Барт Карл

Мнгновения

Успокоенный дух

Удивление

… И изумятся и затрепещут от всех благодеяний…

Книга Пророка Иеремии 33:9

В начале любой богословской мысли, любого богословского поиска, у истоков любой попытки богословского осмысления реальности находится удивление; именно оно дает жизнь каждому слову о Боге. Природа его загадочна. Его отсутствие превращает в карточный домик величественные мыслительные построения лучших религиозных философов; но самый незначительный богослов еще не потерян для своей задачи, если его не покинула способность удивляться. Что мы обычно называем удивлением? Чувство, которое мы испытываем, впервые столкнувшись с чем-то незнакомым, будь то духовное или физическое явление: мы не знаем ни его происхождения, ни сути, мы не можем сразу вписать его в круг наших представлений; пока мы не поймем его, оно кажется нам странным и таит в себе угрозу. Удивление, которое охватывает нас, когда мы задумываемся о Боге, совсем иное, хотя и оно побуждает нас к познанию. Мы знаем, что нам никогда не будет по силам постичь то, что всегда непостигаемо, привыкнуть к тому, что всегда ново, приручить то, что всегда сильнее нас. Если мы позовем на помощь науку и прогресс, то увидим, что вопросов о природе этого явления становится все больше, а удивление не покидает нас, но наоборот — все сильнее и сильнее овладевает нами. Тот, кто хоть раз ощутил всеми силами души это удивление, будет потом не таким, как прежде; он сохранит в себе это удивление, это изумление и трепет, навсегда.

Великий Бог

… Величит душа Моя Господа…

Евангелие от Луки 1:46

Бог хочет, чтобы мы его возвеличили в нашей тяжелой жизни, наполненной невзгодами и нуждой. Что же мы должны сделать, чтобы «возвеличить Бога»? В простом ответе на этот вопрос содержится великое и бесконечное чудо: в каждый момент нашего земного пути — неразличимого мгновения в вечности, в каждый момент нашей короткой жизни, среди забот, борьбы и тревог Бог призывает нас почувствовать Его Господом нашим.

Почему? Потому что Он есть Бог! Только поэтому; вовсе не потому, что мы считаем это полезным для нашей жизни, но потому что Он есть Господь Бог наш. Считать Его нашим Господом в мыслях, чувствах, «при свете совести»; не уставать говорить себе: «Он — Господь Бог, Он хочет быть Господом Богом в моей жизни; я могу в каждый — большой или маленький, важный или будничный — момент моего пути признать его Господом моим» — именно это и значит «величит моя душа Господа».

Тогда Он будет и для нас Тем, кто Он есть в действительности. В этом — Его милость; быть твоим или моим Богом, быть возвеличенным нами — Он не считает это мелким для Себя.

Смех, который утешает

Кто обращал взор к Нему, те просвещались.

Псалом 33:6

С теми, кто обращает взгляд к Нему, к Иисусу Христу, происходит изменение, рядом с которым любая из революций кажется незначительной. Те, кто с верой и надеждой обращает к Нему взгляд, становятся детьми Его здесь, на земле. Изменение это внутреннее, но природа его такова, что оно не может оставаться только внутри человека; оно обязательно проявляется и наружно. Человек начинает светиться — ровным, добрым светом. Этот свет отражается на лице, в глазах, в словах и поступках. Что бы не случилось с таким человеком, какие бы страдания не было суждено ему пережить — наперекор всему ему дана великая радость. Это не пустая легкомысленная веселость, которая легко приходит, но и уходит без следа; это глубокая, постоянная, осознанная радость. Она проглядывает сквозь все невзгоды, сквозь печаль — даже если такой человек печален. Каким бы ни был этот человек по характеру, по нему заметно, что в глубинной своей основе это человек радостный. Он обрел — не будем робеть перед этим словом — смех; этот смех он не в силах сдержать и тогда, когда обстоятельства, казалось бы, вовсе к смеху не располагают. Смех его не злой, но добрый, не глумливый, но щедрый и утешающий; это не хитрый и лицемерный дипломатический смех — неотъемлемая принадлежность политики — но смех искренний, исходящий из глубины сердца.

Юмор

… Ибо воссмеетесь.

Евангелие от Луки 6:21

Если у человека есть чувство юмора, значит, душа его не заснула, не застыла; она живет и находится в движении. Юмор возникает тогда, когда мы с особой отчетливостью чувствуем двойственность нашей природы: как дети Божьи мы принадлежим вечности; как люди мы живем и действуем во времени. Юмор выносит за скобки всю серьезность настоящего; юмор появляется в борьбе с серьезностью настоящего. Но в этой борьбе мы — дети Божьи — не можем всегда оставаться серьезными. Будущее, уготованное нам Богом, проявляется улыбкой — улыбкой грустной, улыбкой сквозь слезы; веселостью, с которой мы должны принимать серьезное и грустное настоящее — то, что находится в скобках. Эта улыбка, эта веселость — они несут в себе будущее. Поэтому настоящий юмор отличается от ненастоящего именно тем, что в начале его находятся знание и страдание. Мы внезапно видим скобки, в которых сами и находимся, — так начинается юмор; поэтому вполне естественно прежде всего обращать юмор на самих себя и только потом — на других. Тогда и только тогда в нашем юморе не будет яда и желчи, но будет утешение и освобождение, даже если мы обратим его на других. Только тот, кто от души посмеялся над самим собой, имеет право смеяться над другими; а тот, кто искренне смеялся, когда смеялись над ним, выдержал последний, самый трудный экзамен. На

этом экзамене с позором проваливаются многие из тех, кто с гордостью называли себя юмористами.

Сила и слабость

… Начав утопать, закричал: Господи! Спаси меня.

Иисус тотчас простер руку, поддержал его…

Евангелие от Матфея 14:30–31

Петр тонет в море, по которому ходит Иисус. Но пока злые волны бессильны перед Иисусом, у Петра есть надежда на спасение. Он должен сделать только одно: целиком и полностью довериться Иисусу. Когда христиане, возлюбленные дети Божьи, теряют силы и мужество, они все же остаются призванными. Это их судьба, их миссия, их долг. И великие слуги Божьи совершали недостойные поступки, предавали Бога, но Он не оставил их, как не оставляет никого из тех, кто верит в Него. Когда мы совершаем предательство, Он остается верным, и мы не должны забывать об этом. Когда мы гибнем, нам остается только одно — всем сердцем призвать Его: «Господи, помоги мне!» В этом отчаянном призыве «из глубины», призыве к милости Божьей — единственная наша надежда на спасение. Теперь не нужно никуда спешить, нужно лишь ждать. Ждать новых сил для новых дел. Мы теряем силы, мы начинаем тонуть, и Господь позволяет это, чтобы затем мы смогли стать сильнее — сильнее, чем были когда-либо. Иисус «поддержал его». Его поддержка — величайший дар; надежда на нее всегда остается у того, кто ослабел. Ощутив ее, он станет самым сильным, сильнее

любых силачей. Господи! Помоги нам научиться обращать все наши надежды, всю нашу веру только на одно: «Истинно Ты сын Божий», Ты наш Спаситель!

Под покровительством

… Я успокою вас.

Евангелие от Матфея 11:28

Спокоен не тот, кто ни о чем не беспокоится; не тот, кто ленив и эгоистичен и гонит от себя все заботы. Подавленное беспокойство — это не спокойствие. Спокоен тот, кто среди забот и волнений всегда ощущает, что он не один, что он под защитой. Такой человек вовсе не обязательно должен быть безрассудным и бросаться стремглав навстречу всевозможным опасностям — нет; но он твердо знает, что ему не нужно беспокоиться, ибо он находится под покровительством. Спокоен и тот, кто знает, что всегда свободен — какими бы неспокойными ни были его обстоятельства. Свободен же тот, кто, видя со всех сторон вокруг себя преграды — множество преград, барьеров и ограничений, — одновременно может увидеть, как все они рушатся, и огромный мир — мир Божий — открывается перед его глазами и радостно приветствует его. Он — обитатель Божьего мира, ибо уже сегодня ему дано увидеть, как ничтожна и недолговечна его темница и как безграничен и вечен этот мир. Спокоен и тот, кто среди тревог никогда не забывает о своем месте, о своем пути в жизни — том пути, который ему предназначен. Спо

коен тот, кто знает, что в мире есть нечто бесконечно более важное — и более высокое, — чем его собственные желания и мечты, чем все чужие выдумки, пустые и навязчивые, чем слепой случай, который влечет его в разные стороны. Кто из нас спокоен в этом смысле? Иисус говорит: «Я успокою вас».

Покой

И дал им Господь покой со всех сторон…

Книга Иисуса Навина 21:44

Тому, кто ищет покоя, в этом занятии не помогут ни психология, ни астрология; ничему не научат его пособия по воспитанию и самовоспитанию; не будет толка ни от каких экспериментов — словом, он может смело отказаться от всего этого хлама, который так мил нашему сердцу. Все это может лишь немного приоткрыть завесу над этой тайной — тайной покоя. Только когда мы узнаем, что такое настоящий покой, эти вспомогательные средства смогут пригодиться — во всяком случае, не смогут навредить; так детям приносит радость и пользу игра, когда она своевременна и уместна. Но все эти милые пустяки никогда не заменят нам настоящего покоя. Почему? Потому что мы должны знать о Боге, помнить о Боге, чтобы среди волнений и сумятицы нашей жизни знать, что мы под защитой (а это и значит — обрести покой). О Боге же мы можем узнать только от Бога, и никак иначе. Только Бог ясно говорит Сам о Себе; воплотившись во Христе, Он обращается к каждому из нас и обещает нам отпущение грехов и жизнь вечную.

Итак: только Христос может дать нам покой. Именно об этом Он и говорит: «Я хочу дать вам покой». Нам позволено услышать это от Него Самого, от Господа, сшедшего с небес. То, что Он дает нам — это покой. И тот, кто принял Его дар, тот обрел покой.

Быть довольным

Господь — Пастырь мой, я ни в чем не буду нуждаться.

Псалом 22:1

У кого в сердце есть Бог, у того есть все. Мы можем заблуждаться, нас часто охватывают суетные желания, но Господь всегда рядом с нами; Он знает, что нам нужно на самом деле. Только в Боге мы должны искать успокоения и радости. Человек не самодостаточен по природе; он не может найти радость и спокойствие в себе самом, ибо он всего лишь человек, но не Бог. Но тот, кто всегда и везде, во всех бедах и невзгодах, видит величие Бога, того не сломят никакие угрозы и испытания; он получил утешение, утешение действенное и верное, ибо в нем заключена истина. Из этого чувства и рождается настоящая радость. Величие Господа состоит в том, что Он не остается «Богом в Себе», но являет Свою сущность и нам, что и на нас Он проливает Свой свет; Он находит радость в том, чтобы быть нашим Пастырем. Тот, кто ощутил это, может сказать о себе: «Я ни в чем не буду нуждаться». Чувство, что мы в чем-то нуждаемся — это проявление нашей закрытости, нашей неспособности увидеть величие Бога; это сопротивление власти Бога — власти нашего

Пастыря. Как мы можем быть такими упрямыми и неблагодарными? Господь — мой Пастырь, и поэтому я ни в чем не буду нуждаться — прежде всего, в том, чтобы быть упрямым и неблагодарным.

Не заботиться

… Не заботьтесь…

Евангелие от Матфея 6:25

Невозможно одновременно верить и заботиться; если мы верим, мы отдаем все наши заботы Господу. Тот, кто живет иначе, не верит в Бога по-настоящему. Душа такого человека гибнет; жизнь его рушится, он теряет мужество и волю; он ни в чем не находит опоры. Он не знает, как спастись, как свернуть с этого пути, который ведет в пропасть. Он мечется и не находит себе места. Силы — внешние и внутренние — силы, данные ему Богом, покидают его, и он становится тем, кем был в самом начале своего пути — маленьким человечком, немного безрассудным, немного непрактичным во всем, за что берется. И тогда — тогда все кончено. Трагедия церкви — всегдашнее маловерие людей. Ах, люди всегда верили так сильно и смело! Но трагедия всегда и заключалась именно в том, что в своей вере они смотрели не в ту сторону — в сторону, где не было Иисуса, но были тактика и практика, было собственное «я» и его сложные переживания, были люди и мировое развитие. Если бы они верили — и только, тогда им не нужно было бы верить так смело. Тогда бы и горчичное зерно могло сдвинуть с места горы.

Не бояться

… Не бойтесь…

Евангелие от Матфея 10:26

Что мы должны делать, чтобы на земле был мир, чтобы люди не стремились к войне? Прежде всего: мы не должны бояться — бояться тех, кто окружает нас. Вполне естественно, что в нынешнее время многие испытывают такого рода страх; это понятно, но тем не менее неправильно, более того — разрушительно! Те, кто живут так, как будто Господь не воскрес из мертвых и не преодолел смерть, те, кто видят в каждом человеке хищника, готового наброситься в любую секунду — те люди никак не помогают делу мира. Второе: кто не хочет бояться, должен твердо решить для себя: «Я буду жить своим умом, доверять своим глазам и ушам и не позволю ввести себя в заблуждение; никакая пропаганда, никакое общественное мнение не смогут обезличить меня и сделать меня частью толпы». В мире сейчас слишком мало свободных людей — поэтому слишком много опасностей и угроз. И третье: тот, кто принимает в сердце страдания и беды других людей, тот, кто помогает, но делает это, не ожидая славы — или даже благодарности; тот, кто не носится со своими поступками, идеями — со всеми проявлениями своей драгоценной персоны, — тот тоже не боится. Опасность войны происходит и оттого, что слишком много людей относятся к самим себе слишком серьезно, страшно серьезно… Тот, кто не способен

жалеть других и — хотя бы немного — смеяться над собой, и есть один из пресловутых «разжигателей войны». И еще одно: чтобы всеми силами хотеть мира, нужен великий страх — страх Божий.

Радость о Боге

И возрадовался дух Мой о Боге, Спасителе Моем…

Евангелие от Луки 1:47

Что мы имеем в виду, когда мы говорим о Боге и Его творении? Некие таинственные силы, действие которых мы ощущаем? — Нет. Судьбу, железным обручем охватывающую весь мир? — Нет. Наши собственные представления о том, что лучше всего, выше всего, ценнее всего? — Тоже нет. Про всех этих богов мы никогда не скажем, что дух наш радуется о них. Мы радуемся только о Том, Кого называем «Бог, Спаситель мой». О Том, Кто пришел, чтобы помочь нам, и одним Своим присутствием говорит нам, что мы нуждаемся в помощи. О Том, Кто несет спасение в нашу горестную жизнь. Это Бог Спаситель. Об этом Боге мы можем — и должны — радоваться. Случается, что люди думают о других богах, горестно склоняются перед неумолимой судьбой, тешат себя своими идеями — или фанатично воплощают их в жизнь. Но они не радуются. В нашем мире почти нет радости; фанатичная серьезность, мрачное рвение в злом деле — вот этого в нашем мире слишком много. О чем это говорит? О том, что мы почти разучились верить в Бога живаго и исповедовать Его. О Боге, нашем

Спасителе, радуемся мы, если мы найдем Его — или Он нас найдет.

Слава Богу!

Благослови, душа моя, Господа!

Псалом 103:1

Многие из христиан часто ходят с понурым, угрюмым видом. У тебя нет никакого повода для брюзжания; это не приносит тебе никакой пользы. Ты — творение Божье. Господь всегда заботится о тебе. Твоя задача — быть таким, каким Он сотворил тебя, сохранять то, чем Он одарил тебя. Будь же Его творением, Его сыном и не забывай славить Его — даже если голос твой не особенно внушителен — и жить в радости, которая тебе подарена — даже если ты не можешь полностью выразить ее. Это не так трудно; тебе это по силам. Всемогущий Боже, сделай так, чтобы всем нам это оказалось по силам!

Господи Боже наш, если Ты не вложишь нам в сердце и уста хвалы Тебе, как мы восславим Тебя? Если Ты не пожелаешь, чтобы вся наша жизнь, все наши мысли, слова и поступки были хвалой Тебе, как мы восславим Тебя? Мы просим, чтобы Ты пожелал этого. Еще мы просим, чтобы всем христианам было дано славить Тебя лучше, честнее, сильнее, чем это было до сих пор. Мы просим Тебя о великом милосердии — научи нас, заблудших, измученных людей, погрязших в распрях, — славить Тебя. У нас нет другой помощи, кроме Тебя. Аминь.

Живой Бог

Живой Бог

… Жаждет душа моя к Богу крепкому, живому…

Псалом 41:3

Живой Бог — это истинный Бог. Не пятое колесо, но то, что приводит все колеса в движение. Не отдаленное святилище, но Тот, Кто всегда в центре. Не таинственная заоблачная власть, которая побуждает человека к рабству (или от которой он убегает, как озорной школьник от злого учителя), но ясная сила, которая находится надо всем — и во всем; сила, призывающая человека одновременно к поклонению и свободе. Не мысль, не мнение, но сила жизни, преодолевшая силу смерти, столь же реальная, как сила электричества. Не украшение мира, но рычаг, сдвигающий его с места. Не призрачное ощущение, но реальность, которая всегда с тобой. Она дает силы, как хлеб; она как крепость, в которую возвращаются после бесстрашных вылазок во враждебный мир. Вот что значит живой Бог. Ты удивляешься, что все это возможно? Ты будешь еще многому удивляться. Мы не знаем живого Бога; все, что мы можем — это чувствовать Его присутствие. Как беспомощны все наши попытки хоть что-то сказать о Нем!

Бог в вышних

Слава в вышних Богу…

Бог христианского вероисповедания, в отличие от всех других богов, не был придуман людьми; в отличие от других богов, Он не был результатом напряженного духовного поиска того или иного народа, некоей ветвью духовного развития. Мы, христиане, говорим о Боге, Который утверждает, что только Он — истинный Бог, и вытесняет все то, что претендовало на это название раньше. Перед Ним обращаются в прах все другие боги; Он остается Богом единым. Он находится над нами и надо всеми нашими чувствами, стремлениями, прозрениями, над всеми — даже самыми великими — проявлениями человеческого духа. Он не только недоказуем, но и непостижим. «Бог в вышних» — это Тот, Кто обладает абсолютной реальностью; это Тот, Кто снова и снова открывается нам. Находясь «в вышних», Он находится и с нами. «Бог в вышних» значит не «Тот, Кто бесконечно далек от нас», но «Тот, Кто спускается к нам с высоты». «Бог в вышних» — это истинный Бог. Тот, Кого мы никогда не сможем постигнуть; Тот, Кто принимает каждого из нас.

Его сила

… Ибо Твое есть Царство и сила…

Евангелие от Матфея 6:13

Сила Божья в корне отличается от любой мирской силы, мирской власти. В то же время она совершенно

чужда какому-либо бессилию (а в нашем мире присутствует и такое явление, как власть бессилия!). Богу подвластно все, чего бы Он ни пожелал; Он находится над любой иной силой, любой иной властью. Все эти «иные силы» проявляются по отношению к нам совершенно иначе, чем Его сила. Бога нельзя назвать «самой главной силой», ибо по Своей природе Он несопоставим с другими силами. Он — Господь, над Которым ничто не властно. Однако Бог — вовсе не «сила в себе»; понятие «высшей силы» никак не поможет нам продвинуться хоть на шаг к ответу на вопрос «Кто есть Бог?». Страшно ошибается тот, для кого всемогущество — главный атрибут Бога; ибо «всемогущ» дьявол. Где власть существует и устанавливает правила для и во имя самой себя, там можно говорить о «революции нигилизма», но не о Боге. Власть во имя власти — это зло. Власть Бога противоположна власти для себя, власти как таковой. Сила Бога — это сила справедливости; справедливость находится в основании Его власти. Божественная сила, могущество справедливости — это могущество Бога, Который есть любовь. То, что восстает против этой любви, есть несправедливость по сути своей и поэтому не может быть истинной властью. Могущество Бога, могущество Его любви и свободы — истинное могущество; оно воплощается и открывается нам во Христе.

Его выбор

… Я вас избрал…

Евангелие от Иоанна 15:16

Величайший Божий дар, Божья милость — Его выбор; это тайна, которая определяет жизнь каждого Его создания. Создавая нас, Господь принимает нас, признает нас. Это самое важное; это то, что предшествует любому самоопределению человека — согласие Бога, которое дает нам право и силы жить в любых обстоятельствах. Оно побуждает к нас к движению, к развитию, но не нарушает мира в нашей душе, не отнимает покоя. Понятие беспокойства находится за пределами божественной милости человеку, божественного выбора: беспокойство присуще созданию, восставшему против воли Божьей. Такое восстание гибельно, ибо оно отнимает единственную возможную опору и не дает взамен ничего. Но божественный выбор, божественное согласие дает нам истинный покой: оно не знает ни условий, ни сомнений. Верность Господа вечна, а не временна. Все заботы, тревоги, сомнения, которые проистекают от очевидной невозможности жить лишь собственными силами — все они остались для нас позади, ибо божественный выбор свершился. Его согласие — основа и причина нашей жизни, ибо Господь есть Господь наш. Все, что требуется от нас — спокойно жить той жизнью, для которой Он нас предназначил. С восхищением, с благоговением мы должны принять этот великий дар, эту великую тайну — тайну Его выбора.

Его верность

Ибо дары и призвание Божие непреложны.

Послание к Римлянам 11:29

В 70 году нашей эры евреи не исчезли из мировой истории. Еврейский народ — единственный из больших и маленьких древних народов — существует и сейчас; более того, сейчас про евреев нельзя сказать, что это народ усталый, обессиленный многовековыми испытаниями. В Священном Писании мы находим ясную причину этого: Господь пожелал избрать именно этот народ и заключить с ним завет, а воля Божья пребывает вечной и неизменной. Евреи не всегда были верны Богу: когда- то они воспротивились своему предназначению и захотели быть такими же, как другие народы; они захотели обычного властителя и обычную историю. Однако это не повлияло на верность Бога Своему народу. Пока существуют воля Божья и завет, — не упраздненный, но исполненный Иисусом Христом! — существует в мировой истории и еврейский народ: народ, пребывающий в рассеянии, и тем не менее — благодаря этому! — народ Божий; народ, у которого пет государственной истории, но есть история общечеловеческая — история отношений человека с Богом. Слова, обращенные к евреям, «касающийся нас, касается зеницы ока Его» (Зах 2:8) имеют силу и сейчас. Никто не может касаться зеницы ока Его.

Его человечность

… Явилась благодать и человеколюбие Спасителя нашего, Бога…

Богу не нужно быть бесчеловечным, чтобы быть истинным Богом. Только в ложной божественности ложного бога мы не встречаемся с Его человечностью. Такие ложные боги были раз и навсегда разоблачены и повержены Христом — и во Христе. Именно в личности Христа мы видим волю Божью — волю всегда быть вместе с человеком. Причина этого — не в том, что Бог нуждается в человеке, чтобы с его помощью стать истинным Богом; не в том, что Он всегда одобряет людей (некоторые говорят, что было бы справедливо, если бы Он был против людей). Тайна, заключенная для нас во Иисусе Христе — это то, что в Своей свободе Он хочет быть не против, но за людей — Он действительно хочет быть Спутником, Утешителем и Спасителем людей. Во Христе, Каким мы видим Его в Священном Писании, истинная божественность соединилась с истинной человечностью. Он говорит нам об отце, который простил блудного сына; о царе, который смилостивился над должниками; о самаритянине, который пожалел жертву разбойников. И если Иисус — это глас истины, «зеркало отцовского сердца Бога», то слова Ницше о том, что человек — это то, что следует преодолеть, наглая ложь, ибо истина Бога — это Его человечность, Его «благодать и человеколюбие».

Его милосердие

… Жаль мне народа…

Евангелие от Матфея 15:32

В переводе не сохраняется вся сила этого выражения: Иисус говорит о том, что нужда, страдание, страх, отчаяние и безнадежность народа не просто вызывают в Нем сочувствие, но пронизывают болью Его сердце. Он принял беды людей на Себя; они стали Его бедами, Его мучениями. Он не стал для людей доброжелателем, издали с симпатией наблюдающим за их жизнью; Он не стал для них проповедником, утешителем — и только (все эти слова слишком слабые для Него); Он стал — и был для них Надеждой, Помощью и Спасением; Творцом, подарившим им новую жизнь. Он пожалел их. Что такое «жалость»? Это готовность сразу прийти на помощь другому и действовать. Иисус был Человеком, творящим «жалость» в этом смысле. Именно в этом — Его человечность. Он пришел к нам, был с нами, принял смерть за нас, чтобы жить для нас — так Он исполнял волю Пославшего Его Отца. Он — с нами, ибо с нами Бог. И Бог с нами, ибо с нами Человек Иисус. В человечности Христа отражается природа Бога. Идея неразрывной общности, в которой каждый существует для другого, принадлежит Ему, Триединому Богу. Бог не просто любит — Он Сам есть Любовь. В человечности Иисуса Он являет Себя миру как Вечную Любовь.

Богочеловек

Искупитель

Вот Агнец Божий, Который берет на Себя грех мира…

Евангелие от Иоанна 1:29

Слова Иоанна Крестителя исполнились — исполнились и том, что сделал и делает сейчас Иисус — ибо Он — Сын Бога и Его Посланник, пришедший во имя Господа, чтобы примирить Его с миром и чтобы принести спасение каждому из нас. Он делал и делает это, беря на Себя великую ношу — ношу, тяжелее которой не может быть. Исполнилось то, что тяжесть всех грехов мира — всех проступков, заблуждений, ужасных нелепостей, происходивших во все времена и во всех странах (не исключая и нашей) была возложена на Него, как если бы Он был повинен в них. Он не жаловался и не протестовал, когда все это море зла обрушилось на Него; Он не отверг с негодованием этого неслыханного требования, но добровольно взял на Себя всю ношу, всю тяжесть, сделав наши грехи — Своими грехами, наши страдания — Своими страданиями. Исполнилось то, что Он нес это бремя — нес вплоть до креста. Исполнилось то, что Он уничтожил это бремя, искупил его Своей крестной смертью — и избавил от него весь мир и каждого из нас. Исполнилось и то, что Он — Агнец Божий, принесший нам любовь Господа — воскрес из мертвых; в небесном свете и славе Он правит миром — навсегда, во веки веков. Он правит миром не как безжалостный завоеватель, но как Агнец Божий, как Искупитель; Он зовет в соправители каждого из нас. Он наш Освободитель, поэтому Он наш Законодатель. Закон Его требует от нас только одного: чтобы мы жили как возлюбленные дети Его, которых Он освободил, искупив все грехи.

Рождество

… И положила Его в ясли…

Евангелие от Луки 2:7

Спасителю не нужно рождаться еще раз — Он родился раз и навсегда. Но — снова и снова — Он хочет прийти к нам. Место, куда Спаситель приходит, чтобы быть с нами, похоже на загон для скота в Вифлееме: в нем нет красоты и убранства, но царствует беспорядок; это не надежное убежище, но тревожное пристанище, не способное защитить от опасностей; оно предназначено не для людей, но находится рядом с животными. Роскошные или скромные жилища, в которых мы обитаем — это лишь фасад нашей жизни; за ним скрывается глубокая пропасть. Мы находимся именно там, в этой пропасти — мы, погибшие грешники, несчастные создания, обреченные на смерть; мы, люди, сбившиеся с пути. И туда, именно туда приходит к нам Иисус; вернее, Он уже пришел к нам — к каждому из нас. Слава Богу за это темное место, за эти ясли, за этот хлев в нашей жизни! Там мы зовем Его, ищем Его — там и Он ищет нас — каждого из нас и взывает к нам. Именно там Он ждет, что мы увидим Его, узнаем Его, уверуем в Него, полюбим Его. Там Он приветствует

нас. Там нам не остается ничего другого, кроме как ответить на Его приветствие и пригласить Его к себе. Не будем стыдиться того, что рядом с нами бык и осел, ибо ясли были первым жилищем нашего Спасителя.

Страстная пятница

В девятом часу возопил Иисус громким голосом: «Элои, Элои! ламма савахфани?» что значит: «Боже Мой, Боже Мой! для чего Ты Меня оставил?»

Евангелие от Марка 15:34

Что это был за путь, который привел Его туда — к ужасу этого мгновения? Это был путь Иисуса, путь Господа к нам — к нам, в темноту, где мы живем, ибо мы оставили Бога и оставляем Его снова и снова. По воле Отца Иисус пришел к нам — в мир, на который Бог разгневался; в мир, оставленный Богом. Зачем? Ответ прост и ясен — затем, чтобы Божий гнев пал на Него, а не на нас; затем, чтобы Бог оставил Его, а не нас; чтобы ни один из нас не испытал этого! Он пошел навстречу этому страшному чувству — чувству богооставленности, — которое должны были испытать мы; Он принял его, чтобы данной Ему властью освободить от него нас. Он воскликнул: «Боже Мой, почему Ты Меня оставил?», чтобы нам никогда не приходилось обращать к Богу эти слова. В жизни каждого из нас бывают мгновения, нет, часы, дни, недели, может быть, годы, когда нас неотвязно преследует ужасная мысль: нам кажется, что Бог оставил нас — нас, оставлявших Его так часто. Но мы

целиком и полностью заблуждаемся, если так чувствуем и думаем. Богооставленность стала после дня Страстной пятницы лишь тенью, ужасным воспоминанием, страшным сном. То, что Бог нас оставил, могло бы стать реальностью; но это не стало реальностью — ни для тебя, ни для меня, ни для кого.

Пасха

… Пришел Иисус, и стал посреди…

Евангелие от Иоанна 20:19

Он пришел. Пришел из темного царства смерти, поджидающей каждого человека; пришел из могилы! Он стал посреди Своих учеников — и в этот момент Он взошел на престол, предназначенный Ему — на престол в центре мировой истории. Он сказал: «Мир вам!», и слова Его были обращены к людям, жившим во все времена на земле, ко всем видимым и невидимым обитателям вселенной. Он пожелал мира; Он принес мир. Распятый и воскресший Иисус стал посреди всех людей — ликующих и удрученных; в тот день Он пришел к ним как Господь их. Он пришел и стал посреди всех болезней и природных бедствий, всех войн и революций, заключений мира и нарушений мира, посреди прогресса, застоя и регресса, посреди заслуженных и незаслуженных несчастий; Он открылся людям в Своей настоящей природе, открылся Таким, Каким Он был, есть и будет: «Мир вам!» Случившееся в тот день стало (и остается сейчас) центром, серединой, сердцевиной всего. Ибо у всего есть начало и конец, а любовь Господа,

которая открылась в Воскресении Иисуса из мертвых, вечна. Это случилось — и потому нет никаких причин для отчаяния, но есть причина — веская, верная причина — для надежды. Не будем об этом забывать, даже когда мы читаем газеты и приходим в ужас (или тягостное недоумение) от тамошних новостей.

Его присутствие

… Я с вами все дни до скончания века.

Евангелие от Матфея 28:20

Иисус Христос всегда с нами; Его сущность и предназначение — быть с нами, быть среди нас; быть Центром, из которого проливается благодатный, спасительный свет на тех, кто окружает Его. Не может быть, чтобы нам было дано обрести свободу лишь в той плоскости, где наше отношение к Иисусу сводится к тому, что мы либо оглядываемся на прошлое — на те события, когда Он был среди людей — либо пытаемся заглянуть в будущее — в мир Его зримого присутствия. Тем более не может быть, что Иисус не всегда, а только в краткое время Его земной жизни нуждался в верных учениках, живущих и творящих добро во Имя Его. Человек не предоставлен себе самому; все его дела находят отклик у Господа, Который в Своей высшей и вечной свободе вновь и вновь возвращается к нему. Даже когда человек спорит с Ним, Он поддерживает его, утешает, умиротворяет, направляет на путь истинный — на Свой путь. Он с нами в нашем настоящем, в каждом

мгновении нашей жизни, и поэтому Он — наша Надежда. И этот день, сегодняшний день нашей жизни — день живого Иисуса Христа; даже если в этот день мы сильно грешим, даже если земля наполнена горем, даже если это день дьявола и демонов. Самое главное — это день Иисуса. Он ближе нам, чем самый близкий человек, Он — добрый Самаритянин для всех нас. Его сегодняшний день — это наш сегодняшний день; наше «сегодня», «сейчас» принадлежит Ему.

Его милость

… Милость Моя не отступит от тебя…

Книга Пророка Исаии 54:10

Что значат эти слова? Я, Господь, добр к тебе. Доброта Моя не бездеятельна; Я прихожу к тебе не с пустыми руками. Я, Господь, принимаю попечение о тебе — и не только; Я хочу взять всю твою жизнь в Свои руки, сделать все, что составляет твою жизнь, Своим — это значит: Я хочу сделать твою жизнь хорошей. Почему? Потому что ты этого заслужил, потому что ты — хороший человек? Нет, совсем не поэтому. Но потому, что таков Мой выбор и Моя воля — быть милостивым к тебе. «Моя милость» значит: ты никчемный раб, но, зная это (именно потому, что Я знаю это), Я беру тебя на службу; ты неверный друг, — чаще Мой враг, чем Мой друг! — но Я хочу быть тебе хорошим Другом, хочу быть твоим лучшим Другом. Ты непослушный ребенок — ах, ведь все мы — Его непослушные дети, — но Я буду тебе

верным Отцом. Это Моя милость, которая не отступит от тебя. Почему? Потому что она — милость, и поэтому никак не зависит от тебя — потому что это Моя милость, милость Божья, а не милость человека. Поэтому она не может отступиться и не отступится от тебя. Возможно, она скрыта от тебя, непонятна тебе, но она не отступит от тебя. Она строга, даже жестока к тебе, она принесет тебе боль и слезы — но она не отступит от тебя. Мы все — неблагодарные, нелепые люди, но она не отступит — ни от тебя, ни от Меня, ни от кого.

Его закон

… Ибо закон Твой — утешение мое.

Псалом 118:77

Божьи заповеди отличаются от всех других законов прежде всего по форме: заповедь Божья — это разрешение; она дает определенную свободу. Смысл всех других законов состоит в том, что человеку внушается — если не сказать, навязывается — извне, что он может быть жестоко наказан (самое ужасное, когда человек сам себе устанавливает законы и запреты). Все они выказывают человеку недоверие, ибо свободу человека они рассматривают как источник опасности; невозможно, говорят они, чтобы человек не злоупотребил ею. Они внушают ему страх по поводу самых разных вещей. Они говорят с ним на языке страха; они сами по себе внушают человеку страх и так подчиняют его. Эти законы — по сути своей запреты; они — отказ в

стремлении человека к свободе. Закон Божий призывает человека к свободе. Закон Божий не запрещает, но разрешает; только так — и не иначе — он приказывает. Даже если смысл Божьего закона и других законов — один и тот же, суть их совершенно различна. Божий закон не принуждает; наоборот, он стремится избавить человека от всякого принуждения. Он доверяет человеку; он обращается не к страху, но к силам и мужеству человека и внушает ему не страх, но силы. Ибо Божий закон, Божьи заповеди — образ милости Божьей: нежное ярмо и легкое бремя, принять которое для нас спасительно и отрадно. Эту радость дает нам Господь в Своем законе.

Возлюбленное творение

Травы и деревья

… Да произрастит земля зелень, траву, сеющую семя, дерево плодовитое…

Книга Бытия 1:11

Растения, цветущие и плодоносящие в послушании Слову Божьему, не остались единственным творением Господа. Однако они были сотворены первыми; они — условие для появления всего остального. Каждое живое существо живо в той мере, в какой оно обладает общностью с растениями; каждое живое существо остается живым, пока оно находит себе пищу в мире растений. Этот накрытый стол ждет нас в центре дома, построенного Господом. Нам не нужно испытывать страх и беспокойство; Бог позаботился о нас прежде, чем Он создал нас. Но мы должны понимать, что одни, сами по себе мы не можем и не сможем обеспечить себя тем, что нам необходимо. «Очи всех уповают на Тебя, и Ты даешь им пищу…». Творение свершилось именно в такой очередности; растения появились на земле первыми, и это лишает всякого смысла высокомерие человека по отношению к окружающей его природе. Травы и деревья существовали без него и до него; у них тоже есть собственное достоинство и право на жизнь. Только после них человек был сотворен по воле и Слову Божьему, чтобы вкусить их изобильные плоды. Человек живет, насыщаясь за этим накрытым столом. Все то, что питает человека — знак милости Бога, милости, без которой человек не смог бы жить.

В чем же состоит превосходство человека над растениями и животными, как не в том, что он должен благодарить Господа гораздо больше, чем другие земные создания?

Рыбы и птицы

… Да произведет вода пресмыкающихся, душу живую;

и птицы да полетят над землею, по тверди небесной.

Книга Бытия 1:20

В этом стихе говорится о море и небе — о пространствах, которые далеки от человека и чужды ему по своей природе; о пространствах, недоступных человеку или доступных лишь на короткое время, да и то благодаря искусственным средствам; о пространствах опасных, в которых присутствуют элементы хаоса. Именно в них возникают по воле Господа первые живые существа. В глубинах моря и в высотах неба пожелал Он сотворить их. Настолько сильно Его милосердие; Он — Господь и Творец всего, и Его животворящая воля одушевляет и эти области. Там, где человек видит перед собой разверстую пасть смерти, Господь повелел появляться «душе живой» — пресмыкающимся и птицам. Человек видит перед собой великое действо, смысл которого — пробудить в нем доверие. Там, где это действо найдет внимательного зрителя, там, где свидетельство рыб и птиц будет услышано, страх перед огромностью мира, сотворенного Богом, отступит, а мужество — мужество для жизни в этом мире — пробудится. Если и в этих далеких областях обитают живые души,

человек, живущий на земле, не должен ничего бояться. Если и там живут не чудовища, но его далекие друзья и родственники, чего же ему бояться на твердой земле — там, где его сотворил Господь? 11то может его испугать здесь, если и там ему нечего бояться?

Друг зверь

И создал Бог зверей земных…

Книга Бытия 1:25

№ библейском сказании о сотворении мира рассказывается о самых первых спутниках и друзьях человека — животных ручных, диких, плавающих и летающих. Если правда то, что человек в каком-то отношении лучше животных, то правда и то, что он нуждается в них, а животные в нем не нуждаются. Только человек будет удостоен завета с Господом — завета милости. Но во всех событиях, на всех дорогах его жизни его будет сопровождать верный (путник — зверь. Он будет сопутствовать человеку во исем, что произойдет между ним и Богом, во всем, чему суждено случиться, в жизни и в смерти. Он будет свидетелем всей жизни человека и не будет молчать даже тогда, когда человеческие свидетели не смогут говорить; порой речь его будет звучать громче и решительнее, чем речь человеческих свидетелей. Счастье и несчастье человека, его радость и горе найдут отражение в жизни его преданных друзей — животных. Господь не заключит завета с животными, но животные будут сопут

ствовать человеку везде — в завете, в обетовании, которое он получит, и в проклятии, омрачающем это обетование. Вместе с человеком будут они с великим страхом и верой ждать исполнения обетования; они разделят с человеком и вздох облегчения, когда обетование исполнится частично — и когда оно исполнится окончательно.

Благоговение перед жизнью

… И вдунул в лице его дыхание жизни…

Книга Бытия 2:7

Жизнь каждого человека изначально окружена великой торжественностью; человеческая жизнь как таковая достойна изумления и восхищения. Каждый из нас должен с восторгом и благоговением относиться к самому факту жизни, существования — своего и других. Это чувство не возникает само по себе, ниоткуда. Но когда человеку, верующему в Слово Божие, будет открыто, что Бог избрал и возлюбил его для вечности; когда ему откроется все то, что Бог сделал для него в его жизни, тогда в его сердце пробудится благоговение и благодарность к Богу живому, в руках Которого вся его жизнь. Можно сказать, что рождение в сердце человека благоговения перед жизнью — это рождение в его сердце Иисуса Христа. Благоговение позволяет человеку разглядеть в каждой жизни нечто единственное, неповторимое, несравнимое, незаменимое; узнав это чувство, мы узнаем, что быть человеком — драгоценный дар, а жизнь — великая и неповторимая

нозможность восславить Господа. Так возникает благоговение перед жизнью. Однако у этого благоговения, данного людям, есть свои пределы. Жизнь — ^то не второй Бог, и благоговение перед ней не может сравниться с благоговением перед Богом. Ьлагоговение перед жизнью ограничено тем, чего Ног хочет и ждет от человека, избранного и возлюбленного Им. Ему принадлежит жизнь человека; ибо только Он дает ее.

Мужчина и женщина

И сотворил Бог человека по образу Своему, по образу

Божию сотворил его: мужчину и женщину сотворил их.

Книга Бытия 1:27

4 Мгновения

Бог существует в единении. Основание для единения находится в Самом Боге, ибо Он по природе Своей не одинок. Человеку очень плохо, когда он один, ибо быть человеком» — значит пребывать в единении с другим. Каждый человек — это мужчина или женщина; эти понятия находятся в изначальном и печном единстве и противопоставлении. Женщина для мужчины (и мужчина для женщины) — это и есть другой — тот, с кем осуществляется единение; это (путник, предназначенный нам Самим Богом. Видеть этого другого и видеть свое отражение в его глазах и душе, говорить с ним и слушать его, принимать его помощь и самому приходить ему на помощь — самая главная человеческая потребность; она будет человеку в горе или в радость всю его жизнь. Человек I юзнает самого себя через другого — своего вечного

спутника, пытаясь ответить на вопрос, который тот задает ему: «Можешь ли ты поручиться за то, что живешь так, как подобает жить человеку? Можешь ли ты убедить меня в этом так, чтобы я поверил тебе?» Если бы мужчина всегда помнил то, что он должен проявить себя в глазах женщины, для которой он — огромный знак вопроса, прежде всего человеком, тогда бы он, конечно, не стал говорить и делать большую часть того, что считается типично мужским (или стал бы говорить и делать это совсем иначе). То же самое относится и к «типично женским» словам и поступкам. Для обоих — мужчины и женщины — состояние одиночества и чувство ответственности лишь за себя — случайное, внешнее, временное состояние. Их подлинное, истинное бытие — это бытие в единении с другим.

Бытие в единении

Не уклоняйтесь друг от друга…

Первое Послание к Коринфянам 7:5

Мы вступаем в брак и пребываем в браке, ибо знаем, что Господь желает и требует этого от нас, и по этой причине мы можем и должны предпринять этот шаг. Призыв к браку — это призыв к жизни в единении. Брак — это больше, чем любовь. Брак — это сохранение любви. Главный смысл, главная цель, но и главная трудность брака — помнить о любви во всех обстоятельствах, то есть в каждый момент жизни: в трудах, заботах, в радости и горе, в здоровье и болезни, в юности и старости, в разрешении проблем — мелких

и крупных, внешних и внутренних, индивидуальных и социальных. Супруги проходят весь путь вместе, не уклоняясь друг от друга, но помня друг о друге, в ногу друг с другом. Жизнь в единении никогда не подразумевает возможности того, что один из супругов полностью подчиняет себе волю другого; они поженились, чтобы обрести единение в с вободе[1]. Брак — это общность в свободе, в любви к 11ей и в обоюдном желании супругов сохранить ее — для себя и для другого; это единение в свободе. Брак как жизнь в единении — это постоянное устремление конкретного мужчины к конкретной женщине и наоборот. Что значит «верная любовь»? Один человек раскрывается перед другим во всей полноте своей личности и полностью принимает в сердце другого. Тогда и только тогда возникает та особая, неповторимая атмосфера, построится тот «дом», который будет приютом, прибежищем — возможно, не только для двоих, но и для многих других; однако тайна этого дома будет состоять в радости того таинства, которое свершилось и свершается вновь и вновь — только для двоих.

Дети

Вот наследие от Господа — дети…

Псалом 126:3

Каков главный долг родителей по отношению к детям, что значит — «жить для детей»? Это значит -

наставлять их в уверенности, что Господь — это Тот, Кто заботится о них и об их родителях; что Он — их истинный Защитник и Покровитель; что их жизнь только в Его руках, а родители — лишь свидетели Его дел. Настоящий родительский авторитет возникает только тогда, когда дети видят, что родители сами подчиняются авторитету. Этому чувству невозможно научить, его невозможно добиться искусственно — оно возникает, если дети видят, что родители сами признают авторитет — что они живут с верой в Бога. Родители должны всегда помнить, что их задача и их возможности не безграничны. Они не могут сделать своего ребенка здоровым — телесно или душевно; не в их силах сделать его счастливым, порядочным, угодным Богу; они не могут сделать его христианином. В этом смысле они не могут сделать для ребенка ничего. Они могут лишь честно выполнять свой долг, делая все, что в их силах, и помня о том, что их старания никогда не смогут сколько-нибудь существенно повлиять на природу ребенка. Пусть они смиренно предоставят его милости Божьей и промыслу Божьему и не пытаются воспрепятствовать развитию личности ребенка — ребенка, которого им дал Господь. Самое лучшее, что родители могут сделать для детей — никогда не забывать о том, что истинный Творец добра — Дух Святой, и всеми силами, всей душой направлять детей к Нему.

Юность

Веселись, юноша, в юности твоей…

Книга Екклесиаста 11:9

В хорошем смысле юношеским, молодым можно назвать такое поведение человека, такие его действия, в которых покорность Божьей воле проявляется прежде всего как решительный шаг к свободе — свободе от собственного прошлого. Молодой человек полностью отдается каждому впечатлению, глубоко, страстно его переживает; но за его плечами еще очень мало жизненного опыта. Хорошо это или плохо? Некоторым старым людям их опыт, безусловно, вредит. Неопытность дает молодому человеку некоторый шанс — шанс не попасть в рабство привычки, рутины; шанс не закоснеть или не стать скептиком — унылым и всезнающим. В силу своего возраста он способен к определенной независимости, гибкости и к удивлению перед многообразием мира, который его окружает. У него еще нет (или почти нет) причин быть угрюмым и разочарованным по отношению к окружающим; нет причин испытывать уныние и скуку. Его возраст охраняет его от разрушительных мыслей о слепой силе судьбы. Его прошлое еще не имеет над ним той притягательной силы, которой оно обладает для старых людей; поэтому он может яснее увидеть новизну Божьих заповедей. Дух его еще свободен для послушания. Если он открыто, щедро и радостно предает себя в руки Господа, значит, он молод — истинно молод! А те, кто старше, пусть берут с него пример и будут молодыми — молодыми в своем послушании Господу.

Зрелость

… А как стал мужем, то оставил младенческое.

Первое Послание к Коринфянам 13:11

Средние годы нашей жизни — это годы зрелости; точнее, именно в эти годы нам дается особая возможность ощутить зрелость. Человек, который уже не молод, но еще не стар, четко видит перед собой необходимость срочного и окончательного решения; от юноши ее скрывают белые легкие облака, от старика — черные тени. Именно сейчас в душе человека возникает чувство: «Сейчас, и ни минутой позже!» Зерно упало в землю; сейчас — время косить; человек взял разбег; сейчас — время прыжка. Подготовка к труду завершена; сейчас — время познать весь риск, сопряженный с этим трудом. За спиной у человека — прошлое; перед ним — будущее. Прошлое — его урок, его жизненный опыт; он еще не так велик, чтобы человек был утомленным, бессильным и черствым. Вдали уже виден конец пути, «ночь, когда никто не может делать». Однако эта ночь еще очень далеко, и мысли о ней не искушают его пессимизмом, стремлением к бездействию и апатии или, наоборот, лихорадочной паникой; они призывают его к разумной поспешности. Зрелость дает ему возможность быть открытым для слова и призыва Божьего в настоящем, в каждый момент этого настоящего; ни прошлое, ни будущее не подчиняют себе всей его воли, всех его мыслей. Это время — время, предназначенное как для планов, так и для итогов. Сумеет ли он правильно воспользоваться этим временем?

Старость

И до старости, и до седины не оставь меня, Боже…

Псалом 70:18

Что значат слова «Старости свойственна мудрость»? Для христианского мировоззрения они значат прежде всего то, что именно старому человеку приходится — нет, не так! — позволено в полной мере почувствовать то, о чем, возможно, он сам не раз пел, славя Господа:

Нашей властью ничего не свершилось, Вскоре нам предстоит умереть, Праведный Муж сражается за нас, Муж, Которого избрал Сам Господь[2].

Именно сейчас, на закате дней, он особенно ясно нонимает, что он жил всю жизнь благодаря милосердию Господа — милосердию, которого он не заслуживал; что все его решения и поступки — самостоятельные и свободные — имеют ценность лишь настолько, насколько в них отражался свет — свет, исходивший не от него, но с небес. Сейчас ириходит время для «экзистенциального» понимания и приятия учения об Оправдании — и именно поэтому сейчас приходит время — последний срок — для новых самостоятельных и свободных решений и поступков, осененных радостной надеждой на этот «нездешний свет»! Время, чтобы увидеть, что этот

свет пронизывает весь мир, и весь привычный для него ход событий — и каждого человека, которого он, казалось ему, видит насквозь! Время, чтобы стать открытым — и немного более мягким и терпеливым; время приходить на помощь всем нуждающимся.

Безумный мир

Пустые руки

Алчущих исполнил благ…

Евангелие от Луки 1:53

Отче наш на небесах! Наша жизнь беспорядочна и суетна: укажи нам порядок, который Ты дал ей и собираешься дать! Наши мысли рассеяны: собери их в Твоей истине!

Путь, лежащий перед нами, темен: освети его светом, который Ты обещал и нам! Наша совесть обвиняет нас: дай нам познать, что мы живем, чтобы служить Тебе и нашим ближним! Наше сердце неспокойно: Господи, дай нам мира! Ты — источник всякого блага; Ты Сам — высшее Благо. Ты не хочешь, чтобы каждый искал Тебя только для себя самого, только для того, чтобы успокоиться и разрешить свои проблемы. Ты хочешь, чтобы мы в наших бедах и надеждах были одним народом — народом братьев. Мы, Твой народ, даем друг другу руки, чтобы вместе кознести Тебе благодарность и протянуть их — наши исегда пустые руки — к Тебе. Аминь.

Изгнанный Бог

Ибо кто возвышает себя, тот унижен будет…

Евангелие от Матфея 23:12

Господь стал таким, как мы — стал человеком; в этом величайшем умалении Господа в полной мере проявляется Его величие, чудесное и непостижимое. А мы — мы, для которых и ради которых Бог стал

человеком? Мы хотим стать богами. Высокомерие — это порок, грех; проявляя высокомерие, люди делают противоположное тому, что сделал Бог, воплотившийся во Иисусе Христе. Мысль поменяться местами с Богом, занять место Бога — Бога, Который пришел к нам во Христе и вновь и вновь к нам возвращается — мысль нелепая и бессмысленная. Так же нелепо считать, что быть слугой Господа, рабом Господа тяжело и унизительно для человека. Господь призывает человека — Своего раба — в соправители Своего Царства. А человек в своем высокомерии не слышит этого призыва; он слеп и глух к Богу. Когда он отвергает милость Божью и своей волей освобождает себя от ответственности перед Богом, он выбирает самое плохое, самое низкое в себе. Своим богом он делает дьявола. Ибо дьявол, если он есть в этом мире — это воплощение создания, отвернувшегося от Создателя; создания, отрицающего любые законы, кроме закона своей воли. Человек, идя по этому пути, «идет к черту» — продает свою душу дьяволу; ни к чему другому этот путь не ведет. Таков человек, с которым Господь примиряется во Иисусе Христе. Да, таков человек… На призыв Господа он ответил так, как это оказалось ему по силам — и по душе: он унизил сам себя.

Порабощенный человек

… Вы будете, как боги…

Книга Бытия 3:5

Когда человек хочет стать богом — это абсурдно. Это желание губит в человеке человека. Как раб Божий, и только так, он может стать человеком в полной мере. Восставая против Бога, он восстает против себя самого. Стремясь возвысить себя, он падает в бездну. Он становится не рабом Божьим, а просто рабом. Его злая воля обезображивает — и разрушает — отношения творения к Творцу, человека к Богу. Он превращает их в уродливый фарс и учиняет в мире сотворенного бытия страшные разрушения; он создает мир-кошмар, мир, где все наоборот, наизнанку, мир, где все поставлено с ног на голову, где низкое стало высоким, а ничтожное — великим; мир, где каждое слово противоречит себе, где все измеряется перевернутой мерой. Этот мир он создает не только для самого себя, ибо тот, кто стремится сокрушить власть Бога, обязательно хочет властвовать над другими людьми. Зло порождает зло, насилие порождает насилие — так начинается борьба за власть. За власть мужчин или женщин, за власть индивидуума, за власть того или иного народа, класса и так далее… В этой борьбе вершится обоюдный суд — суд скорый и немилостивый. Так в мир творения приходит хаос.

Безбожные силы

… Всякий, делающий грех, есть раб греха…

Евангелие от Иоанна 8:34

Когда человек отдаляется от Бога, он тем самым отдаляется от самого себя. Постепенно он теряет самого себя; жизнь его протекает в состоянии потерянности, ничейности, никчемности. Такое состояние никак не влияет на устройство мира, окружающего человека: Бог остается его Богом, просто человек перестает это замечать. Он замыслил побег от Бога, побег в пустоту и безбожие: что же происходит с ним? Все то, что находилось до этого в его собственной власти, начинает восставать против него, как он сам восстал против Бога. Его способности становятся беспорядочной, разрушительной, безбожной силой. Мировая история — это череда печальных историй о том, как человека подчиняло то, что по природе своей должно находиться у него в подчинении. Именно такие моторы движут обществом — а вовсе не восклицания, что человек — это существо свободное. Одна из безбожных сил — маммона. Для человека, отвернувшегося от Бога, деньги в своей внутренней пустоте становятся воплощением почти всех ценностей — не деньги как таковые, но деньги, которые завладевают человеком, в то время как он думает, что сам владеет ими. Мы не замечаем, от скольких вещей мы становимся зависимы — чересчур зависимы, страшно зависимы. Жаль — было бы лучше, если бы мы это замечали; тогда нам было бы понятнее, что значат

слова «Да приидет Царствие Твое», которые мы ежедневно произносим в молитве. Эти слова — просьба о том, чтобы Господь разоблачил безбожные силы, властвующие над нами, и затем освободил нас от них.

Одиночество

… Где Авель, брат твой?

Книга Бытия 4:9

Сможет ли человек найти брата в другом человеке, если он не хочет, чтобы Бог стал его Отцом? Выстраивая жизнь по вертикали в замкнутости и злобе, он распространяет эти чувства и на горизонтальное направление своей жизни; он остается одиноким как перед Богом, так и перед людьми. Без веры в Бога не может быть настоящей совместности, настоящего единения людей: ни в работе, ни в радости, ни в страдании, ни в одной области жизни. Работа, если это не работа с людьми и для людей, становится лишь праздной суетой. Радость, которую не с кем разделить, становится лишь пустой забавой. Одинокое страдание — это боль, тупая, непроходящая боль без смысла и надежды на облегчение. Человек, с уществующий отдельно от других людей, перестает быть человеком. Тот, кто не с людьми, тот против них. Взглянем на эту проблему и с другой стороны: если я в своем злом и надменном одиночестве предпочитаю любому спутнику себя самого, тем самым я вступаю в область еще более страшного одиночества, где Бог перестает быть для меня Богом.

Если я презираю другого человека, то хвала, которую я хочу вознести Господу — пока еще радостно и чистосердечно — застревает у меня в горле. Если я использую ближнего в своих интересах, то когда- нибудь мне придет в голову мысль извлечь пользу и из Бога; мне предстоит испытать на себе Его гнев. Я хулил Бога, отворачивался от Него, ненавидел Его, оскорблял Его, восставал против Него тогда, когда я обращал злые мысли, чувства, слова и поступки против брата своего. Если я бесчеловечен, я тем самым и безбожен. Бог без человека, без единения с ближним — не Бог, а иллюзия; не Бог, а идол.

Холостой ход

… Построим себе город и башню, высотою до небес…

Книга Бытия 11:4

Так ли нам необходимы все новые и новые транспортные средства повышенной скорости, которые появляются сегодня, как грибы после дождя? Зачем они нам? Для экономии времени? Как будто раньше, при небольших скоростях передвижения, умные люди не могли найти времени для чего-то важного! Как будто сейчас неумные люди не растратят впустую все образовавшиеся излишки времени! У нас больше возможностей, больше желаний, все больше и больше, но колеса вертятся впустую, ибо мы возжелали силы и власти, которая нам в действительности не нужна, которую лучше бы нам было вовсе не знать (по крайней мере, не будить). Техника, многократно превышающая жизненные потреб

ности человека, техника, смысл и цель которой ограничен лишь ею самой, техника, которая, развиваясь, ориентируется на все менее естественные желания и нужды, неизбежно становится чудовищем, монстром — монстром, которого мы и видим сегодня. Она несет в себе не созидание, но разрушение. Однако мы не должны обвинять в этом «бездушную» природу техники; причина всего этого — в нас самих, в нашем необузданном желании власти — власти и силы. Только в нас и заключается проблема современной техники.

Борьба за существование

… И вопль их от работы восшел к Богу.

Книга Исхода 2:23

Человек должен работать. Так установил Бог, сотворивший мир. Мы работаем, но часто — почти всегда — наша работа, а вернее, наше отношение к ней противоречит Божьей воле и Божьим заповедям. В этом парадоксе особенно ясно видно, что даже в своих лучших намерениях, устремлениях и поступках мы остаемся безумными людьми — обитателями безумного мира. Работа должна вершиться в союзе, в единении человека с человеком; в нашем же мире работа стала оружием в борьбе за существование — в борьбе, которую одни люди ведут против других. Каждый стремится быть лучше другого, иметь больше, чем другой; унизив другого, возвысить тем самым себя. Настоящая работа несовместима с такой борьбой; насущный хлеб, хлеб, подкрепляющий

4 65Ь

силы — это хлеб, который ты делишь со своими товарищами. Если бы люди работали только ради насущного хлеба, они добывали бы его вместе, в мире и согласии. Неумеренная алчность, неутолимая жажда наживы — взрывное вещество любого общества; это жажда изобилия, но не радостного изобилия жизни, а изобилия пустоты. Ясно, что призыв Бога к работе — это и призыв к человечности, к защите слабых. Ясно и то, что христианское общество не должно уставать говорить об этом — говорить в полный голос. Пусть же оно возвестит революцию — революцию Бога против «неверия и несправедливости людей».

Глупость

… Он не благоволит к глупым.

Книга Екклесиаста 5:3

Грех — это глупость, а глупость — это грех, если понимать глупость в библейском смысле. Человеческая глупость выражается в том, что человек — неверующий, глухой и непокорный Богу и Его Слову — тщетно пытается улучить момент и сделать в жизни что-нибудь важное, совершить какой-нибудь значительный поступок. Это ему никогда не удается: он всегда некстати. То он приходит слишком рано, то слишком поздно; он спит, когда должен бодрствовать, и мечется, когда можно спокойно спать. Он молчит, когда должен говорить, и берет слово тогда, когда лучше было бы помолчать. Он смеется, когда нужно плакать, и плачет, когда мог бы с облегчением рассмеяться. Он стремится отступить от

важного правила, но подчиняет себя закону тогда, когда должен был бы выбрать свободу. Он суетится, когда может помочь лишь молитва, и молится, когда может помочь лишь работа. Он спорит, когда это не полезно, но вредно, и говорит о мире и любви, когда стоило бы ввязаться в драку. Он призывает к вере, когда возникает необходимость в человеческом разумении, и изводит всех своими измышлениями, когда нужно в молчании и покое предать себя и других воле Бога. Глупость гениально выбирает неподходящее время, неподходящее место, неподходящих людей; она не делает того простого, что насущно, и отдает предпочтение лишнему, сложному — тому, что ненужно, тому, что избыточно и лишь мешает.

Ложь

Они заменили истину Божию ложью…

Послание к Римлянам 1:25

Что такое ложь? Это попытка человека уклониться, спрятаться от взгляда Иисуса Христа, истинного Свидетеля всех его помыслов, слов и дел. Хитрый, ловкий лжец — он сидит внутри каждого из нас — не борется с правдой, не пытается ее оспорить. Воевать против правды — удел юных, неопытных лжецов — или старых, потерявших силы и квалификацию. Лжец, который силен и уверен в себе, признает правду; более того, он все время говорит о ней, выступает ее поборником и ревнителем — но на устах его правда становится неправдой; христианская истина становится послушным воском в его руках.

Правда опускает свой меч, становится бессильной — и, соответственно, безопасной. Настоящая ложь всегда благоухает правдой. Ее лицо прямо-таки сияет от святости; на языке у нее справедливость, мудрость, любовь к Богу и людям. Ложь — это специфически христианская форма греха. У нас, христиан, снова есть причина бить себя в грудь — мы виновны! Только изжив ложь в самих себе, мы сможем говорить о лжи вообще; только раскаявшись в собственном презренном ханжестве, мы сможем увидеть и принять в сердце все достойные и правдивые черты жизни людей, не связанных с христианством. Стремясь улучшить весь мир, мы должны начать с себя. В самих себе мы должны изжить ложь и ханжество — тогда и вокруг нас станет светлее. Да, среди нас ложь еще имеет большую силу; но ей никогда не подняться перед Христом.

Немота

При многословии не миновать греха…

Книга Притчей 10:19

То, что мы говорим и слышим, по большей части не имеет ничего общего с настоящим разговором — разговором, где есть «я» и «ты», где есть попытка вырваться из тюрьмы собственного одиночества и прислушаться друг к другу. Большинство наших бесед — это пустая, варварская трата времени, ибо, разговаривая, мы на самом деле совершенно не стараемся услышать собеседника — так же как не

стараемся, чтобы услышали и нас. Мы произносим какие-то слова — и не ищем друг друга, и не хотим помочь друг другу. Так мы разговариваем между собой; так делаются доклады, произносятся проповеди, ведутся дискуссии. Так пишутся книги и газетные статьи. Так мы слушаем, и так мы читаем. Так опустошается слово; из него вынимается содержание, оно становится только словом, и не более; так мы живем в потоке бессмысленных, пустых слов, в постоянном удешевлении слова, в словесной инфляции. Если мы задумаемся над этим, то поймем, что на самом деле пусты не слова, но люди, которые их произносят и слушают. Пусты и ничтожны мы, когда мы заменяем словесной шелухой отношения «я» и «ты». Это так, но в то же время мы ни в коем случае не должны забывать, что недоверие и разочарование — как в этом вопросе, так и во всех других — еще никогда не делали мир лучше. У нас есть возможность говорить; тем самым мы поставлены на пороге человечности; переступить или не переступить этот порог — зависит только от нас; использовать данный нам шанс узнать друг друга, встретиться друг с другом в общении или пренебречь им — зависит только от нас. Пока у нас есть эта возможность, в наших силах наполнить слово — произнесенное и услышанное — настоящим содержанием.

Болезнь

Господи! вот, кого Ты любишь, болен.

Евангелие от Иоанна 11:3

Болезнь — это момент, когда хаос восстает против творения Бога; это явление дьявола и его слуг — демонов. Болезнь бессильна по отношению к Богу, ибо она реальна и опасна лишь как элемент того, что Бог отрицает. Болезнь — это знак разрушения и гибели; спасение от гибели может быть только в милости Божьей и во Христе. Без Бога (или против Бога) болезнь одолеть нельзя. Кто знает об этом, тот не должен опускать руки перед болезнью; иначе это будет неверностью Богу и Его любви. Болезням и всему царству зла нужно отвечать так, как ответил ему Бог — «нет»! Капитулируя перед темными силами, мы проявляем непослушание Богу. Одна капля решительности в противостоянии темными силам, среди которых находятся и болезни, гораздо лучше, чем целый океан якобы христианского смирения перед ними. Что еще можно добавить? Только одно: в том, что проявляется перед нами как болезнь, скрыто присутствует и Божья воля, и Божье благоволение. Это вовсе не повод сдаться и капитулировать перед болезнью; капитулировать мы должны перед Богом, во власти Которого и болезнь. Милость Бога проявляется по отношению к нам и в том, что Он позволяет, чтобы мы болели. Это не повод прекращать борьбу против болезни; но эта борьба обязательно должна заключать в себе терпение.

Да будет свет!

Пошли свет Твой…

Псалом 42:3

Господи, Отче наш, сейчас мы думаем о больших и маленьких бедах нашего сегодняшнего мира: о миллионах голодающих, по сравнению с которыми мы очень благополучны; о страшной угрозе — атомной бомбе, нависшей над нашей прекрасной планетой; о беспомощности наших правителей перед своей задачей — договариваться друг с другом и находить разумные решения; о страданиях тех, кто болен телом или духом; о бессилии наших официальных установлений и о глупости большинства наших обычаев и привычек; о пустоте и суетности нашей духовной и культурной жизни; о слабости и ненадежности нашей церковной жизни; о заботах и неприятностях в наших семьях — и, наконец, о том, что тяготит и расстраивает каждого из нас в отдельности.

Господи, да будет свет! Сокруши, уничтожь, разрушь всю власть тьмы! Спаси нас, Господи, и тогда мы будем спасены! Пусть не полностью, если время для этого еще не пришло, но пусть хотя бы в чем-то — как знак, что Ты с нами и мы, несмотря ни на что — Твой народ; как знак того, что Ты ведешь весь мир навстречу Своему величию. Ты Один благ. Тебе Одному подобает честь. Ты Один можешь спасти нас — и Ты спасешь нас. Аминь.

Христианская жизнь

Открытая дверь

… Всегда в молитве и прошении с благодарением открывайте свои желания пред Богом…

Послание к Филиппийцам 4:6

Нам открыта дверь; это дверь в «прекрасный рай». 11ричина этого не в том, что Господу так необходимы маши рассказы о том, что отравляет нашу жизнь, отягощает ее, ложится на нее черной тенью — но в том, что нам, Его детям, позволено в простоте сердца говорить с Ним обо всем, что с нами происходит: о большом и малом, о важном и неважном, об умном и глупом. «Открывайте свои желания перед Богом». 11ам позволено говорить с Ним о том, как трудна наша жизнь; о том, насколько странным и непонятным кажется нам порой все, что нас окружает; о том, что мы не можем понять и принять людей, которые встречаются нам на нашем пути; о том, что совесть I iaiiia нечиста. Нам позволено открыть это в молитве — то есть в момент полного и искреннего смирения; в момент, когда мы с детской настойчивостью и доверием обращаем к Богу свои просьбы; в момент, когда сердце наше исполнено благодарности за то, что 1осподь держит все — в том числе и нашу жизнь — в Своих руках, и за то, что нам позволено знать это и обращаться к Нему Мы просим Его о том, чтобы черные тени, которые окружают нас, не заслоняли от нас Его лица; о том, чтобы мы не уставали надеяться па то, что Он разгонит, рассеет все тени и тучи — и тогда мы увидим лицо Его во всем свете, во всем сиянии.

Тихий вздох

Господи! Научи нас молиться…

Евангелие от Луки 11:1

Есть ли люди, которые могут с полным правом сказать о себе: «Я умею молиться»? Боюсь, что именно те, кто так говорят, на самом деле молиться не умеют. И наоборот — тот, кто мучается тем, что не умеет молиться, в действительности наиболее близок, наиболее способен к искренней молитве. Настоящая молитва — это не то, что совершаем мы, но то, что совершается с нами по воле Бога — Бога, который любит всех детей Своих. Мы — Его дети; поэтому нам позволено обращаться к Нему, взывать к Нему. Библейские заповеди призывают нас: «Молитесь!» Помни о Господе нашем Иисусе Христе, Который и на кресте молился за нас! Ты должен принять милость Его — только это и требуется от тебя. Если ты принимаешь милость Господа, то ты отвечаешь на Его призыв; тогда ты молишься. Тихий вздох, с которым мы говорим Богу: «Да», с которым мы предаем себя Его воле — это и есть главная молитва; это источник всех других молитв. В нем — «Отче наш», и «Miserere», и «Gloria», и все молитвы, которые знает Церковь. В этом вздохе заключен весь мир творения, обращенный к Творцу. Не существует особого искусства молитвы. Есть лишь детское чувство — чувство, что нам позволено призывать Господа нашего. Сохраняй это чувство в душе! Помни о нем всегда — даже тогда, когда ты не можешь молиться.

Вера

… Верую, Господи! помоги моему неверию.

Евангелие от Марка 9:24

Что такое вера? Что происходит с человеком, который уверовал? Слово Божье освобождает такого человека, ибо он находит в этом слове утешение и помощь — для всего мира, для своих близких, для самого себя; он находит свое место в мире, он узнает о своей задаче. Для распускающегося цветка естественно поворачиваться навстречу солнцу; для ребенка естественно смеяться, когда он видит что-то хорошее и смешное; для всех нас естественно верить. И неважно, что вера наша хрупкая и нестойкая, как мерцающий огонек. Тот, кто верит, знает, что он приобрел эту веру не своими силами и не своим умом. Он верит, зная, что неверие не оставило его полностью. Он не думает, что вера находится в его полном владении — нет! Но как евреи находили спасительную манну в пустыне, так и он благоговейно принимает веру как великий дар — в каждый день своей жизни. Вопрос о том, есть ли люди, которым легче уверовать, которые, так сказать, более приспособлены к вере — вопрос легкомысленный. Серьезный вопрос звучит иначе: позволительно ли нам упорствовать в неверии, омрачающем нашу жизнь, когда Господь являет каждому из нас Свое слово и Свои дела; когда каждый из нас в своей жизни испытал власть Духа Святого? Хотим ли мы оставить бессмысленное заигрывание с собственным неверием и жить в свободе — свободе, которая нам дана?

Новички

… Ибо милосердие Его не истощилось;

Оно обновляется каждое утро.

Книга Плач Иеремии 3:22–23

Из христианина едва ли может получиться строгий, бескомпромиссный и беспощадный защитник своих убеждений. Христианином нельзя быть; им можно только вновь и вновь становиться: вечером, стыдясь и раскаиваясь в грехах прошедшего дня, и утром, глядя с отвагой и радостью на день, который предстоит прожить — с надеждой, с утешением, с близкими, со всем тем, что этот день принесет с собой. Христианская община едина в том, что вся она состоит только из новичков; огромное благо для нас, что мы можем снова и снова начинать все с начала, идти вперед и не останавливаться, не считать нашу задачу завершенной. В этом — единство истинной веры. Вера здесь главное, ибо во всем мы полагаемся на Иисуса, Который подарил нам эту радость — быть маленькими и неразумными, быть глупыми птенцами, которые пищат во славу Его — быть вечными новичками. Вера здесь главное, ибо должно свершиться чудо, чтобы человек почувствовал себя освобожденным от законов, от принуждения, от напыщенной торжественности, от мрачной серьезности всех убеждений — при том, что убеждения у него могут и оставаться. Возможно, поэтому христиан так мало. Все сказанное выше никак не говорит против них — было бы очень страшно, если бы на земле жили только бескомпро

миссные люди, до самой смерти не меняющие своих убеждений. А у христиан есть прекрасная задача — показать другим, что на свете есть не только убеждения, но и вера.

Последователи

… Иисус… говорит ему: следуй за Мною.

Евангелие от Матфея 9:9

Этот призыв — призыв к решительному действию, призыв к поступку — величайшая милость, оказанная людям. Эта милость исходит от Бога, поэтому она обладает абсолютной свободой: ее невозможно заслужить, ее нельзя выбрать, ее можно только принять — принять полностью, без оговорок. Призыв «Следуй за Мною» связывает человека с Тем, Кто его призывает. «Следуй за Мною» — не программа действий, не идеал, который нужно воплотить; это призыв Иисуса к доверию. Человек становится последователем Иисуса в тот момент, когда он предает свою жизнь в Его руки, когда вера человека воплощается в решимости пойти за Иисусом туда, куда Он поведет. Иисус призывает человека вырваться из круга привычной жизни, отвергнуть все то, что еще недавно казалось важным, разумным и нужным; человек также должен преодолеть инерцию своей внутренней жизни, вырваться из скорлупы умозрительных построений, которыми он довольствовался в своем бездействии. Призыв «Следуй за Мною» подразумевает рывок, разрыв — разрыв с тем, что было до этого. В этом призыве

открывается Царство Божье — революция Бога, исполнившаяся в Человеке Иисусе Христе. Мы должны принять это откровение, ответить на этот призыв; оставив прошлое, мы должны сделать решительный шаг вперед; это первый шаг в вере. Тот, кто не возьмет на себя этой трудной ноши, этой огромной ответственности — стать последователем и учеником Иисуса — тот потеряет душу свою.

Не робеть!

… Оставили все и последовали за Ним.

Евангелие от Луки 5:11

Христиане — это люди, которые нашли своего Господа, ибо прежде Он нашел их. Им не нужно искать себе других господ. Это не значит, что они никого не уважают. Это значит другое: раз и навсегда они освободились от любого рабства, от любой диктатуры: над ними не властны ни газетные статьи, ни людской суд, ни общественное мнение; нет такой сильной личности, такой идеологии, таких принципов, которые могли бы поработить их. Им не угрожает опасность стать рабами своих собственных убеждений. Всегда — даже в моменты слабости, кажущейся или реальной, — у них есть сила — сила бояться Бога и любить Его превыше всего. Поэтому они — люди, которых может печалить и тревожить только одно: что они слишком мало уповают на милосердие Божье, на всемогущество Божье; что в послушании Господу и Его заповедям они слишком робки, слишком нерешительны. В остальном же у

них нет никаких причин бояться: бояться будущего, бояться злой воли других людей — и своей собственной; бояться одиночества, старости, смерти; бояться судьбы и дьявола. Конечно, они часто забывают о своей силе — такие мгновения случаются каждый день; конечно, страх не хочет отпустить их и раз за разом испытывает свою власть над ними. Но у них есть сила — сила, чтобы победить страх, победить все темные силы.

Встать и идти

И вскочив стал, и начал ходить…

Деяния святых Апостолов 3:8

6 Мгновения

Христианин — создание Господа, раньше всех понявшее свое ничтожество перед Ним, — в своей вере (если в этом жалком существе может быть хоть крупица истинной веры) пребывает вместе с Богом; его не может поглотить бурное море — мир, в котором он живет. Он пребывает с Богом, он — сын Отца Небесного, наследник Его величия; здесь и сейчас он — свободный повелитель всего. Он видит — видит даже там, где ничего не видно; он смеется над ложными представлениями о мире — даже там, где они имеют силу. Он встает и идет — даже тогда, когда все (и он сам) думают, что он падает в пропасть. Он смел, терпелив и радостен — даже тогда, когда окружающая реальность отнимает у людей эти качества. Он упорствует; его упорство — не судорожные усилия религиозного фанатика, но сознание того, что Господь дает ему упорство и силы противостоять злу в мире и в самом себе. У него есть Господь — поэтому он смеет упорствовать, продолжает упорствовать. Его упорство, его движение наперекор всему имеет причину, смысл и цель. Он ждет, ждет с волнением и покорностью — ждет, когда Господь его явит Себя Господом мира и всех событий в нем; когда его упорство принесет плоды. Это и значит — жить в вере.

Христианское знание

Велик Господь наш и велика крепость Его, и разум Его неизмерим.

Псалом 146:5

Христианин лучше других знает то, как Бог правит миром. Как и все другие, христианин каждый день в изумлении останавливается перед бесконечностью загадок мирового устройства, перед неожиданными взлетами и падениями, ослепительными огнями и кромешной тьмой событий в сотворенном мире. Конечно, он не может разгадать все загадки, все тайны, которыми исполнена жизнь. Наоборот: он как раз знает, что стремление получить некий универсальный ключ — разгадку всего происходящего — бессмысленно и неосуществимо. Он никогда не будет пытаться предугадать будущее. Он больше других, сильнее других способен удивляться, радоваться, пугаться — как ребенок, оказавшийся в лесу или у рождественской елки; все события, которым суждено случиться, все задачи и заботы, которые будут на него возложены, он примет серь

езно, искренне, без предубеждений; он готов начать путь с начала — в любой момент. Он таков именно потому, что он знает, Кто истинный Господин всего; потому, что он знает, откуда приходят к нам все события; потому, что в душе у него всегда согласие — согласие сына с волей Отца, согласие создания с волей Создателя. Это и есть христианское знание о том, как Бог правит миром.

Чужое бремя

Носите бремена друг друга…

Послание к Галатам 6:2

Мы не в силах устранить то бремя, которое несут те, кто нас окружает; мы также не в силах избавиться от беспокойства и хлопот, которые доставляют нам те, кто нас окружает. Но мы и не должны стремиться к этому! Нести бремена друг друга — значит терпеливо и кротко выносить беспокойство, хлопоты и огорчения, которые мы доставляем друг другу. Нести бремена друг друга — значит прощать обоюдные обиды, значит — по-доброму обходиться друг с другом, не ждать зла от другого, но относиться к нему с жалостью и терпением, как будто все мы — пациенты в одной палате больницы. Нести бремена друг друга — вовсе не значит быть слепыми и равнодушными к обоюдным ошибкам и грехам; но это и не значит — впадать в бешенство и злобу, увидев эти ошибки и грехи. Несение бремени другого — это помощь, это приятие другого человека вместе со

всем грузом его проблем, грехов, несчастий — приятие в спутники и готовность пройти с этим спутником весь путь — от начала до конца. Когда мы несем бремена друг друга, нам нужно обращать больше внимания на бревно в своем собственном глазу, чем на соринку в глазу нашего спутника и брата. Только так мы должны идти по этому пути, только так нести это бремя — иначе не получится ничего, кроме обоюдных мучений. Те, кто несет бремена друг друга, по мере своих слабых сил повторяет подвиг Христа, Сына Божия и нашего Спасителя, Который принял — и принимает сейчас — бремя наших грехов.

Любовь

… Не ищет своего…

Первое Послание к Коринфянам 13:5

Христианская любовь — это отражение, пусть слабое и мутное, Божьей любви. Любовь истинна постольку, поскольку в ней отражается свет Царства Божия. Тот, кто любит, испытывает потребность не брать, но давать. Эрос алчен, он берет и стремится взять еще; тот, кто любит, отдает. Это не значит — отдает, ничего не получая, отдает, лишаясь того, что у него было — нет! Он счастлив, ибо он удостоен лучшего дара на свете. Отдавая и ничего не требуя взамен, он обретает себя. Он как будто вышел из пещеры на свет Божий — лучи солнца ослепляют его, ветры и грозы пугают его, но он вышел и не вернется обратно. Центр его жизни заключен отныне не в нем самом; круг, замкнутый на нем, разомкнулся. Он узнает, что

такое преданность — это готовность отдать добровольно все — деньги, время, саму жизнь.

Бог всегда присутствует там, где есть любовь, даже если Его хижина и стоит посреди грешников. Тот, кто любит по-настоящему, радуется; тот, кто носит радость в душе — это любящий человек. В любви он уподобляется Богу — Богу, Который никогда не оставит его Своей любовью. Это великое счастье любящего — даже если тот, к кому устремлены его чувства, отвергает его любовь или отвечает на нее недостойно. Он любит не ради того, чтобы добиться взаимности; он любит, ибо Господь вложил любовь в его душу.

Единение

И сами, как живые камни, устрояйте из себя дом духовный…

Первое Послание Петра 2:5

Созидать — значит объединять. У людей есть потребность в объединении — в единении с другими людьми. Люди сами по себе — это толпа слабых созданий, которых обуревают противоречивые желания. Люди могут объединяться для достижения конкретной цели, но это объединение никогда не будет полным и никогда не насытит их духовную жажду. Когда они объединяются в общину, они стремятся достигнуть главной цели, высшей цели, цели, лежащей за пределами этого мира; поэтому их объединение — это объединение полное и безусловное. Люди объединяются тогда не в коллектив, где каждый человек теряет свою самостоятельную волю и ценность; нет, их единение — это единение в свободе! Из камней образуется здание — да, у этого здания есть швы, но эти швы соединяют камни неразрывной связью, связью, крепче которой не бывает. Здание стоит, ибо камни несут друг друга, поддерживают друг друга. Где двое или трое соберутся во имя Христа, там они познают друг друга в единении. Любовь — фундамент общины. Любовь проявляется в том, что люди, объединенные Иисусом, объединяются и сами, — по своему выбору и по своей воле — объединяются, чтобы принести большую пользу окружающему миру. Как человек не был бы человеком сам по себе, без других людей, так и христианин, оторванный от общины, не может быть христианином. Царственная свобода его веры — это свобода правильно распорядиться своим достоянием и честно выполнить свой долг вместе со своими братьями и сестрами.

Быть человеком

Позволение жить

… Я живу, и вы будете жить.

Евангелие от Иоанна 14:19

Тебе позволено жить. Жизнь — это не бремя, не цепи, но свобода, дарованная Богом. Воля к жизни — это воля к свободе; к свободе, где человек не одинок, не предоставлен лишь своей воле, но всегда и везде чтит Бога как Создателя и Господа своего. Почему же ты непременно хочешь властвовать — властвовать единолично, властвовать в одиночестве? Почему ты стремишься встать на путь, в конце которого — пустота, тьма, отчаяние и мысли о самоубийстве? Этот путь был бы предназначен тебе, если бы жизнь не была даром Господа. Но Господь, подаривший тебе жизнь, милосерден. Что следует из этого? Тебе позволено жить. Ты должен лишь принять этот дар из рук Бога. Ты должен признать: Он, а не ты — Властитель над всем. Он, а не ты, несет ответственность за твою жизнь. Он распорядится твоей жизнью по Своему, а не по твоему желанию и разумению. Он оправдывает, прощает, спасает, возвеличивает тебя — от тебя этого не требуется. От тебя требуется не противиться Его воле — и только. Тогда ты всегда и везде будешь чувствовать Его присутствие, Его защиту. Тогда ты не будешь отчаиваться: ни в самом себе, ни в своей жизни, какой бы бессмысленной и напрасной она тебе ни казалась. Твоя жизнь, как и ты сам, принадлежит Богу; ангелы Его всегда с тобой.

Прекрасное время

В Твоей руке дни мои…

Псалом 30:16

«Что было здесь похищено у мига, того и вечность не вернет»[3]. Прошло мгновение, миновала минута нашей жизни. Мы упустили ее — нечаянно или нарочно. Теперь мы никогда не узнаем, чем она могла бы стать для нас; возможно, именно в это мгновение, в эту минуту происходило что-то, что могло перевернуть нашу жизнь или повернуть ее, как реку, в новое русло; теперь это мгновение прошло и никогда не вернется. Проснись, прекрати мечтать, перестань думать о прошлом и будущем — сейчас, прямо сейчас длится твое мгновение. Смотри, слушай, действуй, говори или молчи, соглашайся или возражай — проснись же! Вся наша жизнь, каждое ее мгновение проходит перед Богом; мы не можем убежать от реальности нашего «сейчас»; мы не можем, не смеем убивать наше «сейчас» бездействием или злодеяниями. В каждое мгновение нашей жизни с нами Господь, Его любовь и милосердие. Его присутствие — это великое, непостижимое чудо, великая радость нашей жизни. Он с нами всегда; когда в нашей глупости и злости мы отказываемся от Его даров или злоупотребляем ими, Он не покидает нас. Нам позволено надеяться, что Он прощает и защищает

Своих заблудших детей, не дает им упасть, когда они спотыкаются; что Он отвечает на глупость — мудростью, на зло — добром даже тогда, когда мы грезим о прошлом и будущем и бессмысленно расточаем наше настоящее. Он не оставляет нас даже тогда, когда мы не замечаем или не хотим замечать Его присутствия.

Границы дозволенного

Всему свое время…

Книга Екклесиаста 3:1

Создание существует по воле Создателя. Это значит: каждому созданию даны границы, пределы. У каждого создания есть свое место в пространстве и свой срок во'времени. Ему дан путь, у которого есть начало и конец. Ему позволено прийти, пройти свой путь и уйти. Ему позволено познать землю, но небо познать оно не может. Ему дано многое понять — но многое остается и останется для него непонятным; ему позволено многое сделать — но силы его не безграничны; оно свободно — но свобода его не абсолютна. То, что нам даны пределы, не свидетельствует о несовершенстве мира; пределы — это не оковы злой судьбы. Нам дана свобода узнать то, что нам позволено знать, совершить то, что нам позволено совершить. В этой свободе — воля Божья, благоволение Божье Своему творению. Эту свободу мы получаем от Бога; в ней — наш путь к Богу, Господу и Создателю нашему. Мы вольны в том, что мы можем — по своей воле — выполнить свою задачу, исполнить то, к чему Бог нас предназначил. Наша задача ограничена нашим сроком; если мы честно выполняем ее, если мы используем ту возможность, которая нам дана, мы славим Творца нашего. «Буду петь Господу во всю жизнь мою, буду петь Богу моему, доколе есмь» (Псалом 103:33). С несовершенством мира, со злой судьбой мы сталкиваемся только тогда, когда мы хотим славить Бога самовольно, когда мы не видим своих границ — или не хотим их видеть.

Человеческое достоинство

Вы куплены дорогою ценою…

Первое Послание к Коринфянам 7:23

У христиан есть возможность — и обязанность — в меру своих слабых сил подражать Христу; подражать, в первую очередь, Его отношению к людям. Главной темой, главным предметом интереса для христиан должен стать человек. В первую очередь они должны заботиться о человеке, о людях — людях, возлюбленных Христом в их слабой и грешной природе; об их жизни, их чести, их правах, свободе, их радости. Таким образом, христиане — это гуманисты по определению. Любое дело интересует и затрагивает их не как таковое, не само по себе, но в отношении к человеку, к его достоинству — насколько оно благоприятно для человека. Они не должны безусловно принимать на веру ни одной идеи, ни одного принципа, ни одного установления — нового или старого. Поговорка «Человек человеку волк» действует именно там, где люди терзают друг друга во имя какого-нибудь принципа, возведенного в абсолют. Главная задача христиан — человек; поэтому человек и его достоинство становятся для них мерой и условием правильности всех принципов и идей; поэтому они восстают против всех идей, претендующих на безусловность.

Свобода

К свободе призваны вы…

Послание к Галатам 5:13

Свободный человек стремится к независимости, это известно — и это правильно. Однако свободным человек может оставаться, терпеливо перенося внешнее принуждение и не стремясь непременно избавиться от него.

Свободу можно определить как независимость человека от любого внутреннего принуждения; пожалуй, это определение поможет нам немного приблизиться к пониманию того, что же значит свобода. Слова и поступки свободного человека указывают нам на то, что он всегда очень трезво относится к собственной персоне, держит под контролем сидящий в нем страх показаться другим хуже, чем он есть, обуздывает свое упрямство и тщеславие.

Но отрицание несвободы в любой, даже самой благородной форме — это только подготовка к свободе, и не более. Свободные люди думают и действуют позитивно. Каждый из них несет в себе надежду и утешение тем, кто еще не стал свободным;

ради них свободные люди должны созидать, а не разрушать.

И наконец: свобода — это дар, свободный дар, а не качество, безусловно присущее людям. Господь, перед Которым каждый из нас должен признать себя несвободным, заботится о нас; Он — Источник свободы. Он и только Он создает людей свободными. Мы делаем главный, самый решительный шаг к свободе, когда каждое утро мы взываем к Нему: «Господи, сделай нас свободными!»

Человек среди людей

… Не хорошо быть человеку одному…

Книга Бытия 2:18

Тот, кто видит человека одного, самого по себе, без всех тех, кто его окружает — тот не видит этого человека. Тот, кто прежде всего, прежде любого суждения не признает и не принимает в расчет факта, что у человека есть близкие — тот не видит этого человека. Каждого человека можно увидеть в свете другого Человека — Иисуса; в свете того, что Иисус всегда с ним. Он — единственный Спаситель человека, который своими делами отрекается от своей человеческой сущности, предает ее. Из этого, однако, не следует, что такой человек перестает быть человеком, и что мы должны — или нам позволено — принимать его бесчеловечность за его сущность, не видеть за грехом создания Божьего. В Человеке Христе его спасение; во Христе — доказательство того, что он не перестал быть человеком. Добрый

Пастырь открывает Себя и заблудшей овце; Он не исключает ее из Своей паствы. Поэтому невозможно вообразить человека самого по себе, человека без спутников. Что же такое бесчеловечность? Это все то, что объявляет себя человечностью, но не хочет замечать, что человек по сути своей, по природе своей не одинок. Гуманность человека — это его готовность к единению с другим человеком. Человек выполняет свое предназначение, следует за своей природой, когда он находится вместе с другими, когда он дарит себя другим. Тогда он становится настоящим человеком — человеком, с которым Господь заключил Завет; человеком, вместе с которым Христос.

Иностранцы

… Господь, Бог ваш… любит пришельца…

Книга Второзакония 10:17–18

Там, где слово Божье звучит в полную силу и находит слушателей, такие понятия, как «Родина», «отечество», «народ» обретают силу и широту; им становится чужда всякая неподвижность и косность. Тот, кто живет в послушании Богу, может найти свой дом и на чужбине, и это не противоречит его верности и преданности своей Родине. Он найдет свой дом не там, где ему легче всего жить, но там, где он больше всего нужен, там, где он может приносить больше добра другим. Если такой человек у себя на Родине встречает иностранцев, он прежде всего задумывается — и заботится — о том, чтобы вместе со

своей страной и своим народом не просто благосклонно принять этих пришельцев, которые ищут здесь вторую Родину, но чтобы учиться у них, постигать их культуру — так, чтобы она обогатила культуру его страны. А все то, что не выдерживает контакта с иностранной культурой и ее влиянием и разрушается от соприкосновения с ней, все то, что не проявляет себя как действительно лучшее и более правильное, не нужно поддерживать с помощью искусственных средств. В каждой стране есть много обычаев и традиций, которые нуждаются в радикальном изменении — изменении с помощью иностранцев и их культуры. Народ, живущий в своей стране, должен быть не стеной, но дверью — распахнутой, а не запертой или — не дай Бог — замурованной.

Мгновение[4]

… Иисус спросил: чего ты хочешь от Меня?

Слепой сказал Ему: Учитель! чтобы мне прозреть.

Евангелие от Марка 10:51

У человеческого глаза много возможностей и функций; самая человеческая из них — посмотреть в глаза другому и увидеть его — увидеть его по-настоя- щему. Когда люди говорят: «Это меня не касается» или «Это тебя не касается», чаще всего это плохой признак, потому что за этими словами почти всегда

стоит нежелание людей обратить внимание друг на друга; это значит — люди не хотят смотреть и не хотят, чтобы смотрели на них; это значит — их открытость друг другу имеет границы. Мы следуем своей человеческой природе в той мере, в какой мы преодолеваем границы собственного «я» и берем на себя нелегкий труд узнать другого; в той мере, в какой мы справляемся с боязнью, что другой узнает нас; даже если в других отношениях мы глубоко человечны, это все равно остается главным критерием. (Кстати, вот наблюдение, появившееся в результате жизненного опыта: гуманность измеряется именно глубиной, а не высотой и живет в глубинах, а не на вершинах.) Когда человек решается, осмеливается увидеть другого и разрешить ему увидеть себя, он делает первый и важнейший шаг на пути к гуманности; первый шаг, ибо без него нельзя сделать следующих шагов. Это великое, торжественное, неповторимое мгновение — мгновение, когда люди посмотрели друг другу в глаза; мгновение, когда один человек увидел другого!

Говорить друг с другом

Кроткий язык — древо жизни…

Книга Притчей 15:4

Я и ты — мы должны говорить и слушать: говорить друг с другом, слушать друг друга. Таково предназначение человеческого языка. Язык — это речь одного человека, обращенная к другому (или другим); это обоюдная готовность собеседников говорить и воспринимать. Таким образом, важнейшая функция человеческих уст и ушей заключается в том, чтобы люди говорили друг с другом и слушали друг друга, возможность говорить и слушать была обоюдной. Как известно, люди делают много вещей походя, мимоходом; очень часто они мимоходом говорят друг с другом и слушают друг друга. Такое общение — не общение, такой разговор — не разговор; поступая так, мы ведем себя не по-человечески. Бывает так, что два человека разговаривают между собой долго и серьезно, но каждый из них думает лишь о себе, о собственной выгоде; каждый хочет помочь только себе самому, утвердиться в своих правах и в своих силах. Такие собеседники не услышат друг друга, не поймут друг друга. Диалог нельзя построить из двух монологов. Диалог, то есть человеческое общение, человеческая встреча начинается тогда и только тогда, когда слово, речь — это средство найти другого, понять другого, помочь другому; когда слово помогает людям в нелегком труде общения и постижения друг друга. Тогда люди говорят друг с другом не походя, но по-настоящему.

Слово, произнесенное вспух

Против течения

Служа с усердием, как Господу, а не (как) человекам…

Послание к Ефесянам 6:7

За века и тысячелетия ничего не изменилось: христианин по-прежнему редкая птица, белая ворона среди тех, кто его окружает — даже если вокруг него люди, которые громогласно говорят о своем христианстве. Христианину, даже если он отчетливо осознает свою связь с миром и свою ответственность за все события в мире, с ним не по пути; тем более ему не по пути с миром, который лживым и громким голосом кричит о своем христианстве. Повинуясь направляющему их голосу, они идут своим собственным путем — в большом и малом. В своих мыслях, речах, делах они были и остаются чужаками, которые притягивают недоброжелательное внимание окружающих. Одним они кажутся аскетами, другим — гедонистами и соглашателями; здесь их считают индивидуалистами, там — коллективистами; одни обвиняют их в педантизме, другие — в вольнодумстве; для кого-то они — представители буржуазии, для кого-то — анархисты. Они почти никогда не принадлежат к правящему большинству. Ни при каких условиях они не будут плыть по течению. Они сомневаются в том, что кажется само собой разумеющимся; в то же время они не склонны к тотальному отрицанию окружающего мира, так что они вряд ли найдут друзей среди революционеров любого толка. Их свобода проявляется не только в

мыслях, но и в поступках — в поступках, которыми они никогда не будут подстраиваться под окружающих.

На длинном плече рычага

… И врата ада не одолеют ее…

Евангелие от Матфея 16:18

Для Церкви во всем мире есть лишь одна возможность: быть просто Церковью. Церковь — это те, кто объединяются вокруг Иисуса; это те, кого Иисус объединяет вокруг Себя. Церковь — это «круг» Иисуса — круг тех, чью духовную жажду в тоталитарном мире утоляет Слово Божье. Чем больше в мире злых сил, всего того, что мы называем тоталитаризмом, тем свободнее они могут быть в своей вере и послушании — ибо Иисус среди них, и Церковь вокруг Него. Если Церковь выполняет свою задачу и предназначение, она живет и продолжает жить; даже претерпевая притеснения, она остается обителью свободы. Она обладает силой — может быть, единственная в этом бессильном мире, ибо он подчинен различным властям. Церковь обладает уникальной возможностью быть мирной по отношению к тоталитарному миру, а не сжимать кулаки в бессильной злобе, ибо она сидит на длинном плече рычага. Церковь может ждать — и она знает, что ее ожидание не будет напрасным. Церковь знает, что все те идеи, которым подчиняется мир, все принципы, возведенные в абсолют, все эти идолы и кумиры по природе своей ложны — а лжи не нужно бояться. У нее короткие ноги, на которых далеко не убежишь.

Церковь знает и об этом. Чем смиреннее живет Церковь и чем чаще напоминает себе о том, как много лжи и внутри нее самой, тем скорее она увидит Господа, Который правит миром и борется с ложью в Церкви и ложью в мире. Тогда Церковь ни при каких обстоятельствах не забудет о своей задаче и раз и навсегда запретит себе бояться будущего. Ее будущее — это ее Господь.

Призвание

Вы — свет мира.

Евангелие от Матфея 5:14

Община Иисуса Христа существует для людей; живя для людей, она тем самым живет для Бога. Бог всегда присутствует в мире. Христианская община предназначена Богу, поэтому для христиан есть только один путь — всегда быть в мире и для мира. Они обретают и спасают собственную жизнь тем, что посвящают и дарят ее другим человеческим созданиям. Конечно, община — это народ, который был призван — вызван из мира Словом Божьим; но, будучи призванной из мира, она прежде всего призывается обратно в мир. Приходя в мир от Господнего стола, христиане не откажутся сесть за стол со всеми грешниками. Если они избегают мира, они избегают Божьей любви. Если они, кичась своей чистотой, побоятся испачкаться от прикосновений мира, они уподобятся ему. Мир лежит во зле и будет лежать во зле, если каждый будет заботиться только о себе. От таких поступков зло в мире будет лишь укрепляться; а христиане

призваны не продолжать движение мира по наклонной, но дать ему другое направление, развернуть его — развернуть решительно и недвусмысленно. Мир ждет доброго самаритянина. Христианская община — это не самаритянин, который приходит в мир, чтобы спасти его, но она призвана в мир в его служении. Она свидетельствует о нем, служа вместе с ним ближнему — служа тому, кто пострадал от рук разбойников. В своем диаконическом служении она делает то же самое.

Политическое богослужение

И заботьтесь о благосостоянии города, в который Я переселил вас, и молитесь за него Господу…

Книга Пророка Иеремии 29:7

Церковь должна всегда оставаться Церковью. У Церкви есть определенная задача, которую не могут отменить никакие мирские власти; выполнение этой задачи не может осуществляться в тех же формах, в которых осуществляются задачи, стоящие перед государством. Церковь свидетельствует о Христе и возвещает надежду на грядущее Царство Божие. Общество призвано получать эту весть, а не нести ее. Общество не молится, это не его задача; задача Церкви — молиться за всех. Однако в задачу Церкви входит и деятельное участие в жизни общества. Церковь верит во Христа и исповедует христианство; тем самым она исповедует Того, Кто Господь Церкви и Господь всего мира. Христиане молятся за всех людей; тем самым они принимают на себя ответст

венность перед Богом за всех и за все, что их окружает. Молитва имеет смысл только тогда, когда за ней стоит деятельное участие в окружающей жизни, постоянный труд на благо людей. Церковь служит Богу; тем самым она служит людям. В основе Церкви находится исповедание истинным Богом Христа, Который пришел к людям, чтобы стать Одним из них. Из этого непременно следует, что в любых ситуациях, при любом политическом режиме Церковь должна заботиться о людях и об их благе. Господь стал Человеком; после этого человек стал для Церкви мерой всех вещей.

Быть партией

Взывай громко, не удерживайся; возвысь голос твой…

Книга Пророка Исаии 58:1

Исповедание веры не может осуществляться только в умозрительной, теоретической сфере. Все люди живут «здесь и сейчас», и каждый христианин рано или поздно осознает необходимость разрешить для себя вопросы присутствия и значения веры и Церкви в современном мире — не для того, чтобы получить ясные ответы на эти вопросы, но чтобы свидетельствовать о Христе. Эти вопросы разрешаются с момента возникновения христианства — с момента, когда многие люди почувствовали необходимость свидетельствовать своим братьям о Христе; эту необходимость не в силах отменить никакие исторические процессы. Апостольское служение обращено к вечности — но осуществляется в опреде

ленном времени и принимает во внимание современные события. Апостольские речи обращены к высшей реальности, но не оторваны от реальности жизненной. Апостолов вдохновляет Дух вечный, а не дух времени, но они говорят со своими современниками об их жизни — жизни недолгой и подверженной переменам. Поддерживать чью-то точку зрения, принадлежать к чьей-то партии — значит подчинять свою волю, свои личные интересы общим интересам. Быть партией — это нечто другое, это другая ступень, другой этап; быть партией — значит проявлять собственную волю, собственную инициативу громким голосом, который не сливается с голосом хора, говорить то, чего требует исповедание Христа. Церковь, которая боится запятнать себя прикосновениями к грязной и грубой реальности; Церковь, которая боится громко заявить о своей точке зрения; Церковь, которая не дерзает быть партией, да будет осторожна! На ней обязательно появится такое пятно, которого не смыть и не скрыть — пятно дьявола. Ибо у дьявола нет лучшего союзника, чем Церковь, которая радеет только о своей доброй славе и чистых одеждах, Церковь, которая погружена в умозрения и нейтральна к окружающей действительности. Церковь, которая больше всего заботится о трансцендентной сущности Царства Божия (которой нелегко, если вообще возможно, принести какой-либо вред), — это сторож, уснувший на своем посту. Нельзя допустить, чтобы это произошло.

Слово, произнесенное вслух

Проповедуй слово, настой во время и не во время…

Второе Послание к Тимофею 4:2

Христиане знают, Кому дана всякая власть на небе и на земле; поэтому они умеют отличать истинную власть от власти ложной, власть, данную от Бога, от власти, придуманной и возведенной на трон людьми. Они благодарят Бога за власть, которую Он установил, ибо она изгоняет бесчеловечность и освобождает место для человечности. Христиане не имеют права быть равнодушными в этих вопросах — они и так слишком часто позволяли загонять себя в угол и молчали, когда им следовало говорить. Христианская община не может и не должна быть самостоятельной политической силой; ее задача — свидетельствовать народам и правителям о том, что политика есть одна из форм служения Богу, а свобода и право — это Божьи дары. Христиане не должны молчать; в свободе и любви к ближним должны они взывать, просить, спрашивать, предупреждать-там, где государству грозит анархия или тоталитаризм, там, где оно выбирает несправедливость и посягает на свободу, там, где оно притесняет людей и вторгается в область, где властвует Один Господь. Христиане отвечают за то, что происходит и чего не происходит в государстве. Их призвание, их миссия, их долг — слово; слово, сказанное вслух, сказанное громким голосом. Лучше переусердствовать, чем недоусердствовать, когда ты заступаешься за слабых;

лучше закричать громким голосом, который многим не по нраву, чем промолчать, когда свобода и справедливость в опасности.

Война и мир

Врачуют раны народа Моего легкомысленно, говоря: «мир! мир!», а мира нет.

Книга Пророка Иеремии 6:14

Ведение войны не относится к основным задачам государства; основная, естественная задача государства состоит именно в том, чтобы поддерживать мирную жизнь и стараться не допустить войны. Если государство не выполняет своей основной задачи, рано или поздно оно будет вынуждено поставить перед собой противоестественную задачу ведения войны и распространить свое зло на другие государства. В государстве, в центре которого находится не человек, но капитал, приносящий прибыль, автоматически включается механизм, который рано или поздно приведет людей к чудовищной необходимости убивать или погибать от руки других людей. Этот гибельный процесс не в силах остановить ни природное стремление всех людей к миру, о котором так часто говорится, ни протесты прекраснодушных идеалистов. Неправильный, несправедливый мир неизбежно рано или поздно становится войной. Не нужно много веры, ума и мужества, чтобы проклинать войну на словах. Не нужно никакой веры, ума и мужества, чтобы выть с волками: «Война — это естественная принадлежность жизни». Христианская

вера, ум и мужество нужны для того, чтобы громко сказать народам и властителям: поддерживать мир очень трудно. Для этого нужно уметь отдать все время, все силы, ибо мир наступает только тогда, когда люди живут по справедливости и не ищут в войне бегства от окружающего их зла.

Богатый и бедный

… Богатящихся отпустил ни с чем…

Евангелие от Луки 1:53

«Богатые». Когда мы слышим это слово, мы думаем о людях, которые владеют кучей акций или еще чем- нибудь забавным в таком роде. Тех, кто считает эти вещи смыслом жизни, можно отнести к богатым; к ним же принадлежат и те, кто искренне полагает, что делает милость Богу и людям, когда создает и преумножает богатство. Бог отпустил их ни с чем. Он не сделал им ничего плохого. Он оставил их наедине со всем их скарбом. У Бога не нашлось, что сказать, что подарить богатым. Бедные богатые!

Богатые лишь создают видимость того, что богаты. Они обманывают в этом самих себя, Бога и других людей. В действительности же человек не может насытиться лишь тем, что он имеет сам по себе, лишь тем, что он приобрел своими силами. Для богатых остается только одна надежда: надежда на то, что Господь будет милостив и к ним. Если Господь услышит их молитву, все сразу изменится — бедный богатый станет богатым бедным. Тогда он услышит то, что ангел сказал пастухам: «Я возвещаю вам

великую радость, которая будет всем людям, ибо ныне родился вам в городе Давидовом Спаситель». Иисус сделал беднейшего богатейшим, ибо Он стал Братом всем людям. Вы знаете главный признак, по которому можно сразу распознать богатого человека? Он ни на секунду не забывает о том, что миллионам людей в мире не хватает насущного хлеба. Он видит в них своих братьев и сестер и бросается к ним на помощь.

По прецеденту

… Не делайтесь рабами человеков.

Первое Послание к Коринфянам 7:23

Церковь призвана высказывать свое мнение по политическим вопросам только тогда, когда она сталкивается с определенными явлениями современной ей политической жизни. Тогда ее долг — произнести свое слово прямо и четко, помня о миссии, которая ей дана. Церковь имеет дело не с различными «измами» и политическими системами, но с исторической действительностью, которую она должна рассматривать в свете слова Божьего и веры. Церковь не подчиняется никакому «природному праву»; над ней властвует лишь Господь Бог. Церковь думает, говорит и действует независимо от тех или иных политических принципов; она высказывает свое суждение только по поводу отдельных случаев, по прецеденту. Церковь всегда отказывается от систематизации политической истории и от собственного в ней участия; так она сохраняет свободу

и независимость в оценке новых явлений. Она не встает на готовые рельсы, но сама прокладывает себе путь. Она говорит, если того требует ее долг — долг перед Богом; в другой ситуации, когда этот долг требует от нее молчания, она молчит. Если Церковь не считает для себя зазорным каждый день иметь дело с новой реальностью, с новыми явлениями, тем самым она сохраняет единство и непрерывность своего существования.

Общее благо

Итак прежде всего прошу совершать молитвы, прошения, моления, благодарения за всех человеков, за царей и за всех начальствующих…

Первое Послание к Тимофею 2:1–2

Если я молюсь за кого-нибудь или за что-нибудь по- настоящему, я не могу пребывать в бездействии. Я не могу ограничиться лишь тем, что все предоставлю попечению Бога. Если я молюсь, это значит, я беру на себя ответственность за все, о чем я прошу Бога. Это относится и к молитвам за «царей и всех начальствующих». Я должен понять — я и сам — один из «начальствующих». Люди, в чьих руках находится существование и благополучие государства — это не только учреждения «там наверху», но и все, кто выполняет предписания этих учреждений. Когда они молятся за государство и за то, что происходит во имя государства, когда они действуют ему во благо — они выполняют свой политический долг. Мы все в ответе за существование государства, за все хорошее и

плохое, что в нем происходит. Божественное установление — это то, чем оправдывается существование государства. Государство должно служить — служить общему благу, то есть праву, миру и свободе. Свободу здесь следует понимать не как анархию, когда каждый может делать, что ему заблагорассудится, но как личную ответственность каждого из граждан. Государство должно служить общему благу на основе свободы. Не надо толкать граждан к общему благу насильно, не надо никого загонять палками в светлое будущее — пусть люди сами ищут и найдут его; пусть сами приложат усилия для его достижения!

В пути

Долготерпение Господа

… Но долготерпит нас…

Второе Послание Петра 3:9

Господь терпелив. Когда кто-то терпелив, он ждет другого, но не покушается на его свободу. Долготерпение Господа — это Его желание дать нам время и место для того, чтобы мы были самими собой; Господь желает этого, ибо Он милосерден и свят. Милосердие Господа никогда не подавляет того, на кого оно направлено. Милосердие Господа — это Его терпение, Его воля дать свободу грешным созданиям, не оставляя их Своим попечением. Ему принадлежит время; Он дает время нам, и именно это характеризует Его отношение к нам как бесконечное упражнение в терпении. Господь долготерпит нас, но это не значит, что Он предоставляет нас самим себе. Он не близорук. Он знает нашу грешную природу; именно в этом знании — основа Его терпения; основа, которую Он Сам заложил. Он разрешает многим людям идти своим собственным путем, Он ждет и надеется, но не принуждает — для того, чтобы люди, оставаясь разными, осознавали свою принадлежность Ему — Единому Богу; для того, чтобы они, неся ответственность за свою жизнь, отдавали себя в Его руки — в руки Господа, Который вновь и вновь приходит, чтобы спасти их. Поэтому Господь терпелив со многими людьми. Это не значит, что они могут злоупотреблять Его терпением, злоупотреблять временем, которое им дается, упорствовать в грехе, не желая раскаяться. Долготерпение Господа дает людям путь — путь веры.

День субботний

Помни день субботний…

Книга Исхода 20:8

Заповедь о субботе объясняет все остальные заповеди. Она требует от человека воздержания от труда, отречения от собственных дел — тем самым она объясняет ему, что Господь, давший ему силы и способности для труда, есть Тот, Кто милосерден к человеку — милосерден во Иисусе Христе. Человек должен на время забыть о том, что он в силах сделать сам, и увидеть то, что для него делает Бог. В праздничный день, в день отдыха становится более видным то, что дает смысл всем дням. Свобода и беззаботность, радость и открытость, без которых немыслим праздничный день, бросают свой отсвет и на будничные дни — на дни, когда они не могут проявиться с такой силой, как в праздник. Если будний день — это день безрадостных усилий, забот, день принуждения, день, когда человек видит только себя и думает только о себе, что же за воскресенье предшествовало такому дню? Такой день не может быть днем созидательного труда. Тот, кто верит, когда на дворе воскресенье, может верить и тогда, когда приходят будни. Тогда он будет работать серьезно и старательно, но не будет ни господином, ни рабом своей работы. Тогда он ставит перед собой разные цели, но никогда не возжелает поклоняться

маммоне. Пусть он будет вынужден каждый день бороться и спорить — в его душе будет мир; мир, который не покидает его, о котором он думает и молится — тогда и работа, труд не помешают его молитве. Его силы не иссякнут, щедрость его рук не оскудеет. Ни в будние, ни в праздничные дни он не будет бояться. Почему же это так? Мы принадлежим не себе, но Господу, и праздник дан нам, чтобы мы научились испытывать это чувство.

Работа

Ободрись, весь народ земли, говорит Господь, и производите работы.

Книга Пророка Аггея 2:4

Любая работа — это попытка людей «устроить» свою жизнь. Самое главное, то, без чего невозможна жизнь, человек не в силах приобрести сам; он получает это от Бога. Однако человек может в меру сил сам заботиться о поддержании своей жизни. Он с благодарностью принимает Божий дар — жизнь и старается, чтобы жизни его ничего не угрожало. Он сам решает, как это лучше сделать, он становится хозяином этой ситуации — и как только это происходит, на пути его тут же возникает опасность — опасность попасть в ловушку или загнать в ловушку самого себя. Поэтому работа — это риск, это опасное предприятие для человека; он не должен забывать о множестве искушений, подстерегающих его, когда он работает. Настоящая работа, созидательная работа нуждается во внутренней свободе. Работа в судорожных усилиях,

в сверхъестественном напряжении — это злая, неугодная Богу работа; она разрушает человека; она разрушает братство людей. Такая работа извращает желания и потребности человека, его алчность становится ненасытной; он перестает понимать, для чего он работает, вернее, теряет способность ставить перед собой разумные цели; в конце концов он оказывается просто не в состоянии работать — работать осмысленно и плодотворно. Работа без внутренней свободы лишается смысла и превращается в мучение. Мы не должны попадать в эту ловушку; мы должны быть внимательными, чтобы не пропустить момент, когда из нашей работы уходит свобода, когда душа наша сжимается в мучительных судорогах. Человек может работать; человек должен работать. Он должен сохранять и поддерживать свою жизнь, но не должен забывать, что Создатель уже позаботился о нем. Сознание этого даст ему покой и свободу.

Прорыв

А надеющиеся на Господа обновятся в силе; поднимут крылья, как орлы, потекут, и не устанут,

пойдут, и не утомятся.

Книга Пророка Исаии 40:31

Прорыв. То, что было прежде, устаревает и остается во вчерашнем дне; на его место приходит новое — начинается новый день. Древняя модель, которая не устарела; древняя история, глубина которой непостижима: бегство Израиля из Египта в землю

обетованную. Прорыв — это прощание; прощание навек с тем, что знакомо и близко, с тем, что, возможно, имеет и положительные стороны (вспомним знаменитые котлы с мясом в египетском рабстве). Прорыв — это безоглядное стремление к далекому, к надежде, к тому, что всегда имеет очевидный недостаток, ибо оно незнакомо — даже если образ его прекрасен. Церковь совершает прорыв; она раз и навсегда сделала свой выбор — идти вперед. Она раз и навсегда запретила себе тоску по тому, что осталось позади. Она приветствует то, что находится перед ней. Она здесь и уже не здесь; она еще не там, но уже там. Перед ней — далекий путь; путь, в котором будут битвы, страдания, зной и холод, голод и жажда. Да, иногда Церковь изнемогает и стонет — этого нельзя скрыть. Но нельзя скрыть и того, что она радуется. Таков выбор Церкви, путь Церкви; ее мысли, речи, действия обусловлены этим выбором. Прорыв Церкви — это вечный кризис, вечное противоречие — еще плененный, но уже освобожденный народ Божий.

Наш крест

Но как вы участвуете в Христовых страданиях, радуйтесь…

Первое Послание Петра 4:13

Крест, который нужно нести, как нес Свой крест Иисус, рано или поздно дается каждому из нас. Это происходит с каждым в свое время — вне зависимости от наших желаний и действий. Не нужно заботиться о том, чтобы крест не пришел; свои силы

нужно беречь для того, чтобы не уклоняться от него хитростью или упрямством, чтобы не бросить его, не выдержав ноши, но чтобы принять его с твердостью и смирением. Не нужно стараться избежать страданий, но нужно стараться страдать не как «убийца, или вор, или злодей» — без надежды на утешение и радость во Христе. Нужно молиться о том, чтобы этого не случилось; о том, чтобы Дух Святой дал нам сил терпеливо нести крест, который нам предназначен. Да, каждому из нас предназначен крест — но это не последнее, а предпоследнее слово. Крест, который нужно нести христианину, имеет цель, а значит, имеет предел. Мы несем крест на пределе своих возможностей, поэтому нам больно и тяжело; но крест имеет предел. Мы несем его, участвуя в Христовых страданиях; там, где на смену страданиям приходит Воскресение, там мы «возрадуемся и восторжествуем»; там кончатся и наши муки. Крест не вечен, но вечна жизнь, которую дал нам Христос, приняв смерть на кресте. «Пройдет зима, растает снег, и наступит прекрасное лето; так пройдут страдания, и наступит радость для тех, кто умеет ждать»[5]. Об этой радости нужно помнить и во время ожидания.

Искушение

Не сплю и сижу, как одинокая птица на кровле.

Псалом 101:8

Религия может быть личным делом каждого человека; примирение Бога с миром, происшедшее во Иисусе Христе — это Божье слово и Божье дело. Последнее слово Бога еще не произнесено; Он еще не предстал перед Своим творением во всей Своей славе — так, чтобы все глаза увидели, все уши услышали, все сердца приняли Его. Это значит, что каждый христианин в той или иной степени одинок и чужд людям, которые его окружают. Он видит, что в мире живет очень мало его собратьев, и каждую минуту их остается все меньше. Он обречен на такую изоляцию. Какими силами обладает маленькая горстка христиан? Что они могут сделать на огромной ярмарке, на бескрайнем поле сражения, в большой тюрьме или в сумасшедшем доме? — Ведь человеческая жизнь предстает перед ними именно в таких образах. Что значит божественная сила Благой вести, прославленная Павлом, в сравнении с силами государства, с мировой экономикой, с последними достижениями науки и техники? Если христианин не видит этих соблазнов, которые окружают его со всех сторон, это значит, что он зарывает голову в песок; если же он сознательно не хочет видеть окружающую реальность и прячется в веру, чтобы не задавать себе этих неприятных вопросов, это значит, что он зарывает голову в песок еще глубже. Так делать мы не должны. Мы должны прямо и смело смотреть на все, что вокруг нас — в неколебимой надежде, что в тот день, когда Иисус Христос явится миру во всей Своей славе, Его голос услышат все — и мертвые, и живые.

Преходящий мир

И мир проходит, и похоть его…

Первое Послание Иоанна 2:17

Проходит мир, ибо приходит Он, а с Ним и в Нем — тайна Его величия. Перед лицом Его мир и все желания мира не могут сохраниться. Он приходит, и мир предстает перед судом: не только злой, но и добрый мир. Он приходит, и над миром вершится суд — все трещит, ломается, рвется по швам, разбивается вдребезги; суд вершится и над каждым из нас. Ты думаешь: «Вот это я должен сохранить; это мне нужно и полезно»; но Тот, Кто приходит, говорит: «Нет, тебе это не полезно, но вредно, немедленно брось это!» Ты думаешь: «Вот это может меня исцелить»; но Тот, Кто приходит, говорит: «Нет, это не исцеляет, но губит тебя, немедленно брось это!» Ты думаешь: «Вот это правильно»; но Тот, Кто приходит, говорит: «Нет, это заблуждение, немедленно брось это!» Так и должно быть: когда Он приходит, мы должны преклониться перед Ним; когда Он велик, мы малы; Он бессмертен, а мы должны умереть. Почему это так? Потому что тайна нашей жизни состоит в том, что наша жизнь и весь мир принадлежат Богу и находятся в Его руках. Бог любит мир. Его любовь проявляется и в том, что мир

не стоит на месте, но проходит; все проходит пред Его лицом. Бог любит мир; Он говорит: «Я сделаю все по-новому!» Поэтому все старое должно умереть и дать дорогу новому; иначе и быть не может.

Смерть

… Человекам положено однажды умереть…

Послание к Евреям 9:27

«Конец» как понятие значит и для христианина: до этой черты и ни шагу дальше! Тебе было дано время; сейчас оно кончилось. Тебе были даны способности и шанс их реализовать; второй раз этого не дается. Сейчас уже поздно что-то менять; уже нельзя ничего исправить или улучшить. «Твой час пробил — ты должен умереть»[6]. Чем же была вся жизнь? Кажется, только черновиком, попыткой — как же тяжела была эта попытка! Если присмотреться еще пристальнее, может показаться, что все было ошибкой, промашкой, неверным стартом — и не более. Неужели это действительно конец всему? Неужели для всего уже вышел срок? Христианину дана надежда, поэтому смерть для него — не конец всему. Смерь для него — это не страшный призрак с косой, с нетерпением ждущий, когда же иссякнет тонкая струйка песка в часах, чтобы увлечь человека в свои владения. Тот, в Кого он верил, Кого он любил, о Ком он свидетельствовал — Тот призовет его к Себе, Тот дарует

ему покой, если на то будет Его святая воля. Если все — в руках Господа, то разве может смерть прийти к христианину слишком рано? Она приходит по воле Господа; примем же ее со смирением и благодарностью.

Предки

… Ибо у Него все живы.

Евангелие от Луки 20:38

В «общине святых» имеют право слова, голоса и действия не только живые, но и мертвые; не только те, чей земной путь еще длится, но и те, чей путь уже завершен — их слова, их произведения, их история не исчезают с их уходом, но наоборот — часто вступают в важнейшую, решающую стадию именно после их ухода, среди их потомков; уже свершившаяся история образует с историей, которая свершается, неразрывную связь. Между грешниками всех времен, собранными во Христе, идет непрерывная беседа, происходит нескончаемое движение навстречу друг другу. Для Церкви нет прошлого. «У Него все живы». Только закоренелый, законченный язычник, который для невидимой Божьей Церкви навсегда погиб, не мог бы иметь права слова в будущем. Но законченных, полных язычников не бывает; поэтому все — в том числе и «относительные», «частичные» язычники — могут говорить, говорить как те, чья глупость уже известна и разоблачена. Бог есть Господь Церкви. Мы не можем предугадать заранее, какие люди, жившие в прошлом, сыграют важную роль в нашей

собственной жизни, в нашей собственной работе. Может быть и так, что голос из прошлого, которого мы не ждали, голос, показавшийся нам сначала ненужным и неприятным, и есть самый для нас важный и нужный. История свидетельствует о Божьей истине, а не о наших достижениях; поэтому мы должны отказаться от любых предрассудков по отношению к ней, отказаться от любых суждений «раз и навсегда» и быть всегда открытыми для нового.

Мы увидим

Смерть смерти

Смерть! где твое жало?

Первое Послание к Коринфянам 15:55

Что значат перед Богом смерть и ее сила? Смерть — последний враг человека; но и ей не дано совершить над людьми все, что она хочет. Бог дал ей силу, но Бог властен и отнять ее; Бог дал ей оружие, но Бог властен и разоружить ее. Поэтому когда мы умираем, мы тем не менее не оказываемся один на один со смертью; мы не вступаем в область, где она обладает божьей властью; смерть — это шаг навстречу Тому, Кто Господин всего — и Господин смерти. Мы были в Его власти при жизни, и мы останемся в Его власти после смерти. Не нужно бояться смерти; нужно бояться Бога. Но в самом страхе Божьем нам суждено найти утешение; его найдет каждый из нас, даже самый несчастный, самый безутешный. Бог — наш Спаситель, наш Помощник и в смерти — разве это может быть иначе? Да, с нами случится это неизбежное, это горькое, это страшное событие — все мы умрем; но Господь всегда — даже в смерти — будет для нас величайшим Благом и Источником всякого блага. Никогда — даже в смерти — мы не перестанем быть Его созданиями, Его возлюбленными детьми. Смерть не властна хоть что-нибудь изменить в этом. Смерть — это граница нашей жизни, но Господь наш — это Граница нашей смерти. Да, смерть разлучает нас с тем, что мы любим, с тем, что нам дорого. Но Бог всегда остается Богом, нашим Спасителем и Помощником, нашим Упованием — разлучить нас с Богом смерть не может. Ей это не под силу. Хорошо обдумаем это, а затем спросим себя: что же тогда вообще ей под силу?

Дисциплинированная надежда

Да приидет Царствие Твое…

Евангелие от Матфея 6:10

У Церкви есть цель — Царство Божье. Эта цель — причина вечного беспокойства для людей, принадлежащих к Церкви; для людей, чьи дела несоизмеримы с огромностью этой цели. Тем не менее это чувство не должно отравлять христианину его существование. Может случиться, что у человека, который захочет сравнить Церковь с ее целью, опустятся руки — руки, уже положенные на плуг, уже готовые к работе. Те, кто не испытал этого тяжелого, давящего чувства, не могут понять подлинной динамики этого вопроса. Человек в Церкви — это птица в клетке; птица, которая хочет вырваться и в тоске бьется о прутья клетки. Наши проповеди, наши богослужения — какая это малость! Но там, где апостольская Церковь жива, это чувство, хоть оно и знакомо каждому члену Церкви, не уничтожает, не сжигает дотла его душу. Если мы действительно уповаем на Царство Божье, мы не стыдимся увидеть в своем приходе, в своей церкви единую, святую, соборную и апостольскую Церковь. Надежда христиан по сути своей революционна;

по сравнению с ней все другие революции, о которых мы знаем и которые мы пережили — холостые патроны, и не более; но христианская надежда — это дисциплинированная надежда. Она подразумевает определенные ограничения для человека. Там, где ему позволено быть нетерпеливым, но в то же время совершенно спокойным, там, где ему дано найти в своей общине собратьев по устремлениям и по смирению — там, при свете улыбки Бога, он должен осуществлять свое призвание. Так — в нетерпеливом ожидании — идет Церковь навстречу будущему — навстречу Богу.

Великое нетерпение

… Увидим Его, как Он есть.

Первое Послание Иоанна 3:2

«Мы ждем Тебя, о Божий Сын»[7]. Мы ждем, когда Христос явится миру во всем Своем величии, во всей Своей славе — как Сын Божий, в Котором Господь возлюбил мир и примирился с ним; как Тот, в Ком Господь дал Истину и Справедливость всем людям, простил все грехи, утешил всякую скорбь, успокоил всякий плач, осушил все слезы, сотворил новое небо и новую землю и поставил человека в центр мироздания. Так верят во Христа и любят Его христиане всех времен. Но пока ни мир, ни даже христиане еще не видели Его «лицом к лицу»; пока

они только идут Ему навстречу, как идут навстречу осознанию самих себя возлюбленными детьми Божьими, братьями и сестрами, спасенными и освобожденными во Христе. Им дана вечная жизнь; но пока она дана им в форме обетования, но не в форме исполнения обетования. Каждому христианину с Воскресением Христа дана надежда на исполнение воли Божьей — надежда на то, что все люди спасутся и обретут истину. В великом нетерпении, с великой и дерзновенной надеждой христиане спрашивают: «Где же Ты, Утешение мира?» — в нетерпении, ибо они неколебимо верят, что Утешение придет; ибо они видят Его впереди и рвутся Ему навстречу.

Предчувствие радости

Радуйтесь…

Послание к Филиппийцам 4:4

Всем людям свойственно стремиться к радости; очень плохо, если человек не хочет радости, отвергает ее; такие чувства — это непослушание Богу. Мы радуемся, когда исполняется какое-нибудь наше желание — большое или маленькое. В этот момент мы чувствуем, что жизнь дарит нам подарок, вернее — что жизнь сама предстает нам как подарок, а не как труд и борьба. Жизнь улыбается нам — и мы с радостью отвечаем на эту улыбку. Настоящая радость снисходит на нас как Дух Святой — и это не метафора; Дух Святой всегда присутствует там, где есть настоящая радость; она приходит нежданно, и мы не знаем,

откуда она пришла. Когда мы радуемся, время для нас останавливается на мгновение — мы же хотим продлить этот момент навсегда. Но никакая радость в мире не вечна — кроме той, о которой говорится в Священном Писании — радости о Господе, радости вечного единения с Ним. Но эта радость — пример, образец, прообраз всего, что называется радостью в нашем мире. Когда мы говорим: «Я рад», чаще всего это значит: «Я буду радоваться». Радость есть чаще всего предчувствие радости; когда мы радуемся, мы предчувствуем еще большую радость, которая у нас впереди. Все, что нас радует сейчас, имеет временную природу; но в самой воле к радости всегда сквозь временную, преходящую форму просвечивает воля к вечной радости — к окончательному исполнению обетований, данных нам.

Отблеск

Хвалите Его по могуществу Его…

Псалом 150:2

Каждый из нас безошибочно чувствует, что могущество Господа — в великой радости, которая исходит к нам от Него; в том, что Он и только Он — Причина и Источник всякой радости и красоты. Если мы, славя Господа, не говорим о том, что все счастье, вся радость, вся красота мира исходят от Него и принадлежат Ему, тогда наши слова пресны, бесцветны и бесчувственны, больше того, они навевают скуку. Господь являет Себя творению в Иисусе; это Его величие, Его могущество. Творению,

которому Господь являет Себя, дан голос, чтобы хвалить Господа. Свет всегда порождает отсвет, блеск порождает отблеск. Все творение призвано возвысить голос и воспеть хвалебную песнь Творцу. Ангелы хвалят Господа, и самое малое творение воспевает Его — да будет это поучением нам, людям, да пристыдит нас этот общий ликующий клич! Во Иисусе Христе человек вновь получил обетование Господа — человек будет причастен Его могуществу. Со стыдом и раскаянием человек присоединяется к хору небесных и земных созданий, к хору, песнь которого никогда не прерывалась, к хору, где так долго пустовало его место — ибо человек в непостижимой глупости и неблагодарности так долго отказывался занять его.

Ничто не погибнет

… Ибо всем нам должно явиться пред судилище Христово…

Второе Послание к Коринфянам 5:10

Те, кто «вышел из тела», уже предстали перед Божьим судом; каждый из них получил «соответственно тому, что он делал, живя в теле». Я думаю — какая же участь, какое наказание ждет меня? Наказанием моим будет, конечно, яркий свет, в котором я четко увижу контраст: с одной стороны, дары, которые мне были даны, и прежде всего — жизнь; с другой стороны — как глупо, как бессмысленно, как неблагодарно я распорядился всем этим. Я приложил пророчества о будущей жизни к самому себе и сразу увидел: мы, люди, мы, христиане, так

ничтожны и неблагодарны, что милосердие Господа всегда дается нам не «за что», но «вопреки чему», не по заслугам нашим, но по милосердию Господа! Таков будет и суд: мы предстанем перед Господом в нашей безграничной неблагодарности, и Он скажет каждому из нас: «Я возлюбил тебя!» Как стыдно, как страшно стыдно нам будет! Этот стыд — стыд перед Господом и Его милосердием — будет длиться вечно; у всех нас — у верующих и неверующих — откроются глаза, и мы увидим, сколь благодарны мы должны быть Господу. Перед нами будет вечность — вечность, чтобы видеть Господа и милосердие Его.

Сейчас передо мной плотная завеса; что находится за ней, я еще не видел. Но я уверен, что все, все что было — включая и историю богословия (которая будет, вероятно, одним из самых темных уголков, ждущих света), и естественную историю со всеми исчезнувшими лесами и животными, которые когда- либо жили на земле — все будет там. Ничто не исчезнет, ничто не погибнет.

Жажда

Ей, гряди, Господи Иисусе!

Откровение 22:20

Яви нам Себя Господом верующих и неверующих, умных и глупых, здоровых и больных — Господом нашей бедной Церкви и всех других церквей — Господом хороших и плохих правительств, сытых и голодных народов — Господом людей, которые с огромным упорством говорят и пишут, и слова их

иногда очень хороши, а иногда — плохи; яви нам Себя нашим Защитником, в Чьи руки нам позволено предать свою жизнь — и грозным Судией, перед Которым мы в ответе за каждый день нашей жизни.

Великий, святой, милосердный Боже, мы жаждем Твоего последнего Откровения, мы жаждем минуты, когда со всех очей спадет пелена, и мы увидим, что весь сотворенный мир и его история, все люди и их жизненные пути находятся — и будут находиться! — в Твоих милостивых и суровых руках. Мы благодарим Тебя за то, что нам позволено жаждать Твоего Откровения и уже сейчас радоваться о нем.

Во имя Иисуса Христа, в Котором Ты вовеки возлюбил, избрал и призвал нас. Аминь.

Послесловие

Мгновения. Мгновения сосредоточенности и погружения в себя; мгновения решительного слова и действия. Мгновения задумчивости, отдыха; мгновения удивления, радости; мгновения предчувствия будущего, мгновения движения вперед, мгновения творчества, мгновения благодарности…

Карл Барт будет сопутствовать нам и поддерживать нас в такие мгновения. Он жил с 1886 по 1968 год, 12 лет был пастором в Швейцарии и более 40 лет — профессором богословия; 15 лет он провел в Германии, все остальное время — в своем родном Базеле. Одна из самых прекрасных его проповедей, произнесенная им в день своего семидесятилетия в базельской тюрьме, посвящена стиху 6 из 33 псалма: «Кто обращал взор к Нему, те просвещались». В своей огромной «Догматике» (тринадцатитомная «Церковная догматика», выходившая в свет с 1932 по 1967 год) он говорит о «великом, торжественном, неповторимом мгновении — мгновении, когда люди посмотрели друг другу в глаза; мгновении, когда один человек увидел другого»; с этого мгновения, говорил Карл Барт, начинается истинная гуманность. Тот, кто так думает, может с полным правом говорить о мгновениях — о мгновениях, исполненных глубины и смысла, о мгновениях, которые не проходят впустую, но оставляют отпечаток на всей следующей жизни; о мгновениях перед лицом Господа и Его созданий.

В этой книге, как в прекрасном букете, собраны тексты, принадлежащие перу Карла Барта. Они выбраны из богатого письменного наследия Барта и скомпонованы по отдельным крупным темам; в приложении даны ссылки на издания, где эти тексты появились впервые, и где их можно прочесть в несокращенной версии. Библейские цитаты, предшествующие каждому тексту, либо находятся в самих текстах, либо подобраны издателем. Они указывают на свет, в котором Карл Барт видел жизнь. Пусть эти тексты дадут радость и поддержку всем, кто их прочтет.

Эбернард Буш

Указатель источников

Тексты для этой книги были выбраны из богатого письменного наследия Карла Барта; почти все они приводятся в сокращенном варианте. Полные версии текстов можно найти в следующих изданиях:

Удивление

Великий Бог

Смех, который утешает

Юмор

Сила и слабость

Под покровительством

Покой

Быть довольным

Не заботиться Не бояться Радость о Боге Слава Богу! Живой Бог Бог в вышних

Его сила Его выбор Его верность Его человечность

Его милосердие

Искупитель Рождество Страстная пятница Пасха

Его присутствие

Einfiihrung in die evangelische Theologie, Zurich 1962, 72–74 Die VerheiBung. Lukas 1, Miinchen 1960, 56 Predigten 1954–1967, Zurich 1979, 43 Ethic II 1928/29, Zurich 1978, 444–446 Predigten 1921–1935, Zurich 1998, 355f. Predigten 1935–1952, Ziirich 1996, 150f. Ebd., 151f.

Die Kirchliche Dogmatik, Bd. II/1, Zollikon 1940 (=KD II/l), 727. Predigten 1921–1935, a.a.O., 354 Der Gotze wackelt, Berlin 1961, 159–161 Die VerheiBung, a.a.O., 56f. Predigten 1935–1952, Ziirich 1996, 281f. Predigten 1917, Zurich 1999, 276–278 Dogmatik im Grundrifi (1947), Zurich 1977, 40–46 Ebd., 53–56 KD II/2, 32f. KD III/3, 246f.

Die Menschlichkeit Gottes, ThSt 48, Zurich 1956, 14f.

Die Menschlichkeit Jesu, in: Mensch und Menschlichkeit, Kroners TB 243, 1956, 115ff.l 20f.

Predigten 1954–1967, a.a.O., 236

Ebd., 134-136

Ebd., 190-192

Ebd., 254.256f.

KD IV/3, 321.403f.418f.

Его милость Его закон Травы и деревья Рыбы и птицы Друг зверь

Благоговение перед жизнью

Мужчина и женщина

Бытие в единении

Дети

Юность

Зрелость

Старость

Пустые руки

Изгнанный Бог

Порабощенный человек

Безбожные силы

Одиночество

Холостой ход

Борьба за существование

Глупость

Ложь

Немота

Болезнь

Да будет свет! Открытая дверь Тихий вздох

Вера

Новички

Последователи Не робеть! Встать и идти Христианское знание Чужое бремя Любовь Единение

Predigten 1954–1967, a.a.O., 157

KD II/2, 650f.

KD III/1, 160.170

KD III/l,188f.

KD III/1, 198f.

KD III/4, 384-388

KD III/2, 390.344.347, III/4, 186f.

KD III/4, 205.209.213-215

KD III/4, 313f.319

KD III/4, 702-704

KD III/4, 705f.

KD III/4, 708f.

Predigten 1954–1967, a.a.O., 234

KD IV/1, 464.459f.469.484f.

KD IV/1, 465.483f.

Das christliche Leben, Zurich

1976, 363–366.378.382.373

KD IV/2, 473f.489.497-499

KD III/4, 450f.

Ebd., 614-626

KD IV/2, 462, 465

KD IV/3, 500–506.432.522

KDIII/2, 31 If.

KD III/4, 417.419f.423.425f.

Predigten 1954–1967, a.a.O., 232f.

Ebd., 102

Gottes Gnadenwahl, Theologische Existenz heute Nr.47, Miinchen 1936,56 Einfiihrung in die evangelische Theologie, a.a.O., 112f.ll5-118 Der christliche Standpunkt, in: Unterwegs 2 (1948), 1 KD IV/2, 605-617

Predigten 1954–1967, Zurich 1979, 263f. KD III/3, 283f. KD III/3, 275f.

Predigten 1954–1967, a.a.O., 239f.

KD IV/2, 891-895

KD IV/2, 718f. 794; IV/1, 839

Позволение жить Прекрасное время Границы дозволенного Человеческое достоинство Свобода

Человек среди людей

Иностранцы

Мгновение

Говорить друг с другом Против течения На длинном плече рычага Призвание Политическое богослужение

Быть партией

Слово, произнесенное вслух Война и мир Богатый и бедный По прецеденту

Общее благо

Долготерпение Господа

День субботний

Работа

Прорыв

Наш крест

Искушение

Преходящий мир

Смерть

Предки

Смерть смерти

KD III/4, 464f. KD III/2, 642 KD III/В, 96f.

Das christliche Leben, a.a.O., 462f. Freiheit, in: Freiheit, Polis 7, Zurich 1960, 2-4

KD III/2, 270–272.290 KD III/4, 330f. KD III/2, 299–301 Ebd.,302f.310f. KD IV/2, 690

Gesprache 1959–1962, Ziirich 1995, 352f. KD IV/3, 872–874.884-897.890f.1022

Christengemeinde und Btirgergemeinde,

Stuttgart 1946, 1 l-13.25f.

Eine Schweizer Stimme 1938–1945,

Zollikon 1945, 73f.76

Ebd., 327-329

KD III/4, 524f.

Predigten 1954–1967, a.a.O., 215-217

Karl Barth — Emil Brunner. Briefwechsel

1916–1966, Zurich 2000, 358

Texte zur Barmer Theologischen

Erklarung, Zurich 1984,

198.190.201f.199f.

KD II/l, 457-472

KD III/4, 58.78

KD III/4, 602f.632-635

Letzte Zeugnisse, Zurich 1969, 63f.

KD IV/2, 693f.

4141b

Einfiihrung in die evangelische Theologie, a.a.O., 124f.l39, und: KD IV/3, 1036f.l039.1053f. Furchte dich nicht! a.a.O., 303f. KD IV/3, 1063–1065 KD IV/1, 747, und: Die protestantische Theologie im 19. Jh„Zollikon 1947, 3.8 KD III/2, 740f.743f.

Дисциплинированная

надежда Великое нетерпение Предчувствие радости Отблеск

Ничто не погибнет Жажда

Dogmatik im Grundrifi, a.a.O., 172f. KD IV/4 (Fragment), 217–219.221 KD III/4, 427–431.438f. KD II/l, S. 739.757.730f. Nach E. Busch, Humane Theologie. Texte und Erlauterungen zur Theologie des alten Karl Barth, Zurich 1967, 31–33 Gebete, Miinchen 1963, 80f.

Примечания

1

В подлиннике — игра слов; автор употребляет устаревшую форму слова «жениться», однокоренного со словом «свобода» (прим. пер.).

2

Строки из стихотворения Мартина Лютера «Ein feste Burg ist unser (iott» («Наш Бог — нерушимая крепость»); это стихотворение положено на музыку и используется в лютеранском богослужении (прим. пер.).

3

Ф. Шиллер, Резиньяция (Resignation). Русский перевод, принадлежащий А. Кочеткову, цитируется по книге: И. X. Ф. Шиллер, Собрание сочинений в восьми томах. Под общ. ред. Ф. П. Шиллера. M.-Л.: Academia, 1937, т. 1, с. 53.

4

Статья строится на игре слов: по-немецки слово «мгновение» (Augen- blick) — составное слово; его части — «глаза» и «взгляд» (прим. пер.).

5

Строки из лютеранского гимна Sollt' ich meinem Herrn nicht singen («Воспою Господу моему»), стихи к которому написал поэт XVII века Пауль Герхард (прим. пер.).

6

Ф. Шиллер, Вильгельм Теллъ, IV акт, третья сцена. Пер. Ф. Б. Миллера (прим. пер.).

7

Первая строка гимна, сочиненного лютеранским поэтом Филиппом Фридрихом Гиллером, жившим в XVIII веке в 1ермании (прим. пер.).

Content

Барт Карл Мнгновения

Успокоенный дух

Удивление

Великий Бог

Смех, который утешает

Юмор

Сила и слабость

Под покровительством

Покой

Быть довольным

Не заботиться

Не бояться

Радость о Боге

Слава Богу!

Живой Бог

Живой Бог

Бог в вышних

Его сила

Его выбор

Его верность

Его человечность

Его милосердие

Богочеловек

Искупитель

Рождество

Страстная пятница

Пасха

Его присутствие

Его милость

Его закон

Возлюбленное творение

Травы и деревья

Рыбы и птицы

Друг зверь

Благоговение перед жизнью

Мужчина и женщина

Бытие в единении

Дети

Юность

Зрелость

Старость

Безумный мир

Пустые руки

Изгнанный Бог

Порабощенный человек

Безбожные силы

Одиночество

Холостой ход

Борьба за существование

Глупость

Ложь

Немота

Болезнь

Да будет свет!

Христианская жизнь

Открытая дверь

Тихий вздох

Вера

Новички

Последователи

Не робеть!

Встать и идти

Христианское знание

Чужое бремя

Любовь

Единение

Быть человеком

Позволение жить

Прекрасное время

Границы дозволенного

Человеческое достоинство

Свобода

Человек среди людей

Иностранцы

Мгновение

Говорить друг с другом

Слово, произнесенное вспух

Против течения

На длинном плече рычага

Призвание

Политическое богослужение

Быть партией

Слово, произнесенное вслух

Война и мир

Богатый и бедный

По прецеденту

Общее благо

В пути

Долготерпение Господа

День субботний

Работа

Прорыв

Наш крест

Искушение

Преходящий мир

Смерть

Предки

Мы увидим

Смерть смерти

Дисциплинированная надежда

Великое нетерпение

Предчувствие радости

Отблеск

Ничто не погибнет

Жажда

Послесловие

Указатель источников

Примечания