Сергей Бадей

Лукоморье. Скитания боевого мага

Глава 1

Гашага ас Турохт, ректор Академии магических искусств, попыхивая дымком из кальяна, задумчиво поглядывал на молодого, подающего нешуточные надежды преподавателя Кера ас Кера. «Молодой», «подающий надежды»? Гашага слегка поморщился. Если Владыка Хевлат, да продлит Шаршуд его дни, начнет раздачу слонов и пряников, то не будет ни «молодого», ни «подающего».

Ведь как все многообещающе начиналось! Программа обмена студентами между магическими учебными заведениями. Пресветлый Владыка возлагал на нее такие большие надежды. Заманчивая возможность выйти за пределы Харшада! А что в итоге? В итоге Гашаге довелось предстать пред светлы очи правителя. Да!..

Владыка Хевлат сидел на возвышении и хмуро, из-под бровей рассматривал Гашагу. А как же иначе? Правитель самого большого и процветающего государства на континенте так и должен рассматривать своих подданных. Тем более если эти подданные вызвали его неудовольствие. За его спиной торчал этот маньяк – палач. Он, в отличие от Владыки, смотрел на Гашагу ласково, как влюбленный на предмет своей страсти.

– Ну! – после внушительной паузы прогремел Хевлат.– Рассказывай! Как это ты умудрился проворонить студентов по обмену, ректор?

Слово «ректор» прозвучало как ругательство.

– А ты записывай! – приказал он маленькому невзрачному человечку, сидящему в стороне за пюпитром и прилежно скрипящему пером.– Может, я какую историческую фразу скажу. Давно что-то я ничего исторического не говорил. Даже перед моим народом неловко.

Гашага не торопился отвечать, зная, что Владыке надо сначала дать спустить пар. Но тот, однако, пар спускать не собирался.

– Учти, этот тебя не проворонит.– Владыка ткнул большим пальцем за спину.

Палач радостно сделал шаг вперед. Его пальцы зашевелились в предвкушении незабываемых ощущений. (Тут Гашагу даже передернуло.)

– Владыка! – с виду спокойно начал Гашага, изо всех сил стараясь не подпустить в голос предательскую дрожь.– Будут приняты все меры для поиска.

– Поиска чего? Студентов или их тел? – сварливо осведомился Хевлат.

Гнева в его словах уже стало меньше, что позволило Гашаге мысленно вздохнуть с некоторым облегчением.

– Есть сведения, что все они живы,– уверенно сказал Гашага, хотя на самом деле такой уверенности у него не было.

– Рассказывай! – велел Владыка, поудобнее устраиваясь на своих подушках.

– У меня в термине, общежитии для студентов, есть человечек,– начал Гашага,– с виду простой студент, но на самом деле он далеко не прост. Зовут его Санар. Я дал ему задание присматривать за нашими гостями.

– Значит, я поручаю тебе за нашими гостями присматривать, а ты – преступно, заметь,– перекладываешь это на другого? – хмуро осведомился Владыка.– Хорош! Ну-ну, продолжай!

– Ночью они все ушли в дом Хултуфа ас Тутуса.

Брови Хевлата поползли вверх:

– А этот болван тут при чем?

– Его сын проходит обучение в академии, Владыка.

– Разве у него есть магический дар?

– Есть, но очень небольшой. А ваш указ предписывает всем детям придворных проходить курс академии.

– Это какой указ? – недоуменно уставился на Гашагу Владыка.

– Вот!

Гашага пробормотал заклинание вызова и щелкнул пальцами. В его руках появилась планшетка, в которую был вставлен указ. Гашага с поклоном протянул ее Хевлату. Тот резко выхватил планшетку и вперил в нее взгляд, будто в первый раз увидел. Но постепенно до него стало что-то доходить. Изумление в глазах уступало место гневу. Брови нахмурились. Ноздри носа начали раздуваться. Палач, преданно смотрящий на Владыку, сделал стойку, как отлично вышколенный охотничий пес.

– Ах, негодяй! – взревел Хевлат.

Палач уже вплотную приблизился к нему и шумно сопел ему в темечко. Владыка, не оборачиваясь, отпихнул палача и пробурчал:

– Расслабься! Я секретаря отдал тебе еще третьего дня. Хм, не зря, значит, отдал. Вот видишь, недаром меня называют справедливым! Подсунул, стервец этакий, среди прочих бумаг, я и подписал не глядя. Змею пригрел на груди! Жаль, что раньше не знал. А ты чего мне об этом не сказал?

Взгляд Владыки грозно уперся в Гашагу.

– Я, Пресветлый, ваш смиренный слуга,– с достоинством сказал Гашага, хотя и весь дрожал внутри.– Ваши указы надобно исполнять, а не обсуждать.

– Хм, правильно мыслишь! – Владыка сменил гнев на милость и обратился к писцу:

– Ты запиши эту умную мысль об отношении к моим указам. Только как будто это я сказал. Да, а при чем тут Тутус?

– Он попытался оскорбить наших гостей,– осторожно сказал Гашага.

Владыка посидел некоторое время в задумчивости, вспоминая свою встречу со студентами. Наконец он хищно улыбнулся:

– Он что, придурок?

– Вы мгновенно уловили суть, Владыка,– ввернул комплимент Гашага.– Несмотря на мои строгие рекомендации, отец и сынок попытались отомстить за невинную шутку, которую наши гости позволили себе в ответ на оскорбление.

– Мстить? За шутку? – Хевлат откинулся на подушки.– Я, знаешь ли, тоже люблю пошутить. Он что, и мне мстить будет? А уж мой новый палач так вообще заядлый шутник. Слышишь, палач? Ты любишь пошутить?

Палач часто закивал головой, поглаживая рукоять своего устрашающего меча.

– Так вот, сейчас тебе доставят двух чудаков, которые шуток не понимают. Ты уж постарайся, научи их разбираться в юморе.

Палач, выпучив от усердия глаза, еще чаще затряс головой. Гашага даже забеспокоился, как бы она у него не отвалилась.

– Увы, Владыка,– вздохнул Гашага,– двух не получится. Старший Тутус отправился к Куктуну, куда, впрочем, ему и дорога. А младший, наверное, уже не сможет смеяться, да и говорить тоже, а питаться ему предстоит всю жизнь только через трубочку.

– Жаль! – искренне опечалился Владыка.– Опять мой палач остался без работы! Что же там произошло?

– После того как на двух студентов напали наемные убийцы, которых нанял Тутус, студенты всей группой решили нанести им визит.

– Наемные убийцы? – посуровел Владыка.– Разве я не давал распоряжения начальнику стражи покончить с ними? Отлично! Слышишь, палач? Еще не все пропало! На кого именно напали они?

– На Колина ад Бута, мага вне уровней, и Аранту – вампирессу.

– На этого милого мальчика, умеющего делать «шар огня», и девочку, которая может прибить за мгновение десяток людей? – поднял брови Владыка.

– Да,– подтвердил Гашага.

Владыка только покачал головой:

– Дальше.

– Санар срочно оповестил меня о происходящем, и я, прихватив своего лучшего преподавателя Тулина ас Тулина и куратора наших гостей Кера ас Кера, срочно прибыл к дому Тутусов. Что странно – у них ночью выпускали во двор двух сторожевых традихов. Вы же знаете этих милых зверушек...

– Еще бы не знать! – хмыкнул Владыка.– Что тут странного? Ведь они и предназначены для охраны.

– Одна из них вела себя нормально. Санар до сих пор хромает на правую ногу, и штаны ему пришлось поменять. А вот вторая... Такое впечатление, что она на голову пришибленная. Только нас увидела, сразу же забилась в угол и начала испуганно верещать.

– Действительно странно. Оказывается, эти твари еще и верещать умеют...– Владыка задумчиво пожевал губами.– И зачем ты мне об этом рассказываешь?

– Да так, к слову,– заспешил Гашага.– В самом доме мы обнаружили обоих Тутусов. Из слуг никого не было. И там же, в доме, Тулин обнаружил слабые следы портала. Следовательно, мы можем предполагать, что наши гости заброшены или сами переместились куда-то.

Владыка кивнул, посидел в задумчивости и изрек:

– Знаешь, Гашага, ты мне нравишься и даже чем-то дорог, но имидж мне дороже. А эта история может мой имидж очень здорово подпортить. Понимаешь, какая складывается ситуация? Если ты их не найдешь и не вернешь живыми и здоровыми в самое ближайшее время, – не обижайся. И этот твой Хрен ас Хрен пусть тоже не обижается. Ты меня хорошо понял?

– Да, Владыка.

– Тогда почему ты еще здесь, а не занимаешься активными поисками?

Вот так закончилась аудиенция у Владыки. И теперь Гашага сидел в своем кабинете в обществе куратора пропавших студентов Кера ас Кера и ломал голову над тем, как же выйти из положения, желательно оставшись с этой же головой на плечах.

А Кер ас Кер уныло размышлял о своем будущем. У него было нехорошее предчувствие, что будущего, как такового, осталось не слишком много. Рассказ Гашаги произвел на него гнетущее впечатление. Он проклинал тот вечер, когда вместо того, чтобы проведать беспокойных подопечных, отправился в дастор почтенного Ташиша. Да и повод был. Приехал сокурсник из Гаришада, и они славно провели время за блюдом сарташа, опрокинув под него несколько стопочек калемаса. А в это время его подопечные...

Кер заметил, что Гашага вдруг отложил мундштук кальяна и весь подобрался. Взгляд ректора был прикован к центру кабинета. Кер тоже насторожился и на всякий случай проверил заклинания, подвешенные на «мгновенный ответ». Просто так ректор ничего делать не будет.

Воздух в центре кабинета как будто пошел волнами, и из середины этого безобразия выпрыгнул молодой парень с обнаженным мечом. Он тут же сделал шаг в сторону, и на его месте появился второй, очень похожий на первого, и тоже с недружелюбно поблескивающим мечом. Следом за парнями появились две девушки с луками в руках. Они тут же заняли позиции за спинами парней и недвусмысленно направили стрелы на вскочившего Гашагу и отлепившегося от стены Кера, оторопело взирающего на неожиданных визитеров.

У ректора глаза расширились от изумления. Нет, не от того, что в центре его кабинета, защищенного всевозможными заклинаниями (очень неслабыми, кстати), вдруг открылся портал. И даже не от того, что из портала появились такие агрессивные гости, а от вида одной из девушек. Белоснежные волосы ее были убраны назад ремешком, чтобы не мешались во время стрельбы, и открывали эльфийские острые ушки. Гашага был настолько огорошен этим, что не сразу обратил внимание на мужчину, вышедшего из портала последним. А зря! Ведь именно он и был главным в этой группе. Кер по привычке попытался просканировать его ауру, за что и получил приличный ментальный удар и неодобрительный взгляд незнакомца. Да что же это такое? Второй раз уже его лупят ментальными ударами в кабинете ректора! Это уже становится традицией.

– Вы ректор Академии магических искусств Гашага ас Турохт? – строго спросил мужчина, глядя на хозяина кабинета глазами необычайного янтарного цвета.

– Э-э-э, в общем-то да,– промычал Гашага, обратив наконец-то внимание на старшего визитера.– Вы не могли бы попросить ваших... дам не целиться в нас, я и так очень неуютно себя чувствую, правда, по несколько иным причинам, а тут еще эти стрелы... Что-то мне подсказывает, что вы прибыли из Магира. Я не ошибаюсь?

– Я тан Тюрон сен Рассия,– представился незнакомец,– преподаватель Школы Боевой Магии, Чародейства и Целительства. Прибыл сюда по просьбе директора школы после вашего сообщения о пропаже группы наших студиозов. Девочки, опустите оружие, здесь нет врагов. Парни, вас это тоже касается! Уберите клинки! Я же говорил, что открою портал прямо в кабинет ректора. Тут некого рубить!

– Надо еще проверить, что это за ректор! – пробурчал один из парней, все же убирая меч в ножны. Второй, совершая то же действие, согласно кивнул головой.

– Прошу прощения! – Тан Тюрон прошел к Гашаге.– Что вы уже предприняли в связи с пропажей наших ребят и что еще планируете предпринять?

– В первую очередь,– взгляд Гашаги снова невольно устремился на эльфийку,– хотелось бы знать, живы ли они?

– Один из них, несомненно, жив! – Тюрону пришлось резко щелкнуть пальцами, чтобы обратить внимание ректора на себя.– Я его чувствую. Будем надеяться, что и остальные тоже. Что дальше? У вас есть какие-то предположения о том, где они?

– Ни малейших,– честно признался Гашага.– Может быть, остатки портала смогут подсказать?

Тюрон сразу подобрался:

– Портал? Немедленно ведите нас туда!

– Да-да! Конечно! Кер, сейчас же беги за Тулином ас Тулином! Я лично провожу сатхара… э-э... Тюрона к месту, где мы обнаружили остатки портала.

– Это ты как нашего тана Тюрона обозвал? – грозно осведомился один из парней.

Второй тут же воинственно поднял подбородок и положил руку на эфес меча.

– Фулос! Харос! – резко одернул их тан Тюрон.– Во-первых, это не оскорбление, а уважительное обращение. Во-вторых, сами будьте добры проявлять уважение к старшим! Иначе я немедленно отправлю вас назад. Идите и ждите нас у дверей кабинета!

Недовольно бормоча насчет того, что он бы не доверил такому старшему и потрепанную шляпу родного папаши, Фулос пошел к выходу. Харос пристроился за ним, несколько раз неодобрительно оглянувшись на Гашагу.

Ректор, разом приободрившись, прихватил свою торбу с кое-какими магическими атрибутами, махнул рукой, призывая остальных следовать за ним, и быстро вышел из кабинета.

Тулин ас Тулин, лучший и опытнейший из преподавателей Академии, с большим интересом наблюдал за Тюроном, который расхаживал по коридору в том месте, где еще ощущались остаточные эманации заклинания по созданию портала. Тюрон досадливо морщился и раз за разом бормотал различные заклинания, которые помогли бы ему что-то определить. Но они не помогали.

– Нет! – наконец махнул рукой Тюрон.– Не получается! Мы пришли слишком поздно. Я не могу определить направления переноса. Того, что осталось, мне просто не хватает.

– И что теперь делать? – встревоженно спросил Гашага.

– Ждать! Ждать, пока что-либо не даст мне необходимые данные.

– Что-либо – это что? – заинтересованно спросил Тулин.

– Если он обернется, то тогда я смогу его почувствовать еще лучше,– туманно ответил Тюрон.– Где мы можем остановиться и ждать?

– О! Это не проблема! – заторопился расстроенный неудачей Гашага.– В термине для вас всегда найдется место. Я распоряжусь....

– Нет-нет! – вклинился Тулин.– Наши уважаемые гости, да продлит их дни Шаршуд, достойны самых лучших апартаментов. Я прошу вас ко мне. Там вас ждут все удобства и вкусная пища. У меня есть специальное помещение под домом, где я расположил свою лабораторию и, так сказать, пробный полигон, где иногда провожу испытания. Я, правда, домой не заглядывал уже четыре дня, но, думаю, что слуги поддерживают порядок. У меня с этим строго. Уважаемый сатхар Гашага, вы же понимаете, что наши гости не относятся к рядовым, и им надо предложить все самое лучшее.

Гашага, конечно, понял, что Тулину с его вечным поиском чего-то нового сам Шаршуд с неба послал такую возможность. Да и, действительно, селить в общежитии такого гостя, как Тюрон, не очень солидно. Поэтому он сразу же согласился с доводами Тулина, подосадовав про себя, что сам не сообразил предложить им пожить в своем имении.

– А вы, уважаемый Тюрон, тоже можете создавать «шар огня»? – Тулин с наслаждением сделал еще один глоток ароматного чая,– я тут занимаюсь поисками защиты от него, а Колин, да минуют его козни проклятого Куктуна, очень помогал мне в этом. Жаль, что в данный момент из-за пропажи ребят я вынужден прервать свои изыскания.

Тан Тюрон, усмехнувшись, долил себе в пиалу немного прекрасного напитка:

– Я могу вам помочь, уважаемый Тулин. Тем более что ваш уровень позволяет вам и самому овладеть этим заклинанием.

– Вы научите меня создавать «шар огня»? – Тулин даже привстал от волнения и радостного ожидания.

– Почему нет? – кивнул Тюрон.– Вы – ответственный маг, разрабатываете такие нужные защитные заклинания, многие из которых оказались внове даже для меня. А это немаловажно. Знание нового пойдет на пользу, а значит, должно быть обеспечено соответствующими средствами. Более того, я вам дам возможность усиления вашего запаса. Таким образом у нас, на Магире, давно усиливают определенную группу магов.

– Простите, уважаемый Тюрон, но я чувствую в вас что-то еще, не свойственное человеку. Еще раз прошу прощения, если это вам неприятно, то можете не отвечать.

– Ну почему же, уважаемый Тулин? Все в порядке! – Тюрон зажмурился от удовольствия, сделав очередной глоток. Действительно, чай, сделанный Тулином, был превосходен.– Дело в том, что я не совсем человек. А если быть точным, то я совсем не человек. Я – дракон, и мое полное имя – Хризмон Тюрон тор Перрия Кроуншельд Прастима сен Рассия.

– Ох!..– только и смог выдавить из себя Тулин.

– И это тоже! – согласился с ним Тюрон.

– А...– нерешительно начал Тулин.

– Нет! – Тюрон отрицательно покачал головой.– Я не буду перекидываться тут. Места маловато, да и не люблю я просто так, без причины, обращаться. Как-нибудь потом.

– А Колин? – поинтересовался Тулин.

– Есть основания предполагать, что он тоже...– многозначительно бросил Тюрон.

– Вот ведь что удивительно! – сказал Тулин, бросая в заварочный чайничек новую порцию сушеных трав.– Два дракона, в существование которых у нас не верят, дают новый толчок развитию магического искусства Нарадуна...

Глава 2

Жаркая дискуссия была в полном разгаре. Сошлись в споре две школы: в красном углу – Гашага и Тулин, в синем – Тюрон.

Вместе с преподавателем прибыли и студиозы. Тан Тюрон сказал, что если он почувствует место нахождения Колина, то надо будет мгновенно перебрасываться туда, и тратить время на общий сбор будет попросту некогда. Поэтому студиозы вынуждены были постоянно находиться рядом со своим преподавателем, в том числе и при нынешнем споре. Однако в смысл его пыталась вникнуть только эльфийка Гариэль. Ну у нее был все-таки первый уровень Дара, и она не только понимала, о чем идет речь, но и старалась по мере своих сил участвовать в дискуссии. Братья, которых это вся байда интересовала как прошлогодний снег, быстро утратили к спору интерес. Наш препод лучше всех, а значит всегда прав! Пребывая в такой уверенности, они расслабились и клевали носами. Практичная Морита, тоже не понимавшая, из-за чего весь сыр-бор, чтобы не тратить времени зря тщательно обматывала среднюю часть своего лука бечевой, чтобы рука во время стрельбы не скользила.

Вдруг Тюрон, что-то горячо доказывавший оппонентам, замолчал и выпрямился, словно внимательно к чему-то прислушиваясь. Тулин, не обращая ни на что внимания, продолжал энергично возражать. Гариэль, заметив резкую перемену в разговоре, порывисто вскочила на ноги, внимательно вглядываясь в лицо преподавателя. Ее резкое движение мгновенно согнало сонливость с братьев, которые настороженно уставились на присутствующих. Морита торопливо убрала бечеву и тоже встала.

– Что?..– удивленно спросил Гашага.

– Тихо! – Тюрон резко поднял руку.

Он напряженно вслушивался в свои ощущения. Закрыл глаза, поворачивая голову в стороны, определился с направлением. Пробормотав что-то о тысячах верст, неопределенности вектора и резком изменении состояний, он неожиданно снова открыл глаза. Но это уже были не глаза человека, но глаза дракона, с вертикальными черточками зрачков, горящие янтарным пламенем

– Ребята! Я знаю, где они, но я очень сильно подозреваю, что там не все в порядке. Поэтому оружие к бою! Я сейчас открою портал. Не мешкать! Первыми Гариэль и Морита, потом парни. По одному – вперед!

Взмахом руки Тюрон распахнул портал. Самого преподавателя стало охватывать алое марево. Тулин зачарованно смотрел на него, боясь вздохнуть. Еще бы, он был свидетелем обращения дракона! Это же огромнейшая удача! Увидеть обращение из человека в дракона! Надо было все запомнить и сохранить в памяти. Потом это можно будет описать в мемуарах или рассказывать восторженным слушателям.

Студиозы не стали мешкать и, подготовив оружие, один за другим бросились в открытое окно портала. Вслед за ними, уже полностью охваченный алым сиянием, шагнул Тюрон.

Тулин успел увидеть распахнувшиеся крылья дракона и услышал какой-то рев там, куда рванулись гости с Магира.

В пол рядом с правой ногой Гашаги с противным звуком воткнулась длинная черная стрела, в рамку прохода повалила пыль, поднятая взмахами драконьих крыльев. Гашага рефлекторно отскочил в сторону, и в этот момент портал схлопнулся.

Гашага и Тулин оцепенело смотрели на стрелу, торчащую посреди комнаты.

– Кгхм,– наконец прочистил горло Гашага.– Кажется, там идет бой.

– Кажется, да. Впрочем, если там этот дракон,– пожал плечами Тулин,– то это уже не бой, а избиение.

То, что осталось от немалой армии темного мага, мы согнали к утесам, которые уступами поднимались к небу. Вроде бы они должны были благодарить своего бога, вот уж не знаю какого, что остались живы. Благодарить ли? Видимо, их бог отвернулся от них, обрекая на более тяжкую участь, чем тех, кто погиб в битве. Вы спросите почему? Я отвечу. Великий, могучий и благородный воин Тартак, которому не чуждо было чувство прекрасного, решил спеть пленным «марш победы». Так сказать, облагородить искусством массы. Так как он был единственным троллем, то многоголосного хора, конечно, не получилось, и это несколько ослабило эффект. Но все равно он был сокрушительным. Причем сокрушительным в буквальном понятии этого слова.

Тартак, размахивая палицей, ревел, самозабвенно закатив глаза, и только некая ритмичность рева выдавала в нем песню. Рев тролля устремлялся к утесам, отражался от них, и это громогласное нечто обрушивалось на головы пленных. Мы-то зажали уши (хотя надо было сообразить и набросить «полог тишины»), а вот пленные этого сделать не решились. Попробуй, заткни. Так и палицей по кумполу получить недолго!

Но вот рев закончился. Мы уже было собрались перевести дух, когда тан Тюрон, убирая руки от ушей, с облегчением сказал:

– Наконец-то! Это все?

– Все,– бодро согласился Тартак,– по первому куплету все. Вот сейчас вспомню начало второго...

О нет! Только не это! Второго куплета в исполнении нашего любимого тролля нам не перенести!

– Тартак,– отчаянно заговорил я, стараясь сбить его с сосредоточенного воспоминания,– а сколько в твоем марше куплетов?

– Пять,– честно признался наш тролль.– Только я начало пятого тоже забыл. Я там «бурум-бурум» вместо слов вставлю.

Меня при этом известии всего передернуло. Я услышал, как Морита пискнула: «Ой, мамочки!» – и как нервно хихикнула Аранта. Она прижималась ко мне, а я поддерживал ее за талию.

– Тан Тюрон, сделайте же что-нибудь! – тихо попросил Тимон.

– Тартак! – решительно отреагировал тан Тюрон.– Одного куплета на сегодня хватит. Посмотри! Наши пленные уже прониклись, добавки не надо. Спору нет, твой марш прекрасен, но не надо сразу все вываливать на неподготовленных слушателей. Высокое искусство должно подаваться небольшими порциями.

– Да? – Тартак в сомнении осмотрел пленных.– Может, еще куплетик? Для уверенности, что они прониклись духом нашей победы.

Пленные в ожидании следующего куплета с завистью поглядывали на погибших. А я подумал, что теперь знаю, почему нет большого наплыва претендентов на место обитания троллей. Скорее всего, тактика троллей в таких случаях будет строиться просто. Племени достаточно выйти, встать против вражеского войска и начать исполнение «марша победы». Да еще и многоголосное, да еще и в горах. Уверен, что этого вполне достаточно! А потом только останется смести веником в совок мусор. А если они вдруг решат исполнить весь свой репертуар?.. Ой, мама! Хотя, судя по тому, что их горы еще целы, эта сокрушительная идея, к счастью, никому из троллей в голову не приходила.

– Что будем делать с пленными? – задал практический вопрос тан Тюрон.

А действительно! У нас на руках оказалась большая толпа пленных. Куда их девать?

– Да пусть катятся к лешему, вот что делать! – фыркнула Аранта, которой вовсе не хотелось еще и с пленными возиться.– Уверена, что они этот урок запомнят навсегда.

Судя по лицам ребят, идея Аранты нашла живой отклик в их душах. Повоевать – это ладно, но вот расхлебывать плоды победы как-то большой охоты нет.

– Ари, ты права! – согласился наш наставник, мгновенно уловивший настроение ребят. Видимо, ему самому не улыбалось это занятие.– Не думаю, что Тулин будет рад, если мы потащим их через портал в его особняк. А если через кабинет ректора, то это будет гарантия, что мы наживем в его лице врага. Остальные места я особо не запоминал и настраивать на них портал не берусь.

– Эй! – Я сделал шаг вперед, беря на себя инициативу и обращаясь к пленным: – Бегите к себе домой, пока этот благородный воин не начал новую песню!

По тому, с какой скоростью остатки некогда большой орды припустили в сторону ущелья, было ясно, что они или очень соскучились по дому, или очень не хотели услышать новую песню. А может, и то и другое вместе.

Мы еще немного побродили по полю боя, рассказывая тану Тюрону и прибывшим вместе с ним ребятам о наших приключениях. Но слушали наш обстоятельный рассказ в основном препод и девочки. Братцы же, как истинные наемники, начали собирать трофеи. Ничего, сами наберут, сами и тащить будут.

Я, немного послушав знаменитого рассказчика Жереста, направился к месту гибели черного мага. Меня тревожило то, что я совсем не помнил, как это произошло. Получается, что этот эпизод выпал из моей памяти напрочь. Очнулся, когда уже все закончилось. Вот и это место. Хм, а тут что-то изменилось, но вот что? Что-то неправильное тут есть… Стоп, до меня дошло!

– Тан Тюрон! – Мой вопль, наверное, перекрыл бы рев Тартака.

Наставник резко обернулся на мой крик. Видимо, мое лицо что-то такое выразило, что он со всех ног бросился ко мне. Надо ли говорить, что и остальные наши ребята встревоженно сбежались ко мне. Я молча пальцем указывал на обгоревший труп мага, вернее, на отсутствующий обгоревший труп. Ну не было трупа! Тан Тюрон, уразумев ситуацию, даже крякнул:

– Таки ушел, зараза! А вместо себя иллюзию оставил. Хитро! Это он мастерски придумал! Не ожидал от него такого.

Мне даже показалось, что препод улыбнулся.

– Только представьте, как ловко придумал, стервец! – продолжил он, обращаясь к нам.– Иллюзия позволила потянуть время, и след переноса истаял. Теперь вектор переноса и место, куда он перенесся, определить стало невозможно.

– Тан Тюрон,– не выдержал я,– а вы вроде довольны этим?

– Он силен! – обернулся ко мне тан Тюрон.– Это очень мощный темный маг! Ловкий и хладнокровный. Наконец-то мне достался достойный противник!

Тан Тюрон довольно потер ладони, предвкушая будущий поединок.

– Какое счастье! – саркастически заметил я, наблюдая за ним.– А как нам быть с вашим достойным противником? Вам не кажется, что пока вы будете устраивать междусобойчик, этот темный успеет всех нас порешить? Или как вы себе это представляете?

Энтузиазм тана Тюрона несколько угас. Он с досадой взглянул на меня.

– Но до сих пор он же ничего не смог сделать,– как бы оправдываясь, сказал наш препод.

– Он был очень близок к этому! – едко заметил Тимон, присоединяясь ко мне.– Особенно сегодня!

– Неизвестно, как, когда и с какой силой он придет в следующий раз,– задумчиво проговорила Гариэль, вступая в разговор.

– Вы забываете одну существенную деталь: мы будем готовы к этому! – веско сказал тан Тюрон, которому не понравилось наше настроение.– Да и вы повысили свои кондиции. С каждым днем ему будет все сложнее и сложнее нас победить.

– Колин! – вмешался Тартак.– Надо было меня подхватить и на этого прыща сбросить. От доброй палицы никакая иллюзия не поможет!

– Тар, да не было его уже там,– устало пояснил я нашему троллю.

Возникла молчаливая пауза.

– Мы домой будем отправляться? – сидя на камне, нетерпеливо спросил Жерест.– Или вы тут ночевать собрались?

А ведь действительно, солнце уже клонилось к закату. Тан Тюрон сосредоточился, пошевелил губами и взмахнул правой рукой. Четко обозначился прямоугольник портала, в проеме которого мы увидели мастера защитных магических построений Тулина, который внимательно исследовал длинную черную стрелу, держа ее в руках.

Мы, по знаку преподавателя, один за другим нырнули в проем.

– Все в порядке? – из-за угла шкафа выглянул Гашага.

Оказывается, он тоже здесь. Ректор там схоронился, почувствовав магический всплеск при возникновении прохода. Стрела в руках Тулина красноречиво поясняла, почему он это сделал.

– Как я рад видеть вас всех живыми и здоровыми! – облегченно улыбаясь, продолжил Гашага, убедившись, что все мы живы и почти здоровы.– Владыка очень озабочен вашей судьбой и постоянно справляется о вас. Только при этом за сведениями он почему-то постоянно присылает своего палача. Как будто у него нет простых курьеров. К чему бы это?

– Мне кажется, уважаемый Гашага, что визит палача несет в себе еще и большую психологическую нагрузку,– тонко улыбнулся Тулин.

– Можете передать Владыке, что все в порядке! – вежливо склонил голову наш наставник.– Мы одержали полную победу.

– Не считая того, что темный маг все-таки смылся! – деловито добавил Жерест и, показывая на свою ногу, добавил: – И здоровы не все. Я вот тут ранен.

– Что?! – Тулин резко повернулся к нам, выронив стрелу.– Какой темный маг? Там что, был еще и темный маг?

– У меня есть нехорошее чувство, что тот самый, в бумагах которого вы копались,– пробурчал я.

– Салтук? – недоверчиво спросил побледневший Тулин.– Разве он жив? Разве он не погиб в результате своих опытов?

– Вот уж не знаю! Салтук это или не Салтук. Он как-то забыл представиться.

– Ничего! – решил подбодрить присутствующих тан Тюрон.– Теперь мы знаем, кого нам надо искать, и мы его найдем. Если мы объединим усилия, то от нас ему не скрыться.

– Ага! А он опять смоется,– невинно добавил Жерест, за что удостоился гневного взгляда тана Тюрона.

– Если он окажется в пределах досягаемости моей палицы, то не смоется! – гарантировал Тартак.

– Все не так просто, Тар,– печально сказал Тимон.– Мы не можем сравниться с ним по уровню Дара и по количеству подлых заклинаний. Только тан Тюрон и Колин могут с ним справиться.

– Я думаю, что и Колину он пока не по зубам,– многозначительно заметил Тулин, выделяя слово «пока».

– Что значит – не по зубам? – взвился Фулос.

И Харос возмущенно посмотрел на Тулина.

– Колин его чуть было не сжег. Только этот ваш Султук успел смыться раньше. Оставил вместо себя иллюзию и смылся!

– Салтук,– машинально поправил Тулин.– То есть как это – чуть не сжег? Пульсаром? Салтук же вроде успел разработать защиту от пульсаров. Или нет?

– Успел! – заверил я Тулина.

– Пламенем! – начал вещать Жерест, широко открыв глаза и растопырив пальцы рук, пытаясь передать всю красочность картины.– Колин сумел раз выдохнуть пламя, а тот хмырь стоит как ни в чем не бывало! Даже наоборот, как начал творить свои зловещие заклинания, да как выстрелит в Колина какой-то темной гадостью...

– И попал, – сочла нужным добавить Морита.– Я хорошо видела это.

– Да Колину хоть бы что! – отмахнулся Жерест от замечания Мориты.– Он снова взлетел и сделал новый круг. А потом ка-ак развернется, ка-ак шарахнет другим пламенем!

– Таким же,– буркнул Тартак.

– Другим! – заспорил Жерест.– Ты тогда колошматил тех вояк своей палицей и не видел, а я уже был раненый и все мог видеть. Первый раз пламя было с красноватым оттенком, а второй раз – с голубым.

– И что? – с жадным интересом спросил Гашага.

– И все! – самодовольно закончил Жерест.– Ту животину спалил, на которой этот Салтук сидел.

– Подождите! – взмолился Тулин.– Что значит – летал и пламя выпускал? Что за животина? Ничего не понимаю!

– Выяснилось, что Колин тоже дракон,– пояснил тан Тюрон.– К тому же он еще более мощный дракон, чем я.

Какое-то не очень приятное чувство возникает, когда на тебя с некоторым страхом и изумлением смотрят люди, которые раньше относились к тебе совсем по-другому. Неловко я себя почувствовал под этими взглядами. Только то, что Аранта смотрела по-прежнему ласково и даже с некоторой гордостью за меня, привносило некоторое облегчение.

Молчание затянулось.

– Ну чего уставились? Дракона не видели, что ли? – буркнул я, не выдержав всеобщего внимания.

– Не видели,– честно признался Гашага.– У нас, знаете ли, драконов маловато.

– Когда я дракон, то имею нехорошую привычку дышать пламенем,– разозлился я,– пожгу тут все и домой пойду!

Я услышал, как рядом со мной хихикнул Тимон.

– Нет уж, мы потом посмотрим. Когда-нибудь,– заторопился Тулин, очень кстати вспомнивший, что «тут» – это его дом.– Сатхар Тюрон, так вы говорили, что против боевых пульсаров имеется даже два заклинания?

Я с благодарностью понял, что Тулин дает мне время прийти в себя после вспышки.

– Это, конечно, очень интересно, но нас ждет Владыка,– нетерпеливо вклинился Гашага.– Он уже несколько раз передавал через этого маньяка палача, чтобы я, как только вы появитесь, сразу доставил вас к нему.

– Что значит – «сразу»? – возмутился Жерест.– Я, может, после битвы устал, и мои раны ноют не по-детски. Воинам же положен отдых после тяжелой битвы.

– Если воина зовет к себе Владыка, то не положен! – твердо заявил Гашага.– Тем более что у него новый палач – трудоголик. А это, знаете ли, очень веская причина, по крайней мере, для меня. У меня запасных голов нет и не предвидится.

– Придется идти,– вздохнул тан Тюрон, с сочувствием посмотрев на рыжего.– Отдохнешь после визита. Все мы отдохнем. Денек сегодня выдался насыщенным на события!

Глава 3

У ворот дворца Владыки нас даже не пытались останавливать. Еще бы! Видели бы вы эту процессию! Во главе гордо шествовал сам Гашага ас Турохт, ректор Академии магических искусств. За ним, пропустив вперед тана Тюрона, плотной цепью шли мы. Арьергард составляли Тулин ас Тулин и Кер ас Кер.

Когда глазеющие на нас стражники поняли, что мы направляемся во дворец, то они запаниковали. Командир слишком хорошо помнил наш предыдущий визит и отлично понимал, чем может закончиться очередная попытка нас задержать, поэтому он сразу же заорал на солдат, отдавая команду распахнуть ворота шире. Сам же он вытянулся в струнку, подобрал выпирающий живот, который несомненно являлся признаком преуспевающего мужчины, и, выхватив широкий палаш, отдал нам честь.

Жерест, проходя мимо этого бравого офицера, залихватски ему подмигнул, чем вызвал усиление багровой окраски на физиономии вояки, и так достаточно красной.

Как и в прошлый наш визит, Владыка совершал вечернюю прогулку. Это означало, что Хевлат важно шествовал по дорожкам, а свита торопливо семенила следом. При этом придворные злобно пихались локтями, пытаясь занять более выгодное местечко. А выгодность местечка зависела от настроения Хевлата. Сами понимаете, если он не в духе, то лезть на передний план – себе дороже. То есть если Хевлат настроен благодушно, то толкание локтями происходило на сближение с Владыкой, а если, напротив, не в духе, то локтями поближе к Владыке выталкивали неудачников. Так как настроение Хевлата было очень непостоянно, то в толпе придворных происходило постоянное перестроение.

Все это сборище со всех сторон бдительно стерегла личная охрана Пресветлого (это еще один титул, который официально принадлежал Владыке). Бойцы личной охраны были лучшими из всего войска Нарадуна.

Вот эти воины и выскочили первыми из кустов. Впрочем, на сей раз они наставлять на нас свое колющее и режущее не спешили, хорошо запомнив возможности нашей могучей кучки. Просто встали перед нами и бдительно на нас смотрели.

– Кого я вижу! – радостно воскликнул Владыка, завидев нас.– Гашага, я рад, что не ошибся в тебе. Только мне помнится, что тогда студентов было значительно меньше. Ну-ка, признавайся! Ты что, из преданности ко мне находил каждого из пропавших студентов по два раза?

– О нет, Владыка,– поклонился Гашага,– просто к нам прибыли гости из Магира. Разрешите представить вам куратора этой группы – благородного сатхара Тюрона.

Тан Тюрон вышел на шаг вперед и, поклонившись, представился по всей форме сам:

– Хризмон Тюрон тор Перрия Кроуншельд Прастима сен Рассия. Можно просто тан Тюрон.

Тартак, всегда считавший, что краткость – наилучшее достоинство, даже крякнул, услышав столь длинное представление.

– Впечатляет! – кивая, промолвил Хевлат.– А что, у вас в моде такие длинные имена?

– Эти имена обычны для драконов,– с достоинством ответил наш преподаватель.

– Драконов? – Хевлат иронично подтянул правую бровь вверх и внимательно осмотрел нашего преподавателя.– Мне почему-то казалось, что эти сказочные существа имеют несколько другой вид. А они ничем от людей не отличаются, надо же!

Я напрягся в ожидании вспышки со стороны тана Тюрона, но он умел держать себя в руках, хотя слабое алое сияние вокруг него все же возникло.

– Вот теперь верю, что различия есть,– спокойно кивнул Владыка, не сводивший взгляда с тана Тюрона.

В этот момент тан Тюрон оглянулся на меня, и я понял, чем было вызвано это сияние. Его глаза слегка светились янтарным светом, и вертикальные зрачки не оставляли сомнений в том, кому они принадлежат. Частичная трансформация, так, по-моему, это называется.

– А полностью вы перекинуться не желаете? – продолжил Владыка, одаривая светской улыбкой нашего препода.– Верите, никогда не видел настоящего дракона. Ну если случайно спалите парочку там этих,– Хевлат лениво махнул рукой на группу придворных,– так это не беда. Новых возьмем.

Вся свита тревожно зашевелилась. И я ее понимаю. Кому же хочется попасть в эту парочку? Наиболее предприимчивые начали проталкиваться назад, подальше от взгляда Пресветлого.

– Мы никогда не теряем контроля над своей ипостасью, поэтому жертвы исключены,– твердо сказал тан Тюрон.– Просто мы не любим оборачиваться без надобности. Но если Владыка пойдет нам навстречу в решении некоторых вопросов, то и я пойду против некоторых своих принципов.

Ага! Кажется, я понял. Один из принципов драконов – это не превращаться без надобности.

– Да конечно же! – Хевлат даже вяло помахал руками.– Мы во всем и всегда готовы пойти вам навстречу. В пределах разумного, естественно. Так что не волнуйтесь! Мы сможем договориться.

Наш наставник немного постоял в задумчивости, потом отошел на достаточное расстояние от нас и замер. Я смотрел во все глаза. Это же и я так должен уметь.

Его начало охватывать алое сияние. Оно становилось все сильнее и ярче, пока совсем не скрыло фигуру человека. Вдруг как-то внезапно, скачком, оно померкло, и на месте тана Тюрона возник большой алый дракон. У меня дух перехватило. До чего же он красив!

...На плечо мне легла чья-то рука и крепко его сжала. Я обернулся и встретился взглядом с Тимоном. Он незаметно покачал головой. Я выдохнул, и слабое желтое сияние вокруг меня рассеялось. Все были увлечены преобразованием тана Тюрона, а на меня никто не обратил внимания, кроме верного друга, конечно. Хотя нет, Аранта тоже тревожно смотрела на меня. Я успокаивающе поднял руку. Девушка кивнула.

Я снова перенес внимание на тана Тюрона. Хотя какого тана? На алого дракона! Он раскинул свои прозрачные крылья, сделал мощный взмах, одновременно отталкиваясь задними лапами от земли, взмыл в чистое вечернее небо над дворцом Владыки и сделал два круга. Мы восхищенно смотрели на это чудо. А вот еще и пламя вырвалось! Красивые яркие языки и в то же время – грозные и убийственные. У меня внутри что-то сладко заныло. Неудержимо захотелось и мне вот так парить в небе, поплевывая огоньком на мелкую суету внизу. Но надо сдерживаться. Эх!..

Дракон тем временем сделал очередной вираж и внезапно рухнул вниз, скрывшись за деревьями парка.

– Упал! – испуганно вскрикнул кто-то из толпы придворных.

Все стояли и пялились на деревья, стараясь разглядеть среди них, что же случилось. Я тоже пялился, когда за моей спиной кто-то деликатно кашлянул. Я резко обернулся, уже зная, кого увижу. Наш наставник стоял со спокойным выражением на лице, но глаза смеялись. Ну конечно, телепортнулся! Ему-то это дело – раз плюнуть. Надо будет попросить, чтобы научил. Полезное умение! Главное, ноги зря топтать не требуется. Никто, кроме меня, на кашель тана Тюрона не обратил внимания. Это же не Владыка кашлянул.

– Красивый дракон... был,– вздохнул Хевлат.– Эй! Кто-нибудь там! Возьмите людей. Все собрать, ну и... с соответствующими соболезнованиями.

– Что случилось? – громко спросил тан Тюрон.

Хевлат обернулся и внимательно всмотрелся в него, пожевал губами, размышляя.

– А там,– Владыка ткнул пальцем за спину,– там кто был?

– Я,– ответил тан Тюрон, несколько удивленный подобным вопросом.

– По всей видимости,– вклинился Гашага,– сатхар Тюрон после обращения в человека сразу же телепортировался сюда.

– А кто мне рассказывал, что на территории моего дворца такие трюки невозможны? – нейтральным тоном спросил Хевлат.

Гашага услышал возбужденное сопение за своей спиной и, обернувшись, наткнулся на ласковый, я бы даже сказал, обожающий взгляд заплечных дел мастера.

– Я говорил, что они невозможны для всех магов Нарадуна,– заторопился Гашага,– но с прибытием уважаемого тана Тюрона, одного из самых могущественных магов современности, я хотел бы, с вашего позволения, поработать над тем, чтобы эти трюки стали невозможны и для магов из других миров, коли они вдруг решат наведаться сюда.

– Да? – выгнул правую бровь Владыка.– Это похвально. Поработай, обязательно поработай!

Хевлат сделал жест рукой, как бы отгоняя палача. У того лицо жалобно скривилось, но от предполагаемой жертвы он отодвинулся.

– Простаивает без работы,– вздохнул Владыка, глядя на палача.– Давно простаивает, как бы не зачах. Так что там произошло? Я слышал краем уха, но хотелось бы услышать из первых уст.

Тан Тюрон начал рассказывать. Я слушал тана Тюрона и не верил своим ушам. Во всяком случае, наш наставник тщательно избегал упоминаний о моем превращении. Он вообще не сказал о том, что я был драконом. Странно, но и остальные, по какому-то молчаливому соглашению, совершенно спокойно воспринимали этот факт. Видимо, на моем лице отразилось это внутреннее недоумение, так как Владыка, благосклонно мне кивнув, спросил:

– А вы что-то хотите добавить, молодой человек?

Тан Тюрон чуть нахмурился и строго взглянул на меня.

– Нет, Владыка,– повинуясь его взгляду, произнес я.– Просто сейчас я снова переживал те моменты.

– Да,– покивал головой Хевлат,– это было серьезным испытанием. Но вы отлично с ним справились! Значит, вы хотите сказать, что в этом году нам не грозит нашествие южных варваров?

– Осмелюсь заметить, о Пресветлый, что нам такое нашествие не грозит, пожалуй, и в следующем году,– блеющим голоском вставил какой-то старичок из придворных.

Не знаю, чего он хотел добиться. Наверное, одобрения, но Владыка опять перевернул все с ног на голову:

– А наши воины без дела утратят квалификацию! Как нам поддерживать их высокий боевой дух, скажи на милость?

И тут я заработал, наверное, проклятие сотен поколений нарадунских вояк.

– Ваше величество, устраивайте им военные учения,– брякнул я, не подумав о последствиях и специфической атмосфере Нарадуна.

Владыка и один из придворных, судя по его хламиде – министр обороны, мгновенно обернулись ко мне.

– Как ты сказал? – перешел на «ты» Хевлат.– Военные учения?

Я неуверенно кивнул. Но теперь эта идея мне уже не казалась такой гениальной.

– Вот! – поднял вверх палец Хевлат.– Вот что значит, когда мозги занимают свое место в голове и соображают. Награжу!.. Потом.

Хевлат резко обернулся к военному:

– Ты понял, Сткалет?

– Понял! – браво ответил вояка, пуча от старания глаза и пытаясь придать своей фигуре хоть какую-то военную выправку.

Хевлат некоторое время смотрел на его попытки, потом скривился:

– Сомневаюсь. У тебя давно уже мозги сместились в область желудка. Чем занимаются сейчас твои солдаты?

Сткалет наморщил лоб, силясь вспомнить: чем же таки эти солдаты сейчас занимаются?

– Можешь не стараться! – рявкнул Владыка.– Я тебе и так скажу: спят, жрут, пьют и устраивают мордобои. Среди всех солдат только мои орлы не дремлют!

«Орлы», окружающие нашу компанию, довольно заулыбались, польщенные высокой похвалой.

– Как вы думаете, тан Тюрон… – Владыка подхватил под руку нашего преподавателя и прогулочным шагом двинулся по дорожке.– Если я попрошу, ваш... э-э-э... король позволит этому очень сообразительному мальчику переехать сюда? Я чувствую, что скоро мне понадобится новый командующий войсками. Да и, вообще, вы же знаете, что умных и преданных людей найти – это всегда проблема.

– Простите, Владыка, – вежливо ответил тан Тюрон,– но у нашего короля уже есть свои планы на этого парня.

Я услышал сдавленное хихиканье за моей спиной. По-моему, это была Аранта.

– Какая жалость,– искренне расстроился Хевлат.– Ну почему все самое лучшее принадлежит другим? А мне остается все самое плохое, если, конечно, не считать моего палача.

Он неожиданно остановился и развернулся к нам:

– Вот помню, что заметил что-то необычное, а только сейчас понял – что именно.

Владыка с интересом рассматривал Гариэль.

– Наслышан, что эльфы красивы... Да... Весьма, но нет должного объема. У вас необычная мода на худощавость. Как тебя зовут, девушка?

По-моему, Гариэль такое обращение пришлось не по нраву. Она нахмурила брови, приняла величественный вид и своим звонким голоском обратилась к Тимону:

– Граф, представьте меня!

Как же, как же! Читал где-то, что общение у благородных без взаимного представления невозможно. Причем представлять должен третий благородный. Всякие там: «Здоров! Я – Хевлатик».– «Привет, а я – Эль»,– исключены по определению.

Тимон, услышав просьбу Гариэль, весь подобрался, шагнул вперед и изысканно поклонился:

– Пресветлый Владыка! Разрешите представить вам дочь Хранящего Свет ее высочество Гариэль Отолариэ.

Я поймал себя на том, что наслаждаюсь видом Хевлата. Его глаза округлились, брови поднялись на немыслимую высоту. Это было неожиданно для него. Да что там говорить, это было неожиданно для всех, кто не знал нашу Гариэль!

– Такая важная особа у меня в гостях! – наконец выдохнул Хевлат.– А меня никто не предупредил! Где главный распорядитель?

– Вы его казнили еще в начале периода дождей,– проблеял старичок из свиты.

– Опять тебе не повезло! – с досадой обратился к своему палачу Владыка и снова воззрился на толпу придворных.– Ко мне пришли столь высокие гости, а я не одет должным образом! Ничего, я отыграюсь на главном распорядителе моей одеждой.

Хевлат еще немного посопел, поглядывая на нашу эльфиечку, потом изобразил на лице любезную улыбку:

– Чем же мне загладить столь вопиющую бестактность с моей стороны?

Гариэль (вот уж умеют эти аристократы!) милостиво кивнула головкой:

– Ничего страшного, Пресветлый! Может, вам не покажется слишком дерзкой моя просьба?

– Все, что угодно!

– Я слышала, у вас есть мои сородичи...

– Ну что вы! У меня никого из ваших сородичей нет! Это все наговаривают на меня.

– Я имею в виду ваш мир,– терпеливо продолжила Гариэль.

– А? Да-да-да! Это есть. Отказываться не буду,– покивал головой Владыка.

– Вы можете помочь мне навестить их?

– В том, чтобы добраться до них, проблемы нет, принцесса. Проблемы возникают при попытке высадиться на их берег. У них странные представления о красоте. На гостя, не украшенного хотя бы парой длинных стрел, воткнутых в самых неожиданных местах, они и смотреть не хотят. Не уверен, что для вас они сделают исключение. И, что печально, от их стрел не защищают никакие магические экраны. И что еще печальней, так это то, что со стрелами в организме переговоры вести очень трудно. Я бы даже сказал, невозможно.

Владыка скорбно поник головой, видимо вспомнив, сколько экранов было испытано в таких вот боевых условиях.

– Я думаю,– внезапно подал голос тан Тюрон,– что если ее высочество сойдет на берег в сопровождении дракона, то отношение будет несколько иным.

Так. А кто у нас будет драконом?

– Жаль, что я не дракон! – пробурчал Тимон, как будто в ответ на мои мысли.

– Ничего в этом особенного нет,– буркнул я в ответ.– Одни хлопоты и потеря памяти.

– Но хотелось бы заверений, что в случае чего я вас отговаривал,– задумчиво изрек Хевлат.– И желательно в письменном виде. Вы же понимаете...

Владыка выразительно покрутил пальцами, как бы поясняя, что именно мы должны понимать.

Тан Тюрон согласно кивнул.

– Вот и прекрасно! – обрадовался Владыка.– А корабль будет вас ждать... Ну скажем, через пять дней в порту города Сартута.

Хевлат повернулся к толпе придворных и повелительно помахал рукой. Из толпы бодренькой рысью выметнулся наш старый знакомый Малур ас Малур.

– Ты слышал, что я сказал? – обратился к нему Владыка.

– Да, Пресветлый, да пребудет с тобой...

– Я знаю, что со мной пребудет! – оборвал Малура Хевлат.– Вот и обеспечь то, что я сказал. Иначе я точно могу сказать, что, вернее, кто пребудет с тобой.

Лицо палача выразило радостное нетерпение. Он, пожалуй, был единственным, кто в этот момент не желал успеха Малуру. Малур испуганно покосился на палача и выпалил:

– Все будет обеспечено в наилучшем виде, о Пресветлый Владыка!

Глава 4

– Таким образом можно не только отбить «шар огня», но и направить его обратно! – завершая тираду, громко сказал Тулин.– Пусть тот, кто его зажег, у него же и греется!

Схватив чашку с водой, он залпом выпил ее, тем самым показывая, что его пламенная, причем в буквальном смысле, речь закончена. Два обугленных манекена в дальнем конце подвала еще посверкивали остаточными искрами.

– Хм,– задумчиво отреагировал тан Тюрон, постукивая костяшками пальцев по столу, у которого он сидел в плетеном кресле.– Весьма убедительно, но...– Он встал и прошел к черте, которая у нас обозначала огневой рубеж.– Сформировать полусферу за тот короткий промежуток времени, что к вам летит пульсар, вряд ли возможно.

– Вот! – подняв палец, с удовольствием ответил Тулин.– Это вы так считаете, мой друг. Этот довод практически всех вводил в заблуждение. Но если подвесить готовое заклинание на «мгновенный ответ», то тут открывается простор для многих вариантов. Главное, правильно рассчитать направление полусферы! Колин, будь добр, займи место у манекенов!

Я молча поднялся со стула и промаршировал в дальний конец подвала.

– Тулин, что вы собираетесь делать? – встревожился тан Тюрон.

– Грохнуть он его собирается! – мрачно прокомментировал со своего насеста Тартак.

– Я ничего не собираюсь! – открестился Тулин.– У меня уже резерв исчерпан. Поэтому собираетесь вы, тан Тюрон.

– И что же я собираюсь? – прищурился наставник.

Даже со своего места мне было видно, как его глаза засветились янтарем.

– Уверяю вас, сатхар Тюрон, вашему студенту ничто не угрожает! – горячо заверил Тулин.– Мы хорошо, очень хорошо все просчитали.

– Если бы он еще умел считать! – фыркнула Аранта, тоже наблюдавшая за нашими упражнениями.

– Эй, полегче на поворотах! – завопил я из своего конца подвала.– Я десять лет учился считать и писать. Уж что-что, а это я умею. Я даже таблицу умножения знаю!

– Довод, конечно, чрезвычайно убедительный! – хмыкнул тан Тюрон.– Так что вы хотите, уважаемый Тулин?

– Чтобы вы запустили «шар огня» в Колина,– просто ответил Тулин.

– Вы понимаете, чем это может грозить, если Колин не успеет сформировать полусферу отражения? Ведь даже для драконов мощный боевой пульсар представляет известную опасность. И куда пульсар полетит, если Колин все же сформирует полусферу?

– В нас он полетит! – убежденно пробурчал Тартак.

– Нет-нет! – поспешно сказал Тулин.– Мы и этот момент проработали. Нет никакой опасности. Прошу вас, тан Тюрон!

Препод с сомнением посмотрел на меня. Я жестом успокоил его, активируя заклинание «мгновенного ответа», на которое накануне мы подвесили разработанную Тулином защитную новинку. Мы многократно проверили это заклинание. Сначала, в качестве пробы запускали точечные пульсары, а под конец испытали и несильный боевой пульсар. Метать его пришлось мне, а мастер защитных магических построений самоотверженно его отфутболил в манекен.

– Ну смотрите! – со вздохом сказал наставник.– Если что, то второй пульсар полетит в вас, Тулин. Вы уж не обессудьте!

– Я его раньше палицей достану! – успокаивающе рыкнул Тартак.

– Тар! Не вмешивайся! – запротестовала Аранта.– Я лицо более заинтересованное. Мне и придется с ним разбираться.

– Молчать! – резко приказал тан Тюрон.– Распустились тут. Как вы смеете угрожать преподавателю? Мы еще поговорим на эту тему! Хорошо, Тулин. Я сотворю самый слабый пульсар.

– Нет! – твердо возразил тот, слегка побледнев.– Все, как и положено в боевых условиях. Прошу вас, сатхар Тюрон.

Наставник, покачав головой, стал на линию огня. В его руке разгорелся оранжевый шар пульсара. Тан Тюрон резко метнул его в меня. Сердце пронзил мгновенный приступ страха. Инстинктивно перейдя на сверхскорость, я увидел, как все происходит. Вот на пути пульсара возникает туманное облачко активированного заклинания. Оно действительно похоже на вогнутое зеркало. Пульсар попал в него, но не смог пробить. В это время зеркало повернулось (особенно изящный момент в заклинании), а огненный шар, скользя по вогнутой стенке, вылетел и врезался в ближайший манекен, основательно обуглив его.

– Вот! – как-то особо громко в наступившей тишине выдохнул Тулин.– Это и есть мое решение проблемы «шара огня»! В данном случае пострадал лишь манекен, но если в расчетах поменять некоторые данные, то «шар» будет направлен в того, кто его запустил.

– Впечатляет! – задумчиво проговорил тан Тюрон.– Вы не откажетесь предоставить мне ваши выкладки с расчетами?

– О! Конечно, конечно! – заверил Тулин.

А Аранта подлетела ко мне и, заботливо ощупывая, выпытывала:

– Колин, ну, Колин же! Он тебе ничего не повредил? Все в порядке?

– Да все в порядке,– бормотал я, пытаясь увернуться от ее заботливых рук.– Ты же видишь, что я не пострадал.

Все мы были в неважном настроении. Состоялась-таки обещанная таном Тюроном беседа с нами. Он метал громы и молнии. Он раскритиковал каждый наш шаг в Нарадуне. Для любого из нас у него нашлась пара ласковых слов, и он не замедлил выплеснуть их на наши головы. Робкие попытки объяснить поступки обстоятельствами были отметены решительно и бесповоротно. Даже правильные действия были признаны неправильными из-за того, что вызваны нашим же непродуманным поведением. Под конец речи тана Тюрона мы сидели с покрасневшими ушами (я – так уж точно) и избегали смотреть друг другу в глаза. Даже Тартак повесил свою буйную головушку. Ребята, прибывшие с наставником, сочувственно сопели, но выступать в нашу защиту не решались. Особенно тан Тюрон возмущался тем, что мы не проявляем должного уважения к старшим по возрасту. Попытка тролля сказать, что людей, достойных его уважения, он может пересчитать по пальцам одной руки, вызвала поток гневных фраз, который чуть было не смыл Тартака с подушек. Тролль только возмущенно сопел, но более возражать не решился. Аранта осталась при своем мнении. После состоявшегося разговора она еще долго ворчала, и все ее ворчание пришлось выслушивать мне.

Теперь вы понимаете, с каким настроением мы собирались в дорогу?

Малур стоял перед нами и, время от времени сверяясь с «ма-аленьким» свиточком метра этак на полтора, докладывал о проделанной работе:

– Три бочки маринованных раштуров, пять лотков хлебцев, четыре плетенки шашкаратов...

Я тихо косел, слушая этот длинный перечень запасов, необходимых, по мнению Малура, нам в дорогу. А вот Тартак внимательно вслушивался и одобрительно кивал головой с каждым новым наименованием.

– Все это, конечно, хорошо! – прихлопнул ладонью по столу тан Тюрон.– А как продвигаются дела с кораблем?

– Будет! – торопливо просматривая свой списочек, заверил Малур.– Через три дня в порт Сартута заходит каботажный глоппер «Звезда Нарадуна». Вот его мы и используем для вашей экспедиции. Придется, конечно, отменить коммерческий рейс, но повеление Пресветлого Хевлата превыше всего.

– Одного не пойму. Почему ты это докладываешь нам, а не Владыке? – прищурившись, спросил Тимон.

– У Владыки сегодня плохое настроение,– печально поделился новостью Малур.– Начни я ему докладывать, боюсь, что продолжение уже слушал бы его палач.

– Да...– протянул Фулос.– Ваш Владыка крут.

И Харос покивал, соглашаясь с ним.

– Так что если вы завтра отправитесь с караваном в Сартут, то дня через три как раз будете на месте.

– Ну мы – это ясно,– кивнул тан Тюрон.– А ты?

Малур явственно дернулся:

– Я уж тут как-нибудь...

– Что так? – улыбнулся наш наставник.– Поближе к Владыке?

– Ага! – добавил Жерест.– И к его трудолюбивому палачу.

– У меня морская болезнь,– пожаловался Малур.

– Да мы же не требуем, чтобы ты плыл с нами! – возмутился Тимон.

– Нет, вы не поняли,– покачал головой Малур,– она у меня от поездки на шаршурах начинается.

Шаршур – это местный вид транспорта. Вот как у нас верблюды, так тут шаршуры. Только у них питание не в горбах, а в боках. Этакие широкие диваны на четырех столбообразных лапах. Правда, они этими лапами перебирают очень бодренько.

– Не боись, Малур! – Тартак подбадривающе улыбнулся.– У нас лекарство от морской болезни есть. Один прием – и о ней совершенно забываешь.

Тролль многообещающе пошевелил своей палицей.

– Ну да,– буркнул я,– и обо всем остальном тоже. Нечем вспоминать становится.

– Вот! – кивнул на меня Тартак.– Народ знает.

Малур кисло улыбнулся:

– Я все понимаю, но действительно побаиваюсь ехать. Говорят, что на караванных путях нынче неспокойно.

– Малур! – Я даже удивился.– Ты же с нами ехать будешь. Если те, кто там неспокоен, наедут на нас, то потом на этой самой караванной трассе будет очень спокойно. Я бы даже сказал – абсолютно спокойно!

Малур покивал:

– В том-то и дело, что там не магические нападения, а самые что ни на есть физические. И солдат туда уже посылали. А толку – никакого! Они, когда видят, что караван сопровождают воины, не нападают.

Наконец караван готов к выходу из Радуна. Диспозиция такова: впереди братцы, этаких два бедных бедуинчика. Их сарохи топорщатся от рукоятей мечей. Явственно позвякивают кольчуги. Дальше выстроилась длинная вереница шаршуров, добрая половина которых тащит наши припасы. Тут нет ничего особенного, кроме запахов, свойственных хорошим дасторам.

Дасторы – это местные рестораны. Они отличаются от обычных тем, что в них принимают пищу по строгому ритуалу. Впрочем, тролль этих ритуалов так и не усвоил. И ничего! Лопает всю эту байду за милую душу.

Собственно, сам Тартак находится сразу за грузовыми шаршурами. Это грандиозное зрелище.

Когда шло обсуждение способа передвижения, наш тролль вдруг сообразил, что если он ничего не предпримет, то ему придется преодолевать расстояние от Радуна до Сартута на своих двоих. Тартак категорически не хотел этого делать под палящим солнцем. Что, собственно, им и было высказано во всеуслышание. Малур пообещал решить возникшую проблему. И вот Тартак, наверное, впервые будет не идти, а ехать. И передвигаться ему предстоит на двух шаршурах, скрепленных между собой широким и крепким помостом.

Вот на этом самом помосте и устроился Тартак. Он возвышается над караваном белоснежной башней. Чтобы не дать солнцу шанс, Тартак натянул на голову капюшон сароха. И только покрасневший от загара внушительный нос торчит из-под капюшона, алчно принюхиваясь к запахам, доносящимся от передних шаршуров. А шаршуры – ничего, ни гу-гу! Стоят, будто так и надо. Тупые скотины, но невероятно сильные и выносливые. Палица Тартака на своем законном месте, то есть на плече.

– Тартак! Убери палицу с плеча! Ты нас демаскируешь,– скомандовал тан Тюрон.

Тар что-то пробурчал, но палицу с плеча убрал.

Дальше следуют две прекрасные сарумэ с пажом. Сарумэ – это Гариэль и Морита, а паж, как легко догадаться, Аранта. Вообще-то на эту роль претендовали еще и Тимон с Жерестом. Ну с Тимоном все ясно. Влюблен в Гариэль по самые уши. А вот зачем это надо Жересту? Впрочем, это неважно! Аранта ласково улыбнулась, и желающие сразу отсеялись. Паж... тьфу ты! Аранта захватила с собой все свои смертоносные штучки. Сейчас она сидит за спиной Гариэль и нервно косится на собравшуюся толпу: как бы чего не вышло! Ари сейчас не в духе.

Группу магической поддержки, замаскированную под караванщика и его помощников, представляем мы – тан Тюрон, Тимон, Жерест и я. Ну и еще небольшой отряд охранников. Небольшой, потому что он должен не отпугивать грабителей, а как бы даже наоборот – притягивать.

Заскрипели, открываясь, тяжеленные ворота. Фулос залихватски свистнул и ткнул своего шаршура жезлом погонщика. Тот постоял немного с философским видом, после чего... чихнул.

– Счас спою,– угрожающе пробасил со своего помоста Тартак.

Это подействовало! Шаршуры двинулись вперед.

Песок, песок и еще раз песок. Глазу не за что зацепиться. Вот не люблю экстремальные природные условия! В пустыне – жара и песчаные дюны, в тундре – холод и снеговые дюны. Правда, вдали прямо по курсу видны горы. Но они какие-то призрачные и очень уж далекие. Не верится, что там мы будем через два дня. Солнце печет немилосердно. Сарохи не справляются с его жаром. Мне даже жаль стражников, которые понуро бредут по сторонам каравана. Через два дня мы подойдем к горам. Там, по словам Малура, которого Владыка отослал-таки с нами, нам предстоит пройти по ущелью, разрезающему горы, и выйти к океану. Но это кажется таким же далеким и невероятным, как мираж: видишь, но не веришь.

Караван неспешно движется. Настоящий караванщик, не тан Тюрон, а местный абориген, имени которого мы так и не удосужились узнать, устало и привычно смотрит вперед. Вроде все как обычно в этой караванной жизни.

Я создал прохладный ветерок, и он мягко обвевает мое распаренное лицо.

– Колин, как ты это делаешь? – Тан Тюрон повернулся ко мне, с интересом рассматривая мой трепещущий в потоке прохладного воздуха капюшон.

– Это заклинание эксклюзивное,– охотно ответил я,– только для таких мест.

– А ну, дай характеристики,– живо заинтересовался преподаватель.– Вспомни, как учил тан Хараг.

Я поднапрягся, вспоминая. Вроде все правильно сказал. Тан Тюрон кивнул головой, щелкнул пальцами... Мгновенным сильным порывом ураганного ветра его, Тимона и Жереста снесло с шаршуров. Блин! Я же энергетическую составляющую перепутал! Судя по злющим лицам поднимающихся из песка препода и парней, мне предстоит об этом очень сильно пожалеть. Может, пока не поздно, сбежать под защиту Тартака?

Но ни пожалеть, ни убежать я не успел. Караванщик вдруг что-то тонко прокричал, соскочил с шаршура и понесся в сторону от тропы. За ним, подобрав полы сароха, зайцем поскакал на тонких ногах Малур. Стражники нестройной толпой припустили следом.

Мы, оцепенев от неожиданности, смотрели им вслед. Что это с ними произошло? Перегрев или шиза какая-то напала?

– А вы почему не побежали за кара-шротом? – услышал я за спиной незнакомый голос.

Мы обернулись и обнаружили неподалеку внушительную группу всадников на скакунах – каких-то умопомрачительных гибридах ящера и кенгуру. Впереди этой группы находился живописный тип а ля Робин Гуд в пустынной модификации. Белая материя плотно укутывала его тело. Только глаза, поблескивающие в прорези, отличали его от мумии какого-нибудь фараона. Да и арсенал, пристегнутый к поясу, тоже фараону не подходил. Он без опаски, но с изрядной долей удивления взирал на нас. Почему без опаски? Да потому что человек сорок за его спиной решительно отвергали всякую опаску, тем более что нас-то осталось в караване очень немного. Да и девочек этот предводитель в расчет не принимал, что конечно же являлось большой ошибкой.

– Надо же, кара-шрот...– прогудел Тартак.– И как это я его сразу не узнал? Наверное, он очень изменился со дня нашей последней встречи.

Предводитель отстегнул повязку на лице и надменно взглянул на Тартака:

– Я думал, что это манекен для маскарада, а он еще и разговаривает!

Глаза Тартака недобро прищурились, в то время как на лице появилась добродушная улыбка.

– Тан Тюрон, вот этот данный людь старше меня, а отнестись к нему с уважением я что-то никак не могу. Может, ну его, это уважение?

– Да, Тартак.– Наставник внимательно наблюдал за разбойниками. А в том, что это разбойники, мы уже не сомневались.– Ты же знаешь, что не бывает правил без исключений. Вот одно из таких исключений как раз перед нами.

Попытавшись прокачать энергию, я вдруг понял, что у меня ничего не вышло, и почувствовал себя голым. Магия, ставшая столь привычной, исчезла! Судя по лицам Тюрона и Гариэль, с ними произошло то же самое.

Предводитель поморщился:

– И не пытайтесь! У нас есть амулет, который уничтожает любую магию поблизости. Из-за этого его даже приходится отключать, чтобы активизировать амулет с кара-шротом. Не побежали, ну и ладно. Тогда вам придется умереть. А если бы побежали, то, глядишь, еще бы денька два прожили.

Он вяло поднял руку, собираясь дать какую-то команду.

– Добрый какой! – пробасил Тартак, подхватываясь со своего помоста.

Конечно же он не забыл прихватить свою палицу, которую тут же раскрутил в туманный круг. У сарумэ в руках появились луки. Да и стрелы уже были на тетивах. Вряд ли отсутствие магии помешает нашим девочкам метко пострелять. Аранта, размывшись в туманный силуэт, переместилась к нам. Я тоже не стал мешкать. Раз уж не получается угостить ребят пульсаром, придется угостить их добрым металлом. Братцы, молодецки ухая, быстро приближались к нам от головы каравана, прыгая по спинам шаршуров. Мечи в их руках бросали острые лучи отражаемого солнца. Я услышал шипение выхватываемых таном Тюроном и Тимоном клинков. Один из разбойников вскинул лук, целясь в Тартака, но тут же вывалился из седла со стрелой в глазнице. Замечательно! Это Гариэль открыла охоту на горе-охотников.

Выхватывая свои кривые мечи, разбойники ринулись на нас. Моей главной задачей стало не попасть под палицу Тартака, который с радостным ревом врезался в набегающих разбойников. Я вошел в темп и упоенно начал колоть во все, что подворачивалось по пути и не носило признаков наших ребят. Ну как тут не вспомнить добрым и ласковым словом нашего преподавателя боевых искусств Баграна Скитальца...

Разборка не заняла много времени. Скорее всего, грабители еще ни разу не сталкивались с таким отпором. Предводитель умудрился остаться в живых. Его лично взял тан Тюрон. Не думаю, что ему повезло. Судя по хмурым взглядам препода, его ждет тот еще прием в Сартуте. Главаря и еще четверых разбойников мы согнали в кучку и озаботились нашими попутчиками. Где они? Куда успели добежать?

– Тартак! – Тан Тюрон, вытирая рукавом сароха пот, обратился к троллю: – Ну-ка, грянь свой «марш победы», да погромче!

Тартак секунду недоверчиво смотрел на наставника, потом улыбнулся, встал в позу и взревел.

Шаршуры присели от этого рева. У нескольких оказались довольно слабые желудки. Тролль самозабвенно выводил рулады. Пленные взирали на него со священным ужасом. А мы? Мы плотно зажимали уши, стараясь сохранить барабанные перепонки.

Глава 5

Тихо потрескивал походный костерок, у которого мы собрались перед сном. Вы спросите, какой это в пустыне костер и что служит для него топливом? Да нормальный магический костер! Самый обыкновенный. Он даже греет и освещает вокруг себя какое-то место. Костер создал тан Тюрон, а потрескивание он добавил для уюта.

Наш препод подвесил над собой яркий осветительный пульсар, под которым внимательно рассматривал штуку, лишившую нас магии. Что-то мурлыча себе под нос, он вертел ее и так и этак.

Щелчок. Костер исчез, пульсар погас под наше недовольное «у-у-у!» и удовлетворенное «хм!» наставника.

Снова щелчок. Тут же вновь разгорелся костер и возник пульсар. Тан Тюрон, обращаясь к нам, начал объяснение. Впрочем, к этому времени внимать ему были способны уже не все – вон Жерест уже задремал, прижавшись к теплому боку лежащего шаршура.

– Этот амулет построен на интересном принципе! – увлеченно говорил тан Тюрон.– На самом деле это тоже магия, но, так сказать, со знаком «минус». То есть при магическом действии он создает магическое же противодействие, равное энергии затраченной магии. На выходе получается «ноль». Таким образом, за счет отрицательного воздействия, равного энергии заклинания, происходит поглощение этой энергии.

– Так это что? – не понял я.– Если вы, к примеру, захотите перекинуться в дракона, то не сможете?

– Чепуха! – сердито выдал препод.– Он действует на магию, направленную вовне, а не вовнутрь. То есть если я осуществляю магическое воздействие на себя же, то этот амулет его не блокирует, потому что вовне не выходит ни капли энергии. Она задействуется в замкнутом объеме, выпадающем из общего пространства.

– Ну так надо было обернуться драконом и «хекнуть» на эту обезьянью команду,– пробасил Тартак.– А то пришлось при такой жаре размахивать палицей. А я, между прочим, от этого потею.

– Мне было так не по себе! – поежилась Гариэль.– Когда я лишаюсь магии, то чувствую, будто чего-то не хватает...

– Платья! – донеслось от Жереста.

– Рыжий! Сейчас тебе чего-то хватать не будет! – грозно обернулась Аранта.

– Чего? – заинтересовались у теплого бока шаршура.

– Места! – однозначно и коротко проинформировала Аранта.

– А вот меня интересует, чего это наша «группа поддержки» как с дуба упала? – задумчиво сказал я.– Почему это они так рьяно в пустыню рванули?

– Ну так у них и спроси! – посоветовал Тимон.– Малур! Эй, Малур! Вопрос есть.

Темные покрывала зашевелились, и в отсветах костра (пульсар наставник уже ликвидировал за ненадобностью) появилась всклоченная сонная физиономия нашего придворного-сопровождающего.

– Что? Уже вставать? – сонным голосом осведомилась физиономия.

– Можешь и не вставать,– покладисто пробасил Тартак,– а просто подползти. Но лучше все-таки подойди, а то я, когда что-нибудь ползет, думаю, что это змея. А в этих случаях я сразу пускаю в ход свою палицу.

Малур зашевелился, поднимаясь, и неуверенными шагами подошел к костру. Мы посторонились, давая ему место. Он зябко повел плечами (ночи в пустыне почему-то холодные), плотнее запахнул одеяло, в которое кутался, и присел на корточки.

– А скажи, Малур,– вкрадчиво начал Тимон,– чего это вы все шустро припустили от разбойников? Да так, что Тартак чуть голос не сорвал, пока звал вас?

– Я не сорвал! – возмутился тролль.– Хочешь, спою?

– Не надо! – хором взмолились мы.

– Ночь на дворе! Люди спят,– сварливо заметил я.– Ты чего? Хочешь, чтобы они так и не проснулись?

– Вот ведь нынешняя молодежь,– философски заметил Малур, обращаясь к нашему старшему.– Ничего не воспринимает на веру. Представляете, когда я им дворец показывал, они все диковинки раскритиковали.

– Ну что же ты хочешь, уважаемый Малур? – вежливо ответил тан Тюрон.– Ведь это диковинки людские, а они, лоботрясы этакие, давно уже вышли за пределы человеческих возможностей. А некоторые изначально были выше их.

– Самый высокий – это я,– счел своим долгом заметить Тартак.

– Нет, ну куда это годится? – возмутился Тимон.– Я задал вопрос. Зачем вы побежали в пустыню?

– Не зачем, а за кем,– поправил Малур.– Я теперь понимаю, что это был кара-шрот, магическая сущность.

– Ну и что, что магическая сущность? – удивился Фулос.– Она что, такая страшная, что от нее надо бежать?

Харос недоуменно покачал головой.

– Не от нее,– поправил Малур,– а за ней. Каждый из нас увидел что-то необъяснимо прекрасное, манящее и бросился в погоню, ибо устоять перед этим невозможно. Вот так люди бегут-бегут, а потом падают и умирают.

– Но вы-то живы...– Морита недоверчиво смотрела на придворного.

– Живы,– не стал тот спорить.– Оно неожиданно исчезло. Мы очнулись среди пустыни и услышали страшный рев...

Тартак грозно нахмурился.

– ...Простите, прекрасное пение,– поправился Малур.– Мы пошли на звук – громкий звук, надо заметить, и вышли к вам.

– А почему же мы тогда не побежали? – удивилась Аранта.

– Не знаю,– пожал плечами Малур.– Может быть, на вас это не действует, потому что вы из другого мира. А может, то, что вы маги, сыграло какую-то роль.

– Ладно, молодежь, все это, конечно, очень интересно и захватывающе, но давайте ложиться спать! – похлопал в ладоши тан Тюрон.– Завтра рано вставать, а время уже позднее. Мы и так выбились из графика.

Глядя в ночное звездное небо, слушая сонное посапывание прижавшейся ко мне Аранты, я раздумывал над своей второй ипостасью. Как я понимаю, где-то у меня в голове есть еще один «я». Этот «я» – дракон. Но я же ничего о нем не знаю. То есть я ничего не знаю о себе? Как хорошо и просто было раньше! Был один я. А теперь? Это что же такое получается? Любые мои мысли будет слышать кто-то еще? Но этот «кто-то» – это же я и есть!

«Ссслушшшай! Не морочччь голову! Не мешшшай мне ссспать! Всссе сссамо сссобой расссосссетссся. Ссспи!» – раздался сонный голос у меня в голове.

Вот только раздвоения личности мне и не хватало! Даже и мысли лишней не подумай!

Мы подошли к горам. Сначала, как и положено, начались холмы предгорья. Они тянулись недолго. У этих гор было какое-то короткое предгорье. Впрочем, я не специалист в данном вопросе. Может, так оно и нормально. Потом начались собственно горы. Если глаз и мечтал отдохнуть от однообразия пустынных ландшафтов, то тут его ожидал полный облом. Горные ландшафты особыми изысками не отличались и были так же однообразны. Та же пустыня, только поставленная вертикально. Да еще и грозящая рухнуть нам на голову. Во всяком случае, у меня создалось такое впечатление от каменных глыб, нависших над ущельем, по которому мы двигались.

Пленные компактной и печальной кучкой рысили впереди каравана. Их подгоняли два орла из охраны. Приходилось даже охлаждать их рвение, поскольку, желая отыграться за пережитые неприятные ощущения, охранники относились к пленникам с особым вниманием и особой «симпатией», на демонстрацию которой не скупились.

Через несколько часов пути мы вышли к первой долине и первому поселению в ней.

Его обитатели сразу смекнули, что этот караван необычен. Ну разве у обычного каравана может быть такой красивый и обаятельный тролль? И разве этот тролль не виден еще издалека? Вышедшие было встречать нас мирные поселенцы с «радостными» от испуга криками бросились по улицам, оповещая тех, кто еще не знал о нашем прибытии, что надо скорее спасаться, то есть радоваться. По возможности, конечно.

Во всяком случае, именно так я понял речь Малура, пытавшегося объяснить Тартаку, почему это люди при нашем приближении разбегаются, как тараканы. Мы, скрытно хихикая, согласно кивали головами.

Тролль принял эту белиберду благосклонно и даже рявкнул что-то приветственное, залихватски взмахивая своей палицей, чем только увеличил количество участвующих в забеге. Даже какая-то старушка припустила так, что иная молодка позавидовала бы.

Караван прошел это селение без остановки, которая намечалась в другом, более крупном поселке с интересным названием Виновгорло. Особый интерес это название вызывало у наших братцев. Они затеяли настоящий диспут, гадая, насколько оно может соответствовать содержанию. Но в этом поселке был караванный двор, что и являлось определяющим обстоятельством.

По дороге появилась зелень. Сначала это были отдельные островки травы. Потом возникли и чахлые кустики. Чем дальше, тем больше. Как-то незаметно к караванной дороге присоединился ручей, сначала слабенький, но набирающий силу от вливающихся в него таких же ручейков. Зелень становилась ярче. Уже и деревья начали попадаться. А еще через некоторое время мы уже двигались в зеленом коридоре.

Вот это другое дело! Я спрыгнул со своего шаршура и нарвал ярких и необычных цветов. Потом вскарабкался к Аранте и преподнес ей этот букет. Странное дело, как все-таки девушки любят, когда им дарят цветы. Аранта при всем своем бойцовском характере так благодарно посмотрела на меня, что мне захотелось оборвать все цветы, которые еще нам встретятся на пути. Хотя, пожалуй, это будет слишком.

По мере приближения к поселку тан Тюрон уговорил тролля спуститься с помоста и размять ноги. Понятно, что настоящая причина такой просьбы была иной. Наставник просто не хотел, чтобы вид нашего Тартака вызвал такую же панику, как и в предыдущем поселке. Тролль хоть и пробурчал что-то недовольное, но совету последовал. Как только он спустился на грешную землю, караван стал похож на обычный. Пропал, понимаете ли, элемент неординарности. Да, как-то без белоснежной башни не то...

Из-за поворота дороги выплыл первый шаршур встречного каравана, а за ним толпа хмурых вооруженных людей. Этот караван следовал в Радун. Им предстояло пересечь пустыню. Увидев нас, они остановились. То же сделали и мы. Переговоры, по заведенной традиции, начали вести караванщики. Наш – радостный, встречный – унылый.

Сойдясь на середине расстояния между стоящими караванами, они раскланялись, постелили коврики и, усевшись на них, начали чинную беседу. В руках появились пиалы для непременного в таких случаях калемаса. Мы терпеливо ждали. Традиции есть традиции. Их нарушать без особой нужды не стоило. Оставалось только надеяться, что встречных караванов будет не много. Иначе мы долго, очень долго будем добираться до портового города.

Я увидел, как по ходу разговора лицо встречного караванщика светлело. А когда наш жестом руки указал на пленных, то совсем расцвело. Но потом на нем появилось озабоченно-расчетливое выражение. Он-то, сердечный, выложил довольно крупную сумму за охрану. А зачем она в таком случае? Нет, этим купеческим душам решительно невозможно угодить! Купцы есть купцы!

Между караванщиками разгорелся ожесточенный спор. Гариэль навострила ушки и, подслушав эту жаркую беседу, сообщила нам, что встречный уговаривает нашего взять с собой половину его охраны якобы для сопровождения пленных и – право, какая мелочь – оплатить им обратную дорогу. Наш караванщик в свою очередь – экая жалость! – такие расходы мелочью считать почему-то отказывался.

Тартак, засопев, решительно двинулся вперед, небрежно помахивая палицей.

– Я сейчас объясню этому пройдохе, что нельзя обманывать честных караванщиков,– буркнул он на ходу.

– Тартак, остановись! – распорядился тан Тюрон.– Не положено вмешиваться в разговор караванщиков, да наш и не кажется мне наивным голубком. Пусть сами решают свои вопросы, без нашего вмешательства.

Появившегося на переднем плане Тартака между тем заметили вояки из встречного каравана. Сначала это было забавно. Толпа охранников, разинув рты, глазела на нашего тролля. Это было бы еще допустимо, но, отойдя от первого изумления, они начали еще и зубоскалить. И опять-таки по поводу нашего тролля. Ну нет чувства самосохранения у людей! Неужели у них проблемы со зрением? Ведь очень просто провести логическую цепочку между палицей на плече нашего тролля и своей головой. А вот Тартак тупицей не был и моментально уяснил, что именно его персона вызывает столь бурное веселье. Такого наш тролль допустить не мог. Оргвыводы последовали незамедлительно.

– А эти, которые там смеются, переговоры не ведут? – мягко спросил Тартак у наставника.

– Нет.– Тан Тюрон и не подозревал, с какой целью был задан вопрос.– Они тоже ждут окончания переговоров караванщиков. Только после этого последуют дальше.

– Угу! – понятливо кивнул головой Тартак, снимая и аккуратно складывая сарох.

Кто-то охнул, понимая, что сейчас начнется основное веселье. Кажется, этим «кто-то» был я.

Тролль, прихватив палицу, вдруг быстро метнулся к стене скал, обходя расположившихся на ковриках караванщиков.

– Куда! – вскочил тан Тюрон.– А ну, вернись назад!

– Насмешек Тартак не прощает,– процедил Харос, не сводя взгляда с тролля.– Может, присоединимся?

Фулос согласно кивнул. Оба братца двинулись за Тартаком. Тан Тюрон озадаченно смотрел им вслед.

– Вечно мне приходится ваши задницы прикрывать! – буркнула Аранта, дергая меня за руку.

– Тан Тюрон! – высокомерно задрав подбородок, сказал Тимон.– Это не что иное, как оскорбление дворянина! Вы же понимаете, что такого допускать нельзя!

Чего там нельзя допускать, Жерест не выяснял. Достав откуда-то большую самодельную рогатку, он уже набрал камней и с плотоядным видом выцеливал первую жертву.

Только сидящие на шаршуре Гариэль и Морита не приняли участия в передислокации, поглядывая на нас с видом «чем бы дитя ни тешилось...»

Тан Тюрон вдруг очнулся, тяжело вздохнул и крикнул вслед Тартаку:

– Только без членовредительства! А потом я с вами еще поговорю!

А тролль уже нависал над самым смешливым охранником и добродушно спрашивал:

– Ну и что такого смешного ты во мне увидел? Расскажи! И мы посмеемся вместе. Но боюсь, что смеяться уже буду я один.

Аранта в очередной раз дернула меня за рукав со словами:

– Не вздумай перекидываться, слышишь? Мы их и так сделаем.

А я и не собирался. Просто решал, обойтись ли только «воздушными кулаками» или чего еще добавить? Думаю, что «ледяные иглы» тоже будут нелишними. Ну братцы – понятно. Их хлебом не корми, дай побить кому-нибудь фотографию. Потом будут ходить и хвастаться друг перед другом синяками – у кого больше. Аранта уже на взводе. Вон, некоторые движения уже смазанные от возбуждения. Как там наставник сказал? Без членовредительства? М-да...

Охранник Тартаку попался, видимо, совсем глупый. Или он думает, что его много?

– Я сказал, что в первый раз вижу гуля в сарохе.

– Угу,– согласился Тартак.– А кто у нас гуль?

– Да ты, кто же еще? – рассмеялся охранник (надо отметить, что смеялся он один, остальные, понимая, что сейчас произойдет, смеяться не спешили).

– Это оскорбление благороднорожденного! – заявил подошедший Тимон.

– А благороднорожденный, заметь, это я,– ласково сказал Тартак.

– Ха-ха-ха! – (Мне уже было жаль этого охранника.) – Это ты-то?

– Да, я! – рявкнул тролль.

Он неожиданно ловко ухватил охранника за шиворот и за сарох в районе поясницы, поднял и швырнул в толпу собравшихся охранников. Палицу Тартак предусмотрительно уронил на землю. Я заметил, что караванщики прекратили беседу и изумленно пялятся на наш междусобойчик.

А междусобойчик разворачивался еще тот! Тролль броском не ограничился, поднял оброненную палицу и, взревев, ринулся вслед за своим метательным снарядом. Братцы радостно пристроились к нему в этом благом начинании. Стоящему рядом со мной зубоскалу со звучным чпоком впечатался в лоб камень, запущенный из рогатки Жерестом. Аранта на секунду оставила меня и, подскочив к одному из атакующих охранников, ловко на противоходе уронила его на землю.

Ну что же, надо и мне отметиться. Я от души долбанул в гущу противника «воздушным кулаком». Судя по возгласу Фулоса, и ему тоже досталось. А может, кто– то другой, кроме меня, попал.

«А можжжно и я?» – вдруг раздалось у меня в голове.

– Не вздумай! – испуганно заорал я.

– Колин, что случилось? – заботливо спросила мгновенно возникшая рядом со мной Аранта.

– Ничего, ничего,– торопливо сказал я, пятясь в сторону нашего каравана.– Мне пора, можете продолжать веселье и без меня. Рад был познакомиться.

Впрочем, продолжать уже было, собственно, нечего. Тартак с братцами прижал охранников к плотным рядам шаршуров, и бедолаги запросили пощады.

Тан Тюрон решил вмешаться и, быстро преодолев разделяющее его и противника расстояние, встал перед троллем.

– Ваша честь удовлетворена, мой друг! – решительно сказал тан Тюрон.– Оскорбивший вас наказан! На этом можно завершить бой. А о самом бое я с вами еще поговорю. А ну марш по местам! Еще раз так сорветесь – сразу отправлю в Магир! Взяли за моду! Чуть что не так, сразу в драку лезть! Быстро по местам!

Глава 6

Я уже направлялся к своему шаршуру, когда услышал голос тана Тюрона:

– Колин, забирайся ко мне, надо поговорить.

Ну надо так надо. Ухватившись за шнур сбруи, я вскарабкался к преподавателю. Умащиваясь рядом с ним, краем глаза уловил, что Аранта шустро забралась к Гариэль. Хм, это, оказывается, заметил не только я. Наставник, с хитринкой улыбнувшись, поставил «полог неслышимости». Ого! У нас что, секретный разговор намечается?

Караван тронулся. Тан Тюрон помолчал, видимо, обдумывая, с чего начать. Наконец он сказал, глядя вперед:

– Колин, в следующий раз во время медитации постарайся связаться с собой-драконом. Просто в уме позови его, он должен откликнуться.

– А я не превращусь? – неуверенно спросил я его.

– Я сказал – не обернуться, а связаться,– четко, выделяя каждое слово, повторил тан Тюрон.– Ты должен это сделать! Вообще, ты должен часто это делать. Чем быстрее твое и его сознание сольется в единое целое, тем лучше для тебя. Иначе ты не сможешь контролировать себя, а это очень опасно. После слияния сознаний, в какой бы ипостаси ты ни находился, всегда будешь оставаться собой. Ты дракон, парень, и ничего уже с этим не сделаешь.

Ох. Что-то мне этот разговор не очень нравится. А слияние? Это что – я буду так пришепетывать и присвистывать при разговоре? Или, может, плевком сжигать мух, пролетающих мимо меня? А если тот, второй «я» захочет стать первым?

Меня передернуло. Тан Тюрон, повернув ко мне лицо, внимательно следил за моими мыслительными потугами.

– Ну чего ты дергаешься? – не выдержал он.– Быть драконом совсем неплохо. Я бы даже сказал, очень неплохо! Ты потом оценишь – насколько. Впрочем, ты и был им, только не знал об этом. У тебя появились дополнительные возможности! Ты радоваться должен, а не дергаться!

– Тан Тюрон,– решился я задать вопрос, который меня больше всего беспокоил,– а если я дракон, то кто мои родители, брат, бабушка, дедушка?

– А ты уверен, что это твои истинные родители? – спросил наставник и, увидев, как изменилось мое лицо, поспешно добавил: – Не обижайся, это я всего лишь предположил.

– Больше не надо так предполагать, ладно? – преувеличенно мягко попросил я.

– Из ничего что-то не бывает,– задумчиво сказал он.– Мы изучим этот вопрос, если не возражаешь. Время у нас будет. Очень много времени!

– Если раньше копыта не отбросим,– в тон ему подхватил я,– или что там у нас?

Тан Тюрон оторопело смотрел на меня.

– Не знаю, что там у нас,– наконец выдавил он,– но не хочется это что-то отбрасывать.

Мы оба тихо захихикали, хотя полог прикрыл бы даже громовой хохот.

– А потом, нам надо все-таки найти наш народ,– продолжил тан Тюрон, отсмеявшись.– Без этого мы будем оставаться диковинкой, огрызком великого племени драконов. А мы должны быть частью! Чувствуешь разницу? Поиски начнем сразу, как только вернемся в Магир. До конца каникул у нас еще будет время. У меня есть координаты некоторых миров, где, надеюсь, мы сможем получить сведения для дальнейших поисков.

– А ребята? – поинтересовался я.

– А при чем тут ребята? – удивился тот.

– Без них я никого искать не буду! – насупился я.

– Что значит – не буду? Миры весьма многообразны. Нам, возможно, придется посетить места, где они не смогут находиться, где будут неприемлемые для них условия,– укоризненно сказал мой наставник.

– Нечего нам лезть в такие места,– стоял я на своем.– Вряд ли наш народ будет в них селиться. Если драконы так разумны и очень ценят природу, то и селятся они в таких местах, где уютно и красиво.

– Ты сравни параметры,– посоветовал тан Тюрон.– То, что кажется уютным тебе в ипостаси человека, может не показаться таковым тебе же в ипостаси дракона. То, что ты считаешь холодом или жарой, в ипостаси дракона тебя вообще волновать не будет. Это касается и воздуха. Для дракона главное – чтобы он был, а можно ли им дышать – это уже дело второе.

– Как это – второе? – изумился я.– Я что, когда был драконом, не дышал?

– Ну не то чтобы не дышал,– смутился тан Тюрон.– Просто качество воздуха для нас не имеет такого уж большого значения.

Ой, что-то он путает. Не может быть так, чтобы мы дышали всякой гадостью вместо воздуха. А пламя откуда берется? Как оно без кислорода гореть может? Попытка обратиться тут же к своему второму «я» закончилась неудачей. Мое альтер эго просто не успело ответить.

Мы шли по тропе уже не среди редких деревьев, а сквозь густые заросли. Толстенные ветки свисали низко над дорогой. Я заметил смещение теней среди листвы. Мне показалось, или действительно там было какое-то движение? Наверное... Засада!!!

На спину идущего перед нами шаршура неожиданно спрыгнул человек с арбалетом, который он и попытался направить на нас. Большего он сделать не успел. Этот горе-диверсант не обратил внимания, что рядом с животным бредет Тартак. А тролли, как всем известно, отличаются быстрой реакцией. Прошелестела его палица – и человек, и арбалет, и болт, которым был заряжен арбалет, отправились в недолгий полет к началу каравана, где их с огромной радостью приняли и сразу взяли в оборот наши братцы, которые тоже мгновенно прониклись ситуацией.

Я кубарем скатился со спины шаршура, прокачивая энергию. Тюрон взмахом руки установил защитный экран. Очень вовремя! На границе сразу застряло несколько стрел и болтов. Один успел проскочить. А направлен он был прямо в грудь Гариэль. Вот тут-то я смог оценить, на что способна Ари. Она, войдя в темп, сцапала болт на лету.

Я, в полной уверенности, что экран односторонний, метнул в заросли пару пульсаров на звук. Судя по треску и воплям, в кого-то попал.

Вслед за пульсарами в заросли вломился обрадованный неожиданным развлечением Тартак. Он воодушевленно размахивал своим оружием, приглашая желающих встретиться с ним. Следом смертоносной тенью скользнула Аранта, уже доставшая свои смертоубийственные штучки. Гариэль и Морита тоже времени зря не теряли. Мгновенно оценив ситуацию, они быстро снарядили луки и внимательно всматривались в заросли, время от времени постреливая в подозрительные шевеления ветвей. Тимон с рапирой в руке замер на границе экрана со стороны наиболее густых зарослей, готовый встретить любого, кто попытается ее пересечь. Жерест быстро скатился со своего шаршура, с ловкостью обезьяны вскарабкался к Морите и, вытащив рогатку, тут же выстрелил в переплетение зеленых ветвей, откуда раздавался самый активный шум. Видимо, попал, раз радостно что-то крикнул. Я вскочил на ноги, благо широченная спина шаршура позволяла это сделать, и, приготовив пульсар, отслеживал трещащую ветвями массу людей. В общем, наша группа отреагировала на нападение с похвальной оперативностью.

Однако меня удивила наша охрана. Выглядевшие такими грозными воины, повалив пленников на землю, дружно прилегли с ними рядом и не выказывали никакой готовности предпринимать какие-либо действия по пресечению нападения на наш караван.

Впрочем, мы обошлись и без них. Рысканье Тартака вкупе с Арантой в зарослях принесло плоды. Точнее, принесло тела, которые с завидной регулярностью вылетали из зарослей. Их тут же, для верности, встречала стрела Гариэль или Мориты. Тимон, доказывая, что не зря стал у границы зарослей, вдруг резко выбросил вперед руку с рапирой. Довольно улыбнулся, отступив назад. Из кустов, захрипев, вывалился еще один закамуфлированный разбойник.

Наконец треск и крики в зарослях стихли. Возникла некоторая пауза. Потом раздался азартный вскрик Аранты, раздраженно рыкнул Тартак, и из кустов появились наши рейнджеры. Аранта самодовольно улыбалась, запихивая в чехлы остатки метательных ножей. За ней шел хмурый Тартак с палицей на плече и с покорно обвисшим мужиком в левой руке.

– Кусается, гхыр болотный! – буркнул тролль в ответ на мой вопросительный взгляд.– Я бы его палицей, но он был последним, а я вспомнил, что тан Тюрон «языков» любит. Повезло тебе! Слышишь? А может, и не повезло. Это как посмотреть. Если ты ничего не расскажешь, то я тебе про палец напомню. Вот тогда точно все расскажешь про то, что знаешь, и про то, чего не знаешь!

– Отправь его к пленным,– распорядился наставник – В ближайшем населенном пункте я с ним поговорю.

– Там что-то Фулос в начале каравана руками машет,– оповестила нас Гариэль, укладывая колчан в походный тюк.– Давно машет. Вроде бы нас зовет.

Мы поспешно двинулись к толпе охранников, среди которых были видны и братья. Все расступились, и нашим взорам предстало бездыханное тело Малура, лежащее на сырой земле. Ну не то чтобы совсем бездыханное, да и земля не так чтобы очень сырая. Но обморок он себе оторвал качественный. К лежащему телу протиснулся тан Тюрон и наклонился над бедным придворным.

Радикальное средство приведения в себя Малура, озвученное Тартаком, мы отмели сразу. Аранта предложила пройтись точечным массажем. Может быть, мы бы его и приняли, если бы она вовремя не уточнила, что хорошо знает только смертельные точки.

Я с интересом ожидал, что же предпримет тан Тюрон, дабы привести Малура в сознание. Что собой представляет магия исцеления? Мы о ней получили очень мало сведений. Кто знает, может, и мне это пригодится в будущем. Мало ли что может случиться. Но наставник меня разочаровал. Баклажка воды, вылитая на голову, несколько ласковых пощечин, и вот Малур уже хлопает ресницами, задумчиво рассматривая склоненные над ним наши лица.

– Уже все? – спокойно спросил он у тана Тюрона, находящегося к нему ближе всех остальных.

– Все,– заверил его наш препод.

– Хорошо! – с философским выражением на лице констатировал Малур и снова закрыл глаза.

Наше прибытие в Виновгорло произвело настоящий фурор. Не каждый день приходят именно такие караваны. Жители выстроились вдоль дороги к караван-сараю, пораженно разглядывая наших пленных. А ведь их никто не созывал, да и караваны здесь – дело обычное. Вот толпа пленных впереди каравана – это да, зрелище редкое.

На центральной площади, как раз напротив караван-сарая (а надо заметить, что это здание действительно напоминало сарай, только очень большой), выстроился местный гарнизон в полном составе. Правда, состав был не очень большой, и половина его исчезла, как только ей передали наших пленников. Их погнали в местную тюрьму с интересным названием – тиндан. Надо будет поинтересоваться, что это слово означает.

Малур, уже полностью пришедший в себя и упакованный в шикарные придворные одежды, мгновенно преобразился. Куда делись унылое выражение лица и сгорбленная фигура, выражающая покорность судьбе? Появилась сановная осанка, важность и значимость сквозили в каждом движении. Он величественно выступил вперед и обратился к народу и воинам с громкой и прочувственной речью.

Лирическое отступление

Речь Малура ас Малура перед населением Виновгорло

– Где начальник стражи? ... Это ты начальник стражи? Распустились вы здесь, как я посмотрю! ... Пленных поместили? ... Всех? ... Что значит – не вмещаются? Мне тебя учить? Берешь кого-нибудь потолще и потяжелее, разбег – и все помещаются... Так, займись этим вопросом немедленно! Или, еще лучше, займи место в строю и не мешай! Я сейчас речь говорить буду. Народ ждет слова Владыки, да пребудет с ним милость Шаршуда. И народ его получит! Ибо Пресветлый Хевлат говорит моими устами!

Люди! Слушайте слово Пресветлого Владыки Хевлата, да продлит его дни Шаршуд! Пребывая денно и нощно в заботах о подданных благословенного Нарадуна, Пресветлый Владыка не ест и не спит. Как он сказал: «Сначала о народе побеспокоимся, а потом уже и обо мне, ничтожном (в оригинале тут стояло слово «любимый»). Ибо! Ибо народ пребывает в трудах тяжких на благо государства нашего великого. И мой долг… от себя добавлю, долг каждого из нас… это облегчить жизнь нашего народа!»

Пресветлый издал указ об уничтожении разбойников, этих нечестивцев, которых послал в злобе своей к нам Куктун, да прекратятся его дни. А указы, как сказал Владыка, должны не обсуждаться, а выполняться! Запомните эти мудрейшие слова и руководствуйтесь ими в повседневной жизни!

Владыка в мудрости своей послал меня в сопровождении величайших из великих магов и блистательных воинов проверить, насколько ревностно выполняется его указ. И что я вижу? Я вижу, что тут кто-то преспокойно дремлет на посту, в то время как на нас в пути целых два раза нападали разбойники! Иль вам не зачитывали сей указ, презренные? Или, может, здесь преступные помыслы кроются? От имени Пресветлого, да продлятся его дни вечно, я даю вам, ничтожные, три дня на то, чтобы дороги были очищены от кровожадных злодеев.

Знайте, что на обратном пути я проверю вашу преданность и рвение. И горе тем, кто его не проявит!

Так, начальник стражи... Это ты начальник стражи? Хоть головой покивай! ... Пленных поместили?.. Всех?.. Хорошо!

Малур развернулся, гордо вскинул голову и, сопровождаемый нашими озадаченными взорами и громкими криками толпы, прославляющей Великого Владыку, прошествовал в караван-сарай.

Тартак, провожая его взглядом, поцокал языком:

– Это же надо, какую речь толкнул! И не скажешь, что всю первую схватку песок в пустыне месил, а всю вторую пролежал в отключке! – с непонятным выражением сказал он.

Мы тоже проследовали в караван-сарай, или, точнее, в двухэтажный сарай. На пороге нас встретил хозяин этого заведения:

– Благородные сатхары желают снять комнаты?

– А зачем еще благородным сатхарам сюда переться? – раздраженно буркнул тан Тюрон.– Конечно, хотим снять!

– У меня есть чудесные комнаты на втором этаже,– начал типичную песню хозяин.– Благородные сатхары не пожалеют, что сняли эти комнаты.

– А куда делись комнаты на первом этаже? – с опаской поглядывая на хлипкий потолок, осведомился Тартак.

– А их снял сатхар Малур ас Малур – подобострастно изогнулся хозяин.– Он придворный Пресветлого Владыки, да продлит его дни Шаршуд. Но я уверен, что благородным сатхарам будет удобно и на втором этаже....

– Не уверен, что этот самый Шаршуд ему поможет и за него заступится,– пообещал Тартак, двигаясь к комнатам первого этажа.– У меня есть пара вопросов к сатхару Малуру.

Хозяин дернулся было за троллем, но его удержал за локоть тан Тюрон:

– Сейчас уважаемый Малур ас Малур придет сюда сам и скажет, что он снял эти комнаты не только для себя, а и для нас.

Придворный Пресветлого Владыки не пришел – он прибежал со всей возможной скоростью.

– Простите, благородный сатхар Тюрон! Я в заботах о делах государственных забыл сказать хозяину, что снял комнаты для всей нашей команды,– затараторил Малур, с опаской поглядывая на появившегося в коридоре Тартака.– Эти благородные сатхары – великие маги и воины, друзья самого Пресветлого Владыки.

– Вот видите, уважаемый, я был прав,– с приятной улыбкой сказал наш препод, и, уже обращаясь к придворному: – Я не сомневался, благородный сатхар Малур, что вы поспешите исправить это досадное недоразумение.

Несмотря на непрезентабельный внешний вид, внутри караван-сарай оказался достаточно уютным. В середине оказался широкий внутренний двор с отличным бассейном и террасой дастора. Хозяин, с подачи Малура проникшийся к нам огромнейшим уважением, старался изо всех сил угодить нам. По малейшему нашему желанию слуги начинали метаться с огромной скоростью. Признаться, меня слегка смущало такое положение, да и не только меня. Но, как объяснил мне в приватной беседе тан Тюрон, наш статус обязывает воспринимать такую суету как должное.

Глава 7

Вскарабкиваясь утром на своего шаршура, я обратил внимание, что количество охранников, собирающихся сопровождать нас, вроде бы увеличилось. Я не преминул вслух изложить свое замечание Тимону, который устраивался рядом.

– А это начальник стражи подсуетился,– поделился информацией Тимка.

– Откуда ты знаешь?

– Еще бы не знать! Этот вояка утром разбудил меня своим докладом Малуру.

– Как? Он тебя разбудил и после этого остался жив? – не поверил я.

– Да в облом было сразу вставать,– пожал плечами Тимон.

Ты гляди! А словечки из моей реальности прочно закрепились и у моих нынешних друзей. Вроде бы ученые называют такие ситуации проникновением культур.

Я разглядывал охранников. Таки точно! Больше половины из них были в белых накидках с форменными перевязями через плечо, на которых болтались форменные же мечи. Все уже полностью были готовы к выступлению и осторожно поглядывали на начальника стражи, стоявшего неподалеку.

– А почему меня доклад этого начальника не разбудил? – удивился я.

– Да, наверное, потому, что не ты лежал на подушке, а подушка лежала на тебе. Вернее, на том, что заменяет тебе голову,– ехидно прокомментировал мой друг.

Месть моя будет страшна и неотвратима! Но я отложу ее на потом. Этот тип, Тимон, сейчас настороже. Вот когда он расслабится, я буду тут как тут!

Охрана бодро топала впереди. Ну и правильно. Зачем нам охрана сзади, если там есть мы?

Мы въехали в настоящее буйство зелени. Да и живности стало побольше. Вон на ветке сидит какая-то невообразимая птица величиной с доброго индюка и орет совсем немузыкальным голосом что-то свое, немузыкальное.

– «Там на неведомых дорожках следы невиданных зверей»,– пробормотал я, вспоминая старика Пушкина.

– Что? – встрепенулся Тимон.

– Ничего. Это я так,– откликнулся я.

Свистнула стрела, и пение индюкоподобного пернатого оборвалось – это Морита не сдержала свои охотничьи инстинкты.

А ведь действительно я за неполные два года в здешнем мире уже насмотрелся такого зверья, что оторопь берет. Наши земные зоологи отдали бы все, лишь бы добраться до любой из этих зверушек. А мне – хоть бы хны. Мог ли я вообразить себе еще два года назад, что со мной такое приключится? Что я влюблюсь в девушку-вампира? И что я сам, оказывается, не лыком шит! Да я о таком и подумать не мог, хотя прочитал немало книг в жанре фэнтези.

Кстати! Тан Тюрон дал мне задание. Надо бы отреагировать.

– Тим, ты присмотри здесь, а я помедитирую немного. Нельзя забывать о том, что даже в походных условиях учеба превыше всего.

– Скажи уж прямо – подрыхну,– буркнул Тимка, недовольный тем, что эта идея пришла мне в голову первому.

– Если я говорю, что помедитирую, то это и значит, что я буду медитировать! – отрезал я, устраиваясь поудобнее.

Друг укоризненно посмотрел на меня. Видимо, он все-таки думает, что я его обманываю. Ладно, потом я дам ему возможность подремать, хотя для всех это будет медитацией.

Так, что там у нас имеется в голове?

– Эй! Дракон! Ты тут?

– А куда я денусссь? Не зззабывай, что я – это ты.

Ого! Этак и комплекс какой заработать недолго!

– И не ори! Я и так хорошшшо тебя ссслышшшу!

– А поменьше шипящих можно?

– Нельзззя! Я всссе-таки дракон.

– А откуда ты, дракон, скажи на милость, у меня в голове взялся?

Последовала пауза, во время которой, по-видимому, второй «я» соображал: а действительно – откуда?

– Так я всссегда тут был, – соизволило наконец ответить мое альтер эго.– Ссс сссамммого моего рожжждения.

– Это какого рождения? – подозрительно уточнил я.

– Моего! Твоего! Какая разззница? Мы жжже вмесссте родилисссь.

– М-да. А чего же ты раньше-то не давал о себе знать?

– Не было нужжжды.

– А чем же ты занимался?

– В осссновном ссспал. Мммне сссны ссснилисссь. Цветные.

– Если бы раньше дал о себе знать, то не шипел бы сейчас у меня в голове, а нормально бы разговаривал!

– Нет. Но я поссстараюсссь исссправитьссся.

– А что снилось-то?

– Раз-з-зное. Меня учччили.

От неожиданности я чуть было не вылетел из астрала.

– Чему учили?

– Быть драконом учччили.

Вот те на! Так вот брали, без моего ведома, у меня же в голове и учили! А я – ни сном ни духом! Это что же такое делается? И где, спрашивается, принципы невмешательства?

– А кто учил?

– Ссстаршшшие.

– Кто?..

– Не зззнаю. Они назззывали сссебя ссстаршшшими.

Кажется, это надо будет рассказать тану Тюрону. Может, он знает, кто такие старшие?

– Ты, в крайнем случае, сможешь взять на себя управление? Ну если вдруг какая ситуация непредвиденная произойдет. Вдруг кто-нибудь нападет, а я сразу не среагирую.

– Ужжже брал.

– Ах да! Я и забыл...

Пришел в себя я от хорошего тумака, которым наградил меня Тимон. На мой недоуменный возглас он шикнул, показывая пальцем вперед.

«Бог любит троицу»,– первая мысль, мелькнувшая у меня в голове при открывшейся взору картине. Дорога выбегала на широкую поляну, поперек которой в несколько шеренг выстроились люди, облаченные в сарохи. Все они были разрисованы косыми черными крестами. Впереди красовался могучий мужик в колпаке, опирающийся на посох черного цвета. Что еще на нашу голову?

Конечно, караван вынужден был остановиться. Люди на нашем пути стояли неподвижно, но от них веяло угрюмой решительностью и опасностью. Охрана, гремя доспехами под сарохами, поспешно выстроилась в нестройную шеренгу. По лицу командира было видно, что он очень обеспокоен сложившейся ситуацией.

К нам на шаршур вскарабкался Жерест.

– А эти кресты на них зачем? Это что? Чтобы лучше целиться было? – азартно спросил он, раскручивая резинку на своей рогатке.

Мужик с посохом сделал несколько шагов вперед, показывая, что не прочь побеседовать. Я увидел, как тан Тюрон махнул нам рукой, предлагая последовать за ним на переговоры, и спрыгнул со своего средства передвижения, поправляя рапиру на поясе.

Мы с Тимоном переглянулись и спрыгнули с шаршура. Следом за нами послышался шлепок ног Жереста.

Протолкавшись вперед, я остановился за спиной наставника. Рядом сопел Тимон. С другой стороны от меня пристроилась Аранта.

Мужик, подождав, пока все соберутся, выдержал паузу и вдруг заговорил густым басом:

– Внемлите мне, несчастные поклонники лжебога Шаршуда! Ибо говорю с вами я, столп истинной веры и основатель ее, Кариб Барбан!

– Вай! – услышал я приглушенное восклицание Малура.– Это же куктунисты, да отсохнут их конечности вместе с лживыми языками.

– Великий и всемогущий Куктун,– повысил тем временем голос на октаву Кариб,– требует крови!

– Ну пускай себе требует,– пробасил в ответ Тартак,– а мы-то тут при чем?

– Великий Куктун требует нечестивой крови! – грозно насупив брови, зарычал мужик в колпаке и стукнул посохом об землю.

Со стороны выстроившихся последователей Барбана послышался скрежет стали.

– Тогда это не к нам! – не менее грозно ответил тролль и в свою очередь громыхнул палицей по земле.

Мне показалось, что земля от этого удара вздрогнула.

– К вам, к вам! – заверил Кариб.– Ибо вы и есть нечестивые поклонники Шаршуда. Значит, именно ваша кровь и должна упасть на жертвенные камни.

Жерест хотел что-то ввернуть, даже рот открыл. Но тут же его закрыл, заметив краем глаза наши руки, готовые выдать ему очередные подзатыльники.

– Мы не можем принять ваши требования,– спокойно заговорил тан Тюрон (честно говоря, я что-то не совсем уяснил, какие там были требования).– Предлагаю вам разойтись и дать каравану спокойно следовать дальше.

– Мы вас пропустим, если вы из своего числа выберете четырех нечестивцев для жертвоприношения,– выдвинул ультиматум Кариб Барбан.– Иначе всех вас ждет страшная и немедленная смерть.

При этих словах шеренги колыхнулись, и в руках последователей Куктуна сверкнули широкие ножи, похожие на мачете, но уж никак не на ритуальные ножики.

– Угу,– кивнул головой Тартак.– Значит, жертвы тебе нужны? Будут! Сейчас столько жертв будет, что хватит десяток Куктунов напоить так, что через уши потечет, или что там у них. Учитель! Можно начинать?

Тан Тюрон махнул рукой, а тролль – палицей. Посох Кариба остался на месте, а вот сам он, собирая по пути обильную жатву из своих последователей, полетел в сторону прохода. Ринувшихся было на нас сата… простите, куктунистов отбросил назад защитный экран, поставленный преподавателем.

– Еще раз прошу вас пропустить наш караван! – громко крикнул тан Тюрон и добавил с нажимом: – По-хорошему!

Ему вторила жужжащая над головами палица Тартака.

Я посмотрел на Аранту. Ее глаза были прищурены, она слегка пригнулась, готовая ринуться в бой. Гариэль и Морита извлекли свои луки и тоже были наготове. Нет, все-таки девчонки у нас классные!

Стражники в этот раз действовали именно так, как от них и требовалось. Они быстро перестроились в клин и, обнажив свои изогнутые мечи, грозно двинулись на шеренги отступников. Это выглядело внушительно. Причем настолько, что куктунисты не выдержали психологической атаки. Тем более что командовать ими было некому. Их предводитель мирно отдыхал вместе с теми, кого он прихватил при полете после «терапии» Тартака. Куктунисты дрогнули, потом не выдержали и с криками кинулись в разные стороны, бросая по пути свои ножи.

Наша охрана и тут не растерялась. Быстро разобравшись на тройки, бросилась вылавливать отставших от общей толпы последователей.

– Это надо же! Я думал, что будет серьезная драка,– облегченно вздохнул Тимон.

– Вот только серьезных драк нам сейчас и не хватало,– покачал головой тан Тюрон.– Тартак, а прихвати-ка, друг мой, во-он того, который сейчас без своего посоха отдыхает. Очень мне интересно с ним будет пообщаться. Ну не верится мне, что он и есть основатель этой самой веры. Слишком глуп для этого. Тут чувствуется другая личность. Вот мне и хочется узнать, кто это. И не имеет ли он отношение к нашему общему другу Салтуку.

Тартак кивнул в знак понимания головой и мягко скользнул в сторону немалой кучи тел, в центре которой пристроился заинтересовавший наставника Кариб.

Мы уже были недалеко от цели нашего четырехдневного перехода – Сартута, откуда уже по морю должны были плыть к эльфийским берегам.

Снова перед караваном устало трусила небольшая толпа пленных, которых охраняла наша недремлющая стража. Кажется, это становится уже традицией. Только избавились от одних, как набрали новых.

Тан Тюрон не ошибся с Карибом. Оказывается, этот нехороший главный куктунист был учеником Салтука! Правда, нерадивым учеником. То есть идеи своего учителя он принимал на «ура», а вот с реализацией у него что-то не заладилось. Тану Тюрону достаточно было всего один раз обернуться драконом, и Кариб выложил ему все, что знал, в том числе и местонахождение тайного убежища Салтука. (Правда, потом выяснилось, что Салтук встречался с Карибом там только один раз и больше этим местом не пользовался.) При этом он не только выложил, но и наложил. Ну это уже неизбежный процесс во время такого нетрадиционного дознания.

Наставник обмолвился, что собирается в ближайшее время нанести визит вежливости Салтуку. Надеюсь, что он и меня прихватит. Очень мне нравится наносить такие визиты в компании с такими товарищами. Тартак и Аранта говорят, что они как раз такие товарищи и есть и тоже обожают шататься с визитами вежливости. В конечном итоге решили, что группа должна быть единым целым и таким же единым целым наносить визиты. За это проголосовали все при одном воздержавшемся (Жересте) и одном «против» (тане Тюроне). Так что решение было принято подавляющим большинством.

Верхушки крыш и минаретов Сартута мы увидели издали. А еще мы увидели океан. Он был чуть темнее, чем голубое небо, раскинувшееся над нашими головами, и казался спокойным и величественным. Я уже предвкушал, как сразу же по приезде отправлюсь на берег и искупаюсь в нем. Представляете? Не просто в океане, а в океане другого мира! Обалдеть!

По сторонам дороги появились селения и отдельные дома. Движение стало оживленнее. Навстречу нам прошло уже несколько караванов, и с каждым устраивалось представление под названием «церемония встречи». Нашему караванщику приспичило поговорить со всеми, кто шел из Сартута. И всем он рассказывал о своих приключениях и о нас. Это нам поведала Гариэль, которая беззастенчиво подслушивала все их переговоры. Конечно, рассказы караванщика были под стать тысяче и одной ночи, так что времени на болтовню уходило много. Дошло до того, что даже Малур не выдержал и запретил караванщику проводить подобные церемонии. Караванщик этим обстоятельством был очень расстроен и убеждал всех, что это возмутительное нарушение всех традиций. Но нарушить приказ Малура не решился. В результате, на переднем шаршуре появился человек с синим флагом, и это означало, что караван очень сильно спешит по делу чрезвычайной важности и останавливаться для церемоний не может.

Город встретил нас шумно. Нет, тут не было рокота машин и гула самолетов, их успешно заменяли шум толпы, рев шаршуров и крики уличных торговцев. Причем торговцы кричали значительно громче животных. Эти предприимчивые люди размещались везде, где только можно было устроиться самому и поставить свою переносную витрину. Многие не стояли, а передвигались со своим товаром, предлагая его купить каждому встречному. Продавалось все! Чего только ни пожелаешь, то и продавалось. Покупателей было значительно меньше, чем продавцов, но это не мешало последним наслаждаться жизнью. Под жестким контролем Малура наш караван протопал к самому дворцу наместника Пресветлого Хевлата, да пребудет мир с ними обоими, расположенному на берегу уютной бухты и утопающему в буйстве различных представителей флоры этого мира.

Глава 8

Наместник Сохтар ас Пархат стоял у высокого окна, выходящего на океан. Он любил этот отдельно стоящий флигель, любил эту комнатку с видом на необозримый водный простор. Если отрешиться от всего и смотреть только на синь океана, то возникает чувство полета над гладью волн. Он с детства лелеял мечту стать моряком и часто воображал себя то опытным капитаном, то бравым матросом, а бывало, и пиратом, храбро бросающимся на абордаж купеческого судна. Но Шаршуд распорядился по-своему. Вернее, не сам Шаршуд, а родители Сохтара, чьими руками и головами Шаршуд руководил. А они прочили ему только придворную должность! Иного пути быть не могло по определению. Таким образом, Сохтар прошел славный путь от младшего смотрителя туфель Пресветлого Владыки до почетного звания наместника, которым его пожаловал сам Пресветлый, да продлит его дни Шаршуд.

Уже четвертый год Сартут процветает под правлением Сохтара. Сам город и окрестные поселки стали жить лучше и сытнее. Владыка, да пребудет с ним милость Шаршуда, не вмешивался и даже поощрял своего наместника. Ас Пархат ходил у него в любимчиках. Хевлат терпеть не мог своих тупых придворных, которые только и смотрели, как бы урвать себе кусок пожирнее, да чтобы соседу досталось поменьше. Умный и сообразительный Сохтар ас Пархат выгодно отличался от них, мгновенно улавливая настроение Владыки и умело используя это для блага Нарадуна, истинным патриотом которого являлся.

Правда, нелегко бывало исполнять свои обязанности при таком непредсказуемом Владыке, да вдали от него. Сартут – очень лакомый кусочек. Желающих прибрать его к рукам хватало. При таком раскладе малейший промах грозил самыми неприятными последствиями. А Пресветлый любил задавать загадки.

Вот недавно прибыл гонец с пакетом, в котором Владыка выразил обеспокоенность возросшим числом нападений на караваны. Пришлось вызвать начальника дорожной стражи и приказать ему выделить людей для охраны караванов. А изрядно поредевшую стражу – пополнить новобранцами. Попробуй не исполни волю Пресветлого – мигом примчатся мордовороты из его личной охраны, скрутят так, что не сможешь понять, где руки, а где ноги и как они смогли так переплестись, и доставят тебя к палачу Владыки. А о служебном рвении последнего такое рассказывают, что и Куктуну впору взвыть от зависти и начать кусать себе локти, если, конечно, он сможет определить, где эти локти находятся. Надо будет вызвать к себе начальника стражи и разработать срочные меры по пресечению действий этих разбойничьих банд.

А тут следом доставили еще одно послание. Сохтар досадливо поморщился и подошел к столу, на котором оно лежало. Прочитав его в первый раз, Сохтар ничего не понял. Пришлось перечитывать, докапываясь до смысла: «Наместнику Сартута Сохтару ас Пархату. Сим повелеваю должным образом принять группу студентов по обмену, следующую к эльфийским берегам на глоппере «Звезда Нарадуна». Владыка Хевлат».

– Ничего не понимаю! – пробурчал наместник.– Что за студенты? Чего их к эльфийским берегам несет? При чем тут обмен? И почему этим озабочен сам Владыка, да пребудет с ним милость Шаршуда?

По словам гонца, караван с этими студентами должен прибыть со дня на день, если на них не напали вконец обнаглевшие разбойники. Глоппер стоит в порту, пополняя запасы провизии и воды. Завтра придут купцы с прошениями на отправку их товаров этим кораблем, но придется им отказать. С повелениями Владыки не шутят. А если на этих студентов нападут? А если они уже погибли? Будет ли слушать Владыка оправдания Сохтара? Говорят, он идет на поводу у нового палача, который ненасытен в своей жажде крови.

– О Великий Шаршуд! Приведи сюда караван этих студентов! – взмолился Сохтар, поднимая глаза к потолку.

– Уважаемый сатхар Сохтар,– раздался за его спиной голос слуги.– Прибыл советник Пресветлого Владыки сатхар Малур ас Малур с караваном. Там какие-то студенты и их начальник.

– Благодарю тебя, о Великий Шаршуд! Как быстро ты внял моим мольбам! – с чувством сказал Сохтар, не отводя глаз от потолка.

Малур, которого Сохтар знал еще по Радуну, радостно шагнул ему навстречу:

– Уважаемый Сохтар, мой друг, рад, очень рад встрече!

– Я также рад видеть тебя, уважаемый Малур, в добром здравии,– улыбнулся Сохтар, испытывая одновременно и радость от встречи, и облегчение от того, что его опасения не оправдались.

– А ведь ты мог меня и не увидеть в добром здравии! – улыбка неожиданно исчезла с лица Малура.– Ты мог совсем меня не увидеть.

– О Великий Шаршуд! – встревожился Сохтар.– Что же такое могло произойти, чтобы я не имел счастья тебя лицезреть?

– Разбойники, мой друг, разбойники! Мы подвергались их нападениям на протяжении всего пути. Хорошо, что милость Шаршуда была с нами, и мы наконец-то достигли нашей цели.

– Ко всему этому, видимо, ваша охрана была многочисленна и доблестна, за что я благодарен ее командиру! – продолжал улыбаться Сохтар, хотя радость от встречи была испорчена известием о разбойниках. Наверное, придется послать еще людей на охрану дорог.

– Командир? Охрана? – поморщился Малур.– Эту кучку трусливых шакалов назвать охраной язык не поворачивается!

– Но тогда как же вы уцелели? – изумился Сохтар.– Я вижу тебя перед собой, мой друг. А если охрана была так плоха, то этого бы не было. Я слышал, что разбойники безжалостно уничтожают свидетелей.

– А вот об этом ты, да пребудут с тобой милости Шаршуда, можешь спросить непосредственно у них,– снисходительно улыбнулся Малур, небрежно ткнув пальцем в кучку связанных людей, охраняемых дюжими стражниками, которых Малур затребовал, как только караван пересек городские ворота.– И это еще не все!

Видя, как от изумления брови наместника поднимаются все выше и выше, Малур хвастливо добавил:

– В тиндане Виновгорло осталась еще большая группа таких же негодяев. Я распорядился отправить их под надежным конвоем в Радун, где ими займется палач Пресветлого, да пребудут с ним милости Шаршуда.

Впрочем, я не настолько жесток, чтобы держать тебя в неведении,– вновь заулыбался Малур, видя изумленное лицо Сохтара,– у меня были более надежные воины и великолепная охрана. Разреши представить тебе благородных сатхаров, которые сделали возможным наше свидание.

Малур сделал шаг назад и указал рукой на группу людей в белых сарохах, стоявшую перед разгружаемыми шаршурами.

Первым, на кого наткнулся взглядом Сохтар, был огромный человек, непринужденно опирающийся обеими руками на внушительную палицу и внимательно разглядывающий самого Сохтара. Впрочем, человек ли? Таких огромных людей ему видеть еще не приходилось. Уж не легендарный ли гуль из сказок к нему пожаловал? Наместник был настолько поражен видом гиганта, что почти не обратил внимания на остальных.

Я соскочил с шаршура на утрамбованную землю. С другой стороны спустился Тимон. Местные слуги сразу бросились к шаршурам и начали освобождать их от поклажи. Вот и хорошо! Мы так устали, что, наверное, не смогли бы сами справиться с этой работой. Да и не положено нам, как благороднорожденным, заниматься такой работой.

– Эй! Если что-нибудь пропадет, то вы сгорите в страшных муках! – услышал я голос Жереста.– Это я, Жерест Великий, вам обещаю. Смотрите же!

– А Жерестик-то ожил! – улыбнулась мне стоявшая рядом Аранта. Она тоже была очень довольна тем, что путешествие закончилось.

Двое разряженных слуг помогали Морите и Гариэль, которые осторожно спускались на землю, подобрав полы длинных белоснежных сарохов. Вот ведь! И не скажешь, что при надобности эти девушки превращаются в умелых воинов.

– Надо же! – с томным сожалением проворковала Аранта, наблюдая за этой картиной.– А мне вот никто руки не предложил! Пришлось самой спускаться на землю. Колин, а почему ты не предложил мне руки?

– Ну сломала бы ты эту руку,– с ехидной улыбкой появился из-за нашего шаршура Тимон,– а толку-то? Ведь к тебе без предосторожностей и подойти-то невозможно. Мигом чего-нибудь жизненно важного лишишься.

– Что ты все время из меня монстра какого-то делаешь! – возмутилась Аранта.– Может быть, и не сломала бы. А вот тебе я за то, что возводишь на меня напраслину, что-нибудь сломаю. Можешь вносить предложения, что тебе ломать. По знакомству сделаю не больно, но качественно. Пользуйся случаем, Тимончик. Я сегодня что-то очень щедрая.

Подобные пикировки у них уже вошли в привычку. Я не опасался за Тимона. Он четко знал границу, которую не стоило переходить и за которой действительно могло бы последовать «хирургическое вмешательство». Я пошел к тану Тюрону. Он стоял рядом с Малуром, который кого-то ждал. Ну ясно кого! Наместника. Постепенно к нам подтянулись и все остальные.

На дорожке, ведущей к дому, появился высокий человек – судя по низким поклонам слуг, сам наместник Сартута Сохтар ас Пархат. У него было приятное умное лицо без следов тщеславия и высокомерия, такие редко можно здесь увидеть. Обычно лица придворных высокого ранга отображали напыщенность и важность, хотя ничем иным, кроме древности рода, они похвастаться не могли.

Малур радостно заулыбался и бросился ему навстречу. Как-то тан Тюрон говорил, что Малур и Сохтар знакомы очень давно и были дружны. Они начали о чем-то оживленно говорить. По лицу наместника можно было определить, о чем идет речь, так оно было открыто и отображало эмоции, которые в данный момент испытывал этот человек. Потом Малур посторонился и показал рукой на наших пленных, стоящих с понурым видом и, вероятно, хорошо представляющих процедуры по перевоспитанию, которые их ожидают. Впрочем, какие здесь могут быть процедуры? Секир башка, и всех дел-то! Может быть, наиболее везучим выпадет каторга. Хотя, вспоминая о некоторых особенностях местного отношения к преступникам, я бы сказал, что наиболее невезучим. Нравы здесь простые и жесткие.

А Малур уже показывал на нас. Наместник сразу же уставился на Тартака. Еще бы! Он же у нас самый видный. Опершись на палицу, тролль в свою очередь критически смотрел на наместника.

Тан Тюрон шагнул вперед и вежливо поклонился:

– Рад видеть наместника Владыки. Я слышал о вас очень много лестных отзывов.

Только тут наместник перевел взгляд на него. После нескольких секунд осмотра он неуверенно сказал:

– Мне кажется, что вы не обычный человек.

Надо же, какая наблюдательность. Впрочем, вспоминая первую нашу встречу, мне тоже показалось, что тан Тюрон необычный.

– Я бы сказал несколько иначе, сатхар Пархат.– улыбнулся Тюрон.– Я – обычный не человек.

– А кто? – моментально среагировал Сохтар.

– О! Какое это имеет значение?

– Сатхар Тюрон – самый настоящий дракон! – встрял Малур.– Он демонстрировал свои умения самому Владыке, да пребудет с ним милость Шаршуда. Пресветлый выразил большую расположенность к нашим гостям и пошел им навстречу в их пожеланиях.

Наместник еще раз внимательно взглянул на тана Тюрона:

– А разве драконы есть на самом деле? Мне много лет вдалбливали в голову, что это не более чем легенды. Да и что-то не очень много у него признаков дракона. Я бы даже сказал, что этих признаков вообще нет.

– Я дракон-оборотень,– улыбнулся наставник,– могу произвольно пребывать в одной из двух ипостасей. Но, согласитесь, было бы неуместно пребывать сейчас в ипостаси дракона. Представляете, какой бы ажиотаж возник здесь, явись я вам в ипостаси дракона.

– Да. Это было бы очень неуместно,– с чувством согласился Сохтар и снова бросил взгляд на Тартака.– А... вон тот, большой, он кто?

– Тролль,– охотно пояснил тан Тюрон.– Правда, этот конкретный тролль имеет Дар, который позволяет ему стать магом. Я верю, что это непременно в скором времени произойдет.

– А это не...– запнулся наместник.

– Не опасно! – невозмутимо ответил тан Тюрон.– Он принял светлый путь. А вот его враги пускай опасаются!

– А стоит? – иронично поднял бровь Сохтар.

– Вы можете сами это оценить. Видите его палицу? Он ею очень лихо владеет. А как он поет! Тартак,– мягко обратился к нашему троллю наставник.– Как там твоя песня называлась? Напой первый куплет.

– Нет! – простонал Тимон.– Только не это!

Мы зажали уши, но рев запевшего тролля был сродни доброму удару по физиономии. По лицу опешившего Сохтара можно было сразу сказать, что добрый удар попал в цель. Наместнику пришлось потратить несколько минут, чтобы прийти в себя. Он с некоторой опаской смотрел на довольную физиономию Тартака, которому особо удалась концовка куплета.

Сохтар демонстративно потер ухо и перевел взгляд на остальных наших ребят... и снова испытал шок. Теперь его расширенные от удивления глаза не отрывались от Гариэль, которая скинула капюшон сароха на плечи.

– В письме Владыки было сказано, что вы направляетесь к эльфам,– понятливо кивнул головой наместник.– С вашей стороны очень благородно – вернуть эту прекрасную девушку родным, но как она оказалась так далеко от родины? Вы поведаете мне эту историю? Не сомневаюсь, что она была захватывающей и героической.

– Выводы логичны, но предпосылки их неверны,– спокойно ответил тан Тюрон.– Родина этой девушки значительно дальше, чем вы думаете. Она едет послом мира к эльфам Харшада. Выигрыш от этого, в случае удачи миссии, может быть очень большим как для людей, так и для эльфов. Пресветлый Хевлат, понимая это, распорядился оказывать нам содействие в нашем предприятии. Так что основная наша задача – добраться до берегов эльфийских земель.

Сохтар задумчиво потер подбородок, а потом перевел взгляд на остальных наших ребят.

– Как я понимаю, неожиданности закончились? – обратился он к Малуру.– Больше нет необычных студентов? Или ты меня еще собираешься кем-то поразить, мой добрый друг?

Малур неопределенно пожал плечами, хотя его глаза автоматически начали коситься на меня и Аранту. Но мы казались такими обычными по сравнению с Тартаком, Гариэль и таном Тюроном, что Малур не решился еще больше удивлять наместника. Может быть, как-нибудь потом, под настроение. Но не сейчас.

Я сделал большие глаза в ответ на его нерешительный взгляд и отрицательно покачал головой.

– Да нет, мой друг,– послушно сказал Малур.– Больше вроде бы ничего такого. Но если я что-то вспомню, я обязательно тебе расскажу.

Тут уже Малур выразительно посмотрел на меня. Ха! Испугал ежа голым седалищем!

Глава 9

Конечно же наместник пригласил нас переночевать в его дворце. Комнаты для гостей были обставлены с приличествующей роскошью. Мы, правда, сразу отдыхать не пошли, а проследовали в большой гостиный зал. Так уж тут положено. Сначала, следуя протоколу, требуется поговорить о том о сем, выпить непременную пиалу отвара душистых трав, перекусить и лишь потом, если наступило соответствующее время, отправляться на отдых. Мы от протокола отступать не собирались и, рассевшись на подушках, чинно беседовали. Как водится в таких случаях, речь шла о погоде и природе, то есть о таких вещах, которые вызывают рефлекторную зевоту и действуют лучше всякого снотворного. Вот это снотворное и подействовало. Первой жертвой пал наш несокрушимый тролль.

Тартак – натура деятельная, всякие природы-погоды его не интересуют. Вот что-нибудь поесть – это да! К таким вопросам Тартак относился не в пример серьезнее. Он с самого начала садиться не захотел и стоял в проеме двери, прислушиваясь к разговору. А так как из него тролль не получал какой-либо полезной для себя информации, то он начал скучать. А потом его одолела зевота. Вы видели когда-нибудь зевающего тролля? Челюстераздирающее зрелище, доложу я вам.

– Да ну вас с вашими урожаями и дорогами! – наконец не выдержал он.– Я лучше спать пойду!

Он ловко перехватил слугу, несшего большое блюдо с сарташем (предназначенным для всех нас, заметьте), и это блюдо изъял. В два приема Тартак уронил содержимое в свой безразмерный желудок и, обратив к нам невинный взор, спросил, в какой комнате имеется припасенная для него постель. Чем внес некоторое оживление в светскую беседу.

Слегка шокированный таким оборотом беседы, Сохтар согласился, что Тартак мог с дороги устать, и ему было бы неплохо вздремнуть. Наместник подхватил стоящий рядом с ним колокольчик и позвонил. Тут же появилась фигура, в которой безошибочно можно было признать дворецкого. Он невозмутимо выслушал распоряжение провести благородного сатхара в его комнату.

– Только на первом этаже,– счел своим долгом предупредить тан Тюрон.

Дворецкий так же невозмутимо поклонился и, изящно шевельнув рукой, предложил Тартаку следовать за ним. Тролль, приподняв брови, наблюдал за ним, потом как-то неопределенно хмыкнул и, подхватив палицу, проследовал в первую дверь налево, предупредительно распахнутую дворецким.

Дверь за Тартаком закрылась. Через несколько секунд раздался стук упавшей на пол палицы и грохот рухнувшего на кровать Тартака. Потом еще раз раздался грохот – уже рухнувшей на пол кровати, у которой подломились ножки. И все стихло.

Вот тут я впервые увидел на лице дворецкого хоть какие-то признаки эмоций. Он с ужасом на лице повернулся к двери, быстро подошел к ней и, приоткрыв, всунул голову в комнату. Когда он снова повернулся к нам, то на лице было выражение крайнего ужаса.

– Господин! – в священном трепете пролепетал он.– Это была кровать из Гаришада – редкий и очень дорогой экземпляр...

– А вы что, не могли его определить в комнату с более дешевой мебелью? – поинтересовался тан Тюрон.

– Ну что вы! – оскорбился Сохтар.– У меня все самое дорогое – для гостей!

– Тогда вы отделались только одной кроватью,– философски заметил я.– Но если вы захотите его сейчас разбудить, то, поверьте, одной кроватью вы не отделаетесь. А если он сейчас начнет похрапывать…

В это время раздался мощный храп Тартака.

– ...То к списку потерь вы можете причислить и бессонную ночь,– вынужден был добавить наш наставник, с приятностью улыбаясь.

Громовой храп сотрясал стены. Было ясно, что под такое звуковое сопровождение спать никто во дворце уже не сможет. Сохтар с некоторой оторопью вслушивался в рулады, исторгаемые организмом Тартака.

– А как же нам в таком случае быть? – всерьез озаботился наместник перспективой бессонной ночи.

– Ну, выход всегда можно найти.

Тан Тюрон сжалился над нами и поставил «полог тишины» на комнату, в которой обосновался тролль. Когда благословенная тишина опустилась на нас, все с облегчением вздохнули.

Вот ведь что странно! Обычно тогда, когда мы ночевали в местах опасных и существовала вероятность того, что на нас нападут, Тартак спал очень тихо и чутко. При малейшем незначительном звуке он молниеносно просыпался и оказывался на ногах, готовый встретить любую опасность. В домах же пропадала вся эта тишина, а о чуткости можно сказать так: хоть из пушек пали, не проснется! Да и храп у нашего тролля был не намного тише артиллерийской канонады.

– Так расскажите мне о вашей миссии,– вернулся к прерванной беседе Сохтар, нервно прислушиваясь, не прорвется ли этот ужасный храп сквозь полог.

– Лично моя миссия закончена! – поспешил пояснить Малур.– Я должен был сопроводить благородных гостей Владыки в Сартут и обеспечить их в дальнейшую дорогу. Свою задачу я считаю полностью выполненной.

– Интересно, а Хевлат тоже так посчитает? – пробурчал Жерест, выуживая какой-то фрукт из вазы.– Особенно если с нами что-то случится. Ведь первый вопрос он в таком случае задаст тебе: а всем ли были обеспечены наши гости?

Малур, услышав вопрос Жереста, испуганно съежился. Ну что за мания – пугать бедного придворного!

– Я думаю, что ничего страшного с нами не произойдет,– поспешил успокоить Малура тан Тюрон.

– Но до нашего возвращения вам все-таки лучше будет оставаться здесь,– приятно улыбаясь, добавил я.– Сами понимаете, явись вы сейчас к Владыке без нас, он уже не станет разбираться, что, собственно, произошло, а поручит этим заняться своему помощнику. Вряд ли вы сможете ему объяснить про морскую болезнь. Тот, кто ее никогда не испытывал, не представляет, что это такое. Да и местечко тут подходящее – если потребуется, очень удобно будет исчезнуть из поля зрения Пресветлого, да продлит Шаршуд его дни.

На лице Малура явственно обозначилась борьба. Сохтар, с сочувствием наблюдавший за ним, поспешил прийти на помощь:

– Друг мой, должен заметить, что глоппер «Звезда Нарадуна» – весьма комфортабельное судно, практически не подверженное боковой качке. Ты будешь себя чувствовать там весьма комфортно.

– А продольной? – невольно вырвался у меня провокационный вопрос.

– Если волнение небольшое, то и продольной,– невозмутимо парировал Сохтар.

– Что там с припасами на дорогу? – спросил тан Тюрон.

– Завтра с утра они будут на глоппере. Капитан мною предупрежден,– кратко проинформировал Сохтар.

– Было бы неплохо отдохнуть с дороги,– заметил Фулос, которому тоже надоели все эти разговоры.

И Харос одобрительно кивнул.

– О, конечно, конечно! – заторопился Сохтар.– Слуги вас проводят.

– Ну а мы с тобой,– проговорил тан Тюрон, устраиваясь поудобнее на подушках,– обсудим еще некоторые детали предстоящего путешествия.

По взгляду, брошенному наставником на бутыль с калемасом, я безошибочно мог предсказать, что обсуждение будет долгим и тщательным.

Признаюсь честно, весь остаток вечера и всю ночь я бессовестно продрых, компенсируя хронический недосып во время нашего путешествия. Мнится, что Аранта пыталась меня приподнять, но моя романтика где-то загуляла, а без ее поддержки Аранте справиться со мной не удалось. В общем, утром мне пришлось уклоняться от ее сердитых взглядов и любоваться ее недовольно насупленным лицом. Придется искать пути примирения...

После легкого завтрака, а как мудро заметил Тартак – чрезвычайно легкого, мы отправились в порт. Уважаемый Сохтар лично проводил нас к пирсу, у которого был пришвартован глоппер. Увидев это чудо, я удивленно присвистнул.

Представьте себе два больших двухмачтовых корабля. Представили? Хорошо! А теперь соедините их здоровенным помостом, и вы получите классический катамаран, или, по-местному, глоппер. Грузы крепятся именно на этом помосте, что вполне разумно.

К нашему приходу на глоппере уборка и подготовка к плаванию шли полным ходом. Одни матросы, рассыпавшись по реям, что-то делали с парусами, другие убирали на палубах, третьи, накинув на голову и плечи подобие плащей, грузили в трюмы и на помост запасы в дорогу. На всю эту суматоху орал какой-то мужик, стоя, что интересно, на пирсе. Судя по тому, что никто не пытался огрызаться, это и был капитан глоппера. Мое предположение переросло в уверенность, когда Сохтар направился именно к нему.

– Доброе утро, уважаемый Морат, да пребудет с тобой и твоим кораблем милость Шаршуда!

– А! Рад видеть тебя, уважаемый Сохтар! – отозвался Морат, отвлекаясь от ора на своих матросов.– Это и есть наши гости, которых Владыка, да продлит его дни Шаршуд, повелел доставить к эльфийским берегам?

– Да.

Морат пристально обозрел наши не очень стройные ряды.

– Женщины! – наконец заметил он, ткнув пальцем в нашу сторону.– Почему я не знал, что мне придется идти с ними?

– Потому, что я тоже этого не знал,– сухо ответил Сохтар.– В повелении Владыки было написано – гости. О женщинах там не было ни слова. Это что-то меняет?

– С женщинами я не пойду! – набычился капитан.

– Это повеление Владыки,– напомнил ему Сохтар.

– По морским законам женщины на корабле – к несчастью. Я не хочу, чтобы на моем корабле произошло несчастье!

– Это ты будешь объяснять палачу,– нейтрально произнес Сохтар.– Любые законы утверждает Владыка, да пребудет с ним милость Шаршуда, а поддерживает рвение в их соблюдении его заплечных дел мастер. Ему глубоко наплевать на приметы.

В ответ на эту житейскую мудрость Морат только печально вздохнул.

– Я так понимаю, что тут буйным цветом расцветает махровый мужской шовинизм,– опасно мягко сказала подошедшая к ним Аранта.

Девушка с утра была не в духе. Мои робкие попытки помириться она отвергала. И вот нашелся повод, вернее клиент, на котором она решила сорвать свое раздражение. Так как я считал себя в какой-то степени виноватым в ее плохом настроении, то решил, что надо срочно спасать капитана, а то кто же тогда доведет этот глоппер и нас на нем до места назначения? Вряд ли кто-то еще знает путь туда.

Я выдвинулся вперед и, обняв Аранту за талию, разъяснил капитану суть:

– Наша девушка хочет сказать, что неизвестно, как там будет в море, но если ты откажешься доставить нас туда, куда следует, то несчастье произойдет точно. И не где-нибудь, а здесь и сейчас, причем с тобой лично. Вот сатхар Малур может подтвердить эту нехитрую истину. Он знает, на что способна Аранта.

– Да-да! – Малур быстро закивал.– Ты прислушайся к словам этого молодого сатхара! Он тебя не обманывает.

– Ты меня тоже, пожалуй, обними за талию,– пробурчал Тартак, стоя рядом со мной,– а то этот гхыр вызывает у меня желание опробовать его кумпол на прочность.

– Вот когда ты будешь носить платье и хоть немного походить на девушку, вот тогда тебя и станут обнимать,– обернулась к троллю моя вампирочка.

– Тартак в платье? Да я его и в смирительной рубашке обнимать не решусь! – пробормотал Тимон у меня за спиной.

– Очень мне надо быть похожим на девушку! – фыркнул тролль и, крутанув палицей, задумчиво добавил: – К тому же платья стесняют движения.

– Тартак! Аранта! – строго сказал тан Тюрон.– Не надоело вам? За дорогу не навоевались?

– Да? – возмутилась Ари и ткнула пальцем в Тартака.– Этот тип прибил на одного разбойника больше, чем я. Вам не кажется, тан Тюрон, что сейчас самое время сравнять счет? Тем более что и клиент имеется.

Я увидел, как бледнеет загорелый морской волк. Вернее, не бледнеет, а сереет. Не знаю, до какой степени серости он бы дошел, если бы не подошла поближе Гариэль.

– Капитан! – раздался ее чарующий голосок.– Вы знаете, зачем нам надо плыть к тем берегам?

– Нет, не знаю,– промямлил капитан, переводя взгляд с рассерженной Аранты на новое действующее лицо.

– А вы посмотрите на меня более внимательно,– улыбнулась Гариэль и встряхнула головой так, чтобы из-под волос стали видны ее ушки.

От ее улыбки капитана буквально закачало. Еще бы! В нашей группе две девушки обладают неотразимыми улыбками. И хотя действие их принципиально разное, но эффект – стопроцентный, в чем многие не раз убеждались.

– Вы...

Слов у капитана не хватило, и он вынужден был заменить их жестикуляцией.

Ругаться, что он обыкновенно делал в таких ситуациях, капитан не решился. Уж очень близко от него покачивалась палица в руке Тартака, который внимательно следил за тем, чтобы капитан был в должной мере вежлив. А капитан был достаточно догадлив, чтобы понять явный намек на лице тролля.

В конце концов, то ли повеление Владыки оказало действие, то ли улыбка Гариэль, но капитан Морат сдался, согласившись отвезти нас к эльфийским берегам. Хоть присутствие женщин на корабле его и не вдохновляло, но еще больше его не вдохновляла перспектива встречи с палачом Владыки.

Сразу же последовали команды начать погрузку припасов, подготовить каюты для гостей, коку готовить на десять порций больше.

Под негромкое бурум-бурум-мурлыканье пришедшего в благодушное настроение Тартака, от которого несколько матросов едва не свалились за борт, мы по сходням поднялись на глоппер и пошли занимать свои каюты, которые нам широким жестом выделил капитан. Вернее, сначала был проведен краткий инструктаж нашим преподом, после которого и были распределены каюты.

Глава 10

Лирическое отступление

Инструктаж тана Тюрона перед отплытием

– Внимание! Сейчас мы погрузимся на корабль и отправимся к намеченной цели...

Нет, Жерест. Не на правый и не на левый корабль. Это один корабль. ... Ну и что, что у него два киля. Это так надо.

Да, Тартак, тебя он выдержит... Нет, не утонет.

Капитан уступил свою каюту и каюту первого помощника нашим девушкам. Значит, в каюте капитана будет обитать Гариэль, а в каюте помощника Аранта и Морита... Что?.. Вы вместе жили в домике, теперь хотите вместе и в каюте?.. Хорошо. Значит, так, в каюте капитана будут Гариэль и Аранта, а в каюте помощника... Что значит, боишься одна? Морита! Как тебе не стыдно?.. Не стыдно?.. М-да. Капитан, а три человека в каюте поместятся?.. Хорошо! Все девушки будут обитать в каюте капитана.

Ребята устроятся в кают-компании... Я знаю, Тартак, что ты любишь спать на свежем воздухе... Что, Тимон?.. Ты тоже любишь, когда Тартак спит на свежем воздухе?.. Не надо мне объяснять почему. Я сам знаю причину. Капитан! А там достаточно места? А помост выдержит?.. Хорошо. Заодно и морских чудищ будет отпугивать. ... Нет, Тартак. Палицей по кумполу не надо! Им будет достаточно и твоего храпа.

«Звезда Нарадуна» доставит нас к месту назначения. Насколько быстро? Достаточно быстро!.. Нет, Аранта, подгонять матросов не надо... И этим тоже не надо!.. И вообще, у них есть капитан, который знает, как подгонять матросов.

Тимон! Корабль подгонять тоже не надо! Даже легоньким «воздушным кулаком»!.. И «кулачком» тоже, Жерест, тем более тебе! А то знаю я тебя. Вместо кулака такое завернешь, что мы и охнуть не успеем, как ко дну пойдем. Колин, я тебе поручаю следить за этим рыжим! Чтобы никаких экспериментов!

Короче. Вести себя тихо, смирно и в работу команды не вмешиваться! А сейчас всем взять свои вещи и подниматься на корабль.

Никогда не ходил на морских кораблях! Не довелось как-то. А тут сразу на таком большом и – океанском. Ну да, согласен. Он не такой большой, как те, которые ходят по земным океанам. И нет на нем всех тех прибамбасов, которые имеются на современных круизных теплоходах Земли. Нет всяких там бассейнов, баров по нескольку штук на каждой палубе. Шезлонгов, чтобы подставлять живот лучам тропического солнца, тоже не имеется. Бассейнов, около которых эти шезлонги стоят, не предусмотрено. Что там еще на таких кораблях бывает? В общем, ничего этого на нашем плавсредстве нет. Ну и что? Зато есть океан, который, как могучее и огромное существо, ворочается под ногами, заставляя наш корабль то взлетать на гребни волн, то проваливаться в глубокие ложбины между этими волнами.

Что может сравниться с чувством моряка, стоящего у борта и высматривающего, не мелькнет ли у горизонта земля, чтобы потом громогласно оповестить об этом членов остальной команды! Ну что может с этим сравниться? Правильно! Только морская болезнь! И эта коварная болячка не замедлила явиться во всеоружии. Но не все оказались ей подвержены. Я, например. Мне даже понравилось вот так взлетать к самым небесам, а потом ухать вниз. Гариэль не ощущала никаких неудобств. И Аранта плевать на морскую болезнь хотела. А вот Тартак, Тимон, Жерест и братья вкупе с Моритой хотели на нее не плевать, а, простите за выражение, блевать. Разница в одну букву, а смысл и содержимое так отличаются...

Мы, конечно, изо всех сил сочувствовали ребятам. Это так непривычно и печально – видеть одинаково зеленые, независимо от степени загара, лица. Старались помочь – конечно, кто чем мог. Гариэль старательно вспоминала прочитанные когда-то и где-то лечебные заклинания от тошноты и головокружений. Вместе с Арантой они добывали какие-то составляющие чудодейственных снадобий, доводя до панического состояния корабельного лекаря, каптерщика и кока. Тан Тюрон виновато разводил руками – он не знал средств и заклинаний от качки. Еще бы! Ему-то что. Он дракон. Привык, понимаете ли, бултыхаться в восходящих и нисходящих потоках воздуха. Там болтанка и покруче бывает. Особенно меня удручала картина выходящих гуськом друзей, которые выстраивались у борта, чтобы отдать очередную дань Нептуну, или кто тут у них? Тартак, так тот даже и не выходил. Он принимал мучения, не сходя с помоста, куда его определил капитан. Осунулся, бедняга. Все дни он лежал в обнимку со своей палицей и страдал. Но это не помешало ему однажды так рыкнуть на матроса, пришедшего пригласить тролля на обед, что беднягу часа два не могли снять с верхушки мачты. Потом этот матросик обходил нашего тролля десятой дорогой.

Капитан, привыкший к разным видам и амплитудам качек, бодро заявил, что это не шторм, а так, штормик. Вот месяц назад!.. Да, тогда был настоящий шторм. «Звезду» так подбрасывало на волнах, что он, Морат, даже видел днище корабля. Ничего страшного! По всем признакам – а он, Морат, знаток в них – денька через два океан успокоится.

И действительно, знания Мората не подвели. Через два дня наш корабль плавно скользил по тихой и гладкой поверхности воды. Вернее, не скользил, а стоял. Куда что делось? И, самое главное, куда делся ветер? Друзья, конечно, немедленно прекратили страдания и воспрянули духом, но только для того, чтобы уныло смотреть на безбрежный уснувший океан вокруг. Паруса безжизненными тряпками обвисли на реях. Корабль попал в штиль. Штиль – это такая пакость, когда жарко, а ветерка нет. То есть никакого! Каждый, кто только мог, старательно скреб ногтями или когтями по дереву. Эффект – нулевой. Знание заклинания вызова прохладного потока воздуха не помогало. Слишком уж мал был этот поток, да и источник ветерка находился на корабле. Хотя я старался. Честно. Но сколько бы я ни стоял у мачты, обдуваемый прохладным ветерком, паруса не хотели на это реагировать, надуваться и тянуть наше судно по назначенному курсу.

Тартак времени зря не терял. Воспрянув от морской болезни, он понял, что сильно отощал, и усиленно восполнял водно-пище-солевой баланс. Кок из камбуза не вылезал. Не только потому, что пришлось много готовить, но и потому, что Тартак сидел рядом с камбузом, положив палицу у ног, жевал, глотал и нечленораздельно мычал, требуя добавки, совершенно перегородив коку дорогу к желанной свободе. При малейшей его попытке покинуть камбуз Тартак подхватывал свое орудие и вежливо интересовался – а куда это повар собрался? Когда кок, клятвенно прижав руки к груди, убеждал тролля, что он только на минутку, Тартак недоверчиво его осматривал. Потом следовала коронная фраза: «Ну смотри, мужик! Я тебя запомнил!» И кок шустро бежал по своим делам и ОЧЕНЬ шустро возвращался под неодобрительное сопение Тартака.

Тан Тюрон что-то химичил, не вылезая из каюты. Он выудил из своего мешка несколько книг и старательно их изучал, время от времени вызывая к себе капитана и спрашивая его:

– А скажи, любезный, у вас на корабле имеется достаточно веревок? А они достаточно крепки? А мягкие прокладки из материи вы можете соорудить? Такого вот примерно размера... А центральный брус достаточно ли нов?.. Что ты говоришь?.. Из крепчайшей породы дерева? Очень хорошо!

Мы терялись в догадках – что он хочет делать? На третий день мы поняли – что. Даже не то что поняли, а увидели.

Наставник вышел на нос одного из спаренных кораблей и начал нараспев читать какое-то заклинание, иногда сверяясь с бумажкой, которую держал в левой руке, и размахивая свободной правой. За ним стояли два матроса, отчаянно трусившие, но не отступающие назад под строгим взглядом капитана. Они держали в руках охапки веревок, которые все одним концом были принайтованы к поперечному брусу между корпусами корабля. Другие концы заканчивались петлями, обшитыми мягкими валиками из ткани.

Я всмотрелся в синюю даль океана. Что-то, вернее, кто-то приближался к нам. Ну да! Это же дельфины! Эти весельчаки морей. Наверное, они живут везде, где есть моря и океаны. Похоже, тан Тюрон решил использовать их в качестве тягловых лошадок. Он поочередно бросал вниз петли, а дельфины с удовольствием подхватывали их.

– Куда нам лучше направиться? – поинтересовался наставник у капитана Мората.– Учтите, этого движителя нам хватит где-то на полчаса. Дельфины быстро устают, а я не люблю мучить животных.

Морат задумался, поглядывая на так неожиданно появившуюся тягловую силу.

– Лучше всего, пожалуй, на северо-северо-восток,– наконец решил он и показал рукой направление.– Там у берега есть теплое течение. Оно потянет нас и без ветра. Так будет даже лучше!

– А почему вы раньше им не воспользовались? – подозрительно спросила Морита, которая морскую болтанку переносила с трудом.

– А раньше, уважаемая сарумэ, у берегов были подводные скалы,– язвительно ответил капитан.– Не хватало, чтобы вы меня в чем-то подозревали! Я плаваю в этих местах уже двадцать лет!

Тан Тюрон пронзительно свистнул что-то такое, понятное только дельфинам. Они дружно ударили хвостами по воде. «Звезда Нарадуна» дернулась и пошла, набирая скорость, в сторону, куда указывал капитан.

Через полчаса матросы, благоговейно поглядывая на тана Тюрона, суетливо выбирали веревки и складывали их аккуратной кучкой. Вдали, справа, были видны горы, отделяющие земли эльфов от других стран Харшада. Появился легкий ветерок, дующий со стороны континента. Капитан сказал, что это неплохо, ветерок только ускорит наше движение.

– А на вас пираты когда-нибудь нападали? – неожиданно спросила Гариэль.

– Да пока Шаршуд миловал,– откликнулся Морат.– Не накликайте!

– Поздно,– виновато взглянула на нас Гариэль.– Там корабль под тремя черными вымпелами. Его капитан пялится на нас в подзорную трубу. Боюсь, что это и есть пираты.

– Мы пропали! – посерел лицом Морат.– Эти отродья Куктуна нагонят нас. Сто тысяч ржавых якорей им в глотку! У них есть штуки, изрыгающие адское пламя и каменные шары, которые пробивают борта кораблей, как будто те из бумаги. Я же говорил! Я же предупреждал! Женщины на корабле – к несчастью! О горе мне, горе!

– Какое там горе? – проревел Тартак, алчно вглядываясь в едва заметную точку корабля на горизонте.– Ты что, забыл, с кем плывешь? Наоборот! Веселуха только начинается! Только вы рядом со мной не стойте! Как бы не попали под раздачу.

– Чур, я первая на их корабль запрыгиваю! – Аранта помчалась в каюту забирать свое оружие.

– Не торопись, клыкастая. Там на всех хватит,– проворчал Тартак, провожая ее взглядом.

Гариэль с Моритой, озабоченно переглянувшись, тоже отправились за своими луками и стрелами.

Да. Несмотря на то что были поставлены все паруса, пиратский корабль нагонял нас. С моей точки зрения, делал он это на свою же голову. Этой же точки зрения придерживались и все наши ребята. Братья с мечами наголо притаились среди грузов на помосте. Тартак, с невинным видом помахивая пальмовой веточкой, торчал у самого борта в ожидании начала абордажа. Аранта, пригнувшись у борта же, шипела на Тартака, чтобы он случайно не вспугнул пиратов. Пусть подпустит их поближе, вот тогда… Гариэль и Морита, приготовив луки и положив рядом колчаны со стрелами, были готовы открыть скоростную, и главное, прицельную стрельбу. Жерест с рогаткой наголо гоголем расхаживал по капитанскому мостику, свысока поглядывая на явно трусивших членов экипажа корабля. Тимон же, в отличие от остальных, был спокоен как удав. Он в это состояние вошел, как только увидел, что и мы с таном Тюроном решили вмешаться в бой не по-детски.

Он как раз стоял рядом, когда наставник наклонился ко мне:

– Будем бить пульсарами. Бери на себя носовую часть, а я возьму рули. Потом – по обстановке. Направляй пульсар как можно ближе к ватерлинии.

Мой друг понимающе усмехнулся, услышав это указание.

Пиратский корабль подошел к нам еще ближе. На его носу я разглядел группу людей в разномастном одеянии, приготовивших какие-то длинные палки с крючьями на концах. Наверное, это абордажные багры. Ну-ну...

Раздался грохот выстрела из пиратской пушки. Эх, сюда бы нашу современную скорострельную. Я бы им пострелял! Ядро прошуршало в воздухе и упало прямо по курсу нашего корабля, подняв фонтан брызг.

– Да что это они делают? – удивленно спросил Фулос, оглядываясь на нас.

Харос недоуменно пожал плечами.

– Это они просят нас притормозить,– авторитетно сказала Аранта,– чтобы им было удобнее нас грабить и убивать. Почему бы хоть в этом вопросе не пойти им навстречу?

Капитан вопросительно взглянул на тана Тюрона. Тот кивнул ему.

– Спустить паруса! – закричал капитан.

Печальный стон моряков был ответом на его команду, но дудка боцмана продублировала приказ. Матросы вяло, но послушно полезли по вантам.

– Приготовься! – повернул ко мне голову наставник.

В моей руке начал набирать силу боевой пульсар. Ну я им сейчас устрою!

– «А мне можжжно?» – раздалось в моей голове.

– Тут взлетать негде,– ответил я.

– Что, другая часть тебя заговорила? – понимающе взглянул на меня старший, услышав мои слова.

– Да, тоже хочет поучаствовать.

– Вот ведь – дети! – досадливо сказал тан Тюрон.

– «Это он кого детьми назззвал?» – возмущенно откликнулось у меня в голове.

– Потом,– отозвался я.– Еще будет время разбираться.

Корабль пиратов приближался. Ого! Да у него открыты порты батарей с правого борта. Да и левый борт, наверное, не очень отличается от правого. Из портов торчали жерла примитивных пушек. Но это по-моему – примитивных, может, тут они последнее слово техники. Желательно, чтобы они не успели сказать это последнее слово.

– Девочки! – громко сказал тан Тюрон.

Защелкали тетивы Гариэль и Мориты. Две фигуры пиратов, стоящих на капитанском мостике, кувыркнулись вниз. Но этим дело и ограничилось. Вокруг пиратского корабля быстро выросла зеленоватая дымка защитного экрана. Да, оперативно их маг сработал.

– Всем отойти от борта! – заревело с пиратской стороны.– Вы еще пожалеете о том, что попытались сопротивляться!

Больше передать нам, о чем потом придется жалеть, привести, так сказать, полный список, там не успели. Тан Тюрон, заметив защитный экран на пиратском корабле, кивнул мне:

– Давай, Колин. Этот экран не должен устоять перед пульсарами. Здесь, по-моему, даже и не подозревают о таком оружии.

Ну я и дал. Сразу три пульсара, один за другим, вырвались из моей руки. Первый в щепки разнес носовую часть пиратского судна, второй врезался в середину борта, а третий попал как раз между первыми двумя.

Тан Тюрон, выпустив свой пульсар, тут же взмахом руки накрыл наш корабль защитным экраном. Конечно же этот экран был помощнее пиратского. Все-таки тан Тюрон сильнейший маг современности! Или как там говорил сатхар Гашага?

Звонко щелкнула рогатка Жереста, и здоровяк, стоявший с мечом у борта пиратского корабля, уронил клинок и схватился за голову.

– Ага! – радостно воскликнул рыжий.– На рогатки у вас экран не рассчитан! Сейчас я вам ряды прорежу!

Не знаю, что там натворил пульсар наставника, только пиратский корабль начал оседать на корму и крениться. Пираты засуетились и стали поспешно спускать на воду что-то похожее на большие лохани. Это они у них шлюпками зовутся?

– Ну так нечестно! – завопили в один голос Аранта и Тартак.

– Обойдетесь! – хладнокровно парировал тан Тюрон.– Не хватало еще, чтобы они к нам на корабль заскочили. Капитан, распорядитесь продолжать движение!

– А с этими что делать? – радостно поинтересовался Морат, показывая на шлюпки, быстро гребущие веслами к берегу.

– А с ними уже ничего не надо делать,– хмыкнул тан Тюрон.– Насколько я знаю, берега тут очень негостеприимные.

М-да! А наставник иногда бывает уж очень жесток.

Лоханки, вразброд шлепая по воде веслами, поспешно удалялись от тонущего корабля. Аранта, возникнув над бортом, разочарованно смотрела на ускользавшую добычу.

– Эх! Такое дело испортили! – обиженно посмотрел на нас тролль.– Вот всем дали поучаствовать! Даже вон рыжему. А нас обделили!

Жерест, вскарабкавшись на ванты, держась одной рукой за веревку, радостно улюлюкал вслед пиратам и размахивал другой рукой с зажатой в ней рогаткой.

– Некачественно вы к нам относитесь, тан Тюрон, некачественно! – печально заключил Тартак.

Глава 11

Мы с Арантой, облокотившись на борт, обозревали окрестности, а точнее, берега, вдоль которых проходил наш корабль. По другому борту плескал мелкими волнами бесконечный океан, и смотреть там было в общем не на что. Действительно, пристать к этому берегу просто некуда. Высокие обрывистые скалы отвесно уходили в воды океана, а на самых их вершинах зеленел лес. Огромный лес! Мы шли уже два дня мимо эльфийских земель, но ни разу не увидели ни места, пригодного для высадки, ни просветов в лесу. Не видно было и тех, кто в этом лесу обитал.

Гариэль стояла немного в стороне от нас и тоже, не отрываясь, смотрела на границы земель своих сородичей. Аранта взглянула на меня, потом на подругу и, слегка сжав мне руку, подошла к ней.

– Эль, что скажешь?

Вместо ответа Гариэль улыбнулась и протянула руку к лесу. Из чащи вырвалась маленькая птичка. Она быстро преодолела расстояние между берегом и кораблем и уцепилась крохотными лапками за палец девушки. Эльфийка подняла руку так, чтобы птица оказалась на уровне глаз. Некоторое время шел молчаливый разговор. Птичка неожиданно что-то пискнула, сорвалась с руки и упорхнула обратно к берегу.

– И что она тебе сказала? – не вытерпел я.

Гариэль пожала плечами.

– У маленьких обитателей леса – маленькие заботы,– проговорила она.– Где взять вкусных червячков, как не попасться сове в лапы, какое гнездышко свить. Что еще она мне могла сказать?

– А об эльфах ничего? – удивилась Аранта.

– Они тут есть,– нахмурилась Гариэль.– Я чувствую, что есть, но что-то непонятно. Не хватает чего-то очень важного. Оно должно быть, но его нет! Я не могу объяснить просто словами. Это ощущения. Чувствуется какая-то незавершенность.

Гариэль виновато улыбнулась, прося нас простить ее за невнятное объяснение.

– Если эльфы здесь есть, то мы выясним, чего им не хватает! – тряхнула волосами Аранта.

– Или кого им не хватает. Но сначала надо найти место, где мы сможем высадиться на берег и начать эти выяснения,– буркнул я.

– И желательно начинать их без глупых украшений в виде стрел, торчащих из жизненно важных органов,– поддакнул непонятно откуда взявшийся Жерест.

– Подслушиваешь? – нехорошо прищурившись, спросила Аранта.

– Да вы на весь корабль орете! – возмутился Жерест.– Тут хочешь не хочешь, а услышишь. Вы бы табличку повесили: «Идет секретный разговор! Жересту заткнуть уши и не слушать». Я, так и быть, не слушал бы.

Ну насчет «орете» он явно погорячился. Хотя и тайны из разговора мы вроде бы не делали.

Тут к нам подошли тан Тюрон и Тимон.

– Капитан считает, что, по его мнению, завтра мы приблизимся к месту, где можно пристать,– сказал наставник.– Он редко подходил к этим берегам. Обычно маршрут его корабля проходил дальше в океане. Поэтому он совершенно точно сказать не берется. А сейчас я прошу Гариэль и Колина спуститься в мою каюту. Мы обсудим план высадки, который я составил.

– А почему только они? – пробасил Тартак со своего насеста.– Я, может, тоже люблю обсуждать всякие там планы. У каждого есть свои слабости.

– Потому что твоя палица, как и боевое искусство Аранты, на начальном этапе не предусмотрено,– отрезал тан Тюрон, знаком предложив нам следовать за ним.– А потом посмотрим по обстановке.

– Так нам можно и не сходить на берег? – уточнил Жерест.

– Там видно будет,– на ходу сказал наставник.

– Если эти живчики ушастые что-то сделают нашим ребятам, то я за себя не ручаюсь! – уже спускаясь по трапу, услышал я рычание Тартака.

Тан Тюрон, положив руки на ребристую рамку иллюминатора, некоторое время молча всматривался в проплывающие мимо берега.

– Гариэль,– он наконец-то оторвался от созерцания окрестностей и повернулся к нам,– тебе предстоит самое важное и тяжелое дело – вести переговоры. Все-таки ты принадлежишь к их роду, а значит, вызываешь большее доверие. А мы будем твоим эскортом. Ты сойдешь на берег в нашем сопровождении. Я буду в ипостаси дракона. Колин – как есть, в человеческой.

– А зачем? – тихо спросила Гариэль.– Я ведь могу и сама сойти.

– Можешь,– согласился Тюрон.– Но только при условии, что ты сумеешь заодно и «алмазный купол» поставить. Знаешь, что это такое? Когда-нибудь пробовала его ставить?

– Отец показывал, но у меня не хватает Дара, чтобы его задействовать. Но теорию я знаю хорошо.

– Вот именно поэтому с тобой пойдем мы. Я за тебя отвечаю перед Светлым лесом. Представляешь, что будет, если мы тебя потеряем? Мы, конечно, здесь тогда все выжжем, но вряд ли это тебя вернет. Значит, Колин будет тебя прикрывать «куполом», которому я его сейчас обучу. Уж у него-то Дара хватит и не на такое.

– А, может быть, я – в дракона, а вы будете прикрывать? – нерешительно предложил я.– Все-таки надежнее так будет.

– А ты можешь поручиться, что твой дракон поведет себя так, как надо? – осведомился тан Тюрон.– А если он решит выжечь кусок леса для того, чтобы ему хватило места? Не забывай, твоя ипостась больше моей раза в три. И не забывай также, что ты еще не слился в сознании со своим вторым «я». Нет уж! Здесь нельзя рисковать. Я тщательно продумал, как надо сделать, чтобы достичь максимума безопасности.

– Неплохо было бы еще подумать, как достичь максимума на переговорах,– тихо заметила Гариэль.– Это главная цель, с которой я сюда еду. Нам надо вернуть эльфов в общую семью.

– А я все-таки безопасность ставлю на первое место,– хмыкнул наставник.– Переговоры не столь важное дело.

– Но мы же приплыли сюда ради этого,– стояла на своем Гариэль.

– В данной ситуации нам достаточно снять координаты этого места,– пояснил препод.– Если наши переговоры по какой-либо причине не увенчаются удачей, то сюда можно будет направить телепорт, через который смогут пройти те, кто в состоянии убедить местных эльфов начать переговоры. Ни ты, ни я – не профессиональные переговорщики. В принципе то, чем мы занимаемся, сплошная самодеятельность. По всем правилам, я должен был эту авантюру запретить. А я сам в нее влез. Поэтому я обязан хотя бы обеспечить полную безопасность.

Я сидел на своей койке и перебирал вещи в походном мешке. Осознание того, что я выучил заклинание, доступное лишь немногим, наполняло меня какими-то неведомыми ранее ощущениями. Как будто держишь в руках большую и очень дорогую вещь и не знаешь, что с ней делать, куда ее деть-то? Впрочем, куда деть, как раз известно, но очень не хочется его применять. Главное, оно у меня действует, да так, что, когда я его применил в первый раз, даже тан Тюрон уважительно кивнул. «Алмазный купол» – это заклинание, останавливающее эльфийские стрелы. Надо сказать, что они у эльфов накачаны какой-то магией, против которой не спасают даже самые крепкие доспехи. Да и простые защитные построения типа экрана и кокона тоже не могут остановить полета этих смертоносных стрел. Само заклинание наш наставник получил от тана Гория, который в Светлом лесу перенимал мастерство у тамошних магов. Формула этого заклинания считалась очень большой тайной, и это при том, что немногие могли им воспользоваться. Да что там говорить, если и в самом Светлом лесу им владели всего двое – Владыка и Форинтиэль – старейший маг, воспитывающий эльфийскую молодежь. После окончания Школы и мне предстоит учиться у него. Тан Горий узнал и обучился «алмазному куполу» только потому, что тогда помогал эльфам в каких-то разборках против дроу. Надо ли говорить, что стрелы дроу обладали такими же отвратительными свойствами, как и стрелы эльфов, а этот «купол» безотказно действовал и против них.

За дверью послышались торопливые шаги. Заглянул Тимон.

– Колин, что ты здесь сидишь? Мы подплываем уже к месту высадки! Давай дуй наверх! Тебя тан Тюрон зовет. Он страшно нервничает, а ты тут сидишь и в ус не дуешь!

Я машинально засунул в карман корешок, который мне подарила Гариэль перед отправкой в Харшад. Надо же, сохранился. Может, он принесет мне удачу? Впрочем, сейчас надо собраться! Так, заклинание помню! Пошел! Интересно, как выглядит это место высадки?

Все наши уже столпились на палубе, пытаясь рассмотреть то единственное место, где можно было высадиться на берег эльфов. Самого места как такового видно не было. Его скрывал довольно густой туман. Капитан, сверяясь по каким-то ветхим бумагам, заявил, что знает, как тут надо идти. Мол, в этой бумаге все подробно описано.

Тартак сварливо осведомился у капитана, знает ли он, как причаливать?

– Нет,– честно признался капитан и отправил на нос матроса с грузом на веревке – промерить глубину.

По-моему, в морской терминологии это устройство называется лотом. Интересно, а кашалот имеет какое-то к этому отношение? Хороший вопрос, но сейчас им задаваться некогда.

Мы передвигались в мутной и вязкой мгле. Тишина нарушалась только ритмичным бульканьем грузика и шепотом матроса с еле различимыми матерными комментариями капитана. Берег начал ощущаться более темным цветом, потом как-то скачком проступили деревья, наклонившиеся над водой, песок пляжа, языком вклинившегося в массив леса. Одновременно с этим днище правого корпуса заскрежетало по дну. Корабль остановился.

Капитан, побагровев как рак, ринулся к матросу, потрясая кулаком, не в силах вымолвить от гнева и пары положенных в таких случаях благих пожеланий. Впрочем, тут еще было, по крайней мере, две причины для молчания. Первая – рядом стояли девушки, вторая – это могли услышать не только девушки, но и те, кто сидел на берегу.

– Он чего? – прогудел Тартак.

– А, на мель сели,– беззаботно махнул рукой Жерест, убежденный, что все это пустяки, дело житейское.

– Ну? – потребовал разъяснений Тартак.

– Так ведь стаскивать надо будет.

– Ну?

– А как?

– Столкнем.– Тартак успокоенно откинулся на тюки с барахлом, сваленные на помосте.– Мне бы их проблемы!

Тан Тюрон кивнул мне и обратился к возвращающемуся с носа судна капитану:

– Уважаемый Морат, нам нужно на берег.

Капитан с жалостью взглянул на наставника, на Гариэль, потом на меня и распорядился:

– Тафку на воду!

Тафкой оказалась одна из двух лодчонок, болтающихся на талях позади каждого из корпусов «Звезды Нарадуна».

– Тафку сразу же вернуть,– потребовал капитан и виновато улыбнулся: – Вы-то ладно, а матросов жаль, мало их у меня.

До меня явственно донеслось «жлоб!». По-моему, это Жерест по достоинству оценил широкий жест капитана. Мне лично обмолвка капитана не очень понравилась.

Мы быстро по очереди спустились в эту самую тафку, где на веслах уже сидели четверо матросов. Оттолкнувшись от борта, боцман сел на заднюю банку к рычагу, который был рулем. Весла дружно и мягко опустились в воду, и мы направились к берегу, который своей пустынностью и тишиной вызывал настороженность.

Гребцы явно чувствовали себя не в своей тарелке. Они время от времени нервно оглядывались. На их лицах отражался страх, внушаемый многочисленными россказнями об этих страшных местах, очень далекими от оптимизма.

С тихим шорохом тафка зацепила за дно. Приплыли!

Едва мы выпрыгнули на берег, как матросы сразу же столкнули нос тафки с песка и заскочили в нее. Лодчонка очень ходко двинулась к кораблю, который темным пятном проступал в тумане. Вот это скорость!

– Минутку! – проговорил тан Тюрон, окутываясь алым сиянием.

Да хоть час! Я никуда в общем-то не спешу!

Я зажал в ладони корешок, лежащий в кармане куртки. Алый дракон повелительно кивнул головой в направлении леса. Я еще раз проверил заклинания, подвешенные на «мгновенный ответ». Мы осторожно пошли вперед.

Глава 12

Мы не успели пройти и дюжины шагов (я зачем-то их считал), как прогремел голос:

– Стойте! Ужель печальная участь тех, кто приходил сюда ранее, не послужила вам примером?

Ни одна веточка не колыхнулась, ни один листик не дрогнул. Лес стоял перед нами мрачной стеной. Я буквально всей кожей почувствовал, что в мою драгоценную персону направлены острия сотни стрел. Хотя если это эльфы, то мне хватит и одной.

Вот и сжимай после этого корешок! Я с досадой выдернул руку из кармана и отбросил корешок в траву перед нами. «Алмазный купол», который я подвесил на «мгновенный ответ», накроет нас, как только первая стрела сорвется с тетивы. А потом?

Потом, надеюсь, что пламя алого дракона и мои пульсары остудят горячие головы тех, кто там, в чаще, подготовил нам «ласковую» встречу. Парадокс, однако! Но о мирных переговорах в таком случае придется забыть. Дай бог ноги унести вместе с тем, откуда эти ноги растут. Неужели так и придется уйти?

Гариэль, прижав правую руку к груди, хотела что-то сказать, но слова застыли у нее на губах. Почему? Да потому что в месте, куда упал корешок, начало что-то происходить. Земля вспучилась и с каким-то чмокающим звуком поглотила то, что я бросил. Несколько мгновений ничего не происходило, но потом раздался какой-то музыкальный звон. Как будто кто-то неведомый мягко провел пальцами по струнам арфы. Из земли неожиданно показался тонкий прутик с венчавшим его верхушку маленьким золотистым листочком. Почва вдруг взорвалась! Вверх рванулись гибкие зеленые плети, которые тут же покрылись почками. Буквально на наших глазах почки раскрылись, выпуская на волю золотистые листья. Растение, в котором я с удивлением начал узнавать мэллорн, начало быстро развиваться и расти. Уже через пару минут этого буйства перед нами стояло еще молодое, но уже полностью сформированное и величественное дерево. Оно было пока не так велико, как те его собратья, которые я видел в Светлом лесу, но останавливаться на достигнутом явно не собиралось. Мелкие кустики вокруг него втягивались в землю и исчезали. Вместо них появлялась ярко-зеленая сочная травка, окружавшая мэллорн удивительным ковром.

В чаще, где скрывались хозяева леса, раздался какой-то непонятный звук, одновременно похожий на удивленное восклицание и сдавленное рыдание. Я разглядел фигуру, которая неожиданно возникла среди деревьев и робкими, неуверенными шагами приближалась к нам. Вернее, не к нам, а к мэллорну. За первой фигурой появилось еще несколько. И они тоже брели к дереву. Они ничего не видели, кроме него.

Мы недоуменно наблюдали за ними, пытаясь понять, что же происходит? Ну мэллорн, ну и что? Для эльфов это должно быть обычным делом. Ведь именно в их лесах растут такие деревья.

Эльфы, а я теперь их хорошо рассмотрел, опустились перед мэллорном на колени и, находясь в каком-то трансе, затянули тихую, протяжную и очень красивую песню. Мелодия набирала мощь, взвивалась вверх и уходила в глубину леса, далекими отголосками возвращалась и окутывала всех нас мягкой силой и очарованием.

Все новые фигуры появлялись на поляне и, приблизившись к дереву, опускались на колени.

– Ты что-нибудь понимаешь? – тихо спросил я Гариэль.

Она, тоже было впавшая в транс, встряхнула головой и обернулась ко мне. Ее глаза сияли изумлением и восторгом.

– Они поют гимн Материнскому дереву,– так же тихо ответила она.– Это очень древняя и почти забытая у нас песня. Где ты раздобыл «Росток»?

– Шутишь? Ты же мне его сама дала, когда мы собирались в Харшад. Ты еще сказала, что он принесет мне удачу.

– Ой! Я сама не знала. Так значит, тот корешок был «Ростком»? Мне его дал Форинтиэль, когда я собиралась начать учебу в Школе. Он мне ничего не объяснил. Просто сунул в руку и сказал, что пригодится.

Дракон, наклонив голову, наблюдал за действом. Тан Тюрон перекидываться не спешил. Значит, и мне расслабляться не стоит. Судя по всему, и Гариэль это поняла. Мы оставались на месте в ожидании дальнейшего развития событий. А они развивались уже не по устоявшемуся сценарию. Это внушало определенные надежды.

Песня затихла. Один из эльфов поднялся с колен и повернулся к нам. Наверное, это их глава. Я напрягся. Вот сейчас все решится. Эльф подошел к нам и вежливо поклонился. Мы с Гариэль поклонились в ответ. Дракон Тюрон склонил голову. Эльф заговорил мягким приятным баритоном:

– Кто ты, так похожая на нас? Пришедшая к нам с бесценным даром в сопровождении дракона и...– Эльф сделал еще один полупоклон тану Тюрону и всмотрелся в меня. На мгновение мой взгляд встретился с его глазами цвета океана, по которому мы сюда добрались.– В сопровождении двух драконов,– поправился он и с достоинством поклонился мне.

Это же надо! Как он быстро меня раскусил! Тьфу ты! Я же, стараясь рассмотреть их, бессознательно перестроил глаза. Вот откуда та легкая желтая дымка, на мгновение появившаяся вокруг меня.

– Бесценный дар? – непонимающе повторила Гариэль.

Эльф величественно показал рукой на мэллорн.

– Это мэллорн,– пояснила Гариэль.

– Да,– еще раз склонил голову эльф.– Мы храним в памяти его образ. Но только образ! У нас нет мэллорнов. Вернее, не было до сих пор.

– Как же вы жили без него?! – изумленно воскликнула Гариэль.

Эльф пожал плечами:

– Так уж сложилось. Тяжело нам без них было. Тяжело, но жить надо. Мы перенесли множество бед и лишений. Но мы не теряли надежды, и ты принесла Материнское дерево нам. Ты даже не представляешь, какое благо ты для нас сделала! Но мы благородный и благодарный народ! Что ты желаешь в ответ?

– Мира и взаимопонимания! – Гариэль твердо взглянула в глаза эльфу.– А еще я хочу, чтобы вы снова стали частью великого эльфийского народа. Мы просим вас прекратить войну с теми, кто приходит к вам. Не только вы отгородились от мира, но и миру пришлось отгородиться от вас. Хватит затворничества!

– Как зовут тебя, прекрасная дева? – дружелюбно (ну, слава богу!) спросил эльф.

Гариэль улыбнулась:

– Разрешите вначале представить моих спутников.

Эльф кивнул. Я уловил краем глаза алое марево, дракон оборачивался. Повернув голову, я заметил, что он, уже в человеческой ипостаси, стоит со мной рядом.

– Это мой наставник и учитель Хризмон Тюрон тор Перрия Кроуншельд Прастима сен Рассия.

– Можно просто – тан Тюрон,– вежливо склонив голову, добавил наставник.

Эльф так же вежливо поклонился ему.

– А это,– продолжала Гариэль,– мой друг и сокурсник Колин ад Бут.

– Можно просто Колин,– кланяясь, скопировал я наставника.

Эльф улыбнулся:

– Это ведь не истинное твое имя? Впрочем, ты можешь не называть его, если не желаешь.

Я пожал плечами, предпочитая не отвечать. А что я мог ответить? Меня все привыкли называть так. Да и я уже привык к этому имени. Если разобраться, то действительно, это не истинное имя. А какое истинное? Николай? Не уверен!

Гариэль вопросительно взглянула на тана Тюрона. Тот кивнул и представил Гариэль:

– Гариэль Отолариэ – дочь Хранящего Свет. Принцесса Светлого леса.

– О! – только и смог выговорить эльф, склоняясь в поклоне.– Меня зовут Солториэн. Я предводитель общины эльфов на этой земле.

Солториэн во все глаза смотрел на Гариэль. Я услышал, как он пробормотал:

– Драконы вместе с эльфами! Драконы обучают эльфов! Поразительно! Неужели эти великие народы смогли-таки найти общий язык?

– К сожалению, мы единственные из народа драконов,– счел своим долгом сказать тан Тюрон, также услышавший бормотание эльфа.– Наши сородичи исчезли. И мы не знаем, куда они ушли. Сейчас мы занимаемся их поисками.

Быстрое шлепанье весел по воде привлекло мое внимание. Да и не только мое. Из тумана снова появилась тафка. Матросы, панически оглядываясь, гребли изо всех сил к берегу. Ага, вот и причина! За ними мощными рывками плыл Тартак. Выражение лица его не предвещало матросам легкой жизни, при условии, что Тартак их нагонит. А в том, что он их нагонит, у меня почему-то сомнений не возникало.

Солториэн рядом со мной мелодично свистнул. На берегу сразу возникло несколько эльфов. Их луки были натянуты. Еще секунда, и полетят стрелы.

– Не стреляйте! – Гариэль торопливо стала перед эльфами.– Это наши!

– А то чудовище, которое их преследует? – нервно спросил Солториэн, не сводя глаз с тролля.

– Еще более – наш! – твердо сказал я, становясь рядом с Гариэль.– И это не чудовище, а тролль!

На лице Солториэна появилась гримаса брезгливости:

– Как, вы подружились с этими грязными и тупыми существами?

– Тартак никогда не был грязным, а уж тем более тупым! – горячо сказал я, радуясь, что занятый погоней тролль не слышал того, что было сказано.– Он имеет Дар и идет по пути Света. Он хороший друг всем нам!

Солториэн недоверчиво посмотрел на меня.

– Видимо, мир очень сильно изменился за последнее время,– пробормотал он.

– И даже более, чем вы думаете,– кивнул я.– Там, на корабле, еще есть девушка-вампир, которая никогда не пила крови и тоже идет по светлому пути.

Нет, все-таки вид обалдевшего эльфа – это что-то! Солториэн в ступоре наблюдал за тем, как тафка воткнулась носом в прибрежный песок и матросы в панике повыскакивали из нее. Как они остановились перед стражей с нацеленными в них стрелами. Как тролль грозно брел по воде, вытаскивая из-за плеча свою палицу, не обращая внимания на натянутые луки, готовые выпустить смертельные стрелы.

– Тартак! – резко сказал тан Тюрон, сделав шаг наперерез троллю.– Что происходит? Почему ты покинул корабль без разрешения? Что за самодеятельность?!

– А почему они покинули вас без разрешения? – возмущенно взревел тролль.

– Как это без разрешения? – удивился наставник.– Ты что, не слышал то, о чем мы разговаривали с капитаном?

Тартак остановился и уставился на толпу эльфов, стоящих вокруг нас.

– А они ничего! – вынес он свое суждение, стараясь заодно и сменить тему.– На тебя, Гариэль, похожи.

– Еще бы, «похожи»! – фыркнул я.– Они же эльфы!

– Угу! – кивнул тролль, не сводя глаз с окружающих.– И эльфы тоже похожи.

– Тартак! – не унимался тан Тюрон.– Ты не ответил на мой вопрос. Почему ты покинул корабль?

– Да вот эти гаврики,– Тартак указал на матросов, боязливо стоящих в сторонке, – приплыли без вас. И ничего сказать не могли. Я их спрашиваю,– Тартак потряс палицей в сторону матросов,– а они трясутся и молчат. И Аранта их спрашивала! Так они только больше трястись начали. Мы уж подумали, что они вас бросили и удрали. Но мы не успели додумать, как эти вот попрыгали в лодку и рванули сюда. Вот я и хотел провести расследование и воспитательную работу.

– Правильно они удирали от тебя! – сказал я.– Результаты твоей воспитательной работы весьма плохо отражаются на здоровье воспитуемых. Я удивлен, что Аранта не приняла самое горячее участие в этом мероприятии.

– Ты плохо меня знаешь!

Я даже подпрыгнул от неожиданности. Впрочем, все, включая и эльфов, дернулись. Из-за матросов, которые вытянулись по стойке «смирно», мне улыбалась Аранта в мокрой одежде, а клинки в ее руках недвусмысленно упирались в спины стоящих перед ней парней.

– Колин, ты же знаешь, что я не могла остаться в стороне!

– Аранта! – простонал тан Тюрон, хватаясь за голову.– Ну что за группа мне попалась?!

– Группа как группа,– пожал плечами тролль.– Сейчас еще братцы, Жерест и Морита на второй тафке пришлепают. Тимон взял капитана на рапиру, чтобы тот случайно не слинял вместе с кораблем.

– Тартак, а ты ничего не забыл? – нахмурился тан Тюрон.

– А чего я должен не забыть? – удивился тот.

– Я, между прочим, порталы создавать еще не разучился,– веско сказал наставник.– Даже если корабль уплывет, мы все равно здесь не застрянем.

– Так, может, пока не разучились, научите меня? А то мало ли...– не вытерпел я.

Тан Тюрон даже задохнулся от возмущения. Он несколько раз открывал и закрывал рот, пытаясь найти достойный ответ на мою невинную просьбу. Внезапно я услышал приглушенные звуки со стороны Солториэна. Я посмотрел на него. Эльф смеялся. Правда, смеялся, деликатно прикрыв рот ладошкой, но от души.

– У вас, тан Тюрон, довольно своеобразные воспитанники. Вам, должно быть, очень нелегко с ними,– прекратив свое похрюкивание, заметил он.

– Ничего,– свирепо пробормотал наш наставник.– Дайте только до Школы добраться! Я этих своеобразных сгною на экзаменах. Если, конечно, доживу до того светлого дня, а они не загонят меня в могилу раньше. Но им придется очень хорошо для этого потрудиться.

Солториэн перестал смеяться, и его лицо снова стало задумчивым.

– Порталы,– пробормотал он,– в нашей памяти есть сведения об этом.

– Не понимаю! – горячо откликнулась Гариэль.– Вы же эльфы! Почему вы оказались без мэллорнов? Почему ваши маги не могут создавать порталы? Что вообще произошло?

– Ты можешь добавить еще сотни «почему»,– нахмурился Солториэн.– Здесь не место для таких разговоров. Прошу вас пройти в наше поселение, где мы продолжим беседу. Там я вам и поведаю нашу историю.

Он нахмурился, рассматривая берег:

– Да! И пусть все остальные отправятся к себе на корабль. Впервые за много лет на этом берегу оказалось столько не эльфов, и, что невероятно, они еще живы. Мы рассеем «благословенный» туман. Ваши люди будут знать, что с вами все в порядке.

– А мы? – нейтрально поинтересовался Тартак, похлопывая палицей по ладони.

– А вас это тоже касается,– непреклонно заявил Солториэн.

– Вот уж не думаю! – возникла рядом с ним Аранта.– Эль моя подруга, мы все вместе – группа. Ее дела – наши дела! Сколько раз она помогала нам, а мы помогали ей! Правда, Колин? Вы не должны отправлять нас на корабль! Это несправедливо!

Я кивнул, подтверждая ее слова. Действительно, за пару лет, что мы вместе, я уже не мог отделить кого-нибудь от группы. Все препятствия мы преодолевали вместе. А когда волею случая нам пришлось разделиться, разве не было ощущения, что отрезали часть тела?

– Солториэн,– Гариэль просительно улыбнулась,– Аранта права. Все они – почетные гости Светлого леса. Это звание им присвоил сам Владыка за то, что они уже один раз помогли найти и вернуть наших собратьев. Пусть у них иной вид, но они в душе ничем от нас не отличаются. Я ручаюсь за них.

– Ну раз уж принцесса ручается, то – ладно! – тяжело вздохнул Солториэн, хотя по его виду нельзя было сказать, что эта идея его вдохновляет.

Я услышал шлепанье весел второй тафки. Братья гребли, Жерест судорожно вцепился в руль. На носу торчала Морита и руководила, куда плыть. Посреди тафки по стойке «смирно» стоял капитан, рядом улыбался Тимон, небрежно помахивая рапирой.

– Ну вот,– прокомментировал тан Тюрон,– вся группа в сборе. Кто бы сомневался...

– Земля! – донесся крик Мориты.

– Чего вопишь? – обернулся тролль.

– Тартак! – радостно добавила Морита.

Тафка зашелестела днищем по прибрежному песку.

– Ну что? Пошли, что ли? – спросил Солториэн, неодобрительно косясь на вылезающих из тафки ребят.– Так и быть. Сегодня уже столько нарушений, что еще одно картины не испортит. В честь появления Материнского дерева я приглашаю вас всех к нам в гости. Будет небольшой праздник и душевное общение. Я только прошу наших гостей не нарушать покоя нашей общины. Хотя какой тут покой? Появление мэллорна наверняка уже взбудоражило всех!

Глава 13

В отличие от того города эльфов, который мы видели, будучи в гостях у Гариэль, представшее нам поселение находилось на земле. Ну это и понятно. Нет мэллорнов – значит, и выращивать нечего и не на чем. Хотя присущее эльфам чувство прекрасного давало о себе знать и здесь. Красивые и аккуратные домики эльфов располагались под сенью деревьев. Но это были обыкновенные деревья, и домики были обыкновенные. Где-то искусно сплетенные из тонких веточек, где-то – из тщательно пригнанных друг к другу древесных стволов, жилища прихотливо рассыпались по лесу. Возле каждого из них был разбит цветник, где росли растения самых невероятных и изысканных форм. Я заметил, что Гариэль поражена открывшейся картиной и широко открытыми глазами впитывает в себя увиденное. Ей, с детства привыкшей к определенному виду эльфийских городов, все здесь было внове.

Солториэн уверенно провел нас к центральному зданию. Оно намного превышало окружающие. Я бы даже сказал, что тут имелось два этажа. Ручаться не могу, уж больно замысловатая конструкция была у здания. По пути к нам присоединился еще один эльф, которого Солториэн отрекомендовал как мага общины. Надо сказать – довольно слабого мага. Об этом мне поведал тихо (очень тихо!) на ухо тан Тюрон. Я-то определять уровень Дара еще не умею. Наставник только обещал меня научить. Эльфийского мага звали Шоршориэн. Он очень неодобрительно косился на нас, но выказывать недовольство нашим присутствием в поселении не осмелился. Настроение же большей части эльфов было в нашу пользу. Они радостно приветствовали нас, принесших им мэллорн.

Мы расположились в центральном зале. Солториэн как правитель занял центральное место за столом. Молодые эльфийские девушки быстро и бесшумно расставили на столе вазы с фруктами и кувшины с напитками.

– История наша восходит к тем временам, когда часть эльфов стала исповедовать путь Хаоса,– начал свой рассказ Солториэн.– Насколько я знаю, они откололись от основных кланов и ушли в земли Смерти.

– Этих эльфов мы называем дроу,– тихо прокомментировала Гариэль.

– Меня не интересует, как они там называются,– резко отозвался Солториэн.– Мы не имели с ними ничего общего. Но нас почему-то сочли причастными к этому и в один далеко не прекрасный день каким-то образом перенесли сюда. Причем никто не захотел нас выслушать и дать нам возможность оправдаться! Да и в чем оправдываться? Мы ни в чем не были виноваты. Без магии, без средств к существованию мы оказались на пустынной земле, где деревья росли очень редко и не давали нам приюта. Здесь было полно свирепых хищников, с которыми нам, вопреки нашим убеждениям, пришлось сражаться. Я не могу сказать, сколько погибло наших братьев и сестер в те времена. Мы утратили возможность уходить за солнцем в последнее плавание. Потом мы начали преобразовывать эти земли. Понадобилось все искусство, знания и врожденная магия, чтобы наладить здесь жизнь. А потом мы ждали сотни лет, чтобы вырастить то, что вы видите сейчас. Мы собирали знания по крохам из памяти нашего рода. Да, мы помним о мэллорнах, да, мы помним о порталах, но у нас нет ни того ни другого. Шоршориэн обладает некоторыми навыками и заклинаниями, но их слишком мало. Лес, нами посаженный и выращенный, дает нам пищу и укрытие. Но это не жизнь, а существование! А магия леса? Она слабеет все больше и больше. Мы утрачиваем связь с ним! Если это произойдет, то мой народ погибнет.

Последние слова Солториэн выговорил с болью. Он поник головой, переживая заново те чувства и мысли, которые мучили эльфов ранее. Мы молчали, впечатленные рассказом.

– Потом на нашу землю обратили внимание люди, которые живут там, за горами,– снова тихим голосом заговорил Солториэн.– Они приплыли к нашим берегам на кораблях. Им не нужны были мы. Им не нужен был этот лес. Им нужна была эта земля. Им нужны были сокровища, которые эта земля в себе скрывает. Как только мы это поняли, мы сказали им, чтобы они уходили. Люди стали смеяться над нами и попытались напасть. И нам пришлось отстаивать нашу землю с оружием в руках. Все-таки в лесу мы были сильнее. Но снова мы понесли потери.

В этот момент я вспомнил о капитане и нескольких матросах, оставленных в заложниках на берегу под охраной эльфов. Теперь понятны многочисленные неприязненные взгляды местных обитателей в их сторону. Как бы там чего не вышло. Хотя эльфы очень дисциплинированны и не позволят себе нарушить приказ командира.

– Но мы отстояли свою жизнь, свободу и землю,– продолжал тем временем предводитель местных эльфов.– Это были жестокие битвы, и снова погибли наши лучшие воины. А наш Совет принял решение, что больше ни один человек не ступит на наш берег...

– А тот, кто ступит, сразу же ноги протянет,– понимающе перебил Жерест, за что и удостоился дружного подзатыльника от меня и Аранты.

– Ну не без нашей помощи! Вот так мы и живем с тех пор.– Солториэн неожиданно улыбнулся нам.– Что ты на это скажешь, дочь Хранящего Свет, принесшая нам надежду? Там все еще считают нас отступниками?

Гариэль помолчала, раздумывая над словами Солториэна. Потом подняла на него глаза и твердо сказала:

– Солториэн, те времена давно прошли. Да, дроу стали нашими врагами, они остаются ими и поныне, но те ошибки, которые были совершены тогда, надо исправлять. Я считаю, что ваше изгнание было одной из этих ошибок. И вернуть вас в народ эльфов – это наш долг. Но я не помню о том случае, когда вас переместили сюда. Простите, но мне кажется, что о вас там давно забыли. Но такое положение надо исправить, и мы это сделаем! В любом случае тот мэллорн, что подарил вам Колин, остается у вас. Он даст начало популяции мэллорнов на этой земле. Скоро, очень скоро вам станет значительно легче жить. Подождите немного, по возвращении на Магир я подниму этот вопрос. Отец, я уверена в этом, пойдет мне навстречу. У нас налажена постоянная связь с Харшадом. А теперь есть ориентиры и для телепорта. Вы обязательно узнаете о решении Совета высоких домов.

– Должен добавить,– вдруг неожиданно вмешался в нашу беседу Шоршориэн.– Как только ваш мэллорн вознес свои ветви вверх на нашей земле, я почувствовал рост магии. Вас послал нам Демиург как знак того, что наступает новое время. Мы все будем надеяться, что это будет время мира и очищения всех разумных рас.

Вот так. Вроде все хорошо. А как же? Таки добрались, нашли, договорились. Радужные перспективы уже нарисованы. Сидим и мило беседуем. Но что-то мне беспокойно. Тревожно что-то. Вот как будто стоишь один на широком, бескрайнем поле и видишь, как на солнце надвигается зловещая темная грозовая туча. Вот и у меня было ощущение, что надвигается какая-то беда. Но какая и откуда? По лицам тана Тюрона и Гариэль я видел, что они тоже чувствуют себя не в своей тарелке. Солториэн что-то рассказывает, они механически реагируют, кивают, соглашаясь, но глаза выдают эту тревогу. Вот и Шоршориэн вдруг напрягся, беспокойно оглядываясь. Аранта уловила повисшее напряжение и вся подобралась. В ее глазах начали проскакивать алые блики.

Мы вышли из помещения и, остановившись на пороге, смотрели на мирные домики, живописно рассыпанные вокруг главного здания. Чувство надвигающейся беды резко усилилось.

Вдруг раздался шум. Ну как бы заработал мощный экскаватор. Скрежет, рев, шелест. Земля метрах в сорока от нас начала вспучиваться, пошла радиальными трещинами в разные стороны. Из трещин шумными гейзерами ударили фонтаны пыли, перемешанные с мелкими камнями. Солториэн побледнел, его глаза широко распахнулись от ужаса:

– Шорт! Это шорт! Бегите! Спасайтесь!

Подавая пример, Солториэн спрыгнул с крыльца и изо всех сил бросился в сторону густых деревьев.

Я в каком-то оцепенении смотрел, как из выросшей кучи земли выстрелили вверх огромные толстые грязно-розовые щупальца. Появилась неприятная, трупного цвета оконечность, из которой они росли. Щупальца разошлись и, подобно огромным плетям, начали хлестать вокруг.

Алый дракон взмыл в воздух, уходя от одного из щупалец. Ребята бросились вслед за Солториэном. Я собрался уже мчаться за ними, как…

«Руль мне, малышшш!» – прогремело у меня в голове. Я не возражал. Это лучшее решение! Желтое марево поглотило все вокруг меня.

– ...Я сейчассс займусссь этим.

Взмах крыльями... Увернуться от того щупальца, что падает на меня... Ага! Промахнулась, тварь! Вверх! Эх! Местечка маловато! Ветви высоких деревьев с визгом прошлись по чешуе брюха. Конечно! Если Тюрон в ипостаси дракона имеет размеры истребителя, то я, придерживаясь аналогии с самолетами, сравним с «Боингом-747». А это вам не шутки!

– Красссный, ссс дороги! Что ты можешшшь? Твое пламя ему не страшшшно. Меня старшшшие учили, что тут только «чиссстое пламя» помогает. Ты его не можешшшь дать. Его могут дать только сссеребряные.

...И никакой это не шорт! Это... что-то непроизносимое с Нижних пределов. Жрать захотело! А у кого, как не у эльфов, жизненной силой полакомиться? Мое второе «я» (...или первое?) тут. Сидит тихо и смотрит. Надо же! А в прошлый раз сразу отключился...

Два щупальца метнулись мне наперерез... Получите огонек!.. То-то же! Рассыпались в прах. Вираж... «бочка»... выхожу на цель... Получи! Еще нескольких щупалец как не бывало. Но что это?.. О-о-о! Мучительная боль в спине... Одно из сволочных щупалец достало меня и нехило хлестнуло сзади. Я взревел от острой боли и, вывернув голову, ударил пламенем по проклятому отростку... Ну все! Он меня всерьез разозлил! Я почувствовал взрыв ярости. А сейчас заключительное па «мерлезонского балета»... Откуда бы это? Понял. Это первое «я» подсказало...

Столб «чистого пламени» уперся в голову твари, вылезшей из земли. Я увидел, как почернела она, как опали, скручиваясь, оставшиеся щупальца. Судорожно дернувшись, все это непотребство ушло снова в глубь земли. Осталась только воронка с валом вывернутой породы и несколько поваленных деревьев. Не уверен, что прикончил эту мразь, но то, что ей теперь долго не захочется лакомиться, гарантирую!

...Как сильно болит спина! Я не смогу эту боль долго выдержать. Срочно иду на посадку. Иначе просто рухну на землю.

– Эй, малышшш! Принимай управление. Я уссстал и мне больно...

Опало желтое марево. Я стою, покачиваясь на враз ослабевших ногах. Пытаюсь сообразить, что же, собственно, произошло? Острая боль пронзила спину. Я застонал и упал на колени. Чтобы как-то уменьшить боль, я прогибаюсь назад. Звуки доносятся до меня как через вату. Вроде бы ко мне подбежал наставник… Ну да, он.

– Колин! Мальчик мой, что с тобой?

Рубашку рванули вверх. Присвистнул Тимон:

– Ого! Тан Тюрон, помогите ему. Вы ведь сможете?

Тимон. Он-то откуда здесь взялся?.. А-а, и Аранта тут?

– Тан Тюрон, сделайте что-нибудь! Ему же больно!

– Не мешайте! Всем отойти!

– Я могу помочь.– Это уже голос Гариэль. Вот она присела рядом со мной.

– Вы что, не слышали? Отойти! Сейчас палицей разгоню...

– Гариэль, присоединяйся. В синхроне работать умеешь?

– Да, меня учили.

– Тогда приступаем! На счет три! Раз, два, три!

Боль, невыносимая и резкая, начала понемногу отступать, ворча, делая пронзительные выпады, заставляющие меня вскрикивать. Слезы сами текли из глаз, и я не мог ничего с этим сделать.

– Колин, ты меня слышишь?

– Слышу,– буркнул я, отворачивая голову, стараясь спрятать лицо.

Не хватало еще, чтобы все увидели мои слезы! Как маленький мальчик реву.

«Да, меня так бы не исссцелили. Правильно, что перекинулссся»,– прошелестело у меня в голове. Ничего, я по этому поводу еще выскажусь. Такую боль мне подкинул! Теперь мы квиты! – «Сссогласссен!»

– Тан Тюрон, а откуда у него это? Он же драконом был.

– Так именно потому, что был драконом, то дело обошлось только ранами. Если бы остался человеком, то погиб бы. Сразу и бесповоротно!.. Солториэн, что у вас?

– Шорт забрал четырнадцать наших...– Голос, полный скорби.– Они были как раз в том месте, где он вылез.

Я поднял глаза на эльфа. На лице, как бы он ни старался сдерживать эмоции, отражались мука и горе.

– ...Солондриэль тоже… Она готовилась стать матерью нашего первенца.

Боль отступила настолько, что я смог подняться.

– Но вы снова помогли нам. Шорт приходит раз в десять лет. Каждый раз мы теряли гораздо больше наших...

– Благодарите Колина.– Тан Тюрон мягко положил руку мне на плечо.– Я не могу давать «чистое пламя». Не пойму, ты-то откуда знаешь, как это делать?

– Ссстаршшшие учччили,– невольно вырвалось у меня.

Я зажал рот ладонью и испуганно уставился на наставника. Последнюю фразу я сказал шипящим голосом моего второго «я». Если я еще прошиплю тану Тюрону «малыш», тот ведь может и обидеться.

– Кто такие «старшие»? – Наставник требовательно смотрел на меня.

– Не зззнаю. Голоссса во сссне...– снова прорвало меня, как ни пытался я сдержаться.

– Ну вот,– раздался за моей спиной голос Тартака,– ударило по спине, а пострадала голова. Как лечить будем?

– Колин, не надо так! – В голосе Аранты дрожали слезы.

– Все! Уже все нормально! – Я успокаивающе поднял руку.– Это остаточные реакции организма. У нас такое бывает. Правда, тан Тюрон?

Наставник кивнул в ответ с самым серьезным видом:

– Да. Но о старших нам надо будет еще побеседовать.

Боль уже совсем ушла. Я обернулся. Гариэль устало мне улыбнулась:

– Я применила магию Леса. Только она смогла убрать этот кошмар. Я уже говорила тебе, что ты очень восприимчив к ней?

Ночь. Поляна среди леса. На поляне на длинных шестах горят четырнадцать факелов. Именно четырнадцать жизней забрал проклятый демон. Четырнадцать зеленых языков пламени взвиваются в небо. У одного из языков постоянно отрывается еще один маленький язычок – символ неродившейся жизни. Тишина молотом бьет по ушам. Именно так провожают эльфы своих погибших, а не ушедших добровольно. Мы все стояли здесь, отдавая последнюю дань уходящим.

Тихо, на пределе слышимости я услышал песню. Песню скорби и прощания. Она набирала силу, звучала отовсюду. Она выворачивала душу наизнанку. Слезы текли по щекам, и я не мог их остановить. Лес вместе с нами прощался с ушедшими. Величественные деревья стояли вокруг поляны, подобно воинам траурного караула, отдавая последние почести павшим.

Стоявшая рядом со мной Гариэль подхватила песню. Мелодия взвилась к звездным небесам, прося – нет, требуя, чтобы души погибших были отправлены в Арванаит – так называется место, куда в конечном итоге уходят все эльфы. Я не понимал слов, потому что не знал языка, но я чувствовал мелодию, слышал каждую ноту, и перевода мне не требовалось. Песня утверждала, что жизнь не закончена, она продолжается, и пока жива память, ушедшие не исчезнут, не растворятся в бездне времен. Да будет так! А наша задача – сделать все, чтобы подобные твари больше никогда не смогли проникать в этот и подобные ему миры.

Отзвучала последняя нота, последний плач и последнее «прости». Только тихий разговор деревьев под ночным ветерком нарушал тишину. Факелы, вдруг полыхнув напоследок пламенем, погасли. Всё. Они ушли...

Глава 14

– Нехорошее это место! – таинственно обратился к нам капитан Морат, пугливо посматривая в сторону поселка эльфов, когда мы появились на берегу.– Ох и нехорошее! Неладные дела там творятся! Я видел над лесом драконов. Наверное, вы тоже их видели. Видеть драконов – это не к добру! Они летали и извергали пламя! А ночью из леса доносились колдовская музыка и песни. Надо скорее отсюда уходить! Говорю я вам!

– Подумаешь! – важно изрек Жерест.– Там у нас случилась небольшая заварушка, вот и пришлось обратиться... Ой!

– ...к драконам,– закончил за Жереста Тимон, показывая рыжему кулак за спиной.

– А песня...– печально сказала Аранта,– она была не колдовской, а прощальной.

– Что-то я на корабле движения не вижу,– озабоченно прогудел Тартак, вглядываясь в силуэт судна, торчащего на мели в пяти сотнях метров от берега.

– Дрыхнут,– хмуро проинформировал капитан.– Меня нет, и поднять этих олухов некому.

– Сейчас поднимутся,– пообещал тролль.

Рев пароходной сирены в тумане – это лишь слабое подобие того, что исторг из своей глотки наш большой и лохматый товарищ. Стоявшие рядом люди и эльфы шарахнулись от Тартака, испуганно зажимая уши руками. Качнулись деревья, птицы взвились с криками над лесом, добавляя в какофонию свою пронзительную ноту.

На корабле сразу же наметилось движение. Полуодетые люди выскакивали на палубу и, столпившись у бортов, вглядывались в берег, стараясь понять, что же там происходит.

– Вот,– удовлетворенно буркнул Тартак.– Можешь командовать.

Капитан смотрел на тролля со смесью изумления и восхищения.

– Мне бы такого боцмана,– пробормотал он, покачивая головой,– я бы горя не знал. Матросы бы у меня по струнке ходили. Все палубные работы выполнялись бы быстро и качественно.

– Это как сказать,– нейтрально произнес Фулос.

Харос кивнул в знак согласия.

– Опаснее тролля может быть только тролль-боцман,– продолжил между тем Фулос.– Как начнет подгонять матросов своей палицей, ох, многих потом недосчитаетесь!

– Да ладно вам, ребята,– засмущался Тартак,– прямо так уж и многих. Ну одного, ну, двух от силы.

– Хватит болтать! – распорядился подошедший тан Тюрон.– Отправляемся на корабль. С первой тафкой – Аранта и Колин. Да, с вами за компанию поедет часть эльфийского посольства. Вот познакомьтесь! Полномочный посол эльфийского народа в Нарадуне – Харантэль. Его спешно назначили послом, пока мы спали. Присмотрите там, ребята, чтобы все нормально было.

Я отлично понимал наставника. Действительно, после всех приключений у команды «Звезды Нарадуна» мог возникнуть соблазн сделать отсюда ноги, не дожидаясь нашего возвращения на борт. А если там будем Аранта и я, корабль дождется всех. Уж это можно было гарантировать!

Понятливо кивнув, мы забрались в тафку, где уже сидели матросы с веслами наготове. Туда же переместились пятеро эльфов. Тартак мощным движением оттолкнул посудину далеко от берега. Аранта быстро перебралась к рулю. Оглянувшись, я увидел, что началась посадка во вторую тафку.

Мне не давала покоя мысль, что мы могли бы отправиться в Радун через телепорт, а не тащиться туда несколько дней на этом глоппере. Ну не в Радун, так хоть в Сартут. Но тан Тюрон, когда я намекнул ему об этом, доходчиво объяснил мне, что воспитанные люди должны вернуть взятую на время вещь лично.

– Этот глоппер нам передал наместник Владыки Хевлата лично,– втолковывал мне наставник,– значит, мы тоже должны вернуть его лично наместнику. А если с кораблем что-нибудь по пути случится? Все-таки группа магов на борту дает команде глоппера весомый шанс благополучно добраться до места назначения.

– Если у меня снова начнется морская болезнь,– прогудел Тартак со своего насеста,– то я за себя не ручаюсь.

Вот тебе и группа магов! Если случится болтанка и тролль осуществит свою угрозу, то не поможет ни группа магов, ни вся армия Нарадуна. Это я могу сразу сказать. Правда, не знаю, поможет ли это успокоить «морскую» болезнь Тартака.

К счастью, болтанки во время обратного пути не было. Глоппер быстро и легко скользил по глади океана, подгоняемый легким попутным ветерком. Все время, пока мы плыли назад, нас радовало солнце. Мы воспользовались моментом и принимали солнечные ванны, устроившись на палубах глоппера на подстеленных одеялах. Матросы с завистью поглядывали на нас, а на наших девушек еще и с вожделением. Но заигрывать не рисковали. Позаигрывай тут, когда одного взгляда на Тартака достаточно, чтобы отбить всякую охоту пробовать.

Отправленный вместе с нами в качестве посла эльф по имени Харантэль постоянно торчал на корме одного из корпусов глоппера, всматриваясь в даль. Там скрылся за горизонтом его дом, и Харантэль по нему скучал. Но долг есть долг! И Харантэль как истинный эльф был намерен его выполнить до конца и в точности с полученными инструкциями. Он несколько раз собирал весь штат своего посольства в кают-компании, где проводил инструктаж своих будущих сотрудников.

Зато нам тан Тюрон скучать не давал. Он устроил выездные занятия по теоретической магии. И еще он рассказывал, как оптимизировать расход энергии на те или иные заклинания. Когда я, разложив бумаги с формулами, подсчитал и сравнил свои затраты энергии с результатами заклинаний, то ужаснулся. Представьте себе, что вы из пушки стреляете по мухе, сидящей на стене в пяти метрах от вас. Да еще не факт, что вы попадете. Вот так примерно можно сказать и обо мне. Вернее, об энергии и заклинаниях, на которые я ее трачу. Вся хитрость в том, что для различных заклинаний требуются свои методы оптимизации. И те методы, которые используются для сокращения энергетических затрат одного заклинания, могут при другом заклинании не только не помочь, а даже увеличить затраты. Нет единого метода для всех. И, как следствие, иногда для некоторых заклинаний нет и самого метода. Не придумали еще. Каждое из известных нам заклинаний тан Тюрон разбирал с нами до составляющих, рассказывая, как, что и с чем согласуется. Преподавателем тан Тюрон оказался превосходным. Даже Жерест и Тартак, не отличающиеся большой любовью к теории, понимали его и усваивали материал с первого раза. Практических занятий тан Тюрон не проводил. Не рискнул. Попробуй попрактикуй в открытом океане, когда под ногами только и есть что наш корабль. А под ним леший знает сколько верст воды.

Эти занятия вносили в монотонность плавания некоторое разнообразие. Так что в свободное время вся наша команда принимала солнечные ванны или плавала в океане. Когда купались девушки, ни один из матросов не рисковал даже взглянуть в ту сторону. Тартак с палицей наготове зорко следил за этим, а что может Тартак, ни один из матросов выяснять желанием не горел.

И вот в один из этих замечательных дней мы в дали морской увидали Сартут, живописно раскинувшийся на берегу океана. Зрелище города и близкого окончания путешествия вызвало радостное оживление на борту. А еще через пару часов мы этого берега и достигли.

Служба наблюдения за морской гладью у нарадунцев работает хорошо. Что есть, то есть! На берегу нас уже ожидала приличная толпа во главе с наместником и придворным. Все радостно махали нам, кто чем мог. Малур так просто подпрыгивал на радостях.

Тартак выдал гудок прибытия. Стаи чаек с заполошными криками взметнулись ввысь от его рева, добавив торжественности нашему входу в порт.

Морат, сменивший засаленный платок на шее на не менее засаленный галстук немыслимой расцветки, обряженный в новые штаны, громко распоряжался процессом швартовки. Горящие предвкушением глаза говорили о том, что арсенал моряков пополнится целым ворохом новых морских баек.

Сходни на борт были переброшены, и мы торжественно ступили на берег. За нами на сходнях появился Харантэль. Усилившийся гул голосов показал, что появление эльфийского посла замечено и предано всестороннему обсуждению.

Харантэль шествовал степенно. На его лице не отражалось ни единой эмоции. Прямо вождь индейцев племени сиу. За ним с такими же каменными лицами продвигался весь штат посольства. А как же? Раз есть посол, то должно быть и посольство! А кто в эльфийском посольстве будет обеспечивать работу главного посла? Вот и Харантэля сопровождало около десятка эльфов, разделивших между собой эти тяжкие обязанности. Они сразу же выстроились в определенном порядке, который был обсужден, составлен и одобрен заранее.

Малур, как только мы сошли на берег, сразу же, радостно улыбаясь, бросился к нам:

– Я вас так рад видеть! Так рад! Наконец-то вы вернулись. Поздравляю с победой! Вот радость-то будет, когда Владыка узнает! Теперь мы можем с победой вернуться в Радун. Там нас будет ожидать торжественная встреча. Я распоряжусь сегодня же послать гонца с этой радостной вестью. Вот увидите, благодарность Пресветлого, да продлит Шаршуд его дни, будет велика и щедра.

Он активно начал пожимать нам руки, но активность пропала, когда его ладонь утонула в огромной лапище Тартака. Увлеченный радостным ожиданием благодарности Хевлата, Малур не смотрел, кто попадался ему по пути. Да, неосмотрительно это было с его стороны. А неосмотрительность наказуема. Тролль, даже несколько удивленный таким проявлением чувств со стороны придворного, рефлекторно сжал его руку несколько сильнее, чем надо. Жуткий вопль Малура привлек внимание всех на причале.

– Это от радости! – начал пояснять Малур, вытирая набежавшие от боли слезы.

Тролль пробормотал извинения, сводившиеся к тому, что нечего, мол, так неожиданно всучивать ему, Тартаку, чьи-то руки. Ему, Тартаку, сказано было пожимать руки, он и пожал.

Наш старший тем временем вел деловую беседу с Сохтаром. Судя по всему, наместник о чем-то просил тана Тюрона, но тот не соглашался. Еще раз отрицательно покачав головой, наставник повернулся к нам:

– Вот отсюда уже можно перебраться в Радун при помощи телепортации. Что мы, собственно, сейчас и сделаем.

Он взмахом руки создал портал и решительно указал на него нам. Насколько я мог судить, портал был проложен в кабинет Гашаги ас Турохта. Ну да! Туда. Узнаю знакомый антураж.

То есть тан Тюрон не хотел тратить время на многодневное путешествие в Радун. Вот это правильно! Теперь нам уже не надо было отвечать за корабль, который целехоньким прибыл в место назначения, и мы давно помахали ему ручкой.

Вспоминая путь сюда, я невольно поморщился. Очень не хотелось вновь тащиться через горы и пустыни с очередным караваном. А если Малуру так уж хочется провести какую-то инспекцию – флаг ему в руки, но пусть он отправляется в дорогу без нас.

Судя по лицам ребят, не я один придерживался такого мнения. Тартак прищуренными глазами насмешливо наблюдал за Малуром, который присоединился к беседе Сохтара и тана Тюрона. Он начал тоже в чем-то горячо убеждать нашего препода. Могут не стараться. Если тан Тюрон принял какое-то решение, то в этом он как скала.

Ну да! Так и есть. Вот тан Тюрон еще раз отрицательно качнул головой и, повернувшись к нам, решительно указал на портал.

Мы с Арантой стояли ближе всех, значит, нам первыми и идти. Тартак вкрадчиво приблизился к Малуру. Что это он задумал? Наставник тоже заметил маневр нашего тролля и вопросительно приподнял бровь. Тартак успокоительно ему кивнул и глазами указал сначала на Малура, а потом на рамку портала. Тан Тюрон усмехнулся и еле заметно кивнул ему, разрешая осуществить задуманное.

Ой! Что-то мне подсказывает, что Малуру не стоит завидовать в данный момент.

Я, сжимая руку Аранты, шагнул в рамку портала.

Глава 15

Попав в кабинет, я завертел головой в поисках ректора Гашаги. Аранта резко оттолкнула меня в сторону, и очень вовремя! Из портала с визгом вылетел Малур. Он попал точно в центр горы подушек, наваленных на пол. Барахтаясь в них, придворный причитал, что оставил во дворце наместника нечто крайне ему необходимое.

– Не скули! – добродушно пробасил Тартак, появляясь в кабинете.– Наместник с ближайшим караваном пришлет тебе все, что ты там забыл. Ты только напиши, что именно.

– Да туда гонец будет скакать дня три, не меньше, да оттуда еще надо все это доставить,– причитал Малур, выбираясь из подушек.

– Мы «летяшку» пошлем,– заверил его тролль, делая широкий и щедрый жест.

Из воздуха важно выплыли Харантэль и сопровождающие его лица. Я позавидовал невозмутимости эльфов. А ведь они-то в первый раз проходили через портал, но ни одной эмоции при этом не проскользнуло по их лицам. Наконец все совершили переход, и кабинет ректора в точности стал похож на земной цыганский табор. Гвалт стоял невообразимый.

Появился привлеченный шумом в своем кабинете и сам Гашага. Надо отдать ему должное, он тут же нацепил такую же невозмутимую маску, как и эльфы. Раскланявшись с прибывшими, он пригласил всех перебраться в его имение, каковое станет временной резиденцией нового посла. Всех – это эльфов. А нам предстояло снова поселиться у Тулина. Он еще до нашего путешествия к эльфам настаивал на этом. Его как ученого привлекала возможность пополнить свой багаж знаний. Да и за мной и таном Тюроном он наблюдал с необыкновенным интересом.

Тулин при встрече эмоций не скрывал. Он радостно обнимал каждого и жаждал подробностей о наших странствиях. Я не ожидал от этого в общем-то суховатого препода таких проявлений чувств. Он внимательно слушал нашу историю. Ахал при описании особо опасных событий. Заинтересовался эпизодом с дельфинами и возможностями использования их в различных ситуациях. Смеялся над историей о том, как Тартак преследовал матросов. При упоминании о твари под названием шрот он вздрогнул и коротко сообщил, что и люди изредка подвергались нападениям этого чудовища, всегда сопровождавшимся большим числом жертв. Но, Шаршуд миловал, вот уже лет двадцать об этом чудовище не было ни слуху ни духу.

Очнулось мое второе «я» и педантично заметило, что шрот – название неправильное. Это тварь из Нижних пределов. Оно попыталось воспроизвести ее имя, долго издавало какие-то непроизносимые звуки, запуталось, а когда хохот окружающих достиг уже совсем небывалых высот, сказало:

– Да ну вассс!

Короче, дракон оставил меня краснеть перед окружающими и спокойно улегся спать. Вот и верь после этого, что драконы благородны.

Но при описании самого боя Тулин с таким восторгом смотрел на меня, что мне стало даже неловко. Хотя чего уж там, мне это понравилось.

Тулин заинтересовался было и «алмазным куполом», но, узнав, что это под силу лишь немногим магам, быстро утратил к нему интерес. Потом уже он сам поделился своими наработками и достижениями. Особенно внимательно мы отнеслись к сбивающему заклинанию. Его Тулин получил случайно, пытаясь отменить заклинание, произнесенное накануне. Короткое, но сильное, оно уводило в сторону любое поражающее воздействие противостоящего нам мага. Правда, ключевое слово не вписывалось в список нормативных выражений. Тулин торжественно поклялся, что никому, кроме нас, он не раскроет этого заклинания. Но девушкам говорить об этом отказался. Сказал, что ключевые слова такого рода ни один воспитанный человек при женщинах вслух произносить не станет.

Спать мы улеглись очень поздно. Аранта ностальгически вспомнила, как мы ночевали вместе у походных костров, но тем не менее отправилась на отдых в комнату, которую делила с Гариэль.

Зал приемов гудел сотнями голосов. Сегодня на представление Владыке нового посла эльфов собрались все, кто мог, а когда принесли носилки с худющим стариком, то я понял, что и те, кто не мог. Вообще, появление эльфов с посольством вызвало небывалый ажиотаж. А то, что только Нарадун был удостоен такой чести, подняло самомнение местных жителей на небывалую доселе высоту.

Харантэль со свитой маялся за дверью, ожидая, когда его пригласят. Он нервно косился на звероподобных бугаев из личной охраны Пресветлого, окруживших делегацию эльфов плотным кольцом. Харантэля можно было понять. Ни он, ни его сопровождающие оружия не имели. Порядок, однако.

Никто не мог появляться во дворце с оружием. Исключение было сделано только для Тартаковой палицы, обмотанной пестрой лентой с кокетливым бантиком на верхушке, и меча придворного палача. Даже наши рапиры, которые, как утверждал Тимон, были непременным атрибутом дворянства, и те пришлось оставить у Тулина в особняке. Никому почему-то и в голову не пришло, что каждый из нас является оружием сам по себе. Мы благоразумно об этом умолчали – как бы и нас не оставили дома.

Постепенно отдельные громкие возгласы исчезли, перейдя в ровный шелест приватных бесед. В ожидании выхода Владыки придворные делились новостями, сплетнями и слухами. Мы приткнулись около входных дверей. Впрочем, приткнулись – не совсем правильно. Мы обосновались – вот как можно было бы сказать. Придворные опасливо обтекали островок пространства, занятого нами. Когда Тартак, которому очень не нравились такие многолюдные сборища, изредка порыкивал, участок свободного пространства вокруг нас резко увеличивался. Чувство самосохранения у придворных было развито необыкновенно сильно.

Из двери напротив входной появились шестеро людей, обряженных в одинаковые белоснежные сарохи. У каждого в руках было что-то похожее на изувеченный саксофон, украшенный штандартом Пресветлого. Выстроившись по трое с каждой стороны двери, они поднесли эти изделия к губам и по неслышному приказу выдули что-то бравурно-маршевое. Это послужило сигналом для начала действа.

Придворные стали спешно занимать места согласно табели о рангах. Гашага ухватил тана Тюрона за руку и потянул его в передние ряды. Делать нечего! Вперед так вперед. Мы дружной толпой потопали за ними. Но никто из придворных не хотел расступаться перед Гашагой и нашим наставником. Судя по всему, у Владыки сейчас должно было быть хорошее настроение. Значит, попасться ему на глаза будет совсем не лишним. А вдруг ему придет в голову облагодетельствовать подвернувшегося ему придворного и чем-нибудь наградить. Работа локтями – это сословный вид спорта местных дворян. В этом великом искусстве они были профессионалами. Но мы-то не придворные. Мы не были не то что профессионалами, а даже любителями в подобных состязаниях. Продвижение резко затормозилось. Как ни пытался Гашага протиснуться, его не пропускали. Столпившиеся придворные злобно оттирали ректора Академии магических искусств локтями, не интересуясь даже, кто это там так активно пытается пробиться в передние ряды.

Ректор беспомощно оглянулся на наши угрюмые лица.

– Ну-ка! – шагнул вперед Тартак, которому надоело наблюдать за его беспомощными потугами.– Эй! Я иду!

Возбужденные придворные неосмотрительно проигнорировали это чрезвычайно серьезное предупреждение.

– Ну сами виноваты,– хмыкнул Тартак и решительно пошел на таран стены. Но это для Гашаги – стены. Для нашего тролля это было хилой картонкой.

Вы, наверное, видели показательное прохождение ледоколом «Арктика» ледовых полей. Еще бы! Это столько раз крутили по телевизору. Так вот, тут было нечто похожее, но с гораздо большей эффективностью. Впрочем, и эффектом тоже. Взвизги, писки и шум отлетающих в сторону тел красиво оттенили стремительное продвижение тролля. Мы слаженно ринулись в образовавшееся пустое пространство за спиной Тартака. Поднявшаяся было волна протеста быстро угасла, как только пострадавшие увидели причину их страданий. Так что в первых рядах мы оказались достаточно оперативно. Трубачи как раз завершили входную увертюру. Придворные, бросая в нашу сторону злобные взгляды, вынуждены были поспешно потесниться.

Дверь снова распахнулась, и появилась процессия. Первыми шагали телохранители. Они подозрительно осмотрели первые ряды, задержали взгляд на Тартаке, который добродушно улыбнулся им, и двинулись дальше, готовые в случае опасности мгновенно пустить в ход свое оружие. За ними важно шествовал Владыка в одеждах, которые могли соперничать с оперением павлина. Именно шествовал, а не шел. За ним мелко семенили два мужичка, которые размахивали широкими опахалами, не забывая толкаться локтями и злобно зыркать друг на друга. Последними в зал вошли придворный маг и палач.

Владыка проследовал к своему трону, взгромоздился на гору подушек и наконец-то, грозно нахмурив брови, уставился на толпу придворных перед собой. Они усиленно изобразили преданность и готовность исполнить любое желание своего повелителя. Хоть звезду с неба достать, если надобность в ней возникнет у Пресветлого. Но Владыка на данный момент в звездах не нуждался, и придворные лизоблюды могли вздохнуть свободно. Они бы это и сделали, если бы не стояли так плотно. Выдохнуть – это да, а вот вздохнуть мешали соседи.

Тем временем Владыка милостиво кивнул всем и поднял правую бровь. Это был сигнал для главного советника, который тут же устремился к владычному уху и коротко проинформировал о плане работы. Выслушав его, Хевлат удивленно отстранился:

– Это что? Заговор? Почему я узнаю об этом последним?

Услышав магическое слово «заговор», к советнику мигом подскочил палач. Владыка некоторое время созерцал его, оценивая перспективу лишиться мгновенно побледневшего советника, потом досадливо отмахнулся от палача. Палач невольно скривился и отступил на прежнее место.

– А я ведь заметил, что вернулись наши дорогие гости,– вдруг улыбнулся Владыка.– Но результат их миссии оказался для меня несколько неожиданным. Эй! Кто-нибудь там! Напомните мне, что я должен наградить этих необычайно ценных для Нарадуна представителей Магира. Вот что значит преданность без лести. Сказали – сделали! Учитесь!

Владыка нашел нас взглядом и благосклонно нам кивнул. Я вовремя задвинул локтем назад высунувшегося было Жереста, который собрался ответить любезностью на любезность.

– Ну а теперь,– продолжил тем временем Владыка,– приступим к церемонии представления посла.

Советник махнул рукой стоящему у двери слуге в раззолоченном халате. По-моему, это был своеобразный дворецкий. Тот взял колотушку, брякнул ею о висящий рядом большой гонг и громогласно объявил:

– Посол Зеленого леса эльфов Харантэль с верительными грамотами Пресветлому Владыке Хевлату!

Придворные шарахнулись в стороны, освобождая проход. Двое охранников распахнули дверь, и в зал вступил Харантэль в сопровождении четырех эльфов.

Процессия удивительно красиво двинулась вперед. Длинные камзолы до пола скрывали движения ног, поэтому казалось, что эльфы плывут, настолько их походка была плавна. Бесстрастные лица и четкость, с которой все было исполнено, внушали уважение. А ведь у них до этого не было никакого опыта общения с людьми. Если не считать стрел, которыми они украшали каждого, кто пытался высадиться на их земли. Но это опыт специфический. И назвать его дипломатией было бы несколько неправильно.

Харантэль подплыл к Владыке и, опустившись на одно колено, протянул ему грамоты с висящими на них красивыми блямбами зеленого цвета и светящимися на них рунами. Повинуясь кивку Пресветлого, советник шустро шагнул вперед и, приняв из рук Харантэля грамоты, передал их своему Повелителю.

Хевлат развернул одну из двух грамот (ту, которая была на языке Нарадуна) и внимательно ее прочел. Одобрительно покивав, опустил взгляд на Харантэля.

– Я рад, что между нашими народами наконец-то достигнуто взаимопонимание. Конечно же мы с большой радостью принимаем руку дружбы, протянутую великим народом эльфов. Сегодня же я назначу посла, который в самые кратчайшие сроки прибудет в ваши земли. Уже сейчас я вижу множество областей, в которых мы можем сотрудничать и получать реальную пользу от этого. Я не позволю даже тени недоверия и недружелюбия лечь на наши отношения!

Пресветлый окинул зал грозным взглядом в поисках этой самой тени. Но тень, видимо испуганная присутствием придворного палача, не показывалась.

Хевлат поманил одного из придворных. Когда тот трусцой приблизился, Владыка непререкаемым тоном распорядился:

– Найти помещение для резиденции уважаемого посла, да продлит его дни Шаршуд. Навести там порядок и все обустроить.– Пресветлый немного поразмышлял и добавил: – Думаю, особняк бывшего главного распорядителя подойдет.

– Что прикажете делать с его семьей? – деловито спросил придворный.

– Переселить! – коротко распорядился Владыка и приятно улыбнулся послу: – У этого пройдохи было несколько домов. Но вам достанется его лучший особняк, расположенный у самого моего дворца. Да! И распорядитесь, чтобы наших эльфийских друзей тщательно охраняли!

Я сыто откинулся на большую подушку за моей спиной. Больше в меня ничего не лезло. Сидящий напротив меня Жерест уже сонно клевал носом. Похоже было, что он вот-вот уткнется лицом в тарелку с остатками ужина. Девчонки собрались стайкой и о чем-то шушукались, изредка бросая взгляды на меня и Тимона. Ясно, что перемывают косточки. В данный момент я был настроен благодушно и мог позволить себе не обращать на это внимания.

На груди у меня, оттягивая левую часть сароха, красовался орден, врученный самим Пресветлым. Вообще-то награды получили все, но Владыка почему-то решил выделить меня и тана Тюрона, объявив об этом громко и пафосно. Причина такого внимания была опущена. Само собой разумелось, что она известна всем. Возможно, это и было так, однако я оказался среди тех немногих, кто остался в неведении. Вероятно, именно это и обсуждали наши девчонки.

Тартак на такие мелочи не отвлекался, наметив себе важное дело. На возвышении для приема пищи еще было чем подзаправиться, и он приступил к этому занятию со всем тщанием и трудолюбием. Братья, давно уже сытые, сидели на подушках в углу, драили свои мечи и спорили о методах заточки. Судя по раскрасневшимся лицам и выкрикам, спор разгорелся не на шутку и грозил плавно перейти в потасовку. Тан Тюрон, негромко беседующий с Тулином у очага, уже бросал обеспокоенные взгляды на расходившихся братцев.

Наконец Тартак сыто рыгнул, деликатно прикрыв ладонью рот, и отодвинулся от того, что считалось здесь столом.

– Ну что, наелись? – бодро поинтересовался Тулин, увидев движение Тартака.– Больше ничего не хотите?

– А что, что-то еще есть? – немедленно поинтересовался тролль, внимательно осматривая помещение на предмет «чего бы еще перекусить?».

– Я думаю, что хватит,– решительно сказал тан Тюрон.– Фулос, Харос, немедленно прекратите ругань! Как дети, право. Всем перейти в соседнюю комнату. Надо решить вопросы, касающиеся нашей дальнейшей деятельности.

Ответом был достаточно громкий «чмок», с которым лицо Жереста наконец-то соприкоснулось с тарелкой.

Глава 16

Мы ждали, когда неподалеку в умывальне закончатся взвизгивания, брань и фырканье, которые издавал Жерест. Немудрено! Ведь мыл-то его Тартак. Как только Жерест зарылся физиономией в тарелку, тролль прихватил его под мышку и, не говоря ни слова, понес умываться. Жерест мгновенно уловил опасность, но это мгновение ускользнуло. Как ни барахтался несчастный, как ни пытался вырваться из железной хватки, ничего не получилось. Тартак недрогнувшей рукой произвел экзекуцию. Этим достигалось две цели: во-первых, чистый Жерест, во-вторых, проснувшийся Жерест.

Мы терпеливо ждали окончания процедуры умывания, потому что тан Тюрон заявил о своем нежелании повторять дважды. Он скажет только один раз, и этот раз должны услышать все, и Жерест в том числе.

– Наше пребывание здесь подошло к завершению,– объявил наставник, когда к нам присоединились Тартак с Жерестом.– Хоть и не без приключений, но программа обучения выполнена полностью.

Я почувствовал грусть от того, что придется покинуть ставший таким привычным, если не сказать – родным мир Харшада. Но, судя по оживлению среди ребят, не все разделяли мои чувства. Я встретился взглядом с Тулином. Он грустно кивнул мне и мягко улыбнулся.

– Я возьму на себя смелость,– продолжал тем временем наш препод,– засчитать вам поездку к эльфам как прохождение практики. Так что, когда мы прибудем в Магир, у вас сразу же начнутся каникулы.

Мы радостно заулыбались.

– Но не у всех! – смел улыбки с наших лиц тан Тюрон и многозначительно посмотрел на меня.

Ну вот! Я что, снова оказался крайним? Если мне еще и оценку на балл снизят, то уж и не знаю, что думать!

– А можно огласить список этих «не у всех»? – спросил стоящий рядом со мной Тимон. Он нюхом чувствовал намечающиеся приключения.

– Не все – это Колин,– любезно проинформировал его тан Тюрон.

– Значит, надо было говорить «у всех»,– пробасил Тартак.– Эх! А я уж было собирался пригласить ребят в гости…

– Зачем же так? – поморщился наставник.– Тартак, ты можешь спокойно приглашать ребят в гости. Просто нам с Колином необходимо выяснить некоторые вопросы с его происхождением. А вам будет безопаснее в каком-нибудь другом месте, даже в гостях у Тартака. Я очень сомневаюсь в том, что Салтук прекратит охоту на Колина. А так как нас не будет, то некому вас будет прикрывать.

– Мало того, что нас лишают заслуженного отдыха, так еще и оскорбляют, обвиняя в трусости,– пожаловался потолку Жерест.

– Тан Тюрон,– решительно сказала Аранта,– я предпочитаю быть в опасности, но рядом с вами, чем в безопасности, но вдали от вас. И потом, я могу оказаться небесполезной в ваших поисках. В общем, вы от меня не отделаетесь! Я с вами.

– Не расписывайся только за себя,– прогудел Тартак,– это касается всех.

– У нас есть хорошие связи в войсках,– сказал Фулос, делая шаг вперед. Харос сразу пристроился к брату. Рядом с ними тут же появились Гариэль и Морита.

– Это что, бунт? – грозным тоном спросил наш препод.

Но я-то хорошо видел, что глаза его смеялись.

– Ну какой же это бунт? – ангельским голоском спросил Жерест.– Студиозы сами нарываются на дополнительные занятия, а вы им не даете. Неслыханное дело!

Тан Тюрон задумчиво разглядывал нас.

– Что же вы будете делать, когда ваши дороги разойдутся? – спросил он.

– А им обязательно надо расходиться? – вопросом на вопрос ответил Тимон.

– А вы надеетесь всю жизнь быть в одной команде?

– Почему нет?

– Я вижу, что у нас начался вечер вопросов,– улыбнулся наставник.

– Тан Тюрон,– откликнулся тихо наблюдавший за нами Тулин,– насколько я смог узнать этих ребят, они при желании добьются очень многого. И добиться большего они могут только все вместе. И я бы не советовал кому-то мешать им.

– Я тоже,– пискнул Жерест, привычно пригибаясь в ожидании подзатыльника.

Но для разнообразия дать ему подзатыльник никто из нас не поторопился.

– Ладно,– тан Тюрон поднял руку, призывая всех к вниманию.– Всем собирать свои вещи и сюда! Будем отправляться. Всем внимание! Старайтесь ничего здесь не забыть. Я не буду возвращаться из-за каких-то мелочей!

Со сбором вещей вышла некоторая заминка. Тролль, габариты которого и так были не из малых, решил превзойти сам себя. На память о славном Нарадуне он решил прихватить немало сувениров, и стараниями Владыки это ему удалось. Первое, что бросалось в глаза – голова раптороподобной зверушки, которую Тартак с мрачной решимостью держал в руках. Его «скромная» котомка за плечами распухла от многих других экспонатов, которыми его оделили в награду за службу Пресветлому. Ведь как ни крути, а грабители, уничтоженные нами по дороге, очень усложняли нормальное сообщение между самыми крупными городами Нарадуна, а Тартак внес немалый вклад в дело освобождения караванов от этой напасти. В качестве благодарности Пресветлый разрешил Тартаку пройтись по его выставке диковинок. Всякие мелочи типа там разукрашенных драгоценными камнями игрушек и раритеты, оставшиеся от ушедших героев, тролля не волновали. Зато раздел, посвященный фауне Нарадуна, подвергся тщательной ревизии. В результате коллекция Тартака, которая уже давно стала гордостью его родителей, обещала пополниться еще несколькими экспонатами.

Надо сказать, что набор вещей остальных членов нашей группы тоже не отличался скромностью. Каждый захотел взять с собой что-то на память, а что-то – из чисто практических соображений.

Аранта, например, приобрела приличную кипу праздничных сарохов, уверяя, что они произведут фурор, когда она наденет один из них на какой-нибудь праздник. Также она планировала поразить этим неординарным одеянием своих родных. Не говоря уже о том, что благодаря сарохам она может стать родоначальницей новой моды в Магире.

А Гариэль собрала солидную коллекцию косметических средств, которыми пользуются нарадунские дамы. Она уверяла, что эти причиндалы являются продуктом, созданным на основе компонентов, которые нигде больше, как в Нарадуне, достать невозможно. Светлый лес занимался поставкой всех этих снадобий в лучшие торговые дома королевства в жесткой конкуренции с алхимиками гномов. Прихваченная партия должна была разбить злобных и жадных конкурентов вдребезги и напополам!

Братцы уже хвастались новоприобретенными клинками. Синеватая сталь хищно изогнутых мечей заставляла загораться глаза и судорожно сжиматься руки у настоящих ценителей холодного оружия. А еще каждый из них тащил по объемистой фляге с местным вином, тщетно стараясь скрыть их от взгляда тана Тюрона. Мундиры, которые они вызывающе надели, светились блеском новых орденов, полученных из рук Пресветлого Хевлата, да сделает ему что-то хорошее Шаршуд.

Морите очень пришлись по вкусу изделия из выделанной кожи шаршуров. Она увязала целый тючок поделок местных кожевников для подарков родным и близким, которых у нее имелось превеликое множество.

Тимон, сияя новым орденом «За особые заслуги перед Владыкой», бережно сжимал в руке сверток с упакованным в нем именным фирманом о награждении. Плечо ему оттягивал походный мешок с целой кучей различных зелий, которые он собирался преподнести нашему преподавателю зельеделания танессе Кортунус. Подхалим, однако!

Один Жерест со свойственной ему беспечностью не озаботился что-нибудь прихватить и, сияя радостной улыбкой, собирался первым отправиться домой.

У меня, конечно, тоже нашлись кое-какие мелочи, но ни в какое сравнение с оберемком тролля они идти не могли.

Тан Тюрон задумчиво обозревал Тартака, а Тартак, в свою очередь, очень задумчиво обозревал наставника.

– А скажи мне, Тартак,– начал преподаватель,– ты все взял? Ничего не забыл?

– Все! – прозвучал твердый ответ.

– Угу,– кивнул головой тан Тюрон.– Но вот влезет ли твое «все» в портал? Как ты думаешь?

Тартак изобразил задумчивость, а наш старший страдальчески возвел очи горе.

– Эти люди думают, что у меня бесконечный запас энергии,– пожаловался он Тулину.

– А разве нет? – удивился тролль.

В наступившей тишине можно было явственно услышать похрюкивание Тулина, пытающегося сдержать хохот. Мы вторили ему. Только Тартак стоял с серьезным выражением на лице, одновременно пытливо и просительно глядя на наставника.

Наконец и тан Тюрон не выдержал. Откровенно смеясь, он открыл портал и махнул Тартаку, чтобы тот шел. Тролль не заставил себя долго упрашивать и не мешкая нырнул в синее марево прохода. Следом за ним быстро и организованно отправились и все мы. Я выпрыгнул, сжимая свои манатки, и чуть не уткнулся носом в дверь нашего домика.

«Странно, чего это наставник выбрал именно это место в качестве приемного пункта?» – подумал я.

Тан Тюрон вышел из портала последним.

– Харос и Фулос! Я, честно говоря, пошел на нарушение правил! – С этими словами он красноречиво показал на фляги с вином у братцев.– Но сделал я это в качестве исключения. Очень большого исключения! Смотрите, чтобы потом мне не пришлось пожалеть об этом! А сейчас все марш по домам!

Тан Горий, умиротворенно откинувшись на спинку, сидел в кресле. Рядом сизым дымком курилась ароматизированная палочка. По идее она должна была источать дивный аромат жасмина. На самом деле в кабинете пахло чем угодно, но только не этим белым цветком.

Тан Тюрон пытливо смотрел на директора. Он был собран и сосредоточен. Вчера только они с ребятами вернулись из Харшада, а сегодня тан Горий с утра позвал его в свой кабинет.

– Так, значит, Хризмон, наши ожидания оправдались? – довольно осведомился Горий.– Колин таки оказался драконом?

– Да, Горий. Оказался,– кивнул Тюрон.– И я хочу снова задать тебе вопрос, на который ты не ответил мне сто лет назад.

– Память у меня уже не та,– с притворной горечью покачал головой Горий.– Будь добр, напомни мне, что это за вопрос?

– Как получилось так, что мой народ ушел, а я остался здесь?

– Да,– задумчиво сказал Горий.– Тогда я не мог ответить. Но сейчас кое-что становится ясным.

– Что именно?

– Кое-что! Хорошо. Пожалуй, я расскажу тебе то, что знаю, и до чего дошел, следуя путем раздумий. Слушай и не перебивай! Вопросы, если они появятся, задашь потом.

Тюрон, соглашаясь, кивнул головой.

– Твой народ ушел потому, что не мог оставаться тут. За последние триста лет было всего одно яйцо, которое чуть не стоило жизни прекрасной Сарасет.

– Моей матери? – изумленно вскинулся Тюрон.

– Да! Я же просил: не перебивай меня! – поморщился Горий.– Это и было твое яйцо. Ох, как не хотела Сарасет его оставлять! Но, знаешь ли, слово Серебряного Хораста имело непререкаемый авторитет.

Горий замолчал, следя взглядом за сизым дымком, замысловато поднимающимся над тлеющей ароматизированной палочкой. Молчание затягивалось. Тюрон нерешительно кашлянул, стараясь отвлечь Гория от раздумий.

– Да… – протянул Горий.– Драконы умеют предвидеть многое, но не всем дано разобраться в их иносказаниях.

– Я не умею предвидеть,– расстроенно заметил Тюрон.

– Конечно,– кивнул головой Горий,– эта способность есть только у серебряных, да и то появляется лет через пятьсот после их рождения.

– Так Хораст предвидел что-то?

– Несомненно! – кивнул Горий.– Я запомнил его слова: «Мы оставляем одного из нас. Наследие новой крови встретить он должен и сохранить его. Силы Тьмы уничтожить его возжелают. Но коль сохранит он нового, то найдет путь, который искать будет».

Признаться, тогда я, расстроенный тем, что они нас покидают, не вникал в смысл этих слов. А потом расспросить и уточнить было уже не у кого. Твой народ ушел.

– Так ты хочешь сказать, что наследие новой крови – это и есть Колин? – воскликнул Тюрон.

– Каков вид второй ипостаси Колина? – заинтересованно спросил Горий.

– Большой серебряный дракон,– ответил Тюрон.

– Это – ответ на твой вопрос,– пожал плечами Горий.– Именно серебряный дракон дает продолжение роду драконов.

Снова установилось молчание. Каждый обдумывал ситуацию.

– Бедная девочка,– наконец пробормотал Тюрон.

– Это ты о чем? – заинтересовался Горий.

– Аранта, если я не ошибаюсь, в него сильно влюблена. И он отвечает ей взаимностью.

– Это не имеет значения,– покачал головой Горий.

– Вот я и говорю – бедная девочка,– горестно поник головой Тюрон.

– Ты не понял! – нетерпеливо сказал Горий.– Не имеет значения то, что она вампиресса! Если у них сладится, то именно она и будет той новой кровью, о которой говорил Хораст. Колин – серебряный, а это значит, что искра жизни, зародившаяся в Аранте, первым делом возьмется за своего носителя. В итоге в этом мире станет на одного вампира меньше, но зато на одного дракона больше.

– Она превратится в дракона? – изумленно вскинулся Тюрон.

– Ты не знал о таком свойстве серебряных? – хитро прищурился Горий.

– Нет,– ошеломленно помотал головой Тюрон.– Ты не дракон, а знаешь о нас больше, чем я!

– Я некоторое время жил среди них,– произнес Горий.– Как ты думаешь, почему тебя поручили именно мне?

– Наверное, именно поэтому и поручили?

– И именно поэтому Серебряный Хораст изрек предсказание. Оно предназначалось тебе, когда придет время, а я должен был его тебе передать, что сейчас и сделал. Так вот. Если ты хочешь найти свой народ, то должен беречь Колина и Аранту. Это твой долг перед твоим народом. Я понимаю, как тебе тяжело и больно было все это время, но у каждого свой путь, которым он должен пройти.

А теперь давай решим, какие действия нам следует предпринять для защиты этих двух лоботрясов.

Глава 17

Вот уже второй день мы маялись в городке Школы без дела. Несмотря на уговоры тана Тюрона, никто не уезжал и не собирался откалываться от коллектива. Я бы даже сказал, что уговоры наставника только укрепляли решимость ребят держаться вместе.

Посиделки в беседке стали нашим любимым времяпрепровождением. Ну не то чтобы любимым, но за неимением лучшего… Тан Тюрон как-то незаметно стал непременным участником этих посиделок. Он особо не вмешивался в наши беседы, а сидел и о чем-то размышлял.

Я не раз ловил на себе его сосредоточенные взгляды. Да я-то ладно, а вот то, что он метал такие же взгляды на Аранту, меня тревожило. Явно, что он что-то замышляет. Но что?

Аранта тоже это заметила. Еще бы! С ее-то интуицией! Она уже несколько раз обеспокоенно меня спрашивала о такой заинтересованности тана Тюрона нашими персонами. Но что я мог ей ответить? Я сам терялся в догадках.

Сегодня тан Тюрон появился не один. Вместе с ним пришла Маришка. Да-да! Та самая ведьмочка, которая отвечала за нарушение магического молчания на Земле. Она-то какого демона к нам заявилась? С самого начала она приняла вид – «не кричу, не шумлю, починяю примусы». Надо сказать, что Маришка в такой модификации внушала мне еще больше недоверия, чем в своей обычной манере «агрессивного наступления на нарушителя».

– Ребята,– решил сразу приступить к делу наставник,– прогуляйтесь пока по парку. А тебя, Колин, я попрошу остаться.

Он что, накануне «Семнадцать мгновений весны» посмотрел? И тон, как у этого дядьки Мюллера. Ребята, недовольно двинувшись было к выходу, резко тормознули.

– Тан Тюрон,– мягко заговорил Тимон,– вы же помните, что мы одна группа?

– Помню! – кивнул препод.– Но я помню также, что и уровни Дара у вас разные. Сейчас я собираюсь научить Колина одному небесполезному заклинанию, которое потребуется в дальнейшей жизни. К сожалению, пока никто из вас не в состоянии овладеть им, кроме разве что Гариэль. Но ее этому будут учить чуть позже. Поэтому я и предлагаю вам погулять. Не бойтесь, я Колинами не питаюсь.

Я перехватил многозначительный взгляд Аранты и успокаивающе поднял руку: мол, не беспокойся, никто меня пока не тронет. А если попробует, то тут же подавится.

Мы остались в беседке втроем. Тан Тюрон еще некоторое время смотрел вслед уходящим ребятам. Я был уверен на все сто, что они далеко не уйдут. Будут наматывать круги вокруг этого места, изнывая от желания пронюхать, чем же мы тут занимаемся.

– Ну что ж,– наконец сказал наставник,– приступим к созданию телепорта.

Тут я поймал на себе сочувственный взгляд Маришки. С чего бы это? А телепорт куда?

Лирическое отступление

Обучение созданию телепортов в исполнении тана Тюрона

– Колин, тебе необходимо научиться создавать телепорты. Это умение, несомненно, нам очень скоро потребуется. Первым делом я категорически настаиваю, чтобы ты запомнил одно непременное правило: НИКОГДА не создавай телепорты в места, в которых ты не был! Это может закончиться весьма плачевным для тебя образом.

Для того чтобы создать телепорт, ты должен сначала хорошо представить себе место, куда хочешь отправиться. Хорошо помнишь вид внутри вашего домика? Кинь мне мыслеобраз... Не годится! У тебя все получилось весьма смутно и неоднозначно. Ты должен четко воссоздать то место, в котором хочешь появиться. Попробуй еще раз!.. Гм, это уже лучше. А теперь представь себе то место, в котором вы появлялись на Земле... Ну? Где мыслеобраз?.. Конечно же он мне нужен!.. Что значит «зачем»? Я хочу его сравнить с реальным местом... Да, я там не был, но Маришка знает координаты. И она создаст реальный телепорт туда. Вот тогда я и буду сравнивать твой образ и реальную картинку.

...А это ты откуда взял?.. Что, когда вы там появлялись, горел костер, и в котле что-то варилось? И откуда там взялся тролль?.. Он всегда около костра, когда на нем что-то готовится? Колин, не огорчай меня! Вон Тартак. Бродит среди деревьев... Представь себе картинку, какой она должна быть без присутствия кого-либо!

...Угу!.. Неплохо. Маришка, поверни рамку чуть левее... Так... Хорошо. Можно попробовать.

Колин, ключевые слова: «Топортус гарестия». Запомнил? Повтори!.. Еще раз!.. Еще!.. Слова должны быть четкими! Еще раз повтори!.. Жест вот такой... Нет, надо плавней... Шире круг!.. Представь себе, что ты там стоишь, и определись с положением выхода. Выход должен быть над землей, но не слишком высоко... Сейчас создай телепорт в свой домик!.. Это телепорт? Это верный способ самоубийства! Еще раз попробуй!.. Ты куда? Стоять! Второе правило: НИКОГДА не шагай сразу в телепорт! Сначала надо осмотреться, определить, можно ли выходить. Вдруг там стоит человек или предмет. Да и вообще, правильно ли ты создал телепорт... Нет. Этот вроде бы правильно. Вот встань и посмотри, что там. Ну? Соответствует?.. Реальности соответствует, чему же еще!.. Ну-ну. Давай, шагай.

...А грохот в домике, Маришка, оттого, что этот дракон недоделанный не заметил ведра, стоявшего у порога рамки.

Едва я шагнул в телепорт, как наткнулся на ведро, которое этот разгильдяй Тимон оставил посреди комнаты. Грохот падения ведра и меня заглушил слабый хлопок закрывшегося телепорта. Значит, все ласковые и задушевные слова, вырвавшиеся из самой глубины моей души в адрес злосчастного ведра и Тимона, к величайшему моему сожалению, им услышаны не были.

Но ведь получилось же! У меня получился телепорт!

Я выскочил из домика и рванул к беседке, по пути погрозив кулаком Тимону, который в некоторой прострации наблюдал мое появление из дома.

– А создать обратный телепорт слабо было? – поприветствовал меня наставник.

Раздался довольно ехидный смешок Маришки.

– Не сссоветую сссмеятьссся надо мной! – вдруг прорвалось мое второе «я». А первое с удовольствием отметило, как округлились от удивления глаза вредной ведьмы.

– Колин! – строго сказал препод.– Сдерживай свою вторую ипостась!

– Никому нельзззя насссмехатьссся над сссеребряннным! – воинственно зарычала моя вторая ипостась.

– Так это правда? – тихо сказала Маришка.– Ты дракон-оборотень?

И чего она так на меня уставилась? Вон рядом стоит такой же, и ничего. А я, видите ли, вызываю удивление.

– Мы сейчас отправляемся в реальность «Земля»,– распорядился тан Тюрон.– Мари, извести Викентия, что мы там будем. Ответственность я беру на себя.

Маришка кивнула головой и... исчезла.

– Без ребят я не пойду! – заартачился я.

– Мы отправляемся по делу,– строго сказал наставник.– Зачем нам ребята? Что они будут делать?

– А что они будут делать здесь? – вопросом на вопрос ответил я.– Да они уже разок побывали на Земле, и ничего. Лучше уж пусть будут там, хоть какое-то развлечение.

Тан Тюрон в задумчивости смотрел на меня. Наконец он махнул рукой:

– Ладно, пусть идут. Только смотрите мне, без фокусов!

– Ребята! – выскочил я из беседки.– Быстро собирайтесь! Отправляемся на Землю!

Скорость, с которой ребята отреагировали на мой призыв, впечатляла.

– А что там у нас за дело? – негромко спросил я наставника.

– Хочу посмотреть на твоих родителей,– ответил он, стоя рядом со мной.– Тебе что, нечего собирать? Почему ты стоишь?

– Без меня не отправитесь! – нахально ответил я.

Вот это оперативность! Вся группа в полном составе стояла перед таном Тюроном. Все собрано и упаковано. Глаза горят нетерпением. Орлы!

Препод прошелся перед строем, рассматривая каждого.

– Раз уж вы там побывали, то инструктаж проводить не вижу смысла. Правила поведения на Земле вы уже знаете. Минимум магии, и то лишь в случае необходимости и без свидетелей из числа местного населения.

Вспомнив наше предыдущее пребывание на Земле, я хмыкнул. Тан Тюрон с недоверием покосился на меня.

– Это касается всех! – с нажимом сказал он.– Колин, формируй телепорт. Строго по тем правилам, которые я тебе дал. Давай! Я подстрахую на всякий случай.

Я сосредоточился, припоминая место, влил энергию и, произнеся формулу активации, сделал жест рукой, стараясь сориентировать порог над поверхностью. Дружный вздох ребят за спиной подсказал мне, что что-то получилось. Что именно?

Я открыл глаза и узрел перед собой рамку телепорта. Точно! Это моя поляна! Все так, как я себе и представлял. Оглянулся на тана Тюрона.

– Хорошо! – сказал тот.– Теперь осмотрись.

Я обшарил взглядом доступное и хрипло сказал:

– Вроде бы все в порядке.

Наставник мотнул головой Тартаку:

– Вперед! Колин, держи телепорт! Не давай ему схлопнуться.

Я кивнул головой:

– Держу.

Ребята один за другим исчезли в рамке перехода. Вот уже и тан Тюрон туда шагнул. Я последним пересек порог и услышал за спиной слабый хлопок исчезнувшего перехода, а потом – чей-то слабый писк сзади. Я резко обернулся и увидел, как от маленького костерка метнулась к нам невысокая фигурка мальчишки.

Все-таки расслабились мы за последнее время. Только Аранта среагировала мгновенно. Клинки появились в ее руках как по мановению волшебной палочки, но тут же и исчезли в ножнах. Потому что мальчишкой оказался Вовка – страж Светлого леса, толкиенист-любитель. Мы с ним познакомились в прошлом году, когда были здесь на каникулах.

Вовка с радостным визгом повис на шее растерявшегося Тартака.

– Я же говорил! Говорил, что вы придете! – восторженно захлебывался он.– Они не верили, а я знал!

– Подожди, подожди! – попытался я унять радостного стража.– Кто не верил? Вы что, кому-то еще рассказали о нас?

– Нет! – наконец отлипнув от Тартака, сделал большие глаза Вовка.– Мы – могила! Никому! Это ребята не верили, Арагорн и Гэндальф.

– У вас тут что, местные друзья из аборигенов, которые знают что-то о вас? – прорезался голос у тана Тюрона.– Почему это допустили «чистильщики»? Надо будет срочно исправить ситуацию! Кому-то очень не поздоровится…

Ох, до чего же нехорошо выходит! Никто не мог предвидеть этакого развития событий. Получается, что мы подставили Викентия и Дона. Именно они в ответственности за сложившуюся ситуацию.

– Тан Тюрон! – Я храбро шагнул пред сверкающие праведным гневом очи нашего преподавателя.– Все под контролем. Этим ребятам можно доверять. Они никому ничего не скажут. Да даже если что-то и сболтнут, им все равно никто не поверит. А «чистильщики» в курсе и контролируют положение дел.

– Вы сговорились с «чистильщиками», ведь так? – прищурившись, спросил наставник.

Я кивнул. А что оставалось делать? В прошлом году на общем собрании мы так и решили. Помнится, мои родители внесли немалую лепту в то, чтобы ребятам не зачищали память. Викентий был вынужден согласиться на это ввиду того, что «чистильщики» напортачили с моим уходом на Магир, а долги надо отрабатывать.

– Ладно,– махнул рукой тан Тюрон,– потом с этим разберемся. А ты допустил серьезный промах! Надо было повернуть рамку перехода и осмотреться вокруг полностью. Что с этим парнем делать будем?

– Да ничего! – пожал я плечами.– Пусть остается.

– Но мне сейчас надо сделать некоторые преобразования поляны. Я боюсь, что это неприятно скажется на его психике. Он же не подготовлен!

– Не волнуйтесь! Он уже столько повидал, что для его психики это пройдет безболезненно,– прогудел Тартак, сбрасывая свой мешок на землю.

Ребята разбрелись по поляне. Морита с Арантой колдовали над костром, чтобы приготовить еду. Гариэль ставила «зеленую стену» по периметру. Братья и Жерест отправились собирать сушняк для костра. Около препода стояли только я, Тимон, Вовка и Тартак.

– Думаешь? – покосился на Тартака тан Тюрон.– Девочки, отойдите на секунду от костра.

На мгновение контуры расплылись, и вот уже костер снова пылает, но в каменном очаге с массой приспособлений для готовки. На краю поляны проявились контуры трех шатров, одного большого и двух поменьше. Сформировалась секция умывальни, а за кустами на другом краю поляны выстроились кабинки туалета.

Все это тан Тюрон проделал, не напрягаясь, как бы мимоходом. Эх, эти бы умения да в нашем походе по Харшаду после невольного переноса в пустыню…

Вовка, широко открыв глаза, с восхищением наблюдал за происходящим. Никаких неприятностей для его психики представшее зрелище явно не несло.

– А как ты тут вообще оказался так вовремя? – спросил я у мальчугана.

– Мы дежурим, сегодня моя очередь,– гордо доложил Вовка.

– Дежурите? С какой стати? – прищурился Тимон.

– Ну это же наша поляна. У нас тут наш «мэллорн».– Вовка указал на дуб.

– Ну?

– А неделю назад пришли какие-то... ну, не знаю кто. Они здесь такое устроили! Вон даже «мэллорн» обгорел. А мусора было! Вот мы и решили дежурить, чтобы такого не повторилось.

– Ха! Если сюда припрется толпа, то что толку от вашего дежурства? – скептически покачал головой Тимон.

Вовка нахохлился, но упрямо смотрел Тимону в глаза.

– Гариэль! – Тан Тюрон показал на многострадальный дуб эльфийке, которая только что закончила огораживать поляну.

Девушка понятливо кивнула головой и направилась к дереву, которое таки действительно носило следы пожара со стороны леса.

Мне стало жалко этот дуб. Вот ведь сколько неприятностей он пережил. Тут и мои три дыры, и огонь горе-туристов. Я подошел к дереву и положил руку на отверстие, проделанное моим пульсаром. Большое. Моя ладонь еле-еле закрывала его. Мне стало интересно. Дай-ка попробую! Я закрыл глаза, сосредоточился на стволе дерева и увидел медленные серо-голубые потоки, которые огибали отверстие, проходя по уцелевшим каналам.

– Мне тяжело его лечить,– услышал я голос Гариэль.– Здесь очень слабая магическая связь.

– А ты постарайся! – ответил наставник.

А если я добавлю немного энергии? Интересно, соки побегут быстрее? Я начал направлять энергетический поток в руку. В серо-голубых струях начали проскакивать золотистые искры моей энергии. Действует! Я постепенно добавлял своей энергии, и движение соков по капиллярам ствола ускорялось.

– Колин! Что ты делаешь? Тартак, немедленно оторви его от ствола! – с тревогой распорядился тан Тюрон.

Меня обхватили лапы Тартака и легко оторвали не только от ствола, но и от земли. Я открыл глаза, не понимая, что такое случилось, зачем потребовались столь радикальные меры?

– Колин, ты что, решил раствориться в дереве? – грозно уставился на меня тан Тюрон.

– Да нет,– пробормотал я.– Просто хотел ему помочь.

– Помочь? – грозно зарычал он.– Ага! Ты так начал помогать, что твой контур даже заколебался. Ты посмотри на свою помощь!

Тартак как раз опустил меня на землю. Я повернулся к дубу. Вот это да! Следы ожога исчезли, как будто их и не было. Мало того – по всему дубу появились молоденькие веточки, которые тут же обросли листьями. Они резко отличались цветом от уже развитых старых. Но больше всего меня поразило то, что от отверстий, проделанных моими пульсарами, не осталось и следа. Мама родная! Это же насколько я разогнал процесс восстановления?

Вовка в священном восхищении таращился на меня.

– Я знала, что ты восприимчив к магии Леса, но не думала, что сам способен на нее,– тихо сказала Гариэль, всматриваясь в мое лицо.– Это очень странно!

– К своему стыду,– хмыкнул тан Тюрон,– и я не знаю, на что способны серебряные драконы.

Глава 18

Мы с таном Тюроном отошли немного в сторонку.

– Когда на моих родителей пойдем смотреть? – нейтрально поинтересовался я, стараясь не показать своей озабоченности предстоящими смотринами.

Он в задумчивости потер рукой подбородок.

– Давай пока устроимся, а потом не спеша пройдемся к твоему дому,– наконец принял решение наставник.– Ты ведь никуда не спешишь?

Я кивнул, соглашаясь, и повернулся к Вовке. Да где же он?

– Гариэль, а где Вовка?

Эльфийка, наклонившаяся над котлом, выпрямилась, удивленно подняв брови.

– Он побежал известить своих ребят. А что?

Тан Тюрон за моей спиной застонал:

– Вот только столпотворения местных аборигенов в нашем лагере сейчас и не хватало!

– Они хорошие мальчики! – улыбнулась Гариэль.

– Да, только едят много,– пробурчал Тартак, копаясь в своем мешке.

– Ничего не много! – возразила Аранта, откидывая прядь волос с лица.

– Особенно если сравнить с тобой,– счел своим долгом поддакнуть Жерест, с интересом следя за процессом приготовления обеда.

– Троллей нельзя с кем-то сравнивать! – важно заявил Тартак.– У них живот больше.

– Тебе сколько ни дай – все мало! Ненасытный! – откликнулась Морита.

Полог одного из шатров откинулся, и оттуда вышли братья... в парадных мундирах, с медалями и мечами на боку. Тимон хрюкнул, стараясь сдержать смех, который самым неприличным образом рвался наружу.

– Харос, Фулос, куда это вы собрались? – грозно осведомился тан Тюрон.

– Так ведь у нас же гости будут,– поделился Фулос.

Харос согласно поддакнул.

– Они должны знать, как выглядят настоящие наемники! – закончил свою мысль Фулос, горделиво выпрямляясь и положив левую руку на рукоять меча.

И Харос встал рядом в такой же позе.

– Даже так? – прищурился тан Тюрон.– Во-первых, вы уже не наемники, а студиозы Школы. Во-вторых, ваш наряд не соответствует местной обстановке. В-третьих, марш переодеваться в нормальную одежду! Не сердите меня!

Братцы поспешно юркнули обратно в шатер.

Посреди поляны аккуратно материализовались Викентий с Доном. Это маги, которые контролируют мою родную реальность. Викентий следит за тем, чтобы сюда без разрешения не пробирались маги из других миров. А маги, которым не повезло родиться здесь, должны быть спешно забраны на Магир. За это Викентий тоже нес ответственность. Дон, соответственно являясь «чистильщиком», убирал все следы деятельности Викентия и других магов. Причем убирал буквально, вплоть до стирания памяти и разработки легенд с соответствующими документами установленного образца. И за этим тоже должен был следить Викентий.

Викентий, придирчиво обозрев поляну и приветственно помахав нам рукой, сразу же прямиком направился к тану Тюрону. Ну ясно, им надо обсудить вопросы по объему магического воздействия. Дон радостно начал обнимать всех, кто подвернулся ему под руку. Потом уже он попал в лапки Тартака. Короткое придушенное «хек!» засвидетельствовало, что Тартак тоже рад встрече. «Хек!», что характерно, издал Дон.

Викентий, стоя перед таном Тюроном, что-то тихо ему говорил. Тан Тюрон время от времени задавал короткие вопросы, на которые Викентий обстоятельно отвечал. Видимо, разговор был не очень приятен Вику. Он постоянно морщился, выслушивая комментарии тана Тюрона.

Обед прошел в радостном предвкушении встреч и отдыха. Ну это у всех, кроме меня. Меня очень волновало желание тана Тюрона пообщаться с моими родными. Как-то не хотелось выяснять, насколько они мне родные. Сама мысль о том, что папа и мама, да и братишка тоже могут оказаться чужими мне людьми, отзывалась болью в душе.

Тартак быстро прикончил свою порцию и, украдкой поглядывая на замаскированный проход, уговаривал Мориту выделить ему добавку, мотивируя это благое действие тем, что он большой и ему нужно больше есть. Морита в сомнении покачала головой, но все же удружила троллю еще одну порцию. Видимо, умильно курлычущая модификация Тартака произвела на нее впечатление.

Очень вовремя! В проходе появился сияющий Вовка. Следом за ним протиснулись Иван – Гэндальф и Сашка – Арагорн. Началась радостная суматоха. Ребят усаживали у костра, предлагали угощение, расспрашивали о новостях. Они конечно же отвечали, и сами интересовались нашими приключениями. Жерест красноречиво откашлялся.

– Давай уж, рыжий! – рассмеялась Морита.– Вижу, что тебе не терпится. Только не ври!

– Что?! – даже подскочил от возмущения Жерест.– Я всегда одну только правду говорю!

Тан Тюрон, со значением посмотрев на меня, поднялся.

– Мы с Колином сейчас ненадолго отлучимся,– сказал он, постучав ложкой по кружке, привлекая внимание присутствующих.– Виктуан и Гариэль, на вас я возлагаю обязанность следить за порядком. Главное – не выпускайте этих архаровцев за пределы поляны! Рано им еще являть себя этому миру.

Заявление тана Тюрона было встречено неодобрительным гулом. Но – начальник есть начальник. Видимо, наставник решил сразу пресечь любые проявления самодеятельности. Что, кстати, вызвало горячее одобрение у Викентия. Но в своем одобрении он был так одинок! Да и явление миру уже было. Оно состоялось еще в прошлом году. А миру – ничего. Как был, так и стоит. Только ведь раз на раз не приходится. Об этом тоже не стоит забывать.

Тан Тюрон недолго скрывался в шатре. Через некоторое время оттуда появился молодой человек в джинсовом костюме. Светлые волосы, солнцезащитные очки. В общем, то, что и требовалось. Я спешно тоже придал себе соответствующий вид. Только бы не забыть придерживать рукой рапиру, а то вечно она норовит за что-нибудь зацепиться…

Невозмутимости тана Тюрона мог бы позавидовать и вождь ирокезов. А может, он и бывал на Земле недавно. Во всяком случае, у него ничто не вызывало удивления. Не то что у ребят, когда мы тут проводили каникулы в прошлом году. Тогда им все было в диковинку. И автомобили (как это они ездят, если нет коней и нет магии?), и телевизор (как умудрились без магии засунуть столько всего в эту коробку?), и даже холодильник (не погреб, а, смотри, морозит). Мы прошли в наш двор. Под бдительными взглядами старушек у подъезда промаршировали к парадному и ступили в прохладу лестничной клетки. Быстрый подъем на третий этаж, и вот я уже у дверей моей квартиры. Или уже не моей?

Как же я соскучился по своим родным! В этот момент я решил: «Плевать, что они могут быть не биологическими родителями! Па и ма дали мне все, что я сейчас имею. Они воспитали меня и вырастили. Они и есть мои самые что ни на есть родные родители! А Леха? Лешка конечно же мой самый родной братик!»

В ответ на звонок я услышал за дверью быстрые шаги брата.

– А я уверен, что это Колян! – прозвучал его голос, и дверь распахнулась.

– Привет, Лешка!

– Ага! А я что говорил! Колька! – заорал брат и крепко меня обнял, буквально повиснув на моей шее. А тяжелый он, однако!

«Для меня в ипоссстассси дракона – он легччче пушшшинки!» – прокомментировало мое второе «я».– «Вот когда будешь в ипостаси дракона, тогда и вмешивайся!» – отреагировал мысленно я. «Так это когда ещщще ссслучитссся!» – безнадежно вздохнул мой двойник и замолк. Скорее бы произошло это слияние сознаний, а то так и в дурдом попасть недолго.

Из комнаты с тихим радостным вскриком появилась мама. Я услышал, как заскрипел пружинами диван, с которого торопливо поднимался отец.

– Ма, разреши представить тебе… Леха, ну хватит на мне висеть!..– сказал я, вырываясь из объятий Лешки.– Это мой преподаватель – тан Тюрон.

– Рад вас приветствовать, уважаемая Евгения Антоновна! – изысканно поклонился тан Тюрон.

Черт! Откуда он знает, как зовут мою маму? Я же никогда его на этот счет не просвещал!

– Рад также лицезреть и вас, уважаемый Петр Никитич,– самым непринужденным тоном обратился наставник к моему отцу, вышедшему в этот момент из другой комнаты.

– Очень приятно! – дипломатично отозвался мой папа, протягивая ему руку.

– Мне тоже очень приятно! – вмешался Леха, беззастенчиво глазея на гостя.

– Не ожидал, что у моего сына такой молодой наставник,– продолжал па, рассматривая тана Тюрона.

– Кхм, папа! – смущенно закашлялся я.– Между прочим, тану Тюрону уже двести сорок лет.

– Ого! – Отец откровенно удивился.– Вы хорошо сохранились для таких лет!

– Да нет,– тан Тюрон усмехнулся,– у нас это считается нормальным. Продолжительность жизни мага значительно больше, чем у обычных людей.

Слегка приподнятые брови тана Тюрона свидетельствовали о том, что он чем-то удивлен. Но чем? Для незнакомых людей он выглядел невозмутимым, но я-то его уже хорошо знаю. Потом спрошу, в чем дело.

– Проходите же, проходите в комнату! – засуетилась мама.– Чего на пороге стоять? Я сейчас быстренько что-нибудь приготовлю. Вы, наверное, устали и проголодались с дороги?

– Нет-нет! Что вы, что вы! – заторопился тан Тюрон.– Мы не устали и сыты. Разве что – чайку... Мы бы не отказались.

И чего это он за меня расписывается? Может, я не чаю, а кофе хочу.

За столом шла самая обыкновенная беседа ни о чем – погода, природа, не долить ли вам кипяточку? Эти дети – такие ныне... А вот раньше – это да!

– Колька, а остальные где? – прошептал брат, ткнув в меня локтем.

– Там,– коротко ответил я, мотнув головой за окно в сторону леса.

– Может, ну их, этих взрослых? Сбежим к твоим? – тоном провокатора предложил брат.

Я кинул невольный взгляд на тана Тюрона. Он очень внимательно наблюдал за моими родителями. Иногда бросал пытливые взгляды и на Леху. Но делал наставник это очень тактично и как бы ненароком, что замечал только я, да и то потому, что знал об этом.

– Тан Тюрон,– обратился я к нему,– мой брат хочет повидать ребят. Может, мы пойдем?

– Колька, как был ты невоспитанным, так таким олухом и остался! – сердито сказала мама.– Привел человека (знала бы она, какой это человек), а назад пусть он сам добирается? А если заблудится? (Гы!) А если на него хулиганы нападут? (Гы! Гы!) Об этом твоя невоспитанная личность подумала?

– Евгения Антоновна,– непринужденно улыбнулся наш препод,– у меня великолепная память, и заблудиться я не смогу, даже при всем своем желании. Хулиганы мне не страшны, а вот я для хулиганов, да, страшен. И это не хвастовство, а факт. Думаю, что Колин может идти. Я чуть позже приду. Я же знаю, как ваш младший сын соскучился по друзьям Коли.

– Вы там же остановились, где и всегда? – осведомился отец.

– Да.

– Тогда мы проводим вас,– решительно сказал папа.

– Ну что вы, Петр Никитич,– запротестовал тан Тюрон.– Право же, не стоит! Я и сам великолепно доберусь!

Так, полемика затянется надолго, да и тема благодатная. Пока она и нас не затянула, надо сматываться! Кивнув Лешке, я опрометью рванул на выход.

Выскакивая из парадного, я услышал нарочито хриплый голос, который, безбожно фальшивя, напевал под бренчание гитары одну из блатных песенок. Ну конечно! Это Петрусик! Отсидел срок за хулиганство. Вышел, обзаведясь кучей наколок во всех местах, куда только мог дотянуться. Теперь целыми днями сидел во дворе в окружении падких на тюремную романтику молодых оболтусов. Они стали для него кем-то вроде слуг и опрометью бросались исполнять любое его желание.

– А, вот и Леха-каратека со своим братком пожаловал! – будто бы обрадовался Петрусик, завидев нас.– Куда-то спешите? Задержитесь, братки! Есть базар на сто миллионов.

– Мне с тобой, Петрусик, базары базарить не о чем,– решительно отозвался Алексей, направляясь к выходу из двора.– У нас дела. Так что – адью!

– Да ты деловой! А ну стой! Я сказал!

Петрусик сделал жест рукой, и несколько прихлебателей вскочили со скамейки с намерением задержать нас.

Их восемь – нас двое. Арифметика, с точки зрения Петрусика, проста. С точки зрения прихлебателей – тоже.

Но мы с братом иногда позволяем себе считать по-другому. И тут уже ответ не так очевиден.

– Последнее достижение монахов Шао-Линя! – рявкнул я, раздавая два «воздушных кулака». Один Петрусику и еще один – приблатненной шпане, которая встала у нас на дороге.

Петрусик вместе с гитарой канул в дебри кустов, росших за скамейкой. Пацанов сбило с ног и проволокло несколько метров по тротуару, обеспечив на пару недель «асфальтовой болезнью». Кого со стороны спины, а кого, кому не повезло упасть лицом вниз, и со стороны фасада.

– Лихо! – выдохнул брат.– Тебя за это не накажут?

– В пределах допустимой самообороны! – со значением выдал я.– Пошли, пока они не очухались!

– Учитесь, урки! – обратился к стонущим в пыли парням Лешка, не обращая внимания на изощренный мат, доносящийся из кустов.– Мой брат год провел на Тибете, в монастыре, постигая каноны и коаны дзен-буддизма. Черный пояс и двенадцатый дан – это вам не шутка!

Мы двинулись дальше, провожаемые удивленными взглядами не получивших своей порции парней. Пробовать остановить нас больше никто не попытался.

– Им еще повезло, что с нами не было Тартака,– с видимым удовольствием проговорил Лешка.– Он бы в стороне не остался. Как начал бы махать своей «сосновой веточкой», вот бы они тогда полетели!

– Нет, Леха! Этак и в милицию угодить недолго! Ведь Тартак обязательно кого-нибудь покалечил бы.

– Тролля в милицию? – Лешка даже перегнулся на бегу от смеха.– Да он бы им такое устроил, что здание милиции надо было бы заново строить!

– Вот и хорошо, что он в лагере остался,– серьезно отозвался я.– Леш! Мы должны думать о последствиях своих действий тут. Пойми, для местных людей магии не существует. А мы не вписываемся в эту доктрину. Это может вызвать ненужный интерес. Уловил?

– Эх! – вырвался тяжелый вздох у моего брата.– Ну почему у меня жизнь не такая интересная?

Глава 19

По возвращении наставник сразу же пригласил меня в свой шатер. Покинув оживленно разговаривающих ребят, я, стараясь унять некоторую неуверенность, поспешил за таном Тюроном.

Тан Тюрон, как только я вошел, установил «полог тишины» и присел на складной стульчик. Несколько долгих минут он сидел в глубокой задумчивости. Я не решался ее прерывать. В голове слегка гудело от волнения и ожидания. К тому же я слегка запыхался, поскольку перед этим мы всей командой дружно пытались повалить Тартака на землю.

Картинка была та еще! Жерест метался вокруг нашей куча-малы и выдавал, как это он умеет, подбадривающие слоганы. Мы же, пыхтя и отдуваясь, тащили тролля, кто за что ухватил, в разные стороны. Тартак радостно ухал, а девчонки бросали на нас лукавые взгляды, подбадривая на новые достижения. Конечно, повалить Тартака на землю нам не удалось, хотя нельзя сказать, что мы не старались. Потом состоялся «разбор полетов», причем надо заметить, что для некоторых эти полеты были реальностью не только в переносном смысле. Вот из этой-то кучи меня и выхватил вернувшийся из городка тан Тюрон.

– Так. Ну что я тебе могу сказать.– Наставник оперся руками о колени и надул губы, соображая, как вести беседу дальше.– Смотрел я. Смотрел, как ты понимаешь, очень внимательно. Сразу скажу – можешь быть спокоен. Это твои настоящие родители. Но вместе с тем я открыл для себя поразительную вещь. Твои родители – и мать и отец – несут в себе часть крови нашего народа. Представляешь? Невероятно! Один шанс на несколько миллионов, что встретятся два человека с кровью драконов. Но не только с кровью, а с разными составляющими ее. Но они таки встретились! Их кровь соединилась в тебе и дала толчок. Именно следствием этого толчка и явилось проявление в тебе магии. Потрясающе! Мне почему-то кажется, что наш народ именно это и предусматривал.

– Значит, это все-таки мои родители? – радостно спросил я.

– Несомненно! – кивнул Тюрон.

– Хорошо! – с глубоким удовлетворением сказал я, но тут вспомнил о брате: – А Лешка? Как с ним?

– Тут сложнее.– Тан Тюрон поднялся и стал расхаживать по пространству шатра.– Он тоже несет в себе смешанную кровь. Но!..

Преподаватель остановился и со значением посмотрел на меня.

– Но в значительно меньшем количестве. Так что драконом ему не стать.

– А...– протянул я.

– Магом? – Тан Тюрон хмыкнул.– Есть в нем это, есть. Слабенько пока, но есть. И должен тебе сказать, что сильным магом ему, пожалуй, не стать.

– Да хоть каким-нибудь.

– Каким-нибудь – станет! – твердо пообещал наставник.

– Вот комедия будет, когда предки узнают, что из двух рожденных ими сыновей один дракон, а второй колдун. И ни одного человека! – ужаснулся я.

– Вот именно поэтому не стоит пока им рассказывать все,– посоветовал тан Тюрон.– Они не подготовлены к таким вестям. Одно только твое превращение в мага было для них настоящим шоком. Ведь им пришлось пересмотреть свое мировоззрение. Они же раньше и в магию не верили. Не стоит вываливать на них сразу все.

– А когда мы Лешку на Магир заберем? – поинтересовался я.

– Пусть сначала тут школу закончит,– отмахнулся он.– Это не к спеху. Надо еще подумать, стоит ли это делать. Ты мне вот что скажи...

Тан Тюрон замялся, подыскивая подходящие слова. Я выжидающе смотрел на него.

– Ты... мм, конечно, извини. Может, я... Нет. Ты не думай, что я вмешиваюсь в твои личные дела. Если хочешь, то можешь не отвечать, но...

– Тан Тюрон,– вкрадчиво сказал я,– у нас, у молодежи, такое состояние называется – тормозить. Если вы что-то хотите спросить, то спрашивайте напрямую.

– У вас, у молодежи,– проворчал тан Тюрон.– Я, если хочешь знать, тоже не старый дядя. Вот я-то как раз молодежь, а вы все – малявки еще.

– Хорошо. Тогда у нас, у малявок. Сленг у нас такой. Так что же вы хотели спросить?

– Что у тебя с Арантой?

– Вы хотите сказать, что я дракон, а она вампир? – напрягся я.

– А вот это не имеет никакого значения! – решительно сказал тан Тюрон.

– Что значит – не имеет? – удивился я.– А что тогда имеет?

Что-то острое и холодное кольнуло сердце. В ушах звучало какое-то шипение.

– Только не вздумай оборачиваться! – предупредил меня наставник.

Внезапно я понял, что это я шиплю. Вернее, мое второе «я». Опомнившись, постарался расслабиться и заметил, что вокруг меня медленно тает желтое марево. Но все равно, вот в это я лезть никому не позволю!

– Тан Тюрон, мне плевать, кто я и кто она! Мне с ней хорошо и интересно.

– Поверь, Колин. Мне действительно надо знать, какие у тебя в отношении Аранты намерения,– мягко сказал он.

– Ну… я не знаю... Вернее, знаю, но...– Я беспомощно посмотрел на него и неожиданно выпалил:

– Я хочу на ней жениться! Только вот не знаю, согласится ли она.

– Рановато, конечно. У вас уже что-нибудь было?

– Ну… мы целовались...

– Да?..– Тан Тюрон с улыбкой покачал головой.– Молодежь… Ты уверен, что это не временное увлечение?

– Не временное! – твердо сказал я.

– А у Аранты?

Вот тут я понял, что на этот вопрос дать точного и такого же твердого ответа не могу. Конечно, Ари выказывала свой интерес ко мне, но насколько это серьезно у нее, я не знал. Это понимание ввергло меня в уныние. Я пожал плечами.

– Тут такое дело,– снова заговорил наставник.– Ты же помнишь, какой ты дракон?

– Конечно! – Я с проснувшейся надеждой посмотрел на препода.– Серебряный.

– Именно! – поднял указательный палец тан Тюрон.– Все свойства серебряных драконов мне неизвестны, но об одном из них на днях я все-таки узнал. Мне рассказал о нем тан Горий.

Тут он сделал паузу. Я молча ожидал продолжения. Тан Горий – это уже интересно! Уж он-то мог дать такие сведения, что и представить невозможно.

– Дело в том, что для него, серебряного дракона, неважно, какой расы объект его любви,– снова заговорил наставник.– Тан Горий рассказал о том, как серебряный Сарсит тор Перш... впрочем, это неважно. Пока просто Сарсит. Так вот, он полюбил прекрасную эльфийскую принцессу Арингилэль. Она ответила Сарситу взаимностью. Сам понимаешь, что эта страсть вызывала большое беспокойство со стороны эльфов, в то время как драконы были абсолютно спокойны. Когда все-таки они поженились...

Тан Тюрон замолчал, склонив голову в раздумье.

Я осторожно кашлянул.

– ...Да! Так вот, одним эльфом стало меньше...

– Она погибла? – непослушными губами спросил я.

– ...А одним драконом стало больше! – торжествующе закончил он.

– ?!..

Видимо, мое лицо имело то еще выражение. Во всяком случае, препод наслаждался немой сценой от души. Наконец я не вытерпел и потребовал объяснений.

Тан Тюрон с воодушевлением заговорил что-то о слиянии душ, о зарождении искры жизни...

Да не смешите мои тапочки! А то я не понял, о чем это! Да у нас любой пацаненок из шестого класса подробно расскажет всю технологию. То, что практики нет,– это другое дело.

Я просто не могу понять, как это поменяет Аранту. Попытался было обратиться к памяти дракона во мне, но тому вся эта суета была глубоко по барабану. Единственное, что я от него получил, так это совет не торопиться – мол, рано еще ломать голову над такими проблемами.

– Но ведь Аранта об этом не знает? – прервал я поток витиеватых излияний алого дракона.

Тан Тюрон внезапно замолчал и как-то даже виновато взглянул на меня:

– Нет.

– Так, может, стоит спросить у нее? А вдруг она не захочет меняться? И потом. Вам не кажется, что нам рановато об этом думать? Особенно если учесть, что мы живем дольше, чем я предполагал ранее.

– Может быть.– Наставник нахмурился.– Я заговорил с тобой об этом для того, чтобы ты не сделал ошибки, которую потом исправить будет невозможно.

– Да дайте нам до этой «ошибки» дожить! – в сердцах высказался я.– Еще неизвестно, насколько она меня любит, а вы уже о детях заговорили.

Тан Тюрон помолчал раздумывая.

– Ты, Колин, сначала определись не только с тем, насколько она тебя любит, но и с тем, насколько ты любишь ее,– наконец решил он.– Теперь, когда ты знаешь, чем это может обернуться, ты будешь серьезнее оценивать свое поведение.

– Спасибо! – саркастически отозвался я.– Но дело в том, что я не знаю, чем это может обернуться. То, что вы сказали, для меня так неожиданно. Да и, когда она рядом, я начинаю терять голову.

Тан Тюрон вдруг быстро оказался рядом со мной и, схватив за плечи, сильно сжал их:

– А ты постарайся не терять ее! Иначе последствия могут быть очень плачевными для всех. Понял?

Глаза его загорелись янтарным цветом, зрачки превратились в вертикальные щели.

Я, честно говоря, немного испугался, но во мне моментально, независимо от моего желания, проснулся мой дракон. Я, окутавшись желтым маревом, сбросил его руки с плеч, встал против него и услышал свой голос:

– Никогда большшше так не делай! Никто не сссмеет так обрашшщатьссся сссо мной! Я проссслежжжу за тем, чтобы этот молодой не сссделал ошшшибку. Но трогать его я не позззволю!

Тан Тюрон отпрянул от меня и примирительно поднял руку:

– Все, все! Верю!

Сияние его глаз исчезло так же внезапно, как и появилось. Я тоже почувствовал, что меня отпустило, и я снова владею собой. Фух! Можно расслабиться. Это же надо! Похоже, что мое альтер эго не дремлет и готово взять управление на себя в любую секунду.

– Ты изменился. Я бы даже сказал: ты очень изменился с тех пор, как мы встретились,– признал наставник, пристально рассматривая меня.

– Я это уже заметил,– хмуро ответил я, снова садясь на стул.

Мы помолчали, думая каждый о своем. Вдруг мне в голову пришла новая мысль.

– Тан Тюрон, а какое у меня имя? Ну в ипостаси дракона. Ведь у вас оно такое длинное. Мне кажется, что просто Колин – это не имя для дракона.

– Ты прав, имя придется менять,– отозвался он.– Напомни мне, когда ты родился?

Я назвал дату. Препод кивнул:

– Так, получается приставка «тор Порранья». Имя твоего рода – Бутенко?

– Да.

– Угу… – протянул он.– Не очень оно соответствует. Пусть будет «Бутрельд». Значит, твое имя будет звучать примерно так… Ты готов?

Я кивнул головой в нетерпении. Ну что за манера тянуть?!

– Колин тор Порранья Бутрельд Петрр сен Черрад.

– Что? – не понял я.

– Колин тор Порранья Бутрельд Петрр сен Черрад – что тут непонятного? – удивился он.

– Все,– чистосердечно признался я,– кроме Колин.

Тан Тюрон возвел очи горе и тяжело вздохнул.

– Колин, родившийся во время Порранья, рода Бутрельд, отцом которого является Петр, из людского рода. Теперь понял?

– Ага! Нет.

– Что ты не понял? – терпеливо спросил тан Тюрон.

– А что такое время Порранья?

– У нас, драконов, свой отсчет времени. Он идет еще с тех времен, когда мы боролись с Хаосом. Тан Горий мне передал эти знания, а он их получил от нашего народа. Это очень интересно и поучительно. Я потом тебе об этом расскажу и научу разбираться в наших датах.

– А зачем так длинно?

– Что длинно?

– Ну имя – длинно.

– Зато все о тебе ясно! – рявкнул вконец потерявший терпение наставник.– Любой дракон, услышав твое имя, сразу будет знать, к какому роду ты принадлежишь.

– Это что, вместо паспорта?

– Нет. Вместо свидетельства о рождении!

Господи! Такие сложности только для того, чтобы разобраться, когда же ты, собственно, родился, и кто совершил такую глупость, произведя тебя на свет!

Глава 20

Прогулка по летнему лесу в сгущающихся сумерках – это так романтично! А если это прогулка с любимой девушкой, то романтичней вдвойне. Как упоительно – идти по тропинке среди сосен и молодых дубков, держаться за руки и чувствовать, что твоя подруга тоже наслаждается этим лесным воздухом и прохладой летнего вечера. Вечером лес становится таинственным и загадочным. Легкая дымка вечернего тумана затягивает пространство между деревьями, и перспектива меняется. В такие моменты начинаешь верить в сказку. И почему-то кажется, что там, в глубине леса, таятся лешие, водяные, кикиморы и всякая другая сказочная живность. Солнце еще не село, но уже скрылось за кронами высоких деревьев.

Мы с Арантой удалились от нашего лагеря, который больше стал походить на оживленный поселок с очень шумными обитателями. Убежденные толкиенутые ребята считали, что дневать и ночевать в нашем лагере – это их святой долг. Очень часто к нам наведывались Викентий, Дон и мои родители. Лешка, тот вообще стал членом нашей группы. Весь день лагерь гудел и периодически взрывался веселым молодым смехом, потому что без приколов не обходилось и часа.

Я вспомнил о том, что должен еще поговорить с Арантой о нашем будущем, и передернул плечами. Разговор обещал быть трудным. Самым трудным из всех предстоящих. Легче всего будет поговорить с Лешкой. Конечно же он с восторгом ухватится за идею стать магом. Все-таки он завидовал мне. В глубине души, стараясь подавить это нехорошее чувство, но все равно завидовал. А еще разговор с родителями. Как с ними говорить, и стоит ли говорить вообще? Может быть, им лучше оставаться неосведомленными о моей настоящей жизни?

– Коль, ты что, замерз? – спросила Аранта, заметив мое содрогание.

– Ари, ты действительно меня любишь? – набрался духу я.

– А то ты не знаешь, глупый,– улыбнулась Аранта.

– Но я же дракон.

– А мне все равно.– Аранта с беспечным видом пожала плечами.– У каждого свои недостатки.

– Тут такое дело...– Я не знал, каким образом объяснить Аранте проблему.

– У тебя кто-то появился? – остановилась Ари. Ее глаза блеснули алым отсветом.– Ты же знаешь, что это не входит в мои планы. И кто же эта несчастная?

– Нет, что ты! – Я даже испугался такому предположению.

– Тогда какое дело? – требовательно спросила Аранта.

– Ну вот ты – вампиресса, да?

– Ну и что? Тебе это как-то мешает? – Глаза Аранты сощурились. Она настороженно смотрела на меня.

– Нет. Не мешает. Я просто хочу спросить.

– О чем?

– А если ты перестанешь быть вампиром, а станешь кем-нибудь другим. Как ты к этому отнесешься?

По-моему, Аранта приняла мои слова за шутку. Она звонко рассмеялась:

– Я – это я! Я не могу себя представить кем-то другим потому, что я не могу быть кем-то другим.

Неожиданно она заметила, что я смотрю на нее с самым серьезным видом, и резко прервала смех.

– Колин, это ты серьезно? Что случилось? Ты можешь мне объяснить толком?

– Если у нас что-то получится, то ты перестанешь быть вампиром,– сказал я.– Ты тоже станешь драконом.

Аранта остановилась, осмысливая мои слова. Я с замиранием сердца ожидал ее решения.

– Драконом? Ты это серьезно? Это как? Разве такое возможно? Ну что ты молчишь?! Выкладывай все!

– Ну серебряные драконы, по словам тана Тюрона, такое могут. А я – серебряный, между прочим.

– В первую очередь, ты глупый! – вынесла вердикт Аранта.– И без меня пропадешь. Давай не будем волноваться раньше времени. Будем думать, когда вопрос созреет. Согласен?

– Конечно! – радостно откликнулся я и, облегченно вздохнув, обнял и поцеловал Ари.

– Хм,– мурлыкнула она, оторвавшись от меня.– Это даже интересно. Как это – быть драконом? Может, попробовать?

– Учти, возврата назад не будет,– честно предупредил я.– Если не понравится – уже ничего не поделаешь.

– Что-то мне подсказывает, что мне и делать ничего не понадобится,– мягко сказала Ари, смотря мне в глаза долгим взглядом.

У меня появилось легкое головокружение. Я уж собирался снова ее поцеловать, но тут она ладонью прикрыла мои губы. Ее взгляд уже был устремлен не на меня, а мне за спину.

Ну что на этот раз? Кто смеет мне ломать кайф? Ррразорррву! Я повернул голову и, проследив за взглядом Аранты, увидел кандидата в смертники.

Мы были уже рядом с лагерем. В просветы деревьев виднелась стена из лиан и ветвей, которой Гариэль заботливо окружила наше стойбище. Вот возле нее и торчал, уткнувшись лицом в переплетение ветвей, невзрачный мужичок с сумкой на боку. Он прислушивался к глухим звукам за оградой, сжимая в руках микрофон на телескопическом штативе и выискивая щель, в которую можно было бы этот микрофон втиснуть. Задача не из легких по техническому исполнению, уж больно плотным было переплетение ветвей, но для нас потенциально опасная. Откуда он взялся на нашу голову? Судя по его аппаратуре, он знал куда идет. А это уже вдвойне интересно. И кто снабдил его информацией?

– Надо его шугануть отсюда,– прошептала Аранта, увлекая меня к ближайшей сосне, чтобы не попасть случайно в поле зрения «шпиона». Впрочем, тот был так увлечен своим занятием, что не обращал внимания на окружающий пейзаж.– Не хватало еще, чтобы он здесь что-то разнюхал. Мне не нравятся такие любопытные люди.

– Как ты собираешься его шугануть? – спросил я, с беспокойством отмечая, что мужичок таки начал всовывать микрофон в переплетение стены.

– Ну это не проблема! Учись! – Аранта сосредоточилась и прикрыла глаза, производя жесты, необходимые для создания иллюзии.

Кусты за спиной мужика вздрогнули и слегка изменили очертания. Из них вдруг раздалось низкое утробное рычание.

Мужичок вздрогнул и, оторвав лицо от стены, начал испуганно озираться.

Кусты задергались активнее. Рычание стало еще более угрожающим. Вот ветки кустарника раздвинулись, и из них появилась кошмарная голова огромного волка. Его глаза горели дьявольским алым светом. Нос морщился, обнажая устрашающие по величине белые клыки.

Мужичок выронил штатив и прижался спиной к стене. Он расширенными от ужаса глазами смотрел на этого представителя местной фауны.

Представитель разочаровывать его не стал и так рявкнул, что у меня даже уши заложило.

Мужичок испуганно взвизгнул, бросил все свое снаряжение вместе с сумкой и задал такого стрекача, что позавидовал бы и рекордсмен мира.

Мы с Арантой проводили его взглядом. Не знаю, как у меня, но на лице Аранты сияла злорадная улыбка. Ой, боюсь, что все драконье племя будет не очень счастливо, когда среди них появится ТАКОЙ дракон.

Стена немного в стороне от нас раздвинулась, и в образовавшийся проем протиснулась голова Тартака. Он озабоченно выискивал взглядом источник шума. Мужичок к тому времени уже исчез из виду, но голова иллюзорного волка еще выглядывала из кустов. Вот ее-то Тартак и заприметил. Глаза тролля загорелись алчным светом, он весь просочился сквозь стену и с палицей на изготовку стал осторожно подкрадываться к цели.

– Смотри, Колин! Правда, наш Тартак – лапочка? – громко спросила Аранта, с нежной улыбкой любуясь троллем.

Тартак резко остановился. Несколько мгновений присматривался к «волчаре», а потом воспроизвел жест, развеивающий иллюзии. Волк послушно исчез.

– Что рявкнуло – понятно! А что же тогда здесь так верещало? – сердито обратился Тартак к нам.

– А оно, Тартак, не только так верещало, но и очень быстро бегало,– сообщил я.

– А поподробнее нельзя? – спросил тан Тюрон, проявляясь рядом с нами.

Я только кивнул, указав на набор спецсредств, валяющийся у стены. Тан Тюрон быстро переместился туда. Рядом с ним склонился и подошедший Дон. Разогнулся он с очень серьезным и озабоченным видом.

– Мыслеобраз кинь! – попросил он у меня.– С этим надо срочно разбираться.

Я послушно протранслировал ему образ мужичка. Дон поблагодарил и быстро улетучился, на ходу доставая мобилу.

Дальнейшее мне более-менее ясно. «Чистильщики» найдут этого мужичка. Найдут, где бы он ни запрятался. И нагрянут туда. Не знаю, что они там будут делать, но то, что кое-какие действия будут иметь место, так это точно. Даром визиты «чистильщиков» никому не проходят.

Трофеи мы перетащили в лагерь. Возле нас собрались все, кто в этот момент тут находился.

Сашка-Арагорн, рассмотрев находку, удивленно свистнул:

– Вот это да! Мой брат – звукооператор. Так у него ничего подобного в хозяйстве нет, хотя он давно о таком мечтает. Он мне показывал, какой комплект хотел бы иметь. В каталоге вот этот – был. Качественная аппаратура! Этот микрофон очень чувствителен. Есть еще специальные приспособления, так там можно даже сквозь кирпичную стенку слушать, если только она не очень толстая. Но это очень дорогая аппаратура! Надо иметь немалые деньги, чтобы заплатить за нее.

– То есть если бы ему удалось протиснуть сюда свой микрофон, что бы он смог записать? – поинтересовался я.

– Все! – убежденно ответил Сашка.– Абсолютно все! Даже писк мыши на другом конце поляны.

Мы с таном Тюроном озабоченно переглянулись. Ситуация складывалась не очень приятная. А по мне, так и очень неприятная. Явно имела место утечка информации. И к кому она попала?

Дон появился через несколько часов. На наши вопросительные взгляды он ответил:

– Это репортер одной из центральных газет, куда поступило сообщение, что здесь есть необычные люди с уникальными способностями. Вот руководство и послало своего сотрудника сюда. Им также дали понять, что эти люди, то есть мы, не расположены к общению со средствами массовой информации. Поэтому сотрудник получил задание негласно все разведать и дать репортаж. Мы провели качественную зачистку. Теперь на такую информацию они даже не будут реагировать, считая ее враньем чистой воды. Мы также взяли под контроль другие редакции, где могли бы заинтересоваться такой информацией. Я сообщил Вику, чтобы он подключил другие группы. Нас на все не хватит. Викентий обещал немедленную помощь.

Дон, тяжело вздохнув, присел у костра.

– Это хорошо,– тан Тюрон не сводил взгляда с Дона,– но что тогда тебя беспокоит?

– То, что мы не смогли определить источник информации! – Дон досадливо переломил тонкий прутик и кинул его куски в огонь.– Его как будто нет. Никто из них не знает, откуда и что появилось. Мы проверили каждого. Никакой информации!

– Но ведь так не бывает! – изумленно воскликнул Сашка.

– Эх, Саша! – вздохнул наш наставник.– Если это то, о чем я думаю, то бывает. Еще как бывает!

– Тан Тюрон,– вкрадчиво сказал я,– а о чем, вернее, о ком, собственно, вы думаете?

– Я думаю, что нам надо поскорее решать свои вопросы и убираться отсюда. Здесь становится небезопасно!

– Наш общий темный друг? – осведомился я.

– Очень может быть.

– Это который? – поинтересовался Тартак.– Которого Колин не успел прожарить? Очень кстати! Вы только дайте мне знать, где он, а там уж я сам с ним пообщаюсь.

– Тартак! – укоризненно проговорила Гариэль, показывая глазами на Сашку и Ивана, навостривших уши.

– А-а-а! – отмахнулся Тартак.– Слышишь, Дон, ты этот источник найди, а? А мы уж его заткнем.

– Тартак, а ну, прекрати сейчас же! – строго приказал препод.– ЗДЕСЬ никто из нас ничего затыкать не будет! Для этого есть специальные подразделения, которые и предназначены для выполнения именно таких задач.

Тан Тюрон повернулся к Дону:

– Предупреди Викентия, что надо усилить контроль за ВСЕМИ средствами массовой информации. Боюсь, что только газетами наш друг может не ограничиться. Просто поразительно, как он нас нашел и как быстро сумел приспособиться в новом для него мире! Надо будет уже заняться им всерьез. Он начинает превращаться в проблему для всех. Обязательно по возвращении поговорю с таном Горием. А вы будьте предельно осторожны!

Тан Тюрон наклонился к Дону и что-то прошептал ему на ухо. Дон, и так не слишком радостный, совсем понурился.

– У нас нет таких людей, чтобы с этим справиться,– уныло сказал он.

– Не волнуйся. Вам надо продержаться совсем недолго,– успокоил его наставник.– Дальше за него возьмутся те, кому это по силам.

– Например – я! – грозно проинформировал Тартак.

Глава 21

Мы с Лешкой отправились домой. Надо было предупредить отца и маму, что наше пребывание тут заканчивается. Конечно, хотелось бы еще побыть дома, но ситуация складывалась не очень хорошая. Ребята срочно собирали вещи. Тан Тюрон не хотел меня отпускать, но я его уговорил. Родители – это святое.

Мы шли по тропинке. Лешка горячо убеждал меня, что все это чепуха. Ну подумаешь, один дурной репортеришка. Что он может? Кто ему поверит?

– Леха, пойми! Тут дело не в репортере, а в том, что на свет выплывает информация, которую ни в коем случае нельзя распространять. Если мы сейчас отсюда исчезнем, то и информация потеряет актуальность...

Я резко остановился. Возникшее вокруг меня зеленоватое свечение свидетельствовало, что сработал защитный кокон, висевший на заклинании «мгновенного ответа».

Резко обернувшись, я успел увидеть на уровне собственной шеи шприц с оперением, прежде чем он упал на землю. Все дальнейшее произошло в доли секунды. Крикнув: «Свистни нашим! Я к ангару!»,– оттолкнул Леху в кусты, а сам рванул в другую сторону. За брата я не тревожился. Его выловить в лесу невозможно. Не говоря уже о том, что он знает здесь каждый кустик и канавку, он занимается еще и боевыми единоборствами. А значит, ловок и вынослив. Да и вряд ли за ним погонятся. Я не сомневался, что это пришли по мою душу.

Я мчался к заброшенному железобетонному ангару, стоящему в лесу. Когда-то там был склад. Потом он опустел. Местные жители растащили все, что можно было растащить. Теперь эта пустая коробка стояла никому не нужная, таращась в лес черными проемами окон. Я всегда старался обходить это место стороной, уж очень негостеприимно оно выглядело, но сейчас именно там надеялся найти укрытие.

В меня выстрелили еще два раза. Об одном засвидетельствовал зеленоватый отсвет, снова возникший вокруг меня, как во время первого выстрела. Второй выстрел был мимо. Шприц впился в ствол дерева слева от меня. Судя по этому, я понял, что меня хотели взять живьем и желательно в бессознательном состоянии. А шприцы у них наверняка заряжены транквилизаторами. Вот блин! Сафари себе устроили.

Ну погодите! Дайте мне только до ангара добраться! Там я организую вам веселую жизнь и массу незабываемых ощущений! Кое-что из неприятностей и мы могём!

Преследователи не отставали, хотя я бежал в очень хорошем темпе. Видимо, ребятишки имеют хорошую физическую подготовку. Их было, если определять по треску шагов за моей спиной, не менее четырех. Надеюсь, что за Лешкой они не смогли отрядить никого. Да и не интересен он им. Пока не интересен. Но коли я сумею уйти, то они могут и за него взяться.

Думаю, если доберусь до ангара, у меня будет хоть немного времени на то, чтобы создать гостинцы преследователям. Но все-таки – кто они и почему они охотятся на меня? Но об этом потом, когда уйду от них...

Внезапно из-за куста мне наперерез выскочила еще какая-то фигура в камуфляже. Мужика я увидел в последний момент и кувыркнулся ему под ноги, одновременно сильно ударив ногой в область паха.

Сдавленный вопль засвидетельствовал, что уроки Баграна Скитальца, нашего препода по боевым искусствам, не прошли даром. Я снова взмыл на ноги и помчался в нужном направлении, надеясь, что подобных сюрпризов больше не будет.

Откуда этот «перехватчик»? Они что, знали, что я побегу именно сюда? И откуда они знали, что я буду бежать? Они же надеялись меня усыпить. Может быть, все-таки оставили одного для страховки. У них прорабатываются всякие варианты.

Слишком много вопросов, а времени, чтобы на них ответить – нет. Быть бы живу!

А вот и ангар! Я промчался мимо бетонных столбов, на которых раньше висела колючая проволока, влетел в черный проем дверей и резко завернул за угол. Пригибаясь у окон, чтобы мне не влепили какой-нибудь «подарок» через проемы, я промчался к дальней стороне помещения. Там высились какие-то кирпичные перегородки, и можно было поиграть в пейнтбол. Ну в пейнтбол будут играть они со мной в качестве главной мишени. А вот я постараюсь играть в свою игру, если мне дадут на это время. Я забился в дальний угол и притаился, готовя «воздушные кулаки», вспоминая заклинание «цепная молния» и условия, в которых его можно применять.

Я приподнял голову над кладкой. Отверстие находилось как раз напротив входа, который светился в темноте ярким прямоугольником. Кто бы ни попытался сюда войти, я его увижу. Лишь бы они не полезли в окна. Но вряд ли они будут это делать. Они же считают меня неопасным. Я для них всего лишь жертва. Одна из многих. Ну-ну!

Преследователи не заставили себя ждать. Темные фигуры мелькнули в проеме входа и быстро растворились в темноте у стен. Эх, надо было сразу шмальнуть по ним чем-нибудь увесистым! Не успел! Может, в дракона обратиться?

«Нет! Мессста мало! Я тут зассстряну!» – мгновенно отреагировало мое второе «я». И тут облом! Ну что за жизнь?!

Преследователи осторожно приближались, а плана, как с ними общаться, у меня все еще не было.

И тут, в самый напряженный момент, я почувствовал всплеск силы. Где-то рядом применили магию! А в том, кто это может быть, у меня не возникло ни малейших сомнений.

В проеме появилась пятая фигура и... тут же исчезла. Я успел заметить, что исчезла она не без помощи громадной лапы, которая могла принадлежать только Тартаку.

– Тан Тюрон запретил их убивать! – с огромным сожалением прошептала мне на ухо Аранта.

О боже! Я аж подпрыгнул от неожиданности и чуть не заорал!

– Ари! – раздраженно зашептал я в ответ.– Ты что, решила стать вдовой еще до того, как выйдешь за меня замуж? Нельзя же так внезапно!

– А это уже не имеет значения! – вдруг громко сказала она.

Аранта взвилась с пола и нанесла мощный удар по впрыгнувшему в закуток мужику.

Я тоже не стал рассусоливать и отреагировал – «воздушным кулаком» вывалил часть стены в коридорчик. Судя по матерным словоизлияниям, за кладкой находился один из непрошеных гостей.

Двое в камуфляже одновременно выскочили на нас. Один из них тут же выстрелил в меня из своего пистолета. Мимо меня мелькнула Аранта. Так как я не почувствовал укола, то понял, что его приняла на себя Ари. Как ее организм воспримет «транк»? Не окажется ли он для нее смертельным? Страх за девушку охватил меня. Сдавленно зарычав, я выбросил перед собой руки в направлении нападавших. Из ладоней вырвались два голубых изломанных заряда. Оба противника, корчась, рухнули на пол. Я быстро повернулся к Аранте, а она сидела на полу, с интересом рассматривая зажатый в руке шприц.

– Ари, куда они тебе попали? Это может быть для тебя опасно! – воскликнул я, бросаясь к ней.

– Колин! – с упреком сказала Аранта, поднимаясь на ноги.– Я же профи! Меня учили перехватывать на лету стрелы, болты, ножи и прочую гадость. Неужели ты думаешь, что я бы позволила им себя проткнуть? Я, знаешь ли, очень берегу свою кожу, она у меня одна.

Послышались приближающиеся шаги. Ну все! Если это еще один из нападающих, то я его сейчас оч-ч-чень художественно размажу по стене. В руке забушевал оранжевым светом мощный пульсар.

– Аранта, Колин! Вы в порядке? – услышал я голос наставника.

Это тан Тюрон. Какая жалость!

– Все в порядке, тан Тюрон! – отозвалась Аранта, а я впитывал назад пульсар.

Наш препод подошел в сопровождении улыбающихся Гариэль и Тимона.

– Да ты здесь выдержал целый бой! – воскликнул тан Тюрон, подвешивая под потолком пульсар и осматриваясь вокруг.

– Какой там бой! Немного побегали, немного попрыгали. И мне Ари здорово помогла! – отмахнулся я.

Наставник тем временем наклонился над обоими поверженными мной противниками.

– Чем это ты их? – недоуменно спросил он, рассматривая скрюченные тела.

– Чем-то очень похожим на молнии голубого цвета,– наябедничала Аранта.

Тан Тюрон, нахмурив брови, повернулся ко мне:

– И чем же?

– Не знаю,– пожал я плечами.– Вырвалось из ладоней – сам не знаю что. Похоже на то, как было с пульсарами. Но тут еще добавилась злость. Вот и вылетели эти штуки.

У него брови поползли вверх. Теперь он смотрел на меня с некоторым уважением. Но тан Тюрон не был бы таном Тюроном, если бы не мог быстро опомниться.

– Сколько тут нападавших?

– Если я правильно считал, то четверо. А с самого начала их было пятеро,– отрапортовал я.

– Пятый у Тартака,– кивнул головой препод.

Я услышал, как весело хмыкнул Тимон.

– Надо вытащить отсюда и остальных.

– А их не хватятся? – с опаской спросил я.

– Даже если и хватятся, то будут искать в первую очередь здесь. А когда они доберутся до поляны, там нас уже не будет.

– А мои родители? – резонно спросил я.

– Боюсь, что нам придется и их эвакуировать,– вздохнул тан Тюрон.

– И брата?

– И его тоже,– улыбнулся он.– Алексей, кстати, молодец! Быстро прибежал и сообщил, где тебя искать.

– За ним не гнались?

Наставник пожал плечами:

– Не знаю. Но в лагере сейчас Викентий, Дон с ребятами и инструментами, а в этом случае я бы никому не советовал туда соваться. Да и еще должны прибыть две полные группы «чистильщиков». Всех толкиенутых мы отправили по домам.

По губам Тюрона скользнула недобрая улыбка. Да! Представляю себе, что ожидает тех неудачников, которые столкнутся с такой командой.

Пятеро хмурых связанных мужиков в камуфляже сидели рядком на траве. По сторонам от них расположились Фулос и Харос. Судя по их довольному виду и синякам на физиономиях пленных, братья не очень церемонились, связывая и усаживая назойливых гостей на траву.

Перед ними стояли тан Тюрон, Викентий и Дон. Сцена очень напоминала классику – допрос пленных партизанами. Достоверность ей придавали оборванный вид самих пленных, наши девочки, с интересом глазеющие на действо, и Тартак-Валдис, разгуливающий перед пленными и легко помахивающий сосновой веточкой. Знали бы эти ребятки, что это за мальчик и что это за веточка… Впрочем, не все еще потеряно.

Жгучий брюнет Миша сосредоточенно готовил аппаратуру, иногда сверяясь с какими-то записями.

– Вы понимаете, во что ввязались? – вдруг хрипло заговорил светловолосый крепыш с великолепным синяком под глазом.– Вас же возьмут в такой оборот, что небо в овчинку покажется! И много времени это не займет. Вас очень быстро вычислят.

– Угу! – задумчиво кивнул тан Тюрон.– Как же, как же. Слышали мы о ваших методах. Да.

– Поэтому,– крепыш явно взбодрился,– если вы сейчас же нас освободите и проследуете за нами, то к вам отнесутся более мягко. Может быть, вас даже и отпустят. Нас интересует только вон тот парень.– Он мотнул в мою сторону головой.

– И чем же он вас интересует? – прищурился Тюрон.

– А вот это уже вас не касается! – заявил крепыш.

– Шо? – грозно поинтересовался Фулос со своего места.

– Ну ладно-ладно! – заторопился крепыш.– Он подозревается в незаконном распространении неизвестных наркотических веществ. Не понимаю, зачем вы его защищаете? Вы что, его сообщники?

– Еще и какие! – хмыкнул басом «мальчик», в очередной раз взмахнув веточкой.

Крепыш недоуменно взглянул на Тартака, вернее на его веточку. Какой-то странный гул сопровождал ее взмах.

– Миша, что там с нашим детектором? – поинтересовался Дон.

– Дон! Мне странно вас слышать.– Миша отвлекся от аппаратуры.– Вы же образованный человек, вы даже умеете отличить схему от микросхемы. Вы же понимаете, что этот прибор требует тщательной отладки, чтоб он был жив-здоров! И вы задаете такие вопросы! Это же непрофессионально!

– Миша, я не спрашивал, профессионально или непрофессионально. Я спрашивал: что там с нашим детектором?

– Ну так он готов работать! Еще немного калибровки, или вы думаете, что вы ему скажете «но!» и он таки поедет?

– А теперь так! – жестко произнес тан Тюрон.– Вы рассказываете как на духу, чем вызван ваш интерес к этому парню. Лучше вам это сделать сейчас и добровольно.

– Угрожаешь? – скривился крепыш.– Ты точно – камикадзе! Неужели не нашел более простого способа покончить с жизнью? Учти, умирать будешь долго и мучительно.

– Тан Тюрон! – пробасил Тартак.– Можно, я его один разок? Я легонько. У вас же еще четыре «языка» останется. Уж очень он напрашивается. А у меня душа добрая и щедрая.

– Молодой человек, чтоб вы были здоровы,– вмешался Миша,– вы не понимаете, что это чисто грубая сила, и она таки не подходит для цивилизованных людей.

– Я не цивилизованные люди,– угрюмо буркнул Тартак.– И я вообще не люди.

– Вы сейчас будете все рассказывать, шо вас будут спрашивать,– провозгласил Миша, подтаскивая детектор к пленникам.– И шо вы себе думаете? Вы думаете, шо вы сможете не ответить? Шоб я так жил, как вы будете молчать! Абрамчик тоже думает, шо Сара – ах, вы не знаете Сару, это прекрасная женщина! Так вот, он думает, шо Сара его не сможет выкупать. И он так же ошибается, как и вы, думая, шо вы нам ничего не скажете. Потому шо Моня уже готова мыть Абрамчика, и вместе с Сарой они его таки помоют. Даже Абрамчик знает, шо у тети Сары рука тяжелая.

Белобрысый ошалело смотрел на разглагольствующего Мишу, пытаясь понять, о чем идет речь, кто такие Абрамчик, Сара и Моня и каким краем это его касается. Но Миша ему шанса сообразить не давал, сыпля словами как горохом из мешка, ловко расставляя вокруг пленных какие-то приспособления.

Глава 22

Пока Миша возился с прибором и белобрысым пленным, мы с наставником отошли в сторону.

– Тан Тюрон, как с моими родными? Вы же понимаете, что им покоя не дадут,– нервно проговорил я.

– Успокойся, Колин, сейчас они уже в безопасности,– улыбнулся он.– Дон направил к ним своего человека, как только мы узнали о нападении на тебя.

– Но им же еще надо как-то добраться сюда! А как они это сделают, если лес со стороны городка блокирован этими? – Я ткнул рукой в сторону связанных мужиков.– Вы же сами сказали, что их надо эвакуировать. Надеюсь, вы не передумали?

– Ты сомневаешься в наших способностях? – удивленно поднял брови тан Тюрон.

– Нет. Но я также не сомневаюсь в способностях этих вот устраивать различные пакости. Я достаточно много читал о том, что такое спецслужбы. И какие у них есть примочки для их темных дел. Их надо еще обыскать. У них наверняка есть маячки, по которым нас очень быстро обнаружат.

– Мы об этом побеспокоились.– Препод успокаивающе поднял ладонь, на которой лежали пять миниатюрных передатчиков.– Ты об этих маячках говорил? Кстати, а что такое «примочки»?

– А вот это и есть они самые,– проговорил я, обеспокоенно рассматривая трофеи.

– Парни-то эти, простые души, думают, что эти штуковины все еще у них и работают,– усмехнулся тан Тюрон.– Поверь, Колин, наши спецы тут уже давно, и идут в ногу с современным оснащением спецподразделений, готовя такие же современные средства нейтрализации этого оснащения. Более того, мы знаем о том, что только разрабатывается, и уже ко всему готовы.

Тем временем Миша пристраивал прибор напротив белобрысого.

– Вы можете и не смотреть на эту вещь,– ворковал он.– Но когда я его включу, вы таки не сможете молчать. Когда Абрамчик не хочет идти на горшок, Сара дает ему слабительное. И шо вы себе думаете? Абрамчик мигом садится на горшок! Так вот это – слабительное для ваших слов. А горшком вы себе можете представить мои уши. Я за это на вас обижаться не буду.

С этими словами Миша ухватил за рога преобразователь магической энергии в электрическую, включая детектор. Тот слабо загудел, на его крышке высветилось синее окошко.

– Дон, вы же знаете, шо у нас не так уж много времени? И не только потому, шо меня хватит только на полчаса.

– Миша, не волнуйтесь.– Дон шагнул к пленным.– Мы быстро. Вы так его заговорили, что он уже готов все выложить.

Посреди поляны завихрился воздух. Из проема портала появились мои родители с сумками. Лешка выпрыгнул вперед. Ну ясно! Не мог же он оставить свои любимые книги и снаряды для тренировок. Наверняка у него в сумке нунчаки и все такое.

Я рванулся к маме, которая с некоторым испугом смотрела на рядок камуфлированных мужиков.

Мужики, в свою очередь, приоткрыв от изумления рты, смотрели на появившихся из воздуха людей.

– Колька, мы что, к тебе едем? – завопил Лешка.– Вот здорово!

– Не уверен, что это очень здорово,– услышал я комментарий тана Тюрона.

Произнесено это было скорее для себя, но я услышал. Надо будет узнать, почему он не уверен.

Наставник принялся тщательно зачищать поляну, убирая малейшие следы нашего присутствия. Гариэль, помогая ему, выпрямляла примятую траву, сращивала случайно обломанные веточки на кустах и успевала внимательно смотреть, как работает тан Тюрон.

Тимон старался отвлечь моих родителей светской беседой, но папа и мама отвлекались с трудом, поэтому светская беседа не ладилась.

К нам подошел Викентий.

– Это не профессиональная группа захвата,– проинформировал он.– Если бы они были профи, то Колина, при всем моем уважении к нему, быстро скрутили бы. Их подразделение работает по паранормальным явлениям, и силовые акции – не главное занятие этих парней. Дон забирает их для соответствующей обработки.

– Меня мало интересует, что там будет делать с ними Дон,– нетерпеливо сказал тан Тюрон.– Кто их на нас навел? Вот что меня интересует.

– Мы подходим к самому главному,– многозначительно сказал Викентий.– Лови мыслеобраз!

Препод на мгновение прикрыл глаза, потом широко их распахнул:

– Салтук! Я так и думал! Силен, однако! Викентий, немедленно отправляйся к себе! Салтук не мог появиться здесь незаметно для твоей службы. По-любому, возмущения магического поля должны остаться. Просканируй возмущения за пару дней. Раньше он не мог здесь оказаться. Но будь осторожен! Этот темный очень силен. Не предпринимай никаких самостоятельных действий! Если что, сразу же сообщай мне.

А я наблюдал, как люди Дона забирают своих клиентов. Делали они это весьма оригинально. Усыпленных спецназовцев подтаскивали к порталу и, раскачав, зашвыривали в окно. Как мешки с картошкой, право слово!

Викентий, получив последние наставления от тана Тюрона, спешно скрылся в своем портале. На поляне в конечном итоге остались только наша группа, моя семья и наставник.

Он еще раз осмотрел всю поляну: не осталось ли чего незамеченного? Но все было убрано.

– Я сейчас открою портал,– сказал препод.– Первыми уходят братья, Жерест, Тимон, Морита, Аранта и Тартак. Затем – семья Колина и сам Колин. Гариэль, ты уходишь передо мной сразу после того, как снимешь «зеленую стену». Не мешкай! Я ухожу последним.

Перед нами открылась рамка портала. На том конце стоял тан Горий, нахмурив брови. Вид у него был не очень довольный, даже, скорее, очень недовольный. Приходилось идти к нему. К сожалению, альтернативы не было.

Братья лихо заскочили в портал, и я успел увидеть, как они, вильнув в сторону, стали резво удаляться от тана Гория. Морита и Аранта повторили их маневр. Но тан Горий опомнился. Поэтому Жерест успел отхватить для себя увесистый подзатыльник, а Тимон – издевательски учтивый поклон.

Тартак вилять не стал. С палицей наперевес он грузно, но решительно шагнул в портал. Тут уж тану Горию пришлось резво отскочить в сторону. Надо быть самоубийцей, чтобы оставаться на пути у Тартака. Тан Горий самоубийцей не был однозначно. Я внезапно понял, что портал тан Тюрон создал односторонний, и тан Горий, хотя и знает, кто должен прийти, тем не менее не видит, кто именно идет. Поэтому появление моих родителей заставило директора удивленно поднять брови. Тем не менее он очень вежливо поклонился им. Попав в новую для себя обстановку, мои родные удивленно оглядывались, застыв на месте в точке выхода. Пришлось Тартаку проявить оперативность и быстро отодвинуть их в сторону.

Меня тан Горий встретил очень грозным взглядом. Я ответил ему не менее грозным, заменив для внушительности свои глаза драконьими зелеными с вертикальным зрачком. Встретив мой взгляд, он вздрогнул и отступил на шаг. Я явственно услышал, как захихикало мое альтер эго.

Сразу за мной появились Гариэль и наставник.

Тан Горий осмотрел наше воинство. Вопросительно повел бровью на мою семью и уставился на преподавателя. Вопрос в глазах директора невозможно было не понять.

– Это родители и брат Колина,– ответил тан Тюрон на невысказанный вопрос.– Их нельзя было оставлять. Ими могли бы воспользоваться как заложниками.

– Хризмон! – с чувством сказал тан Горий.– Это самый неудачный визит за последние двадцать лет. И кто допустил это? Мой лучший ученик! Ты позоришь мои седины! Стыдись!

Я внимательно осмотрел его шевелюру. Ложь! Ни одного седого волоска! Может, он их красит?

– Горий,– тан Тюрон твердо встретил взгляд директора,– это не только моя вина. Такому неудачному визиту очень поспособствовал темный. Некий Салтук. По всей видимости, он темный вне уровней.

– И ты не мог с ним справиться?

– В открытом поединке мог бы. Но он действовал чужими руками, не проявляя себя. Теперь «чистильщикам» предстоит очень большая работа, а СПМН – служба патрулирования магических нарушений во главе с Викентием будет тщательно отслеживать эти самые магические нарушения в поле Земли.

– Мне не нравится, что мы вынуждены все время отвечать на его действия,– задумчиво сказал директор.– Пора брать инициативу в свои руки.

Он еще раз обвел взглядом наши ряды. Мы всем своим бравым видом выказали молчаливую готовность хоть сейчас же вступить в бой и сокрушить супостата.

– Все свободны! – распорядился тан Горий.– Хризмон, устрой наших гостей. Колина я немного задержу. Мне надо с ним побеседовать. Давайте, давайте, идите!

– Колин, ты уж без нас никуда уходить не соглашайся,– пробасил наш любимый тролль.

– Тартак! – рявкнул тан Горий.– Я что сказал? Свободен!

Ну что у этих преподавателей за манера? Тут, понимаешь, тревожишься, куда родителей определить, а они оставляют для каких-то бесед. Я с беспокойством проводил взглядом папу и маму, обменялся взглядом с наставником (он успокаивающе поднял руку) и выжидающе уставился на тана Гория. Но тот начинать беседу не спешил. Он, заложив руки за спину, прошествовал к окну и постоял немного, глядя в него. Я засопел, напоминая о своем присутствии.

– Тюрон с тобой уже беседовал? – спросил тан Горий, не оборачиваясь.

– О чем?

– О твоем происхождении и о перспективах.

– Беседовал, но я не все понял.

Директор наконец повернулся ко мне.

– Не могу я понять ваших драконов,– сказал он.– Оставили мне детей, а сами исчезли. Разбирайся, мол, Горий, сам!

– Это вы сейчас о ком?

– Да о вас с Хризмоном, о ком же еще?

– Я не «дети»! – возмутился я.– А тан Тюрон – тем более!

– По сравнению с продолжительностью жизни драконов – грудные младенцы! – безжалостно уточнил тан Горий.– Ну и что же, собственно, ты не понял? Что такого может быть непонятного в той информации, что я дал? Хризмон! Ты все ему изложил или что-то утаил?

Тан Тюрон пожал плечами в ответ:

– Все рассказал, как договаривались.

Горий снова посмотрел на меня:

– Ну?

Настала моя очередь помолчать, обдумывая накопившийся ворох вопросов.

– Как получилось так, что у нормальных простых людей родился я? – спросил я для начала.– И к тому же сссеребряный,– добавил я свистящим голосом своей второй ипостаси.

Тан Горий с некоторым беспокойством посмотрел на меня.

– Ты только не вздумай тут перекидываться! – предостерег он меня.– Мой кабинет на такие габариты не рассчитан!

– Не буду,– успокоил я его.

– Я не могу тебе в точности рассказать, почему это получилось. Но, зная немного о драконах, могу предположить.

Тан Горий начал расхаживать по кабинету. Я следил за его передвижениями взглядом.

– Драконы очень мудрые существа. Я предполагаю, что подобную проблему они предвидели еще многие тысячелетия назад и подстраховались на этот случай.

– Какую проблему? – не понял я.

– Проблему пополнения рода,– пояснил Горий.– В незапамятные годы в некоторых людей была добавлена частица крови драконов. Причем не просто так, а еще и разные составляющие. Но так, чтобы она (кровь) активизировалась при определенных условиях. То есть если встречаются двое людей с разными составляющими...

Тан Горий пошевелил пальцами, пытаясь найти подходящие слова. Я кивнул, показывая, что понимаю, о чем он говорит, и он тоже с облегчением кивнул.

– Конечно, определенный риск был,– продолжил он.– Носитель мог погибнуть до того, как смог бы продолжить род. Да, это был очень рискованный вариант, но он получился! Наверное, драконы все же как-то за этим следили и контролировали процесс. Тут уж точно я сказать не берусь.

Тан Горий со значением взглянул на меня.

– А почему тогда мой брат не дракон тоже? – задал я мучивший меня вопрос.

– Скорее всего, потому, что все передается первенцу,– терпеливо пояснил директор.– Для меня удивителен тот факт, что твой брат имеет даже несильный Дар. По моему разумению, он должен был бы стать обыкновенным человеком. Обыкновенным – во всем.

– Не хватало! – фыркнул я.– Мы – Бутенки!

– Ну да, ну да! – согласно кивнул тан Горий, добродушно улыбаясь.– Что тебе еще неясно?

– Мне неясно, что теперь будет? Мои родители и брат несколько неожиданно попали сюда. Вы не находите?

– Ну и что?

– Где теперь они будут жить, чем заниматься и что будет с тем добром, которое осталось на Земле? Не хотелось бы, чтобы все пропало. Там много нужных нам вещей.

– Так это же ясно! – Тан Горий даже с некоторым удивлением смотрел на меня.– Ты забыл, что у тебя есть земли и замок, которыми тебя пожаловал его величество? Ты же наследный дворянин! Значит, и твои родители теперь имеют достоинство дворян. Они могут поселиться в твоем замке. Правда, он...

Тан Горий в некотором замешательстве прокашлялся.

– Что – он? – немедленно спросил я.

– Ну... этот дом можно назвать замком с большой натяжкой,– выдавил тан Горий с вымученной улыбкой.– Я взял на себя некоторую вольность и осмотрел твои владения. Нет, дом хорош, слов нет! Но не замок. Ничего! Небольшие преобразования, помощь наших магов-бытовиков, и получится очень неплохое место для жизни. Я думаю, что ты должен навестить эти места. Хотя бы для того, чтобы знать, где, собственно, они находятся и что из себя представляют.

А чем им заняться?.. Мне кажется, что твои родители не настолько стары, чтобы не найти себе дела. Думаю, тут проблем не будет. Особенно если я возьму на себя смелость порекомендовать им кое-что на выбор. Ну это потом, когда они обустроятся на новом месте.

Тан Горий замолчал. Я выжидающе смотрел на него.

– Ах да! – опомнился Горий.– Ты спрашивал, что будет с тем, что вы оставили на Земле? Так это же ясно! Наши «чистильщики» позаботятся обо всем, вам только нужно определиться, что делать с этим состоянием в дальнейшем. Конечно же все нужные вам вещи будут переправлены вам.

Я сидел, переваривая полученную информацию.

– Мне кажется, Колин, что тебе пока не стоит рассказывать своим родным о том, кем ты являешься,– снова заговорил тан Горий.– Это для них может быть очень сильным шоком. Человеку с Земли, с уже сложившимся мировоззрением, очень трудно перестроиться и принять то, с чем он никогда не сталкивался. Тем более в твоем случае! Представь себе, что могут подумать твои родители, если узнают о твоей второй ипостаси. Не торопись с откровениями. Хорошо? Это, кстати, и в твоих интересах.

Я пожал плечами, не в силах что-то сказать.

Глава 23

Кто к нам пожаловал! Сам Хранящий Свет и по совместительству отец Гариэль. С чего бы это?

Именно по поводу прибытия важного гостя утром нас вытряхнули из домика самым невежливым образом. Сделал это тан Тюрон лично. Он же и заставил нас спешно пройти процедуру приведения себя в порядок. И что за манера у этих высокопоставленных особ заявляться с утра пораньше? Нет, чтобы сначала дома у себя хорошо и не спеша позавтракать, потом посмотреть какую-нибудь культурную программу. И только потом отправляться к нам с визитом.

Пока мы с Тимоном напяливали на себя парадные одеяния, наставник вводил нас в курс дела. Оказывается, правитель эльфов узнал о наших похождениях. Его очень обеспокоило то, что подверглись опасности наша жизнь и драгоценное здоровье. Подозреваю, что имелись в виду только две жизни и два здоровья – Гариэль и мое. Эльфы почему-то очень трепетно относятся к драконам. Хотя, говорят, у них раньше были какие-то разногласия, но мы, то есть я и тан Тюрон, являемся для эльфов олицетворением всего драконьего племени. Более того, мне предстояло после окончания Школы пройти курс обучения у лучших эльфийских магов. Я это уже говорил? Когда?.. Ну так это было год назад. Может, вы забыли.

Сейчас Хранящий Свет сидел в кабинете директора Школы. Сопровождающие лица томились в приемной у танессы Валеа. Все ожидали только нас. Подгоняемые таном Тюроном, мы торопливо выскочили из домика. У большого дуба уже стояли Гариэль и Аранта при полном параде.

Я оглянулся на препода:

– А где мои родители?

– Они еще отдыхают,– ответил тан Тюрон, слегка подталкивая меня, чтобы я не задерживался из-за своих вопросов.– При чем тут твои родители, если Хранящий Свет желает видеть тебя?

– Только меня? – нервно спросил я.

– Не только,– флегматично ответил Тюрон, шагая рядом со мной.– Всю группу. Все остальные, кроме Тартака, ждут у административного корпуса.

– Почему кроме Тартака? – заинтересовался Тимон, стараясь не наступать мне на пятки.

– Потому что я не рискнул его будить,– с досадой ответил наставник.– Вернее, я попытался. Когда я постучал в его дверь с внешней стороны, то Тартак стукнул в нее изнутри, причем предположительно палицей. Скорее всего, метнувши ее в дверь… Я не стал выяснять. Счастье, что он не выбил дверь,– пояснил тан Тюрон киснувшему от смеха Тимону.

– Еще бы! – согласился я.– В такую рань, да на каникулах! Я бы тоже чего-нибудь метнул, окажись это что-нибудь у меня под рукой.

– Колин, не забывайся! – строго сказал тан Тюрон, укоризненно взглянув на меня.

– В дверь, тан Тюрон, в дверь,– улыбнулся я.

У крыльца административного корпуса нас терпеливо ждали Морита, Жерест и братья. Как уже было сказано, Тартак весьма решительно отверг приглашение ввиду раннего времени.

Мы торопливо поднялись по лестнице и прошли в приемную директора. Там нас ожидали полные укоризны глаза эльфийских деятелей и танессы Валеа. И чего, спрашивается? Сделали бы как положено: предупредили бы за две недели, приехали бы днем, в сопровождении роты почетного караула – и все было бы нормально. Мы бы успели и привести себя в порядок, и договориться – «чего врать будем». Хотя нет. Говорят, они ложь за версту чуют. Значит, договорились бы – «чего говорить не будем».

Танесса Валеа быстро прошла в кабинет директора и через какое-то время появилась оттуда вместе с таном Горием.

– Гариэль.– Директор сделал красноречивый жест рукой, предлагая ей заходить.

– Дадим им время на встречу,– пояснил он, закрывая дверь за нашей подругой. Потом посмотрел на меня и, нахмурив брови, на эльфов:

– Студиоз Колин является подданным его величества, и решения по его действиям принимаются исключительно его величеством!

Я не понял, для чего это было сказано, но, судя по кислым физиономиям эльфов, это хорошо поняли они.

Выглянула Гариэль, приглашая меня в кабинет. Когда я вошел, правитель Светлого леса задумчиво смотрел в окно. Он был высок и красив, вид имел представительный и очень значимый. На нем были одеяния небесного цвета с узорами чуть более или чуть менее голубыми. Длинные белоснежные волосы были убраны в замысловатую прическу, и на них поблескивал обруч.

Почему-то никакого пиетета я не испытывал. Ну Хранящий Свет, ну, правитель эльфов – и что?

Он отвернулся от окна и внимательно на меня посмотрел.

– Раньше, когда ты был у нас в гостях, я не имел возможности ближе познакомиться с тобой, Колин,– тихо сказал он.– Возможно, я уже тогда смог бы определить, кто ты.

– Отец,– вмешалась Гариэль,– Форинтиэль уже тогда сделал предсказание о Колине. Помнишь? Я же тебе рассказывала.

– Тогда вспомни уж заодно, как ты его расценила,– поморщился Антариэль.

Гариэль виновато опустила голову.

– Мы и драконы – это первые адепты Света, появившиеся в мирах! – высокопарно сказал властитель эльфов.– Мы первые, кто восстал против Хаоса. Твой народ ушел, но мы бережно храним в памяти все, что с ним связано.

– Это, конечно, очень трогательно,– склонил голову я.– А что именно вы храните? Как-то так получилось, что ни я, ни тем более тан Тюрон практически ничего не знаем о нашем народе.

– Когда ты прибудешь в Светлый лес для продолжения учебы, в твоем распоряжении будут многие свитки хроник. Из них ты сможешь почерпнуть знания о героических деяниях наших народов...

– ...написанных эльфами и для эльфов,– вмешалась Гариэль.– Отец, Колину нужно не это. Ему необходимы знания о самом народе драконов.

– Может быть, он там что-то найдет и о драконах,– сердито заметил Антариэль, недовольный вмешательством дочери.

– Я с удовольствием воспользуюсь вашим разрешением,– еще раз склонил голову я.– Но когда это будет? А знания нужны мне уже сейчас.

– Об этом мы поговорим потом,– отвел мое замечание правитель эльфов.– Сейчас я тут по иному поводу. Мы чувствуем некоторую ответственность за твою судьбу. Ты будешь проходить у нас обучение, и ты наследник великого рода драконов.

Он немного помолчал, давая мне возможность проникнуться. При всем моем желании вникание почему-то шло с трудом. Ну не чувствовал я себя наследником великого рода!

– Но я же сейчас студиоз Школы,– уточнил я,– значит, сейчас я подчиняюсь тану Горию.

– Вот! – с досадой воскликнул Хранящий Свет.– В корне неверное суждение, которое уже дало ростки в юной душе! Не понимая великого предназначения, вы подвергаете опасностям и превратностям судьбы свою жизнь и здоровье!

– Так что? Надо посадить меня под стеклянный колпак и бояться чихнуть рядом со мной, как бы чего не вышло? – не выдержал я.

– Тебе не говорили, что старшим надо оказывать уважение и прислушиваться к их словам? – Он нахмурил брови.

– Простите, пожалуйста! Но все-таки я не согласен быть экспонатом в банке.

– Каким экспонатом? В каком банке? Никто не собирается тебя запихивать в банк,– удивился Антариэль.– Тем более что банк находится у подгорного народа, а он-то уж совсем никакого отношения к этим делам не имеет. Да и не следует посвящать этих скряг в дела великой важности. Обязательно постараются что-то продать или купить.

– Это я так, образно,– поостыл я.– Какой толк, если я буду знать, но не буду уметь? Я хочу стать боевым магом! А это значит, что я должен все пройти!

– Все пройти, но не погибнуть! – подчеркнул он.– А, насколько я знаю, силы Хаоса заинтересованы именно в твоей гибели.

– Сссейчассс! Разззогналисссь! – ядовито высказалось мое второе «я», которое сочло своим долгом тоже вставить свои пять копеек.

Эльф ошеломленно замер, с подозрением рассматривая меня.

– Это кто только что говорил? – неуверенно спросил он.

– Это тот, о безопасности которого вы так печетесь,– хмыкнул я, ободренный поддержкой.

Он непонимающе посмотрел на меня. Мне стало даже неловко.

– Да не волнуйтесь вы так. Я же не один. Со мной всегда чудесные люди и верные друзья. Все нормально.

– Но у нас ты будешь в полной безопасности,– сделал последнюю попытку убедить меня Хранящий Свет.

– Когда я появлюсь у вас, то действительно настанет самое время подумать вам о вашей безопасности,– не сдержал я своих дурных наклонностей.– Я лично не знаю, чем способен заняться молодой дракон, мучимый скукой. Вы не находите, что это может оказаться небезопасным?

Гариэль поспешно отвернулась к окну. Плечи ее подрагивали. Хранящий Свет прокашлялся. Я был уверен, что рассмотрел в его глазах веселые искорки.

– Ну ладно. Может быть, ты и прав. Но дай мне слово, что не будешь понапрасну нарываться на опасности.

А что? Я и сам не очень-то хочу. Поэтому слово я дал с легким сердцем, что, несомненно, было осознано правителем эльфов.

Но надо было держать марку. Он принял соответствующее образу выражение и чопорно обратился к Гариэль:

– Дочь моя. Я повелеваю тебе в меру сил своих обеспечивать безопасность этого молодого невежи.

Тут он не выдержал, весело улыбнулся и уже нормальным голосом закончил:

– Ты уж постарайся! Ладно? В случае чего вызывай нас.

Гариэль только кивнула, но этот кивок был выразительнее многих слов.

Тан Горий, по-моему, был несколько ошеломлен тем, что Хранящий Свет как-то скомкал свой визит. Он только сказал о том, что удовлетворен беседой со мной, напомнил об осторожности и исчез вместе со своей свитой.

Мы с Гариэль вышли за ним и встали рядом со всеми нашими.

Директор очень подозрительно смотрел правителю эльфов вслед. Потом взглянул на нас и кивком головы показал, чтобы зашли к нему.

Мы сидели в кабинете у стола, а директор в задумчивости бродил у окон, практически не обращая на нас внимания. Грохот за дверью вывел его из этого состояния.

– Тартак пришел,– флегматично прокомментировал грохот Тимон.

– А кто упал? – тут же задал вопрос Жерест.

– ...Эта дверь и так на соплях держалась,– закончил свою фразу Тартак, входя в кабинет руководителя Школы.

– Что происходит? – Тан Горий грозно взглянул на Тартака, а потом на танессу Валеа, появившуюся в дверном проеме.

– Он дверь в приемную вышиб! – честно ответила танесса Валеа.

– Я споткнулся и, чтобы не упасть, на нее только оперся,– пробасил Тартак.– Кто же виноват, что двери у вас такие хлипкие?

Тан Горий мученически закатил глаза и вышел в приемную.

Вскоре дверь снова встала на свое место, а директор вернулся в свой кабинет.

– Итак, для чего я вас собрал.– Тан Горий встал у стола и осмотрел наше воинство.– А собрал я вас для того, чтобы дать кое-кому задание. Как вы знаете, Колину, Жересту, Морите и братьям ад Шейт его величество пожаловал наследное дворянство и земли. Раз уж у вас сейчас каникулы, то не кажется ли вам, что наступило самое подходящее время для того, чтобы посетить ваши земли? Ведь вы несете ответственность за жизнь и состояние тех крестьян, которые на них проживают и работают. А вот Колину еще надо и родителей поселить где-то. Почему не на своей земле? В своем, так сказать, родовом уже замке? Тан Тюрон выказал готовность сопровождать вас в этом путешествии.

– Я тоже буду сопровождать! – заявила Аранта.– У меня замка нет, а время есть.

– И я.– Гариэль строго взглянула на директора.– Отец поручил мне заботиться о безопасности Колина.

– И я! – Тимон улыбнулся.– А я буду заботиться о безопасности от Колина!

– Вы же не оставите меня одного? – забеспокоился Тартак.– Я же тут и зачахнуть могу! Я, кстати, тоже могу заняться безопасностью. И замка у меня нет. Да и на фиг он мне нужен! Я и без замка проживу.

Глава 24

Сегодня мы выезжаем в мои владения. Странно как-то это звучит – «мои владения». Вот назначили меня бароном, наследным дворянином, землю дали. Но как-то раньше все это проходило мимо сознания. Ну назначили и назначили. Жизнь-то моя от этого никак не менялась. Но тем не менее надо привыкать. Как наследный дворянин, совершивший «героические деяния во славу короны», я удостоился этих владений. Для меня они были абстракцией, пока не встал вопрос о том, где поселить моих близких, вынужденных покинуть родные пенаты. Вот и встал этот вопрос во весь рост. И что же получается? Я теперь и есть тот самый средневековый узурпатор и тиран, который измывается над своими крестьянами?

Надо сказать, что мои родители пребывали в некотором шоке от таких пертурбаций. Все произошло настолько быстро, что они и опомниться не успели, как оказались в мире, сильно отличающемся от привычного им.

Мама беспокоилась о квартире, цветах, вещах и продуктах. Отец тоже сокрушался, но по другому поводу: смогут ли запустить новый технологический процесс на заводе без его участия как главного специалиста? Брат больше всего жалел, что не посмотрит интересный сериал, в котором демонстрировались экзотические приемы восточных единоборств. Они не могли привыкнуть к мысли, что в любом случае им придется расстаться с привычным укладом жизни.

В беседе с моими родными тан Горий в первую очередь заверил их, что все проблемы будут решены силами оставшихся на Земле специалистов. Они же (специалисты) будут поддерживать порядок и в квартире.

– Если появится в чем-либо необходимость, то любая вещь тут же будет вам доставлена,– уверял тан Горий.– А пока не желают ли дорогие и уважаемые гости навестить владения их благородного сына, дабы засвидетельствовать...– И так далее. И тому подобное.

Папа и мама внимали ему с недоверчивым выражением лица. У них никак не укладывалось в голове, что я тут успел наворотить такую массу всего, что меня даже наградили. Мне предстояло быть проводником. Так как я дороги не знал, то иначе чем «Сусаниным» быть не мог. А то бы я их провел! Но решили, что меня, в свою очередь, будет вести сам тан Горий.

Странно, но предстоящее паломничество к «земле обетованной» вызвало настоящий ажиотаж среди ребят.

Гариэль заявила, что получила от отца задание охранять мою скромную персону. Как девушка с хорошо развитым чувством долга, она приступила к этой задаче со всей ответственностью.

Аранта убеждала всех, что никуда меня одного не отпустит и тоже будет меня охранять от всех возможных и невозможных опасностей. «А то знаю я этого охламона! Чуть глаза отведешь, как сразу в какую-нибудь историю вляпается!»

А Тартак отметил, что тихий, миролюбивый и добродушный тролль никогда лишним не бывает и очень полезен при посещении всяких там владений. Зато всеми оставленный тролль как раз наоборот – очень сердитый и нервный. Чем это чревато, лучше не выяснять.

Тимон как настоящий друг обязательно должен присутствовать. К тому же он может оказать существенную помощь как уже имеющий опыт дворянства. Дать практические указания по управлению и установить добрые отношения с соседями. Кто же лучше его может справиться с такой задачей?

Жерест, Морита и братья изъявили желание отправиться с нами. У них-де тоже имеются какие-то владения, и им надо поучиться, как вести себя со своими людьми.

Тан Горий проблему «попасть на место» решил очень просто и незамысловато. Как уже побывавшему там, ему не составило большого труда создать портал прямо к месту назначения. В его рамке я увидел решетчатые ворота и изумленную рожу какого-то типа, который таращился на нас.

– Ну чего уставился? – осведомился у него Тартак.– Отойди лучше добром! А то я иду!

Тип перевел взгляд на Тартака, слабо икнул, закатил глаза, и мы услышали звук упавшего тела.

– Браво! – прокомментировал Тимон.– Ты был очень убедителен.

– Я же ему сказал отойти, а не упасть! – возмутился Тартак и задумчиво добавил, похлопывая ладонью по палице:

– Придется разъяснить ему различие между этими двумя понятиями.

– Не надо, Тар,– мило улыбнулась Аранта.– Этак ты всех людей у нашего барона переведешь.

Братья один за другим нырнули в рамку. Я увидел, как они, ухватив несчастного за руки и за ноги, быстро отволокли его в сторону. Тан Тюрон галантно поклонился моей маме и посторонился, пропуская ее в портал. Мама неуверенно улыбнулась и, зажмурив глаза, смело сделала шаг вперед. За нею последовали и все мы. Правда, Леха попытался слегка задержаться, рассматривая границу рамки, но вылетел вперед как пробка после моего пинка. Он успел при этом пнуть меня в ответ, нахал!

Портал схлопнулся, и я посмотрел по сторонам, желая сразу получить представление о своих владениях.

А что, очень даже ничего! По обе стороны от ворот высилась ограда из металлических прутьев, охватывая приличную площадь. Прямо от ворот с маленькой калиткой уходила вглубь дорожка, аккуратно посыпанная песком. По обеим сторонам ее росли аккуратно подстриженные кустики. В глубине участка стоял трехэтажный дом с замысловатой лепкой по фронтону, башенками и флюгерами. Сейчас он был освещен лучами полуденного солнца и производил очень приятное впечатление. Я оценил то, что дом и участок вокруг него содержались в образцовом порядке.

– Да,– пробормотал тан Горий, стоя рядом со мной.– Новый управляющий ответственно относится к своим обязанностям. В мой первый визит сюда все, что ты видишь, выглядело несколько иначе и совсем не так привлекательно, как сейчас.

– Новый? – переспросил я.– А где старый?

Директор Школы посмотрел на собачью будку у ворот. Около нее сидел пес, глядя на нас не по-собачьи тоскливо.

– Тан Горий,– я сглотнул,– вы хотите сказать, что...

– О нет! – изумленно взглянул он на меня.– Как ты мог обо мне так плохо подумать?! Я его просто уволил и пригласил на эту работу другого. Да, я был недоволен работой предыдущего управляющего, но не до такой же степени!

У ворот тем временем возникла некая странная личность. Это был мужичок, одетый в ливрею на голое тело, в старых застиранных штанах, подпоясанных обрывком веревочки. Он с любопытством пялился на нашу компанию, переминаясь с ноги на ногу. Увидев, что на него обратили внимание, он с достоинством низко нам поклонился и просипел:

– Просю прощения у благородных господ, но господин барон, значицца, в отсутствии, и пущать никого не велено.

– Это в каком таком отсутствии? – не выдержал я.– Тан Горий, мы не ошиблись? Мы попали туда, куда и стремились?

– Именно туда, куда стремились,– ответил он.

– Значит, барон уже не в отсутствии! – заключил я и, уже обращаясь к мужичку за воротами, приказал:

– Прибыл барон уже. Вот он – я! Открывай ворота!

– Дык откель я знаю, что вы, ваша млсть, и есть наш барон?

А ведь действительно – откуда? Что ему, паспорт, что ли, показывать? Да и где мой паспорт? Дома остался. О! Вспомнил! Где же мои грамоты? Хотя что-то сомнительно, что эта личность знает хотя бы буквы, я уже не говорю о чтении. Ему мои грамоты, как ослу – светофор.

– Покажи ему свой баронский перстень,– негромко подсказал тан Горий.

– Вот! – Я ткнул мужичку под нос свой перстень с головой сапсана.– Видишь? Открывай!

Тот внимательно рассмотрел перстень, не спеша подошел к воротам, повозился, и створки со скрипом начали открываться.

– А он не торопится,– осуждающе заметил Тимон.

– Дык ваша млсть, куды ж торопиться? – отреагировал мужичок.

– Объяснить? – не вытерпел Тартак.– Тебя как, с одного удара поторопить, или хочешь растянуть удовольствие?

– А вы меня не пужайте, ваша млсть,– невозмутимо ответил мужичок.– У меня вона господин барон есть. Я евонный слуга, а не ваш.

Палица Тартака совершила движение, которое никак нельзя было истолковать двояко.

– Тартак,– счел своим долгом вмешаться тан Горий,– сей индивидуум прав. Ты не имеешь права наказывать слугу другого дворянина. Колин – это твой хлеб.

М-да. Однако, хлебушком меня угостили! Как бы черствым сухарем не подавиться!

– Как тебя зовут, служивый? – остановился я перед мужичком, пока остальные проходили в ворота.

– Дык, Самошкой кличут, ваша млсть,– бодро отрапортовал мужичок.

Я попытался вспомнить, как таких вот шутов называли в книгах. Вроде бы привратниками. А что? Есть ворота, а он при воротах.

– А теперь закрывай, Самоха, ворота,– распорядился я.

Так же не спеша, как и открывал, Самошка ворота закрыл. Сделал шаг в сторону и рухнул в траву, досыпать.

– М-да, слуги тебе попались не очень,– посочувствовал Тимон, шагая рядом со мной.

– Ничего! – ответил я.– Построить пару раз рядами и колоннами – по-иному забегают.

– А другого домика, поменьше, у вас нет? – вдруг спросила мама жалобным голосом.

– Что вас не устраивает в этом, лэресса Евгения? – озабоченно спросил тан Тюрон, который, кстати, тоже присоединился к нашей компании.

– Я и в двухкомнатной квартире не успевала убирать за тремя архаровцами,– пожаловалась ему мама,– а тут целый дом, да и участок!

– Не волнуйтесь так! – вклинился тан Горий.– Если вам мало трех горничных, то вполне можно будет взять четвертую.

– Четвертую? – автоматически повторила мама, ошеломленно поворачиваясь к нашему директору.– У меня будут горничные? Прямо не верится! А готовка, стирка, сад?

– Повар с двумя поварятами, прачка, садовник,– с готовностью перечислил тот.– А всеми ими верховодит управляющий, который, кстати, уже спешит к нам навстречу.

Действительно, невысокий светловолосый мужчина в опрятной одежде торопливо направлялся к нам. Еще издали он начал нам кланяться. На его лице расцвела широкая дружелюбная улыбка.

– Подойдите к нам, Климент, подойдите! – пригласил тан Горий.– Я хочу представить вас барону Колину ад Буту. Отныне он ваш господин, и вы подчиняетесь только ему.

– Ну не столько мне, сколько моим родителям,– пришлось поправить мне директора.– Моему отцу – Петру ад Буту и матери – Евгении ад Бут.

– А мне? – возмущенно поинтересовался Лешка.

– А ты обойдешься! – хладнокровно ответил я.– Тем более что ты в этом году поступаешь учиться в Школу.

– Опять? – взвыл Леха.– А хоть годик подождать нельзя?

– Ты же хотел увидеть Школу! – удивился я.

– Увидеть – да,– согласился братишка,– но ведь не учиться же!

– А придется! – мрачно предрек я.

В холле, или приемном зале, Климент выстроил рядком всех слуг, представляя их нам.

Я отвел в сторонку тана Гория.

– Это, конечно, хорошо,– тихо сказал я,– но из чьих средств идет им плата?

– Ах, вот что тебя интересует,– усмехнулся тан Горий.– Да будет тебе известно, что как только его величество пожаловал тебе эти угодья, Школа – временно, естественно,– взяла их под свое управление. Должен сказать, что это моя инициатива. Я хорошо понимал, что ты сразу этими землями не будешь интересоваться. За год они превратились из бедных и истощенных в плодородные и прибыльные. Надо сказать, что немалый вклад внесли в это наши маги-бытовики во главе с таном Пекарусом. Не смотри на меня так удивленно. Тан Пекарус не только теоретик, но и превосходный практик. Летом, когда была засуха, только ваши земли оставались зелеными и цветущими, а зимой во время сильных морозов только ваши виноградники не пострадали. И это благодаря заботам тана Пекаруса. Не забудь при встрече поблагодарить его за старания. Он очень чувствителен к таким вещам.

– Но почему только наши? – спросил я.– Что, другие владельцы не могли нанять бытовиков?

– Не могли,– ответил Горий,– или не захотели. Все-таки услуги магов-бытовиков довольно дороги. Только очень состоятельные люди, вроде отца Тимона, могут позволить себе такую роскошь. Ты, видимо, очень плохо представляешь себе истинную стоимость нашего искусства. Миром, основанным на магии, владеют те, кто с нею на «ты». Именно поэтому наши услуги стоят очень дорого.

Таким образом, на твоем счету в местном банке выросла некая сумма, которая позволяет выделять средства на домашнюю прислугу. Теперь видишь, как выгодно будет иметь в вашей семье и мага-бытовика?

При этих словах тан Горий многозначительно кивнул на Лешку, стоявшего рядом с родителями и наблюдавшего за процессом представления слуг.

Весь следующий день прошел в хлопотах по обустройству. Несколько раз вызывали Викентия, чтобы он помог доставить из квартиры на Земле разные мелочи, без которых родители не представляли себе жизни.

Мама, не ограниченная рамками двухкомнатной квартиры, наконец-то смогла дать волю своей преобразовательной фантазии. Она порхала из комнаты в комнату и давала Клименту указания по перестановке мебели. Папа потребовал одну комнату для кабинета-мастерской, куда тут же стали поступать инструменты из нашей земной квартиры.

Попытка Лешки вытащить оттуда же и дивидишник с набором дисков окончилась неудачей. Электричества в этом мире не было как такового, а для преобразователя у Лехи сил не хватало. Я же таскать подобный умформер по нашему дому отказался наотрез. Не хватало еще мне, боевому магу и серебряному дракону, переквалифицироваться в ходячий генератор электрического тока.

Тан Горий и тан Тюрон устроились на открытой веранде в плетеных креслах. Они неспешно потягивали из высоких бокалов какой-то напиток, который им преподнес лично сам управляющий, и вели тихую беседу, поглядывая на суетящихся слуг.

Ребята явно чувствовали себя лишними в этой суматохе новоселья. Они устроились, по привычке, в беседке и не знали, куда себя деть.

Я, побродив немного по дому и попутавшись под ногами трудящихся слуг, тоже присоединился к ним. Ну? И чего это я тут делаю? Оно мне самому надо?

Глава 25

По подсказке тана Гория я распорядился закатить вечером пир на весь мир. Ну если и не на весь, то на данную конкретную часть его, это точно. Разослали приглашения, которыми лично занялся Тимон, узнав предварительно у Климента информацию о каждом из соседей. В этом деле, как объяснил мой друг, требуется определенная форма, от которой нельзя отступать ни на шаг. Все должно быть выдержано по протоколу, с соблюдением всех формальностей. Сам Тимон этому обучился еще дома, ибо отец заставлял его присутствовать при написании и рассылке таких приглашений.

И вот я, натянув парадный мундир, сидел как идиот, злобно поглядывая на тана Тюрона (это была его идея), и ждал визитеров.

– А в тюрьме сейчас макароны дают,– мрачно пробормотал я, рассматривая ворота в конце аллеи.

Самошка, наряженный по такому торжественному случаю в новую ливрею, рубаху и штаны, торчал у ворот, высматривая гостей. А гости что-то не спешили.

– Может, они и не приедут? – с надеждой поинтересовался я.– Отпразднуем в почти семейном, тесном кругу…

– Если они не приедут, то это будет оскорблением,– озабоченно проговорил тан Тюрон.– Придется вызывать их на дуэль, что вряд ли поспособствует добрососедским отношениям. Это такая традиция, ее надо соблюдать. Дворяне к подобным тонкостям очень чувствительны.

– Значит, надо их всех перебить! – убежденно рубанул Тартак.– Нет соседей – нет и отношений. Все просто.

– Тартак, ну почему ты такой кровожадный? – с упреком сказала мама.

– Потому что голодный,– угрюмо пробасил Тартак, с тоской поглядывая в сторону парадного зала, где стоял роскошно накрытый стол.

В этот момент Самошка отчаянно замахал руками.

– А вот и первые гости,– радостно сказал тан Горий.

Самошка открыл ворота, и в них с грохотом въехала карета, запряженная парой белых лошадей. Кучер невозмутимо восседал на облучке, крепко сжимая в руках вожжи. Он вовремя успел пригнуться, чтобы его по голове не шибануло аркой над воротами.

Я встал, пытаясь вспомнить слова, которым меня научил тан Горий. Слова, как назло, все из головы выветрились.

Климент шагнул вперед и с поклоном распахнул дверцу кареты. Из недр экипажа лихо выскочил мужчина лет тридцати и протянул руку, помогая выйти женщине.

– Кавалер Кристор ад Сереш с супругой Калиной ад Сереш! – громогласно объявил Климент, с поклоном сопровождая пару.

Кристор с супругой, лучезарно улыбаясь, направились к нам.

– Рад видеть вас лэресса... лэр,– прохрипел я.

Горло внезапно пересохло.

– Кавалер, ваша супруга обворожительна! – тут же подключился тан Тюрон.– Надеюсь, дорога не была утомительной? Разрешите вам представить барона Колина ад Бута, его родителей – Еугению ад Бут, Петра ад Бута и брата Алексиса ад Бута.

Нет! Я не в силах описывать всю эту кошмарную процедуру. Дошло до того, что я механически повторял все слова, которые мне мысленно начал нашептывать, видя мои затруднения, тан Горий. Мое второе «я» сопровождало все это своими комментариями и ехидно подхихикивало. Ребята, глядя на мое лицо, быстро сообразили, что меня скоро прорвет, и осторожно начали отползать подальше от эпицентра. Тан Тюрон тоже оказался наблюдателен. Он подошел ко мне и, дружески положив руку на плечо, сильно сжал ладонь.

– Терпи! – процедил он сквозь зубы, держа на лице все ту же обворожительную улыбку.

– Не могу! – процедил я в ответ, так же кривя губы в подобии улыбки.

– Надо!

Да что я, сам не понимаю, что надо? Кто бы дал мне сил, чтобы пройти всю эту процедуру до конца?

Съехались все. Все, кого пригласили. Надо сказать, что Тимон и Гариэль, получившие ранее соответствующее воспитание, чувствовали себя в этом собрании дворян и их семейств как рыбки в воде, чего не скажешь об остальных ребятах. Себя я сразу же и бесповоротно включил в число остальных. Гариэль и Тимон продвигались между группками людей, улыбались им и вставляли пару фраз в разговоры, уделяя каждому внимание. Мои родители в парадных одеяниях, о которых конечно же позаботился тан Горий, тоже по мере сил стремились произвести на гостей хорошее впечатление. Мне как основателю дворянского рода, пропади он пропадом, приходилось торчать тут же!

Первым не выдержал Тартак. Он нервно воспринимал изумленные взгляды гостей, бросаемые на него исподтишка, сдержанно порыкивал и сразу после официальной части испарился в неизвестном направлении. При этом вместе с ним исчезла и половина запеченного кабана, приготовленного в винном соусе. Надо ли говорить, что соус был ноу-хау повара Мортима? Так вот, первая половина кабана лежала на столе, а вторая удалилась вместе с Тартаком. Он ее пустил на благотворительные цели. Надо ли говорить, что самая благотворительная цель находилась на дне его безразмерного желудка?

Потихоньку начали исчезать и остальные члены нашей группы. Как я их понимаю! Уж очень давили на неокрепшую нашу психику все эти разговоры о погоде, урожае и модах, которые вчера показывали в местном городке Ноель. Некий барон Каутур ад Не Помню Как Там Его рассказал занимательную (с его точки зрения) историю, произошедшую на охоте неделю назад.

Ну все! Я тоже не выдержал и свалил всю эту светскую тягомотину на родителей, заявив, что тут обитать им, а я занят делами и буду только изредка наведываться, после чего встал и удалился из залы.

Я укрылся ото всех на берегу небольшого пруда. С одной стороны квакали лягушки, с другой – доносился шум веселящихся гостей. Передо мной поблескивала водная гладь, в которой отражались крупные звезды ночного неба. Я ясно осознавал, что отсюда надо уехать, и как можно скорее. Этакая светская жизнь не для меня. Мое альтер эго согласно что-то пробурчало. В его бурчании я различил «…пожечь их к лешевой матери…». Неплохая идея, жаль только, что неосуществимая.

Неслышно возникнув из темноты, рядом со мной присела Аранта.

– Ты почему удрал? – прижавшись к моему плечу, спросила она.

– А ты?

– Клуши и надутые индюки! – фыркнула она.– Ты же слышал их разговоры? Мне просто жаль твоих родителей. Им придется иметь с ними дело чуть ли не каждый день.

– Не спеши их жалеть,– усмехнулся я.– Мне ли их не знать? Батя сразу же начнет что-нибудь мастерить. Зря, что ли, он приволок сюда всю свою мастерскую? Он им тут устроит местную техническую революцию. Вот увидишь. А мама всегда была очень активной общественной деятельницей, раньше и не с таким контингентом работала!

– Колин,– улыбнулась в темноте Аранта,– пожалуйста, прежде чем использовать эти интересные слова, поясняй их смысл. Договорились? Что такое контингент?

Пуститься в объяснения я не успел. Невдалеке от нас вдруг раздались треск и тихое утробное рычание. Затем шлепок и короткий взвизг. Что-то темное пролетело на бреющем полете над землей и бухнулось в пруд.

– Ты мне еще порычи, кабыздох драный! – раздался бас Тартака.– Мне самому мало!

– Оборотень! – с азартом воскликнула Аранта, мигом вскакивая на ноги.

В свете луны над поверхностью пруда появилась башка крупного волка и стала торопливо удаляться к дальнему берегу водоема.

– Чур, я его беру! – Аранта метнулась по берегу к предполагаемому месту выхода оборотня из воды.

Бросил в ту же сторону осветительный пульсар и я, а для страховки приготовил и боевой. Я за Ари не очень-то и волновался. С ее силой и ловкостью, да темпом, да с тем набором всего смертоносного, с которым она не расстается, у оборотня не было шансов!

– Аранта! Дай, я тоже ему вдарю! – выскочил из-за кустов Тартак.– Он на меня рычал! Представляешь?

Вот и дело нашлось! К нашей нечаянной облаве тут же присоединились и Морита с братьями. Они, оказывается, были неподалеку и, услышав шум, тут же рванули к нам поразвлечься. Жерест взлетел на дерево и, цепляясь за ветки неимоверным образом, орал что-то поощрительное в сторону треска и гомона, сопровождающего погоню.

Я мчался за Арантой, развешивая время от времени осветительные пульсары. Оборотень, выписывая зигзаги, пытался на хорошей скорости оторваться от нас. Ага! Сейчас! Оторвался один такой!

Правда, силушкой он был не обижен и две магические сетки, брошенные Моритой, прорвал. Но времени это у него потребовало. И когда он вознамерился рвануть дальше, то напоролся на подоспевшего Тартака… М-да.

Гости глухими не были. Привлеченные нашим шумным весельем, на крыльцо вывалили все, кто находился в доме. Вперед выступили тан Горий и тан Тюрон. Все происходящее живо напомнило мне случай в Новый год, который произошел со мной на первом курсе. Только тогда мы с Жерестом сидели на дереве. Теперь на дереве находился один Жерест, а я входил в группу сопровождения. Впереди важно выступал Тартак, держа оборотня за шкирку. Тот не рыпался, а покорно висел в лапе Тартака, косясь заплывшим глазом на палицу в другой его лапе.

– Вот! – тряхнул оборотнем тролль.– Рычал и проявлял агрессию. Живой... Правда, мы его немного помяли при задержании.

Оборотня при последних словах Тартака передернуло.

– Молодцы! – довольным голосом похвалил директор Школы.– Можешь уже опустить его на землю.

– Так сбежит же! – предостерег Тартак.

– Пусть только попробует,– нежно мурлыкнула Аранта.

Оборотня снова передернуло. Теперь он, рискуя заработать расходящееся косоглазие, одним глазом косился на Аранту, а другим, заплывшим,– на Тартака. Тот недоверчиво посмотрел на оборотня, оценивая его шансы на побег.

– Смотри мне! – грозно предупредил он, опуская оборотня на землю.– Ежели что, то «при попытке к бегству»! Понял?

Оборотень кивнул, показывая, что понял, и присел на крылечке, втянув голову в плечи.

Тан Горий, заложив руки за спину, не спеша подошел к нечисти и внимательно ее осмотрел.

– А не пора ли узреть истинный облик нашего невольного гостя? – небрежно спросил он.

– Я думаю, что пора,– откликнулся с крыльца тан Тюрон.

Гости оживленно зашевелились. Тан Горий сделал короткий жест рукой. Оборотень распластался на земле. Его корчила волна трансформации. Пренеприятное зрелище, между прочим. Еще несколько мгновений, и перед нами сидел всклоченный мужик в не очень чистой одежде. На его лбу красовалась шишка, а правый глаз превратился в щелку, утонув в шикарном багровом синячище.

– Да это же Мешкан из деревни в моих владениях! – удивился кавалер Кристор.– Вот уж не думал, что на наших землях оборотни водятся!

– То есть местный,– констатировал я,– не засланный нашим темным другом.

– Местный, местный! – заверил кавалер.– Никем не засланный. Только непонятно, почему он здесь оказался? До деревни-то добрых два часа пути, да и то – в карете.

– Да это-то как раз и понятно,– откликнулся тан Горий.– Он забежал подальше, чтобы в деревне его не искали в случае чего.

Мужик хлюпнул носом и неожиданно тонким голосом заговорил:

– Пощадите, ваша млсть! Я ж никого не задрал!

– А кто на меня рычал? – осведомился Тартак, поигрывая палицей.

– Да! Кто на него рычал? – присоединился Жерест.

– Кто у меня ужин хотел отобрать? – продолжал допытываться Тартак.

– И ужин кто хотел? – вторил Жерест.– Мы же чуть без ужина не остались!

– Молчи, рыжий! – рыкнул Тартак.– Вопрос серьезный!

– Да! Вопрос серьезный! Все! Молчу!

– Дык... Как обернешься, так жрать-то хочется,– начал оправдываться мужик.– Я ж тут мимо бег, ну и... учуял. Я ж просто пугнуть хотел. Кто ж знал-то, что тут вот такой будет.

– Я полагаю, что оборотень не природный,– заметил тан Тюрон.

Тан Горий кивнул, соглашаясь с преподом.

– Дык покусали меня,– печально признался мужик.– В аккурат четыре года назад покусали.

– Так лечиться надо было! – сердито попенял тан Тюрон.

– А разве такое лечится? – спросила мама, с пугливым интересом рассматривая Мешкана.

– Конечно, лечится! – заверил ее наш наставник.

– Да кто же знал? – виновато воскликнул кавалер Кристор.– Я бы не поскупился. А сейчас что? Уже поздно?

– Если на нем нет человеческой крови, то еще не поздно.

– Нет! Клянусь Единым, нет! – воскликнул Мешкан, падая на колени.– Я ж нарочно от жилищ подальше убегал, чтобы случаем кого не обидеть.

– Верю! – кивнул ему тан Горий.– Значит, заберем его с собой и вылечим.

– А за то, что на меня рычал? – осведомился Тартак.

– Простим, – со значением донеслось от директора.

Тартак с сожалением покосился на оборотня, пробурчал, что он бы его с одного удара простил бы, но подчинился повелительному взмаху руки тана Гория.

Оборотня заперли в ближайшем сарае. Мешкан божился, что при содержании под стражей будет вести себя смирно и в волка перекидываться не станет. Почему-то он все свои обещания выкладывал, обращаясь к Тартаку и Аранте. Видимо, считал их особо опасными и недоверчивыми. На всякий случай тан Горий наложил на сарай дополнительные путы.

Честно говоря, я не вздохнул с облегчением. Если этот гость не от Салтука, то это значит, что темный готовит нам другую пакость. Знать бы еще – какую? От этого деятеля можно было ожидать самых непредсказуемых ходов.

Глава 26

Ура! Сегодня мы отправляемся в Школу. Наконец-то! Охваченный нетерпением, я с самого утра находился в приподнятом настроении. Скорее бы вернуться к привычной жизни студиоза. Конечно, заботы были. А как без них? Вот, к примеру, меня все-таки тревожило, как родители воспримут новую жизнь в непривычных условиях. Но вроде бы зря тревожился. За те несколько дней, что мы прожили в имении, мои предки развили бурную деятельность. А что? Такие люди, как они, просто не могут сидеть без дела и предаваться блаженному ничегонеделанию и плеванию в потолок, тем более что потолки у нас высокие. Попробуй, доплюнь!

Папа, наказав управляющему вызвать кузнеца из ближайшей деревни, вознамерился перегородить небольшую речушку, протекающую недалеко от поместья, и установить на ней генератор. Он с моей и Лешкиной помощью провел замеры берегов, глубины дна и скорости течения. Надо сказать, что вся наша братия сидела на берегу, наблюдая бесплатный спектакль под названием «Сбор информации». Но когда па, заметив такой искренний интерес к искусству, пригласил их принять участие в массовке, все потихоньку испарились. Лазить с утра пораньше в холодной воде этим лодырям не хотелось. Только Тартак принял живейшее участие. Но сразу заявил, что его дело маленькое, только глубину измерить, после чего он рухнул в речушку, подняв небольшое цунами. Мы с Лешкой, уцепившись за ветви ивы, свисающие над водой, пожелали ему всего наилучшего и здоровья; правда, слова мы особо не выбирали.

Сопоставив все данные, па сделал вывод, что можно обеспечить электричеством все имение. Кузнец, безмерно удивленный вежливым к себе обращением (а мой отец всегда исключительно вежлив с рабочими), на все папины указания кивал и, морща лоб, соображал, как же их реализовать. Викентий, отряженный таном Горием папе в помощники, уже тихонько подвывал, вынужденный постоянно мотаться на Землю за какими-нибудь деталями, приспособлениями и инструментами.

Зато когда пришла очередь делать плотину и дамбы, настала очередь моих родителей удивляться и восхищаться. Под общим руководством тана Гория мы показали, что в условиях Магира можно обходиться и без строительной техники. Для такого случая из Школы был вызван тан Пекарус, крайне недовольный тем, что его оторвали от опытов. Камешки, камни и каменюки стройными рядами летели и укладывались на свои места в кладке. Мы практиковались в прикладной левитации. Правда, Жереста пришлось от работы отстранить, после того как он, охваченный трудовым энтузиазмом, едва не обрушил на головы отца и кузнеца шар гравия, кило этак на пятьсот. Плотина получилась на славу!

Мама, продемонстрировав, на свою беду, местным дамам новый стиль вышивания гладью, теперь все дни была вынуждена принимать любителей художественной вышивки из аристократических кругов, проживающих поблизости. Младые девицы на выданье, да и не на выданье тоже, косяками съезжались к нам. Они кучковались у входа, испуганно и восхищенно рассматривая нашего тролля, который подкреплял время от времени свой организм, изнуренный дневными трудами. Судя по намекам мамы, их сюда привлекало не только ее умение красиво и гладенько вышивать. Новость о том, что новый владелец поместья молод и не женат, вызвала совершенно нежелательный для меня ажиотаж. Понятно, что Аранта тоже воспринимала его с раздражением и готова была провести свои «уроки вышивания» среди местного населения женского полу. Ясно, что и она была рада отъезду и возможности увести меня от искушений. Ну это она так думала, что искушений. Мне эти дамы не нравились абсолютно.

Лешка особой радости от переезда в Школу не испытывал («опять учиться…»), но обрел утешение в том, что его все-таки будут обучать магии. Поначалу перспектива стать магом-бытовиком вызвала у него резкое неприятие. Но тан Горий так красочно расписал ему преимущества подобного рода деятельности, что Лешка смирился. Я по секрету объяснил ему, что уровень Дара имеет тенденцию повышаться во время обучения, и в будущем не исключена возможность его переквалификации в боевого мага. Леха, когда прибыл тан Пекарус, впился в него с упорством бульдога. Он вытряхивал из него доказательства, что маг-бытовик – это хорошо. Тан Пекарус, удивленный и обрадованный любознательностью молодого человека, пускался в многочасовые лекции о том, как хорошо быть магом с уклоном в бытовую сферу. После таких лекций тан Пекарус умиротворенно дремал, а Лешка ходил задумчивый, переваривая полученную информацию. В его голове при этом что-то явственно жужжало и щелкало.

Сейчас Лешка стоял рядом со мной, придерживая одной рукой рюкзак, а второй свою гитару. За поясом у него торчали нунчаки, с которыми Лешка, по-моему, не расставался даже ночью.

Папа и мама забрасывали тана Тюрона последними распоряжениями типа: «Вы уж с ними там построже!» и «Следите, чтобы они регулярно питались!». Наш наставник, вымученно улыбаясь, обещал все обеспечить в наилучшем виде. Но при фразе мамы « …и проследите, чтобы он не лез ко всяким там гидрам и драконам!» нашего препода совсем уже перекосило.

Оборотень Мешкан, обряженный в новую чистую одежду, был поручен опеке братьев. Харос и Фулос расположились по обе стороны от него и, многозначительно поигрывая мечами, бдели. У Мешкана это бдение вызывало далеко не лучшие чувства. Он нервно дергался при каждом неожиданном движении кого-нибудь из братцев и явственно дрожал.

Тартак, который подружился с поваром Мортимом на почве «как бы чего побольше и повкуснее», принимал от последнего гостинцы на дорогу. А то, что дорога была длиной в несколько шагов, ни Тартака, ни Мортима не смущало. Походный мешочек тролля с устрашающей скоростью разбухал от всевозможных бутербродиков, закусочек и запивочек, приготовленных поваром. Тартак сопровождал процесс разбухания одобрительным урчанием и поощрительным сопением, принимая все новые и новые яства от Мортима.

Наконец все было готово к отправке. Отправляемые выстроились по порядку и ранжиру, преданно глядя на директора. Тан Горий взмахнул рукой, создавая портал. Прочувствованно хлюпнул носом Мешкан. И мы один за другим исчезли в синем мареве.

Все-таки молодец тан Горий! Выход из портала он организовал вблизи нашего домика. Предупредив моего братишку, что приемное испытание начнется в три часа пополудни, директор и тан Тюрон удалились, уводя с собой и Мешкана. Мы с Тимоном поволокли Лешку в наш домик, по пути толкуя о том, как же ему (Лешке) повезло, что тут есть люди (мы), которые могут провести его (Лешку) через все рифы и подводные камни первых дней жизни в Школе.

Лешка иронично хмыкал, но слушал внимательно. Больше всего его беспокоило предстоящее испытание. И вот тут Тимон проговорился.

– Ты, Лексис, не волнуйся! – успокаивал он.– Все будет нормально! Брат дракона – это все-таки не мелочь...

И тут же прикусил язык, сообразив, что ляпнул лишнее. Лешка рассеянностью не страдал и мгновенно вычленил сказанное.

– Это какого дракона я брат? – подозрительно спросил он.

Я наградил Тимона «благодарным» взглядом и попытался отыграть ситуацию назад:

– Да так меня называют иногда. За то, что могу пульсары делать.

Ага! Пустой номер! Чего у моего брата не отнять, так это проницательности в ненужные моменты.

– Не верю! – сразу же заявил он в лучших традициях Станиславского.– А ну, братан, колись! Что за дракон такой?

– Леха, оно тебе надо? – попытался отвертеться я.

– Надо! – твердо отрезал Лешка.

Я немного помолчал, чувствуя себя не очень уютно под подозрительным взглядом брата.

– Ну оказалось, что я дракон... как тан Тюрон. Что тут такого?

– А, значит, тан Тюрон тоже дракон,– сделал для себя вывод брат.

Я мысленно обозвал себя болваном, вспомнив, что никто не посвящал моих родных в эти вещи. Вот что теперь мне делать? Какую лапшу вешать на уши братца, принимая во внимание то, что там она долго не держится.

– Нет, тан Тюрон – дракон,– растолковал я.– Это я – тоже.

– Это как? – удивленно воззрился на меня Лешка.

– Ну... он уже двести сорок лет дракон. Понимаешь? – растолковал Тимон.

– Сколько? – Брови Лешки сделали попытку выскочить за линию волос.– Врешь!

– Да нет, Леха, не врет,– тяжело вздохнул я.– Тан Горий его еще яйцом помнит.

– Яйцом? – Леха тяжело осел на кровать.

Некоторое время он переваривал информацию.

– Что-то я не слышал, чтобы родители тебя яйцом помнили,– ехидно подытожил Лешка свои размышления.

– Я тоже,– уныло сказал я,– но факт остается фактом.

– И в чем это выражается? – поинтересовался брат.– Яйцо с тобой лежит в пеленках? Или ты в яйце с пеленками?

– Ты что, не знаешь, в чем выражается дракон? – удивился Тимон.– Летает и пламенем плюется.

– А ну, покажи! – потребовал Лешка.

– Ты что? Здесь запрещено! – запротестовал я, свирепо глядя на Тимона.– Но ради кое-кого я могу сделать исключение!

– Значит, врешь! – убежденно заявил Лешка и удовлетворенно добавил: – Разыграть решили новенького, да? Думаете, я не знаю, что всегда новеньких разыграть пытаются. Фиг вам!

– Вот, Тимон,– радостно ухватился я за момент,– говорил же я тебе, что он не поверит!

– Ага,– растерянно отозвался мой друг.

– Хоть бы покраснели для приличия! – укоризненно сказал Лешка и мстительно ткнул пальцем в Тимона.– Я вот на тебя Тартаку пожалуюсь! А на тебя – Аранте.

– При чем тут Аранта? – удивленно спросил я.

– А то я не вижу, как вы друг на друга смотрите,– ехидно сказал этот охламон.

Вдруг мы услышали двойной удар колокола.

– Ну что? – поднялся я.– Пошли! Будем тебя испытывать.

Братишка тут же торопливо вскочил. По некоторой суетливости, проскользнувшей в Лешкиных движениях, я понял, что он сильно волнуется. Еще бы! Я бы так же волновался.

– Я тоже с вами пойду,– решил Тимон.– Вспомню, как я тогда проходил то испытание.

Выйдя из домика, мы быстро пошагали к административному зданию, в котором традиционно располагалась приемная комиссия. По пути к нам присоединились Аранта и Гариэль. Им тоже было интересно, как Леха пройдет испытание. Хотя я подозреваю, что им просто надо было убить время. Делать-то было нечего.

Алим Хусейн ибн Хурды-Торнум, младший преподаватель, распаренный и всклоченный, распоряжался в толпе абитуриентов. Он уже немного охрип.

– Бестолковый какой-то набор попался,– поделился он с нами своими впечатлениями.– Ведь обо всем подробно рассказал, все объяснил. Так нет, они опять за старое. Толпятся как не знаю кто!

Мы стояли чуть в стороне, наблюдая за всем этим действом. Абитуриенты посматривали на нас с любопытством и некоторой долей зависти. Еще бы! На груди у нас сияли знаки с мечом на фоне пульсара и с цифрой три внизу. Они говорили о том, что из нас готовят боевых магов, и мы уже достигли третьего курса. А этим ребятам еще только предстояло поступить, пройдя испытание.

Танесса Валеа невозмутимо восседала за столом в ожидании результатов. Вот ее абитуриенты побаивались гораздо больше, чем Алима. Уж очень внушительный и непреклонный вид она имела.

Я поймал неуверенный взгляд Лехи и подбадривающе кивнул ему.

Тан Алим начал по одному запускать соискателей в комнату испытаний. Лешка зашел в числе первых. Я с нетерпением смотрел на дверь. Наконец она раскрылась. На пороге стоял Лешка с желтым кольцом в руке. Вид он имел несколько ошарашенный и недоверчиво смотрел на кольцо.

– Поздравляю! – Тан Алим нетерпеливо похлопал Леху по плечу.– Проходи к танессе Валеа! Она тебя зарегистрирует... Следующий! Заходим по порядку, не толпимся в дверях!

Мы радостно и шумно обступили Лешку, поздравляя с успешно выдержанным испытанием.

– У меня шестой уровень! – сообщил он нам.– Я могу быть бытовым магом. Странно! Никогда не замечал, что я маг.

– Я тоже,– сказал я ему.– Не волнуйся! Со временем это пройдет.

– Так это что, я могу сейчас чего-нибудь наколдовать? – продолжал сомневаться Лешка.

– Ты можешь попробовать чего-нибудь наколдовать,– усмехнулся Тимон.– Но сразу скажу, что у тебя сейчас ничего не получится.

– Это еще почему? – возмутился брат.

– Да потому, что ты не знаешь, чего ты хочешь, как это сделать и что в итоге должно получиться,– сурово сказал я.– К магии надо относиться серьезно. Она, к твоему сведению, палка о двух концах. Причем одним из концов можно так конкретно получить по башке, что мало не покажется. И то ладно, коли башка твоя при тебе останется. Жерест – яркий тому пример!

– Да у него башка отродясь ударенная,– заметил Тимон.– При его опытах в магии надо затаиться, и желательно подальше от центра безобразий.

– Это событие! И его надо отпраздновать! – заявила Аранта.– Пошли в город.

– Что, опять самая веселая и дешевая таверна? – прищурился Тимон.

Мы с Гариэль, вспомнив наш первый визит в город, весело рассмеялись. Тогда Аранта во всем блеске показала, на что она способна.

Лешка был не в курсе этой истории. Пришлось ему ее рассказывать, переживая все те события заново.

Но в чем все-таки Аранта права, так это в том, что нынешнее событие надо было отметить. Прокручивая в памяти кадры нашего пребывания в Школе, мы двинулись к стоянке извозчиков. Не пешком же в город идти, в самом деле!

Глава 27

На взмах руки Тимона, от места стоянки к нам подкатила шикарная пролетка, в которую был запряжен великолепный вороной жеребец. Он сердито всхрапывал, но вынужден был подчиняться крепким рукам кучера. Я даже удивился, что его кто-то решил использовать для таких прозаических вещей, как перевозка пассажиров. Впрочем, мало ли что. Это нас не касается. Нам надо в город, и побыстрее, и эта карета соответствовала нашему настроению и желанию.

Но я ошибся. Нас это касалось. И касалось, как оказалось, напрямую. С места жеребец взял очень приличную скорость. Я порадовался, что мы доберемся до города очень быстро, а не будем трястись неведомо сколько времени. Когда под колесо пролетки на дороге что-то попало, а нас довольно сильно подкинуло, Тимон недовольно крикнул:

– Эй, любезный, нельзя ли осторожней!

Возница даже не оглянулся. У меня в голове сразу включился сигнал тревоги. Судя по всему, он включился не только у меня. Гариэль настороженно посматривала по сторонам. Глаза Аранты загорелись алым. Обе девочки напряглись, готовые поступить по обстоятельствам. Лешка вцепился в подлокотник сиденья и крепко за него держался. Несмотря на то что его лицо побледнело, особого страха он не выказывал. Мы с Тимоном переглянулись. Его рука легла на эфес рапиры. В этот момент я увидел, что у жеребца, дернувшего головой в сторону, в приоткрытой пасти сверкнули клыки, которыми нормальный конь уж никак обладать не может. Да и конь ли это?

– А ну, останови пролетку! – крикнул Тимон, приподнимаясь с сиденья.

Возница выхватил из кармана и сильно швырнул вперед какой-то темный предмет. Впереди, прямо по ходу нашего следования, вспухло ядовито-зеленое облако. Не снижая скорости, мы влетели прямо в него.

Я инстинктивно задержал дыхание. Кажется, события начали приобретать скверный оборот! Мне это очень не понравилось. Я активировал заклинание «мгновенного ответа».

Мы пролетели облако и снова оказались на свежем воздухе под лучами полуденного солнца. Правда, свежим его можно было назвать с большой натяжкой. При вдохе в мои легкие ворвался раскаленный воздух пустыни.

Пролетка на полном ходу налетела колесом на приличный валун, подскочила вверх и опрокинулась. Непреодолимая сила сорвала нас с сидений и выбросила на землю.

По инерции перекатившись несколько раз по твердой каменистой почве, я остановился. Рядом слабо застонал Лешка. Я услышал, как в другой стороне ругнулся Тимон.

– Вот это прокатились! – раздался голос Аранты.

Как там Гариэль? Я поднял голову и увидел, что эльфийка в порядке. Она уже сидела на земле. Платье перепачкано пылью. Я вскочил на ноги и бросился к брату. Он тоже уже пришел в себя и пытался встать, опираясь на руки. Я помог ему.

– Где мы? – задал удивленный вопрос Леха.

– У меня в гостях,– услышали мы ответ на этот вопрос.

Я повернул голову на голос. Недалеко от нас стоял одетый в черное возница рядом с уже свободным от упряжи скакуном. Он откровенно наслаждался ситуацией. Животное вперило в нас немигающие змеиные глаза с вертикальными черточками зрачков. Значит, мне не показалось. Это не обычный конь. Опять покушение! Мне это уже начинает надоедать. Злость поднялась откуда-то из глубины души холодная и четкая.

– А Салтук сказал мне, что будет трудно вас достать,– издевательски улыбался возница.– Оказалось, что это совсем не трудно.

– Не оказалось, а показалось,– опасно мягким голосом ответил я.

Я разозлился уже не на шутку. Казалось бы, хватит уже приключений на мою голову. Выпала возможность отдохнуть, поправить здоровье (ну, это так, к слову), перевести дыхание. Так нет же! Появляется какое-то чудо в черном и похищает нас как в дешевом боевике. Причем подвергая нас и наше здоровье опасности.

В левой руке разгорелся желтым светом пульсар. Рядом со мной встал Тимон. Солнце высекало острые лучи из лезвия рапиры в его руке. С другой стороны от меня материализовалась Аранта. Между прочим, с настроением, отнюдь не похожим на хорошее. Она зло прищурилась, клыки показались из-под верхней губы, еще немного, и трансформация произойдет полная.

Возница, явно не обращая внимания на наше перестроение, продолжал упиваться, так сказать, своим успехом:

– Гарташ голоден, двух девчонок и двух мальчишек вполне хватит, чтобы утолить его голод.

– О чем балабонит этот клоун? – сердито осведомился Лешка.

– Составляет меню для своей коняшки,– насмешливо ответил я.

Интересно, каким образом он собирается осуществить свои мечтания?

– ...А мага я доставлю Салтуку,– продолжал тем временем мечтать возница.

У меня уже сложилось определенное мнение о нем. Ему надо было с самого начала нацепить себе на грудь плакатик с единственным словом: придурок! Явно Салтук не счел нужным просветить этого любителя киднеппинга о том, с кем ему придется иметь дело. Просто сказал, что мы опасны, а чем именно – это вроде как и без нужды. Да, это прокол.

– Не вздумай в меня кидать своим «шаром огня»,– наконец-то заметил мой пульсар наш герой.– Салтук хорошо защитил меня от него. Тебе он не поможет!

– Гариэль, как там у тебя с теми лианами? Сможешь?

– Тут нет жизни,– даже как-то обиженно прозвучал ответ.– И почему я не взяла с собой лук?

– Если бы знал, где упасть, так соломки бы подстелил,– буркнул брат.

– Не гони волну! – процедила Аранта.– Я его и без лиан сделаю.

– Не насмерть, товарищи, не насмерть,– хмыкнул я.– Он еще должен многое рассказать.

– Как бы его лошадка нам не помешала,– озабоченно проговорил Тимон.

«Эй, малыш, ты как?» – окликнул я альтер эго.

«Всссегда!» – тут же последовал ответ.

– Значит, решено! Аранта, бери на себя мечтателя, а я шугану лошадку,– проговорил я.– Остальные – разбежались в стороны!

– Ну вы! Хватит болтать! – крикнул возница, доставая какой-то амулет.– Готовьтесь к смерти.

– Действительно! Хватит болтать! – сказал я, делая шаг вперед и окутываясь желтым маревом.

Я еще успел заметить, как Тимон, ухватив за рукав опешившего Лешку, рванул его в сторону, как размытой тенью Аранта рванулась к вознице, как отскочила подальше от меня Гариэль.

– Ну шшшто? От этого тебя Сссалтук тожжже защщщитил?

Молниеносным броском я перехватил рванувшегося было к Аранте скакуна. Ухватив его зубами за круп, поднял и, мотнув головой, отбросил далеко в сторону. Лучше пусть не лезет. А то не посмотрю на одобрение или неодобрение первого «я», сожру и фамилии спрашивать не буду!

Возница не успел ничего сделать со своим амулетом. Когда тобой начинает заниматься Аранта, то вообще успеваешь очень немногое. Амулет лежал у ног незадачливого похитителя, а сам он смирно, хоть и скорчившись от боли, стоял на коленях. Аранта все-таки умница, она заботливо завернула его руку за спину так, что наемник темного и шевельнуться не смел.

Я нагнулся к нему. Возница поднял на меня глаза. Странно. Чего это он так побледнел? Неужели я так некрасив, что, взглянув на меня, люди ужасаются? Надо будет найти зеркало. Большое зеркало! И почему, спрашивается, мое первое «я» так ехидно хихикает? В конце концов! Как заваривать кашу, так первое «я», а как расхлебывать ее, так мне? Вот пусть дальше и занимается этим!

Я пошатнулся, приходя в себя после обращения. Ну и чего обижаться, спрашивается? Вознице сейчас как-то не до драконьей красоты. Его в данный момент больше волнует величина драконьих зубов. А клыки-то у меня-дракона всяко больше, чем у этого плотоядного коня.

– Пусть поспит! – кивнул я Аранте.– Только не перестарайся! Не надо, чтобы он заснул вечным сном.

Аранта понятливо кивнула и нанесла точный укол-удар в одно известное только ей место. Наш похититель завалился на бок и закрыл глаза.

– Будет спать, пока не разбудим,– бросила она, выпрямляясь.

Так, а теперь – где скакун? Как бы он не вмешался в наши дела. Я повернулся в ту сторону, куда отбросил коня. Тот после моего броска правильно оценил ситуацию. Из-за стоящего в отдалении валуна высовывалась только черная морда и пугливо таращилась на нас своими змеиными глазами.

– Эль, шугани горобца! – попросил я.– Только фразы «Кыш, сволочь!» тут явно будет маловато.

Гариэль удивленно взглянула на меня. Видимо, одесский юмор до нее не дошел. Но главное, что смысл просьбы она уловила. Рядом со мной возник фиолетовый смерч, послышался нарастающий свист ветра внутри этой экзотической иллюзии. Смерч сдвинулся с места и уверенно направился в сторону валуна, за которым притаился плотоядный конек.

Скакун оказался даже более сообразительным, чем я о нем подумал, и не стал дожидаться встречи с фиолетовой радостью. Всполошенно топоча копытами, он рванул в сторону и стал стремительно удаляться к виднеющимся на горизонте скалам.

– Это все, конечно, хорошо! – услышал я голос Тимона.– И зрелище меня впечатлило. Ты, Колин, был великолепен. Но, может быть, кто-нибудь даст мне ответ на вопрос – что дальше?

– А дальше нам надо добраться домой и поспрошать этого гаврика про Салтука,– бодро ответил я.

– Вот про «домой» давай более подробно,– страдальческим голосом попросил Тимон.– Именно эта часть вопроса меня сейчас особенно волнует.

– Коль, а это действительно было? – дрожащим голосом спросил Лешка.

– Что именно? – поинтересовался я.

– Ну дракон и все такое...

– Леш, давай позже обо всем поговорим.

Лешка только кивнул. По его лицу я понял, что разговора с ним по любому не избежать. Уж очень этот кивок был многозначительным.

– Первым делом надо определиться, где мы,– озабоченно сказала Гариэль.

– Да ясно же – где! – фыркнула Аранта.

– Это тебе, Ари, ясно, а мне пока нет! – сердито ответила Гариэль.– Надо разбудить этого человека и спросить.

– Да тут и спрашивать нечего! – пожала плечами Аранта.– Его послал Салтук, вид у него специфический. Куда он нас мог перебросить? Ясно же, только на Харшад!

– Не факт,– задумчиво сказал Тимон.

– Но наиболее вероятно,– счел своим долгом заметить я.– Другое дело, как добраться до мест обитаемых?

– Обратишься в дракона и всех нас отвезешь,– невинным тоном предложил Тимка.

– Ну не хватало мне всех вас еще на своем горбу возить! – возмутился я.– Чай, мой горб – не казенный! Ножками Тима, ножками. А то тебе только позволь! Сразу же на шею сядешь.

– Ну что-то вроде этого я и предполагал,– плутовато улыбнулся мой друг.

– А если портал навесить? – Аранта просительно взглянула на меня.– Ты же умеешь.

– Уметь-то умею,– почесал затылок я.– Только умею под наблюдением тана Тюрона. А самостоятельно еще не пробовал. Как бы не залететь «по самое не могу». Кто тогда нас вытаскивать будет? Да и вытащат ли, если залетим не туда, куда целились?

– Все когда-нибудь бывает в первый раз,– философски заметил Тимон.

– Хорошо. Я попробую. Но за результат не ручаюсь.

– Ты пробуй, пробуй! – заворковал Тимон.– За результат мы ручаться будем. Только ты уж постарайся! Ладно?

Так. Сперва надо определиться, куда, собственно, нам надо попасть? Конечно же в место, которое я могу себе хорошо представить. Какое место Харшада я могу себе хорошо представить? Кроме лаборатории мага Тулина ас Тулина в памяти ничего не всплывало. А солнце уже валится за горизонт. Надо поторопиться.

Прикинул примерно вектор, проделал необходимые действия, четко выдал ключевое слово и… Ничего! Лишь услышал шумный выдох. Но, кажется, это был мой выдох. Потому что ребята стоят вокруг и боятся дышать, чтобы не отвлекать меня. Так. В чем ошибся? Я взял северо-западный вектор. Если направление вектора не совпадает с направлением искомого, то портал может не создаться. Сейчас, видимо, именно это и произошло. Может, мы на юге? Тогда надо целить на север. А ну, попробую еще раз...

Перед нами медленно проявилась рамка портала. Да, это лаборатория Тулина. Значит, мы таки на Харшаде. Уже легче. Я вглядывался в знакомые очертания мебели лаборатории. Ага! На тигельке стоит любимый заварочный чайник мага. Он всегда в нем готовит чай. Его самого нет, но, несомненно, он скоро будет. Я приглашающе махнул ребятам. Тимон и Аранта подхватили пленного под руки. Лешка и Гариэль уцепились за ноги. Вся группка, поднатужившись, совершила бросок в синее марево. Я заскочил следом. С негромким звуком портал схлопнулся.

Прибыли! Вот и хорошо! Можно себя поздравить с тем, что искусство создания порталов в походно-полевых условиях я освоил. Теперь уже легче. Дождемся только Тулина ас Тулина, он должен вот-вот подойти.

Глава 28

Пленник, свернувшись калачиком, уютно похрапывал у ног Аранты. Ребята, еще не совсем понимая, куда попали, оглядывались по сторонам. Ну да! Они же здесь не сидели целыми днями, изобретая защиту от боевых пульсаров. Вот для меня тут был знаком каждый уголок.

– Рассаживайтесь! – распорядился я, направляясь к выходу из лаборатории.

Но дойти до него я не успел. В этот момент дверь открылась и вошел Тулин ас Тулин собственной персоной. Мгновенно сообразив, что в его лаборатории появились неожиданные гости, Тулин разразился целой серией защитных заклинаний. Между нами и им вспыхнул голубым прозрачный экран, сам Тулин окутался зеленоватым свечением защитного кокона, замелькали алые искры уловителей молний, и в довершение всего проявилась полусфера отражателя пульсаров.

Мы с большим интересом наблюдали за этим цветосветовым шоу.

– Впечатляет, сатхар Тулин! – вежливо заметил я.– Но мы не представляем для вас опасности.

Тулин замер, услышав меня, потом, прищурив глаза, всмотрелся. В лаборатории было темновато, и я для удобства выщелкнул осветительный пульсар.

– Колин?! – пораженно воскликнул Тулин.– Откуда? Как? Что случилось, мой друг? И каким образом вы снова оказались здесь?

– Да ничего особенного,– улыбнулся я, на самом деле обрадованный встречей.– Просто мы мимо пробегали и заскочили на огонек.

– Да? – Тулин осмотрел всех находящихся в лаборатории.– Да благословит Шаршуд огонек, привлекший вас сюда! И все-таки как вы все здесь оказались?

– Да ничего странного. Просто мы переместились к вам при помощи телепорта. Я только вашу лабораторию запомнил хорошо.

– А! Так ты уже научился создавать телепорты? Очень хорошо! Ты поднимаешься все выше и выше. А вот этого молодого человека я не знаю. И что это лежит на полу и так громко храпит? Этого я тоже не узнаю. Он что, так сильно устал?

– Нет! Это он так сильно упал,– небрежно заметила Аранта.

– Ну этого следовало ожидать.– Тулин вежливо поклонился девушкам.– Я даже догадываюсь, кто его уронил. А что же все-таки случилось?

– Он затащил нас на Харшад,– кивнул я на храпящего возницу.– Не без помощи известного нам Салтука.

– О Великий Шаршуд! Покарай этого слугу Куктуна! – испуганно воскликнул Тулин.

– Дайте мне только добраться до него,– сердито сказал я,– я его покараю не хуже Шаршуда.

– А этот молодой человек? – Тулин с любопытством посмотрел на моего брата.

Лешка, над которым еще не поработал тан Горий в смысле обучения иностранным языкам, ничего не понимал, а только слушал, приоткрыв рот и поглядывая то на одного, то на другого.

– Это мой родной брат Алексис,– светски представил я Леху.

– Польщен! – поклонился Тулин.

Услышал свое имя, Лешка тоже поклонился и попытался сделать книксен. Эту попытку очень вовремя прервала Аранта, метко ткнув его локтем в бок.

– Мы хотим воспользоваться стационарным порталом, чтобы добраться домой,– объяснил я.– А вот этого нам надо забрать с собой.

– Может, отдать его Владыке? – предложил Тулин, рассматривая нашего пленника.– У него палач без работы чахнет. Какая никакая, а работенка.

– Нет-нет! Мы сами его поспрошать хотим! – поспешно сказал я.

– Ну как хотите,– пожал плечами Тулин.– Мое дело предложить. Палач все-таки профессионал, и не таких молчунов, вернее, храпунов говорить заставлял. Про что спросить захотите, на то и ответит.

– У нас тоже профессионалы найдутся! – Тимон хмуро смотрел на возницу.– Ваш палач с ними и рядом не стоял. Тем более что его не только мы хотим послушать.

– Вы прямо сейчас хотите отправиться или передохнете немного? – спросил Тулин, занявшись приготовлением излюбленного напитка.

Конечно, он теперь готовит чай на всех. Я заметил, что на столике появились чашечки, да и заварочный кувшинчик увеличился в размерах. Кто же откажется от изысканного чая, приготовленного Тулином из лучших трав, собранных на склоне величественного Валтурмеса? Да никто! По крайней мере, из тех счастливчиков, кому повезло его хотя бы раз попробовать.

Возницу, продолжавшего сладко похрапывать, опутали веревками. Узлы вязала Аранта, она это делала не хуже умелых моряков.

Мы сидели за столом, с удовольствием потягивая великолепный чай, приготовленный Тулином. Пришлось поведать историю, приключившуюся с нами.

– Да! Весьма занимательно и поучительно! Колин, а почему ты сразу не отправился к себе? – спросил Тулин, отставив опустевшую пиалу в сторону и потянувшись к заварочнику за новой порцией.

Я замер, не донеся свою посудинку до рта. А действительно почему? Ведь мог же! Нет! Потащился сюда. Зачем? Но с другой стороны, я же не знаю вектора перемещения на Магир. Когда мы с Магира перемещались на Землю, то тан Тюрон подсказал мне вектор. Но здесь он явно имеет другое значение.

– А это он по старой памяти,– вместо меня ответил Тимон, протягивая руку за очередным печеньем.– Привык к тому, что если Харшад, так после приключения к вам надо наведаться.

– Мне это, конечно, льстит,– улыбнулся Тулин,– но, думаю, там о вас сейчас очень беспокоятся.

– Вы правы, сатхар Тулин! – сказал я, поднимаясь.– Мы сейчас же отправимся домой. Вы можете подсказать нам вектор переноса?

– Снова тащить эту тушу на горбу? – возмутился Лешка.

– Нет. За руки и за ноги,– ответила Аранта.

– И это маги! Позор! Смотрите и учитесь! – пресекла спор Гариэль.

Под ее взглядом пленник поднялся над полом. Ну конечно! И как я сам не додумался? Левитация. Что-то голова совсем перестала соображать.

Я живо представил себе наш дом. Прикинул вектор, который мне подсказал Тулин. Он его запомнил со слов тана Тюрона. Постепенно вид приобрел объем. День перешел в вечер. Прямо передо мной проявился Тартак, уныло сидящий на крылечке нашего домика. Рядом пристроилась Морита. Я повернул рамку. В беседке рядком сидели братья и Жерест. Да, вид у них далек от радостного.

Тимон развернул пленника ногами вперед и толкнул в рамку портала.

– Первый пошел! – прокомментировал его маневры Лешка.

Возница, пролетев немного по воздуху, плюхнулся прямо на колени Тартаку. Тот подпрыгнул, сбросив его на землю, и ухватился за палицу, с тревогой поглядывая вокруг. Морита, приоткрыв от удивления рот, завороженно уставилась на подарок, выпавший из пустоты. Конечно, ведь портал односторонний. Другого я создавать пока не научился.

– Тартак! Отойди в сторонку! – завопил Тимон, высовываясь за рамку.

За это он чуть было не получил свое палицей, которой Тартак рефлекторно махнул на голос.

– Ты что? – еще громче завопил Тимон, отшатнувшись.– Ты же меня чуть не убил!

– Ты, Тимка, не кричи, а выпрыгивай! – вмешалась Аранта.

– Ага! Выпрыгивай. А он меня по кумполу? – возмутился Тимон.

– Ничего страшного,– ехидно сказала Аранта.– Разницу мы даже не заметим. Как был лоботрясом, так и останешься. Если лоб, конечно, уцелеет.

Гариэль, хихикая, проскользнула мимо них в проем.

Морита издала радостный визг, куда там ультразвуковой пушке! Лешка подтолкнул Аранту и Тимона к выходу и сам последовал за ними. Я попрощался с Тулином и, махнув ему рукой, сам шагнул в портал.

– Вы где пропадали, гмыри сморчковые? – пытаясь казаться строгим, спросил Тартак.

Первым ответил наш пленник. Это было кряхтенье, стон и что-то, похожее на недовольное бормотание.

– И что это тут делает? – выделяя слово «это», спросила Морита, с любопытством осматривая спеленатого по рукам и ногам возницу.

– А это тот, кто постарался, чтобы мы пропадали,– пояснила Аранта.

– Его сейчас стукнуть или немного погодя? – осведомился Тартак, поигрывая палицей.

– Погодя! – твердо ответил Тимон.– Он много про что рассказать должен.

– Сомневаюсь, что много расскажет,– хмуро заметил я.

– Почему? – спросил Харос.

Фулос недоуменно поднял брови, стоя рядом с братом.

– Потому, что Салтук не дурак, чтобы раскрывать свое место пребывания. Потому, что он не рассказал этому типу о том, кто мы такие и чего от нас можно ожидать. Похоже на то, что этот орел в чем-то проштрафился, и Салтук отправил его на верную смерть.

– А ведь похоже,– задумчиво сказала Гариэль.– Он не ожидал от нас таких действий.

– Каких? – с жадным интересом спросил Жерест.

– Таких,– отрезал я.– Потом расскажу. Сейчас надо этого клиента сдать начальству.

– Правильное решение!

Рядом с нами материализовался тан Тюрон. Он строго посмотрел на Тартака, который сразу спрятал палицу за спину и изобразил любование летним лесом и заходом солнца.

– Заодно я хочу знать, что же произошло? – продолжил наш наставник.

– Я тоже хочу знать,– вмешался Лешка,– почему мой брат оказался драконом? И не грозит ли это мне?

– Не грозит,– успокоил Леху тан Тюрон.– Так ты, Колин, раскрыл инкогнито перед братом?

– Так сложилось,– пожал я плечами.– Этот красавец не оставил мне иного выхода.

«Красавец» ответил далеко не мелодичным храпом.

– А откуда вы знаете, что не грозит? – не мог успокоиться Лешка.– Колину вон тоже сначала не грозило, а потом – раз, и драконом стал!

– Я знаю! – твердо ответил наставник.– Это произошло исключительно с Колином.

Эх, не знает он моего брата!

– Жаль! – искренне выдохнул Лешка.

– Так, значит, ты думаешь, что он в чем-то провинился перед Салтуком? – спросил тан Горий, пристально рассматривая пленника.

Тот старательно пучил глаза, но ничего сказать не мог по причине наложенного заклинания безмолвия. Это для того, чтобы он не мешал нам рассказывать о происшествии. Тан Тюрон сделал жест рукой, снимая заклинание.

– Великий Салтук дал мне поручение,– прорвало пленника.– О горе мне, горе! Я не оправдал его доверия. Он высосет из меня душу и заставит ее мучиться тысячи лет! Нет, еще больше! Вай! Зачем я не послушал его?

– Пусть приходит сюда за твоей душой,– пожелал я.– Мы с удовольствием его встретим и пригреем.

У меня в руке на мгновение материализовался и сразу исчез пульсар.

– Великий Салтук не боится твоего «шара огня»,– высокомерно бросил возница.

– Ничего! У нас найдется еще кое-что.

– Как тебя зовут? – деловито спросил тан Горий, беря на себя инициативу допроса.

– Я ничего тебе не скажу, порождение Куктуна,– оскалился новоявленный партизан.

– Ну это мы сейчас посмотрим, скажешь или не скажешь,– свирепо сказал Тартак.

– Тартак! – строго пресек порыв тролля тан Тюрон.– Без крайностей! У нас есть другие методы. Я бы сказал, очень верные методы.

– Самый верный метод – мой! – воинственно заявил Тартак.

– Твой верный метод – верная смерть,– выдал оценку Тимон.– А нам надо, чтобы оно заговорило.

– А если дать не по голове, а по пальцам? – кровожадно поинтересовался Жерест.

– Тогда он не заговорит, а заорет,– глубокомысленно изрек Тимон.– И вряд ли это будут какие-то сведения.

– Будут сведения,– хихикнул я,– но сведения о нас. Только, боюсь, не самая лучшая часть.

– Так,– распорядился наставник, потеряв терпение.– Все на выход, кроме Колина. Невозможно работать!

– Это почему «на выход»? – возмущенно спросила Аранта.

– И почему «кроме Колина»? – присоединился к ее возмущению Тимон.

– А как же допрос? – счел своим долгом поинтересоваться Тартак.

– Меня, между прочим, тоже похитили,– напомнил Лешка.

– Тогда всем сидеть тихо и не мешать! – сердито приказал тан Тюрон.

Недовольные голоса затихли. Вся группа изобразила готовность молчать при любых обстоятельствах, невзирая на... Ну на что там «невзирая», это уж определится по ходу дела.

Короче, мы выяснили, что Кармуза, а именно так звали нашего незадачливого похитителя, действительно послал Салтук. Это в общем-то и не вызывало сомнений. Только задание Салтук Кармузу ставил иное. Возница должен был подстеречь меня одного, обездвижить при помощи специального амулета и через портал доставить на Харшад. Там уже темный должен был прибрать к рукам мое бесчувственное тело. За приличную плату, между прочим.

Но Кармуз решил действовать иначе. Не имея ни малейшего понятия о том, кто мы такие, надумал похитить всю нашу компанию, как раз попавшуюся ему под руку. Он не собирался убивать нас. Припугнуть, чтобы не рыпались,– это да, но не убивать. Зачем? Да чтобы продать как невольников. За двух девушек и двух молодых парней можно было выручить очень хорошие деньги. Кармуз хотел обездвижить всех, припрятать где-нибудь, кроме меня, естественно, и, получив за меня деньги, дополнительно пополнить свой бюджет продажей еще четырех рабов.

Услышав такие планы в отношении собственной персоны, Аранта, тихо зарычав, двинулась было к Кармузу. Хорошо, что я успел ее перехватить, а то мы очень быстро лишились бы «языка».

Не скажу, что остальные участники событий были в восторге от планов Кармуза. Это явственно читалось на лицах Тимона, Гариэль и Лешки. Мне даже стало немного жаль брата. Вот так неожиданно огрести не очень приятное приключение в день испытания. Впрочем, судя по физиономии моего братишки, он не был этим особенно расстроен. Мне кажется, что авантюрная жилка у него развита гораздо сильнее, чем у меня.

И главное! Кажется, что жизнь здесь Лешке начинает нравиться.

Глава 29

Тан Тюрон усыпил Кармуза и, уложив его на полу, пытливо осмотрел наше воинство. Настроено воинство было далеко не в пользу похитителя.

Ребята, чуть было не проданные в рабство, кипели от возмущения. Чуть было не оставшиеся без нас друзья тоже поглядывали на пленника без теплых чувств. Обо мне и говорить нечего. Было ясно, что Кармузу тут ничего хорошего не светит, а как бы даже наоборот. Каждый хотел ему засветить чем-нибудь тяжелым.

Тартак многообещающе сопел и искоса поглядывал на тана Тюрона, правда, без особой надежды на то, что тот уйдет, забыв про пленника. Аранта пристроилась рядом со мной и тоже дожидалась того же, что и Тартак. В руках она вертела какую-то очередную смертоносную штучку. Представляю, как бы она проредила местное население, удайся план Кармуза в отношении нас. Но в данный конкретный момент она явно собиралась проредить самого Кармуза. И не могу сказать, что у меня было хоть малейшее желание ей помешать. Да! Представляю себе, как не повезло бы кому-нибудь, приобрети он себе такую рабыню. Не читалось желания мешать Аранте и на лицах Гариэль и Тимона. Только Леха, не привыкший еще к нашим реалиям, что-то бормотал о киднеппинге и о милиции.

– Я вижу, что вы не понимаете пользы, которую мы можем извлечь, если заставим этого Кармуза сотрудничать с нами,– укоризненно сказал тан Тюрон.

– Пользы? – удивленно переспросил Харос.

Фулос тоже недоуменно посмотрел на наставника.

– Какая польза, если он молчит, как рыба об лед?

– Если вы не будете мне мешать, то я покажу вам, как это делается,– предложил тан Тюрон.

– А если у вас не получится, то вы забудете, что он вообще был,– внес контрпредложение Тартак.

– Что ты собираешься с ним сделать? – нахмурил брови препод.

– Не он, а я, – сочла своим долгом уточнить Аранта.

– Ну почему только ты? – возмутился Тартак.– Этот тип, когда свалился мне на колени, помял мои выглаженные штаны!

– Это когда они у тебя были глаженые? – подняла удивленно брови Морита.– Ты еще расскажи, когда они в последний раз были стираные!

– А вот этого не надо! – с достоинством ответил Тартак.– Я эту дату помню очень хорошо.

– Кармузик – совсем маленький,– вздохнул Жерест,– на всех не хватит.

– Вы что, его съесть собрались? – шепнул мне на ухо Лешка.

– Тебе лучше не знать,– буркнул я, понимая, что потчевать марципанами нашего пленника никто не будет.

– Что-то вы стали слишком кровожадными,– сухо сказал тан Тюрон.– Этак и на темную сторону перейти недолго. Стыдитесь! Что за настроения?! Вы забыли о том, кто вы? Вы – светлые боевые маги. СВЕТЛЫЕ! Одно дело – бой, когда вы защищаете свою жизнь и то, что вам дорого. Совсем другое дело, когда враг повержен. Вы должны проявлять великодушие и благородство. Умение прощать своего врага всегда считалось наивысшей добродетелью.

– Он меня чуть без друзей не оставил, а я его прощать должен? – изумленно спросил Тартак.

– К тому же и враг еще не повержен,– заметил Тимон.

– И не будет, если вы отдадитесь чувству мести и убьете это несчастного,– отрезал тан Тюрон.

Я оглянулся на ребят. Надо сказать, что отповедь наставника подействовала. Ребята смутились. Да и нельзя было не признать правоты нашего преподавателя.

– А теперь смотрите и не мешайте! – приказал он.– Показываю, как сделать из врага союзника.

Он поднялся из-за стола, прошагал к лежащему Кармузу, одним рывком поднял его и усадил на стул. Легкое движение – и Кармуз, ошеломленно хлопая глазами, уставился на нас.

– Что со мной было? – испуганно спросил он.

– Ничего страшного,– ответил тан Тюрон,– ты просто ненадолго уснул.

Мы старались изо всех сил не мешать магу. А уж он качественно и со знанием дела принялся за обработку пленника.

– Я вот тут подумал, мой друг, и понял, что Салтук решил от тебя просто избавиться,– мягко сказал тан Тюрон, присаживаясь напротив Кармуза.

– Не верю! – выпрямился на стуле Кармуз.– Этого не может быть! Я очень полезный и ценный союзник. Я умею воевать и безжалостен к врагам.

– Ну посуди сам,– рассудительно сказал наш наставник.– Я тебе приведу факты, а ты подумай. Ты ведь думать умеешь, раз уж стал таким ловким и хорошим воином.

Я заметил, что от тана Тюрона к голове Кармуза тонкой струйкой потекла какая-то энергия. Ага! Значит, он использует еще что-то для убеждения. Земные спецслужбы мечтают о таких средствах, да только зря.

– Тебе Салтук рассказал о том, с кем придется иметь дело? – мягко спросил маг.

– Нет.– Лицо у Кармуза разгладилось, он доверчиво смотрел на тана Тюрона. В его глазах начала угадываться даже какая-то приязнь к нашему наставнику.

– Ай-яй-яй! – покачал головой препод.– А ведь те, кого ты хотел схватить,– маги. Очень сильные маги. Сражаться с ними может только маг. Только очень сильный маг. Вот ты владеешь магией?

– Нет,– печально ответил Кармуз, но тут же воспрял.– Зато Салтук дал мне амулеты.

– И что? Они подействовали?

– Я не успел их применить,– покаялся Кармуз.

– Я тебе скажу вот что, мой друг,– ласково и нежно проворковал тан Тюрон.– Они бы и не подействовали. Я изучил их. Они просто плохие и слабые. Они бы не смогли тебе помочь. Что из этого следует?

– Что? – Кармуз с надеждой смотрел на собеседника.

– Из этого следует то, что Салтук хотел погубить тебя и коварно обманул, подсунув тебе плохие амулеты.

Кармуз печально поник головой. Тан Тюрон подмигнул нам и деловито осмотрел клиента. Удовлетворенно кивнув, он продолжил:

– Но тебе повезло. Тебе очень повезло! Оказалось, что мы добрые, хорошие и мы – твои друзья. Мы тебя не убили, потому что хотим тебе добра. А Салтук – твой враг! Он очень плохой!

– Салтук – плохой! – заторможенно повторил Кармуз.

– Но,– возвышенно произнес наставник,– у тебя есть шанс наказать его за его подлость по отношению к тебе!

– Наказать?! – У Кармуза глаза загорелись сильным желанием отомстить плохому Салтуку.

– Да! – с пафосом сказал тан Тюрон.– Наказать! Мы поможем тебе это сделать! Но для этого мы должны знать, где он скрывается. Ты нам расскажешь, где искать плохого Салтука.

– Да! Где искать его? – нетерпеливо спросил Кармуз.

– Ты расскажи, где его искать! – твердо сказал маг.

Кармуз сфокусировал на лице тана Тюрона глаза. Затем его лицо исказилось.

– Не знаю. – Кармуз снова печально опустил голову.

– Э-эх! – с досадой вздохнул Тартак.– А еще друг называется!

Тан Тюрон устало опустился на второй стул.

– Это что, все? – деловито спросила Аранта.– А где же польза, которую вы обещали?

– По-видимому, все,– пробормотал наставник.

– Так! – заключил я.– Друга мы себе сделали, а что теперь с этим другом делать?

– Вшивенький какой-то друг получился,– задумчиво изрек Харос, рассматривая понурившегося Кармуза.

А Фулос так же задумчиво кивнул, не сводя взгляда с пленника.

– Где ты его встретил? – Тан Тюрон не терял надежды все-таки что-то вытрясти из новоявленного друга.

– Это он меня встретил, когда я шел с тоя вождя,– объяснил Кармуз.

– А что такое той? – встрял Лешка.

– Это праздник такой,– со знанием дела пояснил Тимон.– Там все напиваются-наедаются, а потом танцуют и поют.

– Я бы тоже сейчас что-нибудь спел,– угрожающе произнес Тартак.– Да и поесть бы не отказался.

– Да, это очень хороший способ избавиться от этого друга,– заметил Жерест.

– Это очень хороший способ избавиться от всех друзей в радиусе десяти верст,– со значением подчеркнула Аранта.

– Не хотите – ваше дело,– пробурчал Тартак.– Что тогда с этим делать?

– Я его к тану Горию отведу,– решил препод.– Может быть, он что-нибудь из нашего друга вытянет.

– Значит, нам не оставите? – хмуро констатировал Тартак.

– Опять? – строго спросил тан Тюрон.

Мы сидели в беседке и хмуро смотрели, как наш наставник и новоявленный друг уходят к административным корпусам.

– Магия! – с непонятным выражением произнес Лешка.

– Это ты о чем? – не понял я.

– Да вот, магия есть, а сделать что-то с ее помощью не всегда получается.

– Угу,– согласился я.

– А скажи-ка мне, братик, как это тебе удалось драконом устроиться? – вкрадчиво спросил Лешка.

– Откуда мне знать,– пожал я плечами.– Тут моего согласия вообще-то не спрашивали.

– А я так смогу? Мне кажется, что это очень полезное умение.

Вот что ему ответить, а? Если напрямую бухнуть: мол, нет, Леха, тебе это не светит,– то ему будет неприятно. Как бы комплекс какой не заработал.

– Я не знаю, Леша,– со вздохом ответил я.– Со временем, может, и у тебя получится. Ты не спеши с этим. Вещь, конечно, неплохая, но ощущения не совсем привычные. Да и подумай вот над чем: каково нашим родителям будет, когда они узнают, что родили и воспитали двух драконов?

– Ты не дракон, Колька,– печально сказал Лешка.– Ты – ядовитый змей! Я это с самого начала предполагал. Так это что, папа и мама не знают, что ты дракон?

– Не знают,– коротко ответил я,– и пока не надо им об этом знать. Ты представь, что может подумать об этом папа.

– Хорошо, я не скажу, но за это...– В глазах Лешки появилось расчетливое выражение.

– Дивидишник – твой! – быстро согласился я.

– Какой дивидишник? – ошеломленно спросил Лешка.– Он что, здесь работать будет?

– В принципе оно, конечно, возможно,– заметил Тимон, который, оказывается, подслушивал нашу беседу.– Ваш отец вам электроэнергию вырабатывать будет.

– На этом, кстати, можно хорошие деньги зарабатывать,– встрял Жерест,– показывать желающим эти флимы, которые мы на Земле видели.

– Да не флимы, а фильмы,– досадливо поправил Тимон.– Не пойдет!

– Почему? – удивился Жерест.– Очень даже пойдет! Мы с Земли все привезем, установим, и дело пойдет.

– Мы дворяне,– высокомерно заявил Тимон,– а дворянам такая торговля неуместна!

– Хорошо! – торопливо согласился Жерест.– Тогда мы тебя вычеркиваем.

– Это ты кого вычеркивать собрался, рыжий? – встрепенулась Аранта.

– Все нормально, Аранточка,– Жерест успокаивающе поднял руку,– просто убираем из списка тех, кто не хочет двигать культуру в массы.

– Жерест! Ты потеряешь уважение, если возьмешься за дело как простой торговец! – укоризненно сказал Тимон.

– Я это переживу,– заверил Тимона рыжий,– и мне сделать это будет легче, если у меня в кармане заведутся деньги. А за уважение мне никто ничего не платит.

– Ну и крохобор же ты, Жерест,– покачала головой Морита.– Ты все меряешь деньгами?

– Нет,– спокойно ответил Жерест.– Но посудите сами: каких принципов можно придерживаться, если ты сидишь без денег? И кого твои принципы будут в таком случае интересовать? Вот когда у тебя есть приличная сумма, тогда можешь заводить и такую роскошь, как принципы. И чем больше у тебя денег, тем больше и тверже принципов ты себе можешь завести. Причем заметьте – я же не зову вас на большой тракт грабить караваны купцов. Все будет происходить добровольно. Хочешь смотреть – плати и иди. Не хочешь смотреть – просто иди на выход. А там, на выходе, поставим Тартака. Кто же не захочет посмотреть фильм в таком случае?

– Эй! Половина выручки моя,– заинтересовался Тартак деловым предложением.

– Это если нас двое будет,– уточнил Жерест.– Но, к сожалению, без этой электричествы нам не обойтись. Придется еще делиться с Колином.

Я изумленно уставился на рыжего. Это же надо! Без меня меня женили.

Глава 30

«Нас утро встречает прохладой!» По-моему, была такая песня когда-то. И где же эта прохлада? Куда она подевалась? Я вышел на крыльцо нашего домика. Утро в наличии имелось. Утро жаркого дня, который, несомненно, наступит. А вот прохлады что-то не видать! А ведь уже третий день стояла эта изнуряющая жара. И что интересно, на Харшаде, в пустыне, бывало и жарче, но там мы пекло переносили значительно легче. Тан Тюрон как-то просветил нас по этому поводу. Оказывается, воздух там был суше. А при сухом воздухе жара переносится легче, как и холод. Чем влажнее воздух, тем тяжелее переносить капризы погоды. Должно быть, он прав.

Да и ночь выдалась очень тяжелой. Духота стояла такая, что время от времени мне приходилось просыпаться и создавать поток прохладного воздуха. На короткое время становилось легче. Но потом я засыпал, и действие заклинания прекращалось. Снова я начинал плавиться и истекать потом. Ну не свинство ли? Надо будет поинтересоваться, как сохранять действие заклинания во сне.

Мое второе «я» в первый раз проснулось вместе со мной. Сонно поинтересовавшись, чего мне не спится, оживилось и предложило поменяться местами. Мол, в обличье дракона мне будет наплевать на эту жару, а как бы даже наоборот. Я с негодованием отверг это предложение. Не хватало еще смущать местную публику видом развалившегося на поляне и дрыхнущего серебряного дракона. Изобразив в ответ что-то похожее на ментальное пожатие плечами, второе «я» сказало:

– Это твое дело. Тогда мучччайссся дальшшше!

Сонный и разомлевший, я потопал к ручью. И остановился, с недоумением уставившись в пересохшее русло. Эй! А где ручей? Кто его спер? Ведь еще вчера нормально себе тек! Ничего себе! Хотел умыться прохладной водичкой, и на тебе! Нет, я этого так не оставлю! Сейчас пойду вверх по течению и отыщу наглеца, который узурпировал общественную воду. Преисполненный решимости найти и отобрать, я зашагал по бывшему берегу бывшего ручья. Почему-то я подумал, что это Тартак, верный своим принципам, устроил себе запруду и теперь пользуется благодатной прохладой воды в одиночку.

Вот запруда, которую обычно устраивал себе Тартак. А вот и сам Тартак, в глубокой задумчивости застывший над пустым вместилищем. И, что характерно, он абсолютно сухой. Воды в запруде тоже нет.

– Колин, ты не знаешь, где вода? – перво-наперво спросил тролль, увидев меня.

Ни «здравствуй, Колин!», ни «как дела?».

Раздраженный отсутствием воды, я сразу же высказал Тартаку свою точку зрения по поводу вежливости.

– Вот! – укоризненно сказал мне Тартак.– Вместо того чтобы поздороваться или, на худой конец, спросить, как у меня дела, ты начал ругаться.

Ну что за жизнь?! Я сообразил, что Тартак побил меня тем же, чем хотел побить его я. М-да! Один – ноль.

– Привет, Тартак! – сбросил обороты я.– Извини. Я сам ищу эту воду.

– Есть предположения? – Тартак подхватил свою палицу с намерением выслушать мои мысли по поводу исчезновения живительной влаги. Очень сочувствую тому, кто устроил это исчезновение. Рецепты лечения в таких случаях у Тартака радикальны и незатейливы.

– Что-то случилось вверх по течению,– поделился я первым предположением.

Честно говоря, оно же было и последним. Придумать что-либо еще я был просто не в состоянии.

– Ты туда и идешь? – уточнил Тартак.

– Угу.

– Не возражаешь, если я присоединюсь? – вежливо поинтересовался Тартак.

– Пошли,– пожал я плечами,– вдвоем веселей.

– И больней,– многообещающе намекнул Тартак.

Вот в чем уж я не сомневаюсь.

Мы двинулись дальше уже вместе. Несколько раз нам по пути встречались обитатели городка студиозов, так же обеспокоенные отсутствием воды в ручье. К нашей компании они присоединиться не захотели, но на благие напутствия не поскупились и на пожелания наказать преступника тоже.

Наше путешествие закончилось где-то километров через семь, а может, и больше. Мы порядком устали и измотались из-за жары. Я даже сочувствую Тартаку. Ему в его меховой шубе еще тяжелее, чем всем остальным. Наконец мы наткнулись на отверстие в земле, из которого, по всей видимости, и вытекал раньше ручей.

Я наклонился и обозрел то, что было доступно моему взгляду.

– Там дальше пещера,– сообщил я Тартаку.– Наверное, в ней завал, вот вода и не поступает. Я попробую пробраться и посмотреть, что к чему.

– Эй! – обеспокоился Тартак,– а это не опасно? Давай я тоже с тобой полезу.

– Нет. Это вряд ли у тебя получится,– усомнился я, примеривая взглядом ширину плеч Тартака к размерам дыры в скале.– Уж больно ты здоровый. Амулет, конечно, дома оставил?

– Да кто ж знал, что такая ситуация произойдет? – оправдываясь, ответил Тартак.– Я могу смотаться за ним. Или давай ты пульсаром шмальни! Ход расширь!

– Ты думаешь, что говоришь?! – возмутился я.– Да тут так может засыпать, что мама не горюй! И бегать за амулетом не надо! Нет. Я лучше сам полезу, посмотрю, что к чему. Может, потом к тану Тюрону за помощью обратимся. Ты тут оставайся, а я полез.

Осторожно пригибаясь, я протиснулся в отверстие скалы. Лаз был узковат, но двигаться пока было можно. По подтекам я определил, что вода не занимала всю ширину проема.

Постепенно проход расширился. Света из отверстия уже не хватало. Я подвесил осветительный пульсар. Хорошая все-таки это штука! Полезная.

Шурша обточенными водой голышами, я продвигался вперед.

Что за чертовщина? Проход становился все шире и выше. Я уже мог свободно идти, не пригибаясь и не задевая плечами стен. Ясно было видно русло протекавшего тут ручья. Но на следы завала камней, которые могли бы преградить путь воде, не было и намека.

Внезапно, как-то скачком, потолок ушел вверх, а стены раздались в стороны. Я оказался в огромном подземном зале. Даже пульсар не давал столько света, чтобы можно было охватить все пространство, и оставалось только гадать об истинных размерах подземного великолепия. Ближние ко мне стены сверкали в свете пульсара, разбрасывая тонкие разноцветные лучики в разные стороны.

Наверное, это какие-нибудь драгоценные камни. Хотя, с другой стороны, они могут оказаться и обыкновенной слюдой. Я не силен в геологии. Даже настоящих бриллиантов в натуре не видел. Ну не пришлось как-то их видеть. Мой отец не Рокфеллер и не Билл Гейтс.

Так, а где же наш ручей? Вот большое подземное озеро. Ясно, что именно оно было искомым источником. Так, а это что за каменюка перегородила выход?

Огромный камень лег в русло, как будто его специально сюда воткнули. А может, и специально. Я убедился, что это не могло быть следствием обвала. Просто так подобные камни не падают прямо в русло. Да и осколков, которые по идее должны быть рядом с этим конкретным валуном, поблизости не валялось.

Я осмотрелся по сторонам, подняв пульсар на большую высоту. Никого. И следов около камня, перегородившего русло, тоже не было. Но ощущение взгляда, внимательно наблюдающего за мной, имелось. Паршивое такое чувство! Я даже активировал магическое зрение, но оно пользы не принесло. Ну не было тут никого! Только ощущение взгляда от этого не исчезало!

Я еще раз исследовал камень. «Удачно» он тут оказался, совсем как пробка в бутылке. Окажись он чуть выше или чуть ниже по течению, и вода даже не заметила бы его. Вывод ясен: надо убрать камень и мотать отсюда по-быстрому! А если еще раз кто-то перегородит, то мы сюда всей группой наведаемся, благо я место уже знаю, и портал навесить труда не составит. Ага! Еще и тана Тюрона с таном Горием прихватим. Похоже, валун в русле – дело рук морды в черном. А раз так, то наши преподаватели будут очень заинтересованы пообщаться с ним.

Я прикинул вес камня и свои возможности. Вроде бы сил должно хватить. Сосредоточился, поднапрягся. Камень задергался, медленно полез из своего гнезда. Вот уже в освободившееся русло хлынула вода и с веселым журчанием устремилась ниже по течению к жаждущим. Я еще выше поднял каменюку и оттащил метров на десять в сторону, где и бросил.

Глупо, конечно, сделал. Почва содрогнулась под ногами. Этак можно обвал на свою голову сообразить! Камень глубоко воткнулся в землю, но, боюсь, что это ничего не значит. Тот, кто его в русло заткнул, сможет, наверное, повторить эту процедуру, и не раз.

Я сделал шаг назад, критически оценивая результаты своего титанического, не побоюсь этого слова, труда, и понял, что продолжаю пятиться. Вернее, меня пятит! Меня тянет и затягивает! Куда? Зачем? Эй! Я так не хочу!..

Я напрягался изо всех сил, противясь неведомой силе, которая тянула меня спиной вперед куда-то в неизведанные, но, думаю, явно негостеприимные дали. Я упал, стараясь распластаться по земле, упереться ногами и зацепиться руками за выступы. Не получалось! Перевернулся на спину. Взглядом нашел черный водоворот, в который меня затягивало. Метнул в него пульсар, но тот просто канул в водовороте. Ни я не услышал взрыва, ни водоворот не исчез! Меня продолжало втягивать в него с неослабевающей силой. Что делать? Ответа на этот вопрос я не успел найти. С неприятным чпоком меня таки втянуло в эту противную воронку.

Я покатился по каменистой почве. Место, куда меня выплюнуло, не отличалось мягкостью! Я остановился. Ну да! Классическая поза! Физиономией вниз. Чувствую – побило меня камнями хорошо.

Все, это меня уже достало! Сейчас моя очередь ответить любезностью на любезность! Что за мания такая – затаскивать к себе без предварительного приглашения? «Эй, братишка! Давай! Выходи на сцену!» Это, как вы понимаете, я обратился к своему альтер эго.

Ну вот я! И так всегда! Когда надо вытягивать пятую точку со всем остальным в придачу, обращаются ко мне. А нечего было вот так, без подготовки лезть! Придется теперь мне разбираться, что к чему. Я открыл глаза, расправил крылья, потянулся и осмотрелся.

Место, в которое меня затащило, особыми изысками не отличалось. Темно – основное понятие, которое можно было бы применить. Для меня с моим зрением это, конечно, не проблема. Но все равно – неприятно.

– Что, молодой серебряный дракон, осматриваешь место своей гибели? – услышал я голос.

Ну почему подобные фразы всегда произносятся таким неприятным голосом? Тем более если этот голос звучит на ментальном уровне у меня в голове. Мог бы и тембр откорректировать.

– Меня погубить многие пыталисссь,– буркнул я.– Не ты первый, не ты и поссследний.

Так, и кто это мне гибель пророчит? Я обвел взглядом местность вокруг. Вон там мрак сгустился в какую-то странную тучу. Ого! А эти две красные щели, они что, роль глаз играют? Так, для начала я в один из этих глаз плюну огоньком. Я поднатужился для «чистого пламени» и… разочарованно выдохнул воздух. У меня не получилось!

Мрак противно хихикнул:

– Глупый молодой дракон! Ты думаешь, что старого мудрого демона можно вот так легко победить? Ты думаешь, что старый мудрый демон не подготовился к этому? Я рассчитал каждый твой шаг, и это было не сложно. А теперь отведай моего гостеприимства!

Я почувствовал мощнейшее давление. Как будто попал под пресс. Меня распластало по земле.

– А теперь крылышки! – услышал я сквозь шум в голове.

Крылья стало выворачивать с ужасающей силой. Я взвыл от дикой боли. Не помню, сколько продолжалась эта пытка. А мои мучения доставляли радость этой туче нечестивого мрака. Сквозь невыносимую боль до меня доносились торжествующие вскрики и дикий хохот.

Но внезапно все закончилось. Валяясь на земле выжатым лимоном, я даже не мог сразу осознать, цел ли.

– Ты посмел явиться в место моей силы? – пришел голос от мрака.

– Слишком много ты себе таких мест завел, Навухотел,– ответил незнакомый бас.

Я с огромным трудом приподнял голову, пытаясь рассмотреть неожиданного спасителя. Большой серебряный дракон стоял передо мною, преграждая доступ демону к моей обессиленной туше.

– Уххходи! – выдавил я.– Ты не сссможжжешшшь ничччего сссделать ззздесссь.

– Уж лучше бы ты послушался своего родственника! – насмешливо прогрохотал Навухотел.

– Уверен, что так же легко справишься и со мной? – проревел дракон.

Он внезапно окутался ярко-желтым сиянием и превратился в мужчину мощного сложения. Он вскинул руки. Между ладонями зазмеилась ярко-алая дуга, которая внезапно оторвалась от них и устремилась к туче мрака.

Я каждой клеточкой измученного тела услышал-почувствовал вопль демона.

Мужчина размеренно и четко взмахивал руками, как будто замешивал воздушные потоки под темными небесами.

– Нет! – заревел демон.

Темные пологи прорвались, и в разрывы хлынули потоки нестерпимо яркого света. Тучу мрака смяло, скрутило и отбросило. Бесформенным клубком она покатилась вдаль от нас.

– Я отомщу! – услышал я удаляющийся вопль.

Мужчина обернулся ко мне.

– Ну и чего тебя сюда понесло, малыш? – неожиданно мягким голосом спросил он.

Его осунувшееся и побледневшее лицо, изредка подрагивающие руки говорили о том, что подобные магические упражнения никому не даются даром. Даже если ты серебряный дракон.

– Ты, давай, преобразуйся сам. Мне сейчас смену ипостаси будет трудновато сотворить,– устало сказал он, привалившись спиной к большому валуну.

Я только вздохнул. Все тело как будто через мясорубку пропустили. Ладно! Преображаемся в человека.

Глава 31

Как будто мне будет легче сменить ипостась! После всех проказ этой темной, я бы даже сказал, кромешно-черной тучи, я себя чувствовал тоже очень скверно. Но спорить со спасителем было не с руки. Что же, передаю управление первому...

...Я обнаружил, что стою на четвереньках. М-да, пикантная поза. Кряхтя, сел на подвернувшийся выступ и с интересом уставился на своего спасителя. Тот тоже не скрывал интереса.

– Давай знакомиться, найденыш,– предложил он, устало улыбаясь.– Меня зовут Хораст. Конечно, имя у меня более длинное, но на данный момент можно обойтись и этим.

– Колин,– с трудом выдавил я в ответ.– Конечно, имя и у меня более длинное, но на данный момент тоже можно обойтись и этим.

Хораст расхохотался.

– Как вы оказались здесь и сейчас? – поинтересовался я, когда он немного успокоился.– Очень вовремя вы подоспели! Мне уж показалось, что ко мне наведался песец. Во всяком случае, впечатление было именно такое.

– Песец? – приподнял правую бровь Хораст.

– Это зверек такой,– охотно поделился я сведениями,– приходит в последний момент и имеет скверную привычку являться неожиданно.

– Интересно,– хмыкнул Хораст.– Я с такими зверями давно не встречался. А тут я оказался совершенно случайно. Пролетал мимо и обнаружил скопление темной силы. Мы не любим, когда происходят такие вещи. Они всегда предвещают какую-нибудь пакость. Вот и наведался. Надо же было проверить, что тут происходит. Как оказалось, не зря.

– Очень не зря! – с облегчением выдохнул я.

– Расскажи мне, что же тут происходило,– предложил Хораст.

Делать нечего, пришлось рассказывать. Во время моего монолога Хораст молчал, только иногда неодобрительно покачивал головой.

– Ты что, не понимал, что это ловушка? – укорил он меня после рассказа.– Зачем лез туда? Надо было сразу же бежать! Ведь знаний и навыков у тебя, как я вижу, с гулькин нос. Обратился бы к своим старшим. Опытного дракона не так-то легко увлечь в «черную воронку», а нескольких так и вообще невозможно!

– Да понимаю я все! И мне еще учиться и учиться. А самый опытный у нас – тан Тюрон,– вздохнул я.– К тому же он единственный дракон.

Хораст, услышав имя Тюрона, резко вскинул голову.

– Подожди! – каким-то охрипшим голосом прервал он меня.– Как ты сказал? Тюрон? А случайно его полное имя не Хризмон Тюрон тор Перрия Кроуншельд Прастима сен Рассия?

– Вы его знаете? – чуть не свалился я с камня, на котором сидел.

– Так вот ты откуда,– задумчиво сказал Хораст, не отвечая на мой вопрос.– Значит, мое пророчество сбылось. Ну здравствуй, наследник!

Наверное, вид у меня был еще тот. Хораст посмотрел на меня, и его лицо расплылось в улыбке.

– Как же ты еще молод! – даже с некоторым сожалением сказал он.

– Ничего! – выдохнул я.– Этот недостаток из тех, что со временем проходят.

Ну вот! Опять я вызвал приступ смеха у Хораста. Какой смешливый дракон мне попался, однако.

– Похоже, именно вас он ищет уже двести лет,– вымолвил я, когда наконец смог восстановить душевное равновесие.

– Ну а кого же еще? – усмехнулся Хораст.– И надо сказать, что я его понимаю. Только необходимость заставила нас оставить его там.

– Не знаю,– хмыкнул я.– Судя по вашим словам, есть еще какие-то драконы. Или я ошибаюсь?

– Драконы есть! – серьезно кивнул Хораст.– И даже в нескольких мирах, но они не могут менять ипостась. Я уж думал, что нашел тех, о ком мы не знали. Что было бы крайне удивительно.

– И что теперь? – поинтересовался я.

– Забираем Хризмона, и домой,– пожал плечами Хораст, но, заметив мое хмурое лицо, озабоченно спросил:

– Что-то не так?

– Вот так просто: забираем – и домой?

– Ну да! Или ты не сторонник простых решений?

– Хораст, э-э-э... А как вообще к вам обращаться?

– А вот так и обращайся. У нас не приняты всякие приставки.

Я вздохнул. Когда Хораст внес такое заманчивое предложение, мне в голову пришла мысль, которая лишила меня покоя. Теперь ее надо было выдать «на гора», но как? Очень не хотелось обижать его и показаться неблагодарным.

– Понимаете,– начал я, тщательно подбирая слова,– мне кажется, что вот так просто – забрать и уйти – будет не совсем хорошо. Нехорошо по отношению к тем, кто там останется. У нас, пока мы тут живем, сложились определенные отношения, да и, что там говорить, мы в определенном долгу перед ними…

– Малыш! – остановил мои излияния Хораст.– Драконы никому ничего не должны! Скорее наоборот. Мы тысячелетия держали миры на своих крыльях, не давая пожрать их Хаосу. Мы дали возможность зародиться в этих мирах многочисленным народам и помогали им выжить, прикрывая собой и теряя своих собратьев, ибо враг был могуч и коварен. Поэтому, скорее, они все должны нам, а не мы им.

– Может быть,– согласился я.– Я при этом не присутствовал. Как-то не пришлось. Есть глобальный долг, но есть и мой маленький. Тот долг, который я сам себе установил. Я не могу вот так просто взять и бросить тех, с кем делю жизнь; тех, кто дал мне ее; тех, кто воспитал и обучил меня, моих друзей, наконец. Или вы хотите сказать, что у драконов не может быть друзей?

Хораст ответил мне не сразу. Он долго и внимательно вглядывался в мое лицо.

– Сохрани эти отношения и мысли,– сказал он наконец.– Именно они делают тебе честь. Ты – достойный наследник нашего народа! Конечно, мы не требуем, чтобы вы сразу отправились к нам, бросив все. Но мы вас ждем. Потому что вы – часть нашего народа. Потому что вы нужны нам. Потому что вы дадите свежую кровь нашему роду и толчок в развитии. Но это отдельный разговор. Сейчас я оставлю тебе координаты и укажу путь, которым вы можете к нам попасть.

Хораст очень долго мне втолковывал, как и что надо сделать. Он заставлял меня по нескольку раз повторять сказанное, желая увериться, что я ничего не забуду. Вот только он не знал, что мне это нелегко дается еще из-за того, что я с самого утра и крошки во рту не держал. А есть мне очень хотелось! Когда голодное урчание в моем животе стало заглушать его голос, он удивленно воззрился на меня.

– Я не успел позавтракать,– краснея от неловкости, признался я.

– Да! Действительно, тебе еще многому предстоит научиться,– покачав головой, вымолвил Хораст.

Он даже как-то небрежно сделал несколько жестов рукой. Видимо, он уже восстановился от потери энергии. Впрочем, что я знаю об ее запасе у драконов? На земле между нами возник столик, а секундой позже и еда на нем.

Вот это да! Завтрак можно назвать английским. На тарелке, явно из какого-то сервиза, находилась яичница-глазунья, пара равномерно прожаренных гренок с кусочками бекона. Рядом появился высокий стакан с напитком оранжевого цвета. И как завершающий штрих – серебряная вилка и нож.

– А почему вы обратились в человека? – поинтересовался я, уплетая за обе щеки поздний завтрак.– Я думал, что дракон менее уязвим.

– Ипостась дракона неотделима от стихии огня,– тихо сказал Хораст,– а ипостась человека у нас неотделима от магии огня. В образе дракона мы можем делать огонь в любом его виде и проявлении. Сюда входят и «истинное пламя», и «чистое пламя», и многое другое. Но только огонь! А магия доступна нам только в образе человека, тем более – высшая магия света. Навухотел – демон, порождение Хаоса. Не самый сильный, но и не самый слабый. С ним можно справиться только магией.

– Нам, наверное, надо поскорее отсюда убираться,– проговорил я, торопливо проглатывая очередной кусок.– Что, если этот прыщ позовет кого-нибудь из своих на помощь?

– У них не принято приходить друг другу на помощь,– улыбнулся Хораст.– Но даже если это и случится, то у нас как раз принято! По моему призыву тут же появятся другие драконы. И их будет более чем достаточно для того, чтобы дать ответ любому порождению Хаоса. Но мы отвлеклись. Еще раз повтори, что нужно сделать для перехода в наш мир. Только учти, что самое главное – это точное чередование действий!

Сыто отдуваясь, я откинулся на камень, рядом с которым сидел, и оглянулся по сторонам. Не то чтобы окружающий мир как-то изменился – он продолжал оставаться таким же темным и негостеприимным, но после завтрака он все же показался мне уютнее. Да и компания опытного и могучего собеседника вселяла уверенность

– Так как того темного мага зовут? Салтук? – Хораст небрежным движением руки ликвидировал остатки позднего завтрака. Или раннего обеда? Я уже не мог сориентироваться.– Мы позаботимся о том, чтобы он вас больше не тревожил.

– Не надо! – запротестовал я.– Это же не демон. Мы сами постараемся с ним разобраться.

Хораст помолчал, с искренним интересом глядя на меня.

– Что-то мне подсказывает, что этому Салтуку не стоит завидовать,– изрек он, закончив осмотр.

– Да уж! – подтвердил я.– Не стоит.

– Тебя проводить в твой мир? – поинтересовался Хораст.

– Я попробую сам. Можно? Вы только подстрахуйте меня на всякий случай. Тут у меня сложность с вектором переноса. Вы мне поможете с ним разобраться?

– Конечно!

– Тогда – до встречи! – сказал я, вставая.

– Что ж, надеюсь, до скорой встречи! – откликнулся Хораст, продиктовав мне формулу вектора.

Я проделал все манипуляции, которые уже хорошо запомнил. Притянул вектор. Передо мной засияла рамка портала. Прямо по курсу – мой домик.

– Молодец! – восхитился Хораст за моей спиной.

Махнув ему на прощание рукой, я решительно шагнул в портал.

– Тимон! – воскликнул я, заскакивая в дом и закрывая за собой дверь.– Я тебе сейчас такое расскажу, что ты с кровати свалишься!

Ответа от друга не последовало. Я, обернувшись, с удивлением обнаружил, что Тимона на кровати нет. Кстати, и кровать не застелена. Это уже непорядок! Вот этого я от аккуратиста Тимона не ожидал. Да и куда он делся? Может, умываться побежал? Вода же в ручье, наверное, уже появилась.

Я снова вышел на крыльцо, ожидая увидеть этого типа поблизости от дома. Нет! Никого! Может, девочки в курсе?

Я побежал к жилищу Гариэль и Аранты, но и их тоже не оказалось дома. Это уже начало меня беспокоить. Что-то случилось, а я об этом ничего не знаю?! Может быть, им нужна моя помощь, а я тут прохлаждаюсь...

Стоп! Тартак! Он же остался там, у дыры в земле, откуда, похоже, вытекал наш ручей! Я рванул к берегу. Вот он! Течет, родимый! Надо срочно бежать к истоку. Бежать? Да туда бежать час, не меньше! Да и путь не похож на беговую дорожку. Легко можно конечности переломать, если под ноги не смотреть.

Я распахнул крылья и сильно оттолкнулся от земли. Только набрав высоту, вдруг сообразил, что я – это я. Нет раздвоения личности! Я уже сам по себе выбираю, в каком виде мне быть!

В моей голове, как в косметичке аккуратистки, удобно распределились знания, полученные во сне от драконов. Я четко ориентировался, когда и что надо предпринимать. Всплыло то, что было со мной, когда я был драконом. Особенно ясно вспомнилось, как я действовал во время первого превращения. Мама родная! Да я же там половину войска пожег! Брр! Ужас!

Ага! Вот и утес! И ребята там стоят. Тартака вижу, Гариэль, Мориту. А вон и мокрый как мышь Тимон что-то кричит, размахивая руками. Жерест наклонился над впадиной, из которой вырывается вода.

Выпускаю «шасси». То есть выпрямляю лапы, поджатые при полете. Мягкая посадка!

Все время, пока я приземлялся и превращался в человека, ребята молча таращились на меня. Я неспешно приблизился к ним.

– Колин, а ты быстро бегаешь? – ласково поинтересовался Тартак.

– Не жалуюсь,– осторожно ответил я, остановившись.

– Сейчас проверим,– пообещал Тартак, нехорошо улыбаясь и помахивая палицей.

– Давайте я сейчас его пристрелю, пока до него Ари не добралась,– кровожадно предложила Гариэль.

– Тогда Аранта доберется до тебя,– сердито сказал Тимон,– за то, что лишила ее удовольствия лично ему шею свернуть.

– Эй! Вы чего? – заволновался я, пятясь.

– А ведь там, внизу, еще и тан Тюрон с таном Горием,– печально сказал Жерест, с сочувствием глядя на меня.

– Не бойся, Колин, я тебя не больно убью,– заботливо прогудел Тартак, мягко приближаясь ко мне.

– Эй, ребята! Это же я – Колин! Что означает эта встреча?

Тартак нахмурил брови и сердито прогудел:

– Нет, я тебя быстро убивать не буду! Я растяну удовольствие. Ты знаешь, что пропадал уже четыре часа неизвестно где? Чего я только не передумал, стоя над этой дырой! Хорошо, что в кустах выловил какого-то лешего и отправил его за подмогой. А ты еще спрашиваешь, что означает эта встреча?!

Мне этот рев очень не понравился! Я торопливо создал портал к истоку ручья и запрыгнул в него, даже не проверяя, насколько он правилен.

Результат был закономерен. Я со всего маху врезался в спину тана Гория и, не удержавшись на ногах, покатился вместе с ним по твердому каменному полу.

– Так… – Тан Тюрон стоял надо мной, уперев руки в бока.– Пропажа явилась. И где тебя, драконья морда, носило?

– Ну частично меня носило не по моей воле,– уселся я на полу.– Простите, тан Горий, немножко не рассчитал.

Тан Горий с кряхтеньем поднялся с земли и встал рядом с наставником, сердито глядя на меня.

– Я тоже немножко не рассчитаю,– пообещала Аранта.– Убить не убью, но, наверное, покалечу.

– Это не я! – торопливо сказал я.– Это все демон!

– Какой демон?

Тан Тюрон пригнулся. Его глаза превратились в драконьи, с вертикальными черточками зрачков.

– На данный момент уже, наверное, никакой,– заверил я.– Ему сейчас не до меня. Он раны зализывает.

– Колин,– пробурчал тан Горий сердито.– За все эти художества тебя таки точно надо прибить!

– Да что сегодня за день такой? – буквально взвыл я.– Вы что, сговорились? Все моей смерти хотят! Одна только любимая девушка, видимо, по доброте душевной, пообещала не убивать, но все-таки покалечить.

– А что, были еще желающие? – осведомился тан Горий.

– А то! Начиная с того самого демона.

– Рассказывай! – потребовал тан Тюрон.

Его вид был настолько грозен, что я не решился ему перечить.

Глава 32

Конечно же рассказать все тут же в пещере мне не дали, а меня, ругая на все лады, доставили к нашему домику. Что обидно, даже слова сказать в свое оправдание не позволили! Потом все пошли переодеваться в сухое и чистое. И только после обеда собрались в беседке, чтобы заслушать дело о… ну, в общем, понятно. Явились, как водится, все. Я решил в отместку стоически молчать, зажимая изо всех сил рвущиеся из недр души сведения о том, что мне удалось обнаружить. Нанесу сокрушающий удар в точно выверенный момент. Главное, не пропустить этот момент!

Директор Школы тан Горий и его научный консультант старший преподаватель тан Тюрон сели во главе стола, и оба смотрели на меня взорами прокуроров, которым наконец-то досталось беспроигрышное дело. Не сомневаюсь, что оба уже приготовили свои проекты приговоров – один суровее другого. Да и речи их будут поражать виртуозностью исполнения и изяществом формулировок. Даже жаль им все это торжество ломать.

И все ребята из нашей группы были тут же. «Дружеские» чувства, видимо, еще не остыли в их сердцах, поэтому они смотрели на меня сердито и с осуждением. Их понять можно, но у меня есть и свои оправдания.

– Ну рассказывай! – начал суд тан Горий.– За каким демоном ты полез в одиночку под землю?

– Вообще-то я полез не за демоном, а разведать обстановку и очистить русло ручья. Как оказалось, демон поджидал меня уже там.

– Ты уже не мальчик, а попался в эту ловушку, как пацан,– укоризненно сказал тан Тюрон.

– Но сначала ничего не было, – покраснел я.– Я осмотрел всю пещеру. Все было чисто! Это уже потом, когда я убрал камень, появилась воронка. Я не знаю, как этот Навухотел смог рассчитать, что я приду один. Да и вообще, откуда он знал, что я приду?

– Навухотел?! – даже подпрыгнул на своем месте наставник.– И ты жив? Или мои глаза меня обманывают, и передо мной сидит призрак? Ты хочешь сказать, что смог справиться с ним в одиночку? При всем моем уважении к тебе я считаю, что это дело тебе не по зубам!

– А я и не хочу сказать, что в одиночку. Мне очень вовремя помогли.

– И кто же этот помощник? – мягко поинтересовался тан Горий.– Кому мы должны сказать спасибо за то, что он вытащил твою задницу из этой передряги? Ох, что-то ты крутишь, парень!

– Как это кто? Дракон, конечно!

В беседке наступила тишина. Все смотрели на меня, пытаясь уложить в сознании только что сказанное.

– Что-то со слухом у меня произошло,– внезапно осевшим голосом выдавил тан Тюрон.– Мне показалось, что ты упомянул о драконе? Это что, шутка такая?

– Нет, не шутка,– тихо сказал я.– Меня действительно спас дракон. Его зовут Хораст.

– Хораст Сарсат тор Пертана Кроуншельд Партона сен Таррата? – Глаза тана Гория стали как блюдца – абсолютно круглые от изумления и очень большие. И самое интересное, что они поменяли место своего обычного пребывания. Теперь они располагались в области темечка.

– Своего полного имени он мне не назвал,– вежливо улыбнулся я тану Горию, наслаждаясь выражением неподдельного изумления на его лице.– Но то, что его звали Хораст,– это точно. Он мне сам это сказал.

– Как это все произошло? Рассказывай! Не томи! – потребовал тан Тюрон.

В его глазах плескались сумасшедшая надежда и радость. Он даже привстал со своего места и потянулся ко мне. Я могу его понять. Ведь алый дракон искал своих сородичей без малого двести лет, а тут появляюсь я и так просто сообщаю о том, что нашел дракона. Вернее, что дракон нашел меня. Ну встретились, ну, поговорили. Дело-то обычное.

Вздохнув, я начал рассказ с самого начала. О том, как проснулся и побежал к ручью, как встретил Тартака и решил пойти с ним к истокам, и так далее. Пока я предавался воспоминаниям, тан Тюрон нетерпеливо подпрыгивал на своем месте. Казалось, что он готов был схватить меня и выдавить побыстрее все сведения о драконах. Похоже, только присутствие тана Гория, который терпеливо и с интересом слушал мой рассказ, сдерживало его.

– Координаты, Колин, координаты! – потребовал тан Тюрон, заставив меня вспомнить незабвенное: «Имя, сестра, имя!» – из фильма про трех мушкетеров.

– Хризмон, ты что, хочешь прямо сейчас отправиться туда? – мягко спросил тан Горий.

Тан Тюрон, который, казалось, вот-вот встанет и полетит, вдруг как-то осунулся. Его плечи опустились, и он, виновато взглянув на тана Гория, сказал:

– Не знаю, учитель. Мне хочется к своему народу, но я понимаю, что сердце мое останется тут.

Я прислушался к себе. Не могу сказать, что мне так же невыносимо хотелось отправиться к неизвестным мне родичам. Хотя что-то и во мне всколыхнулось. Может, это моя вторая сущность еще не совсем слилась в единое?

– Я не неволю тебя, Хризмон. Ты можешь отправиться в любой момент,– продолжил тан Горий.– Но я хотел бы напомнить тебе о том, ради чего тебя оставляли.

Они оба одновременно посмотрели на меня. Я под их взглядом невольно поежился.

– И когда мы намерены нанести им визит? – нетерпеливо спросил тан Тюрон, не отводя от меня взгляда.

Я так понял, что вопрос был обращен ко мне. Я пожал плечами.

– Подождите! – вмешалась Аранта.– Вы что, хотите туда вдвоем отправиться? Сами?

– А что? – Тан Тюрон непонимающе взглянул на нее.

– Вам не кажется, что меня тоже надо взять? – Аранта со значением взглянула на меня.– Мне Колин рассказал кое-что.

– Хм, не лишено смысла.– Рука тана Гория потянулась к стимулятору умственной деятельности – к затылку.

– Я как лучшая подруга не могу отпустить Ари одну,– подала голос Гариэль.– И у меня от Светлого леса есть поручение присматривать за Колином. Я отвечаю за его безопасность перед отцом.

– Какая ему может грозить опасность среди собственного народа? – удивленно спросил тан Тюрон.

– Не знаю,– отрезала Гариэль.– Но я дала слово и должна его сдержать. К тому же я всегда хотела увидеть этот великий народ.

– И я всегда мечтал увидеть настоящих драконов! – внушительно пробасил Тартак.– Не одного или двух, которые живут среди нас, а целую стаю! И вообще, мне положена какая-то моральная компенсация из-за этого типа или как? – Тартак ткнул в мою сторону пальцем.– Я, может быть, весь испереживался и даже поседел!

– Врешь, лохматый! – вмешалась Морита.– Ничего ты не поседел. А вот у меня с Гариэль есть научная причина, по которой нам надо отправиться с Колином и таном Тюроном. Вы же знаете, тан Тюрон, что мы занимаемся изучением разумных рас. А по драконьей расе у нас нет никаких сведений.

– Ну ничего себе! – возмутился Тимон.– Моего лучшего друга забирают к драконам в зубы, а я в стороне? Не бывать этому! Мы делили с ним последний кусок хлеба, спали под одной крышей, сообща преодолевали опасности! И вообще, мы всегда были вместе! Колин, у тебя хватит совести оставить меня здесь?

– Эй! А как же мы? – поднялся со своего места Харос.

– Мы же одна группа! – Фулос встал рядом с братом.

Жерест, что меня очень удивило, промолчал, но, слегка побледнев, тоже присоединился к ним.

– Ну вот,– убито проговорил тан Тюрон.– Куда же без этих архаровцев? Эй, может быть, вы всю Школу с собой заберете?

– Ой! Боюсь, что всю Школу драконы не вынесут,– задумчиво вымолвил я, находясь в некотором ступоре от такого напора моих друзей.– Если они из этого мира удрали, то придется им и оттуда срочно сматываться, когда мы нагрянем всей Школой.

– Хватит! – хлопнул ладонью по столу тан Горий.– Этот вопрос с наскока решать нельзя. Надо очень четко разобраться с теми сведениями, которые Колин получил от Хораста. Хризмон, ты двести лет терпел. Неужели не можешь потерпеть еще немного? Колин, зайдешь ко мне завтра в кабинет. Есть у меня сомнения в некоторых деталях твоего рассказа. Надо бы разобраться более тщательно.

– Я тоже? – насторожился Тюрон.– Мне зайти тоже надо?

– Конечно! Это даже не обсуждается!

Выйдя из домика, я наткнулся на брата. Он с каким-то незнакомым пареньком прохаживался между домами студенческого городка. Они тут же прервали свою оживленную беседу, и Лешка, махнув другу рукой, устремился ко мне:

– Ты где пропадал? Тут все на ушах стоят!

– Ничего я не пропадал! – отрезал я.– Рабочие моменты решал. Ты как устроился?

– Нормально! – радостно ответил Лешка.– Только непривычно как-то.

– А уж как мне было непривычно! – вспомнил я свои первые дни и недели в Магире и кивнул в сторону уходящего паренька: – Я вижу, ты уже нашел здесь друга.

– Это Борей,– ответил Лешка.– Мы с ним вместе учиться будем. Представляешь! Он умеет щепки в печенье превращать!

– Ну и каковы они на вкус? – хмыкнул я.

– Деревянные… – вздохнул брат.– Точно! Привкус древесины имеется.

– Ничего! Вот попадете к тану Пекарусу, он научит вас варить суп из еловых шишек и хвои.

Лешка изумленно уставился на меня:

– Он что, чокнутый? Какой суп из шишек можно приготовить?

– Вкусный и наваристый, – твердо ответил я.– А для придания изысканности вкусу в него можно еще пару пиявок добавить. Или уже забыл, что ты бытовой маг?

– Я только собираюсь им стать,– уточнил Лешка.– Не уверен, что при такой рецептуре мне этого захочется.

– Захочется! – великодушно пообещал я.– И не забывай. Ты – Лексис ад Бут! Будь достоин этого славного рода!

– Сам дурак! – неожиданно обиделся брат.

– Ты чего? – оторопел я.

– Да про тебя тут такое рассказывают, что боюсь уже признаваться в нашем родстве.

– Та-а-ак! – протянул я.– Ну-ка. Что тут про меня рассказывают? И кто именно? – И, не оборачиваясь, позвал: – Тимон!

– Что? – выглянул из дома мой друг.

– Вот братишка хочет поведать местные сплетни о нас. Тебе не интересно?

– Очень даже интересно! – отозвался Тимон, уже целиком появляясь на крыльце.– Давно, признаться, я в сплетнях не фигурировал. В последний раз это было, когда на портрете моего покойного родственника неожиданно пробились настоящие усы и борода.

– И что? – заинтересовался Лешка.

– А ничего! – пожал плечами Тимон.– Теперь слуги каждый день его бреют.

– Кого? Родственника? – изумленно уставился на Тимона брат.

– Нет. Портрет!

– Ты не отвлекайся! – настаивал я.– Что рассказывают и кто?

– Ну… – замялся Лешка,– будто ты был в другом мире и там занимался черной магией.

– Не черной магией, а темным магом,– хмуро поправил Лешку Тимон.– Это существенное уточнение! И не он один, а вся группа вместе. И не мы им занимались, а он к нам что-то имел. И, к сожалению, имеет.

– ...А еще – что ты можешь превращаться в кого угодно, а не только в дракона,– выкладывал брат последние сплетни.– И тан Горий на самом деле – это ты, только в измененном виде.

– Что? Я – тан Горий? Тан Горий очень захочет лично побеседовать с автором такой новости,– заметил я глубокомысленно.– Ох, хотел бы и я присутствовать при этой незабываемой беседе. По крайней мере – для сплетника.

– Ну и кто такое болтает? – нетерпеливо спросил Тимон.– Давай-давай, колись! Мне не терпится узнать, кто у нас такой фантазер!

– Да есть там одна девчонка,– неловко переминаясь с ноги на ногу, признался Лешка.

– Пошли, проведаем ее,– предложил я.

– Нет! – не согласился Тимон.– Не советую! Потом пепел придется убирать и объяснять, что дом сам сгорел, а мы только рядом проходили. Лучше давай наябедничаем тану Горию. Хоть это и некрасиво, но так уж и быть, переживем.

– Пожалуй, на том и порешим! Будем ябедами! – вынужден был согласиться я.– Тем более что действительно пепел не хочется убирать.

– Ой! Вон и Гариэль идет! – заметил Лешка.– К нам идет, между прочим.

И что это к нашей эльфиечке все так неровно дышат? Нет, она конечно же очень красивая, но, на мой взгляд, Аранта все-таки еще красивее. А то, что некоторые, при упоминании о том, кто она, начинают судорожно застегивать воротники, только добавляет ей шарма.

Глава 33

Гариэль остановилась и внимательно взглянула на две млеющие физиономии, Алешки и Тимона, и одну мою, заинтересованно на нее взирающую.

– Колин, я только что получила «летяшку» от отца. Он известил меня, что наше присутствие требуется в Светлом лесу по важному делу.

– Ну так собираем ребят – и вперед! – хмыкнул я.

– Ты не понял,– покачала головой Гариэль.– Приглашают только меня и тебя. Эту деталь мой отец подчеркнул особо.

– Интересно,– въедливо процедил Тимон.– А как Аранта восприняла такую новость?

– Без восторга,– отпарировала Эль.– Но спорить не стала. Она понимает, что нас вызывают по делам.

– Удивительно! – протянул Тимон.– В первый раз Аранта отпускает Колина одного, да еще с такой красивой девушкой.

– Мы подруги! – возмущенно вздернула подбородок Гариэль.

– А я не какой-нибудь ветреник,– подчеркнул я, зная отношение Тимона к Гариэль.– Надо – значит, надо! Когда отправляемся?

– Сейчас.

– Ну что ж, пошли,– вздохнул я.

– Колин! Ты что, собираешься в таком виде посетить наш лес?

Только сейчас я обратил внимание на то, что в волосах Гариэль сияет чудесная диадема, а сама она одета в небесно-голубое платье, которое очень выгодно подчеркивает ее изящную фигурку.

– Ох уж эти мужчины! – осуждающе покачала головкой Гариэль.

– Я не ношу голубых платьев, да и нет их у меня,– буркнул я.

– Не смешно! – поджала губки Эль.– Надевай свой баронский костюм.

Возразить мне было нечего. Действительно, надо соответствовать. Эльфы очень щепетильны ко всем этим тонкостям. Пошел переодеваться. Лешка протопал за мной в дом.

– Это ты в эльфийский лес собираешься? – заинтересованно спросил он, пока я рыскал по комнате, выискивая необходимое.

– Угу! – невнятно промычал я, выколупывая из-под кровати ножны с рапирой.

– Значит, там эльфы живут? – продолжал допытываться Лешка.

– Угу! – Ножны извлечены. А где же мой парадный пояс?

– А там красиво?

– Угу! – В шкафу, наверное. Сейчас пороемся.

– Что ты, как сыч? Угу-угу!

– Угу… Что? Ты кого это сычом обозвал? – Я возмущенно застыл у шкафа, в котором разыскивал парадный пояс.

– Тебя! – ехидно улыбнулся Лешка.– И не вздумай тут своими огненными штучками кидаться! Вспомни, что ты тут живешь! А я, на всякий случай, твой брат.

– Ладно, кидаться не буду! – согласился я.– Но вот выйдем на свежий воздух, тогда я могу и забыть о нашем родстве…

– Я успею убежать,– беспечно отозвался брат.

Хо! Не знает он, что такое бег. Ничего! Багран Скиталец его на этот счет просветит! Обязательно приду поприсутствовать на первом занятии. От предстоящего развлечения мое лицо расползлось в широченной улыбке. Правда, особо рьяно Багран третировал боевых магов, но и остальных студиозов не обходила чаша сия. Да и столкновение двух школ боевого искусства обещало быть интересным.

Я в парадном мундире, воротничок которого нещадно сдавливал шею, вывалился из домика. Лешка выскочил вслед за мной.

– Ты меня как-нибудь возьмешь туда?

– Когда-нибудь – обязательно!

Мы подошли к Тимону и Гариэль.

– Да, а преподы знают, что вы в Светлый лес направляетесь? – вдруг спохватился Тимон.

– Конечно! – Гариэль улыбнулась ему.– Без разрешения тана Гория мы не смогли бы воспользоваться телепортом. А ты, Тим, молодец! Не то что этот охламон. Даже не подумал о том, чтобы предупредить.

– Эй! – возмутился я.– Ты чего меня охламоном обзываешь? Я же знаю, что ты всегда и все предусматриваешь.

– В отличие от тебя! – отрезала не поддавшаяся на лесть Гариэль.– Пошли! Нас ждут.

Да-а, нынешний мой визит в Светлый лес с прошлым и сравнивать нельзя. Разница огромная. Если в первый раз нас встретили нацеленные стрелы, то теперь при нашем появлении стражники, выстроенные в две шеренги, со звоном выхватили свои мечи и скрестили их перед собой. Командир поспешил к нам и вежливо склонил голову.

– Мы рады приветствовать в Светлом лесу вас, ваше высочество, и вас, барон ад Бут!

Я несколько ошалел от такой встречи, а Гариэль даже бровью не повела. Вот что значит с детства расти в семье правителя! Она величественно кивнула командиру и направилась вперед сквозь строй почетной стражи. Я тоже заторможенно кивнул и потопал за ней.

Как только мы вошли в лес, в уши полилась необыкновенная музыка. Вроде бы и нет музыкальных инструментов, нет самих музыкантов, дирижера не видно, а вот музыка – есть! Играл сам лес, играли деревья, играл ветер на струнах ветвей и клавишах листьев, кружился в дуплах, виртуозно извлекая чудесные звуки. Птицы слаженным хором подхватили основной мотив, причудливо вплетая в него замысловатые трели.

Похоже, Гариэль не меньше меня была поражена этой встречей. Она остановилась. Ее брови удивленно поползли вверх.

– Надо понимать так, что это явление необычно и для тебя? – тихо спросил я, подойдя к ней.

– Очень! – ответила она.– На моей памяти такое было только раз, когда к нам в гости прибыл Верховный правитель из Ясеневого града.

– Так,– задумчиво сказал я, пристально разглядывая Гариэль.– И кто у нас тут Верховный правитель?

Гариэль не ответила. Она, пожав плечами, двинулась дальше. Музыка, охватывая нас, казалось, текла следом за нами.

Я отметил, что изменилось и отношение местного населения. Если в прошлый визит мы вызывали в лучшем случае легкое любопытство, а в худшем – полное безразличие, то сейчас совсем другое дело!

Встречные эльфы нам радостно улыбались, махали руками, некоторые кланялись. Не то чтобы низко и подобострастно, а с достоинством и уважением.

Вот и поляна, на которой нас в прошлый визит встретил сам Антариэль Отолариэ – правитель Светлого леса, Хранящий Свет. А здесь многолюдно! Вернее, многоэльфно. Это что? Неужели мы с Гариэль вызвали такой ажиотаж? Впрочем, вон и отец Эль. Сейчас все станет ясно.

Собравшиеся на поляне быстро смолкли, увидев своего правителя. Вот в чем нельзя отказать эльфам, так это в уважении к старшим. Вышел Антариэль к своему народу, желает что-то сказать – значит, все разговоры побоку, слушаем Антариэля!

В наступившей тишине Хранящий Свет плавно двинулся на возвышение в центре поляны. Окинув мудрым и теплым взглядом собравшихся, он заговорил:

– Дети леса! Я говорю от имени Совета высоких домов. И слово мое – это слово Совета.

Какое-то знакомое лицо у эльфа, стоящего рядом с Антариэлем. Постойте! Да это же предводитель эльфов Харшада – Солториэн. Кажется, так его зовут. Но как он оказался здесь? Да, в оперативности местным магам не откажешь. В этот момент я встретился с Солториэном взглядом. Ну что можно сказать? Это взгляд того, кто наконец-то достиг своей цели. Но легкий налет печали от потерь в нем все же чувствовался.

– Моя дочь, – продолжал тем временем Антариэль,– проходит обучение в Школе Боевой Магии. В свое время было принято решение о том, чтобы наша одаренная молодежь занималась там, дабы получить знания, которые тут мы им дать не можем. Но Гариэль, как истинная дочь своего народа, бережно хранит в памяти заветную мечту объединить и связать наши племена и кланы. Год назад мы с радостью приветствовали у себя наших собратьев из клана «Скользящих среди деревьев», которые ушли в Лукоморье в незапамятные времена и утратили с нами связь. Именно благодаря Гариэль и ее друзьям мы снова увидели этот клан среди наших собратьев!

Народ на поляне одобрительно зашумел. Высокий эльф, стоящий неподалеку от правителя, приветственно поднял руку. Видимо, он и представлял этот клан здесь. Антариэль переждал шум и продолжил:

– На этом Гариэль не остановилась. Уже буквально на днях мы имели счастье обнять наших собратьев из клана «Забытого леса», которых среди нас представляет Солториэн!

Снова поднялся радостный гомон собравшихся.

– Это, конечно, все хорошо,– буркнул тихонько я,– но я-то тут при чем?

– Имей терпение, Колин,– так же тихо ответила мне Гариэль.

– Решением Совета Гариэль присвоен почетный титул «Собиратель»! – торжественно провозгласил Антариэль.

Тут поднялся такой гвалт, что я всерьез начал беспокоиться за сохранность своих барабанных перепонок. Я, конечно, не являюсь специалистом в почетных титулах эльфов, но, судя по реакции собравшихся, это событие из ряда вон выходящее. Гариэль, смущенно улыбаясь, опустила голову. А вокруг нас бушевал шквал восторженных приветствий и поздравлений. Вот уж не ожидал, что эльфы могут проявлять такие эмоции.

– Это еще не все,– загадочно произнес правитель эльфов, когда шум улегся.– Мы все видим здесь молодого человека. Не так ли?

Присутствующие зашумели – мол, видим и задаем себе вопрос, какого лешего он тут делает? Во всяком случае, именно так я расшифровал этот шум.

– Но это же не человек! – внезапно услышал я голос Солториэна.

Шум мгновенно стих. Я почувствовал на себе сотни взглядов. Ох, как-то не привык я быть в центре внимания такого количества эльфов.

– Да! – подтвердил Антариэль, удовлетворенно улыбаясь.– Колин ад Бут не человек. Мы рады приветствовать среди нас серебряного дракона!

Невыносимо долгое мгновение тянулась тишина среди пораженных таким известием эльфов. Но что потом началось! Скажу честно: мне очень хотелось куда-нибудь исчезнуть и не отсвечивать. Но мне такой возможности не дали. Эльфы раздвинулись, и перед нами открылся проход к возвышению, на котором стоял Антариэль и приглашающе махал нам рукой.

– Наш брат Солториэн поведал нам историю вашего появления и твою роль в ней,– сказал Антариэль, когда мы поднялись на помост.

Он повернулся к эльфам и поднял руку, призывая к тишине:

– Решением Совета высоких домов Колину, барону ад Буту, присваивается почетный титул «Друг эльфов»! – Антариэль переждал взрыв эмоций и добавил: – Это решение доведено до его величества, короля людей Кронтая Первого. А сейчас я предлагаю дорогому другу наше скромное гостеприимство, но обещаю, что мы непременно организуем торжественное празднование и пригласим всех, кто участвовал в свершении этих славных деяний!

Антариэль повернулся и буквально поплыл в направлении своей резиденции. Мы с Гариэль отправились за ним.

Я ощущал, что тут не все так просто. Слишком уж нарочитое выделение моей особы настораживало и требовало быть очень внимательным.

– Ты знала, что тут будет? – тихо спросил я у Гариэль.

Она отрицательно покачала головой. Каким-то образом я ощутил, что она действительно тут ни при чем, и сама ошеломлена произошедшим. Ой-ей-ей! Как бы не оказаться втянутым в высокую политику!

Мы зашли в небольшую комнатку. Высокое окно, затененное лозой дикого винограда, было распахнуто, пропуская через себя потоки теплого летнего воздуха. Вокруг небольшого столика стояли три удобных кресла. Казалось, что они росли из самого пола. А может быть, действительно росли? На столике я заметил три прибора и невысокий кувшинчик. Похоже, все приготовлено для долгой и обстоятельной беседы. Ну-ну. Надо держать ухо востро! Это, в первую очередь, касается меня. А у этих лесных ребят уши и так острые!

Антариэль сделал приглашающий жест, указывая на кресла, но сам садиться не стал. Он отошел к окну и задумчиво рассматривал вид из него.

Мы с Гариэль переглянулись и присели.

– Колин, ты, наверное, понимаешь, что внешнее обрамление событий и все, что происходит перед народом, не главное,– не оборачиваясь, произнес Антариэль.

– Я это почувствовал,– осторожно сказал я.

Эльф кивнул, отвечая каким-то своим мыслям.

– Почувствовал,– повторил он мои слова.– Действительно. Серебряные драконы – отменные эмпаты. Значит, я был абсолютно прав, утверждая, что мы должны быть с тобой предельно откровенны.

– Отец,– вмешалась Гариэль.– Можно задать тебе вопрос? Вернее, два вопроса?

– Спрашивай! – Антариэль отвернулся от окна и внимательно посмотрел на дочь.

– Что означало нынешнее собрание на поляне Торжеств? Почему я не знала об этом? И второе: а что, кто-то не хотел быть откровенным с Колином?

– Я так и знал, что ты сразу же начнешь засыпать меня вопросами! – улыбнулся правитель эльфов, подойдя к столику и присаживаясь за него.– Я сейчас все вам расскажу и, думаю, что сниму часть из них.

– Хорошо. Но в первую очередь объясни мне, почему я не знала.

– Не знала потому, что не было времени предупредить тебя. Форинтиэль очень торопил.

Форинтиэль? Ах да! Наистарейший из эльфов. Мечта геронтологов. Больше пяти тысячелетий живет и хоть бы хны! Так мало того. Он еще и бодренько так живет. Только глаза у него очень усталые.

– Я знал уже давно, но все эльфы, Колин, узнали про тебя, когда к нам прибыл Солториэн и рассказал о последних событиях. Сам понимаешь, весть о появлении еще одного дракона является очень важной как для нас, так и для всего нашего мира.

– Почему? – удивился я.– Каким образом я касаюсь вас и этого мира?

– Терпение, мой мальчик, терпение! Я все скажу.

Антариэль налил в свой бокал немного напитка из кувшинчика и сделал пару глотков. По его движениям я понял, что он волнуется, хотя и очень старается скрыть это.

– Только когда народ драконов ушел, мы поняли, насколько его нам не хватает,– глухо заговорил он.– У нас были с твоим народом некоторые разногласия. О, ничего такого, что приводило бы к конфликтам! Но отношения все же были несколько натянутыми. В первый момент, узнав о том, что драконы ушли, мы вздохнули с облегчением. Но потом поняли, что их уход – это потеря для нашего мира, и очень большая.

Антариэль тяжело вздохнул и продолжил:

– В нашем мире Свет потерял немалую часть своих сильных и активных приверженцев. Результаты видны невооруженным взглядом. Расплодились нечисть и нежить. Возросло количество сторонников черной магии и некромантии. А мы, эльфы, не в состоянии одни контролировать все. Нас хватает только на то, чтобы чистить свои леса и держать их границы. Ты уже долго живешь в этом мире и наверняка сам видишь, что я не сгущаю краски.

Я только кивнул, не торопясь пока высказывать свои мысли на этот счет. Антариэль понятливо усмехнулся.

– Возвращение драконов безмерно укрепило бы наши силы в борьбе со Злом. Форинтиэль убежден, что ты присоединишься к Тюрону в его поисках. И он убежден также, что ваши поиски увенчаются успехом.

Он вопросительно взглянул на меня. Упираться не было смысла. Я хорошо помнил, что эльфы четко отличают правду ото лжи.

– Уже,– был вынужден признать я.

Это короткое слово произвело ошеломляющий эффект. Антариэль резко выпрямился, его лицо побледнело, глаза пытливо впились в мою персону.

– Поясни! – потребовал он.

Пришлось изложить ему историю с потерянным источником. Услышав о демоне, правитель эльфов подхватился со своего кресла и начал мерить комнату шагами. Когда я закончил свой рассказ, он все еще некоторое время наматывал круги, размышляя и что-то решая для себя.

– То есть об отношениях с нами речи не шло? – вдруг обратился он ко мне.

– Как-то не до этого было,– пожал я плечами.

– Нам не хотелось бы вытаскивать на свет прежние недоразумения. Я надеюсь, что ты нам в этом поможешь.

Я хотел было сказать, что конечно же помогу! А как же иначе? Ведь... Стоп! Что-то тут не вяжется.

– А каким образом я могу вам помочь? – осторожно поинтересовался я.

– Ну как же! Совершенно очевидно, что ты займешь достойное тебя место в иерархии племени.

– И что? Пятая колонна?

– Что? При чем тут колонна? – недоуменно переспросил Антариэль.

– Это я так, к слову,– хмыкнул я. Голова была ясной. Мысли четко разложились по полочкам.– Вы упускаете из виду несколько моментов.

– Да? И каких же? – сухо осведомился он.

– Первый: я слишком молод по меркам драконов. Кто станет прислушиваться к мыслям ребенка? Второй: я буду там новеньким, и не мне соваться со своими соображениями в их монастырь. И третье – я не могу ничего обещать, пока сам не буду знать, что же, собственно, происходило.

– Ах да! – Антариэль с видимой досадой посмотрел на меня.– Действительно, твои доводы существенны. Но пойми, мы хотим наладить добрые отношения с народом драконов, когда они возвратятся.

– А вы уверены, что они возвратятся?

Я с удовольствием наблюдал за выражением лица правителя Светлого леса. Видимо, эльфы решили, что драконы непременно, раз уж мы их найдем, вернутся и достанут все топоры войны, закопанные при их уходе в землю. Мысль, что драконы могут и не захотеть возвращаться, эльфам в голову, похоже, не приходила.

– В любом случае,– решил наконец Антариэль,– хорошо, что среди народа драконов будет кто-то, кто настроен к нам дружелюбно. Жаль, что ты еще так молод!

– Это еще почему? – возмутился я.

– Можно было бы и породниться,– вкрадчиво сказал он.

– Папа! – взвилась Гариэль, которая до этого молча слушала наш диалог.– Это невозможно по двум причинам. Первая – не хватает нам испортить отношения еще и с народом вампиров! Вторая – моим желанием ты поинтересовался?

– Есть моменты, когда личное должно отступить перед необходимым,– поучающе поднял палец правитель эльфов.

– Ага! – согласился я.– Если бы оно было, это личное. Но у нас с вашей дочерью нет ничего личного, кроме дружбы. Давайте договоримся, что этого вполне достаточно для наших дружеских отношений.

Антариэль тяжело вздохнул. Видимо, идея породниться ему очень нравилась.

– Что ты думаешь предпринять дальше? – тихо спросил он меня.

– Мы с Тюроном хотим наведаться туда, посмотреть.

– Не забывай, что у тебя есть способности к магии Леса,– напомнил мне Антариэль.– Мы будем рады обучить тебя всему, что умеем сами. И это поможет нам еще лучше понять друг друга.

Глава 34

– Чего они от тебя хотели?

Тан Горий смотрел на меня подозрительно. Не успел я появиться в нашем городке, как меня тут же перехватили и чуть ли не под конвоем препроводили к директору.

Тан Тюрон, выдернутый этим резким вопросом из задумчивого состояния, в котором находился все последнее время, встрепенулся и с недоумением взглянул на тана Гория. Увидев выражение физиономии директора, он принял соответствующее решение и тоже воззрился на меня с крайним подозрением.

– Ну они объявили меня другом,– промямлил я.

– Это я знаю! – отмахнулся руководитель Школы.– Что они от тебя хотели? Другом они могли тебя объявить и на расстоянии. Для этого совсем необязательно было вызывать тебя в Светлый лес.

– Тан Горий, а что за конфликты существовали между драконами и эльфами? – вдруг поинтересовался я.

Я так понимаю, что этот вопрос прозвучал для него несколько неожиданно. Он поперхнулся водой, которую как раз собирался отпить из стакана. Тан Тюрон дернулся и тоже повернулся к директору с выражением крайнего удивления на лице.

– Откуда ты об этом знаешь? – спросил тан Горий, после того как прокашлялся.

– Знаю,– ответил я.– Знаю, что конфликты были, но не знаю – почему.

– Учитель, а ведь ты и мне об этом не рассказывал,– заметил тан Тюрон.– Интересно почему? Хотелось бы уточнить. Что же ты мне еще не рассказал?

Директор долго перебирал что-то на столе, избегая смотреть на нас с наставником. Было видно, что он пытается подобрать слова для ответа. Мы оба выжидающе смотрели на него.

– Ну не то чтобы конфликты,– наконец заговорил тан Горий.– Так – некоторые трения.

– А подробнее? – попросил тан Тюрон.– Я не уверен, что это те сведения, которые можно опустить.

– Это касается проблем питания,– осторожно начал директор.– Драконы и эльфы придерживаются различных взглядов на составление предпочтительного меню.

– Не понимаю! Что-то я сегодня вообще плохо соображаю,– мотнул я головой.– Как вопросы о еде могут вызвать конфликт?

– Не конфликт, а трения,– поправил меня тан Горий.– Но они в конце концов привели к охлаждению в отношениях.

– Да кому какое дело, что я ем? – изумился я.

– Действительно! – поддержал меня наставник.– Разве это не личное дело каждого?

– Вроде бы оно так,– кивнул тан Горий.– Но тем не менее именно в этом эльфы и драконы не нашли взаимопонимания. Особую роль тут сыграло и то, что эльфы – адепты магии Леса, а драконы – Огня.

– Если вы думаете, что я все понял, то это не так,– сухо заметил я.– При чем тут виды магии? И какое отношение они имеют к пище?

– Ну эльфы не употребляют животную пищу, а драконы именно ее и предпочитают,– терпеливо продолжил тан Горий.– И на все увещевания эльфов отказаться от мясного рациона драконы не обращали ни малейшего внимания.

– Ну конечно! Если автомобиль заправить молоком вместо бензина, то он не поедет,– вставил я свое соображение по этому поводу.– Почему это я не буду есть то, что мне необходимо?

– Но автомобиль может ехать и на электроэнергии,– проявил неожиданные для меня знания тан Горий.

– Для этого надо изменить его внутренности. И я не уверен, что это окажется тот самый автомобиль,– отозвался я.

– Согласен! – кивнул головой тан Горий.– Но он будет выполнять те же функции – ездить и перевозить.

– Так что? – с каменным выражением на лице вдруг спросил тан Тюрон.– Эльфы хотели поменять нам внутренности?

– Вряд ли,– пожал плечами директор,– но трения по этому поводу все-таки были. Эльфы очень трепетно относятся к жизни. А драконы очень трепетно относятся к пище. Это вы в основном пребываете в человеческой ипостаси, а для драконов самая естественная ипостась – именно вторая. И для поддержания ее нужна энергия. А для получения энергии нужна пища. Лучше, чтобы эта пища еще бегала и была потолще.

– И?..– поторопил я тана Гория.

– А что – «и»? – нахмурился тот.– Драконы и не задумывались о том, где эта пища бегала. Даже если она бегала в эльфийском лесу.

– Но в лесу неудобно охотиться! – возмутился тан Тюрон.– Деревья мешают.

– Тебе напомнить о полянах? – парировал директор.

– И это повод для конфликтов? – спросил я.– Разве нельзя было решить вопрос к взаимному удовлетворению?

– Повторяю,– терпеливо разъяснил тан Горий.– Конфликтов не было! Были трения и взаимные упреки. Так что же все-таки они от тебя хотели?

– Ну что хотят в таких случаях? – пожал я плечами.– Хотят, чтобы я помог наладить отношения с драконами, когда они вернутся.

– А они что, собираются вернуться? – встрепенулся наставник.

– Хораст об этом речи не заводил.– Мне снова пришлось пожать плечами.

– Будь внимателен и осторожен в таких делах, тут имеется великое множество подводных камней и течений,– посоветовал мне тан Горий.– Теперь о наших заботах.– Он немного подумал и продолжил: – Я изучил соответствие координат и возможности перехода в мир, который указал нам Хораст. Сразу должен сказать – мудрено! Никогда бы раньше не подумал, что путь можно так усложнить. Но тот вариант, который предложил тебе Хораст, пожалуй, единственно возможный. Я подумал и решил, что нечего туда отправляться всей группе. Достаточно вас двоих. А там... Там вы сами уже сообразите, как быть. И напоминаю вам обоим, что учеба начнется через десять дней. Это на тот случай, если вы решите все-таки вернуться.

Я стоял перед переливающейся всеми цветами радуги рамкой перехода. Рядом мялся тан Тюрон. По его нервным движениям можно было с уверенностью сказать, что он очень волнуется. А как будто я не волнуюсь!

Я оглянулся на провожающих. Ребята понуро стояли за спиной тана Гория. Битву за совместный поход они проиграли. Директор Школы авторитетно заявил, что пройти могут только те, у кого есть суть дракона. Нельзя сказать, что ребята не искали в себе эту суть. Но здравый смысл все-таки победил. Хотя Аранта не сдержалась и высказала все, что она думает о драконах, придумавших такие переходы, и о тане Гории, который не сумел толком адаптировать эти переходы под достойную представительницу вампирьего племени. Высказала она это с такой экспрессией и в таких выражениях, что даже привычный ко всему Тартак рот разинул от изумления и восхищения.

– Ну? – Тан Тюрон оглянулся на меня.– Пошли, что ли?

Я смог только кивнуть. Во рту вдруг пересохло, а ноги сделались какими-то ватными. Алый дракон махнул на прощание рукой и решительно шагнул в портал. Я повернулся к ребятам, встретил взгляд Аранты, в котором плескались не только печаль и отчаяние, боль и желание идти со мной, но и понимание невозможности сделать это. Я поднял руку, резко развернулся и одним прыжком пересек рамку перехода.

Тимон заворочался. Утреннее солнце било в глаза, не давая спать. Он лениво разлепил веки. Взгляд упал на аккуратно заправленную кровать Колина. На душе сделалось грустно. Раньше именно Колин не давал Тимону спать по утрам. Вечно вытаскивал спозаранку на тренировки. Подобное поведение друга было темой постоянного ворчания со стороны любившего поспать Тимона.

Он прошлепал босыми ногами к двери, плеснул в лицо несколько пригоршней воды из бадейки в углу, тщательно вытер лицо полотняным полотенцем. Завтра начинается учеба, а сегодня он пойдет туда, где торчал уже третий день. К месту, в котором тан Горий установил портал для алого и серебряного драконов. Оно стало притягательной точкой сбора для всех ребят. Аранта там вообще днюет и ночует. Больно смотреть на нее. Осунулась. Сидит на месте и неотрывно смотрит на расселину между двумя большими камнями, где раньше размещалась рамка портала. И не сразу откликается, когда кто-то ее позовет.

Тимон вдруг осознал, что сильно привык к своему другу за два года учебы. Острая тоска резанула по сердцу при мысли, что все это уже прошло.

Тимон тяжело вздохнул, натянул через голову легкую рубашку и вышел из домика. Путь к месту не занял много времени.

Ну да! Все уже в сборе. Братья, сидя прямо на земле, о чем-то как всегда тихо спорят. Жерест, что вообще на него не похоже, молча пристроился рядом с Арантой и уныло ковыряет землю попавшей под руку палочкой. Тартак умостился, опершись спиной о дерево. Глаза закрыты, видимо, дремлет. Ага, вон и Морита с Гариэль. Уселись рядышком, озабоченно и тревожно поглядывая на Аранту.

Тимон прошел к ней и присел на подвернувшийся камень. Аранта даже не шевельнулась. Все так же сидела, застыв взглядом на расселине.

– Да не придет он! – Жерест тяжело вздохнул и поднялся с печальным лицом.– Там, наверное, ему лучше. Там ведь все драконы, ну и он – дракон. Среди них ему и место. Да и они, наверное, его не отпустят. Он же им нужен.

– Сядь, рыжий! – не открывая глаз, распорядился Тартак.– Не такой он, чтобы его могли удержать. Появится. Нутром чую, появится! Не может не появиться!

– Знает же прекрасно, что он и нам нужен,– тихо сказала Гариэль.– Да и мы, если разобраться, ему нужны.

Снова повисло молчание. Ветер легонько шелестел в кронах деревьев, солнце брызгало яркими летними лучами, но на поляне настроение было совсем не летним.

– Вот вы где все собрались! – Тан Горий обвел взглядом поднявшихся на ноги ребят.

Аранта вышла из состояния отрешенности и с надеждой посмотрела на него. Как ни хотелось директору Школы ее обрадовать, он не смог, только отрицательно покачал головой.

– Сейчас это дело уже не в моей власти. К сожалению, не мне решать. Колин сам должен определиться, где ему лучше быть.

Ответом явилось всеобщее молчание, но на лицах ребят читалось решительное несогласие со словами директора Школы.

Горий понимал, что сыпет соль на свежую рану. Но лучше сделать именно так. Чтобы не было иллюзий и еще более горького разочарования. Чтобы ребята перестали тут сидеть, с тоской и надеждой ожидая того, кто может и не вернуться. «Да и не вернется,– вдруг осознал тан Горий.– Не отпустят его. Он имеет для всего народа драконов очень большое значение».

– Боюсь,– глухо сказал тан Горий, избегая смотреть на ребят,– что учебу вам придется заканчивать ввосьмером...

– Размечтались! – неожиданно раздалось со стороны расселины.

Колин, радостно улыбаясь, помахал обернувшимся на голос ребятам. За его спиной цвел улыбкой и тан Тюрон. Аранта, радостно взвизгнув, молнией метнулась к Колину и повисла у него на шее.

– Больше не уходи! Прошу тебя, не уходи! – твердила она, прижавшись к его груди.– Я не смогу без тебя!

– Не уйду! – тихо и твердо сказал Колин и крепко поцеловал ее.– Без тебя никуда не уйду!

– Вернулись! – взревел Тартак.

Он отплясывал на поляне какой-то свой, никому не понятный троллий танец, размахивая палицей.

– Конечно, вернулись! – подтвердил Колин.– Ведь завтра занятия. А мне еще учиться и учиться.

– А мне учить и учить! – поддержал его тан Тюрон.

Content

Сергей Бадей
Лукоморье. Скитания боевого мага

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34