Андрей Дьяков

Вселенная Метро 2033 (рассказы)

Слово сталкера

Ватную тишину, царившую в бункере, нарушил вкрадчивый стук в дверь. Изможденные лица тотчас повернулись в сторону входа. В глазах присутствующих читался страх напополам с робкой надеждой на спасение. Спустя несколько мгновений, длившихся целую вечность, стук повторился. Два коротких стука… два длинных… три коротких… четыре длинных.

— Он! — Мальчишка лет десяти рванулся было к двери, но был пойман за руку отцом — сухопарым небритым мужчиной в потертом сером ватнике.

— Назад, — скомандовал он и оттеснил сына в угол помещения, где на рваном матрасе сидела жена Ирина, прижимая к себе пятилетнюю дочурку с испуганной зареванной мордашкой.

Зажав в руке пистолет Макарова, Виталий осторожно подкрался к двери, напряженно вслушиваясь в шорохи за стеной.

Снова раздался условный стук, и Виталий, выйдя из оцепенения, схватился за массивный засов. Противно скрипнули проржавевшие петли, мужчина шагнул назад, подобравшись и перехватывая рукоять пистолета поудобней…

За порогом стоял парень в сером антирадиационном комбезе. Стоял в полоборота к двери, контролируя одновременно и коридор, и вход в бункер. Противогаз откинут на спину, в руках — АКМ с подствольником. По лицу стекают грязные капли пота, дыхание натужное, как после долгой пробежки.

Виталий с облегчением опустил «Макарова», пропуская пришедшего внутрь. Кинув цепкий взгляд вглубь бункера, гость повернулся спиной ко входу и, не сводя прицела с темного зева коридора, шагнул в проем. Виталий торопливо закрыл массивную дверь, задвинул засов на место.

— Ну как там, Андрей? — Виталий и Ирина засуетились вокруг парня, помогая снять рюкзак.

Мальчишка, подскочив к сталкеру, принял тяжеленную разгрузку, буквально нашпигованную гранатами, запасными рожками с патронами и загадочными приспособлениями.

— Пить… дайте…

Ирина метнулась к резервуару с водой. Сталкер благодарно принял наполненную до краев консервную банку, поднес к губам, остановился.

— Пейте, пейте — воды еще много, — сказал Виталий, разгадав тревожный взгляд Андрея.

Андрей жадными глотками осушил банку, присел у стены, вытягивая натруженные ноги. Девочка, робко выглядывая из-за спин родителей, голодным взглядом смотрела на рюкзак гостя.

— Все в порядке, — начал Андрей, отдышавшись. — Старик Ваш молодцом держался. До метро нормально добрались. У входа несколько тварей торчало… Пуганули их слегка и вниз… Дедуля всё в бой рвался, оружие требовал… Вообщем, пристроил я его в Полисе, у знакомца моего… Валидол старику выдали с избытком…

— Спасибо Вам, Андрюша, — прослезилась Ирина, нервно теребя рукав шерстяной кофты. — Мы Вам так благодарны…

Мальчонка тем временем полез в рюкзак, доставая блестящие банки с тушенкой.

— Дозиметр, — напомнил Андрей, кивнув на разгрузку.

Виталий отстранил сына, отстегнул дозиметр и проверил рюкзак.

— Фон слабый.

Ирина облегченно вздохнула и принялась поспешно выкладывать банки на полку.

— Хватит как минимум дней на пять, — сказал Андрей. — Я за это время всяко вернусь.

Дети, приняв из рук матери вскрытые банки, жадно уплетали тушенку — первую свою пищу за последние двое суток.

— Кого следующего поведешь? — спросил Виталий у Андрея.

— Решайте сами — парень вытянулся у стены, укладываясь на ночлег. — Выходим утром…

* * *

Виталий долго ворочался, крутился с боку на бок — не мог уснуть. В голове, как назло, роились воспоминания о тяжких годах лишений, проведенных на станции. В начале их было много — человек семьдесят. Среди них была и студентка Ирина со своим отцом. С ними у Виталия сразу сложились теплые, затем и дружеские отношения. Годом позже Виталий попросил у Михаила Игнатьевича руки его дочери. Тот не возражал. Жизнь была тяжелая, поэтому дети у Ирины с Виталием появились не сразу. Маленького Колю еле удалось вытащить с того света, уж очень слабеньким он родился. Аленка появилась на свет через пять лет. Коля был ужасно горд, что, в отличие от сверстников, у него теперь есть сестренка.

Это была самая многочисленная семья на станции. Люди верили в их удачу, тянулись к ним, шли за советом. Поэтому, со временем, Михаил Игнатьевич стал негласным лидером выживших. Виталий уважал своего тестя так же, как и остальные обитатели станции. Вместе они решали проблемы обустройства станции и питания.

Все это время главной их проблемой оставалась замкнутость лагеря. Туннели по одну сторону станции обрушились еще во время бомбежки. Оставалось сообщение с метрополитеном с противоположной стороны станции, да и то недолго. Через несколько дней после того, как разведчики ушли в сторону центральных станций, тоннели затопило. Оставался лишь выход на поверхность, которым воспользовались всего несколько раз, чтобы кое как обеспечить жителей станции предметами первой необходимости. Парень, вызвавшийся добровольцем подняться без какой-либо защиты, успел сделать всего несколько ходок в город и, схватив серьезную дозу, вскоре скончался. После этого, вылазки на поверхность как-то сами собой прекратились.

Они были полностью отрезаны от внешнего мира и ничего не знали о жизни на других станциях. Так было много лет подряд, пока на станцию не полезла нечисть. Мокрые скользкие тела за считанные минуты заполонили спящий лагерь. Никто не ждал нападения со стороны затопленных туннелей. Патрулей и дозорных не было в принципе. И когда люди, разбуженные криками ужаса, повыскакивали из палаток, больше половины жителей уже было сожрано. Подвижные твари, внешне напоминавшие огромных черных гусениц, молниеносно прыгали на мечущихся людей, сбивая их с ног и вонзаясь мощными челюстями в беззащитную плоть. Быстрее всего было покончено с детьми. Их, как наиболее доступную и лакомую добычу, твари заглатывали целиком. То немногочисленное оружие, которое было в распоряжении жителей, не помогло уберечь станцию от страшного, методичного истребления всего населения.

Виталий с ужасом вспоминал те страшные минуты, когда, похватав ружья, они с тестем выскочили из технического помещения, приспособленного под жилище для их семьи, и увидели залитую кровью платформу. Продолговатые черные тени стремительно скользили между охваченными паникой людьми. Твари шустро проносились по стенам и потолку станции, выцеливая добычу…

Патроны кончились быстро, а ползунов меньше не становилось. Обезумев от запаха свежей крови, они наседали с удвоенной силой. Защитникам практически сразу же пришлось отступить в коридор, ведущий в подсобные помещения. Вскоре, убедившись, что лагерь выжран полностью, Виталий и Михаил Игнатьевич вернулись в бункер и заблокировали дверь.

Ирина, обняв детей, смотрела на мужа и все не решалась спрашивать, страшась ответа.

— Всех… — выдавил из себя Виталий, — кроме нас…

Ползуны хозяйничали на станции еще несколько суток, тщательно обгладывая трупы и обследуя все закутки в поисках поживы. Затем они также внезапно схлынули в недра затопленных коммуникаций. Станция опустела. Подчистую были уничтожены все запасы съестного. Семейство было обречено.

На следующий день после страшных событий Виталий решил идти на поверхность. Ирина, рыдая, отговаривала мужа, но выбора не было. Детям во что бы то ни стало требовалось раздобыть еду… поискать какой-нибудь склад или магазин… консервы…

Поцеловав детей, жену, Виталий коротко попрощался с тестем, вышел на станцию… и увидел свет факела. На платформе стоял человек в костюме радиационной защиты и с автоматом наперевес. Так они встретили Андрея.

Сталкер принес в их «дом» не только надежду на спасение, но и веру в будущее. Из его уст они узнали о существовании обитаемых станций, о Полисе, о сотнях выживших… Это было шоком.

Оставив свои съестные припасы, Андрей ушел, чтобы вернуться с комбинезонами и противогазами. Несмотря на уговоры Виталия, сталкер наотрез отказался вести в обитаемое метро всех сразу.

— Только по одному… — упрямо твердил он. — Слишком опасно… Случись что — всех не отобью… И не просите!

— Андрей, — сказала тогда Ирина. — Вы обещаете, что все будет хорошо?

На сталкера с надеждой смотрели пять пар глаз. В их взглядах легко читались боль и отчаяние… И он не мог, не имел права обмануть их ожидания.

— ОБЕЩАЮ… — твердо произнес Андрей. — СЛОВО СТАЛКЕРА…

Так начался их «переезд»… в новый ДОМ.

* * *

На утро, когда к переходу готовили дочь, выяснилось, что первоначальный план действий придется менять. Девчушка наотрез отказалась идти с «чужим дядей» и разревелась во весь голос. После недолгих уговоров Андрей уступил, решив вести одновременно и Аленку и Ирину. Нацепив на девочку защитный костюм и кое-как приладив ей противогаз, Андрей соорудил из рюкзака некоторое подобие детской «переноски», куда и посадил маленькую Аленку.

— Я с тобой, дочка, — успокоила ее Ирина. — А дядя тебя покатает.

Оказавшись за спиной у сталкера, девчушка притихла и принялась с опаской ощупывать надетый противогаз.

Сталкер тем временем проверил костюм Ирины и, накинув на плечо ремень автомата, сказал:

— Пора… И не волнуйтесь. Все будет хорошо… Я же обещал.

Они ушли. Перед тем как Виталий затушил лучину, маленький Коля успел заглянуть в глаза отца. В них читалась безграничная тревога… И надежда.

* * *

Как и раньше, раздался условный стук. Виталий открыл дверь бункера, но снаружи никого не оказалось. Лишь условный стук повторился, но уже где-то там, в темноте коридора. Выставив пистолет перед собой, Виталий двинулся по коридору. Прошел метров пять, пока снова не услышал стук… но уже за спиной. Виталий запаниковал, кинулся обратно — к спасительному бункеру, но уткнулся в голую стену без всякого намека на дверь. Этого не могло быть, но дверь исчезла! Потеряв контроль над собой, Виталий принялся бить по стене кулаками, пока не почувствовал на себе пристальный взгляд. Оглянуться было страшно… Еще страшнее было стоять и бездействовать в ожидании неизвестного. Затем раздался шорох… Еще… Что-то медленно приближалось, шуршало и плюхало, раздвигая продолговатым скользким телом многолетнюю пыль бетонного пола. Образ неведомой твари настолько явно встал перед глазами Виталия, что он, не в силах больше выносить эту муку, резко обернулся… и зашелся в безмолвном крике… Прямо перед ним на полу лежала отвратительного вида огромная, покрытая слизью многоножка… С ГОЛОВОЙ НИКОЛАЯ… Ее бока судорожно раздувались, а на лице сынишки блуждала идиотская улыбка.

У Виталия разом перехватило дыхание. А из темноты медленно показался хвост чудовища с мощным роговым наростом на конце. Свернувшись в кольцо, хвост коснулся пола. Два коротких стука… два длинных… три коротких… четыре длинных… Николай закричал… и проснулся.

— Папа, папа! Что с тобой? Проснись, папа! — Коля судорожно тормошил отца за воротник рубашки.

Виталий вскочил, стирая со лба испарину. Отдышался, пришел в себя. Успокоил сынишку, уложив его спать. Зажег лучину, выпил воды. И для успокоения оглянулся на закрытую дверь… С ОТКИНУТЫМ ЗАСОВОМ.

Виталия прошиб холодный пот. Ведь это был сон! Или, все-таки, нет? Задвинув засов, Виталий лег на дряхлый матрас и попытался успокоиться. Всему есть объяснение. Даже тому, что случилось этой ночью. Скорее всего, приступ лунатизма. Последний раз подобное случалось с ним еще в раннем детстве, когда Виталий вставал среди ночи и бесцельно слонялся по квартире, пока родители не укладывали его в кровать. Почему бы старой болезни не проявиться сейчас, в такой нервной обстановке? Кое-как успокоившись, Виталий провалился в глубокий, без сновидений, сон.

* * *

Слово, данное Виталию, Андрей сдержал. Появился ровно через двое суток — грязный, угрюмый и, как всегда, молчаливый. Так же, как и раньше, сел у стены, утолил жажду и, сказав, что все в порядке, лег спать.

Виталий не решился рассказать ему про инцидент, произошедший ночью. И, как оказалось, зря. Приступ повторился снова и сталкер, проснувшись, едва успел помешать Виталию выйти из бункера.

— Давно это началось? — Андрей был предельно серьезен.

— Нет… — Виталий глотнул воды, медленно приходя в себя. — Второй раз… Ну и в детстве были случаи… Хотя с тех пор столько времени прошло… Не понимаю, из-за чего это снова началось…

— Это «зов», — безапелляционно заявил сталкер. — Тебя ведут… что-то вроде гипноза. Есть такая тварь… редкая, но очень опасная… Засела, падла, где-то недалеко, и щупает пространство вокруг. На тебя вот навелась, телепатка б…дская… теперь не успокоится, пока сам ей в утробу не залезешь. За тобой, Виталий, теперь «глаз да глаз» нужен.

— Дядя Андрей, Вы же ее убьете? — подал голос Коля.

— Попробуй ее выследи… Долго… и весьма опасно.

— А меня она тоже чувствует? — Коля брезгливо поморщился.

— Если кошмары не снятся, значит не засекли тебя, не волнуйся.

Коля подошел к сталкеру, сел рядом, сочувственно посмотрел на отца.

— Тогда отведите сначала папу.

Андрей удивленно уставился на парнишку. Виталий в возмущении подскочил с матраса.

— Ты что говоришь?! Балда! — Виталия понесло. — Совсем рехнулся! А тебя здесь одного прикажешь оставить?

— А это выход… — перебил его Андрей. — И, похоже единственный…

Теперь Виталий в возмущении буравил взглядом сталкера.

— Колю она не видит… — Андрей наклонился к пареньку. — Ты точно решил?

— Да… — Коля был белее мела, но храбрился изо всех сил.

Понадобилось еще несколько часов, чтобы убедить Виталия в правильности единственно возможного решения. Настало утро, и, крепко обняв сына на прощание, Виталий ушел вслед за сталкером. Николай остался один.

* * *

Охотница была недовольна. Добыча, разорвав непрочную телепатическую связь, ушла, считай, прямо из под носа. Тучное тело твари конвульсивно дергалось в приступе животной ярости, разбрызгивая грязь по стенам коллектора. Голод напоминал о себе все настойчивее. А с того момента, как на «зов» откликнулся последний ползун, обитавший в мутных подземных водах, прошло уже порядочно времени. Теперь охоту приходилось начинать сначала, и это выводило гидру из себя…* * *

Массивная створка медленно приоткрылась. Сталкер впихнул Виталия в предбанник станции, и, не сводя глаз с ленты эскалатора, нырнул вслед за ним. Дверь мгновенно закрылась. Лязгнул массивный затвор. Они были в безопасности.

— Как добрались? — Навстречу вышел бородатый верзила, облаченный в костюм химзащиты.

— Норма. — Андрей поднял руки, вставая под струи обеззараживающего раствора.

Дежурный щедро обдал путников из шланга, смывая с комбезов уличную заразу.

— Жора, это Виталий. Проводишь его к остальным, в Полис.

— Не вопрос, — верзила похлопал Виталия по спине. — Сделаем. А ты как, надолго?

— Поменяю снарягу и назад… Там паренек один остался…

* * *

Николай боролся изо всех сил. Сначала он почувствовал жажду, но вода ее не утолила. С каждой минутой ему становилось все хуже. От чего-то стало нестерпимо жарко. И единственным спасением казался коридор за дверью, в котором несомненно должно быть прохладно и уютно. Прикосновение к холодному металлу засова на миг отрезвило мальчика. Он вспомнил слова сталкера и с отвращением отпрянул от двери, живо представив то, что подстерегает его снаружи. Теперь Николай уже почти физически ощущал, как что-то мерзкое ворочается в голове, слепо обшаривает сознание в поисках вариантов воздействия. Пытаясь избавиться от несуществующей жары, мальчик плюхнулся в резервуар с водой и закричал. Кипяток нестерпимо жег тело. Выскочив, Николай не обратил внимание на то, что кожа ничуть не обварилась. Если это и был морок, то настолько реальный, что противиться этому было выше его сил. Мальчик отодвинул засов и нырнул во тьму коридора.

Натыкаясь на стены, падая и обдирая колени, мальчик устремился вперед, навстречу легким дуновениям прохладного ласкового ветерка. Преодолев несколько метров, он различил впереди тусклый свет. За поворотом его ждало чудо… Никогда в жизни Коля не видел подобной красоты. Посреди станции, источая неяркое мерцающее сияние, покачивался огромный бледно-голубой цветок. Полупрозрачные лепестки мелко вибрировали, длинные тонкие жгуты-сенсоры хищно шевелились, ощупывая пространство в поисках добычи. За массивной водянистой тушей мутанта тянулся широкий след из густой фосфоресцирующей слизи, отмечая путь, проделанный гидрой в поисках строптивой жертвы. Но ничего этого Коля уже не видел. Он слепо двигался навстречу волшебному цветку, навстречу желанной прохладе и бесконечному покою.

А потом по нервам хлестнула волна отрезвляющей боли. Гидра неистово заколыхалась, на собственной шкуре испытав действие настоящего жара.

— Не-е-ет! — Мальчик ринулся вперед, пытаясь оградить «цветок» от внезапно вспыхнувшего огня. — Я иду!

«Успел» — пронеслось в голове Андрея. — «Жри, сука!»

Сталкер выхватил мальчишку буквально из под самых щупалец хищника. Изогнувшись, запустил в тварь еще одну бутыль с зажигательной смесью. Гидра, корчась в огне, ответила мощным ментальным ударом. Сталкер упал и схватился за голову.

«Господи Боже, как больно…»

Что-то упругое захлестнуло ногу, и сталкера потащило назад. Превозмогая боль, Андрей выхватил пистолет и отстрелил щупальце.

Тварь яростно завибрировала всей тушей, скапливая энергию, и ударила снова.

«Не могу… больше… терпеть…..всё…»

Андрей обмяк, падая в пропасть забытья. Огонь полыхнул с новой силой, и гидра попыталась отползти от источника боли. Ментальное давление чуть ослабло.

«Я ДАВАЛ ОБЕЩАНИЕ!» — вспыхнула в мозгу кристально четкая мысль, выдергивая сознание на поверхность. Сил хватило на одно осознанное движение. Граната влетела точно в зев «цветка». Затем прогремел взрыв…

* * *

— Дядя Андрей! Очнитесь! Пожалуйста!

Перед глазами мелькало желтое пятно, постепенно приобретая резкость. Спустя мгновение сталкер смог различить склонившегося над ним Николая. На лбу у пацаненка красовалась ссадина, видно ударился при падении и отключился. Это его и спасло…

— Привет, Николай. Я за тобой…

Мальчик улыбнулся… и зашелся в беззвучном плаче. Андрей притянул его к себе.

— Поплачь, Коля, поплачь. Теперь все будет хорошо…

Андрей не знал, как утешать. Он не имел такого опыта. Его работа заключалась в том, чтобы убивать. Убивать, чтобы другие могли жить. Натуральный обмен. Жестокие правила выживания… в абсурдном мире, утратившем свое первоначальное предназначение. И этому ребенку не объяснить, что раньше мир был другим. И он уже никогда не поймет, зачем кому-то понадобилось делать этот мир таким, какой он теперь… У Андрея не было слов, посредством которых можно было бы объяснить Коле самый дикий, не подлежащий никаким оправданиям, поступок взрослых… и он молчал.

— Я, кажется, ногу подвернул…

— Не дрейфь… — Сталкер медленно поднялся, ощупал ногу мальчика.

— Ай!

— Тихо, тихо… Обычный вывих, до свадьбы заживет…

— Я не дойду…

— И не надо. — Андрей потянулся за рюкзаком, снова превращая его в переноску. — Поедешь с комфортом…

* * *

Сталкер легкой трусцой бежал по проспекту. Бежал без видимых усилий, несмотря на пацаненка, болтающегося за спиной, разгрузку, полный комплект антирадиационной защиты и усиленную подствольным гранатометом автоматическую винтовку в руках. Сказывалась годами выработанная привычка. Привычка выживать… Армейские ботинки размеренно шлепали по растрескавшемуся асфальту, покрытому песком и каменным крошевом. Вдох… выдох… вдох… выдох… Тело, подчинившись монотонному ритму движений, полностью вошло в рабочий режим. Блуждающий взгляд въедливо щупает окрестности.

Сегодня наверху неспокойно. Привычный маршрут пришлось изменить. И это было скверно… Очень скверно. То ли магнитная буря повлияла, то ли гидра, подыхая, зашлась в ментальном «крике»… Но вся живность в округе пришла в движение, сорвалась с насиженных мест, раскинула сети… А по неразведанным кварталам идти — один к одному «русская рулетка»…

Сталкер прибавляет ходу. Он готов. Пока неизвестно к чему, но ощущение надвигающейся опасности уже заставляет организм выделять адреналин.

В подтверждение, раздается вопль паренька:

— Там! Прямо!

Андрей напряженно вглядывается, но не видит впереди ничего подозрительного. Чертыхается… Вспоминает, что специально посадил Николая спиной к спине, чтобы пацан следил за тылом. Резко останавливается, разворачиваясь на месте, припадает на одно колено. Несколько нелюдей уже показались из руин здания на перекрестке, жутко скалясь, но пока еще не решаясь последовать за сталкером.

— Старые знакомые… — сквозь зубы бормочет Андрей. Быстрым движением протирает стекла противогаза, поправляет разгрузку с рожками. Снова чертыхнувшись, вспоминает про самодельное, но весьма эффективное оружие. Судорожно вытаскивает два пистолета, снимает с предохранителя, передает Николаю.

— Следи в оба! Без нужды не пали — там разрывные… Только если близко подберутся…

— Близко это как? — срывающимся голосом уточняет Коля.

— Метров десять, пятнадцать…

«Молодец пацан, держится… не паникует…» — подумал Андрей.

А в следующее мгновение все мысли разом вылетели из головы, потому что из-за поворота, сшибая друг друга и устремляясь вперед, выкатились мохнатые бестии.

«Три, шесть, девять, двенадцать… итого тринадцать штук… Метров пятьсот… Начали…»

Сталкер вскинул винтовку, включил одиночный режим стрельбы, замер…

— Что там, дядя Андрей? Стреляйте!

— Тихо! Не дергайся…

Сталкер выжидал. Секунду… вторую… третью… Выжидал, изучая и выцеливая каждую тварь и всю стаю в целом, под действием предельной концентрации превратившуюся в скопище черных движущихся силуэтов… Мелких игрушечных фигурок… Как в довоенном тире…

Первая пуля разворотила череп самой резвой твари. С короткой задержкой прогремели еще два выстрела. Три туши, кубарем прокатившись по мостовой, перегородили дорогу остальным. Нелюди метнулись в стороны, двое прыгнули, двое не успели, на всей скорости врезаясь в трупы собратьев.

Серия быстрых одиночных выстрелов, по пуле на каждого, — и на мостовую рухнули еще шесть монстров. Атака захлебнулась, не успев начаться.

«Триста метров… Четыре цели… Экономить патроны, ждать…. Не уходят…. Добить….»

Винтовка рявкнула еще четыре раза. Сталкер ждал, оглядывая пространство между домами. Один из нелюдей, захрипев, поднялся с окровавленного асфальта. Из простреленной навылет брюшины толчками вытекала бурая кровь.

«Черт! Мазила! Теряю квалификацию…Сам издохнет… Ждать…»

Внезапные выстрелы за спиной вывели Андрея из раздумий.

«Все-таки обошли, суки!» — с обидой подумал Андрей, посылая в подранка еще одну пулю. Оглянувшись, он увидел несколько тварей в пустых оконных проемах зданий, как раз напротив того места, где они с Николаем держали оборону. С той стороны, куда сталкер изначально направлялся, проспект быстро заполнялся выпрыгивающими из окон нелюдями. Мальчишка, преодолев страх, кричал что-то злое и беспорядочно палил с обоих стволов в надвигающуюся толпу.

— Спокойно, Николай! Бей только в крайнем случае!

Их было много. Очень много. И кольцо окружения быстро сжималось. Сталкер навел оружие на толпу. Граната с хлопком вышла из поствольника, устремляясь по дуге в скопище монстров. Грянувший взрыв разметал бестий по проспекту, ошметки мяса и костей хлестнули по стене ближайшего дома. Сталкер метнулся в освободившееся пространство и, оскальзываясь на кровавой мостовой, прыгнул в первую попавшуюся дверь.

Навстречу метнулась огромная тень. Рефлекторный удар ногой — и Андрей с удовлетворением почувствовал, как массивный армейский ботинок с хрустом врезается в клыкастую пасть. Монстр, захлебываясь кровью, откатился в угол помещения. Контрольный выстрел — в лоб. Оглядевшись, сталкер ринулся в коридор. Дверь впереди распахнулась, выпуская несколько бестий. Дав короткую очередь, сталкер прыгнул вверх, в пролом между первым и вторым этажом. Понимая, что не успевает, Андрей все-таки полез вверх. И, как оказалось, не зря. Николаю удалось задержать толпу на несколько драгоценных секунд, разрядив в визжащих тварей по обойме разрывных патронов. Со стоном вытянув себя и пацаненка на второй этаж, Андрей в которых раз убедился в пользе постоянных тренировок. Руки дрожали от перенапряжения, но расслабляться было нельзя. Бросив вниз гранату, сталкер устремился вглубь городских руин.

На открытом пространстве твари были заметно быстрее, но внутри дворов сталкер мог потягаться с ними на равных.

— Дядя Андрей, заряди! — Коля протянул разряженные пистолеты.

Вставляя на ходу новые обоймы, сталкер проскочил разбитую детскую площадку, нырнул в следующий дом.

— Сейчас держись крепче, — Андрей снял винтовку с шеи и закрепил на бедре, освобождая руки. — Поболтает немного…

Николай сжал пистолеты и приготовился. А потом сталкер взвинтил темп. Дверные проемы, комнаты, лестницы и коридоры замелькали перед глазами паренька. Пару раз сзади показывались серые тела тварей, и тогда Коля стрелял. А сталкер упрямо продирался сквозь городские трущобы, вламываясь в двери и перепрыгивая обвалившиеся лестничные пролеты. Спина гудела, ноги налились свинцом, но выработанное годами упорство гнало его вперед, не позволяя остановиться.

Сталкер бежал, стискивая зубы в бессильной злобе. Бежал, мучительно медленно выцарапывая свою жизнь, а главное, жизнь мальчишки, из лап старухи с клюкой. Бежал, сквозь хриплое дыхание повторяя, как молитву, два единственно возможных и таких важных слова:

— Я ОБЕЩАЛ…

Оконное стекло, чудом сохранившееся в этом мире хаоса и разрухи, с грохотом разлетелось. Андрей, задыхаясь, вывалился на тротуар. Ослабевшие ноги подкосились. Сталкер грузно осел на землю, окидывая взглядом площадь. Впереди маячил вход в метро.

— Ты как там?

— Жив! Дядя Андрей, мы же не умрем?

— Не умрем, Коля, не умрем. — Сталкер щелкнул замками рюкзака. — Слезай… быстро!

Коля неуклюже освободился от ремней, скатился со спины сталкера.

— Нога болит?

— Уже легче… Что случилось, дядя Андрей? — Николай почувствовал неладное. — Мы дошли?

— Дошли, Коля, дошли. — Сталкер судорожно втягивал воздух. Из-за противогаза невозможно было разглядеть выражение его лица. — Видишь вход?

Время, отпущенное беглецам, неумолимо таяло.

— Вижу, дядя Андрей…

— Давай туда… бегом!

— А ты? — Слезы покатились по щекам мальчишки. Он готов был сорваться в крупную истерику. — Я не пойду без тебя! Слышишь, ты, гад? Не пойду!

Николай, рыдая, потянул сталкера за край комбинезона.

— Вставай, дядя! Ну давай, миленький, ну пожалуйста!

Из глубины квартала донесся протяжный звериный вой.

Андрей, ухватившись за пацаненка, со стоном поднялся на ноги.

Шатаясь от усталости, сделал шаг… другой…

Николай подхватил сталкера под руку и потащил вперед. Они доковыляли до середины площади, когда дом за спиной утонул в клубах пыли, выпуская из своего чрева потоки визжащих волосатых тел. Нелюди устремились к добыче, сокращая дистанцию огромными тягучими скачками.

— Не… смотри… назад… — Андрей, подхватил мальчишку, взревел от натуги и бросился вперед, вкладывая последние силы в отчаянный безнадежный рывок.

Рычащая серая волна катилась по пятам, в любой момент рискуя захлестнуть и перемолоть беглецов. Обидно до слез… Каких-то сто метро до входа… Гребаных сто метров!.. И группа нечетких силуэтов, метнувшихся наперерез…

Взгляд помутнел, руки уже не успевали вскинуть винтовку… к счастью… потому что навстречу бежали СТАЛКЕРЫ…

Андрей упал на мостовую, закрыв массивным телом мальчика Колю… Они смеялись и плакали от радости, не в силах справиться с нервным перенапряжением… А над ними уже бушевал свинцовый ураган, сметая мутантов рядами, превращая их в месиво из костей и мяса…

И не важно, что Николай запомнит этот мир именно таким. И не страшно, что мальчик в таком возрасте посмотрел в лицо смерти. Важно, что он понял, какова цена данного сталкером слова и однажды, через многие годы, пройдя нелегкую школу жизни, он пообещал очистить город от нечисти, вернуть его людям… Он дал слово… СЛОВО СТАЛКЕРА…

Дело сталкера

— Да вы что все, с ума посходили?! — Суханов метался из угла в угол, кидая на подчиненных испепеляющие взгляды. — Камышев! Ты лично отвечаешь за безопасность станции! Что у тебя на нижнем уровне творится?!

Константина Камышева, главу службы безопасности станции «Боровицкая», вызвали на «ковер» прямо с места происшествия. Вообщем-то, «происшествием» это и не назовешь… скорее, казус… маленькая неприятность. Ну стояла в углу подсобки катушка с кабелем… ну и стояла бы дальше, если б не затеяли в один прекрасный день сигнализацию в верхнем вестибюле налаживать. Понадобился провод. Сдвинули катушку с места, а под ней — люк и вертикальная шахта неведомо куда.

— Сергей Георгиевич, так ничего же не случилось, — оправдывался Камышев, чувствуя себя последним идиотом. — Фон замерили. Ядовитых испарений нет. У шахты патруль выставили…

— Костя, ты о чем говоришь! — Суханов нервно закурил. — У тебя под носом столько лет неучтенный вход на станцию был! Ты понимаешь, чем мы рисковали?

— Так точно, Сергей Георгиевич, — вполголоса ответил Камышев. — Полисом…

Начальник «Боровицкой» бросил недокуренную самокрутку… сел за стол… взглянул на план станции.

— Ладно, к делу. На схеме этой шахты нет… Да и нечему там быть, под нижним уровнем… Какие будут предложения?

— Ясное дело, — деликатно кашлянув, подал голос двухметровый бородач Жора. — Разведать надо… что к чему… Может склад какой… Или не мучаться… замуровать вход, да забыть…

— Значит так. Замуровать всегда успеем. Камышев, бери людей, оборудование… спуститесь, посмотрите… и сразу назад! Нам приключений не надо.

— Сделаем, Георгич. — Константин выждал, пока остальные не вышли за дверь. — Не нравится мне все это. Я с Охотиным разговаривал… ну с бывшим метрополитеновцем с «Арбатской». Он так сказал — что, говорит, в чертеже не отмечено — засекречено… И шастать, мол, там — себе дороже.

— Правильно сказал. Вот и не шастайте. Глянете одним глазком — и назад… Всё. Давай, Костя, за работу.

Отослав Камышева, старик принялся в сотый раз изучать пожелтевшие листы технической документации. На душе от чего-то сделалось тоскливо и неспокойно…

* * *

С самого утра Полис напоминал растревоженный муравейник. Люди сновали по переходам, шумели, спорили, что-то энергично обсуждали. Помимо коренных жителей на платформе «Боровицкой» толклось множество торговцев Ганзы, слетевшихся со всех концов метрополитена в предчувствии наживы. Все ждали возвращения сталкеров. Особо крупный отряд ушел вчера на поверхность. Должны были вернуться с крупной добычей… материалами, инструментами, книгами и прочим жизненно важным скарбом. И, поэтому, люди ждали. Чтобы выторговать или, хотя бы, взглянуть на вещи из своей прошлой жизни… жизни на поверхности.

Внезапно засуетились дежурные у тамбура, выстроенного рядом с гермоворотами. Народ, вытягивая головы, притих… Сталкеры вернулись! Никто не ринулся навстречу, не создавал давки. Все прекрасно знали тяжелый нрав угрюмых охотников. Сейчас они, не торгуясь особо, сдадут основную часть добытого перекупщикам, припрятав самое ценное на черный день, и разбредутся на отдых. А перекупщики уже развернут бойкую торговлю. И потечет товар по станциям, вдыхая крохи жизни в пустеющий подземный мир.

На этот раз не обошлось без жертв. Одного из сталкеров несли в «импровизированных носилках». Видать, зацепило бедолагу где-то… Осторожно опустили тело на плиты станции, прикрыли мешковиной. Мертв… Суровая плата за существование в выжженном пустом мире. Толпа расступилась, пропуская невзрачную женщину в платке. Рыдая, она опустилась около погибшего мужа… Верхний город берет непомерно высокую плату за свои сокровища…

Андрей склонился над женщиной и, понимая бессмысленность возможных слов утешения, просто поставил рядом рюкзак с патронами.

— Детишкам Вашим… на пропитание… на первое время…

И ушел. Ушел в гостевой угол, закрыв за собой полы палатки. Сегодня он будет пить… много… от безысходности… пока не забудется неспокойным тяжелым сном.

А к вечеру его растолкают. Чтобы рассказать об обнаруженной шахте… и о разведгруппе, не вернувшейся ни через час, ни через несколько суток.

* * *

— Уже третий день пошел. Сергей Георгиевич решил не рисковать. Итак, говорит, люди мрут, как мухи… А тут еще эта напасть… — Камышев сидел напротив Андрея, отхлебывая из кружки гостеприимно предложенный чай. — Распорядился никого в шахту не пускать. Я простить себе не могу, что с ребятами не спустился…

— Что-то не больно ваш Сергей Георгиевич о людях печется… — Андрей мрачно жевал вяленое мясо. — Там же люди внизу… ваши люди.

— Он говорит, всё, что за пределами станции, его не касается. — Камышев недовольно поморщился. — Не наше, говорит, дело по подвалам шастать.

— Да мы всю свою жизнь в подвалах провели! — Андрей начинал заводиться. — Если начальнику станции до своих людей дела нет, что он, спрашивается, вообще тут делает?!

— Знаешь что, Андрей… не кипятись… У него свое дело, у вас, сталкеров, — свое. Собственно, поэтому мы к тебе и обратились.

Сталкер молчал… Молчал, переваривая жестокую мораль подземного города. В который раз его ткнули носом в собственные принципы, и он уже понимал, что не сможет поступить по-другому.

— Что еще известно?

— Да, собственно, больше ничего… — Камышев заметно оживился. — Пару раз спускали в шахту продукты, воду… Может они еще живы…

— Ладно, иди, Костя. Передай Суханову, я согласен. Как соберусь — приду.

Камышев покинул палатку в хорошем расположении духа. Начальник станции будет доволен своим заместителем.

* * *

Сталкер взял конец троса, защелкнул карабин на поясе. Надел дыхательную маску, прибор ночного видения. Подкрутил верньер настройки.

— Начали…

Жора взялся за ручку лебедки. Сталкер подхватил с пола винтовку и плавно соскользнул в шахту вниз головой. Трос натянулся. Жора, понемногу стравливая трос, внимательно следил за рукой Камышева. Прошло несколько томительных минут ожидания. Наконец, далеко внизу мигнул огонек фонарика, Камышев заметил знак, дал отмашку. Колесо лебедки замерло. Мужики застыли, напряженно вслушиваясь в звуки из темного зева шахты…

Андрей висел у самого дна шахтного ствола, зацепившись ногой за трос. Его голова только-только выглядывала из отверстия шахты, на уровне потолка невысокого бетонированного коридора. Сталкер внимательно изучал выдаваемую прибором картинку… Длинный узкий коридор… пустой… На полу, прямо под ним, чернел какой-то предмет. Судя по очертаниям — мешок…

«Продукты» — осенило Андрея. — «Не пригодились… Может уже и без надобности…»

Ловко перевернувшись, сталкер отстегнул карабин и мягко приземлился на бетон. Быстрый взгляд в оба конца коридора… Тишина… Ни шорохов, ни туннельного сквозняка… Ничего… Абсолютный мрак и голый бетонный коридор, уводящий неведомо куда.

Сталкер вскинул винтовку и двинулся вперед. Десять метров… двадцать… тупик. Массивная железная дверь. Застекленное смотровое окошко забрано ржавой решеткой. За окошком ничего не разглядеть. Колесо управления засовом не поддается… Эту дверь явно давно не открывали. Значит, пропавших надо искать в противоположном направлении.

Андрей так же бесшумно вернулся к стволу шахты. Поразмышляв мгновение, прицепил к тросу мешок с продуктами, дернул… Лебедка наверху заработала, вытягивая груз. Пусть сразу думают, стоит ли рассчитывать на успех спасательной операции…

Сталкер двинулся дальше. Через десяток метров коридор плавно изгибался, открывая взгляду несколько боковых ответвлений. Соблюдая все меры предосторожности, Андрей методично обошел небольшой комплекс, состоящий из нескольких залов, заваленных каким-то хламом, и ряда помещений поменьше. Не считая строительного мусора, хаотично раскиданного по полу, помещения были пусты. У одной из стен сиротливо валялась промышленная дрель. Толстый кабель тянулся от аппарата через всю комнату и уходил в коридор.

Андрей был в недоумении. Пусто… Не могли же они просто исчезнуть! Или, все — таки, ушли через дверь с заклинившим затвором? В том то и дело, что заклинившим… Ответы на вопросы нужно искать здесь. Сталкер вернулся в коридор, по пути придирчиво осматриваясь. Над потолком свисали небрежно растянутые по всему комплексу гирлянды редких лампочек. Судя по временному освещению и отсутствию силовых кабелей на стенах, объект был явно не достроен. Тогда где-же брали электричество?

Андрей пошел вдоль кабеля от электродрели, тянувшегося через весь коридор и, в конце концов, уходящего за угол.

В небольшой нише, за переборкой, стоял дизель-генератор… а позади него начинался узкий наклонный коридор…

«Идиот!» — пронеслось в голове сталкера. — «Плохо смотрел…»

Коридор действительно было трудно заметить из-за бочек с соляркой, стоявших тут же. Ряд неровных ступенек уводил куда-то вниз. Впрочем, их оказалось не так уж много. Откуда-то снизу стали доноситься непонятные звуки. Присев, сталкер медленно заглянул в обнаружившийся зал… и вздрогнул. Картина, что открылась его глазам, не поддавалась никаким описаниям. Бредовая ирреальная фантазия, воплотившаяся в реальности… На всякий случай сталкер ощутимо ткнулся головой о стену, чтобы убедиться, что не стал жертвой наведенного морока. И, не в силах отвернуться, смотрел…

Смотрел на тех… вернее на то, чем стали пропавшие «боровицкие» разведчики. Среди многочисленных ящиков и тюков, издавая чавкающие звуки, неспешно копошились полулюди-полумертвецы с непомерно раздувшимися животами. Лица их исказила маска безумия. Неуклюже орудуя разодранными в кровь пальцами, толстяки исступленно жрали тушенку, какие-то полуразложившиеся крупы, комки отсыревшей субстанции… муки, скорее всего. Андрей согнулся от омерзения, продолжая наблюдать, как один из несчастных набивает рот истлевшим рисом, одновременно нашарив в куче очередную консервную банку и пытаясь разбить ее об угол железного ящика.

Что за безумие охватило людей на складе продуктов, лежавших здесь еще, видимо, с довоенного времени? Андрей пытался сохранить хладнокровие, наблюдая за шевелящимися во мраке подобиями людей, но его все больше охватывал иррациональный страх. Прибор ночного видения не давал четкого изображения. Сталкер пару раз различил какое-то мельтешение в зале… покрутил колесо настройки. Тут прибор и сдох.

— Гребаные торговцы! — Андрей выругался, отстегивая аппарат. — Ублюдочная Ганза!!!

Сталкер включил фонарик на стволе винтовки… Луч света вырвал из темноты опухшее, отливающее синевой, лицо ближайшего уродца. Тот рефлекторно прищурил глаза, и на мгновение его лицо приобрело осмысленное выражение.

— У-у-у… э-э-э! — промычал толстяк. В выпученных глазах явно читалась мука. — У-у-у… мэ-э-и!!!

«Убей» — догадался сталкер. — «Он хочет умереть… Господи!»

Андрей не выдержал… Почти не целясь, выстрелил. Несчастному снесло полголовы, тело дернулось и грузно осело на пол. Сталкер направил свет вглубь зала и, наконец, увидел ЭТО… Несколько темно-бурых шевелящихся кишок тянулись из широкой трещины в потолке зала, исчезая в телах бывших разведчиков. Изредка по щупальцам проходила судорога, и было видно, как по ним толчками перегоняется кровь из тел обреченных. Неведомая тварь изощренным способом использовала людей как дойных коров, присосавшись, запустив нервные окончания в мозг несчастных, удерживая их на своеобразном «поводке», стимулируя мозговые центры насыщения. И «люди» жрали… Жрали, давились гнильем, слепо шаря по полу в поисках съестного, балансируя на грани жизни и смерти физически, но давно перестав быть людьми морально…

Непонятное, немыслимое стечение обстоятельств… Дикий, отталкивающий, но, судя по всему, весьма эффективный симбиоз… ФЕРМА… Только теперь Андрей заметил дохлых крыс, усеивающих пространство. Трупы жирных, разъевшихся крыс с зияющими ранами на боках… Крыс, брошенных дьявольской тварью ради более крупной добычи…

От всей этой нереальной картины Андрея замутило. Захотелось поскорее выжечь весь этот гадюшник, уничтожить бестию, разда…

Удар по челюсти был молниеносным и весьма ощутимым. Сталкера отбросило на ступени. Винтовка выскочила из рук, канув во тьме.

«Слава Богу, по маске…» — мелькнуло в голове. — «Зубы целы…»

В следующее мгновение маску ощутимо потянуло куда-то в сторону.

«Фонарь в нагрудном кармане… Быстро!»

Свет выхватил из мрака, прямо перед глазами, влажное щупальце, намертво присосавшееся к прозрачному пластику. Задохнувшись от ужаса, Андрей судорожно сдернул маску с головы. Шланг воздуховода натянулся. Пришлось отсечь его ножом. Сталкер попятился, карабкаясь по ступенькам. Второй атаки не последовало. Андрей ринулся вверх.

«Хватит впотьмах шарахаться. Больше никаких ошибок. Только бы получилось…»

Невероятно, но древний генератор заработал. Покряхтев несколько секунд ржавым нутром, вздрогнул и запыхтел. Тусклый свет, постепенно разгораясь, разогнал тьму коридора. Андрей обомлел. Рядом стоял, покачиваясь, один из толстяков и, алчно разинув смердящую пасть, тянулся к нему. Рефлексы не подвели. Сталкер прыгнул в бок, на лету выхватывая пистолет. Звук от выстрела гулко пронесся по комплексу. Разрывная пуля разворотила толстяку бок. Словно из прохудившегося мешка, на пол повыпадали бурые кишки вместе с комками проглоченной пищи. Несчастный стоял, тупо глядя на собственный живот. На лице его блуждала глупая улыбка. Нелепо оскалившись, толстяк зачерпнул из раны горсть требухи и отправил в рот…

— Ты не человек… — почему-то Андрею хотелось сказать это вслух. — Чертов зомби…

Второй выстрел вдребезги разнес толстяку башку. Щупальце тотчас отцепилось от трупа, втянувшись обратно в логово. Андрей ринулся следом. Озираясь на трещину в потолке, сталкер вскинул оружие. Пистолет ожил в его руках, методично даруя упокоение оставшимся зомби. Ситуация выправлялась. Оставалось выкурить неведомую тварь из своего убежища.

* * *

Камышев нетерпеливо заглядывал в шахту. Снизу доносились выстрелы. Затем вспыхнул электрический свет. Глава службы безопасности нервничал. Когда терпение уже подходило к кончу, внизу показался массивный силуэт.

— Андрей, наконец-то! Что там происходит?

Сталкер почему-то не отвечал. Громко сопя, поднимался по скобам, вмурованным в стену шахты и стонал.

— Андрей, ты ранен?

Молчание. Камышев подтянул поближе висящий на плече автомат. Наконец, из отверстия показалась голова… Мужики завопили, отпрыгивая от люка и хватаясь за оружие. Наверх вылезал раздувшийся и ужасно смердящий зомби. Каморка озарилась вспышками от частых автоматных очередей. Зомби, дернувшись, соскользнул в зев шахты и полетел вниз.

— Закрывай, твою мать! Быстро! — Камышев, судорожно сжимая автомат, орал на подчиненных.

— Там же Андрей! — Жора, схватившись за крышку люка, остановился.

— Ты что, не видел, что там?! Нет уже твоего Андрея! Как и остальных! Закрывай, говорю!!!

— Не сметь! — Жора заслонил собой люк. — Я сам вниз полезу!

— Стоять! — Камышев навел на бородача автомат. — Под трибунал у меня пойдешь, гнида!

Жору вырубили… Подобрались со спины… Прикладом по затылку… Утащили безвольное тело. Кинули за решетку… до выяснения.

Люк замуровали. Зацементировали весь пол каморки… Толстым слоем… По распоряжению Камышева… Чтоб ни одна зараза…

Потом рабочие, участвовавшие в «мероприятиях по обеспечению безопасности», рассказывали зевакам про стук, доносившийся снизу, пока цементировали пол…

* * *

А Андрей, обнаружив внизу, у шахты, труп зомби и вскарабкавшись вверх, еще долго молотил рукоятью ножа по люку. Бил по железу, задыхаясь в бессильной злобе, пока не осознал, что рассчитывать теперь придется только на себя. Впрочем, как и всегда раньше. Сталкер-одиночка… Изгой… Цепная собака Полиса… ненужная более… выставленная из дома…

Другой бы ударился в панику… но не сталкер. Сколько раз слышал Андрей звук захлопывающейся двери гермоворот, когда остаешься за пределами подземки и остро ощущаешь одиночество…. И, пересилив страх, делаешь первый шаг… следующий… А потом привыкаешь… И снова идешь на поверхность, каждый раз отвоевывая у города крохи безопасного пространства….

Андрей осторожно шел обратно, в комплекс, по дороге ругая себя за беспечность и невнимательность. Когда этот злополучный зомби успел добраться до шахты? Без «поводка»… в темноте… Нелепая, роковая случайность? Или остатки разума, когда несчастному удалось выйти из под контроля твари? Теперь не было смысла гадать. Что случилось, то случилось… Андрей вышел в знакомый коридор… и увидел ее… тварь.

Бестия висела на потолке, присосавшись щупальцами к бетону перекрытия. Отталкивающее, неподдающееся осмыслению животное… мутант… Помесь осьминога с богомолом. Из каких болот приползла эта бестия в подземку? Что послужило толчком к появлению на свет подобного недоразумения? Жвала на морде твари мерно шевелились, выпуклые темные глаза неподвижно смотрели на сталкера… Разум отказывался воспринимать ЭТО как что-то реальное… Но тварь не собиралась исчезать… Неподвижно висела посреди коридора, распространяя вполне реальную тошнотворную вонь.

Сталкер справился. Не позволил ужасу затопить разум. Принял правила игры. В этом мире ему многое пришлось повидать и, со временем, ощущения притупились… Сознание научилось справляться с эмоциями.

— Сдохни! — Сталкер молниеносно выхватил пистолет, нажимая на курок одновременно с выстрелом щупальца «кукловода». Пистолет выдернуло из руки. Пуля ушла в «молоко». Монстр оказался на редкость метким и умным противником, оценив заключавшуюся в оружии угрозу. Андрей попятился. «Кукловод» неспешно двинулся следом, сноровисто орудуя присосками. Пистолет был вне досягаемости.

Новую атаку твари Андрей не увидел… только почувствовал удар по ногам и, как подкошенный, рухнул на пол. «Кукловод» изготовился… и ударил опять. Щупальце шваркнуло по голому бетону — сталкер успел откатиться в сторону. Сгруппировавшись, он прыгнул в дверной проем, кидая назад гранату. Грянул взрыв. Уши заложило. Рот наполнился кровью. Бок заныл от удара массивным куском бетона, что рикошетом прошил пространство. Из коридора валили густые клубы дыма вперемешку с пылью.

Андрей перевел дух, приподнялся, нашаривая второй пистолет. Сквозь дым, цепляясь за косяк двери, в помещение вполз «кукловод». Тело бестии местами обуглилось, открывая взору страшные ожоги. Несколько щупалец безжизненно свисали дымящимися плетьми, еще больше оказалось оторвано. Сталкер открыл огонь. Стена озарилась яркими вспышками. Разрывные пули нещадно молотили по бетону, выбивая фонтаны каменного крошева. Монстр не мог выжить в этом аду… не мог… если бы остался на прежнем месте. Метнувшуюся тень Андрей заметил слишком поздно. Дымящаяся туша сбила сталкера с колен, противники покатились по полу, яростно рыча. Уворачиваясь от щелкающих жвал, Андрей откинул опустевший пистолет, дотянулся до ножа и со всей силы всадил лезвие в тушу «кукловода». Живучая тварь никак не отреагировала, цепляясь за жертву остатками щупалец и пытаясь добраться до горла. Сталкер ударил еще… и еще. Попробовал пробить череп твари, но лезвие беспомощно соскользнуло, лишь оцарапав голову хищника. Силы быстро таяли. Жвала нетерпеливо щелкали у самого лица. От тошнотворной вони мутилось сознание.

Сталкер боролся… до предела… до последнего… Потому что никто другой не сделает за него его работу… его дело… ДЕЛО СТАЛКЕРА.

Андрей напрягся, натужно застонал и перекинул бестию через голову. Оказавшись сверху, ударил ножом в визжащий комок плоти… еще… и еще… Тварь не хотела подыхать… Хлестала обрубками щупалец по бронежилету, клацала пастью. Увернувшись от очередного выпада, сталкер поскользнулся в луже крови и тотчас снова был сбит с ног. Рука коснулась холодного пластика…. Дрель… Забытая древними строителями дрель. Провидение? Судьба? Удача? Не время гадать.

Андрей потянул электродрель на себя, почему-то твердо веря, что инструмент заработает. Собрав остатки сил, прижал брыкающуюся тварь каблуками армейских ботинок к стене, и нажал на курок. Дрель взвыла, раскручивая длинное крупнокалиберное сверло. Тварь задергалась, пытаясь освободиться, но сверло уже вошло в пасть, разбрызгивая ошметки мяса, ввинчиваясь в мозг.

— Сдохни! Сдохни! Сдохни! — орал Андрей, щурясь под кровавым душем. — СДОХНИ!!!

* * *

Потом он лежал. Просто лежал, не в силах отползти от трупа бестии. Лежал, отрешенно разглядывая потолок.

«Разыскать винтовку… Она там… на складе осталась… Заодно порыться в консервах… перекусить. Подкатить генератор ближе к заблокированной двери с колесом… Рассверлить механизм затвора… А там посмотрим…» — мысли вяло ворочались в голове. Сталкер в которой раз принялся за решение рутинного вопроса… вопроса выживания…

Копаясь на складе, он найдет схему строительства этого гребаного комплекса. Как окажется, в довоенные времена здесь планировалось создать секретный бункер для реализации какой-то очередной безумной идеи военных. Сталкер узнает, что за дверью выход к шахте лифта… имеющей сообщение с туннелем метрополитена.

Сталкер был уверен, что выберется. Не мог не верить… Потому что были те, кто верил в него… а он верил, что делает нужное всем дело.

* * *

— Сволочь! Трус! — Жора с ненавистью смотрел на Камышева, до боли стиснув прутья решетки.

— Эх, Жора… — Глава службы безопасности неспешно прохаживался вдоль камеры, с укором поглядывая на заключенного. — Ты пойми, я же добра тебе желаю! Из петли пытаюсь вытащить!

— Благодетель хренов! Спаситель душ! Что ж ты ребят своих не спасал, шкура! — Бородач в бессилии шарахнул ногой по решетке.

— Я не имел права рисковать жителями. — Холодно отчеканил Камышев. — И ты это знаешь… И Андрей твой, я уверен, точно так же поступил бы…

— Ты, гнида, и волоса его не стоишь! Слышишь, ты!!!

Но Камышев его уже не слышал. Он как-то неестественно дернулся, побледнел… не в силах что-либо вымолвить, попятился назад, растерянно глядя на вход… В дверях стоял Андрей… весь в грязи, запекшейся крови… с разодранным комбезом. В руках — вороненая сталь винтовки. Стоял и мрачно смотрел на Камышева.

— Андрюха, живой! — Жора, оправившись от потрясения, светился от счастья.

Камышев, беззвучно открывал и закрывал рот, словно рыба, выброшенная на берег. Ноги предательски дрогнули, он медленно сполз по стене, с надеждой заглядывая за спину сталкера. Но охранников там почему то не было. Они не остановили Андрея, когда тот вошел на станцию… Уважительно смотрели вслед, когда он прошел в помещения администрации… сделали вид, что не заметили, когда сталкер направился в тюремный блок… Потому что были из тех, кто верил…

— Ты? — Голос Камышева дрожал.

Щелкнул затвор.

— Нет! — Камышев забился в угол, закрывая голову руками. — Я не хотел! У меня приказ был! Не надо!!!

Грянул выстрел…

Решетчатая дверь легко отворилась. Разбитый пулей замок валялся на полу. Жора улыбнулся и вышел из камеры…

Камышев, не веря в собственное спасение, затравленно посмотрел на Андрея.

— Что… Зачем… ты пришел? Ты не убьешь меня?

Андрей молчал.

— Сталкеры не убивают людей… даже таких как ты. — Жора выплевывал слова, с презрением глядя на Камышева. — Сталкеры убивают нежить…

— Рыцари, мать вашу! Спасители человечества! — Униженный Камышев внезапно сорвался на крик, видимо, приходя в себя. — Да что вы понимаете своей тупой башкой… Сталкеры! Герои! Катитесь на свои улицы! А здесь — люди, ответственность!

— Ты, мразь, про людей вспомнил?! — Жора не выдержал. Рванулся к поднявшемуся на ноги Камышеву, заехал в челюсть. Камышев упал без сознания.

Бородач гадливо сплюнул, подхватил сталкера под руку.

— Пойдем, Андрей… Ну его к чертям…

Не спеша, они вышли на платформу. Навстречу торопливо шел Суханов.

— Андрей, я не знал, что всё так получится… ты уж прости старика бестолкового…

— Ничего, Сергей Георгиевич, я всё понимаю…

— Я бы хотел, чтоб ты возглавил службу безопасности…

— Это дело не по мне… Тут уж лучше Жора Вам подойдет. — Ответил Андрей, подмигнув опешившему приятелю.

— А ты куда собрался? Оставайся! — уговаривал Суханов. — Тебе всегда дело найдется!

Андрей ухмыльнулся… и, кивнув на прощание, побрел к туннелю.

— У него свое дело, Сергей Георгиевич, — серьезно сказал Жора. — Там… вне подземки…

ДЕЛО СТАЛКЕРА…

Кодекс сталкера

— Следующий! — Зычно гаркнул охранник, впуская за ворота блокпоста очередного беженца. — Пошевеливайся!

Каждый, желающий попасть на станцию, проходил строгий контроль. С недавних пор это стало обязательной процедурой. Радиационный и санитарный контроль, дезинфекция, осмотр у врача…

Мутации… Грязное слово, вызывающее у людей отвращение и панический страх. Еще лет десять назад это было чем-то далеким и остающимся снаружи, за гермоворотами станций. Теперь, с участившимися случаями рождения «дефектных» детей, о мутантах заговорили в полную силу. Их стали бояться. Бояться и ненавидеть. Ненавидеть за то, что они отличаются от всех, а также за их повышенную адаптацию к внешним условиям.

— Шмотьё к досмотру, живо!

Путник, путаясь в болохоне, торопливо выкладывал на остов металлической бочки нехитрые пожитки.

Охранник брезгливо окинул взглядом барахло беженца, и ткнув пальцев в направлении врача, рявкнул:

— К медику! Следующий!

Навстречу ему шагнул рослый незнакомец в добротно подогнанном комбезе и кинул на бочку увесистый рюкзак.

— Откуда будешь? — Поинтересовался угрюмый охранник. — Что в рюкзаке?

— Вольный я. Звать Андрей. Начальство ваше медикаменты заказывало… — Андрей откинул капюшон комбеза, давая охраннику внимательно рассмотреть визитера.

— Ах да, да… Андрей… точно, — залебезил охранник, узнав сталкера. — Меня предупредили…

В этот момент из-за перегородки раздался испуганный вопль. Тотчас на свет выскочил медик с безумным взглядом и заверещал:

— Мутант! Саня, у нас мутант!

Охранник дернулся, судорожно срывая с плеча автомат, и кинулся к медблоку.

— Стоять, сучье отродье! Руки за голову! Стоять сказал!

Автомат дико плясал в руках охранника, выцеливая голого бродягу, минуту назад вошедшего на блокпост. В неярком свете костра можно было разглядеть гипертрофированные мышцы ног и неестественную осанку сгорбившегося бедолаги. Затравленно озираясь, он медленно пятился к выходу с блокпоста, надеясь прошмыгнуть обратно, в темноту тоннеля.

— Стой, урод! Стреляю! — Охранник вскинул автомат к плечу, но в этот момент чья-то рука уверенно потянула ствол вниз.

— Пусть идет, — обронил Андрей. — Он никому ничего плохого не сделал.

— Отвали! — Взъярился охранник. — Тоже пулю в лоб захотел?! Сейчас я этого выродка…

Договорить он не успел, поскольку в мгновение ока оказался на полу, больно стукнувшись плечом о стену тоннеля.

— Не дури. — Сталкер грозно смотрел на охранника, поигрывая отобранным автоматом. — Тебе не для того оружие выдали, чтоб по людям палить!

Тем временем странный посетитель, кинув на сталкера благодарный взгляд, низко присел, и, оттолкнувшись мощными ногами, в длинном стремительном прыжке взвился в воздух. Перелетев заграждения блокпоста, мутант исчез в темноте туннеля.

— Ушел, гад! Из-за тебя ушел, паскуда! — Охранник, морщась, поднялся.

Пронзительно завизжала сирена. На крики с блокпоста уже подтянулось подкрепление.

— Вяжи его, братцы! Он, падла, с мутантами заодно! — Охранник трясся от бешенства, тыча корявым пальцем в Андрея.

Сталкера быстро взяли в кольцо, отобрали оружие и под конвоем повели вглубь станции.

* * *

Начальник станции, Ковригин Федор Карпович, открыл потертый портсигар, достал сигарету. Словно очнувшись, протянул портсигар Андрею.

— Ах да, ты же не куришь… — Убрав сигареты, Федор Карпович щелкнул зажигалкой, с блаженным видом затянулся и тяжело посмотрел на сталкера. — Зря ты так, Андрей… Парни по две смены дежурят, с ног валятся, а ты с порога да по морде… Нехорошо…

Андрей молча сверлил взглядом потрескавшийся ветхий стол. Наручники больно врезались в запястья, разбитая губа кровоточила… День начался с неприятных сюрпризов.

— Вот ты мутантов защищаешь… — Ковригин бросил недокуренную сигарету в пепельницу. — А много ли ты о них знаешь? Пока мы тут по углам ютимся, они уже давно по поверхности шарятся. Освоились… мать их!

Ковригин вскочил, нервно смерил шагами помещение, снова плюхнулся на стул.

— Нет, ты скажи мне, чем же они тебе так приглянулись? Кто тебе, безродному, кров да пищу дает? Они что ли? — Ковригин разошелся не на шутку. — Ты понимаешь, что люди на пределе?! Позавчера одного выродка вообще у прилавков поймали, внутри станции! Какую-то гадость с поверхности пытался продать. А ты это зверье защищаешь!

— Плесень…

— Что? — Ковригин склонился над сталкером. — Что ты там лопочешь?

— Плесень. Антисептик… Отличная штука при ранениях. — Андрей поднял голову, достойно встретив тяжелый взгляд Федора Карповича. — А кто тут зверье, я бы еще поспорил…

Пунцовый Федор Карпович несколько секунд гневно разглядывал сталкера. Грохнув ладонью по столешнице, он подошел ко входу, распахивая дверь:

— Охрана! Снимите с него наручники, отдайте цацки и вышвырните со станции. — Начальник станции напоследок глянул на сталкера. — За медикаменты спасибо конечно… Но чтоб больше здесь не показывался… а то я за моих людей не ручаюсь!

Громыхая сапогами, Федор Карпович вышел за дверь.

* * *

Игнатьич аккуратно вызволил ствол из тисков и, любовно пройдясь старческими пальцами по отполированной поверхности, придирчиво осмотрел свое новое детище. Снайперская дальнобойная винтовка… Разборная… С мощнейшей оптикой…

Старик неопределенно хмыкнул, вспоминая, сколько времени ушло на шлифовку и подгонку системы линз. Пожалуй, с этим заказом он провозился дольше всего. Но оно того стоило… Для Андрея старик готов был сделать что угодно… Именно этому сталкеру Михаил Игнатьевич был обязан спасением своей семьи… Несколько лет назад Андрей провел их всех по разрушенному городу в Полис, после того, как их собственная станция была разорена хищными ползунами… С того момента прошло уже много времени, но перед глазами старика все еще отчетливо стояла картина открывающейся двери тамбура, когда на станцию вошел пошатывающийся от накатившей усталости сталкер… вошел, крепко прижимая к груди ревущего во всю глотку пацаненка… внука Михаила Игнатьевича — Колю… Как Ирина, дочь Михаила Игнатьевича, и ее муж, Виталий, кинулись через всю станцию к вновь прибывшим… Как Коленька вцепился в сталкера и, рыдая, безапелляционно отказался слезать с его надежных рук…

С тех пор много воды утекло, но Андрей всегда оставался для их семьи самым желанным гостем. Михаилу Игнатьевичу очень пригодилось его прежнее увлечение оружием и инженерный опыт. Стараясь внести посильную лепту в дело сталкеров, старик поначалу помогал с починкой оружия, потом с головой ушел в разработку новых образцов. Со временем, его каморка обросла необходимым оборудованием и станками, а в команде появилось несколько подмастерьев. Сталкеры исправно таскали с поверхности необходимые материалы, а начальник станции оказывал всяческую поддержку Игнатьичу, организуя затем торговлю оружием с другими станциями.

Когда открылся целый цех по производству боеприпасов и под началом Игнатьича работало уже порядка двадцати ремесленников, старик передал свои функции Виталию, а сам с головой ушел в разработку разовых, уникальных образцов оружия и снаряжения, благо спрос на продукцию Игнатьича у сталкеров был бешеный…

— Здорово Игнатьич!

— Андрюша! — заулыбался старик, просеменив ко входу. — Вернулся уже? Вовремя! Я то, поди, уже закончил с твоей игрушкой! Вон, посмотри какая красавица!

Сталкер обменялся со стариком крепким рукопожатием и проследовал за ним к верстаку, где на промасленной тряпице были бережно уложены доведенные до совершенства детали.

— Все как ты просил, — частил Игнатьич. — Приклад, оптика… Вот даже чемоданчик специальный смастерил, чтоб удобнее таскать… Только тяжеловата, зараза, получилась… но тебе то, Андрюша, посильно будет…

Сталкер защелкал фиксаторами, сноровисто состыковывая отлично подогнанные части винтовки, припал к прикладу, с мрачным удовольствием ощутив мощь страшного оружия и с благодарностью посмотрел на старика:

— Спасибо тебе, Игнатьич, уважил! — Сталкер аккуратно положил винтовку на верстак и расплылся в улыбке.

— Да я что… это ж так… ерунда… — обрадовался старик, с украдкой смахнув выступившую слезу. — Патроны вот, погляди, как заказывал…

Андрей взял с верстака увесистый, длинной в ладонь, патрон, с интересом разглядывая наконечник.

— А с этими пришлось повозиться, — посетовал Игнатьевич. — Небольшой сюрприз, так сказать. Бронебойные, разрывные… с проникающим эффектом и задержкой срабатывания. Глядишь, пригодятся…

— Ну, отец, ну угодил! — Андрей принялся складывать патроны в рюкзак. — Теперь повоюем!

Игнатьич, закурив самокрутку, отошел в сторонку, то и дело поглядывая на массивную спину сталкера. В его водянистых глазах явно читалась тревога за близкого человека…. Провожая сталкера у порога, не удержался:

— Ты бы, Андрюша, рассказал что ли старику, что задумал… Неспокойно у меня на душе…

— Ничего, Игнатьич, не впервой! Вернусь через неделю, посидим, бражку твою опробуем! Ну все, отец, бывай.

Дверь за сталкером закрылась. Старик немощно привалился к стене, всем сердцем ощущая надвигающуюся беду…

* * *

Ковригин выкатился на станцию, на ходу натягивая видавший виды пиджак. Он был раздосадован тем, что его выдернули с важного совещания и уже собрался задать взбучку охране западного блокпоста, но остановился на полуслове, заметив у тамбура несколько нелепых фигур… мутантов, робко сгрудившихся в углу… А рядом с ними — трупы… Лучшая группа сталкеров, которой Ковригин так гордился… Теперь их искалеченные окровавленные тела рядком лежали на плитах станции, и вместе с их жизнями медленно и неотвратимо утекали надежды всей станции на дальнейшее безбедное существование.

— Как это произошло? — Хрипло бросил Ковригин. Растерянность медленно перерастала в неконтролируемую ярость. — Почему мутанты на станции?!

Из-за спин патрульных вышел, прихрамывая, сталкер Ким.

— Не горячись, Карпыч. Они меня у «косматых» отбили. Думал все, сожрут и не подавятся… А тут они… Кто с арматурой, кто с обрезом… Вообщем, ушли мы… Митяй вот по дороге преставился, не дотянул… А Шуру с Ферзем эти ребята от самой бензоколонки на своих горбах перли.

Ковригин с сомнением посмотрел на покрытых отталкивающего вида наростами людей в грязном тряпье. При других обстоятельствах он не сомневаясь отдал бы приказ открыть огонь на поражение… Но время вносит свои коррективы…

— Ладно… — Ковригин помялся. — Дайте им с собой еды какой… патронов… и… проводите до заставы…

Ким облегченно вздохнул. Впервые за несколько лет наметился какой-то сдвиг в отношениях с мутантами из депо. Жаль только, что цена таких изменений оказалось непосильно высокой. Троих сталкеров уже не вернешь…

— Ты — главный, — скорее утвердительно, чем вопросительно, произнес один из мутантов, указывая корявым пальцем на Ковригина. Грубый голос мутанта непривычно резанул по ушам.

— Я главный, — подтвердил Ковригин, переборов отвращение. — А у тебя есть что сказать?

— Сталкеры говорят, завтра опасно будет… Все прятаться будут… — начал мутант, с трудом подбирая слова. — Нам наверху не выжить… переждать надо… Сюда надо… Ненадолго…

— Что? — Ковригин аж поперхнулся. — Ты со своим табором на станцию собрался? Не много ли о себе возомнил? За ребят наших спасибо, конечно, но сброд свой лучше держи подальше отсюда!

Мутант не сводил с начальника станции внимательного взгляда. Ковригин зябко поежился.

— Я приказы повторять по два раза не привык, — обратился он к патрульным. — Проводите «гостей» со станции!

* * *

БТР медленно пер по разрушенному проспекту, объезжая завалы и глыбы бетона. За БТРом по земле волочился внушительных размеров лист металла, груженый коробами боеприпасов и различным снаряжением. Жилистый птеродонт, внезапно опустившись на корпус машины, клюнул пару раз бронированный скат бронетранспортера и, разочаровавшись, тяжело перепорхнул на «прицеп». Брезент затрещал под натиском мощного клюва мутанта, но увлекшись, птеродонт не обратил никакого внимания на звук развернувшейся турели. Коротко рявкнул пулемет, и нашпигованная свинцом птичка тряпичным кульком скатилась на мостовую. БТР не спеша подкатил к высотному зданию, уныло взирающую с высоты на разбитый город пустыми глазницами окон. Из машины выскочил сталкер, и, взобравшись на крышу БТРа, приник к прикладу автомата, настороженно оглядывая окрестности. Открылись задние створки, и из нутра бронетранспортера полезли неуклюжие, закованные в массивную броню фигуры. «Братство стали»… Боевая элита сталкеров.

Никто не знал, почему именно «братство». Говорили, что как-то один очкастый технарь из Полиса, впервые увидев отряд, собранный Андреем, хитро так улыбнулся и безапелляционно заявил… И название прижилось… Молва о «Братстве стали» разлетелась по метро со скоростью локомотива. Многие загорелись желанием примкнуть к отряду, но в команде угрюмого сталкера не было места дилетантам. Спаянный за долгие годы вылазок отряд из раза в раз выходил на самые опасные маршруты и задания. Со временем команда обросла первоклассным снаряжением, а при поддержке изобретательного Игнатьича превратилась в крайне опасный, смертельный для фауны города организм.

Деловито пристегнув к правому боку бронекостюма туррельный пулемет, Жора подал на ротор электричество и, с удовольствием ощутив вибрацию раскручивающейся шестерки дул орудия, занял позицию напротив входа. Так и не найдя общего языка с руководством Боровицкой, Жора пустился в свободное плавание по метро, пока не осел в команде старого друга. С другой стороны БТРа встал в охранение огромный, ростом под два с половиной метра, мутант Геннадий. Станковый пулемет и огнемет, которыми он небрежно поигрывал, казались игрушками в его толстых мускулистых лапищах. В отличие от полностью закрытого броней Жоры, Геннадий в силу своей природной стойкости к окружающей среде, всегда игнорировал шлем. К тому же мутант совершенно не представлял свое существование без сигар, которые он самолично крутил из заботливо взращенного табака. Курение в шлеме показалось ему занятием проблематичным, а посему Дым (так его нарекли в команде) ограничился наушником радиосвязи. Эти двое в полном боевом облачении одним своим видом отпугивали непрошенных гостей, а особо непонятных при первой же возможности щедро одаривали доброй порцией свинца.

— Крот, Запал, пошли. — Андрей кивнул в сторону здания, вскинул дробовик и двинулся к провалу входа.

Два бойца в легкой броне ловко прыгнули в окна вестибюля по сторонам от главного входа. Лучи лазероуказателей прошили сумрак холла в обоих направлениях. Кроме груды щебня под ногами, осколков облицовки и поломанной мебели в вестибюле офисного здания ничего не оказалось. Никакого движения. Сталкеры бесшумно прочесали первый этаж и заняли позиции у входа на лестницу. Тем временем в проеме входа показался главный технарь команды и водитель по совместительству — сталкер Жвачка. Чертыхаясь и пыхтя от натуги, он медленно волок за собой первый короб с оружием. За ним в холл здания ввалился третий тяжело бронированный сталкер — Кок. Без видимых усилий здоровенный сталкер пер в каждой руке по коробу с крупнокалиберными патронами… не считая туррельного пулемета, сиротливо болтающегося на бедре бронекостюма.

— Дым, как слышишь? — Андрей поправил подбородком микрофон. — Иди, помогай с разгрузкой.

— Да, босс! — Мутант выпустил облако сизого дыма и, закинув стволы на плечо, двинулся к прицепу.

— Крот, Запал, наверх. И без самоуправства.

Бойцы призрачными тенями рванули вверх по ступенькам, слаженно прикрывая друг друга на опасных участках. Крот, сталкер со стажем, особо ценился в отряде за свою уникальную способность найти выход в самых непроходимых участках московских подземелий. За долгие годы он изучил не одну сотню километров многочисленных путепроводов метро, а также прилегающие территории — тайные подземные ходы купеческой Москвы, русла подземных рек, коллекторные системы… О его везучести ходили легенды, а инстинкт охотника не раз спасал жизнь не только ему, но и многим клиентам, нанимавшим Крота в качестве проводника.

Запал снисходительно относился к талантам напарника, предпочитая острому чутью и умению укрываться безотказный ствол и старую добрую лобовую атаку. Собственно, и прозвище свое он заработал из-за того, что никогда не отказывался от хорошей драки наверху, а в многочисленных потасовках в барах Полиса практически всегда выступал инициатором. Несмотря на взрывной характер этот сталкер, как и любой другой член «Братства стали», умел держать свой темперамент на привязи и вкупе с остальными бойцами подразделения представлял собой очень грозную управляемую силу.

— Босс, на двенадцатом движение. Похоже, «улей».

— Принял. Уже идем. Ждите. — Андрей передернул затвор дробовика. — Жвачка, ставь огневые точки. Кок, Дым, за мной.

Сталкеры загромыхали по разбитым ступенькам лестницы.

Т.н. «улей» представлял собой свору одичавших, сильно мутировавших собак. В состоянии спячки они сбивались в единый клубок смердящей щетинистой плоти. Однако, стоило потревожить одну псину, как улей мгновенно распадался на отдельные элементы и слаженно атаковал жертву. Среди сталкеров ходили слухи, что у таких стай коллективный разум, из-за чего они представлялись довольно опасными представителями московской фауны. Довольно часто улей формировался прямо вокруг особо крупной жертвы и долгое время оставался на месте, пока не кончался запас пищи.

Бойцы заняли позиции напротив входа в просторную комнату. Из-за двери доносились еле слышимые шорохи и поскуливание. Зловонные воздух явно выдавал присутствие улья.

По команде Запал пнул дверь ногой, а Крот кинул в проем гранату. Краем глаза, пока дверь не захлопнулась, Андрей заметил метнувшуюся из угла псину. Клыки клацнули по гранате, и хитрая бестия прыгнула в окно. Взрыв прогремел уже двумя-тремя этажами ниже, разнося на ошметки тело твари. Никто из сталкеров и предположить не мог, что собаки научились выставлять дозорных. И уж тем более, что стая имела представление о разрушительной силе гранат.

В следующее мгновение начался хаос. Улей распался. Дверь сорвало с петель под напором визжащей массы серых тел. Псы ринулись в атаку. Слаженно рявкнули автоматические винтовки Запала и Крота. Застучал станковый пулемет Дыма, перемалывая псов десятками. Редких везунчиков, подобравшихся ближе, хладнокровно уничтожал Андрей меткими выстрелами из дробовика. Отряд работал…

Кок, повертевшись и не найдя рядом с напарниками достаточного места для стрельбы, перебрался в параллельный коридор и, вдавив гашетку, направил туррельный пулемет на стену комнаты. Завизжал, раскручиваясь, барабан со стволами. Тонкая стена мгновенно превратилась в решето. Пронзительный скулеж заполнил весь этаж. Улей умирал. Остатки тварей в безысходной попытке спастись кинулись в проем, прямо на кинжальный огонь сталкеров. Дым, поразмыслив, присовокупил струю из огнемета. Обожженные тушки посыпались на пол.

— Дым, приберись тут. — Андрей перезарядил дробовик. — Крот, Запал, наверх. Жвачка, как дела?

— Нормально, босс! Огневые точки готовы. БТР загнал в вестибюль. Пришли подмогу, а то мы с Жорой весь этот скарб наверх не допрем.

— Добро! Заканчивайте там. Вторую линию обороны на пятом этаже устроим.

Сталкеры, получив приказы, рассыпались по зданию. Мутант Геннадий задумчиво прикурил новую сигару от раскалившегося раструба огнемета и, словно косарь на жатве, принялся широким веером выжигать останки улья…

* * *

Зов… Давящий, непреодолимый… Поднявший с окраин города, из разросшихся дремучих лесов нескончаемый поток всевозможного зверья. В этот раз он был особенно сильным. Он ощущался как на поверхности, так и под землей. У жителей метро он вызывал всего лишь приступы безотчетного страха, поскольку инфраволны не могли пробиться сквозь толщу земных пород. Зато верхний город и ближнее подмосковье буквально затопил всепоглащающий Зов. Тварь, гнездившаяся в Кремле, вздрогнула, всколыхнулась всей своей необъятной массой. Зов, гораздо сильнее того, что могла исторгнуть тварь… Откуда? Рядом с ее охотничьими угодьями появился конкурент. И, судя по силе зова, очень опасный конкурент. Впервые в своей жизни тварь ощутила страх… и затаилась…

* * *

Сталкеры по всей Москве загодя ушли с поверхности. Попрятались в норы общины людей-мутантов. «Братство стали» готовилось к крупной зачистке верхнего города. Наплевав на страшный риск… презрев опасности… задавив страх… поставив на первое место свои принципы… руководствуясь их личным кодексом… КОДЕКСОМ СТАЛКЕРА.

Андрей сосредоточенно рассматривал окрестности через окуляр дальнобойной крупнокалиберной оптической винтовки. Грозное оружие, под два метра длиной, установленное на треноге у края крыши, смотрелось весьма внушительно и было воистину шедевром творчества изобретательного Игнатьича.

Жвачка сосредоточенно пыхтел рядом, то и дело тревожно поглядывая на мерно гудящий, причудливый аппарат. Инфрачастотный генератор… Андрей слабо понимал, что кроется за этими словами, но если Игнатьич поклялся, что эта дура приманит нечисть со всей округи, то принцип работы устройства волновал его мало. Как оказалось, кремлевская тварь сумела оказать «Братству» неоценимую помощь. Отряду удалось определить частоты инфразвуковых волн, испускаемых хищником. Дальнейшее было делом техники. Игнатьич не вылезал из лаборатории целую неделю, зато теперь на крыше высотки красовался странного вида железный ящик с широкими раструбами, опутанный кучей проводов.

— Эта хрень вообще работает или как? — Не выдержал Запал. — Уже двадцать минут ждем!

— Вроде как… — Жвачка в который раз придирчиво осмотрел генератор.

Команда замерла в тревожном ожидании. Словно чувствуя настроение людей, небо над городом помрачнело, сгустилось. Подул пронизывающий осенний ветер. Вдали протяжно гаркнул птеродонт. С другой стороны донесся ответный вопль. И вот уже несколько хищных силуэтов взмыли в воздух, величаво набирая высоту.

— Началось… — Андрей был немногословен.

Через окуляр прицела он наблюдал за тем, как медленно, одна за другой, птицы-мутанты, взмывая под облака, поворачивают к их высотке. Выдохнув, он поймал в прицел один силуэт и мягко нажал на курок. Несмотря на хитро оборудованный компенсатор, приклад больно ударил в плечо. Винтовка оглушительно рявкнула, и боевая часть крупнокалиберного патрона устремилась к жертве. Птеродонта просто разметало на мелкие ошметки.

— Ни хрена себе… — Жвачка приник к биноклю. — Да здесь километра полтора будет! Надо будет и себе такую игрушку заказать…

Запал лишь неопределенно хмыкнул и развернул ствол стационарного пулемета, установленного на треноге, в сторону приближающейся стаи. Его время еще не пришло.

Как ни странно, птеродонты не метнулись в стороны после первого выстрела, не попытались изменить траекторию атаки, а также тупо перли к высотке по прямой. Генератор работал исправно… Андрей пожал плечами, перехватил снайперскую винтовку покрепче и продолжил отстрел. Твари разлетались на клочки одна за другой. Вскоре, когда стая приблизилась, к командиру присоединились Жвачка с Запалом. Заработали пулеметы. Массивные туши птеродонтов дождем посыпались с высоты. Только теперь Андрей оценил, сколько нечисти развелось в развалинах города. Одна тварь исхитрилась пройти сквозь плотный огневой заслон и спикировала на Жвачку. Сталкер шарахнулся в сторону, выхватывая дробовик и жутко матерясь. Птеродонт, оставляя на поверхности крыши глубокие борозды, заскользил к краю крыши. Густой сноп дроби размозжил твари голову, и туша мутанта, грузно перевалившись через бортик, рухнула вниз. Пока Запал с Жвачкой добивали оставшихся, Андрей напряженно вглядывался в дальний край проспекта. Из многочисленных переулков и щелей уже вовсю выползали, выбегали, выпрыгивали многочисленные представители сухопутной живности города.

— Первый этаж, готовьтесь! — Андрей перезарядил винтовку. — Жвачка, Запал, спускайтесь на вторую линию.

Веселье началось…

* * *

— Они все еще в депо и, судя по всему, готовятся к обороне. — Разведчик, Игорь Стрёмин, стоял по стойке смирно перед Ковригиным, докладывая обстановку. — Община мутантов довольно многочисленна и не смогла найти подходящего укрытия.

— Значит они остались наверху, — задумчиво протянул Ковригин. — Им не остается ничего другого…

Начальник станции напряженно думал, пытаясь найти выход из ситуации. Пустить мутантов на станцию представлялось Ковригину чрезвычайно опасной затеей, поскольку реакция жителей на появление непрошенный гостей будет крайне негативной. В то же время он понимал, что люди с поверхности скорее всего не переживут завтрашний день, если поднятая «Братством стали» волна мутировавшего зверья, прокатившись по городу, наткнется на депо.

В звенящей тишине оглушительно тикали настольные часы. Таяли последние крохи времени, отпущенного изгоям на попытку спастись…

* * *

Пятнадцать мин, заложенных по периметру здания, сдетонировали одновременно. Снаружи оглушительно жахнуло. В воздух поднялись тонны щебня и земли, ошметки волосатых тел, дергающиеся конечности, мотки щупалец… Вся эта масса на мгновение зависла над проспектом и обрушилась вниз, погребая целые ряды прущих напролом тварей.

— Отличная работа, Крот! — похвалил Андрей, наблюдая с крыши.

Оставшись наверху, он следил за генератором и прицельно отстреливал особо крупные экземпляры живности. Дальнобойная винтовка безотказно садила по щетинстым горбам «мастодонтов» и чешуйчатым панцирям «пустынных носорогов». Огромные туши вздрагивали и останавливались, а нескончаемый поток серых тел огибал их, словно гигантские валуны, продолжая неумолимое движение к высотке.

В вестибюле бизнес-центра было жарко. Стоял жуткий гвалт. Ревели и скалились раненные мутанты. Непрерывно работали крупнокалиберные орудия. Трое тяжелобронированных сталкеров стояли в полный рост и неприцельно, длинными очередями били в упор по вливающейся через арку входа массе зверья.

Чуть дальше и выше, за основательно укрепленным бруствером из мешков с песком, палил из стационарного пулемета Крот. Слева от входа, сквозь наспех завеленное строительным мусором окно, прошмыгнула верткая «ласка» и, распустив перепончатый капюшон, ощерилась на врагов. Очередь ядовитых хитиновых игл с тихим шелестом прошила пространство и беспомощно простучала по бронекостюму Кока. Через секунду тварь была впечатана в бетон градом беспощадных пуль.

Парочка «волколаков» догадалась сигануть в окно второго этажа. Скатившись с лестницы, клыкастые нелюди сшибли с ног Кока. Дым среагировал оперативно, пинком отправив к стене одного «волколака» и поджарив из огнемета второго. Однако, темп был потерян. Совокупная огневая мощь ненадолго ослабла, но этих мгновений мутантам хватило, чтобы прорвать периметр. Сталкеры, матерясь и прикрывая друг друга отступили к лестнице.

— Командир, мы отходим наверх!

— Вторая линия, приготовиться! — скомандовал Андрей, задумавшись. Всего десять минут плотного боя — и уже приходится отступать…

Путь, ведущий на пятый этаж — вторую линию обороны — был продуман так, чтобы провести тварей по территории нескольких этажей с максимально возможными потерями. Сталкеры кинули в сторону лестницы несколько гранат и синхронно побежали. За их спинами раздалось несколько взрывов. Обезумевшая толпа монстров схлынула, а затем снова рванулась вперед по коридору, прямо на турели сдвоенных огнеметов. Пламя яростно загудело, резво заполняя пространство обезображенными трупами. Жора и Дым развернулись, одаривая корчащихся тварей щедрыми очередями, и припустили дальше.

Тяжело дыша, сталкеры перелезли через укрепления на второй огневой позиции. В работу включились Запал и Жвачка. Засверкали огни выстрелов. Мутанты запнулись на подходах к пятому этажу, погибая под ливнем свинца пачками. Зачистка продолжалась…

* * *

Вечерело… Закатное солнце окутало город густым багровым сиянием, сделав и без того сюрреалистичную картину воистину зловещей. Над проспектом гордо возвышалось высотное здание. Трещины и глубокие выщербины избороздили поверхность стен. В пустых оконных проемах вольготно гулял ветер. В нескольких местах из высотки чадил густой дым. Внизу, словно у подножия древней колдовской башни, волновалось живое море… море уродливых разномастных тел. Толкаясь и кусаясь, продираясь через завалы трупов, толпа нелюдей медленно вливалась в широкий пролом, некогда служивший входом в бизнес-центр. «Богомолы» и «химеры», цепляясь за стены шипастыми конечностями, лезли наверх по внешнем стенам здания. На уровне четырнадцатого этажа здание освещалось частыми вспышками. «Братство стали» продолжало огрызаться, отступая все выше…

Первым погиб Кок. Прикрывая отступающих напарников. Кусок источенного временем перекрытия обвалился, увлекая сталкера за собой. Упав этажом ниже, Кок тут же был поглощен толпой обезумевших мутантов. Тяжелый бронекостюм защищал от укусов и ударов, но не мог противостоять грубой силе животных, буквально разорвавших бойца на части.

За ним ушел Жвачка. «Химера», сунувшись в окно, в мгновение ока вытащила сталкера наружу. Жвачка выронил автомат, потянулся за ножом… и химера сорвалась. Падая, с высоты четырнадцатого этажа, сталкер успел всадить зеркально отполированное лезвие между жвал твари, добравшись до мозга…

Запалу досталась игла ящероподобной «ласки». По прихоти судьбы игла угодила в стык между бронепластинами, защищающими ногу. Боец не успел ничего сделать. Не смог взорвать себя вместе с прущими вперед тварями… Не успел сказать оттесненным вглубь коридора товарищам парочку прощальных слов… Он умер в страшных корчах, ощущая, как жидкое пламя яда распространяется по телу… телу, сведенному страшной судорогой… не позволяющей даже шевельнуть рукой… чтобы выстрелить себе в висок…

Путь эвакуации был приготовлен заранее. С крыши высотки к соседнему зданию тянулся тонкий стальной трос. Рассредоточившись по крыше, остатки отряда из последних сил сдерживали надвигающуюся толпу. Кто-то из сталкеров бросил гранату. Острый осколок, срикошетив от хитинового панциря «бульдога», с лязгом рассек туго натянутый канат. Обрывок каната с воем взвился над зданием… Незащищенная голова Дыма, оставляя кровавую дорожку, покатилась по крыше, а его тело еще несколько мгновений продолжало дикую пальбу из двух стволов, пока отдача не повалила труп на спину.

В активе оставались приготовленные у бортика крыши рюкзаки с парашютами. Подтащив генератор к краю, Андрей и Жора, прикрыли Крота, пока тот надевал рюкзак. Затем Крот, шарахнув из подствольника гранатой, прошелся по толпе серией тугих, смертоносных очередей, давая возможность Андрею с Жорой нацепить парашюты.

— Крот, пошел! — скомандовал командир.

Крот медлил, поливая мутантов свинцом.

— Пошел, твою мать! Ты знаешь, что делать!

Крот бросил винтовку и с ходу перемахнул через бортик крыши. Парашют благополучно раскрылся недалеко от земли. Сталкер спланировал вдоль проспекта, отстегнул стропы и, кубарем прокатившись по земле, скрылся в ближайшей подворотне.

— Крот ушел! — прокричал Жора. — Пора!

— Давай, я за тобой! — Андрей пристегнул к боку чемодан с заранее разобранной оптической винтовкой и вставил в пулемет новую ленту.

Дав еще несколько очередей, Жора прыгнул. Андрей тянул время. Пулемет в его руках мерно вибрировал, перемалывая рычащую нелюдь в фарш. Восемь метров… пять… три… Сталкер встал на бортик крыши и, бросив пулемет, шагнул за край. Натянулись стропы, дернув тело вверх. Дома, словно остовы гигантских кораблей, поплыли мимо.

— Босс, это Крот… — раздалось в наушнике.

— Запускай…

Над проспектом полыхнуло. Сзади нарастал мерный гул. Взрывчатка, которой был буквально нашпигован бизнес-центр и БТР, сдетонировала. Тысячи тонн железобетонных перекрытий вздыбились, вспухая огненными шарами и величаво обрушились вниз, погребая в своем чреве собранное со всего города скопище нечисти. Клубы пыли и дыма заволокли окрестные улицы. Андрей приблизился к земле, но не удержался на ватных ногах и, вслед за парашютом, его протащило шагов на двадцать… как раз до угла дома… за которым глазам его предстала неподдающаяся осмыслению картина.

Посредине улицы стояла огромная, закованная в чешуйчатый панцирь, тварь. Ростом с трехэтажный дом, длиной — метров двадцать. Отдаленно напоминающая крокодила, только с гораздо большим количеством коротких толстых лап. Вся она сочилась какой-то зеленой светящейся слизью. Счетчик Гейгера, вмонтированный в бронекостюм, истошно затрещал. Тварь дико фонила. Похоже, «Братство» в этот раз превзошло себя, и на «зов» генератора с окраин приползло совсем уж невозможное создание. Рептилия повернула массивную, покрытую шевелящимися пвсевдоподиями морду в сторону сталкера… и Андрей заметил торчащий из пасти кусок белого полотнища… Парашют… Рядом на земле сиротливо валялся покореженный, покрытый той же зеленой слизью пулемет… пулемет Жоры…

СУКА… ТВАРЬ…

На Андрея накатило чувство безысходности… медленно переходящее в немую ярость. Перед глазами пронеслись лица теперь уже ушедшего «Братства стали». Хозяйственный Кок… суетливый Жвачка… темпераментный Запал… огромный, но ужасно обаятельный мутант Дым… давний друг Жора, с которым так много было вместе пережито… Образы промелькнули и растаяли, оставив место холодной решимости и какой-то отрешенности.

Андрей не спеша открыл чемодан, аккуратными скупыми движениями собрал винтовку, достал из кармана бронекостюма увесистую обойму. Особую обойму… «А с этими пришлось повозиться… Небольшой сюрприз, так сказать. Бронебойные, разрывные… с проникающим эффектом и задержкой срабатывания. Глядишь, пригодятся…»

Долгих лет жизни тебе, Игнатьич. Андрей защелкнул обойму. Механизм мощной винтовки с тихим металлическим звуком заглотил патрон. Рептилия с интересом втянула воздух и вперевалку двинулась к сталкеру. Андрей медленно поднял грозное оружие, прицелился в глаз монстра и плавно нажал на курок. Тварь дернулась, в последний миг избежав летального попадания. Снаряд попал в крупный роговой нарост на пасти гиганта, срикошетив в сторону и взорвавшись у самой земли. Рептилия заревела оглушительным басом и прибавила ходу. Андрей не шелохнулся. Дослав следующий патрон, он выстрелил снова. На этот раз снаряд пробил толстую бронированную шкуру и, взорвавшись, разворотил монстру плечо. Тварь споткнулась и, припав к земле, приоткрыла пасть. Тонкий раздвоенный язык, словно хлыст, метнулся вперед, сбивая сталкера с ног. Андрей, перекатившись на спину, поморщился от боли, приподнял винтовку и пальнул, практически не целясь. Кусок шеи монстра разлетелся кровавыми лохмотьями. Рептилия захрипела и, прыгнув вперед, ударила шипастой лапой. Бронекостюм принял основную мощь удара на себя, однако оставшегося сталкеру хватило, чтобы на какое-то время потерять сознание. Тело безвольно рухнуло на асфальт, юзом прокатившись до стены дома. Разъяренная рептилия двинулась к поверженной жертве.

— Босс! Почему не отвечаешь! Ты где? Андрей! Андрей!!

Голос, звучащий в наушнике, привел сталкера в сознание. За считанные секунды, что оставались в распоряжении Андрея, он сделал единственно возможное. Подтянувшись на руках, ввалился в подвальное окно. Рептилия возмущенно заревела и ткнулась зубастой мордой прямо в стену здания. Сталинский дом выдержал жестокий удар. По стене зазмеились многочисленные трещины. Пыль взвилась над тротуаром. Монстр ударил еще. Что-то угрожающе затрещало. Здание пошатнулось. Упрямая тварь снова саданула. Кусок стены обвалился вместе с межуровневыми перекрытиями, обнажая пустое пространство подвала. Но озверевший мутант, позабыв про жертву, продолжил бешеные атаки, пока здание не обрушилось, сдавшись под натиском слепой животной ярости.

Тварь удовлетворенно посмотрела на результат своей работы и тяжело развернулась. Перед ней стоял, пошатываясь, сталкер. Тяжелая винтовка гуляла в ослабевших руках, глаза заволокло мутной пеленой, в ушах шумело, ноги предательски дрожали. Андрей выстрелил и, не справившись с отдачей, повалился на землю. Рептилии оторвало кусок челюсти и длинный черный язык. Тварь взревела, на этот раз от боли, и замотала головой. Андрей подтянул винтовку поближе, но подняться сил уже не было. Из последних сил он встал на четвереньки и тут чьи-то сильные руки подхватили его.

— Ну ты и замутил босс! — Крот подтащил командира к мотоциклу, помогая взобраться на сидение. — А я тебя у развалин бизнес-центра ищу! Давай ка валить отсюда!

Крот. Предусмотрительный, осторожный Крот. Когда, а главное где он успел разжиться мотоциклом, Андрей не знал. Хотя догадывался, что у Крота по всему городу схронов понатыкано. Хитрый, черт!

— Держись босс, поехали! — Крот крутанул ручку газа и мотоцикл, мощно набирая обороты, рванул с места.

Находясь в полуобморочном состоянии, Андрей прилагал все силы, чтобы не свалиться с прыгающего по ухабам байка. Преодолев пару кварталов, Крот притормозил на перекрестке.

Командиру срочно нужна была медицинская помощь. А до подземки они могли и не дотянуть… Не долго думая, Крот погнал мотоцикл к депо, благо его приземистая крыша уже маячила впереди. Мутанты помогут… Как никак они тоже люди…

Преодолев последний поворот, Крот вскрикнул от неожиданности и, затормозил. Мотоцикл клюнул колесом в яму, ездоки полетели из седла. Прямо на них, сметая ларьки и ржавые остовы автомобилей, перла старая знакомая. Припадая на переднюю лапу и сочась густой зеленой кровью, рептилия приблизилась вплотную и раскрыла покалеченную пасть…

Со стороны депо, с расстояния ста метров, раздались частые гулкие выстрелы нескольких противотанковых орудий. Пара снарядов угодила в глотку монстра, от чего тот буквально встал на дыбы и, захлебываясь собственной кровью, заелозил всей своей огромной тушей по разбитому асфальту улицы. Снаряды рвали тело гиганта с убийственной скоростью и через пару минут орудия смолки, оставив дымящийся труп рептилии в покое.

— Охренеть можно… — прохрипел Крот, подползая к командиру. — Босс, ты жив?

Андрей пошевелился, повернув голову в сторону напарника.

— Откуда… у мутантов… такое оружие? — Андрей вздохнул поглубже и закашлялся, глотая кровавую слюну. — Неужели до Ковригина, наконец, дошло…

И, словно в подтверждение его слов, железные ворота приоткрылись и к побитым сталкерам из депо устремились его необычные жители… среди которых мелькали сталкеры в станционных комбезах… люди Ковригина… помощь из подземки…

* * *

— Пусть земля им будет пухом…

Хмурые молчаливые мужики, выстроившиеся вдоль длинного дощатого стола опрокинули стаканы. Сегодня на станцию пришли все, кому не безразлично было то, что сделало для города «Братство стали». Пришли помянуть погибших и посмотреть на выживших. На живые легенды Полиса.

— Я вспылил тогда… — Ковригин мялся, не зная как заговорить с Андреем. — Вообщем, прав ты был… Они ничем не хуже нас… И заслуживают такого же права на жизнь, как и все…. Я только одного не пойму… Ты рисковал… Ты потерял практически всех… почти весь отряд… Ты мог обойтись меньшими жертвами… но предпочел выжечь все зверье подчистую…

Андрей молчал.

— Они знали, на что шли, — встрял Крот. — Рисковали все. И все шли на риск добровольно.

— Будем надеяться, что эти жертвы были не напрасны. — Ковригин попытался уловить во взгляде железного сталкера хоть какую-то, мимолетную тень сомнения.

Но Андрей сидел, не шелохнувшись… не мигая… глядя куда-то далеко вперед… И лишь растрескавшиеся губы его мелко подрагивали, «прошептывая» имена тех, кто навсегда останется в памяти.

— За будущее, оплаченное кровью павших братьев, — тихо произнес вдруг Андрей, вставая. — За наше будущее, нашу веру, наши принципы… За наш кодекс…

— За наш кодекс, — подхватили остальные.

КОДЕКС СТАЛКЕРА…

Content

Андрей Дьяков
Вселенная Метро 2033 (рассказы)

Слово сталкера

Дело сталкера

Кодекс сталкера