Максим Шахов

Тень легионера

1

Москва, поликлиника ФСБ, за шесть дней до визита премьера РФ в Одессу.

– Сымай рубище, Логинов!

– Зачем, Карлович? – страдальчески посмотрел на завмеда Виктор.

– Глядеть тебя буду! – сказал невесть в каком поколении обрусевший доктор-немец.

– Так уже лечащий глядел! Сколько можно?

– Сколько нужно!

– Блин, бюрократы от медицины! – вздохнул Логинов. – Нет бы закорючку поставил, штамп шлепнул и – шнель! – следующий!

Быстро раздевшись до пояса, Виктор повернулся.

– Руку подними… – сказал вставший из-за стола начмед. – Выше! Еще выше! Болит?

– Слегка, – кивнул Виктор.

– Где именно?

– Вот здесь.

– Как?

– Что как?

– Болит как? Резко или?..

– Вроде как пульсирует…

– Понятно! – кивнул начмед, разворачиваясь. – Можешь одеваться. В принципе рана зажила нормально, но для более быстрого функционального восстановления я тебе бассейн пропишу…

– Карлович! Ты издеваешься? Я там что, с беременными секретаршами буду бултыхаться?

– Отставить разговорчики, больной!

– Карлович, в бассейне позориться перед тетками я не буду!

– Куда ты денешься?..

– Я серьезно!

– И я серьезно, Логинов! Пропустишь хоть одну процедуру, я на тебя рапорт подам начальству…

– Ты, который на мне кандидатскую диссертацию накатал и полковника получил?

– Я, Логинов! Я… – кивнул начмед, делая запись в карточке. – Лечение есть лечение. Порядок есть порядок! И действует он для всех…

– А немец есть немец… – вздохнул Логинов. – Сколько его ни русифицируй.

– Очень смешно, Логинов. Как раз для «Комеди-клаба»…

В этот момент у Виктора в кармане джинсов подал голос мобильный.

Выудив его, он увидел, что звонит замдиректора, и быстро ответил:

– Слушаю, товарищ генерал!

– Здорово, Логинов! Ты где?

– Здравия желаю! В поликлинике, в Варсонофьевском переулке. Карлович вообще офигел, в бассейн меня на процедуры направить хочет! Представляете, товарищ генерал?

– Сейчас не до бассейнов, Логинов! Давай срочно ко мне! Срочно! Понял?

– Так точно, товарищ генерал!

– Держи, Логинов! И двигай прямиком к физиотерапевту… – протянул карточку начмед.

– Извиняйте, ребята-эскулапы, но меня начальство срочно вызывает! – победно ухмыльнулся Логинов. – Так что, боюсь, с бассейном у нас ничего не выгорит! Но за заботу данке шон, товарищ гауляйтер!

– А за гауляйтера в следующий раз в морду дам! Понял?

– Ну извини, Карлович, не сдержался. Последствия вашего лечения. Вы ж кого угодно до нервного срыва доведете. Прости, камрад! Мир, дружба, жвачка!

2

Украина, Киев, Подол, за пять недель до визита премьера РФ в Одессу.

Из подъезда донесся перестук каблучков. Прошедший огонь и воду дюжий телохранитель, стоявший у распахнутой задней дверцы бронированного «Мерседеса», невольно напрягся. Он не первый год работал с объектом, однако в его присутствии каждый раз робел, словно третьеклассник на экзамене. В уже дважды бывшем премьер-министре Украины было нечто демоническое. Как признался в интервью один из сотрудников Госохраны: «Юлию Владимировну боялись даже сторожевые псы».

Распахнув дверь, на крыльцо вынырнул личный телохранитель экс-премьера. Убедившись, что все в порядке, он отступил в сторону:

– Прошу, Юлия Владимировна!

В двери показалась экс-премьер. После отставки она резко сменила имидж. Ее знаменитая коса была отложена до лучших времен, как и всякие яркие и вычурные наряды. Теперь Юля, как называли экс-премьера за глаза практически все, наряжалась в строгие деловые костюмы с преобладанием темных тонов.

Процокав каблуками к задней дверце «Мерседеса», экс-премьер кивнула:

– Здравствуй, Паша!

– Добрый день, Юлия Владимировна! – кивнул телохранитель, разворачиваясь.

Едва «личник» захлопнул за объектом дверцу, он метнулся к стоявшему сзади джипу и нырнул в него. Небольшой кортеж тут же выехал со двора. Учитывая нынешний статус Юли – а она позиционировала себя как «лидер объединенной оппозиции», – он был довольно скромным.

На заднем сиденье «Мерседеса» располагался личный помощник Юли, Леонид Ванин. Ему еще не было тридцати, однако Ванин занимал свою должность вполне заслуженно. Его голова вмещала миллиарды байт разнообразной информации и выдавала ее в интегрированном виде в любое время суток – без сбоев и задержек.

– Добрый день, Юлия Владимировна! – кивнул Ванин, автоматически поправив очки.

– Здравствуй, Леня! Как дела?

– Честно говоря, не очень, – махнул головой Ванин. – Еще три человека сегодня написали заявления о вступлении в коалицию…

– Кто? – жестко спросила Юля, мгновенно помрачнев.

– Семков, Прядко и Долгих…

– Долгих?! Я же с ним только вчера говорила…

– Не одна вы с ним говорили, – пожал плечами Ванин. – По нашим данным, ему предложили должность члена высшего совета юстиции…

– Тварь продажная! – вздохнула Юля.

Ее «именной» парламентский блок таял буквально на глазах. Учитывая, что украинский политикум процентов на пятьдесят-шестьдесят состоял из проходимцев, которые шли в парламент только затем, чтобы защитить от других проходимцев свои нажитые более или менее нечестным путем капиталы, ничего удивительного в этом не было. Однако в последнее время ситуация стала просто критической. В созданную «под нового президента» коалицию побежали даже «идейные» ближайшие соратники Юли.

– Тварь! – повторила Юля.

– Должность члена высшего совета юстиции дорогого стоит, – сказал Ванин.

Высший совет юстиции был единственным органом, который имел право смещать судей. А те, в свою очередь, имели возможность за принятие нужного для себя решения щедро платить. К примеру, одна судья из Днепропетровска прославилась на всю Украину, потратив на празднование своего дня рождения четыреста тысяч евро.

– Что еще? – спросила Юля.

– Генеральному прокурору снова порекомендовали активизировать расследование уголовного дела против вас, – сообщил Ванин. – Велели копать в сторону нецелевого использования бюджетных средств, выделенных на поддержку банков. Чтобы будущий процесс поставил крест на вашей репутации…

– Ну в этой стороне они ничего не накопают! – хмыкнула Юля. – Что еще?

– Не исключено, что Генпрокуратура также откроет дело по факту попытки подкупа вами судей конституционного суда! Это намного опасней…

3

Москва, Лубянка, центральный офис ФСБ, за шесть дней до визита премьера РФ в Одессу.

– Разрешите, товарищ генерал?

– Заходи, Логинов! – кивнул замдиректора, прикрыв трубку ладонью. – Садись давай… – Пожав через стол Виктору руку, генерал проговорил в телефон: – Хорошо, я понял… Оперативные мероприятия продолжайте! Если что будет, немедленно докладывайте! Все! – Опустив трубку, замдиректора посмотрел на успевшего присесть Виктора: – Так что там у тебя с рукой, Логинов? Осложнения какие-то?

– Да нет, нормально. Просто мурыжат, чтоб функцинальность восстановить…

– Ну, функциональность твоей руки – это сейчас не главное! – махнул рукой замдиректора. – Тут, Логинов, такое дело! Аналитики ФСО в ходе стандартной подготовки визита в Одессу премьера выявили одну странную деталь… Так что нужно срочно разобраться, что за этим стоит. Поэтому мы тебя и прикомандировываем к ним. В качестве консультанта. С учетом твоего опыта и знания обстановки. Ты-то у нас в Одессе и на Украине еще те дела воротил… Понял?

– Так точно! А что за странность, товарищ генерал?

– Да там с националистами непонятные движения. В общем, дуй в ФСО. К генералу Кравцову. Он группу собирает для отработки этого вопроса. Переходишь в его оперативное подчинение. Понял?

– Так точно, товарищ генерал! А с моим больничным что?

– Отгулами потом возьмешь свой больничный…

– Да я не о том! Просто Карлович же меня выпишет за невыполнение рекомендаций, еще и рапорт накатает.

– Да договорюсь я, Логинов, с твоим Карловичем!

– А! Ну тогда все, товарищ генерал! Разрешите идти?

– Давай, Логинов! Давай… – кивнул замдиректора, поворачиваясь к зазвонившему телефону.

4

Украина, Киев, Подол, за пять недель до визита премьера РФ в Одессу.

Центральный офис именного блока экс-премьера Украины, как и ее квартира, располагался на Подоле – в шикарном двухэтажном особняке с бронированными воротами. Впрочем, сегодня, по случаю заседания координационного совета комитета национального спасения, ворота были гостеприимно распахнуты.

«Мерседес» Юли, сбросив скорость, завернул в них и подкатил к крыльцу. Там топталась небольшая кучка журналистов и всего два оператора с камерами. Несмотря на то что сообщение о заседании было разослано абсолютно всем каналам. Это был очень плохой знак, но из «Мерседеса» Юля вынырнула с весьма уверенным видом.

– Добрый день! – шагнула она к журналистам.

Те нестройным хором поздоровались.

Юля посмотрела на часы:

– Если есть вопросы, я в вашем распоряжении… У меня есть еще пара минут!

– Скажите, Юлия Владимировна, это правда, что еще три депутата из вашего блока написали заявления о вхождении в коалицию?

Это был, естественно, совсем не тот вопрос, которого ожидала Юля. Однако для нее это ничего не значило. На вопросы она умела отвечать мастерски.

– Мы сейчас проходим процесс очищения от балласта! Это нелегкий, но необходимый процесс! Потому что, только освободившись от предателей, мы сможем стать той монолитной силой, которая в составе объединенной оппозиции вернет Украину на демократический путь! Именно защита демократии выходит сегодня на первый план! Украина в опасности! Но вместе мы сможем противостоять всем попыткам межигорского троглодита отбросить страну в период палеолита! Спасибо!

Юля одарила журналистов своей фирменной улыбкой и тут же развернулась, стремительно направилась к двери. Та же журналистка выкрикнула ей вслед вопрос насчет возбужденных Генпрокуратурой уголовных дел, однако экс-премьера уже и след простыл…

5

Москва, Кремль, центральный офис ФСО, за шесть дней до визита премьера РФ в Одессу.

– Генерал вышел! Присядьте, пожалуйста, товарищ полковник! – сказал молоденький лейтенант, сидевший в приемной.

Судя по всему, он совсем недавно окончил Академию ФСО. Логинов присел в одно из кресел. Кресло было удобным и совсем не напоминало казенные мебеля в поликлинике в Варсонофьевском переулке. Откинувшись, Виктор посмотрел в окно.

В связи с ранением при захвате террористами «Боинга» в Ульяновске он уже почти месяц находился на больничном. Последние две с половиной недели – на амбулаторном лечении. За это время ведомственные эскулапы своими предписаниями и процедурами в буквальном смысле вымотали Логинову кишки. Поэтому неожиданное и спешное прикомандирование к ФСО стало для Виктора манной небесной.

Информация замдиректора была скупой, однако Логинов неоднократно принимал участие в различных мероприятиях Федеральной службы охраны, так что технологию их работы знал неплохо. А заключалась она в том, что накануне поездки охраняемого лица в какой-нибудь регион, как правило, месяца за полтора до визита там начинали работать аналитики. Они отслеживали практически все: уровень криминала, агрессивно настроенные религиозные и экстремистские течения, экологию и даже сейсмичность, чтобы объект не попал вдруг в эпицентр землетрясения.

Результаты, естественно, направляли в Москву. В данном случае ситуация немного отличалась тем, что речь шла не о регионе России, а об Украине. Но в свете последних подвижек в отношениях это было не слишком важно. Аналитики что-то накопали, и с этим нужно было разобраться.

Логинов посмотрел на молоденького офицера и пружинисто встал:

– Где у вас курят, лейтенант?

– В конце коридора справа…

– Понял! – кивнул Логинов, двинувшись к двери.

6

Украина, Киев, Подол, за пять недель до визита премьера РФ в Одессу.

Заседание координационного совета комитета национального спасения проходило в конференц-зале центрального офиса блока Юли. Впрочем, участников заседания для такого зала кот наплакал. Комитет национального спасения был создан «под Юлю». Дело было в том, что она, став премьером, была вынуждена расстаться с депутатским мандатом и теперь не могла возглавить парламентскую оппозицию. Комитет же давал ей хоть какой-то официальный статус.

Однако крупные оппозиционные партии в комитет не вошли. Второй по численности была партия «Свобода». Но она насчитывала всего около пятнадцати тысяч членов. Кроме «Свободы», членами комитета стали несколько националистических объединений. Но более-менее известным из них являлось только «Братство». Так что в огромном зале заседало менее десятка человек. Говорила, естественно, в основном Юля.

– Я считаю, что сегодня главным вопросом является подготовка комитета национального спасения к местным выборам. Мы должны выступить на них единой командой. Только в этом случае мы сможем получить достаточное количество мест в местных советах. И сможем действенно противостоять попыткам узурпации власти… Я думаю, с этим все согласны? – задала чисто риторический вопрос Юля.

– Нет! – вдруг отозвался руководитель «Братства» Игорь Грабко. – Вчера в Ивано-Франковске милиция арестовала еще двух наших активистов. Им предъявлено обвинение в злостном хулиганстве. И уже получена санкция суда на их содержание под стражей в течение месяца… Такими темпами до местных выборов они пересажают половину наших членов. Остановить этот произвол можно только решительными протестами и акциями гражданского неповиновения. Иначе через год мы в полном составе окажемся в Лукьяновском изоляторе! И будем проводить наши заседания там!

– Я думаю, сейчас это было бы неправильно. Сейчас мы должны действовать исключительно конституционными средствами! – сказала Юля. – А не подставляться! Проведя достаточное количество своих депутатов в местные советы, мы получим мощное и легитимное средство для противодействия! Поэтому предлагаю сосредоточиться на том, как нам согласованно и скоординированно подойти к выборам. И что нам для этого нужно успеть сделать…

7

Москва, Кремль, центральный офис ФСО, за шесть дней до визита премьера РФ в Одессу.

Место для курения в ФСО было оборудовано в конце коридора, в отдельной комнате с вытяжкой. Там никого не было, и Логинов, закурив, снова погрузился в размышления. Своих секретов ни ФСО, ни вошедшая в ее состав СБП (Служба безопасности президента), естественно, не раскрывали даже перед сотрудниками ФСБ. Однако было доподлинно известно, что на нынешнего российского премьера готовилось как минимум четыре покушения.

Первое должно было состояться 24 февраля 2000 года в Санкт-Петербурге на похоронах Анатолия Собчака. Готовили теракт тогдашние чеченские главари. Покушение было предотвращено экстраординарными мерами безопасности. Второе покушение планировалось на 19 августа 2000 года и должно было произойти в Ялте во время саммита СНГ. Информация о нем поступила от разведки, из-за рубежа. В результате были задержаны четыре чеченца и несколько выходцев с Ближнего Востока. Все подробности сразу засекретили. Третье покушение должно было произойти 9 или 10 января 2002 года в Баку, во время официального визита президента России в Азербайджан. Однако ФСО об этом также стало известно, и киллеров обезвредили азербайджанские спецслужбы. По их данным, предполагаемым исполнителем теракта – смертником должен был стать гражданин Ирака Кянан Ростам, прошедший подготовку в лагерях на территории Афганистана и имевший связи с чеченскими боевиками, конкретно – с Арби Бараевым. И, наконец, последнее покушение на премьера планировалось совершить также еще в его бытность президентом – в Турции 27 июня 2007 года. Тогда по пути следования кортежа киллеры собирались взорвать машину, начиненную 150 килограммами тротила…

– Товарищ полковник! Генерал вернулся! – просунулся в дверь молоденький лейтенант.

– Иду! – кивнул Виктор.

Поднявшись, он затушил окурок в массивной пепельнице и быстро вынырнул в коридор. Минуту спустя Виктор уже входил в кабинет генерала Кравцова.

– Здравия желаю! Разрешите?

Стоявший у окна мужчина гренадерской стати повернулся:

– Заходи, Логинов! Здорово!

Виктор невольно улыбнулся. Это не ускользнуло от хозяина кабинета, и Кравцов спросил:

– Чего смешного-то?

– Да вспомнил про ваши «неуставные порядки».

ФСО отличалась от других спецслужб тем, что здесь было принято обращаться к сотрудникам по именам – «Андрей», «Петр», «Степан» и так далее. Причем так к сотрудникам ФСО обращалось как непосредственное начальство, так и объекты. Во всяком случае, президент с премьером.

– Как твоя рука? – спросил генерал Кравцов.

Ему было немного за сорок, и выглядел он ухоженным, как голливудская звезда или какой-нибудь отечественный олигарх. Это дорогого стоило, если учесть, что ФСО работала круглогодично и круглосуточно. Это касалось и рядовых сотрудников охраны, но в первую очередь – руководителей.

– Нормально! – кивнул Логинов.

– Ну и слава богу! Присаживайся! Сейчас мои подтянутся, и приступим!

Виктор кивнул и отодвинул один из стульев в дальнем конце приставного стола. Генерал Кравцов оглянулся:

– Ты что как бедный родственник? Нас всего четыре человека будет. Ближе давай…

Виктор кивнул и, поставив стул на место, двинулся вдоль приставного стола к столу Кравцова. Тот потянулся рукой к подоконнику и стряхнул пепел.

Потом сказал:

– Извини, но я обязан соблюдать формальности. Может, в твоих глазах это и выглядит глупо, но речь идет…

– Ты насчет подписки о неразглашении? – на ходу повернул голову Виктор. – Я все понимаю. Где расписаться?

– После совещания распишешься. Бумажку еще не успели приготовить…

8

Украина, Киев, Подол, за пять недель до визита премьера РФ в Одессу.

– Пожалуйста, чуть назад! – проговорила пресс-секретарь.

На крыльцо друг за другом вышли члены прошедшего заседания. Последней вынырнула Юля. Перед крыльцом стояла все та же жиденькая кучка журналистов. И все те же две камеры. Надежды на то, что ведущие телеканалы пришлют свои съемочные группы хотя бы к концу заседания комитета национального спасения, оказались напрасными.

Однако Юля заговорила так, как будто журналистов собралась огромная толпа:

– Комитет национального спасения уполномочил меня сделать следующее заявление! Мы протестуем против усиливающихся политических репрессий и продолжающейся сдачи украинской государственности в аренду иностранным державам! В связи с этим на заседании было принято решение о том, что все политические силы на предстоящих выборах в местные советы выступят единым фронтом! – По виду журналистов было понятно, что само заявление их ничуть не интересует. И вопросы, если они последуют, будут касаться уголовных дел. Поэтому Юля эффектно закруглилась:

– Спасибо, друзья! Это пока все! Нам нужно срочно проводить необходимые консультации!

Пару минут спустя Юля уже входила в свой кабинет. Ее помощник Леонид Ванин вошел следом за ней и, прикрыв дверь, стал дожидаться распоряжений. Юля прошла к своему креслу и сказала:

– Леня, договорись о встрече с нашими основными спонсорами. По поводу финансирования выборов в местные органы…

– Хорошо, Юлия Владимировна! Только Живицкий в Лондоне!

– Да он всегда в Лондоне, – сказала Юля. – Позвони, пусть пришлет кого-то от своего имени!

– Хорошо! – кивнул Ванин, разворачиваясь.

9

Москва, Кремль, центральный офис ФСО, за шесть дней до визита премьера РФ в Одессу.

Дверь кабинета открылась, и в нее без стука быстро вошли двое мужчин в гражданском. Первый был невысоким, лысоватым и круглолицым. Без признаков войсковой выправки. С первого взгляда могло показаться, что это рохля-неудачник, застрявший на нижних ступенях карьерной лестницы в какой-нибудь не слишком преуспевающей фирме или государственной конторе, которого в свободное от работы время неустанно пилит за безденежье рано постаревшая жена.

Однако умный взгляд, которым круглолицый окинул Виктора, это впечатление разбил вдребезги. Взгляд был абсолютно спокойным и немного уставшим. Спокойным он был оттого, что круглолицый прекрасно знал, по каким законам функционирует этот мир. А немного уставшим оттого, что ничего нового в этом мире не происходило.

– Это полковник Логинов из антитеррора, – сказал генерал Кравцов, быстро, но тщательно затушив окурок в пепельнице и направившись к своему столу.

– Виталий! – представился круглолицый.

– Виктор! – поднялся Логинов.

Они быстро пожали друг другу руки. Причем Виталий сделал это так аккуратно, что Логинов понял – тот знает о его ранении.

– А-а… – начал было Виктор.

– Я отвечаю за контрразведку, – сказал Виталий, отодвигая стул.

– Понятно, – кивнул Виктор.

Контрразведка ФСО была весьма мощной спецслужбой. Так что тот, кто за нее «отвечал», априори должен был иметь генеральское звание. А Логинов до сегодняшнего дня даже не знал Виталия в лицо.

Второй мужчина, наоборот, был высок и находился в отличной форме. Весил он около восьмидесяти килограммов, что, вообще говоря, было признаком элитного спецназа. В обычном спецназе бойцы, как правило, перекачаны, что существенно влияет на быстроту, зато позволяет выигрывать рукопашные схватки и брать преступников живьем. Элитный спецназовец в рукопашные схватки не вступает вообще. Он просто убивает противника – одним молниеносным движением.

– Виктор! – протянул Логинов через стол руку.

– Алексей! – пожал ее второй мужчина, обошедший приставной стол с другой стороны.

– «Люди в черном»? – спросил Логинов.

Так журналисты обычно называли вооруженный до зубов президентский спецназ, который сопровождал охраняемых лиц на джипах.

– Да, – кивнул Алексей.

– Ну что, ребята, раз познакомились, давайте приступать, – проговорил генерал Кравцов. – Итак. В связи с поездкой премьера в Одессу там находятся наши аналитики. Программа визита предусматривает запуск совместно с президентом Украины в реверсном режиме нефтепровода «Одесса – Броды», а также подписание договоренностей о предоставлении в аренду Черноморскому флоту РФ объектов военной инфраструктуры в Одесском порту. Ну и плюс гуманитарные аспекты. Но главное, конечно, два первых пункта. Это очередной прорыв в отношениях. Можно сказать, не менее революционный, чем Харьковские соглашения. То есть для националистов и украинской оппозиции это хуже красной тряпки для быка. Поэтому наши аналитики ожидали чего-то вроде подготовки второго дубля побоища в Верховной раде с дымовыми шашками и яйцами. Только в Одесском порту. Однако от источника в «Братстве» была получена очень странная информация.

– Извиняюсь! – поднял палец Виктор. – О каком именно «Братстве» идет речь? А то их там…

– Я понял! – кивнул Кравцов. – Речь идет об остатках военизированного молодежного крыла националистической организации УНА-УНСО. Там довольно сложная история распада трансформаций. Первый руководитель УНА-УНСО Корчинский давно отошел от дел и стал сперва политтехнологом, а потом и шоуменом. Второй, Шкиль, был осужден за попытку захвата здания администрации Кучмы, но вышел в связи с избранием его депутатом Верховной рады и влился в партию Юлии Тимошенко. Сегодня «Братством», которое в основном состоит из студентов, руководит Игорь Грабко. И оно входит в комитет национального спасения, организованный Тимошенко. Как правило, члены «Братства» выполняют функции охраны митингующих оппозиционеров от спецназа при проведении различных несанкционированных акций протеста. Ну или сами проводят откровенно провокационные мероприятия…

– Вроде поездок в Крым и пикетирования объектов ЧФ, – сказал Виталий.

– В общем, это штурмовики, – кивнул генерал Кравцов. – Так вот, в связи с визитом премьера в Одессу члены «Братства» из нескольких западных областей, а это основной оплот «Братства», выступили с инициативой, так сказать, массового десанта в Одессу. С яйцами, дымовыми шашками и всей остальной музыкой. Однако «центральный провид», как именуется руководство «Братства», эту инициативу, мягко говоря, не слишком поддержал. Фактически же – зарубил на корню…

– А почему? – спросил Логинов.

– Как раз этим вопросом и задались наши аналитики, – кивнул генерал Кравцов. – Однако внятного ответа ни от нашего источника в самом «Братстве», ни от других агентов разведки получить не удалось. Игорь Грабко говорил о «нецелесообразности массовых акций ввиду того, что будет судебный запрет, как 17 мая в Киеве», а также о том, что подобная акция «не вызовет сочувствия у жителей Одессы».

– Странно, – сказал Виктор.

– Более чем, – кивнул сидевший рядом Виталий. – В Киеве во время визита российского президента, несмотря на судебный запрет, оппозиция митинговала в полный рост. И в Крыму членов «Братства» никогда хлебом-солью не встречали. Вообще, провокационность – это стиль «Братства» и главный инструмент. А тут «центральный провид» отказался финансировать транспортные издержки, точнее, не рекомендовал делать этого спонсорам на местах. Хотя формально никто никому ничего не запрещал…

– Да, – кивнул генерал Кравцов. – В общем, мы дали задание нашему информатору выяснить, какова на самом деле причина такой позиции руководства «Братства». Он попытался, но не смог. Зато добыл информацию, по поводу которой я вас сегодня и собрал. Итак. Действия «центрального провида» вызвали недовольство среди членов «Братства» на местах. Львовский «куринь» даже попытался высказать недоверие Игорю Грабко, обвинив его в трусости. Однако не хватило голосов, в связи с чем несколько членов демонстративно покинули собрание «куриня», заявив, что проведут на следующий день свое учредительное «заседание».

– И что? – недоуменно посмотрел на генерала Кравцова Виктор. – Провели?

– Нет. Потому что главный инициатор «раскола» Иван Сахно вдруг исчез.

– Как исчез?

– Странно исчез. Он жил во Львове у тетки. Та сказала, что Иван собрал вещи и срочно уехал в ночь к родственникам в деревню на поезде. Якобы кто-то там заболел. Но никаких близких родственников у него не осталось. Плюс его тем вечером случайно видели однокашники. Он сел в черный джип. В результате учредительное «заседание» так и не состоялось. Теперь «раскольники» заявляют, что Ивана Сахно похитила «охранка». Но «центральный провид» «Братства» на это почему-то никак не реагирует. Хотя, в теории, должен был поднять вой до небес… На основании анализа всего этого наша аналитическая служба сделала вывод, что имеется очень большая, дословно – «критическая вероятность существования тайного заговора». Цель заговора – осуществление какой-то очень резонансной акции в Одессе во время визита российского премьера. Единственный известный участник заговора – руководитель «Братства» Игорь Грабко…

10

Украина, Киев, Подол, за пять недель до визита премьера РФ в Одессу.

– Здравствуй, Кирилл! – протянула Юля руку последнему вошедшему в ее кабинет мужчине. – Шеф твой когда-нибудь из Лондона вернется? Или осел там окончательно?

– Дела там у Аркадия Федоровича! Дела! – сокрушенно проговорил Кирилл.

– Ну что же, все в сборе! Рассаживайтесь, приступим! – проговорила Юля, быстро направившись к своему креслу.

Четверо из пятерых мужчин, собравшихся в ее кабинете, были депутатами Верховного Совета нескольких созывов. При этом за две-три каденции они в общей сложности едва ли провели в зале заседаний один день. Это были крупнейшие предприниматели, так что слоняться без дела в Верховной раде им было просто некогда. Депутатские же мандаты они себе попросту покупали – в качестве своеобразной охранной грамоты. В общем, это были основные спонсоры именного блока экс-премьера, поэтому Юля сразу приступила к делу:

– Сегодня утром состоялось заседание комитета национального спасения! На нем было принято решение о том, что мы выступаем на местных выборах единым фронтом. Это позволит нам обеспечить необходимый результат! Так что давайте перейдем непосредственно к суммам и траншам!

– Гм-гм! – повернулся на стуле Борис Химич. Его лысая яйцеподобная голова отбрасывала на потолок зайчики. – А о каком результате идет речь, Юлия Владимировна?

– Ну это в зависмости от региона! На западе и в центре мы должны получить большинство…

– А что толку? – вздохнул Химич.

– Простите, Борис Валерьянович, не поняла?

– А что тут непонятного, Юлия Владимировна? Без контроля над центральными органами власти это ничего не даст. Вы ведь не в состоянии влиять ни на законодательный процесс, ни на исполнительные органы…

– Мы, Борис Валерьянович, – поправила Химича Юля. – Речь как раз и идет о том, что, выиграв местные выборы, мы сможем…

– Мы ничего не сможем, Юлия Владимировна! – покачал головой Химич. – Потому что любое решение на местах можно отменить или оспорить в судебном порядке. В этой ситуации финансирование местных выборов теряет всякий смысл!

– Вам не кажется, что вы сейчас погорячились, Борис Валерьянович? – пристально посмотрела на Химича Юля.

– Да нет, это выстраданное, можно сказать, мнение, – развел руками Химич. – И не один я это выстрадал.

– Да?

– К сожалению, да, Юлия Владимировна! – кивнул сидевший напротив Химича Котловский. – Я тоже не вижу смысла в финансировании. Без конкретных гарантий…

– И я тоже!

– И я!

– Аркадий Федорович Живицкий также уполномочил меня сказать, что он разделяет это мнение, Юлия Владимировна! – вбил последний гвоздь в крышку гроба посланец Живицкого Кирилл.

11

Москва, Кремль, центральный офис ФСО, за шесть дней до визита премьера РФ в Одессу.

– Хорошо быть аналитиком, – вздохнул сидевший рядом с Виктором начальник контрразведки ФСО Виталий. – Высчитал вероятность, а другие пусть расхлебывают…

– Давайте по существу, ребята, – сказал генерал Кравцов. – До визита шесть дней. Не месяц и даже не неделя.

– А к украинским «силовикам» насчет возможного похищения Ивана Сахно обращались? – спросил Логинов.

– Скажем так, аккуратно, но тщательно проверили эту информацию. Ни МВД, ни СБУ к этому отношения не имеют. Ну и плюс Сахно сам собрал вещи и сам сел в джип. То есть похищение как таковое вообще отпадает.

– Как сказали бы аналитики, вероятность «ничтожна», – вздохнул Виталий.

– Понятно, – сказал Виктор. – Значит, аналитики предполагают, что в Одессе во время визита премьера запланирована некая резонансная акция, о которой известно руководителю «Братства» Игорю Грабко. И именно поэтому, чтобы его орлы своей излишней активностью не помешали проведению этой акции или, наоборот, не попали после ее осуществления под раздачу, он и занял такую позицию. И по той же причине негласно организовал отъезд Ивана Сахно. Так?

– Вообще-то выводы сформулированы на двух с половиной страницах и не так категоричны, но по сути – да, – кивнул генерал Кравцов.

– Ясно. А обратиться к украинской стороне, чтобы она сама занялась Грабко, мы не можем. Так?

– К сожалению, да, – кивнул генерал Кравцов. – По целому ряду причин. Во-первых, это поставит под угрозу нашу агентуру. А этого допускать нельзя, поскольку совершенно непонятно, кто придет к власти на Украине через два года. Но есть еще во-вторых, в-третьих, в-четвертых и так далее…

– Я понимаю, я просто уточнил, – сказал Виктор. – Тогда так. Поскольку на разработку «Братства» и ее руководителя Грабко времени у нас нет, а речь идет хрен знает о чем, у нас остается только один вариант. «Снять» информацию с самого Игоря Грабко. Он депутат?

– Нет.

– Это хорошо! Тогда остается всего два вопроса. Как и кто? Ключевой первый. Решим как, станет ясно кто. И, забегая вперед, рядом с Грабко надо будет обязательно засветить черный джип. Для информационного прикрытия.

– Поясни, – кивнул генерал Кравцов.

– На случай, если что-то выйдет из-под контроля и Грабко придется убрать с концами. Тогда черный джип направит следствие в сторону. Обычное дело.

Виталий покачал головой:

– Да уж… Ты, Логинов, в «Вымпеле» случайно не служил?

– В «Альфе», – сказал Виктор. – Это я потом нахватался, уже в антитерроре.

– Хорошая хватка. То есть ты предлагаешь Грабко просто «сносить на ноль»? – почесал за ухом Виталий. – В чужой стране? Или сперва все-таки вывезти в Россию?

– Кто сказал? Я такого не говорил. Нам нужна информация, а не смерть Грабко. Для съема информации есть препараты. Для стирания памяти тоже есть препараты. Взяли, скачали, стерли, а Грабко положили на место. Элементарно.

– Угу, – кивнул Виталий. – А если информация окажется такой, что Грабко будет нужен? Например, чтобы опознать кого-то?

– А это уже не наш вопрос. Это вопрос руководства. Вон Кравцов потом пусть решает…

– Спасибо, Логинов…

– Ну так а что? Это же надо выходить на первых лиц. За других не знаю, а у меня лично «кремлевки», извини, нет, чтоб с ними связываться и получать санкции. У каждого своя работа…

– Да-да! – саркастически проговорил Кравцов. – То есть вы делов наворотите, а мне задним числом придется докладывать первым лицам, что мы на территории дружественной страны киднепингом занялись?

– Ну да, – кивнул Логинов. – Только другими словами. И все будет нормально. Мы вообще-то кто? Псы отечества. И держат нас, чтобы мы выполняли грязную работу. Обеcпечивая спокойствие своей страны. Так что делай как должно и будь что будет. Правильно?

– Логинов, ты меня, честно говоря, слегка пугаешь, – сказал генерал Кравцов. – Своей идеологией, если это так можно назвать…

– Да дело не в названии. Мы же здесь все свои, – сказал Виктор. – Поэтому давайте начистоту. Я когда-то думал, что с террористами можно бороться по правилам. Один ушел в Грузию, и я остановился на границе. А через три месяца увидел толпу родственников тех, кого он взорвал. И после того я пересеку три границы, но террористу уйти не дам. А уже потом доложу начальству и поставлю перед фактом. Мол, задание выполнил, но международное право малость нарушил. И что оно сделает? Ну, даст мне очередной выговор! Или задержит присвоение очередного звания. Но люди-то будут жить! Вот что главное! Или я не прав, ребята?

12

Украина, Киев, Подол, за пять недель до визита премьера РФ в Одессу.

Такого Юля не ожидала. Всего, чего угодно, но только не того, что спонсоры ее блока столь дружно откажут ей в средствах. Это был удар. Однако дважды экс-премьер удары держать умела.

– Ну что же, – сказала она, – ваша позиция понятна и справедлива. Поэтому я считаю, что будет лучше продолжить этот разговор немного позже. Конкретизировав гарантии с каждым из присутствующих отдельно. Леонид свяжется с вами по этому поводу! Спасибо, что нашли время приехать!

Юля быстро вышла из-за стола, чтобы попрощаться с каждым из спонсоров лично. Однако те, торопливо сунув ей руки, поспешно выскакивали из кабинета. При этом в глаза Юле смотрел только Химич, остальные – куда-то в сторону.

– Крысы! – вздохнула Юля, оставшись в одиночестве и направившись к столу.

– Что, Юлия Владимировна? – просунулся в дверь Ванин.

– Крысы бегут с корабля! – саркастически улыбнулась Юля. – Год назад они выстраивались в километровую очередь, чтобы только всучить мне деньги на президентские выборы… А теперь сказали, что без гарантий не дадут ни копейки!

– Что, все? – удивился Ванин.

– Да. И даже эта «шестерка» Живицкого мне это заявила! Но ничего! Я с ними проведу индивидуальные беседы! Это они вместе такие смелые… Обзвони всех, Леня, и назначь встречи! На завтра! На каждого по два, нет, по три часа!

– Но у вас же завтра…

– Все отменить! Что нельзя отменить, перенести! Приступай! Прямо сейчас! Я этих зажравшихся олигархов научу родину любить!

13

Москва, Кремль, центральный офис ФСО, за шесть дней до визита премьера РФ в Одессу.

– Да по сути-то ты, конечно, прав, Логинов, – сказал генерал Кравцов. – Только с такими «кавалерийскими» подходами мы стране скорее вред принесем, чем пользу. Потому что малейший прокол в операции с Грабко выльется в такой грандиозный скандал, что «Братству» уже никаких своих акций проводить не понадобится.

– Согласен, – кивнул Виктор. – Именно поэтому спланировать все нужно так, чтобы вероятность прокола свести к минимуму. Но, поскольку совсем исключить прокол нельзя, нужно предварительно провести акцию информационного прикрытия. О черном джипе я уже сказал. Хорошо бы про запас инспирировать еще один ложный след. Любовный, коммерческий или криминальный. Ведь наверняка у этого Игоря Грабко, как и у любого другого, есть в жизни какие-то подходящие эпизоды. Или к нему от кого-то женщина ушла, или он с партнером по бизнесу не слишком красиво расстался, или у него машина популярной у угонщиков модели…

– Красиво излагаешь, Логинов, – хмыкнул Виталий. – Только для того, чтобы определиться с этим ложным следом, нужна полноценная разработка, которая требует времени. А времени-то у нас как раз и нет… Это только Ельцин посетить Украину с визитом сперва собирался по полгода, а потом еще на полгода откладывал. Сейчас все происходит очень быстро…

– Давайте все-таки по существу, – посмотрел на Виталия генерал Кравцов. – Твое конкретное предложение какое?

– Мы исчерпали агентурные возможности, – вздохнул Виталий. – Оперативные же, поскольку речь идет о другом государстве, очень невелики…

– Значит, альтернативных предложений нет? – посмотрел на главного спецназовца ФСО Алексея генерал Кравцов.

Тот проговорил:

– Если бы было известно, что есть сейф с нужной нам информацией, мы бы ее добыли, даже если бы этот сейф находился в лабиринте Минотавра или в жерле вулкана. Но, поскольку информация находится в голове этого Игоря Грабко, то, боюсь, Логинов прав. Единственный выход – выдернуть его, и мы готовы это сделать…

– Этого нельзя делать, – вдруг сказал Логинов.

– Что?.. – перевел на него взгляд Кравцов.

– Я имею в виду, ваш спецназ для операции с Грабко использовать нельзя. Никто не сомневается в его высочайшем профессионализме, но тут совсем другая специфика…

– У моих людей достаточно квалификации для проведения акции любой специфики, – спокойно посмотрел на Логинова Алексей. – В том числе и этой.

– Не буду спорить, – сказал Виктор. – Информацией о себе вы не разбрасываетесь… Но тут дело не только в специфике. Любая операция может сорваться из-за пустяка. Самый яркий пример – «Уотергейт». Из-за того, что люди Никсона полезли в избирательный штаб конкурентов, ему пришлось уйти в отставку. Так что в случае с Грабко, думаю, лучше вообще не использовать действующий спецназ. Ни ваш, ни других ведомств. Лучше остановиться на частных лицах. Я сейчас на больничном. Поэтому вполне могу полететь в Киев с парой-тройкой бывших сослуживцев из «Альфы», к примеру, на футбол. Ну или на Лавру посмотреть. Как вам такая идея?

– Лучше на футбол, – сказал Виталий. – Тогда, если что, можно сказать, что вы были пьяные и действовали исключительно из хулиганских побуждений.

Все вопросительно посмотрели на генерала Кравцова.

Тот потянулся за сигаретой, прикурил ее, выпустил дым в сторону окна и наконец сказал:

– Учитывая, что президент любит футбол, прикрытие в виде болельщиков, пожалуй, самый лучший вариант. Но операцию назовем не «Фан», а «Паломник». А теперь давайте конкретизировать…

14

Украина, Киев, Подол, за пять недель до визита премьера РФ в Одессу.

Процокав каблуками к задней дверце «Мерседеса», экс-премьер кивнула:

– Здравствуй, Паша!

– Добрый день, Юлия Владимировна! – поздоровался телохранитель, разворачиваясь боком.

На заднем сиденье «Мерседеса», как всегда, находился личный помощник Юли Леонид Ванин.

– Добрый день, Юлия Владимировна! – кивнул он, поправив очки.

– Здравствуй, Леня! Как дела? – привычно спросила Юля.

– Боюсь, у нас проблема, – вздохнул Ванин.

– Еще кто-то написал заявление о вступлении в коалицию? – спросила экс-премьер.

– Если бы… – покачал головой Ванин. – Вчера вечером Борис Химич посетил администрацию президента. И до половины третьего ночи сидел в кабинете заместителя главы Полторацкого. А только что мне перезвонила референт Химича и сказала, что Борис Валерьянович серьезно заболел. Так что на встречу с вами приехать не сможет… Думаю, остальные участники вчерашнего совещания тоже или заболеют, или срочно улетят по неотложным делам.

– Ты уверен? – спросила Юля.

– Я когда-нибудь ошибался, Юлия Владимировна? – пожал плечами Ванин. В этот момент у него зазвонил мобильный. Подняв его, он сказал: – Ну вот, помощник Котловского! Спорю на миллион, что он звонит сообщить, что Котловский… А впрочем, какая разница? – пожал плечами Ванин и ответил: – Да!.. Доброе! Гипертонический криз? Я понял! Да! Хорошо! Да, конечно! Я передам Юлии Владимировне! И скажите, что она желает вашему шефу скорейшего выздоровления!.. Ну вот! – сказал Ванин, отключившись. – Это, так сказать, вторая ласточка… В общем, очевидно, что Химич вчера ночью обговаривал с Полторацким гарантии для себя лично и своего бизнеса в случае перехода в коалицию. Ясно, что такие вещи будут решаться на самом верху. И на это понадобится некоторое время. Остальные будут выжидать…

– Или побегут кланяться в администрацию вслед за Химичем!

– Да нет, побежать не побегут. Будут выжидать, Юлия Владимировна. Какие будут указания? Ни одна из сегодняшних встреч, я уверен, не состоится. Менять расписание?

– Мне нужно подумать, Леня…

– Да-да, конечно, Юлия Владимировна!

15

Украина, Борисполь, аэровокзал, за четыре дня до визита премьера РФ в Одессу.

– Ну и где этот выдающийся бизнесмен?.. – оглянулся бывший боец «Альфы» Николай Соколов.

Ему было уже около сорока пяти. Николай работал заместителем начальника службы безопасности крупнейшей российской корпорации. Офисная работа привела к тому, что Соколов, хотя и старался регулярно тренироваться, набрал килограммов десять-пятнадцать лишнего веса. Лицо у него было интеллигентным, прическа – средней длины, с безукоризненным косым пробором. В «московской» жизни Соколов носил дорогие костюмы и ездил на «Мерседесе» последней модели.

Для поездки же в Киев Николай экипировался очень демократично и удобно. На Соколове были джинсы, летние кроссовки с сетчатыми вставками и свободная майка с рисунком и надписью на английском. Дополняли ансамбль большая спортивная сумка и солнцезащитные очки.

– Обещал бросить все и быть как штык… – проговорил Дмитрий Шургин, оглядываясь по сторонам.

Экс-«альфовец» Шургин был на год моложе Соколова и чуть повыше. Он был в джинсах, легкой рубашке с коротким рукавом и бейсболке. Шургин являлся совладельцем охранного агентства. Агентство специализировалось на охране элитных жилых объектов и физической защите. Учитывая, что в России каждый олигарх или просто крупный бизнесмен имел свою собственную службу безопасности, подобный бизнес на первый взгляд казался абсолютно бесперспективным.

Однако Шургин с компаньонами процветали. Причиной этого были высочайший профессионализм и абсолютная неподкупность их сотрудников. Своеобразной «визитной карточкой» агентства стала уже довольно давняя история с одним крупным музыкальным продюсером. Тот, как это в те годы водилось на Руси, имел весьма серьезную криминальную «крышу», в качестве которой выступал очень авторитетный вор в законе кавказских кровей. Заодно он был вроде как теневым партнером продюсера.

Но в какой-то момент между ними пробежала черная кошка. Вор потребовал от продюсера выплаты совершенно нереальной суммы. Речь шла о десятках миллионов долларов. То есть было понятно, что кавказец решил просто отобрать бизнес у партнера. Всем было понятно, что тот обречен. Выбор у продюсера был невелик: либо добровольно отдать все свое имущество и раскрученных непосильным трудом звездных исполнителей, а потом погибнуть от несчастного случая, либо отказаться и сразу схлопотать пулю. Убегать за границу было бессмысленно. Достать его там для вора в законе было не проблемой.

Однако продюсер обратился в агентство Шургина. И профессионалы из него взяли клиента под защиту. С этого момента началось противостояние, которое впоследствии стало легендой российского охранного бизнеса. Телохранители без страха и упрека вступили в схватку с одним из королей преступного мира с практически неограниченными возможностями.

Люди Шургина предотвратили три последовавших один за другим покушения на объект. После этого уголовники попытались подкупить одного из приставленных к продюсеру телохранителей, но из этого тоже ничего не получилось. Тогда преступники переключились на самую известную подопечную продюсера – молодую певицу, песни которой оккупировали первые строчки всех хит-парадов. Ее пытались не убить, а просто запугать, чтобы сорвать грандиозный тур по стране.

Однако и тут агентство оказалось на высоте. Люди Шургина поставили надежный щит. Причем в роли личного телохранителя певицы выступал сам Шургин. На память об этом ему остался шрам на руке от кислоты. После одного из концертов подосланный подручными кавказца отморозок хотел облить певицу кислотой. Шургин это предотвратил.

Отморозка задержали, и «кислотное дело» получило общероссийскую огласку, так что его расследование взял на контроль лично генпрокурор. Он заявил, что «все причастные к этому бесчеловечному преступлению будут установлены и привлечены к ответственности». Над кавказцем начали сгущаться тучи. На авторитетной сходке ему поставили на вид, что подобные резонансные методы деловых разборок неприемлемы, поскольку ставят под удар все преступное сообщество. И порекомендовали разрулить возникшие рамсы по-тихому.

Апофеозом противостояния стала встреча кавказца с руководством охранного агентства. Она состоялась по его просьбе в одном из московских ресторанов. Вор в законе попытался попросту оптом перекупить агентство, но получил категорический отказ. Тут нервы ему изменили окончательно, и кавказец начал выкрикивать угрозы в адрес родных и близких Шургина и компаньонов. В результате его вышвырнули из ресторана, спустив по лестнице вместе с помощником и телохранителем.

В ту же ночь кавказца расстреляли на выходе из его офиса из автомата. Киллера, как водится, не нашли. Сам Шургин утверждал, что агентство к этому никакого отношения не имело – кавказца устранили руководители преступного мира, поскольку он не только не выполнил предписания сходки, но еще и уронил лицо вора в законе. Сами руководители преступного мира ничего, естественно, не комментировали. Однако ни компаньонам Шургина, ни ему самому никто претензий так и не предъявил, что косвенно подтверждало его слова.

Как бы то ни было, но после этого проблем с клиентурой у агентства Шургина не возникало. К его услугам в критических ситуациях прибегали даже те, кто имел свои собственные, но не слишком мощные службы безопасности.

– Странно! – сказал Шургин, окинув взглядом здание аэропорта. – Сейчас позвоню…

– Организаторы, блин! – негромко проговорил Логинов. – Давайте на улицу, нечего маячить тут на камеры!

– А толку, – пожал плечами Соколов. – На улице тоже камеры…

– На улице возьмем такси или в автобус сядем! – проговорил Виктор, двигая к выходу. – Пошевеливайтесь!

В этот момент Шургин дозвонился.

– Привет, Андрей! Мы уже прилетели, ты где?.. А, понял! Тогда все!

Шургин отключился, Логинов вопросительно посмотрел на него через плечо.

– Порядок! – сказал Шургин. – Его просто гаишники тормознули, сейчас будет! Сказал, что подберет нас справа от парковки…

– Справа с какой стороны? – уточнил Соколов.

– Со стороны аэропорта, конечно! – пожал плечами Шургин.

– Ты уверен?

– Ну а с какой же еще?

– Ты, Дима, как всегда, не уточняешь вводные…

– Да он сказал, что еще один гаишник впереди, за мобильный тормознет!

– Да хватит вам! – оглянулся Виктор. – Я знаю, где это! Давайте за мной!

– Так, Логинов, а ты чего раскомандовался? У нас вообще-то турпоездка на футбол. Дойдет до дела, тогда и покомандуешь! Одни начальники, блин! Один вводную не может нормально довести, второй бежит как лось неизвестно куда! – пробурчал Соколов.

16

Украина, Киев, Подол, за пять недель до визита премьера РФ в Одессу.

Экс-премьер потянулась к мобильному телефону и отыскала номер руководителя «Братства» Игоря Грабко. Дождавшись ответа, Юля поздоровалась:

– Добрый день, Игорь!

– Здравствуйте, Юлия Владимировна! – с явным удивлением ответил Грабко.

Экс-премьер лично звонила ему второй или третий раз.

– Слушай, Игорь, я тут собираюсь пообедать на яхте. Не составишь мне компанию? Заодно обговорим подготовку к выборам в западных областях!

– Да, конечно, Юлия Владимировна! – сказал Грабко. – Куда и во сколько подъехать?

– К двенадцати, в яхт-клуб на Подоле! Ванин тебя встретит и проводит!

– Хорошо, Юлия Владимировна!

Отложив мобильный, экс-премьер ткнула пальцем в кнопку селектора.

– Да, Юлия Владимировна! – ответил Ванин.

– Леня, зайди, пожалуйста!

Несколько секунд спустя личный помощник был уже в кабинете.

– Я сегодня пообедаю на яхте, Леня, заодно подышу свежим воздухом. Так что организуй доставку из ресторана. На две персоны. Ну и для себя с охраной…

– Понял!

– Я пригласила Грабко. Чтобы обсудить с ним выборы в западных регионах. Он подъедет в яхт-клуб к двенадцати…

– Ясно, Юлия Владимировна! Я все организую!

17

Украина, Борисполь,

за четыре дня до визита

премьера РФ в Одессу.

К аэропорту «Борисполь» вела разделенная на две части – вроде бульвара – дорога. Она упиралась в большую парковку. Перед ней прохаживались двое гаишников, следивших за тем, чтобы автомобили не останавливались в запрещенных местах.

Сразу за разворотом, у обочины, виднелся белый микроавтобус «Мерседес Спринтер». Виктор кивком указал на него и проговорил на ходу через плечо:

– Вон там зона посадки, где микроавтобус остановился. Туда и Андрей причалит…

Они как раз подошли, когда к бордюру лихо подскочил черный джип «Тойота Прадо». Из него вынырнул одетый в безупречный деловой костюм Андрей Скоробогатов – тоже бывший «альфовец». В свои сорок три года он окончательно полысел, так что брился наголо, отчего слегка напоминал Федора Бондарчука.

Задрав на лоб солнцезащитные очки, Андрей по очереди пожал руки и обнялся с бывшими сослуживцами:

– С приездом! Привет!.. Здорово!.. Сколько лет, сколько зим! Ну что, прошу! Грузитесь, карета подана! Сумки в багажник бросите?

– Да нет! – сказал Шургин. – У нас они почти пустые! Мы ж налегке, чисто на уик-энд!

– Ну тогда на заднее сиденье складируйте! – кивнул Скоробогатов.

Он после «Альфы» начал с работы советником по безопасности в какой-то фирме. Однако у Андрея оказалась деловая жилка, так что он через какое-то время переквалифицировался в коммерческого директора, а со временем вообще стал топ-управленцем.

Сейчас Скоробогатов занимал пост временного управляющего крупной сети супермаркетов электроники на Украине. Сеть принадлежала российскому холдингу и в связи с кризисом настолько уменьшила оборот, что потребовала экстренных мер. Скоробогатова прислали в Киев в качестве кризисного топ-менеджера.

– Ну что, все поместились? – спросил он, сев за руль.

– Да! – сказал Шургин, занявший переднее сиденье на правах друга Скоробогатова.

– Тогда вперед! – стартовал Скоробогатов. – Значит, вы решили на выходные на футбол в Киев десантироваться? Здоровская идея! Кто автор?

– Автор расстрелян, – отшутился Логинов.

– Нельзя так с авторами! – улыбнулся Скоробогатов. – Идея-то супер, только я не понял, почему вы не дотерпели до осени? Тогда можно было бы на каких-нибудь европейских грандов посмотреть вроде «Барселоны» или «Манчестера»! «Динамо», конечно, «Динамо», но смотреть, как оно с полтавской «Ворсклой» играет, как-то не очень…

– Да мы вообще-то на матч дублеров приехали, – сказал Виктор. – В дубле «Динамо» появился очень перспективный нападающий Кайданов. На него болельщики специально ходят, как когда-то на игравшего в дубле Шевченко.

– Что, потенциальная суперзвезда?

– Скорее даже мега, – кивнул Виктор. – На него уже положили глаз скауты нескольких российских клубов. «Зенит» вроде бы пять миллионов евро предлагал! И это за никому не известного дублера!

– Ты смотри, а я с этой чертовой работой и не в курсе! – досадливо покачал головой Скоробогатов. – А лет через пять придется в Европу летать, чтобы на этого Кайданова посмотреть… И что? Переходит он в «Зенит»?

– Нет! «Динамо» с ним быстренько контракт на пять лет подписало и заявило, что он не продается! Газзаев-то тоже не дурак! Шевченко, считай, пенсионер, а Газзаеву с «Динамо» в еврокубках надо результат показывать.

– А когда дублеры-то играют? – спросил Скоробогатов. – Завтра?

– Послезавтра – в воскресенье, – покачал головой Виктор. – В четырнадцать по местному времени.

– Вот черт! – вздохнул Скоробогатов. – Не получится у меня с вами посмотреть на этого Кайданова… Я завтра вечером уезжаю в Харьков, с проверкой!

– А во сколько? – спросил Виктор.

– В шесть вечера. Чтоб до одиннадцати успеть доехать. И выспаться. А то я иначе с ног упаду с этой сетью…

Логинов со значением посмотрел на сидевшего вполоборота Шургина. Тот махнул ресницами. Они в Москве так и не определились, насколько стоит посвящать в свои планы Скоробогатова, который выступал в качестве «принимающей стороны». Шургин настаивал, что Скоробогатову нужно сообщить о том, что они приехали неспроста, не раскрывая карт – чтобы Скоробогатов, в случае чего, был готов. Логинов же выступал за то, чтобы Андрей ни о чем не знал – для его же блага. Теперь же, когда выяснилось, что Скоробогатов уезжал в субботу из Киева, вопрос можно было считать закрытым.

– Что, нелегкие они, бизнес-хлеба? – спросил Соколов.

– Да я не жалуюсь, – широко улыбнулся Скоробогатов. – Любые хлеба нелегкие, главное, чтоб работа была в охотку. А мне моя нравится. Просто трудно разбираться с целой оравой бездельников, которая разбросана по всем областям. С головным офисом легче. Всех, кто сидел на откатах и родственных связях, убрал, оставшихся перетасовал и доукомплектовал…

– Прямо пасьянс, а не бизнес! – покачал головой Соколов. – У нас в корпорации как-то все уже давно устаканилось. И даже в кризис никаких резких изменений не было…

– Так это потому, что вы монополисты! – оглянулся Скоробогатов. – И вашим потребителям деваться просто некуда. А в нашем бизнесе конкуренция и так была жесткая, а теперь еще интернет-магазины силу набирают. Так что, чтобы идти в ногу со временем, нужно будет и нам свой интернет-филиал создавать…

– Мрак, – покачал головой Соколов. – Ты с такой работой хоть с женщинами что-нибудь делаешь? Или уже и забыл, как они выглядят без офисных костюмов?

– Ой! Это больной вопрос! – засмеялся Скоробогатов. – Приходится вообще-то совмещать полезное с приятным…

– Это как, оформлять секретаршу на полторы ставки?

– Да нет, секретарша – это священная корова! Ее отвлекать от выполнения своих функций нельзя! Для этого есть референт!

Все засмеялись, Скоробогатов покачал головой и проговорил:

– Ну да черт с ней, с работой! Я вас сегодня хочу шашлыком угостить! У меня ж загородный дом есть, по рангу положен! Но я в нем почти не бываю! В будние дни из-за пробок, а на выходные все время приходится совершать неожиданные марш-броски в регионы… Или собирать своих бездельников в Киеве. Только мне сегодня еще на работу на пару часов надо заскочить. Сделать разбор полетов за неделю и с почтой разгрестись, а то главный бухгалтер грозится забастовку устроить! А вы пока отмоетесь с дороги в моей городской квартире и передохнете! Договорились?

– Так это ты пока разгребешься, а потом пока доедем… – покачал головой Логинов. – Давай лучше мы сегодня в «Казбек» на разведку нырнем. Один мой знакомый уверял, что там лучший на Украине шашлык. Говорил, чтобы мы обязательно попробовали…

– «Казбек»? – сказал Скоробогатов. – Это который на бульваре Леси Украинки?

– Да, недалеко от Центризбиркома, – кивнул Виктор. – Только там столик лучше заранее заказать…

18

Украина, Киев, Подол, за пять недель до визита премьера РФ в Одессу.

Джип «Хюндай Санта-Фе», сбросив скорость, подкатил к воротам элитного яхт-клуба. Не успел Грабко затормозить, как автоматические ворота поползли в сторону. У будки охраны стоял улыбающийся Ванин. Поправив очки, он приветливо махнул Грабко рукой.

Дождавшись, пока ворота откроются, Грабко въехал на территорию и остановился возле помощника Юли. Тот живчиком заскочил на переднее сиденье и, поправив очки, протянул руку:

– Здравствуйте, Игорь! Юлия Владимировна вас ждет!

Ванин всех называл исключительно на «вы», даже если по именам.

– Здравствуй, Леня! – поздоровался Грабко.

Ванин показал:

– Нам вон туда, до мачты и направо!

Грабко кивнул и тронул джип с места. Пару минут спустя они подъехали к трапу яхты «Виктория». Собственно, называть ее яхтой было не совсем правильно. Скорее это был огромный быстроходный катер без намека на паруса, зато с двумя мощными двигателями и всем необходимым для комфортабельного отдыха. В общем, плавучие апартаменты VIP-класса.

– Джип тут оставить? – спросил Грабко.

– Да! – кивнул Ванин.

У трапа он посторонился, пропустив Грабко на борт первым. Сойдя на яхту, Ванин кивнул торчавшему у трапа телохранителю:

– Все, Паша! Отплываем!

19

Украина, Киев, за четыре дня до визита премьера РФ в Одессу.

Николай Соколов стряхнул пепел и сказал:

– Ну и где этот твой резидент, Логинов? Что это за организация вообще?

– Организация называется ФСО. И резидент не мой, а… – Виктор так и не договорил, поскольку к ним свернул мужчина лет тридцати с незажженной сигаретой.

Мужчина сказал:

– Прошу прощения, прикурить можно?

– Да, пожалуйста! – кивнул Соколов, сунув руку в карман за зажигалкой.

– Кажется, дождь собирается, – проговорил в этот момент мужчина первые слова пароля.

– А по «Русскому радио» передавали, что будет сухо, – ответил Виктор.

– Я слушаю «Хит-FM», – сказал мужчина.

– «Русское радио» лучше, – покачал головой Логинов.

Мужчина взял протянутую зажигалку, прикурил, после чего вернул ее и спросил:

– Возле вас можно пристроиться?

– Нужно, – пробурчал Николай Соколов, отодвигаясь.

Логинов придвинулся к нему, сотрудник ФСО пристроился с края скамейки.

Встреча происходила на Крещатике. Лавочка стояла под деревом поперек пешеходных аллей. По ним в разные стороны валил народ. Людей было так много, что лучшего места для встречи трудно было и придумать.

– Ну что, с прибытием, – сказал сотрудник ФСО.

– Спасибо, – кивнул Виктор.

– Разместились нормально? Или есть какие-то проблемы?

– Да нет, все в порядке, – сказал Виктор. – Наш знакомый, к которому мы, по легенде, приехали, забронировал столик в «Казбеке». Так что мы сейчас прямо туда. Что у вас, все готово?

– Квартира да. Машина тоже. Теперь насчет документов на нее… Можно оформить липовую доверенность, но это не вписывается в легенду. С другой стороны, если вас вдруг остановит ГАИ, это сорвет всю операцию…

– Если нас остановят гаишники, мы с ними разберемся без проблем, – пожал плечами Николай.

– Не уверен. Это же столица, тут куча спецподразделений, в том числе и «гаишное» есть. «Кобра» называется. А там личный состав офицерский и исключительно подготовленный. К остановленным машинам инспектора подходят строго по одному, второй инспектор очень внимательно следит за происходящим, прикрывая напарника. Ну и камер по маршруту довольно много. Так что риск слишком большой…

– Ну тогда нужно машину прикрытия. Чтобы она шла впереди и в случае чего отвлекла инспекторов на маршруте, – сказал Виктор.

– Мы об этом думали, – кивнул сотрудник ФСО. – Но это тоже не дает стопроцентной гарантии.

– Ничто не дает стопроцентной гарантии, – пожал плечами Виктор.

– Дает. «Вездеход». Пропуск, который выдается оперативникам МВД и сотрудникам спецслужб, которые выезжают на важные оперативные мероприятия.

– Вы что, хотите его подделать?

– Да. Мы можем официально взять и подлинный, но они номерные. Если инспектор запомнит номер, могут возникнуть проблемы. А так на нас ничто не укажет.

– Ну что же, это мысль, – кивнул Логинов. – А что с доктором, определились?

– Да, – кивнул сотрудник ФСО.

– Кто? Из посольства?

– Да нет. Наш сотрудник. Эксперт по пробам. Он же по образованию врач.

– А эксперты разве не прямо в Одессу летят?

– Прямо. Но этого мы через Киев туда отправим. Это не проблема.

– Понятно.

– Хорошо вам, – покачал головой Николай.

– Хорошо там, где нас нет, – вздохнул сотрудник ФСО. – Но мы вообще-то не жалуемся.

– Я б тоже не жаловался с такими возможностями, – сказал Николай.

– Не отвлекай, – осадил его Виктор, посмотрев на часы. – Значит, пока у нас ситуация следующая. Товарищ, к которому мы приехали, завтра около восемнадцати уезжает в Харьков. Так что у нас вроде никаких проблем не предвидится. Но если что, созваниваемся и назначаем экстренную встречу. По той же кодовой таблице.

– Договорились! – негромко сказал сотрудник ФСО, поднимаясь. – Удачи!

Выбросив окурок в урну, он почти сразу же затерялся в толпе.

– Ну что, будем двигать к «Казбеку»? – спросил Николай. – А то я уже на Крещатике аппетит нагулял!

20

Украина, Киев, Подол, за пять недель до визита премьера РФ в Одессу.

– Ну что, Игорь? – сказала Юля, отложив приборы и утершись салфеткой. – Пойдем на палубу?

– Да! – кивнул Грабко. – Спасибо за обед, все было очень вкусно, Юлия Владимировна!

– Это не мне спасибо, – улыбнулась Юля. – А французскому шеф-повару…

Поднявшись по трапу, они вышли на корму яхты. Там у двух шезлонгов прогуливался телохранитель, на всякий случай сторожко оглядывая акваторию.

– Мы хотим подышать свежим воздухом, Паша, – сказала Юля.

Телохранителя как ветром сдуло.

Когда они с Грабко уселись, Юля сказала:

– Будем считать, Игорь, что мы обговаривали перспективы выборов в западных областях. Но на самом деле я тебя позвала не для этого…

Грабко молча кивнул. Он был тертый калач. Разговор на корме несущейся по Днепру яхты подслушать было абсолютно невозможно. Именно поэтому Юля и пригласила Грабко на обед.

– Я хочу сказать, Игорь, что ты был прав, когда сказал на заседании комитета, что конституционными методами мы с этой дорвавшейся до власти донецкой бандой не справимся. Против лома нет приема, кроме как другого лома…

– Что-то случилось, Юлия Владимировна? – спросил Грабко.

– Пока нет. Но если мы не покажем этой банде, что готовы к самым решительным действиям, они действительно нас передушат по одному – как котят.

Грабко кивнул.

– Мы можем провести в Ивано-Франковске массовую акцию с требованием выпустить наших арестованных товарищей. Освободить их из СИЗО…

– Боюсь, это не совсем то, – проговорила Юля.

– Почему? – спросил Грабко. – Местное население нас поддержит…

– Не сомневаюсь. Но туда перебросят спецназ, объявят чрезвычайное положение, и все кончится избиением младенцев. Как в Верховной раде во время ратификации Харьковских соглашений. Нам же набили морды, и нас же заставили за это заплатить… Нет, Игорь, нам нужна акция с заведомо предсказуемым результатом! Конкретным результатом, который невозможно было бы у нас отобрать…

– Гм-м! – вдруг сказал Грабко.

– Что? – быстро посмотрела на него Юля.

– Да просто я несколько дней назад беседовал с одним старым знакомым, соратником по УНА-УНСО. И он говорил мне практически то же самое, только другими словами. И более конкретно. Он сказал, что один его знакомый готов…

– Так, Игорь! Только давай без имен! Саму суть! Хорошо?

– Да! Я и не собирался называть имен, – кивнул Грабко. – В общем, один его знакомый сказал, что невозможно победить дракона, прижигая ему лапы спичками. Чтобы победить дракона, ему нужно отрубить голову…

21

Украина, Киев, за четыре дня до визита премьера РФ в Одессу.

– Ну что, заходим? – спросил Николай. – Или тут подождем?

Они стояли перед входом в ресторан «Казбек». Снаружи ресторан ничем особым не выделялся. Единственное, что бросалось в глаза, это дороговизна припаркованных перед ним машин. У машин прогуливался парковщик, у входа в ресторан маячил охранник в костюме с бейджем.

– Да вы заходите, а я тут подожду, – сказал Логинов, делая Николаю незаметный знак. – Заодно перекурю.

– Ага, давай! – кивнул Соколов.

Они с Шургиным направились к входу. Логинов вытащил из кармана сигареты и отошел чуть в сторону. В «Казбек» они приехали, конечно, не из-за шашлыка. Просто по пятницам в нем бывал Игорь Грабко. Но пока что его машина на парковке отсутствовала.

Логинов успел закурить, и в этот момент к «Казбеку» свернул джип «Хюндай Санта-Фе». Виктор мазнул взглядом по его номерам и тут же отвернулся.

Парковщик ринулся навстречу джипу, показывая энергичными знаками, куда ехать, хотя особого смысла в этом и не было. Джип без лихачества причалил к бордюру. Несколько секунд спустя из него выбрался Игорь Грабко. Кивнув парковщику, он наклонился за борсеткой, после чего захлопнул дверцу, включил сигнализацию и неспешно направился к входу.

Логинов следил за ним боковым зрением. Игорь Грабко был средней комплекции, плотно сбитый, явно бывший спортсмен. Лицо овальное, со слегка заостренным подбородком, нос правильной формы, волосы черные, прическа вроде полубокса. Одет он был в светлые брюки и легкую рубашку-вышиванку, но не классическую, а просто стилизованную.

Все движения Грабко были размеренными и неторопливыми. Выглядел он абсолютно спокойным. Настолько, что если бы Логинов не опознал его по фото, то, пожалуй, усомнился бы, что это один из заговорщиков.

Поздоровавшись кивком и с охранником, Грабко вошел в ресторан. Виктор несколько раз затянулся и вскоре увидел джип Скоробогатова, показавшийся на крайней полосе. Джип сбросил скорость и вильнул к ресторану. Парковщик исполнил свою обычную пантомиму. Виктор неспешно двинулся к входу и встретил там Скоробогатова.

– А где ребята? – спросил тот.

– Уже внутри, оголодали! – сказал Виктор.

– Ну тогда вперед! – устало улыбнулся Андрей. – Я тоже оголодал…

22

Украина, Киев, Подол, за пять недель до визита премьера РФ в Одессу.

– Красиво сказано, – задумчиво проговорила Юля. – Но если дракону отрубить голову, у него отрастет новая…

– Как раз нет! – махнул головой Грабко. – У поляков вон случилось такое… И теперь совсем не факт, что новую голову польскому орлу приштопают такую же…

– Я этого не слышала, Игорь! – быстро сказала Юля, окинув акваторию взглядом.

– Само собой, Юлия Владимировна, – кивнул Грабко. – Но вы подумайте…

Юля уже думала. Во-первых, в случае смерти президента его обязанности начинал исполнять спикер. А он принадлежал к другой партии. Что автоматически лишало донецкий клан большей половины власти. К этому должны были добавиться неизбежные внутрипартийные дрязги за пост преемника. В этой ситуации Юля с ее хоть и пошатнувшимся, но все равно огромным рейтингом, автоматически должна была победить на внеочередных выборах и въехать в Мариинский дворец на белом коне…

– Так, Игорь, – сказала Юля. – Мы с тобой законопослушные граждане. Но мы не можем запретить какому-то патриоту совершить какую-нибудь акцию во имя спасения своей страны от тоталитаризма. Только…

– Что, Юлия Владимировна?.. – спросил Грабко.

– Эта акция должна быть эффективной. А это очень и очень непросто. Осечка же окончательно развяжет дракону руки и приведет к тотальным репрессиям…

– Я понимаю, Юлия Владимировна, – кивнул Грабко. – Давайте я свяжусь со своим знакомым и попрошу организовать мне встречу с его знакомым. Тем, что говорил про дракона. Для уточнения…

– Только запомни, Игорь! – пристально посмотрела на Грабко Юля. – Никаких имен и никаких свидетелей. Будет лучше, если имен не буду знать не только я, но и ты…

– Да, Юлия Владимировна! – кивнул Грабко. – Так будет лучше. Я по итогам нашей сегодняшней беседы съезжу на Западную Украину. Чтобы провести встречи насчет выборов. Как вернусь, позвоню вашему помощнику и договорюсь о встрече с вами…

– Хорошо, Игорь! – кивнула Юля.

23

Украина, Киев, за четыре дня до визита премьера РФ в Одессу.

Николай Соколов отрезал ножом кусок мяса и отправил его в рот. Пожевав, он сказал:

– Нет, шашлык, конечно, ничего, но все равно чего-то не хватает…

– Дымка не хватает, – кивнул Андрей Скоробогатов. – И вообще, есть шашлык вилкой с ножом – это не дело! – Окинув взглядом уютный зал «Казбека», он сказал: – Да и компания не та! В общем, предлагаю срочно свернуться и выдвинуться в мой загородный дом!

Шургин с Соколовым с улыбкой переглянулись.

– Я ж говорил, что пить коньяк под шашлык вредно! – сказал Соколов.

– Да при чем тут коньяк? На природе это ж совсем другое дело… – начал было Скоробогатов, однако Соколов кивнул:

– Да шучу я! Лично я – за! Обеими руками!

Шургин быстро посмотрел на Логинова и сказал:

– Принимается единогласно! У тебя не спрашиваем! Водитель права голоса не имеет!

Логинов пожал плечами:

– Как скажете, боссы!

Виктор под благовидным предлогом спиртного пить не стал. Именно поэтому ему и досталась роль водителя. Задерживаться в «Казбеке» смысла больше не имело. Все трое – Шургин, Соколов и Логинов – как следует рассмотрели Игоря Грабко, так сказать, в натуре. И теперь могли уверенно опознать его даже в тысячной толпе или в условиях ограниченной видимости.

Вообще-то при проведении спецопераций подобные предварительные «смотрины» не практиковались. В том смысле, что исполнители до самого часа «Х» с объектом не пересекались. Этим занимались другие сотрудники – «установщики» и «топтуны». Такая система выработалась с годами, на основе практики, хотя была понятна и на уровне здравого смысла – если исполнители светились раньше времени, объект мог их запомнить и опознать в тот самый час «Х». Что, в свою очередь, могло привести к серьезным осложнениям или даже сорвать операцию.

Однако такая практика имела и свою оборотную сторону. Проявлялась она в том, что исполнители могли перепутать объект. Подобное очень часто случалось с криминальными киллерами. Но и со спецслужбами тоже. Именно поэтому в данном случае Логинов и решил пойти на нарушение правил.

– Счет, пожалуйста! – поднял руку Скоробогатов.

Обычно в дорогих ресторанах счет несли очень долго. Еще дольше, чем в дешевых кабаках. Поэтому Логинов приготовился к долгому ожиданию. Однако, к его удивлению, официант нарисовался буквально через минуту.

– Сколько там? – спросил Соколов у Скоробогатова, вытаскивая из кармана кошелек.

– Не смеши! – отмахнулся Скоробогатов. – Вы же гости! – Быстро расплатившись, он кивнул официанту и поднялся: – Едем в супермаркет!

– Ну тогда в супермаркете я рассчитываюсь, – сказал Соколов.

– Уговорили! – хмыкнул Шургин. – Тогда я за бензин плачу на заправке!

– А я? – спросил Логинов.

– Ты водитель, чего с тебя возьмешь? – с ухмылкой хлопнул его по плечу Соколов.

24

Украина, Львов, собор Святого Юра, за четыре с половиной недели до визита премьера РФ в Одессу.

Игорь Грабко осторожно открыл заднюю дверь и вошел в темный собор. Немного постояв, чтобы глаза привыкли к темноте, Грабко прошел по темному служебному коридору к алтарю. Здесь он остановился и перекрестился. Потом задрал голову и посмотрел вверх, под купол. Немного постояв так, Грабко вздохнул, опустил голову и, подняв руку, посмотрел на светящийся циферблат часов. Было двадцать семь минут двенадцатого ночи. До оговоренного времени оставалось три минуты, и Грабко осторожно направился в темноте к исповедальне.

Открыв дверь, он вошел в нее и присел на кресло священника. Дверь Грабко прикрывать не стал. Примерно через минуту он услышал, как в боковой двери собора, выходившей в темный переулок, приглушенно щелкнул замок. Дверь приоткрылась, и Грабко услышал осторожные шаги. Неожиданно они замерли, одновременно кто-то приглушенно чертыхнулся.

Грабко привстал и подался к проему. Дверь закрылась, ключ торопливо повернулся. В соборе под куполом что-то приглушенно хлопнуло, потом послышался удар и писк.

– Тьфу ты! – вздохнул Грабко, сообразив, что через боковую дверь в собор Святого Юра залетела летучая мышь.

Снова подавшись в исповедальню, он присел на место священника и стал ждать. Летучая мышь, попищав и поцарапав когтями стенку, спрыгнула и намотала несколько кругов по собору. Тот, кто вошел через боковую дверь, двигался намного тише ее. Его приближение выдавали только легкие шорохи. Звук шагов едва угадывался.

Ни разу ни на что не налетев в темноте, ночной гость открыл другую дверь исповедальни и скользнул в кабинку. Немного постояв, он сказал:

– Слава Украине!

– Слава героям! – ответил Грабко.

Ночной гость опустился на слегка скрипнувший стул и поздоровался:

– Добрый вечер!

– Уже доброй ночи! – улыбнулся в темноте Грабко.

– Да! – согласился гость. – Так что у вас ко мне за дело?

– Ну, – начал Грабко, – скажем, нам стало известно, что есть человек, который готов отрубить голову дракону…

– Такие люди есть всегда. В любой стране. И при любом режиме.

– Да, – согласился Грабко. – Но быть готовым морально – это одно. Совсем другое быть способным выполнить это.

– Согласен. Убить дракона нелегко. Но вполне возможно. Единственное, что для этого требуется, это…

– Время? На подготовку? – быстро спросил Грабко.

– Да нет. Средства. У э-э… профессиональных охотников на драконов есть такой термин – коэффициент охотника. У каждого дракона есть охрана. Но если потратить на подготовку примерно в пять раз больше средств, чем потрачено на охрану, ее можно гарантированно преодолеть. Что же касается времени, то оно, конечно, требуется. Но, опять же, есть поговорка: время – деньги.

– Ясно, – сказал Грабко. – То есть при наличии у охотника достаточных средств много времени на подготовку ему не понадобится. Правильно?

– Да. Все верно…

– Я понял. Значит, все упирается в средства. Если у охотника они будут, он отрубит голову дракону.

– Если уж выражаться совсем точно, то сделает все, чтобы отрубить. Мы взрослые люди и понимаем, что в таком деле стопроцентной гарантии дать нельзя. Но охотник готов это сделать. И морально, и технически.

– Понятно. Тогда последний вопрос. Сколько нужно денег? Чисто теоретически!

– Ну, чтоб наверняка, десять миллионов! Долларов, естественно. Хотя вообще-то такая работа стоит где-то в районе тридцати. Но я беру только себестоимость.

– Я понял. Мы не можем иметь никакого отношения к охоте на драконов. Но, с другой стороны, мы не можем никому и запретить это делать. Тем более что морально мы на стороне охотника. Поэтому, если, скажем так, у нас вдруг случайно окажется чемодан с десятью миллионами, где его можно потерять?..

25

Украина, Киев, за три дня до визита премьера РФ в Одессу.

– На костюмы посмотрите, – негромко проговорил Логинов.

Шургин и Соколов притормозили, Соколов громко сказал:

– Мы зайдем глянем на костюмы!

– Давайте! – тоже «на публику» кивнул Виктор. – Я подойду!

Торговый центр размерами и формой напоминал манеж ЦСКА в Москве.

Шургин с Соколовым свернули в бутик мужской одежды. Логинов двинулся вдоль стеклянных стен-витрин дальше. Время было без двух девять вечера. Несмотря на это, посетителей в торговом центре хватало. Большинство, правда, приехало в продовольственный супермаркет, в других торговых точках было по паре-тройке посетителей. Однако в целом место было оживленное.

Виктор неспешно прошел к противоположному выходу и вынырнул на улицу. Здесь он вытащил пачку сигарет и оглянулся. Сотрудник ФСО, который выполнял в Киеве роль их «контакта», появился из-за угла со стороны стоянки. Заметив Виктора, он закурил. Тот, сделав пару шагов ему навстречу, дождался его приближения и сказал:

– Прошу прощения, прикурить можно?

– Мы потеряли его! – негромко проговорил сотрудник ФСО, протягивая Виктору зажигалку.

Тот взял ее с кивком и быстро спросил:

– Как это, потеряли?

– Он заехал на парковку торгово-развлекательного центра. Вроде этого, но круглосуточного. Ну и вошел. Пока наш человек прошел внутрь, он, видно, вышел через другой выход…

– Стоп! Так, может, если этот центр круглосуточный, он там и торчит где-то?

– Навряд ли. Наш человек обошел все, его нет…

– Давно это было?

– Около двух часов назад.

– Так… – сказал Виктор. – За это время можно было до Борисполя добраться и улететь за границу.

– Можно, – кивнул сотрудник ФСО. – Так что будем делать?

– Ваши люди остались там?

– Да, следят за машиной.

– Понятно… Работаем по плану! – сказал Виктор.

Сотрудник ФСО кивнул. Виктор, чуть помедлив, отдал ему зажигалку. В этот момент сотрудник ФСО незаметно передал ему ключ и сообщил:

– «Дэу Сенс», серебристая. В дальнем углу. «Вездеход» в бардачке. В случае чего просто покажете его инспекторам ГАИ, без предъявления документов…

26

Украина, Киев, музей Пирогово, за четыре с половиной недели до визита премьера РФ в Одессу.

– А сейчас, – разнесся над полем голос ведущего, – выступит наш почетный гость Олег Скрипка!

Многотысячная зрительская толпа заорала и зааплодировала. Лидер группы «Вопли Видоплясова» поздоровался с публикой на украинском, русском и французском языках, после чего сделал забойный проигрыш на аккордеоне.

Фестиваль народной песни был в самом разгаре. Лучшего места для этого, чем огромный этнографический музей под открытым небом Пирогово, было трудно придумать. На десятках гектаров здесь были воссозданы различные природные ландшафты Украины. В них были перенесены исторически характерные для той или иной местности постройки.

Одновременно это было самое лучшее место для конфиденциальной беседы. Хоть это и казалось парадоксальным, однако было именно так. Юля, выряженная в украинский национальный костюм с передником и порядком подзабытой косой, в сопровождении Ванина отведала кулиша. После этого она как бы невзначай приблизилась к бричке, на которую как раз взобрался Игорь Грабко.

– Ну что, хозяин, прокатите? – спросила она.

– А то! – с готовностью ответил Грабко. – Прошу, пани!

Юля, ухватившись за руку Грабко, в секунду оказалась на скамейке.

Двигавшиеся позади на приличном расстоянии от нее телохранители на миг растерялись. Однако «личник» Юли Сергей сориентировался довольно быстро.

– За мной, Паша! – сказал он, бросаясь сквозь толпу к небольшой рессорной бричке, разрисованной цветами и странными животными, которые, казалось, могли возникнуть только в воображении алкоголика.

Впрочем, хозяин брички алкоголиком быть не мог. Это был паренек лет двенадцати, выряженный в стилизованный извозчичий костюм. Картуз был ему великоват, отчего съехал набок. Парень картинно поглаживал по загривку лошадь, млея от внимания толпы и то и дело щелкающих затворов камер.

– Эй, хлопец! – подскочил к нему Сергей. – А ну-ка прокати!

Узрев сотню баксов, парень мгновенно потерял всю свою вальяжность.

– Так это мы на раз, дядька! – Цапнув деньги и зажав их в кулаке, он метнулся к бричке, одновременно зычно рявкнув: – А ну расступись! Кому говорю! Дорогу дай!

Сергей и Павел заскочили в бричку, уселись на мягкое пассажирское сиденье. Парень взмахнул над головой вожжами и присвистнул:

– Пошла, родимая! Давай!

Лошадь тронулась через расступившуюся толпу.

– Куда катать, дядька!

– Вон ту бричку видишь?

– С Юлькой, что ль? – хмыкнул парень.

– Не с Юлькой, а с Юль Владимировной! – выписал извозчику шутливого щелбана Сергей. – За ней давай!

– Догнать, что ль?

– Нагнать!

– Да я, дядька, если еще сотню накинешь, и обогнать смогу!

– Обгонять не надо! Нагонишь и метров за тридцать сзади держись! Понял?

– Чего ж не понять? Боишься, дядька, что Юлька тебе… Ой! Что Юль Владимирна тебе тренделей задаст!

– Я тебе сейчас сам тренделей выпишу, если не умолкнешь!

– Не пужай, дядька, пуганый я! Давай, родимая! Пошла!

27

Украина, Киев, за три дня до визита премьера РФ в Одессу.

– Ну что, присмотрели костюм? – спросил Виктор.

– Да нет, завтра на Крещатике еще посмотрим! – мотнул головой Соколов.

– Ну тогда поехали! – посмотрел на часы Виктор.

Они втроем вышли через ближайший выход и направились к расположенной у глухой стенки торгового центра парковке. Она была неохраняемой, так что Логинов с Соколовым и Шургиным спокойно двинулись к стоящей в углу «Дэу». На стоянку была направлена пара камер наружного наблюдения, однако по ним никто, естественно, не отслеживал владельцев.

Логинов на ходу отключил сигнализацию. Соколов сел вперед, Шургин назад. Виктор сунул ключ в замок зажигания и завел двигатель. Николай Соколов потянулся за ремнем безопасности и недовольно пробурчал:

– Что за развалюху они нам подсунули? Нормальной машины нельзя было найти?

– Для нашего дела это самая нормальная машина, потому как самая массовая на Украине, – ровным голосом сказал Виктор. Потянувшись к бардачку, он вытащил из него пропуск-«вездеход». – Так… Порядок!

– Ага! Полный… – пробурчал Соколов. – Даже ремень толком не вытаскивается…

– Извини, тачки а-ля Джеймс Бонд у ФСО кончились, – повернул голову Виктор. – Но это мелочи. Грабко пропал…

– Что? – мгновенно забыл о ремне безопасности Соколов.

– Как пропал? – спросил с заднего сиденья Шургин.

Виктор, потянувшись за сигаретами, сообщил, как именно пропал руководитель «Братства».

– Охренеть! – сказал Соколов. – Они что в ФСО, азов наружки не знают?

– Да все они знают! Просто осторожность соблюдали! Грабко личность одиозная, ему вполне могут прилепить «хвост» и местные, вот они и перестраховывались! И ты это прекрасно понимаешь! – раздраженно проговорил Логинов.

– Коля, прекращай! Сейчас не время! – сказал Шургин, подаваясь вперед. – Что делать будем?

– Я сказал, что будем работать по плану, – проговорил Виктор. – Другие мнения имеются?

– Блин! – вздохнул Соколов, наконец защелкнув ремень.

– Это да или нет? – спросил Виктор.

– Да! А что нам еще остается?

– А ты, Дима, что скажешь?

– Выдвигаемся! – кивнул Шургин. – Там видно будет!

– Ну тогда – с богом! – сказал Логинов, включая передачу.

28

Украина, Киев, музей Пирогово, за четыре с половиной недели до визита премьера РФ в Одессу.

Игорь Грабко, разогнав лошадь, присел на скамейку. Юля, подавшись в сторону, огляделась по сторонам. Сзади к ним пристроилась бричка с телохранителями. Других попутчиков не было.

– Ну что, как съездил? – негромко спросила Юля у Грабко.

– Все в порядке, – сказал тот. – Мы с ним встретились и все обговорили…

– Ты уверен, что вас никто не видел?

– Да, – кивнул Грабко. – Ни нас, ни мы друг друга… У меня в соборе Святого Юра знакомый священник, который всегда готов помочь. Я у него взял ключ от боковой двери собора и передал своему знакомому. Ну и тот, с кем я встречался, вошел в собор ночью. Я уже ждал его в исповедальне. Разговор происходил через перегородку…

– Понятно! И что?..

– Он готов это сделать. И сделает. При одном условии.

– Каком?

– На подготовку ему нужны деньги. Иначе он не сможет преодолеть охрану дракона…

– Это понятно, – кивнула Юля. – Сколько?

– Десять миллионов. Долларов. Как только он их получит, он сразу приступит…

– Так! – проговорила Юля. – Это большие деньги, но, думаю, вполне реальные за голову дракона… Вопрос в том, не кидалово ли это!

– Нет, – мотнул головой Грабко.

– Почему ты так думаешь, если даже не видел его?

– Может, вам лучше не знать этого? – спросил Грабко.

– Да нет. Это мне знать необходимо. Только никаких имен…

– Да я их и не знаю, – покачал головой Грабко. – В общем, когда мы начали разговаривать, я вдруг понял, что когда-то уже слышал этот голос.

– Где?

– Когда только вступил в УНА-УНСО. Чей конкретно, я не знаю. Но это кто-то из ветеранов. Тех, кто после штурма администрации Кучмы в 2001 году ударились в бега и кого так и не нашли…

– Понятно, – сказала Юля. – И где он, по-твоему, все эти годы скрывался?

– Я не спрашивал, – улыбнулся Грабко. – Но ветераны УНА-УНСО были серьезными ребятами, Юлия Владимировна, они воевали в Югославии, Абхазии и Чечне. Завербоваться с таким опытом в наемники в какую-нибудь Бурунди или Гану – совсем не проблема. Так что, я уверен, это именно тот, кто нам нужен.

– Ну что же, – кивнула Юля. – Ты с ним договорился насчет следующей встречи?

– Встреч больше не будет, – мотнул головой Грабко. – Он дал мне электронный адрес. Если мы согласны, я просто отправляю на этот адрес кодовую фразу в день передачи денег… И все!

29

Украина, Киев, за три дня до визита премьера РФ в Одессу.

– Дискотека радио «Шлягер-FM» продолжается! Следующую композицию мы посвящаем нашим прекрасным гостьям! «One love»!

Зал огласился умеренными криками. Светомузыкальные установки обрушили на зрителей целое море разноцветных огней. Переделанный в ночной клуб «Флинт» бывший речной пароход задрожал от мощных басов.

Поначалу Логинов в такие моменты опасался, как бы плавучий клуб не развалился и не пошел ко дну. Однако со временем привык. Дискотека «Шлягер-FM» продолжалась уже около двух часов. За это время убойных композиций прозвучало уже вполне достаточно, чтобы безымянный речной пароход, если бы собирался, утонул.

Так что плавучесть клуба «Флинт» сомнений не вызывала. А вот с Грабко ситуация оставалась по-прежнему туманной. Николай Соколов посмотрел на часы, потом повернулся к Виктору и крикнул:

– Скоро двенадцать!

– Я в курсе! – тоже крикнул в ответ Виктор.

Музыка звучала так громко, что услышать их никто не мог, даже на соседних диванах.

– Так прозвонись!

– Что толку? – пожал плечами Виктор. – Ждем! Иди потанцуй лучше! Не дави на психику!

Соколов состроил гримасу, выражая таким образом свое отношение к организации. После этого он хлебнул из бокала джина с тоником и поднялся. Виктор подобрал ноги, пропуская Николая. Тот двинулся к танцполу.

Дмитрий Шургин отплясывал там с какими-то бизнесвумен. Дискотека в смысле возраста посетителей была очень демократичной. Молодежи до двадцати пяти лет было примерно двадцать пять – тридцать процентов. Основная публика состояла из людей тридцати – сорока пяти лет. Но было довольно много посетителей и старше – причем как мужчин, так и женщин.

В этом винегрете Логинов с Шургиным и Соколовым смотрелись абсолютно естественно, абсолютно ничем не выделяясь. Виктор потянулся к стакану с соком манго и отхлебнул немного. Он, как и накануне, не пил спиртного, хотя это было и не принципиально. Принципиально было то, что Игорь Грабко исчез в торгово-развлекательном центре около четырех часов назад. Возможно, унеся с собой навсегда так и не выясненную тайну непонятного заговора…

– У вас прикурить можно? – услышал Виктор над ухом.

Одновременно он ощутил запах дорогого парфюма.

– Да, пожалуйста! – крикнул Виктор, беря со стола зажигалку.

Девушка с соседнего дивана грациозно перегнулась через спинку.

Прикурив, она кивнула, после чего спросила, естественно, криком:

– А вы почему не танцуете?

– Я пою!

– Что? – подалась к Виктору девушка, так что он снова ощутил ее запах.

Виктор, решив, что изощренно шутить при такой слышимости не стоит, перефразировал ответ:

– С духом собираюсь!

– Я тоже, – кивнула девушка, – как соберетесь, дайте знать!

– Хорошо! – кивнул Виктор.

Несмотря на то что он сидел к девушке спиной, он ее давно срисовал и классифицировал. Это была чисто профессиональная привычка. Девушка была повыше среднего роста, черноволосая, подруги звали ее Оксаной. Возраст – около двадцати восьми – двадцати девяти лет.

Насколько можно было понять, она, как и подруги, была из обеспеченной семьи. При этом у самой Оксаны с семьей пока не сложилось. Видимо, один бойфренд, как это водится среди «золотой» молодежи, оказался полным козлом, второй кокаиновым наркоманом, третий еще кем-то… В результате Оксана на ровесников махнула рукой и начала присматриваться к мужчинам постарше. Особенно к тем, кто, как Логинов, пил сок.

Оксана тоже пила сок. И вообще была очень интересной девушкой. Однако сейчас Виктору было не до нее и не до девушек вообще. Исчезнувший Игорь Грабко спутал им все карты. И Логинов пытался понять, не идет ли речь об утечке. Однако они с самого начала отказались от информирования украинских спецслужб об этом деле. Так что утечка могла произойти только из ФСО. Однако это было практически исключено.

Виктор снова потянулся к стакану и глотнул сока. В этот самый момент на трапе появился Игорь Грабко. Виктор, делая вид, что цедит сок, прикипел к нему глазами. Грабко с немного рассеянной улыбкой спускался по ступеням, придерживаясь одной рукой за перила. Его движения были столь же неторопливыми и размеренными, как и накануне в «Казбеке». Он совсем не напоминал человека, который от кого-то укрывается или куда-то убегает.

– Наконец-то… – вздохнул Виктор и повернулся к танцполу.

Однако сигнализировать Соколову с Шургиным не понадобилось. Соколов уже увидел Грабко и как бы невзначай коснулся рукой Шургина. Тот после небольшой паузы очень естественно повернулся. В этот момент композиция закончилась…

30

Франция, Ницца, аэропорт «Ницца, Лазурный Берег», за четыре недели до визита премьера РФ в Одессу.

Небольшой, словно игрушечный, реактивный самолет легко приземлился, быстро погасил скорость и завернул. Пассажиров в самолете было всего четверо. Юля, ее помощник Ванин и двое телохранителей экс-премьера. Юля перед посадкой накрыла голову косынкой, чтобы не привлечь к себе внимания какого-нибудь пронырливого репортера.

Едва самолет приземлился, она включила свой мобильный и, отыскав в телефонной книге номер, позвонила.

– Да, Юля! – ответил молодой голос. – Добрый день!

– Здравствуй, Аркаша! Ты где, в Лондоне?

– Да!

– А я только что приземлилась в Ницце. Прилетела на обследование.

– Что-то серьезное?

– Да. Очень. Нам нужно встретиться. Ты во сколько прилетишь?

– Но у меня… – начал было Живицкий, однако Юля его перебила:

– Хотя это без разницы, во сколько. Я буду ждать звонка. Договорились?

– Хорошо, Юля… – сказал Живицкий. – Я перезвоню.

Юля сунула телефон в сумочку и вытащила из него дипломатический паспорт. Как экс-премьер она имела весьма большие льготы. Самолет остановился в зоне досмотра VIP, и на его борт сразу же поднялись представители французских властей. Все формальности заняли буквально пару минут.

К тому времени, когда с ними было покончено, к трапу подкатил «Мерседес» шикарной гостиницы, в которой были забронированы апартаменты. Юля, Ванин и телохранители быстро погрузились в него, и водитель-негр, выряженный в безукоризненный костюм, направил авто к выезду из аэропорта…

31

Украина, Киев, за три дня до визита премьера РФ в Одессу.

– Так что будем делать? – спросил Соколов.

Логинов посмотрел на него:

– А ты что предлагаешь?

После появления Игоря Грабко в плавучем клубе «Флинт» прошло около часа. Грабко для начала пристроился на табурете возле барной стойки, где очень медленно выпил какой-то слабоалкогольный коктейль. Потом его пригласила на медленный танец женщина лет сорока – с обручальным кольцом.

После танца Грабко переместился на диван, за которым она сидела. Компания там была довольно пестрой – видимо, корпоративной. Вскоре она начала таять. В результате Грабко довольно быстро остался в одиночестве. Он медленно пил свой второй коктейль, обозревая с рассеянной улыбкой зал. Его джип остался на парковке круглосуточного торгово-развлекательного центра – из чего следовало, что из «Флинта» Грабко уедет на такси. И это тщательно разработанный план его похищения фактически развалило.

– Да варианта два, – пожал плечами Соколов. – Первый – прицепиться к такси, в которое он сядет. И «сработать» его по дороге. Но он может сесть не в такси, а, к примеру, в машину к какому-нибудь знакомому. Так что это не пойдет…

– Согласен, – кивнул Виктор, цедя сок.

По всем правилам, операцию следовало отменить. Однако речь шла о слишком важном деле. А времени на разработку новой операции у них не было. Совсем.

– Ну тогда нам остается только дождаться, когда он соберется уехать! И слепить его на причале! Как получится!

– Да, – кивнул Виктор. – Доведи до Шургина! Только одна корректива…

– Какая? – подался к Логинову вплотную Соколов.

– Похоже, он настроен сидеть тут до упора. А это хреново. Народ-то постепенно расходится… В общем, у меня есть порошок. Аналог промедола. Надо подсыпать ему незаметно…

– А откуда у тебя этот порошок?

– От ФСО, вестимо! – пожал плечами Виктор. – Спроси, Шургин возьмется провернуть это?

Соколов кивнул и тут же наклонился к сидевшему по другую сторону Дмитрию Шургину. Коротко переговорив с ним, Соколов снова подался к Виктору.

– Да! Давай под столом, я передам! Как им пользоваться?

– Он в зажигалке. Отверстие расположено снизу. Нужно просто, держа зажигалку вертикально над стаканом, нажать на светлую кнопку. Она сбоку…

– Понял! – кивнул Соколов, незаметно беря под столом хитрую зажигалку с контейнером.

После появления Игоря Грабко в клубе Николая словно подменили. Он перестал ворчать по каждому поводу, полностью включившись в работу. Логинов эту характерную особенность Соколова хорошо изучил в «Альфе». До начала операции это был один человек, после ее начала – совершенно другой.

Соколов повернулся к Шургину. Они коротко переговорили. В принципе Виктор мог и сам подсыпать порошок в стакан Игоря Грабко, однако Шургин с самого начала повел себя как рубаха-парень или, говоря клубным языком, активный тусовщик. Именно поэтому любое его передвижение по клубу не могло никого насторожить.

Переговорив с Шургиным, Соколов сообщил Виктору:

– В общем, план такой… Как только Грабко отойдет куда-нибудь, мы с тобой двигаем танцевать. К его дивану. Шургин к нам подойдет вроде как что-то сказать и все провернет…

– Понял! – кивнул Виктор.

Шургин взял свой бокал, посмотрел на него и поднялся, показав знаком, что направляется к стойке. Логинов с Соколовым кивнули, после чего Виктор принялся незаметно наблюдать за Грабко. С виду казалось, что тот настроился торчать в клубе долго. Однако, памятуя сегодняшний фокус Грабко, ожидать от него можно было чего угодно. Именно поэтому Логинов с друзьями на всякий случай уже рассчитались. Чтобы в случае чего иметь возможность экстренно покинуть клуб.

Грабко с рассеянной улыбкой окинул взглядом танцпол и поднялся. Пройдя вдоль начавших пустеть диванов, он двинулся к выходу. Шургин, успевший купить у бара выпивку, выудил из кармана мобильный и посмотрел на дисплей. Соколов покосился на Логинова.

Когда требовалось, они втроем понимали друг друга без слов. Шургин, сделав вид, что ему кто-то позвонил, направился к выходу впереди Грабко. Логинову с Соколовым теперь оставалось просто ждать его сообщения и быть готовыми к уходу.

Примерно через минуту Соколов поднял свой включившийся мобильный, мазнул по дисплею глазами, после чего подался к Логинову:

– Он в туалете…

Виктор кивнул. Через пару минут Грабко появился на лестнице. В этот момент поставили «медляк». Грабко, оглядевшись по сторонам, направился к сидевшей у стойки чопорной молодой женщине в очках. Логинов повернулся к Оксане. Та, обозначив один раз свой интерес к нему, больше активности не проявляла.

– Вас можно пригласить? – перегнулся через спинку Виктор.

– Да! – кивнула девушка.

Логинов живо выбрался из-за своего стола и помог Оксане подняться. Та была одета в легкую блузку и модные джинсы с рисунком в виде разноцветных цветочков. Доведя даму до танцпола, Виктор положил ей руку на талию и спросил:

– Вас Оксана зовут?

– Да. А вы откуда знаете? Услышали? – догадалась девушка.

– Да. Я Виктор.

– Очень приятно!

– Мне тоже. Вы чем занимаетесь, Оксана?

– Танцую с вами вообще-то!

– А! Ну да! А я вообще-то с друзьями в клубе сижу! Обещал их развести по домам, вот и хлебаю сок!

– А! Так вот почему вы не пьете!

– Да! – кивнул Виктор. – Именно поэтому!

– Все с вами понятно!

– А конкретнее? Вы имеете в виду что-то вроде того, что я латентный алкоголик? Или латентный семьянин?

– Еще и латентный остроум!

– Еще бы! После трех разводов поневоле становишься остроумным!

– Вы что, были трижды женаты? – спросила Оксана почти с ужасом.

– Хотел сказать, что четырежды, но не буду! – покачал головой Виктор. – А то убежите, не дотанцевав!

– По-моему, вы просто уходите от ответа!

– Да нет. Трижды, но это было давно и неправда.

– Да-да… – кивнула Оксана.

– Все вы так говорите! – засмеялся Виктор.

– Что?.. – растерялась Оксана.

– На этом месте вы должны были сказать: «Все вы так говорите»! Это любимая фраза женщин.

– Ну, наверное, потому, что мужчины дают повод это говорить!

– Не буду спорить! – пожал плечами Виктор. – Я вообще-то с этой стороны мужчин практически не знаю!

За время этого вроде бы бессмысленного разговора Логинов сделал две вещи. Во-первых, во избежание осложнений, быстренько разочаровал Оксану насчет себя. А во-вторых, вроде бы невзначай приблизился с ней к столу, на котором остался недопитый коктейль Игоря Грабко. Тот танцевал в стороне барной стойки с той самой чопорной молодой женщиной в очках.

Вошедший вскоре после Грабко в зал Шургин направился к Виктору и, приложив правую ладонь к груди, проговорил Оксане:

– Прошу прощения, я буквально на секунду украду вашего партнера! На одну секунду! Хорошо?

На лице Шургина было написано такое искреннее смущение, что обидеться на него было невозможно, и Оксана кивнула:

– Да, конечно!

Шургин еще раз кивком извинился и, взяв Логинова за локоть, развернул к столу Игоря Грабко. Дальнейшее было делом техники.

– А девушка просто клад, Логинов! Я бы на твоем месте обязательно взял у нее телефон!

Говоря это, Шургин потянулся правой рукой к стоящей на столе пепельнице – вроде как сбить пепел. В ладони той же правой руки у него была зажата зажигалка с контейнером. На миг задержав ее над бокалом Грабко, Шургин нажал мизинцем кнопку, и Виктор увидел, как в стакан упали три или четыре крошечные гранулы. Растворились они практически мгновенно.

– Хорошо! Возьму обязательно! – кивнул Виктор, хлопнув Шургина по плечу.

32

Франция, Ницца, вилла «Каролина», за четыре недели до визита премьера РФ в Одессу.

– Добрый день, Юля! – проговорил Живицкий, быстро сбежав по ступеням к «Мерседесу».

– Здравствуй, Аркаша! – пожала руку самого молодого украинского олигарха Юля.

Живицкому едва-едва перевалило за тридцать. При этом он уже почти десять лет фигурировал на страницах журнала «Форбс» в списках самых богатых людей СНГ и Восточной Европы. Однако в лицо Живицкого почти никто не знал.

Аркадий кивнул Ванину и телохранителям, после чего сделал гостеприимный жест:

– Прошу!

В доме он хотел было проводить Юлю в кабинет, но та сказала:

– Давай лучше возле бассейна посидим…

– Да-да, конечно! – кивнул Живицкий. – Выпьешь что-нибудь?

– Да!

– Мартини?

– Можно чего-нибудь покрепче.

– Мишель, два мартеля к бассейну! – повернулся Живицкий к дворецкому.

Бассейн виллы «Каролина» был произведением технологического искусства. Вообще-то он был закрытым, но при желании перекрытие убиралось голосовой командой. Не успели Живицкий с Юлей присесть за столик у воды, как бесшумно появившийся дворецкий принес напитки и так же бесшумно исчез.

– Ну что показало обследование? – спросил Живицкий, потянувшись к стакану.

Юля, взяв свой, оглянулась и спросила:

– Тут у тебя насчет насекомых проверяют?

– Конечно! – кивнул Живицкий. – За это можешь не беспокоиться…

Юля кивнула и сказала:

– Мне срочно нужно десять миллионов долларов, Аркадий! На операцию…

– Не понял! – замер от удивления Живицкий.

– Странно, ты всегда был понятливым мальчиком. Десять миллионов. Наличными. Без бумажек и всяких прочих следов. Что тут непонятного?

– Так… А почему наличными?

– Потому что операция из тех, что не подлежат огласке.

– Ты что, думаешь, я такой дурак, что вот так вслепую дам тебе десять миллионов? Неизвестно на что?

– Я вообще-то думала, что ты умный. Именно поэтому и дашь мне десять миллионов вслепую. Не задавая лишних вопросов.

– Гм-м… – сказал Живицкий. – Десять миллионов?

– Да!

– Наличными?

– Да!

– А ну-ка раздевайся!

– Что значит, раздевайся?

– Раздевайся – значит, раздевайся! Догола!

– Ты с ума сошел! У тебя же жена молодая!

– Да при чем тут жена? Это же не она, а ты пришла ко мне за десятью миллионами долларов наличными!

33

Украина, Киев, за три дня до визита премьера РФ в Одессу.

– Еще раз спасибо за танец! – проговорил Логинов, усаживая Оксану.

– Да не за что! – кивнула девушка.

По ее тону было понятно, что она Логинова всерьез – как потенциального кавалера – уже не воспринимает. И это было отлично, поскольку сейчас Виктору стало совсем не до женщин. Игорь Грабко, отведя чопорную партнершу в очках к стойке, вернулся к своему столику и, не садясь на диван, сделал пару глотков из своего бокала.

– Ну что, – подался к Соколову Логинов, – надо кому-то выдвигаться на причал. Ты или я?

– Я, – сказал Соколов.

– Ну тогда держи ключи! – проговорил Виктор, сунув руку в карман. – Шургин, как и планировали, возьмет на себя камеру. Я сойду на причал за Грабко… Дальше по обстановке!

– Договорились! – кивнул Соколов.

Сунув ключи от «Дэу» в карман, он знаком подозвал Шургина. Далее последовало картинное прощание, после которого Соколов покинул клуб. Дмитрий Шургин, немного поторчав за столиком, снова отправился фланировать по клубу. То есть так казалось со стороны.

На самом деле Шургин готовил почву для того, чтобы незаметно выбраться на палубу. Подсыпанный в стакан Игоря Грабко порошок подействовал довольно быстро. Хлебнув коктейля, он вернулся на танцпол, где оттанцевал один быстрый танец, после чего его заметно «повело». Некоторое время Грабко пытался совладать с координацией, но в конце концов приземлился за своим столиком и заказал кофе.

Однако надежды Грабко на то, что таким образом ему удастся протрезветь, были несбыточными. Так что в конце концов он поднялся и направился на выход. По дороге Грабко сунул официанту купюру и кивнул на прощание.

Шургин тем временем покинул зал. Логинов немного выждал и тоже ушел. Грабко он обогнал на лестнице. Тот набирал с мобильного какой-то номер. Выйдя на палубу, Виктор чуть замедлил шаг и услышал пьяный голос Грабко:

– Добрый вечер! Такси, пожалуйста! К «Флинту», на Днепровскую… Через пять? Перезвоните? Жду!

Это была настолько ценная информация, что Виктор решил скорректировать план и тут же направился к трапу, оставив Грабко без присмотра. По дороге он быстро набрал с мобильного Соколова. В силу специфики операции пользоваться для связи рациями было невозможно, поэтому приходилось использовать телефоны.

Когда они приехали около десяти вечера на «Флинт», охранников у трапа было трое. Теперь остался один. Логинов кивком попрощался с ним и спросил у как раз ответившего Соколова:

– Ты где?

– Слева, за джипами!

Логинов миновал стоявший у трапа кабриолет, в котором орала музыка и визжали на заднем сиденье две малолетки, и сообщил:

– Он вызвал такси! Оператор сказала, что машина будет через пять минут!

– Так тогда… – начал было Соколов, однако Логинов его перебил:

– Подожди! Она ему должна перезвонить!

– Блин! – вздохнул Соколов, но тут же спросил: – А как такси хоть называется?

– Я ж не экстрасенс!

– Блин блинский!

– В общем, думай! Я сейчас буду! Пока Диме перезвоню!

Нажав кнопку отбоя, Логинов тут же набрал Шургина.

– Да! – ответил тот.

– Управился?

– Да!

– Тогда принимай объект! Я сошел…

– Я видел!

– Он такси вызвал, если ему перезвонит оператор, сразу дай знать!

– А, понял! – после едва уловимой паузы ответил Шургин.

За какие-то доли секунды он с лету сообразил, что к чему. Именно поэтому Логинов и привлек к операции своих бывших сослуживцев по «Альфе».

Обогнув стоявшие друг за другом джипы, Виктор вышел к «Дэу». Быстро сев на переднее сиденье, он сообщил Николаю Соколову:

– Дима его взял! Если отзвонится оператор, маякнет! Что надумал?

Соколов, повернувшись к боковому зеркалу, сказал:

– Вон дальше на набережной таксисты стоят! Ты можешь быстро дернуть кого-то, а я заблокировать на въезде на парковку настоящую машину…

– Это сложно, Коля! – мотнул головой Логинов. – Лучше просто заблокировать на въезде настоящую машину!

– Ясно, что лучше! Только мы ж не знаем, что у него за такси!

– Да! Но, думаю, их в это время не слишком много! Да и окосел он прилично…

– Охренеть, план! – дернул головой Соколов.

– Давай к въезду! По дороге можешь выдать лучший! – кивнул Виктор.

Соколов тут же тронул «Дэу» с места и, развернувшись, направился к въезду на парковку «Флинта». Она была огорожена фигурными бетонными блоками и охраны не имела. Камеру же, установленную на верхней палубе плавучего клуба, Шургин вывел из строя. В силу специфики своего охранного агентства он в этом деле был докой.

Минуту спустя Соколов притормозил и остановился метрах в десяти от проезда между блоками. От «Флинта» быстро приблизился и выехал со стоянки тот самый кабриолет с визжащими малолетками. Свернув, он рванулся вдоль набережной к шоссе. В этот момент из-за декоративных кустов показалось такси…

34

Франция, Ницца, вилла «Каролина», за четыре недели до визита премьера РФ в Одессу.

– Чертов извращенец! – процедила сквозь зубы Юля, сбрасывая с себя нижнее белье. – Доволен?

Живицкий сказал:

– Пока не знаю… Повернись!

Юля повернулась.

– Вроде порядок! – сказал Живицкий слегка растерянно. – Ладно!

Быстро сбросив с себя одежду, он поддернул трусы и сказал:

– Поплыли!

– Маньяк! – покачала головой Юля.

Подойдя к лестнице, она быстро спустилась в воду. Живицкий, которому не было нужды беспокоиться за прическу, нырнул прямо с бортика.

– Да не брызгайся, ты! – раздраженно крикнула Юля.

– Что? – спросил показавшийся на поверхности Живицкий.

– Уже ничего! Куда плыть-то?

– К тоннелю!

Держась рядом, они пересекли бассейн и нырнули в тоннель, соединявший его с морем. Там имелась решетка, которую тоже можно было убрать голосовой командой. Однако Живицкий этого делать не стал.

Уцепившись рукой за решетку, он повернулся к Юле и спросил:

– Так зачем тебе нужны деньги?

Юля вздохнула:

– Зачем-зачем?.. На аборт! Доволен? А теперь открывай решетку, поплаваем в море, раз уже разделись!

35

Украина, Киев, за три дня до визита премьера РФ в Одессу.

Едва увидев такси, Логинов сказал:

– Давай!

– Даю! – буркнул Соколов.

«Дэу» рванулась к заезду на стоянку и там остановилась.

Соколов тут же заглушил двигатель и вынырнул из-за руля, бросив дверцу открытой. Две секунды спустя он уже заглядывал под поднятый капот. Логинов оглянулся на «Флинт». На их счастье, ни одной машины к выезду с парковки не направлялось.

Такси разминулось с музыкальным кабриолетом и быстро приблизилось к перегородившей въезд «Дэу». В этот момент у Логинова в руке зазвучал мобильный.

– Да! – ответил он.

– Она позвонила! – сообщил Шургин.

– Ясно! – быстро сказал Виктор.

Это означало, что такси именно то.

– Это оно! – крикнул Логинов.

– Ясно! – отозвался из-под капота Шургин.

Таксист с дешевым шиком – без включения сигнала поворота – завернул и резко затормозил. И тут же, естественно, посигналил. Мол, я тут, такой крутой, еду, а ну все расступись.

– Здорово, земляк! – услышал Логинов голос Соколова. – У тебя отвертка есть?

– Да какая отвертка? Меня клиент ждет!

– Да тут секунда дела! – проговорил Соколов уже от такси.

Виктор распахнул дверцу и вынырнул. Капот закрывал ему обзор, однако догадаться, что Соколов просто ткнет таксисту пальцем в шею, мгновенно усыпив его, было нетрудно.

– Порядок? – спросил Виктор, выбравшись.

– А то! – донеслось от такси. – Назад его?

– Да… – сказал Виктор, двинувшись на помощь Соколову, но вдруг увидел, что световая панель к крыше такси прикреплена не наглухо, а магнитными присосками. – Так, Коля! Убираем его в сторону, и загоняй такси на стоянку! Панель просто переставим себе!

Говоря это, Логинов метнулся к передней дверце такси и открыл ее. Совместными усилиями они с Соколовым за пару секунд перетащили таксиста на пассажирское кресло.

Соколов сел за руль, Виктор метнулся обратно к «Дэу», захлопнув по дороге капот. Заведя двигатель, он вывернул руль и сдал назад на парковку. Соколов объехал его и остановил такси сбоку.

Логинов вынырнул из-за руля и, оглянувшись, проговорил:

– Переставляй панель и дуй к трапу за Грабко! Я таксистом пока займусь! И Шургину заодно позвоню!

36

Франция, Ницца, вилла «Каролина», за четыре недели до визита премьера РФ в Одессу.

– Вот черт! – вздохнул Живицкий. – Сезам, откройся!

Они с Юлей стоили друг друга. Живицкий опасался, что на той есть микрофон, поэтому и заставил ее раздеться. Однако Юля, в свою очередь, побоялась, что их разговор Живицкий запишет в тоннеле – при помощи того самого микрофона, который реагировал на голосовые команды.

В результате несколько секунд спустя они миновали открывшуюся решетку и выплыли из тоннеля в небольшую аккуратную бухту. Здесь Юля свернула и, отплыв на пару метров в сторону от проема тоннеля, остановилась. Это было идеальное место для конфиденциальной беседы. Микрофон в тоннеле разговор записать уже не мог, от всяких же хитрых лазерных лучей их надежно прикрывал берег.

– Ну? – кивнула Юля.

– Что ну? Зачем тебе нужны деньги?

– Аркаша! Есть вещи, о которых лучше не знать…

– Я всегда знаю, что и зачем делаю, – покачал головой Живицкий.

– Ладно. Ты через этого своего придурка Кирилла отказался финансировать местные выборы. Я понимаю, что вы действовали по предварительной договоренности с Химичем и другими. Химич, кстати, уже закинул удочки через Полторацкого… Ты знаешь об этом?

– Да, – кивнул Живицкий.

– Но дело в том, что ты, Аркаша, не Химич. У тебя совсем другая структура активов. И если ты приползешь на брюхе к донецким, тебя они оберут до нитки. Заставят отдать все, потому что ты захапал у них из-под носа слишком лакомые куски. Так что тебе, Аркаша, пути в коалицию нет. Но, чтобы ты сохранил лицо перед Химичем и остальными, я тебе и предлагаю выдать денежки на выборы анонимно… Теперь все понял?

Живицкий покачал головой:

– Юля, ты меня держишь за идиота?

– Нет! Хотя сейчас ты себя ведешь именно как идиот! – раздраженно проговорила Юля. – Я тебе сказала, что мне нужны эти деньги! Все! Больше тебе ничего знать не нужно! Потому что мы с тобой в одной лодке! Ни мне, ни тебе к донецким ходу нет! И выход у тебя только один – молить бога в своем Лондоне, чтобы я вернулась к власти! А не задавать идиотские вопросы!

– Так… – сказал Живицкий, невольно оглянувшись.

– Ну наконец-то, – вздохнула Юля.

Живицкий, сообразив, о чем идет речь, быстро покачал головой:

– Я не хочу иметь к этому никакого отношения!

– Ты и не будешь, – мотнула головой Юля. – И я не буду. Никто не будет.

– Да? А деньги? Деньги всегда можно отследить. Это я тебе говорю как финансист…

– Я тоже, Аркаша, не уборщица. Есть способ, который гарантирует полную анонимность. Как отправителя, так и получателя.

– Ты имеешь в виду Кайманы?.. – хмыкнул Живицкий. – Там тоже есть…

– Вообще-то я имею в виду Ниццу! – перебила Живицкого Юля. – Ты кладешь деньги в непромокаемый кейс и выходишь на яхте в море. И в точке с заранее известными координатами в оговоренное время опускаешь этот кейс под воду. Вот и все, Аркаша! Можно такую передачу отследить?

– Вообще-то… вообще-то нет, – несколько растерянно посмотрел на Юлю Живицкий.

– Тогда запоминай… 43-40-40. 7-21-21.

– Это что?

– Это координаты, Аркаша! В градусах, минутах и секундах. В которых состоится передача…

– А я разве сказал, что согласен?

– А я разве спрашивала у тебя согласия? Ты умный мальчик и прекрасно понимаешь, что, если так дальше пойдет, тебе придется очень туго. При этом десять миллионов для тебя не деньги. Я думаю, ты своей жене драгоценностей за год покупаешь на большую сумму. Поэтому, поскольку ты ничем не рискуешь, ты, Аркаша, очень быстро найдешь эти деньги и вывезешь в одиннадцать часов вечера в точку с координатами 43-40-40 и 7-21-21. Только в тот день до шести вечера по местному времени ты перезвонишь мне и дашь знать, что передача состоится в этот день. Все, дорогой вундеркинд-извращенец…

37

Украина, Киев, за три дня до визита премьера РФ в Одессу.

– Я подключать не буду! И так сойдет! – сказал Николай Соколов от «Дэу».

– Да, Коля! Давай! – кивнул Виктор.

Усевшись за руль такси, он проводил взглядом отъехавшую «Дэу». Переставленная Соколовым на ее крышу панель с названием «такси» сделала корейскую малолитражку украинского розлива практически неотличимой от тысяч киевских таксомоторов.

Логинов включил передачу и направил такси следом за «Дэу». При этом он быстро перезвонил Шургину. Когда тот ответил, Виктор проговорил:

– Коля сейчас его подберет! А потом меня! А ты проследи и своим ходом домой!

– Понял! – ответил Шургин.

Ехавшая впереди «Дэу» на секунду зажгла стоп-сигналы и свернула к трапу «Флинта». Логинов вильнул на парковку и вскоре остановился так, чтобы такси от «Флинта» закрывали джипы. После этого он подался к таксисту и надавил большим пальцем на сонную артерию. Теперь тот должен был находиться в отключке еще как минимум пару-тройку минут.

Управившись, Виктор быстро выбрался из такси, захлопнул дверцу и двинулся к боковому проезду парковки. Он не видел происходящего у трапа, однако не сомневался, что Соколов с Шургиным там справятся и без него.

В этот момент на набережной вдруг показался джип. Он мчался вдоль причалов к выезду на шоссе. На крыше джипа была установлена большая проблесковая панель, но маяк был отключен.

Виктор, не замедляя шаг, окинул джип взглядом и отвернулся. В этот самый миг в переднем окне джипа вдруг вспыхнул очень мощный фонарик. Сидевший там милиционер осветил Виктора. От резкого света тот невольно прикрылся рукой.

В следующий миг джип вдруг залил набережную всполохами своей огромной мигалки и рванулся к въезду на парковку «Флинта». Завернув в лучших традициях голливудских боевиков, несколько секунд спустя он уже подлетел к Виктору, ослепив его фарами.

– Стоять! Руки! – послышалось на фоне топота.

Виктор, щурясь, поднял на уровень плечей руки. Из-за слепящих лучей фар к нему с двух сторон выскочили два шкафа килограммов по сто каждый. Одеты они были не в обычную милицейскую форму, а в черные комбинезоны спецназа. У обоих в руках были компактные пистолеты-пулеметы.

– В чем дело? – спросил Виктор.

– Молчать! Пошел к машине! Быстро!

Виктор кивнул и направился к джипу.

– Руки на капот! – рявкнул один из мордоворотов, хватая Виктора за шиворот.

Тот выполнил команду, одновременно незаметно оглянувшись. Водитель джипа уже переключил свет, и Виктор, пока его вполне профессионально шмонали, увидел сзади приближавшуюся «Дэу».

– Так в чем дело? – снова спросил он.

– Молчать! – ответил шмонавший его мордоворот и выудил из кармана Виктора паспорт. – Ты смотри, россиянин!

– Да? Мало нам своих гопников! – проговорил его напарник, принимая паспорт. – Логинов Виктор Павлович… Сейчас пробьем! А ты пока глянь, что у него в бумажнике! База! На связи Борт-пять!

В этот самый момент завернувшая от причала «Дэу» сбросила скорость. Высунувшийся в окно Соколов крикнул:

– Доброй ночи, служивые! Помощь нужна?

Оба мордоворота от такой наглости оглянулись. Их взгляды могли прожечь броню легкого танка, однако Соколов сделал вид, что этого не заметил:

– Грабитель? Я б их на фонарях вешал! Без суда и следствия!

Логинов сделал Соколову незаметный знак. Знак этот означал, что помощь Виктору не нужна.

– Проезжай давай! – рявкнул в этот момент один из мордоворотов.

– Как скажете! – кивнул Соколов.

«Дэу» миновала джип. Виктор мельком увидел за задним стеклом лицо Игоря Грабко. Тот явно не без труда держался ровно.

– Борт-пять! База на связи! – послышалось в этот момент из рации.

– База! Говорит Борт-пять! Задержали подозреваемого в ограблении девушки! По описанию соответствует, но от сумочки уже избавился! Гражданин России, пробейте его по базе! Диктую…

– Борт-пять! Грабитель уже задержан другим экипажем! Девушка его опознала! Как поняли?

– Понял, База! А пробивать будем?

– Диктуйте!

– Логинов Виктор Павлович!

– Вогинов? Вэ?

– Лэ! Людмила!

– Понял! Ждите…

Виктор, не меняя позы, смотрел под мышкой в сторону «Флинта». Точнее, в сторону стоящего на парковке такси. Продиктовавший по рации его фамилию мордоворот спросил:

– Что делали на набережной, гражданин?

– В клубе был. К стоянке такси шел…

– Понятно… – разочарованно проговорил мордоворот. – Культурно развлекались, значит?

– Да!

В этот момент рация отозвалась:

– Борт-пять! Ответьте Базе!

– База! Борт-пять на связи!

– Пробили вашего клиента! Чистый!

– Понял, База! Ну что, извиняйте, Виктор Павлович! Мы вас больше не задерживаем! – шагнул к Логинову мордоворот.

Тот взял свой паспорт, сунул в карман и повернулся ко второму мордовороту, у которого был его бумажник. Тот вернул его:

– Держите! Удачи!

– Спасибо! – кивнул Виктор, глядя через его плечо на такси.

Его салон в этот самый момент осветился. Виктор понял, что таксист открыл дверцу, и сказал:

– Вернусь-ка я в клуб, накачу граммов сто пятьдесят для снятия стресса! Счастливо!

Обогнув мордоворота, он двинулся обратно к «Флинту». Но не прямо к такси, а чуть наискось, к проезду. Таксист тем временем выбрался из пассажирской дверцы. Логинов, не оглядываясь, вытащил из кармана телефон и набрал Соколова.

Тот, понимая, что звонить могут менты, ответил быстро, но осторожно:

– Алло!

– Я решил выпить еще! – громко сказал Виктор. – Ты где?

– На линии… – конспиративно ответил Соколов.

– Ясно! – так же громко проговорил Виктор, после чего тихо добавил: – Витрину сними, срочно!

– Понял! – ответил Соколов.

В этот самый момент выбравшийся из своей машины таксист посмотрел в сторону Виктора и тут же перевел взгляд на ментов. Те, судя по звукам захлопнувшихся дверей, как раз собирались уезжать. Таксист быстро сунул руку в карман, выхватил свой бумажник и открыл его. Джип спецназовцев тем временем начал разворачиваться…

38

Украина, Киев, Подол, за полторы недели до визита премьера РФ в Одессу.

– Да, Игорь! – ответила Юля.

– Добрый день, Юлия Владимировна!

– Здравствуй. Слушай, я тут сильно занята, так что давай, если можно, поговорим позже…

– Конечно! Я просто хотел предложить кандидатуру на пост мэра Мукачева! Но это не к спеху…

Это была кодовая фраза. И Юля тут же сказала:

– Слушай, Игорь, я вдруг подумала: мы ведь можем встретиться за обедом!

– Ну да, если вам так удобно…

– Тогда договорились! Подъезжай к яхт-клубу, только не к двенадцати, а к часу. Я раньше не освобожусь!

– Хорошо!

Юля тут же нажала кнопку селектора.

– Да, Юлия Владимировна! – отозвался Ванин.

– Леня! Сегодня обедаем на яхте…

– Но у нас же…

– Ничего, к часу управимся! Мне нужно немного проветриться, а то я так совсем заработаюсь.

– Понял! Все сделаю!

– Да, тут Игорь Грабко хочет поговорить насчет мукачевского мэра. Закажи обед и для него. Это, я думаю, можно обсудить и на яхте!

– Понял, Юлия Владимировна!

39

Украина, Киев, Днепровская набережная, за три дня до визита премьера РФ в Одессу.

Таксист быстро сунул руку в карман, выхватил свой бумажник и открыл его. Джип спецназовцев тем временем начал разворачиваться. Логинов на всякий случай быстро удалил номер Соколова и из телефонной книги, и из списка вызовов. Сделав это, он облегченно вздохнул.

Теперь его повторное задержание спецназовцами не могло вывести милицию на Соколова. При этом самому Виктору ничего предъявить было нельзя. Ведь таксист его лица не видел. Однако, как это часто случается, дело повернулось совершенно неожиданно.

Таксист, проверив бумажник, облегченно вздохнул и тут же наклонился в машину, видимо, чтобы проверить, не пропало ли что там. В шоке он совершенно не заметил пропажи с крыши такси светового табло. Джип спецназовцев тем временем развернулся и направился к выезду с парковки. Логинов же успел пересечь стоянку наискось и выйти к проезду, который вел вдоль причала к трапу «Флинта».

Тут Виктор метрах в десяти увидел Дмитрия Шургина. Тот у сходней как раз давал прикурить какой-то прилично пьяной девушке на высоких каблуках. Девушка покачивалась, уцепившись за руки Дмитрия.

– Так вы э-э… один или женаты? – наконец проговорила она, дважды потянув воздух через так и не зажегшуюся сигарету.

Шургин, увидев показавшегося из-за припаркованных на стоянке машин Логинова, с виду вроде бы совсем не поменял своего поведения. Он ждал знака. Виктор, повернув голову, проводил взглядом направившийся к выезду на шоссе джип спецназовцев. Только после этого он проговорил:

– Не хотят таксисты ехать! Ни в какую!

– Да я уже вызвал, поедем вместе! – пожал плечами Шургин.

– Все вы, мужики… – начала было девушка, но вдруг икнула и, махнув рукой, развернулась и побрела к трапу.

Виктор, вытащив из кармана сигареты, подошел к Шургину.

Тот щелкнул зажигалкой и негромко спросил:

– Что случилось?

– Потом расскажу, – так же тихо проговорил Виктор. – Надо сматываться отсюда побыстрее…

40

Украина, Киев, Подол, за полторы недели до визита премьера РФ в Одессу.

Юля откинулась в шезлонге и сказала:

– Ну что там, Игорь, насчет мукачевского мэра?

– Мне на оговоренный ящик четыре часа назад пришло сообщение.

– И что?

– Он сделает это в Одессе…

– Что?.. – мгновенно выпрямилась в шезлонге Юля. – В Одессе?

– Да. То есть он указал дату. Это как раз день визита…

– Подожди! Но это же… Я хочу сказать, что э-э… дракон любит кататься с… Ну ты понял!

– Ну это его проблемы… – начал было Грабко, однако Юля перебила его, ухватив за локоть:

– Какие его? Если он заодно и… Это будут проблемы всех! Ты понимаешь?

– Я так не думаю, Юлия Владимировна, – спокойно покачал головой Грабко. – Я тоже сперва заволновался, но потом понял, что так будет даже лучше.

– Что лучше? Ты в своем уме? Его надо остановить! Дать отбой, или как там это у них называется!

– Мы не можем дать никакого отбоя, – пожал плечами Грабко. – Это была просто информация к сведению, отправленная с открытого только для передачи этой информации ящика. Он больше никогда в него не заглянет…

– Твою мать, Игорь! Выходит, что мы выпустили джинна из бутылки?

– В общем-то да! Но если джинн в Одессе перевыполнит план, нам это только на руку. После такого гости из Кремля к нам ездить поостерегутся. А это только к лучшему…

– Господи! – обхватила руками лицо Юля. – Ты просто не понимаешь всех последствий, Игорь!

– Я думаю, любые последствия будут нам на руку, – сказал Грабко.

– Так! Мы ничего не знаем! Ты понял, Игорь?

– А мы и так ничего не знаем, – посмотрел на Юлю Грабко. – Даже имени… Так что я лично абсолютно спокоен.

– Ты-то не передавал ему… ничего!

– Так и вы, Юлия Владимировна, ничего не передавали. И вообще никто ничего не передавал. Или я не прав?

– Прав, – вздохнула Юля. – Черт бы тебя побрал…

41

Украина, Киев, посольство РФ, за два дня до визита премьера РФ в Одессу.

– Доброе утро! – поздоровался с охранником Виктор, войдя в посольство. – Моя фамилия Логинов…

– Да-да! Здравствуйте! Немного подождите! Можете присесть! – кивнул охранник, тут же хватаясь за телефон.

Виктор отошел и опустился в кресло. Поспал он сегодня всего три часа. Николай Соколов сразу после звонка Виктора усыпил Грабко и избавился в укромном месте от украшавшей крышу «Дэу» световой панели. После чего благополучно доставил пассажира на конспиративную квартиру.

Там спецы ФСО сделали Грабко инъекцию «сыворотки правды» и провели в закрытом режиме допрос. После его окончания фэсэошники связались с Москвой, и оттуда пришла команда Грабко «положить на место». Грабко впрыснули вещество, которое «стирало память» на предшествующие события, и только после этого допустили к телу Логинова со товарищи. Те отвезли руководителя «Братства» к его дому и высадили на остановке общественного транспорта.

Отъехав, они подождали, пока Грабко, шатаясь и цепляясь за перила, доковылял до своего подъезда. Учитывая, что в подъезде дежурила консьержка, на этом операцию можно было считать законченной. Логинов с Соколовым и Шургиным доехали до ближайшего круглосуточного супермаркета, на остановке которого и оставили «Дэу». Сами же отправились на квартиру приютившего их Андрея Скоробогатова на такси. Поскольку Скоробогатов накануне уехал в Харьков, то бывшие «альфовцы» с чувством выполненного долга завалились спать.

Соколов с Шургиным спали и сейчас. Виктора же около половины девятого утра разбудил телефонным звонком из Москвы генерал Кравцов и попросил срочно подъехать в посольство. Что Логинов и сделал, вызвав такси.

Меньше чем через минуту после того, как Виктор присел в кресло, в фойе посольства появился сотрудник службы безопасности в штатском.

– Доброе утро! – пожал он Виктору руку. – Я Михаил Рожков!

– Очень приятно! Виктор Логинов!

– Прошу! – тут же развернулся Рожков.

Он без лишних слов провел Виктора в служебную зону посольства и только там на ходу сообщил:

– Приказано доставить вас в комнату спецсвязи!

Несколько минут спустя Логинов уже беседовал с генералом Кравцовым. Поскольку Виктор не знал, что удалось выяснить фэсэошникам в беседе с Грабко, он сразу же спросил:

– Ну что, наш крестник что-то ценное слил?

– Да. Скорее даже сверхценное! Предположение наших аналитиков, к сожалению, подтвердилось, – сообщил Кравцов. – По существу Игорь Грабко показал следующее. Некоторое время назад он случайно встретился во Львове с бывшим активным участником движения УНА-УНСО Юрком Михасем. Разговор зашел о сложившейся на Украине политической ситуации в контексте смены власти. Михась поделился с Грабко мнением своего знакомого, не назвав его. Тот сказал что-то вроде того, что невозможно победить дракона, прижигая ему лапы спичками; чтобы победить дракона, ему нужно отрубить голову… Речь, понятно, шла о физической ликвидации нынешнего украинского президента. Какое-то время это оставалось не более чем пьяным разговором. Однако экс-премьер вскоре пригласила Грабко на свою яхту и заговорила о необходимости решительных действий. И Грабко, так сказать, поделился с ней услышанным, правда, не назвав имени Михася. Премьер, выслушав, благословила Грабко на встречу с «охотником на дракона». Грабко поехал во Львов и встречу провел. Ночью, в соборе Святого Юра, в исповедальне, через перегородку. «Охотник» взялся устранить украинского президента при условии, что ему предоставят десять миллионов долларов на подготовку и полную свободу действий. Грабко сообщил об этом экс-премьеру. Через три дня та дала знать Грабко, что деньги будут переданы. О чем он и отправил сообщение «охотнику» на заранее оговоренный электронный адрес. А неделю назад Грабко получил от «охотника» сообщение с ориентировочной датой «выполнения» заказа. Речь идет о следующем вторнике. Грабко доложил об этом экс-премьеру. Поскольку это день визита российского премьера в Одессу, та испугалась и потребовала, чтобы Грабко приостановил выполнение «заказа». На что тот ответил, что не имеет такой возможности. И не соврал…

– Понятно, – сказал Виктор. – И что… вы решили?

– Мы ничего не решали. Я обо всем немедленно доложил руководству. Поскольку выходов у нас на «охотника» нет, принято решение срочно довести информацию до украинской стороны, указав в качестве источника ее получения зарубежную агентуру. С тем, чтобы украинские спецслужбы незамедлительно занялись поиском Юрко Михася.

– Стоп, но, кроме Михася, ведь есть еще передача денег! – сказал Виктор.

– Считай, что нет, Логинов. Деньги передавались таким способом, что след взять невозможно…

– Ясно! А что насчет активиста этого, Ивана Сахно?

– Грабко к этому не имеет отношения. Но не исключает, что это как-то связано с «охотником». Поэтому и не стал поднимать шума… Мы теряем время, Логинов. После разговора со мной тебя там же, в посольстве, мои люди ознакомят с видеозаписью допроса Грабко. И ты все поймешь. Сейчас же уясни следующее. Принято решение назначить тебя «офицером связи» при украинских спецслужбах по этому вопросу. Легенда такая. Ты приехал в Киев на выходные отдохнуть. Однако из-за полученной из-за рубежа агентурной информации насчет покушения с тобой срочно связалось руководство и направило в СБУ. Это понятно?

– Так точно!

– Ну тогда на всякий случай уточняю рамки переданной нами украинской стороне информации. Наш зарубежный агент сообщил, что какой-то бывший соратник Юрка Михася по УНА-УНСО собирается предпринять в Одессе попытку покушения на президента Украины. При этом Юрко Михась в данный момент, предположительно, находится на Украине. Это все…

42

Франция, Марсель, за три с половиной недели до визита премьера РФ в Одессу.

Пьер Ламар приближался к берегу. Его небольшой катер скользил по глади воды на минимальной скорости. Как и любой человек, прошедший огонь и воду, Пьер не любил без надобности рисковать. За годы службы в Иностранном легионе Ламар нарисковался достаточно.

Когда его мобильный зазвонил, Ламар выудил телефон из кармана и посмотрел на дисплей. Номер был незнакомый. Ламар нажал кнопку ответа и сказал:

– Да!

– Привет, Пьер!

– Привет, Роман! – улыбнулся Ламар.

– Как поживаешь?

– Возвращаюсь с рыбалки!

– О! И что, можно поздравить?

– Да я же рыбу отпускаю! Для меня главное процесс!

– Только не говори, что ты подался в Гринпис, Пьер!

– Нет. Просто рыбу надо готовить, а мне самому лень. Проще сходить в ресторан на набережной.

– Значит, ты по-прежнему один?

– Ну да, зачем мне в доме бензопила, Роман? Если ее можно взять на несколько часов в аренду?

– Тоже правильно! Ясно. Ты не против встретиться? Я тут оказался на побережье…

– Конечно, нет, Роман! Буду рад увидеть тебя! Ты в Марселе?

– Нет, восточнее. В Марселе буду часа через три…

– Хорошо, Роман! Я как раз успею подготовиться! Водка «Столичная» и икра? Правильно?

– Да! Только все это я уже купил! Так что не напрягайся! Просто скажи, как тебя найти…

43

Украина, Киев, штаб-квартира СБУ, за два дня до визита премьера РФ в Одессу.

– Добрый день! Присядьте, пожалуйста! – поднялась навстречу вошедшему в приемную замглавы СБУ Логинову секретарша. – Олег Иванович примет вас через минуту!

– Спасибо! – кивнул Виктор.

– Кофе? Чай?

– Нет-нет! Я просто посижу…

Присев, он закинул ногу на ногу и посмотрел в сторону окна. В СБУ Виктор прибыл после ознакомления с записью допроса Игоря Грабко. Просмотр очень сильно встревожил Виктора. То, как «охотник» обставил свои отношения с заказчиками, красноречиво свидетельствовало, что это не просто «идейный» националист, но еще и весьма опытный боевик. При этом единственным реальным выходом на него был Юрко Михась.

Однако Михась сам был ярым националистом. Плюс к этому, выдавая личность «охотника», он фактически подписывал себе приговор за участие в подготовке теракта. Так что надежда на то, что Михась заговорит без применения спецсредств, была практически нулевой…

Телефон на столе секретарши приглушенно загудел, та ответила и тут же повернулась к Виктору:

– Проходите, пожалуйста!

– Здравствуйте, Виктор Павлович! – встретил Логинова у своего стола замглавы СБУ. На вид ему было около пятидесяти пяти, вид выдавал кадрового сотрудника спецслужб. – Меня зовут Олег Иванович Дацюк! Я по должности являюсь начальником антитеррористического центра!

– Очень приятно! Полковник Логинов, управление антитеррора ФСБ! – кивнул Виктор. – Экстренно направлен к вам для координации…

– Да-да! Нам ваше руководство сообщило! Присаживайтесь! – сказал Дацюк. Обойдя стол, он опустился в свое кресло и проговорил: – Мы успели пробить фигуранта полученной от вас оперативной информации. Юрко Михась, точнее, Юрий Ананьевич Михась, 1971 года рождения, по нашим данным, выехал из Украины в 2001 году. И с тех пор не возвращался…

– Гм-м… Понятно, – сказал Виктор. – А это точная информация?

– Да! – кивнул Дацюк. – Юрко Михась разыскивался прокуратурой для проверки его возможного участия в штурме администрации президента в 2001 году. Мы тогда получили соответствующее поручение и установили, что он успел выехать в Польшу…

– Так его в розыск объявляли?

– Нет. У прокуратуры не было для этого доказательств. Какое-то время на Михася на пограничных пунктах были выставлены «ловушки», но потом их убрали.

– Так, может, он все-таки вернулся на Украину?

– Разве что под другим именем. По своему паспорту Михась в Украину не въезжал. Во всяком случае, официально.

– Понятно, – сказал Виктор. – Я хочу сказать, что ситуация весьма угрожающая. Информация получена из совершенно надежного разведисточника. Так что угроза для вашего президента вполне реальна. Но так же реальна она и для нашего премьера, поскольку покушение запланировано в Одессе…

– Да-да, – кивнул Дацюк. – Мы это осознаем. И делаем все возможное. В настоящий момент наше управление по Львовской области занимается оперативной отработкой родственников и знакомых Михася. Если он действительно вернулся, мы об этом узнаем… В связи с этим у меня к вам есть один вопрос. Я понимаю, что это строго секретно, но это могло бы помочь нам. Из Москвы нам не сообщили, из какой страны получена информация насчет готовящегося покушения…

– Я понял, – кивнул Виктор. – Думаю, я могу этот секрет открыть. Из Франции.

– Понятно. Тогда, – потянулся к телефону Дацюк, – я сейчас же сообщу, что Михась, возможно, воспользовался французским паспортом…

В этот момент телефон зазвонил. Замглавы СБУ снял трубку. Коротко переговорив с кем-то, он сказал:

– Хорошо, я понял! Тщательно проверьте и уточните! Пусть этого информатора опросят еще раз. И продолжайте отработку по возможным контактам. Плюс к этому попытайтесь установить, под каким именем Михась приехал. По нашим данным, скорее всего, что европаспорт у него французский… – Опустив трубку, Дацюк посмотрел на Виктора и сообщил: – Звонил начальник управления по Львовской области. Они получили оперативную информацию, что Михася действительно некоторое время назад видели во Львове. Но, по данным из того же источника, он якобы уже уехал…

– Черт! – сказал Виктор. – Без Михася выйти на этого загадочного киллера нам будет непросто!

– Мы сделаем все возможное! – сказал Дацюк и посмотрел на часы.

Виктор тут же поднялся.

– Ну тогда не буду вас больше отвлекать… Через кого мне поддерживать с вами связь?

– Сейчас! – сказал Дацюк, поворачиваясь к селектору.

44

Франция, Марсель, за три с половиной недели до визита премьера РФ в Одессу.

– Ну что? За Легион, Пьер!

– За Легион, Роман!

Выпив, Роман потянулся к тарелке, на которой лежало нарезанное им самим бело-розовое сало. Пьер, несмотря на то что Роман, как и обещал, привез большую банку икры, тоже предпочел сало.

Проглотив кусок, который буквально растаял на языке, он спросил:

– Где ты умудрился достать такую вкуснятину?

– Секрет! – улыбнулся Роман. Оглянувшись, он сказал: – Ну что, домик у тебя вполне… В кредит взял?

– Ну да, а как же еще. Половину заплатил сразу, вторую буду выплачивать из пенсии. Так что все мои сбережения за годы службы в Легионе, считай, теперь вложены в этот дом.

– Ну что же, отличное вложение! Поздравляю! – сказал Роман.

– Спасибо! Но недвижимость в последнее время не слишком-то надежное вложение.

– Зато крыша есть над головой.

– Это да! – кивнул Пьер.

– Ну что, тогда за твой дом? – потянулся к бутылке «Столичной» Роман.

– Ты меня споить хочешь, как в Африке?

– В Африке я тебя спасал от СПИДа. Если бы я тебя тогда не споил, ты бы обязательно трахнул какую-нибудь из тех страшных проституток! А так просто вырубился…

– У меня были презервативы!

– Не думаю, что презервативы на сто процентов защищают от СПИДа. Особенно если ты пьян! – подмигнул Роман. – Так что ты меня благодарить должен! Бери!

Пьер взял рюмку, Роман провозгласил тост:

– За дом Пьера Лама!

– Я теперь Ламар! – улыбнулся Пьер.

– Пардон! За дом Пьера Ламара! – сказал Роман и, чокнувшись, выпил.

Закусив, он потянулся за сигаретами. Роман курил синий «Житан». Пьер, как и раньше, предпочитал «Голуаз». Снова оглянувшись, Роман сказал:

– Отличный дом… Может, и я себе скоро куплю. Только побольше… Тебя не тянет тряхнуть стариной, Пьер?

– В каком смысле? Снова завербоваться в Легион? И погнить живьем еще три года где-нибудь в Африке? – улыбнулся Пьер.

– Ну зачем же такие крайности? Просто поучаствовать в каком-нибудь деле. Заодно и деньжат заработать, чтобы расплатиться с кредитом!

– Ты за этим и приехал, да, Роман? Чтобы впутать меня в какое-то дело? – с улыбкой сказал Пьер.

– Не совсем, – мотнул головой Роман. – Я приехал на побережье, чтобы встретиться кое с кем. По поводу работы. Ну и, естественно, вспомнил про тебя… И решил заскочить повидаться, а заодно и предложить поучаствовать.

Пьер покачал головой:

– Ты же видишь, Роман, я купил дом на побережье. Зачем мне рисковать, впутываясь в опасные игры со здешними плохими парнями?

– Ну, во-первых, работа не на побережье и вообще не во Франции. Во-вторых, мне нужен просто помощник, который был бы вне подозрений. В самом деле ты участвовать не будешь. В-третьих, тогда ты бы смог не выплачивать кредит, а сразу купить себе дом в два раза больше. И с яхтой, настоящей яхтой, Пьер! Способной ходить в кругосветные путешествия!

45

Украина, Киев, за два дня до визита премьера РФ в Одессу.

Для оперативного контакта за Логиновым закрепили заместителя начальника штаба антитеррористического центра полковника Савчука. Познакомившись с ним и обменявшись контактной информацией, Логинов покинул здание центрального офиса СБУ и поехал в квартиру Скоробогатова к Шургину и Соколову.

– Ты куда пропал? – спросил открывший дверь Николай. – Мы ж на футбол уже опаздываем! Или не до футбола?..

– Да, Коля! – кивнул Виктор.

– С нашего друга скачали что-то серьезное? – спросил Шургин.

– Очень! – кивнул Виктор. – Так что спасибо вам огромное, ребята, за помощь…

– Логинов, давай без этих канцеляризмов, ладно?.. – поморщился Соколов.

– Давай! – кивнул Виктор. – Но вы очень помогли своей стране! Вот что вам просили обязательно передать из Москвы… – развел руками Виктор.

– На том и стоим! – пожал плечами Соколов. – Но к сведению приняли… Так что, на футбол, я так понял, мы выдвигаемся без тебя?

– Да, ребята! Мне надо работать!

– Понятно… – посмотрел на Шургина Соколов. – Что, собираемся? Или сворачиваемся и в Москву?

– Да мы ж обещали Скоробогатова дождаться. Неудобно срываться не попрощавшись… Да и на Кайданова этого надо посмотреть! Вдруг и вправду новая суперзвезда?

– Ну, тогда мы выдвигаемся на футбол! – повернулся к Логинову Соколов. – Будет время, звони или приезжай!

– Хорошо! – сказал Виктор. – Но навряд ли! Так что я свои вещи заодно прихвачу!

Минуту спустя Логинов уже стоял с сумкой в прихожей.

– Ну что, давайте, ребята!

Они по очереди крепко пожали друг другу руки и обнялись, после чего Виктор отправился в посольство РФ на Воздухофлотский проспект. Ехать до него было всего ничего, однако из-за пробок тащиться пришлось почти сорок минут. И уже у самого посольства Виктору позвонил полковник Савчук…

46

Франция, Марсель, за три с половиной недели до визита премьера РФ в Одессу.

– Ты хочешь сказать, что готов заплатить мне за помощь миллион евро? – посмотрел на Романа Пьер.

– Да! – кивнул тот. – Именно за помощь. Тебе не придется ни в чем участвовать. Твоя задача будет заключаться в покупке и доставке в нужную страну оборудования…

– Роман! Я ведь не мальчик… Миллион евро за закупку и доставку оборудования не платят, если, конечно… Стоп! Речь идет не о Сомали?

– Нет.

– О Венесуэле?

– Нет.

– Кубе?

– Ты не угадаешь, Пьер! Речь идет о сравнительно спокойной стране. Где спокойная обстановка и нет военного положения.

– И что это за страна?

– Я не скажу тебе об этом, Пьер. Пока ты не согласишься. О том, что за дело, я не скажу тебе даже в том случае, если ты согласишься.

– Почему?

– Потому что это в твоих же интересах. Если ты не будешь знать, о чем идет речь, ты не нарушишь никаких законов. Верно? И тебя будет невозможно ни в чем обвинить…

– И ты хочешь заплатить мне миллион евро за то, что я ничем не буду рисковать?

– Да, Пьер. Но не только за это. Это плата также за твое молчание. Когда все случится, ты поймешь, о чем шла речь.

– Интересное дело, – сказал Пьер Ламар. – Миллион евро за доставку оборудования и за молчание.

– Да, Пьер! – сказал Роман, потянувшись к бутылке «Столичной». – Вернее будет сказать, что ты получаешь сто тысяч за доставку и девятьсот за молчание. Думаю, примерно в такой пропорции.

– Вот это-то меня и настораживает, – сказал Пьер, глядя на Романа.

– Зря! – сказал тот. – Ладно, давай выпьем, и я тебе растолкую это на примере. Чтобы ты не ломал себе голову.

Пьер потянулся к рюмке. Когда они выпили и закусили, Роман сказал:

– Эх, жалко, что нет соленых помидорчиков! Они бы сейчас пришлись очень кстати… – Увидев, что Ламар пристально смотрит на него, Роман кивнул: – Да-да, Пьер! Сейчас… Итак, пример. О’кей! Представь, что я приехал к тебе и предложил непыльную работенку. Скажем, выступить в роли водителя во время Каннского фестиваля, поскольку я решил разыграть одного знакомого. И поскольку работа плевая, то мы договорились, что за все про все ты получаешь три сотни евро. В условленный день ты подвозишь меня к черному ходу какой-нибудь крутой гостиницы в Каннах. Я выскакиваю в комбезе разносчика пиццы с коробкой и скрываюсь за дверью. Пять минут спустя я появляюсь уже без коробки, говорю, что все прошло отлично, и мы уезжаем. После этого я плачу тебе твои триста евро, и мы расстаемся – довольные друг другом. Но вечером, включив телевизор, ты вдруг слышишь, что у какой-то кинозвезды в Каннах свистнули диадему стоимостью полтора миллиона евро. Причем из той самой гостиницы. И ты понимаешь, что диадему увел я. А ты помог мне ее увезти. За триста евро… Дальше рассказывать?

47

Украина, Киев, посольство РФ, за два дня до визита премьера РФ в Одессу.

Заместитель начальника штаба антитеррористического центра полковник Савчук сообщил Виктору по телефону, что, по уточненной информации, Юрка Михася действительно видели во Львове около трех недель назад. Однако он уже уехал. При этом характер источника информации не позволял эту самую информацию конкретизировать.

Для обычного человека формулировка была туманной. Однако Логинов с информаторами и доверенными лицами поработал немало и прекрасно понял, о чем шла речь. Информатор был барменом в каком-нибудь заведении. И просто подслушал разговор двух подвыпивших посетителей. Само собой, что уточнить что-либо он не мог.

Обдумав полученную информацию, Виктор отправился в комнату спецсвязи посольства, откуда перезвонил по защищенной линии генералу Кравцову. Доведя до него услышанное от Савчука, Виктор сказал:

– В общем, с Михасем, похоже, мы зашли в глухой угол. В связи с этим предлагаю подбросить СБУ информацию об Иване Сахно. Скажем, я сошлюсь на то, что вычитал о нем в отчетах наших аналитиков…

– Ты все-таки считаешь, что его исчезновение как-то связано с покушением, несмотря на то, что Грабко к этому не имеет отношения?

– Да черт его знает? Просто мы в такой ситуации, что…

– Хорошо! Давай, Логинов! Действуй! Только ссылайся не на отчеты аналитиков, а на разговор с одним из них. Если СБУ будет интересоваться, откуда они взяли эту информацию, скажи, что из Интернета! А я сейчас дам команду эту инфу срочно «посеять» на паре сайтов, только в урезанном виде…

– Договорились! До связи!

Вернувшись в выделенный ему в офисе службы безопасности посольства небольшой кабинет, Виктор созвонился с полковником Савчуком.

– Это Логинов! Я только что переговорил с одним из аналитиков ФСО, которые собирали тут у вас информацию об экстремистски настроенных элементах. И узнал кое-что, что мне показалось достойным внимания. Некоторое время назад во львовской организации «Братства» произошел раскол. Вроде бы как раз по вопросу проведения акций в Одессе во время визита нашего премьера…

– Да-да, – сказал в трубке Савчук. – Я что-то такое припоминаю…

– Так вот, наши аналитики выловили в Интернете инфу, что инициатор раскола Иван Сахно в тот же день куда-то пропал… Это меня как-то настораживает. Вы не могли бы мне сбросить все, что у вас на него есть?

– Хорошо! Если есть, сбросим!

– Ну и заодно неплохо было бы эту информацию насчет его странного исчезновения прояснить…

– Это само собой! – сказал полковник Савчук. – Наши территориалы займутся.

– Ну тогда жду! До связи! – закончил разговор Виктор.

Около получаса он проторчал в своем кабинете без дела. Потом в дверь постучали и сообщили, что по факсимильной связи для Логинова пришел документ. Виктор попросил его срочно распечатать и минуту спустя уже читал досье на Ивана Сахно.

От роду тому был двадцать один год. Вся биография львовского активиста «Братства» уместилась в пять строчек. Родом Сахно был из районного центра Львовской области. Семья состояла из представителей сельской интеллигенции – отец был ветеринаром, мать – учительницей. Сахно был единственным ребенком в семье, так что детство у него было безоблачное. Школу он окончил с серебряной медалью и поступил во «Львовскую Политехнику», как было указано в досье. Когда Сахно учился на третьем курсе, его родители погибли в автокатастрофе. Кроме этого, в досье указывалось, что Сахно занимался в университетской стрелковой секции и выполнил норматив кандидата в мастера спорта по стрельбе из винтовки. А также, что он участвовал в уличных протестах во время визита президента Украины во Львов в мае 2010 года.

Насколько можно было понять, именно после этого Сахно и попал в поле зрения СБУ. Но Логинова больше заинтересовала предпоследняя информация. Занятие стрелковым спортом, да еще из винтовки, вкупе со странным исчезновением было весьма и весьма настораживающим фактором…

Виктор закурил и подошел к окну. Несколько раз затянувшись, он оглянулся на лежащее на столе досье. С фотографии словно с надгробья – снизу вверх – на него смотрел Иван Сахно. Сирота, активист «Братства», отличник учебы и спортсмен. Идеальный козел отпущения для идеального убийства президента.

Логинов поспешно затушил в пепельнице окурок и, выйдя из кабинета, попросил срочно отправить досье Сахно в Москву в ФСО. После этого он быстро спустился в комнату спецсвязи посольства.

Генерал Кравцов смог ответить только через десять минут, когда Логинов уже извелся от ожидания.

– Что-то новое? – спросил Кравцов.

– Скорее хорошо забытое старое! Ли Харви Освальд, дубль два! Я тебе отправил досье Ивана Сахно. Внимательно посмотри! Если этому парню сразу после покушения сунуть в руки винтовку, ни у кого не возникнет ни малейших сомнений… Так что останется только убрать его, чтобы он не успел сболтнуть лишнего! В общем, я немедленно вылетаю в Одессу! И начинаю искать его!

– Хорошо! Понял! Только я лично не удивлюсь, если он там в каком-нибудь частном пансионате занимается круглосуточным сексом с любовницей на пятнадцать лет старше себя, которая и похитила его на черном джипе с чисто утилитарной целью!..

– Не думаю… – сказал Виктор. – Но найти его нужно в любом случае! Чтобы потом не кусать себе локти!

– Не спорю! Действуй, Логинов!

48

Франция, Марсель, за три с половиной недели до визита премьера РФ в Одессу.

– Вот, собственно, что от тебя требуется, Пьер, – закончил говорить Роман и затушил сигарету в пепельнице. – Как видишь, работы довольно много, но ничего криминального. И ты в случае чего всегда можешь сослаться на то, что ничего не знал…

– Понятно, – сказал Пьер Ламар. – Когда приступать?

– Завтра, – пожал плечами Роман.

– Гм-м… Но мне ведь нужны деньги.

– Конечно, – кивнул Роман.

Поднявшись, он быстро прошел в прихожую, где оставил большую спортивную сумку. Взяв ее, Роман вернулся и небрежно поставил сумку на пол возле Пьера.

– Вот! – кивнул он. – Расписки не надо!

Пьер моргнул на Романа, потом повернулся, наклонился и расстегнул «молнию». В сумке был пакет. Ламар раскрыл его и замер. В пакете было полно денег – в банковских упаковках.

– Сколько тут? – слегка хриплым голосом спросил Пьер.

– Один миллион, – сказал Роман. – Это аванс и на финансирование текущих расходов. Когда дело будет закончено, я тебе доплачу то, что ты потратишь…

Пьер повернулся и сказал:

– Ты что, был уверен, что я соглашусь?

– Конечно, – пожал плечами Роман. – Я в этом ни капли не сомневался…

– Почему?

– Потому что за время службы в Легионе, Пьер, я изучил тебя. И знаю лучше, чем ты себя сам. Спокойная жизнь не для тебя. Возможно, ты можешь обмануть себя, но не меня. Ты соскучился по настоящему делу, Пьер. И ты согласился бы, даже если бы я предложил тебе не миллион, а двадцать или тридцать тысяч…

– Наверное, – улыбнулся Пьер. – Но почему ты тогда не предложил мне меньше?

– Потому что я подписался на это дело не из-за денег, Пьер. Я это делаю, потому что считаю это правильным. Это мое дело, можно сказать, личное. И я доведу его до конца, любой ценой. Поэтому мне нужен самый лучший помощник. Который бы сделал все как надо. А самый лучший помощник, Пьер, это ты. Я не преувеличиваю. У тебя есть только один недостаток, Пьер…

– Какой?

– Ну, это можно назвать гипертрофированным чувством долга. Помнишь, нас троих послали взять под контроль дом на въезде в этот долбаный африканский городишко? Взять и не высовываться!

– Помню! – улыбнулся Пьер.

– Мы свою задачу выполнили. Но ты какого-то хрена решил выдвинуться вперед…

– Да, потому что группе Кронца пришлось не сладко. И они все никак не могли подобраться к пулеметчику…

– Пьер, это была задача группы Кронца. А ты полез туда!

– Но ведь и ты полез, Роман!

– Да я полез за тобой, прикрыть тебя! Потому что, если бы тебя убили, нас бы осталось двое! И мы бы не смогли отбиться в случае чего!

– Нет, Роман! Ты не просто полез за мной, ты спас мою черную задницу!

– Да! Я спас твою черную задницу. Но спас я ее для того, чтобы ты, в случае штурма, мог прикрыть мою задницу! Но главное, что потом наши разноцветные задницы чуть не разнесли вдребезги наши же минометчики, потому что они знали, что там наших нет…

– Да, это было весело! – улыбнулся Пьер.

– Это было не весело, это было глупо. Потому что ты полез туда, куда тебе лезть не следовало. И из-за этого мы чуть не погибли. Поэтому я прошу тебя, Пьер, очень-очень внимательно выслушать то, что я тебе сейчас скажу. И запомнить это крепко-накрепко. Ты слушаешь?

– Да, Роман.

– Ты отличный, самый лучший помощник, Пьер. Это я говорю без преувеличения. Если тебе что-то поручить, ты сделаешь это во что бы то ни стало. Поэтому я к тебе и обратился. Но ты не должен выходить за рамки своей задачи. Даже если тебе этого очень захочется. Или ты посчитаешь, что ты обязательно должен мне помочь. Или в тебе просто взыграет глупое благородство… Ты мне ничего не должен сверх того, о чем мы договорились. Остальное – это мое дело. Личное. Можешь считать это вендеттой. Поэтому ни во что не суйся. И не вздумай проявлять никакой инициативы. Ни при каких обстоятельствах. Ты все понял?

– Да. Ты хочешь сказать, что, если я увижу, что тебе нужна помощь, я все равно не должен ничего предпринимать, если это не будет оговорено заранее? То есть если я буду плыть из пункта А в пукт Б, а ты будешь тонуть в стороне, то я должен буду продолжать плыть по заранее оговоренному маршруту?

– Точно, Пьер! Ты сделаешь вид, что просто не видишь меня.

– Черт! Ты меня интригуешь! Что же это за дело такое, в котором действуют такие правила?

– Я же тебе сказал, Пьер, это вендетта…

49

Украина, Одесса, офис СБУ, за два дня до визита премьера РФ в Одессу.

Здание управления Службы безопасности Украины по Одессе и Одесской области на Еврейской улице встретило Виктора приятной прохладой. В проходную довольно быстро спустился молодой человек в безукоризненном костюме банковского клерка и, поздоровавшись, проводил Виктора на третий этаж в кабинет заместителя начальника управления.

Тот был лысым, грузным и лицом смахивал на уставшего от исторических катаклизмов учителя истории.

– Домбровский, Василий Анатольевич! – представился замначальника.

– Логинов, Виктор!

– А по отчеству?

– Павлович… – сказал Виктор. – Но в наше время это уже неактуально.

– Да нет, отчество актуально в любое время, Виктор Павлович! Прошу!

Домбровский, несмотря на свой не слишком спортивный вид, живо вернулся на свое место и посмотрел на Виктора через стол.

– Итак, с прибытием, Виктор Павлович! Насколько я понял, вы приехали с каким-то особым заданием?

– Ну, если говорить в целом, то задание у нас у всех одно. Обеспечить безопасность вашего президента и нашего премьер-министра. Но ФСО занимается комплексом превентивных и охранных мероприятий. Я же представляю антитеррор. И прибыл для проведения оперативно-разыскных мероприятий. Речь идет о конкретном фигуранте…

– Иване Сахно? – сказал Домбровский.

– Да. Вам уже сообщили?

– Я получил его досье, – кивнул Домбровский, – и внимательно прочитал… Вы что, предполагаете, что он собирается совершить покушение?

– Я этого не исключаю.

– Понятно… – сказал Домбровский, потом вздохнул и посмотрел на Виктора. – Можно начистоту?

– Конечно, – кивнул Логинов. – Даже нужно!

– Мы с вами профессионалы, Виктор Павлович… А Сахно пацан. Пусть националистически настроенный, но молокосос. Вы действительно верите в то, что он может выступить в роли киллера? В таком деле?

– Вы имеете в виду, что у него нет достаточной квалификации? – спросил Виктор.

– Ну да. Спортивный разряд – это одно. А реальная работа снайпера совсем другое… Это, как говорят у нас в Одессе, две очень большие разницы.

– Харви Ли Освальд даже разряда не имел по стрельбе…

– Ну там история темная. Бабка надвое сказала, Освальд убил Кеннеди или не Освальд.

– Согласен. Но если бы Освальда вовремя задержали, Кеннеди почти наверняка остался бы жив. Поэтому давайте сосредоточимся на поисках Сахно.

Домбровский вздохнул.

– У нас девяносто процентов личного состава сейчас находится в оперативном подчинении и выполняет поручения Госохраны. Это аналог вашей ФСО. Отозвать я их, как сами понимаете, не могу. Так что наши возможности весьма ограниченны…

– Понимаю, – кивнул Виктор. – Но мы попробуем. Сколько оперативников вы можете мне выделить?

– Одного. Максимум – двоих.

– Да уж. Негусто.

– Я рад бы, но… – развел руками Домбровский.

50

Украина, Львов, за две с половиной недели до визита премьера РФ в Одессу.

Пьер Ламар свернул за угол и медленно пошел вдоль дома, считая подъезды. Наконец он остановился, огляделся по сторонам и направился к двери. Войдя в подъезд, Пьер поднялся по ступенькам на площадку первого этажа. Здесь была только одна дверь, с откидным окошком, как в камере.

Пьер посмотрел наверх и постучался. Приглушенно щелкнул запор, после чего окошко открылось. Изнутри на Пьера подозрительно выглянул одетый в полевую форму времен Второй мировой мужчина со старым автоматом.

– Слава Украине! – наконец сказал он по-украински.

– Героям слава! – с жутким акцентом ответил Пьер.

Во время его службы в Легионе выходцы из бывшего Советского Союза составляли в процентном отношении весьма значительное количество личного состава. Общаясь с ними, Пьер поневоле довольно сносно выучил русский язык. Понимал он практически все, а вот говорил не слишком хорошо. Особенно в плане произношения.

Мужчина с автоматом немного потаращился на Пьера и подался назад, захлопнув окошко. Ламар на миг растерялся, а потом собрался уже было снова постучаться. Однако дверь в этот момент распахнулась.

– Прошу! – кивнул автоматчик.

Пьер вошел и оказался в небольшой комнате. Кроме автоматчика, в ней находился еще один мужчина в гражданском костюме, тоже старинного покроя. Пока автоматчик закрывал дверь, этот второй окинул Ламара пристальным взглядом и спросил:

– Москали есть?

Ламар невольно оглянулся, потом сказал:

– Я не могу бить москаль, я есть афроамериканец!

– Ну это еще ни о чем не говорит, – мотнул головой мужчина в костюме. – Пушкин вон тоже был афроамериканцем… А москаль москалем! Андрей, проверь!

Автоматчик потянулся к висевшей на поясе фляжке. Сняв ее, он набулькал в отвинчивающуюся крышечку содержимого и протянул Пьеру:

– Держи!

Ламар взял крышечку, понюхал и широко улыбнулся:

– О!

В следующий миг он опрокинул содержимое в рот и протянул тару автоматчику.

– Ты смотри, и вправду не москаль! – улыбнулся мужчина в костюме.

Развернувшись, он взялся за стоявший за его спиной книжный шкаф. Шкаф оказался с секретом. Он отъехал в сторону, открыв потайную лестницу.

– Прошу! – отдал честь автоматчик.

– Спасибо! – кивнул Пьер и начал спускаться по ступеням.

51

Украина, Одесса, офис СБУ, за два дня до визита премьера РФ в Одессу.

Логинов прикурил сигарету и посмотрел на часы. Для поисков Ивана Сахно к нему прикрепили старшего оперуполномоченного УСБУ майора Вадима Басманного и оперуполномоченного капитана Сергея Козуба. Вадим Басманный был тридцатипятилетним ухоженным и одетым с иголочки мужчиной. Выглядел он как директор крупной преуспевающей фирмы или топ-менеджер. Короче, мечта любой женщины за тридцать.

Сергею Козубу было тридцать три. Он был одет в потертые джинсы, майку и кроссовки. Подстрижен Козуб был коротко и походил скорее не на кадрового офицера, а на сноровистого и разбитного гопника, минимум с одной ходкой за плечами. Его мышцы не выпячивались и не бугрились, однако движения были стремительными и в то же время пластичными. В общем, Козуб был, что называется, оперативником от бога. Это Логинов понял с первого взгляда.

Они только-только успели познакомиться. Вадим Басманный сидел за своим аккуратным столом, на котором все канцпринадлежности находились в идеальном порядке. И сам Басманный тоже был в идеальном порядке – светлые волосы на голове один к одному, манжеты сорочки белоснежные, как будто он надел ее только что.

Сергей Козуб, уступивший свой стол Виктору, пристроился на подоконнике. Торчавшие на его голове ежиком черные волосы тоже выглядели довольно аккуратно. Однако сзади на затылке Сергея не мешало бы подбрить. Да и на лице у Козуба была щетина. Двух– или даже трехдневная. Стол Сергея был завален разноцветными скрепками, в нескольких местах оцарапан и на фоне новенького стола Басманного казался побитым жизнью дедушкой.

– В общем, так, ребята… – сказал Виктор.

В этот момент на столе у Басманного зазвонил мобильный телефон.

Виктор умолк, кивнув, чтобы тот ответил.

– Да! – сказал Вадим, приложив мобильный к уху. – Я еще на работе, Елена… Не знаю… Извини, Елена, я занят и больше не могу говорить… Передай родителям мои извинения… Все!

Сергей Козуб, отвернувшись, едва заметно ухмылялся. Логинов понял, что Басманный говорит с женой. Холостого Козуба характер разговора явно забавлял.

– Извините, это супруга! – посмотрел на Виктора Басманный. – У нас сегодня гости…

– Теперь ему устроят вырванные годы! – не сдержался Козуб.

– Серега, разговорчики! – метнул на сослуживца быстрый взгляд Басманный.

– Да все нормально, мы же не в строю и я не тупой прапор… – сказал Виктор. – Значит, так, парни. Я не знаю, в какой мере вы информированы, поэтому кратко введу в курс. По данным из надежного разведисточника, кто-то из бывших активных членов УНА-УНСО собирается предпринять в Одессе попытку покушения на президента Украины. Имя неизвестно. Известно только, что некоторое время назад этот человек встречался во Львове с другим бывшим активным членом УНА-УНСО Юрком Михасем. Однако Михась Украину уже покинул…

– В каком направлении? – спросил Козуб.

– В европейском. У него документы на другое имя, и по ним он, скорее всего, проживает последние годы в одной из европейских стран. Так что найти Михася за оставшееся до начала визита время навряд ли удастся…

– Ну, вообще-то, если известно, что киллер бывший член УНА-УНСО, то его можно вычислить… – пожал плечами Козуб.

– Теоретически – да, и этим занимаются ваши коллеги в центральном аппарате, – кивнул Виктор. – Но практически для этого слишком мало времени. К тому же некоторое количество бывших активных участников УНА-УНСО спешно покинули Украину в 2001 году, завербовавшись в наемники, и в настоящее время проживают за рубежом. И у некоторых из них наверняка теперь новые имена. Потому что для наемника новый паспорт достать не такая уж большая проблема…

– И не для наемника тоже, – сказал Сергей Козуб. – Были бы деньги, новый паспорт можно и в Одессе достать. Даже евросоюзовский.

– Ну вот, – кивнул Виктор. – Поэтому надежды на то, что киллера удастся вычислить, очень мало.

– Теперь понятно, почему Госохрана так забегала, – посмотрел на Басманного Козуб. Покачав головой, он повернулся к Виктору: – Не завидую я телохранителям. Это ж поседеть можно за один день… А наша задача какая?

– Наша задача вот! – сказал Виктор, вытаскивая из кармана и разворачивая листок, на котором было отпечатано досье Ивана Сахно.

Козуб мгновенно стартовал от подоконника и опередил потянувшегося через свой стол к листу Басманного. Цапнув его, Козуб посмотрел на фото, потом недоуменно поднял глаза на Виктора:

– Так а… это кто?

– Там все написано, Сергей, – сказал Виктор.

Козуб быстро пробежал глазами текст и передал досье Басманному. Тот углубился в чтение. Козуб вернулся к окну и тоже закурил. Басманный, закончив читать, неодобрительно посмотрел на Сергея и сказал:

– Форточку открой пошире!

Козуб поднял руку и с ухмылкой открыл форточку до упора:

– Тебя твоя семейная жизнь изведет вконец, Вадим! Так какое отношение этот студент имеет к покушению, товарищ полковник?

– Сложно сказать. Но он исчез недавно, – сказал Виктор. – При довольно странных обстоятельствах…

52

Украина, Львов, за две с половиной недели до визита премьера РФ в Одессу.

– Ну что, выбрали? – спросила официантка, подходя к столику Пьера.

Она, как и впускавший Ламара автоматчик, была в форме старого образца.

– Да! – кивнул Пьер, поднимая меню ресторана «Крыйивка».

Так называли схроны-убежища, в которых прятались после Второй мировой войны в лесах бандеровцы, воевавшие с большевиками. Это Пьер знал. Кто и за что именно воевал, для него было загадкой.

– Вот это! – указал пальцем Пьер.

– Буженина свиная «Жорик, хенде хох», – кивнула официантка, делая быструю пометку в блокноте. – Одну порцию?

– Да, одну.

– Что еще?

Пьер провел пальцем вниз и показал:

– Вот это…

– Дубленка сельдевая, – кивнула официантка.

– Вот это…

– Борщ «Первое причастие героя»…

– Вот это…

– Капуста тушеная «Гудбай, освободители»!

– И это!

– Яблоко запеченное «Искушение Евы Штольц»…

– Это все! – улыбнулся Пьер.

– А напиток какой-нибудь? Или просто минеральной воды?

– О да! Сейчас… Вот!

– «Юзе из люфтваффе»! – кивнула официантка.

Забрав меню, она удалилась. Пьер откинулся на стуле и огляделся. Расположенный в подвале ресторан был отделан деревом, отчего напоминал блиндаж. По стенам были развешаны образцы оружия времен Второй мировой войны. В темных углах, умело подсвеченные, стояли аксессуары той эпохи – старинная рация со стрелочным индикатором, дровяная печка с отводной трубой и все в том же роде.

Пьер Ламар за свою жизнь побывал во многих ресторанах и кабачках Европы, Африки, Латинской Америки и Юго-Восточной Азии. Среди них были намного более экзотичные. Единственное, что действительно удивило Пьера в «Крыйивке», это публика. Она была на редкость интеллигентной. И явно состоятельной. Из чего Пьер сделал вывод, что весь этот антураж был нужен хозяевам только для того, чтобы создать заведению имидж и привлечь платежеспособную клиентуру…

53

Украина, Одесса, офис СБУ, за два дня до визита премьера РФ в Одессу.

Логинов сообщил Басманному с Козубом предысторию исчезновения Ивана Сахно. Оперативники СБУ переглянулись. Виктор взял в руку зеленую скрепку и, разжав ее, проговорил:

– В общем, имеет Сахно какое-то отношение к покушению или не имеет, мы сможем узнать, только отыскав его. Если он, конечно, в Одессе. Вот какая у нас, парни, задача. И на это у нас есть сегодняшний вечер и завтрашний день.

– И утро вторника, – сказал Козуб. – Потому что наш президент с вашим премьером прилетают около одиннадцати утра.

– И утро вторника, – кивнул Виктор. – Но это может быть слишком поздно… Так что крайний срок все-таки – вечер понедельника. А теперь можете высказываться по существу!

Отогнув в сторону конец скрепки, Виктор поставил ее на столе и поднял глаза.

– А какие в нашем распоряжении силы и средства? – спросил Басманный.

– Силы и средства вот! – обвел указательными пальцами по периметру комнаты Виктор. – Три пары ног и три головы.

– Хорошая задачка! – хмыкнул Козуб. – Для скромной такой компании!

– Ну, если нам удастся ухватиться за ниточку, то на каких-то этапах под конкретную задачу можно будет пытаться выбить подкрепление. Но слишком рассчитывать на это не стоит. Наши охранные структуры, что российская ФСО, что украинская Госохрана, работают по принципу бывшего Девятого управления: «Береженого бог бережет». А для реализации этого принципа людей требуется тьма. Тем более что в этот раз они будут перестраховываться вдвойне, если не втройне.

– Понятно, – вздохнул Басманный.

– Но я условился с Домбровским, что мы можем от его имени давать поручения милиции. А это значительный резерв. Согласны?

– Это как посмотреть, – с сомнением проговорил Козуб.

– Мы будем правильно смотреть, – сказал Виктор. – Трезво. Учитывая повышенную склонность некоторых сотрудников милиции к коррупционным действиям. Вот такие дела, парни. А теперь конкретно по организации. Для координации поисков учреждаю штаб. Начальником штаба назначаю тебя, Вадим. Мы с Сергеем образуем оперативно-разыскную группу. То есть работаем непосредственно на земле. На тебе же, Вадим, связь с милицией, прием и обработка информации и все остальное, что потребуется…

– Семейство Аркадьевых предаст Вадима анафеме! – покачал головой Сергей.

Басманный повернул к Козубу голову и, схватив со стола, запустил в него пластиковый пенал. Козуб пенал умудрился поймать.

– Извините! – сказал Басманный. – Достал этот… остряк тупой!

– Ничего… Зато реакция у него хорошая! – улыбнулся Виктор. – Так, Вадим, а теперь бери лист бумаги и записывай по пунктам, что тебе надо сделать…

54

Украина, Львов, за две с половиной недели до визита премьера РФ в Одессу.

Пьер Ламар вышел из подъезда, в котором располагался вход в ресторан «Крыйивка», и посмотрел на часы. Вышел он почти вовремя. На Львов уже опустились сумерки.

Пьер Ламар свернул влево и двинулся вдоль улицы. Фонари уже зажглись, однако растущие вдоль проезжей части деревья с густыми кронами прикрывали от них тротуар, создавая густую тень. По улице навстречу Ламару проехал черный джип. Тот не обратил на него никакого внимания. Однако минуты три спустя тот же джип нагнал Ламара и притормозил.

Пьер, замедлив шаг, настороженно посмотрел на него. Афроамериканцев не любили во многих странах. И практически везде имелось немалое количество охотников избить, ограбить или даже убить чернокожего, подловив его в подходящем месте.

Окно на передней боковой дверце джипа поползло вниз. Пьер Ламар пошел еще тише. В окне вполне мог появиться ствол, и Пьер был готов в одно мгновение рвануться назад к дереву, чтобы уйти с линии огня и спрятаться от пуль.

Однако ствол в окне не появился.

Вместо этого Пьер вдруг услышал:

– Господин иностранец не желает, чтобы его подвезли?

– Черт! – невольно воскликнул Пьер, узнав голос Романа. – А я уж подумал, что меня хотят подстрелить!

Сделав несколько быстрых шагов, он уселся в джип.

– Ну, здорово! – улыбнулся сидевший за рулем Роман. – Добро пожаловать во Львов!

Они быстро пожали друг другу руки, после чего Роман тронул джип с места. Доехав до поворота, он свернул и вскоре остановился в тени деревьев.

– Ну как тебе ресторан? – спросил Роман.

– Кормят вкусно! – кивнул Пьер.

– Я имею в виду само заведение, – уточнил Роман.

– А, ты об этом… Неплохо придумано. На Ямайке есть паб «Хромой Сильвер». Только там все оформлено под трюм пиратского корабля. Кич нынче в моде…

Роман вздохнул и нервно проговорил:

– Ты ничего не понял, Пьер! Это совсем не то, что другие рестораны! Это не кич! Это музей, который посвящен героям… Настоящим героям, которые боролись с большевистскими захватчиками!

Пьер, повернув голову, удивленно посмотрел на Романа. Его тон и лицо выдавали нешуточное волнение. В его невидящем взгляде, устремленном мимо Пьера за окно джипа, был странный блеск.

– Ладно, Пьер… – немного помолчав, произнес Роман. – Тебе этого не понять. Для этого нужно родиться украинцем… Давай о деле! Я тебя попросил приехать, потому что мне сейчас лишний раз не стоит светиться на границе. А нам нужно окончательно все уточнить и согласовать. Чтобы не случилось никаких накладок…

55

Украина, Одесса, железнодорожный вокзал, за два дня до визита премьера РФ в Одессу.

– Беляши! Свежайшие беляши! – разносилось от стоявшего сбоку привокзальной площади трейлера-ларька. – Кто не успел, не проходим мимо, покупаем! Количество ограничено!

– Может, по беляшу? – посмотрел на Логинова Козуб.

– Издеваешься? Нам только отравиться не хватало!

– Да есть просто хочется – сил нет. А запах…

– Управимся, перекусим в каком-нибудь приличном месте.

– Понял. Так мы в отделение не будем заходить? Для контакта?..

– Контактами с милицией у нас Басманный занимается. Он им ориентировки через управление разошлет, а мы будем свою агентурную сеть формировать. Чтоб инфу получать напрямую. Ты светишь ксиву, я толкаю речь, в конце раздаешь телефоны… Хотя нет! Карточки они могут потерять! Просто продиктуешь, пусть они сразу в телефоны позаписывают. Так надежнее. Задачу понял?

– Понял.

– Молодец! Тогда вперед!

Агентов по сдаче квартир, или маклеров, как их даже в советские времена называли в Одессе, видно было издалека. Они стояли на привокзальной площади компактной группой. И с табличками: «Сдам квартиру у самого Черного моря», «Сдам квартиру со всеми удобствами», «Сдам сказочное жилье по реальной цене».

Заметив направляющихся к ним Козуба с Логиновым, маклеры дружно повернулись и наметанным глазом провели почти мгновенное сканирование. После чего сразу две тетки ринулись навстречу потенциальным клиентам, не слишком громко бубня:

– Квартира нужна? Отличная квартира со всеми удобствами! С колонкой!

– Есть отдельный дом! Недалеко от моря!

– Добрый день! – поздоровался Козуб, оглядываясь на Виктора.

Тот кивнул, чтобы Сергей подошел к оставшимся на месте маклерам. Они прошли еще несколько метров в сопровождении пристроившихся по бокам прытких теток. Подойдя к основной группе, Козуб поздоровался еще раз и очень быстрым, но пластичным жестом извлек из кармана удостоверение.

– СБУ, граждане и гражданки! Минутку внимания!

Граждане и гражданки от неожиданности застыли, отчего получилась вроде как немая сцена из «Ревизора».

– Не надо волноваться, – поспешил успокоить маклеров Логинов. – Мы к вам никаких претензий не имеем, наоборот, хотим предостеречь. Поближе, товарищи, не разбегаемся! Здесь никаких экзекуций производиться не будет! Так что дышим ровно и слушаем внимательно! Итак! По нашим данным, в город-герой Одессу недавно прибыл или может прибыть сегодня-завтра вот этот гражданин! Держите! Держите! – Раздав несколько отпечатанных на цветном ксероксе фотографий, Виктор сказал: – Большая просьба, во имя вашей же безопасности, внимательно присмотреться к портрету… – Маклеры принялись рассматривать фото Ивана Сахно. – Ну что, никто не помнит этого гражданина?

– Нет! Нет!.. Нет… – донеслось с разных сторон.

– Ну что же, тогда прошу внимательно выслушать следующую информацию. Этот гражданин, несмотря на свой молодой возраст, является чрезвычайно ловким и опасным аферистом. По квартирам. Поэтому просьба полученные фото не выбрасывать, а показать или передать своим коллегам и сменщикам. В случае, если кто-то из них или из вас вдруг вспомнит его или увидит, пожалуйста, сразу перезвоните нам. Это в ваших же интересах. Договорились?

– Откуда звонить-то?

– Телефон мы сейчас продиктуем… – оглянулся на Козуба Виктор.

56

Украина, Львов, за две с половиной недели до визита премьера РФ в Одессу.

– Ну что, Пьер, – проговорил Роман, – это, собственно, все… У тебя вопросы есть?

– Нет, – покачал головой Пьер. – Мне все ясно.

– Ну что же, тогда давай я подвезу тебя… Я бы с удовольствием посидел с тобой где-нибудь, но тебе лучше не показываться в моем обществе. Львов город маленький…

Роман запустил двигатель и тронул джип. Несколько раз повернув, он проехал по какому-то переулку и остановился. Впереди виднелась ярко освещенная оживленная улица.

– Свернешь вправо и дойдешь до площади, – сказал Роман. – Там увидишь свою гостиницу.

– Хорошо! – кивнул Пьер.

– Ну тогда давай! До встречи!

Роман протянул Пьеру руку. Тот пожал ее.

– Счастливо! – попрощался Роман.

– И тебе счастливо! – сказал Пьер.

Выбравшись из машины, он направился к перекрестку. Джип позади остался стоять на месте. Пьер Ламар физически ощущал на себе взгляд Романа, которым тот провожал бывшего сослуживца.

Пьер Ламар был не слишком чувствительным человеком. Однако после разговора с Романом он начал испытывать беспокойство. Дело заключалось вовсе не в том, что говорил Роман, а в том, к а к он это говорил.

Роман напоминал религиозного фанатика из секты – абсолютно уверенного в своей правоте. Для Пьера Ламара это было откровением. Он несколько лет знал Романа и воевал с ним плечом к плечу. В самых напряженных ситуациях тот сохранял хладнокровие и выдержку.

Но здесь, во Львове, Пьер встретил словно бы совсем другого человека. Человека, который с трудом сдерживал свои эмоции, когда речь зашла о ресторане «Крыйивка». То, что Пьер назвал антураж «Крыйивки» кичем, явно задело Романа за живое. И это стало тем катализатором, который вдруг на несколько мгновений словно бы обнажил под обликом мистера Хайда личину мистера Джекила.

И Пьер Ламар вдруг понял, что он совершенно не знает Романа – несмотря на то, что они прошли плечом к плечу не одну горячую точку. Вот в чем заключался парадокс. И именно это вызвало беспокойство Пьера…

57

Украина, Одесса, железнодорожный вокзал, за два дня до визита премьера РФ в Одессу.

– Надо было номер телефона под фотографией написать, перед тем как ксерить, – сказал Виктор, когда они попрощались с маклерами и направились к вокзалу. – Не додумались…

– Да они ж в телефоны все записали. Если что, позвонят… – проговорил Козуб и невольно сглотнул, повернув голову к трейлеру, от которого ветром донесло запах беляшей.

– Потерпи еще чуть-чуть, – сказал Логинов. – Я ж не виноват, что у вас на Украине железнодорожные билеты бесфамильные…

Между Львовом и Одессой курсировало две пары поездов. Один в обратную дорогу во Львов уже отправился в семь часов вечера. Второй отправлялся в половине одиннадцатого. Под посадку его еще не подали, так что Виктору с Козубом пришлось двигать в самый конец перрона, там спуститься и добраться по путям к месту отстоя вагонов.

Отыскав поезд и найдя его начальника, Логинов с Козубом представились, после чего вручили фотографию Ивана Сахно.

– Большая просьба показать ее всем проводникам! Всем! И если кто-то его вдруг вспомнит, обязательно перезвоните нам по телефону… – Виктор кивнул Козубу, и тот быстро написал под фото номер. – Хорошо?

– Да! Конечно!

– Это очень важно!

– Я понимаю! – закивал начальник поезда.

– Ну тогда всего доброго!

Распрощавшись, Логинов с Козубом покинули штабной вагон и быстро вернулись к вокзалу. Приехали они на «БМВ» Козуба. Машина была далеко не новой, но находилась в приличном состоянии. Погрузившись в нее, Виктор сказал:

– Ну что, ужин мы себе заслужили! Так… Слушай, я вспомнил, на Преображенской в подвале было кафе «Антилопа Гну»! И там были отличные цыплята табака! Осталось заведение?

– Заведение осталось, но цыплят там уже не подают. Сейчас же окорочка везде, дешево и сердито. Может, в пиццерию? Тут прямо на Садовой есть!

– Напротив Привоза?

– Да!

– Не хочу… От пиццы через час есть захочется. Вспомнил! За Тираспольской, тоже в подвале, есть ресторан! И кормят там – пальчики оближешь!

– Есть! Только забыл, как называется… – кивнул Козуб.

– Ну тогда давай туда! По дороге вспомнишь!

58

Франция, Марсель, за две недели до визита премьера РФ в Одессу.

– Пожалуйста, распишитесь, вот здесь и здесь, месье… Отлично! Идемте!

Пьер Ламар вслед за сотрудником компании по доставке прошел в складское помещение. Сотрудник был невысоким, жилистым и носатым. Чем напоминал нынешнего французского президента, который в детстве тоже жил в Марселе.

– Вот! – указал сотрудник на продолговатый ящик. – Как видите, предохранительные ленты в целости и сохранности!

Пьер Ламар кивнул. Три минуты спустя двое грузчиков уже подхватили ящик с погрузчика и сноровисто разместили его в багажнике подержанного «Мерседеса» Пьера Ламара. Несмотря на патриотизм, многие французы предпочитали автомобилям отечественных производителей – «Рено», Пежо» и «Ситроен» – немецкие авто. Ламар не был исключением. Подержанный «Мерседес» с кузовом универсал имел весьма комфортабельный и в то же время очень вместительный салон. Опустив спинки задних сидений, Пьер получил огромный багажник, в который без труда поместился полученный в фирме доставки ящик.

Полчаса спустя Пьер Ламар уже въехал в свой гараж. Тот был расположен прямо в доме. Закрыв ворота, Пьер выбрался из машины, прошел назад и открыл крышку багажного отделения.

Согласно сопроводительным документам, в ящике должен был находиться комплект для дайвинга. Однако Пьер Ламар в этом сомневался. Роман поручил закупку оборудования ему. Этот же комплект почему-то еще до отъезда в Украину решил купить сам. И прислал его в Марсель через службу доставки.

До своей однодневной поездки во Львов Пьер даже не подумал бы совать в это свой черный нос. Однако теперь его начали одолевать серьезные сомнения. Несколько секунд он колебался. Потом со вздохом захлопнул крышку багажника и направился в дом.

Там Пьер пообедал и присел в гостиной перед телевизором. На спортивном канале поливали грязью французскую сборную, которая, по мнению французских болельщиков, опозорила свою страну. Однако Пьер Ламар, хоть и был болельщиком, почти сразу вернулся мыслями к полученному в службе доставки ящику…

59

Украина, Одесса, Тираспольская площадь, за два дня до визита премьера РФ в Одессу.

Из укрепленных под потолком ресторана колонок неслось:

Блин, какой печальный момент!

Вот как тут не спросить, где стакан?

Да вроде бы нашли пятый элемент,

Разделив его напополам…

– Да, действительно, а где стакан? – спросил Козуб, подняв на Виктора глаза.

– Стакан вон! – кивнул Виктор.

– Так в нем же минералка!

– На большее пока не заработали… – пожал плечами Виктор.

Козуб принялся есть дальше.

Из колонки зазвучал припев:

Снова стою одна!

Снова курю, мама, снова!

А вокруг тишина,

Взятая за основу!

– Жизненная песня, – покачал головой Козуб. – Надо будет для Вадима переписать. А то его Аркадьевы точно от дома отлучат теперь!

– Это семейство жены?

– Ага! Одесские аристократы! Только в первом поколении!

– Нувориши?

– Чего-чего? – поднял голову Козуб.

– Нувориши. Это так тех обзывают, кто из грязи да в князи! Разбогател вдруг!

– Ага! Они самые! Конечно, Вадиму, как он на Ленке своей женился, выкатили на блюдечке все! Квартиру, дачу, две тачки и даже яхту!

– Яхту?

– Да! Не очень большую, правда, но классную! Если будем на морвокзале, можно глянуть! Но за это ж у него не жизнь, а каторга! Пива попить или на футбол – ни-ни. Он же теперь тоже из клана Аркадьевых! Ему теперь можно только в филармонию, в оперный и в гольф-клуб! Вы его представляете с клюшкой для гольфа! И курить, демоны, заставили бросить! Потому как это в ихнем кругу сейчас считается плебейством!

– Чего ты разошелся, Серега? Может, ему так нравится?

– Да он же был нормальный мужик! Как ему такое может нравиться?

– Но жену-то он любит?

– Да! Нет, Ленка у него нормальная! На всех этих делах слегка повернутая, но нормальная! А вот теща, Клара Захаровна, это нечто! Фюрер в юбке! Та любого мужика заставит навытяжку стоять! Я ее Гитлер Адольфовной называю… Короче, попал наш Вадик в концлагерь, только пятизвездочный!

– Не шибко-то он на узника похож, – покачал головой Логинов. Доев, он аккуратно сложил на блюде приборы и сказал: – Да, кормят здесь, как при коммунизме! У нас в Москве за такую стряпню взяли бы раз в пять дороже… Ладно, Сергей! Давай к нашим делам. Значит, 28-й поезд мы уже охватили. 226-му Вадим должен фотографию сбросить в Жмеринку… – В этот момент у Виктора запиликал телефон. Достав его и посмотрев на дисплей, он сказал: – Легок на помине наш узник! Да, Вадим!

– Товарищ полковник! У меня на проводе участковый из Аркадии! – доложил Басманный.

– Так! И что?

– УВД городское сработало оперативно, фото уже разослали! А к этому участковому в опорный как раз гражданка с жалобой пришла! Он говорит, что она по фото вроде признала Сахно. Он с двумя парнями снимает дом по соседству!

– Участковый что-нибудь предпринимал?

– Нет! Я же вместе с фото направил в УВД строжайший запрет что-либо предпринимать без нашей санкции!

– Молодец, майор! Тогда спроси у участкового, куда нам подъехать!

– Сейчас… – В трубке послышался приглушенные переговоры Басманного с участковым. – Алло! Товарищ полковник!

– Да-да!

– Он в отделении «Аркадия»! Козуб знает!

– Хорошо, понял! – Отключившись, Логинов сказал Сергею: – Давай заводи машину, а я по-быстрому расплачусь!

– Так а-а… – потянулся было за кошельком Козуб.

– Заводи машину! – повторил Виктор, вскочив. – Не до этого сейчас, Сергей!

60

Франция, Марсель, за две недели до визита премьера РФ в Одессу.

Пьер Ламар поднял руку с пультом и выключил телевизор. Бросив пульт на диван, Пьер поднялся и направился к двери, ведущей в гараж. Мысль о присланном Романом ящике не оставляла его. И в конце концов он решил, что обязательно должен посмотреть, что же в нем находится.

Шаги Пьера гулко зазвучали под сводами гаража. Включив все светильники, он открыл багажник «Мерседеса» и приподнял ящик. Тот весил килограммов восемьдесят. В гараже была небольшая кран-балка, однако для Пьера Ламара использовать ее для подъема подобного груза было смешно.

Пьер сходил за рукавицами, после чего аккуратно вытащил ящик из багажника и волоком перетащил его в свободную переднюю часть гаража. После этого Пьер отыскал подходящий инструмент – молоток с гвоздодером. Присев, он уже было подцепил одну из досок, но вдруг остановился.

Пьеру вдруг пришло в голову, что Роман во Львове вел себя так, как вели представители радикальных религиозных сект. И тут же Пьер вспомнил газовую атаку, проведенную в токийском метро «Аум синрикэ». Это воспоминание заставило Пьера остановиться.

Несколько секунд он думал, потом отложил молоток с гвоздодером и направился в дом. Оттуда Ламар вернулся с компактным счетчиком Гейгера. При помощи прибора он тщательно обследовал весь ящик, однако радиации не было. Пьер на всякий случай сунул прибор в нагрудный карман, после чего отыскал в одном из шкафов гаража противогаз. Только надев его, Ламар вернулся к ящику.

Вскрыл он его максимально осторожно. То, что находилось внутри, было упаковано в пенопласт и полиэтиленовую пленку с воздушными пузырьками. Пьер Ламар очень осторожно надрезал пленку, после чего снова проверил радиационный фон. Тот оказался в порядке.

Убрав верхние пластины пенопласта, Пьер облегченно вздохнул и снял противогаз. Внутри ящика находился подводный скутер. Пьер Ламар неплохо разбирался в таком оборудовании. Любители дайвинга обычно использовали скутеры, которые обеспечивали скорость передвижения до пяти километров в час при непрерывной работе от встроенного аккумулятора в течение шестидесяти минут. Подобные модели имели форму буя, стоили от двухсот до четырех тысяч евро и, как правило, легко помещались в спортивную сумку средних размеров.

Боевые пловцы использовали скутеры, запас хода которых составлял десятки миль при существенно больших скоростях. Естественно, это требовало намного более емких аккумуляторных батарей, так что военные модели скутеров размерами приближались к торпедам. Скутер же, который лежал в ящике, был чем-то средним. То есть в длину он был всего около полутора метров, однако имел сигарообразную форму, как скутеры боевых пловцов. При этом к нему прилагалась крышка из прозрачного материала, которая при передвижении должна была прикрывать пловца, обеспечивая минимальное гидродинамическое сопротивление.

Наличие в комплекте этой крышки красноречиво свидетельствовало о том, что речь идет о достаточно большой скорости – никак не меньше двенадцати-пятнадцати узлов, то есть около двадцати пяти – тридцати километров в час. Подобная скорость подразумевала и приличную дальность, что, в свою очередь, требовало очень мощных батарей.

Пьер невольно приподнял скутер, чтобы оценить его чистый вес. И с удивлением обнаружил, что составляет тот никак не больше сорока пяти килограммов. Тут Пьер невольно присвистнул.

Аккумуляторы явно были сделаны по самым последним технологиям. А самые последние технологии стоили очень дорого. Так что этот небольшой, казавшийся неспециалисту игрушечным скутер стоил очень-очень больших денег. Однако это удивило Пьера не слишком. Учитывая, сколько денег было у Романа, приобретение скутера по цене брендового автомобиля не выглядело таким уж сверхъестественным шагом.

Гораздо больше Пьера удивил тот факт, что скутер весил всего около пятидесяти килограммов. Сама упаковка и ящик при любых условиях не могли тянуть на целых тридцать килограммов. За этим что-то стояло. И это что-то было примерно полутораметровым пластиковым, похожим на тубус для чертежей пеналом, лежавшим в углублении рядом со скутером…

61

Украина, Одесса, Большой Фонтан, за два дня до визита премьера РФ в Одессу.

– На Адмиральском сейчас, наверное, пробка! – сказал Сергей Козуб, сворачивая с площади. – Точно! Километровая! Ладно, будем прорываться! Пристегнитесь!

Включив все фары, Козуб вывернул руль и, улучив момент, выскочил на встречную полосу. От перекрестка Адмиральского проспекта и Фонтанской дороги навстречу им несся поток машин. Шедший первым здоровенный джип, не сбавляя скорости, отчаянно засигналил.

Козуб, чуть наклонившись вперед, рванул «БМВ» ему навстречу.

– Блин, мигалку левую на Привозе надо купить! А то так и расплющат когда-нибудь при исполнении в этой консервной банке! – процедил он сквозь зубы и вдруг фальшиво запел: – И комиссары в пыльных шлемах склонятся тихо надо мной!

– Да тормози ты, Гастелло! – крикнул Логинов, невольно упираясь руками в «торпеду».

– Куда тормози? Тогда снесут к едрене фене нувориши эти хреновы на джипах своих!

Это была классическая лобовая атака. У кого дури больше. Оказалось, что у Козуба. В тот самый момент, когда Логинов уже хотел хвататься за руль и отворачивать, несшийся навстречу им джип резко затормозил, одновременно уходя к осевой.

Козуб отвернул к бордюру, тоже сбросив скорость. Следующую минуту-две они в каких-то миллиметрах разъезжались с отчаянно сигналящими встречными машинами. Но то, что они сигналили, было ничем в сравнении с эпитетами, которые сыпались на сидевшего у окна Логинова. Из каждой встречной машины высовывалось по одной-две, а то и по три головы. И все эти головы выкрикивали очень обидные существительные и прилагательные.

Виктор делал вид, что он глухонемой. Это было самым оптимальным в данной ситуации. Наконец «БМВ» приблизился к въезду во двор. Козуб лихо завернул и, покосившись на Логинова, сказал:

– Теперь мигом доскочим!

Виктор молча вытащил из кармана сигареты и так же молча закурил.

Козуб направил машину через дворы. Минуты через три они вынырнули к высокому зеленому забору грандиозной стройки. За ним в небо вздымалась недостроенная громада многоэтажной гостиницы. Промчавшись мимо забора, Козуб выбрался на уходящую к морю дорогу, сбоку от которой шли трамвайные рельсы.

Только тут Виктор наконец сориентировался. Внизу была Аркадия. «БМВ» лихо домчался до кольцевого разворота и там без очереди проскочил через шлагбаум. За ним с криком метнулся охранник, однако Козуб не обратил на него внимания. Миновав парковку, он подкатил ко второму шлагбауму, перекрывавшему или, наоборот, открывавшему въезд в пляжную зону.

Там дежурили солдаты внутренних войск. Козуб на ходу высунул в окно удостоверение и крикнул:

– Открывайте, бойцы! В темпе!

Едва шлагбаум начал подниматься, «БМВ» поднырнул под него. Промчавшись мимо летнего театра, живо напоминавшего развалины римского Колизея в миниатюре, Козуб вскоре затормозил и сказал:

– Тут подняться пешком быстрее будет!

Виктор кивнул. Быстро выбравшись из машины, они с Козубом взбежали по крутой выщербленной лестнице к центральной аллее Аркадии. Там в самом разгаре был вечерний променад. Народ валил валом в обе стороны. Форсировав эту живую реку, Козуб с Логиновым оказались у отделения милиции «Аркадия».

Возле него стоял новый джип «Патриот». У джипа курили несколько милиционеров. На плечах двоих из них висели автоматы. Лениво оглянувшись на Логинова с Козубом, милиционеры продолжили свою беседу…

62

Франция, Марсель, за две недели до визита премьера РФ в Одессу.

Пьер Ламар осторожно взялся за лежавший рядом со скутером пластиковый пенал. То, что находилось в нем, весило не меньше двадцати килограммов. Первое, что приходило в голову, это то, что эта штука является каким-то штатным приспособлением для скутера. Однако Пьер Ламар достаточно хорошо знал подводное снаряжение. Никаких подобных приспособлений для скутеров не существовало. И единственное, что пришло ему в голову, это то, что в пенале находится малогабаритная торпеда.

Именно поэтому он открыл пенал очень осторожно. И так же осторожно вытащил то, что в нем находилось. Наконец освободив предмет от упаковки, Пьер невольно замер. Внутри пенала находилась вовсе не малогабаритная торпеда. Там лежала крупнокалиберная снайперская винтовка. И винтовка эта была, пожалуй, самым изощренным стрелковым оружием, когда-либо созданным человечеством.

Обычные снайперские винтовки имели калибр 7,62 либо 9 миллиметров и обеспечивали эффективную дальность стрельбы до 800 метров. Этого было вполне достаточно для полицейских, однако армейским частям требовалось более дальнобойное оружие. И оно было. На вооружении воинских подразделений многих стран уже многие годы состояли снайперские винтовки калибра 12,7 миллиметра. Лучшие из них позволяли поражать солдат противника в бронемашинах или бронежилетах на дальностях 1000 метров и незащищенную живую силу на дальностях до полутора километров.

Но американская фирма «Баррет» пошла еще дальше, создав в 2004 году десять опытных образцов винтовки калибра 25 миллиметров. И этот опыт оказался весьма удачным. Довольно быстро винтовку довели до ума, поскольку в качестве штатного боеприпаса для нее решили использовать слегка модифицированный патрон пушки вертолета «Апач». Кроме того, новую винтовку оснастили суперприцелом с встроенным компьютером, который при прицеливании автоматически определял и учитывал такие факторы, как дальность до цели, углы положения винтовки, скорость и направление ветра и даже температуру воздуха и атмосферное давление.

При всем при этом винтовка получилась довольно компактной и не слишком тяжелой. При том, что 12,7-миллиметровые винтовки весили в пределах одиннадцати-четырнадцати килограммов, 25-миллиметровый монстр фирмы «Баррет» имел вес около двадцати килограммов. При этом винтовка, получившая название ХМ109, оказалась практически вне конкуренции по своим боевым качествам. Ее пуля прошивала пятидесятимиллиметровую броню на дистанциях свыше двух километров.

И именно винтовка «Баррет» ХМ109 лежала в пластиковом пенале в присланном Романом ящике. Там же находилась снаряженная обойма емкостью пять патронов и еще пять патронов россыпью. Само собой, что чудо-прицел был отсоединен и находился в специальном ударозащищенном контейнере. Его Пьер даже не стал открывать.

Обнаружив в ящике снайперскую винтовку, он испытал огромное облегчение. Все его опасения оказались напрасными. Роман не был религиозным фанатиком и не собирался проводить в Украине какой-то безумный террористический акт. Оборудование свидетельствовало, что его целью является либо какой-то высокопоставленный государственный деятель, либо какой-нибудь наркобарон вроде уже покойного колумбийца Пабло Эскобара. Правда, Пьер Ламар не слишком хорошо ориентировался в украинских реалиях и точно не знал, есть ли там подобные наркобароны. Однако это было уже не очень важно.

Романа наняли уничтожить какого-то одиозного деятеля – государственного или некоронованного короля преступного мира. Для наемников это было нормальной работой. Ламар в этом не видел ничего предосудительного. Что касалось преступников, то тут вопросов не было вообще. Что же до государственных деятелей, то все они были коррумпированными, за исключением, возможно, нескольких человек во всем мире. Но к Украине это не относилось точно. Поэтому Ламар не собирался заморачиваться тем, кого именно собирался убить Роман.

Он аккуратно упаковал винтовку и сунул ее обратно в пенал. Уже укладывая его в ящик, он обнаружил еще одно углубление в пенопласте. Из чистого любопытства Ламар заглянул и в находившийся в этом углублении контейнер. Увиденное его поразило не слишком.

В контейнере лежал компактный подводный автомат размером с «узи». Стрелял он иглами и поражал противника как под, так и над водой на расстояниях до тридцати пяти метров. Уложив все контейнеры на место, Пьер Ламар аккуратно прикрыл их пенопластом и упаковал в пленку. После чего забил ящик и отправился в дом…

63

Украина, Одесса, Аркадия, за два дня до визита премьера РФ в Одессу.

– Очень приятно, Ирина Матвеевна! – с поклоном повернулся к сидевшей в кабинете участкового старушенции Сергей. – Капитан Козуб!

– Макеевна! – поправила Сергея старушенция.

– Извините, бога ради!

– Конечно-конечно, молодой человек… – не без кокетства проговорила старушенция, трогая свою легкую шляпку.

– Гм-м… – подал голос сзади Логинов, намекая на то, что пора перевести затянувшуюся светскую беседу в более конструктивное русло.

Козуб оглянулся и быстро сказал:

– А это полковник Логинов!

– О! Такой молодой! У меня сосед был полковник! От инфантэрии! Сергей Леонидыч…

Логинов понял, что Ирину Макеевну не переслушаешь, и, отстранив Козуба, присел напротив. После чего взял со стола фото Сахно и быстро проговорил:

– Извините, Ирина Макеевна, но у нас мало времени! Вы уверены, что опознали этого человека?

– Ну да, полковник… Простите, как вас величать по имени-отчеству?

– Это излишне, Ирина Макеевна! Давайте без церемоний! Значит, вы уверены?

– Конечно! Я пришла к Семену Ильичу, Семен Ильич мне показал эту фотографическую карточку… И я сразу поняла, что это он! Они мне с самого начала показались подозрительными, эти новые квартиранты моего соседа!

Участковый нервно заерзал на стуле и начал было:

– Они только три дня как поселились. Я просто еще не успел…

– Мы все понимаем, никто вас ни в чем не собирается обвинять! – оглянулся на участкового Логинов. – А кому вообще принадлежит этот дом по соседству?

– Ройзману Михаилу Ароновичу! – сообщил участковый.

– Его координаты есть? В смысле телефон?

– Нет!

– А вы, Ирина Макеевна, случайно не знаете телефон вашего соседа? – повернулся к старушенции Виктор.

– Нет! Он совершенно некоммуникабельная личность!

– Понятно… – быстро посмотрел на Козуба Логинов. – А вы, Ирина Макеевна, ваших соседей на улице встречали или как?

– Они по улице не ходят, на машине ездят! Из окна я их видела. У меня комната на чердаке! Оттуда соседский двор видно…

– Понятно, – снова посмотрел на Козуба Виктор. – А у вас, Ирина Макеевна, квартиранты есть?

– Нет! Мне только чужих в моем доме не хватало! Я, слава богу, сына вырастила и воспитала правильно. Не то что некоторые… Он мне помогает, так что сдавать я никому ничего не сдаю!

– Тоже верно. А какая машина у ваших соседей?

– Джип у них. Черный такой.

– Ясно. А что вы скажете, Ирина Макеевна, если мы с капитаном Козубом вас до дома подвезем? И в гости зайдем ненадолго? Вы не против?

– Да, конечно. Только я вот Семену Ильичу заявление принесла…

– На заявление отреагируем, Ирина Макеевна! – заверил участковый. – Завтра же! Сегодня уже просто поздно!

– Ну если Семен Ильич обещает, то можем ехать, полковник!

– Только чуть-чуть подождите здесь, хорошо? Нам надо к начальству на минутку заскочить! – Виктор быстро поднялся и кивнул участковому: – Кто у вас тут за главного?

– Сейчас дежурный!

– Ну, тогда идем к дежурному!

64

Франция, Марсель, за две недели до визита премьера РФ в Одессу.

Вернувшись в дом, Пьер Ламар плеснул себе в большой бокал коньяка и устроился перед телевизором. Передача, в которой все, кому не лень, поливали грязью опростоволосившихся на чемпионате мира футболистов сборной Франции, закончилась. Пьер Ламар, хлебнув коньяка, попереключал каналы. И вдруг совершенно случайно наткнулся на материал об Украине.

Речь в нем шла о том, что Украина в очередной раз просила США выдать своего бывшего премьер-министра Павла Лазаренко. Пьер не без удивления узнал, что тот убежал из Украины и прибыл в США по подложному паспорту, за что и был арестован американцами. На американских счетах у Лазаренко оказалось около сотни миллионов долларов, которые он украл, возглавляя украинское правительство.

– Ну и ну, – покачал головой Пьер Ламар.

Теперь ему окончательно стала понятна позиция Романа. Судя по услышанному, в его стране власть состояла исключительно из отпетых мошенников. Одни, проворовавшись, сбегали с украденным за границу, другие, точно такие же, приходили им на смену. В этой ситуации убийство кого-то из этих деятелей выглядело едва ли не актом патриотизма.

Пьер Ламар переключился на другой канал, где рассказывали о супруге французского президента Николя Саркози, Карле Бруни. Та собиралась издать книгу, посвятив ее своему супругу. Корреспондент комментировал новость с известной иронией, но и к президенту, и к его супруге относился с явной симпатией.

Тут Пьер едва ли не впервые в жизни подумал, что, несмотря на все свои недостатки, французские государственные деятели не так уж плохи. Тот же Николя Саркози фигурировал всего в двух скандалах. Во время предвыборной кампании его обвинили в том, что в бытность мэром пригорода Парижа Нейи-сюр-Сен он якобы купил по явно заниженной цене квартиру. Однако никаких доказательств тому, что это была завуалированная взятка, предъявлено так и не было.

Второй скандал был связан со второй женой Саркози. Ее обвинили в нецелевом использовании средств Елисейского дворца. Однако Саркози быстренько с ней развелся и вскоре оформил брак с Карлой Бруни. Правда, вскоре в прессе стали появляться фото 90-х годов, на которых новая первая леди Франции была запечатлена, мягко говоря, не совсем одетой. Но для французов в этом не было ничего чересчур предосудительного…

65

Украина, Одесса, Аркадия, за два дня до визита премьера РФ в Одессу.

– Прошу, Ирина Макеевна! – распахнул заднюю дверцу своего «БМВ» Козуб.

Однако старушенция сказала:

– А наперед мне можно? Меня укачивает! Я с Павликом, так зовут моего сына, всегда спереди езжу!

– Конечно! – кивнул Козуб.

Распахнув переднюю дверцу, он покосился через плечо на Виктора. Ирина Макеевна, как они успели выяснить, была та еще штучка. В среднем за год она обращалась к участковому по восемь-десять раз. С жалобами на соседей, их домашних животных, детей и машины. И даже на летучих мышей, живших на чердаке в старом доме напротив.

В общем, старушка была из тех, кто, как говорится, занимал активную жизненную позицию. Ну или кляузничал. Хотя участковый как опытный «жизневед» поставил ей несколько другой диагноз. Он Ирину Макеевну причислил к категории «ничье старичье». Сын Павел ей хоть и помогал материально, но навещал крайне редко. Из-за чего Ирина Макеевна испытывала острый недостаток в общении…

– Уселись? Удобно? – спросил Козуб.

– Да, спасибо!

Козуб прикрыл дверцу «БМВ» и быстро направился в обход машины. Логинов тем временем устроился на заднем сиденье. Участковый был готов сопроводить их, чтобы нагрянуть к соседям на предмет проверки регистрации. Однако время было уже довольно позднее – около половины десятого вечера. В Одессе практически стемнело, так что визит милиционера не мог выглядеть обычной формальностью.

Именно поэтому Виктор и отказался от инициативы участкового. Проверку сигнала намного безопаснее было провести из дома Ирины Макеевны, появившись там под прикрытием. На всякий случай параллельно к месту должна была выдвинуться на «Патриоте» тревожная группа отделения «Аркадия» – по другой дороге. Для координации с ней Козуб взял у дежурного рацию.

– Значит, давайте еще раз уточним, Ирина Макеевна, – подался Виктор вперед, когда «БМВ» тронулся с места. – Нас вы называете исключительно по именам: Сергей и Виктор. Мы же упоминаем имя вашего сына. И ссылаемся на то, что он нанял нас для проведения у вас ремонта. Кстати, как отчество вашего сына?

– Павлович! Павел Павлович! – повернулась к Логинову Ирина Макеевна. – Но мне кажется, что это совершенно излишне, полковник. Эти соседи постоянно слушают музыку…

– Возможно. Но давайте все-таки сделаем так, как я говорю, Ирина Макеевна, – сказал Логинов. – И называйте, пожалуйста, меня по имени.

– Хорошо, Виктор…

Немного повиляв узкими приморскими улочками, Козуб приблизился к Фарфоровому переулку. Там он притормозил и по рации вышел на связь с экипажем «Патриота». Милиционеры сообщили, что уже на месте. Тревожная группа, по плану, должна была находиться с другой стороны Фарфорового переулка у въезда на большую автостоянку.

Козуб сунул рацию в карман и свернул. Дом Ирины Макеевны находился примерно посередине Фарфорового переулка. Он был небольшим, но двухэтажным, да еще с чердачной комнатой под стреловидной крышей, отчего издали здорово смахивал на голубятню. Интересующий их дом по соседству тоже был двухэтажным, но современным – с плоской крышей. Собственно, это скорее был аккуратный коттедж, явно построенный по стандартному проекту. Окна на втором этаже не светились. Первый этаж не просматривался из-за примерно двухметрового добротного забора, окружавшего соседскую усадьбу.

У Ирины Макеевны забор был чуть пониже и попроще. Козуб мягко притормозил. Логинов быстро выбрался из машины и тут же услышал доносившуюся из соседского двора приглушенную музыку. Там работал FM-приемник.

– Прошу, Ирина Макеевна! – проговорил Виктор, помогая старушке выбраться из машины. – Сергей, папку мою возьми!

– Хорошо, шеф! – ответил Козуб.

Хотя их и не могли видеть, он для правдоподобия прихватил из бардачка какой-то файл. Ирина Макеевна отперла калитку. Та открылась с легким скрипом. Виктор с Козубом следом за хозяйкой вошли во двор. По дороге к крыльцу Логинов уловил запах машины из-за забора. Так пахли только новые и достаточно дорогие импортные авто.

Сообразив, что внедорожник стоит почти перед воротами во дворе соседней усадьбы, Виктор проговорил:

– Ну что, показывайте фронт работ, Ирина Макеевна! Сейчас прикинем перечень и объем, а подробную дефектную ведомость завтра составит мой мастер! Он подъедет часиков в десять-одиннадцать! Вас устроит?

– Да, конечно, Виктор!

– Сергей, посмотри, что там с отмосткой, трещины есть? А мы пока в доме пройдемся!

Козуб ответил:

– Понял, шеф!

Ирина Макеевна отперла входную дверь и включила свет в небольшой прихожей. Виктор для вида прошелся с ней по комнатам первого этажа. Когда в дом вошел Козуб, Виктор негромко велел ему:

– Ты поизображай тут массовку, а мы поднимемся на чердак!

Не включая свет, Виктор с хозяйкой поднялись на второй этаж. Оттуда в чердачную комнату вела винтовая лестница. Ирина Макеевна заметно запыхалась. Виктор, посмотрев наверх, сказал:

– Давайте я дальше сам, хорошо? А вы пока с Сергеем чаю внизу попейте!

– Как скажете, Виктор, – неожиданно легко согласилась Ирина Макеевна.

Хозяйка развернулась и двинулась по лестнице вниз. Логинов быстро взобрался на чердак. Устроенный на нем своеобразный пентхаус имел три окна. Одно выходило в сторону переулка. Два других – на соседние усадьбы. Все три окна были открыты, поэтому шуметь было крайне нежелательно, и Виктор немного подождал, чтобы глаза привыкли к темноте.

После этого он осторожно двинулся вправо. У окна, выходящего на двор Ройзмана, стояло плетеное кресло, накрытое пледом. Виктор невольно покачал головой. Ирина Макеевна, несмотря на то, что ей в силу возраста подниматься по лестницам было уже нелегко, явно любила сиживать на чердаке. Заодно удовлетворяя свое любопытство в отношении соседей. Наверняка многие из ее жалоб участковому произрастали как раз из этих посиделок.

Обогнув кресло, Виктор осторожно приблизился к окну сбоку. Ракурс на соседское подворье оказался не слишком удачным. В дальнем конце двора Ройзмана был устроен навес. Под ним горел плафон. Именно оттуда доносились звуки радио. И там кто-то сидел. Но разглядеть, кто именно, было невозможно из-за навеса.

Виктор прикинул, не спуститься ли на второй этаж, однако тут же отказался от этой идеи. За забором в усадьбе Ройзмана росло дерево. С чердака в соседский двор можно было заглядывать через его верхушку. При спуске же на второй этаж дерево видимость должно было закрыть.

Виктор осторожно проверился насчет возможного контрнаблюдения, однако оба боковых окна второго этажа соседского коттеджа были закрыты жалюзи. Уяснив это, Виктор бесшумно повернул плетеное кресло боком и присел. Рано или поздно соседи Ирины Макеевны должны были показаться из-под навеса. Поэтому нужно было просто ждать.

И пару минут спустя Виктор увидел сперва крепкие загорелые ноги, а потом и вынырнувшего на дорожку парня. Парень был во вьетнамках и тонких красных шортах. Мускулистое тело отливало бронзовым загаром. Однако Виктора интересовало лицо парня, а его толком видно не было, поскольку плафон светил сзади.

Виктор подался чуть влево и замер. Парень взбежал на крыльцо и вошел в дом. В тот же миг на первом этаже зажегся свет. Виктор, не меняя позы, покосился в сторону навеса. Там никаких движений не происходило. Дверь дома осталась приоткрытой, и примерно минуту спустя оттуда донесся шум смывного бачка.

Вскоре после этого парень вышел на крыльцо, одновременно выключив свет в доме. Его лицо было освещено всего лишь секунду, но этого Виктору хватило с лихвой. Лицо у парня было правильной формы с заостренным подбородком. На лоб спадала косая черная челка. Это был не Сахно.

Спустившись с крыльца, чернявый скрылся под навесом. И почти сразу же оттуда послышалось:

– Сява, хорош дрыхнуть! Пора в Аркадию собираться! Слышь!

Следом из-под навеса донесся протяжный зевок, и хрипловатый голос проговорил:

– Перенырял я сегодня! Не заметил, как вырубился… Вано вернулся?

Несмотря на работающее радио, голоса говоривших под навесом на чердаке были слышны достаточно хорошо. Судя по услышанному, пока невидимый Сява Иваном Сахно тоже не был, поскольку говорили оба парня на русском без намека на украинский выговор.

– Иван к знакомому своему заходил, но скоро будет…

– К французу?.. – спросил Сява.

– Сява, тебя ж Иван…

– Все! Все! Молчу, Воца! Со сна не прочумался… Пойду в душ нырну! У нас пивасик в холодильнике остался? Шлифонуться для рывка!

– Опять намешать хочешь? В Аркадии культурно шлифонемся!

– Да чего с банки пивасика будет, Воца? – оглянулся под навесом Сява.

Это был здоровый светловолосый балбес с грубыми, но не лишенными привлекательности чертами лица. Ему тоже было лет двадцать, как и чернявому Воце. И он тоже не имел ни малейшего сходства с Иваном Сахно. В тот момент, когда Сява, потирая со сна глаза, приблизился к крыльцу, Логинов уловил сзади скрип.

Подавшись в сторону от окна, он оглянулся. В темноте на лестнице выткался смутный силуэт. Логинов молча ждал.

– Это я! – прошептал Козуб.

– Давай сюда, только тихо! – прикрыв рот ладонью, так же шепотом ответил Виктор.

Стоя вполоборота сбоку от окна, он дождался, пока Козуб приблизится. Первое впечатление насчет оперативных качеств Сергея оказалось правильным. Передвигался тот очень быстро, при этом не выдал себя ни единым звуком.

Виктор, подавшись к уху Козуба, кратко изложил обстановку, после чего сказал:

– В общем, надо дождаться и посмотреть на этого Вано-Ивана. Тем более что он с каким-то французом встречался…

Козуб молча кивнул.

– Так что давай вниз и изображай бурную деятельность! Если что, я позвоню!

Козуб начал разворачиваться, но в этот момент из-под навеса послышалось пиликанье мобильного. Сергей остановился и, повернув голову к окну, замер.

– Да, Иван! – отозвался Воца. – Что?! Так, может, они просто… Понял! Понял! Все! – Говоря это, Воца выскочил из-под навеса и рванул к крыльцу с удивительной быстротой. Несколько секунд спустя уже из дома донеслось: – Сява! Сматываемся! В темпе!

– Давай вниз, к машине! – велел Козубу Виктор.

– Тревожную группу подтягивать? – спросил Сергей, метнувшись к лестнице.

– Пока нет! Нам же не эти двое, а Иван нужен!

66

Украина, Одесса, за два дня до визита премьера РФ в Одессу.

Роман миновал шестую станцию Фонтана и, включив сигналы поворота, свернул. Его джип легко одолел трамвайные колеи, после чего углубился в хитросплетение нешироких улочек. Благодаря системе GPS-навигации выбраться по ним к Аркадии для Романа особого труда не составило. В тот момент, когда на Одессу начали опускаться сумерки, Роман припарковался в переулке метрах в трехстах от консульства Болгарии.

Оглядевшись по сторонам, он вытащил и проверил пистолет. В Легионе Роман привык пользоваться мощным армейским оружием. Что до пистолетов, то это были «беретта» или армейский «кольт». Однако таскать подобное тяжелое оружие при себе в городе, да еще скрытно, не было никакой возможности. Поэтому Роман попросил Пьера Ламара доставить в Одессу пару «глоков-39».

Это суперкомпактное оружие было изготовлено на базе «глока-17» специально для скрытного ношения. Для пистолета был заказан специальный укороченный патрон 45.AGP. Это позволило максимально уменьшить его габариты. Кроме того, на «глоке-39» не было выступающих частей, что обеспечивало его гарантированное быстрое выхватывание в случае необходимости.

Убедившись, что оружие в порядке, Роман вылез из джипа и поставил его на сигнализацию. Пройдя наискось через двор, он выбрался на улицу, дошел до перекрестка и спустился к входу в Аркадию. Там у него была назначена встреча с Иваном Сахно. Через полчаса. Состояться она должна была на скамейке в крошечном скверике неподалеку от 3D-кинотеатра.

Однако обстоятельства изменились, и Роман приехал раньше, чтобы проверить, нет ли за Иваном слежки. Едва войдя в парк, он тут же свернул в японский ресторанчик, который почему-то именовался суши-баром. Вообще-то Роман не был любителем всяких экзотических кухонь, но на этот раз ему пришлось сделать исключение.

Чтобы потянуть время, он довольно долго изучал меню, заодно осматриваясь. Суши-бар для этого был идеальным местом, поскольку располагался под навесом и имел отличный обзор на три стороны. При этом, из-за особенностей освещения, самого Романа рассмотреть с аллеи было довольно затруднительно.

Не заметив ничего подозрительного, Роман сделал заказ. Когда его вскоре принесли, он сразу же расплатился. После этого Роман принялся изображать, что медленно наслаждается японской кухней. К счастью для него, на аллее вскоре появился Иван Сахно.

Роман выждал, пока тот миновал бар и отошел в сторону моря метров на двадцать, после чего позвонил. Сахно ответил, Роман спросил, где он находится, и тут же велел подниматься наверх, сказав, что немного опоздал, поэтому подберет Ивана по дороге.

Сахно развернулся и направился обратно. Роман, немного выждав, покинул суши-бар и незаметно пристроился за ним. Пока что ничего подозрительного, что указывало бы на то, что за Сахно ведется слежка, Роман не заметил. Однако это еще ни о чем не говорило.

Миновав поворот, Иван направился вдоль дороги вверх. Роман же свернул, нырнул во двор и уселся в свой джип. Минуты три спустя он уже нагнал Ивана и продолжил наблюдение из машины…

67

Украина, Одесса, Аркадия, за два дня до визита премьера РФ в Одессу.

– Так че за стрем? – донесся из дома голос Сявы.

– Иван «луноход» засек на углу у съезда к морю! Они по рации наш адрес назвали!

– Бля, засада!

– Тихо! Там к соседке какие-то строители нарисовались! Может, по нашу душу!

Логинов приглушенно выматерился. Как и все гениальное, их «засветка» объяснялась очень просто. Какой-то начальственный хрен вроде ответственного от УВД заявился в отделение «Аркадия» с проверкой на предмет, не использует ли личный состав казенную технику с казенным бензином в личных целях. В результате чего и произошел случайно подслушанный возвращавшимся домой Иваном радиообмен…

Логинов быстро развернулся и бросился к лестнице. Подобные накладки при разработке подозреваемых случались довольно часто. Даже тогда, когда в операциях участвовали сплошь опытные оперативники. Так что материться смысла не имело. Нужно было срочно действовать, чтобы исправить ситуацию.

Слетев вниз, Логинов крикнул Ирине Макеевне:

– Заприте за мной дверь! И к окнам пока не подходите!

– А что случилось, Виктор?

– Мы ваших соседей будем задерживать!

Другого выхода не было. По-хорошему, конечно, в соответствии с правилами оперативного искусства, Сяву с Воцей следовало не трогать, а прицепиться к ним «на хвост». И брать всю троицу уже после встречи с Иваном – оптом. Но для слежки требовалось минимум две машины.

Выскочив из дома, Виктор на миг прислушался. За забором раздавались шаги. Один из парней пробежал к джипу и распахнул дверь. Второй был еще в доме.

Логинов, быстро повернувшись, громко сказал собравшейся закрыть дверь хозяйке:

– Ну все, Ирина Макеевна, значит, завтра ждите мастера с десяти до одиннадцати! Я ему передам наши записи!

– Хорошо, Виктор! – сказала Ирина Макеевна – тоже громко, как и требовалось.

Виктор сделал ей знак запереться и направился к воротам. Усевшийся в машину за забором парень выжидал. Виктор вышел в калитку и нырнул в «БМВ».

– Тревожная группа нас спалила! – быстро сообщил он. – Этот Иван услышал их радиообмен, они адрес назвали!

– Бля!

– В общем, он наверняка уже в город рванул! Так что будем этих лепить! Давай отъезжай, а я выскочу! Оставишь машину и ко мне! Я их на выезде хлопну!

– Может, лучше я? – быстро спросил Козуб, опустив руку на рычаг коробки передач. – А то, если что, вас же затягают!

– Начнем меняться местами, они заподозрят неладное! Давай! Пока они выедут, ты наверняка подтянуться успеешь!

Козуб тронул «БМВ» с места и направил в сторону злополучной стоянки, у которой Иван засек радиообмен тревожной группы. Виктор прикипел глазами к проплывшим мимо соседским воротам. Никаких глазков видеокамер там вроде не было.

– Я пошел! – сказал он и на ходу распахнул дверцу так, чтобы ее зафиксировало в открытом положении.

Высунувшись, он немного выждал и выскочил. В следующий миг Виктор уже мчался на цыпочках обратно к усадьбе Ройзмана. Оружие у него было. Перед отъездом из Киева он разжился у ФСО «глоком-17». Однако поскольку Виктор находился на территории Украины, то права на его применение он не имел. Собственно, как и на проведение оперативно-разыскных действий.

Подобные законы действовали в любой стране. Строго говоря, те же фэсэошники, охранявшие российского премьера, не имели права не только применять оружие, но и ввозить его на Украину. Поэтому все решалось на уровне неофициальных договоренностей спецслужб. Но именно потому, что все происходило на уровне неофициальных договоренностей, любое неосторожное действие могло привести к международному скандалу. Это и имел в виду Козуб, предлагая Виктору поменяться ролями.

Приближаясь к воротам усадьбы Ройзмана, Виктор от греха подальше даже не стал вытаскивать «глок». Ведь Воца и Сява пока что не были даже подозреваемыми. Чисто юридически, увидев вооруженного человека во дворе арендованного дома, они имели законное право расстрелять его, к примеру, из зарегистрированного охотничьего ружья. И не понести за это никакого наказания.

Двигатель джипа уже работал. Виктор ускорил бег. Он был в трех метрах от ворот усадьбы Ройзмана, когда ухнул запор и створки словно бы провалились внутрь усадьбы. Фары джипа были пока что выключены – Воца с Сявой не хотели раньше времени привлекать к себе внимание.

Виктор быстро оглянулся через плечо. Оставивший «БМВ» метрах в тридцати Козуб уже мчался к нему на помощь. И Виктор решил, что пора. Двумя прыжками заскочив во двор, он схватил за левую руку открывавшего створку Сяву и крикнул:

– СБУ! Не дергаться!

Сява в первый миг опешил, однако только в первый. В следующий миг он неожиданно рванулся за створку ворот. Виктор решил, что Сява просто решил вырваться, и ударил левой ногой по створке. Та грохнула Сяву по голове. Виктор прыгнул вперед, одновременно рванув на себя Сяву. Он собирался выдернуть парня из-за створки и вывернуть его левую руку. Но тут ситуация вдруг повернулась совершенно неожиданно.

– Получи, сука! – вскрикнул Сява и тут же выстрелил.

Появившийся в его руке пистолет оказался для Виктора полной неожиданностью. Он торчал у парня за поясом шорт – больше негде было, и именно для того, чтобы выхватить его, Сява дернулся за ворота. Виктор был обречен, однако его выручила школа «Альфы». Чисто рефлекторно он ушел вправо, одновременно выкручивая руку противника.

Пистолет грохнул, бок Виктора обожгло, но он продолжил движение. В результате мгновение спустя левая рука Сявы задралась вверх, вывернувшись в плечевом суставе.

– А! – взвыл парень, автоматически нагибаясь.

– Брось пистолет! – рявкнул Виктор, нанося Сяве удар коленом в солнечное сплетение.

Тот мгновенно обмяк, пистолет из его разжавшейся руки выпал на асфальт. Виктор потянулся было к нему, однако в этот самый момент стоявший метрах в трех от ворот джип вдруг рванулся вперед. Это было еще более неожиданно, чем попытка Сявы выстрелить.

Логинов специально заскочил во двор до того, как Сява успел до конца открыть ворота. Поскольку они распахивались внутрь, то джип остался заблокированным во дворе. Виктор снова на рефлексе отпрыгнул назад, повалив на себя Сяву. Джип с ревом промчался в каких-то сантиметрах от них и выскочил на улицу, на удивление, не зацепив ни одну створку.

– Твою мать! – вскрикнул Виктор, сбрасывая с себя Сяву и вскакивая.

Только тут он увидел, что дальняя створка под весом собственной тяжести открылась сама собой. Ближнюю же по ходу борьбы непроизвольно приоткрыли Сява с Виктором. Воспользовавшись этим, Воца и вырвался со двора.

– Стой! – донесся на фоне визга колес крик Козуба.

Виктор, подхватив со второй попытки пистолет, выскочил в ворота. Воца, с трудом вписавшись в поворот, уходил на джипе под противоположными заборами переулка в сторону Фонтанской дороги. Козуб с пистолетом бежал с другой стороны, от «БМВ».

– Живой?! – крикнул он, увидев Виктора.

– Не надейся! – проорал тот. – Лупи по колесам! Только в меня не попади!

В следующий миг Виктор уже рванул по левой стороне переулка за джипом. Пистолет Козуба за его спиной грохнул дважды подряд. В тот же миг джип бросило вправо, и он, ударившись о забор, проскрежетал по нему боком. Естественно, очень сильно потеряв при этом в скорости.

Логинов, наоборот, ускорил бег. В этот момент Козуб выстрелил еще дважды, пробив и левое заднее колесо джипа. Воца наконец вывернул руль и вильнул к середине переулка, одновременно пытаясь набрать скорость. В этот самый момент Логинов и совершил финишный спурт.

Он оттолкнулся правой ногой и прыгнул ласточкой на левый бок джипа. Прием был очень эффективный, однако требовавший высочайшей техники. Им владели лишь бойцы элитных спецподразделений да особо опытные опера, которых можно было сосчитать по пальцам. В прыжке, выставив согнутые в локтях руки, Виктор вышиб весом собственного тела стекло водительской дверцы и по пояс оказался в кабине.

– Стоять! – заорал он прямо в ухо опешившему Воце.

Правой рукой Виктор вцепился в волосы парня и наклонил его к водительскому креслу. Левой же дотянулся до замка зажигания и заглушил двигатель…

68

Украина, Одесса, за два дня до визита премьера РФ в Одессу.

Только убедившись, что за Иваном Сахно нет слежки, Роман снова позвонил ему и велел свернуть во двор. Там Роман нагнал Ивана и, притормозив, велел:

– Садись, быстро!

Едва Сахно забрался на переднее сиденье, Роман тронул джип с места и направил через дворы к выезду на проспект. Несколько раз свернув, он остановился в одном из больших дворов так, чтобы можно было уйти в любую сторону.

– Что-то случилось? – спросил Иван.

– Да, – кивнул Роман. – Тебя ищут…

– Ну и что?

– Ты не понял. Тебя ищут в Одессе.

– В Одессе? – сглотнул Сахно.

– Да. В Одессе, Иван.

– А кто меня ищет? Милиция?..

– И милиция тоже, – кивнул Роман. – А еще СБУ, Госохрана, ФСБ и ФСО. В общем, все. Так что тебе нужно уехать. Прямо сейчас.

– Куда?

– Куда угодно. В любой другой город на побережье. Документы при тебе?

– Да, паспорт я взял, – тронул поясную сумку Иван.

– Ну вот и хорошо. Тогда я сейчас отвезу тебя на автовокзал. Ты сядешь в какой-нибудь автобус и уедешь в Крым…

– А вещи?

– Вещи оставишь. Я дам тебе денег. В Крыму купишь все, что понадобится. Квартиру снимешь по объявлению на воротах. Как и тут. Недельку отдохнешь, потом вернешься домой…

– А вы?

– Я остаюсь, Иван.

– Но вы же сегодня хотели мне рассказать о новом задании…

– Твое задание отменяется…

– Вы поручите его Лесе?

– Нет. Леся мне нужна для другого…

– Тогда я никуда не поеду! – замотал головой Иван. – Я останусь с вами! Что я должен делать?

– Иван, я же тебе сказал, тебя ищут…

– Но пока же не нашли!

– А если найдут?

– Я скажу, что я просто отдыхал!

– Боюсь, они тебе не поверят…

– Я им все равно ничего другого не скажу! Клянусь!

Роман отвернулся и побарабанил пальцами по рулю.

– Я знал, на что иду! – проговорил Иван. – И я останусь! Этот зэк должен умереть! Дайте мне гранату! Если меня попробуют взять, я взорвусь вместе с ними!

69

Украина, Одесса, Аркадия, за два дня до визита премьера РФ в Одессу.

Поскольку колеса были пробиты, то, после того как Логинов заглушил двигатель, джип проехал по инерции не больше трех метров и остановился у каких-то ворот. Воца, которому Логинов наклонил в сторону пассажирского кресла голову, поскуливал от боли. Сзади слышался топот Козуба. Воца руками никуда не тянулся, однако Логинов, наученный горьким опытом с Сявой, ухватил его левой рукой за правую кисть и вывернул:

– Не дергайся, урод! Запястье сломаю! Понял?!

– Д-да! – всхлипнул Воца.

– Порядок? – крикнул сзади Козуб.

– Да! Я его держу! Открой дверцу и принимай!

– Сейчас! А чего это ты оружием разбрасываешься? – крикнул Козуб.

Виктор сообразил, что при прыжке отобранный у Сявы пистолет выпал из его кармана. Но это сейчас было не столь важно. Сейчас было важно, чтобы Воца часом не выхватил оружие из-под сиденья. Поэтому Виктор не сводил с него глаз, готовый к любым неожиданностям.

Козуб, слегка отодвинув Виктора левой рукой, потянул за дверную ручку и скомандовал:

– Давай!

Виктор, уже опустивший ноги на землю, резко подался назад, выдернув Воцу из джипа вместе с дверцей. Козуб тут же ухватил задержанного за левую руку и быстро ощупал.

– Чистый! Отпускай! – наконец сказал он Виктору.

Тот разжал руки. Козуб рванул Воцу в сторону и припечатал к задней дверце джипа. Молниеносными движениями он защелкнул на нем браслеты. В этот момент в дальнем конце переулка послышалась сирена. Виктор, повернув голову, увидел выехавшую в переулок машину с мигалками.

– Проснулись наши орлы! – быстро сказал он. – Свяжись по рации, а то они еще нас перестреляют!

– Принимай! – подтолкнул к Логинову Воцу Козуб и выхватил рацию.

Виктор кивнул:

– И давай ко двору! Там второй должен очухаться!

Вообще-то после удара коленом в солнечное сплетение очухаться Сява должен был не скоро. Во всяком случае, способность передвигаться в вертикальном положении вернуться к нему могла минуты через три, не раньше. Но лучше было перестраховаться.

Козуб все понял и тут же бросился к воротам усадьбы Ройзмана. По дороге он торопливо связался с приближающимся «Патриотом». Виктор же, еще раз обыскав Воцу, поставил его на колени и заглянул в джип.

Там он проверил все места, где в тайнике могло храниться оружие. Оружия не оказалось. Виктор подался назад и посмотрел на как раз подкативший к двору Ройзмана «Патриот». Из него выскочили бравые милиционеры в бронежилетах с автоматами наперевес и бросились к воротам.

– Теперь сядешь надолго! – мрачно сказал Виктор, повернувшись к стоящему на коленях Воце. – Может, даже на пожизненное…

– Это не я! Я в охранника в ювелирке не стрелял! И в вас я не стрелял! Я водитель! – выпалил Воца.

Это было неожиданно, однако Логинов не подал вида. В истории было немало случаев, когда террористы для добычи средств промышляли ограблениями. Да и не только террористы. Сталин и батька Махно до революции тоже разбоями баловались.

– Водителем пойдешь, если Ивана поможешь найти! Иначе – получишь как все! – продолжил накручивать Воцу Логинов. Выудив из кармана фото Сахно, он поднес его к лицу стоявшего на коленях Воцы: – Это он? Он?!

Джип остановился недалеко от уличного фонаря, так что света было достаточно. И Логинов прикипел глазами к лицу Воцы. Однако тот удивленно моргнул и покачал головой:

– Нет… Это не Иван!

– Точно?! – уже для проформы рявкнул Логинов.

– Да точно! Не он это…

– Ладно, пошли! – вздохнул Логинов, чувствуя разом навалившееся опустошение.

70

Украина, Одесса, за два дня до визита премьера РФ в Одессу.

– Ладно, Иван! – наконец сказал Роман.

То, что Сахно попросил гранату, чтобы взорваться вместе с сотрудниками спецслужб, если те попытаются его взять, подействовало на Романа. Взвесив все «за» и «против», он решил не отправлять Ивана из Одессы. В связи с тем, что ФСБ каким-то образом узнала о планирующемся покушении на президента Украины, программу визита срочно перекраивали. Из-за этого план, который разработал Роман, полетел к черту.

Теперь Роману нужно было успеть разведать новые объекты. А тут без помощника обойтись было очень трудно, поскольку самому Роману светиться было нельзя. Он знал от подкупленного генерала СБУ, что установлением его личности занимается целый отдел в центральном аппарате. А это означало, что Романа могут вычислить в любой момент. Хотя, с другой стороны, Сахно в случае задержания мог дать спецслужбам более прямые выходы на него…

– Сделаем так, – повернулся к Ивану Роман. – Сегодня ты идешь домой и отдыхаешь. Если вдруг заметишь или почувствуешь что-то подозрительное, сразу звони. Понял?

– Да! – кивнул Сахно.

– Но ты можешь не успеть позвонить. Поэтому мы перестрахуемся. Будешь мне звонить каждый час и говорить условную фразу…

– Какую?

– «Здравствуйте, Таню можно?» Только имя каждый час будешь менять. В такой последовательности – Таня, Аня, Наташа, Саша.

– Таня, Аня, Наташа, Саша! – повторил Сахно.

– На вечер этого хватит. Когда будешь ложиться спать, скажешь, что перезвонишь завтра. И я отключу телефон. Понял?

– Да!

– Ну вот и отлично… Завтра утром первого звонка от тебя я буду ждать в девять. Снова попросишь Таню. Ты все понял?

– Да! – кивнул Иван.

Роман посмотрел на него и сказал:

– Но с таким мандражом ты дойдешь только до первого милиционера. Тебе нужно успокоиться…

– Я сейчас успокоюсь! – заверил Иван и быстро вытащил сигареты.

Пока он прикуривал, Роман на всякий случай огляделся по сторонам. Во дворе все было спокойно. Роман повернулся и тоже закурил. Минуты три они сидели молча.

Наконец Роман спросил:

– Ну как ты?

– Уже нормально.

Роман пристально посмотрел на Сахно и сказал:

– Да, уже намного лучше. Ладно. Поехали, я тебя подвезу, чтобы тебе меньше было топать…

71

Украина, Одесса, Аркадия, за два дня до визита премьера РФ в Одессу.

Дотолкав Воцу до ворот усадьбы Ройзмана, Логинов увидел, что Сяву уже заковали в наручники и уложили лицом вниз. Над ним стоял с автоматом один из бойцов тревожной группы. Второй связывался по рации с дежурным.

Логинов подтолкнул Воцу к автоматчику:

– Принимай еще одного! – Потом кивком отозвал в сторону Козуба и негромко сообщил: – Ты будешь смеяться, но мы, похоже, вытянули пустышку! Чернявый раскололся в ограблении ювелирки с нападением на охранника…

– Харьковской?!

– Не знаю. Наверное. Но Сахно по фото он не опознал…

– Может, прикидывается?

– Если да, то ему народного артиста нужно давать… Давай на втором проверим! – кивнул на Сяву Логинов. – Он мне бок зацепил, разыграем сценку с хорошим и плохим… У?

– Угу! – быстро кивнул Козуб.

– Тогда давай к твоей машине его, чтоб достоверно!

– Давай!

Развернувшись, Козуб сказал старшему тревожной группы:

– Мы того, что оказал вооруженное сопротивление, забираем!

Видимо, Козуб подмигнул милиционеру, потому что тот ответил как-то слишком картинно:

– Есть, товарищ капитан!

– Вставай! – рывком поднял Сяву Козуб. – Пшел! Быстро!

Логинов, держась за бок, на котором расплылось небольшое кровавое пятно, вышел из двора следом. Метров через пять он нагнал Козуба и, оглянувшись, подпольным голосом сказал:

– Эта падла мне бок прострелила! Давай хлопнем его, чтоб другим неповадно было!

– Как хлопнем, он же в наручниках!

– У машины один снимешь! Типа сам освободился! А я пристрелю его за машиной при попытке к бегству! А менты свидетелями пойдут!

– Эй! – затормозил Сява. – Я никуда не пойду! Не пойду! Милици…

Оглянувшись, Сява попытался крикнуть, но тут же получил от Логинова тычок в солнечное сплетение. Осекшись, парень согнулся, хватая ртом воздух и выпучив глаза.

Логинов, оглянувшись, прошипел:

– Тащи эту падлу! Тащи!

При этом Виктор незаметно для наклонившегося Сявы сунул Козубу фото Ивана Сахно и подмигнул. Козуб, взяв фото, кивнул. Сява тем временем слегка пришел в себя. Козуб приподнял его за шею и сказал:

– Двигай!

– Я не пойду! Я в милицию хочу! Отдайте меня милиции!

– Милиции, говоришь? – хмыкнул Козуб. – Можем договориться! Если на Ивана поможешь выйти! Это он?!

Козуб мгновенно развернул Сяву и сунул ему под нос фото Ивана Сахно. Тот инстинктивно отклонился, посмотрел на фото и сказал:

– Не… Я этого штемпа не знаю…

Реакция Сявы выглядела вполне естественной. Козуб посмотрел на Виктора. Тот вздохнул и потянулся за сигаретами:

– Дубль-пусто… Зря уродовались!

– Тогда что, отдаем? – спросил Козуб.

Виктор, выудив из пачки сигарету, сказал:

– Слушай, они-то нам на хрен не нужны, но если оставить, менты «палку» себе заберут! А «палка» эта дорого стоит. Глядишь, звание кому-то внеочередное обломится… Да и нам с таким багажом с начальством договариваться легче будет. Только чтоб не торчать тут, давай отвезем их прямо в контору! А ментам скажи, пусть дом с джипом сторожат до приезда следственной группы! Короче, тащи второго!

– Сейчас! – кивнул Козуб, устремляясь к усадьбе Ройзмана.

Напуганный Сява повернулся и прикипел к Логинову опасливым взглядом. Тот прикурил и сказал:

– Не боись, баклан, мочить тебя нам мазы нет! Мы тебя за ювелирку на пожизненное закроем! Ты в охранника стрелял?

– Какого охранника?.. – переменившись в лице, спросил Сява. – Никакого охранника не знаю!

На этот раз по его реакции было понятно, что ювелирку Сява брал и в охранника стрелял. Логинов выпустил дым над головой парня и сказал:

– Если даже ствол сбросил, это не поможет…

– Какой ствол, какой ствол?! – сглотнул Сява.

Логинов ухмыльнулся:

– Значит, ствол не сбросил! Пожалел? Или на всякий случай оставил? Пожизненное тебе светит, если со следствием сотрудничать не будешь! А так какими-то пятнадцатью годками отделаешься! Выйдешь в расцвете сил… Подумай над этим по дороге! Очень советую! А теперь марш к машине! Дернешься, руку сломаю! Вперед, босота!

72

Украина, Одесса, за два дня до визита премьера РФ в Одессу.

– Кажется, приехали! – сказал Роман.

Он подвез Ивана к восьмой станции Фонтана. Теперь до переулка, в котором Сахно снял койко-место, было рукой подать.

– Ну что, тогда я пошел? – посмотрел на Романа Иван.

– Подожди, – сказал тот. – Тебе, наверное, надо выпить. Граммов сто пятьдесят, чтобы уснуть и как следует отдохнуть. У тебя на квартире есть выпивка?

– Нет! – мотнул головой Иван. – Но я по дороге зайду вон в то кафе! Там куплю!

Роман посмотрел на дешевое летнее кафе, от которого доносились пьяные крики, и покачал головой:

– Не стоит тебе туда заходить, Иван! Нам сейчас не хватало только неприятностей с каким-нибудь бычьем. Чтоб милиция приехала и тебя срисовала. Лучше вернемся к универсаму…

Включив передачу, Роман тронул джип с места и, развернувшись, направил его к расположенному в двух трамвайных остановках универсаму «Таврия В». Там он припарковался и сказал:

– Посиди в машине! У них сейчас мания у молодых паспорта спрашивать при покупке спиртных напитков. Так что лучше я сам.

Минут через пять Роман вернулся в джип и протянул Ивану двухсотпятидесятиграммовую бутылочку коньяка:

– Держи! Как раз нужная доза.

Вернувшись к девятой станции, Роман высадил Ивана в густой тени у сквера. Убедившись, что Сахно без приключений добрался до своего переулка, Роман спрятал в тайник пистолет и направился по Фонтанской дороге в центр Одессы.

По пути он размышлял над сложившейся ситуацией. А она ухудшалась с каждым днем. Мало того, что программу визита фактически перекраивали по новой, так спецслужбы еще и все ближе подбирались к Роману.

Если бы Роман был обычным киллером, подрядившимся убрать президента Украины за деньги, он бы уже давно связался с заказчиком и объяснил, что в сложившихся обстоятельствах покушение лучше перенести на более поздние сроки.

Однако Роман взялся за заказ вовсе не из-за денег. Он искренне считал, что устранение занявшего президентский пост экс-зэка единственное спасение для Украины. Поэтому он должен был сделать это. Сделать в Одессе. Пока СБУ не вычислило его по картотекам. Сделать во что бы то ни стало…

73

Украина, Одесса, офис СБУ, за два дня до визита премьера РФ в Одессу.

– А где туш с оркестром? – спросил Козуб, входя в их с Вадимом Басманным общий кабинет. – Героям разыскной деятельности? Или ты не хочешь, чтоб мы тебя внесли в список причастных?

– Ты что, уже дернул где-то? – уставился на Козуба Басманный.

– Трезв как стеклышко! – покачал головой Виктор, входя следом. – Просто мы в Аркадии случайно накрыли гопников, которые в Харькове ювелирку хлопнули…

– Вы что, ранены? – вскочил Басманный. – Врача вызвать?

– Да там царапина, – покачал головой Виктор. – Достань аптечку и чайник поставь, если можно, Вадим…

– Сейчас! – метнулся к двери Басманный. – Или, может, все-таки врача, товарищ полковник?

– Да некогда, Вадим!

– Понял! Чайник полный! Кнопку ткни, Серега!

– Ткну! – кивнул Козуб.

В кабинете стараниями Басманного появился еще один стол. Зато теперь развернуться в нем можно было с большим трудом.

– Почти как в 21-м трамвае! – покачал головой Козуб, с трудом дотянувшись до чайника, чтобы включить его.

– В тесноте, да не в обиде! – сказал Виктор.

Присев за новопоявившимся третьим столом, он задрал простреленную и прожженную пороховыми газами на левом боку рубашку. Осмотрев рану, Виктор невольно покачал головой:

– Ты смотри! Царапина вообще микроскопическая! Зато ожог будь здоров! От такого и температуру нагнать может…

– Тогда врачу надо показаться, как Вадим говорит, – посмотрел на Виктора Козуб.

– Какой врач, Сергей? Времени у нас на это нет! Вечер хрен знает на что убили, к Сахно ни на йоту не приблизились…

– Ну так это ж розыск! Теория вероятностей…

– Да не тот это случай, чтоб идти на поводу у теории вероятностей, Сергей! Так что придется изнасиловать старушку…

В этот момент в кабинет с аптечкой заскочил Басманный.

– Гм-м… Вы это о чем? – невольно остановился он в двери от удивления.

– Вообще-то о теории вероятностей! – хмыкнул Виктор. – Давай аптечку, чего встал?

Басманный положил на стол перед Виктором аптечку. Увидев рану, он покачал головой:

– Надо бы все-таки врачу показаться…

– И ты туда же! – сказал Логинов. – Парни, у меня такое ощущение, что вы не до конца понимаете ситуацию… Поэтому напоминаю: с одной стороны, мы имеем явную и прямую угрозу проведения теракта в отношении первых лиц, с другой, мы абсолютно ничего не знаем об исполнителе. Это очень-очень-очень хреновый баланс. Так что мы должны разбиться в лепешку, но до Сахно добраться… Потому что только он может дать нам выходы на этого загадочного исполнителя!

– А может и не дать, – покачал головой Козуб. – Ведь не факт, что Сахно в деле…

74

Украина, Одесса, за два дня до визита премьера РФ в Одессу.

Из-за того, что программу визита перекроили, тщательно разработанный Романом план покушения на украинского президента полетел в тартарары. Источник в СБУ пока что не мог сообщить всех пунктов новой программы – она находилась в стадии согласования.

Что-либо планировать в этой ситуации было сложно, однако Роман все же отправился на Приморский бульвар. Посещение мэрии Одессы было обязательным пунктом программы. Не столько потому, что российскому премьеру должны были вручить какой-то почетный знак, сколько из-за крайне удобной для охраны инфраструктуры.

Объектов, которые можно было использовать для стрельбы из снайперской винтовки, вокруг мэрии было очень мало. И полностью заблокировать их было делом техники. Однако спецслужбы до сих пор не знали, что для покушения будет использоваться не обычная снайперская винтовка, а сверхдальнобойная ХМ109. Это был последний козырь Романа. И он отправился на Приморский бульвар, чтобы посмотреть, не удастся ли его использовать.

Джип Роман оставил у ресторана на Екатерининской. Службы охраны в Одессе наверняка уже отрабатывали объекты, так что светить возле одного из них свою машину было очень опасно. И Роман спустился к мэрии пешком. По дороге он осмотрел Оперный. Ввиду близости его к мэрии там наверняка должны были разместить штатных снайперов Госохраны, а может, и ФСО. Но это большого значения не имело. Главное заключалось совсем в другом.

Спустившись к мэрии, Роман закурил и, обогнув памятник Пушкину, направился прогулочным шагом к Дюку. Он испытывал огромную досаду. Оказалось, что деревья закрывают мэрию от высотной гостиницы, выстроенной на морском вокзале. Поэтому этот вариант отпадал.

Дойдя до Дюка, Роман остановился. Площадка перед памятником и Потемкинская лестница с высотной гостиницы были как на ладони. Однако шансов на то, что украинский президент с российским премьером появятся здесь, практически не было. Можно было не сомневаться, что в сложившейся ситуации службы охраны этого не допустят. Ни за что.

Роман вздохнул, развернулся и отправился по Екатерининской вверх. Дойдя до Дерибасовской, он вернулся к оставленному на Екатерининской джипу. Сев в него, он немного прогрел двигатель, тронулся с места и развернулся на светофоре. Несколько минут спустя Роман уже припарковался в расположенном в двух кварталах от Преображенской дворе.

Двор этот был примечателен только тем, что в нем еще в советское время был выстроен девятиэтажный дом. Для центра Одессы это была большая редкость. Для Романа это была большая удача, поскольку девятиэтажка располагалась примерно в двух километрах от запланированного к посещению президентом Украины объекта.

Однако теперь все рухнуло, поскольку объект из программы исключили. И снятая на девятом этаже самим Романом квартира как точка для стрельбы оказалась бесполезной. Снимал ее Роман в присутствии и вроде как для Леси, которую позиционировал перед хозяйкой как свою племянницу. Этим он убил несколько зайцев.

Хозяйка, естественно, решила, что на самом деле Роман снимает квартиру для своей любовницы. Из-за чего никаких лишних вопросов не задавала. Плюс Роман предъявил хозяйке свой паспорт гражданина Евросоюза и дал надежду на то, что если племяннице понравится, то он оплатит аренду на год вперед. Естественно, в евро. Само собой, что после таких авансов хозяйка отнюдь не горела желанием делиться информацией о своих жильцах ни с правоохранительными органами, ни со знакомыми, которые могли, чего доброго, и в налоговую позвонить, чтобы сообщить о нетрудовых доходах счастливицы в валюте.

Однако теперь вся эта отлично продуманная комбинация оказалась практически бессмысленной. Правда, в качестве запасного аэродрома квартира еще могла пригодиться. Припарковавшись во дворе, Роман на всякий случай вытащил из тайника «глок» и сунул его в карман.

Для связи с Лесей он пользовался специальным телефоном. Включил его Роман на Екатерининской, когда прогревал двигатель джипа, и оттуда же перезвонил. Леся сказала, что сидит дома и ждет его.

Роман вылез из джипа, поставил его на сигнализацию и направился к подъезду. Он был оборудован домофоном, но у Романа имелся второй комплект ключей от квартиры. Хозяйка без лишних слов сразу после получения арендной платы выдала Роману с Лесей два комплекта ключей и несколько – постельного белья.

Приложив электронный ключ к пятаку домофона, Роман вошел в подъезд и поднялся на девятый этаж по лестнице. Он понимал, что если спецслужбы вышли на Ивана Сахно, то выйти на Лесю для них теперь дело техники.

Ее, как и Сахно, Роман завербовал во Львове. О Сахно он узнал случайно от своего старого товарища, ставшего журналистом националистической львовской газеты и присутствовавшего на скандальном собрании «Братства», которое Сахно со товарищи демонстративно покинули.

Товарищу-журналисту Роман ничего не сказал, но Сахно в тот же вечер отыскал сам. Роман понимал, что в Одессе ему понадобится помощник. Учитывая специфику дела, у него было два варианта. Либо нанять какого-нибудь преступника, готового работать чисто за деньги, либо привлечь кого-то из националистически настроенных радикалов. Второй вариант, естественно, был намного предпочтительней. Поэтому Роман воспользовался подвернувшимся случаем и привлек к делу Ивана Сахно.

Во избежание возможной утечки он в тот же вечер вывез Ивана из Львова. По дороге они разговорились, и Сахно совершенно случайно рассказал Роману о девушке, которая пошла в стрелковую секцию, чтобы научиться стрелять, после чего собиралась отправиться на Кавказ. Воевать с русскими. Причина этого неординарного желания заключалась в том, что после войны НКВД расстрелял шесть ее родственников.

Естественно, что Роман, услышав эту историю, очень сильно заинтересовался Лесей. Ее отыскать оказалось намного сложнее, чем Сахно, но Роман ее отыскал. И поговорил по душам. В результате чего у него появилась вторая помощница.

На лестнице не было ничего подозрительного. Оказавшись на площадке между восьмым и девятым этажом, Роман посмотрел наверх и вытащил телефон. Позвонив Лесе, он сказал, чтобы она открывала. К тому времени, когда Роман поднялся по ступенькам, девушка уже распахнула дверь.

– Привет! – кивнул Роман, входя.

– Здравствуй! – сказала Леся.

С ней Роман перешел на «ты». Вообще-то делалось это для хозяйки этой самой квартиры, чтобы создать нужное впечатление, но после того переходить обратно на «вы» было уже как-то смешно…

75

Украина, Одесса, офис СБУ, за два дня до визита премьера РФ в Одессу.

– Если Сахно в Одессе, то он в деле, – сказал Виктор. – Я понимаю, что это смахивает на волюнтаризм, но я в этом уверен. Мне это подсказывает чутье. Поэтому, парни, мы его достанем из-под земли!

– Так говорил Заратустра!.. – хмыкнул Козуб.

– Пофилософствуй мне, – пробормотал Виктор, выуживая из аптечки вату. – Что-то новое есть, Вадим?

– Никак нет.

– Может, помочь? – спросил Козуб, поднимаясь.

– Лучше чай завари, вода закипает… – сказал Виктор. – Что ты мне за аптечку принес, Вадим, без спирта? Водка хоть есть?

– Только виски…

– Это даже лучше, давай!

Пока Козуб заваривал чай, Басманный выудил из сейфа и принес Виктору початую бутылку виски «Катти Сарк». Тот поднял голову и сказал:

– Нехило вы живете, парни! Плесни чуток на вату!

Козуб от чайника оглянулся:

– Поливать рану виски за сто пятьдесят баксов – извращение! Его надо внутрь принимать!

– Примем! – сказал Виктор, прижимая вату к ране. – Когда Сахно найдем… Прилепи пластырь, пожалуйста, Вадим!

Полминуты спустя Виктор посмотрел на рану и сказал:

– Порядок! Значит, ничего нового нет… Это хреново! Ты все сделал, что я тебе надиктовал?

– Так точно! – кивнул Басманный.

– И фото в Жмеринку и Львов передал?

– И в Ужгород тоже. Для транзитного поезда Ужгород – Львов – Одесса.

– И проверил получение?

– Так точно! Но пока Сахно никто из членов поездных бригад не опознал.

– А с маршрутчиками что?

– С маршрутчиками опера УБОПа работают. Торчат в машине на конечной остановке и предъявляют для опознания фото Сахно всем прибывающим водителям. Но маршруток же намного больше, чем поездов, так что быстро все не охватишь…

– А что по частным гостиницам?

– По фамилиям постояльцев уже проверили. Две группы областного угро делают объезд с фото…

– Ясно, – сказал Виктор. – А выборку последних объявлений из «Авизо» ты сделал?

«Авизо» называлась крупнейшая всеукраинская газета частных объявлений. Как и в других городах, «Авизо-Одесса» имела интернет-версию.

– Да, перед вашим приездом закончил! – кивнул Басманный.

– Ну тогда завтра с утра направишь всех, кого можно, на проверку этой выборки. Пусть прозванивают всех хозяев квартир, встречаются и предъявляют фото…

– Понял!

76

Украина, Одесса, за два дня до визита премьера РФ в Одессу.

– Есть будешь? – спросила Леся, заперев за Романом дверь.

– Есть?.. – сказал Роман. – Да что-то не хочется, Леся…

– Значит, будешь! – безапелляционно сказала девушка. – Вот тапочки! Мой руки и давай на кухню!

К тому времени, когда Роман вошел на кухню, на столе уже стояла тарелка с восхитительно пахнувшим борщом.

– Садись! – оглянулась Леся, хлопотавшая за другим столом.

Роман присел, втянул носом воздух и сказал:

– Ух ты!

Леся повернулась и поставила перед ним две тарелки с нарезанным салом и молодым луком.

– Приятного аппетита!

– Спасибо! А сало откуда?

– С Нового базара…

– Понятно! – сказал Роман, набрасываясь на еду.

Леся присела напротив и наблюдала за ним с легкой улыбкой, подперев щеку кулачком. Роман минуты через две на миг остановился и спросил:

– Что смешного?

– Да ничего, – мотнула головой Леся. – Просто говорил, что не голодный, а сам за обе щеки уплетаешь.

– Так это ж борщ! – дернул плечом Роман. – Да еще с салом!

Больше не отвлекаясь, он доел все и вздохнул:

– Фух! Спасибо, Леся!

– Добавки? – спросила та.

– Да нет, все! Иначе я в джип не влезу…

Леся поднялась и убрала тарелки, спросив:

– Чай с мятой заварить?

– Да! И побольше! – кивнул Роман.

– Мяты побольше?

– Да нет, чая!

Пару минут спустя они уже сидели друг напротив друга, вдыхая восхитительный запах свежезаваренной мяты. Роману Леся поставила почти пол-литровую кружку, себе небольшую чашку с нарисованным смешным гномом.

– Ну что, как дела? – спросила Леся.

– Плохо, – вздохнул Роман. – Ивана ищут. В Одессе.

– А откуда они узнали?

– Собирать информацию – это работа спецслужб, – пожал плечами Роман.

– И что теперь?

– Я его хотел отправить. В Крым… Но он сказал, что остается. Завтра, если на него не выйдут, разведаем с ним новый объект. Но он для стрельбы из винтовки не годится…

– Так они и о винтовке узнали? – спросила Леся, невольно повернув голову к антресоли.

– К счастью, нет. Но от этого не легче… Я только что был на Приморском бульваре. В мэрию они приедут наверняка. Если бы не деревья, можно было бы засесть в гостинице на морвокзале. Но кроны, как назло, наглухо закрывают видимость. Так что вся надежда на то, что в новой программе появится подходящий объект…

– А если не появится, Роман?

– Если больше ничего не останется, я положу винтовку в футляр от контрабаса и подъеду к Оперному. От Оперного до мэрии рукой подать. Так что можно будет стрелять прямо через окно.

– Но там же будет куча охраны…

– Придется прорываться! – пожал плечами Роман.

– Тогда я поеду с тобой!

– Нет! К тому времени они докопаются и до тебя. У всех агентов на руках будут твои фотографии, Леся…

– Я же женщина, Роман! А женщине изменить свою внешность ничего не стоит!

– Леся… – сказал Роман. – Ты… совсем молодая…

– Ну и что?!

– Дослушай, ладно?

– Да, извини…

– Одно дело выстрелить в этого зэка из снайперской винтовки. Совсем другое – стрелять в упор в охранников. И видеть, как они умирают…

– Если охранники охраняют этого зэка, значит, они ничем не лучше!

– Да дело не в этом! Дело в том, что убивать людей – это тяжело! Очень тяжело…

– Смотря ради чего, – покачала головой Леся. – Ради того, чтобы спасти Украину, я убью любого!

– Хорошо, – сказал Роман. – Если не останется другого выхода, посмотрим. Пока же сделай вот что. Завтра прямо с утра подстрижешься и перекрасишься. Потом купишь футляр для контрабаса. Деньги я сейчас дам…

– Не надо, у меня еще куча денег… Ты что, уже уезжаешь?

– Да! – кивнул поднявшийся Роман. – Мне надо хорошо выспаться…

Вскочившая Леся вдруг порывисто прижалась к нему всем телом и сказала:

– Не уезжай! Останься со мной!

– Леся… – сказал Роман. – Это… Лишнее…

Он, конечно, давно заметил, что Леся к нему неровно дышит. В этом, собственно, не было ничего удивительного. Ее воспитали в националистическом духе. Героями для Леси были воины УПА, которые с оружием в руках боролись за Украину. Сверстники же, даже разделявшие ее взгляды, только болтали да пили пиво. Естественно, что Роман, собиравшийся избавить Украину от ненавистного зэка, не мог не покорить сердце Леси.

Однако это действительно было лишним. Сложностей становилось все больше и больше. Добавлять к ним еще и связь с Лесей было бы очень большой глупостью. И Роман мягко отстранил девушку.

– Ты еще совсем молодая…

– Ты тоже не старый!

– Да… Но мне недолго осталось… Меня вычислят, Леся, и найдут, даже если я смогу уехать из Одессы. А у тебя впереди целая жизнь! Так что давай не будем делать глупостей… Хорошо?

77

Украина, Одесса, офис СБУ, за один день до визита премьера РФ в Одессу.

– Доброе утро! – поздоровался Логинов, входя в кабинет.

– Если оно, конечно, доброе! – зевнул за его спиной Козуб.

Вчера после Аркадии они с Виктором выезжали для проверки сигнала в Санжейку. Так назывался курортный поселок, расположенный аж за Ильичевском. Сигнал оказался ложным, но, чтобы выяснить это, они убили два часа. Но и это было не последним пунктом программы. Последним стал выезд на морвокзал. Там они встретили вернувшийся с морской дискотеки трехпалубный то ли катер, то ли пароход. На нем находилась подозрительная группа молодежи из западных областей Украины. Но Ивана Сахно там тоже не оказалось.

В результате поспать Логинову с Козубом удалось всего три часа. Причем, для экономии времени, заночевал Виктор не в посольстве, а в холостяцкой квартире Козуба на скрипучем малогабаритном диване. Басманный ночевать ездил домой, в обустроенное для него с женой нуворишами Аркадьевыми райское гнездышко, но выглядел ненамного лучше Виктора.

Пожав ему руку, Логинов включил чайник и сказал:

– Голова как с перепою… Тебе все понятно по организации розыска, Вадим? Или есть вопросы?

– Да нет, все понятно!

– Ну тогда меня пока не трогать! Я попытаюсь вдумчиво просмотреть сводку за сутки! Сергей, чай заваришь, ладно?

– Хорошо! – кивнул Козуб, отступая в сторону, чтобы разминуться с Виктором в тесном кабинете.

Тот прошел за свой стол, уселся и, обхватив лоб руками, углубился в изучение сводки происшествий и преступлений за сутки. Виктор прочитал ее предельно внимательно. Дважды. Как показывал его опыт, очень часто в сводках можно было нащупать ниточки, которые давали возможность выйти на разыскиваемого террориста.

К примеру, киллер мог убить хозяина снятой для проживания квартиры. Либо хозяина или хозяйку квартиры по пути следования кортежа. Ну и так далее. Вариантов была масса. Однако на этот раз ничего вызывающего подозрения Виктору отыскать не удалось.

По ходу чтения сводки Козуб принес Виктору кружку крепкого чая. Тот, выпив его, почувствовал не то чтобы прилив бодрости, но в голове, во всяком случае, заметно прояснилось. Отложив сводку, Виктор выудил из пачки сигарету и направился к окну.

Распахнув форточку на всю ширину, он прикурил и, присев на подоконник, сказал:

– Что-то у меня хреновое предчувствие, парни! Похоже, этот наш киллер ошибок не совершает! И не засветится до самого конца… – Тут Виктор вдруг умолк. Несколько секунд он помолчал, потом сказал: – Так! Я к начальству! Кажется, есть идея!

78

Украина, Одесса, за один день до визита премьера РФ в Одессу.

– Да! – ответила Леся.

– Доброе утро! – поздоровался Роман.

– Здравствуй!

– Ты в парикмахерскую собираешься?

– Я уже в ней…

– Понятно. Молодец! Ну тогда созвонимся уже после обеда!

– Хорошо!

Голос у Леси был какой-то не такой, однако Роман решил, что это вызвано тем, что она находилась в парикмахерской, где разговор слышали мастера. Сунув телефон в карман, Роман быстро собрался, вышел во двор и выехал за ворота.

Он снимал дом почти в центре Одессы у пляжа Отрада. Дом был небольшой, но современный, выстроенный по евростандартам. Ворота открывались и закрывались пультом дистанционного управления. Роман выехал и несколько минут спустя оказался на Большой Арнаутской улице.

Время было без трех минут девять. Роман припарковался у бордюра, надел микрогарнитуру, подсоединил ее к телефону, с которого он поддерживал связь с Сахно, и только после этого включил мобильный. И сразу же тронулся с места.

Если Ивана нашли и задержали, у спецслужб мог быть номер Романа. А по номеру они могли засечь его местоположение. Именно поэтому Роман и предпринимал такие меры предосторожности. С Большой Арнаутской он свернул на буквально забитую транспортом Пушкинскую. Иван позвонил ровно в девять.

– Да! – ответил Роман.

– Здравствуйте! Таню можно?

– Ее нет… Все в порядке?

– Да, – сказал Сахно.

Голос у него был абсолютно спокойным.

– Хорошо! Тогда двигай на пляж. А я раскопаюсь с делами и перезвоню тебе. Только смотри, чтобы телефон у тебя на море не увели. Лучше заплати и пойди на платный пляж, с охраной. Ну и звони сразу, если что… Все понял?

– Да!

– Ну и отлично! Давай!

Отключившись, Роман направил джип к морвокзалу…

79

Украина, Одесса, Приморский бульвар, за один день до визита премьера РФ в Одессу.

Идея, которая появилась у Логинова после прочтения сводки, особой оригинальностью не отличалась. Он вдруг подумал, что если неизвестный киллер не хотел засветиться раньше времени и рисковать, то для разведки он должен был использовать кого-то другого. Например, Ивана Сахно.

Но для проверки этой идеи Виктору нужна была программа визита. И как раз тут он сперва натолкнулся на весьма серьезное препятствие. В связи с угрозой программа совместного пребывания украинского президента и российского премьера в Одессе оказалась засекреченной до такой степени, что Виктору пришлось ехать в российское посольство и оттуда по спецсвязи общаться с генералом Кравцовым.

Тот Виктора выслушал, аргументы принял и сообщил, что вообще-то программа в настоящее время подвергается существенному пересмотру в сторону сокращения. В переводе на нормальный язык это означало, что из программы исключат посещения рискованных объектов и рискованные маршруты. Оставив только те, на которых была возможность надежно прикрыть охраняемых лиц. После чего Виктору все же удалось выцарапать у Кравцова перечень этих самых «безопасных», по мнению российской ФСО и украинской Госохраны, объектов.

Покинув посольство, Виктор с Козубом принялись эти объекты объезжать, проводя у каждого тщательные контрразведывательные мероприятия. Козуб часов до трех дня держался бодро, но потом начал сдавать. Когда они с Виктором отъехали от расположенного на Приморском бульваре здания мэрии, Сергей тоскливо сказал:

– Это ж без толку! Вот мы сейчас уедем, а этот Сахно, может, как раз нам навстречу прибудет с батареи…

– Не стони, Сергей! – сказал Логинов. – Я в Москву наши соображения доложил. А на всех запланированных к посещению во время визита объектах уже работают наши фэсэошники и ваши госохрановцы, хоть их и не видно. И фото Сахно им, я уверен, после моего звонка в Москву раздали. Так что, если он появится тут после нашего отъезда, его есть кому засечь. И не только здесь, но и на других объектах тоже.

– Ладно! Понял! Тогда у меня один вопрос…

– Ну?

– Если фэсэошники и госохрановцы такие глазастые, то почему никто из них до сих пор на нас внимания не обратил?

– Думаю, потому, – сказал Виктор, – что им и наши фото раздали…

В этот момент поднимавшийся к Оперному театру «БМВ» вдруг обогнал и подрезал черный джип «Тойота Лендровер». Козуб, едва успев затормозить, заорал:

– Бля, охренели вообще! Эй!..

Сергей собрался выскочить, однако Логинов, покосившись в зеркало, остановил его окриком:

– Не дергайся! И руки на виду держи!

– Что?!

– Руки подними!

– Так это… – начал было Сергей.

В этот момент вдобавок к подрезавшему их джипу откуда-то выскочил еще один с надписью «Беркут» и затормозил слева от «БМВ». Из него с пистолетами-пулеметами десантировались три спецназовца.

– Ну вот! А ты переживал! – хмыкнул Логинов.

– СБУ! – крикнул Козуб, когда спецназовцы распахнули водительскую дверцу.

– Из машины!

– СБУ, говорю! – повторил Козуб, выбираясь из-за руля.

– Руки на крышу! Разберемся!

Логинов, в отличие от Козуба, ничего не кричал. Выбравшись из «БМВ» под дулом пистолета-пулемета, он спокойно дождался, пока от черного «Лендровера» подошли двое в штатском, и негромко сказал:

– Я полковник Логинов! Удостоверение в левом кармане! Это капитан Козуб! Мы работаем по согласованию с СБУ и ФСО! Свяжитесь с генералом Домбровским или с генералом Шведовым!

80

Украина, Одесса, за один день до визита премьера РФ в Одессу.

– Ну как вода? – спросил Роман, когда Иван Сахно уселся в джип.

– Сегодня грязная, – сказал тот. – Но я же был на платном пляже, купался в бассейне.

– Понятно, – сказал Сахно, трогая джип с места. Направившись к Фонтанской дороге, он сообщил: – Значит, так, Иван… Вчера ночью СБУ с ФСБ получили сигнал из Аркадии. По твоей фотографии. К счастью, они ошиблись. Взяли каких-то малолетних грабителей. Понял?

– Да.

– Так что круг сужается. Поэтому я должен у тебя спросить: ты уверен, что готов участвовать в деле дальше? Или, может, все-таки тебе лучше уехать?..

Иван хотел было что-то сказать, но Роман его остановил:

– Подожди! Дело ведь не лично в тебе. Дело в том, что, если тебя возьмут, а это очень вероятно, это может дать спецслужбам выход на нас с Лесей. Даже если ты ничего не скажешь… Например, по телефону. Ну и так далее…

– Я им не дам никаких выходов!

– Хорошо, Иван! – кивнул Роман. – Тогда слушай. В день визита они будут возлагать венки. Не к могиле Неизвестного матроса, как планировалось, а на мемориале 411-й батареи. Это в самом конце Фонтана. Поэтому ты сегодня под видом экскурсанта осмотришь этот мемориал. Понятно?

– Да! Но мы же едем в другую сторону…

– Я знаю. Мы едем на Греческую. Оттуда отправляются экскурсионные автобусы. На мемориале наверняка работают переодетые агенты спецслужб. И у них может быть твое фото. Поэтому будет лучше, если ты отправишься на мемориал в составе группы. Понял?

– Да.

– Молодец! Теперь дальше. Я тебе дам очки. Ты их наденешь и не будешь снимать…

– Так у меня же есть свои!

– Твои пока побудут у меня. В очках, которые я тебе дам, вмонтирована камера. Изображение с нее будет передаваться на мой лэптоп. Поэтому постарайся слишком резко не поворачивать голову. Но тут главное не переборщить, иначе ты привлечешь к себе внимание. Просто будешь осматривать мемориал так, как будто ты устал или тебе не слишком интересно. Но мы еще потренируемся, когда приедем на Греческую…

81

Украина, Одесса, Приморский бульвар, за один день до визита премьера РФ в Одессу.

– Держите, полковник! Просим прощения! – проговорил мужчина в штатском, вернувшись от «Лендровера» и протянув Виктору его удостоверение.

– Да все в порядке! – сказал Виктор.

– Прошу, капитан! – вернул мужчина удостоверение и Козубу.

– Спасибо! – хмыкнул Сергей.

Спецназовцы ничего говорить не стали, просто запрыгнули в свой джип и мгновенно укатили. Пока Виктор с Козубом садились в «БМВ», отъехал и подрезавший их «Лендровер».

– Ну что? Убедился, что объекты под контролем? – спросил Виктор.

– Убедился… – негромко сказал Козуб, трогая «БМВ» с места. – Только какого хрена они нас тормозили, если у них наши фото есть?

– В армии, Сергей, есть такая поговорка: лучше перебдеть, чем недобдеть! Наблюдатель доложил, старший решил перестраховаться! – пожал плечами Логинов. – Ну или просто мы слишком долго глаза наблюдателю мозолили у мэрии. Или наблюдатель нас по фото не опознал… И такое может быть. Поэтому мы с тобой и объезжаем объекты сами! Так что вперед, на 411-ю батарею!

– Заправиться надо! – сказал Сергей. – Да и перекусить бы не помешало! Заскочим на Тираспольскую?

– Заскочим, только после того, как съездим на батарею, – сказал Виктор.

– Да это ж хрен знает где! У черта на куличках!

– Извини, все претензии к Госохране и ФСО! Я думаю, это с их подачи запланировали посещение батареи, а не возложение венков где-нибудь в центре…

– Потому что там легче охрану организовать?

– Само собой! – кивнул Виктор. – Окраина. Отдельно стоящий мемориал. И никаких тебе многоэтажек. Красота!

– Вообще-то там на территории мемориала объектов до хрена и больше, – сказал Козуб. – Танки, самолеты, даже подводная лодка…

– Ну и что? С вечера оцепят, ночью проверят. Это ж не тысячеквартирный жилой дом! Все можно проконтролировать… Вернее, все, да не все. Какие-то бреши остаются всегда. И опытный киллер их всегда обнаружит…

82

Украина, Одесса, за один день до визита премьера РФ в Одессу.

– Ну вот, – сказал Роман, припарковавшись на Греческой. – Вон туда скоро должен подъехать экскурсионный автобус. Отправляется он через двадцать пять минут. Так что как раз успеем все обговорить. Слушай внимательно. После того, как экскурсия закончится, сядешь в автобус. Я по дороге посмотрю, нет ли «хвоста». Если все будет в порядке, я позвоню, чтобы ты вышел возле железнодорожного вокзала. Если будет что-то подозрительное, поедешь до конца. И пойдешь вон в тот торговый центр. Спустишься на нулевой этаж, там есть продовольственный супермаркет. И купишь что-нибудь… Воду, например. Или сок. А я увижу точно, есть ли за тобой «хвост»…

– Вы думаете, что за мной будут следить?

– Если опознают на мемориале, то почти наверняка, – кивнул Роман. – Это милиция сразу набрасывается толпой и крутит. Агенты спецслужб работают тоньше. Они прекрасно понимают, что ты не один. И будут вести тебя в надежде, что ты приведешь их ко мне… Но мы это используем. Из торгового центра есть три выхода. Я тебе позвоню и скажу, что делать. Понял?

– Да.

– Хорошо, – сказал Роман и потянулся к бардачку. Выудив из него пластиковый футляр, он открыл его и протянул Ивану очки. – Держи, надевай!

Открыв дверцу, Роман вылез из-за руля и пересел на заднее сиденье. Там лежал кейс. Роман достал из него лэптоп и открыл, положив на колени. Подождав, пока он загрузится, Роман немного пощелкал встроенной мышкой.

– Ну вот! – наконец сказал он и повернул лэптоп. – Смотри!

Сахно оглянулся и увидел на мониторе себя.

– А теперь резко повернись! – сказал Роман.

Сахно дернул головой в сторону. Его изображение на какое-то время словно бы рассыпалось на мелкие квадраты и прямоугольники.

– А теперь повернись медленно, – попросил Роман.

Минут пять они поупражнялись, пока Иван окончательно не уяснил, как именно он должен вести себя на мемориале, чтобы передаваемая на лэптоп картинка получилась качественной.

– Ну вот! И с этим разобрались, – сказал Роман, посмотрев на часы.

83

Украина, Одесса, Дача Ковалевского, за один день до визита премьера РФ в Одессу.

– Ну что? – спросил Логинов, когда они с Козубом встретились у истребителя.

Мемориал, посвященный героическим защитникам Одессы, расположенный на улице Дача Ковалевского, 150, был самым крупным из значащихся в программе визита объектов. В состав комплекса входили музей, восстановленная 411-я батарея береговой артиллерии, огромная выставка боевой техники под открытым небом и дубовая роща. Ну и плюс объекты инфраструктуры.

– Понятно, – сказал Виктор. – Тогда перекуриваем и двигаем дальше.

– Жрать охота, – вздохнул Козуб. – Там на входе сосиски в тесте… Мотнуться?

– Да я лучше до Тираспольской потерплю, – пожал плечами Виктор, – чем какой-то дрянью травиться. Ну а ты можешь мотнуться.

– Ладно, я тоже потерплю! – махнул рукой Козуб.

Они двинулись к стоящей в кустах скамейке и присели. Вообще-то курение на территории мемориала было запрещено, о чем сообщала табличка при входе. Однако у скамейки стояла урна с отделением для окурков.

Закурив, Виктор сказал:

– Ты при обходе, Сергей, объектами не слишком заморачивайся. Объекты все сегодня ночью проверят-перепроверят. Пытайся найти что-нибудь необычное в посетителях. Ну и персонале…

– Вроде наличия женского парика с накладными сиськами у уборщицы? – хмыкнул Козуб.

– Если увидишь уборщицу с накладными сиськами, то она из ФСО или из Госохраны… Хотя, конечно, может быть всякое. Объект слишком большой. Так что и на уборщиц с накладными сиськами тоже внимание обращай.

– По-моему, мы пустышку тянем с этими объездами-обходами, – сказал Козуб, немного помолчав.

– Да нет, Сергей. Методологически мы все делаем правильно. Ни один серьезный киллер без тщательной разведки объекта к акции приступать не будет. Причем ему нужны самые последние данные по объекту, чтобы иметь четкое представление об охранных мероприятиях – заваривают или нет канализационные люки, забивают или нет чердаки, убирают ли передвижные торговые точки…

– Так мы что, и по второму кругу поедем?

– Да, Сергей. И по второму, и по третьему, если успеем, – сказал Виктор. – Потому что разведку или сам киллер, или его люди сейчас проводят стопроцентно. – Докурив сигарету двумя затяжками, Виктор аккуратно затушил окурок в урне и сказал: – Ну что, теперь ты направо, я налево. И смотри в оба!

– Понял! – кивнул Козуб, но без энтузиазма.

Виктор махнул рукой и направился в обход мемориала против часовой стрелки. Навстречу ему под присмотром крупной женщины-экскурсовода двигалась группа из двадцати низкорослых китайских девушек в одинаковой спортивной форме.

В тот момент, когда Виктор приблизился, экскурсовод повернулась и, посмотрев на часы, басовитым голосом объявила:

– Дорогие товарищи, у вас есть двадцать минут на осмотр образцов военной техники. После этого собираемся возле автобуса и отправляемся в парк Шевченко к памятнику жертвам Неизвестного матроса!

Логинов ждал взрыва хохота, однако китаянки оговорки не заметили. Они все воспринимали очень серьезно. Экскурсовод же развернулась и, обмахиваясь платочком, торопливо направилась к выходу, где можно было попить водички.

Поскольку идеологически подкованные китаянки пособницами киллера быть не могли, Виктор обогнул их и направился дальше. За время повторного обхода мемориала он встретил еще две экскурсионные группы. Они состояли из славян, и их Виктор разглядывал очень внимательно, однако ничего подозрительного в поведении и внешнем виде экскурсантов не заметил.

Вернувшись в исходную точку, он перебросился с Козубом несколькими фразами, после чего они сделали еще один обход, вновь поменявшись секторами. Но результатов не принес и он. И Виктор решил сворачиваться.

Они с Сергеем покинули мемориал и уселись в припаркованный на стоянке «БМВ». Изголодавшийся Козуб запустил двигатель и тут же, не став его прогревать, включил передачу. В этот момент Виктор увидел показавшийся из-за кустов экскурсионный автобус.

– Подожди! – сказал он.

– Что?.. – повернулся Сергей.

– Дождемся автобуса!

Козуб посмотрел на автобус и со вздохом заглушил двигатель.

– Я все-таки схожу сосиску куплю, – сказал он. – Заодно на экскурсантов вблизи посмотрю. Ключ оставить?

– Да нет, – мотнул головой Виктор. – Вместе сходим…

Козуб заглушил двигатель. Они с Виктором выбрались из «БМВ» и направились к входу в мемориал. Экскурсионный автобус завернул и остановился. Дверь медленно открылась. Вставший с переднего кресла еврей-экскурсовод сделал короткое объявление.

Виктор с Козубом тем временем подошли к входу в мемориал, где располагалось несколько торговых точек. Козуб, раздувая ноздри словно конь, устремился к небольшому трейлеру, из которого продавали гамбургеры.

– Тебе брать? – спросил он через плечо.

– Нет, – мотнул головой Виктор.

Вслед за экскурсоводом-евреем из автобуса начали выходить экскурсанты. Они были совершенно разных возрастов, и Виктор понял, что это сборная группа. Козуб за его спиной сказал:

– Да, с кетчупом! И побольше!

– Не хочу! Не хочу! – завопила в этот момент в двери автобуса маленькая девочка. – Я посижу!

Ее родители – образцовая семья, состоящая из расплывшейся молодой женщины и мужчины с пивным животиком в псевдокапитанской кепке, – с трудом стащили дочку, после чего принялись в сторонке ее негромко воспитывать.

– Ой, зря ты отказался! – невнятно проговорил Козуб, одним укусом отхватив полгамбургера. – Еда богов!

– Ты кетчупом испачкался вот здесь, – показал себе пальцем на щеку Виктор.

– Здесь? – спросил Козуб, быстро отершись свободной рукой.

– Здесь, – кивнул Виктор, – и Сахно здесь… Только не смотри в его сторону. Он может быть не один…

84

Украина, Одесса, за один день до визита премьера РФ в Одессу.

Экскурсионный автобус, на котором Иван Сахно отправился на 411-ю батарею, показался из-за поворота и проехал в сторону мемориала. Роман перегнулся назад, достал из кейса лэптоп и, положив на переднее сиденье, открыл его. Пока тот грузился, Роман хлебнул из бутылки воды.

Запустив программу, Роман щелкнул по кнопке появившегося пульта. На экране возникло окно. Развернув его в полноэкранный режим, Роман увидел две спинки кресел. Смысла настраивать изображение в автобусе не было, и Роман открыл другое окно. Очки были снабжены функцией GPS. Во втором окне местоположение Сахно обозначалось точкой на электронной карте. Все работало, и Роман переключился на изображение.

О том, что в природе существуют подобные комплексы, он узнал во время службы в Легионе. Там с камер, установленных на шлемах легионеров, картинка с поля боя передавалась в штаб. Это позволяло оперативно и своевременно корректировать и координировать действия подразделений и отдельных бойцов.

Закурив, Роман дождался, пока Иван Сахно выберется из автобуса, после чего отрегулировал параметры изображения. Иван головой не дергал и вообще выполнял все инструкции очень старательно. Роман наблюдал за изображением, изредка сверяясь с разложенной на коленях крупномасштабной схемой мемориала.

Когда экскурсия приблизилась к интересовавшей его точке, Роман позвонил Ивану и отдал краткие инструкции. Вскоре тот отделился от экскурсионной группы и взобрался на орудийную башню. Благодаря этому Роман увидел все, что ему было нужно.

Дождавшись конца экскурсии, он подсоединил к лэптопу мобильный и на всякий случай скопировал на него файлы записи. Снова развернув изображение, Роман увидел, что Сахно усаживается в автобус. Не выключая программы, он закрыл лэптоп и переложил его на заднее сиденье в кейс. После чего стал ждать, пока на дороге покажется автобус…

85

Украина, Одесса, Дача Ковалевского, за один день до визита премьера РФ в Одессу.

Когда сборная экскурсия миновала их и втянулась в мемориал, Виктор сказал Козубу:

– Двигай за ним, а я пока отзвонюсь!

– Понял! – кивнул Козуб, поспешно отершись прилагавшейся к гамбургеру салфеткой и швырнув ее в урну.

– Только осторожней!

– Само собой! – сказал Козуб и направился к входу.

Виктор вытащил из кармана мобильный и отошел на парковку, поскольку там не было лишних ушей. Первым делом он позвонил в Москву генералу Кравцову.

Тот ответил только после пятого или шестого гудка:

– У тебя что-то срочное? А то я занят.

– Да! Мы на объекте только что Ивана Сахно засекли… – негромко сказал Виктор.

– Ты уверен?

– На двести процентов…

– Ясно! Секунду!

В секунде Кравцова оказалось с полминуты. Судя по звукам, он, отдав несколько распоряжений, то ли откуда-то быстро вышел, то ли, наоборот, куда-то вошел.

– Логинов! – наконец отозвался в трубке генерал.

– Да!

– На каком объекте?

– На батарее!

– Это хреново! – после небольшой паузы сказал Кравцов. – Очень хреново…

– Думаешь, утечка? – спросил Виктор.

– Во всяком случае, очень похоже. Первоначально возложение венков планировалось в парке Шевченко, к могиле Неизвестного матроса. Переиграли место только вчера… Черт!

– Ну, тогда можно еще раз переиграть. Опять на парк Шевченко!

– Какой парк Шевченко? Там же стадион, куча аттракционов, кафе… Да еще здания! Стоп! Ты его не упустишь, пока мы говорим, Логинов?

– Нет, у меня за ним надежный человек топает. Но в городе нас двоих будет мало. Сахно приехал на экскурсионном автобусе. На нем же, скорее всего, и уедет. А вот выйти может по дороге. Так что лучше, если прямо сюда подтянется хотя бы одна группа наружки. Я сейчас буду связываться с генералом Домбровским и просить у него…

– Добро! Я понял! Тогда давай связывайся! А я сейчас позвоню Шведову! Он выйдет с тобой на связь сам!

Генерал ФСО Шведов возглавлял группу, проводившую в Одессе аналитические и оперативные мероприятия по подготовке визита российского премьера.

– Жду! – сказал Виктор и отключился.

Тут же перезвонив Домбровскому, он сообщил ему об обнаружении Ивана Сахно и попросил срочно выслать бригаду профессиональных «топтунов». Сразу после этого Виктор направился к входу в мемориал 411-й батареи.

Сборная экскурсионная группа, в отличие от дисциплинированных китаянок, растянулась и разбрелась уже в самом начале экскурсии. Человек десять продолжали идти непосредственно за экскурсоводом, остальные заметно отстали. Экскурсовод на это никак не реагировал, скороговоркой выдавая куски заученного текста. Учитывая, что свои деньги он уже получил, это было весьма прагматично.

Козуба Виктор обнаружил у стоящей на площадке зенитной установки. Тот изображал, что фотографирует ее на мобильный. Иван Сахно неторопливо шел метрах в двадцати от Сергея, оглядываясь по сторонам. В одиночестве, но следом за двумя другими экскурсантами.

Сахно был чуть повыше среднего роста и средней комплекции. Одет он был в стандартный по нынешним временам летний комплект – шорты, свободную майку и летние кроссовки. На голове Ивана были обязательная бейсболка и солнцезащитные очки. Ну и плюс в его ушах торчали вакуумные наушники. Все это, вместе взятое, служило отличной маскировкой. Примерно так в это время года была одета добрая половина лиц мужского пола в Одессе.

Виктор, не приближаясь к Козубу, перезвонил ему и сказал:

– Я на расстоянии за вами буду топать!

– Хорошо, Виктория, давай! – для конспирации использовал женское имя Сергей.

В таком порядке они и следовали за экскурсией – Козуб осуществлял непосредственную слежку, Логинов же двигался на приличном отдалении от него, совмещая функции дальнего и контрнаблюдения. Никаких признаков того, что Сахно работает не один, Виктор не обнаружил. Вообще казалось, что Иван действительно приехал на экскурсию. Он очень неторопливо двигался и так же неторопливо оглядывался по сторонам.

Однако примерно в середине экскурсии Виктору позвонил Козуб.

– По-моему, ему позвонили! – сообщил он.

– Понял… – проговорил Виктор, глядя на Сахно.

Тот замедлил шаг и свернул с аллейки к самоходке – как будто хотел рассмотреть ее поближе. На самом же деле Сахно отходил для того, чтобы никто не смог подслушать его телефонный разговор.

Правда, длился он недолго, всего каких-то полминуты. Зато вскоре после разговора Сахно резко отклонился от маршрута своей экскурсионной группы и двинулся в сторону моря. Там он забрался на орудийную башню и около двух минут оглядывался.

Со стороны это выглядело просто невинным экспромтом заскучавшего экскурсанта. Но Логинов с Козубом прекрасно понимали, что Сахно, получив соответствующие инструкции, осматривает подходы к мемориалу со стороны моря.

Спустившись c орудийной башни, Сахно вскоре присоединился к своей растянувшейся группе и продолжил осмотр мемориала уже в ее составе. Больше никаких особых маневров он не совершал. Однако и того, что увидели Логинов с Козубом, было вполне достаточно.

Примерно в это же время Виктору позвонил генерал Домбровский. Он сообщил, что оперативная машина с наблюдателями выехала, но на месте будет не раньше чем через полчаса. Напоследок Домбровский продиктовал Виктору номер старшего офицера.

Минут через десять сборная группа приблизилась к выходу. Логинов позвонил Козубу и велел ему садиться в машину. Дальше Виктор издали следил за Сахно в одиночку, пока тот не покинул мемориал с другими экскурсантами.

– Принимай! – сказал Виктор, перезвонив Козубу.

– Принял! – ответил Сергей.

Немного выждав, чтобы не насторожить Сахно, Виктор тоже вышел на улицу. Часть экскурсантов уже погрузилась в автобус. Сахно пил у двери воду из пластиковой бутылки. Виктор неспешно направился к «БМВ». Сахно еще немного постоял на улице и залез в автобус…

86

Украина, Одесса, за один день до визита премьера РФ в Одессу.

Экскурсионный автобус показался справа и проехал мимо переулка, в котором стоял джип Романа. Тот, запустив двигатель, продолжил наблюдение за дорогой. Примерно через полторы минуты Роман наконец тронул джип с места.

Он слишком не спешил, однако через какое-то время нагнал автобус на светофоре. Там Роман осмотрел стоявшие за ним машины, после чего свернул влево.

Маршрут он проложил заранее. Этот маршрут позволил Роману объехать пробки и оказаться на Среднефонтанской намного раньше. Припарковавшись у большого торгового центра, Роман закурил.

Экскурсионный автобус в зеркале заднего вида появился минуты через четыре. Роман мазнул по нему взглядом и начал осматривать ехавшие следом машины. И почти сразу же обратил внимание на не слишком новый «БМВ».

Его Роман видел уже дважды – у 411-й батареи и на светофоре. Учитывая расстояние, то, что он до сих пор не обогнал экскурсионный автобус, выглядело очень подозрительно.

Роман потянулся к телефону, позвонил Ивану Сахно и велел ехать до Греческой. После этого он быстро вырулил с парковки и свернул в переулок. Вскоре джип вынырнул на Куликовом поле. Миновав его, Роман направился к центру.

Несмотря на то что он ехал в объезд, здесь движение было не таким плотным. И это позволило Роману снова немного обогнать экскурсионный автобус. Оказавшись на Греческой, он припарковался в укромном месте у выезда к Преображенской и стал ждать…

87

Украина, Одесса, за один день до визита премьера РФ в Одессу.

К тому времени, когда экскурсионный автобус с Иваном Сахно отъехал от мемориала 411-й батареи, группа наружки СБУ добралась только до Среднего фонтана. Виктор по телефону договорился со старшим группы о координации, Козуб тем временем пристроился за автобусом.

– Смотри не потеряй на светофоре, – сказал Логинов.

– Не потеряю, – мотнул головой Козуб.

Экскурсионный автобус для слежки был очень простым объектом. Однако на памяти Виктора не раз случалось, что самые большие проблемы возникали как раз там, где их никто не ждал. Поэтому он не терял бдительности до того самого момента, пока они не встретили оперативную «Мазду» СБУ.

– Объект вижу! Принимаю! – сообщил Виктору по телефону старший группы.

– Понял! Связь по необходимости! – ответил Виктор.

Козуб тут же притормозил, чтобы увеличить дистанцию. Виктор, сунув телефон в карман, потянулся за сигаретами.

– Кстати, там в бардачке рация должна валяться списанная! – сказал Козуб.

Виктор порылся и отыскал под кучей обычного хлама перемотанную изолентой «Моторолу». Протянув ее Козубу, он сказал:

– Там же батарея, наверное, села…

– До конца не должна, она же вырублена, – проговорил Сергей.

Включив питание, он вызвал экипаж «Мазды». Когда старший ответил, Козуб сообщил, что заряда у них мало, так что рацию они будут использовать только при крайней необходимости.

– Принял! Ваш позывной Шеврон-четыре! Я Шеврон-один! – ответил старший группы «топтунов».

– Шеврон-один, вас понял! Конец связи! – закончил сеанс Козуб. Выключив рацию и положив ее в углубление у рычага переключения скоростей, он сказал: – Хорошо хоть я сосиску слопал, а то бы вообще кранты…

– Ты просто проглот какой-то. У тебя глистов, случайно, нет?

– Нет, – мотнул головой Козуб. – У меня просто здоровый аппетит.

– Да у меня он тоже не больной, но я ж не ною целыми днями.

– Лучше переесть, чем недоспать! – пожал плечами Козуб. Посмотрев вперед, он совсем другим тоном проговорил: – Так! Минут через пять будет железнодорожный вокзал. Там у экскурсионных автобусов стоянка. Подтягиваемся потихоньку?

– Да! – сказал Виктор. – Сейчас позвоню!

Связавшись со старшим группы наружки, он договорился, что «Мазда» при приближении к вокзалу обгонит автобус, «БМВ» же займет ее позицию. Перестроение прошло без накладок, однако автобус к стоянке не свернул, а просто высадил на остановке около десятка пассажиров.

Ивана Сахно среди них не оказалось, и они продолжили слежку. Автобус направился в сторону центра, потом свернул и минут через пятнадцать высадил оставшихся пассажиров неподалеку от Греческой площади.

Логинов по дороге дал «топтунам» описание Сахно, однако, учитывая его унифицированную форму одежды, отличить парня от других пассажиров было не так-то легко. Поэтому в тот момент, когда Иван Сахно сошел со ступенек, Виктор сообщил по телефону:

– Внимание! Объект только что вышел! Черные шорты с эмблемой справа и синяя майка!

– Приняли! – сказал старший группы. – Приступаем к работе!

88

Украина, Одесса, за один день до визита премьера РФ в Одессу.

Экскурсионный автобус появился на Греческой где-то через минуту. Роман приготовил телефон, однако звонить пока не стал. Несколько секунд спустя он вдруг увидел, как на площадь выехал тот самый «БМВ».

Глядя на него, Роман медленно выдохнул. Это уже не могло быть случайностью. Оглядевшись по сторонам, он отложил телефон, подался в сторону и наклонился. Выудив из тайника «глок», Роман дослал патрон в патронник и сунул пистолет в карман.

Несмотря на то что ситуация выглядела угрожающе, резких движений предпринимать не стоило. Хотя то, что «БМВ» следит за экскурсионным автобусом, сомнений уже не вызывало, вполне могло оказаться, что объектом слежки является вовсе не Сахно.

Поэтому Роман выжидал, что будет дальше. Иван, как и было ему велено, вышел из экскурсионного автобуса и направился к торговому центру. Греческая площадь была довольно оживленным местом, так что быстро установить, следят за Иваном или нет, не представлялось возможным.

Роман проводил Сахно взглядом до торгового центра, после чего постарался запомнить всех, кто вошел за ним следом. С того места, где стоял джип Романа, было видно только два входа. Однако этого было вполне достаточно.

Немного выждав, Роман наконец позвонил Ивану.

– Да! – ответил тот.

– Выйдешь через другой выход и медленно пойдешь в сторону моря по Дерибасовской. Я тебе позвоню! – сказал Роман. – Понял?

– Да!

– Тогда все! Давай…

Голос у Сахно был довольно спокойным. Это было хорошо. Большинство людей в критической ситуации теряли головы. Но были и такие, кого опасность, наоборот, мобилизовала. Было похоже, что Сахно ближе к этой категории.

Однако Роман на этот счет слишком не обольщался. Он прошел не одну горячую точку и насмотрелся на всякое. Случалось, что люди, казавшиеся храбрецами, под воздействием какого-то неожиданного фактора начисто ломались. Причем в самый неподходящий момент.

Отзвонившись, Роман потянулся к бардачку и отыскал в нем пустой пакет. После этого он выбрался из джипа и включил сигнализацию. Держа пакет в руке, Роман направился к ближайшему ларьку…

89

Украина, Одесса, за один день до визита премьера РФ в Одессу.

Выйдя из экскурсионного автобуса, Иван Сахно неспешно перешел через проезжую часть и приблизился к огромному торговому центру, выстроенному на Греческой площади сравнительно недавно.

– Черт! – вздохнул Виктор. – Там выходов много?

– Два или три, – сказал Козуб. – Но они его не потеряют…

– Да потерять-то не потеряют, но мгновенную встречу просмотреть могут.

– На то она и мгновенная встреча…

Тем временем из «Мазды» «топтунов» выбрался оперативник. Он был одет в светлые брюки и светлую рубашку с коротким рукавом, а также светлые туфли. Однако все это было каким-то невыразительным, как и сама внешность «топтуна». При взгляде на него ничто не приковывало к себе внимания.

«Топтун» двинулся за Иваном Сахно. «Мазда» тронулась и начала неспешно огибать площадь. Сахно приблизился к торговому центру и вошел в него. «Мазда» скрылась за углом.

– Сейчас кого-то запустят с другого входа, – сказал Козуб, – так что никуда он не денется. Наружка свое дело знает…

Логинов кивнул и вытащил сигареты. Он был убежденным сторонником принципа, что всякий должен заниматься своим делом. Следователи – трактовать законы и писать бумажки, оперативники – осуществлять розыск, наружка – производить наблюдение за подозреваемыми. Однако сейчас Виктор с большим трудом сдерживался, чтобы не устремиться за Иваном Сахно в торговый центр самому.

Закурив, он чуть опустил окошко и открыл пепельницу. Козуб тоже потянулся за сигаретами. Примерно через две минуты у Виктора зазвонил телефон.

– Да! – быстро ответил он старшему группы «топтунов».

– Он спустился на нулевой этаж, в продуктовый супермаркет.

– Понял! Его сколько людей ведут?

– Уже два.

– Хорошо! – сказал Виктор. – Тогда ждем…

Ему очень хотелось сказать, чтобы «топтуны» были максимально внимательными и постарались не пропустить мгновенного контакта Ивана, но он не стал этого делать. Во-первых, для передачи подобных инструкций пришлось бы отвлекать «топтунов» от работы, а во-вторых, они были профи, так что напоминать им об азах было абсолютно излишне. И Виктор продолжил курить.

Минуты через три старший сообщил, что Иван купил в супермаркете пол-литровую бутылку сока, а потом – что он вышел через другой вход и направляется к Дерибасовской.

– Ясно! – сказал Виктор. Отключившись, он передал информацию Козубу, после чего спросил: – На Дерибасовской пешеходная зона, правильно?

– Да, движение транспорта перекрыто! – кивнул Козуб.

– Тогда давай как-нибудь в объезд к ней! Оставим машину и тоже слегка прогуляемся!

Козуб запустил двигатель и тронулся с места. Покинув площадь, он обогнул небольшой квартал старых домов и минуты полторы спустя подкатил по переулку к Дерибасовской.

Время было около шести вечера – для променадов еще рановато, но народа на Дерибасовской было очень много. Логинов с Козубом вышли из машины и нырнули в толпу. Старший группы сообщил, что Иван направляется в их сторону. Виктор с Козубом пересекли Дерибасовскую и остановились у расположенного чуть наискось переулка. Там стояла палатка, в которой раздетый до пояса мускулистый парень «набивал» вручную всем желающим оригинальные временные татуировки.

У палатки собралась приличная толпа. Затерявшись в ней, Логинов с Козубом дождались приближения Ивана Сахно. Тот шел очень медленно, останавливаясь у торговцев, фотографов и прочих мелких предпринимателей, изобретавших все новые способы отъема денег у отдыхающих. В руке Сахно небрежно нес запотевшую пластиковую бутылку сока.

Такую можно было купить в любой из многочисленных торговых точек на Дерибасовской. Правда, втридорога, и не факт, что не с испорченным содержимым. Однако Виктор увидел, что Сахно даже не открыл бутылку. Вот что было странно.

Подавшись к Козубу, он сказал:

– У него бутылка непочатая, соображаешь?..

– Думаешь, проверялся?

– Похоже…

В этот момент Сахно поднял руку к груди, после чего что-то сказал.

– Ему звонят! – сообщил Виктор.

Козуб, смотревший на мастера тату, оглянулся и сказал:

– Эта тетка из бригады. Зинка-Невидимка.

Логинов не сразу понял, о ком говорит Козуб. А когда понял, немало удивился. За Сахно шла худощавая женщина лет сорока с заколотыми на затылке русыми волосами. Одета она была в легкую длинную юбку и такую же легкую блузку. На ногах – сандалии. Женщина была очень загорелой, что для коренных одесситов являлось абсолютно нетипичным, так что Логинов обязательно принял бы ее за одну из отдыхающих.

Зинка-Невидимка, заметив, что Сахно позвонили, начала вроде бы невзначай приближаться к нему. Однако телефонный разговор длился недолго, так что услышать из сказанного Сахно сотрудница наружки ничего так и не успела. Увидев, что объект закончил разговор, Зинка-Невидимка остановилась у фотографа с крокодилом. Сахно же после звонка на ходу открыл бутылку с соком и сделал несколько глотков.

– Ну вот, – негромко сказал Козуб Логинову. – А ты боялся… Продукт куплен для потребления. Что, двигаем за ним?

– Да нет… – сказал Виктор.

В этот самый момент Сахно огляделся по сторонам и вдруг развернулся, направившись обратно – в сторону Преображенской.

– Упс! – сказал Козуб, отворачиваясь к татуировочных дел мастеру.

Зинка-Невидимка, не предпринимая неосторожных действий, разминулась с Сахно и продолжила двигаться в сторону Екатерининской. Минуту спустя Сахно принял тот самый неприметный оперативник, которого Виктор видел на Греческой.

Сахно свернул в городской сад, одна из аллей которого была полностью оккупирована художниками. Однако Ивана интересовали не картины, а расположенный в дальнем конце горсада туалет. Он направился к нему. Неприметный оперативник входить следом не стал. Виктор с Козубом заняли позицию у беседки в стороне Зеленого театра.

Иван Сахно вышел из туалета, держа бутылку с соком под мышкой и отряхивая свежепомытые руки. Очки у него висели на груди, зацепленные дужкой за верх майки. Потерев ладонью о ладонь, Сахно взял бутылку в руку и снова направился к Дерибасовской. Очки он так и не надел…

90

Украина, Одесса, за один день до визита премьера РФ в Одессу.

Посмотрев на витрину первого ларька, Роман повернулся и двинулся в обход Греческой в сторону Дерибасовской. Вскоре он приблизился к рефрижераторному лотку с мороженым, у которого стояло три или четыре человека. Лучшего прикрытия трудно было и придумать.

Роман спросил, кто последний, и стал ждать. Через несколько секунд он увидел вышедшего из торгового центра Ивана Сахно. Тот нес в руке небольшую бутылку. Сахно, как и было оговорено, направился к выходу на Дерибасовскую.

Роман купил три пачки мороженого и двинулся следом. На выходе из площади он остановился еще у одного ларька, где купил еще и бутылку колы. Параллельно Роман вел наблюдение. И засек мужчину, который несколько минут назад зашел за Сахно в торговый центр. Теперь он двигался за Иваном на Дерибасовскую.

Это был конец. Больше никаких сомнений в том, что Сахно засекли на 411-й батарее и теперь вели, не было. Роман, надев пакет с мороженым на руку, открыл колу и сделал пару жадных глотков на ходу. Перейдя наискось через Дерибасовскую, он миновал кинотеатр и вошел в городской сад. Там он сунул бутылку в пакет и позвонил Сахно.

Встал Роман так, чтобы оказаться вне зоны слышимости прогуливающихся людей. Когда Сахно ответил, Роман негромко проговорил:

– Слушай меня внимательно…

91

Украина, Одесса, за один день до визита премьера РФ в Одессу.

Дойдя по Дерибасовской до угла Екатерининской, Иван Сахно свернул на нее. Было понятно, что он направляется то ли к Приморскому бульвару, то ли вообще на морвокзал. И Виктор отправил Козуба за машиной.

Сам Логинов, держась на приличном расстоянии от Ивана Сахно и сотрудников наружки, двигался следом за ними. В тот самый момент, когда за углом показался памятник Дюку де Ришелье, Виктору перезвонил генерал Шведов.

– Ну что там с этим Сахно? – быстро спросил он.

Логинов доложил ситуацию.

– Понял! – сказал Шведов. – Тогда так… Сейчас я подошлю к тебе своих людей с одним хитрым пневматическим устройством. Оно выстреливает микроскопический радиомаяк, который застревает в одежде. «Окольцуют» его, и дальше вести можно будет на расстоянии. Понял?

– Да! Я через минуту-другую уточню, куда именно подъезжать – на Приморский или на морвокзал!

– Хорошо! Жду!

Виктор отключился и чуть ускорил шаг, поскольку за время разговора потерял из вида «топтунов». Приблизившись к памятнику Дюка, он начал оглядываться по сторонам. В этот самый момент Виктору перезвонил старший группы наружки.

– Они потеряли его! Он нырнул в кусты в Пионерском парке!

– Справа или слева от памятника? – быстро спросил Виктор.

– Слева!

Отключившись, Логинов тут же перезвонил Козубу, одновременно быстро приблизившись к Потемкинской лестнице. На аллее Пионерского парка он увидел оглядывавшую расположенные внизу кусты Зинку-Невидимку. Оперативник в светлой одежде как раз свернул с Потемкинской лестницы в Пионерский парк в районе второй по счету площадки. Оперативная «Мазда» быстро ехала в сторону Воронцовского дворца.

– Да! – ответил Козуб.

– Быстро двигай вниз! К морвокзалу! Он в Пионерском потерялся!

Отключившись, Логинов посмотрел в сторону эскалатора, однако передумал и тут же устремился по Потемкинской лестнице вниз. Если Сахно просто нырнул в кусты сходить в туалет, то «топтуны» должны были скоро его обнаружить. Однако в туалет Иван ходил совсем недавно, так что его маневр выглядел очень подозрительно.

Сбегая по Потемкинской лестнице, Виктор смотрел влево. Оперативника в светлой одежде он вскоре увидел, Сахно же как сквозь землю провалился. И Виктор прибавил ходу. Одолев последний пролет, он тут же свернул влево и очень быстро пошел вдоль Приморской улицы. Со стороны Приморского бульвара, Воронцовского дворца и Потемкинской лестницы пути ухода Сахно должны были перекрыть сотрудники наружки. А вот к Приморской он мог уйти. И Виктор ускорил шаг.

Впереди слева за старыми фасадами проглянул забор, поверх которого выглядывали зияющие ракушечником развалины. И из-за этого забора вдруг вынырнул Иван Сахно. Он увидел Логинова, встретился с ним взглядом и тут же бросился обратно.

– Твою мать! – вздохнул Виктор, бросаясь вперед.

Это была полная дешифровка. Сахно чисто интуитивно понял, что Логинов появился на Приморской по его душу. И исправить это было уже нельзя. Виктор домчался до того места, где одна из досок забора была выломана, и нырнул в щель…

92

Украина, Одесса, за один день до визита премьера РФ в Одессу.

Быстро дав инструкции Сахно, Роман закурил и двинулся в глубь городского сада. Иван, судя по голосу, пока что был далек от паники. Однако, внезапно увидев Романа, он мог от неожиданности повести себя неадекватно.

Отойдя на безопасное расстояние, Роман остановился и оглянулся. Сахно он увидел метрах в восьмидесяти. Тот, как и велел ему Роман, направлялся к туалету. Роман развернулся и продолжил курить.

Вскоре он увидел того самого мужчину, который вошел за Иваном в торговый центр на Греческой. Мужчина вынырнул на Дерибасовской и остановился у продавца воздушных шариков. Его поведение указывало на то, что слежка за Иваном ведется профессионально и большими силами.

Едва у Романа зазвонил телефон, он быстро ответил:

– Ты в туалете, в кабинке?

– Да!

– Молодец! Теперь слушай! Если что-то будет непонятно, переспросишь. Но не напрямую… Понял?

– Да!

– За тобой ходят. Но если ты сделаешь то, что я тебе скажу, все будет нормально. Сейчас вернешься на Дерибасовскую и дойдешь до памятника Дюку. Очень спокойно. Там спустишься по Потемкинской лестнице на один пролет и свернешь влево в первую аллею. Пройдешь метров пятьдесят. Потом нырнешь в кусты, как будто тебе нужно в туалет. И сразу спустишься метров на двадцать. После этого повернешь влево и двинешься вдоль аллеи. Метров через сорок увидишь в кустах канализационный колодец. С дыркой. Сбросишь в него очки и телефон. И сразу спускайся по склону вниз. Там увидишь обнесенное забором разваленное здание. Спрыгнешь туда. В заборе есть дыра. Через нее выберешься на улицу и пойдешь в противоположную от морского вокзала сторону. Если все будет нормально, я тебя подберу. Если нет, тверди, что тебя ограбили в парке. Приставив к горлу нож. И тогда никто ничего не сможет тебе предъявить! Ты все запомнил, Иван? Или повторить?

– Нет. Я понял, – сказал Иван.

– Тогда все. Главное, веди себя спокойно. Чтобы они ничего не заподозрили. И тогда все получится. А когда ты сбросишь телефон и очки, тебе уже ничего нельзя будет предъявить! Так что это самое главное! Уяснил?

– Да!

– Ну тогда все!

Закончив разговор, Роман быстро двинулся к Греческой. Иван Сахно держался молодцом. Но даже избавившись от телефона и очков, он оставался опасным свидетелем, который мог окончательно сорвать покушение. Помимо воли. Вот что было самое плохое. Поэтому Роман и пытался сделать все, чтобы его выдернуть. При этом он использовал данные, которые собрал за время своего пребывания в Одессе лично.

Постепенно ускорив шаг, Роман перешел через Дерибасовскую. Не оглядываясь. После этого Роман пошел еще быстрее.

Вернувшись к джипу, он сел за руль, бросил пакет с мороженым и водой на переднее пассажирское кресло и быстро запустил двигатель. Повернувшись назад, Роман открыл лэптоп. Когда на нем проступило изображение, он в первый момент ничего не понял. Однако почти сразу же сообразил, что Сахно в туалете снял очки и повесил их на футболку. В результате чего изображение оказалось повернутым на девяносто градусов.

Судя по нему, Сахно уже миновал кинотеатр. Роман включил передачу и направил джип к Преображенской. По ней спуститься вниз, к морю, было намного ближе. Роман свернул вправо и довольно быстро миновал Дерибасовскую.

Остановившись метров через сто пятьдесят на светофоре, он оглянулся на лэптоп. Судя по картинке, Сахно до Екатерининской пока что не добрался. Это было отлично, поскольку у Романа имелся значительный запас по времени. Однако, едва на светофоре зажегся зеленый, спереди донесся звук удара. Резво двинувшиеся вперед машины дружно затормозили.

Роман открыл окно и высунулся. Метрах в пятидесяти впереди какой-то красавец на джипе умудрился столкнуться с трамваем. Авария оказалась не слишком серьезной, однако из-за этого на Преображенской мгновенно образовалась пробка.

Роман выматерился и повертел головой по сторонам в поисках вариантов объезда. Так и не найдя их, он включил правый поворот и вместе с другими водителями начал пытаться перестроиться в правую полосу. Однако сделать это, естественно, оказалось не так просто.

Перекресток словно бы перенесся в одну из стран Юго-Восточной Азии, где правил дорожного движения как таковых никто из водителей не соблюдает. Автомобили рычали, гудели, непрерывно сигналили и дергались. Причем движение от этого ничуть не оживлялось, а, наоборот, практически остановилось.

Матерясь, Роман все-таки смог улучить момент и наполовину вклиниться в правую полосу. После довольно оживленного диалога с водителем подрезанной иномарки ему удалось протиснуться буквально в миллиметрах от нее и наконец одолеть злосчастный перекресток.

На скорости около пяти километров в час Роман проехал мимо места аварии и наконец выбрался из ловушки окончательно. Он очень быстро проскочил два квартала и свернул вправо. Дорога была почти свободной, и джип понесся под уклон к Тещиному мосту.

Только неподалеку от него Роману пришлось притормозить. Оглянувшись, он увидел, что изображение на мониторе исчезло. Сигнала не было вообще. Весь экран был покрыт цветными помехами. Это означало, что Сахно сбросил очки и камера вышла из строя.

Перед самым Тещиным мостом образовался небольшой затор. Роман посигналил, однако машины впереди стояли, ожидая, пока развернется какой-то тентованный грузовик. Немного выждав, Роман улучил момент и, выскочив на встречную, рванулся по ней вниз. Ехавшая снизу «Газель» притормозила, и Роман благополучно разминулся с ней, вильнув вправо.

После этого он очень быстро домчался до Приморской улицы. Резко затормозив и включив правый поворот, Роман дождался, пока в правом крайнем ряду образуется небольшой просвет. Наконец повернув, Роман в плотном потоке машин начал приближаться к морвокзалу.

Минуты через полторы он увидел тот самый забор, которым было обнесено разваленное здание. Он был все ближе, а Сахно все не появлялся. Роман покосился в боковое зеркало и слегка сбросил скорость. Когда он снова посмотрел вперед, то увидел мужчину, который вынырнул от Потемкинской лестницы и очень быстро пошел по тротуару навстречу потоку машин.

У Романа внутри словно что-то оборвалось. Он понял, что это агент. Несмотря на все усилия Романа, спецслужбам все же удалось перекрыть Сахно пути к отходу. Однако агент был один. Роман, выхватив из кармана пистолет, сунул его за пояс.

Несколько секунд спустя в заборе показалась голова Ивана Сахно. Роман покосился в боковое зеркало и еще больше сбросил скорость. Однако Сахно, какое-то мгновение посмотрев на агента, вдруг исчез за забором. Роман чертыхнулся, агент бросился к дыре и нырнул за Сахно. Роман какое-то мгновение поколебался и нажал на педаль тормоза…

93

Украина, Одесса, за один день до визита премьера РФ в Одессу.

Нырнув вслед за Сахно в щель забора, Логинов увидел какое-то старое одноэтажное здание, которое то ли обвалилось недавно само, то ли его валили специально. Иван Сахно отчаянно карабкался по откосу из битого ракушечника наверх, в сторону Пионерского парка. Однако ракушечник то и дело съезжал под его ногами, так что Сахно практически остановился на середине откоса.

Виктор рванулся к нему и крикнул:

– Спокойно, парень! Уголовный розыск! Не дури!

Сахно оглянулся. На его лице возникло удивление. Ракушечник под его ногой вдруг осыпался. В результате Сахно, плюхнувшись на задницу, съехал почти в самый низ. При этом он нащупал правой рукой кусок ракушечника и сжал его.

– Не дури, парень! – повторил Виктор. – Брось!

Сам Сахно опасности не представлял. Но в развалинах мог прятаться кто-то еще, поэтому Логинов не терял бдительности и был готов в любой момент выхватить «глок». За забором, на Приморской, вдруг раздался визг тормозов и многочисленные сигналы. Потом кто-то заорал матом.

– Удостоверение покажите! – сказал Сахно.

На Приморской хлопнула дверца, следом донеслись торопливые шаги. Виктор, не выпуская Сахно из вида, развернулся боком и выхватил пистолет. В щели возник Козуб.

– О! – сказал он.

– Ныряй! – кивнул Виктор, поворачиваясь к Сахно. – И покажи ему удостоверение!

– Вот! – сказал за спиной Виктора Козуб.

Сахно сглотнул и разжал сжимавшую кусок ракушечника руку.

– Вот и молодец! – сказал Виктор, после чего бросил Козубу: – Присмотри за ним! Я сейчас!

Держа пистолет наготове, он быстро метнулся к оставшейся в относительной целости части здания. Крыши там не было, но стены с одной стороны еще стояли. И Виктор быстро проверил, нет ли там кого. Вернувшись, он увидел, что Козуб стоит перед Сахно. Поскольку Сергей был не в курсе ситуации, он ничего не предпринимал и бросил на Логинова вопросительный взгляд.

– Поднимайся! – сказал Виктор. – Только без фокусов!

– А в чем дело? – спросил Сахно, вставая.

– Руки подними!

Сахно приподнял руки на уровень плеч. Виктор быстро его ощупал. К его удивлению, телефона у Сахно не было, хотя микрогарнитура болталась на майке.

– А где твой мобильный? – быстро спросил Виктор.

– У меня его украли!

– Кто?

– Какой-то тип в парке! – кивнул назад Сахно. – В кустах! Я хотел в туалет сходить, а тут он! Приставил нож и забрал телефон!

– А кошелек оставил? – пристально посмотрел на Сахно Виктор.

– Просто не успел забрать! Я его, как он телефон забирал, локтем ударил! И наутек!

– И как он выглядел? – спросил Виктор.

– Не знаю! – махнул головой Сахно. – Он же ко мне сзади подкрался…

– Звиздит как Троцкий! – покачал головой Козуб, мрачно глядя на Сахно.

Тут Виктор заметил еще кое-что.

– А очки твои где? – спросил он.

Сахно невольно сглотнул:

– Очки?..

– Ну да, очки! У тебя ведь были очки?

– Были… Я их, наверное, потерял! Когда убегал…

– Ладно! – сказал Виктор. – Тогда сейчас покажешь, где тебя ограбили!

– Так это ж там, наверху! – показал рукой Сахно.

– Ничего, залезем! Сергей! Посмотри за ним! Я сейчас!

Достав телефон, Виктор вылез через щель на Приморскую, позвонил старшему группы наружки и быстро сказал:

– Объект у нас, перехватили на Приморской! Он выскочил прямо на меня и обо всем догадался, так что пришлось задерживать! При нем нет мобильного, говорит, что забрал в кустах неизвестный, но он его явно сбросил! Поэтому мы сейчас с ним поднимемся в Пионерский, а вы срочно вызовите кинолога с собакой! А нас пусть встретят ваши люди!

– Ясно!

Виктор отключился и развернулся к щели. «БМВ» с включенными аварийными огнями был припаркован у ограждения метрах в четырех – в нарушение всех правил, на встречной полосе. Однако сейчас было не до него.

Виктор нырнул за забор и сказал:

– Ну что, вперед! Показывай, где тебя ограбили! Сергей, только ты вперед давай!

Козуб кивнул и шагнул к откосу. Хоть и не без труда, они по очереди вскарабкались наверх. Дальше Сахно повел их по заросшему кустами склону. Когда они оказались в Пионерском парке, он сказал:

– Кажется, тут…

– Хорошо! – сказал Виктор. – Ждите!

Обогнув кусты, он выбрался на аллею Пионерского парка и увидел, что Зинка-Невидимка с неприметным сотрудником в светлой одежде стоят намного левее. Быстро приблизившись к ним, Виктор сказал:

– Полковник Логинов! Где вы его потеряли?

– Вон там! – показала рукой Зинка-Невидимка.

Виктор быстро спустился с аллеи и осмотрелся. Чуть внизу он увидел продолговатые полосы на склоне. Судя по всему, это были следы бросившегося наутек и поскользнувшегося Сахно.

Виктор поднялся на аллею и негромко проговорил:

– Спасибо! Свободны! Скажете старшему, что я тут жду кинолога!

«Топтуны» переглянулись и двинулись к лестнице, ведущей на Приморский бульвар. Плечи у них обоих были опущенными. Виктор быстро огляделся по сторонам и, убедившись, что лишних ушей нет, сказал:

– Это не ваша вина! Так что не корите себя зря!

Сотрудники-наружники остановились и синхронно оглянулись.

– Это все! – пожал плечами Виктор. – Больше мне сказать вам нечего…

Вытащив из кармана телефон, он позвонил генералу Домбровскому.

Коротко описав ситуацию, Виктор сказал:

– Кроме кинолога, неплохо бы сюда еще и оцепление! Чтобы сброшенному Сахно телефону никто не приделал ноги до того, как мы его найдем!

94

Украина, Одесса, за один день до визита премьера РФ в Одессу.

В тот самый миг, когда Роман начал тормозить, на встречной полосе вдруг показался «БМВ», который следил за Иваном Сахно от самого мемориала 411-й батареи. Он очень быстро ехал от морвокзала по крайней полосе.

– Черт! – невольно вырвалось у Романа.

Мгновенно отпустив педаль тормоза, он нажал на акселератор. Джип миновал щель в заборе и несколько секунд спустя разминулся с «БМВ», который как раз включил фары и начал тормозить.

В машине находился всего один человек. Однако теперь это уже не имело значения. Роман опоздал. Вернее, сотрудники спецслужб успели. В самый последний момент они все-таки перехватили Сахно.

Несколько секунд спустя «БМВ» засигналил и выскочил на встречную полосу. Позади завизжали тормоза и загудели клаксоны. Роман в это время уже приблизился к Потемкинской лестнице. Воспользовавшись тем, что сзади машин не стало, он у эскалатора перестроился и на большой скорости миновал таможню.

Выбравшись наверх, Роман самой короткой дорогой направился к своему снятому у Отрады дому. Правил Роман не нарушал, но ехал максимально быстро. Теперь, когда Сахно оказался в руках сотрудников спецслужб, джип Романа перестал быть безопасным. И его следовало как можно быстрее спрятать.

Въехав во двор, Роман дождался, пока автоматические ворота закроются, и откинулся на подголовник. Несколько секунд он сидел неподвижно. То, что Сахно могут взять, Роман не исключал. Однако где-то в глубине души он все же до последнего надеялся, что им повезет. Но этого не случилось.

Сахно находился в руках спецслужб. И никакой гарантии, что он не заговорит, не было. В сложившейся ситуации оставаться в Одессе Роману было очень опасно, почти самоубийственно. Но уехать он не мог. Потому что прекрасно понимал, что другого шанса устранить украинского президента у него уже не будет…

95

Украина, Одесса, за один день до визита премьера РФ в Одессу.

Кинолог в Пионерский парк прибыл на удивление быстро – минут через десять. Он спустился к аллее в сопровождении плотного мужчины – старшего группы наружного наблюдения.

Виктор пожал кинологу руку и сказал:

– Я полковник Логинов! Тут у нас такая история… Подозреваемый от этого места спустился вниз по склону к Приморской. А по дороге сбросил мобильный телефон, который нам очень нужен. То есть он его, скорее всего, забросил… Собака сможет его быстро отыскать при прочесывании склона?

– Лучше сперва пройтись по следу, – сказал кинолог. – Чтобы забросить телефон, он по-любому должен был остановиться. Она это учует. А дальше можно и прочесывать…

– Хорошо! – кивнул Виктор.

Достав мобильный, он позвонил Козубу. Чтобы не привлекать внимания, тот так и торчал с Сахно в кустах. Минуту спустя Козуб с Сахно показались внизу.

– А вот и наш подозреваемый собственной персоной! – сказал Виктор.

– Сара, вперед! – скомандовал кинолог овчарке.

Когда та обнюхала Сахно, кинолог присел и что-то прошептал собаке на ухо. Та с готовностью пролаяла и тут же принялась обнюхивать землю. Несколько секунд спустя овчарка уже устремилась вниз по склону по следу Сахно.

– Ждите тут! – сказал Виктор, бросаясь за кинологом.

Спустившись вниз метров на пятнадцать, собака вдруг повернула влево и начала петлять параллельно Приморскому бульвару. Еще через тридцать метров она неожиданно бросилась наверх. Там в кустах что-то шумело. Высунувшись из-за спины кинолога, Виктор увидел канализационный колодец, который выступал из склона примерно на полметра. Вместо чугунной крышки проем люка был прикрыт железобетонным блином.

– Он тут останавливался! – сказал кинолог, глядя на закружившую собаку. – Так что, похоже, ваш телефон там!

Обогнув посторонившегося кинолога, Виктор присел. Тот оттянул за поводок собаку. Виктор наклонился и вздохнул. От старости в железобетонном боку колодца образовалась щель размером с ладонь ребенка.

– Черт! – сказал Виктор, прислушиваясь к доносящемуся из этой щели шуму. – Это же ливневая канализация! Откуда там вода?

– Ясное дело, незаконные врезки! – пожал плечами кинолог. – Кому охота выбрасывать деньги за канализацию, если можно выбрасывать воду в ливневку? Так что, товарищ полковник? Дальше искать?

– Да! – сказал Виктор. – Пройдите на всякий случай до конца! Он там возле Приморской в развалины съехал! Проверьте под строительным мусором! Мало ли что?

– Понял! – кивнул кинолог. – Сара, вперед!

Виктор вытащил мобильный и позвонил генералу Домбровскому.

– Похоже, Сахно сбросил телефон в ливневую канализацию, – сообщил Виктор. – Так что срочно нужны специалисты. Там вода прилично хлещет…

– Стоп! А откуда там вода в ливневке? Дождя уже несколько дней нет!

– Несанкционированные врезки. В общем, оцепление уже не нужно. Нужны специалисты.

– Я понял! Сейчас свяжемся с диггерами!

96

Украина, Одесса, за один день до визита премьера РФ в Одессу

Роман выбрался из джипа, забрал с заднего сиденья лэптоп и вошел в дом. После этого он посмотрел на часы. Для покупки новой машины время было слишком позднее. То есть вызвонить кого-то по объявлению было, конечно, можно, однако нотариусы уже не работали, так что оформить доверенность можно было только завтра. А это Романа не устраивало.

Но оставался еще один вариант – взять машину напрокат. Роман включил лэптоп и отыскал несколько объявлений. Ближайшим работающим оказался пункт проката, расположенный неподалеку на проспекте Шевченко. Роман позвонил, поговорил с дежурным менеджером и узнал все, что было нужно.

После этого он проверил почтовый ящик, открытый специально для связи с подкупленным генералом СБУ. Увидев, что в ящике имеется одно новое сообщение, Роман торопливо скопировал его и расшифровал.

Это была долгожданная измененная программа визита в Одессу украинского президента. Быстро пробежав глазами по запланированным к посещению объектам, Роман вздохнул. Все они, кроме мемориала 411-й батареи, фигурировали в первоначальном варианте, поэтому Роман их досконально изучил.

Ни на одном из оставшихся объектов использовать с безопасной позиции винтовку ХМ109 не представлялось возможным. Сотрудники служб охраны, не зная о ней, все же интуитивно исключили мало-мальски рискованные пункты визита. Так что и тут Роману не повезло.

Пройдя на кухню, он включил чайник и встал у окна. Глядя на улицу, Роман взвешивал шансы на то, удастся ли ему завтра проникнуть в Оперный и успеть сделать хотя бы один выстрел…

97

Украина, Одесса, за один день до визита премьера РФ в Одессу.

– Вира! – донеслось из колодца.

– Давай, Дэн! – оглянулся диггер в бандане, кличка которого была Крук.

Общими усилиями они с Дэном помогли подняться на поверхность своему третьему товарищу. Тот был экипирован по последнему слову техники. На нем были непромокаемый костюм, респиратор и каска с фонарем.

– Фух! – проговорил он, плюхнувшись на землю возле канализационного люка и сняв респиратор.

Лицо третьего диггера было монголоидного типа. Видимо, именно за это его звали Ханом. Логинов с Козубом, сидевшие на склоне в стороне, поднялись и подошли.

– Ну что? – спросил Виктор.

– Напор воды слишком большой, – пожал плечами Хан. – Так что телефон наверняка унесло в море… Надо водолазов вызывать. Нашел только какие-то очки, они зацепились…

– Очки? – одновременно спросили Логинов с Козубом.

– Да! – кивнул Хан. Чуть повернувшись, он расстегнул прикрепленный к поясу прорезиненный мешок на «молнии» и вытащил из него солнцезащитные очки. – Вот эти…

Виктор быстро подошел к диггеру, наклонился и взял находку двумя пальцами.

– Спасибо!

– Да не за что… – немного удивленно проговорил Хан.

Виктор повернулся к коренастому майору, курировавшему в СБУ диггеров, и сказал:

– Можно сворачиваться, мы уезжаем… До свидания, парни, и еще раз спасибо!

– Всегда рады! – сказал Хан. – Если нужно будет в катакомбы, звоните в любое время! А то в канализации как-то скучновато…

– Ловлю на слове! – улыбнулся Виктор.

Они с Козубом начали подниматься к Приморскому бульвару, куда Сергей успел перегнать «БМВ».

– Что, это очки Сахно? – негромко спросил Козуб.

– Очень похоже, что да, – кивнул Виктор.

– А на кой хрен он их сбросил в канализацию?

– В том-то и вопрос… – сказал Виктор. – Случайно навряд ли. Надо будет присмотреться к ним повнимательнее… На, подержи!

Отдав очки, Логинов сорвал с кустов листок и вытер им пальцы, после чего перезвонил Домбровскому и сообщил, что мобильного в канализации найти не удалось.

– Так что нужно организовывать водолазов, – закончил Виктор. – Сегодня сможете?

– Попробуем, – не слишком уверенно проговорил Домбровский.

– А что там с Сахно?

– Твердит, что его ограбили. А он ударил грабителя локтем и убежал. Отдыхает в Одессе якобы сам…

– Понятно, – сказал Виктор. – Ладно, сейчас подъедем, побеседуем с ним. До встречи…

– Оп-па! – сказал в это время Козуб, остановившись.

Виктор, опустив телефон, оглянулся:

– Что?

– А очочки-то, кажется, непростые! Смотри!

Спустившись к Козубу, Виктор наклонился. Сергей показал ему очки. Посередине, на дужке, была вроде как заклепка. Однако в ней имелось отверстие, которое почему-то под определенным углом словно бы загоралось синим светом.

– Микрооптика?.. – удивленно проговорил Виктор.

– А то! – сказал Козуб.

98

Украина, Одесса, за один день до визита премьера РФ в Одессу.

– Вот и все! – сказал дежурный менеджер. – Держите карточку! Ее вы будете показывать инспекторам ГАИ, если вас вдруг остановят.

– Спасибо! – кивнул Роман.

Пару минут спустя он уже выехал на проспект Шевченко. Арендовал он «шестисотый» «Мерседес». Из чисто психологических соображений. Хотя времена изменились и в Украине появились намного более дорогие иномарки, но, как ни крути, «шестисотый» «Мерседес» продолжал оставаться негласным символом успеха и положения в общественной иерархии. Даже для инспекторов ГАИ. Навряд ли кому-то из них могло прийти в голову, что человек, которого ищут наводнившие Одессу агенты многочисленных спецслужб, раскатывает на подобной машине.

В то же самое время «Мерседес» был не настолько броским, чтобы приковывать к себе внимание в плотном потоке машин. То, что это именно «шестисотый», можно было рассмотреть только с близкого расстояния. Так что средство передвижения у Романа было очень подходящим.

Выехав на проспект, он позвонил Лесе.

– Как у тебя дела? – спросил Роман.

– Все нормально! А у тебя?

– Приеду расскажу.

– Хорошо, жду…

99

Украина, Одесса, за один день до визита премьера РФ в Одессу.

Сахно допрашивали в специальной комнате, оборудованной не хуже тех, что показывали в американских сериалах. Логинов с генералом Шведовым, стоя за спиной сидевшего в наушниках оператора, смотрели и слушали.

Сахно сидел на стуле справа. На него был направлен свет яркой лампы. Напротив, облокотившись о стол и подавшись вперед, расположился скуластый мужчина в кремовой сорочке с распущенным галстуком. Ему было около сорока пяти, и с виду он походил на преуспевающего брокера.

За ним, сбоку от стола, с сигаретой в руке стоял второй мужчина. Этому было лет тридцать пять, одет он был небрежно и без всякого официоза. Сломанный нос и свирепый взгляд этого второго делали его похожим на профессионального мафиози.

– Очень советую вам, гражданин Сахно, вспомнить, с какой целью вы приехали в Одессу! – проговорил мужчина с галстуком. – И с какой целью вы посещали мемориал 411-й батареи! Вы выдали себя, бросившись убегать в Пионерском парке! Поэтому вам лучше сотрудничать с нами…

– А не вспомнишь, мразь, я тебя по полу размажу! Понял?! – рявкнул второй мужчина, шагнув к Сахно и схватив его за горло. – Будешь говорить?!

– Буду… – просипел Сахно.

– Ну?! – разжал руку мужчина.

Сахно сглотнул и, держась ладонью за горло, проговорил:

– В Одессу я приехал отдыхать… На мемориал ездил на экскурсию… Убегал потому, что в парке меня ограбили…

Логинов со Шведовым переглянулись. Допрос все больше напоминал бездарную постановку самодеятельного театра. Объяснялось это не отсутствием профессионализма у сотрудников СБУ, которые его проводили, а тем, что у них не было абсолютно никаких улик. И Сахно это прекрасно понимал.

Шведов кивнул, и они с Виктором вышли в коридор.

– Идем к Домбровскому, – сказал генерал. – Узнаем, что с экспертизой очков.

Домбровский, когда они вошли, как раз говорил по телефону. Кивком пригласив Логинова со Шведовым садиться, он закончил разговор и, опустив трубку, спросил:

– Ну, что скажете?

– Дело хреново! – мотнул головой Логинов. – Сахно так не заговорит… По очкам что-то есть?

– Пока нет! – ответил Домбровский.

– А с утечкой что? – спросил Шведов.

– Управление собственной безопасности занимается, – сказал Домбровский. – Но пока слишком мало данных…

– Подождите, – не согласился Виктор. – Почему мало? С одной стороны, известно, что предатель слил информацию о переносе церемонии возложения венков от могилы Неизвестного матроса к мемориалу 411-й батареи! А с другой, о поисках Сахно предатель информацию не слил! Если сопоставить данные о том, кто знал о первом, но не знал о втором, то наверняка получится очень небольшой круг подозреваемых!

– Сотрудники УСБ в этом не уверены… – покачал головой Домбровский.

– В чем?..

– В том, что предатель не слил информацию о Сахно. То, что Сахно после посещения мемориала отправился в центр Одессы явно с целью проверки, скорее всего, говорит о том, что у киллера информация о розыске Сахно имелась…

– То есть вы предполагаете, что киллер рисковал сознательно?

– Видимо, у него не было другого выхода, – пожал плечами Домбровский. – Он отправил на разведку Сахно, но сразу после этого устроил проверку, нет ли за ним «хвоста». Скорее всего, слежку засек сам киллер, а не Сахно.

– Ну, из этого не следует, что киллер знал о розыске Сахно, – сказал Виктор. – Он мог перестраховаться, и не зная, что Сахно разыскивают. Вы занимаетесь изучением записей камер наружного наблюдения на Греческой и Дерибасовской?

– Занимаемся, конечно! – кивнул Домбровский. – Но вычислить по ним киллера навряд ли удастся… Он же Греческую площадь для проверки слежки за Сахно выбрал специально. Заранее там все как следует изучив…

– В любом случае и на вычисление предателя, и на установление киллера по записям камер наружного наблюдения потребуется много времени. А его-то у нас как раз и нет, – вмешался в разговор Шведов. – Поэтому давайте сосредоточимся на том, что может нам дать выходы на киллера до завтра!

– Сахно может, – сказал Виктор. – Других вариантов нет.

В этот момент у Домбровского зазвонил телефон. Тот снял трубку, выслушал и сказал:

– Хорошо! Я понял! Спасибо!.. Эксперты дали заключение по поводу очков Сахно, – повернулся к Логинову со Шведовым Домбровский. – Часть микросхем сгорела при попадании влаги, но в очки точно была встроена микрокамера с передатчиком изображения…

– Передатчиком? – быстро спросил Логинов.

– Да! Радиус действия пока не установлен, но, судя по всему, в пределах километра-двух. Но это предварительное заключение.

– Так! – помрачнел Шведов. – Это уже совсем хреново…

– С одной стороны, да, – кивнул Виктор. – Но с другой, это уже прямая улика против Сахно. Плюс такие очки наверняка изготавливает один, максимум два производителя, так что разведка вполне может выйти на киллера через продавца. И теперь у технарей ФСО есть возможность, установив частоту, на которой работает передатчик очков, заглушить ее…

– Если разведка и выйдет на киллера, то на это опять-таки понадобится время, – сказал Шведов. – А вот установить частоту и заглушить ее нужно обязательно! Вы можете передать очки нашим специалистам, генерал?

– Думаю, да, – кивнул Домбровский. – Если дадут команду из Киева… А вы что, думаете, у киллера есть и другие такие очки?

– В любом случае исходить нужно из этого! – пожал плечами Шведов.

Домбровский кивнул и, сняв трубку, связался с центральным офисом СБУ. Очки ему разрешили передать без каких-либо долгих согласований.

– Ну вот, – сказал Домбровский, – вопрос решен!

– Теперь осталось решить, что делать с Сахно, – сказал Виктор.

– А что с ним можно сделать? – сказал Домбровский. – Предъявить обвинение в незаконном использовании шпионской техники? Так у нас нет доказательств, что это именно его очки…

– Я бы все-таки попробовал переговорить с ним, – сказал Виктор. – Прямо сейчас… Сменив, так сказать, группу следователей.

– Ну что же, давайте попробуем, – поднялся из-за стола Домбровский.

100

Украина, Одесса, за один день до визита премьера РФ в Одессу.

– Привет… – сказал Роман, входя в квартиру, и тут же невольно остановился в двери.

– Что? Не нравлюсь? – спросила Леся.

– Да нет… – мотнул головой Роман, входя в прихожую.

Леся закрыла дверь и повернулась:

– Нет – не нравлюсь?

– Нет – значит, тебя не узнать… – покачал головой Роман. – Гм-м…

Леся подстриглась очень-очень коротко, да еще и перекрасилась в черный цвет. И только теперь Роман вдруг понял, что она может выглядеть ничуть не менее эффектно, чем голливудские красавицы. При правильной подаче.

– Есть будешь? – спросила Леся.

– Да можно, вернее, нужно… – вздохнул Роман.

– Что-то случилось?

– Да. Ивана взяли.

– Ивана арестовали?!

– Скорее задержали, арестовывать его формально не за что… Но суть от этого не меняется. Он у них в руках. А это очень опасно. Для нашего дела…

– Иван ничего не скажет!

– Будем надеяться, – кивнул Роман. – Ладно, пойду мыть руки…

– Да, мой! – спохватилась Леся. – А я сейчас…

Пару минут спустя Роман вошел на кухню. Меню было прежним – восхитительно пахнувший борщ и сало с молодым луком. Однако на этот раз Роман ел без аппетита. Словно отбывал очередь.

В конце концов сидевшая напротив Леся спросила:

– Может, тебе налить выпить для аппетита? У меня «Украинская с перцем» есть!

– Да нет, – мотнул головой Роман. – Сейчас не до выпивки… – Так и не осилив весь борщ, он через пару минут отложил ложку и сказал: – Извини. Очень вкусно, но что-то больше не хочется.

Леся, быстро вскочив, убрала тарелку и спросила:

– Чай с мятой?

– Да лучше без. И покрепче…

101

Украина, Одесса, за один день до визита премьера РФ в Одессу.

– Иван, – сказал Логинов, встав перед Сахно, – у меня для тебя новости.

Сахно повернул голову и посмотрел на Виктора. Тот в допросной находился вместе с генералом Домбровским. Обоих сотрудников СБУ отправили в коридор.

– Мы нашли очки, – сказал Виктор после паузы. – Твои очки!

Сахно молчал, однако было видно, что он напрягся. Виктор помолчал еще немного и сказал:

– Ты ведь знал, что в них вмонтирована камера, верно?

Сахно сглотнул и наконец заговорил:

– Я не знаю, о чем вы. Я свои очки потерял в Пионерском парке. Никакой камеры в них не было…

– Ты совершаешь большую ошибку, Иван! – сказал Виктор.

– Я не понимаю, о чем вы, – покачал головой Сахно.

В этот момент, глядя в его глаза, Логинов окончательно понял, что Сахно ничего не скажет. Его взгляд не был взглядом запутавшегося или обманутого злодеем паренька. Это был взгляд фанатика, уверенного на сто пятьдесят процентов в своей правоте и готового идти до конца.

Виктор повернулся к Домбровскому. Тот вопросительно на него посмотрел. Виктор кивком дал понять, что им нужно поговорить. Домбровский нажал расположенную под столом кнопку, и в допросную несколько секунд спустя просунулся тот самый «добрый» следователь в кремовой сорочке.

– Побудьте с ним! – сказал Домбровский, поднявшись.

– Допрос продолжать?

– Пока нет! – покачал головой Домбровский.

Они с Логиновым вышли в коридор и тут же нырнули в смежную комнату, из которой велась запись. Там находились оператор в наушниках и генерал Шведов.

Виктор кивнул на оператора и сказал:

– Нам бы поговорить наедине! – Когда Домбровский отправил подчиненного в коридор, он продолжил: – Сахно ничего не скажет! Единственный выход – ввести ему «сыворотку правды»!

– Гм-м… – присел Домбровский на пульт. – На введение подозреваемому «сыворотки правды», думаю, нужна санкция Генпрокуратуры, если не самого президента…

– Так получайте! – сказал Логинов. – Без Сахно мы к киллеру не до…

В этот момент генерал Шведов вдруг сказал:

– Подожди!

Виктор повернул голову и увидел быстро подошедшего к стеклу односторонней видимости сотрудника СБУ в кремовой рубашке. Тот постучал в стекло и беззвучно зашевелил губами.

– Что он хочет?.. – спросил Шведов.

– Черт! – быстро встал с пульта генерал Домбровский. – Кажется, я случайно включил громкоговоритель… Нас что, слышно?..

Сотрудник в кремовой рубашке тут же кивнул. Домбровский нажал на какую-то кнопку и повторил вопрос:

– А теперь слышно?

На этот раз сотрудник в допросной никак не отреагировал. Домбровский сказал:

– Чертова техника… – От греха подальше отступив от пульта, он продолжил: – Я, честно говоря, даже не знаю, в чьей компетенции вопрос с «сывороткой правды». Мы никаких препаратов никогда не применяли. У нас их просто нет…

– У нас тоже, – сказал Виктор, – но зато в ГРУ есть. Часа за три из Москвы можно доставить самолетом. Поэтому я предлагаю во что бы то ни стало попытаться получить санкцию. Иначе мы очень здорово рискуем. Все…

102

Украина, Одесса, за один день до визита премьера РФ в Одессу.

Допив чай, Роман отодвинул кружку и вытащил сигареты. Леся быстро поставила перед ним пепельницу и сказала:

– Дай и мне!

– Ты же вроде не куришь… – удивленно посмотрел на нее Роман, протягивая пачку.

– С тобой покурю, – сказала Леся. – За компанию…

Прикурив от протянутой Романом зажигалки, она присела и сказала:

– Ты совсем не в своей тарелке. Винишь себя за Ивана?

– Нет, – мотнул головой Роман. – Иван знал, на что шел… Я его предупреждал. Дело в том, Леся, что они перекроили всю программу визита. И исключили из нее все объекты, на которых можно было стрелять из нашей винтовки…

– И что… что теперь?

– Теперь, Леся, у нас остается только мэрия. Если бы об этом знать заранее, можно было бы пронести в Оперный винтовку. И спрятаться с вечера в каком-нибудь укромном месте…

– Так можно еще успеть! Наверняка там какой-то спектакль сегодня идет! – быстро посмотрела на часики Леся.

– Сегодня уже поздно, – покачал головой Роман. – Завтра сотрудники службы безопасности будут тщательно проверять все помещения. Так что просто спрятаться недостаточно. В общем, сейчас поедем в центр, и ты прогуляешься у Оперного. В очках, которые я тебе дам…

– Они какие-то специальные? – догадалась Леся.

– Да. В них вмонтирована камера, – кивнул Роман. – Ну и дома заодно посмотрим, которые напротив Оперного…

103

Украина, Одесса, за один день до визита премьера РФ в Одессу.

Логинов с Козубом выбрались по лестнице из расположенного в подвале ресторана, где по-холостяцки ужинали. Вопрос о применении «сыворотки правды» для допроса Ивана Сахно решался в высших сферах. Когда будет ответ, никто не знал. Поэтому Виктор отпустил Басманного домой, а сам с Козубом заехал в посольство принять душ и переодеться. После чего они и отправились в ресторан, чтобы подкрепиться впрок, поскольку никто не знал, во что может вылиться эта последняя перед совместным визитом украинского президента и российского премьера ночь.

В тот момент, когда Виктор выбрался на тротуар, телефон в его кармане дважды пикнул, а потом зазвонил.

– Да! – ответил Логинов.

– Ты куда пропал?! – спросил генерал Шведов. – Я тебе третий раз звоню!

– А-а… Мы в подвале просто ужинали… Что, дали разрешение?

– Оно нам уже не поможет! Сахно в камере повесился…

– Что?!

– То, что слышал! Сахно повесился…

Виктор на мгновение потерял дар речи.

– Я в шоке… – наконец сказал он.

– Не ты один…

Виктор оглянулся и быстро отошел в сторону, где проговорил:

– Может, он не сам повесился? А ему помогли? Я имею в виду, что Домбровский сел на кнопку в аппаратной…

– Ерунда это! Я насчет Домбровского! Если бы он действительно собирался устранить Сахно, то зачем ему было включать трансляцию? Чтобы дать нам повод для подозрений?

– Да… – сказал Виктор. – Но как можно было дать ему повеситься?

– Что ты заладил? Как-как? Если кто-то решит покончить жизнь самоубийством, он это сделает! Да, проворонили что-то, но кто мог такое предположить? Ты мог?..

– Нет…

– Ну и все! Закончили об этом! Домбровский мне только что сообщил кое-что… При изучении контактов Ивана Сахно львовские регионалы обнаружили весьма подозрительный факт. Дня через два после исчезновения Сахно якобы на отдых в Крым отправилась его знакомая по секции стрельбы Леся Муравская. Она мастер спорта по стрельбе из винтовки… Так что срочно давай в СБУ, там посмотришь материалы, которые на нее прислали из Львова!

– Понял! Сейчас будем! – сказал Логинов и отключился.

Подойдя к машине, в которой уже сидел Козуб, Виктор быстро залез на переднее сиденье и сказал:

– Давай в управление! Сахно повесился!

– Что?!

– То, что слышал…

Козуб включил передачу и резко сдал назад. Виктор прикурил сигарету и сказал:

– Знал бы, сам бы с ним сидел…

– И что теперь?.. – спросил Козуб.

– Теперь будем отрабатывать его знакомую. По секции стрельбы. Ее зовут Леся Муравская, и она мастер спорта по стрельбе из винтовки…

– А Муравская эта с какой стороны?

– Что?.. – посмотрел на него Виктор.

– Я говорю, а Муравская тут при чем? – перефразировал вопрос Козуб.

– А-а… Она вроде в Крым поехала отдыхать. Сразу за Сахно… В общем, надо смотреть материалы, которые прислали из Львова… Я все думаю про самоубийство Сахно. У меня оно в голове не укладывается.

– В каком смысле?

– В том, что Сахно был совсем не похож на самоубийцу…

– Намекаешь на то, что ему помогли? – сказал Козуб. – Это исключено. На это никто бы не пошел.

– Да? А сливать киллеру информацию? На это кто-то бы пошел?

– Ну, это совсем другое, – покачал головой Козуб. – Это две большие разницы, как говорят у нас в Одессе.

– Ты это серьезно? – посмотрел на Козуба Логинов.

– Вполне, – кивнул тот. – Объяснить?

– Конечно.

– Ну, насчет того, что нынешний наш президент имеет три судимости, ты в курсе, конечно?

– Не три, а две, – сказал Виктор.

– Ну, вообще-то вроде бы три. Но пусть будет две с половиной, – сказал Козуб. – Но это еще полбеды. Дело было по молодости, с тех пор утекло много воды, судимости погашены и все такое. Но дело в том, что в команде президента есть очень много людей, которые с начала девяностых годов и по сей день числятся в картотеках как члены организованных преступных групп. И эти люди стали губернаторами, министрами и так далее… Ну или их заместителями! – быстро проговорил Козуб, предвосхищая возражения Виктора. – И вот поставь себя на место какого-нибудь сотрудника СБУ, который двадцать лет оттарабанил в отделе по борьбе с организованной преступностью. Ты взяток не брал, семью держал впроголодь, а тебя бандюки еще и киллерам заказывали. Но ты с ними героически боролся. А тут ты вдруг понимаешь, что все эти твои борения и лишения были коту под хвост. Потому что этих самых бандюков, до которых ты в свое время не дотянулся или которые откупились у судей, теперь назначают на руководящие должности. В том числе и в СБУ. Так что не исключено, что не сегодня-завтра тебя, по старой памяти, выгонят на хрен со службы, не дав дослужить до пенсии! А у тебя-то, кроме подорванного здоровья и видов на эту самую пенсию, ни хрена нет, потому как взяток ты не брал! Представил?

– Представил… – сказал Логинов.

– Ну вот и ответ на твой вопрос. Если к такому человеку, а таких в СБУ, да и не только в СБУ, довольно много, правильно подойти, то информацию он, конечно, сольет. Но мараться убийствами никто не станет…

– Да, – вздохнул Виктор, закурив. – Весело у вас…

– Как есть. Се ля ви, – пожал плечами Козуб.

Остаток пути до управления СБУ на Еврейской улице Логинов мрачно молчал. Он думал над тем, что сказал ему Козуб. Из этого следовало, что не только в СБУ, но и в украинской милиции было очень много людей, которым в этом деле нельзя было доверять. Потому что они, заметив в одиночку снайпера на пути следования кортежа украинского президента, вполне могли сделать вид, что ничего не видели…

104

Украина, Одесса, за один день до визита премьера РФ в Одессу.

Припарковавшись в переулке, Роман выключил зажигание и стал ждать. Кардинально сменившую имидж Лесю действительно было не узнать, однако это еще ничего не значило. Во время ее затяжной прогулки у Оперного на девушку вполне могли обратить внимание переодетые агенты. И устроить слежку – просто для проверки. Поэтому Роман и приказал Лесе добираться домой пешком, а сам на «Мерседесе» занимал укромную позицию и вел наблюдение.

После того, как Леся прошла мимо переулка, Роман выждал около трех минут. Никаких подозрительных людей и машин за ней не проследовало. И Роман, включив зажигание, позвонил.

– Я тебя подберу на углу у сквера, – сообщил Роман.

– Хорошо…

Роман включил заднюю передачу и, сдав во двор, развернулся. Проехав в конец переулка, он свернул на улицу и метров через триста остановился на углу. Едва вынырнувшая из следующего переулка Леся села наперед, Роман тут же тронулся с места и направил «Мерседес» к Преображенской.

Припарковавшись во дворе девятиэтажки, Роман сказал:

– Приехали… Давай очки, их надо выключить, чтобы не садилась батарейка.

Роман взял очки и, нажав на какую-то замаскированную кнопку, спрятал их в футляр.

– Так что, попробуем завтра попасть в Оперный? – спросила Леся.

– Еще не знаю, – покачал головой Роман. – Смотря как его будут охранять. Ну и записи надо изучить. В общем, завтра будет видно. Я позвоню.

– Хорошо, – сказала Леся. – Я буду ждать!

Быстро наклонившись, она поцеловала Романа в щеку и тут же выбралась из машины. Тот дождался, пока она вошла в подъезд, и только потом выехал со двора…

105

Украина, Одесса, за один день до визита премьера РФ в Одессу.

«БМВ» завернул влево вслед за трамваем и сбросил скорость.

– Кажется, вон там, – сказал Козуб.

Пару минут спустя он остановился в переулке у высоких железных ворот, рядом с которыми был припаркован светлый «Фольксваген Бора». Судя по номеру на воротах и прикрепленному к ним намертво объявлению о сдаче жилья, это была как раз та усадьба, в которой Сахно снимал койко-место.

Адрес он сообщил на допросе. Сюда выезжали оперативники СБУ, однако обыск ничего не дал. Как и опрос хозяев и других квартирантов. Однако после самоубийства Сахно Логинов решил наведаться в адрес с Козубом.

Выбравшись из «БМВ», они услышали доносящийся из-за ворот властный женский голос:

– Газ на колонку теперь будете включать с шести до восьми вечера! Туалетную бумагу класть по одному рулону через день! И смотрите, Зинаида Витальевна, кого берете!

Женщина постарше виновато произнесла:

– Да мы же все делаем, Людочка, как ты говоришь…

– И не называйте меня Людочкой, Зинаида Витальевна! Неужели так трудно запомнить за пять лет, что меня зовут Людмилой!

– Извини, Людмила…

Калитка открылась, и в ней показалась женщина лет тридцати двух – отчаянно молодящаяся, но уже прилично сдавшая в смысле кондиций. Окинув Виктора с Козубом быстрым взглядом, она сказала:

– Ну вот, Зинаида Витальевна, последствия вашей глупости…

– Добрый вечер! – сказал Логинов. – Мы из СБУ!

Козуб быстро показал удостоверение. Виктор тем временем продолжил:

– А вы Людмила Писемская, которой принадлежит этот дом, верно?

– Да! – кивнула молодая женщина.

– Мы вас не задерживаем, – сказал Виктор. – Но хотели бы задать несколько вопросов вашей свекрови и жильцам. Вы ведь не возражаете?

– Зинаида Витальевна! – оглянулась Писемская. – Ответьте на все вопросы товарищей и покажите им все, что потребуется!

– Хорошо, Людочка! – кивнула женщина лет пятидесяти пяти, стоявшая во дворе.

Писемская метнула на нее суровый взгляд, и Зинаида Витальевна поправилась:

– То есть Людмила!

Писемская вздохнула и, повернувшись к Виктору с Козубом, сказала:

– Зинаида Витальевна все сделает! Всего доброго!

– Всего доброго! – кивнул Виктор и двинулся к калитке. – Добрый вечер, Зинаида Витальевна!

– Здравствуйте! Пожалуйста, проходите! Как вас величать?

– Можно просто Виктор, – сказал Логинов. – Где мы могли бы с вами поговорить?

– Можно в доме, можно в беседке!

– Ну тогда лучше в беседке, – сказал Виктор.

Минуту спустя он уже задавал вопросы. Зинаида Витальевна выполняла роль коменданта частной гостиницы, в которую была превращена усадьба, принадлежавшая ее невестке Писемской. Помогал ей в этом хлопотном деле гражданский муж.

Сахно снял жилье без посредников – по объявлению на воротах. Это жилье представляло собой крошечную пристройку с отдельным входом. Удобства – туалет, душ и кухня – были общими. Сахно к себе за время проживания никого не приводил и вообще был тише воды ниже травы, так что то, что им заинтересовались правоохранительные органы, стало для Зинаиды Витальевны полной неожиданностью.

После разговора с ней Логинов с Козубом попросили показать миниатюрную комнату Сахно. Ее площадь оказалась не более пяти метров, так что тщательно осмотреть ее удалось довольно быстро, но никаких результатов это не принесло. И тогда Виктор с Козубом побеседовали с другими постояльцами.

Однако и они ничего интересного сообщить не смогли. Молодая девушка лет двадцати, торговавшая сезонным товаром на близлежащем рынке и состоявшая в гражданском браке с молодым парнем, пополнявшим на том же рынке счета мобильной связи и жившим здесь же, рассказала, что предлагала познакомить Сахно со своей напарницей, однако тот сказал, что у него девушка есть.

Так и не выяснив ничего, что могло дать хоть какой-то след, Логинов с Козубом распрощались с Зинаидой Витальевной. Из машины Виктор позвонил Вадиму Басманному, который занимался координацией поисков Леси Муравской. То, что она находится в Одессе, а не в Крыму, удалось установить по трафику мобильного девушки. Однако около трех часов назад телефон она отключила. Что свидетельствовало о том, что неизвестный киллер получает информацию от кого-то из очень высокопоставленных и осведомленных сотрудников СБУ.

– У Вадима пока ничего, – сообщил Виктор, закончив разговор с Басманным.

– И что будем делать?

– Заедем в консульство. Узнаю, что там по очкам и с аквалангистами…

106

Украина, Одесса, за один день до визита премьера РФ в Одессу.

Войдя в квартиру, Леся захлопнула дверь и переобулась в домашние тапочки. После этого она позвонила Роману.

– Я уже дома, – сообщила Леся. – Все в порядке!

– Хорошо! – сказал Роман. – Тогда отдыхай. Завтра у нас трудный день. Нам надо быть в форме.

– И ты тоже отдыхай! – сказала Леся.

Отключившись, она посмотрела на телефон и вздохнула. Поведение Романа красноречиво свидетельствовало о том, что он списал Лесю со счетов после того, как первоначальный план покушения на президента рухнул.

И теперь Лесе, которая должна была с технического этажа девятиэтажки устранить ненавистного президента-зэка выстрелом из чудо-винтовки, была уготована роль простой наблюдательницы. Которую Роман даже не собирался брать с собой в Оперный, поскольку считал, что она не сможет стрелять в людей с близкого расстояния.

Во время прогулки Леся купила сигарет. Достав их из сумочки, она прошла на кухню, уселась за стол и закурила. Ее взгляд невольно остановился на кружке, из которой Роман пил чай.

– Ты глупый, – вздохнув, негромко проговорила Леся. – Ты думаешь, что я не смогу… Ты просто не знаешь меня… Я смогу все… И ты завтра в этом убедишься… Я не отпущу тебя одного… Мы пойдем вместе… И сделаем это вместе или вместе умрем…

107

Украина, Одесса, консульство РФ, за один день до визита премьера РФ в Одессу.

В консульстве ФСО заняла несколько помещений, оборудовав в них что-то вроде временной штаб-квартиры. Тут же у генерала Шведова был небольшой кабинет. Логинов вошел в него и присел на стул за приставным столом, рассчитанным на шесть человек.

Шведов закончил телефонный разговор и спросил:

– Ну что?

Виктор покачал головой:

– Ничего…

– Чего и следовало ожидать, – пожал плечами Шведов.

Виктор закурил и сказал:

– Киллер узнает о всех новостях одновременно с нами. Если не раньше. Так мы до него ни за что не доберемся…

– Похоже на то… – кивнул Шведов.

– И вы говорите об этом так спокойно?! – перебил генерала Логинов.

– Гм-м… Логинов, задача ФСО заключается не в том, чтобы выловить всех террористов во всех странах, куда приезжают охраняемые лица. Это невозможно физически. Наша задача заключается в том, чтобы обеспечить безопасность охраняемого лица, несмотря на существующие угрозы. И в этом направлении мы продолжаем работать. Вот в чем разница между нашим и твоим подходом…

Виктор покачал головой:

– Но в данном случае угроза слишком велика…

– Ну, во-первых, у нас слишком мало информации для такой категоричной оценки. А во-вторых, даже если это так, это ничего не меняет. Государственный визит – это не рок-фестиваль и не гала-концерт, который можно отменить из-за угрозы теракта. Другое дело, что мы предпримем все возможные меры…

– Например?

– Вообще-то это совершенно секретная информация.

– Понятно…

– Но кое-что я тебе могу сообщить. Для того, чтобы ты ориентировался… Из Севастополя в Одессу срочно направляется корабль радиоэлектронной разведки. Он во время мероприятий будет осуществлять постановку помех по всему спектру радиоволн. Так что в это время не будут работать не только очки вроде тех, что ты нашел, но и телефоны, и рации, и все остальное… И это не единственный сюрприз, который мы готовим киллеру.

– Понятно. Только если вы сообщили об этом СБУ, то киллер об этом уже знает. Или узнает в самое ближайшее время.

– Не исключено, – кивнул Шведов. – Но от этого его средства связи не заработают. Зато есть большая вероятность, что он откажется от задуманного. А это и есть наша цель.

– Очень бы хотелось в это верить, но, по-моему, он ничуть не меньший фанатик, чем Сахно. Если не больший. И от задуманного не откажется… Что-нибудь по очкам из Москвы есть?

– Пока нет.

– А насчет телефона Сахно?

– Аквалангисты прочесали дно у выхода канализационной трубы. Но ничего не нашли. Там сильное течение. Так что телефон или унесло в море, или просто замыло, или он застрял в какой-то щели в трубке… В общем, поиски прекратили.

– Понял. Ладно, не буду больше отвлекать, – поднялся Виктор, затушив в пепельнице окурок.

Выйдя из кабинета Шведова, он отправился в комнату спецсвязи, откуда перезвонил генералу Кравцову. Тот, как и Шведов, находился на рабочем месте и ответил практически сразу:

– Что, Логинов?..

– Уткнулись в глухой угол. По очкам разведка работает?

– Да. И наши хакеры, и СВР, и контрразведка. И кое-что уже удалось установить. Эти очки куплены в одном из европейских интернет-магазинов. О его сайте, судя по всему, знают только опытные профессионалы. В комплект поставки входит также приемный комплекс на базе лэптопа. Один из наших разведчиков в Европе заказал себе комплект. Доставка будет осуществлена завтра в течение дня…

– Но это же поздно!

– Раньше никак не получится. Кроме того, наши разведчики попытаются по сайту выйти на владельца интернет-магазина. По информации, которую им подбросили хакеры. Так что делается все возможное.

– Ясно! Тогда последнее… – сказал Виктор. – Судя по тому, что тут происходит, информацию киллеру сливает кто-то из очень высокопоставленных сотрудников центрального аппарата СБУ. Поэтому, если разведка что-то накопает, делиться полученной информацией с нашими киевскими коллегами не стоит…

– Резон в этом есть, но это будет зависеть от характера полученной информации. На Украине наши оперативные возможности весьма ограничены…

– Согласен. Но если что-то удастся выяснить, сообщите это для начала мне, а не в Киев. Так будет намного лучше.

– Договорились, Логинов!

Выйдя из консульства, Логинов сел в стоявший во внутреннем дворе «БМВ». Козуб запустил двигатель и собрался включить передачу, но Виктор его остановил жестом.

– Подожди! Я, наверное, останусь… А ты езжай домой и тоже отдыхай. Если что-то будет, я тебя сразу разбужу.

– Понял! Так вы и Вадима отпустили?

– Нет! Вадим будет продолжать координировать поиски Муравской. Хотя прибыла она в Одессу и жилье сняла наверняка по той же технологии, что и Сахно. Но вдруг удастся ухватиться за какую-нибудь ниточку…

108

Украина, Одесса, за один день до визита премьера РФ в Одессу.

Роман сидел в кресле с лэптопом и в который раз просматривал полученные сегодня записи. Свет в доме он выключил, поэтому, когда на жалюзи вдруг упал отблеск фар, Роман мгновенно заметил это. Быстро закрыв лэптоп, он вскочил, метнулся к дивану за пистолетом и осторожно приблизился сбоку к окну.

Слегка раздвинув жалюзи, Роман выглянул во двор. Машина, отражение света фар которой насторожило его, въезжала в расположенный напротив двор. Тревога оказалась напрасной, однако Роман на всякий случай проскользнул к входной двери, приоткрыл ее и какое-то время прислушивался.

Никаких подозрительных звуков с улицы не доносилось. И Роман, закрыв дверь, прошел на кухню. День выдался тяжелым, и нервная нагрузка давала о себе знать. Положив пистолет на холодильник, Роман достал бутылку коньяка и налил себе сто граммов в рюмку. Выпив залпом, он задумчиво пожевал дольку лимона.

Спецслужбы сделали все, чтобы обезопасить украинского президента. Мэрия оставалась единственным шансом достать его из винтовки. Однако Роман прекрасно понимал, что проникнуть в Оперный либо в расположенный напротив дом завтра будет очень трудно. Но дело было даже не в этом.

Нужно было не просто проникнуть, а проникнуть так, чтобы никто из многочисленных агентов и милиционеров ничего не заподозрил и не поднял тревогу. Потому что в этом случае подъезд кортежа к мэрии неминуемо должны были отложить до выяснения. Вот в чем заключалась ахиллесова пята нового плана.

Роман задумчиво покурил и вернулся в комнату к лэптопу. Усевшись в кресло, он в который раз просмотрел видеозаписи. Что касалось мэрии, то тут ничего нового придумать было нельзя.

И Роман перешел к записи с мемориала 411-й батареи. Он просмотрел ее с самого начала до того момента, когда Иван влез на оружейную башню и повернулся к морю. На мониторе возникла медленно проплывавшая вдали яхта. И тут Романа вдруг осенило…

109

Украина, Одесса, консульство РФ.

Спал Логинов в небольшом, но весьма комфортабельном номере консульской гостиницы. Правда, заснуть ему удалось с большим трудом. И почти сразу же, как ему показалось, Виктора разбудил звонок мобильного.

Увидев, что звонит Кравцов, Логинов резко сел на кровати и ответил:

– Да!

– Значит, так, Логинов! Только что получена срочная шифротелеграмма из французской резидентуры. Они провели комплекс мероприятий и установили, что комплект из двух очков с микрокамерами и приемного комплекса на базе лэптопа около двух недель назад приобрел некто Пьер Ламар. Он гражданин Франции и негр…

– Негр?..

– Да, но главное не это. Главное, что Пьер Ламар бывший легионер. Уволился из Легиона около года назад. И поселился в Марселе. В Легионе он проходил службу под именем Пьер Лама.

– Он воспользовался правом замены после увольнения из Легиона фамилии и превратился в Ламара? – догадался Виктор.

– Да… В общем, сотрудники нашей разведки, которые работают в консульстве в Марселе, попытаются собрать об этом Ламаре информацию. Но в Марселе сейчас еще рано, так что приступят они часа через два-три, не раньше…

– Ясно! Тогда продиктуйте мне по буквам фамилию и имя этого Ламара… – Записав и проверив, Виктор сказал: – Я сейчас озадачу прикомандированных сотрудников СБУ. Если нам не удастся по-быстрому ничего найти насчет пребывания Ламара в Украине, я вам сообщу! Тогда передадите информацию СБУ!

– Я в любом случае обязан немедленно доложить об этом руководству, Логинов. А там действовать, как прикажут.

– Понял… Ты в Одессу вылетаешь с премьером?

– Нет. Премьер уже выехал в аэропорт. Я остаюсь.

– Ясно. Тогда информируй меня, если что. И я тоже сразу буду звонить…

– Добро, до связи!

Виктор отключил телефон и с удивлением обнаружил, что уже почти семь часов утра. В России было около восьми. Во Франции – шести…

110

Украина, Одесса.

Звук будильника ворвался в сон, мгновенно разбудив Романа. Тот резко сел и, потянувшись к мобильному, отключил сигнал. Время было ровно семь. Несмотря на то, что поспал Роман всего пять часов, чувствовал он себя отдохнувшим.

Тут же встав, он включил лэптоп и, пока тот грузился, сходил в туалет. Вернувшись, Роман проверил почтовый ящик. Там было новое сообщение. Роман скачал его и расшифровал.

– Черт! – невольно вырвалось у него.

Подкупленный генерал СБУ сообщал, что Иван Сахно покончил жизнь самоубийством в камере областного управления. Роман помрачнел, поднялся и прошел на кухню. Вообще-то он никогда не курил на голодный желудок, однако тут сделал исключение.

Щелкнув зажигалкой, Роман глубоко затянулся и встал у окна. Такого он от Ивана не ожидал. Чего угодно, только не этого. Вчера на Приморской улице у Романа даже промелькнула мысль пристрелить Ивана, чтобы тот не попал в руки спецслужб.

Но Иван своим поступком доказал, что он настоящий патриот Украины. Он сделал все, чтобы не дать спецслужбам выйти на Романа. Теперь дело было за ним. Докурив, Роман вернулся к лэптопу.

Кроме информации об Иване Сахно, в сообщении генерала СБУ говорилось о том, что в Одессе начаты активные поиски Леси Муравской. А еще в сообщении был окончательный план визита украинского президента. Согласованный с российской стороной и расписанный по минутам. А это было самым главным…

111

Украина, Одесса, консульство РФ.

Закончив разговор с генералом Кравцовым, Логинов тут же позвонил Вадиму Басманному.

– Да! – ответил тот на удивление бодрым голосом.

– Ты что, вообще не спал? – спросил Виктор.

– Да немного прикорнул! Просто тут с шести часов все табунами бегают, мертвого разбудят.

– Понятно. Тогда докладывай об успехах!

– Да нет успехов… – вздохнул Басманный. – Ни в гостиницах, ни в частном секторе, который мы успели охватить, Леся Муравская не селилась. Фото размножено и разослано. Все, кто заступят на службу сегодня, получат его. И наши, и милиция.

– Молодец! Тогда бери ручку и записывай…

Логинов по буквам продиктовал имя и фамилию Пьера Ламара – так, как они должны были быть записаны в его паспорте.

– Теперь прочитай, – сказал Виктор.

Басманный проговорил буквы и спросил:

– Правильно?

– Правильно…

– А кто это?

– Это, Вадим, судя по всему, бывший сослуживец нашего киллера по Легиону.

– А откуда такие сведения? – удивился Вадим.

– От верблюда… Разведка доложила. Короче, мне нужно как можно быстрее узнать, пересекал ли этот Ламар границу Украины. И если пересекал, то когда и где. Повторяю, узнать это нужно как можно быстрее! Сам сможешь или какая-то санкция нужна сверху?

– Да нет. Смогу. Сведения по иностранцам не секретны. Сейчас свяжусь с погранслужбой. Они там круглосуточно работают…

– Ну тогда все! Жду! – сказал Виктор и отключился.

112

Украина, Одесса.

– Здравствуй! – сказал Роман, войдя в квартиру.

– Здравствуй! – кивнула Леся.

Ее лицо было еще слегка припухшим ото сна, но от этого оно показалось Роману даже симпатичнее. Леся была в халатике, и это тоже показалось Роману очень милым.

– Я еще не завтракал, – сказал он. – Так что давай, что есть!

– Мой руки! – Леся устремилась на кухню.

Роман, помыв руки, уселся за стол. Жарившая яичницу с грудинкой Леся оглянулась на него и улыбнулась. И Роман вдруг осознал, что это и есть счастье. Они с Лесей были знакомы уже около двух недель. Но только теперь, сидя за столом и глядя на Лесю в халатике, он вдруг понял, что она и есть та самая вторая половинка.

И у Романа промелькнула предательская мысль. Бросить все и уехать с Лесей за границу. В какую-нибудь нормальную европейскую страну. И зажить там счастливо. И нарожать кучу детей. Благо деньги у Романа еще остались. И осталось их очень-очень много…

– Осторожно! – вывел Романа из задумчивости голос Леси.

Тот убрал руки. Леся поставила перед ним тарелку.

– Приятного аппетита!

– Спасибо! – кивнул Роман и тут же набросился на еду.

Глядя на него, Леся с улыбкой сказала:

– Таким ты мне нравишься гораздо больше!

– Ты мне тоже нравишься такой.

– Жарящей яичницу? – хмыкнула Леся. – Ты думаешь, я больше ни на что не способна?

– Я этого не говорил.

– Но ты так думаешь… – вздохнула Леся. – Да?

Роман замер, глядя на нее, потом покачал головой:

– Я так не думаю…

– Тогда мы пойдем в Оперный вместе, да?

– Тебя ищут, Леся. Со вчерашнего вечера… – сообщил Роман. – И это не все! Иван погиб. Вчера…

– Что?..

– Иван погиб вчера в камере СБУ. И я не хочу, чтобы с тобой случилось такое…

– Я не боюсь, Роман! Потому что знаю, ради чего я на это иду! – воскликнула Леся, вскочив на ноги.

113

Украина, Одесса, консульство РФ.

Переговорив с Басманным, Логинов позвонил Сергею Козубу. Тот ответил почти сразу, но таким сонным голосом, что Логинов не сдержался:

– Серега, дорогой! Ты что, пожарный? Солдат спит, служба идет?

– Да вы ж мне сами сказали отдыхать… – зевнул Козуб. – И ждать звонка. Вот я и ждал…

– Так! Быстро встал, стахановец, быстро позавтракал, чтобы не ныл мне целый день, и быстро ко мне в консульство!

– А быстро – это через сколько?.. – снова зевнул Сергей.

– Быстро – это через полчаса! Все! Время пошло!

Отключившись, Логинов отправился в санузел, где в темпе произвел все процедуры, связанные с утренним туалетом. Выйдя, он быстро оделся, распихал по карманам вещи и отправился во временный офис ФСО.

Генерал Шведов как будто не то что никуда не уходил, но даже и не вставал со своего кресла. Он сидел в той же позе, что и накануне, и точно так же разговаривал по телефону.

– Ну что, Логинов? – спросил он, опустив трубку. – Чем порадуешь?

– Пока ничем.

– Отсутствие новостей уже хорошие новости.

– Боюсь, это не тот случай… Вам о Пьере Ламаре сообщили?

– Да. Только что.

– Я уже озадачил своих прикрепленных из СБУ насчет него, связываются с погранслужбой.

– Молодец! – кивнул Шведов. – Навряд ли, конечно, негр будет выполнять покушение на Украине, но, если он тут, сразу сообщи!

– Конечно! А у вас что нового?

– Вместе с кораблем радиоэлектронной разведки из Севастополя пришли наш СКР и два украинских противолодочных катера. Они будут прикрывать акваторию во время перемещений премьера… Так что у нас и море будет под контролем.

– Ладно, – сказал Виктор, поднимаясь. – Поеду в СБУ.

– Встретимся на совещании, – кивнул генерал Шведов.

114

Украина, Одесса.

– Леся, сядь, пожалуйста! – сказал Роман, отложив вилку. – Дело не в том, боишься ты или нет. Дело в том, чтобы сделать то, что мы задумали. То, ради чего погиб Иван. А не просто всем умереть. Зазря…

Леся присела и сказала:

– Извини! Просто мне обидно…

– Сейчас не время обижаться, – сказал Роман, снова беря вилку. – В общем, мне нужно кое-что уточнить. И тогда уже мы определимся, как действовать. А ты пока приготовишь винтовку и приготовишься сама. Я думаю, тебе бы очень пошли светлая косынка и очки. Я видел в каком-то журнале. В общем, поэкспериментируй пока. Но из дома без меня ни ногой. Понятно?

– Да! А когда ты вернешься?

– Не знаю, – пожал плечами Роман. – Как все выясню…

– Но мы же можем не успеть! Ты ведь не знаешь точно, во сколько он появится в мэрии?

– Почему не знаю? Знаю. Ровно в двенадцать. Так что все мы успеем… Поняла?

– Да, – кивнула Леся.

– Ну вот и отлично, – сказал Роман. – Тогда завари мне, пожалуйста, чая. Большую кружку… У тебя ручка есть и листик какой-нибудь?

– Да!

Леся, взяв с холодильника, положила перед Романом письменные принадлежности. Пока она заваривала чай, Роман аккуратно написал на квадратном листке для записей два семизначных числа.

Когда Леся поставила перед ним дымящуюся кружку, он протянул ей лист:

– И выучи вот это, пока я вернусь. Крепко-накрепко. Назубок.

– А что это?

– Это координаты. Они нам понадобятся потом. Когда все кончится.

– Координаты? – переспросила Леся. – Но они же четырехзначные, а тут…

– Просто это очень точные координаты. Не выучишь, я буду считать, что ты только яичницу жарить и способна…

115

Украина, Одесса, офис СБУ.

– Привет! – пожал руку Басманному Виктор и спросил: – Ну что там по нашему Пьеру?

– Связался с погранцами, уже проверяют.

– Наше почтение работникам умственного труда! – поздоровался с Вадимом вошедший следом за Виктором Козуб. – Как ты тут? Не одичал в одиночестве?

– Да за работой некогда дичать…

– А жена что говорит? Или она с тобой уже не разговаривает?

– Сегодня ужин у тещи, – вздохнул Вадим. – Если не попаду, тогда точно перестанет…

– Ну если ужин ранний, то тебе трындец, – ухмыльнулся Сергей. – А если как у нормальных людей, то, может, и подтянешься.

В этот момент у Вадима на столе зазвонил стационарный телефон.

– Басманный, слушаю! – сказал он, сняв трубку. – Да! Да, диктуйте!

Минуту спустя, закончив разговор, Вадим взял наспех исписанный лист и доложил:

– Данные из пограничной службы о пересечении Пьером Ламаром границы, товарищ полковник! За месяц он въезжал в Украину дважды. Первый раз около двух с половиной недель назад. Пересек границу на поезде через КПП «Чоп». Обратно улетел самолетом на следующий день. Соответственно, через КПП Львовского аэропорта. А вот самое интересное. Четыре дня назад Пьер Ламар прибыл в Одессу на яхте «Жозефина», порт приписки Марсель. Ушел на следующий день. Паспортный контроль проходил непосредственно в порту…

– А ну-ка дай! – быстро подошел к столу Басманного Виктор.

Пробежав глазами записи Вадима, он вытащил сигареты и сказал:

– Черт!..

116

Украина, Одесса.

Миновав памятник Екатерине, Роман включил сигналы поворота и свернул в Воронцовский переулок. По нему он проехал метров двести, после чего аккуратно припарковался. После сообщения о смерти Ивана Сахно можно было снова пользоваться джипом. Однако Роман и к Лесе, и на Большой Фонтан ездил на «Мерседесе». Он просто не хотел рисковать, поскольку уже светился на своем джипе на Даче Ковалевского у мемориала 411-й батареи вчера.

Сегодня Романа интересовал не сам мемориал. О нем, благодаря вчерашней экскурсии с очками Ивана Сахно, сведений у него было вполне достаточно. Поэтому к самому мемориалу Роман даже не приближался. Он ездил осмотреть море у мыса Большой Фонтан.

Однако выяснить то, что ему было нужно, он не смог. И с Фонтана Роман отправился в парк Шевченко. Но и из парка Шевченко того, что его интересовало, он увидеть не смог. В результате пришлось возвращаться в центр, к морвокзалу.

Светиться у Дюка было не слишком разумно из-за близости к мэрии. Поэтому, припарковавшись, Роман направился к Воронцовской беседке, прихватив с собой вместо бинокля видеокамеру.

Выйдя на Приморский бульвар, Роман увидел, что вдоль него через каждые сто метров стоят, переминаясь с ноги на ногу, милиционеры. Причем это были не рядовые, а сплошь офицеры.

Обычно подобная живая цепь выставлялась вдоль маршрута следования кортежа. В этой связи было не совсем понятно: то ли службы охраны действительно решили проложить резервный маршрут по Приморскому бульвару, то ли они просто перестраховывались, решив наводнить милицией даже дальние подступы к мэрии.

Роман неспешно прошел по аллее и свернул к Воронцовской беседке. И наконец увидел то, что безуспешно пытался отыскать на Фонтане и в парке Шевченко. Справа за волнорезом маячило четыре военных корабля. Самый большой имел несколько антенн разной формы и размеров. Второй, поменьше, судя по силуэту, был сторожевиком. Два оставшихся корабля оказались совсем небольшими, так что рассмотреть их невооруженным глазом было невозможно.

И Роман неспешно вытащил из футляра камеру. Сперва он сделал вид, что снимает панораму, а потом навел объектив на рейд. Два небольших корабля являлись скоростными противолодочными катерами на подводных крыльях. Это было как раз то, что требовалось увидеть Роману.

И он невольно улыбнулся. Наводнившие Одессу многочисленные спецслужбы делали все, чтобы обезопасить президента Украины и премьера России. Однако в любой системе неминуемо оставались бреши. И Роман одну из этих брешей нащупал.

Он как раз опустил камеру, когда сзади вдруг послышалось:

– Извините, гражданин! Предъявите, пожалуйста, ваши документы!

117

Украина, Одесса, офис СБУ.

Народа в кабинете Домбровского сидело человек пятнадцать. Кроме него и Шведова, тут были представитель Госохраны Украины в чине генерала, а также представители всех служб и ведомств, задействованных в охранных мероприятиях. А таковых было достаточно много – милиция, внутренние войска, национальная гвардия, пограничники, ВМС Украины, ЧФ России, а также специалисты правительственной связи обеих стран.

Собственно, совещание как раз для того и проводилось, чтобы окончательно согласовать взаимодействие всех структур и избежать нежелательных накладок. Главными на совещании были представитель Госохраны Украины и генерал Шведов. Говорили и задавали вопросы они. Остальные брали под козырек и докладывали.

Примерно через полчаса все вопросы были утрясены. Учитывая количество задействованных служб, неувязок оказалось на удивление мало. И довольный представитель Госохраны собрался уже было закончить совещание, когда сидевший в самом конце стола Виктор, подняв руку, сказал:

– Разрешите, товарищ генерал?

Представитель Госохраны, видевший Логинова впервые, удивленно моргнул. Но Домбровский, быстро наклонившись к его уху, что-то сказал. И генерал кивнул:

– Да, полковник, пожалуйста!

Виктор поднялся и представился:

– Полковник Логинов! Управление антитеррора ФСБ! По моему мнению, мы сейчас совершаем очень большую ошибку. Как вы все знаете, в Одессе находится киллер, целью которого является физическое устранение президента Украины. Судя по имеющейся информации, он прошел службу в Иностранном легионе и экипирован и вооружен по последнему слову техники. Но как именно, нам неизвестно. Точно так же, как нам неизвестна и личность киллера. У нас есть данные только о его предполагаемой сообщнице… В сложившейся ситуации, несмотря на все предпринятые меры, никто не может гарантировать безопасности охраняемых лиц. Поэтому лично я считаю необходимым по итогам совещания настоятельно рекомендовать президенту Украины и премьеру России отказаться в ходе визита от всех публичных мероприятий. И ограничиться закрытыми переговорами и подписанием договоров…

По кабинету прошел недоуменный шумок.

– Логинов, ты это серьезно? – вздохнул Шведов.

– Абсолютно. Это единственный способ гарантировать безопасность первых лиц во время визита…

118

Украина, Одесса.

Повернувшись, Роман увидел двух милиционеров – старшего лейтенанта и капитана. Капитан чуть в стороне курил, к Роману обращался старлей. Судя по всему, офицеры от скуки сошлись у Воронцовской беседки, чтобы просто перекинуться парой слов.

– Извините, я не понимаю! – проговорил Роман по-французски. – Парле ву франсе?

Милиционеры переглянулись, потом старлей изобразил в воздухе указательными пальцами прямоугольник и медленно проговорил:

– Паспорт! Предъявите ваш паспорт, месье, пожалуйста!

– А-а! – широко улыбнулся Роман и тут же протянул старлею камеру, сказав по-французски: – Подержите, пожалуйста, офицер!

Старлей, растерявшись, камеру взял.

Роман сунул руку в карман легкой куртки-ветровки и вытащил свой евросоюзовский паспорт:

– Пожалуйста, офицер!

Старлей одной рукой взял паспорт, второй вернул Роману камеру. Тот принялся укладывать ее в футляр, всем своим видом показывая, что его проверка документов ничуть не беспокоит.

Старлей открыл страницу с фото, посмотрел на Романа и вздохнул. Продолжавший курить капитан чуть насмешливо спросил:

– Что, морда лица соответствует?

– Соответствует…

– Ну тогда отпускай интуриста!

– Пожалуйста! – протянул Роману паспорт старлей. – Извините! Приятного отдыха!

– Отличная панорама! – сказал Роман по-французски, поворачиваясь к морю. – Канны слегка напоминает…

– Чего он сказал? – нахмурился старлей.

– Чего-то про Канны вроде. И чего им в своих Каннах не отдыхается… – выпустил в сторону дым капитан.

С улыбкой попрощавшись, Роман направился прочь. Когда он отошел метров на пять, старлей вдруг сказал:

– Стоп! У него же это… фотокарточка совсем не французская. Слышь, Серега? А нам говорили, что у этого типа может быть иностранный паспорт…

– Тихо! – сказал капитан, который до этого к процедуре проверки старлеем интуриста относился с явным сарказмом.

Дальше милиционеры перешли на шепот. Роман, не ускоряя и не оглядываясь, продолжил двигаться к арке. Эту часть Одессы он изучил до мелочей. Канализационный колодец, в который Сахно сбросил очки и телефон, был одним из разведанных возможных путей ухода. Однако сегодня Роман не готовился ни от кого уходить. Так что ситуация возникла весьма опасная.

Свернув с аллейки, Роман оглянулся через плечо. Капитан, отвернувшись к морю, связывался с кем-то по рации. Старлей направился следом за Романом. Расклад был понятен. Капитан докладывался начальству, старлей на всякий случай сопровождал вызвавший подозрения объект на расстоянии, поскольку оснований для задержания у милиции не было.

Роман пересек проезжую часть и, выйдя на тротуар у дома, двинулся к арке. Старлей дорогу переходить не стал, решив сопровождать Романа по аллее Приморского бульвара. Тот повернул голову к арке, чуть замедлил ход, а потом, взявшись за камеру, неожиданно свернул.

Едва скрывшись из вида старлея, Роман рванулся во двор. Он понимал, что его приметы в течение минуты-двух передадут наводнившим окрестности мэрии и Приморского бульвара милиционерам. Так что уходить нужно было очень быстро.

Вынырнув из арки, Роман тут же метнулся влево к стоявшим посреди двора разнокалиберным гаражам. Оформлены они, естественно, были на каких-то инвалидов, хотя находились в пользовании пышущих здоровьем молодцев. Один из них как раз выгонял из гаража «Порше Кайенна».

Роман, проскочив мимо, свернул за угол. Он успел миновать гараж, как вдруг от арки раздался крик:

– Стой! Заглушите мотор!

– Да я просто тачку выгоняю! – послышалось в ответ. – Он вон туда побег! Токо нырнул!

Старлей оказался на удивление прытким. Уйти к «Мерседесу» Роман не успевал. Он на бегу оглянулся и тут же рванулся обратно – к щели между гаражами. Она была достаточно широкой – около сорока сантиметров – и закрыта с другой стороны распахнутой створкой ворот гаража владельца «Порше».

Нырнув в щель, Роман проскользнул к створке. Учитывая скорость старлея, он уже должен был находиться с другой стороны гаража. И Роман, чуть отодвинув створку, осторожно выглянул. В арке других милиционеров видно не было. Владелец же «Порше» как раз распахнул дверцу и начал выбираться из-за руля, чтобы закрыть ворота гаража.

Роман мгновенно бросился к нему. Поскольку дверца была распахнутой, то в зеркало владелец «Порше» его не видел. И Роман успел подскочить к нему вплотную.

– Йо!.. – успел в самый последний миг произнести владелец «Порше», вздрогнув от неожиданности.

Роман с ходу коротко ударил его основанием правой ладони в затылок. Этим простым приемом спецназовцы во всем мире снимали часовых. В большинстве случаев смерть наступала мгновенно – от перелома основания черепа и обширного кровоизлияния в мозг. Владелец «Порше» успел чуть повернуть голову, однако страшный удар все равно мгновенно нейтрализовал его.

Роман, отскочив, дал ему упасть и тут же запрыгнул за руль. Ключ, естественно, был в замке зажигания, двигатель работал. И Роман тронул джип с места, уже на ходу закрыв дверцу. В арке по-прежнему никого не было. Видимо, выставленные в оцепление милиционеры без приказа просто не имели права покидать Приморский бульвар.

Роман начал заворачивать за гаражи и услышал приглушенный вскрик от подъезда. Двор был на удивление пустынным, но какая-то женщина, собравшаяся прогулять внучку по бульвару, все же увидела распластавшееся у распахнутых ворот тело. Но теперь это было не важно.

Роман быстро обогнул гаражи и направился к выезду в Воронцовский переулок. Старлей успел нырнуть в арку. Услышав шум мотора, он оглянулся и подался в сторону. Роман резко ускорил ход и буквально впечатал несчастного милиционера в стенку правым крылом. Тут же вывернув руль влево, он остановил джип поперек арки и выскочил.

На тротуаре в переулке остановилось несколько прохожих. Однако в арке было темно, так что ничего толком рассмотреть они не могли. И Роман, протиснувшись мимо левого крыла «Порше», вышел к ним с телефоном в руке.

– Водитель побежал на Приморский! – сказал он зевакам. – Надо милицию вызвать!

Зеваки расступились, чтобы тут же сомкнуться и податься к арке поближе. Они вели себя стандартно, и это позволило Роману спокойно дойти до «Мерседеса» и сесть в него.

В тот самый момент, когда он запустил двигатель, из-за угла, от Дюка, выскочили двое милиционеров. Глядя на них в зеркало, Роман медленно отъехал…

119

Украина, Одесса, офис СБУ.

– Мы имеем право только докладывать первым лицам ситуацию, – сказал генерал Шведов. – Но не можем ничего настоятельно рекомендовать им…

– Зря! – пожал плечами Виктор. – 11 сентября 2001 года у Буша никто не спрашивал, хочет он прятаться в бункере или нет. Его просто экстренно эвакуировали из Белого дома и там спрятали. Потому что в Америке президент при вступлении в должность подписывает обязательство выполнять указания Секретной службы…

– Ну у нас, слава богу, не Америка, – сказал Шведов. – Если это все, то садись…

– Да, – покачал головой представитель Госохраны, – резкие парни у вас в Управлении антитеррора… Еще кто-то хочет высказаться?.. Если нет, то все…

– Прошу прощения! – снова поднял руку Виктор. – Тогда у меня еще одно предложение!

– Если не принимать в аэропорту президентский и премьерский борты, то лучше не надо! – махнул головой Шведов.

– Да нет, – сказал Виктор, поднявшись. – Я просто предлагаю ввести пароли. Учитывая, сколько сотрудников различных служб и ведомств у нас задействовано, понятно, что в лицо практически никто никого не знает. Поэтому киллер вполне может воспользоваться этим. Боюсь, удостоверение для него не проблема…

– Тут ты прав, – нахмурился Шведов. – Но, с другой стороны, какой толк в пароле, если его будут знать все? Я имею в виду, что узнать его в этом случае для киллера тоже будет не проблемой.

– Да! – кивнул Виктор. – Но можно сделать по-другому. Пароль запечатать в конверты. И раздать их только руководителям групп, которые будут обеспечивать охрану объектов. Если на объекте вдруг появится кто-то незнакомый с удостоверением сотрудника спецслужб, его должны будут отвести к руководителю группы. Для проверки пароля…

– Это будет непросто успеть сделать, – сказал представитель Госохраны, – но мера будет вправду действенная. Я за!

– Я тоже! – кивнул Шведов.

120

Украина, Одесса, Приморский район.

Быстро доехав до Преображенской, Роман немного постоял на светофоре и пересек ее. Свернув сперва вправо, потом влево, он вскоре миновал Садовую и оказался в старых тихих кварталах. Здесь Роман сбросил скорость и посмотрел на часы на приборной доске.

Теперь он знал все, что было нужно. И время у него тоже было. Однако из-за того, что случилось возле Приморского бульвара, теперь у спецслужб было его описание. Да и «Мерседес» вполне мог вспомнить кто-то из случайных свидетелей.

Роман остановился и вытащил из тайника пистолет. «Мерседес» надо было бросать. Или прямо на улице, или в каком-нибудь дворе. Метрах в двадцати впереди слева виднелись вросшие в землю ворота. Роман включил передачу и направился к ним.

В этот самый момент метрах в ста впереди из-за угла вынырнул джип. На миг остановившись, он вдруг стартовал и очень быстро поехал навстречу «Мерседесу». Роман, доехав до ворот, с включенными левыми поворотами остановился, пропуская его.

Тут лежавший в выемке у рычага коробки передач мобильный вдруг запиликал. Роман скосил на него глаза и увидел, что звонит Леся. Это могло быть важно, и Роман, быстро сунув в ухо наушник подключенной к телефону микрогарнитуры, нажал кнопку на микрофоне.

– Да! – сказал он, глядя на приближающийся джип.

Это была «Кобра». ГАИ специального назначения. В джипе сидели двое инспекторов в белых форменных сорочках.

– У тебя все в порядке?.. – с тревогой спросила Леся. – А то время уже…

– Да, – сказал Роман, – подожди секунду. Мне нужно повернуть…

Леся умолкла. Джип «Кобры» сбросил скорость и остановился чуть наискось, перегородив «Мерседесу» въезд во двор. Двое инспекторов с жесткими лицами, глядя на Романа, перекинулись парой слов. Что они говорили, было не слышно, однако секунду спустя инспектор, сидевший на пассажирском сиденье, резво выбрался из джипа и в обход его передка направился к водительской дверце «Мерседеса».

Роман нажал кнопку. Стекло на дверце поползло вниз. В зеркале было видно, как приближавшаяся сзади красная «Мазда-3» сбросила скорость. За ее рулем сидела блондинка в казавшихся огромными солнцезащитных очках.

Кобура у направлявшегося к Роману инспектора была расстегнута. Судя по этому, кто-то в Воронцовском переулке все-таки вспомнил об отъехавшем «Мерседесе».

– Капитан Петрен… – метнул руку к кепке гаишник.

В тот же миг державший в левой руке «глок» Роман приподнял пистолет и выстрелил. Никаких признаков того, что у гаишников под рубашками надеты бронежилеты, не было. Пуля угодила прямо в сердце.

Роман мгновенно навел пистолет на джип и нажал на спуск. Сделал он все очень быстро, однако сотрудники «Кобры» оказались достаточно тренированными. Водитель мгновенно пригнулся. Но Роман тут же рванул «Мерседес» с места и в долю секунды поравнялся с водительской дверцей джипа. Затормозив, он выстрелил в нее пять раз, рассредоточив пули по высоте.

Минимум две из них должны были попасть в цель, и Роман нажал на газ. «Мерседес» помчался прочь. В зеркале было видно, как блондинка на «Мазде» очень быстро улепетывает задним ходом. Навряд ли она горела желанием общаться с милицией, однако это ничего не меняло. «Мерседес» был засвечен окончательно, и от него следовало избавиться как можно быстрее.

– Рома! – послышался в наушнике голос Леси.

– Спокойно! Со мной все в порядке! Ты запомнила числа, которые я тебе записал?

– Да!

– Тогда сожги листок. И запомни: банк «Швейцарский кредит».

– Что?..

– Первое число – это номер счета. Второе – код. Никаких документов не требуется. Обратиться можно в любое отделение, но лучше Цюрихское…

– Рома!

– Это на тот случай, если у меня сегодня не получится. Поняла? Тогда наймешь на эти деньги кого-нибудь другого! И доведешь дело до конца!

– Рома, но… – начала было Леся.

В этот момент впереди вдруг послышался быстро приближающийся вой сирены.

– Черт! – вскрикнул Роман. – Все! Жди моего звонка! Если я до вечера не позвоню, уезжай одна! В Крым! Только ХМ перепрячь!

– Я без тебя никуда… – воскликнула Леся, однако Роман нажал на кнопку на микрофоне.

Покосившись в зеркало заднего вида, Роман резко свернул вправо и успел нырнуть в небольшой двор до того, как машина с сиреной выскочила из-за угла. В этом районе, в отличие от центра, он ориентировался не слишком. Однако совершенно случайно свернул Роман очень удачно.

Впереди слева виднелся проезд. Роман направил «Мерседес» к нему и вскоре оказался в соседнем дворе. Оттуда через темную арку он выбрался на какую-то улицу и с удивлением обнаружил, что находится неподалеку от старого Одесского цирка. А рядом со старым цирком располагался Новый рынок, на котором потеряться было проще простого.

Роман тут же припарковался. При этом он увидел решетку ливневой канализации. Это было очень кстати. Несмотря на то что Роман вроде оторвался от преследования, за ним теперь охотилось несколько тысяч человек.

Выключив телефон, с которого он звонил Лесе, Роман поспешно вытащил из него сим-карту. Выходов на Лесю, как и доказательств против нее, спецслужбам давать было нельзя. Потому что именно Лесе, в случае неудачи сегодня, предстояло довести их общее дело до конца. Сжав сим-карту пальцами, Роман переломил микрочип.

Выбравшись несколько секунд спустя из машины, он сделал вид, что присел посмотреть на бампер. При этом Роман незаметно сбросил в канализацию и карточку, и телефон. После этого он прошел мимо цирка и скрылся на Новом рынке…

121

Украина, Одесса, офис СБУ.

– Блин, придумал на свою голову! – проговорил Виктор, глядя на часы.

– Хотели как лучше, а вышло как всегда! – процитировал Черномырдина Козуб.

– Это точно! – вздохнул Виктор.

В это время дверь открылась, и в нее, словно в фашистский дот, заглянул двухметровый мордоворот в гражданском с расстегнутой поясной кобурой. Все удивленно уставились на него. Мордоворот же вдруг подался назад.

– Эй, Трофим! – крикнул ему вслед Козуб. – Ты чего честной народ пугаешь?

В этот момент в двери появилась девица-красавица с пристегнутым к запястью кейсом.

– О, секретная часть в лице ее лучших представителей! – мгновенно вскочил с подоконника Козуб и двинулся к девице с распростертыми объятиями. – Дай я тебя расцелую, Тань!

– Отойди! – рявкнул вошедший следом за секретчицей мордоворот. – Приказ никого не подпускать!

– Ой, Трофим, – вздохнул Козуб, – ты уже десять лет в Одессе прописан, а чувства юмора, как у приезжего…

– Да какой юмор, Серега? Приказано стрелять на поражение, если что!

Секретчица прошла к столу Виктора и спросила:

– Полковник Логинов?

– Он самый…

– Майор Ляшко! Удостоверение, пожалуйста!

– Вот!

Секретчица взяла протянутое удостоверение и сверила фото с оригиналом. Только после этого она положила на стол и открыла кейс. Из него секретчица извлекла список и указала наманикюренным пальчиком:

– Распишитесь в получении, товарищ полковник!

Виктор быстро поставил закорючку. Секретчица забрала список и спрятала его в кейс, взамен протянув Виктору тонкий конверт из плотной бумаги.

– Тут пароль! Вскрыть не раньше одиннадцати ноль-ноль!

– Да-да, конечно! – кивнул Виктор.

Секретчица закрыла кейс и мимо посторонившегося мордоворота двинулась к двери.

– Ее величество должны мы уберечь от всяческих для ней ненужных встреч! – во весь рот ухмыльнулся Козуб и крикнул на прощание: – Не оплошай, Трофим!

– Сергей, хватит зубоскалить! – посмотрел на него Виктор. – Собирайся лучше! Сейчас выезжаем!

– Так я уже собранный! – вскочил на ноги явно заскучавший в управлении Козуб.

– Тогда молодец! – сказал Виктор. Покосившись на дверь, он быстро надорвал пакет и выудил из него сложенный лист. Мазнув по нему взглядом, Виктор хмыкнул: – И ради этого они убили столько времени!

– Что там? – спросил Козуб.

– Заговор от киллера тут, Сергей! – сказал Виктор и щелкнул зажигалкой. Едва листок с паролем догорел, он поднялся и кивнул Басманному: – Все, Вадим! Мы на морвокзал! Если что, сразу звони!

122

Украина, Одесса.

– Я без тебя никуда… – быстро проговорила Леся, однако связь вдруг прервалась.

Леся шмыгнула носом, глядя на телефон. Судя по тому, что она слышала, Романа преследовали, а он уходил от погони и отстреливался. Перезванивать в такой ситуации, конечно, было глупо.

Поэтому Леся сжала телефон в кулаке и проговорила словно заклинание:

– С тобой все будет хорошо! Ты уйдешь! Ты уйдешь от них и перезвонишь! Обязательно!

Судорожно вздохнув, Леся отерла выступившие слезы и повернулась. Чтобы хоть как-то успокоиться, она решила закурить. Достав из пачки сигарету, Леся потянулась к зажигалке и вдруг замерла.

Она вспомнила, что Роман велел ей обязательно сжечь бумажку с семизначными числами. Лист лежал на холодильнике. Леся повернулась к нему, взяла лист в руку и еще раз пробежалась глазами по цифрам. Убедившись, что они прочно въелись в ее память, Леся щелкнула зажигалкой и подожгла бумажку.

Через несколько секунд та превратилась в лепесток скрутившегося пепла. Леся растолкла его кончиком сигареты и только после этого закурила. Когда она потянулась стряхнуть пепел, то увидела, что ее рука сильно дрожит.

Такое когда-то случилось с ней на соревнованиях. Но она собралась и смогла выбить девяносто восемь из ста. Она умела взять себя в руки, когда это было нужно.

Вот и сейчас, несмотря на то, что ее непреодолимо тянуло перезвонить Роману, она этого не делала. Она знала, что Роману сейчас некогда с ней говорить. Но он обязательно перезвонит ей, как только оторвется от погони и будет в безопасности…

123

Украина, Одесса, Приморский район.

Козуб миновал Ланжероновскую и по Польскому спуску направил «БМВ» вниз, к старой таможне. Они с Виктором ехали на морвокзал, где был оборудован современный причал для яхт. Именно там швартовалась пришедшая четыре дня назад в Одессу яхта «Жозефина». Виктор был уверен, что на ней Пьер Ламар доставил киллеру оружие. А раз так, то имело смысл поискать свидетелей.

Однако в тот самый момент, когда «БМВ» приблизился к Таможенной площади, Логинову позвонил Вадим Басманный.

– Только что на Приморском двое милиционеров засекли какого-то мужчину с видеокамерой! Он предъявил французский паспорт и разговаривал на французском! Но внешность славянская! Секунду! Срочное сообщение…

Виктор, не отнимая от уха телефона, повернулся к Козубу:

– Гони на Приморский бульвар! Там вроде нашего киллера засекли!

– Понял! – кивнул Козуб, сбрасывая скорость.

Разворачивался он в своем репертуаре – врубил все фары и рванулся на встречную под рев шедших снизу машин.

Басманный тем временем сказал в трубке:

– Товарищ полковник!

– Да!

– Он вроде ушел! Положив двух человек!

– Черт! – вскрикнул Виктор. – Хорошо, Вадим! Мы едем туда!

– Что?.. – спросил Козуб, когда Виктор отключился.

– Да ничего хорошего! – проговорил тот, доставая сигареты. – Оставил два трупа и сделал нам ручкой! Гони, в общем!

Козуб, и так ехавший не очень медленно, ускорил движение. Виктор щелкнул зажигалкой и затянулся. К тому времени, когда он докурил сигарету, Козуб выскочил к мэрии.

Тут их попытался остановить наряд «Кобры». Однако Логинов высунул в окно удостоверение и крикнул, что они очень спешат. Через минуту «БМВ» домчался до Дюка, где стояла еще одна машина «Кобры». Их снова тормознули, зато в процессе короткого разговора с инспекторами Виктор выяснил, что ехать надо не в конец Приморского бульвара, а свернуть в Воронцовский переулок.

Минуту спустя Козуб уже припарковался неподалеку от арки, вокруг которой было выставлено оцепление из милиционеров. У оцепления собралась приличная толпа зевак.

Виктор понял, что они опоздали, и спросил у Сергея:

– У тебя рация милицейскую волну ловит?

– А то!

– Включи и послушай, что там! А я узнаю, какой здесь расклад!

Оперативно-следственной группы на месте еще не было, и всем у арки заправлял какой-то милицейский полковник. Виктор протиснулся к нему, представился и наконец узнал, что же, собственно, произошло.

– А ушел он на чем? – спросил Виктор, глядя на стоящий поперек арки «Порше».

– Точно никто не видел, но предположительно на «Мерседесе»! «Пятисотом» или даже «шестисотом». Он вон там стоял…

– Так вы ориентировку передали?

– Да, я позвонил начальнику ГАИ минуты три назад, – кивнул полковник.

В этот момент у Логинова зазвонил телефон. Увидев, что это Козуб, тот невольно оглянулся на «БМВ», одновременно ответив:

– Да!

– Его обнаружили на Дворянской! Это возле почтамта! Но он расстрелял в упор наряд «Кобры» и ушел!

124

Украина, Одесса.

Леся выкурила уже вторую сигарету, а Роман все не звонил. С холодеющим сердцем Леся взяла мобильный в руки и посмотрела на него умоляющим взглядом. Однако не помогло и это.

И тогда Леся, немного выждав, набрала Романа сама. Вызов пошел, но, не успела Леся обрадоваться, как в трубке что-то щелкнуло, и женский голос проговорил:

– Ваш вызов переадресовывается! Оставьте свое сообщение после звукового сигнала!

Леся повторила попытку, однако результат был прежним. Это означало, что мобильный Романа не работает. В этот миг Леся вдруг поняла, что он ей уже не перезвонит. Никогда. Сжав телефон в руке, она всхлипнула и прижала кулаки к глазам. Слезы потекли по ее щекам, и ей сразу стало немного легче.

Так она плакала около минуты, а потом резко подняла голову, поскольку на улице вдруг послышался вой сирены. Мгновенно вскочив так, что упала табуретка, Леся бросилась к окну и прижалась к нему лбом. Она надеялась увидеть заскочившую во двор машину Романа. Однако вместо этого на дороге промелькнула карета «Скорой помощи».

Плечи Леси разом поникли. Несколько секунд она продолжала смотреть за окно, потом резко повернулась. Ее лицо стало решительным. Леся быстро посмотрела на мобильный и тут же направилась в ванную.

Романа не стало, как не стало и Ивана. Но она осталась. И теперь она должна была довести до конца то, за что они погибли. А заодно отомстить агентам охранки ненавистного президента-зэка…

125

Украина, Одесса, Приморский район.

– Вон он стоит! – указал за угол пальцем милиционер, обнаруживший возле цирка «Мерседес».

Логинов с Козубом быстро прошли в его сопровождении к брошенному киллером автомобилю. Его охранял второй член экипажа патрульной машины. Виктор на ходу представился и тут же заглянул через окно в салон.

– На сигнализации стоит! – сообщил милиционер.

– Да… – развернулся Виктор и вытащил сигареты.

Постановка машины на сигнализацию красноречиво свидетельствовала о том, что уходил киллер не впопыхах. Следовательно, ничего такого, что могло бы вывести на него, в машине он не оставил.

– Вы по номеру «Мерседес» не пробивали? – спросил у милиционеров Виктор.

– Начальству доложили. Оно, наверное, уже пробило…

– Я сейчас! – сказал Козуб, выхватывая телефон.

Виктор закурил. Оглядевшись по сторонам, он прикинул, куда мог уйти киллер. Вариантов была масса. До оживленной Торговой улицы было всего двадцать метров. По ней же, затерявшись в толпе пешеходов, можно было направиться в любую сторону. К Преображенской, к почтамту или вниз, к Старопортофранковской. Но лучше всего было, перейдя Торговую, раствориться на Новом базаре…

– Понял! – сказал Козуб в трубку и, повернувшись к Виктору, быстро сообщил: – «Мерин» принадлежит автосалону на проспекте Шевченко! Арендован вчера по документам на некоего Василюка! Туда уже выехали!

– Боюсь, что теперь поздно… – вздохнул Виктор, покосившись на часы.

Самолеты украинского президента и российского премьера уже приземлялись в Одесском аэропорту. Через час президент и премьер должны были быть в мэрии. А для того, чтобы по липовым документам, предъявленным в салоне, выйти на киллера, требовались минимум сутки напряженной работы.

– Мы осмотримся на Торговой! – сказал Логинов милиционерам и кивнул Козубу: – Идем!

– А что толку на ней осматриваться?.. – пробурчал Сергей.

– Сейчас все, кому не лень, ставят камеры наружного наблюдения. Его описание у нас есть…

– Ну и что? Наверняка он сейчас меняет внешность. Если уже не поменял!

– Да, – кивнул Виктор. – Но это единственный шанс оперативно получить его изображение. Хоть какое-то. Ничего другого нам не остается.

Едва они вышли на Торговую, Козуб сказал:

– О! Ломбард! Там камера точно есть!

Перейдя через дорогу, Виктор с Сергеем вошли в тесное помещение вроде обменного пункта. Охранник в милицейской форме и бронежилете болтал через забранное решеткой окно с оценщицей.

– СБУ! – показал удостоверение Козуб. – Нам нужно посмотреть запись с вашей камеры, которая стоит на улице!

– Это надо к руководству, – сказал охранник.

– Так звони!

– Руководство сейчас за границей, на курортах отдыхает…

– Так! Можно тебя на минутку? – сказал Козуб, после чего быстро зашептал на ухо подавшемуся к нему милиционеру:

– Мы разыскиваем особо опасного преступника, поэтому, если в течение минуты мы не посмотрим запись, завтра ваш ломбард с «Альфой» хлопнет наш УБЭП. Думаю, они найдут много интересного. И этого вполне хватит для того, чтобы прикрыть всю вашу сеть. В лучшем случае тебя переведут в ППС, где ты будешь таскаться с облеванными пьяницами и ВИЧ-инфицированными наркоманами. В худшем тебя вообще уволят, потому что охранять будет уже нечего…

– Гм-м… Так если особо опасного, то тогда конечно! Вика, открой, товарищам надо к нашему компьютеру!

126

Украина, Одесса, Приморский район.

Леся ждала звонка, однако, когда мобильный зазвонил, она невольно вздрогнула.

– Да! – торопливо ответила Леся.

– Такси заказывали? – спросил бархатистый женский голос.

– Да!

– Выходите! Машина сейчас будет!

– Спасибо!

– Приятной поездки!

Леся нажала кнопку отбоя и увидела, что ее палец дрожит. И сердце в груди стучало. Это никуда не годилось. В отчаянии Леся подумала, не выпить ли ей, однако тут же отказалась от этой мысли.

Вместо этого она присела на кухонную табуретку и, прикрыв глаза, глубоко вдохнула, а потом очень медленно выдохнула. Так учил ее успокаиваться тренер по стрельбе, и это помогло. После нескольких упражнений Леся почувствовала, что готова.

Выйдя в прихожую, она обула белые туфли на невысоком каблуке и посмотрела на себя в зеркало. Роман денег не жалел, так что в Одессе Леся купила себе несколько очень дорогих и стильных вещей. Собираясь к Оперному, она надела голубой летний костюм от Джордано – юбку чуть повыше колена и пиджачок со слегка расширенным рукавом. Голову, как и советовал Роман, Леся замотала легкой белой косынкой. В результате получился очень даже неплохой ансамбль. Взяв с тумбочки солнцезащитные очки, Леся надела их и невольно вздохнула.

Из зеркала на нее смотрела какая-то роковая красавица, словно бы сошедшая со страниц модного журнала. Любая женщина мечтала бы выглядеть так. И Леся мечтала когда-то. Но теперь ей было уже все равно. Потому что не стало Романа. А на всех остальных ей было наплевать.

Леся быстро подняла очки на лоб и открыла стоявшую на тумбочке белую сумочку. В ней лежал «глок-39». Его Роман привез в съемную квартиру четыре дня назад вместе со снайперской винтовкой. Леся мгновенно выхватила пистолет и, развернувшись, прицелилась в дверь туалета.

«Глок» был хорош тем, что его не нужно было снимать с предохранителя перед стрельбой. Он отключался автоматически при обхвате рукой рукоятки пистолета. Однако был и негативный момент. У пистолета не было глушителя.

Но Леся кое-что придумала. Это кое-что она заранее примотала тонким канцелярским скотчем к предплечью левой руки. Спрятав пистолет в сумочку под пакет, Леся направилась в комнату за футляром контрабаса.

Несколько секунд спустя она в последний раз оглядела себя в зеркале и вышла из квартиры. Такси уже стояло у подъезда. Сообразив, что Леся клиентка, таксист опрометью выскочил из-за руля и распахнул заднюю дверцу.

– Спасибо вам большое! – кивнула Леся, когда он помог ей засунуть футляр на заднее сиденье.

– Да не за что! – проговорил таксист, косясь на Лесю.

Ему было около двадцати восьми, и он настолько был поражен ею, что смотреть в глаза явно стеснялся. Когда Леся уселась на переднее сиденье, таксист еще и дверцу за ней прикрыл.

Обежав машину и плюхнувшись за руль, он спросил:

– Куда едем?

– К Оперному, – сказала Леся.

– Понятно! – с чрезмерным энтузиазмом воскликнул таксист, включая передачу.

Он явно был взволнован. Леся же, наоборот, совершенно успокоилась. Терять ей было уже нечего. У нее была ясная цель, которой нужно было достичь любой ценой. Это единственное, что сейчас имело значение.

– Счетчик, – сказала Леся.

– Что?.. – покосился на нее таксист.

– Вы забыли включить счетчик, – ровным голосом сказала Леся.

– Ах, да! – спохватился таксист. Ткнув пальцем в кнопку, он попытался воспользоваться возможностью завязать разговор: – А вы это… артистка?

– А вы как думаете?.. – холодно сказала Леся и отвернулась к окошку.

Таксист украдкой посмотрел на нее и умолк. Леся же, глядя за окно, вспоминала, как вчера гуляла в районе Оперного. По заданию Романа она заходила в два двора, в которых присаживалась на лавочки вроде как перекурить.

А потом Роман велел ей для проверки войти в крайний подъезд расположенного напротив Оперного дома. На подъезде был кодовый замок. Однако по степени отшлифованности клавиш вычислить код Лесе труда не составило. Она его отлично помнила – 38. И Леся вдруг подумала, что, возможно, в дом попасть будет намного проще…

127

Украина, Одесса, Приморский район.

Записи с обеих камер ломбарда – наружной и внутренней – писались на жесткий диск. Логинов эту систему знал, поэтому, присев на место оценщицы, очень быстро вывел на монитор изображение и перемотал его, ориентируясь на время в углу картинки.

Около трех минут они с сопевшим над ухом Виктора Козубом пристально вглядывались в не слишком качественную видеозапись. Пока не увидели молодого мужчину в светлой ветровке, вышедшего из-за угла от цирка.

– Камера в «мерсе» была? – быстро спросил Козуб.

– На переднем сиденье! – кивнул Виктор.

– Ну тогда это он!

– Не ори в ухо… – сказал Виктор, продолжая неотрывно следить за монитором.

Вероятность того, что на записи именно киллер, действительно была большой. На Приморском он был с камерой и в светлой ветровке. Камеру киллер оставил в «Мерседесе», а вот ветровку не мог, поскольку ему нужно было как-то прятать пистолет.

Пройдя несколько метров по тротуару, киллер притормозил, пропустил пожилую женщину с кошелками и шагнул к проезжей части. После чего, немного выждав, пересек ее по направлению к Новому рынку. В результате чего на записи получилось довольно крупное изображение его лица.

– Останавливай! – сказал Козуб.

– Не нервируйте меня, Буся… – отмахнулся Логинов. – Смотрим кино до конца.

Козуб вздохнул, но промолчал. В полной тишине они просмотрели еще около трех минут записи, и только после этого Виктор сказал:

– Ты прав! Скорее всего, это он!

– Да это ж сразу было ясно! – состроил гримасу Козуб, но Логинов уже оглянулся на милиционера:

– Прапорщик, у вас компьютер к Интернету подключен?

– Сейчас!

Подавшись к окошку, милиционер крикнул курившей на крылечке оценщице:

– Вика! Вика! У нас Интернет есть?

– Нет! Откуда?

– А блютуз в компьютере есть? – сказал Виктор.

– А блютуз в компьютере есть? – переадресовал вопрос оценщице милиционер.

– Есть…

– Так! – сказал Логинов Козубу. – Я сейчас попробую быстро разбить файл, чтобы переписать кусок записи с ним на мобильный, а ты двигай за флэшкой! Знаешь, что это?

– Обижаешь! На сколько?

– Сейчас! – сказал Виктор, поворачиваясь к компьютеру.

Несколько раз щелкнув мышкой, он сказал:

– Запись небольшая! Можно на пятьсот мегабайт! Денег дать?

– Своих девать некуда! – махнул головой Козуб, выскакивая в дверь.

Виктор быстро создал резервную копию записи, после чего разделил файл на куски. Формат был удачным, так что в результате фрагмент с киллером и воспроизводился нормально, и места занимал мало. И Виктор начал переписывать его через блютуз на свой телефон.

– Держи! – наклонился к окошку очень быстро обернувшийся Козуб.

Виктор, взяв флэшку, торопливо подсоединил ее к высокоскоростному порту. Включив запись файла, Виктор сказал:

– Минуты за три сбросит…

В этот момент лежавший возле системного блока мобильный Виктора зазвонил. Наклонившись, тот быстро нажал кнопку отбоя и сказал:

– Вадим!.. Дай с твоего перезвоню, а то блютуз глюкнет, еще по новой переписывать придется…

Перезвонив с мобильного Козуба Басманному, Виктор сказал:

– Это я, Вадим! Что у тебя?

– Со мной только что связывался начальник отдела СБУ по Татарбунарскому району! По-моему, это серьезно!

– Выкладывай!

– Сегодня ему позвонил местный житель, который когда-то воевал в Афгане. И сообщил, что случайно наткнулся на заброшенной ферме на странные следы. Начальник выехал на место. В общем, на этой ферме есть водонапорная башня. И на ее металлическом баке очень кучно расположены пять свежих пробоин. Диаметром около двадцати пяти сантиметров!

– Скольки-скольки?

– Около двадцати пяти. И пробоины парные! В смысле бак прошит выстрелами насквозь!

– И никаких военных учений там не было?

– В том-то и дело, что нет! Судя по окислению металла, это было несколько дней назад…

– Докладывай руководству! Немедленно! – сказал Логинов. – А я со своими созвонюсь!

128

Украина, Одесса, Приморский район.

Когда такси приблизилось к углу Екатерининской и Дерибасовской, Леся наконец подала голос:

– Остановитесь, мне надо в магазин зайти!

– Сейчас перестроимся… – завертел головой таксист.

Включив поворот и пропустив пару машин, он вильнул к тротуару. Леся выбралась из такси, закинула на плечо сумочку с пистолетом и двинулась к перекрестку.

Время было почти половина двенадцатого. Однако Леся все равно решила сперва сходить к Оперному на разведку пешком. Чтобы действовать наверняка. Перейдя Дерибасовскую, она свернула направо и вскоре вышла на Ришельевскую.

Впереди замаячил Оперный. Он был настолько огромен, что, казалось, лучшего места для стрельбы не отыскать. Однако, приблизившись к театру, Леся увидела, что Оперный оцеплен сплошной цепью милиционеров. Все подъезды к нему, как и проезды вниз, к Приморскому, были перекрыты милицейскими машинами.

Дойдя до угла Ришельевской и Ланжероновской, Леся выудила из сумочки сигареты и закурила. За это время она незаметно осмотрелась и окончательно убедилась, что не то что попасть в Оперный, а даже подъехать к нему на такси не удастся.

Леся сделала вид, что ей позвонили, и неспешно двинулась во двор. К тому самому дому, в подъезд которого она вчера заходила. При этом Леся продолжала изображать, что разговаривает по телефону.

В глубине двора стоял автобус «ПАЗ» с темными шторами на окнах. Возле него курили двое спецназовцев в черных комбинезонах. Но и это оказалось не все. У каждого подъезда во дворе торчал милиционер.

В тот самый миг, когда Леся приблизилась к углу дома, от крайнего подъезда через кусты донеслось:

– Простите, гражданка! Вы куда направляетесь?

– Домой, куда ж еще?

– А документик имеется?

– Да уж взяла, в собес насчет пенсии ходила… Вот!

– Так… – сказал милиционер. – Где проживаете, Мария Юрьевна?

– Да там же написано, сынок! Ланжероновская, тринадцать, квартира двадцать два, четвертый этаж направо.

– Понятно! Пожалуйста… Прошу прощения, служба!

Тут остановившаяся у угла Леся развернулась и посмотрел на часики. После чего, вроде как кивая телефонному собеседнику, направилась обратно к Ланжероновской. Из случайно подслушанного разговора следовало, что в дом попасть можно только по паспорту с пропиской. Однако отступать Леся не собиралась.

Выйдя на тротуар, она посмотрела на проезжую часть в сторону Екатерининской, как будто высматривала какую-то машину. А потом, нажимая на клавиши мобильного, двинулась в ту сторону…

129

Украина, Одесса, Приморский район.

– Спасибо! Всего доброго! – кивнул Виктор, быстро выходя из ломбарда.

– До свидания! – кисло улыбнулась ему оценщица.

– Так что там такое у Вадима? – спросил Козуб.

– В Татарбунарском районе нашли вроде как полигон террористов! Кто-то упражнялся в стрельбе пулями калибра двадцать пять миллиметров! – сообщил Виктор, пока они переходили дорогу.

– Ни хрена себе! Так это ж калибр авиационной или бронетранспортерной пушки!

– В том-то и дело! – кивнул Виктор, набирая генерала Шведова.

Ответил тот как раз в тот момент, когда Виктор нырнул на пассажирское сиденье «БМВ».

– У меня очень хреновые новости! – быстро сказал Виктор. – В Татарбунарском районе около недели назад кто-то упражнялся в стрельбе из двадцатипятимиллиметровой пушки. По водонапорной башне. Обычными снарядами с бронебойными сердечниками! Но, возможно, у киллера есть и разрывные! В общем, если пушка установлена в фургоне или на джипе, то киллер вполне может попытаться расстрелять кортеж на трассе! Дальности у него хватит, километр как минимум… Вы можете срочно поменять маршрут?

– Нет, конечно! Мы уже выехали! И потом, сейчас мы движемся на скорости сто шестьдесят! Это хоть какая-то гарантия! Если же свернуть, то…

– Я понял! Тогда доложите начальнику личной охраны премьера! Скажите честно, что вы не можете обеспечить безопасность охраняемого лица! Пусть что-то решает! А я еду к мэрии! Возможно, киллер выбирал там сегодня позицию…

– Давай!

Козуб успел запустить двигатель и тронул «БМВ» с места:

– На Приморский?

– Да!

– Так ты думаешь, он установил пушку на машине? – спросил Сергей.

– Не знаю… – мотнул головой Виктор. – Но это оптимальный вариант. Она же весит под двести кило. В руках не унесешь… Хотя стоп!

– Остановиться? – быстро повернув голову, спросил Козуб.

– Да нет! Гони! Я просто подумал… Там же всего пять пробоин! А у пушки минимальная скорострельность двенадцать выстрелов в секунду!

Быстро позвонив Басманному, Виктор узнал у него телефон начальника Татарбунарского отдела СБУ и тут же связался с ним. Минуту спустя он выяснил, что хотел.

– Это не пушка! – сообщил Виктор Козубу. – Разброс пуль не такой!

– А что тогда?.. – удивился Сергей.

– Винтовка! Снайперская!

– Калибра двадцать пять миллиметров?

– Именно! Есть такая! «Баррет», по-моему, называется… – Быстро перезвонив Шведову, Виктор сообщил: – У меня поправка! Я ошибся! Это была не пушка, а винтовка! Снайперская!

– Ты уверен?

– Да! На это указывает расположение пробоин в баке водонапорной башни! Там явно стреляли одиночными! А это невозможно из пушки!

– Фух, Логинов! Умеешь ты обрадовать! Выходит, что теперь нам нужно прикрывать объекты по всему периметру на два километра?

– Лучше на два с половиной! А еще лучше отменить все публичные мероприятия, как я предлагал!

– Этот вариант отпадает. Премьер только что сказал, что ничего отменять не собирается. Когда он летал на истребителе в Чечню, там было намного опаснее…

– Не уверен! Но премьеру виднее… Ладно! Мы уже подъезжаем к Приморскому! Откуда они будут входить в мэрию? Через парадный вход?

– Да! Как планировалось! Но перед мэрией за памятником Пушкину сейчас выставят несколько автобусов. Так что со стороны Дюка директриса будет закрыта!

– Понял! Оперативно! Тогда мы сверху проверим! – Опустив телефон, Виктор сказал Козубу: – Сворачивай к Оперному! Со стороны Приморского мэрию закроют автобусами!

130

Украина, Одесса, Приморский район.

– Поехали! – сказала Леся, вернувшись в такси. – Ланжероновская, тринадцать…

Таксист завел двигатель и спросил:

– Это на углу напротив Оперного?

– Да.

– Как там лучше заехать? С Ришельевской? Или с Ланжероновской?

– С Ланжероновской, – сказала Леся, глядя на часики.

Время было уже без четырнадцати двенадцать. Зато она все разведала и имела четкий план. Частично он был построен на женских хитростях, но Леся надеялась, что все сработает.

Миновав Дерибасовскую, таксист свернул на следующем перекрестке и приблизился к Оперному. Глядя на расположившихся по его периметру милиционеров, он невольно покачал головой:

– Где ж их столько набрали? Как преступников ловить, так некому, а тут прямо дивизию выставили.

– Тут направо! – сказала Леся. – И во дворе тоже сразу направо. К крайнему подъезду.

Таксист кивнул и завернул. Несколько секунд спустя он мягко остановился у того самого подъезда. Перед ним прохаживался милиционер с погонами старшего лейтенанта. От угла дома Леся его видела со спины, да еще через кусты. Теперь же смогла рассмотреть как следует. Лицо у милиционера оказалось смуглое и довольно симпатичное. Лет ему было около двадцати пяти.

Леся выудила из кармашка сумочки и протянула таксисту пятидесятигривневую купюру:

– Спасибо, сдачи не надо!

– Но по счетчику же… – начал было таксист, однако Леся распахнула дверцу и сказала: – Все в порядке! Это вам за отличное обслуживание!

Выбравшись из такси, она краем глаза покосилась на милиционера. У того, как это часто случается с мужчинами при виде эффектно выглядящих женщин, лицо в первое мгновение сделалось до неприличия глупым.

Однако почти сразу же милиционер спохватился и, шагнув к Лесе, козырнул:

– Здравия желаю! Документики предъявите, пожалуйста!

– Ой! А паспорт у меня дома! – кивнула на дверь подъезда Леся. – Я вам вынесу, хорошо? Или проводите меня до квартиры, а я вам его там и покажу!

В этот момент обежавший машину таксист распахнул заднюю дверцу и подался назад с футляром:

– Пожалуйста!

– Спасибо! – кивнула Леся, принимая поклажу. – Всего доброго!

– И вам всего доброго! – кивнул таксист.

– А это что у вас? – насторожился милиционер.

– Это мой контрабас! – улыбнулась Леся. – Я в Оперном работаю. Поэтому и квартиру тут сняла. Просто Марья Юрьевна из двадцать второй подруга моей мамы…

– Так вы у нее квартиру снимаете? – сразу расслабился милиционер.

– Нет. Я на первом снимаю! Идемте! Я вам вынесу паспорт! – двинулась к двери Леся.

– Извините! Но я не имею права покидать пост… – попытался было заупрямиться милиционер, однако Леся взяла его свободной рукой под локоток и томно проговорила:

– Но это же первый этаж! Две секунды всего! И потом вы, считайте, на посту останетесь! А я вам контрамарку дам на свой концерт из ранних произведений Стравинского! Идемте же!

И милиционер не смог устоять перед пущенными Лесей в ход женскими чарами. Обещанная ею контрамарка на концерт из ранних произведений Стравинского старлею, конечно же, нужна была как зайцу стоп-сигнал.

Но он словно зомби двинулся к подъезду, где Леся тем же томным голоском проговорила:

– Код – тридцать восемь! Нажмите, пожалуйста!

Милиционер открыл кодовый замок и посторонился, пропуская Лесю. Та прошмыгнула мимо него и поднялась на площадку первого этажа. Здесь она с улыбкой оглянулась:

– Ну вот мы и дома! – Поставив под стенкой футляр, она открыла висевшую на левом плече сумочку. Сделав вид, что роется в ней, Леся незаметно выудила из свободного левого рукава вязальную спицу. – Кажется, ключ забыла! – покачала она головой, посмотрев на как раз поднявшегося на площадку милиционера. – Придется звонить!

Шагнув к двери, Леся утопила кнопку звонка левой рукой, правой же перехватила вязальную спицу поудобнее. Оглянувшись, она улыбнулась:

– Ну вот!.. – И тут же с разворота воткнула спицу в грудь милиционера.

Та вошла в тело настолько легко, что в первый миг Леся даже не поверила, что так может быть. Милиционер же, ничего не поняв, опустил глаза себе на грудь. В следующий миг он вдруг дернулся и тут же рухнул как подкошенный. Леся едва успела отскочить в сторону.

В следующую секунду за дверью что-то скрипнуло, и старушечий голос проговорил:

– Кто там?..

Леся сглотнула и повернулась к глазку.

– Тут милиционеру стало плохо! Откройте, пожалуйста!

После небольшой паузы щелкнули запоры, и дверь приоткрылась. В нее высунулась старуха в фланелевом берете со сморщенным лицом.

Леся мгновенно уткнула ей в голову пистолет и прошипела:

– Пикнешь, сука, убью!

131

Украина, Одесса, Приморский район.

Козуб миновал Екатерининскую и быстро приблизился к Оперному. Далеко впереди во дворы свернуло такси. Повертев головой по сторонам, Логинов сказал:

– Остановишься перед перекрестком…

Козуб затормозил на углу Ришельевской и Ланжероновской. Виктор выбрался из машины и, посмотрев в сторону мэрии, оглянулся на дома, мысленно проводя директрису.

Несколько секунд спустя он вдруг сообразил, что из винтовки с дальностью два километра стрелять с верхних этажей можно даже из глубины двора – от самой Дерибасовской через просвет между домами.

– Давай во дворы! – крикнул Виктор, прыгая на переднее сиденье.

Козуб включил заднюю передачу, но почти сразу же к двинувшемуся от перекрестка задним ходом «БМВ» подлетела машина «Беркута». Из нее выскочили бравые спецназовцы.

– Твою мать! – вздохнул Виктор.

Козуб остановился и высунул в окно свое удостоверение.

– А ваши документы? – наклонившись, кивнул Виктору старший наряда.

– Вот! – показал Логинов.

– Ясно! Просим прощения! – козырнул спецназовец.

Козуб, сдав назад, свернул во двор и спросил:

– Куда едем?

– К дальним домам! – сказал Виктор, окидывая двор быстрым взглядом.

С виду здесь все было под контролем. У каждого подъезда торчало по милиционеру, у детской площадки стоял автобус с какими-то спецназовцами. Однако у крайнего подъезда расположенного вдоль Ланжероновской дома было пусто. И это Виктора насторожило.

– Стоп! – сказал он. – Сверни направо! Тормози!

Едва Козуб остановился, Виктор выскочил и огляделся. Дверь подъезда была закрыта на кодовый замок, так что подъезд был обычный, жилой. Но милиционера не было.

– Мотнись к следующему подъезду! – оглянулся на Козуба Виктор. – Спроси, в чем дело!

«БМВ» рванулся вдоль дома. Виктор, посмотрев на часы, перевел взгляд в глубь двора. До прибытия кортежа оставалось ровно восемь с половиной минут. Проверить за это время все сомнительные квартиры, из которых теоретически можно было достать из сверхдальнобойной винтовки до мэрии, они не успевали.

Однако можно было подключить рассаженных на крышах снайперов – чтобы те взяли под контроль окна. И Виктор, сунув руку в карман, выхватил телефон, чтобы позвонить Шведову. Однако в этот самый момент задним ходом от соседнего подъезда вернулся Козуб.

– Он говорит, что напарник ему ничего не говорил! – сообщил Сергей, выскочив из машины. – С минуту назад сюда такси подъезжало! И из него какая-то молодая женщина вышла с музыкальным футляром! Большим! Сечешь?

– Секу! – быстро сказал Виктор, разворачиваясь.

Такси было еще видно – проехав вдоль расположенного на Ришельевской дома, оно сворачивало за угол. Но сейчас главное было как можно быстрее выяснить, что за молодая женщина приехала на нем, что она привезла в футляре и куда подевался милиционер.

Логинов с Козубом подскочили к двери подъезда практически одновременно. Виктор с ходу определил «рабочие» клавиши замка и нажал на них. Замок приглушенно щелкнул. Виктор распахнул дверь. Козуб рванулся в подъезд, словно бык на арену.

– Спокойно! – придержал его за плечо в тамбуре Виктор.

Дверь из тамбура на лестницу была открыта. На ней видно никого не было, но где-то наверху как раз хлопнула дверь. В этот момент у подъезда затопали ноги. Не успевшая захлопнуться входная дверь распахнулась, и в ней с пистолетами-пулеметами возникли двое прибежавших от автобуса омоновцев.

– Стоять! – крикнул один из них. – Документы!

– Спокойно, парни! Я полковник ФСБ! Это капитан СБУ! – показал удостоверение Виктор. – Есть подозрение, что в подъезд проникла снайперша! Так что давайте за нами!

Козуб метнулся по лестнице наверх и тут же остановился.

– Кровь! – сказал он.

Виктор выглянул из-за его плеча. Крови на площадке первого этажа было не слишком много. И она была смазана в сторону двери правой квартиры.

– Так! – сказал Виктор, снова выхватывая из кармана телефон и оглядываясь на омоновцев. – Она убила милиционера и сейчас занимает позицию наверху! Вызывайте подмогу! Быстро!!! – Параллельно Виктор набрал Шведова. Едва тот ответил, он сообщил: – У нас в доме на Ланжероновской снайперша! Мы попытаемся успеть ее обезвредить до вашего подъезда! Если не позвоню, остановите кортеж!

– Как остановите, Логинов?!

– Не знаю! Я предупредил! Все! – Сунув телефон в карман, Виктор кивнул омоновцам: – Давайте за нами!

Козуб с табельным пистолетом в руке успел взбежать на один пролет и выглядывал наверх. Виктор, прыгая через три ступеньки, проговорил:

– Она почти наверняка на верхнем этаже! Поэтому начинаем проверять квартиры оттуда! И не надейтесь на бронежилеты! У нее винтовка калибра двадцать пять!

– Сколько? – недоверчиво переспросил один из омоновцев.

– Двадцать пять! – оглянулся Виктор. – Полдома прошьет, если успеет выстрелить!

На четвертый этаж они взлетели за несколько секунд. Как и на других этажах, здесь было две двери.

– Звони! – тронул Логинов за плечо Козуба. – А ты в левую! – оглянулся он на омоновца.

Дверь двадцать второй квартиры, в которую позвонил Козуб, была двухстворчатой, деревянной и очень высокой. Звонок, отозвавшийся хриплым дребезжаньем, было отлично слышно. Дверь в расположенной напротив двадцать первой квартире поменяли на современную металлическую. Из-за нее трель звонка едва пробилась.

Все замерли. Секунд через пять за металлической дверью послышался приглушенный щелчок, в глазок выглянули, после чего женский голос спросил:

– Кто?

Виктор кивнул, и один из омоновцев сказал:

– Милиция! Откройте, пожалуйста!

Замок щелкнул. Из-за двери выглянула молодая женщина лет двадцати семи в домашних шортах и футболке.

– Нам нужно проверить вашу квартиру! – быстро сказал Виктор. – Вы не возражаете?

– Но… – начала было женщина, однако Виктор мягко втолкнул ее внутрь и, отстранив в сторону в прихожей, махнул головой омоновцам.

Те проскочили мимо и начали проверять комнаты. Женщина, проводив их взглядом, повернулась к Виктору и негромко спросила, нервно теребя верх футболки:

– А что случилось?..

– Если к вам только что никто не входил с контрабасом, то ничего…

– С каким контрабасом?.. – удивленно спросила женщина.

В этот момент в прихожую вышли омоновцы.

– Чисто!

– Извините! – сказал Виктор, разворачиваясь. – Закройтесь и не стойте у двери! Это может быть опасно! Лучше вообще уйдите на кухню!.. Ну что? – негромко спросил он, выйдя на площадку.

Козуб, припавший ухом к двери двадцать второй квартиры, развернулся и шепотом сказал:

– К двери никто не подходил, но там кто-то есть!

– Точно?

– Обижаешь!

В этот момент внизу на лестнице затопали ботинки примчавшихся на подмогу от автобуса омоновцев. Логинов быстро посмотрел на часы. До прибытия к мэрии кортежа оставалось чуть меньше шести минут.

– Передайте по рации своим, пусть проверят квартиры на третьем этаже! – сказал Виктор омоновцам, после чего наклонился к двери двадцать второй квартиры.

– Замок детский! – сказал Козуб. – Только дверь наружу открывается!

– Если она не здесь, прокуроры с нас шкуру спустят! – вздохнул Виктор. Оглянувшись через плечо, он сказал: – Я сбиваю замок, вы врываетесь первыми, мы за вами! Снайперше на вид около двадцати! Если она попытается выстрелить из винтовки, сразу работаем на поражение! Все понятно?

Омоновцы кивнули. Виктор сделал им знак сместиться, чтобы бойцы не схлопотали рикошетом пулю, и, приподняв пистолет, выстрелил в замок. В следующую секунду он ударил в него ногой, чтобы наверняка доломать ригель, и распахнул дверь.

Омоновцы друг за другом заскочили в квартиру. Стоявший за спиной Виктора Козуб умудрился опередить его, нырнув в проем следом за бойцами. В результате Логинов вбежал последним.

Омоновцы уже успели заглянуть в кухню и как раз подскочили к закрытой высокой двери, видневшейся слева в глубине квартиры. Окна расположенной за ней комнаты должны были выходить в сторону Оперного театра и, соответственно, Приморского бульвара.

Один из омоновцев замер с поднятым пистолетом-пулеметом сбоку, второй попытался открыть дверь. Однако она, едва подавшись внутрь, тут же обо что-то стукнулась и уперлась. Омоновец налег сильнее и оглянулся на напарника:

– Подперта! Давай вдвоем!

Секунду спустя оба бойца плечом к плечу синхронно навалились на дверь. Та хряснула и начала быстро открываться. То, чем ее подперли изнутри, со скрежетом поехало по полу. Логинов рванулся вперед, но тут в комнате раздался мощный хлопок, как будто на торфяном болоте на поверхность вырвался огромный газовый пузырь.

В тот же миг стена над дверью перестала существовать, брызнув во все стороны осколками кирпича. Одновременно справа в потолке образовалась черная дыра, края которой осыпались штукатуркой. Квартира мгновенно наполнилась клубящейся белесой пылью.

Прочертив эту пыль перевернутым маятником, в коридор рухнула дверная коробка. Попавшие под нее омоновцы одновременно заорали матом. Логинов рванулся к проему и оттолкнулся ногой, словно на соревнованиях по прыжкам. Дверную коробку с барахтавшимися под ней омоновцами он перепрыгнул, но почти сразу же врезался в стоявшую перед дверью тяжелую тумбочку.

В результате Виктор перекувырнулся и кубарем грохнулся на пол. В комнате пыли было поменьше, и, падая, он увидел справа вверху держащую в руках похожую на противотанковое ружье винтовку снайпершу в белой косынке. С большим трудом Виктор узнал в ней Лесю Муравскую.

Та явно собиралась выстрелить в сторону двери еще раз, однако влетевший в комнату Логинов на пару мгновений опередил ее. Инстинктивно шагнув назад, Муравская попыталась направить винтовку на Виктора. Пистолет тот выронил при падении, однако винтовка была слишком тяжелой, чтобы ее можно было быстро повернуть. И Виктор, мигом перегруппировавшись, успел из положения лежа подсечь Муравскую подъемом левой ноги.

Та упала как подкошенная на правый бок, однако непроизвольно нажала при этом на спуск. Мощный хлопок оглушил Виктора, стенка кухни содрогнулась словно от попадания артиллерийского снаряда. И тут же горячий ствол саданул Логинова аккурат по переносице. От удара из его глаз мгновенно брызнули слезы. Виктор практически вслепую ухватился за ствол обеими руками и отшвырнул винтовку через себя влево.

Приподнявшись, он вдруг увидел сквозь пелену на глазах, как упавшая Муравская выдернула откуда-то из-под себя пистолет. Виктор тут же перевалился на правый бок, собираясь выбить оружие махом ноги.

Однако в этот момент от выбитой двери вдруг донесся крик Козуба:

– Брось пушку!!!

Муравская выстрелила без колебаний, практически одновременно грохнул и пистолет Сергея. На месте глаза приподнявшейся Муравской возникла бурая впадина, и ее голова мгновенно откинулась назад, громко стукнувшись о пол. Рука с пистолетом по дуге опустилась на пол. По разжавшимся пальцам током бежали судороги.

– Блядь! – вскрикнул у двери Козуб. – Она подстрелила меня, Витя!

Логинов мгновенно вскочил и рванулся к Сергею. Тот успел плюхнуться на колени. Правой рукой с пистолетом он опирался на тумбочку, левую прижимал к животу. Крови было очень много. В квартиру с топотом забегала подмога.

– «Скорую»! – заорал Логинов! – «Скорую»! Быстро!

– Какая дурная смерть… – натужно проговорил Козуб. – А у меня и детей нет, Вить…

– Да заткнись ты, дурень! Если поджелудочная не задета, просто заштопают, и будешь как новенький! Давай пистолет!.. – Выхватив из руки Козуба оружие, Виктор поднял голову и крикнул: – Двое сюда! Взяли его и на улицу! Только осторожней! Остальные охраняют комнату! К винтовке не подходить! К окнам тоже! В квартиру никого не впускать до приезда оперативно-следственной группы! Если что, стрелять на поражение!

Вынырнувшие из клубящегося штукатуркой дверного проема двое омоновцев подхватили Козуба.

– Тащите! В темпе! – крикнул Виктор, сам же метнулся обратно, чтобы подобрать свой пистолет.

– Логинов! Ты куда? – крикнул Козуб. – Не бросай меня! Слышишь? Я б тебя не бросил!

– Да сейчас, сейчас! – оглянулся Виктор. – Дай пистолет забрать! Не ори как роженица!

Его «глок» отлетел влево и лежал под осыпавшейся после второго выстрела штукатуркой. В тот миг, когда Виктор за ним наклонился, в его кармане зазвонил телефон. Это был Шведов, и Виктор с ходу выпалил:

– Мы ее нейтрализовали! Винтовка у нас, так что все в порядке! Можете подъезжать!

132

Украина, Одесса, Малиновский район.

– Ой! Вас прямо не узнать! – невольно всплеснула от удивления руками молоденькая продавщица, когда Роман вышел из примерочной.

– Главное, что теперь не жарко! – улыбнулся тот.

Три минуты спустя, расплатившись, он вышел из бутика с пакетом, в котором лежала его старая одежда. Теперь Роман был в белых длинных шортах, свободной футболке, белых легких туфлях и бейсболке с эмблемой «Феррари». Такую же одежду, только в разы дешевле, можно было купить и на Новом рынке.

Однако там задерживаться было опасно. Поэтому Роман, пройдя через рынок, тотчас сел в первую подвернувшуюся маршрутку и доехал на ней до конечной. После чего, немного попетляв, чтобы окончательно запутать следы, зашел в бутик, где кардинально сменил имидж.

Теперь он смахивал на состоятельного в постсоветском понимании туриста, которых в Одессе было пруд пруди и которые очень любили посещать морской вокзал для неспешной прогулки с осмотром судов.

Через квартал Роман свернул во дворы, где вскоре отыскал стоящие на отшибе мусорные контейнеры. Сбросив в них пакет с одеждой, Роман переложил в купленную в том же бутике борсетку пистолет и посмотрел на часы.

Несмотря на непредвиденные обстоятельства, управился он довольно быстро. Время в запасе еще было, однако действовать следовало оперативно. И Роман, направившись к выходу из двора, позвонил.

– Да! – ответил Пьер.

– Как дела? – спросил Роман по-французски.

– Отлично!

– Тогда готовься к выходу в море. Я минут через сорок приеду.

– Мы будем уходить совсем? Домой?

– Нет! Просто выйдем в море. На прогулку, – сказал Роман. – Сообщи властям, что направляешься в Ильичевск. Это недалеко.

– Ясно! Сейчас свяжусь с конторой капитана порта!

– До встречи! – попрощался Роман и отключился.

Яхта «Елена» была куплена и спешно переоборудована в Марселе специально для проведения операции в Одессе. Изначально Роман планировал использовать ее для доставки оружия и, если потребуется, для последующего скрытного ухода за границу. То есть, в военно-морских терминах, в качестве вспомогательного судна. Однако теперь «Елене» предстояло сыграть в операции едва ли не главную роль…

133

Украина, Одесса, Приморский район.

– Ну что там? – спросил Виктор у вышедшей из операционной медсестры.

– Операцию начали! – сказала та. – Пока все идет нормально…

– И долго она продлится?

– Минимум два часа, а то и больше!

– Понятно… – сказал Виктор.

Развернувшись, он направился на улицу. Закурив на крыльце и дважды глубоко затянувшись, он позвонил Басманному.

– Ну что там с Сергеем? – спросил тот.

– Приступили к операции. Пока все нормально. Но это часа на два… – сообщил Виктор.

– Ну слава богу! А ко мне таксиста везут!

– Уже нашли? – быстро спросил Виктор.

Он не исключал, что таксист, подвозивший Муравскую к дому на Ланжероновской, мог быть киллером.

– Да! – сказал Вадим. – В центре же милиция на каждом углу! Сопротивления при задержании он не оказал, что подвозил клиентку с контрабасом к Оперному, подтвердил! Но возил он ее по обычному телефонному вызову!

– Понятно… – вздохнул Виктор. – Поговоришь с ним, перезвонишь, а я пока со своими пообщаюсь.

– Хорошо! – сказал Вадим.

Опустив телефон, Виктор затянулся и медленно выпустил дым. Киллер его здорово озадачил. От легионера Виктор ожидал большего. А тот просто послал на смерть львовских студентов-националистов. Впрочем, это было характерно для террористов всех мастей. Как сказал какой-то американец, герой – это парень, который, не дрогнув, пошлет на смерть других…

Виктор поднял телефон и позвонил Шведову.

– Ну что там с твоим капитаном? – спросил генерал.

– Режут, – сказал Виктор. – Вроде все нормально пока… А у вас что?

– У нас встреча в мэрии. Потом состоится заседание рабочей группы по стратегическому сотрудничеству. Дальше едем возлагать венки на мемориал. Все по плану, в общем… Там на Ланжероновскую уже съехались прокуроры, Логинов. В квартире на первом этаже нашли труп милиционера, ее хозяйка была оглушена ударом по голове и закрыта в ванной. То же самое и с хозяйкой верхней квартиры. Дело засекретят, но тебе все равно нужно дать показания прокурорским, слышишь?

– Слышу… – сказал Виктор. – Подъеду. Но вообще-то я думаю, как все-таки перехватить киллера…

– А как ты его теперь перехватишь? Винтовки он лишился, смысла высовываться уже нет. Залег где-то в запасной норе… Так что забудь. Ты свое уже сделал! Исполнителя обезвредил! Остальное не твоя забота!

– Вообще-то моя, потому что он чужими руками моего товарища чуть не убил и меня мог! И нашего премьера, кстати, тоже…

– Хорошо! Тогда думай, как его перехватить… Только для начала прямо сейчас подъезжай на Ланжероновскую и ответь на вопросы прокурорских! Чтоб мы тебя потом сами не перехватывали по всей Одессе!

– Понял! Сейчас подъеду! – сказал Виктор.

134

Украина, Одесса, морской вокзал.

На морвокзал Роман решил ехать на такси. В сложившихся обстоятельствах это был хоть и несколько рискованный, но самый оптимальный вариант. Такси он остановил прямо на улице и уселся на заднее сиденье.

Сразу после этого Роман на всякий случай проверил с телефона электронную почту. И поступил очень правильно. Подкупленный генерал СБУ прислал ему еще одно сообщение. В выборе информатора Роман не ошибся. Генерал не только занимал очень высокую должность, которая давала ему доступ практически к любой информации, но еще и ненавидел нынешнего украинского президента не меньше самого Романа.

Проблема заключалась только в том, что сообщение было кодированным, а программа для быстрой дешифровки имелась только на лэптопе Романа. При этом сам алгоритм был элементарным. Поэтому Роман, беззвучно шевеля губами, принялся за дело.

На работу, занимавшую у компьютера меньше секунды, ему понадобилось целых полчаса. Но зато, наконец расшифровав сообщение, Роман стал обладателем сверхсекретной и очень важной информации. Настолько важной, что в первый момент он даже не смог оценить по достоинству ее значение.

Но буквально через несколько секунд в голове Романа вдруг словно бы что-то щелкнуло. И его план разом приобрел законченность и безукоризненность. Все слабые места, которые были в нем до этого, исчезли. План превратился в шедевр искусства диверсии.

Глубоко вздохнув, Роман поднял глаза и с удивлением обнаружил, что такси уже приближается к морвокзалу. Когда таксист свернул и начал заезжать на пандус, Роман сказал:

– Мне нужно вниз, к причалам!

– Там заезд платный, – предупредил таксист, на что Роман с улыбкой кивнул:

– Ничего, я заплачу…

Три минуты спустя таксист остановился у турникета, отделявшего пешеходную зону причала от автомобильной. Роман протянул ему деньги и сказал:

– Спасибо! Сдачи не надо!

– Так, может, вас подождать, раз уже за въезд заплатили? – быстро спросил таксист.

– Да нет, я назад не скоро! – мотнул головой Роман. – Счастливо!

– И вам счастливо! – кивнул таксист.

135

Украина, Одесса, Приморский район.

Логинов вышел из подъезда. Вокруг него была натянута красно-желтая лента с надписями «МЧС».

Какой-то чиновник у машины говорил на камеру:

– Комиссия продолжает работать, но, по предварительным заключениям экспертов, в квартире на четвертом этаже произошел взрыв бытового газа…

Логинов свернул, прошел под домом и вынырнул за оцепление. Как это обычно бывало в случаях с покушениями на первых лиц государства, вся информация тут же засекречивалась.

Посмотрев на часы, Виктор невольно вздохнул. Возвращаясь на Ланжероновскую, он надеялся ответить на вопросы прокурорских минут за тридцать-сорок максимум. На самом деле объяснялки затянулись на полтора часа.

Козуб отдал Виктору ключи от своего «БМВ», так что и в больницу, и обратно Логинов ездил на его машине. Усевшись в оставленный у соседнего дома «БМВ», Виктор закурил и позвонил в больницу. Там сказали, что Козуба еще оперируют.

После этого Виктор набрал Вадима Басманного.

– Я наконец отбрехался… – сказал Виктор. – А ты чем порадуешь?

– Установили квартиру, которую снимала Муравская! Подтянули нашу «Альфу», вскрыли…

– Но там ничего не оказалось! – закончил Виктор. – Да?

– Да…

– Ясно, – вздохнул Виктор. – Тогда я лучше съезжу к Сергею в больницу. Узнаю, может, что нужно там… Но сперва все-таки заскочу на морвокзал, а то мы с Сергеем так и не доехали туда. Может, уцеплюсь за какую-нибудь ниточку.

– Понял! – сказал Басманный.

Виктор тронул «БМВ» с места и направил к Польскому спуску. Минут через пять он миновал Таможенную площадь и вскоре оказался на морвокзале. Причал яхт находился в самом конце, у торцевой стенки, и Виктор, припарковавшись у турникета, двинулся туда.

Справа к морвокзалу пришвартовался огромный сингапурский контейнеровоз. У спущенного на него трапа торчал пограничник со штык-ножом. Когда Виктор приблизился к трапу, из бокового выхода морвокзала вынырнуло несколько таможенников в форме и офицер-пограничник. Виктор сообразил, что они направляются на контейнеровоз «открывать границу», и решил воспользоваться подвернувшимся случаем.

Представившись офицеру-пограничнику, он спросил:

– Вы ведь тут постоянно работаете, да?

– Да, а что?

– Яхту «Елена» с портом приписки Марсель не вы случайно проверяли?..

– Я! – кивнул пограничник. – Сегодня утром…

– Что?.. Сегодня утром?..

– Ну да! В самом начале смены…

– Подождите! Но мы сегодня делали запрос в погранслужбу, и нам не сообщили о приходе яхты!

– А! Так мы же все данные сдаем в конце смены, – пожал плечами пограничник. – Поэтому их еще и нет в базе данных…

– Ясно! А на каком она причале стоит?

– Я точно не помню! Справа, в конце!

– Понял! – кивнул Виктор. – Спасибо!

Выхватив мобильный, он на ходу позвонил Басманному.

– Твою мать, Вадим! «Елена» сегодня утром снова ошвартовалась на морвокзале!

– Как ошвартовалась?..

– Да это я у тебя должен спрашивать – как! Просто данные ваши погранцы сдают в конце смены! И только потом они появляются в базе!

– Вот черт!.. Так что, высылать к вам «Альфу»?

– Да подожди ты с «Альфой»! Дай обстановку сперва оценить, я еще до причала яхт не добрался… В общем, сейчас подключу микрогарнитуру и перезвоню!

Миновав здание морвокзала, Виктор быстро подошел к ограждению. Причал яхт располагался на нижнем уровне. Сверху он был как на ладони. Виктор быстро обшарил глазами его правую сторону, но никакой «Елены» там не было.

– Черт! – негромко выругался Виктор, набирая Вадима.

– Да!

– Яхты у причала нет! Срочно свяжись с пограничниками и узнай, закрывали ей сегодня границу или нет!

– Понял!

Примерно через пару минут Вадим сообщил:

– Не закрывали! Точно!

– Так! Тогда она, выходит, где-то здесь?

– Да! Сейчас свяжусь с конторой капитана порта! У них должны быть все сведения!

На этот раз для получения информации Басманному понадобилось намного больше двух минут, но наконец он сказал в трубке:

– Яхта «Елена» с разрешения диспетчера вышла из порта около двух часов назад! В Ильичевск!

– В Ильичевск?

– Да! Это недалеко, так что она или уже дошла, или на подходе!

– Тогда так, Вадим! Мне нужен пограничный катер, чтобы туда быстро подтянуться! Сможешь организовать?

– Думаю, да!

– Тогда жду его в торце морвокзала, у причала яхт! А ты свяжись с Ильичевским портом и узнай, запрашивала ли уже «Елена» разрешение на швартовку!

– Понял!

136

Украина, Одесса, акватория города.

– Стоп, машина, Пьер! – сказал Роман, смотревший в бинокль назад.

Пьер Ламар заглушил двигатель, яхта по инерции проскользила еще пару десятков метров по воде и плавно остановилась. Пьер выбрался из шкиперского кресла и подошел к Роману. Тот продолжал рассматривать через бинокль оставшийся позади мыс. Но интересовал Романа явно не он, а военные корабли, которые выстраивались там в охранение.

– Ты что задумал, Роман? – спросил Пьер.

– Я же тебе сразу сказал, – наконец опустил бинокль Роман. – Небольшую морскую прогулку! Идем вниз, откроем тайник…

Роман положил бинокль в специальный ящик и закрыл его. Повернувшись, он увидел, что Пьер Ламар, стоя на прежнем месте, настороженно смотрит на него.

– Что с тобой, Пьер?

– Ты что задумал? – повторил вопрос Ламар.

– Я же тебе сказал уже дважды – небольшую морскую прогулку, Пьер. Я поплыву в аппарате к берегу, а ты сразу же пойдешь в Ильичевск, закроешь там границу и – гудбай, Юкрейн!

– Но это же самоубийство, Роман! – сказал Ламар, повернув голову к мысу. – Ты не сможешь высадиться…

– Пьер, – улыбнулся Роман. – Нас ведь не зря натаскивали в Джибути целый год для борьбы с сомалийскими пиратами! Верно? И мы ведь смогли высадиться в Пунтленде и помочь спецназу освободить заложников…

– Но это было ночью, и берег не прикрывал целый отряд морских охотников! – кивнул головой на военные корабли Ламар. – Это самоубийство, Роман!

– Не думаю, – покачал головой Роман. – Но даже если и так, это ничего не меняет! Есть вещи, за которые стоит умереть, Пьер. Понимаешь?

– Понимаю… Но мне это не нравится. Я не хочу, чтобы ты умирал.

– Я тоже не хочу, Пьер, – сказал Роман, посмотрев на часы. – И сделаю все, чтобы как-нибудь заглянуть к тебе в гости в твой новый дом. Но для этого нужно успеть проверить оборудование, чтобы оно не подвело. Поэтому идем…

137

Украина, Одесса, акватория города.

Небольшой пограничный катер, приподняв нос, несся по зеленоватой воде в сторону Ильичевска. Его командир, совсем молодой старлей, стоял в рубке слева за спиной рулевого матроса. Логинов находился справа, со стороны берега.

Там один за другим проплывали одесские пляжи. Когда впереди показался мыс Большой Фонтан, рядом с которым располагался мемориал 411-й батареи, Виктор повернулся к старлею и сказал:

– Можно бинокль?

– Да, конечно! – кивнул тот.

Виктор приложил бинокль к глазам и навел резкость.

Неподалеку от Большого Фонтана дрейфовало четыре военных корабля. Один – радиоэлектронной разведки – стоял почти у самого берега. Примерно в километре от него в стороне моря торчал сторожевой корабль. Километрах в полутора за мысом и километрах в полутора перед ним виднелись небольшие противолодочные катера. Между сторожевым кораблем и противолодочными катерами стояли наготове малые пограничные катера. Их задача, очевидно, заключалась в том, чтобы не подпускать к периметру малые плавсредства вроде моторных лодок и скутеров.

Как и говорил генерал Шведов, охранные мероприятия были организованы на совесть – к Большому Фонтану и мыши проскочить было проблематично. Виктор опустил бинокль и протянул его старлею. Потом вытащил сигареты и сказал:

– Я выйду перекурю на корму!

Вынырнув под поток свежего морского воздуха, Виктор спустился по короткому трапу на палубу и вскоре оказался на небольшой корме катера. Ее от набегающего потока прикрывала надстройка. Виктор закурил и, посмотрев на часы, позвонил Шведову, который сопровождал премьера при всех перемещениях по Одессе.

– Едете на возложение? – спросил Виктор.

– Да, все по графику! А у тебя как успехи?

– Направляюсь в Ильичевск, параллельным курсом с вами!

– А что в Ильичевске?

– Киллер, похоже, ушел туда! Сегодня утром Пьер Ламар на своей «Елене» прошел пограничные и таможенные формальности в Одесском порту…

– Ламар сегодня пришел в Одессу?

– Да! А пару часов назад направился в Ильичевск! Скорее всего, чтобы забрать где-то там киллера…

– Понятно! Тогда удачи, Логинов! Только смотри, осторожней! Сам не суйся! Спецназа в Одессе выше крыши! Только свистни!

– Свистну, если что! – сказал Виктор. Позвонив Басманному, он спросил: – Ну что, Ламар уже запросил разрешение на заход в Ильичевский порт?

– Пока нет…

– Странно.

– Может, попросить, пусть портовые власти попробуют связаться с ним под благовидным предлогом по рации? И попросят указать свое местоположение? – предложил Вадим.

– Да нет. Это Ламара наверняка насторожит, – сказал Логинов. – Будем ждать. Лучше мы при подходе к Ильичевску попробуем засечь яхту визуально…

Докурив, Виктор вернулся в рубку. За время его отсутствия пограничный катер успел обогнуть стоявший напротив Большого Фонтана сторожевой корабль и теперь плавно заворачивал в направлении Ильичевска.

– Командир! – сказал Виктор. – Яхта «Елена», которая нас интересует, разрешения на заход в Ильичевский порт пока не запросила. Так что не исключено, что мы ее можем нагнать по дороге…

– Понял! – кивнул старлей. Приложив бинокль к глазам, он, оглядывая акваторию, медленно повернулся в сторону моря и вдруг сказал: – Яхта называется «Елена», полковник?

– Да!

– Кажется, я ее вижу!

– А ну-ка, разрешите! – тут же шагнул к старлею Виктор.

Взяв бинокль, он несколько секунд спустя увидел не слишком большую современную моторную яхту. Та дрейфовала в море. Присмотревшись к надписи на корме, Логинов убедился, что командир пограничного катера не ошибся.

И тут же Виктора в буквальном смысле прошиб холодный пот. То, что «Елена» легла в дрейф неподалеку от мыса Большой Фонтан, случайностью быть не могло никак. Особенно после посещения мемориала 411-й батареи Иваном Сахно.

– Давайте к яхте, командир! На полном ходу! – крикнул Виктор. Отдав старлею бинокль, он выхватил мобильный и позвонил Шведову. Едва тот ответил, Виктор сообщил:

– Мы только что наткнулись в море на «Елену»! Она дрейфует неподалеку от Большого Фонтана! Похоже, на мемориале что-то должно произойти!

– Черт! Понял! Логинов, у нас сейчас по плану врубят помехи по всем частотам!..

– Так отмените!

– Какой отмените?! А если на этой яхте ракета с радионаведением… – успел произнести Шведов, и тут в динамик вдруг ворвался противный визг, словно кто-то одновременно включил циркулярную пилу с электробритвой.

Виктор быстро посмотрел на часы. Время было ровно без десяти три. Пограничный катер, заложив вираж, на полном ходу устремился к яхте. Командир рассматривал ее через бинокль.

– Ну что там? – спросил Виктор.

– Никого не видно! – оглянулся командир. – Объявить боевую тревогу?

– Давайте!

Судовая связь, хоть и с помехами, работала. Полминуты спустя двое пограничников с автоматами уже заняли позиции на палубе. Пушка катера ожила и нацелилась на быстро увеличивающуюся в размерах яхту.

На ее палубе так никто и не показывался. Через пару минут катер сбросил скорость и с разворотом приблизился к яхте. Еще до того, как борта судов соприкоснулись, оба пограничника спрыгнули на ее палубу…

138

Украина, Одесса, акватория города.

В расположенной в трюме «Елены» спальне был устроен хитрый тайник. Обнаружить его при обычном таможенном досмотре не представлялось возможным, поскольку тайник был расположен прямо под большой кроватью, прикрученной к палубе наглухо.

Однако крепления были с секретом, так что на самом деле кровать очень легко откидывалась вверх. Сделав это, Роман с Пьером при помощи специального торцевого ключа отвинтили замаскированные винты и сняли плиту палубного настила.

Под ней открылся тайник, в котором Пьер Ламар доставил в Одессу снайперскую винтовку, пистолеты и лэптоп с очками. Сейчас в тайнике остались комплект для подводного плавания с запасными баллонами, подводный скутер, а также подводный автомат.

Роман первым делом достал из тайника дыхательный аппарат и проверил давление в подсоединенном к нему баллоне. Давление оказалось в порядке. Роман осторожно опустил аппарат на стол, вернулся к тайнику и вытащил на палубу скутер. Индикатор батареи показывал, что та потеряла всего около семи процентов заряда. Это было несущественно, и Роман повернулся к Пьеру:

– Порядок! Ни баллон менять не придется, ни скутер подзаряжать!

Ламар, наблюдавший все это время за Романом из проема двери каюты, вдруг сказал:

– Ты не собираешься высаживаться на берег, верно?

– С чего ты взял? – удивленно проговорил Роман, посмотрев на часы. – Так, мне уже пора звонить, извини…

– Звони, – хмуро кивнул Ламар. – Но потом ты расскажешь мне, что задумал! Я в этом участвую, поэтому имею право знать!

В голосе Пьера звучала сталь.

– Хорошо, я расскажу, – кивнул Роман, направляясь к столу, на котором лежала его борсетка.

Пьер Ламар был очень опасным противником, поэтому Роман нарочито спокойно взял борсетку и открыл ее. После чего мгновенно выхватил пистолет и с разворота выстрелил.

– А-а! – простонал Ламар, ухватившись руками за живот.

Качнувшись, он со стуком плюхнулся на колени. Роман, не сводя с него пистолета, сказал:

– Извини, Пьер! Ты сам виноват! В этом деле я не могу рисковать. Тебе не нужно было настаивать!..

– Значит, я прав… – с трудом выдавил из себя Пьер. – Ты не собираешься высаживаться на берег!.. Ты собираешься…

– Извини, Пьер! У меня мало времени! – перебил Ламара Роман и трижды нажал на спуск.

139

Украина, Одесса, акватория города.

– Тут внизу кровь! – крикнул высунувшийся из надстройки пограничник. – И люк открыт прямо в воду!

Логинов, как раз спустившийся на «Елену», бросился к двери. Оказавшись в спальне с откинутой вверх кроватью, он увидел под ней открытый проем. Подскочив к нему, Виктор наклонился. Сам проем в палубе имел прямоугольную форму и был около полуметра глубиной. Примерно посередине него был устроен люк. В нем поблескивала вода.

Виктор быстро оглянулся. Кровавые полосы тянулись от двери спальни к люку. Они имели все характерные признаки следов волочения. А это означало, что на борту яхты, кроме Пьера Ламара, был кто-то еще. И этот кто-то покинул яхту в водолазном снаряжении…

– Наверх! – крикнул Виктор пограничникам.

Сердце в его груди стучало как бешеное. Он действительно ошибся в киллере. Он его недооценил. То, что тот убил своего сослуживца по Легиону, свидетельствовало, что киллер не остановится. Ни перед чем.

– Все поднимаемся на борт! – скомандовал Виктор, выскочив на палубу яхты.

Они с пограничниками почти синхронно запрыгнули на катер и перемахнули через леера ограждения. И тут же Виктор крикнул командиру:

– К берегу! Полный ход!

Катер чуть сдал назад, после чего с разворотом рванулся прочь от яхты. Виктор, привалившись к переборке рубки, выхватил телефон, однако сигнала сети не было вообще.

– Черт! – сказал Виктор и заскочил в рубку.

– Куда идем, полковник? – спросил командир катера.

– К Большому Фонтану! Кратчайшим курсом! Дайте бинокль!

Старлей протянул Виктору бинокль. Тот приложил его к глазам и принялся осматривать береговую линию. Было очевидно, что киллер собирается устранить украинского президента во время посещения мемориала 411-й батареи. Однако Виктор по-прежнему не понимал, как именно он собирается это сделать. Даже высадка на берег и та казалась нереальной…

– Который час, командир?! – спросил Виктор, не отнимая бинокля от глаз.

– Четырнадцать пятьдесят шесть!

– Черт! – нервно проговорил Виктор.

Кортеж или как раз подъехал, или вот-вот должен был подъехать к мемориалу. А замысел киллера по-прежнему был абсолютно непонятен. Виктор повел биноклем вдоль береговой линии в обратном направлении, и тут командир сказал:

– Полковник! Разрешите бинокль! Нам что-то сигналят!

Логинов опустил бинокль и увидел, что наперерез им со стороны моря несется пограничный катер. На его мачте поблескивал сигнальный прожектор. Старлей быстро взял бинокль и, приложив его к глазам, проговорил:

– Немедленно… застопорите… ход! Вы приближаетесь… к запретной зоне…

Логинов, слушая старлея, непроизвольно перевел взгляд на стоявший у Большого Фонтана противолодочный катер. Тот находился практически прямо по курсу, так что до него было гораздо ближе, чем до пограничного катера. Однако с противолодочного катера им почему-то никто ничего не сигнализировал…

140

Украина, Одесса, акватория города.

– Фух! – проговорил Роман, наконец натянув гидрокостюм.

В одиночку справиться с этим было очень непросто, а Пьер Ламар помочь уже не мог, поскольку находился на дне. Роман утопил его сразу, привязав к ногам груз. Роману было жаль Пьера, но тот был виноват сам.

То, что задумал Роман, Пьеру могло не понравиться. Очень сильно. Роман же рисковать делом всей своей жизни из-за каких-то моральных принципов не мог. Поэтому он, не колеблясь, и пристрелил Ламара.

Когда несколько лет назад сомалийские пираты захватили французское судно, было принято решение создать в Легионе специальный отряд. Что-то вроде морской пехоты, но с обучением водолазному делу. Романа с Пьером отобрали в него, поскольку в прошлой жизни оба имели отношение к флоту.

За год их научили очень многому. И когда пираты захватили в Тихом океане французскую яхту, совместный отряд Легиона и морского спецназа ВМС Франции не только освободил заложников, но и пленил и самих пиратов, и их сообщников на берегу в самопровозглашенном Пунтленде. После этого захватывать французские суда сомалийские пираты остерегались.

При подготовке операции в Одессе Роман и решил использовать те навыки. Дыхательный аппарат, находившийся в тайнике «Елены», был замкнутого цикла. То есть выдыхаемый пловцом воздух не стравливался в воду, как в акваланге, а просто очищался от углекислоты специальным фильтром. Это обеспечивало скрытность подводных перемещений. Плюс глубина погружения была намного больше, чем у акваланга.

Надев гидрокостюм, Роман быстро поднялся на палубу и осмотрелся. Ничего подозрительного вокруг не происходило. Роман нырнул в ходовую рубку яхты и по приборам определил точное направление на противолодочный катер. Выставив его на специальных часах для подводного плавания, Роман облегченно вздохнул.

Он управился со всем, и у него в запасе оставалось еще достаточно времени. Так что даже в случае, если бы противолодочный катер вдруг сильно снесло течением в сторону, Роман успевал найти его. И он решил перекурить. Возможно, последний раз в жизни. Опасность была очень велика. Однако Роман знал, ради чего рискует.

Докурив, он еще раз проверил направление на противолодочный катер и спустился вниз. Первым делом он пристегнул специальный пояс. На нем, кроме грузов, имелось крепление для подводного автомата. Вдобавок к нему Роман вооружился пристегнутым к бедру подводным ножом. Управившись с этим, он надел дыхательный аппарат. Тот работал нормально, и Роман спустил к люку скутер. Через минуту он уже погрузился в воду и направился к берегу.

Глубину и направление Роман контролировал по своим специальным часам. Переход произошел без малейших осложнений. Без двадцати минут три Роман заметил справа вверху смутный силуэт. Сбросив скорость и свернув, он вскоре приблизился к корпусу большого судна.

Довольно быстро Роман убедился, что это нужный ему противолодочный катер. Остановив двигатель скутера, он отрегулировал его плавучесть на ноль и замер. Генерал СБУ сообщил, что ровно в четырнадцать пятьдесят корабль радиоэлектронной разведки ЧФ включит помехи абсолютно по всем частотам. И Роман ждал, когда это случится.

Как только часы показали без десяти три, он отпустил скутер и устремился к поверхности. Вынырнув у борта, обращенного в сторону Ильичевска, Роман переключил дыхательный клапан в положение «атмосфера» и громко крикнул:

– Эй! На борту! Это президентский спецназ! Сбросьте штормтрап!

На палубе послышались удивленные голоса, потом протопали ноги, и сверху свесилась голова в пилотке. Это был молоденький матрос, и его глаза были полны удивления.

– Президентский спецназ! – повторил Роман. – Сбросьте штормтрап! Быстро!

Матрос криком доложил командиру, и вскоре над бортом выткнулась еще одна пилотка – офицерская. Тут Роману пришлось представиться и попросить спустить штормтрап в третий раз.

– Виноват! – проговорил командир. – Но мне дана команда не принимать посторонних на борт! А связи нет…

– Похвальная бдительность, каплей! – кивнул Роман. – Но именно для таких случаев был введен специальный пароль! Вы его получили, верно?

– Так точно!..

– Прикажите, пусть матрос отойдет!

Капитан-лейтенант кивнул, матрос мигом испарился.

– Дюк де Ришелье! – негромко, но внятно проговорил Роман сообщенный генералом СБУ сверхсекретный пароль.

Это рассеяло все сомнения командира катера.

– Спустить штормтрап! – крикнул он, оглянувшись.

Минуту спустя Роман уже поднялся на палубу. Со всех сторон и из всех дверей на него таращились члены экипажа катера. Чувствовалось, что о «морских котиках» они много слышали, но видели в первый раз.

– Пройдемте в рубку, каплей! – негромко сказал Роман.

Войдя в дверь, он наконец снял маску и повернулся к командиру катера. Тот на невиданные подводные доспехи Романа смотрел с не меньшим восхищением, нежели простые матросы.

– Мне нужно вам кое-что сообщить… – подозвал командира Роман. Когда тот приблизился к нему вплотную, Роман негромко проговорил: – С нашей сверхмалой подводной лодкой произошла небольшая авария. Для ее устранения она сейчас ненадолго всплывет у вашего борта… Поскольку это секретный объект, прикажите покинуть палубу всем, кроме вахтенного помощника и рулевого! И чтоб никто не высовывался до вашей команды! Ясно?

– Так точно! – кивнул капитан-лейтенант. Подойдя к штурвалу, он снял микрофон судовой трансляции и проговорил: – Внимание всем членам экипажа! Говорит командир! Всем немедленно покинуть палубу! Машинной вахте оставаться на своих местах! Остальным собраться в столовой и без моего приказа ее не покидать!

Роман незаметно вздохнул. Благодаря предателю из СБУ, все прошло гладко и бескровно. Пока бескровно. И Роман, повернув голову, быстро посмотрел на шкафы ПУС. Так на военных кораблях назывались приборы управления стрельбой.

В год распада СССР Романа призвали в армию. Весной. И попал он на Черноморский флот. На малый противолодочный корабль, в минно-торпедную боевую часть. Воды с тех пор утекло немало, но ПУСы остались практически такими же. Только слегка изменились дизайн да индикаторы.

Тем временем шаги на палубе и трапах затихли, и командир сказал:

– Все в порядке!

– Отлично, каплей! – кивнул Роман. – Теперь внимание на левый борт! Только не удивляйтесь!

Командир с вахтенным помощником и рулевым тут же дружно повернулись, подставив Роману спины. Видимо, они надеялись увидеть нечто вроде плавучей летающей тарелки. Роман же мгновенно сдернул с крепления подводный автомат и нажал на спуск. Смертоносные иглы практически беззвучно пронзили командира и его подчиненных.

Шагнув вперед, Роман добил сучившего ногой у штурвала рулевого и посмотрел на часы. До трех часов было еще шесть минут. Времени было вполне достаточно, чтобы успеть приготовить последний в жизни украинского президента салют. И российского премьера тоже. Хотя лично против него Роман ничего не имел. Как и против других случайных жертв, которые были неизбежны.

Повесив автомат, Роман быстро подошел к ПУМСу – прибору управления минной стрельбой. На ЧФ Роман служил в составе боевого расчета БЧ-3 и знал этот прибор как свои пять пальцев.

Управлял ПУМС установленными на противолодочном катере двумя пятиствольными реактивными бомбометательными установками – аналогами тех, что во времена службы Романа именовались РБУ. Фактически это были «катюши», только многократно усовершенствованные и приспособленные для уничтожения морских целей.

Впрочем, для уничтожения наземных целей они тоже вполне годились. В восьмидесятых годах при ежедневном проворачивании РБУ на одном из стоявших в Севастополе кораблей произошел случайный залп. Пришелся он на большую автостоянку, на которой приехавшие утром на службу мичманы и офицеры оставляли свои автомобили. По счастливой случайности, никто из людей не пострадал, зато машины разнесло на куски. Чтобы замять этот инцидент, из Тольятти срочно доставили и вручили всем пострадавшим автовладельцам новые «ВАЗы».

Роман быстро включил ПУМС. Индикаторы зажглись. На небольшом табло замигала красным надпись: «Вставьте боевой ключ». Роман отошел к вахтенному помощнику, наклонился и быстро проверил его карманы. Ключ от сейфа боевой рубки отыскался в правом. Открыв сейф, Роман снял с крючка боевой ключ РБУ и быстро вставил его в гнездо. На табло зажглась другая надпись: «Установки не заряжены».

– Я знаю! – ухмыльнулся Роман.

После случая в Севастополе РБУ стали заряжать только непосредственно перед стрельбой. Соответствующее изменение внесли во все наставления по боевому применению. На боеготовности это не слишком отразилось, поскольку процесс был автоматизирован. Роман нажал кнопку «Заряжание» и повернул голову.

Установленная на баке пятиствольная реактивная установка ожила, чуть повернулась и наклонилась на угол сорок градусов. Люк отсека заряжания начал открываться. Убедившись, что все в порядке, Роман переключил тумблер на ПУМСе. РБУ могли вести огонь как по командам от гидролокационной системы наведения, так и по вводимым вручную данным. На табло высветилась надпись: «Введите координаты цели».

И Роман начал быстро вводить координаты обелиска героическим защитникам Одессы, которые получил вчера благодаря экскурсии по мемориалу 411-й батареи Ивана Сахно…

141

Украина, Одесса, Дача Ковалевского, мемориал 411-й батареи.

– Едут! – послышалось от дороги.

– Всем внимание! – тут же последовала усиленная мегафоном команда милицейского начальника. – Смотреть в оба!

Что касалось служб охраны, то тут никто ничего вслух не кричал. Голосовые команды сотрудникам спецслужб передавать было проблематично, поскольку мемориал 411-й батареи был окружен аж тремя кольцами ФСО и Госохраны.

Наружный периметр традиционно закрывали снайперы. На дальних и средних подступах к мемориалу было рассредоточено около трех сотен неприметных сотрудников в штатском. Задача первых заключалась в своевременном выявлении и перехвате подозрительных лиц, направлявшихся в средний круг. Те же, кто работали в нем, с ловкостью карманников незаметно ощупывали всех подозрительных на предмет выявления оружия, взрывчатки и других технических средств, которые могли использоваться для покушения.

Когда огромный кортеж подкатил к входу в мемориал, из машин сопровождения десантировались и очень быстро образовали четвертый – «ближний круг» охраны – «личники». Это были уже непосредственные телохранители – все, как один, в темных костюмах и специальных очках, некоторые с кейсами. В раскладных кейсах «личников» были автоматы и бронещиты. В случае возникновения опасности первые в мгновение ока должны были открыть огонь на поражение террористов, вторые в то же мгновение прикрыть охраняемых персон бронещитами и приступить к эвакуации.

Только после того, как «личники» замкнули «ближний круг», из бронированного «Мерседеса» выбрались премьер России и президент Украины. Они, по традиции, во время совместных мероприятий передвигались на одной машине.

Из проверенной-перепроверенной толпы тотчас раздались приветственные крики. Активисты различных движений начали махать флагами. Флаги тоже были проверенными-перепроверенными. В другой ситуации премьер с президентом обязательно подошли бы к людям, чтобы пожать им руки и поблагодарить за теплые слова и поддержку, однако им уже доложили о существующей опасности.

И премьер с президентом просто помахали по сторонам руками, после чего быстро прошли к входу в мемориал. На территории их встретил и поприветствовал директор музея.

– Спасибо большое! – кивнул премьер-министр России, принимая от директора мемориала подарочный буклет.

Подскочивший помощник тут же принял его. Директор быстренько ретировался в сторону. Премьер повернулся к президенту Украины, и они синхронно, нога в ногу, направились по аллее к обелиску героическим защитникам Одессы.

Послышалась негромкая команда, и с боков на аллею, вытягивая носки, вышли солдаты роты почетного караула с венками. Едва они повернули, военный оркестр заиграл. Над мемориалом разнеслась скорбная музыка реквиема.

Четверка солдат с венками, беззвучно чеканя шаг, шла метрах в пяти впереди. За ними плечом к плечу торжественным шагом приближались к обелиску премьер России и президент Украины…

142

Украина, Одесса, акватория города.

– Если мы не застопорим ход, они откроют огонь на поражение! – вскрикнул командир пограничного катера.

– Передайте им: «Дюк де Ришелье»!

– Что? – невольно опустил бинокль командир.

– Дюк де Ришелье! – повторил Виктор. – Это пароль! Быстрее!

Выхватив у старлея бинокль, он навел его на приближающийся противолодочный катер. На его палубе не было видно ни единой души. Как будто это был какой-то «летучий голландец».

– Передал! – послышался голос старлея.

– А теперь добавьте, чтобы они направлялись с нами к противолодочному катеру, потому что там… – проговорил было Виктор. В этот момент две расположенные на катере многоствольные реактивные установки вдруг ожили и слегка наклонились. Чуть опустив бинокль, Виктор увидел, как в направляющие разом вошли мины. – Черт! – вскрикнул он, наконец все поняв. – На катере террорист! Передайте, чтобы они немедленно открыли огонь! И сами стреляйте!

– Как стреляйте?! – сипло спросил старлей.

– Быстро! – заорал Логинов. – Он сейчас залп выпустит по мемориалу!

Сглотнув, разом побледневший старлей повернулся от проблескового телеграфа к джойстику автоматической пушки. Виктор, подавшись назад, крикнул:

– Огонь! Надо не дать ему выпустить залп!

– Понял! – кивнул старлей.

В следующий миг автоматическая пушка на носу загрохотала. К противолодочному катеру протянулись белесые следы. Рубка покрылась черными дырами. Виктор быстро перевел бинокль на носовой реактивный миномет противолодочного катера.

Тот уже зарядился и быстро поворачивался в сторону берега. У Виктора все оборвалось внутри. Невольно сжав бинокль руками, он заорал:

– Стреляйте по миномету! Он разворачивается!

В этот миг носовой реактивный миномет вдруг словно бы заклинило. Он остановился, дважды или трижды дернулся вперед-назад, а потом вдруг произвел залп одновременно со вторым минометом, установленным на корме. На палубу брызнули языки пламени, в небо одна за другой устремились десять реактивных бомб.

Виктор, опустив бинокль, быстро повернул голову. Справа, километрах в трех от берега, море взорвалось огромными фонтанами воды. В тот же миг пушка пограничного катера умолкла, и Виктор заорал:

– Не прекращайте огонь!

– Так боезапас кончился!

– Тогда дайте команду бойцам выдвинуться на нос! – крикнул Виктор.

Выбежав из рубки, он вместе с пограничниками-автоматчиками выскочил на бак. Противолодочный катер быстро приближался. В задней части его надстройки открылась дверь, и из нее кто-то выглянул. Без оружия.

– Стрелять? – спросил пограничник, вскинув автомат.

– Нет! – мотнул головой Виктор и оглянулся: – Старлей! Прикажите через громкоговоритель никому не высовываться!

– Что? – выглянул из рубки командир катера.

– Прикажите никому не высовываться! – крикнул Виктор.

– Понял!

Несколько секунд спустя над морем разнеслось:

– Говорит командир пограничного катера МПК-19! Всем, кто находится на морском охотнике, оставаться в надстройке! Повторяю…

– Приготовились, парни! – сказал Логинов автоматчикам. – Террорист находится в рубке или где-то на палубе! Он должен быть в гидрокостюме! Один из вас на нос, второй на корму!

До противолодочного катера оставалось метров двадцать. Пограничный катер резко сбросил ход и начал подворачивать вправо. Как только его бак оказался у борта противолодочного катера, Логинов с автоматчиками десантировались через леера. Осадка катеров была примерно одинаковой, так что высадились они легко.

Один пограничник, как и приказал Логинов, сразу рванулся к корме, второй устремился к баку. Но, едва проскочив рубку, он вдруг резко затормозил и развернулся:

– Там кто-то стонет!

Логинов подскочил к двери рубки и, прижавшись спиной к переборке, сказал:

– Прикрывай!

В следующий миг он рывком распахнул укрытую пробоинами дверь и заглянул в рубку с пистолетом наготове. Внутри все было усыпано осколками. На палубе возле штурвала лежало три неподвижных тела. В дальнем углу с закрытыми глазами полулежал киллер в гидрокостюме. Стонал он.

– Руки! – заорал Логинов, заскакивая в рубку и нацеливая на него пистолет.

Киллер поднял голову и криво ухмыльнулся:

– Одну руку!

Заскочивший в рубку вслед за Логиновым пограничник очень громко и судорожно сглотнул, сдавленно проговорив:

– Блин!..

Сообразив, что его в любой момент может вырвать, Виктор, не поворачиваясь, скомандовал:

– На палубу! Проветрись! Заодно бак осмотри!

Зрелище и вправду было не для слабонервных. Правой руки у террориста не было. Ее оторвало. Из страшного обрубка на палубу хлестала кровь. Террорист левой рукой пережимал плечо, но это помогало слабо.

– Все-таки я его убил! – хрипло сказал он. – Я сделал это…

– Почти сделал, – покачал головой Виктор. – Вообще-то мины ушли в море.

Террориста словно током пронзило. Мигом отпустив левую руку и приподнявшись, он вскрикнул:

– Не может быть!

– Может! – сказал Виктор. – Еще как может…

– А-а! – вдруг заорал страшным голосом террорист и мгновенно выхватил из укрепленных на левой ноге ножен нож.

Однако Логинов был начеку и тут же прострелил ему левое плечо. Террорист взвыл и, выронив нож, съехал от боли по переборке на палубу. Виктор подошел к нему и, чуть наклонившись, проговорил:

– Так что ты проиграл, легионер! Кругом…

Content

Максим Шахов
Тень легионера

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22

23

24

25

26

27

28

29

30

31

32

33

34

35

36

37

38

39

40

41

42

43

44

45

46

47

48

49

50

51

52

53

54

55

56

57

58

59

60

61

62

63

64

65

66

67

68

69

70

71

72

73

74

75

76

77

78

79

80

81

82

83

84

85

86

87

88

89

90

91

92

93

94

95

96

97

98

99

100

101

102

103

104

105

106

107

108

109

110

111

112

113

114

115

116

117

118

119

120

121

122

123

124

125

126

127

128

129

130

131

132

133

134

135

136

137

138

139

140

141

142