Шевченко Андрей Вячеславович

Кольцо желаний

Шевченко Андрей Вячеславович

Кольцо желаний

Анвар Кук тоскливо посмотрел на свой корабль. В трёх местах пробита обшивка, выведен из строя главный генератор, течь в баке. После последнего полета корабль придется основательно ремонтировать. На то, чтобы привести его в лётное состояние, нужна уйма денег, а денег-то у Анвара сейчас и не было. Контрабандный промысел всем хорош, только вот в самый нужный момент часто случается остаться без кредиток. Вообще-то, откровенно говоря, контрабанда не так уж и хороша, как хвалится Анвар перед своими друзьями и знакомыми девочками. Иногда сорвешь хороший куш, и тогда сам президент тебе в подметки не годится, но почему-то такой куш бывает только "иногда". В основном Анвару приходится сутками ремонтировать свою колымагу, перебирая гипердвигатель или ремонтируя обшивку. А истории, как он одурачивает имперские крейсера, конечно правдивы. Только Анвар еще никому не рассказывал, что он пережил во время таких погонь, когда за его маленькой "Стрекозой" гонится патруль, и только скорость и маневренность щуплого корабля контрабандиста спасала его хозяина. Не два и не три седых волоска появилось на голове Анвара после таких рейсов. Но, как говорится, кто не рискует, тот не пьет шампанского.

За последнюю "ходку" Анвар получил свою долю кредиток в виде аванса, и ее как раз хватало на то, чтобы вдосталь напиться шампанского, но в рейсе "Стрекоза" нарвалась на патрульный таможенный корабль и поймала несколько выстрелов из лазерных пушек. Шампанское и дорогостоящий ремонт корабля по цене сильно различаются. Кроме того, груз пришлось бросить. Хорошо еще хозяин груза был с Анваром в полете, он сам разработал маршрут, а от Анвара требовалось только доставить этот груз. То ли заказчику дали неверные сведения, то ли таможенный корабль в последний момент сменил карту полётов, но только корабль контрабандистов нарвался на него прямо на подходе к планете. Хозяин груза конечно ругался, но не стал требовать неустойку — понимал, сам виноват. Но ведь и Анвар большей половины оплаты не получил.

"Стрекоза" когда-то была курьерским кораблем, пока ее не списали с баланса одной военной части. Анвар купил корабль что называется "голым" — с него поснимали, кроме вооружения, почти все агрегаты, которые могли бы пригодиться в боевой обстановке или представляли военную тайну. Анвару ещё долго потом пришлось искать нужное оборудование по чёрным рынкам. Короче говоря, в "Стрекозу" Анвар вложил все свои финансы, и теперь она кормила его, если и не деликатесами, то хлебом точно, а иногда и с маслом. Но в сегодняшней ситуации придется надолго забыть о деликатесах — таких пробоин "Стрекоза" еще никогда не получала. Анвар подсчитал в уме сумму, необходимую для ремонта, и горестно присвистнул. Он оказался в замкнутом круге: для ремонта "Стрекозы" ему нужны деньги, которые он может заработать только с помощью своего корабля, который он должен починить за деньги, которые….

— Здорово тебе досталось, — раздался позади Анвара знакомый голос. Анвар обернулся и увидел перед собой своего давнего знакомого, техника из космопорта, Петера Зданского. Тот, как обычно, сдвинув форменную фуражку на затылок, улыбался широкой улыбкой, говорящей всему миру, что этот человек доволен собой, окружающими людьми и вообще всем-всем-всем. Внимательный наблюдатель заметил бы в этой улыбке что-то ненормальное, ибо Петер был с самого рождения немного, как говориться, с "прибабахом". Впрочем, человек он был спокойный, дело свое знал, и начальство космопорта никогда его не могло ни в чем упрекнуть по служебной линии.

— Да, досталось, как никогда, — подтвердил Анвар. — Патруль пощипал, да так, что от "Стрекозы" только обшивка полетела.

Петер с безмятежной улыбкой внимательно выслушал жалобы Анвара на злодейку-судьбу и сказал:

— Мне буквально час назад звонил друг. У него есть клиент, которому срочно нужен надежный пилот и корабль. Хи-хи. Он-то сам никого не знает, что делать и к кому обратиться. По виду вроде как ученый. Только псих.

Брови Анвара непроизвольно поползли вверх. "Психами" контрабандисты обычно именовали наркоманов или просто отчаявшихся людей, которые в своей последней безумной надежде разбогатеть стремились достичь цели любой ценой, и которые могли подставить и корабль, и команду в любой момент. Если уж даже слабоумный Петер заметил, что клиент "псих", то тогда не стоит и пытаться ввязываться в это дело. Не связываться с ненадежными клиентами было святым правилом Анвара, но сейчас он попал в такую переделку, что иным способом ему из нее не выбраться, поэтому он небрежным тоном спросил:

— Может он из фараонов?

— Не-а, он ученый. Только псих.

"Сам ты псих", подумал Анвар и спросил:

— А чего твой друг сам не найдёт ему пилота? Народу то полно вокруг.

— Сам он улетает в командировку. По крайней мере, он так говорит. Потому и попросил меня помочь клиенту. Я спросил "Сантану" и "Быструю комету" — они посмотрели на него и отказались. Тебя вот увидел, дай, думаю, спрошу. Но видно зря — тебе ещё долго не подняться отсюда. Как ты вообще умудрился сесть с такими пробоинами?

— Как, как, — проворчал Анвар, — взял, да и сел. Этот твой клиент еще здесь?

— Да. Сидит в служебной комнате и ждет своего проводника.

Анвар критически оглядел "Стрекозу" и сказал Петеру:

— Сейчас соберу всё, что можно пустить в дело, и пойду, поговорю с ним. Будь так добр, скажи ему об этом.

На вечно-улыбчивом лице Петера что-то мелькнуло, но он ничего не сказал, только сделал жест, выражающий сомнение и вихляющей походкой удалился в сторону космопорта.

Спустя пятнадцать минут Анвар с безразличным видом наблюдал за "психом", сидящим в "дежурке". Тот оказался рыжеволосым типом с хитрой физиономией, одетым довольно прилично, но как-то небрежно. Анвару не понравилось выражение глаз клиента: они были бегающими, казалось, сами по себе. Анвар выкурил сигарету, не зная на что ему решиться, но потом мысленно махнул рукой — стоя здесь, он никогда не поднимет "Стрекозу" с космодрома. Он подошел к стеклу дежурной комнаты и легонько постучал по нему согнутым пальцем. "Псих" вскинул глаза и, нервно подскочив на месте, заметался по комнате в поисках выхода. Анвар, ухмыльнувшись, показал ему на дверь. Рыжеволосый мужчина выскочил из дежурной комнаты, оправил свой костюм (довольно дорогой, как приметил Анвар), приветственно кивнул ему и спросил:

— Вы капитан, которого мне обещал прислать Мороз?

Анвар молча кивнул и показал рукой на выход из космопорта. Вдвоем они проследовали до стартовых позиций для государственных лайнеров, и только там Анвар, остановившись около старой технической будки, спросил:

— Далекий полет?

— Неблизкий. На окраину галактики. Надо сказать, что у меня на данный момент существенные проблемы с кораблем. Один друг говорил мне, что в порту постоянно можно найти человека, который согласится за определенную сумму забросить тебя куда угодно. Однако никто не хочет говорить со мной о полетах.

Анвар усмехнулся:

— Тот, кто рассказывает направо и налево о своих делах — либо дурак, либо полицейский. Никакой капитан не захочет связываться с незнакомым человеком одной из этих разновидностей.

— Почему же вы решили… гм… "связаться" со мной?

— Я отвечу на ваш вопрос… позже. Давайте сначала поговорим о цели полета и об оплате.

Рыжеволосый тип пожал плечами и сказал:

— Полет на Радужную планету. С посадкой около Озера. Еще мне нужно, чтобы корабль, доставивший меня туда, ждал меня на месте посадки, — взглянув на окаменевшее лицо Анвара, "псих" торопливо добавил: Это продлится совсем недолго, может быть всего лишь несколько суток. И я готов заплатить за этот полет восемьсот кредитов.

Мысли Анвара могли служить демонстратором броуновского движения. Да этот тип и в самом деле псих! Подумаешь, какая ерунда — несколько суток на Озере Радужной планеты! Да ведь там может хватить и нескольких минут, чтобы тебя сожрали чудовища или взяли в плен и запытали до смерти монахи. И эти восемьсот кредитов (спору нет, деньги неплохие) Анвару уже никогда не пригодятся. Но, с другой стороны, если сейчас не рискнуть, то придется продать "Стрекозу". На вырученные деньги он сможет купить какую-нибудь квартирку с обстановкой, но и только. И ему придётся устроиться каким-нибудь клерком в мелкой фирме с оплатой один кредит в день. И будет он, как большинство его знакомых, сидеть весь вечер в баре, потягивая одну кружку пива, потому что если купит вторую, то будет голодать весь следующий день. И цыпочка Стела уже не посмотрит на него с обожанием. Эти мысли окончательно добили Анвара, и он решился.

— На какой срок могут растянуться эти "несколько суток"?

— В лучшем случае — часов шесть восемь. В худшем — неделя.

— Неделю там еще никто не протянул. Сожрут или пленят.

— У меня есть несколько мыслей о том, как остаться целым и свободным.

Анвар вопросительно взглянул на него, но рыжеволосый лишь слабо усмехнулся.

— Ваши уроки уже пошли мне на пользу. Сначала ваше согласие, потом — мои мысли.

— Экспедиция за водой?

— Нет.

Анвар поневоле оказался заинтригованным — если лететь на Радужное Озеро не за водой, то зачем? Хотя, потом все выяснится, лишь бы платили деньги.

— У меня тоже проблемы. Мою "Стрекозу" сильно потрепал патруль, груз пришлось выкинуть, так что я оказался на мели и с разбитым кораблем. Вот мои условия: весь ремонт будет произведен за ваш счет. Авансом. Он обойдется вам в пятьсот пятьдесят — шестьсот кредитов. Это раз. Во-вторых: восемьсот кредитов за неизвестный срок — это нереально. За каждые полные стандартные сутки, проведенные на Радужной, я возьму с вас сто пятьдесят кредитов. Чем меньше времени мы проведем там, тем меньше это вам будет стоить. За доставку туда и обратно — еще триста. Итого, вам это влетит, по вашим же словам, от девятисот до тысячи восьмисот кредитов. Вы готовы расстаться с такой суммой?

Собеседник Анвара быстро что-то подсчитал в уме.

— Это справедливо. Значит, в настоящий момент ваш корабль неспособен подняться? Сколько времени займет ремонт?

— Если оплата будет произведена сегодня, то послезавтра с утра мы уже уйдем к Радужной.

— Это слишком долго.

— Это не дольше, чем вы будете искать себе другого капитана. Если меня правильно проинформировали, то вы уже околачиваетесь здесь не первые сутки.

— Поэтому я и говорю, что слишком долго. Хорошо, я согласен, но ускорьте ремонт, — рыжеволосый задумчиво пожевал губами. — У меня нет с собой столько денег. А что, корабль сильно поврежден? Уж больно велика сумма.

Анвар равнодушно пожал плечами. Он, разумеется, завысил сумму на сотню кредитов, как минимум, но не кричать же об этом во всеуслышанье.

— Если вы мне не верите, то можете достать детали сами, список я дам. Возможно, тогда ремонт обойдется вам гораздо дешевле, а я, со своей стороны, буду считать только те деньги, которые вы мне должны за рейс.

— Я бы не преминул поступить именно так, но я не с этой планеты. Здесь деловых знакомств у меня нет, поэтому я поверю в вашу сумму, и в доказательство этого, я готов подписать с вами стандартный договор.

Анвар не удержался и удивленно вскинул брови. Вот оно как, значит этот тип даже не из этой планетной системы! А какого черта он не улетел со своей планеты? Но задавать такие вопросы не принято. Могут и укоротить язык.

Анвар провел клиента к "Стрекозе" и показал все как есть. Тот, увидев побитую "Стрекозу", заколебался было, но после небольшой внутренней борьбы протянул руку Анвару.

— Меня зовут Эдгар Моран. Я доктор математики и археологии, каким бы несовместимым это ни казалось.

— Анвар Кук, в прошлом сержант пограничного патруля, в настоящем — свободный капитан, как это ни странно.

— Свободный капитан — это, надо понимать, контрабандист?

Анвар улыбнулся:

— Возможно, вы и правы, но кто в таком признается первому встречному?

Они договорились, что через два часа встретятся у нотариальной конторы, что при космопорте. Анвар заверил Морана, что местные адвокаты давно взяли за правило не лезть в детали подтверждаемых договоров. Так что все будет нормально: и секретность и законность предприятия будут соблюдены.

После того, как Моран ушел в город, Анвар дозвонился начальнику ремонтной службы и договорился, чтобы ему отложили детали, требуемые для ремонта "Стрекозы". Анвар решил, заодно с текущим ремонтом устранить и кое-какие мелкие неисправности, давно уже мешавшие работе. Теперь, когда у него появился шанс на выживание и время до прибытия грузовика с деталями, Анвар решил подождать Морана в баре космопорта в обществе с Лолой. Лола обладала неотразимой внешностью и незабываемой фигурой, а также была непроходимо глупой. Впрочем, для ее бизнеса ум был не столь уж и важен. Анвар еще на входе увидел прелестную фигурку Лолы и уже направился к ней, когда сбоку к нему подошел какой-то громила и, положив окорокообразную руку на плечо контрабандиста, тихим голосом сказал:

— С тобой хотят поговорить.

У Анвара мелькнула мысль отказаться от этого свидания, но его плечо, сжатое железными пальцами, посоветовало хозяину не спорить. Окорокообразные руки мягко, но настойчиво протолкнули Анвара по направлению к отдельному кабинету. Начало было многообещающим. Подобные кабинеты не сдавались кому попало, занять их могли только вип-персоны. Продолжение оказалось не менее интригующим. Едва Анвар переступил порог отдельного кабинета, и дверь за ним закрылась, как громила из-за спины Анвара неожиданно нанес контрабандисту резкий удар ладонью по скуле. Анвар быстро развернулся, не собираясь терпеть побои от кого бы то ни было, пусть даже это мужик, на голову выше его, но тут же наткнулся на прямой встречный. Когда в голове у него прояснилось, громила по-прежнему стоял за его спиной, а из темноты номера перед Анваром возникло лицо, которое он не хотел бы никогда видеть — лицо главы местного гангстерского синдиката Теодора Борджиа. "Наверняка я во что-то влип, иначе с чего бы сам Тедди заинтересовался мной?" — задал сам себе риторический вопрос Анвар. Чем бы он их не заинтересовал, но теперь синдикалисты от него так просто не отстанут. Борджиа подошел к Анвару и неожиданно протянул ему руку со словами:

— Прости этого придурка. Никто ему не давал указаний бить моих знакомых или подельников. Я его накажу, как следует, — завершил он свою краткую речь.

При этих словах Борджиа громила явственно побледнел. Анвар сплюнул кровь с разбитой губы и спросил:

— Не буду ли я так нелюбезен, если спрошу, с каких это пор жалкий контрабандист стал подельником великого Борджиа? Вроде бы раньше мы в тесный контакт не входили, — с этими словами Анвар потер рассеченную скулу, как память о тесном контакте.

— Мне нравится твой настрой, — хохотнул Тедди, — но я не хочу, чтобы все вокруг знали о том, что мы с тобой тут разговариваем, и тем более — о чем. А разговор у нас будет и в самом деле интересный. Пшел вон! — обратился он к своему телохранителю. Тот, словно побитая собака, попятился задом и тихо прикрыл за собой дверь. Борджиа холодно посмотрел на Анвара: С другой стороны, может быть, я и не стану наказывать этого болвана — это будет зависеть в некоторой степени от тебя. Если он сумел вколотить своими кулаками в тебя немного уважения к моему статусу на этой планете, то уже наполовину отработал свое месячное жалование. Ну, это так, треп. Перейдем к делу. Мне стало известно, что у тебя были неприятности с патрульными. Может быть, тебе нужны деньги на ремонт корабля? Я вполне могу это устроить.

В голове Анвара зазвенел колокольчик тревоги. С какой это стати Борджиа заинтересовался его "Стрекозой" если у него в кармане средства, могущие скупить половину торгово-космического флота планеты?

— Нет, спасибо, возможно я и сам смогу изыскать средства.

— Ну, на нет и суда нет, — добродушно согласился Борджиа. — Не хочешь — не надо. Тогда подойдем к этому вопросу с другой стороны. Ты хочешь, чтобы твоя "Стрекоза" и дальше летала? Можно было и не спрашивать — и так вижу, что хочешь. А ведь может случиться всякое, например: на взлете у тебя "полетит" усилитель гравипривода. Или ты на орбите наткнешься на космомину, которая непонятно как осталась вне поля зрения мусорщиков. Чтобы с тобой не произошло подобного несчастья, я и позвал тебя поговорить со мной. Ты же знаешь репутацию моих страховых обществ. То, что мы гарантируем — происходит на сто процентов.

Анвар почувствовал, как кончики его волос самопроизвольно зашевелились. То, что ему угрожают и ежу понятно, но почему? Вроде бы раньше он никак не мог насолить Борджиа и К®. Тем временем Борджиа продолжил свою мысль:

— Мне не хочется, чтобы с таким храбрым парнем случилась неприятность, подобная вышеперечисленной. Поэтому я должен знать, куда ты собрался лететь в самом недалеком будущем. Тот парень, похожий на "психа" набился к тебе в клиенты?

— Набился. — Анвар не видел особой причины отпираться, все равно Борджиа уже осведомлен обо всем.

— Угу. И куда же вы собираетесь направить свои стопы, если это не секрет?

— Не секрет. Сдается мне, что он археолог. Во всяком случае, так он сказал. Он хочет что-то поискать на планете Патрициев. Месяца два назад был скандал на Восьмой Оси о том, что министерство обороны Империи прикрыло археологические исследования на Патриции, потому что там, якобы, были обнаружены следы древней расы, владевшей секретом оружия огромной силы. По-моему, он у кого-то разнюхал про эти материалы. Теперь ему нужен человек, причем, именно человек, а не существо другой расы, который мог бы его доставить на Патриций и увезти его оттуда невредимым. Он и не нашел ничего лучшего, чем обратиться к контрабандистам. Насчет его поисков — это мои домыслы, но я думаю, что я прав. Хотя, если честно, вы же знаете, что с регулярностью раз в два года находят планеты со складами супероружия. Вот только ни на одной ещё его по-настоящему не нашли! Ой, да что это я? Вы же знаете об этом не хуже меня! — Анвар заливался соловьем, изредка поглядывая на Тедди. Тот не выказывал никаких чувств, молча слушая собеседника. Наконец Борджиа поднялся, тяжко вздохнув при этом, словно он только что пытался поднять грузовой звездолет.

— Ну, хорошо. Я вижу, что ты — парень разумный. Поэтому я думаю, тебя не надо предупреждать о том, что не стоит передавать твоему клиенту о нашем разговоре. Это ведь в твоих же интересах — никто больше не захочет иметь с тобой дел, если пойдет слух о твоей болтовне с первым встречным о клиентских тайнах. На этом все, можешь идти. Ах да, чуть не забыл, — Тедди сокрушенно покачал головой, — совсем уже памяти не стало… Если вдруг ты увидишь около себя в космосе или на Патриции моих ребят, и они не поладят с твоим клиентом, не удивляйся и не вмешивайся. Хэй, Скавенджер, проводи мистера Кука к выходу.

Анвар даже не заметил, как его, чуть ли не ласково вытолкнули из отдельного номера. Он небрежно направился к выходу из бара, на ходу приветливо кивнув Лоле. Мысли провести с ней пару часов испарились у него из головы. На текущий момент у него были дела поважнее. Анвар с разгону прыгнул в такси, стоящее на стоянке.

— Шеф, гони на Аллею Пивнарей. Если прилетим через пять минут — получишь кредитку сверху.

Спустя пять минут шофер, заработавший кредитку премиальных, умчался вдоль пыльной улицы, а Анвар, подозревавший, что Борджиа мог отправить за ним своих людей, забежал в дом, вышел через сквозной подъезд, пересел в другое такси и велел водителю направляться в центральную библиотеку госдепартамента.

В темном здании библиотеки Анвар сразу около входа увидел щит, описывающий расположение отделов. Он быстро нашел, нужный ему отдел планетарных исследований и архивных отчетов экспедиций изыскательского корпуса Империи. Спустя несколько минут он уже делал заказ пожилой птицеподобной даберрийке, служившей здесь в должности старшего эксперта, как она словоохотливо пояснила Анвару. Он вежливо выслушивал откровения даберрийки, соскучившейся по общению, и с нетерпением ждал, когда выполнят его заказ. Наконец, из хранилища поступили две, запрошенные Анваром книги. Анвар извинился перед библиотекаршей и, сославшись на срочность, быстренько убежал в читальный зал. Даберрийка сочувственно щелкнула клювом и принялась выискивать у себя паразитов в перьевом покрове.

Анвар зашел в копировальный отдел и попросил, чтобы ему сделали копии с двух принесенных книг. В данный момент ему совершенно некогда было читать, но после того, как он закончит ремонт "Стрекозы", Анвар хотел поподробнее изучить Радужную планету. По крайней мере, немного информации не помешает. Разумеется, в любом портовом кабаке могут понарассказывать кучу небылиц про Озеро Радужной планеты, но ведь Анвар не первый день, как родился. Он и сам горазд при случае приврать, чтобы компания не скучала. А сейчас, когда на карту ставилась жизнь, а в этом Анвар не сомневался, он хотел знать как можно больше.

Спустя час Анвар встретил Морана у входа в нотариальную контору. Еще через десять минут формальности были закончены. Анвар Кук и его клиент стали компаньонами на срок до десяти дней, не включая срока полета. Видя, что Моран собирается что-то сказать, Анвар отрицательно покачал головой и сказал:

— Поговорим около взлетных полей.

У него имелись все основания так говорить, ведь люди Тедди Борджиа могли дистанционно подслушать разговор — современная техника и не на такое способна. Зато в зоне ревущих лайнеров можно смело разговаривать — никакая аппаратура не сможет уловить разборчивой речи. Правда, собеседники могут и сами не услышать друг друга, но на такие издержки придется пойти ради соблюдения секретности.

— Зачем мы здесь? — прокричал Моран сквозь шум взлетающих и садящихся кораблей.

— Чтобы нас не услышали. Вами серьезно заинтересовался синдикат Борджиа. Слышали о таком? Надеюсь, понимаете, чем это грозит? Поэтому никуда больше не отходите от "Стрекозы". Будете жить на корабле, пока его не починят.

— Но мой помощник и мои вещи находятся в отеле, — возразил Моран, видимо ничуть не удивленный тем, что его персоной интересуются мафиозные структуры. — А мой груз на складах Ортеги.

— Позвоните, и вам их привезут. Кстати, пассажирская каюта у меня только одна, так что вы со своим помощником будете жить в ней вдвоем.

— Меня это вполне устраивает, — усмехнулся Моран.

— И еще: ни в отеле, ни около корабля, ни в самой "Стрекозе" не говорите больше о делах. До тех пор, пока мы не оторвемся от планеты и не уйдем в гипер. А теперь пойдемте к моей стартовой площадке. Но только молча.

Через день после вышеописанных событий, Анвар ждал прибытия Морана в космопорт. Археолог и его помощник опаздывали, а Анвар терпеть не мог необязательных людей. Наконец Анвар увидел две спешащие к "Стрекозе" фигуры. Он огляделся вокруг, но кроме механиков, ремонтировавших какой-то космокатер, никого больше не было видно.

— Приветствую вас! — Анвар услышал за спиной голос Морана. — Мы опоздали на пятнадцать минут, но по независящим от нас обстоятельствам. Разрешите представить вам моего помощника — Анжелика Коприни.

Как раз в этот момент Анвар закончил осмотр местных достопримечательностей и, услышав последнюю фразу Морана, замер, как если бы он получил максимальный заряд из станнера. Он деревянно обернулся. Сердце забилось в груди с бешеной силой и провалилось куда-то в район желудка. Это была ОНА. Анвар сумел справиться с собой и, не сводя глаз с Анжелики, пригласил клиентов войти внутрь "Стрекозы". Они вошли, а смятенный Анвар, с трудом проглотив комок в горле, задраил входной люк и поспешил в рубку управления. Там он посидел с минуту, пытаясь справиться с дрожащими руками, запросил у диспетчера разрешение на взлет, получил "добро" и плавно поднял свой щуплый кораблик в пасмурное небо Пегаса. Пять громоздких ящиков, составлявших груз Морана, уже лежали в трюме "Стрекозы". Перед взлетом он планировал устроить тщательную проверку на предмет обнаружения следящих устройств, но теперь это придется проделать в полете. Анвар тщательно просмотрел заранее рассчитанный курс на Радужную планету и ввел его в бортовой компьютер. Тот проглотил скормленные данные, сыто рыгнул и выдал светящуюся надпись "Пожалуйста, подтвердите введенный курс". "Ох уж эти компьютеры, — подумал Анвар. — Вроде бы и умные, а сами ничего без человека не могут сделать". Он подтвердил курс, и корабль, набравший необходимое ускорение, совершил гиперпрыжок. Анвар встал из-за пилотского кресла и вышел из рубки. Навстречу ему двигался Моран. Вид у него был бледно-зеленый.

— Обычно я неплохо переношу гипер, но на вашей разв… вашем корабле… Дернуло же меня искать приключения. Где у вас тут санузел?

Анвар с непроницаемым видом показал в сторону туалета, и только когда Моран умчался в указанном направлении, позволил себе усмехнуться. Вот если бы Моран поприсутствовал с ним на гонках с имперскими патрульными крейсерами, он бы понял настоящий вкус приключений.

Анвар удалился в трюм. Там он приготовил тестеры, просканировал все ящики, но никаких "багов" не обнаружил, после чего со спокойной совестью пошел в свою каюту. После короткого завтрака принялся за чтение принесенных с собой копий книг. В первой из них содержались выдержки из отчетов экспедиции планетолога Ковацкого, который и открыл Радужную планету. Ничего особо интересного в ней не было. Анвар пролистал ее и принялся за вторую. Книга была написана в жанре литературного сказания, в отличие от первой, перечислявшей сухие статистические факты. Но даже, несмотря на это Анвар никак не мог вникнуть в смысл повествования. Мысли его были далеки от Радужной планеты. Он нервно стряхнул пепел с сигареты прямо на страницу книги. Обычно он не курил в полете, поскольку регенераторы воздуха у "Стрекозы" были старенькими, но позавчера на деньги Морана Анвар заменил их на новые, и мог себе позволить роскошь покурить. А главная причина заключалась в том, что Анвар пытался успокоить себя, однако сейчас никотин на него оказывал прямо противоположное действие. Анвар обхватил голову руками, начисто забыв об открытой перед ним книге. Почему ОНА оказалась здесь? Зачем судьба опять столкнула его с Анжеликой, когда он только начал оправляться от раны? Анвар, криво усмехнувшись, незаметно для себя углубился в воспоминания.

Тогда, десять лет назад, он только окончил высшую школу космоплавания и на какой-то суматошной вечеринке случайно познакомился с Анжеликой. В тот вечер он не думал ни о чем серьезном, и хотел просто пофлиртовать с красивой девушкой. Но потом они встретились еще раз, потом еще, и в конце концов Анвар понял, что он хочет видеть её каждый день, каждый час, все время. По ночам он видел огромные карие глаза Анжелики, её пышные волосы, её высокую стройную фигуру, похожую на фигуру древнегреческой богини. Но он был сержантом-навигатором патрульного корабля, а она дочерью знаменитого профессора археологии. У него были служебные обязанности, отнимавшие шесть дней из недели, а она вращалась в высшем свете. У него за плечами была только космошкола, хотя и высшая, а она окончила два университета. И все же они встречались. Все было хорошо. Анвар покусал губы. Да, все было хорошо до тех пор, пока во время одного из полетов к нему не подошел лейтенант Марвин. Марвин был довольно склочной личностью, за что его и не уважали во флоте. Именно этот Марвин и сообщил Анвару, как бы случайно, что до него дошли слухи, будто бы Анжелика встречается с каким-то археологом, причем довольно давно. Анвар тогда сделал непроницаемое лицо, но во время очередной встречи с Анжеликой все же решился задать ей этот вопрос. Анжелика посмотрела на него незабываемым взглядом, отвела глаза и тихо сказала:

— Видишь ли, Анвар, мы с тобой еще знакомы не так уж и долго. Я к тебе отношусь очень хорошо, но ведь у меня до знакомства с тобой была своя прежняя жизнь. Я должна сделать свой выбор. Дай мне время, потерпи.

Анвар тогда не удержался и вспылил:

— Значит, ты предлагаешь мне посидеть в запасных игроках? Обычно я предпочитаю играть в основном составе.

— Ты нетерпелив. — Анжелика загадочно улыбнулась. — Как сказала одна историческая личность: "Или Цезарь, или ничто!"

— Именно так. И все же, — Анвар посмотрел ей прямо в глаза, — я подожду. Подожду твоего решения.

— У нас всё прямо как в кино, — улыбнулась Анжелика. — Может быть, если ты и дальше будешь так настойчив, я никуда тебя больше от себя не отпущу.

— Кино берется из жизни, — только и нашелся, что ответить Анвар.

После этого разговора они гуляли до тех пор, пока у Анвара не кончился срок увольнительной. На следующий день он ушел в рейс на две недели, а по возвращении узнал, что Анжелика убежала из дому с тем самым археологом, про которого ему говорил Марвин. Анвар тогда просто обезумел. На свое несчастье, эту новость ему принес именно лейтенант Марвин, видимо, в надежде получить удовольствие от наблюдения чужого горя. Вместо этого Марвину пришлось наблюдать собственное избиение. Когда Анвара оттащили от тела бесчувственного лейтенанта, тот был весь в крови, правая рука была сломана в двух местах. Анвара отдали под трибунал, разжаловали в рядовые и отправили в штрафной батальон на пограничье. Анвару было глубоко безразлично то, что его в любой момент могут убить туземцы, с которыми у Империи шла давняя кровопролитная война. Анвар совался в самые опасные места, в каждом бою он был в центре битвы, но его не брали ни отравленные шипы туземцев, в него не попадали ни шальные снаряды, ни лучи стационарных лазеров, выкашивавших по сотне метров дремучего леса и по полроты за один выстрел.

По ночам Анвар просыпался от своего крика: "Анжелика", правда с течением времени все реже и реже. За три года проведенных в штрафном батальоне Анвар стяжал славу отчаянного парня, получил помилование и снова был принят на флот в качестве инструктора по выживанию. И надо же было такому случиться, что однажды в часть, куда определили Анвара, приехал с проверкой Марвин, к тому времени уже майор. Не нужно быть ясновидцем, чтобы предвидеть очередную стычку. Марвин проверил подготовку отделения, которым командовал Анвар, и нашел ее полностью неудовлетворительной. А потом он подошел к Анвару и, гадко улыбнувшись, спросил его, не хочет ли сержант Кук узнать новости об Анжелике Коприни.

За три года штрафбата Анвар научился драться куда лучше, чем раньше. В этот раз Марвин получил переломы обеих рук и челюстей. Большего Анвар сделать просто не успел. За повторное нападение на офицера Анвара хотели отдать под расстрел, но какой-то капитан из службы внутренней морали войск Империи поднял старое досье Анвара и рассказал полковникам, вершившим суд, историю несчастной любви сержанта. После этого отделение Анвара под присягой показало, что Марвин сам нарвался на побои. Анвара вторично помиловали, но из флота изгнали. Насовсем, без возможности служить в любом качестве.

На деньги, которые ему полагались при увольнении, плюс немного тех, что он сумел раздобыть, скажем, не совсем честным путём, Анвар купил "Стрекозу". Однако честный фрахт не приносил прибыли, как показала практика. Несколько раз он подряжался выполнить не совсем законные рейсы, которые не регистрировались ни в судовом журнале, ни в диспетчерских космопорта. Черный нал, выплаченный клиентами, оказался намного прибыльней. Так он стал контрабандистом. Анжелику Анвар старался не вспоминать, его душевная рана зажила, вот только все равно по ночам он иногда просыпался оттого, что звал её во сне. Жениться Анвар так и не собрался — сначала было не на что, и он просто не обращал внимания на девушек, а потом собрался, да только разве они могли выдержать сравнения с НЕЙ? А когда он встретился с девушкой, похожей на НЕЁ, однажды утром она спросила Анвара, кто такая Анжелика. Он что-то промямлил в ответ, пытаясь объяснить. Она все поняла и сказала, что на вторых ролях после какой-то Анжелики она играть не собирается. С тем они и расстались. История повторилась в точности, только наоборот. После этого Анвар уже искал себе только подруг на неделю.

И вот теперь, когда Анвар уже оправился (как он думал) от своей сумасшедшей любви, Анжелика вновь появилась перед ним во всем своем великолепии. Прошедшие годы лишь сделали её красоту более женственной, из бутона она превратилась в распускающуюся розу. "Так значит Моран и есть тот археолог", Анвар покачал головой. Как причудлива жизнь. Интересно, а Анжела рассказала ему о том, кто такой Анвар? Анвар поднялся с кресла и тяжелой походкой отправился в рубку, оставив в каюте гору окурков. Не успел он проверить показания работы двигателя, как в дверь постучали. Только после третьего или четвертого стука он, наконец, решился и откатил дверь. На пороге стояла ОНА.

— Разрешите войти, капитан?

Анвар глухо откашлялся и сказал:

— Пассажирам запрещено находиться в рубке управления. Пройдите в свою каюту.

— Не вредничай, — она улыбнулась своей неподражаемой улыбкой. — Так можно войти или нет?

— Входи, — сдался Анвар и отступил, давая ей дорогу. Анжелика вошла и огляделась.

— Никогда еще не бывала в рубке.

Анвар угрюмо посмотрел на неё и задал вопрос "в лоб":

— Значит, этот рыжий археолог и есть твой выбор?

Анжела спокойно посмотрела на него и ответила:

— Да. Это не просто выбор. Я люблю его. Ради него я бросила всё, что у меня было.

— В том числе и меня. Если мне не изменяет память, ты мне сказала, что не отпустишь меня от себя, а сама буквально тут же исчезла.

Анжелика вспыхнула и только собралась что-то сказать, как в коридоре раздались нетвердые шаги Морана.

Моран попросил разрешения войти и, получив его в виде небрежного кивка, расположился в углу рубки на квадратном корпусе щита с переключателями. Моран поерзал, устраиваясь поудобнее, и полуутвердительно спросил:

— Вы, я вижу, разговариваете про Радужную?

— Надо же мне знать, хотя бы приблизительно, что ожидает меня и мой корабль.

— Ну, если приблизительно, то я могу вам сказать. Уже на высоте километров где-то в пятнадцать-двадцать на нас могут напасть воздушные монстры. Если вы сможете произвести быструю посадку, то мы от них отделаемся прямо в воздухе. К поверхности земли они не опускаются. Сбить их можно только ракетами класса "воздух-воздух". Такого вооружения, я думаю, ваша "Стрекоза" не имеет.

— И насколько быстрой должна быть эта посадка? — иронично спросил Анвар.

— Скорость должна быть несколько больше той, как если бы корабль падал на планету с выключенными двигателями, — невозмутимо ответил Моран. Анвар кашлянул, чтобы скрыть замешательство, и сказал:

— Это, знаете ли, нешуточный риск, садиться на планету с такой скоростью.

— В противном случае нас могут сбить в атмосфере. Монстры с Радужной способны прогрызть дырку даже в крейсере, не говоря уже о вашей раз… гм, вашем корабле. А как вам понравится, если на "Стрекозу" при посадке плюхнется многотонная туша? Вот то-то и оно! — Анвар молча смотрел на Морана и не узнавал его. Тот разошелся не на шутку. Его прямо-таки распирало от желания рассказывать. — Я думаю, что сумел убедить вас совершить настолько быструю посадку, насколько это возможно. Перейдем к следующему вопросу: как остаться в живых около Озера. Вы вообще-то что-нибудь знаете про Радужную? — неожиданно перескочил Моран на другую тему.

— Только слышал, что там чертовски опасно. Ну, еще всякое враньё про монахов, воздушных и наземных монстров. Не то динозавров, не то драконов.

— В большинстве своем — это все враньё, — согласился Моран. — Но и в этом вранье можно найти не одно зернышко истины. Мы с Анжелой несколько лет тщательно изучали все документы, все сведения и просто слухи, касающиеся Радужной планеты и Озера. Хотите, я расскажу вам легенду о происхождении целебной силы Озера? — получив согласный кивок Анвара, Моран на несколько секунд замолк, словно обдумывая, с чего начать. Наконец он собрался с мыслями и заговорил:

Примерно лет за пятьсот до того, как экспедиция Ковацкого открыла для Империи Радужную, на планете произошли события, ставшие причиной сегодняшнего её особенного статуса. Тогда, впрочем, как и теперь, на планете жили только обенны. Ну, вы, возможно, слышали, такие гуманоидные существа с невероятно-быстрой реакцией и зачатками телепатии. В остальном они ничем особым больше и не отличаются от других развивающихся рас нашей галактики. Королевой обеннов тогда стала Синэлла IV, еще молодая, но подающая большие надежды, как государственный деятель. У неё был жених по имени Ансил, также молодой, прекрасный и благородный до кончиков когтей. Настоящий цвет обеннского дворянства, коричневая кость, как говорят обенны. Понятное дело, Синэлла и Ансил были по уши влюблены друг в друга и уже поговаривали о свадьбе, но благородное воспитание Ансила сыграло свою зловещую роль. (При этих словах Морана Анвар посмотрел на Анжелику, но она отвела взгляд куда-то вбок.)

Дело в том, что женихи коронованных особ должны были совершить какой-либо героический поступок или подвиг, дабы доказать свою пригодность к управлению государством. Ансил собрал свою дружину и отправился в Старые земли за Кольцом Желаний. Старыми землями называли пустоши, оставшиеся на месте городов, где жила могущественная раса — предшественники обеннов на Радужной. Периодически туда отправлялись либо принцы, либо искатели приключений в надежде разбогатеть или прославиться. Возвращались считанные единицы и рассказывали всяческие ужасы. Однажды, какому-то мелкопоместному графу удалось раздобыть там прозрачный шар, который показывал недалекое будущее, и этот предприимчивый граф стал королем всей планеты и прародителем Синэллы благодаря этому шару и своей счастливой звезде. Впоследствии шар был случайно разбит при осаде столицы, но к тому времени его династия уже прочно утвердилась на троне.

А о Кольце Желаний ходили легенды, что оно раз в сотню лет исполняет любое требование, надевшего его. Только до той поры никто еще не сумел достать Кольцо. И вот настал час прощания Ансила и Синэллы. Принцесса отговаривала его, говоря, что он и так будет прекрасным королем для народа, но Ансил остался непреклонным. Так они и расстались. Ансил и его дружина благополучно добрались до Старых земель, но едва они переступили границу развалин города, как на них начали нападать различные твари: воздушные, бегающие и ползающие. Поиск неведомого оказался тем тяжелее, что Ансил не знал, где нужно искать Кольцо. Когда они дошли до центра развалин, от дружины осталась едва ли половина. И вдруг все монстры рассеялись, как по волшебству. Ансил и его товарищи вышли на площадь, относительно чистую от осколков камней, посередине которой стоял небольшой каменный стол, светящийся зеленым светом. Ансил подошел к столу и под прозрачным колпаком увидел на нем Кольцо. Прямо на крышке стола Древними было выгравировано какое-то изречение. Как обенн благородных кровей, Ансил немного умел читать на древнем языке. Ну и прочел. Сказано там было, что здесь лежит Кольцо Желаний, но, мол, взявший его, будь осторожен. Кольцо выполнит твои самые заветные желания, только вполне может случиться не так, как хочешь ты. Кроме того, если обладатель кольца оденет его в неурочное время, то случится беда. Предупреждение расплывчатое, как и все пророчества.

Ансил положил Кольцо к себе в кошель, и стол перестал светиться зеленым светом, а за пределами площади раздался громкий вой монстров. Ансил сказал своим воинам, что ради этого Кольца они и пришли сюда. Теперь можно было отправляться обратно, да и остатки дружины начали роптать. Они отправились обратно, но едва вышли с площади, как на них со всех сторон начали нападать разнообразные твари всех видов. Соратники Ансила таяли, как снег под весенним солнышком. Наконец настал тот миг, когда их осталось только трое. До границы Старых земель оставалось совсем немного, и монстры утроили мощь своих атак. — Моран помолчал и продолжил хриплым голосом: Из Старых земель выбрался только Ансил, смертельно израненный. Его ездовая ящерица тоже держалась на последнем издыхании, но довезла его до городских окраин. Там Ансила подобрали крестьяне и отвезли его во дворец. Синэлла выбежала ему навстречу. Единственное, что смог сказать ей Ансил было "Мы погибли, но принесли Кольцо Желаний. Я люблю тебя". После этих слов он умер.

Вне себя от горя, Синэлла надела Кольцо и сказала: "Я хочу, чтобы Ансил ожил. Я хочу быть всегда вместе с ним". И затем случилось то, чему свидетелями стали сотни человек. И мертвец, лежащий на ступенях дворца, и принцесса, стоявшая рядом, исчезли в облаке сиреневого тумана, а когда он рассеялся, окружающие едва сдержали крик. Ни принцессы, ни её мертвого жениха не было, зато на их месте расплывалась кровавая лужа, посередине которой лежало Кольцо желаний, а рядом появился росток невиданного дерева с кровавыми листьями. Вот так объединились в смерти Синэлла и Ансил. Кольцо выполнило её желание, но по-своему. Дерево назвали Древом Синэллы.

После этого Кольцо положили в королевскую сокровищницу, и там оно лежало всеми забытое лет сто пятьдесят, пока вассалы короля не подняли восстание. Королевская армия была деморализована и практически разбита, а противники грозили захватить столицу. Король решил пойти на крайние меры. Он достал Кольцо из сокровищницы, тщательно продумал формулировку своего желания и на поле, где должна была произойти битва, надел его на палец. Он сказал: "Я хочу быть непобедимым, и чтобы армия противника разбежалась с поля боя". Тем самым он хотел обеспечить свою победу и оставить в живых воинов и крестьян, которые воевали против него, ведь это были его подданные, пусть и взбунтовавшиеся. Но Кольцо опять показало свой нрав.

Короля окутало облако сиреневого дыма, а когда рассеялось, воины обеих сторон увидели перед собой огромного дракона. Дракон выпустил струю огня, взмахнул крыльями и полетел в сторону повстанцев. Разумеется, те умчались с поля боя в дикой панике. Войска короля одержали бескровную победу, а дракона впоследствии видели около Старых земель. С тех пор больше никто не рисковал надеть Кольцо — ни правители, ни дворяне. Прошло ещё лет пятьдесят, и однажды во дворец пришел монах. Обенны до сих пор придерживаются одной религии. Монахов уже в те времена уважали и даже побаивались, поэтому он практически сразу попал на прием к королю. О чем они говорили, никто не знает, но Кольца больше никто и не видел. Зато около далекого горного озера, куда от столицы добираться пешком нужно месяца два, построили монастырь. Озеро было как будто специально предназначено для хранения Кольца. Его со всех сторон, кроме узенького перевала, окружали высокие неприступные горы. Когда монастырь достроили, приехал король с небольшой свитой. Настоятель монастыря вынес Кольцо, они с королем сели в маленькую лодку и на самой середине озера бросили Кольцо в воду. С тех пор монахи этого монастыря стали называть себя орденом Стражей и возносили свои молитвы не Богу, но Кольцу. Они просили его, чтобы оно даровало воде, в которой лежит, силы, способные вылечить любую болезнь. К озеру начали приходить паломники и действительно они исцелялись от самых разнообразных болезней.

Так продолжалось до тех пор, пока не прилетела экспедиция Ковацкого. Они вошли в контакт с обеннами и, спустя несколько месяцев пребывания на Радужной, узнали про волшебное Озеро. Недолго думая, несколько членов экспедиции взяли флаер и отправились на Озеро, посмотреть, в самом ли деле вода Озера так целебна, как о ней говорят. Оказалось, что и на людей вода воздействует точно так же, как и на обеннов. Понятно, что некоторые замыслили достать Кольцо Желаний, ибо уже слышали легенду. Технические средства позволяли это сделать, и это было сделано. Ночью, чтобы монахи не смогли помешать, двое людей выгрузили с флаера небольшую подводную лодку, погрузились в неё и поплыли на поиски Кольца. Найти-то они его нашли, но когда дело дошло до того, кто первый наденет Кольцо, началась драка. Один из них был смертельно ранен, а второй надел Кольцо на палец. Монахи с берега видели происходящее, но помешать не могли. Они же и оказались единственными свидетелями. Уцелевший в драке не успел даже произнести желание, как превратился в монстра, беснующегося в облаке сиреневого тумана. Лодка, не рассчитанная на подобные тяжести, сразу же затонула, в монстр начал в дикой ярости биться на воде. Видимо человек превратился в водного монстра, потому что не утонул, а продолжал свирепствовать довольно долго. Наконец монстр заметил, стоящих на берегу монахов и поплыл к ним, но, против всех их ожиданий не напал, а начал стенать, будто просил вернуть ему прежний облик. Разумеется, монахи этого не могли сделать. На следующее утро экспедиция Ковацкого была изгнана с планеты. Людям и другим расам было запрещено появляться на Озере без разрешения под страхом смерти.

Когда экспедиция прибыла в метрополию, все были поражены рассказами про Озеро с живой водой. Начался настоящий бум. Дипломатические миссии одна за другой прилетали на Радужную, но королевские советники даже не допускали их на аудиенцию к королю. Однако, настойчивость имперских дипломатов возымела действие, и Империя и обенны пришли к соглашению. Люди могли построить небольшой космопорт неподалеку от столицы и, для желающих исцелиться всегда была открыта дорога к далекому горному Озеру. Но только пешком и без каких-либо технических средств. Те, кто останется около Озера на срок, больший, чем час, будут казнены. Можно взять с собой столько воды, сколько сможешь унести на себе. Как вам может быть известно, все волшебные оздоровительные свойства воды Озера испаряются спустя трое земных суток, поэтому только редкие счастливчики пили воду Озера, не посетив Радужную. А в настоящее время монахи из мирных обитателей монастыря превратились в настоящих стражей Кольца. С тех то самых пор и начали прибывать со всех сторон вселенной существа любых рас, одни чтобы вылечиться от болезней, другие чтобы вода помогла им продолжить свой род… — увидев, как Анвар невольно ухмыльнулся, Моран сердито рявкнул: Я имею в виду не ЭТО! Я говорю, что вода Озера помогает от бесплодия. Но, находились и такие, кто хотел завладеть Кольцом, вопреки опасности. И они сумели избежать патрулей монахов, зубов монстров и доставали Кольцо желаний со дна Озера. Вот только после этих визитов монстров все прибавлялось и прибавлялось, причем появились такие, которые могли оборонять Озеро от гостей с воздуха. А в том, что они обороняют Озеро, не подлежит сомнению. Возможно, под оболочкой чудовища все ещё кроется разум, и он не хочет, чтобы с другими случилось то, что произошло с ним. Как бы то ни было, на сегодняшний день находится чертовски мало охотников до Кольца, а монстров в районе Озера кишмя кишит. Хотя каждый в душе уверен, что надень он Кольцо Желаний, и оно не превратит его в какое-нибудь чудо в перьях, а выполнит любое желание.

— Я вижу, что вы принадлежите к этой категории людей, — заметил Анвар.

— Собственно говоря, да. Видите ли, я же говорил, что тщательно изучал все, что касалось Озера. Например, среди охотников за Кольцом не было ни одного человека или существа другой расы, который был бы математиком-профессионалом.

— Боже, неужели вы думаете, что ваш математический склад ума позволит вам остаться в живых во время этой авантюры?

— Не думаю, а уверен, — с достоинством ответил Моран. — Кроме того, как я уже говорил, у меня есть план, как остаться в живых на территории Озера. Не обижайтесь, но я промолчу насчет подробностей.

— Дело ваше. Спасибо за лекцию.

— Не за что. Теперь о месте посадки. Необходимо сесть на противоположной от монастыря стороне Озера. Я изучил космосъемку и у меня есть с собой экземпляр для вас. Вот, — с этими словами Моран протянул Анвару пластилист с картой Озера, сделанной из космоса, — смотрите, место отмечено красным крестиком. Здесь есть небольшая полянка, на ней как раз уместится корабль, типа вашей "Стрекозы". В электронном виде я вам перекачаю файл, чтобы вручную не набирать.

— Ну, сядем мы там, а потом придет какой-нибудь сухопутный дракон и сожрет нас, чтобы другим неповадно было.

— У меня есть репеллент против подобной нечисти. И вообще, не волнуйтесь насчет монстров и монахов. Лучше скажите, вы играете в шахматы?

Анвар, несколько сбитый с толку таким резким переходом, ответил утвердительно. И в течение оставшихся двух стандартных суток полета в гипере, он только тем и занимался, что проигрывал Морану одну партию за другой. Анжелика оставшееся время просидела, запершись в пассажирской каюте.

Бортовой компьютер просигнализировал, что близится момент выхода из гиперпространства. Анвар сел за пилотский пульт, чтобы формально руководить операцией. На самом деле от него не требовалось ровным счетом ничего, кроме как вытащить кристалл с курсом из компьютера после выхода в обычный космос. Наконец, на дисплее появились звезды. Компьютер сориентировался в окружающей звездной обстановке и сообщил, что корабль находится в заданном районе. В рубку вошел Моран, уже не такой зеленый, как в прошлый раз.

— Мы около Радужной, — бодро сообщил Анвар и неожиданно почувствовал резкую зубную боль. Раньше у него никогда зубы не болели, даже когда инструктор рукопашного боя в спарринге чуть не выбил ему половину зубов на правой стороне нижней челюсти. А сейчас Анвара натурально скрутило. Даже звон в голове раздался. Он потряс головой, словно пытаясь стряхнуть, непонятно откуда взявшуюся боль, и, как это ни удивительно, помогло. Анвар несколько раз открыл и закрыл рот и удивленно пожал плечами. После этого неожиданного приступа зубной боли прошло буквально несколько минут, когда боль снова вернулась, но теперь она была ноющая и больше не прекращалась. Анвар поморщился, потер челюсть и обратился к Морану:

— Садитесь в кресло второго пилота и пристегнитесь. Сейчас мы будем совершать самоубийственную посадку, — потом Анвар продублировал сообщение в пассажирскую каюту.

Самоубийственную посадку Анвар запомнил плохо. "Стрекоза" падала с выключенными двигателями до тех пор, пока на высоте около двадцати километров совсем рядом не мелькнула огромная тень. Настала пора Анвара показать свое пилотское искусство. Он врубил двигатели на полную мощность и перевел управление на ручное. Снова мелькнула тень, похожая на двухголового дракона, причем, кажется, с двумя хвостами, но на этот раз она уже явно имела намерение атаковать "Стрекозу". Анвар бросил корабль в крутое пике. У него потемнело в глазах от возросших перегрузок. В кресле второго пилота раздалось приглушенное кваканье — Моран явно не одобрял свою склонность к поискам приключений. Снова в поле зрения возникла тень, за ней еще несколько. Анвар, осененный внезапной мыслью, резко переменил свои намерения. Он вывел "Стрекозу" из отвесного падения в пологое скольжение, а затем снова стартанул в космос. Поднявшись на высоту около 60-ти километров, Анвар включил бортовой компьютер, доверив ему поднять корабль на орбиту, а сам принялся лихорадочно составлять программу экстренной посадки. Моран, похожий на зомби, хрипло спросил его о причинах столь внезапного изменения курса. Анвар, не отрываясь от программирования, ответил, что решил переложить всю тяжесть посадки на широкие плечи компьютера, потому что он сам в любой момент посадки мог потерять сознание от чрезмерных перегрузок. Моран, видимо согласился, по крайней мере он промолчал. Анвар проверил состряпанную программу экстренной посадки, убедился, что правильно ввел координаты посадочной точки и дал "добро" компьютеру. Тот не стал долго мешкать и, включив двигатель на полную мощность, помчал их к поверхности Радужной планеты. В глазах Анвара снова резко потемнело, и перед тем, как его сознание померкло, он успел посочувствовать Морану.

Анвар пришел в себя почти мгновенно — бортовой умелец, согласно заданной ему программе, ввел им инъекцию, чтобы привести в чувство сразу после той убийственной посадки. Едва Анвар подошел к Морану, ещё приходящему в себя, как "Стрекозу" потряс сильный удар по корпусу. Монстры, о которых ходила столь недобрая слава по всей галактике, реагировали на нелегальную посадку с завидной быстротой.

— Проклятье, Моран, просыпайтесь скорее! Нас уже взяли в оборот. Ну же, доставайте ваш репеллент или что у вас там есть!

Моран пошатываясь отправился в единственную пассажирскую каюту на "Стрекозе" и спустя минуту крикнул, чтобы Анвар открыл входной шлюз. "Надеюсь, что он знает что делает" — подумал Анвар, помолился всем космическим богам и дал команду открытия шлюза. В мониторы он видел трех, нет четырех, каких-то тварей, совершенно чудовищного вида. Такие могли присниться только в пьяном, кошмарном сне. Сплошь броня, зубы и когти, причем последние, кажется, сделаны чуть ли не из алмазов, потому что оставляли глубокие царапины на корпусе "Стрекозы". Но вот возле них приземлился небольшой предмет, который Моран назвал репеллентом. Никакого дыма Анвар не заметил и совсем уже было собрался разразиться порцией отборных ругательств, когда увидел, как два огромных, словно легкие танкетки, монстра, свернулись в клубки и замерли на месте. Двое остальных бросились наутек, ломая по дороге деревья и кусты с такой легкостью, как Анвар сломал бы лес, сделанный из спичек. По интеркому раздался голос Морана:

— Капитан, добро пожаловать на Радужную. Можете выходить, монстры больше сюда не придут, — словно предваряя следующий вопрос Анвара, он продолжил: Монахи не придут тоже. Возможно. По крайней мере, хотелось бы надеяться. В общем, нам надо опасаться только оружия дальнего действия. Анжелика пусть останется в каюте.

Само собой, Анвар уже убедился, что Моран, даже если он в чем-то и "псих", то "псих" хорошо подготовившийся к любым неожиданностям. Но даже в этом случае, он не собирался во всем полагаться на Морана. Анвар подошел к своему потайному сейфу и достал оттуда тяжелый десантный лучемет, который гражданским лицам было категорически запрещено иметь под страхом каторги на хардитовых рудниках сроком до самой смерти. Кроме того, он повесил на пояс легкий бластер, вибронож, набор световых гранат, и только после этого решился выйти из корабля на землю. На полянке около "Стрекозы" царила полнейшая тишина, и если бы не две просеки, проделанные монстрами в зарослях, можно было бы подумать, что Анвар оказался на какой-нибудь зоне отдыха в заповедном уголке курортной планеты. Два клубка, бывшие монстрами, по-прежнему лежали посреди высокой, по колено, травы, то ли мертвые, то ли оглушенные до состояния комы. С лианоподобных растений, поврежденных убегавшими чудовищами, капал мутно-зеленый сок, по пути выжигая дорожку — не иначе эти лианы использовали вместо сока концентрированную кислоту. Анвар пнул головку высокого растения, напоминавшего земной одуванчик. Подобно одуванчику, "парашютики" разлетелись в разные стороны, словно вдруг случился небольшой взрыв. Несколько из них воткнулись Анвару в комбинезон, сделанный из "чертовой кожи". Он осторожно взял один из "парашютиков" и внимательно рассмотрел. Тот скорее напоминал гарпун, чем растение. Гостеприимная планетка, ничего не скажешь! Анвар поставил лучемет на разряд средней мощности и сделал пару выстрелов в один из клубков, некогда бывших монстрами. Лазерные лучи с громким шипением разбивались о панцирь, не причиняя ему сколь-нибудь видимого ущерба. Анвар вдруг с жуткой ясностью осознал, каким беспомощным он бы оказался со своим лучеметом перед Радужной, если бы не Моран. Между тем, тяжелый десантный лучемет являлся одним из наиболее мощных видов ручного оружия.

— Анвар, прекратите заниматься ерундой, — услышал он голос Морана. — Лучше помогите мне быстрее установить круговую защиту.

Анвар выгрузил из трюма ящики, составлявшие груз Морана. Тот сразу же принялся раскладывать содержимое по всей поляне, сортируя его по каким-то, неведомым Анвару, признакам. Анвар помогал ему в меру сил, то и дело поправляя кобуру бластера или потирая место на голове, куда его стукнул приклад лучемета. В конце концов Моран раздраженным тоном посоветовал Анвару положить свое оружие где-нибудь в стороне, потому что гораздо важнее сделать защиту и собрать аппарат для подводного плавания. Анвар, словно находясь в каком-то трансе, последовал совету Морана, и принялся за сборку линии "репеллентов". Тем временем Моран колдовал над своим аппаратом, с помощью которого он хотел провести какие-то свои исследования дна Радужного Озера. Анвар, машинально следуя указаниям схемы сборки, размышлял о том, что Моран так и не сказал ему о цели своих исследований. Обычно на Озеро прилетали контрабандисты с клиентами, желающими омолодиться, но не хотевшими тратить два месяца на путь пешком до Озера, либо молодые научные сотрудники, готовые рискнуть жизнью, но раскрыть секрет "живой" воды Озера. Если у контрабандистов и были какие-то успехи, то у ученых никак не получалось стать знаменитыми — вода Озера становилась обычной водой спустя три стандартных земных дня. За этот срок никто еще не успел выловить в воде то, что заживляет раны любого существа любой расы. Анвар припомнил, что некоторые, особо настойчивые ученые, по несколько раз нелегально прилетали на Радужную (легально изучать Озеро власти Радужной запретили), по крайней мере, так болтали в портовых кабаках, причем даже называли несколько фамилий. Анвар резко выпрямился — ему вдруг припомнилось, что одна из этих фамилий звучала вроде как Моранеску. Так-так, если домыслы Анвара оказались правильными, то его клиент уже не в первый раз на Радужной. Что ж, тем лучше, значит он и в самом деле подготовлен к любым неожиданностям. Но получается, что Анжела тоже здесь не впервые. Или Моран был здесь один? Интересно, а Моран не врал насчет монахов?

Монахи Радужного Озера заслуженно пользовались славой отличных следопытов и отменных палачей для преступивших волю короля Радужной планеты. Лично Анвар не испытывал никакого желания проверить на своей шкуре правдивость этих слухов. Размышляя таким образом, Анвар незаметно для себя закончил сборку линии обороны. Наконец он распрямился и оглянулся вокруг. По прежнему никого рядом не было, кроме Морана, деловито копавшегося с какими-то деталями. Вдруг Анвару показалось, что на мыске метрах в трехстах от них промелькнули несколько сгорбленных человекоподобных фигур. Но солнце светило прямо в глаза, и Анвар никак не мог понять — мерещится ему или вправду монахи отправились в боевой выход за нарушителями спокойствия Озера. В любом случае, не стоило упускать это из внимания, и он сообщил Морану о новой угрозе. Моран ругнулся сквозь зубы и ожесточенно принялся рыться в другом ящике. Его аппарат уже стоял наполовину в Озере, почти собранный. Видом он напоминал миндальную косточку, ощетинившуюся жерлами нескольких орудий, если и стрелявших, то непонятно чем. Анвар довольно равнодушно рассматривал аппарат — ему почему-то казалось, что он спит, скоро проснется и раздастся звонок кого-нибудь из друзей, зовущих его в бар или в трехмерный кегельбан. Никакого звонка не раздалось, зато послышался свистящий звук, и с дерева, находящегося рядом с Анваром, посыпалась кора. Он среагировал моментально — пригнулся и в прыжке достал свой лучемет, лежащий в трех метрах. Затем Анвар, перекатываясь по лужайке, добрался до груды ящиков, оставшихся после сборки подводного аппарата Морана, и залег среди них, готовый сжечь любого монаха, который покажется ему на глаза.

Но в окрестностях полянки по прежнему никого не было, вернее, никого не было видно, а это, согласитесь, две большие разницы. Моран молча проследил за маневрами Анвара и не спеша полез внутрь своей подводной лодки. "Какого черта он так медлит! — подумал Анвар. — Сейчас нас подстрелят, как последних птенцов". Но больше никаких выстрелов не было. Анвар пристально вглядывался в темнеющие кустарники метрах в пятидесяти от поляны. Ему показалось, что там он заметил движение. Он осторожно просунул ствол лучемета между ящиков и плавно нажал на курок. Беззвучно полыхнуло лазерное пламя, и вокруг Анвара все окуталось дымом. Он, матерясь, как портовый грузчик, вскочил, сбивая с комбинезона огоньки, затем прыгнул за другой ящик, скрываясь от возможных выстрелов со стороны монахов. Причем, ругался Анвар на себя, ведь он, словно молодой новобранец, не увидел, что ствол лучемета чуть-чуть касается края ящика. В результате пол-ящика спалило выстрелом, да и сам Анвар чуть не ослеп. Он представил, как гуманоидные монахи подыхают со смеху в кустах, а Анжелика в своей каюте, глядя на это представление, и совсем рассвирепел.

— Моран, какого черта вы там возитесь? — заорал он в ярости.

— Все в порядке, — прозвучал голос Морана, приглушенный подводным аппаратом. — Сейчас я намереваюсь погрузиться в Озеро, а вы остаетесь здесь на берегу. Можете запереться в корабле. Ждите меня. Передатчик я оставил у Анжелики. Если я погибну в глубинах Озера, вы заберете её и спокойно улетите. Разумеется, без денег.

— А как, по-вашему, я узнаю, что вы погибли? Или мне торчать тут до тех пор, пока монахи не подтянут тяжелую артиллерию?

— Я планирую первую вылазку не дольше, чем на час. Еще час на непредвиденные неожиданности. Так что через два часа, если я не вернусь, можете взлетать.

С этими словами люк аппарата с лязгом захлопнулся, и через минуту он уже погружался в Озеро метрах в ста от берега. Анвар какое-то время подождал, не появится ли кто-нибудь, а потом резким рывком послал свое тело в прыжок по направлению к "Стрекозе". Позади себя он услышал, как о дерево ящика, за которым он только что лежал, ударилось несколько снарядов, посланных монахами. Анвар влетел во входной шлюз и задраил за собой люк. Пройдя в рубку, он сразу же включил обзорные экраны, но, само собой, никого не увидел. "Умеют прятаться, заразы". Только сейчас Анвар подумал, что Морану будет и в самом деле непросто добраться до "Стрекозы". Судя по всему, монахи держали под контролем незваных пришельцев, и будут держать до подхода более серьезных сил. Ладно, теперь настала очередь передатчика, оставленного Мораном. Анжелика разговаривала с Мораном, когда Анвар вошел в пассажирскую каюту.

— За меня не беспокойся, Анжела, — слышался голос Морана, — я сумею дойти до корабля целым и невредимым. Анвар уже вернулся? Отлично, Анвар, вы только следите за системой обороны, больше от вас ничего не требуется. До связи.

Анвар пожал плечами и выключил передатчик. Разумеется, он будет следить за работоспособностью морановской системы защиты, ибо ему не хотелось познакомиться с пыточными застенками монастыря.

Прошел уже час. Анвар, молча сидел рядом с Анжеликой, мрачно тер ноющую челюсть и размышлял, что видимо, ему придется пойти к стоматологу. Но, только в том случае, если он выберется живым из этой переделки. Анвар машинально посмотрел на наручные часы — если через час Моран не вернется, то Анвар стартует с Радужной. Без денег и надежды уцелеть на взлете. Хотя, ни монахи, ни летающие монстры "Стрекозу" не беспокоили с тех пор, как профессор в своем аппарате плюхнулся в Озеро. Анжелика после того первого разговора с Анваром в рубке больше не сказала ему ни слова. Впрочем, сам Анвар тоже не сделал никаких шагов к этому. Даже сейчас, она разговаривала только с Мораном через передатчик, совершенно не обращая внимания на своего давнего возлюбленного. "Да и был ли я её возлюбленным?", задал сам себе вопрос Анвар, потирая постоянно-ноющую челюсть.

— Я думаю, скорее "да", чем "нет".

Анвар поднял глаза на Анжелику.

— Ты что, телепатка?

Брови Анжелики недоуменно поползли вверх.

— Я думала, что ты задал этот вопрос вслух.

Анвар густо покраснел и буркнул:

— Это и называется "мысли вслух".

Они замолчали, думая каждый о своем. Секундная стрелка на часах Анвара сделала полный круг шесть раз, когда Анжелика с тоской в голосе сказала:

— Я теряю его.

— Кого?

— Эдгара. В последнее время он стал просто каким-то невменяемым. В прошлый раз он исчез на два месяца. Потом выяснилось, что он был тут, на Радужной. С тех пор, как он услышал про Кольцо Желаний, он думать больше ни о чем не может, даже на меня обращает меньше внимания. Эдгар хочет надеть Кольцо и загадать желание.

— А ты уверена… — Анвар заколебался, ибо ему показалось довольно неприличным говорить так за спиной Морана, — ты уверена, что он тебя… что он к тебе хорошо относится?

Анжелика восприняла этот вопрос спокойно.

— Я уверена, он любит меня больше своей жизни, — вспотевшая ладонь Анвара сжалась в кулак. — Больше жизни, но меньше всяких археологических редкостей. Они у него на первом месте.

— Значит, ты оказалась в некотором роде в запасных игроках?

— В некотором роде, да. И меня это устраивает. — Анжелика вызывающе уставилась на Анвара. — Я вполне была счастлива эти десять лет. А как жил ты?

— Как я жил? — Анвар поиграл желваками. Трибунал, три года смертных боев с воинственными туземцами Никайи, за которые состав штрафбата почти полностью сменился несколько раз. Помилование, повторный трибунал, повторное помилование, покупка "Стрекозы". Постоянные недоедания, когда Анвар отказывал себе даже в еде, чтобы купить запчасти или горючее. Потом постоянные гонки с патрульными крейсерами Империи. И на всех этапах пути за эти десять лет ставкой в игре была его жизнь, включая настоящую экспедицию. Вот только зачем Анжелике об этом знать? Прошлое не исправишь. — Нормально жил, ни шатко, ни валко. Понемногу зарабатываю и складываю деньги в банк. Потом собираюсь купить ферму и стану разводить молярии, знаешь, такие суперпитательные водоросли. Говорят, это дело трудное, но прибыльное. — Анвар врал и не краснел. Никакого счета у него в банке не было, как не было и желания становиться фермером. Он сам не знал, зачем он так говорил.

В глазах Анжелики промелькнул отблеск скуки. Разумеется, все остепеняются с возрастом, но, боже, как это приземленно и обыденно!

— Я рада за тебя, — довольно равнодушно произнесла Анжелика и принялась вызывать Морана. Тот откликнулся практически тотчас, сообщил, что у него все в порядке и скоро он вернется, после чего отключился. Анжелика задумчиво посмотрела на передатчик и тихо произнесла:

— Если он погибнет в озере, ты улетишь отсюда один. — Анвар молча ждал продолжения. — Если он найдет Кольцо, а оно не будет готово к исполнению желания, ты и в этом случае улетишь один. Я без него не смогу жить. И даже не пытайся удержать меня от этого. — Анжелика с угрозой посмотрела на Анвара, хотя тот сидел, словно каменный истукан. — А также тебе надлежит улететь одному, если Эдгар наденет Кольцо, и оно исполнит его желание.

Только теперь Анвар встрепенулся. До него начал доходить смысл слов Анжелики.

— Но ведь получается, что в любом случае ты собираешься…

— Именно так. Я же сказала, что без него мне не жить. В первом и во втором случае он погибнет, а в третьем он загадает такое, что если оно исполнится, то про меня он забудет, а это меня убьет не хуже местных монстров.

Анвар подпрыгнул вверх, словно чертик из шкатулки.

— Но послушай, Анжелика, на нем свет клином не сошелся! Мы с тобой могли бы…

Он не успел высказать свое предложение. Анжелика с яростным воплем вскочила на ноги и всеми десятью ногтями (а они у неё красивые, длинные и крепкие) вцепилась в шевелюру Анвара.

— Если ты ещё раз посмеешь…

Анвар безуспешно пытался закрыться от разъяренной фурии, в которую превратилась эта красивая женщина. Он знал, как обороняться от вооруженного противника, возможно, мог бы искалечить даже женщину (если она какой-нибудь киллер), но Анжелику он никогда не тронул бы и пальцем, даже под страхом пытки. К великому счастью Анвара, в этот момент заработал передатчик и звенящим голосом Моран сообщил, что он нашел то, что искал. Анжелика оставила в покое Анвара, ставшего похожим на бурундука из-за полос, разукрасивших его лоб и щеки, и бросилась к передатчику.

— Эдди, малыш, скажи мне, ты уверен?

— Конечно, уверен, дорогая. Здесь неподалеку лежало несколько обманок, но я добыл настоящее Кольцо. Анвар, готовьтесь к встрече, открывайте грузовой люк. Через двадцать минут я буду на борту. Можете начинать прогревать двигатели.

Раздался щелчок. Моран отключился.

— Все-таки он нашел его, — прошептала Анжелика.

— Я пойду запускать двигатели, — пробормотал Анвар, чувствуя себя совершенным идиотом. Помочь он ей никак не мог, хотя душа его рвалась на части от этого. Да и вообще, он сообразил, какое глупое зрелище он являет собой: увешанный оружием, а зацарапанный женскими ногтями вдоль и поперек. Он бы расхохотался во все горло над ситуацией, в которой оказался, если бы ему не хотелось сделать что-то страшное, ведь Анжелика с минуты на минуту может погибнуть. Анвар сделал бы все, чтобы не допустить этого, но что конкретно он может сделать?

Придти к какому-нибудь решению этого вопроса он не успел. Взревел сигнал воздушной тревоги. Анвар среагировал мгновенно. Надвигается атака с воздуха, а у "Стрекозы" средств для её отражения не было, поэтому у Анвара остался только один выход. Он развернулся обратно, схватил в охапку длинноногую красавицу, брыкавшуюся, словно дикий мустанг, и выбежал с ней наружу. Но не успел Анвар и шага сделать со своей драгоценной ношей, как раздался громкий удар, жуткий скрежет, и маленькая, хрупкая "Стрекоза", содрогнувшись, упала на ковер из "одуванчиков" и мелкого кустарника под напором многотонного чудовища, обрушившегося на кораблик всей своей массой. Воздушный монстр был мертв — он пожертвовал собой, чтобы не дать уйти живыми осквернителям святыни. "Стрекоза" тоже была мертва — она была безнадежно разбита, к тому же лежала на боку, смяв собой окружающую буйную растительность. А Анвар, Анжелика, да еще Моран, находящийся где-то в глубинах Озера, были пока живы. Но, судя по всему, монахи скоро исправят это упущение. Анвар поднялся с земли, куда его вышвырнуло при падении "Стрекозы" и помог подняться Анжелике. Теперь уже не имело смысла скрываться от выстрелов монахов, и Анвар, видимо, просто машинально загородил собой Анжелику от тех кустов, из-за которых в него несколько раз стреляли часом ранее. Но выстрелов все не было. Анвар недоуменно оглядывался по сторонам. Возможно, монахи каким-то образом прознали про нападение воздушного монстра и на время скрылись. Другого объяснения отсутствию выстрелов у Анвара просто не было. Он тихо прошептал Анжелике: "Не вздумай бежать, это бесполезно". Она, не отрывая взгляда от Озера, сказала: "В самом деле, ни к чему". Анвар тоже устремил взгляд на озерную гладь. Примерно метрах в тридцати от берега на поверхности забурлил фонтан воды, и показалась крыша подводного аппарата Морана. Оставляя за собой пенный след, мини подлодка в считанные секунды оказалась прямо на берегу. С сумасшедшим воплем радости из верхнего люка выбрался Моран, и только собрался открыть лючок на носу подлодки, где, видимо, лежало Кольцо Желаний, как Анжелика бросилась к нему с криком "Не надо! Пожалуйста, не надевай его!"

— Дорогая, ведь такое бывает только раз в жизни.

— Но если кольцо не готово выполнить твое желание, ты умрёшь. Я этого не перенесу!

Анвар лихорадочно соображал. Если Моран сейчас не наденет Кольцо Желаний, то в самом скором времени сюда вернутся монахи, а тогда… Но если Моран наденет Кольцо, то Анжелика покончит с собой. Анвар усмехнулся — а какое ему дело до того, что будет с женщиной, бросившей его десять лет назад? Никакого! И все-таки, он готов отдать за нее свою жизнь, как тогда, в джунглях Никайи. Только сейчас Анвар увидел единственно-верное решение вопроса. Он должен сам надеть Кольцо. Правда, он сильно рискует доживать остаток дней своих в шкуре монстра, но ведь он может и заполучить исполнение желания. Любого желания. Кроме того, самое главное — Анжелика останется живой. В это время Анжелика со слезами на глазах умоляла Морана не пробовать надеть Кольцо. Моран оттолкнул её и, вытащив на свет божий Кольцо, приготовился надеть его на безымянный палец. Оно оказалось ему велико — это было видно и без примерки. Моран постоял какое-то мгновенье, задумавшись, потом приложил Кольцо к большому пальцу.

— Вполне возможно, что Кольцо должно идеально прилегать к пальцу, — рассуждал сам с собой Моран. — А может, и нет. Надеть, иль не надеть, вот в чем вопрос?

Решить этот вопрос Моран не успел. Анвар совершил такой прыжок, каких не делал никогда в жизни. Археолог не успел понять, что произошло, как он лежал в глубоком нокауте, а Кольцо было в руках Анвара.

— Что ты хочешь сделать? — тихо спросила Анжелика.

— Я примерю его. Если оно не готово выполнить желание, то вместо Морана в чудовище превращусь я, а ты останешься с ним. А если Кольцо готово… если готово, то я еще не придумал, что мне загадать.

С этими словами Анвар посмотрел ей в глаза и медленно надел на безымянный палец Кольцо. Ничего не произошло. Кольцо оказалось чуть великоватым для пальца Анвара, но монстром он не стал. Анвар быстро просчитал варианты. Может быть, Моран ошибся и вытянул пустышку вместо настоящего Кольца Желаний. В этом случае на берегу в самом скором времени будут лежать трупы двух мужчин и одной женщины. Если же Кольцо настоящее, то Анвару требуется всего лишь четко сформулировать свое желание и произнести его вслух. Анвар глянул на Анжелику, она посмотрела на него со страхом и прошептала: "Только не меня".

Анвар понял ее с полуслова. Кольцо Желаний вполне могло бы это сделать: заставить ее полюбить Анвара, а Морана бросить на заклание монахам. "И будем мы отсюда далеко-далеко, и будем жить долго и счастливо" — подумал Анвар. Душу его затопила волна нежности к этой женщине. Она ведь столько выстрадала, она достойна награды. Она знала, что на Радужной ее ждет смерть, и все-таки прилетела сюда. А сколько людей и других разумных существ поплатилось за попытку овладеть Кольцом. Сколько страданий принесло оно! Но сколько пользы принесло оно, сделав воду Озера настоящей живой водой из сказки. Душа Анвара превратилась в весы. На одной чаше лежала его сумасшедшая любовь к Анжелике и готовность обладать ею несмотря ни на что, на другой чаше лежали мучения и смерти, здоровье и радости многих и многих. Первая чаша перевесила.

Анжелика прочитала по глазам Анвара о принятом им решении, и, выставив перед собой руки, словно этим могла защититься, прокричала "Нет!" Анвар уже почти решился произнести вслух свое желание, когда он просто вспомнил, кто он такой. Он — Анвар Кук, бывший сержант-навигатор, бывший штрафбатовец, бывший инструктор по выживанию, контрабандист, возможно, тоже бывший. Его послужной список не был увит лаврами, но никто никогда не мог сказать про него, что он — бесчестный человек. И как человек чести, Анвар не мог допустить появления на свет нового Кука — обладателя марионетки Анжелики. "Прощай, Анжелика." — подумал Анвар, и, закрыв зачем-то глаза, отчетливо выговаривая слова, произнес:

— Я желаю, чтобы никакое разумное или неразумное существо никогда не смогло обладать Кольцом Желаний, и чтобы Кольцо Желаний навеки осталось в Радужном Озере.

Анжелика в изумлении распахнула и без того огромные глаза. Она не верила своим ушам, услышав сказанное Анваром. Она была на сто процентов уверена, что он произнесет совсем другие слова. Анвар открыл глаза и увидел Анжелику сквозь сиреневую дымку. "Кольцо настоящее", мелькнуло в голове у Анвара, вспомнившего рассказ Морана о Синэлле. Анвар почувствовал себя так, словно он начал разрастаться в размерах вместе с облаком сиреневого тумана. Теперь границы его чувств расширились: он чувствовал приближение отряда монахов, спешащих прикончить чужеземцев. Анвар касался восьмерых монстров, которые бродили неподалеку в лесу и не могли войти в зону действия "репеллента" Морана. С каждой секундой Анвар увеличивался в размерах, он чувствовал все больше и больше, он понимал ощущения "одуванчиков" и лиан, что с кислотой вместо сока. Спустя полминуты после того, как Анвар произнес свое желание, он уже стал огромным сиреневым облаком, с формой человека и размерами на пол-озера. Он увидел опускающийся звездолет без опознавательных знаков. Он увидел, как монстры бросились прочь от опушки, где лежала разбитая "Стрекоза". Он увидел, как монахи залегли в кустарнике, ожидая, чем закончится это невиданное превращение. Анвар стал частью этого чудесного места, он просто растворился в окружающем мире. На него снизошло спокойствие, какого он не испытывал никогда в жизни.

И в этом окружающем безмолвии Анвар вдруг почувствовал, не услышал, а именно почувствовал крик Анжелики "Анвар, вернись!" У него не было рта, чтобы ответить ей, ни сил, чтобы выполнить это, но Анвар отрешился от всех остальных ощущений и, сосредоточившись на зове Анжелики, мысленно взмолился: "Анжелика, не дай мне уйти!" Она как будто услышала его крик, и в ответ он почувствовал, как она протянула к нему руки. "Анвар, держись за меня! Я здесь, вернись!" Он уцепился за ее мысль, она стала его якорем. Какая-то неведомая сила рвала Анвара в разные стороны, пытаясь растворить его на мельчайшие кусочки и бросить этот прах к звездам, но глаза Анжелики, оставшиеся в памяти Анвара заглядывали ему прямо в душу и требовали: "Останься!" Анвар понял, что неведомые силы отступают перед этим взглядом.

И тут же он испытал такое же ощущение, когда падаешь во сне. Только что он был везде, и вдруг съежился до крошечных размеров человека, стоящего на берегу. Анвар поднял голову, перед ним стояла Анжелика. Всю свою благодарность и любовь он выразил в этом взгляде. И в этот момент Кольцо Желаний вспыхнуло ослепительно-белым светом. Анвар почувствовал резкую, свирепую, грызущую боль в безымянном пальце. Он посмотрел на руку, и в эту секунду Кольцо беззвучно взорвалось. От этого взрыва Анвар ослеп, зашатался и упал на колени. Боль пожирала правую руку, постепенно продвигаясь выше и выше. Он потрогал свою правую руку. Кольца на ней не было, как не было и трех пальцев. Левая кисть моментально стала влажной от крови. Раз Кольца больше нет, значит, монахов ничего не удерживает от расправы. Анвар прохрипел: "Прости, Анжела, я погубил нас". И тут рвущая боль добралась ему до сердца.

Сознание покинуло Анвара, и он погрузился в черную мглу. Он уже не видел, как пришел в себя Моран и в ярости хотел прикончить Анвара. Он не видел, как Анжелика встала между полумертвым капитаном "Стрекозы" и полуобезумевшим археологом. Она сказала, чтобы он не трогал Анвара, сейчас она объяснит ему всё. Но никаких объяснений ему она дать не успела, потому что в этот момент с неба черной глыбой упал звездолет. Он сбил в воздухе нескольких монстров, разнеся их в кровавые клочья, и приземлился рядом с останками несчастной "Стрекозы". Какое-то мгновенье звездолет покачивался на посадочных ногах, а потом во все стороны из него ударили слепящие лазерные лучи, выжигая растительность и возможных врагов. Это был настоящий броневик, почти военный крейсер. Только небольшой сектор остался непрострелянным — там, где находились трое людей. На звездолете плавно открылся люк и выдвинулся трап. По нему в мгновение ока спустились человек десять, одетых в абордажные скафандры и вооруженные тяжелыми лазерами. Они подбежали к Морану и Анжелике, скрутили им руки и поволокли их внутрь черного звездолета. Моран попытался было оказать сопротивление, но это ник чему не привело. Уже внутри их быстро разместили на взлетных креслах и пристегнули. Корпус звездолета задрожал и с максимальным ускорением корабль стартовал в космос.

На обожженной, изуродованной полянке остались только разбитый корабль и его хозяин.

Анвар очнулся и понял, что он жив. Не просто жив, а даже неплохо себя чувствует. Он находился в каменной комнате без окон. "Тюрьма в монастыре. Скоро начнут пытать. Уж лучше самому себе свернуть шею, как учили". Он приподнялся и отказался от немедленного исполнения задуманного. Двери не было — вместо неё болталась какая-то прозрачная материя, колышущаяся от легкого ветерка. Значит это не тюрьма. Во всяком случае, из этой комнаты есть выход, который на первый взгляд не охраняется. Анвар сел на каком-то подобии кровати и оглядел себя. "Ё-моё, на теле даже шрамов не осталось!"

Он посмотрел на правую руку — трех пальцев не было, но рана выглядела зажившей. Причём, кожа на кисти руки затянулась так, будто с момента утери пальцев прошло уже несколько месяцев. Словно услышав, что человек очнулся, в комнату тотчас вошел монах, одетый в какую-то дерюгу, и залопотал что-то непонятное. Анвар пожал плечами и развёл руками, показывая, что по-обеннски ни черта не понимает. Он встал, приготовившись идти, но монах мягким движением усадил его обратно. Опять раздалось лопотание, и монах вышел. Анвару ничего не оставалось, как сидеть и ждать развития событий. Вскоре в комнату вошел другой монах. Тот был одет тоже в дерюгу, ну, может быть, качеством получше. Зато он знал язык Империи.

— Разрешите представиться, я главный Страж Яц-Кри. А вы, насколько я понимаю, пытались украсть Кольцо Желаний?

Анвара прошиб пот. Ну, началось! Одно непонятно, зачем они ведут разговоры, ведь очевидцы рассказывали, что обычно монахи, не теряя времени, сразу приступают к делу. Во всяком случае, Анвар лично слышал человека, который один уцелел из команды в двадцать человек.

— Вы не совсем правильно поняли. Я НЕ ПЫТАЛСЯ украсть ваше кольцо. Но я тоже участвовал в этой затее. Всего лишь в роли перевозчика. Ну, знаете, туда обратно…

— Наш отряд видел, как вы отобрали кольцо у красноголового человека и надели его себе на палец. А потом вы стали огромным. Как гора Синешан. Но, что удивительно, вы не умерли! Сколько раз совершались попытки выполнить своё желание, и все они заканчивались неудачами. Ну, или относительными неудачами. А вы живы, практически не пострадали. Скажите, куда вы дели Кольцо? И что вы загадали? Или ничего не загадывали? Мы находимся в неведении. Мы больше не чувствуем Кольца, как предмета, слуги Кольца больше не могут охранять его от похитителей. Но одновременно оно всё ещё здесь! Это ясно, как солнце над нашей головой и вода в Озере.

Анвар не видел никаких причин скрывать ни мотивы, побудившие его совершить этот поступок, ни загаданное желание. Он рассказал Яц-Кри все как на духу. Тот сидел на полу с каменным выражением морды (или лица?) и изредка кивал головой. Наконец, когда Анвар окончил свой рассказ, Страж поднялся и сказал:

— Вы говорили правду. Это я почувствовал. Поживите здесь, эта комната будет на какое-то время вашей. Через неделю я вам сообщу результаты.

Анвар остался сидеть на подстилке из тростника, гадая, о каких результатах говорил ему Страж.

Неделю спустя все выяснилось. Оказалось, что монахи удостоверялись в прежних свойствах воды Радужного Озера. Вода по-прежнему оставалась живой водой из сказки. Яц-Кри с глубоким удовлетворением сообщил об этом Анвару. Они еще долго беседовали. Главное, чему искренне был рад Страж, было то, что теперь никто не сможет украсть Кольцо, а значит, орден Стражей будет только молиться, но не воевать. Нет, отказаться совсем от охраны Озера, конечно, нельзя — всегда найдутся те, кто захочет здесь что-нибудь испортить или просто нагадить… Под конец разговора Анвар затронул давно волнующую его тему — каким образом он попадет домой. Яц-Кри усмехнулся, и на его обычно непроницаемом лице появилась искренняя улыбка.

— Указом Его Королевского Величества Урупан-И гражданин Империи Анвар Кук признан почетным гражданином планеты Радужная со всеми вытекающими отсюда привилегиями. К сожалению, иным существам нельзя становиться дворянами, а не то Его величество непременно возвёл бы вас в титул! Также, Его Королевское Величество Урупан-И предлагает вышеназванному Анвару Куку выбрать из космического каталога любой корабль класса яхт. Может быть, этот корабль станет оплатой малой части того долга, в котором находятся обенны перед вами. Для этого Вам надо прибыть ко Двору Урупана-И. - закончил свою речь Яц-Кри. — Но если Вы не торопитесь, то я с удовольствием пообщаюсь с человеком, которого Кольцо Желаний послушалось.

Анвар подумал о том, что в порту, по большому счёту, его никто не ждёт. Анжела, как сверкающий метеор, вновь возникла в его жизни и, промелькнув, исчезла. Анвар вежливо кивнул Яц-Кри и сказал:

— Я никуда не тороплюсь.

Три месяца спустя на поле центрального космопорта Пегаса опустилась новенькая яхта, из которой появился не кто иной, как Анвар Кук, померший от пыток монахов, контрабандист. Петер Зданский, улыбаясь широкой улыбкой, долго жал руку Анвара, одновременно рассказывая последние новости. От него Анвар и узнал то, что всему городу было известно уже давно. Оказалось, что клан Борджиа долгое время охотился за Мораном, настоящая фамилия которого была Моранеску, чтобы попытать его на предмет Кольца Желаний. Тот скрывался от синдиката по разным планетным системам, пока не пришел к довольно-оригинальному выводу. Его синдикалисты меньше всего будут искать на своей собственной планете. Моран привел в жизнь свой план, и действительно, клан Борджиа на какое-то время потерял его из виду. За это время Моран успел провернуть кое-какие сделки, чтобы достать необходимое для поисков оборудование. Его выследили, когда он разговаривал с Анваром. Борджиа не долго думая, пригласил Анвара на разговор, а его телохранитель ударом ладони всадил Анвару в челюстную мышцу микропередатчик, который записывал все, что говорили во время полета. Когда "Стрекоза" вышла из гиперпространства, микропередатчик включился и уже не переставал работать, выдавая, свежую информацию самому Борджиа. Так он узнал, что Моран нашел Кольцо Желаний и приказал опускаться на опушку. Но Борджиа опоздал — первым был Анвар. Тогда Борджиа решил захватить хотя бы Морана и Анжелику, бросив Анвара подыхать на смертельном берегу Озера. Анвар этому совсем не удивился, ведь монахи практически сразу вытащили у него из скулы этот пресловутый передатчик. Удивился он совсем другому, когда Петер сказал, что сам Борджиа пригласил на должность изыскателя сокровищ Морана и его ассистентку. Борджиа сказал, что у Морана это хорошо получается, а с властью клана можно устранять многие препятствия, могущие возникнуть во время экспедиций.

— … Так что тебе лучше бы здесь не появляться, — закончил Петер. — Даже если у тебя и нет мыслей отомстить Борджиа, он все равно так подумает, а значит примет к тебе меры. Он же псих.

— Спасибо за предупреждение, друг. Пойдем лучше, выпьем.

Вдвоем они отправились в портовый бар, где Анвара сначала встретили гробовым молчанием, а потом поднялся такой гам, что хозяин бара, не разобравшись в чем дело, вызвал отряд местных громил унимать драку. Когда все прояснилось, Анвар торжественно вышел на середину сцены и объявил:

— Эй, хозяин, я покупаю твой бар на этот вечер! Пьют все! Король обеннский платит мне пожизненную пенсию, а также моему первому сыну. Сына у меня нет, так что, девушки…

Спустя три часа, когда в этом захудалом баре было не протолкнуться от народа, сбежавшегося на халявную выпивку, Анвар увидел, как в дверь вошла Анжелика. Она встретилась с ним глазами и кивнула ему, чтобы он вышел. Анвар кое-как протолкался к дверям и вышел в прохладный вечерний воздух.

— Здравствуй, Анвар.

— Здравствуй.

— Я пришла поблагодарить тебя.

— Ты хочешь оскорбить меня?

— Я хочу поблагодарить тебя, — упрямо продолжила Анжелика, — но не за то, что ты не дал Эдгару надеть Кольцо, а за то, что ты не сделал. Эдгар и я, мы твои вечные должники. Если тебе что-нибудь понадобится — обращайся, и мы всегда поможем.

Анвар молча смотрел на неё.

— Я хочу сказать тебе одну вещь. Если бы я не встретила Эдгара, я бы полюбила тебя.

— Прощай.

Сохраняя невозмутимость, Анвар ушел обратно в бар, а сердце его надрывалось. Анжелика смотрела ему вслед, чувствуя, как уходит с ним частичка её души. В баре на Анвара с визгом бросилась стройная блондинка и затараторила:

— Ой, Анварчик, как же давно я тебя не видела!

— Привет, Стела. Как поживаешь?

— Да я-то по-прежнему, а вот ты, говорят, просто герой. Ах, а что у тебя с рукой?

— Ничего особенного, лишние пальцы убрали. Конечно, обручальное кольцо мне надеть некуда будет, но что-то в последнее время я испытываю отвращение к кольцам. А так рука вполне работоспособна, двумя пальцами я могу тебя поймать кое за что….

Анвар продемонстрировал, а Стела взвизгнула и, смеясь, опять бросилась ему на шею. "Если бы на её месте была ОНА", думал Анвар, обнимая Стелу за талию и идя к стойке бара. "К черту! Надо забыть Анжелу, надо начинать новую жизнь".

Анвар знал, что он обманывает сам себя. Никогда он не забудет ЕЁ. И будет просыпаться по ночам оттого, что зовет во сне ту, которую никогда не сможет назвать своей.

Content

Шевченко Андрей Вячеславович Кольцо желаний

Шевченко Андрей Вячеславович Кольцо желаний