магир попасть.

– Это не проблема! – Викентий с радушным видом улыбнулся.– Но есть проблема использования магии. Как с этим быть?

– Есть еще одна проблема.– Я вернул улыбку Викентию.– Чистильщики! Как с этим быть?

– А что чистильщики? – мгновенно насторожился Викентий Анатольевич.

– Портачи ваши стиратели,– пояснил я,– обещали все следы затереть, а на самом деле ничего не сделали.

– Это как не сделали? – Викентий пытливо смотрел на меня.

– А вот так! – Я вытащил из кармана объявление о моем розыске и предъявил Викентию.

– Надеюсь, у тебя хватило ума не показываться родителям? – строго спросил Викентий Анатольевич.

– Не-а! Не хватило! – радостно наябедничал Тимон.

Я помахал рукой, и из-за кустов вышли папа с мамой. Викентий застонал:

– Только не говори мне, что ты им все рассказал!

– Не буду! – легко согласился я и ткнул пальцем в Тимона.– Он скажет.

– Ага! – веселился мой друг.– Он им все рассказал!

Викентий Анатольевич закатил глаза. Как бы в обморок сейчас не хлопнулся!

– Уважаемый! – Отец решил сразу взять ситуацию под контроль.– Вам не кажется, что вы нам кое-что должны? Так сказать, за моральный ущерб? По вашей милости мы целый год не знали, что с нашим сыном, где он, в каком состоянии. У моей жены больное сердце. Вы понимаете, что вот так вырвать мальчика из родного и привычного мира и бросить его одного, без родителей – это жестокость! Жестокость как по отношению к моему сыну, так и по отношению к нам, его родителям.

– Прошу прощения! – Викентий стоял с опущенной головой, всем своим видом выражая раскаяние и стыд.– Была допущена недоработка.

– Недоработка? – Папа пылал праведным гневом.– Была допущена преступная халатность! Я думаю, что если ваше начальство об этом узнает, то кого-то по голове не погладят! Но можно уладить этот вопрос.

– Да? – заинтересовался Викентий Анатольевич.– Каким способом?

– Вот только не тем,– зарычал я,– что вы обычно применяете!

– Ознакомьтесь! – Папа достал из внутреннего кармана пиджака сложенный листочек, на котором округлым четким почерком мамы были написаны наши требования.

Викентий раскрыл листочек и, страдальчески морщась, начал читать.

– И никаких стираний памяти у моих родителей! – грозным тоном сказал я.– Дубликат требований у меня в кармане, и я проверю. Если что-то будет не так, то мы к вам всей группой пожалуем. У нас один Тартак чего стоит! Вы знаете Тартака?

– Нет.– Викентий резко поднял голову от листка.– А что?

– Специалист по решению всех проблем! – гордо сказал Тимон.– Правда, решение всегда одно, но очень радикальное – «палицей по кумполу!».

– Тартак – тролль,– доверительно сообщил я,– а у него есть помощник – Аранта!

– Тоже тролль? – слабым голосом спросил Викентий.

– Нет,– со вздохом сказал Тимон, но, увидев, что Викентий расслабился, быстро добавил: – Она обычно не допускает крови, после нее крови не остается совсем. Она – вампир! Высший вампир!

Слабое икание со стороны нашего инспектора подтвердило, что он услышал. Осталось нанести ку де грас (завершающий удар).

– Обычно их двоих хватает,– задумчиво сказал я,– а у нас есть еще братья-наемники, которые великолепно умеют мечами шинковать все в капусту. Да и северной охотнице Морите под горячую руку не стоит попадать!

У меня в памяти всплыл дымящийся Жерест, попавший на экзамене под пульсар Мориты.

– Хватит, хватит,– замахал руками Викентий Анатольевич,– я все понял! В принципе ничего невозможного тут в списке нет. Я думаю, что вы благоразумные люди и будете держать информацию при себе. Обещаю, что на этот раз чистильщики выполнят свою работу полностью! Прощайтесь! Через пять минут я этих прохиндеев забираю!

Как и в прошлый раз, мы очутились в кабинете СПМН. Эльфа в нем не наблюдалось, а вот ведьма Маришка присутствовала.

– Ну что, прищучил субчиков? – кровожадно уставилась она на нас с Тимоном.– Эй, что-то у этого портрет знакомый?

– Это еще неизвестно, кто кого прищучил,– устало прошел к своему столу Викентий Анатольевич.– А «этот» – наш знакомый по прошлому году. Помнишь парня, которого наблюдатели прошляпили?

– Вот я и говорю, что уже его видела! – Маришка уставилась на меня, явно собираясь выдать представление, похожее на прошлогоднее. Да, тогда она меня, честно говоря, напугала.

– Ну надо было же как-то оттуда выбраться! – нахально заявил я.– Не мог же я кричать и махать руками. А вот магия – сработала!

– Да я тебе сейчас такую магию покажу! – начала было она, но замолчала, побледнев.

В моей руке налился светом боевой пульсар. Не то чтобы я его собирался куда-нибудь пульнуть. Нет. Просто надо было дать ей понять, что на «арапа» нас лучше не брать.

– Такая красивая и такая сердитая,– печально заметил Тимон.– Ну провалились мы на Землю. Что нам оставалось делать? Как домой попасть?

– К тому же ваша служба – единственная, которая работает честно и оперативно! – подсластил я пилюлю.

– А вот лести не надо! – с достоинством произнес Викентий. Маришка, ошеломленная нашей контратакой, молчала.– Сейчас я свяжусь с руководством Школы, и будем посмотреть кого, сколько и куда.

Пока он возился со своей мобилой, я раздумывал. Мы отсутствовали несколько дней (ну не мог же я упустить случай побывать дома!). По времени Магира это примерно то же. Ну несколько часов можно добавить. Как там ребята? И если что, то все шишки придется собирать нам с Тимоном. Да и не хотелось бы, чтобы было это «если что»! Дальше раздумывать мне не дал внезапно возникший в кабинете тан Горий, наш директор Школы. Маришка вскочила из-за стола и вежливо поклонилась ему. Я почувствовал, как напрягся рядом со мной Тимон. Вид у тана Гория был грозный, что оптимизма не вызывало.

– Ага! – удовлетворенно произнес он.– Попались, голубчики! И попались не в первый раз!

– А в какой? – наивно поинтересовался я.

Это слегка сбило директора с толку. Он свирепо уставился на меня.

– В первый раз вы попались на заклинании, брошенном в вас эльфийским разведчиком,– раздраженно проинформировал тан Горий.– Что, не так?

– Ну так,– вынужден был признать я.

– А уклониться? Не догадались? – ехидно поинтересовался Горий.

– Не успели,– поправил я,– слишком неожиданно.

– Это я виноват! – смущенно сказал Тимон.

– Вам повезло, что это заклинание не атакующее, а защитное,– сказал тан Горий,– называется – «В начало пути» и отправляет туда, где вы были год назад. Поэтому мы, собственно, не очень волновались за вас.

– Подождите,– я был в замешательстве,– тогда меня должно было выбросить в мой мир, а Тимона – домой. Почему нас обоих зашвырнуло на Землю?

– Заклинание было направлено на тебя,– просветил нас тан Горий,– а Тимон просто попал в зону действия, поэтому и улетел вместе с тобой.

– Так ребята все-таки нашли эльфов? – радостно спросил Тимон.

– Нашли,– тан Горий кивнул,– но я вам не завидую. Особенно тебе, Колин. Тан Тюрон на тебя сердит.

Почему-то мне это не очень понравилось.

– Тан Горий, простите, что вмешиваюсь! Прошу вас объяснить одну вещь… – Викентий Анатольевич замялся.– Коля, когда мы его забрали в первый раз, имел четвертый уровень Дара. Сейчас я не могу определить его уровень, но то, что он выше моего,– это точно! Объясните мне это явление.

– Не объясню,– покачал головой тан Горий.– То, что прогресс имеет место,– это верно! Но почему – сам не знаю. Я тебя, Виктуан, всегда ценил за способность докопаться до истины. Попробуй разобраться сам. Пошли, парни! Нам пора!

Первое, что я увидел, выйдя из портала, были наши ребята, стоящие толпой и пялящиеся на одно место. Надо сказать, что тан Горий создал проход прямо из кабинета СПМН в свой кабинет. Так вот, вся группа стояла в кабинете тана Гория и глазела на его стол. Тан Тюрон стоял чуть в стороне. Как только мы появились, он сразу повернул к нам голову и, увидев нас, радостно заулыбался. Тан Горий приложил палец к губам, призывая Тюрона к молчанию. Легкими неслышными шагами тан Горий подошел к ребятам.

– Подвинься, мне не видно! – начал пихать Тартака в бок директор.

– Отстань,– отмахнулся наш тролль,– пока нечего смотреть…

Тартак запнулся и медленно повернул голову к тану Горию. Тот улыбнулся и кивнул ему.

– Где они? – почему-то шепотом спросил Тартак.

Тан Горий качнул головой в нашу сторону. Тартак проследил взглядом и увидел нас. Его лицо расплылось в широченной улыбке. Он резво развернулся к нам.

– Обалдуи вы этакие,– пророкотал он в полный голос,– как же я по вас соскучился!

Все синхронно обернулись.

– Ребята! – завопил Жерест, бросаясь к нам.

Вдруг его отбросило в сторону, и передо мной возникла Аранта. Она обхватила мое лицо обеими руками. Карие глаза вглядывались в мои.

– Колин, прошу тебя, никогда больше так не делай! Слышишь? Никогда! – Ее губы дрожали, голос прерывался.

Ну чего она так волнуется? Со мной же ничего не случилось! И почему она это говорит мне? Почему она Тимона не берет вот так?

– Аранта чуть не прибила того эльфа-разведчика,– негромко сказала Гариэль.

– Ага! Я тоже на него рассердился! – пробасил Тартак, выхватывая меня и заключая в свои объятия.

– Я понял! – прохрипел я, пытаясь вдохнуть.– Ты его просто обнял, и бедняга испустил дух!

– А? Да! То есть нет! – Тартак бережно поставил меня на пол.

– Если бы Таранталь, так его зовут, не пригнулся, то коллекция Тартака пополнилась бы еще одной остроухой головой! – смеясь, заметил Харос.

– Уж кто бы говорил! – вклинилась Морита.– А вы с Фулосом мечами от комаров отмахивались? Если бы не Гариэль, порешили бы Таранталя.

– А кто его поймал? – поинтересовался Тимон.

– От Аранты ему было не уйти,– внес информацию Харос,– не было шансов!

– Ну – поторопил я,– что там было?

– Клан «Скользящих» в полном составе,– изрек Фулос,– очень обеспокоенный нашим появлением. Эвиали лесной стражи держали нас на прицеле, пока Гариэль вела переговоры. Очень неприятное, между прочим, ощущение!

– А артефакт был? – спросил я.

– Да не было у них артефакта! – неохотно сказала Гариэль.– Они вообще не помнят, какого лешего ушли в Лукоморье. Кстати! Отец просил передать, что все вы отныне имеете свободный вход в Ясеневый град, а Колина приглашают после окончания Школы продолжить обучение у лучших наших магов.

– Так! – услышал я голос тана Тюрона.– Вы можете идти по домам. А тебя, Колин, я попрошу остаться!

Боюсь, что обучение у лучших эльфийских магов не состоится, потому что Школу я, по причине моей безвременной кончины, не закончу.

Неохотно, постоянно оглядываясь, ребята потянулись к двери. Когда она закрылась, тан Горий прошествовал за свой стол, сел в кресло и, поерзав для удобства, положил руки на столешницу и приготовился созерцать избиение младенца, то есть меня. Тюрон помолчал, уничтожая меня укоризненным взглядом янтарных глаз.

– Ты очень расстроил меня, Колин,– наконец начал тан Тюрон.– Мало того что вы замыслили свою авантюру втайне от меня, вы поставили под сомнение мою профессиональную пригодность как преподавателя. Но даже не это главное! Вы могли погибнуть, и счастье еще, что этого не случилось! Конечно, победителей не судят, а в данном случае вы победители, но оценку по практике я снижу на балл. Будь я твоим отцом, я бы тебя высек, что ты бы на задницу неделю сесть не мог!

Тан Тюрон некоторое время помолчал, потом вдруг улыбнулся:

– Все-таки я чертовски рад, что ты жив!

Еще бы! Как будто я не рад! Главное, что впереди каникулы. И их я проведу как угодно, где угодно и с кем угодно!

Примечания

1

Идол, на котором адепты боевых искусств отрабатывают удары.

Content

Сергей Бадей
Лукоморье. Курс боевого мага

Часть первая Лукоморье? Это где?

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Часть вторая Лукоморье? Подождет!

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Часть третья Лукоморье (практика)

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Примечания