Хольнов Сергей Юрьевич

Хольнов С.Ю. - Тоннель в подсознание, или уроки Силы

Тоннель в подсознание, или уроки Силы

2002 г.

Предисловие.

Теперь, после выхода в свет двух книг о сознании, написанных мною совместно с В.В.Шлахтером и, судя по письмам читателей, неплохо ими принятых, приспело время и для третьей, несколько иной по характеру. Если первые книги изобиловали специальными тренингами, психотехниками, разнообразными приёмами суггестивного воздействия и манипулирования сознанием, то в этой работе я решил более подробно остановиться на нескольких важнейших психических позициях (состояниях сознания, особых настроях), составляющих основу большинства существующих психотехник. Опираясь на такие настрои, человек способен проникать в подсознание, не только в собственное, но и в чужое, и даже в коллективное бессознательное (ноосферу). Овладение ими это путь к самопознанию, путь к раскрытию необычных возможностей нашей психики.

Но, прежде всего, оно позволяет нам легко освоить некоторые психические тренинги, направленные на то, чтобы повысить свой жизненный тонус и качественно регулировать собственную психическую энергию, улучшить проводимость нервных стволов, а также поддерживать своё тело в хорошем состоянии и даже целенаправленно его развивать. Они, эти тренинги, достаточно подробно изложены в последней главе книги.

Затем, по сравнению с «Паралогией» и «Искусством доминировать» в этой книге значительно больше повествовательного элемента авторских воспоминаний, пересказов каких-то житейских ситуаций и т.п. Это обусловлено несколько иным характером задач, которые я перед собою ставил, приступая к работе над «Тоннелем в подсознание», и, надеюсь, не пошло книге во вред.

Все персонажи, с которыми вы встретитесь на её страницах, это реальные люди, хотя, по этическим соображениям, я, как правило, не сообщаю их подлинных имён. И все события, описанные или просто упомянутые в книге, я тоже стремился воспроизвести с протокольной точностью, возможно, даже в ущерб художественным достоинствам «Тоннеля в подсознание». Иными словами, ради красного словца я ни на йоту не поступился точностью.

Из самого названия книги явствует, что главным её «героем» является наше подсознание обширнейшая и тёмная область человеческой психики. Видимо, в силу именно этих его свойств людям присуще инстинктивное (почти подсознательное) заблуждение: дескать, повседневная наша жизнь преимущественно строится на основе разума, точнее, взаимодействия превеликого множества разумов, эмоций и чувств индивидуумов, составляющих общество, то есть на той основе, которую принято считать вполне сознательной и реальной.

Что же касается подсознания, то этой абстрактной и сомнительной опоре интеллекта люди склонны приписывать множество грехов их, кстати, на самом-то деле порождает именно сознательный ум и вообще отказывать в праве на место в цивилизованном мире. Между тем, в любом мире и во всяком обществе (в большом или в малом, в стране или в семье) именно подсознание «правит бал», оставляя нашему уму роль свадебного генерала. Мы рождаемся, растём, продолжаем род людской, болеем и умираем исключительно по программам подсознания. В принципе несложно проследить корни любого общественного явления в коллективном бессознательном (ноосфере), или же в объединённом подсознании больших групп людей (эгрегоров).

Это и не удивительно. Давайте для простоты уподобим наше сознание компьютеру. Тогда человеческий интеллект сопоставим с его оперативной памятью, а подсознание, или, как ещё говорят, нервная память, будет у нас жёстким диском. Так вот, объём человеческой «оперативки» позволяет «заложить» в неё за целую жизнь лишь около 400 смысловых позиций, которые к тому же очень легко оттуда «испаряются» и теряются нами (в течение 6-7 недель, если ими не пользоваться). Зато наш «жёсткий диск» способен вместить более 5 миллиардов действий и сохранять эту информацию всю жизнь. Таким образом, и живём-то мы практически целиком за счёт подсознания, только никак не желаем себе в этом признаться. И такое наше упрямство, поверьте, не столь уж безобидно.

Во-первых, насильственно «втискивая» интеллект в чуждые для него сферы, мы тем самым запираем их для подсознания, для которого эти сферы родная стихия. Во-вторых, мы невольно привыкаем размышлять даже в тех случаях, когда требуется немедленное действие. Это способствует разбалансировке нашей нервной системы, снижает проводимость её нервных стволов, а подчас даже создает опасность для нашей жизни.

Наконец, постоянно следуя этой пагубной привычке, мы автоматически создаём напряжение, конфликт в собственном целостном существе, что неизбежно проявляется в нервных расстройствах и в наших соматических заболеваниях, но может вызывать также и душевные болезни. (Как правило, определенные соматические нарушения предшествуют соответствующим психическим расстройствам.) Или, по мнению мистиков разного толка, мы бесцельно растрачиваем свою психическую силу, божественную энергию, прану, ци и т.д. Избежать этих пагубных затрат поможет вам изложенная в книге система взаимосвязанных паралогических принципов при том, конечно, условии, что вы решите её принять и ввести в виде установок в своё подсознание.

В одной древней восточной притче сказано: «Каждый день чаша нашей Жизни наполняется по капле, но ежедневно Смерть отпивает из неё глоток; сделай так, чтобы капля была больше глотка, и обретёшь бессмертие».Видите, как всё просто?!

Поясню второе название книги «уроки Силы». С одной стороны. Сила, или Судьба, или Жизнь, то и дело загоняет нас в разнообразные ситуации (зачастую трудные, неприятные, даже мучительные), которые (и это уже с другой стороны) можно назвать учебными, поскольку из них-то мы и можем извлечь неоценимые уроки бытия и адекватного его восприятия, не искажённого рассудочными псевдосхемами. Можно сказать, что Сила вооружает нас силой. А потому одна из задач книги обратить ваше внимание на такие ситуации, помочь вам распознать их и выгодно использовать.

Видимо, нелишним будет оговорить сразу же, в предисловии, вопрос об этике и морали, вернее, о моём отношении к этим взаимосвязанным явлениям. (Кстати, любая религия вполне справедливо присовокупляет к ним ещё и ритуал.) Дело в том, что несмотря на наши с В.В.Шлахтером заявления на сей счёт, сделанные в совместных книгах, всё же нашлись читатели, которые упрекнули нас в «аморальности» этих книг. И потому, чтобы застраховаться от недоразумений в будущем, заранее предупреждаю: моя книга абсолютна аморальна. Аморальна в том смысле, что она посвящена иным явлениям и никак не касается проблем этого рода. Вас это шокирует? Напрасно. Мне кажется, что это одно из глобальных несчастий человеков мыслящих: стремление втиснуть мораль во всё и вся. Скажите, моральна ли медицина? Ах, глубоко моральна. А если она сохраняет здоровье и жизнь какому-нибудь извергу, который потом погубит миллионы жизней? Всё-таки моральна? А мне кажется, что медицина вообще вне проблем морали и этики. У неё одна этика: лечить как можно лучше.

Философы и историки совершенно справедливо уверяют нас в том, что истоки любой морали в религии. Более того, мораль этика ритуал это одна из обязательных составных частей (всего их три) любой религии. Очень наглядно это можно показать на примере самой рациональной из трёх мировых религий, а именно на примере буддизма. В основе этой традиции так называемая Трипитака, или «Три корзины учений». Первый сборник, Абхидхарма-питака, состоит из философских текстов, обосновывающих идею состояния Будды (просветления) и указывающих пути к нему. Второй, Сутра-питака это всевозможные притчи, составляющие историю и предысторию буддизма и, в частности, формальную биографию самого Будды Гаутамы. Наконец, третий сборник, Виная-питака, целиком посвящён проблемам морали, этики и, разумеется, довольно изощрённого буддийского ритуала.

Аналогичным образом «устроены» и христианство, и ислам, и вообще все «полноценные» религии. Между прочим, и наша недавняя коммунистическая идеология, была сработана по тому же принципу. Место Абхидхармы занимало в ней марксистско-ленинское учение, место Сутра-питаки история партии, ну, а Винаю заменял моральный кодекс строителя коммунизма.

Далее, возникнув как равновесное сочетание трёх составных частей, большинство религий в дальнейшем даёт крен именно в сторону этики морали ритуала. Так, например, я считаю общей бедой современных ислама и христианства то, что в них чересчур много набралось этики и ритуала и очень мало осталось практики, дела (если, конечно, не считать таковым отрезание голов иноверцам).

Вся эта длинная преамбула потребовалась мне для того, чтобы категорически заявить: нет, я не против морали, но это, увы, не моё амплуа. И потому бесполезно искать какую-то мораль в этой книге, которая, я надеюсь, посвящена делу.

Но, прежде чем к нему перейти, я хочу поблагодарить очень занятого моего друга, кандидата психологических наук В.В.Шлахтера за ценные идеи, использованные мною в этой работе, и выразить надежду, что следующая книга о сознании данной серии снова будет совместной.

Глава 1. Полная позиция бесстрастия, или почему лист падал снова и снова.

Один крупный западный бизнесмен как-то возгласил перед телекамерой: «В современном обществе изобилия всего должно быть в избытке: и материальных благ, и денег, и кинозвезд, и идей, и учителей». В отношении материальных благ и денег гордиться нам, увы, нечем, но вот по идеям и, в особенности, по учителям мы, русские, видимо, действительно «впереди планеты всей». И, между прочим, по ученикам тоже. До чего же мы любим учиться у кого-нибудь чему-нибудь! Учимся до седых волос (или же до их утраты), а потом выясняем, что учились не тому, и, самое забавное, тут же начинаем учиться заново. Оттого-то в России и развелось столько всяких гуру, сэнсеев с сэмпаями, вождей с идеологами и прочих баб Нюр.

Между тем, нашим единственным настоящим Учителем — зато каким! является сама Жизнь, или Судьба, или Сила, или, если хотите, Бог в общем, То, что дает нам жизнь, а затем ведёт по ней в соответствии со своим хитрым промыслом. Причём Сила (это слово мне как-то привычнее) то и дело преподносит нам уроки, искусно загоняя нас в особые учебные положения (зачастую довольно неприятные). Между тем, из многих таких положений люди могут извлекать немалую выгоду, прежде всего, черпать личную психическую силу и, как следствие, расширять свои возможности в этой жизни. Люди могут, но, к сожалению, и только в подавляющем своём большинстве. В этом контексте учителя во плоти не более, чем старшие соратники, способные увлечь нас своим примером, а также вовремя подсказать нам какие-то полезные трюки. Или же просто свидетели Силы, первопроходцы в её угодьях, которые могут в нужный момент подтвердить: верно, ты попал именно туда. Или же вот это ощущение, что ты испытал, оно и есть то самое. Всё остальное, выбрав нужное время, Сила делает сама по себе: важно лишь не прозевать её послание.

Первый урок Силы, который я сумел распознать (разумеется, не сразу, а через много-много дней), был преподан мне в 1974 году, летом. Неведомо, где и как, я подхватил жуткий стоматит. Был душный вечер. Я лежал на диване в одиночестве и страдал от мучительной боли. Моя пасть нарывала, как сплошная язва. Каждое тиканье часов на стене отзывалось в ней, точно удар током. Но, чтобы часы остановить, следовало, как минимум, подняться с дивана и забраться на стул.

В углу, почти напротив меня, висела икона Божьей Матери. Ворочаясь с боку на бок, я иногда встречался с Марией взглядом. В какое-то мгновение мне показалось, что изображение на иконе стало рельефным и даже чуть-чуть выступило из оклада. Я попробовал молиться.

Нужно сказать, что, подобно большинству сверстников, я вырос в атеистическом мире. Правда, бабушка с дедом потихоньку от родителей всё же крестили меня во младенчестве, но проделано это было скорее для порядка, чем по каким-то более серьёзным соображениям. Впрочем, в те годы во мне уже начал пробуждаться интерес не столько к религии, сколько к мистицизму, и помимо Нового Завета я успел прочесть две-три книги Вивекананды, «Полную иллюстрированную книгу йоги» Вишнудевананды, «Таро» Успенского и, кажется, «Магию» Папюса.

Ни одной молитвы я, разумеется, не помнил и потому попробовал своими словами убедить Деву мне помочь. Поначалу у меня ничего не выходило; мне даже сделалось хуже напряжение, с которым я формулировал в уме свою просьбу, ещё больше нагнетало боль. Но я продолжал молиться, уже ни на что особенно не рассчитывая, вероятно, просто со злости. И в какой-то момент мой разум отключился, а мне вдруг сделалось на всё наплевать: на самого себя, и на боль, и — простите это страдающему юнцу — на святых всех религий. И вот, когда я полностью отдался этой отрешённости, случилось чудо.

Хотя чудо ли? Собственно, ничего особенного, ничего такого, что впоследствии можно было бы расписать яркими красками. Просто словно бы некая тень осенила меня в тишине, а может, и не тень вовсе, а что-то иное. Но главное, откуда-то из тишайшей глубины моего существа вдруг поднялась уверенность, что боль сейчас пройдёт. Так оно и случилось минуты три-четыре спустя. И я, помнится, даже не порадовался своему избавлению от мук, поскольку в тот момент радоваться не мог. А на следующий день я уже грыз орехи.

Самое главное, что запомнилось мне из первого урока, это ощущение всеобъемлющей тишины и удивительное состояние отрешённости, пожалуй, впервые испытанное мною.

Следующий урок в аналогичной ситуации и, можно сказать, на ту же тему был мне преподан три года спустя. К тому времени я уже нахватался кое-каких сведений в области мистицизма (в частности, восточного) и всерьёз увлёкся классической йогой.

Опять-таки летом у меня подмышкой, слева, выросло неприятное новообразование величиною с ноготь большого пальца какой-то раздувшийся лимфатический узел. Эта «бяка» не болела, но изрядно мне мешала, особенно во время физических упражнений.

Знакомый хирург, едва взглянув на опухоль, выразительно присвистнул.

Нет, эту штуковину лично я резать не стану, мрачно изрёк он. И добавил: А не проконсультироваться ли тебе, милый, на Берёзовой аллее? Хочешь, выпишу направление?

Перспектива оказаться онкологическим больным меня, естественно, не обрадовала. Но и не напугала чересчур: моими героями в то время были знаменитые подвижники, вроде Рамакришны (умер от рака), Нароты (по-тибетски, Наропа), которого его великий, но мрачноватый Учитель (Тилопа-бенгалец) подверг испытаниям похлеще самых изощрённых пыток святой инквизиции, или шестого патриарха Чань (Хуэй-нэна), который, будучи уже с отрубленной головой, не поленился как следует вздуть незадачливых разбойников, слишком поздно догадавшихся, на чью голову они сдуру покусились. В общем, моё стратегическое настроение в тот период понятно.

Нужно добавить, что, прежде чем обращаться к хирургу, я недели две безуспешно пытался лечиться йогическими приёмами: дыхательными упражнениями с особыми визуализациями, очистительными процедурами и т.п. Но никакой ощутимой пользы от этих занятий я не заметил и потому решил от них отказаться.

Вечером после визита к врачу свой комплекс йогических упражнений на сон грядущий я проделал формально, без должной сосредоточенности, как я тогда её понимал. Во время этих несерьёзных занятий я поймал себя на том, что, вопреки собственному решению, автоматически выполняю лечебные приёмы от своей болячки подмышкой. Однако то, что уже начато, должно быть закончено, — рассудил я и проделал комплекс целиком. В последний раз.

Конечно же, я нисколько не надеялся, что из этой попытки выйдет что-то путное, и потому, торопясь утром на работу, не обратил внимания на свой лимфатический узел. А вечером его уже не было: на месте опухоли осталась лишь маленькая складка кожи.

Из этого урока я выделил для себя настроение полнейшего безразличия к результату собственных действий, которое, видимо, и сыграло решающую роль.

Спустя три года, и снова летом, мне был преподан ещё один урок. К тому времени я уже начал кое-что понимать, но то были лишь отдельные проблески знания, время от времени нисходившие на меня в виде мимолетных озарений различной интенсивности и эмоциональной окраски.

Итак, я полгода готовился к путешествию в Сибирь, в тайгу; с этим путешествием были связаны некоторые ожидания и надежды, тешившие меня в тот период. В ночь накануне отъезда у меня неожиданно подскочила температура, причём даже выше сорокоградусной критической отметки. Поскольку мой поезд отправлялся около шести вечера, а за ночь удалось-таки сбить температуру антибиотиками, примерно в девять утра я явился к врачу. Прослушав мои лёгкие, тот заставил меня сделать рентген, а затем повертел перед носом снимок и с видом Ньютона, открывшего закон тяготения, сообщил, что у меня острый плеврит в тяжёлой форме, и что необходимо меня госпитализировать, поскольку из моих лёгких придётся выкачивать какую-то гадость. Спорить я не стал, ибо почувствовал, что это бесполезно. Получив направление в больницу, я отправился домой, чтобы продолжить сборы в дальнюю дорогу. (Ни о какой больнице я и мгновенья не помышлял.)

В назначенное время я сел в поезд, точно перешёл Рубикон, и в итоге сумел отринуть все «заморочки» любимого города, а вместе с ними и свою болезнь. Без такой радикальной смены декораций ничего бы у меня не вышло я бы не смог по-настоящему себе поверить. Короче, в поезде болезнь ещё пыталась время от времени о себе напоминать покалыванием между рёбрами, а потом окончательно забылась, и её просто не стало.

Эти три случая продемонстрировали мне особый психический настрой (один из нескольких), или позволили мне выделить некую, как мы привыкли говорить, психическую позицию, позволяющую сознательно проникать в подсознание, причём даже в те его области, которые ведают нашим собственным самочувствием и здоровьем. (Кстати, человеку мыслящему сознательно влиять на свой организм не так и просто во всяком случае куда труднее, чем на здоровье прочих двуногих.)

Итак, первой и, пожалуй, самой яркой, самой интенсивной составляющей этого психического настроя является тотальное бесстрастие, поглощающее все прочие чувства и эмоции. (Что позволяет мне в дальнейшем называть сам настрой полной позицией бесстрастия.) Такое бесстрастие вырастает (или может вырасти) только из отрешённости, психической отстранённости человека от жизненных объектов и явлений. Проделайте опыт.

Сядьте спокойно и по возможности расслабьтесь. Сосредоточьтесь взглядом и вниманием на каком-то безразличном для вас предмете. Ещё лучше, если это будет «живая» картинка например, телевизионный экран. Но не такая, которая может вас всерьёз заинтересовать и даже увлечь. Пусть поначалу это будет что-нибудь вроде рекламы или симфонического концерта в чудовищном телевизионном варианте. (Звук, разумеется, уберите.) Теперь, внимательно созерцая изображение, психологически отстранитесь от него. При этом в фокусе вашего внимания одновременно остаются и картинка (или иной объект созерцания), и ваше собственное состояние (настрой). Через какое-то время (иногда уже через несколько секунд) вы ощутите глубочайшее бесстрастие, отстранённость от объекта созерцания и даже от самого себя. Поддайтесь этому чувству, позвольте ему захватить вас целиком, а затем расширьте его и дальше, распространив на весь мир. Такова «на вкус» отрешённость. Прочувствуйте это состояние с максимальной полнотой и навсегда его запомните.

Именно к такой отрешённости призывает нас большинство известных мистических традиций, восточных и западных. У индийских йогов она называется вайрагья, у буддистов незамутнённое чистое созерцание, или взгляд ребёнка, взирающего на фреску монастырской стены (правда, отрешённость буддийского подвижника одновременно содержит в себе и ещё один важнейший психический настрой, а именно не-различение — состояние, связанное с приостановкой деятельности интеллекта, или дифференцирующих функций сознания), у толтеков (разумеется, в интерпретации К.Кастанеды) — безжалостностью, или первым из четырёх настроев («настроений» в русском переводе) сталкинга.

Значение этой психической позиции в жизни подвижника любой ориентации невозможно переоценить. Во-первых, она повышает проводимость наших нервных стволов и автоматически синхронизирует сознание человека с некоторыми областями его подсознания. А во-вторых, «включённое» с достаточной мощностью, бесстрастие моментально перекрывает большинство щелей, через которые уходит наша психическая энергия, или, в терминологии мистиков восточного толка, приостанавливает накопление неблагой кармы.

В «Искусстве доминировать» подробно рассмотрены те аспекты психотехники не-делание, изобретённой толтеками, которые связаны с сохранением нашей энергии. Теперь попробуйте привнести в эту технику прочувствованное вами и, надеюсь, основательно состояние бесстрастия. Вот, к примеру, обширнейшая область, где его можно применить с большой пользой и где без него (то есть другими методами) трудно добиться чего-то путного. Я говорю о пресечении навязчивых мыслей и настроений процесс, который можно сравнить с локализацией и тушением огня.

Практикуя не-делаиие, вы, возможно, обратили внимание на то печальное обстоятельство, что иной раз бываете не в силах погасить мысли на какую-то взволновавшую вас тему, о чём-то не вспоминать, не повторять в уме циклически одно и то же. Между тем, эти навязчивые мысли, а также непосредственно связанные с ними эмоции и состояния, изматывая нас, как зубная боль, крадут нашу психическую энергию ещё пуще, нежели наши неконтролируемые эмоциональные реакции взрывного характера. Последние в большинстве случаев хотя бы можно предупредить, избегая ситуаций, в которых они возможны. Но от навязчивых мыслей и идей, которые мрачно раскручиваются в уме с инерцией махового колеса, предусмотрительность не спасает. Попробуйте вызвать в себе по отношению к ним глубокое бесстрастие. Вот увидите, результат вас вдохновит. Поначалу этот маховик, лишённый эмоциональной подпитки, вместе с нею утратит и свою массу. Сами по себе мысли, вроде бы, и останутся, но сделаются легковесными, отчётливыми (их станет легче отслеживать) и даже безобидными. А вскоре вы и не заметите, как это произойдёт совсем растают.

Надеюсь, вы легко убедитесь на личном опыте, что состояние отрешённости и бесстрастия очень полезная вещь (причём не только для подвижнических целей, но и просто в быту), которой не худо бы заручиться и постоянно держать наготове в своём арсенале психических приёмов и методов. Во всяком случае, хирургу, на которого мы ссылались в «Искусстве доминировать», во время операции без неё никак не обойтись. Точно так же и любому человеку, который решил всерьёз заняться практической психологией.

В первом из рассказанных мною случаев в этот настрои меня загнала нестерпимая боль (между прочим, в глубоком состоянии отрешённости легче переносятся многие «бяки» такого рода), во втором неожиданно всплывшая угроза смертельной болезни, всерьёз напомнившая мне о собственной бренности.

«Memento mori»... Использовать Смерть в качестве советчика учил Кастанеду дон Хуан. Аналогичные практики можно сыскать в большинстве ведических традиций, а также у буддистов, у суфиев, у христиан.

Но вернёмся к полной позиции бесстрастия. Вторую её составляющую наиболее ярко мне посчастливилось прочувствовать во время описанного случая, когда я с острым плевритом решил всё-таки отправиться в путешествие. (Разумеется, и этот настрой я выделил для себя не сразу, а после его многократного подтверждения в процессе моей дальнейшей психо-физической практики.)

Что же это было? В системе толтеков (в изложении Кастанеды или Мареза) данный настрой поделён на два настроения сталкинга на хитрость и мягкость. Я, однако, получил его (и получал в дальнейшем) как единое настроение (или, скорее, состояние). А потому и попробую передать его вам именно в таком виде, то есть как одно целое состояние. Хотя сделать это нелегко значительно труднее, чем в предыдущем случае, с бесстрастием.

Для себя я назвал это тонкое состояние позицией охотника, или умением «двигаться на цыпочках внутри себя самого».

В «Психодинамике колдовства», рассуждая о паралогическом способе мировосприятия, мы рассказали притчу о двух сапёрах, бредущих по минному полю. Так вот, удачливый сапёр (не тот, который думает: «Как бы не подорваться!», а тот, который восхищается: «Вот ведь сколько уже прошёл и не подорвался!») как раз и пребывает «на цыпочках» внутри себя самого. С одной стороны, он в контексте ситуации взирает на себя несколько отстранённо, что предохраняет его (хотя бы частично) от ужаса, от паники. (Данную позицию мистики разного толка называют состоянием не-отождествления.) С другой, сапер сосредоточен, экстраверсирован, живо реагирует на обстановку и, вместо того, чтобы путаться в псевдосхемах рассудка, внимательно смотрит под ноги и многое подмечает.

Но и это не всё. В «Искусстве доминировать» мы упоминали о психической позиции «охотник», правда, в общих чертах, не касаясь деталей. Теперь подошло время рассмотреть её обстоятельно. Для начала вспомним, как дон Хуан Матус учил Кастанеду выслеживать дичь и добывать её. Разумеется, маг не случайно тратил на это время. Выслеживая зверя, охотник движется бесшумно, не делает лишних движений, укрывается, старается оставаться незаметным. Причём он весь внимание: сосредоточен одновременно на звере (или на его следах), лесе, ветре в общем, на том, что его окружает, и обязательно на себе самом. Иначе зверя легко спугнуть. А такая концентрация внимания возможна лишь в особом изменённом психическом состоянии. Именно его добиваются мистики, практикуя различные виды созерцания. Снова проделаем опыт.

Сядьте прямо и расслабьтесь. (Сознательно расслабляясь, всегда уделяйте особое внимание лицевым мышцам, в частности, тем, что расположены вокруг глаз.) Теперь сосредоточьте взгляд и внимание на каком-нибудь безразличном вам предмете или «живой» картинке, как делали это в прошлый раз. Но в процесс созерцания внесите новый элемент. Ощутите себя абсолютно тихим и незаметным для объекта, начните его выслеживать исподтишка; созерцайте его осторожно, как бы «на цыпочках». Не «нажимайте» вниманием на детали пусть они сами собой легко проникают в ваше сознание. Хорошенько прочувствуйте этот настрой и запомните его.

Предвосхищаю ваш вопрос. Вот именно, вы снова входите в состояние пустоты, которое мы подробно описывали в предшествующих книгах. А точнее, в одну из его углублённых разновидностей. Этот вид состояния пустоты человек способен удерживать в течение длительных периодов, попутно занимаясь какой-то деятельностью, что увеличивает, его практическую ценность. В общем, настрой охотника годится и для самокодирования, особенно для последующей реализации его функций. (О самокодировании мы также подробно рассказали в «Психодинамике колдовства» и в «Искусстве доминировать»; в книге В.В.Шлахтера «Человек-оружие» одна из глав практически целиком посвящена этой теме.)

Но в настоящем контексте для большей ясности мне удобнее называть это состояние позицией или настроем охотника. Оно и понятно: именно эта психическая позиция позволяет нам эффективно выслеживать объекты и явления окружающего мира и, что ещё важнее, себя самого содержание собственного сознания и процессы, которые в нём происходят. В принципе это и есть ключевое состояние сталкинга; можно даже сказать, что это — сталкинг как таковой.

Теперь ещё немного о методе, при помощи которого мы вызываем в себе настрой охотника. Толтеки, кстати, также используют для этих целей пристальное созерцание (его простейший современный вариант я вам и предложил). Для некоторых из вас будет полезно ввести в этот процесс (в созерцание) ещё один элемент аудиальную составляющую. В принципе это просто. Допустим, затаившись внутри самого себя, вы осторожно выслеживаете объект, иными словами, его созерцаете. При этом ваше внимание задействует из чувств преимущественно только зрение. Теперь попробуйте подключить к созерцанию и слух, то есть попросту вслушайтесь в объект, постарайтесь его «услышать» (опять-таки очень осторожно, совсем слегка, не «наваливаясь» на него всею тяжестью сознающего восприятия).

Использование при созерцании слуха кому-то существенно облегчит реализацию настроя охотника, другому же, напротив, оно только помешает. (Это зависит от типа восприятия, преобладающего у того или иного человека.) В общем, возьмите себе за правило никогда не стараться непременно проделать всё, что я советую. В каждом конкретном случае самостоятельно отбирайте лишь те приёмы, которые полезны именно вам.

После этого замечания я вправе добавить, что людям кинестетического типа восприятия (их процент в общей массе человеков мыслящих относительно невелик) будет проще добиться успехов в созерцании, если они подключат к этому процессу осязание или даже обоняние.

Но вернёмся к обсуждению преимуществ настроя охотника. Следующее из них это лёгкость, подвижность (или текучесть — в формулировке толтеков) сознания. В своём обычном состоянии наш ум склонен «залипать» на внешних или внутренних объектах. Тяжёлый и инертный, он, как гиря, привязанная к нашему восприятию, постоянно «тормозит» его и искажает, подменяя то, что оно фиксирует, собственными псевдосхемами. В состоянии же охотника восприятие (или внимание — в формулировке толтеков) частично освобождается от ума. («Отключить» его целиком позволяет нам состояние полного безмолвия, которое развивается в нас именно из настроя охотника.)

Это и есть потайная дверь в подсознание потайная для большинства из нас, но не для искусных манипуляторов нашим сознанием, с давних пор умело пользующихся ею. (Об их методах мы с В.В.Шлахтером уже кое-что рассказали в предшествующих книгах серии.) К примеру, пресловутый эффект 25-го кадра основан на неспособности человеческого ума фиксировать мимолётные образы, которые мгновенно выхватывает и навсегда запоминает подсознание; а оно, как известно, вообще не предназначено для анализа и отрицания чего бы то ни было. Подсознание всё воспринимает буквально и реагирует на всё непосредственно. Иными словами, шуток оно не признает. Вот вам, кстати, ещё одна причина, по которой каждому из нас желательно установить контроль над входом в собственное подсознание. Для этого, разумеется, нам следует научиться с ним общаться, говорить на его «языке».

К слову, о языке. В этой книге я иногда буду использовать язык толтеков. (Подсознание на нём есть ни что иное, как второе внимание, тогда как первое внимание это сфера нашего сознательного ума, интеллекта. Не правда ли, сам по себе термин «внимание» куда более осязаем, нежели наши расплывчатые категории «сознание», «ум» и, тем более, «подсознание»!) Благодаря книгам Кастанеды и его сподвижниц, язык толтеков стал доступен очень многим людям. В то же время термины прочих мистических традиций буддизма, суфизма, многочисленных течений, собранных в рамках индуизма, даже европейской культовой магии — сегодня, как ни странно, менее понятны широкой публике, несмотря даже на то, что значительно дольше известны европейцам. Все эти языки служат примерно одним и тем же целям и обозначают явления, которыми нынче занимается и психология. (На мой взгляд, психологический аспект полнее всего выражен в терминологии северных буддийских традиций.) Правда, при общем подходе, допустим, к тому же созерцанию каждая школа вносит в него собственные нюансы.

Например, в «Указаниях к Великому Символу» авторитетного буддийского учителя Падма Карпо при описании подготовки места для созерцания ученику предлагается настелить под циновку листья травы куса. А это очень острая жёсткая осока. Если, к примеру, её захватить в горсть, то легко порезаться. И потому ученик бывает вынужден при полном сосредоточении аккуратно раскладывать листок за листом. Это автоматически вводит его в нужное психическое состояние, способствующее последующему созерцанию.

Нередко такие традиционные «мелочи» бывают очень эффективны. Правда, на Востоке не принято раскрывать их первому встречному. В начале семидесятых в Москве гостил свами Вишнудевананда, признанный в ту пору мировой авторитет в области классической йоги. В те годы для немногочисленных, но исполненных энтузиазма российских йогов, прозябавших в условиях хронического информационного дефицита, личная встреча с таким учителем была явлением не менее грандиозным, чем, допустим, рандеву с космическим пришельцем. На этой встрече свами показал собравшимся свежий номер газеты, издававшейся в его ашраме. На одной из фотографий, помещённых в нём, смуглый парень созерцал пламя свечи, рядом с которой была укреплена в вертикальном положении какая-то спица. Разумеется, учителю тут же был задан вопрос: что это за спица и зачем она нужна? Свами охотно ответил, что при длительном созерцании пламени его образ начинает расплываться, и тогда ученик «стреляет» взглядом на блестящий металлический стержень. Это нехитрое действие моментально восстанавливает зрительные способности человека и попутно даёт ему психическую разрядку. Между тем, ни в монографии по классической йоге самого Вишнудевананды, ни в книгах на ту же тему прочих авторитетных авторов того времени ничего подобного не сообщалось. А подобная «мелочь», как вы сами понимаете, может серьёзно повлиять на успех занятий.

Итак, настрой охотника и вырастающее из него состояние умственной тишины, или даже полного внутреннего безмолвия, могут стимулироваться многими приёмами, которые не столь трудно каждому подобрать для себя самостоятельно, в качестве основной техники используя созерцание. (Подробнее об этом в следующей главе.) Правда, для человеков мыслящих обычно труднее (и важнее!) ввести полученный в результате упражнений настрой в свою повседневную жизнь. Как уже отмечалось, все методы и состояния, предложенные в этой книге, предназначены именно для вашей жизни для улучшения её качества. При помощи специальных опытов и психотренингов каждый может почувствовать «на вкус» то или иное состояние, ту или иную психическую позицию, позволяющую воспринимать что-то новое или выполнять какие-то нестандартные действия. Но затем необходимо вывести это состояние на рефлекторный уровень, чтобы оно служило вам в повседневной жизни, и пользоваться им при всяком подходящем случае. (Кстати, это и есть путь личностного развития.) В одной из следующих глав вы познакомитесь с универсальным методом погружения в подсознание, который лучше всех прочих подходит для внедрения себе в «подкорку» любых установок. А до той поры можете использовать технику самокодирования, описанную в «Психодинамике колдовства» и в «Искусстве доминировать».

Впрочем, внедрение настроя охотника в повседневную жизнь многим людям даётся относительно легко. Тут весь секрет в психологической отстранённости от окружающих и уже описанном созерцании их «на цыпочках». Потренируйтесь во «вкрадчивом» созерцании, будучи в различных ситуациях: когда идёте по улице, когда находитесь в компании с приятелями или на работе, когда общаетесь с матерью, сыном, женой... Само состояние незаметного дистанцирования от объектов созерцания, или, по выражению буддистов, состояние не-отождествления с ними, поможет вам контролировать свой сознательный ум в любой ситуации. Это действительно очень просто.

Теперь, когда вы научились переносить настрой охотника в свою обычную жизнь, и, более того, вам это стало нравиться, проделаем следующий эксперимент.

Допустим, вы идёте по улице и потихоньку созерцаете одновременно весь мир, несущийся навстречу вам. При этом вы не фиксируете в уме отдельных его деталей. Теперь, не закрывая глаз, очень лёгким волевым «толчком» вызовите какой-то образ, который только что промелькнул в фокусе вашего внимания, допустим, лицо девушки, что проскользнула мимо и успела отойти от вас шага на два на три. Оно всплывет на мгновенье перед вашим внутренним взором и тут же начнёт тускнеть. Не пытайтесь удержать образ усилиями сознательной части ума. Лучше дайте картинке погаснуть и снова сделайте лёгкий волевой толчок.

Понятно? У Кастанеды это называется «бросать короткие взгляды». И, между прочим, это способ обмануть ум. Дело в том, что наша «оперативка» интеллект работает очень медленно и мало запоминает, о чём, впрочем, я уже сообщил вам во введении. Между тем, человеческий «винчестер» подсознание при своей умопомрачительной ёмкости считывает информацию мгновенно и затем сохраняет её всю оставшуюся жизнь и даже значительно дольше, если учесть, что все наши индивидуальные «винчестеры» (в том числе прошлые и будущие) объединены в грандиозную компьютерную сеть ноосферу, или коллективное бессознательное.

Итак, от вас требуется очень быстро считывать информацию (это позволяет делать созерцание, в идеале проводимое из психической позиции безмолвия или хотя бы в настрое охотника), чтобы ваш ум не поспевал за неё цепляться. А затем при помощи лёгких волевых толчков «бросать короткие взгляды» на объекты. Между прочим, у восточных мистиков — буддистов и йогов различной религиозной ориентации этот процесс описывается, как отражение солнца в зеркальной глади озера. Когда рябь мыслей затихает на поверхности озера-сознания, его гладь отражает солнце и небо без искажений.

Занимаясь предложенными опытами в созерцании, вы тренируете вовсе не интеллектуальную память, но свою способность извлекать из подсознания информацию в форме образов. Именно эта способность лежит в основе всевозможных сценических экспериментов с запоминанием невероятного числа всяких цифр и картинок, нарисованных на вращающихся с сумасшедшей скоростью дисках, и т.п. И одновременно вы растите в себе безмолвие, а также затыкаете многие щели, через которые в обычном состоянии уходит ваша психическая энергия.

Кстати, некоторые современные авторы (преимущественно отечественные) аналогичные действия называют чисткой кармы или опорожнением сосуда кармы, что лично у меня вызывает недоумение. Санскритский термин «карма» означает совокупность причин, или всевозможных действий, совершённых в прошлом относительно какого-то определённого момента времени. Эти причины в будущем ближайшем или отдалённом, согласно закону кармы (иное его название причинно-следственный закон), неизбежно повлекут за собой соответствующие следствия, каждое из которых, реализуясь в жизни, в свою очередь также становится причиной очередного следствия. В итоге разрастаются бесконечные причинно-следственные цепочки, раскручивающиеся независимо друг от друга. Карма может быть как не благой, так и благой. К примеру, если вы не выйдете на работу без уважительной причины, но в тот же день преподнесёте жене чудесный букет цветов, то ваше благое действие отнюдь не избавит вас от гнева начальника. Ну, а за букет цветов жена, как минимум, вас поцелует, как бы начальник на вас ни гневался. Как известно, величайший тибетский подвижник Наропа (Нарота санскр.) с лёгкостью шёл на любые страдания, чтобы только достигнуть просветления и таким образом выйти за пределы досягаемости вселенского кармического закона. В противном случае ему, несмотря на все его религиозные заслуги, пришлось бы расплачиваться за весьма тяжкие грехи молодости. Аналогичные побудительные мотивы были и у другого весьма почитаемого тибетского мистика и поэта Миларайпы (Миларэпы бурятск.). Занявшись в юности чёрной магией, он натворил немало бед. А потом ему уже ничего другого не оставалось, как только добиваться состояния Будды. Иначе, согласно закону кармы, Миларайпе всё равно пришлось бы пожинать следствия своих ошибок молодости, совершённых в порыве жажды мщения. В общем, карма — не мусорное ведро, которое можно вытряхнуть и помыть. Увы!

Надо сказать, что отечественные авторы (в том числе и самые маститые) зачастую весьма небрежно обращаются с восточной терминологией. В начале девяностых я редактировал один религиозно-философский журнал, в котором планировалось опубликовать цикл работ четы Рерихов. Просматривая оригиналы, я то и дело «спотыкался» о терминологические ошибки и неточности. Например, Николай Константинович упорно (и чуть ли не на каждой странице) употреблял эклектичное выражение «Высший манас, подразумевая то ли вселенский разум, то ли ноосферу, то ли некое божественное сознание. Вообще-то, санскритский термин «манас» обозначает низшую область ума, объединяющую данные органов чувств (индрий) в единый образ. Можно сказать, что манас — это координатор восприятия. Возможно, Рерих спутал слово «манас с каким-то другим термином допустим, «атманом» или «буддхи»... В общем, что именно хотел обозначить сим выражением Николай Константинович, я так и не понял. А поскольку аналогичных неясностей набиралось чересчур много, наш же журнал претендовал на некоторую академичность, то публикацию цикла было решено отложить на неопределённое время. Его-то, времени, видимо, и не нашлось некогда у четы Рерихов на восточные языки. Николай Константинович писал удивительные картины, причём писал очень много, а Елена Ивановна тем временем беседовала с махатмами и что-то сочиняла. Знай кто-либо один из этой знаменитой четы и не санскрит даже, а тибетский, или монгольский, или, на крайний случай, бурятский, тогда, возможно, иначе бы закончилось их печально известное путешествие в сторону Лхасы.

Но вернёмся к опытам визуализации. До сих пор мы выуживали из подсознания отдельные «быстрые» картинки в статическом виде, как бы на миг застывшими. А теперь попробуем визуализировать объекты в движении. Снова проделаем опыт.

Как прежде, созерцая «живые» картинки (допустим, экран телевизора с выключенным звуком), сначала войдём в позицию отрешённости, а затем добавим к ней настрой охотника и хорошенько утвердимся в итоговом состоянии. Теперь быстро закроем глаза и, покуда последняя живая картинка ещё не утонула в глубине подсознания, попытаемся очень лёгким волевым толчком выдернуть её на поверхность на сей раз в движении. Позвольте образу свободно потухнуть и, не открывая глаз, повторите волевой толчок; пусть он будет точно таким же, как в первый раз. Фрагмент движения, который вы сумели подцепить на «мелководье» своего подсознания, в точности повторится. Проделайте визуализацию несколько раз столько, сколько получится. Воздержитесь от грубейшей ошибки: не пытайтесь искусственно, путём сознательного усилия продлить движение или действие в ту или иную сторону. Малейшее усилие ума моментально затворит дверь в подсознание.Каждый раз визуализируйте лишь тот фрагмент, лишь ту «порцию» движения, которую отмерило вам подсознание, или память тела. Зато с нею делайте всё, что захотите: можете приблизиться к образу или отодвинуться от него, можете выделить какую-то деталь из картинки, буквально вынуть её и рассмотреть в ином ракурсе и т.д. Всё это осуществляется быстро и легко «короткими взглядами», причём каждому такому «взгляду» предшествует собственный лёгкий волевой толчок.

Вот вам оперативный простор для целой серии экспериментов и тренировок. Причём, повторяю, тренируете вы вовсе не память, а свою способность проникать в подсознание.

Теперь обратимся к столь поразившему Кастанеду случаю с падающим листом. Коротко его напомню. Как-то осенью молодой антрополог беседовал с доном Хуаном на свежем воздухе. Неподалёку стояло какое-то дерево, кажется, тополь. Посмотрев на него ненароком, Кастанеда машинально отметил, что с дерева падает лист. Через некоторое время дон Хуан предложил своему ученику вновь взглянуть на тополь, и тот снова увидел лист, падающий с дерева. И затем каждый раз, когда Кастанеда бросал взгляд на заколдованный тополь, с него падал, и падал, и падал лист один и тот же.

А не кажется ли вам, что мы только что сообща раскрыли секрет этого колдовства? Наверное, вы и сами способны теперь проделать нечто подобное? Правда, чтобы научиться включать на полную мощность своё второе внимание, или память тела, память нервных клеток (этот термин мне тоже нравится), вам придётся ещё потрудиться.

А теперь вернёмся к принципиальной схеме сознания человеков мыслящих, которой я коснулся в предисловии. Итак, наш сознательный ум это аналог оперативной памяти компьютера, а подсознание — жёсткого диска, или «винчестера». Это просто и, как правило, возражений не вызывает. Зато следующая часть схемы имеет как своих горячих сторонников, так и ярых противников. Скажем так: все человеческие «винчестеры» соединены в огромную сеть, которую учёные мужи (Юнг, Вернадский и др.) назвали ноосферой, или коллективным бессознательным. Причём сеть эта состоит из множества «сайтов» эгрегоров, то есть однородных до некоторой степени групп людей, связанных верой, культурой, идейной общностью и т.п. В этом контексте наш ум «оперативка» не склад информации (или очень маленький склад), но скорее приёмное устройство, способное её считывать (увы, не в той степени, как нам бы хотелось!) либо с собственного жёсткого диска, либо даже напрямую в компьютерной сети. Кому-то, возможно, больше понравится сравнение ума с сепаратором, выделяющим из тёмной разреженной субстанции ноосферы сгустки мыслей и идей.

Как бы то ни было, но человек получил от природы право доступа (в основном, лишь номинальное) в эти области и стремится его реализовать. И вот, возникает драматический конфликт между нашим правом и положением, между нашими потенциальными и фактическими возможностями. Беда в том, что, посчитав интеллект лучшим своим инструментом (и, вообще, главным достоинством), принятия любых решений люди стараются использовать только его; ему же по совместительству достаются должности главнокомандующего телом и программиста психики. В общем, при помощи ума люди то и дело пытаются проникать в подсознание. Но такие попытки заранее обречены на провал, поскольку изначально абсурдны: пребывая в привычной психической позиции «включённого» интеллекта (у толтеков в первом внимании), мы не можем задействовать подсознание, или второе внимание, и наоборот. Так уж мы устроены: когда «включается» одна область психики, автоматически выключается другая.

Для внедрения в подсознание некоторых относительно несложных установок и последующей их реализации мы предложили (в предыдущих книгах) использовать метод самокодирования, базирующийся на состоянии безмыслия, на состоянии пустоты. Однако его возможности ограниченны. С помощью самокодирования (в предложенной версии) мы получаем доступ лишь в некоторые, не столь и глубокие области психики, ведающие преимущественно нашими двигательными функциями и кое-какими психическими реакциями. Полная позиция отрешённости, тем более, состояние безмолвия, которое мы рассмотрим в следующей главе (состояние дхйяна в восточных мистических традициях; у толтеков же состояние повышенного осознания), позволяют нам «задействовать» более глубокие слои психики, которые, с одной стороны, сильнее влияют на психофизические процессы, протекающие в нашем организме, а с другой, уже имеют выход в ноосферу.

Итак, мы подробно рассмотрели два совмещающихся психических настроя (отрешённости и охотника), которые соответствуют трём настроениям сталкинга у толтеков безжалостности, хитрости и мягкости. Остаётся ещё одно, последнее настроение сталкинга, твёрдость, которое я называю состоянием (настроем) непреклонности или волей к перемене. Попробуем разобраться, что же это такое. Наверное, многие из вас замечали, что после длительного созерцания чего-либо потом это что-то может непроизвольно возникать у нас перед глазами. К примеру, летним погожим деньком вы собирали в лесу ягоды или грибы. И вот, улёгшись вечером в постель, вы закрываете глаза, и перед вашим внутренним взором отчётливо всплывают эти самые ягоды или грибы, и никак вам от них не отвязаться. Бывало такое? Видимо, бывало. Так что же это? В данном случае нам нет нужды детально рассматривать психофизический механизм подобных явлений, ссылаясь на сетчатку глаза и нервные рецепторы. Достаточно и того, что сказали бы по этому поводу толтеки. А именно: пристальное созерцание ягод породило несгибаемое намерение их видеть. И в тот момент, когда вы готовитесь уснуть (а ваш сознательный ум, или внутренний диалог, успокаивается, то есть вы приближаетесь к состоянию пустоты), ваше намерение реализуется в виде картинок перед внутренним взором. Обратите внимание на то обстоятельство, что подобные вещи случаются сами собою, помимо вашей сознательной воли. А иначе и быть не может. По определению толтеков, намерение это сила, противоположная воле. Первое изменяет настройку восприятия, или нашу психическую позицию, в то время как воля, напротив, её фиксирует. Вспомните наше определение воли, которая есть сила, цементирующая все человеческие субличности (а также объединяющая различные области нашей психики) в единую личность, то есть удерживающая человека в границах определённого мировосприятия. (Подробнее об этом в «Психодинамике колдовства».) При ослабленной воле наш мир рассыпается, точно карточный домик; это шизофрения. В то же время чересчур сильная воля, которая не уравновешена соответствующим намерением, или (в моей формулировке) волей к перемене, создает параноика. В различных мистических традициях (не только у толтеков) воля к перемене формируется, в частности, путём пристального созерцания.

Между прочим, в повседневной жизни, в быту мы то и дело используем волю к перемене, или намерение, нисколько о том не задумываясь. К примеру, попробуйте для себя разобраться, каким образом вы говорите. Допустим, вам требуется подобрать некое слово, обозначающее определённое явление. За долю мгновения вы как бы отправляете в своё сознание запрос на это слово в виде стремления его найти; при этом вы нимало не сомневаетесь, что оно будет вам «предоставлено». И действительно, как по волшебству, тёмные глубины сознания выдают вам нужное слово. Но происходит это, так сказать, на поверхности вашей психики, то есть в привычной для вас психической позиции, в которой вы постоянно пребываете в этом мире.

Ну, а полная позиция бесстрастия, открывающая человеку мыслящему доступ в немыслимые психические области (в переносном и в буквальном смысле), разумеется, для большинства из нас представляется чем-то, вроде дебрей Амазонии. Так вот, третья её составляющая, настрой непреклонности, или боля к перемене, с одной стороны, определяет то, что мы намерены из подсознания извлечь, а с другой, как раз и доставляет нас в нужную его область, трансформируя наше итоговое психическое состояние.

Не могу однозначно порекомендовать, каким именно способом следует порождать в себе волю к перемене для тех или иных целей. Намекну лишь, что сама по себе она сродни абсолютной убеждённости, вере. (Той самой, что некогда позволяла первохристианским подвижникам в буквальном смысле сдвигать горы.) И если, реализовав в себе одновременно оба настроя, что описаны в этой главе (позиции бесстрастия и охотника), вы будете непреклонно созерцать результат, к которому стремитесь, то разовьете в подсознании нужную установку. Но нацеливаться следует именно на результат, причём на максимальный (о чём подробно рассказано в «Психодинамике колдовства»).

Механизм подключения воли к перемене, третьей составляющей полной позиции бесстрастия (у толтеков — твёрдости, четвёртого настроения сталкнига) можно схематично очертить так. Предварительно породив в себе неколебимую внутреннюю убеждённость в том, что требующееся вам изменение неизбежно, вы отказываетесь от каких-либо усилий, связанных с интеллектом, и спокойно подкарауливаете нужный настрой. И, когда он приходит (а это обязательно произойдёт, если вы не позволите вмешаться разуму), вы просто его ловите, а всё остальное уже случается само собой.

Навсегда усвойте следующее: волшебный механизм подсознания может включаться лишь при том условии, что нам не приходится думать. На практике это выглядит так: вы просто знаете (не размышляя о том!), что нечто случится. И тогда оно действительно случается. Когда же вы пытаетесь совершить некое психическое действие (скажем, повлиять на чьё-то подсознание) при помощи ума, провал неизбежен. Это очень просто.

С другой стороны, в ряде случаев именно ум оберегает наше подсознание от нежелательных посягательств извне. Можно даже сказать, что сознательная часть психики нередко выступает в роли щита, заслоняющего наше подсознание. Вспомним историю с доньей Соледад и её полом, покрытым глиняными плитками с таинственным узором, которую поведал Кастанеда во «Втором кольце силы». Согласно плану Соледад, узорчатый пол должен был «захватить» второе внимание (или подсознание) Карлоса и лишить его психической силы. Этого не произошло лишь потому, что Кастанеда принялся с интересом разглядывать глиняные плитки, слагающие пол, то есть «включил» своё первое внимание, или сознание, интеллект. В итоге агрессия мексиканской ведьмы провалилась, и Соледад потом горько посетовала на Карлоса за его привычку всё анализировать, всюду совать нос и расставлять логические точки над «i».

Нечто подобное бывало, наверное, с каждым. Допустим, осенним вечером вы беседуете с друзьями в уютной комнате. Точнее, вы-то преимущественно молчите — вам хорошо и так. Потому что в этой компании (а может, в этой комнате или в этот вечер) вдруг накатило на вас что-то особенное, какой-то странный настрой «серебристого» цвета. Вам не то что говорить не хочется даже шевелиться. И вдруг ваш взгляд «цепляется» за какой-то ромбик на обоях, который что-то вам напомнил. На что же он похож? И вы снова начинаете думать, разглядывать рисунки на стенах, на ковре. Вот как! Оказывается, не ваше состояние было серебристым; это общий тон обоев. Кстати, о чём они толкуют, ваши приятели? «Несусветная чушь!» Включился интеллект, и ваше недавнее лирическое настроение мгновенно испарилось.

В общем, ум — это самый надёжный щит для тёмных областей нашей психики; его следует постоянно держать наготове во время любых опытов с подсознанием.

В то же время, бывают ситуации, когда не к месту включившийся интеллект может сыграть с нами дурную шутку. Скажем, в состоянии нервного возбуждения, когда вам, что называется, море по колено, вы карабкаетесь на дерево или на скалу. В этом случае не дай вам бог посмотреть вниз и изумиться: до чего же высоко, чёрт возьми! А потом задуматься: куда же мне теперь поставить ногу, за что уцепиться? Результат очевиден.

Это я к тому, что все психические позиции желательно (и даже необходимо) использовать рационально, строго по назначению, динамично заменяя один настрой другим. Но прийти к этому вы сможете лишь в том случае, если будете неуклонно использовать в повседневной жизни свой психический опыт, обретённый в результате экспериментов и специальных тренировок. Беда большинства наших доморощенных йогов в том, что, настоявшись вволю на голове, да потом ещё чего-то насозерцавшись пусть даже очень стоящих вещей, они выходят на улицу и «органично» вливаются в общую суматошную жизнь, а свои недавние достижения забывают на коврике для медитации.

Вот вам один неплохой приём, который поможет некоторым из вас вынести в мир полную позицию бесстрастия. Итак, будучи на работе, на улице, среди друзей, сначала попробуйте отстраниться от всего этого окружения, то есть вызовите в себе настрой отрешённости. Затем добавьте к нему настрой охотника, тот самый, когда вы «на цыпочках» внутри самого себя. Не особенно беспокойтесь, если поначалу это получится у вас не очень хорошо, и не усердствуйте чересчур. Теперь представьте, что вы созерцаете окружающий мир (и себя в нём) через какое-то отверстие (например, через окно). При этом ваш внутренний созерцатель, дух-разум, как бы заключён в некую оболочку, в кокон, который прозрачен только для вас и непреодолим для всего остального мира. Углубите в себе это ощущение и попробуйте взаимодействовать с миром «из него». Через некоторое время (оно для каждого индивидуально) вы окажетесь в каком-то неописуемом состоянии сознания. Его не передать словами; его можно только пережить. Между прочим, из этого состояния великолепно «включается» большинство психотехник (и самых сложных), опирающихся на подсознание, которые описаны в «Паралогии» и в «Искусстве доминировать». Оно может также спонтанно перерастать в состояние умственной тишины и даже далее, в состояние полного внутреннего безмолвия. Только всё-таки будет лучше, если вы сможете входить в эти продуктивные психические позиции осознанно. О том, как это делается, речь пойдёт у нас в следующей главе.

А покуда попробую предупредить ваш законный вопрос: “Почему в «Психодинамике колдовства» «полная позиция бесстрастия» обозначается как «позиция сталкинга»? К чему дублировать терминологию?” Дело в том, что в нашей первой книге о сознании этот фундаментальный психический настрой подробно не рассматривался. Мы лишь на него указали и лаконично пояснили, что это такое. (Надеюсь, для кого-то из вас и этого оказалось достаточно.) А поскольку наиболее «выпуклой» чертой этой психической позиции, за которую легче всего «зацепиться», является именно настроение охотника, следопыта, или, в терминологии толтеков, настроение сталкнига, то мы его так и обозначили. Теперь же, в контексте подробного рассмотрения данной психической позиции, мне показалось целесообразным выявить в самом её названии и другую столь же существенную её составляющую, то есть бесстрастие. Впрочем, я ничего не имею и против термит «настрой сталкинга» или «позиция сталкинга».

Напоследок коротко укажу основные сферы применения полной позиции бесстрастия, или, настроя сталкинга, если так вам больше нравится. В позиции бесстрастия устанавливается достаточно устойчивая связь с подсознанием (правда, с относительно неглубокими его пластами) при нашем «включенном» сознании, и потому данный настрой в основном предназначен для взаимодействия с реальным миром. Во-первых, он годится для «операторской» работы при визуальных контактах с биологическими объектами. Это — тестирование с последующей подстройкой под объект (под его психическое состояние), различные виды внушения, подстройка под идеальный образ, работа с различными группами и некоторые другие приёмы и методы, описанные в «Искусстве доминировать». Во-вторых, позиция бесстрастия отлично подходит для реализации в жизни функций самокодирования. Затем, именно из этой позиции мы можем успешно отслеживать своё взаимодействие с окружающим миром (например, при выполнении техники не-делание), в чём, надеюсь, вы уже успели убедиться на собственном опыте. Наконец, позиция сталкинга позволяет нам с лёгкостью манипулировать своим психическим состоянием — допустим, разгонять и тормозить психическую активность. (Подробно эта базовая вспомогательная психотехника изложена в первых книгах серии.) Причём из настроя сталкинга сделать это можно и безо всяких визуализаций.

Действовать следует так. Вызвав в себе отрешённость, а затем и настрой охотника, созерцайте собственное сознание (это при закрытых глазах) или же его реакцию одновременно на все внешние раздражители (зрительные, слуховые и т.д. разумеется, если глаза открыты). Затем почувствуйте и выделите в своём уме или в тёмной бездне сознания некий ритм. Внимательно вслушайтесь в него. Теперь добавьте и третью составляющую полной позиции бесстрастия, волю к перемене, или намерение. Если вы намерены разогнать свою психику, тогда намерение выразится в ощущении неизбежного ускорения ритма вашего ума. Почувствуйте, как он (этот ритм) нарастает сам по себе, независимо от вашего желания. Позвольте такому ускорению целиком овладеть вашим сознанием. Аналогичным образом следует действовать и при торможении психики. Описанный приём позволяет быстро и эффективно манипулировать своей психической активностью со всеми вытекающими из этого преимуществами. Помимо всего прочего, позиция сталкинга может служить неплохим базовым состоянием для некоторых погружений (не особенно глубоких) в своё психическое пространство. К примеру, осуществить тот же самонастрой на удачу некоторым людям удаётся лучше всего, когда они опираются именно на эту психическую позицию. В общем, позиция сталкинга позволяет нам делать множество интересных и полезных вещей. Например, выслеживать собственный ум и посредством этого действия сознательно погружаться в состояние умственной тишины, которому и посвящена следующая глава.

Глава 2. Тишина и безмолвие.

В этой книге за первой серьёзной главой тут же следует вторая, не менее серьёзная. Кому-то, возможно, такой порядок покажется утомительным. К сожалению, ничего этим поделать не могу по-другому у меня не получается. И всё же не огорчайтесь: будут в этой книге и более весёлые места, которые, надеюсь, дадут вашей душе желанную разрядку.

А пока мы подошли к состоянию умственной тишины которое практически всеми мистическими традициями рассматривается как основополагающее. Именно потому ими предлагается огромное множество путей к его достижению. Некоторые из этих путей связаны с физическими или дыхательными упражнениями (например, с асанами или пранаямой классической йоги), другие с медитативной практикой, третьи — с образом жизни и постепенным установлением контроля над своими психическими состояниями, четвёртые с использованием психотропных средств и т.д. и т.п. Дело в том, что к любой психической позиции ведёт бесчисленное множество «тропинок» во всяком случае их никак не меньше, чем людей на земле, — однако сам по себе каждый из этих настроев в своём окончательном виде однозначен и точен, как математическая формула. Иными словами, мы можем добиваться какого-то продуктивного состояния сознания, задействуя при этом те или иные рычаги своей психической машины, но, однажды его реализовав, мы получим в точности тот же результат, что и все прочие люди, когда-либо его достигшие, даже несмотря на то, что ими использовались совсем другие приёмы и методы. Вместе с тем, некоторые из таких методов более универсальны (то есть пригодны для большего числа человеков мыслящих), Другие же менее.

Что касается состояния умственной тишины, то, на мой взгляд, самым универсальным способом его достижения по сей день остается буддийский метод созерцания, принятый в традиции Махамудра («Великий Символ»), или так называемая шаматха. Это вовсе не означает, что практика шаматхи скорее всех прочих приёмов приведёт любого человека к состоянию умственной тишины. (Мне, например, значительно быстрее помогают в него «забираться» некоторые физические упражнения, связанные с восточными воинскими искусствами.) Но метод шаматха пригоден для людей с разными психическими конструкциями — да, практически для всех человеков мыслящих. К тому же он попутно знакомит нас с устройством собственного ума и помогает взять его под контроль.

Остановимся на современной модификации шаматхи, некогда очищенной мною от ритуальной «шелухи» и затем многократно испытанной на практике.

Итак, сядьте спокойно и расслабьтесь. Сначала вам следует максимально успокоить сбой ум. Для этой цели проще всего воспользоваться техникой пристального созерцания, с которой вы познакомились в предыдущей главе. Хотя па этот раз желательно созерцать не «живые» картинки на телеэкране, а какой-нибудь неподвижный и достаточно простой объект цветок, камень, пламя свечи, икону, то, что вам приятно (то есть не вызывает у вас негативных эмоций), но и не особенно будоражит ваше воображение.

Достигнув состояния отрешённости, мягко прикройте глаза и перейдите к созерцанию собственных мыслей. Буддисты делят весь этот процесс приблизительно на десять этапов, из которых начальные три наиболее важные. Их мы и рассмотрим.

На первом этапе внимательно отслеживайте все мысли и образы любого характера, всплывающие в вашем уме, и попытайтесь их тут же «гасить». Пресекайте любую мысль сразу же, как только её обнаружите. Скорее всего поначалу у вас возникнет ложное впечатление, будто ваш ум вообще свободен от мыслей, или же они появляются в нём лишь изредка. Продолжайте созерцать своё сознание указанным образом, и постепенно в нём будет возникать всё больше и больше мыслей. А через некоторое время вы увидите, что в тёмном пространстве вашего ума они рождаются и гаснут (с вашей помощью) непрерывно: как только вы пресекаете одну мысль, моментально на её месте возникает другая.

На этом этапе лама даёт ученику приблизительно такое пояснение: в твоём уме и прежде мысли текли непрерывным потоком, но твоё мятущееся существо этого не замечало; зато теперь, немного успокоившись, ты видишь свой ум таким, каков он есть на самом деле; это состояние называется первой ступенью безмятежности. А я добавлю, что на фоне зарождающейся в вашем сознании тишины мысли становятся «рельефнее» и «громче», а потому их проще заметить.

Теперь, на втором этапе, совершенно отстранитесь от непрерывного потока мыслей и позвольте ему течь, куда заблагорассудится. Иными словами, вы как бы отделяетесь от собственного ума, продолжая при этом внимательно отслеживать его содержимое. Пусть ваши мысли вытворяют всё, что угодно. Но вы оставайтесь лишь невозмутимым наблюдателем. Между прочим, это и есть состояние умственной тишины, вооружающее нас некоторыми новыми психическими возможностями, которые, впрочем, мы обсудим позже. А в данный момент я укажу лишь некоторые его приметы. Во-первых, вы чуть ли не физически ощущаете себя наполненными тишиной. При этом значительно обостряется ваше сенсорное восприятия: вы лучше видите и слышите, острее ощущаете малейшие запахи и т.д. Однако вы безэмоциональны, и никакие мыслеформы не могут потревожить ваше существо. Затем, значительно возрастает ваша способность к концентрации: ваше внимание с удивительной лёгкостью «залипает» на каких-то деталях, и вы не испытываете при этом беспокойства. Наконец, изменяется и ваше дыхание. Оно становится очень лёгким и поверхностным. Я, например, испытываю при этом ощущение, будто моё дыхание целиком перешло на самый кончик носа, как бы «повисло» на носу. Потом возникает впечатление, будто дышать и вообще не обязательно и что можно запросто обойтись и без этого.

К третьему этапу созерцания (а это уже серьёзный шаг к психической позиции полного внутреннего безмолвия) вы сможете перейти только после того, как мысли приобретут для вас некую структуру. Иными словами, начиная с какого-то момента бы сможете различать ещё не выраженный зародыш каждой мысли, или некое изначальное её ощущение, и собственно мыслеформу, мгновенно вырастающую из этого зародыша. Теперь попробуйте отстранённо созерцать чередование, или непрерывный поток, именно зародышей мыслей, не позволяя последним окончательно формироваться, или, как выражаются буддисты, «подрубая сами мысли под корень». Здесь нужно сначала уловить, а затем стараться постоянно выдерживать очень тонкий баланс контролирующего напряжения внимания. Стоит только чуть им «пережать», и мгновенно тухнет, теряется живое ощущение мысли (при этом в значительной степени притупляется наше осознание). Если же, напротив, излишне расслабиться, то мыслеформы моментально начнут разрастаться, образуя неконтролируемые цепочки. Того, кто основательно утвердится в этом состоянии сознания, буддисты признают достигшим второй ступени безмятежности. От себя добавлю, что на данном этапе созерцания ваше дыхание (которое прежде повисло на кончике носа) вообще самопроизвольно затухает, затаивается, становится практически незаметным. Это и есть знаменитая кевали кумбхака индийских йогов, сопровождающая их глубокие трансовые погружения. («Дыхание на кончике носа» первая её фаза.)

Между прочим, хорошенько прочувствовав во время специальных занятий описанную психическую позицию, уже не столь трудно ввести её в свою повседневною жизнь. О том, как за это взяться, достаточно подробно рассказано во второй главе «Психодинамики колдовства». После упражнений в шалатхе у вас станут легко «запускаться» любые механизмы сознания, связанные с формированием мыслей. Установив для себя ежедневные «речевые посты», вы быстро освоите «думание без слов».

Для тех из вас, кто не читал «Психодинамику колдовства», вкратце опишу эту технику.

Допустим, вы идёте по улице и в поле вашего зрения (и, конечно, в сфере ума) появляется симпатичная девушка. Ощутите все её достоинства и, может быть, какие-то недостатки в совокупности, но не формулируйте свои впечатления в словах — оставьте лишь одно их ощущение, а выраженной мысли развернуться не позвольте. И точно так же поступайте со всеми объектами, которые регистрирует ваше сознание: с деревом, цветком, автомобилем, вороной.

Полагаю, после занятий шаматхой, это «думание» без слов особого труда для вас не составит. И через какое-то время (оно для каждого индивидуально) вы ощутите, как на ваше существо нисходит тишина, и сможете уже из неё, из этой потрясающей нежной тишины, созерцать окружающий мир и взаимодействовать с ним не на один порядок эффективнее, нежели в своём обычном состоянии сознания. Поглощённый тишиной, ваш ум полностью сохраняет свою активность (она только нарастает на фоне общей разгонки психики). Учтите, умственная тишина это углублённая разновидность состояния пустоты, описанного в «Паралогии» и в «Искусстве доминировать». Особую ценность состояние тишины имеет для нас потому, что мы можем пребывать в нём длительное время (в отличие допустим, от пустоты, реализованной путём фиксации внимания сразу же на двух внешних объектах) и одновременно делать всё, что угодно.

Теперь случай, или урок, который впервые продемонстрировал мне высочайшую эффективность состояния умственной тишины. Это было летом восьмидесятого. В ту пору под впечатлением книг Успенского и Беннета о системе Гурджиева я пытался ввести в свою повседневную жизнь важнейшую гурджиевскую заповедь: всегда и всюду «помнить себя». (Между тем, это самое «помнить себя» по сути модификация раздвоенного внимания, одновременная его фокусировка на внешнем мире и на себе самом.)

Итак, в восьмидесятом году я с двумя спутниками сплавлялся на резиновом плоту по норовистой речке, петляющей по Ловозёрским тундрам Кольского полуострова. Эта речка-змейка со светлыми студёными водами «подкидывала» нам перекаты и пороги различной категории сложности чуть ли не за каждым своим извивом мы ежедневно преодолевали их не менее десятка. По идее, наша троица во время этого сплава была бы должна постоянно находиться в состоянии нервного напряжения, близкого к предельному. С моими спутниками так дело и обстояло. Но не со мною, поскольку я интуитивно умудрился приспособить гурджиевский метод «самовоспоминания» для компенсации психического накала. Входя в состоянии сталкинга, я отстранялся и от всех выкрутасов реки, и от собственных мыслей. В итоге моё умиротворенное сознание как бы отделялось от тела; последнее же самостоятельно реагировало на обстановку и действовало, сообразуясь с нею.

Однажды на очередном перекате наш плот вынесло кормою на камень и прочно «посадило» на него. При этом стремительное течение продолжало нас тянуть, и плот опасно накренился. В тот момент я сидел на корме и неожиданно почувствовал сильный звон в ушах. Дальнейшее я субъективно воспринимал так, будто окружающий мир вдруг замедлился: вода перестала бешено нестись, но лишь плавно струилась, мои спутники застыли, а лодка кренилась медленно-медленно. За кормой я отчётливо видел выступающую из воды верхушку камня, на котором мы застряли, очень небольшую, не более пятнадцати сантиметров в диаметре. Умом я никаких решений не принимал и действий своих не контролировал. Более того, я их почти не помню вплоть до того мгновенья, когда снова оказался на уже освобождённом плоту, и мир для меня вернулся к своему обычному ритму. Потом, уже на стоянке, друзья наперебой доложили мне, что я с нечеловеческим проворством и ловкостью сиганул с плота прямо в буруны — на самом-то деле, вероятно, на замеченный мною кусочек камня, который мои спутники не увидели, и не только сам не утонул, но ещё и выручил всех нас, то есть приподнял корму, спихнул плот, а затем успел на него запрыгнуть. Причём всё это, по их словам, заняло у меня никак не более секунды.

Так я впервые узнал, что в экстремальных ситуациях мы способны спонтанно переходить из состояния умственной тишины в позицию полного внутреннего безмолвия (разумеется, если испытания на прочность мы встречаем именно в этом настрое; толтеки называют такой переход остановкой мира), когда включается «разум» тела, «разум» нервных клеток, а субъективное время замедляется и даже может останавливаться.

Спустя пять лет опять-таки благодаря состоянию умственной тишины я благополучно выпутался из другой запомнившейся мне переделки. К тому времени я уже кое-что соображал в некоторых психических настроях. К числу последних относилась и психическая позиция умственной тишины. В тот раз дело было на южном склоне Кавказского хребта, неподалеку от Кавказского заповедника. Около трёх пополудни седьмого октября мы спускались по отрогам главного хребта с намерением к вечеру того же дня выйти одной горной пасеке, на которой и собирались заночевать. Опять-таки было нас трое: мой давний приятель, вместе с которым мы вдоль и поперёк излазали Северный Урал и не по одному разу бывали в горах Кавказа и Алтая (он замыкал группу), ваш покорный слуга, первым спускавшийся по тропе, и ещё — наша спутница, которой раз и навсегда в этом путешествии было определено место посерёдке между мужчинами. Наш путь по склону пересекал глубокий сухой лог с крутыми бортами. Тропа на этих бортах делала по несколько петель иначе было не спуститься из-за их крутизны. В тот момент, когда я ступил на каменистое дно лога, наша спутница находилась точно за моею спиной, но метра на полтора выше меня, а мой приятель отставал от нас шагов на сто и ещё только подходил к логу. День выдался великолепный. Послеполуденное солнце стояло ещё достаточно высоко — русло лога, загромождённое гигантскими валунами, как бы прорезало в склоне горы щель, наподобие прицела, в котором сиял ослепительный оранжевый диск. Повернув голову направо, я посмотрел туда и увидел... медведя. Он был ещё далеко от нас — метрах в ста или даже более, но нёсся вниз по сухому руслу огромными прыжками прямо на меня. С позиций здравого смысла, эта ситуация была крайне опасной. С одной стороны, медведь явно не собирался куда-либо сворачивать: крутые борта лога направляли его именно к нам. С другой, мне, да и моей спутнице, было некуда отступить. Причём стоило лишь кому-то из нас с испугу побежать от зверя, как он мгновенно на нас напал бы. Таков уж инстинкт хищника: догонять всё, что стремится от него уйти. Нужно ещё добавить, что никакого оружия у нас не было — разве что палка, на которую опиралась женщина.

Слава Богу, в тот момент я не думал! В ушах у меня зазвенело, а мир замедлился и словно бы потускнел. Я механически обернулся к женщине: прежде её успокоил, а затем указал на медведя (она ещё не заметила его) и мягко погасил её первый импульс ринуться назад... Потом я снова повернулся к медведю, нимало не сомневаясь, что всё обойдется. Метров за двадцать до меня зверь сделал ложный бросок в нашу сторону: наверное, решил припугнуть на всякий случай. Я не шелохнулся, а спутница закричала во весь голос, но, к счастью, тоже не тронулась с места. (Потом она призналась, что её просто ноги не послушались.) Тогда медведь вернулся на прежний курс и пронёсся мимо в двух-трёх шагах от меня.

Я механически смотрел зверю вслед, когда сзади послышался какой-то звук. Я обернулся: женщина за моею спиной тяжело рухнула на камни ноги больше её не держали. Что же до меня, то я не испытал в тот раз и тени страха я вообще ничего не почувствовал.

Такова мудрость и сила подсознания, которое мгновенно без каких-либо вычислений и выкладок знает всё, что требуется, и действует адекватно ситуации. Я и в дальнейшем неоднократно убеждался в его исключительном могуществе. Правда, чтобы это могущество могло проявиться, совершенно необходимо освободить подсознание от диктата интеллекта. А это, увы, не так-то просто сделать.

В описанных случаях полное внутреннее безмолвие возникало в экстремальных ситуациях из состояния внутренней тишины. Но его могут «включать» и другие «пусковые устройства». Например, сама «масса» состояния тишины, причём безо всяких стрессов, экзальтации и вообще каких-либо отклонений от нормы. Я хочу сказать, что имеется некий критический порог длительности, после которого умственная тишина сама собою переходит в полное внутреннее безмолвие.

Кроме того, это эффективнейшее психическое состояние способно в некоторых случаях и без предварительной фазы умственной тишины внезапно обрушиваться на нас, поглощая всё наше существо. Могу назвать некоторые факторы, которые, если и не пробуждают в нас внутреннее безмолвие непременно, то с большой долей вероятности способствуют его приходу. Это — йогические асаны и дыхательные упражнения, различные тао или ката восточных воинских искусств, динамические системы цигун, наконец, так называемые магические пассы толтеков. Интересно, что глубокое физическое и психическое расслабление в положении лёжа (например, знаменитая сиршасана йогов) не способствует ни умственной тишине, ни полному внутреннему безмолвию. Оно «сдвигает» психику в сторону сна, стимулируя в нас иное состояние сознания, а именно, некую особую психическую позицию полусна-полуяви, или пограничное положение между сном и бодрствованием, которое имеет множество степеней и модификаций (к примеру, то же йогическое состояние тандра, во время которого перед умственным взором очень отчётливо возникают различные образы и картины).

Думается, уже назрела необходимость в одном существенном пояснении. Всё многообразие чистых психотехнологий («чистых» то есть не связанных с использованием психотропных препаратов, инфразвука и т.п.; именно таким методам и посвящена эта книга), можно условно поделить на два больших класса.

К первому относятся те из них, которые основаны на внедрении в подсознание биологических объектов либо через разум, либо непосредственно каких-то новых установок или условий (к примеру, таким образом, что разум их не замечает, и они в итоге усваиваются подсознанием), либо на замещении старых установок новыми, либо на стирании каких-то прежних установок. На этом принципе базируется работа психооператора.

Второй класс психотехник опирается на сканирование, или на подстройку к психике биологического объекта (в том числе и дистанционную), то есть на частичное или полное отождествление с ним. А затем производится изменение его психического состояния (одновременно со своим собственным). Так действует сканер.

Существуют также психотехники, совмещающие оба принципа. Например, суггестор (оператор) может воздействовать на объект через медиума (сканера). (Эта психотехнология подробно описана в «Психодинамике колдовства».)

Между прочим, вы не усматриваете параллели между данной классификацией и тою, что принята толтекали? Ну, конечно, их сновидение аналогично сканированию, тогда как сталкинг в жизни — та же работа оператора. Вы, наверное, обратили внимание, что начало этой книги посвящено психическим позициям оператора, хотя состояния умственной тишины и внутреннего безмолвия, разумеется, пригодятся и любому сканеру.

Вообще-то, подавляющее большинство человеков мыслящих, обладающих достаточной психической энергией, чтобы воздействовать на прочих двуногих, имеет врождённое предрасположение к определённому классу методов — либо к сталкингу и суггестии, либо к сканированию. В особенности это касается женщин. Люди с невысоким средним уровнем психической активности и относительно слабым волевым потенциалом, для которых непосильны многие суггестивные приёмы, нередко обладают значительными медиумическими способностями. Напротив, лицам с сильной волей и постоянно разогнанной психикой, как правило, труднее даются приёмы сканирования.

Возвращаясь к психическим позициям, которым посвящена эта глава, ещё раз подчеркну: Воля к перемене (в нашем дуалистическом существе парная сила-антагонист воли) рождается в нас при условии умственной тишины и реализуется при полном внутреннем безмолвии.

Снова напомню вам, что покуда (в этой главе и в предыдущей) мы рассматриваем операторские приёмы синхронизации сознательных областей психики с подсознательными. Главная особенность методов этого класса заключается в том, что, используя их, мы исходим из нашего обычного состояния сознания, то есть обходимся без промежуточных фаз изменённого сознания.

Итак, состояние умственной тишины имеет свойство накапливаться в нашем существе и трансформироваться в настрой полного внутреннего безмолвия, который уже является изменённым состоянием сознания, вооружающим нас некоторыми особыми возможностями. К примеру, многие люди в этом состоянии начинают «видеть» биоэнергетическое поле окружающих.

Немного расскажу о том, что происходило лично со мною, когда внутреннее безмолвие нисходило на моё существо не в какой-то экстремальной ситуации, а в обычной домашней обстановке.

В ту пору я очень активно занимался классической йогой, которую дополнил некоторыми приёмами тантрического созерцания, почерпнутыми мною непосредственно из древних шиваистских источников. Разумеется, такая «ударная» доза мистических занятий не могла не сказаться на моём психофизическом состоянии. Однажды средь бела дня и без какой-либо видимой причины я свалился, точно подкошенный, прямо на порог, отделявший комнатушку, в которой я предавался своим упражнениям, от гостиной. По счастью, это приключилось со мною дома. Нет, то не был обморок, ибо сознания я не терял ни на мгновение. Просто в какой-то момент это самое сознание как бы «вывалилось» из моего физического тела, будто из мешка. При этом само тело рухнуло прямо на порог, а я, ощущая себя какой-то бесформенной аморфной массой, кстати, очень лёгкой, подвижной и текучей, — мог запросто созерцать и своё тело, и всё, что его окружало, ещё и лучше, нежели прежде. (Для того, чтобы что-то увидеть, мне больше не требовалось вертеть головой достаточно было направить внимание на объект.) И тут меня охватил инстинктивный ужас, и я моментально снова очутился в своём теле, лежавшем поперёк порога. Мне сразу же стало очень больно: падая, я ушиб о порог поясницу. А ведь, находясь вне тела, никакой боли я не чувствовал!

Собственно, это ещё не история, а только предыстория. Так вот, с того самого случая я, с одной стороны, как чёрт ладана, боялся таких «выпадений» из тела: это могло случиться со мною, где угодно стоило мне лишь задержать дыхание и одновременно посмотреть, скажем, на потолок, то есть задрать голову. С другой стороны, я приобрёл удивительную способность по собственной воле почти мгновенно погружаться в состояние умственной тишины и удерживаться в нём достаточно долго. При этом через какое-то время я автоматически оказывался в полном внутреннем безмолвии, и тогда начинались чудеса не то чтобы великие, скорее, комнатного масштаба. Впрочем, точно определить, что же именно происходило со мною, не так и просто. Пожалуй, лучше всего сказать, что у меня вдруг «проклёвывались» необычные способности восприятия. Когда я в состоянии безмолвия фокусировал внимание на каком-либо объекте, то воспринимал немножко больше, нежели в своём обычном состоянии сознания. Например, я смотрел на человека и видел, как он думает. Нет-нет, я не знал содержания его мыслей, но передо мною, словно живая тень, непрерывно скользило с одного объекта на другой его внимание. Иногда эта «тень» на мгновение словно бы зависала в пустоте и тут же вновь приходила в движение: то «прилипала» к чему-либо в комнате, то возвращалась к своему источнику.

Одновременно я мог видеть и психическое состояние человека. Например, раздражение придавало ему красноватый оттенок, а покой окрашивал его в серовато-голубые тона. Для полноты информации могу ещё добавить, что начальная стация состояния безмолвия обычно сопровождалась у меня пульсацией в позвоночнике, начиная с копчика, которая переходила затем в ощущение интенсивного тепла, жара в спине.

Как вы думаете, что лежит в основе всего, чем мы занимались до сих пор? Безусловно, внимание, важнейшая функция нашего осознания. С помощью внимания мы поначалу У навели «порядок» в эмоциональной сфере своей психики, по возможности «отключив» эмоции (настрой бесстрастия). Затем мы уравновесили само внимание, взяв его под контроль (настрой охотника). Наконец, мы привлекли к «работе» толику «второго» внимания — того, что принадлежит подсознательной области нашей психики (воля к перемене, намерение). (Между прочим, когда верующий с полной самоотдачей молит о чём-то Бога, он тоже формирует в своей психике волю к перемене.) В итоге мы достигли состояния полного бесстрастия, или сталкинга, вооружающего нас многими преимуществами, о которых уже говорилось.

Во второй главе мы пошли дальше. Сохраняя безэмоциональное состояние и настрой охотника, мы вплотную занялись своим умом (шаматха). Причём в этот процесс нами автоматически был включён ещё один важнейший психический настрой, а именно, состояние «здесь и сейчас», подробно описанное в «Психодинамике колдовства» (буддийский метод шаматха сам по себе стимулирует это состояние). Таким образом мы достигли состояния умственной тишины, которое имеет свойство самопроизвольно углубляться и перерастать в состояние полного внутреннего безмолвия.

Последнее на разные лады воспето практически всеми мистическими традициями. Толтеки называют его состоянием повышенного осознания, индийские йоги состоянием дхьяна, некоторые выдающиеся мистики и учителя (скажем, Ошо, или Шри Раджнеш) медитацией (только не надо путать расширение сознания, которое Ошо называет медитацией, с каким-нибудь углублённым размышлением, которое точно так же называют буддисты). В «Искусстве доминировать» мы уже кратко указывали метод реализации в себе аналогичного состояния (при помощи отождествления с четырьмя первостихиями одновременно). Однако он, этот метод, под силу далеко не всякому человеку мыслящему. Зато путь к состоянию полного внутреннего безмолвия, который мы подробно рассмотрели в первых главах этой книги, требует от нас лишь времени и некоторого упорства, но и только.

Что касается преимуществ данной психической позиции, то их пришлось бы долго перечислять (даже не описывать, а именно перечислять). Если захотите, вы обнаружите эти преимущества сами. Скажу только, что в состоянии безмолвия у человека больше нет сознания и подсознания есть лишь единое огромное осознание. К тому же он сохраняет способность к взаимодействию с окружающим миром, и такое его взаимодействие (а может, его воздействие на какое-то существо или явление) оказывается исключительно эффективным. Иными словами, позиция полного внутреннего безмолвия это идеальное состояние для работы психооператора.

Глава 3. Стратегия оператора, или кривое зеркало любви.

Кажется, это Ницше написал: «Мужчина говорит: я её хочу; женщина говорит: он меня хочет». Что ж, на сей раз слукавил пророк сверхчеловека, слукавил или пококетничал, что, вроде бы, и не по-мужски. Увы, на самом-то деле и женщина, и мужчина постоянно талдычат одно и то же. На языке Ницше именно так это и должно звучать: «Он (она) меня хочет». (А продолжение фразы самое настоящее лукавство и есть.) Что означает: «Полюбите меня, все!» Впрочем, быть может, и не «полюбите», а «устрашитесь» или «посочувствуйте» в общем, непременно как-то меня воспримите да так, как мне хочется, ощутите во мне что-то особенное. Причём зачастую что-то нелепое, если поглядеть на это со стороны. К примеру, прыщавый юнец отчаянно жаждет привести приятелей в трепет могуществом своей персоны, а любительница «мыльных опер» в растоптанных шлёпанцах зачем-то добивается от соседки по лестничной площадке сочувствия, поскольку муж у неё алкоголик. Люди постоянно клянчат друг у друга толику привязанности, симпатии, восхищения, сочувствия или же зависти, страха, даже ненависти, поскольку всё это сертификаты их права на бытие. Разумеется, фальшивые сертификаты, но человекам мыслящим именно это уразуметь не дано. Где уж разуму тягаться с эмоциями! Одному хочется выглядеть великодушным, другому бескомпромиссным, кто-то нравится себе раскованным, а кто-то другой церемонным. И все постоянно озабочены: так ли они восприняты. На людском языке это называется «понимать» человека, вернее, «понимать» меня, единственного и неповторимого. В этом контексте быть «понятым» (разумеется, с субъективной точки зрения) означает быть воспринятым именно так, как хочется мне, или таким, каким я себе нравлюсь.

Это «ячество» заклеймено всеми вероучениями как гордыня, «самость», ложное «я», «эго», чувство собственной важности и т.д. и т.п. Заклеймено и только, поскольку ни одна из конфессий не предлагает нам сколько-нибудь радикального средства, чтобы от него избавиться или хотя бы его ослабить. Вся религиозная помощь страждущему человечеству в борьбе с саморефлексией сводится к декларациям её негативных качеств и откровенному запугиванию прихожан всевозможными неприятностями, вроде адских мучений. Между тем, эта саморефлексия постоянно «висит» на нашем сознании, как тяжеленная гиря, заставляя нас бесцельно растрачивать чудовищное количество нервной энергии. Подумать только, целую жизнь любой из нас всеми силами защищает фикцию, яростно отстаивает нечто формальное, существующее лишь в виде набора лексических формул (например, «сильный мужчина», «элегантная женщина», «интеллигентный человек», «серьёзный бизнесмен», «добрый малый», «хороший работник», а также «отличная хозяйка», «хороший семьянин» или, может, «хороший любовник» всех этих формул не счесть)! Говорят, что короля на сцене делает свита. Точно так же каждое индивидуальное «я» составлено из ярлыков, за которыми нет ничего. Но король на сцене не настоящий, и это «я» тоже не настоящее. По сути оно и есть наша самозащита. И одновременно то, что мы яростно защищаем. Хотя само по себе «эго» вообще ни в какой защите не нуждается. Разве что защитить бы его от собственных презентаций, питаемых эмоциями, которые хронически вредят ему в этой жизни.

В знаменитом романе М.Пьюзо «Крёстный отец» дон Корлеоне, превосходный психолог-практик, наставляя родных сыновей в житейской премудрости, говорил, что никогда не следует раскрывать перед врагами свои преимущества, но ещё лучше, если о таковых не будут догадываться и друзья. Видимо, эту заповедь хорошо усвоил лишь его младший сын Майкл и потому сумел выжить в тотальной войне пяти семейств, а затем достойно взвалил себе на плечи наследство самого Вито Корлеоне.

В связи с этим мне вспоминается один поучительный эпизод из собственной биографии. Было мне около двадцати и я собрался продолжить образование в университете. Перед вступительными экзаменами я рассчитывал набрать по ним 18 баллов (этой суммы должно было хватить для поступления). Причём первые три экзамена сочинение, историю и устный экзамен по литературе и русскому языку я рассчитывал сдать на отлично, а английский, который у меня всегда хромал, — на удовлетворительно. Получив первые две «пятёрки», я успокоился и, полагая, что дело уже сделано, в бодром настроении отправился сдавать русский и литературу. Мне повезло с билетом: первый вопрос, по языку, труда для меня не представлял на него я ответил сразу же, без подготовки, и получил заслуженное «отлично». Казалось бы, и по литературе мне тоже «светил» высший балл. (Вторым вопросом в билете значилась лирика Блока; а надо сказать, что я ещё в школе одно время увлекался символистами, на память, слава Богу, в ту пору не жаловался и потому наизусть помнил двухтомник певца прекрасной Дамы.) Уже предвкушая свой триумф, я уверенно подсел к экзаменатору.

Это был ещё молодой мужчина в очках, недостаток волос на голове которого компенсировался буйной тёмной бородой. Если бы я встретился с ним сегодня, то моментально определил бы, что это интроверт активного типа с выраженным истероидным радикалом, или демонстративная личность. Кроме того, по жестам, мимике и одежде нетрудно было бы заподозрить в нём стремление к авторитарности в интеллектуальной сфере. С такими людьми всегда следует держаться спокойно, корректно и очень осторожно особенно, если они способны повлиять на вашу жизнь и сознают это. Увы, в пору расцвета своих психических сил я был довольно глуп, самоуверен, невнимателен к окружающим, а главное, ещё даже и не помышлял о том, чтобы как-то ускользнуть из плена саморефлексии.

В общем, рассказ о лирике Блока я нагло начал с его психологического портрета, опираясь при этом то на Фрейда, то на Юнга (и с тем, и с другим я был знаком преимущественно понаслышке), то на курс «Общей психологии», некогда пролистанный мною, можно сказать, тоже по случаю. Расплата не заставила себя ждать. Бородатый интеллектуал, видимо, решил, что я пытаюсь прикрыть плохое знание текстов Блока этими отвлечёнными рассуждениями, и резко меня осадил. Правда, потом я начал вываливать на него эти тексты «грудами», но бородач уже составил обо мне нелестное представление и ни за что не захотел его изменить. Понять мужика нетрудно: перед ним развалился на стуле самоуверенный юнец, в котором неизвестно чего больше нахальства или глупости. Ну, как такого не щёлкнуть по наглому носу!

В общем, я выкатился с экзамена с общей оценкой «удовлетворительно», на которой всё-таки настояла добрая толстушка, экзаменовавшая меня по русскому языку. В итоге мне пришлось подналечь на английский, чтобы сдать его на «отлично» и тем самым обеспечить себе поступление в университет. А поскольку это мне удалось, то я считаю, что Жизнь, или Сила, в тот раз ограничилась лёгким поучительным щелчком таким останавливают не ко времени расшалившегося щенка.

Итак, общаясь с кем-то, мы стараемся произвести впечатление, а потом терзаемся сожалениями, если нам кажется, что это у нас не получилось, или, напротив, раздуваемся от гордости и счастья, когда чувствуем, что мы восприняты желательным для нас образом. Попробуйте однажды проанализировать: по каким критериям оцениваете собеседника вы сами, и что в нём вызывает вашу приязнь или, напротив, отторжение? А затем честно определите для себя: сколь важно для вас находить в окружающих те качества, которые вы привыкли навязывать им в качестве собственного «я». Полагаю, что в подавляющем большинстве случаев вам на это наплевать. Тогда почему же вы считаете, что окружающие должны воспринимать вас как-то иначе?

Надеюсь, я убедил вас, что в этой быстротечной жизни расходовать время, силы и здоровье на саморефлексию, то есть на бесцельное отстаивание каких-то формальных деклараций о себе — пусть даже самых красивых — есть непозволительная роскошь. Однако не путайте ложное «я», то есть чувство собственной важности, с вашей сущностью, или же с истинным «я». Последнее молчаливо и не нуждается ни в каких ярлыках.

Борьба с чувством собственной важности, или саморефлексией, трудна, кропотлива (она может затянуться на целую жизнь) и нередко мучительна. Вместе с тем, можно научиться и от неё получать немалое удовольствие. В основе этой борьбы — регулярное выслеживание себя самого, остальных человеков мыслящих и своих контактов с ними в повседневной жизни. Толтеки называют это занятие сталкингом. С ним тесно связаны и два других краеугольных камня их учения: не-делание (его важнейший аспект рассмотрен в «Искусстве доминировать»), а также венчающий сталкинг принцип контролируемой глупости, который становится для нас доступен, когда наша саморефлексия уже в значительной мере побеждена.

Прочие мистические традиции предлагают нам иные методы избавления от чувства собственной важности (или просто призывают к этому). Например, у буддистов линии Махамудра («Великий символ») это работа с клешами (неблагими составляющими индивидуального сознания, «загрязняющими» его), а у приверженцев классической йоги непременное соблюдение принципов ямы и ниямы. (Сами по себе эти принципы, быть может, и превосходны; вот только, как их «пропихнуть» в свою жизнь? Об этом йога нам, увы, не сообщает.)

Итак, фундаментом для битвы с саморефлексией служат психические позиции, описанные в предыдущих главах. Разумеется, идеальным настроем для выслеживания собственных эмоциональных реакций, а также рефлексии прочих биологических объектов является состояние умственной тишины. Однако действовать из него постоянно или хотя бы в течение продолжительных периодов времени вряд ли по плечу современному человеку. До такого подвига нам нужно ещё дорасти. В общем, на этом этапе нам вполне подойдёт и позиция сталкиига (когда вы «на цыпочках внутри себя самого»); собственно, для этого она и предназначена.

Прежде всего, просто понаблюдайте за собою в различных ситуациях и выявите типичные реакции своего «эго» при общении с теми или иными людьми. Таких реакций не столь и много, как это может показаться вначале. Просто перемена действующих лиц и интерьера создаёт для нас иллюзию многообразия.

Путём «тихого» самонаблюдения можно установить ещё один факт: наше «я» в разных обстоятельствах имеет, если можно так выразиться, различную величину, форму и даже вес. То оно съёживается в крохотного воробушка, то распускает хвост, как павлин, то раздувается и становится громоздким и тяжёлым, точно слон. Можно сказать иначе: «эго» может звучать в нас тихо и вкрадчиво, назойливо и нахально, а то и оглушительно громко. Разумеется, сталкер стремится как можно дольше удерживать его в «воробьином» положении.

Однако, выслеживая себя непосредственно в жизни, далеко не все свои реакции вы сможете пронаблюдать и выявить. Во многих ситуациях (как правило, в эмоционально насыщенных) мгновенно включившаяся рефлексия не позволит вам вообще что-то разглядеть и запомнить. (Для контролирующей части нашего сознания требуется хотя бы два-три свободных от эмоций мгновения, чтобы мы сумели вспомнить о своём намерении и удержаться в состоянии сталкинга.) В таких случаях это можно сделать и задним числом при помощи широко пропагандируемой последователями толтеков техники перепросмотра. Последняя описана достаточно подробно, даже, казалось бы, «разжёвана» в работах Кастанеды и его сподвижниц, а также Теуна Мареза и некоторых других авторов. Тем не менее, во всех этих сочинениях упущено, на мой взгляд, самое существенное особый психический настрой, в котором только и возможен подлинный перепросмотр. Его, этот настрой, который является составной частью универсального метода погружения в подсознание (УМП), мы подробно рассмотрим в другой главе. А пока вернёмся к формальной процедуре перепросмотра.

Могу предположить, что данной техникой в её классическом варианте вряд ли отважится воспользоваться подавляющее большинство тех, кто взял в руки эту книгу. Ему (большинству читателей) это дело покажется чересчур хлопотным и рутинным: шутка ли восстановить в памяти эпизод за эпизодом и пережить заново всю свою жизнь! На этот случай у меня припасен облегчённый вариант перепросмотра, который, тем не менее, тоже неплохо работает, во всяком случае как способ выявления саморефлексии. Собственно, это слегка модернизированная древняя буддийская техника, которая отнимет у вас около четверти часа в день. Не бойтесь потратить это время дело того стоит.

Итак, вечером, прежде чем отправиться спать, сядьте на стул, расслабьтесь, успокоитесь и мягко прикройте глаза. Попытайтесь восстановить в памяти весь прожитый день в обратной хронологии. Иными словами, начинайте с ближайшего события, затем переходите к тому, которое ему предшествовало, и так постепенно двигайтесь в утреннем направлении вплоть до того момента, когда вы только ещё проснулись и выбрались из постели. Главное внимание уделяйте всем своим контактам с людьми, особенно тем, что были сопряжены для вас с растратами нервной энергии. Восстановив в общих чертах события прожитого дня (на это можно потратить около пяти минут), перейдите к их детальной проработке. Начните опять с самого последнего события. Попробуйте воссоздать его с максимальной точностью: чем больше деталей вы припомните, тем лучше. Например, уже после ужина вас угораздило горячо пообщаться с соседом по лестничной площадке. При этом оба вы наговорили друг другу чего и не следовало бы вовсе. Вспомните, как он стоял, прислонившись плечом к стене, как наклонил голову, произнося обидные для вас слова, как при этом жестикулировал. Затем вспомните самого себя и то, как вы ему ответили в том же духе и т.д. Подготовив таким образом всю сцену, «войдите» в неё н переживите заново. Снова испытайте прежнее раздражение, обиду и то облегчение, которое почувствовали, когда высказались ему в ответ.

Перепросматривая какую-то сценку указанным образом, вы всё же остаётесь как бы на некотором расстоянии от неё, что позволяет вам легко обнаружить собственную рефлексию, то есть разоблачить манеру своего «я» реагировать в аналогичных ситуациях. (Во многих случаях вам не удастся этого добиться, выслеживая себя непосредственно в реальной жизни помешают эмоции.) Советую на первых порах фиксировать все выкрутасы вашей саморефлексии в специальном блокноте. Потом вы сможете выработать свою стратегию битвы с каждым из них при помощи техники не-делание, подробно описанной в «Искусстве доминировать».

Другая цель перепросмотра многим покажется не столь очевидной, однако я считаю необходимым описать и её прежде кратко, а потом (в пятой главе) более подробно. Толтеки говорят о восстановлении путём перепросмотра той психической энергии, которую мы растрачиваем в различных житейских ситуациях. Согласитесь, перспектива заманчивая, хотя и туманная.

Итак, вернёмся к гипотетической сцене вашей вечерней ссоры с соседом. Как уже было сказано, во время перепросмотра вы как бы входите в неё и заново её переживаете. Одновременно с этим толтеки рекомендуют применить глубокое дыхание. Выполняется оно следующим образом: вы обращаете лицо к правому плечу и затем вместе с глубоким медленным вдохом постепенно переводите его в сторону левого плеча. Вдох заканчивается, когда ваше лицо займёт крайнее левое положение. Затем одновременно с медленным выдохом вы снова поворачиваете его к правому плечу. Причём на вдохе вы как бы вбираете вместе с воздухом собственные эмоции, затраченные вами во время происшествия (в нашем случае во время ссоры с соседом), а на выдохе вы аналогичным образом освобождаетесь от эмоций соседа, обращённых на вас во время вашей размолвки. Перепросмотр эпизода считается завершенным, когда событие эмоционально потускнеет для вас, станет пустым и безразличным.

Конечно, эмоции не пар, который можно вдохнуть и выдохнуть. Однако техника «работает», могу вас уверить. На мой взгляд, в данном случае задействуется следующий психический механизм: глубокое дыхание в сочетании с плавными поворотами головы помогает высвободить в подсознании определённые негативные программы (буддисты называют их самскарами), внесённые туда во время просматриваемого события, и перевести их в сознательную часть психики, тем самым обезвредив. (Вспомните: любая информация, почему-либо не воспринятая корой нашего головного мозга, автоматически попадает в подкорку.)

Если же принять гипотезу о ноосфере, или о коллективном бессознательном, то есть признать связь всех существующих «подсознаний», а как иначе объяснить механизм многих психических приёмов, в частности, и тех, что описаны в этой серии книг? — то возможность ликвидации на подсознательном уровне чужих негативных программ тоже принципиальных возражений, я думаю, у вас не вызовет.

Теперь обратите внимание на одну существенную деталь: перепросмотр всегда выполняется в обратном хронологическом порядке. Толтеки обосновывают это правило вполне рационально: дескать, недавние события легче вспомнить; затем можно будет на них «опереться», чтобы припомнить и более отдалённые эпизоды своей жизни. Буддисты же, непревзойдённые знатоки человеческого ума, объясняют это правило по-своему: наш ум склонен подменять действительность своими фантазиями, или псевдосхемами. Во время перепросмотра он постоянно стремится, «уцепившись» за какое-то воспоминание как за отправную точку, выстроить на его основе ложную последовательность событий. Например, когда вы будете перепросматривать свою стычку с соседом, ваш ум, подпитываемый эмоциями, постарается сорваться в фантазии: придумать какие-то слова, которых вы на самом деле не сказали, сделать что-то такое, чего вы не сделали и т.п. Так вот, обратная последовательность перепросмотра как раз и мешает вашему уму пуститься во все тяжкие. Между тем, эта психотехника не допускает никаких фантазий. Ваш перепросмотр всегда должен быть абсолютно честным. Иначе никакой пользы он не принесёт.

Свои формы перепросмотра я находил в самых разных традициях — порою совершенно неожиданно для себя. Кратко опишу вам один экзотический вариант этой психотехники; к сожалению, для европейцев он представляет интерес более познавательный, нежели практический. Этот вариант перепросмотра принят у некоторых крошечных кочевых народов, затерянных в таёжных просторах Восточной Сибири. Мне известно четыре таких племени (хотя, строго говоря, это даже не племена, а родоплеменные сообщества) с общим населением не более трёхсот человек: токочуры, учуры, народы ганам и гыным. Приведённые названия тоже не научны так эти таёжные люди величают себя сами. К примеру, слово «токочуры» на их языке означает «люди с озера». Между прочим, принадлежат все эти народы к тунгусо-манчжурской группе, то есть являются дальними родичами некогда могучих джурдженей, покоривших Срединную Империю.

Для нас эти кочевники интересны сегодня, прежде всего, своими фантастическими не побоюсь этого слова возможностями в сфере знахарства и целительства. Совершая свой бесконечный путь за стадом оленей по кругу длиною в год (токочуры называют его аргиш), всё племя попутно занимается сбором целебных трав и кореньев, многие из которых неизвестны современной науке, растительных смол, некоторых минеральных веществ (например, особой целебной глины), даров дикой фауны и затем изготавливает из них удивительные по эффективности снадобья. То, что европейцы считают долгожительством, для токочуров самое обычное дело. Их столетние старцы вовсе таковыми не выглядят. Во всяком случае жизнь, которую они продолжают вести, была бы непосильна для большей части молодых людей из так называемого цивилизованного мира. Главный шаман и старейшина племени токочуров У.Урпиулов родился в 1878 году, но и поныне ведёт очень активную жизнь. Кстати, его предшественник погиб при переправе с оленем через горный ручей в возрасте 117 лет. Но и по сей день жива его жена, которой давно перевалило за 139. О токочурах стоило бы написать многие тома. Но сейчас я расскажу лишь о принятой в этом шаманском племени версии перепросмотра.

В отличие от толтеков, занимающихся перепросмотром только в закрытых помещениях и даже в специальных ящиках, токочуры выполняют эту психотехнику прямо в тайге — непременно под кроной какого-нибудь живописного дерева или группы деревьев. При этом они лежат расслабившись на спине и сквозь листву созерцают небо. Во время перепросмотра в левом кулаке у токочура обычно зажат небольшой камень — особый халцедон с малиновым оттенком, который называется «Медвежья кровь», а под поясницу подложен специально вырезанный кусок древесины. Это палка длиною 40-50 см, обструганная таким образом, чтобы с одного бока получилась дугообразная выемка по форме тела. Палка пропитана каким-то настоем из трав и называется «Девичий нож» (то же название носит у токочуров и порода дерева, из которого вырезается это приспособление.) В течение перепросмотра человек время от времени перемещает «Девичий нож» вдоль спины всё выше и выше — сначала до уровня живота, затем до нижних рёбер и далее до лопаток, до плеч... Когда же процедура завершается (а длится такой сеанс в среднем час-полтора), на палке покоится шея токочура.

Теперь о том, что они просматривают. На первый взгляд, жизнь в племени монотонна. Из года в год в одно и то же время (и, кстати, примерно в одних и тех же местах) токочуры собирают какие-то коренья, добывают маралов на панты, охотятся на мясного и пушного зверя, бьют острогами рыбу, устраивают камлания, проводят обряды в честь умерших и духов природы и т.д. Всё-таки и у них накапливается немало сугубо личных эмоционально окрашенных воспоминаний. Один охотник средних лет (всего-то 68!), немного говоривший по-русски, признался, что в очередной раз начал свой перепросмотр с эпизода, когда отец впервые взял его шестилетним мальчишкой с собою на охоту и добыл на глазах у сына крупного медведя.

Между прочим, мой близкий друг, тоже петербуржец, лично проделал эту процедуру под руководством шамана. Потом он, человек уже немолодой по европейским меркам, вернувшись из своего далёкого путешествия, с восторгом сообщил мне, что после перепросмотра, длившегося около часа, у него вновь появилось (и продержалось не меньше месяца) то радостное юношеское ощущение предстоящей огромной и счастливой жизни, которое обычно бывает у нас только в семнадцать.

Возвращаясь к описанному варианту регулярного перепросмотра прожитого дня (его рекомендуется проводить в домашних условиях, то есть в небольшом замкнутом пространстве), не лишним будет предостеречь вас: ни в коем случае не превращайте эту практику в формальную процедуру! Каждый раз приступайте к перепросмотру с искренним стремлением вынести из него что-то ценное разоблачить какие-то выкрутасы своего «эго» (и не обязательно только своего). Потом вы сможете разработать стратегию борьбы с этим очередным «ячеством» и одолеть его при помощи, допустим, техники не-делание, подробно описанной в «Искусстве доминировать».

Следующее моё заявление, видимо, будет для вас неожиданным: воздержитесь покуда от каких бы то ни было экспериментов по части перепросмотра; прежде ознакомьтесь с материалом пятой главы, в которой описан универсальный метод погружения в подсознание (УМП), и освойте настрой перепросмотра. Приступить к этой психотехнологии без такого настроя, означает, сформировать изначально в подсознании негативное отношение к ней, изменить которое потом будет очень трудно. И, пожалуйста, отнеситесь к моему предупреждению серьёзно.

Возвращаясь к предложенной вам процедуре перепросмотра, замечу, что уделять ей пятнадцать минут каждый вечер — это, конечно, очень мало... Толтеки отдают этому занятию многие-многие годы. Однако и таких коротких, но регулярных самовоспоминаний всё же оказывается достаточно, чтобы в конце концов мы воочию убедились в постоянной и стопроцентной людской механичности — во-первых, в своей собственной и, во-вторых, в механичности всех прочих человеков мыслящих, с которыми нас сталкивает жизнь. И тогда к нам приходит осознание причём не просто на интеллектуальном, но и на более глубоком уровне осознание того факта, что каждый из нас, людей, якобы, наделённых свободной волей и обладающих возможностью выбора, в подавляющем большинстве случаев предпочитает этой возможностью не пользоваться. В итоге в любой ситуации мы действуем в соответствии с определённой ролью из своего репертуара (кстати, весьма бедного) и никак иначе. И потому человеческая свобода в этом мире есть лишь иллюзия или же наша невостребованная возможность.

Окончательно уяснив для себя это, мы видим, что вовсе не враги и недоброжелатели подстраивают нам пакости в жизни, и вовсе не друзья помогают нам в ней, но сама Жизнь или Сила разыгрывает с нами партию по каким-то собственным хитрым правилам, которые, увы, постичь нам не дано. А потому глупо сердиться на её «пешек», когда они докучают нам. Но ещё глупее стремиться предстать перед ними в выгодном свете будто бы от них самих что-то зависит. И уже совсем нелепо надеяться выклянчить у них что-нибудь сладенькое, вроде любви или восхищения. Не играйте в шахматы по отдельности с каждой пешкой, с каждым конём и даже с ферзём! Всегда помните: ваш истинный соперник настолько велик, что сердиться на него невозможно.

Итак, вы научились (вернее, скоро научитесь) выуживать на свет вашу саморефлексию при помощи перепросмотра. Теперь разберём ваши действия в духе сталкинга в реальной жизни. Здесь, помимо предложенной в «Искусстве доминировать» техники не-делание (она используется для сохранения нервной энергии путём последовательного извлечения из подкорки на сознательный уровень своих психических комплексов), существует две очень полезных психотехники, которые одновременно можно считать неплохими упражнениями в сталкинге. (В данном случае я пользуюсь терминологией толтеков исключительно в силу её широкого распространения в России последнего десятилетия.) Обе они подробно описаны в предшествующих книгах этой серии. Я говорю, во-первых, о подстройке к биологическим объектам, применяемой в рамках системы нейролингвистического программирования (НЛП), и, во-вторых, опять-таки о подстройке, только не к самому объекту, а к определённому образу, или психическому шаблону, который он, объект, подсознательно воспринимает как идеальный, короче, к подстройке под идеальный образ.

Итак, основным методом взаимодействия с биологическим объектом в духе сталкинга — во всяком случае, на начальных ступенях этого искусства — является специфическая техника НЛП. (Полная подстройка к объекту путем сканирования к сталкингу отношения не имеет.) Основана она, как, впрочем, и вообще многие современные психотехнологии, на нашей способности к взаимному индуцированию.

Представьте, что вы едете в метро, и ваша симпатичная соседка справа, на которую вы время от времени коситесь, вдруг потихоньку зевнёт в розовую ладошку. И вас тоже моментально потянет зевнуть. А глядя на вас, разинет свою пасть сосед слева, и по вагону волной прокатится зевота. Вот это и есть непроизвольное взаимное индуцирование. Людям свойственно навязывать друг другу собственные психические состояния, реакции и даже модели поведения.

Метод подстройки к индивидууму путём сканирования в состоянии пустоты опирается на ощущение суггестором психического фона того или иного биологического объекта и заключается в пассивном вхождении в резонанс с этим «нащупанным» фоном.

Специалисты НЛП к той же проблеме подходят с противоположного конца. Они исходят из того, что психическое состояние человека отражается, во-первых, в его двигательных реакциях (позе, жестах, мимике) и, во-вторых, в его голосе и речи. При этом достаточно жёстко «работает» и обратная связь. Следовательно, чтобы выполнить частичную подстройку к тому или иному биологическому объекту (при непосредственном общении с таковым) вам следует попытаться скопировать как бы в зеркальном отражении его позу, основные особенности его жестов и мимики. Затем вы должны точно так же воспроизвести ритм и темп его речи, «подравняться» к его голосу по силе и особенностям модуляций — вообще, попытаться скопировать его манеру говорить (быть может, даже воспользоваться его излюбленными словами и фразами). В результате этих простых, на первый взгляд, манипуляций вы вскоре почувствуете, что ваша психика как бы выливается в готовую форму психофизического состояния выбранного вами биологического объекта. Можно и далее держать себя с ним «в унисон», попутно проводя, скажем, вербальное внушение. А можно попытаться «повести» объект за собою, то есть целенаправленно изменить его состояние, сохраняя с ним контакт и осторожно меняя собственные модели, двигательную и речевую. В данном случае «работает» всё то же человеческое свойство взаимоиндукции.

Не бойтесь, что ваше подражание будет объектом раскрыто (если, конечно, особенно не переусердствовать). Обычно наше сходство с кем-то отнюдь не бросается нам в глаза. Зато резкое отличие в манере держать себя заметить нетрудно, поскольку оно подспудно вызывает у нас раздражение. Кроме того, вам вовсе не обязательно с точностью копировать своего партнёра. Как правило, бывает достаточно принять приблизительно ту же позу, да к ней добавить ещё два-три штриха — быть может, какой-то характерный жест, ритм речи, излюбленную фразу.

Эта техника, одна из простейших, всё же требует от нас уже достаточного самоконтроля в повседневной жизни. Таким контролем, безусловно, вооружает нас настрой охотника, или позиция сталкинга. Между тем, не так-то просто постоянно удерживать это психическое состояние, в чём вы, по всей видимости, уже убедились на собственном опыте. Примите ещё одну «наводку», способную существенно облегчить самоконтроль некоторым из вас (а универсальных рецептов в психологии, к сожалению — или к счастью? — не существует вообще). Во-первых, вступая с кем-либо в контакт удерживайте внимание именно на психо-эмоциональном состоянии осчастливленной вами персоны и одновременно — на собственном психическом состоянии (что, собственно, и подразумевает позиция сталкинга). (Избави вас Бог от безнадёжных и мучительных попыток удерживать объект и одновременно себя самого при помощи зрительных фантазий!) Во-вторых, обратите внимание на тот немаловажный факт, что для вашего чистого восприятия (при том условии, что вы не слишком эмоционально отягощены презентацией своего «я») субъект и объект (вы и он) примерно равны. Вернее даже, вы сами — тоже объект, то есть в позиции сталкинга ваше внимание фиксирует одновременно два равных объекта. Такое равенство для вашего восприятия объектов, на которых вы удерживаете внимание, само по себе индуцирует в вас некое особое состояние психики. Его наиболее «выпуклые» черты — это удивительная лёгкость и подвижность вашего сознания. Такое состояние доставляет вам чуть ли не физическое удовольствие. Что же касается практических его преимуществ, то о них уже кое-что сказано в предыдущих главах, а также (причём значительно подробнее) в двух первых книгах этой серии.

У толтеков приблизительно о том же толкует третье предписание их Правила: «Зная о непостижимых тайнах всего, что его окружает, и о своём долге пытаться раскрыть эти тайны, воин занимает своё законное место среди тайн и рассматривает себя как одну из них». Иными словами, в психологическом смысле воин уравнивает себя самого с объектами окружающего мира, в том числе и с биологическими. В этом контексте сталкинг есть решение одновременно двух загадок: своей и чужой. Обдумайте это и попытайтесь применить в жизни.

Теперь — о подстройке под идеальный образ. Этот эффективный приём, относящийся к тому же классу психотехник, обычно применяется при контактах с незнакомыми или малознакомыми людьми. Он очень прост: единственное требование к исполнителю подстройки под образ — постоянный самоконтроль, которым нас вооружает позиция сталкинга.

Допустим, вы вступаете в контакт с пожилой женщиной, которая, как минимум, лет на двадцать старше вас и, вроде бы, уже не особенно за собою следит. В этом случае идеальным для подстройки к ней будет образ хорошего сына. Но когда женщина, что называется, в зрелых годах, тем не менее, всё ещё «молодится» и продолжает тщательно следить за своею внешностью, то будет лучше попытаться к ней подстроиться в образе потенциального молодого любовника, ценителя зрелой женской красоты. Для юной девушки или парня, если вы значительно старше их, «сработает» образ отличного отца (своего «в доску») или старшего брата. Для женщины примерно одних с вами лет подойдёт образ хорошего мужа (это — для женщин, что называется, положительного типа), любовника (это — для других женщин) или же опять-таки брата (а это — и для тех, и для других).

Итак, мужские идеальные образы: Сын, Брат, Муж, Любовник, Отец — и всё это непременно с заглавной буквы. Аналогично, женские идеальные образы: Дочь, Сестра, Жена, Любовница, Мать.

Чтобы эффективно использовать технику подстройки под идеальный образ, достаточно, во-первых, в каждом случае верно таковой выбрать, во-вторых, временно ощутить себя им и, наконец, во время контакта с биологическим объектом ненавязчиво продемонстрировать характерные черты и чёрточки избранного характера. Упаси вас Бог нарочито вываливать таковые «тоннами» на интересующее вас лицо. В данном случае «работают» именно намёки, штрихи, полутона. Остальное же значительно лучше вас дорисует собственное воображение лица, на которое вы воздействуете данным методом. Как видите, эта техника предельно проста, однако, выполненная должным образом, она приносит ощутимые результаты.

И ещё одна вербальная психотехника, которая отлично иллюстрирует сам принцип действий оператора, направленный на программирование человеков мыслящих — увы, мыслящих самостоятельно! — на то или иное угодное ему решение. Эта техника (или принцип) также очень прост. Вы предлагаете человеку самостоятельно принять некое решение, связанное с выбором из двух, трёх или нескольких вариантов. (Между прочим, любое решение по сути и есть выбор.) Не упуская инициативы, вы тут же сами «озвучиваете» возможные варианты решения и среди них — тот, который угоден вам. Затем вы в мягкой форме (допустим, в виде сомнения) поочерёдно дискредитируете неугодные вам варианты выбора.

Продемонстрирую это на примере. Допустим, ваш начальник намерен принять на работу нового сотрудника, и вам бы хотелось, чтобы таковым оказался некий Сидоров. Однако на вакантное место претендуют ещё двое — Иванов и Петров. Беседу на эту тему вы можете начать примерно так:

— Слава Богу, ребятам из отдела сбыта теперь будет полегче — ну, когда вы возьмете им помощника.

(Итак, сами вы в новом сотруднике нисколько не заинтересованы, но радеете исключительно за сослуживцев.)

— В принципе, с этим делом справится любой: и Иванов, и Петров, и Сидоров.

(Берите, мол, кого угодно — вам решать.)

— Только у Иванова, кажется, не всё в порядке со здоровьем — часто болеет, бедняга; а Петров, говорят, что-то там в мэрии намудрил; кажется, у него вышли неприятности с Иваном Сидоровичем.

(Вот и всё — не «пережмите»; семя, брошенное в надлежащий момент, непременно, прорастёт.)

В общем, поначалу вы как бы оставляете выбор за объектом воздействия, а затем несколькими косвенными замечаниями (они ни в коем случае не должны звучать категорично!) вы фактически лишаете его выбора. Нужно лишь, чтобы он этого не заметил.

Данный принцип можно распространить и на достижение различных устных соглашений с людьми. Например, вы сумеете договориться о встрече в устраивающее вас время и в подходящем месте, действуя приблизительно таким образом:

— Хорошо, Иван Иванович, давайте встретимся с вами в первой половине следующей недели — в любой день. Ах, да! Совсем забыл — среда у меня занята. Хорошо, подойдёт ли для вас вторник — скажем, часа в три или четыре? Ах, в четыре! Но тогда — в моём офисе, потому что в пять у меня ещё одна встреча. Превосходно, договорились!

Итак, вы сами заранее очерчиваете условия, но при этом оставляете своего партнёра в приятном заблуждении, будто выбор остается за ним.

Я не стану заново описывать прочие приёмы работы психоооператора: им посвящено «Искусство доминировать», а у этой книги — иные задачи. Итак, возвратимся к ним.

Кто-то, возможно, усмотрел в этой главе глобальное противоречие: с одной стороны, я, вроде бы, резко обрушился на устремления человеческого «эго» производить впечатление на окружающих, а с другой, пропагандирую приёмы, помогающие это впечатление внушать. Ничего подобного! Между прочим, этот вопрос — неплохой пример ущербности линейной логики. Ум примитивно рассуждает: если А равно В, то и В равно А. Но это отнюдь не так или же не всегда так. Вот, и в данном случае: разум пытается по формальным признакам уравнять совершенно разные явления. Упражняясь в сталкинге, вы стремитесь произвести то или иное впечатление исключительно по той причине, что того требует ваша стратегия. В то же время на эмоциональном уровне вам глубоко наплевать на объект эксперимента со всеми его впечатлениями и эмоциями. Это и есть позиция воина, позиция охотника за силой. Но то же действие, если оно выполняется в позиции попрошайки, ведомого эмоциями своего крохотного «я», будет качественно иным. Во-первых, оно связано с растратой психической энергии, а во-вторых, его результат зависит от многих случайностей.

Теперь рассмотрим в контексте этой главы наши контакты с относительно небольшой группой людей; с ними в силу некоторых причин (в частности, социальных) мы поддерживаем более тесные отношения. Как правило, именно с этими людьми нас связывают определённые эмоциональные узы. Именно узы — слово-то какое! Вдумайтесь в него. Эти узы бывают сладкими, приятными, иногда — лёгкими и необременительными, а также — мучительными, приносящими страдание или же — умеренно досаждающими нам, как заноза в пальце. Но зачастую они бывают одновременно терзающими и сладкими.

Сразу же отбросим те отношения, которые вы сами для себя определили как целиком негативные, или — попросту — отношения с врагами. Маркированный в сознании враг — это всегда вызов, а значит, вступая с ним в контакт, нетрудно всякий раз занять позицию охотника и по всем правилам использовать против него приёмы и методы из боевого арсенала оператора.

Разумеется, при этом приходится выслеживать не только биологический объект, но и самого себя, что всегда приносит ощутимую пользу, поскольку при контактах с недругами наше «я», как правило, не обременяет себя особыми ухищрениями для маскировки.

Совсем по-иному держит оно себя, когда мы общаемся с так называемыми близкими людьми, либо же с теми, кто нам небезразличен и с кем бы мы желали сблизиться. Туг уж «я» захватывает главенствующее положение в нашем существе и превращается одновременно в диктатора и попрошайку. И попадает в психологическую зависимость...

Она (зависимость, или всё-таки узы) бывает двух видов хотя и тот, и другой рефлекторны, то есть в их основе — условный рефлекс. Зависимость первого типа — её мы назовём навязанной — возникает как устойчивая реакция подсознания на неоднократно испытанную эйфорию, которую оно (подсознание) связывает с какой-то конкретной персоной. Помните теорию условных рефлексов академика Павлова? Она совершенно справедлива. Дали собачке лакомство и одновременно показали, допустим, какой-нибудь шарик в первый раз — животное просто испытало удовольствие. Предложили ему лакомство одновременно с демонстрацией шарика в другой раз — у зверя возникла привычка. Проделали ту же процедуру в третий раз — и сформировался устойчивый условный рефлекс. Теперь над животным можно издеваться вволю, показывая ему шарик безо всякого лакомства. Всё равно у него будет выделяться слюна.

Аналогичным образом формируются наши навязанные привязанности к кому-либо. При контактах с таким некто у нас несколько раз подряд возникает эйфория (желательно, чтобы она сопровождалась лёгким ступором). Этот некто может быть любовником (любовницей), или же просто каким-то обаятельным человеком, которым мы втайне восхищаемся и, вместе с тем, робеем в его присутствии, или суггестором (профессионалом, а может, и любителем), стремящимся нас закодировать на личную преданность, или... Таких «или» может быть довольно много. А потому мы перейдём к зависимостям второго типа, которые не менее, а быть может, ещё и более изнурительны для нашей психики. Назовём их самонаработанными зависимостями. Как явствует из этого названия, они формируются в связи с нашей саморефлексией, однако также начинаются с эйфории, которую неоднократно испытывает «эго», вступая в контакт с каким-то конкретным лицом. Только в этом случае эйфория возникает в результате приятия и надлежащей оценки нашего «эго» (разумеется, с его точки зрения). В жизни это случается буквально на каждом шагу. Вы вступаете с кем-то в контакт, стремясь на рефлекторном уровне произвести выгодное впечатление. (Именно на рефлекторном, поскольку, как уже было сказано, когда вы добиваетесь той же цели осознанно, это уже — не саморефлексия, но акция оператора, которая, правда, может проводиться не очень грамотно или даже вовсе не грамотно.) Теперь, допустим, вы ощущаете по совокупности прямых и косвенных признаков, что объект воспринимает вас именно так, как вы хотите, то есть испытывает по отношению к вам желательные эмоции. Тогда ваше «я» моментально ощущает эйфорию со всеми вытекающими из этого последствиями.

Данный процесс очень хорошо просматривается на примере взаимоотношений разнополых человеческих существ, инстинктивно стремящихся образовать пару (не обязательно супружескую). Помимо естественного обоюдного полового влечения (на сей раз не будем его касаться) оба партнёра испытывают желание понравиться друг другу, быть положительно воспринятыми и, конечно же, выработать в партнёре зависимость от своего «я». Понимаете? «Я» непременно хочет, чтобы его оценили и полюбили. «Заслужить любовь» — так, кажется, это называется на романтическом языке. Но «назвался груздем — полезай в кузов»...

Между прочим, это наше «я» — не только попрошайка, но и мелкий воришка. Случается, что партнёр изыскивает в нём вовсе не те притягательные свойства, на которые изначально полагалось само «я», выстраивая свою презентацию. Но и тогда «я», как правило, остаётся довольно и, более того, начинает мало-помалу подстраиваться под навязанный ему образ.

На этом свойстве человеческой рефлексии основан один простейший приём психооператора, так называемый метод мнимых достоинств. Вы ненавязчиво демонстрируете объекту воздействия своё восхищение каким-либо качеством, которого на самом-то деле в нём не обнаруживаете, но которое намерены ему внушить. Допустим, девушка даёт понять своему чересчур мужественному другу, что более всего в нём её привлекает его потаённая душевная чуткость и скрытая интеллигентность. Как ни странно, нередко это «срабатывает». Данным способом можно навязывать идеи, решения и даже увлечения. Но пользоваться им следует очень корректно и, конечно же, только в такие периоды, когда объект по отношению к вам занимает позицию психологического попрошайки или явно нуждается в вашем одобрении.

Любое выслеживание — и внешних биологических объектов, и собственного «я» — ведётся в позиции охотника (будет ещё лучше, если вы подкрепите её умственной тишиной). Этот настрой даёт нам те самые два-три мгновенья относительного равновесия психики (прежде всего — её эмоциональной области), или «затишья» перед взрывом, «зацепившись» за которые мы ещё можем в каждом конкретном случае удержаться от рефлексии — разумеется, при том условии, что нами припасён какой-то стратегический манёвр, рассчитанный на укрощение «самости» данного вида. В этом смысле позиция сталкинга выполняет функции устройства, замедляющего рефлексию, наподобие запальной трубки у гранаты.

Имейте в виду, наша рефлексия всегда очень проста и предсказуема. Обратите на это внимание. Психические механизмы, её запускающие, могут быть чрезвычайно сложны, но сама по себе рефлексия тривиальна, как пирожок с капустой. Примерами тому напичкана вся наша жизнь. Возьмём только один, недавний.

Летом 2000-го года я опубликовал на последней полосе одной газеты аграрной тематики, которую сам же в ту пору и редактировал, нечто среднее между иронической зарисовкой и фельетоном на тему сельского быта — в общем, довольно весёлую байку, как теперь это принято называть. Её главного героя я «списал» с одной колоритной фигуры — со своего соседа по даче. Здесь требуется пояснение: моё личное знакомство с ним было исключительно шапочным, то есть при встрече мы здоровались, но и только. Правда, баритончик с хрипотцой этого соседа то и дело будоражил население всей улицы Дюма (наш неказистый просёлок с помойками по обочинам носит славное имя гениального французского писателя), когда он ругался то с женой, то с братом, то с кем-либо из соседей...

В общем, байка начиналась со слов: «Обычно, выпив так себе, в меру, Вован Тимофеич подозревал соседей в пьянстве. Дескать, что-то я Мельникова с утра не видал, — значит, валяется пьяный. А Сашка Егоров уже неделю где-то пропадает. Стало быть, беспробудно пьёт!»

Затем, уже осенью, во время визита Путина во Францию телевизионщики уцепились за название нашей улицы и провели экспресс-интервью с её жителями на предмет их отношения к очередному путешествию российского президента. Вы догадываетесь, что произнёс перед телекамерой тот самый мой сосед, которого в байке я назвал Вованом Тимофеичем? Дословно следующее: «И чего Путина во Францию понесло! Все французы — пьяницы и алкоголики. Во Франции только спиться можно». Вот так — хоть новую байку пиши!

Теперь, надеюсь, вы поняли. Да-да, в основе реакции даже этого Вована Тимофеича могут лежать сложнейшие психические процессы. Но его рефлексия всегда будет примитивна и предсказуема. Подумайте об этом и понаблюдайте за собою в жизни.

Напоследок я вскользь коснусь одной из самых опустошительных — даже в социальном масштабе — форм нашей саморефлексии. Это — так называемое чувство справедливости. Я считаю его чрезвычайно могущественным и, одновременно, остроумнейшим изобретением лукавого. Как вы полагаете, чем руководствуется пресловутый официант, заглянувший на досуге в соседний ресторан и изощрённо измывающийся там над своим коллегой? Исключительно чувством справедливости! Ему-то ведь чёрт те что приходится выносить от своих клиентов — он же не ропщет... а тут, на положении клиента, он вправе позволить себе некоторые причуды. Это — всего лишь справедливо.

Примерно тем же самым чувством руководствуется и почтенный родитель, ущемляющий посредством ремня достоинство своего отпрыска — пониже спины. «Я в его годы...»

«Нет правды на земле!» — негодует пушкинский Сальери и, по собственному разумению, восстанавливает справедливость.

А в социальном масштабе... Практически все отвратительные явления нашей жизни зиждутся на чувстве справедливости — войны, политический терроризм, да та же пресловутая армейская «дедовщина»...

Знайте: всякий раз, когда вы испытываете какую-либо обиду от несправедливости к вам, родимому, вы автоматически сами творите произвол и несправедливость над собою же. Ибо ваша жизненная Сила — тю-тю...

Но избавиться от этой формы саморефлексии очень и очень непросто. Сомневаюсь: возьмётся ли кто-либо из читателей этой книги всерьёз за такое дело. На всякий случай дам вам подсказку. Эта работа должна одновременно вестись в двух направлениях: в тактическом и в стратегическом. Тактическое наше оружие в данном случае — это, во-первых, всё тот же настрой охотника, при помощи которого вы можете выслеживать свои психические реакции. А во-вторых, состояние бесстрастия, которое вам придётся реализовывать на своём чувстве обиды всякий раз, когда вы таковое обнаружите.

Согласен: это трудно, это изнурительно. А потому, чтобы всё меньше и меньше обид преподносило вам ваше сознание, вам придётся дополнительно заняться стратегической самотрансформацией. Описать её просто: вместо того, чтобы чувствовать себя сыном-отцом, другом-врагом, президентом или дворником, вы ощущаете себя просто воспринимающим существом — если хотите, магическим существом. Вот, когда тем или иным способом вы прочно закрепите это простое ощущение в подсознании, для вас отпадёт проблема справедливости-обиды, а с нею заодно — и множество прочих изнурительных проблем, которыми докучает вам Жизнь.

У толтеков это называется утратой человеческой формы. В многочисленных индуистских и буддийских традициях аналогичным достижениям полно наименований. Мне, пожалуй, больше прочих нравится чаньское: «найти своё лицо, которое существовало ещё до собственного рождения».

В общем, не благодарное это дело — разглядывать свои веснушки в кривом зеркале любви к себе самому.

Глава 4. Причуды подсознания.

Для начала коротко суммируем некоторые наши тезисы о человеческом сознании, рассматриваемом как машина, снабжённая сканирующим устройством (восприятием, чувствами) и памятью, и разовьём их ещё немного. Итак, вся память нашего биологического компьютера разделена на два диска — оперативный (сознание) и жёсткий (подсознание), — причём второй несопоставимо мощнее первого. Что же до сканирующего устройства (восприятия), то, по всей вероятности, оба диска укомплектованы всего одним сканером, и потому информация, поступающая в оперативную память (кору головного мозга) не попадает на жёсткий диск (в подкорку) и наоборот. (Хотя можно предположить, что человеческая психика снабжена и несколькими сканерами; но в этом случае каждый из них во время собственной работы блокирует все остальные.)

Далее, наша «оперативка» (сознание) сама по себе неоднородна. Во-первых, она имеет линейную анализирующую часть, в которой вся информация распределяется по парному принципу; «да — нет», «тепло — холодно», «верно — неверно» и т.д. А во-вторых, — эмоционально-образную (условно назовём её эмоциональной), способную только фиксировать информацию в виде чувственных образов, эмоций и ощущений всевозможных категорий (но не анализировать её). Именно потому, когда в салоне самолёта вспыхивает надпись «No smoking!», нам тут же хочется закурить. Я хочу сказать, что для эмоциональной части человеческого ума не существует понятия «не курить» — она не воспринимает запрета, но просто вспоминает о том, что можно закурить. И так — во всём. Следовательно, в сознательной сфере анализ любой информации, в том числе и эмоционально-чувственной, осуществляет интеллект.

Совсем иначе обращается с информацией жёсткий диск (подсознание). Если в сознательной части психики её анализирующий механизм запросто подключается к образной сфере (во всяком случае, может с нею взаимодействовать), то подсознание, вообще лишённое такого механизма, категорически не способно что-либо анализировать, классифицировать, отвергать.

Итак, подсознание есть грандиозная область тотального приятия, в которой любое действие осуществляется без предварительного анализа и выбора. Такую форму мышления, в противовес привычной для нас, логической, мы с В.В.Шлахтером назвали паралогической (или просто паралогией) и посвятили ей книгу «Психодинамика колдовства, или введение в паралогию».

До сих пор — всё относительно просто и, видимо, особых возражений у вас не вызовет. Теперь будьте внимательны. Как и любая машина, наша психика питается энергией; назовем её психической энергией. Но собирает, распределяет и направляет последнюю некий совсем уже таинственный фактор, который мы назвали Силой. Итак, что же такое Сила? На наш взгляд, в универсальном смысле это — некая безличная и безразличная (то есть эмоционально нейтральная) причина всего сущего. (Полагаю, что таковая всё же существует.) А в человеческой машине, которая и рассматривается в этой книге, Сила проявляется двояко (диалектически). С одной стороны, она собирает и цементирует все наши субличности (о них мы рассказывали в предыдущих книгах) в единую личность, а также удерживает нас в той или иной психической позиции. Этот аспект Силы мы называем волей. (Сильная воля пациента — беда для психиатра!) С другой стороны, Сила стремится разделить и перегруппировать наши субличности в какую-то новую личность (либо вообще последнюю разрушить), а также (чаще всего) изменить наше психическое состояние. Этот аспект Силы, направленный к изменениям, мы и назвали волей к перемене. (Сравните: силы инь и янь у китайцев, положительная и отрицательная прана у индусов, воля и намерение у толтеков.)

Людей, в той или иной степени контролирующих эти аспекты Силы, в различных традициях называют (или называли) шаманами, магами, волхвами, друидами, толтеками, налджорпа, брахманами и т.д. и т.п. — в общем, людьми Силы. И все их удивительные возможности основаны на умении манипулировать Силой — высвобождать, когда это нужно, волю к перемене, становясь текучим существом, способным принимать какие-то необычные формы, в других же случаях позволять воле цементировать свою психику в несокрушимый монолит. На сознательном уровне (в обычной жизни) это манипулирование связано со способностью по собственному желанию то открываться миру, то замыкаться на себе самом, то есть сводится к довольно тонкому балансированию между экстраверсированностью и интроверсированностью. (Сравните с умением воина толтеков открываться Силе и укрываться от неё.)

Далее, человек Силы так или иначе, сознательно или невольно, проникает в подсознание — в собственное и чужое. Мы уже упоминали об удивительных возможностях нашей нервной памяти, связанных с её колоссальным объёмом. Но это — далеко не всё. Когда человеческий сканер (восприятие) работает на подсознание, то демонстрирует воистину фантастическую чувствительность и разрешающую способностью. Мы видим, слышим, обоняем — в общем, воспринимаем — несопоставимо больше информации, чем это фиксируется нашим умом.

Рассмотрим ещё раз, в несколько ином ракурсе, пресловутый эффект 25-го кадра. Итак, если проходящие друг за другом 24 кадра в секунду воспринимаются нашим сознанием как единая «ожившая» картина, то 25-й кадр, несущий совершенно иную информацию, никак не связанную с общим контекстом, активным сознанием вообще не воспринимается. Однако его успевает «ухватить» и прочно усвоить нервная память, которая, как мы уже говорили, не обладает критичностью. А потому любого из нас можно запросто закодировать на какие-то покупки, путешествия, на поддержку политических лидеров — вообще, на всё, что угодно, — при помощи соответствующего 25-го кадра, грамотно вмонтированного, к примеру, в наш любимый видеоклип. Весь фокус — в том, что этот кадр мелькает настолько быстро, что активное сознание не успевает его зафиксировать. А подсознание обладает немыслимой скоростью восприятия; к тому же оно лишено критичности. Если бы кодирующий кадр — допустим, с призывом пить «Кока-колу» — вам показали подольше, то включилось бы ваше активное сознание, причём приблизительно таким образом: ну, её, эту приторную шипучку — лучше выпью-ка я кофе, или пива!

Вот вам простейший метод введения в подсознание какой-то короткой информации. При этом вовсе не обязательно опираться именно на фактор быстроты. Можно изобрести много других приёмов — их уже и придумано немало, — позволяющих обмануть активное восприятие (и чужое, и своё собственное), каким-то образом не позволить ему заметить информацию, которую при этом условии «заглатывает» подсознание.

В частности, на этом же принципе основан и описанный нами в предыдущих книгах метод самокодирования. Выполняя его, мы тем или иным способом формулируем установку, а затем моментально «растворяем» её в состоянии пустоты, безмыслия, выключая свой ум, или активное сознание.

Сходный метод вложения информации в нервную память известен сегодня довольно широко и применяется во многих странах. Речь идёт о так называемом обучении во сне. Его принцип также очень прост. Человеческий сон имеет четыре основные фазы. Не буду подробно на них останавливаться — скажу лишь, что, когда мы пребываем в одной из них, а именно, в состоянии «быстрого» сна, то наш сознательный ум полностью отключён от внешнего мира зато подсознание сохраняет способность восприятия информации извне. А потому во сне, точнее, в фазе «быстрого» сна, мы, не затрачивая усилий, можем выучить, допустим, иностранный язык. Правда, подкараулив нас в этом состоянии или каким-то образом в него погрузив, плохие дяди (или тёти) могут внушить нам что-то нехорошее, что-то нежелательное для нас. В истории разных времён и народов немало тому примеров. Вот, очень древний.

Неприятность приключилась с фараоном Египта Эхнатоном. Началось с того, что молодой фараон-реформатор опрометчиво замыслил (и даже подготовил) гонения на приверженцев бога Сета. Так вот, жрецы этого владыки мрака подставили красивую женщину начальнику личной охраны Эхнатона и с её помощью ухитрились закодировать этого начальника во сне. В итоге фараон был прилюдно заколот собственным главным телохранителем и, между прочим, другом детства. Очнувшись от постгипнотического состояния, тот, не сходя с места, заколол и себя тем же кинжалом.

Теперь приведу современный пример злонамеренного внушения во сне. (Это случилось в Петербурге совсем недавно: собственно, сама история ещё не закончилась, но нам будет достаточно её завязки.)

Одна моя дальняя знакомая, вернувшись с работы домой, обнаружила своего двадцатилетнего сына в обществе неприятных субъектов — мужчины и женщины средних лет. Внешность, речь и манеры выдавали в них сектантов восточного толка, возможно, кришнаитов. (Моя знакомая не особенно разбирается в тонкостях мистицизма, а потому и не установила точно, кто же они такие.) Кстати, её злополучный сын учится в университете, причём на факультете психологии. Так вот, мать нашла его спящим в кресле с обритой головой. Неприятные гости, расположившись рядом на стульях, усердно колдовали над парнем. Увидев эту сцену, мать закричала, и сектанты поспешили убраться восвояси. Парень проспал мёртвым сном ещё часов пять или шесть, а когда всё же проснулся, то не сумел толком объяснить, ни откуда взялись его гости, ни что им от него понадобилось. Он даже не помнил, когда и кто его обрил. (Типичная постгипнотическая реакция.) Но самое скверное — будущий психолог периодически (причём довольно часто) начал впадать в некое полубессознательное ступороподобное состояние, в котором у него в значительной степени затормаживались все нервные реакции и пропадало ощущение реальности. Повторяю, эта история ещё не закончилась: неизвестно, что будет с парнем дальше.

Мне в жизни везло на ведьм. Не нравится это слово? А как иначе обозначить женщину — пусть молодую, пусть красивую, — которая знает (не предполагает, а именно знает) все твои карты, если ты по неведению или по глупости согласишься перекинуться с ней в дурака?! Причём нет в этом её знании и намёка на плутовство: знает и всё, потому что такой уродилась! Ещё когда в дурака, — оно бы и ладно, но, если в преферанс или в покер, — дело хуже. И, уж, совсем скверно, когда, гм, такая особа — твоя жена. Имею в этом деле некоторый опыт — потому и говорю.

Она — назову её Никой — виртуозно выслеживала своих близких в любых ситуациях (и не по вздорности характера — просто у неё так выходило), а в свободное от этого занятия время превосходно реставрировала картины и иконы в одном государственном учреждении, знаменитом на весь мир.

Однажды Ника оставила в магазине сумочку с документами и крупной суммой денег. Это произошло вечером, а перед сном она уже точно знала, какая именно из продавщиц её сумочку подобрала. На следующее утро первым делом Ника отправилась в магазин, без каких-либо распросов подошла к нужной продавщице, и та вернула ей сумочку со всеми «потрохами». Возможно, женщина оказалась порядочной, а может, её застала врасплох сама уверенность, с которой Ника потребовала возвратить свою собственность.

В другой раз она оказалась на высоте в прямо-таки детективной истории. Однажды в музее, в котором работала Ника, вскрылось хищение каких-то ценностей, и началось следствие. Узнав о том, моя жена почти сразу же назвала мне и, как выяснилось позже, кое-кому из сослуживцев имена людей, связанных с этим грязным делом. Причём оба этих человека занимали в музее невысокие должности, не были связаны с искусством, и потому Ника их почти и не знала. Когда же (в итоге длительного следствия) её неофициальное заявление было подтверждено официально, за Никой на работе установилась слава ведьмы, или, если хотите, Холмса в юбке.

Как это у неё выходило, она и сама толком объяснить не могла. Говорила, что, успокоившись, может вызвать перед умственным взором серый фон, наподобие экрана, на котором проступают картинки, касающиеся того предмета, о котором она предварительно интенсивно думала. Чаще всего это случалось с нею спонтанно.

О даре Ники знали все её многочисленные подруги, и наш дом в ту пору можно было бы назвать женской консультацией нетрадиционного профиля. Меня же она проконсультировала лишь однажды (если, конечно, ту реплику можно счесть консультацией). Дело в том, что я увлёкся классической йогой и со свойственным мне в молодости рвением не только часами ломал себе позвоночник и выворачивал суставы, но и постился, а то и подолгу голодал. Ника смотрела на моё увлечение весьма снисходительно, но однажды заметила: «Не мучай себя понапрасну. Всё это — не твоё. Лучше попробуй — как я». В ту пору я ей не поверил.

Теперь мне придётся вспомнить и описать одну примечательную сцену приблизительно того же периода.

Итак, просторная приёмная редакции популярного в семидесятые «толстого» журнала. Близится вечер, но собравшийся в ней народ не собирается расходиться. Впрочем, посетителей «со стороны» уже нет — их выпроводили под всякими благовидными предлогами. Остались только — «свои» — преимущественно сотрудники отделов, да двое-трое «родных» авторов. В центре внимания литературной публики — молодая пара, муж и жена. Скажу сразу: я ничего о них толком не знаю. Даже их имена выскочили у меня из памяти. Не помню я и того, кто именно привёл их тогда в редакцию. Впрочем, не так это и важно. Супруги работали в каком-то жутко засекреченном государственном учреждении. Хотя «работали» — не то слово. Примерно так же «работали» у профессора Павлова собаки, которым сей учёный муж вживлял в мозг электроды. Ну, поскольку это всё-таки люди, с ними, насколько я понял, обходились без электродов, однако постоянно держали под «колпаком»: даже тот их поход в редакцию был предварительно кем-то санкционирован.

Итак, вернусь к самому эпизоду. Изнуренные идеологической диетой развитого социализма, наши души ликуют, повстречавшись, наконец, с чудом. Мы ведём себя просто неприлично.

— Теперь спрашиваю я — моя очередь! — наседает на «телепатов» заведующая редакцией А.А.

(В своём обычном «рабочем» состоянии эта полная блондинка способна часами высиживать в приёмной с отстранённым видом — этакий форпост редакции, неприступный бастион для графоманов.) Но на сей раз её, непреодолимую по долгу службы, всё же ухитряется как-то отстранить невысокий щуплый Ю.Л., редактор отдела прозы. В руках у него листок, на котором написано какое-то слово.

— Я готов! Я подготовился! — едва не кричит он. Ясновидящая сидит на стуле вполоборота к Ю.Л.; она держит спину неестественно прямо, а голову — слегка откинутой. За её спиною высится муж; его рука — на плече у ясновидящей. Женщина прикрывает глаза ладонью и замирает на четверть минуты. Замираем и мы, глядя на неё. Наконец, она опускает ладонь и, откинувшись на спинку стула, сообщает нам тихим голосом:

— Получается несуразица: у вас в голове — какой-то специальный термин, а на бумажке я отчетливо вижу слово «тропа» без последней буквы «а».

Ю.Л. переворачивает листок — на нём действительно написан термин «троп» — и неуклюже шутит:

— По ясновидению вам — «пять», зато по русскому — «два».

— Несправедливо! — возмущается кто-то. — В школе этого не проходят.

Эксперимент успешно повторяется с каждым из присутствующих. Даже Метр, поддавшись всеобщему ажиотажу нисходит с магического пьедестала своего опыта, положения, возраста, своей истории. Метр стар; ему за восемьдесят. Он почти уже последний из оставшихся творцов литературы «Серебряного века». Иной раз он вспоминает — всегда к месту! — былые споры с «Осей» Мандельштамом, свою дружбу с «Сашей» Грином или то, как в пятнадцатом на императорском смотру «размахивал сабелькой» Зощенко.

Метру можно не суетиться, подобно остальным, — его тихий голос слышен и так.

— Попробуйте, милая, поиграть со мною — я, вот, тоже написал одно слово.

Ясновидящая устала. Но где ей со всей её магией устоять против магии Метра! Женщина сосредотачивается и, видимо, чересчур старается. Её муж и помощник обеспокоен:

— Хватит на сегодня! У тебя — перегрев.

Ясновидящая отмахивается:

— В последний раз. Лучше помоги мне: я что-то плохо тебя чувствую.

Наконец, она сообщает:

— Это — нерусское слово. Языка я не знаю, но могу назвать латинские буквы, из которых оно состоит.

Оказывается, Метр решил щегольнуть своим французским перед очаровательной гостьей. Начертанное им слово «printemps» означает «весна». Метр галантно склоняется над рукой ясновидящей.

Вернувшись домой, выплёскиваю восторги на Нику. Она невозмутима, точно лорд из анекдота. Ну, и что? У неё такие штучки иногда выходят сами собой. Чаще — к вечеру. Только она никогда этим всерьёз не занималась. Ей кажется, что и у меня тоже должно получиться. Ей не объяснить, почему она так решила, но она это знает. Впрочем, можем попробовать.

Ника усаживает меня на стул, заставляет закрыть глаза и расслабиться.

— Теперь разделись на две части, — слышу её голос. — первая, твоё тело, пусть как бы одеревенеет. Оставь его в покое на стуле. Почувствуй второго себя, который всюду: перед тобой, за тобой, и вокруг тебя. Полностью собери его перед закрытыми глазами, в межбровьи. Возможно, ты увидишь какой-то свет или цветные пятна, или всё вместе — не отвлекайся на такие вещи. Всё время чувствуй перед собою трёхмерное пространство, пустоту.

Стараюсь следовать её рекомендациям, и в какой-то момент меня словно что-то выкидывает в открытое пространство, залитое дневным светом. Я стремительно в нём лечу; подо мною — мой город. В этом нет сомнения: я узнаю купол Исакия; очень странно выглядит Адмиралтейство — оно в каком-то необычном ракурсе. Причём живая картина, в которой я оказался, для меня даже ярче и осязаемее реальности обычного бытия в нормальном мире. Внезапно я осознаю, что подо мною — бездна, и мгновенно испытываю животный ужас. Картина пропадает.

Как я потом понял, этот мой первый неудавшийся опыт ясновидения на самом-то деле отнюдь не был неудачным. Мне сходу удалось «нащупать» и «запустить» нужные психические механизмы, — просто у меня ещё не было навыка управления ими. Сразу же добавлю, что в присутствии Ники или какого-то иного человека, обладающего мощным психическим потенциалом, такие вещи давались мне проще. Хотя со временем я научился вполне уверенно проделывать их самостоятельно.

Итак, описанный опыт наряду с пространным перечнем аналогичных технологий относится ко второму классу психических приёмов, то есть к сканированию, или, в терминологии толтеков, к сновидению. Перепробовав на себе немало методик этого класса, которые предлагаются нам разнообразными школами йоги, северными буддийскими традициями, теми же толтеками, а также некоторыми современными биоэнергологами, я убедился в идентичности психических процессов, которые ими стимулируются.

Вернусь к уже описанному первому своему опыту. Метод, предложенный мне Никой, — это, по сути, несколько упрощенный вариант упражнений — их, кстати существует довольно много — на так называемый «третий глаз», или аджна-чакру йогов. (Западная медицина обозначает приблизительно то же явление терминами «эпофиз» и «шишковидная железа».) Активизация эпофиза, или — в терминах мистиков — открытие «третьего глаза», позволяет нам синхронизовать чувственные области сознания с какими-либо пластами подсознания. Кстати, вместе с эпофизом — и даже прежде него — в этом процессе задействуются лобные доли мозга, то есть наши волевые центры, — и это непременное условие успеха. Чаще всего людям удаётся сознательно «подключаться» к тем областям подсознания, которые контролируют наши необычные возможности восприятия — ясновидение, яснослышание, «зрение» без помощи глаз и т.п. При этом подсознание постоянно стремится «впихнуть» нам информацию о нашем психическом и физическом состоянии, Как правило, такая информация приходит к нам в виде аллегорических образов, которыми подсознание способно оперировать. К примеру, во сне человек обнаруживает себя обнажённым в людном месте и испытывает стыд. Разумеется, это не пророческое видение, а также и не проявление скрытой наклонности человека к эксгибиционизму, а просто сигнал о его заниженной самооценке в какой-то сфере жизни. Между прочим, информацией такого рода подсознание нередко снабжает нас во время обычного ночного сна. Мы же склонны либо вовсе от неё отмахиваться, либо при помощи всевозможных «сонников» интерпретировать её самым нелепым образом.

Итак, опыты с «третьим глазом» удаются лишь в том случае, когда мы их проводим в состоянии умственной пустоты. Напомню: термин «умственная пустота» подразумевает свободу сознания не только от любых мыслеформ, но и от эмоций. Оказывается, с мыслями нам совладать значительно проще, чем с эмоциями. В то же время эмоции суть манифестация воли к перемене на сознательном уровне. И потому даже самое лёгкое, самое мимолётное ощущение, испытанное нами во время подобного опыта, способно абсолютно непредсказуемым образом отклонить наше сверхчувственное восприятие от цели. Во время экспериментов с эпофизом и волевыми центрами люди на первых порах, как правило, видят какие-то необычные вещи. И это — вполне обычное явление, да к тому же и логичное. Допустим, вы собрались лицезреть некую привлекательную, с вашей точки зрения, персону и, по всем правилам расслабившись, пытаетесь визуализировать её образ. Теперь, предположим, полгода назад вы с нею совершили совместный визит к кому-то в гости, и в том доме была маленькая злющая шавка. Далее, визуализируя свою подругу, вы автоматически в той или иной степени высвобождаете из подсознания определённые эмоциональные комплексы, связанные с вашей совместной историей. Вполне возможно, что на этот раз вы извлечёте из своей психической кладовой какие-то свои прежние ощущения, испытанные вами во время упомянутого визита. А самой мимолётной эмоции, если она подвернётся к месту (или, напротив, не к месту) уже достаточно, чтобы поменять цель визуализации. И вот, вместо своей привлекательной подруги вы созерцаете отвратительную собачонку, да ещё в неприличном ракурсе, с хвоста. Наше подсознание — особа с причудами; оно не скупиться на такие выходки.

Теперь — о некоторых явлениях, с которыми вы можете столкнуться во время экспериментов с эпофизом и лобными долями мозга. У многих людей глубокое расслабление автоматически вызывает видение так называемого психического света. Обыкновенно он фиолетовый, лиловый или синий различных оттенков и интенсивности. Учтите, этот свет нас мало интересует или даже не интересует вовсе, поскольку он является функцией наших височных центров, которые в работе с «третьим глазом» вообще не задействуются. С другой стороны, это явление может отвлечь наше внимание во время опыта и тем самым помешать его успешному завершению. «Включение» волевых центров сопровождается ощущением тяжести, давления над бровями а также восприятием темноты перед закрытыми глазами как трёхмерного пространства. Следовательно, обоснованным было требование Ники не обращать внимания на свет и различные цветные пятна. Кроме одного. У некоторых людей перед умственным взором вспыхивает очень яркое жёлто-оранжевое пульсирующее пятно или кольцо. Как правило, его появление сопровождается ощущением тяжести или пульсации внутри головы на уровне нижней части затылка. Это уже рефлексия шишковидной железы, и её можно использовать. Если вам удастся «проникнуть» в это пятно (или кольцо), то вы автоматически подключитесь к какому-то пласту подсознания, «откроете» свой «третий глаз» или, в терминологии толтеков, войдёте в сновидение.

Некоторые люди вместо пульсирующего пятна видят небольшой серый экран прямоугольной или округлой формы. У других прорыв в подсознание происходит прямо из трёхмерной темноты перед глазами. У меня, например, это получалось по-разному — в зависимости от конкретной техники, которую я использовал, но ещё больше — от моего психического состояния в тот или иной период.

Далее, до сих пор я в основном упоминал лишь о зрительных ощущениях во время экспериментов с эпофизом. Это не совсем правильно, поскольку своё второе «я» перед закрытыми глазами в идеале вы наделяете всем комплексом обычных человеческих чувств: зрением, слухом, осязанием, ощущением своего тела и т.п. Но, вот, с чего начать — это дело вкуса, точнее, это зависит от вашей предрасположенности. По преобладающему типу восприятия человеки мыслящие делятся на три основные группы: люди визуального, аудиального и кинестетического типов. А потому для одного будет проще начать со зрительного образа, а другому покажется легче что-то услышать или почувствовать на ощупь. Подробнее мы поговорим об этом в шестой главе, когда будем составлять карту нашей психики, нашего «я».

Итак, методику раскрытия «третьего глаза» можно назвать классическим образчиком психотехник на сканирование. Перечислю наиболее «выпуклые» особенности методов этого класса, отличающие их от операторских технологий. Во-первых, любые «сканерские» психотехники опираются изменённые состояния сознания, связанные с выделением другого «я», или с созданием необычной психической области, особого магического пространства. При этом вы как бы расширяете своё сознание и непременно проникаете в это пространство. Это выражено особенно отчётливо в психотехниках на погружение в подсознание, которые мы будем подробно рассматривать в следующей главе. В то же время при использовании операторских методов, которым преимущественно посвящены предыдущие главы, мы изменяем своё психическое состояние, психический настрой прямо в обычном мире, в нормальном нашем пространстве-времени. При этом ощущение такое, будто некое психическое состояние, точно облако, нисходит откуда-то извне и поглощает нас. Под влиянием этого облака-состояния кардинально меняемся и мы сами, и окружающий мир. В частности, это очень ярко ощущается, когда мы входим в состояние умственной тишины или, тем более, в позицию внутреннего безмолвия.

Далее, при любых погружениях в психическое пространство мы непременно задействуем — причём задействуем в явной форме — лобные доли мозга, то есть наши психоволевые центры. В этом случае именно оттуда исходит аспект Силы, названный мною волей к перемене.

Наконец, подавляющее большинство методов сканирования связано с предварительным расслаблением, релаксацией. В то же время большинство операторских приёмов применимо и в состоянии физической активности. Более того, во многих случаях сама эта активность стимулирует психический настрой оператора.

Пожалуй, для этой главы чудес уже достаточно. Поговорим теперь о других психических явлениях — на первый взгляд, быть может, менее эффектных, зато, как правило, более эффективных. Начну с того, что подсознание (или даже ноосфера через подсознание) непрерывно — денно и нощно — ведёт с каждым из нас свои игры. Это — великие игры Силы. В своём подавляющем большинстве для интеллектуального ума они просто незаметны. Но в тех немногих случаях, когда интеллект бывает вынужден их обнаружить и признать, игры Силы кажутся ему не просто причудливыми, но изощренно лукавыми.

Говорят: «Богу — богово, а кесарю — кесарево». Точно так же: для сознательного ума — интеллект и логика, а для подсознания — чувства и ощущения. Это нормально. Между тем, на самом то деле подсознание по самой своей природе кристально честно и прямолинейно. Для пояснения этого кажущегося парадокса мне приходит на ум такая аналогия: если честного простака поместить в общество отъявленных лжецов, то бедняга будет им казаться самым прожженным плутом.

Но вернёмся к играм подсознания: вот, самая распространённая из них. Почти все человеки мыслящие полагают, что действуют в этой жизни, опираясь исключительно на свой разум. Они могут соглашаться, что в том или ином случае этот разум их подвёл, но и тогда они убеждены, что всё-таки само решение исходило именно оттуда, от царя-интеллекта.

На самом же деле всегда и во всём происходит наоборот. Подсознание выдаёт человеку импульс на то или иное действие в виде эмоции или ощущения, а затем уже интеллект тужится в объяснениях: почему он, великий и неповторимый, принял то или иное решение. Грубо говоря, ему (уму), точно ребёнку, что-то нашептывают из темной бездны подсознания, затем ему очень этого хочется, и в итоге включается могучий интеллектуальный процесс обоснования. Никак не иначе! (Поверьте мне в этом покуда на слово; позанимавшись некоторое время перепросмотром, вы воспримете этот факт с такой же лёгкостью и категоричностью, как приняли некогда закон тяготения, набив себе шишку на лбу.)

Правда, если решение (действие) оказывается неверным, то интеллекту позволяется приплести сюда интуицию: дескать, подвела, негодница. Хотя по большому счёту виноват всё-таки разум. Очень часто бывает так. Не знающее лукавства подсознание действительно выдает разуму нежелательную директиву. Но нет в том его вины, поскольку основанием для этой негодной директивы послужила некая установка, заложенная в подсознание извне, причём в обход разума и при его грубом попустительстве. Знайте же, существует ещё один тоннель в подсознание, причём в чужое подсознание. Через него (тоннель) можно туда проталкивать (подчеркну: очень нежно проталкивать!) всевозможные установки в виде желаний, пристрастий и потребностей при непосредственном общении, то есть вербальным способом. Вот об этом и пойдёт у нас речь в оставшейся части четвёртой главы. Иными словами, сейчас мы поговорим о принципах вербальной суггестии (именно о принципах — приёмов таковой описано превеликое множество, но без принципов все они немногого стоят).

Итак, начнём по порядку. Во-первых, существуют Великие Врата к взаимодействию между всеми человеками мыслящими (да, и вообще между любыми живыми существами). Такими вратами является наше внимание. Именно посредством внимания мы получаем как из внешних источников, так и из нашего внутреннего мира всё многообразие информации в виде различных чувств и ощущений. Взаимодействие между людьми, или же — в формулировке биоэнергологов — энергоинформационный обмен, осуществляется посредством нашего направленного внимания.

Во-вторых, внимание бывает двух типов. Внимание первого типа принадлежит сознательной сфере и подпадает под юрисдикцию интеллекта. Такое внимание может иметь разные степени; оно варьирует от самого интенсивного до рассеянного. Внимание второго типа принадлежит подсознанию. Оно всегда включено, но очень редко «состыковано» с вниманием первого типа, с сознанием.

В-третьих, общение между человеками мыслящими (при включённом внимании первого типа) осуществляется одновременно на нескольких уровнях (зачастую — даже на многих). С одной стороны, в энергоинформационный обмен обычно включено сразу несколько сенсоров (зрение, слух обоняние и т.п.). С другой, один и тот же сенсорный канал способен одновременно воспринимать сразу же несколько информационных рядов. Например, вы просто слушаете чей-то рассказ; но в процессе этого вы:

— воспринимаете смысловую информацию;

— отмечаете какие-то акценты рассказчика;

— отслеживаете тембр его голоса;

— слушаете фоновые звуки, сопровождающие речь (рассказчик вздохнул, чихнул и т. д.);

— и, поверьте, успеваете делать ещё очень много вещей.

Пункт четвёртый и никак не менее (а может, ещё и более) важный. При общении, то есть при взаимном энергообмене, каждый из его участников получает от другого информацию, которая усваивается им по-разному. Наименьшая часть этой информации посредством внимания первого вида поступает в его оперативную память, или интеллект, и там обрабатывается заведённым в этом учреждении образом. Но значительно большую часть информации по всевозможным причинам (их существует исключительно много) внимание первого вида переуступает вниманию второго вида. Следовательно, эта информация нашей «оперативкой» уже не усваивается и напрямую попадает в подсознание. Последнее, как мы уже выяснили, не способно проводить её дальнейшую обработку по принципу «да — нет», зато оно «держит» любую информацию мёртвой хваткой. А затем это лукавое или тупое подсознание (разумеется, с позиций интеллекта) на основе собственного «мнения» — а это «мнение» есть просто принятое «на веру» сообщение — врывается в сознательную сферу человека со своими директивами в форме всевозможных импульсов, желаний, пристрастий и т.д. В свою очередь человек мыслящий (в данном случае — скорее биологический объект) действует в соответствии с этими директивами-капризами подсознания. Но, как мы знаем, директивы эти навязаны подсознанию извне, поскольку спровоцированы исключительно той информацией, которую сознание некогда почему-то не уловило или не интерпретировало. Иными словами, зачастую в своих директивах подсознание руководствуется теми данными чувственного восприятия, от которых почему-либо отмахнулось внимание первого типа.

В общем, суггестор или гипнолог при вербальном контакте стремится, во-первых, тем или иным способом завладеть вниманием объекта, или, попросту, чем-то его увлечь, а затем мягко и незаметно пропихнуть нечто полезное (разумеется, полезное для себя) в его подсознание, каким-то образом укрыв это «нечто» от внимания первого типа. По сути высокое искусство вербальной суггестии сводится к умению исподтишка пообщаться с подсознанием биологического объекта — как бы «за спиной» его разума. Разумеется, проще всего проделать подобный трюк во сне, что и демонстрируют нам сценические гипнотизёры и некоторые медики. Но сей грубый феномен нас, разумеется, не интересует — да и нельзя его причислить к высокому искусству!

У мастера метод иной: в процессе общения с объектом воздействия на фоне информации явной, предназначенной для сознания этого объекта, «выдать» какое-то особое сообщение его подсознанию. При этом нужно, чтобы интеллект объекта либо не уловил эту «шифровку», либо не сумел её интерпретировать и попросту «плюнул» на неё.

Между прочим, приблизительно по той же схеме, но совершенно бессознательно, мы то и дело применяем друг против друга вербальную суггестию, причём сами о том даже не догадываемся. И очень часто это получается у нас себе же в ущерб.

Вот вам, вполне заурядная ситуация. Некто выходит к вам с деловым предложением, которое при самом тщательном рассмотрении кажется вам весьма привлекательным. И сам этот некто, имеющий, кстати, неплохие рекомендации, произвёл и на вас, и на ваших помощников вполне благоприятное впечатление. Обдумав и взвесив все «за» и «против», вы, вроде бы, склонны предложение принять, но где-то в глубине души вы с самого начала чувствуете, что никогда и ни за что не согласитесь сотрудничать с этим человеком. Причём дело здесь даже не в личной антипатии — к примеру, этот потенциальный партнёр (или партнёрша) даже в сексуальном отношении кажется вам привлекательным. Так в чём же дело?

Между тем, ваш интеллект начинает выстраивать свод бастионы: «наша фирма ещё не созрела для такого шага», «всё это слишком хорошо, чтобы не оказаться авантюрой», «привлекательное дельце, но мне обычно не везёт в такого рода делах» и т.д. и т.п.

А причина может быть крайне простой: например, во время первой же беседы ваш потенциальный партнёр держался корректно, с достоинством и, тем не менее, однажды допустил какой-то непонятный жест — хлёстко отмахнул кистью снизу-вверх напротив вашей груди. Жест этот ни коим образом не вязался ни с общим тоном беседы, ни с конкретным содержанием того, о чём вы в тот момент говорили. А потому ваш интеллект его ни как не интерпретировал, то есть оставил без внимания и тем самым затем отправил в подсознание. Но последним это лёгкое движение руки было «прочитано» как некое агрессивное отторжение, угроза. И оно, ваше подсознание, при каждом удобном случае берущее на себя роль ангела-хранителя, всячески постаралось уберечь вас от «опасного» партнёра. Но в данном случае, скорее всего, опасность была мнимой: просто человек неловко махнул рукой (может, стул под ним качнулся). Но сделка не состоялась — в итоге пострадали и вы, и он. Увы, подобные вещи случаются с нами в жизни то и дело. Правда, об этом мы обычно не догадываемся.

Надеюсь, теперь вам понятен принцип вербальной суггестии. Что же касается способов, или кодов, передачи информации чужому подсознанию, то их напридумано превеликое множество. Это всевозможные суггестивные голосовые режимы, различные жесты и мимические приёмы, многочисленные трюки, связанные с манипулированием психической активностью и т.д. и т.п. Кое-какие из этих приёмов описаны в «Искусстве доминировать» и во множестве издающихся сегодня книг по гипнологии. Но лучше всего состоятельно наработать собственный арсенал суггестивных средств. В принципе, это не так и трудно, если, конечно этим заниматься. Кстати, времени и места для таких занятий у любого из нас предостаточно — целая собственная жизнь!

Возможно, вы уже обратили внимание, что для своих уроков Сила выбирает такие моменты, когда наше «я» предельно съёживается, делается маленьким и тихим. В заключение этой главы я хочу привести пример ещё одного трюка подсознания, вернее даже, ноосферы, действующей через индивидуальное подсознание.

Этот близкий мой знакомец — активный экстраверт по психотипу, правда, с несколько замедленными функциями торможения нервных реакций. Он — великий прагматик и атеист. Не верит ни в Бога, ни в чёрта, ни в загробную жизнь. Любые психологические изыски вызывают у него ещё большее раздражение, нежели откровенно мистические учения. Он с гордостью заявляет, что на него гипноз действует ещё меньше, чем аспирин, и что он сам закодирует любого шарлатана, который возьмётся проделать с ним нечто подобное. Между прочим, именно такие люди являются самой лёгкой добычей суггестора. Но то — к слову.

Итак, однажды этот мой приземлённый скептик выдержал весьма серьёзную попойку в доброй компании — дня, этак, на три. Потом, естественно, ему было очень скверно, и он отлёживался ещё около суток. Наконец, звонит он мне и робко так спрашивает:

— Ты не знаешь, когда белая горячка, что люди видят?

Отвечаю без особой уверенности:

— Говорят, всякую дрянь, вроде пауков и тараканов. А ты, что, немножко доигрался?

— Может, и доигрался. Только странно всё это как-то было...

— Что тут странного? — спрашиваю.

— Да то, что оставался я словно бы наяву, но, с другой стороны, всё — как сон... И унесло меня вовсе не к тараканам твоим, а к Нему.

— К кому? — спрашиваю.

— Ну, к Нему, — не хочет уточнять.

В общем, слово за слово, вытянул я из него классическую историю с полётом через синий тоннель и выходов в райские кущи. Полагаю, не менее пятой части всего человечества испытало нечто подобное, только не многие о том докладывают.

В общем, успокоил я мужика: втолковал ему, что к чему А он и говорит:

— Выходит, Бог-то есть, а я, дурак, возражал...

Почему-то чаще всего в подобных случаях находят Бога именно самые закоренелые атеисты. А мужик с той поры переменился.

В общем, случай в особых комментариях не нуждается. Улучив момент, когда «я» моего скептика было слабеньким, мятущимся, страдающим, Сила вытащила его в своё классическое путешествие с гарантированной доставкой обратно. Этому же способствовала и естественная психическая разгонка человека, резко «затормозившего» после серьёзного запоя.

И ещё. Как вы думаете, почему среди святых так много бывших грешников? Видимо, дело здесь не только в идеологии Церкви. Не даром в народе говорят: не согрешишь — не покаешься.

Глава 5. Тоннель в подсознание.

В этой главе я намерен обойтись без лирических преамбул — материал, на котором она построена, требует серьёзного отношения и, надеюсь, сам по себе заслуживает внимания.

Итак, читая «Психодинамику колдовства», «Искусство доминировать», а также первые главы этой книги, вы имели возможность кое-чему научиться — например, самокодированию, погружению в глубины своего «я» (вплоть до «внутреннего ада»), «выуживанию» из подсознания даймонов бессознательного, припоминанию своих прошлых «воплощений» (или чего-то похожего на них) и некоторым другим интересным вещам, связанным с погружением человека в собственный внутренний мир, в своё психическое пространство. И возможно, вам уже приходила в голову одна мысль (или ощущение): все эти психотехники по сути сводятся к одному и тому же.

Что ж, вы угадали: по большому счёту так оно и есть. Только я бы всё же выразился иначе: любые психические технологии, в которых мы задействуем подсознание, требуют от нас измененного состояния психики и «включения» воли к перемене, или динамического аспекта всеобщей психической Силы, который мы уже обсудили в предыдущих главах. Следовательно, существует некий универсальный подход к путешествиям в подсознание (кстати, не только в собственное) и даже в ноосферу. Вот, к нему-то, к такому подходу, мы теперь и приблизились вплотную.

Но прежде мне придётся сделать ещё одну уступку вашему разуму, требующему во всём логической ясности и завершённости. Исключительно ради комфорта его величества интеллекта давайте сначала ещё немного разовьём концепцию (или модель) психического устройства человека мыслящего, на которой я уже останавливался в предыдущие главах.

Начнём с довольно-таки «хилой» сознательной области психики, ранее сопоставленной мною с оперативной памятью компьютера. Наш сознательный ум образован двумя относительно автономными частями — интеллектом и эмоциональной сферой (последняя оперирует чувствами, эмоциями, ощущениями всех видов; она, как и подсознание, не способна к анализу).

В дополнение к тому, что уже сказано об уме, можно ещё добавить, что и эмоциональная его часть, и даже интеллект в свою очередь подразделяются на множество функциональных отделов. Но перечислять их я всё же не стану, чтобы не нагружать вас лишней информацией.

Далее, различные отделы эмоциональной части нашей «оперативки» при определённых условиях (в частности, при наличии у нас избыточной психической энергии) могут подсоединяться к соответствующим отделам «жёсткого диска» (подсознания) и передавать туда информацию. Правда, чаще происходит наоборот: подсознание вводит собственную информацию в «оперативку», влияя тем самым на наше психическое состояние и формируя скрытые побудительные мотивы наших действий.

Перейдём к «жёсткому диску», к подсознанию. Об одной из его функций, чрезвычайно важной для нас, мы только что упомянули. Пожалуй, ещё важнее для любого человека тот грандиозный по своим масштабам подсознательный разум, который контролирует жизнедеятельность каждой клеточки его тела, а также всех органов и функциональных систем организма. Но в этой книге мы преимущественно рассматриваем иные области подсознания, которые, с одной стороны, непосредственно связаны с психическими явлениями, с другой же, распространяют своё влияние на наши взаимоотношения с внешним миром.

Итак, подсознание можно условно поделить на несколько сфер, или пластов, каждый из которых вмещает информацию определённого типа и непосредственно связан (синхронизован) — что чрезвычайно важно — с соответствующим пластом всеобщего разума, или коллективного бессознательного, или ноосферы. Так вот, сознание нормального среднего человека, покуда он пребывает в обычном своём состоянии, синхронизовано только с одним весьма узким пластом подсознания. Все остальные сферы последнего для нашего ума, как правило, недоступны.

Кстати, многие современные психологи приняли для себя очень простую модель сознания. Это — что-то вроде сита, выцеживающего из коллективного бессознательного крупицы информации. Что ж, и у этой обобщенной модели есть свои преимущества. Можете избрать для себя и её, если это успокоит ваш интеллект.

Однако, прежде чем перейти непосредственно к обещанной методике погружения в подсознание, нам следует хотя бы кратко обсудить ещё один весьма важный вопрос. Я имею в виду теорию человеческих субличностей. Хотя в «Психодинамике колдовства» мы уже затрагивали эту тему, но, во-первых, не лишним будет её повторить, а во-вторых, теперь, в ракурсе новой задачи, она, быть может, и предстанет перед вами по-иному.

Итак, в подсознании любого человека дремлет огромное множество субличностей. Одни из них более живы и активны, другие менее. Это ваши родные и знакомые (в том числе и усопшие), различные персонажи (исторические, мифологические, художественные), всевозможные звери, птицы, деревья, скалы — всё, что составляет ваш психический мир. И в нём все эти субличности реальны, ибо облачены в живую плоть вашего подсознания. (В этом смысле какой-нибудь Винни-Пух для ребёнка может быть значительно реальнее, допустим, Гитлера, Путина или даже Аллы Борисовны Пугачевой.) Между прочим, вот вам — отправная точка для всевозможных актёрских перевоплощений и даже для магических превращений, столь ярко описанных Карлосом Кастанедой.

Далее, как уже говорилось, психическую силу, «цементирующую» все наши субличности в единую личность, мы называем волей. Таким образом, при сильной воле личность человека подобна скальному монолиту; слабая же воля создаёт, так называемые, сложные, противоречивые натуры. (Правда, гипертрофированная воля лишает психику подвижности, в чём легко убедиться, пообщавшись с каким-нибудь параноиком; ну, а не в меру ослабленная воля творит всевозможных шизофреников или даже человекоподобных существ с окончательно рассыпавшейся психикой.) Повторяю, воля есть сила, собирающая все человеческие субличности воедино, в одну результирующую личность.

Теперь приведу расхожий, можно сказать, бытовой пример метаморфозы человеческой личности, происходящей в результате временной перегруппировки составляющих её субличностей. Представьте, что вы крепко выпили в дружеской компании, а потом наговорили своим приятелям всякой чуши, да к тому же разнесли вдребезги любимый сервиз хозяйки дома или ещё как-нибудь учудили. В нормальном состоянии такого с вами никогда и ни за что бы не приключилось. Наутро вы всё это припоминаете и чувствуете себя не очень уютно. И даже вымоленное по телефону «Да брось ты, с кем не бывает...» не приносит покоя вашей изнывшейся душе. Вы снова и снова прокручиваете в уме вчерашнюю ситуацию и всё-таки не можете понять, почему вы так себя повели. Ведь именно таким вы неприятны, прежде всего, самому себе; именно таким вам очень не хочется себя принимать.

Теперь-то, вы, наверное, догадываетесь, что с вами произошло... Алкоголь затормозил функции коры вашего головного мозга, и возобладала подкорка. А это значит, что ваша обычная личность — та самая, которую знают окружающие, с которой вы уже свыклись, и которая, как мы говорили, является результирующей всех ваших субличностей, временно уступила место какой-то из последних. Вот она-то, эта мерзкая ваша субличность, о существовании которой вы, быть может, раньше и не подозревали, и устроила всю эту чехарду. Но, протрезвев, вы стали прежним, и теперь уже ваш логический ум, который целиком и полностью принадлежит коре головного мозга, никак не позволяет вам признать, что вчера вы были в буквальном смысле не вы. Знакомая история?

Опять-таки делая уступку логическому уму, попробую как-то классифицировать человеческие субличности. Я не стану подстраиваться под соображения на сей счёт высоко чтимого мною Карла Густава Юнга и его последователей. Сейчас для наших целей вполне достаточно и этой моей упрощённой классификации.

Во-первых, выделю огромный класс субличностей, которые я назвал событийными. Событийные субличности это все наши знакомые (в том числе ушедшие из жизни), все литературные (и любые иные) персонажи, с которыми мы когда-либо сталкивались в жизни, это — знакомые наших знакомых, о которых мы слышали и составили какое-то представление, это — авторы прочитанных нами книг, это политические лидеры и телеведущие и т.д. и т.п. В общем, все событийные субличности каким-либо образом связаны с нашим конкретным жизненным опытом.

Во вторую группу субличностей я включу все архетипы и даймоны бессознательного, блестяще исследованные К.Г.Юнгом. Об этих могущественных обитателях ноосферы и нашего индивидуального подсознания мы уже говорили и в «Психодинамике колдовства», и в «Искусстве доминировать». Даже опробовали некоторые интересные психотехники, связанные и с теми, и с другими. В этой книге я не стану подробно останавливаться на даймонах бессознательного. Лишь подчеркну, что последние, в отличие от архетипов, принадлежат нашему индивидуальному подсознанию можно сказать, являются личным нашим достоянием. В то же время архетип есть некий обобщённый образ, существующий в подсознании очень большой и относительно однородной (по традициям, культуре, религии и т.п.) групп, людей (эгрегора). К примеру, у всех христиан (и у мусульман, кстати, тоже), включая даже самых что ни на есть закоренелых атеистов, чья культура, тем не менее, основана на христианских традициях, существует подсознательный образ падшего ангела, или же демона.

Перечислим основные архетипы, которые могут вам пригодиться.

1. Уже упомянутый падший ангел, или демон. Это может быть и падший бог или даже полубог из какого-либо языческого пантеона. К примеру, образ титана Прометея эллинов можно отнести к этому же архетипу. Его превалирующие черты: грусть, высокомерие и гордыня, скептицизм, разочарованность во всём и вся, всезнание.

2. Герой, богатырь, супермен. В русских былинах это Илья Муромец. Основные его качества: сила, стойкость и отвага способность преодолеть любые препятствия, выстоять во всех испытаниях.

3. Маг, чародей, колдун, целитель, философ, учитель. Это может быть и какой-нибудь индийский гуру, тибетский лама или японский сэнсэй. И искуснейший психооператор его же модификация. Прерогатива этого архетипа духовное могущество.

4. Великий воин. У этого образа огромное множество модификаций от гомеровских Ахилла и Аякса до агента «ноль-ноль-семь». Человек, достаточно полно воплотивший в себе данный образ, обретает удивительные способности. К примеру, он может метко стрелять из какого-то оружия, о котором прежде толком и не ведал. Или же легко поднимет в воздух вертолёт, хотя до этого видел таковой разве что на экране.

5. Дракон. У восточных народов (в частности, у китайцев) это мифологическое существо символ универсального могущества (змеиная гибкость, тигриные когти, птичьи крылья и т.п.). Для европейцев дракон свирепое чудовище, воплощение зла, так сказать, в чистом виде.

6. Мать-земля. Этот архетип олицетворение могучей жизненной силы, питающей всё живое. Мне известен пример, когда мужчина, страдавший тяжёлой формой сахарного диабета, навсегда избавился от этого недуга (а заодно, кстати, и от прочих), научившись отождествляться с образом матери-земли.

7. Великая любовница (любовник). В женской ипостаси это может быть сама Афродита или же прекрасная Елена, или любая из обольстительниц, прославившихся в веках. Ну, а в мужской конечно, дон Жуан, Казанова или какой-то иной знаменитый литературный герой. Специфику их могущества, полагаю, растолковывать вам не требуется.

8. Смерть. Основные черты этой пожилой, но, увы, расторопной барышни, с которой всем нам предстоит познакомиться, это неумолимость и, можно сказать, специфическое могущество палача, а также абсолютная безэмоциональность. Люди, воплотившие в себе этот образ (находятся и такие!), вызывают у окружающих безотчётный ужас.

Наконец, существует ещё немало архетипов не то, чтобы менее могучих (могущество архетипа зависит от полноты его воплощения в нас), но, если можно так выразиться, более частного характера (имеющих меньшие эгрегоры). Из них я перечислю лишь некоторые, связанные с миром животных: волк-оборотень (некогда использовался берсерками), тигр, медведь, великий змей, лисица (древний прототип психооператора) и т.п.

Итак, с двумя классами субличностей в общих чертах мы разобрались. Однако это ещё не все обитатели тёмной бездны подсознания. Существует и третий класс субличностей, представители которого по внешним признакам очень схожи с событийными, но таковыми являться не могут, поскольку никоим образом не связаны с нашим жизненным опытом. Это всевозможные персонажи, нарочито выпадающие из нашего временного континуума, и в их числе собственный наш образ (вернее, несколько или даже множество собственных образов). Вы находите в подсознании каких-то странных субъектов, которые не так одеты, непривычно себя ведут и, вообще, занимаются какими-то непонятными делами. И среди них вы собственной персоной, причём тоже не от мира сего. Вместе с тем, вы почему-то точно знаете, что это и есть вы сами, хотя по внешним признакам вы бы никогда себя не узнали. Допустим, тот «вы» значительно выше ростом; у него длинные спутанные волосы, а на плечах — звериная шкура. Вы можете предстать перед своим внутренним взором в самом невероятном виде — к примеру, в облике кормящей матери (а вы — мужчина на все «сто»!) или, скажем, грудного младенца. Причём многие прямые и косвенные признаки указывают на то, что вы перенеслись в прошлое, иной раз в очень-очень далёкое.

Столкнувшись с такими явлениями, люди обычно склонны интерпретировать их как подтверждение теории реинкарнаций. Дескать, если поднапрячься, то вполне можно вспомнить свои прошлые воплощения. Этому, в частности, обучают желающих всевозможные гуру. И потому я назову данный класс субличностей мистическим. Но сделать какие-то определённые выводы на сей счёт я не возьмусь — ограничусь предположениями. Быть может, это действительно «воспоминания» о наших воплощениях, полная информация о которых собрана в ноосфере. Но куда более вероятно, что это — наша собственная генная память, или воспоминания, которые переданы нам по цепочке от предков. А может, существует ещё какая-нибудь память, о которой мы покуда не имеем представления.

Но, как бы то ни было, всё это наши субличности, которые самым недвусмысленным образом влияют из подсознания на нашу личность и к тому же бесцеремонно распоряжаются нашей бесценной психической энергией. Следовательно, ими стоит заняться.

Теперь (наконец-то!) к делу. Попробуем подойти к универсальному методу погружения в подсознание (УМП), оттолкнувшись от одной занимательной и довольно распространённой сегодня психотехнологии. У неё много модификаций, которые называются по-разному — в соответствии с мировоззрением тех, кто их практикует. К примеру, у сибирских шаманов это камлание, а у биоэнергологов и экстрасенсов западного толка подключение к информационно-энергетическому полю Земли или как-нибудь ещё мудрёнее.

На мой взгляд, вполне доступна большинству человеков мыслящих психотехника В.В.Шлахтера «Тоннель в прошлую судьбу», о которой мы рассказали в своей совместной книге «Искусство доминировать». И сейчас нам придётся начать именно с неё, чтобы потом продвинуться значительно дальше. Иными словами, давайте используем тренинг «Тоннель» в качестве упражнения на установление прямой связи со своим подсознанием.

Итак, сядьте поудобнее, закройте глаза, расслабьтесь и интроверсируйтесь. При этом не следует чересчур «гасить» психическую активность, ибо данная психотехника лучше всего выполнятся на достаточном (хотя и не на самом высоком) её уровне. Погрузитесь в серую клубящуюся мглу и провалитесь в неё. Достигнув глубин своего «я», осмотритесь кругом. Вокруг вас мрак, напоминающий ночное небо. И, словно на небе же, кое-где сквозь этот мрак проглядывают звёзды. Выберите самую яркую из них и устремитесь к ней. Через короткое время вы обнаружите себя в длинном и узком туннеле. А звезда уже и не звезда вовсе, а мерцаюший вдалеке выход из него. Поспешите к этому выходу. По пути можете бросить несколько коротких взглядов на стены туннеля. Из чего они сложены?

Наконец, вы вырываетесь в открытое пространство, заполненное серебристым слегка светящимся туманом. Пусть теперь из этого тумана как бы материализуется ваше тело. Сначала восстанавливаются руки. (Посмотрите: что это за руки.) А затем и всё остальное. Рассмотрите всего себя хорошенько. Но при этом учтите: внутренним взором нельзя подолгу фиксировать объекты. В этом случае они расплываются или трансформируются во что-то несусветное. Чтобы этого не происходило, используйте технику толтеков: бросайте на объекты короткие взгляды и тут же переводите их обратно скажем, на свои руки. И ещё одно, находясь во внутреннем мире, забудьте о своих физических глазах (многие испытывают соблазн ими воспользоваться, но из этого, конечно же, не выходит ничего путного). Иначе говоря, переключите внимание с тех глаз, что у вас на лице, на внутренний ваш взор. При этом у вас возникает такое ощущение, будто вы глядите из глубины своего тела.

Теперь и серебристый туман вокруг вас постепенно материализуется в какие-то образы. Вы видите незнакомых людей в чуждой вам обстановке. Особенно не раздумывайте, где вы очутились (потому вас будет время в этом разобраться). Просто запоминайте всё, что видите и, возможно, слышите. Но вот, внутри вас что-то ёкнуло: «Вроде бы это женское лицо мне знакомо... И скамейка, на которой она сидит...» Вспоминайте, вспоминайте! Теперь самое время вспоминать.

Завершая работу в своём психическом мире, сделайте глубокий вдох и на выдохе откройте глаза.

Вот теперь можно попробовать разобраться в своих впечатлениях. Прикиньте: когда и где вы себя обнаружили? В какой роли? Но особенно на этом не «зацикливайтесь», поскольку нас в данный момент более всего интересует техника погружения в подсознание сама по себе, а также навыки путешествий в психическом пространстве и способность к восприятию различных его реальностей (их может быть очень много). Это не оговорка: я действительно считаю реальными те сущности, с которыми вы столкнулись (или могли столкнуться) во время эксперимента. По сути, эта реальность нисколько не отличается от реальности, скажем, ваших биографических воспоминаний, связанных с конкретным жизненным опытом. (Она ещё и реальнее последних, поскольку свободна от интерпретаций и домыслов вашего интеллекта.)

Что же касается влияния подсознательного психического мира на наше сознание и нашу жизнь, то, поверьте, оно весьма велико. Впрочем, нам ещё предстоит в этом разобраться. А пока вернёмся к технике погружения во внутренний мир. Перечислим прежде те основные её элементы, которые вам уже известны, и большинством из которых вы, наверное, уже овладели.

На первом месте здесь идёт физическое расслабление именно с него начинается любое наше погружение в подсознание или даже «подключение» к ноосфере. Впрочем, мой универсальный метод (УМП) не требует от человека каких-то особенных достижений на поприще физической релаксации. Просто всякий раз, когда вы готовитесь к погружению (сидя, лежа или даже стоя), прежде всего, постарайтесь по возможности расслабить своё тело — большего и не требуется. При этом не забывайте о мышцах лица — в частности, височной, лобной и окологлазной его частей. Именно здесь у нас, как правило, скапливается избыточное напряжение. Рот держите прикрытым (но не стиснутым!); язык свободно касается верхнего нёба. Глаза могут быть закрыты, полуоткрыты, иногда даже открыты полностью — это зависит от целей, с которыми вы погружаетесь в свой психический мир.

Следующее предварительное условие успешного путешествия в него — это интроверсированность субъекта, решившегося на такое дело. Не пугайтесь: интроверсированность — не «насовсем», а только на время опыта. К тому же, и в данном отношении не нужно чрезмерно усердствовать просто перенесите внимание на свои внутренние ощущения (начните с физических — с тепла, с ощущения собственных волос, с чувства приятной тяжести в теле и т.п.) и на этом успокойтесь.

Теперь перейдём к средствам погружения. В принципе их — всего два, хотя модификаций каждого из них придумано несметное число. Только учтите: всё это не более, чем приёмы, помогающие человеку на первых порах, покуда он лишь «нащупывает» какие-то интересные участки в тёмной бездне собственного сознания или в космически грандиозном коллективном бессознательном, прокладывает туда собственные тропы. Потом, когда он там немного освоится, надобность в таких приёмах отпадёт. К примеру, вы умеете кататься на велосипеде или стоять на голове, но не можете толком объяснить, как оно у вас получается — делаете это и всё. Но, пока вы учились тому или другому, вам приходилось прибегать к каким-то ухищрениям, которые вам подсказывали знающие люди.

Итак, первое транспортное средство в подсознание это серый клубящийся туман, способный превращаться в невообразимый вихрь, подобный смерчу, и затягивать нас (разумеется, всего лишь наш мыслеобраз собственного «я») в бездонную бездну. Вот пример тренинга «на погружение» этого типа. Можете использовать его как базовую психотехнику.

Сядьте свободно на стуле, не скрещивая рук и ног, опустите голову, закройте глаза, постарайтесь расслабится (особое внимание уделите расслаблению лицевых лиши). Дышите свободно и, по возможности, интроверсируйтесь (соберите всё своё внимание внутри себя самого, ориентируя его на различные внутренние ощущения). Утихомирьте мысли и эмоции, отстранившись от них и как бы созерцая их со стороны. Чувствуйте себя спокойно и комфортно. (Эта предварительная стадия «Погружения», или релаксация, подробно описана во множестве руководств по аутогенной тренировке и по медитации).

Теперь позвольте себе свободно провалиться в свою психическую глубину, в своё подсознание. Вокруг вас серый клубящийся туман. Погружайтесь в него всё дальше и дальше, всё глубже и глубже, теряя связь с реальным миром и даже утрачивая память о нём. Падайте глубже, ещёглубже и ещё. Пусть ваше самосознание, ваше «я» закружит вихрь серой клубящейся мглы. Отдайтесь ему. Теперь позвольте своему телу в этой мгле раствориться. Ощутите, как оно сначала наполняется туманом, а затем исчезает в нём. В итоге от вас остаётся лишь одна светящаяся точка, в Которой собрано всё ваше самосознание. Пусть теперь из этой точки, из этого зародыша вырастет новое тело вашего сознания. Позвольте ему, очищенному и преображённому, проявиться, сформироваться и «отвердеть» в толще серого тумана. Побудьте в новом теле некоторое время, хорошенько освойтесь в нём. Теперь вы можете вернуться в реальный мир. Для этого постепенно экстраверсируйте своё сознание: сначала снова направьте внимание на обычные телесные ощущения, потом переключитесь на звуки внешнего мира и на восприятие реального пространства. Сделайте глубокий вдох и на выдохе откройте глаза.

Во многих случаях мы должны погрузиться в подсознание, сохраняя достаточно высокий уровень психической активности или даже предельно «разогнав» свою психику. Многим это легко удаётся при помощи следующего приёма. После серого клубящегося тумана (или же вместо него) мы (наше путешествующее «я») попадаем в область яркого бушующего пламени. В том мире-пространстве больше ничего нет — только неистовое пламя, заполняющее всё и вся. Наше «я» сгорает в этом пламени (аналогично тому, как прежде растворялось в тумане), а затем, точно саламандра, снова вырастает из него. При помощи образа пламени мы можем предельно разгонять свою психику притом, что погрузились в подсознание очень глубоко. Этот приём превосходно «работает» при путешествиях в свой внутренний ад или в его преддверие (обе психотехники описаны в «Психодинамике колдовства» и в «Искусстве доминировать»).

Далее, при глубоких рейдах в подсознание или в коллективное бессознательное для большинства двуногих годится образ тоннеля. Здесь, правда, существует некий нюанс: когда вы собрались, к примеру, в преддверие внутреннего ада (допустим, вы намерены провести самокодирование на успех), то тоннель поведёт вас вниз, под землю, вернее, под ваш реальный мир; если же вам что-то понадобилось в ноосфере, то подходящий туннель окажется устремлённым вверх, в беспредельность космоса (точно так, как в психотренинге «Тоннель в прошлую судьбу»). Впрочем, это не непреложное правило, но следствие наших привычных ассоциаций. К примеру, сибирские шаманы при камлании постоянно пользуются нижним тоннелем даже когда отправляются за какой-то информацией в ноосферу.

И, вот, только теперь мы подошли к самому методу, или к УМП. Вы, наверное, догадываетесь, что отправной точкой для него служит какое-то изменённое состояние сознания.

Совершенно верно, и, вот, на этой-то ключевой психической позиции метода мы сейчас и остановимся. Начну с формального заявления о том, что она есть один из видов состояния пустоты, в котором наше контролирующее сознание сохраняет свою активность. Впрочем, покуда это мало что вам объяснит. Проделаем опыт.

Сядьте поудобнее, не скрещивая рук или ног, физически расслабьтесь, можете прикрыть глаза. Теперь постепенно расширяйте ощущение своего «я» распространите его на пространство перед вами: дальше, дальше, ещё дальше. Немного освоитесь в этом непривычном самоощущении. Теперь попробуйте что-либо поделать тем своим новым «я», которое в настоящий момент пребывает поодаль от «я», восседающего на стуле, как-то подвигайтесь, что-то почувствуйте, попытайтесь открыть «глаза» и оглядеться. (Если вам удастся последнее, то вы уже почти маг!) При этом вы можете ощутить какие-то соматические реакции тела: тепло на отдельных его участках (например, в позвоночнике), мурашки, какое-то покалывание рук или ног. Это совершенно нормальное явление. Когда же вы вернётесь в «я» на стуле, но при этом будете удерживать внимание и на другом «я», то ваша психическая активность сама собою начнёт разгоняться. В общем, поэкспериментируйте в своё удовольствие. Наконец, можете вернуться в обычное состояние сознания. Сделайте глубокий вдох и, как водится, на выдохе откроите глаза.

Если у вас всё получилось, то немного отдохните скоро вы узнаете, что делать с этой психической позицией дальше. Если же нет — тоже не переживайте: мы сейчас сообща «ухватим» её по-другому. Она, кстати, доступна всем без исключения человекам мыслящим, и даже тем, у кого мыслетворчество не особенно хорошо получается. Такая общедоступность послужила особой популярности этого психического настроя в различных школах экстрасенсорики, биоэнергологии, на всевозможных оздоровительных курсах и семинарах и т.п. Но там, как правило, к этому состоянию подбираются несколько иным путём (возможно, более простым).

Встаньте свободно и по возможности расслабьтесь. Можете слегка прикрыть глаза. Без напряжения фиксируйте внимание на всём своём теле одновременно. Спокойно подождите. Вот, сама по себе слегка шевельнулась ваша рука (или нога, или голова всё равно). Уловите этот момент и не сопротивляйтесь, но способствуйте её движению. Вот, следом за правой рукой двинулась левая. Очень хорошо! У многих движение начинается сразу со всего тела последнее слегка раскачивается или хаотично поворачивается из стороны в сторону. Учтите: любые такие движения должны быть медленными и плавными. Итак, поддайтесь им, и через какое-то время у вас установится определённый ритм этого непроизвольного танца, а затем само собою откроется глубокое свободное дыхание. Вот это и есть искомое состояние сознания, нужный нам психический настрой. Зачастую он «включается» довольно скоро, причём сразу, мгновенно: к примеру, вы вдруг чувствуете, что ваши руки стали полуневесомыми и несколько разошлись в стороны (иногда довольно сильно). В то же время на вас как бы что-то снизошло.

Этот метод вхождения в данную разновидность состояния пустоты (назовём её также психической позицией, или настроем, перепросмотра вы вскоре поймёте, почему именно так) в недавнем прошлом особо пропагандировал Ошо, или Бхагаван Шри Раджнеш, именуя его латиханом. Впрочем, Ошо не скрывал, что позаимствовал его у суфиев, а также у многочисленных сект индуистского толка, которые использовали этот эффективный приём при коллективных медитациях и молитвах.

В современной России нечто подобное предложил врач-психотерапевт Хасай Алиев. В его интерпретации этот психический настрой получил название состояния саморегуляции, которое Алиев предложил использовать весьма широко: прежде всего, конечно, в терапевтических целях — для лечения большинства существующих соматических и даже некоторых психических заболеваний, а также для общей нормализации функций организма; наконец, для эффективного овладения какими-то навыками — от ускоренного изучения иностранного языка до практического постижения таинств сложнейших балетных па. И ничего сверхъестественного в том я не усматриваю, поскольку состояние саморегуляции, или, как мы условились говорить, позиция перепросмотра, — это, прежде всего, состояние пустоты, позволяющее нам сознательно вносить в свою «подкорку» любые мыслимые установки — и на оздоровление тела, и на благоденствие духа, и даже на запоминание незнакомых слов.

Приёмы Алиева для вхождения в состояние саморегуляции не отличаются от традиционных своею сутью — разве что акцентом. Этот акцент психотерапевт делает на руках человека, что тоже меня ничуть не удивляет, поскольку в наших руках сосредоточено множество нервных окончаний. К тому же «нервная» память рук хранит информацию о невероятном количестве действий, которые мы совершаем этим превосходным инструментом, данным нам Природой, или Творцом. Итак, опробуйте первый из основных приёмов Алиева.

Можете стоять или сидеть, но в любом случае расслабьтесь. Поднимите перед грудью расслабленные руки с кистями, обращёнными вниз. Фокусируя внимание на руках (без малейшего напряжения), задайте себе примерно такую установку: сейчас мои руки сами по себе без моего участия медленно разойдутся в стороны, и я войду в состояние пустоты (или в состояние салорегуляции и т.п.). Продолжайте фокусировать внимание на руках, и они действительно разойдутся со всеми вытекающими отсюда последствиями. У большинства людей это получается с первого же раза. (Притом, что наша способность входить в психическую позицию перепросмотра с каждым разом развивается.)

Другое упражнение Алиева — развести руки в стороны и аналогичным образом предложить им сойтись. Третье — медленно вращать головой, как бы следуя за двигательными импульсами собственной шеи. Их может быть очень много — таких упражнений. Причём, если у вас получилось какое-то из них, то сразу же автоматически начинают выходить и остальные, поскольку вы уже реализовали настрой перепросмотра.

Наконец, о самом важном, на мой взгляд, из этих приёмов. Его некогда придумали для своих нужд толтеки, и он, разумеется, описан Кастанедой и его сподвижницами, а также Теуном Марезом и прочими авторами, подвизающимися на ниве американского шаманизма. Описан очень подробно и... весьма скверно — разумеется, с точки зрения человека, который читает эти книги, движимый не одним только познавательно-эстетическим интересом, но и стремлением чему-то научиться. Беда в том, что в этих сочинениях при самом детальном описании процедуры перепросмотра не сделан один существенный акцент — акцент на особом психическом состоянии человека (разумеется, во время перепросмотра) и на методе его достижения. А без этого состояния, без психического настроя, который мы сейчас обсуждаем, эта воистину грандиозная психотехнология превращается в скучную отвратительную процедуру, пользы от которой ещё и меньше, чем радости. Проделаем опыт.

Просто для страховки реализуйте вначале настрой перепросмотра, прилепив любой из тех приёмов, которые вы уже знаете. Теперь сядьте поудобнее, расслабьтесь и начинайте медленно поворачивать голову из стороны в сторону, как это описано у Кастанеды. Покуда ничего больше не делайте — просто медленно ведите подбородок от правого плеча к левому и обратно. Добейтесь ощущения, будто голова поворачивается сама собою. Теперь подключите к этому движению глубокое дыхание. (Вполне возможно, что к этому моменту оно уже установится у вас самопроизвольно.) Делайте медленный вдох в то время, пока ведёте голову от одного плеча к другому, и выдыхайте, возвращая голову назад. (Направление движения головы при вдохе принципиального значения не имеет; вдыхайте «в ту сторону», как вам покажется удобнее.) И ещё одна важная деталь: стремитесь к такому ритму движений, совмещённых с дыханием, чтобы вся эта процедура доставляла вам удовольствие. Наслаждайтесь ею и радуйтесь жизни! (Правильные способы глубокого диафрагменного дыхания будут подробно описаны в восьмой главе.)

Через какое-то время ваше глубокое дыхание, синхронизованное с движениями головы, станет свободным, то есть будет течь само но себе. К тому моменту вы уже наверняка ощутите и прочие «симптомы» состояния перепросмотра. Хорошенько поупражняйтесь в этой простой дыхательной технике — вы должны научиться легко обходиться только ею, реализуя настрой перепросмотра. Это очень важно.

Теперь разовьём полученное состояние в нечто не только приятное, но и полезное. Для начала выберите любого человека из числа ваших знакомых (желательно, не особенно близкого вам). Затем, войдя в состояние перепросмотра и совершая плавные и ритмичные повороты головы, синхронизованные с дыханием, просто произносите мысленно его имя и ни о чём больше не думайте. И, вот, у вас перед глазами начинают всплывать какие-то сцены с участием выбранного человека, в которых присутствуете и вы. Не пытайтесь ничего с ними делать, удержитесь от вмешательства в них (а такое желание может у вас возникнуть) — просто созерцайте. И вдруг вы помимо своей воли оказываетесь в одной из этих сцен и как бы заново переживаете её... Почувствовали? Вот это и есть перепросмотр — ничего общего с натужным припоминанием каких-то полузабытых поблекших эпизодов из собственной биографии. Всё очень легко, всё очень ярко и естественно. А добились вы этой лёгкости и яркости при помощи обещанного универсального метода погружения в подсознание, или УМП.

Приспело время объяснить, почему я назвал этот метод универсальным. Собственно, причина одна — именно такой он и есть. Поясню последний мой тезис. Ну, во-первых, при помощи УМП (в состоянии перепросмотра) вы можете задавать себе любые установки, иными словами, вносить в подсознание желательные (или даже необходимые) для вас программы. А делать это (тому, кто умеет) приходится не только (и не столько) с целью оздоровления, но и для того, чтобы эффективно действовать в жизни и разумно формировать свою судьбу. Ведь это только мы так думаем, будто действуем в этой жизни разумным образом. Ничего подобного! (Данный вопрос мы уже обсуждали в предыдущей главе, однако он настолько важен для любого из нас, что не лишним будет остановиться на нём ещё раз.)

Итак, все наши «трезвые» поступки спровоцированы подсознательными импульсами («хочется — не хочется»), и разуму приходится потом проявлять истинные чудеса изворотливости, эти поступки объясняя — да так, чтобы поверить самому себе. Иными словами, сначала мы испытываем желание действовать определённым образом, и только потом включается наш разум и начинает строить схемы, которые наше желание обосновывают.

Есть у меня приятель, а у этого приятеля есть жена. Есть у него и любовница. Однажды, разругавшись с любовницей, он доверительно сообщил мне: «Всё-таки до чего же мне повезло в жизни с женой! Уже почти двадцать лет прожили вместе, и всё меня к ней тянет...» А неделю спустя, поссорившись на этот раз с женой, он с благородным пафосом воскликнул: «Подумать только — прожили вместе двадцать лет! А что нас связывало? Голый секс...»

Возможно, вы тоже воскликнете: «Как примитивно!» — и будете правы. А, вот, мой приятель — поверьте, неглупый человек — этого не находит, поскольку дело касается его самого. Вот именно, «в чужом глазу соломинку мы видим...»

В общем, если вы всерьёз займётесь перепросмотром и, наконец, узрите себя со стороны в разных ситуациях, то никаких доказательств хамелеонской сущности своего интеллекта вам более не потребуется.

Ну, а изменить такое положение можно единственным способом — вкладывая себе в подсознание соответствующие установки, причём не только (и не столько) на те или иные формы поведения, но и на определённое мировосприятие. (Приемлемые для нас формы мировосприятия определены принципами паралогии, которые будут изложены в седьмой главе.) Пусть, уж, нам и желается именно того, что нужно. А как иначе?

Далее, чтобы провести полноценный перепросмотр своей жизни и возвратить себе бесценную психическую энергию, растраченную в житейских передрягах, нам требуется тот же метод (УМП). Более того, он же годится и для работы с двумя классами субличностей, которые выходят за рамки нашей формальной биографии (о них мы говорили в начале главы). И это — тоже потенциальный резервуар нашей силы. (Вскоре нам ещё предстоит вернуться к перепросмотру и к работе с наиболее таинственными нашими субличностями.)

Наконец, в основе любых наших подключений к коллективному бессознательному, к этой копилке информации вселенского масштаба — всё тот же универсальный метод или какая-то из его модификаций. Надеюсь, я вас убедил.

Давайте для простоты снова вернёмся к электронной модели человеческого сознания. Чтобы пытаться как-то усовершенствовать наш психический компьютер, прежде нужно, во-первых, выявить в нём неполадки и сбои (вернее, в программах, которые на нём установлены), во-вторых, точно определить его тип и параметры (в отличие от машины электронной к машине психической отнюдь не приложен паспорт с такими данными и личной печатью Всевышнего), наконец, наметить направления его модернизации. И только потом будет можно грамотно что-то исправить, вернее, что-то добавить («убирать» из нашего компьютера нельзя ничего).

Итак, при помощи короткого ежевечернего перепросмотра, предложенного вам в третьей главе, вы теперь способны выявить текущие неполадки в своих психических программах, а также постепенно составить карту своего «я» или технический паспорт собственной психической машины. (Об этой карте, или техническом паспорте, мы подробно поговорим в следующей главе.) А сейчас (притом, что вы, надеюсь, освоили настрой перепросмотра) я рискну предложить вам развить психотехнологию толтеков по двум направлениям.

Прежде о первом из них, которое можно назвать традиционным. Оно направлено на восстановление психической энергии, некогда растраченной нами на «ухабах» бытия. Сначала рассмотрим психический механизм подобных утрат. Представьте, что вы попадаете в какую-то скверную ситуацию, связанную для вас со страданием — с чувствами (нужно бы сказать «эмоциями», но это будет как-то не по-русски) стыда, обиды, горечи, страха и т.п. Как ведёт себя в этом случае ваш сознательный ум? Его величество моментально пытается компенсировать негативное состояние психики при помощи механизма забывания. (Между прочим, наше подсознание такого механизма лишено.) В итоге неприятная ситуация со всеми связанными с нею эмоциями и ощущениями вытесняется из сознательной сферы психики в подсознание, где и остаётся навечно. Далее, любое событие вашей жизни, в том числе и неприятное, сопряжено со множеством деталей, которые сами по себе ничего не значат, но попутно воспринимаются органами чувств и в итоге тоже оказываются в подсознании, причём в том же самом информационном блоке.

Например, однажды в раннем детстве вы бежали по лугу, споткнулись о камень, упали и расшибли колено, а потом забыли об этом. Вернее, данный факт сам по себе вы, быть может, запомнили на всю жизнь — просто зафиксировали некий случай, имевший место в вашей биографии, — но все сопутствующие обстоятельства вкупе с вашими ощущениями и эмоциями, или сама картина происшествия, вами забыта, то есть благополучно «сброшена» в подсознание.

Теперь схематично представим, какую же информацию, вязанную с этим эпизодом, оно хранит. Ваш бег, связанный с телесной радостью движения, затем чувство потери равновесия, страх и боль... Это с одной стороны, и тут же — широкое поле, быть может, синее небо, солнце, зелёная трава, её запах... Понимаете? Ведь подсознание лишено анализирующего механизма и не может самостоятельно установить, что, допустим, зелёная трава никак не связана со страхом и болью в колене. И возникает (или может возникнуть) психическая блокировка, к примеру на зелёный цвет и запах травы, которая в той или иной мере будет влиять в дальнейшем на всю вашу жизнь.

Сайентологи, последователи Рона Хаббарда, сваливают на такие комплексы ощущений негативного характера (инграммы) все человеческие беды (аберрации) — от всевозможных болезней до неадекватных поступков. Их практический метод (одитинг), очень, кстати, похожий на перепросмотр, как раз и направлен на нейтрализацию инграмм путём обратного перевода их из подсознания в сознательную область психики.

Давайте представим себе, что произойдёт, когда вы заново вспомните-переживёте эпизод с разбитым коленом, то есть извлечёте его из подсознания. В фокусе анализирующей способности интеллекта блок информации негативного характера распадётся. Иначе говоря, зелёный цвет перестанет для вас быть потенциальным источником боли — допустим, увидев на симпатичной незнакомке зелёную блузку, вы больше не вздрогнете от непонятного испуга, как бывало прежде. Исчезнет одна из блокировок вашего подсознательного ума, что само по себе добавит вам толику психической силы.

Но и это не всё. Припомните ту гипотетическую ссору с соседом, которую я вам навязал в третьей главе. Что тогда происходило? Допустим даже, вы не потеряли голову и вели себя сообразно нормам общественной морали И всё равно ваш ум работал на фоне саморефлексии, на фоне подсознательного представления о том, как бы должен сосед себя вести, как бы должен он к вам относиться. Понимаете? «Ячество», или саморефлексия — это одна из сильнейших подсознательных блокировок, сжигающих нашу психическую энергию «тоннами». И только перепросмотр позволяет нам постепенно поменять подсознательное восприятие окружающих. Этот мир и люди в нём приобретают для нас свойства данности, которой наше подсознание больше не навязывает свои шаблоны. Благодаря этому исчезает психическая трещина, через которую уходит наша энергия. Глупо требовать чего-то от людей, а потом на них обижаться: окружающие столь же механичны, как и мы сами.

В общем, к ежевечерним коротким сеансам перепросмотра я бы посоветовал вам добавить нерегулярные и длительные. Их можно проводить время от времени — когда вы испытываете потребность восстановить свой психический потенциал. Причём комфортное самоощущение, которое мы испытываем в этой психической позиции, позволяет продлевать такие сеансы на несколько часов. Я считаю, что двух-трёх часов интенсивного перепросмотра для начала будет вполне достаточно. Итак, я «соберу» для вас воедино технику УМП применительно к «долгому» сеансу перепросмотра.

Прежде всего, выберите эпизод из собственной биографии, который, по вашему мнению, вам следует восстановить в первую очередь, поскольку именно он оказал серьёзное влияние на ваше мироощущение. К примеру, вас незаслуженно обидел (опять-таки — по вашим представлениям) некогда близкий вам человек, и вас до сих пор мучает воспоминание об этом. (По мнению толтеков, связанные с сексом переживания — самые опустошительные для нашей психики.)

Далее, толтеки рекомендуют заниматься перепросмотром в каком-то очень маленьком тесном помещении — например, в кладовке, в ванной или даже в специальном ящике. Никаких специальных рекомендаций на сей счёт дать вам не могу — скажу лишь, что ограниченное пространство действительно способствует большинству погружений в подсознание. Теперь перейдём непосредственно к технике УМП.

1. При помощи одного из способов или их сочетания войдите в состояние перепросмотра.

2. Устройтесь поудобнее на стуле или в кресле, расслабьтесь, мягко прикройте глаза; при этом не скрещивайте рук или ног.

3. Убедитесь, что вы сохраняете нужный психический настрой. В противном случае восстановите его при помощи какого-либо «сидячего» приёма.

4. Задайте себе развёрнутую установку цели вашего погружения. (Она, кстати, тоже должна быть лаконичной.) Для нашего гипотетического случая подойдёт, к примеру такая: «Увижу Толю (или Лену) в тот вечер, когда мы распрощались». Обратите внимание: установка предельно категорична. Никаких «хочу увидеть» — просто «увижу».

5. Приступите к ритмичным поворотам головы; подключите к ним глубокое дыхание; дождитесь, чтобы и то, и другое стало естественным.

6. Теперь просто повторяйте в уме: «Толя, Толя, Толя...» или «Лена, Лена, Лена...»

7. Безучастно следите за ожившими «картинками», всплывающими из тёмной бездны сознания; отстранитесь от них и не пытайтесь на них влиять.

8. Полностью переместитесь в то свое «я», которое находится перед вами — теперь уже в сценах, что вы созерцаете.

9. Продолжайте глубокое дыхание, синхронизованное с плавными движениями головы.

10. Созерцайте сцену до тех пор, пока она для вас эмоционально не потускнеет, не станет вам безразличной.

11. Когда это произойдёт, задайте себе установку: «Я возвращаюсь в реальный мир, полностью восстановив свои силы; я испытываю радость и буду чувствовать себя великолепно!» Или что-нибудь в том же духе.

12. Не обязательно заканчивать сеанс перепросмотра после каждой просмотренной сцены. Можно «выйти» только из неё и задать себе новую установку.

13. Вдохните и на выдохе откройте глаза.

Теперь — то, о чём толтеки не сообщают вовсе. Эта же самая техника, УМП, превосходно «работает» не только в границах нашей биографии, но и в глубочайших безднах подсознания, и даже за его пределами, или в ноосфере. Таким образом, наш перепросмотр можно распространить да весь грандиозный космос сознания, не имеющий ни границ, ни времени. Давайте, к примеру, сообща «перепросмотрим какую-нибудь субличность из подсознания, не связанную непосредственно с нашей биографией. Пусть это будет какой-то крупный политический деятель былых времён, гениальный писатель или композитор — в общем, личность известная и яркая, слепок которой хранится у вас в подсознании. Вот, Александр Сергеевич Пушкин нам бы очень подошёл — колоритен и знаменит, как никто другой. На нём и остановимся. Итак, навестим Александра Сергеевича. Вы не против?

Подготовительные стадии (1. — 3.) проводим в точности так же, как и при погружении для перепросмотра.

4. Далее, в нашем случае развёрнутая установка будет звучать примерно так: «Сейчас я провалюсь в бездну подсознания сквозь серый клубящийся туман. Я достигну нужных глубин подсознания и встречу там Пушкина». Важный нюанс: постарайтесь, чтобы установку произнесло именно то «я», которое отделилось от обычного вашего «я» и находится сейчас перед вами. При этом она (установка) должна прозвучать чётко и громко.

5. Приступайте к плавным ритмичным поворотам головы, затем подключите к ним глубокое дыхание.

6. Провалитесь в серый клубящийся туман и падайте всё глубже и глубже. При этом повторяйте в уме: «Пушкин, Пушкин, Пушкин.»

7. Вы можете почувствовать, что повороты головы затрудняют ваше падение (падение того, другого вашего «я») в бездну тумана. Тогда постепенно замедлите это движение, сократите его амплитуду и, наконец, прекратите совсем. Но ваше свободное глубокое дыхание пусть продолжается.

8. Постепенно падение в бездну замедляется. Замедляются и ваши повороты головы (сокращается их амплитуда и вскоре совсем прекращаются. Вы как бы смотрите с закрытыми или полуоткрытыми глазами) перед собой.

9. Волевым толчком войдите в то своё «я», что перед вами, и созерцайте из него мир, которого вы достигли. (Некоторым людям не нужен этот волевой толчок, поскольку они автоматически оказываются втянуты в своё магическое «я», но для большинства человеков мыслящих он необходим.) Ниже я коротко излагаю возможный сценарий дальнейшего.

Серый клубящийся туман постепенно рассеивается, и сквозь него понемногу проступает какая-то тень, какой-то силуэт. Вы всматриваетесь в него — да это же Пушкин собственной персоной! Только вовсе не такой, каким вы представляли себе светоча российской поэзии. (Поначалу, покуда бы ещё не освоили метод УМП в должной степени, подсознание время от времени будет вас мистифицировать. Допустим, вы увидите не самого поэта, а фрагмент его великолепного памятника работы Аникушина. Не особенно переживайте по этому поводу — со временем всё образуется.) Постарайтесь удержать этот образ подольше, бросая на него беглые короткие взгляды. Для начала этого вполне достаточно, но со временем вы научитесь приближаться к поэту (или к любому другому обитателю вашего подсознания) и даже беседовать с ним.

10. Перед возвращением в реальный мир задайте себе установку на хорошее самочувствие, бодрость и т.п.

11. Глубоко вдохните и на выдохе откройте глаза.

Ну, что, теперь-то вы догадались, откуда и каких Александров — и Невских, и Македонских, и Пушкиных, и прочих — любили некогда «выдёргивать» во время всяких спиритических сеансов наши мистически озабоченные предки? Вот именно, из подсознания, быть может, из ноосферы.

В дополнение к тому, что вы уже узнали о применении УМП для погружения в подсознание, могу сообщить вам следующее: во-первых, вовсе не обязательно отыскивать там какую-то персону. Задавая изначально соответствующую установку, вы можете также путешествовать в любое место — в свой внутренний ад, на Марс или в Мадрид — любое время, в любую эпоху.

Во-вторых, во время вашего путешествия в подсознание (или в ноосферу) вы можете как-то откорректировать изначальную развёрнутую установку, или её развить, или даже заменить новой. К примеру, представьте себе, что вам наскучило общество Пушкина, и вы решили прогуляться, допустим, в преддверие внутреннего ада (глубинная область подсознания, в которую желательно внедрять наиболее важные установки — скажем, код на удачу). Тогда вы можете — опять-таки через своё магическое «я» — задать новую установку: «Сейчас мне откроется тёмный туннель, уходящий в бездну подсознания, в самые сокровенные его глубины. Я устремлюсь по нему вниз, во тьму и попаду в преддверие своего внутреннего ада». Теперь представьте, что во время спуска по тоннелю вы чувствуете, Что понижается уровень вашей психической активности. А это значит, что вы утрачиваете быстроту, мобильность, лёгкость; вам всё труднее удерживаться в своём магическом «я» и созерцать окружающий мир. В таком случае можете попутно пройти через пламя и таким способом восстановить «разгонку» своей психики. В этом случае ваше магическое «я» громко и отчётливо задаёт ещё одну установку: «Пламя — неистовое, бушующее пламя!» Затем вы бестрепетно вступаете в пространство, наполненное ревущим огнём, и благополучно выходите из него, будучи на пике психической активности.

В-третьих, аналогичным способом (при помощи УМП) вы можете подключаться и к ноосфере. (Пример такого путешествия, психотренинг «Тоннель в прошлую судьбу», приведён в этой главе.) Не пугайтесь, если во время полёта по тоннелю, устремлённому в космос, в вашем теле (в том, которое осталось на стуле) начнётся сильная дрожь. Это — вполне нормальное явление.

Наконец, вы должны понимать, что все эти тоннели и клубящиеся туманы с неистовым пламенем — просто приёмы, просто уловки для вашего сознания. Когда вы по-настоящему освоите метод, надобность в них исчезнет.

В этой насыщенной практическими материалами главе я хотел бы ещё остановиться на работе с важнейшим классом субличностей, принадлежащим коллективному бессознательному. Это — архетипы, важнейшие из которых мною уже перечислены.

Итак, способность к отождествлению с избранным архетипом — штука весьма полезная, потому что позволяет нам одновременно «напяливать» на себя целый комплекс свойств дающих в совокупности нужный результат. Мы как бы сразу же получаем для каких-то своих нужд готовый образ, который больше не нужно дополнять или как-то модифицировать. Но отождествление с архетипом не каждому даётся легко (легче отождествиться с тем архетипом, который более соответствует личностному типу человека). Значительно проще вступить с архетипом в контакт, что и является первой частью предлагаемой ниже психотехнологии.

Итак, пройдите поэтапно через первые стадии УМП вплоть до устойчивой реализации настроя перепросмотра. Затем, как уже было описано, пусть ваше магическое «я» задаст следующую установку (можете одновременно проговорить её вслух): «Я погружусь в своё подсознание и далее — в коллективное бессознательное. Я найду там (назовите выбранный архетип) и вступлю с ним в контакт». Теперь провалитесь в серый клубящийся туман, повторяя имя архетипа, и позвольте своему подсознанию вести вас дальше. В какой-то его области бы, наконец, различите искомую фигуру. (Поначалу, как и в предыдущем случае, это будет просто тень, силуэт.) Как только бы её увидите, прекратите дальнейшее погружение в подсознание, вернее, в ноосферу и постарайтесь приблизиться к образу, бросая на него, как я уже говорил, только короткие взгляды. Когда же персонифицированный архетип окончательно сформируется и оживёт для вас, вступите с ним в беседу и не бойтесь задавать ему любые вопросы.

Но то — лишь первая часть технологии. Наладив с избранным архетипом устойчивый и чёткий контакт (для этого вам может потребоваться не одно занятие), попытайтесь теперь с ним отождествиться. Для этого, находясь поблизости от образа, представьте себя зеркалом, в котором он идеально отражается. Затем при помощи волевого толчка перейдите в это отражение и ощутите, что оно — уже вовсе и не образ, а вы сами. Попробуйте вжиться в новое состояние и прочувствовать своё новоё могущество. Завершая погружение в подсознание (в ноосферу), глубоко вдохните и на выдохе откройте глаза.

Буду откровенен: данная психотехника в том виде, в каком она изложена до этого момента, кардинально не изменит вашу личность — разве что несколько её скорректирует в желательном для вас направлении. Но, чтобы получить возможность «напяливать» на себя какой-то архетип по-настоящему, обретая при этом его преимущества в полной мере, вы должны проделать кое-что ещё. Я говорю об одном важнейшем приёме УМП, который вам тоже не худо бы освоить. Попробую его описать, но предупреждаю: наша речь не годится для выражения таких вещей — их можно только чувствовать.

Предположим, при помощи УМП вы со-настроили своё сознание с тем самым пластом подсознания (а тот в свою очередь синхронизован с определённой областью ноосферы), в котором пребывает выбранный вами архетип. При этом вы (в своём магическом «я») погрузились в бездну сознания, нащупали там искомый объект, выделили и визуализировали его.

Далее, для отождествления с ним я предложил вам воспользоваться методом зеркального отражения («...представьте себя зеркалом, в котором он (объект) идеально отражается...»). Этот метод достаточно эффективен на первых порах, однако и он — лишь вспомогательная уловка, не более. В дальнейшем, когда вы достаточно освоите УМП, вам следует от него отказаться (к тому времени вы и сами поймёте, почему). И тогда вы будете действовать примерно так. Покуда вы ещё не погрузились в подсознание (но уже реализовали настрой перепросмотра), ваша психика (ваше «я») какое-то время раздвоена. Вы как бы одновременно находитесь и в том своём «я», которое расслабилось в кресле, и в том магическом «я», которое готовится к путешествию. Затем волевым толчком вы окончательно переносите своё сознание в магическое «я». (Правда, в дальнейшем ваше сознание ещё не раз будет своевольничать, «выскакивая» обратно в кресло, и потребуются новые волевые толчки, чтобы удержать его в магическом «я».) Но, допустим, вы с этим справились, открыли в подсознании нужный «файл» и теперь, окончательно утвердившись в своём магическом «я» созерцаете выбранный архетип. В результате сложилась новая пара, организованная по принципу «субъект — объект» «зрящий — зримое». Только вы теперь — в своём магическом «я». Тогда что вам мешает посредством аналогичного волевого толчка очутиться в «шкуре» архетипа? На самом деле всё очень просто, хотя об этом совсем непросто рассказать. И начинается то же самое. Ваше сознание (вернее было бы сказать «осознание» или даже «самоосознание») начинает метаться между вашим магическим «я» и архетипом, куда вы всякий раз волевым толчком его отправляете. При этом ваша первая задача — научиться удерживаться в архетипе, как можно дольше.

Открою вам секрет. Знаете, что означает «возлюбить ближнего, как самого себя»? (Помнится, именно это правило в достаточно категоричной форме подсказал нам основоположник величайшей мировой религии.) Вот именно, уравнять своё отношение к субъекту и объекту, к зрящему и зримому, к нашему «я» и тому, что оно воспринимает, ощутить их равнозначными для себя и одинаково реальными. Понимаете? Тогда попробуйте приложить это золотое правило к паре — «магическое «я» — архетип (а в будущем — и ко всему остальному).

Предположим однако, что с первой задачей вы справились, то есть научились, погружаясь в подсознание, полностью отождествляться с выбранной субличностью, в данном случае — с архетипом. Теперь очень важно научиться «вытаскивать» из подсознания в реальный мир этот образ в «напяленном» на себя виде. Попробую растолковать вам, как это делается. Будучи в архетипе, вы начинаете оттуда, из глубин подсознания, соотноситься непосредственно со своим «я», вдыхающем в кресле. Иными словами, вы как бы удаляете промежуточное звено между вами, которым являлось до сих пор ваше магическое «я». Вы осторожно открываете глаза, стараясь при этом удержаться в магическом пространстве. Сквозь него (не наоборот!) для вас начинает проступать реальный мир. Теперь пара «субъект — объект» — это вы в кресле и архетип. И вам осталось волевым толчком в него войти.

Опять-таки всё это легче выполнить, чем описать, хотя и выполнить, конечно, тоже непросто. Но поработайте самостоятельно — для этого вы уже достаточно знаете и, надеюсь, умеете. Психотехнология «Отождествление с архетипом» открывает для нас большие возможности, но и требует немалых затрат времени и сил. Встречаются, правда, люди которым удаётся в полной мере её освоить буквально за неделю, другую.

Вообще-то, скорость нашего обучения будет зависеть напрямую от двух факторов: от нашей психической энергии и от степени соответствия выбранной субличности (архетипа) нашему психотипу (если, конечно, не принимать в расчёт усердия). Что касается первого фактора, то он в свою очередь обусловлен множеством предпосылок — в частности, нашим возрастом и состоянием здоровья. (У пожилых людей любые психотехники, как правило, «запускаются» медленнее. Физически дряхлый, но могучий в своей области маг, как это часто бывает в сказках, — полный абсурд!) Ну, а соответствие выбранной субличности нашему психотипу, я думаю, пояснений не требует. Кстати, я мог бы заранее сообщить, какие именно архетипы будут популярны у «моего» читателя (то есть у тех из вас, кто «на одном дыхании» дочитал мою книгу до этого места). Но не стану этого делать, чтобы не разочаровывать кого-то другого — кто, как сказал бы Александр Сергеевич, — недавно сопровождая вас в гости к поэту, я «нахватался» от него Старорежимных выражений, — кто, быть может, ещё любезнее моему сердцу.

Значительно легче просто «выдернуть» из подсознания какой-то объект — скажем, человека, с которым вам желательно где-то в жизни встретиться, или вещь, которую вы хотели бы заиметь. В этом случае от вас не требуется отождествления с объектом. Его поиск в подсознании проводится примерно так же, как и в случае с архетипом. Затем, удерживаясь в глубине своего психического пространства, вы открываете глаза и по-прежнему чётко видите объект, как бы наложенный на размытые образы реального мира. Эта технология («Материализация желаний») достаточно подробно рассмотрена в «Психодинамике колдовства». Но теперь, когда вам известен УМП, вы вполне можете проделывать такие вещи (и многие другие) самостоятельно.

Бегло коснусь ещё одной важной темы, связанной с УМП, а именно получения (считывания) информации в коллективном бессознательном. За тысячелетия человеческой истории придумано множество способов и приёмов, при помощи которых это можно осуществлять. Из них назову только три — те самые, для которых не требуется отпиливать головы животным или переводить тоннами кофе ради его гущи.

Большинство человеков мыслящих наиболее привлекательным находит метод оператора, то есть подключение ко всеобщему информационно-энергетическому полю (ВИЭП) и считывание информации непосредственно оттуда. При использовании данного метода у нас появляется также возможность обратной связи, или коррекции информации в ноосфере. Последняя, как правило, воспринимается оператором в виде символов (чисел, геометрических фигур, каких-то иных знаков или конструкций), которые нетрудно расшифровать. (В «Психодинамике колдовства» подробно рассмотрена «работа» с символами.)

Затем, при помощи УМП мы можем погружаться в различные пласты подсознания (коллективного бессознательного) и как бы отыскивать содержащуюся в них информацию. В этом случае последняя иногда (довольно редко) предстаёт перед нами в «живом» виде — наподобие документального фильма, содержащего истинные факты. Правда, значительно чаще мы получаем её в аллегорической форме. Между прочим, это же самое происходит и в обычных наших снах. Мы видим знакомых и незнакомых людей, какие-то пейзажи, оказываемся в странных ситуациях, а утром всё это благополучно забываем. И зря, поскольку это и есть информация (зачастую ценная), переданная нам в форме аллегорических образов, которыми подсознание способно оперировать.

Вот, только расшифровать их бывает непросто. Никакие «сонники» тут не помогают. К примеру, вы видите ярко-красный закат, и это никогда не будет означать, что в пятницу или через неделю вы, скажем, отправитесь во Францию или женитесь. Но это вполне может значить, что вы простудились, или с печенью у вас не всё благополучно, или вы переедаете на ночь... Понятно?

Наконец, для нас всегда открыта возможность получать информацию из подсознания и ноосферы через какого-то магического посредника, то есть через субличность, через архетип. Как это делается, вы уже себе представляете. Что же касается самого посредника, то многим легко удаётся нащупать (а может, сформировать?) в подсознании образ личного учителя — этакого многоопытного и всеведущего скептика, сердечно расположенного к своему ученику. Другие же предпочитают использовать архетип великого мага или учителя. В принципе это — одно и то же.

В качестве примера простейшей регуляции своего психического состояния при помощи УВП (вернее, при помощи первой составляющей метода — настроя перепросмотра) опишу ещё одну интересную психотехнику, связанную на сей раз с нашими пороками. Вероятно, я не ошибусь, предположив, что почти каждый из моих читателей хотя бы раз в жизни испытывал состояние алкогольного опьянения. (Если вы не знаете, что это такое, то вам нечего и пытаться воспользоваться данной техникой.) Так вот, привлекательным свойством опьянения (а для кого-то, увы, и притягательным) является особая совокупность эмоций и ощущений, связанная с лёгкостью, раскрепощённостью, чувством свободы. Эта эйфория в свою очередь обусловлена частичным торможением функций коры головного мозга в сочетании со значительным торможением психической активности человека. Между прочим, потенциальный алкоголик — это человек с постоянно разогнанной психикой в то время как наркотической зависимости более подвержены двуногие с постоянно заторможенной психикой (в отличие от алкоголя наркотические вещества способны разгонять нашу психическую активность).

Не правда ли, заманчиво получить возможность в любое время по собственному желанию испытывать алкогольную эйфорию без последующего похмелья и прочих неудобств, сопряжённых с этим состоянием? Тогда приступим.

Любым способом реализуйте настрой перепрослотра, но при этом не закрывайте глаз. Когда это состояние опустится на вас, точно облако (тело начнёт непроизвольно двигаться, руки станут невесомы и т.д.), спокойно сядьте, не скрещивайте рук и ног, спину держите прямой. Застыньте в этом положении. Теперь при помощи самокодирования разгоните активность своей психики. Для этого задайте себе короткую установку: «Пламя, повсюду — неистовое пламя!» Не закрывая глаз и не двигаясь, можете дополнительно визуализировать перед собой образ огня. Оставайтесь неподвижны и позвольте пламени охватить вашу психику. Затем вспомните то самое ощущение эйфории, которое вы — гм! — однажды испытали в дружеской компании, и перенесите его на ту область своего расширившегося сознания, что сейчас перед вами (на магическое «я»). Многим бывает легче представить себе, что их магическое «я» пьёт спиртное. Теперь задайте себе новую установку: «Покой — лёгкость — свобода!» Можете закрыть глаза. Некоторое время оставайтесь неподвижны: почувствуйте, как тормозится ваша психическая активность и как одновременно с этим состояние эйфории, начинаясь в вашем магическом «я», само собою охватывает всё ваше существо.

Добавлю, что способность пьянеть без спиртного может развить в себе любой из нас путём регулярных занятий (даже очень коротких). Аналогичным образом можно вызывать в себе и иные психо-эмоциональные состояния, то есть управлять своей психикой.

Пожалуй, в этой главе уже всего чересчур — и информации, и страниц. Именно поэтому (чтобы по возможности уберечь вас от путаницы в голове) в заключение я перечислю основные возможности, которые открывает перед нами универсальный метод погружения в подсознание (УМП), пригодный для любых путешествий в психическом пространстве. С его помощью мы можем:

— вернуть себе психическую энергию (путём перепрослотра), некогда растраченную нами на ухабах судьбы;

— обнаружить в подсознании «щели», через которые постоянно утекает наша жизненная энергия, и их «заделать»;

— составить подробную и, главное, точную карту своего «я», выявить его слабые места;

— формировать свою личность желательным образом (при помощи самокодирования, отождествления с архетипом и т. п.);

— получать из подсознания и коллективного бессознательного полезную информацию;

— оказывать влияние на прочих двуногих и на жизнь в целом;

— легко овладеть какими-то навыками;

— заниматься творчеством;

— корректировать здоровье и психическое состояние.

Разумеется, и это — далеко не всё. Но, вот, главу эту пора заканчивать.

Глава 6. Карта нашего «я».

Это, ой, как непросто — такую карту составить! Во-первых, она должна быть абсолютно точной, чтобы вообще имело смысл её заводить. А во-вторых, достаточно полной, поскольку заблудиться в каком-нибудь «белом пятне» собственной психики куда как опаснее, нежели в дремучем лесу. Там у человека хотя бы остаётся шанс, что на его испуганный вопль о помощи кто-нибудь откликнется и потом выведет его на дорогу. В психических джунглях такое исключено. Конечно, и в этом случае обязательно кто-нибудь сыщется и даже отзовётся — хотя бы врач из «психушки», — но на дорогу не выведет ни за что, поскольку и сам её не ведает.

В общем, лучше вообще не браться за карту своего «я», покуда вы не убеждены, что таковая для вас насущно необходима, и что вы готовы приложить к её составлению серьёзные усилия. В этом деле, конечно, вам способны помочь и специалисты — психологи, биоэнергологи и прочая публика этого сорта. Учтите, помочь и только — основная часть работы всё равно ляжет на ваши плечи, поскольку при всём желании никакой биоэнерголог не «перепросмотрит» вашу жизнь вместо вас, и никакой психолог не отследит все ваши психические реакции в ней. К тому же, так уж мы устроены, что бываем способны принять некоторые концепции и, главное, воплотить их в жизни, лишь наработав определённый опыт в виде собственных синяков и ссадин. Чужие наработки этого сорта не годятся: они почему-то нас не вдохновляют, а то и вообще не принимаются нами в расчёт.

Итак, карта человеческого «я», как и карта земной поверхности, состоит из двух полушарий. На одно из них (допустим, на правое) нанесена проекция нашего «я» на так называемую реальность, на осязаемый и привычный для нас мир во всём его многообразии. Тогда другое полушарие, левое, принадлежит нашей скрытой психической сфере существования. Именно там — все наши субличности, виртуальные миры, архетипы, даймоны бессознательного и т.п. (Только, пожалуйста, не путайте эти условные полушария психики с вполне материальными полушариями головного мозга!)

Наконец, к двум относительно автономным полушариям нам непременно нужно приложить ещё одну схему, а именно, диаграмму их взаимных влияний. Без такой диаграммы мы не можем целенаправленно воздействовать из области интеллекта и эмоций на подсознание и наоборот.

Далее, основным инструментом топографической «съёмки» правого полушария является всё-таки перепросмотр. Главное его преимущество (в приложении к картографированию собственной личности) — это некоторая отстранённость субъекта от рассматриваемого явления, в данном случае, от самого себя, в разнообразных житейских ситуациях. Именно эта отстранённость и позволяет нам беспристрастно лицезреть собственную персону. В иных случаях мы па такой подвиг не способны. (Покамест поверьте мне на слово; в дальнейшем вы убедитесь в этом сами.) Только перепросмотр может сокрушить редуты нашего «я», которыми оно плотно отгородилось от реальности (при помощи интеллекта). На этом пути вас ждут удивительные открытия — правда, не всегда приятные. Вы обнаруживаете, к примеру, что недавняя размолвка с вашем старинным приятелем спровоцирована вовсе не его упрямством и демонстративным отрицанием каких-то ваших жизненных установок (а вы уже поспешили присвоить именно этому интеллектуальному заключению статус окончательного приговора), а каким-то пустяком, о котором неловко и вспоминать. Допустим, при встрече с вами приятель как-то не так поздоровался, а вы тут же подпустили шпильку насчёт его аляповатого галстука. И всё, этого оказалось достаточно! Занимаясь перепросмотром, вы очень скоро обнаружите (к своему изумлению и ужасу одновременно), что всю свою жизнь упорно наступали на одни и те же «грабли»! Впрочем, об этом мы уже говорили.

Думаю, нелишним будет ещё раз подчеркнуть, что процесс перепросмотра никак не связан ни с анализом вообще ни с психоанализом в частности. Вы просто воссоздаёте в памяти один за другим эпизоды своей биографии — вернее, по вашему «заказу», они как бы воспроизводятся сами собою — и созерцаете их со стороны. В этом случае ваше понимание того, что вы воспринимаете, не зависит ни от каких умственных построений и оценок. Оно сродни озарению: вы вдруг, вроде бы, ни с того, ни с сего просто ощущаете, что же именно произошло с вами в том или ином случае.

Другим «инструментом» для составления карты правого полушария собственной личности — тоже неплохим в умелых «руках» — является настрой охотника, подробно рассмотренный в первой главе. (Это — когда вы «на цыпочках внутри себя самого».) Его эксклюзивная ценность в том, что он применим в повседневной жизни. Иными словами, из этой психической позиции вы можете выслеживать себя в любых ситуациях (покуда, конечно, её сохраняете). Опять-таки во время этого занятия следует воздерживаться от какого-либо анализа или оценки того, что вы видите. Бесстрастно созерцайте себя и все реакции своего неугомонного «я» — этого вполне достаточно. Как правило, по мере того, как совершенствуется и набирает силу наш перепросмотр, одновременно укрепляется и расширяется наша способность созерцать себя в жизни из психической позиции сталкинга. Я хочу сказать, что эти две взаимодополняющие психотехнологии ещё и стимулируют одна другую.

Перейдём к левому полушарию, беспредельному, как само мироздание, и столь же малоизученному нами. Более того, в повседневной жизни человеки мыслящие вообще не склонны его замечать и, тем более, принимать в расчёт. А зря! К сожалению, подавляющее большинство современных европейцев приучено (уже на рефлекторном уровне) искусственно отделять так называемую реальность от всего того, что относится к духовной сфере. Разумеется, эта несуразица — «заслуга» интеллекта. Судите сами: то и другое, действительность и духовный мир, даны нам в ощущениях. А затем уже наш ум на основании каких-то собственных искусственных построений, которые, между прочим, сами по себе ещё дальше от реальности, нежели любые наши ощущения, определяет, что признать действительностью, а что нет. Согласитесь, это абсурдно — абсурдно даже с позиций самого интеллекта.

Итак, карта левого полушария нашей психики. Заранее приготовьтесь: над нею вам придётся трудиться всю вашу жизнь, расширяя тем самым свои возможности, однако окончательно вы так её и не составите. Исследовать ту часть человеческой психики, которая остаётся за границами рассудка, приблизительно то же самое, что познать космос.

Нетрудно догадаться, что главными инструментами для составления карты левого полушария собственного «я» служат нам всевозможные изменённые состояния сознания (некоторых из них вам уже известны), при помощи которых мы можем сознательно заглядывать в «файлы», хранящиеся на нашем «жёстком диске». Это понятно — нужно только учесть, что все открытия в подсознании приобретают для нас цену лишь в той мере, в которой мы можем отследить их прямые или косвенные следствия в нашем обычном «я», то есть соотнести их с картой правого полушария. В этом я постараюсь вам помочь.

Поскольку главным нашим инструментом познания являются чувства и ощущения, с них мы и начнём. Итак, в зависимости от предпочтений, которые мы подсознательно отдаём тем или иным чувствам при формировании собственной картины мира, все люди делятся на следующие основные типы:

1. Визуальный тип; люди этого типа полагаются в основном на зрительные образы;

2. Аудиальный тип — с выраженными слуховыми предпочтениями;

3. Кинестетический тип; у людей этой разновидности в формировании картины мира превалирует осязание и связанные с ним ощущения (например, чувство падения, чувство равновесия и т.п.).

Специалисты по нейро-лингвистическому программированию (НЛП) выделяют ещё обонятельный и вкусовой типы восприятия. Однако мне покуда не доводилось встречать людей, у которых бы они преобладали. Разумеется, в реальной жизни мы используем смешанные формы восприятия, в которых, тем не менее, превалирует тот или иной сенсорный канал.

Чувственные предпочтения человека, прежде всего, выражаются во внешних особенностях его личности.

Люди визуального типа, как правило, более подвижны. Они больше жестикулируют, говорят быстро и высоким голосом, часто дышат.

Люди с аудиальными предпочтениями, как правило, несуетливы. Они говорят размеренно, низким голосом с грудным резонансом, зачастую сопровождая свою речь ритмичными покачиваниями рук или ног. «Аудиалист» любит удобно усесться, принять картинную позу.

Человек кинестетического типа говорит медленно и монотонно. Его речь бедна модуляциями Он отвечает собеседнику не сразу, но после паузы, во время которой опускает глаза. Он всё время как бы прислушивается к себе самому. Определить чувственные предпочтения того или иного лица можно и по патенированию, то есть по движению его глазных яблок. Здесь можно учитывать следующие внешние признаки:

— припоминание зрительных образов — зрачки переместились влево и вверх;

— формирование зрительных образов — зрачки идут вправо и вверх;

— визуализация чего-либо — взгляд расфокусирован;

— припоминание звуков — зрачки переместились вправо;

— формирование звуковой картины — зрачки смещены влево;

— человек «прислушивается» к каким-то телесным ощущениям или эмоциям — зрачки уходят вниз и вправо;

— человек рассуждает сам с собой — зрачки внизу с левой стороны.

Наконец, чувственные предпочтения человека очень ярко проявляются в его лексике. Люди с визуальным способом восприятия, как правило, предпочитают пользоваться вводными и другими подчинёнными выражениями типа: «посмотрим», «на мой взгляд», «мне это видится так», «отрадно видеть», «туманно», «видимо», «свет в окне» и т.д.

Аудиальный способ восприятия выражается в иных речевых предпочтениях: «следует сказать», «говоря по совести», «в одно ухо влетает, в другое вылетает», «слышал звон, да не знает, где он», «у меня на слуху» и т.д. и т.п.

Наконец, для лиц с кинеститическим типом восприятия характерны следующие выражения: «достал меня», «ухватил суть», «горячий парень», «крепкий орешек», «нутром чую», «свяжемся по телефону», «пощупать руками» и т.п.

И всё это закреплено у нас на подсознательном уровне, то есть останется «при нас» до самого конца. И потому каждому двуногому будет полезно для начала определить тип собственных сенсорных предпочтений, что не так и сложно — просто нужно уделить этому внимание. Затем вы сможете усовершенствовать свою сенсорную память, сделать её по возможности универсальной. Между прочим, действуя через подсознание (путём погружений), добиться этого значительно проще, нежели при помощи упражнений в запоминании картинок, арий из опер и т.д. Если вы внимательно дочитали книгу до этого места и понемногу осваиваете УМП, то мне, в принципе, больше нечего сообщить вам на эту тему. Разве что, некоторые мелочи. К примеру, эту: упаси вас Бог «ломать» установившийся у вас тип восприятия. Используйте его в своё удовольствие сколько душе угодно! Просто попробуйте несколько расширить свои сенсорные возможности, добавить к «своему» ещё и другой! сенсорный канал, а потом и третий.

Следующий «архипелаг» карты нашего «я» — это степень психической активности человека. Ещё не так давно большинство метров в области психологии, брызжа слюной, уверяло аудиторию, что «разогнать» свою психическую активность, опираясь исключительно на собственное сознание на свой ум, нормальному человеку практически невозможно. Да, они признавали отдельные случаи, когда, например, хрупкая женщина под воздействием экстремально возросшей психической активности останавливала автомобиль который «пытался» наехать на её ребёнка. Но то был, дескать, совершенно бессознательный акт, связанный с особым стрессовым состоянием. И нечего принимать его в расчёт! К счастью, сегодня большинство психологов под влиянием изменившихся жизненных условий вынуждено было в той или иной степени обратиться к иррациональным областям человеческого сознания. В итоге мнение на сей счёт многих из них в корне переменилось.

Я мог бы, наверное, изложить приблизительно то же самое в «научном» (вернее, наукообразном) стиле. В частности, по поводу психической активности, или возбуждения тех или иных областей психики, я бы сказал, что наш мозг содержит особые вещества, так называемые катехоламины, которые играют роль посредников (медиаторов) при передаче возбуждения от одной нервной клетки к другой. Следовательно, чем больше этих катехоламинов в тех или иных отделах мозга, тем легче возбуждаются (или «разгоняются») психические области, контролируемые этими отделами. Только вряд ли такая механизация человеческого существа что-то бы для вас дополнительно прояснила. Современная наука способна многое констатировать, но, увы, по-настоящему объяснить не может ничего. Судите сами, разве наши сугубо научные представления о генах и хромосомах хоть как-то объясняют самое важно: откуда берётся у человека сознание, и что вообще это такое?! Да, и возможно ли это объяснить?

Но вернёмся к нашей карте. Теперь, чтобы привести её правое полушарие к достаточно приемлемой для большинства человеков мыслящих форме, условно создадим на ней две координатные оси. Далее, вертикальную ось условно наречём осью воли или целостности — это уж, как вам больше по вкусу (психиатр мог бы назвать её шкалой шизофрении). Чем правее по оси воли находится выбранная нами точка, тем сильнее сцементированы субличности человека, которому она соответствует. Таким образом, справа у нас будут располагаться натуры цельные и волевые, а ещё правее — параноики; слева же мы поместим так называемые сложные натуры, которых по мере дальнейшего продвижения влево сменят всевозможные шизофреники и, наконец, бывшие люди с окончательно рассыпавшейся психикой. Вы не забыли, что такое воля? Воля есть аспект единой психической Силы, который собирает все человеческие субличности воедино, в одну результирующую личность.

Аналогичным образом на вертикальной оси, которую мы назовём осью психической активности, самые верхние точки будут у нас соответствовать лицам, пребывающим в маниакальной фазе психоза, а нижние «депрессантам». Соответственно, в промежуточной области разместятся так называемые нормальные люди; и чем сильнее их психическая «разгонка», тем выше их место на условной оси психической активности.

Теперь ещё раз попытаемся почувствовать «на вкус» эту самую психическую «разгонку». Припомните себя в состоянии крайнего возбуждения. Быть может, однажды вы «сыпались» на экзамене и вдруг неожиданно для себя самого нашли правильный ответ на «гиблый» вопрос, или же во время поединка на тотами вы вдруг почувствовали необычайный прилив сил и ярко выиграли бой... У каждого в жизни случались моменты интенсивного повышения психической активности. Вспомните один из них, вспомните своё состояние в тот миг и попытайтесь заново его пережить.

А теперь припомните себя в тот момент, когда вы бесконечно устали, и вам вообще ни до чего не было дела. Добраться до постели — вот, единственное устремление которое у вас тогда оставалось. Реализуйте себя в состоянии заторможенной психической активности.

Теперь, когда вы овладели УМП, разогнать или затормозить свою психику особого труда для вас не составит. Итак войдите в состояние перепросмотра (или саморегуляции по методу Алиева). Затем визуализируйте пламя. Но не просто визуализируйте, а выделите в нём так называемые «высшие» составляющие: изменчивость, импульсивность, порывистость и т.п. Войдите в это пламя, отождествитесь с ним (вы уже превосходно умеете это делать) и почувствуйте, как ваша психика сама по себе начинает разгоняться. Некоторым из вас (по моим наблюдениям, приблизительно каждому четвёртому) разгонка психики даётся легче при воссоздании образа вихря, смерча, урагана — в общем, ветра необычайной силы.

Хорошо, опишу ещё один приём, который при некоторой практике «работает» у всех. Созерцайте любой внешний объект. Любой! Стол, корзину, корову, компьютер... Почувствуйте, что в каждую следующую частицу времени он (объект) — уже не тот, он поменялся. Ощутите скрытый ритм этих изменений, который непрерывно нарастает. Подстройтесь к нему, как бы войдите в саму изменчивость объекта. Иными словами, от вас требуется буквально физически ощутить изменчивость бытия и с нею отождествиться. Это совсем просто. Во всяком случае, в моём присутствии данная техника «работала» у всех без исключения человеков мыслящих.

В общем, полагаю, что с разгонкой психической активности так или иначе вы разберётесь. Аналогичным образом беритесь и за её торможение. Пригодные для этого образы — зеркальная гладь озера, заснеженное поле, безветрие. Но, как вы, надеюсь, поняли, ещё лучше в любом объекте ощутить принцип стабильности и покоя, а затем отождествиться с ним. В этом случае всё, вообще, очень просто.

Правда, в приложении к нашей карте от вас требуется всего лишь прочувствовать в себе состояния разогнанной и заторможенной психики и опытным путём выделить их составляющие.

Как за это взяться? По схеме, приведённой в «Психодинамике колдовства». Впрочем, повторю её на всякий случай. Разогнав свою психику, так сказать, целиком, как единое целое, попытайтесь сначала выделить, а затем и подавить активность эмоциональную; потом то же самое проделайте с умственной активностью. Этого не так уж трудно добиться. Теперь понаблюдайте за тем, что осталось. Вроде бы, вы, как и прежде, взвинчены до предела, но при этом ваши эмоции утихли, и успокоился ум... Именно эта, оставшаяся часть психического напряжения и является той самой активностью, о которой я говорю. Правда, существует ещё воспринимающая активность (наше внимание). Но всем нам и так постоянно приходится иметь с нею дело, и потому, полагаю, вам не нужно объяснять, что это такое.

Наконец, один совет. Занимаясь любыми психическими опытами, сохраняйте полное бесстрастие по отношению к их результату. Настройте себя так, будто вы делаете всё это вовсе не для себя, а для кого-то постороннего. Иными словами, не желайте результата, иначе само желание перечеркнёт все ваши усилия: оно-то ведь тоже эмоция.

Предположим, вы понемногу осваиваете на практике психическую систему координат, и мы можем двигаться дальше. Теперь представьте, что однажды, наколов остриём циркуля точку пересечения психических осей (воли и активности), некий психиатр начертил зловещую окружность. А потом все остальные его коллеги собрались около неё и проголосовали за то, чтобы считать людей, оказавшихся внутри этой окружности, нормальными, а тех, что по каким-то причинам остались снаружи, принять в качестве своих пациентов. С тех самых пор психиатры и «лечат» этих бедолаг, то есть пытаются — причём в подавляющем большинстве случаев безуспешно — вернуть в свой круг и запереть в нём.

Между тем, ни один человек не имеет постоянного места в психической системе координат. Допустим, вы просыпаетесь в семь утра и, как говорится, с трудом продираете глаза. В такие минуты для вас проблема даже просто откинуть одеяло и отправиться под душ. Активность вашей психики следовало бы скорее назвать пассивностью а уж о минимальной собранности воли и вообще не может идти речи. Безусловно, в этом случае состояние вашей психики будет соответствовать какой-то из точек левого нижнего сектора нашей координатной системы.

А около двух того же дня у вашего «Жигулёнка» неожиданно заглох мотор посреди улицы. А вам необходимо срочно куда-то добраться, вас где-то ждут. Вы собственной грудью «стопорите» любую машину, попавшую в поле вашего зрения. Где в этот момент пребывает ваша психика? Скорее всего, в правом верхнем секторе, если только вообще не «выплеснулась» из него ещё выше или и выше, и правее нормы.

Кстати, читая эту книгу, воздержитесь от каких-либо умственных построений — просто попробуйте «нащупать» в себе то, о чём узнали. И тогда мои слова «сработают», то есть укажут вам: да, это и есть оно самое.

Задумайтесь над тем, как вы ходите по земле, как работаете, пьёте, водите автомобиль... Если бы каждое ваше действие координировалось рассудком, который, в свою очередь, опирался бы на логическую схему, на точное научное описание самого действия, то вы за целую жизнь не сумели бы сделать, наверное, и десятка шагов.

Да, знаете ли вы, допустим, как поднести ко рту вилку? Конечно, нет — с позиций науки. Ведь у вас в голове не зафиксированы все многочисленные параметры данного простого действия, которые, возможно, не уместились бы и в десяти томах. Вы чувствуете, как это делается, и всё. Только большего и не требуется...

Вот, я и предлагаю вам примерно так же чувствовать состояния собственной психики. Это тоже очень легко. Просто раньше вы не обращали внимания на такие «мелочи». Но, прежде всего, вам нужно научиться различать их в себе. И тут без перепросмотра обойтись трудно.

Как уже говорилось, различные виды человеческой деятельности требуют разных психических позиций. Например, если вы решили породить гениальную идею, то легче всего вам будет сделать это в состоянии безволия, почти что личностного распада, в котором ваши субличности получают возможность самовыразиться.

Но, чтобы воплотить эту идею в жизнь, вам нужна предельная волевая целеустремлённость. В состоянии заторможенной психической активности вы можете легко воспринять какую-то информацию. Но победить на тотами серьёзного противника вам удастся только на предельной психической «разгонке». Таким образом, любое действие требует от нас соответствующего состояния души, особой психической позиции с оптимальными параметрами. А значит, для человека насущно необходимо овладеть хотя бы нормальным психическим пространством, или даже — если он стремится к большему — существенно раздвинуть его границы.

Приведу самый элементарный пример использования во благо разгонки психической активности. Известно, что алкоголь её, психическую активность, тормозит. А потому, если вы не желаете опьянеть, нагрузившись солидной долей спиртного, то вам следует в процессе «винопития» постоянно психически «разгоняться». Это получается у всех. Правда, есть тут одна существенная деталь: поддерживать высокую психическую разгонку следует постоянно — дав себе «слабинку» на мгновение, вы тут же «провалитесь» в очень сильную стадию опьянения. Принцип прост: всё, что вы до поры удерживали, при психическом расслаблении свалится на вас в полной мере!

Аналогичным образом, наркотические препараты разгоняют психическую активность человека. Им тоже можно противостоять, если вас, допустим, насильно «сажают» на иглу. Для этого следует так же постоянно и длительное время тормозить свою психическую активность. Я знаю людей, которым это удавалось.

До сих пор в этой главе я затрагивал в основном относительно простые вопросы, касающиеся нашего психического устройства. Подошло время нам побеседовать и о более сложных вещах, связанных одновременно с обоими условными полушариями нашей карты своего «я». Начну с довольно интересного и, на мой взгляд, весьма поучительного эпизода.

Однажды я посетил сеанс пресловутой бабы Нюры: просто зашёл посмотреть, как «работает» эта народная целительница, собирающая толпы человеков мыслящих. Обращаю ваше внимание: вход на этот сеанс, проходивший в зале какого-то кинотеатра, был бесплатным, и народу набилось видимо-невидимо. Ну, побегали всякие ассистенты, кое-как успокоили зал, и на сцену поднялась сама знаменитая знахарка. И знаете, на всё это стоило полюбоваться! По-моему, представление получилось просто роскошным. Прежде всего, баба Нюра оказалась превосходным психологом, и само действо было поставлено с шиком. Я имею в виду клаку в первых рядах, многочисленных ассистенток в платочках и ассистентов с бритыми затылками и накачанными бицепсами под пиджаками.

Впрочем, самого-то выступления ведуньи я, конечно, не запомнил — так, какая-то кашица о Боге, о душе, о простых человеческих ценностях и добродетели. Важнее было другое: в течение сорока минут ораторша искусно «заводила» публику отработанными модуляциями голоса, чередуя разгонку и торможение психической активности. Между прочим, этот немудрёный приём суггестии некогда постоянно использовал во время публичных выступлений владыка третьего Рейха. Но в тот раз в зале, повторяю, было много народу, — а чего не зайти на дармовщинку! — и все эти люди психически индуцировали друг друга, что также в немалой степени способствовало успеху выступления бабы Нюры.

Ну, а после оного, когда аудитория пребывала уже в состоянии лёгкого эйфорического ступора, в зал двинулись ассистенты бабы Нюры, предлагая направо и налево за умеренную мзду фотографии кудесницы, какие-то порошки, брошюрки с её молитвами и т.п. Всё это хозяйство молниеносно разбиралось. Помнится, меня в тот раз восхитили и профессионализм постановки спектакля в целом, и грамотная «работа» в качестве сценического психолога бабы Нюры.

И тут мы подходим к самому интересному. Парадокс в том, что некоторая часть людей, побывавших на том сеансе, действительно получила от него пользу и, быть может, даже нашла облегчение от каких-то своих болячек. Учтите, дело тут не только и даже не столько в пресловутом эффекте плацебо. Оказывается, существуют иные более могущественные механизмы, которые нередко включаются в таких случаях. Но о них, об этих механизмах, мне придётся говорить, к сожалению, в терминах биоэнергологов.

Прежде — азбука. Наша психофизическая машина, в терминологии китайской медицины, имеет шесть ножных и шесть ручных парных энергоканалов. Причём те и другие делятся на «входные» и «выходные»: по три каждого вида. Разумеется, у всякого из нас с самого рождения эти каналы (будем считать их просто определёнными типами нервных связей) «работают» по-разному: одни лучше, другие хуже. Между прочим, эти энергоканалы имеют отвратительное свойство к взаимному подавлению, к взаимной конкуренции.

Когда дело касается какого-то заболевания или целого «букета» болячек, биоэнергологи чаще всего говорят о синдроме избыточности по тому или иному каналу или по целой группе таковых. То же самое я бы назвал — пусть даже кто-нибудь упрекнёт меня в некорректных формулировках — хроническими нарушениями тех или иных нервных связей, обусловленными пониженной проводимостью определённых участков нервной системы.

Так вот, человеки мыслящие, с биоэнергетической точки зрения, устроены примерно так: их психической силой, всем психоволевым потенциалом заведует входной канал печени; за эмоциональную наполненность и душевную теплоту человека отвечает входной канал селезёнки — поджелудочной железы; что же касается входного канала почек, то его прерогатива — творческие и интеллектуальные возможности человека. Повторяю, всё это я сознательно упрощаю, иначе мне пришлось бы в популярной книге забираться в непролазные дебри некоторых специфических областей знания.

Далее, у любого суггестора канал печени непременно должен быть сильным. А это значит, что у него зачастую не всё в порядке либо с каналом почек, либо с каналом селезёнки — поджелудочной железы. Теперь представьте, отличный суггестор баба Нюра стимулирует публике, собравшейся на её сеансе, канал печени, и это, разумеется, идёт на пользу лицам, страдающих синдромом недостаточности по этому каналу. Но для человека, у которого угнетён, к примеру, канал селезёнки — поджелудочной железы, что вдобавок сочетается с его собственной сильной «печенью», такой сеанс может обернуться, скажем, обострением гастритных явлений. Иначе говоря, для кого-то из нас какой-то конкретный целитель может быть полезен, а для другого вреден. И этот факт непременно нужно учитывать.

Вообще, людям с сильным каналом печени следует очень осторожно обращаться со своей психической силой. У меня была хорошая знакомая — тучная очень энергичная женщина, крупный экономист. Она увлекалась контрастным душем, заявляя при этом, что исключительно хорошо себя чувствует, забравшись утром под ледяную воду. А иначе и быть не могло, поскольку канал печени как раз и стимулируется различными стрессовыми состояниями, в частности, холодным душем, а также всевозможными упражнениями, связанными с риском (например, прыжками с парашютом). В общем, у этой женщины, при всей её эйфории, постоянно угнетался канал почек, а избыточная энергия канала печени в дополнение ко всему — «сваливалась» на её слабый канал легких. Эта история имела печальный финал: скоротечный рак и быстрая смерть. При этом бедняжка до самого конца заявляла мне: «Так, я же избегаю горячих ванн и вообще любых перегреваний, которые, по мнению врачей, как раз и стимулируют рост опухолей; я же поступаю совсем наоборот».

В общем, чтобы хорошенько разобраться в своей психоэнергетической структуре, я бы посоветовал вам обратиться за консультацией к специалисту по биоэнергологии. Так оно будет вернее. Вообще-то, в книге «Искусство доминировать» мы уже достаточно подробно останавливались на связи состояния энергетических каналов человека с его особым ключевым самоощущением. Коротко укажу в этой книге, что у лиц с избыточным синдромом по каналу селезёнки - поджелудочной железы обычно занижена самооценка; эти лица склонны к гастритам, язвенной болезни желудка; они мерзливы; в экстремальных случаях у них может проявляться склонность к садомазохизму.

Людей со слабым каналом почек характеризует завышенная оценка своего творческого и интеллектуального потенциала; они склонны к простатитам, а женщины — к фибромиомам; что же касается психики, то для этих людей характерно состояние необоснованной тревоги и постоянного душевного напряжения. Маниакально - депрессивный психоз — их «излюбленный» душевный недуг.

Наконец, люди с неважным каналом печени, стремясь к лидерству, редко его добиваются в жизни. По своему призванию, это — великие менторы и комедианты. Про таких говорят, что они искренни даже во лжи.

Полагаю, для популярной книги уже достаточно сказано о психотипах в связи с биоэнергетическими особенностями личности. Кстати, и сами китайцы, по моим наблюдениям, не очень-то охотно рассуждают на эту тему. Мне, например, довелось лишь однажды в жизни «вытянуть» кое-что об энергоканалах у одного китайского мастера боевых искусств и системы цигун с мировым именем. Правда, это «кое-что» дорогого стоило.

Теперь на время перейдём к работе над картой левого полушария, над картой подсознательных областей нашей психики. Основательно к ней приступить вы сможете после того, как у вас уже что-то появится на карте правого полушария. Естественно, вначале вы возьмётесь за субличности, заметно проявляющиеся в вашей реальной жизни, в которых, быть может, вас что-то не устраивает. (Всё правильно, именно так и нужно действовать.) Рассмотрим эту технологию на примере.

Допустим, путём перепросмотра вы обнаружили одну из слабых сторон своего «я». Пусть это будет некая ваша психическая составляющая, которая в неожиданных сложных ситуациях нередко доминирует в вашей личности, но, в то же время, теряется, не знает, как поступить, не решается что-то предпринять. Вас, разумеется, это серьёзно беспокоит. Тогда можете действовать так.

Примите удобную позу и расслабьтесь. Прежде всего, припомните это самое состояние безволия и очень ярко его прочувствуйте. Затем, посредством УМП или при помощи какого-то иного способа, погружайтесь в подсознание, продолжая удерживать ощущение вашего беспомощного «я» и стремясь «нащупать» его в глубинах психики. И в какой-то момент вы непременно на него натолкнётесь, как бы почувствуете себя в шкуре этого «я». (Одновременно может проявиться и некий зримый образ, но это не обязательно.) Теперь постарайтесь рассмотреть-почувствовать найденную субличность со всех сторон. Ага, так это, оказывается, тот самый весёлый и великодушный парень, роль которого вы приучились напяливать на себя при контактах с незнакомыми или малознакомыми людьми! Выходит, в трудных ситуациях он даёт слабину. Нужно от него избавиться!

Стоп! Именно этого делать и не следует. О том, как вам дальше действовать, — чуть позже. Сначала вы должны досконально разобраться в «устройстве» этого весёлого парня со всеми его слабыми и сильными сторонами. Вы считаете, что вам это удалось? Тогда можете перейти ко второй части технологии.

Заново погрузитесь в подсознание, на сей раз удерживая установку на то, чтобы отыскать там решительную субличность, которая годилась бы для неожиданных трудных ситуаций. Шаг за шагом сканируйте тёмные области своего психического лира. Вот, вроде бы, что-то похожее. Остановитесь, войдите в найденный образ и освойтесь в новом самоощущении... Нет, этот парень не подходит — решителен, но туповат. (И всё же не отбрасывайте окончательно найденную субличность: в каких-то ситуациях вам может пригодиться и она.) Продолжайте сканирование своей психики, ищите. Этот чересчур флегматичен, а тот не в меру хвастлив... Вот, наконец, что-то подходящее. Решителен, собран, динамичен. Пожалуй, излишне агрессивен, но в определённых ситуациях это не повредит. Как следует, освойтесь в найденном образе, вживитесь в него. Теперь поочерёдно вводите подобранную субличность в те самые ситуации, в которых ваш весёлый парень проявлял слабость, и заново проигрывайте их. Если таких случаев в вашей жизни было мало, придумайте сами аналогичные и точно также «прокрутите» их в глубоких областях своей психики. Как правило, десяти-двенадцати таких мини-спектаклей бывает достаточно, чтобы укрепить желательную субличность и открыть ей путь на сознательный уровень.

Как вы могли заметить, при составлении карты вашего «я» моё «я» способно дать вам лишь самые общие ориентиры. Наш психический мир — это воистину бескрайние дебри, каждый участок которых к тому же воспринимается и интерпретируется любым человеком мыслящим очень индивидуально. Мастер может порекомендовать кому-то из нас, допустим, начинать каждый свой день с холодного душа. И это пойдёт ученику на пользу. Но кто-то другой, соблазнившись примером ученика, займётся по утрам тем же самым и в итоге нанесёт себе непоправимый вред. (Печальный тому пример — случай с моей знакомой.) И в то же время никто, кроме меня или вас, в конечном счёте не сможет определить, что же по большому счёту требуется именно мне или именно вам. В этом — удивительный (и, на мой взгляд, красивейший!) парадокс психического мира; и он ни коим образом не поддаётся разрешению средствами логического ума. Правда, на этот случай у нас припасено нечто иное, а именно, некий особый способ мировосприятия, который мы с В.В.Шлахтером назвали паралогией (слова «паралогия» и «логика» — антонимы) и посвятили ему книгу. В следующей главе мы самым обстоятельным образом побеседуем о паралогии.

А покуда я ещё должен сделать хотя бы беглый обзор наиболее распространённых сегодня методов классификации человеков мыслящих, то есть помочь вам расширить карту своего «я».

Из общей психологии (или из предшествующих книг этой серии) большинству моих читателей, наверное, уже известно, что по своему отношению к окружающему миру, по его восприятию и по ощущению в нём себя всех людей можно условно поделить на две огромные категории: на экстравертов и интровертов. В свою очередь каждая из этих категорий также условно подразделяется на активный и пассивный подтипы. Таким образом, всю массу человеков мыслящих, населяющих планету Земля, мы можем условно объединить в четыре огромные (но отнюдь не равные по численности!) группы. Лиц, принадлежащих к первой из них, называют активными экстравертами.

Это наиболее деятельные люди, внимание которых преимущественно поглощено окружающим миром, его материальными объектами и материальными же благами. При этом обычно им присуще стремление что-то в жизни поменять, исправить и как можно прочнее в ней утвердиться, или же — на уровне интеллекта — осчастливить мир своими идеями (впрочем, как правило, даже и не своими). Импульсивные и напористые, цепкие в жизни, экстраверты активного типа — это прирождённые лидеры. У них нет психических комплексов. Они живут, что называется, сегодняшним днём и превосходно его чувствуют. Рассчитывать, прогнозировать, строить долгосрочные планы — это не их стихия (хотя, как правило, сами они так не считают). Именно они руководят предприятиями и политическими партиями, религиозными объединениями и неформальными силовыми структурами. Президенты и криминальные авторитеты получаются исключительно из этой категории лиц.

Что касается пассивных экстравертов, которых несколько больше в этом мире, то и для них в жизни припасён неплохой кусок пирога. Чаще всего этих холодноватых и довольно-таки приземлённых созерцателей бытия можно увидеть на вторых ролях, но непременно рядышком с лидерами. Это — прирождённые помощники, соратники, доверенные лица, заместители всевозможных мастей и рангов. Именно они, пассивные экстраверты, составляют основу неистребимого чиновничьего племени. Пассивный экстраверт, как чёрт ладана, боится самостоятельных решений. Поменять что-то коренным образом, рубануть с плеча, сняться с насиженного места — всё это для него непосильный подвиг. Зато он умеет досконально разобраться в любой ситуации, обожает вычислять и систематизировать, запоминать на всякий случай всё, что угодно, и вообще вести учёт и подводить итоги. Более того, это — единственная категория людей, которые способны учиться на чужих ошибках. Без такого помощника активный экстраверт, человек обыкновенно не очень-то собранный, как без рук. Пассивные экстраверты бывают хорошими собеседниками, чудесными супругами и дотошнейшими фининспекторами. Преобладающее их качество — здравый смысл. Как правило, им хватает всего, за исключением звёзд с неба...

Теперь об активных интровертах. Этих можно назвать вечными студентами жизни. Как и подобает вообще всем интроверсированным субъектам, активные интроверты с удовольствием фокусируются на собственном внутреннем мире, но при этом не боятся его дополнять и даже периодически осуществлять в нём перестановки. Они готовы учиться чуть ли не до могилы. Активные интроверты — непревзойдённые генераторы неосуществимых идей, мечтатели и фантазёры. Именно среди них — всевозможные сочинители, музыканты, художники и, как ни странно, среди них же — математики, изобретатели, философы. В общем, активные интроверты занятые люди. При этом они иногда умеют иронизировать над собой и порой бывают симпатичны — при том, конечно, условии, что их «сложная» натура не осложнена чрезмерно какими-нибудь неприятными психическими радикалами.

Наконец, пассивные интроверты. Этих питомцев душевной лени полным-полно среди фанатиков всех мастей, особенно же среди религиозных фанатиков. Это они готовы до одурения повторять за своими гуру «Харе Кришна!» или «Вся власть — советам!». (Заметьте, сами их лидеры никогда не относятся к данному психическому подтипу.) Что же касается обычного, так сказать, не идеологизированного пассивного интроверта, то в большинстве своём люди они незлые, покладистые и даже душевные. Впрочем, до той лишь поры, покуда вы не попытаетесь насильственно вывести их из привычной психической позиции, весьма близкой к дремоте.

Наверное, для этой главы было бы достаточно о психотипах, если бы предложенная классификация прямо учитывала ещё один немаловажный фактор, который также влияет на наше мировосприятие и поведение в жизни. Я говорю о скорости наших нервных реакций, о быстроте возбуждения и торможения нашей психики. Некогда соотношение возбудимости и способности к торможению человеческой психики служило основным классификационным признаком, и было принято говорить о «темпераментах»: сангвиническом, флегматическом, холерическом и меланхолическом. Сангвиническим темпераментом (психотипом) издавна называли такой, при котором возбуждение и торможение нервной системы происходит достаточно быстро и легко. Грубо говоря, сангвиники вспыльчивы, но отходчивы, а потому и наиболее динамичны в этой жизни.

У холериков же лёгкая возбудимость не соответствует затрудненности реакций торможения. Таких людей всегда считали желчными и злопамятными.

Трудная возбудимость флегматика в сочетании с быстрым торможением нервных реакций снижает его жизненную динамичность. А с законченным меланхоликом, который только раздражается, когда его пытаются как-то «раскачать», а потом подолгу не может «выбраться» из своей ипохондрии, в этом смысле дело обстоит и вовсе неважно. Именно меланхолики — первые кандидаты в «депрессанты». Разумеется, все эти типичные черты характера непосредственно связаны с особенностями нашей нервной системы, в частности, с проводимостью нервных стволов человека. Советую вам самостоятельно соотнести данную классификацию с биоэнергологической, которая вкратце приведена в этой же главе.

Возможно, многим из вас покажется проще строить карту своего «я», опираясь именно на эти классификационные признаки. В любом случае не торопитесь с окончательным «диагнозом» — ошибиться легко, поскольку любое наше «я» склонно метить в Наполеоны и не замечать в себе тех свойств, которые это «я» не устраивают. (Могу, правда, предположить — не особенно всерьёз, — что главный мой читатель — это активный интроверт несколько экстраверсированного типа со вторичной психикой. Последнее означает, что у него, увы, не всё благополучно с торможением негативных реакций, то есть он подолгу таит обиды, снова и снова «прокручивает» в уме всякие неприятные ситуации и т.д. Что же касается явных пороков, то такие люди, к счастью, бывают чаще склонны к алкоголизму, нежели к наркомании.)

И всё же некоторые свои недостатки — например, устойчивость (инертность) негативных реакций — разглядеть в себе довольно просто (хотя бы при помощи перепросмотра). Затем можно принять соответствующие меры — для этого в вашем арсенале теперь уже достаточно средств. К примеру, затянувшиеся негативные эмоциональные реакции большинству человеков мыслящих удаётся гасить (хотя бы на время) при помощи того же настроя бесстрастия, который мы подробно рассмотрели в первой главе. (Для этого состояние бесстрастия реализуется непосредственно на фоне негативных эмоций и чувств, направленных на определённый объект или явление.)

Помимо очевидных преимуществ, связанных с личностным развитием, работа над картой своего «я» даёт нам возможность правильно тестировать окружающих, что совершенно необходимо для результативного психологического воздействия на них. В связи с этим усвойте одно правило: даже черновое, не очень точное тестирование биологического объекта всё-таки лучше, нежели вообще отказ о такового. (Разумеется, речь идёт о тех случаях когда мы стремимся на кого-то воздействовать. Впрочем фактически при любом общении мы с большим или меньшим успехом пытаемся повлиять друг на друга.) Сформулированное правило объяснимо даже на логическом уровне. Тестировав биологический объект, мы затем целенаправленно воздействуем на него по определённой схеме (наиболее простым способом из возможных). При этом попутно выявляются какие-то неточности нашего первоначального «диагноза» (в частности, при подстройке к объекту), и мы можем скорректировать свои действия.

Когда же мы отказываемся от первоначального моделирования объекта и от какой-либо стратегии воздействия на него (дескать, буду держаться так, как подскажет ситуация), то неизбежно попадаем в плен собственных реакций на его поведение. Для суггестора это — полное поражение.

Подошло время немножко потолковать и о наших целях — как о тех, что мы преследуем, работая над картой себя самого, так и о целях вообще всего, о чем мы с вами беседуем. В принципе само слово «цель» подразумевает ум, то есть предполагает какую-то логику. А ведь именно от логики я вас постоянно и предостерегаю. Абсурд? Ничуть не бывало.

Но прежде давайте искренне представимся, сами себе. Кто мы такие в этом мире? Если действительно — лишь вычислительные механизмы (пусть и построенные с поразительным совершенством и непостижимым мастерством), тогда всё это — действительно абсурд.

Хорошо, предложу вам свою версию решения этой проблемы. Человек есть живое воспринимающее существо, причём именно потому и «живое», что «воспринимающее», — посредством которого Природа, или Жизнь, или, наконец, Бог, познаёт Самое Себя. И человеческий ум — лишь вспомогательный инструмент, помогающий нам собирать отдельные фрагменты своего восприятия в относительно цельные объекты, а также добывать хлеб насущный. Но этот ум то и дело самоуверенно порывается формировать собственную концепцию Целого и, конечно же, раз за разом терпит полное фиаско, сваливая вину за это на всё сущее, в том числе и на самого себя. И тут просто необходимо его обуздать и вывести на первый план именно главное наше свойство — восприятие. А потому я нарочито противопоставляю человека мыслящего человеку воспринимающему как более высокой форме бытия или нашей потенциальной возможности.

Разумеется, все наши поиски Истины, Высших сил, Бога, Себя — называйте это, как хотите, — начинаются с ума. Неудовлетворённый возможностями собственного восприятия, ум начинает искать чего-то новенького, чего-то необычного, в чём, как он интуитивно чувствует, самому ему отказано. И молодые люди приходят к мистицизму разного толка, к религии, к каким-то общественным идеям. Но тут на сцену выходит сама Жизнь, или Сила, и начинает преподносить нам уроки, чтобы хотя бы некоторые из нас их почувствовали и усвоили. И постепенно кое-кто понимает что-то действительно стоящее и переходит от мистической экзотики к самопознанию, основанному на нашем великом даре восприятия. Дальнейшие выводы делайте сами. Могу лишь добавить, что сам я начинал с вульгарного интереса ко всему, что выходило за рамки материалистического мира, в котором я вместе с миллионами своих сверстников был огорожен могучей идеологической стеной. И двигало мною в ту пору великое «а вдруг!». Но со временем мои цели и интересы трансформировались, постепенно делаясь всё конкретнее и абстрактнее одновременно. Точнее сказать об этом трудно.

А не кажется ли вам, что основная беда современного человека — как раз в том, что он (человек) слишком жёстко разграничивает материальную и духовную сферы, тело и душу, мир и Бога? Возможно, именно потому сферы и Силы сделались для нас действительно чем-то потусторонним. Но ведь в этом мире всё взаимосвязано и взаимопроникаемо. Помните загадку с пирамидой Хеопса? Как бы вы поступили на месте этой пирамиды, когда бы задумали покончить жизнь самоубийством? Я бы, возможно, на её месте просто подождал...

Но хорошо, вот, вам вполне конкретная и практичная цель, которой, как говорится, — «за глаза» для большинства из нас. В четвёртой главе мы обсудили то печальное обстоятельство, что несчастный разум всех человеков мыслящих, точно марионетка, управляется импульсами подсознания, зачастую случайными. В итоге мы, сами того не замечая и, разумеется, не желая, постоянно действуем наперекор собственным стратегическим интересам. На этом «забавном» явлении основан, в частности, метод вербальной суггестии, главный принцип которого мы тоже рассмотрели. Но, чем навязывать окружающим свои небольшие прихоти (последние тоже, как правило, — лишь случайные импульсы подкорки), куда важнее для нас освободиться от капризов собственного подсознания. У толтеков это называется жить стратегически, причём данный принцип, пожалуй, можно считать краеугольным камнем всей их системы. Что это такое? Прежде всего, выработка стратегических доминант в своём подсознании, Самокодирование с большой буквы. Мы не можем погасить все мелкие нежелательные импульсы своей «подкорки» — нам их просто не отследить, — но вполне способны постепенно и, заметьте, вполне осознанно нарабатывать в противовес всякой случайной «мелюзге» крупные стратегические установки в своём подсознании. Затем они, эти установки, или доминанты, уже без участия нашего разума начинают сами «разбираться» с нежелательными капризами «подкорки», легко и даже незаметно для нас их «гасить». Фактически только так мы и можем по-настоящему творить себя. (Разумеется, без карты своего «я» в таком деле трудно обойтись.)

Между прочим, эту истину открыли не одни толтеки. Буддисты, например, постоянно толкуют о единонаправленности сознания; а знаменитый тапас индуистских подвижников, а сердечный огонь христиан — всё это явления одного порядка. Итак, творите себя, как вам заблагорассудится: все ангелы и демоны — в вашем подсознании.

Впрочем, пора закончить эту главу. В заключение повторю: самосовершенствование — это вовсе не искоренение в нас чего-то такого, что нам не подходит, а, напротив, привнесение в нас новых качеств и возможностей, которых нам недостаёт (или усиление, укрепление каких-то недоразвитых наших свойств). Именно так и только так можно превзойти собственную психическую конструкцию. И ещё. Всё, чем мы являемся в этом мире, имеет корни в подсознании. И это — один из главных уроков Силы, который она постоянно пытается преподать каждому из нас.

Глава 7. Паралогия и её принципы.

Эта глава уже адресована не человекам мыслящим, а воспринимающим магическим существам, поскольку сама по себе паралогия есть способ психического существования, альтернативный логическому уму, или линейному истолкованию жизненных явлений.

«Вначале было слово»... Можно продолжить по-своему? Вот, именно — «слово», вибрация, колебание, непрерывный процесс, нечто изменчивое и преходящее... Существует глобальный закон бытия, который я называю Законом изменчивости, текучести и мимолетности мироздания, или Законом глобальной нестабильности мироздания. Полный его титул, как видите, — и так, и сяк, — выходит довольно длинным, а обращаться к закону приходится то и дело. И потому в дальнейшем при его упоминании я не стану каждый раз перечислять все три качества мироздания, но буду их подразумевать, поскольку они неделимы.

Итак, ничто в этом мире ни единого мгновения не остаётся неизменным. Всё непрерывно меняется, трансформируется, прекращается и возникает вновь. Даже само время, в котором безостановочно происходят все эти мириады метаморфоз, тоже изменчиво: оно то растягивается практически до полной остановки, то стремительно несётся со скоростью света. И мы, живые воспринимающие существа, хотим мы того или нет, тоже непрерывно меняется вместе со своим текучим миром. Заметьте, меняемся не только психически, но и материально. (Что, между прочим, на самом-то деле одно и то же.) Я имею в виду не только рождение, рост, старение — не только процессы различимые в относительно крупных временных интервалах, но буквально ежесекундные изменения нашего тела. Вдумайтесь: в каждое мгновение какие-то наши клеточки исчезают и вместо них образуются другие. При этом психологически мы ощущаем постоянство своего «я». Хотя о каком бы то ни было постоянстве в нашем случае вообще не может идти и речи. Допустимо, пожалуй, говорить лишь о непрерывности нашего сознания и тела, да и то — с большой натяжкой.

У буддистов по этому поводу наработана могучая теория. Не стану её касаться — мне просто нравится одна буддийская аллегория. Возьмите пламя свечи: в каждое мгновение оно состоит уже совсем из других частичек огня, нежели мгновение назад. Тем не менее, оно воспринимается нами как единое пламя — покуда оно непрерывно, иначе говоря, пока свеча горит. Понимаете? Примерно так же можно рассматривать и человеческую жизнь. И нас с вами!

Увы, человеческий ум отказывается принять Закон изменчивости мироздания, вернее, не может воспринимать в контексте этого Закона мир и себя в нём. Интеллекту непременно нужны фиксированные объекты и чётко обозначенные процессы, на которые он мог бы опереться. Логика ума такова: если явление вчера протекало каким-то образом, то и сегодня при тех же условиях оно непременно должно происходить точно так же. Жёсткое требование науки, дочери логического ума — возможность повторения любого опыта. Ум боится повиснуть в пустоте, остаться без своих мнимых эталонов. Ему присуще инстинктивное стремление зафиксировать себя и мир в определённой форме.

Так образуется трещина между реальностью и нашей интерпретацией реальности. При этом человек инстинктивно чувствует, что всё в жизни происходит вовсе не так, как ему представляется, точнее, не так, как хочется его уму, и испытывает постоянный дискомфорт, или, как называют это буддисты, страдает.

Различные мистические традиции — толтеков, суфиев, буддистов — сформировали определённые наборы концепций и принципов, предназначенные для того, чтобы помочь нам заделать эту трещину, уничтожить разрыв между реальным бытием и его умственной интерпретацией. С и аналогичной целью выработаны и принципы паралогии. С их помощью можно попытаться с максимальным комфортом устроиться в изменчивом мире и сознательно принять собственную текучесть. И в результате развить свою индивидуальность и существенно расширить свои возможности. Но для этого нужно воплотить эти принципы в жизнь, то есть целиком реализовать их в своём существе — сначала в сознании, а потом и в подсознании.

Итак, первый принцип паралогии. В книге «Психодинамика колдовства, или введение в паралогию» вы могли встретиться с ним в формулировке: «Открой свой магический мир». Она, эта несколько унифицированная формулировка, соответствовала целям нашей первой с В.В.Шлахтером книги, преимущественно посвящённой работе с сознанием методами сканирования. Но сейчас вам необходимо воспринять этот закон в универсальной его формулировке, а именно: «Объедини непостижимый мир», или, более академично, «Мир един и непостижим».

Сначала о единстве. Я уже неоднократно сетовал на дуалистичную, расщеплённую психику современного человека. Мы отделяем себя от мира — наш разум требует этого разделения; но себя мы тоже разделяем на сознание и тело (или на душу и тело), мы разделяем жизнь на духовную и материальную, мы разделяем вселенную на мир материальных объектов и мир идей — мы разделяем всё и вся, причём по одной схеме, по одному шаблону. Между прочим, в основе всех наших разграничений — разделение собственного восприятия. Как известно, мы осознаём себя и мир при помощи чувств и ощущений. Так вот, в первую очередь, мы и делим эти самые чувства и ощущения на реальные и мнимые, вернее, на те, что отражают реальность, и те, что её не отражают. Но это полный абсурд — абсурд даже с позиций нашей логики. Фактически, мы выверяем некие свои психические измерительные инструменты посредством тех же самых инструментов.

Впрочем, я не собираюсь сейчас выяснять, каким образом в нашей психике образовались искажения — важно то, что они существуют. Могу предположить, что некогда, в древнем пантеистическом мире, жили люди с целостной психикой. К ним забегали в гости — просто по-соседски — их боги, и с духами окружавшей тех людей живой природы существовали у них подчас непростые, но весьма устойчивые отношения. Эти люди жили в суровом изменчивом мире, который был для них непостижимым и родным одновременно. Разумеется, они не могли себе позволить психологически обособиться от него.

Как ни странно, такому обособлению способствовало распространение в мире теистических верований с их глобальным отделением Бога от мира и рядом более частных делений (например, человека — на тело и душу). Впрочем, виною тому — не сами теистические вероучения как таковые. Просто они породили многочисленные священные тексты и тем самым предоставили уму огромное поле для толкований и интерпретаций, за что он с удовольствием и ухватился.

На самом деле не существует никакого иного мира, кроме того, в котором мы находимся. И нечего нам изобретать эдемы, астральные сферы, ады с различными режимами и прочие потусторонние заведения. Мы и так пребываем в мире, вмещающем в себе все возможные сферы и режимы, если хотите, в великом и едином магическом мире. (Но при этом, напомню, всё в нём изменчиво, текуче и мимолётно.) Иными словами, всё здесь, с нами — и ад, и рай, и Бог, и всемирный разум. Воспринимающие существа, чем больше мы имеем в своём распоряжении Силы, тем полнее можем ощутить этот мир. Вот и весь секрет.

Ну, а в отношении собственной персоны объединить мир означает психологически не разграничивать себя на тело и душу. Поверьте, наше тело духовно само по себе — разумеется, в контексте своего состояния в тот или иной миг бытия. Как вы думаете, что передаёт чаньский гунань (в дзэн — коан): «Будда — высохшая половая тряпка»? Или ещё один, очень похожий: «Будда — кипарис, растущий во дворе»? Может быть, неуважение дальневосточных буддистов к Победоносному или к самому состоянию просветления? Разумеется, нет. Конечно, нечего и пытаться передать словами смысл этих реплик великих учителей чань. Но, несомненно, несут они и такие нюансы: Будда или состояние Будды — не где-то в потусторонних сферах, а в самых простых и даже неказистых объектах нашего мира. Это во-первых, а во-вторых — в этом мире равным образом духовно всё. Или же, напротив, духовности не существует вообще. (Кстати, между двумя последними тезисами отлично встаёт знак равенства: либо духовно всё, либо всё бездуховно, и это — одно и то же.)

Теперь о непостижимости. Скажите, разве можно постичь нечто изменчивое, текучее и мимолетное? Любая фиксация такого нечто уже есть его искажение. Иными словами, изменчивость и текучесть мира в принципе не позволяют нам его прогнозировать, вернее, как бы заранее интерпретировать, а ведь именно такими интерпретациями и прогнозами постоянно занят наш ум. В этом смысле горделиво задранный хвост какого-нибудь облезлого кота — явление ничуть не менее магическое и грандиозное в своей основе, нежели, скажем, рождение новой галактики. Всё в нашем мире равным образом непостижимо. И сами мы — прежде всего. Хотя из этого вовсе не следует, что нам не стоит пытаться постичь себя и мир. Просто для нас очень вредно уверять себя в том, что мы знаем (хотя бы отчасти) первое или второе.

Да, наша жизнь непрерывно меняется, но в то же время остаётся в чём-то неизменной — хотя бы в том, что касается наших психических, Этических и некоторых иных проблем сходного характера. К примеру, от поколения к поколению уже, видимо, не одно столетие переходят проблемы отцов и детей, а также «падения нравственности и духовной культуры». О гибнущей культуре, в частности, сегодня раздаётся, пожалуй, не меньше стенаний и воплей, нежели о социальной несправедливости. Но всё это было, было, было.

Вот, вам пример из относительно недалекой российской истории. В пуританские тридцатые годы в идеологии общества — её, разумеется, отражала литература — царствовал культ «созидательного труда». Что же касается сексуальной сферы жизни, то в сильно идеализированной форме под литературным псевдонимом «любовь» она тоже допускалась на страницы тогдашних изданий. Вообще, любовь считалась существенной стороною жизни тех, кто посвятил себя труду. Я хочу подчеркнуть прямой и незатейливый подход к теме труда-любви советской литературы, которая почему-то постоянно увязывала друг с другом эти, вроде бы, совершенно разнородные явления.

Так, ещё не оперившаяся советская интеллигенция однажды была вовлечена в полемику двух поэтов, Тихонова и Брауна. Формально предметом спора явился сам интерьер, который эти авторы подбирали для своих влюблённых героев. Кстати, в те самые тридцатые не полагалось добавлять к прилагательному «влюбленные» существительное «герои».

И вот, Тихонов с пролетарской прямотою обвинил Брауна в том, что у того влюбленные вечно болтаются где-то за городом — на озере, в поле, в лесу. А вокруг кипит жизнь недостроенного социалистического общества, и в распоряжении граждан, желающих любить друг друга по-новому, — тоже, кстати, распространённый в те годы термин, который не имеет отношения к физиологии, — имеются городские парки, улицы, площади, производственные помещения и — уж для самых застенчивых — благоустроенные общежития и коммуналки.

Николай Леопольдович Браун, тогда ещё молодой человек непролетарского происхождения, вынужден был серьёзно возражать: «Не в трамвае же им целоваться!» (Действительно, в тридцатые это считалось неприличным.) А затем пересказывал — без комментариев, но, безусловно, не без ехидства — собственные творения поэта Тихонова. К примеру, такое:

Двое влюблённых — молодые рабочий и работница — обедают в заводской столовой. Совмещая полезное с приятным, юноша объясняется девушке в своём чувстве. Увлечённый этим занятием, он не обращает внимания на заводской гудок. Между тем, тот настойчиво призывает обоих на рабочие места. Тогда девушка заявляет своему пылкому, но несознательному кавалеру, что ни о какой любви между ними не может идти и речи, поскольку он так легко забыл свой гражданский долг.

Представляете?! И ведь эта «поэзия» была востребована! Причём в то же самое время и в той же стране издавались Пастернак, Булгаков, Куприн, да, тот же Браун... Рассказ об этом я слышал в юности из уст самого Николая Леопольдовича, так что ручаюсь в его достоверности. В общем, падение культуры — явление давнее и постоянное. Вот, только до сих пор непонятно, когда же она — культура — куда-нибудь упадёт. Но это я так, к слову.

Следующий принцип паралогии, второй, прямо вытекает из закона нестабильности. В «Психодинамике колдовства» он был сформулирован в форме рекомендации или правила «Не тяни одеяло на себя». Тем, кому не по вкусу разговорная лексика, могу предложить его в иной форме, допустим, в такой: «Стремление зафиксировать в определённом (ограниченном) качестве свое «я» и взаимосвязи этого «я» с окружающим миром приводит к психическому дисбалансу». Так понятнее?

Действительно, наши попытки (прежде всего, психические) нечто насильственно удержать, иметь сегодня то, чем мы владели вчера, или же, как нам кажется, чем мы имеем право владеть, вернуть какие-то упущенные возможности (обычно, мнимые) и т.д. и т.п. — всё это психические щели, через которые уходит наша энергия. На самом-то деле — это одна из ловушек смерти: стремясь вытянуть у жизни какие-то крохи, мы в буквальном смысле растрачиваем самое ценное своё достояние — жизнь.

Смешно, например, требовать от женщины (вообще, от кого угодно) любви сегодня на том лишь основании, что таковая, по вашему мнению, имела место вчера. Да, пусть бы и так, но со вчерашнего дня изменилось всё; и мир, и женщина, и, кстати, вы сами.

Не менее глупо постоянно таскать за собою по жизни какую-то из собственных ролей, как правило, свою любимую роль. Подкреплю этот тезис примером. Скажем, профессор-математик читает лекцию с кафедры, ощущая себя профессором. И это вполне нормально. Но того же профессора жизнь вполне может столкнуть с суровой необходимостью, скажем, помыть посуду на даче. И если он во время этого занятия останется профессором математики, то велика вероятность, что тарелок в доме поубавится. Здесь всё достаточно ясно.

Теперь возьмём другой случай. Какой-нибудь президент крупной коммерческой компании — такие люди, конечно, тарелок не моют никогда — знакомится с очаровательной женщиной и оказывается с нею наедине в интимной обстановке. Теперь, предположим, он продолжает чувствовать себя президентом, а не мужчиной... Вы скажете: такого тоже не бывает. Верно, в данном случае для правдивого изображения ситуации требуется смешать тона. Вероятнее всего, президент будет ощущать себя и мужчиной, и президентом одновременно, причём в разные периоды общения с женщиной соотношение этих ролей в его «я» будет изменяться. Но и в этом случае ничего особенно хорошего для него не получится: в трещину между двумя самоощущениями он потеряет достаточно много лишней психической энергии. Точнее можно сказать так: в психо-энергетическом отношении для президента лучше, будучи с женщиной, ощущать себя мужчиной и только. Либо только президентом, но тогда не стоит уединяться с женщиной...

В общем, паралогия рекомендует нам всюду и всегда оставаться просто воспринимающими магическими существами, способными легко принимать любую форму, которую предлагает нам жизнь. У толтеков это называется «быть текучим».

Второй принцип паралогии имеет собственное следствие, которое само по себе — тоже принцип, только более частного характера. Назову его принципом принятия на себя ответственности и сформулирую так: «Что бы ты ни сделал, и что бы в итоге ни произошло, прими это как данность и не изнуряй себя бесполезными сожалениями». В народе на этот случай есть пословица «Сделанного не воротишь». Если о ком-то говорят «силён задним умом» (и то уже поговорка), то это значит, что человек склонен мысленно корректировать уже совершённые им поступки. Наверное, излишне доказывать, что любой из нас таскает за собою по жизни, словно тень, это изнуряющее чувство сожаления и недовольства собою «эх, надо было...». И, разумеется, понапрасну растрачивает психическую энергию.

Как противостоять этой напасти? Прежде всего, сначала хорошенько осмыслить, а затем и укоренить в своём подсознании установку: «Если я что-то совершил, значит, так было надо; иного мне не дано».

Способность жить без сожалений об упущенных возможностях толтеки называют принятием на себя ответственности за все свои действия (отсюда — и название принципа). Это — важнейшая составляющая их стиля жизни. Кстати, и христианское смирение, вероятно, будет правильно интерпретировать именно в таком ключе. Во всяком случае, именно в данной трактовке его можно считать продуктивным качеством.

Вероятно, вы уже догадались, что все принципы паралогии взаимосвязаны и, как хорошая команда, сообща «работают» на магическое существо в нас, сберегая для него бесценную энергию. По-настоящему принять на себя ответственность за свою жизнь поможет вам пятый принцип паралогии. Но к нему мы покуда не подошли.

Закон всеобщей нестабильности обуславливает ещё одно обстоятельство, не особенно приятное для нас. Достигнув в своём развитии какого-то уровня, мы не можем задержаться на нём и передохнуть. Точно так же и в своём падении человек не способен удерживаться у какой-то черты. Примерами тому испещрены исторические сочинения, да и в жизни мы с ними сталкиваемся то и дело. Только почему-то никак не можем приложить к себе. Нам кажется, что, однажды обнаружив нечто и осознав или чему-то научившись, мы сохраним это потом на всю жизнь. Увы, это не так! Изменчивость нашего существа проявляется, в частности, в том, что мы либо растём, либо деградируем. Иного нам не дано. И потому усвойте третий принцип паралогии: «Никакие передышки в работе над своим существом, над своей психикой невозможны» или, более выпукло, «Жить значит воспринимать, воспринимать значит развиваться, развиваться значит больше жить и больше воспринимать».

Наконец, следующий принцип, четвёртый, расставляет всё по своим местам в отношении всевозможных принципов, правил и систем. Я называю его принципом тотальной беспринципности, или фундаментальным антипринципом, и формулирую так: «Любое правило абсурдно уже потому, что это правило; любая схема мертва и ядовита; любой метод неприменим. Избавься от всего этого и станешь собой».

(Разумеется, речь идёт не о метрических системах и топографических картах.) Итак, любые религиозные, философские, морально-этические, общественные и просто житейские правила и порядки, схемы и расписания суть великолепные средства нашего психического индуцирования, или кодирования, поскольку «работают» с максимальным постоянством и методичностью. «Работают», то есть кодируют нас, а вовсе не выполняют свои официальные функции. Эти правила, точно диверсанты, внедрённые в нашу психику (причём иных из них мы внедряем самолично), организуют в ней всевозможные трещины и разломы, через которые мы теряем психическую энергию. Это — в буквальном смысле разломы, трещины между правилом и тем, что происходит на самом деле, между долгом и нашим желанием, между навязанной нам ролью и нашей психической расположенностью.

С другой стороны, правила и схемы такого характера мертвы уже потому, что в их основе — какие-то постоянные величины, константы, а живой реальный мир состоит из переменных сущностей.

У вас, наверняка, возник примерно такой вопрос: а как же быть тогда с самими принципами паралогии? Не беспокойтесь, никакого противоречия здесь нет, поскольку принципы паралогии — это по сути вовсе и не принципы, а, скорее, некое ощущение, подсознательное отношение к миру и себе. Воспринятые иначе, они тоже ни на что не годятся. Надеюсь, вопрос исчерпан.

Мы подошли к пятому принципу, который толтеки называют безупречностью. И тут, мне кажется, необходима преамбула. Вы не задумывались как-нибудь по случаю: что более всего постоянно и каждодневно мотает вам нервы? Нет? Так вот, если бы вы основательно и беспристрастно исследовали и оценили свою обычную жизнь, то могли бы сделать вывод, что таким «ночным комаром», отравляющим ваше существование, является ваше же собственное стремление к совершенству! Вдумайтесь в мои слова, прежде чем с негодованием захлопнуть эту книгу. Да-да, именно стремление к идеалу во всём — в людях, событиях, действиях, собственных и чужих, и даже в предметах домашнего обихода — и заставляет вас чаще всего испытывать неудовлетворение кем-то или чем-то, недовольство собою и своими близкими, раздражение, когда что-то не получается и т.д. Этот неотступный подсознательный поиск совершенства иногда приводит людей к весьма несовершенному положению. Например, в основе пьянства или даже наркомании, лежит стремление человека мыслящего к некоему совершенному психическому состоянию. Разве не так?

На этот случай толтеки придумали изумительную штуку — безупречность. Что это такое? Как вы, вероятно, уже догадались, безупречность — это психологический антоним совершенства. Она, безупречность, предполагает, что в каждом конкретном случае я делаю всё, что в моих силах, а до остального мне уже и дела нет. В общем, я выложился, а что из этого вышло, меня не тревожит (вспомните принцип-следствие из второго принципа паралогии). Значит, иного мне не дано. Между прочим, и карма-йога индусов в принципе толкует о том же.

Теперь о формулировке. У кого-то из прежних английских писателей есть герой-рыцарь, а у этого рыцаря — замечательный девиз: «Делай, что должен, пусть будет, что будет, — вот повеленье, данное рыцарю». По-моему, лучше не скажешь.

Наконец, шестой принцип паралогии. Он связан с нашими, зачастую непростыми, взаимоотношениями с собственной Судьбой и со своим предназначением. Вообще-то, эта проблема, едва ли не самая важная для большинства человеков мыслящих, уже поднималась и в «Психодинамике колдовства», и в «Искусстве доминировать». Теперь — её обещанное продолжение.

Итак, мы уже установили: в этом магическом изменчивом скоротечном мире всё взаимосвязано, и ни что не случается просто так. Каждое событие в нашей жизни, каждая наша встреча с кем-то или с чем-то, любая наша мысль или желание (пусть даже самое мимолетное) — всё имеет свою причину (или совокупность таковых). (Причинно-следственный закон, или закон кармы, в мельчайших нюансах проработан различными традициями буддизма Махаяны.)

Так вот, смешно полагать (а люди почему-то инстинктивно именно так и считают), что ваша личная причинно-следственная цепочка потянулась лишь с момента вашего рождения в этом мире. Ничуть не бывало — хотя бы потому, что само это рождение, разумеется, тоже имело причины, которые, в свою очередь, были обусловлены собственными причинами и т.д. В общем, это не только родители позаботились о вашем появлении на свет, но и Сила. И у неё на вас — собственные виды. А потому бессмысленно с нею спорить: на то она и Сила, чтобы с легкостью управляться с миллиардами своих питомцев, что бы они при этом ни «чирикали».

Значительно лучше (и, как правило, приятнее) последовать своему предназначению. По крайней мере, так вы убережётесь от лишних ссадин и ушибов, которые в противном случае наверняка заработаете на ухабах бытия.

Вот именно, у каждого из нас есть своё стратегическое предназначение, которому лучше всё-таки следовать — лучше, в первую очередь, для нас же самих и, быть может, для жизни вообще. К счастью, из этого вовсе не следует, что одному предначертано жить во дворце, а другому ковыряться в мусорных кучах.

Разумеется, не каждый из нас изначально имеет шанс сделаться, скажем, премьер-министром или звездой телеэкрана. (А те двуногие, у которых такой шанс есть, — поверьте, отнюдь не самые счастливые люди.) Однако, не особенно бунтуя против Судьбы, не действуя совсем уж явно ей наперекор, практически любой из нас может рассчитывать на вполне приемлемое положение в этом мире и достаточно удачную жизнь. Фатальные гороскопы — величайшая редкость, и большинство исторических трагедий вовсе не было неизбежно. Приведу пример.

Многим из вас, наверное, известна трагическая судьба королевы Марии Антуанетты, которую французская революция без особой вины и даже без каких-либо политических резонов отправила на эшафот. А началась это печальная история с того, что придворные астрологи австрийского императорского дома при рождении этой принцессы почему-то отказались огласить её гороскоп, хотя, согласно этикету, обязаны были это сделать. Вы думаете тот прогноз содержал что-то кошмарное? Ничуть не бывало. (Его воспроизвёл и любезно предоставил мне ведущий специалист Академии иррациональной психологии астролог М.А.Аквилин. К слову, астрологи больше не носят романтичных мантий и колпаков со звёздочками из фольги; по моим наблюдениям, в своём большинстве это — весьма прагматичные люди со склонностью к математике и точным наукам.) Конечно, гороскоп принцессы — так себе, бывают и получше, но и с этим вполне было можно благополучно дожить до старости и почить с миром в собственной постели. Грядущее Марии Антуанетты, будущей французской королевы, осложнялось лишь двумя параметрами. Первый из них — негативное влияние Плутона. (Эта планета, кстати, наукой в то время открыта ещё не была.) Иными словами, австрийской принцессе на роду было написано будить в своих подданных слепую ненависть. (Ну, какой августейший родитель разрешит растрезвонить такое про своё дитя на весь свет!)

Бывают люди, вызывающие у толпы ярость и отвращение. Им ни в коем случае не следует рваться в лидеры, в артисты или в учителя. Им вообще нельзя заниматься публичной политикой (закулисной — сколько угодно) и выполнять какие-то представительские функции.

И ещё, у бедной Марии Антуанетты было некоторое предрасположение ко всяким травмам и ранениям — в частности, в области шеи (сочетание влияний Сатурна и Марса). Ей бы оставаться заурядной великой герцогиней или выйти замуж за какого-нибудь скромного германского курфюрста. Но, наперекор своему предназначению, принцесса вспорхнула на французский престол, а оттуда — на эшафот, где и лишилась головы.

Наверняка, каждый из нас испытал в жизни такую ситуацию: вот, вроде бы, и всё сделал для успеха какого-то своего (или отчасти своего) начинания, и обстоятельства складывались поначалу неплохо, но потом вдруг дело застопорилось, возникли какие-то непредвиденные помехи, и в итоге всё разладилось. А что-то другое получается у вас как бы само собою, причём даже без особого энтузиазма с вашей стороны, поскольку вы уже привыкли, что именно такого рода дела у вас обычно ладятся.

Вот именно, чтобы в чём-то преуспеть, помимо таланта, рвения и прочих очевидных условий требуется и нечто ещё. Это нечто в обиходе называют везением, удачей, улыбкой Фортуны. Но, что это на самом деле за штука такая, не ведает толком никто. Далее, удача может сопутствовать только тем нашим действиям, которые не выходят за границы нашего стратегического предназначения. Если у вас что-то хронически не получается (или получается не так, как бы вам хотелось), то, скорее всего, это просто не ваше дело.

Учтите, в зависимости от неких факторов, не поддающихся логическому толкованию — назовём их ветром удачи — любое дело, однажды начавшись, имеет затем тенденцию либо затухать, либо, напротив, развиваться и накапливать энергию. Полагаю, каждый человек — и даже так называемый здравомыслящий — должен считаться с этим отнюдь не логичным фактом. Иначе он только понапрасну растратит свою бесценную энергию. Вместо того, чтобы пытаться проломить стену лбом, лучше поменять объект приложения усилий. Очень может быть, что какое-то другое дело пойдёт у вас легко и к тому же в итоге окажется не менее интересным.

Вот, подходящая, на мой взгляд, формулировка шестого принципа паралогии: «В большом или в малом — всегда лови ветер Судьбы и потом плыви в «свою» сторону».

Поскольку Сила с максимальной методичностью устраивает нам в жизни уроки именно на эту тему, усвоить данный принцип вам придётся так или иначе. Но всё же лучше — «так», чтобы не нарушать потом другой принцип паралогии, терзаясь бесполезными сожалениями о собственных ошибках.

Вот, этих семи принципов (вместе с принципом-следствием), если только вы сумеете вывести их на подсознательный уровень, уже достаточно для того, чтобы по-другому ощутить мир, позволить в себе освободиться человеку воспринимающему (хотя бы время от времени ускользать от диктата человека мыслящего) и скинуть со своих плеч эту тяжеленную гирю — самопрезентацию, своё назойливое «я», порождённое умом. Вот, увидите, вам сразу станет легче. Возможно, после этих моих слов чьё-то «я» тут же покажет свой норов — завопит о законной человеческой гордости, самолюбии и прочих фикциях ума. Не стану больше тратить слов, чтобы всё это развенчать. Скажу лишь, что, с позиций Силы, любой из нас ничуть не лучше всех прочих. Правда, к последнему тезису подход может быть двояким, поскольку это «ничуть не лучше» означает, что и ничуть не хуже. Иначе говоря, в точности тот же смысл несёт и следующая фраза: любой из нас ничуть не хуже всех прочих.

Но этот тезис — уже из другой оперы, то есть он связан с иным комплектом принципов паралогии (я назвал его сводом правил), который в большей степени касается наших реакций на внешний мир. Возможно, когда-нибудь в будущем мы его подробно рассмотрим. Есть там, скажем, такое правило: «Не усложняй себе жизнь», то есть в каждом конкретном случае используй самый простой путь к цели. Или такое: «Если не можешь победить честно — победи всё равно». Вероятно, это правило многие примут в штыки, поскольку оно, на первый взгляд, явно противоречит принципам христианской морали. (Свои взаимоотношения с моралью я уже очертил в предисловии.) Кто-то сопоставит его с классической формулой жестокости: цель оправдывает средства. Но я не соглашусь. В паралогии никто (и ничто) никого не оправдывает, поскольку в ней всё равновелико. Заметьте, данное правило по сути ничего нам не предписывает — потому хотя бы, что, с позиций паралогии, любые принципы и антипринципы тоже равновелики. Речь идёт просто о психологической установке победителя... Впрочем, это — уже тоже из следующей книги.

Возвращаясь к принципам паралогии, добавлю, что наши психические состояния и способы восприятия тесно взаимосвязаны. Будучи в определённом состоянии сознания, мы соответствующим образом воспринимаем мир и, наоборот, само наше восприятие определяет наше психическое, даже психофизическое состояние. Эту концепцию толтеки, например, поясняют при помощи особой категории, относящейся к нашему существу, так называемой точки сборки восприятия. Точка сборки — это как бы фокус наших сенсорных возможностей. Под влиянием намерения (в моей терминологии — воли к перемене) он может перемещаться. Одновременно изменяется всё: и наше психофизическое состояние, и наше мироощущение, и даже, уверяют толтеки, сам мир, в котором мы существуем (возможно, и это — не фантастика).

В данном контексте принципы паралогии, закреплённые у нас в подсознании, как раз и придают нашему восприятию (и одновременно — психическому состоянию) необходимую гибкость.

И последнее, что я хочу на эту тему сообщить. Те из вас, кто занимался восточными воинскими искусствами, наверное, знают, что тао, или ката, никогда не «встают» у нас на должный уровень сразу же, как только мы их формально усвоим. Для этого должно пройти какое-то время. Причём вы можете даже не упражняться в своём тао, но в надлежащий момент всё равно обнаруживаете, что оно закрепилось у вас в подсознании, и ваше тело каким-то образом «научилось» выполнять его самостоятельно.

Аналогично обстоит дело и с принципами паралогии. Не рассчитывайте, что ваше подсознание усвоит их сразу же, как только вы с ними познакомитесь и примете на интеллектуальном уровне. Спокойно подождите: всему — своё время.

Глава 8. И кое-что для тела.

Возможно, кого-то эта заключительная глава «согреет» более всех прочих своей сугубо практической направленностью, а кто-то, напротив, может поначалу воспринять её как очередной посул хорошей памяти слепым и немедленного прозрения глухим. (К сожалению, в наши дни немало развелось подобных откровений!) Имею моральное право заверить скептиков: всё, что я предлагаю в этой главе (а также и в книге), успешно опробовано мною, во-первых, лично на себе и, во-вторых, на некоторых других людях, обращавшихся ко мне (или к моим друзьям и знакомым, использующим аналогичные методы) за советом или помощью. Впрочем, сходные психотехники опробованы многими поколениями людей, поскольку пришли к нам из йоги, из буддийских и даосских традиций, из практики толтеков и китайских внутренних воинских школ. Только теперь всё это пропущено сквозь фильтры экспериментальной психологии, то есть очищено от ритуальной шелухи и приведено в соответствие с теми знаниями о себе, которыми мы сегодня располагаем. Получившиеся в итоге психотехники «работают» ничуть не хуже своих древних аналогов. Но они несравненно проще и доступнее для современного человека, а потому и эффективнее для него.

Итак, во-первых, я расскажу вам о том, как с минимальными усилиями время от времени подпитываться энергией от различных объектов и явлений окружающего мира: от солнца и звёзд, от неба и земли, от ветра и дождя, от лунного света и струящейся реки, от деревьев и цветов, от камней и пламени. Всё, что существует на Земле и за её пределами, обладает энергией, и мы можем напитывать ею своё подсознание.

Помимо того вы узнаете, как при помощи простейших психофизических приёмов поддерживать своё тело в надлежащем состоянии и даже его совершенствовать (избавляться от каких-то застарелых «болячек», развивать мышцы, восстанавливать силы и т.п.). Наверное, для одной главы, даже для заключительной, этого вполне достаточно.

Начну с того, что наш изменчивый мир, словно губка, напитан энергией. Вернее даже, он и состоит из энергии, ибо его суть — непрерывное движение. Энергия заключена в любых вещах и явлениях, которые нас окружают. Поскольку все мы, неотъемлемая часть этого мира, наделены способностью восприятия, то можем впитывать в себя понемногу эту энергию из разных источников. Правда, не все они, источники, обладают именно той энергией, которая нам требуется и может быть нами усвоена, но и тех, что для нас открыты, предостаточно.

Вот, только некоторые, наиболее важные из них:

— огонь (первостихия) — энергия порывистости, резкости, импульсивности, психической подвижности и взрывных реакций. Работа с этой стихией иногда проводится при непосредственном созерцании какого-то пламени (например, йогическое созерцание пламени свечи), но чаще — путём визуализации, при которой обычно происходит мощная разгонка психической активности человека;

— воздух (первостихия) — энергия лёгкости, свободы и отстранённости (эмоциональной невовлечённости). Высшим качеством воздушной стихии является также её способность практически безграничного расширения и заполнения любого пространства, любого объёма, а также «умение» свободно принимать любые формы и проникать в самые потаённые уголки. (Излюбленная первостихия суггесторов, использующих методы сканирования.) Для «подпитки» энергией этого рода обычно используется сосредоточение на воздушном пространстве или его визуализация;

— солнечный свет — энергия радости, молодости, обновления. «Подпитка» данной энергией так же, как и в предыдущем случае, проводится и при непосредственном созерцании (ощущении) объекта, и с помощью визуализации (скорее, с помощью моделирования ощущения объекта);

— дерево (не буддийская первостихия, а настоящее живое дерево) — особая энергия любви, привязанности, понимания. «Подпитка» энергией осуществляется только при непосредственном контакте с живым деревом, причём именно со «своим» деревом, с которым у человека, как уверяют приверженцы этого метода, устанавливается особый эмоциональный контакт.

Вокруг нас помимо перечисленных существует ещё очень много других источников энергии различного качества. Освоив метод, вы, если захотите, самостоятельно откроете их для себя.

В предыдущих книгах серии уже описывался наиболее простой способ овладения качествами первостихий, а также психотренинг «Растворение во тьме». Правда, все эти упражнения опираются на визуализации, а теперь для вас было бы неплохо научиться «работать» также с реальными объектами и явлениями. Тем не менее, оттолкнуться можно именно от этих психотехник.

Опишу вкратце тренинг данного типа. Зафиксировав внимание, допустим, на реальном звёздном небе, вы реализуете состояние пустоты и остаётесь в нём некоторое время (10-15 минут). Постепенно само небо, усыпанное ослепительно яркими звёздами, как бы опускается к вам и обволакивает вас. В идеале у вас возникает ощущение, будто вы растворяетесь в нём. Одновременно ваше подсознание наполняется особой энергией, присущей данному объекту.

Со временем вам будет достаточно в любое время вызвать перед внутренним взором картину-ощущение звёздного неба, чтобы тут же войти в состояние жёсткости и решительности.

Смоделированный образ солнечного света даст вам силу такого рода — острое чувство радости бытия, ощущение молодости, здоровья, ожидания чего-то необыкновенно хорошего, которое обычно возникает у нас только в юности.

Созерцание бездонного синего неба (техника, которую используют практически все мистические традиции) расширяет наше сознание, уносит нас в беспредельность и наделяет воистину магическим ощущением, которое невозможно передать словами.

Сам по себе данный метод очень прост (потому, кстати он и «работает») и по своему принципу схож с обычным самокодированием, неоднократно описанным в первых книгах серии. Тогда вы точно так же созерцали (или представляли себе) какой-то образ, а затем, войдя в состояние пустоты, как бы вбирали его качества в подсознание и закрепляли в нём. Но теперь вместо обычного состояния пустоты, полученного путём раздвоенного внимания, вы можете использовать психические позиции, описанные в этой книге, которые «работают» эффективнее. Во-первых, настрой перепросмотра или саморегуляции, лежащий в основе УМП, а также состояние тишины или даже полного внутреннего безмолвия. (Одним легче даются изменённые состояния сознания, связанные с концентрацией внимания на своем «я», другим — те, при которых внимание изначально направлено в основном на внешний мир.)

И ещё. К этому процессу «подзарядки» себя силой желательно подключить глубокое «осознанное» дыхание, которое значительно повысит его «мощность».

До сих пор в книгах этой серии мы вообще не касались дыхательных упражнений, которые, безусловно, являются эффективными стимуляторами многих психических технологий, однако представляют определённую опасность для здоровья тех, кто неумело их практикует. Я встречал рьяных, но неосторожных приверженцев йоги, которые при «помощи» пранаямы (особых психофизических упражнений, в которых используются различные сложные режимы дыхания) в разной степени попортили себе здоровье — преимущественно, сердце или лёгкие. Их главная ошибка заключалась в том, что они забывали главный принцип упражнений такого рода: как указано в большинстве древних писаний, дыхание должно быть «свободным и приятным», то есть доставлять своеобразное удовольствие и успокаивать тело и мысли, а не утомлять и, уж, никак не истязать человека. Стремясь во что бы то ни стало длительное время выдерживать сумасшедшие дыхательные ритмы с кумбхаками (принудительными задержками дыхания), они не принимали в расчёт того обстоятельства, что все эти ритмы приводятся древними как своего рода достижения, к которым естественным путём могут прийти подвижники в результате длительных занятий пранаямой. Всё это я сообщаю с одной целью — чтобы вы, занимаясь любыми дыхательными упражнениями, прежде всего, не забывали главного правила: следует дышать абсолютно свободно и даже почти естественно. Единственный допустимый способ дыхания во время специальных занятий можно описать так. Вы направляете внимание полностью или частично (в зависимости от цели упражнения) на процесс дыхания. При этом оно, дыхание, постепенно (при некотором опыте довольно быстро) само собою замедляется и углубляется. Вы лишь чуть-чуть — скорее ощущением, нежели физически — способствуете данному процессу, а именно замедлению и углублению каждого вдоха и выдоха. Вот и всё, что допустимо делать со своим дыханием. Но именно это и нужно — ничего другого не требуется! При этом ваше здоровье будет в полной безопасности.

Итак, дыхание. Этот великий жизненный процесс в определённом смысле является мостом между сознательной частью психики и подсознанием, поскольку может контролироваться и тем, и другим. Правильно используя дыхание, мы автоматически приоткрываем тоннель в тёмные области своей психики.

Как же нужно дышать? Во-первых, примите непременное условие: при дыхании задействуется только живот, а грудь всё время остаётся неподвижной. При этом работают лишь мышцы диафрагмы: на вдохе немного напрягаются, а на выдохе расслабляются. Такой тип дыхания и называют обычно диафрагменным или «нижним». Поначалу вам придётся специально себя контролировать во время занятий, но со временем «нижнее» дыхание будет устанавливаться у вас автоматически. (Более того, постепенно вы приучитесь дышать животом не только сознательно, но и рефлекторно.) Могу ещё добавить, что женщинам, по моим наблюдениям, овладеть диафрагменным дыханием, как правило, бывает труднее, чем мужчинам.

Далее, существует два вида «нижнего» дыхания — буддийское и даосское. Физически они различаются направлением движения диафрагмы и живота. При даосском типе дыхания диафрагма на вдохе поднимается, и живот слегка вбирается; на выдохе же диафрагма опускается, а живот возвращается в исходное положение, то есть слегка подаётся вперёд. При буддийском типе дыхания на вдохе диафрагма, напротив, опускается, и живот слегка выпячивается, а на выдохе, при расслаблении мышц диафрагмы, последняя возвращается в исходное положение, и живот — вместе с нею. Не забудьте: и в том, и в другом случае при вдохе мышцы диафрагмы слегка напрягаются, а при выдохе расслабляются.

Вообще-то, тот или иной тип дыхания устанавливается у нас автоматически — в зависимости от нашего жизненного цикла и психического состояния в определённый момент, от положения тела, от времени суток и ещё от многих-многих факторов. Тот, кто практиковал классический цигун (китайская разновидность психофизических упражнений, связанных с дыханием), знает, что руки, поднятые на уровень груди, с ладонями, обращёнными вовне, от тела, стимулируют буддийский режим дыхания. Если же мы, слегка раздвинув локти, повернём ладони к телу, то наша диафрагма сама собою при вдохе начнёт подниматься.

Прежде, чем вводить сознательное диафрагменное дыхание в упражнения на «подзарядку» себя силой, поупражняйтесь в нём отдельно (это, кстати, очень полезно само по себе). Во время занятий таким дыханием можете сидеть на стуле или на пятках, по-китайски. Спину непременно держите прямой. В дальнейшем (через три-четыре занятия) можете попробовать выполнять дыхательные упражнения стоя и лёжа. Время каждого занятия 10-15 минут. Отработайте поочерёдно буддийское и даосское дыхание.

Теперь о предпочтительности того или иного его вида. Я уже перечислял некоторые факторы, влияющие на то, какой тип дыхания устанавливается у человека самопроизвольно (на самом деле этих факторов очень много). В общем-то, каких-то категорических ограничений при выборе способа дыхания нет, и вы можете использовать оба его вида в различных случаях. Однако следует иметь в виду: даосское дыхание в большей степени нас интроверсирует. Оно способствует накопительным и восстановительным процессам в организме человека, а также стимулирует нашу сексуальную сферу жизнедеятельности. В то же время буддийское дыхание нас несколько экстраверсирует. Оно больше связано с активной деятельностью во внешнем мире и расходованием энергии.

При упражнениях на «подзарядку» силой, в тех случаях, когда вы созерцаете реальный внешний объект, предпочтительнее использовать буддийский дыхательный режим, а при визуализациях больше подходит даосский. Впрочем, как я уже сказал, каких-то категорических предписаний на сей счёт не существует. В тех случаях, когда тот или иной режим дыхания обязателен, я буду специально на это указывать.

Вот, как будет выглядеть «подзарядка» энергией, скажем, от солнечного света в сочетании с дыханием.

В солнечный день вы устраиваетесь у окна (сидя или стоя). Очень важно, чтобы солнце не било вам пряло в глаза, поскольку тогда бы не сможете долго смотреть в окно. Зафиксировав внимание на ярком праздничном свете, вы постепенно начинаете «раскачивать» глубокое медленное диафрагменное дыхание. Ваше внимание автоматически раздваивается, и через небольшой отрезок бремени вы автоматически оказываетесь в состоянии перепросмотра. Продолжайте созерцать свет, и вскоре у вас появится ощущение, будто бы его вдыхаете. Позвольте этому ощущению усилиться в идеале вы можете даже почувствовать своё физические растворение в солнечном свете. Не затягивайте упражнение более, чем на 10-15 минут.

Если вы предпочитаете использовать в качестве состояния пустоты позицию умственной тишины, то при таких упражнениях от сознательного диафрагменного дыхания вам придётся отказаться. Дело в том, что этот настрой связан с собственным режимом дыхания, при котором последнее как бы затаивается — лишь время от времени ваше тело само собою делает отдельные вдохи. Ничего страшного в этом нет, скорее напротив состояние умственной тишины позволяет нам очень глубоко вобрать в подсознание качества созерцаемого объекта.

Вкратце опишу ещё «подзарядку» от земли, которая приносит нам особую радость телесного здоровья и благополучия.

В погожий летний день где-нибудь загородом на каком-нибудь симпатичном лугу лягте в траву лицом вниз. Руки с повёрнутыми к земле ладонями разведите в стороны или выбросите вперёд. Фиксируйте внимание на земле, к которой вы прижимаетесь всем телом, ощущая её как могущественное живое существо, обладающее великой жизненной силой, способной напитать и исцелить всё человечество. Постепенно «раскачивайте» буддийское дыхание, чувствуя, что бы как бы врастаете в землю, смешиваетесь с нею, напитываетесь её могучей силой.

Кстати, перевернувшись на спину и опустив руки вдоль тела, вы в принципе можете «зарядиться» и от неба. Только делать этого всё-таки не стоит: при энергетических «подзарядках» не желательно «перемешивать» у себя в подсознании энергии разного качества. Так что, с небом можете «поработать» в другой раз.

«Растворению» своего тела в каком-либо носителе энергии — воздухе, свете, небе, огне и т.п. — вам серьёзно поможет следующий приём: попробуйте ощутить, будто вы дышите сразу же всем телом, то есть вбираете непосредственно всей его поверхностью через поры кожи тот или иной носитель энергии. Начинайте с лица, шеи, груди, плеч и постепенно распространите это ощущение на всё тело. Между прочим, оно, это ощущение дыхания через кожу, вовсе не так абсурдно, как это может поначалу кому-то показаться, поскольку наше тело и на самом деле частично восполняет свою потребность в кислороде и некоторых иных субстанциях именно таким образом.

Аналогичным образом производится «подзарядка» и при визуализации носителя энергии или при его моделировании посредством иных сенсорных каналов. Верным признаком успеха в этих занятиях служит особое чувство радости, которое может удерживаться довольно долго после завершения упражнения.

Теперь вернёмся к дыханию. Нередко после занятия на «подзарядку» с подключением глубокого «сознательного» дыхания (и вообще, после дыхательных упражнений такого рода) оно, ваше дыхание, почему-то «не хочет» переходить снова в поверхностную рефлекторную фазу. Не пугайтесь: это нетрудно исправить.

Сделайте глубокий вдох, затем приоткройте рот, сложите губы трубочкой так, словно произносите звук «о-о», и вытолкните воздух через них (изо рта) несколькими небольшими порциями. При этом каждый маленький выдох производится за счёт короткого и резкого толчка диафрагмы. Это очень просто. Обычно одного-двух вдохов с последующей серией коротких резких выдохов бывает достаточно, чтобы дыхание нормализовалось. У йогов это называется очистительным дыханием.

Существует один древний даосский тренинг, особо ценимый и поныне последователями различных восточных школ единоборств. Оно и не удивительно: эта относительно простая психотехника не только мощно стабилизирует психику, но и снимает различные нервные блокировки и повышает проводимость наших нервных стволов, а значит, и скорость реакций. Предлагаю вам современный вариант (вернее, даже два варианта) этого тренинга.

Китайцы проводят его в позе на пятках с прямой спиной и слегка разведёнными коленями. Впрочем, можете сидеть на стуле, положив руки на колени и не скрещивая их (так же и ног). Только не приваливайтесь к его спинке, а собственную спину держите прямой.

Приняв выбранную позу и успокоившись, полностью перенесите внимание на сбой копчик. Задержавшись на нём секунды 3-4, как бы хорошенько «зацепившись» за пего вниманием, начинайте медленно подниматься сбоим вниманием по спинному хребту. Пройдите область крестца и перейдите к поясничному отделу позвоночника, затем к грудному, шейному. У вас возникнет ощущение, будто по хребту вместе с вниманием поднимается нечто жидкое и густое, точно ртуть в термометре. (Китайцы говорят о ци, энергии.) Возможны (но не обязательны) и сопутствующие ощущения: покалывание, тепло, пульсация в позвоночнике и др.

Некоторые места ваше внимание попытается «проскочить» побыстрее, словно там пустота или, напротив, какая-то преграда. Это как раз и есть участки нервных блокировок. А потому подольше задержитесь на них вниманием, «снимая» тем самым блокировки. Но особенно не усердствуйте: при регулярных занятиях всё это постепенно произойдёт автоматически.

С шейных позвонков перейдите на среднюю линию затылка и поднимитесь по ней до макушки. Оттуда спуститесь на лоб и пройдите по носу. Под ним, в области рта, естественный разрыв, разъединяющий заднюю и переднюю части энергопотока. Мостом для внимания-энергии в этом месте служит язык, прижатый к верхнему нёбу. Затем по средней липни подбородка опуститесь на шею, по ней между ключицами перейдите на грудь и продолжайте следовать вниманием вниз по средней линии тела. Точно так же задерживайтесь подольше на всех «тёмных» областях, через которые внимание стремится «перескочить». Проследовав область гениталий, вы натолкнётесь на второй естественный разрыв энергопотока, расположенный в районе ануса. Его можно преодолеть, немного подав вперед таз и слегка сократив мышцы ануса. Упражнение заканчивается, когда внимание возвращается в копчик.

По китайским представлениям, мы проходим таким образом по малому небесному (энергетическому) кругу. Вся процедура занимает у начинающих до пяти минут; немного потренировавшись, вы будете с нею справляться за минуту-полторы. Для стабилизации сознания и постепенного снятия блокировок нервных стволов вполне достаточно регулярно проделывать два-три таких экскурса.

Другой вариант этой психотехники отличается тем, что при движении по малому небесному кругу ваше внимание поддерживается сознательным диафрагменным дыханием. (Некоторым людям легче выполнить упражнение именно в таком режиме.) При этом обычно используется даосский тип дыхания.

Если же вы решите «прогуляться» по небесному кругу обратным путём, проследовать вниманием вверх по передней срединной линии тела, начиная от ануса, и опуститься по спинному хребту (упражнение может выполняться и в этом режиме; в некоторых случаях он даже предпочтительнее), то используйте буддийское дыхание.

Всё же в идеале техника выполняется в состоянии умственной тишины, при котором вашему вниманию не требуется дыхательной поддержки.

Поскольку с диафрагменным дыханием мы уже разобрались, то можем опробовать очень простую, но эффективную технологию, приложимую практически ко всему телу. Допустим, у вас пошаливает печень — не так, чтобы требовалась госпитализация, но слегка, — и вы хотели бы избавиться от этой «болячки» минимальными и естественными средствами. Тогда сядьте на стул или на пятки точно так же, как делали это, «путешествуя» по малому небесному кругу. Успокойтесь и приступите к «осознанному» диафрагменному дыханию. Теперь ощутите, будто вы делаете вдох и выдох прямо своею больной печенью. Через какое-то время в области печени у вас появятся какие-то ощущения: покалывание, пульсация, разогрев, чувство онемения, мурашки и т.п. Очень хорошо, это сигнал о том, что техника «запустилась».

Упражнение выполняется регулярно (не реже трёх раз в неделю) по 10-15 минут. Аналогичным образом можете работать с сердцем (но очень осторожно), почками, желудком, предстательной железой и другими органами. Эту технику можно также выполнять стоя или лёжа. В некоторых случаях (к примеру, вы решили подлечить предстательную железу) ею и следует заниматься стоя или, в крайнем случае, лёжа.

В положении «стоя» ноги находятся на ширине плеч, колени немного согнуты (облегчённый вариант «позы всадника»), а локти слегка разведены в стороны — так, чтобы подмышками освободилось некоторое пространство.

С любой своей «болячкой» вы должны справиться максимум за 20 сеансов (во всяком случае, почувствовать существенное облегчение). Если этого не произошло, значит, вы что-то не так делаете. Очень часто начало выздоровления внешне сопровождается обострением заболевания. Имейте это в виду и не пугайтесь, если с этим столкнётесь.. В таком случае продолжайте занятия, как и прежде: подобные обострения обычно длятся лишь несколько дней, затем наступает существенное улучшение, а вскоре — и выздоровление. Куда хуже, если ваши занятия не сопровождаются вообще никакой симптоматикой.

Теперь о типе дыхания. При лечении больного органа, заживлении какой-то раны и т.п. годятся оба способа дыхания, даосский и буддийский. Правда, процессы, которые они стимулируют, протекают по-разному. Даосское дыхание более способствует нашему ощущению вдоха (в частности, через кожу или какой-то орган) и накопления, а буддийское ощущению выдоха и очищения, освобождения от чего-то лишнего. А потому при лечении можно чередовать способы диафрагменного дыхания (но не в течение одного сеанса).

Однако для некоторых иных способов применения этого универсального целительного метода подходит лишь какой-то один тип дыхания. Приведу пример. Допустим, вы решили нарастить мышечную массу бицепсов. В этом случае годится только буддийский способ дыхания. Впрочем, опишу кратко и эту технику.

Вначале вы задаете себе примерно такую установку: у меня могучие бицепсы; их объём 70 сантиметров. Обратите внимание: при формулировании установки вы избегаете, во-первых, будущего времени и, во-вторых, глаголов несовершенного вида. Нет, ваши бицепсы, не станут могучими — они уже могучие; они не будут расти — они уже выросли. (Подробно о самокодировании рассказано в «Психодинамике колдовства» и в «Искусстве доминировать».) Одновременно вы представляете свои бицепсы даже более объёмными, чем бы вам хотелось. Затем, удерживая этот образ, вы начинаете дышать «бицепсами», используя именно даосское диафрагменное дыхание. Надеюсь, всё понятно.

Ну, а если вы решите согнать лишний жирок с живота, то, действуя во всём остальном аналогичным образом, вам следует использовать буддийское дыхание, стимулирующее очистительные процессы.

Напоследок я вам предложу ещё одну психотехнику, вернее, ещё один способ применения «дыхания» телом, который, несомненно, пригодится тем из вас, кто решил прожить полтораста лет и продлить свою молодость, по меньшей мере, до семидесяти.

У каждого из нас есть собственная «шагреневая кожа», отмеряющая наши годы и дни на этой земле. Это важнейшие железы внутренней секреции — эпофиз и тимус (шишковидная и вилочковая). О первой из них (мистики называют её «третьим» глазом) я уже кое-что рассказал в четвёртой главе в связи с опытами на ясновидение, или, в терминологии толтеков, на сновидение. Между прочим, такие опыты сами по себе стимулируют и поддерживают в надлежащем состоянии эпофиз, и потому о нём мы говорить сейчас не будем. Остановимся на вилочковой железе, важнейшем органе внутренней секреции, роль которого в управлении иммунной системой человека и, до некоторой степени, нашими эмоциями признана официальной медициной. В свою очередь, повышенное внимание тимусу уделяют и толтеки; последние называют его психическим центром принятия решений. (Заметьте: не волевым центром мы уже неоднократно обсуждали вопрос о том, что есть воля, а лишь своеобразным «резервуаром» нашей решимости в этой жизни!) Ими разработана целая серия магических пассов (специальных психо-физических упражнений), направленных на стимуляцию вилочковой железы. Между прочим, описанный выше метод «дыхания» телом значительно проще этих упражнений, однако может «работать» на тимус ещё и эффективнее их. Но прежде о самой вилочковой железе.

Тимус расположен в центре груди, в верхней её части, и, начинаясь от ключиц, с двух сторон сходится вниз, в одну точку, образуя что-то похожее на букву «V» латинского алфавита. Впрочем, вы можете точно узнать расположение тимуса по любому анатомическому атласу. Обычно длина вилочковой железы — от 5 до 15 см. При этом нужно учесть, что, по мере нашего старения, её размеры неуклонно уменьшаются. Одновременно здоровые ткани тимуса весьма интенсивно замещаются жировыми и соединительными. К примеру, масса функционально пригодных тканей железы обычного человека к шестидесяти годам может быть в 100 и более раз меньше, нежели у него же в двадцатилетнем возрасте.

Иногда — хотя в последнее время всё реже — мы слышим о людях преклонного возраста, которые умирают не от болезни, а просто от старости. Причём нередко в таких случаях последующее вскрытие показывает, что у покойного практически не осталось либо тимуса, либо эпофиза, а то и обеих этих желёз.

Между тем, человек вполне способен не только остановить процесс разрушения желёз внутренней секреции, но и обратить его вспять. Этого можно добиться, в частности, путём регулярного «дыхания» через область тимуса (не менее трёх раз в неделю по 10-15 минут) уже описанным способом. Во время упражнения возникают обычные симптомы: тепло, покалывание, пульсация, мурашки, а то и лёгкие болезненные ощущения под ключицами (что очень даже хорошо).

Существует также иной вариант этой техники, при выполнении которого заодно с тимусом стимулируется и эпофиз. В этом случае сначала вы «вдыхаете» через вилочковую железу, а «выдыхаете» через шишковидную (через затылок); затем «вдох» делается через эпофиз, а «выдох» через вилочковую железу. И так повторяется раз за разом. Выполняя это упражнение, вы заметите, что область тимуса стимулируется значительно легче, нежели затылочная часть головы. Повторяю, на шишковидную железу великолепно влияют всевозможные визуализации и иные формы «работы» с ощущениями.

Помимо перечисленных существуют и другие способы применения в оздоровительных целях «дыхания» телом. В частности, вы можете самостоятельно безо всяких иголок или прижиганий проводить сеансы своеобразной рефлексотерапии, воздействуя на те или иные зоны (или точки акупунктуры) своего тела «вдохом» и «выдохом».

Вот, собственно, и всё, что я собирался рассказать в этой книге. Хорошее здоровье, сбережённая психическая энергия и, конечно, изменённые состояния сознания, или особые психические позиции, подробно описанные на её страницах, всё это в совокупности может явиться для кого-то неплохим подспорьем, а то даже и шансом личностного развития. Других, возможно, более привлечёт перспектива по-настоящему овладеть методами суггестии, что опять-таки невозможно без приличного здоровья (повторяю, дряхлый, слабый телом, и, тем не менее, могучий суггестор это что-то из области ненаучной фантастики), солидного потенциала нервной энергии и особых психических состояний. И даже тем, кто просто стремится сделать свою жизнь чуть-чуть насыщеннее и, разумеется, значительно эффективнее, всё перечисленное тоже не повредит.

Но главное, не прозевать бесценных уроков, посредством которых сама Сила даёт нам шанс сделаться чем-то большим, нежели мы являемся в этой жизни быть может, приблизиться к состоянию человека воспринимающего, у которого именно сознание определяет бытие, а не наоборот (в то же время для человека мыслящего совершенно справедлив тезис основоположника научного коммунизма: бытие определяет сознание).

Успехов вам!

Content

Хольнов Сергей Юрьевич Хольнов С.Ю. - Тоннель в подсознание, или уроки Силы

Предисловие.

Глава 1. Полная позиция бесстрастия, или почему лист падал снова и снова.

Глава 2. Тишина и безмолвие.

Глава 3. Стратегия оператора, или кривое зеркало любви.

Глава 4. Причуды подсознания.

Глава 5. Тоннель в подсознание.

Глава 6. Карта нашего «я».

Глава 7. Паралогия и её принципы.

Глава 8. И кое-что для тела.