Шатилов Александр

Любовь и магия

Шатилов Александр

Любовь и магия

— ПРОЛОГ —

Среди тысяч, а может быть миллионов миров, затерянных в пространстве и времени, есть мир, в котором рядом друг с другом существовали люди и волшебные существа. Эти существа обладали магической энергией и могли управлять природными стихиями. Поэтому их называли "духами стихии".

Духи стихии жили жизнью, совершенно не похожей на жизнь людей. И все же, несмотря на отличия, людям приходилось как-то уживаться со своими соседями. Иногда духи стихии ругались с людьми, а иногда мирились и клялись в вечной дружбе. Они могли помочь человеку, но могли и навредить. Так продолжалось до тех пор, пока духи стихии не подарили часть своей энергии человеку по имени Мел Кредер.

Случалось, что духи стихии и раньше наделяли избранных людей способностью творить чудеса, но этот случай был особым. По вине волшебных существ погибли родители Мела и магическая сила, которую дали этому человеку, чтобы загладить вину перед ним, была необычайно велика. Кредер принял щедрый подарок, но возненавидел духов стихии. Он не мог простить им гибель своих родителей и решил всю свою жизнь посвятить единственной цели — уничтожению волшебных существ. Хитростью и обманом Кредеру удалось добиться желаемого. Он погубил духов стихии, а их магию сконцентрировал в волшебном кольце, способном выполнить любое желание своего владельца. Казалось, Мэл Кредер, мог праздновать победу, но не тут-то было. За мгновение до гибели духи стихии поняли обман и жестоко отомстили людям. Они успели создать темное существо, Раба Кольца, которое в ответ на каждое выполненное кольцом желание несло людям смерть и несчастья.

В непростую ситуацию попал Великий Волшебник Мел Кредер. Каждый день он видел, как умирали ни в чем неповинные люди, но не мог найти в себе силы, чтобы отказаться от волшебного кольца. Он загадывал все новые и новые желания, которые несли за собой новые смерти. Тогда Мел убедил всех людей, владеющих хотя бы малой каплей магической энергии, пожертвовать своим даром ради спасения человечества. Почти для всех людей-магов расставание с волшебной составляющей своей души закончилось гибелью, но Кредер создал оружие способное уничтожить порождения зла. Правда применить это оружие Мел так и не решился. Он слишком любил себя, чтобы рисковать своей ценной особой.

Впав от безысходности в отчаянье, Великий Волшебник заглянул в будущее с помощью "заклинания оракула". Так Мел Кредер узнал, что Раб Кольца погибнет через тысячи двести лет от руки простого человека. Основав Орден Хранителей Предначертания, который должен был следить, чтобы предсказание оракула исполнилось, волшебник поместил свою сущность в магический артефакт, чтобы вернуться к жизни после гибели Раба Кольца. Волшебное кольцо бесследно исчезло, а вместе с ним пропал и Раб Кольца.

Шло время. Века сменяли друг друга, складываясь в тысячелетие. Вокруг монастыря Ордена Хранителей образовалась страна с гордым названием "Империя Совета Великих Лордов". Духи стихии, магия, волшебное кольцо превратились в сказки для маленьких детей, но положенный срок прошел и предначертание сбылось. Кольцо вернулось в мир людей и попало в руки маленькой девочки. Девочку звали Аннет. Она воспитывалась в приюте для сирот и никогда не имела друзей. С помощью кольца девочка смогла попасть в параллельный мир, где нашла настоящих и верных товарищей: ученицу пятого класса одной из московских школ по имени Аня и ее одноклассника Сашу Егорова. Вернувшись в свой мир, Аннет с помощью друзей победила Раба Кольца и нашла своего отца, Великого Лорда Фредрика Зальцера.

На этом приключения не закончились. Сначала ребята вместе с юным оруженосцем лорда Зальцера Фаном раскрыли заговор против Совета Великих Лордов, организованный Союзом Королевств, могущественным соседом Империи и, наконец, вступили в смертельную схватку с Мелом Кредером.

Великий волшебник вернулся к жизни в теле служанки лорда Зальцера Эл. Пусть и в чужом теле, но он был последним и единственным во всем мире, кто мог управлять магией. Его могущество не знало границ. Весь мир должен был пасть к ногам Великого Волшебника.

Назвав себя Мэллой Кредер и уничтожая всех, кто вставал на ее пути, Эл захватила власть не только в империи Совета Великих Лордов, но и в Союзе Королевств. Мир оказался на грани гибели, но Аннет и ее друзьям, среди которых теперь был и внук Верховного Правителя Союза Королевств Вик Хохер, удалось победить и на этот раз.

Правда цена победы была слишком велика — Аннет и Аня были вынуждены расстаться навсегда. Зато Аннет сумела возродить духов стихии, за что и получила от них имя "Мать Стихий". С этого дня наибольшей честью для духов стихии было служить человеку, который вернул их к жизни. Казалось, в Империи наступили покой и порядок…

Часть первая:

Враг на территории

— 1 —

"Ну! Бей! Что ты водишься?!" — Николай Васильевич Федорин завопил на всю квартиру с такой громкостью, что даже отвлек свою шестилетнюю дочь Свету от благоустройства семейного очага Барби и Кена.

"Папочка, что случилось?" — высунулась из своей комнаты светловолосая головка девочки.

"В том то и дело, что ничего не случилось. Опять промазали".

Гражданин Федорин, он же лишенный магических способностей волшебник Николас Файдер, был перемещен в Москву из параллельного мира Великим Волшебником Мелом Кредером несколько лет назад. Несмотря на то, что это перемещение ввергло Николаса в тяжелый нервный шок, он сумел быстро оправиться и адаптироваться в чужом для себя мире. Не последнюю роль в этом сыграла необходимость заботиться о маленькой дочке, которая переместилась вместе с отцом.

Имея при себе достаточное количество золота, Файдер сумел купить квартиру и получить все необходимые для существования в Москве документы. Со временем Николас даже стал находить определенную прелесть в своей новой жизни. Одной из тех вещей, что доставляли Файдеру несомненное удовольствие, были просмотры футбольных матчей. При этом Николас не болел за какую-либо определенную команду, как положено футбольному фанату, а просто выбирал во время трансляции футбольного матча команду, которая казалась ему в этот день наиболее симпатичной. Но уж выбрав, Файдер отдавался переживаниям со всей страстью истинного болельщика. Он кричал, свистел и даже иногда, забыв, что его магический дар утерян, шептал заклинания, пытаясь превратить судью в жабу.

В тот августовский день, когда началась эта история, Николас следил за матчем "Спартак" — "Рубин". В этом поединке симпатии Файдера были на стороне "Спартака", но, не смотря на яростную поддержку бывшего волшебника, сегодня его команда проигрывала со счетом 0:1.

"Нападающий "Рубина" входит в штрафную площадку и падает — монотонно бубнил комментатор — Что это? Судья показывает на одиннадцатиметровую отметку? Возможно, касание со стороны защитника было, но тянуло ли оно на пенальти? Этот вопрос останется на совести судьи. Так или иначе — пенальти".

"Что ж за судьи то у нас такие?" — схватив себя за волосы, взвыл от горя Николас. Чем закончился этот драматический эпизод матча, Файдеру узнать было не суждено, потому что в прихожей прозвенел звонок. Заглянув в дверной глазок, Николас увидел свою соседку Галину, тридцатипятилетнюю женщину с совершенно непримечательным лицом и бесцветными коротко подстриженными волосами. Одета она была в дешевые джинсы и байковую мужскую рубашку. Впрочем, ни в чем другом Файдер свою соседку и не видел.

Галина проживала в квартире напротив, воспитывала в одиночку сына, которому недавно исполнилось три года, и работала в конторе, занимающейся скупкой золота. Именно наличие у соседки маленького ребенка и привело к знакомству Николаса с Галиной. Это произошло на детской площадке, куда они приводили играть своих детей. Узнав, где соседка работает, Файдер несколько раз продавал через нее золотые монеты, но в основном знакомство сводилось к обычному "здравствуйте" и "до свидания".

И вот теперь Галина стояла перед дверью Файдера и настойчиво давила на кнопку звонка. Николас понял, что досмотреть матч ему вряд ли удастся, тяжело вздохнул и открыл дверь.

"Ой, простите, Николай Васильевич, я наверно вас от дел отвлекаю…".

"Ну что вы. Какие дела в субботу вечером. Проходите, Галина Юрьевна" — Николас отодвинулся, пропуская женщину в квартиру.

"Я ни в коем случае не стала бы вам мешать, но со мной на работе произошел странный случай. Помните, вы к нам в скупку приносили золотые монеты?".

"Конечно, помню. А с ними что-то не так?".

"Все в порядке. Чистейшее золото, 24 карата. Просто в наш магазин на этой недели принесли монеты, очень похожие на те, что сдавали вы. Только на ваших был какой-то герб изображен, а на этих монетах маленький бородатый старичок. Они, как и ваши, имели ярко желтый цвет, и я в присутствие клиента провела экспертизу. Знаете, если слиток из чистейшего золота нагреть, то золото чуть-чуть окислится и примет красноватый оттенок, как говорят червонный. А примесь серебра оставляет его таким же ярко желтым. Смотрю, нет, все в порядке. Как и у вас, 999 проба. Взвесила, оформила. Все как положено. Мужчина в кассе получил деньги, а монеты я в сейф убрала. Сейф новый, очень дорогой. У нас в конторе в шутку говорят, что даже волшебство не поможет его открыть, потому что он сделан из холодного железа. Так вот. На следующий день открывает директор сейф, а монет нет. Исчезли".

"Так, наверно, вас просто ограбили ночью? Сейф вскрыли и золото забрали".

"Мы тоже сначала так подумали и милицию вызвали, но следов взлома нет. И что самое главное, записи в журнале приемки об этом мужчине тоже исчезли. Раз золота нет, и записи нет, то получается, что я огромную сумму денег сама себе выплатила?".

"Ну что вы. Уверен, что никто так не думает. А от меня вы что хотите, Галина Юрьевна?".

"Я даже не знаю, Николай Васильевич. Просто, я чувствую, что и директор и милиция как-то на меня не хорошо косятся. Монеты эти очень на ваши были похожи, и я подумала: может быть, вы что-нибудь подсказать сможете".

"Галина Юрьевна, поверьте, если бы я хоть чем-то мог вам помочь то помог бы. К сожалению, я ничего не знаю про эти монеты".

"Да, конечно. Вы меня извините, Николай Васильевич, что отвлекаю вас по пустякам — опустив голову, женщина направилась к выходу — Просто на меня косятся все, а мне неприятно. А у вас тоже монеты…".

Проводив соседку, Николас попробовал вернуться к футбольному матчу, но к этому моменту "Спартак" проигрывал уже 0:3 и Файдер выключил телевизор. Настроение было окончательно испорчено.

"Чем я смог бы ей помочь? Конечно это ограбление. Причем явно к нему причастен кто-то из сотрудников скупки. Не волшебство же это" — лежа на диване, думал Николас и тут вспомнил, что именно вариант с волшебством он бы мог проверить. Файдер знал в Москве только одного человека так или иначе связанного с волшебниками. Николас набрал почти забытый телефонный номер и когда ему ответил знакомый женский голос, торопливо произнес в трубку: "Здравствуйте Юлия, вы меня узнаете? Я — Федорин. Николай Васильевич. Помните? Спасибо. Очень рад, что не забыли. А Аня дома? Можно я с ней поговорю?".

— 2 —

Аннет Зальцер, принцесса дома Великих Лордов Зальцер, поняла что проснулась, но не захотела открывать глаза, а попыталась остаться в полном хрупкой нежности состоянии между сном и явью. Еще секунду назад принц подземного королевства предлагал ей руку и сердце, и вдруг чудесный сон растаял. Девочке очень хотелось снова заснуть и узнать чем же все закончилось, но утро безжалостно стирало из памяти последние воспоминания о чудесной сказке. Помнится, был длинный коридор, по которому принц бежал к ней навстречу и какой-то неприятный человек, не позволяющий принцу приблизиться к Аннет, но лицо принца уже забылось. "Вик. Конечно, это был Вик" — угодливо подсказало подсознание, но перед глазами почему-то предстало лицо Саши Егорова. "Все, пора вставать" — решила Аннет. Сладко потянувшись, девочка открыла глаза и громко крикнула: "Сегодня будет хороший день".

В углу спальни возникла бледная фигура духа стихии. Это было высокое, словно сделанное из очень плотного тумана существо, с вытянутым лицом и белыми волосами. Ноги существа по мере приближения к полу как бы растворялись в воздухе. "Доброе утро. Я, Майти-736" — представился дух стихии, с интересом рассматривая девочку.

До этого момента Майти-736 никогда не видел Мать Стихий, и она представлялась ему величественной седовласой женщиной огромного роста. Какого же было удивление духа стихии, когда он увидел перед собой худенькую тринадцатилетнюю девочку с короткими каштановыми волосами и огромными голубыми глазами. Удивление сменилось восторгом, захлестнувшим душу и мысли Майти-736. "И этот ребенок сумел дать жизнь всем духам стихии. Даже нашим Наставникам" — с умилением думал он.

Справившись, наконец, со своими эмоциями, дух стихии произнес заранее приготовленную фразу: "За безукоризненный труд по восстановлению вырубленного леса я удостоен чести в течение одного дня заботиться о тебе, Мать Стихий". Вернее, не произнес, а подумал, так как духи стихии не умели говорить и общались с людьми и друг с другом только с помощью телепатии.

В воздухе появился поднос с завтраком и медленно поплыл к кровати Аннет. Воздух наполнился запахом вкусной еды, от которого у девочки засосало под ложечкой.

"Яичница с беконом и горячий шоколад, — пояснил Майти-736, - Все по рецепту вашей подруги Ани. Рецепты получены с вашего согласия из вашей же памяти".

"Спасибо, Майти. Только можно я шоколад не буду. Я бы лучше просто молока выпила".

"Конечно, Мать Стихий. Вам холодное или теплое? С пенкой или без?".

"Б-р-р. Ну и вопросик. Майти, ты сам молоко с пенкой любишь пить?".

"Духи стихии никогда не пьют молоко, но я приношу свои извинения. Судя по количеству отрицательных эмоций, вызванных у вас словом "пенка", вопрос был неуместен"

"Неуместен" — это еще мягко сказано" — проворчала Аннет, внимательно наблюдая за чашкой с горячим шоколадом и стараясь при этом не моргать. Уже не в первый раз девочка видела волшебные превращения, но никогда не могла уловить момент перехода воды в сок или компота в кофе. Не получилось и в этот раз. Мгновения назад в чашке дымился горячий шоколад, но стоило один раз моргнуть и его мгновенно сменило холодное молоко.

"Мать Стихий желает услышать подробный отчет о проделанной за сутки духами стихии работе по восстановлению и улучшению природный среды?" — поинтересовался Майти-736. Аннет отрицательно покачала головой, с аппетитом поглощая завтрак. Один раз подобный отчет девочка рискнула послушать, но через пять минут запуталась в процентных соотношениях между растоптанными и восстановленными травинками, а в отличиях между молекулярными структурами чистого воздуха и воздуха загрязненного отходами человеческой деятельности вообще не поняла не единого слова.

"Расскажи лучше последние новости. Например, что творится в Союзе Королевств?" — попросила Аннет.

"Верховный Правитель Вик Хохер начал писать письмо Матери Стихий…".

"Я, наверное, глупая. Почему то решила, что Вик меня забыл, а он, оказывается, помнит, и скоро я получу от него письмо" — подумала девочка и ее сердечко радостно забилось.

"…Но неотложные дела оторвали Верховного Правителя от этого занятия, и письмо осталось недописанным…".

"Вот так всегда" — огорчилась Аннет.

Дружба девочки с Виком, зародившаяся во времена борьбы с Мэллой Кредер таяла, словно утренний туман. В жизни часто бывает так, что два человека, испытывающие взаимную симпатию, начинают отдаляться друг от друга, если долго не видятся. Бытует мнение, что разлука проверяет чувства, но оно не верно. Разлука разрушает любовь. Круговорот повседневных дел не оставляет времени на мечты и то что еще недавно казалось любовью становится всего лишь светлым воспоминанием.

"…Оруженосец Фан не спал всю ночь и написал тысяча первый сонет, посвященный девочке по имени Аня — продолжал дух стихии — Мать Стихий хочет его услышать?".

"Нет" — резко ответила Аннет. Ей стало обидно, что Вик не смог дописать ей письмо, а Фан каждую ночь пишет для Ани стихи.

"Надо обязательно поговорить с Фаном по поводу этих стихов. Пусть вместо того, чтобы тратить время на пустую писанину займется чем-нибудь полезным" — решила девочка, но вдруг так ясно представила свою подругу из другого мира, словно та находилась сейчас в комнате рядом с ней. Аннет ясно поняла, как ей сейчас одиноко и как сильно она соскучилась по Ане. От этого настроение девочки окончательно испортилось.

Заметив слезы в уголках глаз Матери Стихий, Майти-736 перепугался.

"Если она заплачет, Наставники проклянут меня — с ужасом подумал дух стихии, и чтобы как-то исправить ситуацию торопливо заговорил — Майти-578, ответственный за красоту и сохранность вашего парка, вывел необыкновенно красивые розы фиолетового цвета. Может быть, Мать Стихий захочет взглянуть на них? А еще Майти-578 рассказывал, что видел ночью огромную стрекозу…".

"Майти, а мне никак нельзя связаться с Аней? Хотя бы на секундочку?".

"Вы же знаете, что это невозможно — дух стихии так разволновался оттого, что перечит Матери Стихий, что его фигура покрылась мелкой рябью — Закон об ограничении использования магии запрещает нам связываться с другими мирами. Ведь это может обернуться для нас всех большой бедой. Вспомните, что произошло, когда возродился Мел Кредер…".

"Я помню — Аннет стало жалко бедного духа стихии, который так старался ей угодить, но попал не на самое лучшее настроение девочки — Ладно. Сейчас я доем, и пойдем смотреть розы".

— 3 —

Дворцовый парк Великих Лордов Зальцер представлял собой паутину посыпанных красным песком дорожек, проложенных между цветниками, лужайками и маленькими рощицами. Дорожки вели к мраморной террасе, с который открывался вид на тихую речку, протекающую в низине у подножия дворца. Парк и раньше считался самым красивым в империи, а сейчас, соединив в себе красоту природы и магию духов стихии, он превратился в настоящее чудо. Среди рощ, в тени густой листвы стояли удобные скамьи. Если, присевший на них человек хотел побыть в одиночестве, деревья услужливо сдвигали свои ветви, закрывая его от посторонних глаз. То тут, то там на лужайках внезапно возникали и также внезапно исчезали родники чистой, необыкновенно вкусной воды. Лежащие около дорожек гранитные камни могли улавливать малейшие нюансы человеческого настроения и в зависимости от него превращались либо в веселые фонтаны, либо в изящные статуи или величественные монументы. И при этом весь парк просто утопал в цветах. Они были повсюду. Тысячи цветов самых разных видов и оттенков. Нарциссы с розовой коронкой и с лепестками, напоминающими перламутровый шелк с рубчатой бахромой по краю. Шпаги гладиолусов и чалмы тюльпанов всех цветов радуги. Собранные в причудливые кисти бутоны лилий, среди которых можно было найти даже не виданные ранее синие и голубые лилии. Наполняющие воздух тонким изысканным ароматом разноцветные ирисы и громадные кусты сирени кремовых и нежно-фиолетовых оттенков, от которых исходил сладкий дурманящий запах.

Среди этого океана цветов Аннет шла вслед за духом стихии к месту, где росли удивительные розы, и думала о том, как она несчастна. Даже папа последнее время совсем не понимает ее. Принцессе было так жалко себя, что она ничего не замечала вокруг и поэтому чуть было не налетела на Майти-736, который внезапно остановился. Чтобы понять, что же послужило причиной такой резкой остановки, Аннет выглянула из-за спины духа стихии и увидела девочку, которая стояла рядом с кустом роз и методично обрывала фиолетовые лепестки с бутонов.

Ростом девочка была примерно по плечо Аннет. Необыкновенно красивое лицо ребенка обрамляли длинные вьющиеся черные волосы, ступни босых ног были перепачканы травой, а кожа была такой тонкой, что даже имела голубоватый оттенок. На девочке было короткое кружевное платьице розового цвета, которое, казалось, было соткано прямо из воздуха. Но что самое удивительное, за спиной ребенка виднелись прозрачные золотистые крылышки.

"Ты кто? — удивилась Аннет — И зачем ты обрываешь мои розы?".

"Ха-ха. Смотрите на нее. Оказывается это ее розы. Может и трава тоже твоя? Или облака над головой? Хочу и обрываю" — ничуть не смущаясь, ответила обладательница чудесных крылышек.

"Еще и грубишь! Да кто ты такая, чтобы мне грубить?" — возмутилась Аннет.

"Сейчас узнаешь" — девочка обворожительно улыбнулась и щелкнула маленькими пальчиками.

"Их пестициды не перепистицидят наши по своей пестицидности" — выпалила Мать Стихий.

"Что я несу? Кто такие эти пестициды" — едва успела подумать Аннет и в туже секунду слова непрерывным потоком полились из ее рта.

"Кокосовары варят в скорококосоварках кокосовый сок. Сиреневенькая зубовыковыривательница. Вашему пономарю нашего пономаря не перепономаривать стать: наш пономарь вашего пономаря перепономарит, перевыпономарит. Два щенка щека к щеке щиплют щетку в уголке. На дворе дрова, за двором дрова, под двором дрова, над двором дрова, дрова вдоль двора, дрова вширь двора, не вмещает двор дров! Наверно, выдворим дрова с вашего двора обратно на дровяной двор. У нас во дворе-подворье погода размокропогодилась. Тридцать три корабля лавировали, лавировали, да не вылавировали. Нет. Тридцать три корабля равиловали, равиловали, да не выравиловали. Опять не то. Тридцать три корабля лавиловари, лавиловари, да не вылавиловари…".

"Вот уже и заговариваешься — удовлетворенно заметила крылатая девочка — Ладно. Так и быть, прощаю пока. Вы человеческие женщины и так с самого рождения глубоко несчастны, потому что ни одна из вас никогда не сможет сравниться красотой с нами — феями".

Аннет, которая только что с облегчением закрыла рот, от удивления открыла его снова: "Значит ты фея?".

Про фей принцесса узнала, когда находилась в мире Ани. Там они считались выдуманными мифическими существами.

"Конечно — ничуть не смущаясь от того что она мифическое существо, ответила крылатая девочка — А кто же еще? И если бы ты была учтива и воспитана, первым делом представилась бы мне, а не вынуждала меня учить тебя вежливости с помощью колдовства".

"Ты меня заколдовала?" — Мать Стихий привыкла к всеобщему поклонению, и у нее не укладывалось в голове, что кто может вот так запросто взять ее и заколдовать.

"А ты куда смотрел? Меня околдовали, а ты даже не пошевелился" — возмущенно обратилась Аннет к духу стихии.

"Простите, Мать Стихий. Когда я вижу это существо с крылышками, я, почему-то, не могу творить волшебство, а могу лишь смотреть на нее. Она так прекрасна…" — ответил Майти-736, не отрывая взгляда от феи.

"Я фея, а не какое-то там существо с крылышками. Какой невежественный клочок тумана. Надо было его сразу развеять по ветру — обиделась фея — Ну да ладно. По крайней мере, он разбирается в истинной красоте. Долго мне еще ждать? Надо превратить всю еду в вашем доме в ослиный помет, чтобы мне оказали почести и предложили гостеприимство?".

"Простите меня, глубокоуважаемая фея. Я, Аннет Зальцер, принцесса дома Великих Лордов и хозяйка этого дома — девочка указала на виднеющейся за деревьями дворец, не преминув при этом кинуть злой взгляд в сторону духа стихии — Приглашаю вас разделить со мной кров и пищу".

"Я фея Феечка. Пожалуй, я окажу тебе принцесса Зальцер честь и воспользуюсь твоим гостеприимством. Проводи меня в мои покои. А лепестки роз я обрывала, чтобы соткать себе из них новое платье. Фиолетовый цвет мне очень к лицу" — снизошла до объяснения своего поступка фея.

По дороге к дворцу Аннет заметила высокого плотного мальчика, сидящего с сонным видом на одной из скамеек. Его вид подействовал на Аннет как красная тряпка на быка. Принцесса нашла на кого можно выплеснуть всю накопившуюся за это неудачное утро злость. Забыв о присутствии Феечки, Аннет метнулась к скамье и набросилась на мальчика: "Фан, ты-то мне и нужен. Когда ты уже перестанешь заниматься ерундой? Мне надоело, что ты строишь из себя рыцаря из приключенческих романов и страдаешь всю ночь напролет по своей прекрасной даме. Нет никакой прекрасной дамы. Ты все сам себе выдумал. Никаких чувств к Ане ты не питаешь, а ведешь себя так, потому что думаешь, что так положено рыцарю. Твои выдумки не нужны ни мне, ни Ани. И стихи твои тоже не нужны…".

"Так он поэт? Пусть прочтет мне свои стихи" — прервал монолог принцессы голос феи, которая стояла рядом и прекрасно слышала все, что говорила Аннет.

"Его стихи…" — девочка хотела объяснить фее, что никакой Фан плохой поэт, но Феечка недовольно топнула ножкой и прервала Аннет.

"Я хочу услышать его стихи. Принцесса, ты разве не знаешь, что феям нельзя перечить? Вот возьму и отважу от тебя всех женихов".

"Нет у меня никаких женихов, так что и отваживать от меня некого. Но раз ты так хочешь… Фан, прочти ей свои стихи — сказала Аннет, а про себя подумала — Самой хуже будет, глупая фея. Откуда ты вообще взялась на мою голову".

Фан, обрадованный тем, что ему удастся хоть кому-то прочесть свои вирши, скинул полусонное состояние и начал декламировать:

Если картошку весной посадить

Клубни разрезать и в землю зарыть

То знойным летом она расцветет,

Украсив цветами ваш огород

Так в сердце моем расцветает любовь

"Фан, это ты учебник садовода-любителя читаешь?" — ехидно заметила Аннет, но, ни Фан, ни Феечка не обратили на замечание девочки никакого внимания.

Если в похлебку засыпать горох

И в погреб ее поставить на год

То крепче чем камень станет она

Ее разобьет лишь удар топора

Так в сердце моем только крепнет любовь

Если поймать дождевого червя

Что вылез из норки после дождя

На пару частей его разрубить

Две части червя все равно будут жить

Так в сердце моем не погибнет любовь

Если протухнет кусок колбасы

Его на помойку отправите вы

Но запах бродячих котов не спугнет

Кусок колбасы им отправится в рот

Так в сердце моем бесстрашна любовь

К концу стихотворения фея откровенно заливалась от смеха.

"Всегда знала, что ваши мужчины самые нелепые и смешные существа в мире, но этот смешнее всех — сквозь смех пыталась говорить Феечка — Его стоит наградить. Давно так не смеялась".

В руках Фана появился глиняный горшок с горячей гороховой похлебкой. Нагревшаяся от похлебки глина обожгла мальчику руки, и Фан выпустил горшок из рук. За короткий миг падения похлебка сумела превратиться в камень, и когда горшок упал на ногу мальчику, Фан взвыл от боли. Это вызвало у Феечки новый приступ смеха.

— 4 —

Империя Совета Великих Лордов была маленькой и не слишком богатой страной, которая с юга, запада и востока была окружена более могущественными соседями, среди которых самым великим был Союз Королевств. С севера империя упиралась в гряду высоких Северных гор, в которых обитали миролюбивые горцы, а что было за горами, жители империи не ведали. Правда, старики поговаривали, что за грядой простилалась бескрайняя степь, по которой рыскали дикие племена злобных кочевников, но никто эти племена в глаза не видел. А раз не видел, то и думать о них никакого смысла не было.

Жили жители империи тихой жизнью. Великих свершений не жаждали и громкой славы не искали. Есть кусок хлеба на каждый день и чарка доброго вина на праздник, а больше ничего и не надо. Могущественные соседи мирной жизни не мешали и старались поддерживать с империей Совета Великих Лордов дружеские отношения. Никому не хотелось связываться со страной полной непонятных тайн, магии и волшебных существ.

Патриархальный распорядок жизни был нарушен Мэллой Кредер, узурпировавшей власть в империи. Упразднив Совет Великих Лордов, волшебница передала управление страной в руки своего наместника, Алекса Шретера. Дальнейшие события начали сменять друг друга как картинки в калейдоскопе и привыкшие к сонной жизни обыватели не всегда поспевали за ними. Человек, прозванный в народе Безумным Лордом, собрал ополчение и возглавил сопротивление Мэлле Кредер. Он изгнал из страны Алекса Шретера и провозгласил королевой Аннет Зальцер. В то время девочка была единственным в мире человеком способным противостоять волшебству Мэллы Кредер. Безумный Лорд погиб в одной из схваток с войсками Алекса Шретера, Аннет утратила свою былую силу, возродив духов стихии и, как-то само собой получилось, что после победы власть вернулась к Совету Великих Лордов. Единственное, что сделала девочка прежде, чем сложить с себя корону — назначила бессменным председателем Совета своего отца, Великого Лорда Фредрика Зальцера.

Помимо людей в состав Совета входили и Наставники духов стихии. Наставниками называли четырех самых могущественных духов. Только они имели право носить плащи, цвета которых выражали самую суть подчиненных им стихий. Майти Первый был повелителем огня и носил плащ переливающийся оттенками красного и желтого. Майти Второй, повелитель водных стихий, носил плащ, переливающийся бирюзовым и темно-синим цветами — цветами моря. Плащ Майти Третьего, повелителя ветра и облаков, имел голубые и белые цвета. Майти Четвертый отвечал за растительный мир и носил плащ с оттенками золотого и зеленого цветов. Все остальные духи стихии беспрекословно подчинялись Наставникам, а они в свою очередь руководствовались двумя основными законами.

Первый закон, носил название "Закон об ограничении использования магии" и запрещал духам использовать магию в каких-либо иных целях, кроме целей направленных на сохранения и улучшение природы. Следствием этого закона являлось то, что духи стихии не имели права наделять людей волшебной силой и не имели права перемещаться между мирами.

Вторым законом был "Закон дружбы и равновесия". Суть его заключалось в том, что духи стихии не могли причинять какой-либо вред людям. Наоборот, они были призваны помочь людям жить в гармонии с окружающим миром и защищать их от природных катастроф. В то же время духи стихии обязаны были оберегать и природу от бездумного использования человеком.

Единственный город, расположенный на территории Империи, когда-то, очень давно назвали Мелотаун в честь Великого Волшебника Мэла Кредера. Ему и было суждено стать столицей страны. Дворец заседаний Совета Великих Лордов, находился в самом центре Мелотауна. Это было величественное здание с окнами украшенными витражами и уходящим высоко в небо куполом.

В центре зала заседаний располагался круглый мраморный стол, покрытый темно-бордовым бархатом. Вокруг стола стояли позолоченные кресла, на высоких спинках которых были изображены гербы семи родов Великих Лордов, знаки торговой гильдии и гильдии ремесленников, председатели которых также входили в Совет. На возвышение перед столом стояло кресло председателя Совета, украшенное гербом Великих Лордов Зальцер, золотой белкой на зеленом фоне.

Сейчас все кресла были заняты членами Совета, а рядом со столом величественно парили в воздухе Наставники.

"Милорды, я рад, что вы все откликнулись на мою просьбу и прибыли на внеочередное заседание Совета — открыл заседание Совета лорд Зальцер — Сегодня мы собрались здесь по просьбе духов стихии. Что хотели поведать нам уважаемые Наставники?".

"Духи стихии имеют к людям два вопроса — Майти Первый чуть выдвинулся вперед из строя Наставников — И вот первый из них. Через пять дней исполнится ровно полгода со дня нашего возрождения. Этот день очень важен для духов стихии. Мы, Наставники, назвали его "Днем осознания возрождения". В этот день духи стихии устраивают большой праздник и просят вас разделить с нами радость возрождения. Пусть в этот никто из человеческого рода не будет работать. Даже те из людей, кто не будет присутствовать на нашем празднике. Пусть Совет Великих Лордов подтвердит нашу просьбу своим указом".

"Нет! Это совершенно невозможно — взметнулся со своего места представитель гильдий ремесленников и торговцев пан Тартюк — Конец лета. Идет сбор урожая. Дорога каждая минута".

Председатель Совета поднял руку, призывая пана к спокойствию, и когда тот вернулся в свое кресло, обратился к Майти Первому: "Почему наставники требуют, чтобы люди не работали в этот день?".

"Во время празднования "Дня осознания" духи стихии не смогут следить за работой людей, и мы опасаемся, что без нашего контроля вы можете нанести природе слишком большой урон. Наставники просят членов Совета прислушаться к их просьбе".

"Да что же это такое? — снова подал голос пан Тартюк — Мы же не мешаем праздновать вам ваше осознание. Осознавайте все, что захотите, только не мешайте нам работать".

"Спокойнее, милорды. Не надо так волноваться уважаемый пан Тартюк — лорд Зальцер вновь поднял руку, успокаивая присутствующих — Хочу напомнить членам Совета, сколько пользы принесли людям духи стихии за эти полгода. На месте вырубленных лесов, вновь зеленеют дубравы, а нивы гнутся под тяжестью колосьев. Вспомните, когда последний раз в империи собирали такой богатый урожай? Как Председатель Совета я настаиваю на том, что просьба Наставников справедлива и запрещаю людям работать в день празднования. Один день простоя в данном случае обернется для нас гораздо большей выгодой, в отличие от ненужного спора с духами стихии".

Пан Тартюк недовольно фыркнул.

"Как всегда милорд Зальцер на стороне этого летающего киселя. Похоже, Безумный Лорд действительно сошел с ума, когда посадил на трон империи его дочь" — прошептал на ухо председателю гильдии ремесленников молодой лорд Мэдвед. Это был молодой человек с длинными жидкими волосами и утиным носом, получивший место в Совете по праву наследования после своего скончавшегося от старости отца.

"Какой ваш второй вопрос, Наставники?" — продолжал тем временем заседание Председатель Совета.

"Мы просим наказания для человека по имени Ив Сидор".

"В чем же его вина?" — спросил лорд Зальцер, но тут в разговор вмешался лорд Мэдвед.

"Милорд Председатель, я считаю неправильным осуждать человека за его спиной. Чтобы принять верное решение необходимо заслушать обе стороны".

"Вы правы, милорд — согласился Зальцер — Наставники могут доставить Ива Сидора на Совет?".

Майти Первый согласно наклонил голову и через некоторое время в зале заседания материализовался кривоногий мужичок с куцей бородкой. Мужичок явно не понимал, что с ним произошло, и ошалело озирался вокруг.

"Не пугайся, Ив Сидор. Ты находишься на заседании Совета Великих Лордов. Наставники духов стихии хотят выдвинуть против тебя обвинения".

"У меня поросята дома не кормлены, а вы обвинения — быстро пришел в себя мужичок — Не знаю я никаких обвинений. Какие еще обвинения?".

"Вот мы сейчас вместе и узнаем какие — улыбнулся Председатель Совета — Продолжайте, Майти Первый".

"Ив Сидор без разрешения духов стихии спилил дерево, растущее на его дворе".

"Раз мой двор, то и дерево мое. Что хочу с ним то и делаю" — возмутился мужичок.

"Ив Сидор, ты не прав. Деревья являются достоянием всего человечества, а не принадлежат кому-либо одному" — высказался Майти Четыре.

"А оно мне солнце загораживало" — не растерялся мужичок.

"Ты лжешь, Ив Сидор. Дерево росло на несолнечной стороне двора. Зато тень от него падала на соседский двор, на котором не растут деревья. В тень от твоего дерева соседи обычно ставили люльку с детенышем, спасая младенца от лучей солнца" — пояснил Наставник.

"Понятно. По этому пункту виновен — объявил лорд Зальцер — Это единственное обвинение?".

"Нет. Неоднократно Ив Сидор не относил отходы в определенное духами стихии место для последующей переработки, а сваливал через забор на территорию соседского двора".

"А зачем они у меня капусту с огорода воруют?" — попробовал оправдаться мужичок.

"Ив Сидор опять лжет. Капусту с его огорода никто не крал. Ее съел собственный козел Ива Сидора, по его же недосмотру"

"И по этому пункту виновен" — констатировал лорд Зальцер, выслушав объяснения Наставников.

"И что? Из-за этих бредовых обвинений нам надо бедного крестьянина прилюдно выпороть?" — вступился за мужичка пан Тартюк.

"Это не бредовые обвинения. Милорды уже забыли, что еще недавно весь Мелотаун был покрыт сточными канавами полными помоев. То, что наша столица превратилась в чистый город как и многое другое заслуга исключительно духов стихии. Да и кто вам сказал, милорды, что мы собираемся Ива Сидора пороть? Чтобы вызвать этим в народе неприязнь к духам стихии? Пороть мы его не будем. А вот заставить посадить дерево во дворе соседей и три месяца убирать у них мусор можем. Ставлю это решение на голосование".

"Иногда кажется, милорд Зальцер, что вы духов стихии любите гораздо больше, чем людей" — пробурчал себе под нос пан Тартюк, когда большинством голосов члены Совета приняли предложение Председателя.

— 5 —

Всего полгода Алекс Шретер не был в Мелотауне, а, оказавшись в городе снова, не узнавал его. Когда-то серая, словно навеки покрытая слоем пыли столица империи сияла как новенький золотой. Отражаясь от стеклянных окон, летнее солнце заливало ярким светом чистые улицы. Даже пылинки невозможно было теперь найти в Мелотауне, не то, что увидеть груду гниющих отходов, которые раньше встречались на каждом углу. А секрет подобного превращения был прост и становился очевидным, когда вы видели на улицах города чинно плывущих по воздуху духов стихии. Часто из дверей домов навстречу им выходили люди с ведрами полными мусора, и духи стихии превращали грязное тряпье, осколки стекла и обрывки бумаги в детские игрушки, кухонную утварь или другие необходимые в хозяйстве предметы.

Все это было интересно и удивительно, но не поиск чудес привел Алекса в Мелотаун, город, где бывшего наместника Мэллы Кредер могли узнать и отправить на каторгу. Слишком свежи еще были в памяти жителей суровые дни правления Шретера. Так свежи, что Алекса могли не спасти ни перекрашенные в черный цвет его седые волосы, ни отпущенные для маскировки борода и усы.

Причиной подобного риска являлась любовь. Алекс был влюблен до безумия в Мэллу Кредер. Для Шретера Мэлла была идеалом во всем. Он считал ее эталоном женской красоты и одновременно восторгался тем, как эта женщина легко повелевала судьбами мира. Алекса приводила в умиление и то, как его повелительница сопровождала остроумной шуткой приказание о казни кого-нибудь из своих противников и то, какие она строила уморительно смешные рожицы, пересчитывая перед зеркалом веснушки на своем лице.

Мэлла не отвечала Шретеру взаимностью и видела в нем лишь преданного слугу, но это не только не охлаждало пыл Алекса, а скорее наоборот подогревало. Наместник был готов на все, ради того чтобы добиться любви своей рыжеволосой повелительницы. Сумев скрыться после поражения и переждав некоторое время, Шретер устремился на поиски своей любимой. Узнав, что следы Мэллы Кредер ведут в Мелотаун, Алекс, невзирая на опасность, вернулся в империю и уже несколько дней безрезультатно обивал пороги городских трактиров. Все попытки выяснить у падких на бесплатную выпивку собутыльников, что говорят в Мелотауне о дальнейшей судьбе Мэллы Кредер, ни к чему не привели. Удалось лишь узнать, что вскоре после победы над врагами Империи в город действительно привезли под охраной рыжую девушку, но вроде это была не Мэлла Кредер, а какая-то сбежавшая от лорда Зальцера служанка. Куда эта служанка делась потом, никто толком объяснить не мог.

Шретер был просто в отчаяние. Оставался еще шанс раздобыть нужные сведения в главном имперском архиве, но как туда проникнуть и остаться при этом неузнанным Алекс даже не представлял.

— 6 —

Забравшись в самую чащу березовой рощи на противоположном от дворца берегу реки, Майти-736 предавался самым печальным эмоциям, на которые только был способен дух стихии. Он так ждал этого дня, так хотел окружить Мать Стихий заботой, а в результате все испортил и не оправдал доверия Наставников. И хотя Аннет успокаивала Майти-736 и говорила, что он все делал правильно, что он ни в чем не виноват, дух стихии понимал, что оказался совсем ни на что не пригодным. А все из-за этого крылатого существа, которое сначала показалось Майти-736 таким прекрасной, а потом разрушило все его надежды. Весь день Мать Стихий занималась этим странным и капризным созданием и, в конце концов, заявила духу стихии, что он только мешается и сегодня больше не понадобится. Больше всего на свете Майти-736 сейчас ненавидел фей.

Чтобы как-то отвлечься от грустных мыслей, он начал машинально выращивать из желудя молодой дубок. Прорастив корни, дух стихии вывел из земли нежный стебелек и заставил его тянуться вверх. Майти-736 считал растения живыми существами и трепетал от переполнения чувств, когда помогал зарождению новой жизни, но сейчас даже вид первого развернувшегося листика нового деревца не обрадовал духа стихии.

Неожиданно только что родившийся на свет дубовый лист превратился в бабочку с большими коричневыми крылышками. Каждое крылышко было украшено темно-синими с черной окантовкой кругами, напоминавшими прекрасные женские глаза. Бабочка пошевелила усиками, вспорхнула и улетела, а дух стихии услышал позади себя чей-то смешок. Обернувшись, дух стихии увидел хорошо знакомого ему Майти-578.

"Как ты нашел меня?" — удивился Майти-736.

"Найти тебя очень просто. Твои грустные эмоции можно уловить даже в Мелотауне. От твоей тоски скоро завянут все мои цветы в парке, и я решил немного развеселить тебя".

"Меня уже ничто не сможет развеселить, Майти-578".

"Перестань хандрить. И не называй меня Майти-578, если рядом нет Наставников. Я же уже просил тебя об этом. Называй меня Дени. Или может быть Кит? Нет, Дени все же звучит красивей. Называй меня Дени".

"Но почему? Мы все носим почетное имя Майти. Наставники нашли его в памяти Матери Стихий и в знак благодарности за возрождение…".

"Это я знаю. Но ведь Мать Стихий самый великий человек в мире и ее не может испугать такое огромное количество цифр, а я простой дух стихии и всегда был не в ладах с арифметикой. Не хочу я быть Майти с циферкой. Так я чувствую себя машиной по выращиванию цветов. Я хочу быть Дени. Скажи мне "привет Дени".

"А вдруг об этом узнают Наставники? Они накажут нас обоих".

"Теперь понятно, почему у тебя сегодня ничего не вышло. Просто заботу о Матери Стихий доверили самому трусливому духу стихии на свете".

"Ничего подобного. Ты прекрасно знаешь причину моей неудачи. Если тебе так хочется, пожалуйста: привет Дени" — выпалил в запале от обиды Майти-736.

"Вот и замечательно. Привет Майти. А теперь пошли пугать людей. Когда мне грустно или скучно я всегда так поступаю, и мне это помогает вернуть хорошее настроение".

"Пугать людей? Дени, ты сошел с ума. Нарушаешь "Закон о дружбе и равновесии"? Наставники отберут у тебя магию, и ты погибнешь" — у Майти даже все похолодело внутри от страха.

"Сколько раз пугал и пока никто ничего у меня не отобрал. Да и как Наставники узнают. А люди… Они и сами всегда все нарушают. Я читал их эмоции. У многих людей они такие маленькие и такие скучные, что даже удивительно, что внешне они похожи на Мать Стихий".

Тут в голове у Майти-736 сам собой возник вопрос, от которого ему самому стало не по себе. Вопрос был таким же страшным, как и предложение Дени, но, возникнув, уже не исчезал и так просился на язык.

"А ты читал эмоции у Матери Стихий? Какие они?".

"Это ты сошел с ума, а не я, — вопрос обескуражил Дени — Мне страшно даже думать об этом. Ведь у Матери Стихий должны быть такие сильные эмоции, что я могу просто захлебнуться ими. Так ты идешь со мной?".

"Не знаю — сам, удивляясь тому, что почти готов нарушить запрет Наставников ответил Майти — Пугать людей как-то неудобно…".

"А им удобно дразнить котенка бумажкой на веревочке? В конце концов, то, что сделаем мы, будет точно такой же игрой".

"А почему бы и нет? Ведь то, что я пытался вести себя правильно, ни к чему хорошему не привело" — решился Майти, и от этого решения сердце тревожно заколотилось в груди.

Духи стихии быстро добрались до ближайшей деревни и затаились в осиннике у обочины дороги, недалеко от околицы. Смеркалось. Солнце медленно спускалось к линии горизонта.

Ожидание было не долгим, и вскоре послышался стук копыт и скрип плохо смазанных колес. На дороге появилась телега, которую с трудом тащила старая ленивая кобыла. На телеге сидел молодой крестьянин.

"Сейчас начнется потеха" — обрадовался Дени и принял облик огромного волка.

Шерсть на загривке зверя стояла дыбом, налитые кровью глаза горели в вечернем сумраке. Из пасти животного выпирали острые клыки, с которых капала на траву слюна. Даже самому Майти-736 стало не по себе при виде подобного чудовища.

Протиснувшись сквозь осинник, волк вышел на дорогу и угрожающе зарычал. Лошадь заржала, и резко отпрянула в сторону, чуть не перевернув телегу. Перепуганный крестьянин замер, не смея пошевелиться.

Майти чувствовал волны страха, исходящие от человека. Эти эмоции показались духу стихии очень неприятными. Они словно обволакивали его липкой скользкой грязью.

"Сейчас будет еще веселее" — раздался в голове у Майти-736 голос Дени и, откуда не возьмись, на дороге между волком и телегой появилась горка золотых монет. К волнам страха прибавились жаркие языки алчности. Крестьянин очень хотел заполучить себе это золото.

"Неужели страх и жадность — это все о чем может думать человек" — неприятно удивился Майти и попробовал заглянуть глубже в сознание крестьянина. Под слоем неприятных эмоций оказались светлые и грустные мысли.

"Обидно. Почти на пороге дома и на тебе. А я так торопился к Мари — думал человек — Пусть это чудище нападет на лошадь, возможно, тогда я сумею спастись. Жаль, конечно, кобылку, но без лошади мы как-нибудь проживем, а как сможет жить Мари без мужа с годовалым ребенком на руках… Эх, сколько золота. Никогда так много не видел. Жаль, мне не достанутся, а могли бы зажить… Домик бы свой купили, а то ютимся у родителей. Сын бы вырос, я его в город учиться отправил…".

Майти стало невыносимо стыдно и за себя и за Дени. Сконцентрировав магию, дух стихии направил ее на волка, и чудовище растаяло, превратившись в легкую дымку тумана. То же самое произошло и с монетами.

Через мгновение крестьянин бешено гнал телегу к деревне, а довольный собой Дени стоял рядом с Майти и говорил: "Правда, весело? Видел, какое у него лицо было? А эмоции почувствовал? Вот какие они на самом деле — люди".

"Ничего веселого я не видел и люди совсем не такие плохие. Ты просто заставляешь их прятать свои истинные переживания под слоем страха и алчности. Знаешь, Майти-578, если хочешь, я буду звать тебя Дени, только никогда больше не пугай людей".

"Надо очень их пугать — обиделся Дени — Я просто тебя хотел от печали отвлечь. А ты, раз так людей любишь, мог бы ему хотя бы золото оставить. Я всегда оставлял".

"Не надо человеку твоего золота. У него своя жизнь и он ее проживет без твоей помощи. А золото может сбить его с выбранного пути".

— 7 —

Возвращался обратно в дворцовый парк Майти-736, когда уже окончательно стемнело. На работу по восстановлению леса он должен был явиться только утром, а до этого был обязан находиться рядом с Матерью Стихий. Заняться духу стихии было нечем, и он медленно парил над рощами, наслаждаясь ароматом ночного воздуха. Подлетая к реке, Майти вдруг увидел внизу среди чащи странное свечение. Любопытство заставило духа стихии приземлиться и осторожно подобраться к источнику света, скрываясь за деревьями.

Причиной непонятного сияния оказалась поляна, которую освещали тысячи кружащих над ней светлячков. К своему удивлению в центре поляны Майти увидел Феечку. В руках фея держала палочку с яркой сияющей синей звездочкой на конце. С озабоченным видом Феечка водила палочкой, выравнивая рытвины и убирая с поляны камни.

В этот раз на фее была одета расшитая бисером белая кофточка и плиссированная юбочка из оборванных утром фиолетовых лепестков розы. На ногах Феечки были надеты белые носочки и черные башмаки с высокими и толстыми каблуками.

Все происходящее на этой удивительной поляне так заинтересовало духа стихии, что он решил досмотреть, чем все закончится, и превратил себя в невидимку.

Расчистив поляну, фея обошла ее по кругу, иногда останавливаясь и указывая в землю своей палочкой. После завершения обхода, Феечка вновь вернулась в центр, а в том месте, где она останавливалась, из земли вылезли мухоморы, красуясь ярко красными с белыми крапинками шляпками.

Очевидно, все происходило так, как надо, потому что фея удовлетворенно хмыкнула и взмахнула палочкой. Из кустов выскочил заяц и уселся на задние лапы около березки на краю поляны. Затем, сломав по дороге тоненькую молодую березку, сквозь деревья на задних лапах пробрался медведь и тяжело плюхнулся рядом с зайцем. Волшебная палочка взлетела вверх еще раз и в передних лапах косого оказалась свирель, а у медведя волынка.

После этого Феечка встала на носочки, выдвинув вперед правую ногу и переместив вес тела на левую ногу. Руки феи вытянулись вдоль туловища. Мигнув напоследок, палочка исчезла из рук Феечки и в тот же миг над поляной грянула музыка: ДУМ да да да — ДУМ да да да. Фея подпрыгнула на левой ноге, при этом ее правая нога взметнулась к левому колену. Еще прыжок и правая нога вернулась на землю позади левой ноги. Затем вес Феечки переместился на правую ногу, и все повторилось снова, с тем отличием, что теперь правая нога взметнулась к левому колену. Верхняя часть туловища танцовщицы и руки были неподвижны, а движения ног быстрыми и точными. Шаги и прыжки чередовались с невероятной быстротой, и их темп продолжал увеличиваться.

Ничего чудесней в своей жизни Майти-736 не видел. Это было даже прекрасней, чем вид пробившего землю молодого ростка.

"Какое чудесное создание эта Феечка" — с восхищением подумал дух стихии, в третий раз за день, меняя свое мнение о феях.

— 8 —

Поговорив с Аней по телефону, Николас Файдер выяснил, что связь с Аннет так безвозвратно и потеряна, переходов между мирами не существует, а значит, магия никак не могла проникнуть на его новую родину. Получалось, что бывший волшебник прав и событие, приключившееся в магазине Галины, было хоть и очень хитрым, но все-таки обычным воровством. Сделав все, что было в его силах, Файдер забыл историю, рассказанную соседкой, но через два дня в квартире Николаса раздался неожиданный телефонный звонок. В трубке Файдер услышал взволнованный шепот Галины: "Николай Васильевич, если можете, приезжайте, пожалуйста, быстрей ко мне в магазин".

"Зачем?" — удивился Николас.

"Мне опять принесли монеты, про которые я вам рассказывала. Помните? Ну, пожалуйста, приезжайте. А я попробую ее задержать до вашего приезда".

"Кого ее?" — спросил Файдер, но трубку на том конце провода уже положили. Тяжело вздохнув, бывший волшебник начал одеваться.

В магазине Николас оказался через полчаса и сразу с порога вопросительно посмотрел на соседку, сидящую за окошком с надписью "Приемка". Галина кивнула головой в сторону женщины, получавшей в кассе деньги.

Это была молодая девушка с прямыми темными волосами, спадающими на плечи и челкой над чуть раскосыми глазами. Одета она была в черные джинсы, желтую футболку и курточку цвета металлик, которая еще больше оттеняла и без того смуглую кожу девушки. На средний палец ее левой руки был надет большой перстень в виде распустившейся серебряной розы.

Девушка отошла от кассы, взглянула на Файдера не отводящего от нее глаз и улыбнулась улыбкой женщины, привыкшей к постоянному вниманию мужчин. Встретившись взглядом с бездонными темными глазами незнакомки, Николас словно провалился в колодец. Губы сами собой непроизвольно растянулись в улыбку, и Файдер неуклюже отодвинулся в сторону, пропуская девушку к выходу из магазина.

"Николай Васильевич, ну что вы там застряли — услышал Николас голос Галины, после того, как за незнакомкой закрылась дверь — Я же вас сюда позвала не на красивых женщин смотреть".

"Обиделась — понял Файдер — Некрасивые женщины всегда обижаются, если в их присутствии мужчины отдают предпочтение красавицам. Впрочем, красивые обижаются еще больше, если вдруг случается наоборот".

Он подошел к окошку Галины и, заглянув в него, увидел ярко-желтые кружочки, на которых был изображен достаточно мерзкого вида старичок.

"Это они?" — спросил Николас.

"Да" — ответила Галина, почему-то сразу переходя на зловещий шепот.

"Вот я на них посмотрел и что дальше? Для чего собственно вы меня, Галина Юрьевна, звали? Чем я могу помочь?".

"Я хочу, чтобы вы были свидетелем. Я сейчас уберу одну монетку в сейф, и мы с вами посмотрим, что с ней произойдет. Хорошо?".

"Хорошо — согласился Николас, но про себя подумал — Только вряд ли с ней что-нибудь произойдет".

Бережно взяв золотой кружок двумя пальчиками, Галина на цыпочках подошла к сейфу и аккуратно положила монетку внутрь. Затем, не закрывая дверцу сейфа, отошла назад и пристально уставилась на содержимое сейфа.

Прошла минута, другая, третья. Ничего не происходило.

"Вот видите, ничего не происходит" — хотел сказать Файдер, но в это мгновения в магазине раздался едва слышный звон колокольчика, и монета исчезла. Галина испуганно вскрикнула.

"Все-таки магия. Вот я попал" — обреченно подумал Николас, понимая, что теперь совесть не даст ему покоя до тех пор, пока он не разберется в происходящем и не поможет своей соседке выпутаться из этой странной истории.

— 9 —

Что-то странное происходило с Аннет. Словно кто-то заменял по маленькому кусочку ее душу на новую и превращал простую и скромную девочку в высокомерное, избалованное и нервное существо. Еще недавно принцесса и представить себе не могла, что все вокруг будет делаться для нее и за нее, а теперь воспринимала как само собой разумеющееся, что все вокруг нее ходят на цыпочках и выполняют любое ее желание. Аннет понимала, что это неправильно, но ничего не могла поделать, и от этого ей становилось еще хуже. Иногда девочка воспринимала самое безобидное слово, как смертельное оскорбление и долго плакала, уткнувшись в подушку. А еще плакала из-за того, что у нее нет подруги, оттого, что Вик не обращает на нее внимания и оттого, что просто хочется поплакать.

Объяснение всему происходящему было очень простое — Аннет взрослела и превращалась из ребенка в девушку. Но сама девочка этого не знала, а спросить ей было не у кого.

Мамы, которая смогла бы посоветовать, подсказать и направить Аннет, рядом не было, а от отца принцесса все больше и больше отдалялась. Не то, чтобы принцесса перестала любить его. Аннет обожала папу, и он был самым родным для нее человеком. Просто время игр, щекотки по утрам до икоты и шутливой борьбы прошло. Сейчас Аннет больше привлекало шушуканье с подружкой на сокровенные женские темы, а шушукаться было не с кем. Аня существовала в далеком и недоступном мире, а заменить ее было не кем.

Поэтому, когда в жизни Аннет появилась хоть и крылатая, но все-таки девочка, принцесса с радостью выплеснула на нее всю нереализованную жажду общения. Непонятно кем была для принцессы Феечка, то ли подругой, то ли младшей сестренкой, то ли вообще живой куклой, но все свое время Аннет посвящала общению с феей, несмотря на то, что это было не простым делом.

Все поступки Феечки, даже продиктованные самыми лучшими пожеланиями, приводили к непредсказуемым результатам. Например, ногу Фана, которую мальчик ушиб об окаменевшую похлебку, фея вылечила, но чтобы как-то загладить последствия своей шутки, наградила юного оруженосца нечеловеческой отвагой. В результате Фан всю ночь метался по парку в поисках дракона или льва-людоеда и не давал спать никому, оглашая окрестности дворца мужественными воплями.

Еще более интересный случай произошел с дочерью поварихи, угостившей Феечку свежеиспеченным печеньем из песочного теста. В благодарность за вкусное лакомство фея заявила девушке, что приворожила для нее самого настоящего принца. Обрадованная дочь поварихи бросила работу, надела свое лучшее платье и забралась на чердак, чтобы с высоты лучше видеть дорогу, ведущую к дворцу и не пропустить высокородного суженого. Сутки девушка отказывалась от еды и не соглашалась спуститься вниз. Каково же было ее разочарование, когда на следующий день к ней приехал свататься крестьянин из соседней деревни с гордой фамилией Прынс.

Если с добрыми делами у Феечке не слишком ладилось, то волшебство, которое творила фея, если ее кто-нибудь сильно злил, получалось отменным. Первыми почувствовали это на себе конюхи и воины дворцовой стражи. Мужчины никогда не лезли в карман за крепким словцом и ругались, никого не стесняясь, что сильно раздражало Феечку. В результате, в одно прекрасное утро при каждом неприличном слове изо рта конюхов стали выпрыгивать зеленые, покрытые бородавками жабы. Вскоре количество жаб, прыгающих по дворцу и парку, превысило все мыслимое и немыслимое количество. Закончилось все тем, что одна из жаб прыгнула в ванну, в которой мылась Аннет. Злые языки поговаривают, что крик Матери Стихий при этом было слышно за тысячу миль от дворца. Так это было или не так, но, тем не менее, после этого жабы исчезли. Справедливости ради стоит признать, что и количество самих грубиянов среди слуг лорда Зальцера после такой воспитательной меры сильно поубавилось.

Еще хуже, чем конюхам, пришлось служанке, которая при виде Феечки опешила и произнесла: "Ой, смотрите, какая большая муха". После этой опрометчивой фразы служанка больше не могла целоваться со своим женихом. Дело в том, что каждый раз, когда она прибегала на свидание, ее брови сползали по лицу вниз и превращались в усы. Понятно, что жениха не слишком радовала возможность поцелуя с усатой девушкой.

Свадьбу уже почти отменили, но несчастная служанка бросилась перед Феечкой на колени, умоляя простить ее. Неизвестно чем бы все кончилась, если бы за девушку не заступилась Аннет и не пообещала фее показать ей столицу империи, если та простит служанку. Феечка никогда не отказывалась от новых развлечений и сразу согласилась на предложение принцессы.

В результате за день до праздника осознания возрождения духов стихии Аннет, Феечка и Майти-736, который по просьбе Матери Стихий так и не покинул дворец Великих Лордов Зальцер, оказались в Мелотауне.

— 10 —

Восторженный почитатель Мэллы Кредер сидел в лучшем трактире столицы Империи Совета Великих Лордов и ел фаршированного зеленью карпа, запивая его вином. Рыба была великолепна, но чересчур кислое вино портило общее впечатление от обеда и вводило Шретера в мрачную депрессию.

Вместе с Алексом в трактире обедали приезжие купцы, активно обсуждавшие свои деловые вопросы, а также молодой человек, привлекший внимание Шретера своим довольно странным видом.

На молодого человека были надеты высокие сапоги, кожаные брюки и широкая кожаная куртка грязно желтого цвета, из-под которой виднелся кружевной воротник белой рубахи. Голову незнакомца помимо длинных вьющихся волос украшала широкая шляпа, украшенная перьями. Но что самое удивительное, на поясе, опоясывавшим куртку, вместо меча, который только и может являться настоящим мужским оружием, висела тонкая шпага.

"Что за пугало — думал Алекс, с неприязнью рассматривая молодого человека — Наверное, отпрыск одного из местных лордов. Называют себя Великими, а по сути своей обычная деревенщина. Никогда и ничто не сможет сделать эту страну цивилизованной. Даже великой Мэлле это не удалось".

От этих мыслей наместника отвлекли крики, раздавшиеся из-за двери, ведущей в кухню.

"Дармоеды, нахлебники. Только жрать умеете, да пиво хлестать. Для тебя это мясо приготовили? Это мясо для почтенных панов приготовили — во все горло орал какой-то мужчина — Иди полы мыть, лодырь".

Дверь с грохотом распахнулось, и в зал вылетел подросток, очевидно получивший крепкого пинка. Лицо паренька показалось Шретеру знакомым. Присмотревшись более внимательно, Алекс понял, где видел подростка. Паренек входил в состав одного из отрядов "Ангелов живого бога. Эти отряды наместник Мэллы Кредер формировал лично из жителей империи, пожелавших служить его повелительнице. Обычно в ряды "Ангелов живого бога" вступали люди с темным прошлым, потерявшие и честь и совесть. Шретер припомнил, что парня звали Хлам и с ним в отряде служили два его приятеля. Алекс сразу сообразил, как можно воспользоваться этой случайной встречей.

"Эй, парень" — позвал Шретер подростка, который стоял в свободной от посетителей части зала со шваброй в руках, но мыть полы явно не торопился.

"Чего тебе, дядя?" — ленивой походкой Хлам подошел к столу, за которым сидел Шретер.

"Досталось от хозяина?" — сочувственно поинтересовался Алекс.

"Да ну его. Пусть подавиться своим мясом, скупердяй".

"Выпить хочешь?"

"Почему бы и не выпить, если угощают".

Подросток сходил за глиняной кружкой и плюхнулся на скамью рядом со Шретером: "Наливай, дядя".

"Ну и гадость ты пьешь, дядя. Лучше бы пиво заказал. Хотя оно здесь тоже не очень" — выпив налитое Алексом в кружку из кувшина вино, паренек сплюнул прямо на пол зала.

"А твои приятели тоже здесь работают, Хлам?".

"Здесь. Подожди, дядя. Ты откуда меня знаешь? Чего-то я тебя не помню".

"Ты не помнишь, как присягал на верность Мэлле Кредер? Сидеть! — Шретер схватил попытавшегося вскочить Хлама за руку — Хорошо было быть "ангелом живого бога"? Скольких крестьян ты ограбил? Знаешь, что по тебе каторга плачет?".

"Дяденька, отпустите меня — лицо подростка мгновенно стало жалобным, а голос плаксивым — Чего я вам плохого сделал, дяденька?".

"Плохого ничего. Но думаю, что кое-что ты для меня сделаешь. Если хочешь вместе со своими друзьями спокойно жить дальше, то узнаешь все о судьбе Мэллы Кредер. Я точно знаю, что ее привезли в Мелотаун, но дальше ее следы теряются".

"Как же мы узнаем, дяденька?".

"Да как угодно! — Алекс чуть повысил голос и крепче сжал руку паренька — Можете поймать лорда Зальцера и пытать его, пока все не расскажет, но я бы вам посоветовал покопаться в главном архиве Империи. Думаю, там вы найдете все, что мне нужно. Если, конечно, не хотите неприятностей. Я даю вам три дня. Через три дня вы передадите мне на этом же месте всю добытую информацию и не вздумайте сбежать. Не найду я, найдет лорд Зальцер и вам по-любому несдобровать. Ясно?".

"Ясно" — прошептал Хлам безжизненным голосом. В этот момент на улице раздались крики: "Чудо! Чудо! Смотрите, крылатая девочка!". Взбудораженные криками посетители трактира бросились к выходу. В суматохе никто не заметил, как молодой человек, которого Шретер назвал "пугалом", вынул из уха наушник прибора удаленного прослушивания и вместе с любопытными вышел на улицу.

— 11 —

Аннет ехала по заполненным людьми улицам Мелотауна на своей любимой белой кобылке с пышной черной челкой и высоким гребнем. Последнее время принцесса привыкла ездить по империи, не спрашивая разрешения отца и без охраны. Да и что Аннет было опасаться? Во-первых, Мать Стихий была так любима и почитаема в народе, что никому и в голову не могло прийти нанести принцессе Зальцер хоть какой-нибудь вред. А во-вторых, рядом с Аннет всегда был дух стихии и на всякий случай окружал девочку магическим щитом.

Слушая удивленные и восторженные крики толпы, принцесса наблюдала за Феечкой, которая скорее порхала над седлом, чем ехала на своей лошади. Аннет обуревали двоякие чувства. С одной стороны ей было приятно такое восторженной внимание к фее, ставшей для девочки кем-то вроде воспитанницы. С другой стороны, принцессу немного мучила ревность. Неожиданно, и без того бледное лицо Феечки стало еще бледней, крылья неподвижно замерли и фея упала на пони.

"Феечка, что с тобой? Тебя что-то напугало?" — Аннет быстро проследила за взглядом феи и успела заметить мелькнувшую в толпе желтую кожаную куртку и шляпу с пером.

"Ничто и никто не сможет напугать настоящую фею — Феечка гордо вскинула к верху носик — Ты так подумала потому, что людям не дано понять чувства фей. Вы слишком прямолинейно и узко мыслите, чтобы понять нас…".

"Бла-бла-бла. А то я еще не сумела понять, что ты грубишь только тогда, когда чем-то сильно взволнована".

"Ну и что? Все равно, я не напугана. А ты, принцесса, обещала показать мне место, где провела свое детство и познакомить с настоящим музыкантом. И где же все это?".

"Так мы туда и едем. Надо просто немного потерпеть, чего вы, феи, судя по всему, не умеете".

Так, под крики толпы, недовольно бурча себе под нос каждая свое, Аннет и Феечка добрались до приюта для сирот.

Дом, в котором принцесса провела первые десять лет своей жизни, за последнее время сильно изменился. Как и все, что было хоть как-то связано с Матерью Стихий, приют попал под особую заботу духов стихии. Его серые стены теперь были покрашены в легкие пастельные цвета, а под окнами вместо заваленного мусором пустыря вырос маленький, но очень красивый и уютный сквер.

"Аннет, солнышко мое! Душа моя! Какое счастье, что ты решила навестить нас" — двери приюта распахнулись, и навстречу почетным гостям устремилась его директриса, мадам Шортюк. Под могучими шагами массивной женщины деревянные ступени крыльца со скрипом прогибались. Следом за директрисой семенила, быстро переставляя свои маленькие ножки низенькая и худенькая, как спичка, мадам Добрюк, преподавательница музыки и танцев. Своим тонким голоском она пыталась перекричать громоподобный рык мадам Шортюк: "Миледи! Благодетельница вы наша! Как вовремя вы решили посетить нас. Теперь вы сможете первой увидеть новые концертные платья моих девочек. И все благодаря вашим пожертвованиям. Я немедленно соберу хор. Вы должны обязательно услышать мое новое произведение. Это просто шедевр. Уверяю вас без всякой ненужной скромности…".

В эту минуту на глаза директрисе попалась Феечка и мадам Шортюк моментально встала как вкопанная. Мадам Добрюк с разбега наткнулась на директрису, отскочила от нее, словно резиновый мячик и, взлетев вверх на пару ступенек, уселась на крыльцо. "Кто это?" — только и смогла прошептать преподавательница музыки, в то время как директриса хватала ртом воздух и не могла произнести ни слова.

"Это Феечка, моя подруга — улыбнулась Аннет — Она просто мечтает услышать ваши песни".

"Она умеет летать?"

"Ну да. Но не слишком высоко".

Маска ужаса застыла на лице мадам Добрюк.

"Мадам, мадам, вы слышали это? — обратилась она к директрисе — Мы пропали. Если скоро все молоденькие девушки научатся летать, мы с вами никогда не сможем выйти замуж".

"Успокойтесь, мадам — вступилась за фею Аннет — Из всех девушек Феечка единственная кто умеет летать. И потом, она не переваривает мужчин, считая их глупыми и некрасивыми".

"И это действительно так. Внимательно посмотрите на этих двух типов, что стоят перед дверью, и сразу убедитесь в моей правоте" — вступила в разговор фея.

Перед дверью стояли помощник директрисы пан Гусак и повар приюта пан Шу. Взглянув на своих подчиненных, мадам Шортюк решила, что определенная истина в словах Феечки есть и это успокоило директрису.

После того, как директриса провела гостей по приюту и рассказала о своих последних достижениях, почетных гостей пригласили в музыкальный зал. На маленькой сцене зала уже выстроился хор девочек, одетых в простенькие, но очень милые длинные льняные сарафанчики и блузки светло-розового цвета. Мадам Добрюк заняла место за роялем, ее руки взлетели над клавишами и тонкий детский голосок запел:

Кто-то просто ради шутки

Паре уличных котят

Разукрасил шерстку краской

Сам себе безумно рад

Два мурлыкавших комочка

Веселили весь народ

Два похожих своей мастью

На сияющий восход

Когда настало время припева, к голосу солистки присоединился весь хор.

Розовые котята

На пушистом снежном ковре

Розовые котята

В насмешку их горькой судьбе

Посмеялись, наигрались

Позабавили детей

Но зимой темнеет рано

И пора домой скорей

Все ушли, а им остались

Стужа и ночная мгла

Жизнь без мамы и приюта

И без блюдца молока

После второго куплета хор снова смолк и теперь припев был исполнен одной солисткой. Звучал он при этом необычайно жалобно.

Розовые котята

На пушистом снежном ковре

Розовые котята

В насмешку их горькой судьбе

Последний куплет и завершающий песню припев девочки снова пели все вместе.

Мы почти как те котята

Развлекая вас поем

Но, ни славы, ни признанья

Мы от вас взамен не ждем

Вы забудете артистов

По своим делам спеша

Не поняв, как в песне плачет

Одинокая душа

Розовые котята

На пушистом снежном ковре

Розовые котята

В насмешку их горькой судьбе

Конечно, слова песни были неказисты, а мелодия простовата, но в исполнении сирот она казалась очень трогательной и никого не могла оставить равнодушным. Стихли звуки финального проигрыша, и над залом повисла тишина, которую разорвал голос Феечки: "Великолепно. Это просто великолепно".

Взмахнув крылышками, фея взлетела к потолку. В руке у нее неизвестно откуда возникла волшебная палочка.

"Никогда человеческим женщинам не сравниться с феями в красоте и умение танцевать. Но справедливости ради стоит признать, что есть одно занятие, в котором женщины, может быть, даже превосходят фей. Это музыка и пение. Песня, которую я только что услышала, прекрасна и в награду я выполню ваше самое желанное желание. Из ваших слов я поняла, что вы очень хотите выйти замуж, так пусть будет так. С завтрашнего дня вы станете самыми прекрасными и самыми желанными женщинами для любого мужчины, которого встретите на своем пути".

Закончив свою речь, Феечка взмахнула палочкой, и музыкальный зал приюта наполнился переливистым звоном колокольчиков.

— 12 —

Ночь Аннет, Феечка и Майти-736 проводили в столичной резиденции Великих Лордов Зальцер, которую принцесса не любила. Этот дом напоминал ей время, проведенное в сиротском приюте даже больше чем сам приют. В те годы девочка смотрела на особняки вельмож в центре города как на недостижимую мечту. Своим видом эти роскошные дворцы напоминали даже детям из бедных семей об их ущербности перед ликом сильных мира сего. Представьте, какие же мысли они могли породить в голове бедной сиротки, не знавшей ни тепла, ни ласки. Тем не менее, неприязнь к особняку не смогла испортить встречу Аннет с отцом, которого девочка не видела уже достаточно долго и по которому успела соскучиться.

В отличие от своей дочери лорд Зальцер обожал свой городской дом. Богатый фасад здания олицетворял величие Великих Лордов Зальцер, но за напускной пышностью скрывались просторные комнаты с минимумом мебели. Именно в них Фредрик провел свою молодость, ускользнув из-под опеки матери, редко покидавшей родовой замок. Здесь молодой лорд устраивал вечеринки с друзьями, здесь бессонными ночами мечтал о встрече с Лизбет, своей будущей женой и матерью Аннет. Это был лучший период жизни Фредрика, наполненный беззаботностью и ожиданием грядущего счастья и каждый раз, когда лорд Зальцер останавливался в городском особняке, его душа наполнялась сладкой ностальгией по безвозвратно утраченной юности.

"Рад видеть тебя, дочь — ласково улыбнулся Фредрик, когда он и Аннет уединились после ужина в кабинете лорда — По твоей милости я теперь председатель Совета Великих Лордов и мне приходиться много времени проводить в столице, а ты так редко навещаешь меня…".

"Папа, прости, но ты ведь знаешь, как я не люблю бывать в городе, но я очень скучаю по тебе. Мне так много надо тебе рассказать…".

"Аннет, я знаю, что тебе не нравится этот дом, но ведь так я и не замечу, как ты повзрослеешь. Сколько мы не виделись? Всего неделю? Ты за это время успела подрасти, но все еще остаешься маленькой девочкой, и я очень волнуюсь, когда одна отправляешься в путешествия по империи. Почему ты не предупреждаешь меня о своих поездках?".

"Я и так уже вполне взрослая и могу самостоятельно принимать решения. Пойми, папа, это же моя жизнь, а не твоя. В конце концов, что плохого в том, что я решила показать подружке Мелотаун? И что может со мной случиться? Духи стихии ко мне даже комаров близко не подпускают".

"Как меня учит опыт, неприятности и приключения долго без тебя жить не могут, поэтому случиться может все, что угодно. Я твой отец и для меня вполне естественно волноваться за судьбу единственной дочери".

"Папа, перестань, пожалуйста".

"Хорошо, хорошо. Я люблю тебя, милая и совсем не собираюсь с тобой ругаться — в знак примирения Фредрик обнял Аннет за плечи и поцеловал в лоб — Что за странное существо, твоя новая подруга? Как ты познакомилась с ней?".

"Папочка, это такая смешная история…" — и Аннет рассказала отцу, как встретилась с Феечкой и все приключения, которые произошли впоследствии во дворце Великих Лордов Зальцер.

"…Она вздорная и так смешно морщит носик, когда хочет казаться высокомерной, но на самом деле Феечка добрая и совсем безобидная фея".

"Значит, она называет себя феей и владеет магией. Никогда ничего не слышал о подобных существах. Откуда и как она попала в наш мир?".

"Я спрашивала, но Феечка мне не ответила. Заявила, что подобные знания не доступны людям. Более того, от этих знаний человек рискует просто сойти с ума. При этом она так старательно морщила носик, что я сразу поняла, что ей просто не хочется ничего мне рассказывать".

"Что-то скрывает или чего-то боится? А что о ней думают духи стихии?".

"А ничего не думают. Видел Феечку только Майти-736, а он постоянно ходит за ней, молчит и смотрит на нее во все глаза. Думаю, она не вызывает у него никаких опасений, иначе он давно бы ее заколдовал, а Майти против феи магию не применяет. Вряд ли дух стихии вел себя так, если бы Матери Стихий грозила опасность".

"Все это очень странно, ну да ладно. Твоя подруга не вызывает у меня тоже никаких опасений. Разберемся в этой истории после праздника Осознания Возрождения. Надеюсь, завтра утром мы вместе отправимся к месту проведения торжества, а сейчас может быть партию в шахматы? Давно я не обыгрывал Мать Стихий" — лорд Зальцер весело подмигнул дочери.

"Я не против — рассмеялась Аннет — Давненько я не обыгрывала Великого Лорда. Кстати, а все члены Совета будут на празднике?".

"Не будет лорда Мэдведа, который любезно согласился следить за порядком в империи, пока остальные Великие Лорды будут веселиться".

"Ну и хорошо. Он мне совсем не нравится и всегда так странно смотрит на меня".

"Не придирайся. Ты такая красавица, что на тебя многие молодые люди смотрят странно. Единственный недостаток молодого Мэдведа в том, что в присутствии духов стихии он становится слишком желчным и язвительным, а поскольку духов в Мелотауне в этот день не будет, беспокоиться не о чем. Даю тебе фору и предоставляю право выбора. Ты белыми или черными?" — Фредрик достал из ящика письменного стола шахматную доску и шкатулку с вырезанными из нефрита и оникса фигурками.

— 13 —

Самым любимым времяпрепровождением фей являются танцы. Ночи напролет они могут водить хороводы, танцевать и веселиться. Феи не зря считаются непревзойденными танцовщицами, но, несмотря на это Феечка выделялась своим мастерством даже среди подруг. Она не просто любила танцы, она ими жила и даже одного дня не могла прожить не танцуя. Каждую ночь Феечка улетала на заветную поляну и танцевала до тех пор, пока сквозь листву деревьев не начинали пробиваться первые лучи солнца.

Поэтому, как только Аннет отправилась с лордом Зальцером в его кабинет и оставила фею без присмотра, Феечка тихо открыла ближайшее окно, забралась на подоконник, взмахнула крылышками и через мгновение растаяла в вечернем сумраке.

Очутившись на месте и приготовив все для танцев, Феечка в последний раз осмотрела поляну. В бледном свете тысячи светлячков чинно встали в круг в ожидании феерического представления зрители-мухоморы. Заняли свои места музыканты: медведь и заяц. Кажется, все было в порядке и можно было начинать. Феечка глубоко вздохнула, волшебная палочка взлетела вверх и танец начался. Не успела фея сделать первые несколько па, как на поляне неожиданно появилась, словно созданная из тумана фигура. Фигура постепенно уплотнилась и превратилась во вполне осязаемого и хорошо знакомого Феечке Майти-736.

От такого сюрприза фея даже забыла поддерживать свои заклятия, и мухоморы рассыпались в пыль, музыканты сбежали в лес, а свирель и волынка просто исчезли. Но к удивлению Феечки, музыка не прервалась. Она, как будь-то, звучала из самого воздуха, и под эту музыку дух стихии продолжал двигаться по поляне. Что-то необычное было в его движениях. Феечка сначала не смогла даже понять, что ее так удивило, но потом пригляделась и поняла. У духа стихии были ноги. И не просто были, а танцевали. Конечно, это были не отточенные до мелочей движения фей, но все-таки Майти-736 танцевал.

Чувство восторга охватило Феечку.

"Я самая великая танцовщица среди фей, если даже дух стихии не смог устоять при виде моего танца и тоже бросился в пляс" — с гордостью подумала Феечка и возобновила танец, двигаясь навстречу своему нежданному партнеру.

Музыка зазвучала громче, темп танца убыстрялся. Фигуры танцоров уже было невозможно разглядеть. Лишь два вихря кружились на земле в каком-то безумном урагане, сбивая листья с окружающих поляну деревьев. Тональность музыка становилась все выше и выше. Достигнув своего апогея, она стала недоступна уху простого человека и в этот миг два маленьких смерча, оторвавшись от земли, взметнулись в ночное небо.

Некоторое время спустя, тяжело дыша и с трудом пытаясь справиться с нахлынувшими на нее эмоциями, Феечка сидела на крыше дворца Совета Великих Лордов и не могла произнести ни слова. Рядом с ней, так же молча, сидел Майти-736. Вдруг что-то холодное коснулось руки феи. Феечка быстро взглянула на свою ладонь и увидела на ней руку духа стихии. Белую, как мел, но все-таки настоящую руку, а не размытые туманные очертания. Майти не принимал вид другого существа, что духи стихии делали без особого труда. Он пытался стать похожим на человека, что еще никогда не удавалось сделать никому из его собратьев.

Чуть слышный шепот раздался над ухом феи. Голос духа стихии был очень тихим и, произнося слова, Майти сильно шепелявил, но это был голос, а не мысли, возникающие в голове собеседника.

"Видишь, я меняюсь. Не магия меняет меня, а что-то другое. Что-то сидящее внутри меня и не дающее покоя ни днем, ни ночью. Оно жжет меня изнутри и меняет мой облик. И еще оно постоянно тянет меня к тебе. Никогда в жизни я не видел существа такого странного и такого прекрасного. Даже Мать Стихий не прекрасней тебя. Видеть твое лицо, следить за движениями твоих рук, наблюдать, как ты паришь в воздухе — это стало вдруг целью моего существования. Как я мечтал научиться так же легко и красиво танцевать, как это делаешь ты, или ощутить тепло твоей руки под своими пальцами. Сегодня моя мечта осуществилась, но теперь мне этого мало. Теперь я хочу держать тебя за руку все время и никогда не расставаться с тобой. Наверно я кажусь тебе смешным и уродливым, и сейчас ты прогонишь меня, но все равно я благодарен тебе за те маленькие кусочки счастья, что я сумел получить благодаря тебе".

Шепот умолк. Феечка посмотрела на напряженное, застывшее в ожидание лицо духа стихии. "Он похож на маленького ребенка, который набедокурил и ждет теперь наказание от взрослого" — подумала фея и улыбнулась.

"Знаешь, все, что было мне близко и дорого осталось далеко позади, на моей родине. Я очень любила мир, в котором жила. Наш прекрасный Новый Оберон, но была вынуждена покинуть его. Не потому, что меня там не любили и выгнали. Нет, я ушла сама. Просто мне не совсем нравилось то, что мне иногда приходилось там делать.

Когда я попала в ваш мир, мне было очень одиноко. Но только до тех пор, пока я не встретила тебя и принцессу. Мне нравится, что ты ходишь за мной, нравится то, как ты смотришь на меня, а наш сегодняшний танец был просто великолепен. У меня нет даже слов, чтобы описать его. Я очень хотела бы, чтобы ты всегда был рядом со мной. А то, что с тобой происходит… Может быть ты просто влюбился в меня?"

При этих словах личико феи приняло необыкновенно лукавый вид.

"Влюбился? — растерянно переспросил дух стихии — Я даже не знаю что это. Ты расскажешь мне?".

"Какой ты глупый — рассмеялась Феечка — Я лучше покажу".

Фея наклонила голову и ее губы оказались рядом с лицом Майти. "Они пахнут земляникой" — успел подумать дух стихии, и в этот момент Феечка очень медленно и очень нежно прикоснулась своими губами к губам Майти. Это была так чудесно, что сердце духа стихии не выдержало, и Майти рассыпался на тысячи новых звезд. Затмив свет привычных созвездий, в небе загорелись сложенные из маленьких звездочек цветы. Потом они рассыпались, а на их месте засияли слова "Я люблю". И так повторялось снова и снова, а снизу на это смотрели застывшие от восторга редкие счастливчики, не спавшие в эту ночь.

— 14 —

Каждое утро, надев белое платье с синими цветочками, которое, с ее точки зрения, придавало ей вид юной девушки, мадам Добрюк отправлялась на утреннюю прогулку. С собой она брала зонтик, который олицетворял серьезность и обстоятельность ее характера, а также папку с нотами, говорящую о глубоком духовном мире мадам Добрюк.

На вопросы мадам Шортюк типа "с чего это вам, музыкальная вы наша, приспичило шастать с утра пораньше неизвестно куда", мадам Добрюк с достоинством отвечала, что утренние прогулки помогают ей держать в тонусе свое творческое начало и вдохновляют на написание новых бессмертных шедевров. Спорить с этим директрисе было тяжело, поскольку после того как духи стихии очистили улицы города от мусора, а пустыри и свалки превратили в скверы и парки, гулять по Мелотауну действительно стало очень приятно.

На самом деле совсем не любовь к искусству и не забота о творческом начале были причиной поступка преподавательницы музыки и танцев. В голове мадам Добрюк созрел зловещий план, направленный против мужской половины населения столицы империи. После длительных размышлений она решила, что именно утром легче всего поймать на крючок будущего мужа и определенная доля логики в этой мысли была. Именно по утрам мужчина свеж и бодр. Он еще не устал от работы, не успел получить разнос от своего хозяина и его еще не успел довести до белого каления какой-нибудь особо занудливый клиент или покупатель. Это вечером мужчина зол на весь белый свет и мечтает только о паре кружек пива или чего-нибудь покрепче в компании друзей, а утром он полон оптимизма и способен по достоинству оценить симпатичную особу противоположного пола.

На следующее утро после визита в приют принцессы Зальцер, мадам Добрюк как обычно отправилась на прогулку, но на этот раз буквально все встречные мужчины смотрели на нее как-то особенно. Сначала учительницы музыки пыталась им в ответ обворожительно улыбаться, но мужчин было так много, что у бедной женщины с непривычки стало сводить скулы. Потом в голову мадам Добрюк закралась мысль, что все смотрят на нее из-за беспорядка в ее туалете. Остановившись возле зеркальной мастерской, учительница внимательно осмотрела себя, но ничего плохого не обнаружила. Платье ее не было ни порвано, ни испачкано, туш с ресниц не потекла, да и с туфлями все было в порядке. Доведенная излишним вниманием до нервного срыва, мадам Добрюк, в конце концов, не выдержала и вежливо обратилась к очередному уставившемуся на нее мужчине: "Чего пялишься, как баран? Интеллигентную женщину никогда в жизни не видел?".

В ответ мужчина неожиданно рухнул на булыжную мостовую и со словами "Мадам, разрешите облобызать вашу ножку" потянулся губами к носку ее туфельки.

Сердце бешено заколотилось в груди в груди учительницы. "Ура! Сработало! Какая же ты умница, Добрючичечка. Хорошо, что сегодня нет дождя и туфли чистые. А то, как бы с ним потом в губы целоваться" — подумала она и непроизвольно подняла ножку, чтобы незнакомцу было удобнее целовать туфельку.

"Эй, парень, оставь девушку в покое" — грубый голос подошедшего к потенциальным супругам здоровяка разрушил идиллию влюбленной пары.

"Это еще почему?" — возмутился первый мужчина, продолжая, зажмурив глаза тянуться губами к туфельке.

"Потому что это моя девушка, и я намерен с ней немедленно обвенчаться".

"Что-то не похоже, что она твоя — вступил в беседу третий мужчина, обладатель солидного животика — Девушка, доверьтесь мне и я спасу вас от этих невежд. Наше счастье…".

Про счастье толстяк рассказать не успел, так как из-за его спины вынырнула женщина в застиранном домашнем халате и волосами, накрученными на самодельные бигуди.

"Я тебе сейчас доверюсь сковородкой по голове — закричала женщина визгливым голосом — Марш домой. А ты, бесстыжая, ишь вырядилась. Совсем эти молоденькие совесть потеряли. Средь бела дня чужих мужей отбивают".

Количество людей вокруг мадам Добрюк все увеличивалось. Бедная учительница стояли посреди толпы, и выслушивала попеременно, то комплименты мужчин, то проклятия женщин.

"Если я хоть секунду промедлю, мне отсюда никогда не выбраться" — вдруг ясно поняла мадам Добрюк и решила немедленно действовать.

Быстро раскрыв зонтик и выставив его перед собой, учительница издала воинственный вопль похожий на писк мышонка и ринулась в атаку на обступивших ее людей. Опешившая от неожиданности толпа расступилась, и мадам Добрюк бросилась бежать к сиротскому приюту, щедро посыпая улицы Мелотауна нотными записями своих шедевров.

Ожидаемого топота преследователей за спиной учительница не услышала. Лишь постепенно затихал вдали гомон переругивающихся между собой людей.

Успокоившись, мадам Добрюк добралась до своей цели, но у главных ворот приюта ее ожидал неприятный сюрприз. Войти в здание было практически невозможно, из-за огромного скопления лиц мужского пола.

Стараясь не попадаться мужчинам на глаза, учительница обогнула толпу стороной и вошла в приют со служебного хода.

"Мадам Шортюк, что это у вас происходит?" — поинтересовалась мадам Добрюк, добравшись до кабинета директрисы.

"Ничего особенного. Просто все мужчины Мелотауна сошли с ума. Смотрите" — с мрачным видом мадам Шортюк подвела учительницу к окну.

"Вот она! Смотрите! Чудо! Богиня!" — в едином порыве восторженно взвыла толпа внизу.

"Выходит, что крылатая девчонка вчера сказала правду? А я думала, что она просто на голову не здорова. Какой успех! Я даже не мечтала ни о чем подобным" — лицо мадам Добрюк засветилось счастьем.

"Рано радуетесь, милочка — остудила ее пыл директриса — Многообразие выбора не означает достижение цели. Выйти замуж за всех сразу мы не сможем, а если выбрать кого-нибудь одного, остальные его просто затопчут".

"Я знаю, что надо делать — чуть подумав, заявила мадам Добрюк — Прикажите пану Гусаку прогнать эту толпу, а мы в тишине и покое выберем самых достойных, заманим их сюда и дело сделано".

В ту же секунду дверь открылась, и пан Гусак вошел в кабинет.

"Вы очень вовремя, достопочтенный пан. Мадам Добрюк так раз хотела…" — начала было говорить директриса, но пан Гусак не обратил на мадам Шортюк никакого внимания. Подойдя к мадам Добрюк, он взял учительницу за руку и произнес проникновенным голосом: "Все, что захотите, дорогая. Хотите, я достану вам с неба луну. Хотите, я брошу к вашим ногам млечный путь…".

"Только не это! Мы пропали!" — директриса в отчаяние заломила свои могучие руки.

— 15 —

Возле величественных, белоснежных стен заброшенного монастыря простиралось огромное поле. Когда то оно, как и сам монастырь, принадлежало монахам Ордена Хранителей Предначертания и пышно колосилось пшеницей, но во время смутных времен, наставших в империи в недалеком прошлом, все обитатели монастыря погибли. Местные крестьяне не решились воспользоваться бесхозными землями толи из уважения к монахам, то ли из страха перед страшной участью, постигшей хозяев этих угодий. Так и случилось, что и сам монастырь и принадлежащие ему земли пришли в запустение.

В день праздника Осознания Возрождения на заброшенном поле сначала появилось несколько духов стихии, а после произошли события, которые явно не прибавили крестьянам желания что-либо выращивать на бывших угодьях монастыря. Посреди ясного солнечного дня над краями поля появились мрачные черные тучи. Сверкнула молния, прогремел гром и с неба на землю ринулись сплошным потоком дождь, град и снег одновременно. Непогода бушевала лишь над заброшенным полем, но зато поток небесной влаги был настолько плотным, что пройти сквозь него человеку было просто невозможно.

Перепуганные необычной грозой жители близлежащих деревень попрятались по своим домам, но если бы они не сделали этого, а остались наблюдать за происходящим, то увидели бы как к полю стали пребывать все новые и новые духи стихии. Рядом с каждым из них был один человек, удостоившейся чести присутствовать на празднике. В сопровождении духов стихии люди подходили к стене из дождя и снега, и в ней образовывался проход, над которым загоралась радуга.

Преодолев преграду из непогоды, гости из полуденного зноя попадали в теплый летний вечер. Лучи закатного солнца освещали поле, усыпанное цветами, а легкий ветерок, еще не успевший впитать в себя ночной холод, но приятно освежал уставшую от дневной жары кожу.

В центре поля на высоком постаменте стоял вырезанный из цельного куска малахита трон, к которому вели двадцать четыре позолоченных ступеньки, олицетворяющие двадцать четыре недели, прошедшие с момента возрождения духов стихии. На троне возвышалась Мать Стихий, а у подножия постамента стояли кресла для Великих Лордов, поражающие взгляд красотой своей обивки и усыпанными бриллиантами спинками. С одного из них смотрел снизу вверх на свою дочь Фредрик Зальцер.

В ответ на взгляд отца, Аннет смущенно пожала плечами, словно говоря, "Прости, папа, я знаю, что занимаю не свое место, но ведь не я все это придумала". Фредрик ободряюще улыбнулся принцессе. Он всегда гордился дочерью, но сейчас Аннет была особенно хороша.

Рядом с троном Матери Стихий появился Майти Первый и говор восхищенных пышностью торжества гостей постепенно утих. Когда над полем повисла полная тишина, старший наставник начал говорить.

"От имени всех духов стихии я хочу сказать слова признательности представителям рода людей, почтившим своим присутствием наше торжество. Особую благодарность я выражаю той, что вернула нас к жизни, — наставник повернулся в сторону Матери Стихий и низко поклонился, — Теперь, когда духи стихии прошли свои первые шаги в этом прекрасном, но несовершенном мире, настала пора понять, зачем мы здесь, в чем истинная цель нашего существования. Этим миром правит природа. Именно она является прародительницей всего сущего. Так кто же тогда для природы люди и кто мы? Я скажу вам кто. Люди — дети природы, вершина существования мира. Может быть, нерадивые, может быть, не послушные, но все-таки любимые дети. Они еще слишком малы, чтобы заботиться о своей матери. Они могут только пользоваться ее любовью, но на помощь природе должны прийти мы. Мы няньки человечества. Мы должны стать помощниками матери-природе и помочь ей воспитать людей. Следить, чтобы дети слушались свою мать, не баловались с огнем и не ели то, что детям есть нельзя. И именно это должно стать сущностью нашего существования. Отринув из души все свои эмоции и желания…".

Неожиданно Майти Первый прервал речь. Пытаясь понять, что так смутило наставника, все присутствующие проследили за его взглядом и увидели появившегося из украшенного радугой прохода Майти-736. Дух стихии весело шагал по полю. За его спиной развивался украшенный васильками плащ, а рядом, под руку с ним шла Феечка и лучезарно улыбалась.

"Пожалуй, эти двое, единственные из присутствующих, кто по-настоящему радуется" — промелькнуло в голове у Аннет. Самой принцессе праздник Осознания Возрождения показался слишком серьезным и напыщенным.

Аннет хотела было помахать своим знакомым рукой, но в этот момент свет над местом проведения торжества померк, а когда засиял снова, Майти-736 среди присутствующих не оказалось. Как не оказалось и Майти Первого. В это время эти двое находились за невидимой стеной, которой наставник отгородился от глаз и ушей остальных гостей.

"Что это?" — мысли Майти Первого многотонным колоколом зазвенели в голове влюбленного духа стихии.

"О чем вы, учитель?" — дух стихии физически ощущал волны гнева, исходившие от наставника, и они заставляли Майти-736 трепетать от страха.

"О твоих мерзких отростках, с помощью которых ты пытаешься передвигаться. И еще о том чудовище, которое ты привел на наш праздник".

"Это же ноги, учитель. Люди с их помощью ходят по земле и еще танцуют. Танцевать — это так восхитительно…"

"Молчи, безумец. Это чудовище, что ты привел с собой, заставило тебя так измениться?".

"Это не чудовище. Это Феечка и она замечательная. Мне кажется, что я в нее влюбился".

"Влюбился?! — наставник вырос до гигантских размеров и навис над Майти-736, словно пытаясь вдавить его в землю — Ты похож на человека и полон их мелочными, ничего не значащими эмоциями. И это в тот момент, когда мы, наставники, призываем отринуть даже свойственные лучшим из духов стихии высокие эмоции и целиком посвятить себя труду по сохранению природы и воспитанию человека. Ты позоришь нас перед Матерью Стихий и предаешь свой народ".

"Но ведь Мать Стихий тоже человек…".

"Ты смеешь сравнивать Мать Стихии с простыми людьми? Ты даже хуже, чем я думал. Мать Стихий единственная из людей сумела понять всю пагубность существования людей без нашего присмотра и именно поэтому возродила нас. Я сдерживаю себя лишь потому, что не хочу испортить наш праздник, но если существо, которое ты называешь Феечкой, не покинет торжество, я уничтожу его. Что касается тебя, ты предстанешь вскоре перед судом наставников, а пока тебе запрещено использовать магию. Ступай и приведи себя в порядок. На тебя противно смотреть".

Магическая стена исчезла, и Майти-736 снова оказался рядом с Феечкой. Фея растерянно озиралась вокруг, но заметив духа стихии, сначала радостно заулыбалась, а потом наморщила носик и топнула ножкой.

"Майти, где ты был? Как ты посмел оставить меня одну?".

"Уходи — произнес дух стихии, стараясь не встречаться с Феечкой взглядом — Ты должна немедленно покинуть праздник".

"Ты гонишь меня?" — опешила фея.

"Да, гоню. Уходи".

"Но ведь ты обещал никогда не расставаться со мной. То, что ты сейчас говоришь очень похоже на предательство".

"Да уйдешь ты когда-нибудь! Я не хочу сейчас тебя видеть!".

Плечи Феечки поникли. Он, молча, повернулась и пошла прочь от духа стихии. Фея даже не заметила, как в стене из воды образовался проход, а над головой словно издеваясь, зажглась веселая радуга. Феечки хотелось плакать, но слез не было.

"Королева Моргана права — думала она — Мы никому не нужны, кроме самих себя. Людям не нужно ни наша дружба, ни наше волшебство и духам стихии тоже. Что ж, я снимаю все свои заклятья и возвращаюсь домой. А там будь, что будет. Все равно Безымянный уже здесь и видел меня".

Так, терзаясь горькими мыслями и позабыв, что умеет летать, фея шла по сухой колючей траве в сторону монастыря, а сзади под восторженные крики гостей рассыпались по небу искры праздничного фейерверка.

— 16 —

"Мадам, соглашайтесь. Смотрите, каким он стал милым. Давайте выйдем замуж за этих. Сами же говорили про многообразие выбора и достижение цели" — услышал пан Шу тихий женский шепот. Голос показался повару очень знакомым.

"За кого это за этих?" — насторожился пан Шу, и в этот момент словно пелена спала с его сознания. Он стоял на коленях, обнимая могучие ноги директрисы и уткнувшись лицом в ее юбку. Рядом, в точно такой же позе, но перед мадам Добрюк, находился пан Гусак.

Рука мадам Шортюк, которая всегда напоминала пану Шу о цирковых силачах из его детства, легла на голову повара и стала гладить его волосы. "Пан Шу, я согласна стать вашей женой" — раздался голос директрисы.

"Моей женой? Я просил ее руки?" — повар окончательно понял, что происходит сейчас в кабинете мадам Шортюк и в горле у него пересохло. Захотелось стать маленьким незаметным муравьем и упасть в кувшин с вином.

"Э-э-э, мадам. Как бы это сказать… Боюсь, вы меня не совсем правильно поняли".

"Правильно я вас поняла, пан Шу, правильно. Встань с колен и обними меня, милый".

"О, мадам, я счастлив и всегда мечтал… Вы, конечно, это, и то тоже вы, но я забыл".

"Что вы забыли, пан Шу?" — пальцы борца сильно сжали прядь волос на голове повара.

"Забыл, совсем забыл. У меня там мясо убежало, и чай пригорел. Мне надо на минуточку. На одну секундочку…".

"Куда! Держите их!" — раздался крик мадам Добрюк, но было уже поздно. Оставив в руке директрисы солидный клок своей шевелюры, пан Шу метнулся к выходу из кабинета, но столкнулся в дверях с паном Гусаком. Толкая друг друга, и нещадно пинаясь, добропорядочные паны смогли все-таки протиснуться из кабинета и кубарем скатились с лестницы. Уже через минуту они были за оградой приюта и словно гордые иноходцы бежали по улицам Мелотауна, подставив лица встречному ветру и высоко поднимая колени. Тень неотвратимой женитьбы заставляла их нестись вперед и только вперед. За спиной им мерещилась дыхание погони, а впереди ловушки и засады.

Вскоре беглецы достигли центральной площади города и свернули вправо, чтобы обогнуть здание Совета Великих Лордов. Именно с этой стороны от величественного дворца отходила невзрачная пристройка, в которой находился Главный Имперский Архив. Постоянная стража находилась перед центральным входом здания Совета, а часть площади, прилегающая к Архиву, обычно была безлюдна. Но сейчас рядом с входом в Архив находились трое молодых людей. Один из них ковырял чем-то замок на входной двери, а двое стояли чуть поодаль.

"Вот она, засада" — мелькнуло в воспаленном мозгу пана Шу, и он ярко представил себе, как мадам Шортюк тащит его за шиворот к алтарю, под злорадные смешки присутствующих на венчании гостей.

"Не бывать этому никогда" — решил повар и с криком "Я живым не дамся" бросился с кулаками на ближайшего из парней.

"Пацаны, смываемся" — крикнул Хлам, отбиваясь от пана Шу, но убежать никто не успел, так как из-за угла здания появилась привлеченная криками стража.

— 17 —

Жили в Москве три подростка Саша, Леша и Валера. Считали они себя очень крутыми и, как и положено крутым пацанам, называли они себя не по именам, а по прозвищам. Саша имел прозвище Дума, так как считался самым умным среди этой троицы. Он даже пытался поступить в колледж, но не сдал вступительный экзамен. Лешу называли Турбо, потому что он обладал удивительной способностью молниеносно спасаться от любой неприятности. Ну а Валера отличился необычной любознательностью, и его карманы всегда были полны всяким хламом, который он находил на улице, за что его и прозвали Хлам.

Занимались они тем, что отбирали у тех, кто был намного младше их сотовые телефоны и деньги, писали на стенах подъезда ругательства, а также пили пиво и лузгали семечки.

Думу, Турбо и Хлам вполне устраивало их существование, но однажды по воли случая они попали из Москвы в мир, где их жизнь перевернулась с ног на голову. В мгновение ока они превратились из крутых пацанов в полных лохов. Даже для маленьких детей они превратились из опасной угрозы в объекты постоянных насмешек и издевательств.

Жизнь трех приятелей в Империи Совета Великих Лордов представляла собой беспрерывную череду неприятностей и всевозможных бед. Все попытки обеспечить себе приятную и беспечную жизнь в этом чужом мире завершались крахом.

Сначала друзья подвязались в качестве бродячих музыкантов и имели даже определенный успех, но поскольку Дума знал всего два аккорда и лишь одну песню, а Турбо и Хлам не имели не слуха, ни голоса, карьера приятелей в местном шоу-бизнесе быстро завершилась. К их радости именно в это время к власти пришла Мэлла Кредер, и друзья записались в созданные Алексом Шретером отряды карателей. Грабить беззащитных крестьян под знаменем "Ангелов живого бога" было легко и прибыльно. Жизнь начала налаживаться, но Мэллу Кредер свергли, а членов карательных отрядов ловили и отправляли на каторгу. Избежав чудом подобной участи Дума, Турбо и Хлам устроились в качестве посудомоек и уборщиков в один из трактиров Мелотауна, где они и попались на глаза Шретера. Чтобы отделаться от бывшего наместника приятелям решились на кражу секретной информации о судьбе Мэллы Кредер из Главного Архива империи. Может быть, им и удалось бы осуществить свой план, если бы не безумное бегство пана Шу и пана Гусака от своих суженых, из-за которого трое приятелей оказались запертыми в подвале здания Совета Великих Лордов.

"Из-за тебя все Хлам — статус предводителя заставлял Думу срочно найти виноватого во всем случившемся — Вечно ты всякую гадость себе тащишь, вот и неприятности тоже к тебе притягиваются".

"Как что, так Хлам. Не надо было чужое мясо на кухне лопать. А то ели все, а виноват я".

"Попался-то только ты, значит ты и виноват".

"А не надо было на отмычках экономить. Кто купил какую-то фигню, а потом полчаса не мог дверь открыть и дождался, что эти два дебила прибежали".

"Пацаны, да бросьте вы ругаться. Какая разница кто виноват, все равно на каторгу пойдем — попытался неуклюже успокоить друзей Турбо, а потом мечтательно добавил — А помните нашего участкового, Петра Альфредовича? Вот человечище был. Мы ему дверь намазали тем, что собачки по всему парку наложили, а он воспитательную беседу. А здесь что за люди? Попробуй такое Великому Лорду устроить, сразу на ближайшем дереве повесят…".

Дверь подвала со скрежетом отворилась, и на пороге появился стражник: "Эй вы, недоумки, на выход. Милорд вас хочет видеть".

Великий Лорд Мэдвед ожидал неудачливых грабителей в зале заседаний Совета. Все время после отъезда лорда Зальцера на праздник Осознания Возрождения Гейн Мэдвед проводил в этом зале, сидя в кресле председателя Совета. Пусть и ненадолго, но его заветная мечта осуществилась — он правил империей. Это так вдохновляло и будоражило Гейна, что он просто не мог найти в себе силы, чтобы подняться со своего места. Не обращая внимания на затекшие ноги, лорд Мэдвед ласково гладил подлокотники заветного кресла и упивался собственным величием.

Когда воины втолкнули Думу, Турбо и Хлама в просторный зал и командир стражи привычно пробурчал "На колени", лорд Мэдвед испытал очередной приступ самолюбования.

"А ведь я могу сделать с этими людьми, все, что мне заблагорассудиться — думал Гейн, глядя сверху вниз на подростков, стоящих на коленях — Воистину, власть пьянит больше чем вино".

Выдержав паузу, чтобы дать возможность преступникам понять перед кем они находятся, и привести их этим в еще большее смятение, лорд Мэдвед произнес, любуясь своим властным голосом: "Как могли вы в столь юном возрасте ступить на стезю преступности. Неужели вы надеялись, что правосудие в моем лице не настигнет вас?".

"Дяденька милорд, а мы что. Мы ничего такого и не делали" — запинаясь, жалобно пропищал Хлам.

"А это у вас было для чего? — лорд Мэдвед швырнул к ногам приятелей связку отмычек — Что вы хотели найти в Главном Архиве Империи? Говорите и учтите, что в моей власти немедленно повесить вас, отправить на каторгу или отпустить на все четыре стороны".

"Дяденька милорд, это не мы. Это господин наместник нас заставил" — Дума заговорил не менее жалобно, чем Хлам, и выложил лорду все подробности встречи с Алексом Шретером.

"Значит, бывший наместник в Мелотауне и очень хочет найти Мэллу Кредер, несмотря на то, что она лишилась всей своей волшебной силы. Очень интересно" — пробормотал лорд Мэдвед себе под нос, когда преступников увели.

"Милорд. Прикажете немедленно известить об этом лорда Зальцера?" — вытянулся в струнку командир стражи, расслышав слова Гейна.

"Нет. Не надо. Я лично займусь этим делом и сам доложу Лорду Председателю, когда окончательно во всем разберусь".

— 18 —

Вечером следующего после праздника Осознания Возрождения дня Аннет сидела в своей комнате, с ногами забравшись в кресло возле окна, и печально смотрела на дворцовый парк. Ее отец, не пробыв в родовом имении и двух часов, снова умчался в столицу, Феечка куда-то пропала, но вовсе не одиночество заставляло принцессу печалиться. Как ни странно на грустные мысли Аннет натолкнуло прошедшее торжество.

После победы над Мэллой Кредер и возрождения духов стихии девочка воспринимала все происходящее вокруг себя как само собой разумеющееся и не задумывалась о причинах и следствиях череды событий. Но сейчас воспоминания захлестнули Аннет и заставили по-другому взглянуть на окружающую реальность. Она вспомнила, как нашла волшебное кольцо, исполняющее любое желание, как встретилась с Аней, своей лучшей подругой и как они вместе сумели победить Раба Кольца.

Волшебное кольцо расплавилось, скрытая в нем магия вырвалась на свободу, и в результате на свет появилось смешное и доброе существо, дух стихии, который тогда был единственным в мире. Майти — так назвала его Аня, и он стал для девочек лучшим другом. Его убила Мэлла Кредер. Благодаря самоотверженности Аннет на его место пришли сотни новых духов стихии, но почему они так не похожи на того Майти.

"Мать Стихий разрешит мне задать вопрос?" — от неожиданности принцесса даже вздрогнула. Она задумалась и не заметила, как рядом с ней оказался Майти-736.

"Конечно, задавай".

"Для чего Мать Стихий возродила духов стихии?".

"Вот это вопросик" — мелькнуло в голове Аннет. Немного подумав, принцесса ответила: "Наверно, я возродила вас не для чего-то, а просто так. У меня не было никакой цели. Мне казалось справедливым то, что вы тоже будете жить. Я пыталась исправить прошлые ошибки людей".

"Значит, у Матери Стихий не было никакого великого плана? Она не понимала пагубности существования людей без духов стихии, как говорят наставники?".

"Не было у меня никаких планов. Кстати, ты не знаешь где Феечка?".

Дух стихии сразу словно съежился: "Она ушла".

"Ушла? Куда? Зачем? Ты обидел ее?".

"Не знаю. Она сказала, что я ее предал".

"А ты? Ты как думаешь? Ты действительно предал ее?".

"Если бы я не предал ее, мне пришлось бы предать наставников и свой народ".

"Значит, все-таки предал. Только что-то я не пойму, причем здесь наставники и твой народ? Расскажи мне все".

"Значит, тебя накажут за то, что ты влюбился, а любовь это чисто человеческая эмоция. Какая глупость — воскликнула Аннет, выслушав Майти-736 — Знаешь, у меня был очень хороший друг. Он был духом стихии, но был похож на человека гораздо больше, чем многие люди. Надо сказать, что и среди нас полно таких, которые больше похожи на ваших наставников, чем на людей. Нет, ну какая же я была дура. Спокойно принимала вашу признательность и восхищение и ничего не замечала вокруг. Что ты теперь собираешься делать?".

"Я хотел бы найти Феечку, но наставники… Мне очень плохо. Словно что-то хочет разорвать меня пополам. Я не могу идти за ней и не могу остаться без нее. Помоги мне, Мать Стихий" — от переживаний дух стихии так побледнел, что был едва виден.

"А почему бы и нет — подумала Аннет — Почему не попытаться вернуться в те дни, когда меня еще не звали Мать Стихий, но зато я была так счастлива".

Принцесса решительно вскочила с мягкого кресла: "Хорошо, Майти. Я помогу тебе. Мы вместе отправимся на поиски Феечки, но у меня есть одно условие…".

— 19 —

"Да, Николай Васильевич, я все записала. Исчезающее золото, холодное железо и старикашка пакостного вида. Все верно? Угу, я покопаюсь в интернете. Да. Конечно, сразу перезвоню. До свидания, дядя Николас".

Аня положила трубку телефона и тяжело вздохнула: "Вот уж эти волшебники. Палочками махать и чудеса творить мы умеем, а с компом работать мы не умеем"

Девочка вернулась в свою комнату и включила компьютер. Задав в Яндексе поиск по вопросам заданным Фредером, Аня вернулась к темам, которые волновали лично ее.

Первое, что она сделала, это открыла сайт "Ловади", посвященный лошадям и занялась своим питомцем по кличке "Белый ветер". "Белый ветер" был виртуальным пони и внешне очень напоминал Ане кобылку "Ромашку", которую девочка видела в мире Аннет и которую так обожала принцесса Зальцер.

Покормив "Белый ветер" парой сладких реп и сделав ему прививку от всевозможных паразитов, Аня вернулась к Яндексу и обнаружила, что все три поиска имели одно совпадение. Этим совпадением было слово "Лепрекон".

"Лепрекон — прочитала Аня — персонаж фольклора, традиционно изображаемый в виде небольшого коренастого человечка преклонного возраста, одетого в зелёный костюм и шляпу. Название происходит, скорее всего, или от ирландского "сапожник-карлик". Лепреконы носят зелёную одежду (чтобы легче прятаться в траве) и настоящие кожаные передники. Они мастерят обувь для других представителей потусторонних сил — фей, клуриконов — но видят их обычно всегда только с одним левым ботинком.

Лепреконы хранят древние сокровища. По ночам они пробирались в людские жилища и отщипывали малюсенькие кусочки от золотых монет. Каждый лепрекон имеет свой горшочек или кувшинчик с золотом.

Лепрекона описывают как хитреца и обманщика, которого люди пытаются поймать, чтобы завладеть его горшком с золотом или заставить исполнить три своих желания. Но золото лепреконов не долговечно и согласно легенде исчезает при соприкосновении с холодным железом".

"Вот мы тебя и поймали — обрадовалась Аня — Поиграю еще немного и позвоню дяде Николасу".

С чувством выполненного долга, Аня открыла свой любимый, на данный момент, сайт "Пара Па — город танцев" и занялась внешним видом своего виртуального двойника, призванного покорить своей красотой и мастерством этот самый Город танцев. Задача эта была очень сложной, потому что с одной стороны виртуальное воплощение Ани должно было быть максимально похоже на свою прародительницу, с другой, никто из одноклассников не должен был в двойнике с этого сайта узнать настоящую Аню.

"Аня, ужинать" — голос мамы оторвал девочку от ее увлекательного занятия.

"Иду, мамик — отозвалась Аня, отрываясь от компьютера — Только Николаю Васильевичу позвоню. Он меня кое-что узнать просил".

Девочка сделала несколько шагов и неожиданно провалилась в бездонный колодец.

"Что это?" — удивилась Аня. К горлу подступила тошнота, словно она ехала на крутом вираже гигантских американских горок.

Несколько минут перед глазами девочки была абсолютная темнота, а когда снова стало светло, Аня увидела, что стоит на большой клумбе с цветами.

"Привет! Я так скучала" — на шею к Ане бросилась девочка с таким знакомым и дорогим лицом.

"Аннетик?" — удивилась Аня, не веря своим глазам.

— 20 —

"Вот что есть хорошего в этой забытой богом стране, так это кухня" — думал Алекс Шретер, поглощая поросенка, фаршированного гречкой. Побывав в Империи Совета Великих Лордов, наместник понял, что теория о том, что пища должна быть легкой и полезной, не стоит и ломаного гроша. Еда должна быть вкусной, очень вкусной и ее должно быть много.

К удовольствию от поедания поросенка прибавлялось предвкушение встречи с ненаглядной Мэллой. Ведь именно сегодня ему должны передать информацию о местонахождении любимой. А потом, даже если она в самой неприступной тюрьме, Алекс сумеет спасти Мэллу.

"Ну, где же они" — от нетерпения Шретер в очередной раз обвел зал и к своему неудовольствию натолкнулся на сидящего неподалеку уже знакомого ему молодого человека в кожаной куртке грязно желтого цвета и широкой шляпе с перьями.

"Опять этот хлыщ здесь. Его что, наняли конкуренты, чтобы он отпугивал от этого заведения лучших клиентов" — с неприязнью подумал Алекс, но моментально забыл про молодого человека. В зале, наконец, появился Хлам и направился прямиком к столу бывшего наместника.

Все вниманием Шретера было настолько приковано к подростку, что он даже не заметил, как из-за соседнего стола встал мужчина и тоже направился к его столу. Хлам подошел к Алексу и Шретер торопливо кинул ему: "Садись и рассказывай". Подросток сел, но ничего услышать наместник так и не смог. Почти одновременно с подростком к столу подошел незнакомец и, встав за спиной Шретера, произнес: "Пан позволит взять соль?". "Конечно" — хотел произнести Алекс, но почувствовал как к его телу, пропоров ткань одежды, прикоснулось острие кинжала.

"Не надо дергаться, пан наместник. С вами просто хотят поговорить" — услышал зловещий шепот Алекс. Взглянув на Хлама, он увидел, что бледного подростка просто трясло от страха. Быстро осмотрев зал, Шретер заметил еще несколько мужчин, которые напряженно следили за происходящим. "Похоже, на этот раз сбежать не удастся — понял Алекс и попытался сохранить самообладание, хотя и был в отчаяние — Хорошо. Давайте разговаривать. Вы же не оставляете мне выбора".

Незнакомец щелкнул пальцами и Хлама словно ветром сдуло с его стула, а в трактир вошел человек, лицо которого скрывала черная маска. Уверенным шагом он направился к столику наместника и уселся напротив Алекса.

"Шретер, я уважаю вашу смелость. Вернуться в страну, где вас все ненавидят — это сильно. Особенно сильно то, что вами при этом движут высокие чувства. А ведь именно они вами движут? Что это — преданность или любовь? В любом случае вы вызываете уважение".

"Кто вы?" — прохрипел в ответ Шретер.

"Не имеет значение. Великий Лорд, который решил вам помочь. Хотите знать, где Мэлла Кредер? Я вам преподнесу ее на блюдечке. Имеется только одна небольшая заминка. Есть человек, который не позволит мне это сделать. Убейте его и Мэлла Кредер ваша. Что значит жизнь одного человека по сравнению с вашей любовью? Или может быть вам просто хочется лишиться ради милой своей головы? Это так романтично, что я готов вам помочь и в этом тоже. Выбирайте. Ваша жизнь или жизнь чужого вам человека и счастье рядом с любимой".

"Кого вы имеете в виду?" — спросил Шретер. От напряжения его начинало трясти.

"Лорда Зальцера. Не думаю, что вы питаете к нему светлые чувства. Не пугайтесь, Шретер. Про наш договор никто не узнает".

Гейн Мэдвед, а это был именно он, ошибался. Разговор Великого Лорда с Алексом Шретером прекрасно слышал тот самый молодой человек в шляпе с пером. Когда беседа завершилась, и высокие договаривающиеся стороны покинули трактир, молодой хлыщ пробормотал: "Все интересоватее и интересоватее, как бывалоча любила говорить бабушка Алиса по дороге в Страну Чудес" и тоже поднялся со своего места.

— 21 —

Отгоняя ночную мглу, отблески костра весело скакали по лицам девочек. Весь день дух стихии вел Аню и Аннет на север, утверждая, что именно в этом направлении двигалась Феечка. Откуда ему это известно Майти-736 объяснить не мог и только путано говорил о присутствующих повсюду неуловимых следах пребывания феи. В конце концов, подруги решили довериться чутью духа стихии.

По мере приближения к Северным горам местность становилась все пустынней. Человеческое жилье встречалось все реже и реже и путникам пришлось заночевать в лесу.

Пока девочки собирали валежник и сухие ветки для костра, дух стихии мрачной неподвижной тучей возвышался на краю поляны. В конце концов, Аня, которой долго не удавалось разжечь костер, не выдержала и упрекнула Майти: "Ну что ты застыл, как истукан? Не видишь, как девушки мучаются? Что тебе стоит колдонуть и огонь зажечь".

"Наставники запретили мне применять магию — отозвался дух стихии — Я и так покрыл себя несмываемым позором, нарушив уже один раз их запрет и вернув тебя, подруга Матери Стихий, в наш мир".

"Раз уже все равно покрыл, то терять нечего. Позором меньше, позором больше — какая разница. Мы же твою любовь спасаем, а не грибы пришли собирать" — пыталась Аня переубедить Майти, но дух стихии был непреклонен. Тяжело вздохнув, Аня продолжила свои попытки, и вскоре над кучкой сухих щепочек появился огонек. Сначала маленький и робкий, он через несколько минут превратился в высокое пламя.

Из запасов, предусмотрительно захваченных принцессой из дворца, Аня сумела сварить необыкновенно вкусный рис, приправив его травами и пряностями.

После ужина Аннет ворошила палочкой угольки костра и, не переставая радостно улыбаться, слушала безумолку болтавшую подругу.

"Значит ты теперь, Аннетик, Мать Стихий. Я так понимаю — это что-то типа языческого божества у духов стихии. Они тебе всякие подарки и вкусности дарят, а ты их за это не ругаешь и в угол не ставишь. Как сказала бы моя мама, у тебя головокружительная карьера. Принцесса, потом волшебница, королева и теперь богиня. С ума сойти. Кругом одни волшебники и богини, а кашу приходится мне варить. Но на самом деле, я очень рада тебя, Аннетик, видеть. Я так скучала. Мне чуть ли не каждую ночь снилось наше расставание. Как ты произносишь заклинание, чтобы нас с Егоровым домой вернуть, а сама плачешь. И я тоже реву. А твою фотку я всегда с собой носила. Если трудная контрольная, я ее сразу на парту и знаешь, помогало. Наверно твое волшебство даже через фотку действовало…".

"Я больше не волшебница" — прервала подругу Аннет.

"…Я знаю. Ты уже говорила. И про духов стихии ты тоже рассказала. А про себя Аннет ты почти ничего. Как ты сама? Чем занимаешься? Как учеба? По нашим меркам ты бы осенью уже в седьмой класс пошла…".

"А действительно. Чем я все это время занималась?" — подумала Аннет и густо покраснела.

"Знаешь, Аня, я, похоже, ничем и не занималась. Как то так незаметно получилось, что за меня все духи стихии делают и от меня ничего никому не надо".

"Понятно. Смотри, выгонят тебя твои духи стихии из богинь, и что ты тогда делать будешь? Мама говорила, что в наше время без образования даже в дворники не возьмут. Ничего. Теперь я с тобой и займусь твоим воспитанием. Ты мой характер знаешь. Если я кого начну воспитывать, ему лучше сразу воспитаться, а не то…".

"Я согласна — рассмеялась принцесса — Теперь мы вместе и все будет хорошо. А мне ты почему то чаще всего снилась в костюме котенка, которого ты в спектакле играла. Ты еще занимаешься в театральной студии?".

Теперь пришло время краснеть Ане.

"Нет. Много разных дел навалилось и на театр времени не хватает. Но я все равно после школы поступлю в театральный и стану актрисой. Или стану цветы продавать. Я такие красивые букеты составлять умею. Аннетик, а как Вик поживает?".

Принцесса сделала вид, что не расслышала последнего вопроса и отвернулась.

"Что-то я не то сказала" — поняла Аня и решила резко сменить тему.

"Аннетик, а почему так? Я думала духи стихии веселые и любознательные. А этот… — Аня кивнула в сторону Майти-736 — …Прямо какой-то одинокий унылый странник. Он мне кажется бессильным и подавленным. А свое бессилие пытается скрыть за неприступным высокомерием. Поняла, кого он мне напоминает. Ты же знаешь, Аннетик, у меня характер такой — я очень стихи люблю, а недавно читала лорда Байрона. Вот на героев его стихов твой Майти и похож. Мне кажется, ему очень подошло бы имя Гарольд. Дух стихии, можно я тебя буду Гарольдом звать?".

Майти-736 прекрасно слышал весь разговор подруг. Сочетания звуков в новом имени духу стихии понравилось, но, несмотря на это, он ответил: "Никто не вправе менять имя духа стихии. Оно предначертано нам самой Матерью Стихий".

"Можно подумать меня кто-нибудь спрашивал про мои предначертания" — проворчала Мать Стихий.

"Лучше быть единственным среди духов Гарольдом, чем миллион первым Майти. Меня, между прочим, в моем мире не в картофельных очистках нашли. Я великая хранительница ПиЭсПи и повелительница мобильного телефона. Это ничуть не меньше, чем Мать Стихий. Скажи, Аннет".

"Это точно. У себя в мире Аня очень крутая девчонка. Быть тебе отныне Гарольдом".

Девочки дружно засмеялись. Когда хохот утих, Аня заговорила снова: "Тебя, кстати, Саша Егоров часто вспоминает. Все переживает, как ты без его помощи с врагами справляешься".

"У меня и врагов то больше нет. Не с кем справляться".

"А помнишь, как мы втроем ночевали и на нас безухий разбойник напал, а Егоров его пяткой в лоб. Прямо как Джеки Чан".

Девочка вскочила с криком "Йя" ударила ногой по стволу ближайшего дерева. В это время из леса раздался громкий треск. Кто-то пробирался к костру, нещадно круша на своем пути кусты.

"Ой, кажется, я накаркала" — испуганно замерла на месте Аня, но вместо ожидаемого разбойника из леса вышел Фан. Неуклюже поклонившись, мальчик произнес: "Я приветствую вас, прекрасные дамы".

— 22 —

Прислонившись спиной к стене дома, Сергей стоял напротив гостиницы, в которой остановился Алекс Шретер. Ожидание было невыносимо. Сергей всегда предпочитал опаздывать, чем ждать. Чтобы как-то убить время он надвинул на глаза свою широкополую шляпу с пером и отдался на волю воспоминаниям: "Как же давно на самом деле все это было, а, кажется, совсем недавно. Измайловский лесопарк, расположенный на северо-востоке Москвы, берег реки Серебрянки и первая встреча с Настей. Именно с этой встречи все и началось.

Парк был излюбленным местом "Толкинистов". Почитатели Джона Рональда Толкина, великого автора "Властелина колец", собирались где-то посередине между цивилизованным парком, полным отдыхающих, и Лебединскими прудами. Летними вечерами они играли в любимых героев или рассказывали друг другу при свечах красивые сказки из жизни хоббитов и эльфов. Некоторые из фанатов "Властелина колец" пытались повторить в реальной жизни битвы, описанные в книгах Толкина. Таких называли "Ролевики". Они были воинами и не рассказывали сказок, зато много дрались на мечах и без них. Сергей был "ролевиком". Он даже не читал никогда произведений Толкина, но обожал сражения и дуэли с применением древнего оружия.

В тот день он в очередной раз доказывал своему приятелю Борису, что владение оружием важнее, чем знание эльфийского языка. Борис и Сергей жили в одном подъезде кирпичной пятиэтажки недалеко от парка и дружили с самого детства. В отличие от Сергея с его спортивным телосложением, Борис был толстым и неповоротливым мальчиком, зато знал "Властелина колец" наизусть. В среде "Толкинистов" он носил имя светлого эльфа Эрдена. Для соответствия выбранному образу Борис сам сшил красный плащ и сделал из гипса удлинители для ушей, чтобы предать им форму чистокровных эльфийских. Несмотря на все старания "эльфы" Бориса не слишком жаловали. С их точки зрения он имел два недостатка, перечеркивающие все достоинства. Борис совершенно не умел драться на мечах и его отец, бывший военный, запрещал ему носить длинные волосы, а где вы видели эльфа с короткой стрижкой?

"Борька, надо меньше есть — больше спортом заниматься" — с этими словами Сергей выбил меч из рук приятеля и ударом в грудь уронил его пухлое тело на траву.

Пока Борис пытался подняться с земли, Сергей успел взять спрятанную за пеньком бутылку портвейна и сделать из нее солидный глоток.

"Здорово вы его!" — нежный голосок заставил Сергея оторваться от бутылки. Перед ним стояло дивное виденье, которое имело две длинные косички из темных волос и чуть раскосые карие глаза. Лоб видения был перевязан ленточкой, покрытой символами.

"Я польщен, сударыня. Разрешите представиться — Безымянный, темный человек".

"А я Настя. Просто Настя. Меня подруга позвала и мне здесь все очень нравится. Словно в сказку попала".

"А знаю… Великая теория: пришел сам — приведи друга".

"Ага. Безымянный — это ваше имя для здесь или как?".

"Это банальная фамилия. Могу паспорт показать — Сергей Безымянный".

"А я Эрден — светлый эльф" — гордо произнес Борис, наконец сумевший встать с земли.

"Приветствую тебя, светлый эльф — рассмеялась Настя — Надеюсь, ты не в обиде на человека, сумевшего тебя победить?"

"Как я, бессмертный, могу обидеться на смертного" — надул щеки Борис.

"Какие вы смешные, ребята — улыбка у Насти была просто обворожительной — А что вас сюда привело?"

"А мы никак не хотим со сказкой расставаться — Сергей посмотрел прямо в глаза девушки и вдруг понял, что если не сможет видеть эти глаза каждый день, то умрет — Вокруг же такая скука. Работа, учеба, продукты, деньги. Очень хочется хоть ненадолго уйти от этого. И потом, мужчине никак нельзя без меча. Пусть даже воображаемого…".

Воспоминания прервал Алекс Шретер, появившейся на пороге гостиницы. Это моментально вывело Сергея из забытья. Реальная жизнь требовала от него быстрых и решительных действий.

Безымянный знал, куда направляется бывший наместник. Не зря же он, после услышанного в трактире разговора ни на миг не выпускал Алекса из вида.

Утром Шретер под именем пана Корнелия записался на прием к лорду Зальцеру, обосновав конфиденциальность визита знанием важной и удивительной информации о духах стихии, и сейчас шел к дому Председателя Совета.

Срезав путь по лабиринту хорошо изученных Сергеем переулков, Безымянный опередил Алекса и оказался раньше наместника у каменной двухметровой стены, ограждающей городской особняк Великих Лордов Зальцер.

Сняв шляпу с головы и засунув ее за пояс куртки, Сергей разбежался и, подпрыгнув, уцепился за край стены. Подтянувшись, он легко перекинул тело через преграду и, приземлившись во внутреннем дворике, очутился прямо перед стражником. От неожиданности воин замешкался всего на несколько секунд, но этого Сергею хватило, чтобы ударом ладони по шее превратить стражника в неподвижный и безголосый предмет.

Теперь было необходимо добраться до кабинета лорда Зальцера и в этом Сергею помогли особенности местной архитектуры. Крыши городских особняков местной знати были обильно украшены статуями горгулий, драконов и прочей нечисти. Раскрутив трос, с металлической лапой на конце, Безымянный попытался зацепить его за одну из статуй и с третьего раза ему это удалось.

Вскарабкаться по тросу к окнам кабинета Великого Лорда Сергей успел так раз вовремя и увидел, как Шретер достает из-за спины руку с зажатым в ней пистолетом.

Натренированное тело Сергея среагировало даже раньше, чем до него дошел приказ мозга. Оттолкнувшись от стены, Безымянный, словно маятник метнулся назад, а через мгновения подошвы его сапог ударили по стеклу окна. Сделав в воздухе кульбит, Сергей приземлился на пол кабинета и метнул в сторону Шретера нацеленный в горло нож.

— 23 —

"Милорд, ваша дочь, солнцеподобная принцесса Зальцер, покинула свой родовой замок вместе со своей лучезарной подругой Аней и неким духом стихии. Что это за дух, милорд, я понятия не имею, поскольку не слишком силен в математике и мудреные имена с множеством цифр не запоминаю. Куда эти прекраснейшие из дам направляются, я не знаю, но как преданный дому Великих Лордов Зальцер оруженосец, проследую за ними. Похоже, это как-то связано с некой крылатой девочкой, знакомой милорду. Подробности сообщу при первой же возможности.

С нижайшим поклоном, Фан".

Фредрик Зальцер в очередной раз прочитал записку оруженосца, доставленную курьером, и со вздохом отложил ее в сторону. Несмотря на то, что лорд был уверен в безопасности Аннет на территории империи, в душу Фредрика закрадывалось беспокойство. Причиной этого беспокойства было упоминание в письме имени "Аня". Как девочка из другого мира сумела вновь оказаться здесь? Неужели кто-то посмел нарушить законы наставников? Или магия выходит из-под контроля духов стихии? Этого не может быть, но ведь происходит что-то очень странное. В этом необходимо было разобраться. Возможно, что-то по этому поводу сможет прояснить посетитель, появление которого лорд Зальцер ждал с минуты на минуту.

"Милорд, прибыл пан Корнелий" — доложил личный секретарь Фредрика, просунув голову в полуоткрытую дверь. Все слуги Зальцера давно усвоили требования своего господина: "В первую очередь дело, а церемонии можно оставить на потом".

"Просите" — приказал Фредрик, присаживаясь в кресло перед письменным.

На пороге кабинета в сопровождении телохранителя Зальцера появился черноволосый человек, нижнюю половину лица которого скрывали густая борода и усы. Без сомнения Фредрик видел этого человека впервые, но что-то очень знакомое было во взгляде холодных глаз посетителя.

"Пан Корнелий? Вы просили о вечерней аудиенции, чтобы сообщить мне некую важную информацию о духах стихии".

"К вашим услугам, милорд — посетитель низко поклонился — И я готов рассказать ее Великому Лорду, но милорд… Эта информация так важна и так удивительна, что не предназначена и даже опасна для кого либо, кроме вас".

"Оставьте нас" — Зальцер махнул рукой телохранителю, привычно занявшему позицию рядом с посетителем и положившему руку на рукоятку меча.

"Итак, достопочтенный пан, я внимательно слушаю вас" — нетерпеливо произнес Фредрик, оставшись с паном Корнелием наедине.

"Милорд знает Мэллу Кредер?"

"Да, я знаю, кто это" — Фредрик был немного удивлен подобным началом разговора.

"Эту женщину под охраной доставили к вам, милорд а затем она бесследно исчезла. Что вы сделали с ней?".

"Что бы я с ней ни сделал, это государственная тайна и не касается вас, пан Корнелий. Мне кажется, судьба этой женщины никак не может быть связана с духами стихии".

"А мне кажется, что вы погубили самую красивую и умную женщину на свете и должны ответить за это — быстрым движением Алекс Шретер выхватил из-за спины пистолет и направил в лицо лорда Зальцера — Молитесь, Великий Лорд. Настала последняя секунда вашей жизни".

Выстрелить бывший наместник не успел. Раздался звон разбитого стекла, в воздухе мелькнул кинжал, а через секунду Шретер выронил пистолет и рухнул на пол. Все произошло так стремительно, что Фредрик даже не понял, как в кабинете очутился молодой человек в широкой кожаной куртке грязно желтого цвета. Как ни в чем не бывало, незнакомец достал из-за пояса широкополую шляпу с пером, встряхнул ее и одел на голову.

"Что вы здесь делаете?" — спросил ошеломленный происходящим лорд Зальцер, переводя глаза то на труп пана Корнелия, то на лицо своего спасителя.

"Спасаю вашу жизнь, милорд" — томным движением молодой человек встряхнул свои длинные вьющиеся волосы.

"Но кто вы и что все это значит?"

"Прошу прощения, милорд, за то, что не представился сразу — незнакомец вновь снял с головы шляпу и, наклонившись, помахал ею у самого пола — Я, господин Безымянный. Не подумайте милорд, что это кличка, которые так любят придумывать себе люди, склонные к не слишком приличным занятиям. Это вполне достойное имя досталось мне от моих родителей. Точно так же, как вам досталось ваше, лорд Зальцер. Да, я вас знаю, милорд, несмотря на то, что мы с вами раньше не встречались. Разве можно путешествовать по вашей удивительной стране и не знать прославленного Председателя Совета Великих Лордов. Это то, что касается лично меня. Что касается второй части вашего вопроса, я готов рассказать, что это значит, но только после того, как вы вызовете охрану, которая отберет у меня все оружие. Думаю, наша беседа будет более доверительной, если вы будете знать, что вашей жизни больше ничто не угрожает. Да и тело безвременно покинувшего нас покойного тоже не мешало бы убрать".

"С удовольствием воспользуюсь вашим советом, пан Безымянный" — лорд Зальцер, наконец, пришел в себя и вновь обрел свойственную ему холодную рассудительность.

Через некоторое время, предоставив страже разбираться с личностью несостоявшегося убийцы, Фредрик расположился со своим спасителем в гостиной. Молодой человек спокойно дал себя обыскать, без какого либо сопротивления, сдал страже имеющееся при нем оружие и, небрежно развалившись на диванчике с приподнятым изголовьем, неторопливо потягивал коньяк из хрустального бокала.

"По своей натуре, милорд, я страстный путешественник — начал свой рассказ Безымянный — Для меня нет большего удовольствия, чем бродить по свету, встречать новых людей и наблюдать их жизнь. Вы даже не представляете, милорд, насколько это интересно. Знаете ли вы, что даже две соседние деревни отличаются друг от друга укладом жизни и традициями. Впрочем, сейчас не об этом. Так вот, во время своих путешествий я видел очень многое. Встречались мне и очень неприятные, и даже страшные вещи. Скажите, лорд Зальцер, не случалось ли в последнее время что-либо странное с вашей дочерью?"

"Если даже происходило то что? К чему вы клоните?".

"То, что происходило с ней, связано с неким крылатым существом, никогда не встречавшемся раньше в ваших краях?".

"Вы задаете слишком много вопросов, пан Безымянный, а сами пока ничего не рассказали" — уклонился от ответа лорд Зальцер.

Сергей внутренне улыбнулся. Он мог бы ответить сам на свой вопрос. Не зря же Безымянный видел дочь лорда Зальцера в компании Феечки. Маленькая негодница еще получить по заслугам за свое предательство от Морганы, но ее побег пришелся очень кстати. Фея стала еще одной важной пешкой в игре, которую вел Сергей с Председателем Совета Великих Лордов.

Безымянный прямо посмотрел в лицо Зальцера и, ничуть не стесняясь, продолжил врать дальше.

"Хорошо, буду говорить без обиняков. Я встречался уже с подобными существами во время своих путешествий. Это очень опасные и хитрые существа. Влияние, которое эти твари могут оказывать на человеческий разум просто удивительно. К сожалению одно из таких существ я видел в вашем городе. Оно общалось с человеком, пытавшимся вас убить. Можете мне верить, а можете не верить, но эти агрессивные существа из другого мира объявили вам войну. Если ваша дочь находиться рядом с одним из них, то ей грозит большая опасность. Не удивлюсь, если в один прекрасный миг ваша дочь исчезнет из дома…".

"Слишком много совпадений. Похоже на правду — подумал лорд Зальцер и признался вслух — Моя дочь покинула родовой замок. Если вы знали о грозящей опасности, то почему сразу не пришли ко мне?".

"А вы бы поверили мне? Боюсь, вы сочли бы меня безумцем. Я следил за человеком, который попал под влияние этих злобных существ, и ждал момента, чтобы завоевать ваше доверие и не терять время на пустые объяснения. Времени у нас нет. Нам надо спасать вашу дочь, пока она окончательно не попала под влияние чуждого интеллекта. Надо немедленно найти ее".

"Согласен. Я отдам распоряжение и через час мы вместе с хорошо вооруженным отрядом отправимся на поиски Аннет".

"Вы не совсем поняли меня, милорд. Вы живете понятиями не совместимыми с сущностью существ, про которых я вам говорил. Надеетесь на духов стихии? Их магия ничто по сравнению с магией фей. Надеетесь на свою армию? Но чем больше людей будет с вами, тем больше вероятность того, что их воля будет подчинена вашим врагам".

"Так что вы предлагаете?"

"Если хотите спасти свою дочь, отправьтесь за ней в одиночку. Отцовская любовь слишком сильна, и смутить ваш разум феям будет почти невозможно. Если вы не возражаете, я помогу вам. У меня старые счеты с феями".

Лорд Зальцер задумался, но ненадолго. Он слишком любил свою дочь.

"Я буду готов через час. Вам, пан Безымянный, хватит этого времени, чтобы собраться?".

"Я путешественник, милорд. У меня мало багажа".

"Вот и прекрасно".

— 24 —

Мэлла Кредер, повелительница мира и живой бог на земле, тем временем готовила тушеную с картошкой свинину и ничего не знала о тех страстях, что бушевали вокруг нее в Мелотауне. Находилась она в это время в предгорьях Северный гор в доме матери своего мужа Джуни и носила имя Эл Теннер, которое и являлось ее настоящим именем. Именно его носила девушка в то время, когда была обаятельной веселушкой с рыжими кудряшками. Это уже позже, когда в ее теле возродился Мел Кредер и поработил ее душу, Эл превратилась в злую и жестокую волшебницу. Аннет сумела развеять магию Великого Волшебника и Эл снова стала собой, но безжалостная память не давала ей покоя. Память сохранила в голове у девушки каждую подробность ее жизни под управлением Мела Кредэра. Часто Эл просыпалась среди ночи от собственного страшного крика. Ей снились люди, которых она погубила. Среди ночи их окровавленные тела обступали постель девушки и тянули к ней руки, требуя возмездия.

Может быть, Эл и смогла бы постепенно забыть этот ужас, если бы чувствовала рядом с собой плечо любящего человека, но его не было.

Джуни, когда-то безумно влюбленный в Эл и единственный кого девушка любила, только и делал, что обвинял свою жену в том, что она сломала его жизнь. Метаясь между любовью к жене, пусть даже не похожей на себя саму, и всем тем, что было ему дорого прежде, молодой человек выбрал Эл. Он предал и чуть не погубил лорда Зальцера, который в свое время заменил ему отца, предал свою страну, предал своих друзей. Прощенный, но всеми отвергнутый, Джуни остался лишь с двумя людьми. С матерью, которая просто не могла оставить своего сына без поддержки и женой, ставшей таким же изгоем, как он.

Правда, был еще один друг, с которым Джуни делил свои горести. Уж он-то точно понимал его лучше других, как казалось Джуни. Этим приятелем был алкоголь.

Отпив очередной глоток из бутыли, наполненной обжигающей горло жидкостью, Джуни покачнулся на табурете. Комната перед глазами кружилась, зато душевная боль, пожирающая Джуни изнутри, уходила.

"Милый, тебе плохо будет, перестань пить и поешь" — Эл поставила перед мужем миску с горячей едой.

"Ты собираешься меня учить? — ненависть к женщине, которая была так любима, но не оправдала его любви, ударила в голову Джуни — Ты, растоптавшая мою жизнь? Тебе мало, что по твоей милости меня все презирают?".

"Джуни, но ведь это не я. Я была игрушкой в чужих руках. Я не хотела ничего подобного".

"Ой, ли? Что-то мне не верится. Думается мне, неспроста этот волшебник выбрал тебя. Сдается мне что ты такое же порождения зла, как он. Я тебя ненавижу".

Прикрыв лицо руками, чтобы никто не видел ее слез, Эл выскочила из дома. Мать Джуни укоризненно покачала головой, но ее сын этого не увидел. Отхлебнув еще один глоток эля, он, пошатываясь, вышел из дома.

Джуни присел на полуразрушенную поленницу дров и мутным взглядом посмотрел на гуляющих по двору кур. Он был противен сам себе, и ему очень хотелось плакать.

Незаметно к Джуни подошла мать и присела рядом.

"Сынок, уходи — услышал молодой человек тихий голос — Ты губишь и себя и Эл, а мне больно это видеть. Никогда раньше не думала, что мне придется выгонять сына из дома, но лучше уходи. Может быть, разлука спасет вас".

"Куда, мама? Я даже тебе не нужен такой" — Джуни ткнулся в плечо матери.

"Куда угодно, сынок. Лишь бы подальше от себя самого…".

Боль в голове и сухость в горле разбудила Джуни среди ночи. Рядом чуть посапывала Эл. Наверно в этот раз ей снилось что-то хорошее, а не обычные кошмары, потому что ее щеки покрыл легкий румянец. Сейчас она была так похожа на ту девушку, которую Джуни когда-то любил.

"Прощай, милая" — прошептал Джуни и поднялся с постели. Особо не разбирая, что он берет с собой, Джуни набил заплечную сумку и вышел за порог дома.

— 25 —

"Позвонить в милицию? Юлия, поверьте мне, это плохая идея. При первой же попытке рассказать о магии, волшебниках и путешествиях между мирами нас всех отправят в больницу".

"Я вас понимаю, Николай Васильевич, но вы меня тоже поймите. Тяжело быть матерью девочки, живущей жизнью героев фильмов о Гарри Потере. Но там-то кино, а я и Аня живые. Раньше ведь она так резко не исчезала"

"Я прошу вас, ну потерпите еще несколько дней. Я сам еще не во всем разобрался, но это волшебство и милиция не поможет. Верьте в свою дочь. Аня очень умная и рассудительная девочка. Просто так она из дома не исчезнет".

"Николай Васильевич, я знаю, как девочки вас любили и уважали, но это моя дочь, а не ваша. Я звоню в милицию".

Николас услышал в трубке короткие гудки и со вздохом положил трубку. Ситуация явно выходила из-под контроля. Стоило только рассказать Ане по телефону об исчезающем золоте, и девочка сама исчезла.

"Надо узнать у Галины Юрьевны, что нового случилось, и предупредить ее, что дело это совсем не такое простое, как мне казалось" — решил Файдер, вышел из квартиры и направился к двери своей соседки по лестничной площадке. Он привычным движением надавил на кнопку звонка, но ничего не произошло. Никто не торопился открывать Файдеру дверь, из-за которой доносился монотонный плач ребенка. Николас нажал на кнопку еще несколько раз, но результат не изменился. Дверь не открылась, зато плач ребенка явно усилился.

Очень осторожно Файдер дотронулся до входной двери, и она медленно распахнулась. Сердце Николаса быстро заколотилось и вдруг провалилось в пятки. Превозмогая страх навеянный виденными по телевизору детективами, Файдер вошел в чужую квартиру. Обстановка однокомнатной московской квартиры ничем не напоминала набитые трупами особняки из популярных сериалов. Не было ничего криминального и в облике трехлетнего мальчика с вытянутыми на коленках колготками, который сидел посередине комнаты и самозабвенно ревел. При виде Николаса, мальчик затих и уставился на гостя, хлопая длинными ресницами.

"Ты кто?" — спросил Файдер и только потом вспомнил, что у Галины был сын. Эту оплошность ребенок Николасу не простил и заревел с новой силой.

Сначала Файдер растерялся, но шестилетний опыт общения с дочерью сделал свое дело. Крикнув: "Я сейчас", Николас метнулся в свою квартиру. Через несколько минут он вернулся с игрушкой-роботом, которого Света выпросила после просмотра какого-то популярного мультика.

Издавая ритмичные звуки, и нещадно мигая лампочками, робот двинулся вокруг малыша, выполняя заданную программу. Слезы в глазах ребенка моментально высохли. Еще через минуту мальчик радостно смеялся, подпрыгивая на месте и смешно дрыгая при этом ногами.

"Тебя как зовут?" — спросил Николас.

"Вася" — ответил ребенок, не прекращая подпрыгивать.

"А мама твоя где?".

Этот вопрос заставил малыша прекратить прыжки. Глаза ребенка снова наполнились слезами.

"Ну не надо плакать. Ты ведь меня знаешь? Я и твоя мама друзья. Ты меня должен был часто видеть во время гуляния. Идем, подождем твою маму вместе. У меня есть еще много роботов и одна живая девочка. Поверь мне, она тебе понравится еще больше, чем роботы".

Николас протянул ребенку руку и тот доверчиво вложил в нее свою маленькую ладошку.

Файдер отвел мальчика к себе, познакомил его со Светой и, оставив детей играть, отправился готовить ужин. Николас не представлял себе, чем питаются трехлетние мальчики, но подумал, что пельмени, столь обожаемые дочерью, подойдут всем. Немного тревожило отсутствие Галины. Зная трепетные материнские отношения соседки к сыну, Файдер понимал, что без веской причины она не могла оставить мальчика одного.

От сложного процесса приготовления купленных в магазине свежезамороженных пельменей Николаса оторвал звонок в дверь. На пороге квартиры он увидел двух мужчин, одетых в темные костюмы и белые рубашки. Один из них представлял собой не поддающуюся описанию гору мышц, второй был щупленьким, по сравнению с напарником, и в очкам.

"Извините — обратился к Николасу щупленький — Мы, собственно, к вашей соседке заходили, а ее нет на месте. Вы не в курсе, где она может быть?"

"Не в курсе? — повторила вопрос гора мышц и надвинулась на Файдера — Квартира открыта, самой нет…".

"Понятия не имею. Мы собственно не особо знакомы — черные костюмы Николасу не понравились, и он решил не особо откровенничать — А в чем собственно дело? Я передам, если ее увижу".

"Мы с ее работы. Она почему-то не вышла сегодня, и нам поручили узнать, в чем дело. У нее ведь сын маленький есть? Его в квартире тоже нет. Может быть, они вместе куда-то уехали?".

"Да, вроде есть ребенок, но я не в курсе. Повторяю, мы с ней не очень дружны".

"Я понимаю — щупленький протянул Николасу визитку — Если что-то узнаете, позвоните, пожалуйста…".

"Обязательно позвоните" — прорычала гора мышц.

"Поверьте, это и в ваших интересах тоже" — завершил беседу щупленький.

"Закрытое Акционерное Общество "Заложись и обогатись". Служба охраны" — прочел Файдер на визитке.

— 26 —

Закутавшись в дорожный плащ, Фредрик Зальцер лежал на земле около костра и внимательно смотрел на человека, который, привалившись спиной к стволу дерева, что-то быстро писал на листке бумаги, окуная перо в пузырек с чернилами. Лорд верил этому человеку. У него не было причин ему не верить. Безымянный спас жизнь самого лорда Зальцера и хотел теперь спасти жизнь его дочери. По крайней мере, он точно вел Фредрика по следам Аннет. Об этом Великому Лорду говорило множество мелких деталей, оставленных его дочерью на пути, которым его вел новый друг.

Безымянный оторвался на секунду от своего занятия и, перехватив взгляд лорда Зальцера, приветливо помахал рукой: "Отдыхайте, милорд, а я пока займусь путевыми заметками. Ведь книги — это единственная возможность путешественникам зарабатывать деньги".

"Вам стоит тоже отдохнуть, господин Безымянный".

"Спасибо, но я еще немного поработаю".

Фредрик отвернулся от костра, и через некоторое время до Сергея донеслось спокойное дыхание заснувшего человека. Отложив в сторону исписанный листок, Безымянный посмотрел уставшими глазами на языки пламени. Сергей любил смотреть на огонь. Это занятие всегда вызывало в нем приятные воспоминания. Безымянный грустно улыбнулся, и костер превратился в стеклянный шар, подвешенный к потолку помещения институтской дискотеки. Попадая на поверхность шара, луч прожектора разбивался на тысячи электрических снежинок и падал на лица двигающихся в медленном танце пар. Звучала "Without You" давно забытой всеми группы "Badfiger", которую Сергей просто обожал и ставил в своем личном рейтинге гораздо выше, чем почитаемая всеми как лучший медляк всех времен и народов "Still Loving You" группы "Scorpions". Причем Безымянному нравилось именно авторское исполнение песни с хриплым мужским голосом и пронзительной гитарой, а не красивая, но бездушная современная перепевка песни американской певицей Мэрайи Кэри.

"Can't live

If living is without you

Can't live

Can't give anymore" —

доносились из колонок слова песни, и Сергей шептал на ухо Насти перевод, пытаясь донести песней то, что не решался сказать сам:

"Не могу жить,

Если жизнь будет без тебя.

Не могу жить,

Умираю без тебя".

Руки девушки обнимали шею Безымянного. Она рассеяно тормошила волосы на затылке Сергея, и, казалось, даже не слышала его слов.

"Знаешь, Сережа, я обязательно познакомлю тебя с ним" — вдруг произнесла Настя.

"С кем?" — опешил Сергей.

"Ну как с кем — вдруг рассердилась Настя — С Сашей Свиндичем. Я же тебе рассказывала, что устроилась на работу в НИИ".

"Что устроилась, рассказывала, но причем тут какой-то Саша не понимаю. И зачем мне с ним знакомиться, тоже не понимаю".

"Не может быть, чтобы я не рассказывала. Саша Свиндич, руководитель отдела в котором я работаю. У него еще отец толи профессор, толи академик. Саша замечательный и интересный человек, только мне кажется, что он очень несчастен. Приезжай завтра ко мне на работу, я вас познакомлю".

На следующий день Настя действительно познакомила Сергея с Сашей, и тот действительно оказался интересным человеком, несмотря на свой неприлично большой, с точки зрения Безымянного, возраст. Сергею с его двадцати лет тридцатипятилетний возраст сына известного физика казался глубокой старостью.

"Жизнь — это череда глупых случайностей — думал Безымянный, прислонившись к чужому дереву в чужом мире — Если бы Настя устроилась на работу в другое НИИ или на крайний случай в "Макдональдс", ничего бы не случилось. Я никогда бы не потерял самого дорого для меня человека и никогда бы не получил то, о чем даже не может мечтать ни один человек на Земле".

Вздохнув, Безымянный встал и подошел к костру. Убедившись, что лорд Зальцер действительно спит, Сергей углубился в лес, достал из кармана куртки портативную рацию и нажал кнопку вызова.

"Привет Пушок, Наф-Наф на связи. Прием" — Услышал Безымянный из динамика веселый голос старого друга.

"Борька, слушай меня внимательно и не валяй дурака. Аккумуляторы и так уже почти сели. Тебе надо добиться встречи с Виком Хохером и довести до него кое-какую информацию. Если у нас все получится, он пойдет за тобой как на веревочке. Ты приведешь мальчишку к перекрестку, где мы с тобой расстались. Помнишь где это? Вот и славно. Я буду вас там ждать. Остальное при встрече. Теперь запоминай, что ты будешь Хохеру говорить…".

Проинструктировав Бориса, Сергей снова вернулся на поляну. Теперь можно было и отдохнуть.

— 27 —

Вик Хохер, небрежно раскинулся в кресле, обитым красным бархатом и с неприязнью смотрел на стоящего перед ним толстого человека. Искусству скрывать свои истинные чувства Вик научился еще в детстве у своего деда, величайшего из правителей Союза Королевств. Унаследовав кресло Верховного Правителя, мальчик довел свое умение почти до совершенства, но сейчас с трудом сдерживал свои эмоции. Гнев рвался наружу. Хотелось наорать на толстяка, который произносил с придыханием слова, разбивающие вдребезги устоявшуюся жизнь Вика.

Будущее казалось таким простым и ясным. Управление великой страной при помощи мудрых и преданных советников и учеба, непрерывная учеба. Чтобы стать самостоятельным и ни от кого не зависеть необходимо многое знать. Потом женитьба на Аннет, самой умной и красивой девочки в мире, объединение с Империей Совета Великих Лордов и зарождение новой династии, равной которой еще не знали.

Все это было так очевидно, что Вик даже не слишком утруждал себя общением с Аннет. Их дальнейшая судьба просто не могла быть иной. Принцесса Зальцер станет женой Вика. Аннет никуда не деться от этого, и раз этот вопрос решен, можно заняться решением других вопросов. А теперь этот человек, одетый в мешковатый сюртук банковского служащего, говорит, что Аннет бесследно исчезла.

"…если вам, господин Верховный Правитель, небезразлична судьба Аннет, я отведу вас к лорду Зальцеру — продолжал свой рассказ Борис — Только это необходимо сделать незаметно. Никто не должен знать о поисках девочки. От этого зависит жизнь принцессы".

"Но почему это необходимо держать в тайне? Почему нельзя собрать людей и устроить массовые поиски. Не один враг не устоит перед мощью моей армии?".

"Господин, похоже, не понял меня. Магия вышла из-под контроля. Вспомните события связанные с Мэллой Кредер. Кому вы могли доверять тогда? Ваши преданные друзья погубили вашего деда и чуть не погубили вас. Только искренне любящие Аннет люди смогут устоять перед мороком и сохранить ясность мышления. Вы же искренне любите принцессу?".

"В этом вы правы. Но почему я должен доверять вам?".

"Потому что мне доверяет лорд Зальцер, а он кому попало доверять не будет".

В дверь кабинета осторожно постучали.

"Что еще?" — раздраженно крикнул Вик.

Из-за двери показалось лицо молодого офицера, одного из личных адъютантов Вика: "Извините, господин Верховный Правитель, но мы получили срочные сведения из империи. Лорд Зальцер и его дочь исчезли из Мелотауна и родового замка Великих Лордов Зальцер. Их местонахождение никому не известно".

"Я понял. Теперь оставьте нас".

Адъютант вышел и аккуратно прикрыл за собой дверь.

"Вот видите. Лорд Зальцер надеяться на вас. Ему просто больше не на кого положиться. Я буду ждать вас у западного выезда из города до трех часов ночи, а затем покину столицу Союза Королевств даже если не дождусь вас. В этом случае я передам лорду, что он может больше не рассчитывать на вас. Я могу идти?".

Вик махнул рукой, и толстяк покинул "красный" кабинет. "Красным" он назывался из-за стен, обитых красным деревом, и камина из розового искусственного мрамора. Когда-то это помещения дворца было самым любимым у деда Вика, и теперь его портрет украшал одну из стен кабинета. Из-за этого портрета "красный" кабинет полюбился и младшему Хохеру. Вику казалось, что в этой комнате дед наблюдает за ним с портрета, ободряет и поддерживает в трудную минуту.

"Что посоветуешь, дедушка? — мальчик подошел к стене и заглянул в родные глаза, нарисованные на полотне — Что мне бросить? Любимую страну или любимую девушку?"

Вику вспомнилось, как он стоял на коленях на холодной, покрытой снегом земле перед телом чуть живой, после смертельной схватке с Мэллой Кредер, Аннет. Как он держал девочку за руку и с надеждой вглядывался в ее бледное лицо. Как и тогда, сердце Вика снова защемило от невыносимой нежности.

"Прости, дедушка. Может быть, ты не одобряешь меня, но по-другому я не могу. Пойду собирать вещи. В конце концов, мне не впервой бродить в одиночку по дорогам".

— 28 —

Лорд Мэдвед недолго задерживал пана Шу и пана Гусака после происшествия около Главного имперского архива. Выслушав невнятный рассказ жертв любовных заклинаний Феечки, Великий Лорд счел его полным бредом и велел гнать "этих безумцев на все четыре стороны". В тот момент молодого Мэдведа больше интересовали другие участники происшествия, а именно троица молодых людей, пытавшихся тайно пробраться в имперский архив.

Без денег, имея при себе только то, что было надето на них в момент бегства, пан Шу и пан Гусак хоть и медленно но удалялись от Мелотауна, стремясь избежать оков брачных уз. Питались они тем, что подавали сердобольные крестьяне, которые с понимание воспринимали их рассказ о коварстве женщин, а двигаться приятелям в основном приходилось пешком, и они основательно натерли ноги.

Пополудни третьего дня пути достопочтенным панам встретился одинокий возок. Крестьянин, везший на продажу бочонки крепкого верескового эля, явно скучал и с удовольствием предоставил путникам место в телеге. Присутствие так близко любимого напитка будоражило душу пана Шу, и он с удвоенной энергией рассказывал вознице о своих злоключениях.

"…И тут меня словно толкнуло что-то. Очнулся я от наваждения и вижу, что ведьма эта уже кольцо обручальное мне на палец натягивает. Бросился я прочь, а ведьма мне в спину заклятие ужасное швырнула, но не успела околдовать. Я уже за дверь успел выскочить. Так и удалось спастись. Нет, мадам Шортюк конечно дама видная и поухаживать за ней даже приятно. Особенно после чарочки. Но чтобы так! Она же душу мою возжелала по рукам и ногам связать…".

"И не говорите. Вот я, добрый пан, такой дурень, такой дурень. А моя-то мне и говорить: что же ты у меня такой дурень? Что ты за мужик такой? Даже обмануть меня толком не умеешь. Эль возишь, а самому напиться силы воли не хватает. А откуда же этой силе взяться? Я разок попробовал из бочонка отхлебнуть, так она меня скалкой и ночевать в свинарник отправила. А все матушка моя. Женись, да женись. Вот я и женился…".

"А все почему? Потому, что существует женский заговор против нас мужчин. Не могут они, женщины, спокойно по ночам спать, если знают, что кому-то из мужчин хорошо живется. Это им как ком в горле. Обязательно надо этого мужчину охмурить, нервы ему измотать и жизнь в ад превратить. Думается мне, что и матушки в этом заговоре играют не последнюю роль. Иначе, зачем они так сыновей своих, кровиночку родную, жениться заставляют. Моя матушка, земля ей пухом, тоже все твердила: найди ты себе, сынок, женщину хорошую и женись. Вот умру я, кто за тобой ухаживать будет? А зачем за мной ухаживать? Готовить лучше, чем я эта женщина не сможет. Постирать себе я и сам сумею. Так зачем мне жениться? Чтобы посторонний мне человек заставлял меня жить так, как это надо ему и добром моим пользовался. Такого счастья мне не надобно…".

За разговором незаметно стемнело. Опустившаяся на землю ночь окутала мглой придорожный лес и только впереди, у перекрестка двух дорог светился огонек костра.

"Эх, мужики, жаль я вас раньше не встретил. Послушал я вас и прямо как пелена сглаз упала. А куда добрые паны путь держат? А то давайте со мной к дворцу Великих Лордов Зальцер. Бочонок эля откупорим. А то ишь чего выдумала женушка моя, не к ночи будет помянута, силы воли у меня нет".

"Нет, нам к лорду этому никак нельзя — забеспокоился пан Гусак — Принцесса их девочка конечно хорошая, Мать Стихий и все такое, но она нас ведьмам, что нас околдовать хотели, с потрохами выдаст. Мы уж лучше у костерка того переночуем, а поутру пешочком. А бочонок дело хорошее. От бочонка мы не откажемся. Отчего ж другу не помочь. Пусть жена твоя поймет, кто в доме хозяин".

Распрощавшись с крестьянином и прихватив с собой бочонок крепкого эля, пан Шу и пан Гусак пошли на огонек. Через несколько шагов друзья разглядели сидящего у огня здоровяка, очевидно стражника, а чуть дальше трех закованных в кандалы подростков.

"Бедолаги — прошептал пан Шу — А ведь это они из-за нас в цепях сидят. Помнишь, как мы с ними драку у дворца Совета Великих Лордов затеяли. Помочь ребятам надо".

"Ты, пан Шу, как выпивку почуешь, сразу смелым становишься — тихо ответил пан Гусак — Как ты им поможешь? Глянь, какой громила их охраняет. Это же мадам Шортюк мужского пола, да еще и при оружие. Он нас одним мизинцем левой руки уложить сможет".

"Ну, это мы еще поглядим, а не получится, знать, не судьба гулять ребятам на воле".

Приблизившись к костру, пан Шу произнес: "Добрый ночи, пан воин. Разрешите двум путникам погреться у вашего костра?".

"При исполнении. Проходите куда шли" — неприветливо буркнул в ответ стражник.

"Так темень кругом. Куда же мы пойдем. Зато у нас есть чем скрасить эту ночку — пан Шу с удовольствием похлопал по пузатому бочонку — А что касается службы, так мы воинский долг очень даже уважаем. Только куда этим полуросликам от такого могучего воина сбежать?".

При виде полного бочонка эля глаза стражника загорелись.

"И, правда. Куда же вам в темень такую идти. Присаживайтесь к огоньку. Разве ж я зверь какой" — пригласил воин, доставая из походного мешка солидного размера чарку.

После того, как чарка дважды прошла по кругу, пан Шу хитро подмигнул пану Гусаку: "А что, пан воин, поспорим, что я смогу гораздо больше вас эля выпить?".

В ответ стражник громко расхохотался, всколыхнув листья на ближнем к нему дереве: "Ты? Меня? Да меня еще никто перепить не сумел. И отца моего перепить не могли. И деда моего никто перепить не мог".

"А я перепью" — не сдавался пан Шу.

"Унизить меня хочешь — взревел стражник — Перепьет он меня! А ну попробуй".

Пан Шу, которому только этого и было надо, с готовностью наполнил чарку до краев и протянул воину: "А все одно перепью. Начинайте, пан воин, а вы пан Гусак будете у нас судьей".

Стражник выхватил из рук пана Шу чарку и залпом влил в себя: "Теперь ты, сморчок худосочный".

Пан Шу с готовностью наполнил чарку снова и выпил сам.

Полная элем чарка появлялась то в руках то у одного, то у другого спорщика и с такой же частотой содержимое бочонка переливалась в их утробы.

В какой-то момент пан Шу, выпив очередную чарку, обнаружил, что стражников стало двое. Причем левый явно жульничал и чарку допивал не до конца.

"Эй, не жульничать" — пригрозил пан Шу левому стражнику. Левый стражник испугался и тоже раздвоился. Теперь стражников стало трое, но жульничать они перестали.

"Уважают, значит" — решил пан Шу, у которого от выпитого троилось в глазах. В этот момент голова пана Шу закружилась. Тело повара при этом закружилось в противоположную сторону и чуть не упало, но успело ухватиться за дерево и устоять.

"Ну, я и напился — мелькнуло в голове пана Шу — Не перепить мне этого громилу".

В этот момент все три стражника вновь соединились в одного и с гулким стуком рухнули в траву.

"Ик" — победно икнул пан Шу и упал рядом с побежденным.

Пан Гусак со вздохом сожаления пнул ногой пустой бочонок, наклонился над стражником и снял с его пояса ключи от кандалов.

"Убираться нам надо отсюда, ребятки. Помогите мне только друга моего оттащить. Ради вас ведь пострадал" — попросил пан Гусак подростков, после того, как освободил их от цепей.

"Не вопрос, дяденька. Конечно, поможем — ответил Хлам, потирая занемевшие руки — Во мужик выдал! Реальный пацан. Уж на что мой папаня пьет, но чтобы так…".

— 29 —

На следующий день к месту счастливого освобождения Думы, Хлама и Турбо подошли Безымянный и лорд Зальцер.

"Нам придется здесь немного задержаться — сообщил Сергей — Отдохните, милорд, а я пока соображу что-нибудь перекусить".

"Зачем? Я совсем не устал, а вы утверждали, что нам надо торопиться".

"К нам кое-кто присоединится, и мы продолжим путь".

"Кто? Судя по вашим словам, мы не можем никому доверять".

"Пусть это будет сюрприз, милорд — улыбнулся Безымянный — Уверен, что этому человеку вы будете доверять".

"Хорошо — лорд присел на оставленный кем-то пустой бочонок из-под эля — А ведь отсюда совсем недалеко до моего родового замка".

"Я знаю, милорд. Но нам не стоит туда заходить. Там нет Аннет. С вашего позволения я соберу хворост и заварю чай".

Фредрик Зальцер кивнул головой, и Сергей углубился в лес, собирая сухие ветки.

Стоял чудесный августовский день. Было по-летнему жарко, но в воздухе уже витало неуловимое приближение осени. Пахло прелыми листьями и сырой землей. В тонких лучах солнца, пробивавшихся сквозь листву, порхали стрекозы. Где-то стрекотал кузнечик. Точно в такой же день Сергей гулял с Настей по Ленинским, ныне Воробьевым, горам.

"Что-то я становлюсь слишком сентиментальным. Не к добру это" — подумал Безымянный.

В тот день на Сергее были одеты брюки, а не привычные джинсы, и белая рубашка. Рукава рубашки были закатаны, а пуговицы на груди расстегнуты. Встречные девушки заглядывались на Сергея, а потом переводили полный зависти взгляд на Настю. "Вот дурочке повезло" — читал Сергей в их глазах, и это придавало ему еще больше уверенности. Сергей готовился совершить самый главный шаг в своей жизни.

Это случилось, когда они спустились к набережной Москва-реки и присели на скамейку у кромки воды. Сергей все никак не решался сказать, то ради сего позвал Настю гулять и нес несусветную чушь. Девушка слушала его и беззаботно смеялась. Неожиданно Сергей прервался на полуслове и произнес: "Настя, я люблю тебя. Выходи за меня замуж".

Смех девушки оборвался. Настя молчала, потупив взгляд в землю. Это продолжалось не больше минуты, но Сергею казалось, что целую вечность.

"Сереженька, прости — наконец тихо сказала Настя — Я не могу. Я люблю другого человека".

"Что?" — сначала Сергей даже не поверил услышанному.

"Я не могу — уже громко повторила девушка и торопливо добавила — Я люблю другого. Я Сашу Свиндича люблю. Но это ничего не значит. Я не хочу тебя терять. Ты мой лучший друг и останься им навсегда. Пожалуйста. Я тебя очень прошу".

В глазах у Сергея потемнело.

"Ну что ты, Настя. Конечно, мы будем друзьями. Как я тебя брошу одну в мире полном коварными Свиндичами" — с трудом выдавил он из себя.

"Он не коварный, он хороший" — не согласилась Настя и вдруг разревелась.

Пытаясь успокоить девушку, Сергей гладил ее по волосам и шептал: "Настя, ну перестань. Ну не надо". Как ни в чем не бывало, он проводил девушку до ее дома, и они всю дорогу делали вид, что ничего не произошло.

Расставшись с Настей, Безымянный купил водки, дома напился и всю ночь орал в открытое окно, срывая голос и доводя себя до хрипоты:

"Can't live

If living is without you

Can't live

Can't give anymore"…

"Да, Сергей Анатольевич, совсем вас воспоминания замучили — подумал про себя Безымянный — Стареете наверно или Настю давно не видели".

С большой охапкой хвороста в руках Сергей вернулся к лорду Зальцеру. Великий Лорд был не один. Рядом с ним стоял симпатичный юноша лет шестнадцати и что-то горячо говорил лорду, размахивая руками. Чуть поодаль стоял Борис.

Заметив Сергея, лорд Зальцер повернулся к нему: "Пан Безымянный, что это все значит? Зачем вы вызвали сюда Вика? Я требую объяснений". В словах Великого Лорда Сергей уловил нотки недоверия.

"Милорд, разрешите сначала поприветствовать господина Вика Хохера — Безымянный снял с головы свою широкополую шляпу с пером и низко поклонился — Давно мечтал познакомиться с Великим Правителем Союза Королевств. А что касается объяснений, что же здесь непонятного? Милорд, ведь вы хороший отец и знаете о дружбе вашей дочери и господина Верховного Правителя. Ведь так?".

"Да, знаю".

"Значит, вы понимаете, что Вик является, пожалуй, единственным человеком, которому мы можем полностью доверять во время поиска Аннет. Поверьте, когда мы встретимся с существами, похитившими вашу дочь, нам понадобятся все наши силы".

"Но вы оставили Союз Королевств без Правителя. Не боитесь, что в стране могут начаться беспорядки. Анархия никого еще до добра не доводила".

"А ваша страна? Или Империя Совета Великих Лордов может жить без правителя? Я думал, что вы поняли главное. Судьба ваших стран решается не во дворцах правителей, а здесь. Она напрямую связана с судьбой Аннет. Что значит временное отсутствие Верховного Правителя, по сравнению с гибелью государства. А это произойдет, если мы не остановим враждебных существ".

"Почему мы должны вам верить?" — вступил в разговор Вик.

"Потому что он спас мне жизнь. Если бы он хотел зла, то не сделал бы этого" — вместо Безымянного на вопрос ответил Зальцер.

"Милорды, если вопросы исчерпаны, я все-таки приготовлю чай".

Когда крепкий ароматный напиток был готов и разлит по кружкам, Лорд Зальцер увлек Сергея в сторону и тихо спросил: "Ваш знакомый идет с нами?".

"Похоже, милорд, вы мне все же не доверяете. Конечно, нет. Борис хороший человек и мой давний знакомый, но доверять ему в нашем деле я не могу. Слишком рискованно. Борис так раз был в Союзе Королевств, и я отослал ему письмо с просьбой привести Вика Хохера сюда, если конечно последнему дорога жизнь Аннет. Выполнив поручение, Борис отправится по своим делам. Вот только мне надо через него передать последние записи для моей книги моему издателю. Пожалуй, я сделаю это прямо сейчас и можно отправляться дальше. Слишком много времени нам терять нельзя".

Сказав это, Безымянный решительно подошел к своим вещем, достал свернутые и перевязанные шнурком исписанные листки бумаги и подошел к Борису.

"Спасибо друг, что выполнил мою просьбу, но нам пора расставаться. Передай мои записи Профессору. Это для моей новой книги и обязательно прочти сам. Там есть места, требующие твоей редакции".

Передав записи, Безымянный повернулся к Вику и лорду Зальцеру: "Ну что, милорды, в путь? Нас ждут великие свершения".

Когда трое путников скрылись за поворотом дороги, Борис развязал шнурок и приступил к чтению. Первый лист явно предназначался для него: "Наф-Нафчик, оценил глубину моего таланта? Какой великий артист во мне погиб! Куда до меня Боярскому с его Д" артаньяном. И ведь эти недотепы верят почти каждому моему слову. Теперь к делу. Я повожу Хохера и Зальцера еще по лесам и оврагам, а ты за это время должен обязательно успеть вернуться в параллель к Профессору. Запомни, у тебя два дня. Дольше я тянуть не смогу. Как только пройдешь переход, немедленно свяжись с Профессором и передай, что как только я со своими спутниками появлюсь в нашей параллели проход надо закрыть. Остальное он поймет из моих записей".

Все последующие записи предназначались для Профессора.

"Привет, Профессор — писал Безымянный — Жаль, что ваш непревзойденный интеллект не нашел еще способа радиосвязи между мирами или параллелями, как вы их называете. В общем, раз связи нет, тупо пишу. Как только Борис пройдет переход, пришлет тебе записи с первой же встреченной феей.

Параллель, в которую я попал, населена людьми, что лично меня уже радует. Тупые физиономии троллей и гоблинов, коими кишит предыдущая параллель, мне порядком поднадоели. Правда с точки зрения временных и технологических эпох здесь царит полная неразбериха. Словно кто-то свалил в одну кастрюлю исторические вехи развития Земли, начиная с кочевых племен, до зарождения капитализма и тщательно все перемешал. Здесь вам и полудикие горцы с одной стороны и финансовые воротилы с другой. С помощью достижений земной науки мы легко станем правителями этого мира. Деньги, слава, власть — весь набор земных благ лежит перед нами и ждет, когда мы его подберем.

Конечно, на блюдечке с синей каемочкой нам никто все это не принесет. Местные структуры власти опираются на сильную армию и на магию. Да, Профессор, здесь тоже есть магические существа. Причем ничего подобного я в земных легендах не встречал. Называют их духами стихии и внешне они больше всего похожи на приведения, как их описывают в наших сказках.

Ты скажешь, что наличие сильной армии, а также слияние людей с магией, не позволят нам захватить власть в данной параллели, а без власти мы превратимся из хищников в домашних питомцев местных воротил. Согласен, но у меня есть гениальный план.

Проживает в этой параллели некая девочка, по имени Аннет. Не знаю уж по какой причине, но все здесь, а особенно духи стихии, по ней с ума сходят. Я ее видел, ничего особенного. Девчонка, как девчонка. Обычный подросток. Кстати Феечку я видел рядом с Аннет, но, сейчас, не до нее. Наша беглянка свое еще получит.

Отец Аннет является кем-то вроде главного лорда в Империи Совета Великих Лордов, а жених Верховным правителем Союза Королевств. Очень вовремя Аннет исчезла из родного дома, хотя я думаю, без участия Феечки здесь не обошлось. Так вот, я сумел втереться в доверие к отцу девочки, лорду Зальцеру, и под видом поиска дочери проведу его и Вика Хохера, Правителя Союза Королевств, через проход. Мышеловка захлопнется и оба главных лидера этой параллели окажутся в наших руках. Останется только должным образом их обработать и их мир сам упадет в наши руки…".

Далее следовал подробный анализ экономической и политической структуры Союза Королевств и Империи.

"Молодец, Серега. Не только мечом махать умеешь. Пора и мне в дорогу" — пробормотал себе под нос Борис и залил затухающее пламя костра остатками чая.

— 30 —

Джуни брел неизвестно куда, ничего не видя вокруг себя и плохо соображая, где он находится. Впрочем, молодому человеку это было безразлично. Он просто пытался убежать от себя, от своей жизни, от жестокого и несправедливого мира. Так незаметно для себя Джуни забрался далеко в горы. Ноги болели от усталости, в горле пересохло. Заслышав близкое журчанье, Джуни подошел к бегущему по камням ручейку и жадно припал губами к воде. В голове прояснилось. Напившись вдоволь, Джуни поднял голову и замер от неожиданности. Такого в своей жизни он еще не видел. Прямо перед ним на скале с бешеной скоростью вращалась большая светящаяся воронка. Она завораживала и манила к себе.

"Что это? Врата ада? — прошептал Джуни — Если это так, значит моя дорога туда. Никакие муки ада не сравняться с тем, что я испытываю, живя в этом мире. Пусть я буду гореть в гиене огненной, но может быть боль, пронзающая тело позволит мне хоть на секунду забыть боль моей души".

Молодой человек встал и решительно направился к воронке. На секунду Джуни замешкался перед светящимся кругом. Страх сковал его, но Джуни пересилил себя и сделал последний шаг.

Ничего ужасного не произошло. Просто в одно мгновение молодой человек оказался на заросшем высокой травой лугу. Все здесь было с одной стороны привычным и знакомым, а с другой каким-то чужим. Приглядевшись, Джуни понял, что смутило его. Цвета в этом мире были неестественно яркими и насыщенными. Да, трава была, зеленой, но чересчур зеленой. Словно она была не живой, а нарисованной. Также обстояло дело и со всем остальным. Небо было слишком синим, бутоны у цветов слишком яркими, а ветви деревьев расположенной поблизости рощи прогибались под тяжестью неестественно больших плодов.

"Где я?" — удивился Джуни.

Вдалеке он разглядел стайку резвящихся над лугом толи больших бабочек, толи маленьких птичек. Неожиданно стайка стала стремительно приближаться. Когда она оказалась совсем близко от Джуни, молодой человек увидел, что это были не птички и не бабочки, а крохотные крылатые девочки. Их тонкие крылышки блестели и переливались на ярком солнце и от этого казались серебряными. Странные создания закружились вокруг молодого человека.

"Смотрите, смотрите — человек" — услышал он тоненький голосок.

"Живой мужчина. Как он прекрасен" — пропищал второй голос, а после вся стайка заговорила разом.

"Наверно, это воин. Видите, как он мужественен".

"Ах, какой красавчик. Он мой, мой".

"Нет, мой".

Одно из крылатых существ оторвалось от стайки, приземлилось на траву и превратилось в невысокую, но очень красивую девушку. Огромные голубые глаза обрамляли длинные пушистые ресницы, золотые вьющиеся волосы ниспадали до самой земли. Коротенькая туника почти не скрывала красивые стройные ножки.

"Мой смелый воин, защити меня от бед и невзгод, обогрей меня в своих объятиях и я навеки подарю тебе свое сердце" — девушка протянула к Джуни свои тонкие руки.

"Я женат" — растерянно ответил молодой человек, с трудом сдерживая желание броситься навстречу девушке.

"Он отверг ее, отверг" — немедленно запищала порхающая вокруг Джуни стайка.

"Ты разбил мое сердце, и теперь я умру" — заявила отвергнутая и без чувств упала в траву.

"Она умирает. Ты обязан спасти нашу подругу" — одно из крылатых созданий уселось прямо на нос Джуни.

"Но как я могу это сделать?"

"Поцелуй. Только поцелуй может помочь ей".

Джуни был настолько поражен всем происходящим, что действительно встал на колени и потянулся губами к лицу девушки, но в этот момент из густой травы показался человечек очень неприятной наружности. Его пухлое тело располагалось на тоненьких кривых ножках, а руки доставали до пальцев ног. Голову украшали жиденькие волосики и острые заросшие волосами уши. На нижнюю губу изо рта вылезали редкие, но острые зубы, над которыми красовался длинный горбатый нос.

"Зря ты это парень задумал — произнес человечек, поняв, что собирается сделать Джуни — Обманывают они тебя. Зачаровать хотят. Феи не могут ни болеть, ни умереть".

Услышав эти слова, молодой человек поднялся с колен: "Не буду я ее целовать. Говорю вам — я женат".

Только что лежащая без чувств девушка немедленно пришла в себя, встала с земли и гневно посмотрела на Джуни: "Раз ты такой осел, что не хочешь меня целовать и слушаешь всяких глупых гоблинов — так тому и быть".

Молодой человек почувствовал, как что-то сильно толкнуло его в спину, и он оказался стоящим на земле на четырех конечностях. Джуни увидел, как его руки покрываются короткой серой шерсткой, а вместо ладоней растут копытца. Его лицо вытянулось, превращаясь в ослиную морду. От ужаса молодой человек хотел закричать, но у него получилось только "Ийя — ийя". Через секунду Джуни принялся жевать сочную траву, задорно помахивая хвостиком.

"Какой чудесный ослик получился. Девочки, кататься — радостно позвала подруг отвергнутая Джуни девушка, усаживаясь на спину ослика — Вперед, мой смелый воин".

"Ох, и глупые же вы, феи — вступился за Джуни тот, кого назвали гоблином — Заколдовали парня, а вдруг он нужен Моргане? Или, что еще хуже, ее новый слуга. В терновых клетках посидеть захотелось?".

В глазах девушки мелькнул испуг. Она немедленно слезла с ослика, но чтобы скрыть страх гордо сказала: "Не зря говорят, где гоблин, там и празднику конец. Полетели отсюда, все равно он нам повеселиться не даст".

Девушка хлопнула в ладоши, превращая ослика снова в человека, уменьшилась в росте и умчалась вместе с подругами прочь.

"Куда же я попал?" — спросил Джуни, выплевывая горькую пережеванную траву.

"А ты не знаешь, парень? — уродливый человечек хрипло рассмеялся — Ты в стране фей, приятель".

— 31 —

Неудавшееся покушение Шретера на лорда Зальцера встревожило Гейна Мэдведа. То, что план не сработал, стало ясно, когда в Мелотаун доставили мертвое тело нападавшего. Но жажда власти словно щекотала сердце молодого Мэдведа, не давая ему ни минуты покоя. Лорд Зальцер бесследно исчез, а власть была так близко. Оставалось только протянуть руку и взять ее. И тогда лорд Мэдвед рискнул и объявил себя временно исполняющим обязанности Председателя Совета Великих Лордов. В тот же момент на его голову посыпались всевозможные неприятности.

Если на духов стихии, требовавших организовать крупномасштабные поиски неизвестно куда подевавшейся Матери Стихий, Гейну было плевать с высокой колокольни, то претензии могущественного соседа проигнорировать было уже никак нельзя. Союз Королевств обвинил Империю ни много, ни мало, в причастности к похищению Верховного Правителя и в ультимативной форме потребовал в течение недели вернуть Вика Хохера. В противном случае Союз грозил ввести на территорию Империи свои войска и в подтверждение своих намерений объявил мобилизацию. Это вынудило лорда Мэдведа срочно собрать Совет Великих Лордов и пригласить на него Наставников духов стихии.

"…И в этот, тяжелый для нашей родины час, мы призываем духов стихии присоединиться к нам, настоящими патриотами Империи и защитить нашу землю от агрессивных происков наших врагов" — Гейн завершил свою речь и, изображая глубину своих переживаний, обессилено откинулся на спинку кресла. В зале заседаний наступила тишина. Все Великие Лорды как один смотрели на Наставников, ожидая ответа.

"Духи стихии просят Совет Великих Лордов помочь в поисках Матери Стихий" — услышали они невозмутимый голос Майти Первого.

"Далась вам эта девчонка. Родина в опасности, а вам ни до чего нет дела, кроме вашей Матери Стихий. Почему вы сами не можете ее найти? Примените магию, в конце концов".

"Как мы можем применить магию к Матери Стихий — в словах Наставника послышался благоговейный ужас — Мы не смеем коснуться мыслей возродившей нас. Поэтому духи стихии и обращаются…".

"Мне надоели разговоры о Матери Стихий. Плевать мне на эту девчонку. Духи стихии должны делать то, что им прикажут. Я требую вашего подчинения!" — сорвался на крик лорд Мэдвед и вдруг резко затих, под действием невыносимо громкого голоса Наставника.

"Кто ты такой человек, чтобы что-то требовать от меня? Я призван оберегать тебя, но знаешь ли ты почему? Я объясню. Потому что ты точно такая же часть природы, как это насекомое — дух стихии указал на жужжащую под потолком муху — Смотри, человек".

Воздух прорезала маленькая искра, и муха кучкой пепла осыпалась на фигурный паркет.

"Одной своей мыслью я могу точно также уничтожить тебя, а другой мыслью возродить таким, как мне захочется" — при этом кучка пепла превратилась в муравья, который быстро скрылся в узкой щели.

"Духи стихии подумают над просьбой людей и известят Совет о своем решении" — уже спокойно добавил Майти Первый и Наставники медленно растаяли в воздухе.

"А я читал, что духи стихии не умеют превращаться в людей сами и не умеют трансформировать людей" — услышал чей-то шепот лорд Мэдвед.

"Черт, да какая разница — после ухода Наставников Гейн решил отыграться на Великих Лордах и кричал с удвоенной силой — Поднимите всех своих людей. Ищите всех: Вика Хохера, лорда Зальцера, эту сопливую Мать Стихий. Слышите? Всех! Если мы их не найдем хотя бы одного из них или не сможем привлечь на нашу сторону духов стихии, Союз Королевств растопчет нас".

— 32 —

Исчезнув из зала заседания Совета, Наставники перенеслись в большой зал заброшенного монастыря Ордена Хранителей. Когда-то давно зал был местом общего сбора монахов ордена. Здесь они принимали пищу, обсуждали свои насущные вопросы или просто отдыхали, тихо беседуя друг с другом. В бытность существования ордена стены зала были разрисованы картинами, повествующими о взаимоотношениях людей и духов стихии в стародавние времена. После гибели Ордена Хранителей часть изображений осыпалась вместе со штукатуркой, а часть была замазана по приказанию Мэллы Кредер. Таким образом, Мэлла пыталась уничтожить даже малейшую память о существовании духов стихии, но, несмотря на все старания, кое-где на стене еще можно было разглядеть наполовину стертые картины.

"Благодарю моих братьев Наставников за то, что они прислушались к моей просьбе и перенеслись сюда вместе со мной".

"Разве мы могли отказать просьбе нашего брата, повелителя огня — отозвался на слова благодарности Майти Второй — Но мне кажется, что ты, брат, был слишком резок и не сдержан на Совете Великих Лордов. Повелитель Огня забыл о том, что люди — дети природы, и мы призваны оберегать их".

"Детей иногда надо наказывать для их же пользы, но ты прав. Прости меня брат, повелитель воды. Я уподобился человеку и дал волю своим эмоциям. Мне стыдно, но разреши мне задать Наставникам один вопрос. Помнят ли мои братья о том, что совершили с нами люди в прошлом?".

"Пригласив нас сюда, ты решил напомнить о давно канувших в лету событиях? Мы помним о них брат. Но помним мы и о том, что Мать Стихий возродила нас, а значит и у нас и у людей есть возможность исправить старые ошибки".

"Именно для того, чтобы не повторять ошибок я и пригласил вас сюда, братья наставники. Здесь нам будет проще увидеть все аспекты существования людей в мире и принять верный ответ на просьбу Совета".

"Что ты предлагаешь, брат повелитель огня?".

"Из прошлого мы знаем, что люди жестоки и мстительны. Из настоящего — то, что умеют раскаиваться и признавать ошибки. Но что еще мы знаем о них? Я хотел бы выслушать того из нас, кто захотел стать похожим на человека…".

"Ты говоришь о Майти-736?".

"Да, брат, повелитель растений. Но к моей печали Майти-736 исчез, а когда появится, будет строго наказан. Но есть Майти-578, который был близок с беглецом. Призови его к нам, чтобы могли услышать его мысли".

Повелитель растений закрыл глаза и сконцентрировался на мысленном приказе. Через мгновение перед наставниками из воздуха возник садовник Матери Стихий и склонил в поклоне свою голову: "Я благодарю повелителя растений за доставленное мне счастье видеть Наставников, но с какой целью мой старший брат приказал мне прервать мою работу?".

"Мой брат, повелитель огня, хочет поговорить с тобой".

"Я внимательно слушаю тебя, Наставник" — Майти-578 повернулся к повелителю огня.

"Мой младший брат, от взора Наставников нельзя ничего скрыть. Мы знаем, что иногда ты называешь себя "Дени". Зачем? Имя Майти дала нам Мать Стихий и мы, Наставники, с гордостью носим его. Зачем нам отличаться друг от друга, подобно людям? Носить одинаковые имена, одинаково думать, одинаково беречь природу и получать от этого одинаковую радость — разве не в этом истинное предназначение духов стихии?".

"В этом, мой старший брат, повелитель огня, и я горжусь именем, полученным от Матери Стихий. Но иногда так хочется почувствовать себя не таким, как все. Хотя бы на минуту стать единственным и неповторимым".

"Эти эмоции свойственны людям. Ты мечтаешь стать человеком?".

"Нет. Я дух стихии и не хочу быть человеком. Это, то же самое, что быть птицей, а потом самому себе обрезать крылья".

"А Майти-736 мечтал стать человеком?".

"Не думаю. Он просто слишком большое значение придавал людям, и в этом была его ошибка. Он считал эмоции людей высокими. Гораздо выше, чем у духов стихии".

"А что ты думаешь о людях?".

"Люди — они как смешные маленькие зверьки. Они, словно хомячки, полны своими мелкими эгоистичными интересами: хорошо поесть, подольше поспать, найти себе подругу симпатичней, чем у другого зверька, а норку уютней. Иногда я люблю их подразнить, чтобы их эмоции проявлялись особенно сильно. Алчность, страх, жажда обогащения — я люблю чувствовать все это у людей. Их чувства наполняют меня гордостью за духов стихии. Люди не видят вокруг ничего, кроме самих себя, а мы можем одним взглядом охватить весь мир и понять все, что происходит в нем".

"Но ведь мы призваны любить и оберегать людей".

"А я люблю и оберегаю их. Но при этом я знаю, что они за всю свою жизнь не смогут вывести новый прекрасный цветок, который я создам одним взглядом. А еще я знаю, что когда им плохо, они думают не о том, как сделать свою жизнь лучше, а мечтают о том, чтобы остальным было еще хуже, чем им".

"Спасибо, мой младший брат, за то, что уделил нам свое время. Можешь идти и продолжать свою работу".

Первым, после того, как Майти-578 покинул большой зал монастыря, заговорил Майти Третий, повелитель воздуха: "Хороший дух стихии, Майти-578, но все-таки подвержен влиянию людей".

"Согласен — поддержал Наставника Майти Первый — И происходит это потому, что людей слишком много. Их так много, что они мешают и нам и друг другу. Так пусть они воюют между собой ради своих мелочных целей. Зато потом из уцелевших мы воспитаем тех, кто будет достоин править этим прекрасным миром".

"Ты прав, брат, повелитель огня — согласился Майти Второй — Сообщи Совету, что духи стихии не будут участвовать в войне людей".

— 33 —

Леша Турбо закрыл глаза, сильно втянул в ноздри воздух и мечтательно произнес: "Жареные куриные крылышки в чесночном соусе".

Мимо столика, за которым он сидел вместе с Думой, Хламом, паном Шу и паном Гусаком быстро прошмыгнул официант с излучающим неземной аромат блюдом и направился к столику, за которым сидел молодой, но уже чрезмерно упитанный человек.

"Ненавижу этого толстяка. Он уже третье блюдо крылышек заказывает" — Хлам громко сглотнул слюну.

Когда после чудесного спасения от каторги друзья и их спасители добрались до трактира "Утопшая русалка", в их карманах звенело лишь несколько медяков, благоразумно вынутых Сашей Думой из кармана пьяного стражника. Этого хватило на пять кружек жидкого чая и пять кусков серого хлеба, испеченного из отрубей. От подобных лакомств в животе у друзей только громче заурчало, а чувство голода усилилось.

"Дума, глянь" — Хлам дернул приятеля за руку и кивнул в сторону толстяка. Тот достал из внутреннего кармана куртки объемистый кашель, вынул из него золотую монету и сунул в руку официанта. Официант немедленно расплылся в подобострастной улыбке: "У господина пана будут еще пожелания? Есть изумительной свежести форель. Еще час назад виляла хвостиком".

"Плавниками".

"Что господин пан изволили сказать?".

"Я говорю, виляла плавниками" — пояснил толстяк, обсасывая хорошо прожаренное крылышко и причмокивая от удовольствия.

"Как будет угодно. Раз господин пан хочет, чтобы виляла плавниками, будет вилять плавниками. Приказать запечь?".

"Нет, спасибо, любезный. Напомни лучше, какая комната моя?".

"Пан господин поднимется по лестнице, а там по коридору третья дверь справа ваша и будет".

Толстяк встал со скамьи и, тяжело передвигая ноги после сытного ужина, направился к лестнице.

"Хлам, у тебя ничего тонкого и длинного нет?" — прошептал Дума на ухо приятелю.

"Не помню. Посмотреть надо. А тебе зачем?" — также тихо ответил Хлам.

"Видал, какой кошель у этого буржуя".

"Дума, с ума сошел? Я на каторгу больше не хочу".

"Ты есть хочешь? И я хочу. Этот толстяк — обычный лох. Мы его в момент разуем, он и не заметит".

"Вот" — Хлам выудил из недр своей куртки отломанный кусок вязальной спицы.

"Надеюсь, подойдет".

Через полчаса, которые прошли в тягостной тишине, Дума поднялся из-за стола.

"Эй, парень, ты куда?" — без особого интереса поинтересовался пан Гусак.

"Я это… В туалет я".

"И я, пожалуй, тоже" — немедленно вскочил Хлам.

"Тогда и я тоже" — поддержал порыв своих друзей Турбо.

"Идите. Только быстрей. Вдруг стражники нагрянут".

Подростки отошли от стола и, убедившись, что их спасители не следят за ними, быстро поднялись на второй этаж, где располагались комнаты постояльцев.

"Как он там сказал? Третья дверь справа по коридору. Вот она" — Дума тихо подошел к комнате толстяка. За запертой только на крючок дверью было темно и тихо.

"Вы на шухере. Если кто-нибудь появится — дадите знать" — Дума просунул в узкую щель между дверью и косяком обломок спицы и снял с его помощью крючок с ушка. Затем он осторожно, стараясь не скрипнуть половицей, вошел и аккуратно прикрыл за собой дверь.

Когда глаза привыкли к темноте, Дума разглядел толстяка, который одетый лежал на кровати и тихо посапывал. Рядом, прямо на полу лежала куртка постояльца.

Подняв куртку за ворот, Дума сунул руку во внутренний карман и обнаружил там желанный кошель. Трясущейся от возбуждения рукой воришка попытался вытащить добычу, но вместе с кошелем из кармана выскочило что-то прямоугольное и с грохотом упало на пол. На неизвестном предмете загорелась лампочка и чей-то голос произнес: "Наф-Наф, Пушок на проводе. Борька ты где?".

"Что? Кто здесь?" — толстяк вскочил с кровати. Дума метнулся к двери, но его остановил возглас "Стоять!" и характерный щелчок возводимого курка револьвера. Застыв на месте, Дума обернулся и увидел направленное на него дуло вполне земного оружия.

Не убирая пистолета, толстяк поднял рацию и отключил громкую связь. Приложив левой рукой к уху динамик, он что-то внимательно выслушал, а затем ответил: "Я все понял, Серега. Завтра в четыре должен быть на месте. Отбой". В этот момент дверь в комнату распахнулась и ввалившиеся в нее приятели Думы застыли рядом со своим заводилой.

"Дяденька, вы кто? — прошептал Хлам, заворожено рассматривая направленное на него оружие — Вы наш разведчик? Вы здесь по заданию Родины?".

"А сами-то вы кто?" — спросил Борис, растерянный подобным оборотом дела.

Вместо ответа Хлам рухнул на колени и заголосил плаксивым голосом: "Дяденька Штирлиц, возьмите меня с собой. Я домой хочу…".

— 34 —

Трое детей и дух стихии Гарольд, известный ранее как Майти-736, все дальше и дальше уходили вглубь Северных гор. Давно остались позади унылые пейзажи предгорий, покрытых зарослями вереска, и теперь путников окружали со всех сторон скалы. Аня шла по узкому ущелью, стиснув зубы и с трудом сдерживая нарастающее раздражение. Сразу за девочкой шел Фан и декламировал свое очередное произведение, посвященное ей. Заполучив в руки предмет своего обожания, оруженосец лорда Зальцера решил излить на Аню все свои тысячи одно стихотворение, написанное в долгой разлуке. Этот поэтический вечер шел уже четвертый день почти без перерыва, и если вначале девочке было приятно слышать о неземной любви к себе, то сейчас это Ане порядком надоело.

Особенно утомляло то, что помимо стихов Фана в голове постоянно звучали стоны и причитания Гарольда.

Я скакал по полям, я скакал по лугам

Я карабкался ввысь по высоким горам

Понапрасну стоптал пар пятнадцать сапог

Но прекрасную даму встретить не смог —

с завыванием вещал Фан, пытаясь так передать всю глубину своих чувств.

"Бедный я, несчастный дух стихии — монотонно звучало при этом в голове у Ани — Так же как рыцарь в этих стихах иду я полям, лугам и горам, а зачем? Кому это нужно. Феечка бросила меня на произвол судьбы, а Наставники прогнали. Хорошо хоть не успел я стоптать никаких сапог, поскольку их мне одевать не на что. Ног у меня вроде, как и нет. Ну и хорошо. Такая морока с этими ногами. Как только люди умудряются ими так легко управлять. Хотя танцевать на них было так упоительно. Ах, Феечка, встретимся ли мы еще когда-нибудь? Бедный я, несчастный дух стихии…".

Я спросил у ручья на вопрос свой ответ:

"Где же счастье мое? Ты открой мне секрет"

Прожурчал ручеек: "Я помочь-то хочу

Но не знаю, кого для тебя я ищу?"

"Наставники правы. Эмоции делают людей глупыми. Неужели этот рыцарь не понимает, что ручьи не разговаривают? Конечно, это была не вода, а дух стихии. Хорошо, что нам не встретился такой говорливый ручеек. Майти Второй, повелитель водной стихии, конечно не так суров, как Майти Первый, но я успел нарушить столько запретов. Теперь Наставники меня точно сотрут в пыль и развеют. Будут лежать крохотные неподвижные частички меня на траве и любой паучок, пробегая мимо, сможет с презрением пнуть меня своей лапкой. Бедный я несчастный дух стихии…".

"Что же, слушай. Тебе расскажу

Я про ту, что собою затмила зарю

Мое счастье нежнее, чем вкус пастилы

И прекрасней чем лебедь на гребне волны

"Причем здесь пастила? Ее губы пахли земляникой, а дух стихии Дени просто глуп. Смеяться над людьми очень нехорошо. Ведь люди и так глубоко несчастны. Жить с такими эмоциями просто невозможно. То, что люди называют любовью, является бесконечной жестокой пыткой. Сердце бешено колотится и постоянно ноет, душа разрывается пополам, а поступки не управляемы и не логичны. Даже магия не подвластна тебе и творит при этом все, что ей заблагорассудится. Что же ты сделала со мной Феечка. Бедный я несчастный дух стихии…".

Ее речи подобны словам мудреца

Ее скромность развеет наветы лжеца…"

Но ручей вдруг прервал речь мою и сказал:

"В нашем мире такой я нигде не встречал".

"Все верно, эта девочка из другого мира и это я привел ее. А вдруг ей что-нибудь не понравится у нас, и она призовет ПиЭсПи или "мобилу". Вдруг Наставники не смогут справиться с этими чудовищами, и они уничтожат наш мир. Тогда все погибнут, даже этот жухлый клочок травы с трудом пробившейся между камней. А виноват в этом буду только я — бедный и несчастный дух стихии…".

Все услышанное и от Фана и от Гарольда смешалось в голове у Ани и из этой словесной каши сами собой сложились стихи:

Я скакал по полям, танцевал по горам

Как я делал все это, не знаю и сам

Не имея сапог, при отсутствии ног

Я прекрасную даму встретить не смог

Дух стихии поднялся ко мне из ручья

"Где же счастье мое?" — спросил его я

"Твое счастье живущий в пыли злой паук

Только он сможет лапою пнуть тебя, друг"

Как заря покраснел я красиво тогда:

"Пастилой и не пахнет вкус паука!

Можешь бить и пытать, пополам разрубить

Паука не смогу никогда полюбить!".

Дух стихии, хитрец, громко вдруг закричал

И своим ПиЭсПи прямо в лоб мне попал

Взял "мобилу", нырнул и навеки пропал

Больше в мире своем я его не встречал

"Бред какой-то! Все! Конец!" — не выдержала Аня.

"Это еще не конец, прекрасная дама — невозмутимо отозвался Фан — Это я просто очень пить захотел. Сейчас я водички отхлебну и продолжу. В этом сонете я еще двадцать четверостиший спорю с ручьем о красоте своей дамы, а потом называю ее имя".

"Хватит, Фан!" — Аня остановилась и повернулась к мальчику. Ее глаза метали молнии, а от звонкого крика с вершины скалы сорвалось несколько мелких камешков.

"Я очень ценю твое отношение ко мне и стихи у тебя хорошие. Просто замечательно, что это не "Кашу глотаю, о милой рыдаю. Пельмени уминаю и снова рыдаю", но я больше не могу их слушать. Хочешь, я сама наберу тебе репейника, и ты его в меня покидаешь. Только помолчи хоть немного. Я тебя очень прошу. Сколько ты говоришь, Аннетик, у него стихов накопилось? Тысяча один? Фан, мы пока только в конце первой сотни, а я уже с ума схожу. Еще одна твоя рифма и я за себя не отвечаю".

"Ну а ты, влюбленный Ромео? — Аня перевела взгляд на Гарольда — Не удивительно, что от тебя девушка сбежала. Ты же зануда. Постоянно ноешь и ноешь. Хотя бы анекдот рассказал для разнообразия…".

В этот момент Аннет похлопала подругу по плечу.

"Что тебе, Аннетик? Видишь, я разговариваю" — не снижая голоса, поинтересовалась Аня.

"Извини, что прерываю, но мне кажется, тебе надо на это посмотреть" — принцесса указала на светящийся круг в конце ущелья.

Моментально все раздражение Ани как ветром сдуло: "Что это? Похоже, оно вращается. Гарчик, милый, только не говори, что нам надо туда".

"Разве такой зануда, как я может ответить по-другому? Конечно нам туда, прекрасная дама" — ответил Гарольд, и Аня явно уловила в его словах оттенок ехидства.

"Ой, посмотрите на него. Дух стихии, а обижается как пятиклассник. По мне, так лучше будь ехидным, чем занудливым. Аннетик, Фан, идем, посмотрим на это сияние поближе".

— 35 —

Последние дни Николас Файдер проводил в бесконечной суматохе. Наличие в его квартире еще одного маленького ребенка свело его жизнь к блужданию по бермудскому треугольнику, вершинами которого были магазин, кухня и стиральная машина. Старания Николаса не проходили даром. Вася стал немного привыкать к своему новому дому, но иногда мальчик просыпался среди ночи, горько плакал и звал маму. Файдер как мог, успокаивал ребенка, но у него самого в этот момент начинало щемить сердце, и к горлу подкатывал комок.

Галина Юрьевна так и не появилась, словно ее и не существовало никогда на свете. Николас понимал, что необходимо что-то с этим делать, но что именно он никак не мог решить. Он был почти уверен, что пропажа Васиной мамы связана с золотыми монетами, имеющими дурную привычку как-то испаряться. При этом было ясно, что служба безопасности фирмы, на которую работала соседка, к ее исчезновению не причастна, раз тоже разыскивает Галину.

В конце концов, Файдер решил понадеяться на удачу, и как только Света настолько вжилась в роль старшей сестры при маленьком братике, что детей можно было оставить дома одних, стал ходить по всем имеющимся в Москве скупкам драгоценностей.

Удача улыбнулась Николасу недалеко от станции метро "Бауманская", на первом этаже девятиэтажного блочного дома, который когда-то был белым, а теперь сменил свою окраску на грязно-серую с желтыми подтеками. Мимо дома сплошным потоком проходили студенты Московского Государственного Технического Университета, но это не приносило ломбарду никакой выгоды. Очевидно, хозяева, открывшие здесь скупку, сильно преувеличивали материальные возможности учащейся в "Бауманке" молодежи. По крайней мере, все сорок минут, что Николас находился в помещении ломбарда, он был единственным клиентом скупки. Если конечно можно назвать клиентом человека, который в течение сорока минут читает свидетельство о лицензии предприятия.

Файдер уже не первый раз ловил на себе подозрительный взгляд скучающего в дверях охранника и решил, что пора уходить, когда в дверях появилась она.

На этот раз на ней была одета юбка, а не джинсы и волосы были не распущены, а стянуты на затылке в хвостик, но ошибиться было невозможно. Второго такого перстня в виде большой распустившейся серебряной розы в мире просто не могло существовать.

Чтобы незнакомка не запомнила его, Николас вышел на улицу и стал ждать. Вскоре девушка покинула помещение ломбарда и двинулась в сторону метро. Файдер незаметно последовал следом за незнакомкой.

Девушка доехала до станции "Арбатская" и вышла. Прошла немного по Новому Арбату вдоль его безвкусных стеклянных небоскребов и свернула в переулки, тянувшиеся до самой Тверской. В первый год своего пребывания в этом мире Файдер часто гулял здесь со Светой. Наполненный людьми и странными механизмами город пугал его, а здесь всегда было безлюдно и тихо. За этот покой и невысокие, непохожие друг на друга дома Николас и полюбил эти переулки. Они чем-то напоминали ему его прежний мир.

Следуя за девушкой по кривым, узеньким улочкам, Николас дошел до пруда, чудом оказавшегося в самом центре Москвы. В подъезд одного из кирпичных домов около Патриарших прудов и вошла незнакомка. Сквозь стекла шахты лифта, выведенной на фасад дома, Файдер видел, как девушка поднялась на третий этаж.

Немного выждав, Николас подошел к старушкам, сидящим около подъезда в тени покрытых городской пылью деревьев.

"Извините, не подскажите, кто в этом подъезде на третьем этаже живет?".

Разморенные солнцем, скучающие старушки с радостью воспользовались возможностью поговорить.

"Петровна, а кто же у вас на третьем-то живет?".

"Известно кто. Свиндичи живут — откликнулась Петровна — Только можно сказать и не живут вовсе. Академик то сам и супруга его померли, а Сашка, сынок их бесшабашный, редко появляется".

"А вот девушка сейчас прошла, она кто?".

"Настя то? А это жена Сашкина. Из молодых, да ранних. Сашка почитай лет на двадцать ее старше, а она за него замуж вышла. Видать за богатством профессорским погналась, а откуда там богатству быть? Одно название — профессор, а за душой никогда и гроша не было — разговорилась Петровна, но вдруг насторожилась — А тебе до Насти какое дело?".

"Да я это… Так просто" — замялся Николас.

"Знаю я твое "просто". Не стыда, не совести. Голова уже седая, а все туда же, за девчонками бегать. Давай иди отсюда, пока милицию не вызвали".

Часть вторая:

Who Is Who

— 1 —

Саша Свиндич появился на свет в конце шестидесятых годов бурного двадцатого века. Его отец, учитель физики, Николай Свиндич был родом из города Златоуста, расположенного среди хребтов Южного Урала и издревле знаменитого своим оружейным заводом и мастерами гравюры по стали.

В конце Великой Отечественной войны, восемнадцатилетний Николай был мобилизован и отправлен на фронт. За оставшийся до конца войны год он успел получить ранение, поучаствовать в освобождении города Будапешта и дослужиться до звания младшего лейтенанта. После победы, по дороге домой Николай заехал посмотреть на Москву, да так и застрял в этом суматошном городе. Сначала устроился рабочим на завод "Серп и молот", потом поступил на заочное отделение Педагогического института, успешно его закончил, а там и семьей обзавелся.

Жила семья Свиндичей, состоящая из маленького Саши, его родителей и бабушки на Строгановском проезде и как-то умудрялась помещаться в десятиметровой коммунальной комнате. Их деревянный двухэтажный дом стоял на небольшом пригорке, и почти от самого его порога начиналась шаткая деревянная лестница, спустившись по которой можно было оказаться на Золоторожской набережной реки Яузы, так раз возле горбатого пешеходного мостика. И лестница, и мостик казались маленькому Саше гигантскими сооружениями, а заросший травой дворик просто бескрайним.

Рос Саша в меру послушным, в меру озорным мальчиком. В детский садик не ходил, а воспитывался под присмотром бабушки. Вечерами мальчик любил смотреть из окна комнаты на поезда, мчавшиеся по железной дороге Курского направления, а днем бабушка водила Сашу гулять в Андроньевский монастырь. В то время в монастыре располагался музей древнерусской живописи имени Андрея Рублева и вход на его территорию был свободным. В коротких штанишках Саша носился вместе со своими сверстниками по дорожкам монастыря, и самым радостным его развлечением было на полном ходу угодить в грязную лужу. За этим следовало суровое наказание в виде пары шлепков по попе бабушкиной ладонью и немедленная отправка домой, но поверьте, оно того стоило. Из других развлечений Саша выделял катание по набережной на трехколесном велосипеде под присмотром отца и воскресный поход с родителями в кино во Дворец Культуры "Серп и молот". Правда последнее мальчик вычеркнул из списка удовольствий, после того как во время просмотра американской версии "Войны и мира" с Одри Хепберн в роли Наташи Ростовой он сильно перепугался вида горящей Москвой, разревелся на весь кинозал и лишил родителей возможности досмотреть фильм до конца.

Силу изречения древнеримского философа Сенеки "все течет, все изменяется" Саша познал на деле в довольно юном возрасте. Мальчику исполнилось всего пять лет, когда его отец опубликовал статью, посвященную теории точечного свертывания пространства и возможности практического применения этого феномена при мгновенном переносе объектов на большое расстояние. Ни о самой пространстве, ни об его свертывание, как и еще о миллионе разных умных вещей Саша не имел тогда никакого понятия, но видел, как окружающий его мир начал стремительно изменяться.

Теория Николая Свиндича, несмотря на всю ее фантастичность и даже абсурдность, была замечена и заинтересовала кое-кого из высокого начальства. "Холодная война" с империалистическими странами была в самом разгаре и все, что могло пригодиться для гонки вооружений, объявлялось приоритетной государственной программой. Папа Саши получил в свое распоряжение лабораторию в "Институте Физики", стал действительным членом Академии Наук СССР, а семья Свиндичей получила пропуск в социалистический рай. Жили они теперь в отдельной квартире в центре Москвы, имели в своем распоряжение черную "Волгу" с персональным шофером и в очередях за продуктами больше не стояли. Продукты в доме Свиндичей появлялись как-то сами собой в виде красивых пакетов, заполненных всевозможными вкусностями, в том числе даже глазированными твороженными сырками, заполучить которые в то время было даже сложнее чем банку красной икры.

Шли годы. Саша пошел в школу. Учиться мальчику нравилось. Нравилось раньше всех в классе решить контрольную работу по математике, нравилось, когда его сочинения называли лучшими, и нравилось ненароком услышать: "А что вы хотите? Конечно, ребенок очень талантлив. Ведь это сын академика Свиндича". Первые четыре класса Саша закончил с одной единственной четверкой. Это была четверка по физкультуре, и мальчик понимал, что оценку ему незаслуженно завысили из уважения к его остальным пятеркам. На первом же уроке по ненавистному для него предмету Саша понял, что спорт не является его призванием. Он хуже всех бегал, ниже всех прыгал, не мог ни разу подтянуться на турнике и с трудом один раз отжимался. Тем не менее, окончание сыном начальной школы было признано Николаем Свиндичем вполне достойным, а когда Саша после летних каникул пошел в пятый класс, в его жизни началась черная полоса.

Первым ударом была смерть бабушки, и эта смерть разбила представление мальчика о незыблемости окружающего мира. Ведь ЕГО дом, ЕГО родители, ЕГО бабушка были неотъемлемой частью ЕГО, Саши, жизни, ЕГО мира. Так должно было быть всегда. И вдруг человек, которого мальчик любил, видеть которого каждый день было так же естественно, как видеть каждое утро солнце, навсегда ушел и больше никогда не вернется к нему. Это было очень несправедливо. По сравнению с этой тяжелой потерей уход отца из "Института Физики" показался поначалу Саше совсем незначительным событием, но позже он понял, как сильно ошибался. Николай Свиндич сам объявил об ошибочности своей теории, закрыл тему исследований, ссылаясь на ее бесперспективность, и вернулся к преподавательской деятельности. Это повлекло за собой исчезновения черной "Волги" вместе пакетами полными деликатесов и появления в семье скандалов. Сначала редкие, они стали возникать все чаще и по любому поводу. Никогда раньше Саша не слышал, чтобы родители кричали друг на друга, а теперь их ругань стала чуть ли ни ежевечерней. Объяснение этому было вполне тривиальным. Сашина мама не могла простить своему мужу исчезновения из своей жизни благ, к которым успела быстро привязаться, но мальчик этого не понимал. Да и не хотел понимать. На его глазах рушилась любовь и взаимное уважение двух самых дорогих ему людей, и оправданий этому не могло быть.

В придачу к домашним неприятностям добавились неприятности в школе. Причиной их был Виктор Филатов, новый ученик, переведенный в их класс из другой школы. С первого момента своего появления Виктор выбрал самый простой способ самоутверждения — за счет унижения самого слабого. Самым слабым в классе был Саша, и именно его жизнь превратилась в ад. Ни одного дня не проходило без всевозможных издевательств, среди которых удар между делом кулаком "под дых" или высыпание за шиворот очисток от карандаша были самыми невинными. Пожаловаться родителям мальчик боялся. Рассказать обо всем учителям стеснялся. Оставалось стойко переносить издевательства и при этом еще хорошо учиться. И то и другое Саше удавалось, но в результате он превратился в замкнутого, слабовольного и ни во что не верящего подростка. С возрастом у Вити Филатова появились другие интересы, помимо глумления над каким-то слабаком, но объектом насмешек для всего класса Саша так и остался до конца школы.

В институт Александр Свиндич поступил, ясно понимая: то, что происходило с ним в школе не должно повториться больше никогда. С трудом преодолев свою бесхарактерность, Саша сумел скрыть все свои страхи и неуверенность за маской цинизма и безрассудства. Своими вопросами во время лекций Саша мог довести до белого каления любого преподавателя, а сокурсников до истеричного хохота. Он помогал делать контрольные работы всем желающим и в результате превратился в полубога для всех девочек потока. Конечно, Саша по-прежнему хуже всех бегал и ниже всех прыгал, но это уже никого не интересовало, потому что он знал все о рок-музыке и мог выпить гораздо больше других мальчиков, при этом практически не пьянея. Рок младший Свиндич успел фанатично полюбить еще в школе, где музыка была его единственным другом, а что касается алкоголя, то он помогал Саше бороться с собственной неуверенностью. Не пьянел же Саша по той простой причине, что не мог себе позволить расслабиться ни на минуту. Ведь все, что он делал, было всего лишь игрой. Саша не жил, а играл в наглого и самоуверенного человека, и это игра давалась ему за счет колоссальных душевных потерь. Правда, судя по тому, как изменилось отношение к нему сверстников, с ролью он справлялся хорошо. Но стоило ему очутиться дома, как Саша снова превращался в себя самого: слабого, замкнутого и одинокого подростка.

Перед самым окончанием сыном института, так и не достигнув никаких высот в науке, внезапно ушел из жизни академик Свиндич. Ничто не предвещало беды. Отец всегда казался Саше абсолютно здоровым, но безжалостная болезнь за три месяца превратила этого веселого и жизнерадостного человека в бледную тень. На похоронах были только родные, да еще несколько близких друзей, которые когда-то работали под руководством отца в "Институте физики". Один из них во время поминок предложил Саше: "Защитишь диплом, приходи работать ко мне. Если ты даже на половину такой же программист, каким физиком был твой отец, не пожалеешь. Я несколько госзаказов для своего НИИ выбил. Мне умные люди нужны. И деньгами не обижу".

Саша с радостью согласился. Было начало девяностых годов. Советского Союза больше не существовало. В стране царила экономическая разруха. Второго такого предложения могло не поступить, и тогда Саша рисковал остаться никому не нужным специалистом с дипломом, но без работы.

Вскоре Александр Свиндич стал руководителем отдела программного обеспечения НИИ Материаловедения. Писал прикладные программы, зарабатывал неплохие по тем временам деньги и медленно спивался, продолжая играть роль, с которой сжился в институте. Так продолжалось до тех пор, пока Саша не встретился с Настей.

— 2 —

Отношения с женщинами у Саши всегда были сложными и ему самому абсолютно не понятными. За свою прошедшую жизнь он даже ни разу не был на свидании с девушкой, которую любил. Еще в школе каждая понравившаяся Саше девушка моментально переводилась им в разряд ангелов, и вел он себя с ней соответствующим образом. Ведь с ангелами невозможно даже ходить в кино, а не то чтобы целоваться. Даже брать их за руку полное кощунство. Ангелами можно любоваться издали, мечтать о них и бессонными ночами писать посвященные им стихи. Удивительно, но с возрастом подобное отношение Саше к лицам противоположного пола совсем не изменилось. Три раза Саша был женат и все три раза на женщинах, которых не любил.

Помимо тайно обожаемых им ангелов, в жизни Саш периодически появлялись девушки совсем другого типа. Эти девушки не нравились ему, зато он сам нравился им и они, по тем или иным причинам, очень хотели заполучить Сашу себе в мужья. Именно они и становились его женами. Саше было просто неудобно отталкивать от себя девушку, которая утверждала, что любит его и только с ним может быть счастлива. А через некоторое время как-то само собой получалось что он оказывался с этой особой в ЗАГСе, при этом не испытывая никакого желания жениться на ней.

Возможно, что подобный брак мог завершиться и не так грустно как обычно завершался, если бы не мама Саши. Еще его первая жена во время очередного скандала в сердцах выкрикнула горькую истину: "Ты никогда и ни с кем не проживешь больше года. Твоя мама кого угодно из семьи выживет. Чтобы ее сыночка у нее отобрали? Она этого никому не позволит".

И Сашина мама не позволяла. Сосредоточив после смерти мужа всю свою любовь на сыне, она не давала ему и шага свободно ступить. Если Саша встречался с друзьями, мама говорила: "Саша, ты слишком много времени проводишь с приятелями. Они на тебя плохо влияют. Лучше найди себе хорошую девушку". Когда Саша начинал гулять с девушкой, мама говорила: "Нравиться девушка — женись, а проводить все вечера напролет неизвестно с кем я тебе не позволю". Саша послушно женился, но тогда мама заявляла, заламывая от отчаянья руки: "Кого ты себе нашел? Неряха, лентяйка, да еще и изменяет тебе на каждом шагу. Сломал жизнь и себе и мне. Неужели нельзя жениться на приличной девушке?". После нескольких месяцев подобных рыданий наступал развод, а затем все повторялось снова.

19-го числа пасмурного московского апреля Саша Свиндич стоял у запыленного окна своего кабинета. За стеклом яркое солнце заливало светом покрытую лужами улицу. Весна в этом году не задалась, и это был первый по-настоящему солнечный день. Радостное выражение не сходило с лиц редких прохожих, а на душе у Саши было мерзко из-за полного краха его третьей попытки создать семью. Из старенького, принесенного из дома на работу радиоприемника звучала песня группы "Воскресение".

"И я один, как лодка в океане

И весла бросил прочь, я буре буду рад

Я почему-то верил, счастье не обманет

Всего лишь день назад, всего лишь день назад"

— пел Алексей Романов, и от его слов на душе у Саши становилось еще хуже. Он чувствовал себя безумно одиноким и никому не нужным.

По дороге, ведущей к НИИ Материаловедения, шла Ира, девушка довольно странная, по мнению Саши. Ира работала в НИИ, но кем именно, ни кто из сотрудников института толком не знал, поскольку ее основной специальностью была должность дочери заместителя генерального директора по научной части. Рядом с Ирой шла темноволосая девушка, голову которой украшала черная классическая мужская шляпа. Подобную шляпу одевал во время концертов и съемок клипов Майкл Джексон. Резкий порыв ветра попытался сорвать шляпу, и девушка испуганно схватилась руками за поля, стараясь удержать ее на голове. При этом она повернулась лицом к Ире, и некоторое время забавно двигалась задом наперед, что-то весело рассказывая подруге. Саше почему-то очень захотелось оказаться сейчас рядом с этой девушкой и узнать о чем она рассказывает. Он вдруг осознал, что ему очень хочется влюбиться. Влюбиться так, как влюблялись герои зачитанных им в детстве до дыр романов Вальтера Скотта. Влюбиться не в призрачную мечту, а в живую девушку, похожую на ту, за которой Саша наблюдал сейчас сквозь грязное стекло. Но вместе с этим осознанием пришло и понимание того, что этого никогда не случится. Ему не дано идти рядом с ней, согревая в своей ладони ее замершие пальцы, видеть отблески звезд в ее глазах и слышать, как она звонко смеется над его шутками. Она даже никогда не узнает о том, что на свете существует некто Александр Свиндич. "Поздно. Слишком поздно. Жизнь прошла впустую" — грустно прошептал Саша. Каково же было его изумление, когда через пятнадцать минут после этих слов девушка в шляпе Майкла Джексона вошла в его кабинет. Правда шляпа на ее голове в этот момент отсутствовала и появилась она в сопровождении мамы странной девушки Иры.

"Знакомьтесь, Александр Николаевич, это Настя. Мне бы хотелось, чтобы она поработала у вас в отделе. Конечно, если не будет возражений с вашей стороны, а я надеюсь, что их не будет. Настя девушка умная. Она в институте учится. В каком институте ты учишься, Настя? Впрочем, не важно. Настя дружит с моей Ирочкой. Вы поговорите с ней, Александр Николаевич и если она нам подходит, сообщите мне свое решение" — после этого многозначительного монолога заместитель директора по научной части покинула кабинет, и Саша остался наедине с девушкой. В кабинете повисла неловкая тишина, во время которой Саша с интересом рассматривал девушку. Настю нельзя было назвать умопомрачительной красавицей, но что-то в ее лице было такое, что не позволяло оторвать от него глаз. Было заметно, что девушка сильно волновалась.

"А у вас курить можно?" — спросила Настя, и ее щеки с ямочками покрыл густой румянец.

"Конечно. Но должен вас предупредить. Как только вы закурите, вы автоматически становитесь сотрудником моего отдела. Потому что я разрешаю здесь курить только своим".

Сначала девушка в напряжение замерла, но когда поняла смысл фразы, рассмеялась.

"Я ее рассмешил!" — гордость самим собой захлестнула Сашу.

Не прошло и недели, а Саша уже стал гордиться и тем, что Настя работает именно у него. Знала девушка не много, но зато все новое схватывала буквально налету и действительно справлялась с работой лучше многих ветеранов отдела, но дело было не в этом. И совсем не из-за этого Саша стрелой мчался на работу каждое утро. Ему просто хотелось находиться рядом с этой девушкой, и он чувствовал, что ей тоже приятно быть рядом с ним.

Саше нравилось в Насте буквально все. Нравилась ее манера говорить, нравилась немного детская, порывистая походка. Нравилось, как ее щеки моментально заливал румянец, когда она смущалась, и нравились бутерброды, которыми Настя подкармливала Сашу во время обеденных перерывов. Даже, то, как она неумело прикуривает сигарету, выдыхая, а, не вдыхая воздух и думая при этом, что кажется окружающим необычайно взрослой, нравилось тоже. Для Саши это было ново и необычно. Впервые в своей жизни он не играл, не мечтал, а просто жил и это было чудесно. Оказывается, быть самим собой легко и просто, если ты понимаешь, что нужен кому-то таким, как ты есть. А в том, что он нужен, Саша почти не сомневался. Ведь не зря Настя старалась всегда находиться рядом с ним.

Саша так увлекся девушкой, что даже сумел найти в себе силы отказать очередным соискательницам его руки и сердца. Как оказалось, это был только первый шаг на пути перерождения. Очень скоро Саша сделал то, на что, как он думал, совсем не способен. Посередине рабочего дня, на глазах всего отдела, поддавшись переполнявшим его чувствам, он впервые в своей жизни сам обнял девушку и поцеловал ее в губы. Настя ответила на его поцелуй и с этого момента жизнь Саши закрутилась с бешеной скоростью. Словно кто-то перевел ее из режима воспроизведения на режим перемотки. Саше хронически не хватало времени. Сколько бы часов он не провел рядом с Настей, этого все равно было мало. Днем они были вместе на работе, а вечером Саша встречал девушку после занятий в институте и они гуляли. Просто бродили без всякой цели по вечерним улицам, а после долго стояли возле дома Насти, не желая расставаться.

Незаметно закончилось лето, а вместе с осенними дождями тучи сгустились и над головами влюбленных. Неприятности начались с момента, когда мама Саши впервые увидела Настю. Сам Саша не видел ничего предосудительного в том, что он привел любимую девушку к себе в дом, но его мать это взбесило. Мило поздоровавшись с девушкой, она попросила Сашу выйти в соседнюю комнату и там зло прошипела ему в лицо: "Я сейчас уйду в магазин на пятнадцать минут, а когда вернусь, чтобы ее здесь не было".

"Почему? Что такого случилось?" — удивился Саша.

"Ничего не случилось. Но эту, эту… — не найдя нужных слов мать вышла в коридор на ходу кинув сыну — Я все сказала. Надеюсь, ты меня понял".

Саша не понял. Он просто увел Настю из дома, чтобы не подвергать любимую риску участия в скандале. Саша надеялся, что это просто недоразумение и со временем все утрясется, но оказалось, это было только началом бед.

На следующий день Настя, немного смущаясь, заявила: "Тебе сегодня будет звонить моя мама. Будь готов".

"Настенька, к чему? И откуда у твоей мамы мой телефон?".

"Телефон дала я. А быть готовым лучше к самому худшему. Я все рассказала про нас, и реакция была не совсем адекватная. Скорее всего, она будет тебя по-всякому обзывать, но ты не должен отвечать. Пойми, наша любовь выше. Пусть они думают все, что угодно, мы-то знаем как все на самом деле. Это будет наша фора всему миру".

Саша честно давал всему миру фору в течение полутора часов, во время которых узнал много нового и не всегда приятного про себя. Закончился его диалог с мамой Насти словами последней: "Раз, как вы утверждаете, вы так сильно любите мою дочь, так зачем вы прячетесь? Если у вас серьезные намерения приезжайте и попросите у меня ее руки".

"Я не прячусь. Приеду и попрошу".

"Хорошо. Приезжайте завтра вечером, если вам совесть позволит".

На следующий день Саша стоял перед домом Насти. Он очень волновался, и его сердце стучало так, что, казалось, это было слышно всем окружающим. Забыв про лифт, он взлетел на третий этаж и надавил на кнопку входного звонка. Все последующее Саша видел, словно сквозь туман. Дверь открылась, и перед ним возникли лица, которые Саша толком и не рассмотрел. Кто-то схватил его за воротник рубашки и произнес: "Ты эту кашу заварил, ты ее и прекращай. А не то всю оставшуюся жизнь будешь на лекарства работать". Другой голос, женский, произнес: "Отпусти его. Не хватало еще из-за такого в милицию попасть".

Потом Саша, как ему казалось, бесконечно долго шел по коридору и, наконец, оказался в комнате. Кто-то поставил ему стул и тот же женский голос произнес: "Садись".

На короткое время туман спал с глаз Саши, и он увидел несколько мужчин и женщин, с интересом рассматривающих его.

"Так что вы хотите нам сказать?" — услышал Саша уже знакомый голос.

"Я люблю Настю и хочу, чтобы она была моей женой".

"Нет, вы его только послушайте. Вот наглец. Ты сколько раз женат уже был? Тоже мне принц на белом коне нашелся. Перестань девчонке голову морочить".

Вся дальнейшая беседа продолжалась в том же ключе. Чтобы не говорил Саша, в ответ он слышал только насмешки и оскорбления.

"Они не слышат меня — вдруг понял он — Им вообще все равно, что я говорю. Это моя показательная казнь, исполненная для Насти ее родителями. Сидеть здесь и унижаться дальше глупо".

"Значит, нет?" — прервал Саша очередной монолог кого-то из родственников Насти.

"Конечно, нет. Не для такого как ты я растила дочь".

"Я могу проститься с Настей?".

"Нет. Не можешь" — в глазах матери Насти горел огонь победы.

Снова был коридор, чьи-то лица, чьи-то ехидные слова: "Метро найдете?". Очнулся Саша около подъезда. Глаза были наполнены слезами, которые мешали что-либо рассмотреть вокруг. Саша плакал, совершенно не стесняясь этого. Ему было слишком больно. Так больно, как никогда еще не было до этого.

"Так значит вот вы как? Хотите фору? Вы ее получили. Теперь мой ход. Я никогда этого не прощу. Никому из вас" — шептал Саша, сглатывая соленые ручейки.

На этом неприятности не закончились. На следующий день Сашу вызвал к себе директор института и объявил: "Я решил твою молодую сотрудницу уволить".

"Почему? — в очередной раз удивился Саша, хотя все произошедшее за последние дни могло бы уже приучить его к неожиданностям — Настя ведь хорошо работает".

"Я не буду скрывать от тебя правду. Мне звонила твоя мама и просила убрать от тебя Настю. Я слишком уважаю память о твоем отце, чтобы не послушать ее. Да и права она. Эта девчонка тебе не пара".

"А можно я сам буду решать, кто мне пара. И с кем мне работать, я тоже хочу решать сам. А если вам что-то не нравиться — я увольняюсь".

Саша схватил со стола директора чистый лист бумаги и торопливо написал заявление об уходе по собственному желанию. Последнее, что он услышал в стенах НИИ Материаловедения, были брошенные директором ему вслед слова: "Ну и дурак".

Придя домой, Саша стал судорожно собирать свои вещи в сумку.

Мать, молча, наблюдала за происходящим, а потом поинтересовалась: "Что ты делаешь?".

"Тебя это не касается. После того, что ты сделала, я вообще с тобой разговаривать не хочу".

"Не хочешь со мной разговаривать? После всего, что я сделала для тебя. После того, как я всю свою жизнь заботилась о тебе?".

"Заботилась? Да ты мне шага не давала ступить самому".

"Где бы ты был со своей самостоятельностью? Ты и так загубил свою жизнь своими бесконечными женитьбами, но окончательно ее сломать я тебе не позволю. Ты думаешь, твоя Настя будет вечно юной и наивной влюбленной девочкой? Нет. Ее надо будет кормить и одевать. И с возрастом ее запросы будут расти. Ей надо будет покупать белье и колготки. И ходить она дома будет не в мини-юбке, а в застиранном халате и с сальными волосами. Зачем тебе эта девчонка? Найди себе достойную пару…".

"Я тридцать пять лет ищу себе пару, следуя твоим советам, и что из этого вышло? Хватит. Я хочу пожить своим тупым умом, а не твоими мудрыми советами".

Хлопнув дверью, Саша ушел. Несколько дней он ночевал, где придется, а затем ему удалось снять половину маленького деревянного домика рядом с железнодорожной станцией "Бутово". Настю он теперь видел очень редко. Иногда он специально приезжал к ее дому, чтобы посмотреть, как любимая в сопровождении матери едет в институт. Иногда Саше удавалось проводить Настю после занятий. В эти вечера девушка была грустной и унылой. В один из таких вечеров Саша вдруг отчетливо понял, что все кончено. Крупные снежинки мокрого снега ложились на пушистые ресницы и волосы Насти. Девушка была необычайно красива, и от этого Саше было особенно обидно понимать, что им никогда не быть вместе.

"Настя, что с нами будет?" — спросил Саша, когда они стояли, обнявшись, и девушка грела свой замерзший нос, уткнувшись в его шею.

"Я не знаю. Я сейчас ничего не знаю".

"Вот и конец моим мечтам и надеждам. Я не хочу тебя больше мучить. Прощай навсегда, милая" — мысленно попрощался Саша и нежно поцеловал покрытые снегом волосы девушки.

На следующий день он проснулся с единственным желанием — напиться до бесчувствия. С этой целью Саша поехал в НИИ Материаловедения, где оставалось большое количество людей, готовых с радостью разделить с ним это желание. Реализовать свою идею Саши полностью не удалось. Совершенно неожиданно посередине попойки Ира заявила: "Саша, извини, я совсем забыла. Звонила Настя и очень просила тебя встретить ее сегодня после института. Впрочем, у нее занятия заканчиваются через сорок минут. Боюсь, ты не успеешь".

Саша успел. Так обычно маленькая деталь круто переворачивает судьбы людей. Совершенно случайно около НИИ Саше удалось поймать машину. Случайно ее водитель оказался любителем скоростной езды и уж точно случайно они не попали в аварию и пробку.

Саша встретил Настю, когда девушка выходила из дверей института.

"Настя, мне надо сказать тебе что-то очень важное…" — начал он заранее приготовленную речь, по поводу того, что им лучше расстаться.

"Вот приедем домой, и расскажешь" — прервала Настя Сашу.

"Домой? Куда домой?"

"Куда? Куда? Разкудакался. К нам домой. Туда, где мы будем жить. Вдвоем, ты и я. Или я зря поставила родителей в известность, что меняю место жительство? — девушка вдруг уткнулась лицом в Сашину куртку и расплакалась — Я так устала. Я не могу больше без тебя".

А через месяц после переезда Насти к Саше состоялась их скромная свадьба.

— 3 —

Кто может, не кривя душой и не на секунду не задумываясь заявить, что был хотя бы один день в жизни абсолютно счастлив? Саша Свиндич был одним из тех, кто мог смело сказать это о себе. Многоэтажные громады новостроек вплотную подступали к их дому, но влюбленные не завидовали счастливым жителям современных монолитов. Пусть удобства у молодоженов были во дворе, отопление заменял котел "Титан", а горячая вода отсутствовала, но зато они были вместе. Впервые в своей жизни Саша чувствовал себя совершенно свободным. Наконец-то он мог делать только то, что хочется именно ему, но хотелось Саше только одного: каждую секунду быть рядом с любимой. Вместе они решали для Насти дифференциальные уравнения, слушали музыку, убирались, готовили еду и при этом постоянно целовались. Иногда они просто сидели на старом обшарпанном диване, крепко обнявшись, и молчали. За стеной лениво переругивались соседи.

"Только и знаешь, что водку пить, да телевизор смотреть. Хоть бы раз в жизни чем-нибудь путным занялся" — ворчала женщина.

"Молчи лучше. Я хоть телевизор смотрю, а ты вообще нигде не бываешь, темнота" — отвечал хриплый мужской голос.

Услышав подобное, Настя сначала рассмеялась, а затем серьезно заглянула в глаза Саши: "Интересно, а мы когда-нибудь будем так ругаться?".

"Никогда. Знаешь, как я тебя люблю? Вот так крепко-крепко и так нежно-нежно" — в подтверждение своих слов Саша крепко прижал девушку к себе и нежно поцеловал в переносицу.

Часто по выходным к ним в гости приезжали Ира, давний знакомый Насти Сергей Безымянный и его приятель Борис. В такие дни жизнь казалась особенно прекрасной. Было здорово вместе с этими молодыми ребятами пить вино, играть в "подкидного дурака" и болтать обо всем на свете, начиная с теоремы Ферма и заканчивая глобальными проблемами развития цивилизации. Сергей нравился Саше, уже хотя бы тем, что тот был как и он буквально помешан на роке. Часами они могли обсуждать концепции альбомов групп, про которые давно все забыли. Борис мог наизусть цитировать главы из "Властелина колец" и читать стихи на эльфийском языке, ну а Ира была лучшей подругой его обожаемой Насти, что уже само по себе являлось в глазах Саши огромным достоинством.

День пролетал незаметно и в комнате сгущались тени. Вечером Настя зажигала свечи, а Сергей брал гитару и пел свои, почему-то всегда грустные песни.

Ночь стекла коснулась

Холодом своим,

Над землей колдуя

Волшебством пустым.

Потянувшись к кладу

Призрачных надежд,

Столько лет зовущих

Глупых и невежд

Я коснулся окна рукой, обожженной об звезды.

Сколько раз поверив

В сказочные сны,

Я смотрел как в руки

Падали они.

В предвкушенье счастья

От любви дрожал

Но огонь чуть тлея

В пальцах исчезал

Оставляя ожог на руках, обожженных об звезды.

Видно в этом мире,

С божеской руки

Боль и счастье вместе,

Словно близнецы.

Только торопливо,

Чтоб не опоздать

Счастье все стремится,

Всем себя раздать,

Оставляя нам боль на руках, обожженных об звезды.

Зыбкий свет свечи и разливающееся по телу тепло от выпитого вина делали песню необычайно красивой. Саша клал голову на плечо Насти и закрывал глаза. "Ведь эта песня обо мне — думал он под впечатлением услышанного — Вся моя предыдущая жизнь сплошная череда ошибок. Как глупо было искать любовь там, где ее не могло быть. Надо было ждать и верить. Каждому человеку в жизни дается шанс стать счастливым и главное не пропустить его. Не перепутать ту единственную встречу с миллионом других случайных и ненужных. Ведь любовь — это единственное ради чего стоит жить на этом свете. All You Need Is Love. Beatles forever".

Как-то, взяв последний аккорд, Сергей отложил гитару и улыбнулся: "Знаете, ребята, со стороны вы смотритесь так, словно юная дочь убаюкивает своего престарелого отца". Саша даже не обиделся на эти слова. Рядом с Настей он чувствовал себя влюбленным мальчишкой, и ему была безразлична разница в их возрасте.

"Не слушайте его. Это он просто завидует" — заступилась за молодоженов Ира.

"Сережа, зависть плохое чувство — шутливо погрозила пальцем Настя — Смотри лучше на Иру. Какая девушка пропадает. Умница, красавица и при этом еще и блондинка".

"Так у меня же белая зависть, а это положительное чувство. Оно заставляет человека работать над собой и морально расти. Ира, между прочим, тоже на меня не смотрит, а смотрит в основном на твоего мужа, Настя" — отшутился Сергей.

Настя давно пыталась сосватать своих самых близких друзей, но все ее попытки и намеки всегда натыкались на глухую стену, как со стороны Сергея, так и со стороны Иры.

Кварталы Южного Бутово росли вверх и вширь не оставляя места старым деревянным постройкам и дом подаривший Саше Свиндичу столько радости тоже пошел под снос. Через полгода счастливой жизни перед влюбленными встала проблема поиска нового жилья. Возвращаться к своей матери Саша не хотел ни за что, и тогда Настя предложила немного пожить у ее родителей, чтобы попытаться накопить денег на собственную квартиру. Саша согласился, не предполагая, что с этого момента период безграничного счастья в его жизни сменится периодом страданий и унижений. Призрак Вити Филатова из его далекого детства вернулся вновь, приняв облик мамы Насти.

После увольнения из НИИ Материаловедения Саша работал дома на собственном компьютере. Заказов на всевозможные мелкие программы было достаточно, и зарабатывать Саша мог бы неплохо, если бы он имел возможность над этими заказами работать, но работать ему не давали. Каждое утро, как только Саша и его теща оставались дома вдвоем, она неотвратимо появлялась на пороге комнаты молодоженов и кошмар начинался.

"Так я не поняла, негодяй, сколько раз ты был женат? Это скольким же ты людям жизнь испортил? А теперь, значит, до моей дочки добрался? Посмотри на себя, у тебя руки по локоть в крови наивных девочек…".

Подобные монологи длились до самого вечера. Фантазия мамы Насти была неистощима. Иногда Саша даже восхищался ее умением придумывать все новые и новые домыслы и оскорбления, касающиеся его жизни. Следствием подобного общения с тещей было то, что Саша срывал все сроки сдачи готовых программ, и им с Настей катастрофически не хватало денег.

Наступал вечер и с работы возвращался папа Насти. Покровительственно похлопав Сашу по плечу, тесть заявлял: "Завидую я тебе зять. Здорово ты устроился. Работать, не работаешь. Мы тебя кормим, одеваем, так еще и такую красивую девчонку себе отхватил. Ты на правду то не обижайся. Мы ничего, мы ради дочки потерпим. Живи, раз совести нет". После высказываний тещи эти слова казались Саше вполне безобидной шуткой, зато возвращение тестя с работы давало шанс на маленький глоток свободы. Быстренько запихнув в себя за ужином кусочек сардельки, Саше стремился как можно быстрей убежать из этого ненавистного дома под видом необходимости встретить с работы Настю.

Настя доучивалась на последнем курсе института и параллельно устроилась на работу в фирму, торгующую полиграфическим оборудованием. После первого же дня работы Настя вернулась домой с горящими глазами. Она шла, держа Сашу под руку, и не умолкала ни на минуту: "Представляешь, это словно попасть в созвездие. Вот, например ты одна маленькая звездочка в своей специальности, а там таких звездочек просто миллион до неба. А наш шеф, Денис, так он просто гений…".

Это был жестокий удар. Неприятно слышать от любимой, что ты далеко не гений, а лишь маленькая звездочка, затерянная в бесконечных просторах вселенной. Еще более неприятно было замечать, что разговоры Насти о работе становятся все более эмоциональными, а возвращения домой все более поздними. Вначале девушка возвращалась около восьми часов вечера, и именно к этому времени Саша приходил встречать ее к метро. Постепенно возвращения Насти сместились к девяти часам, потом к десяти. Саша все равно приходил к восьми, потому что не хотел находиться дома вместе с родителями жены. Он часами слонялся у выхода со станции и изводил себя ревностью. Иногда он покупал в палатке сто грамм водки упакованной в целлофановый стакан и пил ее прямо на улице, чтобы хоть на некоторое время забыть о своих проблемах. Рядом группами по двое или по трое пили водку такие же неудачники, как и он и от этого Саше становилось легче. В один из таких вечеров он и встретил Иру.

"Привет. Давно не виделись. Ты чего здесь сидишь?" — спросила Ира.

"Я Настю жду" — ответил Саша и вдруг неожиданно для самого себя вывалил на девушку все, что наболело на душе. Ира внимательно слушала, не прерывая сбивчивый рассказ Саши.

"А что ты хотел? Настя у нас девушка увлекающаяся. А родители… Ты же уже встречался с Настиной мамой — Ира взъерошила Саше волосы и улыбнулась — Слушай, а ты когда согласился с ее родителями жить, понимал, на что ты идешь?"

"Ничего я не понимал и не хочу ничего понимать. Я люблю Настю. Главное чтобы ей было хорошо. Денег на свою квартиру все равно нет".

"А-а-а, понятно. Раз любишь, терпи и нечего нюни распускать. Ладно, я пойду. Что-то мне сейчас Настю видеть не особо хочется. Будет совсем плохо — звони. Встретимся, поболтаем".

Ира помахала на прощанье рукой и растворилась в сумраке осеннего вечера.

"Надо как-нибудь в НИИ в гости заехать. И с Ирой поболтаю и с ребятами посижу как в старые времена, а то общаюсь целыми днями с одной тещей. От этого и с ума сойти не долго" — решил Саша, но его планам было не суждено сбыться.

Когда Саша вместе с Настей вернулся в тот вечер домой, то узнал, что звонила соседка матери и сказала, что ту увезли в больницу. Нехорошее предчувствие, словно холодной рукой сжала сердце. Забыв о ссоре, Саша помчался к матери, а через неделю он ходил по пустынным комнатам родительской квартиры и с горечью смотрел на завешенные темной материей зеркала. Саша чувствовал себя очень несчастным. Почти год Саша не бывал у себя дома и не встречался с матерью. Общение ограничивалось лишь редкими звонками. Обида казалось Саше непреодолимой. Он хотел доказать матери свою правоту, а в результате лишил ее возможности видеть сына в последний год жизни.

Смерть примирила мать и сына и Саше оставалась только корить себя за глупую жестокость по отношению к человеку, подарившему ему жизнь. Ему было очень жаль мать, но еще больше было жаль самого себя. "Как больно и странно. Никто не будет больше учить меня жить, воспитывать и следить за каждым моим шагом. Вот я и остался совсем, совсем один. Никого кроме Насти у меня больше нет" — тоскливо думал Саша, осматривая родной дом, который после смерти родителей казался чужим и враждебным. Немного денег, небольшая кучка не слишком изысканных драгоценностей и ключ от верхнего ящика письменного стола в кабинете отца — вот и все его наследство. Мать запрещала сыну лазить в отцовский стол, но теперь запрет исчез сам собой.

Саша достал из стоящего на полке серванта маленького фарфорового чайника заветный ключ и прошел в кабинет академика. Открыв запертый ящик, он обнаружил старую шкатулку из прессованного дерева и ученическую тетрадь, на обложке которой размашистым почерком отца было написано "Для Александра Свиндича". Саша открыл тетрадь и прочел: "Здравствуй сын…".

— 4 —

"Здравствуй сын! Извини, что обращаюсь так официально, но я не знаю, в каком возрасте эта тетрадь попадет в твои руки. Я даже не знаю, решусь ли отдать ее в твои руки лично или ты обнаружишь эту рукопись сам. Поэтому долго искал нейтральное обращение и вот придумал. Согласись звать Сашкой седого старика неприлично, а называть по имени отчеству школьника или студента тоже как-то не очень. А сын — это звучит для отца всегда гордо.

Хочу тебя сразу предупредить. Все что ты сейчас узнаешь, не является бредом сумасшедшего. Поверь мне на слово, а доказательства получишь, когда прочтешь эту тетрадь до конца.

Началось все с того, что я увлекся гипотезой свертывания пространства до ненаблюдаемого микроуровня. Серьезные основания для существования подобной гипотезы без сомнения были. Пространство должно иметь возможность свертываться. Просто компактификация пространства осуществляется еще не открытыми фундаментальными взаимодействиями. Если исходить из единой теории поля Калуцы — Клейна, которая постулирует одиннадцатимерную вселенную, то придется признать существование восьми новых фундаментальных взаимодействий с весьма необычными свойствами. Возможно, именно некоторые из этих взаимодействий привели к возникновению легенд и сказок о волшебстве и магии.

Проще говоря, должна существовать некая сила, способная складывать предметы до микро размера точно так же как ты складываешь лист бумаги до маленького квадратика. Поиском этой силы и созданием прибора способного ее использовать я и занимался в Институте Физики.

Направление исследования было признано приоритетным. Денег на него государство не жалело и в конце концов это дало результат. Упуская подробности, просто скажу, что подобный прибор мне создать удалось. Чисто теоретически он должен был работать, но за день до первого испытания страх и любопытство овладели мной. Поддавшись желанию убедиться в собственном величии и опасаясь полного провала, я решил лично произвести проверку своего изобретения до официального испытания на глазах государственной комиссии. C этой целью я вынес прибор из института и принес домой. Потом-то я понял, как глупо и рискованно это было, но в тот момент, словно что-то переклинило в моей голове. В качестве объекта испытания я выбрал хорошо знакомый тебе книжный шкаф в своем кабинете. Особой сложности в управлении прибора не было. Достаточно было лишь установить расстояние до объекта свертывания, направление по азимуту и нажать красную кнопку включения. Зеленая кнопка должна была вернуть объект в первоначальное состояние. Совершив все необходимые манипуляции, я с замиранием сердца уставился на книжный шкаф, но с ним ничего не происходило. Уменьшаться шкаф явно не собирался. Полный разочарования и предвкушая свой завтрашний провал перед лицом государственной комиссии, я уже хотел было выключить прибор, но в этот момент увидел на дверце шкафа небольшое светящееся пятнышко. Пятнышко росло и вскоре превратилось в некое подобие вращающейся воронки, которая образовалась на месте объекта свертывания.

С нетерпением я ждал, что же будет дальше, но больше ничего интересного не происходило. Прибор работал, светящаяся воронка вращалась, но на этом похоже все и завершилось. Я попробовал поместить в область вращения карандаш. Воронка на это не среагировала. Лишь часть карандаша исчезла внутри воронки и стала невидимой, но стоило мне отдернуть руку, как карандаш вновь оказался целиком в комнате и при этом совершенно невредимый. Тогда я попробовал произвести такой же эксперимент над собственной рукой. Результат повторился. Окончательно потеряв голову от происходящего, я сделал неосторожный шаг в сторону воронки и вдруг оказался в комнате, выложенной простым грубо обтесанным камнем. Прямо передо мной в стене был узкий проем, через который в комнату попадал солнечный свет. Миновав этот проход, я оказался на террасе и замер от восхищения. Всегда считал фразы типа "ни словами сказать, ни пером описать" глупыми выдумками филологов. Ведь если что-то существует, то его можно как-то описать, но ту красоту, что предстала перед моими глазами, действительно было невозможно передать словами.

"Человек? Откуда ты взялся в моем дворце? Неужели спустя тысячелетие люди вновь вспомнили о маленьком народце?" — неожиданно раздалось за моей спиной.

Я повернулся на голос и увидел молодую женщину в длинном белом платье, словно сошедшую с картины Леонардо. По ее красивому лицу блуждала таинственная улыбка, черные вьющиеся волосы ниспадали до пола, а правую руку украшал необыкновенный перстень в виде большой распустившейся серебряной розы.

"Кто вы? — удивленно воскликнул я — И где я нахожусь?".

"Все так же глупы и так же невоспитанны — вздохнула женщина — Человек, тебе не приходит в голову мысль, что не учтиво задавать вопросы фее, не удосужившись представиться?".

"Фее?" — пройдя через воронку, я меньше всего ожидал попасть в сказку.

"И не просто фее, человек. Перед тобой Моргана, королева фей. Ты неучтив, но я прощаю тебя. Что ж, начинай молить меня о возвращении маленького народца на землю, и если твои мольбы тронут меня, может быть я, соглашусь. Ведь ты здесь ради этого?".

"Не понимаю о чем вы. Я оказался здесь чисто случайно и ни о каком маленьком народце даже не знаю" — ответил я.

"Ты ничего не знаешь о феях?".

"Знаю. Все когда-то слушали сказки и знают про фей, ведьм, Волшебника Изумрудного города и Вини Пуха. Но ведь все это выдумки, не правда ли?".

"Ты хочешь сказать, что я выдумка, человек? Миллион лет мы существовали рядом с вами. Мы учили вас любви и отваге, чести и бескорыстности, а в результате оказались выдумкой? Значит, наш уход ничему вас не научил? Вы продолжаете жить, как и жили? Строить паровые машины, считать деньги и не верить в волшебство? Детей больше не посвящают феям, и они не вырастают героями, принцы не приезжают на белом коне к Золушкам? Вам ничего этого не надо?".

"Боюсь разочаровать вас, но паровые машины мы давно не строим. Человек шагнул уже в космос. Мы на пороге новых научных открытий и в Бабу Ягу теперь верят только пятилетние дети. Но я так и не понял, кто вы на самом деле?".

Лицо Морганы побледнело и словно все краски исчезли из окружающего меня мира.

"Я уже слышала подобные речи. Это было давно, очень давно. В какой-то момент нашего совместного существования люди перестали верить в нас и стали слишком верить в себя. Да верили бы вы во что угодно, вам же хуже, но это слишком сильно повлияло на мой народ. Некоторые из нас начали погибать, потому что переставали верить в свою волшебную силу. То, что никому больше не нужно не должно существовать. Тогда я и король эльфов решили наказать людей. Мы решили покинуть ваш мир, чтобы вы поняли, что не сможете жить без нас. Мы ушли из мира людей с надеждой на быстрое возвращение, но ошиблись. Оказывается, про нас даже не вспомнили. Не верите, что мы существуем? Тогда пусть нас больше не будет".

Облик женщины начал меркнуть и вскоре исчез. Лишь кучка одежды, да перстень со стуком упавший на пол напоминали мне о недавней встрече. Мой мозг отказывался воспринимать случившееся. Стараясь из последних сил не упасть в обморок от нервного срыва, я вернулся к воронке и без сил упал в нее.

Очнулся я на полу своего кабинета, а в моей руке был зажат перстень в виде розы. С трудом поднявшись с пола и отключив прибор, я рухнул в кресло и попытался разобраться с тем, что произошло. Постепенно в моей голове вырисовывалась четкая теория объясняющая случившееся.

Представь себе многоэтажный дом, стоящий на пустыре. По ночам из окон этого дома видны одни и те же звезды. Жители каждого этажа очень похожи друг на друга, но в этом доме есть одна особенность. В нем нет лестниц и лифтов, и все живущие знают о существовании только своего этажа. Пытаясь свернуть пространство, я умудрился проделать дырку между нашим и следующим этажом. Сколько всего этажей и кто на них живет, не представляю и даже боюсь думать об этом.

Представь себе мое состояние, когда я понял все. Мне необходимо было принять решение, а я боялся этого. Что сделаем с тем миром мы? Заставим эльфов строить коммунизм? Или превратим фей в оружие нового поколения?

На следующий день я сорвал испытания, объявил о несостоятельности своей теории и попросил госкомиссию закрыть тему. От тюрьмы меня спасло лишь то, что побочные эффекты от разработки основной темы дали хоть какую-то пользу народному хозяйству. Я оказался слишком слаб. Надеюсь, ты сильней меня, потому что этот мир теперь твой и тебе решать его судьбу. Прибор и перстень лежат в шкатулке. Удачи".

— 5 —

Первое, что пришло в голову Саши после того, как он прочел тетрадь, была мысль: "Это либо попытка написать фантастический рассказ либо просто глупая шутка потому, что такого не может быть вообще". Затем он вспомнил предупреждение отца в начале рукописи и, стерев рукавом куртки пыль с крышки шкатулки, открыл ее. Внутри Саша действительно увидел кольцо в виде большой серебряной розы и металлический цилиндр, отдаленно напоминающий электрический фонарик. На цилиндре располагались две цифровые шкалы и две кнопки: красная с гравировкой "ВКЛ" и зеленая с надписью "ОТКЛ". Повертев цилиндр в руке, Саша нажал красную кнопку. Он был абсолютно уверен, что ничего не произойдет, но к его изумлению все случилось именно так, как было описано в тетради. Через несколько минут Саша стоял перед вращающейся воронкой и даже не представлял, что же делать дальше. Ему было очень страшно, но привычка постоянно играть сильного человека и делать то, что от него ждут, а не то, что хочется, пересилила страх. Саша закрыл глаза и вошел в светящийся круг. Ничего ужасного не произошло. Открыв глаза, он увидел, что находится именно там, где когда-то побывал его отец, только комната имела несколько запущенный вид. Пол был скрыт слоем пыли, а с потолка свисали клочья паутины. Саша вышел на террасу и зажмурился от неестественно яркого сияния красок. Перед ним словно покрытый густым малиновым сиропом от лучей заходящего солнца лежал удивительный город, хотя городом это было сложно назвать. Скорее это было хаотическое нагромождения домов с удивительными архитектурными изысками, замков, словно сошедших с заставки мультфильмов Уолта Диснея и хижин, увитых цветами невиданной красоты.

Чувство восторга охватило Сашу. Восторга не только этим чудесным миром, но и самим собой. "Так вот он какой, мир, который теперь принадлежит мне — думал он — Спасибо, папа. Я всегда верил, что мне предназначено нечто большее, чем существование среди грубой и тупой толпы. Обиды и унижения, которые я терпел всю свою жизнь, должны были быть вознаграждены. И вот она — награда. Не зря я был рожден козерогом — повелителем мира. Наплевать мне теперь на родителей Насти, на деньги, на покупку квартиры в Москве. Теперь я самый богатый человек в мире".

Вернувшись в квартиру родителей, Саша нажал зеленую кнопку и увидел, что вращения воронки стало замедляться, а сияние меркнуть. Как только от воронки не осталось и следа, Саша сунул прибор во внутренний карман куртки, туда же запихнул тетрадь и кольцо, и сломя голову выскочил на улицу. Ему не терпелось поделиться своим открытием с женой.

Настя ужинала вместе с родителями, когда Саша, не раздеваясь, ворвался на кухню и, схватив жену за руку, попытался вытащить ее из-за стола: "Настя, мне надо срочно тебе что-то сказать".

"Куда ты ее тащишь — возмутилась теща, — Какие такие у тебя дела могут быть, если ты целыми днями только и знаешь, что в свой компьютер пялиться, а ничего толкового не делаешь. Дай девчонке после работы поесть спокойно".

Пропустив мимо ушей эти слова, Саша увел Настю в их комнату, плотно закрыл дверь и встал перед любимой на колени.

"Милая, я дарю тебе целый мир" — напыщенно воскликнул он и протянул жене кольцо и тетрадь отца.

"Ой, какая прелесть — воскликнула Настя и немедленно стала примерять кольцо, не обращая никакого внимания на тетрадь — Это твоей мамы драгоценность? Спасибо тебе, любимуля моя".

Вдоволь налюбовавшись огромным серебряным бутоном розы, Сашина жена снова обратила внимание на мужа.

"Саша, вставай. Ну что ты все на коленях стоишь. Нам надо серьезно поговорить. Я должна тебя предупредить. Мама и папа хотят на тебя серьезно надавить. Они считают, что квартиру твоих родителей надо продать и купить загородный дом. Мне эта идея не очень нравится, но…".

"Настя подожди — прервал Саша жену — Садись и читай". Он силой усадил Настю на стул и сунул ей в руки тетрадь.

Прочитав рукопись академика Свиндича, Настя вопросительно взглянула на мужа: "Это что, правда?".

"Правда. Лично проверил. Я же не зря говорил, что дарю тебе целый мир".

Эмоционально-романтический порыв Саши иссяк достаточно быстро. Его хватило только на пафосный подарок любимой и на восторженный рассказ о посещении иного мира. Что делать дальше с наследством отца Саша представлял себе плохо, и тогда за дело взялась Настя. Несмотря на всю фантастичность ситуации, она быстро перевела вопрос из области романтики в практическое русло.

"Прежде, чем что-то решать, необходимо понять, что же представляет собой тот мир — убеждала Настя мужа — Записи ничего конкретного нам о нем не рассказывают, кроме того, что его населяет "маленький народец". Я думаю, что тебе надо найти в интернете все, что касается этого термина, а я займусь организацией экспедиции для изучения открытого твоим отцом мира. Надо поговорить с моим шефом Денисом. Думаю, он нам может сильно помочь, потому что лучшего организатора я в своей жизни не встречала. И обязательно надо позвать Сергея, Бориса и Иру. Это я тоже беру на себя. Соберемся в эту субботу на квартире твоих родителей и все обсудим окончательно".

Предложение Насти Сашу вполне устраивало, потому, что сам он не любил ничего организовывать. Необходимость заниматься чем-либо подобным вызывало у него всегда какое-то внутреннее чувство неудобства. Но вот упоминание Дениса вызвало на лице Саши гримасу недовольства.

Дениса Дробышева, легендарного начальника Насти, Саша видел только раз, но эта встреча навсегда породила в его душе неприязнь к этому человеку. Впрочем, неприязнь родилась еще раньше и возникла она в результате постоянных восторженных рассказов Насти о Денисе. Их личная встреча произошла на празднование дня рождения Насти и эту неприязнь только усугубила. Уже первая фраза сказанная Денисом показалась Саше очень обидной.

"Ты даже не представляешь, какая жена тебе досталась" — сказал Денис, когда Настя знакомила его с мужем.

"Представляю. Иначе бы на ней не женился" — пробурчал в ответ Саша, но его никто не услышал, потому что Настя уже тащила Дениса знакомиться с Сергеем и Ирой.

Весь вечер Настя в основном разговаривала со своим шефом и еще несколькими ребятами с ее работы, а Саша стоял в стороне и с тоской смотрел на жену. Тема разговоров не изобиловала большим разнообразием и постоянно крутилась вокруг проблем управления производством.

"Менеджмент, менеджмент. Люди заучили иностранное слово и повторяют как попугаи — вещал Денис — Менеджер — это человек, который осуществляет управление организацией, а организация может заниматься чем угодно. Собрались несколько человек денег срубить — организация. Но если они собрались просто водки попить — тоже организация. В обоих случаях процесс надо планировать и организовывать и в обоих случаях человек, занимающийся этим — менеджер. В конце концов, даже сантехника дядю Васю можно назвать менеджером низшего звена, если у него есть ученик, которого этот дядя Вася заставляет вместо себя канализацию прочищать. Менеджмент — это в первую очередь умение управлять людьми. А то сидит такая на телефоне рекламу ищет. "Вы нам рекламу не дадите?". "Нет!". "Ой, извините". А все туда же: "Я менеджером работаю…".

Когда обида Саши достигла своей апогеи, он подошел к жене и вступил в беседу, пытаясь доказать Насте, что он умнее и интереснее, чем Денис. Но Денис оказался даже более эрудирован, чем Саша. Попытка пустить в ход чувство юмора тоже не сработала. Сашины шутки, обычно доводившие окружающих до истеричного хохота, на этот раз встретили достойный отпор. Самолюбие Саши, который привык считать себя умнее окружающих, получило в тот день сокрушительный удар.

"Ты чего сморщился? Что случилось?" — спросила Настя. Сашина гримаса не ускользнула от нее.

"Ничего не случилось".

"Я что, не вижу ничего? Это из-за Дениса? Какой ты глупенький. Он, между прочим, о тебе очень высокого мнения и всегда просит меня тебе привет передать. Ну что, договорились?".

"Договорились" — вздохнул Саша.

Довольная Настя подскочила к мужу и звонко чмокнула его в щеку.

— 6 —

Через три дня потенциальные исследователи иного мира собрались в квартире Свиндичей около Патриарших прудов. Каждый из присутствующих уже вкратце представлял, о чем пойдет речь, хоть и слабо верил в реальность происходящего. Пунцовая от волнения Настя прочитала рукопись академика, добавив к ней рассказ Саши об его эксперименте, а затем попросила мужа рассказать все, что ему удалось найти о "маленьком народце" в интернете.

"Маленький народец — это персонажи сказок и легенд — начал свой рассказ Саша — Феи и эльфы — вроде как добрые, а великаны и тролли — злые. Все, что касается этого народца, в основном находится в области компьютерных игр. Сведений много, но все они из области сказок, а не реальности. Есть правда и серьезные исследования. Во второй половине XVII века в Шотландии жил ученый-священник Реверенд Крик, получивший степень профессора в Эдинбурге. Монах собрал сведения о феях, гномах и эльфах и написал труд "Тайный союз эльфов, фавнов и фей". По его теории маленький народец существовал в период позднего неолита на Британских островах, но в VI веке нашей эры был жестоко изгнан из своих земель вторгшимися кельтами. После этого они жили в лесах и высоко в горах. Несмотря на обиду на людей с маленьким народцем не связывали зло: кто дружил с ними, тому улыбалось счастье. Так было до тех пор, пока монахи и проповедники веры не заклеймили маленький народец, как злых духов. Началось гонение. В Ирландии, например, их считали падшими ангелами, избежавшими возмездия и не достигшими ада. Якобы свалившись на землю, они стали феями и домовыми, а попавшие в трещины и ущелья гор превратились в злых карликов и гномов. Что самое интересное маленький народец, похоже, действительно существовал. Вблизи острова Льюиса на Внешних Гебридах у западного побережья Шотландии расположен небольшой островок, где, как утверждает легенда, жили и были похоронены маленькие человечки, обитавшие в этих местах с давних пор. Во времена раскопок еще в XVI веке там действительно обнаружили останки маленького народца — их кости и черепа. Ряд исследователей утверждает, что и ныне маленький народец обитает у нас под ногами. И эта фраза является определяющей. Она полностью согласуется с теорией отца. В какой-то момент маленький народец ушел в параллельный мир, спустившись на этаж ниже в мироздание, которое описал папа. Вот с кем нам, скорее всего, и придется иметь дело".

Блаженная улыбка озарила лицо Бориса: "То есть мы по-настоящему попадем в мир, описанный на страницах "Властелина колец"? Все о чем мы читали и все, о чем мечтали на наших собраниях в Измайловском парке, может осуществиться в реальности? Вот это круто. Я даже мечтать не мог о том, что смогу поговорить с живым эльфом на его языке. Сашка — ты просто Профессор".

"Почему Профессор?" — удивился Саша.

"Среди толкинистов так самого Толкиена зовут. Ведь он собственно из ничего создал силой мысли целый новый мир. Ты тоже Профессор, потому ты открыл дорогу в такой же мир как у Толкиена, но уже настоящий, а не придуманный".

"Если я Профессор, тогда Настя — Королева. Ведь я подарил этот мир ей и значит она его правительница" — заявил Саша. Он никогда не отказывал себе в удовольствие лишний раз побыть пафосным.

"Настюха — королева, а кто тогда я? Подруга королевы?" — поинтересовалась Ира.

"Ты старшая фрейлина" — пошутил Сергей.

"Я не хочу быть фрейлиной. Это же что-то типа современной домработницы: одень, раздень, принеси, унеси".

"Тогда будешь фавориткой" — не унимался Безымянный.

"Фавориткой кого? Короля? А король что ли ты? Вот уж надо очень" — обиделась Ира.

"Я не король — успокоил Сергей девушку — Короли все жестокие, а я белый и пушистый. Я буду Пушок, а Борька будет Наф-Наф, потому что он вылитый "Три поросенка" в одном лице".

"Ага. А операцию назовем "Ы". Что б никто не догадался — вмешался в разговор Денис — Детский сад — штаны на лямках. Сейчас соберем всех помешанных на "Властелине колец" и дружными колоннами с песнями отправимся в новую жизнь. Я уважаю фантастику и вполне допускаю существование параллельного мира, но в сказки не особо верю. Кого-то мы в ином мире, конечно, встретим, но не думаю, что это будет крестная Золушки. В гуманный инопланетный разум, только и мечтающий о том, как бы ему осчастливить землян я тоже не верю. Поэтому прежде чем уходить в другую параллель необходимо подготовиться. Нужно оружие, рация, одежда продовольствие. Нужны люди, владеющие навыками боя…".

"Зато теперь я знаю, кем будешь ты — пробурчал себе под нос Сергей — Ты будешь нашим "Сэнсэем" — учителем и наставником".

"Что?" — не расслышал Денис.

"Я говорю, у меня есть пара хорошо знакомых ребят из секции "тейквондо", в которой я занимаюсь. Думаю, они согласятся пойти с нами" — громко произнес Сергей.

"Хорошо. Но что совсем не маловажно, для всего этого нужны деньги. И тут встает главный вопрос: а какова цель нашего путешествия? Давайте рассмотрим параллельный мир как бизнес-проект. Он сможет окупиться или принести прибыль? Что нам даст эта экспедиция?".

"Счастья, Денис. Она даст нам счастье — улыбнулся Саша — Я видел мир, в который мы собрались. Он на порядок прекрасней, чем наш. И потом, ты хоть раз читал сказку, где не упоминаются сокровища? А мы собрались в сказку, независимо от того, веришь ты в них или нет".

"То есть, если я дам деньги на экспедицию, ты гарантируешь, что мы их вернем?".

"Гарантирую, Денис. Если хочешь, могу дать под залог эту квартиру".

"Согласен. Это уже деловой разговор. Давайте теперь обсудим список необходимых вещей…".

"Молодец" — прошептала Настя на ухо мужу и крепко сжала его руку.

"Йес! Я сделал его. Счет стал один один, Денис" — злорадно подумал Саша.

— 7 —

Чуть больше месяца потребовалось на подготовку к экспедиции и, наконец, долгожданный день настал. Широко открытыми глазами Настя смотрела на открывшиеся перед ней ворота в иной мир. Только сейчас девушка до конца поняла, на какой шаг решились она и ее друзья. Да, Настя много рассуждала на тему параллельных миров, но все эти разговоры были из области "разговоров ни о чем". С таким же успехом она могла рассуждать на тему "Что я сделаю, если стану президентом России". Вращающаяся воронка завораживала и притягивала к себе. Она словно высосала из Насти все чувства, оставив только трепет от предвкушения первого шага в иной мир и почти бесконтрольный животный страх перед тем, что ждет ее там.

Пытаясь найти поддержку у своих друзей, Настя огляделась вокруг и невольно улыбнулась. Кого-то лучше, кого-то хуже, она знала всех окружавших ее людей, но в таком необычном виде девушка видела их впервые. Окажись сейчас в комнате человек, не знающий, что здесь происходит, он подумал бы, что попал на репетицию самодеятельного театра. В какой-то степени так оно и было. Дело в том, что после небольшого совещания было решено, что маленький народец, скорее всего, покинул Землю, спасаясь от жестоких преследований католической церкви. Поскольку период рассвета инквизиции приходится на конец 15-го, начало 16-го веков, то именно в это время народец и ушел из параллели людей. Исходя из этого было решено одеть экспедицию в костюмы максимально приближенные к той эпохе. Решить этот вопрос взялся Борис, тетя которого работала директором Дома Культуры. Сам ДК уже давно существовал за счет сдачи в аренду своих помещений, но на его складе еще можно было найти запыленные театральные костюмы. В результате получилось то, что получилось.

На Насте было надето темно-зеленое платье с расширенным силуэтом, завышенной талией, шнуровкой и украшением из парочки искусственных цветов. Платье это могло принадлежать как Джульетте, так и любой другой героине пьес Шекспира. Ире повезло хуже — ей достался костюм Мальвины, состоящий из короткого голубого платья расшитого белыми кружавчиками и белых панталон. От большого банта и голубого парика девушка наотрез отказалась.

Из мужской части экспедиции лучше всех смотрелся Сергей. Его костюм больше всего напоминал одеяние Д'Артаньяна или гардемарина. Голову Безымянного украшала широкополая шляпа с пером, а на поясе висела купленная по случаю у предприимчивого сотрудника исторического музея настоящая шпага. Саша, Борис и Денис подобными изысками заниматься не захотели, и были одеты в привычные джинсы, футболки и кроссовки. Единственной приметой старины на них были сшитые из сукна двубортные кафтаны с медными пуговицами. Еще более примитивно были одеты приглашенные Сергеем в экспедицию в качестве бойцов его знакомые из секции тейквондо. Звали ребят Слава Туров и Вадим Солнцев и были они полной противоположностью друг друга. Первый был грубым и циничным здоровяком, второй — щуплым на вид интеллигентом. Все время, которое они проводили вместе, уходило у них на постоянные споры и взаимные подтрунивания. Возможно, именно постоянное желание доказать собственное превосходство над оппонентом и привело к тому что долго друг без друга Слава и Вадим находиться не могли. В отличие от остальных участников экспедиции, они согласились участвовать в походе за солидное вознаграждение и поэтому на их костюмах решили сэкономить. Одеты соратники Сергея по "тейквондо" были в штаны от спортивных костюмов и жилетки на голое тело. Идея подобного костюма принадлежала Борису, который утверждал, что так Слава и Вадим выглядят как захваченные в плен и взятые в услужение сарацины.

К чести исследователей неизведанного мира стоит отметить, что такой несерьезный и немного детский подход ограничивался только выбором костюмов. Все остальные вопросы подготовки к походу во многом благодаря Денису были решены очень профессионально. Запасы пищи, состоящие из консервов и концентратов, теплая одежда, спальные мешки, портативные радиостанции, соответствующие требованиям международного стандарта и оружие. Много оружия. В арсенале у экспедиции имелись боевые ножи с длиной клинка более тридцати сантиметров, армейские пистолеты с запасом боекомплекта и даже один автомат Калашникова. Более того, за последний месяц участники похода много времени провели в тире, в результате чего даже девушки научились вполне прилично стрелять.

"Итак, повторяем последний раз — лицо Дениса было напряжено — Первыми идем я, Слава и Вадим. Если все в порядке, мы сообщаем по рации и Сергей проводит девушек. Затем Борис. Последним идет Саша и забирает с собой прибор. И пожалуйста, держите оружие наготове. Проверти рацию. Все включили? Пошли".

С автоматом в руках Дробышев шагнул вперед. Вслед за ним в сияющей воронке исчезли "сарацины". В комнате повисла тягостная тишина. Настя видела, как побелели от напряжения костяшки пальцев у Саши, судорожно сжимающего рацию. Прошло несколько минут, но сигнала не было.

"Что-то случилось. Надо выручать ребят" — не выдержали нервы у Сергея, но в это время из воронки появился Слава.

"Вы чего? С дуба рухнули? Почему не отвечаете на наш вызов?" — не скрывая раздражения, поинтересовался он.

"Не было никакого вызова" — пояснил Борис.

"Все понятно. Радиосигнал между параллелями не проходит — догадался Саша — Интересно, какие нас еще сюрпризы ждут. Настя, Ира, Сергей — идите. Ваша очередь".

Настя глубоко вздохнула, задержала дыхание и шагнула вперед. Через мгновение она стояла рядом с Денисом и с восторгом рассматривала уже знакомое по рассказам мужа помещение.

Вопреки ожиданиям Насти переход не вызвал у нее никаких неприятных ощущений.

"Вот так просто? — удивлялась девушка — Ни боли, ни головокружения. Один шаг вперед и я в другом мире. Подумать только, эти стены сложены нечеловеческими руками из чуждого людям материала, а так похожи на обычные земные стены…".

"Все на месте? Переход оставляем открытым и двигаемся дальше" — голос Дробышева оторвал Настю от ее размышлений.

На этот раз экспедиция двинулась в противоположную от террасы сторону и оказалась на узкой крутой лестнице ведущей вниз. Как и стены здания, лестница была сделана из грубо обтесанного камня. Идти по шершавым ступеням было тяжело, да вдобавок лестницу окутывал полумрак. В полной тишине друзья спускались все ниже и ниже, и с каждым шагом мрак становился все гуще.

"Смотрите!" — вдруг воскликнула Настя.

От неожиданности Слава споткнулся и чуть не скатился кубарем по ступеням.

"Что ты вопишь? Чуть шею из-за тебя не свернул" — набросился он на девушку.

Не обращая никакого внимание на ругань Турова, Настя повторила: "Смотрите". Она подняла над головой руку с надетым на палец кольцом в виде распустившейся серебряной розы и все увидели, что оно светится бледным лунным светом.

"Не к добру все это" — прошептала Ира.

"Ты ничего не понимаешь — не согласился с ней Борис — Это свет эльфийского камня, а значит с нами силы добра".

Услышав подобное, Слава многозначительное покрутил пальцем у виска: "Знал бы я, что в такой дурдом попаду, на сто долларов больше попросил бы".

"Сам ты дурдом. Книжки просто читать надо, Слава, а не только по ночным клубам болтаться. Давай, двигай" — чуть подтолкнул Турова в спину Вадим, и экспедиция продолжила спуск.

Лестница оказалась не такой длинной, как казалось вначале. За очередным крутым поворотом в лицо исследователям брызнул яркий дневной свет, а еще через несколько минут они оказались на улице сказочного города.

То, что предстало перед глазами членов экспедиции, больше всего напоминало хаос восточного базара. Все пространство между двумя рядами удивительных домов было наполнено странными пряными запахами и непонятным говором. Мимо Насти стремительно проносились стайки маленьких крылатых существ и куда-то спешили бородатые, страшные на вид мужчины вперемежку с нереально прекрасными женщинами. Никто из жителей города не обратил на девушку и ее друзей никакого внимания. Все происходящее было настолько нереально, что даже Денис растерянно озирался вокруг и ничего не предпринимал.

Неожиданно за углом ближнего строения раздался громкий стук, словно кто-то забивал в землю сваи. Настя почувствовала, как задрожала земля под ее ногами. Через мгновение перед членами экспедиции появился отвратительный великан. Его тело было запорошено землей и покрыто мхом. Глаза чудовища были навыкате, широкая пасть разинута, а в лапах оно держало огромную дубину. Распухший нос великана постоянно двигался, к чему-то принюхиваясь. Заметив людей, чудовище довольно рыгнуло и двинулось прямо на них. Насте показалось, что мутный взгляд великана сфокусировался именно на ней. Застыв от ужаса, девушка забыла о том, что у нее есть оружие, что надо как-то спасать свою жизнь. Неотвратимость гибели сковало ее мозг и тело. В отчаянье девушка закрыло лицо ладонями, и приготовилась к смерти, но ничего страшного не произошло. Отняв от лица руки, Настя увидела, что великан стоит перед ней на коленях и смотрит на нее преданными собачьими глазами. "Королева вернулась!" — взревело чудовище и Настю обдало теплым зловонным воздухом из его пасти. В ту же секунду движение на улице прекратилось. Один за другим жители города вставали на колени и повторяли вслед за великаном: "Королева вернулась!".

— 8 —

"Расскажи, как вы узнали меня. Я хочу услышать об этом еще раз" — попросила Настя фею, которая вплетала в ее волосы лепестки роз.

"Ах, ваше высочество, вас так долго не было в стране фей, что вы успели многое забыть. Наша королева забыла, что обладает огромной волшебной силой и можете преобразиться в кого угодно. Только по "Эльфийской Розе" ваши подданные узнавали вас, ваше высочество. Так было всегда и так будет вечно. Вот это колечко на вашей руке и называется "Эльфийская Роза". Гривендальтор увидел его и понял, что перед ним сама королева Моргана. Как мы счастливы, что вы вернулись к нам, ваше высочество".

Гривендальтором звали того самого тролля, который так сильно напугал Настю на улице Нового Оберона, столицы Страны Фей, а весело щебетавшую фею звали Феечка и она была одной из приближенных королевы.

"Значит, теперь я Моргана, великая повелительница этого мира" — Настя никак не могла свыкнуться с этой удивительной новостью. Первым ее порывом было объяснить жителям Страны Фей, что они ошибаются, но с этим не согласились остальные члены экспедиции. Денис объяснил, какие выгоды можно будет извлечь из сложившейся ситуации и на этот раз его поддержал даже Саша. В результате Настя осталась в роле королевы фей, и постепенно ей это стало даже нравиться.

Настя была типичной "тургеневской девушкой". Застенчивая, угловатая внешне и романтичная внутри, она всегда стремилась к чему-то особенному. Ей так хотелось, чтобы ее жизнь была бесконечным подвигом.

Всегда возвышенные чувства,

Порывы девственной мечты.

И прелесть важной простоты.

Но подвигов не происходило, а в школе она была кем-то вроде "гадкого утенка". В первых красавицах Настя никогда не значилась и в отличие от своей подруги Иры, которая меняла мальчиков каждые полгода, с ребятами не дружила. Повзрослев, ближе к окончанию школы, Настя незаметно для самой себя вдруг превратилась в очень красивую девушку, а через некоторое время в ее жизни появился Сергей. С Безымянным она познакомилась на сборище "толкинистов", куда Настю притащила Ира, крутившая в то время роман с каким-то "эльфом". Не сказать, что Сергей уж очень сильно Насти понравился, но это был первый парень, обративший на девушку внимание, и еще он с таким восторгом всегда смотрел на нее. Жизнь Насти двигалась по проторенной до нее миллионами женщин дороге — институт, свадьба, дети, но не этого жаждала ее душа. Ей хотелось чего-то более возвышенного, и оно пришло в лице Саши Свиндича. Умный, красивый, веселый с вечно грустными глазами побитой собаки, Саша был предметом тайных воздыханий всей женской половины НИИ Материаловедения. Он был совсем не похож на ровесников Насти. С ним девушке было легко и интересно, а то, что такой человек без памяти влюбился в нее, еще и льстило ее самолюбию. Полюбила ли Настя самого Сашу или ей нравилось то, что он любит ее, но, тем не менее, чувства девушки были сильными и искренними. Насте очень хотелось сделать этого человека счастливым и самой стать счастливой рядом с ним, а то, что весь мир ополчился против их любви, делало их отношения еще более привлекательными. Ведь это и был подвиг, о котором Настя всегда мечтала. Преодолев все преграды, она победила и вышла замуж за Сашу, но после этого его героический ореол пропал. Саша превратился в обычного домашнего мужчину с кучей недостатков, а темы их разговоров постепенно становились обыденными и приземленными. Свято место пусто не бывает, и звание Настиного кумира перешло к Денису. Вот с кем девушке стало действительно очень интересно. У нее и Дениса было так много общего и это опять вернуло в жизнь Насти подвиг, потому что "но я другому отдана и буду век ему верна". Превратившись в королеву фей, Настя поняла, что теперь ее подвиги перешли на качественно новый уровень. Теперь она могла сделать что-то очень важное и полезное не только своему мужу или своим друзьям, но и всему человечеству.

"Ваше высочество забыло страну фей, а я почти забыла мир людей — продолжала говорить Феечка — Пообещайте, что если вы снова захотите навестить их, то возьмете меня с собой. Ведь я всегда была вашей любимицей. Да и нельзя вам одной в мир людей. Вдруг вы опять в кого-нибудь превратитесь и снова все забудете. Представляете, какой это будет ужас для всех нас?".

"Успокойся милая Феечка. Я обязательно возьму тебя с собой".

"Спасибо, ваше высочество".

"Скажи, а люди, которые пришли со мной. Почему вы приняли их в свой мир?".

Глаза маленькой феи наполнились слезами.

"Мне так жаль вас, ваше высочество, но я верю, что любовь и забота ваших поданных вернет вам память. Дело в том, что феи не воюют сами, потому что не могут держать в руках холодное железо. А поскольку от вредных гоблинов толку мало, нас всегда защищали воины-люди. Помните короля Артура и его рыцарей? Хотя откуда вам помнить. Вы вели этих людей в наш мир, как наших защитников, а потом забыли об этом. Бедная, бедная королева".

Феечка собралась было разреветься от избытка сострадания к своей королеве, но в этот момент двери тронного зала открылись, и в них вошел Безымянный.

"Королева — Сергей сорвал с головы шляпу и поклонился — Я пришел сообщить вам, что по указанию сэра Сэнсэя я и сарацины отправляемся в поход".

"Феечка, оставь нас. Мне надо переговорить с сэром Сергеем".

"Сережа, какой поход? Куда?" — удивленно спросила Настя, когда осталась наедине с Безымянным.

"На поиски обещанных вашим мужем сэром Александром сокровищ, сударыня. Ни во дворце, ни в городе залежей золота и драгоценных камней я не наблюдал, а жить на что-то надо. Да и изучить окружающую нас местность тоже необходимо. Так что, давайте, благословляйте меня" — Сергей вынул из ножен шпагу и протянул Насте.

"Это-то зачем?" — улыбнулась девушка.

"Это местная традиция, а традиции надо чтить. Или вы отказываете мне в чести быть вашим рыцарем".

"Мальчишка ты Сережка. Все как маленький в войнушку играешь. На колени рыцарь".

Безымянный послушно встал на колени, и Настя положила шпагу на его плечо.

"Благословляю ваш поход, сэр Сергей и пусть вам способствует удача".

— 9 —

Сергей прикрыл ладонью уставшие от яркого света глаза. Солнце в этом мире сияло нещадно, но, что удивительно, ни жары, ни духоты не чувствовалось. Уже полдня отряд Безымянного состоящей из самого Сергея, Славы и Вадима ехал по параллельному миру, но ничего удивительного или сказочного на своем пути пока не встретил. Вокруг простиралась однообразная местность больше всего похожая на степь: высокая трава с белыми пушистыми хвостами, редкие заросли ракитника, да небольшие осиновые рощи на возвышениях. Необычным было только огромное количество цветов, как похожих на земные, так и совершенно неизвестных людям. В качестве транспорта отряд использовал лошадей из королевской конюшни. Навыков верховой езды у ребят не было, а несколько уроков полученных у конюха-гоблина явно не хватало, чтобы чувствовать себя в седле уверенно.

"А мне здесь нравится — вдруг заявил Вадим — Как в песне. "На дальней станции сойду, трава по пояс". Была такая. У меня мама ее часто напевает".

"Тоже мне, певец нашелся — сквозь зубы процедил Слава — Что хорошего, если у меня от этой лошади все тело болит". И он подробно и в недостаточно приличных выражениях пояснил, что и как у него болит.

"От тебя Славик у кого угодно уши завянут. Только и умеешь драться со всеми подряд и ругаться".

"Ты Вадим, если такой интеллигентный, зачем к нам в секцию пришел. У нас, знаешь ли, по лицу иногда бьют".

"Чтобы от таких идиотов как ты уметь защищаться".

"Тихо вы — приказал Сергей — смотрите".

На ближайшем холме, за кучкой деревьев, словно по мановению волшебной палочки из земли вырос средневековый замок. Вид замка был неприглядным. Стены местами обвалились. В кровлях зданий сияли огромные дыры.

"Откуда он взялся? — удивился Вадим — Его же секунду назад не было".

"В том-то и дело. Едем. Посмотрим, что это за чудо" — Сергей направил лошадь в сторону замка-призрака.

Отряд подъехал к замку и спешился. Вблизи замок выглядел еще более старым. Камни, из которых он был сложен, были обильно покрыты мхом и плесенью. Сквозь пролом в стене путешественники прошли во внутренний двор замка. Неожиданно внимание Сергея привлек едва уловимый шорох донесшийся сверху. Подняв голову, он увидел здоровый булыжник, летящий прямо на голову Славы. В последний момент Безымянный оттолкнул парня в сторону и камень с глухим стуком упал на землю. В тот же момент, откуда не возьмись, выскочил странного вида человек с железным копьем в руке. На его голову была надета кожаная шапка, вымазанная чем-то красным. Это что-то давно высохло и обсыпалось, но кое-где еще оставались тусклые бурые пятна. Пока члены отряда во все глаза смотрели на это удивительное существо, оно сделало молниеносный выпад, нацеленный в грудь Сергея. Если бы на месте Безымянного был кто-либо другой смерть была бы неминуема, но Сергей был отменным фехтовальщиком и успел своей шпагой отвести копье в сторону. Завязался бой. Несмотря на тяжелые железные сапоги на ногах, существо двигалось необычайно быстро. Уже через некоторое время у Сергея рябило в глазах от его перемещений. Краем глаза Безымянный заметил, что Вадим достал пистолет, который ходил ходунов в его трясущихся руках.

"Что же он не стреляет" — в отчаянье подумал Сергей, который отбивался уже из последних сил. Безымянный понял, что если он хочет спасти свою жизнь, ему необходимо как можно быстрее завершить сражение. Собрав в кулак последние силы, Сергей поднырнул под копье и, не глядя, ткнул шпагой туда, куда, по его мнению, должен был переместиться противник. Какое-то мгновение существо удивленно смотрело на клинок в своей груди, а затем замертво рухнуло. Сергей облегченно вздохнул и без сил сел на траву рядом с поверженным врагом.

"Ты чего не стрелял?" — спросил он Вадима.

"Не смог заставить себя нажать на курок. Наверно я не способен убить даже такую тварь".

"А я так перепугался, что вообще про все на свете забыл — вставил Слава — Про пистолет и не вспомнил. А ты молодец. Круто ты его".

"Да ничего не круто. Нашли наемного убийцу. Просто это не настоящий мир. Не наш — попробовал объяснить свои чувства Сергей — Здесь все словно понарошку. Все нарисованное как в мультике. Я как бы в кино попал. Вы же не переживаете, если в кино кого-нибудь убивают? Вот и я также".

"Я тебя понимаю — вздохнул Вадим — Но все равно не могу. А что теперь с этим будем делать?".

Но ничего делать не пришлось. И замок, и его хозяина окутал белесый туман, а когда он рассеялся, они просто исчезли.

Под недовольное ворчание Славы, который непрестанно требовал премиальные за свои мучения, отряд продолжил путь. Однако не прошло и часа как на его пути встретилось новое приключение.

Ни с того, ни с сего, при полном отсутствии дождя и даже облаков в небе, над полем вспыхнула яркая радуга. Что самое удивительное было ясно видно, из какого именно места эта радуга поднималась в небо. Подъехав поближе к этому месту, путешественники увидели коренастого бородатого старичка одетого в зеленый костюм и шляпу. Вооружившись маленькой лопаткой, старичок засыпал землей ямку у самых корней тернового куста. Рядом с ямкой валялось несколько башмаков.

"Здравствуйте дедушка!" — поздоровался Сергей. Услышав его голос, старичок немедленно бросил лопатку, уселся на траву, загородив собой ямку, и заявил: "А я что? Сижу, башмаки починяю, никому не мешаю". При этом один из башмаков, проявляя чудеса прыгучести, подскочил с земли и оказался в руках старичка.

"Извините, а вы не знаете, что это за тип живет в разрушенном замке и носит красную шапку?" — поинтересовался Безымянный, чтобы как-то начать разговор.

"Неужто вы паури видели? — удивился старичок — А я думал они померли все давно. Паури — они и есть "Красные шапки". Живут в полуразрушенных замках и на путников охотятся. А как поймают путника, так убивают его, а шляпы свои человеческой кровью мажут. А все почему? Потому что если крови на шляпе не будет, то паури умрет. А вы значит, их видели и живы остались? Чудеса".

"Не переживай, дедок. Больше их никто не увидит — хихикнул Слава — Убили мы твоих паури".

"Пушок", смотри" — Вадим поднял с земли пару башмаков и протянул Сергею. Все башмаки, лежащие на земле, были на левую ногу.

"Странно — подумал Сергей и спросил, пытаясь заглянуть за спину старичка — А что это вы тут закапываете, дедушка?".

Старичок шустро передвинулся, лишая Безымянного возможности заглянуть в яму, и злобно прошамкал: "А тебе какое дело? Иди человек своей дорогой, коли неприятностей не хочешь".

"А вот что он прячет" — Слава быстро прошмыгнул за спину старичка и достал из ямы горшочек полный золотых монет.

"Не тронь горшочек — немедленно завизжал старичок — Напросились вы люди. Колдовать сейчас буду. Превращу-ка я вас в сусликов. Будете мне новые ямки рыть".

"А вот только попробуй. Мы слуги королевы Морганы. Хочешь против ее высочества пойти?".

О возвращении королевы, да еще вместе с воинами старичок, похоже, уже слышал, потому что сразу сник.

— 10 —

После нахождения золота лепреконов, а именно так называли зеленого старичка по уверению Феечки, жизнь людей в Стране Фей немного успокоилась. По крайне мере, материальной вопрос успешно разрешился. Золото из горшочка пронесли через переход между мирами и сдали в одну из московских скупок. Особенно радостно было узнать, что на следующий день сданные в скупку монеты снова вернулись в заветную ямку. После того, как Сергей нашел еще несколько подобных ямок, члены экспедиции стали просто купаться в деньгах.

Из жителей Страны Фей наиболее сблизились с людьми тролль Гривендальтор, которому Слава дал прозвище "Гривенник", фея Феечка и конюх королевы Морганы гоблин по имени Пеенджиил. Остальные не обращали на королеву и ее воинов-людей никакого внимания. Конечно, если они встречали Настю или кого-либо из ее свиты, то вставали на колени и подобострастно кланялись. Более того, если им что-то приказывали они это выполняли, но после старались как можно скорее скрыться подальше от глаз королевы.

Приказами своих подданных Настя не утомляла, но иногда отправляла первую же подвернувшуюся ей под руку фею в мир людей, чтобы она помогала Борису менять золото лепреконов на деньги. Задача феи заключалась в том, чтобы уничтожить паспортные данные Бориса в книге приема скупок. Собственно Борис был единственным из их компании, кто занимался хоть каким-то делом. Поскольку его вид добродушного толстяка располагал к доверию и не внушал никаких подозрений, именно на Борисе лежала ответственность за финансовые операции на Земле. Все оставшееся время "Наф-наф" проводил в королевской библиотеке, пытаясь разобраться в древних книгах, написанных на настоящем эльфийском языке, который к неудовольствию Бориса отличался от того, что был в ходу среди "толкинистов". Остальные члены экспедиции проводили время в праздности и безделье. Саша Свиндич просто наслаждался покоем. Его жена с легкой долей удивления собой все больше входила в роль великой и прекрасной повелительницы. Ира все время проводила с феями, пытаясь выведать у них секреты их удивительной красоты. Слава и Вадим безуспешно пытались флиртовать с местными девушками, в результате чего они либо претерпевали сами немыслимые трансформации либо по-полдня ходили завороженные. Сергей же проводил все время в тренировочных боях с гоблинами, которые в отличие от фей были неплохими воинами.

"Сэнсэй" Денис в Стране Фей появлялся редко, проводя основную часть времени на Земле, где продолжал работать, и где у него была семья, но именно Денис в один из своих визитов нарушил размеренный ход существования людей в параллельном мире, потребовав созыва общего собрания членов экспедиции.

"Дамы и господа!" — неожиданно официально и напыщенно обратился Денис к своим товарищам, когда они собрались в тронном зале королевы Морганы.

"Во-первых, хочу от имени всех присутствующих поблагодарить нашего "Профессора" за то, что он вырыл для нас эту чудесную норку под названием Страна Фей, куда мы, словно страусы в песок, с удовольствием спрятали свои головы. Во-вторых, хочу сказать, что я презираю нас всех, включая и себя, за то, что мы скрылись от реальной действительности в этом мире нелюдей. Очень удобно уйти жить на страницы сказок братьев Гримм или Гауфа и наслаждаться там счастьем и покоем, предпочитая не вспоминать о том, как живут люди вне пределов переплета этой волшебной книги. Разрешите, я напомню вам об этом. Известно ли вам, что в России 85 % территории не пригодны для жизни людей. Это вечная мерзлота, болота, реки, леса и горы. Ну и совсем немного овраги, пустыни и солончаки. Таким образом, лишь 15 % территории остается россиянам для счастливой жизни. Это чуть больше чем Судан, но меньше Казахстана. При этом мы имеем около 40000 брошенных деревень и живем в основном за счет продажи нефти и газа. В России 62 миллиардера. Полтора процента населения владеет половиной всех национальных богатств, а прожиточный минимум составляет четыре с половиной тысячи рублей в месяц. Это примерно 150 долларов США. Но даже до такой мизерной цифры не дотягивает сорок три миллиона человек. Для примера в том же США черта бедности составляет полторы тысячи долларов. Каждую минуту в России умирает пять человек, а рождается только трое. Получается, что смертность превышает рождаемость почти вдвое, что не удивительно, если принять во внимание, что более половины продуктов и лекарств на прилавках магазинов являются подделками. Среднестатистический россиянин потребляет в год 18 литров спирта, а по данным экспертов потребление уже 8 литров ведет к серьезной деградации населения. Подумай об этом. Или мы забыли, что мы люди. Что мы жители параллели под названием Земля. А ведь у нас есть уникальная возможность создать мир, о котором тысячу лет мечтали люди. Не утопический социализм, а реальное общество, каждый член которого не будет знать, что такое голод, нищета и война. Общество, в котором не будет бедных и богатых, зато будет то, что мы так глупо уничтожаем на Земле: чистая экология и новые источники энергии. Мы перечеркнем историю человечества и напишем ее заново. Это будет мир, в котором будет править добродетель и общечеловеческая мораль, где каждый сможет с гордостью сознавать, что он ЧЕЛОВЕК. Разве это не прекрасно?".

"Прекрасно. Никто с этим и не спорит. А что конкретно ты предлагаешь?" — поинтересовался Борис.

"Я предлагаю идти дальше и найти параллель, подходящую для реализации этой идеи. К сожалению, Борис, ни так обожаемый тобой мир Толкиена, ни эта параллель для реальной жизни не подходят. Надеюсь, со мной все согласны? Идем дальше?".

"Я не согласен" — заявил Саша.

"Саша, как ты можешь?" — моментально возмутилась Настя. Глаза ее горели. Еще бы. Ведь впереди королеву фей ждал новый подвиг.

"Я боюсь, мы потеряем то, что уже нашли и ничего не приобретем взамен".

"А я считаю, что твой отец был бы счастлив, если бы узнал, для какой цели мы используем его изобретение".

"Раз мнения разделились, я ставлю вопрос на голосование — прервал перепалку супругов Денис — Я - за. Саша, ты, как я понимаю, против?".

"Да. Я против".

"Ира?".

"Против".

"Настя?".

"Конечно за".

После этого ответа дальнейшее голосование теряло смысл. Как верный рыцарь, Сергей был всегда на стороне Насти и конечно голосовал "за". Борис больше всего на свете ценил мнение своего друга и всегда был солидарен с Сергеем. В результате было четверо "за" и двое "против".

"Слава?".

"А нам все равно. Мы же наемники. Нам платят — мы работаем".

"Честно говоря, с вами интересно — дополнил своего заклятого друга Вадим — Поэтому вы решайте, а мы с вами. Получается, что мы воздерживаемся".

"При двух воздержавшихся большинством голосов решение принято. Мы идем дальше".

"Раз вам так хочется — идем. Но запомните, я вас предупреждал" — недовольно пробурчал Саша.

Денис облегченно вздохнул. Согласие Саши не препятствовать общему решению играло для него немалую роль, и дело было даже не в приборе академика Свиндича. Легко убеждающий всех в своей правоте и без труда добивающийся морального превосходства над собеседником в общении с Сашей Денис натыкался на невидимую стену, брешь в которой ему никак не удавалось пробить и это добавляло "Профессору" в глазах Дробышева небывалый авторитет.

"Я предлагаю отправить в новую параллель двух человек — перешел к изложению конкретного плана Денис — Одним из них обязательно должен быть Сергей. С его умом, актерскими навыками и опытом ближнего боя он просто обязан быть первопроходцем. Ну а кто будет вторым, Слава или Вадим, Сергей сам выберет".

"Со мной пойдет Борис".

"Почему? Ведь из Бориса боец никакой".

"Не согласен. Стреляет он лучше нас всех. Не зря у него отец военный. И главное, мы с ним знакомы почти с грудного возраста и доверяем друг другу. Если я скажу, что надо сделать то-то и то-то, Борис сделает это, не раздумывая, и не будет выяснять что, как и для чего. Согласитесь, это важно. Мы там будем вдвоем против целого мира, и времени на споры у нас не будет".

"Хорошо. Борис, так Борис. Сережа, тебе необходимо проанализировать политическую и экономическую ситуацию в параллели. Если, конечно, будет чего анализировать. И обязательно рассмотри возможности подхода к властным структурам. Нам нужна власть. Без власти проект обречен на провал. Ну а на тебе, Саша, организация перехода. Получится?".

"Надеюсь. Правда, система координат в Стране Фей мне совсем неизвестна, но попробую рассчитать окно, основываясь на земных данных".

Переход в следующую параллель Саша открыл, правда, совсем не там где собирался, так как привязка к земным координатам действительно привела к ошибке. Вместо одной из комнат дворца воронка образовалась в нескольких километрах от Нового Оберона. Пока Сергей и Борис готовились к походу в новый мир, следить за переходом со стороны Страны Фей на всякий случай поручили Пеенджиилу.

— 11 —

После принятия решения о походе еще в следующую параллель на экспедицию одна за другой посыпались неприятности. Начало этой черной полосы положила просьба Дениса, который попросил Настю вернуться с ним на Землю и переговорить с его женой. Из-за постоянных длительных отлучек Дениса из дома она обвинила мужа во всех смертных грехах и грозила разводом. Настя согласилась, решив заодно лично обменять очередную партию золота. Припомнив давнюю просьбу Феечки, девушка решила взять с собой в мир людей и свою верную служанку, а на следующий день после возвращения в Страну Фей Феечка пришла в покои своей королевы грустная и печальная. Было понятно, что она очень хочет что-то сказать, но никак не решается.

"Ваше высочество позволит мне сказать кое-что не очень приятное для ее ушей? — наконец решилась фея и, получив разрешение, продолжила, — Королева, наверно, не знает какие слухи ходят по городу, но я слышала их от своих подруг. Многие в Новом Обероне сомневаются, что вы, ваше высочество, истинная Моргана. Они говорят, что вас заворожил какой-то более могущественный волшебник, а некоторые даже утверждают, что вы простая смертная".

"Феечка, ты же знаешь, что это неправда. Я королева Моргана. Ведь Гривендальтор меня сразу узнал".

"Это так. Кольцо эльфов на вашем пальце и я очень хочу верить вам, ваше высочество. Вы нравитесь мне в вашем новом обличье. Вы красивы, милы и добры. В вас нет былого высокомерия и властности. Но Гривендальтор всего лишь тролль. Все знают что тролли, мягко говоря, глупы, а вы действительно ведете себя часто как простой человек. За то время, что прошло после вашего возвращения вы не совершили ни одного не то что великого, а даже простого волшебства. А ваше поведение в мире людей?".

"А что нет так с миром людей?".

"С миром людей все то же самое, как и перед нашим исходом. Люди глупы, наивны и чванливы. В душе они мечтают о добрых сказках, но сами же и боятся своих мечтаний. Они до сих пор ничего не замечают вокруг, кроме самих себя, но дело не в этом. В мире людей вы вели себя не как королева фей. Вы вели себя как человек. Вы забыли о том, что мы призваны, пусть даже путем колдовства делать людей лучше, чем они есть. Вместо этого вы сами опустились до их уровня. До уровня человеческой алчности и лжи. Простите меня, ваше высочество, но в меня закрались сомнения. Прошу вас, королева, развейте их. Ответьте мне на вопрос одним словом: "да" или "нет". Ваше высочество истинная королева Моргана?".

Задавая свой вопрос, Феечка не знала об одной особенности характера Насти. Настя могла лукавить и притворяться, но она не умела откровенно врать. Ответить на вопрос "да" девушка физически не могла, а сказав правду и ответив "нет" подвела бы своих товарищей. Поэтому Настя попробовала насколько могла выкрутиться из щекотливой ситуации.

"Видишь ли Феечка, мы покинули мир людей из-за того что он стал нам чужим. Людям стало не нужно волшебство. Не нужны мечты, жажда подвига, вера в вечную любовь. Им интересно только удовлетворение своих мелочных интересов. Мы больше не нужны людям. Они ненавидят нас за то, что мы живое напоминание. Напоминание о том, как низко они пали и как продолжают падать. Да мы вообще никому не нужны. Так почему мы должны считаться с какой-то моралью по отношению к людям, когда на кону стоит само существование нас фей. Ради самих себя, ради нашей жизни мы должны использовать любые возможности. Против своих врагов, а люди давно стали нам врагами, необходимо использовать их же оружие: ложь, жажду власти и золота. Ради нас. Ради нашей победы. Ты понимаешь меня, Феечка?".

Феечка согласно кивнула и взглянула на Настю глазами полными слез: "Вы стали так странно выражаться, ваше высочество. Можно я покину вас. Мне хочется немного побыть одной".

Получив разрешение, фея вышла, а на душе у Насти стало тошно и противно. "Зачем я ей все это наговорила — думала девушка — Ведь все не так и хороших людей гораздо больше, чем плохих". Затем Настя решительно смахнула набежавшую слезу, вздохнула и громко сказала сама себе: "Не распускай нюни, королева. Так надо было для дела".

На следующее утро Феечка бесследно исчезла из дворца.

— 12 —

Вскоре Сергей и Борис отправились на исследование новой параллели. Памятуя слова Феечки о зарождающемся недоверии подданных к своей королеве, Настя не решалась больше покидать Страну Фей. Задача по обмену золота была возложена на Славу и Вадима. Именно "сарацины" и преподнесли следующий сюрприз.

Саша занимался составлением координатной сетки Страны Фей, основываясь на цифрах на шкале прибора и реальном месте перехода в новую параллель, когда на рации сработал зуммер вызова. Взяв трубку, "Профессор" услышал голос жены. Настя просила его как можно быстрее прийти к ней. Выполнив просьбу, Саша обнаружил в тронном зале совершенно растерянную жену, Славу, Вадима и незнакомую женщину с бледным некрасивым лицом, обрамленным бесцветными короткими волосами.

"Настя, это кто?" — удивился Свиндич.

"Профессор, давай выйдем на минутку и я тебе все объясню" — ответил вместо Насти Слава.

"Ну и что ты мне объяснишь? — раздраженно поинтересовался Саша, когда он и Слава оказались за дверью — Это твоя любимая тетя из Таганрога?".

"Профессор, мне не до шуток. Эта женщина из скупки, куда мы монеты носили".

"И что? Сюда вы зачем ее притащили?".

"А куда надо было ее тащить? В милицию? Она нас до твоей квартиры проследила. Мы с Вадимом только в воронку собрались входить, а тут звонок в дверь. Открываю — стоит на пороге эта красавица. "Ой, извините, я наверно ошиблась. А чья это квартира?" спрашивает. Мы и перепугались. Мне неприятности с законом не нужны. Лучше мы ее сюда притащим, чем она нас в ближайшее отделение".

Теперь испугался и Саша. "Если узнают про параллели, такое начнется — пронеслось в его голове — Что там милиция. У нас неприятности серьезней возникнут".

"Ты прав. Ее нельзя отпускать — принял решение Саша — Но что с ней делать ума не приложу".

"Может ее запереть пока? Тут в подвале есть что-то вроде тюрьмы. Мне Пеенджиил показывал. Посидит, успокоится. Потом денег дадим все и уляжется".

"Хорошо. Действуй".

Как выяснилось женщину звали Галина Юрьевна. Она была сильно напугана и принимала членов экспедиции толи за космических пришельцев, толи вообще непонятно за кого, но поняв, что убивать ее никто не собирается, женщина принялась причитать по поводу своего сына.

"Пожалуйста. Я очень прошу вас. Васенька, сынок. Ему всего три годика. Он пропадет без меня. Если вы не можете отпустить меня к нему, то хотя бы приведите его ко мне сюда".

"Я так не могу — сдалась, в конце концов, Настя — Это бесчеловечно. Нельзя разлучать мать и ребенка даже ради самой высокой цели. Я все равно должна на пару дней отлучиться на Землю. Заодно и мальчика приведу".

"Что значит заодно. А на самом деле, зачем тебе надо на Землю?" — возмутился Саша.

"Золото обменяю и побуду немного с Денисом. Ему сейчас очень тяжело. Его жена подала все-таки на развод. Денис так переживает. Его необходимо поддержать".

"Раз ты считаешь, что это необходимо, значит необходимо. Только кольцо Ире оставь".

Лицо Насти сначала покраснело, потом резко побледнело.

"Кольцо я не отдам — почти сорвалась на крик девушка — Это мое кольцо. Ты мне его подарил, а не кому-то еще. Или ты этого уже не помнишь? Или теперь у нас королевой будет Ира?".

"Причем здесь Ира? Ты уходишь на несколько дней и оставляешь нас без прикрытия. Ты уверена в нашей безопасности? Что будет делать вся эта нечисть в отсутствие своей королевы?".

"Кольцо я не отдам — упрямо повторила Настя — за два дня ничего не случится".

"Конечно! Главное чтобы нашему Денисочке было хорошо, а что будет со всеми остальными значение не имеет…".

"Так я могу на два дня отлучиться на Землю?" — оборвала на полуслове мужа Настя. Выражение ее лица не предвещало ничего хорошего.

"Можешь" — сдался Саша.

Впервые молодожены расстались обиженные друг на друга.

— 13 —

После ухода Насти на Землю Саша без цели слонялся по дворцу не находя себе места. Ему было тоскливо и одиноко. Ко всему прочему его снова мучила ревность. В таком состоянии Сашу и нашла Ира.

"Я, кажется, поняла, в чем секрет красоты и долголетия фей — радостно заявила девушка — Я тут сильно сдружилась с одной из них и она мне рассказала, что в километрах десяти на северо-запад от города есть волшебный источник. Феи называют его "шипучее солнце". Еще моя знакомая говорила, что это источник не воды, а "яськи". Что это такое, она объяснить не смогла, но из ее рассказа я поняла, что это какая-то чуть ли не живая жидкость. Она входит в симбиоз с организмом человека, считывает его мысли, желания и все такое. Вплоть до оттенков настроения. Многократно это все усиливает и развивает. Хочу туда съездить, но одной страшновато. Поедешь со мной?".

"Почему бы и нет — решил Саша — Зачем сидеть во дворце и тухнуть пока Настя спасает своего Дениса от его собственной жены".

Выехать решили ранним утром следующего дня. Сопровождали сэра Александра и Первую фрейлину королевы две феи из числа подружек Иры. Они же организовали по просьбе Саши для поездки пару очень спокойных и ленивых кобылок. Причина этой просьбы была проста и очевидна. Пешком до источника идти было далеко, а ездить верхом "Профессор" не умел и боялся. Всю дорогу сопровождающие людей феи весело порхали, перемигивались и хихикали. Они явно жили предвкушением какого-то необыкновенно веселого и захватывающего представления.

О том, что они приближаются к Источнику шипучего солнца, путешественники поняли задолго до того, как увидели его. Одна из фей приложила маленький пальчик к губам: "Тише. Слушайте". Где-то далеко звучала медленная красивая мелодия. Словно кто-то играл на маленьких колокольчиках, но их перезвон был слишком нежным. На Земле Саша таких колокольчиков не слышал и даже не представлял, из какого металла их могли отлить. По мере продвижения вперед мелодия усиливалась и, наконец, выехав из прохода между двумя неизвестно откуда взявшихся посередине долины скал, путешественники обнаружили источник странных звуков. Прямо перед ними раскинулся небольшой пруд. Поверхность пруда была покрыта миллионом пузыриков разной величины, которые непрерывно лопались и возникали вновь. Именно они и производили звуки, сливающиеся в музыку. Солнце многократно отражалось от висящих в воздухе брызг и от этого казалось, что поверхность пруда искрится и переливается чудесным светом.

"Какое чудо! — прошептала Ира, боясь спугнуть это волшебное виденье — Саша, смотри. Они танцуют".

Свиндич присмотрелся внимательней и с удивлением обнаружил, что Ира права. В движение пузыриков не было ничего хаотического. Они словно подчинялись руке невидимого балетмейстера. Пузырики действительно танцевали, и их танец завораживал и заставлял забыть обо всем на свете, кроме этого волшебного представления.

"Я хочу это попробовать" — заявила Ира. Она спрыгнула с лошади, зачерпнула ладонями жидкость и выпила. Лицо девушки немедленно озарила счастливая улыбка: "Клубника со сливками. Как вкусно!".

Саша опасливо сполз с лошади и последовал ее примеру. Оказавшись во рту, жидкость чуть пощекотала небо и исчезла, оставив на языке вкус вишневого сока и еще чего-то удивительно приятного. На душе стало необыкновенно легко и радостно. Саша почувствовал себя маленьким мальчиком в предвкушении праздника. Как будь-то еще немного и он, затаив дыхание, достанет из-под новогодней елки коробку с подарками.

"Ну, ты даешь — рассмеялась Ира — Никогда не видела у тебя такой довольной и глупой улыбки".

Саша взглянул на девушку и вдруг подумал: "А могла бы сейчас здесь рядом со мной быть Настя?". И ответил сам себе: "Скорее нет, чем да. Она посчитала бы все это глупой и ненужной затеей. Жаль".

Феи куда-то упорхнули, а люди еще долго сидели на берегу пруда, пили "яську" с ладони и разговаривали о чем-то очень важном и одновременно пустом и ненужным и при этом беспрерывно улыбались. Время словно остановилось, и как в замедленном повторе Саша видел движение губ девушки, когда она говорила. Видел то, как поднимаются и опускаются ее ресницы и то, как легкий ветерок играет выбившимся из прически завитком светлых волос. Все это вызывало у него с трудом преодолимое желание поцеловать Иру. "Пора возвращаться, иначе это добром не кончится" — подумал Саша, и предложил отправиться во дворец.

Они отъехали уже достаточно далеко от источника, но казалось, что наваждение все еще не отпускает.

"Вот Настя ушла в Москву к Денису, а ты не боишься? Помнишь, я тебе говорила? Настя у нас девушка увлекающаяся" — говорила, смеясь, Ира.

"Не боюсь" — не понятно чему смеялся в ответ Саша.

"Какое доверие! Да тебе памятник надо при жизни ставить и пыль с него сдувать. Глупая твоя Настя. Такого мужа не ценит".

К вечеру они добрались до Нового Оберона. Расставаться не хотелось и как-то само собой они очутились вдвоем в одной из комнат дворца. Лицо Иры было так близко, что Саша чувствовал на щеке ее дыхание. Рука девушки нежно коснулась его лица.

"А я бы тебя ценила, если бы была твоей женой. С тобой так легко и интересно. Я бы даже на одну минутку тебя не покидала. Я бы окутала тебя своей любовью, как коконом. Ведь ты как нежный цветочек. Тебя надо холить и лелеять. За тобой надо ухаживать и тогда ты расцветешь. Почему Настя? Почему не я? Ты мне так сильно нравился, а достался ей. Ты уверен, что той подарил кольцо Морганы?".

Губы Иры потянулись к губам Саши.

"Ира, не надо. Ведь Настя твоя подруга" — хотел сказать Саша, но в этот момент услышал знакомый голос.

"Я вам не помешала?" — никто не заметил, как в комнате появилась Настя.

При виде подруги Ира, не говоря ни слова, вышла.

"Саша, что это было?" — Настя пыталась быть спокойной, но ее глаза метали молнии.

"Ничего".

"По-твоему я слепая или дура?".

"Ничего не было — Сашу вдруг охватила непонятная злоба — Тебе можно Дениса спасать, а мне значит, никого спасать нельзя? Что же такого особенного в твоем Денисе?".

"В отличие от тебя и твоей Иры Денис хоть что-то делает. Только благодаря нему мы здесь".

"Да что ты говоришь? А мой прибор как бы совсем не причем?".

"Твой прибор? Это прибор не твой, а твоего отца. А сам ты ничего не создал и вряд ли создашь. Ты ни на что не способен. Только и можешь пить и строить из себя крутого".

"Ты сама-то на что способна?" — Саша с ужасом понимал, что говорит совсем не то, что хочет, но уже не мог не остановиться. Его злость перерастала в неуправляемую ярость.

"Ты пришла ко мне на работу устраиваться глупой девчонкой. Ты даже не знала, какой кнопкой компьютер включается. Всем, что ты сейчас собой представляешь, ты наполовину обязана мне, наполовину Денису…".

Неизвестно как далеко зашла бы ссора, но в этот момент из рации Свиндича раздался голос Бориса: "Профессор, прием. Наф-наф на связи. Есть важная информация".

Часть третья:

Территория врага

— 1 —

Джуни шел через поле дикой пшеницы, раздвигая руками гнущиеся под тяжестью колосьев твердые побеги. Рядом семенил на своих кривых ножках уродливый мужичок, пообещавший отвести молодого человека к жилищу людей.

"Поистине чудесная страна — восхищался Джуни — Какое богатство пропадает зря. Одним этим полем можно накормить половину Империи". Не обращая никакого внимания на эти восторги, его спутник всю дорогу непрестанно бормотал себе под нос одну и ту же фразу: "Вот феи. Вот же глупые создания"

"Меня Джуни зовут, а вас как?" — попробовал разговорить мужичка молодой человек.

"Меня то? Меня Пеенджиилом кличут. Откуда же ты родом будешь, Джуни?".

"Из Мелотауна".

"Из Мелового Туна? Это хорошо".

"Мелотауне" — поправил своего собеседника Джуни.

"Так я и говорю: Меловый Тун. И далеко отсюда будет этот ваш Тун?

" Если бы я знал, где сам сейчас нахожусь, может и сказал бы. А так, кто же его знает".

"Людей то много у вас там, в Меловом Туне?"

"Не скажу, чтобы уж слишком много было, но есть чуток".

"Это хорошо, что люди есть. А правит у вас кто?"

"Великие Лорды".

"Великие Лорды? Это хорошо. И как вам с ними живется?".

"Раньше хорошо жили, а теперь как-то не очень. Война вот недавно была".

"Война, говоришь? Это хорошо".

"Странный какой-то тип — подумал Джуни — Что ему не скажешь, все хорошо. Интересно, что он в войне хорошего нашел?".

"Вот и пришли" — мужичок указал на гору камней, нагроможденную на краю поля. В середине горы темнело что-то вроде огромной норы.

"Это там люди живут?" — удивился Джуни.

"Там, там. Не сомневайся. Пролезай" — мужичок подтолкнул молодого человека к норе.

Чуть пригнувшись, Джуни вошел внутрь. Но не успели его глаза привыкнуть к царившей там темноте, как на него надвинулась большая темно-зеленая туша, а голову потряс страшный удар.

"Спасибо тебе Пеенджиил" — сказал тролль, разглядывая лежащего без памяти человека, которого только что ударил своей огромной дубиной, и громко сглотнул слюну.

"Не за что, Коппенендальтор. Кушай на здоровье. Все как договаривались. Одежда и снаряжение мне, мясо тебе".

"Ну да. Мне его сапоги и железо без надобности. У меня от них несварение желудка бывает. Только жилистый он какой-то. Маловато мне его одного будет. Я слышал, у вас в Новом Обероне много людей появилось. Может, доставишь мне хотя бы еще одного человечка".

"Доставлю, может быть. И не одного, а всех сразу, но не сейчас. Они мне пока еще самому нужны. Так что поголодай немного. Пойду я, пожалуй" — ответил гоблин, связывая в узел одежду Джуни.

"Иди, Пеенджиил, иди. Ты поторопись лучше, а то не дай великий тролль тебя Моргана хватится. Беды потом не оберешься".

"Это мы еще посмотрим, кто беды не оберется и что это за Моргана. Посмотрим еще — многозначительно произнес гоблин — Знаешь, почему феи так любят людям помогать? Потому что те еще глупей, чем сами феи".

Пеенджиил громко захохотал над собственной шуткой и вышел из дома тролля.

— 2 —

Гоблин, которому члены экспедиции поручили присматривать за проходом в новую параллель, не слишком старательно относился к порученному делу. Мало того, что мимо Пеенджиила совершенно незаметно для него несколько раз прошмыгнула Феечка, так пока гоблин в паре со своим приятелем троллем занимался мелким разбоем, в Страну Фей из Империи Великих Лордов проникли Аннет, ее подруга, Фан и Гарольд.

На Аню Страна Фей произвела точно такое же впечатление, какое производят разноцветные бусы на представителя племени "тумба-юмба" затерянного в непроходимых дебрях Амазонки.

"Ребята, это у меня характер такой — чуть ли не визжала от восторга девочка — Если я вижу, что мир прекрасен, я так и говорю: Господи, как здесь прекрасно!".

"Прекрасны здесь тучи, цветы и трава

Но не прекрасней, чем дама моя"

— моментально среагировал Фан.

"Фан, ты опять за свое? Забудь ты хотя бы на минутку про свои стихи. Посмотри лучше, как здесь красиво! Какие здесь чудесные цветы! Взять хотя бы вот этот семицвет голубой обыкновенный" — девочка нежно провела рукой по бархатной поверхности узкого листа растения.

Цветок действительно был чудесен. Бледно зеленые листья на высоком извилистом стебле были украшены бирюзовыми прожилками и бахромой по краям. Лепестки цвета парного молока имели форму треугольника с закругленными краями. Острая вершина треугольника располагалась у основания бутона, а широкая сторона лепестка чуть загибалась в конце и принимала нежно голубой оттенок, а в центре бутона, словно золотистые деревца красовались ветвистые пестики. Но, несмотря на свою красоту уже через секунду цветок был забыт Аней, и девочка устремлялась к другому произведению местной природы. Аннет, в саду которой благодаря духам стихии росли не менее красивые и удивительные цветы, смотрела на подругу со снисходительной улыбкой. Фан, обиженный на весь мир из-за того, что его стихи не оценили по достоинству шел молча. Гарольд тоже притих. Все чувства духа стихии были подчинены одной цели — понять сущность этого мира. Он жадно впитывал в себя краски и запахи, пыль и капли влаги Страны Фей. Гарольд сопоставлял и анализировал, стараясь через понимание этого мира понять внутренний мир феи и, кажется, ему это удавалось. Только в таком ярком и светлом мире могло существовать такое удивительное существо как Феечка и только в суровой действительности Империи Великих Лордов могли появиться духи стихии. Такие разные миры и такие разные существа. И он, Гарольд, потерянный между этими мирами. Дух стихии не способный больше жить в своем старом мире и вряд ли кому-либо нужный в этой новой для него стране.

Так, думая каждый о своем, друзья добрались до озера и расположились на отдых в тени небольшой рощи. Аня лежала на мягкой траве и любовалась четырехдольными кувшинками, которые покачивались недалеко от берега на тихой глади воды. Похожие на лепестки роз, лежащие на зеленом блюдце, они меняли окраску от чистого белого цвета до ярко красного. Оторвавшись от этого завораживающего зрелища, девочка подняла глаза и чуть не задохнулась от восторга. Недалеко от нее паслась неведомо откуда появившейся самый прекрасный в мире конь. Серебристо-снежный, с длинной золотистой гривой и густым хвостом того же цвета, в которые были словно вплетены пряди насыщенного синего цвета он был так красив, что Аня тут же вскочила и закричала: "Ой! Аннетик, смотри какая прелесть!!!"

— Ну что еще? — не открывая глаз, лениво откликнулась уставшая от долгой ходьбы Аннет.

— Ты только посмотри — сказала Аня уже тише, боясь спугнуть чудесное видение.

Аннет, которой уже порядком надоело состояние непрерывного восторга своей подруги, медленно открыла глаза ожидая увидеть очередное дивное растение, но заметив новый объект восхищения Ани, немедленно вскочила и замерла, не веря своим глазам. Девочки дружно вздохнули и направились прямо к лошади. Подойдя ближе, подруги заметили витиеватый голубо-золотой узор вокруг левого глаза коня. Состоящий из множества завитков и прямых палочек, собранных, казалось, без особой последовательности, узор притягивал к себе взгляд и очаровывал. Сам глаз был не менее прекрасен — карий, искрящийся, он словно излучал ум и доброту.

— Хороший мальчик, хороший — Аня ласково провела ладонью по гриве коня.

В ответ лошадь преклонила передние ноги, словно предлагая девочкам покататься на ней. Очарованные красотой прекрасного животного подруги не чувствовали никакой опасности и спокойно забрались на него. Как только девочки оказались на его спине, конь начал сначала медленно, а потом все быстрей и быстрей двигаться по направлению к озеру. При этом его внешний вид стал претерпевать странные изменения. Окрас из серебристо-снежного сменился на черный, на морде проступил звериный оскал, глаза налились кровью. Напуганная происходящим Аня попыталась спрыгнуть с лошади, но оказалось, что она словно приклеена к крупу животного.

Фан, который с самого начала без особого восторга отнесся к затее девочек, понял, что происходит что-то неладное и смело бросился наперерез коню. При виде мальчика, животное зарычало, встало на дыбы и сильно ударило Фана передними копытами в грудь. Скорчившись от боли, мальчик упал на землю.

Хотя затея верного рыцаря Ани не увенчалась успехом, но своим поступком Фану удалось вывести Гарольда из задумчивой меланхолии. Дух стихии с самого начала почувствовал скрытую в прекрасной лошади магию, но не придал этому значение. Ведь никогда прежде он не сталкивался с волшебством направленным против человека. Каково же было удивление Гарольда, когда он понял, что сейчас магия угрожала жизни даже не просто человека, а самой Матери Стихий. На принятие решения духу стихии оставались считанные секунды, и он непроизвольно воспользовался тем, что лучше всего умел делать, а лучше всего Гарольд умел выращивать деревья. Передние ноги страшного существа были уже в воде, когда оно почувствовало странное изменение в себе и на секунду замешкалось. Через мгновение животное попыталось двинуться дальше в воду, но было уже поздно. Задние ноги пустили корни, закрепляя существо на одном месте, а его тело с немыслимой скоростью покрывалось корой. Вскоре над водой нависла ветвистая ива, на стволе которой сидели две девочки и вопили от страха.

Едва подруги поняли, что опасность прошла стороной, Аня спрыгнула с дерева и кинулась к телу Фана. Мальчик лежал без движения и хрипло дышал.

"Гарольд, он умирает — в отчаянье закричал девочка — Гарчик, милый, сделай хоть что-нибудь. Спаси Фана".

"Прости, та, что дала мне имя, но я вряд ли смогу ему помочь. Я не умею применять свою магию по отношению к людям".

"Спокойно, ребята, спокойно — Аннет с трудом удержала подругу, готовую уже с кулаками броситься на духа стихии — Гарольд, вспомни. На Празднике Осознания Возрождения ты шел на ногах. Вспомнил? Ты же как-то это сделал? Ты же практически изменил человеческое тело. Соберись. Попробуй это повторить сейчас".

И Гарольд вспомнил. Сначала внутри него зазвучала музыка восхитительного танца, который танцевала Феечка. Потом словно кто-то прошептал: "Может быть, ты просто влюбился в меня?". И вдруг духа стихии полностью захватило то чувство, которое против его собственного желания заставляло менять самого себя. Гарольд сконцентрировал свои чувства на умирающем мальчике и все понял. У Фана было сломано три ребра и надорвана селезенка, но что самое главное, Гарольд понял как все это можно исправить.

Вскоре прерывистое дыхание Фана успокоилось, и мальчик открыл глаза.

"А что собственно произошло?" — удивленно спросил он.

Не говоря ни слова, Аня наклонилась над Фаном и поцеловала его в щеку. Впервые за последнее время непризнанному поэту захотелось действительно говорить стихами, но сделать это не удалось. В один момент все рифмы моментально вылетели из головы Фана.

— 3 —

Борис первым вышел из перехода между параллелями и полной грудью набрал воздух ставшей для него почти родной Страны Фей. Вслед за ним из воронки показались с бледными перепуганными лицами подростки, так и не сумевшие толком объяснить, каким образом они попали из Москвы в чужой мир, а также двое жителей Империи, которым было, похоже, все ни почем лишь бы унести как можно дальше ноги от непонятной Борису опасности. Разбираться со своими случайными попутчиками или просто отделаться от них у Наф-Нафа не было возможности, так как он слишком торопился. Времени Сергей оставил своему другу в обрез, а опоздай Борис и весь план мог пойти насмарку. Пришлось взять всю компанию с собой, чтобы уже в Стране Фей разобраться с ними и решить смогут ли они быть полезны и насколько.

Борис увел своих попутчиков подальше от перехода и предложил им расположиться на небольшом пригорке, а сам вернулся к воронке и включил рацию. "Профессор, прием. Наф-наф на связи. Есть важная информация" — вызвал он Свиндича и вкратце пересказал все, что касалось Безымянного, лорда Зальцера и Вика Хохера. Убедившись, что его поняли правильно, Борис с сожалением покачал головой. Голос Саши показался ему каким-то потухшим и безжизненным. "Интересно, кто это нашего "Профессора" без меня обидел?" — пробормотал себе под нос "Наф-наф". И еще одна странность удивила Бориса. Обычно послушный и исполнительный Пеенджиил, который должен был дежурить около воронки, подевался неизвестно куда.

"Вот же феи. Вот же глупые создания" — твердил в это время свою любимую поговорку гоблин, не слишком торопливо приближаясь к месту своего поста. Фей Пеенджиил не просто не любил, он их люто ненавидел. Впрочем, крылатые создания относились к гоблинам тоже не лучшим образом, считая их общество неприятным и обременительным, но избавиться от своих соседей не могли, ни те, ни другие. Феи и гоблины были навеки привязаны друг к другу неразрывной нитью, называемой равновесием сил добра и зла. На одной чаше невидимых весов располагались феи, призванные служить силам света. Они были доброжелательны к людям, выручали их из беды, часто одаривали младенцев талантами, делали женщин красивее, а мужчин отважнее или сильнее. Иногда феи вели себя легкомысленно, но их шалости были скорее похожи на капризы красивой женщины и не таили в себе сознательного зла. На противоположной же стороне находились существа, для которых зло было единственным смыслом жизни. Среди них были страдающие от постоянного холода тролли, которых могло согреть лишь тепло человеческой крови и живущий в озерах Эх-Ушге, принимающий вид прекрасного коня. Лишь только человеку стоило оседлать его, как Эх-Ушге стремглав несся в воду, где пожирал свою жертву, и только всплывающая на поверхность озера печенка напоминала о печальной судьбе наездника. Именно с Эх-Ушге встретились Аня и Аннет, и только присутствие Гарольда спасло девочек от неминуемой гибели. На фоне подобных ужасающих созданий тьмы гоблины казались просто мелкими хулиганами, но это было не так. Как только гоблинам выпадал случай напакостить людям, они с удовольствием им пользовались, действуя при этом самым хитрым и коварным способом. Гоблины считали, что люди незаслуженно заняли в мире место, которое по праву должно было принадлежать им. Хуже, чем к людям они относились только к феям. Гоблины считали, что те предали маленький народец, встав на защиту людей. Веками гоблины трепетно взращивали в себе жажду мести и строили самые изощренные планы захвата власти, которым так и не суждено было сбыться из-за их врожденной трусости. Гоблины боялись волшебства и трепетали уже при одном упоминании имени Морганы. По приказу королевы они вместе с феями покинули мир людей. Бороться за место под солнцем стало не с кем. Ненавидеть тоже. Потом исчезла Моргана, и бояться тоже стало некого. Гоблины осмелели и даже почувствовали себя в какой-то степени хозяевами Страны Фей, несмотря на то, что феи по-прежнему не обращали на них никакого внимания и не считались с ними. Но тут на голову Пеенджиилу и его родичам вновь свалилась неизвестно откуда возвратившаяся Моргана, да еще с целой толпой людишек. Все это очень не нравилось гоблинам и в их головы снова вернулись планы мести.

"Вот же феи. Вот же глупые создания" — снова повторил Пеенджиил и вдруг резко замер на одном месте. Легкий ветерок донес до гоблина самый неприятный в мире запах — запах человека. Значит, за то время, пока он отсутствовал, что-то все-таки успело произойти около вращающейся дыры, которую ему поручила охранять королева Моргана. Припрятав из осторожности амуницию Джуни под ближайшим кустом, Пеенджиил ускорил шаг и вскоре очутился перед Наф-Нафом.

При виде гоблина Борис облегченно вздохнул. Похоже, ничего экстраординарного около перехода не произошло.

"Пеенджиил, ты, где был?" — строго спросил Борис гоблина.

"Так я это. Как его. По нужде отходил. Я и показать могу. Здесь недалеко. Под кустиком" — Пеенджиил любил прикинуться перед людьми глупым троллем. Так ему удавалось не привлекать внимания к своей особе, а самому узнавать много нового и любопытного. Людям нравилось сознавать, что они умнее гоблинов и Пеенджиил этим умело пользовался. Чтобы казаться еще более тупым хитрый гоблин старался постоянно коверкать имена, названия и просто слова людей.

"Вот дурак — с неприязнью подумал Борис, но сразу сам себя и одернул — Зато преданный".

"Ладно. Отходил, так отходил. Я тебе верю. За то время, пока ты здесь дежуришь, никто через воронку не проходил?".

"Клянусь великим троллем никто не входил, не выходил и даже не проходил. Вот только я отходил…".

"Хватит об этом — прикрикнул на гоблина Борис — эту тему закрыли. Пока я здесь подежурю, а для тебя у меня будет новое задание. Мне необходимо, чтобы ты быстро собрал отряд, предположим, из сорока хорошо вооруженных гоблинов, и привел его ко мне. Справишься?".

"Конечно, босс" — вытянулся в струнку Пеенджиил. Это слово гоблин узнал от людей недавно и сразу стал его активно использовать. Стоило человека назвать боссом, как тот сразу наполнялся гордостью, а гордеца ведь так легко обмануть даже самой примитивной лестью.

"И еще. Пока будешь собирать отряд, обязательно встретишь какую-нибудь фею. Попроси ее как можно быстрее отнести эти бумаги Моргане" — Борис передал гоблину записи Безымянного.

"Слушаюсь, босс" — рявкнул Пеенджиил и бросился выполнять приказ.

— 4 —

Джуни очнулся среди ночи оттого, что что-то соленое капало на его лицо. Превозмогая боль в голове, молодой человек открыл глаза и увидел склонившейся над ним силуэт.

"Тише, милый тише" — услышал Джуни шепот и такие знакомые ему губы нежно коснулись его щеки.

"Эл — удивился молодой человек — Откуда ты?".

"Тише. Не разбуди его. Потом расскажу. Сейчас я попробую тебя освободить".

Девушка попытался развязать узлы веревки, которой был связан Джуни, но безуспешно. Тогда в отчаянье Эл сильно дернула их. Веревка впилась в тело молодого человека и от пронзившей его боли Джуни непроизвольно застонал.

"Эй, кто тут?" — раздался голос тролля, и огромная туша хозяина пещеры заслонила виднеющееся через входной лаз ночное небо. Огромные лапы начали шарить по каменному полу, наткнулись на Эл и приподняли девушку вверх.

"Вот это удача — снова взревел тролль — Вот уж я пир закачу. Дай-ка я посмотрю на свое новое блюдо". Придерживая одной рукой свою добычу в воздухе, другой великан разжег костер, с силой ударив огневом о камень. Увидев свою добычу при свете, Коппенендальтор обрадовался еще больше.

"Повезло, так повезло. Вот и настал конец моему одиночеству. Теперь будет, кому варить мне мясо. Не бойся, женщина, я не съем тебя. Я удостою тебя чести быть моей женой. Выглядишь ты сейчас конечно очень уродливо. Кожа слишком нежная и шерсти совсем нет, но у меня где-то есть чудодейственная мазь. Я тебя ей намажу, и через три дня ты будешь просто красавицей. Лицо позеленеет и покроется шишками, тело зарастет шерстью, а нос станет похож на луковицу. Конечно, он будет не таким прекрасным, как мой, но вполне приемлемый. Полежи пока тут, а я посмотрю, куда же я эту мазь подевал".

Крепко связав Эл, тролль бросил ее рядом с мужем и вышел из пещеры.

"Как ты здесь очутилась?" — спросил Джуни жену, когда они остались наедине.

"Я шла за тобой от самого дома. Когда ты ушел, я очень испугалась. Я боялась, что ты сделаешь какую-нибудь глупость, и я навсегда потеряю тебя. Поэтому я тайком от тети Джуди выскользнула из дома и незаметно пошла за тобой. Когда ты вошел в светящуюся дыру, мне было очень страшно, но я все равно последовала за тобой, и видела все, что произошло потом. Тогда я спряталась около пещеры, чтобы дождаться темноты и попробовать спасти тебя, но у меня ничего не вышло. Наверно я действительно очень глупая и правильно, что ты хотел бросить меня".

"Но зачем, Эл? Зачем ты все это делала? Зачем шла за мной? Зачем хотела спасти меня? Ведь я ненавижу тебя. Я не хочу тебя видеть".

"Потому что я люблю тебя. Пока у меня есть возможность видеть тебя, я хочу быть рядом с тобой. Пока у меня есть хоть маленькая надежда вернуть твою любовь, я буду пытаться вернуть ее. Там на лугу, когда ты отказался целовать девушку и сказал ей, что женат, я чуть не заплакала от счастья. Твои слова означали, что ты помнишь меня, что я хоть что-то значу в твоей жизни и все еще можно вернуть назад. Я не верю, что ты ненавидишь меня. Ты ненавидишь то зло, что исковеркало нашу любовь…".

"Эй, жена, тише там. Видишь, муж вернулся" — прервал слова Эл тролль, который вернулся в пещеру с бочонком, издававшим ужасающую вонь. Аккуратно поставив бочонок в угол пещеры, Коппенендальтор улегся рядом и громко зевнул.

"Притомился я что-то жена. Больно много переживаний за один день, да и устал, пока этот бочонок нашел. Побудь-ка ты пока уродиной, а я посплю. Все равно никакого удовольствия от еды нет, когда спать хочется. Займусь вами обоими с утра. И тихо там, а то обоих съем и не посмотрю, что ты, женщина, мне почти родственница".

— 5 —

Ночь опустилась на Страну Фей неожиданно быстро для путников. Еще минуту назад ярко светило солнце и вдруг все окутал сумрак, а еще через полчаса было невозможно ничего рассмотреть вокруг.

"Мы когда на юге отдыхали, там тоже так быстро темнело — рассказывала Аня — Я так сильно удивлялась! Это у меня характер такой. Я если удивляюсь, то удивляюсь так сильно, что все вокруг удивляются: и чего она так сильно удивляется. Представляете, идешь на мини-диско еще светло, а после последнего танца такая темень. Я так мини-диско любила, когда маленькая была. А в этом году мы с папой ездили отдыхать, а я даже ни разику не потанцевала. Сидела, смотрела и завидовала. Там только маленькие девочки танцевали, куда мне к ним. Мне же скоро уже тринадцать лет будет. Так было обидно, что я даже чуть не разревелась. Думала: "Эх, где мои восемь лет". Так хотелось стать снова маленькой. Hands up, baby, hands up. Gimme your heart, gimme, gimme your heart".

Напевая незатейливый мотивчик, девочка попробовала танцевать на ходу, но зацепилась за какую-то корягу и чуть не упала. Фан бросился вперед, чтобы поддержать свою прекрасную даму, но в результате оказался на земле сам.

"Фан, с тобой все нормально? — заботливо поинтересовалась Аня, помогая мальчику подняться и стряхивая с него прилипшую к одежде траву.

"Нормально — потупился Фан — Я это… Я помочь хотел".

"Вот горе мое. Куда тебе сейчас помогать? Иди тихо, аккуратно и не падай. Вдруг второй раз Гарольд тебя вылечить не сможет?".

"Если мы и дальше будем идти в такой темноте, то скоро придется нас всех лечить. Вообще же ничего не видно. Мы так все ноги себе переломаем — недовольно проворчала Аннет, которая также успела уже несколько раз споткнуться — Гарольд, придумай что-нибудь".

В ответ на просьбу девочки прямо из-под нее ног, словно птица, выпорхнула обломанная ветка кустарника. Ветка поднялась над головой Аннет и наполнилась золотистым сиянием, отбрасывая на землю сказочные багряные отблески.

"Гарольд, это твое волшебство? Как чудесно это у тебя получилось" — всплеснула руками Аня.

"Я старался, чтобы мы продолжили путь. Кажется Феечка уже совсем близко".

"Извини, Гарольд, но мне кажется, что даже при свете мы не сможем дальше идти. Мы устали и нам нужен отдых. К тому же Фан был ранен" — вмешалась Аннет.

"Ты права, Мать Стихий. Я забыл, что люди слабые существа. Что мне сделать, чтобы вы могли отдохнуть?" — согласился Гарольд, но при этом как-то грустно сжался.

"Не обижайся, Гарольд — попробовала успокоить духа стихии Аня — Чтобы найти Феечку, нам нужны силы, а их почти не осталось. Мы целый день на ногах и нам нужен отдых. Кстати, кажется вон там какое-то строение. Давайте попросимся на ночлег, а завтра лишь только солнышко встанет, отправимся в дорогу".

Строение, которое заметила Аннет, имело довольно странный вид. Оно было построено из множества элементов, составленных из каменных плит. Причем большие квадратные плиты лежали горизонтально на более узких вертикальных плитах. Элементы уходили вдаль и терялись в недрах небольшого кургана. Вход в строение загораживала порядком проржавевшая железная дверь с ручкой в виде большого чугунного кольца.

"Что-то мне это напоминает, только не помню что" — сказала, широко зевая, Аня и ударила кольцом по двери.

"Кто там?" — отозвался через некоторое время хриплый и визгливый женский голос.

"Усталые путники. Мы просим у вас ночлега".

"Уходите прочь. В этом доме нет места простым смертным".

"Проявите милосердие. Среди нас есть раненый".

"Раненый? — в голосе женщины прозвучала заинтересованность — А он у вас случайно не герой?".

"Конечно герой. Это самый героический герой из всех кого я встречала в жизни. Он совсем недавно спас меня от неминуемой гибели…" — и Аня стала самозабвенно рассказывать о подвигах Фана, приписав ему до кучи также подвиги Геракла, Ивана-царевича и героев детективных сериалов, которые так любила смотреть ее бабушка. Сам герой при этом не находил себе места от стыда и благодарил судьбу за то, что в темноте никто не видит его пунцовых щек.

"Хорошо. Раз с вами герой, я пущу вас на ночлег" — смилостивился женский голос.

Дверь начала со скрипом открывать. В открывшуюся щель Аня увидела женщину, одетую в черный плащ с надвинутым на лицо капюшоном. За секунду до того, как свет продолжающей сиять ветки упал на ее лицо, женщина крикнула: "Уберите свет!". Ветка немедленно погасла. В полной темноте, держась руками за шершавые каменные плиты, путники добрались до своей комнаты.

"Располагайтесь, смертные, и отдыхайте. А для героя у меня есть особые апартаменты". Женщина увела Фана, а Аня на ощупь добралась до покрытого соломой каменного ложа и свернулась на нем калачиком. Глаза моментально закрылись, но прежде чем заснуть окончательно девочка с завистью подумала: "Везет же Фану. Ему наверно люкс для супергероев достался".

— 6 —

Заснуть Джуни в эту ночь так и не удалось, и дело было совсем не в громком храпе тролля. Молодой воин судорожно перебирал в голове возможные варианты спасения себя и Эл, но так ничего и не придумал. Первые утренние лучи солнца пробрались через узкий вход в пещеру и упали на лицо девушки. В слабом свете лицо Эл казалось худым и изможденным. С удивлением Джуни смотрел на две морщинки на лбу жены, синеватые мешки под глазами и седую прядь, затесавшуюся в рыжую челку.

"Когда же она успела так постареть? Ведь ей только двадцать лет" — подумал молодой человек, и его сердце сжалось от жалости. Всегда бледная кожа его жены приобрела сейчас какой-то землистый оттенок, яркие веснушки потускнели, а ямочки на щеках, которые он когда-то так любил целовать Джуни, исчезли вовсе.

"Как же жестоко обошлась с нами судьба. Чем провинились мы перед ней, чтобы вот так, в одно мгновение растоптать нашу любовь и наше счастье? Какой великий грех мы успели совершить за наши короткие жизни? За что мы наказаны? А может быть это испытание наших чувств, испытание нашей любви. Возможно, мы были слишком счастливы, и судьба решила проверить, насколько я и Эл достойны такого счастья. Прости Эл, я не выдержал испытания, хоть и старался любить тебя в твоем новом обличье. Насколько я был искренен в своей любви? Ведь я продолжал любить тело, не обращая внимания на душу. Кого я пытался защищать? Свою жену или того, кто жил в ее теле? Разве я старался помочь Эл вернуть ее сущность? Нет. Вместо этого я был полон жалости к самому себе, а ведь ей было еще тяжелее. Что чувствовала душа Эл, когда ее тело совершало ужасные поступки, подчиняясь чужой воле? Какие глубокие рубцы оставили они на ее сердце? Может быть именно для того, чтобы я понял, как был не прав, судьба привела меня в этот мир? Мир, где никто не знает предателя Джуни и волшебницу Мэллу Кредер. Здесь мы могли бы начать все сначала, и кто знает, может быть сумели вернуть былое счастье. Лишь бы спастись из этой ловушки, а на свободе я постараюсь, чтобы на твоих щеках снова появились ямочки. Поверь мне Эл".

То ли это была случайность, то ли судьба услышала мысли Джуни, но именно в этот момент Эл открыла глаза и радостно крикнула: "Я вспомнила".

"Тише, ты разбудишь великана".

"Ну и ладно. Пусть просыпается. Я вспомнила. Великану можно задать загадку и если он не сможет найти ответ, то обязан отпустить свою жертву. Так был во всех сказках, которые я слышала в детстве от бабушки".

"Жена! Я же просил меня не будить — раздался грозный рык проснувшегося тролля — Впрочем, это хорошо, что ты меня разбудила. Самое время немного подкрепиться".

Великан поднялся с каменного пола пещеры и подошел к своим пленникам. При виде Эл лицо тролля передернуло от отвращения.

"Надо решить, чем заняться сначала. Позавтракать или намазать волшебной мазью жену — почесывая покрытую бородавками и шишками голову, вслух рассуждал великан — Конечно, есть, так хочется, что аж живот сводит. С другой стороны, вдруг гости придут, а у меня жена такая уродина. Они меня на смех поднимут. Но откуда взяться гостям, если ко мне уже почитай лет сто, ни один тролль в гости не наведывался? Хотя гости такая напасть, что всегда в самый ненужный момент появляются".

Тяжелую мысленную работу великана прервала Эл: "По волшебным правилам, мы имеем право на одну загадку и, если ты ее не отгадаешь, то должен нас отпустить".

Лицо тролля приняло такое выражение, словно он только что съел, тщательно пережевывая, тонну лимонов: "И зачем я только вчера эту мазь в пещеру тащил, здоровье надрывал, если эта закуска еще женой не стала, а уже командует".

"Ты же не хочешь нарушить вековые традиции?" — продолжала настаивать на своем Эл.

"Странные вы существа, люди. Как говорил давным давно один знакомый мне лекарь, перед тем как я его съел у вас это, как ее, неустойчивая психика. Как только настает время подкрепиться, вам всегда приспичивает загадки загадывать. Ну да ладно, я традиции чту. Задавайте свою загадку. Но только одну и только ты, жена. Ты мне кажешься более глупой, а мой завтрак вон как глазами сверкает. Он может мне такого назадавать, что и великий тролль не отгадает".

"Тогда слушай. Жил в стародавние времена один молодой Великий Лорд. Встретил он как-то прекрасную девушку и без памяти влюбился в нее. Девушка тоже полюбила молодого лорда. Уже и к свадьбе все шло, но в дело вмешалась злая мачеха девушки. Ненавидела она свою падчерицу за то, что такое счастье той выпало. Вот незадолго до дня свадьбы зовет мачеха к себе девушку и говорит: "Ты мне хоть и не родная дочь, но все ж и не чужой человек. Боюсь я за тебя, доченька. Жених твой человек знатный, а ты девушка простая. Разобьет он твое сердце и выгонит из дома всем на посмешище. Надо перед свадьбой проверить, правда ли он любит тебя". И научила мачеха девушку, как это сделать. Наследующий день поднялась девушка вместе со своим женихом высоко в горы, подвела его к самому краю глубокого ущелья и говорит: "Если ты и вправду любишь меня, докажи свою любовь и прыгни вниз". Так что сделал молодой лорд, чтобы самому живым остаться, девушке свою любовь доказать и заодно проверить любит ли его невеста?".

"Он ее съел" — уверенно заявил тролль. Ему так хотелось полакомиться любимым блюдом, что ни о чем кроме еды он думать не мог.

"Ты не отгадал. Юноша встал на край обрыва и сказал любимой "Толкни". Девушка не смогла этого сделать, потому что любила своего жениха. Так молодой лорд остался жив, доказал невесте свою любовь и проверил насколько любим сам. А теперь развяжи меня".

"Не очень мне и хотелось жену иметь — ворчал тролль, освобождая Эл от веревок — Тысячу лет без жены прожил и еще тысячу легко прожить смогу. Да и уродлива ты так, что, боюсь, никакая мазь тебе уже не поможет. Убирайся прочь и не задерживай мой завтрак".

Эл встала на ноги и с удовольствием потянулась, приводя в порядок задеревеневшее тело.

"А теперь развяжи его" — девушка указала на Джуни. От такой наглости у тролля даже отвисла нижняя челюсть.

"Развязывай, развязывай. Меня ты отпускаешь, а ведь я могу кое-кому рассказать, что ты здесь делаешь с несчастными путниками".

"Кое-кому это кому? Уж не Моргане ли?" — подозрительно поинтересовался великан.

Эл понятия не имела, кто такая Моргана, но сразу поняла, что тролль явно побаивается человека с таким именем.

"Да. Именно Моргане" — уверенно ответила девушка.

Тролль даже взвыл от расстройства.

"Так мне рассказать все Моргане, муж?" — невинным голоском поинтересовалась Эл.

"Нет. Не надо ничего говорить Моргане. Убирайтесь оба, побери вас великий тролль. Горе мне горе. Снова есть вяленых лягушек и квашеную осоку" — причитал великан, могучими руками раздирая путы Джуни. Воспоминания об этих блюдах троллю, очевидно, было особенно тяжело перенести, и поэтому его вой достиг апогея.

— 7 —

Скакать по траве было очень весело и приятно. "Как же мне удается так подпрыгивать — удивилась Аня — Неужели я растолстела и превратилась в колобок? Ах, нет. Я просто мячик. Большой красный резиновый мячик с белыми полосками". Девочка прокатилась по земле еще немного и оказалась у ног Фана. Недолго думая мальчик со всего размаха ударил по мячу. "Ну и рыцари пошли. Играть в футбол прекрасной дамой — возмутилась Аня, но тут заметила, что летит прямо в штангу — Так он еще и мазила!".

"Бум" — девочка стукнулась головой о футбольные ворота и снова отскочила к ногам Фана.

"Бум" — снова стукнул по мячу мальчик, и Аня с ужасом увидела, что снова летит в штангу.

"Ну, кто так в футбол играет!" — хотела крикнуть девочка, но в этот момент проснулась.

"Бум" — прозвучала в ее голове. Вернее это было не совсем "бум". Монотонно, словно удары большого колокола в голове Ани звучал призыв духа стихии: "Мать Стихий — проснись. Та, что дала мне имя — проснись. Мать Стихий — проснись. Та, что дала мне имя — проснись".

"Гарольд, что случилось?" — испуганный голос Аннет окончательно вывел Аню из состояния дремы.

"Не знаю, но чувствую в себе сильную тревогу. Иногда мне кажется, что Феечка где-то совсем близко, а иногда кажется, что ее вообще больше нет. Я в смятение. Помогите мне".

"Гарольд, зажги для начала свет" — попросила Аня.

Ветки под рукой у духа стихии не оказалось, поэтому золотистым сиянием в этот раз зажглись пучки соломы. Как только свет наполнил комнату, в которой девочки ночевали, Аня с ужасом спрыгнула со своего ложа. Оказалось, что подруги спали на надгробных плитах чуть припорошенных сеном.

"А я все думала, что мне это строение напоминает, и только сейчас поняла — воскликнула Аня — Это же дольмен. Древняя гробница, только очень большая. Я ее изображение в учебниках истории видела".

"Значит, я в гробу спала? Гарольд, ты куда смотрел? Ты зачем свет на входе потушил?" — возмутилась Аннет.

"Я не тушил свет, Мать Стихий. Его потушила хозяйка этого дома".

"Ты хочешь сказать, что наша хозяйка потушила волшебный свет? Она что, обладает магическими способностями?".

"Обладает" — грустно признался Гарольд.

"Так что же ты раньше молчал?" — теперь возмутилась и Аня.

"Я был так взволнован близостью Феечки, что не придал этому значения".

"Беда с этими влюбленными. То репейником кидаются, то стихи пишут, то значения не придают. У меня такой характер…"

"Аня, подожди, пожалуйста — прервала подругу Аннет — Гарольд, нам надо немедленно найти Фана. Боюсь он в большой опасности".

Недолго проблуждав по коридорам дольмена, друзья услышали в одном из ответвлений невнятный шепот. Едва они свернули на голос, раздался хриплый визг "потушите свет", но в этот раз сияние пучка сена в руках Ани лишь мигнуло и не погасло. Глазам подруг предстала странная картина. В комнате, больше всего напоминающей склеп, перед хозяйкой дольмена в каменном гробу стоял на коленях Фан, с глазами полного неописуемого восторга и декламировал стихи:

О, та, чей взор обычно тьмою скрыт

Моей любви мне больше не укрыть

Лишь для тебя в груди как молот бьется сердце

Владеешь ты и жизнию моей и смертью.

Одного взгляда на давшую путникам приют женщину было достаточно, чтобы понять, почему она так не любила свет. Более уродливого существа было тяжело встретить. Глаза хозяйки дольмена хоть и отличались размером и цветом, но горели жаром молодости, что совсем не сочеталось с покрытым множеством морщин лицом глубокой старухи. Кривой нос, гнилые зубы и длинные когти на пальцах дополняли картину.

"Так я не поняла, что это за девочка Фредди Крюгер и ее верный рыцарь" — заявила Аня, воинственно уперев руки в бока. Ее родители совсем недавно разрешили ей смотреть фильмы ужасов, и при каждом удобном случае девочка гордо напоминала об этом.

"Уйди, смертная. Видишь, герой посвящает мне свою жизнь".

"Жизнию он вам свою посвящает, а не жизнь — не унималась Аня — Прежде чем героя охмурять, правильно говорить его научите. Да и жизнь свою, между прочим, он давно уже мне посвятил".

"Уймись смертная. Не мешай герою упокоиться в предназначенной для него могиле".

"Такого я даже в бабушкиных сериалах не видела. Человека в могиле упокаивают, а он благодарственную оду читает. Так, Фан, быстро встал с колен, и идем со мной".

"Я не могу. Вы, Аня, конечно, прекрасная дама, но я уже посвятил свою жизнь прекраснейшей из всех прекрасных".

"Так он еще и зачарован. Яснее ясного раз даже на меня не реагирует. Гарольд, пора тебе вмешаться" — это Аня сказала, может и слишком самонадеянно, но в целом справедливо. Фан действительно был зачарован.

"Я устала от вас, смертные. Теперь вы умрете все" — силуэт хозяйки начал расти ввысь, руки удлинились и потянулись к испуганным девочкам, но едва голова уродливой женщины достигла потолка, она исчезла. В туже секунду, кто-то невидимый схватил Аннет за горло и стал душить. Мать Стихий захрипела. Задыхаясь, она попыталась оторвать невидимку от своего горла, но безуспешно. Аня с криком отчаянья кинулась к своей подруге, но в этот момент из тела Гарольда выскочил черный вихрь и ударил куда-то за спину Аннет. То, что секунду назад было невидимо, снова приобрело вид хозяйки дольмена в черном плаще и без движения упало на пол. При этом Фан тоже потерял сознание и упал в приготовленную для него могилу. Пока Аня решала к кому ей кинуться на помощь первому, своему рыцарю или подруге, Аннет откашлялась и пришла в себя.

"Спасибо, Гарольд — поблагодарила духа стихии принцесса — Если бы не ты, я бы точно задохнулась. Как ты это сумел? Ты же никогда раньше не использовал так магию"

"Не знаю. Я испугался за Мать Стихий и в тот же момент во мне что-то изменилось. Мне стало ясно, что необходимо сделать с магией и вдруг это сделалось. Человекам понятны мои мысли" — сильно волнуясь, попытался объяснить дух стихии.

"Мысли понятны. Не понятно, что нам делать дальше".

"Идите за мной. Феечка где-то рядом и ей нужна помощь".

"Но Фан?" — засомневалась Аня.

"Он жив, а враг нейтрализован. Прошу вас, поспешите".

Феечку они обнаружили в самой дальней и самой маленькой комнате дольмена. Вернее, не саму Феечку, а ее бледную тень. Полупрозрачного лица феи коснулась едва уловимая улыбка при виде Аннет, но моментально потухла: "Принцесса, я так и не успела приворожить вам жениха".

"Феечка, что с тобой случилось?" — при виде феи сердечко Аннет защемило от жалости.

"Это дом спригган, принцесса. Спригганы сторожат древние могилы великих героев. Это их судьба, их призвания. Еще они отменные убийцы и воры. А также наши телохранители. Телохранители фей. Спригганы не имеют своей магической силы, но став телохранителем феи заключают контракт на право использования волшебной силы своего подопечного. Я заключила хороший контракт со спригган. Я отдала ей всю свою магию и теперь умираю".

"Зачем, Феечка?".

"Потому что я никому не нужна".

"Нет, ты ошибаешься. Это не так — Аня впервые в жизни видела настоящую фею, и ей совсем не хотелось, чтобы воплощение ее мечты умерло — Каждый ребенок в моем мире мечтает о волшебстве. Каждый ребенок мечтает встретить фею. В детстве мы так хотим попасть в сказку. Пугаемся темных углов, боясь там увидеть бабу-ягу, и радуемся бабочкам-капустницам, думая, что они тоже немного феи. А потом вырастаем и перестаем верить в волшебство. Может быть, это происходит из-за того, что вы ушли от нас. Может быть, если бы вы были с нами, мы жили совсем другой жизнью. Жизнью, где есть место сказкам и волшебству. Не уходи от нас, Феечка".

"Не уходи от меня, Феечка — вслед за Аней повторил Гарольд — Моя жизнь не имеет больше смысла без тебя. Сделала ты ее лучше, или сделала хуже, но ты ее изменила. Я не могу больше оставаться таким, каким был. Но и быть новым без тебя я тоже больше не могу. Прости меня за мою слабость и за мой страх перед будущим. Не уходи от меня, Феечка, иначе мне тоже придется умереть".

Феечка тяжело вздохнула. Было видно, что ей нелегко говорить, но, тем не менее, она заговорила: "Спасибо вам всем. Как приятно узнать перед смертью, что ты не зря существовала, но все слишком поздно. Во мне почти не осталось магической энергии, а без нее я не смогу жить. Прощайте". Глаза Феечки закрылись.

"Нет! Подчинив себе душу и сердце этого создания, я забираю волшебную силу духа стихии Гарольда, ранее известного как Майти-736 и передаю ее во владение феи Феечки" — Гарольд упал на колени и его стон наполнил головы присутствующих. Ручеек золотой пыли вырвался из груди духа стихии и устремился к телу феи.

Через некоторое время лицо феи наполнилось жизнью. Зато тело духа стихии начало бледнеть и исчезать.

"Аннетик, кошмар какой-то. Этого, похоже, придется спасать нам, и я даже догадываюсь, как это сделать" — Аня схватила свою подругу за руку и потащила ее обратно в комнату, где еще недавно пытались похоронить Фана. Спригган по-прежнему лежал без движения, и Аня, схватив его за руки, попыталась вытащить из "люкса для супергероев".

"Ну что ты стоишь? Помогай" — обратилась девочка к подруге, которая с удивлением наблюдала за ее действиями.

"Брать эту гадость в руки? Я лучше духам стихии прикажу, и они это перенесут" — возмутилась Аннет.

"Мать Стихии, ты голову включи. Какие у тебя здесь духи стихии? Один единственный и тот скоро погибнет, если ты будешь из себя богиню строить. Давай, работай".

Кое-как вдвоем девочки дотащили тело сприггана до места, где нашли Феечку. Ручеек золотой пыли, вытекающий из Гарольда, уже иссяк, а фея окончательно пришла в себя и удивленно озиралась вокруг.

"Значит так, Феечка. Вот это Гарольд, который тебя спас. Вот это спригган, который хотел нас всех убить. Спаси того, кто спас тебя".

"Да, конечно — фея растерянно улыбнулась — Подчинив себе душу и сердце этого сприггана, я забираю его волшебную силу, ибо владею я магией выше его и передаю ее духу стихии Гарольду".

Наблюдая за тем, как возвращается жизнь к Гарольду, Аня наклонилась к уху подруги и тихо спросила: "А мы теперь их не перепутаем. Ведь получается, что они своей волшебной силой обменялись?".

"Думаю, не перепутаем" — успокоила подругу принцесса.

"Прекрасные дамы, а что вы здесь делаете?" — раздался голос Фана, появившегося на пороге каморки Феечки.

"Вот и наш герой в себя пришел. Знаешь рыцарь, я думаю, что заслужила за спасение твоей жизни месяц без стихов и один поцелуй" — Аня надула щеку и приставила к ней палец, показывая, куда ее следует целовать.

Фан покраснел и затоптался на месте.

"Целуй уже. Прекрасная дама права. Это я тебе как Мать Стихий утверждаю" — рассмеялась Аннет.

— 8 —

Пан Гусак сидел у потухшего костра и с неудовольствием смотрел на стелющийся по траве туман. Утренняя прохлада покрыла каплями росы его одежду. Было сыро, холодно и очень хотелось спать, но заснуть пан Гусак не мог. Одного взгляда на сидевшую неподалеку толпу вооруженных до зубов гоблинов было достаточно, чтобы отбить всякую охоту закрывать глаза.

"Достопочтенный пан так всю ночь и не сомкнул глаз?" — широко зевая, поинтересовался только что проснувшийся пан Шу.

"Сомкнешь здесь, если рядом такие бандитские рожи сидят — зло ответил приятелю пан Гусак — Вам то, достопочтенный пан, хорошо. Вы всю ночь оглашали окрестности своим могучим храпом, а я лишь прикрою глаза, мне мерещится, что кто-то из них ко мне подбирается, чтобы горло перерезать".

"Пан Гусак, вы попробуйте взглянуть на это с философской точки зрения. Вот, к примеру, женщины. Внешность у них просто ангельская. Глазки большие, реснички длинные, ноготочки ухоженные, ножки на высоких каблучках взгляды так и притягивают. Но ведь прекрасно известно нам с вами, что далеко не так все прекрасно у них внутри и многие из них, по сути своей, являются фуриями и гарпиями. Так отчего эти существа, столь ужасные снаружи, но могут быть в душе чисты и невинны, как порхающие над полями бабочки".

"Угу. Чисты и невинны. Особенно вон тот, который всю ночь точит свой ржавый кинжал и смотрит на меня так, словно я хорошо прожаренный шашлык".

"Дяденьки, успокойтесь — вступил в разговор Саша Дума — Нам Борис говорил, что гоблины людей не едят. Тролли могут, а эти нет. Впрочем, троллям людей есть, тоже их королева запрещает. Так что спите спокойно".

"А я думаю, это наши ученые в секретных лабораториях их вывели. Типа, универсальные солдаты для борьбы с инопланетянами" — разговор разбудил Хлама и он, едва открыв глаза, тоже решил поддержать беседу.

"А тут, с какой философской стороны не смотри, все одно мне их рожи не нравятся — не унимался пан Гусак — Будь они хоть нежными мотыльками из ваших секретных лабораторий, а лучше бы мне с ними никогда не встречаться. От женщин, почтенный пан Шу, я знаю, что ждать. Ну, отберут они у меня зарплату, ну будут пилить целый месяц за лишнюю рюмку доброй настойки, ну всю плешь своим нытьем могут проесть, но так ведь жизни не лишат, хотя конечно и мегеры они. А от этих что ждать? Глянь как глазами зыркают. Нет, не нравится мне все это".

Борис слушал эту пустую болтовню и нервно грыз ногти. Он тоже не спал всю ночь, но совсем не из-за присутствия гоблинов. Борис боялся подвести экспедицию. В любую минуту из перехода мог появиться Сергей, и тогда результат последней стадии их остроумной и хитрой операции будет целиком зависеть от быстроты действий "Наф-Нафа". Сто раз за ночь Борис проверял исправность рации и то, насколько правильно Пеенджиил понял, что именно должен делать его отряд.

Напряжение, в каком находился "Наф-Наф" не смыкая всю ночь глаз, все-таки сыграло с ним злую шутку. Борис так разволновался, что при появление из воронки лорда Зальцера в первое мгновения даже опешил. Только когда вслед за Великим Лордом переход прошли Вик Хохер и Безымянный Борис пришел в себя и отдал команду Пеенджиилу. В ту же секунду гоблины с мечами наголо начали стремительно двигаться. Часть отряда выстроилась за спиной Сергея, преграждая путь к воронке, а остальные окружили плотным кольцом лорда Зальцера и Верховного Правителя Союза Королевств. Предоставив остальными действиями распоряжаться Безымянному, Борис вдавил на рации кнопку вызова и закричал: "Профессор, немедленно закрывай переход".

Ничего не понимающие Дума, Хлам и Турбо следили за происходящим так, словно им на экране телевизора показывали захватывающий боевик. Совсем другие эмоции вызвало увиденное у пана Шу. "Теперь это и мне не нравится, пан Гусак — прошептал он, поднимаясь на ноги, а заметив, как воронка медленно начала уменьшаться схватил приятеля за руку и крикнул — Бежим!".

Заметив, как пан Шу и пан Гусак устремились к переходу, Борис скомандовал гоблинам: "Остановите их". Подчиняясь приказу Бориса, стройные ряды отряда Пеенджиила начали было рассыпаться, но суматоху остановил Сергей: "Нет, всем оставаться на местах. Пусть уходят. Главное наших гостей не упустить".

Воронка стремительно уменьшалась.

"Идиоты, не успеете. Она раздавит вас" — попытался еще раз остановить беглецов Борис, но было поздно. Сначала пан Шу, а затем пан Гусак нырнули в узкое отверстие и в тоже мгновение переход между параллелями закрылся.

"Что все это значит, пан Безымянный?" — поинтересовался Фредрик Зальцер, который спокойно стоял среди гоблинов, сложив на груди руки.

"Ничего особенного, милорд. Расценивайте это как почетный эскорт — улыбнулся Сергей — И еще, милорд и вы тоже, молодой человек, сдайте мне свое оружие".

"Как ты смеешь приказывать мне? Я Верховный Правитель. Я тебя уничтожу" — возмущенный Вик дернулся в сторону Безымянного, но уткнувшись грудью на ржавый меч того самого гоблина, который так не нравился пану Гусаку, был вынужден остановиться.

"Спокойно, Вик. Не дай им повода себя убить — попытался успокоить Хохера лорд Зальцер — Пан Безымянный, мы арестованы?".

"Ни в коем случае, милорд. Это исключительно для вашей безопасности. Существа, которые вас окружают, еще более опасны, чем феи и поэтому, как вы правильно заметили, не стоит им давать повода себя убить".

"Я могу задать вам один вопрос? — поинтересовался Фредрик, отстегивая от пояса свой меч и передавая его Сергею — Зачем стоило спасать мне жизнь, чтобы потом предать?".

"Видите ли, милорд, у меня несколько иной взгляд на мои поступки, чем у вас. Я считаю, что не предаю вас, а скорее помогаю. Вы даже не представляете, сколько хорошего я делаю для вас и вашего мира в этот самый момент. Если вы соблаговолите проследовать с нами, то надеюсь, что в конце пути не только поймете смысл моего поведения, но и измените свое столь неприглядное впечатление обо мне. Прошу вас, господа" — Сергей изыскано поклонился и помахал своей великолепной шляпой.

— 9 —

Николас Файдер вошел в прихожую и сразу почувствовал, что что-то не так. В квартире было необычно тихо, а за последнее время он привык, возвращаясь с работы прямо с порога окунаться в атмосферу детского гомона. Вася и Света постоянно играли, ссорились, мирились и что-то делили, оглашая квартиру несмолкаемыми криками. Встревоженный Николас прошел в детскую комнату и обнаружил там только свою дочь, которая с помощью фломастеров старательно наводила макияж на лице куклы.

"Света, а где Василий?" — удивленно спросил Файдер.

"Он ушел папочка".

"Как ушел? На улице уже стемнело. Зачем ты его отпустила?".

"Я не отпускала. Я ему говорила, что ты ругаться будешь. А еще говорила, что раз я ему старшая сестра, он меня слушаться должен, а он не послушался. Сказал, что я ему не настоящая старшая сестра. Тогда я обиделась и не стала его удерживать. Вот он и ушел".

"Давно это случилось?"

"Недавно. Он ушел, а через несколько минуток ты пришел".

Николас немедленно выскочил из квартиры и, не дожидаясь лифта, сломя голову бросился вниз по лестнице.

Мальчика он обнаружил на детской площадке. Вася сиротливо сидел на краешке песочницы и смотрел на дорогу, ведущую к дому от автобусной остановки. Если бы Николас был внимательнее, то обязательно заметил бы ребенка, но он был уверен, что дети находятся дома и даже не посмотрел на детскую площадку.

"Привет, Василий. А что ты здесь делаешь?" — Файдер присел на бордюр песочницы рядом с мальчиком.

"Я мамочку жду" — не отрывая взгляда от дороги, ответил мальчик.

"Вася, поздно уже. Смотри, как стемнело. Неужели ты не боишься?".

"Боюсь — признался ребенок — Только я еще больше боюсь, что мамочка ко мне больше никогда не придет".

"Ну что ты Вася, обязательно придет. А пока ее нет, я буду вместо нее. Мы же с тобой об этом договорились. Вставай, идем домой".

"Договорились, только я очень по мамочке скучаю. А ты не мама и не папа. Ты дядя".

"Бедный мальчик — подумал Николас и сказал — А хочешь, я буду твоим папой?".

Вася оторвал взгляд от дороги и посмотрел на Файдера. На мгновение в глазах ребенка мелькнула радость, но сразу потухла.

"А зачем?" — серьезно спросил мальчик.

"Если честно, я не знаю. Просто хочу, чтобы у тебя был папа. Очень хочу".

Еще несколько секунд Вася молча смотрел на Николаса а потом вдруг обнял того за шею и крепко прижался к нему.

"Значит, теперь у меня есть папа?"

"Да" — с трудом произнес Файдер, сглотнув подступивший к горлу комок, и погладил мальчика по нежным, словно пух волосикам.

"А у меня когда-нибудь будут мама и папа одновременно".

"Конечно, будут малыш. Пошли домой".

Позже, уложив детей спать, Николас долго сидел на кухне, уставившись в стену, и думал о сложившейся ситуации и о своей роли в ней. Приняв, наконец, решение Файдер вернулся в свою комнату, порылся в тумбочке и, выудив из ее недр нужную визитку, сунул в свой бумажник.

Утром, предварительно отпросившись с работы, Николас купил в кассе метро карту таксофона и набрал на ближайшем телефоне-автомате указанный на визитке номер.

"Вы звоните в службу охраны Закрытого Акционерного Общества "Заложись и обогатись" — раздался из трубки милый женский голос — Подождите, пожалуйста. Через некоторое время наш сотрудник соединиться с вами". После этого в трубке зазвучала музыка из телефильма "Шерлок Холмс и доктор Ватсон". "Хотя бы в тему и это обнадеживает" — подумал Файдер. Музыку прервал довольно грубый мужской голос: "Вас слушают".

"Вы сможете найти информацию об исчезновении из сейфов вашей фирмы золотых монет, а также пропаже сотрудницы вашей фирмы по следующему адресу" — выпалил Николас заранее приготовленную фразу и продиктовал адрес квартиры академика Свиндича.

"Представьтесь и повторите адрес" — в равнодушном секунду назад голосе явно прозвучала заинтересованность. Адрес Файдер повторил, но представляться не стал и повесил трубку.

"Надеюсь, они окажутся на Патриарших прудах не раньше меня" — думал он, спускаясь бегом по эскалатору.

— 10 —

Гривендальтор был троллем знаменитым. Славу и среди сородичей и среди людей ему принес Шарль Перо, описав один случай из жизни великана в сказке "Мальчик-с-пальчик". Ну а причиной попадания Гривендальтора на страницы знаменитой сказки был присущий ему и удивительный для тролля романтизм. С раннего детства великан проявлял тягу ко всему прекрасному. Еще, будучи совсем маленьким троллем, он мог совершенно забыть о еде, невольно залюбовавшись красивым цветком или заслушавшись пением соловья, и этим сильно расстраивал свою маму. "Как может тролль предпочитать луговые цветы, жирным аппетитным овечкам, которые на этом лугу пасутся" — удивлялась она. С возрастом внимание Гривендальтора переключилось с цветов и птичек на прекрасных пастушек. Часами он мог сидеть в густых зарослях и любоваться этими прелестными созданиями. В результате одна из пастушек настолько запала в душу троллю, что он решил жениться на ней, для чего и похитил бедняжку из ее деревни.

Жену свою Гривендальтор любил и не обижал. Домашней работой не нагружал, чудодейственную мазь не использовал, а холил девушку и восторгался ее красотой. Ну а когда жена родила дочь, так и вовсе голову от счастья потерял. Девочка была внешне похожа на отца и Гривендальтор в ней души не чаял.

Так бы жил себе тролль и поживал, но появился как-то в его пещере младший брат жены. Росточка он был не большого, но, тем не менее, вознамерился отомстить великану за сестру. Дальше все случилось так, как и описывалось в сказке. Жена брата спрятала. Гривендальтор его нашел и хотел съесть, но решил, что родственника есть не прилично. Брата накормили и уложили спать, но ночью природный инстинкт дал о себе знать и Гривендальтор решил все-таки шурином полакомиться. Тем временем коварная жена сняла с головы дочери маленькую золотую корону и надела на голову брата. Мужа своего она ненавидела, а их совместного ребенка не любила. Кровожадность тролля не вызывала у нее сомнений и пастушка решилась таким образом спасти брата. Ночью, действуя на ощупь Гривендальтор, конечно, кровати перепутал и вместо брата жены уже собирался убить собственную дочь, но счастливая случайность не позволила этой истории завершиться также печально, как было описано в сказке Шарля Перро.

В самый ответственный момент в пещере тролля появилась узнавшая волшебным образом о происходящем Моргана и спасла дочь Гривендальтора от смерти. Пастушка и ее брат были из дома тролля изгнаны, и с этого момента у королевы фей не было более преданного слуги, чем Гривендальтор.

Дочка выросла, вышла замуж и покинула родной дом. Заботиться Гривендальтору стало не о ком и единственным смыслом его существования стало служение Моргане. Именно это во многом и определило его поведение при виде кольца королевы на пальце Насти. И именно поэтому, когда троллю приказали охранять странную светящуюся воронку в одной из комнат дворца, Гривендальтор с радостью бросился выполнять поручение. Он хотел быть хоть как-то полезным обожаемой королеве.

Как и Гривендальтор Юрий Митрохин был романтиком и точно также обожал свою дочь. Правда, сказок о Юрии никто не писал, но зато он был героем всех сплетен подруг его жены, и в этом не было ничего не обычного. Юрия смело можно было назвать мечтой любой женщины и это постоянно вызывало зависть к той, кто этой мечтой обладал. Ведь мечта миллионов не должна принадлежать одному человеку.

Всю свою жизнь Юрий преданно любил одну единственную женщину. Будучи первоклассником, он взял на торжественной линейке перед школой за руку девочку с огромным белом бантом и букетиком гладиолусов и не выпускал ее последующие тридцать лет. Более того, все свои силы он приложил к тому, чтобы сделать эту девочку самой счастливой в мире.

В детском садике Юра мечтал стать космонавтом, но окончив школу, обнаружил, что космонавты стране не нужны, зато необходимы финансовые директора и юристы. Тогда, наступив на горло собственной мечте, Митрохин поступил на юридический факультет. Эти годы для него превратились в сплошной кошмар. Плата за учебу и за съемную квартиру, молодая беременная жена и отсутствие приличного заработка. Юра крутился ужом, чтобы как-то свести концы с концами, зато потом он был сполна вознагражден за свои старания.

Жена родила ему прелестную дочь, а защитив диплом, он смог быстро найти работу. Работа была не в самой престижной фирме при этом еще и явно связанной с криминалом, зато платили там очень неплохо и Митрохин мог по достоинству обеспечить любимую жену и дочь. Постепенно он купил квартиру в Москве, загородный дом и хорошую машину. На службе дела тоже продвигались неплохо. Бизнес в его конторе принял вполне пристойный и законопослушный вид, а сам он дослужился до начальника службы охраны Закрытого Акционерного Общества "Заложись и обогатись".

Все было бы замечательно, если бы не череда странных событий, которые произошли в его фирме, и с которыми Юре было поручено разобраться. Руководство требовало результатов, а результатов не было. С какой бы стороны Митрохин не пытался подобраться к проблеме загадочного исчезновения золотых монет, он попадал в тупик.

Раздался звонок внутреннего телефона.

"Наверно шеф с докладом вызывает, а докладывать нечего" — в отчаяние подумал Юра и снял трубку.

"Юрий Иванович, тут ко мне кое какая информация поступила по вашему делу" — Митрохин облегченно вздохнул. Звонил дежурный сотрудник, который рассказал Юрию о звонке Файдера.

"Значит, не представился. А откуда был звонок, проследили?".

"Таксофон в метро".

Митрохин быстро сверился с картой. Звонили из ближайшей к дому пропавшей сотрудницы фирмы станции метро.

"Любопытно — подумал Юра и распорядился — Скажи моим ребятам, пусть заводят машину, а я сейчас спущусь. Поедем на Патриаршие".

Из-за вечных московских пробок Митрохин потратил на дорогу несколько больше времени, чем рассчитывал, но, в конце концов, его джип припарковался во дворе дома, построенного в начале двадцатого века каким-то купцом и перестроенного под нужды социалистической номенклатуры в период "сталинской" застройки. Центр Москвы Юра любил, и дело было вовсе не в трепетном отношении к родному городу. Здесь было легко работать. Если в спальных районах столицы вид приехавших на дорогой машине мужчин в черных костюмах, да еще и довольно специфической внешности вызывал подозрение и неприязнь, то в пределах Садового кольца это было вполне рядовым явлением. Вот и сейчас человек интеллигентного вида в очках, которого сопровождали двое громил-телохранителей не вызвал никакого интереса у сидевших около подъезда каким-то чудом все еще сохранившихся в этом престижном районе типичных московских старушек.

Поднявшись на третий этаж, Митрохин нажал на кнопку звонка указанной неизвестным доброжелателем квартиры. Немного подождав, Юра нажал еще раз и приложил ухо к входной двери. Звонок в квартире прозвучал вполне явственно, но никакой реакции на него не последовало. Обычно Митрохин предпочитал действовать в рамках закона, но сейчас руководство так давило на него, что ему было не до соблюдения правил.

"Похоже, никто нас здесь с обещанной информацией не ждет. Придется ее брать самим. Вася, ты посмотри, чтобы нам не помешали, а ты Андрей, действуй" — распорядился Митрохин. Двухметровая гора мышц, которую звали Вася, отошла к лестнице, загородив собой выход из лифта, а ее точная копия по имени Андрей достала из кармана связку отмычек, и стала ковыряться в замке. Не прошло и минуты, как раздался характерный щелчок и дверь открылась.

Пропустив вперед своих сотрудников, Юра вошел в квартиру и осторожно прикрыл за собой дверь. Шаг за шагом они стали осматривать помещение в надежде найти то, что сможет дать ему хоть какой-то ключик к разгадке загадочных событий.

"А это что еще такое?" — воскликнул Андрей, входя в очередную комнату. Митрохин сразу поспешил на возглас своего сотрудника. То, что он увидел, не укладывалось ни в какие рамки. Напротив двери, почти во всю стену располагалась бешено вращающееся светящееся пятно.

В это время, с другой стороны перехода между мирами Гривендальтор втянул ноздрями воздух и почувствовал запах человека. В комнате дворца тролль умещался с трудом. Ему было неудобно и скучно, но этот запах заставил забыть о неудобствах. Люди были совсем рядом, и Гривендальтора вдруг ощутил невыносимый голод. Сдерживаться сил не было и, тихо взвыв от страха, тролль сунул голову в сияющую воронку.

Митрохин во все глаза смотрел на странное световое пятно, когда из середины светового пятна высунулась мерзкая морда. Кошмар из фильмов на видеокассетах, которые заставляли Юру трястись от страха в детстве, вдруг ожил.

"Юрий Ивано…" — пробормотал бледный Андрей и медленно сполз вдоль стены на пол.

В это время вслед за мордой из воронки появилась огромная когтистая лапа и попыталась Юру схватить.

"Вася, ко мне!" — взвизгнул Митрохин с трудом уворачиваясь от когтей.

Вася вскочил в комнату с пистолетом в руке. Служба в горячей точке дала о себе знать и он, не раздумывая, выстрелил в чудовище. Юра отчетливо увидел, как пуля попала прямо в шишковатый лоб монстра, но, не причинив никакого вреда, срикошетила, пролетела над ухом Митрохина и вдребезги разнесла вазу на серванте.

Страшная морда и когтистая лапа исчезли, но через мгновение появились снова. На этот раз в лапе была зажата огромная дубина. Чудовище размахнулось, пытаясь превратить Васю в лепешку, но промахнулась и дубина, чиркнув по полу, подцепила письменный стол и швырнула в окно. Осколки стекла и дерева посыпались вниз. С улицы раздались истошные крики: "Милиция, милиция".

Не дожидаясь второго удара, Вася начал судорожно палить во все стороны. Монстру стрельба не причинила никакого ущерба, а второй удар дубины пришелся по руке стрелка и пистолет проследовал следом за письменным столом.

Оцепенев от ужаса, Митрохин увидел, как из сияющего круга появилась, вторая лапа и потянулась к его лицу. Вася в это время корчился на полу, прижимая к груди перебитую руку. "Это конец — решил Юра — Обидно. Ведь никто не поверит". Неожиданно Митрохин заметил, что вращение пятна замедлилось, сияние потускнело, а затем воронка стала быстро сжиматься. В глазах чудовища мелькнул страх, и его морда исчезла в пятне света. Туда же стали втягиваться и лапы монстра, но воронка исчезала быстрее, и через мгновение переход захлопнулся, а на полу квартиры остались два, словно срезанных ножом желтых ногтя.

"Ну, это надо же" — Юра облегченно вздохнул и сел прямо на обломки письменного стола. Вернуться к действительности Митрохина заставил далекий вой милицейских сирен. Вскочив, Юра метнулся в ванную, нашел там пузырек нашатырного спирта и обильно смочил им два кусочка ваты. Затем вернулся в комнату и сунул вату под нос своим подчиненным: "Быстро, ребята, быстро. Надо уходить". Вытолкнув за дверь немного пришедших в себя Васю и Андрея, Митрохин поднял с пола два обломки ногтей чудовища и быстро вышел из квартиры.

— 11 —

Саша Свиндич страдал. Никогда в жизни ему не было так горько, как сейчас. Начиная с того злосчастного дня, когда Настя застала Сашу с Ирой, она общалась с ним только по деловым вопросам. Не единой улыбки, ни одного ласкового взгляда. Словно ледяная стена возникла между нами. Это было просто невыносимо, видеть как самый близкий и любимый человек становится чужим. Надо было что-то делать, как-то растопить этот лед, но этого Саше никак не удавалось. Иногда он срывался с места и бежал к Насте в полной уверенности, что стоит ей только увидеть его, увидеть как он скучает, и она поймет, что все произошедшее глупая случайность. Но встречая жену, Саша наталкивался на суровую неприступность.

"У тебя какое-то дело ко мне?" — интересовалась Настя.

"Да нет. Я просто хотел…" — терялся Саша под суровым взглядом.

"Тогда свободен".

После таких встреч Сашу охватывала обида. Ему казалось несправедливым подобное отношение со стороны жены.

"Можно подумать, что я действительно в чем-то виноват — зло думал Свиндич — Сама меня бросила одного, а теперь еще и обижается. Ей значит можно с Денисом время проводить, а я должен сидеть и ждать когда на меня соизволят обратить внимание. Между прочим, это я твой муж, а не Денис. Ничего ведь страшного и не произошло. Я не виноват, что нравлюсь Ире. Почему я не могу нравиться девушкам? Меня не в картофельных очистках нашли. Знаешь, милая Настя, не все в отличие от тебя считают меня ни на что не способным ничтожеством. Хочешь ссоры? Пожалуйста. Еще посмотрим, кому из нас от этого хуже будет".

Но таких мыслей надолго не хватало. Проходило время, и Сашу снова охватывала грусть. Ему отчаянно не хватало Насти. В голову лезли воспоминания о самых счастливых моментах их жизни. Вот они танцуют, не обращая ни на кого внимания, около Чистых прудов под доносящуюся из динамиков одного из киосков песню Уитни Хьюстон из обожаемого Настей фильма "Телохранитель". Вот они гуляют по улицам в районе института, где училась Настя, и поют старые песни "Машины времени". Не находя себе места от этих воспоминаний, Саша бесцельно болтался по пустому дворцу Морганы. Последнее время взаимоотношения среди его жителей разладились, и встретить кого-то в коридорах дворца было практически невозможно. Саша и Настя почти не общались. Ира старалась не попадаться им на глаза и постоянно где-то пропадала. Слава и Вадим, чувствуя, что что-то никак, следовали ее примеру, а Денис снова был в Москве, чтобы подготовить все необходимое для беседы с лордом Зальцером и Виком Хохером.

Не преследуя никакой цели, Саша машинально поднялся на верхний этаж дворца. Неожиданный визг оборвал тишину безлюдного коридора, и что-то пролетело мимо, едва задев волосы Свиндича, а затем вонзилось в стену. Присмотревшись, Саша с удивлением обнаружил застрявшую в камне пулю. Это вывело его из состояния печальной меланхолии. Обнаружив, что он находится так раз напротив комнаты, где находился переход между параллелями, Саша вбежал в нее и сразу ничком бросился на пол, потому, что комната находилась под шквальным обстрелом.

"Гривендальтор, назад" — крикнул он троллю, до середины туловища влезшего в воронку и нажал на пульте, с которым никогда не расставался, кнопку закрытия перехода.

"Настя, у нас проблемы" — сообщил Саша, когда через полчаса нашел жену.

"Саша, если у нас проблема, так реши ее. Понимаешь, мне на физическом уровне противно тебя видеть и разговаривать с тобой. В конце концов, поделись своей проблемой с Ирой. Возможно, она поймет тебя лучше, чем я".

"Причем здесь Ира, у нас действительно проблема. Я был вынужден закрыть переход на Землю".

"Зачем? С ума сошел? Там Денис. Как он теперь вернется?" — набросилась Настя на мужа.

"Я пытаюсь тебе объяснить зачем, но ведь ты не хочешь слушать меня — и Саша рассказал, что произошло в комнате перехода — И не надо на меня кричать. Ничего страшного не произошло. Я же не закрыл переход навсегда, а только ненадолго прикрыл его. Вот смотри, если нажать эту зеленую кнопку один раз, то можно переход закрыть, а потом красной кнопкой снова открыть даже из более низкой параллели. А вот если нажать зеленую кнопку три раза подряд, то переход совсем исчезает и с нижнего этажа его уже невозможно активизировать. Принцип многоэтажки. Помнишь? Я это сам обнаружил в процессе экспериментов. Ты думаешь, я всякой ерундой занимаюсь, а я, между прочим, работаю. Пусть все успокоится, я снова открою переход, и Денис вернется".

Но на Настю это объяснение не произвело никакого впечатления: "Саша, у Дениса ключи от твоей квартиры и он понимает, что должен успеть вернуться до прихода Сергея. Когда все будет готово, Денис пойдет к месту перехода, а перехода нет. Ты представляешь, что будет? Его надо предупредить".

"О чем ты, Настя".

"Насколько я тебя поняла, новое окно на Землю из Страны Фей открыть невозможно?"

"Да".

"Значит надо пройти через старое, найти Дениса и вернуться с ним через новое".

"Ты вообще слушала, что я тебе рассказывал? Там стреляют. Ты моей смерти хочешь?".

"Свиндич, ты позер и трус. Вся твоя крутизна — пустые слова. Ты предлагаешь мне пойти под пули? Очень мило. Я же говорила, что ты ни на что не способен. Ты просто жалкий человек".

Эти слова словно хлыстом ударили Сашу по лицу. "Спасибо. Хорошо ты своего мужа ценишь. Можешь не волноваться за своего Дениса. Я за ним схожу" — выкрикнул он и выскочил из тронного зала королевы Морганы.

— 12 —

На Патриаршие пруды Николас Файдер успел вовремя, но никаких преимуществ это ему не дало. Да, он видел, как в подъезд входил уже знакомый ему щупленький сотрудник службы охраны в очках в сопровождение еще двух человек, но все что за этим последовало, не дало Николасу никаких ключей к разгадке тайны исчезновения Галины Юрьевны. Перестрелка, разбитое стекло, выпадающая из окна мебель и милиция — все это больше напоминало криминальную хронику, чем проявление магии, а без магии здесь никак не могло обойтись.

Следующий день не принес Николасу новостей даже и для криминальной хроники, хотя он и провел весь день около дома Свиндичей. Было ясно, что семья академика каким-то образом причастна к тайне золотых монет, но каким именно было не понятно.

Поняв, что привлечение к расследованию службы охраны фирмы "Заложись и обогатись" не дало нужного результата, Файдер решил пока прекратить дежурство на Патриарших прудах и вернуться на работу. В конце концов, магия и тайны сами собой, но чтобы прокормить двух детей, нужна зарплата, тем более что соваться сейчас в скупку со своим золотом Николас посчитал слишком рискованным. Поэтому, возвратившись после неудачного бдения на Патриарших прудах, Файдер позвонил своему начальнику и доложил, что готов возобновить трудовую деятельность.

Утром, как обычно, Николас побрился, сварил кофе и приступил к завтраку, совмещая его с просмотром телепередачи "Доброе утро, страна". Из этой информационной программы можно было узнать последние новости, курс обмена валюты и прогноз погоды на текущий день, а также всевозможные любопытные факты и сплетни. Неторопливо поглощая горячий бутерброд с сыром, Файдер смотрел на очаровательную ведущую, которая хлопая пушистыми ресницами, вещала с экрана телевизора: "Свидетелями удивительного события стали вчера днем автолюбители, проезжающие по Ленинскому проспекту в районе станции метро "Юго-Западная". На обочине проезжей части неожиданно возникла вращающаяся световая воронка. Это странное явление продолжалось несколько минут. Затем, как утверждают свидетели, в воронку вошли два человека, и она исчезла. В нашу редакцию поступило много звонков от жителей столицы с просьбой объяснить, что же вчера произошло в столице на самом деле. Чтобы ответить на это вопрос мы пригласили в студию специалиста по аномальным природным явлениям Фрола Бенедиктовича Мудрочмолина. Так что, Фрол Бенедиктович, в Москве приземлился НЛО с пришельцами или открылись "звездные врата"?".

Фрол Бенедиктович снисходительно улыбнулся в камеру, как бы говоря этой улыбкой: мы с вами, дорогие телезрители, прекрасно понимаем, какую глупость сейчас сказала ведущая, но простим ее, ибо что еще она могла сказать, обладая такими ресницами. Затем специалист, как и положено опытному лектору откашлялся и заговорил.

"Я думаю, у москвичей нет абсолютно никакой причины для волнения. НЛО или неопознанному летающему объекту приписывают любое небесное явление, природу которого сам наблюдатель не может определить. Изучив факты, специалисты пришли к выводу, что сообщения об НЛО имеют астрономическое либо метеорологическое объяснение. Подавляющее большинство из них связано с наблюдением Луны и ярких планет, облаков и полярных сияний, птиц, самолетов, аэростатов, ракет, метеоров, прожекторов и других явлений, понятных для профессионалов, но происходивших в необычных условиях или наблюдавшихся недостаточно квалифицированными очевидцами. Что же касается непосредственно нашего случая, то здесь мы имеем дело с элементарным миражом, обусловленным аномально жаркой погодой в Москве. Мираж, как известно, возникает в результате наслоения воздуха различной плотности, а форма миража зависит от отклонения луча света при отражении или преломлении его слоями воздуха. Например, на фоне горячего песка внезапно могут появиться очертания водной поверхности, кустарников и деревьев, которые отражаются в воде. Это обусловлено тем, что от раскаленного песка в пустыне перегревается воздух нижних слоев атмосферы, в то время как выше находится более холодный воздух. Аналогичное явление произошло и в столице. Раскаленный асфальт нагрел воздух около земли, а чуть выше шел поток более холодного воздуха, например из открытого окна здания, в помещении которого работал кондиционер. Вследствие преломления лучей и создалось иллюзия яркой вращающейся воронки".

"Фрол Бенедиктович, но вот очевидцы утверждают, что в воронку толи входили люди, толи выходили из нее. Это как можно объяснить?" — задавая этот вопрос, ведущая захлопала ресницами с удвоенной интенсивностью.

Мудрочмолин бессильно развел руками. На его лице явственно проступило чувство сожаления и сострадания к очевидцам, несущим подобный бред.

"Боюсь, мы столкнулись с коллективными, или массовыми, галлюцинациями, случающимися при определенных условиях. Обычно в этом случае речь идет о людях, которые отличаются особой восприимчивостью к психическим влияниям со стороны других лиц. Однако не подлежит сомнению, что в некоторых случаях передача психической инфекции представляется крайне облегченной и среди совершенно здоровых лиц. Сейчас мы опять вернемся к вопросу аномальной жары в Москве. Ведь ситуации, когда психика утомленных непривычными погодными условиями людей готова воспринимать как средство спасения от текущих бед любое, даже фантастическое явление уже встречались в истории человечества.

Один из интересных примеров массовых иллюзий и галлюцинаций представляет случай, произошедший с французскими военными судами в 1846 году. Фрегат и корвет были застигнуты страшным ураганом близ островов Соединения в Индийском океане. Первый из них вынес ураган благополучно, но потерял из виду корвет и, считая бесполезным разыскивать его в открытом океане, направился к условленному заранее пункту встречи у восточного берега Мадагаскара. Здесь корвета не оказалось, причем все поиски вблизи острова были бесплодными. Естественно, что вслед за этим начался для экипажа мучительный период ожидания. Каждый день приносил все более и более беспокойства за судьбу несчастного корвета, экипаж которого состоял из 300 человек. В таком мучительном ожидании прошел целый месяц. Наконец, однажды, в жаркий солнечный день после полудня сигналистом, сидевшим на мачте, был замечен на западе вблизи берега корабль, лишенный мачт. Весь экипаж устремил свои взоры на указанный пункт и убедился, что сообщение сигналиста было справедливо. Само собой разумеется, что это событие взволновало всех, причем волнение достигло еще большей степени, когда все увидели пред собой не разбитый корабль, а плот, наполненный людьми и буксируемый морскими шлюпками, с которых подавали сигналы о гибели. Видение продолжалось несколько часов, причем с каждой минутой выяснялись все более и более ужасающие подробности этой сцены. Поразительная иллюзия рассеялась лишь тогда, когда спущенные с крейсера шлюпки подошли к предмету, принятому за плот с людьми и оказавшемуся всего лишь массой вырванных с берега огромных деревьев, принесенных сюда течением".

"То есть мы имеем дело с массовым психическим расстройством, вызванным особыми погодными условиями?".

"К сожалению да. Порог восприятия людей не безграничен и их психика может давать сбои в экстремальных внешних условиях".

"Фрол Бенедиктович, а как тогда вы объясните ролик, выложенный в Интернете на котором обсуждаемое нами происшествие снято на камеру сотового телефона? Давайте вместе с нашими телезрителями посмотрим эту запись".

Файдер с интересом уставился на экран телевизора, где появилось зыбкое, низкокачественное изображение светящейся воронки на фоне большого современного здания. Некоторое время воронка одиноко сияла на экране, но вскоре рядом с ней появилось двое мужчин с увесистыми тюками. Некоторое время мужчины о чем-то переговаривались, а затем вошли в воронку и исчезли. На этом запись заканчивалась, но за секунду до того, как мужчины с тюками вошли в воронку, на ее поверхности что-то мелькнуло. Что это было, Николас не разобрал, но почему-то оно его насторожило.

"Эта запись напомнила мне об одной поучительной истории, которую я и хотел бы сейчас рассказать — продолжал тем временем Фрол Бенедиктович — Эта история о феях из Коттингли и возможно кто-нибудь из телезрителей о ней уже слышал. Коттингли — это английская деревня, расположенная между городами Шипли и Бингли в графстве Йоркшир. В этой деревни жили две девочки подростка, шестнадцатилетняя Элси Райт и ее двоюродная десятилетняя сестра Френсис Гриффитс. В 1917 году Элси якобы удалось сделать снимки, на которых запечатлена Френсис вместе с феями и этим фото суждено было стать одной из самых талантливых мистификаций двадцатого века. Почти сто лет самые выдающиеся иллюзионисты и эксперты пытались безуспешно опровергнуть их истинность, но конкретного ответа так и не смогли дать. Лишь в 1981 году в интервью для передачи "Непознанное" Элси призналась, что феи на фотографиях были нарисованы, а за основу были взяты иллюстрации из малоизвестной сказки "Книга подарков принцессы Мэри" изданной в 1915 году. Заметьте, это сделал подросток и в то время, когда о компьютерах даже не подозревали. Представляете, какие мистификации можно осуществлять в наше время имея под рукой всевозможные программы для редактирования изображений?".

"Значит, москвичи могут не беспокоиться о том, что их поработят инопланетяне или выходцы из параллельных миров".

"Без сомнения. Единственное, что может их беспокоить так это необычная жара, но и она уйдет вместе с уходом лета и наступлением осени".

"Спасибо, Фрол Бенедиктович, за содержательную беседу, а я напоминаю, что гостем нашей студии…".

Окончание беседы Файдер почти не слушал. Он привык доверяться своим ощущениям, и если его что-то беспокоило, то в этом следовало разобраться. Обычно сюжеты в передаче "Доброе утро, страна" повторялись раз в час. Как только Фрол Бенедиктович в очередной раз озарил студию своей снисходительной улыбкой, Файдер нажал кнопку записи на видеомагнитофоне. Затем Николас несколько раз прокрутил запись при обычной скорости, до боли в глазах вглядывался в ролик, созданный по утверждению Мудрочмолина неизвестным любителем мистификаций, но так и не увидел ничего нового. Только при покадровым просмотре ролика Файдер понял, что встревожило его. За одну секунду до того, как мужчины вошли в воронку, в ней на мгновение мелькнуло хорошо знакомое Николасу лицо. Это лицо принадлежало женщине, которая сдавала в скупку таинственные золотые монеты.

"Похоже, дела обстоят еще хуже, чем я думал. Надо попробовать подобраться к этой загадке с другого края" — подумал Николас и решительно набрал номер квартиры Ани.

"Здравствуйте, Юлия. Это Федорин, Николай Васильевич. Я вас не разбудил? Как ваши дела? Про Аню никаких новостей нет? Жаль. А милицию вы поставили в известность? Поставили… И что? Пока безрезультатно. А вы не подскажите, кто вашим делом в милиции занимается? Я хотел бы с ним встретиться, поговорить. Может быть, я мог бы что-то новое ему подсказать. Спасибо. Записываю…".

— 13 —

Фрол Бенедиктович Мудрочмолин был лектором опытным и не первый год занимался разоблачением всевозможной чертовщины. В годы развитого социализма он читал лекции с ярко выраженной атеистической наклонностью, а после распада Советского Союза стал бороться против НЛО, полтергейста и других аномалий, которые не давали покоя простому российскому обывателю. И в первом и во втором случае Фрол Бенедиктович был на виду и ценился своими непосредственными начальниками. Его проникновенный голос и простодушное, внушающее доверие лицо не оставляло безучастными слушателей. Но даже не это являлось основой его успеха. Каждый раз, когда Фрол Бенедиктович вещал, он слепо верил в то, что говорит непреложную истину и этой верой заряжал слушателей. Каково же было бы разочарование Фрола Бенедиктовича, узнай он, что все его слова и теории в случае с удивительной воронкой были ложью. К появлению данного феномена не имели никакого отношения не слишком жаркое для Москвы лето, ни массовые галлюцинации. В действительности события развивались следующим образом.

После разговора с Настей Саша с помощью "сарацинов" Славы и Вадима вывел перепуганного Гривендальтора из слишком узких для тролля помещений дворца и остался один в комнате, где еще недавно располагался переход между Землей и Страной Фей.

Время безудержно таяло. Сквозь выход на террасу было видно, как догорали последние лучи малинового заката, а Саша все не решался вновь открыть проход. Он боялся тех неприятностей, что могли ожидать его за воронкой, но еще больше он боялся смерти. Саша очень хотел жить. В его голове просто не укладывалась мысль о том, что все в мире будет по-прежнему, но без него. Один выстрел и маленький кусочек железа мог поставить крест на его мечтах, идеях и стремлениях. Понимать это было очень страшно, но вспоминать брошенные ему в лицо обидные слова Насти было ничуть не легче. Тяжело вздохнув, Саша нажал на приборе кнопку включения перехода и с чувством тоски и безысходности стал смотреть, как в стене дворца появляется вращающаяся воронка. Когда пятно света перестало расти, он швырнул в воронку заранее приготовленный камень, а сам в этот миг кинулся на пол, пытаясь всем телом вдавиться в шершавые плиты. Так Саша пролежал несколько минут, но ничего ужасного не произошло. Тогда он поднялся с пола и осторожно вошел в переход.

В квартире родителей было темно и неуютно. Сквозь разбитое окно кабинет отца наполнял прохладный ночной воздух, приносивший с собой запах разгоряченного за день асфальта и выхлопных газов автомобилей. Под ногой что-то громко хрустнуло. Саша наклонился и поднял с пола осколок чернильницы со стола отца. От самого стола тоже остались только обломки. Саша вспомнил, как маленьким любил сидеть за этим столом рядом с работающим отцом и с умным видом переворачивать страницы огромного справочника, в котором не понимал ни буквы. От этих воспоминаний ему стало до слез обидно, за то, что сделали с кабинетом отца. А еще Саша почему-то ясно понял, что находиться в этой квартире последний раз в своей жизни и никогда больше сюда не вернется. С этим грустным ощущением он закрыл проход в Страну Фей и направился к выходу. Замок был выбит, и входная дверь держалась только на бумажках, которыми милиция опечатала квартиру. Не заботясь о последствиях, Саша разорвал их и вышел из квартиры. Лифт он вызывать не рискнул и спустился во двор по лестницы. Оказавшись на улице, Саша постарался как можно быстрей отойти от дома и только потом достал сотовый телефон и позвонил Денису.

"Саша? Ты в нашей параллели? Почему?" — удивился Дробышев.

"У нас проблемы возникли, но они вполне решаемы. Доберусь до тебя и все расскажу. Ты сейчас где?".

"У матери. Около "Юго-Западной".

"Дай точный адрес. Я сейчас поймаю такси и к тебе".

Как только Саша оказался на пороге квартиры Дениса, тот немедленно потащил его к кухонному столу, на котором красовались два серебристых ноутбука.

"Смотри, каких красавцев я купил. Частота два и пять, память четыре гегобайта и что самое главное могут работать восемь часов без подзарядки. Я на них такую презентацию нашей цивилизации устрою для Серегиных аборигенов, что они нам в свою параллель дорожку коврами покроют. Так что у нас за проблемы?"

Выслушав рассказ о последних событиях, Денис особо не расстроился.

"Значит, в твою квартиру нам лучше не соваться. Ну и ладно. Она нам и не особо нужна, раз ты новый переход откроешь. Только попробуй сделать это поближе к моему дому, чтобы "компы" далеко не нести, а то они тяжелые. Мне еще надо кое-какую информацию в Интернете собрать, а ты пока на моей кровати поспи. Я тебя разбужу, когда все готово будет".

Разбудил Денис Сашу около двух часов дня.

"Вставай, Профессор. Организовывай нам проход в Страну Фей".

"Среди белого дня? Ты с ума сошел? А если воронку увидят? Давай хоть вечера дождемся. У тебя, кстати, пожевать чего-нибудь найдется?".

"Настя накормит. Времени нет. Мы должны успеть во дворец до прихода туда Безымянного. Ничего страшного если и увидят воронку. Победителей не судят".

"А если у нас ничего не выйдет?".

"Ты чего говоришь то? Мы люди двадцать первого века с высшим образованием не справимся с парой средневековых неотесанных мужланов? Да они через полчаса беседы с нами будут на нас богу молиться. Включай свой прибор, а я пока "компы" во что-нибудь мягкое упакую, чтобы случайно не разбить во время перехода".

Саша сходил в ванну, умылся холодной водой, чтобы привести себя в порядок и приступил к расчету координат нового перехода. Закончив вычисления, он выставил новые цифры на шкалах прибора и включил его. По идеи, воронка должна была образоваться около дома Дениса, но выглянув в окно, Саша ее не обнаружил.

"Опять погрешность" — огорченно подумал он и отправился искать Дениса.

Дробышева Саша нашел в коридоре, где он обматывал веревкой завернутый в байковое одеяло второй ноутбук. Первый компьютер уже лежал около двери упакованный аналогичным образом.

"Включил?" — поинтересовался Денис, затягивая узел.

"Включил".

"И где оно?".

"Где-то недалеко".

"Что за ерунда такая? Китайский калькулятор и то точнее работает. Бери один тюк и пошли искать".

Воронку они обнаружили недалеко от входа в метро. Возле светящегося круга собралось несколько любопытных, а какая-то молоденькая девушка снимала ее камерой сотового телефона.

"Может ее выключить и подождать пока люди разойдутся?" — спросил Саша, которому очень не хотелось предавать публичности и себя и изобретение отца.

"Забудь. Они все равно ничего не поймут. Пошли" — Денис уверенно шагнул вперед.

В это время Настя без устали мерила шагами тронный зал королевы Морганы. В своей правоте по отношению к мужу она ни на секунду не сомневалась, но тем не менее сильно переживала за его судьбу и не находила себе места от волнения. Поэтому, когда прямо в тронном зале возникла светящееся воронка, она, забыв об осторожности, заглянула в нее, чтобы убедиться, что это действительно возвращаются Саша и Денис. Всего на секунду лицо Насти оказалось между Землей и Страной Фей, но этого хватило Файдеру, чтобы узнать ее и это заставило Николаса не поверить в теорию господина Мудрочмолина.

— 14 —

Дух стихии Майти-578, который так любил, чтобы его называли Дени, парил почти над самой поверхностью одинокой скалы в предгорьях Северных гор. Никогда он не залетал так далеко от доверенного его уходу сада Матери Стихий, но та картина, что он сейчас наблюдал, стоила того. С возвышения, на котором находился дух стихии, было хорошо видно, как войска Союза Королевств занимают диспозицию вдоль границы Империи Великих Лордов. До истечения, выдвинутого в связи с исчезновением Вика Хохера ультиматума, оставалось три дня и это наполняло Дени каким-то непонятным ему, но приятным душевным томлением. Наблюдая за марширующими полками, он мысленно представлял себе, сколько чудесных новых цветов сможет он скоро вырастить. Чем больше людей погибнет в кровопролитной войне, которую хотят развязать между собой эти странные и чуждые духу стихии создания, тем больше места освободится для лесов, полей и рек. Тем лучше и прекрасней станет природа.

"Наставники правы. Людей так много, что они мешают и нам и друг другу — рассуждал Дени — Даже во мне все чаще и чаще начинает возникать что-то напоминающее их чувства, что уж тут говорить о Майти-736. У бедняги совсем помутился разум и все из-за людей. И это не удивительно. Куда не сунешься, везде натыкаешься на них и их эмоции. Живу же я без пустых переживаний, так почему люди так не могут или не хотят? Хорошо, что терпеть их невыносимый нрав осталось совсем недолго. Когда закончится война, из оставшихся в живых людей мы воспитаем прекрасных существ, подобных чудесным растениям. Наставники правы…".

"Добрый дух стихии укажет нам путь к ближайшему селению?" — прервал чей-то голос размышления духа стихии. Посмотрев вниз, Дени увидел прямо под скалой двух мужчин. На мужчинах была надета сильно потрепанная одежда, а их лица покрывала многодневная щетина. На левой ноге одного из людей отсутствовала обувь. В эмоциональной фоне этих людей дух стихии уловил преобладание страха. Страх был самой любимой человеческой эмоцией Дени, и его наличие в совокупности с благодушным настроением самого духа стихии повлияло на его ответ. Дени решил спасти эти двух людей от превратностей надвигающейся войны и поэтому сказал: "Дух стихии может указать человекам путь к ближайшему селению, но не советует им туда идти, если они не хотят подвергнуть себя опасности. Ведь очень скоро между людьми разгорится битва".

"Разгорится битва? Добрый дух стихии говорит о войне? — удивился один людей — А кто и с кем собирается воевать?".

"Могущественный Союз Королевств собирается уничтожить Империю Великих Лордов за то, что ее жители похитили и убили Верховного Правителя Вика Хохера".

"Вот те на! — еще больше удивился мужчина — Видели мы этого Хохера и с ним лорда Зальцера. Оба живехоньки, хотя конечно и похищены"

"Но уж никак не жителями Империи, достопочтенный пан Шу — вступил в беседу второй человек — А уродливыми чудовищами, которых вы пан изволили назвать невинными бабочками, порхающими над лугами".

"Но согласитесь, пан Гусак, что я признал свою ошибку и даже можно сказать спас вашу жизнь. Вспомните того, с ржавым кинжалом, который, как вы соизволили сказать, смотрел на вас как на шашлык".

"Прекратите этот пустой поток звуков — вмешался в разговор людей Дени — Люди, вы знаете, где находиться Вик Хохер?".

"Знаем" — хором ответили мужчины.

Дени переместился со скалы на горную тропу и завис в воздухе прямо перед людьми. "Расскажите мне все, что знаете" — потребовал он.

"Ну, мы, значит, прошли через светящуюся трубу и оказались…" — начал тот, которого звали пан Гусак.

"Добрый дух стихии просил рассказать все, а значит начинать надо не с трубы, а со Штирлица, которого те трое юношей назвали Борисом. Или наоборот. С Бориса, которого они называли Штирлицем…".

"Вы пан Шу любите сплетничать прямо как торговка на базаре. Вас послушать, так начинать надо с тех ведьм, которые нас околдовать хотели. А мы с вами добропорядочный пан договорились о тех ведьмах не вспоминать, значит начинать надо с трубы. Тем более что труба эта мне подошву с левого башмака срезала, а не вам…".

Устав от болтовни людей, Дени решился на запрещенный Наставниками прием. "Ради блага природы" — сам себя успокоил дух стихии и осторожно проник в память людей и уже через несколько секунд узнал все, что его интересовало. Полученная информация Дени огорчила. Эти два человека действительно знали место нахождения Вика Хохера, и это знание могло направить развитие событий совсем не по тому пути, на который надеялись Наставники. Стоило панам рассказать правду о судьбе Верховного Правителя и война прекратится, даже не начавшись. В сознание духа стихии сама собой возникло видение, в котором люди гуляли по дорожкам его любимого сада. Постепенно людей становилось все больше и больше. Вот они уже перестали умещаться на дорожках и начали топтать его прекрасные цветы. Дени почувствовал внутри себя неприятный холодок. "Что это? — удивился он — Эмоция страха? Я становлюсь человеком? Так не должно быть. Я не хочу. Я не допущу, чтобы эти люди нарушили планы Наставников. Но как? Духи стихии не могут причинить людям вред. Так я и не буду причинять им вред. Наоборот, я сделаю их счастливыми".

Дени сконцентрировал свою магическую энергию и направил ее на одежду людей. Листья, лепестки, и прекрасные гирлянды из цветов стали заменять ее ткань.

"Что это происходит с вашей одеждой, пан Шу" — прервав на полуслове перебранку, удивился пан Гусак.

Ответить пан Шу не успел. Дени добавил цветам, заменившим одежду, терпкий дурманящий аромат, который почти полностью уничтожил память людей. Некоторое время пан Шу и пан Гусак стояли, молча разглядывая друг друга, а затем один из них обратился к Дени: "А не подскажет ли добрый дух стихии кто мы такие?".

"Вы дети цветов".

"Дети цветов? А что мы делаем?".

"Вы несете в мир красоту и любовь, вдохновляя людей своим примером вернуться к природной чистоте. Следуйте за мной. Я отведу вас к ближайшему селению, где вы, возможно, найдете себе новых сподвижников — пояснил людям Дени, а про себя подумал — Или вас забросают до смерти камнями за появление в столь неприличном виде. По крайней мере, я не нарушил запрет Наставников. Пусть люди сами разбираются между собой".

— 15 —

"Аннет, смотри, как они изменились. Прямо волшебство какое-то" — Аня показала рукой на Феечку и Гарольда, которые шли перед подругами, держа друг друга за руку.

"Конечно волшебство. И что в этом удивительного? Они же оба волшебники. А показывать пальцем неприлично. И потом, ты всю дорогу только о них и разговариваешь. Смени тему".

"Ой-ой-ой. Тоже мне принцесса на горошине нашлась. Неприлично — передразнила подругу девочка — Ты только посмотри, какие они сюсепусечки оба. Правда, Фан?"

"Как пожелает, прекрасная дама" — откликнулся мальчик, замыкавший процессию.

"Слышала? Он опять за свое принимается — сделав страшное лицо, прошептала Аня на ухо Аннет — Хорошо, что хоть стихи пока не читает. Ну, ведь, правда, они сюсепусечки? Ну, скажи, Аннетик".

Фея и дух стихии действительно сильно изменились внешне. Гарольд теперь больше походил на человека с бледной кожей, чем на почти бесплотного духа стихии. Также он приобрел возможность передвигаться на ногах и общаться не только с помощью телепатии, но и с помощью разговорной речи.

Феечка изменилась меньше, но более эффектно: у нее исчезли крылья.

"Я умею летать и без крыльев — успокоила она раздосадованную подобным событием Аню — Крылья для фей скорее дань традиции, чем средство передвижения и потом, я всегда смогу их себе вернуть".

Если внешние изменения Феечки и Гарольда можно было как-то объяснить тем, что фея и дух стихии обменялись своей магической энергией, то сияние глаз и постоянное выражение счастья на их лицах было следствием совсем другой причины. К полному восторгу девочек два волшебных существа любили друг друга самой что ни на есть человеческой любовью. Во многом именно желание наблюдать за развитием этого удивительного романа заставило Аннет и Аню ответить согласием на просьбу Феечки посетить Новый Оберон и встретиться с королевой Морганой. Фея надеялась, что беседа королевы с девочками вновь вернет Моргане веру в добрую сущность людей.

Порыв ветра донес до путников нежный перезвон колокольчиков.

"Что это? — удивилась Аннет — Аня, ты слышала?".

"Не волнуйтесь, принцесса. Эта чудесная музыка означает, что мы приближаемся к Источнику шипучего солнца — пояснила Феечка — Около него мы сможем передохнуть".

"Источник шипучего солнца? Что это?".

"Наверно в этом источнике вместо воды лимонад — выдвинула свое объяснения странного названия Аня — Обожжжаю газировку!".

"Там нет лимонада — рассмеялась фея — Зато там есть нечто лучшее. Это источник "яськи", волшебного напитка, который поможет восстановить силы. А еще "яська" помогает нам лучше понять наши самые сокровенные мечты и стремления".

Спустя некоторое время девочки, Фан, Гарольд и фея уютно расположились на берегу водоема, по глади которого танцевали и пели свои песни удивительные пузырики. Аня пила прямо из ладоней вкусную шипучую жидкость и чувствовала, как усталость проходит, а мысли становятся необыкновенно ясными. А еще она чувствовала острое желание поделиться этими мыслями со своими друзьями. Слова сами собой рвались на свободу и девочка заговорила: "Почему в меня до сих пор никто не влюбился? Ведь я такая красивая и очень умная. Это у меня характер такой. Я если знаю, что я умная и красивая, так и говорю: я умная и красивая. А со мной ни один мальчик из класса не дружит. Впрочем, у нас в классе и дружить то не с кем. Все мальчики глупые, да еще и выпендриваются постоянно. Так хочется подружиться с хорошим мальчиком. Чтобы он посвящал мне стихи, приглашал в кино и еще подарил три розочки. Хотя для начала и одной хватит".

"Почему вы так говорите, прекрасная Аня — обиделся Фан — Ведь я постоянно посвящаю вам стихи".

"Посвящаешь. Но они у тебя какие-то не такие. И как-то все не так. Все как бы ни по-настоящему. Словно в книге, а не в реальной жизни. А я хочу, чтобы все было по-правде".

"Почему как в книге? Ведь я очень даже живой. Знаешь, сколько я за обедом съесть могу. Не каждый взрослый воин столько съесть сможет, а я еще пока только оруженосец. Да я из простой семьи и очень благодарен лорду Зальцеру за то, что он меня взял к себе в обучение. Я хочу быть достойным этого благодеяния и хочу стать настоящим рыцарем. Я даже прочел одну, но очень толстую книгу из библиотеки лорда, в которой рассказывалось о рыцарях. В ней было написано, как рыцари должны вести себя с прекрасными дамами и я стараюсь делать точно также. Может быть, у меня получается неуклюже, но зато я точно знаю, что в мире нет девочки красивее и умнее вас, прекрасная Аня".

"Вот именно. Я и говорю — как в книге. Не хочу я быть прекрасной дамой. Я хочу быть просто Аней. Хочу, чтобы со мной дружили, а не смотрели на меня, как на картину в музее. Посвятил мне тысячу и один сонет, а валентинку на День Святого Валентина не подарил. Попадешь в мой мир, я займусь твоим воспитанием. А то ведешь себя совсем не серьезно".

"Зато у меня все серьезно, только мне от этого не легче — грустно произнесла Аннет — Я знаю, что когда мне исполнится шестнадцать лет, я стану женой Вика Хохера, только не знаю, хочется мне этого или нет".

"Аннетик, ты чего? Ведь у вас та-а-а-ка-а-а-я любовь была".

"Я тоже так думала. Думала, что Вик такой, такой… В общем, ты поняла какой. Только где он теперь Вик? Не письма, ни весточки. Сидит в своей столице и обсуждает со своими советниками план нашей свадьбы. Почему с советниками, а не со мной? Я не хочу, чтобы все было так по-взрослому. Я молодая девушка, а не пожилая тетя, которая очень хочет выйти замуж. Я хочу, чтобы человек, которого я люблю, был всегда рядом. Чтобы мы вместе гуляли, ссорились и мирились, целовались, в конце концов. Получается не любовь, а какая-то политическая интрижка. Верховная Правительница Союза Королевств Аннет Хохер, в девичестве Зальцер. Как ужасно звучит! "Милая Аннетик" мне кажется гораздо лучше. Вот влюблюсь в Сашу Егорова. Пусть потом ваш Верховный Правитель от горя в собственных слезах утопится".

"Все живущие на белом свете навеки одиноки — вступил в разговор Гарольд — На этот грустный удел обречены и люди и духи стихии. Как это тяжело, когда никто вокруг не понимает того, что происходит внутри тебя. Как тяжело пытаться объяснить словами свои чувства и не находить нужных слов. Ах, если бы кто-то без слов мог понимать твой внутренний мир. Всего лишь по выражению глаз, по движению руки понимать каждую твою мысль, но это почти невозможно. Одиночество несет с собой боль и страдание. Но через эту боль к нам приходит и высочайшее благо. У людей это их высокие эмоции, а у духов стихии возможность понимать и улучшать природу. Увы, все это всего лишь замкнутый круг. Возникновение эмоций заставляет людей еще острее ощущать одиночество и всю жизнь люди проводят в поисках того, кто сумеет разделить с ними эту боль. Иногда это случается, и два одиночества сливаются в одно. Но все равно оно остается одиночеством по отношению ко всему остальному миру. Людям легче. Они могут видеть себя в своих детях, нам, духам стихии этого не дано. Хотя я должен быть благодарен судьбе. Она подарила мне уникальный шанс. Я встретил Феечку, и теперь мы две половинки одного целого".

"Милый, не пугай принцессу и ее друзей — вмешалась в монолог Гарольда фея — Тем более ты не совсем прав. Мы не так одиноки, как ты думаешь. Рядом всегда есть кто-то, кто сможет помочь тебе. Вспомни, разве мы смогли бы встретиться, если бы не помощь этих трех добрых детей. Лишь благодаря нашим друзьям мы живы и счастливы, а это значит, что помимо боли и страданий в мире живет и радость. Может быть, теперь я не такая хорошая фея, какой была, потому что думаю гораздо больше о нас с тобой, чем о наивном волшебстве, которое должна нести людям, но я буду творить добро при каждом удобном случае. Поверьте, принцесса, каждый человек, каждый дух стихии и каждая фея должны быть счастливы. Конечно, по-разному, но счастливы. И вы девочки, и ты мальчик — вы тоже будете счастливы. Это я вам обещаю как фея. А теперь, если вы отдохнули, нам с вами пора в дорогу, а тебя Гарольд я попрошу ненадолго остаться здесь. Прости, любимый, я так боюсь, что при виде тебя королева что-то не так поймет или испугается и не захочет выслушать принцессу. Ведь раньше Моргана никогда не встречала духа стихии. Не сердись на меня. После того как девочки убедят королеву, что она не справедлива к людям, мы больше не расстанемся с тобой даже на мгновение".

— 16 —

Ив Сидор очень не любил своих соседей, потому что по его глубокому убеждению те жили неправильно. Неправильно было то, что в доме у них всегда прибрано, а корова дает самые большие в деревне удои, в то время как у самого Ива имелся только старый козел, ютящийся в грязном хлеву. Неправильно было, что соседские дети всегда чисто и опрятно одеты и уж совсем неправильно было то, что по праздникам напившись крепкого эля, сосед не мотался по улицам и не горланил ругательных песен. Чтобы как-то выразить свою неприязнь Ив стал вываливать на соседский двор свой мусор, но за этим занятиям его застали духи стихии. В результате Сидора вызвали на суд Великих Лордов и обязали три месяца убирать соседский двор, но плохо они знали Ива. "Не на того напали" — решил Сидор и придумал наихитрейшую хитрость.

Прибрав у соседей в очередной раз, Сидор вышел с их двора с ведром мусора, но не пошел на деревенскую свалку, а пробравшись вдоль забора, оказался у безлюдной части соседского участка. Оглядевшись вокруг и убедившись, что его никто не видит, Ив вернул содержимое ведра соседям. Затем он достал припрятанное в траве ведро уже с собственными помоями и отправил его содержимое тоже на соседский участок. Таким образом, своей уборкой Сидор удвоил количество грязи у соседей и довольно потирал руки, когда услышал женский вопль: "Батюшки, да что же это творится такое!".

Сначала Ив подумал, что это он является причиной вопля и от испуга даже присел, но за первым криком раздалось еще несколько. Прислушавшись, Ив понял, что крики доносятся с главной деревенской улице. Там явно происходило что-то очень интересное, и любопытство заставило Сидора трусцой побежать на людские голоса. Источник переполоха Ив обнаружил на площади перед домом деревенского старосты, где в окружении местных жителей стояли пан Шу и пан Гусак.

"Тьфу, срам-то какой" — заявила одна из женщин, с интересом разглядывая их странное одеяние.

"Это кто же такие будут?" — поинтересовался Ив Сидор.

"Да кто же их знает? Ходят тут и народ смущают" — ответил ему дородный детина, с неодобрением косившийся на чужаков.

"Мы дети цветов. Мы несем в мир красоту и любовь" — неуверенно пролепетал пан Гусак

"Дети цветов значит. Ну-ну" — пробормотал детина, подбирая с земли увесистый кол.

"Брат мой, придумай что-нибудь быстрей, а то, похоже, нас бить собираются" — торопливо зашептал на ухо пану Гусаку пан Шу.

Пан Гусак очень не любил, когда его бьют, и возможно, поэтому выход из сложившейся ситуации нашелся моментально. "Надо прикинуться бродячими артистами" — решил пан Гусак. И сразу в его голове сами собой стали возникать слова песни, но поскольку от страха пан Гусак петь не мог, он стал их торопливо произносить без всякой мелодии высоким визгливым голосом. Вокальные данные пана Гусака не оставили равнодушными четвероногое население деревни и оно откликнулось дружным воем.

Эй, приятель постой и послушай меня

Мне известно, поверь, про твои дела

Каждый день твой темнее, чем черная тень

А менять что-то в жизни тебе давно лень

На осколки разбились твои все мечты

Ты бредешь одиноко дорогой судьбы

Но еще шанс остался судьбу поменять

И я здесь чтобы это тебе рассказать —

пел пан Гусак под душераздирающее завывание собак.

"Во, дает!" — восторженно воскликнул детина, отбрасывая кол прочь.

Если слеза упадет, как роса с лепестков

Если поверишь, что люди как дети цветов

Помыслы вновь обретут чистоту

Природа излечит душу твою

Сердце открой и с нами иди

Детскую радость себе возврати

Пройдись босиком в поле после дождя

И радугу в небе открой для себя

Пан Шу, который сначала настороженно относился к пению своего приятеля, счел поступок детины хорошим знаком и тоже решил присоединиться к выступлению хотя бы в качестве подтанцовки. Неуклюже переминаясь с ноги на ногу, он стал прихлопывать в ладоши.

Деньги, престиж, войны и власть

Не стоят того, чтобы жизнь на них класть

За золото счастье не обретешь

На небо власть с собой не возьмешь

Сколько чудес ты уже растоптал

Сколько прекрасных рассветов проспал

Эль, огород и скотина в хлеву…

Спроси у себя: "Для чего я живу?"…

"Так это же обо мне песня — вдруг догадался Ив Сидор — Ну да точно про меня. Козел в хлеву. Огород, в котором этот козел всю капусту понадкусывал. Соседи, от которых мне никакой жизни нет. Крепкий эль — вот и вся радость в жизни".

И от этой мысли Иву стало обидно за свою несчастную загубленную жизнь. Сорвав растущий в придорожной пыли одуванчик, он нацепил его себе за ухо, встал рядом с этими странными мужиками и вовсю мочь заголосил:

"Моя слеза упадет, как роса с лепестков

И я поверю, что люди как дети цветов…".

— 17 —

Гейн Мэдвед метался по кабинету и громко кричал: "Предатель. Это измена. Я его четвертую. Я его уничтожу. Как он смел, бросить меня и страну в такой момент. Как я его ненавижу".

Подобные приступы ярости по отношению к лорду Зальцеру стали последнее время естественным состоянием лорда Мэдведа. Гейн удачно забыл, как замышлял убийство Председателя Совета Великих Лордов и как узурпировал власть, назначив самого себя на место Зальцера после исчезновения последнего. Зато Мэдвед прекрасно понимал, что ему необходимо переложить ответственность за судьбу страны со своих плеч на чужие. Власть хороша только в том случае, когда за нее с тебя никто не спрашивает.

Личный секретарь Гейне уже привык к подобным приступам ярости и молчаливо ждал, когда лорд немного успокоится. Наконец, лорд Мэдвед остановился и обратился к своему помощнику: "Какие новости? Докладывай".

"Войска Союза Королевств заняли исходные позиции вдоль наших границ…".

"Знаю! Вы думали, что Союз Королевств решил нас слегка попугать? Это наша деревенщина только и умеет, что обещать да грозить, но ничего не делает. А эти, если обещали нас уничтожить, то уничтожат".

Нового приступа ярости у своего господина секретарь опасался и решил резко сменить тему.

"Милорд, из провинций доходят слухи о неких "Детях цветов".

"Дети цветов? Что это за напасть?" — заинтересовался Мэдвед.

"Странные люди. Одеваются в одежды из лепестков и листьев, ходят по селениям, поют песни и призывают к единению с природой".

"Они что, возомнили себя духами стихии? И много этих сумасшедших?".

"Около сотни. Но говорят, что с каждым днем их становится все больше".

"Нашли время сходить с ума. Неужели людям больше нечем заняться, кроме как оберегать цветочки. А то нам духов стихии мало".

"Они не оберегают цветы. Скорее наоборот. Они их обрывают и раздают всем встречным".

"По крайней мере, в логике им не откажешь — впервые за несколько дней рассмеялся Гейне — Чем еще заниматься детям, кроме как обирать своих родителей. Ладно, забудем о них. Совет в сборе?".

"Да, милорд".

"Тогда идем — лорд Мэдвед решительно направился к двери, ведущей в зал заседания Совета, а оказавшись перед Великими Лордами, без обиняков заявил — Милорды, Совет распускается".

Над покрытым темно-бордовым бархатом столом повисла гнетущая тишина. Немного полюбовавшись произведенным эффектом, Гейне пояснил: "Как Председатель Совета Великих Лордов я принял решение о капитуляции перед Союзом Королевств. Как только их первый солдат перейдет нашу границу Империя Великих Лордов прекратит свое существование".

"Милорд, это сильно попахивает изменой" — произнес один из членов Совета.

"Возможно. Но запах измены мне нравится гораздо больше, чем запах моего трупа. Хотите бороться за свободу родной страны? Поэты напишут песни о вашем героизме, правда, боюсь, вы сами их уже никогда не услышите, потому, что погибнете в неравной схватке. Войска Империи никого из вас не поддержат. Это я вам обещаю. Так что, будем голосовать? Я вижу, что в этом нет необходимости. И это правильно, милорды. Какая разница, в какой стране жить. Главное жить".

— 18 —

"Проходите, господа и усаживайтесь удобней — Денис подвел лорда Зальцера и Хохера к креслам перед мраморным столиком, на котором стоял компьютер — Не пугайтесь того, что вы сейчас увидите. Это не колдовство и не черная магия. Мы пришли к вам из мира, в котором человеческая мысль достигла небывалых высот, а созданная руками людей техника сродни самому чудесному волшебству".

Фредрик подчинился и, не говоря ни слова, сел на указанное ему место. Вик последовал примеру Великого Лорда. С того момента как их взяли под стражу около перехода между параллелями не тот не другой не произнесли ни слова. Молча Зальцер и Хохер выслушали напыщенные, но ничего не значащие речи на устроенной для них подобие торжественной встрече и молча проследовали в тронный зал дворца, где Денис подготовил все для того чтобы поразить знатных пленников и привлечь на свою сторону. На этом важном мероприятие присутствовали все члены экспедиции, кроме "сарацинов", которым поручили присматривать за гоблинами, охранявшими дворец.

"Повторяю, это не магия — продолжил Денис — Этот прибор является результатом развития нашей науки и предназначен для создания виртуальной реальности. Виртуальная реальность позволяет моделировать на экране реальную жизнь и взаимодействовать с ним. С ее помощью мы познакомим вас с нашим миром и с фантастическими достижениями нашей науки. Вы понимаете то, что я говорю?".

"Я понимаю вас. Насколько мне известно, это либо компьютер, либо телевизор. О чем-то подобным мне рассказывала моя дочь. Продолжайте и не отвлекайтесь на подобные вопросы. Мне хотелось бы скорее узнать цель своего похищения и этого вашего спектакля" — впервые после долгого молчания произнес лорд Зальцер.

"Ага. Вот мы и сдвинулись с мертвой точки. Еще не так заговоришь, когда увидишь все, что я решил тебе показать, чурбан средневековый" — мысленно обрадовался Денис. Он был так возбужден всем происходящем, что даже не обратил внимания на фразу Великого Лорда о рассказе своей дочери.

"Тогда я продолжу, милорд".

На экране монитора в сопровождении комментарий Дениса стали сменять друг друга изображения слайд-шоу вперемежку с небольшими видео сюжетами. Вот пассажирский лайнер отрывается от взлетной полосы, а в следующий момент лорд Зальцер увидел стюардессу, которая мило беседовала с сидящими в комфортабельных креслах пассажирами.

"…Изобретение самолета — одно из крупнейших достижений XX века. Источником вдохновения человеку послужили наблюдения за авиаторами, созданными самой природой, — птицами. С давних времен человек страстно мечтал научиться взмывать в небо с легкостью и грациозностью птицы…".

Затем на экране появилась величественная громада гидроэлектростанции, которую сменил вид сияющих праздничной иллюминацией городских улиц.

"…Люди научились использовать огонь для освещения около пятьсот тысяч лет назад. Стечением веков конструкция светильников все более усложнялась, и сегодня одним щелчком рубильника можно залить светом целые улицы и дома. Производство электроэнергии является достаточно легким процессом, а электродвигатели могут служить для различных целей — от бурения скважин до обеспечения движения поездов…".

"…Современная сельскохозяйственная техника играет важную роль в производстве пищевых продуктов. С помощью этих машин один человек может за день выполнить объем работы, с которым до внедрения механизации могла справиться лишь целая бригада за неделю…" — на экране мелькали фотографии цехов хлебопекарней, мясоперерабатывающих и молочных комбинатов, в которых в невиданном жителям Империи Великих Лордов количестве производились всевозможные деликатесы. Вдруг на экране появился гриб ядерного взрыва. Огненный ураган в одно мгновения уничтожил строения и машины. Это Денис решил немного попугать своих пленников, чтобы те четко уяснили, с какой мощью имеют дело.

"…Все вещества состоят из крошечных частиц — атомов. Атомы соединяются в молекулы, крупнейшие из которых имеют сложное строение, состоящее из тысяч атомов. Атомы в свою очередь, складываются из электрически заряженных частиц — протонов и электронов. При расщеплении атомов выделяется колоссальный сгусток энергии равный маленькому солнцу и в нашем мире люди научились этой энергией управлять…".

На последних кадрах презентации земной цивилизации был запечатлен старт космической ракеты и фильм, снятый американскими космонавтами во время посадке на луне.

"…В нашем мире человечество шагнуло к звездам. Сегодня мощные, гигантские аппараты, которые мы называем ракетами, служат для полетов человека в космос и доставки на орбиту искусственных спутников и различного оборудования.

Таким является мир, из которого мы пришли. И все наши достижения, все плоды многовекового развития нашей цивилизации мы предлагаем вам. Вам будут не нужны мучительные и долгие годы исследований. Вы минуете череду ошибок и как следствие сможете избежать многих бед. Все это техническое могущество достанется вам как на блюдечке с голубой каемочкой".

"На блюдечке с синей каемочкой? Прямо как манна небесная — лорд Зальцер сомнительно покачал головой — Извините, господин Сэнсэй, я не верю вам. Какую цену вы потребуете за свое благодеяние?".

"Никакой. Просто для того чтобы упростить решение всевозможных вопросов, которые без сомнения возникнут в процессе передачи вам наших достижений, вы назначите нас своими главными советниками и будете во всем слушаться. Конечно, официальная власть будет по-прежнему принадлежать вам. Ваше богатство, слава, ну и все что там у вас полагается Великому Лорду останется при вас. А реальная власть будет принадлежать нам. Хотя бы на переходный период. До тех пор, пока вы еще не будете готовы самостоятельно справляться с новой техникой".

"Но ведь это откровенный захват власти" — гневно выкрикнул Вик.

"Ну что вы, молодой человек. Я называю это дружеской помощью".

"А для чего вам наш мир? — спросил Зальцер, силой усаживая на место вскочившего Хохера — Если у вас все так хорошо и ваша жизнь похожа на сказку, зачем вам наш не совершенный, бедный мир?".

"Чтобы сделать его совершенным и богатым" — улыбнулся Денис.

"Даже Бог не смог сделать его совершенным, а вы не боги — улыбнулся в ответ Фредрик — Так может быть дело в том, что у вас на исходе природные ресурсы? Или вы отравили атмосферу и вам нечем дышать? Или вы столкнулись с проблемой перенаселения? Зачем вы здесь?".

"Милорд, только для того чтобы помочь вам" — Денис сделал вид, что недоверие Зальцера оскорбляет его.

"Я вам не верю. А даже если бы и верил, все равно был бы против вашей помощи. У нас свой путь развития и дайте нам пройти его самостоятельно".

"Это глупо. Впрочем, милорд, я и не думал, что мы достигнем взаимопонимания после нашей первой беседы. Отдохните, поживите у нас и возможно ваше мнение изменится".

"В том, что мне придется у вас задержаться, я даже не сомневался. Прежде, чем вы дадите мне воспользоваться вашим гостеприимством в одной из камер вашей тюрьмы, позвольте задать последний вопрос. Вам что-либо известно о судьбе моей дочери. Она у вас?".

"Нет, она не у нас. Но если это вам необходимо, то мы сможем узнать, где она находиться и доставить сюда. Хотя бы ради того, чтобы вы поняли наши возможности" — соврал Денис.

"Значит, ее пропажа никак не связана с вами и все, что говорил господин Безымянный ложь? Благие намерения все оправдывают? Смешно".

В это время в дверях тронного зала появился Слава и нерешительно застыл на месте. Заметив его, Настя приложила палец к губам, чтобы "сарацин" вел себя тихо, и поманила к себе. Добравшись до трона королевы, Слава наклонился к уху Насти и прошептал: "Там у ворот дворца Феечка и с ней трое детей. Они просят у тебя аудиенции. Причем среди них девочка, которая утверждает, что ее зовут Аннет Зальцер".

"Аннет Зальцер?" — удивленно воскликнула Настя и, увидев, как резко повернулся на ее возглас Великий Лорд, поняла, что сказала это слишком громко.

— 19 —

Следователь районного отделения милиции капитан Петр Альфредович Подшивленко приветливо поздоровался с дежурным, хотя на душе у него было совсем не радостно. Сегодня был день приема населения, а этот день Петр Альфредович ненавидел всей душой. Люди, приходившие к нему на прием, чтобы пожаловаться на пропажу с веревки сушившегося белья не то, чтобы его раздражали, они его просто бесили. Петр Альфредович с детства мечтал о работе следователя. Она представлялась ему чем-то среднем между реализацией высокого интеллекта Шерлок Холмса и работой бесконечно преданного своему делу следователя Знаменского из сериала "Следствие ведут знатоки". Путь к мечте был тернист. Армия, школа милиции, патрульный, заочный юридический, участковый и только совсем недавно Подшивленко попал в следственный отдел. Да и мечта оказалось не такой, как представлялось. Серые будни, забитые повседневной рутиной. Тем не менее, работа была работой и, пройдя мимо сидящих вдоль стены коридора посетителей, Петр Альфредович буркнул: "Через пять минут заходите по очереди" и прошел в свой кабинет.

Первой на пороге кабинета появилась хорошо знакомая Подшивленко Нина Матвеевна Крючкова, барышня семидесяти лет, которая с удивительным постоянством приносила к нему заявления на соседей, живущих снизу. Спектр претензий, предъявляемых к соседям, был достаточно однообразен. Нина Матвеевна обвиняла их в том, что они мешают ей спать из-за того, что производят по ночам наркотики и нелегально шьют на продажу джинсы. На самом деле истинной причиной претензий была обусловленная большим возрастом Нины Матвеевны бессонница, о чем Петр Альфредович прекрасно знал.

"Нина Матвеевна, мы проверили ваших сосед и ничего указывающего на изготовление наркотиков или подпольное ателье не обнаружили — попытался успокоить старушку Петр Альфредович — Вполне приличные, интеллигентные люди. А вот на вас у меня лежит заявление, что вы бьете по ночам по трубам отопления и мешаете спать всему подъезду".

"Я по батареям правильно бью. Я бью, чтобы они хулиганство свое прекратили, а вам взятку наверно дали, вот вы ничего и не делаете…".

Разразившись гневной речью о продажности и коррумпированности милиции, Нина Матвеевна закончила ее словами "я на вас управу найду" и оглушительно хлопнув дверью, вышла из кабинета.

Следующим посетителем оказался мужчина поначалу не вызвавший у капитана Подшивленко никаких отрицательных эмоций. Прилично одетый человек вежливо поздоровался на пороге кабинета и после приглашения Петра Альфредовича присел на краешек стула.

"Наверно, документы в транспорте украли — решил Подшивленко и участливо поинтересовался — Вы, гражданин, по какому вопросу?".

"Это вы занимаетесь делом о пропаже девочки по имени Аня?" — ответил вопросом на вопрос посетитель.

"Да. Было такое заявление от родителей. А вы родственник?".

"Не совсем. Я друг семьи и мне кажется, что я могу кое-что рассказать по этому делу".

"Собственно и дела пока никакого нет. Маньяков в нашем районе не водится, никаких происшествий с участием детей не зафиксировано. Девочка пропала прямо из квартиры. Извините за прямоту, но мне кажется, что ребенок просто повздорил с матерью, ушел из дома и скрывается сейчас у какой-нибудь своей подружки. Я уже связался со школой, получил адреса ее одноклассников, и сегодня после окончания приема населения собирался по ним пройти. Не волнуйтесь. Мы обязательно найдем вашу девочку живой и здоровой".

"Мне кажется, я точно знаю, где она сейчас" — сказал Николас Файдер, а это именно он пришел к капитану Подшивленко.

"И где же она?".

"Она в параллельном мире" — очень тихо, словно стесняясь своих слов, ответил посетитель.

"Что же это сегодня такое творится? — с тоской подумал Петр Альфредович — Во всех психиатрических больницах день открытых дверей что ли?".

"Не думайте, я совершенно здоров. Выслушайте меня, пожалуйста" — очевидно опасаясь, что сейчас его выставят за дверь посетитель торопливо начал свой рассказ. Оказывается, помимо мира людей существует множество иных миров. В одном из этих миров творится что-то очень нехорошее. Возможно, там появились некие темные силы и скорее всего именно эти темные силы причастны к исчезновению Ани, а также некой Галины Юрьевны, сотрудницы фирмы "Заложись и обогатись". Более того, эти темные силы уже вовсю орудуют и в нашем мире, а центром вселенского зла является квартира на Патриарших прудах. Квартиру эту необходимо тщательно исследовать. Необходимо выяснить, кто в этой квартире проживает, и установить за ними слежку. Также надо обратить особое внимание на сюжет передачи "Доброе утро, страна", в котором говорилось о возникновении около станции метро "Юго-Западная" загадочной воронки.

"Воронку тоже вселенское зло организовало?" — сочувственно поинтересовался Петр Альфредович.

"Без сомнения" — уверенно заявил посетитель.

"Хорошо. Как вас, извините, зовут? Николай Васильевич Федорин? — встал из-за стола Подшивленко, которому порядком надоело выслушивать весь этот бред — Вы, Николай Васильевич, оставьте мне свои координаты. С указанными вами фактами мы обязательно разберемся. В параллельный мир отправим ОМОН. Они ничем не хуже "джедаев" из "Звездных войн". Темные силы найдут, уничтожат и вселенную от зла спасут. А вы идите домой и спокойно спите".

Выпроводив странного посетителя, Петр Альфредович облегченно вздохнул. Сумасшедших капитан откровенно побаивался. Ему было легче вступить в схватку с бандитом, чем несколько минут побыть в кабинете наедине с безумцем подобном господину Федорину. "Подождите в коридоре, я занят" — рявкнул он на открывшего дверь очередного посетителя, и устало откинулся на спинку своего кресла. Отдохнуть Подшивленко, тем не менее, не сумел, потому что на его столе зазвонил телефон. Звонил Юра Митрохин, с которым Петр был знаком по учебе в институте. Правда, Юра учился на дневном отделении, а Подшивленко на заочном.

"Привет, Юра. Легок на помине. Тут так раз у меня один больной на голову посетитель твою контору вспоминал" — мрачно пошутил капитан.

"И чего хотел? Ладно, это потом. У меня к тебе одна просьба есть. Узнай, пожалуйста, через вашу организацию не проходила информация по одной любопытной квартирке?".

"Может и проходила. Ты адрес назови — сказал Подшивленко и чуть не выронил трубку, услышав уже знакомый ему адрес квартиры на Патриарших прудах — Пожалуй, Юра у меня кое-что есть по этой квартирке".

"Тогда нам надо встретиться и ты мне все подробно расскажешь".

— 20 —

"Как все это случилось — печально думала Настя, время от времени кидая взгляд на мужа — Ведь мы действительно любили друг друга и так много хорошего в моей жизни связано именно с Сашей. Почему мы сумели сохранить любовь, когда весь мир был против нас и легко потеряли, когда преодолели все преграды. Прямо как у Макаревича: "пока ты шел на красный свет, ты был герой, сомнений нет".

Все члены экспедиции снова собрались вместе, чтобы обсудить дальнейшие шаги. Дела пошли совсем не так, как планировал Денис. Зальцер и Хохер пока не соглашались сотрудничать с людьми, и их приходилось держать в дворцовой тюрьме. Туда же поместили дочь лорда и ее друзей. Что касается Феечки, то было решено, что беглянка должна быть хоть как-то наказана в назидание другим. Неясно было только, как это сделать, ведь обиженная фея могла направить свою магию против членов экспедиции и сильно подорвать этим престиж лже-Морганы среди обитателей Страны Фей. На помощь пришел Пеенджиил, который рассказал, что в подвале дворца помимо обычной тюрьмы существует еще одна предназначенная специально для фей. Оказывается, феи не могли использовать магию, если их окружить ветвями терновника, и в подвале имелись помещения с решетками, сделанными из этого растения. В одно из таких помещений и поместили беглянку, которая вопреки опасениям безропотно подчинилась своей королеве. Насте Феечку было жалко. Ей вообще последнее время стало казаться, что она и остальные члены экспедиции во многом не правы, но девушка приписывала свое недовольство последствиям плохих отношений с мужем. Вот и сейчас Настя больше думала о своем личном, чем слушала Бориса.

"Денис, мне кажется, что держать детей в подвале не слишком хорошая идея — говорил тем временем Наф-Наф — И потом, я так и не понял, та девочка, что пришла с дочерью Зальцера, она кто? Я же был в их параллели и от детей жителей Империи она сильно отличается и поведением и манерами".

"Боря, а что такого ужасного мы сделали с детьми? В подвале дворца тепло и сухо. Голодом мы их не морим. Дети — это лишний рычаг давления на наших упрямцев и лишаться его я не собираюсь. Не знаем, кто вторая девочка, а зачем нам это знать? Есть принцесса, при ней оруженосец мальчик. Ну а девочка какая-нибудь фрейлина или служанка. Манеры отличаются? Так ты там был несколько дней. Ты же всю Империю вдоль и поперек не облазил".

"Денис, ты вот внимания не обратил, а я прекрасно слышал, как Зальцер сказал, что знает компьютер и телевизор — вступил в разговор Саша — Откуда? А вдруг эта девочка из нашего мира и именно от нее он про них и узнал?".

"Саша, откуда здесь взяться девочке из нашего мира? Ты сам, наверно, что-нибудь ляпнул при лорде о компьютере, а тот запомнил. Оставьте вы в покое эту девочку и давайте лучше подумаем, что нам делать дальше. Тут у меня кое-какие идеи возникли…".

"А может не надо ничего делать? Отправить всех обратно в их параллель, а самим жить себе здесь в свое удовольствие" — не унимался Свиндич.

"И остановиться на полпути к мечте всего человечества? Будем здесь "яську" пить, пока наш родной мир гибнет? Саша, ты что, не герой?".

Слово "яська" неприятно ударило по ушам Насте, и перед ее глазами снова предстала картина обнимающихся Иры и Саши. "Ты и только ты все испортил. Я так в тебя верила, а ты оказался совсем не таким, как я тебя себе представляла" — мысленно обратилась она к мужу. Сейчас ей было противно его видеть и слышать его голос. Перед началом совещания Денис раздал всем листочки с какой-то схемой и, оторвав от этой бумажки кусочек, Настя написала на нем карандашом "Я с тобой развожусь", свернула и попросила сидящего рядом с ней Сергея: "Передай Саше".

"Вы прекрасно знаете, как я не люблю все американское, но кое-чему у них можно поучиться — продолжал тем временем Денис — Создавать рекламу своей стране и устраивать шоу на весь мир они умеют. Да и Голливуд есть Голливуд. Вспомните тот же "Аватар" или "Терминатора". Я думаю нам надо устроить для наших гостей супершоу. Такое представление, которое их морально уничтожит и отобьет желание нам сопротивляться. Предлагаю устроить для них показательную казнь…".

В это время записка Насти дошла до Саши. Развернув бумажку и прочитав ее содержание, Свиндич резко встал, произнес: "Делайте что хотите!" и вышел из тронного зала.

"Чего это с ним?" — удивился Денис.

"Не обращай внимания. Продолжай" — махнула рукой Настя.

"Так вот, предлагаю устроить для них показательную казнь".

"И кого ты собираешься казнить?" — спросила Ира.

"И главное кто это будет делать? Лично я в палачи идти отказываюсь" — заявил Сергей.

"Казнить мы будем того, чья смерть произведет на Зальцера максимальное впечатление, то есть его дочь и ее друзей. Что касается палача, то он нам не понадобиться. Я же говорю, мы организуем шоу. Обычный цирковой фокус с сожжением человека. Посмотрите внимательно на схемы, которые я вам всем раздал. Мы строим возвышение около стены дворца и пространство между его поверхностью и землей занавешиваем черной материей. На возвышении мы устанавливаем столбы, к которым привязываем жертвы. Наваливаем вокруг дрова, сено и поджигаем. Внешне выглядит зловеще, но на самом деле все будет несколько не так. В стене дворца мы сделаем ход, ведущий под возвышение, а в настиле возвышения люк. Дрова и сено положим в два ряда на небольшом расстоянии. Первый ряд обильно смочим жидкостью для разжигания костра, чтобы быстро добиться нужной высоты пламени. Итак, мы привязываем жертв и поджигаем внешний ряд. Пламя резко вздымается ввысь. В тот же момент между первым и вторым рядами дров поднимаются зеркала из закаленного стекла, которые на некоторое время загораживают от зрителей все, что происходит на возвышении. Тем временем столбы опускаются и жертвы свободны. Через люк и проход мы их уводим во дворец. Столбы снова поднимаются, зеркала опускаются и вот вам огненное шоу в полном объеме".

"Денис, ты представляешь, что будет испытывать в этот момент лорд Зальцер? И что мы ему потом скажем? Простите, мы пошутили?" — возмутился Борис.

"Да, ощущения у него будут неприятные. Да, он будет морально опустошен. Но разве не это нам необходимо. Ведь мы движемся к великой цели, а для ее достижения приходиться использовать все возможные средства. И потом, мы же вернем лорду дочь в целости и сохранности. Скажем ему, что наша наука способна воскрешать людей из пепла".

"Насколько я знаю Зальцера, он в подобную чушь не поверит. Ты считаешь его средневековым глупцом, а Великий Лорд умен и проницателен" — заметил Сергей.

"Значит, скажем, что мы хотели показать ему, как сильно он в нас ошибается. Считает нас злодеями, а на самом деле мы белые и пушистые. Дело то не в том, что мы скажем, а в том, что второго подобного шоу он не захочет и согласится на любые наши условия".

"А я вот что подумал — вступил в разговор Слава — А может быть нам к детям еще добавить ту женщину из скупки, которую мы сюда притащили. Она уже неделю в подвале сидит и постоянно плачет о своем ребенке. От подобного шоу она про нас на всю жизнь вспоминать заречется, а мы ей еще и денег дадим. После этого ее можно будет смело на Землю возвращать".

"А чего, хорошая мысль" — поддержал Славу Денис.

"А подростков, которых Борис привел, тоже жечь будем?" — ехидно поинтересовался Вадим.

"А смысл? Их лучше задействовать в организации шоу" — заступился за Думу, Турбо и Хлама Наф-Наф.

"Тогда ты, Борис, с ними и поучаствуешь в спектакле. Строить будем все вместе, а осуществлять техническую поддержку шоу и спасать невинные жертвы будете вы".

"Ребята, вы сейчас только про взрослых говорите, а как же дети подобное переживут. О них вы подумали?" — спросила Настя, когда до нее сквозь собственные проблемы стал доходить смысл обсуждаемой темы. На некоторое время в тронном зале наступила тишина.

"Да, не хотел бы я оказаться на их месте" — мрачно пробурчал Борис, нарушая тягостное молчание.

"Надо их предупредить, что это просто веселый розыгрыш и бояться нечего" — предложил Вадим.

"Принцесса, мы тут тебя казним понарошку, чтобы твоего папу разыграть. Ты не бойся, больно не будет. Так что ли?" — передразнил Вадима Слава.

"Слава, подожди. Мысль хорошая, только ведь принцесса не знает, что ее отец у нас. Так ведь?" — ухватился за идею Вадима Денис.

"Ну да — подтвердил Сергей — Когда у входа во дворец объявилась Аннет, лорда и Хохера сразу увели и сидят взрослые и дети в разных крылах дворца".

"Надо им сказать, что это мы хотим проверить их отвагу и узнать, достойны ли они доверия королевы Морганы — пришла в голову Дениса идея — Только вот кто им об этом скажет?".

"Феечка" — предложила Ира.

"Точно. Королева поговорит с Феечкой и как бы случайно проболтается, а потом мы к фее подсадим детей" — сразу ухватился за предложение Иры Денис.

"Я не буду с ней говорить" — испуганно вскрикнула Настя. Девушке было стыдно встречаться с Феечкой, которую она сама же и посадила в тюрьму.

"Тоже верно — согласился Денис — Не королевское это дело разговаривать с опальной феей. С Феечкой поговоришь ты, Ира".

— 21 —

Подвал во дворце Морганы был совсем не похож на средневековую тюрьму. Не было здесь не сырости, ни затхлости, ни мрачной тьмы и уж тем более противных крыс. Наоборот, здесь было сухо, тепло и очень уютно. Словно невидимый кондиционер постоянно поддерживал наиболее комфортный для узников тюрьмы климат, а стены и пол были ярко освещены. Причем источник света был невидим, и создавалось впечатление, будто камень светится сам по себе, что придавало помещению очаровательную таинственность. В той части подвала, которая предназначалась для провинившихся фей, Ира еще не бывала и с интересом рассматривала двери темниц, оплетенные терновником. Оказавшись рядом с темницей Феечки, она весело и беззаботно прощебетала: "Феечка, привет. Зашла узнать как ты тут? Мне кажется несправедливым, что Моргана тебя сюда посадила, вот я и решила навестить. Слушай, а тебе без крылышек даже лучше. Ты еще красивее стала".

"Земные женщины неисправимы. Неужели вы не понимаете, как глупо слышать комплименты от существа, которое никогда не сможет сравниться с тобой красотой — фея наморщила носик и топнула ножкой, но не смогла сдержаться и рассмеялась — Я рада тебя видеть, миледи Ира. У меня все хорошо, только немного угнетает то, что я не могу творить волшебство, и еще мне очень жаль королеву".

"Жаль королеву? — удивилась Ира — Она упрятала тебя в тюрьму, а ты вместо того, чтобы ненавидеть ее, жалеешь?".

"За что же мне ненавидеть Моргану? Тюрьма всего лишь незначительное и временное неудобство. Очень скоро придет мой любимый и освободит меня, принцессу и ее друзей, а королева очень несчастна. Она разочарована в людях и забыла свое предназначение".

"Любимый? Но ведь феи не могут влюбиться в человека. Конечно, феи могут в шутку зачаровать и влюбить в себя мужчину, но чтобы влюбиться самой — про такое я не слышала. Гоблин или тролль? Про этих я даже думать не хочу".

"Мой любимый не гоблин, не тролль и не человек. Его зовут Гарольд и он прекрасен" — при воспоминании о духе стихии счастливая улыбка озарила лицо феи.

"Надо же, она действительно влюблена. Ошибиться невозможно. Точно такая же улыбка в свое время появлялась у Насти, стоило только в разговоре упомянуть Сашу Свиндича" — с завистью подумала Ира. В ее жизнь такая любовь еще не приходила.

"Впрочем, не стоит об этом. Очень скоро ты увидишь его сама — продолжала тем временем Феечка — Расскажи мне лучше о королеве. Она уже переговорила с принцессой Зальцер и ее подругой?".

"Еще нет. Собственно это тоже является причиной моего появления здесь. Прежде, чем разрешить девочкам аудиенция Моргана решила проверить, достойны ли дети беседы с королевой фей и решила устроить для принцессы и ее друзей суровое испытание. Ни один волос с головы детей не упадет. Моргана просто хочет удостовериться в их мужестве и смелости, но ведь это всего лишь дети. Вдруг они испугаются и все испортят. Я уговорила королеву пересадить принцессу и ее друзей к тебе, а тебя прошу предупредить детей о том, что их ждет. Пусть они ничего не боятся. Им ничего не угрожает".

"Какая глупость! — фея снова топнула ножкой, теперь уже возмутившись всерьез — Никогда раньше королева не устраивала ничего подобного, но Моргане действительно необходимо поговорить с девочками. Это сможет помочь ей вновь обрести саму себя. Я сделаю то, о чем ты просишь, и предупрежу принцессу о предстоящем испытании".

"Спасибо Феечка. Ты — прелесть" — Ира изобразила на прощанье поцелуй, чмокнув воздух губами, и направилась к лестнице, ведущей на верхние этажи дворца.

"Миледи Ира, передайте королеве, что я хочу вернуть ее высочеству сокровище Мерлина" — вдруг услышала девушка за своей спиной.

"Какие сокровища?" — замерев от неожиданности на месте, переспросила Ира.

"Сокровище Мерлина" — повторила Феечка.

"Значит, сокровища все же существуют, хотя мы их так и не смогли найти" — от этой мысли у девушки даже перехватило дыхание, и она быстро вернулась к темнице феи.

"Феечка, ты же знаешь, что королева не помнит многое из того, что происходило раньше. Не могла бы ты рассказать подробней о сокровище, чтобы в случае чего я смогла бы восполнить пробелы в памяти Морганы" — стараясь быть как можно убедительней, попросила Ира.

"Ты права, миледи. Бедная королева. Мерлин — великий волшебник, который обладал могучей магией. Когда маленький народец решил покинуть мир людей, Мерлин передал на хранение королеве Моргане, с которой был дружен, таинственный амулет. Как утверждал волшебник сила, заключенная в этом предмете могла изменить ход событий на Земле, а это было недопустимо и могло привести к катастрофе. Соблазн использовать амулет был так велик, что Мерлин решил избавиться от него. Так амулет оказался у королевы фей, но и Моргана боялась, что желание использовать его сломит ее волю. Тогда королева назначила меня хранительницей сокровища Мерлина и приказала спрятать амулет, дабы он не искушал ее. Долгие годы я хранила сокровище, но теперь, когда я встретила Гарольда, я не смогу больше служить ее величеству и прошу королеву освободить меня от оказанной чести".

"Хорошо Феечка, я передам королеве твою просьбу" — задумчиво произнесла Ира. Рассказ феи породил в ее голове мысли, с которыми было необходимо тщательно разобраться.

— 22 —

"Джуни, подожди. Я совсем из сил выбилась — произнесла Эл, опираясь на руку мужа — Мне кажется, мы никогда не выберемся из этого болота".

Уже несколько часов они бродили по зыбкой почве, то проваливаясь в трясину, то выбираясь на крохотные участки суши. За это время стемнело. Приближалась ночь.

"Милая, нельзя останавливаться, иначе придется ночевать на болоте, а нам неизвестно, что за твари могут здесь обитать. Вон там слева какой-то свет. Похоже нам туда".

Поддерживая жену за талию, Джуни сделал шаг, но угодил в лужу и почувствовал, как в его сапоге захлюпала вода. Тем не менее, он и Эл пошли на свет, но через сотню шагов огонек сместился и теперь оказался за их спиной.

"Прости, любимый, я действительно больше не могу" — Эл обессилено опустилась на землю, как только очутилась на островке с одинокой засохшей березкой.

Джуни посмотрел на бледное лицо жены и понял, что она действительно больше не в состояние сделать хотя бы шаг. "Хорошо, моя радость. Отдохни" — согласился он. Присев рядом с Эл, Джуни обнял ее за плечи, и устало закрыл глаза.

После того, как молодым людям удалось вырваться из лап Коппенендальтора, в их отношениях установилась нежная настороженность. С одной стороны Эл и Джуни радовались возвращению былой любви, с другой боялись, что неосторожное слово или поступок разобьют это еще очень хрупкое чувство. Взявшись за руки, они брели неизвестно куда по просторам Страны Фей. Питались ягодами и мелкой дичью, которую удавалось поймать Джуни, а ночевали прямо в поле, согревая друг друга теплом своих тел. Мир, в который попали Эл и ее муж, был прекрасен, и молодым людям было легко и уютно находиться вдвоем среди окружающей их красоты. Так продолжалось до тех пор, пока они не забрели в это злосчастное болото.

"Милый, что это?" — испуганный голос жены заставил Джуни открыть глаза, и он увидел, что со всех сторон болота к ним летит множество точек светящихся призрачным бледным светом. Достигнув островка, точки роем закружились вокруг молодых людей. Печальное пение навязчиво лезло в голову, заглушая любые мысли и лишая людей последних сил: "Успокойтесь. Закройте глаза и спите. Забудьте все. Пусть будет только покой. Вечный покой. Вам не выбраться отсюда. Лучше закройте глаза и засыпайте. Пусть будет только сон. Вечный сон".

"Кто вы?" — собрав последние силы, спросил Джуни.

"Мы — болотные огни. Мы духи мертвых фей. Не сопротивляйтесь нам. Вы все равно погибнете".

"Но почему? За что вы так не любите людей?".

"Мы ненавидим людей, потому что они стали причиной нашей гибели. Месть. Месть. Из-за них мы потеряли свою волшебную силу. Месть".

"Но мы даже не знаем, кто такие феи".

"Конечно, не знаете. Из-за вас нам пришлось покинуть Землю, а теперь вы уничтожаете даже память о нас".

Джуни с огромным трудом удерживал неимоверно потяжелевшие веки. Последним усилием воли он произнес: "Я не знаю, что такое Земля" и провалился в забытье.

Очнулся он от того, что с ветвей дерева на него упали капли ночной росы. На болото окончательно опустилась тьма. Рядом со стоном открыла глаза Эл. Рой светящихся точек куда-то исчез. Перед самым лицом Джуни парил только единственный представитель тех, кто называл себя духами фей.

"Вы действительно не знаете что такое Земля? Откуда вы пришли в наш мир?" — снова услышал заунывное пение молодой человек.

"Мы ничего не знаем о Земле, а к вам попали случайно из Империи Великих Лордов через большую светящуюся воронку. За что вы хотите погубить нас?".

"Верите ли вы в волшебство?" — пропел дух феи, проигнорировав вопрос.

"Верим. Наш мир, как и ваш полон магией. Моя жена сама еще недавно была волшебницей" — Джуни понимал, какой болью отзовутся эти слова в душе Эл, но посчитал, что для спасения хороши любые средства и не стал церемониться с чувствами своей жены.

"Так вот почему от нее исходит запах мертвой магии. Как же случилось, что лишившись своей волшебной силы, она осталась жива?".

"Я не знаю. И никакого запаха не чувствую".

"Я все поняла — продолжала светящаяся точка, не обращая на слова Джуни никакого внимания — Это судьба привела вас ко мне. Вы призваны спасти маленький народец от окончательного уничтожения. Я дух королевы фей Морганы и сейчас я поведаю вам о нашей судьбе…".

Далее Эл и ее муж услышали печальный рассказ о причинах, заставивших фей покинуть мир людей.

"…Многие из моих подданных не выдержали этой разлуки и погибли, превратившись в болотные огни. Подобная судьба постигла и меня, но видно жестокость людей по отношению к тем, кто любил их, не знает пределов. Они пришли в Страну Фей и захватили в ней власть, присвоив мое имя. Об этом поведал совсем юный болотный огонек, который недавно присоединился к нам. Как невыносимо больно было услышать о беде, постигшей моих подданных и не иметь возможности помочь им. Ведь болотные огоньки не могут покинуть пределы этого болота. Но теперь я знаю что делать. Вы поможете мне".

"Мы бы рады были вам помочь, но боюсь это вряд ли у нас получиться" — попробовала возразить Эл.

"Не перечь королеве фей, пусть даже и бывшей, женщина. Ты станешь мной и освободишь Страну Фей от захватчиков".

"Нет!" — в страхе закричала Эл. Перспектива снова потерять свою сущность и превратиться в послушную куклу в чужих руках привела ее в ужас.

"Подумай хорошо, женщина. Я передам тебе свои знания, и они помогут возродить умершую в тебе магию. Ты снова сможешь творить волшебство. У тебя нет выбора. Либо ты соглашаешься помочь мне, либо ты и твой мужчина погибнете".

"Лучше смерть!" — Эл вскочила, готовая сама кинуться в зыбкую трясину, лишь бы избежать ожидавшей ее участи, но ветви дерева обхватили ее тело и прижали к стволу так, что девушка не могла пошевелить ни рукой, ни ногой.

"Неправильный выбор. Я помогу тебе избежать ошибки" — пропел дух королевы фей и медленно двинулся к лицу Эл.

"Не смей ее трогать" — Джуни метнулся к жене, чтобы загородить ее своим телом, но болотная трава заплела ему ноги, и он упал. Бессильный помочь, Джуни видел, как болотный огонек проник в голову девушки, и в тот же момент Эл потеряла сознание. Через несколько секунд светящаяся точка покинула тело девушки и умчалась прочь. Ветви засохшей березки отпустили Эл и она, так и не приходя в сознание, рухнула на землю. Джуни подполз к жене, уткнулся лицом в ее руку и расплакался от собственной беспомощности. Ему казалось, что он второй раз и теперь уже навсегда потерял свою любимую. Ничего не соображая от горя, в состояние полузабытья Джуни так и пролежал, пока силы окончательно не покинули его, и он заснул.

Очнулся Джуни от того, что кто-то тормошил его волосы. Где-то недалеко стрекотали кузнечики, и нещадно палило солнце. Молодой человек открыл глаза и увидел склонившуюся над ним Эл. Заметив, что муж проснулся, девушка улыбнулась и чмокнула его в лоб: "Вставай, милый. Нам надо торопиться".

С тревогой Джуни всматривался в такое родное веснушчатое лицо и наконец, решился спросить: "Эл, это ты?".

"Не бойся, любимый. Это я, твоя прежняя Эл. Ну, может только знаний теперь в моей голове стало чуть-чуть больше".

"Какое счастье. А я думал, что навсегда потерял тебя" — Джуни крепко обнял жену и их губы слились в поцелуе.

"Мой милый единственный Джуни — ласково прошептала Эл, когда их объятия разомкнулись — Никто не сможет отнять меня у тебя и не надо ничего бояться. Разве я смогу снова причинить тебе ту боль, что ты перенес из-за Мэллы Кредер. Я лучше умру. Верь мне, любимый".

Она вскочила на ноги и потянула за собой Джуни: "А теперь вставай, соня. Мы идем в Новый Оберон".

— 23 —

Петр Альфредович и Юрий Митрохин договорились встретиться в маленьком летнем кафе, расположенном на Бульварном кольце. Подобные заведения как грибы после дождя в больших количествах возникали в теплое время года на центральных улицах Москвы и прекращали свое существование с наступлением холодов. Капитан Подшивленко устроился в тени матерчатого навеса и с наслаждением потягивал холодное пиво. Несмотря на стоящую в столице небывалую жару Петр Альфредович был несказанно рад вырваться на свежий, пусть даже и раскаленный воздух, поскольку в отделении милиции кондиционеры отсутствовали, и находиться в кабинете было совсем невыносимо.

Недалеко от кафе притормозил шикарный "Гранд Чероки". Несмотря на то, что Подшивленко не любил водить машину и предпочитал ездить на служебной, а не заморачиваться своей собственной, джип этой марки был его давней мечтой. Возможно, это было потому, что "Гранд Чероки" ассоциировался у него с лихими девяностыми годами двадцатого века, когда полный романтики и веры в светлое будущее Петр Альфредович только начинал свою службу в милиции, а на подобных машинах разъезжали в основном криминальные авторитеты.

Из джипа вышел Митрохин и Подшивленко удовлетворенно хмыкнул: "Вот так вот, Юра. Любишь кататься, люби и саночки катать. Не завидую я тебе". Дело было в том, что, несмотря на жару, Митрохин был одет согласно корпоративной этике в черный костюм и галстук.

"Пиво будешь?" — снисходительно поинтересовался Петр, одетый в легкую рубашку с коротким рукавом, у своего знакомого, когда тот, тяжело отдуваясь, присел на соседний стул.

"Нет. Я лучше минералки" — отказался Юрий и помахал рукой, подзывая официанта.

"Да уж. Тяжелая я смотрю это работа — олигархам служить. Даже таким мелким, как твой хозяин. Ни пивка попить, ни пиджачок снять. Что за интерес у тебя к этой квартире на Патриарших?".

"Слушай, Петр, ты веришь в мистику, демонов, параллельные миры и все такое?" — спросил Митрохин.

"У вас всех обострение началось? Я сегодня уже слышал и про миры и про вселенское зло. Это жара на тебя так влияет? Так может все-таки холодненького пивка надо выпить?".

"Я не сумасшедший. Я его видел собственными глазами".

"Кого его?"

"Демона, который пришел толи из ада, толи еще откуда-то. Не веришь? Смотри".

Митрохин достал из кармана плотный конверт и высыпал его содержимое на стол. Глазам Подшивленко два обрубка когтей болотного цвета.

"Что за гадость — от отвращения Петр даже поперхнулся пивом — Я должен верить, что это когти демона, а не большой собаки?".

"Потому что есть еще результаты экспертизы — Юра положил рядом с обрубками когтей исписанный лист бумаги — И в этих результатах говорится, что когти принадлежат существу, которое не может существовать в нашем мире. В отличие от человека или любого земного животного, имеющего в своей основе своего углерод, в основе строения этого существа находится кремний. Тем не менее, это существо жило, двигалось и даже чуть-чуть меня не убило. Готов меня серьезно слушать?".

"Надо же! — Петр внимательно прочитал официальное заключение экспертизы и отложил в сторону — Предположим, что готов".

"Подробности я упущу, но некоторое время назад в нашей конторе начало пропадать золото из закрытых и опечатанных сейфов. А потом вдруг начали исчезать и сотрудники. Сколько я не бился над расследованием этих событий, никаких результатов не получил. Пока кто-то не позвонил нам в офис и не дал наводку на знакомую тебе квартиру. Вот там я со своими ребятами и столкнулся с демоном. Причем, мы еле-еле унесли ноги. Теперь твоя очередь рассказывать".

"Да, в общем, ничего такого особенного не было. Пропала девочка подросток. Похоже, обычная бытовая ссора с родителями. Но потом пришел странный тип и начал нести всякий бред про параллельные миры, а затем дал мне адрес, которым ты интересуешься. Вроде как именно по этому адресу всякое зло к нам и проникает из другого мира".

"А как этого чудака зовут?".

"Николай Васильевич Федорин. А вот место его проживания" — Подшивленко передал Митрохину клочок бумаги с записанным на нем адресом регистрации Николаса Файдера.

"Интересно — пробормотал Юрий, обнаружив, что Федорин живет в одном доме с пропавшей Галиной Юрьевной и недалеко от станции метро, из вестибюля которой был сделан анонимный звонок — За Николаем Васильевичем я попрошу своих ребят понаблюдать, а ты Петр помоги с засадой на Патриарших. У меня народа мало, да и засветился я там. А так милиция, все по закону".

"Попробую придумать что-нибудь по старой дружбе. Только давай так: про демонов и параллельные миры мы временно дружно забываем. Лишиться работы и угодить в психушку я не хочу. Договорились?".

"Договорились".

— 24 —

Методичные удары молота в стену дворца не раздражали Пеенджиила. Наоборот, каждый новый удар только радовал его, потому что приближал минуту триумфа гоблинов. Пеенджиил с удовлетворением оглядывал лица своих соплеменников, собравшихся в помещение давно заброшенной хозяйственной пристройки дворца Морганы.

"Брат Пеенджиил, не тяни время. Мало того, что мы работаем на смертных и что-то им строим, так еще ты лишаешь нас заслуженного отдыха" — проворчал Шпииндриил, который как всегда пытался очистить от ржавчины свой кинжал.

"Разве я не больше всех радею о славе гоблинов, брат Шпииндриил? Разве не я веду вас верной дорогой к нашей неминуемой победе. Так наберитесь терпения и выслушайте меня. Вы знаете, что королева фей и ее слуги решили устроить представления, словно Страна Фей балаган, а маленький народец ярмарочные шуты. Что же, если феи окончательно оглупели, мы воспользуемся этим для своих целей. Грядет время великих перемен. Власть гоблинов и их слава озарит своим сиянием мир".

"Да будет так! Слава Пеенджиилу!" — в один голос взревели гоблины.

"Брат Пеенджиил, а как мы возьмем эту власть, которая нас озарит?" — осторожно поинтересовался Шпииндриил, после того, как крики утихли.

"Мы позволим людям довести до конца их представление…".

Недовольный ропот пронесся над толпой гоблинов.

"Тише, братья. Позвольте мне договорить. Мы позволим людям довести до конца их представление, только конец этот будет совсем не таким, как им хочется. Королева решила немного поджарить человеческих детенышей? Так чтобы они покрылись румяной корочкой, но остались живы? Мы доведем это дело до конца. Мы сожжем отпрысков ненавистного рода дотла и развеем их пепел по ветру. Этим мы навсегда разрушим представление о феях, как о добрых существах несущих людям добро и любовь. Эти ничтожные крылатые создания и так погибают десятками, а окончательно разуверившись в своем предназначение, погибнут в одночасье. А уж разобраться с людьми без фей мы сумеем. Слава гоблинам!".

К удивлению Пеенджиила его призыв никто не поддержал.

"В чем дело, братья?".

"Люди и королева не позволят нам это сделать" — услышал Пеенджиил чей-то шепот.

"Какие люди? Представление будут проводить только сэр Борис и те трое юношей, которые только и смотрят где бы что-нибудь стащить. Сэр Борис плохой воин и я уложу его одним ударом, а трех воришек подкупим. Скажем, что хотим выслужиться перед королевой. Попросимся сменить их, а в качестве компенсации предложим много золота. Ведь ты не пожалеешь своего золота на славное дело?" — предводитель гоблинов обратился низенькому старичку одетому в зеленую одежду, который притулился к стене, держась подальше от остальных присутствующих.

"Не пожалею — с готовностью отозвался старичок — Они на мой горшочек позарились, а мы леприконы таких вещей не прощаем. Да я спать спокойно не смогу пока не отомщу".

"Вот видите, братья. А королеву Моргану опасаться не стоит. По моему убеждению, она давно выжила из ума. Виданное ли дело, чтобы королева своих фей сажала под замок? Такого не было никогда, и тюрьма эта только для вида существовала, а теперь там Феечка сидит. Самая близкая и любимая Морганой фея в былые времена. А кто-нибудь помнить, чтобы феи жизнью ребенка рисковали. Да и не просто ребенка, а принцессы. Шутки там разные шутить могут, но чтобы жизнью рисковать нет. А Моргана рискует. Вот я и говорю. Не та теперь Моргана. Не стоит нам ее опасаться. Так что, братья, слава гоблинам!".

"Слава!" — услышал на этот раз в ответ дружный рев Пеенджиил.

— 25 —

"…И дело вовсе не в том, что они уж так сильно нам нужны. Не-е-е-е-т. Они нам вообще не нужны. Так себе мужички то были. Ни загара, ни бицепсов, ни трицепсов — один запах перегара и то только по утрам. Ну, давай подруга еще по одной".

Мадам Шортюк и мадам Добрюк дружно подняли маленькие глиняные стаканчики с крепким вересковым элем, и залпом их выпили. Уже много дней они шли по следу своих коварных женихов и, наконец, добрались до постоялого двора "Утопшая русалка". Заказав себе ужин и дополнив его кувшином эля, женщины приступили к своему любимому занятию, а именно к промыванию косточек мужчинам. Причем по мере уменьшения эля в кувшине неприглядная сущность мужчин становилась все более и более явной.

"Как вы правы, мадам Шортюк — согласилась с директрисой учительница музыки, аппетитно похрустывая малосольным огурчиком — Совершенно они нам не нужны, но справедливость должна восторжествовать? Должна. Они думали, что раз мы женщины слабые, то можно наши нежные сердечки разбивать как пустой кувшин из-под эля? То давай все бросай и замуж за них выходи, то извини дорогая, я передумал. Еще узнают они, что такое женщина в гневе. Дайте нам только до них добраться".

В это время входная дверь распахнулась и в обеденный зал постоялого двора ввалилась толпа странно одетых людей. По большей части нормальную одежду им заменяли сплетенные из стеблей трав, цветов и ветвей деревьев накидки.

"Дети цветов" — в едином порыве пронеслось над залом.

"Вот тоже мне, прости господи, современное явление — высказалась при виде вновь прибывших мадам Шортюк — Смотреть противно. Оделись как огородные пугала и думают что они лютики и одуванчики. И заметьте, мадам Добрюк, в основном среди этих "детей цветов" мужчины. А все почему? Потому что нам, женщинам, подобными глупостями заниматься некогда. Если мы будем думать, что мы всякие там разные незабудки, то кто тогда коня наскоку остановит или в горящую избу войдет? Уж на этих так называемых мужчин точно никакой надежды нет. Давайте-ка, композитор вы мой музыкальный, еще по одной, за нас, за женщин".

Тем временем дети цветов пели, танцуя между столиками и осыпая посетителей "Утопшей русалки" цветами и листьями:

"Если слеза упадет, как роса с лепестков

Если поверишь, что люди как дети цветов

Помыслы вновь обретут чистоту

Природа излечит душу твою

Сердце открой и с нами иди

Детскую радость себе возврати

Пройдись босиком в поле после дождя

И радугу в небе открой для себя".

"Это что же такое твориться — возмутилась мадам Добрюк — Что цветы, что их дети совсем совесть потеряли. Это же моя песня. Я ее для духов стихии к празднику "Осознания возрождения" написала, но никто меня на торжество пригласить не удосужился, а теперь оказывается ее все кому не лень распевают. Я понимаю, что в Империи кроме моих песен приличной музыки не существует, но хотя бы моральную компенсацию я заслужила. Где мой гонорар?".

Мадам Добрюк решительно встала из-за стола и направилась к двум особенно ярко одетым мужчинам во главе танцующей процессии. Уперев руки в бока, она встала между двух столов, загородив проход.

"Кто ты, нежный лепесток полевой ромашки и что тебе надо от нас?" — ласково поинтересовался один из предводителей детей цветов и его голос показался учительницы музыки подозрительно знакомым.

"А не скажет ли мне многоуважаемый сын гладиолуса, не знаком ли он с неким паном Гусаком?".

"Нет, добрая женщина. Я знаю ветер, что своими нежными порывами ласкает мое лицо. Я знаю дождь, который своей чистой влагой омывает мои руки. Я знаю злаки и плоды, что своей сладостью насыщают меня, но пан с таким неприглядным птичьим именем мне не встречался. Забудь про него, добрая женщина. Протяни к нам руки и вместе мы ощутим, как природа ласково укроет нас своей любовью".

"А вот мне сдается, что вы, дорогой племянник тюльпана, прекрасно знаете этого пана с неприглядным именем. Сейчас я это и проверю" — и мадам Добрюк быстро сдернула с головы мужчины венок, наполовину прикрывавший его лицо.

"Вы только посмотрите, мадам директриса, пан Гусак собственной персоной. Ну-ка посмотрим, кто тут еще у нас есть — теперь учительница музыки одним движением руки лишила венка соседа пана Гусака — А вот и пан Шу".

"Это что же такое делается, люди добрые? — взревела директриса — Они какие слова хорошие нам говорили и чем только не клялись, когда просили, чтобы мы замуж за них вышли. А как только мы с мадам Добрюк им поверили, они нас бросили и в дети цветов подались. Покрыли практически позором наши хрупкие девичьи плечи".

"Нехорошо получается — согласился с мадам Шортюк, стоящий за стойкой хозяин заведения — Цветы цветами, а раз жениться пообещал так женись. Мужик слово дал — мужик сделал. Можешь хоть на следующее утро развестись, а слово свое держи".

"Так может, они специально цветочками прикидываются, чтобы ходить повсюду, да женщин наших смущать? То-то я смотрю, жена моя всегда ругается, когда я напиваюсь. Это точно она их песен наслушалась" — высказал свое подозрение изрядно подвыпивший посетитель. Его предположение большинству людей, которые собрались этим вечером в "Утопшей русалке", показалась вполне логичным, а поднятая тема была близка и понятна. Зал заведения наполнился недовольным ропотом. Над головами детей цветов начали сгущаться тучи.

"Да не обещал я ни на ком жениться — попытался оправдаться пан Гусак — Я вообще эту мадам первый раз в жизни вижу. У меня вместо ковра цветочные поляны, вместо стен деревья великаны, а мои жены пчелки и разные букашки".

"Так нагло врать мне прямо в лицо? — возмутилась мадам Добрюк — Ну держись, цветочек. Я тебя сейчас полевать буду".

Схватив первый попавшейся ей на глаза кувшин с пивом, учительница музыки выплеснула его в лицо пана Гусака. Эта затея была с восторгом встречена нетрезвой частью заполнивших зал людей и на детей цветов стали выливать все, что попадалось на глаза. Пиво, эль, квас, грязная вода после мытья посуды и полов — все это через минуту оказалось на пане Шу, пане Гусаке и их сподвижниках. Запахи алкоголя, мыла и хлорки сумели перебить дурманящий аромат цветов, которыми дух стихии Дени заменил одежду пана Гусака, и к тому стала постепенно возвращаться память. С удивлением добропорядочный пан обнаружил себя среди хохочущей толпы рядом с совершенно мокрым, одетым в странную одежду паном Шу.

"Добры пан Шу, не подскажите, что мы здесь делаем и как сюда попали?" — спросил пан Гусак у своего приятеля.

"Понятия не имею, но вид у вас пан Гусак еще тот" — ответил пан Шу и этой фразой еще больше добавил веселья окружающим.

"Веселитесь? А войска Союза Королевств уже у стен Мелотауна" — сквозь гомон и смех никто не заметил, как в зале появился новый посетитель, но его зычный голос моментально прекратил веселье.

"Как так? Не может быть. Опять война? А где наша армия?" — посыпались со всех сторон вопросы.

"Значит, вы ничего не знаете? — мужчина снял покрытый пылью дорожный плащ, кинул его в руки подоспевшей служанке и устало опустился на скамью у свободного столика — Совет Великих Лордов запретил оказывать захватчикам сопротивления. Вина мне и какой-нибудь еды. И быстрей. Специально торопился, чтобы всех опередить. Скоро у вас здесь яблоку негде будет упасть от беженцев".

"Толком расскажи, что произошло. Вроде у нас с Союзом Королевств вечный мир был".

"Был, да сплыл. Люди говорят, будь-то, наш лорд Зальцер их Верховного Правителя убил и сам сбежал в дикие степи, что лежат за Северными горами. И за это вроде как они поклялись Империю нашу с землей сравнять и всех жителей извести".

"Чушь какая-то! — неожиданно для всех заявил пан Шу — Видели мы лорда Зальцера и Вика Хохера с ним вместе. Оба живы и здоровы, только в плену".

"Я понял — вдруг стукнул себя по лбу пан Гусак — Помнишь, мы духа стихии встретили, а после уже ничего не помним, что делали. Так это он нас специально околдовал. Их это рук дело. Духи стихии нашего Великого Лорда и Верховного Правителя похитили, чтобы мы, люди, друг друга уничтожили".

"Точно. Духи стихии никогда людям добра не хотели. Говорят мне, убирай мусор у соседей со двора. Представляете, что затеяли?" — вставил свое веское слово Ив Сидор.

"В Мелотаун надо ехать и все рассказать, пока армия Союза Королевств город сжечь не успела" — предложил кто-то.

"Эй, хозяин, коней пану Шу и пану Гусаку — не терпящим возражения тоном потребовала мадам Шортюк и для большей убедительности своих слов стукнула кулаком по столу, в результате чего на столешнице появилась внушительная трещина — Я женщина хрупкая, но лучше со мной не спорить".

— 26 —

Ира не рассказала Насте о желании Феечки вернуть королеве сокровища Мерлина, но совсем не потому, что забыла просьбу феи. Нет, слова Феечки девушка не забывала ни на секунду. Правда, время, проведенное Ирой в Стране Фей, приучило ее к обыденности магии. Да и не видела она здесь чего-то чересчур волшебного. Ну, умеют феи летать и что? Ведь у них есть крылышки, а крылья и даны для того, чтобы летать. Поэтому в рассказе Феечки для Иры главным словом было "сокровища", а не "могущественный артефакт". Не то, чтобы Ира была жадной и падкой до золота и бриллиантов. Просто в сокровищах Мерлина она увидела возможность утолить свою зависть, а зависть, сжигающая девушку изнутри, стала последнее время совершенно невыносимой.

С первого дня знакомства Иры с Настей всегда и везде Ира была девочкой номер один, а Настя лишь ее слабой тенью, основной задачей которой было подчеркивать достоинства Иры. Собственно это и было основным фундаментом их дружбы. Так было в детском саду, так было и в школе, но затем все почему-то изменилось. Каким-то невероятным образом подруги поменялись местами, и девушка номер один стала завидовать своей тени. Сначала Ира с удивлением заметила, что Сергей Безымянный совсем не обращает внимания на нее, зато как привязанный ходит за Настей. Затем у Насти случился совершенно безумный роман со Свиндичем. Именно про такие романы пишут книги и именно о такой любви мечтают все девушки. Любви полной страсти, слез, страданий, но, в конце концов, преодолевающей все преграды и завершающейся безмерным счастьем. Дальше, еще хуже. Настя стала королевой, хотя, по мнению Иры, она сама была более достойной, чтобы носить на пальце "Эльфийскую Розу". Вследствие всех этих неприятностей у Иры даже начал развиваться комплекс собственной неполноценности. Надо было срочно поднимать свой статус и сокровища Мерлина должны были в этом помочь.

Придерживаясь мнения, что знания — сила, а информация ключ ко всему, для начала Ира решила узнать все возможное о самом Мерлине и его взаимоотношениях с Морганой. С этим вопросом девушка решила обратиться к Борису, который из всех членов экспедиции был наиболее эрудирован в вопросах связанных с эльфами, феями и волшебниками. Бориса Ира нашла в библиотеке Морганы, где тот отдыхал после работы по подготовке огненного шоу.

"Знаешь, Ира, однозначного ответа на твой вопрос я дать не смогу — ответил Борис, выслушав девушку — Существует два варианта, которые отличаются друг от друга. Первый вариант это классическая земная легенда, а второй это то, что я сумел разобрать в местных книгах. Тебя какой интересует".

"Боря, давай оба".

"По земной легенде Мерлина родила самая чистейшая и добрейшая девушка за всю историю человечества. Зло никогда не рождалось в ее душе, и дьявол искал пути к ней, но не находил. Однажды злая сестра девушки пришла домой пьяная и несправедливо обругала ее. Девушка разгневалась на сестру, зло проникло в ее душу, и дьявол овладел ей. Так на свет появился волшебник Мерлин. Потом он стал наставником короля Артура, совершил кучу чудес, а кончилось все тем, что злобная фея Моргана, главный враг Мерлина и короля Артура, обманула волшебника и спрятала сонного куда-то навеки веков.

Местный вариант легенды я до конца еще не понял, потому что эльфийские книги тяжело переводить, но вкратце это выглядит так. Мерлин был полукровкой, мать человек, отец эльф. Поскольку отец Мерлина был кем-то из эльфийской правящей верхушки, сын тоже добрался до самой вершины власти. Стал чуть ли не королем эльфов. Во времена расцвета волшебства и магии было вроде как троевластие: Мерлин у эльфов, Моргана у фей, король Артур у людей. Постепенно времена стали меняться не в лучшую сторону и Моргана решила увести маленький народец в другой мир. Она уговаривала и Мерлина уйти с ней, но тот поначалу не соглашался. В конце концов, Моргана все-таки убедила короля эльфов уйти, но ушел он не с ней, а в другое место. В какой-то подводный город, который он сам же и построил".

"Атлантида что ли?" — спросила Ира.

"Думаю, нет. Скорее это в какой-то параллели, где полностью отсутствует суша".

"А что ты знаешь о сокровищах Мерлина?".

"Одновременно много и ничего — рассмеялся Борис — Сокровища Мерлина присутствуют в огромном количестве произведений в стиле "фэнтези", но ничего конкретного про них не известно. Были сокровища, не было сокровищ, науке это не известно".

В утро дня, назначенного для совершения задуманного Денисом шоу, Ира решила, что настала пора для решительных действий. Спустившись в подвал, она снова подошла к темнице Феечке. Девочек и Фана в камере феи уже не было. Дробышев посчитал, что Феечка уже исполнила свою роль, и дальнейшее пребывание детей рядом с феей может привести к возникновению ненужных проблем.

"Миледи Ира — при виде девушки Феечка радостно заулыбалась — Я подготовила принцессу и ее друзей к испытанию. Они докажут королеве свое мужество и смелость".

"Спасибо, милая Феечка. Я тоже передала твою просьбу королеве, и она доверила мне забрать у тебя сокровище Мерлина".

"Тебе?".

"А что в этом удивительного? Ты же сама говорила, что королева боится брать в руки амулет…".

"Артефакт" — поправила Иру фея.

"Боится брать в руки артефакт, чтобы не поддаться соблазну использовать его, а теперь, когда ты отказываешься служить Моргане, именно я становлюсь ее самой близкой фрейлиной".

"Извини, миледи. Ты права. Я так долго служила королеве, что невольно удивляюсь тому, что теперь кто-то стал Моргане ближе, чем я. Я готова передать тебе сокровище Мерлина, но для этого мне придется воспользоваться магией, а тебе придется выпустить меня".

К подобному повороту событий Ира была готова, хотя и побаивалась его. Длительное общение с феями убедило девушку в том, что эти существа никогда не нарушают данного слова.

"Конечно, Феечка. Я сделаю это, но королева велела мне взять с тебя слово, что, во-первых, ты не будешь использовать магию с какой-либо другой целью, кроме передачи мне сокровища, а, во-вторых, после того, как передашь мне артефакт, без сопротивления вернешься обратно в тюрьму".

"Даю слово — пообещала фея, но при этом недовольно фыркнула — Недоверие королевы обижает меня. Хотя теперь, когда я отказалась быть ее первой фрейлиной, это и не удивительно".

Ира открыла дверь темницы ключом, который без всякого присмотра висел в тронном зале, и выпустила Феечку. Вместе они поднялись из подвала, а затем Ира долго шла вслед за феей по пустынным коридорам дворца. Наконец, они добрались до большого зала, в центре которого возвышалась колонна.

"Где мы?" — спросила Ира.

"Очень, очень давно, когда маленький народец только покинул мир людей, дворец Морганы был полон веселыми и беззаботными феями, фрейлинами и любимицами королевы. В этой части дворца мы жили, а в зале устраивали чудесные праздники. А теперь не мешай мне, женщина. Я буду творить волшебство".

В руке у Феечки появилась волшебная палочка. Она взмахнула ей, и рой маленьких звездочек закружился вокруг колонны. Также неожиданно, как появились, звездочки исчезли, а вместе с ними исчезла и колонна. На месте каменного столба прямо в воздухе висело маленькое зеркальце необыкновенной красоты. Рама зеркала представляла собой два круга. Внутренний круг украшали римские цифры, выложенные мелкими бриллиантами, а внешний был украшен несколькими изумрудами. В ручке зеркальца сиял большой фиолетовый аметист. Ира даже вскрикнула от переполнившего ее чувства восторга.

"Вот сокровище Мерлина. Возьми его, миледи. Теперь ты его хранительница".

Как только зеркальце оказалось в руке у девушки, фей вновь взмахнула палочкой и колонна вернулась на место.

Всю обратную дорогу в подвал дворца Ира судорожно сжимала зеркальце и чувствовала, как бешено при этом колотится ее сердце. Сначала девушка хотела передать сокровище экспедиции и доказать свое превосходство над Настей, но теперь Ира ни за что на свете не рассталась бы со своей добычей. Решение проблемы само собой возникло у нее в голове. Надо было срочно вернуться на Землю, пока никто ни о чем не узнал. А поскольку все переходы в Москву были временно закрыты, помочь Ире в этом мог только Свиндич.

Расставшись с Феечкой, Ира отправилась на поиски Саши, но сначала встретила трех подростков, которых Борис зачем-то привел во дворец. В руках у них девушка заметила золотые монеты лепреконов, которые Дума, Хлам и Турбо при виде Иры воровато спрятали в карманы. Подростков этих девушка не любила, считая их тупыми и необразованными, но сейчас они могли пригодиться.

"А почему вы здесь? Вам же поручили Борису во время шоу помогать?" — с простодушным лицом поинтересовалась Ира.

"Борис сказал, что без нас справиться. Типа ему гоблины помогут. Ну а мы чего? Напрашиваться будем?".

"Ну и правильно. А я на Землю собралась. Пойдете со мной?".

Такого подарка судьбы Дума и его приятели, которые перед появлением Иры так раз решали, как им оказаться на Земле с полученным от гоблинов золотом, даже не ожидали.

Вчетвером они отыскали Свиндича, который после прочтения записки Насти постоянно находился в состоянии меланхоличной прострации.

"Саша, а почему ты не на шоу?". Этот вопрос был первыми словами, услышанными Свиндичем от Иры после злосчастной совместной поездки к Источнику шипучего солнца, но Саша этому даже не удивился. Сейчас он был равнодушен ко всему, кроме собственных страданий на личной почве.

"Не хочу. Мне все надоело" — ответил "Профессор".

"Знаешь, мне тоже эта идея Дениса с сожжением совсем не нравится. Не хочу в этом участвовать. Может, отправишь нас домой на время этого шоу? Вот и ребята со мной согласны".

Подростки дружно закивали головами.

"Да, без проблем. Можете хоть все уходить".

"Тогда открой нам, пожалуйста, переход".

Спустя несколько минут Ира стояла перед воронкой, в которой только что скрылись подростки. В ее сумочки лежало завернутое в платок сокровище Мерлина. "У меня все получилось, получилось" — шептала Ира сама себе и от этих слов на душе ее стало легко и спокойно. Девушка обернулась к Саше, улыбнулась и сказала: "Ну, я пошла. Не скучай", а затем исчезла в переходе.

"Лучше бы ты вообще не приходила" — прошептал в ответ Свиндич и со злобой нажал несколько раз на зеленую кнопку прибора. Через мгновение он понял, какую глупость совершил, но было уже поздно. Переход, ведущей из Страны Фей в квартиру Саши был закрыт навсегда.

— 27 —

Больше всего на свете Вик Кайтнер любил династию Хохеров и кошек. Однажды в раннем детстве отец, занимающий пост советника при Верховном Правителе Союза Королевств подарил ему котенка редкой породы, которую называли "имперской". Взяв на руки кипельно-белого котенка и заглянув в его ярко голубые глаза, Вик понял, что никогда не расстанется с этим живым чудом. Оригинальность и уникальность "имперских" кошек проявлялась в их чрезмерной привязанности и общительности. Удивительным образом они умудрялись совмещать в себе преданность собак и хитрый ум кошек. Но при этом они были коварны, ревнивы и злопамятны. Не дай бог, кому-либо было обидеть саму кошку или ее хозяина. Месть в любом случае настигала обидчика. Долго общаясь со своими любимцами, Вик и сам стал похож на них.

Кайтнеры всегда были преданными слугами Хохеров, но Вика с династией связывали особые отношения. Будучи курсантом офицерского училища, он как-то участвовал на одном из придворных праздников в соревнованиях по боевому искусству и выиграл их.

"Как зовут тебя, юноша — спросил после этой победы Вика Верховный Правитель и, узнав имя, пообещал — В качестве награды я назову твоим именем своего наследника".

Вик воспринял эти слова как шутку, но к его удивлению Эдарт Хохер действительно назвал своего внука Виком. С этого момента младший Кайтнер почувствовал незримую нить, связывающую его с наследником престола и ответственность за судьбу своего тезки. Пролетели годы. Курсант Кайтнер превратился в Верховного главнокомандующего, и получилось так, что две самые сильные привязанности в его жизни привели Вика во главе армии к стенам Мелотауна. Ведь "имперские" кошки никогда не прощают того, кто обижает их хозяев.

"Мой господин, из города под белым флагом вышла делегация и движется к нам" — доложил адъютант.

"Как удивительно, что они опередили меня, — усмехнулся Кайтнер, поглаживая тонкое, покрытое короткой шерстью, гибкое тело сидящей у него на коленях любимицы, — Я буквально через полчаса намеревался отдать приказ о вводе войск в город. Пойдем, моя хорошая, послушаем, что они нам скажут".

Взяв на руки кошку, главнокомандующий покинул палатку. Следом вынесли любимое кресло генерала. Водрузившись на мягкое сиденье, Кайтнер с удовольствием оглядел свои готовые к штурму города войска. Какой жалкой казалась на их фоне кучка людей, вышедшая из городских ворот и медленно двигающаяся по направлению к палатке главнокомандующего. Пока делегация шла через поле и подвергалась досмотру личной охраны генерала, Кайтнер с интересом рассматривал парящих в отдалении над землей несколько бледных силуэтов. Про духов стихии главнокомандующий знал и даже их опасался, но пока наделенные магией существа держались в стороне и не докучали армии Союза Королевств.

"Милорд генерал, я Великий Лорд Гейн Мэдвед, Председатель Совета Великих Лордов, по поручению Совета и выражая волю народа Империи, заявляю, что мы склоняем голову перед Союзом Королевств. В качестве подтверждения нашего смирения прошу принять вас ключи от города Мелотаун" — торжественно произнес глава делегации, добравшись, наконец, до кресла Кайтнера.

"И что?" — издевательски поинтересовался Кайтнер.

"Но милорд, это форма капитуляции согласно кодексу рыцарской чести — растерялся лорд Мэдвед — Я строго придерживаюсь установленных канонов и правил, а вы даже не удосужились встать с кресла. Все-таки я Великий Лорд и стою выше вас по праву рождения".

"Мне не нужны ни ваши каноны, ни ваша капитуляция" — резко повысил голос главнокомандующий. Услышав недовольство в голосе хозяина, кошка зашипела, выгнула спину и ударила длинным хлыстообразным хвостом по рукам Мэдведа. Гейн вскрикнул и выронил подушечку, на которой лежал символический ключ от столицы Империи. С глухим стуком тот стукнулся о землю и закатился под кресло Кайтнера.

"Извини, милая" — генерал ласково поцеловал любимицу в выделявшуюся на фоне светлого тела черную мордочку, передал кошку адъютанту и после этого поднялся с кресла.

"Выше вас по праву рождения — передразнил Кайтнер Мэдведа — Плевать мне на ваши права. Мне нужен Вик Хохер, а не ваша капитуляция. Сейчас я отдам приказ, и мои войска войдут в город. Они перероют в вашей столице все подвалы, осмотрят каждый закоулок и молите бога, чтобы они нашли Вика живым и невредимым. Потому что если они его не найдут или найдут его бездыханное тело, я не оставлю от Мелотауна и кирпичика, жителей обреку на рабство, а вас милорд лично вздерну на ближайшем дереве".

Генерал посмотрел вокруг, чтобы точно указать лорду на каком дереве того повесят, но тут его внимание привлекли два странно одетых всадника, во весь опор мчавшихся к ставке главнокомандующего армии Союза Королевств. На первом красовался смокинг, белоснежная шелковая манишка и длинная крестьянская юбка, на втором игривая блузка в розовый горошек с большим вырезом на груди и мужские ватные штаны.

"Что это за клоуны" — удивился Кайтнер, забыв на время о Мэдведе. Тем временем всадники добрались до охраны главнокомандующего и стали что-то активно жестикулируя объяснять командиру стражи. Молодой офицер в ответ с сомнением покачал головой, но все-таки быстрым шагом направился к Кайтнеру. Вытянувшись перед генералом в струнку он громко доложил: "Ваше высокопревосходительство, некто пан Шу и пан Гусак утверждают…", но Кайтнер прервал доклад и приложил палец к губам, кивнув в сторону Великого Лорда. Тогда командир стражи склонился к уху генерала и тихо прошептал: "Некто пан Шу и пан Гусак утверждают, что знают, где находится господин Верховный Правитель, а также Великий Лорд Зальцер. Более того, они якобы видели их совсем недавно. Эти господа утверждают также, что Союз Королевств и Империя стали жертвами заговора, целью которого было поставить наши дружественные государства на грань взаимного самоуничтожения. Ради этого и были похищены Вик Хохер и Фредрик Зальцер. А организаторами заговора являются духи стихии".

Как не напрягал свой слух Гейн Мэдвед, но ему не удалось услышать хотя бы слово из сказанного командиром стражи. Зато доклад был прекрасно слышен Наставникам, которые вместе с несколькими другими духами стихии, среди которых был и Дени, наблюдали за развитием событий.

"Они обвиняют нас в нарушение наших же законов" — растерялся Майти Первый.

"И утверждают, что имеют неоспоримые доказательства" — добавил Майти Второй.

"Это невозможно. Я лично проверю воспоминания каждого духа стихии, и если кто-то замешан в исчезновении лорда Зальцера наказание будет страшным. Мы не можем позволять людям подвергать сомнению нашу репутацию".

"Мы готовы помочь тебе в этом — поддержали Майти Первого остальные Наставники — Необходимо начать проверку немедленно, пока этот слух не распространился по всей Империи".

Подобные разговоры предводителей духов стихии очень не понравились Дени. Он решил опередить события и самому доставить якобы похищенных духами стихии людей к Наставникам. Припомнив все, что он видел, когда вторгся в воспоминания пана Шу и пана Гусака, Дени сконцентрировался и с помощью магической энергии перенесся в Страну Фей.

Поле, на которое он попал, Дени узнал сразу. Это было нужное ему место, но, ни лорда Зальцера, ни Вика Хохера здесь уже не было.

Мимо пролетела стайка крылатых существ, очень похожих на изгнанную с Праздника Осознания Возрождения фею, только гораздо меньшего размера.

"В Новый Оберон. Все в Новый Оберон. Королева устраивает грандиозный праздник" — щебетали между собой существа. Недолго думая, Дени помчался вслед за маленькими феями.

— 28 —

Услышав приближающиеся к камере шаги, Фредрик Зальцер предупредил Вика: "Ты молод и не сдержан, поэтому не вступай с ними ни в какие разговоры. Предоставь это право мне".

Дверь открылась, и на пороге появился Денис. За его спиной виднелись Сергей, Вадим и Слава.

"Милорд, вы не передумали? Наше предложение вас по-прежнему не интересует?".

"Я редко меняю свое первоначальное решение".

"Даже если от этого зависит судьба вашей дочери?".

"Я знаю, что Аннет находится в ваших руках, но вряд ли моя дочь поймет своего отца, если он предаст свою родину".

"Тогда я прошу вас обоих проследовать с нами. Мы хотим показать вам небольшое представление".

Под бдительной охраной Зальцера и Хохера провели на балкон дворца Морганы, выходящего на центральную заполненную маленьким народцем площадь города. Прямо перед балконом было построено похожее на сцену возвышение, прилегающее к стене бокового ответвления дворца. Нижняя часть возвышения была скрыта материей, а на самой сцене среди кучи дров и хвороста стояли четыре столба.

"Извините за неудобство милорды, но мы примем кое-какие меры безопасности".

Фредрика и Вика крепко привязали к находящейся на балконе каменной скамье.

"Теперь можно начинать — Денис достал рацию и распорядился — Боря, начали".

Из дворца вывели девочек, Фана и перепуганную Галину Юрьевну.

"Не бойтесь. Это все будет не по-настоящему. Это испытание на смелость и мужество" — прошептала Аня, пыталась успокоить женщину.

Гоблины привели участников огненного шоу на возвышение и привязали к столбам.

"Милорд, вы не боитесь за жизнь своей дочери? Одно ваше слово и мы прекратим это представление".

"Я вам не верю. Вы не посмеете причинить боль ребенку".

"Напрасно. Ведь вы не оставили нам другого выбора. Так что? Нам продолжать?". В ответ Фредрик только с ненавистью посмотрел на своего мучителя. "Молчание — знак согласия. Какое глупое упрямство. Главное, не понятно зачем. Не пожалеть собственную дочь ради того чтобы продолжать жить в темноте и невежестве" — Денис вздохнул и махнул рукой. На возвышение вспыхнуло пламя, но к удивлению Дениса огонь одновременно охватил и внешний и внутренний ряд дров, а никаких зеркал он не увидел. Над площадью пронесся полный ужаса женский вопль. Услышав этот крик, Вик Хохер побледнел и потерял сознание.

— 29 —

Как и просила Феечка, Гарольд остался в ожидании весточки от любимой у Источника шипучего солнца, но прошел день, за ним еще один, а никаких вестей так и не было. На третий день Гарольду стало невыносимо тоскливо и тревожно. Он вдруг отчетливо понял, что ему необходимо срочно увидеть Феечку и дух стихии отправился в Новый Оберон.

Добравшись до столицы Страны Фей, Гарольд нашел город пустым и заброшенным. Дух стихии в недоумении долго бродил по опустевшим улицам пока не добрался до площади перед дворцом Морганы, где и обнаружил все население города, а также Аннет и ее друзей, привязанных к столбам, находящимся на небольшом возвышении.

Именно в тот момент, когда Гарольд вступил на площадь, Денис подал сигнал и вспыхнул костер. Несмотря на то, что подобный поворот событий был для духа стихии неожиданным, Гарольд моментально сориентировался и бросил всю свою волшебную силу на то, чтобы не позволить огню добраться до его друзей, и причинить им какой либо вред.

В это время вслед за стайкой фей до площади добрался Дени и увидел, какая опасность угрожает Матери Стихий. Забыв о цели своего появления в Стране Фей, он немедленно перенесся обратно к стенам Мелотауна.

"Помогите! Мать Стихий в опасности!" — призвал Дени на помощь Наставников.

— 30 —

"Аннет! Девочка моя! — кричал лорд Зальцер, пытаясь освободиться от веревок — Негодяи. Я вас из-под земли достану. Вы мне за все ответите".

"Что за ерунда там происходит?" — почувствовал неладное Безымянный. Выхватив шпагу, он спрыгнул с балкона и бросился к пылающему костру. Добравшись до сцены, на которой вместо задуманного спектакля происходила настоящая трагедия, Сергей сорвал закрывавшую нижнюю часть возвышения материю. Первое, что бросилось ему в глаза, было тело Бориса. Старый друг Безымянного лежал на животе, а из его спины торчал ржавый кинжал.

"Прости, Боря. Потом" — прошептал Сергей и бросился к механизму, управляющему столбами, чтобы освободить детей и женщину, но дорогу ему преградили вооруженные гоблины. Безымянный попытался проложить себе дорогу шпагой, но противников было слишком много даже для такого великолепного воина, каким был Сергей. Постепенно гоблины вытеснили Безымянного из-под возвышения, и схватка продолжилась на площади перед дворцом.

Тем временем Пеенджиил, с удивлением обнаружил, что огонь до сих пор не причинил людям никакого вреда. Пламя бушевало в полуметре от своих жертв, не причиняя им никакого вреда.

"На колени. Быстро" — приказал Пеенджиил двум ближайшим гоблинам и когда они выполнили приказ своего предводителя, быстро взобрался на их спины. Оглядев свысока площадь, Пеенджиил сразу заметил Гарольда, который стоял, закрыв глаза и вытянув руки по направлению к костру.

"Вот он — завизжал на всю площадь Пеенджиил — Убейте его. Это он удерживает огонь".

Несколько гоблинов отделилась от наседавших на Безымянного, и кинулись к Гарольду, но на их пути неожиданно возник Джуни.

Настя стояла на балконе и с ужасом смотрела на сражение, разгоревшееся на площади. Ей не верилось, что все это действительно происходит сейчас с ней и ее друзьями, но рядом изрыгал ругательства и проклятие лорд Зальцер, а его голос был вполне реален. Девушка явственно видела кровь на рукаве раненого Сергея, бледные лица, словно окаменевших от страха Дениса, Вадима и Славы, перекошенные звериной злобой лица гоблинов, разлетавшиеся в разные стороны стайки фей и костер, в огне которого могли погибнуть ни в чем не повинные дети. Необходимо было немедленно что-то предпринять. Собрав остатки мужества, Настя шагнула на край балкона.

"Немедленно прекратите. Это приказываю вам я, ваша королева Моргана" — закричала она, но на ее призыв никто не обратил никакого внимания.

"Ты не Моргана и даже не королева" — услышала вдруг Настя. Перегнувшись через перила, она увидела симпатичную рыжеволосую девушку, которую никогда не встречала раньше.

"Кто вы?" — удивилась Настя.

Вместо ответа незнакомая девушка подняла вверх руку и произнесла: "Най ентул нин мартыал амбар тари".

Настя не знала языка эльфов и не поняла фразу, означавшую "Пусть вернется ко мне предназначенное судьбой королеве". "Что?" — растерянно переспросила девушка. В этот момент она почувствовала неприятное жжение в левой кисти. Взглянув на руку, Настя увидела, что "Эльфийская роза" сама собой сползает с пальца. Как зачарованная девушка смотрела, как покинувшее ее руку кольцо парит в воздухе, приближаясь к рыжеволосой незнакомке, и в это же время над площадью прямо из воздуха появились существа, напоминавшие сгустки плотного тумана.

Оказавшись на пальце новой хозяйки "Эльфийская роза" вспыхнула невыносимо ярким светом, и многократно усиленный магией голос Эл как гром прогремел над площадью: "Жители Страны Фей, на колени перед своей королевой". Бросив оружие, испуганные гоблины пали ниц на каменную мостовую, а с неба на площадь хлынул поток воды. Это Наставники прибегли к своей магии, чтобы погасить костер и спасти Мать Стихий.

Насти казалось, что все эти события тянулись бесконечно долго, хотя на самом деле они уместились в несколько секунд. Девушка хотела позвать Сергея, чтобы узнать все ли у того в порядке, но Безымянный сам обернулся к балкону. Стерев с лица капли дождя, он с какой-то невыразимой тоской посмотрел вверх, и устало сказал: "С чего я взял, что ты Настя добрая, нежная, умная и красивая, сам не понимаю. Вы с Денисом одного поля ягодка. Для вас люди — это проекты, которыми вы руководите. Из-за вас чуть девчонок не спалили. Простите, ваше высочество, но я вам больше не слуга".

Безымянный ткнул кончиком шпаги в щель между булыжниками и изо всех сил ударил по ней ногой. Затем отшвырнул переломившейся надвое клинок в сторону балкона и пошел к возвышению, чтобы помочь Джуни освободить все еще привязанных к столбам людей.

— 31 —

"Ну, я пошла. Не скучай" — Ира улыбнулась Саше и шагнула в воронку. В туже секунду она потеряла равновесия и уткнулась лицом в пол. В спину уперлось дуло автомата, и грубый мужской голос приказал: "Лежать, руки за голову". Чьи-то руки ловко ощупали одежду девушки, залезли в карман куртки и достали из него документы и сокровище Мерлина. "Чисто. Пакуй ее к остальным" — услышала Ира тот же голос и почувствовала, как на ее запястьях защелкнули наручники. Потом кто-то резко за шиворот поднял девушку с пола и усадил, прислонив спиной к стене. Осмотревшись по сторонам, Ира увидела, что переход закрылся, а в квартире Свиндичей полно милиции. Рядом у стены сидели в наручниках Дума, Турбо и Хлам. На том месте, где раньше находился письменный стол прямо на полу лежали золотые монеты лепреконов. Туда же сержант, который очевидно и обыскивал Иру, небрежно кинул ее документы и чудесное зеркальце. У девушки испуганно екнуло сердце, но к ее радости сокровище не разбилось.

"Товарищ капитан, мы их взяли — доложил в рацию сержант — Хорошо, ждем".

"Ребята, это наверно ошибка какая-то. Я тут совершенно случайно оказалась" — попыталась включить свое обаяние Ира.

"Тихо тут мне. Сейчас начальство приедет и разберется кто случайно, а кто отчайно" — угрюмо пошутил милиционер.

Через некоторое время в квартире появились Подшивленко и Митрохин. Заметив их, Дума ткнул локтем в бок сидящего рядом Хлама и прошептал: "Все. Теперь точно пропали. Наш бывший участковый прибыл. Он нам никогда не простит ту дрянь, которой мы ему дверь мазали".

"Ба, знакомые все лица! Юрий ты только полюбуйся, кто нам попался! — воскликнул тем временем Петр Альфредович при виде подростков.

"Ты их знаешь?".

"Еще как знаю. Они мне много крови испортили, когда я участковым был. А ты говоришь демоны. Эти трое похлеще демонов будут".

"Ее тоже знаешь?" — Юрий кивнул в сторону худенькой симпатичной блондинки, сидящей рядом с подростками.

"Нет. Девушку первый раз вижу. Рассказывай, сержант".

"Товарищ капитан, все как вы приказали. Сидим, значит, ждем. Вдруг вот здесь в стене дыра появилась — сержант рукой обвел место, где возникла воронка — Из этой дыры они и ломанулись, ну а мы их повязали".

"Что при них было?".

"Вот эти монетки, товарищ капитан. Похоже на золото" — не наклоняясь, сержант двинул стволом автомата ярко желтый кружок в сторону Подшивленко. Раздался мелодичный перезвон колокольчиков, и монетка исчезла на глазах пораженного Петра.

"Что за чертовщина? — растерялся капитан — Юрий, похоже, твое золотишко?".

"Мое" — подтвердил Митрохин.

"Ей вы, жертвы последних парт и реформы образования, это что за фокусы?" — обратился Подшивленко к подросткам.

"Петр Альфредович, а мы че, мы ниче. Их Хлам нашел. Вы же знаете, он все подряд к себе в карман тащит" — заныл Дума.

"А сюда как попали?".

"Сами не знаем. Шли по улице, вдруг бац, и мы здесь. Отпустите нас, Петр Альфредович. Мы просто пошутить хотели".

"Вот и пошутили лет на восемь в колонии строго режима каждому. Девушка с вами?".

"Нет. Случайно на улице познакомились. Мы просто поприкалываться хотели".

Подшивленко поднял с пола паспорт девушки и раскрыл его.

"Что же это вы, Ирина…".

"Константиновна" — подсказала Ира.

"Ирина Константиновна. Что же вы знакомитесь неизвестно с кем на улице? Так недолго и в беду попасть".

"Они мне фокусы показать обещали. Знаете, как я цирк люблю. Я когда по телевизору "Цирк со звездами" смотрю, даже ногти забываю покрасить. А можно я свое зеркальце заберу? Здесь столько симпатичных молодых людей, а у меня, похоже, тушь от переживаний потекла" — прикинулась Ира типичной блондинкой, какими их представляют себе мужчины.

"Сержант, ее зеркало?".

"Ее, товарищ капитан".

"Снимите с нее наручники".

Тем временем Митрохин поднял с пола зеркальце и от удивления даже присвистнул. "Неужели бриллианты? Не может быть. Девушка, как девушка. Простое личико, простенькая одежда. Откуда такое богатство? — подумал он, а вслух спросил — Откуда у вас это зеркало, Ирина Константиновна?".

"Подруга из Праги привезла. Чешское стекло. Красиво, правда?".

"Красиво" — согласился Юрий и передал зеркальце девушке. Та немедленно уставилась в него и стала что-то поправлять в макияже.

"Ну что сержант, этих в отделение забирай, а Ирину Константиновну отпустим. Похоже она не при делах".

"Видишь, Юрий, обошлось без мистики" — сказал Митрохину Петр, когда они остались в квартире вдвоем.

"Но ведь я своими глазами этого монстра видел".

"Хочешь добрый совет. Забудь и никогда больше не вспоминай. Проще жить будет. Кстати по поводу этого Федорина, который мне этот адресок подкинул. Спрашивал я про него у мамы пропавшей девочки. Оказывается, она его действительно хорошо знает. Друг семьи. Думаю, девочка именно у него и прячется от родителей".

"Мои ребята тоже за ним посмотрели. Ребенок нашей пропавшей сотрудницы живет у него. Значит, ее с Федориным что-то связывает, иначе, зачем ему с чужим ребенком возиться. Сотрудница перепугалась из-за пропажи золота и с помощью Федорина спряталась. Теперь, когда ситуация с золотом прояснилась, я уверен, что женщина быстро объявится".

"Так что, закрываем дело?".

"Закрываем, Петр".

— 32 —

В сопровождении вооруженных гоблинов Саша Свиндич шел по коридору дворца Морганы. Ощущать на себе недобрые взгляды подобной стражи было несколько жутковато, и Саша облегченно вздохнул, когда, наконец, оказался в тронном зале. Хотя он знал, что его хочет видеть новая королева фей, Свиндичу было несколько непривычно видеть на месте, которое обычно занимала Настя, незнакомую рыжеволосую девушку. Рядом с троном стоял молодой человек с мужественным лицом опытного воина.

"Милорд "Профессор", в нашем мире профессорами называют умных и уважаемых людей — обратилась к Саше Эл — Поэтому мы посчитали вас главным, среди людей, вторгшихся в Страну Фей, и именно с вами будем вести переговоры".

"Спасибо, ваше высочество, но вам было бы лучше поговорить с Денисом. Он возглавляет экспедицию".

"Тем не менее, раз вы уже здесь, я буду говорить с вами. Как чувствует себя ваш раненый товарищ?".

"Борис чувствует себя великолепно. Мы благодарны вам за то, что вы излечили его".

"Я рада, но не стоит благодарности. Это было совсем маленькое волшебство. Феи должны помогать людям. Ваши пленники вместе с духами стихии уже покинули Страну Фей. Надеюсь, вы тоже понимаете, что не можете более оставаться у нас?".

"Понимаем, ваше высочество, но в силу определенных обстоятельств, мы можем сделать это только ночью".

"Лорд Зальцер требовал суда над вами, но я отказала ему. Мне кажется, что это недоразумение стоит забыть, иначе потянется череда взаимных обид и упреков. Это в свою очередь превратит Страну Фей в территорию вечных разборок между людьми, а я не хочу подобного поворота событий. Людям свойственно ошибаться, а я призвана помочь им избежать их. Так вы сможете покинуть нас ближайшей ночью?".

"Да, ваше высочество".

"Собственно на этом можно было бы закончить наш разговор, но мне хотелось задать вам несколько вопросов, не относящихся к сути дела, но интересных мне".

"Задавайте. Если смогу, то постараюсь на них ответить".

"Что вы хотели найти в нашем мире?".

"Счастье" — немного подумав, ответил Свиндич.

"Основанное на золоте лепреконов?".

"Что делать — пожал плечами Саша- В нашем мире нельзя быть счастливым, если у тебя нет денег".

"И вы обрели счастье в Стране Фей?".

"Что касается меня, то я, скорее, его потерял".

"Почему вы не искали счастья в своем мире".

"Я не очень люблю наш мир и людей его населяющих. Что видел я хорошего от них? С детства только унижения, издевательства и не понимание. Впрочем, вряд ли вы что-либо знаете об этом".

"Это вы говорите нам? — гневно произнес Джуни — Что вы плачете, как маленький ребенок. Вас обидели и не поняли? А вы дали им шанс понять вас? Нет. Вы просто сбежали. Что вы знаете о настоящих страданиях? Вы видели, как единственная женщина, которую вы любите на ваших глазах превращается в ненавистное всеми чудовище, но все-таки продолжали ее любить? Вас вынуждали предать самых близких людей и поднять оружие на человека, заменившего вам отца? Вы были всеми призираемым человеком, при виде которого люди переходили на другую сторону улицы? Так что вы знаете о страданиях? Плохой мальчик обидел вас в детстве и после этого вы возненавидели весь белый свет? Почему вы не боролись за свою честь и свое счастье в своем мире, а сбежали в чужой?".

"А если я не наглый и не слишком силен физически? Если я не умею драться и не могу ударить человека по лицу? Как тогда поступать мне? У каждого своя мера страданий и не вам обвинять меня. Я боролся настолько, насколько мог, но в нашем мире слишком много сильных, самоуверенных людей, верящих в свою вседозволенность, а слабых от них защитить некому. Ваше высочество, разрешите мне вернуться к своим товарищам. Мы все равно не поймем друг друга".

"Что же, я не успела задать все вопросы, какие хотела, но наверно вы правы, милорд "Профессор". Ступайте с миром".

— 33 —

Сияние от вращающейся воронки легко разгоняло ночную тьму и в его свете искрились мелкие капли воды, падающие с неба. Люди покидали Страну Фей, и из-за мелкого моросящего дождя казалось, что это сама природа плачет, прощаясь с выходцами из иного мира. Так как переход между параллелями, ведущий в квартиру Свиндичей, Саша после ухода Иры закрыл навсегда, экспедиции пришлось возвращаться через второй переход, открывающейся на оживленную московскую улицу. Именно поэтому в целях безопасности было решено осуществить возвращение на Землю в ночное время суток. Эл и Джуни стояли недалеко от воронки и следили за исполнением приказа королевы фей. Один за другим члены экспедиции скрывались в воронке. Предпоследней была Настя, а следом за ней должен был пройти Саша и закрыть переход. Прежде чем сделать последний шаг, что-то заставило Настю обернуться назад. Ее муж не шел вслед за ней. Более того, он не сделал и шага по направлению к воронке.

"Саша, ты чего?" — удивилась Настя

"Знаешь, Настя, последнее время я много думал о нас и спрашивал сам себя, а любили ли мы друг друга. Если любили, то почему так и не научились понимать и прощать, а если нет, то, что тогда вообще называется любовью? Ведь я помню каждую секунду, прожитую рядом с тобой. Помню твой плащ из болоньи, в котором ты так смешно напоминала марширующего солдата, когда торопливо уходила с работы, чтобы не опоздать в институт. Помню короткую синюю плиссированную юбку, которую на Новом Арбате задувал ветер, а я при этом дико ревновал тебя ко всем на свете. Никогда уже в нашем мире я не смогу быть так счастлив, как был с тобой. Так зачем мне возвращаться в мир, где я все потерял? Второй Насти я там не встречу никогда. Ее просто не существует. Порадовать твоих родителей и дать им возможность лишний раз позлорадствовать? Попытаться все вернуть назад? Но любовь не разбитая чашка и ее не склеишь. Найти утешение рядом с другой? Но ведь это будет самообман. Поэтому вы идете в одну сторону, а я ухожу в другую. У вас несколько минут, чтобы вернуться домой. Настя, не теряй зря время. Вам нельзя привлекать к себе внимание в Москве".

"С ума сошел? Куда ты уйдешь? Ты же человек. Твое место на Земле".

"Да не нравится мне там мое место. Я считаю до десяти и закрываю переход. Ты или уходишь или остаешься со мной. Раз…".

"Остаться с тобой? Забыть родителей, работу, учебу, друзей ради человека, который меня не ценит. Нет. Я думаю, тебе будет гораздо лучше любить меня на расстоянии. По крайней мере, никто не помешает тебе ухлестывать за очередной юбкой. Прощай".

Настя скрылась в воронке, а Саша еще некоторое время смотрел на вращающееся световое пятно, надеясь, что лицо Насти появится в нем снова, но оно не появилось. С какой-то отрешенностью Саша три раза надавил на зеленую кнопку. Воронка медленно угасла, а Саша все продолжал смотреть туда, где она еще недавно была.

"Милорд Профессор, почему вы не вернулись в свой мир? — Джуни тронул Свиндича за плечо и вывел из забытья — Вы же знаете, что мы не позволим вам остаться в этом мире".

"Знаю. Да я и не хочу здесь оставаться. Еще минута и я больше не буду вас утомлять своим присутствием".

Не глядя, Саша крутанул шкалу на приборе и нажал на кнопку включения перехода. Наверно шкала совершила почти полный оборот, потому что новая воронка образовалась не далеко от места, где стояли Эл, Джуни и Свиндич.

"Куда же вы теперь, милорд?" — участливо поинтересовалась Эл. Разыгравшаяся на ее глазах сцена вызвала у новоявленной королевы фей жалость к этому человеку.

"Не знаю. Как поется в одной песне: "Дорога мой дом и для любви это не место" — с наигранной бравадой ответил Свиндич.

"Дорога хороша только в том случае если она ведет к дому, где тебя ждет любимая" — заметил Джуни.

"В моем случае это скорее наоборот. Моя дорога ведет как можно дальше от любви. Прощайте" — Саша помахал ручкой и скрылся в воронке.

"Удачи тебе" — прошептала Эл, но даже если бы эти слова прозвучали громко, ее пожелание услышало бы только быстро меркнущее на месте перехода сияние.

— 34 —

В этот день на заседание Совета Великих Лордов присутствовало гораздо больше людей, чем обычно, что привело к появлению вокруг мраморного стола второго ряда кресел. Помимо постоянных членов Совета в зале присутствовал Верховный Правитель Союза Королевств Вик Хохер, Феечка и Гарольд, Аня и Аннет, возвращенные в Империю Наставниками и генерал Кайтнер как всегда со своей любимой кошкой на коленях. Фана и Галину Юрьевну духи стихии тоже перенесли в Мелотаун из Страны Фей, но на совет женщина и юный оруженосец допущены не были и остались в холле перед залом заседаний. Помимо Наставников от духов стихии также присутствовал Майти-578.

"Милорды, господа, уважаемые Наставники и паны представители торговой гильдии и гильдии ремесленников — открыл заседание Фредрик Зальцер — Мы все собрались сегодня, чтобы обсудить события последних дней и попытаться выяснить причины кризиса, чуть было не повлекшего за собой непоправимые последствия. Кто желает высказаться первым?".

"Милорд Председатель — немедленно откликнулся Майти Первый — Я хочу сразу довести до сведения людей, что духи стихии все это время строго придерживались "Закона об ограничении использования магии" и "Закона дружбы и равновесия". Если и имели место мелкие нарушения, то сделаны они были исключительно во благо природы. В качестве примера могу привести Майти-578, чье поведение спасло от гибели Мать Стихий. В качестве награды, мы, Наставники, разрешаем с сегодняшнего дня этому духу стихии носить имя Дени. Но среди нас есть и дух стихии, за поведение которого я хочу попросить прощения у людей. Это он своими необдуманными поступками спровоцировал людей на войну. Это он увел Мать Стихий в чужой мир и это он самовольно взял себе имя Гарольд. Наставники приняли решение навсегда изгнать Майти-736 из нашего мира".

"Неправда. Гарольд хороший. Это несправедливо" — выкрикнула Аня. Лицо девочки горело гневом.

"Пусть та, что дала мне имя не волнуется — улыбнулся Гарольд — Мой дом там, где рядом со мной Феечка. Вряд ли Наставники смогут изгнать меня из этого дома".

"Ты смеешь улыбаться? — возмутился Майти Первый — Ты, жалкая пародия на духа стихии? Посмотри на себя со стороны. Неужели ты не противен сам себе?".

"Уважаемый Наставник позволит сказать Матери Стихий — вмешалась Аннет и поскольку дух стихии сразу умолк, принцесса продолжила — Мой папа часто повторяет последнее время, что мне пора взрослеть. Воспитатели твердят то же самое и добавляют, что настало время подумать о своем будущем. Ведь чаще всего принцессы становятся королевами, а быть королевой так ответственно. Вик утверждает, что через два с половиной года, когда мне исполниться шестнадцать у нас будет свадьба. Скажи Вик, мы это сделаем потому что любим друг друга или для того чтобы объединить наши великие державы?".

Вик Хохер густо покраснел: "Потому что я люблю тебя, и ты это прекрасно знаешь, но пойми, что на нас лежит ответственность за будущее наших народов…".

"Примерно так я и думала. Наверно Вик уже достаточно взрослый, а я все еще маленькая. Боюсь, что я и в шестнадцать лет еще не слишком повзрослею. Поэтому Вик я не выйду за тебя замуж, но ты сможешь всегда приехать ко мне в гости, чтобы погулять со мной по лугам или по моему парку, поболтать о пустяках, в конце концов, просто подурачиться. Правда, боюсь такому взрослому человеку, как ты будет не интересно с маленькой несерьезной девочкой".

Теперь у Вика стали пунцовыми даже уши.

"И все-таки я решила попробовать немного побыть взрослой. И как взрослая я обращаюсь ко всем присутствующим, и к людям и к духам стихии. Вот вы, уважаемые Наставники корите Гарольда за то, что он предался человеческим эмоциям, но так ли плохи эти эмоции? Разве есть что-то унизительное в мужестве, отваге, преданности и верности? Или вы предпочитаете ложь и предательство? Ведь именно эти эмоции руководили действиями Дени, а разве он понес за них наказание? Или плохи только те эмоции, которые идут в разрез с вашими интересами? Но тогда вы тоже лжецы и должны понести, как и Гарольд, наказание за то, что предаетесь человеческим эмоциям. А ваше отношение к людям как к травинкам или мошкам разве нельзя назвать высокомерием? И разве высокомерие не является человеческой эмоцией? Зачем отрицать то, что уже давно живет в вас? Духам стихии следует не бороться, а учиться эмоциям людей. Я прошу вас об этом как Мать Стихий. Может быть, тогда вы научитесь отличать плохое и хорошее. Люди мешают духам стихии заботиться о природе, но ведь вы тоже мешаете людям заботиться о них самих любимых. Научитесь понимать друг друга и вместе беречь мир, в котором мы живем".

"Мы исполним наказ Матери Стихий" — Майти Первый склонил свою голову, и его примеру последовали все присутствующие духи стихии.

"А вы господин Кайтнер? — продолжила Аннет — Что заставило вас ввести войска в нашу страну?".

"Я вынужден был это сделать, чтобы спасти Верховного Правителя. По данным разведки Вик Хохер исчез после визита некого посланника из Империи…" — нехотя попытался оправдаться генерал, но Аннет прервала его.

"А по моим данным совсем недавно именно народ Империи освободил Союз Королевств от узурпатора и вернул власть в руки династии Хохеров. Хорошо же вы хотели отблагодарить своих спасителей".

"Вы, миледи, очевидно, начитались романов, что не удивительно в вашем возрасте, а мы живем в реальном мире. Это в книгах четко разделяется черное и белое, а у нас все серое. Сейчас друг, а через минуту враг".

"Прекратите, господин главнокомандующий! — Вик Хохер нашел на кого выплеснуть накопившуюся после полученного отказа злость — Аннет совершенно права. Вы принялись искать врагов не там, где надо. Мы еще поговорим с вами на эту тему после возвращения домой, и обещаю, что разговор будет неприятным".

"Слушаюсь, мой повелитель — подчинился Кайтнер — Извините, миледи".

"Да я собственно почти все сказала — улыбнулась Аннет — Мы все разные. Нет двух одинаковых людей, двух одинаковых духов стихии или двух одинаковых фей. У каждого свои взгляды, интересы или, как выражаются Наставники, эмоции. Так зачем стараться заставить всех вокруг думать как ты, любить то, что любишь ты и одеваться только так, как нравиться тебе? Тебе не нравиться сосед, потому что он толстый? А соседу может быть не нравиться, что ты худой. Давайте меньше ненавидеть друг друга и больше любить и доверять. Или хотя бы быть терпимее друг к другу. Вот, что я хотела сказать. А теперь я снова стану маленькой и покину Совет Великих Лордов вместе со своими друзьями, а взрослые пусть решают свои проблемы".

Аннет взяла за руку Аню и подруги направились к выходу. За девочками последовали Феечка и Гарольд. За их спиной раздались одинокие хлопки. Это лорд Зальцер стоя аплодировал своей дочери. Постепенно к Лорду Председателю присоединились остальные члены Совета, и Аннет покинула зал заседаний под гром аплодисментов.

Как только Аннет оказалась в холле к ней кинулась Галина Юрьевна. Женщина с надеждой заглянула в глаза принцессы и спросила: "Все? Я теперь смогу вернуться домой? Как там Васенька? Я вся извелась".

"Конечно. Гарольд перенесет вас и Аню — успокоила принцесса женщину и повернулась к подруге — Вот, Анечка, нам снова пора прощаться".

"Не грусти, Аннетик. Теперь мы будем видеться чаще. Правда, Гарольд?".

"Как я могу отказать той, что дала мне имя. Я обещаю вам в этом помогать".

"Прекрасная дама, можно я приглашу вас в кино?" — дрожащим голосом спросил у Ани Фан. Вид у него при этом был такой, как будь-то, он собирается прыгать в бассейн с десятиметровой вышки.

"Конечно, Фан. Я буду рада, но только после того, как я в течение стольких дней слушала твои стихи, я соглашусь только на 3Д" — рассмеялась Аня. Она обняла на прощание подругу и взяла за руку Галину Юрьевну: "Гарольд, я готова. Полетели".

— 35 —

Файдер вел тяжелую войну с сырниками. Эти маленькие лепешки из муки и творога, которые у него часто просили на полдник дети, откровенно издевались над Николасом. Обычно они получались либо твердыми и невкусными, либо вкусными, но при этом расплывались по все сковородке. Файдер понимал, что так получалось из-за неправильного соотношения исходных продуктов, но верную пропорцию никак не мог найти. Замесив в очередной раз муку и творог, Николас поставил на плиту сковородку и в это время из детской комнаты донесся истошный крик Светы: "Папа! Скажи Васе, чтобы он мне не мешал".

"Что у вас случилось?" — крикнул в ответ Файдер и выложил на сковородку первый сырник.

"Мне скучно, а Света со мной играть не хочет".

"Я порисовать хочу, а он ко мне пристает".

Николас печально посмотрел на расплывающейся по сковородке сырник, тяжело вздохнул, снял сковородку и отправился наводить порядок в детской комнате.

"Света, Вася маленький. Ты должна ему уступить" — попытался вразумить дочь Файдер.

"Нет, папа. Нас в детском садике учат, что мы должны пожилым места уступать. Раз я более пожилая, чем Вася, он должен мне уступать". В этот момент фломастер выпал из рук Светы, глаза вылезли из орбит, а нижняя челюсть повисла в воздухе. Проследив за взглядом дочери, Николас увидел, как в коридоре из пустоты материализуются Галина Юрьевна, Аня и незнакомый Файдеру очень бледный мужчина. С криком Вася кинулся на шею матери. Женщина крепко прижала к себе сына, покрывая лицо ребенка поцелуями: "Сынок, милый, как ты тут без меня жил?".

"Хорошо, мамочка. А я пока тебя не было, папу нашел".

"Васенька, что ты такое говоришь" — женщина смущенно посмотрела на Николаса полными слез счастливыми глазами.

"Как же я раньше не замечал, что у нее такие красивые глаза" — удивился Файдер.

— ЭПИЛОГ I —

Тысячи, а может быть миллионы миров, затеряны в пространстве и времени, разделены тысячами световых лет и никогда не пересекающимися измерениями. Миллиарды людей населяют эти миры и у каждого из них своя судьба. Каждый человек идет предначерченным ему путем. Иногда эти пути проходят рядом, еще реже сливаются в один, но чаще ненадолго сближаются друг с другом, чтобы затем снова разбежаться и затеряться в бесконечности. Закончились необычные приключения в Стране Фей и участники удивительных событий разошлись в разные стороны, чтобы, возможно, уже больше никогда не встретиться.

Галину Юрьевну уволили из фирмы "Заложись и обогатись", но это ее не слишком расстроило. Забота о Васе и Свете настолько сблизила женщину с Николасом Файдером, что они поженились. Конечно эта любовь больше напоминала крепкую дружбу, но Галина все равно чувствовала себя счастливой. Ведь рядом с ней был верный и преданный мужчина готовый всегда поддержать ее в трудную минуту. Николас тоже наслаждался тихой семейной жизнью и постепенно начал забывать об Империи Великих Лордов и о том, что он был когда-то волшебником.

Великий Лорд Гейн Мэдвед разочаровался в политике, и власть перестала его манить. Он навсегда покинул Мелотаун и подобно своему отцу поселился в имении, посвятив жизнь кутежам, охоте и любовным интрижкам.

Пан Шу и пан Гусак за то, что смогли предотвратить кровопролитие, получили из рук лорда Зальцера награды и стали национальными героями Империи Совета Великих Лордов, а через некоторое время сыграли в один день свадьбы с мадам Шортюк и мадам Добрюк. Зная свободолюбивый нрав добропорядочных панов кто-то, возможно, удивился их поступку, но на самом деле в этом не было ничего странного. Ведь не так много на свете женщин, способных забыв обо всем на свете пойти за вами даже в "Утопшую русалку".

Джуни и Эл, также как и Гарольд с Феечкой остались жить в Стране Фей. Обе пары влюбленных были бесконечно счастливы в своей любви и никакие неурядицы не могли больше помешать этому счастью. Эл, несмотря на то, что превратилась в королеву фей, снова стала той доброй и веселой веснушчатой девушкой, какой собственно ее и полюбил Джуни. Она снискала среди своих подданных любовь и уважение, а в Стране Фей воцарился покой и порядок. Немалую роль в этом сыграло и то, что Гарольд без труда переносил фей по их просьбе на территории Империи, где их наивное волшебство оказалось очень даже востребованным людьми.

Петр Подшивленко пожалел Думу, Турбо и Хлама, которых знал с детства, и вместе с Юрием Митрохин убедил руководство фирмы "Заложись и обогатись" не предавать широкой огласки дело об исчезновении золотых монет. Собственно и другого выхода не было, поскольку главная улика в виде золотых монет бесследно исчезла из сейфа с вещественными доказательствами. В результате вместо тюрьмы трое приятелей оказались в армии, где из них без сомнения сделают настоящих мужчин и добропорядочных граждан.

Денис Дробышев не слишком переживал из-за своей неудачи и скоро уехал в Италию, куда его как хорошего топ-менеджера пригласили для раскрутки нового совместного российско-итальянского проекта.

Покинув дворец Морганы, Ира больше никогда не встречалась ни с кем из членов экспедиции и ничего не знала о том, чем завершилось путешествие в параллельный мир. Иногда она случайно встречала Настю, с которой жила в одном доме, но всегда отворачивалась и молча проходила мимо. В такие дни Ира доставала из заветной шкатулки сокровище Мерлина, затаив дыхание любовалась прекрасным зеркальцем, а потом засыпала, положив его под подушку, и ей снился Источник шипучего солнца, Саша Свиндич и она сама на троне Морганы с "Эльфийской розой" на пальце.

На Бориса пребывание в Стране Фей произвело такое неизгладимое впечатление, что он начал писать фантастические рассказы. И хотя ни одно издательство не соглашалось их публиковать, произведения "Наф-Нафа" были достаточно популярны среди его друзей "толкинистов".

Сергей Безымянный решил навсегда вычеркнуть из своей жизни Настю и женился на первой же встречной девушки. Он очень старался быть хорошим мужем и превратиться в совершенно обычного человека, ничего не подозревавшего о существовании параллельных миров и это Сергею почти удалось. Но иногда мир вокруг неожиданно становился для него безрадостным и скучным и тогда Безымянный покупал водку, ехал в гости к Борису и на один день выпадал из жизни, напиваясь с другом детства до поросячьего визга.

Вернувшись в Москву, Настя подала на развод и, так как ее муж в качестве ответчика ни разу не появился в суде, иск был удовлетворен. Второй раз, несмотря на все старания родителей, замуж Настя пока не вышла, но живет со светлой верой в то, что все в ее жизни будет хорошо. Правда, иногда, когда Настя случайно или по делам оказывается в районе Патриарших прудов, у нее начинает щемить сердце и в душу закрадываются сомнения в правильности своих поступков, но с этой минутной слабостью девушка легко справляется.

Александр Свиндич затерялся среди бесконечного множества параллелей и его дальнейшая судьба неизвестна, а Аннет и Аню ждали впереди новые приключения и совсем не потому, что девочки плохо себя вели, не слушались родителей и по собственной глупости попадали во всякие неприятнее ситуации. Просто если тебе очень хочется чтобы в твоей жизни произошло что-то волшебное, это обязательно случается.

— ЭПИЛОГ II-

Две феи приземлились на террасе и прошли внутрь дворца Морганы. Они торопились на танцы, которые теперь постоянно проводились в отремонтированном гоблинами праздничном зале фрейлейн королевы. Первая фея торопливо прошла к лестнице, ведущей на нижние этажи дворца, но ее подругу что-то заставило задержаться в комнате, прилегающей к террасе.

"Поторопись, Неженка. Мы и так опаздываем" — позвала первая.

"Подожди, Хрусталик. Здесь на стене нацарапаны какие-то слова. Только очень плохо видно".

"Тоже мне проблема" — хмыкнула Хрусталик. Она взмахнула волшебной палочкой и нацарапанные на стене слова засияли ярким светом.

"Две линии из вечности и в вечность

Два параллельных вектора судьбы

Сбегаем друг от друга в бесконечность

Соприкоснувшись краешком души.

Едва поверив в искренность сюжета,

Поддавшись обаянию любви,

Мы исчезаем искорками света

В бескрайнем холоде вселенской тьмы.

Еще мгновенье буду я с тобою

Частичкой памяти и дуновеньем сна,

Но через миг, за смертною чертою

Забудет обо мне твоя душа.

Забудет все мои прикосновенья,

Забудет, как звучат мои слова

И только ты чудной фантомной болью

Останешься со мною навсегда

А. Свиндич"

— прочитали феи.

"Интересно, кто такой этот Асвиндич? Уж точно не тролль. Очень похоже на имя гоблина" — заявила Неженка.

"Что ты выдумываешь. Где ты видела гоблина пишущего стихи? Асвиндич — это человек. Только люди умеют писать такие грустные стихи. Слышишь музыку? Танцы уже начались. Побежали скорей".

Content

Шатилов Александр Любовь и магия

Шатилов Александр Любовь и магия

— ПРОЛОГ —

Часть первая: Враг на территории

— 1 —

— 2 —

— 3 —

— 4 —

— 5 —

— 6 —

— 7 —

— 8 —

— 9 —

— 10 —

— 11 —

— 12 —

— 13 —

— 14 —

— 15 —

— 16 —

— 17 —

— 18 —

— 19 —

— 20 —

— 21 —

— 22 —

— 23 —

— 24 —

— 25 —

— 26 —

— 27 —

— 28 —

— 29 —

— 30 —

— 31 —

— 32 —

— 33 —

— 34 —

— 35 —

Часть вторая: Who Is Who

— 1 —

— 2 —

— 3 —

— 4 —

— 5 —

— 6 —

— 7 —

— 8 —

— 9 —

— 10 —

— 11 —

— 12 —

— 13 —

Часть третья: Территория врага

— 1 —

— 2 —

— 3 —

— 4 —

— 5 —

— 6 —

— 7 —

— 8 —

— 9 —

— 10 —

— 11 —

— 12 —

— 13 —

— 14 —

— 15 —

— 16 —

— 17 —

— 18 —

— 19 —

— 20 —

— 21 —

— 22 —

— 23 —

— 24 —

— 25 —

— 26 —

— 27 —

— 28 —

— 29 —

— 30 —

— 31 —

— 32 —

— 33 —

— 34 —

— 35 —

— ЭПИЛОГ I —

— ЭПИЛОГ II-