Норман Сеймон

Солдаты удачи

Глава первая

После битвы

1

Сперва все складывалось очень удачно. До поры укрывавшиеся в небольшом лесу волосатые ревуны неожиданно атаковали, врубились в каре му'аманов, прикрывавших правый фланг армии Д'Алва. Те выстояли, не сломали строй, но большого значения это не имело: на помощь им никто не успевал, а ревунам требовалось лишь несколько минут, чтобы уничтожить противника целиком.

С'Алит даже вышел вперед, жестом отстранив телохранителей, чтобы лучше видеть момент торжества. В центре люди продолжали наступать, между каре летали отряды кандских воинов на лорсах, пробивая бреши в строю лемутов. Состоявшие на службе Нечистого разнообразные твари быстро откатывались назад, стараясь однако не слишком спешить. На левом фланге тоже все было в порядке: ударный отряд королевства Д'Алва завяз в лесу, обнаружив за первыми же деревьями болото. Теперь там велась ожесточенная перестрелка лучников, бились облепленные грязью люди и с каждым мигом королевские войска все глубже увязали в ловушке. Сейчас ревуны расправятся с му'аманами, пройдут через тылы Д'Алва и разрежут их армию на две части.

- С'Пехо! Передай брату С'Вилли, чтобы готовился контратаковать в своем болоте! Д'Алва будут отходить, чтобы попытаться вновь соединиться, пусть повиснет у них на хвосте!

- Да, старший брат... - С'Пехо склонил голову, показав бледную безволосую макушку, отошел на несколько шагов и замер, прикрыв глаза и схватившись за амулет, висевший на его шее.

- Ну же, ну!.. - С'Алит напрягся, опершись на посох, вглядываясь в схватку. Ему хотелось оказаться за спинами ревунов и колотить их посохом. - Быстрее...

Это только люди!

Но му'аманы пока держались. Лемуты, лохматые, дико орущие создания, наделенные нечеловеческой физической силой, выкашивали воинов рядами, орудуя каждый длинным изогнутым клинком. Каре таяло, словно кусок масла, угодивший на горячую сковородку. Часть лемутов зашла слева, не позволяя редким гонцам прорваться к основной части армии. Но там и без того уже заметили угрозу, что-то кричал бронзовокожий полководец, сидевший верхом на лорсе со странными, маленькими рожками. Но помощь не успеет...

- Пусть окружат!.. - взревел С'Алит, едва не топая от гнева на неизлечимую тупость ревунов. - Их все меньше, пусть окружают их, выйдет быстрее!

- Ревуны несут потери, - заметил С'Пехо, но послушно выдернул из-под развевающейся на ветру желтой хламиды амулет.

- Хорошие копейщики, - С'Алит могучим усилием воли заставил себя успокоиться. - Прекрасные копейщики эти воины с окраин Д'Алва. Мы должны послать туда кого-нибудь.

- Му'аманы жестокие и стойкие воины, - подтвердил С'Пехо. - Но они упорно отвергают власть Нечистого и убивают всякого, кто пытается проповедовать среди них. И мне известно, что эливенеры тоже не имеют хода в их земли.

- Ты должен был сказать мне, адепт, - брат С'Алит чуть покосился на собеседника. - Может быть, мы могли бы попробовать предложить им уйти. Это не изменило бы ход сражения, но приблизило бы его исход. Ты стал слишком самостоятелен...

- Прости, темный брат, - С'Пехо опять склонил голову.

От основных сил армии Д'Алва оторвался большой отряд. Это кандские всадники собрались вместе и погнали своих лорсов на помощь му'аманам. На помощь? С'Алит даже усмехнулся: помогать было уже некому. В толпе ревунов уже не видно было последних бойцов, упали все их зеленые стяги. И все же какие воины - ни один так и не побежал! Лемуты, закончив бой полным уничтожением противника, сунули мечи в ножны и, то и дело опускаясь на четыре лапы, бросились через широкий луг к джунглям позади королевской армии. Почти две тысячи волосатых созданий пройдут через них, не вступая в бой, и выполнят приказ. Если только отряд на лорсах не успеет им помешать.

- Не успеют, - будто услышал его С'Пехо. - Даром теряют время.

Бронзовокожие северные всадники тоже поняли это. Они стали поворачивать, отказываясь от бесполезного преследования. Ворваться на лорсах, огромных рогатых животных в густые заросли - значит обречь себя на неравный бой с легко скачущими по деревьям ревунами. Вместо этого они теперь направлялись к холму, на котором стояли С'Алит и С'Пехо. Телохранители, такие же ревуны, вышли вперед, прикрывая собой адептов Темного Братства от случайной стрелы.

- Бездарный приказ, - прокомментировал действия врага С'Алит. - Им надо отступать, бежать на несколько миль назад, другого шанса сохранить боеспособную армию нет. Но я знал, что это не придет им в голову.

- Мы тесним их!

Действительно, лишенные поддержки могучих лорсов, люди на равнине приостановились, а кое-где и вынуждены были отступить под напором воспрявших лемутов. Разнообразные твари, порождения спрятанных глубоко в джунглях лабораторий Темного Братства, с воем и ревом набрасывались на королевские каре, чтобы тут же отступить, унося с собой жизни десятка воинов. Длинномордые, бегающие на четырех лапах лемуты исхитрялись хватать бойцов за ноги, ломая строй, огромные, похожие на облысевших и деградировавших гризли - швыряли камни и бревна.

Между тем навстречу несущимся лорсам из-за холма выступил последний резерв Темного Братства: еще тысяча ревунов. На равнине они не смогли бы устоять, но заняв оборону на склоне, выглядели уверенно: здесь лорсы потеряют скорость, а наездника будет нелегко дотянуться до врага через рога зверей.

- Пусть С'Вилли... - начал было адепт, но С'Пехо непочтительно оборвал его:

- Там что-то происходит, брат С'Алит! Там!

Он показывал посохом на тот край джунглей, куда только что втянулся хвост прорвавшегося отряда ревунов. Там кипел бой, твари в панике выскакивали обратно на равнину, а между ними метались какие-то будто расплывчатые, смазанные фигуры.

- Засада! Брат С'Алит, там оказалась засада! Они принесли му'аманов в жертву, и...

- Заткнись! - С'Алит оперся на посох и впился в далекий бой мертвыми, почти лишенными зрачков глазами. - Ты говоришь чушь, они никогда не поступили бы так! Это Дети Ночного Ветра.

- Кто?..

- Ты был слишком молод, когда это случилось, - С'Алит презрительно выделил слово "молод". - Зеленый Круг потерял эту породу лемутов. Они вырвались из рабства, отказались служить Нечистому и навсегда сгинули где-то в середине материка. Мы думали, что навсегда... Наверняка их отыскали эливенеры.

- Но они ужасны! - С'Пехо не мог оторвать глаз от происходящего. За время короткого разговора почти все ревуны погибли. Стелящиеся по земле, неописуемо стремительные фигуры тварей догоняли последних и убивали невидимыми глазу размашистыми ударами лап. - Весь отряд! Две тысячи! Они это сделали почти мгновенно, брат С'Алит!..

- Все кончено.

С'Алит бросил последний взгляд на равнину, где лемуты все явственнее одолевали. Вот только что большой отряд чешуйчатых глитов взломал строй копейщиков и обратил их в бегство. Как жаль, что скоро все изменится... Умрут глиты, умрут ревуны, люди, сражающиеся не невидимом болоте... Но адепты Темного Братства не должны умереть!

- Пусть С'Вилли берет половину своих людей и догоняет нас!

Адепт успел еще оглянуться на ревунов, вступивших в бой со всадниками у подножия холма, и побежал прочь. С'Пехо, никогда прежде не видевший бегущего бегом темного брата, опешил. Потом схватился за амулет, передавая приказ на левый фланг, и бросился следом. Неужели все кончено?..

- Может быть, приказать лемутам отступать в сторону Нианы? - крикнул он.

- Какой смысл? - досадливо передернул плечами тот.

Город Ниана, самый крупный порт на всем Внутреннем море, оказался недостижим. Путь к нему - несколько мил открытого пространства, где невозможно укрыться от лорсов. Пусть армия гибнет здесь, пусть задержит преследователей. И все же к кораблям Братства, стоящим в Ниане, не добраться.

Зеленый Круг, отвечавший за деяния во славу Нечистого на этой территории, потерял город. Все сподвижники Темного Братства, явные и тайные, были уничтожены. Но армия Д'Алва ушла, и кое-что стало возможно восстановить. Эту работу доверили Желтому Кругу, который смог значительно увеличить свое влияние в Братстве. С'Алит, назначенный старшим, сумел быстро подчинить себе городских старейшин. Но война складывалась не в пользу адептов.

Однажды из-за моря пришли корабли, а с ними приказ: обеспечить отправку из юго-восточной части джунглей всех подвластных Братству лемутов. Армия Д'Алва возвращалась, Нечистый выводил из-под удара последние силы. Людям помогал разумный народ медведей, отыскивающий прежде недоступные никому тайники. Желтый Круг терял только что полученную власть, и вместе с кораблями пришло известие, что братья собираются обвинить в своих неудачах С'Алита.

Адепт думал два дня, и решился дать бой. На одной чаше весов лежало его положение в Братстве, на другой - потеря всех сил Нечистого на юго-востоке, невосполнимая потеря, отбрасывающая все Темное Братство на много лет назад. Силы, оказавшиеся в руках С'Алита, явно перевешивали возможности Д'Алва. Медвежий народ остался далеко позади армии, им помогал лишь отряд кандцев на лорсах и порядком истрепанные в мелких стычках му'аманы. Битва состоялась и была уже выиграна, как вдруг...

Теперь все кончено. Можно биться или с армией Д'Алва, или с Детьми Ночного Ветра, но не с обеими сразу. Силы трех адептов не хватит, чтобы вернуть беглый народ лемутов в повиновение. Ниана недостижима, да и что ждет С'Алита там? Корабли, чтобы отправиться на суд Желтого Круга? Адепт ни минуты не сомневался в приговоре.

- С'Вилли спрашивает, куда ему следовать?

- Я же сказал, за нами! - С'Алит беззвучным приказом подозвал кооса, почти безмозглую тварь, родственную лесной свинье, но прекрасно подходящую для езды по джунглям. Короткие, снабженные копытами ноги и низкая посадка делали коосов куда предпочтительнее для таких путешествий, чем даже лорсы.

- Но... - С'Пехо увидел, что старший адепт отправляется на восток, прочь от Нианы, прочь от Братства. - Но, может быть, не все еще потеряно?.. Мы можем укрепиться в том болоте и попытаться прорваться к Ниане ночью, и...

- Тогда оставайся! - выкрикнул С'Алит, не оглядываясь.

С'Пехо оглянулся на опустевшую вершину холма, за которой кипел бой. Видимо, Дети Ночного Ветра, народ лемутов из семейства кошачьих, уже вступили в бой с ревунами. Бой?.. Бойня! Мимо адепта пробегали последние телохранители С'Алита, их тоже охватывала паника, некоторые даже скалились на стоящего темного брата. Он почувствовал, как амулет стал теплым, и взял его в руку.

"С'Пехо! Я выполняю приказ, но оставшиеся на болоте мои люди вынуждены отступать. С'Алит отдает себе отчет, что я доложу о его действиях Желтому Кругу?.."

"Брат С'Вилли, сделай крюк к югу. Постарайся избежать стычек и следуй за нами. У тебя будет возможность поговорить обо всем со старшим адептом. Если не будешь медлить..."

"Я поспешу," - ответил С'Вилли, поразмышляв мгновение.

С'Вилли был гораздо старше С'Пехо, хотя и не так стар, как С'Алит. Поэтому он колебался недолго: инстинкт самосохранения тут же подсказал ему верное решение. Бежать! Что произошло, он пока не знал, но это и не важно. Если старший адепт рискует потерять остатки расположения Желтого Круга - положение критическое.

- Туда! - крикнул он своим спутникам, полутысячному отряду людей, в основном уроженцев Нианы, и принял южнее.

Наверное, противник смог опрокинуть лемутов? Но тогда они должны бежать, и обогнуть остатки войска не удастся. Значит, все не так... Потом, позже.

- Быстрее! - подстегнул он воинов, продолжавших хмуро оглядываться на оставленное болото. Только что они были готовы перейти в контратаку, и вот вынуждены отступить, покинув там половину товарищей. - Нечистый Хозяин призывает вас, недостойные слуги!

Воины побежали быстрей, более не думая о покинутых друзьях. Дело было не только в словах С'Вилли, но и в неслышном ментальном приказе, усиленном висящим на груди безволосого белого человека амулетом. Темное Братство умело держать своих сторонников на привязи. Если бы не Северные аббатства, если бы не бродящие по джунглям монахи-эливенеры, провозглашающие святость всего живого, то на всем континенте давно упрочилась бы власть Нечистого. Теперь же враги перешли в наступление, каким-то образом склонив на свою сторону всевозможных выродков, детей тысячелетие назад поразившей планету Погибели. Медвежий народ, речной народ, люди-кошки... Для С'Вилли они были лишь неприятными разновидностями лемутов.

Этот термин происходил от древнего словосочетания "летальная мутация", которого С'Вилли не знал. Для него лемуты оставались неполноценными, нечеловеческими разумными расами. В большинстве своем они искусственно выведены в лабораториях Братства и не способны давать потомства. Есть и другие? Что ж, его это мало заботило. Люди и нелюди, все они равны перед адептами Кругов, слуг Великого Хозяина. Всем им придется покориться, а со временем и исчезнуть.

С'Вилли услышал слева от себя какой-то звук и ошеломленно остановился. Намного раньше, чем ушами, он должен был почувствовать сознанием приближение чужака. Неожиданно к нему мог приблизиться лишь адепт... С запозданием на С'Вилли накатило ощущение близкого врага.

Дети Ночного Ветра! Самый удачный эксперимент высших адептов, смертоноснейшие из их творений! Да еще способные к воспроизводству, что вызывало споры и опасения. И одновременно самая горькая неудача: новая раса лемутов однажды сумела бежать от своих хозяев.

Эти мысли подобно молнии мелькнули в голове адепта, в то время как рука сама нащупала амулет. Через мгновение, когда уже четверо воинов повалились в траву от ужасных рваных ран, нанесенных неуловимо быстрым врагом, С'Вилли сумел нащупать его сознание и нанести удар.

"Пади на землю, раб!"

Тонкая высокая фигура повалилась перед С'Вилли, заскребла жуткого вида когтями по земле. Выведенный в лабораториях Братства народ не мог научиться за годы свободы противостоять ментальным приказам. Однако сила существа пугала адепта. Он все еще двигался, этот воин, пришедший из каких-нибудь отдаленных прерий.

- Убейте же его!

Люди с готовностью выполнили приказ. С'Вилли побежал дальше, теперь изо всех сил. Вот все и объяснилось! Да, теперь адептов могло спасти только стремительное бегство, да и то лишь в том случае, если Дети Ночного Ветра потеряют их след. Справиться с одним просто, но как быть, если здесь оказался большой отряд? С'Вилли то и дело прощупывал сознанием окрестности, но людей-кошек больше не появилось.

"С'Пехо!"

"Слушаю тебя, адепт С'Вилли."

"Я спешу к вам, подождите меня!" - С'Вилли почувствовал, как ослаб сигнал.

"Следуй за нами, это приказ старшего адепта. Ты прикрываешь отступление."

"Да..."

С'Вилли заскрипел зубами от бешенства. А что ему еще остается?.. Нет способа бросить неудачников, проигравших сражение, и вернуться в Желтый Круг, слишком опасно попробовать прорваться к Ниане. Что ж, пока надо выжить, а уж доклад он найдет способ переправить в Братству свой доклад. Все еще обернется к лучшему для него.

2

Далеко на севере в то же самое время аббат Кале получил известие о готовящейся битве с Темным Братством. Грязный, измученный гонец был сразу отправлен на отдых, не менее заботливо отнеслись к его лорсу. Аббат быстро пробежал глазами послание от киллмена Иеро, потом перечел повнимательнее, хмуря брови.

- Это надо немедленно переправить в Совет Аббатств. Толку немного, уже сейчас все наверняка решено, и все же информация срочная. Темное Братство показало зубы, они стянули крупные силы неподалеку от Нианы. А ведь я говорил, что мы теряем Внутреннее море, рассредотачивая силы!

- Отправим прямо эту бумагу? - протянул руку Стивенсон, помощник аббата в экспедиции на запад, назначенный со стороны Отвианского Союза. - Или хотите добавить что-нибудь от себя?

- Нет, - поморщился аббат. - Нечего тут добавлять, остается только ждать новостей.

- Иеро - безумец, - вытянулось бледное лицо кандца, когда он в свою очередь прочел донесение. - Я понимаю, что он наш лучший киллмен, но ведь он вовсе не полководец! Проиграть эту битву, значит потерять все, чего мы добились за целые годы! Он должен был отступить, сохранив армию и ждать распоряжений от Совета Аббатств.

- Ему виднее, - заступился за Иеро, такого же метса, как и он сам, аббат. - Иеро - отмеченный свыше человек, его случайные поступки приводят к неожиданным, но всегда прекрасным результатам.

- Случайные ли? - усомнился Стивенсон, запечатывая письмо. - Мне кажется, что у вас в Республике Метс могут найтись люди, которые планировали все эти "случайности". Впрочем, вам виднее, аббат. Пойду распоряжусь об отправке донесения.

Бронзовокожий аббат с неприязненным выражением лица посмотрел вслед уходящему помощнику. Высокий, нескладный Стивенсон действовал ему на нервы. Почему Совет Аббатств навязал ему этого типа? Когда Отвианский Союз ищет пути к западному океану, то соглядатаев из Республики Метс к ним не приставляют. Так же должно быть и здесь, на Лантике. Тяжело вздохнув, Кале вспомнил о заждавшихся его островитянах, вызванных для разговора. Что ж, есть шанс хоть что-то сделать без присмотра отвианца.

Он поднялся, поправил облачение и спустился на первый этаж грубо срубленного домика, в котором обосновался штаб экспедиции. В большой комнате на высоких деревянных стульях смирно сидели три человека. В очередной раз подивившись их черному цвету кожи, аббат извинился за свое опоздание. Островитяне заулыбались, кивая, их зубы блеснули, как клыки хищников. Конечно, в королевстве Д'Алва, где сейчас командует армией Иеро, тоже живут похожие люди, но, наверное, не настолько черные... Ах, да какие угодно, главное, что не белые, как Стивенсон!

- Такого человека, как вы, аббат, мы готовы ждать всю жизнь, - мягко произнес невысокий сухощавый человек с резкими чертами лица и хитрыми, быстрыми глазами. - Вы для нас олицетворяете Большую Землю.

- Вы так быстро научились говорить на батви, Адмирал! - искренне восхитился Кале и присел на один из двух свободных стульев.

Когда парусник "Иоанн" привел под конвоем судно удивительной конструкции, на котором выйти в Лантик мог рискнуть только сумасшедший, аббат поразился схожести языков королевства Д'Алва и островитян. Именно на д'алвийском диалекте к ним и обращались моряки, уверенные, что имеют дело с какими-нибудь рыбаками из далекого королевства. Островитяне же, услышав в экспедиционном лагере кандскую речь, настоятельно попросили обучить их ей. Вместо этого Кале распорядился помочь пришельцам освоить батви, торговый язык, распространенный в местностях, прилегающих к Внутреннему морю. Адмирал Шуайа не возражал, делая поразительные успехи.

- Этот язык восхитительно прост, - ухмыльнулся островитянин. - Даже мой друг, кэп Чвако, не слишком расположенный к наукам, уже все понимает.

- Но не мочь хорошо сказать, - оскалился сосед Адмирала, мощно сложенный, со шрамами на лице. - Моя - вояка, не болтать много!

- Тогда, если не возражаете, поговорим на языке Д'Алва, весьма родственном вашему, - предложил аббат. - Итак, я получил вчера из Совета Аббатств касающиеся вас распоряжения. Прежде всего, Кандианская Конфедерация в целом, а также Республика Метс и Отвианский Союз по отдельности, счастливы приветствовать вас на Большой Земле. Мы рады принять вас обратно в общую семью населяющих материк народов. И первое, что мы должны сделать, это испросить у вас разрешение на посещение вашего острова аббатом, для проповедования на нем учения Кандианской Универсальной Церкви. Я понимаю, - Кале вскину руку, останавливая готового вмешаться Адмирала, - что это не в вашей компетенции, а также что на острове Андро в настоящий момент действуют Темные Браться. Уверен, что у нас еще будет время вернуться к этому вопросу.

- Да-да, - сразу согласился Адмирал. - Мы не можем принимать каких-либо решений без Его Величества, короля Тома XXXI. Кроме того, надо испросить согласия Совета Кюре Бахама, дела это тонкие, сами понимаете... Пока мы здесь, лучше обсуждать более простые вещи. Как, например, идут ваши дела в войне с Нечистым и его слугами в королевстве Д'Алва? Нам не хотелось бы, чтобы на наш остров прибывали новые колдуны.

- Адепты, - машинально поправил его аббат. - Они называют себя адептами. Могу вас уверить, что разгром Темного Братства и полное его уничтожение - дело самого ближайшего времени. Но в джунглях, примыкающих к Большой Миссе, еще долго могут скрываться враги. Оттуда им легко попасть на остров, и было бы лучше нам отправить туда войска. На всякий случай.

- Понимаю, - закивал кэп Чвако. - Хорошо бы побольше.

- Кэп - прекрасный командир, - вставил слово Адмирал. - Вот только никогда не сталкивался с вашими солдатами. Все эти лорсы, самопалы... Почему бы нам для начала не направить кэпа на учебу?

Кале внутренне поморщился. Хитер Адмирал Шуайа, и не просто хитер, а хитер как-то... Вызывающе. Чего он хочет? Ведь прекрасно понимает, что раскрывать все свои секреты первым встречным Кандианская Конфедерация не станет, не говоря уже о том, чтобы передавать свои войска кому-либо под командование. Чвако недалекого ума, с ним говорить просто, а вот с Шуайа... Аббат вспомнил о третьем собеседнике, капитане прибывшей галеры.

- Это дело неспешное, ведь пока у нас, к сожалению, лишь один парусник. Прежде мы не умели строить такие суда, да и путь к Лантику от Саска небезопасен. Пройдет не менее года, прежде чем мы действительно сумеем помочь вам в общей борьбе. Зато капитан Триполи с толком проводит время, не правда ли, капитан? Вчера вы каким-то образом пробрались на "Иоанн"...

- Прошу меня простить... - пробурчал моряк и громко прокашлялся. - Прошу меня простить, господин аббат. Я, наверное, не очень хорошо понимаю язык Д'Алва... Мне казалось, что это не запрещено.

Конечно, официально Кале не стал запрещать капитану посещать парусник. Однако каждый раз это происходило под надзором матросов, которые не спешили давать подробные комментарии, и вообще всячески мешали свободному перемещению чужака. Это происходило как-то самом собой, и аббат не возражал. Одно лишь распоряжение он отдал капитану Джефри: спрятать подальше карты. Хоть они и не слишком точны, а все же составляют собственность Совета Аббатств, доставшуюся им весьма нелегко. У некогда великого прошлого приходится выбивать секреты силой, и Темному Братству пока это удается лучше.

- Нет, капитан, не запрещено. Просто мы никак не ожидали, что вы заберетесь на парусник через борт, в темноте, а не по трапу. Матросы могли принять вас за врага... Это опасно и очень неосмотрительно с вашей стороны.

- Я учту, - пообещал Триполи, опустив голову и уставившись на сложенные руки. Губы его беззвучно шевелились, видимо, перебирая все известные ему ругательства. Аббату нравился капитан.

- Был бы очень вам благодарен. Но предложение Адмирала - я имею в виду поездку кэпа Чвако в Саск - мне показалось весьма удачным. В то же время Адмирал Шуайа мог бы на "Иоанне", нашем корабле, отправиться к Его Величеству королю Тому XXXI, что бы не терять времени в ожидании ответа из Совета Аббатств. Я предлагаю воспользоваться нашим парусником, а не вашей галерой, потому что это будет быстрее и безопаснее.

- Да-да! - поддержал аббата Стивенсон, входя в комнату. - А галеру тем временем неплохо бы подлатать, она здорово обросла ракушками.

- Мое судно готово к любым переходам! - тут же вскинулся Триполи, бешено вращая глазами.

- Успокойтесь, капитан, - попридержал его Адмирал Шуайа. - Никто не хотел вас обидеть. Аббат Кале просто не понимает, что я, находясь уже восемь лет в должности Адмирала, все это время не выходил в море. Адмирал Королевского Бахамского Флота должен всегда находиться в своей резиденции неподалеку от гавани, таков непреложный закон. Суда водят капитаны, вот Триполи и отправится с вами. Я же, с вашего позволения, тоже попрошусь поехать в этот Саск. С нами будет совсем небольшая свита.

Стивенсон коротко хохотнул. На бронзовом лице аббата заиграли желваки: беспардонность белых кандцев, неспособность их нормально вести дипломатические переговоры вошла в поговорку. Но его помощник уже снова заговорил.

- Хорошо, Адмирал, я вам обещаю поездку. Если не в Саск, столицу Республики Метс, то уж к нам в Оттву точно. Можете рассчитывать на любую свиту, всем найдется место. Более того, я уверен, что вас может ожидать неплохая должность при Совете Аббатств.

- Стивенсон! - одернул его Кале.

- Да ладно вам, аббат, - отмахнулся тот. - Мы с господином Шуайа прекрасно понимаем друг друга. Конечно, всем нам предстоит еще много потрудиться, но сомневаться в том, что этот труд будет щедро оплачен, не приходится.

- Надеюсь, что так, - скромно улыбнулся Адмирал и аббату показалось, что он быстро показал глазами на кэпа Чвако. - В таком случае мы, наверное, пойдем: надо написать несколько писем, которые повезет Его Величеству капитан Триполи на вашем паруснике.

Капитан Триполи встали и хотел было что-то сказать, но в последний момент передумал и махнул рукой. После этого все островитяне покинули комнату. Аббат проводил их до двери, а потом вернулся к своему помощнику и навис над ним, уперев руки в бока.

- Пустое, аббат, - процедил сквозь зубы Стивенсон. - Я просто не мог больше смотреть, как этот игрушечный адмиральчик, командир флота из одной гребной шлюпки, пытается вам продаться. А вы будто и не видите...

- Что, если это игра? - вскипел Кале. - Никто никогда не слышал об их острове, никто там не был! А если это люди Темного Братства?

- Мы их не выпустим, - пожал плечами Стивенсон. - Этого Чвако вообще можно задвинуть поглубже в Саск и пусть сидит там. А вот Адмиралу надо подарить дом, землю... Золото, наверное. Затем ему придется это отработать на острове, под полным нашим присмотром, разумеется. Что его не существует, я не верю. Карты предков говорят, что к югу расположено море Карибэн, где островов полным полно. Галер таких в Д'Алва не делают. Выговор чудной, ведут себя как деревенщина. Что вам еще нужно, чтобы не сомневаться?

- Они могут происходить из какой-нибудь страны южнее Дальва, а вовсе не с острова. Возможно, там царствует Нечистый. Что ты на это скажешь?

- Не верится... - помощник встал и прошелся по комнате. - Но ведь я и предложил все проверить самим. "Иоанн" пойдет по указке этого Триполи, а мы с капитаном Джефри тем временем будем следить за нашими картами. Если он поведет нас мимо островов, куда-нибудь к материку, то мы это вовремя заметим и устроим островитянину допрос с пристрастием.

- А если на острове вы встретите Братство? Если остров есть, но он - ловушка? - аббат пытался отстоять последние позиции. - Корабль будет захвачен!

- Не понимаю вас! Ведь мы вчера вечером договорились предложить им это путешествие к королю!

- Теперь я не знаю, что сказать, - Кале сел и попытался разобраться в своих эмоциях. - Мы хотели послать туда Адмирала. Рассудили, что на корабле есть пушки, и от кораблей Братства он при случае может попытаться отбиться. Никакими особыми секретами команда не обладает. А теперь... Теперь плывет не Адмирал, а всего лишь Триполи, да еще ты собрался отправиться с ним. Зачем?

- Я не доверяю капитану Джефри, - пояснил Стивенсон. - Он, как и все метсы, слишком доверчив, простите за откровенность. Ох, Кале, не понимаю я, что вам не нравится. Здесь заложены пять кораблей, первый спустят на воду дней через пятнадцать. Вы рискуете всего одним парусником, а выигрыш... Что, если это правда? Всего лишь несколько Темных Братьев на густо населенном, удобном для жизни острове! Все их ненавидят, и тут придем мы. Уничтожим адептов, построим порт - если там нет - пригоним туда несколько судов с солдатами, еще больше завербуем на месте. Потом перебросим их в джунгли, к Большой Миссе, и пойдем вверх по течению, вычищая всю обосновавшуюся там мерзость! И всего-то надо, что несколько кораблей, которые у нас скоро будут, и маленький отряд. Адмирал с удовольствием станет править островом, и давать нам людей! Никаких затрат, а войну можно вести хоть десять лет.

- Адмирал будет править островом? - чем бойчее говорил Стивенсон, тем меньше это нравилось аббату. - Постой, там же есть король. Даже, кажется, не один.

- Шуайа с этим сам разберется, - уверенно сказал аббату помощник. - Поверьте моему опыту. Ему только нужно получить от нас разрешение это сделать, да немного вооруженных людей на первое время. Жаль, я не могу ему этого дать, придется отправить старого прощелыгу Совету Аббатств...

- Не много ли самостоятельности ты проявляешь, мой дорогой? - Кале почувствовал, что у него почему-то нет сил сопротивляться энергичному отвианцу. - Не знаю, не знаю, прав ли ты... Ладно, с Адмиралом и Чвако пусть разбирается Совет. Но отправить тебя одного на остров, предположительно захваченный Темным Братством... По совести ли я поступлю?

- Не волнуйтесь, аббат, - Стивенсон посерьезнел и приблизился к начальнику. - Уверен, что потребуется не более недели. Во-первых, Адмирал намекал нам, что король находится вовсе и не на острове Андро, а где-то неподалеку. Он бежал от Темного Братства. Во-вторых, он также намекал, что от короля не так уж много и зависит. Я не верил, и думал, что Шуайа обязательно поплывет с нами, чтобы оказаться посредником. Но он легко передоверил эту роль капитану Триполи. Значит, поездка к Его Величеству - пустая формальность, которая лишь подтвердит, что дело можно иметь только с Адмиралом. Вот и все! В сущности, плавание требуется лишь для того, чтобы убедиться в том, что нас не обманывают. После этого я сразу же вернусь и мы вместе отправим полный доклад в Совет Аббатств со всеми предложениями. Да, уважаемый Кале?

- Как у тебя все славно получается, Стивенсон... - аббат почесал затылок.

В сущности, он очень устал от навязанного отвианцами помощника. Вечно бродит по территории экспедиции, исхитряясь все узнавать раньше начальника, подает дельные мысли, которые аббату и самому пришли бы в голову минутой позже, ссорится с рабочими...

- Хорошо, Стивенсон. Но учти: я отпускаю тебя только на несколько дней. Туда и обратно, не более суток на острове. Капитан Джефри подчинится тебе только в том случае, если ты не отклонишься от маршрута.

- Я знал, что вы меня поймете! - до ушей расплылся помощник. - Сказать по правде, мне давно хотелось вырваться к вам на восток. Здесь романтика... А у нас на западе все строго регламентировано, никакой инициативы. Спасибо вам, аббат!

Стивенсон прыжком выскочил за дверь и пошел своей прыгающей походкой в сторону жилого барака. "Наверное, уже собираться," - подумал Кале. Он уже жалел о принятом решении.

3

С'Вилли нагнал адептов вечером, перед самым наступлением темноты. С'Алит даже расширил глаза - у обычных людей, имеющих брови, они бы изумленно приподнялись. Сам он, да и С'Пехо, ехали на коосах, а вот третий брат бежал на своих ногах.

- Ты быстр, брат С'Вилли, - заметил старший адепт.

- Я... Они... - новоприбывший повалился у костра, задыхаясь. - Они преследовали нас... Но не... Не...

- Не Дети Ночного Ветра, ты хочешь сказать, - закончил за него С'Алит. - Себя они называют Иир'ова. Что ж, я и без тебя мог бы догадаться, что они нас не преследовали. В таком случае нам просто не удалось бы уйти без боя. Где твои люди, С'Вилли?

- Нас преследовали всадники на лорсах... Я оставил людей прикрывать отступление.

- Думаю, мы их уже не увидим, - С'Алит пристроил подбородок на сложенные руки и уставился в огонь.

Из леса вышли ревуны, личные телохранители старшего адепта. Они поймали косулю, и теперь тащили к огню. Голодные твари не могли соблюсти хоть какого-то порядка, и уже успели подраться. У добычи не хватало одной ноги - кто-то предпочел сожрать ее сырой. Колдун лениво приказал лемутам успокоиться. Ему нужно было подумать.

- Я пошлю ревунов в джунгли за еще одним животным? - робко предложил С'Пехо.

С'Алит не ответил. У него не было аппетита. Переродившееся после инициации тело адепта могло поддерживать силы за счет энергии окружающих его живых существ, и не нуждалось в пище месяцами. С'Пехо слишком молод... Но это не значит, что он не должен страдать!

- Сколько у нас ревунов? - С'Вилли со стоном перевалился на спину. Его желтая хламида вся была изорвана колючками, испачкана, и даже - невиданное для адептов дело - пропахла потом. - И сколько коосов?

- Два кооса, - мрачно отозвался С'Пехо. Он уже понял, что теперь ему придется идти пешком. Можно было бы взять еще этих лемутов там, у холма, но ему и в голову не пришло позаботиться о С'Вилли. Он надеялся, что никогда его больше не увидит... - Три десятка ревунов. Нет... Один погиб от укуса змеи.

- Нам нет дороги ни на запад, ни на север, - продолжил С'Вилли, внешне обращаясь к младшему адепту, но имея в виду С'Алита. - Двигаясь на юг, можно отыскать базы Зеленого Круга.

- Мы идем на восток, - ответил старший из колдунов.

Все замолчали, только ревуны продолжали рычать у костра, вытягивая из огня куски не прожарившейся косули. С'Пехо еще только соображал про себя, к чему бы им двигаться на восток, через глухие джунгли без надежды встретить кого-либо, а С'Вилли уже все понял. Старший адепт не может сейчас показаться ни в Желтом Круге, ни вообще в областях, контролируемых Темным Братством. Там ему грозит немедленная смерть за проигранную битву. Битву, на которую никто не давал ему права.

"С'Пехо окажется ни при чем, - размышлял С'Вилли. - Он молод, слаб и никому не интересен. Пятно на репутации ему придется отмывать долго, но за жизнь беспокоиться не стоит. А вот я должен был сообщить в Круг о самоуправстве С'Алита сразу после того, как получил приказ вывести свои отряды на бой. И ведь я хотел сделать это, в случае проигрыша, готов был бежать в Ниану... Дети Ночного Ветра спутали все планы."

С'Вилли понял, что и сам находится под ударом. Молодому адепту ни в коем случае нельзя дать скрыться, иначе он представит в Братство доклад, в котором один окажется невиновным. Ему поверят не до конца, но судьба старших адептов будет решена. В то же время для С'Алита единственный шанс спастись - уничтожить всех свидетелей. Опалы, долгой и безнадежной опалы ему не избежать, но жизнь он сумеет сохранить. Выгода С'Вилли - уничтожить С'Алита и запугать младшего адепта, который выступит свидетелем на его стороне.

- Да, восток, - мрачно сказал он.

Губы С'Алита чуть дрогнули. С'Вилли принял вызов, хотя знает, что борьба будет смертельной. Старший адепт мог бы убить его прямо сейчас, но это потребует полного напряжения сил. Если молодой С'Пехо решится вступить в бой на стороне С'Вилли... Пусть подумает. Всем надо подумать.

Ревуны устроились на ночь поближе к костру. Адепты не нуждались в его тепле, так же как и во сне. Расположившись неровным треугольником, они погрузились в думы, не посылая друг другу никаких сигналов. Все трое напоминали теперь пауков, затаившихся в разных концах прозрачной банки.

Так прошла ночь, а с первыми лучами солнца С'Алит разбудил волосатых ревунов ментальным сигналом. Вечно голодным тварям требовалось дать время на завтрак, чтобы потом они могли так же быстро бежать. С'Вилли тем временем подозвал к себе коосов, которые успели вволю попастись под ореховыми пальмами и выспаться. Потрогав их бока, адепт легко определил более сильного лемута. Его придется отдать старшему, ссориться с С'Алитом еще не пришла пора.

- Мы пойдем без остановок, - сообщил старший из колдунов, едва забросил ногу на бок лемута. Он обращался более к С'Пехо - сейчас его игра заключалась в том, чтобы быть поласковей к молодому брату и по возможности восстановить его против С'Вилли. - Береги дыхание, а если отстанешь, иди на восток.

- Я не отстану, старший брат, - пообещал С'Пехо.

"Ты убьешь меня так скоро, как только сможешь," - подумал он. - "Мерзкий предатель, проигравший битву. Я ничего не могу предпринять. Твой намек на то, что я могу отстать и направиться в Круг один - предупреждение. О, если бы вы со С'Вилли уничтожили друг друга! Отчего Нечистый дает столько силы неверным тварям?"

С'Алит понял, что попытка быть заботливым провалилась. Он презрительно скривил губы и тронул кооса с места. Путь на восток продолжился.

Ни одной живой твари не попадалось им на пути. Даже змеи спешили побыстрее убраться с дороги существ, пропавших злом. С'Пехо действительно не отставал, хотя и предпочитал держаться сзади. В середине дня сделали привал, и молодой адепт хорошенько перекусил, отобрав у ревунов лучшие куски добычи. Другие братья мало им интересовались. Все время глядящие в разные стороны, оба пристально следили за противником сознанием. Напряжение висело в воздухе, заставляя коосов то и дело спотыкаться. В живых должен был остаться только один, и уже ему решать, как поступить со С'Пехо.

Ненависть, кипевшая в глубине души С'Алита после неожиданно проигранной битвы, делала его сильнее. Он не сомневался в своей победе, даже если молодой адепт догадается встать на сторону С'Вилли. Но колдуна пугало спокойствие жертвы. Почему он так покорно идет на восток, все дальше уходя от областей, контролируемых Братством, где мог бы рассчитывать на помощь? Через несколько дней пути они окажутся на берегу Лантика. С'Алит решил выжидать до последнего, заставить С'Вилли первым выложить на стол козыри.

Между тем сам С'Вилли вовсе не был так уверен в правильности своих действий, как старался выглядеть. Он тоже понимал, что в прямом столкновении, пусть и тяжелом для С'Алита, он неминуемо проиграет. Но там, впереди, можно было надеяться на помощь. Случайно С'Вилли знал, что Зеленый Круг оставил на самом берегу Лантика своего человека, который должен поддерживать с кем-то связь. В чем конкретно заключалась его задача, С'Вилли не знал, Круги не любили делиться секретами. Но введение в игру нового персонажа давало ему хотя бы призрачные шансы уцелеть.

Прошло три дня, прежде чем незаметно взявшийся за амулет С'Вилли почувствовал далекое, еще очень слабое присутствие незнакомого адепта. Тот еще не ощутил чужаков, и С'Вилли торопливо спрятал амулет под хламиду. Они приближались, и чем дольше ни С'Алит, ни человек Зеленого Круга не будут подозревать об этом, тем больше шансов на встречу.

Прошло еще три дня, и присутствие чужака почуял даже С'Пехо, несмотря на то, что совершенно измотался. Обливаясь потом - его тело еще недостаточно переродилось под влиянием Нечистого - он лежал без сил у костра, в ожидании отправившихся в джунгли за добычей ревунов. Почему ни С'Алит, ни С'Вилли даже словом не обмолвились об этом адепте, почему-то оказавшимся здесь, на юго-восточном краешке материка. С'Алит почувствовал его смятение.

- Ты удивлен, молодой адепт? Слишком слаб, чтобы чувствовать своих братьев заранее? Но мне кажется, что ты вдобавок и напуган?

- Я не боюсь, - приподнялся на локте С'Пехо. - Нас трое, верно? А он только один. Но что он здесь делает?.. Это Зеленый Круг, верно?

- Об этом, мне кажется, нам мог бы рассказать наш брат С'Вилли.

Адепт, стоявший на берегу одного из быстрых, мутных притоков Большой Миссы, медленно повернулся. Он знал, что С'Алит выжидает, но был уверен, что старший не станет дожидаться очной встречи с темным братом. Следовало быть готовым к бою в любой миг, и С'Вилли был готов.

- Я полагал, что и тебе известно, куда мы идем, - твердо солгал он. - Ты решил просить убежища у Зеленого Круга, не так ли? Тебе нет дороги назад. Что ж, я понимаю тебя.

- Вот оно что?.. - С'Алит поднялся с кучи хвороста. - Возможно, твое имя не С'Вилли, а С'Райт, мастер Желтого Круга? Ты осудил меня, мастер? Не упасть ли мне перед тобой на колени, прося милости? Думаю, пришло время нам поговорить всерьез.

- Думаю так же, брат, - С'Вилли перехватил посох двумя руками и пошире расставил ноги.

С'Алит медлил, не нанося первого удара. Его пугала решимость противника. Он медленно взялся за амулет, удесятерив потенциал своего могучего сознания за счет сил Нечистого. Адепт Зеленого Круга явно приблизился. А еще ближе оказалась группа лемутов, все тех же волосатых ревунов. С'Вилли позвал на помощь! Но почему ее готовы ему оказать, что он рассказал?

- Чем бы ни кончился наш разговор, твое пребывание здесь не останется втайне, - прочел его мысли С'Вилли. - У адепта Зеленого Круга есть свои способы связаться с Братством. Он знает теперь достаточно.

- Почему... - старший адепт стал настолько белым, что, казалось, излучал мертвенный свет. - Почему я не слышал твоего зова?

- Потому что ты плохо пересчитываешь ревунов на ночной стоянке, - ухмыльнулся С'Вилли. - Я не говорил с ним. Я послал записку.

- Записку?..

- Да, пару пальмовых листов, я писал кровью.

- Кровью?.. - С'Алит так сжал посох, что он затрещал.

- Не своей, - объяснил С'Вилли. Из своих нитяных вен он не смог бы выжать и капли. - Кровью ревунов.

Еще мгновение помедлив, С'Алит нанес первый удар. Могучая волны ненависти облаком ударила во врага, разлетевшись при столкновении с ним на две части. Одна из волн откатилась к С'Пехо, который со стоном повалился навзничь, другая вспугнула выходивших из джунглей ревунов. Бешено зарвались с привязи коосы, лемуты отчаянно хрюкали, их слабенькие мозги полностью потеряли способность мыслить.

С'Вилли выстоял, он ждал удара. Однако почти все его силы ушли на оборону, и ответный удар получился настолько слабым, что старший адепт даже не пошатнулся. С'Алит ударил еще раз, почти так же сильно, и пошел на врага, подняв кверху посох.

- Постой... - С'Вилли упал на одно колено, едва не опрокинувшись в воду. - Тебя это не спасет...

- Ты не ожидал, что окажешься так слаб? - С'Алит подошел вплотную и с размаху опустил посох на безволосую макушку адепта. Бледная кожа разошлась, обнажив розовое мясо. После следующего удара показалась ярко-белая кость. - Ты считал себя сильным? Опытным?

- С'Пехо!.. - жалобно проблеял избиваемый.

Но молодой адепт не мог прийти ему на помощь, он бессильно лежал на земле, пытаясь удержать в себе жизнь. А если бы он и сумел подняться, то слепо бросился бы бежать прочь, прочь от могучей силы С'Алита.

- Он не поможет тебе, - С'Алит помедлил, а потом сильно ударил С'Вилли ногой в лицо. - Теперь встань. Нас преследуют, небольшой отряд. Вы останетесь здесь и уничтожите их, а я пойду навстречу человеку Зеленого Круга.

- Мы не сможем! - С'Вилли умоляюще протянул к старшему руки. - Я даже не чувствую их приближения...

- Ты не доволен тем, что я оставил тебе твою никчемную жизнь? Изволь теперь позаботиться о ней сам! - С'Алит, не оглядываясь, пошел в заросли. Ревуны, подчиняясь его неслышному приказу, отвязали обоих коосов и побежали следом.

- Он убил нас... - С'Вилли приподнялся на дрожащих руках. - С'Пехо! С'Пехо, встань!

- Я не могу... - молодой адепт не шевелился.

- Встань или умри! Люди будут здесь самое большее через час, они едут на лорсах и у них есть проводник! Если они настигнут нас здесь, мы не сможем сопротивляться. Надо уйти на тот берег.

Пошатываясь, С'Вилли поднялся. Молодой брат по прежнему не шевелился. Но он нужен! Одному не выстоять против киллменов с севера! С'Вилли попробовал было расшевелить С'Пехо ментально, даже взялся за амулет, но побоялся добить единственного соратника. Пришлось ухватить его за руки и подтащить к берегу.

- Здесь мелко, - адепт похлопал С'Пехо по щекам. - Ты слышишь? Но течение довольно сильное, я не смогу тебя перетащить. Ты должен прийти в себя до тех пор, пока преследователи не появятся здесь, иначе тебе конец.

- Нам и без того конец... - простонал С'Пехо. - Мы почти бессильны и не успеем восстановиться. А если попробуем бежать, то С'Алит вернется за нами...

- Что ж, умирай, если хочешь, - развел руками С'Вилли.

Он знал, что это предложение заставит молодого адепта зашевелиться. Слуги Нечистого дорожат своей жизнью больше, чем кто-либо еще на этой планете. Именно поэтому они обязательно победят всех своих врагов. Каждый адепт готов бежать лишь до тех пор, пока это дает ему шансы на спасение. Припертый к стенке, он становится сильнее и опаснее, готов предавать и унижаться, чтобы выжить любой ценой.

Больше не обращая на спутника внимания, С'Вилли спустился в воду. Где-то ниже по течению из реки торопливо выбрался огромный аллигатор, почуяв в родной среде присутствие чего-то зловещего, угрожающего. Утвердившись на илистом дне, адепт поднял голову. С'Пехо под полз к краю берега.

- Спускайся, и не забудь потом, кто спас тебя.

- Нам не выжить... - опять сказал молодой адепт, но теперь в его тоне сквозила не безнадежность, а черная злоба. - Но им придется за это заплатить...

- Не трать времени на слова, спустись в воду.

С'Пехо перевалился в реку. Течение подхватило его, грязная желтая хламида вытянулась на воде. С'Вилли помог ему выпрямиться, потом они шаг за шагом направились к противоположному берегу. Несколько раз у С'Вилли подгибались колени и старшему брату приходилось ждать, пока силы вернутся к нему, поддерживая голову молодого над водой. Прошло не менее получаса, пока мокрые, грязные адепты сумели, цепляясь за высокую траву, выбраться на сушу.

Почти сразу же в зарослях раздался громкий треск. Это колонна лорсов ломала ветви деревьев могучими рогами, преследуя сбежавших адептов. Всадников было около полусотни, все метсы из далекого Канда. Совет аббатств послал их в Д'Алва в составе большого отряда, направленного в помощь королю. Командир увидел догорающее кострище и немедленно дал команду рассыпаться вокруг, обыскать лес.

- Шевахо, их невозможно застать врасплох, - напомнил командиру полный воин, направляя свое животное к костру. - Думаю, они ушли достаточно давно и обязательно направятся в какое-нибудь болото. Тут их полно, не всякий лорс пролезет.

- Без тебя знаю... - буркнул Шевахо, продолжая всматриваться в заросли. Одновременно он поводил самопалом, редким даже в Канде оружием могучей убойной силы. - Во всяком случае, мы их наконец-то настигли. До сих пор слуги Нечистого не заметали следов, а теперь займутся этим всерьез. Где наш проводник?

- Я здесь, - из-за деревьев выскочил чернокожий паренек и тут же испуганно вскинул руки, увидев направленный на него самопал. - Не стреляйте, господин Шевахо!

- Ты больше рискуешь, отходя от отряда, - досадливо сморщился командир. - Не забудь, с кем мы имеем дело, Сэми. Что скажешь?

- Они пошли туда, - проводник вытянул тонкую длинную руку в ту сторону, куда удалился С'Алит с отрядом ревунов. - И недавно. Но не все... Я чую нескольких совсем рядом, хотя они и стараются быть незаметны. - Следопыт округлил глаза, чуть подался вперед и замер. Оба кандца, зачарованные видом этого охотника за колдунами, сильно наклонились в седлах. - За водой...

- Что?

- За твоей спиной река, господин Шевахо, - очень тихо пояснил Сэми. - За рекой сидят два колдуна из трех. Самый сильный убежал, два остались. Сидят в траве, смотрят. Прямо на тебя. Не оборачивайся!

- А что же делать? - Шевахо выпрямился, пальцы на самопале побелели. - Сделать вид, что уходим, и поискать брод?

- Нет, их не обманешь, - покачал головой проводник и не обращая внимания на возмущенное фырканье лорса полез по упряжи в седло, устроился за спиной командира. - Надо просто отъехать немного, построиться и атаковать.

- Зачем отъезжать?

- Чтобы лорсы успели разогнаться! - возмущенный непонятливостью кандца, Сэми даже пристукнул кулаком о бок животного. - Чем быстрее мы все сделаем, тем меньше людей потеряем!

- Я вообще не собираюсь терять людей, - хмуро сказал Шевахо, но рукой махнул своим людям, отзывая их прочь от берега. - В битве колдуны никак себя не показали...

- Битвы бывают разные... - пробормотал Сэми. - Когда Нечистый может заставить кого-то сражаться за себя, он ни за что не покажется. Но если нет... Смотри!

Командир еще не развернул своего лорса мордой к реке и поэтому не видел, что шестеро бойцов его отряда не выполнили приказа, остались на берегу. Все они словно окаменели, точно так же, как и их животные, и только один лорс медленно перебирал огромными копытами, потихоньку унося хозяина от воды.

- Что происходит? - напрягся Шевахо. - Клуни, съезди к ним!

Полный, широкоплечий соплеменник не поторопился выполнить приказ. Он был из корпуса Стражей Границы и отстаивал в маленьком отряде несколько привилегированное положение. С колдунами не сталкивался и Клуни, но рассказов об их делах слышал немало.

- Их подчинил себе Нечистый! - выкрикнул Сэми. - Теперь их надо убить!

- Не мели ерунды!.. - одернул его командир. - Эй! Лори! Рон! Немедленно езжайте к нам!

Никто из шестерых не ответил и не пошевелился, только лорс одного из воинов все переступал и переступал копытами. Животное не в силах было открыто противиться приказам адептов, но нашло возможность немного схитрить, и теперь пыталось спасти себя и хозяина.

- Даже не знаю, что и сказать... - Клуни нерешительно поднял самострел, но тут же опустил. Стрелять в своих однополчан он не мог. - Сэми, так колдуны за этой речушкой? А глубоко ли там?

- Пойди проверь, - нервно хихикнул чернокожий. - Надо атаковать их, чего бы это не стоило. Если те шестеро попробуют сопротивляться, то... Хотя лучше бы сделать это сразу.

Не успел он договорить, как двое из застывших у реки всадников вытащили из седельных кобур самострелы и принялись готовить их к стрельбе. Остальные, лишенные столь мощного оружия, потянулись к лукам.

- В атаку!! - Шевахо встал на стремена и обернулся к выстроившимся за его спиной воинам. - Свяжите их скорее, ребята!

Приученный вести боевые действия как можно более хладнокровно, командир взял правее, чтобы не мешать атаке своих людей, и все же не участвовать в общей свалке. Клуни, с самострелом наготове, последовал за ним. Отряд пронесся мимо, на ходу кандцы вытаскивали веревки - теперь уже каждому было ясно, что дело не шуточное. Но они не успели: громоздкие бронзовые самопалы хором ахнули и выпустили в приближающуюся лаву заряды крупной дроби.

- Проклятье!.. - Шевахо вскинул было самопал, но тут же опустил: все равно перезарядить оружие захваченные колдунами воины уже не успеют. - Скрутите их и назад!

Но все получилось не так, как он хотел. Внеся сумятицу в строй отряда залпом, все шестеро выхватили мечи и топорики, а потом пустили лорсов навстречу. Неминуема была бы большая свалка, в которой отряд понес бы новые потери, но лорсы оказались сильнее людей и воспротивились их приказам. И все же закипел бой, закричали первые раненые.

- Быстрее! - Шевахо вскочил на седло ногами, чтобы лучше видеть происходящее. - Да что же вы возитесь?!.

Он не понимал происходящего. Вместо того, чтобы сбросить Лори с седла, воины, уже накинувшие ему на шею петлю, вдруг выхватили мечи и зарубили его насмерть. Лори же даже не попытался защищаться, лишь закрыл лицо руками и опустил голову.

Шевахо не знал, с кем имеет дело. В зарослях за рекой, куда никто не смотрел, показалось бледное, напряженное лицо. С'Вилли, вымотанные недавней атакой, все еще мог задать жару некоторому количеству людей. Сейчас он заставлял свое сознание мотаться от одного воина к другому, то отпуская их, то вновь захватывая под контроль. Уже несколько кандцев корчились на земле, мало помалу разгоралась рубка каждого с каждым.

- Назад! Все назад! - Клуни быстрее командира понял, чем грозит промедление.

- Да нет же! - Сэми вцепился в ногу стоящего на стекле командира, так что тот едва не свалился. - Пусть идут за реку, за реку! Пусть ни на что не обращают внимания!

- За реку?.. Назад!! - принял решение Шевахо. Он бросил взгляд в заросли и увидел злобно горящие глаза С'Вилли. Рука сама вскинула самопал, прогремел выстрел. - Назад, я зарублю каждого, кто не вернется! Ко мне!

Последние слова потонули в грохоте выстрела: это и Клуни всадил заряд дроби в заросли на том берегу, поддержав командира. С'Вилли, счастливо избежавший опасности в первый раз, зашипел от боли, когда дробинки истерзали его левое плечо. Перекатившись по земле, он подполз к С'Пехо.

- Ну же! Помоги мне!

- Я стараюсь! - злобно ответил молодой адепт, и правда пытавшийся удержать хоть кого-то из отряда на берегу, в пределах досягаемости их слабых сил. Рука С'Пехо мертвой хваткой сжимала амулет. - Ты сам их выпустил, смотри!

Действительно, С'Вилли потерял концентрацию, а теперь не мог заставить себя выглянуть. Боль в контуженной руке отнимала драгоценное внимание.

- Я ранен!.. Вот что: ты останешься здесь, и не пустишь их через реку, это просто...

- У меня нет сил! - в полный голос заорал С'Пехо и вцепился в край одеяния старшего. - Ты хочешь отдать меня им на съедение!

- Да нет же... - С'Вилли исхитрился не вставая ударить темного брата ногой. - Я переправлюсь ниже по течению и зайду им в тыл, тогда мы сможем с ними расправиться.

- Я тебе не верю!

С'Вилли не стал больше слушать и пополз через заросли подальше от берега. Конечно, он и не собирался возвращаться. Сначала удар сознания С'Алита, могучий, лишивший его половины мощи, потом физическая рана. Победить невозможно, остается только поступить со С'Пехо так же, как С'Алит поступил с ними обоими и попробовать бежать. Куда?.. Вслед за старшим адептом, к человеку Зеленого Круга. Он где-то совсем рядом...

Останься в С'Пехо больше человеческого, он бы зарыдал от страха и бессилия. Но то существо, которым он стал под влиянием Нечистого, уже не способно было выделять слезы. Сил, чтобы подняться и бежать следом за С'Вилли, не осталось.

В это время Шевахо провел короткий подсчет потерь. На берегу остались лежать трое, рядом печально застыли их лорсы. Животные унесли с отступающим отрядом еще двух мертвых и пятерых раненых. Остальные отделались царапинами и учету не подлежали.

- Атаковать лавой, - тихо предложил Клуни. - Сэми прав, другого способа нет. Иначе они опять заставят нас убивать друг друга...

- Я не знаю глубины реки, - нахмурился командир. - Зато я знаю, что колдуны в силах захватить шестерых за один раз. Сколько же людей я должен сразу запустить в эту канаву, чтобы они не порубили друг друга?.. Нет, сделаем иначе, форсируем реку в другом месте и уже тогда атакуем. За мной!

Страж Границы не стал возражать, и даже Сэми за спиной Шевахо согласно закивал. Через минуту отряд уже проламывался сквозь джунгли в поисках нового места для переправы. А за рекой С'Пехо перевалился на спину и зажмурился, сжимая амулет. Он старался отследить перемещения и людей, и С'Вилли, но слабость не позволяла ему сделать это даже с помощью Нечистого.

Глава вторая

В джунглях и на корабле

1

Капитан Джефри осмотрел горизонт в подзорную трубу, бережно спрятал ее в мягкий футляр и закрыл в сундук с картами, как и обещал аббату. Слишком уж ценную вещь ему доверили, чтобы играть ей в свое удовольствие.

- Капитан... - негромко бросил стоявший возле рулевого матрос, как только он справился с замком.

Джефри даже головой покачал. Он и не оборачиваясь знал, в чем дело: на мостик опять неожиданно нагрянул чернокожий капитан с незнакомого острова. Капитан!.. Как будто смешную лодку, в которой гребцами выступали самые настоящие рабы, прикованные к скамейкам, можно назвать кораблем, а торчащее на палубе чучело - капитаном.

- Что случилось, господин Триполи? - со всей доступной ему вежливостью поинтересовался Джефри. - Вы хорошо устроились в своей каюте?

- Да, спасибо, - андросец не скрывал своего скверного настроения. - Очень удобная каюта, просторная. Я хотел вас спросить, капитан, зачем на корабле столько вооруженных людей? Я насчитал не меньше пяти десятков. Куда мы их везем?

- Мы - военный корабль, - пожал плечами Джефри. - Разве вам не нравится, что за нашими спинами есть некоторое количество воинов?

- Я привык обходиться матросами, - Триполи шумно втянул воздух. - Может быть, взглянем на карту?

- Я уже взглянул, курс верен. Ветры нам благоприятствуют, так что доберемся быстро. Как-никак это не гребная галера с вспомогательным парусом, а большой корабль, построенный по древним чертежам. Хотите, я расскажу вам про паруса и их назначение? Оснастка сложна, вам самому не разобраться.

- Я попробую, - хмуро буркнул Триполи и ушел не прощаясь.

Матросы не выдержали и дружно фыркнули. Сдержанные метсы не могли без смеха смотреть на этого островитянина. Губы, уши, нос - все проколото, и из каждой дырки торчит где колечко, где нитка жемчуга, а то и просто клык какого-то зверя. Вдобавок бродит полуголым, а сам разрисован с ног до головы разноцветными картинками. Неужели они все такие на своих островах?

- Ну, ну! - прикрикнул на них Джефри. - Потише тут! Вон по правому борту какое чудище здоровое нам наперерез плывет, почему марсовый молчит?!

- Да он уже не них внимания не обращает, - пожал плечами рулевой. - Их тут полным полно, капитан. Но нас они боятся, мы самые большие.

Джефри собрался было выговорить матросу, но его отвлек Стивенсон. Долговязый бледный отвианец будто выпрыгнул откуда-то и сразу огорошил капитана вопросом:

- Джефри, приятель, а сколько у нас на борту островитян?

- Пятеро, - пожал плечами капитан. - А что?

- Надо к каждому из них приставить по одному матросу. Именно матросу, а не воину, эти недотепы еще и за борт свалиться могут. Непорядок у нас получается, Джефри, везем непроверенных людей, и не смотрим, чем они занимаются. Сейчас в каюте нет ни одного.

- Не волнуйся, - капитан был с фамильярным Стивенсоном на ты. - Все ценное у меня под замком, а остальное не такой уж и секрет, эти дикари все равно не смогут разобраться.

- Да?.. - Стивенсон задумался. - Все равно, приставь к ним людей. Вдруг наши матросы с ними поссорятся и за борт покидают? Неудобно получится.

- Таких покидаешь, - покачал головой Джефри. - Морды здоровенные, в двери не пролезают. Неужели у них на острове все такие?

- Не похоже, - Стивенсон облокотился о переборку и уставился на море, где продолжали резвиться огромные твари. - Я так понимаю, что у них моряк - это самая последняя профессия. На острове Андро, если верить Адмиралу Шуайа, почти нет опасных для человека существ. Змеи, какие-то хищники в джунглях, вот и все. Погибель обошла их стороной, понимаешь? Ни гроконов, ни змееглавов, а уж про оленей смерти они и не слышали никогда. Даже лемутов они впервые увидели совсем недавно, когда к ним попал первый Темный Брат. Поэтому море, полное вот таких зубастых тварей, их совсем не прельщает.

- Но они не опасны, - с надеждой сказал капитан. - По крайней мере, если из Лантика не вылезет что-то уж совсем ужасное.

- Не опасны для такого парусника, как наш, а вот если ты подружишься с капитаном Триполи, выпьешь с ним вина и послушаешь его истории... Что только не вытворяли морские твари с его галерой. Хуже всего, по его словам, спруты. Это такие многолапые существа, очень больше, они поднимаются из глубин, хватают корабль и стараются утащить его на дно. Если, конечно, это правда... Так вот галеры частенько не возвращаются из плаваний. Но плавают они часто, потому что на маленьких островах есть удивительные товары. Ты пробовал кофе?

- Нет.

- А табак?.. Там, у них, совсем другой табак, ароматный, вкусный... В матросы добровольно никто не идет, но все приговоренные к каторге, конечно, подают прошение. Берут самых здоровых...

- Что такое каторга? - заинтересовался Джефри. - Я слышал, как они ругали друг друга "каторжными попугаями".

- Не знаю, при чем здесь попугаи... Каторга - это наказание за преступления. За легкий проступок - морская каторга, всю жизнь грести на галере, прикованным к веслу. Конечно, лучше попроситься в матросы и стоять с кнутом. За тяжкие проступки что-то более серьезное.

- Более серьезное?! - воскликнул Джефри и его матросы, прислушивавшиеся к разговору, поддержали его изумленными восклицаниями. - Да что может быть хуже, чем пожизненно оказаться на цепи?..

- Что-то, наверное, может, - пожал плечами Стивенсон. - Полностью можно разобраться только оказавшись на острове, но это не входит в наши планы. Мы посетим лишь какой-то маленький огрызок суши в Лантике, где прячется от Темного Братства Его Величество король Том. Впрочем, гребцы, кажется, нередко убегают. Ломают скамьи, берут в руки цепь и прыгают за борт.

- Ужасная смерть, - передернул плечами Джефри. - Хотя, если они еще здоровее, чем матросы, то может быть кто-то и выплывает...

- У них, наверное, совсем нет воровства, - предположил рулевой. - А вот у нас в Метсе считается за правило что-нибудь уволочь, когда идешь через чужое селение.

- Балуют вас аббаты, - согласился Стивенсон. - Ну да хватит об этом. Распорядись, чтобы за ними присматривали, Джефри.

Он спустился с мостика, прошелся по палубе и тут же наткнулся на скучающего капитана Триполи. Островитянин курил, разглядывая вяло шевелящихся матросов. "Иоанн" быстро шел, подгоняемый попутным ветром, но Джефри взял за правило, что команда не должна бездельничать и успел вбить это в головы подчиненным за несколько первых плаваний.

- Триполи! - окликнул Стивенсон. - Я хотел с вами поговорить относительно тех гребцов с вашей галеры.

- С ними что-то случилось? - вяло поинтересовался андросец.

- Боюсь, что случится, - вздохнул отвианец и присел рядом. - Аббат Кале не может на них смотреть. Для него люди, прикованные цепями - рабы, и требуют немедленного освобождения.

- Что значит требуют освобождения?! - возмутился Триполи. - Кому какое дело, чего они там требуют?! Я что, сам погребу обратно на Андро? Или галера останется там, у вас? Это, между прочим, собственность Его Величества!

- Ну, я лишь хотел вас предупредить, любезный господин Триполи, - развел руками Стивенсон. - Я ведь только помощник аббата, не облачен саном и в экспедиции имею лишь совещательный голос. Скажите, а Его Величество не захочет ли отправиться с нами в Канд? В самом деле, ну зачем ему сидеть там, на этом острове, в изгнании...

- Сами с ним поговорите, - буркнул Триполи.

Он и так чувствовал себя обманутым: Адмирал заставил его покинуть галеру и зачем-то плыть к королю. Наверное, хочет, чтобы никто не мешал ему обделывать свои делишки. Акулий потрох, да с первого же дня было понятно, что Шуайа не ставит бедного короля ни в грош! Что, в общем, и не удивительно, потому что король Том XXXI уже достаточно долгое время пребывает не в своем уме. Но ведь у него есть наследники, а капитан Триполи хотел бы остаться верным присяге...

- Буду счастлив сам поговорить с королем, - не отставал Стивенсон, - но тем не менее хотел бы побольше узнать о нем сейчас. Что король предпочитает? Я хочу сказать: чем Его Величество увлекается? Оружием? Явствами? Лорсами?

- На острове нет лорсов, и я надеюсь, никогда не будет, - передернул плечами капитан. - Уж очень здоровенные и злобные твари.

- Ну что вы, лорсы очень дружелюбны, особенно к детям, - как и все кандцы, метсы или отвианцы, Стивенсон души не чаял в больших и почти разумных животных. - В бою страшны, ну так тем более надо доставить отряд бойцов на Андро. Они вмиг раскидают колдунов.

- Так уж и вмиг?.. - усомнился Триполи и яростно запыхтел трубкой. - Мы, знаете ли, тоже не робкого десятка, заведись моллюски в моей башке! Если бы все дело было в том, чтобы их раскидать... Да ведь они колдуют, тысячи людей начинают вести себя словно звери! Первый же колдун, С'Колла, устроил такую бойню в джунглях, что три королевства как свинья языком слизнула, а никто и не заметил, пока его не прикончили.

- Тысячи людей?.. - мечтательно повторил Стивенсон. - Да, у вас населенный островок, ничего не скажешь... Наверное, не отправляй вы людей на пожизненную каторгу, давно бы заполонили всю сушу? Теперь вам это не грозит: излишек населения может переправляться на Большую Землю и заселять джунгли.

- После того, что мне о них рассказали, это мало кому захочется. Погибель так сильно задела Большую Землю, мы и не ожидали. Наши кюре, аббаты по вашему, всю жизнь учили нас, что за морем люди живут почти как прежде, а однажды приплывут и научат нас уму разуму.

- Что ж, они не ошибались! - улыбнулся Стивенсон. - Это время пришло.

- Так почему же, посади меня на киль верхом, это от вас к нам приплывают колдуны, а не наоборот?! - вскипел Триполи. - Если ваши лорсы такие могучие, почему вы еще не покончили с Темным Братством?!

- Мы тесним их шаг за шагом, - скромно сообщил Стивенсон. - Именно сейчас, в это самое время, где-то на юге наши отряды помогают силам королевства Д'Алва громить слуг Нечистого. У нас есть знания древних, мы умеем строить корабли, которым не нужны ни весла ни паруса. Правда, пока они недостаточно крепки и плавать на них можно только по Внутреннему морю, но очень скоро... Очень скоро мы все заживем одной мирной, дружной семьей. Наша Кандианская Конфедерация, королевство Д'Алва и ваш островок, а со временем доберемся и до других стран. Там, на юге, обширные пустыни, оставшиеся от Погибели, но корабли помогут нам обогнуть их. Тогда...

Мощный удар сотряс корпус корабля. Одна из крупных морских тварей то ли решила его проверить на прочность, то ли просто не заметила. Тут же заревел с мостика капитан Джефри, матросы забегали по палубе, несколько человек нырнули в трюм. Андросец и Стивенсон перегнулись через борт, но ничего интересного не увидели: "Иоанн" все так же легко шел, разрезая невысокие волны, вокруг резвились черные мокрые туши.

- Что там?! - прокричал с мостика капитан.

- Сочится водичка, - доложил матрос. Высунув из трюма в люк голову. - Но не сильно. Починим.

- Так чини, что стоишь?! - возмутился Джефри. - Бездельничаете весь день, вот и... И... Давайте все туда, чтоб на палубе ни одного бездельника я не видел!

Матросы быстро выполнили приказ, но два бездельника на палубе все же остались. Стивенсон снял с головы меховую шапку и помахал капитану, Триполи широко улыбнулся. Джефри надулся, но ничего не сказал.

- Наш капитан думал, что такому большому, по чертежам древних построенному паруснику, ничего не грозит в Лантике, и все эти твари для него - речная рыбешка. Я хотел было ему сказать, что он ошибается, но ему все было не до меня...

- Это бы ничего не изменило, - заступился за Джефри отвианец. - Корабль действительно велик и крепок. Кроме того, в реках у нас тоже не всегда приятные существа обитают... Некоторые из них вашу галеру могли бы при желании и раскусить. Но должен признать, ваши морские путешествия на гребных скорлупках внушают уважение.

- От Лантика не спрячешься, - нахмурился Триполи. - Молиться Матери-Деве, вот и все, что моряку остается. А на чем он плывет - все равно.

Стивенсон хотел еще что-то возразить, но словно подтверждая слова Триполи, корабль опять содрогнулся. На этот раз удара не было, просто парусник сильно замедлил ход. Затрещали, покачнувшись, мачты.

- Что такое? - Стивенсон вскочил и опять перегнулся через борт. - Мы налетели на мель? Или это один из ваших приятелей-спрутов?

- Капитан! - из люка опять показалась голова. - Мы тонем, капитан?!

- С чего ты взял?! - заревел Джефри, сбегая с мостика.

- Так опускаемся, - виновато развел руками матрос и выбрался на палубу. За ним полезли другие. - Из верхних щелей потекло, так вот мы и решили...

- Я кому сказал чинить?! - взбесился Джефри, схватил матроса за шиворот и столкнул в трюм. - Все по местам! Я буду решать, тонем мы или еще нет!

- Вот оно что... - пробормотал Триполи.

Стивенсон перехватил его взгляд и увидел на воде колышащиеся крупные щепки. Тут же наверх вылетела еще одна и поплавком закачалась на волнах.

- Кто-то грызет нам киль, - объяснил андросец. - Это ничего, погрызет и отпустит. Главное, чтобы не откусил, а то перевернемся еще...

- Как его достать? - хмуро спросил уже оказавшийся рядом Джефри. - Мы действительно погрузились на полтора фута.

- У нас на гребных скорлупках, - Триполи облокотился на борт и выудил трубку из складок набедренной повязки, - есть специальные искривленные пики. Такую тварь главное хорошенечко проколоть, тогда из нее брызжет кровь и остальные ее в момент разрывают. Но на таком большом паруснике, как "Иоанн" это не поможет, не достать.

- Твоя галера пошла бы ко дну от первого же удара! - вскипел капитан и побежал вдоль борта к высыпавшим на палубу заспанным воинам. - Что встали?! У кого есть пики? Если нет, возьмите гарпуны! Спустите несколько человек поближе к воде, пусть попробуют достать это чудище!

Воины не проявили воодушевления, услышав такой приказ. В море то и дело показывались черные длинные спины, острые плавники, а иногда и зубастые пасти обитателей Лантика. Спуститься туда, к самой поверхности?.. Они попытались объяснить капитану, что из этой затеи ничего не получится, тот в ответ заработал кулаками. Стивенсон заметил, что Триполи куда-то исчез, и в поисках островитянина пошел по кораблю. Он обнаружил его на самой корме, рядом с двумя другими андросцами. Стояли здесь и двое матросов с "Иоанна".

- Вот оно, Стивенсон! Точнее, его хвост! - Триполи принял веревку у еще одного кандца-матроса и стал сноровисто обвязывать одного из своих спутников. - Если присмотреться, темнеет под водой, футах в пяти. Действительно крупная мерзость, нам повезло. Сейчас мой парень попробует пустить ей кровь.

- Нечего и пробовать, капитан! - улыбался щербатым ртом островитянин, зачем-то растирая себе темную грудь, на которой ярко-зеленой краской было изображено какое-то животное. - Просто воткну в нее меч, а потом выдерну. Думаю, оно и не заметит, только вы все равно меня сразу вытаскивайте.

- Не бойся, вытащу, даже если на тебе повиснет такая же дрянь, - пообещал Триполи.

Матросу дали длинный широкий меч, и начали опускать за борт. Кандцы смотрели на это с нескрываемым ужасом, их уже собралась целая толпа, а где-то в задних рядах рычал Джефри, тщетно пытаясь пробить себе дорогу. Ловко упираясь босыми ступнями в корму, островитянин спустился к самой воде, а потом, извернувшись, опустил в нее голову. Высунувшись через миг, он помахал мечом своему капитану, и вдруг, отпустив веревку, рухнул в море сжимая оружие обеими руками.

- Раз-два, - отсчитал Триполи. - А теперь: тяни!

Десятки рук ухватились за веревку и матрос просто вылетел из-под воды в пятнадцати футов за кормой. Через мгновение его уже тянули за руки. На воде появилось четкое кровяное пятно, оно вытягивалось за плывущим кораблем, словно хвост. Тут же морских чудищ рядом стало больше, они сталкивались, началась драка и кровавого пятна не стало видно в поднятых брызгах.

- Ну все, сейчас ей придется нас отпустить, - пообещал Триполи, с важным видом отходя от борта. Погасшую трубку он крепко сжимал белыми зубами. На пути оказался капитан Джефри. - Прошу простить меня за самоуправство.

- Чепуха... - расплылся в улыбке метс, и Стивенсон едва успел оттащить его в сторону.

- Перестань же!.. - зашептал он ему на ухо. - Теперь уже ничего не поделаешь!

- Нет, я все-таки сверну этому наглецу шею... - пыхтел, выкручиваясь из его объятий, Джефри. - На моем корабле!.. Без меня!..

- Да будь же взрослым человеком!

Наконец капитан несколько утихомирился и ушел к себе в каюту подлечить нервы стаканом-другим вина. Триполи в свою очередь завалился вздремнуть, а Стивенсон остался на палубе, расхаживая туда и обратно вдоль борта. Обдумывая произошедшее, он старался прийти хоть к каким-то выводам. Андросцы лучшие мореходы, чем кандцы? Ну конечно, ведь они давно плавают по Лантику. Значит, остров действительно существует?.. Можно ли сделать такое заключение, или продолжать ждать ловушки?

2

- Не убивайте меня! - С'Пехо извивался под ногами брезгливо пятящегося лорса. - Меня заставляли! Они хотели погубить меня!

- Кто они? - Шевахо морщил лоб в раздумьях. - Сколько их было?

Отряд форсировал речушку в миле выше по течению и вернулся к месту боя. Сперва найти не удавалось никого, но Клуни предложил хорошенечко прочесать местность, и в зарослях остролиста воины нашли адепта. Командир оказался неподалеку, услышал выстрел из самопала и тут же примчался к месту событий. Из колючих кустов выполз С'Пехо, окровавленный, жалкий, готовый на все ради сохранения жизни.

- Он пытался подчинить себе Лиля, - оправдывался выстреливший в заросли воин. - Лиль замахнулся на меня! А я его сшиб и пальнул!

- Я тебя не обвиняю, - удивленно приподнял бровь Шевахо. - Ты действовал правильно. Но теперь убивать его, кажется, нет смысла. Клуни, нам когда-нибудь попадался пленный темный брат?

- Не припомню, - пожал плечами Страж Границы. - Но лучше бы его убить. Давайте попробуем его допросить, а потом убьем.

- Не убивайте! - волоча подстреленную ногу, С'Пехо метнулся к лорсу Клуни, и тому пришлось погладить по шее возмущенно фыркнувшего друга. - Я все вам расскажу! Они пошли туда, к Лантику! И их осталось только двое! Ревунов мало, вы легко справитесь, а я помогу вам победить адептов и вы вообще не понесете потерь!

- Заманчиво, - сказал Шевахо. - Смотрите, ему здорово разворотило бедро, и кровь уже не течет. Не жилец он, наверное.

- Они живучие! - возмутился чернокожий проводник Сэми. - Убьем его!

- Нет, - решил командир, хотя и глянул искоса на промолчавшего Клуни. - Сейчас давайте займемся похоронами и перекусим, а я тем временем допрошу колдуна.

Клуни молча слез, наклонился над завизжавшим адептом и быстро скрутил ему руки. Он и не знал, как близко подошла к нему в этот момент смерть: С'Пехо уже вытащил из шва хламиды длинную тонкую иглу, но поняв намерения пограничника, успел вернуть ее обратно. Через несколько минут адепт лежал у костра, Клуни раздувал угли, а Шевахо прохаживался вокруг.

- Давай-ка начнем сначала, - сказал он наконец. - Как тебя зовут, откуда ты родом, что делал у Нианы.

- Мои родители погибли, когда я был еще совсем крохотным, поэтому я не знаю, из каких краев происходит моя семья и каково мое настоящее имя, - быстро начал врать С'Пехо. - В Темном Братстве меня заставили откликаться на имя С'Чиз. Я принадлежу к Желтому Кругу и по цвету моей одежды вы можете судить о моей искренности.

- Сужу, сужу... - пообещал Клуни, и двумя палочками вытащил из костра уголек. - Думаю, тебе будет полезно.

Страж Границы имел свои взгляды на возможную пользу от допроса, и прижал уголек к ране адепта. С'Пехо завизжал, как коос, бешено извиваясь в сильных руках Клуни, а тот вглядывался в его лицо.

- Смотри на меня, - потребовал он. - Смотри на меня, или я изрежу тебя на куски!

С'Пехо дернулся и затих. Крохотные зрачки закатились, тело полностью обмякло.

- Ты не убил его? - испугался Шевахо и быстро приблизился.

- Нет, думаю, он даже не потерял сознания, - хмуро ответил Клуни. - Колдовские штучки. А еще, дружище, он не чувствует боли. Как прикажешь такого допрашивать?

- Ты в этом уверен? - у командира в ушах до сих пор звенел крик адепта.

- Совершенно уверен, - печально кивнул пограничник. - Есть способы... Но на один вопрос ему придется ответить честно. Где твой амулет, колдун? Хватит прикидываться, отвечай!

- У меня его отобрали... - с трудом проговорил С'Пехо. Он уже понял, что должен обязательно убить Клуни, если хочет остаться в живых, но сделать это требовалось как-то незаметно. - Они бросили меня, за то, что я не был предан Нечистому... Я хотел вернуться к людям, я не знал, что вы так жестоки...

- Я сейчас заплачу, - сообщил из-за спины Шевахо жестокий Сэми. - Убейте его побыстрее, а то мне при нем и кусок в горло не лезет.

- Отобрали, - повторил Клуни. - Но из кустов ты пытался захватить власть над нашедшим тебя Лилем. Что, если я прикажу вырубить заросли остролиста и обыскать там каждый дюйм?

С'Пехо промолчал, изображая оскорбленную невинность. Амулет он успел зашвырнуть в кусты подальше, чтобы его отыскать, придется работать целый день. Теперь, без связи с Нечистым, он был почти бессилен, но зато мог надеяться на возвращение в Братство. Пока адепт не потерял амулет, он может рассчитывать на суд. Последнее, что С'Пехо успел почувствовать: С'Вилли шел навстречу быстро приближающимся С'Алиту и адепту Зеленого Круга. Может быть, уже скоро они будут здесь...

- Ладно, допустим, отобрали амулет, а тебя бросили. Почему не убили? - продолжил допрос Шевахо. - Мы находили порой мертвых адептов, верно, Клуни?

- Точно, - убедившись, что пленник не испытывает боли, пограничник потерял интерес к его ответам и думал о чем-то своем.

- Они не верили, что я выживу. А если и выживу, то они знали, что вы придумаете мне мучительную смерть... Это неправда, что я не чувствую боли.

- Пока я тебя не убью, - решился командир отряда. - Но сделаю это сразу, как только заподозрю измену. Сэми, он поедет с нами, ты будешь наблюдать за ним. Пока, С'Чиз, ответь мне: ты сможешь предупредить нас о близости врага?

- Нет, добрый человек, - вздохнул С'Пехо. - Без амулета я лишен всех сил, и не смогу никому причинить вреда. Чувствительность же моя еще слабее, чем у твоих воинов.

- Ладно... Правда, тогда я не понимаю, чем ты можешь нам помочь... Ну да ладно. Клуни, проверь веревки и подсади его на моего лорса. Хватит прохлаждаться, через несколько часов начнет темнеть.

Скоро отряд продолжил путь. Потерявшие седоков лорсы следовали на привязи, весьма неохотно. Скорее друзья, чем слуги, удивительно сильные и умные животные искренне тосковали по погибшим. К счастью, они были знакомы с ними всего несколько недель: обычным солдатам Совет Аббатств не доверял редких и дорогих зверей. Но идущие в поход на юг полки должны были быть подвижны, а отправить вместо них корпус пограничной стражи означало оставить аббатства безнадзорными.

Около часа они шли вдоль течения реки, лишь иногда останавливаясь, чтобы Сэми мог вдоволь поползать по земле. Следы, впрочем, были свежими и заметными: волосатые ревуны постоянно оставляли на кустах клочки вонючей шерсти. Однако проводник относился к своей задаче ответственно и опасался, что враги могут разделиться.

Наконец лорсы стали фыркать: животные ненавидели всех лемутов, с трудом переваривая даже Детей Ночного Ветра, людей-кошек. Вспомнив про них, Клуни с досадой сплюнул: Йеро не позволил им отправиться в погоню, надеясь, что немыслимая быстрота неожиданно появившихся союзников позволит захватить корабли Темного Братства прямо в порту Нианы. Может быть, это было и мудро, но семьям погибших воинов этого не объяснишь. А ведь это была только первая стычка.

- С'Чиз? - обратился Шевахо к сидевшему за его спиной пленнику. - Ты и теперь ничего не чувствуешь?

- Ничего, - признался адепт, и сказал правду. - У меня нет амулета. Возможно, пахнет ревунами, иначе отчего ваши звери так себя ведут?

- Это я и сам вижу. Двое вперед! Самопалы приготовить!

Разведчики тронули бока лорсов и проехали мимо головы колонны. Оба выглядели невесело: почти наверняка они окажутся захваченными колдунами. Как бы не пришлось рубиться со своими же товарищами... Предусмотрительный Клуни забрал у обоих самопалы.

- Держитесь так, чтобы мы вас все время видели! - потребовал Шевахо. - И чуть что - сразу поворачивайте!

Но разведчикам удалось проехать лишь несколько шагов. Позади колонны раздался шум, и все остановились. Прежде чем Шевахо успел разобраться в происходящем, они уже потеряли нескольких человек, и потеряли бы больше, если бы лорсы не разбросали напавших с тыла ревунов. Лемуты, каждый вооруженный длинным узким клинком, сделали петлю и напали на воинов, прыгая по ветвям. Загремели самопалы, рассыпая по зарослям смертоносную картечь.

- В каре! - приказал Шевахо, одновременно махнув рукой остановившимся разведчикам. Те быстро вернулись. - Сколько их?..

- Было десятков пять-шесть, - донеслось до него. - Но они уже сбежали! Мы потеряли троих, прикончили с десяток лемутов, спасибо лорсам!

- Это больше, чем я ожидал... - Шевахо с недоумением посмотрел на Сэми.

- Мы шли по следам не более, чем трех десятков тварей, - развел руками проводник. - Клянусь! К ним пришла помощь, а раз так - нужно отсюда выбираться, командир! И колдуны здесь: слышишь, птицы молчат?

Действительно, несмотря на треск самопалов джунгли будто уснули. Сопровождавший путешественников всю долгую дорогу крик попугаев стих, как обрезанный.

- Ты говорил, в этих джунглях нет колдунов!

- И повторю! - обиделся Сэми. - Здесь людей-то почти нет, не то что колдунов! Даже эливенеры сюда редко забредают, потому что нечего здесь делать.

- Люди здесь не живут, потому что джунгли полны враждебных тварей, - заметил Клуни. - Но по дороге на нас никто не нападал, потому что их разгоняли идущие впереди Темные Братья. На обратному пути нам будет тяжелее, Шевахо. Если Нечистый прислал подмогу своим слугам, то не будет ничего позорного, если мы отступим. Привезем пленного...

- Помолчи, - разозлился командир.

Они стояли в центре образованного вокруг них каре. Это была странная картина: четыре десятка воинов на могучих животных. Да еще с десяток свободных лорсов. Люди приготовили оружие, лорсы пригнули рога, но вокруг стояла мертвая тишина. Никто не ответил на их вызов.

- Поздно бежать... Я чувствую их... - шепотом сказал Сэми. - И сразу с двух сторон... Два колдуна. Да, впереди и сзади. Атакуй скорее, командир, наша сила в скорости!

Тугодум Шевахо еще медлил, а Клуни уже привстал на стременах.

- Четвертый и пятый десятки со мной, остальные с командиром! Вперед!

Он пролетел через рассыпающийся строй, держа в одной руке самопал, в другой - топор. Неполные четвертый и пятый десятки, всего шестнадцать человек, поскакали за ним назад, туда, где Сэми чувствовал колдуна. Тут же с той стороны раздался вой и навстречу им, ловко перепрыгивая с ветки на ветку, кинулись ревуны.

- За мной! - сориентировался наконец Шевахо и повел оставшихся людей вперед.

Сэми, конечно, прав, стоять на месте и ждать, пока колдуны заставят воинов рубить друг друга - бессмысленно. Но черный проводник уже не видел этого: С'Пехо достал из рукава иглу, и связанными руками исхитрился вогнать ее глубоко в печень Сэми. Чернокожий был еще жив, еще стискивал пальцы на плечах колдуна, но яд уже сковал его язык, затуманил разум. Через несколько прыжков лорса проводник повалился на землю.

Тем временем Шевахо наконец увидел врага. Он и не думал скрываться: в чистой, будто только что выстиранной зеленой хламиде, адепт стоял на открытом месте, опираясь на посох. Командир навел на него самопал, уже готовясь поднять другую руку, чтобы остановить отряд, но палец отказался нажать на спуск. Шевахо хотел закричать, но не смог и этого. Тем временем верный лорс, пригнув рога, продолжал мчаться вперед. Осталось две десятка футов, потом один...

Лорс остановился так, как на памяти Шевахо ни один лорс не останавливался: мгновенно. Командира вырвало из седла, а заодно и из одного сапога. В воздухе он нелепо кувыркнулся, успев подумать, что если самопал выстрелит, то картечь может полететь куда угодно, и покатился по земле. Потом в бок ударило что-то твердое, и Шевахо понял, что это посох колдуна.

- Лежи, - приказал сухой, холодный голос.

И командир остался лежать, уткнувшись лицом в траву. Ему спасло жизнь лишь то, что его лорс бежал быстрее других. Выскочившие из кустов по обе стороны тропы три десятка чешуйчатых глитов с ходу кинулись на бока животных, впиваясь когтями им в шкуры, рубя и сбрасывая неподвижных седоков: эти лемуты обладали примитивными способностями к гипнозу, неплохо работавшими в сочетании с эффектом неожиданности.

- Ты - С'Пехо? - проговорил тот же голос, легко перекрывая шум близкой битвы.

- Да... - Шевахо узнал того, кто назвался ему С'Чизом. - Прошу защиты и помощи, господин! Я убил их проводника!

- Это меня не интересует. Твоя жизнь принадлежит Желтому Кругу. Но эта земля принадлежит не ему. Это территория Зеленого Круга. Зачем вы здесь? Как смели привести за собой людей?

- Прости, господин! - С'Пехо опустил голову. - Нас вел С'Алит, старший адепт. Видел ли ты его?

- Да... Но теперь ты должен подчиниться мне. Разве не так?

- Так!

- Где твой амулет?

- Я спрятал его, чтобы не отдать врагам Нечистого Хозяина! - выкрикнул С'Пехо и зажмурился, ожидая смертельного удара.

- Я убил бы тебя сразу, если б хотел, глупец. Жди меня здесь и присмотри за человеком. Я потерял много лемутов, мне нужны слуги.

Изо всех сил вывернув зрачки вбок, Шевахо увидел край зеленой хламиды, промелькнувшей мимо него. Потом все расплылось - командир погибшего отряда не мог сдержать слез. Как все глупо вышло! К темным братьям пришла помощь, а ему не хватило опыта. Нужно было прорываться назад всем вместе, лорсы вынесли бы их...

- Я убью тебя... - зашептал ему на ухо С'Пехо и с наслаждением вонзил иглу глубоко в руку Шевахо. - Ты не мог причинить мне боль, зато я могу сделать это с тобой... А когда мне будет позволено тебя убить, я убью тебя. Медленно. А сейчас я свяжу тебя веревкой, и постараюсь сделать это так, чтобы ты помучался.

Как ни старался Шевахо вернуть чувствительность мышцам, ниче8о не получалось. Он не знал, что адепт Зеленого Круга С'Пунк обладал еще большей силой, чем С'Алит. Даже если бы отряд встретил его одного, без ревунов и глитов, заплатить за его жизнь пришлось бы жизнями множества воинов, может быть, даже половиной отряда. Теперь же схватка была слишком неравна.

Глиты вырезали людей быстро, почти не понеся потерь. Другое дело лорсы - они бились, вставали на дыбы и катались по земле, стараясь сбросить с себя лемутов, происходящих от рептилий. Но глиты физически были удивительно сильны, намного превосходя даже ревунов. Большинству лорсов перерезали шеи, после чего лемуты с наслаждением припали к высоким кровяным фонтанам. Лишь нескольким лорсам удалось спастись, но С'Пунка это не заботило: они почти не имели шансов выбраться из кишащих могучими и свирепыми существами джунглей.

Адепт спокойно прошел через место короткой битвы, перешагивая через трупы, затем взялся за амулет. Вышедший к нему С'Алит сообщил о приближающемся отряде людей. Адепт, шедший навстречу, чтобы наказать вторгшихся на чужую территорию слуг Желтого Круга, решился повременить с этим и не тратить силу на бой, однако потребовал безоговорочного подчинения. С'Алит принял команду над объединенными отрядами ревунов и теперь С'Пунк искренне надеялся, что он погиб. Увы, амулет, усиливший чувствительность, говорил об обратном. С'Алит жив, хуже того, рядом с ним находится еще один адепт Желтого Круга. Очень слабый...

- Как они живучи, - скривил безгубый рот С'Пунк, имея в виду Желтый Круг.

Между тем атака Клуни была куда успешнее. Ревуны не представляли из себя такой грозно опасности, как нечеловечески сильные, покрытые твердой чешуей, владеющие гипнозом Глиты, да и нападали не из засады. Залп из луков и самострелов уменьшил численность врагов, еще нескольких тварей зарубили на ходу. Клуни, помня о колдуне, самой большой опасности, приказал не ввязываться в бой и скакать дальше.

С'Алит, вынужденный подчиниться более могучему С'Пунку в бою против общего врага, понимал, что ревуны - слабая защита против большого отряда людей. Поэтому адепт отошел подальше, найдя топкое место. Он надеялся, что лорсы не смогут здесь пройти, тем более что коос увяз почти по брюхо. Была и еще одна причина: где-то здесь оказался С'Вилли. Старший адепт чувствовал его и очень хотел бы убить прежде, чем С'Вилли заговорит со С'Пунком. Здесь, в крошечном болотце, они и встретились.

- Почему ты не выполнил приказ, С'Вилли? - грозно направился С'Алит к без сил повалившемуся на крошечный островок адепту. - Я сохранил тебе жизнь, а ты не остановил людей. Ты не использовал свой шанс, С'Вилли, теперь для тебя все кончено.

- Постой... - попросил С'Вилли, баюкая раненую руку. - Ведь мы все же из одного Круга, С'Алит... Ты сильнее меня, я признаю это. Нам нужно вместе бороться с Зеленым адептом. Ведь... Послушай... С'Пехо жив. Он там, среди людей.

- Что?.. - остановился С'Алит с занесенным посохом. - Но я не чувствую его! Ты лжешь!

- Я тоже не чувствую... Он снял амулет.

С'Алит задумался. Если С'Пунк первым доберется до молодого адепта, то узнает другой вариант произошедших событий, не тот, что приготовил для Зеленого Круга, а значит и для всего Темного Братства, он сам. Мысли колдуна прервал топот приближавшихся лорсов.

- Нечистый Хозяин дает тебе еще один шанс! - хрипло выкрикнул он и побежал по болоту дальше, стремясь достичь хлипких зарослей. - Удержи людей!

- С'Алит!.. - раненый протянул руку к убегающему старшему адепту, но тут же безнадежно уронил ее в гнилую воду.

Шансов на жизнь у С'Вилли почти не осталось. Рана в руке оказалась слишком серьезна, и хотя из измененного тела совсем не шла кровь, слабость овладела им. Если ему не помогут братья, не вылечат его силой Нечистого, он умрет. Но еще раньше он умрет от руки С'Алита или от мечей людей. Ненависть, все это время копившаяся где-то в животе С'Вилли, развернулась змеей. Он вскочил и закричал, нащупывая здоровой рукой амулет. На краю болотца показались первые всадники.

Удар ненависти был так силен, что первые лорсы встали как вкопанные, задние налетели на них, образовалась свалка. Один из воинов умер на месте, от разрыва сердца, другие оказались в грязи и поднимались медленно, пошатываясь и озираясь. Но эта вспышка потребовала от С'Вилли почти всех оставшихся сил.

- Убей! - закричал он, ткнув пальцем в одного из воинов.

Тот послушно вскинул топор, собираясь обрушить его на голову поднимающемуся перед ним Клуни, но тут же опустил его.

- Убей!! - повторил С'Вилли, но у него не оставалось сил уже даже на то, чтобы удержаться на ногах. Он медленно завалился на спину, успев получить в грудь две стрелы. И все-таки адепт умер не от ран, он захлебнулся болотной водой, отделившей его запрокинутое лицо от неба.

- В седла, в седла! - прикрикнул Клуни на расслабившихся от легкой победы воинов, а сам побежал к телу адепта. - Ревуны сзади, в каре!

Лорс послушно следовал за другом и хозяином, неприязненно фыркая. Топи не представляли для кандских великанов преград, широкие копыта позволяли им прекрасно передвигаться по грязи. Клуни нащупал на шее С'Вилли цепочку, рванул и сжал в кулаке амулет. Того, кто носит такую штучку, колдуны не могут почувствовать, пока не увидят глазами!

Между тем ревуны, скачущие по веткам, догнали отряд и с присущей этим тварям тупой храбростью атаковали. Коротко протарахтели самострелы, затрещали ветки под рогами лорсов, тут же рванувшихся затаптывать сбитых наземь врагов. С остатком лемутов покончили еще прежде, чем Клуни оказался в седле. Пограничник тронул животное к своим, но лорс отклонился от прямого маршрута, чтобы пройти мимо увязшего в болоте, оглушительно визжащего кооса. Удар могучей ноги заставил примитивного лемута замолчать навсегда.

- Едем к командиру, Клуни? - спросил один из воинов. - Может, они там еще не закончили!

- Да, - согласился пограничник. - Но не ломайте строя.

И все же они не успели стронуться с места. Один из кандцев в самой середине маленького отряда вдруг ни с того ни с сего привстал на стременах и стал наотмашь рубить товарищей мечом. Кто-то сразу обмяк на шее лорса с разрубленным черепом, кто-то схватился за раненое плечо. Раздались крики, никто ничего не мог понять, и только Клуни запустил в захваченного колдунами воина топор. Удар пришелся в затылок, солдат рухнул на землю.

Еще один колдун! Но где?.. Клуни затылком почувствовал чей-то взгляд и обернулся. Далеко впереди, на другом конце болотца, ему показалось какое-то быстрое движение.

- За мной! - Страж Границы тронул лорса и умное животное сразу рванулось изо всех сил.

Он сделал это очень вовремя: еще один воин решил повоевать и натянул тетиву, целясь в спину командиру. Стрела свистнула, никого не задев, а его сосед сразу нанес захваченному сильный удар мечом плашмя. Кто-то одобрительно воскликнул, но кандец, повернувшись, ударил и его, на этот раз насмерть. Один за другим воины попадали под короткую, но крепкую власть колдуна, началась свалка.

С'Алит не торопился обращать внимание на приближавшегося к нему пограничника. Сперва - потому что торопился нанести отряду как можно больший урон, в то время как одинокий всадник не представлял для него угрозы, потом - потому что забыл о нем. И только в самый последний момент, когда копыто лорса уже поднялось для удара, колдун понял, почему. Глаза для адепта Нечистого вторичны, они видит сознанием, многократно усиленным волшебным амулетом. Поэтому он просто не заметил приближения Клуни, несшего с собой металлический кругляш на цепочке с голубоватым отливом.

Удар лорса переломил деревце в полобхвата и превратил лицо колдуна в бледно-розовую плоскую поверхность. Пограничник соскочил в грязь и быстро сорвал с него амулет, проверять, жив ли слуга Нечистого не было смысла. Вернувшись в седло, он поскакал назад, и с удивлением увидел, что бой продолжается. Вот один из воинов поскакал к нему навстречу, пригибаясь к шее лорса, но другой догнал его и со всей силы опустил топор другу на затылок. Почти сразу же и сам убийца схватился за горло, из которого торчала стрела.

Еще один адепт?.. Но откуда он взялся, почему не помог другу, только что погибшему от ноги лорса? Неужели приблизился с той стороны, где остался Шевахо? Ошеломленный пограничник выпустил поводья, а лорс сразу стал нерешительно переступать вбок, стремясь убраться с открытого пространства поближе к зарослям.

Бойня продолжалась еще несколько минут, причем люди убивали не только друг друга, но и животных. Наконец три последних воина хладнокровно перерезали горла своим лорсам и замерли без движения посреди неподвижных тел. Не будь Клуни Стражем Границы, он не смог бы смотреть на это с таким хладнокровием, но ему уже многое довелось повидать. Умница-лорс отступил в джунгли, высоко задрав голову - старался рогами раздвинуть ветви, чтобы они не хлестнули задумавшегося хозяина.

Клуни не мешал ему. Сейчас, имея в руках два амулета, предстоит решить, что делать. Попытаться одному вернуться в Ниану? Добыча велика, но дорога слишком опасна. Скорее всего даже пограничник в одиночестве не одолеет ее. Говорят, именно эти места - родина вербэров, медведей-оборотней, видевшие которых уже никому ничего не могли рассказать. Сэми показывал странные следы... Нет, уж лучше остаться здесь и попытаться использовать свою невидимость, чтобы спасти последних товарищей.

Но почему он так уверен, что Шевахо и его людей уже нет в живых?.. Поймав себя на этой мысли, Клуни пришпорил лорса. Необходимо удостовериться, так ли это, требуется сделать большой крюк. Потом - отдохнуть и подкрепиться. Только тогда можно начинать игру с колдунами.

3

Утром все были измотаны: и капитан Джефри, и капитан Триполи, оба примирившиеся наконец за стаканом, и матросы-метсы, и четверо матросов-андросцев, и даже все воины, вслушивавшиеся в темноте в глухие удары в борта. Один только Стивенсон выглядел бодрячком и даже напевал что-то. Он-то всю ночь проспал как убитый, заставив себя не думать о тех, в чьих зубах может проснуться.

- Вы полная противоположность одного моего хорошего приятеля, - заметил ему невыспавшийся Триполи, раскуривая трубку. - Тот, стоит ему оказаться на борту хоть лодки, хоть галеры, становится просто сам не свой. Не спит, не ест, а только пьет и пребывает в таком безумстве, пока его не выпустят на берег.

- Должно быть, ему тяжело живется на острове, - заметил отвианец, потягиваясь. - Пусть перебирается на Большую Землю, если, конечно, не боится чудовищ.

- При чем здесь остров? - не понял его капитан. - Я же говорю: на море ему не нравится! Но на суше, он, я думаю, не испугается ваших тварей. Точнее, не испугался бы. Он попался колдунам, а жаль, славный был вояка. Его звали Хью Грамон, он был дворянин и имел фамилию.

- Вот как? - вежливо откликнулся Стивенсон. - А не пора бы нам уже доплыть, а? Я прикидывал разницу хода парусника и вашей галеры, получается, что...

- А вы посмотрите на горизонт, - предложил ему Триполи. - Прямо по курсу.

Стивенсон выпрямился и сощурил глаза. Вдалеке явно темнела полоска суши, он даже рассмотрел острые вершины скал. Потом помощник аббата задрал голову и взглянул на верхушку мачты. Марсового было не видно, явно спал, свернувшись на дне прикрепленной там бочки.

- Ох и всыплет же ему капитан Джефри, - посочувствовал Стивенсон матросу. - Так это и есть остров, где скрывается Его Величество? Как он, кстати, называется?

- Остров Кэт, это очень древнее название. Он всегда был на наших картах, потому что штормы часто загоняли сюда и галеры, и даже просто рыбацкие лодки. Рядом никакой земли нет, ошибиться невозможно. А если мои расчеты верны, то мы движемся прямиком к бухте короля Тома XXXI.

- Довольно сложное название для простой бухты...

- Я сам его написал на карте, - признался Триполи. - Не лежит у меня душа придумывать названия. Обычно-то я просто помечал: остров Триполи, мыс Триполи, остров капитана Триполи, залив Триполи... Полным полно на карте таких названий, можете и не проверять. Все капитаны так делали... Но в тот раз я привез сюда Его Величество, а бухта не имела названия. Заберусь-ка я на мачту и дам марсовому пинка.

- Смотрите, чтобы не вылетел из бочки, - напутствовал его Стивенсон и отправился на мостик, где дремал капитан Джефри, положив голову на увесистые кулаки.

Стивенсон постоял рядом, покачиваясь на мысках и наблюдая за рулевым. Матрос положил обе руки на штурвал и застыл, выпрямившись и вперив невидящий взгляд в горизонт, где все отчетливее вырисовывалась земля. Наконец усилия Триполи достигли цели и матрос на мачте истошно заорал. Тут же на тихом, сонном корабле, началось судорожное движение, кто-то вскочил. Задремав, и ударился головой, кто-то уронил бухту каната... Джефри поднял отекшее лицо и вопрошающе уставился на отвианца.

- Мы подплываем, капитан, - любезно сообщил тот. - Остров прямо перед нами.

- Да? - с недоверием переспросил Джефри и протер глаза. - Действительно. Остров Кэт, если верить картам Триполи.

- Я думаю, можно им верить, все же он их сам и рисует, - уверил капитана Стивенсон.

- Ну, тогда... Тогда что же мы сидим?.. Эй, приборку закончили?! - заревел Джефри и выкатился с мостика. Ему хотелось произвести впечатление на этого дикарского королька. - Триполи, где ты?

- Здесь, - андросец спрыгнул с вантов.

- Скажи, нам потребуется выполнять какие-нибудь церемонии? Если нужно, я могу выстроить солдат, и они немного побряцают на палубе оружием. Это, конечно, если король захочет приплыть. А если он встретит нас на берегу, то мы можем выстрелить из пушек. Просто порохом, конечно, без ядер. Четыре пушки - это будет такой гром, что...

- Я думаю, - посерьезнел Триполи, - не стоит производить много шума. Все же король в изгнании, да и не здоровится ему что-то... Наследников не испугать бы... Не надо, Джефри, прошу тебя. Просто оденься во все чистое и нанеси королю визит. Кстати, Стивенсон, коменданта лагеря зовут Лоу, лойнант Лоу. Весьма достойный человек. Если вам что-то будет непонятно, то спрашивайте у него.

- Да?.. - протянул Стивенсон. - Хорошо. Пойду переоденусь.

Ветер гнал "Иоанна" прямо в бухту, будто настаивал на их немедленном прибытии на остров. Прошел всего лишь час, а парусник уже вошел в неширокий проход между скалами и Джефри погнал матросов на мачты, убирать паруса. На берегу их встречало около двух десятков человек. Кандцев немного удивило их поведение: никто не махал и не кричал, зато все были при оружии.

- Они не уверены, что с Большой Земли придет добро, не так ли? - отвианец разглядывал островитян в выпрошенную у Джефри подзорную трубу.

- А с чего бы им быть уверенными? - спросил Триполи. - Они нас еще не могут толком разглядеть, у них нет такого приборчика. Я думаю, если вы устроите пальбу из пушек, Лоу вообще уведет людей в горы.

- Лойнант Лоу, а не Его Величество? Капитан, скажите прямо: здесь действительно находится король вашего острова?

- Не острова, а королевства Бахам, - поправил андросец. - Всего на острове было три королевства. Итак, вы спустите одну из ваших четырех лодок?

- Шлюпку готовь! - откликнулся Джефри.

Остановившись примерно на середине бухты с необычайно прозрачной водой, "Иоанн" выбросил с обеих бортов по якорю. Капитану не понравилось в бухте: мелко, но Триполи постарался уверить его, что в отлив даже такой большой корабль на киль сесть не должен. Спущенная шлюпка закачалась на воде, гулко стукаясь о борт, в нее перебрались двое из пяти андросцев, несколько воинов-кандцев и Стивенсон.

- Осторожнее там! - взмолился Джефри.

- Все как договорились! - помахал ему меховой шапкой отвианец. - И не забудьте, что ваша забота - корабль.

Воины налегли на весла и шлюпка побежала к берегу. Примерно на середине пути новое происшествие заставило путешественников ухватиться за оружие - между ними и "Иоанном" вспенились многочисленные буруны. На паруснике закричали. Привстав на голенастых ногах, Стивенсон присвистнул.

- Вы не предупреждали, Триполи, что морские гады обосновались и в этой бухте!

- А как без них? - хладнокровно удивился капитан. - Я даже немного удивился, что мы их не увидели. Думал, Лоу нашел способ выгнать их, но оказывается... Ох, Мать-Дева!.. Гребите быстрей, быстрей! Это тулли!!

- Что еще за тулли? - лишенный возможности отдать тревогу веслу, отвианец то доставал, то убирал меч и беспомощно озирался.

- Что видите! - грубо ответил ему Триполи. - Сколько их! Это морской народ, я его открыл, и я же имел с ним первые неприятности!

Вода вокруг шлюпки закипела от множества черных, круглоголовых существ. Часть из них зажимала в лапах-плавниках короткие копья, попадались и настоящие гиганты, способные ударом перевернуть суденышко. Стивенсон вздрогнул, когда совсем рядом с ним из моря высунулась клыкастая морда и заглянула в шлюпку. Кандцы терялись, не зная, как поступить, зато андроский моряк смело попытался ударить одного из тулли веслом. Тот легко увернулся и тут же отомстил, ударом хвоста полив обидчика водой.

- Не трогай их! - потребовал Триполи. - До берега осталось сотня футов, поможет Мать-Дева, доплывем. Только бы на "Иоанне" не натворили глупостей...

- Они прицелились в нас из пушек, если тебя это интересует, - хмуро сообщил Стивенсон.

- Почему в нас?!

- Потому что тулли вокруг шлюпки. Стрелять ядрами - бессмысленно, а если ударят картечью, то не знаю, как тулли, а мы не уцелеем.

- Наконец-то я узнал хоть что-то толковое про ваши пушки, - хохотнул Триполи. - А то показывают железки, что-то болтают, и никак не понятно, насколько это опасная штука.

- Очень опасная, - вздохнул Стивенсон и оглянулся. - Почти приплыли. Если тулли нас не атаковали, то чего хотели?

- Спросите у Лоу! Вот он стоит, в белом!

- А рядом с ним - король Том?

- Нет, рядом с ним один мой приятель, покойный Хью Грамон... - Триполи длинно и неразборчиво выругался, сплюнул в воду и первым выскочил из ткнувшейся в берег шлюпки. - Хью, откуда здесь тулли?! И откуда, акулий потрох, ты сам?!

- Тулли нас охраняют от вас, - низким, чуть хрипловатым голосом сказал коротышка с бритой головой, выходя вперед и протягивая руку капитану Триполи. - Я здесь временно живу. А ты, что же, поменял старую добрую галеру на эту уродину, увешанную тряпками?..

Островитяне хотя и набежали на Триполи с расспросами, к шлюпке приближаться все-таки опасались и издали наблюдали, как гребцы вытаскивают ее на берег. То же относилось и к тулли, а потом морской народ и вовсе потерял интерес к людям. Стивенсон, поправив амуницию и не сумев на глаз определить среди встречающих чернокожих короля, направился к Лоу, высокому худощавому мужчине, сделав воинам знак следовать за ним. Тем, взяв мечи на караул, постарались идти в ногу, как учили.

- Счастлив приветствовать вас! - чуть поклонился Стивенсон. - Я - Стивенсон, помощник аббата, здесь выступаю в качестве начальника экспедиции. Имею честь говорить с комендантом лагеря?

- Именно так. Лойнант Лоу, - представился его собеседник. - Его Величество встретится с вами несколько позже, я же не имею полномочий принимать решения без него. Будьте любезны остаться пока на берегу вместе с вашими людьми.

- Только не сочтите это за грубость, - коротышка оказался рядом. - Даже когда король будет готов вас принять, мы попросим вас оставить здесь половину воинов. Меня зовут Хью Грамон, я помощник лойнанта.

- Половину воинов? - Стивенсон печально оглянулся на горстку воинов, потом смерил расстояние до хижин, выглядывающих вдалеке из-за скал. - От моего почетного караула ничего не останется...

- Он вам не понадобится. И вообще, - коротышка увлек Стивенсона, подхватив под локоть. - Капитан Триполи говорит, что вы - безусловно наши друзья, ведущие смертельный бой с Темны Братством. Давайте больше доверять друг другу, хорошо? Лойнант Лоу слишком уж серьезный человек, видите ли.

Стивенсон хотел было заметить, что если речь идет о большем доверии, то ему незачем оставлять у шлюпки половину воинов, но решил не затевать спор в первые же минуты пребывания на берегу. Вздохнув, он отдал соответствующие распоряжения и остановился в ожидании, рассматривая островитян, в свою очередь вовсю глазеющих на него.

Люди не потрудились одеться к приходу гостей, большинство, это касалось даже некоторых женщин, ограничились набедренными повязками. Без татуировок не обошелся никто, хотя они покрывали тела не так густо, как у капитана Триполи и его матросов. Разнообразные серьги, вставленные не только в уши, но и в нос, губы, щеки тоже не являлись привилегией моряков.

Тем временем Хью Грамон и лойнант Лоу вдоволь нашептались с Триполи, немного поспорили и все вместе подошли к Стивенсону.

- Приветствую вас на территории королевства Бахам, которой безусловно является этот остров, - прокашлявшись, начал Лоу. - Мы надеемся, что это упрочит... Наши отношения... И позвольте выразить свое восхищение вашим кораблем. К сожалению, Его Величество пока не сможет лично с вами поговорить, возможно, завтра... Но зато королева Диас будет счастлива видеть вас в своей палатке прямо сейчас.

- Отлично... - Стивенсон полувопросительно посмотрел на Триполи.

- Короче, дружище, пойдем-ка выпьем настоящего рома, который не успели допить эти два молодца, Хью расскажет тебе, как обстоят дела с королем, а уже потом пойдем к королеве, - уточнил Триполи. - Я им уже сказал, что ты человек нормальный, и с тобой можно говорить открыто. Они привыкнут.

Стивенсон кивнул, но. Взглянув на настороженные лица Лоу и Грамона, сильно в этом засомневался. После этого они наконец покинули берег, встреча острова Андро и Большой Земли на нейтральной территории началась.

Глава третья

К Андро!

1

- Один ушел, - сказал С'Пунк на привале, после полутора суток пути. - Самый опасный.

- Откуда ты знаешь?.. - поперхнулся С'Пехо, жадно запихивавший в рот кусок недожаренного мяса. - То есть... Почему же ты не убил его?

- Потому что я не смог его найти, - мрачно ответил старший адепт. - Он взял амулеты С'Вилли и С'Алита.

- Но мы ведь находим друг друга по амулетам?

- Глупец... Амулет лишь усиливает нашу чувствительность, увеличивает силы. Но главное для слуги Нечистого - его сознание, разум. Как жаль, что у тебя его нет... Почему ты идешь со мной, С'Пехо, разве я звал тебя?

- Но... - адепт Желтого Круга отложил еду. - Но куда же мне идти, господин? Желтый Круг убьет меня, я в твоей власти. Я готов преданно служить тебе!

- Твой амулет.

- Он остался в джунглях. Я не могу пойти туда один, без амулета я погибну! Ты знаешь, как опасны эти джунгли. Если бы ты проводил меня, то...

- Глупец. У меня нет на это времени, - С'Пунк покрутил в руках посох. - Я потерял ревунов и нескольких глитов, а взамен получил четырех людей, подраненного глупца без амулета и опасного врага в джунглях, у которого сразу два. Вот чего мне стоило ваше вмешательство. Ненавижу ваш Круг.

- Он больше не мой, - торопливо напомнил С'Пехо. - Мне нет туда ходу! Теперь я твой.

- Зачем ты мне нужен?

- Не знаю... - признал С'Пехо. Он оглядел тихие джунгли вокруг, как бы ища ответа. - Я могу, например, присматривать за людьми. Люди ненадежны. Вот если бы я знал, что ты делаешь здесь, в глуши, то мог бы...

- Наглец, - протянул С'Пунк. - Ты не только глуп, но и нахален. Впрочем, это тоже проявление глупости. На что мне может сгодиться глупец?.. Пока не знаю. Но если он и может мне пригодиться, то должен быть предан мне. Могу ли я так о тебе думать?

- Да! - пылко вскочил С'Пехо и едва не упал, когда подогнулась раненая нога. - Я твой слуга, господин!

- Тогда слушай, - спокойно продолжил С'Пунк и молодой адепт прикусил язык, поняв, что попался. - Сейчас мы уйдем, а ты останешься здесь. Молчи! Этот человек, забравший у мертвых амулеты, слишком опасен даже для меня. Ты же должен бояться его еще больше, он раздавит тебя. Итак, продолжай трапезу, мой юный друг.

С'Пунк встали пошел прочь с крошечной полянки, где они развели костер. На полпути к нему подбежал коос и услужливо подставил спину. Следом потянулись глиты, на ходу дожевывая мясо.

- Я понял, кто это! - выкрикнул С'Пехо. Никто ему не ответил. - Я убью тебя... - проворчал он в спину С'Пунку. - Я обязательно тебя когда-нибудь убью...

Итак, С'Пехо оказался в положении живца. Значит, С'Пунк думает, что Клуни - а адепт был теперь уверен, что это именно пограничник - не ушел прочь, а следует за ними. До этого он мог бы додуматься и сам: джунгли полны злобных тварей, и только Темные Братья да эливенеры могу справиться с ними. Правда, у Клуни есть амулет, даже два, но С'Пунк прав: главное - сознание колдуна, измененное влиянием Нечистого Хозяина. Если человек дорожит своей жизнью, а другого адепт не мог и допустить, то пойдет следом, по тем местам, где Братья разогнали хищников. Скоро он будет здесь и увидит С'Пехо. А увидев, не удержится от мести.

Следовало как-то позаботиться о своей безопасности. Конечно, если С'Пунк решил избавиться от него, то хладнокровно дождется конца. Скорее всего, так он и сделает. Значит, С'Пехо должен быть быстрее Клуни, должен убить его первым. Что потом? Потом, если старший адепт не даст ему кооса, ему придется ползти следом, стараясь держаться поближе. Об этом не хотелось и думать, С'Пехо заставил себя сосредоточиться на главной задаче: убить Стража Границы.

Доев мясо, С'Пехо решил, что лучше использовать самые простые методы: они всегда наиболее действенны. Поэтому адепт просто вытянулся возле костра, без сил разбросав в стороны руки. Гибкими сильными пальцами он заранее нащупал спрятанную в шве иглу. Ему нужно время для одного, только одного удара. Лучше всего в глаз, чтобы убить Клуни мгновенно.

Долгое время ничего не происходило. Мучительно медленно тянулись минуты, С'Пехо прикрыл глаза и прислушивался к происходящему вокруг. Постепенно нарастал птичий гомон: попугаи будто праздновали уход С'Пунка. Жизнь возвращалась, пока в самых безобидных своих формах. Вот крики усилились, кажется, кто-то приближается с юга.

Как ни прислушивался С'Пехо, но шагов пограничника не разобрал. Поэтому когда сильная рука резко схватила его за горло, сильно дернулся и вытаращил глаза.

- Живехонек? - прошептал Клуни. - А говорил, убить хотели. Что ж, пришло и твое время.

Он быстро провел рукой вокруг шеи адепта, проверяя, нет ли амулета. Потом взялся за шею обеими руками, оглядываясь по сторонам. С'Пехо понял, что разговаривать с ним пограничник не собирается. Вот только Клуни не знал, как живучи колдуны. Адепт перестал шевелиться, крепко сжимая в руках иглу. Даже если сейчас воин попробует проверить его пульс, то ничего не услышит. Потом они неминуемо уберет руки и позволит нанести один, короткий и быстрый удар.

- Глупец, - сказал С'Пунк.

Он стоял позади пограничника. С'Пехо и не заметил, что птицы снова стихли! Адепт выругал себя за невнимательность и приготовился ударить под ребро, чтобы достать до сердца. Однако С'Пунк хорош: успел неслышно приблизиться и одним движением сорвать с шеи Клуни оба амулета!

- Глупец, но в отличие от тебя способный учиться, - опять заговорил старший адепт.

С'Пехо почувствовал, как его пальцы разжались и выронили иглу. В глазах показались первые круги, кислород требовался даже измененному телу адепта. Неужели С'Пунк позволит человеку убить Темного Брата?!

- Вместе вы составите забавную пару, - решил колдун.

Пальцы Клуни еще сильнее сжались, едва не переломив шею С'Пехо, потом выпустили его. Адепт с хрипом и свистом втянул воздух.

- Где твой друг, Клуни? - несильно ткнул посохом пограничника С'Пунк. Тот повалился на бок, освобождая С'Пехо. - Где твой рогатый друг? Ах, вот как... Ты отправил его с донесением... Плохо, очень плохо.

- Убьем его, - попросил С'Пехо, как только смог говорить. Без амулета он не мог общаться с другими адептами ментально. - Он опасен, он быстро учится, ты прав...

- Конечно, я прав, - удовлетворенно кивнул С'Пунк. - Я прав, потому что не глупец, как ты, и не трус, как ты.

Пограничник поднялся и глядя прямо перед собой быстро скинул куртку, обнажив смуглую мускулистую грудь. Потом достал из сапога большой нож и неловко принялся резать себе кожу. С'Пехо хмуро смотрел, как появляются буквы, гласящие на языке батви: "Ты глупец и трус!".

- У нас есть уже четверо слуг. Зачем еще один?

- У нас?.. - переспросил С'Пунк, и не отвечая пошел с поляны.

На том же самом месте, что и в прошлый раз, к нему подбежал коос. Другой остановился в нескольких шагах от С'Пехо, злобно кося маленькими глазками на надевающего куртку пограничника. Адепт дополз до лемута, волоча раненую ногу, которая уже начала подживать. Скоро будет выходить дробь, это будет больно. Боль можно выключить, отрезать так же легко, как обычный человек отрезает себе прядь волос. Но на это уходят силы... Почему С'Пунк не дал ему амулет?

Опять началась дорога. Они шли по однообразным джунглям, по мягкой, болотистой почве, обходя затопленные низины. Воздух, тяжелый, насыщенный испарениями и гнилью, давил на грудь, тормозил движение. С'Пехо рассчитывал на много дней пути и когда к вечеру почувствовал новые запахи, не смог сдержать удивления. Он пришпорил кооса, обогнал караван из молчаливых глитов и находящихся под властью адепта людей, поравнялся со С'Пунком.

- Впереди вода? Большая Мисса?

- Нет, до нее еще далеко. Но мы приближаемся к побережью. Скоро ты увидишь Лантик.

- Спасибо, что сохранил мне жизнь, - подобострастно нагнул голову молодой адепт. - Там ваш лагерь? Лагерь Зеленого Круга?

- Ты, наверное, был бы прочь поменять цвет одеяния? - без выражения спросил С'Пунк. - Ты легко предаешь вчерашних друзей. Нет, здесь нет никакого лагеря. Здесь только я. Круг поручил мне сидеть на этом берегу и ждать новостей.

- Откуда? - С'Пехо понял, что сейчас ему наконец-то что-то расскажут.

- Из-за моря. Туда ушли три наших брата, время от времени старший из них связывался со мной. Но вестей от них уже давно нет, иначе я не рискнул бы уйти отсюда вам навстречу. Круг отправил экспедицию на обнаруженный одним из моих людей остров. Самым способным из моих людей, С'Коллой... На твоем месте он уже трижды бы попробовал меня убить. Он не был трусом и глупцом, С'Пехо. Думаю, он попал на остров случайно, после удара Стихии... Было наводнение и наша встреча не состоялась. Я искал его и услышал сигнал, это случилось здесь, в этих местах. Сигнал пришел из-за моря.

- Но... Зеленый Круг донес Братству о находке?

- В Лантике много островов, мне доводилось видеть старые карты, - пожал плечами С'Пунк. - После Погибели одни из них ушли под воду, другие поднялись из моря... Почему ты думаешь, что Братству есть дело до таких мелочей?

- Почему же Зеленый Круг заинтересовался этим островом? - парировал С'Пехо и прикусил язык. Ему нельзя быть наглецом. Они некоторое время ехали молча. - Наверное, этот остров интересен тем, что находится прямо напротив побережья королевства Д'Алва, верно? - не утерпел С'Пехо. - И о нем не донесли в Братство. Может быть, он велик и богат, этот остров? Тогда Зеленый Круг мог бы значительно усилиться, получив новые территории.

- Если бы это было так, я должен был бы убить тебя немедленно, - заметил С'Пунк. - На твое счастье, остров совсем невелик. За время нашего совместного путешествия мы бы уже успели пересечь его. Впрочем, и это - достаточная тайна, чтобы ты больше никогда не вернулся в Желтый Круг... После поражений в Ниане сфера действий нашего Круга сильно сузилась, по сути - эти джунгли не наша территория. Но меня оставили... Там, на острове, кто-то убил С'Коллу.

- Я сожалею...

- А он не стал бы о тебе сожалеть, - усмехнулся старший адепт. - Он был не глупец и не трус. Остров не имеет связи с материком. Там не должно было быть сил, способных бороться с братьями.

- Эливенеры?

- Проклятые сектанты... Да, сперва и мы подумали о братстве одиннадцатой заповеди. "Возлюби все живое..." Поэтому туда и отправилась экспедиция. У них был корабль, довольно ревунов. Они обнаружили остров в состоянии смуты. Скола хорошо постарался, он был не глуп... Но он искал там какого-то врага. А когда нашел - погиб. Знаешь, кто это оказался, когда братья провели расследование?

- Какой-нибудь ужасный лемут? - предположил С'Пехо. - Я слышал о некоторых порождениях тайга... Медведи, потом еще... Постой! Дети Ночного Ветра!

- Они боятся воды больше чем огня, - брезгливо отмахнулся С'Пунк. - Но это было серьезнее, чем лемут. Это было удивительное порождение острова, человек, переживший Погибель.

- Что? - не понял С'Пехо.

- То, что я сказал! - коротко вскипел колдун и ударил его посохом. - Впрочем, это неважная информация... Старший адепт вышел на бой с ним и при поддержке остальных братьев одолел его. Дальше они стали проводить обычные подготовительные действия, а также занялись поиском амулета С'Коллы и проверкой острова. Следовало узнать, есть ли там и другие подобные создания. Потом связь прервалась.

- Из этого следует... Там есть и другие допогибельные люди? - в голосе С'Пехо сквозил священный трепет. - Но тогда почему они не придут и не властвуют?

- Может так, может - нет, - С'Пунк помолчал, рассеянно рассматривая первые звезды, мелькающие наверху, между верхушками деревьев. - Ты говоришь, что Д'Алва в руках эливенеров, верных королю войск и киллменов с севера. Это значит, что находиться здесь - небезопасно. Идти на восток нельзя, я попадусь прямо в лапы врагов. На юге пустыни и такие джунгли, о которых мы сами мало что знаем. Иногда там пропадали братья... Я решил идти на запад.

- Остров... - понимающе закивал молодой адепт.

- Остров Андро. Я буду очень осторожен, очень. А вот тебе, мой друг, придется доказать мне свою преданность еще не раз, как ты сделал это совсем недавно.

С'Пехо понурил голову. Отправиться на остров, где уже погибло четыре адепта, куда более сильных, чем он сам?.. Чтобы сыграть там роль живца, на которого С'Пунк будет ловить таинственных убийц. Он скосил глаза. Кадык колдуна Зеленого Круга четко вырисовывался соблазнительно уязвимым бугром. Удар ошарашит его, и тогда можно будет вонзить иглу.

- Да-да, - подтвердил С'Пунк. - Сперва ошеломить и только потом ударить всерьез, иначе ничего не выйдет.

Молодой адепт прикусил бескровную губу. Каждая его мысль читалась сейчас С'Пунком. Интересно, делают ли колдуна сильнее три амулета? Ему никогда не доверяли больше одного... С'Пехо скрипнул зубами и заставил себя вспомнить молитву Нечистому Хозяину. Пускай-ка С'Пунк тоже ее припомнит. Однажды С'Пехо его убьет.

- Ты встал на путь верный, прямой, - одобрительно кивнул старший адепт. - Но почему про себя? Изволь-ка говорить громко и четко. А если в чем-то ошибешься, я поправлю тебя посохом. Или нет, лучше один из глитов отсечет тебе ухо, договорились?

2

Вечером Стивенсон сидел в палатке Хью Грамона и наливался ромом, стараясь не слишком пялиться на грудь Дженис, молоденькой жены хозяина. Сам коротышка лежал в гамаке, без устали пыхтел коротенькой глиняной трубочкой и болтал.

- Вы ведь уже понимаете, господин Стивенсон, что Его Величество просто спятил?

- Понимаю... - выдавил из себя кандец, машинально приложив руку к шишке на лбу.

- Вот. Поэтому переговоры с ним вести бессмысленно. Кстати, вы на него не сердитесь. Ведь его свели с ума чары колдуна С'Коллы, в которого король просто влюбился. Как же он мог слышать про него такие слова, а? Вы были неосторожны, Стивенсон.

- Откуда я мог знать?..

На приеме в палатке королевы Диас помощник аббата познакомился со всей семьей короля, но самого Тома XXXI там не обнаружил. Королева, толстая черная женщина, увешанная, в отличие от ее подданных, не побрякушками, а самыми настоящими драгоценностями, оказалась женщиной бойкой, даже фамильярной. Уже через пять минут она обратила внимание на безобразную худобу гостя и принялась потчевать его всем, до чего могла дотянуться. С набитым ртом даже Стивенсону было трудно говорить, выручил капитан Триполи, который вкратце изложил суть дела.

- Вражья сила, да какие могут быть разговоры! - запричитала королева. - Конечно, присылайте побольше всяких солдат, кораблей, рогатых чудовищ, только выгоните лысых белых тварей с нашего острова... Ох, простите, господин, вы-то ведь тоже белый, как они. Но это, наверное, еще и от состояния здоровья зависит, верно? Кушайте цыпленка, очень вкусный маринад!

- Я кушаю, - увернулся Стивенсон. - Но хотелось бы, чтобы Его Величество посетил наши аббатства, чтобы, так сказать, скрепить...

- Скрепим! - пообещала Диас и все же вонзила в неосторожно приоткрывшийся рот отвианца цыпленка. - Кушайте, ни о чем не волнуйтесь. Поедет Том, поеду я, возьмем всех наших детушек, и вот, может быть, господин Лоу с нами поедет, да?

- Непременно, - коротко поклонился лойнант.

Комендант лагеря выглядел настороженным и время от времени перешептывался с забегавшими в палатку людьми - наверное, шпионил за парусником и оставшимися у лодки людьми. Стивенсон подумал, что запросто мог бы захватить в плен всех, находящихся на этом островке. Наверное, их привезли на одной галере... Чем же они собираются здесь питаться, когда кончатся небогатые припасы? Судя по аппетитам королевы, это произойдет вот-вот. Вдруг в палатку вошел невысокий, быстрый, совершенно седой человек.

- А вот и муженек мой! - возрадовалась королева Диас и почему-то быстро взглянула на Лоу. - Проснулся, значит. Мы как раз о тебе говорили.

- В бухте стоит парусник! - возбужденно заговорил король. - Настоящий, огромный! Я видел такой в стеклянном шаре, его выловили рыбаки.

- Покушай, - попросила его королева.

- Отстань от меня, глупая! - Том вырвал у нее из руки протянутый фрукт и не глядя отшвырнул в сторону. - Я вижу белого человека! Почему мне не доложили?

- Ваше Величество... - лойнант Лоу, стряхивая остатки мякоти с испорченного белого мундира, попытался оттеснить короля к выходу. - Ваше Величество, сейчас мы ведем допрос и вскоре...

- Пошел вон! - король с неожиданной силой отпихнул верного слугу и тут же бросился на колени перед опешившим Стивенсоном. - Вы посланы им, высокий господин? Вы посланы С'Коллой? О, я знал! Я ждал этого, но мне никто не верил!

- Смею вас уверить, - не разобрался в ситуации кандец, - что не имею отношения к поганому Темному Братству. Мы, на Большой Земле, ведем со всеми этими с'коллами беспощадную борьбу и...

С неожиданной прытью король схватил кувшин, полный рома, и ударил посланника по голове. Глина разлетелась на куски, жгучая жидкость залила кандцу глаза, и все, что он мог предпринять в начавшейся суматохе, это громко приказать своей охране не вмешиваться. Когда же удалось проморгаться, короля в палатке уже не было, так же как и королевы, а на ее месте сидел Хью Грамон, старательно сдерживавший смех.

- Идемте ко мне, Стивенсон, устрою на ночь, - предложил он, и кандец не увидел причин отказать.

Только теперь, во время ночного разговора, Стивенсон начал понимать, что происходит на самом деле. Оказывается, галера привезла к ним не переговорщиков, и даже не беженцев, а просто-таки мошенников. Хотя, стоит ли прислушиваться к этому лысому коротышке?

- Адмирал Королевского Бахамского Флота, высокий господин Шуайа, безусловно, величина, - рассуждал Хью Грамон. - Но вот беда, от флота осталась одна галера, "Король Том XIX Благочестивый". Хороший корабль, с прекрасным капитаном Триполи, но и только. А что еще есть у Шуайа? Известность в Бахаме. Но, знаете ли, не самая удачная известность. Что же касается кэпа Чвако, то это служака честный. На таких вообще никто внимания не обращает.

- Но... - Стивенсон с усилием отвел взгляд от Дженис и попробовал сосредоточиться. - Ведь кто-то же способен поднять восстание на острове Андро? Не могли ведь темные братья уничтожить там всех?

Хью загадочно помолчал, переглянулся с женой, потом вылез из гамака и налил себе рома.

- Да, наверное, там остались известные люди. Но вот беда: за бахамскими баронами пойдут их бывшие дружинники и дворяне, но никогда не пойдут крестьяне, горожане и офицеры. Не говоря уже о жителях двух других королевств, Ками и Дивуара. За Советом Кюре, если от него что-нибудь осталось, пойдут только крестьяне, это если новый Совет Кюре. А был еще старый, так за теми пойдут горожане, если постараться. Офицеры пойдут за королевой Диас, но если узнают, что за ней кто-то стоит, тут же разбегутся. Их и так часто обманывали, а присягали они только трону. Если искать каких-нибудь важных персон у соседей, то их ни за что не поддержат бахамцы.

- Но против Темного Братства ведь можно объединиться? - не поверил Стивенсон. - Ведь это общий враг!

- Если бы андросцы могли объединиться, то давно повывели бы эту нечисть и без вашей помощи, - Хью опять забрался в гамак. - В конце концов, их там было всего трое... Ревуны не в счет, этих я берусь перерубить в одиночку.

- Это сильные и ловкие твари, - покачал головой кандец. - Вам будет очень трудно справиться ними без наших лорсов и...

- Не говорите глупостей, пожалуйста, - попросил Хью. - Я убил их несколько штук без всяких лорсов, и, хотя вы разговариваете с лучшим фехтовальщиком Андро, должен сказать, что большого впечатления они на меня не произвели. Вот что, Стивенсон, вам стоит самому посетить остров. Я буду вас сопровождать, и вы во всем убедитесь сами.

- У меня нет на это полномочий, - пьяно замотал белобрысой головой кандец. - Аббат Кале, мой начальник, строго-настрого запретил. И даже если я захочу, то капитан Джефри мне этого не позволит, а "Иоанном" командует он. Лучше скажите, с кем же нам вести переговоры?

- Вот это правильно, - закивал довольный коротышка. - Другой бы на вашем месте обрадовался: на острове смута! Введем войска, вышибем Темное Братство и будем царствовать! Это было бы большой ошибкой, потому что сразу после колдунов с острова вылетели бы вы. Андросцы свободный народ, многочисленный и гордый. Силой вы с ними не сладите, ведь вы не умеете так разобщать людей, как это делают адепты. С этого разобщения все и началось... Послушайте, Стивенсон, сделайте меня вашим агентом. Я на острове знаю все, если не верите - спросите у королевы. А если не боитесь - у короля. Для вас я произведу разведку, составлю список кандидатур, и представлю его по первому требованию. Что скажете?

- Что я не вижу причин вам верить... - привыкший к вину, а не к рому Стивенсон произнес это в сторону бюста Дженис, от которого не мог оторваться. В Кандианской Конфедерации женщины так не одевались. Точнее, не раздевались. - Кто вы такой, Хью Грамон, чтобы я вам верил?

- Разумно, - согласился коротышка, ничуть не обидевшись. - Вы вообще производите на меня впечатление разумного человека, Стивенсон. Лучше всего, если бы со мной вместе на остров отправились вы. Но, если вам не разрешает начальник, пошлите о мной одного-двух ваших проверенных людей.

- Это можно, - икнул Стивенсон. - Вот это - можно и полезно. Пошлем на остров агентов, верно. Но.

- Что - но?

- Но вы должны отвечать за их жизнь. Наше государство привыкло заботиться о жизни своих граждан. Я вас не знаю, понимаете?.. Она, - Стивенсон ткнул рукой в сторону хозяйки, - должна поехать с нами на материк. В качестве заложника. Ей там ничто не угрожает, так что это очень разумно.

- Что за чушь?! - шумно возмутилась Дженис, но Грамон успокаивающе положил ей на голову руку.

- Мы обговорим это, но не сейчас. Ложитесь спать, Стивенсон, уже поздно. Утром вспомните, о чем мы говорили?

- До последнего слова, - твердо ответил кандец, и не солгал.

3

Утром С'Пехо стоял на берегу Лантика, рассматривая резвившихся в воде чудовищ. Океан потряс его. Он часто слышал, что материк с обеих сторон окружен морями, огромными, полными жизни, а за ними - другие, неизвестные Братству земли, но увидеть - совсем другое дело. Адепт чувствовал растущую неприязнь. Слишком много жизни, слишком много радости. Как Темному Братству одолеть эту, совершенно чуждую, стихию?..

- Сколько тебе лет, молодой адепт? - спросил из-за его спины С'Пунк, с особым презрением выделив слово "молодой".

- Больше пятидесяти, - мрачно сказал С'Пехо и постарался ни о чем не думать.

- Меньше, я так и думал, - усмехнулся С'Пунк. - Ты гордишься тем, что Нечистый коснулся твоего тела и сделал его сильным. Ты гордишься, что амулет позволяет тебе быть сильнее любого человека. Но ты не знаешь, что такое настоящая сила, даже не представляешь себе. Между тем в Братстве есть люди, которым перевалило за двести... Да, это так. Ты - жалкая мокрица по сравнению с ними.

- Почему же они не разотрут в порошок эливенеров и аббатов? - со всей возможной едкостью спросил униженный С'Пехо.

- Тебе не представится случая их об этом спросить, глупец, - спокойно ответил колдун. - Но хватит болтать. Спускайся с обрыва.

- Но эти твари...

- Они не выйдут из моря днем. Они так же глупы и трусливы, как и ты.

В подтверждение слов адепта мимо молча промаршировали глиты, следом на прибрежный песок спустились люди. Все четверо несли разнообразную поклажу - С'Пунк сворачивал свой маленький лагерь на берегу. Осторожно последовав за цепочкой слуг вдоль берега, С'Пехо вскоре оказался перед входом в маленький грот.

- Там корабль, - объяснил С'Пунк. - Поэтому пока останься здесь.

Он вошел в грот и через несколько минут черный, узкий и почти не поднимающийся над водой корабль Братства выскользнул в море. Движимый магией, секретной и непонятной для таких, как С'Пехо, корабль плыл в любом направлении, очень быстро и совершенно бесшумно. Повинуясь приказу, адепт прошел по воде и вскарабкался на борт. Примерно половина глитов осталась на берегу.

- Мне придется вернуться за ними, - объяснил С'Пунк. - Ты умеешь управлять кораблем?

- Нет, в Желтом Круге я занимался другими делами, - признался адепт.

- Потому что ты глуп, - не применул уточнить колдун Зеленого Круга. - Что ж, этим придется заняться мне. Тогда ты будешь стоять здесь, наверху, следить за морем и, возможно, лодками. Предупреди меня, если погода будет портиться. На это ты способен?

Когда корабль быстро полетел прочь от берега, обдаваемый брызгами С'Пехо судорожно вцепился в поручни, ограждавшие узкую палубу. Здесь не было больше ничего, кроме люка и черного шара размером с голову из непонятного материала. Молодой адепт старательно всматривался вдаль, стараясь как-то отличиться перед старшим, заслужить хоть немного доверия. Иначе шанса его убить может так и не представиться... Но в это С'Пехо не верил. Все обязательно будет так, как он мечтает.

Потянулись долгие часы. Корабль шел строго на восток, на горизонте не показывалось ни одной лодки. Наконец С'Пехо решил, что лодки - всего лишь не слишком удачная выдумка старшего адепта. Кому придет в голову соваться в море, полное таких чудовищ, на маленькой посудине? Это напомнило ему о тех удивительных кораблях, которые плавали в подконтрольных Кандской Конфедерации водах Внутреннего моря. Интересно, как повели бы себя эти громоздкие штуковины здесь? Потерпели бы их присутствие острозубые жители глубин, или накинулись бы на них стаей?

Люк с лязгом откинулся, наверху появился С'Пунк. Ветер развевал его зеленую хламиду, удивительно чистую, особенно по сравнению с изодранной, почти потерявшей цвет одеждой С'Пехо. Старший адепт опять прочел мысли младшего.

- Нет, тебе не носить цвета Зеленого Круга, С'Пехо. Никогда.

- Но почему?.. - его собеседник вообразил, что С'Пунк пожелал расправиться с ним прямо сейчас и пригнулся, готовый к бессмысленной борьбе.

- Потому что я дам тебе другой цвет, - С'Пунк презрительно усмехнулся. - Трус и глупец. Единственный шанс для тебя уцелеть - помочь мне в моем начинании. Ты когда-нибудь думал о том, откуда взялись Круги?

- Им тысячи лет, - растерянно проговорил С'Пехо. - Они были созданы во время Погибели или около того...

- Чушь, - отмахнулся колдун. - Ни одной тысячи нет никому из Братства. Но дело даже не в этом. Новый Круг появлялся тогда, когда кто-нибудь из братьев оказывался достаточно смел, чтобы его создать, а потом - достаточно силен, чтобы защитить. У меня достаточно знаний и сил, не говоря уже о смелости, молодой С'Пехо. Все дело в том, что новый Круг должен успеть вырасти прежде, чем его задушат старшие браться. И так бывало в нашей истории, уж я-то знаю... Но если Круг устоит, Темное Братство примет его и осенит благодатью Нечистого Хозяина. Все дело во времени... Хотя бы десяток-другой лет. Этот остров потерян для Зеленого Круга, ему теперь не укрепиться в юго-восточных джунглях. Желтый Круг ничего не знает о нем, а после потери только что отвоеванной Нианы, а главное - половины всех своих сил, будет вынужден бороться за жизнь с другими кругами. Прежде всего - с Зеленым. Ты все понял, глупец?

- Но что будет, если...

- Ты должен быть убит по закону Желтого Круга, - С'Пунк даже немного вздохнул, так непонятлив был собеседник. - ты должен быть убить по закону Зеленого Круга, ведь ты вторгся на нашу территорию. Ты должен быть лишен благодати Нечистого и убит по закону Темного Братства, ведь ты потерял амулет. О каких еще "если" ты рассуждаешь? Пожалуй, ты даже слишком глуп.

- Нет-нет, я очень рад! - вскричал адепт, и в этот миг был искренен. - Все будет, как ты захочешь. Вот только... У нас лишь три амулета на двоих, и даже если ты знаешь таинство посвящения, то мы сможем принять в Братство лишь одного...

- Я знаю таинства посвящения, - усмехнулся С'Пунк. - Я посвятил не менее сотни адептов. И главное таинство - знать, где хранятся амулеты. Глупец... Три амулета на двоих... Три амулета на одного, мой мальчик, на одного. И не три, а гораздо больше.

Слова "мой мальчик" словно плетью хлестнули по лицу адепта. Унижения, которым он подвергался, переходили все возможные границы. Теперь, если он смолчит, ему останется лишь выполнять любой приказ С'Пунка, и молить его не говорить никому в Братстве о не смытом оскорблении. Впрочем, Братство так далеко... И становится все дальше. С'Пехо покорно склонил голову.

- Вот так, - С'Пунк поощряюще постучал посохом по безволосой макушке молодого адепта. - Еще ниже... А теперь поцелуй мои ноги.

Выполняя приказ, С'Пехо даже не подумал о том, чтобы попробовать дернуть старшего за ноги, перекинуть через перила, и остался этим очень горд.

- Как будет называться наш Круг, великий адепт? Какой цвет?

- Красный, - С'Пунк как должное принял звание "великого адепта". - Я дам тебе амулет, когда получу доказательства твоей преданности. Весомые доказательства. Считай, что тебе придется пройти посвящение заново. Когда мы подыщем тихое местечко на побережье, я оставлю там тебя и глитов. Постарайся быть незаметен. Я вернусь за остальными лемутами и... Кое за чем еще. Ты ведь не такой глупец, чтобы даже не понять, за чем?

- Понимаю...

Амулеты! Волшебные амулеты Нечистого! О, как дорого дал бы С'Пехо хотя бы за один... Раньше он никогда не задумывался, откуда они берутся. Но С'Пунк прав, они должны храниться у тех, кто занимается посвящением. Когда-то давно самого С'Пехо, носившего тогда другое имя и другую кожу, посвятил старший адепт, имя которого он уже позабыл. Зачем помнить имена мертвых? Интересно, а откуда амулеты поступают к посвящающим?

- Этого тебе знать не нужно, - хмыкнул С'Пунк и спустился вниз. Прежде чем захлопнуть люк, он добавил: - А еще подыщи нам подходящее место для ночевки. Глитам не нужен огонь, надеюсь, тебе тоже, но от холода они становятся малоподвижны. Нам нужно укромное, достаточно просторное место.

Корабль продолжал бежать в том же направлении с той же скоростью. С'Пехо вдруг удивился, что они ни разу не столкнулись с многочисленными обитателями Лантика, но тут же одернул сам себя: С'Пунк отгоняет их. А может, твари достаточно умны, чтобы самостоятельно убираться с дороги? Жизнь всегда уступает дорогу смерти, таков закон.

Примерно через три часа впереди показался остров. С'Пехо приоткрыл люк и сообщил об этом старшему, но тот даже не обернулся. Когда земля приблизилась достаточно, чтобы можно было рассмотреть строения, показавшиеся слева по курсу, С'Пунк повернул корабль вправо и повел его вдоль берега. Иногда молодой адепт видел людей, сновавших на берегу по каким-то делам, а однажды в полумиле от них прошла лодка. Испуганный адепт лег на палубу и вжался в нее, глотая брызги. Но кажется, он беспокоился напрасно: рыбаки смотрели не на запад, а в сторону берега. Потом показались скалы. С'Пехо решил не тревожить С'Пунка и оказался прав: корабль и без его подсказки подплыл к береговым камням.

- Быстрее! - С'Пунк выскочил из люка первым, за ним один за другим появлялись глиты с поклажей, сразу прыгавшие в воду. - Ты ответишь мне за каждого лемута и за каждую сумку клади! И не ищи там амулеты, глупец!

- Но я почти бессилен! - адепт сполз по борту в волны, и захромал к камням. - Что я могу?

- Думать, решать, приказывать глитам, - услышал он, потом хлопнула крышка люка.

Когда выбравшись на берег С'Пехо оглянулся, найти среди волн низкий черный корабль он уже не сумел. Вокруг стояли глиты, терпеливо ожидавшие приказа. Люди, конечно же, уплыли с колдуном, молодой адепт не смог бы удержать их в подчинении.

- Вперед, - С'Пехо махнул рукой на ближайшие скалы, указывая глитам направление. - Убейте всех, кого встретите, и сбросьте трупы вниз. Если увидите врага первыми, попробуйте спрятаться.

Начиналась новая жизнь С'Пехо, в новом месте, в новом Круге. Так бойся, остров Андро! До тех пор, пока адепту не удастся добраться до С'Пунка, всю силу его ненависти придется вытерпеть тебе.

4

- Итак, вчера мы договорились о важном деле, - заговорил Стивенсон за завтраком. - Пора бы обговорить детали.

- Детали? - с набитым ртом переспросил коротышка Хью. - А какие еще детали? Оставить мою жену вам в качестве заложницы? Это неподходящая деталь, чтобы ее обсуждать. У меня всего четыре жены, я не могу ими разбрасываться, верно, Дженис?

- Так и есть, - улыбнулась хозяйка палатки, наливая Стивенсону кофе. - Пейте, это последний. Все запасы кончаются...

- Послушайте, так вас всех что ли надо отсюда вывозить? - вспомнил свои подозрения кандец.

- Нет, зачем же? Море прокормит, тулли помогут. Они мои друзья, я разве не рассказывал? Очень славный морской народ. Вот что, Стивенсон, если вам нужны заложники, то берите королевскую семью, все равно королева Диас уже вещи собирает, хочет с вами плыть. Скучно ей здесь, без общества, некому бриллианты показать.

Стивенсон вспомнил, что несколько крупных золотых колец с крупными камнями свисали у королевы прямо из проколотой груди, опасно декольтированной по местным обычаям, и хмыкнул.

- Не все ей удастся показать, уважаемый господин Грамон. У нас северная страна, и строгие нравы. Не думаю, что Совет Аббатств станет ее выслушивать в том виде, в котором она была вчера. Но, послушайте, это не серьезно. Я ведь собираюсь доверить вам, незнакомому человеку, своих людей... Кстати, а как вы собираетесь попасть на Андро? У вас есть лодка?

- Плыть на лодке по морю, среди всех этих мерзких мокрых тварей? - Хью так передернул могучими плечами, что едва не расплескал кофе. - Да вы в своем уме, Стивенсон? Хватит с меня этих приключений... Нет уж, я рассчитываю на ваш корабль.

- У меня нет полномочий, - решительно отказался Стивенсон. - Тогда придется вам плыть с нами, а уж после одобрения Совета Аббатств вернетесь на свой остров. Тем более, что там этот ваш Адмирал, который ничего из себя не представляет, вовсю торгует родиной. Сможете его остановить.

- Зачем? - искренне удивился Хью. - Это вам надо его остановить, а на мои интересы он ни одной ногой не наступил. Пусть там говорит вашим аббатам что хочет. Так что извините, но я тогда останусь здесь. Наша сделка не состоялась.

Помощник аббата Кале уткнулся в чашку. Заиметь своего человека на Андро, да еще с таким проводником, было бы очень соблазнительно. Правда, совершенно неясно, что это за человек, которого капитан Триполи сначала представлял как покойного, а теперь отказывается от своих слов. Агент будет сильно рисковать, но возможный результат... Стивенсон с удовольствием отправился бы на Андро сам, но ведь аббат ему этого никогда не простит и обязательно нажалуется в Метс, оттуда новости попадут в Оттву.

- Дорогой Хью, я просто не имею права вести наш единст... Наш корабль к берегам захваченного Темным Братством острова. Это было бы преступным риском. Ниточка, связывающая наши народы, пока так тонка, что нельзя ее дергать.

- Красиво говорите, - одобрил Грамон. - Что ж, мне очень жаль. Тогда, как я понимаю, с вами отправится король, королева с выводком, лойнант Лоу и капитан Триполи. Жаль. Ведь остров всего в одном переходе... Быстро сплавали бы туда и обратно, потом прихватили пассажиров и отбыли на север, к этим вашим аббатствам. Кстати, аббат - это такой кюре, верно?

- Не уверен, - вздохнул отвианец. - Один переход, да?.. Но что, если нас увидят? У Темного Братства есть черные корабли, способные поражать врага молнией. Это опасно...

- Мы подойдем со стороны Дивуара, - Хью быстро разложил остатки завтрака на скатерти в виде импровизированной карты. - Видите? Они здесь, в Бахаме, это самый большой город, столица нашего бахамского королевства. А мы будем в Дивуаре, там никогда не видели ни одного колдуна. Некоторые до сих пор считают их бахамскими выдумками, вот только режут друг друга не хуже, чем у нас. Колдовство... Бедный мой остров. Поплыли, Стивенсон! Решайтесь - и в путь.

- Вот что... - кандец почесал затылок, делая вид, что принимает решение с тяжелым сердцем. - Прихватим сразу всех, чтобы уж на Кэт не возвращаться. Выиграем немного времени. И - вперед. Кстати, Дженис тоже может плыть с нами.

- Вы даете мне слово? - Грамон наклонился вперед и впился в собеседника своими маленькими глазками. - Даете слово, что мы поплывем на Андро, а не к северу?

- Даю, - мило улыбнулся кандец. - А теперь, раз уж мы договорились, позвольте поблагодарить за гостеприимство и пойти еще раз проведать королеву.

Хью проводил гостя широкой улыбкой. Дженис подошла к мужу и уселась ему на колени.

- Он соврал, - сказала девушка. - Белым людям нельзя верить.

- Да, похоже на то, - вздохнул Грамон. - Хочет взять тебя в заложницу, и это называется - дружба. Эх, жили мы без Большой Земли, не тужили... Не хочется мне плыть на север. Я хочу вернуться на Андро.

- Но почему ты не сказал им, что на острове нет никакого Темного Братства? Ведь тулли пустили на дно всех троих, вместе с кораблем?

- Не напоминай мне об этом, - попросил коротышка.

Хью Грамон и Дженис не приплыли на остров Кэт на галере "Том XIX Благочестивый", как все остальные жители маленького лагеря. Плененные тремя темными братствами, они совершили морское путешествие на мрачный остров Гата, где поселилось Черное Вуду, или просто Чернота. Железные баллоны, сохранившие в себе со времен Погибели древнюю смерть, погубили неведомое, неживое создание. В благодарность за это тулли, морской народ, весом своих тел отправили черный корабль на дно вместе с адептами. При этом и Дженис и Хью оказались в воде.

Между тем не было для коротышки большего кошмара, чем обитатели моря. Он знавал людей, впадавших в истерику при виде змеи, или паука, сам же относился к этим тварям очень спокойно. Но морские, вечно мокрые твари, поджидавшие его всякий раз, когда Хью оказывался, совершенно беззащитный, в воде, не давали ему покоя с детства. Уж сколько раз он просыпался в поту, в тот самый миг, когда кто-то неведомый, поднявшись из глубины, откусывал ему ноги.

Тулли принесли их сюда. Во время этого путешествия морской народ, и без того невеликий, сократился едва ли не на три четверти. Благодарные людям, тулли прикрывали их от чудовищ собственными телами и гибли десятками. Счастье, что удалось добраться до острова Кэт... Выйдя на берег, Хью клялся, что больше никогда не покинет суши и был уверен, что стал совершенно седым. Ни то, ни другое не оказалось правдой. Твердая почва под ногами - это прекрасно, но слишком мало для счастья. Здесь нет ни кофе, ни рома, ни табака, не говоря уже о покинутой далекой и большой семье.

- Я не сказал ему, что остров свободен от братьев, потому что не верю ему, - объяснил Хью жене. - Смотри, какой у них корабль. А у воинов есть странное оружие, про которое они не хотят говорить. А еще Триполи говорил о каких-то пушках, это железные штуки, которые выстреливают на большое расстояние куски острого железа. Если такие воины высадятся, например, в Ками, то смогут проторчать в тамошней крепости достаточно времени, чтобы приплыли другие корабли. Правда, Стивенсон обмолвился, что "Иоанн" - единственный парусник, но он мог сделать это и специально. Нет уж, пусть лучше боятся к нам соваться.

- Тогда как мы попадем домой? - удивилась Дженис.

- Успокойся, королева Вуду, - веско произнес коротышка и заглянул ей в глаза. - Ты ведь сможешь прочесть его мысли и заставить кое-что сделать, если я попрошу? Не забыла еще науку старого грешника Джо Салижара?

- Только не говори мне, что ты собрался захватить корабль! - вскочила Дженис. - Ты нас всех погубишь! В чем виновата королева Диас и ее дети? А милый Лоу?

- Лоу мы ничего не скажем, толстушке тоже. Вообще, я собираюсь не захватывать корабль, а лишь заставить их подойти к острову и высадить нас там. Надеюсь все-таки, что лойнант догадается пойти с нами... Ты не могла бы его заставить?

- Не смей и предлагать мне такое!

- Как ты любишь Лоу... А я ведь о нем и думаю. Твоя подруга Анджала девушка красивая, как раз ему, старому холостяку, на пару. Тем более, он человек служивый, и на такие мелочи, как отсутствие мизинцев внимания не обращает.

Коварный Хью задел слабую струнку жены. Дженис сильно сдружилась с четырнадцатилетней Анджалой, своей ровесницей, которую судьба забросила из Д'Алва в Бахам. Увы, колдун С'Колла заставил девочку саму себе отрезать мизинцы, и это ставило под вопрос ее возможность выйти замуж на острове, где и без того не хватало женихов.

- Не знаю, что и сказать... - нахмурилась Дженис. - И все равно мне не нравится, что ты заставляешь меня всех обманывать. И Лоу заставляешь. Милый лойнант сам не свой, ему приходится скрывать от королевы, что Бахам свободен.

- На всякий случай, я же говорил, - развел руками коротышка. - Вдруг ей туда захочется? А ведь это очень опасно, и в первую очередь для твоего милого Лоу, который готов за высочайшую семью и глупую присягу умереть хоть сто раз.

- Он очень благороден, - Дженис с любовью погладила бритую макушку мужа. - Вот чего тебе не хватает.

- Зато Але говорит, что господин Грамон - самый умный. Кстати, не забыть бы его здесь, смекалистый парень, даром что каторжник. Обычно умные люди на каторгу не попадают.

- Сам-то... - Дженис не удержалась и напомнила Хью об одном их указов короля Тома, так, правда, и не приведенного в действие. - Ладно, я подумаю над твоими словами. Только ты, пожалуйста, не воображай, что если женат на королеве Вуду, то сразу стал королем.

- Ну что ты, - ухмыльнулся Хью. - Я просто буду тебя кормить, поить, одевать и осознавать все доставшееся мне счастье. А ведь, как говорил покойный колдун в цилиндре Джо Салижар, женись на ней, и станешь королем. Правда, он при этом очень смеялся. Ну да старик вообще был с причудами, что и не странно для того, кто умирал раз пятьдесят только на моей памяти.

- Он помнил Погибель, - посерьезнела Дженис. - Не шутил бы ты с его именем. Может, он еще жив.

- Я лично закопал его голову недалеко от нашего домика на мысу. Прости старого солдата, но я не верю, что он выживет и после этого. Впрочем, приедем туда - обязательно раскопаю и проверю. А теперь извини, пойду поищу Але.

Хью вышел из палатки и прошелся вдоль короткого ряда таких же жилищ. Привилегией жить отдельно обладали далеко не все, и бывшего каторжника Але, проигравшего когда-то в карты свой нос, он нашел среди груды спящих.

- Поднимайся, безносый, - пощекотал он его черную пятку.

- Господин Грамон? - осчастливился разбуженный. - Давненько вы меня не звали. Охотиться пойдем?

- Тут кроме ящериц охотиться можно только на дикарей, вот только я не видел ни тех, ни других, - вздохнул Хью. - Видел парусник?

- А как же? - удивился Але. - Значит, так: там матросов человек тридцать, да еще служивых в два раза больше. Они отличаются, служивые все время с оружием. Держатся настороже, смотрят на нас. Причем ихний главный смотрит в такую странную трубку, - каторжник показал руками, в какую. - Те солдатики и матросы, что у шлюпки остались, никуда не отходили, спали в лодке, еду пробовали сперва, и только через час ели. Молодцы.

- И ты молодец, - кивнул Грамон. - Сегодня отплываем, ты со мной?

- А как же! Вы да лойнант Лоу для меня первые люди!

- Так иди собирайся. И там, на паруснике, будь рядом.

- То есть - будь готов? - посерьезнел Але. - А куда поплывем?

- На этот счет, любезный, есть пока два мнения.

5

Подходящее место глиты нашли часа через два, как раз когда лишенный посоха С'Пехо сумел втащить свое израненное тело на скалы. Здесь было все, что нужно: глубокая пещера, выходящая на солнечную сторону, ручей и крошечная рощица из пяти небольших деревьев. Не успел адепт осмотреться, как лемуты деловито протащили мимо него трех мертвых островитян, первые жертвы Красного Круга. Все они были убиты одним ударом. За это С'Пехо недолюбливал глитов: у них совсем не было эмоций. Даже ревуны предпочитали помучить пленника, посмотреть, как тот корчится в судорогах.

- Найдите мяса, - потребовал С'Пехо. Его тело, быстро восстанавливающее раненую ногу, все еще требовало много пищи. - И побыстрее. Двое пусть спустятся к морю и ждут старшего адепта.

Глиты молча повиновались. Еще одно отличие от ревунов: они почти не разговаривали, общались между собой при помощи взглядов и жестов. Ну что ж, зато бойцы они куда более сильные и умелые. Прогулявшись по пещерке и внимательно изучив каждый ее уголок, С'Пехо не обнаружил никаких следов недавнего пребывания человека. Правда, старые следы имелись, но это его не обеспокоило.

Через час лемуты вернулись, волоча за собой на веревке упирающуюся козу. Один из глитов молча показал С'Пехо сорванный колокольчик. Так, за козой кто-то придет...

- Дождитесь хозяина, но не убивайте, а приведите его ко мне, - потребовал адепт. - А еще изжарьте козу.

Море отсюда просматривалось так далеко, что, казалось, должен был виднеться материк. Но ничего, кроме бесконечной водной глади и резвящихся на ней морских чудовищ С'Пехо разглядеть не сумел. Не показывался пока и черный корабль С'Пунка. Молодой адепт почувствовал, что немного боится. Что, если случится несчастье и колдун не вернется? Что ему делать здесь одному, без амулета?.. Терзаемый неясными опасениями, С'Пехо принялся рыться в поклаже.

Ничего особенного там не оказалось. Немного съестного, оружие, и еще неплохой набор орудий пыток. Значит, и у С'Пунка есть свои слабости! С'Пехо знал, что самые старые адепты потеряли вкус даже к таким развлечениям. Как они выглядят, где живут? Неужели, как довелось ему когда-то услышать, скрываются от всех в мертвой пустыне, наследии Погибели? Наверное, в их совершенном теле совсем не осталось жизни. С'Пехо попробовал представить себе их могущество и захлебнулся от восторга. Какое счастье, что Темное Братство когда-то выбрало его! Только бы выжить... Запахло жареным мясом. С'Пехо жадно принялся за еду, торопясь насытиться. Его не интересовали ни соль, ни степень готовности пищи, ему лишь было нужно поскорее утолить голод.

Он услышал шаги, обернулся и увидел, что глиты привели хозяина кюре. Это был уже пожилой человек с седой бородкой, одетый в расшитое крестами длинное одеяние и красную шапочку. Он бешено вращал глазами, пытаясь выплюнуть крепко забитую в рот тряпку. Глиты предусмотрительны и понятливы...

- Не вздумай звать на помощь, - предупредил его С'Пехо, прежде чем освободить пленнику рот. - Я ненавижу громкие звуки. Слышишь? Ненавижу.

Пленник закивал. С'Пехо резко выдернул кляп, человек шумно втянул в себя воздух, потом закашлялся и вдруг разразился рвотой. Еще немного и он, пожалуй, задохнулся бы.

- Кто ты такой, грязное животное? - не совсем логично поинтересовался С'Пехо, когда пленник немного пришел в себя.

- Я - Слим, кюре...

- Ты знаешь, кто я?

- Ты - темный брат, - вздохнул человек. - Да, мне известна твоя сила.

Польщенный С'Пехо прошел вокруг человека, потом бросил взгляд на сумку с пыточным инструментом. Море оставалось пустым, С'Пунк не торопился.

- Ты должен рассказать мне все, что ты знаешь об этом острове, и отдельно - все, что ты знаешь о Темном Братстве, - решил он. - И не вздумай лгать, я вижу тебя насквозь.

Слим покорно кивнул и начал длинный рассказ. Он не пытался обмануть адепта: уже сталкивавшись с темными братьями, кюре прекрасно знал, что они способны читать его мысли. То, что у С'Пехо может не быть необходимого для этого амулета, он не мог и вообразить.

Кюре рассказал об небольшом, но густонаселенном острове Андро, о трех королевствах и культе Вуду, процветающем в джунглях, что занимают середину острова. Потом он перешел к прибытию в Бахам колдуна С'Коллы, который свел с ума короля и заставил людей начать братоубийственную войну. Все было в этом рассказе: и гибель королей, и разложение армий, и крестьянские восстания, и горящие города. Наконец он поведал о загадочной смерти С'Коллы и скором прибытии новых адептов, трех. Снова умирали люди, на острове начались повальные грабежи, а затем и голод. Возмущенные крестьяне брали штурмом баронские крепости, и гибли при этом тысячами. А вели их в бой темные братья, и они же помогли баронам жестоко отомстить. Потом все трое исчезли, и бесчинства постепенно стали затихать. Хотя и до сих пор на всем острове нет ни одной власти, которую можно было бы назвать законной.

- Хорошо, - ухмыльнулся С'Пехо. Он действительно был доволен: лучшего и желать нельзя, остров готов принять власть Темного Братства. Люди убеждены в их неуязвимости и беспощадности. - А теперь проверим, насколько ты был правдив. Подвесьте его.

Глиты опять подступили к пленнику. Спокойные, деловитые, они вернули на место кляп, потом один принес длинный острый крюк на веревке, одно из излюбленных орудий этих существ. Спокойно, будто имел дело с козой, глит сдернул в кюре одежду, вонзил крюк под ребро, аккуратно подцепил и вывел конец наружу. Потом веревку забросили на ветвь дерева и приподняли извивающегося Слима над землей.

С'Пехо поморщился. Ну как можно быть такими бессердечными? Неужели им не хочется помедлить, вводя железо в плоть, почувствовать, как содрогается мучимый всеми мышцами? Но глиты - рептилии. С пленника часто капала кровь, темно-красная, ее быстро впитывала земля. Адепт зашел в пещерку и вернулся с длинным кнутом, украшенным частыми маленькими крючками.

- Правду ли ты сказал мне, Слим? - задумчиво проговорил он. Пленник задергал головой, загримасничал. - А может быть, умолчал о чем-то очень важном?

Кюре постарался показать, что ни о чем таком и не думал умалчивать. С'Пехо как бы в задумчивости приподнял кнут, потом неожиданно ударил. Гибкий хвост опоясал голый торс Слима, множество крючков впилось в кожу. Пленник застонал носом, зажмурился, но адепт знал, что это еще не боль, поэтому подождал, пока он снова посмотрит на мучителя.

- Тебе стоит хорошенько подумать, прежде чем отвечать, Слим, - веско сказал С'Пехо и когда кюре опять замотал головой, резко дернул кнут на себя.

Кожа на пленнике во многих местах повисла надорванными лоскутами. Да, кое-какой опыт в обращении с подобным кнутом у С'Пехо имелся. В Темном Братстве встречались виртуозы, способные за пять-шесть ударов вообще лишить человека кожи, к таким он не относился, но себя потешить мог.

- Еще раз? - спросил С'Пехо у пленника, когда тот немного пришел в себя. - Нет? Тебе не понравилось?.. Как жаль. А вот мне - понравилось.

Он повторил экзекуцию. Как жаль, что вокруг стоят глиты, а не ревуны. Те могли бы оценить его удар по достоинству, заревели бы так, что слышно было бы на всем острове. Власть! Безраздельная власть! С'Пехо вспомнил о старшем адепте и быстро оглянулся на море. Нет, он все еще хозяин. Может быть, хватит тешить себя кнутом?

- Освободите ему рот, пусть скажет, что вспомнил.

Кюре Слиму не нужно было напрягать память. Он мог рассказать о семье короля Тома, чудом уцелевшей, и похищенной безносым каторжником у него из-под носа. О слухах, случайно перехваченных на восточном побережье о какой-то галере, ушедшей от острова на север. О Хью Грамоне, который видел смерть С'Коллы и владел его амулетом. Наконец, о самом главном: секретной организации факельщиков, древней и всемогущей, единственной, кто мог еще влиять на ситуацию на Андро. Но это были не его секреты, а кюре Слим хотел бы быть честным человеком.

Поэтому, не в силах молчать, он снабдил своего палача уймой ненужных подробностей и дополнений к тому, что уже рассказал. Слим понимал, что С'Пехо это не остановит, но что ему, связанному и подвешенному, оставалось? Лишь возносить молитвы Матери-Деве, в надежде что она забудет, как мало он ей служил. Сутана кюре являлась лишь прикрытием, защитой. Простит ли теперь его покровительница?

- Вот, а говорил, что нечего вспомнить, - С'Пехо не особо и прислушивался к бормотанию пленника. Он вернулся с необычайно острым серпом. - Заткните ему рот, ненавижу громкие звуки.

Когда шатающийся коос втащил С'Пунка на скалы, кюре Слима уже трижды опускали вниз и окатывали водой. То, что теперь болталось на веревке, еще жило и страдало, но уже не было человеком. Стоя за спиной ничего не подозревающего, с ног до головы вымазанного в крови С'Пехо, старший адепт некоторое время наблюдал за его работой. Потом неожиданно пнул ногой.

- Глупец. Я могу сделать так, что человек будет жить неделю, и каждый свой миг проклинать меня. А ты глупец. Ты не умеешь наслаждаться. Зажарь мне его сердце и расскажи, что узнал, а то я тебя самого повешу на этот же крючок.

- Этот остров наш, господин! - сообразив, что происходит, С'Пехо припал к ногам колдуна.

- Ты ошибаешься.

- Прости, о великий адепт! Этот остров - твой.

Глава четвертая

Некогда солнечный остров

1

"Иоанн" благополучно прошел между высокими скалами и покинул бухту короля Тома. Сам Его Величество стоял на носу, выглядывая что-то на горизонте и совершенно при этом не обращая внимания, куда именно движется корабль. Судно между тем без конца рыскало носом, подстраиваясь под ветер, матросы так и летали по вантам, подчиняясь рыкам с капитанского мостика. Рядом с королем постоянно дежурили два дюжих кандца, в обязанности которых входило следить за тем, чтобы Его Величеству не вздумалось перевалиться через борт.

Хью задумчиво прогуливался по палуб под руку с Дженис, которая, несмотря на жару, накинула на плечи кусок белой ткани - уж очень ее допекли взгляды метсов. На некотором отдалении от них вертелся безносый Але. Коротышка ничуть не удивился, когда вопреки данному Стивенсоном обещанию "Иоанн" направился на север. Пора бы перейти и к действиям, но он считал долгом чести сначала переговорить с отвианцем.

Тот скрывался как мог, но наконец Грамону, путем хитрых маневров, удалось перехватить лживого белого человека под самым капитанским мостиком.

- Господин Стивенсон! - обратился к нему Хью, ласково улыбаясь. - А почему это нам вздумалось плыть в другую сторону?

- Простите меня, любезный господин Грамон, - Стивенсон был сама серьезность и чопорность. - Увы, капитан Джефри категорически отказался выполнить мою просьбу. И его нельзя в этом винить: он выполняет приказ.

- Что же вы мне слово давали, если не хозяин на корабле?

- Я дал вам слово, что готов поплыть с вами на Андро. Но обстоятельства пока не позволяют мне этого сделать. Знаете, Хью, это и к лучшему. Доберемся до Канда, там вы отправитесь в Совет Аббатств, осмотритесь, вам же самому будет очень любопытно. А уж какое удовольствие получит от плавания госпожа Грамон! Кстати, а это вы всерьез говорили, что у вас четыре жены? У нас, к сожалению, нет таких законов...

- Всерьез, - пожал плечами Хью. - Хотя у нас, к сожалению, тоже нет таких законов, а вот обычаи есть. Но я вас больше не задерживаю.

- Да? - Стивенсон преисполнился симпатии к чернокожему коротышке, который так легко прощает обиды. - Хотите, проведу вас по кораблю? Покажу пушки?

- Позже, - отвернулся Грамон. - Дженис, ты согласна позже взглянуть на пушки?

Стивенсон решил, что Хью все же обиделся. И все же кандец был очень доволен собой: неизвестно, кто из островитян и в какой степени говорит правду, но благодаря его стараниям у Совета будет возможность выбирать. Да еще Грамон - вон как его все уважают. И Лоу, и Триполи, и даже королева Диас улыбается. Жену его можно оставить в Метсе, вряд ли три другие смогут возместить ему такую потерю, девочка прехорошенькая, хоть и непривычной расцветки.

Между тем мстительный коротышка уже начал претворять в жизнь свои коварные планы, нимало не заботясь мыслями Стивенсона. Подозвав кивком Але, он отвел в сторону Дженис и развернул девушку к себе.

- Пора действовать. О чем думает капитан Джефри?

- О парусах, о канатах... О ветре еще... Грубый он какой-то, - пожаловалась Дженис.

- Это ничего, у моряков грубость в крови. Ты в мысли Триполи еще не заглядывала. Так, королева Вуду, можешь заставить его повернуть корабль?

- Я немного сомневаюсь...

- Ладно, для разминки загляни в голову к Стивенсону.

Лицо Дженис потемнело примерно до цвета, присущего королеве Диас. Надо же такому случиться, что именно в этот момент невезучему Стивенсону закралась в голову мыслишка попробовать подружиться поближе с островитянкой, когда ее муж отправится на Андро.

- Сволочь какая, - неопределенно произнесла она.

- Я так и знал, - скорбно покачал головой Хью. - Так что же, попросишь Джефри развернуть судно?

- Я попробую, - пообещала Дженис. - Но это не так просто, как тебе, может быть, кажется. Читать мысли - одно, а... Я попробую. Только бы не запутаться с парусами...

- Не вздумай! - испугался Хью. - Ты нас перевернешь! Нет, просто пусть он поверит, что Стивенсон приказал ему идти на Андро, а никаких запретов нет. Или даже еще лучше: пусть думает, что север находится на юге. Пока и этого хватит.

- Север на юге?..

- Ну или Канд на юге, как тебе удобнее.

- Ты меня запутал! - прикрикнула на него жена и оттолкнула обеими руками. - Иди прогуляйся!

- Хорошо, - согласился Грамон и приблизился к мостику. - Але, Стивенсона я беру на себя, а ты просто меня подстрахуй. Только запомни: убивать кандцев нельзя. Слишком их много, да и кто будет по мачтам лазать, если всех перебьем?

- Будет сделано, высокий господин, - истово пообещал Але и пошире расставил ноги.

Каторжник прекрасно знал, что нож нужен не только для того, чтобы убивать. Пусть только сунутся, и безносых на этом корабле станет гораздо больше. Между тем Грамон даже отвернулся к морю, приняв небрежную позу. Впрочем, глаза он все-таки скосил на палубу - просто потому что не любил всех этих мокроспинных чудищ, день деньской носящихся по воде.

- Куда?! Куда мы прем?! - заревел капитан так, что все на миг замерли. - Ревунам скормлю!

И дальше из него посыпались команды, конечной целью которых было развернуть "Иоанна" к югу, в сторону родного Канда, где ждет не дождется их возвращения аббат Кале, начальник экспедиции. Матросы зашептались, но задать хоть один вопрос капитану никто не решился. И только хмурый Стивенсон быстро протолкался к мостику. Протолкался - и встал, налетев на что-то острое.

- А вы заметили, Стивенсон, что у меня очень короткий меч. Не интересуетесь, почему?

- Легче прижимать людям к животу и делать вид, что ничего не происходит, - предположил кандец. - Прекратите валять дурака. Никто вам не позволит меня убить.

- Я и не собираюсь, - признался Грамон. - Просто хотел напугать. Но раз вы человек смелый, и готовы вывалить свои кишки на палубу по первой просьбе, то хочу вас пригласить в нашу с Дженис каюту.

- Это еще зачем? - Стивенсону было трудно дышать, уж очень острый был кончик у короткого меча Грамона.

- А там есть кое-что, и это заставит вас переменить мнение насчет того, кто хозяин на корабле. Я могу отправить "Иоанн" на дно в любой момент.

- Лжете, Грамон.

- А вы проверьте.

- После этого вы перестанете кидаться на ни в чем не повинных людей с мечом?

- Да, - Хью сперва хотел сказать "даю слово", но решил, что даже Стивенсон заподозрит подвох. - Да, после этого отправитесь на мостик и будете с капитаном Джефри решать, как поступить.

Опытный Але забежал спереди и спустился к каютам, коротышка перенес свой меч от живота Стивенсона к его же спине. Они уже покидали палубу, когда их догнали Лоу и Триполи, но Хью не обернулся на их оклики и им тоже пришлось покинуть палубу. Растворив дверь в каюту, Але отступил чуть в сторону. Стивенсон шагнул внутрь и тут же получил удар рукоятью меча по макушке, для чего Грамону пришлось подпрыгнуть.

- Ну что ты вытворяешь? - хмуро спросил Лоу, помогая Але связать Стивенсона простыней. - Это пахнет скандалом, Хью.

- Я боялся, ты скажешь "изменой", - облегченно сказал Грамон. - Дружище, но ведь этот человек сегодня утром дал мне слово, что мы зайдем на Андро, и не сдержал. Мог ли я терпеть?

- Следовало вызвать его на дуэль, - укоризненно покачал головой щепетильный лойнант.

- А вот это было бы убийством с моей стороны, - скромно ответил лучший фехтовальщик острова Андро. - Ты и сам это знаешь. В конце концов ничего не случилось: мы доберемся до Андро и покинем парусник, а дальше вы поплывете себе в холодный Канд.

- Я больше не смогу молчать, - вздохнул Лоу. - Хью, по дороге я все расскажу королеве, это мой долг. Она должна знать, что Бахам свободен от Темного Братства.

- И Адмиралу тоже стоило бы сообщить, - по долгу службы заметил капитан Триполи. - Хоть он и дельфинья задница. Иначе и правда нехорошо получается, Хью, вражий ты потрох.

- Ну конечно, - заворчал коротышка. - Все вокруг честные, один я интриган и обманщик. Ладно, делайте что хотите, но не раньше, чем мы с Дженис покинем эту плавучую скрипучую башню и заживем счастливо на родине.

С этим все согласились и вышли, оставив внутри каюты Але приглядывать за долговязым кандцем. Снова поднявшись на палубу, компания не заметила никаких признаков беспокойства: матросы привыкли не вмешиваться в дела своего скорого на расправу капитана, а остальные и вовсе не обратили внимания на смену курса.

На юг "Иоанн" пошел быстрее, ветер благоприятствовал намерениям Хью. Ободряюще подмигнув своей сосредоточенной жене, он закурил и пристально посмотрел на лойнанта.

- Лоу, почему ты до сих пор не женат?

- Какое твое дело? - обиделся лойнант.

- Не сердись, я спрашиваю как старый друг. Может быть, помочь тебе? Я хочу сказать, подобрать подходящую девушку, и чтобы без глупостей, без мечтаний о золотых паланкинах?

- Ты действительно думаешь, что сейчас подходящее время это обсуждать? - насторожился Лоу. - А почему? Что ты задумал?

- Это не я, это Дженис. Она хочет женить тебя на Анджале, ты ее помнишь? Милая девочка. Правда, без приданого, но зато...

- Да идите вы к Врагу человеческому! - рассвирепел лойнант и ушел куда-то в сторону кормы.

- Бедная Анджала, - сказал коротышка капитану Триполи, выпуская густое облако дыма. - У нее будет неуравновешенный муж.

- Ты думаешь, Дженис его уломает? - усомнился моряк, ничего не знавший о способностях девушки.

- Меня ведь уломала, - пошутил Хью и осекся.

Прежде ему почему-то не приходила в голову мысль, что знания, полученные Дженис от колдуна в цилиндре, могли быть обращены и на него самого. У Хью испортилось настроение, он загрустил.

- Скорее бы оказаться на берегу. Ты знаешь, Триполи, как для меня это важно. Кстати, ты в Канде постарайся побольше всего увидеть и узнать, особенно про самопалы и пушки.

- Обязательно, - пообещал Триполи. - Вот только перестань отдавать мне распоряжения, лысая черепаха. И еще... Я что-то не понял... Враг с ним, со Стивенсоном, но почему Джефри изменил курс?

- Пусть это останется моим секретом.

"Иоанн" шел, казалось, все быстрее. Медленно уменьшался в размерах гостеприимный остров Кэт, где остались несколько печальных людей и морской народ, с которым долго и трогательно прощалась Дженис. Хью Грамон искренне надеялся больше никогда здесь не оказаться. И дело не в том, что ему не нравился островок. Ему не нравились морские путешествия.

2

Ночью С'Пунк решил позволить себе немного отдохнуть. Он не спал уже больше месяца, а в ближайшее время, возможно, потребуется некоторое напряжение сил. Сон бывшего старшего, а теперь уже великого адепта не был похож на человеческий. Колдун просто сел в глубине пещеры, прислонившись к стене, и полуприкрыл глаза. Он все видел и чувствовал, ни одно живое существо не смогло бы подобраться к нему незамеченным. Вот только контролировать сознания порабощенных людей в таком состоянии он не мог.

Их даже не связали, просто посадили друг против друга в маленьком закутке. Глиты под двое несли караул, а все воины прекрасно знали, что нечего и пытаться одолеть этих тварей без оружие. Говорить людям тоже запретили, причем один из лемутов недвусмысленно провел лезвием по пальцу Шевахо. Значит, за сказанное слово они будут отрезать палец, таков приказ адепта.

Командир разгромленного отряда внутренне исходил бешенством. Находясь под воздействием могучего сознания С'Пунка он все видел и слышал, но не мог противостоять этой чудовищной власти. Теперь они сидели и ждали утра, когда из кандцев опять сделают безвольных скотов, готовых убивать по первому приказу.

Убивать?.. Нет, этого от Шевахо никто не дождется, Шевахо не станет больше рабом. Командир осторожно скосил глаза на сидевшего рядом бойца, встретился с ним взглядом. Третий воин тоже был готов действовать, и только пограничник Клуни как ни в чем ни бывало посапывал. Неужели его все устраивает? Прошла уже едва ли не треть ночи, чего еще ждать?

И треть ночи действительно прошла, потому что глиты разбудили своих товарищей. Один из лемутов лег совсем недалеко от Шевахо, рукоять меча отсвечивала в слабом свете луны. Что делать, если удастся за нее ухватиться? Вступить в бой с глитами, сразу перерезать себе горло, или сначала убить товарищей? Во время пересменки караула он успел чуть подтянуть ноги и приготовился к броску.

Когда глит захрапел, Шевахо решился. Еще несколько минут понапрягав затекшие мышцы, чтобы разогнать кровь, он рванулся вперед, прокатился по камням и выхватил из ножен лемута меч. Сзади тут же послышался хрип - один из воинов прикрыл командира от удара меча. Спящий проснулся, порывисто вскочил на ноги, зашарил бестолково лапой в поисках меча, и Шевахо тут же раскроил ему череп.

Еще один воин повис на караулившим их глите, который бил его когтистой лапой и одновременно резал мечом. Клуни... Шевахо совсем было собрался его зарубить, но не обнаружил на месте. Когда пограничник успел сбежать? Тогда командир двумя ударами прикончил лемута, наконец избавившегося от рухнувшего на пол воина и бросился навстречу остальным.

Все произошло в течении нескольких секунд. Взвизгнул проснувшийся С'Пехо, вскочил, схватившись за амулет С'Пунк, но было уже поздно. Глиты заработали мечами и на землю Шевахо падал уже по частям. Великий адепт застыл, оценивая обстановку, и зашипел от злобы.

- Ты спишь, глупец и трус, ты спишь, как дитя, как человеческое дитя!

- Я ранен! - попытался оправдаться С'Пехо. - Если бы у меня был амулет, сила Нечистого вылечила меня!

- Заткнись! Мы потеряли трех слуг, а твой друг бежал! Он быстро учится, я говорил тебе! Возьми всех глитов и догони его во что бы то ни стало!

От великого адепта Красного Круга ненависть била таким плотным потоком, что С'Пехо не решился спорить и торопливо выбежал из пещеры вслед за лемутами. Тем не менее он даже не мог как следует передвигаться, не то что бегать по горам за пограничником. На глитов надежда тоже была небольшая: ночью они видят даже немного хуже, чем люди, а прохлада делает их ленивыми. И все же нельзя гневать своего господина... С'Пехо пополз по камням, чтобы великий адепт видел его старание.

В это время Клуни карабкался на почти отвесную скалу прямо над ним. Пограничник обманул этим маневром лемутов, но имел и еще одну цель: броситься вниз, как только почувствует над собой власть адептов. Когда С'Пехо выбежал из пещеры, он уже был готов это сделать, но, к его удивлению, адепт не заметил человека. Причина могла быть только одна - у него не было амулета.

Клуни очень тихо перевел дыхание и с удвоенной энергией полез вверх. Теперь, если наружу не выйдет второй колдун, у него действительно есть шансы скрыться. Скрыться, чтобы отомстить не только за этих трех, а за весь отряд. И, конечно, за свою глупость. Очень скоро Страж Границы лежал плашмя на скале, все еще сохранившей часть солнечного тепла, и прислушивался к происходящему внизу. Вот вернулись глиты, сбитые со следа, теперь попробуют начать поиски с исходной точки. Это опасно.

Клуни чуть приподнялся и начал опасный спуск с другой стороны скалы. Если бы у него был хотя бы меч! Увы, пришлось удирать безоружным, пользуясь шансом, предоставленным Шевахо. Удача сопутствовала кандскому пограничнику, и вскоре он наудачу пробирался среди нагромождения камней, стараясь убраться как можно дальше от берега.

Остаток ночи он, сбив себе в темноте все ноги, шел строго на восток. Вдруг слева раздалось яростное шипение. Инстинктивно выбросив руку, пограничник почувствовал, как на рукаве толстой кожаной куртки сомкнулись острые клыки. Ругая себя, что на догадался взять в руку хотя бы камень, Клуни приложил с размаха о землю хищника, к счастью, довольно мелкого. Тот в ответ разразился таким обиженным ревом, что Страж Границы в панике отскочил.

На рев отозвались другие голоса, не менее зловещие. В темноте стали зажигаться глаза, один разбойничнее другого. Нашарив наконец подходящий камень, Клуни пятился, чувствуя под ногами то ли тропу, то ли даже дорогу. Неожиданно сбоку вспыхнул свет и он увидел дом, или скорее хижину. Дверь открылась и наружу выглянула женщина лет двадцати пяти - тридцати, с дубинкой в руках.

- Ну что разорались, вражьи твари! - прикрикнула на ночных разбойников она и тут же заскочила обратно в дом, откуда послышался детский крик.

Клуни колебался недолго: хищники и не подумали прислушаться с просьбе женщины вести себя потише и явно наступали. Вбегая в неприкрытую дверь, пограничник успел заметить, как небольшое, но очень лохматое существо шустро взобралось на крышу и угрожающе замахало на ночного странника лапой.

- Кто здесь?! - женщина отвернулась от грубой детской кроватки и замахнулась дубинкой.

- Не пугайся, - попросил Клуни, который хорошо говорил на языке Д'Алва, и плотно прикрыл дверь. - Я добрый человек, попал в беду.

- Ты не с нашего острова, - присмотрелась хозяйка. - Что тебе нужно, заморский гость?

- К вам пришла беда, в скалах появились темные братья. Я бежал из плена. Меня зовут Клуни, а тебя?

- Долорес... - женщина продолжала подозрительно разглядывать пришельца. - Мой кот расцарапал тебе щеку. Ты не убил его?

- Нет, это он меня едва не убил, - пограничник провел рукой по лицу и действительно обнаружил кровь. - Я не знал, что это домашние животные. Прости.

- Они не домашние, - фыркнула Долорес. - Они сами по себе. И поэтому чужакам тут ночью бродить не следует. А теперь помолчи, ты пугаешь моего сына.

Она повернулась к кроватке и принялась успокаивать ребенка. Клуни быстро огляделся. Обстановка в хижине была самая простая: три табурета, стол, низкая кровать, шкафчик с глиняной посудой. Оружия, не считая дубинки в руках хозяйки, Клуни не обнаружил. Это его немного расстроило. Что теперь делать? Оставаться здесь, рискуя дождаться глитов, или бежать дальше, отбиваясь от каких-то полудомашних котов?

- Ты голоден? - тихо спросила Долорес, когда ребенок замолчал.

- Да, - ответил Клуни раньше, чем подумал. - И еще очень хочу пить.

- Присядь пока, только не кури и веди себя тихо.

Она быстро накрыла на стол: несколько больших кусков хлеба, томаты незнакомого сорта, пара каких-то яиц и кувшин со странно пахнущей жидкостью.

- Что это?

- Корница, пей. Она не пьянит, но сил прибавляет. Знаешь, Клуни, на ночь я тебя не оставлю, посиди во дворе. Я тебя в сарайчике запру, чтобы коты не добрались. Иди-ка прямо сейчас.

- Скоро рассвет, - заметил пограничник. - А коты будут орать и разбудят твоего ребенка. Лучше дай мне поесть, а потом я уйду. Только и тебе тоже надо бежать, колдуны совсем рядом. Твой дом здесь один?

- Это место называется Старая Деревня. Вот только деревни здесь уже нет, а осталось несколько домов-развалюх. В одном поселилась я в прошлом году, в другом месяца два назад обосновался кюре Слим, он тоже из Бахама... Ты знаешь, что такое Бахам?

- Я ничего здесь не знаю, - вздохнул Клуни, налегая на еду. - Знаю только, что ваш остров называется Андро, вот и все. Надо как можно скорее собирать отряд и идти убивать колдунов. Если этого не сделать, они захватят людей и заставят их воевать за себя. Идем со мной.

- Кюре не вернулся, когда пошел за козой, - вздохнула Долорес. - Почему я должна тебе верить? Может быть, ты просто выманиваешь меня из дома.

- Зачем? - изумился пограничник.

- Не знаю, - задумалась хозяйка. - Вы, чужаки, странный народ... Одни белый, другие черные, а ты какой-то ни то ни се. Ладно, пойду с тобой, но только в деревню и только когда рассветет. И учти: меня коты знают и слушаются, я их подкармливаю. А мой Шек - вообще у них заводила.

Клуни не ответил. Его тянуло в сон, поэтому он постарался сидеть как можно прямее - это обычно помогало. Время тянулось, люди молча сидели друг против друга. Наконец забрезжил рассвет, Долорес, даже не попросив гостя отвернуться, стянула с себя длинную белую рубашку, оказавшись под ней нагишом, и оделась в дорогу. Потом она подняла из кроватки не проснувшегося ребенка и первая вышла из дома. Пограничник последовал за ней.

По дороге, стараясь не встречаться глазами с враждебно шипящими котами, он смог опять завязать разговор. Женщина рассказала ему кое-что о беспорядках последнего времени, которые и принудили ее бежать из Бахама сюда, в Ками, на тихое побережье. И вот - надо же такому случиться! Клуни не мог не согласиться с ней. Через пару миль показалась деревня, большая, с множеством дымков.

- Интересно будет послушать твой разговор со старостой, - усмехнулась Долорес. - Пожалуй, он тебя запрет и пошлет за стражниками. У нас тут появились какие-то, камийские дворяне, мать их вражья жена...

- Я не очень понимаю, что ты говоришь, - признался Клуни. - Но если сейчас же к скалам не пойдет большой отряд, то дела на вашем острове пойдут еще хуже, а тебе надо немедленно бежать из этих мест, чтобы спасти ребенка. Я знаю, что адептам понадобятся дети, чтобы посвящать их в колдуны.

- Какие ты страхи рассказываешь, прости Мать-Дева! - испуганно отшатнулась от него женщина. - Такого даже С'Колла не делал! Вот дом старосты, иди, а я снаружи постою. Меня тут не слишком-то жалуют.

3

- Земля! - закричал марсовый несколько удивленным голосом.

Но матрос-то, по крайней мере, знал, что они плывут по части Лантика, доселе "Иоанном" неисследованной, а вот капитан Джефри не собирался видеть никакой земли до самого Канда. Он высочил из мостика на нос и принялся вытягивать шею, стараясь хоть что-нибудь рассмотреть. Дженис незаметно приблизилась к нему.

- Триполи! Где ты! Смотри, это земля! На твоих картах ничего подобного не нарисовано!

- Что мне ему сказать? - тихо, но грозно поинтересовался Триполи у Грамона.

- Скажи, что... Что ничего удивительного. Что есть, то и скажи. Дженис! - Хью быстро подошел к жене. - Сделай что-нибудь, а то он с ума сойдет, хватит этому кораблю и короля Тома.

- Что я теперь должна сделать? - зашипела молодая жена. - Тебе легко говорить, а ты сам попробуй!

- Пробовал, не получается, - бодро доложил Грамон. - Ну пусть он думает, что ему Стивенсон приказал сюда плыть.

- Да? Объясни мне, как это сделать? Ты знаешь, что аббат им обоим запретил здесь появляться?

- Какой аббат?.. Ах, да. Ну, хотя бы попробуй.

- Триполи!!! Ну где же ты?!!

- Я здесь, - Триполи, прокашлявшись, встал рядом с Джефри. - Думаю, уважаемый капитан, что мы приближаемся к моему родному острову Андро. Обрати внимание, старина, вот на ту скалу, что торчит прямо из горы. Это скала Заметная на горе Малая Дворцовая. Мы всегда по ней ориентируемся, а в старые добрые времена там и огонь зажигали, если скажем туман или...

- Не понял, - четко выговорил Джефри. - Что мы здесь делаем?

- Да вот, - Триполи виновато развел руками и оглянулся на Хью. - Приплыли. Плыли от острова Кэт на юг и попали к Андро.

- А почему мы плыли на юг?.. - на капитана Джефри было жалко смотреть. Столпившиеся было вокруг него матросы разбрелись, выразительно переглядываясь. - Нам ведь надо было плыть на север, верно?

- А это лантическая горячка, - вдруг решительно брякнул Триполи и положил руку на плечо коллеге. - Бывает в этих морях такая аномалия. Что-то наверное от Погибельных времен тут над водой носится... Я и сам не соображу, почему это мы плыли на юг, а мне казалось, что на север.

- И тебе? - с надеждой переспросил кандский капитан.

- И мне. Пойдем выпьем вина.

- Подожди, надо корабль повернуть...

Это стало для Хью Грамона полной неожиданностью. Он быстро приблизился к капитану и потрогал его за плечо. Тот, прежде чем обернуться, быстро промакнул рукавом глаза.

- Любезный капитан, не надо пока поворачивать. Я, видите ли, раз уж так вышло, хочу сойти на берег.

- До острова еще полтора часа хорошего хода, - сказал Джефри. - Куда же вы сойдете?

- А вы подплывите поближе, я и сойду.

- Нельзя, - помотал головой капитан. - Я и так чуть приказ не нарушил.

С невыразимой тоской Хью прикинул расстояние до скалы Заметная. На лице у него появилось крайне кислое выражение.

- Хорошо, дайте нам шлюпку. Попробуем добраться как-нибудь...

- Нет-нет, а если шторм? А если нас протаранит какая-нибудь тварь? Тогда нам места не хватит.

- Не хотите? - зловеще переспросил Хью, начавший выходить из себя. - Не хотите меня отпустить? Командовать мной вздумали?!

На руках коротышки мгновенно повисли Триполи и Дженис. Капитан Джефри, последний раз хлюпнув носом, угрожающе набычился. Матросы, совсем расползшиеся по сторонам, приготовились вернуться, но Хью уже придумал новый ход.

- А вы хоть знаете, что ваш Стивенсон у меня в руках? Или я забыл вам сказать?

- Что?! - Джефри выпрямился и побледнел.

- Да, мой человек держит у него нож возле горла, можете пойти в мою каюту и убедиться.

- Это война! - заорал Джефри. - Это - война! Где этот ваш задумчивый король?! Если он сейчас же не наведет порядок, то я... Да я разнесу весь ваш остров вместе со всеми братьями, какие там найдутся! А начну, мерзкий коротышка, с тебя!

- Дуэль, - тут же заявил Грамон и рывком стряхнул с себя удерживающих. - Здесь и сейчас. Я, любезный капитан, дворянин, а вы - вражий кот.

- Как тебе не стыдно! - возмутилась Дженис.

Грамон между тем еще раз смерил расстояние до скалы. Она приближалась, но слишком медленно. Впрочем, пока все шло по плану: увлеченный склокой капитан забыл повернуть корабль. Хью аккуратно выудил из ножен свой короткий, да к тому же еще оригинальной формы, снабженный несколькими щелями для захвата меча противника клинок.

- Топор мне, - потребовал Джефри.

Матросы не пришли в восторг от перспективы драки на палубе, но противоречить капитану желающих не нашлось. Топор быстро доставили с мостика, вложили в волосатые руки моряка. Тот сделал несколько пробных взмахов.

- Где Стивенсон? В каюте? Пусть он выйдет сюда, а то кто вас, островных, знает, может он мертвый давно!

Хью изволил согласиться, продолжая часто поглядывать в сторону Андро. "Иоанн" будто застыл на волнах, покачиваясь, но, кажется, совсем не приближаясь. Надувшаяся Дженис отвернулась от него, смущенный капитан Триполи покашливал в кулак. Лоу вообще убежал на корму, чтобы занять там беседой некстати выбравшуюся из трюма на прогулку королеву Диас.

Наконец кандец со связанными руками оказался на палубе. За его спиной стоял Але, он прижимал к спине Стивенсона нож. Хью жестом попросил его быть поспокойнее.

- Последний раз предлагаю, капитан: высадите нас на берег.

- Нет, мы остановились не на этом! - едва не топал ногами от ярости Джефри. - Или беспокоишься об упокоении тела на родной земле? Ни за что! Я скормлю твои потроха морским тварям в трех футах от берега!

Грамон, получив удар в свое самое слабое место, вздрогнул. Даже после смерти он не желал себе такой участи. Со свистом втянув воздух, он зловеще перекинул меч из руки в руку.

- Хватит, Джефри, - неожиданно заговорил Стивенсон. - Не будь ребенком, как эти дикари. - кандец смотрел вперед, любопытными глазами так и пожирая Андро. Он уже видел несколько рыбацких лодок под пестрыми парусами. - Я запрещаю тебе драться с ним. А вы, Грамон, оказались обманщиком и, сдается мне, колдуном.

- Вы меня первый обманули, - потупил глаза Хью. - Поэтому я, в некотором роде, имел право. Прикажите ему дать нам шлюпку.

- Я приказываю подойти к берегу. Прости, Джефри, но теперь приказ аббата не имеет смысла, мы его уже нарушили. Готовьте шлюпку.

- Стивенсон! - Джефри не нашелся, что еще сказать и только удрученно покачал головой.

- Прости, - повторил помощник аббата. - Грамон, я все-таки требую объяснений, или вы рискуете оказаться вне закона. Вы уже сотрудничаете с Темным Братством?

- Вот, до чего ты доигрался, - горько произнесла Дженис, которой стало ужасно стыдно за непутевого мужа.

- Клянусь, я не имею с братьями ничего общего! - искренне возмутился Хью.

Шлюпку приготовили быстро, а вот на воду не спускали еще без малого час: коротышка требовал подойти к самому берегу. Наперегонки с "Иоанном" неслись перепуганные рыбаки. Они решили, что на остров снова пожаловали адепты, и заметная фигура белокожего Стивенсона убеждала их в этом предположении.

Наконец пустынный берег оказался рядом, шлюпка закачалась на волнах. Коварный Грамон потребовал теперь посадить на весла четырех безоружных матросов, чтобы у кандцев не возникло соблазна расстрелять их из таинственной пушки. Более того, не доверяя незнакомым северным людям, он еще и Стивенсона заставил перебраться через борт.

- Так мы не договаривались! - тут же подскочил к борту Джефри.

- По другому не будет, - отрезал коротышка. - Он обещал меня доставить на Андро, из-за него все неприятности.

- Ладно, ладно! - вскипел униженный отвианец. - Пусть, ничего он мне не сделает, у нас на борту остаются андросцы, да и Кэт недалеко.

В шлюпку перебрались также Дженис и Але, последним спрыгнул неожиданно появившийся Лоу. Лойнант после разговора с королевой выглядел чрезвычайно расстроенным.

- Я очень рада, милый Лоу! - тут же вцепилась в него девушка. - В самом деле, что вам делать на севере?

- Да... Королева Диас сказала, что собирается там остаться, - пробормотал он. - Вот я и решил, что... Я нарушил присягу, Дженис.

- Да ладно тебе, какая ерунда, - отмахнулся от друга Грамон. - Триполи, дружище, а ты не хочешь остаться с нами?

- Нет, - вздохнул капитан. - Надо за галерой присмотреть, да и за Адмиралом.

Матросы в шлюпке оттолкнулись веслами от борта и за несколько минут доплыли до песчаного побережья. Островитяне один за другим попрыгали в прибой и побежали зарослям чахлого кустарника. Грамон, разрезав веревки на руках Стивенсона, немного задержался.

- Хоть вы и обманщик, но я повторяю свое предложение. Идемте со мной, увидите, как обстоят дела на Андро, кому здесь верить, с кем иметь дела.

- Вы очень любезны... - хмуро отозвался отвианец, но что-то блеснуло в его глазах.

- Победителей не судят, есть такая очень древняя мудрость, - еще раз надавил коротышка. - А вы сейчас ну никак не победитель... Впрочем, короля Тома вы все-таки доставите. Идете?

- Нет.

Хью вышел на берег, помахал рукой в сторону "Иоанна" и не спеша отправился вслед за женой и друзьями. Вскоре песок заскрипел под чьими-то тяжелыми шагами. Грамон обернулся и, ничуть не удивившись, увидел Стивенсона.

- Правильно, - одобрил он. - Надо быть смелее. Вот увидите, все еще обернется к лучшему.

- Помолчи, - попросил кандец, негалантно переходя на "ты". - Вот если бы ты знал, что такое десять лет просидеть в глухой тундре на северных границах, потом наконец-то получить интересное назначение, а потом... Просто помолчи.

- Хорошо, хорошо, - вошел в его положение добрый Грамон. - Я же понимаю.

На самом деле Хью никогда не понимал служивых людей. Что за интерес служить постоянно одному и тому же человеку, одной и той же стране? Сам-то коротышка менял покровителей даже чаще, чем они об этом догадывались, и все три андроских короля мечтали когда-нибудь посадить его на кол. Однако к его чести надо заметить, что беспринципность Хью распространялась только в пределах острова.

Достигнув зарослей, оба оглянулись. Красавец "Иоанн" принимал шлюпку, даже сюда доносились обрывки расстроенного рева Джефри. Стивенсон сощурился: он боялся, что капитан высадит десант и устроит облаву на своего беглого начальника. Но, видимо, слишком много выпало на долю моряка в этот день: матросы полезли на мачты, поднимая паруса, и вскоре корабль отправился домой.

- Я впервые так далеко от Кандской Конфедерации, - вздохнул Стивенсон. - Подумать только, единственный кандец на этом острове.

Но он ошибался.

4

С'Пунк ни с кем не разговаривал. Впрочем, какие-то приказы глитам, он, возможно, и отдавал, да только С'Пехо их не слышал. Молодой адепт старался не попадаться на глаза, чтобы лишний раз не нарваться на унижение. Трупы трех убитых воинов лемуты сожрали, С'Пехо получил свою долю. Особенно подкрепили его сердца. Почему ему раньше не пришло в голову их попробовать? Многое еще предстоит постичь...

В ожидании хоть каких-то распоряжений, адепт устроился на нагретых солнцем камнях и вытянул больную ногу. Кусочки железа торчали из нее, он выковырял несколько штук и в задумчивости сощурился на светило. Еще одна вещь, без которой он пока не может обойтись. Те, великие братья, что живут где-то в секретных убежищах и говорят с самим Нечистым Хозяином, наверняка уже не нуждаются в солнце.

- Почему вы не поймали его? - С'Пунк появился у выхода из пещеры.

- Он пограничник, - молодой адепт поднялся и принял покорную позу, склонив голову. - Накажи меня, великий... Я решил не уходить далеко от пещеры ночью.

- Теперь уйдешь.

С'Пунк сделал резкое движение рукой, что-то сверкнуло на солнце. С'Пехо едва не пригнулся, но удержался и когда железный предмет ударил его по щеке, почувствовал мгновенный укол силы. Амулет! Не веря себе, дрожа от счастья, он упал на колени, подобрал металлический кругляш и надел цепочку на шею.

- Благодарю тебя, великий!

- Ты вернешь мне его, когда придешь назад, - сухо произнес С'Пунк. - Возьми трех лемутов, кооса и спустись вниз. Глиты видели там дома, проверь их. Если удастся захватить людей без шума - приведите сюда. Постарайтесь пока никого не убивать. Но если убивать придется, убейте всех.

- Да, господин... - С'Пехо не мог сдержать глупой, счастливой, почти человеческой, отвратительной улыбки. - Я все выполню, верь мне!

- Узнай больше.

Через несколько минут коос уже бодро стучал копытцами по камням, увозя адепта вниз. Деревня оказалась совсем недалеко, но выглядела заброшенной. Из семи домишек только в двух недавно были люди. С амулетом на шее С'Пехо хватило одного взгляда, чтобы убедиться, что людей поблизости нет. Вернуться?.. Нет, С'Пунк будет недоволен и в самом деле отберет амулет.

- Идем по дороге, - махнул рукой С'Пехо. - Держитесь на сто шагов впереди.

До деревни им предстояло пройти около трех миль. В это время в доме старосты продолжался спор. Хозяин, очень высокий, плечистый человек с копной курчавых волос, большей частью молчал, зато другие жители деревни кричали наперебой.

- Давайте его убьем! - разорялся толстый крестьянин в одной набедренной повязке. - Смотрите, он почти белый, и усы у него растут белые!

Пограничник, зажатый крестьянами в углу, сморщился. Почему-то так вышло, что усы у него стали совершенно седыми, хотя другие волосы седина не тронула. С тех пор Клуни с особой тщательностью стал бриться, но последние дни у него не было такой возможности.

- А то что же это получается? Приходит колдун и говорит: в скалах колдуны, пошли скорей туда, чтобы мы вас там убили!

- Если бы я был темным братом, то уже сделал бы вас рабами, - заметил Клуни.

- Молчи! - толстяк сделал опасный выпад вилами, которые держал в руках, еще двое крестьян были вооружены косами. - У меня двоюродный брат, что на мысе Вуду живет, в Бахам ходил! С армией покойного кюре Хогана, да! И тот сам, лично брату сказал: колдуна никогда не признаешь, потому что ведут они себя когда так, а когда и эдак!

- Меня что беспокоит-то... - стоявший у самого входа бородатый старик почесался под мышкой. - Меня беспокоит-то, что а вдруг это правда? Ну и дурни же мы тогда окажемся.

- Если это правда, что в скалах колдуны, то нам не туда идти надо, а отсюда улепетывать, - заспорил другой.

- Куда убежишь-то? Остров он, известное дело, круглый, - захихикал старик. - Вон при С'Колле тоже многие сбежать хотели, однако ж... С другой стороны, если их там только двое, и им еще никто не помогает, то могли бы навалиться всем скопом... Сотни полторы-то наберем, если в Пузыри пацанов пошлем за подмогой. Странник заморский, а чем докажешь, что от колдунов претерпел?

Клуни задрал рубаху, показал изрезанную грудь. Крестьяне опасливо подошли поближе, вгляделись. На батви никто из них говорить не умел, а уж грамоте они ни на одном языке обучены не были.

- Предлагаю, - в тишине заговорил толстяк. - Предлагаю пацанов в Пузыри за подмогой послать, гостя заморского убить, потом в горы пойти и все проверить.

- Хорошо сказал, - неожиданно согласился старик и все посмотрели на старосту.

- Что ж вы чуть что, сразу убивать! - не вытерпела Долорес, сидевшая в углу с ребенком на коленях. Ее позвали в дом, чтобы допросить, а потом забыли выгнать. - Ведь как кюре на проповедях говорят: все поправимо, кроме смерти!

Староста, набравший было воздуха, чтобы вынести окончательный вердикт, с укоризной посмотрел на нее.

- Тебя кто спрашивает, подстилка бахамская? Терпим тебя, вот и сиди, ногти на ногах рассматривай, - староста расправил плечи и посмотрел Клуни в глаза. - Сделаем мы вот как... Сейчас пойдем в скалы, все вместе, и в Пузыри пошлем. А заморца - в стиральный грот. Если не вернемся, то и ему жизни не будет.

Крестьяне одобрительно загудели, кивая друг другу. Решение старосты показалось им чрезвычайно умным, и это пограничника не радовало. Что еще у них тут придумано для стирки? Очень скоро Клуни смог увидеть грот, о котором шла речь - крестьяне вывели его из дома и подтолкнули к широкому ручью.

Вода пробила себе путь между двумя огромными валунами, подточив их внутренние, соприкасавшиеся поверхности. Получилось что-то вроде грота, куда Клуни и пришлось войти. Крестьяне закряхтели и подвинули какой-то большой камень, полностью загородивший вход. Пограничник оказался почти в полной темноте.

- Объясняю, - послышался бас старосты. - Слышишь, как вода зажурчала? Это ей деваться некуда, тесно стало. Теперь ее уровень будет подниматься, пока не заполнит все пространство. И, значит, ты тогда потопнешь.

- Лучше бы мне с вами пойти! - взмолился Клуни. - Ведь там глиты, это очень сильные твари!

- Ты молись Матери-Деве, - ответил толстяк. - У тебя другого собеседника пока нет. Вот убьем колдунов и вернемся, и выпустим. А если их там нет, или, скажем, засада - извини, тонуть тебе там.

- Засада?.. - пограничник стукнул кулаком по камням. - Что значит засада? Конечно, они настороже! Эй!

Ему никто не ответил. Воды набралось уже по щиколотку, Клуни плюхнулся прямо в нее. Стоило сбегать из плена братьев, чтобы утонуть в каком-то "стиральном гроте"? Пограничник был готов возглавить отряд этих недотеп и погибнуть в бою, унеся с собой жизнь хотя бы одного темного брата, хотя бы двух-трех глитов. Без него островитяне обречены еще вернее, за ним никто не придет.

- Эй, кто-нибудь! - без всякой надежды крикнул он.

Тишина. Его действительно никто не слышал: несколько детишек понеслись в сторону расположенных совсем рядом Пузырей, деревеньки еще меньше, чем Новая, крестьяне разошлись по домам сделать последние распоряжения. Не до заморского чужака.

Через полчаса, когда Клуни уже стоял в воде по колено, отряд крестьянской самообороны собрался у выхода из деревни. В нынешние, неспокойные времена, когда поблизости то и дело появлялись то дезертиры, взявшиеся промышлять на дорогах, то бродяги, крадущие с полей урожай, жителям Новой деревни частенько приходилось объединяться, вооружившись чем придется, поэтому никто не спорил и не опаздывал. Староста, удачно проведший уже несколько таких походов, пользовался заслуженным авторитетом, так что очень скоро и группа бойцов из Пузырей показалась на дороге, поднимая облака пыли босыми ногами.

- Всякое про этих тварей говорят, - напомнил староста, перекидывая из руки в руку увесистый цеп. - Вроде и лысые они, и голоса, как у морских гадов, и дерутся как коты. Так что до Старой деревни идем быстро, а оттуда уже во все глаза глядим и бережемся. Все согласны?

- Согласны, - выразил общее мнение старик. - Только пошли побыстрее, а то окажется дело пустым, так хоть раньше к работе вернемся.

И с этим все согласились, после чего растянулись по дороге, быстро приближаясь к заброшенной Старой Деревне. Когда-то и там были клочки возделываемой плодородной земли, но уж очень неудобно было возить урожай на продажу мимо Новой деревни и Пузырей, то местные мальчишки камнями зашвыряют, а то и парни накостыляют соседям по шее. Вот постепенно и заглохло жилье, заросли поля. Бродяги норовили пробраться туда и осесть, но жители Новой деревни считали это место своей собственностью и сразу изгоняли чужаков. Только двоим разрешили там поселиться: Слиму, беглому бахамцу, из уважения к его сану, да Долорес, которую пожалели из-за малого ребенка.

Оказавшись в Старой деревне, первым делом заглянули в домик кюре, и, конечно же, не нашли ни хозяина, ни козы. Здесь дождались крестьян из Пузыре, которые никак не могли нагнать соседей, и пошли уже тесной толпой. В толпе крестьянин никого не боится. Скалы выглядели как обычно, ничто не предвещало угрозы. Они поднимались все выше, напряженно переглядываясь, пока знакомый Клуни толстый крестьянин не присвистнул от удивления.

- Вот так куча! Это куча нечеловеческая...

Все члены отряда тотчас столпились вокруг обнаруженной кучи кала, оставленной одним из глитов, и принялись оживленно ее обсуждать. По общему мнению, оставить ее мог только колдун, в присутствии которого больше никто не сомневался. Однако мысль послать кого-нибудь и освободить из затопляемого грота пограничника никому в голову не пришла.

- Теперь надо пару самых быстрых вперед послать, на разведку, - заключил староста. - Как завидите колдуна, сразу бегом к нам, а уж мы все вместе отобьемся. Попросим его из наших мест по хорошему. Может, он сюда по ошибке залетел, что ему в эдакой глухомани делать? Пошли, солнце уже высоко.

Но далеко крестьянам уйти не привелось. С'Пехо, вместе с глитами отступавший перед ними и постоянно державший руку на амулете, встретил их за поворотом дороги. Он с радостью отступал бы до самой пещеры, но С'Пунк и сам почуял присутствие крестьян и приказал молодому адепту немедленно уничтожить их. Не обошлось и без обвинений в трусости, по мнению С'Пехо - совершенно несправедливых. Вполне естественно заподозрить неладное в кучке слабовооруженных людей, отважно идущих прямо в логово к темным братьям. Ведь пограничник должен был им все рассказать!

- Что вам здесь надо? - С'Пехо решил начать осторожно.

- Да вот... - староста развел руками, обескураженный этим вопросом. - Сказали нам, что в скалах колдуны завелись... Уж извините, господин, если что не так, только... Кто вы такой будете?

Пока крестьянин медленно проговаривал необычно длинную для него речь, да еще обращенную к белому безволосому человеку в рваной желтой хламиде, адепт успел побывать сразу в нескольких разумах. У него потеплело на душе: никто из них и понятия не имел о способностях темных братьев, а о пограничнике они и не вспоминали.

Мысленно отправив глитов зайти сзади, чтобы не позволить толпе разбежаться, он захватил старосту и тот послушно принялся осыпать соратников ударами тяжелого цепа. Они, тяжело соображая, даже и не уворачивались. Тогда С'Пехо переключился на вооруженного косой мужчину и тот быстро проткнул животы двум соседям. В любой момент колдун был готов переключиться на тех, кто попробует добраться до него, но вместо этого весь отряд кинулся наутек. Глиты усердно заработали мечами. Им не доставляло удовольствия ничто, даже убийство.

С'Пехо сморщился и оттащил в сторону двоих. Задав им несколько вопросов и почитав мысли, он вскоре знал все о ближайших деревнях, о количестве населения и роде его занятий, о близости столицы и обычаях страны. В это время глиты закончили свои труды и можно было немного расслабиться.

- Ты, что повыше... - задумчиво начал адепт. - Подбери с дороги свой нож и отрежь своему приятелю уши. Сначала уши...

Но не успел еще крестьянин, над чьим сознанием адепт захватил власть, приступить к выполнению кровавого задания, как С'Пехо едва ли не подпрыгнул от окрика С'Пунка, зазвучавшего у него в разуме. Великий адепт не желал, чтобы его трусливый и глупый слуга задерживался. С'Пехо надлежало немедленно идти в деревню и захватить как можно больше детей в возрасте от трех до семи лет.

- Не надо уши, просто убей его, а потом перережь горло себе, - расстроенно изменил планы колдун.

И опять он сел на кооса и вместе с глитами спустился с гор. Ему пришлось снова проехать через безлюдную Старую Деревню и приблизиться к Новой, где как ни в чем ни бывало ждали возвращение мужей и отцов. Ждали и поглядывали на дорогу, поэтому еще в полумиле от селения С'Пехо услышал надрывный, долгий женский крик. У домов забегали, заголосили, перекликаясь, кто-то полез на крышу, чтобы лучше рассмотреть.

- Мне нужны дети! Маленькие дети, мальчики, не совсем уж мелкие, безмозглые. Идите и приведите мне их сюда! - приказал адепт глитам.

Сам С'Пехо не торопился входить в деревню. Он остановился у крайних домов, скрываясь за кустарником, и внимательно прошел по ним сознанием. К его разочарованию, крестьянки на появление на дороге вместо мужей былого человека с какими-то чудищами в компании среагировали мгновенно. Дома опустели, глиты углублялись в селение все дальше.

Колдун осмелел, пошел вперед и тоже ступил на улицу. Да, деревня была почти пуста, и самое обидное - все дети требующегося возраста покинули ее. Теперь люди мелькали на рисовом поле, стараясь как можно дальше уйти от деревни. Какая-то старуха у дальнего дома бросилась было на глитов с рогатиной, а потом заперлась в жилище. Оба лемута теперь упорно выламывали дверь, полагая, видимо, что там полно детей.

- Безмозглые твари! - вскипел С'Пехо и уселся на кооса. - Бросьте старуху, бегите вдоль поля и остановите людей!

Нет, без его участия ничего не выйдет. Убивать глиты умеют великолепно, а вот ловить кого-либо - весьма тяжелая для них задача. Колдун, подгоняя кооса, проехал через деревню и покинул ее.

Одной из немногих, оставшихся в Новой деревне, была Долорес. Женщина жалела запертого в Стиральном Гроте пограничника. Несколько бродяг, которые грозили проклясть каждого, кто поднимет на них руку, уже закончили в каменном мешке свою жизнь: суеверные крестьяне решили доверить казнь воде. Побродив вокруг, понянчив ребенка, Долорес придумала, как продлить жизнь своему ночному гостю.

Клуни стоял уже по горло в воде, когда в маленькой щели сверху послышалось какое-то шуршание. Он на всякий случай прикрыл лицо полой кожаной куртки, опасаясь змей и ядовитых насекомых.

- Эй, заморец! Не утонул еще? - позвала его Долорес. - Я тебе трубку спускаю, камышовую.

- Зачем? - не понял Клуни.

- Дышать через нее будешь, - объяснила женщина. - В рот возьмешь и дыши. Вода весь грот наполнит, сверху будет вытекать, а ты стой и дыши себе.

- Долго? - вяло поинтересовался кандец.

- Ну, не знаю, - вздохнула Долорес. - Староста-то наш не вернулся. Вместо него вон по улице какие-то твари с мечами бегают, страшные, здоровые. А с ними еще лысый белый человек, прямо как ты рассказывал.

- Значит, выпустить меня некому? - сделал печальный вывод пограничник. - Позови кого-нибудь, отвалите камень!

- Нет никого, - оглянулась женщина. - Сбежали все, через поле хотят в лесу спрятаться. Они всегда так делают, если банда большая приходит, или стражники за налогами являются. Только в этот раз, похоже, в деревне совсем мужиков не осталось. А колдун-то ловить их пошел, на какой-то скотине едет, вроде на свинье. Спаси Мать-Дева, ну и времена настали! У нас в Бахаме хоть такого не было, чтобы колдуны на свиньях катались.

- Что тебе там не сиделось, добрая женщина? - Клуни уже стоял на мысках. - Вот что, раз помочь мне больше ничем не можешь - уходи подальше отсюда. Хоть в Бахам, хоть еще куда-нибудь, только подальше от колдунов.

- А кушать-то нам с ребенком в Бахаме что? - грустно спросила Долорес, но ответа не дождалась, в трубке послышалось яростное сопение. - Терпи, заморец, пойду все же поищу хоть кого-нибудь, не могли же все убежать.

Она соскочила с камней, образовывающих грот, взяла на руки временно оставленного ребенка и пошла по домам. Везде оказалось пусто, и только в самом крайнем жилище на стук отозвалась та самая старуха, что собиралась прогнать рогатиной глитов. Уверившись, что перед ней всего лишь бахамская беженка, она отворила. Выслушав беду заморского гостя, первым предупредившего деревню о появлении в скалах врагов, старуха сочувственно поцокала языком и отправилась с Долорес к гроту.

- Тяжелая каменюка, - хмыкнула она, зачем-то похлопав ладошкой по запирающему камню.

- Не справимся вдвоем? - вздохнула Долорес. - А если ты рогатиной подденешь?

- Поддену, а все равно не откатим. Даже втроем с твоим заморцем не откатим. А может, и откатим... - старуха не отличалась ученостью, но здравый смысл подсказывал ей, что вода, скопившаяся в гроте, будет им помогать. - Давай попробуем. Предупреди его.

- Клуни! - женщина вспомнила имя пограничника. - Как скажу - толкай камень, а мы отсюда поможем!

Старуха кое-как загнала верную рогатину в щель и обе женщины налегли на нее, используя как рычаг. Клуни по сигналу ударился о камень изнутри и он дрогнул, в цель под напором брызнула вода. Двигаться кандцу было тяжело, камни скользили под ногами. Но вода, мешая упереться, помогала давить на камень. С третьего толчка, когда у Клуни потемнело в глазах и он подумывал вернуться к спасительной трубочке, камень отвалился, поток воды выбросил кандца из грота, сбил на землю старуху. Весело захохотал наблюдавший за этим ребенок Долорес.

- В какую сторону пошел колдун? - откашлявшись, спросил пограничник. - Туда?.. Значит, нам в другую.

Он схватил за руку Долорес, а вот старуха отмахнулась рогатиной. Она никуда убегать не собиралась, по ее мнению в таком возрасте покидать деревню было совершенно незачем. Клуни оставалось только поблагодарить ее за помощь и скорее бежать прочь. Вовремя: колдун и глиты уже возвращались.

Не менее половины от убежавших в поле остались там навсегда. Для этого и глитам, и даже С'Пехо пришлось побегать по грязи рисового поля, на котором коос безнадежно увяз и мог только визжать, мерзко и свирепо. Зато задача С'Пунка была выполнена, семь мальчиков, взявшись за руки и поскуливая, пошли по дороге в сторону скал под охраной лемутов. С'Пехо проверил округу, и, кажется, почувствовал кого-то, очень похожего на Клуни, но слишком далеко. Возможно, это был кто-то другой... Адепт решил не обращать на него внимания.

5

К удивлению Стивенсона, неподалеку от берега оказалась хорошо утоптанная дорога, на которой к тому же, всего через пару миль, обнаружилась таверна. Кормили здесь просто, но вкусно, хотя и чрезвычайно, по мнению кандца, дорого. Платить за всех пришлось Лоу: Грамон и его жена денег не имели вовсе, безносый Але выложил на стол какую-то мелочь, а Стивенсон оставил все свои небогатые средства на корабле. Бедняга лойнант тоже оказался весьма небогат и пока коротышка Хью делал заказ, производил в уме какие-то вычисления.

Стивенсон никак не мог решить, правильно ли поступил. С одной стороны, ему действительно хотелось побывать в этой чужой, необычной стране, но ведь строжайший приказ аббата нарушен. Скорее всего, за этим последует наказание. Ладно бы еще, если переведут в тундру, на далекую заставу, а ведь могут и лишить сана. Впрочем, пока следовало больше заботиться о том, как выжить на чужбине. Повезло или не повезло ему со спутниками, кандец решить никак не мог.

- Вот там, к востоку, находится бухта Гран-Хо, - поделился с ним познаниями в географии острова Хью. - Оттуда "Том XIX Благочестивый" отплыл некоторое время назад. Но, правда, без меня и Дженис.

- Как же ты попал на остров Кэт в таком случае? - спросил отвианец, решив принять обращение на "ты".

- Ну... Это долгая история. Не буду ее тебе всю пересказывать, скажу только, что путешествие было ужасным, а наши с Дженис приключения - чрезвычайно опасными. Но результат превзошел все ожидания: мы отправили на дно черный корабль Темного Братства и вместе с ним трех адептов. Поэтому должен открыть тебе один секрет: в настоящее время на Андро нет колдунов. Если, конечно, не приплыли новые.

Стивенсон ошеломленно уставился на коротышку, который спокойно потягивал ром из стакана. Принесли кукурузные лепешки, с начинкой из мяса, которое могло оказаться любым, так много в нем было специй. Затем кандец перевел взгляд на Дженис.

- Он, конечно, неправду говорит, - виновато поправила мужа Дженис. - Это тулли утопили колдунов. Они очень хорошие и добрые, я обязательно вернусь к ним на Кэт.

- Без меня, - уточнил Хью. - Я в море больше не отправлюсь никогда, хватило мне двух раз.

- Но зачем тогда вам помощь Большой Земли? - не понял Стивенсон. - Зачем этот обман?

- Адмирал вас не обманывал, он просто не знал о случившемся, - пояснил Лоу. - Когда мы покидали остров, все было так, как он вам говорил. Теперь здесь нет темных братьев, но они наверняка появятся и в третий раз. Поэтому нам нужна ваша помощь. Прежде всего, надо вернуть королю Тому бахамский трон.

- Зачем он ему нужен?.. - поинтересовался Хью, по поймав умоляющий взгляд старого служаки, нарушившего, по собственному мнению, присягу, умолк.

- Во-вторых, нам надо объединить остров. Мы больше не можем существовать разделенными, раз уж появилась внешняя угроза. Присоединить к Бахаму Ками и Дивуар, где мы сейчас находимся, невозможно, будет вечная война. Нужен союз трех королевств.

- Лоу, какой вы умный, - покачала головой восхищенная Дженис. - Вот именно так, конечно же, и надо поступить.

- Пусть он еще объяснит, как этого добиться, - вставил немного уязвленный Грамон полез за трубочкой. - Три короля никогда не договорятся. А заставить их это сделать, пригласив на остров несколько тысяч кандцев со всякими самопалами и пушками Лоу наверняка не очень хочет.

- Да, Стивенсон, - подтвердил лойнант. - Этого делать нельзя, это тоже приведет к войне. С королями и адмиралами вы, может, и договоритесь, но никакой дружбы между нашими странами не возникнет. Раз уж Хью зачем-то уговорил вас идти с нами...

- Я сделал это, потому что он не глуп, - вставил коротышка. - Он все поймет, Лоу. А потом поможет нам понять Канд.

- Канд прост, - с тоской сказал отвианец. - Получается, что на вашем острове все в порядке, но помогать нам в войне с Темным Братством вы не хотите, так?

- Нет, не так, - Грамон выпустил клуб дыма, в котором на минуту скрылся Лоу. - На острове творятся безобразия, но с этим мы как-нибудь разберемся. Дружить с вами хотим, и у нас есть что предложить в обмен на ваши самопалы. Табак, кофе, ром. Осмотрись здесь хорошенечко, Стивенсон. Ты полюбишь Андро и, быть может, захочешь быть нашим представителем на севере. Или представителем Канда здесь, не важно. А если мы будем с вами дружить, то, конечно же, поможем воевать с Темным Братством. Вы вооружите наши войска, переправите их на Большую Землю, мы будем сражаться. Только я не поплыву, хватит с меня морских путешествий...

Они замолчали. Стивенсон не знал, что и сказать. По всему выходило, что нахальный коротышка Грамон полностью подмял его, включил в собственные планы и ведет свою игру. Ему предлагалось или ходатайствовать в Канде за Андро, или просто побродить здесь и убраться. Хорошо еще, что Хью не знает, что ждет отвианца на родине... Впрочем, точно ли не знает? Почему капитан Джефри изменил курс, обошлось ли без колдовства? Сомневаясь во всем, Стивенсон предпочел заняться лепешками.

К столу подошел незаметно исчезнувший на время Але. Каторжник взглядом испросил у обожаемого Грамона разрешения, и поделился услышанными от каких-то столь же темных как и он сам личностей новостями.

- В Дивуаре-то заварушка... Бароны решили на трон сажать своего, надоели им судебные споры. Взбунтовали народ, пошли на столицу. Горит там все, не хуже, чем в Бахаме. Солдаты и стражники, которые здесь были, Дивуар со стороны джунглей прикрывали, все разбежались. Жалованье им не платили, короля нет. Часть с баронами ушла, а часть тут осталась, на шайки разбились, грабительствуют. Хозяин трактира вон с нас денег взял и удрал куда-то, говорят, в лес побежал, закапывать. Дороги все перекрыты ими, у крестьян последнюю кочерыжку забирают. Ну и вешают, конечно, кто упрямится.

- Вешают? - возмущенно переспросил Лоу.

- Так говорят, - развел руками Але. - Уж совсем у людей ничего святого не осталось, спаси нас Мать-Дева. Уж на что мы когда-то погуляли у Белых Скал с Пэном-Крысой, но все по закону делали: кол жиром смазал, да посадил. А эти выродки вешают... Где веревок-то столько набрали, не пойму...

- Вот, что у нас на острове творится, - посетовал Стивенсону коротышка. - Придется порядок наводить, потому что больше-то некому. Но послушай, Але, ты должен был еще кое-что узнать.

- Точно! - каторжник выплюнул на тарелку откушенный кусок лепешки. - Семья ваша была в этих краях, один тут даже лично был знаком с госпожой Джеей. Жили тихо-мирно, в одном трактирчике неподалеку, несколько дней. А потом снялись и двинули к западу. Через джунгли, значит, но не одни, а с караваном камийским. Как заварушка началась, так все их купцы лавки закрыли, в караван собрались, и домой.

- Моя старшая жена - умнейшая женщина, - гордо сказал Хью и Дженис утвердительно закивала. - Не пропадут. Вот только теперь и нам надо идти в Ками, что, впрочем, большого значения не имеет, потому что у меня плана пока нет, а тебе, Стивенсон, нужно как следует посмотреть на остров.

Закончив с едой, маленький отряд выбрался на улицу. Ошивающиеся тут личности, по мнению Стивенсона - откровенные бандиты, которым не дали бы свободно гулять ни по Саску, ни по Отве и часа, выстроились в живой коридор, но никаких действий, чтобы остановить путников, не предприняли. Кандцу показалось, что больше всего им хотелось просто посмотреть на Грамона и его жену. Он предположил, что Але успел разболтать своим знакомцам-каторжникам все, что знал о коротышке, и немало добавил от себя.

На дороге они оказались совершенно одни. У отвианца в голове не укладывалось: такая замечательная дорога, в Канде таких нет, и, наверное, никогда не будет, и вдруг совершенно пустая. Его деятельная натура требовала немедленно заполнить ее множеством повозок, перевозящих товары, а по бокам расставить всевозможные лавки и увеселительные заведения. В тех пределах, как это допускает Совет Аббатств, конечно же. В конце концов Стивенсон отнес подобное запустение на счет невзгод, посетивших остров. В самом деле, кто станет прокладывать такую ровную, прекрасную дорогу для одиноких путников.

- Все хочу спросить, Хью, каких животных вы используете для перевозки грузов?

Коротышка помолчал, потом коротко взглянул на Але. Тот прыснул в кулак.

- Людей, - наконец ответил Грамон. - А что, кто-то еще хочет этим заниматься?

- Людей?.. - Стивенсон даже остановился от удивления. - Но почему?.. Допустим, у вас здесь нет лорсов, и, конечно же, контов, да и других... Но есть же козы, в конце концов? Свиньи?

- Покажи мне свинью, которая согласна будет отвезти например связку бус вглубь острова. Или тележку капусты в Бахам. Они сами-то не хотят туда идти, Стивенсон, не то что еще волочить с собой что-то. И коз это, конечно же, тоже касается, - Хью смотрел на кандца как на деревенского дурачка. - Выкладывай сразу, чем вы там на севере занимаетесь, и главное, зачем.

Стивенсон добросовестно перечислил всевозможный скот, так или иначе используемый в качестве тягловой силы. Теперь настала пора объяснить причины, тут кандец упомянул и огромные расстояния, на которые осуществляются перевозки в Кандианской Конфедерации, и величину грузов.

- Понятно, - закивал Хью. - Не повезло вам со страной, вот и выкручиваетесь. А у нас остров маленький, дружище, я даже не понимаю, что такое "восемь дней пути через тайг на трехгодовалом лорсе". Пешком я одолею остров вдоль за пять дней, если, конечно, поспешу. Какой смысл мне что-то выдумывать?.. Если я не желаю ходить своими ногами, но имею деньки, можно нанять носилки или даже паланкин, что, кстати, удобнее. А грузы... Крестьяне обычно бегают по дорогам с тачкой, иногда с тележкой. Больше - зачем? Что такого есть на одном побережье, чего нет на другом? Ты говоришь про уголь, железо. Но разве не разумнее строить оружейный заводики между и рудниками и шахтами, чтобы не пришлось таскать эти тяжести далеко? Нет, Стивенсон, этого нам не нужно. А вот самопалы могли бы пригодиться.

- Теперь вы будете торговать с нами, - напомнил отвианец. - Это далеко.

- Это "далеко" - совсем другое "далеко", это Лантик, - не согласился Грамон. - Против кораблей я ничего не имею. Но при чем тут животные? Мы привезем свои товары вам, а вы их там уж сами растаскивайте по своей великой родине. И самопалы, которые будете нам за табак отдавать, тоже подтащите к берегу.

- Что ты все повторяешь мне про самопалы? - вскипел Стивенсон. - Самопалы мы никогда никому не продавали! Это может разрешить только Совет Аббатств, и ему еще надо найти для этого хоть одну причину.

- Найдем, - пообещал коротышка. - Мы с тобой люди неглупые, все найдем. Смотрите, кто это там стоит впереди такой красивый?

- Форма Дивуарской Королевской Стражи, лойнант, - спокойно сообщил Лоу.

Дивуарский лойнант, сложив руки на груди и широко расставив ноги, стоял точно посередине дороги. Длинноволосый, с пушистой короткой бородкой, вооруженный приличных размеров мечом. Его ярко-рыжая, когда-то блестящая форма, теперь износилась и испачкалась, кожаный легкий доспех имел следы ударов. Когда путники приблизились, он лениво поднял руку и на дорогу тут же упала выпущенная откуда-то из редкого леса стрела.

- Выворачивайте карманы, высокий господа, - приказал лойнант будничным тоном и широко зевнул. - Кладите также на землю оружие и одежонку, какая поновее.

Лоу хотел что-то сказать, но Грамон быстро вышел вперед, оттолкнув приятеля в сторону. Коротышка прямо-таки подпрыгивал от негодования, его жена тяжело вздохнула.

- Как ваше имя, господин лойнант? - потребовал Хью.

- Я не лойнант, - длинноволосый перестал зевать. - А зовут меня с недавних пор Окунем, и больше никак. Если это все, бросайте оружие.

- Нет, не все, господин Окунь. Я дворянин и желаю вызвать вас на дуэль, - отчеканил коротышка. - Ваше обращение оскорбительно.

- Ладно, - согласился дивуарец, громко свистнул и вытянул из ножен меч. - Вы ножиком фехтовать будете, или у друзей что-нибудь посолиднее одолжите?

- Ножиком, - пропыхтел Грамон.

Стивенсону даже сзади было хорошо видно, как раздуваются щеки у Хью. Он решил обязательно разобраться на досуге, кто же все-таки такие дворяне и в чем их отличие от остального населения. Между тем Дженис, бросив ему извиняющийся взгляд, решительно отвернулась в сторону. По-видимому, она была абсолютно уверена в победе своего супруга и вообще не одобряла такой способ убийства.

Из леса тем временем появилась шайка Окуня, числом почти три десятка человек. Народ был все больше пожилой, их лица носили старые шрамы, мундиры украшали потрепанные ленточки отличий. Один, завидев Грамона, вслух ахнул, другой что-то оживленно зашептал ему. К ним подошли остальные солдаты, заспорили о чем-то.

- Если набросятся, - тихо сказал Лоу, - то держите правый фланг, Стивенсон. Уходить придется не по дороге, а к морю. Я в центре, Але позаботится о Дженис.

- А левый фланг? - не понял кандец.

- Там Хью, - пожал плечами лойнант. - Убьет этого придурка и будет с левого фланга.

Между тем Окунь, сделав несколько пробных выпадов, встал в позицию. Хью наконец-то перестал раздувать щеки и тоже обнажил свой клинок, уничижительно названный "ножиком". Несколько мгновений они просто стояли друг против друга, потом Окунь, широко замахнувшись, сделал шаг вперед. Стивенсон не заметил, чтобы Грамон хоть как-то переменил позу. Просто меч Окуня влетел со скрежетов в одну из щелей, украшавших странный клинок коротышки, а потом вырвался из рук у хозяина и улетел в кусты, свистнув у самого уха отвианца.

- Прошу прощения! - буркнул Хью и вогнал свой меч под доспех все еще провожавшему глазами свое оружие Окуню, прямо в сердце.

- Все? - спросила Дженис, когда Окунь коротко всхрапнул и повалился на спину. - Я могу повернуться?

- Можете, госпожа Грамон, - довольно хрюкнул бывший каторжник Але. - Крови-то почти нет.

Стивенсон приготовился к драке, схватившись за рукоять плохонького меча, по случаю справленного в трактире для него тем же Але, выискивая глазами лучников. Но шайка грабителей явно не собиралась мстить за своего атамана. Один из самых старших солдат подошел к Хью и вытянулся перед ним. Тот спокойно убрал меч в ножны.

- Господин Хью Грамон, позвольте вас приветствовать. Большая честь видеть в наших краях лучшего фехтовальщика острова.

- Да полно вам, любезный, - нежно улыбнулся коротышка. - Молодежи наверное выросло полным полно за те годы, что мы не виделись. Как ваша нога?

- Прихрамываю! - радостно ответил солдат. - Ношу шрам от вашего удара с гордостью!

- Не туда вы его носите... - Хью прошелся, заложив руки за спину, вдоль строя подтянувшихся грабителей. - Чем же это вы занимаетесь, господа? Разоряете родной край.

- Так жить чем-то надо, прости Мать-Дева, - пожаловался старый солдат. - Да и привыкли мы, чтобы командир был...

- На что это ты намекаешь? - грозно подскочил к нему коротышка. - Если я буду брать под свое начало всех людей, чьих командиров прикончил, за мной будут толпы ходить. А идти мне между прочим через джунгли в Ками, да там скорее всего мечи в кровь макать. Думаю, что за такой поход надо золотых по сотне отвалить каждому, а вас тут... В общем, я разоряться не собираюсь.

- Народ отборный, - доверительно сообщил солдат, ничуть не стесняясь тона Хью. - В джунглях, правда, не воевали, мы с южной границы, против Бахама стояли, в Лутони. А когда колдун мясорубку в джунглях устроил, мы не пошли: лойнант, который сам себя Окунем прозвал, испугался. Но оно и к лучшему вышло, вот мы с ним и остались. Теперь в Дивуаре бароны, нам к ним на поклон идти не хочется. Так что в свободном найме двадцать семь мечей.

- Две тысячи семьсот золотых, - грустно сказал Хью. - Вот что, беру вас только при одном условии: мертвым выплачивать не буду. Моя молодая красивая жена сейчас опять назовет меня жадным, но мне не нужны мертвые солдаты, а им, мертвым солдатам - деньги. Да или нет?

- Да! - хором ответили дивуарцы.

- Есть места, где принято хоть малую часть платить вперед, - тихонько проворчал Стивенсон с завистью.

Теперь отряд уже нельзя было назвать маленьким. Прежде всего они отошли в сторону от дороги, к лагерю шайки. Здесь кандец с удивлением увидел, что от нищеты решившиеся на грабежи солдаты вовсе не голодали, а напротив, питались исключительно вкусным мясом, добывая гарнир к нему бесплатно, на крестьянских полях. Стивенсон только затылок почесывал, стараясь понять чернокожую душу этого маленького островка в Лантике.

Сборы сами собой переросли во второй обед, против которого никто не стал возражать. Из разговоров между собой вчерашних грабителей отвианец понял, что Хью Грамон на Андро фигура не то что известная, а прямо таки легендарная. На дуэлях он поубивал просто уйму народу, еще больше в боях, а самый большой восторг у солдат вызывали его политические похождения. Коротышка исхитрялся выполнять самые скользкие поручения всех трех островных государей, попутно и дорого продавая их секреты. Стивенсон услышал с десяток возмутительных историй, и в конце каждого анекдота все оставались в дураках, а Хью с прибылью. Иметь такого человека в деловых партнерах?..

- Вы не очень-то этому верьте, - тихонько прошептала ему Дженис, влюбленно глядя на раздувшегося от спеси мужа. - Хью и сам любит приврать, а людям только дай повод позлословить. На самом деле он очень честный и благородный. А денег ему нужно много, потому что у него четыре жены и всех он очень любит.

- А еще он любит ром... - пробормотал Лоу, но, встретив взгляд Дженис, смутился и уткнулся в кружку с кофе. - Я так, к слову... Мы же с ним с Королевской Офицерской Школы друзья...

Глава пятая

Претенденты на престол

1

Всего поблизости от скал, где безвылазно продолжал оставаться С'Пунк, обнаружилось шесть деревень. Точнее, уже пять, потому что оставшиеся в живых жители Новой деревни возвращаться в свои жилища не торопились. С'Пехо обошел их все и нигде не встретил сопротивления: крестьяне просто убегали, завидев лемутов, бросая скарб. Их не преследовали, великий адепт Красного Круга считал, что ни к чему раньше времени обескровливать эту местность. Посылаемые на разведку глиты неизменно докладывали, что крестьяне возвращаются и опять работают на полях, хоть и с оглядкой.

Амулет остался у С'Пехо, чему он был, конечно же, несказанно рад. Только теперь, после долгих дней лишений, он понял, какое это счастье, всегда чувствовать на груди биение черного сердца Нечистого. Никакой благодарности к С'Пунку он не испытывал, скорее наоборот, ненависть к колдуну развернулась в нем во всю ширь, не сдерживаемая более постоянной открытостью для сознания С'Пунка.

В свои планы великий адепт посвящать С'Пехо не спешил. Да и были ли у него планы? С'Пехо сомневался в этом. Будь его воля, они не сидели бы в пещере, а отправились в самый большой город, Бахам, поселились бы во Дворце и ежедневно убивали сотни людей. Увы, С'Пунк предпочитал осторожность. Изловленных детей заперли в отдельной пещере, глиты кормили их, а великий адепт часто навещал. С'Пехо не прислушивался к их разговорам, искренне считая все это пустой болтовней. Лишь как-то раз, вернувшись из очередного путешествия по побережью, он заметил, что лемуты обсасывают чьи-то тонкие косточки и еще сильнее возненавидел С'Пунка. Ему никогда еще не доводилось убивать человеческих детенышей, и не доведется, пока на его пути стоит великий адепт, так не любящий делиться удовольствиями.

- С'Пехо, - прервал его размышления колдун. - Ты нужен мне.

- Да, господин, - покорно отозвался молодой адепт на ментальный приказ и бегом бросился к пещере.

После возвращения амулета нога зажила очень быстро, исторгнув из себя последние, самые маленькие дробины. К телу вернулась былая легкость, какая бывает лишь у мертвого тела. Точнее, пока еще полумертвого.

- Я пришел, господин, - произнес С'Пехо в сумрак пещеры.

- Я знаю это, глупец... Тебе пора исполнить мою волю. Хватит бродить вдоль берега, как собиратель ракушек. Я хочу, чтобы ты отправился в город и возвестил там о власти Темного Братства на острове Андро.

- Я готов, - внутренне чуть дрогнув, отозвался С'Пехо. - Но дорога до Бахама длинна и опасна. Позволь мне взять хотя бы десяток глитов.

- Двух, - отрезал С'Пунк. - Ты отправишься не в Бахам, а в Улут, столицу несуществующего королевства Ками, на территории которого, как ты знаешь, мы находимся. Город твой. Ты можешь устлать его улицы черепами, если сумеешь, но в твоем распоряжении три дня. Если опоздаешь, если задержишься там хоть на минуту - я с огромным наслаждением сдеру с тебя шкуру заставлю жить. Это не все. Ты скажешь людям, что в начале каждого месяца они должны привести мне десять детей, которых я отправлю на Большую Землю. Скажи им, что все дети станут адептами Темного Братства, что их ждет великая судьба. Людям нравится слушать подобную ложь.

- Позволь два, три десятка! - взмолился С'Пехо. - Я заставлю их приводить к тебе сотни детенышей!

- Глупец... - прошипел С'Пунк. - Ты неисправимый глупец... Хотя такой мне и нужен. Ты безопасен, потому что глуп и труслив, молодой. мне не нужна война. Я хочу стать частью их жизни. Вместо сотни детей мы получим битву. Десять детей они найдут. Сначала больных и беспризорных, потом детей преступников и должников, потом привыкнут. Попробуй подумать над этим, хоть ты и глупец. И еще две вещи ты должен сделать... Другой бы знал их твердо, а тебе придется напомнить. Ищи беглеца, он быстро учится, он опасен. А еще ищи амулеты. С'Колла оставил на острове один, экспедиция Зеленого Круга - три. Пока у нас их нет, мы в опасности. И прежде всего ты, трус.

- Я понял, великий, - низко поклонился С'Пехо, стараясь не встречаться со старшим колдуном пылающими ненавистью глазами. - Я все исполню, как ты сказал.

Ему хотелось броситься на Cпунка, растерзать его руками и зубами. Отправить его в город всего с двумя глитами! Кто же из них трус? Тот, кто ходит к врагам почти беззащитным, или тот, кто прячется за спинами лемутов в секретной пещере?

Дорогу к Улуту была хорошо известна: допрашиваемые крестьяне частенько там бывали. С'Пехо заранее возненавидел этот маленький, бедный, но кичливый городок. Вообще вся страна, все королевство Ками вызывало у него отвращение. Каждый, кроме крестьян да рыбаков из совсем уж глухих деревушек вроде Новой или Пузырей, мнит себя господином. Сплошь дворяне, даже чтобы стать рядовым стражником, требуется предъявить какие-то бумаги.

- Сначала я сожгу дворец... - проговорил С'Пехо.

- Да, но не весь город, - напомнил великий адепт. - Ты можешь убивать, сколько тебе захочется, но город уничтожать нельзя. Если им будет нечего терять, нам придется потратить слишком много времени на войну. А теперь не утомляй меня больше своим присутствием, убирайся.

С'Пехо вышел из пещеры и долго рассматривал глитов. Он постарался выбрать среди этих молчаливых, холодных существ двух самых сильных. Задача нелегкая - ведь глиты похожи один на другого, и все чрезвычайно мощны физически. Наконец, решившись, они приказал им следовать за собой и подозвал кооса.

Потомок дикой свиньи, злобно похрюкивая, понес его вниз. Выбравшись на дорогу, С'Пехо пустил лемута быстрее и примерно через час проехал и Старую деревню, и Пузыри. В селениях стояла мертвая тишина, молчала даже скотина. Адепт представил себе, как крестьяне съежились на полу, зажимая клювы последним курицам, и торжествующе ухмыльнулся.

Скоро ему удастся повеселиться по-настоящему! Камийские дворянчики узнают, что у них самая обыкновенная, мерзкая, теплая кровь. Не успел С'Пехо подумать об этом, как впереди на дороге появились вооруженные люди. Взявшись за амулет, он присмотрелся к ним и удивленно поджал губы: это были стражники, все как один те самые родовитые камийцы.

Сберегая кожаную обувь, чтобы покрасоваться в ней перед крестьянами, дворяне повесили короткие сапожки на концы пик. Завидев странную процессию, следующую им навстречу, они первым делом уселись на обочину и привели себя в порядок. Затем десяток стражников выстроились в шеренгу, перекрыв путь, а трое старших выступили вперед и приняли горделивые позы. С'Пехо покачал головой: какие же здесь глухие места! Ни С'Коллы, ни адептов зеленого Круга эти люди прежде не видели, иначе не вели бы себя так.

- Остановитесь и назовите свои имена! - потребовал самый низеньки и толстенький стражник. - Требую от лица Дворянского Камийского Коронного Съезда, как командир отряда благородных воинов Ками!

- А теперь спляши, - потребовал адепт, останавливая кооса прямо перед ним. - Не спляшешь - не назовусь.

На глазах изумленных подчиненных командир отряда благородных воинов отшвырнул в сторону пику и, сбив на затылок кожаный шлем, украшенный металлическими бляхами, принялся прямо в дорожной пыли выделывать странные кренделя, под которыми, видимо, подразумевал танец. При этом командир и сам имел донельзя удивленный вид.

- Мое имя С'Пехо, - представился темный брат. - Вы должны признать власть Темного Братства, кто этого не сделает - умрет. Вот так...

Стражник перестал плясать и повалился в пыль, и тут же один из его подчиненных быстро поднял пику и насквозь пронзил командира. Глиты, повинуясь приказу адепта, обнажили мечи и быстро прикончили как третьего из выступивших вперед, так и убийцу.

- Вы все поняли? - колдун помедлил, но стражники молчали, не шевелясь. Чтобы не терять торжественности момента, С'Пехо заставил заговорить одного из них.

- Мы все поняли, великий адепт Нечистого...

Вложив в его уста такой далекий от реальности титул, С'Пехо немного потешил свое тщеславие. Однако стражники продолжали стоять у него на пути. Нахмурившись, адепт повторил:

- Кто не признает власть Темного Братства - умрет!

В подтверждение его слов один из стражников попытался заколоть товарища пикой, но ему не дали, началась свалка. Тогда С'Пехо послал вперед глитов и те по его выбору убили троих наиболее ретивых. Еще двух он отобрал для себя и заставил отойти в сторону. Пять оставшихся, ощетинившись пиками, попятились по дороге.

- Нет, нет... - поморщился С'Пехо. - Убирайтесь... Туда!

Он ткнул пальцем в сторону небольшого леса, из-за которого выглядывали крыши нескольких хижин. Переглядываясь, и, видимо, не веря в то, что остались живы, камийцы все ускоряя шаг направились туда.

- Глупый народ, - покачал головой колдун. - С ними трудно... Вы, двое, идите впереди и каждые сто шагов кричите: "Слава Великому Нечистому Хозяину! Слава Темному Братству! Слава С'Пехо, адепту его!"

Он верно угадал трусов: парочка мгновенно исполнила приказ и засеменила по дороге, внимательно отсчитывая шаги. Что ж, это уже начинает походить на дело. С'Пехо тронул пятками бока кооса, как это сделал бы человек, вместо того, чтобы послать ему ментальный приказ, и сам не заметил этого. Невозмутимые глиты, зорко оглядывая окрестности, затопали широкими ступнями следом.

В меру сил покопавшись в головах стражников, С'Пехо узнал, что отряд был послан из самого Улута, где действительно действовал какой-то Дворянский Коронный Съезд, который, вроде бы, уже с месяц разорял город своим присутствием, пытаясь выбрать нового короля взамен погибшему. С'Пехо разумно предположил, что и тут не обошлось без С'Коллы. Династия прервалась, в стране беспорядки - да, это традиционная схема действий для Темного Братства на новых территориях. Можно было бы даже воцариться здесь, но С'Пунк, скорее всего, не захочет... Трус!

Больше никаких отрядов не попадалось. Услышав от грязных, неродовитых крестьян жалобы на заморских волшебников, камийские дворяне им не поверили и послали полтора десятка стражников. Что ж, придется С'Пехо лично убедить этих выскочек, что угроза более чем реальна.

По сторонам дороги потянулись поля. Капуста и рис, кукуруза и пшеница, все маленькими клочками на каменистой почве. Пожалуй, не одному поколению островитян пришлось здесь потрудиться, чтобы, скажем, расчистить достаточно места для риса, создать систему примитивной ирригации... С'Пехо в задумчивости закусил губу. Странно, что так давно существующая цивилизация не смогла противиться одному единственному колдуну С'Колле. Ведь за столетия должны были вырасти институты духовной власти, как, например, аббатства в Кандской Конфедерации, иначе и быть не могло. Кто-то сдерживает инстинкты этих людей. Почему же пастыри не заступились за свое стадо? Или заступились, но не смогли противопоставить ничего, заслуживающего внимания? Мутант, переживший Погибель - только он смог одолеть С'Коллу. Впрочем, кто-то еще явно прикончил экспедицию Зеленого Круга. Может быть, не все так просто на этом острове и С'Пунк об этом догадывается? А потому и не рискует, сидит в скалах, подставляя под удар С'Пехо. Зная при этом, что молодой адепт обречен...

Колдун крепко сжал рукой амулет и, прикрыв глаза, прощупал округу. Несколько бедных, забитых людишек, излучающих волны животного ужаса, вот и все. Амулеты. На этом острове есть четыре амулета, позволяющие подойти к адептам незаметно. Следует быть предельно осторожным.

2

- Три деревни... - мечтательно протянул Хью Грамон, завидев группку хижин и переглянулся с Лоу.

- Три? - удивился Стивенсон. - А я вижу только одну.

- Еще две дальше по тропе. Но стоят они близко, вот и зовутся Три деревни. Знатное местечко, единственный густо населенный кусочек джунглей. Жители упрямы и опаяны.

- Где же они? - кандец оглянулся, но не увидел никого. Деревня выглядела совершенно пустынной, вот только немного попахивало дымом.

- Не любят гостей, - объяснил Грамон. - Уж очень часто гости их головы на колы насаживали. Бывало, что все Три деревни такой изгородью окружали, помнишь, Лоу?

- Ты же знаешь, я не люблю об этом вспоминать, - нахмурился лойнант. - Мы выполняли приказ, но все-таки это было слишком. Идем лучше быстрее, ни к чему тут задерживаться.

- Ладно, - согласился коротышка. - Я задерживаться и не собирался. И, кстати сказать, поглядывайте на тропу еще внимательнее, тут уж ловушки будут обязательно.

- Они не заметят, нам с тобой работа... - проворчал лойнант.

Как Стивенсон не приглядывался, но кроме хижин с крытыми банановыми листьями крышами, нескольких кострищ и колодца не заметил никаких следов присутствия человека. Даже тропа выглядела здесь ничуть не более утоптанной, чем в джунглях, а о каких-либо полях или огородах даже говорить не приходилось.

- Чем промышляют жители? - негромко спросил он у Хью.

- Разбоем в основном, - пожал плечами Грамон. - Тут любой уже заслужил каторгу, кого ни возьми, хоть детей.

- Здесь? - Стивенсон об вел рукой округу. - В джунглях - заниматься грабежом? Я тебя серьезно спрашиваю, мы же договорились быть откровенны. Чем они живут, что едят?

- В джунглях с голоду не помрешь, тем и живут. А промышляют разбоем, вот и на нас нападут обязательно, если успеют собраться. Пока пятеро на одного не наберется, ни за что не сунутся. Вудуисты, что с них взять... - коротышка вдруг присел на корточки и внимательно присмотрелся к тропе, потом встал. - Показалось. Ловушки у них ловкие, Стивенсон, это на тот случай, если кто-то тихо пройдет. Охота у них такая, на людей. И именно это - основное их занятие. Не надо так на меня смотреть... Вы не знаете, что такое Вуду. Люди сознательно идут на связь с Врагом, отдают себя в его власть, чтобы попав в ад, быть там надсмотрщиками.

- Чушь какая... - поморщился кандец и несколько раз перекрестился.

- Чушь, конечно, - согласился Хью. - Но местный народец в это не верит. Потому что вокруг живут колдуны, те, кто якобы умеет оживлять мертвецов, убивать людей на расстоянии, втыкая иголку в куколку, вызывать Врага, который показывает им какие-то клады... Все чушь. Но удивительно живучая, вот в чем дело. Я вспомнил недавно, как мы с Лоу, тогда еще совсем молодые лойнанты, участвовали тут в одном дельце... В общем, король Том приказал жителям перейти от Вуду под руку Матери-Девы. Ждал, долго ждал... А они продолжали убивать стражников. И вот как-то утром они увидели, что деревни окружены. Верите, Стивенсон, примерно половина согласилась ходить в церковь, и тут же, недалеко, в Желтой реке окрестилась. Остальные украсили своими головами изгородь. Долго здесь никто не жил, потому что все, кто признал Мать-Деву, ушли с нами. А потом опять набралось народа, и опять пошла та же история.

- Выходит, зря мы тогда это затеяли, - вставил лойнант.

- Не мы, а Его Величество, - напомнил Хью. - И потом, ты же знаешь мою точку зрения: убивать вудуистов - исключительно святое дело.

- Но колдуны действительно существуют? - уточнил Стивенсон.

- Сколько угодно, - ответил за коротышку Лоу. - И продолжают охотиться за телами. Часто и из джунглей выходят, особенно последнее время, когда застав почти не осталось. Поэтому пройти бы нам побыстрее...

- Ерунда, о нас наверняка знают с того момента, как мы вошли в джунгли, - отмахнулся отважный Хью. - Главное, Стивенсон: если увидишь, что вас вот-вот убьют, скорее отруби себе голову. Тогда ожившего мертвеца, зомби, из тебя уже не получится и колдуны останутся в дураках.

Кандец помолчал. Джунгли действительно производили на него тягостное впечатление: по королевству Д'Алва он путешествовал очень мало, а на тайг такая местность совершенно не походила. Буйная растительность старалась занять собой каждый дюйм свободного пространства, всюду кишели насекомые, змеи, птицы, по веткам носились какие-то ободранные обезьяны.

- Странно, что тропа не зарастает, - заметил он.

- А она заколдованная, - легкомысленно пояснил Хью. - Здесь бы все тропы давно заросли, если бы не колдовство.

- Может быть, вы в это верите? И в зомби?

- Я видел зомби, - поднял палец кверху коротышка. - Убивал их. И многие их видели. Вот только думаю, что колдун на всем острове был один, Джо Салижар. Он носил цилиндр и махал белой краской лицо. Никто не знал, сколько ему лет, а уж умирал он так же часто, как иной бедняк обедает. Кстати, не устроить ли нам привал?

- Ты не видишь, что за нами следят? - хмуро спросил Лоу.

- Вот именно поэтому. Устроимся в следующем селении, прямо в хижине - пусть знают, что мы их не боимся.

За ними действительно наблюдали. Оба лойнанта, и настоящий, и бывший, прошли слишком суровую школу в королевских стражниках, чтобы этого не заметить. Стайками взлетали попугаи, ругались на кого-то обезьяны, трава по сторонам дороги порой оказывалась будто примята. Жители Трех Деревень вряд ли узнали своих бывших обидчиков, но отпускать гостей с миром явно не собирались.

- Может быть, лучше поторопиться уйти с их земли? - спросила Дженис, испуганно оглядываясь.

- Их земля - джунгли, - вздохнул Лоу. - Грамон прав, надо предложить им бой. Если откажутся, то и ладно, тогда пойдем дальше без опаски. Стойте, обойдите вот это место, но обязательно слева.

Одно из суеверий вудуистов гласило, что почитатели враждебного культа Матери-Девы всегда обойдут ловушку Врага справа, в то время как колдуны должны делать это слева. Соответственно, вторая, подстраховывающая первую, яма вырывалась справа от первой, в надежде на "правильного" путешественника.

- Я ничего не замечаю... - Стивенсон склонился над тем участком тропы, где лойнант углядел ловушку.

- Зачем же им делать ловушки, которые можно заметить? - простодушно возразил Але. - В такую и не попадет никто!

- Да, но как-то же мы ее нашли?

- Я не могу объяснить, - вздохнул Лоу. - Просто чувствую. Ну и... Вот, смотрите, здесь как бы маленький бугорок, если приглядеться.

Стивенсон пригляделся и увидел, что таких "бугорков" полным полно на тропе. Неудовлетворенный таким объяснением и по природе недоверчивый, он подобрал большую ветку и поколотил по ловушке. Земля, действительно, начала осыпаться.

- Ты благородный человек, Стивенсон! - похлопал его по плечу коротышка. - Я раньше тоже уничтожал все ловушки, которые находил. Но вудуисты так быстро приводят их в порядок, что занятие это бессмысленное... Пойдем скорее, пока тот, кто с любовью копал эту ямы и втыкал в нее колья, не всадил с обиды тебе в зад отравленную стрелу.

Это замечание немного отрезвило кандца. Он увидел, что караван уже ушел далеко вперед и последовал за ним в компании с коротышкой. Грамон совершенно не смотрел по сторонам, шагал широко и вид имел горделивый и независимый.

- Почему же они нас прямо сейчас не начнут расстреливать? - Стивенсон никак не мог себя заставить не втягивать шею в плечи. - Преимущество на их стороне, пока разберемся - потеряем половину отряда.

- Во-первых, они трусливы, - спесиво заметил бывший королевский стражник. - А во-вторых, имеют горький опыт, вошедший и в мозг и кости и кишки, вбитый туда. Опыт гласит, что за каждого убитого стражника они платили десятком жизней. За купца или еще какого путешественника - пятью. За случайный люди и прочее отрепье - тремя. Так было много лет. Вот только, боюсь, и они знают, что творится на острове. За нас мстить никто не придет... Мы защищены только тем ужасом, что навели здесь с Серджо и другими много лет назад.

- Значит, они раньше убивали путешественников, - сделал вывод Стивенсон. - Организованная сила в сочетании с проповедью слова Божия всегда может навести порядок.

- Да нет же, - вздохнул Хью. - Убивали постоянно, всех кого могли убивать - убивали. И бродяг и стражников. А мы убивали их, вот такое веселье. Три года я просидел здесь безвылазно, а Лоу и того больше, и все время мы с вудуистами играли в эту игру.

- Я, наверное, все же многого не понимаю, - потряс головой отвианец. - Откуда здесь столько жителей, чтобы их убивать в таких количествах?

- Приходят, - вздохнул Хью. - Беглые каторжники, отлученные от церкви, просто желающие поиграть с Врагом... Хотя, вот этого я, наверное, и сам не понимаю... В общем, как только наведем порядок в королевствах, надо прислать сюда несколько полков и хорошенько почистить джунгли. Молодец Лоу, нюха не потерял.

Последние слова коротышки относились к поступку лойнанта, который свернул с тропы и пошел ко второму селению, показавшемуся из-за поворота. Мудрый солдат остановил выбор на самой дальней, самой бедной, полуразвалившейся хижине. Войдя внутрь, путешественники потратили некоторое время, чтобы разогнать ползающих по стенам пауков, считавших, видимо, жилище своим. Между тем Хью и Лоу тщательно изучили земляной пол, хорошенечко протыкав его клинками. Им удалось обнаружить несколько мешочков, причем один из них - с золотом.

- Это целое состояние! - восхитился Стивенсон.

- Вот как? - живо откликнулся Грамон, но тут же сник под осуждающим взглядом Дженис. - Что ж, по нашим меркам это не так уж и много... Около полусотни золотых. Но поговорим об этом потом.

- Тебе бы все наживаться, - сердито прошептала ему жена. - Постыдись, он может подумать о тебе как о жадном человеке.

- Это лучше, чем если он станет считать меня дураком, - также вполголоса оправдывался Хью. - Потом, он же первый предложил сотрудничать, ты слышала. Глаза горят. Думаю, он и сам жадный, то есть разумный человек. А дело хорошее: вы ему золото, он нам самопалы, например. Будет нашим человеком на Большой Земле. И вообще... У меня вас четверо, не считая детей, всех люблю и кормить должен.

- И все-таки повремени, - попросила девушка. - А чтобы он знал, что мы здесь на острове не жулики какие-нибудь, отдай ему золото.

- Что за глупости? А о Лоу ты подумала, он же без пяти минут женатый человек и без гроша за душой! - возмущенный Хью спрятал кошелек за пазуху. - Потом с этим разберемся.

Стивенсон между тем уже переключился на изучение других находок. Одном из мешочков вместе с пучками трав помещался человеческий череп, явно детский, в других - крохотные склянки с мазями.

- Яды и всякие колдовские снадобья, - с омерзением объяснил Лоу. - Это им дороже любого золота... Хью прав, надо бы, конечно, прислать сюда стражников. Вот только казней я не люблю. Хотя и по другому сложно, на открытый бой они никогда не решаются. Правда... - он прильнул к щели между прутьями, из которых была сплетена стена. - Правда, в этот раз могут и решиться.

- А мне вдруг пришла в голову замечательная мысль! - пристроился рядом Хью. - Я, кажется, придумал, как навсегда вывести эту заразу!

- Потом, - отмахнулся лойнант. - По-моему, они решили атаковать.

Вокруг загудели. Три десятка бывших вояк наперебой торопились объяснить, что их позиция в хижине крайне невыгодна, а прячась за соседними жилищами враги смогут подойти вплотную. Стивенсон, тоже имевший кое-какой опыт, был абсолютно с ними согласен, и только верный Але полностью поддерживал действия Лоу и Грамона.

- Да как вы не понимаете, - обернулся наконец лойнант, - что они смогут подобраться к нам в упор в любом месте джунглей? В траве будут лежать, а вы рядом пройдете и не заметите. Лучше займите позиции у стен, кто с луками, а остальные будьте готовы по моей команде на вылазку.

- Есть какое-нибудь средство от яда? - поинтересовался отвианец, лука не имевший.

- Нет, - печально вздохнул коротышка, поправляя на себе кожаный доспех. - Даже голову себе отрезать не успеешь. Но, что интересно, у вудуистов какое-то средство есть, причем подействовать может даже через пару дней. Вот только никто не смог выбить из них рецепта, а занимались этим всерьез, уж поверь мне на слово.

Их прервал лук спускаемой тетивы. Забравший у одного из бывших разбойников лук лойнант выпустил первую стрелу. В лесу коротко вскрикнули, другие лучники одобрительно загудели.

- Только берегите стрелы, - предупредил их Лоу. - Если сумеем пяток-другой подстрелить раньше, чем они будут готовы к штурму, то, быть может, и передумают.

3

Дорога оказалась однообразна и утомительна. Скалы и холмы остались с боков, а здесь, казалось, ничего не было кроме полей. Деревни регулярно попадались, но ни одна не стояла прямо на пути, отряд проходил мимо. Иногда у домов стояли люди и смотрели им вслед. Попадались крестьяне и на полях, на этих С'Пехо тоже не обращал особого внимания. С помощью амулета он улавливал их настроение и не чувствовал никакой опасности. Каждый чужак вызывал у этих людей чувство враждебности, но раз он идет себе по дороге, удалясь от его удела - так и скатертью дорога.

Между тем молодой адепт с каждым шагом чувствовал себя все менее уверенно. Один, всего с двумя глитами, первый раз в жизни так далеко от братьев... Ведь если разобраться, то против него сейчас выступает весь остров. Кто знает, может быть, слабый отряд стражников - лишь ловушка, призванная усыпить бдительность. Сейчас он повернет за эту рощу, а там...

Там ничего не было. Пустая дорога, лишь какой-то крестьянин катит впереди тачку с капустой. Уставший от езда по твердой, каменистой дороге, С'Пехо послал вперед одного из глитов, который зарубил островитянина не дав ему даже оглянуться и наполнить свое сердце ужасом. Выкинув капусту на дорогу, С'Пехо залез в тележку и приказал стражникам перестать орать наскучившие слова и катить его. Получилось тоже не слишком удобно, но зато коос мог отдохнуть. Четвероногий лемут - единственный шанс спастись, уйти от погони в случае засады.

Один из работавших в поле крестьян вдруг зачем-то вышел на дорогу в паре сотен футов впереди. Может быть, он хотел что-то спросить у стражников, может быть - предложить купить провизии. Так или иначе, он рассмотрел с кем имеет дело и посерел лицом, застыл, как изваяние. С'Пехо это позабавило, и прежде чем убить его, он заглянул ему в мысли.

"Урод, заморское чудовище, как те, что в Бахаме. Опять надо бежать, теперь в Дивуар, больше некуда, везде смерть..."

Это понравилось С'Пехо еще больше. Он приказал остановиться и вышел размять ноги.

- Далеко ли до Улута?

- Пять миль, - честно сказал тот. - Вот, высокий господин, за тем пригорком уже будет виден мост, а от моста четыре мили, это всем известно. Я только сам в Улуте не был, неместный я...

- Кто убил С'Коллу, моего темного брата? - вспомнил адепт о порученных ему делах. - Что ты знаешь об этом?

- Ничего ровным счетом... - забормотал крестьянин. - Мы и не знали, что убитый он...

В его голове между тем метались разные мысли. С'Пехо без труда выделил из них сплетню о том, что С'Коллу убил в джунглях Джо Салижар, колдун в цилиндре. Сразу же крестьянин вспомнил и о том, что Джо Салижара убили другие колдуны, пришедшие с Большой Земли мстить за темного брата. После этого они обосновались в Бахаме и творили там всяческие зверства, от которых этот бедолага и убежал в Ками. Потом темные братья исчезли, и никто не знал, куда.

- Хорошо, - кивнул С'Пехо и полез обратно в тележку. - Что это у тебя за поясом, серп? Распори себе живот, хочу взглянуть на твое нутро. Очень хорошо, ты просто молодец, - похвалил адепт крестьянина, тут же выполнившего приказ. - Можешь идти работать дальше.

Прежде чем повалиться, крестьянин успел сойти с дороги и действительно сделать несколько шагов в сторону своего надела. Стражники, над которыми С'Пехо вернул частичный контроль, опять покатили тележку. Впрочем, этих парней, похоже, вообще не требовалось контролировать, они были слишком напуганы.

- Вот что, расскажите мне о Ками все, что знаете, - потребовал С'Пехо. - Я слышал, там у вас есть дворец, целиком деревянный. Почему он до сих пор не сгорел?

Стражники, перебивая друг друга, принялись отвечать, еще больше С'Пехо почерпнул напрямую из их сбивчивых мыслей. Ками город тысяч на двенадцать жителей, не Бахам, конечно, но тоже вполне солидная столица. Есть несколько улиц с каменными строениями, удобная гавань, а дворец действительно деревянный. Лет ему несколько сотен, и действительно ни разу не горел. Легенда гласит, что как только сгорит дворец - придет конец и камийской короне. Именно поэтому бахамские и дивуарские завоеватели несколько раз пытались подпалить деревянное сооружение, но Мать-Дева хранила его и...

- Хватит молоть чушь, - разрешил им С'Пехо. - Можете не сомневаться, что на этот раз дворец сгорит. Что послужит неплохим подтверждением легенды, ведь никакого Ками больше нет. Здесь земли Темного Братства.

За обещанным крестьянином каменным мостом через грязную речушку оказался большой перекресток. Здесь были и дома, и даже большая кирпичная лавка, толклось около сотни людей, все больше те самые "камийские дворяне", кичливые бездельники. С'Пехо сосредоточился, вылез из тележки, чтобы держаться подальше от стражников, от контроля над которыми был вынужден временно отказаться. Глиты обнажили мечи и пошли по его бокам.

- Что за чучело такое?! - прокричал кто-то пьяным голосом, но его никто не поддержал.

Эти люди были пообразованнее крестьян, знали и слышали куда как больше. Они сразу распознали в лысом бледнокожем человеке члена того самого Темного Братства, разрушившего на острове тысячелетиями складывавшуюся жизнь. На счет глитов тоже сомневаться не приходилось, и о чудовищах, всюду сопутствующих адептам, было известно.

- Возвещаю, что на острове Андро воцаряется власть Темного Братства слуг Великого Нечистого Хозяина! - тонким голосом прокричал стражник, которому приказал это сделать адепт. - Подчинившиеся да падут на колени перед адептом С'Пехо, прочие да умрут!

Никто не пошевелился, толпа на перекрестке уплотнилась. Еще какая-то пьяная кампания вывалилась из каменной лавке и с хохотом прокладывала себе дорогу к потехе. С'Пехо медленно протянул вперед посох, в качестве которого использовал подобранную у дороги палку, и проговорил как можно более безэмоциональным голосом:

- Ты, с пером в волосах! Готов ли ты принять власть Темного Братства и руку Великого Хозяина?

- Я? - изумился камиец, но тут же приосанился. - А что это такое есть? Расскажи сперва, а мы послушаем. Не с быдлом крестьянским разговариваешь, а с дворянами!

Толпа одобряюще загудела. С'Пехо переждал шум, потом опять вытянул посох.

- Вы говорите с адептом Великого Хозяина, верным слугой его и устами. Вы, грязь под ногами. Убей его!

Долговязый парень, выглядывавший из-за плеча гордого камийского дворянина с пером в волосах вдруг отшагнул назад, выхватил меч и вонзил его в спину приятеля. Тот мешком повалился на землю, а долговязый, повинуясь приказу адепта, упал на колени.

- Слава Великому Хозяину и Темному Братству!

- Опомнись, Рич! - испуганно кинулся к нему другой, но третий уже выхватил меч, явно собираясь отомстить за друга.

Глиты сомкнулись своими широкими плечами перед С'Пехо, а адепт занялся весьма приятным для себя делом. Перескакивать сознанием с одного человека на другого так же ловко, как, например С'Вилли он не мог, но ведь когда-то надо и учиться. То один, то другой камиец вдруг выхватывал меч и поражал соседа, чтобы тут же замереть, с ошеломлением разглядывая кровь на клинке.

Никто так и не приблизился к глитам. Через несколько минут площадь опустела, на земле осталось лежать несколько десятков человек. Камийские дворяне попрятались за дома, вбежали в лавку, схоронились за кустами и деревьями. В наступившей тишине застонал раненый. С'Пехо заметил костер, на котором какие-то люди жарили свинину. Он приказал недобитому встать и поджечь один за другим все дома.

- Коснувшийся его умрет! - громко сказал адепт, обращаясь к спрятавшимся людям.

С'Пехо помнил, что у многих камийцев были при себе луки. Вот настоящая опасность: не почувствовать вовремя нарастающей ненависти, всегда предвещающей выстрел. И это в то время, когда С'Пунк прохлаждается в пещере, в полной безопасности!

- Вперед, медленно! - скомандовал он глитам. Потом на ходу обернулся к стражникам: - А вы бросьте все оружие и прикройте меня сзади!

4

Лоу сумел подстрелить еще одного вудуиста, когда он неосторожно шевельнул ветку куста. Стрела вошла ему в живот и он вывалился из кустарника, тут же став прекрасной мишенью для остальных засевших в хижине лучников. Враги на выстрелы не отвечали, приберегая стрелы на потом.

- Вон оттуда они выскочат, - важно предположил Хью, указывая на ближайшую хижину. - Думаю, сперва вбегут туда, потом с ходу разрушат стену и окажутся прямо перед нами.

- И сколько их будет? - спросил кто-то из бывших дивуарских солдат.

- Нас около трех десятков, значит их должно быть человек сто пятьдесят, а иначе они нападать не любят. Но это не страшно, главное - в прямой бой с ними войти, тогда перерубим хоть тысячу. Но от хижины далеко не отходите, заманят на ловушки, стрелами закидают.

- Ты ошибаешься, - сухо сказал лойнант. - В Трех Деревнях обычно жило три тысячи жителей. Думаешь, теперь иначе?.. Соберутся все.

- Я не считал женщин и детей, - сконфуженно поправился коротышка. - И больных не считал, и хилых.

- Соберутся все, - повторил Лоу и вдруг крикнул: - Эй! За буком! Ты! Что вам нужно?!

Некоторое время джунгли сохраняли молчание, потом стали перекликаться гнусавыми голосами. Вудуисты явно удивились попытке войти с ними в переговоры и теперь обсуждали, как лучше поступить. Наконец лойнанту ответили.

- Мы люди Вуду! Джунгли наши!

- Дайте нам уйти! - попросился Лоу.

- Вы наша добыча! - глумливо ответил скрывавшийся за стволом дерева. - Джунгли наши, и все, что в джунглях - наше!

- Что это ты взялся с ними разговаривать? - Хью подобрался к приятелю. - Хотел, чтобы он высунулся, да?

- Нет, хотел поговорить, - насупился лойнант. - Пусть придет ваш главный, на переговоры! Может быть, мы откупимся!

- Большей глупости я от тебя еще не слышал, - вздохнул коротышка. - А ведь сколько раз ты при мне напивался... Не позорься, Лоу, ведь узнают в Бахаме - засмеют.

- Плевать, - остался строг Лоу.

Как ни странно, переговорщик со стороны вудуистов выискался довольно быстро. Это был длинноволосый, редкобородый, совершенно голый и очень грязный человек по имени Мичо. Без всякого предупреждения он выскочил из зарослей и стал приближаться к хижине, то и дело пугливо приседая и по-обезьяньи оглядываясь. Остановившись прямо напротив щели, в которую Лоу просунул кончик стрелы, Мичо осторожно потрогал ее пальцами.

- Здравствуй, Мичо! - сказал коротышка. - Я его знаю, встречал в джунглях. В том местечке, где мы с тобой познакомились, помнишь, Дженис?

Грамон намекал на секретную деревушку Джо Салижара, которую стражники без его воли не могли найти. Он провел там некоторое время, также как и Дженис. Мичо уже тогда был порядком грязен и оборван, а с тех пор явно не мылся и оборвался окончательно. Дженис напоминание не понравилось и она недовольно наморщила носик. Но это были сущие пустяки по сравнению с ужасной гримасой, которую скорчил Лоу. Он понимал, что переговоры кончились не начавшись.

- Господин Хью Грамон?.. - неуверенно проговорил Мичо, сверкая полубезумными глазами. - Вы живы?..

- Да, а что такого? - откликнулся Хью, уже и сам понимая, что спорол глупость.

- Ваши куклы в каждом доме, их протыкают каждый день, - пояснил вудуист. - Это странно, что вы живы. А не здесь ли господа лойнанты Королевской Бахамской Стражи Серджо и Лоу?

- Нет, - коротышка опередил готового сознаться лойнанта. - К сожалению, их здесь нет. Мой друг лойнант Серджо погиб, а вот господин Лоу жив здоров и шлет вам привет. Но мы ведь не будем больше говорить о моих куклах?

- Не будем, - сокрушенно признал Мичо. - Нечего и говорить, зачем нам куклы, если вы здесь. Можно я послушаю ваш пульс?

- Незачем... - отшатнулся Грамон. - И без того видно, что я жив.

- Меня интересует ваше сердце, - терпеливо объяснил вудуист. - Когда будут делить ваше тело, я могу претендовать на что-то одно, или на сердце, или на печень. У вас под глазами нездоровые полукруги, мне кажется, сердце должно быть лучше.

- Зачем ты его звал? - обратился Хью к лойнанту. - Говорить? Говори.

Лоу просунул руку сквозь щель в стене и ухватил Мичо за редкую бороду, подтянул поближе. Некоторое время старый служака смотрел вудуисту в глаза, потом обитатель джунглей потупился.

- Вот так, - удовлетворенно протянул Лоу. - Молодец. Теперь придумай, как сделать так, чтобы мы вышли отсюда, не посшибав головы с каждого, кто торчит сейчас вокруг хижины.

- Никак, - скромно признался Мичо. - Рад бы был вам помочь, господин Лоу, но никак. Ночью ударят тамтамы, соберется еще немного людей.

- Какая у него хорошая память на лица, - не без издевки заметил Хью. - Заканчивай с переговорами, дружище, теперь они знают, с кем имеют дело, и живым не выпустят отсюда даже комара.

- Надо попробовать прорваться! - заволновался Стивенсон, которому не нравилась избранная оборонительная тактика. - Выбежим и пробьемся к дороге, побежим по ней - хотя бы пропадем не все! А этого человека надо взять с собой заложником, чтобы он не мог сказать им, что за люди в хижине!

- Иди, Мичо, - Лоу отпустил вудуиста и тот мгновенно убежал в лес. - Понимаете, Стивенсон, на нашем острове не трогают переговорщиков. Таков тысячелетний закон.

Кандец покраснел. Конечно, на материке тоже не принято убивать или захватывать парламентеров, но случаи бывают всякие... Тем не менее вышло так, что он осрами свою родину перед дикарями. Грамон, конечно же, захихикал, Дженис пихнула его в бок, потом зашептала что-то на ухо.

- Я и забыл! - Хью звонко шлепнул себя по лбу. - Ну конечно! Раз так, я беру командование на себя. Минуточку.

Отведя Дженис чуть в сторону, насколько позволяло пространство хижины, они стал с ней перешептываться.

- Я не могу внушать кому угодно что угодно! - оправдывалась девушка. - Обращайся с такими просьбами к колдунам с Большой Земли, а не ко мне!

- Но ты же Королева Вуду, сам Джо Салижар так говорил! - настаивал Хью. - Хотя бы по одному, а? Вот я иду, а ты находишь стрелков и внушаешь им, что никто не идет. Или что идет Мичо. Так все и выберемся, и пойдем себе дальше!

- Я не могу, бестолковый! - возмущалась Дженис. - Просто не умею! Мичо я заставила забыть, кто здесь, а больше не знаю, что сделать. Чувствую, что они собираются для штурма, когда начнут - сразу скажу.

- Этого мало, - сказал ее жестокий муж. - Лоу прав, не меньше трех тысяч наберется их, ты ведь не видишь большей части деревни, там в джунглях землянки. Нас просто затопчут. Вот что, давай попробуем сказать им, что здесь Королева Вуду. Может быть, Джо Салижар их предупреждал.

- Королева Вуду - это просто его слова! Это шутка!

- Хороша шуточка, в его стиле... - Хью шагнул к выходу из хижины. - Эй! Пусть тот парень вернется, мы ему еще кое-что не сказали!

Дженис слишком поздно зажала ему рот. В джунглях опять послышались гнусавые голоса, а потом вернулся Мичо. Послушный зову, он теперь подошел ко входу, и Грамон втащил его внутрь.

- Вот, - гордо сказал он, указывая на Дженис. - Хочу тебе представить, моя жена и ваша королева Дженис.

- Чего-чего? - часто заморгал Мичо.

Укрывавшиеся в хижине замолчали, внимательно ожидая решения вудуиста. В целом солдаты, плохо знакомые с Грамоном, решили что он спятил. Але и Лоу посерьезнели и подобрались ближе.

- Джо Салижар, умирая, назначил ее Королевой Вуду, - повторил Хью, хоть и с меньшим энтузиастом. - Вот потому-то ваши куклы и не работают.

- Почему? - куклы интересовали Мичо больше, чем королева. - Что мы не так делаем? С тех пор как Джо исчез, у нас все разладилось.

- Когда она к вам вернется, - коротышка подвинул к Мичо нахмуренную Дженис, - все сразу наладится. И будет как при Джо! Он был Сердцем Вуду, а это Королева. Ты понимаешь?

- А ведь вы - Хью Грамон, - сказал Мичо, по второму разу узнавший коротышку, потому что память о недавней встрече ему стерла Дженис. - А скажите...

- Нет здесь ни Серджо, ни Лоу, и печень у меня никуда не годится, бери сердце, - быстро закрыл вопрос Хью и продолжил: - Вместе с Джо Салижаром умерло Вуду. Но оно может еще воскреснуть.

- Я не знаю... - вудуист скептически посмотрел на Дженис. - Почему она? Девочка жила в деревне Джо, я помню, он учил ее. Но нас он учил много лет! И главных секретов колдун в цилиндре ей не показывал. Ни как органы растирать, ни как зомби заговаривать, ничего. Она даже розовых шуршунов не ела!

- Это пауки такие? - уточнил коротышка. - А зачем их есть?.. Мичо, послушай, я сейчас тебя убью, хотя обо мне плохо подумает заморский гость. Ты понимаешь, что вы собираетесь убить свою собственную королеву? Королеву Вуду?!

- Нет, - помотал косматой головой Мичо. - Что вы, высокий господин, не собираемся! Я сейчас пойду всем расскажу! Радость-то какая!

Голый безумец выскочил наружу и тут же стал орать, обращаясь, казалось, к самим джунглям. Несколько обескураженный Хью взглянул на жену и увидел знакомое напряжение на ее лице.

- Давно бы так! - расцвел Грамон. - Видишь, все получилось!

- Только обещай, что ты не оставишь меня здесь царствовать! - Дженис сказала это очень серьезно, в глазах испуг делил место со слезами. - Не смей этого делать!

- Ну что ты... - растерянно пожал плечами коротышка и обернулся за помощью к лойнанту. - В крайнем случае Лоу может побыть с тобой какое-то время...

В джунглях, окружающих хижину, смолкли и попугаи и обезьяны, даже пальмы, казалось, перестали шуршать листьями на ветру. Все притихли, пораженные чудовищными воплями, которыми выражали свой восторг вудуисты. Они выскакивали из укрытий - хижин, кустов, стволов деревьев, землянок и заброшенных ловушек, просто из высокой травы - и бежали, высоко подпрыгивая, встречать свою Королеву. Безумный Мичо не мог ошибиться, это она! Та, которая вернет им власть над живыми и мертвыми, власть, куда-то пропавшую с дня смерти Сердца Вуду, Джо Салижара. Королева Вуду наконец-то обрела подданных.

4

Позади дымы заволокли уже половину неба. Скорее всего, камийские дворянчики кинулись наутек, едва колдун скрылся за поворотом дороги, даже и не подумав тушить пожар. Теперь, поблизости от столицы, следовало ожидать следующих оттуда отрядов, ведь пожар и там виден хорошо.

Однако только за милю до города навстречу маленькому отряду попался паланкин, сопровождаемый двумя десятками бойцов. Красная материя паланкина была расшита золотыми нитями, отовсюду свисали крупные кисти. Вот теперь С'Пехо понял, как именно должен появиться в Улуте!

Не теряя времени он заставил носильщиков положить на землю легкое сооружение, а потом заставил стражников развязать между собой драку. Глиты помогли им во взаимном уничтожении, лишь двое кинулись убегать почти сразу и тем спасли свои жизни. Внутри паланкина С'Пехо чувствовал до смерти испуганного человека, ни за что не желающего выходить. Пришлось вывести его самостоятельно.

- Кто ты?

- Я барон Ник Гильге, посланник Дворянского Коронного Съезда... - трясущимися губами пробормотал маленький, почти детского роста человечек. - Следую в Бахам... В Совет Кюре...

С'Пехо молчал, разбираясь в суматошных мыслях человечка. Камийцы разделились на две партии на своем Коронном Съезде, и ни одна кандидатура в монархи не может победить. Барона командировали в Бахам, чтобы попробовать перевесить чашу весов мнением тамошнего Совета Кюре, организации, чье влияние сказывается даже здесь. Совет Кюре весьма заинтересовал С'Пехо - Ник Гильге думал, что темный брат не должен его обижать, потому что именно Темное Братство этот самый Совет контролирует.

- Тебе не нужно больше туда ехать... - задумчиво сказал С'Пехо и вдруг заметил удирающих по картофельному полю носильщиков. Глиты взирали на их бегство совершенно безучастно, не получив никаких приказов. Отправить их в погоню находясь так близко к полной вооруженных людей столице адепт не решился. - Сколько человек нужно, чтобы нести твой паланкин?

- Когда там я, то хватит и четырех, а четверо на замену, или скажем...

- Берись, - распорядился С'Пехо и полез внутрь.

Барон понял, что от него требуется, когда один из глитов ударил его в живот рукоятью меча. Другой лемут уже взялся за паланкин, так же как и оба догадливых стражника. Гильге пришлось туго - из-за роста он не мог положить тяжелую жердь на плечо, но и накренить паланкин хоть немного не решился. Так или иначе, меньше чем через час С'Пехо оказался на улицах Улута, столичного города славного королевства Ками.

Встречные останавливались разинув рот: барона в городе знали все. Тот, обливаясь потом и часто семеня ножками, не мог уже думать ни о чем, кроме своего разрывающегося сердца. Читая мысли горожан, и отдавая необходимые команды глиту, адепт без осложнений добрался до дворцовой площади. Дворец, несмотря на изрядную величину и многоэтажность, действительно оказался деревянным. В многочисленные окна были вставлены стекла, весело сверкавшие на солнце.

Паланкин опустили, барон Гильге без сил повалился рядом. Глиты прикрыли могучими плечами вылезающего С'Коллу, который сразу пнул барона ногой.

- Ник Гильге, готов ли ты служить Темному Братству или предпочтешь смерть?

В воспаленном мозгу барона вихрем пронеслась мысль, что смерть надо было выбирать сразу, а не теперь, едва не до смерти наработавшись носильщиком и опозорившись перед всей страной.

- Слава Великому Хозяину... - вздохнул он.

- Тогда иди и зажги этот дворец, - потребовал С'Колла. - Можешь позвать своих людей, можете перебить стражу, но я хочу, чтобы через час он горел.

Пошатываясь, барон побрел прочь, затерялся в растущей толпе. Между тем горожане уже поняли что к чему, сложив воедино странное возвращение в город барона и дым, поднимающийся на юге. Кое-кто уже призывал напасть на колдуна, другие на всякий случай запасались камнями. Славное своей демократичностью Ками легко объединялось в борьбе против любых чужаков. С'Пехо с трудом сдерживал себя от немедленных действий. Нет, надо дождаться, пока соберется побольше людей.

Но больше четверти часа он ждать не смог, слишком напирал народ. Один из двух его стражников набрался смелости и, обманув бдительность глитов, нырнул в толпу. Пора было начинать. С'Пехо отвернулся к паланкину, став спина к спине с лемутами, крепко сжал амулет и зажмурился. Тотчас в толпе кто-то закричал:

- Мы тут глазеем, а там Рильма королем делают! Не позволим! Бежим рильмовцев бить!

Толпа колыхнулась, многие стали испуганно переговариваться. С'Пехо знал, что кричавший сейчас растерянно разводит руками и говорит всем, что ничего такого не имел в виду, но большая ли часть толпы это услышит? Гораздо важнее что еще один человек, мечом перерезал горло какой-то незнакомой женщине, другой на всякий случай прихваченным с собой топором убил лучшего друга, а третий принялся орать, что его обокрали.

Толпа теперь ходила волнами то в одну, то в другую сторону. Назревала паника, но никто еще не понимал, от чего, собственно, надо паниковать. Страх ушел из души адепта, он ликовал. Они не знают! Они не знают, что ничего лучше для него не могли придумать, как собраться здесь всем вместе и не предпринимать никаких действий! Толпа, вот что нужно темному брату, который хочет залить кровью этот город.

Пущенный чьей-то рукой камень ударился о роговой гребень на голове глита. Лемут заревел угрожающе, но не посмел нарушить приказ и тронуться с места. С'Пехо тут же нащупал еще несколько человек, с камнями, и вскоре все они бросили их просто вверх. Толпа ахнула. Ахнула и начала наконец распадаться.

Люди убивали друг друга там и тут, неожиданно, без всякого предупреждения. Кто-то крикнул про пожар у гавани, кто-то про грабежи магазинов в восточном предместье. Уже едва ли не половина горожан ожесточенна пыталась куда-либо протолкаться, но так как двигались они в разных направлениях, это не удавалось. Люди зверели, работали кулаками, вцеплялись друг другу в волосы. С'Пехо ликовал.

Прошло еще не менее получаса, прежде чем площадь наконец очистилась. Колдун успел за это время убить не менее полусотни людей, но еще больше они подавили друг друга сами, а кое-где возникли и маленькие сражения. Дворец пока не дымил, наверное, барону не позволили справиться с задачей, но С'Пехо и не ожидал от него таких уС'Пехов. Сейчас пора где-нибудь обосноваться. Лучше, если это будет каменный дом.

Этим домом оказался совсем небольшой купеческий магазин с покоями хозяина на втором этаже. Жена купца оказалась дома, и даже заперлась, но С'Пехо не составило труда заставить ее отворить дверь. После этого женщина залезла на крышу и бросилась оттуда на каменный тротуар вниз головой.

- Ты, - адепт подозвал верного стражника. - Пойдешь к Дворянскому Съезду и скажешь, что я зову сюда пять самых главных людей этой страны. Нет пяти, пусть придут хоть трое, но немедленно, или я разрушу город!

Стражник умчался, громко топая, а С'Пехо предался сладостным размышлениям. Как продолжить удовольствие?.. Наверное, еще рано предаваться личным страстям, тех трупов, что остались на площади, маловато даже для начала. Конечно, этим дело не ограничится, люди продолжат убивать друг друга и на улицах, это в их природе, но и этого мало. Нужны слуги, много слуг...

С'Пехо подошел к окну, взялся за амулет. Вот они, людишки, шныряют вокруг, куда-то пробираются. Лень сильнее страха, они не могут обойти площадь стороной, предпочитая риск угодить прямо к колдуну. Что ж, он очень рад.

Первым оказался молодой парень с подбитым глазом, коротко стриженый, но все равно исхитряющийся выглядеть лохматым. Он думал только о том, чтобы удрать, и еще чтобы колдун не спросил, откуда у него в карманах сразу три кошелька. С'Пехо приказал лемутам вытащить на свет это богатство.

- Это мне отнести дали... - угрюмо объяснил парень. - В лавку, вот хоть спросите у... Спешу я. Пустите.

- Пущу, - кивнул С'Пехо. - Но наложу заклятие. Ты умрешь, если не устроишь сегодня три пожара, по числу этих кошельков. Не надо больших, просто чтобы был огонь. Впрочем, ты можешь избежать этого заклятия, если оставишь кошельки здесь. Но если ты их возьмешь, и не выполнишь обещания, тебя поразит страшная болезнь. Веришь ли?!

Последние слова подобно грому отозвались в голове вора. Он схватился за уши, повалился на колени.

- Верю!

С'Пехо отвернулся от него и занялся следующим спешащим мимо камийцем. Когда спустя несколько минут он обернулся, ни вора, ни кошельков в комнате не было. Теперь сюда вошла женщина. Она торопилась к детям, а то бы ни за что не пошла через площадь, по крайней мере она так считала.

- На детей твоих насылаю заклятие... - негромко бросил ей С'Пехо. - Умрут от болезни Нечистым насланной в один день.

- Пощади! - женщина упала, вытянув по полу руки с длинными пальцами. Адепт не смог отказать себе в удовольствии наступить на них, раздробив один или два сустава.

- Ты зажжешь три дома сегодня до заката не заходя домой. Теперь иди.

С'Пунк требовал, чтобы молодой адепт не сжигал города. Но С'Пехо и не собирался этого делать: рассылаемых им поджигателей скоро будут ловить и убивать, а еще больше поймают и убьют людей совершенно невинных. И даже это не все: возбужденные, охваченные ужасом горожане будут в бешенстве хвататься за ножи по любому поводу, и от этого тоже будут умирать, еще больше. Когда сюда придут представители Дворянского Съезда, то они окажутся уже довольно напуганы. Потом будут приходить стражники, может быть, даже целые полки. Придется поработать, но зато эта площадь будет залита кровью. И уже ночью можно будет подвесить кого-нибудь из видных горожан по выбору за ребро. Это уже прост для себя, хотя и во славу Нечистого.

С'Колла услышал крики и выглянул в окно. Левое крыло деревянного дворца окутывалось дымом. Барон оказался молодцом, дело сделал, и делать продолжал: около здания шло ожесточенное сражение. Жаль будет, если погибнет, подумал С'Пехо, сладко потянувшись.

Глава шестая

Большая кровь

1

Им все-таки удалось покинуть Три Деревни. Вудуисты готовы были валяться у Дженис в ногах, чтобы она осталась, особенно после того, как она продемонстрировала им способность читать мысли. Хью это совсем не понравилось, но и ему пришлось признать, что другого выхода не было, ведь хотя Мичо и уверовал в Королеву Вуду, другим надо было это как-то доказать.

Уйти удалось лишь после того, как Дженис обещала им вернуться, как только разрушит семь церквей. Число семь она придумала сама, и это произвело на вудуистов неизгладимое впечатление. Все, что они потребовали после этого - поклясться, что Королева вернется. Девушке пришлось сделать это, под одобрительное кивание мужа, который вообще относился ко всевозможным клятвам скептически.

- Ну что ты хмуришься? - как ни в чем ни бывало сказал он ей, когда, отказавшись от подозрительного угощения, отряд снова шагал по дороге. - Ты поклялась разрушить семь церквей и вернуться. Не разрушай, и не придется выполнять обещания.

- Разрушить я тоже обещала!

- Этот грех тебе любой кюре отпустит, - уверил ее коротышка. - Вот дойдем до первой церкви, вломимся туда всей бандой и ты скажешь: "Господин кюре, я поклялась разрушить ваше заведение. Отпустите мне грех клятвопреступления, или придется исполнить?" И все сразу устроится, вот увидишь.

- "Заведение"? - хмуро переспросил Лоу. - Ты теперь, дружище Хью, не только к вудуистам, но и к кюре скверно относишься?

- Личный опыт, - сплюнул Грамон. - Вот Але не даст соврать. Дружишь с кюре, уважаешь его, пьешь с ним, а он оказывается факельщиком.

- Чепуха! - поморщился лойнант.

- Я тоже так думал. Но вот не чепуха, да ты же сам видел, в Ками, когда схватили... Там было гнездо факельщиков, этой легенды всей истории острова. Потому колдуны и пришли туда, чтобы уничтожить последнего соперника. Церковь Матери-Девы сдалась им сразу, Вуду они одолели со второй попытки, осталось добить факельщиков. Больше им никто не угрожает.

- Кто такие факельщики? - заинтересовался Стивенсон.

Хью запыхтел трубкой, и на ходу изложил Стивенсону, а заодно и всем, кто пожелал его слушать, историю самой древней и самой загадочной из секретных организация острова Андро. В незапамятные, послепогиблеьные времена, когда цивилизация на Андро еще только возрождалась, ютясь в пещерах Дворцовой горы в Бахаме, оставшихся после предков, группа людей выбрала своим девизом "Да не опустится тьма!". Это означало, что они надеются возродить погибшее общество в пределах острова, а затем и вне его, объединившись с такими же группами, которые, как они надеялись, возникнут по все планете.

Девиз факельщики сопроводили картинкой изображавшей руку, держащую пылающий факел, откуда и пошло их название. Факельщики довольно долго удерживались на руководящих позициях крохотной колонии, которую составили выжившие после Погибели люди. Собственно, это они и заложили в самые недра островной культуры веру в Большую Землю. Оттуда должна однажды протянуться рука помощи, которая и вернет Андро в мировую цивилизацию. Потом эту тему активно развивала Церковь Матери-Девы. По некоторым источникам, многозначительно заметил Грамон, именно факельщики и создали ее на основе какого-то древнего культа. Видимо, того самого, что процветает в Канде.

Однажды факельщиков сбросили с высот власти. Сильные, думающие не о мировой цивилизации, а о сегодняшнем дне, люди объявили на них целую охоту, обвинив в приближении новой Погибели. Тогда островитяне уже не делили свою жизнь на "до" и "после", поколения сменились. Факельщиков гоняли по длинным тоннелям в недрах Дворцовой горы, на стенах которых еще оставались куски железных проводов в истлевшей обмотке и даже стальные рельсы. Поймав, убивали медленно и со вкусом. Основным оружием тогда служили колья, вот поэтому на Андро и казнят до сих пор сажанием на кол.

Убили всех, у кого на плече была татуировка с картинкой факельщиков. Но не все, видимо, носили ее, потому что организация продолжила жизнь, уйдя в глубокое подполье. Сначала в самом прямом смысле этого слова - опустившись в нижние, опасные тоннели, позже засыпанные одним из королей. Потом, по мере распространения людей из города Бахама по всему острову - скрываясь среди чужаков.

Слухи об их существовании постоянно просачивались наружу, правда перемешалась с ложью. Иногда короли отправляли неугодных на кол, не найдя ничего умнее, как обвинить их в принадлежности к запрещенной секте. Зато однажды в Дивуаре случился самый настоящий дворцовый переворот, и победившие царедворцы, скинув маски, провозгласили почти забытый девиз, "Да не опустится тьма!". Созданная ими республика продержалась не меньше месяца, а иначе вести о ней просто не успели бы дойти до тогдашнего короля Бахама, который тут же послал в Дивуар армию. Увы, присоединить к себе соседа не удалось и тогда: собственная армия у них разошлась по домам, и чернь растерзала факельщиков.

Так или иначе, но легенда не умирала. Вполне серьезные люди, анализируя происходившие на острове изменения, часто приходили к выводу, что их направляла некая рука. Почему, например, куда более сильный Бахам так и не смог ни разу надолго завоевать ни одного из своих соседей? В тех случаях, когда бахамская армия все же входила в столицы двух других королевств, на родине тут же начиналось восстание, требующего незамедлительного подавления. По выходе войск побежденный народ неизменно объединялся вокруг какого-нибудь нового героя и затем отражал все нападения. Почему сколько-нибудь серьезный флот всегда был только у Бахама, в котором гавань крайне неудобна для любого морехода, потому что течение, идущее от самой Большой Земли, от устья легендарной Миссы, прижимает к земле все корабли? Именно поэтому, как теперь догадывается Хью, островитяне так и не смогли отказаться от гребных судов.

- Откуда ты все это знаешь? - не выдержала Дженис. - Я тобой горжусь, каюсь, раньше ты не производил впечатления умника!

- Пока ты целовалась на пляже со своими усатыми тулли, так похожими на меня черными лысыми головами, - ласково ответил гордый муж. - Адмирал Шуайа выволок с острова целую библиотеку, оставил на Кэт, а сам уплыл на Большую Землю. Я, совсем недавно так сильно обиженный факельщиками, немного там порылся и нашел труд Дика по прозвищу Пыльный. Хорошее имя для историка, правда? Он, кажется, до сих пор жив, у него домик где-то в Диджоне. Вот, это все, дорогу Стивенсон, что я пока знаю о факельщиках. Пока, потому что я еще не дочитал эту книжку.

- У них могут быть великие знания... - пробормотал кандец. - Я бы очень хотел с ними встретиться...

- Они не станут с тобой ими делиться, видишь ли. Тот же Пыльный Дик пишет, что со временем организация стала думать не о восстановлении мировой цивилизации, а об усилении своего влияния и богатстве членов. Снюхивались, между прочим, не раз с теми же вудуистами. Эх, дорого бы я дал, чтобы Джо Салижар поговорил со мной об этом... Нет, Стивенсон, факельщики - это всего лишь гадина, которую надо раздавить так же, как и Вуду.

- Что? - удивилась Дженис. - Ты не забыл, с кем говоришь?

- Ну, не принимай всерьез этих мерзавцев, которые называют тебя Королевой. Они мечтают, что ты научишь их оживлять мертвых, чтобы потом убивать живых, Дженис! Забудь, пожалуйста.

- Не могу, - погрустнела молодая жена Грамона. - Как-то неправильно, что я им обещала, и ничего для них не сделаю. Ведь Джо Салижар учил меня... Ты сам жил в его деревне бок о бок с Мичо!

- Было как-то неудобно его прикончить, - пожал плечами неумолимый Хью.

Ловушек на тропе больше не попадалось, словно вудуисты забежали вперед и закопали все свои ямы. Отряд маршировал в монотонном, усыпляющем темпе. В конце концов Дженис задремала на ходу, повиснув на Грамоне, да и остальные клевали носом. Стивенсону такое спокойствие островитян было не по нутру, он желал действовать. Понемногу кандец увлекся рассматриванием животного и растительного острова, который показался ему удивительно богатым. Масса неизвестных на Большой Земле растений, если только они не растут в Д'Алва, странные птицы, где-то среди деревьев мелькнуло нечто, что ему захотелось назвать карликовым оленем. Стивенсон вдруг поймал себя на мысли, что совсем не хочет домой. Ему здесь нравилось, не пугали ни темные братья, ни вудуисты, ни даже непривычный цвет кожи местных женщин.

- Факельщики, - вспомнил он.

Вот что его заинтересовало всерьез. Таинственная секта, берущая свое начало непосредственно с послепогибельных времен, основанная самими свидетелями, а может быть, даже и виновниками Погибели! Хранители знаний, гонимые, а потому наверняка весьма бережливые. Такие ничего не потеряют, нет, они будут переписывать от руки древние книги с рассыпающимися страницами, бережно зарисовывать каждую вещь, оставшуюся от предков.

- Хью, - тихо окликнул он, чтобы не разбудить Дженис. - Мне нужно встретиться с факельщиками.

- Они не так рвутся с кем-нибудь увидеться, как вудуисты, - хмыкнул коротышка. - С факельщиками хотели встретиться многие люди. Но если кому-то это и удалось, то они об этом помалкивают. Я - редчайшее исключение, и то болтаю с одной целью: чтобы меня не имело смысла убивать для сохранения тайны. Не знаю, чем тебе помочь.

- Но они хотя бы могут прийти, чтобы убить тебя? - не хотел терять надежды кандец.

Грамон не ответил, насупившись. Его самого никогда не заботила личная безопасность, ибо люди смертны, и это естественно. Гораздо сильнее угнетал тот факт, что тяжелые времена застали Хью с большим семейством на шее. Кто будет их кормить, когда ему в конце концов свернут шею? И это при условии, что шею свернут только ему... Если факельщики вздумают найти его и поквитаться с человеком, выкравшим у них из-под носа королеву Диас с наследниками, то прежде всего отыщут его семью и будут терпеливо ждать поблизости.

Хью вытащил из кармана платок и тщательно протер вспотевшую от волнения лысину. Зачем ему понадобилось поручать Але вывести королеву?.. Лоу просил. Мало ли чего попросит верный служака, "королевский кот", как таких называли на острове все, от каторжников до баронов. Какая-то ведь была еще причина? Наконец коротышка вспомнил: галера не могла покинуть остров, не забрав королевской семьи, а Хью наложил на нее лапу, чтобы приостановить отплытие и захватить свою семью также. Благие намерения! А вышло так, что состоялась новая встреча с факельщиками, переросшая в новое и длительное знакомство с темными братьями. Семья же, вместо того чтобы спокойно покинуть с Лоу остров, осталась зачем-то здесь. Хотя чего еще ожидать от банды беспризорных женщин?

- Поворачиваем! - громко сказал Хью, когда они достигли развилки тропы. - Нам в Диджон не надо, нам в Ками, в обход Розового болота.

- Почему розового? - тут же спросил кандец.

- Раньше - не знаю, но месяца два назад там убили друг друга не меньше четырех тысяч человек. Пойдем мимо - посмотрим, какой у него цвет.

2

Клуни проснулся незадолго до рассвета. Долорес отвернулась от него, прижав к себе ребенка. Пограничник накинул на нее сползшее платье, которым женщина укрывалась, и встал, чтобы напиться. От холодной воды в ручье заломило зубы, сон совсем оставил его. Заживающая грудь немного чесалась, Клуни провел пальцами по нацарапанным там словам. Что-то про труса и глупца... Как теперь от этого избавиться?

Пограничник едва не рассмеялся. Несколько дней его это совершенно не заботило: он сначала просто не надеялся выжить, а потом, вырвавшись на свободу, думал только том, удастся ли ему в последнем бою, перед смертью, убить еще одного колдуна. Но вот стоило переспать с женщиной, как его озаботил внешний вид! Действительно, забавно.

Заставив себя посерьезнеть, Клуни помолился. Хоть это и неправильно, совершать грехи, заранее зная, что утром будешь их замаливать, но порядок есть порядок. Потом, еще раз побрызгав в лицо холодной водой, проверил оружие и выглянул из узкой расщелины, где они с Долорес нашли себе приют.

В первых лучах солнца он сразу увидел деревню, она была почти под ними. Дорогу загораживали дома, но если по ней пойдет кто-нибудь крупнее кота, его будет хорошо видно. Но колдуны сидят безвылазно в скалах, если только не ушли вдоль побережья. Или пограничник что-то пропустил вчера, когда Долорес едва ли не с утра взяла его в оборот?

Страж Границы не старался оправдать свое поведение, он всего лишь анализировал ситуацию со всей доступной ему объективностью. Ему эта женщина не нравилась, по крайней мере внешне. Широкий нос, сильно выдающаяся вперед нижняя губа, огромное количество сережек и колечек в самых неожиданных местах, даже в пупке и даже... Он не удержался, вернулся к Долорес и приподнял платье. Так и есть, из ягодиц торчали два толстых кольца, с которых местами стерлась плохонькая позолота. Весь день и половину ночи Клуни боялся, что она за что-нибудь этими кольцами зацепится и случится катастрофа. Хотя в какой-то момент ему было забавно за них взяться...

Пограничник пошел и помолился еще раз. Хватит грешить, пора сделать то, что должен. И все же из мыслей не шла Долорес. У Клуни года полтора не было женщины, для Стража Границы это неудивительно, но этим объяснялось далеко не все. Она действительно отличалась удивительными умениями, и все время будто читала его мысли. Вздохнув, Клуни наклонился над ручьем и вгляделся в свое отражение.

Пограничник сильно зарос, да еще эта надпись на груди... Движимый мгновенным импульсом, он схватил скверно заточенный нож, прихваченный Долорес из дома в Старой деревне, и принялся полосовать себя, стараясь сделать надпись нечитаемой. Через три минуты у него слишком сильно задрожала рука, слезы не давали ничего видеть. Скрипнув зубами, Клуни опрокинулся в ручей. Холодная вода резанула в первый, самый краткий миг, а потом все прошло.

Он открыл глаза. Кровь все еще сочилась, поднимаясь от груди к поверхности мутными розовыми облачками. Не глупо ли он поступил?.. Наверное, глупо. И вчера было глупо. Надо беречь силы и расходовать их не на Долорес, и не на то, чтобы перечеркнуть проклятую надпись, а на то, чтобы убить того, кто ее сделал. Бросив взгляд вниз, Клуни увидел свою старуху-спасительницу, единственную оставшуюся в древне жительницу. Она отважно гнала пастись козу. Пограничник еще раз промыл исполосованную грудь, не вытираясь оделся и пошел ей навстречу.

- Ты здесь? - удивилась островитянка. - А я вчера вас не видела, думала - ушли.

- Некуда идти, пока они здесь, - объяснил пограничник. - Никаких новостей нет?

- Как не быть, - подозрительно уставилась на него старуха. - Вчера одна обезьяна ушла по дороге, и с ним двое чудовищ этих, черепах двуногих. Тебе же все видно сверху, ты где был?

- Спал, - неуверенно ответил Клуни.

Наверху заплакал проснувшийся ребенок. Пограничник вернулся к Долорес, помог развести костер. Женщина смеялась, сияя белоснежными зубами, и оттого показалась ему куда симпатичнее, чем прежде. Ребенок, почувствовав хорошее настроение обоих взрослых, изловчился неожиданно схватить Клуни за бороду и сильно дернуть.

- А как зовут мальчика? - вдруг спросил он, утирая второй раз за день слезы.

- Рон.

- У нас был такой парень в отряде, с точно таким же именем! - удивился пограничник. - Его убили еще там, на материке, одним из первых, кажется. Долорес, а почему ты пришла сюда жить из того места, Бахам. Это город, верно? Ты совсем не умеешь крестьянствовать.

- Да, Бахам это город, - посерьезнела Долорес и отошла к костру размешивать кашу. Оттуда она продолжила: - Вообще-то Бахам это наше королевство, самое древнее и больше. Но и город тоже так называется. Я сбежала от колдунов. Мы сбежали.

- Но почему сюда, если ты не камийка? Наверное, на острове много деревень, и в Бахаме тоже.

- Я родилась в Бахамской деревне, - согласилась Долорес. - Но ушла еще совсем девочкой. Тогда был неурожай, нечем было кормить скотину и совсем не было мяса. То есть сначала было много, а потом не стало. Мне надоело так жить и я ушла в Бахам. Я была очень глупая. Настолько глупая, что думала, будто крестьянскую сопливую девочку примут в Дом Наслаждений.

- Это еще что такое? - нахмурился Клуни, у которого в голове сразу все прояснилось.

- Сточная канава греха, как говорят в Совете Кюре. Во всех других местах это называлось бы работать шлюхой, но только не в Бахаме! Там все было совсем иначе. Дом Наслаждений - это большая семья. Там помогают друг другу, там можно из заработанных денег внести пай и стать сначала младшей хозяйкой, а если повезет - со временем старшей. В Бахаме это было почетно, работать в Доме Наслаждений. Мне повезло, меня приняли. Но потом пришел колдун С'Колла и жизнь пошла наперекосяк... Под конец нас заставили работать бесплатно для крестьянской армии, под окнами стояли очереди. Тогда я и сбежала, так многие сделали. Но в Бахамскую деревню мне теперь нельзя, слишком многие меня могут вспомнить.

- И что тогда?

- Отправят обратно, - Долорес сняла с огня кашу и понесла мальчику. - Совет Кюре распорядился всех наших ловить, ставить клеймо на лоб и возвращать обратно в Дом Наслаждений.

- Как же ты теперь собираешься жить? - пограничнику стало очень жаль эту некрасивую черную женщину и ее смешного мальчугана. - А кто отец мальчика?

- Не знаю, кто отец. Моя вина, так вышло... А жить будем пока здесь, на полях осталось полным полно всего, на несколько месяцев мы сыты. Потом видно будет.

Клуни задумался, посасывая ложку, которую так и не сунул в кашу. Воспитанный в аббатстве, он с одной стороны не мог взять в толк, что за дела творятся на этом славном острове, если работать шлюхой - почетно. Необходимо что-то здесь изменить, хотя, конечно, не так, как это делает Совет Кюре. С другой стороны, ему почему-то льстило, что он сидит у костра не с простой девушкой, а с опытной работницей греха. Захотелось помолиться, но он отодвинул это нужное дело на потом.

- Послушай. Долорес, меня скорее всего убьют. Но если бы я остался жив, ты хотела бы уехать со мной на север?

- Мы и так на севере... - удивилась женщина. - Куда дальше? На побережье? Там одну рыбу едят, я это не люблю.

- Нет, далеко на север. В мою страну, в Республику Метс. Когда я вернусь... Если я вернусь, то меня повысят до должности командира заставы или что-нибудь вроде этого. Такой человек уже может спокойно жениться, понимаешь? Только тебе придется перейти в нашу веру. Семейных у нас обычно ставят на северную границу, чтобы успели спокойно вырастить детей. Там нет Темного Братства, там тундра, олени и волки. Надо присматривать за оленями, отстреливать волков время от времени. Я жил там в детстве, - Клуни вздохнул. - Когда был совсем маленький, потом волки задрали отца и меня отправили в аббатство. У нас был хороший теплый дом, и много-много времени.

- Много времени? - усмехнулась Долорес. - Это хорошо. Но там все-таки, наверное, одиноко... Не знаю, Клуни. Но разве это важно, если тебя все равно убьют?.. У тебя идет кровь, рубашка промокла.

Клуни опустил голову, посмотрел на расплывающиеся по рубахе темные пятна. Надо бы ее снять, а то присохнет... Но он не мог больше здесь оставаться. Быстро встав, он сунул за пояс старую косу, найденную в деревне, натянул сапоги.

- Куда ты? - без особого интереса спросила Долорес.

- По дороге. Вчера туда ушел один колдун с двумя глитами. Это мой шанс, надо спешить, пока он не успел пройти обратно. Проводишь меня?

- Провожу, - покорно согласилась островитянка. - Только не до дороги, а то Рон куда-нибудь залезет.

Они молча спустились со скал и остановились вблизи деревенских огородов. Постояв без дела, Долорес стала выдергивать растущую там морковку. Клуни помялся, пошел было прочь, потом вернулся.

- Не могу уйти, не узнав одной вещи, - решительно заявил он.

- Я же сказал, что не знаю... - протянула Долорес, продолжая запасаться овощами. - Надо подумать.

- Нет, не о том. Эти кольца на... На спине. Они не мешают тебе сидеть?

Долорес застыла, согнувшись, потом медленно повалилась вперед и кувыркнулась через голову. Прежде Клуни никогда не видел, чтобы женщины так хохотали. Наверное, ни белые, ни метсианские женщины просто и не смогут так хохотать. Наконец островитянка поднялась с земли, повернулась к нему задом и задрала платье.

- Они снимаются, дурак!

- Откуда мне было знать? - пожал плечами Клуни. - Я человек новый в ваших краях. У нас вообще не прокалывают ничего кроме ушей, и ни к чему не приделывают ручек для удобства. Прощай.

- Прощай, - сказал Долорес. - Несколько месяцев мы с Роном останемся здесь. Колдуны не станут искать у себя под боком.

Пограничник не оглядываясь дошел до дороги и отправился по ней на север. Где-то там город Улут, столица Ками. По пути он стал молиться, и постепенно вошел в ритм. Молитва получилась похожей на марш, и настроение у Клуни существенно улучшилось. В конце концов, такое ли великое дело - зарубить одного колдуна и парочку глитов?

3

Дворец горел всю ночь. Жар через площадь добирался до каменного домика, раскалил его стены. С'Пехо почти не чувствовал этого, а вот глитам стало жарко, они встали у дальнего окна, шумно дышали, шевеля огромными ноздрями. Адепт смотрел на пожар, опершись на посох и чувствовал себя великим.

В соседней комнате лежали два изуродованных трупа. Одного С'Пехо заставил прийти с улицы и долго заставлял кричать, пока внутри человека что-то не сломалось и он не замолчал навсегда. Вторым был тот самый вор, что украл на площади три кошелька. Поздним вечером он вдруг заявился и положил один кошелек на стол, сообщив, что два поджога он уже сделал, а за третий сейчас могут убить, потому что город полон пьяных от бешенства дворянчиков, рубящих всех подряд.

С'Пехо выслушал нахала, а потом, когда он уже был подвешен за ребро, заставил трижды все повторить точно слово в слово. Каждый раз, когда воришка ошибался, он становился чуть короче, а раскаленные угли из хозяйской печки останавливали кровотечение. Молодой адепт никогда еще не был так счастлив. Жизнь могла ему подарить в тот вечер еще только одну радость: подвешенного за ребро С'Пунка. Но об этом он старался не думать.

Улут наполнялся ненавистью, адепт ощущал это физически, даже не берясь за амУлут. Еще больше было паники, страха, отчаяния. Все-таки это была прекрасная идея, спалить дворец. Камийцы верили в легенду, и теперь считали свое королевство погубленным навсегда, что заставляло их еще больше ожесточаться.

Трижды дом пытались взять штурмом. Сначала Дворянский Совет послал к нему едва ли не полк стражников, к которым по дороге присоединились сотни добровольцев. Еще на подходе стражники из задних шеренг принялись колоть передних, возник переполох, свалка, но у командира, к сожалению, хватило ума дать команду отходить. За это С'Пехо заставил его перерезать собственное горло. Адепта пьянила безнаказанность: тяжелые двери были заперты на большие засовы, у окон стояли верные глиты, а самому ему было даже не нужно высовываться, чтобы на таком близком расстоянии стравливать людишек.

Несколько позже его штурмовали горожане. Эти зашли со стороны дворика, потому что дворец на площади уже сильно разгорелся. Там уж С'Пехо повеселился вовсю, позволив зайти за высокую ограду целой сотне бойцов. В случившейся там мясорубке, когда после трехминутного боя с постоянно ускользающим противником все бросились назад, давя друг друга в калитке, погибло больше половины смельчаков.

Третьими пришли именно камийские дворянчики. Они зачем-то измазали свои лица белыми полосками, и напали, перекинув с соседней крыши несколько досок. Это было не так весело: С'Пехо торопился к своему висящему гостю и просто уронил доски, а потом перебил два десятка успевших перебраться на его крышу.

Молодой адепт развел руки в стороны. Он чувствовал переполняющую его силу. Странно, он так часто использовал ее сегодня, и вот она снова с ним, да еще и с излишком. Интересно, что людишки придумают под утро. Он сам попробовал бы, наверное, зажарить засевших в доме, обложив его соломой и дровами. Да, глитам придется тяжко, если нападающим удастся хоть что-нибудь... Пожалуй, не стоит ими рисковать.

- Выйдите наружу, станьте в темноте и следите за округой. Маленькие группки в четыре-пять человек уничтожьте. Бойтесь лучников, далеко от дверей не уходить, - напутствовал он глитов.

Лемуты впервые на его памяти проявили эмоции: ушли из раскаленного дома, облегченно вздыхая. С'Пехо остался стоять, глядя на пылающий дворец, символ этого крошечного, никому не нужного государства, его историю. Они и отсюда мог чувствовать глитов, а взявшись за амУлут - даже видеть их глазами, как иногда это удавалось сегодня с людьми. Сила. Власть. Свобода.

А еще к нему приходил барон Ник Гильге. Кто и когда сказал этому человечишке, что он барон?.. Червь. Но это червь сегодня зажег дворец, и тем заслужил себе жизнь, по крайней мере, до завтра. С бароном пришли его люди, они оставались снаружи, примерно сотня одетых в черное бойцов.

- Это было нелегко, высокий господин... - начал Гильге, припав на колено у ног С'Пехо и глядя в пол. - На нас напали стражники, был жаркий бой... Но я не дал им потушить дворец. Я выполнил вашу волю, высокий господин С'Пехо.

- Ты ждешь похвалы? - сухо спросил адепт, подражая старшим братьям. - Признательности? Награды?

- Дозвольте мне служить вам, большей награды мне не нужно...

- Мне и Темному Братству. Дозволяю, барон Гильге. Слава Великому Хозяину!

- Слава Великому Хозяину! - с готовностью откликнулся человечек и поднял вверх узкое личико. - Еще о Дворянском Коронном Съезде...

- Они не пришли ко мне, - чуть пристукнул посохом С'Пехо. - Надеюсь, оттого, что никакого Дворянского Коронного Съезда больше не существует?

- Да, высокий господин! Они разбежались, как крысы, а многих мои люди убили на улицах.

- Чья же теперь власть в городе?

- Твоя, высокий господин! - Ник Гильге разве что не бросался лизать С'Пехо ноги, да и то скорее из страха. - Только твоя!

- Лжешь, - адепт прошелся по комнате, остановился у окна, глядя на пылающий дворец. - В городе нет власти. А мне нужно сказать городу, что теперь здесь земля Темного Братства, и город обязан служить ему. Каждый месяц, Гильге, каждый месяц начиная с послезавтра на эту площадь камийцы должны приводить детей. Сто мальчиков от трех до семи лет. Скажи это людям, пусть они знают, пусть они решают, кто будет отбирать их для нас. Братство не навязывает Ками свою волю, пусть решают сами. Если мне будут противиться, я уничтожу весь Улут, для начала. Весь город и каждого жителя. Ты все запоминаешь?

- Да, высокий господин! Сто мальчиков, послезавтра и каждый месяц! Я все сделаю!

- Ты?.. - С'Пехо с сомнением взглянул на барона. - Что ж, ты вызвался сам. И еще. Узнай, где амУлут темного брата С'Коллы, вот такой, - адепт показал Гильге металлический кругляш. - Кто его похитил? Кто должен умереть?.. Также пропали амУлуты трех братьев, что были на острове после С'Коллы. Мне нужны их убийцы и мне нужны их амУлуты. А это значит, что они нужны тебе.

- Да, высокий господин...

- Убирайся.

Может быть, он зря сказал этому маленькому человечку, что братьев убили и украли их амУлуты? Пожалуй, зря, ведь ему и в голову не приходило, что темного брата можно убить. Но ничего, этот пример вряд ли окажется заразительным. Найдутся или нет настоящие убийцы, но на площадях будут очень долго умирать обвиненные в этом преступлении люди. А также их семьи и домочадцы.

Глиты зашевелились у выхода. С'Пехо взялся за амУлут, чтобы лучше чувствовать их движения. Да, группа людей, человек десять, мечи в ножнах, тащат охапки хвороста. Как же догадливы эти людишки! Адепт разрешил лемутам напасть, и скоро с людьми было покончено. Почти невидимые в темноте, зато сами видящие прекрасно, быстрые и могучие, глиты - страшные соперники в ночном бою.

Потом та же участь постигла еще одну группу людей, и еще одну. Несовершенные создания, лишенные благодати ненавидящего их Нечистого, соображают туго. Прежде чем камийцы опомнились и подтянули к дому отряды лучников, загнавшие лемутов в двери, много трупов усеяло ближайшие улицы.

Ночь, факелы, лучники. Если человек шагнет от факела на шаг в сторону, то становится невидим. А те, кто остался у огня, превращаются в прекрасные мишени. С'Пехо скорее для развлечения стал расстреливать горожан. Они суетились, несколько раз разбегались... И все же почти уже на рассвете огонь занялся. Лемуты переглядывались, обменивались какими-то жестами. С'Пехо забавляло и это - надо же, у них есть чувства!

Но пора заканчивать игру, ведь можно и в самом деле потерять лемутов. Вот уже коос, запертый в чулане на первом этаже, визжит от страха, почувствовав дым. Проклятый С'Пунк, дал всего лишь двух бойцов и потребовал покорить город... Кто справился бы с этим лучше С'Пехо?

Адепт быстро спустился по лестнице, приказал глитам откинуть засовы. Не самый приятный эпизод этой ночи предстоит им, но без этого нельзя, врагов слишком много и они готовы идти на жертвы, защищая свой жалкий муравейник. С'Колла выпустил кооса, сел верхом, приказал глитам идти впереди, прикрывая его. Оба лемута уже вооружились тяжелыми, неподъемными для человека дубовыми столами, используя их в качестве щитов. До рассвета осталось совсем немного, медлить больше нельзя, ведь темнота - порождение Нечистого Хозяина.

С грохотом распахнулись обе створки огромной двери, глиты выскочили из дома и успели сделать несколько прыжков, прорвавшись через стену огня, прежде чем лучники среагировали. По дубовым столешницам забарабанил дождь стрел. С'Пехо уже был позади лемутов, его коос дико верещал, он обжег ноги в огне. Но оттого лемут лишь бежал быстрее. Глиты не сворачивая пересекли улицу и столешницами припечатали, вмяли в стену соседнего дома стоявших там бойцов. Еще один караулил в узком темном переулке, но еще стоя у дверей С'Пехо заставил его упасть на меч.

Горожане даже не сразу поняли, что добыча ускользнула с пугающей легкостью. Никто не стрелял им в спину, никто не ревел от досады. Охотники остановились пораженные, глядя друг на друга. Как же так вышло?.. Они до сих пор не поняли, что в этот раз убивали не друг друга, а каждый сам себя. Это происходило тихо, но в результате с крыш, густо усеянных лучниками, ни одного выстрела сделано не было. Горожане поймут, что произошло, когда поднимутся туда.

С'Пехо не стал уезжать далеко, ему хотелось остаться на этой площади. Он отыскал еще один каменный дом с крепкими дверями, за которыми можно расслабиться, развлечь себя маленькими радостями. Хозяева открыли двери и вышли на улицу, их убили лемуты, адепт уже пресытился на сегодня такими примитивными развлечениями. Трупы он приказал убрать в дом, хорошо бы их новое логово обнаружили не сразу. С'Пехо спать не требовалось, а вот глитам неплохо бы немного отдохнуть.

4

Розовое болото, как и следовало ожидать, было вовсе не розовым. Вдыхая малоприятные запахи, отряд прошел мимо него за первую половину дня, а после обеденного привала оказался опять в джунглях, точно таких же, как и те, в которых спрятались Три Деревни. Стивенсон, как и все кандцы великолепно ориентировавшийся, прикинул маршрут и спросил у Грамона, не могли ли они пройти напрямик.

- Зачем мы сделали такой крюк, да еще вокруг болота, ты хочешь сказать? Там нет дорог, а место... Скажем так, заколдованное там место.

- Вы верите в колдовство, - кивнул кандец. - А ведь мне казалось, Грамон, что вы-то, как старый борец с вудуизмом...

- Вудуизмом? Нет никакого вудуизма, Стивенсон, - не согласился Хью. - Есть вудуисты. И есть Вуду. Вуду - это то, что вытворял Джо Салижар, тебе повезло, что ты этого не видел. Вуду - это деревня, в которую никто не может попасть и из которой никто не может уйти. Вуду - это тропинки, которые можно видеть только когда идешь по ним вместе с Джо. Вуду - это зомби, умирающие второй раз от солнечных людей. И самое главное, Вуду - это люди, верящие в эти существующие вещи, и множество никогда не существовавшей ерунды. Слуги Врага, добровольные слуги. А еще моя жена - это тоже немножечко Вуду. С этим вы не станете спорить?

- Не стану... - нахмурился Стивенсон. - Хотя мне это не нравится, Хью. Колдовство присуще темным силам. Например, Темному Братству... Все это надо выжигать огнем, если вы, островитяне, действительно хотите навести у себя порядок. Мне казалось, что вы сторонник именно этой идеи.

- Я-то? - Грамон достал большой платок и тщательно протер вспотевшую макушку, будто полируя ее. - Да... Я просто мечтал убить однажды последнего вудуиста, чтобы не находить больше в джунглях разложившиеся, но все еще шевелящиеся трупы, чтобы люди не восхваляли Врага, надеясь на его загробную милость. Но идут годы... Вуду на месте. Я женился на ученице Джо Салижара. Прости, Стивенсон, но у тебя кожа белая, и даже глаза светлые, а у нас - нет. Наверное, мы не можем без этого колдовства, без тайны. Я начал понимать это теперь, когда брожу здесь с тобой.

- Что-то новенькое... - проворчал лойнант, который прислушивался к разговору. - Хью Грамон не готов своими руками перерезать десять тысяч глотов во имя искоренения Вуду... Я вдруг вспомнил, Хью, что ты говорил в Трех Деревнях о каком-то плане.

- Плане?

- Ну да, что-то вроде: "Я знаю теперь, как навести здесь порядок".

- А вы никому не расскажете? - Грамон воровато оглянулся. - Я решил, что там должен быть город. Столица острова Андро. Тогда вудуистам придется оттуда уйти - там, куда пришли придворные вроде Адмирала Шуайа, никто кроме них жить не может. Вудуисты обоснуются, конечно же, в джунглях неподалеку, но все равно останутся в пределах досягаемости стражников. Постепенно мы прижмем их так, что дли них убить человека будет редким, очень редким праздником.

Стивенсон взглянул на Лоу, чтобы оценить, насколько интересно предложение коротышки. Но лойнант лишь сморщился и застонал. Тогда Хью заговорил снова.

- Нет, не думай, что я тоже заразился общим безумием. Никакой войны за объединение, ничего подобного. Пусть будут Бахам, Улут, Джибу, пусть там правят короли. Все, что нужно - забрать у них армии.

- И ты утверждаешь, что это - не война, лысая обезьяна?.. - прошипел Лоу, стараясь не привлекать внимания. - Оставь эти фантазии, умоляю! Да, я сболтнул недавно лишнее. Но то, что говорю я - не сбывается никогда, а с твоими словами все наоборот!

- Лысую обезьяну я тебе прощаю, - великодушно сообщил Хью и сделал длинную пазу. Потом спокойно продолжил: - Никакой войны, Лоу, никакой войны. Неужели ты еще не понял, что как раз сейчас на острове нет королей, да и армий как таковых нет! Только бы факельщики не протянули лапы, не затеяли опять свои игры. Вот что, вы мне помогли все обдумать, и теперь я решился. Я создаю Армию Андро.

- Нет!.. - Лоу даже взвизгнул. - Не говори хотя бы, что я имею к этому отношение!

- Вот как?.. А я хотел предложить тебе чин Маршала. Знаешь, Стивенсон, у нас на острове есть два чина, которые присваиваются лишь самым заслуженным людям. Это чин Адмирала и чин Маршала. В Бахаме не было Маршалов уже лет двести. Столько же еще и не будет, наверное.

- Можно, я тебе задам вопрос? - лойнант, отказавшийся стать Маршалом, схватил коротышку за локоть. - А кем ты считаешь самого себя, если раздаешь такие чины?

Хью засмотрелся на пролетевшего через тропинку попугая, потом поднял с земли какую-то веточку. Стивенсон затаил дыхание. Да, он правильно сделал, что остался на острове! Когда сюда приплывет "Иоанн" или другое судно, кандцам, похоже, будет с кем иметь дела!

- Если моя жена, пусть и четвертая, Королева Вуду, то я, наверное, король.

- Хью, ты не Король Вуду, ты охотник за вудуистами! - взмолился Лоу. - Опомнись!

- Ладно, не будем пока об этом, - смилостивился коротышка. - Хотя про чин Маршала все-таки подумай. Не знаю, какой из меня король, но ты это заслужил.

Они пошли дальше молча, а за их спинами топали почти три десятка первых бойцов Армии Андро. Стивенсон вытащил подаренную лойнантом трубку, набил ее и закурил на ходу. Табак приобретал какой-то особый вкус в этом вечно влажном климате, и сразу болотные запахи стали приятны, а насекомые немного отстали. Отвианец оглянулся и увидел Дженис, увлеченно рассказывающую что-то Але. Безносый каторжник не показался ему таким уж страшным, как при первой встрече, а девушка... Помощнику аббата давно пора жениться, а не разглядывать посторонних женщин.

- Хью, а сколько лет твоей жене?

- Наверное, уже четырнадцать, - предположил коротышка, думавший в такт шагам о чем-то своем.

- Сколько?! - испугался отвианец. - Подожди, но она не выглядит ребенком!

- Конечно, не выглядит. Я же сказал: ей уже четырнадцать.

Стивенсон опять потопал молча. Нет, рано что-то решать в отношении этого острова, рано. Надо еще во многом разобраться... Другие люди, совершенно другие. В Д'Алва, наверное, почти такие же, но он был там так мало, почти ни с кем и не разговаривал. Впереди показался широкий просвет. Тропинка в джунглях на глазах превращалась в веселую аллею. А через четверть часа ходу они оказались на развилке.

- Налево - мыс Вуду, это еще Бахамская территория, - пояснил Лоу. - А направо Ками. Хью, а ты не думаешь, что твоя семья могла вернуться на мыс Вуду, в ваш домик?

- Домик, кажется, сожгли добрые рыбаки, - буркнул коротышка. - Нет, не думаю, что Джея туда вернулась. Темные братья подбирались к нам именно с мыса Вуду, а она не могла знать, что они исчезли с острова. Скорее всего, пошла в Ками, ей всегда там нравилось. Знаешь, женщины падки на таких дворянчиков, непонятно откуда раздобывших фамилию, которые везде таскаются с мечом и только и ждут повода вызвать кого-нибудь на дуэль.

- Знаю, - согласился Лоу и переглянулся со Стивенсоном.

Аллея кончилась. Справа оказались высокие скалы, слева потянулись крестьянские поля, ухоженные, богатые. Владельцы полей трудолюбиво обрабатывали свое имущество, встречая отряд испуганным взглядом, а провожая - недобрым. Вскоре они оказались в маленьком поселке, где Хью зачем-то свернул в лавку, попросив его подождать. Кандец вошел следом.

В дверях он столкнулся с женщиной, выносящей кипу какой-то одежды. Увидев белое лицо входящего, та взвизгнула и уронила одежду на пол. Стивенсон поднял ее, протянул, но женщина никак не могла решиться принять свое добро из белых рук.

- Дура ты дура, - пробурчал какой-то дородный мужчина, выхватил одежду у Стивенсона, пихнул островитянке и шлепком по заду отправил ее за дверь. - Вы откуда такой, господин?

- С Большой Земли, - как можно приветливее улыбаясь, ответил кандец. Он искал глазами Грамона, но тот куда-то запропастился. - Я не имею отношения к Темному Братству.

- Чем докажешь?

Стивенсон хотел было сделать шаг назад, оказаться снаружи и позвать в свидетели хотя бы Лоу, но наткнулся на чье-то сильное плечо. Тут же последовал сильный удар и кандец пролетел мимо первого собеседника внутрь лавки, причем последний успел с необычайной ловкостью вытащить у Стивенсона меч.

- Подождите! - отвианец решил не вставать, и лежа на спине протянул к своим обидчикам руки. - Там, на улице мои друзья!

- Грозить нам вздумал, слышишь, папа? - тот, что толкнул Стивенсона, оказался как две капли воды похож на отца, вот только в два раза моложе. - Руби его!

Человек с мечом Стивенсона в руках на миг задумался, и тут же откуда-то из глубины лавки прилетела глиняная кружка, разбившись об его выпуклый лоб. Человек не дрогнул, но немного отвлекся от белого.

- Вы с ума сошли, господин, что на людей кидаетесь? - Грамон вытирал губы, глаза у него блестели, наверняка опять приложился к рому. - Верните оружие моему другу.

- Ты еще кто такой? Бахамец? - узнал дородный мужчина выговор коротышки. Он приложил палец ко лбу и пояснил: - Вот за это ты мне ответишь, как только мы разберемся с заморцем. На улицу выйдем, и ответишь.

- Хью Грамон. Меня зовут Хью Грамон, - обладатель звучного имени подошел к Стивенсону и помог ему подняться. - А это мой друг, который приплыл к нам с далекого севера, чтобы помогать в войне с Темным Братством.

- Руби его, папа! - попросил сын.

- Отстань... - отец продолжал потирать лоб. - Хью Грамон?.. Очень рад вас видеть. А меня зовут Дон Райс. А это мой сын, Дин Райс. Чем обязаны счастью видеть вас в Ками? Неужели идете с колдунами биться?

- Может и так, - Хью с хрустом повел могучими плечами. - Меч отдайте пожалуйста господину Стивенсону.

- У меня брата звали Стив, - камиец протянул помощнику аббата его оружие с широченной улыбкой. - Стив Райс.

- Там у хозяина есть кувшинчик рома, - решился коротышка. - Пойдемте, господин Райс, поговорим.

От такого приглашения, да еще произнесенного самим Хью Грамоном, Райс не смог отказаться. Стивенсон тоже прошел с ними в уютный закуток для особо почетных гостей, и вскоре они узнали все о злосчастной судьбе Улута, столицы королевства Ками.

Дворец сожжен, на улицах полно трупов, жители бегут. И все это полбеды по сравнению с тем, что барон Ник Гильге принял руку Темного Братства и теперь считает город своим. У него нашлось достаточно сторонников, вот только лица они предпочитают закрывать черными повязками. И говорит барон, что завтра на площади должны стоять сто мальчиков, чтобы отправиться за море и стать там адептами, иначе город будет вовсе уничтожен. Поскольку камийцы не торопятся вести к нему своих детей, то для начала Гильге совершил налет на приют при церкви святого Рене, что в двух милях от города, и похитил сирот.

Стивенсон следил за выражением лица Грамона. Тот встретил известие о новом появлении Темного Братства совершенно спокойно, вот только зачем-то потер грудь, запустив руку под неизменный кожаный доспех. Вскоре появился хозяин лавки, принеся длинную ленту ярко-алого цвета.

- Дон, как вам этот цвет? - коротышка бережно потрогал ленту.

- Чудесный цвет, - осторожно сказал камиец. - Я хотел бы присоединиться к вам вместе с сыном, если вы собираетесь попытаться освободить Улут. И очень многие, я уверен, захотят пойти с вами. Дворец сгорел, понимаете ли, это трагедия для всего камийского дворянства, тысячелетняя история...

- Присоединяйтесь, если только не против повязать вот такую ленту на голову, - сказал Хью. - Знаете, кто ее носит?.. Армия Андро. Первые тридцать солдат, почти сплошь дивуарцы, стоят снаружи.

- Армия Андро?.. - наморщил лоб Райс. - Ах, всего острова... Понимаю, понимаю, надо объединиться против общего врага... Ну что же, если даже дивуарцы согласны биться за освобождение от заморской напасти нашей столицы, тогда, конечно...

- Вот и хорошо, - Грамон встал и поманил с собой Стивенсона. - Мы пока пойдем, у нас тут еще кое-какие дела. А вы оповестите, пожалуйста, всех, кто захочет надеть эту ленту. Выступим, пожалуй, вечером, чтобы быть в Улуте на рассвете.

Покинув лавку, Хью махнул рукой отряду и зашагал в сторону от домов, к небольшой рощице. Здесь устроили большой привал, но прежде всего коротышка заставил всех повязать на головы алые ленты, потом построил людей и долго вглядывался.

- Как тебе, Дженис?

Жена, тоже повязавшая себе головку, осмотрела строй и спереди и сзади.

- Мне бы хотелось не такой яркий цвет, - пожала она плечами. - Немного помягче... Но и так хорошо, по крайней мере, издалека видно.

- Вот и славно, - обрадовался Хью. - Пойду-ка я дочитаю свою любимую книжку про факельщиков, ну и вы тоже можете отдыхать.

- Постой, - Дженис поймала его за руку. - Ты узнал что-нибудь?

- Ах, да, конечно! Темное Братство снова на Андро, в Улуте ужасы и беспорядки, сгорел королевский дворец. Или ты не об этом? - коротышка усмехнулся. - С ними все в порядке, Джея увела семью за Улут, к рыбакам. Нашла местечко, там же такой запах... В общем, надо еще Але дождаться, он тоже пошел собирать новости, по своим каналам.

5

Клуни добрался до города во торой половине дня. Навстречу ему то и дело попадались беженцы, волокущие скарб и орущих детей. Почти все враждебно рассматривали его лицо и наряд, но объясняться так ни разу и не пришлось. Наверное, эти люди уже знали, что означают слова "белые колдуны" и бронзовый оттенок лица пограничника не вызывал в них ненависти.

В Улуте пахло гарью. Здесь люди стали опять поглядывать на него весьма подозрительно. Поразмыслив, пограничник свернул на пустынную улицу и вымазал лицо гарью у какого-то обгорелого с одной стороны здания. Здесь же нашлась подходящая тряпка, которой Клуни обмотал голову. С некоторым сожалением он швырнул на землю кожаную куртку - толку от нее нет, а островитяне таких не носят.

Метс не знал, сильно ли походит теперь на аборигена, но внимания на него больше не обращали. Точнее, обращали, но не больше, чем на других. Люди ходили по улицам как-то ссутулившись, торопясь поскорее добраться от дома до немногих открытых лавок и обратно. На одном из перекрестков Клуни увидел, как к нагнувшейся около угла деревянного дома поправить ремешок сандалия женщине подбежал сзади человек с коротким топориком и безжалостно раскроил ей череп.

Клуни приостановился, оглянулся. Несколько людей, выхватив оружие - пограничник обратил внимание, что в этом городе вооружены почти все мужчины - напряженно вглядывались в выражение лица убийцы. Тот же, обойдя свою жертву и разглядев, чем она занималась, растерянно развел руки.

- Я думал, она зажигает... Давно за ней хожу, чудная она какая-то... Да наверняка она поджигательница, просто не успела!

Пограничник, думал, что сейчас его схватят, но люди, не убирая мечей, медленно разошлись в стороны. Многие оглядывались, но не слушали слов убийцы, а продолжали внимательно всматриваться в лицо.

Продолжив путь, Клуни встречал все меньше людей, пока не уперся в цепочку стражников, перегородивших улицу. Навстречу ему вытянулись пики. Понимая, что попытка заговорить мгновенно выдаст его, пограничник послушно отошел и присел за углом на низкий карниз какого-то дома.

- Теперь они у Гавани! - закричал, захлебываясь, какой-то парень в одной набедренной повязке, выскочив из-за угла. - Они у Гавани! Здесь их нет!

- Убирайся, - донеслось от стражников.

Клуни глянул в их сторону и вдруг заметил сбоку, в тени от козырька над входом в дом, несколько трупов. Колдун гуляет по городу, догадался пограничник. Убивает то здесь то там... Как с ним бороться? Напасть большой группой, и чтобы каждый был нацелен только на темного брата, не жалея себя. Впрочем, горожане тоже уже могли бы до этого додуматься.

- А где здесь Гавань? - спросил он у парня.

- Там!.. - печально показал островитянин и вдруг с ужасом вгляделся в черты метса. - Мать-Дева! Они здесь! Они здесь!

Сверкая почему-то розовыми подошвами, он бросился удирать, свернул за угол и оттуда донесся какой-то грохот, потом истошный крик. Стражники присели, подобрались, глядя на Клуни с ужасом. Поразмыслив мгновение, кандец решил не бежать, а уйти спокойно, что и сделал. Никто не пытался ему помешать.

До Гавани он добрался примерно за час, потому что еще дважды упирался в оцепление. Прошел и по Дворцовой площади, которая больше не оправдывала своего названия. Огромное деревянное здание до сих пор дымило и дышало жаром. На пустом пространстве пограничник начитал не менее сотни трупов, слетались птицы.

Повернув на ведущую под уклон улицу, спускавшуюся к самому морю, Клуни вынужден был остановиться. Навстречу ему бежали разношерстые воины, здесь попадались и стражники, и люди в незнакомой еще форме, и просто как попало одетые горожане. Все на бегу часто оглядывались, явно больше всего опасаясь удара в спину. Клуни отступил в сторону и стал наблюдать, выглядывая из-за угла.

Его пример оказался заразителен, рядом остановились еще несколько человек, все до единого именно стражники. В дальнем конце улицы показался паланкин. Его несли около десяти человек, каждый скалил зубы - пограничник уже знал, что у островитян это гримаса ужаса, а не только веселья. Паланкин, судя по их усилиям, действительно был тяжел, из него торчали части какой-то, как показалось кандцу, мебели. По бокам от сооружения бежали два глита, а сзади - несколько десятков людей в черных повязках, скрывавших нижнюю половину лица.

- Он в паланкине! - выкрикнул Клуни.

- Ты угадал, парень, - вздохнул стражник, - только вот пора удирать дальше. И держись от меня подальше, сам знаешь, так лучше для всех!

Стражники, рассыпаясь цепью, побежали в разные стороны. Кандец присел на корточки, обхватил голову руками. Итак, колдуна защищают люди и глиты, он забаррикадировался тяжелой мебелью. Что делать? Собрать отряд и повести его в атаку, из которой мало кто выйдет живым, он не сумеет. Искать местных командиров и объяснять им единственно возможную тактику тоже бесполезно, ведь в их глазах он и сам почти колдун. Так или иначе, следовало уходить, пока адепт не почувствовал его присутствие.

И вдруг Клуни осенило. Если колдуна сопровождают люди, то чем он хуже?.. Топот носильщиков уже слышался неподалеку, и пограничник помчался прочь со всей скоростью, на которую был способен. Скрыться в этот раз удалось, темный брат направил роскошные носилки по другой улице. За ним шли люди в повязках, у каждого был лук. Куда они направляются? Проводив глазами свиту адепта, Клуни оглянулся. Над Гаванью поднимался черный дым.

Потом у пограничника в голове все сложилось, план оказался готов. Усталость покинула его, он легко побежал следом за паланкином. По пути ему попался убитый стражник, у которого он на ходу забрал пику. Вскоре удачный бросок оборвал жизнь одного из людей в черных повязках. Его соратники осыпали Клуни стрелами, но он был готов к этому и заранее бросился удирать. Еще через три минуты он уже переоделся в костюм убитого, оставив только штаны, чтобы не показывать своих светлых ног.

Теперь опять пришлось бежать - ведь паланкин успел далеко унести колдуна. Он прошел там, где стояло оцепление стражников, и несколько воинов остались там навсегда. Клуни зубами заскрипел от злости - они гибнут совершенно бессмысленно, вместо того, чтобы собраться один раз и покончить с нечистью! Тяжелый глиняный кувшин раскололся прямо перед ним. Это кто-то попытался метким броском покончить с одним из сторонников темного Братства, узнав его по черной повязке.

Клуни заставил себя побежать быстрее, моля Бога о том, чтобы никого не встретить по дороге. И тут же, за поворотом, наткнулся на запыхавшегося стражника. Тот, взревев, отважно кинулся на врага, работая пикой. Объяснять было некогда, Клуни отклонился и в выпаде широким ударом расколол воину череп в районе виска. Побежав дальше, пограничник почувствовал настоящую обиду на небеса: можно было хотя бы не заставлять его убивать невиновных?

И вот впереди показались фигуры в таких же повязках. Задыхаясь, Клуни замедлил бег, убрал меч и стянул с плеча подобранный лук. Приблизиться к ним можно будет только в какой-нибудь горячий момент, иначе они сразу распознают чужака. Адепт примет его за своего и можно будет подойти в упор. Потом... Клуни еще не знал, что именно будет делать потом. Может быть, убить носильщиков с одной стороны, чтобы они уронили паланкин?.. Но ведь и они тоже ни в чем не виновны. Тогда попробовать ворваться туда, продраться через деревянную броню.

Ему повезло: за поворотом прямо на паланкин неожиданно выбежала толпа людей. Они не атаковали, напротив, спасались бегством, но совершенно обезумели от паники и запутались в беспорядочных передвижениях С'Пехо по городу. Сперва глиты, а потом и люди в повязках на лице стали убивать потерявших голову горожан. Клуни, стараясь не вмешиваться и выпуская стрелы в воздух, смешался с отрядом.

Этого не заметил никто, кроме С'Пехо. Колдун усмехнулся в паланкине. Он подоспел очень вовремя, этот метс-пограничник, он как раз заскучал. Теперь можно отправиться в дом и уединиться со старым приятелем. Пусть горожане отдохнут и еще раз подумают, стоит ли мешать барону Гильге забирать детей.

Глава седьмая

Первая битва

1

Пока Хью разбирался с тем, сколько отрядов и какой численности оказалось у него под началом, на поселок опустилась темнота. И все-таки полная луна светила достаточно ярко, чтобы можно было рассмотреть алые повязки на головах. Камийцы то и дело посылали кого-нибудь за ромом, громко хохотали, все почему-то были уверены, что с темным братом в Улуте будет очень быстро покончено. Они даже забыли про свою национальную трагедию - сожженный королевский дворец.

- Хью, как у вас это получается? - вздохнул Стивенсон. - Или это свойство островитян - верить вам с первого же слова? Я, наверное, много о вас не знаю. Не могла же Дженис очаровать всех этих людей? Их сотни.

- Всего двести тридцать семь, - Грамон сверился с записями, поднеся лист бумаги к самым глазам. - Дженис ни при чем. Думаю, все дело в этом, - он вытащил из-за доспеха железный амУлут на голубоватой цепочке. - Вам знакома такая штучка?

- Нет, - покачал головой кандец и вдруг прозрел. Он отскочил на шаг, выхватив меч: - АмУлут Темного Братства!

- Не пугайся, дружище, - Хью забросил амУлут обратно. - Я не колдун. Но заметил, что когда на мне эта полезная вещица, люди мне верят. Так было с дивуарцами в джунглях, и вот сейчас... Дженис, конечно, Королева Вуду, но ей было бы труднее в этом убедить жителей Трех Деревень, если бы ней не висел такой же удивительный предмет.

Они стояли чуть в стороне от строящихся в поход воинов. Только верный Але заметил движение Стивенсона, но остался на месте, уверенный в способности коротышки постоять за себя. Несколько мгновений кандец колебался, затем в сердцах опустил меч в ножны.

- Вот откуда такой авторитет! Ты овладел их умениями...

- Нет, к сожалению, - вздохнул Хью. - Думаю, что дело не только в амУлутах, но и в самих братьях. Пока я знаю о двух его свойствах. Колдуны не могут меня чувствовать, пока не увидят глазами, не могут захватить контроль над моим сознанием.

- Мне это известно, - сообщил Стивенсон. - Но добыть такую штучку...

- Для этого надо убить колдуна, - улыбнулся Хью. - Я, правда, не снимал это с убитых мной. Первый амУлут попал на этот остров давно и как-то незаметно. Хранился себе в Доме Наслаждений у хозяек, я купил его у них совсем недорого. Да, да, представь себе. Второй пришел сюда со С'Коллой, первым колдуном. Его убил Джо Салижар, все что требовалось от меня - раскопать могилу и взять вещичку. Правда, без меня он бы его не убил...

- А те, другие трое темных братьев?

- На дне Лантика, - вздохнул коротышка. - Не имею возможности туда добраться. Так вот второе свойство амУлута - с ним гораздо легче убеждать людей, чем я и пользуюсь. Но ведь не во зло, Стивенсон!

К ним подошел Лоу, за время привала он успел выстирать мундир, начистить пряжки, и при неверном свете луны сошел бы за вырядившегося на парад. Как-то само собой получилось, что именно он разбивал войско на колонны и решал, кому идти в авангарде и арьергарде.

- Первыми пойдем мы с дивуарцами?

- Конечно, Маршал! - одобрил Хью. - Я ведь плачу им только пока живы, так что пусть дивуарцы идут даже впереди нас.

- Не называй меня так! - взмолился Лоу. - А то я однажды отвечу "Ваше Величество"!

- Нет, этот титул, боюсь, мне не достанется. Что ж, выступаем, дорога дальняя.

Лоу крикнул воинам, и дивуарцы возглавили поход. Следом потянулись веселые колонны камийцев, причем несколько командиров все-таки попробовали продвинуть свои отряды вперед. Другие им этого не позволили, началась толкотня, ругань и чуть ли не драка. Лоу побежал разнимать, а Хью и Стивенсон пошли по дороге за первым отрядом.

- Всю ночь будем шагать, - зевнул Грамон. - Маленький у нас остров, а иногда хочется, чтобы он был еще меньше. Обычно, правда, я передвигаюсь на носилках.

- Что слышно про твою семью? Я замечаю, ты совершенно о них не беспокоишься.

- С ними Джея, моя старшая жена, - объяснил коротышка. - Когда я рядом с ней, то даже со мной ничего не случается. Поверь, она запихнула детей и двух других моих женушек в такую дыру, где даже мне их будет непросто найти. Кроме того, я ведь говорил тебе, что поссорился с факельщиками. Они тоже будут их опекать, ждать меня, чтобы... Объясниться.

- Разве они не считают тебя погибшим вместе с темными братьями? - Стивенсон помнил, что коротышка попал к ним в плен и отплыл с Андро на черном корабле.

- Может и считали, но я ведь на острове уже несколько дней. А между тем... - Грамон полез за пазуху, на этот раз за книгой. - Вот, читаю: "Власть принадлежит тому, кому принадлежат знания, это один из главных принципов существования организации факельщиков. Нет ничего удивительного в том, что основа основ этого старейшего секретного общества - разветвленная сеть шпионов, большинство из которых даже не догадываются, кому служат. Все, происходящее на острове, должно быть известно факельщикам. Это позволяет им делать далеко идущие выводы, видеть больше всех, и влиять на происходящее, направляя процессы в нужное им русло на самой ранней стадии." Дальше еще интереснее, но это к делу не относится, да и глаза можно испортить. Они знают, что я здесь.

- Тогда почему они еще не попытались тебя убить? - отвианец оглянулся. Следом в ряд шагали Лоу, Дженис и Але. Потом колыхалась сплошная масса сломавших строй воинов. - Это было бы не так уж сложно, имей они хорошего лучника.

- Сначала весть о моем появлении должна достигнуть штаба организации, потом приказ об убийстве нагнать меня. Не успели еще, потому что верхушка у них, скорее всего, в Бахаме. Я прикидывал - сегодня не должны были успеть. Завтра, скорее всего, - легкомысленно ответил коротышка. - Что ж, люди смертны. Но думаю, Лоу и дивуарцы меня прикроют, хотя и неизвестно, кто шпион, а кто нет.

- Сложный у вас остров, - пожаловался Стивенсон. - Я еще очень мало понял.

- Ты слишком мало провел здесь времени. Ничего, еще успеешь, ведь "Иоанн" вряд ли приплывет за тобой раньше чем через месяц.

Именно так прикидывал и сам Стивенсон. Он с удивлением уставился на коротышку.

- Капитан Триполи гулял ночью по вашему лагерю, видел строящиеся корабли. Он думает, что там работы не меньше, чем на месяц, - объяснил Хью. - А "Иоанн" ваш пока единственный парусник. Знаешь, он мне понравился. Гораздо лучше наших маленьких, хрупких галер. Если я и решусь покинуть Андро, чтобы взглянуть на Большую Землю, то только на таком корабле.

Кандец ничего не ответил. Он вспомнил огромные просторы родной страны, редкие островки жилья посреди тайга, тундры. Все так просто бесхитростно... Длинные темные и снежные зимы, долгие переходы, строгие аббаты, застегнутые на все крючки женщины. Вряд ли Хью Грамону там понравится. За те дни, что они провели на острове, в Отвианском Союзе можно было бы лишь проехать от аббатства до аббатства, да и то в хорошую погоду.

Меряя милю за милей, колонна приближалась к разоренной столице. Без конца размышляя, Стивенсон вдруг сообразил, что все это войско вовсе не нужно для того, чтобы одолеть одного колдуна, тем более имея на груди амУлут. Зачем Грамон тащит с собой всех этих людей, да еще в качестве Армии Андро?.. Он хотел спросить об этом коротышку, но тот, кажется, задремал на ходу.

АмУлут был тому причиной, или нет, но и солдаты затихли, перестали отхлебывать на ходу, потухли трубки. Только Дженис за спиной что-то рассказывала послушно поддакивающему Лоу, и шуршала земля под сотнями подошв. Время от времени им попадались беженцы, они перекликались с солдатами, желали удачи, а иногда кто-то мог и присоединиться к строю, наказав домочадцам идти дальше.

На рассвете они еще не видели Улута, скрытого за небольшой возвышенностью, но уже ощутили запах беды. Беженцев стало гораздо больше, и выглядели они куда хуже. Изможденные, грязные лица, с собой самые необходимые вещи. Стивенсон заметил, что многие несут на руках даже тех детей, что вполне могли бы уже идти сами. Над всей этой картиной поднимался дым, такой густой, что кандец поначалу решил, что от города уже ничего не осталось.

К его удивлению, Улут стоял на месте. Хью все еще клевал носом, зато Але объяснил ему, что дым идет от сгоревшего дворца. Оставалось только предположить, что это было действительно огромное сооружение. На подходе к первым улицам Грамон неожиданно приснился, приказал остановиться и перекусить.

- Всех кто будет приходить - принимаем, - сказал он Лоу. - Только раздобудьте ленты, это обязательно, пусть знают, кому служат. Организуйте разведку, но близко к колдуну пусть не приближаются. Вот, вроде бы, и все пока.

Коротышка отошел, размышляя о чем-то и потирая глаза. Стивенсон догнал его, похлопал по плечу.

- Ты собираешься идти один? Это глупо, если есть два амУлута. Дай один мне и мы справимся за час, считая дорогу.

- Так нельзя, - развел руками Хью. - Все эти люди шли сражаться, надо дать им возможность победить. Ничего нельзя теперь сделать, будем штурмовать город. Как будто ему мало! - коротышка весело захихикал. - Знаешь, что интересно, Стивенсон? На Дженис мой амУлут не действует, потому что у нее свой, на Лоу - потому что он служака, королевский кот. Правда, действует и на него, но медленнее. А вот почему он не действует на тебя?

Отвианец задумался. И в самом деле, он часто спорил с Грамоном, задавал вопросы, которые других почему-то не интересовали. Значит ли это, что островитяне куда более внушаемы, чем пришельцы с севера?

- Я думал, ты знаешь... - вздохнул коротышка. - И все-таки, пожалуйста, расстегни ворот.

Сначала Стивенсон не понял, потом задохнулся от негодования. Однако Хью смотрел на него так спокойно и дружелюбно, что ничего не оставалось, как подчиниться.

- Это не амУлут, это крест, - показал он висящий на крючке предмет.

- А он не может тебе помогать? - коротышка протянул черную руку с толстыми, крепкими пальцами и осторожно потрогал маленькую святыню. - У нас их носят только кюре. Ты, кстати, так ни одного и не видел... Так уж вышло, у них сейчас тяжелые времена. Что ж, извини за мое маленькое подозрение. А что касается твоего предложения пойти со мной охотиться на колдуна, так это хорошая идея, здравая. Маршалу Лоу нужно командовать, а Але иногда ловит попугаев не вовремя.

- Как?..

- Ловит ртом попугаев, так у нас говорят. Долго соображает.

- У нас такая же пословица про ворон, - Стивенсон почесал затылок. - Спасибо. Что разрешил. Тогда я пойду посплю часок, чтобы быть свежим.

- Иди, - отпустил его Хью, потом долго смотрел вслед.

Ему тоже пришло в голову, что островитяне более внушаемы, чем кандцы. Еще одна причина не пускать северян на этот остров со слишком открытыми и наивными людьми. Гости не долго смогут избегать соблазна обмануть или похозяйничать, и однажды андросцы поймут это. Тогда произойдет большая драка, до которой лучше просто не доводить. Коротышка вздохнул, уселся на траву и раскрыл книгу на последних страницах.

2

Пора было собираться в обратный путь. С'Пехо даже немного загрустил. Приходилось вспомнить, что он не более, чем второе лицо в Красном Круге. В скалах его ждет С'Пунк, великий адепт, который один может посвящать новых братьев, и тем возвышать их обоих. На прощание С'Пехо не позволено даже покончить с Улутом. А вместо приветствия при встрече он опять услышит "трус и глупец!".

Молодой адепт гневно сжал кулаки. Как бы ему хотелось убить С'Пунка... Он готов был думать об этом постоянно, представляя свою власть над ним ему было легче мириться с неизбежными унижениями. Он поставил на колени королевство Ками, а теперь самому придется целовать ноги С'Пунку.

Но нельзя даже пытаться убить его. В случае поражения - мучительная смерть. В случае победы - не менее мучительная жизнь вдали от Темного Братства, в постоянном страхе увидеть на горизонте черные корабли. Только С'Пунк может вырастить из двух адептов сильный Круг за двадцать-тридцать лет. Тогда Братство не сможет его отторгнуть, тогда Нечистый примет их с радостью. Один С'Пехо не сможет этого сделать.

В руках что-то треснуло. Он опустил глаза и увидел, что сломал плохонькую палку, все это время заменявшую ему посох. Взявшись за амУлут, С'Пехо проверил окрестности. Никого из чужих, только два глита, коос, да три десятка людей барона на улице. И еще, конечно, пограничник. Терпеливо ждет своей участи в соседней комнате.

С'Пехо отошел от окна и, перешагнув через труп хозяина, прошел к своей жертве. Клуни лежал на кровати, крепко связанный глитами. На лице его застыло отрешенное выражение, пограничник пытался вспомнить родной Канд. Взгляд адепта упал на обнажившуюся во время короткой и вялой борьбы грудь человека. Среди красных полос он сразу увидел ненавистные слова.

- Он и здесь до меня дотянулся! - зашипел колдун. - Трус и глупец... Это он трус и глупец, ты слышишь?!

- Нет, это ты, - негромко ответил Клуни.

- Ты хочешь говорить со мной в таком тоне? Не получится, - С'Пехо навис над метсом, заглянул в глаза. - Тебе придется говорить иначе. На языке моего кооса, он иногда очень забавно визжит.

Выпрямившись, С'Пехо неожиданно увидел себя в большом зеркале. Так неожиданно, что отшатнулся, а потом подошел поближе и присмотрелся к отражению. Он будто высох за те месяцы, что не видел себя, да адепт и позабыл, когда испытывал такое желание. Но больше всего его удивило, что хламида, когда-то желтая, теперь приобрела бурый оттенок. Вот что такое Красный Круг, вот какой у него цвет. Цвет пролитой и засохшей крови, смердящей, разлагающейся.

Ему захотелось немедленно начать. Адепт, который не любил прибегать к чьей-либо помощи в таких делах. Закрутился по комнате в поисках подходящего оружия. Ничего не попадалось, и он встал над кроватью, чтобы успокоиться, взялся за амУлут.

- Они не дают барону детей, - произнес он, обращаясь к пограничнику. - Гильге добыл всего чуть больше двух десятков. А С'Пунк не разрешил мне сжечь город. Значит, я еще вернусь сюда, ведь он пошлет меня наказать непослушных.

- Зачем ты мне это говоришь?

- Хочу спросить, что ты об этом думаешь.

- Я вас ненавижу, - просто ответил Клуни. - Но тебя, С'Чиз, больше всех.

- Мое имя - С'Пехо, глупец, - сказал адепт и ухмыльнулся. - Трус и глупец. Сейчас ты будешь визжать, сейчас...

Он вышел из комнаты, прошел в кухню и сразу увидел подвешенный на стене тесак. Осторожно проверил бледным пальцем остроту - то, что нужно, не туп, но и не слишком остер. Не стоит спешить... Что-то будто ударило в грудь. Тесак неловко дернулся в руках, будто ожил, располосовал палец. Адепт взялся за амУлут и услышал С'Пунка. Он был еще далеко, очень далеко.

"Ты получил детей?"

"Только два десятка, великий адепт. Я пробуду здесь еще немного и направлюсь к тебе."

"Глупец! Это я направляюсь к тебе..."

"Что-то случилось?" - С'Пехо наконец-то пришел в себя. - "Они не дают мне детей, великий, могу ли я уничтожить город? Ты увидишь огонь, приближаясь!"

"Стяни все силы, глупец, готовься обороняться."

С'Пунк покачал головой и выпустил амУлут из руки. Как ни ненавидел он молодого адепта, но видеть, какое он ничтожество, ощущаться себя почти Хозяином по сравнению с ним - наслаждение. Он стоял на побережье, возле самой воды и небрежно следил за рыбаком, изо всех сил гребущим к берегу. Несчастный увидел его и теперь должен умереть. Но не сразу, сначала он поднимет великого адепта на этот холм, потому что негодный коос сломал ногу.

Все дни, проведенные среди скал, С'Пунк был очень занят. Сперва требовалось все подготовить к посвящению. Большинство детей оказалось никуда не годно, двоих он забраковал сразу, остальные умерли во время обряда. Только трое теперь лежали в коконах, замурованные в пещере. На шее у каждого висел амУлут, питающий их силой Нечистого. Они проснутся через полгода... Следовало бы все сделать иначе, но нужно спешить, в отношениях с однажды вновь откроющим этот остров Темным Братством решающим может оказаться каждый месяц.

Потом великий адепт занялся поиском врага. Он не доверял С'Пехо, трус и глупец не сумеет удержать в руках нити, даже найди их. С'Пунк никуда не уходил, он просто ждал и наблюдал. Сначала ему показалась подозрительной старуха, что осталась жить в Новой деревне, потом женщина в скалах, но потом колдун оставил их в покое. Пришел другой человек, тот, которого он ждал.

С'Пунк едва не зарычал, когда увидел, как незнакомец проник в жилище замученного Слима и все там осмотрел, а потом стал рыскать по округе. Если бы глупец С'Пехо не поторопился удовлетворить свою жестокую похоть, они бы знали уже все. Великий адепт, не доверяя глитам, сам спустился вниз и схватил шпиона.

Он допрашивал его долго, вновь и вновь проникая в его мысли. Прошло время, прежде чем адепту удалось понять хотя бы, какой именно уголок сознания не договаривает ему что-то, скрывает чужие секреты. Еще дольше пришлось вынимать их оттуда, по кусочкам, слово за словом. С'Пунк слишком давно учился этой науке, чтобы хоть какая-нибудь защита могла сопротивляться ему достаточно долго, и все же он проникся уважением к мастеру, научившего молчать этого человека.

Шпион все-таки умер, хотя колдун не касался его и пальцем. Он умер даже раньше, чем следовало, но амУлут помог продлить его жизнь на несколько минут. Теперь С'Пунк знал достаточно. На этом острове есть настоящий враг, настоящий хозяин этой земли, под дудочку которого пляшут короли и толстые кюре, колдуны Вуду и богатейшие купцы, придворные интриганы и грабители с большой дороги.

Факельщики. Слим принадлежал к этой могущественной организации, наказанный за оплошность, он был сослан наблюдателем в один из самых заброшенных районов острова. С'Пехо убил его, и этим неосторожно дал сигнал другим. Кюре не дал о себе знать в условленное время, его пришли проведать и узнали сразу все. Умерший шпион пришел сюда не один, его напарник остался где-то неподалеку и теперь его уже не поймать. Да и ни к чему его ловить, факельщикам уже известно все.

С'Пунк провел ночь в размышлениях. Перенести логово в другое место, забрать детей? Наверняка факельщики отследят местоположение и нового тайника. Пусть лучше думают, что он пошел им навстречу. Утром глиты, соорудив наскоро закрытое подобие носилок, отправились в Улут по дороге. Лемуты убивали каждого, кого могли достать, не отклоняясь от маршрута. С'Пунк искренне надеялся, что ужас помешает людям остановить глитов и хоть несколько слуг доберется до С'Пехо. Впрочем, это не сильно заботило колдуна.

Сам он сел на черный корабль и по морю добрался до тихого местечка севернее Улута. Его видел только один рыбак, и ему осталось жить недолго. Возможно, это тоже шпион факельщиков, это уже не имеет значения. Все, что требуется - оказать в Улуте неожиданно, когда факельщики нападут на глупца С'Пехо.

С'Пунк выяснил, что первого темного брата, С'Коллу, факельщики убить не успели, он действительно был ловок, хотя ничего не подозревал о врагах. Три других темных брата исчезли неожиданно, вместе с неким Хью Грамоном, который совсем недавно вновь объявился на острове. Факельщики знали, что именно у Грамона находится амУлут С'Коллы, а скорее всего, и остальные три.

Следовало спешить. Необходимо или достать Хью Грамона раньше факельщиков, собирающихся ловить его именно здесь, возле Улута, или нанести факельщикам удар первым, пока они не усилены амУлутами. Им сейчас кажется так просто получить один из них, ведь глупец С'Пехо будто нарочно торчит в городе, и вместо того, чтобы воцарится, жжет дворцы и убивает людей. Правда, неожиданно С'Пехо сказал о каком-то бароне... Глупцам везет.

Пусть же и останется там этот трус и глупец, пусть выполнит свою роль живца до конца. Если же его все-таки убьют... С'Пунк будет больше жалеть о глитах. Рыбак приблизился и послушно подставил великому адепту спину. Уже поднимаясь вверх по склону, колдун приказал покалеченному коосу утопиться. Единственная хорошая черта этих лемутов - они послушны в любом случае, ревуна пришлось бы убивать посохом.

Взявшись за амУлут, С'Пунк еще раз прислушался к округе. Никого. Тихое местечко, сюда даже никто не побежал из города, все предпочти идти на юг. Оказавшись наверху, великий адепт немного поразмыслил о судьбе рыбака. Нужен ли ему слуга? Скорее всего, нет. До встречи с людьми ему ничто не угрожает, а потом слуг будет достаточно. Отпущенный слуга молча кинулся со скалы и, несколько раз ударившись о камни, рухнул в море мертвым. Опираясь на посох, С'Пунк пошел по тропинке в сторону Улута, любуясь на поднимающийся к небу дым. Неужели мальчишка ослушался и спалил всю столицу?.. Тогда он умрет сразу, как только в нем отпадет надобность.

Впрочем, усмехнулся С'Пунк, тогда-то он умрет в любом случае. Хорошо бы, что б этого все же не произошло раньше.

3

Грамон нервно прохаживался вокруг Але. Именно вокруг, поэтому безносому каторжнику приходилось постоянно поворачиваться. Он успел сбегать по не всем известным адресам и принес довольно много новостей. Произошедшее в Улуте не сильно взволновало коротышку - он и ожидал чего-то подобного. Семья его действительно находило на северном побережье острова, в бедной рыбацкой деревушке. Это хорошо. Во многих других местах Андро они могли бы пострадать за фамилию, то есть за когда-то приобретенное путем нехитрых интриг дворянство мужа. Но только не в Ками - здесь себя дворянином считает каждый второй, а баронов больше раза в три, чем в Бахаме и Дивуаре вместе взятых. Хью беспокоили новости именно из Бахама.

Королевство продолжало находиться в состоянии полураспада. Первый колдун уничтожил армию, бросив ее в самоубийственный поход, натравил баронов на свободных крестьян. В ответ те подняли восстание, загнав баронов в их крепости, полукольцом охватывающие столицу. Совет Кюре воспользовался этим, чтобы низложить короля Тома XXXI. Затем возникла пауза, но появились новые темные братья. Они физически уничтожили повстанцев, отправив их на штурм крепостей, а заодно избавились и от слишком независимых баронов. Но, как выяснилось, дело было не только в их строптивости.

В семи уцелевших крепостях маленькие мальчики, дети и племянники баронов, заболели странной болезнью. Их кожа потеряла пигментацию, все волосы и ресницы выпали. Дети вели себя странно, их характер менялся... Они превращались в Темных Братьев. Родители пытались скрыть тайну, но об этом знал уже весь Бахам и не только. Трижды за последнее время разграбленный, нищий город просто не мог собрать достаточно бойцов, чтобы выступить против баронских дружин, иначе началась бы новая бойня. И все-таки война началась, город противостоял крепостям, крестьяне колебались, опасаясь новых несчастий на свою голову. Совету Кюре, официально правящему страной, уже никто не подчиняется.

- Чуть не забыл, господин Грамон! - хлопнул себя по лбу Але. - Диджонские опять про вас вспомнили!

Диджон прежде был самым уютным, живописным и мирным местечком на острове, да, пожалуй, и остался таким. Ничего удивительного, что там так процветали трактиры, обслуживающие прибывших, что Диджонская гильдия трактирщиков стала самой богатой. Дальше - больше, не слишком честными методами разоряя конкурентов, диджонцы поставили свои заведения едва ли не на всех перекрестках Бахама, да еще и сложили сказку о каких-то особых преимуществах диджонского рома, с чем Хью был абсолютно не согласен.

Постепенно в руках трактирщиков скопились такие средства, а связи в преступном мире достигли такого уровня, что они захотели повлиять на двор. Просьбочка у них была самая простенькая: на сто лет избавить их от налогов. Кому же поручить это дело, как не Хью Грамону? Коротышка взялся не колеблясь, а заодно принял на себя еще ряд обязательств. Даже больше, чем полученные авансы, его радовала перспектива бесплатно угощаться в Диджоне всю оставшуюся жизнь. Он даже подумывал вообще отойти от дел в случае удачи.

Увы, ничего не вышло. Хью погоревал и занялся другими делами, как вдруг трактирщики потребовали деньги назад. Грамон внятно объяснил их представителям, что поскольку усилия он все-таки предпринял, то они должны быть как-то оплачены. Диджонцы упорствовали, Хью убил нескольких их особо наглых посланцев, а потом еще больше наемных убийц. И вот тут он столкнулся с самой неприятной чертой диджонцев: упрямством. Они давно потратили куда большие деньги на попытки его убить, но никак не хотели отступиться.

- И они уже знают, что я здесь?

- Знают, знают, - покивал Але, с которым Хью и познакомился, когда решил сократить путь и отважно прошел прямо через Диджон. Без жертв это путешествие, конечно же, не обошлось. - И меня помнят. Как узнали, что я теперь с вами, тут же предложили заплатить за вашу лысую голову.

- Сколько? - оживился честолюбивый Грамон.

- Сейчас посчитаю... - Але вытащил из-за пазухи мешочек и высыпал на ладонь горсть золотых.

Он зашевелил беззвучно губами, перебирая монеты, а Грамон смотрел на него как зачарованный. Ему мучительно хотелось сказать: "Половина моя!", потому что это было бы справедливо. Ведь диджонцы нанимают для него убийц не просто так, значит он тоже потрудился. Но мысли, крутившиеся у него в голове все последнее время и уже почти вылившиеся в твердое решение, создали какое-то новое, непривычное настроение. Ему не хотелось мелочиться.

- Горжусь тобой, Але, - наконец сказал он. - Это ведь ты после общения со мной такой стал - сначала берешь деньги, а потом считаешь, и вспоминаешь, за что их дали. Ты стал гораздо умнее.

- Это точно, - согласился каторжник. - Вот только считаю плохо... Ну, в общем, около семидесяти здесь.

- Молодец, только пока не напивайся. Будет еще время... Кстати, все хочу тебя спросить: а за что тебе нос отрезали?

- Ну... - Але хотел что-то привычно соврать, но передумал. - Дело было так: рудник залило в очередной раз. Работа встала, сели мы в картишки перекинуться. Одни говорит: давайте в чезил! Я отвечаю: не умею. А мне все сказали, что дело плевое, на взятки игра. Сыграли, я почти все забрал, а оказалось - не надо было брать в тот раз. Вот.

- А нос при чем? - не понял Хью.

- Так я не отдал проигранное, - терпеливо объяснил Але. - У меня и денег-то не было.

- Суровые у вас законы, - покачал головой коротышка. - У нас бы просто убили. Ладно, скажи всем, чтобы собирались. Пора, и позови сюда Стивенсона.

Через час Армия Андро вошла в Улут. Несколько сотен, которые привел сюда Грамон, превратились за время большого привала в более чем тысячное войско. Алая материя в ближайших лавках вышла вся, повязки пришлись камийцам по вкусу. Лоу разбил людей на четыре колонны и пустил их к центру города по разным маршрутам, приказав в случае обнаружения противника немедленно остановиться, отступить на квартал и доложить ему.

Хью в это время уже шагал по улицам вместе со Стивенсоном. На прощание он все-таки сделал гадость лойнанту, при командирах отрядов назвав того Маралом. Камийцам и это понравилось, теперь бедняга Лоу выслушивал доклады только с упоминанием этого титула.

- Ты уверен, что нам не надо было идти с колоннами? - с опаской спросил кандец.

В чужом городе, где пахло гарью и кровью, а на улицах дикие коты дрались за человеческие трупы, ему было неуютно и очень не хватало самострела. Правда, Лоу с заговорщицким видом вручил лично ему арбалет, намекнув, что это великое оружие, известное предкам. Стивенсон и сам знал, что арбалет известен предкам, но ведь на материке он тоже известен. Впрочем, и за это следовало сказать спасибо.

- Погубим хороших людей, только и всего, - отмахнулся коротышка. - Они нам не помощники. Зато барон Ник Гильге успел, оказывается, переметнуться на сторону Темного Братства и навербовать сторонников из всякого сброда. Сегодня они весь день хозяйничали в городе, говорят, их несколько сотен. Здесь свернем направо, к площади.

Пойдя в указанном направлении, они действительно минут через пятнадцать увидели площадь и обугленный останки дворца. Хью даже постоял немного, всем видом изображая глубокую скорбь. Стивенсон из уважения постоял рядом.

- Ты их чувствуешь? - спросил Хью.

- Их?

- Их, или его, какая пока разница?

- Нет, я не умею их искать, - испугался Стивенсон. - Для этого в Д'Алва, я знаю, подбирают особо одаренных людей. Они - чуют.

- Жаль, что ты не захватил с собой такого парня, - пожалел вслух коротышка. - Город большой... Правда, они прятаться не должны, они если уж начинают представление, то хотят, чтобы видели все. Слышишь шум справа?

- Вроде бы... - Стивенсон сделал несколько шагов в указанном направлении. - Нет, это только эхо. Шум вроде бы оттуда...

Они неуверенно заметались по улицам, перебегая от дома к дому, потом Стивенсон поднял лицо и увидел в окне третьего этажа безволосый белый затылок. Сухая, будто бумага, кожа туго натянулась на позвонках. Кандец не глядя поймал длинной рукой бегущего Грамона и швырнул его на землю, сам повалился рядом.

- Вражеский попугай! - зашипел от боли Хью. - Я разбил колено! Где они?

- Высокий дом, он стоит на соседней улице, но окно видно отсюда. Это там кричат.

Они немного пробежали на четвереньках, вскочили на ноги и осторожно выглянули из-за угла. У входной двери богатого каменного дома скучали два человека в черных повязках, закрывающих нижнюю половину лица. Стивенсон хотел что-то сказать, сунул было руку, чтобы вытащить из-за спины висящий на веревке арбалет, но Грамона рядом уже не было.

Коротышка на удивление быстро перебежал улицу, будто прокатился огромный черный мяч. Охранники полезли за оружием, отдыхавшим в ножнах, но достать его успел только один, и то только затем, чтобы тут же выронить его из рук. Хью успел подставить ногу, чтобы меч не загремел на каменном крыльце.

- Ну ты и ловкач, - в который раз удивился Стивенсон.

- Не шепчи, - усмехнулся Грамон. - Он уже знает, что мы здесь.

- Но ведь у нас амУлуты! Колдун нас не чувствует!

- У охраны амУлутов не было, он слышал, как они умерли. Он знает, что у нас амУлуты, потому что не чувствует нас. Все в порядке, Стивенсон, я открою дверь, ты выстрелишь, если что.

"Если что" представляло из себя огромную тварь с мощными мускулами, лицом более всего походившую на черепаху. От макушки до копчика тянулся роговой гребешок.

- Глит! - кандец всадил стрелу прямо в сердце лемуту. - Осторожно, Хью, он силен!

Глит, будто не замечая раны, кинулся к стоящему напротив двери Стивенсону, замахиваясь тяжелым клинком. Грамон тут же воткнул ему в спину свой короткий меч, но глубоко вогнать его не сумел - помешала толстая кожа и могучая мускулатура твари. Однако лемут повернулся на месте, со свистом опустив оружие. Коротышка чудом успел отскочить, от удара каменная колонна лишилась большого куска.

- В живот! - выкрикнул Хью, одновременно следуя собственному совету.

Могучий удар левой руки глита отшвырнул его на несколько футов, но тварь тут же пригнулась, зажимая ладонью глубокую резаную рану. Это позволило Стивенсону, который не терял времени даром, послать еще одну стрелу под ухо, в уязвимое место гиганта. Потом Хью стал рубить его куда попало, и отвианец с удовольствием к нему присоединился.

- Хватит! - выкрикнул он, когда тело лемута перестало содрогаться. - Идем быстрее! Колдун может сбежать!

- Нет, это дом купца Жоса, я здесь бывал, - ответил коротышка. - Он мне каждый раз жаловался, что выход только один и все собирался перестроить, но... Скуп был.

- И что же теперь?

- Теперь идем, - Хью осторожно заглянул в полутемный зал. - Только не быстро, а очень медленно...

4

Когда С'Пунк исчез из поля восприятия С'Пехо, молодой адепт еще с минуту держал, амУлут, прислушиваясь. Он так и не смог определить направление к собеседнику. Как далеко он находится? Конечно же, не в скалах на таком расстоянии не сможет послать сигнал даже такой могучий темный брат. Или может? Что, если он наблюдал за С'Пехо все это время? Ведь там, возле устья Большой Миссы, С'Пунк поддерживал связь с островом через море. Хотя в тот момент он, должно быть, говорил с не менее сильным адептом.

Так или иначе, а время свободы почти закончилось. Почти, потому что есть еще несколько часов, которые можно потратить на старого друга. С'Пехо бросил взгляд на неподвижно лежащего пограничника. Нет, сперва надо позаботиться о безопасности, ведь С'Пунк что-то говорил о врагах или о нападении... Позвав глитов, адепт послал одного из них к барону Гильге, чтобы тот прислал своих людей для охраны дома. Глит вроде бы все понял, но вот сможет ли объяснить?.. Придется надеяться на сообразительность барона, самому покидать дом сейчас нельзя.

Второй лемут тем временем по приказу адепта раздел Клуни, связав руки человека на этот раз за спиной, и подвесил за ребро. С'Пехо почему-то нравилось мучать людей именно в таком положении, все другие варианты не приносили достаточного удовлетворения. Пограничник застонал, прикусил губу. С'Пехо отправил глита вниз и медленно обошел вокруг пленника. Куда делся тесак?

Оружие нашлось в соседней комнате, он выронил его, когда почувствовал вызов С'Пунка. Вернувшись к пограничнику, адепт опять задумался о грядущих унижениях, о том, сколько лет ему придется их терпеть, прежде чем можно будет попытаться устранить великого адепта, и вдруг увидел другой путь. Бежать! Бежать на черном корабле! Надо только освоить магию, которой он приводится в движение, но это не казалось таким уж сложным. Вся магия Темного Братства похожа, проистекает из одних и тех же источников. Сила Нечистого Хозяина... Было бы только немного времени, чтобы попрактиковаться.

Если взять с собой хотя бы двух глитов, то дорога через джунгли Д'Алва вполне проходима. Ведь теперь у С'Пехо есть амУлут, и он сможет отгонять от себя все живое. Чудовища больше не страшны! Он расскажет в Братстве о мятежном адепте С'Пунке, предавшем его и вознамерившимся стать выше Нечистого, создав свой Круг. Красный Круг.

С'Пехо опомнился и понял, что все это время машинально делал надрезы вокруг раздражающих его слов на груди Клуни. Трус и глупец, трус и глупец... Нет! Этих слов больше здесь не будет.

- Ты плохо поработал, - сказал он Клуни, у которого из прикушенной губы текла по подбородку кровь. - Зачеркнул, но прочесть все равно можно. Но ничего, я сотру эту надпись совсем. Приготовься визжать.

Метс ничего не ответил, это рассердило палача и он походя ткнул его тесаком в глаз. Даже не услышав хрипа, С'Пехо принялся за работу. Следовало снять кожу у пограничника с груди, но аккуратно, чтобы не стыдно было потом показать ему работу в большое зеркало. Он трудился скурпулезно, досадуя на все-таки плохо заточенный тесак и на то, что тело пограничника постоянно дергается.

Не замечая ничего вокруг, он в то же время прислушивался сознанием к происходящему на улице. Вот вернулся глит и занял позицию внутри дома, рядом с другим лемутом. Вот пришли два человека барона. Почему только два?.. Тупые скоты, все лемуты - тупые скоты, да и люди тоже. Ничего, барон за это ответит. С'Пехо срежет ему с груди лоскут кожи и пришьет вот этот. Трус и подлец. И тут адепт понял, что пограничник давно уже кричит.

- Что ты сказал? - приостановился он. - Посолить? Сейчас, подожди минутку.

Адепт действительно порылся в ящиках на чем-то вроде кухни, но соли не нашел. Плюнув, вернулся и закончил работу молча. Пусть кричит, это успокаивает. И вдруг что-то произошло снаружи. Очень не вовремя, потому что именно в этот миг С'Пехо вытер отрезанный лоскут кожи о хламиду и показывал Клуни. Хорошая работа, ничего лишнего, и в то же время ни единой дырочки, оба соска на месте. Но что произошло внизу?

Люди! Люди барона, они исчезли! Дрожа от гнева, С'Пехо осторожно придвинулся к окну и увидел одного из них, он выкатился на середину улицы, задрав к небу залитое кровью лицо. Они здесь, здесь враги с амУлутами. Только бы это не оказались темные братья, пришедшие мстить, с людьми он уж как-нибудь попробует справиться.

Глит. С'Пехо схватился за амУлут, призывая всю силу Нечистого. Глазами сражающегося лемута он видел лица своих убийц. Черный коротышка и... Белый! Это кандец, такие были у Нианы, на огромных лорсах. Молодой адепт едва успел отозвать второго глита, шагнувшего было наружу. Что, если он не справится? Пусть лучше ждет их на лестнице.

Паника охватило сердце С'Пехо. Что, если враги нашли способ прятаться и амУлуты здесь ни при чем? Что, если сейчас их здесь появятся сотни? Проклятый барон Гильге, наверняка он просто предал его.

- Перестань орать!! - С'Пехо приблизил лицо к пограничнику, увидел вытекший глаз. Когда это, кто? - Заткнись!

Рука уже занесла тесак для последнего удара, но в это время в бой вступил второй глит и С'Пехо переключил на него все внимание. На узкой лестнице он мог в полной мере использовать преимущества в быстроте и длине клинка тяжелого меча. Хью, заметив угрозу в самый последний момент, скатился вниз по лестнице кувырком, прямо под ноги Стивенсону, тот выстрелил и промахнулся.

- Заряжай!.. - сопя потребовал Хью, легко вскакивая на ноги и шмыгая разбитым в кровь носом.

Стивенсон, моля Бога о крепости рук, исполнил приказ, ожидая, что тяжелый глит вот-вот спрыгнет вниз и разрубит его от макушки до паха. Но коротышка имел свои планы на дальней шее развитие события. Он отважно бросился навстречу, пригнувшись, и даже принял на свой короткий клинок удар меча лемута. И хорошо, что короткий - другой бы сломался. Со скрежетом и искрами оружие влетело в щель, оказалось зажато в ней. Грамон повернул кисть, потом рванул локтями, всем телом, но лемут был слишком силен.

- Мать -Дева... - выдохнул Хью, провожая глазами свой меч, серебряной рыбкой сверкнувший под потолком и отлетевший за спину глита.

Тут же ему пришлось второй раз скатиться по ступеням, спасая свою голову от отделения от тела. Щелкнул арбалет, стрела вонзилась лемуту в большой глаз, он взревел, по узкой лестнице заметалось оглушительное эхо.

- Ну, давай же, еще разок! - умолял коротышка кандца, вытаскивая у него из ножен меч.

Стивенсон торопливо крутил рычажок, натягивающий тетиву. Глит наконец перестал реветь, ухватился за торчащую стрелу обеими руками, набрал воздуха и заорал снова. Рывок, и стрела оказалась вырвана, но не из глаза, потому что он, огромный, желтый, трепещущий, остался висеть на зазубренном наконечнике. От глаза в глазницу убегала красная натянутая нить, которая стала быстро утончаться и провисать.

Щелк! Вторая стрела окончательно лишила глита зрения. Не дожидаясь, пока стихнет его рев, Хью прыгнул к чудовищу и с ходу ткнул под подбородок. Фонтан крови едва не сбил его с ног, Грамон быстро отступил и не глядя протянул меч Стивенсону.

- Длинноват, несбалансирован.

- Пошел к черту! - вскипел кандец, быстро накручивая тетиву. - Руби его, не стой!

- Не знаю, куда ты меня послал, дружище. Но сейчас в любом случае не до дуэлей, - примирительно отозвался Грамон и сплюнул кровь. - Сам издохнет. А колдун наверху, никуда не денется. С ним было бы еще сложнее, чем с лемутами, но ты хороший стрелок. Вот только темному брату лучше стреляй в сердце.

С'Пехо слышал эти слова, стоя прямо у них над головами. Глит внизу тяжело умирал, испуская из разрубленного горла последние капли крови. Адепт ругал себя за то, что сам не позаботился ни о каком оружии. Короткий тупой тесак - это маловато даже вдобавок к палке, заменяющей настоящий посох.

- У вас есть несколько минут, чтобы скрыться, - сухо произнес С'Пехо. - Скоро здесь будут мои друзья, они уже идут.

- Рад познакомиться! - опасливо поглядывая наверх, Грамон перепрыгнул через еще подергивающееся тело лемута и подобрал свой меч. - Вы что-то бледно выглядите, господин темный брат. Иди сюда, Стивенсон, и пристрели это лысое чудовище.

Кандец, едва не поскользнувшись на крови, взбежал по лестнице к коротышке и поднял арбалет. С рычанием С'Пехо отскочил за угол - отбить посохом стрелу, пущенную с такого расстояния из лука не составляло для него большого труда, но увидеть арбалет адепт не ожидал.

- Не прячься, - попросил Хью. - Я был в этом доме, наверху всего три комнаты.

С'Пехо не ответил, посохом затворив дверь у коротышки под носом. Лязгнул засов. Грамон с силой пнул дверь ногой, обиженный таким подлым поведением врага.

- Идем принесем что-нибудь! Придется вышибать, а дверь здесь вполне приличная. Хорошо хоть окошки маленькие даже для таких тощих, как он: купец Жос до смерти боялся воров.

Адепт быстро прошел через комнату и убедился, что в окно ему действительно не пролезть. К тому же до земли было слишком далеко, не стоит доставаться врагам с переломанными ногами. Пограничник висел не шевелясь, голова бессильно поникла. С'Пехо увидел лежащий возле зеркала лоскут кожи. Трус и глупец. В ярости он швырнул его в окно. Потом адепт схватился за амУлут.

- С'Пунк! Ответь! Где ты, С'Пунк! Я в беде, я продержусь лишь несколько минут! Приди, великий!

Но никто не отозвался. Во всей округе, казалось, не было ни единой живой души. Внизу раздался душераздирающий, тут же оборвавшийся визг - это Хью Грамон открыл чулан и обнаружил там кооса. Прошло еще немного времени, снаружи раздалось пыхтение, неразборчивые ругательства, потом дверь потряс первый удар. С'Пехо подпрыгнул, будто дубовой скамьей его ударили в самое сердце. Как хочется жить! Жить вечно!

- С'Пунк!! Я проклинаю тебя, С'Пунк! Предатель!

5

Нельзя сказать, чтобы Армия Андро встретила в Улуте ожесточенное сопротивление. Хотя без мелких стычек не обошлось: в пустом, казалось бы, городе, откуда в панике бежали все, кто только мог самостоятельно передвигаться, все-таки нашлись смельчаки, решившиеся помародерничать. Зная, что в таких случаях пойманных не судят и не щадят, преступники пытались скрыться, но воины в алых повязках не дали уйти никому.

Маршал Лоу двигался со второй колонной, постоянно поддерживая связь со всем войском и отмечая на карте пройденные улицы. Его люди двигались прямиком к особняку барона Ника Гильге, осмелившегося открыто поддержать Темное Братство. Довольно быстро они преодолели половину расстояния и остановились у церкви Чудесного Исцеления, главного улутского храма. Навстречу им вышли почти две сотни кюре - столько их и было в городе.

- Потом, потом, - отмахнулся Лоу от их попыток высказать благодарность и предупредить о грозящих опасностях.

- Господин Маршал, - обратился к нему Дон Райс. - А с какой колонной идет господин Грамон?

- С пятой, - буркнул командир. - У меня в городе пятая колонна с Хью во главе. Поэтому мы и идем так смело, темного брата он взял на себя. Но всякое может произойти, будем осторожны. Выступаем дальше, цель - дом барона Гильге.

И Маршал уткнулся в карту, игнорируя дальнейшие расспросы. К Дженис тоже подойти никому не удавалось, ее опекал безносый Але. Разочарованный Райс поправил алую повязку и отправился к своему отряду. Всем уже хотелось настоящего сражения.

Оно началось постепенно. Сначала из окон особняка барона в наступающих полетели стрелы. Это камийцев не смутило, подбадривая друг друга воинственными возгласами, они добежали до ограды и отважно полезли через нее. В этот момент и раздался крик позади. Это кричали кюре, один из них случайно оглянулся и увидел бегом приближающихся глитов, несущих грубые, истыканные стрелами носилки.

Неутомимые лемуты, выполняя приказ, промчались на едином дыхании весь путь от скал к столице и двигались теперь к центру города. Увидев впереди себя множество воинов, они с рычанием бросили мешающий им груз, выхватили клинки, уже изрядно окровавленный по дороге, и врубились в самую гущу камийцев.

Не ожидавшие такого нападения, воины подались назад и оказались быстро прижаты к ограде особняка. Лоу пытался восстановить порядок, но попал в давку и не мог пошевелить даже локтем. Люди начали паниковать, им казалось, что сзади уже кто-то, подчиняясь колдовскому приказу, бьет их в спину. Почти так оно и было: увидевшие сражение воины барона Гильге возликовали и высыпали из дома, убивая врагов сквозь прутья ограды.

- Але! - прохрипел Лоу, увидев, что каторжник умудрился выволочь Дженис из толпы и оказался сбоку, среди убегающих прочь солдат. - Дивуарцам скажи! Пусть стреляют!

Действительно, дивуарцы, единственные из всех служащие в Армии Андро за деньги, и не малые, понемногу скапливались за спиной у Але, не решаясь бежать. Сами услышав крик Маршала, они похватали луки, с которыми разбойничали в джунглях, и открыли стрельбу по лемутам. Те, уже потеряв в битве двоих, ослабили напор и переключились на фланг, после чего Лоу смог наконец выбраться чуть ли не по головам из толпы и заорать во всю мощь, восстанавливая порядок.

Заметив наконец свое подавляющее численное преимущество и потери глитов, камийцы воспряли. Через минуту вокруг лемутов уже сомкнулось кольцо, и хотя каждая тварь сражалась до конца и уносила жизни нескольких воинов, с ними было покончено. Тут же Маршал повернул неостывших бойцов к особняку барона и удар их был так страшен, что ограда рухнула по всей своей длине. Люди Гильге пытались опять запереться в особняке, но им этого не дали, с ходу ворвавшись в двери.

- А ведь я же приказывал двум отрядам стоять сзади, в резерве и арьергарде! - топал ногами Лоу и размахивал обрывком карты. Вокруг него лежали несколько десятков убитых. - Ну что же это? Что?

- Все в порядке, господин Маршал, - похлопал его по плечу Райс. - Мы победили, а это главное. Остальному научимся по пути на Бахам. Ведь мы пойдем на Бахам, верно? - и он заговорщицки подмигнул Маршалу.

Тот не ответил, хотя очень хотел выругаться. Мало того, что он нарушил присягу, покинув королеву Диас вопреки ее личному распоряжению, мало того, что позволил Грамону, королевским указом отправленному на каторгу, самочинно произвести себя в Маршалы, так еще и станет мятежником! Приведет на родину иностранные войска!

- Все образуется, - его погладила по руке Дженис. - Милый Лоу, вам просто надо немного отдохнуть. Когда здесь все кончится, мы на пару дней остановимся отдохнуть у госпожи Джеи, старшей жены Хью. Там живет и моя подруга Анджала, помните ее? Она вас помнит и часто меня...

Лоу все-таки застонал, хотя и негромко. Хорошо хоть, что в особняке заканчивали - из окон вылетали живые и мертвые люди барона, а кто-то громко просил побыстрее вкопать во дворе кол. Понимая, что до того, как с Гильге будет покончено, порядок навести не удастся, Маршал поневоле предложил Дженис руку и повел ее смотреть на казнь.

Кол, видимо, заготовили еще вчера, потому что несколько солдат уже шустро вкапывали его в землю. Еще один стоял рядом с кувшином, полным жира, и готовился полить им широкую, хорошо обструганную заостренную палку. Зрелище казни на острове было весьма популярно, так уж повелось с незапямятных времен. Откуда ни возьмись, собралась уже порядочная толпа горожан, многие стояли с пожитками, которые бодро волочили обратно в Улут.

Когда порядком истерзанного барона, так и не решившегося принять яд, а теперь очень об этом жалеющего, выволокли из особняка, в него тут же полетели комья грязи. Досталось и солдатам, но они все равно улыбались, потому что знали: их внуки будут хвастать, что дед сажал улутского предателя на кол.

- Господин Маршал, вы должны сказать! - протиснулись к Лоу несколько камийских офицеров.

Вздохнув, Лоу признал справедливость просьбы, извинился перед Дженис и взобрался на приготовленный для него ящик. Первым делом он воровато оглянулся на дорогу - не бегут ли еще лемуты. Но врагов никаких не увидел и, прокашлявшись, произнес:

- Дорогие андросцы! Сегодня наша с вами общая Армия, впервые объединившая в своих рядах воинов всех трех королевств, одержала первую победу...

Толпа заревела, с барона срывали одежду. Каждый старался отхватить себе кусочек - примета гласила, что он принесет в дом счастье. Тот уже и не дергался в сильных руках.

- И вот этот человек предал не только Улут, не только Ками, но и весь остров Андро, - завершил свою короткую речь Лоу.

- И Мать-Деву! - завопил оказавшийся рядом на ящике кюре.

Снова коротко пошумели слушатели, и воцарилась тишина. В нарушение островной традиции, тамтамов, чтобы выбивать дробь все время короткого путешествия осужденного в сторону центра земли, не оказалось. Тем лучше было слышно, как сперва закряхтел, потом коротко вскрикнул, сразу осев на полфута, барон. Еще некоторое время он молча, зажмурившись, болтал в воздухе руками и недотягивающимися до далекой опоры ногами, потом затих. Тут же подскочил солдат, державший наготове ведро воды и окатил Гильге. Барон приоткрыл глаза и рот, выпустил несколько кровавых пузырей.

- Ну, достаточно, - потребовал Лоу. - Нам еще надо закончить очищать город! Темный брат не убит! Остальное досмотрят мирные жители, строиться!

Солдаты нехотя, но выполнили приказ, поправляя алые повязки, и вскоре колонна смогла продолжить движение. Дженис опять взяла Лоу под руку.

- Знаете, господин лойнант... Ой, Маршал! Я вот смотрела и думала: а хорошо, что здесь нет Стивенсона. Ему бы, наверное, не понравилось.

- Ты думаешь, что у них в Канде не сажают на кол? - удивился Лоу. - А я вот не удивлюсь, если там вешают. Когда-то я видел в джунглях повешенного... Жуткое зрелище. Нет уж, лучше мы будем жить по своим правилам и Большая Земля нам не указ.

- Наверное, - вздохнула островитянка. - А вот Анджала говорила, что никогда не видела, как казнят в Д'Алва. Очень уж у них деревня глухая была. Только один раз убийцу ее бабушки косой зарезали при всех, но это они в деревне так решили. Да и резал-то Джезекия, помните его?

- Помню, - кивнул Маршал, пытаясь разобраться в смятых обрывках карты, оставшихся у него в руках.

- Вот, а как сажают на кол Анджеле не нравится. Она говорит, у нее голова кружится и тошнит. И еще она очень часто о вас спрашивает...

- Прости, Дженис, - мягко высвободился Лоу и поманил жестом Але. - Наш друг каторжник за тобой присмотрит, а мне надо поискать твоего мужа, я начинаю нервничать.

- Вечно вы из-за него нервничаете, бедненький, - улыбнулась Дженис. - Все будет хорошо. Вот увидите, Анджала будет вам очень рада.

Лоу быстро догнал голову колонны и на ходу с ожесточением закурил. Опять стали приходить донесения от соседей: продвигаются все быстро, сопротивления никакого не встречают, от Хью Грамона известий нет. Маршал с ненавистью косился на множество домов - в каком искать Грамона? Или он решил спрятаться где-то в самом дальнем углу Гавани?

Вдруг впереди появился бегущий, запыхавшийся человек в алой повязке. Лоу нахмурился: сказано же продвигаться равномерно, откуда он там взялся?

- Через площадь быстрее было, господин Маршал! - понял немой укор солдат. - Мы видели темного, мы, первая колонна! Его несли на плечах двое горожан, бегом!

- Куда? - Лоу опять с ненавистью уставился на клочки карты. - Куда несли?

- В купеческий квартал, мы не могли проследить, потому что там зона четвертой колонны, вы же сами приказали, чтобы...

- Понял! - оборвал его Лоу. - Вернись и скажи, чтобы остановились на дворцовой площади. Пошлите в четвертую колонну чтобы не входили в купеческий квартал, скорее!

Маршал прибавил шагу, чтобы пораньше оказаться на площади. Теперь надо перестраиваться и смыкать кольцо вокруг купеческого квартала, но это только в том случае, если темный брат согласится его там ждать. Ну что же ты не поймал его, Хью Грамон! И куда ты вообще подевался?

- Господин Маршал! - тот же запыхавшийся камиец опять оказался перед ним, вытирая вспотевшее лицо повязкой. - Простите, господин Маршал, самое главное я забыл сказать! Это был другой темный брат! Наш колдун в желтой одежде был, а новый - в зеленой!

У Лоу почему-то отлегло от сердца. Потом он задумался, почему, и не нашел никакого ответа. Что ж, придется действовать так, будто коротышка Хью все-таки доигрался в свои любимые игры.

Глава восьмая

Победа

1

Дверь мало помалу подавалась под ударами скамьи, жалобно трещали петли. Бить длинной скамьей, стоя на крохотной площадке, было не слишком-то удобно, но выручила разница в росте: долговязый Стивенсон спустился на несколько ступенек, а коротышка Хью пригнулся у самой двери. Меч он держал в зубах и явно не намерен был терять время на разговоры, добравшись до темного брата. Кандцу казалось, что в промежутках между ударами островитянин прислушивается к тишине внизу. Кого он боится? Факельщиков? Чушь, ведь они всего лишь люди!

Наконец нижние петли сорвались и разламывающаяся да две части дверь провернулась, пропуская снизу скамью и едва не ударив по лысой макушке Хью своей верхней половиной. Не успел Стивенсон глазом моргнуть, как Грамон уже нырнул в образовавшуюся щель, скользя животом по доске. Тут же раздался звон, ноги коротышки смешно взбрыкнули и провалились в комнату.

Отвианец прыгнул сверху, выпустив скамью. Упав вниз головой, он перекувыркнулся и довольно ловко вскочил на ноги, нашаривая арбалет, который каким-то чудом не выстрелил. Прежде чем Стивенсон успел хоть что-то разглядеть, хлесткий удар в правое ухо отбросил его к окошку, к счастью, слишком маленькому, чтобы он вылетел на улицу.

- Не спеши!.. - донесся до него отрывистый голос Хью. - Вставай и стреляй, я держу его!

Стивенсон и не собирался спешить, просто не мог. Нашарив руками стену, он поднялся, опираясь на нее, потряс головой и только тогда повернулся к схватке. Прежде всего ему бросился в глаза человек, подвешенный за ребро на большой железный крюк. Бедняга совсем не шевелился, голова, грудь и живот залиты кровью. Потом зрение нормализовалось и кандец осознал реальное положение вещей.

Адепт, зажатый в углу, метался с нечеловеческой быстротой. В правой руке он держал крепкую палку, которой и ударил Стивенсона, в левой - небольшой тесак. Движения его были настолько стремительны, что оставалось совершенно непонятным, как Хью успевает на них реагировать. В противоположность своему врагу он стоял почти неподвижно, двигая одной лишь выставленной вперед рукой с мечом. Кандец подумал, что если Грамону до сих пор не удалось поймать в прорезь оружие колдуна, то уже и не удастся, а тогда адепт его просто измотает.

Арбалет! Нащупав на плече веревку, Стивенсон выудил оружие из-за спины и прицелился в мечущегося адепта. Попасть было бы нелегко, но он сам облегчил стрелку задачу: с бешеным визгом вдруг бросился прямо на него. Стрела и меч Грамона поразили колдуна одновременно. Из груди теперь торчало лишь скромное оперение, а когда колдун, извиваясь, упал на пол, стало заметно, что стрела вышла из его плоской спины на треть. Может быть, эта рана и не была смертельной, зато коротышка разрубил врагу левый бок на уровне талии едва ли не до позвоночника.

- Крови нет, - мрачно заметил Хью и вдруг ударил мечом еще раз, отсек кисть, сжимающую тесак. - Чего мы ждем? Сейчас он быстро утихнет.

Действительно, адепт взвизгнул еще только один раз - когда коротышка крепко ухватился за голубоватую цепочку и рванул амУлут. Звенья цепи разошлись, и металлический кругляш покинул хозяина. Тот умер почти мгновенно.

- Вот так, - облегченно вздохнул Хью. - А теперь пойдем смотреть на парад, там Лоу наверное вовсю развернулся.

- Человек... - с трудом выговорил Стивенсон, показывая разряженным арбалетом на дверь.

Когда они начали снимать его с крюка, человек застонал и приоткрыл один глаз. Хью зачем-то зашел сзади и посмотрел на спину человека, не залитую кровью.

- А ведь он не с Андро, - сказал коротышка. - Смотри, какой оттенок. Как у матросов капитана Джефри, точь в точь.

Стивенсон тоже сообразил, что видит перед собой метса. Откуда?.. Радость и жалость к соотечественнику заставили его совсем потеряться. Грамон тем временем достал откуда-то чистую простынь и попробовал стереть кровь с груди несчастного. Тот опять застонал, теперь громче.

- Ну и дела, - присвистнул коротышка. - Ему кожу сняли, да как ловко! Большого мастера мы с тобой убили, дружище. Вот что, оставим парня здесь и пойдем покличем лекаря.

- Подожди... Ты кто! Эй, друг! Кто ты?..

- Придан отряду Шевахо... Ниана... Клуни... - невпопад ответил пограничник а потом, проваливаясь в забытье, добавил: - Красный Круг!

Друзья переглянулись. Потом нагнулись к раненому и прислушались, но больше Клуни ничего не сказал.

- Красный Круг, - повторил Хью. - Интересно, что это еще такое. Надо будет его Дженис показать, пусть попробует разобраться. А пока - идем.

- Нет, - заспорил Стивенсон. - Я его здесь не брошу, вынесем его. Это мой соотечественник, понимаешь? Ниана - это город на Внутреннем Море, довольно далеко отсюда, на северо-западном краю Д'Алва. Понимаешь? Положим его на простынь и унесем.

- Ладно, - со вздохом согласился коротышка.

Во время заворачивания в простынь пограничник не проронил ни слова, он впал в глубокое забытье. Стивенсон сорвал дверь окончательно, сбросил ногой вниз ненужную больше лавку и тем освободил проход. Они вытащили раненого из комнаты и начали спускаться вниз. Стивенсон шел спиной вперед.

- Назад!! - вдруг заорал Хью, бешено округлив глаза.

Кандец оглянулся и на повороте лестницы увидел темного брата. Чуть более высокий и заметно плотнее, чем первый, он был одет в зеленую хламиду, в руке держал черный тонкий посох. От неожиданности Стивенсон выронил свой край простыни, руки зашарили в поисках оружия, то ли меча, то ли незаряженного арбалета.

- Что ты ищешь? - скривил губы адепт, посох заплясал в его руке.

Стивенсон подался назад, закрываясь руками, но все равно получил несколько очень чувствительных тычков в живот. Он бы неминуемо согнулся и упал вниз, но сильная рука коротышки схватила его за шиворот и поволокла обратно в комнату. Другой рукой Грамон исхитрялся тащить простыню с раненым, причем проделал все очень быстро. Но темный брат не отстал и вбежал в комнату вслед за ним.

С'Пунку не хотелось убивать этих людей сразу, они могли знать много интересного. Он помедлил, играя посохом, бросил взгляд в маленькое окошко.

- Отдайте мне амУлуты и можете убираться, - сказал он. - Я пришел только за ними.

- Мы тоже, может быть, за ними пришли... - пробормотал взмокший Хью, с мечом в руке прикрывая Стивенсона, который все еще не мог вздохнуть, но старался наладить в арбалет стрелу.

С'Пунк увидел лежащего на животе С'Пехо, брезгливо усмехнулся. Потом колдун вытянул вперед правую руку и бросил на тело темного брата кусок человеческой кожи, подобранный под окном. "Трус и глупец".

- Я повторяю просьбу, - сказал он сухо. - Отдайте и уходите, меня ждет корабль, я тороплюсь отплыть на Большую Землю и навсегда покинуть ваш остров. Ну же.

Кандец наконец натянул тетиву и легонько ткнул Хью в спину, тот мягко отшагнул в сторону. Щелкнул арбалет, но С'Пунк легко уклонился, даже не подняв посоха. В то же время лежащий у ног Грамона пограничник открыл единственный глаз и зашарил рукой по полу, стараясь дотянуться до оброненного С'Пехо тесака. Коротышка вовремя это заметил и безжалостно наступил раненому на руку. Потом быстро вытащил из кармана амУлут с оборванной цепочкой и бросил на грудь Клуни. Этого оказалось достаточно, пограничник закрыл глаза.

- Три, - сказал адепт. - А может быть, есть еще? Впрочем, я вам уже предлагал жизнь.

Движения С'Пунка были куда стремительнее, чем у молодого адепта. Хью отбил первые выпады, но сделал это скорее инстинктивно, на самом деле не успевая разглядеть удары. Посох в руке колдуна оказался неожиданно тяжелым, кисть, державшую меч, сразу заломило.

За его спиной кандец лихорадочно крутил рычажок арбалета. Куда стрелять, чтобы он не сумел увернуться? В живот? В ногу? Грамон уже прижался к нему широкой спиной, вынужденный все время отступать. Нужно было чем-то прервать эту бесконечную серию с меняющимся ритмом, каждый удар мог оказаться последним. Под ногой скрипнула палка С'Пехо, коротышка катнул ее вперед. С'Пунк тут же отступил, всмотрелся.

- Глупо, - прокомментировал он, убедившись, что палка не представляет из себя опасности.

Хью по обыкновению хотел что-то ответить, но посох уже снова мелькал возле самого его лица. Рука кандца неожиданно вытянулась через плечо Грамона, выстрелила в упор. Но еще раньше он успел ударить посохом по арбалету, стрела вонзилась в пол, вырвав из него крупную щепку. С'Пунк опять отступил, по нему было видно, что он раздосадован.

- У вас нет шансов! - крикнул колдун. - Отдайте амУлуты! Я клянусь, что сохраню вам жизни!

- Не верь ему, - выдохнул Стивенсон на ухо коротышки, пристраивая на ложе последнюю стрелу.

- Не буду, - обещал Грамон. - Я даже...

Но кандец не успел узнать, что Хью не поверит, даже если колдун скажет, что этот остров называется Андро. Снова мелькнул посох, на этот раз достигнув цели: макушки Грамона. На счастье ее обладателя, макушка изрядно пропотела и страшное оружие С'Пунка соскользнуло, сильно ударило по плечу. Полуоглушенный островитянин присел, но сумел отразить следующий удар. А потом С'Пунк вдруг вскрикнул и быстро отступил к самой лестнице, потом опустил глаза и посмотрел на ногу, на которой не хватало нескольких пальцев. Клуни все-таки дотянулся до тесака.

- Я убью вас медленно! - взревел колдун и прихрамывая пошел на них. - Вы будете умирать целую вечность!

Он яростно наносил удары, от которых Хью уже не успевал уклоняться, защищая голову левой рукой. Стивенсон, вытянув вперед длинные конечности, тоже пытался прикрыть черную макушку Грамона. Самый последний удар С'Пунк нанес Клуни, опять отправив пограничника в беспамятство, потом прихрамывая пошел к лестнице.

- Помните, что я сказал, - С'Пунк обернулся и на минуту остановился. - Целую вечность!

Его шагни уже затихли на первом этаже, когда Хью запоздало выкрикнул:

- Чтоб тебе в море утонуть, вражий попугай!

- Почему он ушел? - спросил его Стивенсон.

- Устал нас избивать, наверное, - предположил Хью. - Хотя я, конечно, надеюсь, что его спугнула Армия Андро.

Пошатываясь, он подошел к окну. Адепта уже не было видно, зато по улице не спеша шли несколько женщин со смеющимися детьми. Чуть позади пожилой мужчина крестьянского вида катил тележку с вещами. Коротышка тихо, но очень длинно выругался.

- Джея! - закричал он в окно. - Неужели вы не можете побыстрее ногами передвигать?! Быстрее в дом, быстрее!

2

Старуха намотала на руку веревку, к которой была привязана оставшаяся сиротой соседская коза, забросила на плечо рогатину и, тяжело переставляя ноги, отправилась к скалам. Коза упрямилась, ее тянуло на капустное поле, которое было совсем рядом с дорогой.

- Уймись, ненасытное животное! - строго потребовала старуха. - Привыкла... Сегодня туда не пойдешь, сегодня на пастбище за Старой деревней, ты там еще ни разу не была. Ну неужели тебе не интересно?

Козе было ничуточки не интересно, но это не играло никакой роли. Поборов козье упрямство своим, островитянка медленно добралась сперва до Старой деревни, где немного передохнула, задумчиво поглядывая в сторону домика кюре Слима, потом стала подниматься в гору.

Глиты, протащившие мимо ее дома сколоченные из старых досок закрытые носилки, не обманули старую женщину. Уж она-то знала, как должны вести себя носилки, в которых сидит хотя бы ребенок. Нет, они были пустыми. Значит, колдун, оставшийся в логове, понял, что за ним кто-то следит и сделал вид, что уехал. Зачем? Чтобы заманить в ловушку? Да кто же туда пойдет после того, как не вернулся Матас, запасной связной Слима. Значит, сделала старуха вывод, он тоже ушел, но другой дорогой.

Какой - ей тоже не пришлось долго раздумывать. Той же, какой и появился здесь, морем. Может быть, вообще покинул остров? Вряд ли, для этого не нужно разыгрывать спектакли с носилками. Стоило бы сообщить об этом, но... Кто теперь берет в расчет старую Жанн, кто даст ей связного? Что ж, по крайней мере сходить и взглянуть, что после себя оставил в скалах колдун, ей не возбраняется.

Коза наконец успокоилась, а то уж старуха совсем собиралась отпустить ее на все четыре стороны. Добравшись до луга с сочной травой, куда водил свое животное кюре, Жанн привязала козу к от кюре же оставшемуся колышку и осмотрелась. Когда-то в молодости именно за этот участок побережья она отвечала, а в старости ее отправили сюда догнивать. Скалы она знала не как свои пять пальцев, а гораздо лучше.

Жанн добралась до пещеры, где, как она и предполагала, устроил свое логово колдун. Уж очень удобная была пещерка: и не жаркая, и не холодная. У входа оказалось большое кострище с множеством разбросанных вокруг него костей. Старуха подняла некоторые, рассмотрела подозрительно, потом нашла детский череп и тихо заругалась. Да, деревенских детишек ждала судьба простая и жестокая.

В пещере не обнаружилось совсем ничего интересного, кроме разве что огромного количества кала. Лемуты не отличались чистоплотностью, а темные братья - обонянием. Можно было бы уходить, но что-то тревожило душу Жанн. Она еще немного побродила по округе, нашла не до конца еще обглоданный труп Матаса без сердца, мозга и печени, кем-то аккуратно вырезанных. Потом просто постояла, припоминая что-то.

Здесь было прежде еще шесть пещер, все поменьше, чем так, где поселился колдун. Постанывая от боли в пояснице, старуха попыталась все их отыскать. Она бродила по кругу, тыкала рогатиной в кусты, растущие вдоль скал, но находила только пять. Припомнила, как могла, снова: нет, шесть должно быть пещер, да еще большая. Мало помалу ей удалось найти то место, где кто-то заложил крупными камнями расщелину.

- Да не опустится тьма... - пробормотала Жанн и принялась за работу.

Она была упряма, эта старуха, и только когда солнце перевалило за полдень призналась сама себе, что даже с помощью рогатины не может сдвинуть тяжелые камни. Требовалась помощь, а в деревне никого нет, кроме бахамской шлюхи с ребенком. Что ж, пригодится и она на благое дело.

- Я скоро вернусь, не скучай, - сказала Жанн обиженно отвернувшейся от нее козе и двинулась в обратный путь.

В Новой деревне пришлось сначала хорошенько перекусить, старое тело требовало подпитки. Потом Жанн опять ползла в скалы, на этот раз туда, где пряталась Долорес. Женщина, по обыкновению, ничего не едала, а просто валялась на жарком солнце и смотрела на играющего сына.

- Бери своего малыша, - сразу перешла к делу старуха, - и идем со мной. Колдуны ушли, а мне там одно местечко очень интересно.

- Ну и сходи, раз интересно, - заупрямилась было бахамка. - В такую даль по жаре тащиться... И охота тебе?

- И мне охота, и тебе, - погрозила ей рогатиной старуха. - Рону молоко козье надо? Иди и отрабатывай, не справиться мне без тебя.

Со вздохом поднявшись, бахамка закинула на плечо мальчика и пошла следом за Жанн. У козы кто-то уже побывал, она выглядела перепуганной и встретила старуху радостным блеянием.

- Хори ее пугают, - пояснила Жанн. - Здоровые тут водятся хори, а она, дурочка, боится. Тебе их бодать надо, слышишь?

- Чем помочь-то? - Долорес обмахивалась платьем, которое она сняла по дороге. - Давай быстрее все сделаем и пойдем.

- Быстрее всего вон - со скалы кинуться, - проворчала старуха, но повела помощницу к пещере.

Вдвоем работа пошла веселее. Старуха упиралась рогатиной, используя ее как рычаг, Долорес помогала сильными руками, только немного боялась выскакивающих из-под камней скорпионов. Наконец расщелину откопали достаточно, чтобы старуха могла вползти туда на четвереньках.

- Может ты посмотришь? - вздохнула Жанн. - Спина у меня болит, а ты молодая, не натруженная...

- Тебя бы так трудили, уже бы в могиле была, - довольно грубо отозвалась Долорес. - Сама полезай, мне и так всю ночь будут скорпионы сниться.

- Дай хоть огня, - смиренно попросила старуха.

Долорес развела костер, соорудила из сухой травы что-то вроде плохонького факела. Жанн, кряхтя о скорой смерти, влезла в пещерку, бахамка вложила в протянутую руку факел.

- Ну? Что там? Золотые горы?

- Дай еще, - потребовала старуха и высунула голову немного отдышаться от дыма. - Беда у нас, Долорес.

- Не знаю, как у вас, а у меня... - начала было бахамка, но осеклась, увидев выражение лица соседки.

С новым факелом старуха пробыла в пещере дольше, а потом вдруг оттуда показалось что-то белое, пушистое. Долорес даже вскрикнула сначала. Но потом разглядела старухины руки и приняла груз.

- Это что? Яйца что ли какие-то?

- Боюсь, ты угадала, - донеслось до нее из пещеры. - держи еще, не стой.

Когда все коконы перекочевали из пещеры на лужайку, Долорес рассмотрела каждый. В каком-то ни на что не похожем белом пуху лежали дети, она видела части их лиц, рук и ступней. Некоторых женщина вспомнила, они жили в Новой деревне.

- Твоих-то здесь никого нет, Жанн? - посочувствовала она старухе.

- У меня вообще никого нет, - отозвалась та. - Ни здесь, ни еще где. Вот разве что ты, Рон, да еще коза. И то, если разобраться, все чужие. Слушай, бахамская душа, нельзя их тут оставлять, унести надо.

- Как же мы их все унесем? - Долорес инстинктивно взяла на руки сына, как бы демонстрируя, что уже занята. - И куда нести? В Улут что ли, или может прямо в бахамский Собор? Тут Вуду какое-то, не нашего ума дело. Пойди в город, позови людей.

- Ага, пойди, - передразнила Жанн, потом взяла первый кокон и медленно пошла вниз.

Долорес осталась сидеть у скал - какая ей разница, где, если колдуны ушли? Когда старуха вернулась и молча взяла второй кокон, женщина со злобой плюнула, и стала ей помогать. До заката в Новую деревню вернулись все, даже коза.

- Чую я, - сказала Жанн за поздним ужином, - что там еще что-то есть в этих скалах. Проклятое стало место, нехорошее. Вот и не хочу их там оставлять. А в город теперь ходить, помощи звать - так легче вудуистов дозваться.

- Не накликай к ночи, - попросила Долорес.

Как-то само собой получилось, что они заночевали у Жанн. Дети лежали посреди комнаты, в одинакового размера коконах. Всю ночь старуха размышляла. Что оттуда может вылупиться, и когда? Зачем эти цепочки, что надеты им на шеи? Что будет, если ребенка вынуть? Все дети дышали, но так тихо и редко, что сразу и не заметишь.

- Вот что сделаем, - решилась Жанн утром. - Иди в деревню Круча, это пара миль отсюда по дороге, и найди там кривого кузнеца, звать Пол. У него есть большая тачка, скажи, что я зову, пусть приходит с ней. И добавь: да не опустится тьма. А за работу вот тебе...

Жанн тяжело опустилась на четвереньки, подняла доску и выудила из-под пола мешочек, полный мелких монеток. У Долорес заблестели глаза, она пересчитала деньги.

- Богато живешь, - похвалила она старую подругу. - Хорошо, схожу, только ты уж за Роном последи, и не таскай его в скалы.

- Зачем теперь-то? Коза и в огороде попастись может, и на поле.

Долорес надела платье и отправилась в путь. Через две - две с половиной мили ей действительно указали на деревню Круча. Покосившись на кровавые пятна в дорожной пыли, женщина сразу услышала от крестьян, что вчера по дороге пробежали с носилками чудища и убивали всех, кто встречался им на пути.

Кузницу было слышно издалека, и даже кривого Пола спрашивать не пришлось - он стоял у горна. Долорес немного понаблюдала за его работой, а потом сказала кто она и откуда.

- Вас очень зовет старая Жанн. С тачкой.

- Некогда мне ее урожаями заниматься, - недружелюбно проворчал Пол, смерив подозрительным взглядом незнакомку. - Свое убрать не успеваю.

- Там не урожаи, - засмеялась Долорес. - Хотя, как посмотреть. Да, чуть не забыла! Да не опустится тьма.

Кузнец свистнул помощников и молча куда-то пошел. Долорес не знала, ждать его или уходить ни с чем, но Пол вышел через несколько минут, умытый и уже с тачкой. Всю дорогу он то расспрашивал женщину о ее жизни, то в лицах разыгрывал смешные сценки из своего личного опыта. Оказывается, ему приходилось подолгу жить и в Бахаме, и Дом Наслаждений он видел, вот только ни разу так и не зашел.

Добравшись до домика Жанн, кузнец помахал ей рукой и скрылся за дверью. Долорес поняла, что ей не стоит присутствовать при разговоре, и подсела на вкопанную в огороде скамеечку, где болтал ножками Рон. Она долго думала о чем-то, потом махнула рукой.

- Все равно он в город пошел, так что же мне здесь сидеть? Если все время ждать, так можно и не дождаться. А кульки эти обязательно в Улут повезут, больше-то некуда.

Будто того только и ждали, Пол и Жанн вышли из дома, стали укладывать на тачку. Кое-как уместили все, тут Долорес и сказала, что хочет пойти в Улут.

- Ну и отлично, - обрадовался кузнец, прикрывая коконы сеном, наверное - от солнца. - Вместе будет не скучно.

3

Люди возвращались в город, едва ли не обгоняя колонны бойцов с алыми повязками. Никто еще не кричал о победе, никто не знал, как справиться с темными братьями, но жители будто что-то почувствовали. Вокруг отрядов сновали торговцы, предлагая что-то бесплатно, а что-то и за деньги, неизбежные проститутки и кюре, старавшиеся хоть в последний момент вернуть Церкви Матери-Девы утерянный авторитет.

Дженис проводила глазами человека в запыленных дорожных сапогах и легонько тронула за плечо идущего рядом Але.

- Вот тот. И, кажется, сразу тот, что нам нужен.

- Он один здесь? - медленно обернулся каторжник, будто заинтересовавшись положением солнца.

- Нет, их... Четверо. Но трое остаются наблюдать, а это пришел из Диджона, там ему передали вести из Бахама. Я пока разбираюсь, какие, но ему приказали идти в купеческий квартал.

- Господин Грамон тоже там? Они решились на него напасть? - выспрашивал Але, в то время как они отделились от колонны и не спеша пошли за факельщиком в сапогах.

- Не знаю, мне трудно без амУлута. Идем побыстрее. Нас не потеряют?

Вместо ответа Але достал из сапога нож и ловко вычистил грязь из-под ногтей, заодно посмотрев в блестящее лезвие, как в зеркало. Позади следовали, обнявшись, несколько солдат из тех, что пристали к ним в Дивуаре. Каторжник убрал нож и пригладил волосы левой рукой, показывая, куда будет поворачивать. Всем известно, где находится купеческий квартал, медленно оцепляемый сейчас колоннами Маршала Лоу, но попасть туда можно разными путями. Совсем ни к чему идти по пятам за факельщиком. Они прибавили шаг.

- Никто из них не пошел за нами?

- Нет, не обратили внимания. Там у них один должен постоянно наблюдать за Лоу, а еще двое на связи, с новостями бегать. Ох, а тот что впереди, только что вспомнил Джею... Наверное, Хью прав и они давно выследили наших. Але, мне страшно.

- Зайдем куда-нибудь выпить? - каторжник больше ничего не мог предложить.

- Нет, - поморщилась Дженис. - Просто скажи мне, что все будет хорошо и господин Лоу женится на Анджале.

- Говоря честно, госпожа Грамон, не женится, - вздохнул Але. - Не такой он человек. Ему нужна такая женщина, чтобы сама за него замуж вышла, вот вроде вас.

- Спасибо на добром слове, - приуныла Дженис и пошла еще быстрее.

Показывая следующим за ними дивуарцам ближайший поворот, а то и сразу два движениями рук, Але быстро вел Королеву Вуду по хитросплетению кривых улочек бедных кварталов. Здесь все время паники оставались люди, да и теперь не собирались никуда уходить. Побрякивающую дорогими бусами Дженис провожали удивленными взглядами, но отсутствие носа и воровские повадки Але снимали все возможные вопросы.

Наконец они оказались перед широкой улицей и каторжник придержал спутницу. Спрятавшись за углом, они увидели, как факельщик быстро вбежал в одну из дверей. Знаком потребовав тишины, Але сделал большой крюк, чтобы обойти этот дом подальше и все же оказаться в купеческом квартале. Здесь почти все дома были двухэтажными, богатыми. Никто не показывался на улицах, всюду повисла тревожная тишина.

Оглянувшись, Але увидел дивуарцев, остановившихся покурить в сотне шагов позади. Без алых повязок они выглядели как обычные дезертиры, которых последнее время на Андро развелось более чем достаточно.

- Что теперь?

- Стоим, - пожала плечами Дженис. - Сейчас они наверное куда-нибудь пойдут, и мы за ними.

В подтверждение ее слов громко хлопнула дверь и послышались громкие голоса. Дженис запрыгала на месте, вытягивая шею: это пересмеивались между собой три жены Грамона и пять его же детей, а вдобавок Анджала и прибившийся к семье крестьянин из далекого Д'Алва Джезекия. У Хью действительно имелась большая и дружная семья. Але догадался.

- Не стоит нам сейчас показываться, пойдем по соседней улице, и вы будете слушать. В тишине получится!

Дженис оценила мудрость каторжника и первая потянула его за собой. Действительно, в тихо квартале женские голоса звучали резко, отчетливо. Сначала Дженис удавалось расслышать только мнение пухленькой Зэмы насчет каких-то людей, но потом Джея отчетливо произнесла:

- Хорошо хоть, что к нам никто не пристанет. С таким конвоем нам бояться нечего, человек пятнадцать, да?

- Шестнадцать, - как всегда внесла точность Лоло, уроженка далекого острова Гата. Она еще и повторила для тех, кто не слышал: - Шестнадцать!

Наверное, они надеются, что Хью где-то рядом и хотят его предупредить, что это ловушка, догадалась Дженис. И это действительно ловушка, и Хью действительно должен быть где-то рядом. Вот только где? И тут ей показалось, что она услышала чей-то приглушенный крик, грохот. Где-то в доме неподалеку...

- Ты не слышишь звуков драки? - шепотом спросила она каторжника.

- Нет, - покачал он головой и оглянулся на следующих далеко позади дивуарцев. - Давайте немного отстанем и посмотрим, что у них за конвой. Вот этот дом явно пуст, можно влезть вон в то открытое окно, пройти через комнаты и поглядеть в другое окно на улицу.

- Я останусь здесь, - вздохнула Дженис. - Не умею лазить через окна, упаду еще и выдам нас.

Каторжник котом прыгнул на стену, ухватился за какой-то выступ, подтянул ноги и следующим скачком дотянулся до карниза. Потом быстро и бесшумно вполз в окно. Дженис в это время уже явственно услышала чей-то отчаянный то ли крик, то ли рык, потом стоны. Кто-то выбежал на улицу, но городское эхо вело себя так капризно, что она даже не смогла определить направление.

Девушке стало жутко, она оглянулась на дивуарцев. Те помахали ей. Стало чуть спокойнее, и Дженис попробовала через улицу почувствовать, что думают идущие где-то за домами факельщики. Увы, безрезультатно.

Хью ждал появления вблизи себя шпионов этой организации, которая, как было написано в украденной Грамоном из библиотеки Адмирала Шуайа книги, никогда не прощает малейших обид и не оставляет живыми свидетелей. Тот, кто пусть случайно, но встал на пути планов факельщиков, не может даже считаться свидетелем случайным, это самый обыкновенный враг. Не имея способа как-то помириться с факельщиками, Хью попросил жену использовать свои способности, чтобы хотя бы заметить их вовремя.

Это было очень трудно. В головах факельщиков будто кто-то отгородил небольшой уголок, куда складывалась вся секретная информация. По дороге к Улуту Дженис перечитала мысли тысячи людей, и только случайно напала на верный способ. Факельщики проявляли себя лишь в тот момент, когда думали о своем задании. Шпион, которому поручено обязательно докладывать о появлении в его деревне Грамона, непременно вспомнит об этом, когда увидит его.

Толку от этого было мало, но муж уверил Дженис, что в Улуте все изменится. Здесь факельщики решатся на попытку его устранить, чтобы заодно получить амУлуты, которые, как им прекрасно известно, находятся у него. В качестве приманки, а может быть - заложников, обязательно будет использована его семья. И Дженис, искренне полюбившая своих будущих родственниц еще несколько месяцев назад, старалась изо всех сил. И все получилось именно так, как хотел Хью. Вот только вовремя ли?

Сверху бесшумно спрыгнул Але, напугав Дженис до полусмерти. Каторжник приложил палец к губам, а потом свои губы - к уху Дженис.

- Они прямо за этим домом, и дальше по улице. Вооружены, одеты как придется, и рыбаки, и торговцы, и стражники. Маловато мы взяли людей, сейчас напасть не можем. Придется искать господина Грамона...

И тут же где-то совсем рядом послышался возмущенный крик:

- Джея! Неужели вы не можете побыстрее ногами передвигать?! Быстрее в дом, быстрее!

Але и Дженис переглянулись, но не сдвинулись с места. Где-то опять хлопнула дверь, потом на улице послышались легкие, но особо не скрывающиеся шаги. Вот господин Грамон и нашелся, а заодно нашел семью. Почему же факельщики позволили им так легко соединиться?

- Грамон! Ты убил темного брата, нам это известно! - загремел голос старого, но еще очень крепкого человека. - Мы только что вернули тебе семью. Отдай амУлуты, тебе они больше не нужны!

- Нужны! - немедленно отозвался Хью. - Здесь по улице бегает еще один лысый заморский гость. Вам не страшно там ходить?

- Если и бегает, то мы сами о нем позаботимся! Мы бы справились и с первым, если бы успели тебя найти! Отдай амУлуты, и езжай в Бахам, твоя работа закончена!

Наступила тишина, видимо Хью обдумывал ответ. В самом деле, почему факельщики отдали ему семью, и почему не попробовали просто вломиться в дом и снять амУлут с мертвого?

- А кто ты такой, незнакомый господин?.. Знаешь, войди-ка ты в дом, и поговорим здесь спокойно.

- Я посылаю человека за амУлутами! - твердо сказал тот же голос. - Ты покупаешь на них жизнь свою и своей семьи! В противном случае нам придется войти в дом всем вместе, а сил у нас хватит, спроси своих жен.

- Твоего человека я не пущу, - очень спокойно ответил Хью. - Входи сам, и не забудь постучаться. А если полезете все вместе, поубиваю по одному, здесь узкая, удобная лестница.

- Не делай глупостей! - опять требовательно заныл факельщик. - У нас луки...

- У нас арбалет. Поторопись, ведь Лоу приближается, я уверен.

Наступила тишина, видимо, все задумались. Дженис вопросительно посмотрела на Але, но тот мрачно свел брови. Видимо, по его мнению ситуация была совсем не безоблачной. Один из дивуарцев не выдержал, и чиркнул огнивом, пытаясь раскурить трубку, каторжник погрозил ему кулаком.

- Хорошо, я иду, - смирился факельщик. - Надеюсь на твою честность.

Медленно, со скрипом открылась дверь, тут же хлопнула. Примерно минута прошла в тишине. Потом в доме раздался мужской крик, его тут же подхватила женщина, завизжали дети. Дженис рванулась вперед, но каторжник поймал ее и всем телом прижал к стене, не давая вдохнуть.

- Поверьте моему опыту, я ведь в два раза старше, - одними губами не прошептал, а продышал Але. - Нам лучше пока посидеть в засаде, и поглубже. Господин Хью сам пока обо всем позаботится.

Опять все утихло. Где-то порывом ветра захлопнуло ставень, все вздрогнули. Потом послышались шаги, негромкие голоса, и в дверь забарабанили сразу несколько кулаков.

- Спокойно, - вдруг сказал тот самый пожилой факельщик. - Все в порядке, стойте там. Еще немного, и мы вас пустим.

Дженис, задыхаясь, вывернулась из-под Але и затрясла перед его носом кулаками, а его глаза, казалось, тоже говорили: спокойно, еще немного.

4

Окликнув семью, Хью опрометью кинулся вниз и встретил их у двери. Заталкивая всю шумную компанию в дом, он исхитрился избежать несвоевременных поцелуев, и приветствий. Женщин такое его поведение несколько возмутило, и только старый Джезекия, закатив в зал тачку с вещами и захлопнув дверь, с облегчением задвинул засовы.

- Говори, быстро! - Хью ткнул коротким пальцем в Джею, старшую жену. - Только пожалуйста, поругайся на меня потом.

- Хорошо... - обиженно пожала плечами островитянка. - Мы жили тихонечко у рыбаков, а потом пришли эти люди и заставили нас уйти... Ты слышал, что их шестнадцать и все вооружены?

- Слышал... - Коротышка вытащил платок и задумчиво протер макушку. - Но почему же они вас сюда впустили...

- А кто этот странного цвета мужчина и что он делает? - спросила Лоло, указывая на Стивенсона, который стоял наверху лестницы с арбалетом наизготовку.

- Хью, поднимись сюда! - потребовал кандец. - Ты забыл, кто здесь неподалеку?

Коротышка быстро взбежал по лестнице, остановился рядом, посмотрел отвианцу в глаза.

- А ты что же, забыл, что это моя семья?.. Или я должен был их на улице оставить?

Именно в этот момент начался разговор с факельщиком, который подошел к окнам. На протяжении всего диалога лицо коротышки не покидало изумленное выражение, он чего-то никак не мог понять.

- Хорошо, я иду! - наконец донеслось снаружи.

Хью пошел было вниз, но Стивенсон схватил его за руку.

- Почему ты не хочешь дождаться Лоу?.. Ведь эта тварь совсем неподалеку и...

- Лоу не поможет, - вырвался Грамон. - И не считай себя умнее всех.

Видимо, в планы "твари" не входило давать Хью и Стивенсону шептаться. Гата вдруг решительно ухватилась за засовы, собираясь их отодвинуть, а Джея загородила ее, отталкивая Зэму, Анджалу и детей. Коротышка кубарем скатился с лестницу и вдруг с ходу залепил старшей жене такую оплеуху, что она мешком повалилась на пол. Сообразительный Джезекия уже боролся с Гатой.

- Простыни, Стивенсон! Кидай сюда все простыни, мы их свяжем!

Наступила общая суматоха. С'Пунк захватывал контроль то над одной, то над другой женщиной, но на счастье коротышки все они не имели при себе никакого оружия. Сообразив, что теперь уже не время спорить, кандец прыгнул в комнату, распахнул уже знакомый бельевой шкаф, в охапку сгреб все что там нашлось и побежал на помощь.

Однако в низу царило полное спокойствие. Дети забились в углы, Джея потирала ухо, Гата высвобождала голову из могучей хватки Джезекии, а Зэма даже подняла обе руки вверх. С'Пунк решил отступить?.. Они быстро скрутили всем, включая маленьких детей руки, начиная, конечно же, с Джезекии. Начался всеобщий тихий скулеж, но коротышка его будто и не заметил, затолкал семью в чуланчик с мертвым коосом на полу и быстро открыл дверь.

- Входи, - предложил он, прикрываясь створкой как щитом.

- Я рад, - сухо сказал факельщик и сделал шаг.

Стивенсон уже знал, что надо делать. Изо всех сил ударив островитянина в подбородок, он швырнул его на коротышку, который сразу же приложил его рукоятью меча по макушке.

- Вот так, - сказал он, подхватывая обмякшее тело, пока Стивенсон задвигал засовы. - Сейчас мы все разузнаем.

Они втащили факельщика наверх, коротышка забрал у пограничника, все еще пребывающего в беспамятстве, амУлут и набросил порванную цепочку на шею старика. Тот зашевелился, хотел привстать, но Грамон быстро прижал его к полу, не давая дотянуться до оружия.

- Первый вопрос, слушай внимательно: что вы собирались сделать, когда направили сюда мою семью?

- Пусти, мне больно!.. - закряхтел старик. - Я задыхаюсь, дурак!

- Задыхайся, - разрешил Грамон. - Задыхайся, но отвечай.

Еще некоторое время факельщик и коротышка препирались друг с другом, потом Стивенсону это надоело и он наклонился над стариком.

- Неужели ты не понимаешь, что если мы отпустим тебя, заберем амУлут и выставим за дверь, ты опять станешь рабом темного брата? На этот раз - навсегда?

Старик перестал дергаться, страдальчески сморщил лоб. Потом глубоко вздохнул и, видимо, осознал всю печаль своего положения.

- Тебя трудно достать, Грамон. Вот и решили перестраховаться, иметь при себе твою семейку. Всю, конечно же, какой смысл их разлучать. Никто не собирался их трогать, а вот ты должен был получить стрелу. Но темный брат захватил мой разум, иначе я не дал бы войти им внутрь... Он ведет себя странно.

- Это потому что потерял несколько пальцев, - предположил Хью, на всякий случай взглянув на пограничника.

- Пойми, Грамон, мы заботимся об острове! - повысил голос факельщик и чуть приподнялся, удерживая освобожденной рукой на шее амУлут. - Что было бы, убей они вас сегодня? Потеря единственных двух амУлутов, с таким трудом доставшихся нам, островитянам. Это достояние всего Андро! Отдай нам эти предметы и мы позаботимся о твоей семье, когда закончим охоту. Клянусь.

- А я?..

- Не хочу лгать, - отвел глаза старик. - Приговор вынесен.

- Ага, - покивал Хью. - И как же вы его собираетесь привести в исполнение?

Повисла тишина. Старик огляделся, увидел труп С'Пехо, истерзанного метса под окровавленной простыней, пошамкал в задумчивости губами.

- Льеж! - закричали с улицы. - Что происходит, Льеж?! С тобой все в порядке?!

- Да! - хрипло каркнул факельщик. - Стойте тихо и ничего не предпринимайте, здесь рядом темный брат!

Хью усмехнулся, переглянулся со Стивенсоном. Легко сказать: ничего не предпринимайте, а что делать, если адепт будет против? Ему ничего не стоит заставить умереть всех бойцов, как бы они ни были вооружены.

- Отдай амУлуты, - попросил Льеж. - Отдай и мы сами им займемся.

- Он хотел того же, - напомнил Хью. - Хотел, чтобы я тебя впустил и отдал амУлуты. Он вас почему-то не боится...

- Хорошо, тогда что ты собираешься делать?

- Поболтать с тобой, - коротышка прошелся по комнате. - Я вот много думал, читал одну очень интересную книгу...

- Некоего пыльного историка, проживающего в Диджоне? - фыркнул факельщик. - Чепуха, если бы там было хоть что-нибудь конкретное, ты бы этой книги никогда не увидел. А подобная литература нам только на руку, на острове нас должны помнить. Мы всегда находимся где-то рядом и со стороны спины.

- Молодцы, - поднял руку Грамон и жестом показал Стивенсону, чтобы тот все же не опускал арбалет. - Дело не в этом. Настала пора объединить остров, а это то, чего вы все всё время избегали. Дальше так жить нельзя...

- Тебе тоже придется умереть, - старик подмигнул Стивенсону. - Прости, но не стоило тебе слушать наши разговоры, заморский гость... Так вот, объединение острова... Ты в самом деле думаешь, что сейчас самое время обсуждать этот вопрос?

- Конечно.

- Если бы остров объединился, то три королевства перестали бы соперничать, - вздохнул Льеж. - Мы жили бы спокойно, ловили рыбу, растили рис... Пили ром, которым ты так увлекаешься. Мы не построили бы даже ни одного корабля! Зачем? Наш остров приветлив и почти безопасен. И только когда три королевства бесконечно воюют, есть шанс на развитие. Именно три, потому что два нам было бы очень трудно удерживать от взаимопоглощения. Правда, мы не враги людям, поэтому войны, согласись, никогда не были уж слишком кровавы.

- Джо Салижар был другого мнения, - покачал головой Хью. - Старый колдун в цилиндре считал, что на острове нет одной штуки. Он называл ее "история", ты ведь тоже что-то вроде этого имел в виду? И старый вудуист был прав, ведь корабли, которыми ты так гордишься, были придуманы и построены сотни лет назад, а потом совсем не менялись. Если бы ты видел парусник, огромный корабль, на котором мы плавают жители Большой Земли, ты бы понял, что я имею в виду. Джо был рад, что здесь появилось темное Братство. Он сказал: теперь история заработала и вы ее не остановите. Думаю, он обращался именно к вам.

- Джо Салижар... - проворчал Льеж. - Я видел его однажды... Ты хоть понимаешь, кем он был? В нем ничего человеческого не осталось так давно, что ты не сможешь себе этого даже вообразить. Он пережил Погибель, у нас есть все основания так думать... В сущности, он не человек, а одно из чудовищ, которых нам подарила катастрофа. Сотни лет факельщики боролись с его Вуду. Мы сохраняли стабильность, три королевства, благую Церковь Матери-Девы, а он разрушал все, до чего мог дотянуться. Это была смертельная борьба! Мы понимали историю по разному. Он хотел, чтобы все смешалось, переплавилось, чтобы люди озлобились и построили такой же мир как тот, что привел нас к Погибели.

- Разве вы хотите не того же? - вскинул брови Грамон. - "Да не опустится тьма!" Восстановление мировой цивилизации.

- Другой! - воскликнул старик и шагнул к собеседнику. Арбалет Стивенсона покачнулся в футе от его лица. - Мы не должны больше повторить Погибель, это будет уже полная и окончательная смерть. Нет, надо продвигаться вперед медленно, шаг за шагом...

- А тем временем с Большой Земли к нам будут приплывать темные братья.

- Мы победим их столько раз, сколько потребуется, - отрезал старик. - А вот если андросцы будут строить свою жизнь так, будто Темное Братство нависает над ними, то это и будет их победой.

- Парусники из Кандской Конфедерации м тоже будем побеждать? Или запретим им причаливать? В том, что ты говоришь, есть смысл... - вздохнул Хью. - Но очень уж туманный.

- У тебя мало информации, - усмехнулся факельщик и присел на пол. - Сейчас не время для таких споров, но поверь, ты просто многого не знаешь. Большая Земля не впервые приходит на Андро.

- Остров в руинах... - печально заметил Грамон. - А ты говоришь: отдай нам амУлуты, мы обо всем позаботимся. В прошлые разы обо всем заботиться пришлось мне и Джо Салижару, а потом одной его ученице...

На улице раздались какие-то крики. Старик прильнул к окну, из-за его плеча, встав на цыпочки, выглянул коротышка. Три человека лежали посередине мостовой, у каждого точно посередине живота торчал нож. Один еще подергивался.

- Льеж! - и испугом крикнул какой-то человек в форме стражника. - Если ты не выйдешь с амУлутами через десять минут, мы все умрем! Он убьет нас, Льеж, а потом и тебя, и Грамона! Ему нужны только амУлуты!

Факельщик со вздохом отодвинулся. Руки у него дрожали, на лбу выступила испарина. На мгновение он отнял от шеи амУлут и бросил на него взгляд, потом испуганно вернул на место.

- Вы проиграете, - похлопал его по плечу Хью. - Я отдам вам амУлуты, но вы все равно проиграете. Тогда зачем?.. Давай-ка играть вместе. Только сначала - у нас ведь ест еще десять минут - выслушай меня. Я решил попытаться как-то изменить жизнь на нашем острове. Пойми, Адмирал Шуайа, уж не знаю, ваш он человек, или нет, ничего не сможет сделать, чтобы остановить нашествие кандцев. Прости, что я так выражаюсь, дружище Стивенсон... Они приплывут сюда на своих кораблях, у них есть самострелы и пушки. Наши люди будут смотреть и завидовать, и рано или поздно кто-то захочет жить так же. Скорее рано... А если кандцы захотят властвовать над нами? Это так просто - среди трех королей всегда найдется один, готовый продаться Врагу Матери-Девы, чтобы насолить двум другим. Хотя мой личный опыт говорит, что их обычно из трех - три. Если мы доживем до завтра, Льеж, то я объявлю себя Главой Ордена Факельщиков. Да не опустится тьма.

- Что?.. - старик все собирался что-то возразить, но разом позабыл все слова. - Что ты сказал? Зачем?

- Чтобы люди знали, что о них кто-то заботится, - вздохнул Хью. - Ведь все разрушено. Никто больше не верит в королей, которых могут околдовать, в Совет Кюре, который полон жуликов и предателей, в баронов... Остались только две неизменные на этом острове вещи: тайная организация факельщиков и Вуду. В это люди верят, потому что всю жизнь их боятся. Теперь самое время выложить эти карты на стол и успокоить людей. Я, Глава Ордена Факельщиков, женюсь на Королеве Вуду. Как вам такая идея?

- Глупость, - вздохнул Льеж. - Время идет.

- Слушай дальше. У нас уже есть Армия Андро. Люди в алых или красных повязках будут наводить порядок там, где сейчас полная неразбериха. Ну, то есть везде. Посадим на кол сотню бандитов и дезертиров, остальные сами вернутся на каторгу и в полки. Или две сотни... Или три... Неважно. После этого восстановим королевства. Пусть, вот только армий у них не будет. Армия будет одна, и Флот тоже.

- С кем она будет воевать, твоя армия? С вудуистами? - факельщик заскучал, поглядывая в окно и Грамона это явно задевало.

- С вудуистами воевать не придется, я же сказал: женюсь на Королева Вуду. Точнее, уже женат... Но мы это обставим торжественно. Поселимся в Трех Деревнях, знаешь такое местечко? Там будет столица Андро, и ручаюсь тебе, что как только колдунам не придется прятаться, они переведутся в течении десяти лет.

- Люди не поддержат тебя, если снюхаешься с Вуду.

- Поддержат, - широко улыбнулся Хью. - Это они раньше смелые были, а теперь поддержат. Таким образом остров объединится и мы сможем говорить с Кандом на равных, и все амУлуты для борьбы с Темным Братством окажутся в руках андросцев, общее достояние послужит для общего блага. Теперь понимаешь?

- Зачем ты все это мне говоришь? - сморщился старик.

- Затем, что я скоро буду твоим начальником, - усмехнулся Грамон. - Главой Ордена Факельщиков. Вы сможете выйти из подполья, куда вас загнали без малого тысячу лет назад. Вы сможете открыто заниматься своими делами, если они благие, как ты говоришь. А если предпочтете остаться невидимыми - ну тогда понятно, зачем вам это. Тогда я вас передавлю, потому что спрятаться от меня вы не сумеете.

- Время вышло, - улыбнулся факельщик.

- Ты все слышал? - настаивал Хью.

- Да. Но только...

- Неважно, - коротышка облегченно вздохнул и начал спускаться по лестнице. - Главное, чтобы ты запомнил, а потом посоветуетесь там между своими. Пойдемте убьем колдуна. Кстати, почему Лоу до сих пор сюда не добрался? С ним все в порядке?

- Он осторожен, - растерянно объяснил старик и стал спускаться следом.

Мрачновато выглядящий Стивенсон присоединился к ним, уткнув арбалет в спину факельщика. Кандца мучали противоречивые чувства. С одной стороны, он сдружился с Хью и желал ему успеха, с другой... А как все это отразится на процветании Канда? Очень уж он шустрый, этот низенький черный человек.

- Как у вас там дела? - Хью на ходу постучал в чуланчик.

- Спасибо, что вспомнил, - ответила Джея. - Пока, как ни странно, еще никто не задохнулся.

- Я скоро все улажу, любовь моя, - пообещал коротышка и взялся за засов.

5

С'Пунк устал ждать. Смыкающееся вокруг него Стена не могло не беспокоить адепта. Он понимал, что почти наверняка сумеет спокойно выйти. Ведь каждый человек - его потенциальный слуга, а сил у него достанет, чтобы удерживать в постоянном подчинении пять или шесть воинов. Этого хватит, чтобы пробиться через горе-вояк, нацепивших на себя алые ленты и распевающих глупые песни. И все же Стена смыкалось будто на сердце, это заставляло нервничать.

Он устал ждать. Кипящая ненависть толкала на немедленные действия, но С'Пунк заставлял себя стоять без движения в оставленной хозяевами лавочке, почти сразу за углом дома купца Жоса. Терпение, вот что помогло Темному Братству стать тем, что оно есть. Жаль, что колдун не успел прикончить двух... Нет, трех глупцов, осмелившихся встать на его пути. Испуг заставил покинуть дом, люди появились так неожиданно... Контроль, он на время потерял контроль над своими ощущениями. Это стоило пальцев на ноге. Теперь необходимо успокоиться.

Грамон оказался не таким уж недотепой. С'Пехо, трус и глупец, конечно не сумел продержаться до прихода великого адепта. На простой ход - напасть на коротышку руками впущенных в дом людей - он тоже не поддался. И все же выхода у него нет, придется выйти. Факельщики, которые пришли убить Грамона, выломают дверь и доберутся до него, С'Пунк будет ими руководить. Но лучше, если он сам откроет дверь. Время истекло.

- Льеж! - заставил он крикнуть одного из оставшихся на улице факельщиков. - Он сейчас начнет убивать нас, одного за другим! Прошу тебя, Льеж, сделай что-нибудь!

- Мы готовы! - крикнул старик факельщик. Дверь открылась. - Он согласен отдать амУлуты, но не нам, а темному брату. Пусть он подойдет!

С'Пунк даже глаза закатил от очередного приступа ненависти. Глупость, человеческая глупость! Почему Грамон думает, что адепт выйдет из укрытия и подставит себя под удар? У него достаточно людей и там, на улице.

- Он не придет... - печально сообщил факельщик-стражник. - Положите амУлуты на мостовую, все три. Скорее, иначе он убьет нас.

- Но в этом случае он убьет и вас, и нас, - прокряхтел старик. - Темный брат! Позволь им уйти с этой улицы. Тогда мы оставим амУлуты и запремся в доме! Иначе мы не согласны!

С'Пунк пожал плечами. Грамон должен понимать, что и в доме адепт сможет захватить контроль над его сознанием, неважно, открыта дверь или заперта. Но как знать, что думают о себе люди. Возможно, коротышка воображает, что с ним и в самом деле вступили в переговоры? Колдун позволил людям уйти за угол - это ничего не решает. На всякий случай часть воинов под своим контролем он поставил в противоположном конце улицы.

Однако из-за этого колдун лишился глаз, через которые мог бы просматривать пространство перед домом. Хью и Стивенсон как можно более тихо и быстро пересекли улицу и перелезли через неприметный заборчик, огораживающий крохотный садик, стиснутый двумя большими купеческими домами. Когда-то Грамону и в самом деле приходилось здесь бывать... Еще один прыжок через забор, и беглецы оказались на параллельной улице.

Бросив взгляд в сторону, Хью схватился было за меч, но тут же успокоился: это были Але и Дженис, а еще дальше виднелись дивуарцы. Коротышка бегом бросился навстречу, размахивая руками, чтобы они ни в коем случае не приближались.

- Что там происходит? - зашептала Дженис, как только смогла приблизить губы к уху мужа. - С нашими все в порядке?

- Связаны и заперты в чулане. Стивенсон, дружище, тебе придется отдать Дженис амУлут. Да и арбалет тоже.

- Как скажешь... - кандец со вздохом снял с шеи голубоватую цепочку.

- Если адепт до сих пор не почуял вас здесь, - быстро рассуждал коротышка, - значит, он где-то в той стороне. Идем, Дженис, он потерял нас и не ждет. Найди его.

- Вам не справиться! - ухватил ускользающего Грамона за рукав отвианец. - Он просто убьет вас!

- Это в открытом бою, - уточнил Хью. - А мы будем вести себя как подлые русы и прикончим беднягу подло, в спину. Быстрее, Дженис, старик Льеж уже должен снять с себя амУлут.

Действительно, старый факельщик уже выполнил обещанное, положил железный кругляш на мостовую, вернулся в дом. Он машинально задвинул засовы, привалился к двери и зажмурился. Теперь он в полной власти темного брата, а об этом не может спокойно думать никто, хоть раз побывавший в таком положении.

- Льеж! На мостовой только один амУлут! Пусть и двое других так сделают, иначе... А...

- Он убил себя! - испуганно крикнул второй голос. - Льеж, Эрик убил себя! Пожалуйста, Льеж, пусть они все сделают!

- Терпение! - крикнул старик и почувствовал, как в его сознание впились чужие, смертельно холодные пальцы.

Адепт заставил старика отойти от двери и оглянуться. Он смотрел его глазами, он искал коротышку Грамона. Внизу его не было. Факельщик достал из потайного кармана складной нож и стал подниматься по лестнице.

В это ж самое время Дженис так резко остановилась, что Хью едва не сшиб ее на землю Приложив палец к губам, Королева Вуду будто прислушивалась. На самом деле она определяла направление к темному брату, который был здесь, где-то совсем близко. Глаза ее затуманились - сейчас Дженис принимала на себя весь поток исходящей от колдуна ненависти. Наконец она поудобнее перехватила арбалет и медленно стала огибать большой деревянный дом.

Хью привстал на цыпочки и заглянул в окно. Кофейня, маленькая, уютная. В задней стене дверь, вполне возможно, что ведет на другую половину дома. Если бы они охотились на человека, Грамон обязательно попробовал бы вышибить ее с разбегу и оказаться за спиной у врага, но адепт нечеловечески быстр. Стивенсон прав, одолеть его не удастся, только одним ударом, только в спину.

- Он убил еще одного! Льеж!

С'Пунк задул жизнь очередного факельщика просто так, не преследуя никакой особой цели. Досаду надо иногда на ком-то срывать... Грамон исчез из дома, его не было наверху, и выглянув в окно, Льеж его тоже не увидел. Колдун потратил несколько секунд на мысли старика, но старый факельщик - крепкий орешек. Что ж, тогда придется изменить тактику.

Он почти успокоился. Ничего особенного не произошло. С'Пехо погиб, глиты тоже... Это плохо, но предыдущая экспедиция погибла, а он, С'Пунк, выжил. И даже получил один амУлут, которым заплатили за свою свободу Грамон и его приятель. Забрать его и исчезнуть на время. Только до ночи. Адепт бесшумно выскользнул из двери лавки. Нельзя позволять контролируемым им факельщикам брать в руки амУлут, это сразу ослабляет власть над сознанием человека. Подобрать и исчезнуть.

Он сделал в направлении дома купца Жома два шага, прежде чем стрела из арбалета вонзилась ему в затылок. Казалось, даже он сам услышал хруст. Как?.. В безумном удивлении С'Пунк обернулся, поднимая для защиты посох. Как его нашли? Округлившиеся, почти лишенные зрачков глаза встретились с широко распахнутыми глазами совсем молоденькой черной девчушки. Уже зашатавшись, великий адепт Красного Круга понял, что все дело в ней.

Хью кувыркнулся под ноги колдуну, неожиданно вырос прямо перед ним и вонзил... Нет, должен был вонзить в него меч, но легкое, едва уловимое движение заставило его полететь вверх тормашками по воздуху. Когда коротышка опять вскочил, С'Пунк уже лежал на мостовой без движения. Хью подбежал и сорвал с него амУлут.

- Ты цел? - с дрожью в голосе спросила его жена.

- Да, все хорошо, - улыбнулся Грамон. - Ты отлично справилась.

- А почему тогда у тебя кровь течет из уха? - не отставала Дженис. - Ты действительно цел?

Грамон решился задуматься над этим вопросом и обнаружил, что он, конечно же, совсем не цел, а даже наоборот, избит так, как его не били даже захватившие когда-то в плен волосатые ревуны. Он вяло приподнял руку и Дженис послушно подставила плечо.

- Идем к Льежу. Только проверь его мысли, мало ли что задумает старик, а я в таком состоянии.

- Он открывает дверь, - сказала девушка. - Он, кажется, беспокоится за тебя.

Со всех сторон к дому купца Жоса собирались явные и тайные участники представления, не хватало только оставшегося лежать за углом С'Пунка. Старый факельщик присел у порога, взял в руки амУлут, всмотрелся в наглухо закрытый металлический кругляш, перебрал руками странную цепочку. Рядом встали оставшиеся в живых его люди, они нерешительно посматривали в сторону коротышки.

- Нет, - качнул головой Льеж. - Во всяком случае, не сегодня.

- Скажи, что у него в голове, - попросил Хью жену.

- Он подумал, что тебя наверное все равно убьют, но он в этом не будет участвовать, - тотчас доложила она. - А теперь он подумал "вражеский попугай!".

Старик подскочил и уставился на Дженис. Сзади приближались Стивенсон, Але и дивуарцы, все с обнаженным оружием.

- Я же говорил, что имею способы найти вас, - сказал Хью. - Дженис - Королева Вуду. У старого Джо Салижара имелись ученики. Даже убив ее и меня, ты ничего не изменишь, потому что в джунглях есть и другие. Без моей защиты они истребят даже память о вас... Подумай о том, что я сказал.

- Хорошо... - еще ничего не решив, одними губами прошептал факельщик.

В это время за его спиной на улицу вышли первые воины Армии Андро. Увидев Грамона, они закричали, замахали мечами приветственно, и побежали навстречу.

- Нам лучше уйти, - распорядился Льеж своим людям. - тела оставьте здесь, потом вернемся.

Он прошел мимо Грамона, потом вернулся и протянул ему амУлут. Тот покачал головой.

- Я тебе его даю на хранение, Льеж. Доверяю тебе. Только не сломайте, пожалуйста, не надо пытаться его открыть.

- Спасибо, - растерянно произнес старик.

Потом факельщики исчезли за углом, и сразу не стало слышно их шагов, потом что вокруг оказались воины в алых повязках, наперебой что-то выкрикивающие. Хью понял, что они всех победили и удивился про себя, что им еще, оказывается, довелось с кем-то сражаться. Спустя минуту Дженис вдруг взвизгнула и перестала его поддерживать. Коротышка задумался, что бы это значило, и тоже вспомнил о запертой в чулане семье. Он хотел пойти к ним, но из двери в этот момент выходил Стивенсон, неся на руках пограничника. Тут же Грамона потрогал за локоть Лоу.

- Все в порядке? Удалось?

- Да, дружище, все в порядке. Если, конечно, братьев было только двое. Но сегодня я уже в любом случае не смогу убить третьего, так что пора перекусить и лечь спать. Вот только...

- Держи, - Лоу улыбнулся и протянул откуда-то взявшийся в его руках стакан с ромом.

- Отведи меня в кофейню, - попросился Хью, вокруг которого продолжали петь и, кажется, уже плясать. Он очень боялся, что стакан выбьют из рук. - Тут совсем рядом есть чудесная кофейня.

Но Лоу не успел. Из дверей, гомоня, повалили жены и дети Грамона. Он едва успел залпом опрокинуть в себя ром, как его окончательно завертело в этом водовороте. Некоторое время коротышка еще на что-то надеялся, искал глазами Маршала Армии Андро, но тот оказался приперт к стенке Дженис, которая настойчиво требовала от него и Анджалы поцеловаться.

- Вы же столько времени не виделись!

- Дженис, ну пожалуйста... - Анджала, и без того стеснительная уроженка Д'Алва, старалась спрятать под мышками свои лишенные мизинцев руки. - разве ты не видишь, господин лойнант устал.

- Он не лойнант, он Маршал!

- Я действительно устал... - Лоу решился обеими руками взять голову Анджалы и поцеловать ее в лоб. - А вот, смотрите, раненый.

Солдаты положили вынесенного Стивенсоном пограничника прямо на мостовую, над ним уже колдовали два лекаря. Оба расстроенно цокали языками и убеждали друг друга, что надеяться ни на что не приходится. Тем не менее раненого мазали какими-то снадобьями, прочищали рану на боку и вообще не давали спокойно умереть.

Две девушки не могли не приблизиться к странному человеку, не похожему на островитянина. Воспользовавшись этим, Лоу незаметно затерялся в толпе, по пути выхватив из нее Райса. Праздник праздником, а город надо окончательно взять под контроль до заката.

- Где донесения, почему остановилась колонна, куда подевались все командиры?!

- Простите, господин Маршал, - улыбка сползла с лица камийца. - Сейчас все исправим.

Он действительно тут же привел к командиру позабывших свои обязанности гонцов от трех других колонн, и даже раздобыл где-то новую карту. Лоу облегченно вздохнул и занялся привычным делом. Все шло по плану, Армия Андро уже вошла в Гавань и разогнала там последних мародеров, дравшихся за спасенные из сгоревшего дворца ценности. Кое-где появились представители Дворянского Коронного Съезда, и пытались взять командование на себя, но их благополучно оттерли в сторону.

В это время Анджала поднялась от не приходящего в себя пограничника и вдруг увидела совсем рядом ого самого белого человека, что вместе с Хью оказался в купеческом доме. Они встретились глазами, Стивенсон улыбнулся.

- Вы - тоже жена Грамона?

- Нет, я из Д'Алва, - забормотала Анджала. - Мы с Джезекией и моим маленьким братом, Томпом, попали на остров случайно... Прижились...

- Я был в Д'Алва, но очень недолго, - сообщил Стивенсон. - У вас хорошая страна, мне понравилась.

- Да? - Анджала пожала плечами, забренчав бусами из ракушек. - А мне больше нравится здесь. Не всегда конечно, а когда все тихо. Это хороший остров.

- Пойдемте, - позвала их прислушивающаяся к разговору Дженис. - Все наши отправились искать подходящий дом для ночевки. Вы ведь с нами, господин Стивенсон?

- Конечно, - сразу согласился кандец, который не знал, куда еще может отправиться.

Они пошли следом за семьей Хью, сообща поддерживающий свою главу. Дженис незаметно скосила глаза на Стивенсона. Долговязый, худой, белый почти как колдун... Но что делать, если Лоу оказался таким рохлей? Придется выдать Анджалу за этого чужеземца. Хотя, они с ней, наверное, земляки... Дженис ускорила шаг, и тоже дотянулась до Грамона.

- Это ты? - обернулся он. - Хотел тебя предупредить, чтобы пораньше легла спать. Завтра у нас будет важное представление.

- Перед кем? - не поняла девушка.

- Перед всем островом, по сути, - философски заметил коротышка и поудобнее обхватил шею Джеи. - Вы не обидитесь, если мы с Дженис сыграем довольно шумную свадьбу?

- Мы будем идти рядом и разбрасывать цветы!.. - тут же захихикала пухленькая Зэма. - Наконец-то, а то я думала, она тебя так и не окрутит.

- Давно пора, - согласилась Джея. - А то нехорошо, живет в доме девушка, а не жена. Люди что подумают? Вот еще Анджала у нас осталась.

- Нет, нет... - замотал головой коротышка. - Хватит. Кстати, я все хочу спросить... Эти факельщики... Они ничего особенного не сделали?

- Не волнуйся, - улыбнулась Джея. - С нами все в порядке, никто не обидел.

- Я не о том... - коротышка вздохнул. - Деньги у нас остались?

- Ох! - закатила глаза старшая жена. - Кто о чем, а наш дорогой о деньгах! В порядке твоя касса, мы совсем немного потратили. Можешь прямо сейчас на нее сесть.

Хью прокашлялся, переглянулся с Дженис. Потом все же решился.

- Я нанял десятка три солдат в Дивуаре... По сто золотых на брата. Тем, кто обратится, конечно же. Может быть, кого-нибудь из них убили, или, например, кто-то передумает...

Он едва не упал, когда Джея неожиданно его отпустила. Старшая жена зашла спереди и хорошенечко всмотрелась в лицо коротышки. Потом потрогала его лоб.

- Похож, очень похож на Хью... - задумчиво сказала она. - Вот только Хью никогда бы не вспомнил о том, что кому-то должен. Пойдем-ка скорее в дом, тебе надо выспаться.

- Я вовсе не жадный! - запротестовал коротышка. - Хватит надо мной издеваться!

Но его уже никто не слышал. По пути им попалась табачная лавочка, в которую еще не вернулся хозяин. Войдя через выбитую дверь, Джея быстро прошла по задним комнатам и обнаружила две кровати. Что ж, детям придется поспать на полу. Лоло и Зэма были немедленно командированы на реку за водой, остальные за продуктами, а через час все уже улеглись. Коротышка уснул первым, и ему не мешали даже голосящие на улице пьяные, которыми мгновенно наполнился Улут. Может быть, потому что он устал, а может быть, потому что на его шее висели сразу два амУлута.

Стивенсон настоял, что будет спать на полу. Чтобы успокоиться, он поставил рядом кувшин с ромом и раздобыл тут же в витрине трубку взамен разбившейся во время стычки с глитами. Кандец собирался немедленно уснуть, но домочадцы Грамона были другого мнения на этот счет. Вскоре он обнаружил себя окруженным пятью ребятишками, внимательно слушающими рассказы о далекой северной, покрытой белой пылью стране. А чуть поодаль положила голову себе на колени Анджала, и отвианец никак не мог взять в толк, почему у нее такие необычные руки.

Глава девятая

Красный Круг

1

Утро застало Улут в полуразгромленном состоянии. Солнце, будто не желая смотреть на все это безобразие, закрылось облаками. Вповалку заснувшие на улицах солдаты понемногу поднимались, и медленно, пошатываясь бродили по столице, выпрашивая у хмурых лавочников кувшинчик рома.

Джея встала как всегда первой и для начала выглянула осмотреться. На пороге лавки сидели, обнявшись, муж и жена, хозяева заведения. Узнав, что там остановился сам господин Грамон, они не посмели даже войти и оставили пожитки, сложенные в большую тачку, на улице. Сердобольная Джея немедленно позвала из внутрь, завтракать, и тут уж пришлось подняться всем.

Грамон начал день с кружки кофе, в которое налил едва ли не наполовину рома. Он сидел немного сгорбившись, будто нахохлившись, и рассматривал свою семью. Дети растут, так что даже не успеваешь иногда понять, Жулли перед тобой, или ее старшая сестра. Отец испытывал чувство горечи: все жит люди, которых он кормит и поит, живут почти постоянно без него и прекрасно себя чувствуют.

- Надо нам где-нибудь обосноваться, - многозначительно произнес он, ни на кого не глядя.

- Может быть, вернемся на мыс Вуду? - спросила Зэма. - Там хорошо. Домик правда наш сгорел, но можно ведь новый построить.

- Помолчи, - попросила ее старшая жена. - Он тогда быстрее выложит, что задумал.

Хью укоризненно взглянул на Джею. Звание старшей жены все же предусматривает некоторое чувство такта, как он всегда полагал. А сейчас он скажет, что собирается поселиться в джунглях, и опять все будут смеяться. Женщины решат, что он боится жить на берегу из-за морских чудищ, вечного кошмара коротышки.

- Я собираюсь основать город, - наконец выдавил он.

- Наша семья так вырастет? - прыснула Зэма, едва не расплескав кофе.

- Я собираюсь основать город в джунглях, - опять начал он. - Там, у Трех Деревень. Дженис ведь Королева Вуду, так решил еще Джо Салижар, она была его лучшей ученицей. Поэтому с вудуистами у нас проблем не будет. Вот там и будем жить.

- Постой-ка! - Лоло поставила тарелку на пол и поднялась с колен. - А почему тебе надо основывать город? Сам живи на этом болоте, а мы вполне неплохо устроимся другом месте. Будешь приезжать в гости, как всегда.

Сначала коротышка хотел поставить уроженку Гаты на место. Ей дай волю, так она только и будет делать, что болтаться на воде в крохотной лодочке среди этих мерзких тварей, да еще и мужа с собой потащит на верную смерть. Он уже набрал воздуха, но заметил вдруг, какая настала тишина. Дети примолкли, ожидая бури, Зэма отвернулась к окну, пряча вечную улыбку, Джея смиренно сложила руки на коленях, явно собираясь не уступать ни пяди. Хью вспомнил множество других семейных баталий, во время которых всегда одерживал верх. Вспомнил, и вдруг расхотел ругаться. "Устал", - грустно подумалось ему.

- Лоло, я знаю, что ты любишь море, хотя и не знаю, за что, - печально, почти жалобно проговорил он. - Но пойми меня, так надо... Я вас просто прошу, поживите там немного. Иначе мне будет очень тоскливо, да и Дженис тоже.

Тишина стала настолько глубокой, что в нее мог бы провалиться весь город Улут. Зэма повернулась к мужу, отвесив нижнюю челюсть до самой тарелки, у Джеи глаза вылезли из орбит. Даже Лоло потеряла обычную невозмутимость и переминалась с ноги на ногу.

- Ну... - протянула она. - Раз ты так хочешь... Но нам можно будет уезжать иногда?

- Конечно, - развел руками коротышка, чувствуя прилив сил от близости неожиданно победы. Зачем же он прежде тратил столько сил? - От Трех Деревень до моря совсем недалеко, мы даже со временем можем купить там второй дом. Когда поднакопим.

Упоминание о деньгах немного привело в чувство Джею. Она положила еще несколько кусочков в тарелки молча сидевших хозяев лавки и высказала свое мнение:

- Давайте попробуем, если это действительно нужно. Вот только, как я помню, там нет домов, одни вонючие развалюхи.

- Сначала, конечно, надо кое-что построить, - поспешил успокоить ее Хью. - Я не требую ехать немедленно. У меня тоже пока еще есть дела, надо сводить этих головорезов в Бахам, навести порядок и там тоже.

- Тоже? - вставила шпильку Зэма и выразительно посмотрела в окно.

- Здесь мы закончим быстро, - отрезал Хью, к которому возвращалась уверенность. - Потом и в Дивуар тоже. За это время там вырастет целая деревня, я хочу сказать - настоящая деревня. Мы сегодня же пошлем туда плотников... Вместе с Дженис, если она не будет возражать. Одних их там просто перережут, да они и не пойдут.

- Хорошо... - немного удивленная такой скоростью согласилась Дженис. - Но ты говорил о свадьбе?

- Это - в первой половине дня, - Грамон наморщил лоб. - Теперь о самом главном, о деньгах... Надо поговорить с этим Дворянским Коронным Съездом, что-нибудь придумаю.

Стивенсон прокашлялся, привлекая к себе внимание. Во время завтрака он оказался рядом с Анджалой и наконец-то понял, что у нее не хватает мизинцев на обеих руках. Дженис, сидевшая по другую руку, заметила это и тут же нашептала ему на ухо грустную историю о колдуне С'Колле, который и заставил девушку это сделать с собой. Кандец едва не заплакал, но теперь решил вмешаться.

- Хью, а ты помнишь, что у тебя осталась одна нерешенная проблема...

- Одна? - удивился коротышка. - Да ты просто мало обо мне знаешь. Которую же ты имеешь в виду?.. Ах, да, факельщики! Они придут, я уверен. Вудуисты их злейшие враги на протяжении столетий, спасибо старому Джо Салижару. Теперь, когда они знают, как легко их найти, то придут ко мне сами. Я - их спасение. Да, а что? - Хью заметил недоверчивый взгляд кандца. - Конечно, я приврал немного, что у Джо Салижара было много учеников. Но ведь мы им об этом не расскажем, верно? И, конечно, они не сразу откроются, будут скрытничать, пытаться интриговать... Ничего, время и деньги все расставят по местам. Я ведь собираюсь платить факельщикам жалованье.

- Из своего кармана? - поинтересовалась Джея.

- Нет, из общей островной казны, которую обязательно создам, - уточнил Хью. - Все равно они сидят на шее Андро. Лучше платить им отрыто и держать под контролем, это же совершенно понятно... Все будет хорошо, Стивенсон, это же не Большая Земля. Здесь все беды маленькие, а остров круглый, с него не убежишь. Смотрите, Маршал Лоу собственной персоной!

Действительно, к лавке приближался Лоу в сопровождении веселых дивуарцев, которые, правда, остались снаружи. Хью помахал им через окно и попросил Джею принести деньги. Старшая жена, еще раз покачав головой от удивления, усадила старого служаку на свое место. Тот поздоровался со всеми, и даже почти не заикался, приветствуя Анджалу.

- Как дела, Маршал?

- Я не Маршал... - поморщился Лоу. - Потому что ты пока не король Бахама, и не вижу, чтобы сумел когда-либо им стать.

- Я не король Бахама, но ведь не только он имеет право присваивать звания Маршалам и Адмиралам. Это могут все короли.

- Других нет, династии прервались, - твердо сообщил Лоу и уткнулся в тарелку.

- Все династии с кого-то начинались, - философски заметил Грамон. - Тебе присвоил звание Маршала народ острова Андро, мне так кажется. Да, Дженис?.. Так как дела у нашей Армии в Ками?

- Все в порядке. Сопротивления никто не оказывает, барон Гильге все еще сидит во дворе своего особняка, да иначе и быть не могло. Все это карнавал, воевать не с кем. Поэтому, если ты не возражаешь, я хочу прямо сейчас отправиться домой, в Бахам. Надо объяснить людям, что король Том однажды вернется.

- Возражаю, потому что у нас на обед намечена шумная свадьба... - Хью хлопнул себя по лбу. - А денег-то нет! Помолчи, Джея, там в сундучке и так жалкие гроши остались. Ты говорил с Дворянским Коронным Съездом, или что тут у них?

- С ними трудно говорить, - Лоу достал трубку. - Хотя на свадьбу я, конечно же, останусь. Понимаешь, сгорел дворец, а для Ками это символ. Вчера они напились и веселились, а теперь не знают, что делать. Надо выбирать нового короля, но никто не верит, что династия удержится у власти, ведь легенда...

- Вечно у них не как у людей, - вздохнул коротышка и посмотрел на Стивенсона. - Тут как заведено: каждый раз после гибели династии они собирают Дворянский Коронный Съезд и выбирают новую. Дело сопряжено с кучей убийств, страна в упадке. Новый король наконец въезжает в дворец и правит, пока не прервется и его династия... А это обязательно случается.

- Но наследники?..

- Вместе с наследниками, - вздохнул Хью. - Король неожиданно погибает вместе с наследниками. Очень часто от пожара, но дворец по традиции никто никогда не поджигал. Это у них было святое... Теперь непонятно, где королю селиться с наследниками, ведь подожгут сразу. Если спасется - подожгут в любом другом месте. Камийцы, ничего не поделаешь, каждый мнит себя дворянином, каждый метит в короли...

- Сам-то... - буркнула стоящая за его спиной Джея. - Дворянин...

- Да, мне присвоил фамилию камийский король Виль, позапрошлый, - признался Грамон. - Но я же не камиец, так при чем тут это? Надо что-то придумать, а то здесь порядка не получится.

Стивенсон пожал плечами. Ему все казалось совершенно ясным и простым.

- Но зачем им король? Пусть выбирают себе правителя, вот и все.

- Так я же сказал: они сами выбирают нового короля, - терпеливо повторил Хью.

- Короля?.. Ну, пусть король, - не сдавался кандец. - Только не на всю жизнь, а лет на пять, или десять.

Все замолчали. Женщина стали убирать посуду, детей выпустили на улицу. Хью и Лоу переглядывались. Потом служака осторожно сказал:

- А это хорошая мысль. По крайней мере им будет ни к чему убивать каждый раз и наследников.

- Даже и король сможет иногда дожить до своего низложения, - добавил коротышка. - Конечно, десять дет - это чересчур... У них обычные короли по столько не жили... Пять или даже четыре. Да, четыре года. В первый год правления участники Дворянского Съезда обычно сводят счеты друг с другом. Во второй начинают охотиться за королем, потому что проигравшая партия берет верх... Если король переживет второй год, то ему остается протянуть всего еще два. Нет, три года. Три года - это хорошо. Ты это прямо сейчас придумал, Стивенсон?

- Нет, по примерно такому принципу организована власть у нас, в Отвианском Союзе, - гордо сообщил Стивенсон. - И так же можно сделать во всех трех ваших королевствах!

- Бахаму это не требуется, - резко сказал Лоу. - Может быть, король Том и болен, но у него есть здоровый наследник. Я уверен, что однажды прокричу "Слава королю Бахама Тому XXXII!". Если, конечно, доживу. Что касается Дивуара, то там целых две династии.

- Два короля? - не понял кандец.

- Нет, король один, - объяснил Хью. - Вот в этом-то и проблема. Обе династии уходят корнями в послепогибельные времена, к первым бахамским баронам, обе давно признали законность друг друга. Вот такая штука: две законные династии. Хотя, если подумать, то звучит как-то глупо... Но все привыкли. Династии ведут войну и гоняют друг друга по всему острову.

- Страна в постоянном состоянии войны? - не понял Стивенсон.

- Да нет, страна в мире. А династии бьются. Но король-то на троне каждый раз один, он и командует армией, флотом, корпусом стражи... Правда, сейчас возникли проблемы, потому что силы равны и борьба затянулась. Не забивай себе голову, Стивенсон, - решил прервать разговор коротышка. - С Ками ты хорошо придумал, а Дивуар мы еще посетим. Сегодня вечером вместе с Лоу пойдем в Бахам.

- Ты хочешь взять Армию Андро? - вздохнул служака. - Это похоже на войну...

- Мы же придем с Армией Андро, а не с армией Ками. Пойдут наверняка не все, зато к нам пристанут те бахамцы, что вынуждены здесь скрываться. Ты же знаешь, что там творится? - Хью серьезно посмотрел на старого друга. - Пора прикончить баронов, ведь они поддержали Темное Братство, и сделают это еще раз при первом удобном случае. Ты знаешь, почему.

Дети. В баронских замках росли белокожие, безволосые дети. У них не было амУлутов, но если Нечистый сможет протянуть через Лантик руку и дотронуться до них... Если, конечно, этого уже не произошло. В любом случае жить на острове им никто не позволит, а бароны обречены защищать своих близких.

Лоу хотел было спросить, что сам Хью намерен делать с подкидышами Темного Братства, но решил повременить. Будет еще время говорить на неприятные темы. Сам он не видел другого выхода, кроме убийства. Пожалуй, так будет лучше и для самих мальчиков.

- Мне пора, - поднялся он. - Встреча с Райсом, он, кажется, хотел поговорить о чем-то связанном как раз с Дворянским Съездом. Подскажу ему выход, мне кажется, ему понравится.

- И не забудь попросить у них взаймы, во имя наведения порядка на острове! - напомнил другу Грамон. - Тысяч хотя бы пять. Но лучше больше.

Он допил ром, задумчиво разглядывая Стивенсона. Кандец вертел в руках бусы, которые почему-то сняла с себя Анджала и позабыла. В глазах его застыла печаль, и еще какое-то чувство.

- Я тоже выйду пройдусь, - решил Хью, как только Джея вернулась, чтобы забрать у него кружку. - Ты посиди, дружище Стивенсон, отдохни еще.

Оставив Стивенсона в комнате, Грамон вышел на улицу и не спеша приблизился к покуривающему, облокотившись на перила маленького мостика человеку, одетому в форму лойнанта дивуарской королевской стражи, голову украшала яркая алая ленточка. Льеж при его приближении вынул изо рта трубку и помахал приветственно рукой.

- Зачем вы одели эту форму, господин факельщик? - поинтересовался Хью. - Хотите мне показать, что вы способны проникать везде? Мне это известно, не так уж я и глуп.

- Оставим это... - поморщился раненный такой недипломатичностью Льеж. - Я пришел всего лишь сказать вам, что своей властью остановил исполнение приговора. Гонец с новыми... Фактами... Обстоятельствами... Отправлен в Бахам. Там решат вашу судьбу. Я просил прислать нескольких влиятельных в Ордене людей прямо сюда, чтобы они могли разобраться на месте, может быть, даже поговорить с вами. Только прошу вас, не совершайте опрометчивых поступков.

- Нет, зачем же, я буду совершать только обдуманные, - Хью тоже достал трубку, разглядывая играющие на воде солнечные блики. - Сегодня же объявлю Орден Факельщиков вышедшим из подполья. Я, как его глава, обещаю острову всевозможную помощь в борьбе с Темным Братством, тем более, что она уже оказана. А в Бахам пошлите еще одного гонца, скажите, чтобы не ехал сюда никто.

- Вот как? - вздохнул Льеж.

- Да, я сам туда направляюсь уже вечером. Во главе Армии Андро. Пора показать наши красные повязки баронам. Факельщикам ведь они не нравятся, эти феодалы в крепостях, верно?

- Бароны - пережиток, - хмуро процедил старик. - Что ж, я пойду. Делайте как знаете, Грамон, но я этого не одобряю. Вы оскорбляете нас. Да еще связи с Вуду...

- Истребить Вуду невозможно, я занимался этим годами, Льеж, у меня руки в крови прямо по шею. До встречи, заходите на торжество, буду рад вас видеть.

Они коротко раскланялись. По дороге обратно в табачную лавку Хью вспомнил красивое слово, когда-то занесенное в Бахам темным братом С'Коллой: магистр. Да, это то, что нужно! Великий Магистр Ордена Факельщиков, вот как надо назваться. Это, конечно, не король, но звучит ничуть не хуже. Великий Магистр наверняка может иметь армию и назначать Маршала.

Он не успел войти, как все уже вышли ему на встречу, готовые к дороге. Последним старый Джезекия выкатил тачку с пожитками. Хью хотел было что-то сказать, но Джея выразительно повела бровями, и коротышка увидел через окно, что хозяева лавки уже приступили к уборке.

- А где ты устроишь свадьбу? - спросила Зэма и фыркнула: - Дворец-то сгорел!

- Здесь еще есть большие церкви... - задумался Хью, но решил не травмировать старшую жену, довольно религиозную. На Андро брак не имеет к Церкви никакого отношения. Особенно если женишься в четвертый раз и на Королеве Вуду. - Вот, придумал. Есть большой дом у Морской Гильдии, это в Гавани. Идемте.

Он важно возглавил процессию, отправившись прямо через дворцовую площадь, мимо переставших наконец дымить останков дворца. С ним то и дело раскланивались, солдаты, по прежнему носившие алые повязки, кричали здравицы. Грамон с царственной улыбкой отвечал, приглашая всех в обед а здание Морской Гильдии на некое скромное торжество. Джея за его спиной каждый раз возмущенно фыркала, она была уверена, что моряки немедленно вставят их вон.

Но Джея переживала совершенно напрасно. Оправдывая пословицу, молва опередила Грамона и двери большого дома со сложенными из красного кирпича стенами гостеприимно распахнулись. Береговые капитаны, специальные камийские чины, уже все до единого повязали на голову алые и красные ленточки и готовы были выполнить любые распоряжения. Их провели по всем залам, и Хью остался чрезвычайно доволен.

- Мне должны вот-вот прислать некоторое количество денег из Дворянского Съезда, - доверительно сообщил он самому толстому капитану. - Вы уж позаботьтесь, чтобы они не все пошли на угощение...

- Не беспокойтесь, высокий господин Грамон! - счастливо улыбаясь, навис тот над коротышкой. - Сейчас все стоит чрезвычайно дешево, потому что никто ничего не покупает, а все норовят даром взять! К обеду все будет готово и разукрашено. Может быть, рыбацких девчонок позвать?.. Они на наших собраниях всегда бывают, пляшут замечательно, поют и...

- Остальное вечером, - прервал его Грамон. - После праздничного обеда мы отбудем, вот тогда и... Знаю я, как моряки гуляют, плавал. Кстати, позаботьтесь еще о цветах, хорошо? Вот эти три дамы изъявили желание их разбрасывать.

Три жены Хью переглянулись, но ничего не сказали. Почему бы и нет, собственно говоря?

2

Оставив семью во доме Морской Гильдии, Хью быстро пошел по улице, выглядывая тихое местечко, где можно было бы попросить бесплатно кувшинчик рома, для спасителя Улута, и еще немного подумать над происходящим. Надо же такому случиться, что как только он заприметил подходящее заведение, как из него высунулся взволнованный Льеж и призывно замахал рукой.

- Что еще случилось? - хмуро спросил Хью, кивая хозяину и подсаживаясь за столик, где кроме Льежа сидел еще какой-то удивительно высокий мужчина в огромных сапогах, одноглазый оборванный крестьянин и женщина, чье лицо показалось ему смутно знакомым. - Гонец из Бахама вернулся верхом на попугае?

- Дело не в Бахаме, мы пока еще в Ками, - оборвал его старик. - Вы знаете, откуда пришли в город колдуны?

- Из-за моря, - пошутил Грамон, принимая от хозяина кружку.

- Из скалистой местности в нескольких милях отсюда. И вот... Долорес, иди погуляй, детка.

Женщина встала и оказалось, что на коленях у нее сидел маленький ребенок. Хью сразу вспомнил ее - она работала в Доме Наслаждений в старые, веселые времена.

- Так вот, - пригнулся к столику Льеж. - Мои люди нашли там замурованную пещеру, в которой лежали дети.

- Дети? - перед глазами Грамона возникла малоприятная картина - он неплохо знал повадки братьев.

- Не мертвые! - воздел палец старик. - Живые, но замотанные в какие-то белые тенета. Едва дышат, почти незаметно. Это детишки из одной деревеньки, жители которой почти полностью истреблены. А на шее у каждого...

- Ага, - Хью отхлебнул рома. - Их привезли вам, не так ли? Я могу взглянуть?

- Достаточно того, что я счел нужным посвятить вас в наши дела, - хмуро ответил Льеж. - Не просите многого, они в тайном месте.

- Но мне-то, Великому Магистру Ордена Факельщиков, можно показать?

Высокий человек, пивший в этот момент из кружки, поперхнулся и закашлялся. Пока его приводили в порядок, отбив все кулаки о могучую спину, Хью успел поймать умоляющий взгляд старика и пожалел, что с ним нет Дженис. Королева Вуду могла бы заглянуть в голову старого факельщика. Посылали ли гонца в Бахам? Или все давно решается прямо здесь?

- Извините, - смущенно сказал великан. - Не в то горло попало. Да, я думаю, вам можно показать этих детей, господин... Великий Магистр?

- Да, - сдержанно кивнул Хью.

Они вышли из крошечного кабачка, причем Льеж предупредил хозяина и стоявшую на улице Долорес, что они очень скоро вернутся. Они пересекли улицу и вошли в дверь ничем не примечательного снаружи домика, внутри которого обнаружилось десятка два вооруженных людей. Грамон замешкался в дверях.

- Ну что же вы, господин Великий Магистр? - удивился великан. - Ваши слуги ждут вас. Извольте пройти.

- Благодарю, - сдержанно кивнул Грамон и протолкался сквозь толпу непонимающе поглядывающих на него головорезов. Один из показался ему знакомым. - Виа, старина! Что-то ты совсем забросил службу у короля Тома.

- Я и раньше этим не очень-то увлекался, - хмыкнул бывший королевский стражник. - А вы какими судьбами сюда, господин Грамон? Я слышал, вы теперь крупная шишка.

- Еще крупнее, чем ты думаешь, - отодвинул его в сторону Льеж и показал Хью маленькую лесенку в подвал. - Туда.

Коротышка решительно спустился, размышляя на ходу, состоится ли сегодня его свадьба. В подвале действительно лежали несколько белесых коконов. При свете факелов Хью внимательно рассмотрел один - ребенок лежал будто не дыша, кожа холодная, глаза закрыты. На шее висел амУлут Темного Братства. Хью взвесил его на ладони.

- Не нужно пока снимать, - попросил великан. - Скорее всего, без них дети просто умрут.

- Вы так думаете? А почему?

- Ну... - великан кашлянул. - Пробовали.

- Понятно, - Хью выпрямился. - Как ваше имя?

- Ариан, господин Великий Магистр, - факельщик усмехнулся и сложил руки на груди. В подвале ему приходилось чуть пригибать голову. - Странно, что мы незнакомы.

- Я недавно в должности, еще успеем, - утешил его коротышка. - Что ж, какие будут предложения относительно этих детишек? Ведь еще предстоит что-то решить о баронских отпрысках.

Льеж и одноглазый крестьянин переглянулись, потом посмотрели на великана. Тот, помедлив, протянул:

- Никаких... Пока.

- Напрасно, - вздохнул Хью. - С такими вещами не шутят. Вот что я предлагаю: отдайте их мне. Проявите, так сказать, уважение к главе Ордена. О наших отношениях, я полагаю, еще будет время поговорить, но дети вам все равно ни к чему. Вы же не станете их убивать ради амУлутов?..

Он сделал паузу, которую никто из факельщиков не нарушил.

- Потому что Орден стремится делать добро, а не зло, - закончил Хью. - А я отвезу их в Бахам, покажу людям, которые лишний раз поймут, что им нечет Темное Братство. Будет лишний повод показать, как важно объединиться вокруг двух исконных сил острова: факельщиков и Вуду. Вы выйдете на поверхность из своих пещер, под мои покровительством будете бороться с наступлением темноты, или как там у вас... В общем, вы меня понимаете. Может быть, удастся и баронов уговорить отдать нам детей. Отвезем всех вместе в Триград и там будем стараться их вылечить. Соберем всех лекарей, позовем еще из Канда умных людей, кюре попросим помолиться, и колдунов тоже. Общее дело объединяет.

- Красиво говорите, - одобрил великан. - Вы мне симпатичны, Хью, хотя верю я вам с трудом. Но думаю, мы можем отдать вам детей так же, как вы отдали Льежу амУлут. Вот только что это за место такое - Триград?

- Я решил так назвать город, который возникнет в джунглях на месте Трех Деревень, - поделился планами коротышка, чувствуя, как в нем опять пробуждается надежда увидеть солнце, но засыпает красноречие. - Там лучшее место для города, объединяющего весь Андро, не принадлежащего ни одному королевству, да и Вуду придавится им так, что уже не встанет. А теперь не пойти ли нам допить ром?

Никто не стал возражать. Они опять протолкались через толпу воинов, которые теперь смотрели на Грамона со сдержанным восхищением. Его возвращения они явно не ожидали. Вернувшись за столик, Льеж опять выгнал присевшую было Долорес на улицу.

- Скажите, а вы что же, случайно меня увидели на улице? - спросил коротышка, отхлебнув любимого напитка и окончательно придя в чувство.

- У нас ничего случайного не бывает, - гордо сказал одноглазый. - А я вас попросить хотел, господин Грамон. Вот эта женщина, что здесь сидела, Долорес, совсем одна и податься ей с ребенком некуда. Прежде она имела хорошую работу в Бахаме...

- Знаю, сам... - Грамон прикусил язык. - Да, я ее там видел. Хорошая девушка.

- Очень хорошая, - продолжил крестьянин. - И говорит, что ей какой-то заморец жениться предлагал, на Большую Землю с ним уехать. А теперь вот она не может его найти ни среди живых, ни среди мертвых.

- Многие сильно обгорели, - осторожно заметил коротышка, имея в виду мертвых, а потом вспомнил. - Да, я понял, о ком она. Мы, факельщики, все знаем, - он не удержался и вызывающе подмигнул Ариану, который едва второй раз не поперхнулся ромом. - Вот только, наверное, его надо второй раз поискать среди покойников, вчера он просто не успел. Да и что за жених - изрезанный, одноглазый... Ох, прости пожалуйста.

- Пустяки, - добродушно улыбнулся кривой крестьянин. - Я бы и сам ее приютил, но у меня, говоря откровенно, семь жен в трех деревнях. Кузнец я, многие ко мне приходят, вот и получается, что... В общем, больше всех зарабатываю, беднее всех живу. Не получится у меня.

- Понимаю, - кивнул Грамон. - Очень даже понимаю. Хорошо, я возьму ее с собой. Не выжил кандец, так пусть на моей свадьбе какого-нибудь моряка подцепит, все же бахамская штучка, на дороге не валяется. Сейчас я должен идти, но в обед всех вас приглашаю в дом Морской Гильдии.

С ним попрощались дружески, обещали зайти обязательно. Грамон вышел из кабачка, облегченно вздохнул и, поманив за собой Долорес, отправился разыскивать штаб Армии Андро. Как выяснилось, Лоу тоже нашел себе неплохое местечко - здание камийского цирка. Когда-то прежде на выложенной плитами арене здесь проводились гладиаторские бои, да и сейчас иногда назначались открытые для публики дуэли. В остальное же вечера проходили представления фокусников, жонглеров и прочих жуликов, которых в Улуте почему-то очень уважали.

2

К удивлению Грамона, кандец, найденный подвешенным за ребро в доме купца Жона, все еще был жив. Лекари по прежнему не рисковали высказывать определенного мнения, но лечили героя исправно и отмечали улучшение пульса. У его постели Хью встретил Стивенсона, который явился в штаб Армии Андро именно чтобы проведать единственного соотечественника. Сравнив цвета кожи обоих кандцев, коротышка выразил свое удивление из заметной разницей.

- Мы из разных стран, - терпеливо объяснил Стивенсон. - Он из Республики Метс, там живут метсы, у них темноватая кожа и скуластые лица. Я из Отвианского Союза, а вместе мы составляем Кандскую Конфедерацию, у нас единый Совет Аббатств.

- А говоришь, у нас на острове все сложно устроено, - пожал плечами коротышка. - Впрочем, у нас ведь тоже общий Совет Кюре, вот только к нему прислушиваются только в Бахаме... Ладно, оставим это. Твой приятель метс оказался парень не промах и уже обещал жениться вот на этой женщине. Правда, тогда он выглядел иначе. Ты не передумала, Долорес?

- Нет, - покачала головой женщина, баюкая ребенка и рассматривая лицо будущего мужа. - Он просил только, чтобы я приняла вашу веру. Она какая?

- Ну... - замялся помощник аббата, который вдруг сообразил, что за все время пребывания на Андро не только так и не собрался заняться миссионерством, но и вообще не поинтересовался как следует островной религией, удовлетворившись тем, что она имеет явные католические корни. - Одним словом, ничего страшного. Все примерно как у вас, вот только нельзя заводить нескольких жен.

- У нас тоже нельзя, - легкомысленно взмахнул рукой Грамон. - Что ж, в таком случае мы можем идти, Долорес сама займется выхаживанием заморского гостя, она в этом заинтересована. Где Маршал Лоу?

Маршал Лоу в окружении камийских дворян рассматривал карту. Он уже успел предложить им кандскую идею выбирать короля на три года, и камийцы обещали подумать. Случай редкий - думать они не любили. А уж обещать - тем более. Теперь же обсуждались проблемы, связанные с грядущим уже сегодняшним вечером походом на Бахам. Изучались маршруты, причем все сходились во мнении, что через Диджон лучше не идти. Каждый просто обязан выпить там прославленного рома, а трактирщики набрали такую силу, что не получив денег, не отпустят даже армию.

- Тогда решено, - подытожил Лоу. - Двигаемся вдоль побережья, по западной дороге. Три дня, и увидим Стена.

Стенам в Бахаме принято было называть баронские крепости, когда-то защищавшие город от нападений селящихся севернее и западнее вольных земледельцев и прочих опасных личностей.

- Все уже знают, что приглашены в обед в дом Морской Гильдии? - весело поинтересовался Грамон, очень довольный, что при его появлении все встали. - Пора бы и собираться уже.

- Да, похоже, мы готовы выступить, - Лоу бережно сложил карту и спрятал под кожаный доспех. - С нами пойдут примерно пять сотен человек, но я вышлю вперед разведчиков, они проникнут в город и наверняка нас поддержат оттуда. Одна есть проблема...

- Что еще? - нахмурился Грамон, на которого выпитый ром уже произвел некоторое действие.

- Штандарт. Неправильно иметь армию без штандарта. Алые повязки - это хорошо придумано, но маловато, - Маршал отошел в угол комнаты и Хью увидел расстеленное на полу белое полотнище, которое предстояло натянуть на штандарт и носить возле командиров.

Точнее сказать, оно уже не было белым. Вокруг стояли несколько ведер краски, и кто-то кистями уже изобразил на полотнище и нечто, напоминающее очертаниями остров Андро, и три короны, и попугая, и даже каких-то морских гадов по краям. Нарисовано все было очень некрасиво, да еще и разными яркими цветами, так что сразу и не разберешь. Хью взглянул на Маршала, тот сморщился.

- Переворачивайте, - приказал Хью и негромко рыгнул, галантно прикрыв рот ладошкой. - Сейчас я вам что-нибудь придумаю. Главное ведь в штандарте что? Чтобы его можно было издалека отличить от вражеского.

Немного постояв над белым пространством, он заглянул в стоящее рядом ведро. Краска там оказалась красной, очень яркой, напоминающей артериальную кровь.

- Красный круг... - пробурчал Хью, глядя на ведро сверху. - Прямо как тот метс говорил, помнишь, Стивенсон? Вот...

Он смело ухватил кисть, как следует поболтал ее в ведерке и, на коленях приблизившись к середине полотнища, нарисовал большой круг. Он получился не слишком ровным, и Хью как мог подправил его несколькими мазками.

- Вот, так хорошо. То есть нет, еще нехорошо, закрасьте кто-нибудь середину. Красный Круг.

- А что он символизирует? - задумчиво поинтересовался Райс, оказавшийся рядом.

- Все! - Хью широко обвел рукой комнату. - Все, что нам дорого! Красный Круг - это и есть наш Андро!

Сначала наступила тишина, и Грамон немного расстроился. Ему казалось, что он выражается очень просто и понятно. Но вдруг комната наполнилась аплодисментами и обернувшись к камийцам, коротышка раскланялся. На груди при этом шевельнулся амУлут.

- Что ж, раз и с этим теперь все в порядке, то я, пожалуй, пойду переодеваться, - заключил он и отправился вон.

Переодеваться ему не пришлось: его переодели насильно. Четыре жены - это чересчур, думал коротышка, переворачиваемый с боку на бок сильными, цепкими руками. В итоге он и в самом деле стал немного похож на жениха, по крайней мере торчавшие отовсюду цветы говорили о серьезности намерений.

- А это обязательно? - спросил Грамон, когда Джея ему на уши нахлобучила белую, широкую шляпу, украшенную длинными перьями.

- Да, - отрезала старшая жена. - У тебя были такие красивые сапоги... А теперь в чем ты ходишь?

Это было истинной правдой, прежде сапоги у Хью были очень красивыми. Он ими искренне гордился, а заполучил, убив их обладателя, в Ками, совсем недалеко от города. Коротышка не раз щупал удивительно искусно выделанную и прочную кожу, каждый раз убеждаясь, что материалом послужил кто-то, тоже в свое время носивший обувь. На маленьких островках, окружавших Андро, порой царили жестокие нравы... Зато сапоги и вправду были замечательными. Увы, последние морские приключения с участием Дженис, черного корабля Темного Братства и морского народа тулли лишили его главного украшения туалета.

- Надо просто пойти и купить, - привстал жених, но Джея силой усадила его на стул.

- Не больше кружки, дорогой, и только здесь. Сиди, я сама все куплю.

Дженис в его одевании не участвовала, так же как и Анджала. Наверное, ее сейчас украшают в другой комнате... Хью с завистью цокнул языком: у женщин-островитянок приготовления к свадьбе ни с какими трудностями не связаны. Несколько гирлянд из цветов, вот и весь наряд. Интересно, что скажет стыдливый Стивенсон...

Просидев в тишине полчаса с кружкой и трубкой, Хью начал задремывать. Как назло, приснился ему привычный кошмар: перевернувшаяся лодка, он, болтающий ногами над голубой бездной, и страшные, невиданные доселе морские твари, поднимающиеся к его почему-то босым ногам. Грамон вздрогнул и проснулся, обнаружив себя действительно босым. Море однако продолжало шуметь, и коротышка догадался, что залы дома Морской Гильдии наполнились людьми. Что ж, он сам этого хотел...

Грамон широко зевнул, а когда захлопнул рот, увидел перед собой Джею с новыми сапогами в руках. Он обулся, прошелся по комнате и нехотя кивнул.

- Что тебе не нравится опять? - всплеснула руками Джея.

- Да нет, хорошая обувка, - уверил ее Хью.

Про себя-то он подумал, что эти блестящие сапожки с какими-то бантиками на подъемах больше месяца в дороге не протянут. Что ж, тем лучше, купит что-нибудь более удобное и приличествующее Великому Магистру Ордена Факельщиков.

- Пора! - заглянула Зэма, и увидев мужа, расхохоталась.

Свадьба уже была в самом разгаре. По традиции невесту провели по всем залам, давая рассмотреть ее, едва прикрытую цветами, всем желающим. Молодежь Дженис не очень заинтересовалась: по нынешней моде слишком худенькая, зато люди солидного возраста вовсю швырялись букетами. Стивенсон, действительно очень смущенный всей этой церемонией, на которой присутствовали и кюре, но только в качестве гостей, забился в угол. К его радостному удивлению, рядом с ним оказалась Анджала.

- У нас в деревне все было не так, - шепнула она ему. - Я, наверное, никогда бы не решилась выйти замуж на Андро.

- Так можно поехать куда-нибудь... - вырвалось у кандца, и уже после этого он всерьез подумал о возможности жениться на девушке.

Правда, по кандским меркам ей еще надо подождать выходить замуж года три-четыре, но выглядит девочка гораздо старше своих северных ровесниц. Можно и не говорить аббатам о ее настоящем возрасте, да они, наверное, и не спросят... Что же до веры, то незнакомый метс легко и просто решил эту проблему, Долорес это не напугало.

Между тем в зале появился жених. Такого наряда Стивенсон прежде не видел ни на ком: расшитые затейливыми узорами короткие штаны, такая же куртка, а из под нее торчит кружевная рубаха. А шляпа, а сапоги! Кандец должен был признать, что если бы не рост и мало соответствующая ему ширина плеч, Хью выглядел бы очень элегантно.

Жених также прошелся по залу, положив руку на эфес и молодецки поглядывая на гостей. Анджала шепнула Стивенсону, что согласно церемонии сейчас любой из гостей может потребовать невесту себе, для этого нужно выйти на середину и убить Хью в поединке.

- И что? - обомлел кандец.

- И свадьба продолжится, - кивнула, смеясь, Анджала. - Такое в деревнях до сих пор иногда случается. И именно поэтому большинство предпочитает справлять свадьбы тихо, по-домашнему. Но уж Хью-то ничего не грозит, его считают первым мечом всего Андро.

- Так оно, наверное, и есть, - предположил Стивенсон, вспомнив поединок Грамона с темным братом.

Во время торжества все ели и пили когда хотели, столы с угощением стояли за спинами гостей. Наконец с формальностями было покончено. Постепенно островитяне поворачивались к молодым именно спинами, потому что полностью сосредотачивались на утолении голода. И вот тогда Хью собственноручно вынес на середину зала два стула, поставил на один из них Дженис, на другой взгромоздился сам. Возле них выстроились дивуарцы, весь вечер державшиеся поблизости к своему командиру. Разговоры постепенно смолкли, все опять повернулись к середине.

- Я должен сказать еще пару слов, - извиняющимся тоном поведал Хью. - Знаю, что в это время муж и жена уже должны отправиться в кровать, но подождите немного. Я хочу сказать кое-что важное для всего Андро.

Коротышка замолчал, рассматривая бантики на сапогах. В зале наступила гробовая тишина, лишь где-то под потолком чирикали случайно залетевшие попугаи. Хью тяжело вздохнул.

- Буду выражаться коротко. Хочу сознаться: я, Хью Грамон, являюсь Великим Магистром Ордена Факельщиков.

Когда шум смолк, он продолжил:

- А это госпожа Дженис Грамон, Королева Вуду, ученица и наследница Джо Салижара, который, как вы все прекрасно знаете, действительно существовал.

На этот раз ждать пришлось дольше, но зато и наступившая потом тишина была глубже.

- Заявляю, что Орден Факельщиков и Вуду выходят из темноты на свет и не будут больше скрываться. Заявляю, что они прекращают свою вечную тайную борьбу во имя мира и процветания Андро. Заявляю, что они больше не причинят вреда людям. Символом нашего союза будет город Триград, который возникнет в джунглях, в сердце нашего острова.

Забили тамтамы, да так неожиданно, что многие облились ромом. Они стояли вдоль стен с самого начала, но предназначались для танцев после конца церемонии. Под их гулкие удары в зал внесли штандарт Армии Андро. Красный Круг. Обойдя весь зал, солдаты остановились перед коротышкой. Как раз в это время он с ужасом смотрел на великана, аккуратно проталкивающегося к нему сквозь толпу. Может быть, убить Ариана прежде, чем он успеет открыть рот?

Факельщик между тем спокойно приблизился к жениху и невесте. Их лица оказались на одном уровне и великан подмигнул коротышке, потом повернулся к гостям.

- Я, Ариан, заместитель Великого Магистра Ордена Факельщиков, в знак того, что факельщики имеют самые честные и добрые намерения, объявляю, что завтра все члены Ордена выйдут на улицу в красных ленточках, повязанных на шее, и тем покажут себя людям.

В зале опять начался переполох, причем Хью заметил на многих лицах крайне испуганное выражение. Факельщики не знали в лицо своих руководителей, и не знали, как относиться к сказанному. Гигант между тем повернулся к молодым.

- Поздравляю, - весело сказал он.

- Спасибо, - откликнулся Хью. - Что, в самом деле все оденут ленточки?

- Подумай своей головой! - рассмеялся Ариан. - Но некоторые оденут. Сделка заключена, Грамон, твои условия приняты. Не пожалей потом... И не забудь оставить хорошее местечко в самом центре Триграда для моего дворца. Знаешь, иногда и правда надоедает постоянно находиться в тени... - он повернулся к Дженис. - И, конечно же, я очень надеюсь на вас, Королева. Держите в узде своих подданных, а то им тяжко придется.

- Не беспокойтесь, - сказала Дженис ледяным голосом, ласково при этом улыбнувшись. - О них я позабочусь.

На этом Хью решил закончить. Он спрыгнул со стула, снял жену и повел ее к выходу. За спиной он с удовлетворением услышал одобрительные крики - значит, большинству сказанное все-таки понравилось. Молодых проводили в комнату с огромной, усыпанной цветами кроватью, из которой они тут же вышли через другую дверь. Там их поджидал Але.

- Поздравляю! - как мог любезно буркнул он. - Все готово, госпожа Дженис. Сейчас дивуарцы из зала выйдут, и можно двигаться.

- Паланкины нашел? - спросил Хью, когда его жена отправилась переодеваться, точнее, одеваться в путь.

- Да, все как вы просили. Бамбуковые жерди, пружинят - как на облаке едешь! Они, правда, давно не использовались, но тут как раз кстати плотники пришлись. Починили.

- Много ты им обещал?

- По три золотых в день, и еще один на еду, - развел руками каторжник. - Много, а что поделаешь? Никто не хотел в джунгли идти, боятся.

- Ты меня разоришь... - Хью с удовольствием снял шляпу и зашвырнул ее в угол. - Присматривай за ней, особенно когда спит. Там никому нельзя доверять. И, конечно, следи за плотниками. Если до моего приезда успеют построить все, что мы наметили - пусть просто строят дома, любые, но чтобы без дела за мои деньги не сидели!

Грамон немного приврал: деньги были не его, а Дворянского Съезда Ками, но коротышка к любым деньгам, попавшим в его руки, относился как к своим. Тем более, что формально эти средства взяты в долг, хотя, конечно, он и не собирался его возвращать.

Появился Лоу. Старый друг утащил со столов два кувшина рома, они должны были скоротать первую часть дороги на Бахам. Подмигнув молодожену, он вынес их на улицу, укладывать в паланкин. Грамон, на ходу стянув расшитую цветочками куртку, последовал за ним. Солнце еще только начинало клониться к западу, но с моря уже подули свежие ветры.

- Прощай, город Улут, - пробормотал Хью. - Сюда мне возвращаться, кажется, уже незачем. Спасибо за все.

3

Упоминая западную дорогу, принято было говорить "вдоль побережья". На самом деле на большей части ее протяженности моря видно не было, его скрывали далекие скалы, а по обеим сторонам тянулись неизбежные поля. Хью обратил внимания, как многие наделы все же остались невозделанными, несмотря на как всегда цветущий вид этой части острова.

Паланкин несли сильные, сноровистые воины, каждый из которых прежде работал носильщиком. Им ничего не стоило бежать весь день с одним перерывом, а уж сопровождать шагом идущую Армию Андро - и вовсе плевое дело. Оттого почти всю дорогу они распевали всевозможные непристойности, которые носильщики вечно сочиняют по дороге.

- Скоро будет поворот на мыс Вуду, - сказал Хью. - Довольно быстро добрались, завтра к вечеру будем возле Бахама.

- Увидишь самый большой, самый древний город острова, - пообещал Лоу кандцу. - колыбель всех трех королевств.

- Очень интересно, - кивнул Стивенсон, но его сейчас больше заботило другое. - Скажи, Хью, а мы узнаем, если вдруг у побережья где-нибудь на севере и северо-востоке появится корабль?

- Парусник? Ну а как же, - засмеялся Грамон. - Я ведь факельщик, у нас везде шпионы.

- Я серьезно, - вздохнул кандец. - Сейчас, конечно, еще рано, но по сути я - преступник. Я нарушил приказание аббата Кале. Меня могут лишить сана и...

- Сан - это какая часть тела? - хмыкнул Маршал и опять потянулся к стоящему в специальном углублении кувшину.

- Просто оставайся здесь, - посоветовал Грамон. - Чем здесь плохо? А морские путешествия - это такая гадость... Ты еще в хорошем шторме не был, а вот мы с Триполи, когда-то... М-да. Страшно вспомнить, что со мной творилось. Но знаешь, я тебя не понимаю Почему ты преступник? Я тебя просто похитил, капитан Джефри не сможет ничего доказать.

- А у нас и не нужно ничего доказывать, - улыбнулся Стивенсон наивности островитян. - Важно убедить в целесообразности. Ведь что по сути произошло: я вызвался плыть на остров Кэт за королем и привезти его на материк. Вместо этого зачем-то поплыл к Андро, а потом отправился на берег. Что, да как, да почему - несущественно. Важно, что такому человеку больше не будут доверять. Лучше наказать десять невинных, чем оставить без возмездия хоть одно преступление, это главный принцип нашего правосудия. И он верен, в нашем суровом мире мы бы иначе просто не выжили.

- А я бы не выжил у вас, - покачал головой Хью. - И что с тобой сделают, когда лишат сана?

- Отправят на север, заботиться об оленях, отстреливать волков, - пожал плечами Стивенсон. - Ничего особенного не сделают, конечно, ведь никто не пострадал. И все же мне не хотелось бы до конца дней жить в тундре... Я не такой человек, Грамон, мне там скучно. Хотя многие живут в тех краях по своей воле.

- Значит, ты остаешься, - удовлетворенно кивнул коротышка. - Налей себе еще по такому поводу, до прибытия в Бахам наша трезвость никому не нужна.

Стивенсон опять вздохнул, отодвинул шторку, чтобы выглянуть в окно, опять задвинул. Ему было трудно начинать этот разговор.

- Понимаешь, Хью, Андро очень маленький остров... А Кандская Конфедерация - великая страна. Я гражданин Канда, и они могут потребовать моей выдачи. Пушки могут начать стрелять по Улуту, например, и он сгорит полностью, поверь. То есть, - Стивенсон поспешил поправиться, - Я хочу сказать, что если они потребуют моей выдачи, то мне придется немедленно сдаться, иначе я никогда себе не прощу...

- Заткнись, - ласково попросил его Лоу, взглянул на улыбающегося Грамона и расхохотался.

- Вот Маршал прав, а ты глуп, - сделал вывод Хью. - Ты находишься на Андро, дружище и имеешь таких высоких покровителей, что беспокоиться совершенно не о чем. Решил остаться? Оставайся. А если приплывет "Иоанн" и потребует твоей головы, то сейчас же ее получит.

- Мы скажем, что давно тебя съели! - изрек Лоу и закатился пьяным смехом.

- Нет, зачем же? Тогда они побоятся вообще плавать по нашим морям. Нет, пошлем им твою голову, и они могут разрезать ее на кусочки, а придраться будет не к чему. Я серьезно! - Хью предупредил возражения кандца. - В джунглях среду вудуистов попадаются такие мастера, что ты себе и представить не можешь, на что они способны. Голова Джо Салижара висела иногда на колах во всех трех королевствах одновременно. Да, да! И если Королева Вуду им только прикажет... Не волнуйся.

- Но я не хочу скрываться, - вздохнул опять Стивенсон. - Ведь наверняка скоро здесь будет много людей с материка. Вы будете торговать, помогать им в войне с Темным Братством...

- Какой ты привереда, - покачал головой коротышка. - Ладно, всегда можно что-нибудь придумать, не горюй. Хотя я на твоем месте с удовольствием поселился бы где-нибудь в глуши с Анджалой, да и жил-поживал... Я сделаю тебя советником по сношениям с Большой Землей, гонцы будут приносить тебе письма, а ты отвечать до обеда и пить ром после. Я бы и сам с удовольствием так жил, но во-первых, некому сделать меня советником, во-вторых, Темное Братство трижды уже разрушало мое счастье... Придется самому навести на острове порядок, а потом, может быть, даже и на материке. Вот что! А прими-ка ты нашу веру. Сделаем тебя кюре, и тогда им будет очень сложно просить твоей выдачи. Зачем ты им такой нужен?

- Все равно... - неуверенно протянул Стивенсон. - И кроме того, я не хочу менять веру.

- Я не сказал "смени веру", я сказал "прими веру". Принять - это не значит верить, как мне кажется. Впрочем, кто тебя поймет, белого северного человека. Не горюй, придет беда - будем бороться, а пока пей же ром, вражий попугай!

Стивенсон послушно подставил стакан. Он представил себе, что сейчас не едет в паланкине по изнеженному солнцем, обустроенному людьми пространству, а скачет на лорсе по дикому тайгу, каждый миг опасаясь появления враждебных человеку существ. Тут уж не до рома! Несмотря на все опасности его пребывания на Андро, остров успел его изнежить. По сути, это рай, недоступный людям на Большой Земле.

- Знаешь, Хью, в Канде пьют спиртное только перед сном.

- Почему? - поперхнулся коротышка.

- Потому что днем еще могут потребоваться все силы для защиты себя и своих близких от порождений Погибели. И только вечером, закрыв двери на засовы, человек может расслабиться.

- Вот оно что?.. - Хью даже опустил кружку и переглянулся с Лоу. - А что же вы их не перебьете? Всех? Собрались бы и прочесали весь Канд. Я вот читал когда-то, что на Андро тоже водились всякие твари, но на них устраивали облавы.

- А устраивать облавы на морских чудовищ вы не пробовали? - горько усмехнулся Стивенсон. - Канд велик, как море. Их невозможно извести, этих тварей. Многие места до сих пор толком не обследованы, в кое-откуда экспедиции просто не возвращаются. Иногда пропадают люди там, где, казалось бы, все спокойно. Далеко не всегда это связано с Темным Братством, мы многого не знаем. А ведь еще существуют огромные пустыни, где человек не может долго жить. Там еще живы силы Погибели и они продолжают создавать чудовищ.

Островитяне слушали, затаив дыхание. Потом Лоу приподнялся, отодвинул шторку и с облегчением повалился обратно на подушки.

- Слава Матери-Деве, мы все еще на Андро!

- Да, ты говоришь страшные вещи, - покачал головой Грамон. - Анджала и Джезекия тоже говорили о своей деревне, как об островке в жестоком мире джунглей. У них никто не умирал своей смертью, все однажды пропадали на рыбалке или на охоте, или просто в поле... А что, Лоу, смогли бы мы с тобой там жить?

- Если только каждый день напиваться с утра, - высказал свое мнение Маршал. - Но я так не согласен, у меня через неделю начинается изжога. Помнишь, как на втором курсе Офицерской Школы мы застряли в Доме Наслаждений на неделю?

- Помню, - усмехнулся Хью. - Серджо тогда напился так, что перепутал кабинеты и повалился спать в кровать, где ублажали барона Фасти. Барон хотел его заколоть, но Серджо, на свое счастье, впал в полное бесчувствие и колоть его было не интересно. Да, а еще он обделался в этой кровати. Был большой скандал, прибегали даже старшие хозяйки.

- А я такого не помню, - разочарованно протянул Маршал.

- Потому что вы слишком много пили, - изрек Грамон. - Я с вами просто измучался. Как тебя спустили с лестницы, когда ты разодрал платье на молодой хозяйке, кажется ее звали Кло, ты тоже не помнишь?

- Грешники, - печально сказал Стивенсон. - Вы все здесь сладострастцы и вообще великие грешники. Многоженцы, убийцы, но при этом Бог почему-то вас любит, если поселил на таком острове.

Андросцы помолчали, глядя на свесившуюся голову кандца. Потом Лоу тихо засмеялся и изрек:

- Наконец-то он напился. Я уж думал, этого никогда не случится, кувшин за кувшином, просто как Триполи.

- Мы успели услышать отголосок того, что он на самом деле о нас думает, - ответил коротышка. - Знаешь, я боюсь этого. Кандцы будут нам завидовать. Они имеют пушки, парусники и корабли, лорсов, да Стивенсон много про что рассказывал. Но не имеют счастья в своей же стране.

- Ты думаешь, они захотят захватить наш остров?

- Может быть... Может быть не сейчас, когда надо воевать с темными братьями, а потом... Или, например, что будет, если они просто начнут приплывать и селиться здесь? Если у них такая большая страна, то и кандцев, наверное, очень много. А еще есть Д'Алва. Мне немного страшно думать, какой маленький у нас остров. Может, будет лучше отправиться к ним и попробовать наладить жизнь там?

- Ты пьян, - усмехнулся служака. - Поэтому пей себе дальше.

4

У Стены их встретила толпа кое-как вооруженных людей с повязанными ленточками всех оттенков красного цвета головами. Раздались приветственные крики, Хью едва смог пробиться поближе к крепостям. Две из них возвышались справа и слева от дороги. Вообще же цепь неприступных некогда цитаделей оказалась изрядно прорежена, словно зубы забияки.

- Темные братья приказали снести часть крепостей, - пояснил все разузнавший Лоу. - Наверное, тех баронов, с кем они не смогли договориться. Давненько мы здесь не были, дружище, все успело здорово измениться.

- Мало в это верю, Бахам - вечный город, - скептически заметил коротышка. - Кто это к нам спешит?

- Викто! - присмотревшись, узнал старого знакомца Лоу. - Это лекарь Викто, помнишь, он лечил Томпа, брата Анджалы?

- Не помню. Но если он и лекарь, то выглядит как головорез.

Действительно, Викто не походил на человека мирной профессии. С ног до головы увешанный доспехами и оружием, он глядел лихо и двигался по военному резко.

- Господин Грамон! Вы меня помните?

- Нет, но Маршал вас помнит, - приветственно взмахнул рукой Хью. - Вы здесь командуете?

- Да, когда в городе стали организовывать бригады самообороны, чтобы перебить оставшихся после крестьян воров...

- Как это? - не понял коротышка.

- Крестьяне почти все погибли, когда темные братья повели их на штурм баронских крепостей. А оставшихся потом добили дружинники, когда в отместку пришли в Бахам. Но довольно много их все же осталось, они не вернулись домой, а смешались со всяким сбродом и жили возле Рыночной площади. Грабили всех подряд, бесчинствовали... И вот мы их перебили, недели две назад, ночью. Их было около тысячи, мы их врасплох застали и вырезали.

- А сколько в городе после всего осталось жителей? Примерно? - поинтересовался Стивенсон.

- Наверное, тысяч пятнадцать - двадцать, - неуверенно предположил лекарь. - Да кто считал? И потом, это ведь всего, вместе с женщинами и детьми.

- Ладно, продолжай, - попросил коротышка. - Кстати, Дом Наслаждений случайно не сгорел?

- Нет, - улыбнулся Викто. - Только туда сейчас никто не ходит, потому что денег ни у кого нет. В городе все очень дорого, крестьяне боятся возить продукты. Бароны забирают у них что захотят, и вот получается, что мы за них тоже платим. В общем, пора баронов еще раз укротить. Ах, да, Совет Кюре! Он исчез.

Хью и Лоу переглянулись. Всякое бывает на свете, но чтобы исчез Совет Кюре... Этого хотели даже многие короли Бахама, да только безрезультатно.

- Надеюсь, Бахамский Собор остался?

- Собор остался, а Совет исчез. Разбежались они, в одну ночь. Поговаривают, что отыскали во Дворце секретную королевскую казну, где-то закопанную, поделили и разошлись. Я составил список, если вам интересно...

- Интересно, - Хью вырвал у лекаря бумагу и наскоро пробежал глазами. - Все ясно... Кое-кого я знаю, остальных отыщем. Лоу, а что, действительно была такая казна?

- Какая теперь разница, - Маршал вспомнил, что он как-никак королевский кот и выдавать секреты не спешил. - Спроси у короля Тома.

Коротышка вздохнул. Ну как иметь дело с такими людьми? Лоу был осведомлен о местонахождении большой суммы денег, но и сам их не взял, и другу не отдал... Теперь придется искать их по всему острову, и собрать удастся едва ли половину. Это не считая той части, которую наверняка утаят факельщики, которым придется это поручить. Лекарь между тем продолжал:

- Теперь я привел сюда тысячу бойцов, а за нами увязалось еще столько же посторонних, не имеющих отношения к бригадам. Все хотят поскорее сжечь крепости, так что мы присоединяемся к Армии Андро, под ваше начало.

- Под начало Маршала Лоу, - поправил его Хью. - Ну что ты все время звереешь, Лоу?! Хорошо, позволяю оставить при себе еще и почетное звание лойнанта Бахамской Королевской стражи с двадцатипятилетним стажем. Так, крепости жечь подождите, Викто, у нас их и так не слишком много осталось.

- Шесть, - подсказал Викто.

- Ну вот, всего шесть...

- Над ними все смеются теперь, над дружинниками баронскими! Раньше они только с Бахамом имели дело, а теперь весь остров на них поднялся, правильно мы думаем?

- Очень правильно, - одобрил Хью и ткнул пальцем в штандарт с Красным Кругом: - Вот наше знамя. Мы не за Ками, не за Бахам, мы за общее благо. С нами факельщики, вудуисты и вообще все, кроме разве что диджонской Гильдии Трактирщиков. Но с ними я потом еще разберусь... Пропусти-ка меня.

Баронов действительно никто больше не боялся. Люди в красных повязках расхаживали возле самого рва, иногда швыряя вверх камни и комья земли. Оттуда не отвечали ни на оскорбления, ни на угрозы, крепость хранило гордое, но печальное молчание. Протиснувшись мимо бойцов, коротышка преспокойно перескочил узкий ров с давно оплывшими берегами и подошел к воротам.

- Открывай! - крикнул он, жестом приказывая ни Лоу, ни солдатам не следовать за ним. - Пришел господин Хью Грамон, хочет видеть барона Куртэ!

Он успел выкурить трубочку, прежде чем за воротами раздался грохот огромных засовов и одна створка чуть приотворилась. Оттуда высунулись сразу три пики, потом голова дружинника.

- Добрый день, господин Грамон. Барон просит вас немедленно.

- Так убери это шило... - буркнул Хью и протиснулся во внутренний дворик.

Первое, что ему бросилось в глаза - малочисленность дружины. В такой день все должны быть на виду, бродить по стенам, а он насчитал всего восемнадцать человек. Даже если это только половина, защитить такими силами крепость нелегко. Пройдя к обязательной в каждой крепости Старой башне, с которой вся цитадель и начала когда-то расти, Хью распахнул тяжелую дверь и вошел в просторный, прохладный зал.

Барон Куртэ ждал его, прохаживаясь вдоль стен, украшенных древними полотнами. Коротышка приблизился и церемонно поклонился. Барон ответил.

- Чем обязан счастью видеть вас под этими сводами? - грустно поинтересовался он.

- Надеюсь разрешить миром некоторые возникшие между вами и островом Андро противоречия, - в тон ему ответил Хью. - Думаю, что если вы не откроете ворота и не распустите дружину, хотя бы на время, то... Ваш древний род прервется.

- Такие уж времена настали, - и бровью не повел Куртэ. - Многие баронские семейства, славные в веках, уже... Прервались.

- Это злодейство Темного Братства, - уточнил Хью. - А теперь под стенами стоит Армия Андро, недовольная вашими же бесчинствами. Уверен, что тому виной не ваше желание, а безвыходность положения... Послушайте, барон, покажите мне мальчика.

- Зачем? Вы кто - лекарь? Там под стенами расхаживает один лекарь, при оружии, так спросите его, он лечил ребенка барона Фасти. Не вылечил, насколько я знаю... И никто не смог вылечить, ни одного из них не смогли вылечить, понимаете?! - барон покраснел от злости. - Это наши дети, Грамон, и мы будем их защищать!

Прежде чем ответить, коротышка взял паузу, довольно нахально прогулявшись по залу. Ему никогда не нравились эти сырые, мрачные строения. Зачем богатые люди в них живут?..

- Защищать хотите? А почему тогда готовы отдать на растерзание горожанам, которые вот-вот сюда ворвутся и скинут вниз ваших последних дружинников? Странно, что еще эти не разбежались. Барон, у меня там, - коротышка махнул в сторону штандарта, - тоже есть дети. Они не белые, у них еще остались волосы, но они спят в какой-то паутине и на каждом амУлут Темного Братства. С ними поступили как-то иначе, но суть одна... Я ведь не убил этих детей, понимаете?

- А зачем же вы их сюда привезли?

- Вам показать. Я хочу попытаться их вылечить, и в моем распоряжении не только лучшие лекари со всего острова и все храмы Андро для изгнания вражьего духа, а и еще кое-что...

- Договаривайте! - нетерпеливо воскликнул барон. - Вы же дворянин, а не купец, не торгуйтесь!

- Вуду, - Грамон заставил себя сдержаться, пообещав припомнить барону этот разговор когда-нибудь потом. - Колдуны Вуду тоже со мной. Моя жена - их Королева.

- Чушь! - Куртэ круто развернулся и взбежал по лестнице на какой-то странный балкончик, но там задержался. Его голос многократно отражали стены. - Это чушь, Грамон! Вы сами известны как гонитель вудуистов! А теперь вдруг выясняется, что там, где не помогли лекари - помогут грязные лесные колдуны!

- Это как раз еще предстоит выяснить, - поправил его коротышка. Отвернувшись в другую сторону, чтобы не задирать голову. - Так я упрощу вашу задачу, барон. Вам предстоит выбрать: позволите вы толпе ворваться сюда, перебить вашу семью и домочадцев, или разрешите попробовать спасти вашего сына от странной болезни. Я увезу его в Триград, новый город, который я строю в джунглях. Если хотите - езжайте с нами. Условие: открыть ворота, распустить дружину, не перекрывать более дорог никогда, отказаться от этого права.

Послышались медленные шаги, это барон спускался по лестнице. Хью не обернулся, и Куртэ, обогнув коротышку, встал перед ним. Левое веко у него подергивалось, рот перекосился.

- Право дорог даровано баронам королем Томом XIV... Это священное право, Грамон.

- У вас его никто не отбирает, - напомнил Хью. - Вам нужно самому от него отказаться.

- Я должен... Лучника ко мне!

У баронов имелся свой способ доставки сообщений. Ни слова не говоря Хью, Куртэ опять взбежал на балкончик и склонился там над чем-то, заводил быстро рукой. Вошел заспанный дружинник с большим луком, поглазел без интереса на гостя. Куртэ закончил писать, сбежал вниз, сворачивая письмо в трубку.

- Закинь им это прямо сейчас, да смотри, не урони! Головой ответишь!

Дружинник прошепелявил что-то вроде согласия и, шаркая, побрел на стену. Сейчас стрела с коротким посланием полетит к другому барону, у которого схожие проблемы. Тот оповестит третьего... Но Стена нарушена, поэтому разослать известия всем не получится, к кому-то придется и по земле добираться.

- Может быть, вам стоит просто собраться вместе? - поинтересовался коротышка. - Всем баронам? Решили бы не спеша, а то ведь неудобно так, с письмами... Впрочем, это я к слову. Но для себя вы уже определились, верно?

- Вы даете мне надежду, я не могу вас оттолкнуть, - Куртэ опять спустился вниз. - Что будет дальше с Бахамом? Опять будет гореть через неделю?

- Нет, мы собираемся вернуть короля и бахамцы, кажется, достаточно уже настрадались, чтобы этому обрадоваться, - сказал коротышка. - Вот только армия ему ни к чему. Ну с кем воевать, посудите сами: с Ками и Дивуаром? Теперь, когда к нам приплывают то темные братья, то кандцы, это как-то несовременно.

- Кандцы? Это еще кто такие? - удивился Куртэ.

- Вы многого не знаете, - осуждающе покачал головой Хью. - Разве так можно жить? Это, скорее, не слишком приятный способ умереть: не интересоваться новостями. Канд - большая страна на севере Большой Земли и на Андро сейчас находятся как минимум два ее уроженца. Хорошие люди, барон. Решайтесь, а я, с вашего позволения, пойду и отведу от крепости войска.

Поклонившись, коротышка вышел из башни, прошел через дворик и вышел из ворот, отпихнув в сторону продолжавшего выглядывать наружу дружинника. Викто стоял за рвом, уперев руки в бока, и весело поглядывал на высокие стены.

- Викто, а зачем вы стали лекарем? - спросил Хью, перепрыгнув через узкую полоску воды.

- По наследству досталась профессия, а что?

- Да ничего, - буркнул Грамон. - Мне кажется, вам воевать больше нравится. Но если нет - будьте готовы уехать со мной в джунгли. Подумайте, пока думает барон Куртэ, и отведите пока в город своих людей.

Он прошел по дороге между двумя крепостями и увидел, как на куполах Бахамского Собора играет солнце. Чуть дальше нахально раскинулась под облаками широкая плоская крыша Дома Наслаждений, сплошь заросшая деревьями и кустарником, превратившаяся в чудесный сад, где Хью не раз бывал. Еще дальше, у самого моря, высилась Королевская гора, в пещерах которой и находился собственно Дворец. Дожди смыли копоть, пожара будто и не бывало, вот только часть колонн и вычурных карнизов, делавших Дворец таким нарядным, обвалилась.

- И здесь мы задержимся ненадолго, - сказал себе Грамон с некоторым сожалением.

ЭПИЛОГ

"Иоанн" появился у берегов Дивуара спустя полтора месяца. Хью узнал об этом от Ариана, когда к тому подбежал гонец и вручил послание от факельщиков северного побережья. Великан зачитал письмо вслух.

- Желают встретиться с королем Дивуара на борту, - вздохнул Грамон. - Ну как они не могут понять, что король Дивуара никогда не отправится навстречу к первому же попавшемуся иноземцу? Они считают нас дикарями, и виной тому Адмирал Шуайа. А я думал, он наш человек, факельщик.

- Был наш, - вздохнул Ариан. - Но его не избрали в свое время, он видимо затаил обиду. Отплытие "Короля Тома XIX Благочестивого" с королевской семьей на борту он готовил втайне. Решил первым оказаться в Канде и снять все сливки.

- Ему это пока удается. А про капитана Триполи в письме ничего не сказано?

- Я прочел все, - обиженно сказал факельщик. - Никаких тайн, хочешь - перечитай сам. Может быть, его нет на борту, а может быть, просто не сходил на берег. Узнаем позже... Может быть, попросить Линча все же посетить парусник?

- Он обидится. Вообще не для того мы его сажали на трон, чтобы потом унижать перед своей же державой, - отказался от этой идеи коротышка. - Пусть ждут... Не станут же они палить по берегу только за то, что король не явился к ним на поклон? Во всяком случае, посоветуемся со Стивенсоном.

Приблизился караван носильщиков, везущих тачки, груженые камнями. Их доставляли с камийского побережья, Ариану нравился цвет тамошних скал. Хью тяжело вздохнул.

- Что случилось?

- Да вот думаю, откуда у Ордена столько денег. "Да не опустится тьма!" Это прибыльное дело, оказывается, не давать опуститься тьме.

- Вам ли не знать, господин Великий Магистр! - шутливо поклонился ему гигант. - А что, нуждаетесь в средствах?

- Да как тебе сказать... Нехорошо получится, если у Ордена будет вот такой каменный дворец, а я продолжу жить в своей хибарке.

- Хибарка?.. - Ариан развел в стороны длинными руками. - Да у Королевы Вуду не хибарка, а дворец побольше сожженного камийского! И потом, она сама настояла, чтобы все было из дерева. Вуду не любит камня, или как-то там.

- При чем здесь дворец Королевы? - Грамон обиженно засопел. - Моя семья живет в двухэтажном домике в восточной части Триграда, ты же знаешь. Дети бегают, шумят... В общем, если бы ты мог выделить мне из кассы на неотложные нужды тысяч...

- Две, - предложил гигант.

- Десять, - закончил фразу Хью.

- Это получается, шесть... - задумался Ариан. - Много, Хью, у нас сейчас большие траты.

- Но скоро будут поступать деньги со всего острова! - возмутился коротышка. - Порядок навели, сейчас торговля процветать начнет, налоги в казну потекут, а нам полагается по две десятых части с каждого королевства. Это огромные деньги, Ариан! Не скупись, пожалуйста.

- Почему я тебе верю? - задумался факельщик. - Чем-то ты мне понравился, хотя если бы ты не шел тогда по улице и Льеж не предложил тебя позвать... Я ведь все-таки приказал тебя убить, хотя старик был против.

- Я знаю, - улыбнулся Хью и пошел прочь, навестить в новом дворце Королеву.

Он не знал, что встреча в кабачке вышла совершенно случайно и Ариан собирался его убить. Все нити Ордена пока еще оставались в руках великана, хотя кое-каких уС'Пехов Хью все же достиг. Но сказать вот такое "я знаю" очень важно, потому что теперь факельщик будет думать, кто из его приближенных донес. Пусть думает... Он хороший малый, этот Ариан, но у Ордена должен в конце концов остаться один Великий Магистр. Если, конечно, Хью не передумает им становиться...

Со всех сторон доносились удары молотков, визг пил. Как только люди поняли, что в джунглях больше не убивают, людей сюда набежало не меньше двух тысяч. Хью стал платить меньше, но это никого не остановило. Грамон был уверен, что даже если теперь вудуисты опять понаделают на дорогах ловушек, люди отсюда не уйдут. Главное - показать потому новое русло, в уж остальное он сделает сам.

Дженис вышла ему навстречу в сопровождении угодливо кланяющейся свиты. Вудуисты остались пока еще такими же заросшими и грязными, как и были. Хью смерил их презрительным взглядом старого охотника за подобной нечистью, но тут же опомнился и улыбнулся Королеве Вуду.

- Как сегодня настроение у Вашего Величества?

- Великолепное, дорогой! Дворец просто замечательный, только подвалы получились тесные, но ничего, мои люди выкопают еще.

- Смотрите Дворец не подкопайте, а то раскатится по бревнышку, - Хью подхватил жену под руку и увел от ее скверно пахнущих подданных. - Смотрели детишек?

- Да, - кивнула Дженис. - Но пока никакого толку. Это совсем другая магия, не Вуду.

- Нет никакого Вуду, - поморщился коротышка. - Есть Темное Братство, и был Джо Салижар. И есть еще ты, его ученица, а никакого Вуду нет. Помнишь Гату? Там тоже называли одно существо Вуду, а на самом деле это была просто Погибельная тварь.

- Ты не прав, - заупрямилась Дженис. - Если рассуждать как ты, то у меня те же способности, что и у Темного Братства, значит, я - слуга Нечистого? Нет, Джо вложил в меня очень много того, что нельзя назвать знаниями. Это волшебство, Хью, и оно продолжает во мне просыпаться. Этому очень помогает амУлут. Уверена, уже через год я смогу оживить мертвеца!

- Не вздумай! - отшатнулся от нее муж. - Вот я расскажу Лоу, чем ты занимаешься!

- Пожалуйста, милый Лоу поймет, что я ничего плохого не сделаю! - засмеялась Королева Вуду. - И почему ты так к ним относишься? Зомби это просто... Просто...

- Просто поверь мне, - перебил ее Хью. - Не надо этого делать, ни из интереса, ни с какими-нибудь другими целями. Я их видел, и... Не надо. А то я разведусь с тобой, так и знай. Ох, извини, я должен повидать Стивенсона, и вон как раз он идет.

- Что-то случилось? - Дженис придержала его за рукав.

- "Иоанн" появился у Дивуара.

- Как здорово! - Дженис едва не захлопала в ладоши. - Напиши обязательно про это милому Лоу, он так беспокоился о короле, и что о нем думает королева Диас!

- Хорошо, пообещал Грамон и поспешил навстречу кандцу.

Тот прогуливался не один. Рядом вышагивал все еще очень худой после болезни метс, держа под руку Долорес. Мальчик уже научился ходить и ковылял впереди, радуясь происходящей вокруг шумной суете.

- Как ваше здоровье, господин Клуни?

- Спасибо, уже почти хорошо! - метс улыбнулся.

Через его лицо шла широкая черная повязка, скрывавшая вытекший глаз. Увидев ее в первый раз, Хью надолго задумался, почему кривые островитяне никогда так не делают. Выглядит красиво и опрятно... Неужели просто не догадались?

- А у меня новости для вас и Стивенсона.

- Я чувствовал, что сегодня что-то случится! - воскликнул отвианец. - Говори скорей!

- А пока сказать особенно нечего, - пожал могучими плечами коротышка. - "Иоанн" бросил якоря у Дивуара, почти там же, где ты сошел на берег. Первое, что сделали ваши земляки - пригласили к себе на борт короля Дивуара. Он, конечно, не придет, а что будет дальше - увидим. Ты, надеюсь, не передумал?

- Нет, - покачал головой Стивенсон. - У меня, кажется, будет ребенок.

- Ну да, первый раз это всегда событие... А вы, господин Клуни?

- Я должен ехать! - воскликнул пограничник. - То есть мы с Долорес и Роном должны ехать. Придется нам с тобой проститься, Стивенсон, я хочу домой. В ту самую тундру, которой ты так страшишься... Это моя родина, я хочу жить там, ездить на оленях, слышать по ночам вой волков. Рон увидит Гловки, моего лорса. Я верю, что старый рогач жив. Прости меня.

- Я не в обиде, - Стивенсон почесал затылок. За короткое время он успел сильно подружиться со Стражем Границы. - Конечно, мне будет немного одиноко, но если Совет Аббатств меня простит, то смогу общаться с приплывающими сюда кандцами, рассказывать им об острове, - отвианец встретился глазами с Хью и немного смешался. - Многое рассказывать об острове. Клуни, ты просто расскажи им про меня, как есть, вот и все.

- Я так и сделаю, - пообещал пограничник. - Не верю, что они не захотят тебя понять. Иногда с людьми просто что-то случается... Долорес, ты рада?

- Я рада, что ты рад, - откликнулась женщина, спокойно наблюдавшая за сыном. - Ты поедешь на свой север, мы тоже поедем. Хотя здесь тоже хорошо. Но туда, в тундру, никогда не приходят темные братья, верно?

- Верно! - обрадовался пограничник. - Там никогда ничего не меняется. Пойдем собираться!

- Не торопитесь, завтра я сам туда поеду, приглашаю вас в свой паланкин, - предложил Хью.

Ему тоже было жаль, что Клуни уезжает. Правда, метс был куда менее общительным, чем Стивенсон, да и рассказывать мог только о границе и своих путешествиях по тайгу и тундре, но было в нем что-то располагающее. Тем более, Грамон и Стивенсон были обязаны ему жизнью. Не отхвати он тогда пальцы обутому в сандалии адепту, тот добил бы их своим странным посохом.

Вспомнив посох, Хью попенял себе, что не догадался тогда же прихватить с собой эту странную штуку. Теперь его уже не найдешь, потерялся на шумных улицах Улута, там ничего не отыщут даже факельщики.

- Ты поедешь с нами? - спросил он Стивенсона.

- Обязательно! Только... Можно я возьму Анджалу с собой, на всякий случай?

- Носильщики надорвутся, - хмуро сказал Грамон. - Ладно уж, бери, только не корми в дорогу.

Ох уж этот смешной отвианец! Боится, что земляки сойдут на берег и утащат его с собой, отстреливаясь из пушек. Конечно, надо взять с собой Анджалу, чтобы не потерять самого дорогого. Совершенно не понимает, что для Грамона он - дороже золота, потому что только через него, наполовину кандца, наполовину уже островитянина, можно понять этих странных людей из далекой северной страны. Вся сила Андро встанет на защиту Стивенсона. А это совсем не так мало, как кажется приплывшим на "Иоанне".

Content

Норман Сеймон
Солдаты удачи

Глава первая После битвы

Глава вторая В джунглях и на корабле

Глава третья К Андро!

Глава четвертая Некогда солнечный остров

Глава пятая Претенденты на престол

Глава шестая Большая кровь

Глава седьмая Первая битва

Глава восьмая Победа

Глава девятая Красный Круг

ЭПИЛОГ