Гарднер С. Энн

Ради любви к женщине

Ради любви к женщине

С. Энн Гарднер (Перевод: Эмма)

Эта история содержит описание сексуальных отношений между женщинами. Если это оскорбляет Вас, или Вам нет 18–ти, то, пожалуйста, почитайте что–нибудь другое. Там могут также быть некоторые ругательства, но не больше, чем Вы ежедневно встречаете в обычной жизни.

Все персонажи этой истории – собственность С. Энн Гарднер. Ничто из этой истории не может быть воспроизведено без письменного разрешения автора.

Перевод взят на: http://www.rxwp.ru/include/phpBB/viewtopic.php?f=28&t=12376

Рэйса Андиета приводила в бешенство, была эгоцентричной, высокомерной, самой грубой женщиной, которую она когда–либо имела несчастье встретить. Первая же их встреча была похожа на вспышку. Она никогда не реагировала на другого человека так, как на Рэйсу. Эта женщина будто бы знала, как нажать на все её кнопки. И теперь они снова были по разные стороны баррикады.

Впервые они встретились два года назад, когда Кэролин с семейством переёхала в Венесуэлу. Нефтяная компания, где работал Мэтт, её муж, устраивала вечеринку для всех своих новых сотрудников. Рэйса Андиета была президентом и главным акционером "Копеко Ойл». Кэролин помнила этот момент, как будто всё было вчера. Мэтт представлял её своим коллегам, когда она обернулась и встретилась взглядом с самыми синими глазами, которые когда-либо видела. На один краткий миг ей показалось, что время остановилось. Женщину перед нею можно было описать только единственным образом – умопомрачительно красива.

Мэтт представил её Рэйсе. Когда они обменивались рукопожатием, Кэролин почувствовала толчок, который заставил ожить всё её тело; по глазам Рэйсы Кэролин поняла, что реакция была взаимна. После того краткого момента самой странной связи обе женщины как будто чувствовали друг друга. Всякий раз, когда одна из них была в комнате, другая знала об этом и реагировала на это. Сначала Кэролин пробовала говорить с госпожой Андиетой равнодушно. Но после нескольких нелюбезных и откровенно грубых выпадов со стороны Рэйсы Кэролин прекратила свои попытки. Они обе провели невидимую, антагонистическую линию.

Почему-то Кэролин не была удивлена, когда Эстер Курбело, жена одного из партнеров Мэтта, сказала ей, что Рэйса прибыла в клуб и на собрании будет голосовать против предложения, которое выносилось на голосование тем вечером. Кэролин была в ярости. Она работала над этим предложением больше трех месяцев. Она была уверена, что Рэйса об этом знала. Казалось, не было ничего, о чём бы Рэйса не знала. Она правила в этой части страны железной рукой. Если она хотела, чтобы что-то было сделано, это делалось. Если она хотела, чтобы что-то прекратилось, это прекращалось в то время, пока она только высказывала своё желание.

Этот проект, над которым работала Кэролин, позволил бы привлечь необходимые ресурсы для бедноты города Каракаса. Это был другой путь распределения и перераспределения ресурсов, но она полагала, что он будет болеё результативен, и те, кто действительно нуждались в помощи, быстреё её получат. Существующий в течение последних 10 лет порядок вещей не был столь же эффективен, как новый план. Население изменилось, потребности изменились, а правильно распорядиться деньгами умели немногие. Если бы Рэйса Андиета была болеё доступной, Кэролин чувствовала, что смогла бы её убедить. Она договорилась о встрече, чтобы обсудить это с нею.

Рэйса Андиета согласилась с нею встретиться. Кэролин все ещё помнила унижение, которому её подвергли.

Кэролин прибыла на десять минут раньше условленного времени, чтобы обсудить проект Клуба о распределении необходимых ресурсов неимущим. Она прождала двадцать минут, прежде чем была приглашена войти к могущественной госпоже Андиете.

Кэролин стояла перед ней, а Рэйса продолжала просматривать бумаги, полностью игнорируя её присутствие. Через несколько минут характер Кэролин взял над нею верх, и она просто села, продолжая играть в "молчанку".

Тогда Рэйса откинулась назад, закинула ногу на ногу и посмотрела на Кэролин с довольной улыбкой на лице.

– Пожалуйста, садитесь, – сказала Рэйса саркастически.

– Спасибо, думаю, что я уже, – ответила Кэролин с улыбкой.

Рэйса встала и тихо прошлась по комнате, пристально наблюдая за Кэролин. Наконец она остановилась позади Кэролин и спросила завораживающе:

– Что вам нужно?

Кэролин промолчала. Она спиной чувствовала возвышающуюся на нею женщину и могла поклясться, что слышала сердцебиение Рэйсы, или это было её собственное? На мгновение они разделили тишину. В воздухе повисло напряжение, и чувство головокружения захватило Кэролин. Она ощущала жар тела позади себя, и её рецепторы попали в плен аромата Рэйсы.

Кэролин глубоко вздохнула и быстро встала, оказавшись лицом к лицу с Рэйсой. Она была сбита с толку и смущена. Внезапно комната начала вращаться, и она потянулась к спинке стула перед нею.

Рэйса быстро сократила расстояние между ними и подхватила Кэролин. В тот момент Кэролин почувствовала, что комната наступает на них. Все, что она ощущала, это теплоту рук Рэйсы; её голова откинулась назад, а колени начали подгибаться.

– Сядьте, – мягко сказала Рэйса и проводила женщину к стулу. Она мягко убрала волосы Кэролин от её лица. Кэролин видела только синие глаза. Те глаза, которые теперь парили у неё перед лицом. Она облизала губы. Уши заполнил громкий стук её сердца, когда лицо Рэйсы приблизилось.

Кэролин закрыла глаза и мучительно прошептала:

– Нет.

Когда она открыла их снова, то увидела, как Рэйса прошла к бару и вернулась со стаканом воды.

– Выпейте это, Cara, – прошептала она, сев на соседний стул.

Кэролин взяла стакан трясущейся рукой. Заметив это, Рэйса накрыла руку Кэролин своей и направила стакан к её рту.

– Постарайтесь выпить ещё.

Когда Кэролин выпила бОльшую часть воды, её глаза встретились с глазами женщины рядом с нею.

Мгновение они обе смотрели друг на друга в тишине.

– Мне так жаль, я не знаю, что со мной случилось, – быстро сказала Кэролин. Её взгляд метнулся к двум рукам, всё ещё держащим стакан. Она отвернулась, но перед этим Рэйса увидела замешательство в её глазах.

Рэйса быстро выпустила её руку и встала. Удаляясь, она сказала достаточно громко, чтобы Кэролин услышала:

– Так ли это?

Она прошла за свой стол и села. Теперь их разделяла огромная столешница, и расстояние между ними снова было приемлемым.

Кэролин в смятении смотрела в ледяные глаза Рэйсы.

– Чего вы хотите! – спросила Рэйса нетерпеливо.

Агрессивность тона застала Кэролин врасплох. Всего минуту назад эта женщина была чуткой и заботливой. Её удивление, должно быть, отразилось у неё на лице, потому что Рэйса сразу же среагировала на это.

– Я не могу потратить на вас весь день, госпожа Стэнбек, – Рэйса явно начинала раздражаться.

Мгновение Кэролин смотрела молча, а затем произнесла:

– Я хотела обсудить проект, над которым работала…

Прежде чем она смогла закончить, её прервали:

– Госпожа Стэнбек, как вы думаете, чем я здесь весь день занимаюсь? У меня нет времени выслушивать ваши проектики. Возвращайтесь к одному из ваших благотворительных обедов и не отнимайте больше моего бесценного времени! – Рэйса впивалась в неё взглядом. – У меня нет времени выслушивать ваши проектики! – и с этим Рэйса её отпустила.

Кэролин была ошеломлена. Но её удивление быстро сменилось гневом. Она вскочила и открыла рот, чтобы что-то сказать, но ярость мешала вымолвить хоть слово. Тогда она почувствовала стакан в руке и опустила на него взгляд.

Кэролин выплеснула остатки воды на потрясенную Рэйсу.

– Вот! Возможно, это освежит вас немного! – на этой ноте Кэролин вышла из офиса.

Несколько дней Кэролин ждала, что Мэтт войдет и сообщит, что его уволили. Она все еще не могла поверить в то, что сделала. Она никогда не реагировала на другого человека так, как на Рэйсу. Кэролин знала, что зашла слишком далеко в тот день. Она не говорила Мэтту о произошедшем, и, видимо, Рэйса Андиета тоже этого не сделала.

После той их встречи Кэролин избегала всякого рода контактов с Рэйсой. Всякий раз, когда было мероприятие, на котором Рэйса должна была присутствовать, она придумывала оправдание, чтобы не появляться там.

Кэролин знала, что её проект был практически похоронен. Если Рэйса Андиета возражала против чего-то, то оно уходило в небытие. Никто никогда не стал бы обсуждать её решения. Это было равносильно смерти. Такова была власть Рэйса, и все об этом знали. Никто не пытался бороться с нею. Никто, кроме Кэролин Стэнбек.

***

Все жены сотрудников Рэйсы Андиеты быстро учились со всем соглашаться и следовать за большинством. Все; кроме Кэролин Стэнбек. Она была исключением. Рэйса вошла в комнату и тут же была окружена изображающими из себя светских львиц женщинами.

***

По крайней мере, именно так Рэйса их рассматривала. Она была отчуждённо вежлива, и, как обычно, во время разговора её глаза осматривали комнату, пока не нашли то, что в последнеё время искали и не находили. Кэролин Стэнбек. Рэйса увидела, как она вышла на один из балконов.

***

Каракас ночью был волшебным городом огней. И так же, как и волшебство, всё это было иллюзией. Днём можно было видеть, как волшебные огни мельчали, сталкивались друг с другом и разбивались. Нагромождение бедности, преступлений, голода и очень мало надежды на облегчение.

Кэролин сознавала, что, находясь под защитой богатства, она далека от всего этого. Здесь, за стенами власти и изобилия, она была защищена. Как печально! Она так упорно работала над этим предложением. Это было что-то её собственное. Что-то, что помогло бы всем тем людям. И теперь всё останется по-прежнему. Как бы Кэролин ни старалась, она никогда не вписывалась в это общество. Мэтт всегда был занят. Саймон, её 8–летний сын, был её гордостью и радостью. А муж перестал быть тем человеком, которого она когда-то полюбила.

Кэролин терзало смутное беспокойство. Этот переёзд в Каракас два года назад был последней попыткой спасти её брак ради Саймона. Это было новое начало, и деньги, которые Мэтт предполагал зарабатывать, означали, что Саймон сможет иметь всё самое лучшеё. Однако Кэролин оставила позади своих друзей, семью и карьеру. Она собиралась делать что-то полезное, например, помочь тем бедным людям. А теперь ей снова приходилось заполнять свои дни теми банальными вещами, которые она так ненавидела.

Она наслаждалась теплым бризом, ласкающим её тело, стоя на веранде. Кэролин Стэнбек была видением красоты. Её бледная кожа загорела за то время, что она жила в Венесуэле. В золотых волосах появились платиновые следы от солнечных поцелуев. И в белом платье она была как некая древняя богиня тех времен, когда поклонялись луне. Она закрыла глаза и надеялась, что ночь успокоит её разочарование.

С этим видением столкнулась Рэйса Андиета, когда вышла на веранду. Руки Кэролин были сложены вокруг тела, а лицо обращено к ночному небу. Рэйса остановилась, наблюдая за нею. Она много раз повторяла себе, что эта женщина не имела никакой власти над нею. Она спорила с собой постоянно. Кэролин Стэнбек ничем не отличалась от любой другой женщины. И все же, каждый раз входя в комнату, она искала её глазами и испытывала разочарование, не найдя.

Рэйса наслаждалась тем, что видела. Она чувствовала бесспорное влечение к этой женщине, хотя красотка приводила её в бешенство каждый раз, когда приближалась к ней. Рэйса училась соблюдать дистанцию, и все же её тело знало, к чему должно стремиться.

Кэролин почувствовала её присутствие прежде, чем открыла глаза. Они обе были окутаны светом луны и звуками доносившейся изнутри музыки.

Рэйса медленно приблизилась к ней и бросила взгляд на город.

– Ночи, подобные этой, вводят в заблуждение, – мягко сказала Рэйса.

Кэролин повернулась и тоже взглянула на город.

– Что вы имеёте в виду?

– В какой–то момент всё кажется спокойным, а затем небеса разверзаются, и мир тонет.

Кэролин повернула голову в сторону Рэйсы. Эта женщина была для неё загадкой, столь же непонятной, как и эта земля, на которой она жила последние два года.

– Я не понимаю.

– Правда? – Рэйса обернулась к Кэролин.

– Почему вы всегда отвечаете вопросом на вопрос? – спросила Кэролин с беспокойством во взгляде. В низу её живота начало подниматься возбуждение, как и всегда в минуты её близости к Рэйсе Андиете.

– Почему Вы всегда провоцируете меня? – в свою очередь спросила Рэйса.

– Я?

– Да! Вы! – Рэйса взмахнула руками в жесте отчаяния.

– Я? Я! Это – Вы! Вы получаете удовольствие, оскорбляя меня!

Рэйса молча смотрела на неё. Она видела только рот Кэролин, и хотела знать, каков он на вкус. Внезапно изменив своё решение, Рэйса отошла на несколько шагов назад. Остановившись на мгновение, а затем неожиданно снова обернувшись, она посмотрела прямо на неё. Кэролин проявила твёрдость.

– Я не люблю трусость, – сказала Рэйса на выдохе.

Её глаза говорили о голоде и о чём-то ещё, чего Кэролин не могла понять.

– Я не трусиха, госпожа Андиета.

На сей раз она не сдвинется с места. Рэйса хочет борьбы, и она её получит.

– Вы сбежали с той встречи.

– И кто выступил бы против вас? – заметила Кэролин язвительно. – Никто. Ни одна из тех женщин не поддержала бы меня против вас. Они скореё позволили бы тем людям голодать, чем возразили бы вам. Как вы себя чувствуете, госпожа Андиета? Каково это чувствовать, что имеёшь власть решать, кому жить, а кому умереть?

– Вы драматизируете! Если вы верили в то, что предлагали, то стоило попробовать.

– Сражаться с вами? – Кэролин повернулась к ней спиной и отошла на несколько шагов. Она саркастически рассмеялась.

– Однажды вы уже пытались, – сказала Рэйса угрожающе. – Повиновение – это то, чему вас не научились … пока.

Кэролин быстро обернулась. С неё было довольно.

– Идите к черту! Я не какая-нибудь там рабыня!

– Однажды кто-нибудь приручит вас, – сказала Рэйса мягко.

– Ну что ж, это будете не вы!

При этих словах небо осветила вспышка молнии, а затем последовал оглушительный грохот. Но всё, что Кэролин видела, был вышедший из-под контроля огонь в глазах женщины, стоящей перед нею.

Через секунду Рэйса оказалась рядом с нею и прижала её к себе. Небо над ними взрывалось, в то время как рот Рэйсы нашел свою цель. Их окружал поднимающийся ветер, и голод шторма чувствовался на их губах.

Рэйса буквально пожирала губы Кэролин и душила все протесты в зародыше. Её руки стремились прикасаться и чувствовать. Рэйса ощущала голод, не испытанный ею прежде. Она всегда получала то, чего хотела. Она ждала слишком долго.

Кэролин затаила дыхание, пытаясь разобраться в себе. Она боролась не только с желанием Рэйсы, но и со своим собственным потрясением.

– Нет! – крикнула Кэролин, пытаясь вырваться из объятий Рэйсы.

– Трусиха!

И снова вспышка и удар грома; шторм не отставал от бури, бушующей внутри них.

Рэйса толкнула Кэролин к стене.

– Отпустите меня! – крикнула Кэролин в шторм.

Рэйса улыбнулась, положила руку на грудь Кэролин и сжала.

Рука Кэролин взлетела в воздух, и раздался звук пощечины. Рэйса гневно уставилась на неё, держа её руку железной хваткой.

Рот Рэйсы снова накрыл губы Кэролин, и на сей раз поцелуй был жёстким. Это был поцелуй не страсти, а доминирования, и только полная капитуляция была приемлема в ответ.

Кэролин ощутила кровь во рту, и, вдруг почувствовав себя опустошенной, всхлипнула.

Рэйса немедленно отпрянула от неё. Она увидела, как глаза Кэролин заполняются слезами. Шторм продолжал завывать вокруг, но для них его не существовало.

– Отпустите меня, – попросила Кэролин беззвучно, как в вакууме. Существовали только они. Одно тело, прижатое к другому. Две женщины, держащие друг друга в плену.

Рэйса медленно опустила руки, и Кэролин тут же бросилась прочь. Вдруг Рэйса развернулась, и снова мир стал штормом. Она твёрдо стояла на месте, а ветер завывал вокруг неё, и небеса разверзались снова и снова. Она без страха смотрела в лицо шторму и бросала ему вызов. Она была Рэйсой Андиетой, и никто никогда не выступал против неё.

Шторм только начинался.

***

– Почему у нас проблемы с мощностью, Хоакин? – требовала Рэйса ответа.

– Это всё дожди, госпожа Андиета. В Кате распутицы. Нет никаких надежных прогнозов. И линии электропередач выходят из строя.

– Хоакин, мне все равно, что происходит в Кате! У нас новый генератор. Почему возникают проблемы с мощностью! – вопила Рэйса на пределе своих легких.

– С этим разберутся, госпожа Андиета, – ответил он несчастно.

– Иди и убедись, что всё сделано. Иди! – кричала она, указывая на дверь.

– Мисс Андиета…

– Вон!

С этим мужчина покинул её офис.

Телефон в её офисе звонил постоянно.

– Да, Глория.

– Мисс Андиета, Мэтт Стэнбек на второй линии.

– Хорошо, Глория. Он сказал, что ему нужно?

– Очевидно, возникли проблемы на одной из буровых установок.

– Проклятье! Хорошо, – Рэйса переключила линию. – Мэтт, что случилось?

– Мисс Андиета, у нас был взрыв на 31–й буровой установке.

– Что?

– Огонь сейчас под контролем, но дожди не помогли.

– Как это произошло, Мэтт? Это – ваша буровая установка, кто там отвечает за безопасность?

– Службой безопасности руководит Альберто Курбело, но…

– Увольте его. Я хочу, чтобы он убрался из здания, как только вы повесите трубку, и, Мэтт, я жду вас здесь завтра утром с предложениями по замене и модернизации оборудования.

– Мисс Андиета … это несчастный случай.

– Увольте его. Я хочу убрать его с моей буровой установки… Сделайте это, Мэтт.

Она в раздражении повесила телефон. Несчастные случаи были всегда. Такова была жизнь. В конце концов, прибыль перевешивала потери. На её взгляд потери были приемлемы.

Телефон снова зазвонил.

– Да, Глория.

– Мисс Андиета, недалеко от Лас-Ломас была пещера, улица под водой. Сообщают о гибели людей, застигнутых врасплох в автомобилях, – голос Глории дрожал.

– Глория, успокойся. Ближе к сути!

– Полиция подтвердила, что одна из них – машина компании, – Глория начала плакать.

– Глория! Ради Бога! Перестань рыдать и расскажи мне всё, что знаешь.

– Эстер Курбело и два её мальчика утонули. С ними в машине была еще одна женщина, но её пока не опознали.

– Держи меня в курсе, – сказала Рэйса и положила трубку.

Дожди шли уже неделю. Распутицы были по всему городу. А теперь ещё и это. Все эти события не самым лучшим образом отразятся на производительности.

Она помнила Эстер Курбело. С ней было приятно общаться, думала Рэйса. Она сожалела о мальчиках и была рада, что никогда не встречала их.

Рэйса всегда встречала Эстер на тех обедах, которые так ненавидела посещать. И, конечно, она запомнила её потому, что всякий раз, когда Кэролин присутствовала там, она разговаривала с нею. Кэролин!

В автомобиле была другая женщина.

Она позвонила Кэролин домой, и телефон, казалось, звонил целую вечность. Внезапно кто-то взял трубку.

– Residencia Stenbeck, buenos dias

– Я хочу поговорить с госпожой Стэнбек.

– Мне жаль, госпожи Стэнбек нет дома.

– Когда она вернется? Вы знаете, где она?

– Она ушла утром и не возвращалась. Я не знаю, когда она будет дома.

– Вы знаете, говорила ли она с Эстер Курбело сегодня?

– Кто это? – спросила служанка подозрительно.

– Слушайте меня очень внимательно. Это Рэйса Андиета. Вы слышали это имя?

– Да, конечно, госпожа Андиета.

– Тогда прекратите задавать глупые вопросы и скажите мне, говорила ли Кэролин с Эстер Курбело сегодня!

Возникла краткая пауза.

– Да, госпожа Андиета, говорила.

– Dios Mio… – Боже, сорвалось с губ Рэйсы. – Если получите известия от госпожи Стэнбек, скажите ей, чтобы немедленно со мной связалась!

– Да, госпожа Андиета.

Рэйса переключила телефонную линию и набрала номер своего человека в полицейском участке. Она продолжала твердить себе, что принимает все слишком близко к сердцу. То, что Эстер Курбело говорила с Кэролин этим утром, не значило абсолютно ничего. И все же её сердце было готово выскочить из груди, а дыхание участилось.

Телефон, казалось, звонил и звонил. Прошла целая вечность … и она волновалась всё больше. Наконец кто-то взял трубку.

– Рамиро, это Рэйса Андиета.

– Госпожа Андиета, какое удовольствие …

– Я хочу знать имена людей, которые утонули в служебной машине компании у Лас Ломас.

– Госпожа Андиета, пожалуйста, оставайтесь на линии, а я подниму документы.

– Хорошо, поторопись.

Рэйса ждала, вдавливая ногти в стол. Спустя несколько минут она все еще продолжала ждать, и чем дольше длилось ожидание, тем сильнеё она беспокоилась.

– Госпожа Андиета?

– Да, я слушаю.

– Мы имеём Эстер Курбело и двух её сыновей: Пауло шести лет и Андреса четырех. В автомобиле была еще одна женщина с ребенком, но их пока не идентифицировали.

– Рамиро, твоя первоочередная задача – имя второй женщины. Но еще важнеё, чтобы ты нашел кое-кого. Привлеки к этому всех, кого возможно.

– Госпожа Андиета … это может быть трудно сделать прямо сейчас. Пригород разрушается водой …

– Никаких возражений. Я хочу, чтобы это было сделано, Рамиро. Это – не просьба. Ты понял?

– Да, госпожа Андиета. Кого я ищу?

– Её имя – Кэролин Стэнбек. Её сын посещает школу "Кампо Алегре". Найди её и позвони мне немедленно. Нет ничего болеё важного, чем поиски этой женщины, ты понял?

– Госпожа Андиета…

– Не спорь или ты узнаешь, что такое боль.

– Да, госпожа Андиета. Я привлеку всех своих людей.

Рэйса повесила трубку и откинулась на спинку стула. Где ты, Кэролин?

***

Кэролин становилось по-настоящему страшно, поскольку вода поднималась всё выше и выше. Машины были и перед нею, и позади неё.

– Мне страшно, мама, – сказал Саймон нервно.

– Не волнуйся, дорогой. Всё будет хорошо. Мы просто вернёмся домой немного позже, – пробовала Кэролин успокоить его. Но чем больше времени проходило, тем выше поднималась вода. Люди стали оставлять свои автомобили. Она должна была решать быстро.

– Мама, смотри, вода поднимается всё выше и выше! Там машина только что провалилась в яму!

– Саймон, опускай своё окно, скореё!

***

Шесть часов спустя всё еще не было никаких новостей о Кэролин. Рэйса Андиета места себе не находила. Она совершенно не контролировала ситуацию. У неё сегодня было миллион проблем, от генераторов до взрывов. Она привыкла работать под невероятным давлением. Рэйса была благодарна за хаос, он помогал ей сосредоточиться. Но как бы не была занята, она всё время возвращалась к мысли, что Кэролин все еще не нашли, а женщину в автомобиле с Эстер Курбело пока не опознали.

Её телефон зазвонил, и ещё до второго звонка она подняла трубку.

– Да, Глория.

– Госпожа Андиета, поступили данные по несчастным случаям в Кате.

– Мне плевать на Катю и на этих людей. Держи эту линию свободной для Рамиро Фончеса и только для него. Ты меня поняла?

– Да, госпожа Андиета.

– Ты продолжаешь звонить Кэролин Стэнбек домой?

– Да, госпожа Андиета. Клара, служанка, сказала, что всё еще нет никаких известий от госпожи Стэнбек.

– Продолжай звонить по другим номерам. Она единственный человек, на чей звонок я отвечу. Да, и отправь всё Артуро Эстесу. Пусть займется внесением изменений.

– Да, госпожа Анди…

Прежде, чем Глория смогла закончить, связь прервалась.

Рэйса металась как тигр, запертый в клетке. Она взглянула в окно, и её эмоции были столь же темны, как бушующий шторм.

Телефон зазвонил, и Рэйса бросилась к нему.

– Алло.

– У меня есть информация, которую вы просили.

– Вы знаете имя женщины в автомобиле?

– Да, госпожа Андиета.

Рэйса глубоко вздохнула и села, задержав дыхание.

– Кто это? – спросила она, не узнавая свой дрожащий голос.

– Её звали Мария Сантиснеро … – больше Рэйса ничего не слышала, с облегчением закрыв глаза. – Она была с шестилетней дочерью Мэйт. Очевидно, обе женщины возвращались домой, забрав детей из школы.

– Рамиро, ты нашёл для меня Кэролин Стэнбек? – прошептала Рэйса.

– Мы всё ещё ищем её, госпожа Андиета. В городе хаос. Списки пропавших людей растут, пока мы говорим. Все мои люди ищут её. Я просто хотел сообщить вам новую информацию.

– Рамиро, найди её. Найди её, и я дам тебе 50 000 американских долларов.

На другом конце провода повисла потрясённая тишина.

– Найди её, Рамиро. Найди её для меня.

– Я найду её, госпожа Андиета.

Линия стала мертвой.

Рэйса сидела за своим огромным столом и ждала. Внезапно она поняла, что никто не искал её. Никто не волновался, была ли она дома или нет.

Большинство сотрудников осталось в здании, не рискнув выходить в шторм. Здание было спроектировано так, чтобы противостоять всем видам стихии. Ничто так не любила Рэйса Андиета, как эффективность. Все должно было работать. В здании имелся свой собственный водопровод, так что оно не зависело от ненадежности городского водоснабжения. Оно также было оборудовано собственными генераторами чрезвычайной мощности. Отключения электричества были обычным явлением вещей, но они не влияли на производство головного офиса "Копеко Ойл". Она даже собиралась провести свою собственную независимую телефонную связь, чтобы оставаться в курсе событий не только в стране, но и за её пределами. У Рэйсы была власть, и она знала, как ею распоряжаться. И все же, имея всю эту власть в своём распоряжении, она не могла найти одну-единственную женщину в этом городе.

На случай, если бы ей понадобилось быстро передвигаться, наготове стоял джип. Прошло еще 6 шесть часов, и всё ещё не было никаких новостей. Рэйса выглянула наружу.

– Кэролин, где ты? Что ты сделала со мной? Боже, как я ненавижу тебя!

Она подошла к серванту, и от одного удара всё разлетелось вдребезги. Испуганная звуком бьющегося стекла, в кабинет заглянула Глория.

– Госпожа Андиета?

Рэйса прислонилась к окну, закрыла глаза и повторила мягко:

– Я ненавижу тебя, Кэролин.

– Госпожа Андиета?

Рэйса ничем не показала, что заметила её присутствие. Глория осторожно подошла к боссу.

– Госпожа Андиета?

Рэйса хранила молчание. Глория остановилась рядом с нею и коснулась её руки.

– Госпожа Андиета? С вами всё в порядке?

Рэйса взглянула на Глорию, как будто впервые её видела. Она отошла от стены и, отвернувшись от Глории, прошла по беспорядку, который сама же учинила. Она села за стол и, наконец, посмотрела на Глорию.

– Пусть здесь приберут.

Затем она стала просматривать бумаги на столе. Мгновение Глория стояла молча, а затем помчалась исполнять приказ Рэйсы.

***

Час спустя снова зазвонил телефон.

– Алло!

– Я нашел её, госпожа Андиета, она зарегистрировалась в отеле "Каракас" час назад.

– Слава Богу, – сказала она, садясь и закрывая лицо руками.

***

Кэролин не могла поверить, что всё позади. К счастью она предусмотрительно захватила сумку, когда они с Саймоном бросили автомобиль на автостраде. Вода была повсюду. Она слышала, были человеческие жертвы.

Им удалось добраться до гостиницы. Саймон был измучен и испуган до смерти, бедный ребенок. Она пробовала связаться с Мэттом, но телефоны в гостинице не работали.

Кэролин шла в отель, неся сына на руках. Они оба насквозь промокли и, должно быть, напоминали двух нищих. Клерк чуть не прогнал их. Кэролин немедленно достала кредитку и заказала двухкомнатный номер.

Сначала она позаботилась о Саймоне, выкупав его и заказав в номер еду. Затем приняла душ, и оба облачились в гостиничные халаты. Саймон уснул, едва закончив есть. Она отнесла его во вторую спальню и закрыла дверь, оставшись в гостиной.

Кэролин наконец позволила потерям этого дня выплеснуться наружу. Ей больше не нужно было казаться сильной. Когда они выбрались из автомобиля, то столкнулись с хаосом повсюду. Началась паника, и толпа чуть не затоптала их. За всю свою жизнь она не была болеё напугана. Пока они медленно продвигались вперед, темнота постепенно охватывала все вокруг. Кое-где отказало электричество, и все казалось ещё болеё пугающим.

Они шли несколько часов, пока ей не пришлось взять Саймона на руки, потому что он был не в силах идти дальше. Наверное, их оберегал ангел-хранитель, ведь хотя они и шли через наиболеё опасные районы Каракаса, все же избежали всех неприятностей, не связанных с погодой. В центре города некоторые фонари еще горели. На счастье Кэролин сумела поймать такси. Она предложила водителю 100 долларов, чтобы он отвёз их к отелю "Каракас". Путь занял целый час, но, наконец, они были в тепле и безопасности.

Кэролин села и подтянула ноги к себе. Она свернулась как испуганный ребенок и позволила себе заплакать. Она была утомлена и измучена, нервная система – на пределе. Но главное, ей было одиноко.

Она не обращала внимания на внешний мир, пока постоянный гул не нарушил её сосредоточенность. Она посмотрела на дверь и поняла, что кто-то зовёт её по имени.

– Кэролин, Кэролин, ради Бога открой дверь!

Кэролин бросилась к двери и широко её распахнула. Ни одна из женщин не знала, кто сделал первый шаг, но через секунду Рэйса крепко прижимала Кэролин к себе.

Тело Кэролин сотрясалось от рыданий.

– Теперь ты в безопасности, Cara. Ты в безопасности, – шептала Рэйса в её волосы. – Всё кончено. Всё кончено.

Кэролин подняла лицо и посмотрела ей в глаза.

Большой палец Рэйсы ласково убирал слезинки с её лица в то время, как её рот слегка касался губ Кэролин. Она притянула её снова в свои объятия.

– Ты измучена; Cara, позволь мне позаботиться о тебе, – сказала Рэйса мягко.

Кэролин была без сил. Она достигла пределов своих возможностей. Спрятав лицо на шеё у Рэйсы, женщина отдалась во власть нежного тела и теплых рук.

– Где Саймон? – мягко поинтересовалась Рэйса.

– Он спит. Рэйса, мы чуть не утонули. Это было ужасно, – Кэролин снова заплакала.

– Я знаю, Cara, я знаю. Но теперь вы в безопасности, – Рэйса повернулась и закрыла входную дверь, которая до сих пор оставалась распахнутой настежь. – В какой он спальне?

– В той, – ответила Кэролин шепотом, указав на дверь. – Он до смерти напуган. Я ненавижу жизнь здесь. Я хочу домой. Я не могу здесь жить.

Кэролин позволила отвести себя в спальню.

– Мы сможем поговорить о том, где ты хочешь жить, завтра, Cara, завтра. А сейчас я хочу, чтобы ты прилегла, Cara. Всё, что тебе нужно прямо сейчас – это отдых, – уговаривала Рэйса. Когда она отступила назад, Кэролин в страхе потянулась к ней.

– Не уходи! Пожалуйста, не уходи.

– Я останусь с тобой. Я тебя не покину, – заверила Рэйса, нежно лаская рукой лицо Кэролин.

Рэйса помогла Кэролин забраться под одеяла, затем начала снимать свою собственную одежду. Кэролин спокойно ждала. Рэйса скользнула под одеяла и как только она повернулась и раскрыла объятия, Кэролин оказалась в них. Рэйса медленно гладила её по волосам, пока не услышала, что дыхание Кэролин успокоилось. Наконец, она заснула.

Рэйса обнимала её, в то время как снаружи продолжал бушевать шторм. Никогда раньше она не обнимала женщину только ради того, чтобы успокоить её. Она всегда получала удовольствие. Она наслаждалась и мужчинами, и женщинами. Она должна была признать, что при наличии выбора в качестве возлюбленных она предпочитала женщин. Хотя, она признавала, что всегда было тяжелеё избавиться от женщины, чем от мужчины, когда они надоедали.

С самой первой встречи Рэйса хотела Кэролин Стэнбек. И обычно она утоляла свой голод. Но в этот раз что-то внутри неё подсказывало держаться подальше от этой женщины. Ну и, конечно, этому способствовала сама Кэролин. Она спорила с Рэйсой по поводу и без, пытаясь изменить привычный порядок вещей. А Рэйса ненавидел любого, кто вмешивался и нарушал её планы. Она много раз могла перевести Мэтта Стэнбека. И всё же, она этого не сделала. Даже после того, как Кэролин со злостью выплеснула на неё стакан воды. Любого другого она бы убила.

Рэйса опустила глаза на женщину, которая крепко в неё вцепилась. И это заставило что-то внутри неё расти и распространяться. Кэролин искала у неё поддержки. Она крепче сжала объятия и зарылась лицом в волосы Кэролин, засыпая с мыслью, что Кэролин Стэнбек искала у неё поддержки, и она её не оттолкнула.

***

Кэролин разбудили грохот и вспышки света. Она в страхе села на кровати. Сквозь занавески мелькали отблески молний. Продолжал греметь гром. Внезапно женщина почувствовала, как её тянут обратно, и она вернулась в теплые безопасные объятия.

Голова Кэролин покоилась на подушке, когда другая вспышка молнии осветила лицо Рэйсы над нею.

– Я здесь с тобой, Cara. Я рядом, – услышала Кэролин мелодичный голос Рэйсы. Она почувствовала, что халат распахнулся и сбился в сторону. Её кожа пылала. Затем она ощутила теплые губы на своей шеё. Её рот открылся навстречу поцелую в то время, как тело Рэйсы накрыло её.

***

– Мама … Мамочка, – услышала она издалека. Кэролин пошевелилась, и ощущение того, что всё хорошо, заставило её улыбнуться и глубже зарыться в теплоту обнимающих её рук. – Мама …

Глаза Кэролин медленно открылись, когда она услышала шум дверной ручки.

– Я иду, дорогой, – ответила она, не до конца проснувшись. Она позволила себе еще один вдох в теплых объятиях, в которых находилась.

– Я думаю, Саймон хочет есть, – сказал ей на ухо нежный голос, сопровождаемый поцелуем.

Глаза Кэролин широко распахнулись, и она отшатнулась от рук, которые её обнимали. Она потрясенно уставилась на лицо, оказавшеёся теперь полностью в поле её зрения.

– Доброе утро, – промурлыкала Рэйса.

Кэролин собиралась что-то сказать, когда дверная ручка снова затряслась.

– Мама?

Кэролин явно нервничала, смотря то на Рэйсу, то возвращаясь взглядом к двери.

– Иди, позаботься о своём сыне, я подожду тебя здесь, – сказала Рэйса мягко, но настойчиво.

Кэролин потеряла способность говорить. Она тряхнула головой, пытаясь проснуться. Вставая, она поняла, что была голой, и воспоминания вернулись к ней. Женщина отчаянно искала одежду, которая, как она знала, была на ней вчера вечером.

– Вот, Cara. Надень это.

Кэролин повернулась к Рэйсе, протягивающей ей белый гостиничный халат.

– Не задерживайся, – мягко сказала Рэйса с улыбкой.

Кэролин почти побежала к двери. Остановившись перед ней, она глубоко вздохнула и вошла к Саймону.

***

Рэйса легла обратно в постель. Ожидая Кэролин, она думала, что на этот раз она была той женщиной, что оставили дожидаться в кровати. Она слышала голос Кэролин за стеной, мягко и любяще успокаивающий Саймона, и была очарована привязанностью, звучавшей в нем. Кэролин любила своего сына; это было слышно по тому, как она говорила с ним.

Уже почти два года она была знакома с Кэролин. Но в действительности не знала о ней ничего. Она, конечно, знала все факты, но не знала саму Кэролин. И внезапно её охватило желание узнать женщину, чьим телом она обладала несколько часов назад. Мысль об этом заставила Рэйсу вспомнить события этой ночи.

Кэролин была такой страстной и податливой, будто её желание было столь же огромным, как и желание Рэйсы. Рэйса закрыла глаза и представила Кэролин с откинутой назад головой, просящую её не останавливаться. Дыхание Кэролин сбилось, когда она первый раз вошла в неё. Рэйса ощущала желание заполнить каждую клеточку её тела снова и снова.

"Как можно было сдержать это желание?" – спросила она себя.

Сейчас она хотела Кэролин больше, чем когда-либо.

Кэролин была не просто средством для получения удовольствия, она была страстной партнершей, подарившей ей больше наслаждения, чем она когда-либо испытывала прежде. И теперь, на следующеё утро, Рэйса все еще хотела большего и впервые не спешила уходить.

Она встала, подошла к окну и раскрыла занавески. Солнечный свет ворвался внутрь. Шторм, наконец, закончился, и уже начинало выглядывать солнце.

Войдя в комнату, Кэролин увидела Рэйсу, купающуюся в золотом солнечном свете, который отражался от совершенных скульптурных форм её тела. Секунду Кэролин стояла и смотрела, не в силах заговорить с женщиной, стоящей перед нею с невысказанным приглашением, понятным им обеими. "Иди ко мне!"

– Я думаю, тебе лучше уйти, – сказала она мягко.

Кэролин попала в ловушку между страхом и неожиданной потребностью снова оказаться в этих объятиях. На мгновение она закрыла глаза, пытаясь взять над собой контроль. Когда она снова их открыла, Рэйса стояла перед нею в ореоле солнечного света.

– Я тоже голодна, – мягко сказала Рэйса, беря Кэролин за руки и накрывая губами её рот.

Кэролин начала отвечать на поцелуй, но внезапно опомнилась:

– Нет, Ты должна уйти!

– Я должна прикоснуться к тебе.

– Нет! И сейчас не время обсуждать это. Ты должна уйти! – настаивала Кэролин

– Здесь нечего обсуждать, моё тело все ещё нуждается в тебе, – Рэйса попыталась снова притянуть её к себе.

– Не прикасайся ко мне. Я хочу, чтобы ты ушла! – со злостью выкрикнула Кэролин.

Рэйса словно застыла. Она растерялась и выбрала единственный путь, который знала. Она пошла в наступление.

– Я ухожу, когда мне хорошо, и я к этому готова. А сейчас я еще не готова уйти, – она снова попыталась обнять Кэролин.

– Саймон… Саймон может тебя услышать. Пожалуйста, Рэйса. Уходи… пожалуйста.

– Тогда я хочу увидеться с тобой позже – потребовала Рэйса, продолжая с силой удерживать Кэролин.

Кэролин вырвалась и сделала несколько шагов назад.

– Это была ошибка. Большая ошибка; я был напугана и …

– И не знала, что делаешь? – саркастически закончила за неё Рэйса.

Кэролин уставилась на неё.

– Да.

– И когда именно ты поняла, что не уверена, хочешь этого или нет. Когда мы трахались во второй или в четвертый раз? – произнесла Рэйса голосом, полным яда.

Кэролин закрыла глаза, а затем открыла их снова. Рэйса стремительно схватила её и прижала к стене. Кэролин растерялась на мгновение, а затем начала ловить воздух ртом, ощутив руку Рэйсы между ног. Их лица были так близко, что она чувствовала дыхание Рэйсы на своих губах, когда та говорила.

– Ты все еще влажная. Ты еще не забыла ощущение моих пальцев внутри тебя. Я знаю это. Я вижу это в твоих глазах. Или тебе больше запомнился мой рот, Cara? – закончила она в мягком обвинении. – Твое тело снова намокает. Ты чувствуешь это, Cara? – спросила Рэйса, медленно лаская пальцами мягкость между ног Кэролин.

– Рэйса, пожалуйста, уходи. Саймон… – прошептала Кэролин. – Пожалуйста, – просила она, закрыв глаза.

– Можешь спрятаться за своего сына, если хочешь. Но мы обе знаем, что ты наслаждалась этим. И помни, Cara Mia, ты тоже трахала меня, – сказала Рэйса, резко освобождая её.

Кэролин стояла, прислонившись к стене, пока Рэйса поднимала одежду и одевалась. Полностью облачившись, она еще раз пристально взглянула на Кэролин, а затем вышла.

***

Выйдя из спальни, Рэйса оказалась лицом к лицу с Саймоном. Он протянул ей руку, и она, как в трансе, пожала её.

– Привет, я – Саймон, – сказал он с улыбкой.

– Привет, Саймон, я …

– Вы – госпожа Андиета, мама говорила мне, – он выглядел очень довольным, что знает это. – Вы работаете с моим папой, и приехали, чтобы убедиться, что у нас всё в порядке.

Рэйса не могла не улыбнуться. Обычно она находила детей надоедливыми; но этим маленьким мальчиком с открытой улыбкой и невинными синими глазами она была очарована. Сразу было видно, что это сын Кэролин. У него, как и у матери, были светлые волосы и мягкость её глаз.

– Вы позавтракаете с нами? – он задал свой вопрос в тот момент, когда Кэролин выходила из спальни.

– Ну, вообще-то я голодна, – сказала Рэйса, поворачиваясь и даря Кэролин улыбку.

Осмелится ли она возразить?

– Саймон, дорогой, госпожа Андиета – очень занятой человек. Не навязывайся, – сказала Кэролин, надеясь, что Рэйса отступит.

– Но, мама, она хочет есть.

– Да, хочу, – добавила Рэйса с дьявольской улыбкой. Кэролин не упустила из виду намёк. Она посмотрела на Рэйсу, потом на сына, затем снова на Рэйсу.

– Тогда, конечно, она должна остаться. Ну, что закажем? – Кэролин прошла к телефону, пытаясь сохранить дистанцию между собой и Рэйсой.

Они позавтракали все вместе. Рэйса почти полностью игнорировала Кэролин. Она разговаривала с Саймоном, и мальчик поглотил все её внимание. Рэйсе действительно было интересно, и Саймон очень оживился. Весь завтрак они смеялись и хихикали. У Кэролин появился шанс увидеть эту женщину с другой стороны. Рэйса только что проникла в самую сокровенную часть её жизни, и она не могла понять, как это случилось.

Всё происходило так быстро, что она не поспевала. Она замечталась, и её глаза остановились на руках Рэйсы.

Мягкий стон сорвался с губ Кэролин, чего она даже не заметила. Её мысли были заполнены видениями того, что делали эти руки ночью. Они ласкали, дразнили и раз за разом заставляли её тело парить. То же самое чувство головокружения, которое она испытала в офисе Рэйсы, распространилось по её телу, и снова мир начал кружиться.

Она почувствовала руки Рэйсы на своем теле прежде, чем увидела их. И когда она встретилась с ней взглядом, то вспомнила, как менялись её глаза, когда были полны страсти. Голос Рэйсы прорвался сквозь туман.

– У тебя кружиться голова, Cara? – теперь Рэйса опустилась перед ней на колени.

– Мама, ты в порядке?

Кэролин сглотнула, разрушив контакт глаз с Рэйсой, и ответила Саймону, пытаясь восстановить дыхание:

– Да, дорогой, все хорошо, просто плохо спала ночью.

Внезапно она поняла, что только что сказала, и посмотрела на Рэйсу. Они почти не спали ночью.

– Тебе нужно прилечь и немного отдохнуть, – сказала Рэйса мягко.

– Нет! – сказала Кэролин слишком быстро и вырвала свою руку.

Рэйса улыбнулась и встала:

– Конечно, нужно. Иди приляг, а я пошлю машину за вашей горничной. Пока ты отдыхаешь, я присмотрю за Саймоном.

– Нет, ты и так сделала достаточно, – ответила Кэролин.

– Не достаточно, Cara, я хотела бы сделать больше, – сказала Рэйса с намёком и послала ей улыбку, полную обещаний. – Как тебе план, Саймон? – обратилась Рэйса за поддержкой. Она не могла долго ждать.

– Ну же, мама, пойдем. Я подоткну тебе одеяло. Ты действительно выглядишь уставшей, – Саймон взял мать за руку и повел её к спальне.

– Саймон, госпожа Андиета была очень любезна, но она – очень занятая женщина. Мы можем сами о себе позаботиться и не должны навязываться, – Кэролин отчаянно пыталась вернуть контроль над ситуацией.

– Ерунда, Кэролин, я делаю это, потому что я этого хочу. А теперь ложись спать. Мой водитель привезёт вашу горничную и вещи. Мне нужно кое о чём позаботиться в офисе, а вечером я вернусь и отвезу вас обоих домой, – едва закончив говорить, Рэйса подняла телефонную трубку и начала приводить план в исполнение.

Саймон тянул мать за рукав, и она позволила ему отвести её к кровати, снова и снова прокручивая в мыслях все происшедшеё.

Саймон укрыл её одеялом и поцеловал в лоб, прежде чем выйти и закрыть за собой дверь.

Кэролин продолжала размышлять. "Как это случилось? Как она позволила этому случиться? И как она теперь могла иметь дело с Рэйсой Андиетой? Рэйса сделала это совершенно невозможным. Как смела она предположить, что может всем распоряжаться? – думала Кэролин.

Если Рэйса Андиета думала, что теперь у неё есть право вторгаться в её жизнь, то она считала иначе.

"Будь я проклята, если снова подойду к этой женщине ближе, чем на 20 футов", – было её последней мыслью, прежде чем вес всего пережитого за последние сутки взял над ней верх, и она уснула глубоким сном.

***

Рэйса дождалась приезда Клары и перепоручила Саймона её заботе. Прежде чем уехать, она зашла проведать Кэролин, постояла рядом со спящей женщиной, а затем вышла.

Рэйса отправилась домой, чтобы принять душ и переодеться. По дороге она позвонила в офис и узнала, как там дела. Было сообщение от Мэтта Стэнбека. Он звонил, чтобы подтвердить встречу и сказать, что будет на месте к тому времени, как она приедет.

Рэйса откинулась на кожаное сиденье. Она встретится с мужем женщины, с которой провела ночь. И хотя она не первый раз спала с женой одного из сотрудников, сейчас это её беспокоило. Она не чувствовала ни стыда, ни раскаяния, овладев чужой женой. И не было никаких сожалений, напротив. Теперь она хотела Кэролин больше, чем когда-либо. Её терзала мысль, что Кэролин жена Мэтта Стэнбека. Он прикасался к ней раньше и будет прикасаться снова. Чтобы избавиться от этого наваждения, Рэйса резко встряхнула головой.

– Что, черт возьми, со мной не так? – спросила она вслух.

– Госпожа Андиета? – послышалось со стороны водителя.

– Просто веди машину! – прикрикнула она, уткнувшись в окно лимузина и не произнеся больше ни слова за весь остаток пути.

***

Рэйса стремительно вошла в головное здание "Копеко Ойл". Она была на высоте. И это всё, что имело значение. Она всё держала под контролем, и, зная об этом, ей спешили уступить дорогу. Подходя к своему кабинету, она сразу же увидела Мэтта Стэнбека.

При её приближении он встал, чтобы поприветствовать её.

– Госпожа Андиета, – произнёс он, и она кивнула.

– Пройдёмте со мной, – было всё, что она сказала, и он последовал за нею в кабинет. Она обошла вокруг стола и села. – Присаживайтесь.

Мэтт быстро сел. Он сразу поехал в офис, не заезжая домой. Он пытался связаться с Кэролин, но никто не брал трубку.

– Господин Стэнбек, что произошло на буровой установке? – сразу перешла к делу Рэйса.

– Кажется, это был преднамеренный взрыв. Мы нашли остатки взрывного устройства. Его всё ещё исследуют.

– Вы избавились от Курбело?

– Не смог его найти. Я слышал о его семье.

– Да, очень печально. Вы уведомили власти? – Рэйса хотела удержать разговор в деловых рамках. Она давно поняла, что чувства были слабостью, а сострадание – недостатком, которым не было места в бизнесе. Отец хорошо её обучил. Хоть он и мечтал о сыне, но гордился тем, как легко она училась. Однажды он сказал, что в ней больше от мужчины, чем в любом другом, кого он когда-либо знал. Отец гордился её способностью управлять компанией.

Рэйса всегда хотела заслужить его одобрение. Её брат, Андреас, был слабаком в глазах их отца. Ведь всё, чего хотел Андреас, это управлять ранчо. Он был счастлив, возделывая землю. Мартин Андиета испробовал все, чтобы заставить сына "стать пожестче", как он выразился, но Андреас остался верен своим убеждениям.

И однажды Мартин Андиета обратил внимание на дочь. Он знал, что она умна и честолюбива. Затем неожиданно он увидел её желание угодить и понравиться ему, чего она и добилась. Она стала лучшей во всем. Он обучил её всему, что было для него важно: стрелять и бесстрашно скакать верхом, желать победы и добиваться желаемого, управлять и манипулировать людьми. Он научил её быть наследницей, которая сохранит и приумножит его империю.

Но главное, отец научил её ни от кого не зависеть. И он до самой смерти гордился своим творением. Она была воплощением всех его надежд, о большем он и мечтать не мог. Она была самодостаточна. Он сделал её сильной. Он научил её быть одной.

Вот с какой женщиной столкнулся Мэтт Стэнбек. Ей нужны были факты, а не детали, которые она считала ненужными. Мэтт не был сентиментален, но даже он нашел её равнодушие к человеческим жертвам удивительным.

– Я не смог связаться с полицией… – начал он, но был прерван Рэйсой.

– Хорошо, об этом мы позаботимся. Теперь всё в ваших руках. Сообщите Эстесу все детали и возвращайтесь на буровую установку. Я хочу усилить безопасность, господин Стэнбек. Я не хочу, чтобы производительность упала больше, чем это уже произошло, – она продолжала говорить, не глядя на него. – Вы приняли меры по замене персонала, который потеряли?

Не получив ответа, она оторвалась от бумаг, которые просматривала.

– А… нет, нам нужно несколько дней, чтобы перебросить людей с других объектов. Это немного нас замедлит, но так болеё безопасно, чем нанимать неопытный персонал, – Мэтт закончил фразу и увидел, что Рэйса откинулась назад в кресле и смотрит прямо на него.

– Очень хорошо, – одобрила она его предусмотрительность. И не дав ему права выбора, продолжила: – Я хочу, чтобы вы вернулись туда сегодня.

– Я сделаю это через несколько часов. У меня нет никаких известий о жене и сыне. Я хочу убедиться, что с ними всё в порядке прежде, чем вернусь. На буровой установке все под контролем.

– С вашей семьей все хорошо. Они сейчас в отеле "Каракас". Кажется, наводнение застигло их на автостраде. Я завтракала с ними этим утром, – убеждала Рэйса.

– Это объясняет, почему я не смог с ними связаться, – он улыбнулся с благодарностью. – Кэролин иногда принимает события слишком близко к сердцу, и я хотел удостовериться, что всё обошлось.

Рэйса подавила раздражение, невозмутимо глядя в лицо сидящего перед нею мужчины.

– У неё было право испугаться, господин Стэнбек, они с сыном видели, как начинается наводнение, а вокруг тонут люди, – сказала Рэйса снисходительно.

– Конечно-конечно. Я хочу поблагодарить вас, госпожа Андиета, и извиниться за всё то беспокойство, которое вам причинила моя семья, – он попытался компенсировать допущенный промах.

– Никакого беспокойства, господин Стэнбек, у вас чудесная семья. И поскольку с ними всё в порядке, я надеюсь, что вы вернетесь на буровую установку немедленно, – она снова не оставила ему выбора.

– Я предполагал, что мне нужно будет вернуться этим вечером и принял меры. Я собираюсь домой, если в данный момент я вам не нужен. Я изложу господину Эстесу всю имеющуюся информацию и отправлюсь в гостиницу за женой и сыном.

Мэтт встал, и Рэйса кивнула, отпуская его. Больше ей нечего было добавить.

Она сидела и смотрела на дверь, которую он закрыл, покидая её кабинет.

"Его жена… его жена… его жена… Сколько раз он сказал это? – она поднялась и подошла к стеклянной стене, которая положила Каракас к её ногам. – Его жена".

***

Когда Кэролин услышала стук в дверь, она подняла глаза с трепетом и ожиданием. Рэйса сказал, что отвезет их домой. Она костерила себя последними словами, пока Клара открывала дверь.

Кэролин приоделась, причесалась, слегка подкрасилась и теперь была похожа на человека. Она достаточно отдохнула, чтобы суметь справиться с Рэйсой Андиетой.

Когда дверь открылась, она глубоко вздохнула. К её удивлению, в комнату вошел Мэтт, и Саймон бросился в объятия отца.

***

– Госпожа Андиета свободна? – спросил полицейский Глорию Бертран, личного секретаря Рэйсы.

– Вам назначено?

– Она меня ждёт … Я сержант Рамиро Фонсека.

Глория подозрительно посмотрела на него и набрала внутренний номер Рэйсы.

– Госпожа Андиета. Здесь сержант Фонсека, он говорит…

– Пригласи его, – и она положила трубку.

– Сержант, проходите, пожалуйста, в ту дверь.

Мужчина кивнул и исчез в кабинете Рэйсы.

***

Рэйса больше не видела Кэролин в тот день. И не звонила ей. Но теперь она точно знала, где именно находится Кэролин в данный момент.

Когда беженцы начали возвращаться в город, снова начались беспорядки. Демонстрации и митинги стихийно возникали по всему городу. Народные массы были недовольны действиями правительства в критической ситуации. Помощи со стороны власть имущих почти не было, и количество смертей продолжало расти из-за антисанитарных условий, созданных застоявшейся водой.

Эпидемия прошла по округе, сея смерть и отчаяние на своем пути. Студенты организовали марши протеста, и для подавления гражданского волнения были вызваны военные, которые заполонили город. Начались аресты и допросы активистов движения. Каракас становился пороховой бочкой, которая могла взлететь на воздух в любой момент.

Чиновники стали бояться мотоциклов, так как участились случаи расстрела мотоциклистами должностных лиц. Были ужесточены меры безопасности. Гнев и чувство неудовлетворенности стали нормой.

***

– Рэйса, я не могу предоставить вам бОльшую степень защиты!

– Карлос, я заплатила, чтобы подобные вещи не происходили!

– Рэйса, успокойтесь! Вы знаете, что я рассчитываю на вашу дружбу и поддержку. Я обещаю, что правосудие восторжествует.

– Господин президент, я ежедневно теряю 20 000 баррелей нефти. Не говорите мне, что Вы делаете всё возможное!

– Рэйса, я предоставлю вам военную защиту.

– Мне она не нужна. Мои буровые установки принадлежат мне. Я не хочу, чтобы там находились солдаты. Не играйте со мной в игры, потому что проиграете, – угрожала она.

– Ну что вы, друг мой. Я предлагаю помощь от чистого сердца, – заверил президент Карлос Артуро Падрон.

– Я уверена, что это так, господин президент. Спасибо, но я вынуждена отказаться. Я не нуждаюсь во вмешательстве военных.

– Что ж, как пожелаете. Я остаюсь на связи и рассчитываю на вашу дружбу, – он ждал её гарантий.

– Конечно, господин президент. Вы можете на меня рассчитывать.

На этом он повесил трубку.

"Сукин сын. Я буду наслаждаться его медленной смертью, – думала она. – Его дни сочтены".

***

Демонстрации организовывались стихийно в наименее ожидаемом месте. Гражданские волнения становились нормой жизни даже на самом высоком уровне. "Копеко" устраивала благотворительный прием для Музея Боливара. Ожидалось присутствие всех сотрудников компании.

Рэйса, которая обычно ненавидела всё это, на этот раз ждала этого события с нетерпением. У неё были свои способы сосредоточиться, чтобы держать всё под контролем. Она умела придерживаться поставленной цели. Мир вокруг неё менялся, и она твёрдо намеревалась стать одним из катализаторов этого процесса.

Она была королевой в окружении свиты и уверенно управляла ею, пока краем глаза не заметила входящих в зал Мэтта и Кэролин Стэнбек.

Мэтт властно обнимал жену за талию. Это пробило первую брешь в броне Рэйсы. Она пошла следом, пока они приветствовали знакомых.

Рэйса вбирала каждую частичку тела Кэролин, и искры чувств, которые как она думала, она контролирует, снова стали бушующим пожаром. Продолжая говорить, Кэролин посмотрела в её направлении, как будто повинуясь инстинкту, и их глаза встретились. Во взгляде женщины читался тот же голод.

Кэролин отделилась от Мэтта и направилась к ней. Рэйса не отводила взгляда, пока Кэролин не оказалась перед нею.

– Мне нужно поговорить с тобой, – мягко сказала Кэролин.

– Хорошо, – прозвучало в ответ, – Пойдём со мной, – и Кэролин последовала за нею.

Они прошли в кабинет. Рэйса не двигалась, пока Кэролин медленно к ней приближалась.

– Что плохого ты сделала в последнеё время, хмммммммм? – спросила Кэролин, пока её палец медленно исследовал челюсть Рэйсы.

Рэйса поняла, что теряет контроль над ситуацией. Только она собралась заговорить, как Кэролин приложила палец к её губам. Прикосновение принесло облегчение. Дыхание Рэйсы участилось. Она оперлась о стол и откинула назад голову. Рот Кэролин нашел её шею, а руки начали исследовать тело.

– Кэролин, о Боже, Cara mia, прикоснись ко мне…

***

Их ласки были торопливыми. Испытываемый голод нуждался в быстром удовлетворении; они прикасались друг к другу, покусывали, целовали, ласкали друг друга к взаимному удовольствию.

В конце концов, они оказались на диване абсолютно голые. Кэролин лежала на спине, а Рэйса устроилась на мягкой груди женщины, властно положив руку на её бедро. Кэролин начала поглаживать волосы Рэйсы, и та поцеловала её грудь и снова вернула голову на эту мягкость.

Обе женщины избегали смотреть друг другу в глаза после того, как их тела насытились. Их соединила вместе очень тонкая нить, и обе они просто наслаждались моментом, не думая о последствиях.

Рэйса резко подняла голову, услышав, как кто-то пытается открыть дверь с той стороны. Она быстро вскочила; за долю секунды окинула взглядом Кэролин, в ужасе взирающую на дверь. Рэйса оглянулась вокруг, схватила с пола ближайшее к ней платье и набросила на Кэролин. Прежде чем она успела полностью повернуться, дверь с грохотом распахнулась.

– Que esta pasando aqui*? ("Что здесь происходит?" (исп.)) – начал разгневанный джентльмен, вошедший в комнату в сопровождении официанта, но представшая его взору картина лишила его дара речи.

Кэролин отвернулась, пробуя прикрыться. Рэйса же стояла в полный рост и смотрела на мужчину без малейшего признака нервозности.

– Tu! Eres el gerente? – Вы управляющий? – требовательно спросила она.

Мужчина кивнул, не в силах отвести от неё глаз.

– Cierra esa puerta y controla tu perro… te conpensare con mas dinero que has visto en toda tu vida.

Господин согласился с её требованием, велев помощнику ждать снаружи и никому не говорить ни слова. Она предложила ему больше денег, чем он видел за всю свою жизнь. Мужчина признал, что она обладает властью делать то, что захочет. Он быстро понял, что лучше не вставать на её пути.

Рэйса велела управляющему отвернуться, и он подчинился. Она быстро опустилась на колени рядом с Кэролин.

– Всё хорошо. Всё будет в порядке, – её голос был мягок и нежен. – Никто ничего не узнает; я обещаю тебе, – убеждала Рэйса.

Когда Кэролин подняла на неё полные страха глаза, Рэйса даже не вздрогнула.

Кэролин наблюдала, как Рэйса подошла к мужчине, не потрудившись хоть чем–то прикрыть свою наготу. Она бросала вызов чувству благоразумия. Она бросала вызов любому, кто противостоял ей.

Переговорив с Рэйсой, мужчина кивнул и вышел за дверь, не оглянувшись.

Кэролин поднялась и начала одеваться так быстро, как только могла. Рэйса молча за нею наблюдала. Когда Кэролин оделась, она, наконец, подняла глаза и встретилась с пристальным взглядом Рэйсы.

– Что теперь? – бросила Рэйса вызывающе.

Кэролин отвела глаза, не находя поддержки. Рэйса ждала, пока её собственное нетерпение не прорвалось наружу. Внезапно между ними возникла пропасть.

– Я и на этот раз воспользовалась ситуации, Cara? – спросила Рэйса саркастически.

– Ты – свинья! – бросила Кэролин, направляясь к двери.

Рэйса настигла её и притянула к себе.

– Это тоже было ошибкой? – потребовала она, не выпуская женщину из своих объятий.

– Экспериментом.

Комментарий Кэролин ударил Рэйсу сильнеё, чем пощечина.

Рэйса мгновенно разжала руки.

Женщины стояли, бросая вызов друг другу.

– Понятно … ну что ж … теперь, когда мы установили правила игры, – начала Рэйса, постепенно поддаваясь поднимавшемуся в ней гневу.

– О чем ты? Это никогда не повторится, – сказала Кэролин с превосходством.

– Ты уверена? – Рэйса злорадно ей улыбнулась.

– Абсолютно … этого не будет, – убежденно отозвалась Кэролин.

– Сколько?

Кэролин не сразу поняла, на что намекает Рэйса.

– Ты отвратительна. Я не шлюха!

– Мы установили границы, Cara mia… А сейчас просто обсуждаем условия, – голос Рэйсы был серьёзен как никогда.

Она протянула руку к груди Кэролин.

– Aхххххх… – с этим Кэролин бросилась на неё.

Рэйса захватила обе её руки, и в борьбе женщины упали на пол. Они катались по полу, как две дикие кошки.

– Оставь меня! – неистово требовала Кэролин, прижатая весом Рэйсы.

– Значит, никаких денег? – поддразнивала её Рэйса.

Кэролин продолжала попытки вырваться из-под тяжести её тела.

– О… теперь я действительно понимаю… Ты делаешь это только потому, что тебе это нравится, – интонация Рэйсы становилась всё более дразнящей.

Рот Рэйсы жестко накрыл губы Кэролин, а рука скользнула между её ног.

Когда Рэйса выпустила одну руку, чтобы прикоснуться к женщине под нею, то получила пощечину. Рэйса ударила Кэролин в ответ. Она снова прижала её руки и целовала, пока они обе не почувствовали привкус крови во рту. Рэйса отстранилась, и её глаза заглянули в зеркало её собственных эмоций в глазах Кэролин. Ей было необходимо прикасаться к этой женщине, целовать её, испробовать её на вкус и обладать ею снова. Они смотрели друг на друга, а их тела начали древний, как мир, танец.

– Я сожалею, – прошептала Рэйса, целуя тонкую нежную шею.

Кэролин застонала, притягивая Рэйсу ближе. Рот Рэйсы путешествовал в поисках манящих губ и когда, наконец, нашел их, Кэролин раскрыла губы. Ей это было нужно не меньше, чем Рэйсе. Последовавший за этим поцелуй был мягче, и руки, которые еще недавно боролись друг с другом, сплелись в объятиях. И снова они отдались всё возрастающей между ними страсти. Их тела снова получали и дарили друг другу наслаждение.

Когда дыхание восстановилось, они обе начали одеваться. Ни одна из них не сказала ни слова и не посмотрела на другую. Они молчали, пока поправляли внешность перед зеркалом, а затем вышли. Было похоже, будто они обе решили не признавать того, что только что произошло между ними. Обе женщины что-то потеряли и что-то приобрели, и пока этого был достаточно.

Когда они вернулись в зал, Кэролин мельком взглянула в сторону Рэйсы и направилась к Мэтту. Теперь Рэйса могла не прятать глаз и наблюдать, как Кэролин возвращалась к мужу. Она видела, как он наклонился и что-то сказал ей на ухо. Рэйса почувствовала жаркий приток крови к лицу. Воспоминания о теле Кэролин угрожали лишить её рассудка. Она развернулась и направилась прочь от Кэролин так далеко, как это было возможно; она не могла стоять и наблюдать, как Мэтт прикасается к той, что в её мыслях принадлежала ей.

Всю оставшуюся часть вечера их глаза искали друг друга. В какой-то момент Рэйса бросила взгляд в сторону четы Стэнбек, не заботясь о том, заметит ли это кто-нибудь. Мэтт держал руку на спине Кэролин. Это прикосновение символизировало, что она принадлежит ему. Рэйсе стало трудно дышать от охватившего её гнева. Мысленно она бранила себя за то, что потеряла контроль над собой из-за женщины, которая не принадлежала ей. К подобному положению дел она не привыкла. Она прекратит всякие отношения с Кэролин Стэнбек; у неё было полно других забот. На её взгляд, всё было кончено. Она развернулась и ушла с вечеринки, ни разу не оглянувшись.

Кэролин видела, как Рэйса ушла, и тоже подумала о том, что всё кончено.

***

Последствия дождей были разрушительными. Гражданское волнение ощущалось в воздухе. Говорили о забастовке рабочих, и армия перешла на 24-часовой аварийный режим. Надписи на стенах приобретали политический оттенок. Летчики по ночам сбрасывали газеты, которые потом распространялись в народных массах.

Президент Падрон усиливал безопасность La Casa Rosada, официальной своей резиденции. Военные были повсюду. Террор увеличивался, и число жертв росло.

***

– Мэтт, я хочу уехать из Каракаса!

– Кэролин, ты как обычно слишком близко к сердцу всё воспринимаешь!

– Серьёзно, Мэтт? Оглянись вокруг. Я хочу ненадолго уехать домой и забрать Саймона с собой.

– Нет! Он и мой сын, Кэролин. Ты никуда его не заберешь.

Мэтт начал расхаживать по комнате.

Кэролин достаточно хорошо знала мужа, чтобы понять, что не сможет его переубедить. По законам Венесуэлы ей было необходимо разрешение Мэтта, чтобы увезти Саймона из страны. Она должна была сосредоточиться и сделать всё, что было в её силах. Впервые с момента переёзда в Венесуэлу ей было действительно страшно.

Когда она приехала на рынок, то увидела, что парковка охраняется военными.

Также много было и полиции, которая, все знали об этом, была еще одной коррумпированной структурой. Расклад сил становился все болеё понятным.

***

Внезапно во всех университетах начались акции протеста. Студенты захватили улицы. Армия отступила. Последовал хаос, перебои с электричеством, и город огней стал городом насилия. Они называли это "El Carolazo". Во всех районах люди распахивали окна и громко били палками по кастрюлям. Гвалт стоял оглушительный. Простой народ был не доволен и, подобно разбуженному гиганту, поднял шум. Вмешались военные. Некоторых демонстрантов забрали для допроса. Сам воздух искрил от напряжения; гражданская война была вопросом времени.

***

– Мэтт, пожалуйста … позволь мне забрать Саймона в штаты на некоторое время, – умоляла она.

– Нет!

– Мэтт, тебя здесь даже не будет. Ты собираешься на нефтедобывающую установку, и, если что-нибудь случится, кто знает, как долго мы будем отрезаны друг от друга. Позволь мне на некоторое время увезти его к моим родителям. Он сейчас в любом случае не ходит в школу. Пожалуйста, Мэтт. – Она надеялась, что он увидит логику в её аргументах.

– Кэролин, мы живем в очень безопасном районе…

– Безопасном? Сейчас нигде не безопасно, Мэтт. Повсюду солдаты с автоматами: и на парковке супермаркета, и на улице. Если им что-нибудь не понравится, им будет все равно, где мы живем. Никто не будет в безопасности… и тебя здесь не будет! – истерично кричала Кэролин.

– Кэролин… – начал он, когда в комнату вошла Клара.

– Господин Стэнбек, госпожа Андиета на проводе и желает поговорить с вами. Могу я сказать ей, что вы дома?

– Конечно, я дома для госпожи Андиеты. Я отвечу на звонок отсюда. – Мэтт прошел к маленькому столику и поднял трубку. – Здравствуйте, госпожа Андиета.

Кэролин обхватила себя руками. Она перестала думать о Рэйсе. И когда ей показалось, что она сумела выбросить эту женщину из головы, та снова вторглась в её мысли. Кэролин отвернулась от Мэтта. Она должна была придумать, как забрать Саймона из Венесуэлы. Она была убеждена, что Мэтт ошибается. Напряженность обстановки можно было почувствовать на улице. Не важно, как жёстко Падрон подавлял акции протеста, рано или поздно найдется смельчак, который нажмёт на курок. Она должна была забрать сына из этой бесчеловечного страны. Она сделает это вне зависимости от того, понравится это Мэтту или нет. Она найдет способ.

Она так глубоко погрузилась в мысли, что две руки, попытавшиеся её обнять, напугали женщину до чёртиков. Она быстро обернулась и оказалась лицом к лицу с возмущённым мужем.

– Да что с тобой происходит? – Мэтт попытался снова её схватить. – Я только хотел обнять тебя.

– Не надо, – выпалила Кэролин, увеличивая расстоянием между ними.

– Как долго это будет продолжаться, Кэролин? Ты – моя жена; я пытался быть с тобой терпеливым, – сказал он, начиная приближаться к ней.

– Я плохо себя чувствую, Мэтт, – залепетала она, пряча от него глаза.

– Ты плохо себя чувствуешь уже довольно долгое время, Кэролин. Если ты думаешь, что я собираюсь стать монахом, то очень ошибаешься. И тебе же лучше, если сегодня вечером твоё самочувствие наладится!

Он зло хлопнул дверью, оказавшейся на его пути.

Позже Мэтт позвонил ей из офиса. Он сообщил, что некоторые руководители были приглашены на неделю на гасиенду "Вираго", расположенную в глубине страны. Госпожа Андиета редко приглашала людей на гасиенду, и это было не то приглашение, которое можно было отклонить. Повесив трубку, Кэролин закрыла глаза и оперлась на стену. Они оба, Мэтт и Рэйса, только брали, ничего не давая взамен. И будь она проклята, если станет агнцем на заклание.

Она всё больше и больше убеждалась в том, что ненавидит эту землю. Насилие пронизывало всё вокруг. И она была беззащитна перед ним.

Она не спала с Мэттом, начиная с той первой ночи, когда была с Рэйсой. Мысль о руках, любых руках, касающихся её, вызывала тошноту. Она не могла выдержать даже мысль о чужом прикосновении. Пока это не стало навязчивой идеей. Она просыпалась среди ночи вся в поту, мечтая о руках, касающихся её тела. И только сейчас она признала, что лицо из её мечтаний было лицом Рэйсы Андиеты. Дошло до того, что она боялась находиться с нею в одном здании.

А потом, конечно, это произошло. Той ночью на балу в "Копеко" она повторяла себе, что справится с этим. Она действительно вела себя так, как Мэтт всегда хотел. Другими словами, играла свою роль. Она разговаривала с Консуэло Бетанкурт, одной из немногих женщин в "Копеко", когда внезапно услышала призыв: "Посмотри на меня". Она инстинктивно повернулась и встретилась взглядом с Рэйсой Андиетой.

Её тело услышало зов, и она не смогла противиться. Она приближалась к Рэйсе, и ничто больше не имело значения. Её кровь жидким огнём неслась по венам, а шум в ушах угрожал оглушить. Она увидела, как её рука потянулась к Рэйсе и была удивлена, когда слова "нам нужно поговорить" слетели с её языка. Рэйса просто сказала: "Хорошо, пойдем со мной", – и она последовала за нею.

Обе точно знали, чего именно хотят друг от друга. Впервые в жизни Кэролин действовала, повинуясь инстинкту. И теперь она всю оставшуюся жизнь будет расплачиваться за эту ошибку.

***

– Андреас, ты нужен мне там. Скажи Нонне, что я прибуду через день-два, – говорила Рэйса брату. – Я знаю, что сейчас это сомнительно, но наше положение надежно. Не волнуйся об этом.

Её прервал стук в дверь и вошедшая после этого секретарша.

– Андреас, подождешь минутку? – Рэйса прикрыла телефонную трубку и адресовала Глории. – В чем дело, Глория?

– Госпожа Андиета, Кэролин Стэнбек на второй линии. Я подумала, что… Я могу сказать ей, что вы ей перезвоните.

Глория опасалась крутого нрава своей шефини, но при этом помнила, в каком отчаянии была Рэйса из-за исчезновения этой женщины во время наводнения. И она знала, что по-прежнему работает здесь, потому что пользуется своей сообразительностью.

– Нет, нет… я отвечу на звонок, Глория – Рэйса убрала руку от телефона, – Андреас, я перезвоню тебе позже. Hasta pronto . – и набрав в грудь побольше воздуха, она переключилась на вторую линию.

– Кэролин… – её голос вышел болеё хриплым, чем она ожидала.

В ответ была только тишина, но она знала, что Кэролин слушает.

– Рэйса… Я собираюсь попросить тебя кое о чём, и хочу, чтобы ты сказала "да".

Рэйса рассмеялась вслух, ослабляя бдительность. Этого она не ожидала.

– Чего ты хочешь? – спросила Рэйса, всё ещё находясь в хорошем настроении.

– Я хочу уехать из Венесуэлы, и мне нужна твоя помощь, чтобы забрать с собой сына.

На минуту воцарилась тишина, затем Рэйса заговорила:

– Я полагаю, Мэтт не разделяет твоих желаний, – это был не вопрос, а утверждение.

– Верно, – Рэйса услышала, как напрягся её голос. Этот звонок слишком дорого ей стоил.

– Ты его бросаешь? – спросила она прямо.

– Нет, я забираю Саймона домой. Здесь я не могу быть уверена в его безопасности.

– Лгунья.

– Это твой ответ?

– Нет.

Снова между ними повисла тишина.

– Я сделаю всё, что угодно, – сказала Кэролин внезапно.

– Cara, я ни о чем тебя не просила, – ответила Рэйса с сарказмом.

– Ты поможешь мне или нет? – потребовала Кэролин.

– Я пригласила несколько семей в провинцию… – начала Рэйса, игнорируя вопрос.

– Рэйса, я не могу ждать так долго, – резко прервала её Кэролин.

– Всего несколько дней, Кэролин.

– Я знаю, что ты можешь сделать это, если захочешь… прямо сейчас.

Напряжение снова стало прорываться в голосе Кэролин.

– Хорошо, через два дня, когда вы приедете на гасиенду, я…

– Я хочу уехать сегодня, сейчас! – теперь Рэйса слышала нотки истерики в её голосе.

– Что случилось, Кэролин? Что происходит? – потребовала Рэйса.

Линия стала мертвой. Кэролин повесила трубку. Она несколько раз пыталась перезвонить ей, но никто не отвечал. Она вызвала машину и покинула офис.

***

Клара бежала к двери так быстро, как могла. Стук в дверь не прекращался. Она открыла и была оттеснена в сторону.

– Где госпожа Стэнбек? – потребовала Рэйса.

Клара собиралась заговорить, когда увидела двоих мужчин в тёмных костюмах, входящих в дом, и вопрос, который она хотела задать, так и не сорвался с её языка.

– Где она? – повторила Рэйса.

Напуганная Клара указала на лестницу.

Рэйса посмотрела на двоих мужчин, и они поняли её без слов. Женщина развернулась и легко взбежала по ступенькам. Она открывала дверь за дверью, пока не столкнулась с Кэролин. На кровати лежали два чемодана, и повсюду была разбросана одежда. Что-то случилось.

– Что за спешка? – Рэйса изобразила беззаботность.

– Как ты вошла… – вопрос умер, так и не родившись. – Как всегда, ты просто пошла напролом, верно?

– Раньше никто не жаловался, Cara, – ответила Рэйса с улыбкой.

– Убирайся! Мне не нужна твоя помощь. Я найду кого-нибудь за деньги. В конце концов, все продаётся, не так ли? – и Кэролин продолжила бросать одежду в чемоданы.

Рэйса собиралась грязно выругаться, когда заметила, что глаза Кэролин полны слез. Она отошла на несколько шагов и осмотрелась вокруг. Когда она снова заговорила, в её голос не было и следа от сарказма.

– Так что за спешка?

– Ничего нового. Я давно хотела уехать, – ответила Кэролин, не прекращая паковать вещи.

– Почему прямо сейчас? Я сказала тебе, что через два дня…

– Я не могу ждать двух дней! – Кэролин снова встретилась с ней взглядом.

– Клянусь, вы, американцы, безумны. Не знаю, почему я беспокоюсь об americanas как ты! – бросила Рэйса с презрением.

Ей едва хватило времени, чтобы увернуться от чего-то, что Кэролин бросила в неё.

– Ты чуть не попала мне в лицо, сука!

Кэролин схватила другую туфлю, собираясь бросить и её, но Рэйса предусмотрительно повалила её на кровать.

Вдалеке послышался громкий рокот. При этом звуке Кэролин всхлипнула. Рэйса удивленно опустила глаза на женщину под нею. В следующий раз раскат грома раздался даже ближе, и Кэролин спрятала лицо в объятиях Рэйсы.

– Всё в порядке, Cara, – произнесла Рэйса мягко, покрывая легкими поцелуями лоб Кэролин. Рот Рэйсы начал свой поиск.

– Оставь меня! – внезапно потребовала Кэролин.

– Успокойся.

– Это его кровать. Отпусти!

Рэйса поднялась, и Кэролин вскочила, как будто простыни обжигали её. Взгляд Рэйсы застыл. Внезапно действительность тяжело обрушилась на неё. Это была кровать Кэролин и она была не в силах отвести от неё глаз.

Обе женщины слышали, как поднялся ветер, и начался сильный ливень.

Следующий раскат грома заглушил первобытный вопль, вырвавшийся из груди Рэйсы, когда она начала скидывать всё с кровати. Свет погас, а Кэролин смотрела, не в силах остановить её или помочь ей. Побросав всё на пол и сорвав простыни, Рэйса, наконец, остановилась. Тяжело дыша, она перевела взгляд на Кэролин.

"Её Кэролин. Его жена. Его кровать".

Она кричала как раненое дикое животное. Она крушила всё, что попадалось под руку. Её боль стала гневом. А для Рэйсы Андиеты гнев всегда приравнивался к насилию.

– Он прикасается к тебе лучше, чем я? – спросила Рэйса шепотом. – Удовольствие, которое ты получаешь с ним в постели – это то, чего ты хочешь? – крикнула она, сохраняя дистанцию, разделявшую их.

Кэролин предприняла попытку разрушить статус–кво.

Её рука медленно двинулась к лицу Рэйсы, но была отброшена прочь. Внезапно Рэйса толкнула Кэролин к стене.

– Как он прикасался к тебе, Carа? Скажи мне! Скажи! Я могу сделать это лучше, чем он! Скажи мне! Как он тебя трогает! – кричала Рэйса, полностью потеряв над собой контроль.

– Я хочу тебя, – прошептала Кэролин сквозь слезы.

– Аггррххх, – с криком гнева и отчаяния Рэйса ударила кулаком в стену позади неё.

Кэролин попыталась поцеловать её, но Рэйса увернулась, не отпуская её при этом. Кэролин спрятала лицо у неё на шее.

– Я не спала с ним с того первого раза, когда была с тобой.

Когда Кэролин услышала душераздирающие рыдания Рэйсы, то только сильнеё прижала её к себе.

***

Кэролин не сдавалась. Сначала Рэйса пыталась оттолкнуть её от себя. Когда Кэролин прижала её к себе еще сильнеё, то она сдалась, и её руки обвились вокруг Кэролин.

Кэролин тоже заплакала, обнимая рыдающую Рэйсу. Может это длилось час, может целую жизнь. Они сползли вниз по стене. Единственным звуком, нарушаемым тишину, был бушующий снаружи ветер.

Продолжая прижимать Рэйсу к себе, Кэролин увлекла её за собой на пол. Рэйса, наполовину лежащая на ней, положила лицо Кэролин на грудь. Кэролин нежно гладила её по голове, и глаза Рэйсы закрылись, а рот потянулся навстречу губам, которые, она знала, ждали этого.

Поцелуй был мягким и нежным. И когда их губы оторвались друг от друга, то остались достаточно близко, чтобы их дыхание было всего лишь далеким шепотом в темноте комнаты.

– Пойдем со мной, – попросила Рэйса.

– Хорошо.

Рэйса встала и предложила Кэролин руку. В свете молнии Кэролин ясно увидела протянутую руку и приняла её.

Они бесшумно вышли из комнаты. Спускаясь по лестнице, Кэролин внезапно остановилась.

– Саймон. Я не могу его оставить.

– Где он? – спросила Рэйса.

– В гостях у друга.

– Мы заберем его по дороге, пошли. – Рэйса взяла Кэролин за руку и повела её вниз.

Когда они достигли холла, где ждали горничная и её люди, она на миг остановилась.

– Родолфо, проводи госпожу Стэнбек в машину, и ждите меня.

Кэролин собиралась сказать что-то, но передумала. У Рэйсы всё было под контролем; и на этот раз она решила подчиниться. Она чувствовала себя такой уставшей.

– Сообщите господину Стэнбеку, что госпожа Стэнбек и его сын на моём ранчо. Меня зовут Рэйса Андиета. Всё ясно?

– Да, госпожа Андиета, – быстро ответила горничная. Она отлично знала, что вопросы таким людям, как госпожа Андиета, ничего хорошего не принесут.

– Хорошо, – Рэйса Андиета ушла, сопровождаемая вторым телохранителем.

***

Сев в лимузин, она опустила перегородку, отделяющую их от телохранителей. Когда они остались одни, Рэйса обняла Кэролин.

– Где твой сын?

Они продиктовали водителю адрес, и автомобиль сорвался с места на поиски своего недостающего пассажира.

***

Поездка на гасиенду не отложилась в памяти Кэролин. Она помнила только, что позволила Рэйсе всё решать. Они забрали Саймона, и Рэйса всю дорогу занимала его разговорами, в то время как сама Кэролин находилась в инертном состоянии.

Рэйса договорилась обо всем по телефону. Их доставили на маленький аэродром и посадили в частный самолет.

Когда все вопросы были улажены, кто-то из обслуживающего персонала спросил у Саймона, что он хотел бы поесть. Рэйса на мгновение сжала руку Кэролин, затем снова взяла трубку телефона.

Внезапно Кэролин пришло на ум, что она попала из одной тюрьмы в другую. По своему собственному выбору. И на этот раз её решение отразится на Саймоне. Она была так расстроена угрозами Мэтта, возможностью военных действий в стране, что потеряла голову. Она снова упала прямо в объятия Рэйсы. Как это случилось?

Всю свою жизнь Кэролин основательно всё взвешивала и всегда оценивала последствия своих действий. Но с Рэйсой Андиетой все изменилось. Возможно, именно эта земля с её насилием и мужским началом перевернула всё с ног на голову. Женщина была сбита с толку и чувствовала безумную усталость. Что теперь делать с Рэйсой? Когда Кэролин посмотрела на Саймона, все это показалось таким нереальным. Она просто закрыла глаза и провалилась в сон, в котором так отчаянно нуждалась.

***

Путь на гасиенду "Вираго" занял несколько часов. Она никогда никого не приводила домой. А "Вираго" и была для неё домом. Все, что она любила, было там. Да, она приглашала туда людей, но никогда никого не пускала в свою кровать. Никто никогда так много для неё не значил. С Кэролин такая мысль ей даже в голову не пришла; это казалось естественным.

Там, конечно, была Нона, с которой следовало считаться, и её брат. Но у неё был свой путь. Она была Рэйсой Андиетой, и она хотела, чтобы Кэролин была в её доме, в её кровати и да, она должна была признать, что хотела, чтобы Кэролин была в её жизни. Все эти мысли пронеслись у неё в голове, пока она наблюдала за спящей Кэролин.

Всё это было для неё в новинку. Прежде она всегда знала, как поступить. Она всегда знала, чего хотела и как это получить. Сейчас всё было иначе.

Рэйса закрыла глаза, вспоминая чувства, пережитые ею в супружеской спальне Кэролин. Её переполняли эмоции, чуждые и новые для неё. Она хотела уничтожать и рвать на части. Рэйса всегда гордилась своим самообладанием. Это был один из самых трудных уроков, преподанных ей отцом. Чтобы победить, нужно владеть собой. И все же, она не контролировала свои чувства или действия, когда дело касалось этой женщины.

Рэйса воскресила в памяти бывших любовниц и припомнила, как ей нравился подобный образ жизни. Она всегда владела собой. Эта женщина всё изменила, и она чувствовала неуверенность и неоднозначность каждого слова и жеста.

Вдобавок Нона не знала о её сексуальных предпочтениях, потому что Рэйса так и не нашла подходящего момента, чтобы рассказать ей.

Нона вырастила её. Она была больше чем няня, почти мать. Её родная мать бросила их и вернулась в Италию. Нона осталась и окружила их с братом материнской любовью. Её одобрение много значило для Рэйсы. И впервые Рэйса признала, что боится осуждающего взгляда пожилой женщины. Но у неё не было выбора. Кэролин была слишком важна для неё.

Андреас не был наивным. Он знал, что Рэйса получала всё, чего хотела. Он знал, что она часто меняла любовников и любовниц, но никогда ничего не говорил. Она была его старшей сестрой, которая всегда его защищала. Особенно от отца, не принимающего его выбора. Рэйса всегда была рядом, и он был готов во всём её поддержать.

Рэйса встряхнула головой, пытаясь избавиться от навязчивых мыслей. Она выглянула в окно и увидела необъятные зелёные просторы, которые так любила. Венесуэла была её сердцем, диким и испорченным, но в то же время невинным и неуверенным, как ребенок, делающий первые шаги во взрослую жизнь. Если бы она заглянула внутрь себя, то признала бы, что однажды, как и Андреас, она просто не захочет покидать "Вираго". Но, в отличие от Андреаса, она позволила своему сердцу желать любви того, кто, возможно, этого не заслуживал.

Она устала от размышлений. Саймон заснул вскоре после Кэролин. Она обнаружила, что снова разглядывает Кэролин.

"Скоро они приедут в "Вираго", – думала она. – Что же будет дальше?"

***

Они прибыли на гасиенду уже после наступления темноты. Два черных "Эксплойера" ждали на посадочной полосе. Благодаря кондиционеру в машине они избежали жары окружающих джунглей. Кэролин не произнесла ни слова. Саймон наполовину лежал на ней и спал. В полутьме автомобиля Кэролин почувствовала, как рука Рэйсы сжала её руку. Она просто опустила голову на плечо сидящей рядом женщины.

Рэйса не смогла сдержать улыбки.

***

Когда они приехали, все уже спали. Их встретил слуга, и, конечно, Нона. Рэйса вошла в дом, поддерживая обессиленную Кэролин и ведя за руку Саймона.

Нона сразу взяла это на заметку и улыбнулась Рэйсе.

– Рэйса, – поприветствовала Нона с любовью в голосе.

– Нона. – Этим простым словом она сказала ВСЁ. – Для них приготовлены комнаты рядом с моей?

– Si, mi amor, todo esta preparado como tu pediste. – Всё было готово, как она пожелала.

– Gracias, Нона, – она улыбнулась и повела Кэролин и Саймона к их комнатам.

Нона наблюдала, как Рэйса вышла, обнимая блондинку и держа за руку маленького мальчика.

"Это была другая Рэйса", – подумала она. И она сказала себе, что наступит время, когда её маленькая девочка придет к ней и расскажет ей об этом.

***

Всё, что запомнила Кэролин, это Рэйса, помогающая ей раздеться, запах чистых простынь, а затем мягкие руки, обнимавшие её всю ночь.

***

Рэйса проснулась, когда начинало светать. Она посмотрела на женщину, которая наполовину лежала на ней, склонила к ней голову и вдохнула запах её волос, сильнее сжимая её в объятиях.

Она всегда просыпалась одна, каждый раз, когда приезжала в"Вираго". Теперь это изменится. У неё, наконец, было всё, чего она хотела. Она знала это, как знала, что Кэролин сейчас здесь, в её объятиях. Никто не заберет у неё то, что принадлежит ей. Никто и ничто. Она об этом позаботится.

***

Кэролин проснулась одна и поняла, что что-то пропустила. Она была уверена, что Рэйса обнимала её всю ночь. Все было как в тумане. Она села в кровати и увидела, что под простынями лежала совершенно голая. Теперь она точно знала, что Рэйса была здесь. Она все еще могла чувствовать её объятия, и в воздухе все еще витал аромат её духов.

Она заметила пару слаксов и блузу, лежащие на кровати вместе с другими предметами первой необходимости. За окном послышался смех Саймона. Она завернулась в простыню и выглянула наружу.

Саймона сидел перед Рэйсой на мощной черной лошади. Рэйса тоже смеялась. В её поведении не было никакой отчужденности; только радость. Кэролин прислушалась.

– Это было здорово, давай ещё раз, пожалуйста? – просил Саймон с волнением.

– Хорошо. Ты готов?

– Да, готов.

Кэролин увидела, как черная лошадь понеслась галопом. Ей стало страшно. Внезапно лошадь с наездниками развернулись и на полном скаку направилась прямо к забору. Кэролин затаила дыхание. Животное непринужденно перелетело через забор, и Кэролин почувствовала, как комната наступает на неё.

Она бросилась наружу.

Рэйса и Саймон все еще смеялись, когда она возникла перед ними. Рэйса широко улыбнулась, заметив одеяние Кэролин.

– Ты сошла с ума? – в ярости кричала Кэролин.

Улыбка Рэйсы сразу же увяла..

– Как ты смеёшь подвергать моего сына такой опасности!"

– Мама…– попытался возразить Саймон.

– Слезай оттуда, Саймон! Спускайся сейчас же!

Рэйса помогла мальчику слезть с лошади без единого слова.

– Но, мама, она не виновата. Это я попросил, чтобы она прыгнула, – попытался Саймон исправить ситуацию.

– Саймон, ты – ещё маленький мальчик и многого не понимаешь, – сказала она ему, а затем повернулась к Рэйсе, которая угрюмо смотрела на неё в полном молчании.

– Как ты могла быть настолько безответственной!

С минуту Рэйса молча взирала на неё, затем развернула лошадь и ускакала.

Кэролин стояла и смотрела ей вслед. Она топнула ногой в расстройстве и потащила Саймона к дому.

– Мама, не злись на неё, это было моя вина, – говорил мальчик с недовольной гримасой.

Пожилая дама, ждущая в дверях, прервала процессию.

– Buenos dias , – сказала женщина с улыбкой на лице.

– О, buenos dias", – Кэролин внезапно осознала, что из одежды на ней только простыня.

– Мне жаль, я не очень хорошо говорю по–испански.

– Я постараюсь говорить по-английски, – ответила ей Нона.

– Спасибо, – улыбнулась Кэролин.

– Вы пока оденьтесь, а я принесу вам завтрак, – сказала Нона с улыбкой, пытаясь скрыть, как её забавляет вид простыни.

Кэролин опустила глаза и тоже улыбнулась.

– Спасибо.

***

Саймон сидел на кровати Кэролин.

– Ты должен быть умнеё, Саймон. Ты мог погибнуть! – донеслось из ванной.

– О, мама… Рэйса – опытная наездница. У неё есть награды и всё такое, –пытался её убедить мальчик.

– Откуда ты это знаешь?

– Она сама сказала мне. Ты должна увидеть все те штуки, которые она может делать на лошади, – сказал он с воодушевлением.

– Хорошо, может быть, так оно и есть на самом деле, но она не должна была так прыгать вместе с тобой!

– О, мама…

Их спор прервал стук в дверь.

– Войдите, – крикнула Кэролин.

Кэролин высунула голову и увидела Нону. Она вышла из ванной и взяла у неё из рук поднос.

– Позвольте мне помочь вам с этим, – сказала Кэролин, ставя поднос.

– Я – Нона, няня Рэйсы.

Кэролин знала, что эта женщина была важна для Рэйсы и, возможно, продолжает таковой оставаться.

– Прошу вас, присядьте!

Нона села с улыбкой.

– Мама, я могу пойти поиграть?

– Да, но больше никаких приключений, Саймон, ладно?

– Хорошо, хорошо, – пробурчал мальчик с разочарованным видом.

Кэролин села и вдохнула запах свежего кофе.

– Mмммм… пахнет замечательно, спасибо. Присоединитесь ко мне?

– Да, спасибо.

Кэролин налила две чашки.

– Вы много значите для Рэйсы, – заявила старуха прямо, сразу заметив, как кофейник дрогнул в руке Кэролин.

– Я? – спросила она с улыбкой, избегая смотреть ей в глаза.

– Да, вы.

Кэролин улыбнулась, продолжая разливать кофе.

– Вы отчитали её, и она ничего вам не сказала. Никто никогда так не поступал с моей девочкой, не опасаясь последствий, – сказала Нона со смешком, делая глоток кофе.

– Мне жаль, я действительно испугалась за Саймона, – попыталась объяснить Кэролин.

– О, не волнуйтесь об этом, моя дорогая, – сказала Нона, похлопывая Кэролин по руке. – Моя Рэйса привыкла всё делать по-своему, и иногда её заносит. Но она – хорошая наездница. Вашему мальчику ничего не угрожало. Однако она должна была спросить у вас разрешения, а не пугать вас так.

– Я никогда не встречала такой, как она, – Кэролин удивилась откровенности, с которой она говорила с этой женщиной.

– Да, моя Рэйса уникальна, – добавила Нона.

Кэролин улыбнулась слепому обожанию женщины.

"Если бы вы только знали, – думала она. – Так было бы всегда, если бы я была с Рэйсой. Никогда не знаешь, чего ожидать".

– Вы похожи на мою Рэйсу, вас иногда одолевают тяжёлые мысли.

– Да, временами. Но Рэйса, кажется, способна сражаться с целым миром и ничто её не остановит.

– Так только кажется. Но у неё самое большое сердце из всех, кого я когда–либо знала.

Кэролин посмотрела на неё и улыбнулась, кивнув головой. Она не была уверена, что они говорили об одной и той же женщине. Рэйсу, которую она знала, никак нельзя было назвать мягкосердечной. Рэйса, которую она знала, была темпераментна и капризна, эгоцентрична, агрессивна и вспыльчива. Да, она знала все о страстной натуре Рэйсы. Внезапно она смутилась и покраснела, встретившись взглядом со старой женщиной.

– Я знаю, что она очень беспокоится о вас и вашем сыне, – сказала Нона, пытаясь прочитать реакцию Кэролин по её лицу.

– Откуда вы это знаете? – спросила Кэролин, глядя на свою чашку.

– Потому что она привезла вас сюда, – сказала Нона, положив свою руку поверх руки Кэролин.

Кэролин подняла глаза, застенчиво улыбнулась и снова опустила взгляд.

– Она много раз приглашала людей в"Вираго", но они никогда не оставались в её личной части гасиенды. Вот откуда я знаю.

Кэролин быстро встала и поставила чашку на поднос.

– Рэйса трудно идёт на сближение, но за внешней маской скрывается гораздо больше, чем видят люди.

– Да это так, у неё свой собственный мир.

– Ну, Нона, ты рассказала ей все мои секреты? – то ли в шутку, то ли всерьёз спросила вошедшая Рэйса.

Кэролин обернулась, и их глаза встретились. Нона перевела взгляд с одной женщины на другую.

"Они похожи на…" – Нона грешным делом чуть было не подумала, что они похожи на двух влюблённых, встретившихся после разлуки. Но это, конечно, было невозможно.

– Ах, Cara mia … иди составь компанию своей подруге, – Нона приглашающеё махнула рукой. – А мне еще нужно кое-что сделать.

– Я думаю, она сердится на меня, Нона, – улыбнулась Рэйса пожилой женщине, но её глаза говорили совсем о другом.

– Она простит тебя. Просто пообещай хорошо себя вести, – любя потрепав Рэйсу по лицу, женщина вышла из комнаты.

Рэйса выглядела великолепно в наполовину распахнутой блузке, плотно облегающих белых штанах и высоких черных ботинках для верховой езды. С разметавшимися по плечам тёмными волосами и разрумянившимся от скачки лицом она была воплощением неукротимой мощи и необузданной чувственности.

Кэролин потряс голод, который она ощутила при виде Рэйсы. Она встала и медленно направилась к окну.

Рэйса вплотную подошла сзади. Через мгновение она сказала мягко:

– Мне жаль, что я испугала тебя.

– Ты всегда пугаешь меня, – послышалось в ответ. – Весь твой мир пугает меня.

Рэйса обняла её и притянула к себе так близко, что Кэролин ощущала её тело как вторую кожу и слышала её дыхание рядом со своим ухом. Внутри неё возникла ноющая боль.

– Ахххх… – простонала Кэролин, и голова её откинулась на плечо Рэйсы.

Внезапно Рэйса развернула её к себе и впилась в её губы с такой страстью, которой Кэролин столь боялась и не могла не желать.

– Рэйса, подожди…– вставила она между поцелуями.

– Нет, ты нужна мне сейчас, – и она заставила её замолчать.

Кожа Рэйсы была солоноватой от пота, и это ещё больше возбуждало Кэролин.

Несколько часов спустя она опять проснулась в постели одна в компании лишь воспоминаний о страстных объятиях, дразнящих губах и руках, которые ласкали всё её тело и обладали им снова и снова.

***

Рэйса направилась к Ноне. Каким-то чутьем она понимала, что всё закончится именно здесь.

Нона как будто ждала её. Рэйса подошла и бесшумно села у её ног. Внезапно гордая темноволосая голова опустилась на колени пожилой женщины. Нона, как и много лет назад, стала ласково перебирать темные пряди.

– Cara mia, тебя так долго не было, – сказала она мягко.

Рэйса закрыла глаза.

– Да, Нона, я знаю.

– Расскажи мне о своей подруге, – попросила пожилая женщина, продолжая ласкать темноволосую голову.

Рэйса поднялась и сделала несколько шагов в сторону.

Нона молча ждала. Стоя спиной к ней, Рэйса сказала просто:

– Она нужна мне.

Пожилая женщина всё ещё продолжала чего-то ждать. Наконец Рэйса повернулась и посмотрела на неё.

– Я люблю её.

Ну вот, она и сказала это вслух. Её взгляд стал вызывающим.

– Это твой выбор?

– Да.

– Хорошо, – сказал старуха просто.

Вся наигранная бравада исчезла, и теперь Рэйса смотрела на пожилую женщину как испуганный ребенок.

– Так ты все знала?

– Cara mia. Ты – моя маленькая девочка; я знаю о тебе всё, – она открыла объятия, и рыдающая женщина оказалась в них. – Te quiero, Cara Миа. Te quiero*.

Она сильнеё прижала Рэйсу к себе, успокаивающе гладя своего ребёнка по голове и заверяя в своей любви.

></emphasis>

* – Я люблю тебя, моя дорогая. Я люблю тебя. (исп.)

***

Ближе к вечеру Кэролин вышла наружу, и, будто повинуясь молчаливому уговору, Рэйса неожиданно оказалась рядом. Она выглядела как–то иначе.

Застенчиво друг другу улыбнувшись, они пошли рядом.

Оглядываясь по сторонам, Кэролин была поражена бесспорной красотой и почти фантастической тишиной вокруг. Неподалёку прогуливались павлины, время от времени гордо распуская перья в надежде привлечь самок.

– Какие красивые птицы, – заметила Кэролин.

– Да, а знаешь, тот с красивыми перьями – самец.

– Неужели? Совсем не как у людей.

– Его привлекательность страдает из-за колючего характера, поэтому нужны красивые перья, – сказала Рэйса серьезно, разглядывая великолепных птиц.

–Тогда они так же слепы, как и некоторые из нас.

Рэйса посмотрела на неё с любопытством.

– Что ты имеёшь в виду?

– Поиск внешней красоты, – сказала Кэролин просто.

Рэйса выглядела озадаченной.

– Все мы ищем внешнюю красоту.

– Это так важно? – спросила Кэролин, продолжая смотреть на птиц.

– Да… для некоторых, – ответила Рэйса неловко.

– А для тебя? – Кэролин остановилась и повернулась к ней.

Рэйса опустила глаза на нервно сцепленные руки.

– Не бери в голову, – сказал Кэролин печально и двинулась прочь.

– Подожди! – догнала её Рэйса.

– Здесь всегда так тепло в это время года? – спросила Кэролин с фальшивой улыбкой.

– Мы не закончили разговор! – Рэйса схватила её за руку и развернула к себе лицом.

– А чем мы по–твоему сейчас занимаемся? – вспылила Кэролин.

Рэйса внезапно отпустила её и отступила назад. Обычно она избегала выяснения отношений, но с Кэролин все было по–другому. Сама ситуация выводила Рэйсу из равновесия, но на этот раз она не сбежала.

– Почему ты всегда меня провоцируешь? – спросила она в раздражении.

– У меня нет желания продолжать этот разговор, – с этими словами Кэролин повернула назад к дому.

– Чего ты хочешь от меня? – взорвалась Рэйса.

Кэролин крикнула, продолжая удаляться:

– Живи своей жизнью, эгоцентричная сука! И оставь меня в покое!

– Ты нужна мне!

Остановившись, Кэролин медленно обернулась. Рэйса быстро двинулась в её сторону, но, не дойдя пары шагов, резко остановилась.

– Что ты хочешь услышать, Кэролин? Что я хотела бы тебя, даже если бы ты не была красивой?

Кэролин опустила глаза, чувствуя неловкость ситуации, которую сама же создала.

– Нет… – сказала она, не поднимая глаз.

– Я хотела бы тебя, если бы была слепой и никогда тебя не видела, – мягко перебила её Рэйса. – Я не могу дышать, есть или спать, не думая о тебе.

Кэролин посмотрела в глаза, в которых гнев сменился нежностью и неуверенностью.

– Я просто не знаю, как это делать, – голос Рэйсы едва можно было расслышать.

Кэролин подняла руку и нежно провела по её лицу. Её губы были совсем рядом с губами Рэйсы, но не спешили соприкоснуться, чего-то ожидая. И их ожидание было вознаграждено внезапно раздавшимися словами.

– Я люблю тебя, Кэролин, – едва слышно прошептала Рэйса, и их губы, наконец, встретились.

Руки Рэйсы мягко обвились вокруг талии Кэролин и притянули её ближе. Когда их губы всё-таки оторвались друг от друга, Рэйса избегала её взгляда, но объятий не разжимала. Она походила на дикую лань, оказавшуюся в плену ярких фар и неспособную спастись бегством.

– Я тоже тебя люблю, – нежно сказала Кэролин.

Рэйса подняла голову, ища её глаза. Несколько мгновений она недоверчиво смотрела на Кэролин, а затем так сильно прижала её к себе, что женщина едва могла дышать.

– Te amo**.

И на этот их поцелуй был полон обещаний предстоящей страсти.

></emphasis>

** – Я люблю тебя (исп.)

***

Следующие два дня пролетели незаметно. По утрам они совершали совместные прогулки верхом. Потом Рэйса с Саймоном спускались к реке за сладкими фруктами, а днём Кэролин устраивала пикник где-нибудь поблизости.

Они обменивались взглядами, говорящими о любви. Их слова были чуткими и нежными. Они заботились друг о друге с нерешительностью только что открытой для себя любви.

Кэролин была тронута терпением, которое Рэйса проявляла по отношению к Саймону. Здесь она словно открылась с новой стороны. Нона была права. Рэйса была уникальна; каждый миг с ней приносил что-то новое и удивительное. В "Вираго" она была совсем другой женщиной. Возможно потому, что она казалась счастливой. Эта мысль пришла Кэролин в голову, пока она смотрела, как Рэйса и Саймона наперегонки бегут к ней. Рэйса казалась счастливой.

– Я выиграл! Я выиграл! – возбужденно вопил Саймон.

Подкравшись сзади, Рэйса начала его щекотать, и они оба покатились по траве с беззаботным смехом.

– Идите сюда, вы двое, пока наш обед не утащили муравьи.

– Хорошо, мама, – отозвался Саймон, возвращаясь к матери.

Рэйса лежала на земле, опираясь на локоть, и смотрела на реку. Кэролин встала и направилась к ней. Сев рядом, она протянула руку приласкать темные волосы женщины, которая нашла путь к её сердцу.

– Мы с Андреасом часто купались здесь, когда были детьми.

– Кто такой Андреас?

– Мой брат. Он уехал за покупками и вернётся через несколько дней. Он не похож на меня, не волнуйся, – сказала Рэйса со смехом.

– Тогда какой он?

– Он… он не такой, как я, – задумчиво произнесла Рэйса.

Кэролин почувствовала, что между ними снова выросла стена.

– Нона бы сказала, что тебя снова одолели тяжёлые мысли, – сказала Кэролин.

Рэйса посмотрела на неё с улыбкой, а затем снова отвернулась к реке.

– Андреас спокойный, мягкий. Нона говорит, он похож на мою мать. Но в отличие от неё, он любит эту землю.

Ненадолго замолчав, она посмотрела вокруг, затем продолжила печально:

– Моя мать очень любила пикники.

– И это заставляет тебя грустить? – спросила Кэролин осторожно.

Это был первый раз, когда они по-настоящему говорили о семье Рэйсы.

– На пикнике она объявила нам с Андреасом, что бросает папу и нас. Вскоре после этого она вернулась в Италию, – бросила Рэйса.

– Мне жаль, любимая, – сказала Кэролин, нежно перебирая её волосы.

Она чувствовала боль и страдание, которые её возлюбленная испытывала, делясь с ней воспоминаниями. Кэролин видела их отражение в её глазах. За эти дни она узнала, что Рэйса не была такой бесчувственной, как о ней думали. Столкнувшись с болью, кто на её месте не закрылся бы от любви и от людей? Из каждого слова Рэйсы явствовало, что для неё любовь связана с болью.

– Не нужно, это было давным-давно, – сказала Рэйса и внезапно встала.

Кэролин протянула руку и привлекла её назад. Они так и сидели, держась за руки.

Рэйса посмотрела ей в глаза, а затем снова устремила взгляд на реку, продолжив говорить:

– Она ненавидела Венесуэлу, и, в конце концов, возненавидела моего отца. Мы были его детьми. Поэтому, наверное, она ненавидела и нас.

После этого она замолчала, и Кэролин была потрясена болью и гневом, прозвучавшими в её словах.

– Сколько вам было?

– Мне было семь, а Андреасу четыре года, когда она уехала, – ответила она, играя травинкой.

– Вы когда-нибудь видели её снова?

– Нет.

– А ваш отец?

– Он умер пять лет назад.

Теперь они обе смотрели в сторону реки, и между ними повисла тишина. Внезапно Рэйса почувствовала, как Кэролин нашла её руку и сильно сжала её со словами:

– Я люблю тебя, Рэйса Андиета.

***

Они возвращались назад, когда Рэйса вскрикнула и пустила лошадь галопом. Кэролин последовала за нею.

Когда они приблизились к дому, темноволосый мужчина сбежал по ступенькам гасиенды.

Рэйса натянула удила, и лошадь встала на дыбы. Сердце Кэролин чуть не выскочило из груди, когда она увидела, как Рэйса спрыгнула с животного и кинулась в объятия мужчины.

Кэролин чуть придержала свою кобылку, и, когда она подъехала, то услышала лишь немногое из того, что было сказано. Внезапно она почувствовала приступ ревности.

– Боже, я так по тебе соскучился. Ты такая же красивая, как всегда, – говорил мужчина, кружа Рэйсу в объятиях.

– Я никогда не могла оставаться вдали от тебя слишком долго, – сказала Рэйса, запуская руку в волосы незнакомца.

Лошадь Кэролин взбрыкнула, выражая её собственные эмоции. Рэйса повернулась, и её лицо озарилось улыбкой. Она направилась к Кэролин и протянула руку, помогая ей спуститься вниз.

– Иди сюда, Cara, я хочу тебя кое с кем познакомить, – Рэйса потянула Кэролин за собой, не замечая недовольства на лице возлюбленной.

– Андреас, это – Кэролин Стэнбек.

Кэролин переводила взгляд с Андреаса на Рэйсу и обратно. По её лицу расползлась счастливая улыбка, когда она протянула свою руку.

– Добро пожаловать в "Вираго" – он посмотрел на неё с любопытством и восхищением.

– Спасибо, здесь восхитительно, – ответила Кэролин, не кривя душой.

– Я рад, что вам здесь нравится. Мы с Рэйсой выросли здесь. Далековато от цивилизации, но может быть это и к лучшему. Здесь абсолютно другой мир.

– Это замечательный мир, – согласилась Кэролин.

Рэйса улыбнулась, подумав, что Кэролин только что покорила Андреаса. Как ей это удаётся?

– Я надеюсь, вы сможете у нас задержаться?

Рэйса посмотрела на брата и увидела интерес в его глазах.

"Нет, нет, нет, Кэролин моя, и я собираюсь прояснить это прямо сейчас".

– Ну… – Кэролин была прервана на полуслове.

– У НАС пока нет определенных планов.

При этих словах Рэйса обняла Кэролин за талию. Кэролин посмотрела на неё и снисходительно улыбнулась прежде, чем продолжить:

– Да, у нас пока нет определенных планов.

Андреас всё прекрасно понял. Он видел, что им многое нужно было обсудить с сестрой. Он знал, что она не любила делиться, и ему лучше других было известно, как она ревнива. Да, им было, о чем поговорить.

Выбежавший к ним взволнованный ребёнок привлёк всеобщее внимание.

– Мама! Мама! Папа звонит. Он хочет поговорить с тобой, – Саймон пытался восстановить дыхание и поэтому не увидел беспокойства, появившегося в глазах Кэролин, и гнева, исказившего лицо Рэйсы.

Андреас же не пропустил ничего.

– Извините меня,– сказала Кэролин, уходя.

– Кэролин…– Рэйса протянула руку, пытаясь её остановить.

Андреас вмешался, удержав сестру на месте.

– Рэйса, почему бы тебе не представить мне этого молодого человека?

Кэролин разрушила зрительный контакт с Рэйсой и направилась к дому. Рэйса же вырвалась из рук Андреаса и ушла в другом направлении.

"Кажется, всё не так уж хорошо", – подумал он.

Затем Андреас обратил всё своё внимание на мальчика перед ним.

– Привет, – сказал он, протягивая руку.

Саймон пожал её и пристально разглядывал его мгновение.

– Вы брат Рэйсы.

– Откуда ты знаешь?

– Она показывала мне вашу фотографию.

– Ааа… Итак, Саймон, ты уже видел карликовых лошадей?

– Что? НЕТ!

– Пойдем, спросим разрешения. Если твоя мама скажет да, я возьму тебя с собой.

***

Беседа с Мэттом превратилась в игру "кто кого перекричит". К тому времени, как Андреас и Саймон вошли в комнату, Кэролин уже положила трубку. Она разрешила сыну поехать с Андреасом к южному пастбищу, чтобы посмотреть на карликовых лошадей. Зная, что столкновение с Рэйсой неизбежно, она полагала, что чем скорее оно произойдет, тем лучше.

Ей понравился Андреас; в нём была мягкость, как и сказала Рэйса. Саймон привязался к нему сразу же. После их ухода Кэролин отправилась на поиски своей женщины.

***

Кэролин повсюду искала Рэйсу, но безрезультатно. Наконец, она сдалась и вернулась домой. Поднимаясь наверх в спальню, которую делила с Рэйсой, она услышала грохот.

Открыв дверь, женщина увидела перевернутые стулья и осколки стекла по всему полу. Бросив взгляд на туалетный столик, она сразу поняла, что произошло. В комнате стоял стойкий запах разбитых духов.

Когда из ванной вышла Рэйса. Кэролин потрясенно озиралась вокруг.

– Зачем? – неверяще спросила она.

– Потому что я так захотела! – откликнулась Рэйса.

– Зачем? – потребовала Кэролин.

– Потому что всё это принадлежит мне. И я могу делать всё, что пожелаю. Если я захочу разбить всё вдребезги, то сделаю это! – вспылила Рэйса.

– Однажды ты и со мной так поступишь? – спросила Кэролин внезапно.

Весь гнев Рэйсы мгновенно испарился. Внезапно она поняла, что имела виду Кэролин, и рванулась к ней.

– Нет, – мягко заверила она её. – Нет, я никогда не причиню тебе боли.

Кэролин отступила назад и снова окинула взглядом комнату.

– Насилием пропитано всё в этой стране, даже это место, – пробормотала Кэролин.

– Ты как моя мать! – раздраженно воскликнула Рэйса.

– Возможно, именно поэтому она и сбежала! – Кэролин пожалела о своих словах, едва они сорвались с языка.

Рэйса бросилась вон как раненое животное.

– Подожди! Рэйса, стой!

***

Бросившись на веранду, Кэролин увидела, как Рэйса ускакала прочь. Она должна была дождаться её возвращения, чтобы поговорить с нею. Она снова и снова повторяла себе, что не должна была произносить этих ужасных слов. Рэйса доверилась ей, а она использовала это, чтобы причинить ей боль. Кэролин поступила так же, как все. Она ранила её.

"О, Рэйса, мне так жаль".

Кэролин вернулась внутрь и встретила Нону.

– Она вернется.

– Я сделала ей больно, – с грустью сказала Кэролин.

– Она дикая внутри. Совсем как её отец. Адель любила его, но в конце…– Нона не смогла закончить, печально понурив голову.

– Нона, что случилось с её матерью? Она кое-что мне рассказала … но я не думаю, что она сама понимает, что именно произошло.

Нона посмотрела на неё с сомнением.

– Я не могу…

– Пожалуйста, помогите мне. Я люблю Рэйсу. Что-то преследует её, встает между нами.

– Пойдем, – Нона направилась к веранде и села в плетеный стул, а Кэролин устроилась напротив.

– Адель, мать Рэйсы, вышла замуж за Мартина, её отца, когда ей только-только исполнилось девятнадцать. Я тогда работала в её семье в Италии. Адель была красивая и живая. Она была очень похожа на Рэйсу. Но, конечно, не во всем, – Нона снисходительно улыбнулась. – Мартин был красив и очарователен. Они были безумно влюблены. Отец Адели был против брака, и они сбежали тайно. Адель возобновила контакты с семьей года через два. Из любви к ней они частично восстановили отношения.

Нона глубоко вздохнула прежде, чем продолжить:

– Она была далеко от родины и друзей. Вот тогда и появилась я. Я согласилась приехать и помочь ей с Рэйсой. В то время она ждала второго ребенка, Андреаса. Я сразу же заметила, что между ними не всё гладко. Адель была вспыльчивой, а Мартин не стремился ей потакать.

Кэролин терпеливо ждала.

– После рождения Андреаса всё только ухудшалось. Мартин мечтал о наследнике и поэтому демонстративно выделял сына, игнорируя Рэйсу. Это было причиной их постоянных споров. Однако, было между ними что-то, что сохраняло их брак… пока однажды ночью всё не рухнуло.

Нона выглядела подавленной и постаревшей на несколько лет.

– Они воевали друг с другом, и, думаю, всё зашло слишком далеко. Мартин начал пить. Адель сбежала из дома, и он отправился за ней. Когда она вернулась, её одежда была рваной и грязной, и, хуже всего, она несколько дней не разговаривала. Мартин заперся у себя в кабинете и пил без остановки несколько дней. Она сказала мне, что бросает его, что должна уехать, иначе эта земля убьёт её. Она обещала, что позже пришлёт за детьми, но не сделала этого. Рэйса так её и не простила. Я все еще вижу мою маленькую девочку… целый месяц она ежедневно стояла на этой веранде, ожидая её. Она не верила, что мать может её бросить.

Подняв взгляд на Кэролин, Нона увидела ужас на её лице.

– Я никогда больше не слышала об Адели. Мартин никогда не говорил о ней и запретил кому бы то ни было упоминать её имя. Он никогда не разрешал детям уезжать из страны, даже когда родители Адели требовали встречи с ними.

– О, Нона, какой ужас. Рэйса была всего лишь ребенком.

– Я не думаю, что она когда-нибудь простит своих родителей. Но, по крайней мере, Мартин не бросил своих детей. Она стала сыном, о котором он мечтал.

– И Рэйса, маленькая девочка, просто заблудилась по дороге, – сказала Кэролин печально.

– Она все еще остается ею, когда кладёт голову на мои колени. Когда она возвращается сюда, в место, которое любит, тогда она снова становится моей маленькой девочкой. Она была активным ребенком. Немного диковатым, но добрым и чутким. Она обожала свою мать. И когда она, наконец, поняла, что Адель не вернется за ней, часть её умерла.

– Неудивительно, что она так рассердилась, – прошептала Кэролин.

– Она всё время сражается сама с собой. Иногда, это оказывается сильнее неё, – сказала Нона печально. – Вы, как и Адель, ненавидите эту страну, верно?

Кэролин посмотрела на пожилую женщину и кивнула.

– Она была совсем другой до сегодняшнего дня. Я боюсь насилия, Нона. Иногда Рэйса тоже меня пугает, – сказала Кэролин, опуская голову.

Нона положила руку поверх руки молодой женщины.

– Она похожа на своего коня. Его зовут Фуриёсо . Он дикий, непокорный и никому, кроме Рэйсы, не позволяет оседлать себя. Это животное – зверь со всеми, кроме неё. Он любит её, а она его. Он никогда не сбросит её, а она никогда не поднимет на него хлыста. Вы понимаете меня, Кэролин?

– Я думаю, что понимаю, Нона. Только не знаю, смогу ли я с этим жить.

– Вы должны смотреть за пределы того, что находится у вас перед глазами, и увидите то, что вы любите.

Кэролин посмотрела на старуху, ничего не понимая.

– Адель любила Мартина, но они перестали видеть друг в друге то, что срыто от глаз, и всё, что осталось, это страх и гнев.

Кэролин подняла глаза как раз вовремя, чтобы увидеть, как Рэйса возвращается домой. Она встала и поцеловала Нону в щеку.

– Спасибо. Теперь всё стало немного понятнее.

– Идите, Cara mia. Идите к ней, – сказала Нона, уходя в дом.

Кэролин ждала, пока Рэйса спешится. Кто-то подошел забрать Фуриёсо, но прежде, чем отдать поводья, она потрепала гриву лошади и что-то мягко сказала, прижавшись щекой к голове животного.

Приблизившись к веранде, Рэйса молча прошла мимо Кэролин. Кэролин глубоко вздохнула и последовала за нею.

***

Рэйса зашла в комнату и, раздеваясь по дороге, направилась в ванную.

Войдя, Кэролин заперла за собой дверь. Она услышала шум воды.

– Итак, сейчас или никогда, – пробормотала Кэролин, начиная раздеваться.

***

Внутри Рэйсы бушевали эмоции. Она была зла, обижена и готова взорваться от неконтролируемой энергии внутри неё.

Она не слышала, как открылась дверь ванной. Почувствовав кольцо рук вокруг себя, она резко обернулась, готовая ударить. Кэролин в страхе отпрянула. Рэйса протянула руку и притянула женщину к себе.

Кэролин таяла в обнимающих её руках. Она начала поглаживать спину Рэйсы и почувствовала, что та постепенно начинает расслабляться под её руками. Когда Рэйса опустила свою голову на её плечо, Кэролин произнесла единственно возможные слова, и она знала, что их не достаточно, чтобы выразить её раскаяние.

– Прости меня.

Руки Рэйсы сжались вокруг неё.

– Пожалуйста, прости меня… Я так сожалею, – шептала Кэролин в волосы Рэйсы.

Рэйса согласно склонила голову, а Кэролин продолжала убеждать её ласками и словами любви.

***

Рэйса сидела во главе обеденного стола с Кэролин по правую руку и Саймоном по левую. Андреас восседал напротив. Обед был приятным и сердечным.

– Так, во сколько завтра всё начнётся? – спросил Андреас, поедая десерт.

Рэйса посмотрела на Кэролин, но Андреас не обратил на это внимания.

– Этот фруктовый пирог восхитителен. Нона превзошла себя, – сказал Андреас, разглядывая свой десерт.

– Что начнётся? – поинтересовалась Кэролин.

– Я начисто забыла о приглашенных из "Копеко", – Рэйса накрыла своей рукой руку Кэролин.

Андреас понял, что начинаются проблемы. Он не вмешивался, пока женщины продолжали говорить. Кэролин выглядела расстроенной. А Саймон неожиданно посмотрел на мать, понимая, что её голос звучит странно.

– Как ты могла забыть об этом? – горько обронила Кэролин, собираясь уйти. Она обратилась к Андреасу: – Прошу меня извинить, но я устала, это было длинный день. Саймон, дорогой, когда доешь десерт, поднимайся ко мне в комнату.

– Хорошо, мама.

Кэролин ушла, а. Рэйса осталась сидеть, глядя в пространство безумными глазами.

– Рэйса, завтра приезжает мой папа? – невинно спросил Саймон.

Рэйса посмотрела на мальчика и, как будто это неожиданно причинило ей боль, отвела глаза. Внезапно Андреас понял проблему.

– Рэйса? – Саймон положил свою руку поверх её.

Рэйса повернулась к ребенку, и её лицо внезапно смягчилось, ведь она смотрела на ребенка, который так сильно напоминал ей Кэролин. Она потрепала его по волосам и улыбнулась.

– Ты так похож на свою маму, Саймон.

Саймон улыбнулся ей.

– Да, мой папа тоже это всё время говорит.

Рэйса улыбнулась мальчику и снова опустила взгляд на свою тарелку.

– Да, Саймон, твой папа, наверное, приедет завтра, – сказала она мягко, подняв голову и встретив пристальный взгляд Андреаса.

– Хорошо, я соскучился по нему, – сказал Саймон, доедая десерт.

Рэйса пристально посмотрела на мальчика.

– Саймон, почему бы нам не поиграть в шахматы прежде, чем ты отправишься к маме? – спросил Андреас, глядя на Рэйсу. Она посмотрела на брата и поняла, что он давал ей время поговорить с Кэролин.

– Конечно, это было бы здорово, Андреас.

– Да, спасибо Андреас, – сказала Рэйса брату. – Саймон, наслаждайся игрой с Андреасом; а я пока поговорю с твоей мамой и предупрежу, что ты придешь к ней позже.

Саймон кивнул ей с улыбкой, и Рэйса отправилась на поиски Кэролин.

***

Рэйса нашла Кэролин, сидящей за туалетным столиком, уставившись в зеркало. Она даже не слышала, что Рэйса вошла.

– Кэролин…

– Почему?

– Я забыла, клянусь, – сказала Рэйса, встав перед нею на колени.

– Я не могу встретиться с Мэттом завтра. Я не могу так поступить с Саймоном. Мне нужно время, – волнение Кэролин нарастало с каждой секундой.

– Ничего страшного не произойдет, Кэролин. Никто не отнимет тебя у меня, – убежденно сказала Рэйса.

– Разве ты не понимаешь, что это приведет к катастрофе? – раздраженно бросила Кэролин, поднимаясь и уходя прочь. – Я не хочу впутывать в это Саймона!

– Я никогда не причинила бы вреда Саймону! – взорвалась Рэйса.

Теперь Кэролин повернулась к ней.

– Если Мэтт будет здесь, обязательно что-нибудь произойдет. Ты ведь не думаешь, что он не приедет?

– Ничего не случится, я обещаю. С Саймоном всё будет в порядке, – Рэйса старалась говорить убедительно, но даже она знала, что всё может выйти из-под контроля.

Кэролин подбежала и спрятала лицо у неё на шеё. Цепляясь за Рэйсу, она бормотала:

– Я не могу потерять сына, Рэйса, я не могу потерять сына.

– Никто не отнимёт у меня ни одного из вас, Cara mia. Никто, – шептала Рэйса в волосы Кэролин.

***

Следующим утром начали прибывать сотрудники "Копеко" со своими семьями. Рэйса и Андреас приветствовали их. Комнаты для их размещения были подготовлены в другой части дома. К концу завтрака большинство приглашённых отдыхало вокруг бассейна. Кругом бегали дети, и радостные голоса наполнили воздух. Кэролин разговаривала с несколькими знакомыми женщинами.

Глаза Рэйсы периодически искали её, чтобы удостовериться, что Кэролин всё ещётам и всё ещё принадлежит ей.

Около двух часов дня перед гасиендой остановился "Лэнд ровер", и из него вышел Мэтт Стэнбек. Саймон сразу заметил его и рванулся к отцу:

– "Папа!"

Две пары глаз проследили его путь: одни – со страхом, другие – с гневом.

***

Рэйса наблюдала, как Мэтт взял сына на руки и обнял его. Она заметила, как его глаза обшарили всё вокруг в поисках Кэролин. Найдя её, он направился в её сторону. Рэйса рванулась было туда же, но была остановлена Андреасом.

– Пусти меня! – рыкнула она.

– Успокойся, ты же не хочешь этого. Не сейчас; думай, Рэйса, думай! – убеждал Андреас, удерживая её за руку.

– Она моя!

В её глазах одновременно плескались страх и гнев. Первый раз Андреас увидел её уязвимость.

– Да, она тебя любит. И нет никакой необходимости идти на штурм прямо сейчас. Играй, чтобы выиграть. Так ты не победишь. Все, что ты сделаешь, это устроишь сцену и вовлечешь Кэролин в скандал. Ты этого хочешь? Ты хочешь, чтобы Саймон это увидел? – Андреас сразу понял, что смог до неё достучаться. На данный момент Рэйса ещё могла рассуждать здраво.

– Я не хочу потерять её. Я не могу, – закончила она мягко.

– И не потеряешь, – легко согласился Андреас.

Он никогда не видел Рэйсу такой. Она всегда была сильной. Единственной, кто боролся с отцом за то, чтобы он мог оставаться в "Вираго" и вести такую жизнь, которую любил. Она сумела сохранить "Копеко" после смерти отца и, как и следовало ожидать, возглавила компанию. Он всегда считал, что она не нуждается ни в чьей поддержке. А теперь он был тронут её уязвимостью. Впервые он чувствовал, что должен её защитить. Андреас проследил за её взглядом и увидел, как Мэтт приближается к Кэролин, держа Саймона за руку.

***

– Господин Стэнбек, здравствуйте, я – Андреас Андиета, – сказал Андреас, протягивая руку.

– Здравствуйте, господин Андиета. Ваша гасиенда великолепна", – ответил Мэтт, пожимая руку Андреаса.

– Спасибо. Эта гасиенда принадлежит нашей семье на протяжении уже пяти поколений, – сказал Андреас гордо.

– Я объяснял жене, что мой рейс был отложен, поэтому я задержался.

– Ну, главное, что вы здесь, – сказал Андреас вежливо. – Мы получили огромное удовольствие от общества Кэролин и Саймона в эти несколько дней.

– Спасибо, – сказал Мэтт, посмотрев на Кэролин, но она отвела глаза.

Прежде чем Мэтт смог сказать что-нибудь еще, вмешался Андреас.

– Почему бы вам не выпить что-нибудь в баре у бассейна, чтобы снять усталость. Здесь в джунглях жизнь течёт в другом ритме, но в этом есть свои плюсы.

– Да, это ни на что не похоже, – ответил Мэтт дипломатично.

– Папа, у Андреаса и Рэйсы здесь есть карликовые лошади, – прервал Саймон взволнованно.

Мэтт заметил, как Андреас взъерошил волосы мальчика и одарил его располагающей улыбкой.

– Я рад, что тебе здесь нравится, Саймон.

Кэролин нашла глаза Андреаса и показала взглядом в сторону. Андреас и предположить не мог, что увидела Кэролин. Он повернулся как раз вовремя, чтобы заметить Рэйсу в нескольких шагах от них. Ему оставалось только молиться, чтобы она держала себя в руках.

– Андреас, мужчины готовы к охоте. Они ждут тебя. Вы к ним присоединитесь, Мэтт? – спросила Рэйса внезапно.

Мэтт собирался отказаться, когда вклинился Андреас.

– Вы не можете пропустить это, господин Стэнбек. У нас здесь просто огромные кабаны. Конечно, он присоединится. Все мужчины едут.

Андреас не дал ему никакой возможности вежливо отказаться.

– Да, конечно, я присоединюсь. Пожалуйста, зовите меня Мэтт.

– Значит, решено. Мэтт, Антонио проводит вас в вашу комнату, чтобы вы могли переодеться во что-то болеё подходящее, и мы вас ждем.

– Пойдем со мной, дорогая, мы сможем перекинутся парой слов, пока я буду переодеваться, – сказал Мэтт, беря Кэролин за руку.

Рэйса собиралась последовать за ними, но Андреас остановил её.

– Саймон, побудь здесь, пока я поговорю с мамой, – бросил Мэтт назад, не дав сыну пойти за ними.

Андреас заметил разочарование мальчика.

– Саймон, там мальчики собираются играть в волейбол. Поторопись и сможешь присоединиться к ним.

Саймон посмотрел туда, куда он указывал, улыбнулся и побежал к другим детям.

Рэйса не могла этого выдержать и попыталась вырваться.

– Пусти! Ты не понимаешь.

– Я понимаю. Она должна сама порвать с ним, Рэйса. Ты не можешь сделать этого за неё, – настаивал Андреас.

– Ты не понимаешь!

– Понимаю, – слабо запротестовал сказал Андреас.

– Ты просто не можешь. Андреас, она нужна мне! – сказала Рэйса в отчаянии.

– Ты думаешь, если я не веду себя как ты, то я не могу чувствовать так же сильно?

Рэйса глубоко заглянула в глаза брату.

– Я понимаю Рэйса. Я понимаю.

– Андреас…– начала она.

– В другой раз, не сегодня. Только одна страстная любовная интрига в семье Андиета за раз, – сказал он ей с улыбкой. – Пойдем, пора вернуться к гостям.

Он повел сестру обратно к остальным.

***

– Что происходит, Кэролин? Что, чёрт возьми, здесь происходит? – потребовал Мэтт.

– Перестань орать!

– Я хочу, чтобы это безумие прекратилось. Мы несколько дней будем вести себя как цивилизованные люди, а потом уедем, – сказал Мэтт, начиная распаковывать вещи.

– Я не вернусь, – сказала Кэролин мягко.

– Конечно, вернешься. Ты не сможешь получить здесь надлежащего ухода. Доктор предупреждал, что ты сейчас излишне эмоциональна из-за ребенка, – он продолжал распаковывать вещи.

– Что? О чем ты говоришь? – Кэролин выглядела озадаченной.

– Звонил доктор, и я говорил с ним. Почему ты не рассказала мне? – теперь Мэтт поднял голову, чтобы встретиться с ней взглядом.

– Это не может быть правдой, – сказала она слабо.

– Неужели ты не знала? – спросил Мэтт в замешательстве.

– Нет, – сказала Кэролин, ища место, чтобы присесть, пока ноги ей не отказали.

– Ну, это объясняет твоё странное поведение. Доктор сказал, что некоторые женщины становятся невероятно чувствительными и излишне эмоциональными. Так что, как видишь, это совершенно естественно. Всё нормализуется, когда твои гормоны утихомирятся. А у Саймона появится братик или сестрёнка, – сказал Мэтт толи ей, то ли себе, одеваясь.

Кэролин потрясённо молчала.

– Одного я не понимаю, как ты здесь оказалась. Я не знал, что ты так хорошо знаешь Рэйсу Андиету. Я думал, что твои благотворительные банкеты были пустой тратой времени. Но сейчас твоё близкое с ней знакомство пойдет нам на пользу.

– Мэтт, пожалуйста, замолчи, – сказала, наконец, Кэролин, прижимая руки к вискам.

Мэтт развернулся и собирался что-то сказать, когда заметил её внезапную бледность.

– Тебе нехорошо, Кэролин?

– Это не то, о чём ты подумал! – она взволнованно вскочила.

– Тебе станет лучше…

– Нет! Мне не станет лучше! Я тебе не верю. Ты лжешь!

– Позвони своему доктору, если не веришь мне, – сказал Мэтт, сдерживая гнев.

– О Боже, нет, – всхлипнула она, снова падая на стул.

Весь её мир ускользал сквозь пальцы.

"Как я расскажу об этом Рэйсе?" – вертелось у неё в мыслях.

– Кэролин, я знаю, в последнее время между нами не всё было гладко…

В этот момент что-то внутри неё щелкнуло.

– Да что ты говоришь? Значит, ты признаёшь, что всё пошло не так? – с издёвкой воскликнула Кэролин.

– Кэролин, ты преувеличиваешь.

– Сукин сын!

Она размахнулась, но он схватил её в охапку и толкнул на кровать.

– Успокойся, не ставь меня в неудобное положение, Кэролин!

– Я никогда не вернусь к тебе. Никогда! – кричала она с постели.

– Вернешься, – сказал Мэтт, садясь на стул и надевая ботинки. – Ты не сможешь оставить Саймона. И ребенок, растущий внутри тебя, тоже мой. Эта страна признает мои права на них, Кэролин!

– Как я могла выйти замуж за такое чудовище? – всхлипнула она.

Мэтт не потрудился ответить.

– Мэтт, всё кончено. Отпусти меня. Пожалуйста, я тебя умоляю.

– Нет, – бросил он.

– Я не люблю тебя, Мэтт, – раздался голос чуть слышнее шёпота.

– Прекрасно.

– Мэтт, отпусти меня. Ты знаешь, как был зачат этот ребенок. Позволь мне уйти прежде, чем исчезнет все хорошее, что было между нами, – просила она его.

– Этот ребенок был зачат в любви, Кэролин!

– Ты изнасиловал меня, Мэтт! О какой любви может идти речь? – она больше не могла сдерживать рыданий.

– Ты моя жена и я имею право, – сказал он, не глядя на неё. – Я дам тебе развод, Кэролин, но Саймон остается со мной.

– Ты знаешь, что я не брошу сына, ты знаешь это! – воскликнула она в отчаянии.

– Тогда будь примерной женой и избавься от этих бредовых идей, – потребовал он. – Подумай над моими словами, Кэролин.

На этой ноте он вышел из комнаты, оставляя её наедине с её муками.

***

Кэролин стояла у окна и видела, как Рэйса на мгновение задержала на ней взгляд. Как глава "Копеко" Рэйса поехала на охоту вместе с мужчинами. Она была единственной женщиной среди них. Бросив прощальный взгляд на Кэролин, она ускакала прочь.

Кэролин поднесла к виску дрожащую руку.

"Это не может быть правдой, – повторяла она снова и снова. – Это не может быть правдой".

Она давно собиралась уйти от Мэтта, но не могла увезти Саймона из страны без его разрешения. Однажды ночью её "нет" не сработало и… она закрыла глаза, и слёзы побежали по её лицу. Тогда начались её отношения с Рэйсой. В тот момент она ни о чём не думала, её бросало из крайности в крайность. Она приняла тот факт, что хочет Рэйсу, и ею овладело единственное желание – сбежать от Мэтта.

В тот полдень, когда она обратилась к Рэйсе за помощью, она была в отчаянии. Мэтт недвусмысленно дал ей понять, что будет брать её тело, когда захочет. Побег стал навязчивой идеей для Кэролин. И она сбежала прямо в объятия Рэйсы Андиеты.

Она знала, что Рэйса её любит, но призраки прошлого не дают ей покоя. Она должна была заставить Рэйсу понять, сказала себе Кэролин. Рэйса поможет ей. Должна помочь.

Её руки накрыли живот, словно пытаясь защитить растущую в нём жизнь. Она должна была рассказать Рэйсе правду. Другого пути не было. Она должна верить, что Рэйса любит её достаточно сильно.

***

Наконец, наездники вернулись с двумя кабанами в качестве трофеев. Вечером планировался званый ужин, так что все разошлись по комнатам переодеться для торжества.

Рэйсе не удалось повидаться с Кэролин до самого вечера. Ещё не все спустились к ужину, поэтому Рэйса сразу увидела Кэролин вместе с Марией Кабалер, и отправилась к ним.

– Добрый вечер, – раздался голос Рэйсы.

Кэролин не заметила, как она вошла в комнату. Обернувшись, она заглянула в глаза, которые каждый раз заставляли её сердце биться чаще.

Обе женщины ответили:

– Добрый вечер.

– Мария, вы не оставите нас с госпожой Стэнбек на минутку? – спросила Рэйса любезно.

– Конечно, – согласилась женщина и ушла.

Рэйса повернулась к Кэролин и улыбнулась ей.

– Мне не хватало тебя сегодня, – прошептала она.

Кэролин вернула улыбку.

– Мне тоже тебя не хватало, любимая.

– Я говорила тебе, как мне нравится, когда ты зовешь меня "любимая"?

Рэйсу затопило чувство восторга. Кэролин по-прежнему смотрела на неё влюблёнными газами. Она не бросит её. И это знание заставляло её голову кружиться от счастья.

– Неужели нравится?

– Да.

– Тогда я буду делать это чаще, – сказала Кэролин с любовью.

"Это идеальный момент", – подумала Рэйса. Она глубоко вздохнула.

– Кэролин, я хочу провести остаток…

Марио Кабалер, муж Марии, прервал её:

– Добрый вечер, госпожа Андиета, госпожа Стэнбек, – сказал он с улыбкой. – Вы не видели мою жену?

– Добрый вечер, Марио. Кажется, она вышла на веранду, – вежливо отозвалась Рэйса.

– Спасибо!

Уже уходя, он неожиданно обратился к Кэролин:

– О, кстати, госпожа Стэнбек, примите мои поздравления по поводу будущего ребенка. Мэтт, кажется, очень счастлив.

В этот момент появился Мэтт и обнял Кэролин за талию.

– Прости, дорогая, но я был так взволнован новостью, что должен был рассказать Марио.

Кэролин перевела взгляд на Рэйсу, и ей показалось, что дверь между ними захлопнулась.

К её чести, прежде чем делать выводы, Рэйса спросила:

– Ты ждешь ребенка, Кэролин?

Кэролин не могла этого отрицать:

– Да.

Рэйса улыбнулась, и холодность её глаз заставила Кэролин вздрогнуть.

– Поздравляю, Мэтт, прошу меня извинить.

С этими словами она покинула комнату.

***

Без хозяйки вечеринка закончилась довольно рано. Мэтт пошел прогуляться с Саймоном, а Кэролин ждала Рэйсу. Нона сказала, что она умчалась на Фуриёсо. Кэролин всё ещё надеялась, что они смогут во всем разобраться.

Она стояла у окна в одной из гостиных нижнего этажа, когда вошла Рэйса.

Кэролин повернулась к ней и произнесла со всей нежностью, которую могла выразить словами:

– Я люблю тебя.

– Неужели? – сказала Рэйса с насмешкой. – Когда ты собиралась мне всё рассказать? Ты хуже шлюхи! Они, по крайней мере, честны.

Рэйса держала между ними дистанцию.

– Нет, пожалуйста, не делай этого, – только и смогла сказать Кэролин.

Этот день принёс столько потерь, что она едва держалась.

– Ты здорово обвела меня вокруг пальца.

– Рэйса, позволь мне объяснить, – Кэролин направилась к ней.

– Ты беременна, Кэролин? – потребовала она.

– Да, но…

– Никаких но. Я в такой ярости, что хочу кричать от злости! – прошипела Рэйса сквозь зубы.

– Да позволь же мне всё объяснить! – взорвалась Кэролин.

– Не смей повышать на меня голос, – Рэйса неожиданно прижала её к стене и схватила за подбородок. – Я уважала тебя. Я не считала тебя шлюхой. Я любила тебя. Я положила свой мир к твоим ногам, и всё это время ты была с ним. Ты лгала мне. Ты говорила, что принадлежишь только мне. Всё время, пока я была внутри тебя, всё время, пока мои губы ласкали тебя. Всё это время… О, Боже!

Рэйса отпустила её и снова воздвигла между ними некоторую дистанцию. Внутри неё клокотал гнев.

– Убирайся к чёрту, пока я не убила тебя, – сказал Рэйса мягко, стоя спиной к Кэролин. И почему-то мягкость её голоса была болеё угрожающая, чем крик.

Рэйса почувствовала, как Кэролин сзади обвила её руками, и быстро вырвалась, снова оказавшись с ней лицом к лицу.

– Не приближайся ко мне! Если сделаешь это, я тебя ударю – прорычала Рэйса; пятясь назад, пока не уперлась спиной в стену.

В глазах Кэролин была мольба, пока она продолжала приближаться. Она прижалась к телу Рэйсы, помня слова Ноны о том, что Рэйса никогда не сделает ей больно.

Кэролин сильнеё прижалась к Рэйсе, склонила голову ей на плечо и, закрыв глаза, заплакала.

Рэйса прислонялась к стене, откинув голову назад и закрыв глаза. Она чувствовать прижавшеёся к ней тело Кэролин и знала, что та плачет. Она не могла контролировать то, что сделала дальше. Её руки поднялись по спине Кэролин и сжали её в объятиях.

– Я узнала, что беременна, только сегодня, – сказала Кэролин сквозь слезы. – Все, что я говорила тебе, правда.

Внезапно Кэролин была оторвана от теплого тела Рэйсы.

– Ради Бога, не лги, – Рэйса снова отошла от неё.

Она шла как человек, разом лишившийся всех сил. Запустив пальцы в волосы, она села на стоящий рядом диван и позволила голове откинуться назад.

– Не лги больше, Кэролин. Я не могу…

– Рэйса, когда я звонила тебе в тот день, я была в отчаянии. У нас с Мэттом тогда произошла крупная ссора. Мы уже долгое время не жили как муж и жена.

Подняв голову с дивана, Рэйса внимательно слушала. Кэролин заметно нервничала.

– Я хотела развода, но он не позволял мне забрать Саймона из Венесуэлы. Я не могла уехать без сына. – Кэролин отвела глаза, но продолжала под пристальным взглядом Рэйсы: – Однажды ночью Мэтт пришел домой и… я… – она не могла продолжать.

– Ты с ним трахалась, – холодно закончила за неё Рэйса.

Кэролин повернула к ней лицо, полное боли.

– Он изнасиловал меня!

Она начала плакать, закрыв лицо руками. Рэйса подозртельно смотрела на неё, не зная верить ей или нет.

– Пожалуйста, пойми. Пожалуйста, я люблю тебя, – умоляла Кэролин.

Рэйса схватила её за подбородок и заглянула в глаза.

– Ты не лжёшь, – сказала она, поддаваясь власти гнева.

Теперь ничто не остановит бурю.

Кэролин физически ощущала холодную ярость, исходящую от Рэйсы. Рэйса выпустила её и скрылась в другой комнате. Сняв со стены винтовку, она прошла в кабинет, разбила торцом стекло и прихватила коробку пуль. Кэролин в ужасе наблюдала за её действиями.

– Нет, нет, ты не можешь! – помчалась Кэролин к Рэйсе, когда та зарядила оружие и щелкнула затвором. Рэйса не видела и не слышала её.

Это случилось в одно мгновение. Их мир рухнул, когда Андреас вошел через одну дверь, в то время как Мэтт – через другую.

Кэролин пыталась остановить Рэйсу, и рука женщины ударила её, опрокинув на пол в тот момент, когда появился Саймон. Мальчик увидел падение матери и кровь, собирающуюся в уголке её рта.

Рэйса направила оружие на Мэтта, и Андреас бросился к ней. Прозвучал выстрел в воздух. Мэтт оказался рядом с ней, когда она уже вырвалась от Андреаса. Рэйса нанесла мужчине удар в живот торцом винтовки, и он, задыхаясь, упал на колени. Она дико вскрикнула и ударила его по голове. Когда Мэтт упал, по полу разлилась лужа крови.

Пока Андреас и Кэролин в ужасе смотрели, как она снова взводит курок, чтобы пристрелить Мэтта, Саймон закрыл собой отца. Рэйса направила винтовку ему в грудь.

– Уйдите от моего папы! – крикнул Саймон на пределе легких.

Ненависть в глазах мальчика ошеломила её. Воспользовавшись её замешательством, Андреас подошел сзади и забрал винтовку из её рук.

– Я ненавижу Вас! Ненавижу! Вы сделали папе больно. Мама, мамочка, – кричал Саймон.

Внезапно Рэйса заметила на полу Кэролин, из носа и разбитой губы которой текла кровь.

Рэйса была как в тумане. Она оглянулась вокруг, и внезапно осознала весь ужас содеянного. Её мир рушился у неё на глазах. Она тяжело оперлась на брата.

Кэролин подошла к Саймону, который разрыдался у неё на руках.

– Она и тебе сделала больно, мама. Я хочу уйти отсюда. Она убила моего папу, она убила папу!

Мэтт пошевелился и застонал. Из его головы текла кровь.

– Папа!

Саймон покинул объятия матери и бросился к отцу. Мэтт медленно сел.

Кэролин в оцепенении смотрела на Рэйсу. Их глаза на мгновенье встретились, и Кэролин отвела глаза. Всё было кончено.

***

Внезапно окружающие звуки ворвались в её голову. В комнату вбежало несколько слуг в сопровождении Ноны. Саймон рыдал. Кэролин сидела на полу как неживая, а Андреас держал сестру сзади.

Рэйса стояла на ногах лишь благодаря поддержке Андреаса.

Нона приказала слугам закрыть все двери и окна и не впускать других гостей. Выстрелы разбудили многих, и гул голосов приближался.

Андреас очнулся первым. Он развернул Рэйсу и усадил её на ближайший стул. Она не двигалась. Он поверил, что она всё еще в шоке. Когда он отпустил её, она вскочила и бросилась к Кэролин.

– Кэролин! Кэролин! – кричала Рэйса, пока Андреас тащил её назад.

С истеричными криками Саймон потянулся к матери:

– Мама! Мама!

– Кэролин! Пожалуйста… Пожалуйста, Кэролин! – продолжала просить Рэйса.

Мэтт попытался подняться. Нона приказала одному из слуг помочь ему сесть на диван, а сама направилась к Рэйсе.

– Mi angel…ella no es para ti, – Мой ангел… она не для тебя, сказала Нона мягко, пытаясь обнять Рэйсу.

– Yo la amo….ella es mia Nona. Yo la amo! – Я люблю её… она моя, Нона. Я люблю её! – умоляюще кричала Рэйса.

– No mi angel…ella no es para ti, – Нет, мой ангел… она не для тебя, крепко удерживая её, убеждала Нона.

Рэйса позволила воплю вырваться наружу, выпуская всю боль, что была у неё внутри, и разрыдалась на руках у Ноны.

– Yo la amo….Yo la amo, – Я люблю её… я люблю её, всхлипывала она как ребенок.

Она упала на пол, и Нона опустилась рядом с ней на колени, снова обняла её и стала укачивать в своих объятиях.

Андреас подошел к Кэролин и помог ей подняться. Их глаза на миг встретились. – Я думаю, всё еще можно исправить, – прошептал он ей.

– Нет … ничего не выйдет, – Кэролин прижала Саймона к себе и направилась к Мэтту.

***

Андреас взял всё на себя. Для Рэйсы время, казалось, остановилось. Она знала, что всё было кончено. Она видела это в глазах Кэролин. И всё же она не могла принять этого.

Рэйса внезапно пришла в себя и поняла, что потеряла счёт времени. Она знала, что вызывали доктора, и Мэтт оправится от сотрясения. Она не убила его. Он забрал у неё все, что имело для неё значение, и теперь она ненавидела его больше, чем когда–либо. Она поняла, что Кэролин уедет с ним. Так же, как это сделала её мать… и она никогда больше не услышит её, не вдохнет её аромат, не почувствует её вкус. Она знала, что должна найти Кэролин. Она должна была найти Кэролин прямо сейчас!

***

Она вышла из комнаты, поставив перед собой цель. Она должна была найти Кэролин, должна заставить её остаться. Она не позволит ей уйти. Она заставит её…

Рэйса тряхнула головой. Она чувствовала, что теряет контроль. Все, что она знала наверняка, что её жизнь без Кэролин не имеет смысла. Она не была готова к этому. Она была полна эмоций, неукротима и свободна.

Она обыскала весь дом, затем выбежала на веранду, которая тянулась по всему второму этажу. Повернув голову, она увидела силуэт Кэролин. Инстинктивно Кэролин обернулась в тот же самый момент. Их глаза встретились: в одних была неуверенность, другие были полны печали.

Рэйса оказалась перед Кэролин прежде, чем та сумела вздохнуть. Рэйса протянула руку, и Кэролин отступила назад.

– Нет, – отрезала она.

Рэйса так и застыла с протянутой рукой, и приглушённый крик сорвался с её губ.

– Не подходи…

Кэролин только тряхнула головой, когда слезы полились из глаз.

– Я не могу остаться здесь… постарайся понять, – убеждала она сквозь слёзы.

Внезапно замолчав, она пыталась подавить рыдания.

Рэйса подошла к ней и грубо обняла её. Она попыталась найти губы Кэролин, но та оттолкнула её.

– Нет! – Кэролин снова оказалась на безопасном расстоянии. – Нет! Одного желания не достаточно! Я не могу остаться здесь! Куда бы я ни посмотрела… вокруг меня сплошная жестокость… этот круг насилия никогда не разорвать, – Кэролин положила руки на живот. – Я не буду рожать ребенка в этой стране… Я не могу так жить, – рыдала она.

– Мы можем вместе уехать из Венесуэлы… Я отправлюсь за тобой, куда бы ты ни пожелала! – просила Рэйса.

Кэролин видела отчаяние в её глазах.

– Нет… я не могу… – сказала Кэролин мягко и опустила глаза.

– Не можешь или не хочешь?

Рэйса не пыталась снова прикоснуться к ней. Через несколько минут Кэролин подняла глаза и была поражена видом стоящей перед ней новой женщины.

Эта новая Рэйса была холодна и полностью владела собой. Она сделала несколько шагов к перилам веранды, а затем медленно обернулась.

– У компании есть филиал в Техасе. Мэтт там преуспеет. Он получит легкую работу, от которой не сможет отказаться. Твой сын будет жить в цивилизованной стране, а твой будущий ребенок станет американцем. Ты превратишься в одну из многих "Копеко"-жён. Твой муж изредка будет крутить интрижки, а затем возвращаться домой и трахать тебя, когда у него будет время.

Кэролин безмолвно стояла, потрясенная этой речью.

– Рэйса… – начала она.

Рэйса подняла руку, призывая её к тишине.

– Не нужно меня благодарить. Однажды ты проклянешь меня. Потому что это твоё наказание, Кэролин… Ты проклянёшь меня за это.

Кэролин в страхе отступила перед этой незнакомкой.

– Твоя кровь будет пылать, как моя. Ты будешь мечтать о моих прикосновениях и о моих губах. Ты будешь хотеть меня каждый день своей жизни. Я проклинаю тебя, Кэролин! Я никогда не прикоснусь к тебе снова! – на этой ноте Рэйса развернулась и ушла.

Андреасу понадобилось несколько дней, чтобы всё устроить. Мэтт, Кэролин и Саймон улетели назад в Каракас. Мэтт принял извинения и согласился с условиями, не говоря ни слова. Он получил повышение по службе и планировал с семьей вернуться в США в ближайшее время. Кэролин больше не видела Рэйсу до отъезда из"Вираго", и Мэтт не требовал от неё никаких объяснений.

***

Кэролин уведомила школу, что Саймон туда не вернётся. Она связалась со своими родителями, которых очень обрадовало их скорое возвращение в США. Через две недели они покинут Венесуэлу.

Напряжение в городе только возросло с тех пор, как она последний раз была здесь. Повсюду на стенах были политические надписи. Общественный транспорт бастовал. Какие-то люди захватили улицу, и для восстановления порядка была вызвана армия.

Всё произошло очень быстро. Отряды захватили радиостанции и окружили резиденцию президента "Casa Rosada". Всё вылилось в гражданскую войну. На улицы вышла полиция. Повсюду раздавались выстрелы, в небе кружили вертолеты. Часами можно было слышать танки и автоматные очереди. Мир страха, который предсказывала Кэролин, наступил. Начались грабежи и уличные беспорядки.

Мэтт куда-то вышел и не вернулся, слуги оставили попытки добраться домой, и Кэролин осталась с Саймоном одна. Когда она услышала звук пролетавшего вертолета и раздавшийся вскоре стук в дверь, её колени подогнулись от страха. Саймон в ужасе спрятал лицо в руках. Кэролин знала, что начались грабежи.

Раздался звук ломающейся двери, и трое мужчин вошли в дом. Кэролин сильнее прижала к себе Саймона и в этот момент она увидела Рэйсу.

– Пойдем, – позвала она с собой. – Вы больше не можете здесь оставаться!

Кэролин последовала за ней к вертолету, который приземлился в нескольких ярдах от дома. Выстрелы можно было расслышать даже сквозь шум пропеллеров. Рэйса протянула ей руку, и Кэролин приняла её. Она оказалась в вертолете одновременно с Саймоном, которого поднял в кабину один из сопровождающих Рэйсы.

Всё было так нереально. Рэйса протянула руку и пристегнула её. Вертолет поднялся в воздух. Кэролин увидела внизу бегущих мужчин, которые стреляли в них в то время, как они поднимались все выше и выше. Рядом просвистела пуля, и она почувствовала руки Рэйсы, обнимающие её.

Через несколько минут они приземлились. Она осмотрелась и поняла, что они были в аэропорту "Maiquetia" за пределами Каракаса. Кэролин была потрясена. Внезапно её подняли в воздух и вынесли из кабины вертолёта. Она увидела, как Саймона на руках несут к ожидающему реактивному самолету.

Кэролин повернулась и немедленно почувствовала рот Рэйсы на своих губах. Рэйса так же неожиданно поставила её на землю и достаточно громко сказала ей на ухо, прижимая женщину к себе.

– Теперь я ничего тебе не должна. Если мы снова встретимся, держись от меня подальше или я убью тебя.

Рэйса оттолкнула её от себя, и кто-то потянул женщину к самолету, потрясение и боль все еще были написаны у неё на лице. Она неуклюже поднялась по трапу и увидела внутри Мэтта и Саймона. Кэролин обернулась и еще раз посмотрела на Рэйсу прежде, чем дверь закрылась.

Рэйса стояла, и её волосы дико развевались вокруг. Она видела, как Кэролин обернулась. Она стояла там, когда дверь закрылась, и продолжала стоять на том же самом месте после того, как самолет уже улетел.

Кто-то потянул её за руку, и она увидела, как ей указывают на машину. Она села в ожидающий автомобиль и взяла телефон.

– Госпожа Андиета, он у нас, – услышала она с той стороны.

– Хорошо, я встречу вас в Клубе. Телестанция все ещё под нашим контролем?

– Да,"V–Vision" находится под нашим контролем.

– Хорошо, я скоро там буду.

Рэйса подала сигнал водителю, и пуленепробиваемый автомобиль в сопровождении четырех других удалился на большой скорости. Рэйса надела темные очки, ношением которых была известна. Она была в нескольких часах пути от невообразимой власти или несомненной смерти. Она убедилась, что сдержала своё слово, успокаивала она себя. Она отпустила Кэролин. Кэролин была в безопасности, она позаботилась об этом. Теперь она могла сосредоточиться на единственно важной вещи. Ставкой в этой игре была её жизнь. И в этот момент её не сильно заботила осторожность.

***

Военный переворот в Венесуэле потерпел неудачу, сообщали все агентства новостей. В последнюю минуту президент выбрался из окружения на вертолете. Этот вертолет приземлился в Сельском клубе, близ резиденции "Colinas", а затем президент каким–то образом сумел добраться до телевизионной станции "V–Vision". Он забаррикадировался там вместе с лояльными ему людьми.

Президент обратился к людям. Неожиданно его поддержали военные, и за несколько недель город снова оказался под его контролем. Порядок был восстановлен, зачинщики схвачены. Вскоре после этого стало очевидно, что баланс сил изменился. Теперь "Копеко" стала главным игроком.

За несколько месяцев ситуация стабилизировалась. Выборы прошли, как и ожидалось. За несколько лет Рэйса получила абсолютный контроль почти над всем, что двигалось, происходило, жило и дышало. Её власть была необъятна, и "Копеко" стала наиболеё мощным конгломератом, который когда-либо знала Латинская Америка. Компания росла и расширялась.

***

Ночью раздался женский крик. Все знали, что лучше даже не пытаться вмешаться. Слуги научились ничего не слышать и не видеть. Им за это хорошо платили. Женщины приходили и уходили. С ними обращались лучше или хуже, но ни одна из них не жаловалась. Их руки всегда были полны денег. И если честно, был бы шанс, они бы возвращались за бОльшим.

Было темно, и две фигуры на кровати, наконец, затихли. Рэйса встала и обнаженной прошла к французским дверям. Она решительно их распахнула и позволила ворваться ветру. Земля и воздух пахли начинающимся штормом.

Рэйса вышла на веранду и позволила ветру ласкать себя. Лунный свет обнимал её тело, и она подняла лицо, разрешив себе почувствовать его нежность. Она слышала только ветер, кружащийся вокруг неё. Рэйса набиралась сил от шторма, вбирая его в себя. Внезапно она услышала музыку, вспыхнул свет и над землей разнесся раскат грома. Её снова обступила темнота.

Краем глаза она заметила тень. Она повернулась к ней, не веря и всё же желая прикоснуться. Она снова услышала гром. Стихия сыграла с ней шутку. Тень потянулась к ней.

– Кэролин! – Рэйса обняла женщину, и её рот нашел губы, которые горели страстью и обещанием.

Тело в её руках не соответствовало её ожиданиям. Рот, который она целовала, был не таким тёплым и призывным. Она крепко закрыла глаза и оттолкнула тело, которое обнимала. Вспышка осветила балкон, и Рэйса увидела молоденькую девушку на полу.

В конце они все смотрели на неё со страхом.

– Вернись внутрь! – крикнула Рэйса.

Девушка поднялась и вернулась в спальню. Рэйса оглянулась вокруг и почувствовала абсурдность ситуации, гнев снова заполнил её.

Она вернулась в комнату со всеми демонами внутри неё. Девушка одевалась.

– Я подумала, что ты хочешь побыть одна, – мягко сказала девушка.

Снаружи снова сверкнула молния, сопровождаемая ревущим громом.

– Пока нет. Я все еще хочу секса. Прогулка снаружи располагает к этому.

Рэйса подошла к ней, схватила за ткань и дёрнула. Платье оказалась у ног девушки. Следующий раскат грома прозвучал даже громче, чем прежде.

***

Кэролин села в кровати. Оглядевшись вокруг, не зная точно, чего ждёт, она увидела вспыхнувшие за окнами огни. Её разбудил шторм. Она оглянулась на беспробудно спящего рядом Мэтта, потом медленно легла обратно и уставилась в темноту.

Она ненавидела просыпаться посреди ночи. Кэролин всегда чувствовала, будто темнота дразнит её. Темнота, что временами была прохладная и приглашающая, сейчас ощущалась как чуждая и угрожающая.

В последнее время она часто просыпалась по ночам. Она как всегда встала и вышла из спальни. Не включая света, Кэролин проверила детей, сначала заглянув в комнату Саймона, а затем своей дочери, Аманды. Убедившись, что с детьми всё в порядке, она пошла в большую комнату и села на шикарный белый диван, утонув в его мягкости. Её руки обвились вокруг её тела.

Кэролин заполнило желание, которое она испытывала неоднократно и с которым не могла бороться. Женщина закрыла глаза и разрешила голове упасть назад. Было так больно вспоминать, и будь она проклята, что не способна забыть.

Рэйса прокляла её. Кэролин все еще помнила жестокие слова и холодное выражение глаз Рэйсы. Её проклятьем было хотеть то, чего она не могла иметь. Кэролин огляделась вокруг. Она жила в богатстве и роскоши. Мэтту было необходимо кичиться своим успехом. Этот огромный дом был еще одним доказательство для него, как и его жена и дети.

Её дети были здоровы и казались счастливыми, повторяла она себе снова и снова. Большинство женщин хотело бы оказаться на её месте. Мэтт преуспевал в компании; его козырем было, что он пользовался покровительством главы "Копеко". Им восхищались коллеги, и он далеко ушел по служебной лестнице. Он был одним из "золотых мальчиков "Копеко".

Кэролин больше не видела Рэйсу с тех пор, как оставила Венесуэлу почти десять лет назад. Рэйса сдержала своё слово. Все, что она обещала Кэролин, случилось. Рэйса не пыталась войти с ней в контакт или вмешаться в её жизнь. Кэролин не слышала её голоса и даже не видела её фотографий, и всё же Рэйса была частью её даже больше, чем когда они были любовницами. Рэйса была у неё под кожей и в её крови. Рэйса заполняла её мысли и её мечты.

Снова в отчаянии Кэролин обвела взглядом комнату. Тяжелый ветер распахнул французские двери и заполнил комнату. Звуки шторма страстно кружились вокруг неё, и Кэролин простонала с болью в голосе:

– Оххххххх….

Она закрыла глаза только для того, чтобы почувствовать голод, который никогда не будет утолен. Её переполняла потребность касаться, чувствовать, испытывать на вкус и хотеть, хотеть, хотеть…

– Рэйса…– рыдала она в темноте.

***

Рэйса закричала от переполнявшего её удовольствия. Проснувшись посреди ночи, она села в кровати. Её тело покрылось потом. Она чувствовала удовлетворение и холод в одно и то же время. Только в такие моменты, после этих снов мечты, посланных с небес или из ада, она чувствовала себя действительно живой. Она расстроено встряхнула головой и снова закричала.

Она откинулась на кровати, вперив невидящий взгляд в потолок. Всё еще тяжело дыша, она пыталась восстановить дыхание после занятий любовью с памятью о женщине, которая все еще часто посещала её, даже после стольких лет.

Прошло уже почти десять лет с тех пор, как она последний раз дотронулась до Кэролин. У неё было так много женщин, что она потеряла им счет, и все их лица смешались. Рэйса поняла, что, прокляв Кэролин в тот день, она прокляла и себя. Только в мечтах Рэйса получала удовлетворение. Только в её придуманном мире она позволяла этой женщине прикасаться к ней и обладать ею. Она боролась с любовью к Кэролин долгих десять лет. Этого было достаточно, наконец, сказала она себе. Она снова села и уставилась в пустоту своей спальни. Она была одна. Она, наконец, признала, что это был её выбор.

***

Когда Кэролин проснулась утром, она ощутила одеревенелость тела, будто им не пользовались много лет. На мгновение она приложила руку к глазам, чтобы прикрыть их от солнечного света. Затем она осмотрела комнату. Листья были повсюду. Мраморный пол около французских дверей был влажным, сами двери всё еще широко распахнуты. Кэролин медленно встала и пошла навстречу солнечному свету, льющемуся снаружи. Она окинула взглядом свой сад, и её внезапно заполнила вновь обретенная энергия. Все было покрыто росой нового утра. Она могла слышать пение птиц, и её нос внезапно заполнил аромат роз.

– Mммммммм, – она вдохнула и закрыла глаза. – Ночь закончилась… Настал новый день.

***

Рэйсу заполнили вина и сожаление, когда пожилая женщина со слезами на глазах прижала её к себе.

– Мне жаль, что прошло так много времени, Нона, – она сжимала пожилую женщину в напряженном объятии. – Я была занята, но должна была приехать раньше.

– Надолго ты останешься на этот раз? – старая леди внимательно изучала её глаза.

– На несколько дней, я могу остаться только на несколько дней, – сказала Рэйса, отводя взгляд.

– Давай, посидим немного в тени.

Рэйса последовала за Ноной на веранду и села рядом.

– Антонио купил новых лошадей. Ты бы не хотела выбрать одну для себя? Возможно, она бы стала твоим продолжением и доставила бы тебе радость, – Нона с опаской посмотрела на неё.

– Нет, я просто возьму первую попавшуюся, когда приеду. Нет никакой необходимости выбирать животное специально для меня.

– Рэйса, ты должна простить себе Фуриёсо. Забудь об этом, – сказала Нона мягко.

Рэйса быстро встала и направилась к перилам. Она осматривала окружающий пейзаж, который когда-то приносил ей столько радости, и поняла, что потеряла это чувство. Она больше не ощущала здесь покоя.

– Я убила его, Нона. Он доверял мне, а я его убила, – сказала она без эмоций.

– Рэйса…

– Давай не будем лгать друг другу! – Рэйса развернулась и теперь смотрела прямо в лицо пожилой женщине. – Я убила его.

Нона опустила глаза, не в силах оспорить правдивость сказанного.

– Ты была не в себе в те дни.

– Это не оправдание, он доверял мне, любил меня, а я без сожалений забрала его жизнь, потому что… – Рэйса повернулась спиной к старухе, не в силах или не желая продолжать.

Нона подняла глаза.

– Если ты поговоришь о ней, возможно, призраки оставят тебя, – сказала пожилая женщина мягко. – Рэйса…

– Нет, – отрезала Рэйса.

– Mi Angel… – Мой Ангел…

– Я не хочу об этом говорить, – взгляд Рэйсы был твёрд.

– Рэйса, ты должна позволить этому гневу уйти. Он делает тебя…

– Чудовищем! – сказала Рэйса, и пожилая женщина столкнулась с ледяной маской на её лице.

– Нет, mi angel, ты не чудовище, – сказала старуха печально.

– Ты единственная, кто в это верит, – Рэйса спустилась с веранды, затем снова обернулась лицом к Ноне.

– Я старею, Рэйса, я хочу, чтобы ты обрела покой прежде, чем я оставляю этот мир.

Рэйса внезапно сократила расстояние между ними и встала на колени перед пожилой женщиной.

– Ты заболела, Нона?

Старуха улыбнулась и с любовью погладила Рэйсу по лицу.

– Нет, малыш, просто постарела.

Рэйса положила голову на колени старухи и, как и ожидалось, Нона стала гладить темные локоны.

– Я скучала по тебе, девочка моя, – сказала старуха мягко, и слезы потекли по её лицу. – Ты позволила этому гневу жить внутри себя слишком долго. Вся твоя страсть к жизни обернулась чем-то другим.

– Ты всё, что у меня есть, Нона, – сказала Рэйса и посмотрела на старуху.

– Ты должна позволить себе любить, Рэйса. Или однажды ты исчезнешь. Mi angel, я не всегда буду здесь. Я хочу, чтобы ты позволила себе снова полюбить.

– Я не хочу любить. Мне это не нужно, – сказала она кратко и встала.

– Рэйса!

– Нет! Такие, как я, должны держаться подальше от подобных чувств. Ты все забыла? Не пытайся сделать из меня то, чем я не являюсь! Не лги себе.

– Рэйса! Ты не виновата в смерти Андреаса! – прозвучало твердо.

– Я должна была быть там. Все, чего он когда-либо хотел, это жить здесь в своём любимом "Вираго". Он занялся делами "Копеко" из–за меня, из–за всего, что случилось, когда… – она затихла.

– Когда Кэролин уехала. Почему ты не произнесёшь её имя и не продолжишь жить дальше?

– Потому что не могу! Потому что она была моей жизнью. Потому что… Ничто больше не имеет значения после того, как она оставила меня. – Рэйса отвернулась, когда её глаза начали заполняться слезами. – Потому что, когда она уехала, я ничего не чувствовала. Я загнала Фуриёсо до смерти. Я… думала только о себе. Андреас занялся делами "Копеко", потому что я хотела этого. Он погиб на той буровой установке, потому что я послала его, – закончила она с рыданием.

Нона подошла к ней и крепко прижала её к себе. Сначала Рэйса попыталась вырваться, потом, наконец, разрешила себя обнять.

– Все, что я умею, это уничтожать, Нона. Все, что я когда–либо любила, я разрушила, – Рэйса отстранилась и устремила взгляд на лес. – Я даже не могу больше чувствовать. Не могу или не хочу… не знаю. – Она закрыла глаза, и в этот момент Нона увидела годы, проступившие на её лице.

– Mi Angel…

– Я даже не могу находится здесь, в "Вираго".

– Андреас хотел бы …

Рэйса прервала её:

– Это не из-за Андреаса! Это из-за неё. Разве ты не понимаешь, Нона… это всё из–за неё. Я так и не научилась жить без неё. Я только существую.

– Тогда измени свою судьбу.

– Что? – Рэйса повернулась и рассмеялась. – Нона, это было десять лет назад. Уже слишком поздно.

– Когда твоя мать уехала…

– Я не хочу говорить о…

Рэйса попыталась прервать её, но Нона не позволила её этого сделать.

– Ты будешь слушать! Когда твоя мать уехала, она была обижена и рассержена; но, главное, она была испугана. Мартин был очень похож на тебя.

Нона смотрела на неё очень серьезно, и Рэйса опустила глаза.

– Он должен был пойти за нею. Даже тогда она любила его и вернулась бы.

Рэйса недоверчиво смотрела на неё.

– Вернулась к чему? К его гневу; к этой стране, которую ненавидела? К тем, кто любил её! – Рэйса сама удивилась тому, что только что сказала.

– Да, к тем, кто любил её, – продолжала Нона мягко. – Она любила вас всех. Он не позволял ей вас видеть, потому что она сделала ему больно. Она была единственной, кто мог причинить ему боль, и он не хотел этого признавать.

Нона посмотрела на Рэйсу и убедилась, что она действительно слушает.

– Адель вернулась бы. Они оба были слишком испуганы и слишком горды.

В глазах Рэйсы отражались неуверенность и страх, которые она держала внутри себя.

– Ты не должна повторять их ошибки. Измени свою судьбу, Рэйса, или всё станет только хуже. Ты можешь начать завтра, выбрав лошадь.

Рэйса посмотрел на старуху. Ободренная её молчанием, Нона продолжала:

– Прокатись вокруг "Вираго". Позволь себе снова обрести ту умиротворённость, которую однажды нашла здесь. И открой ту комнату, – закончила Нона печально. – Зайди внутрь и позволь себе вспомнить.

Нона поцеловала её в щеку и ушла. Рэйса осталась задаваться вопросом, действительно ли стоит попытаться.

***

Ближе к вечеру она прогуливалась вокруг дома. Не планируя этого, она оказалась перед французскими дверями, которые были закрыты почти десять лет. Она прикоснулась к дверной ручке и удивилась, когда та легко поддалась. Она открыла двери и вошла в спальню. Там было безупречно чисто, и всё лежало там же, где было оставлено той ночью. Платье, которое она носила тогда, всё ещё висело на стуле. Мелочь, которая дала ей возможность почувствовать, будто бы она была здесь несколько минут назад.

Рэйса подошла к туалетному столику и легко прикоснулась к пузырьку духов, который она подарила…

Она подняла пузырек, открыла его и втянула носом запах. Когда аромат заполнил её чувства, она, наконец, произнесла имя, звука которого не могла выносить.

– Кэролин… Кэролин…

Непролитые слёзы хлынули наружу.

– Кэролин…

Она, рыдая, упала на колени.

***

– Мама… Мам?

Кэролин сидела за столом, смотря в окно.

– Мама? – позвал Саймон снова, подходя ближе.

– О! Саймон, прости, любимый. Я отвлеклась, – она улыбнулась сыну, и приблизившись к нему, поцеловала его в щеку. – Как сегодня дела в школе?

– Всё как обычно. Мам, может мы позже прогуляемся?

– Что случилось с твоей машиной?

– Ничего, с машиной полный порядок. Я подумал, мы могли бы съесть что-нибудь и возможно посмотреть кинофильм или что-нибудь ещё.

Кэролин улыбнулась.

– Ты подумал об этом, хммм?

– Да. Возможно, мы могли бы зайти в пару магазинов…

– Тебе нужна новая ождежда, да?

– О, ну ладно, мам, – сказал он, смеясь, что его поймали.

– Хорошо, дай мне убедиться, что Аманда сможет пообедать с бабушкой и дедушкой.

– Звучит отлично. Я закину рюкзак наверх, и мы сможем идти.

– Хорошо.

***

Как и всегда по пятницам в парке было полно народу. Они совершили несколько покупок и присели около палатки с едой. Приобретя у разных продавцов какие-то лакомства, они с удовольствием принялись за еду. Потом они собирались посмотреть фильм, на котором, наконец, оба сошлись.

– Мама.

– Что, Саймон?

Саймон смотрел на неё печально.

– Теперь ты чаще это делаешь, – сказал он просто.

– Делаю что, любимый?

– Ты как будто уходишь в себя.

– Саймон, о чем ты говоришь? – спросила она со смехом.

– Я уже вырос, мама, – сказал он ей.

Кэролин все еще смотрела на него, не понимая, о чём он пытался ей сказать.

– Я знал о вас, – сказал он внезапно и опустил глаза на еду.

Кэролин застыла, не сводя глаз с сына.

Саймон поднял глаза и увидел неуверенность в ответном взгляде.

– Я всегда знал, – сказал он и снова опустил глаза. – Но тогда я много не понимал.

– Саймон, я не понимаю, – Кэролин не была уверена, куда вёл этот разговор.

– Той ночью, – он поднял глаза на мать, затем снова опустил, – я слышал тебя и Рэйсу.

– Что ты слышал? – Кэролин услышала, как дрожит её голос.

– Я слышал всё. Когда вошел папа и все прочеё, что случилось… – он затих.

Кэролин сцепила руки, чтобы скрыть их дрожь. Внезапно рука Саймона накрыла её руки. Кэролин подняла на сына глаза, полные слёз.

– Я теперь понимаю намного больше, мама, – сказал он ей печально.

– Саймон, я не знаю, что тебе сказать.

Слезы покатались по её лицу.

– Ты начала будто погружаться в сон, когда мы вернулись сюда.

Она уставилась на сына, не понимая, но все же пытаясь.

– Иногда ты выходишь из своей раковины, но потом снова уходишь в себя.

– Саймон, мне жаль, – сказала Кэролин мягко и опустила глаза на его руку, всё ещё лежащую поверх её.

– Нет, это мне жаль, мама.

– Милый, ты …

– Я помню, ты пыталась поговорить со мной, когда мы вернулись в Каракас. Я сказал тебе, что, если бы мы остались там с нею, я уехал бы с отцом.

– Саймон, ты был ребенком.

– Мама, я знал, понимаешь, – он отвернулся, чувствуя себя виноватым. – Я знал, мама. Я знал, что ты хотела вернуться к ней. Я знал.

– Саймон, – сказал Кэролин нежно. – Это было давным–давно. И я сделала правильный выбор.

Саймон был необычайно смущен этим разговором.

– Может быть, ты могла бы попытаться поговорить с нею.

– Нет, это было очень давно, Саймон. И я уехала потому, что сделала выбор, а не из-за того, что ты сказал. Я не хочу, чтобы ты считал себя виноватым. Я сделала выбор, Саймон, я сделала выбор.

– Мама, я хочу, чтобы ты была счастлива. Я знаю, что ты несчастна. Я был глупым ребенком, многого не хотел видеть. – Он снова выглядел пристыженным. – Если близость с женщиной делает тебя счастливой, тогда я хочу этого для тебя.

– О, Саймон, это очень мило с твоей стороны. Но, дорогой…

– Если ты хочешь уйти от отца, я уйду с тобой, мама, и Аманда тоже.

Кэролин выглядела удивленной.

– Я знаю, ты несчастна, мама. Я знаю всё, что случилось за эти годы. Я знаю и об Аманде.

– Саймон…

– Я никогда не скажу ей, клянусь, – сказал Саймон быстро.

– Саймон, дорогой, я не знаю, что тебе известно, но…

– Мама, я помню, как ты плакала, когда рассказывала ей, как он изнасиловал тебя.

Кэролин увидела боль в глазах сына.

– Саймон…– она не знала, как ответить на это или как успокоить его.

– Мама, я знаю обо всех его женщинах, и знаю, что он обращается с тобой как с дерьмом.

– Саймон…

– Прости, мама. Я знаю, что ты не любишь, когда я так выражаюсь. Но это ведь это правда.

– Саймон…

– Я хочу, чтобы ты была счастлива, мама. Я помню, как ты смеялась, когда была счастлива.

– Саймон… – Кэролин, наконец, разрешила слезам свободно стекать по её лицу.

– Пошли смотреть кино, мама, – Он сжал её руки и улыбнулся ей. – Потом мы сможем продолжить разговор, хорошо? Я только хотел, чтобы ты знала, что я хочу видеть тебя счастливой. И я пойду за тобой хоть на край земли, если там может быть твоё счастье.

Кэролин улыбнулась сыну:

– Хорошо, Саймон. Когда ты успел вырасти?

– Это лишь видимость, – сказал он, и они оба рассмеялись.

***

Рэйса проснулась на полу. Она провалилась в сон, упиваясь болью и чувствуя её недостаточность. Поднявшись и выйдя на веранду, она оглядела "Вираго" и попыталась вспомнить внутреннеё спокойствие, которое обычно на неё снисходило. Так много изменилось. Больше нет Андреаса, который напоминал ей о её человечности и верил в это.

Она разрешила себе думать о Фуриёсо. Как она могла так поступить? Рэйса глубоко вздохнула. Возможно, Кэролин была права. В ней было слишком много насилия. Она убила животное, даже не задумавшись. Она знала только, что Кэролин уезжала, и она должна была добраться до самолета прежде, чем он увезет её. Она убила это прекрасное и благородное животное. Она думала только о том, чего она хотела. Рэйса потрясла головой, пробуя избавиться от чувства вины, которое всё ещё носила в себе.

А Андреас? На её совести было так много боли. Она примирилась со своей неистовой сущностью и приняла её. Она больше не отрекалась от того, чем и кем она являлась. Было время, когда она отрицала это, как с Кэролин, и было время, когда боролась с этим. Бог свидетель, Андреас знал это. А потом наступило время, когда она сводила на нет свою человечность и делала всё, чтобы победить. Как с "Копеко" и со всеми событиями, что произошли десять лет назад. Она находила оправдание каждой смерти. И, быть может, так было, потому что она никогда не чувствовала от этого радости. Сколько людей умерло прежде, чем её власть и богатство превзошли всё, в чём когда-либо мог нуждаться или хотеть любой человек?

Рэйса смотрела наружу и беззвучно молила о знаке. Хоть что-то, что дало бы ей знать, что она всё ещё жива. Чувства возвращались к ней только тогда, когда она вспоминала Кэролин. И этим чувством была боль, слишком много боли. Ей было стыдно признать, но она даже перестала оплакивать Андреаса. Она потеряла способность чувствовать что-нибудь, кроме этого.

Жизнь превратилась в подсчет процентов. Сколько можно потерять, чтобы приобрести больше? Сколько людей были принесены в жертву, чтобы компания процветала? Это была математика, и жизнь ничего не значила. Как она дошла до этого? Ей нечего было терять.

***

Ежегодное собрание акционеров "Копеко" как обычно проходило в Далласе, штат Техас. Все руководители посетили недельную конференцию. Было объявлено о кадровых перестановках в различных областях для укрепления компании. Одним очевидным отличием этой конференции было присутствие генерального директора "Копеко" на праздничном мероприятии.

Офис гудел от этих новостей, когда Мэтт пришёл на работу.

– Чем все так взволнованы, Клэр? – Мэтт наклонился к ней с ослепительной улыбкой.

Он пытался уговорить Клэр приятно провести с ним время в течение последних четырех месяцев.

– Все исполнители только что получили служебную записку о том, что госпожа Андиета будет на праздничном обеде в этом году. Ваша записка находится у вас на столе.

Мэтт вошел в кабинет и посмотрел на записку в центре стола. Рэйса приезжала. Он знал, что однажды это случится. Он велел себе не терять головы.

– Мэтт, ты знал, что она приезжает? – спросила Клэр сзади.

– Естественно, но я не мог ничего сказать, – Мэтт развернулся с уверенной улыбкой на лице.

– Ты знаешь, когда она приедет на самом деле?

– Мне жаль, Клэр, я действительно не могу сказать. Рэйса очень скрытный человек.

– Ну, конечно. Ты познакомишь нас, Мэтт? – Клэр ловила каждое его слово.

– Если это доставит тебе удовольствие, да, конечно, – Мэтт дьявольски улыбнулся.

– И с кем я должна познакомиться? – раздавшийся от двери голос заставил их обоих обернуться.

Мэтт словно застыл.

– Я могу вам помочь? – Клэр направилась к темноволосой женщине.

– Клэр! – Мэтт удержал её за руку. – Это госпожа Рэйса Андиета.

От удивления Клэр тараторила без остановки:

– О, госпожа Андиета, я так рада, наконец, познакомиться с вами. Я читала статьи о вас в журнале "Деньги" и одну в "Фортуна 500" в прошлом месяце! Это такое удовольствие встретить вас! – она продолжала трясти руку Рэйсы.

– Да, я вижу, – ответила она невозмутимо, глядя на Мэтта.

Мэтт поспешил вмешаться.

– А теперь отпусти её руку, Клэр.

Клэр выглядела смущенной.

– О, простите меня. Мэтт мне так много о вас рассказывал.

– Я заметила, – сказала Рэйса с сардонической улыбкой. – Только хорошее, я надеюсь, Мэтт.

– Конечно, конечно, – рассмеялся Мэтт, но Рэйса видела, что он весь взмок.

– Теперь, если вы не возражаете, я бы хотела на несколько минут остаться наедине с господином Стэнбеком, – сказал Рэйса, входя в офис и садясь за стол Мэтта.

Клэр неловко оглянулась на Мэтта и оставила офис, закрыв за собой дверь.

– Садитесь, пожалуйста, – промурлыкала Рэйса.

Мэтт сел, не произнеся ни слова.

– В этом году я планирую посетить празднество, раздать новые должности в качестве поощрения и так далее. Я произвожу некоторые изменения в руководящем составе и хочу видеть всех исполнителей. Это для начала. Я, конечно, рассчитаю на ваш совет и руководство.

Так, сказал он себе. Она дала ему возможность "сохранить лицо".

Мэтт кивнул головой, приняв предложение. Их договор был все еще в силе.

***

– Аманда, ты не можешь поступать по-своему только потому, что ты так хочешь! – наставляла Кэролин ребенка, стараясь сдержать гнев в своём голосе.

– Госпожа Васнески – дура! – сказала девочка и вызывающе отвернулась от матери.

– Аманда!

– Ну, мама, так оно и сеть! Она несёт совершенный вздор. Я задала ей вопрос из реальной жизни, и она сказала, что я дерзкая, потому что не знала ответа. Я знаю, именно поэтому! – выпалил ребенок.

– Аманда, дорогая, ты не можешь и дальше так себя вести. Я знаю, что тебе нравится история, но иногда ты должна сосредоточиться на том, чего ждёт от тебя учитель, – Кэролин пробовала говорить разумно.

– Я думала, школа существует для того, чтобы учиться, – сказала Аманда с недовольной гримасой.

– Да, школа существует для того, чтобы учиться. Но и для того, чтобы мы могли совершенствовать навыки общения с другими людьми. Ты не можешь всё время бросать людям вызов, Мэнди… ведь тебе могут ответить.

– Хммм…

– Ты должна узнать, что некоторые вещи просто не приемлемы. Я знаю, что ты очень смышлёная девочка. Я знаю это. Твоя преподавательница это знает. Но, это не даёт тебе право высмеивать других.

– Я этого не делаю, мама,– сказала она, пристыжено опуская глаза.

– Мы должны следить за тем, что мы говорим, дорогая. Иногда слова действительно ранят.

Девочка посмотрела в автомобильное окно, задумавшись о том, что сказала её мать.

– Когда кто-то говорит ужасные вещи, это значит, что он тебя не любит, – заметила она, снова повернувшись к матери.

– Да.

Девочка пристально посмотрела на мать, затем снова отвернулась к окну, не говоря больше ни слова.

***

Рэйса вошла в зал заседаний. Все далласские руководители "Копеко" были здесь. Она предоставила им детальную информацию о том, чего ожидала от наступающей однонедельной конференции.

Внезапно повестка дня на конференцию была изменена, но не один человек в комнате не высказал протеста. Все знали, лучше не бросать вызов Рэйсе Андиете. Её крутой нрав и её кара за возражение были легендарны.

Каждый покинул зал заседаний с недовольным выражением лица. Внезапно нужно было распланировать новую конференцию за два дня. Мэтт был единственный, кому всё было нипочем. Её присутствие в зале заседаний и её отношение к нему установило неофициальную иерархию в самом начале игры. Все знали, что он её "правая рука".

Когда они остались наедине, Мэтт сделал предложение, которого так боялся.

– Госпожа Андиета, если вы не заняты сегодня вечером, я хотел бы пригласить вас на обед.

– У вас дома? – быстро среагировала она.

– Да, если хотите, конечно, – добавил он немедленно.

– Спасибо, но я вынуждена отказаться. Эта поездка будет недолгой, а у меня есть неотложные дела в Европе.

Она отпустила его одним только взглядом. Он встал и вышел со вздохом облегчения.

***

Следующий день вымотал Кэролин. Она проснулась с беспокойством, которого не испытывала уже давно, и в полдень наступила кульминация.

– Мама, всё не так плохо, как кажется, – сказал Саймон матери, когда она вошла в комнату.

– О, мой Бог! – задохнулась Кэролин.

– Он первый меня ударил! – воскликнула Аманда.

Кэролин посмотрела на Саймона, который отвёл глаза куда-то в сторону.

– Аманда, у тебя синяк под глазом! Что случилось? – спросила Кэролин, пытаясь оценить масштабы ущерба.

– Джарод такая заноза. Он всегда треплется о том, что мальчики лучше девочек.

– И?

– Я сказала ему, что он девчонка!

– Аманда!

– Он замахнулся на меня, но промазал, тогда я ударила его! – сказала она гордо.

– Как ты получила этот синяк?

– Двое его друзей тоже полезли в драку.

– Но…

Телефон зазвонил, и Кэролин взяла трубку, махнув детям, чтобы подождали.

– Алло?

На мгновение повисла тишина.

– Да, госпожа Васнески, я говорю с нею прямо сейчас, – ответила Кэролин. – Нет, я не слышала об этом. Конечно, я поговорю с нею. Да. Завтра утром в девять. Спасибо за ваш звонок.

Кэролин снова повернулась лицом к дочери.

– О, я думаю, что она знает, Мэнди, – сказал Саймон вполголоса.

– Что ты сделала в компьютерном классе?

***

Все четыре члена семейства Стэнбек сидели за обеденным столом. И как обычно, спокойно ели.

– Что с твоим глазом? – спросил Мэтт, раздраженный как обычно.

– Я подралась в школе, – ответила Аманда.

Мэтт посмотрел Кэролин.

– Нас завтра вызвали в школу к девяти утра. Просили, чтобы мы оба пришли, – донеслось от Кэролин.

– Я не могу.

– Мэтт, это важно.

– Я не могу, весь офис гудит как разбуженный улей. Рэйса Андиета решила в этом году присутствовать на конференции и торжестве, поэтому изменила всю программу.

– Рэйса здесь? – вырвалось у Кэролин прежде, чем она смогла себя остановить.

– Да, она приехала вчера. И в своей обычной манере всех поставила на уши, – сказал Мэтт кратко, кладя на стол свою салфетку и покидая комнату.

Кэролин тоже встала и последовала за ним в большую комнату.

– Мэтт, постарайся прийти на эту встречу завтра. Аманда совсем отбилась от рук. Я хочу, чтобы ты принял в этом активное участие!

Её раздражение, наконец, привлекло его внимание.

– Кэролин, детьми всегда занималась ты, ты знаешь об этом, – рассердился он.

– Она всё время попадает в неприятности, Мэтт, я не знаю, что делать и как с нею говорить. Возможно, если бы ты…

– О, нет! Не перекладывай вину на меня!

– Я этого не делаю, но она наша общая дочь. Мы должны попытаться направить её в нужном направлении, пока поведение не стало более разрушительным. Она дерется, плохо себя ведёт в классе; Мэтт, мне нужна твоя помощь!

– Я бы знал, как себя с ней вести, если бы она была мальчиком.

– Как? Как с Саймоном? Ты уделяешь ему не больше часа! – теперь Кэролин действительно сердилась.

– Он больше похож на тебя, чем на меня!

– А Аманда? Чем ты оправдываешь себя с Амандой?

– Если бы я не знал, что это невозможно …

– Что? Что!

– Неужели не понимаешь?

– О чем ты, Мэтт? – спросила Кэролин в расстройстве.

– Кэролин, если бы это было возможно, я сказал бы, что она ублюдок Рэйсы Андиеты!

Кэролин уставилась на него в недоверии. Они никогда открыто не обсуждали это.

– Ты думаешь, что я не могу сложить два и два? Все, что нужно суке это член! – прорычал он ей.

– Ей нужно не только это, Мэтт.

С этим Кэролин вышла из комнаты, оставив онемевшего от удивления Мэтта.

***

Кэролин вышла из комнаты и в дверях столкнулась с шокированными детьми. Кэролин захотела, чтобы земля разверзлась и поглотила её.

– Мама? Почему папа не любит меня?

Кэролин опустилась на колени перед дочерью. Она попыталась прикоснуться к ней, но девочка отпрянула.

– Кто такая Рэйса Андиета?

Кэролин смотрела на неё, не в силах говорить.

– Мэнди… – Саймон тоже встал на колени. – Ты знаешь, что папа иногда говорит глупости, – сказал он очень нежно.

– Он сказал, что я её ублюдок!

– Нет, дорогая, он не это сказал, – Кэролин снова попробовала протянуть руку к дочери.

– Я не понимаю! – крикнула Аманда.

Девочка убежала, и Саймон направился следом. Мир Кэролин стремительно рушился. Она глубоко вздохнула, чтобы взять себя в руки, и направилась к детям – оценить масштаб нанесенного ущерба.

В ту же минуту Мэтт вышел из комнаты.

– Что за шум?

– Аманда слышала, как мы спорим. Она слышала, что ты сказал.

– Понятно. У меня много работы на вечер из-за этой конференции, так что не давай ей шуметь, Кэролин.

С этим Кэролин потеряла тот немногий контроль над собой, что еще оставался.

– Ты тщеславный сукин сын! – Она попыталась дать ему пощёчину, но он поймал её руку и оттолкнул.

– Как всегда, тобой движут эмоции, – сказал он, пытаясь оправить пиджак.

– Это всё, что тебя заботит, Мэтт? Я была так слепа? Ты всегда был такой дыркой от задницы?

Они стояли и смотрели друг на друга. Мэтт первым отвёл глаза.

– Мне жаль, что она подслушивала, – сказал он, затем, не оглядываясь, вошел в свой кабинет и запер за собой дверь.

Кэролин поднесла дрожащую руку к лицу и почувствовала, как лицо вспыхнуло. Она немедленно развернулась и пошла за Саймоном и Амандой.

***

В середине конференции Мэтт выяснил, что место в Европе может стать вакантным в следующем году. Он помнил, как Рэйса упомянула, что у неё есть неотложные дела в Европе. Если он воспользуется ситуацией, положение, которого искали многие, могло достаться ему.

– Мэтт!

Мэтт развернулся и увидел приближающегося директора 54-й буровой установки Гарри Пентака.

– Привет, Гарри, – сказал Мэтт, обмениваясь с мужчиной рукопожатием.

– Ты слышал, Мэтт? – шепнул Гарри.

– Слышал о чём?

– Большинство директоров поддержит тебя, Мэтт, если ты готов к этому. Я хочу напомнить тебе, что являюсь президентом этой ассоциации.

– Спасибо Гарри, – сказал Мэтт, широко улыбаясь. – Я никогда не забываю своих друзей.

– Я знаю, что ты заботишься о своих людях, Мэтт. Я только хотел напомнить, что мы поддержим тебя, если тебе понадобится помощь, – добавил Гарри.

– Благодарю, Гарри, у меня есть туз в рукаве.

– Я знаю, что ты рассчитываешь на близкие отношения с самой Снежной Королевой, но если другие…

– Гарри, скажу тебе одну вещь, которую понял давным-давно – чего бы она не добивалась, это произойдёт. И ни одна из этих шпилек даже не заденет её, – и с этим Мэтт сердечно рассмеялся.

***

Заключительный день конференции был длинным и утомительным, так что все с нетерпением ждали торжественной части. Весь Даллас был здесь. Большинство из тех, кто имел какой-то вес в обществе, работали в "Копеко".

Рэйса сидела и наблюдала, как одетые в смокинги мужчины расхаживали в ковбойских сапогах и широкополых шляпах в то время, как женщины в откровенных платьях поражали воображение обилием драгоценностей.

Когда Рэйсе предоставили слово, она, выражая благодарность и вручая вознаграждения, всё время просматривала зал, ожидая… ожидая, но не желая признавать, кого она ждала.

Наконец она увидела Мэтта, который вошел один. Он был немедленный окружен мужчинами и женщинами. Кэролин с ним не было.

Рэйса решила, что она устала. Они могли закончить вечеринку без неё. Она попрощалась с губернатором и оставила празднество, сопровождаемая двумя телохранителями.

Мэтт опоздал. Предполагалось, что он будет вручать некоторые награды вместе с нею. Его дерзость не имела оснований. Входя в частный лифт, который доставит её прямо к пентхаусу, она почувствовала, как антипатия, испытываемая ею к этому мужчине, вспыхнула с новой силой.

Когда она поднялась на свой этаж, то перед ней развернулась любопытная картина.

К ней направился молодой человек, и один из её телохранителей скрутил его и бросил на пол.

– Что, чёрт возьми, здесь происходит? – потребовала Рэйса.

– Мы поймали его, когда он пытался прокрасться в ваши комнаты, госпожа Андиета. Мы о нём позаботимся, – сказал один из мужчин, ответственных за безопасность на её этаже.

– Стойте! Рэйса! Я Саймон, – раздался голос мальчика, прижатого лицом к ковру.

– Отпустите его! Живо!

Саймона освободили, и он медленно поднялся.

Перед нею оказался молодой человек. Не мальчик, которого она помнила. Он возвышался над нею. И её осмотр внезапно остановился на его глазах.

– У тебя мамины глаза.

– Да, – сказал он с кривой улыбкой.

– С тобой всё в порядке? Они тебя не ушибли? – спросила Рэйса, осматривая его.

– Я сожалею, госпожа Андиета, но он …

Она немедленно вмешалась.

– Вам мало того, что вы скрутили ребёнка, вы еще и оправдываться собираетесь?

– Нет, мадам, это не…

– Хорошо, теперь объясните мне, как он сюда поднялся? – она перевела взгляд на Саймона.

– Я вошел через служебный лифт, – сказал он с улыбкой. Он явно гордился собой. Рэйса тоже не смогла скрыть улыбки.

– Входи, Саймон, – она проводила его в гостиную. – Выпьешь чего-нибудь?

– Нет, ничего, спасибо.

Он осмотрелся вокруг.

– Ничего себе, что за место, – он приблизился к стеклянной стене и увидел весь Даллас. – Вот это да, ну и вид!

– Да. – Рэйса наблюдала за ним, пока он передвигался по комнате.

Он был частью Кэролин, снова и снова повторял её разум, и он был здесь.

– Зачем ты пришёл, Саймон? – спросила она, сев на диван и скрестив ноги.

Он подошёл к ней и сел на стул рядом, пытаясь найти слова.

– Твоя мать послала тебя?

– Нет! – его голова внезапно поднялась. – Она не знает, что я здесь.

Рэйса ждала. Мальчик сделал глубокий вздох, и слова, казалось, полились из него.

– Моя мама несчастна. Я знаю, что вы любили её когда-то. Отношения между нею и моим отцом никогда не были идеальными, но я думал… я знаю, что это я был виноват в её возвращении сюда.

– Саймон…

Он не дал ей договорить.

– Я знаю, что вы были… – он потупил взгляд.

Рэйса молча ждала продолжения.

– Я знаю, что она любила вас. Я не понимал тогда. Она была так счастлива в то время… Я хочу знать, вы её ещё любите?

Рэйса никак этого не ожидала. Она встала и направилась к стеклянной стене. Она произнесла мягко, продолжая стоять спиной к Саймону:

– Это было давным-давно, Саймон.

– Мой отец её не заслуживает.

– Она выбрала его.

– Я сказал, что не останусь с нею, если она не уедет.

Как только он сказал это, она повернулась к нему. Он смотрел пристыжено, и это отразилось на его юном лице.

– Она хотела остаться.

Рэйса глубоко вздохнула, прежде чем заговорить. Вся эта ночь была чем-то, чего она совсем не ожидала.

– Много воды утекло за эти десять лет, Саймон. Мы обе были слишком молоды.

– Я знаю, что она всё ещё любит вас.

– Саймон, я не думаю, что нам стоит это обсуждать, – холодно отрезала она.

– Если вы любите её…

– Этого не всегда достаточно, Саймон.

Он посмотрел на неё и не сказал ни слова. Она почувствовала дискомфорт под его изучающим взглядом.

– Я люблю маму. Он нет. Теперь я знаю, что он никогда не любил её. Я не знаю, любит ли он кого-нибудь, кроме себя. Он каждый день забирает небольшую часть её. Однажды… она просто исчезнет. По крайней мере, я борюсь за неё. Аманда тоже. Я думал, что настоящая любовь никогда не умирает?

Рэйса смотрела на него, забыв про дыхание. Он приблизился к ней и легко поцеловал её в щеку.

– Это за то, как мне было хорошо, когда мы были в "Вираго". Я так и не поблагодарил вас.

Он развернулся и медленно вышел.

Рэйса снова подошла к стеклянной стене. Она смотрела на огни перед собой. И в отражении темного стекла можно было заметить слезу, сбежавшую из уголка глаза.

***

На следующий день она собрала вещи и вылетела первым классом назад в Венесуэлу. Она возвращалась домой. Европа подождёт.

Внезапно её сотовый телефон зазвонил.

– Oigo ? – Алло?

Она побледнела.

– Пусть заправленный самолёт ждёт меня в аэропорту!

Руки Рэйсы дрожали. Круг замкнулся.

***

Она приехала в "Вираго" и взбежала по ступенькам. Никто не сказал ей, насколько серьезна ситуация, она видела это по их лицам. Рэйса направилась прямо в комнату Ноны.

– Нона! – Она опустилась на колени рядом с кроватью.

– Я ждала тебя. Я знала, что ты приедешь.

Рэйса видела, что глаза пожилой женщины не блестели как обычно, и даже улыбка дрожала.

– Ты была очень непослушной, я должна была бы рассердиться на тебя, – сказала она мягко.

– Нет, не сердись, Mi ангел, я не хотела волновать тебя, – сказала пожилая женщина с трудом.

Рэйса улыбнулась и опустила глаза на свою руку, накрывшую руку Ноны. Неожиданно она заметила, как была слаба и тонка рука пожилой женщины. Она снова подняла взгляд, и все её страхи можно было прочесть по глазам.

– Ты должна бороться за своё счастье. Я знаю, внутри тебя так много любви, Mi angel.

Нона протянула руку приласкать лицо, которое так нежно любила. После смерти дочери она перенесла всю свою нежность и любовь на Рэйсу. Она сделала бы всё возможное, чтобы заставить этого ребёнка, самого близкого её сердцу, найти, наконец, свой счастье.

– Всё, что мне нужно, это ты, – выдавила Рэйса, и слёзы свободно побежали по её лицу.

– Ради меня, выбери коня и скачи. Открой своё сердце. У тебя оно есть, даже если ты пытаешься это скрыть. И это сильное сердце. Хорошее сердце.

– Нет, Нона…

– Ты сделаешь это для меня? – спросила пожилая женщина, и её глаза тоже наполнились слезами. – С первого дня, как я увидела тебя, я тебя полюбила. Ты кричала со всей энергией жизни внутри тебя. Будь той, кто ты есть. Будь моим сильным и отважным маленьким солдатиком. Это роль, которая тебе подходит. Ты боролась всю свою жизнь. Теперь ты должна бороться за своё счастье.

– Не уходи. Пожалуйста, останься со мной, – плакала она, прижавшись лицом к руке старухи.

Нона нежно ласкала тёмные локоны, как делала это всегда.

– Я всегда буду с тобой. Mi angel… любовь никогда не умирает. Помни, что любовь никогда не умирает.

Рэйсы прижималась щекой к руке Ноны, и слёзы текли сами собой. Она почувствовала, когда остановилось поглаживание её волос. И в тот момент она уже всё знала.

Она не поднимала головы, пока рыдания сотрясали её тело.

– Оооооооххххххххх…

***

Эта бесчувственность, казалось, подходила ей как перчатка. Прошло три недели с тех пор, как похоронили Нону. Она все еще носила траур. Но в этот раз она не сбежала. Она осталась и каждый день прогуливалась по гасиенде.

Все старые слуги, видя её преданность пожилой женщине, с грустью смотрели на неё. Они видели боль в её глазах, которая, как она думала, была так хорошо скрыта. Они души в ней не чаяли и изо всех сил старались ей угодить, готовя её любимые кушанья, но чаще всего блюда возвращались на кухню почти нетронутыми.

Рэйса похудела, в результате чего черты её лица приобрели более точёные формы. Но никто не знал, что эта внушающая страх сильная женщина каждую ночь засыпала в слезах. Или что она спала, сидя на стуле, потому что не могла вынести воспоминаний о женщине, которую любила и с которой когда-то делила эту постель. И все же, она осталась в "Вираго".

Пока она гуляла, ей внезапно пришло в голову, что всё, что она когда-либо по– настоящему любила, было здесь, в "Вираго". Все, что формировало её характер, ранило её, делая сильней, всё, что когда-либо что-то для неё значило, брало своё начало здесь. Она оглянулась вокруг и почти в этот же самый момент пышная растительность, которая окружала её, показалась живой. Как и давным-давно поднялся лёгкий ветерок, который ласкал её изголодавшуюся кожу. Она вдыхала сладость и чувствовала силу этой земли, которая снова взывала к ней.

Она закрыла глаза и, когда вновь открыла их, её заполняла тоска, которую она больше не могла отрицать. Она просила о знаке, и, когда он появился, не увидела его. А теперь это место, которое было её жизненной силой, открыло ей глаза. Всё было так просто. Любовь никогда не умирает.

Рэйса еще раз оглянулась вокруг и решительно пошла к конюшням.

– Томас?

– Я здесь.

– Хорошо, это те новые лошади?

– Да.

– Пойдём, – сказала она просто.

Работник последовал за ней.

Она прислонилась к забору и наблюдала за лошадьми. Через несколько минут она увидела. Это была гнедая с проницательными глазами. Лошадь казалась высокомерной, и она узнала этот дух. Она указала на неё.

– Эту кобылу помести в моё стойло. Закажи табличку с именем для неё.

Томас спросил с улыбкой:

– Что на ней написать?

Она посмотрела на него, и грустная улыбка появилась, когда она сказала:

– Esperanza.

Имя "Надежда" показалось ей подходящим. Бросив ещё один взгляд на лошадь, она отправилась назад к дому.

***

Четырьмя днями позже Рэйса приземлилась в Далласском Международном Аэропорту. Всё было чётко организовано, и автомобиль ждал её. Она быстро прошла таможню. Лимузин повез её к пентхаусу, в котором она всегда останавливалась, когда прибывала в Даллас. Ей потребовалось несколько часов, чтобы убедиться, что контакт между каракасским и даласским офисами налажен, и распорядиться все вопросы переадресовывать ей сюда, в Даллас.

Той ночью Рэйса постояла перед стеклянной стеной и посмотрела на все те огни, глубоко вздохнула, развернулась и легла спать. И пока она опускала голову на подушку, в голове у неё продолжало крутиться одно слово…

"Завтра".

***

– Я не знаю, почему ты просто не посылаешь её на машине, – раздражённо заметил Мэтт.

– Мне нравится самой отвозить её в школу, Мэтт.

– А тебе не приходило в голову, что ты её избаловала? Возможно, именно поэтому у неё эти приступы агрессии.

– Знаешь, однажды ты скажешь что-нибудь действительное разумное, а я этого и не замечу, – сказала Кэролин, взяв ключи и оставив его удивлённо пялиться ей вслед с замершей в воздухе кофейной чашкой.

Кэролин увидела, что Аманда уже в машине, и села за руль со словами:

– Готова, дорогая?

– Да, мама, – ответила девочка, не отрывая глаз от окна.

Кэролин замечала, что в последние дни дочь перестала смотреть ей прямо в глаза. Она знала, что теряет Мэнди. Она не знала лишь одного, как это остановить.

Кэролин ласково провела рукой по темным волосам девочки и на один краткий миг столкнулась с её испуганным взглядом.

– Аманда…

– Мы опоздаем, мама.

И девочка снова отвернулась к окну.

– Аманда, что не так, детка? Я не смогу помочь тебе, если ты мне не расскажешь, – сказала она мягко.

– Всё так, мама.

– Что-то беспокоит тебя, Аманда.

Голос Кэролин, запнулся, и девочка снова посмотрела на мать.

– Мне больно, что ты не можешь поговорить со мной.

– Если я спрошу тебя кое о чём, ты скажешь мне правду? – спросила, наконец, девочка, напряжённо глядя ей в глаза.

Кэролин задумалась на мгновение, затем подняла глаза и кивнула.

– Ты моя настоящая мама?

На лице Кэролин отразилось искреннее удивление.

– Да, конечно.

– Я не похожа ни на тебя, ни на папу.

– Родители моего отца были темноглазые и темноволосые, как ты. Ты похожа на них, дорогая, – сказала она нежно, лаская мягкую щеку дочери. – Ты моя собственная маленькая красотка.

Аманда пристально посмотрела на неё. Заметив, как взгляд дочери меняется, Кэролин поняла, что дочь поверила ей.

– Я могу спросить у тебя еще одну вещь?

– Да.

– Кто такая Рэйса Андиета?

Кэролин не медлила с ответом:

– Кто-то, кого я знала очень давно.

– Папе она не нравится, верно?

– Да, – печально сказала Кэролин.

– Хорошо.

***

Кэролин высадила Аманду около школы и занялась своими обычными делами. Был понедельник, а по понедельникам она заезжала за свежими цветами и шла в её любимое маленькое кофе по соседству с цветочным магазином выпить кофе.

Выйдя от цветочницы, она внезапно остановилась.

– Привет, – сказала Рэйса мягко. – Я могу помочь тебе с этим?

– О, а…– она балансировала букетами, стараясь их не уронить.

– Вот, ты держи те, а я возьму эти, – Рэйса подхватила несколько букетов. – Твоя машина рядом?

– Да, я припарковалась прямо здесь, – ответила Кэролин в оцепенении.

До машины они дошли молча. Кэролин открыла багажник и положила туда цветы. Развернувшись, она снова столкнулась с далекими воспоминаниями.

Рэйса улыбнулась.

– Я слышала, что здесь делают отличный кофе, – сказала она, указывая на то же кафе, куда Кэролин собиралась зайти.

– Да, действительно, – отозвалась она, испытывая неловкость.

– Выпьешь со мной? – спросила Рэйса просто.

Кэролин колебалась лишь мгновение, а затем ответила "да".

Они шли нога в ногу. Ни одна не осмеливалась заговорить из страха сказать что-нибудь не то. Рэйса открыла дверь, и Кэролин вошла. Они сели за обычный столик Кэролин.

Кэролин улыбнулась своим мыслям. Капучино был восхитителен.

– Давно ты в Далласе? – наконец заговорила Кэролин.

– Всего несколько дней.

– Мэтт ничего не говорил, – заметила Кэролин, отведя глаза.

– Он не знает.

Кэролин снова посмотрела на Рэйсу. Та спокойно пила свой кофе.

– Нравится?

– Да. – Рэйса встретила её глаза улыбкой и была вознаграждена ответной.

– Долго ты здесь пробудешь?

– Пока не знаю.

Кэролин видела, что Рэйса чего-то не договаривает, и решила сменить тему.

– Как Андреас?

Почти сразу она увидела боль, исказившую лицо Рэйсы.

– Он умер восемь лет назад, – ответила Рэйса, опуская взгляд на кофейную чашку.

Рука Кэролин накрыла её руку. Когда Рэйса снова встретилась с ней взглядом, Кэролин увидела слёзы, навернувшиеся на глаза, которые когда-то так много ей говорили.

– Мне жаль, – сказала Кэролин печально. – Мне так жаль.

Рэйса снова опустила глаза, и другая её рука начала мягко поглаживать руку Кэролин, лежащую поверх её руки.

"Так просто, – подумала Рэйса, – и так комфортно от простого прикосновения её руки".

– Любовь никогда не умирает, – произнесла, наконец, Рэйса вслух.

– Нет, конечно же, – отозвалась Кэролин, снова встречая её взгляд.

– Как это случилось?

Рэйса убрала руки, начиная волноваться. И вдруг Кэролин увидела так много общего между Рэйсой в Амандой: замкнутость и напряженность, беспокойство и ранимость.

– На буровой вышке, – выдавила Рэйса, глядя в окно.

– Я сожалею, – прозвучало печально в ответ

– Его там не должно было быть, – добавила Рэйса, снова не глядя на Кэролин.

– Я рада, что знала его. Андреас был особенным человеком.

– Да, был.

Она сделала паузу на мгновение, а затем, вернув на лицо деловую маску, продолжила:

– После него остался сын.

– Он был женат? – спросила Кэролин с улыбкой.

– Нет, не был, – сказала она, не вдаваясь в дальнейшие объяснения.

Кэролин промолчала, и Рэйса еще раз столкнулась с ней взглядом.

– Она забрала его деньги и оставила ему сына, – сказала Рэйса горько. – Она убила часть его. Я убила остальное.

Кэролин увидела затаённую ярость, снова показавшуюся наружу.

– Рэйса… – сердце Кэролин рванулось к женщине, которая так старалась быть сильной и чья боль проявлялась так очевидно.

– Извини, я опаздываю. Было очень приятно снова тебя увидеть, – сказала Рэйса, быстро вставая.

Кэролин ничего не успела ответить, потому что Рэйса ушла.

***

Кэролин бесцельно каталась по городу весь день. Её атаковали эмоции. Рэйса принесла проблеск её забытой энергии и юности, но вместе с тем разбудила и другие воспоминания. И наряду со всем хорошим, пришло и плохое. Кэролин как наяву увидела переменчивость этой женщины и неспособность столкнуться с… и внезапно Кэролин поняла. Рэйса не бежала от любви. Она никогда её не имела. Рэйса всегда боролась за обладание ею, но сама любить боялась. Её пугало, что, влюбившись, она причинит вред кому-то, кто ей не безразличен. Она себя убедила, что если тебя не любят, ты не можешь причинить вреда.

Остановившись перед гаражом, Кэролин откинула голову назад. Наконец, спустя столько лет, ей открылась правда. Рэйса её боялась.

Кэролин была обманута её бравадой и вызывающим поведением. А это не было ни тем, ни другим. Это была её потребность получить то, чего она хотела, держать в руках то, что было драгоценно для неё. Это был страх потерять. Она потеряла все, что любила.

Слава Богу, у неё есть Нона, подумала Кэролин, иначе она бы не вынесла этой боли.

***

Кэролин попала в зону военных действий.

– Не смей с ней так разговаривать! – кричал Саймон.

– Что здесь происходит? – спросила Кэролин, входя в комнату.

– Твоя дочь опять кого-то избила! – рявкнул Мэтт.

Аманда сидела тут же на стуле, уткнувшись глазами в пол.

– Что случилось? – спросила Кэролин.

– Она сегодня снова подралась, – ответил Саймон.

– Может быть, тебе стоит начать покупать ей только штаны, так как она, кажется, не может вести себя как молодая леди! – проревел Мэтт.

– Мэтт!

– Где ты была? Я пытался дозвониться до тебя всю вторую половину дня. Меня вытащили со встречи, чтобы забрать её из школы!

– Аманда, всё в порядке? – спросила Кэролин дочь, которая всё ещё не произнесла ни слова.

– Конечно, с ней всё в порядке, она легко побьёт любого. Она настоящий пацан.

– Мэтт! Заткнись! – зло бросила Кэролин.

– Как ты смеёшь так со мной разговаривать! – вскипел Мэтт, направляясь к ней.

– Если тронешь мою мать, я убью тебя! – Саймон прыгнул перед ним.

– Чёрт подери, да что ты о себе возомнил? – возмущенный Мэтт схватил Саймона.

– Отпустил его, Мэтт! Не смей к нему прикасаться!

Кэролин тянула Мэтта за руку, а Аманда била его кулаками.

Девочка все продолжала наносить удары, пока Кэролин не оттащила её. Аманда истерично пыталась отбиться, а затем совершенно неожиданно разрыдалась в объятиях матери, сидя вместе с нею на полу.

Мэтт сверлил их глазами, а Саймон опустился на пол и закрыл лицо руками.

Кэролин ласкала волосы девочки и укачивала её на руках.

– Всё в порядке, детка. Всё будет хорошо.

Мэтт, выходя, хлопнул дверью. Кэролин подняла глаза на сына и увидела, что его глаза так же полны слёз, как и её; он подошел и сел рядом с нею.

***

Мэтт ворвался в офис.

– Клэр!

– Да, Мэтт, я здесь, – отозвалась Клэр.

– Что это? – потребовал он.

– Это те самые кадровые изменения.

– Кто их подписал?

– Я, – сказала Рэйса, возникшая в дверном проёме. – Вы каждое утро добираетесь в офис к одиннадцати или сегодня особенный случай?

Клэр захотелось слиться со стеной, а Мэтт сразу растерял всю свою решимость.

– Были проблемы с дочерью в школе.

Долю секунды Рэйса колебалась.

– С ней всё в порядке?

– Она просто притягивает неприятности, – заметил он презрительно.

– Это свойственно энергичным детям.

– Она должна учиться, – бросил он ей вызов.

Уходя, она равнодушно обронила:

– Некоторые из нас никогда не учатся.

– Сука, – прошипел Мэтт вполголоса.

Клэр обернулась посмотреть, не услышала ли Рэйса, и облегченно вздохнула, когда та не остановилась.

– Мэтт…

– Клэр, ты знаешь, зачем она здесь?

– Записка у тебя на столе. Трясут управленческую иерархию. Она заняла тот большой офис на одиннадцатом этаже.

– Чёрт! Чёрт! Чёрт! – бесился он.

Схватив стеклянную подставку со стола, Мэтт грохнул её об стену. Клэр наблюдала за ним в ужасе.

Мэтт сел за стол и развернул кресло к окну.

Клэр покинула офис, закрыв за собой дверь так тихо, как это было возможно.

***

В тот день Мэтта вызвали к начальству, поэтому он направился прямо на одиннадцатый этаж.

– Входите, Мэтт, – сказала Рэйса, не отрывая взгляда от бумаг.

Когда Мэтт сел, на его лице было написано недовольство.

Внезапно она подняла на него глаза.

– Вы хотите возглавить европейский филиал?

У Мэтта упала челюсть. Он ожидал борьбы, а ему предлагали приз.

– Я должна рассматривать ваше молчание как согласие? – спросила она скучающим голосом, снова возвращаясь к бумагам.

– Да! Рэйса, я не знаю, что сказать… Я никак не ожидал, – выпалил он.

– Пока ничего никому не говорите. Дайте мне неделю, – сказала она, снова глядя на него.

– Конечно, я понимаю. Спасибо, Рэйса.

Он весь исходил слюнями радости.

– Хорошо, тогда считайте, что дело сделано. Я занята, Мэтт, мы продолжим позже.

Его отпустили. Он встал и вышел за дверь в чрезвычайно радостном потрясении.

***

"Копеко" спонсировала множество общественных мероприятий в Далласе. Например, соревнования по верховой езде. И это было одно из мероприятий, в которых Рэйса любила принимать участие.

В этот раз это было соревнование для детей восьми – десятилетнего возраста в искусстве верховой езды и прыжках с препятствиями. Она заметила несколько хороших наездников и перед следующим раундом решила спуститься в загон, чтобы познакомиться с некоторыми из них.

Чтобы избежать предвзятого судейства, все наездники выступали под номерами. Она запомнила, что ей действительно понравилось, как выступал наездник под номером 9.

Увидев ребёнка с этим номером на спине, она естественно первым делом направилась в его сторону.

– Привет, – произнесла Рэйса, когда приблизилась.

– Привет.

– Ты была действительно очень хороша сегодня, – похвалила Рэйса.

– Спасибо, но я чуть не свалилась во время последнего прыжка.

Девочка сняла шлем, и темные пряди рассыпались по её плечам.

– Ты должна заколоть их сзади, – улыбнулась Рэйса, указав на её волосы.

– Да, я знаю, но так я буду сильнее потеть.

– Я обычно тоже оставляла свои распущенными, – признала Рэйса с улыбкой.

Аманда заинтересовалась.

– Вы занимаетесь верховой ездой? – спросила она с ответной улыбкой.

– Уже нет. У меня было немало наград, синяков и ушибов, – Рэйса широко улыбнулась.

– Вы можете что-нибудь посоветовать насчёт этого последнего прыжка?

– Ну, вообще-то, да…

Разговаривая, они несколько раз смеялись в унисон.

Направлявшийся к загонам Саймон внезапно остановился, и улыбка расцвела на его лице. Он развернулся и пошел в другую сторону.

***

Сидя на открытой трибуне, Кэролин увидела, как наездники начали выстраиваться в порядке их выступления. Номер 9 выехал из ворот, лучась удовольствием. Кэролин немедленно заметила разницу в осанке. Аманда, казалось, оживала на лошади.

Видимо решив увеличить свои шансы, девочка всё ускоряла свои прыжки. Кэролин инстинктивно знала, что что-то изменилось. На последнем прыжке молодая наездница не удержалась и вылетела из седла.

Кэролин бросилась к ней. Несколько людей перескочили забор и тоже побежали к полю.

Рэйса оказалась около девочки первой.

– Эй, малыш, ты в порядке? – она мягко дотронулась до ребёнка.

Аманда перевернулась и попыталась сесть.

– Я думаю, да.

Следующими на месте появились организаторы состязаний, а за ними Кэролин. Она опустилась на колени рядом с девочкой.

– Мэнди, детка, не двигайся, – Кэролин заметно трясло. – Давай дождёмся доктора.

– Дыши глубоко. У тебя что-нибудь болит? – спросила Рэйса, осматривая Аманду на предмет повреждений.

Аманда потрясла головой.

– Я думаю, с ней все в порядке. Ветер выбил её из седла, вот и всё.

Кэролин повернулась на голос и только теперь увидела рядом Рэйсу.

– Да, мама, всё хорошо. Я только минуту не могла двигаться, – подтвердила девочка смело.

– Доктор в пути, – сказал один из представителей администрации.

– С ней всё в порядке, – уверила Рэйса.

– Ты этого не знаешь!

Кэролин начинала злиться.

– Отпусти её, Кэролин, – сказала Рэйса как могла спокойно.

– Нет! Она – мой ребенок. А ты не доктор!

– Мама, всё в порядке! – сказала Аманда, пытаясь встать.

Прибыл доктор и начал осмотр.

– Оставьте меня в покое! – крикнула Аманда.

– Аманда! – попыталась Кэролин её успокоить.

Рэйса встала в полный рост.

– Аманда, вставай.

Все повернулись на властный голос. Аманда перестала нервничать и поднялась.

– Ты хорошо держалась, но потеряла контроль над лошадью, потому что не сконцентрировалась при последнем прыжке.

Аманда кивнула головой.

– Мы над этим поработаем, – сказала Рэйса, положив руку на плечо девочки. – Теперь позволь доктору осмотреть тебя, а затем позаботься о своей лошади. Ты отвечаешь за неё.

Девочка тихо повернулась к доктору. Кэролин была и испугана, и взбешена.

Они все пошли к медицинской палатке, и как только доктор убедился, что девочка в порядке, Кэролин стала дышать более свободно.

Аманда пошла на поиски Астро, её лошади. В конюшне они с Кэролин обнаружили Рэйсу, которая обтирала животное.

Рэйса подняла глаза, и сразу догадалась, что она сейчас услышит.

– Ты велела ей изменить технику! – Кэролин не успевала отдышаться. – Как ты смеёшь вмешиваться! Она могла погибнуть!

– Нет, она хорошая наездница. Вдобавок, сильная наездница, – сказала Рэйса, защищаясь.

– Мама…

– Ты просто приходишь и делаешь то, что хочешь. И никогда не задумываешься о последствиях, – произнесла Кэролин осуждающе.

– Мама…

– Я только посоветовала ей быть собой. Ты не сможешь скрыть, кто ты есть, Кэролин! – атаковала Рэйса в ответ.

– Как ты смеёшь думать, что можешь учить меня, как вести себя с дочерью!

– Мама …

– Ты мешаешь ей!

– Ты упряма, как баран.

– Я не позволила бы ей встать, если бы думала, что она серьёзно пострадала, – защищалась Рэйса.

– Ты всегда права, верно? – бросила Кэролин.

– Кэролин, ты душишь её!

– Как ты смеёшь учить меня быть матерью!

Рэйса сделала пару шагов назад.

– Ты права, я ничего не знаю о материнстве, – согласилась Рэйса.

Под воздействием её слов Кэролин стала успокаиваться.

– Со мной всё хорошо, мама, – сказала Аманда, обвивая руками талию Кэролин.

Кэролин опустила взгляд на темноволосую голову, и её рука начала перебирать мягкие локоны. Рэйса смотрела как загипнотизированная.

Кэролин встала на колени перед дочерью и нежно провела по лицу своей маленькой девочки.

– Я люблю тебя, Аманда. Если когда-нибудь с тобой что-нибудь случится, это меня убьёт, – слезы побежали по её лицу. – Я хочу, чтобы ты была сильной и храброй, но не забывала об осторожности, потому что есть люди, которые любят тебя.

Кэролин встала, и Аманда оказалась в её объятия. Кэролин подняла глаза и увидела такую знакомую нежность в тёмных глазах напротив.

– Рэйса, я…

– Я не должна была изменять технику, не посоветовавшись с её родителями… с тобой в данном случае. Я не знала, что она твоя дочь, – сказала Рэйса с грустной улыбкой.

Её рука потянулась прикоснуться к волосам девочки, но остановилась до того, как сделала это. Кэролин не пропустила эту попытку.

– Она прекрасна.

Аманда оторвалась от матери и теперь с любопытством уставилась на женщину перед нею.

– Вы Рэйса Андиета? – теперь Аманда завладела внимание обеих женщин.

– Да, верно, – ответила Рэйса ребёнку.

– Я хочу быть похожей на вас, – серьёзно произнесла Аманда, не разрушая зрительного контакта с Рэйсой.

Рэйса посмотрел на Кэролин.

– Вы не нравитесь моему отцу, – заявила Аманда.

– Да, не нравлюсь, – ответил Рэйса честно.

Аманда некоторое время изучающе на неё смотрела.

– Меня он тоже не очень любит.

Кэролин подумала, что сердце её разобьется. Она собиралась сказать что-то, но Рэйса опередила её, опускаясь на колени перед девочкой.

– Иногда люди не понимают, – сказала Рэйса мягко и улыбнулась ей.

Аманда согласно кивнула.

Рэйса протянула руку и убрала прядь волос с лица девочки за её ухо.

– Привычка… у твоей мамы был такой же, как у тебя, непослушный локон.

Рэйса встала и теперь столкнулась с Кэролин лицом к лицу. Аманда вложила свою руку в руку Рэйсы, а другую дала матери. Обе женщины стояли, смотря то на ребенка, то друг на друга.

Наконец, Кэролин посмотрела на дочь и улыбнулась.

– Мороженого?

Аманда с улыбкой кивнула.

– Малыш, ты когда-нибудь пробовала манговое мороженое?

– Нет.

– Ну что ж, у меня есть для тебя сюрприз.

Рэйса и Аманда пошли вперёд, не дожидаясь Кэролин. Она засмеялась и догнала их.

***

Тем же вечером Саймон появился в гостиной, приплясывая от радости:

– Эй! Где вы обе были? Мы искали вас после соревнований.

– Как там Джордж и Тим? – Спросила Кэролин, подняв глаза от книги.

– Хорошо, это было нечто. Новый пассаж просто супер! – Саймон сел и повернулся к Аманде: – Эй, выскочка, как прошёл твой заезд?

– Я упала, но научилась кое-чему новому, – сказала Аманда серьезно.

При этих словах Мэтт отложил газету, которую читал.

– Да? Ты не пострадала?

– Нет, только дыхание перехватило.

– Круто, – сказал Саймон.

– Я хотел повидаться с тобой, но ты была занята разговором с Рэйсой, так что я… – Саймон слишком поздно понял свою ошибку.

– Рэйса была на соревнованиях? – адресовал Мэтт Кэролин.

– Мы ели манговое мороженое, – вставила Аманда.

– Вы ели мороженое с нею? – спросил Мэтт с раздражением у дочери.

– Я и мама, – гордо ответила Аманда.

Саймон увидел, как Кэролин сковало напряжение.

– Почему ты не рассказала мне! – взвился Мэтт.

– И она мне понравилась, – добавила Аманда нагло.

– Иди в свою комнату! – указал Мэтт на дверь.

– Мэтт! Что с тобой?

– Она мне очень понравилась! Гораздо больше, чем ты! – бросила Аманда отцу.

Мэтт разъярился.

– Вон!

Аманда встала и хлопнула за собой дверью.

– В чём дело? – немедленно потребовала Кэролин.

– Саймон, выйди! – прорычал Мэтт.

– Нет! – отказался Саймон.

– Саймон, дорогой, прошу, я хочу поговорить с твоим отцом, – просила Кэролин, пытаясь уберечь сына от гнева Мэтта.

Саймон посмотрел на отца, затем снова на мать и вышел из комнаты.

– Что вы делали сегодня с Рэйсой и моей дочерью?

– Неужели она стала твоей дочерью? – наигранно удивилась Кэролин.

– Не думай, что и сейчас я буду просто сидеть и наблюдать, как она тебя трахает!

– Мэтт! Ты отвратителен, – сказала Кэролин, повернувшись, чтобы уйти.

– Меня от тебя тошнит!

Кэролин повернулась к нему:

– Взаимно.

Она развернулась и вышла.

Когда позже вечером он сказал ей, что его не будет два дня, Кэролин вздохнула с облегчением. Она на самом деле почувствовала, как груз свалился с её плеч, как только он закрыл за собой дверь.

***

Кэролин схватила телефонную трубку, ворвавшись в дом.

– Алло?

– Привет.

Последовала тишина.

– Я хотела бы … Мне нужно увидеть тебя, – сказала Рэйса резко.

– Почему бы тебе не прийти на обед? – напряжённо пригласила её Кэролин.

– Хорошо, – голос Рэйсы прозвучал разочарованно.

– Ты знаешь, где я живу?

– Да.

– Тогда приезжай.

– Сейчас?

– Да.

Кэролин услышала гудки и повесила трубку.

***

Как будто время остановилось и Рэйса неожиданно снова оказалась перед нею. Они обе были потрясены.

– Ты любишь томатный суп?

– Никогда не пробовала.

Рэйса подходила ближе и ближе, а Кэролин продолжала говорить:

– Ну, он приятный и тёплый. Еще я сделаю тебе хороший сэндв… – внезапно её губами завладела Рэйса.

И дремавший так долго огонь стал бушующим адом. Кэролин запустила руки в темную гриву волос, откинув голову назад, и Рэйса поцеловала её в основание шеи. Руки Рэйсы, шарившие по коже Кэролин, скользнули под блузку и нашли свою цель.

– Оххххххххх… – простонала Кэролин, ощутив прикосновение к своей груди.

И их губы снова встретились.

– Мама, я дома.

Женщины резко отпрянули друг от друга. Саймон вошел и увидел напряжение на их лицах.

– Мне жаль, – сказал он, сам не зная почему.

Кэролин отвернулась, поправляя волосы и блузку.

Рэйса подошла к Саймону и протянула руку, пытаясь дать ей время собраться с мыслями.

– Привет Саймон.

– Привет, – ответил он с улыбкой.

– Твоя мама пригласила меня пообедать, – сказала она, немного обеспокоенная тем, что ей трудно смотреть ему прямо в глаза.

Кэролин обернулась и неожиданно произнесла:

– Саймон, это Рэйса.

– Привет, – сказал Саймон театрально. – Я знаю, кто она, мама, – добавил он с улыбкой.

– Вы понравились Аманде, – заметил Саймон.

– Она мне тоже понравилась, – отозвалась Рэйса с улыбкой.

Кэролин удивлённо наблюдала, как они подтрунивают друг над другом.

– Это запах томатного супа?

– Так сказала твоя мать, – улыбнулась Рэйса и бросила взгляд на Кэролин.

Кэролин тряхнула головой и рассмеялась вслух.

– Марш за мной на кухню, вы двое.

Она пошла следом за ними, продолжая смеяться.

***

– Ну что ж, это было просто восхитительно. Спасибо за обед, – внезапно сказала Рэйса и встала.

Кэролин тоже поднялась.

– Ты приехала на такси?

– Ну да, – улыбнулась она.

– Саймон может отвезти тебя назад, – сказала Кэролин.

Женщины стояли и не могли отвести друг от друга глаз. Саймон улыбнулся и решил вмешаться:

– Мама, я могу забрать Аманду, и мы заскочим куда-нибудь перекусить, если вы хотите побыть ещё немного вместе.

Рэйса широко улыбнулась Саймону, и он ответил ей тем же. Кэролин не могла поверить тому, что она видела.

– Почему у меня чувство, что меня обложили со всех сторон?

– Мы? – воскликнули в унисон Саймон и Рэйса, и все трое начали смеяться.

– Хорошо, я сама подброшу тебя до гостиницы, – наконец сказала Кэролин. – Саймон, никакого МакДоналдса, идёт?

– Ну, мам…

Рэйса коснулась её руки, и Кэролин увидела просящую улыбку на её лице.

– Хорошо, Саймон. Но только в этот раз.

– Да! Я твой должник, – сказал он Рэйсе.

– У тебя неограниченный кредит, – улыбнулась она.

***

В пентхаус они поднялись вместе. Рэйса не спрашивала Кэролин, хочет ли она зайти. Это было и так понятно. Безмолвный язык между ними вспоминался быстрее, чем они могли осознать это.

– Когда ты возвращаешься в Венесуэлу? – спросила Кэролин, опустив глаза.

Она присела на другой конец кушетки.

– Я никуда не спешу. Меня никто не ждёт, – сказала Рэйса просто.

– Конечно, ждут. Сына Андреаса и Нона, – возмутилась Кэролин.

– Антонио в школе-интернате в Швейцарии, а Нона… она умерла 4 недели назад, – обронила Рэйса, встав и направившись к стеклянной стене.

Кэролин позволила смыслу этих слов достичь её сознания. Нона умерла.

Внезапно Рэйса почувствовала, как две руки обняли её сзади. Мгновение она колебалась, а затем разрешила любви войти. Она растворилась в поддерживающих её руках, доверившись их силе.

Кэролин почувствовала момент, когда колени Рэйсы подогнулись, и они обе оказались на полу. Рэйса захлёбывалась слезами, а Кэролин только сильнее прижимала её к себе.

Темноволосая голова упала на её плечо, и раздались самые горькие рыдания, которые Кэролин когда-либо слышала. Наконец, Рэйса впустила её, доверив свою боль и своё сердце. И всё, что так долго мучило женщину, которую она любила, вышло наружу со слезами и рыданиями.

Комната уже погрузилась во тьму, а Кэролин всё ещё крепко прижимала Рэйсу к себе. В какой-то момент женщина заснула у неё на руках.

Теперь Кэролин поняла, что не замечала очевидного. Рэйса выглядела печальнее, мягче и, да, уязвимее, если у вас были глаза и желание ими воспользоваться. Она страдала от боли. И на этот раз у неё не было возможности убежать. Кэролин прижала её сильнеё, и Рэйса проснулась.

Попытавшись сесть, она ошарашено огляделась вокруг. Когда её глаза встретились с глазами Кэролин, то снова заполнились слезами, и она вернулась в нежные объятья.

– Не уходи.

– Я не уйду, – заверила Кэролин её. – Позволь мне позаботиться о тебе.

Встав, Кэролин протянула ей руку, и Рэйса без колебаний приняла её.

***

Кэролин включила душ и помогла Рэйсе раздеться. Когда она собиралась закрыть за собой дверь, Рэйса потянулась к ней.

– Ты не уйдешь?

– Нет, я сейчас вернусь, – сказала Кэролин успокаивающе.

Она позвонила Саймону и объяснила, что, вероятно, будет очень поздно. Он заверил, что ничего страшного не случится, если она задержится, на сколько ей потребуется.

Повесив трубку, Кэролин улыбнулась. Саймон был полон сюрпризов. Почему-то ей казалось, что он имел отношение к повороту событий в её жизни.

***

Рэйса не слышала, как открылась дверь душевой. Она лишь почувствовала, как те же самые руки, что недавно обнимали её, вынырнули у неё из–за спины и обвились вокруг. И она им доверилась.

Кэролин нежно вымыла её тело и волосы, затем вытерла и проводила к кровати. Рэйса позволила ей о себе заботиться, как Кэролин всегда хотелось. Но вместо радости это принесло ей только грусть.

Когда Кэролин сняла с Рэйсы халат и помогла лечь, женщина умоляюще протянула к ней руку. Кэролин разделась и легла рядом, понимая, что этот контакт, о котором просила Рэйса, был гораздо больше сексуального. Она нуждалась в нём, чтобы выжить.

Обняв Рэйсу, Кэролин нежно гладила её по спине, пока та не заснула. И даже когда измученная женщина заснула, она не перестала этого делать.

Посреди ночи Рэйса с криками вскочила.

Кэролин прильнула к её спине, успокаивая и возвращая к реальности.

Рэйса повернулась и вгляделась в лицо, которое так часто посещало её мечты в эти долгие одинокие годы, и её руки потянулись прикоснуться к нему.

Кэролин поцеловала её пальцы прежде, чем Рэйса убрала их, затем наклонилась вперед и нашла губы, к которым стремилась. Поцелуй был мягким и приглашающим.

Кэролин притянула её ближе, и Рэйса растаяла в этих объятиях. Они занимались любовью медленно и нежно. Их ласки были неторопливыми и чуткими, полными нежности и желания дать больше, чем взять, смешанными со слезами и улыбками. Поцелуи были полны обещания капитуляции и восхитительного союза. И этой ночью они нашли, наконец, то, что было потеряно.

***

Ранним утром Кэролин вышла в сад, оставив Рэйсу спящей. Она запустила пальцы в волосы, и знакомая усталость овладела её сердцем. Она больше не могла отрицать своей потребности в Рэйсе. Однажды она сбежала, но не сделает этого снова. Сейчас эти отношения были ей необходимы. И единственный способ показать кому-то свою любовь – кричать о ней на все четыре стороны, не заботясь о мнении окружающих.

Кэролин развернулась и вошла внутрь. Она села на диван, терпеливо ожидая, пока утро, наконец, не вступит в свои права.

Увидев её, Саймон подошёл и спросил осторожно:

– Мама? Ты в порядке?

– Д, посиди со мной, – она похлопала по дивану рядом с собой. – Я люблю её.

– Я знаю.

– Аманда…

– Она прекрасно с этим уживётся, – заверил Саймон. – Я думаю, Рэйса и Аманда прекрасно поладят.

Кэролин удивленно посмотрела на Саймона.

– Я, наверное, сделала что-то действительно хорошее, чтобы получить тебя, – сказала она сыну, погладив его по лицу.

– Сделала, мам. Ты любила меня, и теперь настала моя очередь показать, что я тоже тебя люблю.

Прижав сына к себе, Кэролин позволила слезам побежать по её щекам.

– Я знала, что ты приложил к этому руку, – смеялась она сквозь слезы.

– Не я, мама, она сама вернулась, – раздалось в ответ.

***

Кэролин твердой походкой вошла в здание "Копеко". Она шла, пропускаемая всеми, прямо на одиннадцатый этаж.

Не обращая внимания на удивлённый взгляд секретарши, Кэролин направилась прямо к двери.

Кажется, она ворвалась прямо на собрание членов правления. Странно, но Мэтт тоже был допущен сюда. Возможно, разумнее было бы подождать, но она ждала десять лет, и этого было достаточно.

Рэйса выжидающе поднялась. Кэролин глубоко вздохнула.

– Ты сделала мне предложение десять лет назад, ну или была очень близка к этому. Оно всё ещё в силе?

– Кэролин! – быстро поднялся Мэтт.

– Да, – ответила Рэйса просто.

Обе женщины видели только друг друга.

– Кэролин, сейчас не время и не место, – Мэтт нервно оглядывал сидящих в зале людей, которые внимательно наблюдали за происходящим.

Кэролин и Рэйса стояли, как будто они были одни в комнате.

– Я не должна была убегать, – сказала Кэролин мягко.

– Я должна была последовать за тобой, – ответила Рэйса быстро.

Ни слова, ни звука не было слышно от сидящих за столом. Они смотрели друг на друга и на Мэтта в замешательстве.

– Мне по-прежнему страшно, – призналась Кэролин.

– Я знаю.

– Ты всё ещё хочешь меня?

– О Боже, Кэролин, я никогда не переставала хотеть тебя.

И Кэролин увидела правдивость этого заявления в глазах Рэйсы.

– Я не должен… – Мэтт швырнул свои бумаги на стол, собираясь уйти.

– Сядь! – Мэтт колебался лишь мгновение, а затем повиновался. – Все вон! Сейчас же!

Все члены правления поспешили наружу. Когда они все вышли, Рэйса обратила всё своё внимание на Мэтта. Она открыла свой кейс и подтолкнула к нему папку.

– Просмотри это. Думаю, я щедра, – Рэйса смотрела на него с убийственным блеском в глазах. – Я предпочла бы просто пристрелить тебя, но Кэролин, скорее всего, будет против, и, как бы там ни было, ты отец Аманды и Саймона. Но не провоцируй меня, Мэтт. Никогда!

Рэйса подняла глаза и встретилась с пристальным взглядом Кэролин. И в тот момент Кэролин не была уверена, блефует Рэйса или честно предупреждает. Мэтт выглядел так, будто поверил её угрозе. Затем Рэйса снова перевела взгляд на Мэтта.

– Подпиши эти бумаги, и все содержимое пакета – твоё.

Она положила перед ним документ, который достала из кейса.

– Что это за бумаги?

– Это имеет значение?

Мэтт с явным удовольствием посмотрел на папку и улыбнулся Рэйсе. Затем он просмотрел бумаги, которые должен был подписать.

– Я не буду …– начал он говорить.

– Всё или ничего, – оборвала его Рэйса. – Я не торгуюсь.

– Я не откажусь от дочери, – сказал он с негодованием. – Я буду бороться за опеку над ней в суде и выиграю дело.

– Плюс ещё пять миллионов.

Кэролин становилось дурно, пока она наблюдала за ними.

– Семь.

– Согласна, подписывай, – потребовала Рэйса.

Мэтт подписал бумаги и направился к Кэролин.

– Ни слова! – предупредила его Рэйса. – Одно слово будет стоить тебе жизни.

Мэтт презрительно посмотрел на неё.

– Она выбрала меня, – произнесла Рэйса, пробуя эти слова на вкус. – Скажешь ей одно слово, только одно, и не важно, сколько она будет просить за тебя. Потому что, Мэтт, в этот раз я убью тебя.

Мэтт молча развернулся и вышел.

– Что это за бумаги?

– Они были составлены, чтобы освободить тебя.

– А ты очень в себе уверена, – заметила Кэролин.

– Не уверена, всего лишь полна надежд, – сказала Рэйса искренне. – Я жила надеждой всю свою жизнь, но в этот раз я боролась за своё счастье.

Рэйса пристально вглядывалась в лицо Кэролин, и Кэролин видела, как грозовые облака рассеиваются в её красивых тёмных глазах, и остаётся одна только любовь. Вспомнив однажды сказанные ей Ноной слова, она улыбнулась.

– Я стараюсь, – успокаивающе произнесла Рэйса.

– Я вижу, – отозвалась Кэролин с улыбкой.

Они медленно двинулись навстречу и остановились в нескольких шагах друг от друга.

– Я спрошу снова, – Рэйса сделала ещё один шаг, и только дыхание разделяло их.

Кэролин улыбнулась и ждала вопроса.

– Ты будешь моей на веки вечные?

– Да.

И расстояние между ними исчезло, когда губы двух возлюбленных, наконец, соединились вместе навсегда.

Content

Гарднер С. Энн Ради любви к женщине

Ради любви к женщине С. Энн Гарднер (Перевод: Эмма)