Алексей Колесников

Живой

Меня зовут Алексей Карпов. Я живой.

Никогда не писал дневник. А вот сейчас думаю начать. Мир рухнул. Наверно это конец света. Только медленный и изощренный. Вы когда-нибудь читали или слышали библейские писания? «В Господень День Бога узреют мертвые, восставшие из могил, а также живые, преобразовавшись к встрече новой жизни» Не важно, верите вы или нет, но этот день приближается, мертвые восстали.

Это началось три дня назад.

21 октября 2010 года. Россия. Южный Урал. Челябинск.

Я проснулся, по привычке, на десять минут раньше будильника. На часах было 03:20. Сегодня решил приехать на работу пораньше, нужно было подготовить недельный отчет к командирскому совещанию в ГУВД. Ох, и зачастили они со своими проверками. За последний месяц было уже шесть учебных тревог. Приезжала московская комиссия. Вот и сегодня генерал назначил внеплановое совещание «за закрытыми дверями». Видимо, зреет недовольство в народе, вот власть и начала в очередной раз готовить свои тылы. В нашей же стране как? Не власть для народа, а народ для власти, хоть та его и боится.

Сев на краю дивана, протер глаза и сделал глубокий вдох — выдох. На столе стояла бутылка минералки — старый, проверенный способ проснуться. Выпьешь стакан воды, и сонливость как рукой снимает, не хуже душа. Прохлада разлилась по еще спящему желудку. Я встал и побрел в душ. Через 40 минут я уже закрывал дверь в квартиру.

На площадке, перед домом, меня ждал мой старенький автомобиль, ВАЗ девятой модели. Не то, чтобы денег не было купить что-нибудь получше, просто решил, что пока не обзаведусь собственной квартирой о новой машине не думать. К тому же, старая меня устраивала, колеса не отваливались и даже крутились, в общем, этого было достаточно.

Сел в машину, запустил двигатель, включил подогрев сидений и воткнул панельку магнитолы. Проснулось радио, что-то болтал ночной ди-джей, заиграла музыка. Дождавшись пока температура двигателя поднимется до 60 градусов, я сдал назад и выехал с парковки. До работы было около тринадцати километров, в четыре утра — минут 10 езды. Выехав на Ленинский проспект, свернул перед Комсомольской площадью в сторону КПЗиса. Машин на дороге было немного. Рабочий люд еще спал. Быстро выскочив на широкую улицу Гагарина, пользуясь не работающими светофорами, разогнался до сотни.

Я толком ничего и не заметил, только увидел, как что-то большое ударилось о лобовое стекло и перелетело через крышу. Резко, со свистом покрышек по асфальту, остановил машину. Стекло покрылось мелкой путиной трещин триплекса. Вышел на улицу и посмотрел назад. Метрах в пятидесяти лежало тело. Ноги были неестественно вывернуты в коленных суставах, это сразу бросилось в глаза.

«Блин, блин», — я огляделся по сторонам, то ли опасаясь свидетелей, то ли ища помощи. Мысли в голове спутались в шальной комок.

«Вот так вот. Откуда он взялся? Или она? Сука. Может еще живой? Хотя какой там, но надо посмотреть. Позвонить», — я достал телефон, — «Куда звонить-то? Скорая».

Набрал ноль три.

«Человека сбила машина, на Гагарина, после кинотеатра «Аврора». Не шевелится. Не смотрел. Меня? Алексей», — после вопроса как ваша фамилия, я повесил трубку.

Сбитый человек лежал лицом вниз. Я подошел ближе и наклонился. Ноги были сломаны, естественным образом так колени не выворачиваются. «Может без сознания?», — я приложил руку к шее, чтобы прощупать пульс. Кожа была мертвецки холодна. Труп. «Блин, вот влетел. Откуда он взялся. Как ты тут появился, мужик? Блин», — я выпрямился и отошел к машине, доставая телефон из кармана, — «Надо звонить в дежурку».

Гудки. Гудки. Гудки.

«Да где же вы!», — я в недоумении посмотрел на экран телефона и номер вызываемого абонента. Нет, все правильно, не ошибся. Как такое может быть? Дежурному запрещено покидать Дежурную часть. Сунул телефон в карман и повернулся… Город спал. На улице не было прохожих. Ну, вроде даже хорошо, что свидетелей нет. Мужик видимо пьяненький был, переходил дорогу в неположенном месте. Как назло это место проезжей части очень плохо освещается, изгиб и, как раз, между фонарями.

Кстати, всегда боялся сбить человека. В моем представлении, машина, на ходу — это как заряженное ружье, когда-нибудь выстрелит. Дело в том, что как бы ни хотел водитель, движущийся автомобиль мгновенно не остановишь. Кто попадал в аварию, тот поймет, о чем я говорю, водитель уже понял ситуацию, жмет изо всех сил на тормоз и у него еще остается достаточно времени, чтобы подумать о чем-нибудь.

Я снова набрал телефон Дежурной части, без изменений, длинные гудки. Ладно, я этого так не оставлю, нельзя кидать товарища в такой момент.

Подошел к своей машине. Да уж, стекло смято полностью, ничего не видно. Капот помят с правой стороны. Надо выдавить стекло, так ехать невозможно. Сел на переднее сиденье и уперся ногами в лобовуху.

«Таак», — раздался хруст, и стекло поддалось, правая сторона провисла наружу. Я вышел и, ухватившись руками за край, выдернул его полностью. Хорошая штука триплекс, ни осколков, ни порезов.

«Без лобового быстро не поездишь. Хотя куда там, доездился уже», — я оглянулся в сторону трупа.

«Живой!», — мужик, приподнял голову и смотрел на меня, не издавая ни звука. Тут как раз вдали замелькали проблесковые маячки, — «Скорая», — подумал я.

— Мужик, не шевелись, скорая уже едет, уже близко, помогут.

Мужик видимо ничего не соображал, так как продолжил движение. Он вытянул из-под себя руки и попытался ползти. Глаза его смотрели на меня и ничего не выражали, уж боли там точно не было. «Наверно шок болевой», — я почему-то сделал шаг назад.

Подъехала и, скрипнув тормозами, остановилась машина скорой помощи. Из машины выбежали мужчина и женщина в синих комбинезонах.

Дальше все происходило очень быстро. Врач, мужчина, присел возле пострадавшего и попросил его не двигаться, в то время как женщина открывала чемоданчик с препаратами. Мужик на просьбу доктора отреагировал молниеносно, он перевернулся на бок и дернув того за руку, вцепился ему зубами в шею. Врач с криком оторвался от него и упал на спину, зажимая руками рану. Медсестра бросилась к нему, повернувшись к сбитому мною человеку спиной, и тот вцепился ей в ногу.

Такого я не ожидал. Нет, я всякого повидал за время службы и привык быстро реагировать в критических ситуациях. Но, чтобы полуживой человек, которого сбила машина на скорости около ста километров в час, пытался загрызть зубами приехавшего к нему на помощь доктора, я еще не видел. Поэтому первое мгновение, просто стоял и смотрел, потом выхватил из-за пояса пистолет, снаряженный травматическими патронами, и выстрелил два раза ему в бедро. Пули легли точно в цель. Мужик дернул ногой, но выпустить женщину и не подумал.

«Что, нахрен, происходит?», — я опустил пистолет. Ситуация была до того нестандартная, что принять нужное решение, как действовать, до сих пор не получалось. Тогда я, с разбега, пнул его ногой в бок с такой силой, что он, отлетел в сторону, перевернувшись в воздухе. Но даже после этого, тип пополз обратно, хотя теперь его глаза небыли такими спокойными и неподвижными, как раньше. Он смотрел на покусанных им людей с чувством … голода.

Я видел такое выражение глаз раньше, во время службы в армии. У нас в части, где я служил, произошло ЧП, сбежал новоприбывший военнослужащий. Часть была расположена вдали от населенных пунктов, вокруг, на десятки километров, были леса, горы и болота. Поэтому, как только обнаружили его отсутствие, командование части незамедлительно организовало прочесывание местности. На проведение операции выделили почти весь личный состав части, прочесывали квадрат за квадратом, подняли в воздух вертолеты. Короче, поисковая группа, в составе которой был и я, нашла беглеца через девять дней. Он заблудился в лесу среди болот. Парень промерз до костей и был чуть живой от голода. Я очень хорошо запомнил его глаза, когда ему дали сухпай. Он судорожно вцепился в него руками, а глаза быстро бегали, то вокруг, то останавливались на еде.

Вот и теперь, у сбитого мною человека, я видел такой же взгляд. Как будто он не ел целую вечность, а теперь дорвался сразу до двух вкусных и сочных … врачей. Вот блин херня. Такого не бывает.

Так, увлекся я как-то патетикой. Надо же, и не ожидал от себя такого красноречия. Я ведь и правда никогда ничего не писал, в смысле дневников, книг или еще чего подобного. Может во мне умер талант. Хотя теперь-то это вряд ли, принципы умирания нарушились наверняка.

В общем, когда я все это увидел, то почему-то сразу вспомнил любимые мною когда-то фильмы типа Обители зла или Живых мертвецов. Чувак был явно похож на, прямо скажем, зомби. Не было у меня тогда времени раздумывать, что да как.

Из машины скорой выскочил водитель, мужчина лет пятидесяти, и бросился к трупу, ну вы поняли, что я имею в виду сбитое мной тело. Я так понял, что он намеревается оттащить его. Так и произошло, водитель схватил ползущего за ногу и поволок назад, в ответ на что, тот перевернулся на спину и, приподнявшись, попытался ухватить мужчину за руку.

Я всадил восемь резиновых пуль в голову этой твари с расстояния два метра. Даже резиновая пуля на таком расстоянии нанесет значительные повреждения. Одна из них попала ему в глаз и видимо пробила мозг. Мужик упал на спину и по его телу побежали частые, мелкие конвульсии. Водитель, посмотрел на меня, потом на него и, решив, что я не представляю опасности, и все сделал правильно, развернулся ко мне спиной и подбежал к врачу с медсестрой. Те лежали на асфальте, у доктора из под руки, которой он зажимал рану на шее, пузырилась кровь. Медсестра, помогая ему зажимать рану, затравленно смотрела в нашу сторону, у нее была прокушена нога, я бы даже сказал, на ее ноге не хватало куска мяса.

— Я из милиции, — я подошел к ним вслед за водителем, — Давайте в машину и быстрее в больницу.

— Его нужно на носилки, — водитель показал рукой на доктора.

— Давай, я помогу, быстрее.

Мы переложили доктора на носилки и загрузили их в машину, потом помогли залезть туда женщине. Водитель запускал двигатель, а я захлопнул двери, и скорая рванула в сторону центра.

Что дальше? Дальше — больше. Я снова набрал телефон дежурной части, никто не ответил. «Куда они там все подевались?», — сел в машину, включил первую передачу и резко набрал скорость. Повернув на кольце, увидел вдали маячки, через пару секунд разглядел милицейский УАЗик, и пэпээсника рядом с ним. То, что произошло дальше, заставило меня резко затормозить и свернуть к обочине. Милиционер вскинул автомат к плечу и выстрелил в воздух, затем, через мгновение, уже прямо перед собой. Куда он стрелял — я не видел, в этом месте вдоль дороги растет густой кустарник. Не хватало еще угодить под автоматный огонь, кто знает, что там за ситуация, лучше выждать время. Я еще раз набрал номер дежурной части, опять длинные гудки. Тем временем из-за кустов появился второй сотрудник. Он двигался медленно, прихрамывая на одну ногу и держась рукой за плечо. Первый, с автоматом, подбежал к нему на встречу и, подхватив напарника, повернулся к машине. Раненный, почему-то я не сомневался, что второй был именно ранен, сел назад, а автоматчик открыл водительскую дверь. Он собирался сесть за руль, но вдруг снова схватился за оружие и, задержавшись на секунду, как бы растерявшись, открыл огонь. Автоматная очередь вернула ему уверенность. Милиционер опустился на колено и сделал два одиночных выстрела. Встал и, приставным шагом, не опуская оружия, двинулся вперед. Скрылся за кустами, снова раздался выстрел. С минуту ничего не происходило, потом он вышел и бегом направился к машине, сел за руль, запустил двигатель. УАЗик сдал назад, развернулся так, что оказался ко мне боком. И тут, раненный, что лежал на заднем сиденье, поднялся и вцепился водителю в горло. Машина стояла под фонарем, и я отчетливо видел, что происходило внутри. Водила пытался освободиться, но у него ничего не получалось, тогда он, то ли специально, то ли случайно, надавил на газ, милицейский внедорожник рванул вперед и врезался в фонарный столб.

Я утопил педаль акселератора и подлетел к ним, выскочил из машины, выхватывая пистолет. В голове мелькнула мысль, — «Последняя обойма, 10 патронов». Три шага, распахиваю переднюю пассажирскую дверь милицейской машины. Все лобовое стекло залито кровью, которая хлещет из разорванной шеи водителя. Тот, что сзади, как будто и не хромал несколько минут назад. Теперь он с яростью и «аппетитом» рвал своего коллегу зубами. «Дерьмо, опять», — я передернул затвор и почти в упор разрядил половину обоймы в плечо и голову новой твари. Два живых мертвеца за полчаса — это многовато, хотя, если так пойдет и дальше, то можно привыкнуть. Ублюдок вроде как и не почувствовал попаданий, даже проникающее ранение в шею не остановило его. Мой взгляд упал на автомат, который валялся под передним пассажирским сиденьем, видимо упал при ударе о столб. АКС-74У — автомат Калашникова укороченный, складной, или просто «укорот», ну или «огрызок», еще «ксюхой» кличут. Машинка так себе, предназначена для боя на ближних дистанциях, поэтому и ствол укороченный, из-за этого теряет в точности. Используется в основном в подразделениях патрульно-постовой службы, у нас же таких нет, в основном АК-74М. Я сунул пистолет за пояс, схватил АК и, опустив переводчик огня на один щелчок в положение АВ, взял в прицел голову твари, которая только что была человеком. Однако… Он был нормальный, я уверен, иначе напарник не посадил бы его в машину, ну не стал бы он сажать зомби рядом с собой, в любом случае. Тут мертвец оторвался от поедания водителя и повернул голову в мою сторону. С измазанного кровью лица на меня смотрели глаза, такие же, как у сбитого мной на дороге мужика. «Умри, тварь», — очередью ему разнесло весь череп, тело откинуло назад и сползло вниз, за водительское сиденье. Автомат щелкнул, кончились патроны. Перекинув его за плечо, я вновь достал пистолет и, держа под прицелом салон автомашины, обошел ее вокруг. Открыв водительскую дверцу, понял, что мент не жилец, его тело подергивалось в конвульсиях. Сделав шаг назад и вправо, потянул за ручку задней двери. Дверь распахнулась под тяжестью вываливающегося тела. «Готов, больше кусаться не будет», — я снова обошел машину и заглянул внутрь.

«Так и есть, вот они», — между передними сиденьями лежал подсумок с магазинами к автомату, я протянул руку и достал его. Так, три полностью снаряженных магазина, девяносто патронов. Убрал пистолет, перехватил автомат, сменил магазин и передернул затвор. Что же здесь произошло? Началось все со стрельбы, нужно посмотреть, в кого они стреляли. Предупрежден — значит вооружен. Я вскинул автомат к плечу и двинулся в сторону кустов.

«Темновато, фонарик бы сейчас. Надо рвать на базу, будет там мне и фонарик, и автомат нормальный», — я подошел к придорожным кустам и осторожно заглянул за них. Метрах в двадцати — тридцати лежал мужчина, еще метров через двадцать женщина. Осторожно переступая, чтобы не шуметь, подошел к телам на расстояние пары метров. Откуда-то возникло устойчивое чувство ожидания того, что труп резко встанет и набросится на меня. В мужика высадили как минимум тридцать патронов, вся грудь была в пулевых отверстиях и, что интересно, крови под ним было немного. Пара попаданий в голову. Стоит задуматься, предыдущие двое, что я уложил, успокоились только после того, как я снес им башку. Ну, с первым, конечно, просто повезло, резиновый шарик выбил глаз, а второму я уже целенаправленно делал трепанацию. Да, видимо так и есть, пофиг им на все кроме головы.

Рядом с мужиком валялся пистолет Макарова, ПМ, ручка вся в крови. Побрезгую, мне автомата хватит трофейного, чтобы до работы добраться.

Откуда-то издалека, справа, раздались одиночные выстрелы, потом грохнула автоматная очередь, я автоматически пригнулся и осмотрелся вокруг. В окнах домов горел свет, люди, проснувшись от звуков стрельбы, лезли посмотреть, что случилось.

«Любопытной Варваре, на базаре …», — я обошел полукругом тело мужчины и двинулся к женщине. Та же картина, только пулевых отверстий поменьше, но голова прострелена. «Ночная бабочка», — мелькнуло в голове, девушка была одета в мини-юбку и носила высокие каблуки, на мертвом лице был обильный макияж, сквозь который даже не было видно трупного посинения кожи.

«Надо отсюда убираться побыстрее, пока меня не подстрелили свои же коллеги. Наверняка добропорядочные граждане уже позвонили ноль два. А я, как раз очень подхожу под виновника всего этого», — я повернулся и бегом направился к своей машине. Запустив двигатель, выжал полный газ и схватился за телефон. «Надо Олегу позвонить, предупредить», — Олег был моим другом, товарищем и коллегой по работе, мы познакомились еще в институте, потом вместе служили в армии. После нескольких долгих гудков трубку взяли.

— Алё, — женский голос меня несколько удивил, Олег жил один и вроде сейчас ни с кем не встречался.

— Здравствуйте, мне Олег нужен.

— Подождите, пожалуйста, он сейчас подойдет. Олег, тебя к телефону.

Приглушенно, будто издалека я услышал голос Олега:

— Кто? Ты зачем отвечаешь на мой телефон?

— Извини, я думала ты не скоро, — голос девушки прозвучал несколько расстроено.

— Да, я слушаю, — Олег как будто и не спал, интересно, чем он занимается часа в четыре ночи.

— Олег здорово, это Леха.

— Дарова, ты чего среди ночи? Случилось чего?

Что мне всегда нравилось в моем друге — это его конкретика, он никогда не болтал из праздного любопытства.

— Как тебе сказать, чтобы ты не подумал, что я пьян или свихнулся. В общем, собирайся и лети в отряд, нигде не останавливайся, даже если у тебя на глазах убивать будут. Сообразил?

Я поморщился, и правда не знал, как ему объяснить, если называть все своими именами — выйдет полный бред. Ну, что я ему скажу, что сбил мужика, который потом набросился на приехавшего доктора и чуть не загрыз его, а потом, немного погодя, я услышал стрельбу и увидел, как один мент вцепился зубами в шею другого, после чего я пристрелил того из автомата его, уже мертвого, напарника. Сам бы в дурку направил за такие рассказы.

— Сбрендил что ли? Что случилось-то? Тревога?

— Да тревога, дежурка не отвечает. В городе твориться черт знает что, стрельба, трупы и так далее. Сам пока не очень в курсе, но все это уже видел, я к базе подъезжаю. Давай вылетай, главное не останавливайся нигде, без оружия там нечего делать. Что за девушка у тебя?

— У меня сестра в гостях, вчера вечером приехала.

— Ясно, скажи ей, чтобы никуда не выходила, дверь никому не открывала. Ну, что, ты едешь? Олег это правда, серьезно, я не шучу, честно.

— Еду, минут через десять буду.

— Да, Олег, там правда, творится черт знает что. Езжай без остановок.

— Да понял уже, еду.

Олег повесил трубку. Молодец быстро соображает. Я свернул на последнем перекрестке и увидел стены базы. Ну, надеюсь скоро все проясниться.

Остановившись перед воротами, моргнул пару раз фарами и посигналил. Через несколько секунд, тяжелые ворота, высотой около пяти метров, дернулись и медленно поползли в сторону. Я выключил фары, чтобы дать возможность дежурному рассмотреть номер машины и лицо водителя. Из-за ворот выглянул боец второй роты и махнул мне рукой, проезжай мол. Я ответил ему приветственным кивком головы и потихоньку заехал на территорию базы, остановился после шлагбаума.

Открыл окно и высунулся наружу.

— Привет парни, как тут у вас? Что слышно?

— Здорова. Да вот только-только вроде стреляли где-то. Я в дежурку докладывал по рации, ответа не было. Может, спят. Наших всех, с вечера, куда-то в область отправили, то ли массовые, то ли сходка воров. Даже толком не объяснили, сняли все экипажи с патруля на базу и сразу в область.

— Ясно. А на базе кто?

— Ну, только охрана базы и дежурная часть.

— А вас сколько?

— На охране трое остались.

— Понятно. Я тоже выстрелы слышал. Вроде тревогу даже объявили или объявят. Сейчас наши подтягиваться начнут. Я в дежурку, разбужу, если спят.

— Ага, давай.

Я тронул машину и покатил через территорию базы к главному зданию. Остановившись возле крыльца, заглушил двигатель и вышел на улицу. Заметно похолодало, поднялся ветер. Передернув плечами, вытащил с пассажирского сиденья трофейный автомат и поднялся по ступенькам. Дверь была приоткрыта, внутри горел свет. Я вошел и огляделся. За тяжелым, бронированным стеклом Дежурной части никого не было. Странно.

«Что за звук?», — по холлу разносились глухие удары, как, будто кто-то размеренно и не спеша, с ленцой так, бил боксерскую грушу. Я прислушался. Звук шел из-за толстой металлической двери Дежурки. Дверь была слева от пуленепробиваемого стекла, и отделялась от основного помещения еще одной внутренней дверью. Я подошел вплотную к стеклу и попытался рассмотреть, что там происходит. Внутренняя дверь была открыта, но никого видно не было. Тут мой взгляд упал на что-то, выступающее из под стола, который стоял непосредственно под окном. И это что-то оказалось ничем иным, как ногой человека, обутой в армейский ботинок с высоким берцем и камуфляжные штаны.

«Вот и наш спящий дежурный или его помощник», — я перехватил автомат и перевел режим огня на одиночный, — «Тут-то, что произошло?»

— Эй, там, есть, кто живой! — крикнул громко, чтобы все услышали.

Холл большой, лучше здесь встретить кого бы то ни было, чем наткнуться на него в узком коридоре. Глухие удары прекратились. С минуту ничего не происходило, потом послышался какой-то шорох из-за металлической двери. Я постучал по стеклу. Во внутреннем дверном проеме показалась рука в форменной одежде, затем бок, а следом и сам дежурный смены. Вся правая сторона его тела была залита кровью, в груди виднелось несколько отверстий. Голова была так же вся в крови и изрядно помята, видимо ей он и стучал по двери. Увидев меня, он покачнулся и вдруг, неожиданно резко, рванулся вперед и, забравшись в один прыжок на стол, врезался в стекло, оставив на его поверхности размазанную кровь, сполз вниз и, снова поднявшись, опять ударился головой, словно намереваясь выбить его. У твари явно была одна цель, сожрать меня, все остальное его уже не интересовало.

«Как же они сюда добрались? Ладно, стекло крепкое, пусть побесится, может сам себе башку проломит», — сзади, на лестнице, послышался звук шагов. Я развернулся, вскидывая автомат и прижимая его к плечу.

— Стой, стой! Ты чего, свои! — передо мной стоял Андрей, наш снайпер, мы вместе учились на первоначалке в ВУЗе МВД и хорошо знали друг друга, — С ума сошел? Ствол опусти.

Я опустил автомат и кивнул ему в сторону Дежурной части.

— Это че за хрень!!! Какого хрена? Че с ним? — глаза у Андрея полезли на лоб, он уже забыл про меня с автоматом, вид дежурного его явно шокировал.

— Это не хрень, это был Вася, теперь это живой мертвец, который хочет тебя скушать.

— Да ты че гонишь, че за прикол? — Андрей стоял на месте, не соображая, что делать.

— Андрюх, я сам не знаю, что происходит, но он уже третий такой, которого я видел за последний час.

— Обалдеть.

В дежурке зазвонил телефон. Наш бывший дежурный даже глазом не повел, вместо этого он в очередной раз, с размаху, ударился головой об стекло.

— Че делать-то?

— Ну, насколько я знаю, успокоится он только тогда, когда ему башню снесут.

Андрей недоверчиво посмотрел на меня.

— Практика, — я приподнял автомат, как бы показывая его ему, — Вот, трофей. По дороге на базу мне двух таких пришлось угомонить. На выстрелы в тело не реагируют. У тебя рация есть?

— Да, есть.

— Дай, пожалуйста.

Андрей отцепил переносную радиостанцию и передал мне, а сам вытащил Ярыгина и, передернув затвор, дослал патрон в патронник. Пистолет недавно начал поступать на вооружение и пришелся мне по душе. Мой, как и автомат, находился в оружейке, а оружейка была за Дежурной частью, попасть в нее можно было, только пройдя через ДЧ.

— Охрана базы, Звезда, — я, нажав тангетку радиостанции, вызывал охрану базы.

— На приеме, Звезда.

— Одному остаться на воротах, второму подойти к дежурке.

— Принял.

Я прицепил рацию на пояс и посмотрел на Андрея. Тот с опаской не сводил взгляда с зомби за стеклом.

— Андрюха, сколько народу на базе?

— Все уехали еще вчера вечером. Остались трое на охране базы, один на КПП и дежурный с помощником. Все.

Опять зазвонил телефон на столе у дежурного.

— Надо как-то в дежурку попасть, на связь выйти и до оружия добраться. У тебя есть, что посерьезнее Ярыгина?

— Винторез только, сам понимаешь.

— Ну да.

С улицы послышались шаги, отворилась дверь, и на пороге показался еще один наш парень. Сергей вроде, тоже со второй роты, молодой еще, видимо, поэтому на охране и оставили.

— Серега, Здорова, спокойно, — я подумал, что мне уже начинает надоедать объяснять все снова и снова, — посмотри на дежурку.

Парень прямо остолбенел, не удивительно, такое зрелище не каждый день видишь, а тем более ночь.

— Что с ним? — боец перехватил поудобнее автомат, висевший у него на груди.

— В двух словах, в городе черт знает что творится, стрельба, убийства, а трупы не хотят умирать, а наоборот очень даже живут и пытаются кого-нибудь съесть. Типа смертельного бешенства, — мне даже как-то смешно стало, хотя конечно ничего смешного в этом не было.

— Он что, зомби? — молодость сыграла парню на руку, молодому уму всегда легче приспосабливаться к новой информации и ситуации.

— Угадал. Я пока до базы от дома добрался, двух таких видел. Похоже, весь район под ударом, а может и весь город. Стрельбу же слышал? Это местные менты по выездам гоняют, трупы эти отстреливают, с переменным успехом. А вы и не в курсе потому, что дежурка не на связи и весь личный состав уехал. Вот и проморгали начало. Кстати, надо на канал ленинского отдела настроиться, послушать, что у них происходит.

Я покрутил ручку на радиостанции и выбрал нужный канал.

— Орловка, двести три, у нас убийство в квартире, муж жену убил, — передача шла от экипажа ППС ленинского района, кто-то докладывал в свою Дежурную часть, — напал на нас, покусал одного, мы стреляли. Живучий какой-то, пока в голову не попали, не успокоился.

— Принял тебя двести три. У нас следственных групп не хватает, так что следователь не приедет. Тут город с ума сошел. За последний час уже шесть убийств и телефон не смолкает. Так что, скорую вызову, ждите на месте, потом сразу в отдел.

— Принял. Будем ждать. Тут нашему раненному плохо, давайте скорою скорее.

Эфир прервался. Я посмотрел на парней.

— Все слышали? Надо дежурку вскрывать. По стеклу стрелять — смысла нет, пробить пробьем, но толку от этого не будет, не пролезем. Давай попробуем окошко в оружейке расстрелять.

Я снова переключил канал радиостанции обратно, на наш, и вызвал КПП и охрану базы, нужно было предупредить их, чтобы не потревожить стрельбой.

— КПП, охрана базы, Звезде.

— На приеме.

— Боевая тревога по плану Крепость. Боевая тревога, держите ворота. Прибывающий личный состав запускать на базу. У нас сейчас стрельба будет, не реагируйте. Послушайте канал ленинского отдела, поймете ситуацию. Если что, сразу на связь.

— Пошли, — сказал я, уже своим.

Пройдя через холл, мы зашли в оружейную комнату, где получали, снаряжали и чистили оружие. В комнате, помимо стеллажей и столов было два маленьких окошка в толстой бетонной стене, размером сантиметров пятьдесят на пятьдесят. Через них дежурный смены выдавал оружие. Окошечки, закрывались изнутри металлической дверцей, которая запиралась на обычный навесной замок. Именно его я и надеялся сбить, расстреляв место крепления проушины. Андрей остался на входе, контролировать обстановку, от него, с пистолетом, толку было мало. А мы вдвоем, с Сергеем, встали так, чтобы избежать возможного рикошета и открыли автоматный огонь из двух стволом. Выпустив по магазину патронов, мы опустили оружие.

— Андрюха, как там дела? — я повернулся в его сторону.

— Витя со стола слез, пошел к выходу.

— Ага, сейчас опять в дверь долбиться будет. Видимо не хватает соображения, пройти через оружейку. Это хорошо, что они хоть тупые, как пробки.

Ожила радиостанция.

— Звезда, КПП.

— На приеме.

— Десятка, 514, заехала, там наш, с опергуппы.

— Принял тебя.

«Олег подъехал, молодчина. Надо встретить. Рассказать страшную сказку», — я пошел в холл. Мертвяк и правда отошел от стекла, оставив на нем полотно кровяных разводов и теперь, потихоньку долбился в дверь. С улицы вбежал Олег.

— Привет, че за хрень происходит? — он посмотрел на меня, потом на стекло, потом опять на меня, — Я пока через город ехал, такого насмотрелся. Там народ друг друга реально ест. Я пару уродов машиной сбил, так они, как и не заметили, снова встали.

— Ты кино смотришь? Ну, вот это как там, где про зомби. Дежурный наш, Вася, больше не дежурный, а упырь. Помощник вроде мертв. Мы пытаемся оружейку вскрыть.

— Блин, я сестру дома оставил, надо было с собой везти, тут всяко безопаснее.

— Позвони ей, объясни, что на улицу выходить нельзя, и мы за ней попозже заедем.

— Хорошо, — Олег вышел на улицу, доставая из кармана сотовый.

— Серега, что там с дверцей?

Сергей, посмотрел в окошко и пару раз стукнул по нему прикладом.

— Держится, но вроде пошло. Еще разок и отлетит.

— Поехали.

Две автоматные очереди вновь слились воедино. На этот раз дверца поддалась, замок сорвало.

— Я первый, автомат подержи, — я передал Сергею свой АК.

— Андрюха, дай Ярыгина, мне в окошко несподручно с «калашом» лезть.

— Держи, — Андрей взял пистолет за рамку затвора и передал его мне.

— Все, я пошел. Пошумите у стекла, на всякий случай, пусть лучше он там ошивается, — я снял предохранитель и заглянул в окошко, вроде чисто, — Серый, подсади.

Оперся ногой на колено Сергея и, сгруппировавшись, протиснулся в проем окна. Вскинул пистолет и осмотрелся. Вроде чисто. Упершись руками в стену, оттолкнулся и спустился на пол.

«Хорошо, что свет горит», — вокруг меня рядами стояли металлические оружейные шкафы и стеллажи с ящиками боеприпасов. Стараясь не издавать ни звука, я двинулся прямо по проходу, в конце повернул направо и увидел открытую дверь в Дежурную часть.

«Теперь аккуратно, не торопись», — сместился влево, выбрав такой сектор атаки, чтобы держать под прицелом всю дежурку, — «А вот и наш клиент».

Мертвяк опять стоял на столе и скреб руками по стеклу, видимо ребята привлекли его своим вниманием. Я прицелился и плавно выжал спусковой крючок. Раздался выстрел и, уже мертвое, тело сползло вниз, чтобы затем свалиться со стола на пол.

Проверив, на всякий случай, нет ли больше опасности, вошел и посмотрел на тело помощника дежурного.

«А вдруг, встанет?» — я выстрелил ему в ногу. Никакой реакции. Следов укуса вроде нет, только спина прострелена. — «Может самострел? Когда боролся с мертвецом».

«Ну, уж нет, не хочу, чтобы мне в спину кто-нибудь вцепился. Извини друг, ничего личного» — я решил перестраховаться и произвел «контроль» в голову, — «Ну вот и все».

Громко зазвонил телефон на столе, от неожиданности я чуть не выстрелил в него, — «Вот наверно сейчас в ГУВД гадают, что случилось», — а в том, что звонят оттуда я и не сомневался, ситуация в городе явно вышла из-под контроля и было естественно, что наше подразделение поднимут по боевой тревоге. Да вот только не сложилось, вернее, сложилось все иначе.

Телефон подождет, это ничего не изменит. Первым делом я нажал на кнопку, закрепленную под столом, раздался щелчок электромагнитного замка, и металлическая дверь в Дежурную часть приоткрылась. Дожидавшиеся меня снаружи бойцы вошли вовнутрь.

— Грязновато тут, — Андрей изобразил подобие улыбки, — никто не хочет прибраться? Да и воняет изрядно.

Олег толкнул его рукой в бок.

— Шутник, да? Смотри, чтобы улыбка не треснула.

— Андрей, держи, — я, поставив пистолет на предохранитель, протянул его товарищу, — Пойдемте, в нашем оружейном магазине сегодня большие скидки, ни в чем себе не отказывайте.

Мы сняли с пояса дежурного связку ключей и вошли в оружейку. По номеру оружия, каждый нашел нужный шкафчик и вооружился. Я вытащил свой АК-74М, подсумок с магазинами и прихватил подствольный гранатомет ГП-30. Лишним не будет. С соседнего стеллажа взял ПЯ, пистолет Ярыгина, со вторым магазином и патронами.

Олег вытащил из шкафа ПКМ и 9А91, как второе, легкое оружие. Логично, ПКМ, мягко говоря, не особо пригоден для стрельбы в помещении, а кто знает, как все обернется.

Сергей с Андреем подхватили свои подсумки с магазинами. Серега, глянул на меня и тоже взял ГП.

— Сергей, Андрей, — вам снаряжаться не надо, меняйте охрану базы и КПП, пусть дуют сюда.

Парни кивнули и выбежали из оружейки.

— Лех, что делать-то будем? — Олег смотрел мне в глаза, будто я все знал, — Я сестру предупредил, она ждет.

Ах вот он о чем, девчонку заберем обязательно, как только ситуация станет понятной. Спешить не надо, не на блох охотимся.

— Давай посмотрим, что к чему, а как ситуация прояснится, рванем за ней, возьмем «Тигр», только пусть не выходит из дому. Давай, снаряжаемся и встречаемся через пять минут в холле.

— Давай.

Мы выбежали из дежурки, я рванул налево и вверх по лестнице, а Олег направо по коридору, раздевалка их роты находилась там.

Ожила рация.

— Звезда, КПП.

— Звезда.

— Мы сменились.

— Хорошо, пусть бегут в оружейку и тут же обратно.

— Принял. Тут народ подтягивается.

— Пусть все вооружаются, сбор в холле. Ваша задача держать ворота, чтобы ни один труп не пролез. Стреляйте в голову, только так. Держитесь.

— Принял.

Андрей замолчал, и я услышал топот на первом этаже, видимо прибывшие начали вооружаться. Люди все опытные, сразу сориентировались в ситуации.

Я добежал до своего кабинета, открыл дверь и распахнул шкаф. На плечиках весела форма и снаряжение, внизу стояла броня. Обойдусь пока без бронежилетки, сейчас, как показал опыт, важнее скорость, трупы стрелять не умеют, а от укуса жилет не спасет. Я быстро переоделся в горку. Костюм специальный «Горка-2», самая удобная полевая форма, пошита из прочной палаточной ткани, в нужных местах усилена армированным материалом, имеет кучу самых разных достоинств. Натянул удобные, импортные берцы, сам покупал, ценю хорошую обувь. Накинул разгрузку и начал набивать магазины патронами. Закончив снаряжать оружие, прихватил шапку-маску и бегом спустился в холл. Олег уже ждал меня там, вместе с ним было еще двое, которые только подъехали.

— Здорова парни, как добрались? — я посмотрел на их лица, пытаясь понять, насколько они вникли в ситуацию.

— Добрались и ладно, я семью привез, они в спальном сейчас. Город с ума сошел, на улице куча трупов ходячих. Грызут друг друга.

Я кивнул, парня вроде звали Александром, правильно сделал, что семью с собой привез, я бы поступил точно так же, если бы она у меня была … Жаль мы с Олегом сестренку его дома оставили. Но кто, же тогда знал, что такая беда весь город захлестнет.

В дежурке опять зазвонил телефон. Я забежал внутрь и снял трубку.

— Дежурная часть ОМОН. Лейтенант Карпов.

— Вы че там, оборзели! Почему не на связи? Тревога по всему городу два часа назад объявлена. Как личный состав собирать будете?

Звонивший видимо был из ГУВД, как я и предполагал.

— У нас ЧП, нападение на Дежурную часть, дежурная смена мертва, поэтому связи не было. Тревогу приняли, сейчас поднимать будем.

— Поднимайте, и на связь человека посадите, — звонивший повесил трубку.

Я посмотрел на часы, было 5:43. Долго же мы возились. Почему так мало народу подъехало?

— Сань, садись за телефон и обзванивай всех по тревожным карточкам. Сбор на базе.

В холл вбежало еще шесть человек. Трое бойцов и две женщины с ребенком. Я рукой показал на дверь и призывно помахав, крикнул:

— Оружейка открыта. Вооружайтесь и снаряжайтесь. Сбор здесь.

Заговорила радиостанция.

— Звезда, по улице к базе движется группа, пять человек. Вот только походка странная.

— Принял, ворота не открывать. Ждите.

Так. На КПП сейчас четверо. Трое автоматчиков, один снайпер. Плохо, что наблюдать за улицей можно только с камер видеонаблюдения. А вести огонь по сектору перед воротами вообще нет возможности.

— Сань, ты за дежурного, на связи. Олег, давай за мной, надо огневую точку организовать, твой ПКМ как раз, — я кивнул на пулемет друга.

Мы выбежали на улицу и рванули в сторону ворот. КПП располагалось в небольшом двухэтажном здании с плоской крышей, самое то, что надо для организации огневой точки, когда нет повода, боятся ответного огня. Здание расположено на самом углу базы и вплотную к забору, то есть с крыши можно простреливать две улицы, держать под контролем ворота.

— Андрей, давай с Винторезом за нами, — я призывно махнул рукой, показывая в сторону пожарной лестницы на стене, — вы с Олегом будете прикрывать ворота.

Втроем мы забрались на крышу, и подошли к краю, откуда была видна улица, по которой в нашу сторону двигались люди. Андрей поднял винтовку и припал к оптическому прицелу.

— Они не люди. Следы укусов, кровь, лица без эмоций.

— Может в шоке? Такое бывает.

— Может, — я глянул на Олега, — Все может быть. Оставайтесь здесь, это будет первый пост. Андрей, держи радиостанцию. Подождите, пока подойдут ближе, только валите их на подходе, а не у ворот, иначе машины не проедут.

Вдали появились фары. Автомобиль с большой скоростью несся в нашу сторону. Пролетев мимо потревожившей нас группы, затормозил возле ворот и начал сигналить.

Боец, внизу, занял позицию напротив шлагбаума, за «ежами». И взял ворота на прицел. КПП, нажал кнопку, и ворота поползли в сторону. Поднялся шлагбаум, и машина въехала внутрь. В этот момент раненные люди как очнулись. С высокого старта они бросились к воротам, которые уже начали закрываться.

Рядом со мной, с металлическим звуком лязгнул затвор Винтореза, затем еще раз, два тела упали. Грохнула очередь из ПКМ, трое споткнулись и упали, но тут же начали подниматься.

— Олег, в голову стреляй, отсекай одиночными, — я вскинул автомат и выстрелил в самого левого, вторая пуля пробила череп и тело завалилось на спину.

Опять хлопнул Винторез и еще один успокоился навсегда. Последнего добил Олег.

— Три — один! — Андрюха задорно подмигнул Олегу, — Отстаешь дружище.

— Посмотрим, когда они толпой попрут! — ответил тот.

— Серега, — крикнул я вниз, стоящему у ворот бойцу, — давай тоже сюда, там бестолку сидеть.

— Организовывайте пост, а я в дежурку, — это уже предназначалось для Олега с Андреем. Я развернулся и пошел к лестнице.

Итак, на КПП двое, на первом посту тройка, сойдет для начала. Надо им смену организовать.

Тем временем, внизу из машины вылез Соловьев, командир третьей роты. «Ну, наконец-то какое-никакое начальство подъехало», — подумал я и спустился к нему.

— Здравствуй, — увидев меня Соловьев протянул руку, мы поздоровались, — Командир на базе?

— Нет. Из руководства никого. На базе двенадцать человек, считая меня. Суточную смену вчера вечером куда-то в область отправили. Дежурный с помощником мертвы. Оборону заняли, с ГУВД на связь вышли, объявлена тревога. Начали обзванивать личный состав.

— А кто за старшего?

— Я вроде, но теперь вам карты в руки.

— Ясно, поехали в дежурку, — мы сели в машину и покатили к главному зданию.

В холле собралось пять бойцов, мы поздоровались и прошли дальше. Саша сидел за телефоном, обзванивая весь личный состав отряда. Перед ним стоял ящик с тревожной картотекой. На каждого сотрудника была заведена индивидуальная карточка, где были указанны все данные для тревожной связи, адреса, телефоны.

— Сань, ну что?

Он посмотрел на меня, кивнул Соловьеву. Потом показал на маленькую стопку карточек.

— Это все, до кого дозвонился, остальные трубку не берут.

— А командир? — Соловьев подошел к столу дежурного.

— Командиру звонил три раза, трубку не берет.

— Плохо. Алексей, надо выяснить, что с ним. Ты «Тигр» водишь?

— Да, катался пару раз.

— Возьми с собой трех человек, и езжайте за командиром. Я пока за старшего. Связь держи со мной.

— Понял. Надо тогда первый пост, на крыше КПП, сменить я их с собой возьму.

— Хорошо, иди за машиной, я дам указание.

Как камень с души свалился. Оказывается, руководить отрядом, пусть даже из двенадцати человек — очень сложно. Отлично, пусть Соловьев теперь своим делом занимается, а я своим. Заодно и Олежкину сестренку заберем, да обстановку разведаем, посмотрим, что в городе творится.

Я добежал до ангара и распахнул ворота десятого бокса. «Тигр» красивая, мощная машина. В модификации СПМ-2, что поступила к нам в отряд, имеет пятый класс баллистической защиты, держит прямой выстрел из СВД. В крыше два люка, в бронированных стеклах встроены закрывающиеся бойницы для ведения огня, в салоне восемь мест, не считая водителя. Установлена автомобильная радиостанция и блокиратор радиоуправляемых взрывных устройств.

Открыв тяжелую, бронированную дверь я забрался внутрь и запустил двигатель. При всех плюсах у этого «монстра» есть существенный недостаток, это угол обзора для водителя, он ужасно мал, поэтому нужна определенная подготовка. Я, как уже говорил, пару раз сидел за рулем «Тигра» и, в принципе, привык к его габаритам, так что думал справиться с управлением.

Подъехав к КПП, остановился. У ворот меня уже ждали Олег, Андрюха и Сергей.

— Парни, грузитесь. По пути все расскажу.

Бойцы забрались в автомобиль через задние двери, и расселись по местам. Я включил радиостанцию.

— Звезда, пятьсот два.

— Звезда, — ответила мне радиостанция голосом Соловьева.

— Мы готовы выдвигаться по плану.

— Принял тебя пятьсот два. КПП открывай ворота.

Мы выехали с базы и двинулись в сторону центра. Буквально тут же бросился в глаза хаос охвативший город. Народу на улице полно. Кто-то бежит вдоль дома. Кто-то заводит машину. На газоне валяются трупы. На первом перекрестке мы увидели аварию. Десятка врезалась в Газель, скорость видимо была приличная, так как от капота легковушки ничего не осталось, в салоне лежало тело водителя. Дальше стоял трамвай, двери были закрыты, а окна изнутри залиты кровью. Жуть. Видимо зараза охватила всех. Как же она распространяется? Как она проникла в дежурную часть? Почему Вася превратился в зомби, а его помощник нет?

В домах горит свет. Люди не спят уже давно. На первом этаже жилого дома, в окне, я заметил какую-то борьбу, кто-то нападал, а кто-то защищался. И так было повсюду.

— Леха, смотри. — Андрей тронул меня за плечо, привлекая мое внимание, — Впереди, справа, за киоском.

Я посмотрел в указанном направлении и мурашки пробежали у меня по спине. Здоровенный мужик, измазанный в крови, повалил на землю молодую женщину и пытался дотянуться до ее горла. Рядом с ними стояла детская коляска. Видимо мама с ребенком шла в детский сад. Не задумываясь, я резко свернул вправо. Восьми тонная машина с легкостью перескочила бордюр и остановилась у киоска. Андрей, поднявшись, распахнул люк на крыше и, вскинув Винторез к плечу, всадил пулю в висок кровожадной твари. Двух метровое тело упало на женщину, придавив ее всем своим весом.

— Прикрывай, — крикнул я и выскочил из машины.

Женщина плакала и пыталась освободиться. Руки ее тянулись к коляске, где кричал ребенок. Маленький малыш, года полтора, не больше. Я наклонился над женщиной и сбросил с нее труп. Видимо она была в глубоком шоке, потому, что сразу вцепилась мне в шею, пытаясь задушить.

— Мы вам поможем, успокойтесь, мы поможем, мы защитим вас, — я с трудом оторвал от себя ее руки. Она смотрела на меня бешеными глазами.

Над нами раздался выстрел и голос Андрея.

— Давайте быстрее, тут еще этих тварей полно.

Я оглянулся. И, правда, со двора к нам приближалась пара мертвецов, и один полз следом, у него не было ног, но это особо его не заботило. Опять хлопнул выстрел и один свалился.

— Берите ребенка и в машину, — я подтолкнул женщину к коляске, — Быстрее.

Раздалась пулеметная очередь, это Олег открыл второй люк и помогал товарищу огнем. Хотя нет, стрелял он в другую сторону, оттуда шла еще одна группа. Я подтолкнул женщину с ребенком к машине. Открылась задняя дверь и Сергей помог им забраться вовнутрь.

— Патроны берегите, — резко рванул вперед и взял чуть правее. «Тигр» даже не качнулся, мощная подвеска сработала безотказно, когда я переехал ползущего мертвеца.

Женщина сидела, молча, крепко прижимая к груди своего ребенка. Куда ее теперь? Если не подвернется какой-нибудь случай, заберем на базу, не бросим. Малыш успокоился, по крайней мере, больше не кричал. Парни закрыли люки и сели на сиденья.

— Олег, давай сначала к тебе, а потом двинем по плану. Десять минут роли не сыграют, — я слукавил, конечно, десять минут имели значение, просто, положа руку на сердце, я не мог не заехать первым делом за его сестрой, ведь это я сказал ему оставить ее дома.

— На следующем перекрестке направо, первый дом, третий подъезд.

— Хорошо. Я сдам задом к дверям подъезда, чтобы заблокировать вход. Входим тройкой, я, Олег и Сергей. Андрюха, ты в машине. Идем аккуратно.

Я заехал прямо на крыльцо и уперся в дверной проем. Олег открыл заднюю дверь «Тигра» и, взяв на прицел автомата глубину парадной, сделал шаг назад, пропуская нас с Сергеем. Серега выпрыгнул первым и, опустившись на колено, поднял оружие и дал мне отмашку левой рукой:

— Пошел.

Я пробежал вперед и, под прикрытием Сергея, занял позицию на площадке между первым и вторым этажом. Следующим пошел Олег, пройдя мимо меня, он поднялся выше и, проверив закрыты ли двери квартир, взял на прицел следующий лестничный пролет. Так мы поднялись на третий этаж.

— Стой, — я жестом показал на открытую входную дверь в квартиру. Свет там не горел. Зачищать времени нет. — Серега, блокируй дверь, мы идем дальше.

Сергей поднялся вперед и, захлопнув открытую дверь, прижал ее спиной. Мы же поднялись этажом выше. Олег достал телефон и набрал номер.

— Вика, открой дверь, мы приехали.

Через мгновение, раздались торопливые шаги, и скрипнул металлический засов. Дверь отворилась, на пороге стояла молодая, симпатичная девушка. На плече висела сумка.

— Здравствуйте, — Вика кивнула мне и посмотрела на Олега.

— Молодец, собралась заранее. Спускаешься за мной следом, между нами. Постарайся не шуметь.

Девушка, молча, шагнула за порог, и мы пошли вниз. Сергей пропустил нас вперед и, не выпуская открытую дверь из виду, пошел следом.

На улице, перед подъездом, собралось несколько мертвецов, они скребли руками по стеклу машины и пытались открыть двери, что собственно им не удавалось. Погрузившись, мы расселись по местам и тронулись вперед, смяв пару трупов мощными колесами.

Женщина с ребенком опасливо посматривала на нас, бережно укрывая руками свое чадо.

— Меня зовут Андрей, это Олег и его сестра Вика, а за рулем Алексей. Мы из милиции, не бойся, все будет хорошо, — он протянул ей бутылку воды, — Хотите пить? Как вас зовут?

Но, она все так же, молча, смотрела на него испуганными глазами.

— Андрюха, у нее шок. Не беспокой, — я смотрел по сторонам, мы проезжали то место, где я наткнулся на патрульный УАЗик и двух пэпээсников. Машина все так же стояла упершись в столб. Значит, в ленинском отделе некому искать пропавших сотрудников. Надо включить их радиоканал, послушать, что говорят. Я нажал нужную кнопку на радиостанции, теперь мы будем слышать и своих, и ленинский ОМ. Эфир молчал. Я подумал и настроил еще частоту Советского района, нам через него ехать, будем знать, что происходит. Предупрежден — вооружен.

Через минуту мы проехали место, где я сбил человека, который оказался первым живым мертвецом, которого я увидел. Тело его так и валялось на асфальте.

Где-то недалеко раздались одиночные выстрелы, судя по звуку из гладкоствольного оружия. Народ вооружался и защищал себя как мог. Легче будет тем, кто более подготовлен, в первую очередь, это охотники, у них дома оружие, таких наверно тысяч пятьдесят на весь город наберется.

Навстречу нам проехали две машины. Видимо едут из города. Тоже верно, выбраться на дачу и там переждать все. Похоже, уже многие поняли, что произошла страшная катастрофа, и власти особо не справляются. Я тоже думал об этом. Например, наш отряд уже дезориентирован. Никаких четких указаний, никакого руководства. А ведь именно нашему подразделению и карты в руки в подобной ситуации. ОМОНы создавали специально для предотвращения и ликвидации массовых беспорядков. А сейчас отряда, по сути, нет. Пара десятков человек из трех сотен бойцов. Есть, конечно, еще дежурная рота, которую отправили накануне в область, но от них пока нет вестей.

И мне кажется, такая ситуация везде. Мы уже почти весь Ленинский район проехали, а ни одной патрульной машины не встретили. Наверно в отделах то же самое, что и у нас. Заняли оборону в своем здании и ждут прояснения ситуации, указаний сверху. А сверху кто? Те уже давно собрали вещички и бросились спасать свою задницу, наши генералы в первую очередь о себе думают, поди, уже в аэропорту.

У военных должно быть попроще, у них все таки постоянная дислокация личного состава, никто по домам не разъезжается, все находятся в расположении части. У нас прямо в городе стоит часть спецназа внутренних войск. Надо будет наладить с ними связь, созвониться.

— Олег, набери ноль два.

— Сейчас. А зачем?

— Хочу проверить одно предположение. Чутье мне подсказывает, что кончилась милиция в нашем городе. Некому теперь гражданских спасать. Видишь же сам, что на земле никого нет. Все по отделам сидят.

— Автоответчик, не берут трубку.

— Ага, как я и думал. Теперь вся надежда на армию. Интересно, президенту уже доложили? Тут в пору военное положение вводить, комендантский час и так далее.

— О! Смотри, легки на помине, — Олег указал рукой вперед, там, вдалеке, нам на встречу приближался автомобиль со спецокрасом, синяя полоса вдоль всего борта и синие же буквы на капоте. Машина ГИБДД пролетела мимо, за рулем сидел человек в гражданской одежде, а рядом с ним женщина.

— Видел? Похоже, у гайцев черти что творится. Каждый свою шкуру спасает. Ноль два так и не отвечает, — Олег убрал телефон во внутренний карман «Горки».

Мы свернули с Гагарина на Дзержинского и выехали на мост возле железнодорожного вокзала. На середине моста, перегородив всю проезжую часть, развернулся бензовоз MAN, не проехать. Я остановился, не подъезжая близко. С моста нам открылась панорама Советского района, вдалеке поднимались столбы дыма, где-то начались пожары.

— Что делать будем? Так не проедем. В объезд долго, — я не успел договорить.

Бензовоз разорвало, огненный вихрь рванул наружу и устремился к небу. По броне «Тигра» застучали осколки. Мы, инстинктивно пригнулись, но броня защитила. «Хорошо, что остановился подальше», — мелькнуло в голове.

— Ого, вот так приехали, — Сергей аж автомат ухватил покрепче.

Над мостом стоял черный столб дыма, пламя рвалось ввысь. Теперь точно, только в объезд.

— Ноль один позвонить? — спросил Олег.

— А ты пошути, пошути. Возьми и позвони, — ответил я и развернул машину. Времени много потеряли, нужно было торопиться.

— Ало. На мосту по Дзержинского взорвался бензовоз. Тут все в огне, — Олег дозвонился, — Хорошо.

— Дозвонился! Сказали, что приняли, пожарные скоро будут.

— Ну, хоть кто-то работает. Это хорошо, ведь если начнутся пожары, город весь выгорит, — я явственно представил себе охваченный хаосом и пожарами город.

Вообще, не все так плохо, городская архитектура у нас строго соблюдает нормы ГО и ЧС. Расстояние между домами, этажность и стройматериалы, все это должно несколько сгладить ситуацию. Особо опасных и технически сложных объектов строительства в городе практически нет, все на окраинах. В центре стоит несколько новостроек, относящихся к классу уникальных, то есть с высотой около ста метров, большими пролетами и с наличием заглубленной подземной части (полностью или частично) ниже планировочной отметки земли. Но, таких объектов у нас единицы.

Мы опять свернули на Гагарина и, чуть было не столкнулись с вылетевшей на красный свет светофора легковушкой, за рулем которой сидела женщина.

— Паника началась, сейчас люди рванут кто куда. На дорогах пробки будут, надо поторапливаться, — я прибавил газу и увеличил скорость до девяноста километров в час. Если не будем делать остановок, доедем минут за двадцать максимум. Посмотрел на часы, стрелки указывали на семь часов и пятнадцать минут.

— Олег, что происходит? — Вика вела себя спокойно, но было видно, что девушка на грани.

— Эпидемия какого-то вируса. Люди вроде как бешенством заражаются. Нападают друг на друга.

— А где врачи? Почему никто ничего не делает?

— Как так никто? Мы делаем. Вик, ты же все понимаешь сама, не хватает врачей, никого не хватает.

— Что теперь будет? — девушка опустила голову вниз и закрыла лицо руками.

— Все будет хорошо, не волнуйся. Мы переждем эпидемию на базе. Правительство введет режим чрезвычайного положения, введет войска, а они уже наведут порядок. Главное, что мы вместе, — Олег погладил ее рукой по голове.

Насколько я знал, у Олега родителей не было, они с сестрой выросли в детдоме. Потом Олег ушел в армии, воевал в Чечне, по контракту, в разведроте. Там мы с ним и познакомились, я тогда служил в спецроте ВВС, вытаскивал пилотов сбитых самолетов и вертолетов с территории противника. Однажды, «корову» МИ-26, на которой летела рота Олега, сбили «Стингером». Рухнули они под Сержень-Юртом, вышли на связь и сообщили, что ведут бой с превосходящими силами противника. Наше подразделение, как самое ближайшее и мобильное, бросили им на поддержку. Командование наше тогда сработало на удивление оперативно. Под прикрытием штурмовиков мы десантировались в тыл нашим разведчикам, занявшим оборону на высотке. Авиация рассеяла наступающие силы противника по зеленке, а мы поддержали парней огнем, на позиции. К тому времени, среди разведчиков уже было много трехсотых. Я вытащил раненного Олега, валявшегося без сознания, со склона. Его посекло осколками мины, выпущенной духами. Потом узнал, от его сослуживцев, что он мой земляк. Так и сдружились. Практически одновременно вернулись в Челябинск и, решили устроиться в ОМОН, о чем, не жалели.

Мы выехали в район КПЗиса. Под мостами на ЧТЗ уже начала скапливаться автомобильная пробка в обе стороны. Я включил маяки и сирену, ждать мы не могли. На водителей видимо подействовал грозный вид нашего «Тигра», машины прижались друг к другу и мы смогли проскочить по трамвайным путям.

Сразу за мостами мы стали свидетелями еще одной аварии, горели две смятые легковушки. Люди проезжали мимо, не останавливаясь, не пытаясь помочь.

Блуждающих мертвецов, на дороге, пока было не особо много, но когда мы выехали на проспект Победы, ситуация изменилась. По широким тротуарам, в разные стороны, брели мертвые. Людей почти не было. Один мужик выбежал из двора, увернувшись от протянувшего в его сторону руки мертвеца, перебежал дорогу и залез в машину. Запустил двигатель, сдал немного назад и рванул вперед, сбив одного зараженного. Тело перелетело через капот, и упало на асфальт. Нормальный человек, как минимум получил бы кучу переломов и не смог бы подняться, а этот, как ни в чем не бывало, встал и пошел следом.

Как мы и думали, местные менты, из калининского отдела, заняли оборону в здании. Отдел был обнесен бетонным забором и мел ворота, наподобие наших, только поменьше. В общем, организовав периметр, можно было без проблем отстреливать мертвецов и чувствовать себя в относительной безопасности. Чем наши коллеги по службе и занимались. Из будки КПП, возвышавшейся над забором, велся одиночный огонь, по бродящим вокруг зомби. На тротуаре, перед отделом уже валялось несколько десятков тел.

Интересно, почему здесь так много мертвецов? В Ленинском районе все гораздо спокойнее.

Не останавливаясь, мы проехали дальше.

— Олег, попробуй связаться с калининцами, разузнай, что да как.

Олег и взял радиостанцию и начал вызывать Дежурную часть Калининского отдела милиции.

— Знамя, пятьсот пять. Знамя, пятьсот пять.

Через несколько секунд ему ответили.

— На приеме, пятьсот пять.

— Ребята, мы с ОМОНа, как у вас обстановка?

— Укрепились в отделе, начальник объявил план «Крепость».

План «Крепость» подразумевает разработку мероприятий по защите объектов МВД, в случае нападения. По тревоге, личный состав вооружается и занимает оборону. С одной стороны, сотрудникам можно было бы поставить в упрек, что они бросили граждан на произвол судьбы. А с другой стороны, ситуация была настолько неординарная, невозможно было понять, где нарушитель, а где потерпевший. Да и вирус поражал всех без разбора. Я решил, для себя, называть все происходящее эпидемией, а причину ее — вирусом, так было проще определиться на тот момент. Как понял, те, кто не заразился сразу, могли заразиться через укусы от зараженных и стать им подобными, по принципу бешенства. Так что, учитывая все в комплексе, решение начальника ОМ было вполне логичным. Вместо того, чтобы рассеивать силы по бесчисленным заявкам, где, возможно, ко времени прибытия наряда и помощь то уже не нужна будет, он решил сохранить жизни своих подчиненных, а заодно и какую-то силу, до тех пор, пока не станет ясно, с чем мы имеем дело и, как в этой ситуации действовать.

В принципе, угроза для граждан сейчас была не большая, при условии, что они не будут выходить из дома. На данный момент гораздо важнее организовать информирование по каналам телевидения и радиосвязи. Есть, в конце концов, специально подготовленные планы, на случай Чрезвычайных ситуаций, по оповещению населения.

Словно угадав мои мысли, где-то завыла сирена. Столько раз слышал эти ревуны, во время проверок и никогда не думал, что когда-нибудь сигнал будет действительным, а не учебным или тестовым.

Жаль, что нет радио, послушали бы, что передают по новостям.

На половине пути нас ждал неприятный сюрприз. В том месте, где проспект Победы сужается и проходит под мостом, образовался затор. Трудно было понять из-за чего, пробка растянулась уже на полкилометра. На трамвайных путях, где наш транспорт проехал бы без проблем, стояло несколько легковушек, напрочь заблокировав проезд.

— Сергей, Олег. У нас времени нет, в объезд ехать. Давайте, вдвоем, проведите разведку. Надо дорогу расчистить. Андрей, ты с Винтореза прикрываешь.

— Понял, — Андрюха встал и открыл люк.

Парни вылезли из машины и, закрыв за собой двери, двинулись вперед, держа оружие наготове. Водители наперебой сигналил, будто надеясь, что от этого возобновиться движение. Через несколько минут раздалась автоматная очередь. А еще спустя некоторое время, поток тронулся, автомобили потихоньку поползли вперед. Мы увидели, как нам на встречу, между машинами, пробираются Олег с Андреем. Парни на ходу запрыгнули в «Тигр» и уселись на свои места.

— Грузовик дорогу перегородил, а в кабине мертвяк сидел, вот никто и не решался его отогнать. Вылезти он не мог, мы его через стекло и пристрелили, ну и отогнали машину, — Сергей поменял магазин и дослал патрон в патронник.

— Олег, ты в порядке? — Вика придирчиво осматривала брата.

— Да все нормально, не волнуйся. Мертвые эти, они очень медленные. Если в панику не удариться, ничего с тобой не случиться, — ответил он ей.

Мы выехали из-под моста и я, пару раз рявкнув сиреной, рванул вперед по трамвайным путям, надо было торопиться.

Через 10 минут напряженной езды по городу мы подъехали к дому командира отряда. Девятиэтажка, из красного кирпича, имела свой огороженный забором дворик и подземный гараж. На въезде стоял шлагбаум с домофоном, то есть открывался он с ключа. В окнах горел свет. На крыльце лежал труп мужчины.

— Ребята, нам нужен седьмой этаж. Действуем так же, как у Олега. Я блокирую вход в подъезд. Андрей остается в машине, а мы с Олегом и Серегой выходим.

Подъехав задом к дверям подъезда, мы остановились.

— Чистим этажи полностью, проверяем все открытые квартиры, — я первым спрыгнул на пол парадной, — Андрей, держи лифт. В доме первый этаж не жилой, тут магазины, значит, могут пойти только с лифта. И … если появятся жильцы дома, не пускай в машину, закрой двери. Места не хватит.

Меня аж передернуло от своих собственных слов. Я собственноручно отдал распоряжение бросить людей на произвол судьбы.

— Так надо. Скажешь им, что за ними придет транспорт, а пока пусть закроются в своих квартирах. Все. Пошли.

Олег с Сергеем спрыгнули следом за мной и, взяв оружие на изготовку, заняли первый лестничный пролет. На втором этаже начинались квартиры. Серега проверил двери, подергав за ручки. Заперто. Пошли дальше.

На третьем нас ждал сюрприз. На лестничной площадке лежали три человека, изрядно потрепанные, а на стенах были видны следы огня.

— Граната взорвалась. Здесь кто-то уже повоевал до нас, — Олег перешагнул через иссеченное осколками тело и занял позицию в дальнем углу, прикрывая наше дальнейшее движение.

Я, молча, кивнул ему в знак согласия и перебежал выше. Лестница была завалена вещами, вывалившимися из большой сумки, которая лежала выше.

— По правую сторону, на стене следы от пуль. Видимо пистолет. Слышите?

— Что?

— В том-то и дело, что ничего. Тишина полная. Серега, проверь двери.

Средняя дверь в квартиру оказалась не заперта. Жаль гранат с собой не взяли, парочка РГН сейчас не помешала бы.

— Олег давай со мной. Серый, держи лестницу. Входим, — я толкнул дверь ногой и пропустил Олега вперед.

В коридоре, как и в комнатах, горел свет. По полу были раскиданы вещи. Видимо хозяева очень быстро собирались. Следов крови или еще чего, что могло насторожить и вызвать подозрение, видно не было. Олег, приседая и одновременно разворачиваясь, заглянул в первую комнату.

— Право, чисто.

Я прошел дальше. Тут коридор раздваивался. Справа кухня, слева еще одна комната, а прямо санузел. Прижавшись спиной к левой стене, я взял на прицел кухню и махнул Олегу, чтобы тот проверил комнату. Тот, не вставая, чтобы не перекрывать мне сектор огня, на корточках, передвинулся к двери ванной и заглянул налево.

— Лево, чисто, — развернулся, чтобы проверить кухню, — На кухне тело.

— Туалет, ванна.

Олег дернул на себя дверь, открывая моему взгляду ванную комнату.

— Чисто.

Пройдя на кухню следом за другом, я увидел лежащую на полу женщину, голова ее была разбита, а рядом валялась окровавленная скалка. Видимо женщина заразилась и набросилась на кого-то, а тот, защищаясь, разбил ей голову, что его и спасло.

— Пошли дальше.

На пятом этаже было тихо и пусто. Сергей, перебежал выше и, проверив двери, присел на колено, спиной к одной из них. В тот момент, когда мы проходили мимо, что-то большое и тяжелое, судя по звуку, ударило эту дверь изнутри. Серега, сделав кувырок через правое плечо, ушел в сторону, а мы моментально взяли дверь квартиры под прицел автоматом. Обычная, деревянная дверь, каких сейчас уже не встретишь в домах, опять вздрогнула от очередного удара. Сверху посыпалась штукатурка. Я сразу вспомнил нашего бывшего дежурного, Васю.

— Огонь по уровню головы, — мы с Олегом выстрелили почти синхронно. Шесть, семь пуль прошили дверь как масло, разворотив дерево в щепки. Свет в квартире не горел, и разобрать, попали мы или нет, было невозможно. Тут же, будто нам в ответ, последовал удар такой силы, что дверь не выдержала и разломилась. На порог квартиры вывалилась здоровенная тварь, под полтора метра ростом, черного цвета, с огромными зубами.

— Огонь, огонь, — я дернул переводчик огня вниз до упора и вдавил спусковой крючок. С полсотни пуль прошили атаковавшего нас монстра. Громадное черное тело рухнуло на подкосившиеся ноги и завалилось набок.

Олег посветил фонариком, и мы увидели здоровую голову животного и открытую пасть с большими клыками.

— Это Алабай.

— Кто?

— Среднеазиатская овчарка, у моего деда такая же в деревне, — Олег посветил дальше, — Только очень большой, я таких раньше не видел. Ну, метр в холке максимум.

— Надо квартиру зачистить, чтобы сюрпризов не было.

— Помогите! Пожалуйста! — из-за соседней двери раздался женский крик.

Блин. Этого я боялся. Вокруг полно людей, которым нужна помощь, но мы не можем помочь всем. Я бы с радостью организовал эвакуацию из города, но для этого нужны ресурсы, нужна техника, а ничего из этого у нас нет.

Сергей с Олегом вопросительно посмотрели на меня. Я подошел к двери.

— Женщина, вы в порядке? Можете открыть дверь? Тут безопасно.

Мы услышали, как в замочной скважине задвигался ключ. Я знаками указал занять позиции и быть наготове. Щелкнул замок и дверь открылась. В коридоре стояла женщина лет сорока с маленьким мальчиком на руках, а рядом с ней, двое детей постарше. Руки у матери были в крови.

— Помогите, пожалуйста. Мой муж напал на нас.

— Где он?

— Я … Его больше нет, — слезы катились по ее лицу, сердце мое сжалось. Бедные дети, самая старшая, девочка, с серьезным выражением лица смотрела на меня. Брат, помладше, держал ее одной рукой за руку, а другой вытирал заплаканные глаза.

Мой взгляд упал на плечо женщины, оно было прокушено.

— Как вы себя чувствуете? — я указал на ее рану.

— Нормально. Вы заберете нас отсюда?

Я опустил глаза.

«Пропади оно все пропадом, не могу их бросить», — Я понимал, что спасти все не реально, но дети. Нельзя бросать детей.

Женщина укушена. Если моя догадка верна, то оно должна была заразиться. А если нет? Что если вирус не передается через слюну?

— Да мы поможем вам. Только сначала мы должны завершить одно дело. Закройте пока дверь, тут вам ничего не угрожает. На обратном пути мы постучим.

— Спасибо! Спасибо, мы будем ждать, — женщина закрыла дверь.

— Пошли, пошли. И не смотрите так на меня.

На шестом все квартиры были закрыты и мы поднялись на седьмой этаж. Олег прошел вперед, наконец-то добрались до квартиры командира. Она была не заперта, как и две другие на лестничной площадке. Плохо. Сразу три направления мы контролировать можем, но лезть в помещения по одиночку опасно и рискованно.

— Есть кто живой? — мне никто не ответил, квартиры выглядели пустыми.

— Заходим в квартиру все вместе. Олег, мы с тобой проверяем комнаты. Серега, ты в коридоре, держишь входную дверь.

— Понял.

Мы вошли внутрь. В прихожей горел свет. На вешалках одежды почти не было, видимо хозяева ушли. Сергей развернулся и взял на прицел дверной проем. Прямо по коридору была дверь в зал и поворот, налево и направо. Справа оказалась большая кухня, холодильник был открыт, на полу валялись какие-то продукты. Слева были еще две комнаты, одна детская и взрослая спальня, там было пусто, шкафы открыты, вещи разбросаны. В зале, размером с три мои комнаты, так же ничего не оказалось, я обратил внимание на открытый сейф, встроенный в стену.

— Они ушли. Следов крови нет. Вещи и одежда собраны. Уходим отсюда, больше здесь нечего делать.

Сзади раздался голос Сергея.

— Стоять! Брось ружье! Руки поднял!

Мы выбежали в коридор. На пороге стоял мужчина лет сорока пяти с поднятыми руками, у его ног лежал помповик.

— Ребята, я нормальный! Не стреляйте, — мужик видимо не ожидал увидеть троих вооруженных и экипированных бойцов, выглядел он растерянно и заметно волновался.

— Кто ты?

— Я живу тут рядом, на восьмом этаже. Вернулся утром домой, а тут такое творится. Стреляют, взрывают. Жильцы все ушли, уехали. Я за семьей вернулся, но их дома не было.

— Ладно, руки опусти. Знаешь, кто здесь живет?

— Видел несколько раз. Семья. Я когда домой вернулся, они на улице в машину садились.

— Че делать будешь?

— Семью искать. Они наверно к родственникам поехали. Обзвоню всех.

— Ясно. Удачи тебе, — я посмотрел на его оружие, — Стреляй в голову, иначе этих тварей не убить.

— Спасибо, — мужик подобрал помповик и, махнув нам рукой, на прощание, побежал вниз по лестнице.

Мы спустились на шестой, и я постучал в дверь, где осталась мать с детьми. Послышались шаги, забрякал ключ, но замок не открывался, кто-то не мог с ним справиться. Через некоторое время дверь все же открылась и мне, буквально на руки, свалилась женщина. Лицо ее было серого цвета, глаза прикрыты. Она подняла голову и посмотрела на меня, губы ее дрогнули.

— Спасите детей. Спасите их.

Дыхание женщины участилось, я осторожно положил ее на пол. Мои соображения оказались верными. Зараза передавалась, как бешенство, через кровь и слюну.

— Парни, берем детей и уходим, осторожно.

— Серега, подними ее на пролет выше, чтобы они не видели. И аккуратнее, она заразилась и может напасть, — сказал я уже шепотом.

Мы вошли в квартиру. Дети сидели в зале, старшая девочка держала на руках малыша.

— Привет. Пойдемте, мы вам поможем и защитим, пойдемте.

— А где мама? — девочка смотрела на меня все теми же серьезными глазами. Бедняжка, как же тебе рано пришлось повзрослеть. Теперь ты своим братьям вместо матери.

— Маме срочно нужно в больницу. Мы ее в скорую помощь отправили. Она к вам позже приедет, — я, как мог, старался быть убедительным, — Тебя как зовут?

— Катя.

— Катюша, надо обуваться и идти. Хорошо?

— Я поняла, — девочка встала, взяла за руку брата и пошла в коридор.

Напьюсь до потери сознания, как появится возможность. То, что происходит — хуже войны. На войне хоть враг есть, а тут …

Уже вшестером мы спустились вниз, рядом с машиной нас ждал Андрей.

— Все в порядке? Звезда вызывала, спрашивали по результатам.

— Все нормально, командира нет, видимо с семьей уехал. Возвращаемся на базу. Дети с нам поедут, их маму в больницу увезли, она к ним потом приедет, — я подмигнул Андрею, чтобы он ничего не испортил.

— Понятно. Ребята, залазьте в машину и усаживайтесь, — он помог им забраться, — Это тетя Вика, если что-то будет нужно, попросите ее.

Вика усадила детей между собой и ранее спасенной нами женщиной. Та уже не выглядела, как раненый и загнанный в угол зверь, видимо начала успокаивать и отходить от шока. Она посмотрела на нас.

— Меня зовут Наташа. Спасибо вам, что спасли нас и простите меня, я очень испугалась.

— Все в порядке. Вы в безопасности. Мы можем отвезти вас, куда скажете, или можете остаться с нами, если идти некуда, — я занял место водителя.

— У нас тут никого нет, я приехала из другого города.

— Ну, тогда поедите с нами, все будет хорошо.

Олег захлопнул двери, и мы поехали. Я вызвал по рации базу.

— Звезда, пятьсот два. Звезда, пятьсот два.

— На приеме Звезда.

— Квартиру командира проверили. Пусто. Сосед сказал, что видел как он, с семьей, на машине ухал куда-то.

— Принял тебя пятьсот два, возвращайся.

— Принял.

Я взял немного правее и сбил топтавшегося на обочине дороги мертвяка. По проспекту шел поток машин в сторону выезда из города. По тротуарам бежали люди. То тут, то там мелькали бродящие мертвецы. Город захлестнула волна хаоса. Мир, который мы знали, прекратил свое существование. Реальность диктовала свои условия, страшные и жестокие.

Кто-то понял это и теперь спасал себя и своих близких. Кто-то был не в состоянии принять происходящее и доживал свои последние мгновения. Полным ходом шел естественный отбор. Выживут и спасутся наиболее приспособленные к новым условиям.

Власть не смогла взять ситуацию под контроль в зачаточном состоянии, теперь остается надеяться, что еще не слишком поздно. Возможно, введение военного положения и сможет остановить катастрофу. Городские службы практически прекратили свою работу, ведь в них работали такие же люди как все, у них были свои семьи, свои близкие, спасением которых они и занимались.

Я вел машину навстречу неизвестному будущему и знал точно только то, что этот город уже не будет прежним. Он изменился, и вместе с ним меняемся и мы. Я принял это и был готов бороться за жизнь, бороться за будущее.

Content

Алексей Колесников
Живой