Ирина Щеглова

Урок флирта

Глава 1

Знакомство

– Наконец-то я нашла кого-то стоящего, – Натка многозначительно улыбнулась, – все наши знакомые по сравнению с ними – просто мелюзга! – добавила она, видимо для усиления эффекта.

– Да ладно. – Я отнеслась к ее похвалам несколько недоверчиво. Мало ли что взбрело в голову моей взбалмошной подруге? У нее вообще пунктик на парнях.

– Не веришь? – искренне удивилась она. Ну, конечно, себя-то она вполне убедила в том, что на этот раз ей удалось познакомиться чуть ли не принцами из сказки.

– Я тебе клянусь! – горячо убеждала она. – Потрясающие парни!

В последнее время Натка помешалась на знакомствах через Интернет.

Дело было так: благодаря Инету она обзавелась многочисленными поклонниками, активно с ними переписывалась и вовсю флиртовала. Я, в отличие от нее, не относилась к виртуальным воздыхателям всерьез. Во-первых, не верила в такие знакомства, во-вторых, не было никакой гарантии в том, что электронные женихи так же хороши в жизни, как и на снимках. В-третьих, у меня просто не было времени и желания с ними встречаться.

Но Натка рассуждала по-другому.

Наслушавшись восторженных отзывов от девчонок, якобы нашедших свою любовь через Инет, подруга с горящими глазами и решительным настроем приступила к активному поиску парня своей мечты.

«Мне пятнадцать, значит, в запасе три года, – твердила Наташа, – думаю, за это время можно найти того, единственного, красивого, заботливого, внимательного, можно и богатого, а можно и просто не жадного». Она считала, что к такому серьезному делу, как любовь, надо и относиться со всей серьезностью. Нельзя пускать все на самотек. «Пока мы будем рот разевать, всех стоящих парней разберут!» Я посмеивалась, а Ната тем временем сама начала писать понравившимся кандидатам.

В итоге, пока я посмеивалась и рассуждала, подруга договорилась о встрече с парнем! И что удивительнее всего: первое же ее свидание прошло вполне успешно. А это значит, что парень выглядел не хуже, чем на фотографиях (и вообще, приятно отметить, что это были ИМЕННО его фотографии). Натка воодушевилась, и дальнейшие свидания последовали одно за другим.

Моя подруга – страшная привереда. Для того чтоб ее заинтересовать, внешность молодого человека должна быть практически идеальной. Сама она очень эффектная: длинноногая, стройная, с кудрявыми каштановыми волосами. Само собой разумеется, я своим чересчур наблюдательным, но вполне объективным взглядом нахожу в ее внешности кучу недостатков... Поэтому я не раз говорила Натке, склоняя ее быть более снисходительной к наружности противоположного пола, что «внешность – это далеко не самое главное». Она мне не верила. Тогда не верила.

И вот в одно прекрасное зимнее утречко, в то самое, когда не сводишь раздраженного взгляда со своих недавно купленных сапог, утопающих в грязи, снегу и еще фиг знает в чем, я вышагивала в школу и совершенно случайно наткнулась на сияющую Натку. Кинув взгляд на ее сапоги, я с неудовольствием отметила, что они были совершенно чистые и не промокшие, любовь ее, что ли, окрыляет?! Я спросила о причине ее чересчур самодовольного выражения лица.

– Да я сегодня с Сережей встречаюсь вечером, – сообщила подруга. – Ну, с тем, из Инета, – добавила она, заметив, как я озадаченно на нее уставилась.

«Понятно... очередной Сережа из Инета», – подумала я. И как-то мне так грустно сделалось, ужас! Что я видела? Дом-школа-дом-школадомшколадом... В то время как моя подруга чуть ли не ежедневно знакомилась с новыми людьми, веселилась, кокетничала, жила полной жизнью, можно сказать.

А у меня сапоги грязные, и вообще...

Короче говоря, вместо того чтобы, как обычно, пошутить на тему Наткиных женихов, я сказала:

– Зд?рово!

А потом немного помолчала и спросила ласковым голосом, несвойственным мне при обращении с подругами:

– Слушай, а может, он друга с собой прихватит?

– Для кого?

– Для меня, – ответила я уже с некоторым раздражением, – не для тебя же!

– Ну, не знаю, я попрошу, конечно... – протянула она в ответ.

Ее тон меня обидел: «Угу, отвязаться собирается. Ну и ладно. Мне и не больно-то хотелось...» Весь день я дулась на Натку, а она, словно назло, ни словом не обмолвилась о предстоящем свидании и друге для меня.

Хватило меня ненадолго.

Вечером я позвонила подруге.

– Ну, я надеюсь, ты не позволишь мне остаться наедине с учебниками?

– Подожди пять секунд, я только у Сережи в аське спрошу про друга.

– О’кей.

Я тем временем начала машинально отдирать намертво прилипший к моему письменному столу орбит без сахара.

– Слушай, Лин, – начала Ната и замолкла.

– Ну что там? – нетерпеливо спросила я.

– Он просит, чтобы я выслала твою фотку.

– Кто? Сережа?

– Угу.

– Для друга?

– Ага.

Ничего себе, зайка просто! Боится, значит, время зря потратить.

– Ну, высылай. Глядишь, пройду фейсконтроль, – усмехнулась я.

– А какую? – спохватилась подруга.

– Какую-какую... посимпатичнее какую-нибудь.

– А-а-а. – Ната задумалась. Судить о чьей-либо привлекательности ей было весьма сложно, так как она замечала только свою.

Я быстро поняла свою ошибку и решила ей помочь, а то, чего доброго, у нее мозги закипят.

– Отправь ту, что с моря.

– Ой, да! Точно!

Мне порядком надоела эта тягомотина с отправкой фотографии. Даже не дождавшись результата этой проверки, я сказала Натке, что пошла собираться.

На встречу пришли два парня. Наткин Сережа и его друг Кирилл. Сережа мне сразу понравился – высокий, симпатичный, очень общительный и, уже по первому впечатлению, показавшийся мне весьма неглупым.

Кирилл был полноват, немного застенчив и здорово смахивал на кота. Я ему сразу об этом сказала. Он смутился.

Мы пошли в кино, потом в кафе. Поболтали. Причем мальчики большей частью рассказывали об учебе. Оказалось, они учились в колледже при университете. Я прикинула: второй курс, значит, им лет по 16–17. Натка врала напропалую, что ей тоже шестнадцать, что она выпускница и все такое. Естественно, упомянула о школе журналистики, где она занималась. Одним словом, рисовалась. Я скромно молчала. Но когда меня спросили о школе, спокойно сообщила, что учусь в десятом, мне пятнадцать лет, день рождения у меня в феврале... Натка смутилась, потому что у нее-то – вообще в марте. Ребята быстренько раскусили ее и посмеялись, но так, беззлобно. Ну, прибавила себе годик и прибавила. Гораздо хуже, когда приходится убавлять, но нам-то с ней до этого еще далеко.

Когда мы прощались, Сережа пригласил нас в гости. Так и сказал: «Приходите как-нибудь».

– Наверное, это будет не совсем удобно, – предположила я.

Действительно, как это мы заявимся к полузнакомому парню, что подумают его родители? Сергей, казалось, угадал мои мысли.

– Мы живем вдвоем с сестрой, – объяснил Сергей, – она учится в универе, снимает квартиру.

Вот это да! Выходит, Сереженька-то не местный. Квартиру, конечно, родители оплачивают, это понятно. Что ж, все равно, парень вполне самостоятельный. Заинтересовал он меня, причем гораздо сильнее Кирилла.

Но когда мы прощались, я из вежливости сообщила ему номер своей аси.

Как ни странно, вечером, когда я пришла домой, ко мне в асю постучался не только Кирилл, но и Сережа. Мы начали переписку, просто общались как друзья, мне очень нравилось это, с ним было легко и приятно, и создавалось впечатление, как будто мы давно друг друга знаем. Я даже поймала себя на мысли: «Мне бы такого парня... – но тут же оборвала себя. – Мы просто друзья, – строго напомнила я самой себе. Подруга – это святое!» Я ни в коем случае не хотела вмешиваться в отношения Натки и Сергея. Пусть у них все будет хорошо.

Глава 2

Непредвиденные обстоятельства

На следующий день Натка явилась в школу расфуфыренная и раскрашенная, как новогодняя елка. Она прямо-таки лучилась счастьем. Даже говорила с придыханием. Естественно, у нее скоро очередное свидание с Сергеем, и если я хочу, то она может договориться, чтоб и Кирилл пришел... Я не хотела. Кирилл не шел ни в какое сравнение с Сергеем. Я почувствовала легкий укол зависти, но быстро справилась с собой.

Сергей ждал Натку у школьного забора. Он был такой милый и трогательный с букетом гвоздик, заботливо упрятанным под куртку, чтоб цветы не замерзли. Натка порхнула с крыльца, пролетела, едва касаясь земли, те несколько метров, что отделяли ее от Сергея, и прильнула к нему на секунду. Я видела, как он улыбнулся ей, как склонился и поцеловал ее в щеку. Это было так прекрасно, что я расчувствовалась, даже в носу защипало, я чуть слезу не пустила.

Я подошла к ним, поздоровалась и сразу же простилась. Они хотели проводить меня до дома. Но я отказалась, сославшись на занятость, на то, что мне надо куда-то зайти, в общем, наврала что-то. Мне в тот момент очень захотелось остаться одной, подальше от них, от их счастливых глаз, от того, как он держал ее за руку.

Именно поэтому, когда Сергей пригласил меня в гости, я не поехала, а Натка, конечно, поехала.

Я рванула от них что было силы. И весь день потом страдала, представляя, как они проводят вместе время. О! Какие восхитительные и в то же время мучительные картинки рисовало мне воображение! Серегина квартира представлялась чуть ли не рыцарским замком, восхитительным и таинственным. Сам Сережка казался прекрасным принцем, благородно и трепетно ухаживающим за моей подружкой. Той самой Наткой, которую я знала чуть ли не с рождения и, естественно, ничего романтического в ней не видела или не замечала. А вот он заметил. И правильно. Так и должно было случиться. Ведь Натка стремилась, искала свой идеал, рисковала, в конце концов, и нашла. В то время как я ничего не делала, сидела сложа ручки и иронизировала. Естественно, ей достался главный приз. А мне – разбитое корыто.

Что ж, надо принимать удары судьбы достойно. Надо уметь радоваться счастью других. И я изо всех сил радовалась, сквозь слезы. Даже хотела начать поиск своего парня по Инету – а что, вдруг мне выпадет еще один шанс? Правда, я отказалась от этой затеи. Второго Сергея в Сети быть не могло. А другого я не хотела.

Я домечталась до такой степени, что с утра не смогла пойти в школу. Дико разболелась голова. Мама, посмотрев с утра на мое лицо, решила подстраховаться и оставить меня дома. До обеда я провалялась в постели, слушала музыку и страдала. А потом ко мне пришла Натка.

Как только я открыла дверь, подруга, даже не поздоровавшись, прошла в мою комнату, упала на диван, забросила руки за голову и мечтательно произнесла, глядя в потолок:

– Ты себе не представляешь!..

«Целовались», – подумала я и снова ощутила томление где-то в левой стороне груди.

– Такой кле-о-о-вый! – протянула Натка. Она скосила глаза в мою сторону, наблюдала за моей реакцией, должно быть. И хотя мне было до чертиков любопытно, я сдержалась.

– Тебе что, не интересно? – обиделась подруга.

– Почему, интересно, – как можно равнодушнее ответила я.

Натка кивнула, успокоилась и начала рассказывать:

– Ну вот, значит, приехала я к Сережке, все чинно-благородно... пришли к нему, с сестрой познакомилась, Ириной зовут, прикольная такая... Но это не главное. Там целая компания собралась. И Сережкины друзья, и ее. Полная комната народу, я даже растерялась сначала. Потом Кирилла увидела, подсела к нему. Ну, Сережка меня со всеми познакомил... смотрю, а там парень один, вообще! Та-а-кой! Просто супер! Антоном зовут. Я как увидела его, так и влюбилась! Честное слово!

Я навострила уши.

– То есть как это – влюбилась? А как же Сергей?

Натка поморщилась:

– Ой, ну ладно, при чем здесь Сергей, скажи, пожалуйста? – Она посмотрела на меня сердито, но спохватилась: – Сережка тоже классный, он мне нравится, и что с того? Сердцу не прикажешь, – с притворным вздохом заключила Натка.

– Да, конечно, – согласилась я, – только я думала, ты хочешь с ним встречаться...

– Встречаться? А что мне может помешать? – удивилась подруга. – Кстати, Кирилл о тебе спрашивал... Жаль, что тебя не было, ты бы оценила мой выбор.

– Да-да, – ответила я, чтобы что-нибудь сказать. На самом деле моя голова была занята лихорадочными соображениями. «Наташка влюбилась в другого... Сергей свободен? Может быть, это мой шанс?»

– Очнись! – донесся голос подруги.

Я улыбнулась машинально и извинилась:

– Что-то голова побаливает...

– Надо побольше гулять, – посоветовала Натка.

Мне захотелось вернуть разговор в прежнее русло:

– Расскажи, как провели вечер, что делали?

По словам Наташки, вечер прошел великолепно. Они смотрели фильмы, болтали, потом Ирина и Сережка играли на гитаре. В общем, подруге все понравилось, особенно же ей понравился Антон, и, как ей показалось, он заметил ее внимание...

– Надо будет как-нибудь поехать с тобой, – как можно равнодушнее сказала я.

– Разумеется! – подхватила Натка. – Мы собираемся в эту субботу, кстати, будем обсуждать наступающий Новый год.

– Так вы уже и насчет Нового года договариваетесь? – Для меня эта новость оказалась слишком неожиданной.

Натка фыркнула:

– Ну, ты даешь! Меньше месяца осталось!

Я кивнула, изобразив на лице задумчивость. Быстро же Натка изменила свои планы. Все-таки надо сходить с ней в субботу к Сережке. Познакомлюсь с остальными ребятами, посмотрю на пресловутого Антона, кто знает...

В любом случае, надо же с чего-то начать!

Я еле дождалась субботы. Собиралась, как на первый бал. Накануне перерыла шкаф, чуть не разорвала кофточку, поругалась с мамой, заметила прыщик на лбу и рыдала у зеркала, проклиная себя, субботу, Сережку, Натку и весь белый свет. Все-таки мне удалось справиться с собой. Я решила особенно не выставляться. Это же не бал, не банкет и не званый ужин. Поэтому я остановилась на джинсах и той самой кофточке, которую чуть не разорвала.

И, хотя рядом с блистающей Наткой я смотрелась довольно бледно, все-таки осталась довольна собой. Посмотрю пока, понаблюдаю, а там видно будет... Незачем украшать себя, как ворона, павлиньими перьями.

Дом, где жил Сережа, находился неподалеку от университета. Это почти в центре города. Очень удобно. Натка теперь уже совсем уверенно привела меня к подъезду, мы поднялись на лифте, и подруга позвонила в дверь.

Открыла девушка. Я сразу догадалась, что она и есть Ирина – сестра Сережки. Уж очень похожи. Ирина узнала Натку, улыбнулась: «А мы вас ждем».

– Привет, ты Алина? – спросила она, когда мы вошли. – Меня зовут Ирина.

– Привет, очень приятно, – ответила я.

В прихожую выглянул Сергей, обрадовался, помог нам раздеться, и мы прошли в комнату.

Помимо уже известного мне Кирилла, там были и незнакомые парни. Я обвела всех глазами, Сережа представил их: Антон, Рома, Илья.

«Так вот он какой», – подумала я, разглядывая Антона. На первый взгляд он не произвел на меня особенно сильного впечатления. Ну, симпатичный, ну, шатен, волосы чуть вьются, высокий, одет стильно, небрежно, но дорого...

Но, как только Антон заговорил, я, как и Ната, поддалась его чарам. Он оказался чертовски обаятельным, остроумным, и еще в нем что-то такое было... Даже трудно описать. Это «что-то» и привлекало сильнее всего. И еще, когда он улыбался, на его щеках появлялись такие милые ямочки. Прямо расцеловать их хотелось!

Илья и Роман показались мне приятными, но не слишком общительными. К тому же они были друзьями Ирины, ее сокурсниками. Наверное, мы просто мало их интересовали.

Вообще, главным заводилой был Антон, за ним Сережа, на правах хозяина.

Пообщавшись с Антоном, я поняла, почему Натка на него повелась. Он полностью отвечал ее требованиям. Ослепительный, обаятельный, умный, веселый, явно сынок богатых родителей. Блестящая партия! Вот и вышло так, что весь вечер мы с Наткой крутились вокруг Антона, как кошки у блюдца со сметаной. Обе пытались завладеть его вниманием, но без особенного результата. Я думаю, со стороны это выглядело смешно. Но мы ничего не могли с собой поделать. Наверное, именно равнодушие к нам и было самым привлекательным в Антоне? Не знаю... Во всяком случае, Натку можно понять, ведь даже я на время забыла о Сереже.

Я чувствовала себя счастливой. Было легко и свободно, словно я тысячу лет знаю этих ребят. Насчет Нового года ни у кого даже сомнений не возникло: отмечаем все вместе. С ума сойти! А ведь совсем недавно мы и не подозревали о существовании друг друга.

Домой нас отвезли на такси. Провожали Кирилл с Антоном. Антон уселся впереди. А мы с Натой и Кирилл – сзади. Пока мы ехали, Кирилл все старался потихоньку взять меня за руку, а я, словно и не замечая его попыток, убирала руку. Не хватало еще, чтобы он что-то себе вообразил! Нет уж, после знакомства с Антоном я решила: если не Сергей, то только он.

Я понимала, что не стоит сразу портить отношения с Кириллом, поэтому старалась мило улыбаться, слушая его вполуха, а вторым ухом пыталась не упустить ни слова из того, о чем болтали Антон с Наткой. Признаться, я недоумевала. Натка отчаянно кокетничала, как будто только что не она нежно прощалась с Сергеем, не целовала его в щеку на моих глазах. Антон же, надо отдать ему должное, не замечал Наткиного настойчивого внимания, как и я не замечала попыток Кирилла взять меня за руку.

Наконец мы подъехали к моему дому, распрощались, и я побежала к подъезду. Машина мигнула пару раз фарами, фыркнула и умчалась в темноту.

Глава 3

Сергей и компания

Я рано обрадовалась. Красавец и умница Антон довольно быстро выветрился у меня из головы. Натка слишком много говорила о нем, все уши мне прожужжала. Он мне просто надоел. Зато чем больше я думала о Сергее, тем сильнее влюблялась. В ту ночь, с субботы на воскресенье, я так и не смогла уснуть, ворочалась, так и этак укладывала подушку, злилась на себя и Натку, злилась на Кирилла, даже Антон бесил меня своим показным безразличием. Вспоминая о минувшем вечере, я краснела и даже зубами скрежетала. Мне казалось, что я никогда еще не вела себя глупее. Так всегда, сначала сделаешь что-нибудь, а потом ругаешь себя последними словами. Уж теперь-то я знала, как следовало бы себя вести! Но поезд ушел, мне оставалось тоскливо смотреть ему в хвост и кусать одеяло от бессилия что-либо изменить. Пришлось терпеть.

Воскресенье ничего не изменило. Натка позвонила поздно вечером и томным голосом сообщила, что они с Сережиком весь день гуляли, а вечером он пригласил ее в театр, Натке очень понравился спектакль. И вообще, они чудесно провели время. Натка хвасталась, а меня так и подмывало спросить: а как же теперь Антон? Я сдержалась. Натка была довольна, об Антоне не заикалась. Может, она и не влюблена в него вовсе? Может, она поняла, какой Сережка замечательный, что он лучше всех, что она его любит и теперь у них все будет прекрасно?

А я-то? Я? Что мне делать? Забыть, отказаться? Перестать встречаться? С глаз долой, из сердца вон?! Или, сцепив зубы, вспомнить о пухленьком Кирилле? Нет, все-таки Антон предпочтительнее.

Промаявшись всю ночь, я встала угрюмая, с красными от бессонницы глазами. Мамы еще не было, она дежурила в ночную смену. Я поплелась на кухню, где папа уже колдовал над завтраком. Он смешно приплясывал у плиты, что-то напевая себе под нос.

– Доброе утро, – прогундосила я.

– Привет, дочь! – отозвался он. – Завтракать будешь?

– Не хочется. – Я присела на краешек дивана и поморщилась. Папа жарил яичницу, а меня просто тошнит от ее запаха.

– Ну, хоть чаю-то выпей, – попросил папа.

Они с мамой ужасно переживают из-за моего аппетита. Но что я могу с собой поделать, если мне не хочется есть по утрам? Вечные разговоры о том, что я испорчу себе желудок. Что же мне, насильно в себя пихать еду, что ли?

– Я кофе выпью, – пообещала я. – Тебе сварить?

Папа со своей яичницей уселся напротив, посмотрел на меня озабоченно:

– Какая-то ты хмурая сегодня, – заметил он.

Я пожала плечами и, чтоб он не увидел моих красных глаз, поднялась, повернулась и подошла к плите. Словно мне действительно очень захотелось кофе.

– Алина, ты поссорилась с кем-нибудь?

– Вовсе нет, с чего ты взял...

Мне было стыдно. На самом деле я не такая уж вредина и, конечно, люблю своих родителей, но их бесконечная опека меня достала.

Натке в этом отношении повезло куда больше моего. Родители предоставили ее самой себе, причем довольно давно. Я это знаю, потому что мы дружим чуть ли не с пеленок. Ее мама и моя – довольно близкие приятельницы. Так вот, когда нам было лет по пять, родители подкинули Натку к нам на Новый год, а сами куда-то укатили на неделю. Причем даже не интересовались, что там с их дочерью. И вообще, Натка привыкла к самостоятельности, не то что я.

Пока я злилась, у меня чуть не убежал кофе. Я подхватила турку, обожглась, чуть не выронила ее, зашипела. Папа вскочил, отобрал у меня турку, поставил на стол, подтащил меня к крану, включил холодную воду, сунул мою руку под струю воды. А я позорно разревелась.

Всегда так! Папа, естественно, испугался, сунул мне полотенце, усадил на диван, принялся неумело успокаивать. А время шло, надо было бежать в школу. Захлебываясь рыданиями и горячим кофе, я что-то пыталась сказать в свое оправдание. В конце концов мы поняли, что оба опаздываем. В итоге я оделась кое-как, папа затолкал меня в машину и отвез в школу. На работу он, разумеется, опоздал...

Я влетела в класс со звонком. Наташка подняла на меня удивленные глаза. Она, как всегда, выглядела безупречно. Безмятежное спокойствие, свежее личико, идеальная прическа.

Я с размаху плюхнулась на стул. В этот момент вошла учительница, и все встали. Натка покосилась на меня и спросила, усмехнувшись:

– Ты откуда сбежала?

– Из дома, – буркнула я в ответ.

– Ты себя в зеркало видела?

– Девочки, я вам не мешаю? – Учительница смотрела прямо на нас.

Я опустила голову.

– Продолжим урок...

Натка сунула мне зеркальце. Я отодвинула его.

– Потом, – произнесла я одними губами и уставилась на доску. Я пыталась сосредоточиться на новой теме, но Натке не терпелось. Весь урок она дергала меня разными вопросами: «Ну как тебе?», «Правда, Антон душка?», «Скажи честно, кто тебе больше понравился?».

«Выходит, она не одумалась», – тосковала я. И шипела в ответ:

– Отстань!

Наконец прозвенел спасительный звонок, и у Натки появилась возможность выговориться.

– Ты почему такая надутая? – возмутилась она.

Мы шагали по коридору, в толпе мельтешащей малышни, нас поминутно кто-нибудь толкал, здоровался, извинялся и снова толкал.

– Что ты меня изводишь? – набросилась я на подругу. – Не видишь, я не выспалась, опоздала, выгляжу, как чушка, а тут ты еще!

Натка затормозила у подоконника.

– Это дело поправимое, – она достала из сумки пудреницу, – вот, возьми-ка.

– Да ну тебя, – отмахнулась я, но, подумав, пудреницу взяла и, рассмотрев свое отражение, пришла в ужас. – Кошмар! – прошептала. – Как можно жить с таким лицом!

Натка тряхнула каштановыми кудрями, оперлась локтем о подоконник и с интересом принялась рассматривать свой маникюр. Я наскоро прошлась спонжем по лицу.

– Скажи, здорово у Сережки было, правда? – спросила Натка.

– Нормально...

Я захлопнула пудреницу и отдала ей.

– Так что ты думаешь насчет Антона? – Натка уселась на подоконник и, вытянув вперед ноги, полюбовалась ими. Кто-то из мальчишек восхищенно присвистнул. Натка бросила на свистуна надменный взгляд. Несколько парней из параллельного класса засмеялись и прошли мимо.

– Надоели, – скривилась Натка. – Тоже мне, смотреть не на что, а туда же!

– Идем, – сказала я, – звонок скоро.

– Ты мне не ответила.

– А что тут отвечать, – я постаралась казаться равнодушной, – Антон прикольный...

– Ты сама-то на него ненароком не запала? – всполошилась подруга.

– Ни на кого я не запала.

Натка успокоилась, хитро подмигнула и толкнула меня локтем:

– А Кирилл к тебе неровно дышит, я заметила. Лови момент! У него родители – люди далеко не бедные. Кстати, у Антона тоже. Когда еще таких найдешь, чтоб домой на такси провожали?

– При чем здесь родители?! – возмутилась я.

– А при том, – Натку невозможно было сбить с намеченного курса, – с такими парнями, как Антон, не стыдно в городе показаться. Уж он-то не станет лихорадочно сгребать по карманам мелочь, чтобы сводить тебя в кино.

У меня не было слов. Конечно, приятно, что и говорить, но не это же главное! И потом, Ната – девушка Сергея, они вчера ходили в театр, она мне сама сказала, что Сергей ей нравится, так почему же она мне все уши прожужжала про Антона?

Мы не договорили, потому что прозвенел звонок. И снова был урок, и снова Натка шептала мне в самое ухо свои соображения по поводу наших новых друзей. Я сидела и молча кивала, как китайский болванчик. Наткин шепот почти не мешал мне думать о своем.

Итак: Натка заявила свои права на Сергея, одновременно она запала и на Антона. Что мне оставалось? Пожалуй, лучше всего просто общаться со всеми по-дружески. И наблюдать...

Я кое-как справилась с наиболее важными вопросами:

– встречаться или не встречаться с Сергеем и ребятами;

– что делать с Кириллом;

– как вести себя с Сергеем;

– как быть с Наткой?

Я постаралась быть честной с собой. Мне очень понравились ребята, и я ни в коем случае не хотела поссориться с ними.

Кирилл? Ну что ж, его можно держать на расстоянии.

Сергей? Я была готова сделать все, чтоб он обратил на меня внимание. Но не могла себе этого позволить. Что мне оставалось? Только смотреть, как счастливая подруга распоряжается моим избранником, как своей собственностью.

Натка изменилась. Если еще год тому назад это была невзрачная девочка с довольно тяжелым характером, сменами настроения, комплексами и злым языком, то в этом году Натка, как это часто бывает с девчонками, вдруг расцвела, выросла. То есть стала настоящей девушкой: симпатичной, яркой, пусть язвительной и эгоистичной, но, безусловно, привлекательной.

Раньше она только наблюдала за другими и отчаянно завидовала чужому успеху. А теперь вдруг сама стала знакомиться с парнями, ничуть не смущаясь.

И действительно, ведь именно она смогла привлечь к себе внимание наших новых друзей, именно она организовала наше знакомство. Разве я могу ответить подруге подлостью? Разве имею право отбивать у Наташи парня?

Нет, надо было выждать время, все выяснить, присмотреться ко всем, со всеми сдружиться. Вот примерно так я и думала, и так решила поступить.

Глава 4

В гостях

В следующую субботу мы с Наткой приехали к Сергею. Мне было намного спокойнее. Я уже всех знала, едва мы вошли, к нам сразу кинулись ребята, затормошили, насмешили, помогли нам стащить куртки и сапоги. И вообще, было такое чувство, словно я домой пришла или к очень близким людям.

Тесная квартирка с крохотной кухней и допотопной мебелью казалась мне чуть ли не лучшей в мире. Я не замечала убожества съемного жилья, потому что здесь жили люди, с которыми мне было хорошо и уютно.

Мы собрались в большой комнате, она одновременно служила общей гостиной и спальней Сергея, во второй, маленькой, по взаимному согласию, обосновалась Ирина. Сергей усадил нас и кинулся на кухню, чтоб заварить чай. Ирина посмеивалась над ребятами, говорила, что ей ничего не приходится делать. Натка сразу же переключилась на Антона, а я скользнула на кухню следом за Сергеем. Зачем я это сделала? Скорее бессознательно, хотелось поговорить с ним наедине. Он, казалось, обрадовался, но от помощи отказался. Пока он возился с чайником, я просто сидела у стола и болтала с ним о том о сем.

Когда мы вернулись к ребятам, Ирина настраивала гитару. Я устроилась в уголке с чашкой чая и слушала, как она поет знакомые и незнакомые мне песенки.

Черно-белые рыбы

В океане моих снов

Плывут мне навстречу

вновь и вновь.

И я хочу тебя видеть и твои глаза,

Сказать: прости, я понял, что значит любовь.

И черно-белые птицы

в черном лесу

длинным эхом улетают куда-то вдаль,

И лишь зеленая трава ложится под ноги мне...

Голос у нее был не слишком сильный, но довольно приятный, она не фальшивила, и, что мне понравилось больше всего, она удивительно красиво смотрелась с гитарой: тоненькая девушка со склоненной головой и гибкими руками. Я смотрела на ее длинные сильные пальцы, на лицо, такое одухотворенное, мечтательное.

И черный ворон

Взмахнет крылами, кружит над нами,

Движенья его легки,

Как шум деревьев,

Что тихо пьют ветвями

Прозрачный сумрак на правом берегу реки...

Она пела и чуть улыбалась, не знаю, как у нее так выходило, но мне она казалась необыкновенной, словно я увидела ее впервые, а раньше встречалась с какой-то другой девушкой.

Я так мечтаю стать

Гордой птицей, и знать,

Что рядом со мною ты всегда.

А лучше – просто картинкой

на твоей стене, с глазами неба.

Ну, что же ты! Скажи мне ДА!

– Потрясающе, – сказала я, когда Ирина отложила гитару. – Кто написал такую красивую песню?

– Спасибо, – поблагодарила Ирина. – К моему стыду, я не помню автора. – И призналась: – Эту песню я услышала от друзей, а они еще от кого-то...

– Жалко. – Я покачала головой и неожиданно для самой себя добавила: – Мне бы тоже очень хотелось научиться играть на гитаре.

– Какие проблемы? – переспросил Сергей, беря гитару. Он поднял на меня глаза и улыбнулся. Я покраснела, спохватилась, пожала плечами:

– Наверное, это сложно...

– Знаешь, я сам научился, – признался он.

Ребята заговорили одновременно, один просил спеть одно, другой – другое. Сергей кивнул и запел. Он спел несколько рэповых песен, я слышала их впервые. На самом деле я не очень люблю рэп, поэтому и не слишком им интересуюсь. Но на этот раз мне неожиданно понравилось, может быть, потому, что нравился исполнитель.

Я смотрела на него во все глаза, поймала его взгляд, смутилась, сделала вид, что рассматриваю картинку на стене. Потом переключилась на Натку, она шепталась о чем-то с Антоном и совершенно не обращала внимания на окружающих. Сергей резко прервал пение, встал и уложил гитару в чехол. Я несколько раз хлопнула в ладоши:

– Здорово!

– Спасибо, – искренне поблагодарил он.

Ребятам, видимо, надоело молчать, потому что едва Сергей закончил петь, как все разом шумно задвигались, заговорили.

– Ты больше не хочешь петь? – спросила я, стремясь завладеть его вниманием.

– Народ скучает, – он развел руками и усмехнулся, – как-нибудь в другой раз.

– А это долго? Я имею в виду, ты долго учился, чтоб так играть? – не отставала я.

– Хочешь научиться?

– Да, – храбро выпалила я. В тот момент я не раздумывала.

– Могу помочь, – просто предложил Сергей.

– Что для этого нужно?

– Пока ничего. Скажем... – он задумался, – ты сможешь приходить к нам пару раз в неделю?

Я не поверила своим ушам! Приходить к Сергею пару раз в неделю! Да еще когда он сам предложил! Да хоть каждый день!

– Конечно! – выпалила я и посмотрела с опаской на Натку, но она ничего не заметила, потому что была занята Антоном. Она, смеясь, цепляла ему на волосы цветные пластмассовые прищепки. В это время Кирилл фотографировал Антона, в общем, всем было весело.

– Договорились, – сказал Сергей, – приходи завтра во второй половине дня. Сможешь?

– Смогу.

Я согласилась, не думая. Но когда мы с Наткой ехали домой, я все-таки решила спросить у нее разрешения. Я страшно переживала и не знала, с чего начать.

– Ната, ты не обидишься, если я у тебя спрошу, – начала я. – Мне так неудобно...

– Да в чем дело-то?

– Я насчет того, что напросилась к Сережке заниматься гитарой...

Натка вскинула брови:

– Ну, ты и мямля! Я уж думала, ты чуть ли не встречаться с ним собралась, – она хохотнула, – занимайся, конечно, что здесь такого?

– А как ты думаешь, я не отниму у него время? Удобно ли это? – Мне было неловко говорить об этом, но такая уж я уродилась: не могу навязываться, мешать, короче говоря, не могу быть кому-то в тягость.

– Во-первых, он сам предложил, – напомнила Натка, – а во-вторых, делай так, как удобно тебе. – В этом она вся. Разбуди Натку ночью и спроси: как надо жить? И она, не задумываясь, ответит: так, как тебе удобно.

Ну что ж, во всяком случае, я получила разрешение.

Глава 5

Уроки музыки

В воскресенье, вся дрожа от предчувствия сама не знаю чего, я вскочила ни свет ни заря и полдня занималась тем, что перемеряла весь свой гардероб, подбирая наряд, соответствующий случаю. Наконец, решила, что выглядеть лучше всего естественно: джинсы и белый свитер – в самый раз. Простенько и со вкусом. Косметики – самую малость: чуть тронуть тушью ресницы, немного блеска на губы, волосы лучше всего распустить, так, чтоб они лежали по плечам эдакими небрежными прядями. Если что, на месте заберу их в хвост, чтоб не падали на глаза и не мешали, но это потом.

Мама несколько раз заглядывала в комнату.

– Алина, иди уже, поешь! – настаивала она.

У мамы в кои-то веки выдался выходной, и она решила обеспечить нас с папой домашней пищей.

– Сейчас! – отмахивалась я. Мама недовольно ворчала, закрывала дверь, но через несколько минут все повторялось.

– Куда ты собираешься? – спросила она.

– Мы с Наткой договорились, – соврала я. Не потому, что привыкла обманывать родителей, нет. Просто в тот момент мне было не до разговоров и объяснений.

– Вот и хорошо, – мама была непреклонна, – иди поешь, а потом отправляйся к своей Натке.

– Сейчас! Мама!

– Да что с тобой? Какая муха тебя укусила? – начала нервничать мама.

Я схватилась руками за щеки, они пылали, словно у меня поднялась температура.

– Могу я спокойно собраться?! – едва сдерживаясь, чтоб не раскричаться, почти по слогам произнесла я.

А мама, вместо того чтоб обидеться, вдруг рассмеялась.

– Алина, да ведь у тебя свидание! – заявила она.

От неожиданности я задохнулась и резко села на диван. Почему она всегда все знает! У меня что, на лбу написано? Я надулась и ничего не ответила.

– Ладно, – примирительно сказала мама, – ты пока халат накинь, пойди поешь, а потом уже собирайся, а то одежду заляпаешь. – И она подмигнула: – Твой избранник решит, что ты неряха...

– Ну, мама! – Я чуть не разревелась.

– Все-все. – Она замахала руками. Родители считают, что я слишком нервная, меня даже к психологу водили, правда, это было еще в шестом классе. Жуткая оказалась тетка. Если я – нервная, то она вообще сумасшедшая. Убеждала меня и маму, что мой гороскоп какой-то не такой, надо провести коррекцию, а то со мной могут произойти разные страшные неприятности. Мама покивала согласно, но больше ни на какие сеансы я не ходила.

А насчет моей нервности: так ведь кто угодно нервным станет, если с утра до вечера будет слышать: «Иди поешь! Что с тобой, ты такая бледненькая! Почему ты молчишь? Почему смеешься? О чем ты задумалась?»

Да можно ли так изводить человека! Ведь каждый нуждается хоть изредка в одиночестве, тишине, каждому надо о чем-то подумать, побыть наедине с собой. Это нормально! Натка говорит, что я ничего не понимаю, что родители меня любят, поэтому беспокоятся и все такое. Я не против. Я тоже их люблю. Но иногда я думаю: если бы я была у них не единственным ребенком, а, скажем, вторым или третьим, они бы меньше со мной носились.

В то же время если положить руку на сердце и признаться честно, то я не могу представить себе каких-то братьев или сестер. Я знаю, как тяжко приходится тем из моих подруг, у кого они – эти братья-сестры – есть. Сущее наказание! Вечный гвалт и кавардак. Ничего нельзя оставить на столе; разрисованные обои; ежедневное посещение детского сада; обязательное: «Поиграй с братом!» У многих даже комнаты своей нет! Не говоря уже обо всем остальном. Так что из двух зол выбирают меньшее... к тому же я и не выбирала. Так получилось.

Посидев минут пять на диване, успокоившись, я накинула халат и пошла в кухню. Есть не хотелось, но, чтоб немного усыпить мамину бдительность, я затолкала в себя картошку с мясом.

Наконец, измучившись и изнервничавшись, я собралась и прибыла к знакомому дому около двух часов дня.

Открыл мне Сергей. Ирины дома не было. То есть, кроме нас, не было вообще никого! У меня перехватило дыхание. Я строила планы один грандиознее другого. «Сергей специально пригласил меня, чтоб поговорить о том, как я ему нравлюсь... Он сразу меня полюбил, но не знал, как об этом сказать... ой, а что мне делать, если он прямо сейчас начнет целоваться...»

Но ничего такого не произошло. Сергей приветливо поздоровался, проводил меня в комнату, усадил на стул и достал гитару из чехла. «Значит, мы действительно будем заниматься музыкой», – немного разочарованно подумала я.

Сейчас главное – произвести правильное впечатление.

Все-таки это был наш первый урок!

К уроку Сергей подготовился заранее. Он развернул передо мной лист бумаги с нарисованным от руки гитарным грифом и стал объяснять его устройство. Я мало что поняла, наверное, потому, что у Сергея это был первый опыт учительства. Мне очень не хотелось показаться бестолковой, я сделала умное лицо и усиленно кивала головой. Но моему учителю быстро надоело объяснять, он схватил гитару и попытался показать наглядно. Я снова кивала, Сергей увлекся, забыл про урок, спел какую-то песенку. Я, конечно, восхитилась. Сергей воспрянул духом:

– Хочешь, спою тебе свою песню?

– Ты сам пишешь песни! – Я даже руками всплеснула для убедительности. – Потрясающе!

Сережа многозначительно улыбнулся.

– Слушай:

Вдвоем с тобой

Мы покидаем нашу планету,

Летим все дальше!

Все ближе к мечте

О любви!

Забыты все неудачи,

Вселенские задачи,

Скука и боль,

Боль от измены

Осталась внизу,

Под ногами!

Та, что губит и ломает,

На дно бросает – не выбраться!

Там в тумане бродят тени

Прошлых страданий, сны и видения,

Призраки бывшего счастья.

Жившие когда-то.

От них ничего не осталось, лишь стон...

Лишь память о секунде,

Память об искре любви...

Он резко оборвал пение и посмотрел на меня выжидающе. Я выдержала паузу, после чего многозначительно посмотрела на него и глубоко вздохнула.

– У меня нет слов! – Это я соврала, конечно. Сама песенка показалась мне так себе... Ничего особенного, многие пишут и поют, бывает и похуже, и получше, это уж как кому повезет. Слова-то у меня были, но говорить их не следовало. Автор сидел напротив, совсем близко, у него блестели глаза и... в общем, он мне ужасно нравился.

– Ты очень талантливый! – шепнула я.

Сергей покраснел от удовольствия и приготовился слушать дальше. А я, чтоб больше не врать, спросила:

– А ты любил когда-нибудь по-настоящему?

– Два раза. – Он был совершенно серьезен. – Причем настолько сильно, что не хочу вспоминать.

– Прости...

Я поспешно отступила, но Сергею, по-видимому, хотелось вспомнить о своих влюбленностях. Мне даже показалось – он желает, чтоб я продолжала расспрашивать. Не дождавшись вопроса, Сергей, нахмурившись, сообщил:

– Первая любовь уехала в другой город. – Он подождал немного, вроде паузы по Станиславскому, и выдохнул: – Навсегда!

Я промолчала, только смотрела на него выразительно. Сергей воодушевился:

– А вторая любовь меня мучила долгое время...

Я почувствовала, что должна подать реплику:

– Она тебе изменила?

– Нет. Изменила другая девушка, которая мне нравилась. Как выяснилось, я ей нужен был, как мешок с деньгами и дурачок, который всегда под рукой.

«Мешок с деньгами?» – подумал я. Сергей явно льстил себе. Ладно, послушаем, что он еще скажет.

– Ты долго терпел?

– Три месяца. Пока она не изменила. Короче, хорошо, что были друзья, открывшие мне глаза. Я как раз шел к ней в гости, поговорить. Смотрю, возле двери взасос целуются.

Я подошел и сказал: «Надеюсь, что вам будет хорошо вместе», – и все.

– Красиво, – одобрила я. И не покривила душой. На самом деле, лучше не скажешь.

Хоть он и рисовался немного, но я поняла: там, глубоко, у него до сих пор болело. Было что-то невысказанное. Обида или разочарование, даже не знаю. Мне стало жаль его, захотелось погладить по голове, как маленького, приласкать или хотя бы коснуться его руки, но я сдержалась. Сергей был парнем моей подруги. Я не могла сделать первый шаг. Вот если бы он...

Сергей спохватился:

– Так, что это мы все говорим и говорим? За дело!

Он подошел ко мне, дал в руки гитару, показал, как надо правильно сидеть, попытался поставить кисть.

– Нет, тебе так неудобно, – решил он. – Надо скамеечку под ногу. – На мгновение задумался, огляделся. – Сейчас!

Сергей сбегал в кухню и вместо скамеечки принес кастрюлю. Он поставил ее вверх дном:

– Ставь сюда ногу. Так, отлично!

Я сидела на стуле с неестественно прямой спиной, левая нога согнута в колене и опирается на днище кастрюли. Руки обнимают гитару. Я представила себя со стороны. Мне стало смешно. Чтоб Сергей не заметил, опустила голову. Но он неожиданно рассмеялся. Я расхохоталась, уже не сдерживая себя. Нам сразу стало легче общаться, ушло напряжение.

– Будем учиться играть «Кузнечика»! – объявил Сергей.

Некоторое время он старательно показывал мне аккорды. Я путалась, длинные ногти мешали правильно ставить пальцы и прижимать струны. Наконец мы выбились из сил. Сергей несколько раз сыграл злополучного «Кузнечика», которого сожрала лягушка, мы громко пропели под его аккомпанемент знаменитую песенку, смеялись, конечно. А я еще и в кастрюлю стучала, вроде как в барабан.

Часа через два Сергей спохватился, взглянул на часы и виновато развел руками. Оказалось, что у него на сегодня еще назначена встреча. Я знала, к кому он торопился. Занятия занятиями, но свидание-то у него с Наткой. Я вскочила, кинулась в коридор, стащила куртку с вешалки, не попадая руками в рукава, попыталась одеться. Сергей помог мне. Но что мне его вежливость, если он идет на свидание с моей по-другой!

Мы торопливо собрались и побежали на остановку. Расставаясь, Сергей нежно пожал мне руку.

– Еще придешь?

– Приду, – пообещала я.

«Мы просто друзья, просто друзья!» – твердила я, глядя сквозь автобусное окно на проносившиеся мимо серые дома, спешивших куда-то людей, на зимние сумерки, на то, как на площадях устанавливают елки.... Скоро Новый год.

Глава 6

Новогодняя вечеринка

До Нового года мы собирались еще один раз всей компанией и, что гораздо важнее, через день «занимались» с Сергеем гитарой. Между нами ничего не происходило. Наши встречи были совершенно невинными и дружескими, Натке было не за что упрекнуть меня. Я вообще избегала говорить с ней об этих встречах, а она почему-то не вспоминала о них. Может, действительно забыла?

Я рассказала маме о наших новых друзьях и даже рискнула отпроситься встречать Новый год у Сергея. Честно говоря, я не рассчитывала на успех, поэтому мы с Наткой заранее придумали такую отмазку: мол, мы пойдем к ребятам, но сразу после полуночи вернемся домой. Чтобы родители не волновались, мы предложили познакомить их с нашими новыми друзьями. Я рассказала маме о том, какие это замечательные ребята, какие они самостоятельные, порядочные, воспитанные, и все в таком же духе. Последним козырем была сестра Ирина. Она представляла собой взрослого человека, способного присмотреть за нами, если что. Я видела, маму грызли сомнения. Все-таки мы отпрашивались не на школьную дискотеку с одноклассниками, а на встречу с незнакомыми парнями, да еще и на квартире одного из них. Наверное, я бы тоже волновалась, если бы моя пятнадцатилетняя дочь вздумала уйти в ночь, в полную неизвестность, да еще и с парнями. У Натки таких проблем не было, она могла гулять хоть до утра. Мы обрабатывали по очереди моих родителей, расписывая наших ребят так, что они у нас выглядели сущими ангелочками. В конце концов нас спасла Ирина. Она сказала, что перед праздником надо непременно представиться родителям.

– Это будет правильно, – внушала она парням, – познакомитесь, чинно-благородно отпросите девочек, заверите родителей в своих самых честных намерениях.

Помню, мы с Наткой ужасно веселились, когда выслушивали все это. Однако Ирина оказалась права. После визита к родителям всей нашей компании они заметно подобрели и успокоились. Да еще Ирина клятвенно заверила их, что домой нас доставят на машине ее молодого человека, сразу же после боя курантов.

И все-таки, пока я собиралась на вечеринку, мама то и дело заглядывала в комнату и вздыхала.

– Мама, ну почему ты так страдаешь, я же не на войну ухожу! – не выдержала я.

– Не знаю, правильно ли я поступаю, отпуская тебя, – мама покачала головой, – все-таки в мое время пятнадцатилетних девушек держали дома, от греха подальше.

– Ага, – усмехнулась я, – а в Средние века в моем возрасте уже замуж отдавали.

– Не только в Средние, – подхватила мама, – в девятнадцатом веке тоже рано замуж отдавали, особенно в деревнях. Но мы же не в девятнадцатом веке живем! И ты не замуж идешь, а в компанию к молодым людям.

– Мама, меня не будет дома от силы три часа, – напомнила я, – мы встречаемся с ребятами больше месяца и проводим с ними довольно много времени.

– Так то днем! – заметила мама.

– Чем ночь отличается от дня?

– Ну, все-таки. – Мама не нашлась, что ответить. Скорее всего, она хотела сказать что-то типа: «Днем встречаться прилично, а ночью – нет», но передумала. На самом деле глупостей можно наделать в любое время суток, было бы желание.

В общем, мама смирилась.

Около девяти за мной зашла Натка. Ее смуглая кожа буквально лоснилась от тонального крема, а под дубленкой обнаружилось такое ошеломляющее платье, что даже мама, увидев его, тихонько вздохнула:

– Наташа, какая же ты красивая!

Платье было из тончайшего шифона цвета шоколадной глазури, с коротким футляром под ним, сидело оно на Натке, как туго натянутая перчатка, только рукава трепетали от малейшего движения. Да, смотрелась она весьма эффектно.

– Тебе очень идет, – похвалила я. Мы даже постояли с ней рядом у зеркала, чтоб увидеть, как мы смотримся вместе. В общем, я тоже выглядела весьма недурственно в новой розовой блузке и узкой юбке.

Мама нас напутствовала, а потом мой папа отвез нас к Сережкиному дому на машине.

– Когда это ты успела платье купить? – осведомилась я по дороге.

– Да так, по случаю, – неопределенно ответила подруга. Я пожала плечами. Всю последнюю неделю мы с Наткой бегали по магазинам в поисках подарков. В итоге набрали разных смешных сувениров на всех. Мы же понимали, что удивить наших друзей сложно, да и денег таких у нас не было. Накануне упаковали их в красивые пакетики, туда же положили открытки с пожеланиями и поздравлениями. Правда, у меня имелся специальный подарок для Сергея, но я предпочла не говорить об этом Натке. Так что ее платье – против моего подарка. Мы квиты.

– Может, вас забрать потом? – предложил папа, подрулив к Сережкиному дому.

– Нас же отвезут! – хором воскликнули мы с Наткой.

Папа жалобно улыбнулся и уехал. А мы, наконец, вошли в подъезд.

Сережка распахнул дверь и, смеясь, велел нам закрыть глаза. Ребята налетели на нас и затащили в квартиру.

– Сюрприз! – заорали они.

Я не узнала квартиру. Открыла глаза, а рот сам открылся от удивления. И когда только они успели! Живая елка занимала целый угол и упиралась макушкой в потолок, от макушки во все стороны были протянуты разноцветные гирлянды, мигали бегущие огоньки лампочек. Еловые же ветки, украшенные мишурой, висели по стенам. Посреди комнаты ребята установили стол, накрытый белоснежной скатертью. И чего только на этом столе не было! Я даже руками всплеснула:

– Неужели все сами?!

– Конечно, – как всегда, высказался Антон и тут же подмигнул Ирине. В отличие от нас она была одета очень просто: черные брюки и светлая кофточка, почти будничные, да и косметики на ней не было заметно. Но когда ребята помогли нам раздеться, тут такие пошли стоны, ахи и охи, что я поняла: все не зря!

Антон напялил красный колпак и заявил, что он сегодня будет выполнять обязанности Деда Мороза.

– Так, ребятишки, – низким голосом забасил он, – а сейчас попросим елочку, чтоб она зажглась.

Мы, конечно, нестройно закричали: «Елочка, зажгись!» Антон ловко включил гирлянду, елка осветилась разноцветными огоньками, Ирина внесла в комнату поднос со свечами. Стало так красиво, словно мы очутились в каком-то волшебном месте. Очень люблю Новый год, когда в квартире пахнет мандаринами и хвоей, все вокруг веселятся, дарят подарки, ходят в гости и верят в чудеса.

Дед Мороз вспомнил о Снегурочке, Ирина, смеясь, надела шапочку из голубого бисера, набросила на шею мишуру и присоединилась к «дедушке». Он обрадовался и потребовал от нас концертных номеров.

– Стишки-то выучили? – допытывался Дед Мороз.

– Выучили!

– Ну, давайте, читайте. Только громко, а то я на ухо туговат.

Ирина взяла гитару и пообещала аккомпанировать. Тут начался полный кавардак, потому что все хотели петь «В лесу родилась елочка», наверное, больше ничего вспомнить не могли. Больше всех повезло Сергею, он спел ее первый, другим Дед Мороз велел не повторяться, а проявить фантазию. Проявляли, как могли. Кирилл вспомнил детсадовский стишок, правда, он запутался, так и не дочитав его до конца. Рома с Ильей объединились и исполнили песенку о елочке, которой холодно зимой. Я толкнула Натку и спросила шепотом: «Про зиму помнишь? „У леса на опушке жила зима в избушке...“ – и напела.

– Ты начинай, а я подхвачу, – так же тихо ответила она.

У леса на опушке

Жила зима в избушке,

Она снежки солила

В березовой кадушке...

Зиму мы кое-как спели, «дедушке» понравилось.

– Все вы молодцы, – похвалил он, – порадовали старика. – Растроганный Антон вытер со щеки несуществующую слезу. – А я вам подарочки принес. Где тут мой мешок? – Он огляделся. – А, извиняюсь, я подарки-то под елку положил и запамятовал. – Он встал на четвереньки и смешно пополз под елку. Оттуда раздался его голос: – Так, что у нас тут? Ага! Девочка Наташа, подойди-ка ко мне.

Наташка вспыхнула от радости и шагнула к елке.

– Держи! – «Дедушка» извлек большой бумажный пакет и протянул Натке.

– Ой, спасибо. – Натка прижала пакет к груди и, счастливая, отошла в сторону.

Я тоже получила подарок, присоединилась к подруге и наблюдала, как Антон одаривает остальных. Натка нетерпеливо полезла в пакет и извлекла из него игрушечную серую кошку с зелеными глазами. Кошка выглядела как живая. Натка натянуто улыбнулась и поджала губы. На всякий случай пошарила в пакете, но там больше ничего не было. Мне подарили белку с пушистым хвостом, она мне так понравилась, что я не стала прятать ее, так и держала в руках. Ребята между тем прикалывались друг над другом, потому что Сережка оказался обладателем Уголовного кодекса, ведь он учился на юридическом. Кириллу досталась маска Айболита: намек на то, что он решил стать психологом. Илье подарили ремень и добавили: к сожалению, в магазинах не продают розги, а высечь Илью просто необходимо. Но Илья не обиделся, смеялся вместе со всеми и клятвенно заверял, что он непременно сдаст все хвосты, исправится и закодируется от компьютерных игрушек. Рома нашел у себя в пакете полироль для автомобиля и губку. Антон тоже не остался без подарка, ему преподнесли маленькие гантели с пожеланием: «Надо же с чего-то начать». Это потому, что Антон все время собирался пойти в качалку, но так и не собрался. Смешно, с его фигурой можно смело в Голливуде сниматься. А вот Кириллу бы точно не помешали занятия в спортзале.

Ирине торжественно вручили красивый сверток, в нем были настоящие французские духи. Ирина разахалась от неожиданности, оказалось, она давно о них мечтала, вот ребята и решили сделать ей приятное. Натка в сердцах запихала свою кошку в пакет и задвинула его ногой под диван. Правда, сделала она это незаметно.

– Ой, у нас ведь тоже есть подарки! – вспомнила я, сбегала в коридор за сумкой, быстренько сунула в пакет Сергея диск с альбомом его любимой группы «Центр», вернулась как ни в чем не бывало и раздала всем пакетики с сувенирами.

Потом мы уселись за стол и проводили старый год безалкогольным шампанским. Ребята договорились не пить ничего спиртного. Во-первых, Илья и Ромка были за рулем, во-вторых, после полуночи все собирались на площадь смотреть салют, да и вообще, из солидарности.

Натка, конечно, постаралась сесть рядом с Антоном и все время о чем-то с ним шепталась и хихикала.

Я улучила момент и пробралась следом за Сергеем в кухню.

– Спасибо за подарок, – улыбнулся он, увидев меня.

– Не за что, – я смутилась, – как ты догадался, что это от меня?

– Наташа никогда не интересовалась рэпом. Кстати, у меня тоже есть кое-что для тебя.

– Правда?! – вспыхнула я.

– Идем. – Сергей повел меня в комнату Ирины, и там я получила... новенький самоучитель игры на гитаре.

– Супер! – только и смогла выговорить.

Сергей довольно улыбнулся.

И снова в коридоре я потихоньку затолкала самоучитель в сумку. Отсутствовали мы недолго. Но Натке хватило времени полностью завладеть Антоном. Они забились вдвоем в дальний угол дивана и сидели там голова к голове. Я ругнулась про себя и взглянула на Сергея, но он словно и не заметил ничего.

– Где вы ходите? – крикнул Илья. – Скоро Новый год!

Натка на мгновение отвлеклась от Антона и сразу же снова склонилась к нему. Правда, Антон уже вскочил, нашел телевизионный пульт и добавил звук.

– Сейчас президент будет выступать, – сообщил он, – спорим, у него будет красный галстук.

– Синий, – не согласилась я.

Все засмеялись и предложили свои варианты. А Ирина предположила, что галстук президента будет в полоску. Правда, не уточнила в какую. В итоге, когда президент появился на экране, все уставились на его галстук.

– Ура! – заорал Антон. – Мы выиграли! Красно-синяя полоска!

Он схватил нас с Ириной за руки и поднял их. Сергей пробрался к Натке, а Антон усадил меня рядом с собой. Натка надула губы, словно я была в чем-то виновата.

Ну вот. А потом мы пили шампанское под бой курантов и телефонные звонки. Нас поздравляли родители, друзья, близкие... Наступил Новый год.

Пора было собираться домой. Родители изо всех сил намекали, чтоб я не задерживалась. Натка сделала вид, что забыла о времени.

– Давайте танцевать! – нарочито громко предложила она. – Антон, выруби телик, включи музыку!

Она дернулась навстречу ошеломленному Кириллу и повисла у него на шее. Кирилл так испугался, что замер на месте, не зная, куда деть руки. Так и стоял, разведя их в стороны.

Я тронула Натку за плечо:

– Нам действительно пора, к тому же, чтобы танцевать, надо убрать стол.

Натка с сожалением отпустила Кирилла, причем одарила его долгим нежным взглядом и вздохнула. Я потащила ее в коридор и заставила одеться. Натка злилась. Сергей принес пакет с кошкой.

– Ты забыла, – мягко сказал он, протягивая пакет, одновременно из-за спины он извлек темно-бордовую розу на длиннющем стебле.

– Спасибо, – криво усмехнулась Натка. А я подумала: «Ну вот, мне самоучитель, а ей – розу...» Внезапно за моей спиной возник Антон и галантно помог мне надеть куртку.

– Мадемуазель, я провожу вас до экипажа.

– Благодарю вас, сударь. – Я подала ему руку.

Всей гурьбой мы высыпали на улицу, под ночное новогоднее небо. Город стоял на ушах, салюты соперничали со звездами и побеждали.

– Эх, жалко, что вам домой надо, – посетовал Сергей, – сейчас бы вместе на площадь поехали.

– Ну, хоть один-то салютик мы можем запустить для наших девушек, – встрепенулся Антон. – Стойте тут и никуда не уезжайте! – распорядился он. И бегом бросился в дом. Вскоре он выскочил оттуда с коробкой салюта. Выбрал место, поставил коробку, зажег и отскочил.

Коробка выстрелила светящимся фонтаном и пошла взрываться залпами. Мы как ненормальные орали «Ура» до тех пор, пока запас огненных искр не иссяк.

Я тепло простилась со всеми. Мы расцеловались, причем Антон был в своем амплуа, он чмокнул меня в щеки, нос и даже в губы, правда, только чмокнул, довольно невинно. Сергей приобнял Натку, она жеманно изогнулась и уронила пакет с подарком.

Наконец мы с Наткой уселись в машину Ромы.

Ирина поехала с нами, она села на переднее сиденье, а мы с Наткой – на заднее. Как только машина выехала со двора, мы перестали оглядываться и махать руками. Натка откинулась на сиденье и скривила губы. Пакет с кошкой небрежно валялся у нее в ногах, там же была и роза.

– Натка, ты что? – шепнула я, чтоб не привлекать внимания Ирины и Ромки.

Она мотнула головой:

– Ничего!

Я наклонилась и подняла пакет, Натка в сердцах оттолкнула его, уколовшись при этом розовым шипом.

– Убери от меня это! – зашипела она. Я поставила пакет рядом со своим.

Ирина обернулась:

– Девчонки, все нормально?

Натка широко улыбнулась:

– Все супер!

Зазвонил телефон – родители. Я коротко бросила:

– Да едем мы, едем!

Натка продолжала дуться. Я – недоумевать. Наконец она не выдержала и чуть слышно процедила сквозь зубы:

– Мог бы и раскошелиться...

– Ты о чем? – переспросила я.

Наташка повернула ко мне голову, у нее было злое лицо, а глаза так и сверкали.

– Что я – ребенок? Игрушки мне дарить? Ирке-то духи французские. А мне? Пылесборник и розочку!

Очевидно, пылесборником она назвала кошку.

– Да ты что, Натка! Все так классно получилось! Ребята так готовились, стол какой накрыли! Это же уйма деньжищ!

– Плевать! – Натка демонстративно отвернулась к окну.

Так и не поняла, на что она больше злилась: на подарок или на Антона, с которым ей так и не удалось договорить.

Мы подъехали к моему дому, расспрашивать ее не было возможности, я еще раз поздравила всех, простилась, захватила свой пакет с белкой и сумку, выбралась из машины и помахала рукой.

У подъезда стояли родители. Когда я подошла, на их лицах застыло выражение напряженного ожидания.

– С Новым годом! – сказала я. – Все в порядке, я живая. Ребята сейчас завезут домой Натку. Все как договорились.

Надо было видеть, с каким облегчением вздохнула мама, как расслабились родительские лица, возвращая себе нормальное выражение, я бы даже сказала: радостное.

Интересно, а что будет, когда я повзрослею? Когда действительно буду пропадать где-то с друзьями, когда у меня появится парень? Не просто друг, а самый настоящий, ну, тот, которого называют женихом, или как там его...

Я не стала поднимать эту тему. А то разговоров не оберешься. А мир продолжал праздновать Новый год.

Глава 7

Партизанская война

Мы встретились снова после новогодних каникул. Сергей позвонил, когда вернулся из родного города.

Естественно, меня не пришлось долго упрашивать. Как только я поговорила с ним, схватилась за ножницы и безжалостно обрезала маникюр. Под корень!

Я неслась к нему как на крыльях. Хоть и избитое сравнение, зато точное. Я даже о маршрутке забыла, так и бежала несколько остановок, пока не опомнилась.

С бьющимся сердцем я заставила себя остановиться, медленно подошла к остановке, выровняла дыхание, дождалась маршрутку, села и всю дорогу ехала с закрытыми глазами: хотела, чтоб кровь отхлынула от щек.

В подъезде Сережкиного дома достала зеркальце, взглянула на себя, поправила волосы, выбившиеся из-под шапки, несколько раз сказала себе: «Спокойно...» – и только после этого поднялась на его площадку.

Сергей стоял, распахнув двери, ждал меня.

– Алинка, привет! А я тебя из окна увидел! – радостно сообщил он. У меня снова забилось сердце. Выходит, он ожидал меня, даже в окно выглядывал, хотел меня увидеть!

– Привет, – ответила я, улыбаясь.

Сергей отступил в сторону, пропуская меня в квартиру.

– Не передумала заниматься?

– Нет, что ты, – я протянула ему руки, – вот, ногти обрезала, чтоб было удобнее.

– Ну, ты даешь! Великая жертва! – оценил он.

Я направилась было к своему стулу, но Сергей остановил меня:

– Слушай, давай чайку попьем, я из дома столько всяких вкусностей привез! Надо же кому-то все это съесть.

Мы расположились по-домашнему, в кухне. Сначала я хотела помочь Сергею, но он не позволил.

– Ты лучше садись и расскажи что-нибудь, – попросил он. Я послушалась, покорно уселась в уголке, с любопытством рассматривая многочисленные банки с соленьями и вареньями. Они были повсюду: на подоконнике, на полу, на столе.

– Нас с Ириной отчим привез на машине, – тем временем сообщил Сергей, – сами-то мы, конечно, все это не уперли бы.

Он поставил на огонь чайник, распахнул дверцу холодильника, там тоже чего только не было.

– Та-а-ак, – протянул Сережка, – чем бы тебя удивить? Ага! Домашний окорок! Мамины пироги, обязательно попробуй, это нечто! Моченые яблоки. Любишь?

Я рассмеялась, разглядывая гору снеди, выросшую передо мной на столе.

– Сережка, перестань! Мы с тобой лопнем, если все это съедим.

– Ну, хоть по кусочку! – настаивал Сергей.

– Я же из дома, только что обедала. В следующий раз специально приду голодная, – пригрозила я.

– Ловлю на слове!

Чайник закипел. Сергей ловко нарезал тонкие лепестки розового, «со слезой», окорока, разогрел в микроволновке мамины пироги, разложил на тарелке яблоки, пододвинул ко мне поближе несколько вазочек с вареньем.

– Угощайся. – Хлопнул себя по лбу. – Еще же конфеты есть!

– Сережка! – взмолилась я. – Хватит!

– Ты что, на диете?

– В общем, нет, но...

– Ты не обижайся, вы, девчонки, вечно на диете сидите. Ничего, один раз можно себя побаловать, потом устроишь, как это... а, разгрузочные дни!

– Все-то ты знаешь. – Я кокетливо усмехнулась, зачерпнула ложечкой малиновое варенье и попробовала: – М-м-м, вкусно!

Сергей уселся напротив, смотрел прямо на меня, и его глаза смеялись. Я немного смутилась. После варенья отправила в рот ломтик окорока. Надо было о чем-то говорить, я подумала и спросила про отчима и испугалась – вдруг вопрос прозвучал бестактно? Но Сережка обрадовался моему интересу. И рассказал о том, что его папа был когда-то большим начальником, но потом он спился и мама с ним разошлась, вышла замуж за другого, а с отчимом у Сережи прекрасные отношения, он оплачивает его учебу, ездит с ним на рыбалку и так далее.

В родном городе у Сергея много друзей, они ему постоянно пишут, звонят, ждут. С друзей он перекинулся на школу, со школы – на колледж. Мне оставалось только слушать да поддакивать.

День незаметно превратился в вечер. За окнами потемнело. А мы так и не приступили к занятиям. Потом пришла Ирина. И хотя у нас были очень хорошие отношения, я все-таки почувствовала себя неловко. Все та же мысль терзала меня: Натка – девушка Сергея! Мы просто друзья!

– Как успехи? – крикнула Ирина из коридора.

– Отлично, – отозвался Сергей и подмигнул мне.

Ирина заглянула в кухню и улыбнулась мне.

– Замерзла, – сообщила она, – сейчас бы чаю горячего и еще что-нибудь съесть!

– Ой, мне пора, пойду. – Я вскочила со стула.

– Погоди, – огорчился Сергей, – мы же еще не занимались!

– Нет-нет, Сережа, сегодня никак не могу, – я отступила в коридор и сорвала куртку с вешалки, – маме обещала...

Сергей огорчился, это было заметно. Он посмотрел на часы:

– Рано же еще... – И тут до него дошло: – Слушай, мы же три часа проболтали! – Он улыбнулся. – Знаешь, с тобой так легко, я вообще времени не замечал. Ну, раз уж ты торопишься, то хоть позволь тебя проводить.

Меня так и подмывало спросить: виделся ли он с Наткой, звонил ли ей, когда у них назначено свидание? Но я не спросила. Не мое это дело. Поэтому я легко согласилась, чтоб Сергей проводил меня до автобусной остановки.

Глава 8

Любовный треугольник

Наши встречи по субботам возобновились. В будние дни мы пропадали на занятиях, помимо этого, я три дня в неделю исправно бегала к Сергею «заниматься гитарой». Кстати сказать, за два месяца наших занятий я едва научилась тренькать «Кузнечика», интерес к гитаре у меня притупился, если не сказать, что он вообще угас. Мы все больше говорили, все меньше занимались. Еще мы с ним очень много переписывались в аське. Он перекачивал мне свою любимую музыку: в основном рэп, например, таких групп, как «Центр», «Каста», исполнителей Гуфа, Слима, Птахи и прочих.

В феврале я уже отчетливо понимала, что не мыслю собственной жизни без Сергея. Я, если можно так сказать, влюблялась все сильнее. Все труднее мне было скрывать свои чувства от Натки.

А она, казалось, ничего не замечала. Даже странно. Я-то со своей колокольни считала, что моя любовь прямо вопит: «Вот же я! Смотрите! Я люблю Сергея! Лучше него нет человека на всем свете!» Время от времени я просто задыхалась от страха. Что будет, когда до Натки все это дойдет, наконец? Что я ей скажу, если она спросит: почему это я так запросто встречаюсь с ее парнем несколько раз в неделю? Что мы делаем вдвоем в пустой квартире? И какого черта я учусь играть на гитаре, если у меня и гитары-то нет!

А Сергей? Неужели он до сих пор не понял, что вовсе не его уроки музыки заставляют меня, бросив все на свете, нестись к нему через весь город и просиживать по три часа, выслушивая его бесконечные истории?

Мало того, мы постоянно переписывались с ним по аське, перебрасывались эсэмэсками, звонили друг другу. А все эти наши разговоры: вокруг да около... Я же чувствовала, что нравлюсь ему. Не может парень так смотреть на девушку, как смотрел на меня Сергей, если эта девушка ему не нравится. Каждый раз я буквально ловила его на слове, выжидала, как охотник в засаде. Я была уверена, что он проговорится. Но! Ничего не происходило! Мы по-прежнему встречались у него дома. Общались, как два товарища, и, несмотря на все мои ухищрения, дело не двигалось с мертвой точки.

Я совершенно извелась. У меня опускались руки, и я не знала, что еще надо сделать, чтобы подтолкнуть Сережу к окончательному объяснению.

Вместо объяснения я вынуждена была слушать:

– Наташа – моя девушка, но с ней я не могу говорить обо всем, так, как с тобой... Если бы ты знала, как с тобой хорошо и спокойно!

Меня бесили Сережкины заверения, потому что на поверку они ничего не стоили. Будь я хоть трижды умница и красавица, Натка оставалась его девушкой.

«Может, это такая любовь, – думала я, – он любит ее не благодаря, а вопреки здравому смыслу? Так же, как и я его: бездумно и бесполезно. Мучительно и тайно...» Хотя нет, их отношения не были тайной. Они спокойно встречались, ходили в кино и кафе, в клубы, на концерты. Они назначали друг другу свидания, гуляли и выглядели самой настоящей влюбленной парочкой. А когда Сережка приболел, так Натка вообще бегала к нему с фруктами и лекарствами.

Я бы отступила! Клянусь! Но подруга сама провоцировала меня.

Как-то уже после новогодних каникул она пожаловалась:

– Как тебе хорошо! Ты ничья, ты свободна! И приходишь к ребятам в гости запросто, как подруга. Ты можешь флиртовать со всеми, и никто тебя не осудит. А я... – Она запнулась и выжидательно посмотрела на меня.

– Не понимаю, – ответила я, – что тебя не устраивает? Сергей – твой парень, у вас все замечательно...

– Да ну, – досадливо отмахнулась Натка и наморщила нос, – если хочешь знать, мне Сергей не очень-то нравится, – она вздохнула, – то есть нравится, конечно, но не так, как Антон.

В груди у меня что-то екнуло. Неужели Натка до сих пор ведется на этого мажорика?

– Не глупи, – посоветовала я, все-таки я желала ей добра, – Антон Сергею в подметки не годится!

– Ах, что ты понимаешь? – жеманно вздохнула подруга.

– Чего же тебе не хватает?

– Видишь ли, Сережка, он, как бы это лучше сказать? Он хороший, интеллигентный мальчик. А мне нужен мачо. Понимаешь? Чтоб был настоящий мужик, завоеватель! А Сережка... Представляешь, мне надо было цветок пересадить, я сказала ему об этом, так он пришел ко мне и пересадил. Он, оказывается, любит цветы и вообще всякие растения.

Я вспомнила: действительно, у Сергея и Ирины было много цветов, но я думала, что это Ирина ими занимается.

– Если хочешь знать, – добавила Натка, – я уже миллион раз пожалела, что закрутила с Сергеем. Надо было как-то спустить все на тормозах.

– Если бы ты, как ты выразилась, спустила на тормозах, то никогда бы не познакомилась с Антоном, – заметила я.

Натка задумалась.

– Да-а-а, все так запуталось, – протянула она.

Вскоре у Натки появилась новая навязчивая идея. Она развила бурную деятельность вокруг моего дня рождения.

– Надо устроить что-то необыкновенное, – твердила подруга, словно это у нее, а не у меня намечался праздник. – Шестнадцать лет – не шутка!

Я согласилась. Ну и что из того?

– Ты где будешь отмечать?

– Ну, не знаю, дома, наверное, – предположила я.

– Дома? Фи! – категорически не согласилась подруга. – Зачем дома? Надоели эти домашние праздники! Слушай, а что, если мы пойдем куда-нибудь в клуб, а?

– Ну, даже не знаю, – я растерялась, – надо с родителями договариваться, сама понимаешь, вопрос финансов...

– Это я устрою, – перебила Натка.

– То есть как? – не сразу сообразила я.

– А так! – Наташка стала загибать пальцы. – Во-первых, подарок тебе все равно дарить, так? Во-вторых... – Она задумалась.

– Эй, подруга, – окликнула я, – ты что-то без меня меня женила!

– Да погоди ты! Я вот что придумала. – И она, склонившись ко мне, горячо зашептала: – Антошка с Кириллом – мальчики не бедные, если подбросить им идейку с клубом, они очень даже не откажутся. А если намекнуть, что, мол, в качестве подарка они могли бы все это оплатить...

Я, не дослушав, замахала руками:

– Еще чего не хватало! С какой это радости? Вот будет у них день рождения, тогда пусть делают что хотят, а я не согласна.

– Ну что ты сразу напряглась? – удивилась Натка. – Я же как лучше хочу, для тебя, между прочим, стараюсь.

Я внимательно посмотрела ей в глаза, ой, что-то мне в них не понравилось, выражение какое-то такое, хищное, что ли.

– Не темни, – посоветовала я, – мне без разницы, и дома хорошо, даже лучше, а вот ты снова что-то задумала.

Натка обиделась.

– Ничего я не задумала, – она насупилась, – мне надо поговорить с Антошкой, а другого способа я найти не могу. Дома у Сережки я все время на виду, у тебя – то же самое. А в клубе легко затеряться. Ты бы там всех отвлекла, а я тем временем улучила момент и исчезла бы с Антошкой ненадолго. А? Ты как?

– Ой, не нравится мне все это, – не согласилась я.

– Ну, Алина, ну что тебе стоит, – заныла Натка, – я же тебе всегда помогаю. Вспомни, как ты попросила познакомить тебя с парнем. Я же по первому требованию! В компанию тебя ввела, пожалуйста, пользуйся, не жалко! А ты? Не можешь для меня простую просьбу исполнить. И, главное, тебе же ничего не стоит согласиться!

Она меня шантажировала! А мне нечего было ей ответить. Еще бы, ведь именно она познакомила меня с Сергеем и компанией.

– Ната, послушай, – попыталась договориться я, – а не проще ли тебе поговорить с Сергеем, объясниться, сказать, что тебе нравится другой, ну, в общем, по-честному все сделать, а?

– Да ты что! – возмутилась подруга. – А вдруг Сергей на меня обидится? Даже не вдруг, а точно обидится, уж я-то его знаю. И тогда мы перестанем встречаться, и Антона мне не видать как своих ушей. Соглашайся! – просила она.

Я скрепя сердце согласилась, не зная еще, что по этому поводу скажут родители.

Я и предположить не могла, к чему может привести вся эта интрига.

Глава 9

Клубный день рождения

Нас снова выручила Ирина. Я даже не заикалась родителям о клубе. Ирина, со свойственной ей деликатностью, обратилась к моим родителям с просьбой – отпустить меня в клуб, где (надо же, какое совпадение!) как раз в день моего рождения будет выступать замечательная группа, очень модная, на нее билетов не достать, а вот Ирине повезло, ей достали, и как раз на всех. Так что она хочет сделать мне подарок, потому что я (оказывается!) без ума от этой группы. А я ее, честно говоря, в глаза не видела и не слышала. И еще Ирина предупредила моих родителей: только, чур, ее не выдавать! А то пропадет эффект неожиданности. Надо же, сама придумала, или это был продукт их коллективного творчества.

Натка держала меня в курсе событий. Мои родители тоже были втянуты в сеть заговора под кодовым названием «шестнадцатилетие Алины».

Мама сначала переживала, потому что поход в клуб – это как-то не очень хорошо, говорила она. Но, с другой стороны, ребята хотели сделать мне подарок, и огорчать их тоже вроде бы неудобно. Она советовалась с папой, подругами, родней и, наконец, решилась.

Самое главное, что все это происходило вроде как у меня за спиной. Связующим звеном служила Натка, она с восторгом рассказывала, как подвела ребят к решению отметить день моего рождения в клубе. Как они с энтузиазмом ухватились за эту идею, как придумали ход, чтоб уговорить моих родителей. В общем, я должна была изображать полное неведение, а между тем мне все было известно.

Утром в долгожданный день мама и папа торжественно вручили мне конверт с деньгами и таинственно сообщили, что я уже взрослая и найду этим деньгам достойное применение. Мама еще лицемерно так уточнила:

– Алина, ты правда не хочешь собрать друзей?

– Да они что-то мутят, мам, – как можно равнодушнее ответила я, хотя мне до чертиков надоело притворяться.

– Возможно, они подготовили для тебя сюрприз? – предположила мама.

Я натянуто улыбнулась. Еще бы! В шкафу наготове дожидались вечера платье и новые туфли. Мы с Наткой уже сто раз все обговорили, я даже о деньгах знала. Мол, родители специально деньги мне подарят, чтобы было чем в клубе расплатиться. Наверное, если бы все это готовилось без моего ведома, мне было бы легче. А что, прикольный сюрприз, отличный подарок от друзей. Но я же знала обо всем. Можно сказать, была главной зачинщицей грядущего мероприятия. Так что я испытывала мало радости. Скорее досаду на Натку, на себя, на Ирину, хотя она точно ни о чем не догадывалась и ни в чем не провинилась. Я была интриганкой поневоле. Чего не сделаешь ради подруги! Но предчувствия у меня были самые мрачные.

Вечером от нее пришла эсэмэска: «Будем через пятнадцать минут!»

И действительно, вскоре они ввалились всей компанией, возбужденные и радостные. Впереди – Натка, раскрашенная, как рекламный плакат кока-колы. Короткая дубленка распахнута, а под ней такая юбочка, что лучше бы Натка ее вовсе не надевала... Каштановые кудри, залитые намертво лаком, стояли вокруг головы, как мраморные локоны скульптуры. Подруга была во всеоружии.

Родители умильно улыбались, глядя на нас. Я изображала полное удивление, хлопала накрашенными заблаговременно ресницами и делала вид, что ничего не понимаю. Ребята внесли корзину с цветами, всю увитую лентами. Корзина была торжественно преподнесена мне.

Антоха картинно поцеловал ручку у мамы, расшаркался и поздравил ее «с именинницей». Он по-гусарски резко поклонился папе, щелкнув каблуками. Получилось не очень, ну да ладно. Ребята смеялись, кто-то открыл шампанское. Мама засуетилась, приглашая всех к столу. Но Антон, извинившись, заявил:

– Мадам, миль пардон, но карета у подъезда, кони бьют копытами, позвольте похитить вашу несравненную дочь...

И все в таком же духе. Натка громко хохотала и строила глазки Антону. Сергей улыбался, Кирилл стеснялся и прятался за его спину. Ирина и ее бессменные обожатели, Илья с Ромой, на правах старших заверили моих родителей, что со мной все будет в порядке, меня доставят домой не позднее полуночи.

Я бросилась в комнату, быстренько надела подготовленный наряд, распустила волосы, взглянула в зеркало: а что, простенько и со вкусом. Подхватила сумку и вышла к ожидавшим меня ребятам.

– О! Вы сегодня божественно выглядите! – заорал Антон. Натка стрельнула в него глазами и сразу же отвернулась к Сереже, он взял ее под руку, Антон тут же воспользовался моментом и подхватил меня. Кирилл, кажется, слегка опешил.

У подъезда нас ждали две машины, Ромкина и Ильи. Мы загрузились и поехали. Причем Антон уселся со мной рядом на заднее сиденье, а Кирилл оказался впереди, рядом с Ильей. Ирина и Ромка с ребятами сели в другую машину.

Всю дорогу Антон смешил меня. Я как-то даже забыла о своем плохом настроении, о договоре с Наткой, о предстоящем разговоре, обо всем. В конце концов, у меня день рождения! Шестнадцать лет бывает раз в жизни.

Решено! Я буду праздновать и веселиться. А остальные – как хотят!

Клуб оказался одним из тех пафосных заведений, где тусуются детки богатых родителей. Я не такая уж дикая, в клубах бывала, не в таких роскошных, конечно. Илья и Ромка чувствовали себя здесь как дома. Да и остальные, судя по всему, частенько сюда наведывались.

Ребята сразу же отвели нас к заранее заказанному столику. Точнее, столу, за столиком мы бы не поместились. Клуб показался мне довольно уютным. Мы уселись на мягкие, обитые красной кожей диваны. Место было отличное. Сами столы отделялись друг от друга невысокими перегородками. Так что мы чувствовали себя в своеобразном уединении и в то же время могли наблюдать за тем, что происходит на сцене и на танцполе.

Антон не отходил от меня. Натка с Сергеем сидели напротив, и, несмотря на то что сидели они обнявшись и нежно воркуя, Натка сверлила меня взглядом.

– Мальчики, мы ненадолго. – Она вскочила и выразительно кивнула мне: пойдем...

Мы отправились в туалет.

Нам повезло. Народу в клубе было немного, в туалете тоже. Натка со злостью щелкала замком косметички, рассматривая себя в зеркало. Зеркала и сверкающая мозаичная плитка окружали нас со всех сторон. Мягкий свет исходил неизвестно откуда, он заполнял пространство вплоть до самых укромных уголков, не оставляя теням ни малейшего шанса на существование. «Даже туалет как во дворце», – невольно подумала я. И тоже глянула на свое отражение. Вроде бы все в порядке, я только волосы поправила.

– Вот что, подруга, – Натка нервничала, – надеюсь, ты не забыла, зачем мы здесь?

– А как же, трудно забыть свой день рождения, – попыталась отшутиться я.

Она с досадой отмахнулась:

– Я помню. Сейчас не об этом.

– А о чем?

– Ну не прикидывайся! – застонала Натка. – Я про Антона.

– А-а-а, – протянула я, – помню, конечно.

– Так вот, – Натка немного расслабилась, – ты на него не налегай, а то я наблюдаю за вами, и знаешь, такое ощущение... – Она запнулась.

– На этот счет можешь не волноваться, – заверила я, – к Антону я никаких чувств не испытываю.

– Короче! – Наташка уставилась мне прямо в глаза. – Ты их отвлекаешь, а я приглашаю Антона танцевать. Незаметно! – подчеркнула она. – Понимаешь?

– Угу.

Какая-то девица вошла в туалет и скользнула в кабинку. Мы замолчали, провожая ее глазами.

Натка перешла на шепот:

– У меня единственный шанс. Другого не будет!

И тут появилась Ирина:

– Вот вы где! Хватит чистить перышки, там ребята скучают.

– А мы уже идем, – заулыбалась Натка. И быстро шепнула мне в самое ухо: – Отсядь от Антона.

Я кивнула в ответ.

Когда мы шли к столу, Натка незаметно оттеснила меня и прямиком направилась к моему месту. Она как будто забылась, перестала замечать все вокруг. Приглашающе похлопала ладонью рядом с собой:

– Алина, садись!

Я покосилась на Сергея. Он выглядел безмятежно. Ирина села на освободившееся Наткино место. Антон встал и постучал ложечкой по стакану:

– Внимание! – Он важно прокашлялся. – Среди нас, дамы и господа, есть одна милейшая девушка, которой сегодня исполнилось ни много ни мало – шестнадцать лет!

Все радостно загалдели.

– Я не закончил! Итак, предлагаю поднять бокалы за нашу Алину...

На этот раз пили шампанское, все, кроме Ильи и Ромки, конечно. А потом официант принес грандиозный торт с шестнадцатью свечками. Вот не ожидала! Я думала, такое бывает только в кино, да и то в американском.

Улыбающийся официант водрузил чудо кулинарного искусства на стол и тоже поздравил меня. Ребята поднялись и грянули:

С днем рожденья тебя!

С днем рожденья тебя!

С днем рожденья, Алина!

Поздравляем тебя!

Я рассмеялась и захлопала в ладоши. Ребята тоже зааплодировали. Потом я набрала побольше воздуха и постаралась задуть все свечи разом. Думала, не получится. Ничего, удалось. Ребята снова захлопали. И вручили мне специальный нож, которым я и разрезала торт.

Ирина помогла мне разложить куски по тарелкам. Торт был очень вкусным, но мне никак не удавалось распробовать его, то и дело кто-то из ребят поздравлял меня, приходилось вставать, да еще Натка ерзала на диване и толкала меня локтем в бок.

– Желаю танцевать с именинницей! – воскликнул Антон.

Делать нечего, я поднялась и пошла с ним на танцпол. В спину мне уперся Наткин взгляд. Я обернулась и улыбнулась сочувственно. Натка схватила за руку Кирилла. Тот покорно пошел за ней. Ромка танцевал с Ириной. Сергея и Илью я не видела, наверное, они остались за столом и болтали.

Антон как-то слишком нежно меня обнимал. Пока я соображала, как же мне лучше поступить, он склонился к моему уху и прошептал:

– Алина, ты сегодня неотразима! Впрочем, как всегда...

Я вежливо согласилась. Шампанское слегка вскружило мне голову, хотелось дурачиться, но я помнила о Натке. Подруга была поглощена Кириллом, она томно обвивалась вокруг него: руки скрещены на его шее, голова лежит на плече. А Кирилл, чуть живой, еле ноги переставляет. Ужас!

– Алина, ну посмотри же на меня! – взывал Антон.

– Да?

– Ты меня совсем не любишь, – полушутя, полусерьезно посетовал он.

– Ты очень хороший.

– Но не лучший? – допытывался Антон.

– Лучший, – рассмеялась я.

– Алина, у тебя есть кто-то, с кем ты встречаешься?

Вопрос задан, на него надо отвечать.

– Никого у меня нет.

Антон повеселел:

– Значит, у меня есть шанс!

Хотела я ему сказать, что никакого шанса нет, но сдержалась. Пожала плечами кокетливо и отстранилась. Мы вернулись к столу. Натка все еще мучила Кирилла. Я взглянула на Сергея, он мне подмигнул. Каким же красивым показался он мне в тот вечер! Его большие серые глаза, немного грустная улыбка, тонкие черты лица, даже его взъерошенные волосы... Я затосковала. Не могла оторвать от него взгляда, оперлась подбородком на сложенные кисти рук и смотрела. Я могла бы так сидеть очень долго. Но...

– Следующий танец мой? – Антон был настойчив.

– Посмотрим, – уклонилась я. Надо было пересесть, но как это сделать? Как сделать так, чтоб никого не обидеть?

– Ой, – я вскочила, – кажется, я забыла телефон в туалете.

Антон присвистнул:

– Ищи ветра в поле!

– Нет-нет, я сбегаю, может, еще не увели.

Я понеслась в туалет, где, естественно, никакого телефона не оставляла, и пробыла там несколько минут. Достаточно времени для того, чтобы Натка сориентировалась и начала свою игру.

Однако и Натка, и Ирина примчались следом за мной, с беспокойством расспрашивая о телефоне.

– Здесь он, здесь, – успокоила я их, показывая мобильник. Теперь уже я, пропустив Ирину вперед, ущипнула Натку: – Зачем прискакала? Я же специально ушла!

Натка хлопнула себя по лбу.

– Иди! – Я подтолкнула ее в спину.

Едва мы приблизились к столу, как ко мне бросился Кирилл и потащил танцевать. Ну что ж, так даже лучше, решила я.

Но у Натки снова ничего не вышло, теперь она танцевала с Сергеем. Потом было что-то быстрое, и мы вытащили всех на танцпол.

– Пригласи Сережку, – успела шепнуть Натка.

О-па! Она сама попросила! У меня закружилась голова, то ли из-за шампанского, то ли из-за быстрого темпа происходящих событий.

Как же я его приглашу? Я не смогу! Быть рядом с ним! Чувствовать тепло его рук! Я умру! Как только он прикоснется ко мне, я хлопнусь в обморок и напугаю весь клуб.

Дальшейшее я помню плохо: я шла к нему на негнущихся ногах, меня трясло, в глазах мутилось, в голове бушевал огонь.

Кажется, он первый подхватил меня, увлек, засмеялся, заговорил о чем-то. Я немного пришла в себя, успокоилась и к концу танца смогла дойти до дивана. Антона и Натки не было. «Неужели у нее получилось?» – подумала я. Рядом устроился Кирилл и начал суетливо за мной ухаживать. В общем, я была ему благодарна, выпила воды, даже свой кусок торта доела, правда, вкуса не ощутила.

Откуда-то появилась рассерженная Натка. Она с размаху плюхнулась на диван рядом с Сергеем, что-то раздраженно сказала ему, откинулась на спинку и замерла, сложив на груди руки.

Антон подошел чуть позже. Вид у него был довольно растерянный, хотя он изо всех сил хорохорился и продолжал хохмить.

«Что у вас произошло, ребята?» – пыталась понять я, разглядывая их. Одновременно я старалась участвовать в общем разговоре, отвечать на шуточки Антона, танцевать со всеми и делать вид, что мне весело.

На самом деле я страшно устала. Мне хотелось домой, где я могла бы в одиночестве помечтать о том, как было бы здорово, если бы мы с Сережкой отмечали мой день рождения вдвоем...

К полуночи все немного приуныли, даже Антон перестал зубоскалить. Когда Ирина напомнила о времени, кажется, все вздохнули с облегчением. И еще одна странность произошла в тот вечер. Я думала, что ребята поедут нас провожать все вместе. Но они простились с нами и, набившись в машину к Илье, укатили. Домой нас повез Ромка, Ирина, естественно, восседала на переднем виденье.

– Все кончено, – трагическим шепотом сообщила Натка.

Я молча уставилась на нее, ожидая объяснений. Сердце громко стучало о ребра. Честно говоря, я надеялась не меньше Натки. Ведь если у нее с Антоном все получится, то... Сергей свободен.

– Я призналась ему в любви! – всхлипнула подруга.

Я задержала дыхание:

– И... что?

– Он сказал, что не может со мной встречаться, потому что я – девушка его друга.

– А ты?

– Что я? Лепетала что-то о своей любви, о чувствах, о том, что с Сергеем у меня ничего такого нет...

Я взяла ее за руку. Натка уткнулась носом в мое плечо и зарыдала. Я быстренько протянула ей платок.

– И, главное, на меня Сережка обиделся, – продолжала безутешная Натка, – сказал, что я себя веду слишком... – она прижала платок к губам и закашлялась, – в общем, ему не понравилось, что я со всеми флиртую, вот. Что мне теперь де-е-ла-а-ть?! – Она снова зашлась плачем.

Я гладила ее по жестким локонам, шептала слова утешения и меняла платки. Я думала о том, что Сережка ее ревнует, а значит – любит. Что мне в этой ситуации ничего не светит, и надо обо всем забыть. Вот тебе и день рождения! Вот тебе и шестнадцать лет!

– Все устроится, – обещала я подруге, – все будет хорошо...

Я попросила Ромку, чтоб он сначала отвез Натку, мол, она себя плохо чувствует. На самом деле не могла же я ее оставить в таком состоянии. Что подумает Ирина?

У своего дома Натка выскочила из машины и убежала, не попрощавшись. Ирина испугалась.

– Может, надо было с ней пойти? – предположила она.

– Не волнуйтесь, с Наткой все в порядке, – соврала я. Ирина покачала головой.

Вскоре и меня высадили у подъезда. Я поблагодарила, попрощалась, пожелала ребятам спокойной ночи, в общем, проделала весь ритуал за себя и за подругу. Потом надела на лицо счастливую маску и пошла домой рассказывать родителям о чудесно проведенном вечере.

Глава 10

Международный женский день

Не знаю как, но они помирились. 14 февраля Сергей устроил Натке романтическое свидание. Она взахлеб рассказывала о ночном клубе, катании по городу на машине, цветах и прочих элементах красивой жизни, как Натка себе ее представляла. Они обменялись валентинками, и Натка наконец перестала причитать и рыдать на моем плече. А я потеряла всякую надежду.

Мы по-прежнему собирались по субботам, и по-прежнему я бегала к Сергею заниматься гитарой. Не могла отказаться от возможности просто видеть его.

Но что-то все-таки изменилось. Почти неуловимо, почти незаметно. Я еще не понимала – что, просто чувствовала.

Во-первых, Кирилл перестал появляться у Сергея. То есть они по-прежнему дружили, все было нормально, но на субботних посиделках Кирилл отсутствовал. Натка не оставила своих попыток заполучить Антона, но теперь она действовала очень осторожно, так, чтобы Сергей ничего не заметил. Может, Сергей и не замечал, зато Антон довольно жестоко высмеивал Натку. Если она весь вечер сидела со скорбным лицом, посматривая на Антона и вздыхая, он интересовался: «Наташа, что с тобой? Живот болит?» Натка, естественно, бесилась, но сделать ничего не могла.

Антон, не скрываясь, ухаживал за мной. В тот самый Валентинов день он прислал мне валентинку на телефон. Правда, Кирилл тоже прислал. Мало того, и один, и второй пытались пригласить меня на свидание. Но я отказалась. От Натки пришлось все это скрывать, ей было бы не слишком приятно это услышать.

Когда мы встречались у Сергея, Антон норовил сесть со мной рядом, расспрашивал обо всем, рассказывал о себе, пытался меня заинтересовать. Я была вежливой, корректной, но совершенно равнодушной. Естественно, Натка раздражалась. Пару раз у нас с ней возникали довольно неприятные разговоры, но я смогла ей доказать, что Антон меня не интересует.

– Если бы я хотела, то давно стала бы с ним встречаться, – сказала я подруге. – Ты же видишь, у нас чисто дружеские отношения. И вообще, Антон не в моем вкусе.

– Так почему же он на тебя ведется?! – допытывалась Натка.

– С чего ты взяла? Ты просто ревнуешь, вот тебе и мерещится всякое.

Я снова врала. Если можно так выразиться, врала во благо. Потому что знала: Антон ко мне неравнодушен. Не то чтобы влюблен, но я ему нравилась, это точно. Он не раз предлагал мне встречаться. Возможно, не будь Натка девушкой Сергея, у них с Антоном что-нибудь и получилось бы, не знаю. Во всяком случае, Антон относился к ней очень хорошо до того момента, как она объяснилась ему в любви.

Время от времени к нашей компании присоединялся кто-нибудь из многочисленных приятелей Сергея или Ирины. Но чаще всего мы все-таки оказывались впятером или вшестером. Наша четверка плюс Ирина и Ромка. Илья все-таки взялся за ум и много времени проводил в университете, пересдавал экзамены, курсовые работы, зачеты.

Наступила весна. У Натки день рождения как раз 8 марта. И ребята решили объединить два праздника. На этот раз все обещали присутствовать.

Накануне в школе был праздничный вечер с концертом и дискотекой. Мы отсидели торжественную часть, а с дискотеки решили уйти.

– Что там делать? – пожала плечами Натка.

Я с ней согласилась. Когда мысли заняты одним человеком, не до танцев. Хотя надо отдать должное нашим одноклассникам, да и ребятам из других классов. Они устроили замечательный концерт. Столько всяких шуток придумали, пели частушки, даже сценки показывали из школьной жизни. Нормальные у нас ребята! И подарки приготовили, и открытки красивые подписали. Жалко было их разочаровывать, но мы с Наткой все-таки удрали.

Мы должны были подготовиться к более важному событию – Наткиному дню рождения.

Почему-то ни о каком клубе речи не было. Я думала, Натка непременно захочет клубный день рождения, хотя бы потому, что так было у меня. Но, видимо, ее не удовлетворил прошлый результат, а потому она остановилась на предложении ребят объединить два праздника и по традиции отметить их дома у Сергея.

Мы договорились собраться пораньше, сразу после полудня, чтобы у нас оказалось больше времени и наши родители не волновались.

Мы бежали домой по мокрым от подтаявшего снега дорожкам, в воздухе носился запах ранней весны. Было одновременно тревожно и весело. Нарядные женщины держали в руках красивые букеты. Жаль, что так бывает только раз в году – много счастливых женщин с цветами.

Натка грациозно перепрыгивала через лужицы, легко порхала на своих высоченных каблуках и торопила меня:

– Мне еще в парикмахерскую. Опаздываю! Ты же знаешь, сейчас такие очереди, а у меня запись!

Я с трудом поспевала за подругой, стараясь изо всех сил быть такой же легкой и непринужденной. С завистью поглядывала на ее длинные ноги и думала: «Никогда Сергей не откажется от нее, что бы она ни делала, как бы себя ни вела...»

– Я тебя прошу, пожалуйста, – между тем тараторила подруга, – не садись рядом с Антоном.

– Я постараюсь...

– Ты пойми, я страдаю! – Она даже остановилась.

– Ладно, ладно. – Я потянула ее за руку.

– Он тебе точно не нравится? – в очередной раз спросила она.

– Точно.

– Вот и я думаю, – рассуждала Натка, – он же клеится к тебе, потому что больше не к кому. Ах, если бы я не была девушкой Сергея!

«Ах, если бы я была девушкой Сергея!» – эхом отозвалось во мне.

– Отвлеки его, – потребовала Натка.

– Кого? – не сразу поняла я.

– Сережку, конечно!

Она снова требовала от меня вести игру против Сергея, в то же время она не знала, о чем просит, ведь, как бы я ни старалась, игра окажется двойной. Может, надо было во всем ей признаться?

Мы расстались на повороте. Натка побежала к парикмахерской, а я побрела домой.

Родителей еще не было. Праздновали на работе. И хорошо, просто отлично. Можно побыть одной, в тишине, посидеть в кухне с остывающим чаем, послушать музыку. Не рэп, конечно, я его не люблю...

Завтра я надену черные брюки и самую простую кофточку. А что? Ирина никогда не наряжается, почти не пользуется косметикой, а выглядит лучше нас всех. Ребята ее уважают. И Ромка ее любит, я же вижу. Илья тоже о ней мечтает, только вида не подает.

Вот идеал девушки – умная, красивая, спокойная. На гитаре играет, получше брата, между прочим. Самостоятельная.

А я? А мы с Наткой?

И так я завелась от этих мыслей, что забыла о своем плохом настроении, быстренько убрала квартиру, почистила картошку на ужин, вынесла мусор. Этого мне показалось мало, тогда я достала мамину книгу «О вкусной и здоровой пище» и самостоятельно приготовила мясо. Когда пришли родители, я с гордостью провела их в кухню и продемонстрировала накрытый стол. Папа только руками развел, а мама как обычно: «Что случилось?!» Странные люди, неужели для того, чтобы я сделала ужин, должно что-то случиться?

Но все равно, мне было очень приятно. Мы расставили цветы в вазы, их было много, и с работы, и те, что подарил папа, да еще и букет из школы. А потом уютно посидели втроем за столом, хотя, кроме меня, есть никто не хотел. Понятно, родители же весь день небось ели и пили. Праздник!

Посуду, конечно, папа помыл. Мы уселись у телевизора и смотрели концерты на разных каналах.

Я сказала маме, что завтра пойду к ребятам, она слегка огорчилась, потому что пригласила гостей. Но я ее успокоила: вернусь пораньше. Я не собиралась засиживаться у Сергея. Если бы я тогда знала, чем обернется для всех нас следующий день!

Утром проснулась с трудом. Долго лежала, смотрела в потолок и не хотела вылезать из-под одеяла. Только Наткин звонок заставил меня подняться. Я взглянула на часы, они показывали начало одиннадцатого. Пора собираться.

Подарок мы с мамой купили заранее. Зная Наткино пристрастие ко всяким гламурным штучкам, мама купила ей маленькую сумочку из красной лакированной кожи. Одна из маминых сослуживиц съездила за границу, накупила там всякой всячины, а дома спохватилась, потому что б?льшая часть покупок не подходила ей абсолютно. Вот она и принесла ненужное на работу. Естественно, в магазине такая сумка стоила бы раза в три дороже, вот мама ее и купила, вспомнив о Наткином дне рождения.

А от себя я добавила самодельную открытку. Я сама ее придумала. Сосканировала несколько Наткиных снимков, сделала смешной коллаж, написала всякие подписи поздравительные, отпечатала на принтере и заламинировала. Получилось очень здорово!

Мы с Наткой договорились встретиться на остановке. Я не сразу узнала ее: в новом весеннем пальто и с такой прической, словно она побывала на конкурсе по парикмахерскому искусству, Натка выглядела лет на пять старше. Несколько минут я молча хлопала глазами, а гордая собой подруга наслаждалась произведенным эффектом.

– С днем рождения!

Мы обнялись.

– Это тебе. – Я протянула пакет.

– О! – воскликнула Натка. – Спасибо! Пока не буду открывать, потерплю.

Она пощупала упаковку, даже понюхала. Я улыбалась, наблюдая за ней.

– Ты меня просто сразила, – призналась я.

Она самодовольно усмехнулась:

– Всю ночь не спала, боялась испортить прическу. Красота требует жертв!

Мы сели в маршрутку.

– Знаешь, я где-то читала, в восемнадцатом веке женщинам сооружали такие огромные прически, что они вынуждены были проводить всю ночь в креслах. Я даже карикатуру видела: там такая дама в пышном платье, а за ней идет мальчик со специальным шестом, поддерживающим прическу, – сказала я.

– Да ну, бред! – отрезала Натка. – Не было у них никаких причесок, парики носили.

– Точно, – обрадовалась я, – такие здоровенные сооружения из конского волоса, говорят, в них жили мыши...

– Бр-р-р! – Наташку передернуло. – Прекрати, ненавижу мышей.

– Почему? В зоомагазине продаются миленькие белые мышки. – Я засмеялась. Натка надулась было, но передумала и тоже рассмеялась.

– Представляешь, прихожу в гости, а на голове у меня – гнездо с белыми мышками!

Мы развеселились и хохотали всю дорогу. Натка предвкушала предстоящий праздник и решила не портить его.

Глава 11

Объяснение

По дороге мы заскочили в кулинарию, Натка забрала заранее заказанный торт. Нагруженные коробками и пакетами, мы, наконец, добрались до Сережиного дома.

Ребята нас просто потрясли.

Во-первых, дверь в квартиру оказалась распахнутой. Но в коридоре было темно. Дверь за нашими спинами захлопнулась, мы замерли, не понимая, что случилось. Вдруг вспыхнул свет, и мы увидели ребят, выстроившихся перед нами. Натка ахнула и чуть не уронила коробку с тортом. И было от чего ахать: парни все как один красовались в костюмах и при галстуках. Антон вообще щеголял в смокинге и с бабочкой.

– По-здра-вля-ем! – хором гаркнули они.

– Вечно у вас шуточки, – Натка слабо улыбнулась, – я чуть в обморок не упала.

– Мадемуазель, позвольте вам помочь, – выскочил вперед Антон, схватил коробку, пакеты и ринулся в комнату. Нам помогли снять пальто. Сергей подал руку Натке, Кирилл – мне. Мы торжественно вступили в комнату. На этот раз ребята украсили квартиру охапками цветов: первые тюльпаны, мимозы, были и розы, конечно. Ирина стояла у стола и улыбалась. Антон объявил:

– Мадемуазель Наталия и мадемуазель Алина. – Он дважды стукнул в пол палкой от швабры. Мы быстренько приняли условия игры и чинно раскланялись с хозяйкой. Я с трудом сдерживала смех. У Натки блестели глаза, тоже, наверное, хотела расхохотаться.

Я вспомнила, что расслабиться мне не удастся. Пора приступать к реализации нашего плана.

Мы с Наткой договорились о том, что я буду отвлекать Сергея, для этого я должна была сесть с ним рядом. Но у нас ничего не вышло, потому что на столе возле каждого прибора лежала карточка с именем. Натку, как именинницу, усадили во главе стола, с одной стороны у нее оказался Сергей, с другой – Илья. Ирина сидела рядом с Сергеем, возле нее, естественно, Ромка, только потом Антон, за ним я и Кирилл. Я видела, как у Натки вытянулось лицо, и издали подмигнула ей, чтобы она не расстраивалась. Потом что-нибудь придумаем.

Антон встал, весь раздулся от важности и произнес:

– Позвольте мне на правах друга этого дома произнести речь!

Сережка сделал знак рукой:

– Просим!

Антон откашлялся:

– Дамы и господа! В этот торжественный для всех нас день, когда мы чествуем... – и пошел, и понес... Совершенно в его стиле. Он так и сыпал словами, был так красноречив и выражался так витиевато, что я, честно говоря, мало что поняла и ничего не запомнила. Время от времени все начинали смеяться, я тоже улыбалась. Антон говорил о достоинствах женщин вообще и о наших в частности, рассыпался в комплиментах, приводил многочисленные исторические примеры, использовал немыслимые метафоры, в общем, превзошел самого себя.

Натка бросала ему нежные взгляды и вся светилась от счастья. Я же следила за Сергеем. Мне показалось, что он чем-то расстроен. Так было с самого начала, уж я-то хорошо его изучила. Он почти не смотрел на Натку, сидел, уставившись в одну точку. Но как же он был хорош! Я впервые видела его в костюме. И, как обычно, он выглядел лучше всех. Все-таки они очень красивые: Ирина и Сергей.

Наконец, Антон выдохся и плюхнулся рядом со мной:

– Позвольте за вами поухаживать? – и, не дожидаясь ответа, начал накладывать на мою тарелку все подряд.

– Антон, ты забыл сказать тост, – смеясь, напомнил Ромка.

– За присутствующих здесь дам! – нашелся тот.

Я выпила глоточек шампанского. Потом ребята говорили речи по очереди, конечно, они не были так многословны, как Антон, поздравляли нас с праздником, отдельно Натку – с днем рождения. Натка улыбалась, но как-то рассеянно, все чаще принималась ерзать на стуле, посматривала на Антона. Она оживилась лишь тогда, когда ей стали вручать подарки. Она сразу же открывала их и показывала всем. Благодарила, смеялась. На этот раз подарки не разочаровали Натку. Ребята словно сговорились, скорее всего так и было. Натка получила гору косметики, включая французские духи. Наша с мамой сумочка произвела на нее сильное впечатление. А ребятам особенно понравилась открытка, которую я сделала.

Потом ребята отодвинули стол, включили музыку. Освободившаяся Натка тут же подбежала ко мне и горячо зашептала в ухо:

– Действуем по плану!

Но у нас снова ничего не вышло, потому что Антон пригласил меня танцевать – не могла же я отказаться! Во время танца он снова завел речь о том, как я ему нравлюсь. Я не выдержала и высказала ему все, что думаю. Посоветовала повнимательнее присмотреться к Натке. В общем, дала понять, что я все знаю. Он не удивился, только плечами пожал:

– Я думал, что мы с ней обо всем договорились...

– Выходит, не обо всем, – сказала я.

Наверное, он обиделся, потому что спросил:

– Значит, ты считаешь, что я могу отбить девушку у друга?

– Почему же отбить? Ты ей нравишься, она сама тебе призналась.

– А Сергей? – нахмурился Антон.

– Сергей? – Я растерялась. – Она хорошо к нему относится, но любит-то тебя!

– Странною любовью, – подхватил Антон. – Если бы все было так, как ты говоришь, она не стала бы ему голову морочить. Что это за отношения? Она с ним встречается, а любит меня. Извини, не верю!

Мне нечего было ответить на это. Я же знала, что Антон прав, и не раз советовала Натке объясниться с Сергеем, но она предпочитала держать его при себе, словно ничего такого не происходит. Она так подстраховывалась. Но Антону об этом знать не обязательно.

– Меня достала эта ситуация! – быстро проговорил Антон. – Я не хочу выглядеть подлецом, я не хочу ничего скрывать от своего друга! Пусть Наташа возьмет себя в руки. Потому что больше я терпеть не буду!

Я стояла перед ним испуганная. Не ожидала, что Антон может так разозлиться. Ведь я привыкла к нему другому – веселому, бесшабашному, обаятельному. К парню без проблем.

– Тише, – попросила, – давай не будем портить праздник.

Он тряхнул головой, опомнился, улыбнулся:

– Все отлично!

Я оглянулась в поисках Натки, но ни ее, ни Сергея в комнате не было.

«Только бы они не поругались!» – подумала я. Ромка и Илья, надев фартуки, деловито убрали со стола, чтобы можно было накрыть к чаю. Ирина давала им указания. И только мне нечего было делать. Я уселась на диван и стала ждать, что же будет дальше.

Антон больше не подходил ко мне, зато рядом уселся было Кирилл, но Ирина быстренько нашла ему работу. И только я сидела сложив руки, как барыня.

Появилась Натка. Она как-то побледнела и даже, похоже, недавно плакала. Я вскочила, оттащила ее в сторону:

– Что случилось?!

– Поговорили с Сережкой, – призналась она.

– И что?

– Договорились остаться друзьями.

В первое мгновение я ей не поверила:

– Ты все-таки решилась!

– У меня не было выбора, – обреченно произнесла Натка. – Он все знает! – добавила подруга и отскочила от меня, потому что в комнату вошел Сергей.

Ирина предложила всем чаю. Натку заставили задувать свечи и резать торт.

«Так, так, так, – лихорадочно соображала я, – значит, все-таки он знает... Откуда? Антон ему сказал или сам догадался? И почему сегодня? Что такого сделала Натка именно сегодня? Я что-то пропустила? Нет, я же внимательно наблюдала за ними. Хотя мне с самого начала показалось, что у Сережки плохое настроение. В любом случае, он мог подождать до завтра или хотя бы до конца вечеринки...» Я ничего не понимала. Антон дал мне понять, что он пока ни о чем не говорил с Сергеем, остальные вообще не в курсе, в этом я была уверена.

Продолжая размышлять, я взяла чашку с чаем и машинально отхлебнула. Горячий чай обжег губы, я чуть не выронила чашку, удержала с трудом, отставила ее.

Ирина предлагала поиграть в какую-то игру, то ли в ассоциации, то ли еще во что-то, я не расслышала, да и не до игр мне было.

Игру все-таки начали, она как-то не клеилась. Натка сидела в углу дивана и дулась, Сергей нервничал и все время говорил что-то не то, Антон ушел в себя, а без него ни одна игра невозможна. Он же – главный заводила.

– Скучные вы сегодня, – заметила Ирина. – Надо вас на воздух вывести.

Все почему-то обрадовались этому предложению. Бросились одеваться. И только когда мы вышли из подъезда и побрели по главной улице к университету, я поняла, что на улицу все рвались лишь для того, чтобы получить предлог разбежаться по домам.

Антон с Сергеем ушли вперед. Я видела их со спины: руки в карманах, идут плечом к плечу, напряженные, говорят о чем-то негромко... Натка, как ни старалась, не смогла добраться до Антона. Уныло брела рядом со мной и огрызалась на реплики Кирилла. Илья вдруг вспомнил, что ему надо домой, и, если кто-нибудь хочет, он может подбросить. Я сразу же ухватилась за это предложение.

– У нас же гости сегодня, я маме обещала, – оправдывалась я перед Ириной. Я посмотрела на Натку и почувствовала себя предательницей. Ведь у нее сегодня день рождения, а я, вместо того чтоб поддержать подругу, намеревалась бежать. Но Натка неожиданно согласилась со мной. Ей тоже захотелось уехать.

Ирина пожала плечами и окликнула ребят:

– Сергей, народ разбегается!

Сергей с Антоном вернулись, но ни один, ни другой не стали нас уговаривать остаться. Ирина смотрела на всех с удивлением, хотела было что-то сказать, но передумала.

Мы захватили Наткины подарки, распрощались со всеми и уехали с Ильей. И что же сделала Натка? Всю дорогу она строила Илье глазки и кокетничала. Я ничего не понимаю в людях!

Глава 12

Разрыв и последствия

Дома я посидела с гостями. А потом весь вечер переписывалась с Сергеем как ни в чем не бывало. О Натке не было сказано ни слова. Что ж, я тоже предпочла не вдаваться в подробности.

Подробности я узнала позже, от самой Натки. Несколько дней она летала как на крыльях, говорила о свободе и о том, что теперь ей даже как будто легче дышать.

– Я могу делать что захочу, встречаться с кем хочу и не отчитываться ни перед кем!

Я осторожно спросила у нее, что же все-таки произошло на вечеринке, о чем они с Сергеем договорились?

– Представляешь, – возмущалась Натка, – он обвинил меня в эгоизме и непостоянстве!

«Еще бы!» – подумала я. Уж мне-то было известно о том, как Сергею изменила девушка. Знала ли об этом Натка? Мне почему-то казалось – не знала. Она вообще мало интересовалась Сергеем. Вот ведь, встречалась с ним несколько месяцев и даже не представляла себе, что он за человек.

– Ему Антон все разболтал, – сообщила Натка, – еще до дня рождения. Так что Сережка знал, но не хотел говорить, ждал, что я сама признаюсь. Как я не сообразила! – сетовала подруга. – Если бы я раньше Антона успела, то у меня шансов было бы гораздо больше.

– Я же тебя предупреждала, – напомнила я ей.

– Что сделано, то сделано, – беспечно отмахнулась Натка, – зато теперь я свободна, как и ты.

Она радовалась, а я погрузилась в себя. Мне что-то подсказывало: субботних встреч больше не будет.

Я вообще не знала, как теперь все будет.

Мы продолжали переписываться с Сергеем, правда, наши музыкальные занятия прекратились. А после злополучной вечеринки 8 Марта он даже не заикнулся о том, чтоб я зашла к нему.

В пятницу Натка занервничала. Оказалось, ей так никто и не позвонил. В субботу у нас было две литературы, и Натка вместо того, чтобы слушать объяснение новой темы, лихорадочно рассылала эсэмэски. Она так надоела учительнице, что та пригрозила отнять у нее телефон.

После уроков Натка выглядела расстроенной.

– С кем ты так интенсивно переписывалась? – спросила я.

– Я уточняла у Сережки кое-что по поводу нашей встречи, – ответила подруга, – знаешь, он раньше всегда звонил, а вчера звонка не было, вот я и решила узнать.

Глядя на нее, я сразу догадалась: встреча отменяется.

– Представляешь, он мне сказал, что в эту субботу никак не может с нами встретиться, потому что приезжают его друзья на выходные, – растерянно глядя на дисплей мобильника, пролепетала Натка.

– Ну, может, и правда приезжают, – не очень уверенно предположила я.

– И что? – Натка уставилась на меня, как будто я сморозила какую-то чушь. – Можно подумать, нас нельзя познакомить с его друзьями!

– Возможно, они по делу...

– Я знаю, – перебила меня Натка, – это он назло мне: обиделся и теперь будет мстить.

Она все говорила что-то, а я перестала слушать, в голове у меня засела одна мысль: «Сергей больше не хочет нас видеть, мы никогда не будем вместе!»

Мы брели домой, угрюмые и несчастные, по дороге почти не разговаривали, каждая думала о своем. Оказывается, я так привыкла к нашим субботам, что теперь совершенно не представляла себе, что я буду делать и как жить без этих встреч. Самое главное: как я буду жить без Сергея?

– Что с тобой? – спросила мама, когда я пришла домой.

– Так...

Я сбросила куртку и сапоги, ушла в комнату и закрыла дверь.

– Опять начинается, – послышался голос мамы. – Обострение весенней депрессии! – донеслось до меня. Мама направилась в кухню, загремела посудой, включила воду, прибавила громкости телевизору, так, что ее голос заглушили другие звуки. Да я и не слушала ее. Упала головой в подушку и пролежала до вечера, не переодеваясь. Вечером родители все-таки заставили меня поесть. При этом они долго и нудно расспрашивали, интересовались моим здоровьем, мама даже мою голову трогала и предлагала поставить градусник.

Вот так...

А в воскресенье позвонил Сергей. И спросил, как о чем-то само собой разумеющемся:

– Не хочешь погулять?

– С удовольствием, – я не стала притворяться, – только у тебя же гости, – напомнила я.

– А-а... Да, – согласился Сергей, – но они уже уехали.

– Так скоро?

– Да, у них были тут дела, они вчера все успели, а утром укатили.

– Понятно.

Если честно, ничего мне не было понятно. Но упускать возможность погулять с Сергеем мне не хотелось.

Глава 13

Все еще просто друзья

Несмотря на то что март перевалил за середину, весна никак не могла победить зиму. Стоило солнцу пробиться сквозь тучи, как оно безжалостно набрасывалось на грязный снег, топило его в лужах, поджаривало крыши домов и заставляло капель звенеть громче птичьего щебета. Но потом поднимался ветер, небо затягивалось пеленой, низкие тучи сыпали колючей снежной крупой, ветер бросал ее горстями в лица прохожих, заставляя людей повыше поднимать воротники. Зима не торопилась уходить, она сопротивлялась и огрызалась.

Я выбежала из дома в весеннюю сумятицу, в разрывы облаков, в тугой ветер и, не чувствуя ничего, кроме биения собственного сердца, побежала на остановку.

«Сергей назначил мне свидание! Сергей назначил МНЕ свидание!» Неужели я дождалась? Неужели больше не надо придумывать этих дурацких уроков музыки, не надо прятаться, искать каких-то предлогов, не надо строить из себя недотрогу, напускать таинственность, делать вид, что у меня кто-то есть? Неужели?!

Я увидела его издалека. Он пританцовывал на месте и поглядывал по сторонам. Впервые он показался мне жалким, что ли. Наверное, он замерз, весенняя легкая куртка от холода не спасала, Сергей втянул голову в плечи, засунул руки в карманы, да еще и ссутулился.

«Идиотка! – тут же отругала я саму себя. – Заставила человека ждать!» Я понеслась стрелой, в мгновение ока пересекла дорогу, влетела в сквер и, запыхавшись, остановилась перед ним.

– Привет! – сказала и взглянула в его лицо. У него посинели губы. – Извини, я немного опоздала...

– Неважно, – он улыбнулся, – пойдем в кафе. – Кивнул на вывеску.

– Конечно...

Мы нашли пустой столик, сели. Сергей поежился.

– Да, что-то я не рассчитал, – усмехнулся он, – с утра такое солнце было, я думал, уже совсем весна.

– Замерз? – сочувственно спросила я.

– Есть немного.

Он заказал большую чашку кофе, а я попросила чаю.

Постепенно Сергей согрелся, даже куртку расстегнул. Откинулся на спинку стула.

– Хотел немного погулять, тебя вытащил – он развел руками, – извини, не удалось!

– Брось, все нормально, я тоже хотела проветриться. Так что я очень обрадовалась твоему приглашению. – Я выпалила это и осеклась, смутилась, посмотрела на него – что он подумает?

Сергей смотрел на меня и благожелательно улыбался. Именно благожелательно. Улыбка у него была такая хорошая, добрая.

– С тобой всегда так просто, – признался он, – я, честно говоря, все эти дни нервничал. Все из рук валилось. На занятиях сидел – дуб дубом, ничего не понимал.

«Ну вот, сейчас!» – подумала я и опустила глаза, чтоб не выдать себя. Но Сергей замолчал. Пришлось взять инициативу в свои руки.

– Это из-за Наташи, да? – тихо спросила я.

– И из-за нее тоже, – не стал отрицать Сергей.

– Не стоит так огорчаться, – залепетала я, – вы еще помиритесь, и тогда...

Сергей покачал головой:

– Нет, не имеет смысла. Мы все решили.

Он придвинул свой стул поближе к моему:

– Алина, не делай вид, что тебе ничего не известно.

Я подумала, что рассердила его, но нет, он по-прежнему улыбался. Я набралась смелости и выпалила:

– Не буду. Мне все известно. И по-моему, так лучше, когда нет ничего недосказанного.

– Я тоже так считаю, – согласился Сергей. – Наши отношения давно зашли в тупик. И если быть совсем честным, то надо признать: Наташа меня не слишком интересовала.

Я вздрогнула, а Сергей продолжил:

– Но я никогда не позволил бы себе обмануть ее. То есть я не могу вести нечестную игру.

– Чего же ты ждал? – не утерпела я.

– Не знаю. Ждал, когда до нее дойдет и она сама решит со мной поговорить. Я всегда жду от человека честных поступков, потому что сам честен. Поэтому мне было очень тяжело, когда я узнал, что Наташа просто использовала меня для своих целей. Ее интересовали парни, их деньги, свободная квартира, то есть элементы красивой жизни, как она ее понимает.

Да, не очень-то приятно слушать о своей подруге такое. Но ведь я и сама так же точно думала о Натке. Мне захотелось заступиться за нее.

– Все не совсем так, – начала я.

Сергей поморщился:

– Я понимаю, Наташа – твоя подруга, наверное, тебе неприятно говорить о ней за ее спиной, извини. – Он спохватился: – Во всяком случае, к тебе это не относится, так что не бери в голову.

У меня немного отлегло от сердца.

– Честно говоря, я думала, мы больше не увидимся, – призналась я.

– Разве мы тебе надоели? – переспросил Сергей.

– Наоборот...

– Значит, я правильно поступил, пригласив тебя.

Сергей взял мою руку в свою, заглянул мне в глаза:

– Давай так: наши отношения ничуть не изменились. Идет?

– Идет.

Вот так мы и поговорили. Я не решилась спросить его о наших субботах. Будут ли продолжаться эти совместные посиделки? И о Натке я больше не спрашивала, чтоб не выглядеть идиоткой. Вот, мол, какая непонятливая, ей уже все объяснили, а она снова лезет не в свое дело.

Ничего такого. Мы вышли из кафе, сели в маршрутку, Сергей проводил меня до дома. Мы распрощались, договорившись о том, что будем звонить друг другу.

Натке я ничего не рассказала. Хотя она явилась ко мне в тот же день вечером и упорно добивалась объяснений – где это я пропадала. Я наплела ей что-то о магазинах, срочных встречах, в общем, полную чушь. Если бы Натка умела думать не только о себе, она бы сразу поняла, что я вру.

Следующая неделя прошла как обычно, утром школа, вечером дом, днем какие-то дела. В субботу Натка снова названивала Сергею и снова получила отказ – он собирался с ребятами на футбол.

– Не понимаю, – недоумевала Натка, – раньше-то он не интересовался футболом. Или интересовался?

Я-то понимала, что Сергей в такой форме отказывает ей от дома, но сказать не решалась.

– Подумаешь! – возмутилась подруга. – Очень мне нужно!

Она позвонила Антону, он был недоступен. Кирилл невнятно пробормотал что-то извиняющееся. Ребята упорно игнорировали Натку, а до нее все еще не доходило.

Между тем я точно знала, что ребята по-прежнему собираются у Сергея. Мы переписывались по аське каждый вечер. Я знала: они вместе. А в воскресенье Сергей снова пригласил меня погулять. Нам повезло с погодой, светило солнце, снег почти растаял. Мы отправились в городской парк и провели там несколько часов. Я обмолвилась, что у моего компьютера какие-то проблемы, Сергей вызвался посмотреть. Вечером он зашел ко мне и запросто устранил неполадку. Мило поболтал с моей мамой и совершенно очаровал ее.

Жизнь определенно налаживалась.

Правда, вместо того чтобы выйти из подполья, я забралась туда еще глубже. Точнее, у меня возникло такое чувство, что мы с Сергеем словно прячемся ото всех. При этом в наших отношениях так и не возникло никакой определенности.

Так прошел март и наступил апрель.

Глава 14

Он далеко не так идеален

Мы с Сергеем встречались почти ежедневно. И все время как будто тайком.

В первых числах апреля мама познакомилась с преподавательницей английского языка. Она работала в университете и вела что-то типа курсов для тех, кто собирался поступать. Попасть на эти курсы было очень сложно, но мама как-то договорилась, и мне устроили собеседование.

Теперь у мамы появилась цель – непременно выучить меня в университете, и непременно на инязе. Она уже и деньги собрала на учебу. И на курсы меня устроила. А я, такая неблагодарная, хочу поступать в политехнический. Она мне заявила: «Получишь диплом, поступай куда хочешь!» Смешно! Допустим, язык мне все равно пригодится, но для чего тратить время и деньги в универе – только для того, чтоб получить диплом? В общем, старая, больная тема. Я раньше бунтовала, спорила, а потом рукой махнула. В конце концов, если ей так хочется, я буду учиться на инязе, но одновременно пойду в политех, на свой страх и риск. Дочь маминой подруги учится в двух вузах, и ничего, успевает. Чем же я хуже?

К тому же я и раньше занималась языком, но на прежних курсах уровень преподавания был, конечно, пониже.

Я пошла на собеседование. Преподавательница, поговорив со мной, неожиданно согласилась взять меня в группу.

Свободного времени почти не оставалось. Из школы я неслась на английский, с английского выползала чуть живая и чаще всего ехала сразу домой. Несколько раз Сергей встречал меня после занятий. Но меня хватало только на то, чтобы кое-как доползти до дома. Ведь надо было еще и уроки делать, и готовиться, в общем, каторга.

Совершенно неожиданно для меня Сергей как-то предложил:

– А что, если ты после занятий будешь приходить ко мне? Мой дом рядом с универом. Зайдешь, отдохнешь немного, я тебя покормлю, а?

Это было так мило с его стороны! Я сразу согласилась. Парень, которого я любила, проявил обо мне заботу, он беспокоился! Он понимал, что я устаю! Мало того, на следующий день, едва у меня закончились занятия, Сергей позвонил и спросил, не забыла ли я о нашем договоре. Еще он поинтересовался, что мне приготовить!

Я даже про усталость забыла. Ведь я не была у него больше месяца, с самого 8 Марта. Может быть, он все-таки решился объясниться? Я давно не видела Ирину, даже соскучилась. Хотелось поговорить с ней и с ребятами. Я бежала вприпрыжку, на мне были новые весенние туфельки, и вся я была такая легкая и весенняя, в распахнутом плаще, с развевающимися волосами.

«Сережа-а-а-а, Сережка!» – пело мое сердце под стук каблучков.

И снова ничего не произошло.

Нет, конечно, Сергей встретил меня, поцеловал в щеку. Усадил, накормил всякими вкусностями, расспросил об учебе, рассказал о том, как у него прошел день. Он был весь такой милый и заботливый, такой внимательный, замечательный, как... родной брат.

В общем, когда позвонила мама и спросила, где меня носит, я безропотно поднялась и заявила Сергею, что мне пора домой. Видя его огорчение, я даже позлорадствовала про себя.

В другой раз мы зашли в зоомагазин, посмотреть на тех самых белых мышек, которых так боялась Натка.

В большой клетке сидел странный зверек, я никак не могла сообразить, кто это, и спросила у Сергея.

– Ласка, – небрежно бросил он, едва взглянув на зверька. Я засомневалась, присмотрелась повнимательнее и заметила табличку. На ней было написано: «Хорек».

– Это хорек, – сообщила я Сергею.

– Я так и сказал.

– Ты сказал – «ласка».

– Это одно и то же.

Я знала, что хорек и ласка далеко не одно и то же, но предпочла промолчать. Про себя отметила: «Ага, ты не так идеален, как кажется...»

Я стала замечать и выискивать в нем недостатки. Причем, когда находила, радовалась.

Я набрала целую коллекцию:

1) Сергей считает, что он всегда прав.

2) Последнее слово должно оставаться за ним.

3) Он смотрит на меня снисходительно, свысока, как будто я дурочка какая-то.

4) Он предпочитает говорить, а не слушать.

5) Он не так уж хорошо играет на гитаре!

6) Он пишет плохие стихи!

7) Он достал всех своей честностью!

8) Его благородство сидит у меня в печенках!

9) И еще он сажает цветочки и помешан на мужской дружбе!

И... чем дальше, тем больше.

Незаметно для себя я начала посмеиваться над ним. Я стала опаздывать, а то и вовсе не появляться на встречах. Я совсем забыла о гитаре и отрастила ногти. Я перестала восхищаться всем, что делает Сергей. Я наконец-то призналась ему, что терпеть не могу рэп!

Я ждала взрыва. Или хотя бы упреков, удивления, непонимания с его стороны. Но столкнулась с бесконечным терпением. И это раздражало меня в тысячу раз сильнее. Я стыдилась себя и продолжала издеваться над человеком, которого любила.

Глава 15

Пикник

Перед майскими праздниками Сергей предложил поехать всей компанией на шашлыки. Я хотела закричать – ура! Но вместо этого сказала с самым невинным видом:

– Надо Натку пригласить...

– Хорошо, – немедленно согласился Сергей.

Я глазами похлопала, но отступать было некуда. Сама напросилась!

«Вот и отлично, – думала я, – Натка переживает, все ее планы рухнули, а тут такая удача».

– Знаешь, надо, чтобы ты сам ей сказал, – заметила я, – а то, если приглашение прозвучит от меня, это будет как-то...

Сергей молча взял телефон и позвонил.

– Наташа, привет... Да, давно не виделись... Как ты? Что делаешь? Здорово. Мы тут на природу собрались... Что? Да, хотим поехать куда-нибудь, погода хорошая. Вот я и подумал, может быть, ты тоже составишь нам компанию? Ну, решай. Пока.

Он нажал отбой и посмотрел на меня.

– Что она сказала? – спросила я.

– Обещала подумать.

И сразу же зазвонил мой телефон. Конечно, Натка уже землю роет. Тоже мне, подумает она!

– Алинка! – услышала я ее взволнованный голос. – Представляешь, Сережка проявился!

Я взглянул на Сергея и сказала подруге:

– Да, мне он тоже позвонил.

– Насчет пикника что-то сказал?

– Да, предлагал поехать куда-нибудь.

– И что ты ответила? – забеспокоилась Натка.

– Можно...

– Правда?! – Натка обрадовалась. – Так я тогда тоже соглашусь. Пока, вечером созвонимся!

Я услышала короткие гудки. Почти сразу же зазвонил телефон Сергея. Натка торопилась.

Мы поехали недалеко, остановились на холмах за городом, рядом с рощей. Было по-летнему тепло. Едва выбравшись из машин, мы радостно завопили и бросились бегать по траве.

Ромка и Илья предложили расположиться неподалеку от машин, чтобы они были на виду. Ребята разгрузили провизию, и тут выяснилось, что они взяли все, кроме мангала.

– Не страшно, – успокоил нас Ромка. – Можно приготовить мясо на камнях.

Антон немедленно стукнул себя кулаками в грудь, издал воинственный клич и заявил, что он, как дикий человек, лично сложит очаг и накормит своих сородичей свежеубитым кабаном.

И действительно, ребята набрали камней, обложили ими костер, кто-то пошел за дровами. Сергей следил за костром, я предложила свою помощь и получила разрешение нанизывать мясо на шампуры.

Натка вела себя тихо, ее никто не обижал, даже Антон оставил свои шуточки. Мы провели чудесный день. Дурачились, фотографировались, играли в мяч. Мясо немного подгорело, но все равно получилось вкусным, наверное, на свежем воздухе можно съесть что угодно.

Мы не заметили, как стемнело. Ирина и Ромка ушли куда-то бродить. А мы сидели у костра, смотрели на огонь, говорили негромко. Натка держалась особняком и только вечером, когда Сергей набросил мне на плечи свою куртку, придвинулась поближе к Кириллу и положила голову ему на плечо.

Домой возвращались, когда уже стемнело. Натка загадочно молчала. Но на следующий день пришла ко мне и, многозначительно улыбнувшись, заявила:

– Что, подруга, отбила у меня Сережку?

Конечно, я такого не ожидала. В первую секунду растерялась, покраснела, покрутила пальцем у виска.

– С ума сошла! – только и смогла я сказать.

– Я же не слепая, вижу, – насмешливо отозвалась Натка. – Ты вся такая хозяйственная, он весь такой нежный...

– Прекрати, мне неприятно.

– Ах, прости! – Она всплеснула руками. – Я задела твои лучшие чувства!

– Натка, мы поссоримся!

– С чего бы это? – удивилась она. – Я же не против. Бери, пользуйся, мне он ни к чему. Отработанный материал. – Она продолжала ехидничать: – Надо же, а я-то думала, ты с Антоном станешь встречаться...

Она осознанно старалась вывести меня из себя. Знает мое слабое место. Я, когда злюсь, начинаю плакать. Чувствую себя бессильной, не могу сопротивляться, и все. Горло сжимается, и слезы льются сами по себе. Бывает очень трудно остановиться. Причем на людях я умею сдерживаться; но с близкими, или когда я одна, разрыдаться для меня – как нечего делать.

Натка наблюдала за мной, а меня душили обида и чувство вины одновременно. Я столько времени врала лучшей подруге, а сама у нее из-под носа старалась увести парня. И вот они поссорились, но я по-прежнему одна. Ничего не добилась! Так почему же Натка утверждает, что у нас с Сергеем что-то есть? Только потому, что он накинул мне на плечи куртку?

– Ты не права! – крикнула я. – Не права! – И разревелась.

– Да уж, конечно, – скривилась Натка.

В тот день мы почти поссорились. Но, как это у нас часто бывает, сразу же и помирились. Натка сбегала в кухню за водой, заставила меня выпить, потом отправила в ванную умываться. Когда я, с красным от слез и холодной воды лицом, сбиваясь, рассказала ей о наших с Сергеем отношениях, Натка выслушала меня молча. Я рассказала ей о том, как мы договорились, что между нами ничего не изменилось. И о том, что мы иногда видимся, и еще много всякого, но не все, разумеется. Все нельзя рассказывать никому, особенно близкой подруге, и тем более если ты действительно отбивала у нее парня.

Выговорившись, я замолчала и стала ждать, что же скажет Натка.

– Ну, не знаю, – наконец, произнесла она, – похоже на правду. Тогда... я вообще не понимаю, зачем тебе все это?

– Я и сама не знаю, – вздохнула я в ответ.

Помириться-то мы помирились, но настороженность осталась. Стыдно сказать, но я даже старалась избегать встреч с Наткой.

Сергей уехал на выходные к родителям. А я сбежала на дачу, чтоб поменьше находиться в городе. Мне надо было побыть одной и подумать.

И вот, когда я сидела на берегу реки и все думала, думала, позвонил Сергей. Он сказал мне то, что я так давно хотела услышать, то, чего я больше всего желала, о чем мечтала все эти месяцы. Он сказал, что любит меня, что я – единственная девушка, которая его понимает, что таких, как я, больше нет. От него я узнала о том, что мы, оказывается, созданы друг для друга!

Итак, полугодовой упорный труд увенчался успехом. Сергей был завоеван. Подумать только! Два месяца я разучивала «Кузнечика» и резала пальцы гитарными струнами. Я лишилась маникюра, врала лучшей подруге, отказала классному парню, слушала рэп, обмирала, соглашалась, ссорилась с родителями, терпела и ждала! До-ждалась...

И что?

Мне стало страшно. Нет, даже не страшно, а как-то пусто. Я привыкла жить в напряжении, привыкла к этой партизанщине, к постоянному подглядыванию, недоговариванию, просчитыванию вариантов.

Говорят, если человек долго воевал, то он потом с трудом привыкает к мирной жизни. Так и я, получив Сергея, не знала, что же с ним делать дальше. Я даже не знала, нравится ли он мне? Я стала сомневаться во всем.

Хорошо еще, у меня было время подумать. Если бы объяснение произошло не по телефону... не знаю, я могла наговорить лишнего.

Но Сергей был в другом городе. Мы договорились продолжить разговор, когда он вернется. В моем распоряжении оставалось лишь несколько дней! Надо посоветоваться. Но с кем?! Натка отпадает. Если бы Ирина не была сестрой Сергея, наверное, я бы позвонила ей. Близких подруг у меня больше нет. Остается мама.

И что я ей скажу? Я вообще не представляю, как об этом говорить с мамой! Но не могу же я держать все в себе, я с ума сойду!

Все решилось вечером. Мама приехала на дачу усталая и заявила: «Завтра никакой работы! Сплю!» Иногда я думаю: зачем она так много работает? Она же света белого не видит! Неужели и я тоже стану взрослой, начну вкалывать, думать о ремонте, кредитах, ценах, зарплатах... Мне не хочется так жить. А мама говорит, что с моими запросами мне надо было родиться в богатой семье. Для себя я давно решила, что непременно стану богатой. Не знаю как, но стану, уж придумаю что-нибудь. Ненавижу считать деньги! Ненавижу слова: «Это мы себе не можем позволить!» Почему кто-то может, а мы – нет? Почему мама убивается на трех работах, и папа тоже, между прочим, работает, а мы ничего не можем? Значит, не там они работают. И стоит ли тратить свою жизнь на такие работы?

Мы часто спорим с мамой на подобные темы, и она неизменно говорит: «Посмотрим, как у тебя получится» или: «Я приехала в этот город после школы, не имея ни денег, ни друзей, ничего. Однако замуж вышла, квартиру получила и тебя родила». По ее словам, она вполне довольна жизнью.

Взрослые всегда знают о тебе больше, чем ты сама. Что ж, вот я и решила узнать мнение мамы о моих отношениях с Сергеем. Я дождалась удобного момента. Мама уютно устроилась с книжкой в старом кресле на веранде. Я принесла ей чашку чая, присела рядом на скамеечке. Слова нашлись сами собой.

– Мама, Сергей предложил мне встречаться...

– Разве он не с Наташей встречается? – вспомнила мама.

– Они еще в марте расстались.

– Давно, – усмехнулась мама.

Я сразу же пожалела о том, что вообще начала этот разговор.

– Это все, что ты можешь мне сказать? – надулась я.

Мама миролюбиво положила мне руку на плечо:

– Не заводись. Сергей хороший парень. Просто у вас все так быстро происходит, я не успеваю отследить.

Я подняла голову и посмотрела ей в лицо. Мама улыбалась.

Я смирилась:

– Он скоро приедет, и я должна ему что-то ответить.

– Ты хочешь, чтоб я это сделала за тебя? – она продолжала шутить!

Я дернулась, чтоб встать со скамейки, но она удержала меня:

– Он тебе нравится?

– Не знаю!

Мама подняла руки.

– Все-все! – заговорила она скороговоркой, испугалась, что я опять зареву. А я и правда собралась. В том смысле, что мои слезы от меня как бы и не зависят. Ну как объяснить, что тебе плохо? Ведь не одна же я такая? Вот сидит рядом мама – самый близкий человек, и не чувствует, не видит, как я страдаю! Отчего так?

– Алина, я же не могу прочитать твои мысли, – внезапно сказала мама, как будто действительно их прочитала, – ты бы мне рассказала, а?

И я рассказала. Обо всем. О том, как я сначала влюбилась в Сергея, а он встречался с Наткой. Как я старалась избавиться от своего чувства, потому что не хотела предавать подругу. А сама Натка вешалась на шею Антону и не отпускала Сергея. Я говорила и говорила: о гитаре и уроках музыки, о том, сколько я сделала для того, чтобы понравиться Сергею. О том, как я, словно заправская подпольщица в тылу врага, собирала сведения о Сереже и его друзьях, как я добивалась его доверия, как вкрадывалась в его душу. Я полгода ходила по минному полю. Я, можно сказать, дышала через раз. Как мне было трудно! Я врала на каждом шагу! Я обманывала Натку, Сергея, Антона... Я всех обманывала! И вот чего я добилась в итоге: признания в любви!

Я говорила, а мама только глазами хлопала. Не ожидала. Еще бы! Я сама от себя не ожидала.

– Натка знает? – спросила мама.

Я покачала головой.

– Никто не знает... Точнее, Натка догадывается, – нехотя ответила я.

Мама тяжело вздохнула:

– Сложный случай. – Она подумала немного. – Когда, ты говоришь, они рассорились? В марте? Но ведь ты не виновата в их ссоре?

– Нет.

– Ты беспокоишься о том, что скажет Натка, когда узнает? Или... – Мама пристально взглянула мне в глаза. – Ты, кажется, сказала, что не знаешь, нравится ли тебе Сергей?

Все-таки до нее дошло!

– Ну да, – согласилась я, – теперь не знаю.

– Жестоко, – проговорила мама, – по отношению к Сереже это жестоко...

– Я понимаю!

Мама встала с кресла и прошлась по веранде.

– Вот что, – твердо заявила она, – не крутила бы ты парню голову!

– Что же мне его, послать? – растерялась я.

– Прямо так уж и послать?! – Мама покачала головой, прикинула что-то. – Вы же друзья? Вот и оставайтесь друзьями.

– Легко сказать! Он же мне в любви объяснился!

– По телефону, – напомнила мама, – ты же не знаешь, что он будет говорить, когда при-едет. И вообще, если действовать с умом, можно все спустить на тормозах.

Я слушала ее и глазами хлопала.

– Как это, на тормозах?

– Ну, знаешь! – Мама развела руками. – Это же просто. Не говорить ни да, ни нет, выждать время, а там видно будет.

– Опять врать? – прищурилась я.

– Не врать, а не говорить всей правды, – поправила меня мама. – Устрой и себе, и ему испытание чувств. Возможно, Сережа признался в любви сгоряча, такое бывает. Парня бросит девчонка, он спешно ищет замену – от тоски, от обиды или еще почему-то. А твоя влюбленность? Куда она подевалась? Возможно, ты все-таки неравнодушна к нему, вот и разберись. – Мама снова плюхнулась в кресло. – Ну и задала ты мне задачку! – добавила она. – Вам об учебе думать надо, а не о любви.

Ну конечно, вспомнила! Я так и знала, что этим все закончится. И все-таки кое-что интересное я услышала. Надо разобраться!

Странно, но после беседы с мамой я как-то успокоилась. В самом деле, что произошло? Да ничего особенного. Пусть все идет как идет.

Глава 16

Девушка Сергея?

Как бы я ни храбрилась, но, когда Сергей вернулся и прибежал ко мне, моя решимость покачнулась.

Он явился, прижимая к груди розового зайца и букет пионов. Вид у него был такой сияющий, словно он предложение собрался мне сделать. Ну, просто цирк! Мама как раз дома была, но она быстренько ретировалась в кухню, оставив меня разбираться.

Я провела Сережку в комнату и, не зная, как надо себя вести, залепетала какую-то чепуху. Но он перебил меня:

– Алина, так что ты ответишь?

У него сразу лицо сделалось такое испуганное, да я и сама испугалась, мне же не приходилось до сих пор принимать такие решения.

– Сережа...

Я начала мучительно подбирать слова, а они, как назло, не подбирались.

– Все это так неожиданно... Я хочу сказать...

Он потянулся ко мне, хотел обнять, я отстранилась, показала на дверь, прижала палец к губам.

Он опомнился, отступил:

– Да, да, я понимаю, конечно, но ты хотя бы ответь: я тебе нравлюсь?

Я кивнула с самым серьезным видом:

– Сережа, ты мне нравишься. Ты знаешь, как я к тебе отношусь. Я, честно говоря, удивилась, когда ты позвонил и предложил встречаться. Разве мы с тобой и так не встречаемся?

– Но я имел в виду совсем другое, – несмело улыбнулся он.

Я усадила его на диван и села рядом.

– Сережа, мне трудно об этом говорить, но ты же встречался с Наткой. Она моя подруга, если ты помнишь. Я привыкла воспринимать тебя как ее парня.

Он опустил голову:

– Ты мне не веришь...

– Я тебе верю. Но поставь себя на мое место!

Он долго молчал, наверное, представлял себя на моем месте. Наконец произнес:

– Да, я тебя понимаю...

«Кажется, получилось», – мысленно обрадовалась я.

– Алина, – позвал он.

– Да?

– Я не хочу тебя потерять.

– Не теряй. – Я улыбнулась. В этот момент я почувствовала, что снова влюбляюсь в Сергея. Вот же он, со мной, рядом, и если я захочу, то он будет моим парнем. Я посмотрела на его профиль, отметила, что на лице его появился загар от майского солнца, вон, даже кожа на носу шелушится. Хоть бы он обнял меня, что ли... Нет, не сейчас, лучше не надо, а то я совсем раскисну.

– Что же нам делать? – спросил он.

– Ничего, пусть все будет как было, – предложила я, – помнишь, как ты в марте сказал?

Он покрутил головой, отгоняя какие-то свои мысли:

– Алина, только честно, у тебя есть кто-нибудь?

Кажется, я это уже слышала, и не от кого-нибудь, а от Антона. С ума сойти! Давно ли?

Я рассмеялась:

– Шутишь? Я же все время с тобой.

Он тоже улыбнулся.

Мама стукнула в дверь и крикнула:

– Ребята, идите чай пить!

Молодец, вовремя.

Я справилась. Гроза миновала. Сергей успокоился. Мы по-прежнему встречались после занятий и почти все свободное время проводили вместе.

Учебный год подходил к концу. Сергей и его друзья сдавали экзамены. Натка с нетерпением ожидала начала лета, потому что ее все «достало» и она мечтала поскорее вырваться из надоевшего ей города. Антона она разлюбила. Или делала вид, что разлюбила, во всяком случае, теперь она надеялась встретить «парня своей мечты» на морском берегу. Даже разработала целую программу на лето.

Глава 17

У озера

В начале лета, сразу после сессии, ребята решили отдохнуть на озере. Естественно, они устали, всем хотелось сбросить напряжение, «выдохнуть» и расслабиться. Я много слышала об этом озере, но ни разу там не была. У нас дача на реке, так что летом мы там живем или уезжаем куда-нибудь с родителями. Те, у кого дачи нет, заполняют городские пляжи. Я туда не хожу – слишком грязно и многолюдно. А до озера не каждый доберется, если только на машине, да и далековато ехать. То есть такое место – для избранных. Естественно, когда Сергей предложил мне поехать, я сразу согласилась. Родители не препятствовали, привыкли. Сергей им нравился. Тем более что ни о каких ночевках речи не шло. Мы собирались вернуться вечером.

Поехали, как обычно, на двух машинах. Только Натки с нами не было, укатила к далеким морским берегам, покорять тамоших принцев. Я очень надеялась, что лето пойдет ей на пользу. Было бы здорово, если бы мне не пришлось больше обманывать ее. Провожая ее на вокзале, я от всей души пожелала Натке самых ярких впечатлений и головокружительной любви.

– Не скучай, – ответила она.

– Постараюсь, – кивнула я.

Натка уехала, а я осталась.

Утром за мной заехали ребята. Сергей вышел из Ромкиной машины и позвал меня к себе. Но я знала, у Ромки нет кондиционера, а меня в машине укачивает, к тому же стояла страшная жара.

Я покачала головой и попросилась в машину Ильи. Сережка нахмурился: «Что за капризы, Алина?» Но его перебили. Илья, услышав мою просьбу, махнул рукой: «Садись». Я подошла к передней дверце. Она тотчас распахнулась, и какой-то беловолосый красавец, чуть ли не двухметрового роста, с трудом выбрался из машины, уступая мне место. Я поблагодарила его взглядом и уселась. Одновременно я услышала, как хлопнула дверца Ромкиного автомобиля. Сережка больше не сказал ни слова. Ромка покатил вперед, Илья – за ним.

Я решила не обращать внимания на Сережкины закидоны. Подумаешь, потом разберемся.

Обернулась, чтоб поблагодарить незнакомца. Он сидел рядом с Кириллом, коленки доставали до подбородка, но, казалось, его это не смущало, он улыбался.

– Спасибо, – сказала я.

– Не за что, – отозвался он.

Илья представил парня:

– Это мой сокурсник, Андрей.

– Очень приятно, Алина.

Мы пожали друг другу руки через спинку сиденья.

Не буду скрывать, Андрей мне понравился. Во-первых, красавец, во-вторых, хоть он и был ровесником Ильи, но казался гораздо взрослее, а значит, серьезнее. Он-то сразу понял, что я не капризничаю, что меня просто укачивает и мне не хочется каждый раз объяснять это.

Всю дорогу я крутила головой, разговаривая одновременно с Андреем, Кириллом и Ильей. Что и говорить, лестно, когда вокруг тебя трое парней, которые всячески пытаются тебе понравиться. Я развеселилась и немного кокетничала с ними. Изредка я посматривала на идущую впереди машину, где находился обиженный Сережка, и чем дальше мы отъезжали от города, тем сильнее мне хотелось обратно. На самом деле: куда я еду и зачем? Сергей пригласил меня на озеро, при этом бросил, можно сказать, на произвол судьбы. Хорошо, что я знаю Кирилла и Илью, но ведь не с ними же я собиралась отдыхать! Я испытывала легкое беспокойство и одновременно – досаду и раздражение. Сережка, самый лучший Сережка, тот парень, из-за которого я столько месяцев страдала, столько времени потратила на то, чтоб получить его! Тот самый Сережа, объяснявшийся мне в любви, теперь ехал в другой машине, а я должна была зубоскалить с его друзьями только потому, что он на меня разозлился. В чем он меня обвинил: в капризе? Я не капризна, возможно, он не знал, что меня укачивает в машине, но мог бы спросить, я бы ответила, объяснила. А он вместо этого сделал вид, что знать меня не знает. Может быть, попросить у Ильи, чтоб он отвез меня домой? Как-то неудобно...

Вот так я мучилась всю дорогу. И только когда мы приехали, я вышла из машины, взглянула вокруг и тихонько засмеялась.

Мы остановились на откосе. Я подошла к самому краю, подставила лицо ветру и закрыла глаза. Как хорошо!

– Смотри, улетишь. – Кто-то положил мне руки на плечи. Я обернулась и увидела Андрея.

– Было бы здорово, – согласилась я, вглядываясь в озерную рябь внизу, в темную кромку леса на противоположном берегу, в высокое небо с редкими клочками облаков.

– Красиво, – согласился Андрей, словно подслушал мои мысли. – Но стоять на самом краю опасно, идем.

Он протянул мне руку, я оглянулась в поисках Сергея, но его не было, он ушел вперед со всеми. И тогда я решительно взяла Андрея за руку. Ну и пусть!

Мы сбежали вместе по тропинке к самому пляжу. Я сразу же разулась и погрузила ступни в нагретый солнцем чистый песок.

Народу было немного, я заметила лишь несколько машин. Пляж казался огромным, как будто мы очутились на морском побережье. Если бы не видимость противоположного берега, иллюзия была бы полной. Загребая песок, я медленно побрела к воде. Андрей подошел к ребятам. Я не смотрела в их сторону, ждала: вот сейчас подойдет Сережка, мы поговорим, все образуется... Но он не подошел. Тогда я разделась, кинулась в теплую воду и поплыла. Мое тело сразу же почувствовало разницу: озерная пресная вода, в отличие от морской, не выталкивала, а обволакивала, затягивала. Еще бы, плотность-то меньше! Еще на физике говорили. Но я плыла упорно, как привыкла на море, в штиль, когда нет высоких волн и море качает тебя в ласковых ладонях.

Постепенно лишние мысли исчезли из головы, словно их вымыло водой, я забыла о времени. Видела воду, чувствовала ее и еще, пожалуй, жар от солнца, а само солнце сверкало бликами на воде и слепило глаза. Я барахталась в солнечных зайчиках...

Бывают такие мгновения, когда кажется, что в мире ничего и никого не существует, кроме тебя. Вот и я погрузилась в ощущение собственного одиночества. Тем более странным показался звук, настигший меня издалека. Он приблизился, сначала неотчетливый, потом я услышала плеск, сопение и... увидела мокрое человеческое лицо.

Андрей, видимо, поднырнул под меня и, вынырнув, заставил остановиться. Сбоку, отфыркиваясь, появился Кирилл, а с другой стороны – Антон.

– Алинка, далековато ты заплыла, – отдуваясь, произнес Антон. – Давай-ка к берегу!

Я обернулась и, честно говоря, испугалась. Действительно, мы болтались чуть ли не на середине озера. Но я не показала своего страха. Храбро улыбнулась и повернула к пляжу. Мои сопровождающие плыли рядом, причем я видела, что Антон и Кирилл устали с непривычки, и только Андрей бодро нарезал круги, оберегая нас троих. Я тоже устала. То и дело переворачивалась на спину, отдыхала и плыла снова. Андрей несколько раз пытался помочь, но я отказывалась.

Наконец мы достигли вожделенного берега и все вместе вывалились из воды прямо на песок. Над нами молча стояли Сергей, Ирина, Ромка и Илья. Я подняла голову. Лица у них были испуганные.

Сергей бросился ко мне и накинул на плечи полотенце.

– Глупая, – сердито сказал он, обнял меня и, не оглядываясь на остальных, повел прочь от берега.

– Эй, куда девушку увел! – крикнул Андрей.

Я вырвалась и быстро пошла вперед.

Они нагнали меня вдвоем. Сергей, не обращая внимания на Андрея, взял меня за руку. Но я не сдавалась. Руку отняла. Андрей сразу же подхватил меня под мышки, усадил на плечо и побежал. Я хохотала как сумасшедшая.

Андрей принес меня к месту стоянки, усадил на плед и упал рядом на живот. Подошли ребята. Сергея не было. Ирина, посматривая на меня как-то странно, принялась разбирать сумки с едой. Андрей хлопнул себя по лбу:

– Совсем забыл! Я же целый ящик пива взял!

И действительно, ящик обнаружился среди прочей поклажи. Почему-то это пиво вызвало радостное возбуждение у ребят. Антон и Кирилл тут же взяли по бутылке, чокнулись с Андреем и с удовольствием принялись пить прямо из горлышек. Андрей положил голову мне на колени и убирать ее не собрался. Кирилл вдруг расхрабрился и тоже начал подкатывать ко мне с ухаживаниями. Как с цепи сорвался. Ирина отогнала от меня ребят, заставила их идти за дровами. Когда они ушли, она шепнула:

– Иди поищи Сережку.

Я бы не пошла, но не хотелось огорчать ее.

Я брела вдоль кустарника, заглядывала за деревья и наконец обнаружила Сергея. Он сидел, обхватив руками колени, и смотрел на озеро.

– Ты что? – брякнула я.

– Захотелось побыть одному...

Он не взглянул на меня.

– Там тебя Ирина зовет, – беспомощно оглянувшись, произнесла я.

– Хорошо.

– Дрова нужны.

– Ты за этим сюда пришла? – Сергей все-таки посмотрел на меня. У него были такие глаза, словно он заболел.

– Если я тебя раздражаю, то уйду. – Я отвернулась. – Мне только непонятно, зачем ты меня сюда привез?

– Теперь вижу – не надо было, – внезапно огрызнулся он.

Я больше не хотела его слушать, побежала прочь. Он догнал меня, остановил:

– Как ты себя ведешь?

– Не твое дело!

– Я думал, ты не такая, как все, не такая, как Наташа, а ты...

Он даже побледнел, глаза стали злые, как две ледышки.

– Я тоже думала, что ты меня любишь! – неожиданно для самой себя выкрикнула я.

– Если ты так думала, то почему же позволила Андрюхе себя обнимать?

– Да? А ты почему? Почему позволил ему обнимать свою девушку?! – Все, больше я не выдержала. Предательские слезы полились по щекам. Закрыв лицо руками, я села на песок и зарыдала в голос.

Я думала, что Сергей уйдет и больше не вернется. Но вдруг почувствовала, как его рука легла мне на плечи. Он прижал меня к себе, погладил по голове, приговаривая:

– Ну, прости, прости меня, я виноват... пожалуйста, не плачь! Я думал, что Андрей мне друг, а он – крыса!

– Почему это он крыса? – Я всхлипнула и вытерла слезы ладонями.

– Потому что он обнимал мою девушку.

– Интересно, откуда он мог знать, что я твоя девушка? – напыжилась я. – Ты же не сообщил ему об этом.

– А зачем ты прыгнула к нему в машину?

– Не к нему, а к Илье! И не прыгнула, а села, потому что меня укачивает, а у Ильи в машине кондиционер. Вот!

Сергей обхватил меня обеими руками, прижал к себе. Так мы с ним сидели на песке, обнявшись, и препирались. Прямо семейная сцена! Он мне говорил, что у Андрея девушка есть, они уже несколько лет встречаются и собираются пожениться. Именно поэтому Сергей его крысой назвал. Потому что он за спиной у своей невесты с другими крутит. А я в ответ заявила: «Может, я ему понравилась?» Сергей стал меня убеждать: «Нет, не понравилась, это он от скуки». Как будто я и понравиться никому не могу! И на Кирилла он злился, хотя при чем здесь Кирилл? Если честно, то именно он, первый из всей компании, предлагал мне встречаться. Только про Антона Сергей не сказал ни одного плохого слова. Оказывается, Антон – единственный, кто знал о наших с Сергеем отношениях. А я еще удивлялась, почему это Антон перестал за мной ухаживать.

Долго мы так спорили, пока нас ребята не нашли.

Андрей смеялся:

– А я и не знал, что ты – его девушка.

Я только плечами пожала в ответ. Андрей – ничего, утихомирился. Зато у Кирилла стало такое лицо, словно его по голове стукнули.

Ирина не удивилась, Ромка тоже. Илья немного растерялся. Но потом все успокоились. Сергей уже не отходил от меня. Заботливо намазал мои плечи кремом, чтобы я не сгорела на солнце, гонял Андрея, когда тот начинал со мной заигрывать.

В общем, я чудесно провела день, если не считать утреннего недоразумения.

Глава 18

Ревность

На обратном пути Илья предложил заехать к нему в гости. Андрей обрадовался и сразу же стал уговаривать меня. Я согласилась. Еще бы! Я никогда не была у Ильи. Мы с Сережей и Кириллом сидели на заднем сиденье. Получилось так, что мы всю дорогу болтали с Андреем, не обращая внимания на остальных. Конечно, я спросила Сергея, но так, как будто вопрос уже был решен. Он надулся и начал отказываться.

Все-таки Илье удалось его уговорить.

Вскоре мы подъехали к большому дому, окруженному садом. Я никогда раньше не бывала в таких домах. Отец Ильи – человек действительно богатый. Дом был скорее похож на небольшой замок.

Я прошла по садовой дорожке, полюбовалась ухоженными клумбами, мы поднялись на веранду, оттуда Илья провел нас в дом. Мы очутились в большом холле, соединенном с кухней-столовой. Ребята расселись кто где, а мне захотелось осмотреться. Илья повел меня по другим комнатам, показал кабинет отца, спальни, комнаты для гостей. Мы спустились в подвал, где были бассейн, тренажерный зал и сауна. Честно сказать, я ходила, как по музею, даже поймала себя на мысли, что руки держу за спиной, чтоб ненароком ни к чему не прикоснуться.

Не знаю... Чтобы жить в таких хоромах, надо иметь привычку. Пока Илья показывал мне дом, Андрей распоряжался на кухне, на правах своего человека. Я так поняла, что он частенько гостил у Ильи. Сергей как сел в кресло, так и не двинулся оттуда. Жаловался, что не выспался, а теперь у него болит голова. Я-то знала, что он просто злится на меня. Ну и пусть, решила я.

Андрей вывел меня на веранду, оттуда мы спустились в сад, Андрей нарвал для меня букет цветов, в общем, он чувствовал себя как дома. Илья не препятствовал, значит, все было нормально.

Наконец Сергей наговорил грубостей Кириллу и вызвал такси.

– Мне надо домой, – заявил он. Я не стала сопротивляться. Видела, что он на пределе.

В такси мы поссорились. Сергей ругал меня, Андрея, Кирилла. Он говорил, что у него остался единственный друг – Антон, и только ему он верит.

– Знаешь, – сказала я, – это уже невыносимо! В чем ты пытаешься меня обвинить? Что плохого я сделала? Ты утверждал, что я капризничаю, а сам хуже ребенка! Вот зачем ты всем испортил настроение?

Я отчитывала его, как маленького. В самом деле, что за собственнические претензии? Я что, должна сидеть у его ног и заглядывать ему в лицо? Я так разошлась, припоминая все его необоснованные обвинения, что даже излишне увлеклась. А он слушал молча. Наверное, впервые я говорила, а он слушал, не перебивая. Думала: сейчас мы расстанемся и больше не увидимся никогда. Но Сергей неожиданно произнес:

– Да, наверное, я был не прав...

И мы снова помирились, уже во второй раз за сегодняшний день.

Андрей, между прочим, звонил мне, и не раз. После знакомства с ним я поняла, что значили Наткины слова о настоящем мужике-завоевателе. Потому что Андрей именно такой. Я знала, что у него есть девушка, к тому же Андрей – слишком взрослый для меня, но что же делать, он мне понравился, не мог не понравиться. И мне было лестно осознавать, что я тоже понравилась ему, хотя Сергей и отрицал это. Мне хотелось доказать Сергею свою правоту, и я рассказывала ему о звонках Андрея. Он только плечами пожимал. Я видела и знала – ему неприятно, когда я говорю об этом, но продолжала рассказывать. И еще мне стало понятно Наткино стремление к свободе. Когда она встречалась с Сергеем, я завидовала ей, а она – мне. Именно потому, что я была ничьей! Теперь же Сергей пытался ограничить меня, сделать своей. А я не понимала почему?! Наверное, Натка тоже этого не понимала.

Вопросов всегда больше, чем ответов. На то они и вопросы.

– Разве я не могу никому понравиться? – спросила я у Сергея.

– Наоборот, – ответил он.

– Так почему же ты споришь?

– Разве ты не понимаешь? – В его словах была горечь. – Я ревную!

Ревнует? Я не знала, радоваться мне или огорчаться. Ревнует – значит любит? А я? Люблю ли я?

Наши друзья постепенно разъехались, и наступили две счастливые безмятежные недели. Четырнадцать дней, которые мы с Сергеем провели вдвоем. Наши размолвки были забыты, нам никто не мешал, и, самое главное, мы не мешали друг другу. Я приходила к нему с утра и проводила с ним целый день. Иногда мы гуляли по городу или ездили к нам на дачу. Все было так чудесно, даже не верилось, что такие отношения вообще возможны. Мы дарили друг другу всякие приятные вещички, мы все время держались за руки, мы не могли надышаться друг на друга.

Через две недели мы, так и не опомнившись от нашей любви, расстались. Он уехал домой. Я – с родителями на море.

– Я люблю тебя, – шепнул он на прощание.

– Я люблю тебя, – отозвалась я.

Вместо эпилога

Мы продолжали писать друг другу эсэмэски, нежно ворковали по телефону, говорили о любви, о том, как мы соскучились, как наконец встретимся.

Скучала ли я? Не знаю, наверное, скучала, особенно в первые дни после разлуки. А потом отвыкла. Не сразу, постепенно.

Однажды, разговаривая с Сергеем по телефону, я почувствовала в душе некую фальшивую нотку... Я перестала быть искренней. Просто тараторила положенные в таких случаях слова.

И все-таки я ждала его. Ругала себя за равнодушие, уговаривала: вот он приедет, и все снова будет хорошо. Верила и не верила.

Словно я сама себя пыталась убедить в том, что люблю его. Возможно ли заставить себя любить? И какая она, любовь? Вдруг я обманываю себя? Потому что, когда любишь, не замечаешь недостатков любимого человека, тебе радостно оттого, что он живет, и, когда вы с ним встречаетесь, словно солнце восходит после долгой ночи.

А Сергей? Любит ли он меня? Возможно – да. Возможно, это расставание просто дает нам шанс подумать, решить для себя что-то важное, без чего дальнейшие отношения теряют смысл.

Нет, я не хочу никаких «серьезных разговоров», всех этих разборок: «Ах, ты меня любишь меньше, чем я тебя...» Я надеюсь, что у нас все будет правильно. Ведь главное уже было сказано. А дальше – время покажет!

Content

Ирина Щеглова
Урок флирта

Глава 1 Знакомство

Глава 2 Непредвиденные обстоятельства

Глава 3 Сергей и компания

Глава 4 В гостях

Глава 5 Уроки музыки

Глава 6 Новогодняя вечеринка

Глава 7 Партизанская война

Глава 8 Любовный треугольник

Глава 9 Клубный день рождения

Глава 10 Международный женский день

Глава 11 Объяснение

Глава 12 Разрыв и последствия

Глава 13 Все еще просто друзья

Глава 14 Он далеко не так идеален

Глава 15 Пикник

Глава 16 Девушка Сергея?

Глава 17 У озера

Глава 18 Ревность

Вместо эпилога