Колинс Лина

Заложница

Колинс Лина

Заложница

Предисловие

Ни каждый друг может оказаться другом, ни каждый враг может оказаться врагом, и бывает, трудно понять, по какой причине люди предают, обманывают, но в то же время являются важной, неотъемлемой частью твоей жизни, и почему мы отвергаем тех, кто тянется к нам душой, чистой, светлой душой.

Моя история покажется вам более чем безумной, но всё же, то, что со мной произошло, навсегда перевернуло мир, который, как мне казалось, был близок к идеалу. Я жила в своём несуществующем, неправильном мире, в мире, окутанном розовой фольгой. Воспринимать действительность всегда конечно очень тяжело. Но как бы то ни было, сонная идеология рано или поздно исчерпывает себя, и тогда ты остаёшься один на один с миром, который раньше ты не мог принять, с миром, который раньше не мог принять тебя!

Пожалуй, пришло время представиться! Меня зовут Британи Октинс, студентка Гарварда, не скажу, что я достаточно умна для выше упомянутого учебного заведения, но и не глупа, к тому же, меня софинансирует мой любимый папа Джордж, состряпавший в своё время неплохой бизнес в сфере обслуживания. С детства родители ни в чем не могли мне отказать, и, наверное, поэтому я выросла, немного капризной и упрямой девицей, но я надеяласьсь, что именно эти качества помогут мне что- либо добиться в жизни, потому что я не собиралась всю жизнь просидеть на шее своих богатых родителей.

Обеспеченный папа, любящая домохозяйка мама Роза, любимый кот Упсик, эффектный особняк и вроде бы успешное будущее — всё это поспособствовало моему отвлечению от действительности, и до поры до времени я жила в хрупком замке из песка, которому свойственно развалиться!

Глава 1. И всё, как обычно

— Больно! — доносились крики Лизы Томпсон с соседнего стула, из-за которого виднелась ее светлая голова.

— Лиза, потерпи, красота требует жертв! — успокаивала миссис Ким, бережно расчесывая волосы девушки.

— Неужели, вы принесёте в жертву мои волосы?

Я звонко рассмеялась, наблюдая над капризами подруги, единственной подруги, умеющей вывести из себя в самый неподходящий момент.

— Британи не крутись! — недовольно произнесла моя одногруппница Лоя, пытаясь собрать мои длинные каштановые волосы в пучок

— Извини, — смеясь, сказала я и изобразила рукой замочек возле рта.

Как и должно было быть, состоялся ежегодный конкурс красоты, в котором мне приходилось принимать участия по наставлению своей мамы. Я, конечно же, ни разу не становилась " Мисс Гарвард", но как говориться " главное участие".

— Ну что, Бри, какие на этот раз подберём тени к твоим шоколадным глазам?

Я пожала плечами.

— Может быть цвета горчицы?

Выражение лица Лои стало гневным.

— У тебя совершенно отсутствует вкус! — воспротивилась девушка. — Может, попробуем коралловые?

Я вздохнула, так как мне было абсолютно всё равно, а когда мне было всё равно на что-то, моё упорство пропадало, и я становилась мягкотелой, пластилиновой куколкой.

— Лои, делай со мной что хочешь!

— А мне не подойдут цвета горчицы? — выкрикнула светловолосая Лиза, явно доведя своим вопросом Лои до нервного предела.

— Да что вы горчицы объелись все?! — закричала Лои, дёрнув меня за прядь волос. — К твоим голубым глазам, Лиза, подойдут пурпурные!

После долгих, совершенно непонятных мне споров, мы, наконец, собрались у сцены в ожидании приглашений.

— Британи Октинс! — раздалось из зала, и я, превосходя волнение, шагнула из-за кулис.

Я привыкла к публике, но до конца избавиться от волнения, наверное, никому ещё не удавалось, поэтому тут же задрожали колени и вспотели ладони.

Все участницы, вставши в рядок, предстали перед публикой. В зале я увидела Питтера, моего друга, на нашем с ним примере я поняла, что всё-таки дружбы между парнем и девушкой быть никак не может — Питтер оказался в меня по уши влюблён, а я, да что я — оставила всё, как прежде, сделав вид, что ничего не понимаю, кстати, иногда прикидываться глупенькой очень даже выгодно, некоторые проблемы сходят с рук.

Рядом с Питтом, сидел мой нынешний бой-френд Том, если бы он не понравился моей дорогой матушке, я врядли стала с ним встречаться, но, увы, Том родом из благополучной семьи. Не спорю, что Томми статный красивый шатен, он галантен, обходителен, говорит, что любит меня, хотя я то и дело наблюдаю его в обществе крашеных блондинок. Для моих родителей так важен генофон и состояние моего будущего мужа, что моего согласия на исход своей личной жизни можно и не давать. Я никогда не бываю, обделена мужским вниманием, но, ни Том, ни Питт, никто из них так и не смог по- настоящему заинтересовать меня, поэтому я перестала мечтать о прекрасном принце на" Порше", да если бы он был без Порша так, наверное, было бы намного интереснее, но и такое событие, никак не растопит сахар многообразия моей сладкой, скучной, в последнее время жизни.

Я улыбнулась, помахала всем ручкой и отдалась волне наигранной морали.

На одном из конкурсов я в очередной раз сожалела о том, что приняла участия в этом пафосном мероприятии. Одна из конкурсанток совсем не специально толкнула меня при танце, но я не оправдала её великих надежд и устояла на ногах, точнее на ноге, ведь вторую я подвернула и сломала каблук.

Я невероятно разозлилась, стянула туфель и ушла за кулисы, отказываясь на дальнейшее сражение с этими некорректными, неуверенными в себе персонами, именно неуверенность в себе заставляет людей идти на подлости.

Я металась из стороны в сторону и пыхтела, как товарный паровоз, пытаясь усмирить гнев. Находясь в состоянии агрессивного животного, я не заметила, как ко мне подкрался молодой человек.

— Извините, — произнёс молодой человек, обращаясь ко мне.

— Что? — отвлеклась я. — Вы ко мне сейчас обращаетесь?

Я, наконец, подняла лицо, стараясь сделать его хоть чуточку проще, и заметила прекрасный букет белых роз в руках незнакомца.

— Да, — мягко сказал парень.

Я взглянула в его зелёные глаза, которые показались мне слишком холодными, пустыми, но чарующими.

— Я могу вам чем-то помочь? — растерявшись, спросила я.

— Вообще-то я пришёл сюда, что бы вручить вам это, — сказал парень и протянул мне букет.

Я с удивлением посмотрела на незнакомца.

— Знаете ли, вообще-то я не победитель, я вовсе не собираюсь принимать дальнейшее участие в конкурсе, так что, может, вам будет лучше приберечь цветы для победительницы?

— Этот букет предназначен для вас Британи, я уверен, вы обязательно выиграете этот конкурс.

Я усмехнулась.

— Я же сказала, я не стану продолжать участие в конкурсе!

Незнакомец нисколько не удивился моему напору и сохранял хладнокровный вид.

— Знаете, можно на ты?

Я кивнула.

— Знаешь, Британи, только что ты разочаровала всех своих поклонников. Можно узнать причину твоего расстройства?

Я было удивлена всему, что происходило на том самом месте, но, видимо, во мне боролось слишком много чувств, и мне необходимо было хоть кому-то излить душу.

— Меня толкнули, одна девушка очень захотела, что бы я упала в грязь лицом, я удержалась, но сломала каблук! — выпалила я на одном дыхании. — Разве это честно?

Парень улыбнулся.

— Это тебя сломало?

Незнакомец смотрел на меня с таким удивлением, будто я только что показала ему клоунаду, через пару секунд он рассмеялся.

Мне это показалось оскорбительным, и я надула губы.

— Я сказала что- то очень смешное?

— Простите, — произнёс парень, всё еще сдерживая смех.

Я повернулась, что бы уйти, но его голос остановил меня.

— Ты удержалась, ты не упала, так может и дальше, твердо, стоя на ногах с высокоподнятой головой продолжить это сражение, на кону стоит самое дорогое, что у тебя есть — честь.

Я повернула голову, мучая себя множеством вопросов, главным из которых был "Кто же он?"

— Ты что не в силах доказать этой нечестивой особе, что являешься не хуже неё? Интересно, но люди сами, опуская руки, с лёгкостью принимают поражения.

Я повернулась, разглядывая лицо незнакомца, который снова протянул мне букет.

— Спасибо, — сказала я и взяла цветы, а он повернулся и статной походкой ушёл, не сказав мне ни слова.

Усмехнувшись, я понюхала цветы и отправилась за другой парой туфлей.

Невероятно, но мой танец живота пришёлся по душе жюри, и я смогла примерить на себя корону. Я выиграла, не смотря ни на что, я выиграла, я самоутвердилась, но это не стало для меня большим счастьем, хотя я и утёрла нос той задаваке.

Аплодисменты, лента, корона, восхищённый взгляд Тома- всё это меня ожидало после конкурса.

— Поздравляю тебя, малышка, — протянул Том и обнял меня.

— Спасибо, — улыбаясь всем отвечала я, ища взглядом того странного парня, который, как сквозь землю провалился.

— Может в ресторан? — спросил Том, теребя меня за подол длинного платья.

— А может домой? — спросила я.

Том нахмурился.

— Меня ждут родители, ты же знаешь, как ждала моей победы мама, если хочешь, поехали ко мне, родители будут только рады.

— Ну как я могу от такого отказаться? — промурчал Том и чмокнул меня в губы.

За ужином я не услышала принципиально ничего нового: комплементы от Тома, похвалы родителей, разговоры о будущей свадьбе, которую планировали даже, не спросив меня. Отец, казался озабоченным, и меня встревожило его состояние.

— Папа, с тобой всё хорошо?

— Да милая, с чего ты взяла, что со мной что- то не так?

— Ты кажешься напряжённым, мы можем тебе чем-то помочь?

— Детка, всё хорошо, тебе показалось.

Хотя отец пытался убедить окружение в полном порядке, но я- то видела, что- то стряслось, только, похоже, меня никто не хотел просвещать в свои проблемы. Чего я хочу, это же мой папа, человек, который бережёт меня, свою единственную дочь, как зеницу око!

От моих раздумий меня отвлёк Упсик, усердно трущейся об мою ногу.

Я улыбнулась любимому животному и кинула ему небольшой кусочек мяса из своей тарелки.

— Бри, что ты делаешь? — упрекнула меня мама. — Ты же уже взрослый человек!

Я нахмурилась.

— Кстати, я кое- что обдумала и приняла решение, — неуверенно начала я.

— И что же ты надумала дорогая?

— Я съезжаю от вас, — сказала я и немного зажмурилась, увидев удивлённое выражение лица мамы.

— Что? — протянула она, бросив вилку.

— Да, я съезжаю от вас на съёмную квартиру, — повторила я.

— Ты хочешь жить в чужой квартире, когда у тебя есть собственный дом? Джордж, может, ты скажешь ей?!

Я вздохнула.

— Мама, мне двадцать лет!

— Я не допущу, что бы моя дочь скиталась непонятно где!

— Мама, я взрослый человек!

— Джордж? Том? — продолжала мама.

— Бри, может, и правда не стоит? — вяло предложил Том, как обычно подыгрывая моей маме.

— Я хочу пожить одна, я так решила и это не обсуждаемо!

— Джордж? — кричала мама. — Скажи что- нибудь!

Папа ласково посмотрел на меня.

— Роза, наша дочь уже не ребёнок, рано или поздно это должно было случиться.

— Спасибо, пап, — сказала я и взяла отца за руку.

— Ну всё, я больше этого не потерплю!

Мама нервно вышла из-за стола.

— Пойду собирать вещи, — сказала я и тоже вышла из-за стола.

Глава 2. Угрозы

Утро выходного дня выдалось трудным. Сначала я осмотрела вариант квартиры, которую мне посоветовала Лиза, и остановилась на нём: двухкомнатная квартира на втором этаже с прекрасным видом на парк, впечатляющий интерьер времён ренессанса. Но самым трудным было вернуться домой за вещами, ведь я хотела как следует попрощаться с родителями, но мама обиделась на меня как никогда.

Взяв с собой все необходимые вещи и Упсика, я ждала такси, не решаясь войти к маме.

— Ты решила уехать и не попрощаться?

В дверях стояли родители. Я встала и подбежала к ним с распростертыми объятиями.

— Ты будешь мне звонить? — всхлипывая, спросила мама, сбросив с лица маску обиды.

— Ну конечно, конечно буду каждый день!

— Британи, обращайся, как только тебе что-то понадобиться, — тихо произнёс папа.

В дверях раздался звонок, я ещё раз обняла родителей и направилась к выходу, крича: "Мама, не переживай, я в десяти минутах езды от вас, адрес и телефон на кухне, люблю вас!"

Как только я переступила порог собственного дома, то почувствовала, как свобода легкой дымкой наполняет мои лёгкие, наверное, уже пришло время для самостоятельности.

Как и полагается, первым я впустила кота, затем сама перешагнула порог и оставила своё прошлое позади, в надежде, что будущее приготовит для немало подарков. Я ещё раз прошлась по квартире, а затем, дойдя до спальни, прыгнула на мягкую, огромную кровать, наверное, вместившую на себе пятерых человек.

"Свобода, свобода!" — мысленно кричала я, наслаждаясь тишиной, которая, в полнее возможно, ещё успеет мне поднадоесть.

Я медленно подняла тяжелые веки и поняла, что заснула. Нехотя, я поднялась с кровати и наткнулась на кота.

— Упс, ты голодный? Идём, милый я тебя сейчас покормлю.

Минуты летели с огромной скоростью. Я распаковывала вещи, когда неожиданно раздался стук в дверь. Я взглянула в глазок:

" Странно, я не заказывала пиццу".

Я открыла двери, и неожиданно из — за огромной коробки показался Том.

— Привет, — сказал парень и вошёл в квартиру.

— Привет, я уж хотела накричать на тебя и ударить коробкой по голове, — сказала я, протирая сонные глаза. — Адрес мама сказала?

Том кивнул.

— Кто же ещё, ты, я вижу, не захотела рассказать мне о своём новом месте жительства.

Я вздохнула.

— Том, не обижайся, я просто не успела, посмотри на моё помятое лицо — я спала.

Том приблизился ко мне и игриво прижал к себе.

— Хорошо, я тебе верю.

Я высвободилась из рук парня.

— Может, лучше поможешь разобрать мне вещи?

Я стояла у шкафа и нервно кидала в него надоевшие мне вещи.

— У тебя что-то случилось?

— С чего ты взял?

— Ты странно ведешь себя Бри, я могу тебе чем — то помочь?

Единственное, что смог бы сделать для меня Том- это уйти, он страшно утомлял меня своей чрезмерной заботой, которая была искренней лишь, когда Тому от меня чего-то сильно хотелось.

Неожиданно зазвенел мой мобильный, и я бросила очередную блузку Тому на голову.

— Кто это? — спросил Том, стягивая блузу с головы.

Я поднесла трубку с интересом к уху, так как номер был неизвестен мне ранее.

— Алло? — спросила я, но кроме угнетающего шипения мне ничего не удалось услышать.

Бросив мобильный на кровать, я зевнула и уселась прямо посреди комнаты, устало опираясь о шкаф.

— Так кто это был? — повторил Том.

— Не знаю, связь плохая, я ничего не услышала.

— Бри, иди ко мне, — произнёс Том, протягивая ко мне руки, от прикосновений которых я совершенно ничего не чувствовала.

— Я устала, Том, и хочу, есть, — прохныкала я, прижимаясь к плечу парня.

— Пицца тебя устроит?

Я засмеялась.

— Пошли!

Ближе к десяти я проводила Тома и, доедая огромную пиццу, устроилась у телевизора. Да, такой роскоши при родителях я бы не смогла бы себе позволить, девиз мамы: " Всё, что вкусно и приятно — медленная смерть". За окном вдруг послышались раскаты грома, и Упс, жалобно мяукая, залез ко мне под одеяло. Я встала, что бы закрыть окно, но меня остановил завибрировавший мобильный. Я взяла телефон в руки, но на этот раз номер оказался и вовсе скрыт.

Я поднесла телефон к уху, не произнося ни слова, и услышала всё тоже противное шипение. Я бросила трубку, изрядно разозлившись на чьи-то детские, надоедливые шутки. Телефон вновь зазвонил, я нервно схватила телефон и решила всё высказать этим полоумным проказникам: " Слушай ты, идиот!"

— Милая? — послышалось из трубки.

— Мама? — тихо произнесла я и залилась румянцем. — Извини. Просто мне звонит какой-то хулиган и постоянно сбрасывает.

— Британи, какой хулиган? С тобой всё хорошо?!

— Мама всё хорошо, глупые детские шалости, не волнуйся.

Немного поговорив с мамой, я всё же закрыла окно и легла спать, приготовившись к новому учебному дню.

— Ну и как тебе новая квартирка? — спросила Лиза, потягивая ананасовый сок.

— Отлично, я чувствую себя владельцем собственной жизни.

— Привет, красавицы! — с радостной улыбкой к нам присоединился Питтер

— Привет, Питт, — сказала я и обняла друга.

— Бри, как это понимать? — вдруг спросил Питтер и с недоумением взглянул на меня, я была слегка удивлена его претензии.

— Что случилось?

— Случилось то, что ты не пригласила нас на новоселье!

— Ах да! — вскрикнула Лиза, и с укором ущипнула меня за руку.

Я вздохнула.

— Вообще-то я как то не подумала об этом.

Питтер стянул с моей шеи шёлковый шарфик и добавил: " Зато мы подумали и всё придумали".

— Хех, тогда в семь жду вас у себя, вас двоих!

— Ну а как же Том, его звать не будешь?

Сначала я, конечно же, хотела позвать своего парня, но глядя на Питта, передумала, ведь он смотрел на меня как-то по-особенному, а Том готов раздуть скандал на ровном месте, раз уж ко мне в гости собрались придти любимые друзья, так зачем же портить вечер?!

— Нет, это вечер мы проведём втроём, — сказала я и заметила на лице Питтера довольную улыбку. — Лиза, быстрее пей свой сок, лекция давно началась!

После университета мне пришлось пройтись по магазинам. Я набрала кучу еды и с полными сумками, с приятным воодушевлением, радуясь своей прекрасной жизни, в которой есть всё необходимое для приличного существования, шла вдоль дороги. Конечно, многое в современной обстановке значат деньги! Они правят нашим миром, они правят людьми, они неотъемлемая часть счастья, хотя всего это какие-то крашеные листки бумаги. Но что можно поделать с той жизнью, которую создавали на протяжении долгих лет люди, в которой мы родились?! Ничего — остаётся плавно течь по течению своего бытия и наслаждаться тем, что есть, если хоть что- то есть!

Мобильный, как обычно не вовремя вернул меня в головокружительную атмосферу суетливой жизни. Ловя на ходу такси и сожалея о том, что безответственно помяла свою" Хонду", которая лечиться в мастерской, я взглянула на телефон и прочла сообщение от того же неизвестного адресата:

"Ходи и оглядывайся"!

Я фыркнула и спрятала телефон в карман, но он снова запищал, следующее сообщение содержало:

"Осторожно переходи дорогу"!

Я посмотрела по сторонам, ощущая тревогу, и прыгнула в первое попавшееся такси, что бы как можно скорее убраться из этого места и оказаться у себя дома, где я буду в полной безопасности. Может и понятно, почему мне вдруг стало не по себе, но меня пугали не глупые угрозы, а мысль, что за мной могут следить.

Дорога домой меня успокоила, через час я и вовсе забыла об этом недоразумении.

Состряпав ужин и разливши белое вино по фужерам, я сидела в ожидании звонка в двери.

— Привет! — прокричала Лиза, сунув мне в лицо коробку с пирожными, и направилась оценивать моё жилище.

— Привет Питт, — сказала я и обняла парня с букетом рыжих хризантем в руках. — Входи!

— Здесь довольно уютно, — оценивающе произнёс Питтер и сел не диван.

— Да, цена тоже довольно приличная, — скорчив лицо, сказала я и сама присела за стол.

— Как здорово, что все мы здесь сегодня собрали, — звонко прокричала Лиза, крутя в руке фарфоровую статуэтку.

— Лиза садись за стол, я проголодался, пока мы добирались сюда с другого конца города.

— Ах да!

Мы приступили к трапезе, но дружескую обстановку прервал телефон.

Я со злостью взглянула в сторону мобильника, от звука которого у меня подпрыгивало сердце, и проигнорировала звонок.

— Бри, у тебя телефон, — сказала Лиза, размахивая салфеткой.

— Чёрт с ним! Он звонит целый день, какому-то дураку нечем себя занять!

— Что-то стряслось? — с волнением спросил Том.

— Нет, давайте забудем, сейчас я его выключу.

Я выключила мобильник и швырнула его на диван.

В остальном вечер проходил чудесно, пока кто-то не постучал в дверь.

Лиза и Питт вопросительно на меня посмотрели. Я помотала головой и нехотя направилась к двери.

— Том? — удивилась я, распахнув двери.

— Британи, я звоню тебе весь вечер, почему ты не отвечаешь?

Том вошёл в квартиру, и я поняла, что остаток вечера испорчен.

— А что здесь у вас? — ехидно спросил парень и нагло присел к остальным. Лиза и Питт заметно напряглись, ведь они не пылали нежными чувствами к моему бой-френду.

— Лиза и Питт заглянули ко мне в гости, — сказала я, в надежде, что Том не станет раздувать скандал.

— Я помешал?

— Нет, что ты, я сейчас принесу тебе тарелку, — сказала я и встала, что бы отправиться на кухню.

— Не стоит! — крикнул Том. — Я не голоден!

Конечно же, вечер был испорчен, друзья вскоре ушли, Тома мне тоже удалось выпроводить, склоняясь на своё плохоё самочувствие, которое до появления парня было отменным.

Я устало свалилась на диван и взяла в руки телефон, что бы пересчитать пропущенные вызовы Тома. Среди звонков настырного ухажера светилось сообщение:

"Британи, ты не боишься? Закрой на ночь окно, передают дождь".

Глава 3. Похищение

Последующий день, и правда, выдался несносным: серые тучи застили небо туманной простонью, дождь неумолимо стучал не только по крышам, но и по моему разуму.

Я сидела в кафе после небольшого шопинга, который спасал меня каждый раз, когда я чувствовала, что нахожусь нам грани нервного срыва, и смотрела, как капли свежего дождя врезаются в стекло, оставляя за собой плавные разводы. Настроение соответствовало погоде. Мешая ложкой уже остывший кофе, я вздыхала всякий раз, когда понимала, что дождь закончиться нескоро. Звонки и сообщения прекратились благодаря тому, что я сменила номер телефона, но и это не поспособствовало установки моего душевного равновесия.

Я развернула зонт, и, глядя на часы, на которых стрелки показывали половина восьмого, устремилась домой по тёмным переулкам. Именно сегодня, сейчас я почему-то решила обойтись без такси, а прогуляться, в надежде на то, что свежий воздух зарядит меня хорошим настроением.

Шлёпая сапожками по лужам, я поспешила прибавить шаг. Не смотря на то, что заляпала все джинсы, которые сегодня обошлись мне в кругленькую сумму, я летела по тротуару, то и дело оборачиваясь. Моя паранойя напомнила о себе в подходящий момент, когда по близости не оказалось ни единой души. " Конечно же, все нормальные люди в такую погоду дома сидят!" Ощущение некого преследования выбило меня из колеи, я оборачивалась, спотыкалась и пыталась набрать на телефоне знакомый номер, но именно сейчас сеть пропала, и я осталась наедине со своей фобией.

Я нервно вертела в руке телефон и, в конце концов, уронила его.

— Вот Чёрт! — закричала я и нагнулась, и вдруг я услышала шорох за спиной. Я медленно выпрямила спину и замерла, боясь, шевельнутся. Сзади явно кто-то стоял. Я сглотнула и, повернувшись, увидела перед собой собаку, которая упёрлась в мою ногу.

— Глупа, глупая собака!

Я выдохнула, и, поправив лямку не сумке, крепче схватила пакеты с покупками.

В ритмы дождя ворвался мой собственный смех.

— Да у меня мания преследования началась!

Я продолжала смеяться, замечая, что разговариваю сама с собой.

Наконец- то я вошла в собственный подъезд, и, стряхнув зонт, вошла в него. В подъезде было темно, я решила, что выбило пробки, поэтому, бросив пакеты, начала копаться в сумке в поисках ключей. Из темноты донёсся шорох, и я вскрикнула, мне хотелось, как можно скорее оказаться по ту сторону двери, но я никак не могла найти нужный ключ в огромной связке. Мгновение, и меня схватили чьи-то крепкие руки, перекрывая воздух, что-то острое вонзилось в мои лёгкие, и я потеряла сознание.

Голова кружилась, но я прибывала в сознании. Я решила шевельнуть рукой, но обе руки были связаны плотным канатом. Страх, страх, страх- это единственное, что я могла чувствовать.

Тишину прервали два мужских голоса:

— Следи за ней, если она сбежит, тебе не сносить головы.

— Не беспокойся об этом.

— Контакты ты знаешь, еда в холодильнике, условия её существования не должны быть слишком скудными, иначе хозяин будет недоволен.

— Я всё понял.

— Да, и вот ещё постарайся в строгости придерживаться плана, иначе ты не получишь денег, они ведь тебе всё ещё нужны, не так ли?

Голос второго приобрёл злостный оттенок: " Я же сказал, я всё понял!"

— Тогда я пошёл, не забудь закрыть за мной.

После хлопнула дверь, и я услышала, как в комнату вошли.

Я всё еще претворялась сонной, но дыхание предательски участилось, становясь громким. Открыть глаза мне было страшно, ведь я не знала, что случилось, где я, кто эти люди и что они задумали.

— Хватит претворяться, я знаю, что ты уже не спишь.

Голос незнакомца был твёрд, но показался мне знакомым, из его интонации стало ясно, что настроен он агрессивно. Всё же я не торопилась открывать глаза, но в горле стоял ком, а глаза заслезились, не смотря на то, что я их не желала открывать.

И снова шаги, похоже, этот человек вышел. Я открыла глаза и осмотрелась: Облезлая комната со старой мебелью и окно с решёткой. Сама я лежала ни диване, руки и ноги связаны." Чёртовы клафилинщики"! — думала я, борясь с паникой. Других выводов, коме того, что меня похитили, не было. Я всхлипнула и начала мысленно прощаться со всеми. В комнату вошёл человек в маске, и я быстро закрыла глаза.

— Я всё видел, — равнодушно произнёс человек.

Я медленно подняла веки и бешено посмотрела на человека. В его маске было три отверстия: для носа, рта и глаз, которых было совсем не видно за материей.

— Кто вы? — неожиданно вскрикнула я.

Парень молчал.

— Что вам от меня нужно?

Ни на один вопрос я так и не получила ответ.

— Вы что меня хотите сдать в какое-то рабство? Ответьте!

— Слушай, ты только что очнулась, а уже успела надоесть мне!

Несмотря на свой колоссальный страх, я почему-то не хотела молчать.

— Вы знаете кто мой отец?!

— Знаем, Джордж Октинс.

— Вы знаете, что он с вами сделает после такого?! Он…

— Заткнись!

— Да вам пожизненное за меня дадут! Вы об этом пожалеете! Остаток жизни будете беспозвоночными слизняками, драящими унитазы!

— Я сказал, заткнись!

Человек приблизился ко мне, склоняясь над моим телом.

Я перестала дышать. Незнакомец приставил пистолет к моей голове и добавил: " Не выводи меня!"

Я нахмурила брови и злостно взглянула на разъярённого преступника. Спустя несколько секунд, он наконец-то убрал оружие, и я вздохнула с облегчением.

Шли минуты, я молчала, но от неудобного мне положения у меня занемела нога, незнакомец сидел на кресле и смотрел футбол.

— Манчестер выиграет, — буркнула я.

— Что ты сказала? — удивился парень.

— Я сказала, что это не прямой эфир, я была на этом матче лично, и выиграет Манчестер!

Я очень надеялась на то, что этот тип болеет за Манчестер, я надеялась, что это поднимет ему настроение, но ошиблась.

— Ты только что меня огорчила!

Я закрыла глаза.

— Теперь ты убьёшь меня?

— Нет, ещё не время.

Сначала я обрадовалась этой фразе, но потом поняла, что рано или поздно они меня уничтожат.

И вновь воцарилось молчание, преступник выключил телевизор и швырнул в него пультом. Я боялась, что — либо сказать, но не могла больше лежать на одном месте.

— Я скоро коконом стану, — произнесла я и парень обернулся. — Да, а потом обернусь бабочкой и смоюсь отсюда, ясно?!

— Ясно, ясно, — пробурчал человек.

Я хныкнула.

— Что тебе ещё?

— У меня нога затекла.

Странный тип и ухом не повёл.

— У меня очень сильно нога затекла, развяжи меня!

— Я похож на сумасшедшего?

— Пожалуйста, — взмолилась я. — Или ты думаешь, что я способна убежать.

Парень нервно подскочил с места, достал из кармана нож и чиркнул им по верёвке.

— Спасибо, — процедила я сквозь зубы и попыталась встать.

Нога было совсем не живой, я чуть не упала. Со стороны послышался смешок. Я снова попыталась пройтись, и хоть я была похожа на калеку, нога начала меня слушаться.

— Была бы я на твоём месте, тоже бы с удовольствием посмеялась.

— Ну ты сейчас не на моём месте, так что возвращайся на своё!

— Что?

— Я сказал, живо на диван!

Я вновь угрюмо посмотрела на своего надзирателя и медленно села на диван.

— Руки не развяжешь?

— Нет!

— У меня нос чешется.

— Ну, так почеши!

— Да я б с радостью, но…

Я указала головой на руки.

Похититель подошёл ко мне и ущипнул за нос.

— Ты что больной? Пусти, мне больно!

— Зато теперь не чешется!

Я дернула голову в сторону и попятилась к спинке дивана.

— Ты псих и шеф твой псих, все вы психи!!! Ещё хоть пальцем меня тронешь, то пожалеешь об этом на всю оставшуюся жизнь, понял?!

Человек в маске подошёл ко мне и схватил за горло, но при этом не смог причинить мне никакой боли.

— Слушай меня пиявка! Ты думаешь мне в радость здесь с тобой нянчиться! Я выполняю свою работу, но лучше веди себя тихо!

Я боялась его, сильно боялась и поэтому в ответ промолчала.

— Теперь, ты моя заложница, и будешь играть по тем правилам, которые диктую я.

Он отпустил шею и медленно вышел, оставив меня опустошенной.

Я свернулась калачиком и зарыдала, понимая, что застряла тут надолго. Я отвернулась к стенке и проплакала, пока не заснула.

Глава 4. В гостях у похитителя

Я открыла опухшие глаза, и не увидела ничего принципиально нового: всё та же обстановка, всё тот же человек в маске.

Перед диваном стоял поднос, в котором лежала чашка с кукурузными хлопьями, стакан сока и яблоко. Увиденное повергло меня в шок, либо меня решили откормить, как поросёнка, либо у преступника проснулась ко мне жалость. Есть, конечно, я хотела, но не могла себе этого позволить в силу гордости.

В комнату вошёл человек в маске.

— Почему ты не ешь?!

Я усмехнулась.

— Ты издеваешься?! А ну да, конечно, ведь для этого я здесь? Ответьте мне любезный, почему я вообще сейчас здесь?!

— Тебе не станет легче от моего ответа, так что может, я лучше покажу тебе туалет и душ!

— Я что попала в пять звёзд, где всё включено?!

Преступник достал мои пакеты из-за дивана.

— Твои вещи. Вставай, ты, наверное, хочешь в туалет?

— Я никуда с тобой не пойду.

— Как хочешь, только убирать за собой будешь сама.

Я безумно разозлилась на этого каторжника, он играл теперь не только с моим разумом, но и с моим организмом, всякий раз напоминая о физиологических потребностях.

Я согнула колени и сложила на них связанные руки.

— Когда уже вы меня убьёте?

Человек повернулся, и, хотя я не видела его лица, не сложно было догадаться, что на нём сейчас изображено удивление.

— Ты так этого хочешь?

— Просто я ничего не понимаю, меня вроде бы как похитили, связали, но вместо того, что бы заморить меня голодом ты пытаешься меня покормить. Не легче просто нажать на курок твоего аппарата и покончить со всем?

— Проще, но этого, возможно не потребуется, если ты будешь хорошо себя вести.

На секунду я подумала о родителях, о том, как изведёт себя мама, а папа… ему нужно будет самому справляться с навалившимся горем, а ещё и маму поддерживать. Всему виной я, видимо, я рано захотела вольной жизни и выбилась из под опеки родителей.

— И много вы за меня просите? — прошептала я.

— Достаточно, — безразлично произнёс преступник.

— Может быть, мы с тобой договоримся? — спросила я, явно намекая на деньги.

— Боюсь, тебе не хватит средств со мной расплатиться, — усмехнулся парень и вышел.

— Идиот, — пробурчала я.

Минуты шли, я исходила слюной, глядя на поднос, мочевой пузырь тоже подводил, меня поджимала нужда. Я нервно теребила ногой и прикусывала губы.

В комнате появился ненавистный мне человек.

— Может тебе что- нибудь хочется?

— Да. Что бы на тебя рухнул метеорит!

— Остроумно.

Парень сел на кресло и включил телевизор. Мне хотелось заорать от злости.

— Мне нужно в туалет, — тихо произнесла я, отворачивая голову.

— Что ты сказала? Повтори.

— Я хочу в туалет! — прокричала я.

Незнакомец схватил меня за руку и потянул за собой.

Он открыл дверь соседней комнаты, которая не внушала желания туда войти. Я скорчила лицо, но затаив дыхание перешагнула порог. Человек в маске последовал за мной, чем прилично напугал меня.

— Ты что? Может я сама, тут даже окон нет, куда мне прыгать, подумай?!

Но он протянул ко мне руки, и я приготовилась к самому худшему: теперь он наконец-то надо мной надругается!

— Я буду сопротивляться, — прошипела я и попыталась пнуть незнакомца, но тот схватил меня за руки.

— Успокойся, истеричка!

Он достал свой ножик, и я зажмурила глаза, а когда их открыла, незнакомец уже хлопнул дверью с обратной стороны. Мои руки были свободны, чему я удивилась.

Когда же я вышла, он стоял возле туалета.

— Ты развязал мне руки?

Тот усмехнулся.

— Могу завязать обратно, и ты будешь принимать душ, как хочешь, а может мне стоит помочь тебе?

Я ахнула от возмущения.

— Сама справлюсь.

— Твои вещи и полотенце за дверью.

— А ты так и будешь стоять здесь?

— Да, выбирай, либо здесь, либо в душе вместе с тобой.

Услышав это, я влетела в ванну и поспешила закрыть дверь, за которой звучал смех.

Душ освежил меня, но стоя под струёй тёплой воды, я пыталась понять происходящее и не верила всему, а факты, конечно же, говорили сами за себя.

Я вышла из душа, и преступник схватил меня за руку.

Через мгновение мы оказались в комнате с диваном, которая была гостиной в этой потрёпанной квартире. Незнакомец достал скотч и вновь связал мне руки.

— Спасибо, — нахмурившись, бросила я.

— Всегда пожалуйста, а теперь садись и ешь, или тебе будет удобней делать это с пистолетом у головы?

— Гениально, — пробурчала я.

— Немедленно ешь.

— Извините, но я пока не научилась, есть ногами!

— Вот чёрт! Я поторопился!

Я хотела посмеяться над его глупостью, но передумала, ведь из его ремня торчал пистолет.

— Я сам тебя покормлю.

— Чего, чего?

Я поперхнулась, а затем всё же расхохоталась.

— Преступник, мой захватчик будет кормить меня с ложечки!

Жаль, я не видела его лица, но мне казалось, что вот-вот он сам над собой посмеётся.

Он подошёл ко мне, взял ложку с хлопьями и поднёс к моему рту.

— Ты что серьёзно?

— Конечно это не круасаны и банановый фреш, но есть можно.

— Я не хочу.

— Я сказал, ешь, немедленно.

— А то что? Я умру с голода, и тебя накажут? Тогда я готова умереть с голода!

Преступник достал пистолет.

— Не будешь есть, я тебе отстрелю чего-нибудь, а потом сам пришью, вживую!

Я насупилась и открыла рот.

О происходящем безумии следует писать анекдоты, но раз я была на пару ступеней ниже своего надзирателя, то приходилось слушаться себе во благо.

— Я наелась, — произнесла я, отводя голову.

— Ешь до конца, мы не в детском саду!

Ещё одна ложка с молоком оказалась у меня во рту, но я не стала её проглатывать, а, разозлившись, плюнула содержимым рта в незнакомца.

По его замедленным движениям было видно, что я его в очередной раз огорчила, он встал передо мной в полный рост, и я ожидала удара в свою сторону, но, не смотря на трусость, пыталась сохранять гордый, неприступный вид.

Человек в маске повернулся и вышел из комнаты, не тронув меня.

Я опустила голову и заплакала от безысходности.

Парень вернулся, и как бы мне не хотелось прекратить рыдании, я не смогла вернуть прежнюю непоколебимость.

Я облокотилась на диван и отвернулась, мой нынешний сожитель выключил телевизор, о дальнейших его действиях можно было лишь догадываться.

— С моими родными всё в порядке? — всхлипывая, произнесла я.

— Да, — сказал незнакомец и вновь направился к порогу.

— Я тебя ненавижу! — закричала я в след. — Чудовище!

На улице стемнело, человек в маске постелил себе на полу возле дивана и лёг.

— Тебе не жарко? — спросила я.

Незнакомец молчал.

— Ты что и спать в ней будешь?

Казалось, что я вела монолог.

Я повернулась к стенке.

— Ты, наверное, прыщавый!

— Да, а ещё у меня четыре глаза и нет носа, — вдруг ответил парень.

Удивительно, но я хотела посмеяться над его шуткой.

Время шло, я не спала, зато было слышно, как посапывает мой сосед. Рискуя жизнью, я встала с дивана и решила выяснить для себя что-нибудь важное. Я тихо встала с дивана и осмотрелась. За окном была решётка, так что выпрыгнуть из него мне не удастся. Я перешагнула тело, ожидая, что его рука схватит меня за ногу, но парень крепко спал, и я сумела выйти из комнаты. На кухне также за окном виднелась решётка, да и если бы её не было, я врядли смогла самостоятельно спуститься с третьего этажа. Связанные руки мешали даже включить свет. Я подошла к входной двери и изучила замок, ключа от которого нигде не было. Я не сомневаюсь, если бы мне удалось открыть эту дверь, за ней меня наверняка ждёт ещё парочка.

Ни с чем я вернулась в гостиную, но увидела мигающий телефон у спящего соседа. Я присела на корточки и потянулась к мобильнику, но обратила внимание, что незнакомец вовсе не в маске. Хотя из- за сумрака я не смогла разглядеть его лица, мне почти удалось дотянуться до телефона, но меня схватили за руки.

— Что ты делаешь?!

Глава 5. Побег

Я окаменела, но дотянулась до телефона и схватила его, мои руки тут же сковали более сильные, но я не хотела просто так сдаваться.

— Верни телефон, если не хочешь оказаться снова связанной по рукам и ногам.

Я осознавала, что ничего выяснить мне не удастся, кроме одной детали…

— Отдай сюда! — закричал преступник.

Я крепко держала телефон, и началась некая борьба. Парень перекинул меня через себя и оказался сверху.

— Отдай по- хорошему!

Я засмеялась.

— Ну что Зорро, попался?!

Я нажала на одну из кнопок, и экран мобильника загорелся, освещая мне лицо неизвестного похитителя. Его черты лица лишили меня дара речи: большие изумрудные глаза, прямой нос, пухлые губы, худые скулы.

— Ты? — прошептала я, глядя на обезумевшего парня, который отпрыгнул от меня и поднял маску.

— Можешь не одевать её, я хорошо тебя разглядела.

Передо мной оказался тот молодой парнишка с букетом белых роз в руке, тот, что помог мне выиграть конкурс красоты, тот, которого я искала среди толпы в огромном зале, тот галантный кавалер с бархатным голосом сейчас был груб, разгневан, отвратителен!

Я бросила его телефон и выбежала из комнаты, полна недоумения.

Оказывается, план по моему захвату давно был спланирован, за мной вели слежку, кругом были враги, а я, находясь словно в тумане, не находила ничего странного перед своим носом. Мне не удастся смыться отсюда самой, и дальнейшая судьба билась под вопросом. Сколько дней я проведу в этом отвратном месте, и вообще дней ли? Руки ныли от скотча, сердце выпрыгивало из груди, голова кружилась, хотелось спать, но я не хотела возвращаться к тому человеку, поэтому прикорнула на стуле.

Меня разбудил запах кофе, и я нехотя приоткрыла глаза. Спина ужасно болела, будто меня переехал трамвай. Я привстала и застонала, подобно роженице.

— Надо было на диване спать, — произнёс парень с кружкой в руках.

Я недовольно посмотрела на молодого человека и снова присела, так как глаза застелила седая пелена. Слабость разлилась по телу, я почувствовала себя тряпочной марионеткой.

— Я могу тебя развязать, что бы ты сходила по делам или нет?

Я кивнула и протянула руки.

После душа я прямиком направилась в гостиную, тряся в воздухе руками. Минуты свободы были неповторимы, только теперь я осознала, как дороги мне мои руки, мои ноги, мои человеческие права. Несколько свободных минуток принесли мне больше счастья, чем платье от "Валентино" или новый "Порш", да и эти вещи ничем не могли сравниться со свободой, с ней несравнимо ничто в этом мире.

В комнату вошёл преступник с подносом в руках, на сей раз, он был без маски.

— Я свяжу тебя после того, как ты поешь.

Я смотрела вдаль полосатого окна, не молвя ни слова.

— На, ешь.

Поднос был близок, как и моё желание накинуться на него, но я просто не хотела, подобно животному повиноваться своим инстинктам.

Я продолжала смотреть вдаль.

— Тебе понравилось есть с моих рук?

— Я не буду ничего есть! Можешь унести поднос!

— Будешь!

— Ну, попробуй, заставь!

— Ты меня уже достала! — сказал парень и сел на кресло, снова уставившись в телевизор, работающий без звука.

Я отвернулась и легла, играя пальцами рук, ведь возможно я смогу насладиться этим только через сутки.

— Лицемер, — вдруг произнесла я.

— Что?

— Лицемер, — повторила я. — Прикинулся хорошеньким, а сам мафиози несчастный!

Неожиданно зазвенел мобильный, мой мобильный, я вскочила и вопросительно посмотрела на парня.

— Это что, мой?

Тот с интересом посмотрел на экран телефона.

— Возьми, ответь!

Я протянула руку и схватила свой телефон.

— Алло!

— Британи, Бри, девочка моя! — закричал мой папа по ту сторону связи. — Детка, как ты? Что они сделали с тобой, ответь, я вытащу тебя!

Я не сдержала слёз.

— Папа что происходит? — всхлипывая, сказала я.

— Я вытащу тебя, слышишь, скоро ты будешь дома!

— Папа, я в порядке, мне ничего не сделали, но я не понимаю…

— Держись милая, они поплатятся за это, ты знаешь, где ты?

— Нет, я в квартире…

Неожиданно парень подлетел ко мне и вырвал телефон.

— Довольно!

Я, рыдая, уткнулась в диван.

— Теперь у меня будут проблемы, — пробурчал парень и вышел.

О каких проблемах он говорил, я не понимала, но ощущала боль отца, а о маме вообще было страшно подумать. Мне было не понять, почему условия моего содержания приличные, но, увы, родители думают, что меня держать в каком-нибудь подвале, привязанной к батарее и морят голодом, а на досуге ампутируют мне по одной конечности.

Тишину нарушил голос преступника, говорившего по телефону.

— Да, мне жаль, я всё исправлю!

Кажется, на него надавили, и теперь, должно что-то измениться, только что?

Послышались шаги, я напряглась, когда парень без имени подошёл ко мне. Я смотрела в его глаза с ненавистью и призрением. Вдруг он схватил меня за плечи. Я вскочила и почувствовала, что моё лицо прикрыли тряпкой, это было последнее, что я запомнила перед тем, как погрузиться в сон.

Меня потревожил рёв мотора, я открыла глаза и увидела окно, в котором рябели деревья, они неслись прочь одно за другим, обгоняя серые облака. Водителем был мой преступник, нервно поглядывавший в зеркало заднего вида.

"Это мой единственный шанс"- подумала я и связанными руками начала нащупывать ручку. Я резко дёрнула её и дверь открылась.

— Ты с ума сошла?! — закричал водитель и резко затормозил. Я выпала из машины и подалась в бегство, к сожалению, ноги не слушались, и я не могла бежать изо всех сил. Через пару секунд я поняла, что далеко не убегу, я не смогу использовать свой единственный шанс на спасение, потому что слаба.

Меня схватили за шиворот и я, задыхаясь, остановилась.

— Сделаешь ещё шаг, и ты труп.

Я повернулась и упала на колени.

— Куда ты везёшь меня?

— Не твоё дело, поднимайся, пошли. Ещё одна такая выходка и душ мы будем принимать вместе, в туалет ходить тоже вместе, я обстригу твои волосы налысо, буду кормить тебя лапшой быстрого приготовления, и спать будешь на полу, прикованная к батарее.

Я представила всё, что он сказал, но не хотела показывать страх.

— Напугал, — сказала я.

— Хорошо, как прибудем на место, я приведу план в исполнение.

Я поднялась с земли и запрокинула голову, делая вид, что сейчас упаду. Парень подхватил меня под руки, и я что было силы, пнула его и вновь кинулась бежать.

— Вот дрянь! — прокричал преступник и побежал за мной. К его счастью я споткнулась и расстелилась посреди лужи.

Я сама разозлилась на себя, слушая, как парень стоит за спиной и достаёт что-то. Я забила кулаками по луже и завопила, как сумасшедшая.

— Ненормальная, — грозно сказал преступник и, схватив за рукав, поднял меня с земли.

Я стояла, а капли с одежды стекали ему на ботинки. Во рту был привкус грязи, я плюнула и, шмыгнув носом, посмотрела на обозлённого человека. Парень злостно взглянул мне в глаза, завораживая своим холодом, и намахнулся на меня рукой. Я что-то пискнула и зажмурилась, приготовившись к тому, что щека начнёт гореть, но удара так и не случилось. Я открыла глаза, а рука всё ещё висела в воздухе, замерев.

— Бей уже! — крикнула я, но парень опустил руку и схватил меня за ворот. Через минуту он завязал мне рот и глаза, взял на руки и понёс в машину.

Глава 6. Переезд

Куда на сей раз меня отправляют было неясно, но страшно, ведь тюрьма, в которой я провела два дня была более менее сносной, неизвестность нагнетала. Машина остановилась, и через минуту преступник вытащил меня из машины и понёс в неизвестном направлении. Я чувствовала, как мы поднимались по лестнице, и насчитала два этажа, я слышала, как он открывал дверь ключом, и несложно было догадаться, что он принёс меня в квартиру, пустую очередную квартиру. Преступник провёл меня в комнату и посадил на что-то мягкое, должно быть кресло.

— Всё в порядке, мы в пункте "В", я исправил свою вину.

Преступник снова говорил по телефону. Со временем, что я провела с завязанными глазами, до меня наконец-то дошёл смысл нашего переезда в так называемый пункт "В"- это элементарно, просто я поговорила по телефону, который могли прослушать и выяснить, где мы находимся! Но тогда почему этот глупый преступник смог такое допустить, ведь он прекрасно знал, чем может всё обернуться?! Спустя время, мне развязали глаза, затем рот, и я прищурилась от непривычного света. Мы оказались в очередной квартире, которая по всем параметрам была лучше предыдущей: светлые обои, кожаный диван и кресла, кофейный столик, полки с книгами и сувенирами.

— Мило, — произнесла я и посмотрела на окна. — А где решётки?

— Их здесь нет.

— Но вдруг я снова попытаюсь убежать?

— Ты не сможешь спрыгнуть с шестого этажа!

— Не будь так уверен, а что, если я позову на помощь?!

— Я не позволю.

Из этой фразы я уловила одно — он не будет от меня отходить.

Преступник выглядел помятым и уставшим, яркие глаза потухли, брови сошлись на переносице.

— Твои вещи в коридоре. Выбежать через двери даже не пытайся здесь две двери, ключи я спрятал. Будешь кричать, заклею рот, будешь драться, прикую к батареи. Всё ясно?

Я кивнула.

— Встань, пока не запачкала диван и направляйся в душ, я буду рядом, не забывай!

Так странно, обычно заложники всё время сидят прикованные к батарее с кляпом во рту. К чему же мне такие благоприятные условия содержания? Никогда не думала, что наткнусь на добрых преступников. Либо под конец игры меня ждёт какой-то сюрприз?

После того, как руки и ноги освободились, я медленно направилась в душ. В зеркале меня ждал потрёпанный монстр: лицо казалось почти прозрачным, оно было чёрным от грязи, да ещё и к тому же на нем рисовалась ссадина. Я хотела кулаком разбить это идиотское зеркало, но с трудом могла поднять руку. Я валилась от слабости. Я приняла душ и с еле-еле застегнула ширинку на джинсах, после всё закружилось, и я упала.

— Что случилось?!

Преступник ломился в двери, я медленно встала, хватаясь за ручку, и открыла двери.

— Что с тобой? — спросил парень.

Я шагнула вперёд, и ноги подкосились, преступник подхватил меня на руки и понёс в комнату.

Я лежала на диване и наблюдала, как комната плывёт.

Преступник вошёл с подносом.

— Если ты сейчас не поешь мы оба трупы.

— Не хочу, — прошептала я.

— Нет, ты будешь есть!

Парень помог мне привстать.

— Хватит со мной сюсюкаться!

— На выпей!

Я дрожащими руками взяла чашку и хлебнула приторного чая.

Потом мне в руку воткнули куриную ножку.

— Неплохо ты заложницу кормишь, — усмехнулась я и сунула ножку ему в лицо. — Будешь?

Преступник изменился в лице и медленно расплылся в свежей улыбке.

— Нет, не буду, — тихо сказал он.

— Когда я вернусь, поднос должен быть пуст, нечего мне тут падать в голодные обмороки!

Я выпила чай, съела йогурт и курицу и снова почувствовала прилив силы.

Парень вошёл в комнату.

— Спасибо, — произнесла я. — Это вкуснее лапши быстрого приготовления.

Парень промолчал, я пристально начала его разглядывать и заметила, что он хорош собою: широкие плечи скрывались за кожаной курткой, сам он был высокий, миловидный, не побоюсь этого слова — сексуальный.

Пока он скрывался за маской, я надеялась, что это прыщавый мафиози и теперь трудно понять, чем могла привлекать молодого парня преступная деятельность, когда он открыл лицо, мне хотелось разглядеть в нём всё до мельчайших подробностей, ведь это могло пригодиться.

Парень растерянно посмотрел на меня и отвернулся, когда повернулся, я снова встретилась с его пустыми глазами.

— Что? — спросил он. — Почему ты так на меня смотришь?

— Потому что ты непонятный, — сказала я.

— И как это расценивать?

— Как хочешь, но я совершенно не могу понять тебя. Ты спрятал свою сущность от людского глаза, ты запер в себе человека за лживой дверью, ты надел маску и увяз в игре, ставя на кон людскую жизнь.

Преступник грозно смотрел на меня, но внимал мои слова.

— Почему же ты спускаешь свою жизнь? И самое интересное, почему ты так и не привёл в исполнение свой коварный план?

Парень оглядел меня и вышел. Я смотрела ему вслед, я смотрела на него, как на ребус, который не могу разгадать.

— Ты же сказал, будешь рядом, а сам то и дело уходишь! — крикнула я.

Через пару секунд преступник вошёл.

— А что ты успела соскучиться?

— Нет!

Парень подошёл и взял меня за руку.

— Что ты собрался со мной делать?

— Приводить в исполнение план.

Он держал в руках наручники, которыми приковал мою конечность к батарее.

— Ты что серьёзно? — опешила я.

— На дворе ночь, мне так будет безопаснее спать.

— А мне как спать прикажешь?

— Молча. Твоя рука вполне недалеко от дивана, ляжешь как-нибудь.

— Что наутро я лысой проснусь?

— Посмотрим, — равнодушно произнёс парень и сел в кресло напротив.

Я ненавистно посмотрела на него.

— Баклан! — выпалила я.

— Курица, — спокойно произнёс преступник.

— Изверг!

Парень зевнул и вытянулся.

— Да замолчи ты уже!

Я устроилась на диване с вытянутой рукой.

— Слышишь маньяк, мне неудобно!

— Радуйся тому, что есть, а то рот заклею, — сонно произнёс он.

Я попыталась заснуть, но рука мешала устроиться поудобнее, когда мой преступник, сидя сопел в кресле. Ночную тишину разрушил тихий стон парня, а посла его уст вырвался крик: " Мама"! И он вскочил.

Я бешеными глазами посмотрела на парня.

— Ты чего кричишь?

Тот, отдышавшись, откинулся на кресло и снова закрыл глаза. Видимо, ему приснилось что-то важное, может и его мать. Почему-то я не стала больше пытать преступника.

— А ты почему не спишь? — вдруг спросил парень.

— Уснёшь тут, — недовольно сказала я.

К удивлению он подошёл ко мне и достал из кармана ключик.

— Ладно, я освобожу тебя, но только до утра. Ясно?

— Да.

— Как тебя зовут? — неуверенно спросила я.

Преступник удивлённо посмотрел на меня.

— Тебе то что?

— Чего ты боишься?! Того, что будет, когда я обращусь в полицию? Если да, то уже поздно, я знаю твоё лицо, твой голос. Ведь ты обо мне всё знаешь, а я… Так как тебя величать?

— Тебе и не положено знать.

Я опустила глаза.

— А ну да, я же заложница.

Парень вернулся на кресло и закрыл глаза.

— Осёл, — пробурчала я.

— Я всё слышу!

Я повернулась на бок и тяжело вздохнула.

Минуты тянулись медленно, что уж говорить про дни, проведённые мною в заточении. Спустя неделю, я перестала плакать по ночам, я привыкла к новому образу жизни, я привыкла к преступнику, хотя и продолжала ненавидеть его.

Глава 7. Другое отношение

Новое утро нового дня показалась мне отличным, хоть я всё ещё и была заложницей, в квартире со всеми удобствами. Преступник редко мучил меня оковами, иногда он казался мне даже любезным. Солнце ударило по глазам, и я чихнула.

— Будь здорова, — произнес преступник, войдя в комнату.

— Спасибо, — протянула я и потянулась.

— Мистер Икс, завтрак готов? — спросила я, хитро улыбаясь.

На лице парня было недоумение, за которым пробежала улыбка.

— Ха, а может тебя лучше к батарее?

Я нахмурилась и схватила себя за руку. Преступник уловил в моём жесте фобию и улыбнулся.

— Расслабься, я пошутил.

Удивительно, но его зелёные глаза, походившие на зелень хвойных лесов, наконец, показались мне живыми и завораживающими.

— Знаешь, детка, завтра завтрак будешь ты готовить!

— А ты не боишься, что я отравлю тебя?

— Я дам попробовать тебе из моей тарелки.

— Тоже мне король, — произнесла я, притворяясь капризной.

Я вышла из ванной и услышала голос преступника, я прижалась к стене и принялась подслушивать.

— Как скоро нужны деньги?…Хорошо, всё будет хорошо, ты слышишь меня?!

Я сделала шаг вперед и пол скрипнул.

— Ты подслушивала?

Преступник повернулся совсем чужим человеком, на лице которого пылали боль, злость и угрюмость, его утреннее настроение пропало.

— Нет, — выронила я.

Последние дни мы завтракали вместе за круглым столом на небольшой кухне, поэтому я робко прошла за стол и молча, присела.

— Знаешь, мне не хватает свежего воздуха, — сказала я.

— Мне тоже много чего не хватает, — угрюмо произнёс парень.

— Я сейчас говорю о физиологических потребностях моего организма, а ты…

— Слушай, — вскрикнул парень, — Ты слишком много говоришь! Если кто- нибудь узнает, как я выполняю свою работу, мне не поздоровится! Так что сиди и молчи, ты здесь итак неплохо устроилась!

— Что ты кричишь на меня? Тебе, я так поняла, денег не хватает?

— Не твоё дело, не лезь!

Почему-то меня обидели нападки со стороны мистера икс, ведь последние пару дней я сама и не заметила, как начала воспринимать его не как преступника, а как и правда соседа по жилой площади, правда, когда я вспоминала кто он, кто я, и как я здесь оказалась меня снова накрывали обида и ненависть.

— У тебя проблемы? — тихо спросила я.

Парень вскочил и разъярённо бросил о стену стакан, тут же разлетевшийся вдребезги. Я вздрогнула.

— Что ты только можешь понимать?! Ты хоть знаешь, что такое проблемы?! Что ты понимаешь избалованная, пустая кукла Барби, привыкшая к тому, что у неё всё как по-маслу!

Я почувствовала, как внутри что-то кольнуло, его слова меня ранили, ведь я не считала себя такой, или просто не замечала в себе этого.

— Что? — прошептала я.

Преступник был в ярости, а я была обижена, и не за то, что я десять дней нахожусь под круглосуточным наблюдением, не за то, что он похитил меня, и не за то, что мои родители не находят себе места, а за то что он назвал меня пустой.

— Уйди, — произнёс парень.

— Пустая?

— Я сказал, уйди.

Я почувствовала, что из глаза вырвалась слеза.

— Это ты пустой! Ты заставляешь людей страдать, и я говорю не о себе, а о своём отце, у которого больное сердце, о своей маме, которая не спит ночами. Ты алчный и бесчеловечный!

Я поддалась истерике и выбежала из кухни.

Я наплевала на всё и зарыдала в подушку, мне вмиг стало плохо так, как не было ещё за эти десять дней. Возможно, слова преступника являлись правдой, но она была горькой. Я ведь, и правда, была избалованной всем: роскошью, деньгами, ухажерами, с которыми я любила играть, возможно, в этом и заключается моя пустота, я думала, что всё можно купить за деньги, но скольких парней бы я не заставляла страдать, я не любила, ни одного из них, потому что они гнались за моей состоятельностью, я за репутацией, которая, как оказалось ничего не стоит, даже она не спасает, когда это действительно нужно. Я почувствовала себя не нужной никому, кроме мамы и папы, и это угнетало.

В комнату вошёл преступник, а я всё ещё продолжала всхлипывать.

— Прекрати реветь, — произнёс парень. — Британи, слышишь?

Я подняла лицо.

— Ну, давай, скажи мне ещё что-нибудь приятное! Скажи, что я искусственная и никчемная и моя жизнь ни гроша не стоит!

Преступник подошёл ко мне и крепко взял за руки.

— Что свяжешь меня?! Ну давай!

Преступник мягко смотрел на моё лицо, вновь удивив перепадом настроя.

— Ну же, как там тебя Джон, Сэм, Арнольд? Давай связывай, можешь и рот заклеить.

— Успокойся, — тихо произнёс он и отпустил.

Его голос звучал монотонно и нежно. Я нахмурилась и посмотрела ему в изумрудные глаза, а потом застыла, на его лице не было ни злости, ни гнева, ни ярости. Он смотрел на меня и улыбался, а я, затаив дыхание, вглядывалась вглубь его непознанной души, которая таилась в его теперь добром взгляде.

Он приблизился ко мне настолько, что при моём дыхании по его лицу пробежал холодок. Момент выбил меня из колеи, и я открыла что-то новое для себя в нём.

— Прости, — произнёс преступник и потупил взгляд. — Прости меня.

Этого я уж точно не могла ожидать. Я смутилась и невольно прикусила губу. Он встал, я пристально продолжала смотреть на него и следила за каждым его движением. Произошло что- то невероятное и непонятное моему разуму, но я прочла искренность в его глазах, его словах, его лице, которое теперь будет являться мне во сне.

Преступник схватился за голову и после вышел, оставил меня с бардаком в голове одну.

Я вошла на кухню и вновь села за стол, где задумавшись, сидел преступник.

Я подтянула себе тарелку с остывшей яичницей.

— Самое страшное может быть в человеке это пустота его нутра, отсутствие его души, отсутствие человечности, ведь тогда ты просто ходячая туша без сердца, без чувств и эмоций.

Преступник смотрел на меня с интересом.

— Я не хочу быть пустой, — прошептала я. — Ведь даже ты не такой.

— Британи, я открыл окно, что бы ты подышала свежим воздухом, извини, но только это я могу предложить тебе.

— Спасибо, — сказала я и набила рот едой.

— Похититель!!Ну где ты там?

Я лежала на диване, запрокинув ноги, и щёлкала пультом.

— Ну что ты кричишь?

Преступник вошел в комнату, вытирая полотенцем голову.

— Футбол начался!

— А что ж ты раньше не позвала?

— Я позвала!

— Так, ладно, какой счёт?

— Пока ничья.

— Мне кажется, что это пока затянется до конца матча.

— Возможно, поживем, увидим.

Мы мило наблюдали за игрой, успевая перекидываться комментариями.

— Странно, что ты разбираешься в футболе, это неженская игра.

— Ну уж дудки! В детстве я ходила с папой на каждый матч. Он всегда хотел сына, а родилась я — мальчик в юбке.

Парень засмеялся.

— Кроме любви к футболу, я не заметил в тебе ничего мальчишеского.

— Ты что долго за мной наблюдаешь?

Парень замялся, и наш разговор нарушил телефоны звонок. Преступник нервно соскочил с места и, схватив трубку, ушёл в другую комнату. Через пять минут он накинул куртку и вошёл к гостиную.

— Ты что уходишь? Или мы вместе уходим? Что случилось?

— Слушай меня внимательно, Британи. Я ухожу один, я скоро вернусь, но пожалуйста, без глупостей, это сейчас всё только усложнит.

— Что стряслось?

— Бри, прошу тебя, пожалуйста, обещай, что к тому времени, когда я вернусь, ничего не изменится.

— Ты имеешь в виду, не будет ли здесь полиции к твоему приходу?

— Когда-нибудь, я тебе всё объясню. Но прошу…

Он молил меня о помощи, именно это я прочла в его глазах, наполненных болью. Может, я и хотела накуролесить в его отсутствии, но поняла, что не смогу и не стану этого делать.

— Обещаю, — произнесла я.

— Спасибо, — сказал мой преступник и выскочил за дверь, гремя связкой ключей.

Глава 8. Неожиданности

Что происходит с преступником? Что вообще происходит? Он хлопнул дверью и ушёл, оставил меня одну, он рискует, но все же оставил меня одну. Я посмотрела на окно, на двери и заметалась по квартире, в поисках решения. Двери были закрыты, а кричать из окон я не решилась или не захотела. Я перестала искать выходы, но решила лучше изучить квартиру. Я вошла в одну из комнат, которая была всегда закрыта: оранжевые шторы, кровать, тумба возле неё, каштановый шкаф с большим овальным зеркалом. Надо же в квартире есть такая удобная двуспальная кровать, а преступник спит на кресле.

Моё внимание заострила на себе фотография, стоящая на тумбе. На ней был преступник такой жизнерадостный, красивый, с добрым взглядом, на фото он обнимал женщину средних лет с длинными каштановыми волосами и…зелёными глазами, такими же зелёными, как и у самого парня. Я стала уверена в том, что на фото преступник со своей матерью, карточка тронула меня, ведь изображенные на ней безумно любят друг друга. Я поставила рамку на место и открыла шкаф: брюки, пиджаки, рубашки и прочие предметы мужского гардероба. На одной из вешалок висел черный джемпер, в котором я часто вижу преступника.

Всё, наконец, встало на свои места: домашний уют, фотографии, вещи — это всё принадлежало преступнику, а значит и квартира принадлежит ему. Я заперта в его квартире, но с его стороны это самоубийство держать заложницу в собственной квартире. Так что же на самом деле происходит с этим камикадзе? Каким же боком этот парень, хороший парень оказался замешан в моём похищении? Что заставило его пойти на такое?

Час, два, три — часы тянулись, словно километровая пластина мармелада. Я не знала чем заняться, мне было скучно, но спокойно, и я ждала того, грозного взгляда которого мне почему-то не хватало, и на пятом часу ожидания я устроилась на диване и заснула.

Мой слух побеспокоил писклявый сигнал, доносившийся из соседней комнаты.

Я вскочила с места и поняла, что звонит телефон. Я вбежала в комнату с оранжевыми шторами. Невероятно, но это телефон преступника! Как он мог забыть его? Как он мог оставить телефон мне, своей заложнице? Нет, этот парень точно псих!

Я взяла телефон и вернулась в гостиную, глядя на светящийся экран. Я долго думала, что делать, меня разрывало любопытство, а телефон, словно на зло, пищал и пищал. Я резко нажала на зелёную клавишу и поднесла мобильный к уху:

— Коул, мерзавец, почему не отвечаешь?! — голос из трубки трудно было не узнать, когда-то его я слышала по пять раз на дню. — Слушай меня сюда — не будешь работать, не получишь ни цента!

В дверном замке раздался щелчок.

— Ты слышишь меня? Ведь твоей матери нужна операция!

Только что, для меня упала лживая завеса, боль, предательство, злость — я могла чувствовать лишь это. Мне стало так дурно, что я не заметила стоящего перед собой преступника с шокированными глазами, наполненными страхом.

— Коул? Коул, ты слышишь меня? — доносилось из трубки, которую я выронила, увидев парня. Преступник метнулся к трубке.

— Да? Алло? Извини. Проблемы со связью…

Он вышел, а я всё ещё стояла поражённая предательством. На связи оказался не кто иной, как Том, мой жених, тот за кого меня сватал отец, тот, кто был всегда рядом, и оказался алчным негодяем, расчетливым монстром. Только сейчас, именно сейчас до меня дошел весь ужас того, что делают деньги с людьми, они убивают в людях все человечное.

— Британи, зачем ты взяла трубку? — голос парня раздался, как гром среди ясного неба.

— А зачем ты оставил телефон? — равнодушно произнесла я. — Коул?

Парень с сожаление посмотрел на меня.

— Коул, так тебя нанял Том? Том Тэтчер?

— Бри, я знаю…

— Тебя нанял Том? — закричала я.

— Да, — сказал Коул.

Я засмеялась.

— Невероятно, как же я была глупа.

— Британи, послушай…

— Нет, не хочу ничего слышать, понял, ничего!

Я долго терпела все эти издевательства и, наконец, словно переспелый фрукт взорвалась.

— Господи, да как он мог?

Я схватилась за голову и начала колесить по комнате.

— Вот сволочь, негодяй! Да я его в порошок сотру!

Коул сел на диван и робко следил за выбросом накипи.

— Вот ты скажи мне, как можно быть настолько алчным человек, что инсценировать похищение собственной девушки?! Я просто не понимаю, ах Томми, Томми, как низко пал ублюдок. И как я была рядом с этим убогим созданием?

— Британи, может тебе лучше успокоится?

— Что? — я скрестила руки на груди. — Да ты издеваешься? Да, ты, то и дело надо мной издеваешься! Вы все просто издеваетесь, Господи…

Коул встал и взял меня за плечи.

— Ты, конечно, ничего не понимаешь, но…

— Какие ещё "но"? Ты слышишь себя? Да что, в конце концов, происходит? Может, ты и не понимаешь, но мне сейчас тошно, Коул, мне по-человечески тошно, как никогда.

— Мне не лучше!

— Да? Да тебе то, что вообще? Заложница здесь я!

— Прекрати кричать.

Голос Коула звучал, как тёплый ветер, заставляющий мурашкам пройтись по телу.

— Знаешь, милый бандюга, не заткнусь! Ты кричал на меня, когда хотел, ты связывал меня, когда хотел, ты пугал меня, когда хотел, а теперь…

— Теперь ты меня пугать будешь?

В его нежных нотах пробежала ухмылка и непонятно откуда взявшаяся уверенность, под которой я гнулась, как ивовая ветка.

— А теперь я просто тебя не боюсь.

— Правда?

— Да и теперь я буду кричать, сколько мне влезет, понял?

— Бри, замолчи.

— Что? А то что? Рот заклеишь?

— Нет.

— Тогда…

Не успела я договорить, как почувствовала тёплые, мягкие губы, захватившие меня поцелуем, нежным, мягким, опьяняющим. По телу проскользнул холодок, мне было безумно приятно, я и сама не заметила, как ответила на поцелуй, как обвила его шею, и почувствовала на себе его руки. Невероятно, но, казалось бы, что некогда грубый, противный преступник вскружил мне голову своим нежным взглядом и поцелуем, которого я никак не ожидала.

Вдруг, я поняла суть происходящего и, собравшись с мыслями, отпихнула от себя Коула.

— Ты что? — прошептала я, заметив, как собственные зрачки забегали, а ладони вспотели.

Но ответом мне был лишь твёрдый, но завораживающий взгляд.

Глава 9. Признание

— Чёрт, — вскрикнул Коул.

Я отвернулась, казалось, сейчас сгорю от стыда, хотя не я полезла с поцелуем, но я… ответила взаимно, и мало того, мне понравилось, никто и никогда не целовал меня с таким трепетом, я не могу знать, зачем Коул сделал этот шаг и что он почувствовал во время поцелуя, но я… я не знаю как смотреть преступнику в глаза, 24 часа в сутки мы жили бок — о - бок, я никогда ни с кем не проводила столько много времени, а тут я стала заложницей и восприняла преступника не как преступника, а тут ещё этот поцелуй! Боже мой, не могу поверить, что всё это происходит со мной! Но я знаю каждый уголок его лица, каждую интонацию в его голосе, знаю его с разных сторон, но в, то же время вовсе не знаю этого человека. Формальности его биографии меня особо не интересуют, мне не важна его фамилия, финансовое положение, которое, видимо, оставляло желать лучшего и даже то, зачем он похитил меня, было проблемой заднего плана, сейчас, мне почему-то, было важно только то, что он стоит позади потерянный, разбитый.

— Прости, — сказал Коул, и я услышала его шаги.

Я залезла под одеяло, как любила это делать в детстве, но там мне вдруг стало страшнее. Коул впервые не караулил меня у постели, он ушёл в свою комнату. Я многое пыталась переосмыслить, но перед глазами всплывали нежданные картины: безобидный ухажёр с белым букетом, бандит, насмехавшийся над моей глупостью, лицо Коула, в момент, когда я сдёрнула маску с его лица, его несмешные, как тогда мне казалось шуточки, суровость во время скандала и мягкость, в момент примирения и сладкий поцелуй. Я раскусила этот орешек: хоть снаружи он покрыт, казалось бы, твёрдой бронёй, но внутри он оказался мягким и вкусным, совсем иным, нежели снаружи. Я анализировала каждый поступок Коула, он всегда пытался напугать меня угрозами, которые так и не приводил в исполнение, он готовил мне завтраки и отправлял в душ, он развязывал мне руки, когда это причиняло мне боль, он дал поговорить мне с папой по телефону и не раз рисковал всем, что поставил на кон, ради моих капризов. Я вспомнила фотографию со счастливой семьёй и противный голос Тома по телефону, который что-то говорил о матери и операции. Деньги, Коулу нужны были деньги, он дал мне понять, что у него нешуточные проблемы, причиняющие боль. Так получается, что, возможно, мой преступник и вовсе не преступник, он просто пошёл на это ради самого святого, ради мамы.

Мысли просто избивали мою голову новыми предположениями, я начала понимать то, что никак не предполагала. Коул, Коул, Коул — мне так нравится повторять это имя, но как же так может быть, как такое может быть?

Ночь сменилась первым лучом солнца, самая мучительная ночь в моей жизни. Спала я плохо, если это можно вообще назвать сном.

— Завтрак готов, — услышала я, сквозь пелену дрёма, а затем медленно открыла глаза и увидела своего преступника, он казался мне невероятно привлекательным, и меня окутал дискомфорт.

В душе я в очередной раз взглянула в зеркало и наткнулась на не накрашенную, лохматую серую мышку, которой и была всё это время, проведенное с Коулом. Я схватила свою сумку и нашла в ней тушь для ресниц и блеск для губ. Причесавшись и впервые за долгое время накрасившись, я направилась завтракать.

Коул задумчиво смотрел в окно, не заметив моего присутствия. Я тихо присела и принялась любоваться парнем, мне хотелось вскочить с места и броситься ему на шею, крепко обнять и сказать, что всё будет хорошо. Замечтавшись, я хлебнула из кружки кофе и подавилась им. Мой кашель привлёк Коула, который резко обернулся и оценивающе взглянул на меня, а затем подошёл ко мне и похлопал по спине.

— Британи, ты в порядке?

Я откашлялась.

— Да, спасибо.

Я посмотрела на парня и почувствовала смущение, смущение от вчерашнего происшествия и своих неоправданных желаний.

— Да.

— Что? — спросил Коул.

— Что? — переспросила я, понимая, что нелепее быть, не может.

— Что да? Ты сказала да, что это значит? — Коул заулыбался.

— Ах, это? — усмехнулась я.

— Да, — ответил Коул.

Я помахала головой, жестикулируя этим, то, что я ничего не имела в виду, а затем впилась в чашку кофе губами. Коул стоял и смотрел на меня, будто желал начать разговор, а я глупо спряталась от его глаз, в которые хотела взглянуть, а когда решилась, он махнул головой и ушёл.

День прошёл впустую, преступник избегал встреч со мной, так что мне ничего не оставалось делать, кроме того, что снова и снова листать страницы памяти.

Наконец, мне надоело сидеть на кухне весь день, я безумно захотела войти в гостиную и встретиться с зелёными глазами, и плевать на всё.

Я вошла в комнату и увидела то, ради чего решилась выйти из кухни.

— Почему преступник оставил заложницу совсем одну?

Сердце бешено подпрыгивало, заставляя ежесекундно вздыматься блузке на груди.

Коул встал, и я не знала, чего ожидать.

— Это нестерпимо! — произнёс парень и выскочил из комнаты.

Он снова убежал, как бы смешно не казалось, но вернулся он с моими пакетами и сумкой.

Коул застал меня врасплох, я испуганно посмотрела на собственные вещи.

— Что это такое? Коул?

Он был таким напряженным, казалось, вот-вот вспыхнет, словно уголёк.

— Я устал!

— От меня?

Он рассмеялся, а я была удивлена, неужели я и бандитам надоесть могу?

— От этого ужаса!

Парень приблизился ко мне.

— Я устал быть преступником! Я не преступник! — закричал Коул, чем напугал меня.

— Но… — прошептала я.

— Я никогда не думал, что смогу пойти на такое! Держать взаперти девушку, словно собачку на привязи, постоянно пугая! Я не желал такого ни тебе, ни себе. Прости меня за всё Британи. Я сожалею, я отвратен, низок! И заслуживаю наказания!

Глаза Коула блестели, голос дрожал, эмоции били через край, лицо исказилось от боли и раскаяния.

Я понимала, к чему клонит Коул, но не хотела, что бы он говорил такое.

— Бери вещи и уходи, поскорее уходи.

— Что? — произнесла я.

— Иди к родителям, ты знаешь, кто нанял меня, я буду ждать полицию.

— Я, я, да ты с ума сошёл? Ты сошёл с ума?

— Британи, уходи! — его голос вот-вот, хотел сорваться и закричать, что есть мощи.

Я представила, как уйду, оставлю его здесь и больше не увижу, если только на заседании суда, он не получит денег для мамы, которую любит по-человечески, светлой любовью, которая привела его к ошибке, но ведь все люди ошибаются, а я жива и здорова. Я не смогу теперь жить без Коула, он привязал меня к себе всем, чем только можно и скрепил всё поцелуем. Я не хочу оставлять его, я не хочу уходить!

— Уходи, — повторил он.

— Нет, — сказала я, и лицо парня сменилось удивлением.

Он протянул к моему лицу руку, будто желая коснуться, но оборвал прикосновение.

— Уйди!

— Нет, — вновь сказала я более твёрдым голосом.

— Британи, я сказал, убирайся! — закричал Коул и кинулся в мою сторону, прижав к стене.

Я вздрогнула и громко задышала, но смотрела в его глаза, только в них.

— Я не уйду! — закричала я, почувствовав влагу у глаз. — Я не оставлю тебя!

Я удерживала на себе разгоряченный взгляд, а потом бросилась в объятья к парню и вцепилась в его крепкие руки.

— Глупая, — произнёс Коул. — Что же ты делаешь?

От его голоса я впала в состояние невесомости, сердце сжалось, а душе хотелось петь.

— Я люблю тебя, — прошептала я и вдохнула поглубже воздуха, осознавая то, что произнесла.

Коул медленно оторвал меня от своей груди и удивлённо заглянул в глаза.

— Что?

— Я, — проронила я. — Я люблю тебя и не оставлю! Делай со мной что хочешь, я готова вечность сидеть взаперти, даже связанной, но лишь бы ты рядом был, слышишь?!

Коул смахнул слезу с моего лица.

— Я не буду подавать на тебя в полицию, не бойся, но не прогоняй меня, прошу!

— Бри, Бри успокойся, — сказал Коул и крепко прижал меня к себе.

Я вдыхала его запах, касалась тела и понимала, что не ошиблась, я действительно полюбила Коула и не представляла своей жизни без него.

— Поцелуй меня, — я оторвалась от объятий и подняла голову. — Как тогда, поцелуй.

Парень неуверенно провёл рукой по моему сырому лицу и улыбнулся, а затем медленно коснулся моих губ, заставляя тело дрожать. Я снова почувствовала вкус его губ, поцелуй, что был слаще мёда, медленно превратился в бурный огненный танец.

В сплетении горячих рук я дотянулась до выключателя и подарила себя ему, любимому преступнику.

Глава 10. Расставание

Легкое, приятное прикосновение заставило меня улыбнуться.

Я приоткрыла глаза и почувствовала резкий аромат свеже — сваренного кофе.

— Доброе утро.

Его голос заставил мой разум проснутся, я открыла глаза и увидела Коула.

— Привет, — произнесла я сиплым, сонным голосом.

Я смотрела на Коула такого красивого, манящего, теперь моего Коула. Я резко вскочила с места и поцеловала парня, прижимая к себе.

Коул ответил на мой поцелуй, и через минуту я снова тонула в его объятиях.

— Кофе остынет, — прошептал Коул.

— Ах, кофе…

Я вздохнула и взяла в руки чашку.

— Спасибо.

Коул улыбнулся, а глотнула горячий напиток, не отрываясь от загадочного лица человека, которому открылась, несмотря на всю глупость ситуации. И все же, хоть я больше не была его заложницей, но напряжение в лице Коула снова давало о себе знать. Улыбка на моем лице исчезла, сменившись страхом " А что дальше"? Я медленно поставила чашку на поднос, почувствовав себя отстраненной от него, причем холодом веяло не с моей стороны. Я теперь ни капли не сомневалась, что Коул стал всем для меня, я на все теперь пойти готова, на все ради него, а он…

— Бри что-то не так?

Мягкий, ласковый голос — и я больше ничего не воспринимаю в этом мире, а ведь пару секунд назад что-то было не так, я чувствую, что пострадать ещё придется, я не знаю, что готовится преподнести мне Коул, но я знаю, что он сделает это сегодня, он откажется от меня сегодня.

— Я посмотрела на него, пытаясь что-то прочесть в глазах, а в них, в них было пусто, совсем ничего. И невероятный испуг вкрался в мое нутро, меня не было в его глазах, меня нет в его сердце, а вчера-это просто человеческая жалость и не более того?

— Бри?

Я пришла в чувство, моргнула.

— Что дальше?

Коул смекнул, о чем я, и опустил голову.

Слезинка стрелой слетела по щеке.

— Коул, скажи хоть что-нибудь.

Коул поднял взгляд на меня, но вдруг разрушил тишину писк его мобильника.

— Извини, — произнес парень и вышел.

Я привела себя в порядок и ждала, когда долгий разговор закончится и Коул снова вернется, и скажет мне, что с нами будет дальше. Как все сложно, наверняка звонит Том, и в данный момент решается моя судьба.

Я стояла у окна, пытаясь вглядеться ввысь домов, на которые опустилось серое небо.

Почувствовав сзади теплое дыхание, я прикрыла глаза. Он снова рядом, но надолго ли? Сомневаюсь.

— Говори, — прошептала я, когда меня нежно обхватила его рука.

— Британи, я в смятении.

— От чего? От того, что позвонил Том и потребовал что-то, оттого, что произошло вчера или просто из-за того, что рядом я?

— Из-за всего.

— Отойди, возьми наручники, надень их на меня и выполняй план в последовательности.

— Что?

Я повернулась, и почти вплотную коснулась его лица своим.

— Ведь так будет лучше, — я вырвалась из его рук и прыгнула на диван.

— Лучше? — Коул явно разозлился. — Ты вгоняешь меня собственноручно в роль последнего мерзавца. Или тебе это нравится?

Его слова повергли меня в ужас. Я замерла, с удивлением, смотря в его потерянные черты лица.

— Прости, прости меня, — выпалил Коул.

И я простила, простила не задумываясь.

— Британи, послушай меня внимательно, — Коул сел передо мной на корточки с умоляющим взглядом.

— Все очень запутанно, и, как бы ни хотелось иного, ты должна уйти.

— Нет, — произнесла я. — Коул нет!

Он взял меня за руку.

— Пойми же ты, наконец, игра окончена, я умываю руки, но понесу свое наказание по всем статьям.

Я вскочила с места.

— Игра? Наказание? Всего лишь игра, а я кукла?

— Господи, Бри! Ну почему ты все так воспринимаешь, пойми, наконец, ты свободна.

— Я была лишена свободы, когда она была мне нужна, но ты лишил меня ее, а теперь, когда я отлично вжилась в одну из ролей, только для меня это не игра, ни минуты, когда я не желаю свободы, когда я готова сидеть в наручниках, сколько бы ты не хотел, ты меня гонишь!

— Бри…

— Стой! Ответь мне на один вопрос всего один, прошу. Все что между нами произошло, было игрой?

Я воспламенила, жаждая его ответа. Коул задумался.

— Не было это игрой, — серьёзно сказал он. — Не знаю, как это всё случилось, но это точно не было игрой.

Его двусмысленный ответ окончательно меня запутал. Я хотела объяснить, как это обычно происходит с взрослыми людьми, но не стала, дабы не ухудшать обстановку. Только теперь до меня дошло то, что я прониклась к нему, я сказала, что люблю и не хочу оставлять его, но не он. Он ничего мне не обещал, а скорее всего, поддался вчера мужской слабости или пожалел глупую девочку.

Коул подошел ко мне и обнял.

— Прости, Британи, но спасайся, не губи свою жизнь.

Очевидно, что это было прощанием, и неужели ничего нельзя сделать?

— Коул, — всхлипывая, взмолилась я, прижимаясь к его плечу. — Почему ты решаешь за меня? Или ты этого хочешь сам? Коул ты хочешь, что бы я ушла, навсегда?

Он погладил меня по голове и произнес: "Просто уходи, возвращайся к прошлой свободной жизни, прошу тебя".

Я отстранилась, постаралась запомнить каждую черту его красивого лица, а затем вытерла лицо и отправилась собирать вещи.

На этот раз я проиграла сама себе. Я ухожу с болью, с отчаянием, я ухожу, оставив свое сердце ему моему преступнику. Я ни за что бы не оставила его, зная, что он любит меня, а он ни за что бы не отпустил меня, любя.

Я собрала сумку, окинула взглядом свою уютную "тюрьму" и подошла к входной двери, ключа от которого у меня не было.

Коул вышел в коридор и достал ключ. Я старалась не заплакать, но при мысли, что я больше не услышу его жестокой шутки, не увижу глупой ухмылки и серьезного взгляда меня пронзали миллионы иголок в области груди. И вот он последний, прощальный взгляд, в котором я вижу пустоту.

— Не волнуйся, пожалуйста, об уголовном деле, его не будет никогда, а Том за все поплатится и…спасибо, — задыхаясь, произнесла я.

— За что? — тихо сказал Коул. Я взяла ключ из его рук и начала открывать дверь.

— За то, что ты был в моей жизни, — сказала я, распахивая входную дверь.

Вдруг Коул схватил дверь за ручку, перекрывая мне выход.

Я хотела этого, я молила о том, что бы он захлопнул эту чертову дверь, и со слезами разглядывала его, но он, немного помедлив, отпустил ручку и дал мне дорогу. Я опустила голову и вышла за порог, закрывая за собою дверь за которой оставила его.

Слезы хлынули из глаз. Он так и не остановил меня! Он дал мне уйти, он не любит меня так, как люблю его я. Но если для него так будет лучше, я оставлю эти дни позади, на самой дальней странице альбома памяти, как бы, ни хотелось вернуться и броситься ему на шею.

Я закинула сумку на плечо и шагнула вниз по лестнице в ненужную свободу.

Глава 11. Дом

Железные ворота собственного дома напоминали мне тюремные решетки, я чувствовала, что снова окажусь в четырех углах, в конце концов, раздавивших мое эго, зная, что сейчас ко мне выскочит кто-то из родных, увидев потерянную дочь в видеонаблюдении, я выдохнула, освобождая себя для лжи. Было бы эгоистично вернуться в съёмную квартиру, не сказав родителям, что их дочери ничего не угрожает. Немного помедлив, я нажала на звонок, а через пару секунд ворота распахнула мама, смотревшая на меня, словно на приведение. Я улыбнулась и кинулась в объятия мамы, зарыдавшей у порога.

— Доченька моя, родная, — причитала мама. — Что они с тобой сделали?!

— Мама, мама, — я пыталась успокоить мать. — Со мной никто ничего не делал. Все хорошо.

— Что? Что ты говоришь?

Я взяла маму за руку.

— Идем в дом.

Как только я вошла в гостиную дома, то увидела кучу незнакомых людей, смахивающих на хранителей порядка. Тут же на меня упал обезумевший взгляд отца. Папа подошел ко мне и провел теплой ладонью по лицу, а зачем с волнение осмотрел меня.

— Бри…Британи детка, прости своего старика.

Я обняла отца.

— Папа все хорошо, мне не за что тебя прощать.

Моментально меня окружили парни в пиджаках.

— Мисс Бри, просим изложить в мельчайших подробностях о случившемся.

— Вы видели лица похитителей?

— Вас держали с закрытыми глазами, но должно быть вы могли слышать голоса преступной группировки? Как вам удалось выбраться? Они выпустили вас, что бы вы принесли деньги?

От количества взбесивших меня вопросов, у меня закружилась голова. Преступная группировка? Завязанные глаза? Они говорят о Коуле, как о садисте, а обо мне, как об истощенной, избитой и оскверненной. Но все совсем не так, как придумали себе эти люди!

— Британи, девочка моя, не молчи! — произнес отец.

— Мы должны выследить их, — сказал смуглый молодой человек, больше походивший на оловянного солдатика.

Сказать правду — навредить Коулу.

— Меня никто не похищал, — произнесла я.

— Британи? — удивилась мама, теребя в руке сырую салфетку.

— Мама, папа простите меня, я виновата и готова понести наказание.

— О чем ты родная. Они запугали тебя? Так знай, я не оставлю и живого места от этих подонков.

— Я сымитировала похищение. Все это время со мной было все в порядке.

— Что? — спросила мама.

— Мистер Октинс это попадает под статью, — перебил нас один из людей в форме.

— Замолчите! — закричал отец. — Вы не видите, что мою дочь запугали?!

— Папа нет! Прости, прости меня, но я говорю правду. Делайте со мной, что хотите, но прошу, дайте мне полчаса, всего тридцать минут, и я буду готова понести наказание.

Я бросила сумку и пошла в свою комнату, слыша, как за спиной отец налаживает ситуацию.

Стоя, в душевой кабине с обжигающий плоть водой, горела моя душа, при мысли о Коуле, перематывая в сознании воспоминания, беспокоясь о том, что с ним будет, когда его достанет Том или он не найдёт денег для матери, я начинала дрожать, а про свою ложь и боль своих родителей я и думать боялась — совесть сломает меня.

Когда я вышла из душа, в доме не было посторонних, зато меня ждала многообещающая беседа с родителями.

— Британи, подойди, есть разговор!

Я присела на мягкий диван, сожалея о лжи.

Угрюмый взгляд отца меня угнетал.

— Меня посадят? — пропищала я.

— Я уладил дело с правоохранительными органами, и мне придется заплатить огромный штраф.

— Папа я…

— Что ты? Объясни, наконец, что ты?

Я заплакала, видеть муки родных оказалось более чем просто мучением.

— Со мной всё было хорошо и сейчас все хорошо и будет. Родители мне жаль, и я не знаю, как могу получить прощения.

Я бросилась обнимать маму и папу.

— Твой старик не дурак, я узнаю правду и накажу виновных, — сказал отец, поцеловав меня в голову.

Глава 12. Не в своей тарелке

Чувствовала я себя, хуже некуда. Проснувшись дома, я подумала о том, как привести жизнь в прежнее русло. Сможет ли теперь, быть всё, как прежде? Конечно, нет, не может!

Не смотря на уговоры мамы остаться дома, я кинула пару тетрадей в сумку и отправилась в университет.

Было тяжело идти по коридорам, где меня восприняли как музейный экспонат. Кто-то смотрел с жалостью, кто-то с призрением и удивлением, но никто не смел, подойти, я — когда-то звезда этого университета, теперь казалась изгоем для первого класса и объекта жалости для среднего.

— Бри!

Я услышала знакомый голос Лизы и обернулась. Девушка кинулась мне на шею с распростертыми объятиями.

— Милая, как ты?

Видимо, уже полгорода знали о моем похищении.

Глаза Лизы были бешеными настолько, что мне стало страшно за подругу, которая настолько взволновалась за меня.

— Лиза, послушай, всё хорошо. Не стоит привлекать итак столь повышенное внимание, мне неловко.

Но не успела я оттащить от себя Лизу, как ко мне подбежал Питтер.

На лекциях то и дело меня осыпали вопросами о случившемся, от которых я отмахивалась.

— Британи, мне жаль, может, я могу тебе чем-то помочь? — спросила девушка, сидящая сзади.

Поли Кёртес — отличница, умница, правда, невзрачная девушка, второй год, сидящая позади меня. Честно, я никогда не обращала на неё внимания, как и многие в аудитории. В неё часто кидали бумажками и называли "семечкой", правда, я так и не поняла почему. Я повернулась и хотела накричать на Поли, потому что моя учеба превратилась в сущий кошмар. За её очками никогда не было видно голубых, как я только что заметила, глаз, а кудрявые светлые волосы, как обычно были собраны в пучок.

Вдруг, резко обернувшись, я уже было раскрыла рот, но Поли казалось, испугалась моей реакции. Я выдохнула.

— Хорошо, спасибо, Поли, — сказала я и отвернулась.

Я и Лиза стояли в женском туалете, убедившись, что мы одни, подруга закрыла дверь и, скрестив ладони, подбежала ко мне.

— Ну, Бри, рассказывай, кто тебя похитил, как ты выбралась?

Глаза Лизы горели огнем.

— Ты думаешь это весело? — спросила я.

— Нет, что ты, ну я же твоя лучшая подруга.

— Это все спланировал Том, — вздохнув, сказала я.

— Том? Не может быть! Но как ты…

— Однажды я взяла телефон Коула и услышала в нем его голос.

— Что? Кто такой Коул?

— Я понимаю, ты удивлена, но именно Коул меня украл и был со мной всё это время каждую минуту, пока я была его заложницей.

Лиза прикрыла собственный рот ладонями, будто хотела сдержать визг.

— Он мучил тебя? Морил голодом? Держал на привязи?

Я мечтательно прикрыла глаза.

— Лиза, он заботился обо мне. Он, он, я люблю его…

— И что даже не привязывал? Что?

Лиза подпрыгнула.

— Что ты сказала? Ты влюбилась в бандита?

— Тише не кричи!

Я нахмурилась.

— Привязывал первое время, но и развязывал, когда мне было больно.

— Но, но как такое возможно? Я не понимаю…

— Лиза, что тут не понятного?

— Но, Бри, его же посадят да?

— Нет! — теперь вскрикнула я, а потом сбавила тон. — Я не позволю этого сделать. Мы жили вместе по собственному желанию, и никакого криминала. Лиза, все, что я рассказала, должно навсегда остаться между нами, ясно?

— Да, конечно.

— Но Том, он пожалеет.

После лекций за мной заехал папа. Я недовольно подошла к Мерседесу.

— Папа, что это значит?

Отец опустил стекло и ответил.

— Это значит то, что я забочусь о твоей безопасности.

— Отец, ты позоришь меня.

Я оглянулась по сторонам и развела руками.

— На меня итак все, как на прокаженную смотрят. Слушай, спасибо, но я не маленькая и мне ничто не угрожает. Я же всё рассказала.

— Британи, прекрати и садись в машину.

— Прости папочка. Я хочу побыть одной. Телефон у меня есть, так что не волнуйся.

Я с сожалением посмотрела на отца и ушла.

— Британи, вернись!

Я постаралась не обращать внимание на крики отца и скрылась за деревьями.

Поймав такси, я отправилась туда, куда вовсе не хотелось, но гордость кричала: "Надо!".

Я барабанила в дверь его квартиры, пока не услышала шаги за ней. Дверь распахнулась, и я лицезрела его мерзкую физиономию.

— Привет, Том.

На его лице было столько удивлений, сколько звезд на небе в летнюю ночь. Казалось, он бы с радостью хлопнул передо мной дверью.

— Бри?

Он потянул ко мне руки, но я отодвинула их и вошла за порог.

— Детка как ты?

— Отлично, Том, а ты что совсем на рад?

Я скорчила обиженное лицо.

— Я, я конечно рад, что с тобой всё хорошо…

— Заткнись! — закричала я, сменившись гневом. — Я всё знаю.

Том неожиданно зевнул.

— Ах, знаешь да?

— Ублюдок, ты пожалеешь.

Парень вплотную приблизился ко мне.

— Правда? А мне кажется, я в безопасности. Что пойдешь к копам? Так, давай, мне есть на кого все свалить.

— Тварь, — вымолвила я.

— Ну зачем же так грубо, ведь недавно я был Томми.

Его хитрые прищуренные глаза словно переливались от удовольствия.

Я двинула ему по его смазливому лицу, а он, получив шлепок, схватил меня за руки.

— Не делай так больше! Я не знаю, как тебе удалось уговорить этого придурка Коула, что бы он выпустил тебя, кстати, он еще поплатится за это, но ты ничего мне не сделаешь, если бы могла уже все устроила. Так что малышка Бри катись-ка отсюда по добру, по здорову, пока я в хорошем настроении.

— Тронешь Коула, следующей жертвой станешь ты.

— А я, кажется, многое пропустил.

Том засмеялся, показывая мне свое призрение.

— Так ты что спишь с наемным?

Меня перекосило от ненависти.

— По крайней мере, он хоть куда в этом плане.

Я улыбнулась и направилась к двери.

— Я не заплатил ему ни цента.

— Потому что у тебя ни гроша в кармане Томми.

Теперь смеялась я громко, звонко, мне хотелось сравнять его с плинтусом, но сама я этого не сделаю, так что придется помыслить, как заставить этого червяка ползать в грязи.

Глава 13. Новые неприятности

Ночь холодная, пустая. Одиночество встало комом и не дает мне полноценно вдыхать сухой, пыльный воздух полной грудью. За окном летит ночь, оставляя следы на небе, что называются звездами — красивыми, блестящими, теплыми, но далекими настолько, что по телу проносится дрожь, хотя кажется, протяни руку, и они твои. Я люблю звезды, но ненавижу за их мучительную недосягаемость, они ведь, как и он, Коул.

Я застыла у собственного шкафчика с учебниками, копошась в обрывках памяти. Что-то ударило меня в плечо, и я выронила стопку бумаг.

— Прости, прости, пожалуйста!

Это была Поли, снова всплывшая перед глазами.

Я нагнулась, что бы помочь собрать ей мои же бумаги и произнесла: "Ничего страшного".

Через минуту я снова была у шкафчика, но Поли продолжала стоять позади меня, будто что-то ожидая от меня. Наконец, я не выдержала.

— Ты что-то еще хотела?

Девушка поправила воротник и сомкнула ладони.

— Бри…Я хочу сказать тебе кое-что…

Меня заинтриговала ее неуверенность и вообще то, что она пошла со мной на контакт.

— Я слушаю тебя, говори.

Девушка приблизилась ко мне, схватила за рукав и потащила в сторону.

— Британи, мне кажется, тебе снова грозит опасность.

— Чего? Семечка ты чего?

Я вырвалась и решила уйти.

— Бри, прошу, послушай меня, я говорю правду.

— Что за бред, слушай ты что с ума сошла?

Я направилась подальше от странной девушки.

— Будь осторожна! — прокричала вслед Поли.

Лекции казались мучением. Я чувствовала, как длится каждая секунда, на меня давили серые стены и деревянные трибуны. Пит и Лиза вечно кружились возле меня, зазывая то в кино, то в клуб. Я, бесспорно, ценю заботу друзей, но их бесконечные предложения, которые не интересовали меня вообще, просто меня добивали. Ведь так хочется тишины и покоя, принять анну с душистыми маслами под Селин Дион, расслабиться, вспомнить его, потом снова забыть, и снова вспомнить, царапая собственное сердце, и забыть, запив шампанским.

— Давай в следующий раз, ок? — я снова отмахивалась от предложений погулять от любимых друзей.

— Ну, Бри, смотри, завтра ты наша, — произнес Питтер.

Я засмеялась и повернула в другую сторону. Наверное, я так спешила остаться в одиночестве, что тут же сломала каблук на босоножке.

Я застонала и нагнулась, что бы снять обувь, но вдруг меня схватили сзади за талию и заткнули рот. Я попыталась закричать, а меня уже затащили в кусты. Я вспомнила про босоножку в руке и ударила каблуком незнакомца прижимающего меня к себе.

— Тише.

Он прошептал мне на ухо одно слово, и теперь я желала, чтобы он не отпускал меня никогда. Коул, это же Коул!

— Я могу опустить руку, и ты не пришьешь меня?

Я покорно кивнула, и он дал мне свободу. Затем. Я резко повернулась, касаясь его своим телом, и встретилась с его знакомыми чертами лица.

— Коул, — прошептала я.

— Да, это я, — отдышавшись, произнес парень.

Один Господь знал, как я была рада его видеть, как мне хотелось оказаться еще ближе к нему и заключить в объятиях, но что-то мне мешало, пока я вглядывалась в его глаза, которые он опустил, уловив мой взгляд.

— Что? Что случилось?

Он был серьезен и тверд.

— Мне кажется. Том снова что-то задумал.

— Том? Он так и не заплатил тебе? Откуда ты знаешь? И вообще, Коул, почему ты прячешься.

— Британи, я услышал подозрительный разговор.

— Коул…

Я нахмурилась.

— Да причем тут деньги? Речь идет о твоей безопасности.

— Коул!

— Нет, — сказал Коул и опустил голову. — Послушай, я не прячусь, но мне кажется, за тобой могут следить, тебе нужно обратиться в полицию или нанять охрану.

— Коул, я не понимаю.

— Что, что тут непонятного?!

Коул вспыхнул, как уголек, огорчив меня своим поведением.

— Спасибо, что предупредил. Это все?

Коул выдохнул.

— Да, — ответил он.

Я кивнула головой и вылезла из кустов, полная разочарования.

Я бросилась на дорогу и поймала первое попавшееся такси.

От отчаянья я задыхалась, от обиды мне хотелось кричать, а от любви умереть. Он без сожаления отпускает меня от себя, делает мне больно, обжигает равнодушием, исчезает, а потом, когда раны только, только готовы затянуться он, снова врезается звонкими осколками в мою суматошную жизнь.

Остаток дня я провела в кофейне, жалуясь собственному "я" на все огорчения.

Стемнело, родители сорвали мне весь телефон, волею неволею я направилась домой.

На удивление я почувствовала прохладные капельки на коже, слетавшие с уже потемневшего неба. Проходя мимо парка, я на свою голову засмотрелась на пустые мокрые скамейки. Непонятный толчок в спину вывел меня из равновесия, и я очутилась в свежей луже. Не успела я повернуть голову, как почувствовала новый удар в области живота, а затем еще и еще.

Боль была единственным, о чем я думала в тот момент, и тем, с чем я пыталась справиться. Я все же уловила взглядом два людских силуэта, холодно избивавшие мое тело. Я не смогла шевельнуться, а лишь свернулась в клубок, принимая боль в спине, животе, ногах.

Чей- то женский голос вдалеке заглушил гул в ушах, а затем контрольный удар мне в лицо, и кажется, я теряю сознание.

Изображения нечеткие, но, кажется, нападавшие скрываются, а ко мне приближается кто-то иной, а затем знакомый тоненький голос.

— О Боже, Британи!

Я медленно вгляделась в лицо девушки.

— Поли? — прошептала я.

— Я помогу, сейчас помогу.

Изображение исказилось, а потом Поли и вовсе исчезла. А я погрузилась во мрак.

Глава 14. Больница

В ушах звенело, я шевельнула пальцем и поняла, что уже не сплю.

— Как ты понять то не можешь, Поли, я не могу, я итак виноват, в том, что она оказалась здесь.

— Но Коул!

Это были Коул и… Поли?! Но как? Неужели они знакомы?

— Коул! — умоляла девушка.

— Ты много сделала, ты ее спасла, и я благодарен тебе, но сейчас отправляйся к маме.

Голос Поли исчез, значит, она ушла, а он стоял возле меня, ничего не понимающей. Я делала вид, что сплю, а сама слушала его тяжелое дыхание.

Коул приблизился к моей кровати, а затем нежно провел своей рукой по моим волосам.

— Прости, — произнес он.

Мне хотелось открыть глаза и закричать: " Ты ни в чем не виноват"!

Теперь его рука ласкала мою ладонь. Как глупо, но я не сжала ее.

Прикосновение исчезло, и я поняла, что он уходит. Я распахнула глаза, оглядела больничную палату, и смотрела, как он уходит, уходит!

Разрывающий тишину крик вырвался из глубины моей души:

— Коул!

Парень медленно обернулся и удивленно моргнул, а я уже шмыгала носом, моля его не исчезать.

— Не уходи опять.

Я хотела спрыгнуть с постели и резко приподнялась, но меня остановила резкая боль, от которой я застонала, и капельница.

Он широко раскрыл глаза и кинулся ко мне.

— Бри, детка, что ты делаешь? — взяв меня за руки, произнес Коул, а затем тихо обнял, и я почувствовала аромат его кожаной куртки.

Слезы полились из глаз от маленького счастья — от его присутствия.

— Малыш, не плачь, прошу.

Эти слова ураганом "Катриной" пронеслись по моей душе, перевернув там мои чувства.

Он коснулся ладонями моего лица, заглядывая в сырое лицо.

Я опустила веки, стесняясь пристально взгляда, ведь наверняка вид мой был не из лучших.

Не успела я и глазом моргнуть, как Коул поцеловал меня, так неожиданно и нежно. Я вздохнула, словно в первый раз и прильнула к нему лицом.

— Как ты себя чувствуешь? — прошептал мой любимый.

— Уже лучше, — прошептала я в ответ.

— Приляг.

Коул положил меня обратно на подушку, словно маленькую простудившуюся девочку.

— Британи…

Начал он неуверенно и как всегда серьезно настроено, это значило, что разговор предстоит не о любви.

Я повернула голову в бок, пытаясь спрятаться от разговора.

— Бри, кто это сделал.

Я зажмурилась.

— Я не знаю. Их было двое, но я не разглядела…

— Мужчины?

— Коул, я не знаю.

— Бри, хоть что-то ты разглядела?

Я отрицательно покачала головой.

— Но как же…

— Коул! — вскрикнула я. — Я не хочу об этом, только не сейчас!

Коул принял недовольное выражение лица.

— Пожалуйста.

— Хорошо, прости.

Настала неловкая тишина, я заметила, как Коул с жалостью оценивает мой внешний вид.

— Что так ужасно? — спросила я.

— Что, прости?

— Я? Все ужасно?

— О чем ты?

Я вздохнула и обратила внимание на свою сумочку в углу.

— Достань, пожалуйста, мне зеркало из кармашка.

— Зачем?

Я закатила глаза.

— Зайчиков пускать буду!

Коул достал зеркало и медленно протянул его. Я с жадностью схватила зеркальце и медленно в него взглянула: среди синего пятна трудно было найти глаз, но самым ужасным был шов на щеке в три сантиметра.

Я с отвращением коснулась лица, а затем со злостью швырнула зеркало в сторону и отвернулась, закрывая глаза.

Коул сел на больничную койку и взял меня за руку. Мне было стыдно взглянуть ему в глаза, я стеснялась собственного отражения, я была отвратительна. Я переступила стеснение и начала разглядывать собственное тело. Я подняла одеяло и задрала рубашку, тело было похоже на черничную материю, на которой проглядывали кусочки светлого матового цвета. Коул коснулся моего живота и провел по нему ладонью.

Я схватила одеяло и спряталась под ним с головой, разрываясь от ужаса. Синяки пройдут, но шов на лице — это было сверхужасно.

Коул сдернул одеяло.

— Это все пройдет, я обещаю.

Я закрыла лицо руками.

— Я просто мерзко выгляжу. Коул я не хочу, что бы ты видел меня такой, не хочу!

— Ты самая красивая.

— Не надо мне врать! Только не это, Коул. Как ты вообще поцеловал меня и тебя не стошнило?!

Коул опустил мои руки и улыбнулся.

— Вот так, — затем парень снова коснулся моих губ.

И хоть мгновения были прекрасны, я стеснялась своего вида.

— Коул, этот шрам, он же на всю жизнь!

— Бри, со временем он исчезнет.

Он утешал меня, но ведь глаза его глаза были печальными, разбитыми, раскаивающимися, но с лица не сходила натянутая улыбка.

Дверь палаты открылась и оттуда вбежала моя мама, счастье упорхнуло со свежим воздухом, ворвавшимся из коридора.

— Мне пора, — произнес Коул, поцеловал мою руку и направился к выходу.

— Не пропадай Коул! — крикнула я вслед, но он не обернулся.

— Кто это? — удивилась мама, а затем вспомнила именно обо мне и кинулась к кровати.

— Кто это сделала с тобой милая? Бедная моя девочка!

Мама начала плакать, от чего мне становилось плохо, и я считала виновной себя во всех ее бедах.

Тут же в комнату вошел отец и мужчина с блокнотиком, снова коп.

Пять минут надо мной бегали родители и громко ругались, но после тот мужчина достал карандаш и подошел.

— Все что вы знаете, видели, слышали. Меня интересует каждая деталь события.

— Боюсь, ничем не могу вам помочь. Лиц я не видела, голосов не слышала. Это были обычные карманники, так что их уже и след простыл, — сказала я.

— Мисс Октинс, разве вы не заметили совпадений между вашим похищением и избиением?

— Оу, нет, я не думаю, — вновь соврала я.

— Тогда почему ваши деньги и телефон на месте?

— Просто их кто-то спугнул, кажется, это была Поли, они испугались и забыли о ценностях.

— Может, вы в чем-то замешаны. Вашей безопасности нет гарантии. И мы по просьбе вашего уважаемого отца хотим обеспечить вам полную защиту и провести расследование, но для этого нам нужна ваша помощь, Британи.

— Я так не думаю. Знаете, мне провидица предсказала, что у меня черная полоса в жизни будет. Так вот, она наступила, но скоро пройдет, не волнуйтесь.

Ко всему сказанному бреду мне пришлось еще и улыбнуться для правдоподобия. Родители чуть не просверлили мне дыру в затылке своими бешеными глазами.

— Мисс Октинс, провидица?

Я кивнула.

— Да, и еще я не пойду на совместное дело со следствием, так как не вижу в этом смысла. Спасибо, но у меня разболелась голова, я хочу поспать, вы не против?

Незнакомец переглянулся с моим отцом.

— Да, конечно, Британи, — сказал он и ушел.

— Да, черт возьми, что с тобой происходит?! — закричал отец, а я закрыв глаза, отвернулась.

Глава 15. Сестра

Мучительные дни в больнице, затем дома. Гематомы сошли, швы с лица сняли, да, шрам казался меньше, но он был на моем лице.

Что-то происходит, должно быть, очередной заговор, зловещий план Тома, но мне просто необходимо во всем разобраться. Иначе я все же поплачусь за глупость собственной жизнью.

Я вернулась в колледж, несмотря на уговоры родителей. Там, я чувствовала себя более — менее живой, но уже совсем не той Бри.

Первый день был ужасен. Шрам на лице привлекал огромное внимание, следовательно, велись бессмысленные разговоры, разгорались сплетни, огненные взгляды, от которых я тлела. И, хотя тяжело чувствовать себя всеобщим уродцем, но я просто не могу показать всем, что я слабая, я сильная, теперь и телом и духом.

В столовой я сидела одна за круглым столиком, прикрывая лицо ладонью. Краем уха я уловила разговор межу двумя девушками:

— И как эта страшилка победила в конкурсе красоты?

— Ума не прилажу.

Эта беседа окончательно подняла мне настроение. Сидеть рядом с такими подлецами было просто невыносимо. Я поднялась с подносом еды со стула, но мгновение — и содержимое оказалось на моей белой блузке.

— Смотри, куда идешь, криминальщина! — крикнул парень, сбивший меня.

Всеобщий хохот, похоже, врезался в стены столовой, и, отражаясь, влетал мне в уши.

Я кинулась в туалет. Всхлипывая в тесной кабинке, я снова повторяла себе, что со всем смогу справиться, но что-то не совсем получалось убегать чужого мнения и обиды, злости, отчаяния.

— Выходи уже, хватит плакать, — произнесла девушка за дверью.

Это была Поли, и как я могла забыть о ней, своей спасительнице, к которой было куча вопросов.

Я медленно открыла дверь, за которой меня ждала девушка со светлыми кудряшками и добрыми, стеклянными глазами.

Поли достала салфетку и принялась вытирать мой поплывший макияж.

— Ты же знаешь, что слезами горю не поможешь. Если будешь показывать свою слабость, то ничего не изменится.

Девушка заботливо приводила меня в порядок, а я стояла, словно вкопанная в кафель и понимала. Что семечка, до которой мне никогда не было дела, оказалась единственной, кто хотел мне помочь. А друзей, которых я любила, и вовсе не было видно ни в колледже, ни в повседневной жизни.

— Поли, я хочу поблагодарить тебя, ведь если бы не ты, они убили меня.

— Не надо, Британи, все хорошо.

— Я в долгу перед тобой, спасибо.

— Ну что ты, — улыбнувшись, произнесла Поли.

Я не раздумывая, кинулась на шею этой милой девушки, то ли от безысходности, то ли от счастья, что сейчас она рядом.

— Поли, откуда ты его знаешь?

— Кого? — спросила Семечка и отстранила меня от себя.

— Коула. Откуда ты знаешь Коула?

Поли явно растерялась и потерла ладонью лоб.

— Так какого Коула?

— Только не это! — вскрикнула я.

— Что, Британи, что?

— Что, что. Сейчас ты начнешь делать вид, что не знаешь его, что мне показалось или приснилось, что ты говорила с ним в больнице.

— Бри, — произнесла Поли, взяв меня за руку.

— Он там был и ты была. Вы разговаривали, и я не спятила! — закричала я, не сдерживая эмоции.

— Спокойно, спокойно! Да, ты не спятила. Мы с Коулом знакомы и довольно хорошо.

— Говори, Семечка, говори, откуда ты его знаешь!

Поли прищурилась и пролепетала: " Он мой брат".

Я вытянула шею и широко распахнула глаза.

— Что, что? Он брат? Но как?

— Ну как это, я думаю, ты с детства знаешь, да мир тесен, земля круглая.

— Невероятно.

Теперь, казалось, услышав это, Поли больше и больше симпатизировала мне, она стала вдруг такой родной, единственным лучиком, светившим мне во мраке людских грехов.

— Пошли на лекцию, — улыбнувшись, произнесла Поли, и потянула меня за руку.

Я засмеялась, и мы вышли из туалета.

— Поли?

— Что?

— А почему "семечка"?

— Потому что я очень люблю семечки.

Остаток дня я провела с мамой в клинике. Она поспешно хотела избавиться от моего жуткого шрама, я тоже, конечно же, снова была не прочь видеть в зеркале ровную, персиковую кожу, но часы у косметолога были очень некстати.

— Не волнуйтесь Британи, совсем скоро от вашего шрамика не останется и следа, пластика лица далеко шагнула, — твердила блондинка лет тридцати в белом халате, трогая мое лицо.

— Очень бы хотелось верить, — сказала я, очередной раз взглянув в зеркало.

— На сегодня все, жду вас в среду.

Выйдя из больницы, я немедленно решила навестить Коула.

— Мама, я заеду к Лизе, — солгала я, нажимая на кнопки мобильного.

— Может тебя отвести?

— Нет, нет, мы хотели посидеть в кафе, посплетничать, ну ты понимаешь…

— Ну, хорошо.

Я обняла маму и направилась к ближайшему такси.

Ни капли силы сдерживать себя, каждую секунду, я задавалась вопросом, в чем же смысл моей теперь уже несладкой жизни, и каждую секунду, я закрывала глаза, рисуя в памяти его лицо, всегда служившее ответом.

Я тихо и неуверенно постучала в дверь его квартиры, за которой я когда — то была заложницей, хотя, хотелось тарабанить по ней изо всех сил, что бы скорее увидеть за порогом Коула. Но двери все еще были закрыты, тогда я подняла руку, что бы еще раз, попробовать, но этого не понадобилось, Коул резко распахнул дверь. Я, наконец, снова увидела его: джинсы, черная облегающая майка, сонное лицо с блестящими глазами.

— Британи? Привет, — произнес Коул, потирая щеку.

Его очередной холодный прием меня не порадовал, но более приятные чувства били ключом, затапливая некую обиду.

— Привет, — чуть слышно произнесла я. — Можно, я войду?

Коул кивнул, и я вошла.

Он смотрел на меня, словно Санта Клаус на ребенка, ждущего подарок.

— Что случилось? Ты здесь…

— За этим, — прервала я речь Коула и бросилась к нему, впиваясь в уста жадным поцелуем.

Коул не отверг меня, а наоборот, обвил меня руками и прижал к себе, казалось, это был самый лучший момент в моей жизни. Я обняла его так крепко и спряталась лицом в его майке, будто ища в нем свою защиту, защиту от всего на свете.

— Я скучаю, — произнесла я дрожащим голосом.

— Я скучаю, — повторил Коул, сжимая крепче в своих объятиях.

Минуты с ним летели настолько быстро, что я не успевала налюбоваться этим парнем. Никогда еще Коул не был так заботлив и нежен, как сегодня. Укутавшись в одеяло и потягивая кофе, я осматривала знакомую комнату, в которой ничего не изменилось с момента моего отсутствия.

— Коул?

Я поставила чашку и легла ему на грудь.

— Что у тебя происходит?

— Ты о чем? — тихо спросил Коул, гладя меня по руке.

— О твоей жизни. Все в порядке или Том не дает тебе покоя?

— Все в порядке, Бри, он не тревожит меня, в отличие от тебя.

Тема, которую я завела сама, мне категорически не нравилась, поэтому я сменила ее более приятной.

— Я не знала, что Поли твоя сестра.

— Не было удобного момента, рассказать тебе о своей жизни.

И, услышав это, я поняла, что действительно ничего не знаю о жизни человека, которого люблю.

— Может этот момент настал?

Я устроилась поудобнее и завалила Коула всеми возможными вопросами, от которых ему удалось избавиться только с помощью поцелуя.

Глава 16. Помощь

— Можешь съесть мой пудинг, — сказала я Поли, отставляя от себя чашку.

— Ты почему не ешь? — доедая йогурт, спросила Поли.

— Не хочу, у меня предчувствие какое-то странное.

Мобильник Поли завибрировал, и наш разговор прервался.

— Да, что стряслось?

Поли была взволнована.

— Звони, если что я примчусь.

— Поли, что случилось?

Девушка сняла очки и закрыла руками лицо.

— Мама.

— Что? Что, Поли?

— Коул звонил. Мама в больнице. Операция необходима в ближайшее время, или…

Поли зарыдала. Я взяла ее за руку.

— Тише, тише, все будет хорошо.

— Британи, я хочу в это верить, но нам негде взять столько денег. Я не хочу, что бы мой брат влез в еще какую-нибудь авантюру.

Я бросила сумку на диване в гостиной и побежала в кабинет отца.

— Папа мне нужны деньги.

Отец посмотрел на меня исподлобья.

— Во-первых здравствуй дочка. Может, объяснишь для чего они тебе?

— Двадцать тысяч, мне нужно срочно двадцать тысяч.

— Так, опять что-то происходит. Кто с тебя требует деньги?

— Никто, дашь или…

— Свободна. Закрой, пожалуйста, дверь с обратной стороны.

— Что? — я удивилась твердости отца. — Хорошо, попрошу у кого-нибудь другого.

Я пулей вылетела из кабинета, хлопнув посильнее дверью.

— Бри?

В коридоре меня встретила мама.

— Что с отцом? Он сам не свой.

— Ах, это, к нему приходил какой-то парень, может по работе, они долго шушукались в кабинете, и с тех пор, как молодой человек ушел, папа не в духе, должно быть сорвалась очередная сделка.

— Прекрасно, — произнесла я и отправилась к себе в комнату.

Раз папа не может дать мне деньги, придется мне их найти самой.

Долго думая что же сделать, я вытряхнула свою шкатулку с украшениями, среди которых были дорогие серьги, полученные от родителей на день рождения в прошлом году, кольцо, которое когда-то подарил мне Том, и колье с бриллиантом — самый дорогой презент, который я получила в наследство от бабушки, когда-то светской львице, роскошной леди сороковых годов. Пару платьев от шанель я собралась отнести на барахолку.

Целый день я блуждала по ломбардам и нищим рынкам. Колье, как фамильную ценность пришлось оставить под залог, а остальное продать. Добрать сумму я смогла, сняв деньги со своей кредитки.

Вечером я позвонила Поли и отправилась к ней в больницу.

— Как вы тут? — спросила я бледную, измученную Поли, поглядывая вдаль, где говорил с врачом Коул.

— Пока стабильно. Ищем деньги.

— А Коул? Он в порядке?

Поли покачала головой:

— Он не спал сегодня. Днем искал работу по городу, только что вернулся.

— Милая, все будет хорошо, я отойду, — сказала я, погладив по плечу девушку.

Врач ушел, Коул стоял один.

Я медленно подошла к нему и обняла.

— Как ты, родной?

Парень молчал, а потом дернул меня за руку и отвел за угол.

— Что?

Я напряглась.

— Бри, уходи.

— Коул, что случилось?

— Просто уходи, пожалуйста, и больше не появляйся.

Я застыла, будто облитая свежим бетоном.

— В больнице?

— Британи, в моей жизни.

— Опять? Ты делаешь это опять? Я понимаю, у тебя…

— Уходи, — грозно сказал Коул и покинул меня.

Я вздохнула от надоевшей мне ситуации.

— Я не отпущу тебя, что бы ты не говорил.

— Простите, где я могу найти главного врача? — я остановила проходившую мимо медсестру.

— Дверь напротив.

Я вошла в кабинет.

— Здравствуйте, я пришла поговорить насчет миссис Кёртес.

— Я слушаю вас.

— Я ее племянница, Стелла прилетела сегодня из Нового Орлеана.

— Что ж, очень приятно.

— Я привезла необходимую сумму на операцию тете.

— Стелла, это прекрасно.

— Каков исход операции? Что вы можете гарантировать?

— Ситуация теперь не критическая, девяносто процентов, что все пройдет успешно. Лилиан через месяц сможет вернуться к полноценной жизни.

— Отлично, спасибо доктор. Только есть одно "но". Понимаете, мой кузен Коул он очень, очень гордый и не возьмет моих денег, поэтому о нашем разговоре знать ничего не должен. Просто выполните все как надо.

— Раз так, то конечно, но я не думаю, что мистер Кёртис отказался бы от денег для собственной матери.

— И еще, за моей тетей должен быть особый уход, все необходимые лекарства, витамины, медсестра…Вы меня понимаете.

— Конечно, Стелла.

— Тогда где мне оплатить лечение?

Глава 17. Ловушка

Телефон Коула не отвечал, мне осталось надеется на время, которое сможет все исправить и просто плыть по течению.

— Бри, где колье бабушки, сегодня у Харисонов ужин. Я должна его надеть.

— В ломбарде.

— Что? Как?

— Я его сдала? Можешь забрать пока не поздно.

— Что ты наделала? Это семейная ценность!

— Прости, я бы сама забрала, но у меня нет денег.

— Джордж!

— Ломбард на соседней улице, — сказала я, взяла сумочку и пошла прочь, оставив маму в ошеломленном состоянии.

Сгустились тучи, подул ветер, унося с собой последние нотки неплохого настроения. Казалось, на меня падает небо, давит одиночество, съедает тоска. Коул отказался от меня, Поли сейчас нужна маме, а мои друзья Лиза и Питт и вовсе пропали.

Я лениво достала из кармана мобильник и набрала Поли.

— Алло, Здравствуй.

— Привет Бри, — радостно крикнула в трубку Поли, удивив меня.

— Как мама?

— Ты представляешь Британи, сегодня ей сделают операцию!

— Поли, это просто отлично, замечательно, я очень рада. Скажи, а Коул…

— Он тоже рад, но, все же с ним что-то не так, у вас с ним что-то случилось?

— Нет, нет, все хорошо, просто мы пока не можем видеться.

— Бри, я перезвоню, доктор идет.

— Хорошо. Пока.

Я сунула мобильный в карман, но он снова зазвонил. Меня насторожил неизвестный номер, но я взяла трубку.

— Я слушаю.

— Вот и слушай, что я тебе сейчас скажу. Веди себя тихо.

— С кем я разговариваю?

— Завтра ты, одна приходишь на Бэйк стрит, с собой у тебя должна быть твоя фарфоровая кукла, которую на рождество когда-то подарил папочка.

— Слушайте, что за бред вы несете! Я сейчас позвоню в полицию.

— Рискни, и твои друзья трупы.

Вдруг из трубки донеслись знакомые голоса. Это были Лиза и Питтер. Теперь, все встало на свои места.

— Твои друзья у меня. Не придешь и потеряешь их. Придешь не одна или с копами — исход тот же. Завтра в восемь вечера с куклой.

После, связь оборвалась. Звонок напугал меня до ужаса. Как я могла так равнодушно отнестись к пропаже собственных друзей?! Как я это допустила? И что же теперь делать? Что будет теперь?

Всю ночь, я крутила старую куклу в руках, не понимая, что в ней особенного. Наверняка, это снова проделки Тома. Не пойти я не могу, там Лиза и Питт, те, что были рядом со мной всю жизнь, те, кого я не могу потерять. Страх, размытое будущее. А вдруг сегодняшний день моей жизни последний? И какие итоги я могу подвести: всю жизнь я висела на шее родителей, была зазвездившейся стервой, встречалась с подонком и допустила, чтобы в беде оказались мои друзья. Чувствуя себя на волосок от неизвестности, я поняла, что в жизни делала не так. И самое незабываемое в ней, то о чем я не жалею — это появление Коула в моей жизни, неизвестного преступника в маске, любимого преступника, холодного, как лед, горячего, как огонь.

Я достала блокнот с полки, вырвала лист, на котором начеркала: " Дорогие мама и папа, простите свою глупую дочь за все. Знайте, что бы ни случилось, я очень вас люблю, вы — лучшие родители в мире".

А затем, на клавишах телефона я набрала "Зорро, спасибо, что появился в моей жизни. Навсегда люблю", а затем нажала отправить и уткнулась в подушку, сдерживая эмоции.

С утра я направилась в магазин, находившийся на другом конце города. За прилавком меня встретил бородатый толстяк в жирной майке и бутылкой машинного масла в руках.

— Что-то хотела, детка?

— Мне, пожалуйста, 9мм М11.

Толстяк засмеялся.

— Решила пришить кого-то?

— Нет, решила для самообороны приобрести.

— Бесшумный? Для самообороны? Документы есть?

— Вот, — сказала я и протянула пару сотен "зеленых".

— Ну что ж.

Я сунула пистолет в сумочку и направилась домой за чертовой куклой нервно ожидать свой выход.

— Куда-то собралась? — спросил отец.

— Да, в кафе с друзьями.

— А ну иди.

— Ага.

— Я люблю тебя, — вдруг сказал отец, после чего я обняла его.

— И я тебя, пап.

Смеркалось, я приближалась к Бэйк стрит с решимостью в душе и пистолетом в сумке.

В темном переулке меня ожидал темный силуэт.

— Пришла.

Это был никто иной, как Том, чему я особо не удивилась.

— А что плохо видишь? Где Лиза и Том?

— Они там, пошли, — сказал Том, указывая на дверь какого-то подвала.

Я собрала волю в кулак и вошла во внутрь.

Там нас ждал неизвестный мне мужчина, лет сорока пяти.

— Кукла у тебя? — громким голосом сказал он.

— У меня, — ответила я, прижимая к себе сумку. — Где мои друзья? — спросила я у незнакомца и окинула презренным взглядом Тома.

— Друзья в студию! — закричал мужчина и захохотал, а из коридора вышли Лиза и Пит.

Я кинулась к ребятам, но меня остановили их скверные, холодные улыбки.

— Лиза? Питтер?

Голос сорвался, а сердце заныло.

— Бри, Бри, спасибо, что пришла, не дала друзьям пропасть, — сказал Пит.

— Теперь — то мы точно не пропадем, заживем, так заживем, — произнесла Лиза.

— Не может быть, — прошептала я. — Лиза! Мы ведь были как сестры! Как вы могли продать меня?

— Знаешь, Британи, у тебя в жизни так все удачно сложилось, а мы, мы ведь тоже хотим ездить на "Бентли" и одеваться в шмотки от кутюр.

Все, что когда-то я пережила с этими людьми, было лишь игрой завистников.

— Ты всегда была лучшей, королевой, красивой. Кстати извини за шрам, но я не удержалась, — с усмешкой проронила Лиза.

— Что? — я коснулась лица и вспомнила вечер нападения, их было двое, двое. — Вы?

— Мы, мы, первую часть прекрасно отыграл Томми, потом мы.

Только что я перенесла болезненное сильнейшее разочарование в своей жизни. Слеза скользнула по щеке, как же я была наивна и глупа!

— Ублюдки, — сказала я.

— Хватит прелюдий, давай куклу, — заорал мужчина.

Я сунула руку в сумку и вытащила пистолет, который направила на бандита.

— Не знаю, что в ней такого, но не отдам.

— А вот и зря, — сказал Том, и я почувствовала дуло у себя на затылке. — Бросай пистолет.

Я выронила оружие из рук, и поняла, что вот он конец.

Том пнул оружие в сторону и отобрал у меня сумочку. Мужчина забрал сумку и достал куклу.

Том опустил оружие и прижал меня к себе.

— Мне было хорошо с тобой, малыш, — прошептал мерзавец мне на ухо.

— Руки убери от нее!

Новый, знакомый, бархатный голос.

Том обернулся и через секунду очутился на сыром полу.

А я, широко распахнув глаза, вглядывалась в любимое лицо — Коул, он пришел.

— Еще один нарисовался, — томно произнес главарь этой гнусной группировки.

— Бри, иди сюда, — приказал Коул.

Я шагнула вперед, но Том заставил остановится.

— У меня оружие, еще шаг, и она получит пулю, — сказал Том.

Я печально посмотрела на Коула, развернулась и подошла к Тому.

Тот был увлечен своей властью. Я воспользовалась моментом и ударила Тома по коленке. Парень согнулся. Коул, мой любимый Коул налетел на Тома, и завязалась борьба, к которой подключился Пит.

— Коул! — кричала я. — У него пистолет!

Не успела я опомниться, как меня за руку схватил главарь и потащил за собой. Кукла была у него, и раз ее подарил мне папа, значит в ней что-то особо важное, нужное моему отцу. Я кричала, тормозила, но он волок меня по сырому полу. Я упала на землю, нащупывая в темном подвале что-нибудь под руку. Мужчина схватил меня за волосы, а я набрала в кулак песка и кинула ему в глаза.

— Стерва! — завопил бандит. Я вскочила, выхватила куклу и бросилась бежать.

— Не с места! Всем поднять руки!

— Невероятно, но ворвалась полиция, я вздохнула с облегчением, но неожиданно меня оглушил выстрел.

— Коул! — закричала я и побежала к любимому, но меня догнал второй выстрел, и резкая боль пронзила спину, я упала, мне стало тяжело дышать, в глазах мелькали огни.

Чьи-то руки подхватили мое тело.

— Бри, Британи. нет, нет, нет!

— Коул, — постаралась сказать я, из последних сил борясь за существование.

— Держись, милая, девочка все хорошо.

Хоть и не отчетливо, но я впервые слышала его голос таким обеспокоенным за меня.

— Не оставляй меня, слышишь, я ведь люблю тебя Британи!

Коул кричал, он кричал мне что любит, любит! Никогда я не слышала, не знала о его любви, и только сегодня, сейчас…Что ж, если я умру, то я умру счастливой.

— Где моя дочь, где моя Бри?! — последнее, что я услышала в этот день.

Заключение

Я тихо вздохнула и открыла глаза.

— Пап? Мам?

Родители с ослепительными улыбками кинулись к больничной койке.

— Доброе утро, родная, как ты?

— Уже хорошо, если б вы только знали как. А где Коул?

— Он в коридоре.

— Пап, как вы нашли меня?

Папа улыбнулся и взял меня за руку.

— Однажды, ко мне пришел парень. Он рассказал, как взял в заложницу мою дочь.

Я засмеялась.

— Я безумно хотел придушить этого наглеца, сдать в полицию, и держать подальше от своей девочки. Но он, этот самый парень помог мне спасти свою единственную девочку. Британи, прости, я запретил Коулу приближаться к тебе, но теперь я знаю правду, я знаю его помыслы и то, что он любит мою Бри. Мы прослушивали твой мобильник дорогая.

— Зачем им нужна была эта кукла?

— Когда-то я спрятал в нее секретную карту, в ней пароли от всех моих счетов, в ней мой бизнес. Они хотели заполучить мои деньги, и чуть не убили тебя. Я никогда не прощу себе этого!

Несмотря на боль, я смеялась, смеялась от счастья.

— Я люблю вас! Позовите мне его скорее.

Родители вышли и вошел он — сонный, такой милый и замученный, целый и невредимый.

Он сел возле моей постели и положил голову мне на живот, взял за руку и сказал: " Они все за решеткой, ответят за содеянное".

— Мне плевать, Бог им судья, — улыбаясь, сказала я.

— Прости меня.

— Коул, — простонала я. — Не надо. Как мама?

Он поднял голову.

— Хорошо, операция прошла успешно, теперь идет на поправку. Ты моя добрая фея.

— Так ты знал?

— Разве трудно догадаться?

Коул поцеловал мою руку.

— Скажи еще раз, пожалуйста.

Коул долго вглядывался зелеными глазами в мое помятое лицо и произнес: " Я тебя люблю. И не отпущу больше никогда"!

— Никогда, никогда?

— Никогда. Британи Октинс, ты выйдешь за меня?

Самые святые для меня слова. Самый лучший расклад.

— Да, — ответила я, встречая новую жизнь.

Запутанная часть моей жизни подошла к завершению. Разве могла избалованная, ни в чем не нуждающаяся девушка только подумать, что пока она примеряла новые наряды в бутиках, за ее спиной велись коварные планы. Ее друзьями — моими друзьями были враги, мои друзья казались врагами. Деньги — никчемные бумажки, без которых вроде бы нельзя прожить, превращают человека в запрограммированную ненасытную марионетку. И уяснив урок, я поняла, что счастье и любовь не купишь ни за одну "зеленую" бумажку, а еще надо быть предельно внимательными к своему окружению, среди которого могут оказаться на руку нечистые и павшие душой люди.

Мне повезло с моим преступником, казавшимся черствым, остывшим злодеем, но по сути оказавшимся чутким и любящим меня человеком. Он навсегда приковал меня к своему сердцу и скрепил наш союз узами брака.

Content

Колинс Лина Заложница

Колинс Лина Заложница

Предисловие

Глава 1. И всё, как обычно

Глава 2. Угрозы

Глава 3. Похищение

Глава 4. В гостях у похитителя

Глава 5. Побег

Глава 6. Переезд

Глава 7. Другое отношение

Глава 8. Неожиданности

Глава 9. Признание

Глава 10. Расставание

Глава 11. Дом

Глава 12. Не в своей тарелке

Глава 13. Новые неприятности

Глава 14. Больница

Глава 15. Сестра

Глава 16. Помощь

Глава 17. Ловушка

Заключение