Ярослава Лазарева

Жемчужина полнолуния

Часть первая

Сны

Росинка падает с цветка

Прозрачною слезой.

Прекрасен мир… Но без тебя

Наполнен он тоской.

Все плачет, кажется, скорбя:

Росинки, капельки дождя…

Мир без тебя – пустой.[1]

Григорий Грег

Лес пронизывали солнечные лучи, и яркую июньскую зелень пятнали золотистые «зайчики». Трава пружинила под моими лапами, я бежала между стволами берез, наслаждаясь свежим лесным воздухом, быстрым движением и молодой силой, переполняющей мое гибкое здоровое тело. Подлетев к упавшей старой березе, я прыгнула на толстый ствол и начала точить когти о бугристую кору. Мне было немного щекотно, но приятно, хотелось смеяться, но ведь я была рысью. И я соскочила со ствола на землю, упала на спину и начала кататься по траве. Раздавшийся тихий рык заставил меня перевернуться на живот и вжаться в землю. Мои уши опустились, тело распласталось. На поляну вышел самец. Он был молод и красив. Втягивал носом воздух, но я не шевелилась, хотя знала, что он давно меня учуял. Самец выдержал паузу, делая вид, что «просто любуется лесом», затем внезапно подскочил ко мне, но я уже мчалась прочь. Он тут же включился в игру и стремительно полетел следом. Я даже слышала его дыхание за моей спиной и ускорила движение. И когда неожиданно для него свернула в сторону и взлетела на наклоненную сосну, он по инерции еще пробежал немного вперед. Поняв, в чем дело, резко развернулся и пополз по сосне наверх. Его уши были прижаты, горящие желтые глаза вызвали мое восхищение. Я засмотрелась в них и замешкалась. И вот самец прыгнул ко мне. Я не удержалась на стволе и свалилась вниз, но приземлилась мягко на четыре лапы. Однако он уже был возле меня и толкнул горячим боком, снова приглашая к игре. Я засмеялась и тут же осеклась, понимая, что уже превратилась в девушку. Самец последовал моему примеру. И вот уже передо мной стоит стройный высокий юноша. Его обнаженное тело великолепно, мышцы перекатываются под лоснящейся кожей. Длинные пепельно-русые волосы отброшены со лба назад, большие желтовато-медовые глаза, окаймленные черными ресницами, не отрываясь, смотрят на меня, яркие красивые губы улыбаются.

– Влад! – закричала я… и проснулась.

Я села на кровати и потрясла головой. Сон был настолько реальным, что я снова закрыла глаза. Мне не хотелось думать о том, что я только что ощущала себя рысью, последнее время мне часто стали сниться подобные метаморфозы. Мне хотелось лишь одного – еще раз увидеть Влада. Он был так реален! Я видела его!

– Любимый! Вернись, хотя бы в мой сон… – шептала я. – Я невыносимо скучаю по тебе…

Я легла на спину, плотно сомкнув веки. Но уснуть уже не смогла. Тоска навалилась, словно тяжеленный камень, на грудь и давила так сильно, что я задыхалась. Я не видела Влада вот уже больше месяца. Но наша разлука была вызвана вескими причинами. Мой любимый – человек-рысь. И я уже свыклась с этим, любовь помогла все преодолеть, и барьеры между нами давно рухнули. В прошлом году он спас меня от летуна по имени Вой, так мы и познакомились. Но по-настоящему сблизились лишь через год. И весь тот год я видела во снах удивительно красивого молодого человека и практически влюбилась в него… заочно. А когда встретилась в реальности, то настолько очаровалась его красотой и силой, настолько поддалась магнетизму его личности и искренней пылкой любви ко мне, которую он не скрывал, что полностью потеряла голову. И даже когда узнала, что Влад – оборотень, не остыла к нему. Влюбленность, восхищение, страсть притягивали меня к парню-рыси с невероятной силой. Правда, я без конца пыталась анализировать, чтобы понять, что же на самом деле чувствую. Ведь до встречи с Владом я никогда по-настоящему не любила. У меня, конечно, были увлечения, как и у всех девушек моего возраста – в мае мне исполнилось 17, – но на самом деле ничего серьезного я не испытывала. Сейчас я знала точно.

Последний раз мы виделись с Владом в середине сентября. Я старалась изгнать воспоминания и даже стереть из памяти, но пока это не удавалось. Много лет я занимаюсь ушу, а конкретно тайцзицюань, и даже выбрала своей профессией физическую культуру, а именно восточные единоборства. Но для меня это не просто один из видов спорта, а прежде всего тренировка духа, особый внутренний настрой и достижение гармонии. И эта привычка к постоянной работе со своим внутренним миром часто помогает мне в обычной жизни. Я могу справиться с потоком эмоций, тщательно проанализировать причины и следствия каких-то явлений, стереть нежелательные воспоминания. И сейчас я старательно «стирала» нашу последнюю с Владом встречу. Мы увиделись в одном знаковом для всех рысей месте. Это затон с белыми водяными лилиями, священными цветами славов – именно так называли себя люди-рыси. Он прячется в тайге, но я знала путь к нему. Живу я в Благовещенске, а моя бабушка – в глухой деревне примерно в сотне километров от города. Много лет я ездила к ней на летние каникулы и даже не подозревала, что за ее деревней тянется заповедная территория людей-рысей. Местные шептались об этом, но особо старались не афишировать свои знания и посторонним об этом не рассказывать. А я, будучи подростком, мало интересовалась разговорами взрослых. И каким же было для меня шоком вдруг узнать о том, что совсем неподалеку от деревни действительно живут люди-рыси. Мало того, ко мне в руки случайно попали записи одного пришлого человека, который поселился в доме на краю деревни и прожил здесь много лет. Звали его Алексей. Оказалось, он собирал и записывал всевозможные истории, связанные с оборотнями. А когда умер, эти тетради взял себе на сохранение его сосед, дед Матвей, и они валялись у него много лет. Когда я проявила интерес к записям, Матвей без сожаления отдал их мне. Много сведений почерпнула я из легенд и историй и поняла одно: в племени славов существует запрет на связи между обычными людьми и рысями. Нарушение сурово каралось, и все славы знали об этом. Однако Влад, полюбив меня, нарушил запрет. Как он мне объяснял, его чувство настолько сильное, что он не мог с ним справиться, и никакие законы тут не помогут. Насколько я поняла из легенд, все славы обладают пылкой страстной натурой, поэтому влюбляются мгновенно и сильно. А так как люди для них – «запретный плод», то, видимо, поэтому их чувства разрастаются до космических масштабов. Я знала об этом и понимала, насколько сильно Влад меня любит.

Но в нашей истории присутствовала еще и девушка-рысь Злата. Она любила Влада чуть ли не с детства, тем более, они из одного селения. И то, что он не отвечал ей взаимностью, лишь распаляло ее страсть. Когда она узнала, что мы с Владом помолвлены, то впала в ярость и всячески старалась меня погубить. Последний раз я видела любимого, когда он обнимал Злату. Это произошло возле затона с лилиями. Я приехала к бабушке с одной целью – постараться увидеть Влада. Но встреча принесла мне лишь боль. Злата привела его к затону в то же время, когда там была и я. Как мне показалось, она даже обрадовалась моему присутствию. Ее зеленые глаза горели, лицо раскраснелось, от нее исходило ощущение силы и энергии. Она явно торжествовала и тут же заявила мне, что они пришли с Владом в священное место, чтобы достать из затона лилию. Эти цветы символизировали любовь, и если слав дарил кому-то лилию, такой подарок служил признанием. Но Влад уже преподносил цветок мне, у меня имелось и кольцо с бриллиантовой лилией. А я точно знала, что славы любят только один раз и на всю жизнь. И волшебный цветок дарят тоже лишь один раз.

– Невыносимо! – прошептала я и сжала виски дрожащими пальцами. – Не хочу! Не могу больше вспоминать!

Я села на кровати и вперила неподвижный взгляд в окно. Еще даже не рассвело. Мало того, в окно стучали капли дождя, голые ветки сирени качались от ветра и противно скребли по стеклу. Мои глаза начали увлажняться. Но я не хотела поддаваться унынию и стала смотреть на стену. Привычка к медитации сделала свое дело, и уже через несколько секунд я видела только стену, а затем избавилась и от всех мыслей. Мои веки налились тяжестью, глаза медленно закрылись, я приблизилась к черному квадрату возникшего передо мной коридора и плавно вплыла в него. Меня тянула эта бездонная мрачная темнота, и я не сопротивлялась, а позволила ей себя поглотить. Я ощущала, как падаю все ниже, но странно – темнота будто рассеивалась. И довольно скоро ее сменил золотисто-розовый свет. Казалось, я влетела в утреннюю зарю и от удовольствия даже заулыбалась. И вот мои ноги мягко спружинили, я опустилась на золотистый мелкий песок и вздрогнула от красоты открывшейся картины. Я находилась на дне какой-то, казавшейся бесконечной долины. Ее покрывал легкий розоватый туман, долина была окружена то ли невысокими горами, то ли холмами, различимыми исключительно по их очертаниям. Я помедлила, затем осторожно пошла вперед. Туман передо мной расступался, словно раздвигались шифоновые розовато-дымчатые занавески. Я заметила впереди какой-то волнистый силуэт и двинулась к нему. Чем ближе подходила, тем яснее проступали очертания раскрытой раковины-жемчужницы. Она была огромна и сияла перламутровыми переливами. Мне показалось, что я вижу округлость черной жемчужины, лежащей на нижней створке, и испугалась.

– Где я очутилась? – растерянно спросила я. – Что это? Неужели Долина Мертвых Жемчужин?!

В этот миг раковина вдруг приняла очертания раскрытой лилии. И перед ней возникла Злата. Она будто материализовалась из воздуха, но выглядела вполне реально и была явно раздражена.

– Убирайся отсюда! – заорала она, загородив мне путь к лилии. – Тебе здесь не место!

Она стояла в угрожающей позе, ее ноздри раздувались, зеленые глаза горели лютой ненавистью.

– Тебе тоже здесь не место! – возразила я. – Обычным рысям, насколько я знаю, вход в долину заказан!

– А не слишком ли ты много знаешь? – злобно расхохоталась она. – Пошла вон!

И Злата одним движением отбросила меня на несколько метров. Мое тело было словно пушинка, и я даже не смогла сопротивляться, а полетела куда-то в сторону, затем начала падать… И очнулась.

Глубоко втянула носом воздух и с испугом огляделась. Но я по-прежнему находилась в своей комнате, за окном уже начало светать.

– Надо же, что мне привиделось! – пробормотала я, старательно вспоминая долину.

Но, кроме золотистого тумана, мой внутренний взор не видел ничего. Я знала о том, что после смерти души славов отправляются в некую долину. Дело в том, что их души заключены в самые настоящие жемчужины, и они носят их при себе всю свою жизнь. И у Влада имелась жемчужина, он носил ее в виде пирсинга в языке, но после некоторых событий потерял ее. Это я знала точно. А для слава такая потеря была невосполнимой утратой, неслыханным позором. Я видела, какие метаморфозы произошли с моим любимым. Из сильного молодого и полного жизни хищника он превратился в жалкое существо, лишенное воли и энергии. Стас и Рос, его старшие братья, сильно тревожились, но тщательно скрывали от соплеменников случившееся. Братья надеялись отыскать душу Влада, а пока он походил на зомби. Снова и снова я вспоминала, как видела его последний раз, когда он обнимал Злату. Влад, как и его братья, обладает яркой внешностью, его красота притягательна, юная мужественность и сила восхищают. Свежее лицо, точеными чертами румяные щеки, большие светло-карие с медовым отливом глаза, длинные пепельно-русые волосы, гибкое мускулистое тело гимнаста не могли оставить равнодушной ни одну девушку. И поклонниц у Влада, как и у его братьев, всегда было предостаточно. Ведь они выступали в гимнастическом шоу, и многие зрительницы сходили с ума от их красоты и звериной силы. Но видели бы они сейчас Влада! Его глаза выглядели мутными, лицо бледным, а волосы потускневшими. Жизнь словно ушла из него, и я знала причину. Злата не преминула воспользоваться его беспомощным состоянием и не отпускала Влада от себя ни на шаг. Я пыталась вернуть его, но он словно забыл меня, несмотря на клятвы в вечной любви.

– Влад потерял душу! – четко проговорила я. – И только это является причиной того, что он меня якобы забыл. Поэтому я должна выбросить все пустые мысли из головы и подумать, как я могу ему помочь.

Я откинула одеяло и встала. Подойдя к окну, прижалась горячим лбом к холодному стеклу. Дождь уже закончился, но погода не улучшилась. Было пасмурно и сыро. Я смотрела на влажные ветки сирени, капли только что прошедшего дождя казались слезами.

– Но я не буду плакать! – сказала я. – Наша любовь никуда не делась! И никому не удастся нас разлучить!

– Лиля! – раздался тихий голос, и в приоткрывшуюся дверь заглянула мама. – Ты уже встала?

– Да, мне сегодня к первой паре, – быстро ответила я и отошла от окна, навесив на лицо улыбку.

– Вот и хорошо! Я уже и завтрак приготовила, – ласково проговорила она. – Твои любимые оладушки с яблоками.

– Спасибо, мамуль! – ответила я и чмокнула ее в щеку. – Сейчас умоюсь!

Она посмотрела на меня пристально, но ничего не сказала и ушла. Я постаралась поднять себе настроение. По правде говоря, сейчас для меня являлось настоящим мучением завтракать вместе с родителями. Расписание этого семестра было таково, что почти все дни недели мне надлежало приходить к первой паре, и я попадала утром на «семейную трапезу». И как я ни старалась делать вид, что у меня все прекрасно, родителей обмануть не удавалось. Спасало одно – они были уверены, что я переживаю личную драму в связи с очередным расставанием с моим бывшим парнем Ильей. Мы жили в одном дворе, учились в одной школе, только он на два года старше меня. И встречались почти год. Поэтому все мои бывшие одноклассники и друзья со двора были в курсе нашей истории, и по сей день наши отношения вызывали их живейший интерес. Пока спасало то, что Илья находился за границей, а я делала вид, что ничего о нем не знаю и знать не хочу. Надеялась, что постепенно все забудут о нас и оставят меня в покое. С друзьями было проще, кроме, конечно, самых близких, моих бывших одноклассников Тони и Жени. Те, как и родители, постоянно выясняли: «ну что Илюша?», «а ты окончательно все решила?», «а он что?» и так далее. И я просто устала без конца им лгать. Получилось все это таким образом: Злата, которая весьма активно работала моделью и за границей, и в России, случайно увидела Илью и пригласила его в этот бизнес. У нее были свои планы, и я отлично понимала, что Илья интересовал ее лишь в качестве моего бывшего молодого человека. В ее голове зрели всевозможные хитроумные задумки, как разлучить нас с Владом. Но все было бесполезно. Влад любил меня, и через какое-то время и я поняла, что полюбила по-настоящему и впервые в жизни. Но про Влада из моего «мира людей» – а сейчас все разделилось для меня на два мира – людей и оборотней, знал лишь Илья. Все остальные были не в курсе, что у меня имеются серьезные отношения, а уж про то, что я люблю парня-рысь, естественно, никто даже не догадывался. И пока мне удавалось вести себя так, что эти два мира не соприкасались.

Для родителей существовала своя версия – я попыталась снова встречаться с Ильей, но у нас ничего не получилось, и мы расстались. И произошло это совсем недавно, в августе, когда мы вместе были в Нью-Йорке. То, что я оказалась там вместе с Владом и его братьями, не знал никто, кроме Ильи. И конечно, я постоянно испытывала внутренний дискомфорт, так как скрывала нашу связь. Но разве у меня был другой выход? Разве я могла откровенничать с подругами и тем более с родителями? Поэтому приходилось делать вид, что я переживаю разрыв с Ильей. Это было понятно всем и не вызывало никаких подозрений.

Когда я вышла из ванной, то сразу сделала непроницаемое выражение лица. Родители уже сидели на кухне. В тарелке дымились еще горячие оладьи, вкусно пахло свежезаваренным чаем.

– Доброе утро! – весело произнесла я и улыбнулась.

Но родители выглядели довольно мрачными, хотя синхронно мне кивнули. Мы молча принялись за еду. Я понимала, что они беспокоятся, считают, будто у меня развилась депрессия, мама даже неделю назад предлагала записать меня к психотерапевту. Видимо, все было написано на моем лице. И тревогу за Влада, постоянно меня снедающую, и боль от разлуки с ним до конца скрыть я не могла.

– Может, в выходные съездим куда-нибудь? – предложил отец и глянул на меня.

– Отличная идея! – поддержала его мама с наигранным воодушевлением и тоже вперила в меня внимательный взгляд. – У нас на работе как раз есть путевки в семейный пансионат. От города всего в десяти километрах! Могу взять на субботу-воскресенье. Что скажешь, дочка?

Но у меня были другие планы. Я хотела съездить к бабушке. И остаться там хотя бы на неделю. Пару дней назад я звонила Стасу, и он сообщил, что они вернулись с гастролей и сейчас находятся в селении. Также он сказал, что Влад по-прежнему в заторможенном состоянии, и они подумывают отправиться в Москву. Ведь именно там Влад «потерял» душу. А по преданиям, слав и его жемчужина притягиваются друг к другу. Вдруг он снова ее найдет? Но это лишь в том случае, если потеря произошла случайно. Если братья уедут в Москву, то Влада я увижу не скоро. Я знала, что тур еще не закончен, в плане выступления еще в нескольких городах, но если Стас решил, что им сейчас необходимо отправиться в Москву, значит, дело серьезное. Меня утешало лишь то, что Злата отсутствовала. Она весьма активно работала, частые показы в разных городах и странах не давали ей возможности постоянно присутствовать в жизни Влада. И в то же время я отдавала себе отчет в том, что если ей «попадет вожжа под хвост», то Злату не остановит никто и ничто. В ее характере было все бросить, и даже успешную карьеру модели, и полностью посвятить себя Владу. А он в своем нынешнем «бездушном» состоянии был у нее на коротком поводке.

– Даже не знаю, – задумчиво произнесла я, прикидывая, как бы мне отпроситься в деревню и не вызвать лишних подозрений.

– А почему бы и нет? – улыбнулся отец. – Тебе необходимо развеяться. Мы же видим, что ты постоянно грустишь.

– Вовсе нет! – бодрым тоном проговорила я. – Вам только кажется. К тому же начало учебного года! Не забывайте, я учусь в техникуме со спортивным уклоном, и у нас постоянные тренировки. Физические нагрузки очень велики… Если честно, то я очень устала, даже не знаю почему, – тихо добавила я.

– Может, курс витаминов проколоть? – обеспокоенно предложила мама.

– Мне бы хотелось просто отдохнуть, – гнула я свою линию. – Поваляться в кровати, почитать книжку.

– Так в пансионате… – начала она.

– Нет, нет! – возмутилась я. – Толпы отдыхающих! Шашлыки, гулянки на свежем воздухе с распеванием песен до утра! Нет!

– Может, Лиля и права! – поддержал меня отец.

– Папа! – тут же воодушевилась я. – Я вот думала, что самый лучший отдых для меня – это у бабушки! Там тихо и нет никого, да и воздух свежий.

– В деревню?! – одновременно воскликнули они и переглянулись.

– Так сейчас дожди начнутся! – сказал отец. – И что ты там делать будешь? У окошка скучать?

– Ты же раньше только летом туда ездила! – добавила мама. – А в этом году зачастила.

– Потому что я там лучше всего восстанавливаюсь, – упрямо проговорила я. – Удивляюсь вам, на самом деле! Другие родители радовались бы, что дочь в деревню стремится, а не в ночные клубы…

– Это да, это да! – закивал отец. – Вообще-то я собирался съездить, бабушка жаловалась, что в углу крыша подтекает. По правде говоря, уже даже несколько листов шифера купил, в гараже лежат, дожидаются.

– Вот вместе и поедем! – обрадовалась я. – Можно в пятницу вечером уехать!

– Ишь, как тебе не терпится! – задумчиво проговорила мама.

– Просто хочу сменить обстановку. А в техникуме я договорюсь. Лекции у ребят потом спишу.

– В смысле? – изумился отец. – Ты надолго туда собралась?

– Выходные и хотя бы еще пару дней к ним!

– Ладно, пусть поступает, как считает нужным! – вздохнула мама.

Разговор этот произошел в среду, и до пятницы я буквально изнывала от нетерпения.

Мне казалось, что я непозволительно теряю время, что Владу необходима именно моя помощь и подсознательно он ее ждет. В четверг после занятий я возвращалась довольно поздно. И во дворе столкнулась с Женей. Он явно обрадовался и расплылся в улыбке. Увидев за его плечом футляр от гитары, я быстро спросила:

– Ты куда собрался?

Женя подрабатывал в ночных клубах, и довольно успешно. Его уже знали в нашем городе, часто приглашали, и один раз он даже выступал на местном канале в «сборной солянке». Я окончила девять классов и поступила в техникум, а Женя продолжал учиться в школе. Сейчас он был в одиннадцатом. Но какой же далекой казалась мне школьная жизнь! Познакомившись с Владом и окунувшись в его мир, я стремительно повзрослела и на многие вещи теперь смотрела совершенно по-другому. Но к Жене по-прежнему относилась с искренней симпатией, мы жили в одном подъезде и знали друг друга чуть ли не с пеленок.

– Я с репетиции, – ответил он. – Ты сейчас так занята, что совсем не в курсе моих дел.

– Прости! – покаянно произнесла я и кивнула на скамейку возле песочницы. – Посидим? Или ты спешишь?

– Давай! – охотно согласился он.

Когда мы устроились, Женя достал из кармана половину плитки шоколада и протянул мне. Я улыбнулась и с удовольствием откусила.

– Я ведь решил собрать свою группу, – сообщил после паузы Женя. – Мы уже репетиционную базу нашли. Как раз сейчас оттуда!

– Вот это да! – восхитилась я. – Но как я все это пропустила?

– Так ты же все лето в разъездах была, – пожал он плечами. – А сейчас пропадаешь в техникуме или на тренировках. Мы тебя и не видим! Забыла ты нас, Лилька! Даже на днюхи не приходишь! Как там Илья? – без перехода спросил он.

– Откуда я знаю! – с легким раздражением ответила я. – Видела в Нью-Йорке его последний раз… перед самым отъездом. Он решил остаться там. Сказал, что перед ним открываются большие перспективы.

– Ну и ну! – неожиданно возмутился Женя. – Учился себе парень в институте, и не самом последнем в нашем городе, получал отличную специальность экономиста и вдруг – трах-бах! Модель!

– А почему бы и нет? – усмехнулась я.

– И он по-прежнему косит под Васю Степанова? – уточнил Женя.

– Нет, ему там сказали, что клоны никому не нужны! Так что наш Илюша сейчас совсем в другом имидже.

– Лиль, а у тебя с ним все кончено? – после паузы спросил он и смутился.

Я с любопытством вгляделась в его лицо. На ум пришло предположение Тони, что Женя давно в меня влюблен. Но я знала, что Тоня, как натура, настроенная крайне романтично, во всем видела только любовь и рассматривала любые отношения между парнями и девушками исключительно с этой точки зрения. Женя задержал взгляд на моих губах, сильно покраснел и опустил голову. Меня даже в жар бросило, так как я на миг представила, что на этот раз Тоня оказалась права. Женя был очень милым парнем, его русые волосы, приятное лицо с серыми глазами, высокая худощавая фигура и особенно его низкий чувственный голос очень нравились девушкам. Но странно, он никогда не заводил длительных отношений. Все его «романы» были короткими и проходили на наших глазах. Обычно они длились пару месяцев, не больше. Мне вдруг захотелось напрямую спросить его, как он ко мне относится, но я вовремя прикусила язык. Выяснять сейчас отношения совсем не хотелось. К тому же я прекрасно отдавала себе отчет в том, что если Женя действительно влюблен в меня и поймет, что я увлечена другим и у нас все серьезно, то я в одночасье могу потерять лучшего друга.

– Да, у меня с Ильей все кончено, – наконец ответила я на его вопрос и прямо посмотрела в глаза.

Женя непритворно обрадовался и глубоко вздохнул. Его лицо просветлело, с губ не сходила улыбка.

«Какой он все-таки милый! – думала я, изучая его пушистые светлые ресницы и серые глаза. – Если бы не Влад, то я, пожалуй, именно сейчас обратила бы на него внимание и начала рассматривать наши отношения под другим углом. Даже немного завидую той девушке, в которую Женька все-таки влюбится! Когда-нибудь же это произойдет!»

– Я люблю тебя, – вдруг тихо сказал он.

И я вздрогнула, отвела взгляд и сжала пальцы. И тут же решила сделать вид, что ничего не услышала.

– Илья хороший парень, – как ни в чем не бывало продолжила я, – и мы многое обсудили, пока были в Нью-Йорке. И оба пришли к мнению, что останемся хорошими друзьями.

Я глянула на Женю. Он нахмурился.

«Я веду себя подло! – дошло до меня. – Ведь я отлично слышала, что он сказал!»

– И я тебя люблю, – невпопад проговорила я. – Как друга. Очень люблю!

– Я сейчас не о дружеских отношениях, – после паузы взволнованно произнес он. – И ты отлично поняла, что я имел в виду. Я давно влюблен в тебя, Лиля! Наверное, еще с первого класса! – добавил он и закрыл лицо ладонями.

Я так растерялась, что замолчала. Мне, несомненно, льстило его признание, но и причиняло боль, ведь я не могла ответить ему взаимностью. Женя, видимо, решил, что раз я окончательно освободилась от чувства к Илье, то у него появился шанс. А может, он устал скрывать свою любовь.

Я повернулась к нему и отвела его руки от лица. Он выглядел подавленным. И ему лгать я не могла.

– Женя, милый, выслушай меня и не перебивай! – торопливо начала я.

Он поднял голову. Между бровями залегла складка, глаза были влажными. Я собралась с духом и продолжила:

– Я никому об этом не говорила, даже Тонька не в курсе. Но тебе доверю свою тайну. Я люблю другого! И полюбила на всю жизнь. Помнишь то кольцо с лилией, которое так восхитило Тоню? Так вот, это настоящий бриллиант, кольцо подарено мне в знак вечной любви. И раз я приняла его, то ты должен понимать, насколько все серьезно.

– Ты познакомилась с каким-нибудь миллиардером в Америке? – грустно спросил Женя.

– Нет!

Я замолчала, не зная, что говорить. Но правда так и рвалась с моих губ. Видимо, я настолько измучилась за последнее время, что утратила контроль. А Жене доверяла, как себе самой. И я решилась все ему рассказать. По правде говоря, это было похоже на проявление жалости. Я была уверена, что если он узнает всю правду, то мгновенно избавится от своего чувства. Мне хотелось, чтобы он разлюбил меня быстро и как можно более безболезненно.

– Помнишь тот сборник? – собравшись с силами, спросила я. – «Капли крови»?

– Еще бы! Григорий Грег – мой любимый поэт. Но я не понимаю, куда ты клонишь!

– Я познакомилась с ним, когда ездила в Москву. Не перебивай! – резко проговорила я, видя, что Женя округлил глаза и открыл рот. – Иначе у меня не хватит духу рассказать все.

– Хорошо! Я внимательно слушаю, – ответил он и замер, не сводя с меня глаз.

– Я познакомилась с Грегом и его женой Ладой, – продолжила я. – И он даже подписал мне свой сборник. Могу показать, он у меня дома. И знаешь, Грег на самом деле бывший вампир. Это правда! Я сама не верила, но сейчас знаю точно – вампиры существуют. Я познакомилась с его сестрой Ренатой и его другом Дино. И они оба настоящие вампиры.

– Лиля, что ты несешь?! – не выдержал Женя. – Какие, к черту, вампиры! Ты насмотрелась фильмов?! Ты же всегда рассуждала здраво и не поддавалась этой повальной моде на «Сумерки» или «Дневники вампира»![2]

Я вскочила и быстро двинулась к подъезду. В душе я дико ругала себя за то, что так разоткровенничалась. Возможно, любая ложь в нашем случае была бы лучше, чем такая правда.

Женя догнал меня уже возле подъезда. Он схватил меня за плечо и развернул к себе. Его лицо выглядело беспомощным, в глазах стояли слезы. И это было так на него непохоже, что я сразу смягчилась.

– Ну прости! – покаянно произнес он. – Пойми, такие заявления хоть кого сведут с ума!

– Пошли ко мне! – сказала я и открыла дверь подъезда.

Он молча двинулся за мной. Когда я открыла дверь квартиры, в коридор выглянула мама. Она была в фартучке, в руке я увидела ложку, измазанную в тесте.

– А, это вы! – быстро сказала она. – Жень, привет! Я думала, отец вернулся. Он там в гараже застрял. Готовит машину к вашей завтрашней поездке. А я блины затеяла.

– Здравствуйте, – вежливо поздоровался Женя.

– Приходите на кухню! – улыбнулась она. – Пока блины горячие.

– Хорошо! – ответила я. – Но чуть позже. У нас с Женькой кое-какие дела.

– Ладно! – кивнула она и скрылась.

Женя снял куртку, разулся и напряженно посмотрел на меня.

– Оставь тут гитару! – заметила я. – Чего ты в нее вцепился?

Он кивнул и прислонил футляр к стене.

Когда мы оказались в моей комнате, я плотно закрыла двери и выдвинула ящик письменного стола. Достав томик, протянула его Жене.

– Там надпись, – сказала я.

Женя уселся на диван и прочитал вслух:

– «Владу и Лиле на счастье».

Он поднял на меня глаза.

– Видишь, подписано «Григорий Грег»? – спросила я.

Женя кивнул и после паузы спросил:

– Значит, твоего парня зовут Влад? И как я понимаю, это его фотка на твоем столе? Он выглядит как модель!

Я взяла со стола рамочку с фотографией. Медово-золотистые глаза Влада будто следили за мной. Мне захотелось поцеловать его улыбающиеся губы, но при Жене я этого делать не стала и вернула снимок на место.

– Он гимнаст, – сообщила я. – Выступает в шоу со своими братьями.

– Точно! – хлопнул Женя себя по лбу. – То-то мне его лицо показалось знакомым. Они же приезжали к нам в Благовещенск! Я видел их афиши. Значит, ты именно тогда с ним и познакомилась? Не ожидал от тебя! Неужели ты отправилась за кулисы, как все эти глупые восторженные девчонки, гоняющиеся за знаменитостями?

– Все произошло не совсем так, – ответила я и села рядом с ним. – Ты без конца меня перебиваешь и не даешь рассказать по порядку.

– Извини!

Женя улыбнулся. Я видела, что он уже начинает успокаиваться, и это радовало.

«То, что я хочу сообщить, несомненно, вызовет шок. Женя увидит меня совершенно в другом свете. И это должно избавить его от чувства, – размышляла я. – Наверное, я права, что решила открыться».

– Я слушаю и больше перебивать не буду! – добавил он.

– Помнишь, в прошлом году я довольно долго пробыла у бабушки в деревне? – спросила я.

Женя молча кивнул.

– Именно тогда произошло одно событие, которое повлияло на всю мою жизнь, – продолжила я. – Когда я поехала кататься в тайгу, то забралась на территорию племени людей-рысей. Но даже не подозревала об этом.

– Кого?! – не выдержал Женя и усмехнулся.

– Ты обещал! – укоризненно проговорила я. – Да, ты не ослышался! Там, где живет моя бабушка, есть такая земля. Она начинается практически за деревней. Правда, там болото, но оно почти высохло и вполне проходимо. Местные знают о славах, именно так называют себя люди-рыси. И вот я заехала на их территорию. Но тогда я понятия не имела, где оказалась. Именно там на меня напало некое существо. Я испугалась, упала с велосипеда, существо слетело прямо с неба и превратилось в мужчину. И он укусил меня в шею.

– Господи! – прошептал Женя и сжал руки. – Неужели правда? И ты решила открыть мне такую тайну?! Лиля! Клянусь, никто и никогда не узнает об этом от меня!

– Хорошо, что ты уже не подвергаешь сомнению мои слова! – заметила я. – Но может, и не стоило посвящать тебя во все это?

– Да я представляю, как тебе трудно молчать и притворяться! – взволнованно произнес он. – Кому про такое расскажешь? Не родителям же? Но ведь я твой друг! Прежде всего именно друг! Это был вампир? – тихо спросил он.

– Мы так и думали, – ответила я. – Перед тем, как я упала в обморок, я увидела, что на монстра напала рысь. Это и был Влад.

– Значит, он спас тебя от неминуемой гибели? – прошептал Женя. – Но рысь? Лиля, я не ослышался? Ты сказала «рысь»?!

– Да, – кивнула я. – Влад, мой любимый, является человеком-рысью. Он оборотень, хочешь верь, хочешь нет!

– Ужас! – воскликнул Женя.

Я видела, как он взволнован. Его лицо пылало, глаза расширились, капельки пота выступили на лбу. Но, начав рассказывать, я уже не могла остановиться. Меня будто прорвало.

– Когда я очнулась, – продолжила я, – то увидела, что нахожусь в каком-то странном деревянном сооружении. Ко мне подошел мужчина. Он сказал, что нашел меня в лесу, будто я упала с велосипеда и потеряла сознание. Но чувствовала я себя на удивление отлично, к тому же совершенно не помнила ни о монстре, ни о рыси, а на шее не было никаких следов. Поэтому я поверила мужчине, поблагодарила его за спасение и уехала в деревню. И с тех пор мне начал сниться красивый парень. Это не давало мне покоя. И когда я увидела афишу с его изображением, то отправилась на шоу. Там мы и познакомились. Но я еще какое-то время даже не подозревала, кем на самом деле является Влад.

– Как все странно! – пробормотал Женя. – И очень похоже на правду!

– А это и есть правда! – ответила я. – Понимаю, что тебе сложно…

В дверь постучали, и я замолчала на полуслове. В комнату заглянула мама.

– Вы все не идете, – сказала она, входя, – а блинчики остывают. Вот решила принести вам сюда.

Она составила с подноса чашки с дымящимся чаем и тарелку с блинами.

– Спасибо, мамуля! – поблагодарила я. – Извини, у нас тут просто дела. Женя помогает мне разобраться с одной компьютерной программой! – придумала я.

– Ничего, ничего, – ласково ответила она. – Перекусите! Тут мед и варенье.

– Спасибо! – тихо сказал Женя.

Мама вышла и плотно закрыла за собой дверь.

– С компьютерной программой? – усмехнулся он. – И это при выключенном ноутбуке!

– И что? А может, ты мне пока теорию рассказываешь? Будешь блины?

– Нет, мне сейчас кусок в горло не полезет! Рассказывай дальше! – попросил Женя.

– Я влюбилась, – после паузы продолжила я. – Он мне снился почти год, а это, сам понимаешь, рождает всевозможные фантазии. Влад с братьями много гастролирует, наш город был в плане их тура. И когда я появилась возле их автобуса, то Влад, как он мне потом говорил, чуть не потерял сознание от счастья, что наконец встретил меня. Он ведь полюбил меня еще тогда, сразу, как только увидел.

– Неудивительно! – прошептал Женя.

– Но там оказалась и Злата, – сказала я.

– Злата?! – изумился он. – А она-то тут при чем?

– Злата – девушка-рысь, мало того, она безумно влюблена во Влада!

Женя вскочил. Я понимала, что для него пазл начинает складываться, что разрозненные кусочки картины выстраиваются в одно целое.

– Бог мой! – прошептал он. – Именно Злата предложила Илье поехать с ней в Нью-Йорк! Значит, она просто разнюхала, что он твой бывший парень, и решила как-то этим воспользоваться в своих целях! Значит, все это хитроумная игра! А мы-то все недоумевали, каким образом шикарная модель запала на нашего Илюху, да еще и зазвала его в Америку и якобы устраивает там ему карьеру!

– Когда мы объяснились с Владом и он все мне рассказал про нападение монстра и про то, как донес меня до хранилища Жемчужины…

– Что еще за хранилище? – удивился Женя. – Ведь ты говорила, что тебя спас какой-то мужик.

– Этот мужик, как ты выразился, хранитель основной реликвии славов Багровой Жемчужины. И именно она спасла мне жизнь, заменив отравленную укусом монстра кровь…

Я осеклась на полуслове. Когда-то я читала, что мы рассказываем другому человеку о событиях текущей жизни не для того, чтобы поделиться информацией, а потому, оказывается, таким образом нашему мозгу проще анализировать происходящее и принимать какие-то решения. Но я мало кому говорила об этих событиях и сейчас впервые так подробно и последовательно изложила суть моей истории. Возможно, поэтому мой мозг мгновенно сформулировал ряд вопросов.

«Жемчужина действительно заменила мою отравленную кровь, это факт! – проносились мысли. – Но на какую?! Я считала, что мои появившиеся способности: все слышать на огромном расстоянии и чуять запахи – следствие комы, в которую я тогда впала. А вдруг это вовсе не из-за комы? И все дело в обновленной крови? Что у нее за свойства? Почему я раньше об этом не подумала?!»

– Лиля! – тихо позвал Женя.

И я пришла в себя.

– Продолжай! – попросил он. – А то замерла, так и не договорив. Понимаю, что тебе тяжело вспоминать обо всем этом.

– Да, мне хотелось бы забыть, – кивнула я. – В общем, меня спас хранитель Жемчужины по имени Венцеслав. Конечно, если бы Влад так быстро не принес меня в хранилище, то даже могущественная Жемчужина не помогла бы.

– Ужас какой! – прошептал он. – И чтобы с тобой стало?

– Варианта два, – после паузы тихо проговорила я, – или я бы умерла, или… превратилась в самку летуна.

– А это еще что за зверь? – нервно спросил он.

– Племя оборотней, они называют себя Орденом летучих псов. Живут в основном на деревьях. Одна их сущность – человеческая, вторая – мерзких тварей, что-то типа собаки напополам с огромной летучей мышью. Жуткие твари, уверяю! Один из них, по имени Вой, тогда-то и напал на меня в тайге с одной целью – превратить меня в свою самку. Если бы не Влад…

Я замолчала и поморщилась. Женя смотрел на меня в оцепенении. Его глаза были круглыми, зрачки невероятно расширились. И до меня окончательно дошло, какой все это для него шок. Женя был обычным парнем, жил простой нормальной жизнью и даже книги в жанре фэнтези не читал. Так что был абсолютно не подготовлен к подобным откровениям. А я вдруг вывалила на него столько информации. Представляю, что творилось сейчас в его голове!

В этот момент я заметила, что на моем столе появилось свечение. Оно исходило от бархатного футляра. Он лежал за ноутбуком и, как я сейчас понимала, был приоткрыт, так как свечение появилось в щели между его донышком и крышкой. Я сразу поняла, что меня на связь вызывает Искра, и в волнении открыла футляр. Положив тонкий длинный волосок на ладонь, я вгляделась в него. Женя молча наблюдал за мной, явно не понимая, что происходит. Над моей ладонью появился колышущийся силуэт крохотной девочки. Он переливался всеми цветами радуги.

– Привет, Искорка! – поздоровалась я.

Но она испуганно глянула на стоящего рядом Женю и запищала:

– Ой! Ой! Тут посторонние!

– Мама дорогая! – прошептал Женя.

Я увидела, как его лоб мгновенно покрылся капельками пота, и быстро проговорила:

– Не бойся! Это блестяшка! Вернее, ее проекция. Она не причинит никому вреда.

– Лиля! – пришла в себя Искра. – Ты не одна!

– Он друг! – уверенно произнесла я и приблизилась к напуганному донельзя Жене. – Познакомься!

– Искристые брызги прибоя при лунном свете, – важно проговорила блестяшка.

– Евгений, – дрогнувшим голосом ответил он.

– Можно просто Искра, – любезно произнесла она.

– Можно просто Женя, – в тон ей ответил он, явно приходя в себя.

– Вот и славно! – улыбнулась я. – Но это не сама Искра, а ее… изображение, – пояснила я, повернувшись к Жене.

– Да, я сейчас нахожусь очень далеко от вас, на побережье Северного пролива, в Ирландии, – затараторила довольная Искра. – Когда господин вампир Дино унес нас, я оставила свой волосок на куртке Лили. А он своего рода антенна и позволяет выходить на связь.

– С ума я сойду от всего этого! – пробормотал Женя и вытер пот со лба. – Какой еще… господин вампир?

– Твой друг не в курсе? – изумилась Искра.

– Я потом ему все объясню, – сказала я. – Ты зачем появилась?

– Ой! Ой! – запищала она. – Никто, никто нам не поможет! Только ты! Только на тебя вся надежда!

– Успокойся! – четко проговорила я. – И объясни более внятно.

– Но как же я при твоем друге? – сказала она и посмотрела на Женю.

– Мне выйти? – понял он.

– Зачем? – пожала я плечами. – Женя уже в курсе моей истории.

Искра после моих слов перестала обращать на него внимание и взволнованно заговорила:

– Капелька жива!

– Правда? – обрадовалась я.

Капелька была ее младшей сестрой и погибла, когда мы находились в Москве. Я сама похоронила ее под одним из кленов во дворе дома, где Влад снимал квартиру.

– Да! Да! Она вышла на связь! – ответила Искра.

– Но как это возможно? – изумилась я. – Ведь ты рассказывала…

– Получилось так, – оборвала меня Искра, – что какая-то девочка решила подсыпать землю в горшок своей домашней розочки. Она набрала ее как раз возле того клена, где покоилась наша милая Капелька. На улице пока тепло, горшок стоит на балконе. А ты знаешь, что мы можем прорасти вместе с какой-нибудь травинкой. И наша Капелька проросла! В тот момент, когда она превратилась в росинку на тоненьком ростке, на балкон упал луч солнца. Он коснулся росинки-Капельки, и… она ожила!

Последние слова Искра произнесла, захлебываясь от рыданий. Я знала, что блестяшки чрезмерно эмоциональны, и понимала, что Искру сейчас буквально распирает от нахлынувших чувств.

– Где она сейчас? – быстро спросила я. – И прекрати реветь! Радость такая, а ты тут…

– Да, да, – ответила она и начала успокаиваться. – Я от счастья! Капелька пришла в себя и уселась на бутончик розочки. После воскрешения память у нас сохраняется. И она отлично все помнила. Только не понимала, где оказалась. Она огляделась, увидела, что место ей совсем незнакомо, и спряталась в глубь розового кустика. Она видела, как днем на балкон вышла девочка, полила розу и скрылась обратно в квартире. И Капелька испугалась. Она затаилась и носа не высовывала до наступления ночи. Когда окончательно стемнело, она еще выждала какое-то время, затем выбралась из кустика и попыталась вызвать меня на связь. И у нее получилось. Представляешь мое состояние, когда я увидела проекцию моей погибшей сестрички?! Я решила, что это явился ее призрак, и чуть сознания не лишилась от ужаса. А когда поняла, что она чудесным образом воскресла, то обморок – от счастья – свалил меня на ветку сосны. Хорошо, Лучик пришел на помощь. Это наш общий друг, – зачем-то сообщила она, повернувшись к Жене.

Тот стоял, словно в столбняке, и не сводил глаз с Искры. Я не выдержала и прыснула, такое у него было в тот миг лицо. Женя глянул на меня беспомощно. Я помахала ему рукой и сказала:

– Эй! Очнись! Все в порядке!

Он моргнул и заулыбался.

– Лучик это вообще-то неполное имя, – затараторила блестяшка, видя, что Женя пришел в себя. – Его зовут Лучистые полосы полуденного солнца, пронзающие июньский лес.

– Красиво, – растерянно проговорил Женя.

– Не отвлекайся! – сказала я Искре. – Что дальше?

– Когда я пришла в себя и окончательно осознала, что разговариваю с настоящей ожившей Капелькой, то радости моей не было предела. Но и грусть пронзила мое сердце. Она так далеко! В Москве! И самостоятельно ей до Ирландии не добраться! Вот я и решила побеспокоить тебя. Ты же наш друг, Лиля? Или это уже не так?

– Ну что ты, милая Искорка! – ласково проговорила я. – Все по-прежнему! Давай я подумаю, что можно предпринять, и сообщу тебе. Хорошо?

– Только не тяни с этим! – умоляющим голосом проговорила она и сложила ладони у груди. – Пожалуйста! Мы не вынесем, если наша Капелька снова погибнет! Может, сообщить господину вампиру Дино? Может, он сжалится над нами еще раз и перенесет мою милую сестрицу на родину?

– Я подумаю и сообщу!

– Ждем! – кратко ответила она и потухла.

Я аккуратно положила волосок обратно в футляр и повернулась к Жене. Он упал на диван, схватил чашку с уже остывшим чаем и залпом выпил.

– Блестяшки… вампиры… люди-рыси… – пробормотал он. – И все правда…

– Да уж точно не глюки! – улыбнулась я и села рядом с ним. – Прости, если напугала тебя!

– Я словно оказался на том свете, – прошептал Женя.

– На самом деле все просто, – ответила я, стараясь говорить будничным тоном. – Грег – бывший вампир, Дино – его друг, но вампир настоящий. Я как раз начала рассказывать тебе про Воя. Так вот, блестяшки что-то вроде постоянных спутников летунов, ведь раньше они были… блохами в их шерсти.

– Кем?! – изумился Женя.

– Ну не будем вдаваться в подробности! – улыбнулась я. – Когда я находилась в Нью-Йорке, Вой напал на меня и унес в Ирландию на одну из баз летунов. Там-то я и познакомилась с Искрой и ее компанией. Влад сообщил Грегу о моем похищении, тот вызвал Дино. И именно он спас меня от неминуемой гибели. Летуны когда-то были слугами вампиров, и по сей день те являются для них чем-то вроде богов. Дино беспрепятственно унес меня со свадебной церемонии, ведь Вой хотел сделать меня своей официальной женой. Но в цветах, украшающих мои волосы, запутались Искра, Капелька и Лучик. И поневоле унеслись вместе со мной в Москву. Дино потом вернул их обратно. Но вот Капелька, вернее то, что от нее осталось после смерти, была похоронена мной во дворе. И как ты слышал, чудесным образом воскресла.

– Но как ее вызволить? – спросил Женя. – Ты-то что можешь сделать, если Капелька сейчас в Москве, а ты здесь?

– Свяжусь с Грегом, расскажу ему о ситуации. Он что-нибудь придумает! – ответила я.

Мы замолчали. Каждый думал о своем. Я понимала, что Женя ошарашен всем услышанным и увиденным, и нужно время, чтобы он переварил информацию и сделал какие-то выводы. И я очень надеялась, что его чувство ко мне пройдет после таких потрясений. Одно дело – любить соседскую девчонку, простую и понятную тебе, и совсем другое – странную девушку, влюбленную в оборотня и общающуюся с вампирами и прочими потусторонними существами.

В дверь постучали. Женя сразу вскочил. И когда вошла мама, он начал горячо благодарить ее за вкусные блины. Учитывая, что мы не съели ни одного, это выглядело несколько странно. Мама внимательно посмотрела в его лицо, кивнула и сказала «не за что» и «на здоровье».

– Засиделся я! – добавил Женя.

– Я тебя провожу! – откликнулась я и встала.

– Но вы ничего не ели! – явно огорчилась мама.

– Заучились совсем! – с улыбкой ответила я.

Женя жил несколькими этажами выше, и я вышла за ним на лестничную клетку. На душе было муторно, и я уже жалела, что открылась ему. Это было какое-то наваждение, я поддалась порыву, взволнованная его признанием, и не выдержала. И сейчас непродуманность моих действий начинала угнетать. Женя внимательно посмотрел мне в глаза. Его лицо приняло серьезное выражение.

– Не переживай так, Лиля! – четко произнес он. – Все правильно! И я благодарен тебе за доверие! Но мне нужно все это переварить!

– Конечно! – кивнула я.

– Можешь на меня рассчитывать в любом случае, – тихо продолжил он. – Я буду молчать обо всем и всячески тебе помогать.

– Спасибо! – ответила я и чмокнула его в щеку. – Завтра вечером мы едем в деревню. Отец вернется в воскресенье, а я хочу остаться еще на несколько дней.

– Думаешь встретиться с… Владом?

Он вскинул на меня глаза. В них легко читалась тревога.

– Это необходимо, – прошептала я, с трудом справляясь с приступом тоски.

– Звони в любое время! – сказал он, резко отвернулся и побежал по лестнице вверх.

– Ладно! Пока! – бросила я вслед и открыла дверь квартиры.

Но Женя вдруг начал спускаться обратно. Я замерла. Он подлетел ко мне с покрасневшим лицом, сунул в руку скомканный лист и быстро сказал:

– Сейчас это уже не имеет никакого значения. Но я написал это, думая о тебе, и все никак не решался отдать. Акростих.

– Спасибо, – растерянно произнесла я.

Но Женя не ответил и ринулся вверх по лестнице.

В коридоре меня перехватила мама.

– Ты что, сегодня объявила голодовку? – недовольно поинтересовалась она. – Времени уже бог знает сколько, а ты никак не поужинаешь! Марш на кухню! – притворно грозным голосом добавила она.

Я засмеялась, но перечить ей не стала. На кухне сидел отец и ел блины. Увидев меня, заулыбался.

– Ну что, все в порядке с машиной? – спросила я. – Завтра точно поедем?

– Точно, точно! – закивал он. – Я с работы уйду пораньше, так что часам к четырем будь наготове. Это Женя был?

– Да, помог мне кое в чем… по учебе, – уклончиво ответила я.

– Хороший парень! – одобрительно произнес он. – Я бы на твоем месте…

– Пап! – оборвала я и налила себе чай.

– Ладно, буду сохранять нейтралитет! – легко согласился он.

Поев, я вернулась в комнату и уселась на диван. И тут вспомнила о листе бумаги, который перед походом на кухню засунула в джинсы. Расправив его, увидела стихотворение. Я смутно помнила, что такое акростих, но заметив, что начальные буквы Женя выделил жирным шрифтом, и прочитав их сверху вниз, сразу поняла, что это.

Давно хочу тебе сказать:

Любовь меня переполняет.

Я для тебя лишь друг, я знаю!

Любовь приходится скрывать

И улыбаться… Но опять,

Лишь милое лицо мне снится,

И бьется сердце, словно птица.

Чем мне без воздуха дышать?

Как жить лишь дружбой? И молчать…

И отпускать любовь синицей…

Прочитав, я сразу набрала номер Жени. Это был порыв, его стихи причинили боль, мне хотелось немедленно услышать, что после моих сегодняшних признаний он меня уже разлюбил.

– Да? – ответил он.

– Женя, я прочитала! Мне очень понравилось! И я расшифровала посвящение, – взволнованно произнесла я. – Спасибо! Мне стихи понравились. Но я очень надеюсь, что после нашего разговора ты на все будешь смотреть по-другому. Надеюсь, у тебя все пройдет!

– Я люблю тебя с первого класса! – тихо ответил он. – Помнишь, мы сидели в одном ряду? Ты впереди и чуть сбоку, у окна… Солнце заходило в класс, его лучи падали на твою голову и золотили волосы. И я не мог оторваться от этого зрелища. Про себя я назвал тебя «золотая девочка», потому что ореол вокруг твоей головы казался мне рыжевато-золотистым. И это было очень красиво.

Он замолчал. Я не знала, что сказать. Сердце ныло от жалости и к нему и к самой себе. Кто знает, как бы повернулась жизнь, если бы Женя раньше признался мне в любви! Но сейчас назад пути не было. И я это отлично понимала.

– Ладно, не буду больше, – после паузы произнес он. – Прости!

– Мне приятно это слышать, – ответила я. – Но больно, что я не могу ответить тебе взаимным чувством. Ты очень достойный парень!

– Значит, если бы… – начал он, но тут же замолчал.

– Да! – твердо проговорила я. – Если бы мое сердце не было уже занято, то у тебя однозначно был бы шанс!

– Спасибо! – нервно поблагодарил он. – Спокойной ночи!

– И тебе! – ласково ответила я и положила трубку.

Я не смогла сдержать слез. Как все было несправедливо! Хороший парень любил меня, и теперь я понимала, насколько его чувство было глубоким и искренним, а я погрузилась с головой в совершенно бесперспективные отношения, которые приносили мне одни проблемы. Да, Влад любил меня, и в этом я не сомневалась. Но когда мы находились в Москве, кое-что произошло.

Я уселась на диван и прижала ладони к запылавшему лицу, вновь и вновь вспоминая тот злополучный день. Грег дал мне могущественный талисман, который отпугивал от меня любую сущность, будь то вампир, призрак, оборотень или что-то другое. Он мог защитить меня от нападений Воя. Да и от Златы, настроенной весьма агрессивно. К тому же я знала, что мое похищение с крыши нью-йоркского небоскреба – ее рук дело. Она была в сговоре с Воем, так как всеми возможными способами хотела устранить меня со своего пути. И когда Влад сообщил ей о нашей помолвке, Злата потеряла разум от ярости. В результате я оказалась на базе летунов в Ирландии, и если бы не вмешательство Дино, то неизвестно, чем бы все закончилось. Когда Дино перенес меня в Москву, Грег снабдил меня средством защиты, талисманом в виде золотого круга, усеянного драгоценными камнями. Он имел серебряный футляр, и когда находился в нем, то его сила сдерживалась. При Владе я не вынимала талисман из футляра. Но случилось так, что на улице нас выследила Злата. И увидев ее, я не выдержала и достала талисман из футляра. Что тут началось! Влад отскочил от меня, в прыжке превратившись в рысь, Злата к тому моменту уже стала зверем, они оба рычали. А затем скрылись за домом. Вот с тех пор я не знала покоя. С того ужасного дня прошло больше двух месяцев. Влад не выходил со мной на связь. Братья сообщили мне, что он каким-то образом потерял душу. Братья не знали, как это произошло, а сам Влад ничего не помнил. Слав без души – страшное и одновременно жалкое зрелище. Просто тело, которое машинально выполняет привычные действия, чтобы обеспечить свою жизнедеятельность. И Влад превратился вот в такого зомби. Злата, естественно, воспользовалась его состоянием и при любом удобном случае старалась с ним сблизиться. Последний раз, когда я встретилась с любимым, Злата и Влад были вместе. Увидев их возле священного озера рысей, я ощутила невыносимую боль и отчаяние. Они обнимались. Она его целовала. И когда заметила меня, то заявила, что они пришли сюда за лилией любви, которая освятит их союз. Я не выдержала равнодушного взгляда Влада, его отсутствующего вида, словно меня там не было, торжествующей улыбки Златы и помчалась прочь. С тех пор живу как в тумане и думаю лишь об одном – как вернуть Влада. Именно поэтому и решила поехать в деревню.

Я знала, что рыси крайне отрицательно относятся к союзам с обычными людьми и всячески избегают таких отношений. Но подобные истории возникали снова и снова. Славов тянуло к людям словно магнитом. Их страсть вспыхивала мгновенно, и сопротивляться ей они не могли. И никакие запреты не помогали. Поэтому найти союзников в моем деле среди рысей было нереально. Но я решила обратиться к хранителю реликвии племени Венцеславу. Именно он с помощью Багровой Жемчужины спас меня от неминуемой смерти. Можно сказать, что Венцеслав был моим вторым отцом и поэтому относился ко мне более тепло, чем к другим людям. Я знала дорогу к хранилищу. И рассчитывала, что он поможет, ведь речь шла не только о любви, а о душе Влада. И это напрямую касалось хранителей. Именно они занимались делами, связанными с жемчужинами-душами. Правда, братья просили меня никому об этом не сообщать. Они думали, что смогут сами решить проблему, не предавая происшествие огласке. Но прошло слишком много времени, а ничего не менялось. И я решила действовать.

Забравшись в кровать, я долго не могла уснуть. Тревожные мысли не давали мне покоя. Вначале я решила, что буду действовать за спиной братьев. Венцеслав неотлучно находится в хранилище, я к нему приду и все без утайки расскажу. Информация о душах-жемчужинах была засекречена, ею владели лишь хранители. Я знала лишь одно: при рождении младенец-слав получает розовую жемчужину. На этом обряде присутствуют только его родители и хранитель. И когда слав умирает, его жемчужина-душа становится черной. Ее уносят в Долину Мертвых. Вот и все, что мне удалось узнать. Я рассчитывала, что Венцеслав, обладая тайной информацией, сможет понять, что же произошло с моим любимым, и подсказать, какие действия предпринять, чтобы вернуть Владу душу. Поворочавшись около часа с боку на бок, я встала и взяла сборник легенд славов. Там была одна-единственная история, связанная с душой. Я решила ее перечитать, надеясь, что увижу какой-нибудь тайный смысл, заложенный в тексте. Забралась обратно в кровать, включила ночник у изголовья и погрузилась в чтение.

Душа слава

Маленький слав по имени Радислав – все звали его Радик, так как было ему от роду всего шесть лет, – жил себе не тужил в небольшом селении рысей, находящемся в глухой тайге. Славы построили свои дома на высоком берегу, внизу текла широкая река Енисей, за селением расстилался густой лес. Радик любил сидеть на крыше своего дома и любоваться на серебристую быструю воду. А еще он любил наблюдать за полетами птиц, ловить стрекоз и бабочек, лазить по деревьям, даже тогда, когда он находился в облике мальчика, а не юного рысеныша. Он был подвижным ребенком, любопытным и жадным до впечатлений. Родители обожали своего единственного сына. Радик знал, что когда-то у него был брат, который погиб. Но про это в их семье предпочитали молчать.

Рыси, как и все представители кошачьих, инстинктивно избегают воды, но вот Радик отчего-то очень любил проводить на берегу реки много времени. Их дом стоял на краю деревни, за огородом шла тропа, которая поворачивала к обрывистому берегу, затем стремительно сбегала вниз к самой воде. Там был прелестный уголок: крохотная заводь, заросшая камышом и желтыми кувшинками. Из-за влаги трава росла густо и была пушистой, словно ковер. Радик обожал забираться в этот укромный уголок и лежать на зеленом ковре часами. Навалявшись досыта на травке, он подбирался к самой воде и начинал играть листьями кувшинок. Делал из них домики, скаты для воды, сворачивал в трубочки и плевался через них мелкими камушками. Ему было весело, время проходило незаметно. Кроме того, его душа-жемчужина быстро набирала цвет и становилась все ярче. Возможно, это происходило оттого, что Радик так много времени проводил у воды, а жемчуг, как известно, любит влагу. При рождении он был слабым младенцем, старейшина племени только качал головой, когда его осматривал. Он провел обряд и дал жемчужину-душу Радиславу. Она была, как и положено для новорожденных, бледно-розового цвета. Старейшина прошептал заклинания, передал ее отцу, и тот вдел в ее отверстие тонкий кожаный шнурок. С тех пор Радик носил ее на шее, не снимая. Менялся лишь шнурок по мере изнашивания. Родители хотели как-нибудь по иному прикрепить бесценную жемчужину к телу сына, но Радик все не мог выбрать, как он хочет ее носить. То ему казалось, что будет лучше, если она окажется в пупке, то – в мочке уха, то, как у многих славов, в кончике языка. Но подсознательно ему больше нравилось то, что она болтается на шнурке и он может ею играть. Радик знал, что снимать жемчужину запрещено, это внушалось юным славам с раннего детства, но когда он приходил в свою заводь, то часто стаскивал шнурок с шеи и любовался перламутровой ровной поверхностью жемчужины. Ему нравилось отслеживать, как она по мере его роста меняет цвет. Из бледно-розовой жемчужина превратилась в ярко-розовую с серебристыми переливами. Она напоминала ему цвет утренней зари. К тому же Радик часто «купал» ее в воде, от чего она будто становилась еще ярче. Он лежал на бережку и опускал бусину на листок ближайшей кувшинки. И на влажной зеленой поверхности она сияла как перламутровая круглая капелька, подсвеченная солнечными лучами. Ему доставляло наслаждение любоваться ею, изучать ее меняющуюся красоту так близко. Радик понимал, что если жемчужину прикрепить к языку или уху, то снимать ее будет уже не так просто.

И вот ему исполнилось четырнадцать, а жемчужина все находилась на шее, на кожаном шнурке. Слав сам решает, что ему делать со своей душой. И родители перестали настаивать на пирсинге. Раз Радику хочется носить жемчужину на шнурке, так тому и быть. Он уже превратился в гибкого красивого юношу и стремительно взрослел. Радик уходил в лес все дальше, иногда пропадал там сутками. Но и это было в порядке вещей, ведь рыси свободны в своих действиях. Он хорошо охотился, приносил в дом много мяса. Но по-прежнему любил находиться у воды и часто бывал в своей любимой заводи. И все также играл с жемчужиной, опуская ее на шнурке в воду. Она уже приобрела ярко-малиновый цвет и своей совершенной красотой доставляла ему радость.

Однажды, поздней весной, Радислав возвращался домой по берегу Енисея. Он был еще довольно далеко от своего селения, но особо не спешил. Было раннее утро, заря заливала окрестности розовым светом, реку укрывал туман, густо цветущие дикие вишни наполняли сладким ароматом воздух. Радислав вдыхал полной грудью этот запах, любовался свежей юной зеленью. И вдруг он услышал чьи-то голоса и инстинктивно спрятался за толстый ствол старой сосны, росшей на крутом обрывистом берегу. Голоса раздавались с противоположной стороны реки. Радислав обладал острым зрением зверя, необыкновенно сильным чутьем и слухом. Поэтому он отлично различал фигуры парня и девушки и слышал каждое их слово. Как он понял из разговора, это были студенты, приехавшие на выходные в лес на пикник. Он знал, что на той стороне есть деревни, но территория рысей заканчивалась возле реки, которую славы никогда не переплывали.

Вдруг девушка подбежала к самому берегу, она явно была в отчаянии.

– Ты никогда меня не любил! – выкрикнула она.

– Подумаешь, застала меня со своей подругой! – презрительно ответил парень, подходя к ней. – И что такого?

– Но ты же клялся мне в любви! – рыдая, ответила она.

– Подумаешь! – повторил он и развел руками.

Девушка повернулась к нему. Он выругался нецензурными словами и быстро пошел прочь. Она постояла с минуту в оцепенении, затем подбежала к обрыву и прыгнула вниз. Радислав невольно вскрикнул. Он знал, что место это нехорошее, видел там завихрения воды, а значит, там глубокая яма и быстрое течение. Но все равно, поддавшись порыву, решил прийти на помощь. Он уже прыгнул к берегу, но замер, заметив всплывшую девушку. Ее тащил Куль. Так в этих местах называют водяных. Радислав разглядел бледно-серое лицо Куля, его большие круглые глаза и длинные зеленоватые волосы, похожие на водоросли. Он уже ничего не мог сделать. Куль по праву завладел утопленницей. Радислав быстро осмотрел свою одежду, но ничего особо ценного на нем не было, чтобы выкупить девушку. Кроме шнурка с жемчужиной. Но Радислав не мог обменять свою душу на жизнь неизвестного ему человека. Он вздохнул, наблюдая, как Куль утаскивает добычу под воду. Затем отправился домой. Постепенно это трагическое событие забылось. Жизнь потекла по привычному руслу.

Как-то июньским теплым и тихим вечером Радислав лежал в любимом месте у заводи. Он задумчиво смотрел на неподвижные листья кувшинок. И вдруг ему показалось, что они шевелятся. Он вгляделся и принюхался. Но ничего не вызывало подозрений. Как обычно, пахло влагой, водорослями, рыбой, мокрой глиной, илом. Однако листья снова зашевелились, словно кто-то плыл в глубине. Радислав сел. В паре метров от берега листья начали подниматься, он замер и затаил дыхание. И вот всплыла голова. Она поднималась все выше, за длинные мокрые волосы зацепились несколько цветов кувшинок, и они теперь виднелись в спутавшихся прядях желтыми украшениями. Радислав увидел бледное лицо девушки. Как только ее голова высунулась из воды, девушка раскрыла глаза. Они были синими и прозрачными, как вода Енисея.

– Кто ты? – спросил Радислав. – И что тебе нужно?

– Куляна, – тихо ответила девушка. – Можно мне выбраться на берег?

– Да, конечно, – растерянно ответил Радислав.

Он знал, что девушка – невеста водяного. Обычно Куль выбирал себе самую красивую утопленницу и обращал ее в куляну. У него их было немало. И не все потом становились его женами. Те девушки, которые так и оставались кулянами, вели свободный образ жизни, плавали, где хотели, по ночам гуляли по земле. Девушка выбралась на берег, отжала длинные волосы, сняла с прядей кувшинки и аккуратно опустила их обратно в воду. Она была обнажена, и ее влажное гибкое тело невольно притягивало взгляд засмущавшегося Радислава. Оно ничем не отличалось от человеческого, единственное – на шее с двух сторон имелось что-то наподобие жабр. Куляна легла на траву и подперла руками подбородок. Ее синие глаза были грустными, и капельки пока не просохшей воды показались ему крохотными слезинками.

– Мне скучно, – сказала она певучим голоском. – Куль женился на другой, но мне все равно. Мне и так хорошо под водой.

– А почему он тебя не выбрал? – спросил Радислав.

– Я не захотела заманить в воду того, из-за которого утопилась, – сказала она. – А Куль настаивал. Таковы правила. Око за око! И я должна погубить того, кто так или иначе толкнул меня в воду. Это произошло здесь, неподалеку. Я была обычной девушкой, училась в институте, встречалась с парнем. Это была моя первая любовь, я полностью отдалась ему, готова была на все ради него. И он жарко клялся мне, что будет любить меня вечно. Я верила и купалась в счастье. И вот мы всей группой поехали на выходные сюда на шашлыки. И я случайно застала его с лучшей подругой. Видела своими глазами, как они занимались любовью в укромном уголке за кустами малинника. Сейчас мне странно, отчего я словно сошла с ума тогда. Но боль была настолько невыносима, что я вмиг погрузилась во мрак и отчаяние. Это было на другом берегу… Он пытался выяснить отношения. Но все закончилось разрывом. Он ушел к ребятам, а я в приступе отчаяния бросилась с обрыва в Енисей. Когда я влетела в холодную воду, то пришла в себя и захотела выбраться на берег. Мне вдруг безумно захотелось жить, за считаные мгновения в душе произошел переворот, я переоценила все произошедшее и поняла, что лишать себя жизни из-за негодяя не стоит. Начала выбираться на поверхность, но в том месте были сильные водовороты, меня буквально тащило на дно. Однако я сопротивлялась. И тут появился Куль. Схватил меня, а я от ужаса потеряла сознание. А когда очнулась, то уже превратилась в подводную жительницу. Как видишь, у меня есть жабры и еще вот!

Куляна вытянула перед изумленным Радиславом стройные ножки, и он увидел, что пальчики оканчиваются не ногтями, а плавниками. Ряд плавников был и на внешней стороне лодыжек. Но это не показалось ему некрасивым.

– Как у рыбок, – тихо сказал он и улыбнулся.

Радислав промолчал о том, что видел, как девушка прыгнула в воду. Он не сомневался, что в тот день явился свидетелем трагической развязки именно этой истории. Но решил, что не имеет смысла говорить ей о том, что он все видел и слышал.

– И вот Куль захотел взять себе из невест еще одну жену, – после паузы продолжила она. – Но куляна должна принести своего рода приданое – человеческую душу. Обычно девушки-утопленницы с радостью выполняют это условие, одурманивают и заманивают в воду своих обидчиков. Мы обладаем одним умением – беззвучным зовом. И ему сопротивляться невозможно. Мужчины приходят на берег, где бы в этот момент ни находились. Так что выполнить условие Куля легче легкого.

– И ты не захотела? – удивился Радислав.

– Нет, – равнодушно ответила она. – Мне его душа не нужна, пусть себе живет. А Кулю достаточно и других, в утопленниках недостатка нет, особенно в жаркое время, когда многие лезут в воду пьяными. Так что число его подданных только растет. Я отказалась, и он в свою очередь решил не брать жену, которая не принесла ему приданое.

Куляна перевернулась на спину. Радислав залился краской, так как видел ее всю с ног до головы. Он встал и сказал, что должен уйти.

– Ты ведь тоже не человек, – равнодушно заметила она. – Я знаю, что ты зверь. Я сразу это почувствовала.

– Да, – тихо ответил Радислав. – Точнее, слав.

– Я так и подумала! – улыбнулась она и закрыла глаза, заложив руки за голову.

От этого движения ее грудь приподнялась, и Радислав ощутил, как его прошиб пот.

– Ты иди! А я еще здесь полежу. Мне нравится эта заводь, – сказала она. – Это ведь не твоя личная собственность? Хотя тут все пропахло тобой!

– Я прихожу сюда с самого детства, – пояснил Радислав, старательно отворачиваясь от нее. – Но, конечно, ты можешь находиться здесь, сколько захочешь.

И он быстро пошел прочь.

Всю следующую неделю Радислав не знал покоя. Перед его глазами так и стояло гибкое влажное тело куляны, ее длинные распущенные волосы, в которых запутались кувшинки, ее синие глубокие глаза. Он знал, как стремительно влюбляются славы, и был хорошо осведомлен о запрете на отношения людей и рысей. Но эта девушка не была человеком, возможно, поэтому он расслабился и дал волю чувствам. К тому же это было его первое увлечение, и мысли о прекрасной куляне кружили голову и заставляли биться сердце. Но разве у таких отношений были хоть какие-то перспективы? Радислав знал, что это тупик, поэтому постарался забыть девушку. Правда, он не раз приходил в заводь, но она не появлялась. Через месяц Радислав полностью успокоился и вспоминал о красоте куляны с легкой грустью.

В самом конце лета он далеко ушел из селения разведать новые охотничьи угодья. Близилась осень, и дичь уже нагуляла жир для холодной зимы. Наступало отличное время для рысьей охоты. До прихода ночи Радислав в селение не вернулся, хотя очень спешил. Но это его не тревожило. Он любил ночную тайгу и с удовольствием проводил время на деревьях, наблюдая за жизнью лесных обитателей. Радислав выбрал себе толстый сук огромной сосны, стоящей на берегу Енисея, улегся на него и начал дремать. Его разбудил какой-то шум. Он открыл глаза. Уже светало. Втянул носом воздух. Пахло людьми. Радислав подполз к самому краю сука и заметил на воде двух рыбаков. Они находились почти на середине реки и тащили что-то из воды. Это была сеть.

– Ого, какая тяжеленная! – радостно говорил один.

– Да там рыбы не один десяток кило! – вторил ему другой.

Но когда они подняли сеть, то оба закричали от ужаса. Радислав понял, что там запуталась куляна. Но рыбаки не могли сообразить, что это они такое поймали.

– Ай! Утопленница! – заорал один.

– Она ж на нас смотрит! – в ужасе кричал другой.

– Русалка! Ведьма! Жена водяного! – наперебой завывали они.

Бросив сеть в воду, рыбаки начали бешено работать веслами, удаляясь на максимальной скорости от неизвестного и так напугавшего их существа. А Радислав слетел с сосны, превратился в парня и нырнул в воду. Он быстро плыл к тому месту, где утонула сеть. Он чуял девушку и был уверен, что это куляна. Когда он нырнул и вытащил сеть с запутавшейся девушкой на берег, она практически задохнулась. Сеть затянула ее горло и сдавила жабры. Радислав аккуратно разрезал ножом тонкие, но прочные веревки и начал хлопать по щекам бесчувственную куляну. Он сразу узнал ее. Да, это была именно она, та самая, что всплыла в его заводи и лишила надолго покоя. И вот девушка открыла глаза и вдохнула. Ее жабры были окровавлены, на бледных губах тоже выступила кровь.

– Милая, милая! – шептал Радислав, изнывая от отчаяния и не зная, как помочь ей.

– Я умираю, – прохрипела она. – И рада, что именно ты сейчас со мной. Я ведь сразу тебя полюбила… еще тогда… но покинула тебя… чтоб мы не мучились… Прощай!

Ее глаза закатились, рот приоткрылся. Радислав, сам не понимая, что делает, сорвал с шеи жемчужину-душу и вложил ее в рот девушки. Она затихла.

– Далеко отсюда хранится великая могущественная реликвия, – торопливо заговорил он, – Багровая Жемчужина. Она способна исцелять. И говорят, что все наши маленькие жемчужины-души тоже обладают частичкой этого дара. Ты дыши! Дыши! Моя жемчужина спасет тебя!

Девушка пошевелила синеющими губами, ее глаза раскрылись. Радислав сразу воодушевился и замер, держа в руке шнурок. Конец шнурка был во рту у девушки.

– Все будет хорошо, – сказал он. – Ты только знай, что тебе сейчас станет легче, ведь я дарю тебе частичку своей души! И мою любовь! Да, да, я тоже сразу полюбил тебя, помнил о тебе, тосковал… Милая… милая… Все будет хорошо, и мы больше никогда не расстанемся…

Но тут Радислав заметил, что раскрытые глаза его возлюбленной неподвижны. Дуновение смерти пронеслось между ним и девушкой. Она была мертва. Жемчужина выкатилась из ее рта. И Радислав разрыдался. Но перед смертью все бессильны, и он это знал. Надев жемчужину на шею, Радислав до восхода солнца сидел над мертвой куляной. А потом опустил ее тело в реку, потому что подводные жители должны и после смерти возвращаться домой.

Закончив читать, я закрыла тетрадь. Вот так и меня решили спасти при помощи Жемчужины. Но в моем случае все закончилось благополучно. Жаль было несчастную куляну, но у каждого свой путь.

«Маленькие жемчужины-души тоже обладают частичкой этого дара», – вспомнила я текст. Когда я читала легенду в первый раз, то даже не обратила внимания на эти слова. Но ведь они означают, что жемчужины не просто бусины, в которых заключены души славов, а нечто большее. Они обладают магическими свойствами. И не может такого быть, чтобы жемчужина молчала, лишившись своего хозяина. Я вспомнила, что братья Влада рассказывали мне, будто потерянные нечаянно жемчужины имеют свойство притягивать хозяина. Но прошло уже немало времени, однако Влад оставался бездушным зомби. Значит, здесь было что-то не то. После всех этих размышлений я только укрепилась в мысли отправиться к Венцеславу и все ему рассказать.

Уснула я не сразу. Все обдумывала, что скажу хранителю и стоит ли ставить в известность братьев Влада о моем намерении встретиться с Венцеславом. Разбудил меня тихий стук. Я раскрыла глаза и прислушалась. И сразу почувствовала запах какого-то животного. Я резко села и вгляделась в темное окно.

– Влад? – тихо позвала я, хотя пахло явно не рысью.

Стекло кто-то поцарапал. Сердце бешено заколотилось, я вскочила с кровати, накинула халат и устремилась к окну. Прижав лицо к стеклу, вгляделась в ночь. Я видела ветки сирени. И вот они зашевелились. Появился мужской силуэт. С той стороны стекла ко мне приблизилось лицо. Я вскрикнула, узнав Тина, и тут же раскрыла окно. Он легко взобрался на подоконник и мягко спрыгнул в комнату. Я включила ночник и повернулась к нежданному гостю. Тин широко улыбнулся. Он выглядел, как всегда, обворожительно: румяный, с большими раскосыми глазами травянисто-зеленого оттенка. Темные, красивого рисунка изогнутые брови придавали им выразительность, а чернота ресниц подчеркивала их форму. Откинутые назад длинные волосы блестели золотисто-коричневыми переливами и кое-где отдавали в рыжий. Фигура была стройной и гибкой. Тина я увидела впервые точно в такой же ситуации – он прыгнул ко мне в окно. Так я с ним и познакомилась. Он тогда принес мне весточку от моего любимого. Тин тоже являлся оборотнем, человеком-лисом. И он был очень дружен с братьями Влада. Особенно со Стасом. Когда-то тот спас ему жизнь. Стас охотился в облике рыси, попал лапой в капкан. Тин вытащил его и доставил в селение. Славы отдали должное мужеству его поступка, ведь рыси и лисы не очень-то дружат между собой. Но Тин спас жизнь их соплеменнику и с тех пор был желанным гостем в селении. Это привело к тому, что Тин влюбился в Велеславу. Она была соседкой братьев, дружила с ними с самого детства и часто заходила в их дом. Именно с Тином я улетела в Москву, где нас встретил Влад.

– Ты снова принес мне весть? – быстро спросила я, с надеждой заглядывая в его глаза.

– Привет, Лиля! – поздоровался он и тихо засмеялся.

– Привет, привет! – повторила я. – Ну?!

– Нет, эти влюбленные девушки просто невыносимы! – весело заметил он. – Ни тебе «как я рада тебя видеть!» или хотя бы «как твои дела?», ни чая или кофе с большим бутербродом, а сразу с места в карьер!

Я засмеялась, глядя на его возмущенное лицо. И сразу вспомнила, каким невероятным аппетитом обладают люди-лисы. Тин хотел есть всегда, везде и по любому случаю.

– Не поведу же я тебя на кухню! – сказала я. – Родители проснутся, и как я им объясню появление в моей комнате ночью незнакомого парня! Ты присаживайся!

И я показала на диван. Тин устроился с удобством, даже подложил себе под спину подушечку. Я видела, как он потянул носом, и заулыбалась.

– Пахнет блинами! – сказал он.

И тут я вспомнила, что так и не унесла на кухню тарелочку с блинами, которые мы с Женей не съели. Она стояла за стопкой книг, и я совсем про нее забыла. Да и чашка чая находилась тут же.

– Черт! – хлопнула я себя по лбу. – Совсем забыла! Угощайся! Но блины, как и чай, холодные.

– Без разницы! – оживленно проговорил Тин и подсел к столу. – А тут что? Мед? Годится! Но лучше бы кусок сыра! И побольше!

Я знала, что Тин, как, впрочем, и все лисы, обожал сыр и куриное мясо.

– На кухню не пойду! – быстро ответила я, наблюдая, как он уплетает блины.

– Ладно, ладно! – с набитым ртом ответил он. – И так вкусно! А ты хорошая хозяйка! Блины тебе удались на славу!

– Их вообще-то мама готовила, – пояснила я.

Но Тин не ответил. Он уже доедал. И когда закончил, то тщательно вылизал тарелку и с весьма довольным видом пересел на диван.

– Вот спасибо! – сказал он, достал платок из кармана куртки и вытер рот и замаслившиеся пальцы. – Теперь я готов и поговорить. А то пока сюда домчался, живот подвело от голода!

– А ты откуда… мчался? – уточнила я.

– Прилетел сегодня из Москвы сюда, в Благовещенск, – ответил он. – Хочу родителей навестить. Если помнишь, они живут не так и далеко от твоего города.

– Да, да, помню! В Белогорске! – закивала я. – Значит, ты к ним…

– Вначале хочу повидать Велеславу, – тихо ответил он и зарделся.

Я знала, что они влюблены друг в друга, но их отношения были платоническими. Лис и рысь – плохо сочетаемая пара, и они это отлично понимали и всячески сдерживали свои чувства. Но сердцу, как говорится, не прикажешь.

– Значит, ты в селение, – задумчиво проговорила я.

– Ну да, – закивал Тин. – Хочу сейчас отправиться, пока еще не рассвело. Ты же знаешь, что в облике зверя мы мчимся как ветер. Это не ваши машины!

– Эх, жаль, не можешь и меня прихватить! – заметила я. – Я ведь тоже туда собралась!

– Ну да? – удивился он. – Так давай отнесу! Как-то Ладу возил на своем загривке к рысям. Да мы от леса, что за вашим аэропортом, за пару часов домчались. А там не одна сотня километров.

– Я завтра вечером еду с отцом в деревню. И когда он вернется в город, отправлюсь обычным путем на велосипеде через тайгу, – пояснила я. – Так что с тобой никак не смогу. Сам подумай, что я родителям скажу?

– Это да! – охотно согласился Тин. – Значит, завтра ты будешь в своей деревне…

– Должна! Отец хотел вернуться в воскресенье вечером, но я решила, что под благовидным предлогом останусь. Бабушка у нас старенькая, она никогда мне не мешала заниматься своими делами, да и вопросов лишних не задает. Так что я могу уезжать, куда и когда хочу.

– Удобно, – согласился он. – Лиль, а что с Владом? – вдруг в лоб спросил он.

И это было так непохоже на повадки хитроумного лиса, что я растерялась.

– Ты за этим явился ко мне среди ночи? – уточнила я и села рядом с ним на диван. – Но тебе-то что за дело?

– Обижаешь! – ответил Тин. – Мы же друзья! А я своих в беде не бросаю. И неважно кто это – человек, оборотень или даже вампир.

– Стас доложил? – предположила я. – Вы же с ним словно ближайшие родственники.

– Нет! – явно удивился он. – С Велеславой частенько общаюсь… по мобильному, конечно. Мы чуть ли не каждый вечер разговариваем. А, как ты знаешь, она очень дружна с братьями. С детства вместе.

– Что она тебе рассказала? – насторожилась я. – Знаю, что и Стас и Рос тщательно скрывают произошедшее с Владом.

– И что с ним приключилось? – живо поинтересовался он и даже наклонился ко мне.

– Тин, – невольно засмеялась я, – давай закончим играть в «кто кого перехитрит» и выясним все напрямую. Говори все, что знаешь!

Он стал серьезным.

– Первое: Влад явно болен, – четко произнес он, – второе: с ним творится что-то очень нехорошее, третье: Велеслава о чем-то догадывается, но мне до конца раскрывать правду не хочет, четвертое: Злата пользуется странным состоянием Влада и всячески его домогается. Вот я и решил, что у вас происходит что-то плохое.

– И только поэтому по пути в селение решил завернуть ко мне? – уточнила я.

Тин вздохнул и потупился.

– Говори, как есть!

– Понимаешь, Лиля, я ведь и правда люблю и Стаса, и Роса, и Влада. Они отличные ребята! И мы дружим вот уже несколько лет. С Владом беда! Велеслава в этом просто уверена. И она считает, что только ты сможешь помочь ему. Так, по крайней мере, она мне сказала. А что там у нее на уме, точно я не знаю. Вы, девушки, такие нелогичные на самом деле, вас понять невозможно! Она пыталась поговорить с братьями, когда они вернулись с очередных гастролей, но они лишь отшучивались. Конечно, Велеслава отлично знает, что отношения обычной девушки и слава ни к чему хорошему не приведут, поэтому может понять побудительные мотивы Стаса и Роса. Возможно, им на руку, что Влад будто бы позабыл тебя. Поэтому они и не хотят, чтобы ты вмешивалась.

– Но… – начала я.

Однако Тин быстро поднял руку, жестом останавливая меня.

– Велеслава два дня назад говорила с Владом, – продолжил он. – Ей с трудом это удалось, так как братья никуда его не выпускают со двора, всем в селении рассказывают, что Влад травмировался на гастролях, упал с большой высоты, ударился головой, получил сотрясение и пока в себя не пришел. И ему нужен полный покой. Односельчане поэтому им особо не надоедают. Только Злата торчит у них чуть ли не сутками. Она даже отменила поездку в Голландию, где у нее должен был состояться очередной показ.

– Вот же… – начала я, но остановила себя, так как с языка чуть не слетело бранное слово в адрес Златы. – И что Влад сказал Велеславе?

– То-то и оно, что ничего особенного, – задумчиво произнес Тин. – Он сидел на плетне на краю огорода и смотрел на озеро. Велеслава увидела его и подошла. Она пыталась с ним поговорить, но он смотрел на закат отсутствующим взором. Она заметила, что его зрачки расширены и неподвижны. Она заглянула в них. И увидела картины. Ну ты, близко общаясь со славом, наверняка знаешь о способности транслировать мысли на радужку. Я сам не раз наблюдал это у Велеславы. Глаза становятся такими странными, словно это дисплеи и по ним будто идет трансляция какого-то фильма.

– Да, видела не раз у Влада, – подтвердила я. – Но ведь славов с раннего детства учат сдерживать себя. И как Влад объяснял мне, трансляция возникает, когда слав сильно взволнован и не может себя контролировать. А так как Влад сильно влюблен в меня, то его мысли частенько появлялись на поверхности глаз.

– Вот как? – чему-то обрадовался Тин и даже покраснел от удовольствия.

– Значит, Велеслава тоже… – сказала я и осеклась.

– Видел изображения в ее глазах и не раз! – ответил Тин. – Но она из-за этого очень нервничала.

– Еще бы! – улыбнулась я. – А ведь, получается, Велеслава не на шутку влюблена!

– И я в нее, – прошептал он.

На его лице появилось мечтательное выражение, улыбка тронула губы.

– Но мы отвлеклись от темы! – вернула я его с небес на землю. – И что она увидела в глазах Влада?

– Злату, которая мылась с ним в душе. Она направляла душ ему прямо в лицо, затем смеялась. И она была… извини, Лиль… но она была голая.

– То есть Велеслава видела какую-то сцену, когда они были в душе? – уточнила я.

В голове тут же пронеслись воспоминания о том злополучном дне. Когда мой талисман вызвал у рысей что-то наподобие приступа безумия, они понеслись в квартиру. В этот момент там находились блестяшки. Они-то мне потом все и доложили. Когда Влад и Злата ворвались в коридор, блестяшки высунулись из комнаты и наблюдали за ними. Искра тогда рассказала, что рыси были явно не в себе. Они даже не могли справиться с метаморфозами своих сущностей и превращались то в людей, то снова в зверей. А потом скрылись в ванной. Блестяшки слышали шум воды. И именно после этого Влад изменился. Он стал вялым, безразличным и во всем слушался Злату. Она побросала его вещи в сумку, и они покинули квартиру.

– Велеслава попросила меня обязательно встретиться с тобой, – после паузы сообщил Тин. – И уговорить тебя отправиться в селение. Она хочет с тобой переговорить о чем-то важном.

– Это касается Влада, – прошептала я и сжала руки.

Меня охватило сильнейшее волнение. Я понимала, что все это время будто бродила во тьме. И видимо, разгадка всего произошедшего была близко.

– А больше она тебе ничего не сообщила? – уточнила я.

– Ничего, – ответил Тин. – Знаешь, я пойду. Раз ты сама уже решила отправиться в селение, то моя миссия завершена. Жаль, что ты не можешь поехать сейчас… на мне. Я-то размечтался, что доставлю тебя прямо к порогу Велеславы.

– Еще чего не хватало! – рассмеялась я. – Чтобы я, девушка, воспитанная в строгих правилах, разъезжала верхом на лисе?!

– Да ну тебя! – расхохотался он в ответ и шутливо ударил меня ладонью по плечу.

– Лиля? С кем ты разговариваешь? – услышали мы голос из-за двери.

Тин бесшумно метнулся к окну, раскрыл его и скользнул в проем. А я нырнула в кровать. Раздался тихий стук в дверь.

– Да? – сонным голосом спросила я.

– Дочка, ты только что с кем-то разговаривала! – сказала мама, заглядывая в комнату. – Я вставала в туалет…

– Может, мне что-то приснилось, – ответила я и потянулась. – Бывает, во сне разговаривают.

– Что-то за тобой я такого никогда не замечала! – проворчала она.

– Мне, наверное, что-нибудь приснилось… волнительное… Ладно, давай будем спать. А то скоро уже рассветет.

– Ну хорошо, – неуверенно ответила она и острым взглядом окинула комнату. – А окно почему открыто? То-то думаю, что у тебя очень холодно! Октябрь на дворе!

– Не забывай, я спортсменка и люблю спать на свежем воздухе, – спокойно проговорила я, наблюдая за ней.

Мама закрыла окно, поправила мое одеяло.

– А я уж грешным делом решила, что к тебе какой-то парень забрался, – вдруг сказала она. – Первый этаж, да еще такой низкий!

– Мама! Ночью? У меня в комнате? Парень? – притворно возмутилась я.

– Ну мало ли! – туманно ответила она и плотно закрыла за собой дверь.

А я перевела дух и попыталась уснуть. Но так и не смогла. Волнение не покидало. Я все думала о рассказе Тина и понимала, что Велеслава не открыла ему всей правды, ведь вся эта история касалась исключительно рысей. И то, что она захотела немедленно со мной встретиться, тоже говорило о многом. Судя по всему, она увидела в глазах Влада что-то такое, что касалось и меня. Так я рассуждала в тот момент. Я ворочалась с боку на бок, но сон не шел. Когда окончательно рассвело, я встала и первым делом набрала номер Грега. История с воскресшей Капелькой тоже не давала мне покоя.

– Привет, Лиля! – невозмутимо ответил он.

– Здравствуй! – обрадовалась я. – Как ваши дела?

– Все хорошо. Но ты ведь наверняка звонишь не за тем, чтобы задать мне стандартно вежливые вопросы?

От такой прямоты я немного растерялась. Потом рассказала о чудесном воскрешении Капельки и о просьбе Искры вызволить ее из цветочного горшка.

– История! – после паузы ответил Грег. – Лада обрадуется. Она полюбила блестяшек. Они такие забавные!

– И болтливые, – добавила я и улыбнулась, вспомнив оживленное личико Искры и ее неумолчный говор. – Извини, что я с такими просьбами, – продолжила я. – Понимаю, как это трудно!

– Бог мой, Лиля, да ничего в этом трудного нет! – ответил Грег. – Дино сейчас в Москве. Они что-то загуляли с Ренатой. И к лучшему. А то моя сестричка совсем пропала в своем монастыре. Отвлекаться тоже нужно. В общем, попрошу Дино, чтобы он унес Капельку с того балкона ко мне домой. Только и всего. А там видно будет. Решим на месте. Но думаю, он не будет возражать слетать еще раз в Ирландию и вернуть блестяшку на родину. Тем более в прошлый раз его очень впечатлил прием летунов. Они чуть ли не на коленях встретили появление господина вампира.

Грег рассмеялся. У меня сразу стало легче на душе.

– Тогда я сообщу Искорке, что все в порядке, – сказала я. – Вот они там обрадуются!

– Конечно! – согласился он. – Думаю, проблем не будет.

Мы замолчали. Я уже хотела попрощаться, как Грег спросил:

– Как там у вас с Владом?

– Все хорошо, – быстро ответила я. – Сегодня как раз собираюсь в деревню. И непременно с ним увижусь. А то, сам знаешь, у меня учеба, у Влада гастроли.

– Тяжело в разлуке, – задумчиво проговорил он. – Приезжайте на каникулы в Москву!

– Возможно, – уклончиво ответила я.

– Вот и славно! – непонятным тоном ответил он.

– Ладно, мне уже пора собираться в техникум, – сказала я. – Ладе привет!

– Передам! До связи!

Когда я закрыла телефон, то задумалась. Я знала, что Грег после обратного превращения в человека не утратил многих своих сверхспособностей. И иногда у меня возникали подозрения, что он не только владеет гипнозом, но и по-прежнему умеет читать мысли. И в то же время я понимала, что если это так, то Грег ни за что не будет афишировать подобный дар.

Я убрала постель и подошла к письменному столу. Открыв один из ящиков, достала серебряный футляр, похожий на большую медаль. Там лежал талисман, который подарил мне Грег. Я не знала, брать ли мне его с собой в деревню. Он защищал от всех иных сущностей, но Влад и так был в плохом состоянии, а сильнейшая энергия талисмана могла еще больше ему навредить. В то же время я не должна была забывать о собственной защите. Злата меня ненавидела. А Вой был на свободе. И хотя Дино уверил его, что я его подружка, и любой летун никогда не пойдет против вампира, я сильно сомневалась, что Вой навсегда исчез с моего пути. В нашу последнюю встречу этот монстр неожиданно признался мне в любви. И это было так странно, ведь летуны казались мне бездушными и жестокими существами, которые в принципе не могут знать, что такое любовь. Однако Вой выглядел очень искренним, и я почти ему поверила. Но встречаться с ним больше не хотела. Никогда!

Я открыла футляр и в который раз залюбовалась игрой драгоценных камней. Раньше талисман отчего-то и на меня действовал негативно. У меня начинала кружиться голова, немного тошнило. Часто оставался красный след под украшением, кожа под ним горела, как от ожога. Но Грег дал мне рецепт одного травяного настоя. Если его выпьет оборотень, то действие талисмана на него прекратится. Я приготовила настой для Влада, но дать ему так и не успела… Я попробовала сама магический настой. И ничего экстраординарного не ощутила. Правда, действие талисмана словно аннулировалось. И я теперь спокойно могла носить его на груди, не испытывая никакого неудобства. Вот и сейчас украшение лежало у меня в ладони, а я оставалась совершенно спокойной.

– Ай-ай! – раздался писк из коробочки от кольца.

Но тут же все стихло.

– Искра? – позвала я, быстро убирая магическое украшение в футляр и пряча его в ящик стола.

Я помнила, как блестяшка упала в обморок, когда Грег внес талисман в комнату. Видимо, она решила выйти на связь, но ощутила негативную энергию. Я подняла крышку приоткрытой коробочки. И над переливающимся волоском возник силуэт блестяшки.

– Где эта опасная штука? – взволнованно спросила Искра и завертела головой.

– В защищающем футляре, – ответила я. – Так что не бойся! Никакого вреда талисман тебе не причинит!

– Да он и так бы не причинил! – вздохнула она и уселась на бархатное дно коробочки. – Я ведь проекция. Однако его волны будто… атаковали меня. Я сейчас что-то наподобие сгустка энергии… не знаю, как объяснить…

– Не нужно углубляться в такие подробности, – торопливо проговорила я, боясь, что сейчас Искра пустится в пространные рассуждения о природе связи через ее волосок-антенну. – Я уже позвонила Грегу!

– Вот как? – оживилась она. – И что он сказал? Ты ему все объяснила? Сообщила, в каком ужасном положении оказалась наша милая Капелька? Что ее ждет, бедняжку? Сколько она еще будет прятаться в этом розовом кустике? Там, в этом ужасном загрязненном городе, ее ждет неминуемая гибель… там совсем нет чистого воздуха… там… смог… машины…

– Тихо! – нарочито грозным тоном произнесла я. – Все в порядке! Дино сейчас в Москве. Грег обещал, что поговорит с ним. Так что все скоро устроится. Ты связывалась с Капелькой?

– Да-да! – закивала Искра. – Но волны так плохо проходят, изображение без конца пропадает, да и звук оставляет желать лучшего… а все из-за смога! Не понимаю, как вы им дышите и остаетесь живы…

– В общем так, – перебила я ее, – ты если сможешь выйти на связь, то сообщи Капельке, что Дино прилетит ночью, чтобы забрать ее с этого балкона. Пусть она не пугается и во всем его слушается. Спасение близко!

– Благодарю! Благодарю! – взволнованно ответила Искра.

– А сейчас мне нужно уходить! – строго произнесла я. – Так что сеанс связи закончен!

– Да, да! Благодарю!

Я увидела, что переливающиеся контуры ее силуэта начали бледнеть.

– Подожди! – спохватилась я, и цвет Искры сразу стал ярче. – Про Воя что слышно? Где он?

– Ничего, – ответила она. – Как в воду канул. Как тогда убежал, так больше не появлялся ни на одной из баз.

– Понятно! До связи!

Ее силуэт исчез. Остался только волосок. Он переливался еще пару секунд, но потом его сияние потухло. Я прикрыла коробочку и начала собираться на занятия.

Мы выехали позже, чем планировали. Отца задержали на работе. Поэтому в деревне оказались ближе к ночи. Бабушка встретила нас ворчанием. Она переволновалась, что мы так долго не едем, и «все глаза проглядела». Отец успокоил ее, мы выпили чаю и сразу легли спать. Суббота прошла в хлопотах по хозяйству. Отец весь день чинил крышу, я помогала, чем могла. Ни о каких поездках в тайгу и речи не заходило. Я изнывала от нетерпения, но оставалось только ждать, когда отец вернется в Благовещенск и я, наконец, буду предоставлена сама себе. В воскресенье он хотел выехать после обеда. Я бродила с унылым видом по двору и всячески показывала, как мне плохо.

– Значит, ты все-таки хочешь остаться еще на несколько дней? – спросил он, когда выгнал машину из-под навеса. – Но как же занятия?

– Я договорилась… на всякий случай, – сообщила я, подходя к нему. – Побуду здесь еще хотя бы дня три. Потом вернусь на электричке. Мне так хочется! Здесь тихо, воздух свежий, да и погода установилась отличная.

И правда: после недавних дождей и похолодания уже второй день небо было чистым, мягкое осеннее солнце прогревало воздух, ветер стих, даже оставшиеся на деревьях пожухшие листочки не шевелились.

– Ты и правда что-то бледненькая и… грустная, дочка, – заметил он.

– Мало ли у меня проблем! – тихо ответила я и потупилась.

– Но убегать от них тоже не дело! – сказал отец. – Страусиное поведение никогда мне не было понятным.

– Я вовсе не прячу голову в песок, – возразила я, оживляясь.

Но тут же осеклась. Выводить отца на спор не входило в мои планы. К тому же сгоряча я могла наговорить бог знает что. Я и так с трудом сдерживала снедавшее меня все эти дни волнение. Влад так близко, а я, вместо того чтобы мчаться к нему, чинила крышу, помогала заканчивать уборку в огороде, слушала бесконечные разговоры родных.

– Папа! – после паузы сказала я. – Я все еще тяжело переживаю разрыв со своим парнем. Но не хочу говорить об этом ни с кем. И ты должен меня понять. Мне просто необходимо побыть в одиночестве, прийти в себя.

Отец вскинул на меня глаза. Его лицо приняло серьезное выражение. Он явно о чем-то раздумывал.

– Ну хорошо, – после мучительной для меня паузы сказал он, – оставайся! Маму я успокою. Она строго наказала мне перед отъездом, чтобы мы вернулись вместе. Так что придется убеждать.

– Ты справишься! – заулыбалась я.

Отец уехал сразу после обеда. Как только его машина скрылась за поворотом, бабушка завздыхала, причитая, как мало он побыл в гостях.

– Так ведь работа! – успокаивала я ее. – К тому же я осталась. Вот даже на учебе отпросилась, чтобы побыть здесь подольше.

– А какой с тебя толк? – пожала она плечами. – Ты сейчас сядешь на свой велосипед и умчишься в тайгу, только я тебя и видела!

И она, не дожидаясь ответа, скрылась в доме. Я действительно тут же выкатила велосипед из-под навеса. Мне хотелось немедленно уехать. Я знала, что бабушка после обеда обязательно вздремнет. Но остановила саму себя. Куда бы я сейчас помчалась? К Венцеславу? Но до хранилища Жемчужины, которое находилось возле селения и стояло на противоположном берегу довольно большого озера, ехать несколько часов. Дай бог, чтобы я добралась туда к ночи! Я взяла себя в руки и постаралась успокоиться, чтобы принять верное решение. Прислонив велосипед к стене дома, я уселась на крыльцо. Лучше всего было бы отправиться в путь завтра на утренней заре. Бабушке скажу, что буду весь день кататься по тайге. Я вздохнула. Нетерпение жгло. Мне безумно хотелось увидеть Влада. Я истосковалась по нему. И пусть он сейчас сам не свой, все равно он остается для меня любимым. Мне казалось, что я просто физически не вынесу ожидания, хотя умом я понимала, что так будет лучше. Я достала из кармана куртки телефон и набрала номер Стаса. Он ответил сразу, но его голос мне не понравился. Словно он был недоволен, что я звоню.

– Привет, Лиля! – настороженно проговорил он. – Что-то случилось?

Я решила скрыть от него, что нахожусь совсем близко от территории рысей.

– Привет, – ответила я, стараясь, чтобы голос не дрожал. – Звоню… узнать. Давно от вас вестей не было. Как Влад?

– Без изменений, – сухо ответил он. – Ну мы же тебе все объяснили в последнюю нашу встречу. Его душа исчезла в Москве. Поэтому необходимо отправиться именно туда, чтобы жемчужина притянулась к Владу.

– А что, разве расстояния играют какую-то роль в таком деле? – осторожно спросила я.

Стас замолчал. Я терпеливо ждала. От его ответа зависело многое. Интуитивно я уже понимала, что это не случайная потеря, с Владом произошло что-то непредвиденное, и может даже, по чьей-то злой воле. И предположить, кто мог украсть его душу, несложно. Ищите, кому выгодно, и найдете исполнителя. А выгодно лишь Злате. Она не смогла добиться любви Влада никаким другим способом, у нее не получилось устранить меня из его жизни… Вывод напрашивался сам собой. Я не раз обдумывала это, однако до конца не верила своим догадкам. Слишком серьезным было такое обвинение, ведь Злата, хоть и стерва, все-таки одна из славов. А похищение чужой души считалось у них одним из тяжелейших преступлений. Я знала точно.

– Вообще, не играют, – после длительной паузы признался Стас. – Мы и сами удивлены, почему жемчужина Влада все еще не отыскала своего хозяина. Она должна была притянуться к нему уже давно. Ведь он находится без души почти два месяца. Очень большой срок.

– О чем и речь, – тихо проговорила я.

– Через десять дней мы отправляемся в Москву, – сообщил он. – Возможно, там они найдут друг друга. У тебя все? – довольно недружелюбно добавил он.

И я окончательно решила не говорить, что нахожусь так близко. К тому же после сообщения Тина я могла смело отправляться в селение, ведь меня пригласила Велеслава.

– Да, все, – уверенно ответила я.

– Пока! – сухо сказал Стас и положил трубку.

– Пока, – прошептала я, слушая короткие гудки.

«Отправлюсь на заре, – решила я. – Дня мне хватит, чтобы добраться до селения рысей, встретиться с Велеславой и, возможно, переговорить с хранителем. И конечно, увидеть Влада!»

При мысли о нем жар прилил к щекам. Я так долго сомневалась, так долго анализировала, что за чувство испытываю к нему. И когда окончательно осознала, что это настоящая любовь, то она охватила все мое существо, затопила меня с головой, словно наконец разрушилась так долго сдерживающая ее плотина. Я любила! Каждой клеточкой своего тела, каждой частичкой души! Все мои мысли были заняты Владом, любовь к нему поглотила меня. Это мешало включаться разуму, но заработала интуиция. И сейчас я училась ей доверять. У меня развивалось какое-то внутреннее звериное чутье, и я уже поняла, что оно не очень-то дружит с разумом. Он только мешал улавливать глубинную суть происходящего. Интуитивно я была уверена, что Злата похитила душу-жемчужину, но разум без конца приводил мне веские доводы, что этого просто не может быть по той простой причине, что Злата – рысь и никогда не пойдет на такое неслыханное преступление против своего рода.

«Завтра первым делом встречусь с Велеславой, – решила я. – А там видно будет. Сориентируюсь по обстоятельствам».

Но встретилась я с ней намного раньше, чем рассчитывала. Бабушка легла спать, по своему обыкновению, довольно рано. Я предупредила ее, что собираюсь погонять на велосипеде, уеду, как только проснусь, и могу проездить до вечера. Но она особо не удивилась, так как давно смирилась, что я люблю раскатывать по тайге целыми днями.

Я проснулась оттого, что взвыл наш пес Урай. Я села на кровати. Вой повторился. Я знала, что собаки, как, впрочем, и все животные, не выносят приближения к ним оборотней. Но Урай мог выть и по другому поводу. Однако я встала и приблизилась к окошку. Отодвинув тюлевую шторку, выглянула на улицу. Мое окошко выходило в довольно заросший палисадник. И я четко увидела, как колышутся кусты. Я замерла. И даже начала улыбаться, так как мелькнула мысль, что это Влад примчался ко мне. Однажды он уже вот так навещал меня ночью и даже забирался ко мне в комнату через окно. Я отодвинула горшки с геранью, подняла шпингалет и высунулась на улицу. Из кустов показалась мордочка огромного лиса. Он воровато оглянулся, затем выбрался на свет, встряхнулся. И вот передо мной Тин.

– Лиля, это я, – прошептал он и приблизился к моему окну.

– Привет! – тихо ответила я.

– Твоя собака подняла шум, как только я подбежал к вашему дому, – сказал Тин.

Урай будто услышал его слова. И со двора снова раздался вой, затем бешеный лай.

– Я за тобой, – торопливо сообщил Тин и поморщился. – Надо же так лаять!

– За мной? Что-то случилось с Владом?! – испугалась я.

– Можешь выйти из дома? – уточнил он, не ответив на мой вопрос.

Я кивнула и бросилась к комоду. Лихорадочно одевшись, выбралась в окошко. Тин по-прежнему стоял возле него и помог мне спрыгнуть на землю. Мы покинули палисадник и устремились по улице к лесу. Когда оказались за пределами деревни, Тин остановился и повернулся ко мне.

– Пешком мы с тобой долго будем идти, – с улыбкой заметил он. – А до селения о-го-го какое расстояние для твоих слабых ног.

– Почему это они у меня слабые? – возмутилась я. – Очень даже натренированные!

– Придется воспользоваться проверенным способом, – не слушая меня, сказал он. – Я будто нанялся возить на своей спине девушек! Вначале Ладу, а вот сейчас и тебя придется!

– На спине? – засмеялась я и с любопытством на него посмотрела. – Предлагаешь мне взгромоздиться на твои плечи и ехать на тебе?

– Садись на спину и обними мою шею, только, смотри, не задуши! – ответил Тин и отскочил от меня.

Я отвернулась, так как не любила наблюдать за превращениями оборотней. И когда ощутила явный запах лисьей шерсти, обернулась. Огромный лис стоял возле меня, подняв морду и заглядывая в глаза. Я приблизилась и погладила его по спине, он тихо тявкнул. Долго раздумывать я не стала. Забралась к нему на спину и обхватила шею руками. Лис рванул с места и помчался через темную тайгу. Скорость была поразительная, я даже слышала свист ветра в ушах. И мне показалось, что минут через пятнадцать мы уже достигли места. Лис замедлил бег, затем остановился, поводя боками и тяжело дыша. Я сползла в траву и попыталась прийти в себя. Сердце колотилось, тело сотрясала мелкая дрожь. Лис ткнулся мне носом в щеку, я улыбнулась и легла на спину, закрыв глаза и глубоко вдыхая холодный чистый воздух. Рядом раздалось тявканье, затем лис встряхнулся, по моей горячей щеке пробежал легкий ветерок, и все стихло. Я ощутила приятный свежий аромат парфюма, которым в обычной жизни пользовался Тин, и повернула голову. Он стоял неподалеку и с тревогой вглядывался в мое лицо. Половинка луны висела в чистом небе и довольно хорошо освещала местность. Я четко видела его стройную фигуру, густые волосы, распущенные по плечам, распахнутую замшевую куртку и белеющую под ней футболку.

– Лиля? – тихо позвал он. – Как ты себя чувствуешь?

– Отлично! – ответила я, окончательно приходя в себя.

– Просто легла отдохнуть на сырую землю? – заметил он и заулыбался.

Подойдя, подал мне руку. Я уцепилась за нее, вскочила и огляделась, быстро спросив:

– Где мы?

– В нескольких метрах от озера, – пояснил Тин. – Справа от нас на его берегу селение славов, а слева, на противоположном – хранилище Жемчужины. Ну, там ты уже побывала.

– Да-да, – пробормотала я и напряглась, так как ясно уловила в подувшем в нашу сторону ветерке запах рыси.

Я повернула голову по направлению запаха и различила какое-то движение среди деревьев.

– К нам… – тихо начала я, но не успела договорить, увидела прыжок рыси, которая на лету превратилась в девушку.

– Велечка! – восхитился Тин и бросился к ней навстречу.

Она широко улыбнулась. Они быстро обнялись, но тут же отпустили друг друга, смутившись. Я уже встречалась с Велеславой, и она мне очень понравилась. Девушка, как и все славы, обладала ярко выраженной славянской красотой. Она была статной, русоволосой и сероглазой. Ее свежее румяное лицо притягивало приветливым выражением и милой улыбкой. С Тином они выглядели эффектной парой, под стать друг другу. Но, конечно, когда находились в людском обличье. То, что это рысь и лисица, мне даже думать не хотелось.

– Привет! – произнесли мы с ней одновременно и рассмеялись.

– Хорошо, что ты смогла встретиться со мной, – сказала Велеслава, внимательно в меня вглядываясь. – Я, по правде говоря, думала, что ты уже охладела к Владу. Не обижайся, но сама понимаешь, все может быть! Но раз ты здесь, то все в порядке. Мне необходимо с тобой поговорить!.. С глазу на глаз, – добавила она и строго глянула на Тина.

Он молча кивнул и гуляющей походкой направился в лес. Велеслава двинулась в противоположную сторону, ловко проскальзывая между разросшимися кустами. Тайга тут была смешанной, с густым подлеском. Я продиралась сквозь заросли с трудом. И хотя Велеслава шла впереди, прохода за ней не оставалось. Отогнутые ветви мгновенно возвращались на место. Но скоро мои мучения закончились, так как мы вышли на небольшую круглую полянку и оказались возле озера. Было тихо. Вода не колыхалась, и отражение желтоватой половинки луны казалось светящимся ломтиком дыни, плавающим в озере. На берегу я увидела поваленный ствол старой толстой осины. Мы уселись на него.

– Видишь несколько огоньков? – спросила Велеслава и показала рукой на далекий берег справа.

Я кивнула.

– Это наше селение, – пояснила она. – Оно расположено вдоль озера, берег там довольно высок. С краю, который ближе к нам с тобой, находится мой дом, а рядом живут братья.

– Они не с родителями? – уточнила я.

– Нет! Стас хотел жениться и построил этот дом. Родители живут через улицу. Это было около двух лет назад. Но потом он разругался с невестой.

– Она тоже рысь? – тихо поинтересовалась я.

– Конечно! Только не из нашего селения. Ее деревня находится довольно далеко отсюда. Стас познакомился с ней случайно, когда охотился. Вспыхнуло чувство. Но когда девушка узнала, что Стас не просто обычный житель селения, а гимнаст, да еще и постоянно гастролирующий, то ревность съела ее любовь. Они ругались все чаще, потом ему это надоело, и он решил расторгнуть помолвку. Но дом уже был построен. Теперь братья по приезде обычно живут в нем.

– Влад сейчас там? – с трудом преодолевая волнение, спросила я и посмотрела на дальний берег.

– Да, он почти не покидает дом и двор. Но это всех устраивает – и Стаса с Росом, и… Злату, – задумчиво проговорила Велеслава и повернулась ко мне.

Я понимала, что она знает все. В отличие от других жителей селения Велеславу не удалось обмануть рассказами о якобы плохом самочувствии Влада после полученной травмы. Я очень хорошо относилась к этой милой доброй и приветливой девушке, мне она не сделала ничего плохого и причин не доверять ей у меня не имелось. Она всегда была на стороне Влада, еще в тот период, когда он пытался найти меня, так быстро исчезнувшую из хранилища. Я подозревала, что Велеслава понимает нас как никто другой, ведь и она была влюблена в того, кто никак не мог составить ей пару на всю жизнь. Союз что рыси и человека, что рыси и лиса, бесперспективен, и это не вызывало сомнений. Велеслава молчала. Я не торопила ее с рассказом. Все равно она откроется мне. Иначе зачем было гнать в мою деревню Тина? Я искоса наблюдала за ее опущенным задумчивым лицом. Велеслава подняла руку и начала теребить шнурок на шее. Раздался тихий мелодичный звон. Я впервые слышала ее «фамильный» колокольчик, и его звук поразил меня. Он был необычайно мелодичен и проникал, казалось, в самую глубину души. Я знала, что Велеслава никогда не расстается с ним. Это был крохотный колокольчик из синего стекла, он висел словно кулон на шнурке. Как рассказал мне когда-то Тин, эта вещь переходила по наследству, Велеслава по достижении совершеннолетия получила ее от матери. Но это был не совсем обычный колокольчик. Его звон мог вывести слава из аномальной зоны. Влад, решив сделать мне дорогой и необычный подарок, отправился в такое место. Это было священное хранилище славов под названием Золотой овраг. Насколько я знала, там хранились все украшения, когда-либо принадлежащие рысям. После смерти владельца они попадали именно туда. Простым славам было запрещено входить в хранилище. Доступ имели только хранители и старейшины. И в тяжелые для племени времена они доставали оттуда золотые украшения. Влад в тот момент настолько потерял голову от любви, что решил достать из запретного оврага фамильную драгоценность – прабабкину подвеску – и преподнести ее мне в знак вечной любви. Однако он заблудился в аномальной зоне, потерял счет времени и был дезориентирован в пространстве. И бродил там до тех пор, пока Велеслава не пришла на помощь. Она приблизилась ко входу в Золотой овраг и звуком своего волшебного колокольчика указала Владу путь. Но, возможно, у этого магического предмета были и другие неизвестные мне свойства.

– Какой мелодичный звон, – заметила я и напряженно посмотрела на Велеславу.

– Да, он проясняет мои мысли, – тихо ответила она, но руку опустила.

Колокольчик затих.

– Послушай, я все знаю! – решила я помочь ей принять решение. – Понимаю, что для тебя я прежде всего человек и ты не можешь доверять мне до конца.

– Для меня ты прежде всего возлюбленная моего друга Влада, – ответила она.

И мы снова замолчали. Я уже начала испытывать неудобство от такого странного общения. Велеслава явно никак не могла принять решение, возможно, просто не хотела открывать всю правду. И я взяла инициативу в свои руки.

– Послушай, – начала я, – хочу рассказать тебе кое-что. Но обещай, что это останется между нами.

– Хорошо, – немного нервно ответила она и снова затеребила шнурок с колокольчиком.

Но я уже не обращала внимания на его звон.

– У меня есть талисман, отпугивающий всех иных сущностей… и оборотней в том числе.

Я замолчала. Про талисман лучше было не упоминать, но как бы я объяснила, что случилось с Владом?

– Продолжай! – откликнулась она. – Обещаю, что твои тайны останутся во мне.

– И причина нынешнего состояния Влада именно в нем, – сказала я.

– Продолжай! – взволнованно повторила она.

Ее глаза расширились. На дне зрачков будто бы появилась какая-то подсветка, и я увидела картинки-воспоминания. Видимо, Велеслава была настолько взвинчена, что не смогла контролировать трансляцию своих мыслей. Я замерла, изучая лицо Златы, появившееся в ее глазах. Его выражение мне очень не понравилось. Она криво улыбалась, ее ноздри хищно раздувались. Она отпрянула назад и начала удаляться. В ее поднятой руке я заметила малиновую жемчужину. Она посмотрела на нее и звонко засмеялась. За ее спиной я заметила знакомый кафель с узором из голубых цветочков. Злата находилась в ванной комнате той квартиры в Москве.

– Я так и знала, что это она похитила душу Влада! – не выдержала я. – Тварь!

Велеслава покраснела и моргнула.

– Ты видела? – торопливо произнесла она. – Я не хотела! Но именно это рассмотрела в глазах Влада. Он сидел на плетне лицом на закат и был совершенно невменяем. Когда я подошла к нему, он вначале даже меня не заметил. И в его глазах я увидела картинки-мысли. Конечно, я замерла и изучала их до тех пор, пока они не пропали.

– Поэтому ты хотела со мной встретиться? – прошептала я. – Я так и думала!

– Но ведь ты только что сказала, что все дело в талисмане! Значит, Злата тут ни при чем? Может, это просто больные фантазии Влада?

– Еще как при чем! – сухо произнесла я.

И рассказала в подробностях все, что произошло в тот день. Велеслава молчала и, казалось, впитывала каждое мое слово. На ее лице был написан ужас.

– Картина полностью восстановилась, – сказала я напоследок. – Когда они забежали в ванную, чтобы попытаться смыть с себя водой чужеродную вредную энергию, то Злата, по всей видимости, пришла в себя первой. Влад, возможно, вообще был в обморочном состоянии. И она вынула жемчужину из его языка. Я же только что ясно это видела. Он очнулся, и его память запечатлела картинку. Именно ее ты и увидела, а сейчас и я. Ужасно! Как она могла?! Гадина!

Я вскочила с бревна. Ненависть душила меня, я с трудом сдерживалась, чтобы немедленно не побежать в селение и не посчитаться с этой мерзавкой. Украсть душу, чтобы получить власть?

– Это страшное преступление, – сказала Велеслава. – И карается оно сурово.

Я перестала ходить по поляне и остановилась напротив нее.

– Слав, похитивший чужую душу в корыстных целях, помещается в Долину Мертвых Жемчужин, – монотонным голосом продолжила она. – Срок устанавливает совет старейшин, куда входят и хранители. Но минимальный – пять лет. Живому там очень тяжело. Во время своего проживания в долине преступник не просто живет там, он обязан служить жемчужинам. А они наполнены энергией смерти, которую почти невозможно вынести. Мало кто доживал до конца срока наказания. Но и единицы за нашу историю совершали подобное преступление. По правде говоря, я не могу до конца поверить, что Злата пошла на такое.

– Но ты же видела! – напомнила я.

– Повторюсь. Может, это просто больные фантазии Влада. Наверняка мы не знаем!

– Что же делать? Что же делать? – лихорадочно спрашивала я. – Братья уверены, что жемчужина затерялась где-то в Москве, и собираются скоро туда поехать. Влад явно невменяем и не может нам ничего рассказать, а уж Злата точно будет все отрицать!

– Я подумала, что, возможно, если вы встретитесь с Владом, то он придет в себя, – после паузы сказала она. – Поэтому и попросила Тина пригласить тебя сюда. Хотела тайком вывести Влада куда-нибудь в лес и устроить вашу встречу. Не может быть, чтобы такая сильная любовь, как у вас, не повлияла хоть как-то на его состояние!

– Может! – тихо ответила я. – Ты не знаешь, но я ведь уже пыталась с ним встретиться. В вашем священном месте возле затона с лилиями любви. Правда, Влада туда привела Злата, чтобы он подарил ей цветок. И я оказалась там в тот же момент. Влад смотрел словно сквозь меня, а Злата торжествовала. Понимаешь? Меня словно не было, я для него – пустое место! – с горечью добавила я.

– Он же лишился души, – мягко проговорила Велеслава. – Но могу себе представить, как тебе было невыносимо видеть его таким равнодушным!

– Мало того, он при мне обнимал и целовал эту мерзавку! – добавила я и ощутила, как подступают слезы. Но я мгновенно взяла себя в руки. Поддаваться эмоциям было нельзя ни в коем случае. Мы замолчали. Я села на дерево рядом с Велеславой и смотрела на воду. Край неба уже начал светлеть.

– Как только я заподозрила, что Влад лишился жемчужины, то стала при каждом удобном случае наблюдать за ним, – сообщила Велеслава. – И знаешь, Лиля, он отчего-то полюбил время рассвета и заката. Я заметила, что на заре он выходит к высокому берегу реки за огородом. Усаживается на плетень и будто бы обращается в статую. Не сводит глаз с встающего или заходящего солнца. Именно в такой момент я и увидела картинки-мысли, когда подошла к нему. Скоро рассветет. Давай, поднимемся на берег и будем его ждать.

– А братья? – поинтересовалась я.

– Он обычно один в такое время и выглядит так, будто медитирует.

– А… Злата? – не унималась я.

– Что ты! На утренней заре она еще спит. Злата, хоть и рысь, но приобрела сугубо людские привычки. К тому же, как ты знаешь, она модель. А для них внешний вид – все! И долгий сон, как она не раз говорила, лучшее косметическое средство. Так что на этот счет можешь быть спокойна. Пошли? – спросила Велеслава и встала.

Я вскочила и вгляделась в правый высокий берег. Мне хотелось бежать туда, чтобы скорее увидеть любимого. Да и край неба уже начал розоветь. Озеро затягивала легкая дымка тумана, было очень тихо. Велеслава направилась вдоль берега. Я двинулась за ней, стараясь справиться с подступившим волнением. У меня буквально стоял ком в горле, из-за него было трудно дышать, и при ходьбе я с шумом втягивала воздух. Пройдя несколько метров, Велеслава остановилась и оглянулась. Ее лицо выражало участие.

– Лиля, тебе необходимо успокоиться, – ласково произнесла она. – Ты так громко дышишь! Мне даже кажется, я слышу стук твоего сердца.

– Да, да, – пробормотала я, стараясь выровнять дыхание. – Но мне кажется, меня сейчас разорвет от волнения. Ты даже не представляешь, как сильно я люблю Влада! – не выдержала я. – Никогда я такого не испытывала. Он моя по-настоящему первая любовь. Я жить без него не могу! И это невыносимо! Я так долго его не видела! И вот сейчас…

– Тихо, тихо, – мягко проговорила она, подняла колокольчик и начала его потряхивать.

Нежный мелодичный звон поплыл по лесу. Он проник мне прямо в сердце, и оно, словно подстраиваясь под его ритмичные звуки, стало биться медленнее. Мне сразу стало легче дышать.

– Вот и хорошо, – сказала Велеслава, вглядываясь в мое лицо. – Вот и славно.

Она перестала звонить, и мы отправились дальше.

Когда приблизились к обрывистому склону, Велеслава подняла голову, словно к чему-то прислушиваясь. Мое обоняние и слух тоже чрезвычайно обострились. И вот мне показалось, что я слышу запах Влада и шуршание травы под его ногами. Велеслава тоже, по всей видимости, его услышала. Она повернулась ко мне и тихо проговорила:

– Пройди на пару метров вперед, там будет узкая тропка наверх. Поднимешься по ней и окажешься возле плетня, огораживающего участок братьев. Там есть старая кривая береза, она будет служить тебе ориентиром. Влад любит сидеть на плетне именно возле нее.

– А ты? – в недоумении спросила я.

Мне казалось, Велеслава хочет отвести меня сама и присутствовать при нашей встрече.

– Я найду бедняжку Тина, – ответила она и улыбнулась. – А то он, наверное, заждался!

– Понятно! – закивала я и улыбнулась в ответ. – Спасибо тебе за все, милая Велеслава! – горячо поблагодарила я.

– Пока не за что! – тихо ответила она. – И будь предельно внимательна и… осторожна. Теперь мы точно знаем, что произошло. Влад остался без души, а это страшное состояние.

– Мне бы только его увидеть! – вздохнула я. – Хотя бы издали! Я истосковалась по нему!

– Я найду Тина, и мы будем поблизости… на всякий случай, – ободряющим тоном произнесла она. – Иди! Заря разгорается.

Дополнительного приглашения мне не требовалось. Я стремительно двинулась в указанном направлении и скоро увидела извилистую тропу наверх. Взлетев по ней на довольно крутой берег, я сразу заметила Влада. Плетень тянулся в нескольких метрах от обрыва, слева высилась старая береза, и возле нее неподвижно сидел Влад. Он примостился на верхнюю жердь, нахохлился и напоминал какую-то дремлющую большую птицу. Я осторожно пошла к нему. Но он не реагировал. Солнце начало вставать, его лучи окрасили окружающий мир в золотисто-розовые тона. И обычно бледное последнее время лицо Влада выглядело почти как раньше – румяным и свежим. Но вот небольшая тучка поплыла над горизонтом и на пару минут закрыла встающее солнце. Я вздрогнула, так как цвет зари больше не красил лицо Влада. И я увидела, насколько он бледен. Это было серое неподвижное лицо мертвеца. Сердце сжалось, но я взяла себя в руки и подошла. Влад по-прежнему не реагировал, словно не слышал моих шагов, не замечал, что я стою напротив него.

– Милый! – прошептала я и приблизилась почти вплотную к нему.

Его расширенные глаза были неподвижны, зрачки выглядели огромными черными дырами в пропасть. И я словно в бездну заглянула. Это было настолько страшно, что я отпрянула и зажмурилась. Когда открыла глаза, Влад сидел все в той же позе нахохлившейся птицы. Я обняла его, но он словно окостенел и не реагировал. Разжав объятия, я инстинктивно поднесла к его лицу свою левую руку. На пальце было подаренное им кольцо с бриллиантовой лилией. Лучик солнца в этот момент скользнул по нему, и лилия засверкала всеми цветами радуги. Влад вздрогнул. Я мгновенно воодушевилась.

– Милый! Помнишь это кольцо? Ты подарил мне его в знак вечной любви!

И я провела острыми кончиками лепестков по его щеке. Его лицо приняло более осмысленное выражение. Я коснулась пальцами его висков, повернула его голову к себе и глубоко заглянула в глаза. Зрачки начали сужаться.

– Любимый, – прошептала я и припала к его губам.

И они дрогнули. Их застывшая ледяная твердость начала наливаться горячей кровью, я ощущала ее биение под своими губами и целовала все более настойчиво. И вот он оторвался от моих губ и глубоко вздохнул. Его ресницы затрепетали, глаза не отрываясь смотрели в мои. Я вцепилась в его пальцы. Они тоже были ледяными, но чем дольше я их держала, тем горячее они становились.

– Лиля? – спросил он с явным изумлением.

– Любимый! – ответила я и с трудом сдержалась, чтоб не разрыдаться.

Его руки уже обнимали меня, он терся носом о мои волосы, затем начал страстно меня целовать. И будто прежний Влад был сейчас со мной. Когда он оторвался от меня, то начал торопливо говорить:

– Я словно все время на дне огромной пропасти… ко мне приходит черная рысь… моя душа в ней… я подчиняюсь только черной…

Влад соскочил с плетня и закрыл лицо руками. И как только наш физический контакт прервался, он сразу стал прежним зомби. Я видела это по окостеневшему телу и неестественной позе. И когда его руки опустились, я вздрогнула. Лицо вновь посерело и застыло, медово-солнечные глаза потухли, зрачки расширились и заполнили их до отказа. И я снова видела провалы в бездну.

– Влад! – испуганно позвала я.

Но он стоял неподвижно и не реагировал.

«Что же делать? – метались мысли. – Ведь только что он обнимал меня и целовал. И казался совсем прежним Владом! Отчего он вдруг снова стал как зомби? Что происходит?»

И вдруг мне на ум пришло выражение: память тела. Я знала, что это такое, так как с детства занималась спортом. Существует четыре так называемых «чистых» типа памяти: слуховая, зрительная, тактильная, именно ее и называют памятью тела, и эмоциональная. И каждый тип является каналом, несущим информацию. Наши мышцы имеют свою память. Например, можно очень долго не заниматься спортом, но как только ты снова начинаешь делать разученные когда-то упражнения, мышцы их «вспоминают» и легко воспроизводят. Кроме этого, один тип памяти может запустить или активизировать другой, несущий основную информацию. Сейчас, видимо, произошло следующее: тело Влада вспомнило мои прикосновения и свой ответ на них и запустило эмоциональную память. Поэтому Влад вспомнил меня и стал словно прежним. Но как только физический контакт прервался, он вновь вернулся в свое «бездушное» состояние.

– Влад! – ласково проговорила я и попыталась его обнять.

Он шевельнулся и повернул ко мне голову. Его лицо снова приняло более осмысленное выражение.

Но в этот момент сзади нас раздалось такое угрожающее рычание, что у меня мороз побежал по коже. Влад тут же отстранился от меня, опустился на корточки, сжался в комок и закрыл голову руками. Я развернулась, понимая, что так рычать может только разъяренная до предела Злата. Огромная рысь прыгнула к нам. Я отскочила и машинально провела рукой по кофточке. Но талисман я оставила в доме бабушки. И сделала это намеренно, так как не хотела, чтобы даже малейшее негативное воздействие помешало мне встретиться с Владом. К тому же боялась причинить вред Тину и Велеславе. Поэтому защиты у меня не было.

– Влад! – закричала я, пятясь от наступающей рыси.

Ее уши были прижаты, глаза горели такой яростью, что у меня душа в пятки ушла от страха, из ее разинутой пасти с приподнятой верхней губой, обнажившей острейшие клыки, раздавалось злобное шипение. Злата собиралась меня растерзать. Весь ее вид говорил об этом.

– Влад! – вновь позвала я.

Но он словно и не слышал. Мало того, стремительно отбежал в сторону, по-прежнему оставаясь на корточках и напоминая огромного удирающего паука. Злата вновь зарычала и прыгнула ко мне. Я с трудом увернулась от ее растопыренных толстенных лап с острыми когтями.

«Мне конец! – метались мысли. – Она меня сожрет, не задумываясь».

Заметив валяющийся неподалеку сук, я схватила его и приготовилась к нападению. Я не собиралась вот так просто расставаться с жизнью. И когда Злата снова прыгнула, я исхитрилась и врезала ей суком по морде со всей силы. Многолетние занятия тайцзицюань помогли мне предугадать ее движения и верно нанести удар. Злата жалобно и совсем по-кошачьи мяукнула, дернув мордой. Но тут же пришла в себя и снова прыгнула. Я отскочила в сторону. В этот момент из-за моей спины выпрыгнула рысь. Она встала передо мной и зарычала не менее злобно, чем Злата. Обрадовавшись этой так вовремя появившейся защитнице, я отбежала к плетню. Но Злата не стала сражаться. Она замерла, ее глаза горели. Рысь рычала, наступая на нее. Злата развернулась и бросилась прочь. Я кинула сук на землю и вытерла пот со лба. Рысь перестала шипеть, повернулась ко мне. И вот я вижу, как она превращается в девушку. Передо мной стояла Велеслава.

– С тобой все в порядке? – бросилась она ко мне.

– Эта Злата – сущий дьявол! – раздался позади меня голос, и я увидела Тина.

Он подошел к Велеславе и взял ее за руку.

– Все хорошо! – ответила я, переводя дух. – Но ты вовремя вмешалась! Спасибо!

– Я тоже хотел помочь! – встрял Тин.

– Еще чего! – засмеялась Велеслава. – Да рысь лисицу вмиг разорвет! Хорошо, что ты меня послушался и остался в стороне!

– Где Влад? – с тревогой спросила я и огляделась.

Но его и след простыл.

– Убежал, как только появилась Велеслава, – сообщил Тин. – Я затаился за березой и наблюдал за всем происходящим. Но если бы вам, милые девушки, понадобилась помощь, то можете не сомневаться, я бы пожертвовал жизнью! – хвастливо добавил он.

– Мы и не сомневаемся! – ласково ответила Велеслава и чмокнула его в щеку.

Я ощутила, как начинает кружиться голова, и опустилась на землю. Они бросились ко мне.

– Все хорошо! – сказала я.

– Не совсем! – тихо ответила Велеслава и провела по моей левой щеке.

На ее пальцах осталась кровь. Мало того, Злата задела и мое плечо. Куртка была разорвана, глубокие царапины жгли кожу.

– Черт побери! – нервно проговорила я. – Что я бабушке скажу? Она и так недовольна, что я целыми днями катаюсь по тайге.

– Больно? – нахмурилась Велеслава.

Мое нервное напряжение начало спадать, и я все острее ощущала, что кожа в местах ранений горит.

– Да, – тихо ответила я. – Но ведь это всего лишь царапины. Думаю, скоро все пройдет.

– Не пройдет! – озабоченным тоном проговорила она. – Тебя когда-нибудь царапала обыкновенная кошка?

– И не раз! – улыбнулась я. – Особенно в детстве, когда я обожала возиться с уличными помойными котами.

– Думаю, ты не забыла, какие болезненные и долго незаживающие следы оставляют их когти. Уверяю, что когти рыси-оборотня вызовут такое воспаление, что…

Велеслава замолчала и о чем-то задумалась.

– Жемчужина! – одновременно проговорили мы и переглянулись.

– Венцеславу все это очень не понравится, – пробормотала она. – Но другого выхода я не вижу. К тому же один раз Багровая Жемчужина уже спасла тебя от неминуемой смерти. А у нее есть своя память, так что ты для нее словно родная.

– Вставай! – сказал Тин и помог мне подняться.

Я чувствовала себя все хуже и навалилась на него.

– Пошли в хранилище! – решительно проговорила Велеслава и обняла меня с другой стороны.

Я повисла на них, так как у меня буквально подкашивались ноги. К тому же меня начало сильно знобить, а это был плохой признак. Видимо, поднималась температура. Мы с трудом спустились с берега.

– Влад что-то говорил? – спрашивала Велеслава.

– Он успел сказать лишь несколько отрывочных фраз, – морщась от все усиливающейся боли, сообщила я. – Что-то о черной рыси…

Велеслава так сильно вздрогнула, что выпустила меня. Я навалилась на Тина и с тревогой на нее посмотрела.

– Ты точно помнишь, что речь шла именно о черной рыси? – уточнила она. – И что конкретно говорил Влад?

– Что-то… о глубокой пропасти, на дне которой он находится… И к нему приходит черная рысь.

– Не может быть! – нервно проговорила она.

– Что за черная рысь? – испуганно спросил Тин.

– И еще что-то показавшееся мне крайне странным, – перебила я его.

– Что? – напряглась Велеслава.

– Дословно Влад сказал: моя душа в ней, я подчиняюсь только черной рыси.

Велеслава опустилась прямо на берег. Ее лицо покраснело, взгляд блуждал, словно она увидела что-то ужасное.

– Но этого не может быть! – прошептала она. – Черных рысей уже не существует. Их давно уничтожили!

И вдруг мне на ум пришло, что я читала легенду из сборника о славах. И речь там шла именно о черной рыси. Правда, сейчас подробностей я не помнила.

– Потом, потом! – сказал Тин и вгляделся в мое лицо. – Мне не нравится, что Лиля сильно побледнела! Давай-ка я ее отнесу!

– Но Венцеславу не понравится, что лис приближается к хранилищу! – возразила Велеслава. – К тому же тут недалеко. Нам нужно обойти озеро.

– Обойти озеро?! – возмутился он. – Вот что, я везу на себе Лилю до того места, которое ты укажешь. А затем удаляюсь.

– Хорошо! – согласилась она.

Я увидела забавную картину: Тин завертелся на месте, в движении превращаясь в рыжий факел. Впервые я видела такой странный способ превращения, но это выглядело эффектно.

– Не может без фокусов! – заметила Велеслава и вздохнула. – Лишь бы покрасоваться!

Но на ее губах появилась улыбка. Когда факел перестал вращаться, мы увидели встряхивающегося лиса. Он подскочил ко мне с веселым тявканьем и улегся на живот, подставляя спину. Я забралась и вцепилась в шерсть на шее. Велеслава уже превратилась в рысь и помчалась впереди нас. Мы двинулись следом.

Когда она остановилась на какой-то небольшой полянке, Тин затормозил, затем лег на живот. Я слезла с его спины и выпрямилась. Но слабость была такова, что я не устояла на ногах и упала. Они, уже в виде людей, подбежали ко мне.

– Тут недалеко! – торопливо произнесла Велеслава, поднимая меня.

Тин обнял меня за талию.

– Нет, нет! – сказала она ему. – Спасибо, ты уже помог! Но сейчас нам лучше обойтись без тебя. До хранилища рукой подать.

Тин на миг стал грустным. Велеслава поцеловала его в щеку.

– Увидимся! – прошептала она. – Жди меня на нашем месте.

Он кивнул и быстро углубился в тайгу.

– Потихоньку! – сказала она и повела меня. – Сейчас придем к Венцеславу. Он поможет.

Но мне становилось все хуже. Я уже плохо различала очертания пейзажа, раны жгло словно огнем, все мое тело сотрясала мелкая противная дрожь, ноги не слушались, сознание туманилось. Я не помню, как мы добрались до хранилища.

Когда я очнулась, то поняла, что лежу на охапке сена внутри деревянной пирамиды, которая и служила хранилищем Багровой Жемчужины. Возле меня сидел какой-то незнакомый мне молодой парень. Я попыталась заговорить с ним, но поняла, что во рту у меня находится округлый предмет. Парень, как только я открыла глаза, поднес к моему лицу перламутровую раскрытую раковину, затем поднял мою голову. Я поняла, что должна делать, и аккуратно выкатила языком Жемчужину на дно ракушки. Она вспыхнула малиновым светом и словно увеличилась в размере вдвое. Парень улыбнулся, поклонился то ли мне, то ли ей и скрылся в люке, находящемся посередине пирамиды. Я знала, что основное хранилище находится именно в подвале. Но доступ в него посторонним был закрыт.

«Где же Венцеслав? – подумала я и села. – И что это за новый юный хранитель?»

И тут только я поняла, что чувствую себя абсолютно здоровой. Я стянула куртку и осмотрела расцарапанное Златой плечо. Но от ран не осталось даже небольших шрамов, кожа была гладкой. Я провела пальцами по щеке, но и там явно не осталось никаких следов нападения. Я облегченно вздохнула и вскочила. Подойдя к люку и увидев, что он закрыт, я постеснялась стучать в него и решила выйти на улицу и там подождать. Но как только я открыла дверь пирамиды, то столкнулась с Венцеславом. Он как раз собирался войти.

– Здравствуйте, – растерянно произнесла я, отступая назад. – А там какой-то парень! – добавила я.

– Это мой сын Духослав, – приветливо пояснил он. – И он тоже хранитель. Здравствуй, Лиля! Не ожидал, что тебе снова понадобится наша помощь.

– Надеюсь, я не провела здесь, как в прошлый раз, несколько дней? – испуганно спросила я и вышла на улицу.

Венцеслав последовал за мной. Я огляделась. Солнце поднялось, я подумала, что сейчас около десяти утра.

– Не волнуйся! – мягко ответил хранитель. – Велеслава привела тебя всего несколько часов назад. Тогда только начало светать.

– Слава богу! – обрадовалась я.

– Жемчужина быстро тебя вылечила, – продолжил он, – да и раны были несравнимы с теми, что нанес тебе тогда летун.

– Вы знаете? – удивилась я.

– Братья рассказали, что это был вовсе не вампир, как все мы тогда подумали, – пояснил он. – Но вот кто сейчас тебя так расцарапал?

Несмотря на мягкую улыбку, его взгляд неприятно поразил меня своей остротой и пронзительностью. Словно Венцеслав хотел заглянуть мне в самую глубь души.

– Велеслава ничего не объяснила? – осторожно спросила я.

– Нет. Когда она привела тебя, хотя вернее сказать, притащила на себе, так как ты уже была без сознания, мы сразу уложили тебя и начали лечение. А Велеслава ушла, чтобы не мешать. К тому же вход обычным славам в хранилище заказан. И Велеслава это отлично знает. Поэтому оставаться возле тебя она просто не могла. Так что случилось, Лиля?

Я лихорадочно обдумывала, что можно ему рассказать, а о чем лучше умолчать, поэтому не отвечала. Но Венцеслав не торопил. Возле пирамиды находилась тщательно вычищенная площадка, посыпанная мелким белым песком. Два гладко обтесанных бревна лежали углом и образовывали что-то типа сидений. Венцеслав уселся на одно из них, однако глаз с меня не сводил. Я порадовалась, что он не умеет читать мысли.

«Я же сама хотела с ним встретиться, – размышляла я. – К тому же потеря души славом – событие из ряда вон выходящее. Правда, до сегодняшнего утра я не была до конца уверена, что именно Злата повинна в… краже. Неужели все-таки она пошла на такое?»

Этот вопрос по-прежнему меня мучил. Вера в добро глубоко сидела в душе, и я все надеялась, что ошибаюсь. Но пора было посмотреть правде в глаза: от Златы запросто можно было ожидать и не такого. Ради своей цели она шла на все. Вспомнить только ее сговор с Воем! А ведь рыси и летуны – враги! И все-таки душа Влада! Святая святых любого слава! Как она могла? К тому же у меня не выходили из головы слова Влада про черную рысь. И реакция Велеславы была весьма однозначной. Она явно испугалась.

«Как только окажусь у бабушки, первым делом найду легенду, – подумала я. – Хорошо, что я не расстаюсь со сборником! А сейчас не мешало бы выяснить у Венцеслава про это существо. А там видно будет, насколько я могу открыться».

Я приблизилась к бревнам и уселась не рядом с ним, а наискосок, чтобы видеть его лицо.

– Вначале я хотела бы поблагодарить вас за мое спасение, – вежливо проговорила я. – Уже не первый раз Жемчужина помогает мне. И я не могу не оценить то, что вы используете свою могущественную реликвию для спасения обычного человека.

– Ты уже не обычная, – тихо заметил Венцеслав.

И я вздрогнула.

– Что вы хотите сказать?

– Разве ты не заметила, что кое-что в тебе изменилось? – продолжил он, не сводя с меня глаз.

– Обострились слух и обоняние, – сказала я. – Вначале я решила, что это после пребывания в коме. Но потом подумала, что, возможно, Жемчужина каким-то образом изменила способности моего организма.

– Правильно, – кивнул он. – По правде говоря, в нашей практике это первый случай, когда мы помогаем обычному человеку. У вас свой мир, и мы стараемся не пересекаться с его обитателями.

– Однако люди и рыси частенько влюблялись друг в друга в прошлом, – улыбнулась я. – Я прочитала столько легенд на эту тему!

– И хотя бы одна имела счастливый конец? – сухо спросил Венцеслав и остро на меня глянул.

Я помрачнела. Он был прав. Все легенды, повествующие о любви рыси и человека, заканчивались трагически.

– А что это за черная рысь? – спросила я в лоб.

Венцеслав замер. Его лицо побледнело.

– Про нее ты в сборнике прочитала? – после паузы спросил он.

– Да, – кивнула я. – Мне кажется, на меня сегодня утром напала именно черная рысь. Я решила навестить Влада, который плохо себя чувствует, и пришла к вам в селение. И в лесу она на меня и напала. Хорошо, Велеслава оказалась рядом и спасла меня.

Хранитель вскочил. Он сжал руки, вся его поза выражала крайнее волнение.

– Этого не может быть! – пробормотал он. – Черные рыси давно уничтожены. Их род истреблен еще в позапрошлом веке.

– Они настолько опасны? – уточнила я, не понимая его волнения.

Впервые я видела обычно невозмутимого хранителя в таком состоянии. Он буквально был не в себе, пот стекал по его посеревшему лицу, бледные губы тряслись, в расширенных зрачках плескался ужас.

– Мне нужно уйти! – быстро сказал он, так и не ответив на мой вопрос. – А ты отправляйся к бабушке и не болтайся здесь. Никто в селении не одобряет, что слав влюблен в обычную девчонку! И нарекания слышу я не только как хранитель Багровой Жемчужины, но и как хранитель чистоты наших нравов. Понятно? – немного агрессивно спросил он и остановился напротив меня.

– Но ведь вы только что сказали, что я уже не совсем обычная девушка, – возразила я.

– Лиля! Тебе лучше уйти! – сухо ответил он. – Мы помогли тебе, ты сейчас совершенно здорова. Что ты еще хочешь?

– Поговорить, – растерянно произнесла я.

– Я все сказал! – решительно произнес Венцеслав и скрылся в хранилище.

Я посидела какое-то время на бревне. Но он так и не появился.

Тогда я встала и отправилась в лес. Я помнила тропинку, ведущую в сторону моей деревни, но сейчас у меня даже не было велосипеда. Однако оставаться здесь больше не имело смысла. Влада я все равно увидеть уже не могла – Злата, как я предполагала, неустанно следит за ним, хранитель говорить со мной отказался. А Велеслава занята Тином. Я ускорила шаг, но минут через пятнадцать они меня догнали.

– Слава богу, ты здорова! – запыхавшись, проговорила Велеслава и пошла рядом. – Что ж ты так быстро ушла?

– Даже нас не попыталась найти! – добавил Тин и пристроился с другой стороны. – И куда ты так мчишься? Пешком до твоей деревни долго добираться! Ты же знаешь!

– Я подумала, что вам явно не до меня, – ответила я и замедлила шаг.

На ходу разговаривать было неудобно. К тому же мысль, что Тину ничто не мешает доставить меня таким же способом обратно, мне очень нравилась.

– Она подумала! – с возмущением ответила Велеслава. – Ну-ка, стой! Не считаешь, что нам необходимо серьезно поговорить?

– Возможно! – ответила я и остановилась, повернувшись к ней.

– Вот уютное местечко! – заметил Тин и указал на небольшой холмик, покрытый пожелтевшей травой. – Давайте там передохнем и решим, как быть дальше.

– А что тут решать? – недовольно произнесла Велеслава. – Ты сейчас отвезешь Лилю поближе к ее деревне.

– Ты же сама только что сказала, что нам необходимо поговорить! – заметила я. – Я и правда зря не попыталась найти вас и так поспешно убежала. Но после неполучившегося разговора с хранителем я ощутила такое разочарование! Да и Влада мне сейчас не удастся увидеть!

Я приблизилась к холмику и села. Велеслава устроилась рядом, Тин – у ее ног.

– Что говорить? – с горечью продолжила я. – Вы же сами все видели! Влад будто умер. Правда, когда я обняла его, он на миг пришел в себя и даже начал меня целовать с прежним чувством.

– Вот видишь! – явно обрадовалась Велеслава. – Значит, его любовь не улетучилась, хоть он и лишился души.

– Я подумала, что это обычные рефлексы тела, – тихо призналась я.

– Это любовь! – горячо возразила она. – Что ты намерена делать дальше?

– Вернусь в деревню, – угрюмо ответила я, сорвала пожелтевшую травинку и начала грызть ее кончик.

– Стас и Рос собираются забрать Влада и улететь с ним в Москву, – после паузы сообщила Велеслава.

– Не вижу смысла, – ответила я. – Ведь мы с тобой теперь точно знаем, что его душа не просто нечаянно потерялась, а…

Я осеклась и глянула на Тина. Он сразу встал, правда, я заметила, что Велеслава не хотела отпускать его руку и смотрела на него немного виновато.

– Я понимаю, что какие-то вещи вам лучше обсудить с глазу на глаз, – сказал он. – Пойду прогуляюсь. Погода чудесная. Позовете потом.

– Спасибо! – ласково произнесла Велеслава.

Тин моргнул, глядя на нее, слегка покраснел, затем быстро пошел прочь. Как только его силуэт скрылся между деревьями, Велеслава повернулась ко мне. Ее лицо приняло серьезное выражение.

– Ситуация такова, – начала она, – Злата похитила душу Влада, и это мы знаем точно. Ее мотивы тоже понятны. Правда, то, что это сделала девушка-рысь, вызвало у меня поначалу шок. Но вот если Злата…

Велеслава замолчала. Ее лицо побледнело и приобрело почти такое же выражение ужаса, как недавно у хранителя.

– Она черная рысь! – твердо проговорила я. – Ты это хотела сказать?

Велеслава задрожала и прижала ладони к щекам.

– Просто не может быть! – прошептала она. – Черных больше нет. Их всех уничтожили.

– Ты прямо как хранитель! – заметила я. – Он тоже твердил, что этого не может быть.

– Ты все рассказала Венцеславу?! – громко проговорила она. – Ты что?! С ума сошла!

– Ничего я ему не рассказывала, – ответила я. – Он спросил, кто на меня напал. Я ответила, что видела черную рысь. Он тут же пришел в такой же ужас, отказался что-либо со мной обсуждать и скрылся в хранилище. Вот и все! Чего вы все так боитесь этих черных рысей?

– Тебе не понять, – ответила Велеслава. – И прошу тебя, никому не говори об этом! Вначале я попытаюсь сама разобраться. Но если Злата и правда каким-то образом принадлежит к проклятому роду черных рысей, то это многое объясняет в ее поведении, в том числе и похищение души.

Она замолчала. Пауза затянулась. Я подождала немного, но видя, что Велеслава больше не расположена общаться, встала.

– Может, я уже пойду? – спросила я. – Позови Тина.

– Да, да, – пробормотала она, полностью погруженная в свои мысли. – Тебе и правда пора.

Она подняла шнурок с колокольчиком и встряхнула его. Раздался мелодичный звон. И скоро появился Тин.

– Лиля решила отправиться в деревню, – сообщила Велеслава.

– Отвезешь? – улыбнулась я ему.

– Что за вопрос! – рассмеялся он.

И вот уже большой рыжий лис подполз к моим ногам.

– Я обязательно позвоню тебе, – сказала на прощание Велеслава. – Номер возьму у Тина. И свяжусь с тобой, как только пойму все окончательно.

– Буду ждать! – ответила я и чмокнула ее в щеку. – Спасибо за все!

Часть вторая

Черная рысь

Запреты! Хуже для любви

Нет ничего на этом свете!

Мне запрещают?! Кто в ответе

За те безумные бои,

Что возникают меж людьми,

Чьи души заперты…

В Запрете

Лишь ярость и призыв: Люби!

Григорий Грег

Я была в деревне через пару часов. Тин доставил меня в ближайший к ней лесок и умчался обратно к своей ненаглядной Велеславе. А я отправилась домой. Бабушка, как только я появилась, сразу начала ворчать, почему я так долго разгуливаю по тайге, даже не позавтракав.

– Сейчас сразу и позавтракаю и пообедаю, – с улыбкой ответила я, ощутив приступ зверского голода. – Что тут это у тебя? – поинтересовалась я, открывая кастрюлю и втягивая носом аппетитный запах.

– Картошка с мясом и грибами, – смягчилась бабушка. – Давай садись. Сейчас молочка принесу.

Я наполнила тарелку и принялась за еду, даже не дождавшись молока. Чувство голода было невыносимым. Никогда я такого не испытывала. Казалось, если я немедленно не поем, то умру. Когда бабушка вернулась на кухню, я уже ела вторую порцию.

– Вот умница! – обрадовалась она, наливая мне молоко в большую керамическую кружку. – Всегда бы так!

«Что это со мной? – изумилась я про себя, заканчивая со второй порцией картошки и чувствуя, что по-прежнему голодна. – Не иначе из-за нервов такой дикий голод. Пора остановиться!»

Однако остановиться оказалось крайне трудно. К тому же бабушка, видя мой аппетит, достала из шкафчика вчерашние пирожки с капустой и поставила передо мной. Я набросилась и на пирожки. Запив еду двумя полными кружками молока, я задумчиво посмотрела на тарелочку с печеньем. Но решила, что это будет уже перебор, и встала из-за стола.

– Спасибо, бабуля! – поблагодарила я. – Не возражаешь, если я пойду немного полежу? А то устала. Все утро по тайге бегала.

– Конечно! – закивала она. – Я сама со стола уберу. И тоже отдохну.

Я отправилась в свою комнату и плотно закрыла дверь. Достав сборник легенд славов, улеглась на кровать. Мне не терпелось найти легенду о черной рыси и внимательно ее перечитать. Очень настораживала реакция и Велеславы и хранителя. Я видела их неподдельный ужас при одном только предположении, что в их селении живет черная рысь.

– Что же за зверь такой страшный? – пробормотала я, перелистывая сборник. – Ага, вот и легенда!

Черная рысь

Рысь наряду с Волком и Медведем – тотемное животное древних славян. Созвездие Рыси находится в секторе Рака и наиболее близко к Полюсу Мира. По преданиям славян, Рысь – животное, символизирующее Коляду[3], и свою золотистую шерсть она получила от него. Рысь – дикая лесная кошка. Возможно, так в древности славяне представляли себе кота Баюна[4], который, как и птица Гамаюн, служил Коляде в Ирии.

Имя свое Рысь получила за рыжий (русый) цвет шерсти. Это имя родственно самоназванию Руси, а также древнему имени святой земли, где поклонялись богу Солнца Ра, его потомкам – Раде и Радунице (супруге Коляды).

Потому предки ряда славянских родов себя именовали русью и рысичами. И не только за рыжий цвет волос, но и потому, что они почитали Родину, Рода, бога Солнца Ра, Раду и Радуницу, а также Русь-Рысь.

Поэтому все рыси должны быть только золотисто-русого цвета. И славы испокон веку обладают русыми волосами различных оттенков. Однако в давние времена появилась и черная рысь. И вот как такое произошло.

Началась эта история в одной сибирской деревушке. Жила в ней старуха, которую все окрестные жители считали колдуньей. Причем потомственной: все женщины ее рода умели колдовать. В этом жители не сомневались и частенько пользовались их услугами. Имени старухи никто не знал, только ее прозвище. С детства все звали ее Марухой[5]. Собирала она травы, варила зелья. Люди приходили к ней, когда их одолевали различные недуги. Маруха лечила весьма успешно. И даже могла справиться с самыми страшными болезнями. Как говорили жители деревни, выговаривала она здоровье у нечистой силы. Они боялись Маруху, считая ее связанной с самим дьяволом, но продолжали ходить к колдунье всякий раз, как появлялась нужда.

Однажды у одной женщины заболел ребенок, и в отчаянии принесла она его к Марухе. Та натерла его травяным зельем, прочитала над ним наговоры, но помочь не смогла. Малыш умер прямо в ее доме. Мать, потеряв голову от горя, побежала в деревню с мертвым ребенком на руках и начала кричать, что ведьма погубила ее дитятко, что хватит им терпеть ее присутствие и пора изничтожить зло. Односельчане выбегали из своих домов, утешали несчастную мать и бурно обсуждали произошедшее. Они уже забыли, сколько раз Маруха спасала их самих от страшных болезней. Одна-единственная смерть перечеркнула все то добро, которое колдунья делала на протяжении всей жизни. И вот жители сговорились, явились ночью к дому Марухи, заложили все двери и окна, чтобы она не смогла сбежать, и подожгли. Сгорела колдунья вместе с домом. Жители понаблюдали издали, как догорает ведьмин дом вместе с постройками, вздохнули с облегчением и разошлись. Наутро все радостно обсуждали смерть проклятой ведьмы и то, что наконец-то они избавились от нечистой силы.

Но скоро странный мор напал на деревню. Один за другим стали болеть и умирать жители. Но перед тем, как отдать богу душу, заболевшие бредили, и все, как один, рассказывали, что огромная черная рысь появлялась перед их домом. И всегда неожиданно, невесть откуда. Усаживалась черная рысь напротив двери и ждала, когда появится человек. Кто взглянет ей в глаза, тот заболеет через день-два. А на третий умрет.

– Черная рысь – вестник смерти, – перешептывались напуганные жители. – Это дух сгоревшей Марухи. И он мстит нам.

На совете старейшин решили выследить черную рысь и убить ее. Мало нашлось желающих: все понимали, что бороться с нечистой силой бесполезно. Но тут умерла невеста одного молодого охотника. Черная рысь пришла к ее дому, и буквально за день до свадьбы невеста скончалась. Отчаявшийся жених съездил в город, заказал там серебряные пули и заплатил за них целое состояние. И начал выслеживать ведьму. Удалось ему увидеть ее. Черная рысь появилась на закате возле дома его соседа. Она по своему обыкновению уселась напротив калитки и вперила неподвижный взгляд круглых желтых глаз в дом. Она явно ждала очередную жертву. Охотник подкрался и выстрелил в нее серебряными пулями. Но она повернулась к нему, обратилась в прекрасную черноволосую девушку и расхохоталась. Охотник оторопел и выронил ружье. Девушка приблизилась. Ее юная свежая красота завораживала, и он вместо того, чтобы бежать и не смотреть ей в глаза, оцепенел. Девушка остановилась перед ним и произнесла мелодичным голосом:

– Глупый! Кого убить хочешь? Что мне твои серебряные пули? Словно прикосновения надоедливых мух. Нет мне смерти в этом мире! Вы сожгли меня, не зная, что наш род заклят. Пока наши женщины умирали естественной смертью, все было хорошо. Но первая же, которую убьет человек, превратится в черную рысь и станет основательницей рода, который будет преследовать людей до скончания века. Именно так гласит заклятье. С огнем получила я жаркую ненависть к вам и буду передавать ее по наследству. А пока покончу с вашей деревней. Сколько добра я вам сделала, сколько ваших мерзких болезней приняла на свою душу, чтобы избавить вас от них, но что в ответ? «Жги мерзкую колдунью!» – вот что кричали вы, поджигая мой дом. И нет вам прощения!

Охотник был ни жив ни мертв от страха, слушая отповедь рыси. Он не мигая смотрел в ее глаза и понимал, что дни его сочтены. И в то же время осознавал, что в чем-то ведьма права и поступили с ней неоправданно жестоко.

– Не трясись, юноша! – усмехнулась черная рысь. – Ты пока не умрешь. Я хочу, чтобы ты всем рассказал обо мне. И передай: убегать бесполезно. Все равно найду и загляну в глаза всем твоим подлым односельчанам. И как только в их душе наступит просветление и они поймут, что натворили, так сразу отправятся к праотцам. Другого пути для вашей деревни нет.

– Пощади! – вскричал охотник и упал на колени перед девушкой.

– Нет, – ответила она, обратилась в черную рысь и умчалась в лес.

Придя в себя, охотник побежал по домам и рассказал то, что услышал от черной рыси. Жители, и без того напуганные смертями, начали собирать вещи и уходить из проклятого места. Но, как и предупреждала рысь, это не помогло. Всех до единого нашла она. И все они умерли в страшных муках. Охотник был последним в ее списке. Даже его не пощадила рысь. Он переселился в сторожку егеря довольно далеко от деревни и там ждал своей смерти. И вот одним туманным утром появилась перед ним черная рысь. Охотник прямо посмотрел ей в глаза. Она молчала.

– Прости нас за все! – сказал он.

Но не дождался охотник ни слова прощения от колдуньи. Сознание его затуманилось, он упал и умер. А черная рысь исчезла в тумане, словно ее и не было.

Я закрыла тетрадь и глубоко задумалась. Легенда была интересной, но мало что мне сказала о связи славов и черных рысей. Здесь явно не хватало продолжения, повествующего о дальнейшей судьбе оборотня. Я знала, что у Венцеслава имеется сборник легенд племени, но простым людям доступ к записям был закрыт.

– Наверняка остальное там, – пробормотала я. – Но загадок во всем этом деле становится все больше. Неужели Злата – потомок ведьмы? Ужас какой! То-то она пылает такой ненавистью. Может, не только ко мне, но и вообще ко всему роду человеческому! Однако я видела, как она обращалась в рысь, но выглядела она обычно. Никакой черной шерсти!

Я встала и убрала тетрадь в сумку. Затем достала талисман и надела его. И сразу почувствовала себя более спокойно.

«Он защищает от всех оборотней, – размышляла я, поглаживая серебряную поверхность футляра, – должен защищать и от неведомых черных рысей. Но и хранитель и Велеслава бормотали, что их давно изничтожили. Как явствует из легенды, людям не под силу. Значит, это сделал кто-то другой. Возможно, сами славы. У кого бы спросить? Зря я так быстро ушла от хранилища! Надо было дождаться Венцеслава и попытаться выяснить. Да и вообще у меня столько к нему вопросов!»

Я подошла к окошку. Солнце светило в вышине, денек был погожим и тихим. Я оделась и вышла из дома. Урай выглянул из конуры, его взгляд был настороженным. Он последнее время относился ко мне как-то странно, прежней любви я уже не ощущала. Иногда казалось, что Урай меня избегает. Вот и сейчас, едва я появилась на крыльце, он высунул морду и теперь смотрел на меня с непонятным выражением. Но выходить не спешил.

«Наверное, от меня пахнет лисом, – подумала я. – И он чует! Вот и косится!»

– Урай! – позвала я. – Гулять?

Раньше на такое предложение пес откликался мгновенно. Но сейчас он спрятался в конуру.

– Ну и дела! – пробормотала я. – Надо вечером воды нагреть и как следует вымыться в бане.

Я побродила по двору, понаблюдала за копошащимися в земле курами, уселась на скамейку возле стены дома и привалилась к толстым бревнам спиной. Мне нужно было обдумать создавшееся положение. Я закрыла глаза и вспомнила, как Влад целовал меня. Я явственно ощущала прикосновение его горячих губ, силу его рук, которые обнимали меня с прежней страстью, я видела его золотисто-медовые глаза, которые заглядывали мне прямо в душу. Вздохнув, я обняла свои плечи и зашептала:

– Милый, милый! Я сделаю все, чтобы помочь тебе! Я этого так не оставлю! И пусть Злата хоть черная рысь или даже сам дьявол, она не сможет мне помешать! Она еще поплатится за свое преступление! Наверняка Велеслава примет меры. Возможно, решит обсудить все с хранителем, открыться ему.

– Что ты тут бормочешь? – раздался встревоженный голос бабушки.

И я открыла глаза и опустила руки. Она стояла возле меня. Короткие резиновые сапоги, телогрейка, платок, закрывающий волосы, грабли в руках сказали мне о том, что бабушка собралась на огород. Но я не понимала, что там сейчас делать. Картофель мы давно убрали, овощи сняли.

– Пойду кое-что приберу в огороде, – сообщила она, подтверждая мои догадки. – Мне лениться некогда. То одно нужно по хозяйству, то другое!

Она поджала губы, ожидая моего ответа.

– Помогу тебе, бабуль! – ласково произнесла я.

– Возьми грабли под навесом, – оживилась она. – Ботву старую нужно сгрести и сжечь.

– Хорошо! – согласилась я.

Пока мы сгребали остатки ботвы в кучу возле сарая, я все думала о Злате. Я тщательно вспоминала ее поступки, старалась анализировать ее действия. Но видела только зло. До меня впервые дошло, что Злата поистине исчадие ада. Раньше я пыталась оправдать ее, слушая Влада, который относился к ней как к родной сестре и по-своему жалел ее. Я думала, что только страстное и безответное чувство толкает ее на подобные дела, но сейчас поняла, что никакая любовь не способна объяснить то, что делала Злата. Она источала только ненависть, как змея яд, ею руководило одно лишь зло.

«Черная рысь! – метались мысли. – А если все это правда? И Злата на самом деле потомок страшных беспощадных оборотней? Я же ничего про нее не знаю! Ни кто ее родители, ни где она родилась. Она живет в этом селении с детства и еще девочкой влюбилась в соседского мальчика Влада – вот и все, что мне известно. Но Велеслава знает о ней больше, так что, думаю, разберется во всем. Главное, чтобы позвонила мне и сообщила, что она узнает! Черная рысь! Даже хранитель содрогнулся при одном только предположении, что такое существо живет в их тайге и может оказаться неподалеку от их селения».

– Давай я подожгу мусор! – сказала бабушка и поднесла горящую спичку к куче сухой ботвы и травы. – Отойди!

Я отскочила в сторону, так как огонь вспыхнул стремительно, и куча запылала высоким костром.

– Издревле считалось, что огонь все очищает, – довольно заметила она, стоя возле горящей кучи. – Я вот пока не сожгу все эти отходы, покоя не знаю!

Я смотрела как завороженная на костер и вспоминала легенду о черной рыси. Ведьму сожгли, и после этого она превратилась в оборотня. А как же ее душа? Если она стала рысью, то и у нее должна быть жемчужина. Все славы получают при рождении жемчужину.

«Хорошо помню, – размышляла я, – что у Златы в языке обычная для славов малиновая жемчужина. Так какая она черная рысь? Может, Влад и правда бредит? Он в таком состоянии! И зачем я так быстро покинула хранилище! – ругала я себя. – Почему не поговорила обо всем с Венцеславом?»

Но как скоро выяснилось, и Венцеслав задавал себе тот же вопрос. В конце дня мне позвонили на мобильный. Увидев незнакомый номер, я тут же решила, что это Велеслава, и быстро ответила.

– Лиля? – услышала я мужской голос.

– Да, – растерялась я.

– Это Венцеслав, – ответили мне. – Я уже давно взял у Влада твой номер… так, на всякий случай. И видимо, случай наступил!

– Я внимательно слушаю! – напряглась я, понимая, о чем сейчас пойдет речь.

И не ошиблась.

– У меня из головы не выходит твой рассказ о нападении черной рыси, – сказал он. – Это слишком серьезно, хотя ты, конечно, до конца не понимаешь, так как не принадлежишь к славам и не знаешь нашу историю. Я жалею, что поддался эмоциям и не поговорил с тобой. Когда попытался тебя найти, то оказалось, что ты уже уехала.

– Вы хотите встретиться? – уточнила я.

– Я мог бы прийти к тебе, – после паузы ответил Венцеслав. – Понимаю, что тебе далеко добираться до нас. На велосипеде это несколько часов.

Я задумалась. Мысль, что Венцеслав придет сюда, мне не очень-то нравилась. Конечно, мы могли бы встретиться по ту сторону болота, но мне хотелось самой пойти в селение славов по той простой причине, что там была надежда увидеть Влада.

– Давайте я к вам, – сказала я.

– Конечно, мне так намного удобнее! – обрадовался Венцеслав. – Я крайне редко покидаю хранилище.

– Тогда договорились! – ответила я. – Завтра постараюсь быть у вас как можно скорее. Выеду рано утром.

– Буду ждать!

Я закрыла телефон и задумалась. То, что он сам решил все обсудить со мной, говорило о серьезности дела.

«Мне нужно быть очень осторожной! – сказала я себе. – И не болтать лишнего! Наверное, стоит позвонить Велеславе и предупредить, что я завтра приеду. У Тина есть ее номер. Хотя…»

Я интуитивно чувствовала, что лучше мне пока никому не говорить, что я снова собралась в селение. Мало ли что хотел сообщить мне хранитель. Поразмыслив, я решила позвонить Велеславе после встречи с ним.

Бабушка, наработавшись на огороде, заявила, что сегодня раньше ляжет спать. Еще только солнце начало садиться, а она уже отправилась на покой. Я предупредила ее, что завтра, едва рассветет, уеду кататься. Она снова начала ворчать, что ей не нравятся мои прогулки по тайге, я чмокнула ее в щеку и пожелала спокойной ночи. Вернувшись во двор, уселась на скамью. Урай высунул морду из конуры. Я позвала его. Он неохотно выбрался и остановился в нерешительности.

– Ну иди ко мне, дурачок! – ласково позвала я и похлопала по ноге.

Его хвост слабо шевельнулся. Но пес передумал и забрался обратно в конуру.

«Даже собаки меня теперь чураются! – подумала я. – Надо бы и правда нагреть побольше воды и как следует вымыться, а то я наверняка насквозь пропахла… зверьем».

Я встала и направилась в сторону бани. Солнце уже село. Красное небо выглядело красиво, но на душе у меня было тревожно, когда я смотрела на закат. Завтра мне предстоял долгий путь.

«А зачем ждать до утра? – вдруг подумала я. – Кто мне мешает отправиться прямо сейчас? Бабушка спит. А когда встанет, то решит, что я уехала на заре, только и всего! Дорогу я знаю. Правда, скоро стемнеет! Придется ночью ехать по тайге».

Это соображение немного охладило мой пыл. Оказаться одной в тайге мне не улыбалось. Но я знала, что свою территорию рыси охраняют и днем и ночью. Я сжала виски пальцами и закрыла глаза. Если ехать, то прямо сейчас. Уже под утро окажусь возле хранилища. И тогда точно к вечеру буду дома. И бабушка ничего не заподозрит. Я вскочила и устремилась в дом. Зайдя в свою комнату, первым делом вынула из сумки талисман. После мучительных раздумий, во время которых я то надевала его на шею, то снова снимала, я все-таки оставила его под футболкой. Правда, в серебряном футляре.

«Ничего Венцеслав не почувствует, – размышляла я, натягивая свитер, – энергия талисмана глушится футляром. Зато так я в безопасности».

Меня, конечно, тревожило, как моя защита повлияет на Влада, но я помнила, что он легко переносил присутствие талисмана, когда тот был заключен в футляр. Правда, тогда Влад еще не потерял жемчужину. Я снова взяла с собой травяной настой, хотя надежды дать его Владу уже не осталось. Но я решила на всякий случай иметь его при себе и засунула бутылочку в карман куртки.

Осторожно выкатив велосипед из-под навеса, я открыла калитку в огород, решив пробраться через него, чтобы, не дай бог, не разбудить бабушку. Задами выехала в лес, затем свернула на дорогу, ведущую через поле к болоту. Уже стемнело, но небо было чистым, и прибывающий месяц отлично освещал дорогу. Я пробралась через болото и оказалась на территории рысей.

Легко найдя нужную тропку, погнала велосипед в глубь тайги. Странно, но страха я абсолютно не ощущала, хотя оказалась одна в лесу ночью. Мне даже было любопытно прислушиваться и… принюхиваться. Я вдруг отметила, что именно принюхиваюсь, и запахи кажутся самыми разнообразными. Я остро чуяла зверей, которые были где-то близко. И даже различала, что вот за этими кустами явно затаился заяц, а чуть дальше пахло кем-то наподобие свиньи. Наверняка дикий кабан, к тому же не один. В другом месте я определила запах лисицы, пролетавшие ночные птицы тоже оставляли след в воздухе, их перья пахли по-разному, и я это чуяла. Я слышала шорохи, движения, вот кто-то прошуршал в сухой траве, а там кто-то осторожно пробирался сквозь кусты, под чьими-то лапами хрустнула ветка. И я четко могла определить, исходит ли хотя бы малейшая опасность от окружающего меня зверья. Пока таковой не наблюдалось. Звери, наоборот, старались не попадаться мне на пути и при моем приближении стремились затаиться и ничем не выдавать своего присутствия. А когда яркий месяц закрыла налетевшая небольшая тучка, то я с изумлением поняла, что отлично вижу в темноте. Это было удивительно, ведь раньше за собой я такого не замечала. Но, по всей видимости, очередное лечение Жемчужиной добавило мне новых способностей. Иначе я никак не могла это объяснить.

«Такими темпами скоро я и сама стану рысью», – мелькнула неожиданная мысль.

И я так сильно вздрогнула от показавшегося мне диким предположения, что дернула руль. Велосипед вильнул вправо, колесо налетело на какую-то корягу, я не удержалась и упала. Но почти не ударилась и быстро встала, подняв велосипед.

– Черт побери! – пробормотала я. – Нужно быть осторожнее!

Я вывела велосипед на тропу, которую различила среди деревьев, и хотела уже взобраться на него, чтобы продолжить путь, как вдруг услышала детский плач.

Я замерла, испуганно прислушиваясь. Плач повторился. И я быстро направилась в ту сторону, откуда он раздавался. Тучка как раз сдвинулась, и появился месяц, который ярко осветил окрестности.

– Кто тут? – громко спросила я, вглядываясь в лес. – Кто это плачет?

Я могла предположить все, что угодно: девочка заблудилась в лесу, отстала от родителей, потерялась, ее не нашли, и теперь она, донельзя напуганная, сидит где-нибудь под деревом и ревет. Именно такие мысли приходили мне в голову. Я шла все быстрее, ведя велосипед рядом с собой. Плач повторился где-то справа, и я повернула туда. И вдруг не удержалась на ногах, так как поползла в какой-то овраг, показавшийся мне невероятно глубоким. Я испугалась, велосипед зацепился за какую-то корягу, торчащую из земли, и я повисла на нем. Под ногами была пустота, и это пугало больше всего. Свалиться ночью в неизвестную пропасть, было отчего прийти в ужас. К тому же я больше не слышала плача, который, собственно говоря, и заманил меня сюда. Я висела на руках и старалась успокоиться. Прежде чем делать какие-то резкие движения, нужно было обдумать создавшееся положение. Но тут словно кто-то с силой дернул велосипед, я не удержалась и выпустила раму. Было такое ощущение, что меня просто-напросто стряхнули с нее, словно грушу с дерева. Я полетела вниз. Попыталась сразу сгруппироваться, чтобы не разбиться при приземлении, а плавно опуститься на ноги. И мне удалось, тем более, овраг оказался не так глубок, как я боялась. Я коснулась земли и выпрямилась, удержавшись на ногах. Огляделась. Мягкий свет месяца достигал дна оврага. Я подняла голову и вскрикнула от изумления, увидев на небе полную луну. Но этого просто не могло быть, ведь я точно знала, что сейчас видна только ее часть.

– Я схожу с ума? – громко спросила я. – Как такое вообще возможно? Или…

Я вздрогнула от ужасного предположения. Мне вдруг пришло на ум, как Влад однажды попал в Золотой овраг, и время там совершенно не соответствовало земному. Ведь это был своего рода энергетический разлом, аномальная зона. По тем скупым рассказам, которые я слышала от знакомых славов, на их территории имелась не одна такая зона. К ним принадлежали Золотой овраг, хранилище их фамильных драгоценностей, и Долина Мертвых Жемчужин. Там покоились души славов после смерти. Возможно, были и еще какие-то аномальные зоны, но я про них не знала. Но то, что по каким-то причинам месяц вдруг превратился в полную луну, наводило на мысль, что я неведомым образом оказалась именно в такой зоне. Влад тогда бродил там около десяти дней, а ему казалось, что он находится в Золотом овраге всего сутки. Насколько я помнила из его рассказа, мобильная связь там не действовала. Я выхватила из кармана куртки телефон и убедилась, что это действительно так.

– Ужас! – прошептала я, оглядываясь. – А ведь Влад тогда не смог самостоятельно выбраться из оврага. И только колокольчик Велеславы вывел его! А я даже и позвонить ей сейчас не могу.

И тут я снова услышала детский плач. Именно он заставил меня свернуть с тропы и привел в это место.

– Кто тут? – закричала я. – Что вам от меня нужно?

Многократное эхо было мне ответом, словно я находилась в горах. Мало того, позади меня посыпались по склону оврага самые настоящие камни, словно эхо вызвало горный обвал. Я отскочила, но несколько камней все-таки попали в меня и ударили довольно больно по плечам и голове.

– Черт бы вас всех побрал! – со злостью проговорила я, но уже намного тише.

Овраг позади меня был завален, и мне ничего не оставалось, как пойти вперед. Плач прекратился. Я быстро двигалась по дну, впереди начало светлеть. Создавалось ощущение, что я вхожу в рассвет. Скоро серо-сиреневые сумерки заполнили пространство. Овраг затянуло дымкой тумана, появился какой-то тошнотворный запах. И снова заплакала девочка. Мне показалось, что я схожу с ума, но я понимала, что должна держать себя в руках. И вот я вышла на какую-то поляну, так мне показалось. Овраг тут явно расширялся, передо мной было пространство, залитое туманом. И в нем я заметила силуэт девочки. Я бросилась к ней, но она расхохоталась и обратилась в черную рысь. Я оцепенела от ужаса. Рысь села мордой ко мне. Ее большие ярко-зеленые глаза не отрываясь смотрели на меня. Черная шерсть казалась намазанной углем, такого насыщенного цвета она была. Туман уже начал рассеиваться, словно поднималось солнце. Рысь молчала, я тоже. Я изучала ее красивую морду. Мне она не казалась угрожающей. Я видела гладкую холеную черную кошку.

– А где девочка? – наконец, не выдержала я.

– Ее и не было! – ответила рысь человеческим голосом.

И это было так странно и неприятно, что я вздрогнула. Находясь в облике рысей, славы не могли говорить, как люди. Они выглядели как обычные звери, только намного крупнее.

– Ты прикинулась плачущей девочкой, чтобы заманить меня сюда? – уточнила я.

С языка так и рвалось: «Ты Злата?» – но я сдержалась и промолчала.

– Соображаешь, – довольно ответила рысь. – А иначе ты бы не пошла за мной!

Я ясно увидела, как уголки ее пасти поднялись в улыбке. И это было еще страшнее, чем ее умение говорить. Улыбающийся монстр вызвал у меня ужас.

«Талисман! – вдруг дошло до меня. – Нужно немедленно его достать!»

И я, недолго думая, потянула за цепочку. Рысь смотрела настороженно, больше не растягивалась ее пасть в улыбке. И когда я вынула талисман и начала открывать его, она подскочила и заорала:

– Идиотка! Закрой немедленно!

– Ага, как бы не так! – пробормотала я и раскрыла серебряный футляр.

– Я хотела поговорить… – задыхаясь, произнесла рысь. – Но сейчас вынуждена убежать. А ты останешься здесь, в Долине рассыпающихся скелетов. И никто тебя не выведет. Людям отсюда не выбраться!

– Но подожди! – испугалась я и захлопнула футляр.

Однако рысь уже исчезла в тумане. Я закрыла застежку и убрала украшение под футболку. Меня трясло от страха. Я понимала, что допустила ошибку, и в то же время если рысь так уж хотела со мной поговорить, то незачем было заманивать меня в эту долину. Можно было это сделать и в лесу.

Я опустилась на какую-то кочку и посмотрела в небо. В этом мире явно начинался день. Солнце поднималось все выше, туман рассеивался. Правда, мне очень не нравилось, что солнечный диск выглядит багровым. Это было неприятно, к тому же все окружающее приобрело красноватый оттенок.

– Я должна действовать! – строго приказала я себе. – Рассиживаться здесь не стоит. Мало ли, в каком месте я оказалась!

Слова рыси, что это какая-то Долина скелетов и людям отсюда не выбраться, я старалась выбросить из головы. Я встала и повернула обратно в овраг, решив вернуться к обвалу и попытаться подняться наверх, но вход в овраг не нашла. В нормальном мире стояла глубокая осень, здесь царило лето. Я видела, как пышный вьюнок заплел кусты, как с восходом солнца начинают раскрываться его бутоны. Я встала перед этой живой стеной, не зная, как мне ее преодолеть. За ней был вход в овраг. Но вьюнок рос прямо на глазах, заплетая проход. И вот уже раскрылись его розоватые граммофончики, и одуряюще сладкий запах распространился вокруг. Я начала обрывать вьющиеся плети, но раскрытые цветы запахли намного сильнее. Я ощутила головную боль, затем дурноту и поняла, что сейчас потеряю сознание. Я отошла от вьюнка на несколько шагов. Запах стал явно слабее. Достав платок, я завязала нижнюю часть лица, включая нос, и снова двинулась на стену из вьюнка. Мне необходимо было выбраться в овраг. Но как только я коснулась растения, цветы вновь начали источать такой одуряющий аромат, что меня затошнило. Я отошла от вьюнков подальше и села на землю. Туман уже рассеялся, осталась только полупрозрачная бледно-розовая дымка, но сквозь нее можно было различить очертания долины. Я вгляделась в какие-то непонятные предметы, белеющие впереди. Они мне показались грудой сломанных реек. Когда дурнота окончательно прошла, я встала, приблизилась и вскрикнула от ужаса. Это были кости. Человеческие. Они побелели от старости. При моем приближении часть костей рассыпалась в прах. Я отскочила и зажала нос, так как вновь появился какой-то противный запах.

«Спокойно! – сказала я сама себе. – Это всего лишь кости! Никакой угрозы они мне нести не могут! К тому же рысь так и назвала это место – Долина рассыпающихся скелетов».

И я снова пошла вперед. Кости при моих шагах превращались в серую муку, и она устилала мою дорогу. Мне было страшно ступать по ней, но я должна была как-то выбраться из долины.

– Господи! Помоги! – шептала я. – Кто все эти люди? Как они здесь очутились? Не ждет ли и меня такой же конец? Ай! – вскрикнула я, когда при приближении к очередной костяной куче скелет вдруг собрался и выпрямился, загораживая мне дорогу.

Я отскочила назад, сильнее зажав нос руками, – от него распространялась невыносимая вонь. Человеку подобный запах вынести невозможно. Пахло смертью, по-другому я сказать не могу. Скелет замер и начал обрастать мышцами. Зрелище было не для слабонервных, поэтому я зажмурилась и вцепилась пальцами в талисман.

– Не трогай! – пророкотал голос, и я открыла глаза.

Передо мной стоял молодой мужчина, правда, сквозь него просвечивал дальний лес. Но вот призрак окончательно уплотнился, если можно так выразиться, и замер, изучая меня.

– Ты живая, – констатировал он. – Но не совсем человек! Наверное, поэтому можешь разгуливать здесь.

Я не стала размышлять над его словами, мне хотелось орать от ужаса. Мужчина вызывал непреодолимое омерзение, тем более он был полностью обнажен.

– Ах да! – сказал он, заглядывая мне в глаза.

И тут же на нем появилась какая-то старинная на вид рубаха и холщовые штаны.

– Можно я пройду? – спросила я, стараясь, чтобы голос не дрожал.

– И куда ты так торопишься? – усмехнулся он, пододвинул к себе ближайший череп и спокойно сел на него. Я стояла, не зная, что мне делать дальше. Однако с парализующим ужасом уже начала справляться. Я выровняла дыхание, помассировала на руках нужные точки. Это быстро привело меня в чувство.

– Кто ты? – спросила я.

Мужчина расхохотался, запрокинув голову. От этого движения соскользнул с черепа и свалился на землю. Выругавшись, вскочил и пнул череп. Но тот не шелохнулся, а прошел сквозь ногу мужчины, словно та была просто проекцией. Я машинально отступила назад и споткнулась о кости. Те с сухим шуршанием рассыпались.

– Скоро придет и мой срок превратиться в подобную труху, – с горечью произнес мужчина. – Но ты можешь мне помочь!

– Я?! – опешила я и отступила еще на шаг.

– Правильно, лучше выйти с этого кладбища, – одобрил он и быстро двинулся к зарослям вьюнка.

В недоумении я пошла за ним. Когда мы покинули долину костей, то уперлись в стену из плотно заплетенного вьюнка. Мужчина остановился и нахмурился.

– Где я? – спросил он. – Не понимаю! Я никогда не знаю, где выход из этого места! Не знаю! – с явным раздражением повторил он и сел на землю.

Я опустилась неподалеку, исподтишка наблюдая за ним. Выглядел он уже совсем как живой. Но то, что, несмотря на это, он мертвец – а в этом я не сомневалась, – вызвало очередной приступ ужаса.

– Да не трясись ты так! – раздраженно проговорил он. – Как тебя зовут?

– Лиля, – выдавила я. – А вас?

– Андрон, – ответил он. – Что там наверху? Какой век?

Я ответила. Он вздохнул.

– Я попал сюда в начале прошлого века, – начал он после паузы. – Был обычным искателем приключений. Забрел в деревню, остановился там на какое-то время. Крайняя изба была заброшена, в ней давно никто не жил. Решил передохнуть, заканчивалась весна – особо топить избу уже не нужно. Да я вообще неприхотлив, была бы крыша над головой. И вот прижился, даже уходить никуда не хотелось. Думал уже остепениться и пустить корни, тем более за меня сватали хорошую девушку. Но тут черт дернул будущего тестя под хороший самогон завести разговоры про территорию рысей, которая якобы располагалась за деревней. У меня аж весь хмель из головы выветрился, пока я его слушал. Раньше-то местные при мне молчали об этом. Ну и понятно, чужаком я для них был. Стал расспрашивать будущего родственничка. Он захмелел уже окончательно и поведал мне, что живут в тайге оборотни, некие славы. И что есть у них заповедное место, называется Золотой овраг. И будто бы там сокровища невиданные запрятаны, будто все дно оврага устелено золотыми украшениями. Но простому смертному попасть туда почти невозможно, а уж если и попадет, то выйти оттуда нельзя. Послушал я, послушал, затем сказал, что все это враки, и отправился спать. Но с тех пор засела мне в голову мысль об этом овраге. Не мог я ни есть, ни спать, все думал, как бы мне в него попасть. Не верил я, что это какой-то заколдованный тайник оборотней-рысей, знал, как наш народ любит из мухи делать слона и непроверенные слухи до невероятных размеров. Решил, что все это сказки, но имеющие под собой реальную основу. Наверняка где-то в этих местах спрятан клад, именно так я рассуждал. И начал тайком изучать местность вокруг деревни. Я заходил все дальше в тайгу, но никаких рысей не видел. Это лишь подтвердило, что я столкнулся с обычным народным фольклором.

Андрон замолчал и покрутил головой, чему-то усмехаясь. Я напряженно ждала продолжения его рассказа.

– И вот как-то припозднился я в тайге. К тому же забрел в какие-то гиблые места. Местность была низкой и заболоченной. Гнус одолевал, несколько раз из-под сапог выскальзывали гадюки невероятных размеров и с шипением уползали. Я решил, что пора возвращаться в деревню, как вдруг увидел, что впереди в мутной болотной жиже блеснуло что-то золотое. Вроде толстая цепочка. Я бросился вперед, не удержался на ногах и скатился в какую-то яму, которую из-за кустов не заметил. Я летел так быстро, что не успевал цепляться за ветки. И скоро оказался на дне глубокого оврага. Ручеек, журчащий под ногами, показался мне золотым от света вставшей луны. Я запрокинул голову и тут только испугался по-настоящему. На краю оврага стояла крупная рысь и внимательно смотрела на меня. Но даже не это так напугало меня. Над ее головой я видел полную луну, а ведь я знал, что сейчас она только прибывает, и круглый диск никак я видеть не мог.

– Господи! – прошептала я и сжала руки.

Но Андрон не обратил внимания и продолжил:

– Я крикнул, а рысь вдруг засмеялась, и это было жутко. У меня душа в пятки ушла, ибо я понял, что вижу оборотня. Ее голова исчезла за краем оврага, а я попытался выбраться с другой стороны. Но не тут-то было. На меня обрушилась целая лавина из камней, комков мокрой глины и песка. Меня оглушило. И когда я очнулся, то с трудом встал и побрел вперед. Довольно скоро я оказался в Золотом овраге.

– Как?! – изумилась я. – Это вот и есть пресловутое хранилище золота славов?

Я даже встала и огляделась. Но, кроме костей, никакого золота не увидела. Андрон отчего-то отшатнулся и смотрел на меня с испугом. Для призрака, или кем он там являлся, это было странно.

– Чего уставился? – недружелюбно поинтересовалась я и снова села на землю.

– В тебе иногда появляются очертания… рыси, – тихо ответил он. – Я ясно вижу зверя, и меня это сильно беспокоит. Кто ты, девушка?

– Лиля, – недовольно проговорила я. – Случайно сюда попала.

– Случайно сюда никто не попадает, – хмуро заметил Андрон. – Золотой овраг находится за Долиной скелетов, – пояснил он. – А мы – это те, кто хотел ограбить рысей. Выхода отсюда нет. Даже если и можно войти в овраг, то ты там словно с ума сходишь, все вокруг как из другого мира, да и время не так идет. А уж груды золотых украшений слепят глаза и днем и ночью. Я ведь тогда дошел до этого места. И увидев кучи золота и самоцветных камней, начал нагребать их полные карманы. Затем снял зипун и стал сваливать драгоценности в него. Э-эх! – тяжко вздохнул Андрон. – До чего же глуп я был! Неужели так трудно понять, что из такого места тебя не выпустят и тем более с чужими ценностями? Ты-то это понимаешь?

– Говорю же, – с раздражением ответила я, – что оказалась здесь случайно! Значит, выйти нельзя? – уточнила я.

– Ну тебе, может, и удастся, – с сомнением проговорил он, внимательно меня изучая. – Ты странная… Я ведь не человек, так что вижу кое-что недоступное человеческому взгляду.

– Помню, помню… ты видишь во мне рысь, – недовольно заметила я. – Но это бред! Я обычная девушка, наверху уже двадцать первый век, а свалилась я в овраг случайно, там наверху у меня и велосипед остался.

– Ну, если ты сюда не за золотом, то рыси должны тебя выпустить, – предположил Андрон. – Скелеты – останки охотников за сокровищами. Они, как и я, пытались вынести золото. Но оказалось, путь из оврага только один – в Долину рассыпающихся скелетов. Когда я нагреб полный зипун сокровищ и вышел сюда, меня встретил осанистый старец. Он представился хранителем и сообщил, что я сейчас умру и останусь в этом месте на сто лет. А потом мой прах превратится в пыль. Но я решил так просто не сдаваться, бросил зипун на землю и замахнулся на старца. Он тут же превратился в огромную рысь и прыгнул на меня. Больше я ничего не помню. Правда, через какое-то время очнулся, но уже как бестелесный дух. И таких духов тут полная долина. Все эти бывшие люди тоже до смерти искали золото. Как они мне поведали, скелеты лежат ровно сто лет, потом рассыпаются, и духи исчезают неведомо куда. Но эти сто лет крайне мучительны. Без конца вспоминаешь все зло, которое творил при жизни на земле. Я уже ждал, когда истечет мой срок. Численников[6] здесь нет, сама понимаешь, но мой дух будто знает мое время. И оно настанет совсем скоро. Но я не хочу исчезать!

Он встал и начал нервно двигаться вдоль кустов, заплетенных вьюнком. Я наблюдала за ним и пыталась решить, что мне делать дальше.

– А ты видел здесь рысей? – спросила я после паузы. – Они приходят в эту долину?

– Что ты! – ответил он и остановился напротив меня. – Говорю же, неразумная ты девушка, это место… Как бы назвать, чтобы ты поняла…

– Заколдованное, – подсказала я.

– Наверное, – охотно согласился Андрон. – Я пытался его покинуть, но не получается пройти овраг.

– Так ведь ты вроде… – я замолчала, не зная, как выразиться.

– Скелет? – сказал он и засмеялся. – Да, я умер! Но ты же видишь, что не совсем. Но буду окончательно мертв, когда исполнится ровно сто лет с того дня, как я погиб от клыков рыси. А срок уже близко, – задумчиво добавил он.

– Значит, рыси сюда не заходят, – продолжила я гнуть свою линию.

– Только их хранители, и то крайне редко, – ответил Андрон. – Подозреваю, что они ходят в Золотой овраг, который лежит за нашей долиной. Но тут не появляются. За то время, пока я тут, я видел рысей всего несколько раз.

– А черную? – взволнованно спросила я. – Черную рысь ты тут видел?

Андрон вздрогнул и опустил глаза. Его лицо стремительно бледнело и словно истончалось. Я испугалась, глядя на эти метаморфозы, решив, что истек его срок и он сейчас исчезнет. Он сел на траву. Я приблизилась и ждала. И вот он будто бы пришел в себя. Андрон поднял голову. В его тусклых глазах плескался ужас, и они выглядели почти живыми.

– Это жуткий оборотень, – тихо проговорил он. – Откуда ты знаешь про черных?

– Именно такая рысь заманила меня сюда, – ответила я. – Она прикинулась плачущей девочкой, я поддалась порыву и помчалась на помощь. И упала в овраг. А потом пришла в эту долину. И только тут увидела черную рысь.

– Чем-то ты сильно насолила этим жутким оборотням, раз тебя завели сюда, – сказал он. – Это не просто так!

– А что, их несколько? – настороженно поинтересовалась я.

– Когда-то давно сюда приходила черная рысь, – задумчиво ответил он. – Она принесла новорожденную. Вся ее голова была покрыта черными волосами.

– В смысле? – перебила я его. – Рысь принесла девочку?

– Это была женщина, но мы сразу поняли, что она оборотень. Мы же тут шляемся по долине и от скуки все примечаем, за всем следим, что происходит. И когда появилась эта женщина, мы сразу поняли, что она рысь. Но не такая, как все славы. Она… источала зло. Понимаешь, мы же просто духи и сами лишены всего присущего человеку, и поэтому нам чуждо и добро и зло, мы вне их. Наверное поэтому сразу чувствуем, кто что несет сюда. Все хранители, появляющиеся здесь, были добродушны. Их злая натура просыпалась лишь в том случае, если в овраг забирался очередной охотник за сокровищами. Они убивали его без пощады. Иногда тут появлялись и славы, которые хотели что-нибудь взять из оврага. С ними хранители были намного мягче и просто выводили соплеменника. Думаю, наверху их наказывали по-своему, но, конечно, не убивали. А эта женщина не являлась славом, хотя тоже принадлежала к оборотням-рысям. Мы видели, что все славы русые и светлоглазые. А у нее были черные волосы. И девочку принесла такую же.

– И что было дальше? – нетерпеливо спросила я, сев напротив Андрона.

– Мы старались не двигаться и наблюдали, – продолжил он. – Есть у нас в долине источник со странной водой. Она осветляет все и даже кости. Земля, по которой бежит ручеек, давно превратилась в белый песок.

– Наверное, какая-то кислота, – пробормотала я.

– Женщина направилась к нему, – рассказывал он, не слушая меня. – И осветлила этой водой волосы девочке. При этом читала какие-то наговоры. Сама понимаешь, для нас это что-то наподобие спектакля, так что мы внимательно наблюдали. Но женщина и не скрывалась. Даже если она и знала о нашем существовании, то понимала, что мы ее тайны не выдадим, мы не призраки и постоянно в долине. «Никто не заподозрит в моей доченьке черную рысь, – шептала женщина. – Славы примут ее за свою с такими светлыми волосами. Отнесу в селение и подброшу к крайнему дому. Пусть растет среди рысей».

– И что было дальше? – с нетерпением спросила я, видя, что Андрон замолчал.

– А ничего! Унесла она девочку из долины. Но я видел, что волосы девочки стали светлыми от этой воды.

– И где находится чудо-источник? – поинтересовалась я.

– Да тут, неподалеку, – ответил он. – Хочешь посмотреть?

– Да, – кивнула я.

Андрон встал и повел меня вправо. Минут через пятнадцать, а может и больше, я плохо ориентировалась во времени, так как казалось, что солнце висит в одной точке, мы очутились возле узкого ручейка. Я наклонилась и понюхала воду. Но никакого кислого или резкого запаха не учуяла. Правда, русло было действительно белого цвета, а трава вдоль него – желтой.

Андрон молча наблюдал за мной. Потом вдруг начал смеяться. Я перестала изучать воду и повернулась к нему.

– Ох уж эти люди! – заметил он. – Что ты хочешь найти?

– Думала, может, кислота какая, – ответила я.

– Лиля, это же не обычная земля! Ты забыла, где находишься? Здесь все по-другому и искать объяснения каким-то явлениям бесполезно. Уж поверь мне, я тут почти сто лет болтаюсь!

– Ладно, – кивнула я и направилась обратно к стене из вьюнка.

Андрон двинулся за мной.

– А черная рысь еще появлялась? – спросила я.

– Да, захаживала, – ответил он. – Но это уже была подросшая девочка.

– Вот как, – задумчиво произнесла я.

Смутная догадка заставила меня начать анализировать события.

– Она была одна?

– Всегда одна, – подтвердил он. – Последний раз я ее видел не так давно.

– И сколько ей сейчас примерно лет? – уточнила я.

– Ну это уже взрослая девушка, – ответил Андрон. – Очень красивая, с длинными черными волосами, которые она больше не стремится осветлить. Она прибегает в долину в виде черной рыси, превращается в девушку, часто наведывается в Золотой овраг, думаю, берет там безнаказанно золото. Удивляюсь, куда хранители смотрят. Такое ощущение, что они просто ничего о ней не знают. Она как-то ухитряется держать свои проделки в тайне.

«Неужели Злата? – размышляла я, хотя все было настолько очевидно, что мне уже не требовалось никаких доказательств. – Значит, она дочка черной рыси и сама таковой является. Мать подбросила ее в деревню славов и там ее воспитали. А черные от рождения волосы она осветляла при необходимости в источнике. А потом, насколько я помню, она сделала вид, что красит их в черный цвет исключительно для успеха карьеры модели. Именно так Влад мне тогда объяснил, почему у девушки-рыси черные волосы. Получается, что это ее естественный цвет. Все сходится! И сейчас в овраг меня заманила именно Злата. Если бы не талисман, который заставил ее умчаться отсюда, меня бы уже не было в живых, можно не сомневаться!»

Я вздрогнула и испытала приступ страха.

– Скажи, ты знаешь, где выход из долины? – спросила я.

– Нет, – спокойно ответил Андрон. – Как только мы сюда попадаем, сразу теряем ориентацию в пространстве. Я и сам бы хотел выйти отсюда на землю.

– Зачем? – изумилась я. – Ведь ты же мертвец!

– Не хочу превращаться в пыль, – ответил он. – Да и дух исчезает неведомо куда. А наверху я смогу существовать в виде призрака тысячелетиями.

– Тебе этого хочется? – не поверила я. – Какой смысл?

– Не так-то это и плохо, – улыбнулся Андрон. – Можно путешествовать везде, земля большая. Неупокоенных духов много. Общаться с ними будет интереснее, чем сидеть в этой долине, где мы всех знаем наперечет и истории друг друга прослушали уже по сто раз. А новички теперь сюда редко забираются. Если бы я мог найти выход, то давно ускользнул бы отсюда. Но для нас это невозможно. Необходим проводник. Выведи меня? – вдруг попросил он.

– Но как? – заметила я и пожала плечами. – Я сама не вижу прохода. Он был вот здесь, – и я указала на густо заплетенную вьюнком стену, – но сам видишь, тут не пройти.

– Здесь?! – восхитился Андрон. – Так близко? Так нужно расчистить проход!

И он быстро двинулся к грудам костей. Я в недоумении последовала за ним.

– Здесь полно ножей, тесаков, – пояснил он, нагибаясь. – Охотники не заходят в тайгу без оружия. Многие, конечно, уже истлели, но есть и вполне пригодные. Ищи! Ты же понимаешь, я не материален, так что физически не могу тебе помочь, могу только указать.

Я начала разгребать кости, содрогаясь от отвращения. И действительно скоро увидела острый короткий нож и схватила его. Вернувшись к заросшему проходу, начала разрезать плети вьюнка. Андрон стоял рядом. Но чем больше их я резала, тем скорее росли новые. Вьюнок заплетал проход прямо на глазах.

– Бесполезно, – констатировал Андрон, понаблюдав за моими усилиями довольно долгое время. – Может, лучше попытаться пройти через Золотой овраг? Мы все попадали сюда именно через него, хотя сейчас выход найти не можем. Но ты ведь… живая, так что, возможно, он откроется для тебя. Пошли?

И он быстро двинулся по костям. Я последовала за ним, с трудом преодолевая отвращение от вида и запаха останков.

– Лучше бы я видела только духов, – бормотала я, зажимая нос. – Это зрелище невыносимо!

– Духи осторожны, – ответил Андрон. – И хотя я их всех вижу, тебе они не покажутся. И при нашем приближении сразу удаляются. Но мне так даже лучше! Осторожно! Сейчас войдем в Золотой овраг! Будь начеку! Знала бы ты, сколько времени я провел среди всех этих сокровищ, не в силах уйти от них. Они как магнит даже для духов! И как же я мучился при мысли, что уже никогда не смогу воспользоваться всем этим богатством. А потом пришло прозрение, что здесь это всего лишь прах, такой же, как и наши кости. И я перестал приходить сюда.

Андрон скользнул в какую-то узкую расщелину, которую я бы и не заметила, так как она была закрыта густыми деревьями. Я пробралась за ним. Мы оказались в своего рода темном туннеле, образованном разломом в скале. Я с трудом протискивалась между его стенами. Андрон легко скользил впереди. И вот он нырнул в какой-то слепящий свет. Я невольно прищурилась, оказавшись на выходе из расщелины, потому что меня буквально ослепило золотое сияние. Тумана здесь не было, солнце стояло высоко в небе, и его лучи заливали окрестности ровным ярким светом. Передо мной расстилалась довольно большая долина, все ее дно было покрыто золотыми изделиями. Они блестели на солнце, драгоценные камни сверкали всеми цветами радуги.

– Вот это да! – восхитилась я, бросаясь к ближайшей ко мне груде драгоценностей.

Я вытянула цепочку, сплетенную из колец разноцветного золота. Розовое чередовалось с белым и желтым, очень красиво. На цепочке висел крупный, старинный на вид кулон в виде прозрачно синей сапфировой капли. Я полюбовалась игрой глубоких синих оттенков, кулон не хотелось выпускать из рук, красота камня завораживала. Я увидела в куче такой же камень, но чуть меньше и потянула за него. Это оказалось украшение на браслете, который явно составлял пару цепочке. Я зажала в кулаке комплект и стала дальше перебирать сокровища. Серьги с кроваво-красными рубинами, цепи с замысловатыми кулонами, кольца с красиво ограненными сверкающими на солнце бриллиантами, плетенные из золота пояса, браслеты, изящные диадемы – я не могла оторваться от сокровищ. Блеск камней сводил с ума, я забыла, зачем пришла сюда, мне хотелось остаться среди этих сокровищ и любоваться ими, примерять, гладить, изучать.

– Лиля! – услышала я голос Андрона, но отмахнулась от него. – Лиля! – строго повторил он. – Надо искать выход отсюда. Только ты можешь его обнаружить, для меня он закрыт.

– Да-да, – бормотала я, играя подвеской с черными бриллиантами. – Какая красота!

– Пошли! – сказал он и приблизился.

Меня обдало холодом смерти, но даже это не привело в чувство. Я продолжала вытаскивать все новые драгоценности.

– Ты должна уйти отсюда! – горестно произнес Андрон. – И зачем я показал тебе это место?! Что я наделал!

И вдруг до моего слуха долетел слабый перезвон колокольчика. Я замерла, в моей поднятой руке болталась цепочка с золотым медальоном в виде рубинового сердца, но я уже не смотрела на нее. Колокольчик продолжал звонить. Мой ум мгновенно прояснился. Я бросила драгоценности и быстро пошла на его зов, уже ни на что не обращая внимания. Под ногами хрустели сокровища, их сияние било по глазам, но я упорно шла на звон. Когда оказалась у выхода из долины, а им был сужающийся и уходящий вверх овраг, то даже не оглянулась. Звон становился все громче, и он будто придавал мне сил. Я почти бежала. И чем выше поднималась, тем темнее становилось. И вот я влетела в густой туман, но колокольчик продолжал звонить и служил мне верным ориентиром. Пролетев сквозь туман, я выскочила на поверхность и чуть не сбила с ног Велеславу. Она стояла на краю пропасти, из которой я выбежала, и звонила в свой волшебный колокольчик.

– Уф! – глубоко вздохнула я и остановилась.

– Слава создателю! – вскричала Велеслава. – Ты жива! Ой, а это кто?

Мимо нас промчался Андрон.

– Подожди! – закричала я. – Куда ты?

– В мир! – на ходу ответил он. – Ты меня вывела, и я отныне твой вечный должник!

И он исчез.

– Ну вот, я еще и призрака в мир выпустила! – констатировала я. – Но, милая Велеслава, как ты меня нашла? И где мы?

Я огляделась. Мы находились в обычной на вид тайге. Судя по встающему солнцу, было раннее утро.

– Уйдем скорее отсюда! – хмуро проговорила она. – Это запретное место!

Велеслава быстро пошла вперед, я двинулась следом. Буквально метров через сто увидела свой велосипед. Я бросилась к нему и вытащила на тропу.

– Именно он и вывел меня на твой след, – пояснила Велеслава. – Я была в тайге, учуяла твой запах. А затем наткнулась на велосипед. По его положению поняла, что ты свалилась в овраг. Звонила вначале с этой стороны. Но ты так и не вышла. Тогда я отправилась к главному, если можно так выразиться, входу и начала звонить там.

– Но как они близко эти входы-выходы! – изумилась я. – У меня создалось ощущение, что я побывала в двух огромных долинах. С этой стороны – скелеты, а потом сокровища. А между ними еще и длинная узкая расщелина в скале.

– Не забывай, что это своего рода аномальная зона, так что с земными мерками подходить бесполезно, – сказала она.

– Да, я это уже поняла! Спасибо тебе! Ты спасла мне жизнь!

И я бросилась к ней на шею. Велеслава явно смутилась и мягко высвободилась из моих объятий.

– Я рада, что все хорошо закончилось, – пробормотала она. – Но что это за мужчина вылетел вслед за тобой?

– Это не мужчина, – тихо ответила я. – Вернее, мужчина, но уже давно умерший.

И я рассказала ей без утайки все, что услышала от Андрона. Затем поведала, как меня заманили в этот овраг.

– Я ехала к хранителю, – добавила я в конце. – Он позвонил мне и попросил о встрече. Видимо, известие о черной рыси его сильно взволновало.

– Не нужно было отправляться так поздно вечером, – с укором заметила Велеслава. – Ты бываешь иногда такой безрассудной!

– Все, что ни делается – к лучшему! – задумчиво проговорила я. – Зато мы теперь точно знаем, что Злата – черная рысь. Но как она появилась у вас в селении?

– Злата и ее мать, но, как я понимаю, это была женщина, которой настоящая мать подкинула Злату еще новорожденной, как-то пришли к нам. Злате тогда было года четыре. Они обе были утомлены. Берислава, так звали женщину, рассказала, что жили они в небольшой деревне славов неподалеку отсюда и что ее муж погиб на охоте. Его якобы разорвал тигр. Она осталась одна. Жилось трудно, да и деревня была совсем небольшой. Берислава слышала о нашем селении и решила перебраться сюда. Старейшины выслушали ее историю и постановили на совете принять ее и отдать ей дом, в котором никто не жил. Так они поселились у нас. Вопросов у нас обычно не задают. Пришел и живи. Вдову все жалели и всячески ей помогали.

– И где она сейчас? – поинтересовалась я.

– Берислава умерла года три назад, – ответила она. – Именно тогда Злата начала строить свою карьеру модели. Но она всегда отличалась независимостью и никто ей был не указ. Старейшинам, конечно, не нравилось, что юная рысь вышла в большой мир, но поделать с ней они ничего не могли. Мы полностью свободны и вольны выбирать тот образ жизни, который нам больше всего нравится и подходит.

– Сейчас ей восемнадцать, – заметила я, – значит, тогда было всего пятнадцать!

– Да, именно тогда она вдруг приобрела черный цвет волос и заявила, что уезжает пробовать себя в качестве модели.

– Черный цвет волос, – сказала я.

– Да-да! – торопливо заговорила Велеслава, – понимаю, что тебя это занимает. И вот что я думаю. Дело в том, что потомки черных рысей рождаются именно с черными волосами. Это верный знак! И в живых их не оставляют, как ты понимаешь. Но такого уже давно не случалось. Всех черных истребили еще пару веков назад. Долго ломали голову, как изничтожить этих опасных существ. А метод оказался на удивление простым. У нас душа в жемчужинах, как ты знаешь. Оказалось, что у этих рысей они черного цвета. И стоило только изъять черную жемчужину, рыси приходил конец. Она становилась такой же, как сейчас Влад, и легко подчинялась владельцу ее души. Тогда жемчужину уничтожали, и черная рысь умирала. Другим способом убить их нельзя.

– Видимо, уничтожили не всех, – заметила я.

– Это так! – согласилась Велеслава. – Они крайне осторожны, а когда люди пришли к нашим старейшинам и договорились помогать друг другу в деле истребления черных, то те стали вообще неуловимы. Андрон рассказал тебе весьма интересную историю. Как я предполагаю, настоящая мать Златы перекрасила волосы девочки, чтобы выдать ее за дочь обычного слава. Возможно, со временем волосы снова начинали темнеть, но Злата отлично знала путь в эту долину и при помощи воды источника снова делала их светлыми. А затем ей вообще пришла гениальная мысль объявить всем, что она красит волосы в черный цвет, потому что так нужно для ее карьеры. Если она черная, а в этом я уже не сомневаюсь, то это ее натуральный цвет волос. А они у нее как уголь!

– Знаешь, я ведь видела жемчужину у нее в языке, – задумчиво проговорила я. – Но она вполне обычного для взрослого слава цвета – ярко-малиновая.

– И что, Лиля? – засмеялась она. – Можно купить украшение для пирсинга нужного цвета и вставить его в язык для отвода глаз. А настоящую душу-жемчужину спрятать где-нибудь на теле.

– Да, вполне возможно! – сказала я. – Значит, если найти настоящую жемчужину и уничтожить ее, то Злата умрет?

– Именно так! – кивнула она и помрачнела.

В этот момент мы вышли на довольно широкую тропу. Велеслава остановилась. Я с непониманием посмотрела на нее. Она подняла голову и глянула на встающее солнце.

– Мы примерно на полпути к хранилищу Жемчужины, – сообщила Велеслава. – Тропа ведет прямо к нему. Решай, поедешь ли ты сейчас к Венцеславу или вернешься домой. Времени почти девять утра.

– Конечно, поеду к хранителю! – с возмущением ответила я. – На велосипеде домчусь за несколько часов.

– У меня другое предложение, – после паузы сказала Велеслава. – Давай я довезу тебя… на спине. А велосипед здесь оставишь.

– Ты?! – расхохоталась я. – Еще не хватало кататься на спине девушки!

– Но ведь Тина рядом нет, – тихо произнесла она. – Не волнуйся, я очень сильная в облике рыси.

– Да, я заметила, что все славы в зверином обличии намного превосходят по размерам и силе обычную рысь!

– Так что? – спросила она. – И учти, я бы хотела присутствовать при вашем разговоре. Ситуация слишком серьезна. Пора Венцеславу все узнать.

– А Влад? – после паузы спросила я.

– Пока в селении, видела его бродящим по огороду, – сказала она. – Нужно все рассказать хранителю. И о Владе тоже!

– Братья навряд ли обрадуются, – заметила я.

Но Велеслава не ответила. Она начала превращаться, я отвернулась. Услышав тихое урчание, посмотрела на нее. Рысь сидела передо мной, ее глаза улыбались. Я закатила велосипед в кусты, укрыла его ветками и взобралась на спину Велеславе. Она помчалась сквозь тайгу. По привычке я зажмурилась. И когда поняла, что она замедляет бег, открыла глаза. Мы уже приближались к хранилищу. Велеслава остановилась неподалеку. Я сползла на землю, но тут же выпрямилась, хотя голова немного кружилась. Моих горящих щек коснулся ветерок, рысь выгнула спину, шерсть словно стекла с нее. И вот уже передо мной девушка.

– Меня всегда интересовало, что вы чувствуете в такие моменты, – сказала я, наблюдая, как ее лицо принимает более спокойное и приветливое выражение.

– Ничего особенного, – улыбнулась Велеслава. – Легкий зуд по всему телу, небольшое жжение в мышцах и несомненное удовольствие от самого процесса.

– А зрение? – продолжила я расспросы. – Я читала в Инете, что рыси видят четко только впереди себя и лучше всего, когда объект находится в движении.

– Похвальна твоя любознательность, – ответила Велеслава и улыбнулась. – Но лучше не искать такие сведения в Интернете или книгах, ведь там информация о настоящих зверях, а мы нечто иное. Ты должна понимать. И видим мы в облике рысей так же, как и люди, то есть боковое зрение присутствует, если ты об этом. Но, конечно, отлично видим в темноте, чего люди не могут. Причем эти качества сохраняются, когда мы в человеческом обличии.

– Острый слух и обоняние? – уточнила я.

– Именно, – неохотно ответила Велеслава. – Но все-таки давай не будем отвлекаться от темы и выработаем план действий. Что скажем хранителю? А о чем умолчим?

Но я не успела ответить, так как на тропу вышел Венцеслав. Он обрадовался, увидев меня, но нахмурился, переведя взгляд на мою спутницу.

– Ты уже приехала! – констатировал он. – Утро доброе!

– Доброе утро! – поздоровалась я.

– А ты, Веля, здесь какими судьбами? – хмуро спросил он.

– Случайно, – ответила она.

И я с удивлением на нее посмотрела. Только что Велеслава развивала мысль, что говорить хранителю, и явно собиралась присутствовать при нашей беседе, но сейчас отчего-то стушевалась.

– Случайно? – настороженно произнес он.

– Я охотилась, – торопливо заговорила она, – и увидела велосипед Лили. А потом и ее саму. Довольно далеко отсюда. Она сообщила, что едет к вам. Вот я и предложила доставить, а то бы она долго добиралась до вас.

– Благодарю за помощь! – вежливо произнес Венцеслав. – Но…

– Да-да, – закивала она, – оставляю вас наедине, мешать не буду.

Он улыбнулся и пошел к хранилищу.

– Ты чего? – удивленно поинтересовалась я. – Ведь хотела поговорить с хранителем!

– Не могу! – потупилась она. – У нас существует четкая иерархия. На высшей ступени хранители, затем идут старейшины. Вот ты бы смогла запросто говорить с президентом страны?

– А что такого? – пожала я плечами. – Если бы дело требовало!

– Лиля, я чувствую на интуитивном уровне, понимаешь? И Венцеслав крайне недоволен, что я вмешиваюсь в твои дела. Ему и говорить ничего не нужно. Мне без слов все ясно. А вызвать его гнев мне не очень-то хочется! Я лучше пойду. Ты потом можешь заглянуть ко мне. Помнишь, где огород братьев?

– Еще бы! – кивнула я.

– Слева увидишь мой дом. Заходи без стеснения. Я буду тебя ждать, – улыбнулась она.

– А Тин где? – полюбопытствовала я.

– Сегодня перед рассветом умчался, – ответила она, зардевшись.

– Так вы… так у вас… все было?! – не выдержала я.

– Что ты! Что ты! – замахала руками Велеслава. – Как ты могла такое подумать? Мы просто сидели на крыльце и всю ночь болтали обо всем.

– Бедный парень, – пробормотала я.

– Прежде всего, он лис! – хмуро ответила она.

Ее глаза стали грустными, уголки губ опустились.

– Да-да, – прошептала я, – нельзя любить иных… Так ты его провожала сегодня? Поэтому оказалась так далеко в тайге?

– Иди, неудобно заставлять хранителя ждать, – сказала она, отвернулась и быстро пошла прочь.

А я направилась к деревянной пирамиде. Возле нее никого не было, тогда я заглянула внутрь. И там было пусто. Я удивилась и вошла. В этот момент люк приоткрылся, и появилась голова Венцеслава. Он жестом пригласил меня спуститься. Я оторопела, так как знала, что вход в святая святых обычным людям заказан. Только в исключительных случаях человек мог попасть в хранилище. Я стянула куртку, потом после недолгого раздумья сняла талисман и спрятала его в карман куртки. Мне казалось, что идти к Жемчужине с таким могущественным средством защиты не стоит. Украшение, конечно, было упрятано в серебряный футляр, но все равно я решила подстраховаться и не брать его с собой. Положив куртку в угол пирамиды, я на дрожащих ногах начала спускаться по лестнице. Вначале оказалась в обычном на вид помещении. На стенах горели светильники и стояли лавки.

– Иди за мной! – произнес хранитель и двинулся к дальней от лестницы стене.

Мы остановились перед массивной дверью. Он открыл ее и пропустил меня внутрь. Большая квадратная комната была наполнена приятным розовым светом. Посередине находился постамент из какого-то красивого полупрозрачного камня. Мне подумалось, что это розовый кварц. На нем лежала искусно выточенная, тоже кварцевая лапа. Именно на ней покоилась Багровая Жемчужина. Как только я вошла в дверь, она засияла ярким насыщенным малиновым цветом. Венцеслав улыбнулся и заметил, что Жемчужина рада меня видеть и приветствует. Я поздоровалась с ней и даже слегка наклонила голову. И Жемчужина ответила выбросом алого пучка света.

– Я привел тебя сюда, чтобы проверить одно предположение, – сообщил Венцеслав.

– А я думала, вы хотите поговорить о черной рыси, – заметила я, настороженно на него глядя.

Жемчужина потухла. Хранитель посмотрел на нее, затем достал из кармана острый нож и взял мою руку. Я не сопротивлялась и вопросов не задавала. Он осторожно кольнул кончиком ножа подушечку моего пальца и выдавил каплю крови. Было совсем не больно, и я с любопытством наблюдала за его действиями. Он подвел меня к Жемчужине и мазнул кровью по ее поверхности. Она выбросила пучок малинового цвета, который прошел через мою кровь. Появился своего рода огромный веер из тонких светящихся лучей. И вдруг на его яркой поверхности возникла фигура рыси. Я замерла, не понимая, что происходит. Веер еще какое-то время переливался, и рысь словно живая шевелилась в его лучах. Но вот свечение потухло. Жемчужина еще сияла слабо малиновым светом, но скоро погас и он. На кварцевой лапе лежала обычная на вид темная бусина.

Я повернулась к Венцеславу. Он был бледен, однако улыбался. Его глаза остро глянули в мои, затем он кивнул и направился к двери. Я в недоумении двинулась за ним. Мы вышли в «предбанник». Венцеслав остановился, словно что-то решая про себя. Его лицо было напряженным. Затем он жестом пригласил меня присаживаться на одну из скамей, стоящих вдоль стен. Я отчего-то начала испытывать неловкость, мне даже захотелось уйти. Но я понимала, как бы глупо это выглядело, и опустилась на скамью рядом с ним.

– Итак, черная рысь, – спокойно произнес он. – Расскажи все, что ты видела.

Я сосредоточилась, но никак не могла решить, говорить ли мне всю правду. Однако Злата несла мне явную угрозу, поэтому хотелось доложить хранителю, как на самом деле обстоят дела. Но у меня словно язык прилип к гортани. Стоило мне только заикнуться о том, что я не сомневаюсь, что Злата является черной рысью, пришлось бы объяснять и все остальное. А я все еще не была уверена до конца, что хранителю нужно знать о Владе и его жемчужине. Я понимала, что не владею полной информацией о законах племени, поэтому не могла даже предположить, какие последствия для моего любимого будет иметь мое признание. А то, что и братья, и Велеслава молчали об этом, служило знаком, что и мне лучше помалкивать.

– Я шла сюда, хотела повидаться с Владом, так как братья мне сообщили, что он не очень здоров, – начала я и сделала паузу.

Мне хотелось послушать, что скажет хранитель и как он отреагирует на мои слова. Но он остался невозмутимым. Тогда я добавила:

– Влад болен.

И пристально на него посмотрела.

– Да-да, я в курсе, – ответил он с явным непониманием. – Давно говорю, что все эти гимнастические упражнения до добра не доведут. Допрыгался наш Влад! Стас рассказывал, что травма серьезная и хуже всего, что он ударился головой.

– Ужасно! – с облегчением заметила я, радуясь, что хранитель ничего не знает.

И тут же решила, что буду молчать о подоплеке всей этой истории.

– Ты бы повлияла на братьев, – сказал Венцеслав. – Пора им прекратить выступления. Средств у нас хватает для безбедной жизни, мы ни в чем не нуждаемся, так что работать необязательно, – добавил он.

Я вспомнила сияющий золотом овраг и вздрогнула.

«Да уж! – мелькнула мысль. – С такими сокровищами рыси точно могут не работать, а просто наслаждаться жизнью».

– Видимо, это им доставляет удовольствие, – заметила я.

– Одно тщеславие! – возмущенно проговорил хранитель и даже встал. – Гордость! Самолюбование! Жажда славы! А это для рысей недопустимо! Но тут уж ничего не поделаешь! Процесс идет, соплеменники все чаще выходят к людям и сосуществуют с ними. Одни беды от этого!

– Вы имеете в виду связи между рысями и людьми? – осторожно спросила я. – Намекаете на нас с Владом?

– Вы – отдельная история! – хмуро заметил он. – И еще неизвестно, чем все…

Венцеслав вдруг замолчал. Я чувствовала, как мое напряжение нарастает. Я так хотела поговорить с ним, расспросить про жемчужины-души, рассказать про Злату, но не могла. К тому же и он, видимо, испытывал такие же трудности в общении со мной. Создавалось впечатление, что мы втянулись в какую-то игру, наподобие «кто кого перехитрит». Меня это не устраивало. Хотелось напрямую обсудить возникшие проблемы. Но я поняла, что мы оба знаем намного больше, чем говорим друг другу.

– Я люблю Влада, – тихо произнесла я.

Венцеслав начал успокаиваться. Он перестал расхаживать по «предбаннику» и сел рядом со мной.

– Я знаю, – мягко ответил он и погладил мою руку. – Думаю, все будет хорошо!

– Хорошо?! – изумилась я. – Но вы же сами понимаете, что это невозможно! Я столько читала легенд о любви славов и людей, и все они без исключения заканчивались трагически!

– Так то о людях, – туманно ответил Венцеслав.

– Что вы хотите этим сказать? – испугалась я.

– Пока ничего, – осторожно произнес он. – Пока это всего лишь мои догадки. А там видно будет.

– И эти ваши догадки возникли после того, как вы капнули моей кровью на Жемчужину? – уточнила я.

Он повернулся ко мне и сказал:

– Всегда знал, что ты неглупая девочка!

Я вскочила. Меня пронзило прозрение. Мои сверхспособности, острый слух и обоняние… и после последнего вмешательства Жемчужины новое умение – видеть в темноте… Я давно подозревала, что тут что-то не то. Но просто боялась смотреть правде в глаза. Я превращаюсь в рысь?! Жемчужина заменила мою кровь, и именно это запустило процесс?

– Нет! Нет! – в смятении бормотала я. – Не может быть! Это…

Я закрыла лицо руками. Слезы жгли, душа ныла от дурных предчувствий. Но ведь я сама только что видела, как из моей капли крови Жемчужина спроецировала силуэт рыси. Что это значит?

– Что вы хотите этим сказать? – нервно спросила я и приблизилась к хранителю. – Я… Кто я?!

– Лилия, – кратко ответил он. – Мне всегда казалось странным, что твое имя – это название нашего священного цветка.

Я без сил опустилась на скамью.

– Не будем ничего обозначать словами, – ласково проговорил он. – Все это слишком серьезно. Мне хотелось узнать мнение Жемчужины, поэтому я пригласил тебя сюда. И только поэтому. А черная рысь – всего лишь предлог. Думаю, ты ошиблась. С перепугу тебе показалось, что напавший на тебя зверь рысь черного цвета. Но этого просто не может быть.

– Однако вам явно не понравилось, когда я сказала, кто меня ранил, – заметила я.

И снова мне показалось, что Венцеслав просто решил не обсуждать со мной эту тему, поэтому делает вид, что ничего особенного не произошло.

– Да, я испытал стресс, – спокойно подтвердил он. – Племя черных появилось давным-давно. Однажды неосторожные глупые люди сожгли одну ведьму…

– Да-да, я знаю эту историю, – перебила я его. – Прочитала в сборнике легенд.

– Что ж, это упрощает дело. И на самом деле объясняет, почему ты вдруг увидела черного зверя. Видимо, легенда отложила отпечаток в твоем сознании, вот тебе и померещилось черт-те что. Такое часто бывает, особенно с впечатлительными натурами. А ты, несомненно, принадлежишь к их числу.

– Наверное, – вяло подтвердила я, решив умолчать, что вначале я узнала от Влада, что он видит черную рысь, а потом уже прочитала легенду.

– Люди пришли к нашим старейшинам, – продолжил он, – и попросили помочь избавиться от напасти. Старейшины провели… определенную работу. И через какое-то время уничтожили всех черных. Вот уже пару веков про них не слышно. Поэтому я так удивился, что ты якобы увидела черную рысь, да еще и подверглась ее нападению. Только этим объясняется то стрессовое состояние, в которое я ненадолго впал.

После его слов я окончательно поняла, что Венцеслав не собирается посвящать меня в свои соображения по поводу черных, и решила, что мне пора уходить. Я встала. Он вздохнул и сказал, чтобы я берегла себя. Провожать он меня не стал. Я выбралась наружу по лестнице, взяла свою куртку и вышла из хранилища.

«Велеслава наверняка беспокоится о результате наших переговоров», – подумала я и направилась в сторону селения.

Пришлось огибать озеро, но я шла быстро, отодвигая ветки кустов и деревьев с пути. Однако возле подъема к огороду Влада оказалась только через час. Я взлетела наверх и огляделась. Так хотелось увидеть любимого. Но вокруг не было ни души. Солнце уже поднялось высоко. Я прищурилась на его желтый диск и прикинула, что уже около полудня. И тут же начала улыбаться, так как подумала, что постепенно приобретаю какие-то звериные повадки. Намного проще было посмотреть на дисплей мобильного телефона, чтобы понять который час. Я перелезла через плетень и направилась к дому братьев, решив во что бы то ни стало встретиться с Владом. Когда поднялась на крыльцо, то увидела, что дверь открыта. Я постучала. В ответ – тишина. Тогда я толкнула дверь. В доме было пусто. Я заметила на одном из стульев рубашку Влада и взяла ее. Прижав к лицу, вдохнула запах.

– Любимый, – шептала я, целуя рубашку, – все равно мы будем вместе!

Придя в себя, я аккуратно повесила рубашку на стул и покинула дом. На крыльце остановилась в раздумье. Где могли сейчас находиться братья, трудно было даже предположить. Дома в селении никогда не закрывались, даже если хозяева уходили надолго. Мне следовало отправиться к Велеславе, я знала, что она с нетерпением ждет меня, но сообщить мне ей было нечего. Разговор с хранителем ничего не дал. К тому же, чем больше я раздумывала, тем явственнее мне казалось, что Венцеслав пригласил меня лишь для того, чтобы проверить свои догадки на мой счет, а не для разговоров о черной рыси и тому подобном. Ему нужна была моя кровь. И ее он получил. И Жемчужина дала свой ответ. Но думать об увиденном мне было страшно, и я старательно отгоняла мысли на эту тему. К тому же я давно взяла себе за правило – все проблемы решать по мере их поступления. И сейчас для меня первоочередной задачей было помочь вернуть Владу душу.

– Отправлюсь-ка я к Злате, – решительно проговорила я. – А план действий выработаю на месте. К тому же я под защитой талисмана. И она это отлично знает, так что напасть не рискнет.

Я двинулась в сторону ее дома. Хорошо, что он находился практически рядом. Разгуливать по селению рысей среди бела дня было не очень-то разумно, хотя я знала, что славы в курсе моих отношений с Владом. И все равно встреченные мне жители хоть и вежливо здоровались, но смотрели на меня крайне настороженно. Однако я безмятежно им улыбалась и шла к дому Златы. Открыв калитку, огляделась. Во дворе никого не было. Я знала, что Злата живет одна, но редко бывает в доме, так как бесконечные показы и участие в фотосессиях заставляли ее большую часть времени проводить за пределами селения. Я поднялась на крыльцо. Дверь также оказалась открытой. В доме никого. Я зашла в комнату и огляделась. Дом был добротным, состоял из большой кухни с русской печкой, гостиной и двух спален. Везде царил порядок, правда, дом выглядел нежилым. В одной из комнат я увидела большое трюмо, баночки с кремами, флаконы духов и поняла, что это спальня Златы. Мой взгляд упал на деревянную щетку. В ее зубчиках запутались черные волосы. Их было довольно много. Видимо, Злата давно не чистила расческу.

И вдруг я вспомнила рассказ Грега о мало кому известном способе убить любого оборотня. Нужно в июльское полнолуние найти валериану и положить в середину растения прядь волос или клочок шерсти оборотня. Затем вбить осиновый кол через волосы. И вбить так глубоко, чтобы он пронзил корень. Затем произнести: «Пусть сердце твое остановится на веки веков». Добавить имя. И в тот же миг оборотень умрет от остановки сердца. Конечно, я не хотела убивать Злату, несмотря на все ее козни, но подумала, что никогда не помешает иметь такое средство против нее. Я тщательно очистила расческу от ее волос и спрятала их в карман джинсов. Затем направилась к Велеславе. Она находилась во дворе и явно выглядывала меня. Как только я показалась, Велеслава замахала мне рукой.

– Где ты так долго? – нервно проговорила она, заводя меня в дом. – Я уже заждалась. И испекла пироги. Есть хочешь?

Еще бы! У меня, по правде говоря, уже живот подвело от голода. Меня занимал появившийся после последнего «лечения» Жемчужиной зверский аппетит. Никогда я не поглощала такого количества пищи и не чувствовала снова так быстро голода. Но я объясняла это тем, что последнее время тратила очень много и физической, и нервной энергии.

Я уселась за стол на кухне. Пока Велеслава ставила тарелки с пирожками, я огляделась. Кухня выглядела необычайно уютно. Стены обшиты солнечного цвета деревянными реечками, мебель выполнена из некрашеного дерева, на вид сосны, посуда – из обливной керамики бежевых, кофейных и шоколадных тонов. Особую прелесть кухне придавали расшитые вручную полотенца и салфетки.

«Какая хорошая хозяйка! – подумала я. – Угораздило же влюбиться в лиса! С ним семью не создашь! А я сама? – замелькали мысли. – Разве я смогла бы жить в этой деревне?»

Я представила, как мы с Владом поселяемся в отдельном, таком же уютном доме, постоянно находимся вместе, он отказывается от своей карьеры артиста, все свое время посвящает только мне и… нашим детям…»

– Лиля! – услышала я и вздрогнула.

Велеслава уже накрыла на стол и сидела напротив меня, подперев щеку рукой. Ее глаза улыбались.

– У тебя сейчас было такое лицо! – заметила она. – О чем мечтаешь? Хотя… глупый вопрос!

– Я ходила в дом к братьям, – сказала я и принялась за еду.

Пирожки оказались необычайно вкусными, травяной чай – ароматным. Велеслава при моих словах помрачнела. Я перестала жевать и с тревогой на нее посмотрела.

– Братья уехали, – сообщила она. – И увезли с собой Влада.

– В Москву?! – испугалась я.

Она кивнула.

– Но ведь мы знаем, у кого жемчужина! – заволновалась я. – И какой смысл им туда ехать?

– Но они-то этого не знают, – ответила Велеслава. – Честно, Лиль, я хотела поговорить со Стасом, но просто не успела. Они уже укатили! Я ему позвонила. Стас сообщил, что они сейчас в Игнатьеве[7]. Я начала говорить, что им лучше вернуться обратно в селение, но он ответил, что я зря волнуюсь и что он больше не может говорить. И положил трубку. А потом, сама понимаешь, «вне зоны».

– А Злата? – спросила я.

– Не знаю, – задумчиво ответила Велеслава. – Она словно исчезла. С братьями ее точно нет. И в селении, я спрашивала, ее никто не видел. Ты, наверное, ее чем-то сильно напугала! – предположила она и засмеялась.

– Злата заманила меня в тот овраг, – сказала я. – Мало того, она заявила, что человеку оттуда ни за что не выйти. Так что Злата уверена, что я осталась там. Но вот где она сама? Наверняка где-то рядом следует за братьями, следит за ними издалека. Значит, и она отправится в Москву!

– Да, я тоже об этом подумала, – согласилась Велеслава. – Злата не может выпустить из-под своей власти Влада. Сейчас мы точно знаем, что жемчужина у нее и что она… черная рысь.

И Велеслава со значением на меня посмотрела.

– Лично я в этом не сомневаюсь! – ответила я. – Спасибо за вкуснейшие пирожки! – добавила я и отодвинула пустую тарелку.

– Наелась? – уточнила она. – А то еще есть, я много напекла. Тин, сама знаешь, любит поесть!

– Так это ты для него старалась? – засмеялась я. – Да, аппетит у него звериный!

И я тут же старательно отогнала мысль о том, почему у меня появился такой же аппетит.

– Что ты сказала хранителю? – спросила Велеслава, став серьезной.

– Знаешь, ничего! – ответила я. – Мне хотелось поведать ему и о душе Влада, и о черной рыси, и о моем пребывании в Золотом овраге, но будто язык к гортани прилип, и я не стала раскрывать ему наших тайн.

– Вот как! – тихо произнесла она. – Наверное, так лучше! Если в селении обо всем узнают, то на Владе будет несмываемое пятно до конца его дней. Пусть даже и не он виноват в потере души.

– Итак, каков наш план? – решительно проговорила я.

После плотного обеда я ощутила прилив сил и хотела начать действовать немедленно.

– Главное, нужно понять, где Злата прячет жемчужину, – сказала Велеслава.

– Уверена, что на своем теле! – ответила я. – Наверняка она сделала пирсинг в каком-нибудь укромном месте, и жемчужина всегда при ней. Такой вывод напрашивается сам собой. К примеру, в пупке. Или даже…

Я замолчала и содрогнулась, представив, что Злата носит жемчужину Влада в виде пирсинга на интимном месте или в одном из сосков. Это было бы вполне в ее стиле.

– Что же будет? Что будет? – тихо произнесла Велеслава и оторвала меня от размышлений.

Ее и без того румяное лицо покраснело. Я, не понимая, смотрела на нее. Велеслава явно начала волноваться, словно ей только что пришла на ум какая-то крайне тревожная мысль.

– Ты что? – в лоб спросила я. – Говори все, как есть!

– Не хочу тебя пугать заранее… Да и мое предположение не имеет под собой никакой основы…

– Веля! Я должна знать все варианты развития событий!

Она глянула на меня, как мне показалось, виновато, потом тихо проговорила:

– Если Злата принадлежит к черным, это все меняет. Они наполнены злобой ко всем и ко всему. Вначале они ненавидели только людей и уничтожали исключительно их. Но после того, как славы заключили с людьми соглашение и вступили в борьбу с черными, те начали ненавидеть и нас. Думаю, что Злата унаследовала эту ненависть на генетическом уровне.

– Но ведь она спокойно жила в селении, – заметила я. – И особой агрессивностью, насколько я знаю, не отличалась.

– Да нет, Лиль, она всегда держалась обособленно, у нас в селении ее считают задавакой, и по этой причине с ней никто особо не дружит. По правде говоря, когда Злата после смерти Бериславы с головой окунулась в модельный бизнес и перестала здесь появляться, односельчане вздохнули с облегчением. Судя по разговорам, все надеются, что Злата обоснуется где-нибудь в Америке и будет там проживать постоянно. Денег она зарабатывает достаточно. Хотя, как я теперь подозреваю, она не брезгует брать сокровища из Золотого оврага на личные нужды. Уже одно это – преступление против племени.

– Но чего ты боишься? – вернула я ее к первоначальной теме разговора.

– Боюсь, что Злата в порыве злобы или отчаяния или не знаю какой еще сильной негативной эмоции решит унести душу Влада в Долину Мертвых Жемчужин. Для черной рыси доступ во все наши тайные места открыт. Только они могут проходить через все преграды, для них паролей не существует, запретов нет. Они – иные.

Я вздрогнула, в сердце закралась тревога. Такого развития событий я даже не предполагала.

– Но ведь хранители туда относят только жемчужины умерших славов, – взволнованно произнесла я. – А Влад жив!

– То-то и оно! – нервно сказала она. – Если его душа при жизни попадет в эту долину, считай, что он умер.

– Злата его любит! – ответила я и вскочила из-за стола. – Пусть ее чувство не вполне нормально, но не станет же она губить Влада!

– Не забывай, она – черная! И что творится в ее голове, можно лишь предполагать!

– Да-да! – закивала я. – Она уже пыталась избавиться от меня, да еще таким способом. Только чудо меня спасло!

– Что ты имеешь в виду? – изумилась Велеслава. – И сядь, пожалуйста! Чего ты вскочила? Давай я тебе чайку налью!

Она подняла большой керамический чайник и налила мне травяного чая. Приятно запахло ромашкой. Я села и пододвинула к себе чашку.

– Злата вступила в сговор с летуном по имени Вой, – начала я и глотнула чай.

Он почти остыл, но мне это даже нравилось. Выпив половину и начав успокаиваться, я подробно рассказала обо всем. Велеслава слушала с широко открытыми глазами.

– Грег попросил вампира Дино вызволить меня, – добавила я в конце рассказа. – Если бы он не успел вовремя, то меня сейчас точно не было бы в живых.

– Это все ужасно! – сказала Велеслава. – Ужасно! И сейчас после твоего рассказа я почти уверена, что Злата может отнести душу Влада в Долину Мертвых Жемчужин. Она сделает это, несмотря на всю свою любовь к нему, если поймет, что Влад все равно ей не принадлежит. Из принципа: раз не мой, то вообще ничей. И тогда ему уже никто и ничто не поможет. Он будет обречен.

При ее словах я снова встала. Мне не терпелось что-то делать, как-то начать действовать. Сидеть тут и вести беседы казалось непростительной тратой времени.

– Мне пора вернуться в деревню! – решительно проговорила я. – Веля, отнесешь меня до того места, где я оставила велосипед?

– Конечно! – ответила она и тоже встала. – Что будешь делать дальше?

– Напрашивается один выход: поехать в Москву! – задумчиво произнесла я. – Нужно обсудить создавшуюся ситуацию с братьями, все без утайки рассказать им, чтобы они не искали невесть чего. По телефону говорить с ними бесполезно! Стас в последнее время относится ко мне недоверчиво. Создается ощущение, что он даже рад такому развитию событий!

– И его можно понять, – тихо заметила Велеслава. – Он всегда был против ваших отношений. Но это не лично из-за тебя, – испуганно добавила она.

– Знаю. Он в принципе против того, что его брат любит обычную девушку, – ответила я. – Но не будем сейчас об этом. Главное понять, где находится Злата. Я не сомневаюсь, что она последовала за ними. И мне просто необходимо оказаться там же! У меня имеется сильнейшая защита! Я не подпущу Злату близко! Но как оказаться в Москве?

– Проблемы? – спросила она.

– Во-первых, я учусь, во-вторых, живу с родителями и полностью от них завишу. Я имею в виду, в материальном смысле. А билет до Москвы стоит немало, – добавила я и нахмурилась.

Мы вышли на крыльцо. Велеслава остановилась, затем решительно двинулась в сторону огорода.

– Давай пройдем задами, – пояснила она. – Чем меньше славов нас увидит, тем лучше.

Мы миновали огород, перелезли через плетень и начали спускаться по тропинке к озеру.

– Я могу дать тебе деньги, – вдруг предложила Велеслава.

– Но… – начала я.

– Знаешь, Лиль, у меня их больше, чем нужно, – улыбнулась она. – Я редко покидаю селение, у меня свой дом, родители и братья живут рядом и часто снабжают меня продуктами, в городах я не бываю, так что лишние наряды мне без надобности.

– Давно хотела спросить, вот ты не работаешь, а откуда деньги?

– У нас так все устроено, что славы, постоянно живущие в селении, ни в чем никогда не нуждаются. Старейшины раз в месяц выдают семьям определенную сумму, – пояснила она. – Это что-то типа пожизненного пенсионного обеспечения. Но я не любительница покидать дом, так что почти безвылазно сижу здесь и счастлива. Мне просто не на что тратить деньги. Сумма накопилась порядочная. Понимаю, вы, люди, крайне щепетильны в этих вопросах. Но ты же понимаешь, я предлагаю от чистого сердца.

Я даже остановилась. Велеслава встала напротив. Ее милая улыбка говорила лишь о том, что она абсолютно со мной искренна.

– Бери, сколько тебе нужно, – сказала она. – Ведь речь идет о жизни Влада. А он мне как брат.

– Хорошо, подумаю, – кивнула я. – Но я не могу просто так взять. Если только в долг!

– Прекрати! – засмеялась она. – Какие могут быть между нами счеты!

Мы обогнули озеро и быстро направились по тропе в глубь тайги. На развилке Велеслава остановилась. Вопросов я задавать не стала, а просто отвернулась. Как только она превратилась в рысь, я взобралась на ее гибкую спину и обхватила за шею.

Когда прибыли на место, я выкатила велосипед из кустов. Велеслава смотрела на меня с грустью. Я обняла ее и расцеловала.

– Придумай, как отпроситься у родителей в Москву, и сразу звони, – сказала она на прощание. – Если что, Тин подвезет тебе нужную сумму.

– Хорошо! – ответила я и взобралась на велосипед.

Выехав на тропу, с силой нажала на педали.

Доехала я без приключений. Солнце уже клонилось к закату. Бабушка сидела во дворе с весьма недовольным видом. Когда я затащила велосипед под навес и подошла к ней, она начала ворчать, что я укатила ни свет ни заря, весь день голодная и что она все расскажет родителям. Я уселась рядом и обняла ее.

– Зато я отлично покаталась! – весело сообщила я. – Ноги натренировала! Да и тонус повысила. Но проголодалась просто жуть! Ты мне что-нибудь приготовила, бабуля? – ласково спросила я и поцеловала ее в щеку.

– Ах ты подлиза! – заулыбалась она. – Конечно! Картошки наварила с тушенкой полную кастрюлю.

– С тушенкой? – обрадовалась я и встала. – Пойду в баню, ополоснусь и за стол!

– Так вода холодная! – возмутилась она. – Давай хоть пару полешков в печь кину, быстро нагреется-то!

– Ничего, я просто руки, ноги вымою.

И я направилась к бане. Бабушка еще что-то ворчала мне вслед, но я уже не слушала.

После плотного ужина я поблагодарила ее и помогла убрать со стола.

– Ты завтра снова, что ли, в тайгу уедешь? – поинтересовалась она. – И охота тебе в такую рань вставать?

– Так пока погода хорошая, нужно как можно больше тренироваться, да и время на свежем воздухе проводить, – ответила я. – Но насчет завтра точно не уверена. Может, просто прогуляюсь по ближайшему леску.

– Надеюсь, к обеду вернешься! – заметила бабушка. – А то у тебя вон аппетит какой! Любо-дорого смотреть, как ты уплетаешь за обе щеки!

– Конечно! – улыбнулась я. – После таких длительных прогулок очень есть хочется!

Бабушка по своему обыкновению отправилась спать, как только начало темнеть. Я посмотрела с полчаса телевизор, затем пошла в свою комнату. Полистав тетрадь с легендами, отложила их в сторону и открыла сборник «Капли крови» Грега. Я не расставалась с ним и так часто перечитывала, что казалось, почти все стихотворения знаю наизусть.

Смотрю я вдаль. Не лгут мои глаза.

Они примет твоей судьбы не видят.

Но обмануть мою любовь нельзя!

Она судьбу читает, как по книге.

Моя любовь все знает наперед.

И все пять чувств одной собой заменит.

И если нужно, время повернет,

Когда беду нависшую заметит.

Она предвидит в будущем все зло.

И словно щит встает перед тобою,

Любимая, тебе всегда везло,

Ведь ты защищена моей любовью.

– Да, именно так! – прошептала я, закрывая томик. – И я так чувствую! Моя любовь словно щит. И этим щитом я готова закрыть Влада от всех бед!

В волнении я вскочила с кресла, мне хотелось немедленно побежать куда-то, что-то сделать.

– И почему я должна отказываться от помощи Велеславы? – бормотала я. – Вот сейчас позвоню ей и скажу, что согласна взять ее деньги. Потом что-нибудь придумаю правдоподобное для родителей и уеду в Москву! А там будь что будет!

Я натянула свитер на футболку, взяла телефон и вышла на крыльцо. Уже окончательно стемнело. Легкая дымка закрывала небо, и половинка луны слабо просвечивала сквозь нее. Мир выглядел феерично, шевелились какие-то тени, хотя я понимала, что это колышется наползающий туман. В этот момент взвыл Урай. Я подошла к конуре, в которую он забился, и начала ласково с ним разговаривать. Он скулил, но даже носа не высовывал. Какой-то ветерок пролетел позади меня, я ясно ощутила движение воздуха и повернулась. Передо мной возник силуэт мужчины, и я вскрикнула от неожиданности. Сердце от испуга куда-то ухнуло. Урай взвыл дурным голосом. Я бросилась прочь от мужчины. И тут услышала:

– Не бойся! Это я, Андрон!

Я остановилась и повернулась к призраку. Он выглядел грустным.

– Как дела? – непринужденно поинтересовалась я, приходя в себя.

– Ужасно! Здесь такая скука! Я никого не знаю, болтаюсь без дела и даже не представляю, чем можно себя занять! – вздохнул он. – Черт меня вынес в этот кошмарный мир! Сидел бы себе в долине и ждал смерти!

– Ну ты сам хотел удрать оттуда, – пожала я плечами.

– И потом, о чем думают сейчас люди! – раздраженно продолжил он. – Их мысли вызывают у меня отвращение!

– А ты что, обладаешь телепатией? – заинтересовалась я.

– Имеешь в виду, умею ли я читать мысли? – уточнил он. – Конечно! А ты думаешь, как я с тобой сейчас общаюсь?

– Ну, мы разговариваем. Как обычно, – ответила я и поежилась.

Стало как-то неприятно, что Андрон может копаться в моей голове. Я уже испытывала такое с Дино, который, как почти все вампиры, умел это делать.

– Да ведь я бесплотен! – засмеялся Андрон. – И как же я могу говорить, не имея ни горла, ни связок?

– И как же? – удивилась я.

– Передаю тебе свои мысли, – улыбнулся он. – Мало того, чтобы тебе было привычнее, создаю видимость, что шевелю губами. А то, что ты будто слышишь мой голос, иллюзия. Это мои мысли звучат у тебя в голове.

– Как все сложно! – заметила я.

Мне, конечно, было любопытно, но сейчас больше интересовало, зачем Андрон ко мне явился.

– Зачем, зачем, – проворчал он, хотя я не произнесла ни слова. – Говорю же, скучно и тошно. Нынешний мир мне не понравился. А я здесь, кроме тебя, никого не знаю.

– Ты просто не привык, – увещевающим тоном проговорила я.

Урай снова завыл.

– Берегись! – крикнул Андрон и отлетел в угол двора.

С неба спустилась какая-то огромная птица, так мне показалось с перепугу, крепко обхватила меня за талию и взмыла вверх. Я попыталась вырваться, но хватка существа была железной.

– Не дергайся! – услышала я голос Воя. – Я спасаю тебя от призрака! Я сам видел, что он залетел к тебе во двор. А сейчас он мчится за нами! С призраками шутки плохи! И убить их нельзя!

– Отпусти, идиот! – закричала я. – Этот призрак не сделает мне ничего плохого! А вот тебе достанется, что ты снова на меня напал!

Вой замедлил полет.

– Немедленно спусти меня на землю! – приказала я, окончательно разозлившись. – Иначе я все расскажу Дино!

И летун послушался. Мы плавно слетели вниз, я коснулась ногами земли и выпрямилась. Летун отскочил от меня, его крылья опустились. И вот передо мной стоит бледный черноволосый мужчина. Его лицо выглядело печальным. Он вдруг упал на колени и начал умолять простить его.

– И кто это? – раздался рядом с нами голос, и тут же в воздухе проявился силуэт Андрона.

– Вой, – коротко ответила я.

Летун вскочил на ноги и шарахнулся от призрака. Тот засмеялся. Я огляделась. Мы стояли на какой-то возвышенности. Вой опустился на довольно ровную площадку на ее вершине, вокруг расстилалась тайга. Тумана здесь не было, и половинка луны хорошо освещала окрестности. Насколько я могла видеть, никаких населенных пунктов поблизости не было.

– Ты куда меня притащил?! – с угрозой проговорила я и придвинулась к Вою.

Андрон снова засмеялся и совершенно неуместно. Я глянула на его оживленное лицо и поняла, что он сейчас просто-напросто развлекается. Для него все происходящее было своего рода бесплатным шоу. Тем более Андрон только что жаловался на скуку смертную.

Вой посмотрел на призрака, и тот весело произнес:

– Привет! Меня зовут Андрон. Когда-то я был искателем приключений, охотником за сокровищами. А ты что… за зверь?

И Андрон снова рассмеялся. Вой нахмурился, его лицо на миг приняло угрожающее выражение. Но тут же любезная улыбка растянула тонкие губы.

– Я – представитель Ордена летучих псов, – напыщенно проговорил он. – Зовут меня Вой. И попрошу без оскорблений!

– А кто тебя оскорблял-то? – продолжал веселиться Андрон. – Это ты схватил Лилю и поволок ее без спроса! Да тебя за такие дела…

– Хватит! – перебила я. – Вой, где мы?

– Примерно в двадцати-тридцати километрах от твоей деревни, – неуверенно ответил он.

Андрон в этот момент резко взмыл вверх.

– Кто это? – раздраженно спросил Вой. – Такой фамильярный… призрак. Обычно они молчаливы и мрачны. А этот болтлив, да еще и смеется без конца.

– От скуки, – пояснила я. – Андрон провел почти сто лет в… одном замкнутом пространстве, где общался лишь с такими же духами.

– Как ты с ним познакомилась? – не унимался Вой.

– А я что, должна перед тобой отчитываться? – зло поинтересовалась я.

Вой стушевался. Я задумалась. Неясные мысли начали оформляться в некий план, и он нравился мне все больше.

– Ты понимаешь, что снова совершил страшную ошибку, – с угрозой начала я и придвинулась к Вою. – Дино тебя предупредил, чтобы ты не смел даже приближаться ко мне. Но ты ослушался, схватил меня и уволок бог знает куда!

– Я тебя спасал! – упрямо проговорил он. – А господин вампир Дино… его ведь нет здесь!

– И что?! – повысила я голос. – Считай, что он все видел! Разве ты забыл о сверхспособностях вампиров?

– Что за шум? – раздался голос сверху, и мы от неожиданности отскочили в разные стороны друг от друга.

Между нами возник довольный Андрон.

– Фу ты! – сказала я. – Напугал!

– Летал на разведку, – сообщил он. – Этот придурок, – и он кивнул на Воя, – утащил тебя от деревни очень далеко.

– Я могу немедленно доставить Лилю обратно! – торопливо произнес Вой.

– Не спеши, – задумчиво проговорила я.

Мой план не выходил у меня из головы. Я подумала, что никто не мешает мне прямо сейчас отправиться на Вое в Москву. Я знала, с какой скоростью могут передвигаться летуны, и такое расстояние он мог преодолеть за пару часов. Я уже как-то летала вместе с ним. Вой похитил меня на смотровой площадке манхэттенского небоскреба и перенес в Ирландию. Но я помнила, что тогда потеряла сознание. И такая перспектива меня не очень-то устраивала. Кроме этого, талисман защиты остался в куртке, а без него я боялась встречи со Златой. Правда, не факт, что она сейчас тоже находилась в Москве.

«В принципе, кто мне мешает слетать на пару часиков и просто повидаться с Владом. Да и с братьями необходимо серьезно поговорить, – размышляла я. – А потом Вой доставит меня обратно в деревню. К тому же мне не нужны будут деньги на самолет!» – мелькнула мысль о самолете. Я улыбнулась.

Вой внимательно вгляделся в мое лицо, я тут же приняла суровый вид.

– Значит, так, – сухо произнесла я, – раз уж ты утащил меня из деревни, то сейчас я поеду дальше. Ты доставишь меня в Москву! Хочу повидаться с Дино!

– Хочешь, чтобы он меня убил? – обреченно проговорил Вой.

– Если он убьет тебя, то кто меня доставит обратно? – спросила я. – Так что не трясись!

– Откуда я знаю? – тихо проговорил он. – Господин вампир и доставит!

– У него сейчас много важных дел, – придумала я, – так что я просто повидаюсь с ним, а потом ты же отвезешь меня к бабушке. Понятно?

– Вот весело! – встрял Андрон. – Я тоже увижу Москву! Не представляю, какой она сейчас стала. В начале прошлого века…

– Ты-то куда собрался? – удивилась я. – У меня дела! Еще не хватало, чтобы какой-то призрак таскался за мной. Ты клялся в том, что ты мой вечный должник? А сам?

– А что я? – явно обиделся Андрон. – Ничего же плохого не делаю! И даже готов тебя защищать!

– Интересно как? – ехидно спросил Вой. – Ты же бесплотен!

И он вдруг резко выбросил руку вперед. Та легко прошла сквозь казалось бы плотное тело Андрона. Его рубаха заколыхалась, туманные завихрения смазали картинку. Вой убрал руку, и Андрон снова принял привычный облик.

– Ладно, хватит экспериментов! – строго сказала я. – Вой, пора лететь! Хочу вернуться в деревню пораньше.

Он стоял в задумчивости.

– Ты схватил меня! Унес в тайгу! Сейчас же звоню Дино и рассказываю, что ты снова за мной следишь! – сухо произнесла я и достала телефон из кармана джинсов.

– Нет, нет! – испугался он. – Я сделаю все, что ты попросишь! Но ты не учла разницу во времени! Сейчас в Москве день!

– И очень хорошо! – улыбнулась я. – Разница шесть часов, значит, там три часа дня. Прекрасно!

– Ты хочешь, чтобы я летел прямо в город? – уточнил Вой. – Вообще-то…

– Я не сумасшедшая! Опустимся где-нибудь в лесу, но поближе к трассе, ведущей в Москву. А там разберемся на месте!

Я так хотела увидеть Влада, что все препятствия казались легко преодолимыми. А ведь я собиралась довериться летуну, существу самому по себе злобному и агрессивному, изгнанному из племени и ведущему кочевой образ жизни. Мало того, насколько я знала, за ним постоянно охотились воины-летуны. И из-за меня.

«А вдруг Вой решит, что сейчас самый удобный момент похитить меня и унести в какое-нибудь отдаленное и уединенное место? – метались мысли. – Не глупо ли я себя веду? Обрадовалась возможности через пару часов увидеть Влада и решилась на такой безрассудный поступок! Что я делаю?»

И вдруг я столкнулась взглядом с Андроном. Его лицо выглядело непроницаемым.

«А ведь он, наверное, может читать не только мои мысли, но и летуна! – дошло до меня. – Хотя не факт! Вой все-таки человек лишь наполовину!»

– Сейчас отправимся! – сказала я. – Только вначале хочу попрощаться с Андроном. А то он так и будет таскаться за нами.

Вой молча кивнул. Я отошла от него подальше. Андрон последовал за мной.

– Я все слышал. Ты любишь некоего Влада. Но это я давно понял, ты постоянно о нем думаешь. Но хочу тебя предупредить, что этот самый Вой безумно, ненормально влюблен в тебя.

– Знаю, – ответила я ему шепотом. – Он мне как-то признался. Правда, трудно поверить в его чувство, он ведь жестокое бездушное существо.

– Однако он тебя любит, – сказал Андрон. – И в то же время боится гнева некоего вампира Дино. И еще он думает о каком-то Греге и тоже его боится. Вой вообще благоговеет перед вампирами.

– Они мои друзья, – сообщила я.

– Тогда можешь не опасаться, что он причинит тебе хоть какой-нибудь вред, – уверенно произнес Андрон.

– Спасибо! – улыбнулась я. – Жаль, что ты бесплотен!

– Почему? – удивился он.

– Я бы тебя расцеловала! – засмеялась я. – И не лети за нами!

Но Андрон не ответил. Его силуэт затуманился, превратился в легкую дымку и исчез. А я вернулась к Вою. Он уже начал превращаться в огромное животное – помесь собаки и летучей мыши. Стараясь не смотреть на его противную морду и не вдыхать неприятный запах его шерсти, я приблизилась к нему. И когда он крепко обхватил меня за талию, зажмурилась и зажала уши.

Полет закончился почти мгновенно, так мне показалось. Правда, я впала в легкое полуобморочное состояние и болталась как тряпка в лапах Воя. Проще было бы обнять его за шею и прижаться к туловищу, но это уже выше моих сил. Ощутив, что мы снижаемся, я открыла глаза. Вой опускался в низкие клубящиеся тучи, и я снова зажмурилась. Картинка выглядела устрашающей, я решила, что мне лучше ее не видеть. Когда мы пролетели сквозь тучи, моя одежда, волосы и лицо покрылись влагой. И тут Вой камнем упал вниз. Я понимала, что такую скорость он развил в целях безопасности, все-таки был день, мало ли кто мог увидеть такую странную летающую пару. Когда он снизил скорость и я почувствовала, что мою щеку задела ветка, я открыла глаза. Мы спустились в березнячок. От нашего движения ветки раскачивались, мы вызвали целый вихрь крутящихся золотистых листочков, падающих вслед за нами. И вот Вой аккуратно поставил меня на землю. Я не удержалась на ногах. А когда встала, то он уже принял человеческий облик.

– Спасибо! – прошептала я и огляделась. – А мы где?

– Неподалеку от подмосковного Чехова, – сообщил он. – До шоссе рукой подать. Пошли, я тебя провожу! Нам вон в ту сторону!

– Вначале позвоню, – сказала я и медленно двинулась в указанном направлении.

– Господину вампиру? – уточнил он и помрачнел.

Я не стала отвечать и вытащила телефон. Вой не пошел за мной. Когда я удалилась от него на приличное расстояние, набрала номер Грега. На мое счастье, он сразу ответил.

– Привет! – как можно более непринужденно поздоровалась я.

– Лиля! – обеспокоенно произнес он. – Я знаю, что ты совсем рядом! И этот мерзкий летун с тобой!

– Не хотела говорить об этом, – быстро ответила я. – Не нужно преследовать его! Он просто доставил меня сюда по моей же просьбе.

И я объяснила, где нахожусь. Грег сказал, что немедленно выезжает за мной. Когда я закончила разговор, то обернулась. Черная фигура Воя маячила вдалеке. Я помахала ему рукой. И он в одно мгновение оказался возле меня. Мне показалось, что он перенесся одним длинным прыжком. Вой остановился напротив меня. Его лицо выглядело бледным, глаза – тусклыми.

– Сейчас за мной приедут, – сообщила я. – Мне нужно выйти на шоссе и ждать машину.

– Господин вампир Дино уже мчится к своей возлюбленной, – хмуро произнес он.

– Типа того, – уклончиво ответила я. – Так что тебе лучше не попадаться ему на глаза.

– Господин вампир все равно узнает, кто тебя сюда доставил, – заметил он. – Я знаю о способностях господ читать мысли.

– Обещаю, что даже вспоминать о тебе не буду! – улыбнулась я.

Но Вой лишь помрачнел еще больше.

– У меня всего несколько часов, – продолжила я, – а потом я должна буду вернуться в деревню. Поэтому очень тебя прошу, жди на этом же месте! Когда я закончу с делами…

– С делами? – удивился он. – Я думал, что это каприз влюбленной девушки… Ты захотела увидеть господина вампира и решила сделать ему сюрприз своим неожиданным появлением…

– А не много ли ты болтаешь? – раздраженно спросила я.

– Прости! – тут же стушевался он.

До шоссе мы шли молча. Я была погружена в свои мысли, Вой больше не беспокоил меня своими разговорами. Когда мы оказались на обочине, я увидела, что довольно далеко впереди имеется что-то типа бензоколонки.

– Отлично! – сказала я. – Лучше ориентир не придумаешь. Вот что, возвращайся в лес и не смей за мной следить. А я отправлюсь туда и подожду, когда меня заберут. Как только закончу с… – я запнулась. – В общем, жди меня неподалеку от этой заправки. Не знаю, когда появлюсь, но точно сегодня!

– Я не уйду никуда, – заверил Вой и отправился обратно в лес.

Грег забрал меня часа через два. Когда я устроилась на переднем сиденье его машины, он с тревогой посмотрел мне в глаза.

– Все объясню по дороге! – сказала я. – Поехали!

– Куда направимся? – уточнил он.

– В квартиру Влада, – ответила я.

Машина тронулась с места, а я начала подробно рассказывать о последних событиях. Грег был молчалив, его лицо выглядело серьезным. Я не утаила ничего. Известие, что Влад остался без души, явно его встревожило.

– Так вот почему братья даже не позвонили мне, когда оказались в Москве! – заметил он.

– Они тщательно скрывают ото всех то, что произошло с Владом. Даже их соплеменники не в курсе, – пояснила я. – Стас надеется, что в Москве Влад притянет жемчужину к себе.

– Но если она у Златы, то это невозможно, – сказал Грег. – А где она сама?

– Понятия не имею! – ответила я. – В последний раз я ее видела в Долине рассыпающихся скелетов.

– Именно! – раздалось позади нас.

Даже Грегу изменила его железная выдержка, не говоря обо мне. Грег так сильно дернул руль, что мы вылетели на обочину, я вскрикнула от неожиданности, холодок страха пробежал по спине.

– Какого черта! – грозно проговорил Грег, останавливая машину и оборачиваясь.

На заднем сиденье устроился Андрон.

– Какого черта! – повторила я. – Ты же обещал, что не будешь за мной таскаться!

– Кто это? – более спокойно спросил Грег, изучая незваного пассажира.

Я объяснила. На лице Грега появилось любопытство.

– Был я знаком с одним призраком. Звали его О, – задумчиво произнес он. – Но О выглядел более… субтильно, вечно с несчастным видом, к тому же любил показываться в разных обличьях. Мог, например, прикинуться паучком или мухой.

– Вот как? – оживился Андрон. – Мне и на ум такое не приходило! Надо попробовать. А ты меня с этим О не можешь познакомить?

– Да я сам давно его не видел! – улыбнулся Грег. – А ты зачем явился? Лиля же тебе ясно дала понять…

– Зачем, зачем, – проворчал Андрон. – А что, я должен был в тайге оставаться? И что мне там делать? Скукотища! Я, кстати, тут уже минут пятнадцать сижу, только вы меня не замечали.

– Значит, ты все слышал! – констатировала я.

– А как же! – довольно улыбнулся он. – Зато сейчас мне понятны многие вещи.

– Ладно, поехали! – сказал Грег и вывел машину на дорогу.

– Ты так и будешь здесь сидеть? – спросила я у Андрона.

– А куда прикажешь? – уныло поинтересовался он. – Составить компанию этому Вою? Он в лесу. Когда я видел его, он как раз взобрался на большую сосну и улегся на одном из сучьев. Я понаблюдал за ним, потом решил, что общаться с ним будет не так уж интересно, и отправился вдогонку за тобой. И рад, что познакомился с таким интересным… человеком, как твой приятель.

– Меня зовут Григорий, – сказал Грег.

– Я уже понял… И ты не совсем обычный парень.

– Что ты имеешь в виду? – усмехнулся тот.

– Умеешь блокировать свои мысли, и я не могу их прочитать, – ответил Андрон. – А ведь для меня это не составляет труда с другими людьми и даже… не людьми!

– Знаю, – спокойно ответил Грег. – Поэтому и выставил защиту. Кстати, Лиля, – повернул он ко мне голову, – а где твой талисман?

– Понимаешь, я же просто вышла во двор, а куртку оставила в комнате. Талисман был в ней, – пояснила я. – Вой схватил меня и утащил со двора в тайгу.

– Понятно! – кивнул он. – Плохо, что ты осталась без защиты!

– А я на что? – встрял Андрон. – Лиля помогла мне выйти из долины, хотя сейчас я уже даже не знаю, стоило ли мне покидать ее… заняться мне нечем, мир кажется чужим и не вполне понятным, а цель какая-то должна быть! Вот я и решил, что буду помогать Лиле, чем смогу.

– Спасибо, – ответила я. – Но пока ты лишь мешаешь!

– Сейчас-то чем? – явно обиделся призрак.

– Из-за твоего неожиданного замечания я чуть машину не перевернул, – с улыбкой сказал Грег. – Ладно, мы отвлеклись от темы. Ты видела Злату в последний раз… – напомнил он.

– В долине, – ответила я. – Она заманила меня туда. Если бы не талисман, не знаю, чем бы все закончилось. Как только я увидела черную рысь, сразу открыла футляр. Она тут же удрала со всех ног. И с тех пор ее след теряется. Велеслава сообщила, что Златы нет в селении и никто не знает, куда она ушла. Но славы вообще спокойно относятся к перемещениям своих соплеменников. Их главный принцип – свобода во всем.

– Но только не в связях с людьми, – добавил Андрон.

– Все-то ты знаешь! – улыбнулась я.

– В твоих мыслях столько всего интересного! – сказал он.

– Значит, Злата может быть где угодно в данный момент, – констатировал Грег. – И ее появления можно ожидать в любую минуту. Слушай, – обратился он к призраку, – раз ты так скучаешь и тебе совсем нечем заняться, может, ты послужишь на благо Лиле?

– С удовольствием! – обрадовался Андрон. – Что я должен делать?

– Наблюдать, оставаясь невидимым, читать мысли всех, кто приближается к Лиле, но не надоедать ей и при первой опасности предупреждать. В общем, ты должен быть при ней невидимым стражем. Сможешь?

– Пустяки! – уверенно ответил Андрон. – Все равно заняться мне нечем.

– Главное, что ты знаешь Злату и понимаешь, на что она способна, – добавил Грег.

– А то! – довольно хмыкнул тот. – К тому же мне она ничего не может сделать, для нее я неуязвим.

– Поэтому и прошу тебя помочь Лиле, – сказал Грег. – Она осталась без защиты, а ей сейчас это просто необходимо. Ну-ка покажи, как ты умеешь прятаться!

Я оглянулась. На заднем сиденье уже никого не было. Грег засмеялся.

– Что там с Капелькой? – решила я перейти к другим делам.

– Она у нас в доме, – с улыбкой ответил Грег. – Лада устроила ее в зимнем саду. Просто Дино… Они с Ренатой… что-то загуляли! – добавил он и расплылся в улыбке. – Гоняют по всему миру. Рената в своем монастыре уже давненько не появлялась. Сказала мне, что ей порядком надоело утешать и наставлять на путь истинный депрессивных вампирш и она нуждается в отдыхе. Я не возражаю. Это ее жизнь. А кому как не мне знать, что такое скука вечного существования!

– Ага! – раздалось позади нас. – Значит, и ты знаешь, что такое тоска! А кто ты?

– Андрон! – строго проговорил Грег. – Я же тебя просил попусту не высовываться! И чтобы избавить тебя от напрасного волнения, сообщаю – когда-то я был вампиром. Устраивает?

– Ой-ой! – явно испугался призрак. – То-то, думаю, что ты многое умеешь, но скрываешь это. Кто ж тебя знает, на что ты вообще способен!

И он снова исчез.

– Вот надоеда! – заметила я. – Хотя его можно понять. Почти сто лет сидел в замкнутом пространстве, общался лишь с такими же, как он.

– Сам выбрал свой путь, – пожал плечами Грег.

Мы уже ехали по городу. Я смотрела в окно. Влад жил возле метро «Добрынинская», сейчас мы проезжали по Варшавскому шоссе, которое вело именно в ту сторону. Я начала волноваться.

– Может, все-таки вначале заедем к нам? – предложил Грег, глянув на меня.

– Нет-нет, – нервно проговорила я. – Хочу как можно быстрее увидеть Влада.

Я достала телефон и набрала номер Стаса. Он ответил немного удивленно.

– Привет! – быстро заговорила я. – А ты сейчас где?

– В Москве! А что ты хотела? – настороженно спросил он.

– Увидеться! – ответила я, стараясь, чтобы голос не дрожал.

Я волновалась все сильнее, даже дыхание начало сбиваться.

– Зачем? – поинтересовался Стас.

Подобный вопрос немного разозлил, и это помогло прийти в себя.

– Мне необходимо увидеть Влада, да и с вами переговорить. О важных вещах. Вы на квартире? Или в гостинице остановились?

– Ты же знаешь, в каком состоянии Влад, – хмуро ответил он. – Так что мы решили пожить пока в квартире.

– Отлично! Сейчас подъеду!

– В каком смысле? – изумился он.

– Ждите! – кратко произнесла я и закончила разговор.

– Правильно! – одобрил Грег. – Лучше действовать решительно. И советую без утайки рассказать все братьям. Вообще удивляюсь вашей беспечности! Это было нужно сделать сразу, как только вы узнали, что Злата – черная рысь. Такими вещами не шутят!

– Когда бы я успела? – пожала я плечами.

– Но ведь Велеслава могла это сделать! – возразил он. – Она-то чего тянула?

– Не знаю.

– Будь внимательна и осторожна! – посоветовал Грег.

Он уже заворачивал во двор. Когда остановил машину возле подъезда, я повернулась к нему. Он мягко улыбнулся, но глаза были грустными.

– Эх, девочка, – сказал он, – в какую же историю ты ввязалась! Ты еще сама не до конца понимаешь!

– Но с этого пути уже свернуть невозможно, – тихо ответила я. – Спасибо за все! Ладе привет!

– Ты обязательно должна заехать к нам, хотя бы ненадолго!

– Постараюсь! – пообещала я. – И обязательно позвоню!

– Эй, Андрон, ты там где? – позвал Грег.

Призрак тут же возник на заднем сиденье.

– Что я должен делать? – спросил он с весьма деловым видом, насмешившим меня.

– Лиля сейчас поднимется в одну квартиру, но не думаю, что твое присутствие там обязательно. Ты должен лишь одно – постоянно наблюдать за всем, что происходит вокруг. И при появлении Златы тут же сообщить об этом Лиле. Понятно?

– А если она не появится здесь? – уточнил Андрон.

– Тогда не надоедать! – хором произнесли мы с Грегом, переглянулись и рассмеялись.

Я вышла из машины и быстро направилась к подъезду. Внутренне сосредоточилась, так как не знала, в каком состоянии застану Влада, и хотела быть готовой ко всему. Я понимала, что последнее время постоянно нахожусь на грани, и пыталась избежать неконтролируемой истерики.

– Все будет хорошо! – бормотала я, поднимаясь на лифте на нужный этаж. – Все будет хорошо!

Когда я приблизилась к квартире, дверь открылась. На пороге стоял Стас. Из-за его плеча выглядывал Рос. На их лицах читалось изумление.

– Мы думали, ты шутишь! – сказал Рос.

– Привет! – поздоровалась я и быстро зашла в коридор. – У меня мало времени, сегодня вечером я должна вернуться в деревню.

– Но… – начал Стас.

Я не слушала. Открыв дверь в комнату Влада, сразу его увидела. Он лежал на кровати спиной ко мне и ни на что не реагировал.

– Как видишь, все без изменений! – сказал Стас.

Я приблизилась и села на кровать. Начала гладить его тусклые спутанные волосы. Влад пошевелился. Затем повернулся. Его лицо выглядело ужасно, словно он уже находился между жизнью и смертью. Бледная, почти серая кожа, тусклые запавшие глаза, синие круги под ними, синеватые высохшие губы – все это выглядело устрашающе. Я начала его целовать. Влад вздрогнул. Его глаза заблестели. И вот он уже крепко обнимает меня и даже отвечает на поцелуи.

– Милый! Любимый! – шептала я, не в силах оторваться и уже ни на что не обращая внимания. Даже на братьев, стоящих у двери. – Я так истосковалась по тебе!

– Лиля! – прошептал он и заглянул мне в глаза.

– Надо же! – раздался голос Стаса. – Ему полегчало!

Я оторвалась от Влада и повернулась к ним. Братья замерли и не сводили с нас глаз. Их лица были одинаково напряжены, но губы уже начали улыбаться.

– Не обольщайтесь, – сказала я. – Это временный эффект. Тело Влада помнит мои прикосновения. Это вызывает воспоминание об эмоциональном отклике на них. И он будто приходит в себя. Но стоит мне его отпустить…

Я встала и отошла от кровати. И уже через минуту Влад снова выглядел безразличным. Его глаза потухли, улыбка исчезла. И вот он отвернулся от нас и улегся на бок.

– Видите! – сказала я, с трудом сдержав слезы. – Пойдемте на кухню! Мне нужно многое вам рассказать.

Они молча кивнули и вышли из комнаты.

Когда я закончила свой рассказ, Стас закрыл лицо руками. Рос сидел с ошарашенным видом. Казалось, он впал в какую-то прострацию. Я понимала, какой для них шок, что Злата, которую они считали чуть ли не сестрой, оказалась такой подлой. Мало того, я могла лишь предположить, какой ужас вызывает у любого слава черная рысь. Тем более они считали, что те давно уничтожены. Я не утаила даже то, что она была в сговоре с Воем, и только поэтому он смог меня похитить с манхэттенского небоскреба.

– Но, – с сомнением начал Стас, когда немного пришел в себя, – почему мы должны тебе верить? Ведь Злата принадлежит к рысям, а ты – человек. Где доказательства, что она – черная?

– Ты не прав! – взволнованно проговорил Рос. – Лиля любит нашего брата, какой ей смысл придумывать такие вещи?

– Я рассказала вам чистую правду, – ответила я.

На душе стало тяжело. Я не ожидала, что Стас так воспримет мои слова. Но он всегда относился ко мне настороженно, к тому же был против нашей связи с Владом, так как отлично понимал, что ни к чему хорошему она не приведет. И только это оправдывало его в моих глазах.

– Она рассказала правду! – раздался голос, и возле меня возник Андрон.

Братья вскочили и отпрыгнули в угол кухни. Они даже начали превращаться в рысей, я заметила, как меняются их лица и на щеках появляется шерсть.

– Спокойно! – быстро произнесла я. – Это тот самый призрак, про которого я вам говорила.

Братья начали приходить в себя. Андрон невозмутимо представился. Они в ответ назвали свои имена.

– Мой круг общения все расширяется! – довольно проговорил он. – И это не может не радовать!

– Значит, ты из тех охотников, которым не дают покоя наши сокровища, – констатировал Стас и нахмурился.

– Я уже сполна расплатился за свою жадность! – торопливо ответил Андрон.

– Но по закону ты должен через сто лет обратиться в пыль, – заметил Рос.

– Ну, вышел погулять наружу, – осторожно ответил Андрон. – Что тут такого? У каждого своя судьба! – важно добавил он.

– И ты видел черную рысь? – с сомнением спросил Стас. – Неужели она и есть Злата?

– Лиля все вам подробно поведала, – ответил тот. – И вы можете верить каждому ее слову! Я только поэтому вмешался, что заметил, как вы недоверчиво относитесь к ее рассказу. А это неправильно! Ваш родной брат в опасности, а вы тут сомневаетесь! Все прикидываете, черная она или обычная! Говорим же вам, я самолично видел, как черная рысь принесла в долину новорожденную, как осветлила ее волосы. Я все видел! И потом эта девочка частенько наведывалась в долину. И это Злата!

– А что стало с ее настоящей матерью? – хмуро спросил Стас.

– Я больше ее не видел, – ответил призрак. – Ни разу. Так что ответить на этот вопрос не могу.

– Где сейчас Злата? – спросила я. – Вы же понимаете, что душа-жемчужина у нее.

– Исчезла из селения, ничего нам не сказав, – ответил Рос. – Мы сами были удивлены, ведь она собиралась отправиться с нами в Москву. По крайней мере, настойчиво просила взять ее с собой.

– Но теперь мы понимаем, что из-за действия талисмана Злата наверняка впала в какое-нибудь не совсем адекватное состояние, – задумчиво проговорил Стас. – И где она сейчас, что с ней стало, невозможно даже предположить.

– Хорошо, что ее здесь нет! – ответила я.

– Если жемчужина Влада на ее теле, – сказал Стас, – ее будет тянуть к нему, черная она рысь или кто-то другой, она связана с владельцем души. Это закон. Так что ее появления можно ждать в любой момент.

– Может, вам стоит уехать отсюда? – предложила я. – Раз вы сейчас точно знаете, у кого находится жемчужина? Какой смысл оставаться в Москве?

– Мы должны все обдумать и выработать четкий план действий! – пояснил Стас. – Осечек быть не должно. Пора покончить с этой проблемой! Она и так затянулась! Хочу поблагодарить тебя, что ты ничего не сказала Венцеславу. Пусть хранители и старейшины остаются в неведении. Мы сами вернем душу нашему брату, тем более что сейчас мы знаем, кого нужно искать в первую очередь. Злата от нас не уйдет! Рос, пошли, посовещаемся наедине!

Братья встали и покинули кухню Я глянула на пригорюнившегося Андрона. Он примостился на подоконнике и смотрел в окно.

– Не нравится мне этот город! – произнес он, когда за братьями закрылась дверь. – Дома-то какие! Уродливые! Да и стоят так близко, небо загораживают.

– Тебе не все равно? Ты же здесь жить не собираешься! – сказала я. – И спасибо, что вмешался! Братья порой меня просто удивляют! В такой ситуации нельзя терять ни минуты, а они…

– Ужасный город! – грустно произнес Андрон.

– Ладно, я пойду к Владу, ты уж извини! – сказала я.

Но он не прореагировал.

Услышав в коридоре, как за одной из дверей взволнованно переговариваются братья, я быстро прошла мимо. Оказавшись в комнате Влада, увидела, что он по-прежнему лежит на кровати все в той же позе.

– Котеночек, – прошептала я и улеглась рядом с ним.

Влад пошевелился. Я обняла его. Он повернулся. Смотреть в его серое лицо было невыносимо, но я не подала вида и начала гладить его щеки, глубоко заглядывая в глаза. И вдруг в них начали появляться картинки. Я замерла. Появилось лицо Златы, она опустила глаза и закусила губу… Вот она отодвинулась, я увидела в ее пальцах малиновую жемчужину, которая тут же потухла и стала выглядеть тусклой бусиной. На заднем плане был кафель в синий цветочек, я поняла, что все дело происходит в ванной, которая находится именно в этой квартире. Видимо, у Влада засела в голове именно эта сцена. Велеслава рассказывала, что тоже видела нечто подобное в его глазах. Злата прижалась к стене, она была обнажена. И тут я заметила в ее пупке пирсинг. Бусина черного цвета. Злата усмехнулась и вдела в пупок малиновую жемчужину. Я ясно видела уже две бусины.

«Значит, в ее языке подделка! – метались мысли. – Как и предположила Велеслава. А настоящая душа в пупке. И там же жемчужина Влада! Только бы эта мерзавка попалась к нам в руки. Я избавлю ее от обеих жемчужин!»

Влад моргнул, изображение пропало. Но его глаза приняли более осмысленное выражение. Он узнал меня и слабо улыбнулся.

– Лиля! Ты снова со мной! – прошептал он.

Я легко коснулась поцелуем его бледных холодных губ.

– Мне так плохо, – с мукой в голосе проговорил он. – Так тяжело. Не знаю, что со мной.

Я держала его в объятиях, мне не хотелось его отпускать. Я видела, что чем больше я его целую, тем все более оживленным он становится. И вот уже Влад начал мне отвечать. Он обнимал меня все крепче, словно его вялые мышцы наливались силой от каждого моего прикосновения. Его поцелуи становились все более страстными, и я уже изнывала от желания. Из разговоров братьев я знала, что слав, лишенный души, не может никого любить. Но мне так хотелось верить, что это не просто тело Влада отвечает мне, что его душа помнит обо мне.

– Лиля! – раздался встревоженный голос, и я оторвалась от Влада.

Андрон зависал над нами.

– Некрасиво подглядывать даже призраку! – с укором заметила я.

– Черная рысь поднимается сюда! – торопливо проговорил он и исчез.

Я сразу вскочила, но дверь квартиры уже открывалась, я ощутила явственный запах Златы и сжала кулаки.

– Попалась! – с угрозой проговорила я. – И просто так ты уже не уйдешь!

Влад что-то пробормотал и отвернулся к стене. Я вышла из его комнаты и столкнулась в коридоре с братьями. Они выглядели встревоженными. Дверь открылась, на пороге стояла Злата. Увидев меня, она растерялась, но и разозлилась.

– Всем привет! – непринужденно проговорила она, не сводя с меня глаз. – А я-то решила, что у меня обонятельные галлюцинации! Еще в подъезде учуяла твой запах, Лиля! Но решила, что это мне только кажется!

– Еще бы! – зло ответила я. – Ты же думала, что я навеки останусь в той долине.

– Думала! – с вызовом произнесла она и вздернула подбородок. – Пока еще ни один человек оттуда не выбрался. Ты же видела количество костей и скелетов. И как тебе удалось?

От ее наглости у меня потемнело в глазах. Захотелось врезать ей что есть силы, но я понимала, что должна держать себя в руках. Тем более мне не терпелось проверить, есть ли в ее пупке две жемчужины.

– Злата! Вначале мы не поверили Лиле, – сказал в этот момент Стас. – Зачем ты это сделала?!

– А пусть не путается под ногами! – раздраженно проговорила она и двинулась в сторону комнаты Влада.

Но я загородила ей путь.

– В чем дело?! – с угрозой в голосе спросила она. – Ты кто такая? Зачем ты сюда приехала? Сколько можно говорить, что людям не место среди нас, славов!

– А уж черным рысям тем более! – перешла я в наступление.

Злата так растерялась, что отшатнулась от меня. Ее лицо сильно побледнело, она настороженно посмотрела на стоящих сбоку братьев. И тут же приняла невозмутимый вид и звонко расхохоталась.

– И вы верите этим сказкам? – весело поинтересовалась она, повернувшись к братьям.

Но те молчали и вид у них был суровый. Злата моргнула и опустила глаза.

– Лучше отдай по-хорошему жемчужину Влада, – сказал Стас.

– И можешь идти на все четыре стороны, – добавил Рос. – Мы никому не скажем, что ты черная. Но в селении тебе лучше никогда не появляться.

– И на нашем пути тоже! – добавил Стас.

Его глаза сверкнули такой яростью, что даже мне стало не по себе. Однако Злата не испугалась.

– Влад! – позвала она.

Дверь открылась, и он вышел из комнаты. Он снова казался заторможенным, глаза были тусклыми.

– Иди сюда, мой хороший, – ласково проговорила она. – Мы уходим.

Влад двинулся к ней. Она уже протянула руку к нему, но я что есть силы ударила по ней правой рукой, метя в слабое место – сгиб кисти. Левой тут же нанесла удар снизу вверх. Раздался хруст, Злата взвыла от боли и отскочила к стене, зажав кисть.

– Идиотка! – заорала она. – Ты сломала мне руку!

– Не будешь хватать то, что тебе не принадлежит! – сказала я. – Отдай жемчужину и убирайся!

Я заметила, что Рос сделал шаг в сторону входной двери, видимо, решил перекрыть ей путь к отступлению.

– Влад, милый! – жалобным голоском заныла Злата. – Защити меня!

И он словно вышел из спячки и бросился к ней. Но я была начеку и успела схватить его за руку. И как только мои пальцы вцепились в его, Влад замер и глянул в мои глаза. Я крепко сжала его руку и потянула к себе. И его тело послушалось. Влад придвинулся, я обняла его.

– Иди к хозяйке! – завизжала Злата.

Влад задрожал в моих объятиях. Я поцеловала его, он немного успокоился.

– Отдай жемчужину! – увещевающим тоном произнес Стас и придвинулся к ней. – Ты же понимаешь, что проиграла! Мы готовы тебя отпустить, только верни душу нашего брата! Иначе будет хуже!

– Это вы проиграли! – зарычала Злата. – Если Влад не будет моим, то тогда он не будет ничьим! Я так решила!

– Гадина! – не выдержала я.

Мне хотелось броситься на нее и разорвать, словно я была диким зверем. Но я боялась выпустить Влада, так как точно знала, что он снова впадет в заторможенное состояние и начнет подчиняться этой ведьме. Его и так трясло все сильнее, хотя я крепко обнимала его за талию и прижимала к себе.

– Рос! – громко сказал Стас.

И я поняла, что братья готовы перейти к решительным действиям. Но Злата вдруг зарычала громче. Ее лицо начало меняться, растопыренные пальцы обрастали шерстью. Но она была черного цвета. И вот уже появились загнутые когти. Правда, одна лапа повисла и явно была недееспособной. Увидев огромную черную рысь, братья словно остолбенели. Видимо, они до конца мне не верили. К тому же я понимала, что черная рысь для славов – своего рода страшилка еще из детства. Как мы боимся Кощея или Бабу-ягу, так все славы боялись черных. Влад мучительно застонал и спрятал лицо на моем плече. Злата бросилась к двери, сбив с ног Роса. Она вылетела из квартиры.

– Андрон! – заорала я.

Призрак тут же появился в коридоре.

– Проследи за ней и потом расскажешь, куда она направилась.

Он кивнул и исчез.

– Дело плохо! – сказал пришедший в себя Стас. – Мы все сделали неправильно. Нужно было с ней как-то договориться.

– Как? – раздраженно проговорил Рос и поднялся с пола. – Бесполезно. Она… она… черная!

В его расширенных глазах появился ужас.

– Я вам говорила! – заметила я.

– В такое трудно поверить до конца! – ответил Стас.

– Жемчужина по-прежнему у Златы! Мало того, она тепеь в курсе, что мы все знаем, – подытожила я. – Вы лучше знакомы с ее психологией. Что она сейчас предпримет?

– Все что угодно! – потерянно проговорил Рос. – Она – черная! Ты до конца не понимаешь, что они за страшные существа. Удивляюсь, что она столько лет никак себя не проявляла!

– А мы ее видели? – усмехнулся Стас. – Как только Берислава умерла, Злата сразу уехала из селения. А ведь ей всего пятнадцать было. И появлялась она редко. А когда таскалась с нами по гастролям, то была полностью поглощена Владом и ее истинная сущность никак не проявлялась. Мы видели только безумно влюбленную девушку, которая готова пойти на все ради нашего брата. И поэтому прощали ей все странности.

– Вот она и пошла на все! – хмуро заметила я, поддерживая повисшего на мне Влада. – Разве это любовь? Теперь я понимаю, что она может совершить любую подлость, ведь…

Я замолчала, внезапно вспомнив слова Велеславы о Долине Мертвых Жемчужин. От ужасного предположения у меня бешено заколотилось сердце. Я закрыла глаза и глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться.

– Давай-ка уложим Влада в кровать! – предложил Стас, внимательно на меня глядя.

Они помогли мне завести его в комнату. Как только Влад лег, он сразу закрыл глаза.

– Ему плохо, – прошептала я и нежно поцеловала его губы.

Они слабо шевельнулись в ответ, но он даже не посмотрел на меня.

– Пусть отдыхает, – сказал Рос. – Пошли на кухню!

Мы уселись за стол, Рос деловито заварил чай и сделал целую гору бутербродов.

Стас сидел напротив меня и был крайне задумчив.

– Приятного аппетита! – пожелал Рос и устроился возле меня. – Нужно подкрепиться, тогда и думать легче будет.

Вдохнув запах чая, сыра и ветчины, я ощутила, как рот наполняется слюной, и поняла, насколько сильно проголодалась. Мы ели молча. Мое настроение было ужасным. В душе я ругала себя, что все получилось спонтанно, что мы не продумали план действий и оказались неподготовленными к внезапному появлению Златы. А ведь то, что она непременно появится возле Влада, предположить было нетрудно. К тому же она теперь знала, что я жива и невредима.

– Что будем делать? – спросил Стас, когда мы закончили есть.

– Нужно дождаться возвращения Андрона, – ответила я. – И исходить уже из того, что он нам расскажет.

– Лиля права! – поддержал меня Рос. – По крайней мере, мы будем точно знать, куда направилась Злата и чем она занимается. Если он нам укажет место, где она затаилась, мы сможем выследить ее, прийти туда…

– А ты уверен, что она захочет затаиться? – перебил его Стас. – Не суди по себе! Ведь она не обычная рысь, а черная! И что ей взбредет в голову, мы не знаем.

– Поэтому нужно дождаться возвращения призрака! – сказала я.

– Да! – хором воскликнули братья. – Тебе лучше остаться здесь, – озабоченно добавил Стас.

– Я хотела воспользоваться паузой и навестить Грега и Ладу, – ответила я. – Андрон появится неизвестно когда, думаю, он будет преследовать Злату до тех пор, пока она где-нибудь не остановится. Она вылетела отсюда в весьма разъяренном состоянии.

– Не забывай, у нее повреждена лапа! – заметил Рос. – По правде говоря, когда я увидел, что Злата действительно превратилась в черную рысь, то подумал, что нам всем конец. По легендам и рассказам, они могущественные ведьмы. Думаю, что она нас просто пощадила.

– Сомневаюсь! – встрял Рос. – Наверное, у Златы появились более неотложные дела, чем сводить с нами счеты.

Я вздрогнула, подумав, что Рос рассматривает такой же вариант последующих событий, как и я.

– И она нас еще найдет, – добавил он и помрачнел.

Часть третья

Обряд

Мне нельзя тебя любить… Мне – нельзя!

Если б можно все забыть! Но дразня

Душу зовом злой тоски, пламя жжет.

Не унять его, прости! Как ожог

Пламя глаз твоих… И я вспыхну вновь…

В сердце жар! Но не сгорает любовь…

Григорий Грег

Передохнув минут пятнадцать, я все-таки решила отправиться к Грегу. К тому же мне хотелось повидаться с Капелькой и поддержать ее. Я могла представить ее состояние, ведь блестяшки благоговели перед вампирами и безумно их боялись, и хотя Грег уже не вампир, он все равно вызывал у них священный ужас. К тому же Капелька была самой слабой из знакомой мне компании блестяшек, она могла упасть в обморок от одного его взгляда. Я договорилась с братьями, что, как только будут хоть какие-то новости, мы сразу созвонимся.

Я отправилась на метро. Выйдя на Новокузнецкой, сразу увидела высокую подтянутую фигуру Грега. Он уже ждал меня и заулыбался, как только я вышла на улицу. Вероятно, мое лицо сказало ему о многом, так как улыбка тут же погасла. А может, он прочитал мои мысли. До конца я все еще в это не верила. Но иногда мне казалось, будто он ясно видит все, что происходит в моей голове. Мы направились в сторону его дома, и я без утайки рассказала ему о последних событиях.

– Андрон, однако, пригодился! – заметил он. – Лучшего шпиона трудно себе представить! Быстр, невидим и предан тебе.

– Правда, все ворчит, как ему не нравится современный мир, – ответила я и невольно улыбнулась.

Рядом с Грегом я чувствовала себя в безопасности. От него исходила внутренняя сила, и несмотря на его внешность красавчика – а я видела, что идущие навстречу девушки обращают на него внимание, – чувствовалось, что внутри у него железный стержень, а яркая модельная внешность – всего лишь красивая оболочка.

В квартире нас встречала Лада. Выглядела она прекрасно. И вообще они производили впечатление гармоничной и счастливой пары, поэтому в их присутствии я чувствовала себя уютно и комфортно. Мы расцеловались.

– Как там Капелька? – спросила я.

– Грустит, – ответила Лада. – Думаю, тебе она будет очень рада!

– А где Дино? – поинтересовалась я. – Капелька ведь сейчас засыплет меня вопросами. Что мне ей сказать?

– Дино загулял! – рассмеялся Грег. – Они с Ренатой где-то путешествуют, никак к нам не вернутся! Ему сейчас не до блестяшек!

– Ясно! – улыбнулась я. – Тогда скажу ей, что у него возникли срочные дела, но он все помнит и обязательно отнесет ее на родину.

– Она в зимнем саду, – сообщила Лада. – Найдешь ее там, а я пока чай заварю. Или, может, хочешь кофе?

– Чай вполне устроит! – ответила я и направилась в гостиную.

Квартира была огромной, двухуровневой. Гостиная находилась на нижнем этаже, одна ее часть была занята разнообразными растениями. Там же стоял уютный мебельный уголок. Лада любила бабочек, я знала, поэтому не удивилась, увидев, как они порхают между цветами. Но заметив переливающийся силуэт крохотной девочки, гоняющейся за ними, невольно засмеялась. Капелька! Ее рыжие волосы развевались и вспыхивали разноцветными искорками. Едва я появилась в зимнем саду, она сразу перестала гоняться за огромной бабочкой с ярко-синими крыльями и бросилась ко мне. Я подставила ладонь, и Капелька опустилась на нее, уцепившись за мой большой палец.

– Лиля, Лиля! – взволнованно затараторила она. – Это ты! Ты! Чудо! Чудо, что ты здесь! Я связывалась с Искоркой, она сообщила, что ты сейчас в деревне. Но это же не оптический обман! Я вижу именно тебя! Да?

– Ну, конечно, милая Капелька! – ласково ответила я. – И какое счастье, что ты воскресла! Ты даже не представляешь, в каком мы все были горе, когда узнали о твоей смерти!

– Счастье, что ты так удачно опустила меня в землю, – заулыбалась она. – А потом девочка решила добавить земли в свою розочку и прихватила меня на лопаточке вместе с землей. И дальше просто цепь счастливых событий.

– Да, да, я все знаю, – перебила я, так как помнила, насколько болтливы блестяшки. – Искра мне уже все рассказала. И тебе теперь остается дождаться Дино. Но он пока очень занят и не может отнести тебя в Ирландию.

Капелька широко раскрыла глаза. Ее личико застыло. Хлынули слезы.

– Ты чего? – испугалась я.

– Лиля! Забери меня отсюда! – всхлипывая, попросила она. – Я вот-вот умру от ужаса. Лада очень милая, и я ее совсем не боюсь! Но вот Грег! Он хороший, но я с трудом могу находиться с ним в одном помещении, у меня от страха уже болит голова, а ведь мы вообще не знаем, что такое боль. Это что-то на нервной почве? Грег все понимает, к тому же он всех видит насквозь, мало того, он обладает способностью к гипнозу и может кого угодно ввести в транс. Мы всегда боялись господ вампиров и благоговели перед ними. Они для нас все равно что боги. Но Грег выше их. В прошлом вампир, сейчас – человек, но весьма странный, его таланты…

– Я поняла, – снова перебила я Капельку. – И прекрати плакать.

– Я умру здесь, умру от ужаса, который меня буквально парализует, – продолжила она. – Я ничего не говорю Ладе, я делаю вид, что мне удобно и хорошо у них в доме, но это невыносимо! Лиля! Забери меня отсюда!

– Ты ведешь себя нелогично, – мягко проговорила я. – Ведь только Дино может вернуть тебя на родину…

Я замолчала, вспомнив о Вое, который дожидался меня в подмосковном лесу. Уж кто-кто, а он точно мог унести Капельку, тем более она принадлежала к его свите. Но Вой был в бегах и навряд ли согласился бы появиться на одной из баз летунов.

– Да, я знаю, что только господин вампир Дино может мне помочь, – тихо ответила она и вытерла слезы сжатым кулачком. – Поэтому терплю. Но это так трудно! Так трудно! Когда моя спящая душа появилась на свет божий в крохотной росинке, она испытывала восторг и в то же время ни с чем не сравнимый ужас. Тебе не понять такого состояния. Это как бы шанс на второе рождение, но если лучик солнца не коснулся бы меня в то утро, то меня снова ждала смерть. И я это знала. Представь ощущение человека, приговоренного к казни. Он стоит у стены, его должны вот-вот расстрелять, но он знает, что еще могут принести приказ об его освобождении. И эти минуты ожидания невыносимы. Хотя я неточно передала тебе ситуацию. Ведь один раз я уже умерла…

– Но ведь все закончилось хорошо! – ласково сказала я. – Луч солнца коснулся именно твоей росинки, и ты ожила!

– Когда я нахожусь рядом с Грегом, я словно снова в той росинке и жду своей участи, – прошептала Капелька. – Не знаю, сколько я еще выдержу!

– Странно все-таки, что вы такие нервные! – заметила я, глядя на ее успокаивающееся личико, которое начало переливаться розоватыми и золотистыми тонами.

– Мы так устроены, – вздохнула она. – Лиля, ты не могла бы поточнее узнать, когда появится господин Дино.

– Хорошо, я спрошу! А пока летай с бабочками. Разве это плохое для тебя развлечение?

– Они меня не понимают, – снова вздохнула она.

– Думаю, что скоро ты окажешься на родине в объятиях Искры и Лучика. Нужно потерпеть.

Капелька улыбнулась и поднялась в воздух с моей ладони. Она погналась за большим махаоном, который пролетал мимо нас. Их силуэты исчезли за перистыми листьями огромной финиковой пальмы, закрывающей половину окна. Я постояла какое-то время в задумчивости, затем вышла из зимнего сада. Грег и Лада были в столовой. На столе я увидела многослойные бутерброды, яблочный пирог, мясную нарезку и большой фарфоровый чайник. Глотая слюну, поблагодарила Ладу за приглашение «подкрепиться» и уселась за стол. Мне было стыдно, что я набросилась на еду, но и остановить я себя не могла. Дикий звериный голод раздирал внутренности. От запаха мясной нарезки кружилась голова. И я первым делом отправила в рот кусок буженины.

– У тебя отличный аппетит, – сказал Грег странным тоном.

Он неторопливо потягивал кофе и не сводил с меня глаз.

– А что ты хочешь? – мягко проговорила Лада. – Лиля сейчас на нервах, вот энергия и сгорает! И ее необходимо восполнять.

– Да-да, – подтвердила я с полным ртом. – Последние несколько дней просто из ряда вон!

– Ну ничего! – подбодрила она меня. – Все будет хорошо, вот увидишь! Такая любовь, как у вас с Владом, преодолеет все препятствия!

Я побыла у них еще с полчаса, мы переговорили обо всем, Грег заверил меня, что постарается связаться с Дино сегодня же и попробует отправить Капельку домой. Когда я вышла в холл, он протянул мне куртку и длинный шарф. Я с удивлением посмотрела на улыбающуюся Ладу.

– Вообще-то на улице не лето, а ты раздета, – заметила она. – Возьми мои вещи!

– Спасибо! – поблагодарила я и обмотала длинный вязаный шарф вокруг шеи, затем расцеловалась с ними.

– Обязательно звони! – озабоченно проговорил Грег. – Держи в курсе! И не стесняйся попросить, если понадобится помощь!

– Спасибо вам за все! – улыбнулась я.

– Братьям привет! – сказала Лада.

Оказавшись на улице, я быстро пошла в сторону метро. Мне хотелось как можно скорее оказаться возле Влада. Я ругала себя в душе за то, что ушла от него даже на эти два часа. И в то же время я понимала, что пришла пора решительных действий. Злату необходимо обезвредить как можно скорее, так что сидеть возле любимого и «ждать у моря погоды» не выйдет.

Когда я поднялась на этаж, то возле двери увидела расплывчатый силуэт Андрона.

– Ага! Ты уже вернулся! – обрадовалась я. – И чего тут зависаешь?

– Ну не к братьям же мне отправляться! – ответил он и принял более веские очертания.

Я позвонила, дверь тут же открылась. На пороге стоял взволнованный Стас.

– И где вас обоих черти носят?! – нервно произнес он, пропуская нас в квартиру. – Владу стало вдруг несравнимо хуже, чем раньше!

– Что?! – вскрикнула я и бросилась в его комнату.

Влад лежал на спине и выглядел так, будто умер. Запавшие глаза, серое заострившееся лицо, синие ввалившиеся губы – картинка была устрашающей. Я бросилась к нему, начала целовать холодные щеки. Он пошевелился и открыл глаза.

– Слава богу, он приходит в себя! – сказал Рос, который сидел в его ногах.

Я целовала Влада, не отрываясь, и ему явно становилось лучше. Но вдруг он мучительно застонал и словно потерял сознание.

– Что это? – беспомощно спросил Рос.

– Я проследил за Златой, – услышали мы голос Андрона и повернулись к нему.

Он стоял возле двери.

– Ну?! – хором воскликнули мы.

– Она выскочила из подъезда уже в облике обычной девушки, поймала такси и выехала за пределы города. Отпустив машину, быстро пошла в лес. И там превратилась в рысь и помчалась с такой скоростью, что даже я с трудом успевал лететь за ней. А ведь я быстрее ветра. Злата мчалась через леса, выбирая глухие безлюдные места. Довольно скоро мы оказались в нашей тайге. Тут она замедлила бег и стала двигаться с большой осторожностью.

– Еще бы! – встрял Стас. – На нашей территории всегда есть рыси-охранники, которые обходят тайгу. Наверное, она не хотела, чтобы кто-то видел ее.

– И вот Злата достигла входа…

Андрон замолчал. Мы в напряжении ждали. Он явно испытывал затруднения, словно у него язык прилип к гортани. Но ведь физического тела у него не было.

– Какого черта ты заткнулся?! – не выдержала я. – Посмотри на Влада! Ему плохо!

– Боюсь, что это конец! – глухо проговорил Андрон. – Я сам видел, как Злата обратилась в рысь с черной шерстью и скрылась в… Долине Мертвых Жемчужин. Я знаю, где все входы и выходы из ваших аномальных зон, – добавил он. – Для призраков свободны эти пути, тогда как обычный слав туда войти не может, потому что ему неизвестно место прохода.

– Это все! – с горечью произнес Рос и закрыл лицо руками. – Злата решила отнести душу Влада в долину, поэтому ему так плохо. Мы уже бессильны!

– Но ведь Венцеслав может туда войти, – торопливо проговорила я. – Вы же сами рассказывали, что после смерти слава жемчужина изымается и уносится в долину. И делает это именно хранитель.

– Ты сама сейчас произнесла ключевые слова! – хмуро сказал Стас. – После смерти! Вход для хранителей открывается только после смерти кого-то из славов. Как только жемчужина умершего оказывается на месте и хранитель покидает долину, вход тут же закрывается. И лишь призраки могут входить туда.

– Но мы особо и не стремимся! – нервно произнес Андрон. – Там тяжело даже для нас, бесплотных духов!

– Но вот Злата туда входит! – резонно заметила я.

– Черная рысь способна на многое, – сказал Стас.

– Не думаю, что ей это так легко, – добавил призрак.

– Ладно, хватит! – резко произнесла я. – Андрон, ты меня очень выручил! Сейчас я знаю, где искать Злату. И немедленно отправляюсь ко входу в эту долину.

– Думаешь, она будет тебя там ждать? – усмехнулся Стас. – Злата сделала свое черное дело, поместила живую жемчужину среди мертвых. Думаю, мы ее больше никогда не увидим!

– В общем, так! – перебила я его. – Я немедленно отправляюсь на летуне обратно. Андрон покажет путь. А там уже разберусь на месте. Я готова на все! Даже проникнуть в эту вашу страшную долину! Андрон меня проведет и покажет, где вход.

– Но человеку там не выжить, – испуганно ответил тот.

– Разберемся! – отмахнулась я. – Ваша задача доставить Влада в селение, – повернулась я к Стасу.

Он молча кивнул.

Стас довез меня до бензоколонки и тут же вернулся в Москву. Я быстро направилась в глубь леса. Андрон летел рядом и болтал без умолку. Но был крайне встревожен всем происходящим и упорно отговаривал меня от задуманного плана.

– Отстань! – грубо сказала я, когда он в очередной раз начал рассказывать мне, как опасно оказаться в Долине Мертвых. – Ты все твердишь, что человеку туда нельзя! А может, я уже не совсем человек!

Он испуганно на меня посмотрел и замолчал.

– И вообще пора тебе стать невидимым, – предложила я. – Незачем лишний раз раздражать летуна. Он отнесет меня в тайгу. Я представляю примерно, где то место, откуда я свалилась в овраг. Думаю, все эти аномальные зоны расположены рядом. Хорошо помню, что вышла из Золотого оврага, как мне казалось, на очень приличном расстоянии от того места, где упала с велосипеда. А оказалось, что это чуть ли не в ста метрах. Что скажешь?

– Да, все эти зоны имеют сообщение, – подтвердил Андрон. – Но мы никогда не посещали Долину Мертвых Жемчужин. Правда, я знаю, что в нее ведет узкий и извилистый ход в скале, который соединяет ее с Золотым оврагом.

– Все ясно! – констатировала я. – А вон и летун!

Андрон тут же словно растворился в воздухе, а передо мной опустился монстр. Его крылья сложились, мышино-собачья морда начала округляться. Я зажмурилась.

– Приветствую, – услышала я его голос и посмотрела на летуна.

Вой уже превратился в мужчину. Его лицо выглядело грустным. Я отлично знала, что он по-настоящему меня любит и только поэтому делает все, что бы я ни попросила. Мало того, он даже не пытался меня укусить, чтобы превратить в свою самку. Хотя в этом вопросе мне казалось, что Воем двигает не столько беззаветная ко мне любовь, сколько страх перед местью Дино, ведь он был уверен, что у меня с вампиром серьезные отношения.

– Повидалась со своим любимым? – тихо спросил он.

– Да, все в порядке! – ответила я как можно более непринужденно. – И мы можем отправляться обратно. Но только тут возникло еще одно дело.

– Какое? – удивился летун.

– Господин Вой! – раздался заполошный голосок, и откуда-то из моего шарфа, вернее из его пышных кистей, вылетела Капелька.

Ее сияние было еле заметным, но я знала, что блестяшек почти не видно при дневном свете. Правда, уже начало темнеть.

– Капелька росы, скользящая в розовых лучах рассвета по белому лепестку ромашки? Это ты?!

Видимо, от удивления Вой назвал ее полным именем.

– Да, господин! – вежливо ответила она и примостилась на его плече. – Я возродилась! Отнесите меня домой, пожалуйста!

– Капелька! – разозлилась я. – Почему ты удрала от моих друзей? Ведь тебя должен был отвезти Дино!

– Но ты же знаешь, что Дино сейчас… – начала она.

– Неважно! – перебила я ее, боясь, что она сейчас все расскажет Вою.

А мне не хотелось, чтобы он узнал, что я летала на свидание совсем не к нему.

– Я рад тебе! – тихо сказал Вой.

И свечение Капельки сразу усилилось.

– Сейчас никто тебя никуда относить не будет! – раздраженно проговорила я. – И вообще отправляйся-ка ты обратно!

– Но… – заныла она, – как же я полечу… город такой страшный… Да и обратного пути я не знаю!

– Но Вой в бегах, если ты помнишь! – строго ответила я. – И как, по-твоему, он явится на базу? Да его тут же схватят!

– Это так! – кивнул он.

– А ты тоже призрак? – раздался возле моего уха голос Андрона.

И он появился между мной и Воем.

– Ай-ай! – заверещала Капелька и спряталась за плечо Воя.

– Не бойся, малышка! – ласково произнес Андрон и мгновенно оказался за летуном. – Я ничего тебе не сделаю плохого. Ведь я бесплотен!

Капелька высоко взлетела над Воем. Андрон засмеялся и поднялся рядом с ней.

– Вот что! – сурово проговорила я. – Мне совершенно некогда наблюдать за вашими играми! Пора отправляться в путь.

– Так какое дело у тебя ко мне? – тихо поинтересовался Вой и глубоко заглянул мне в глаза.

Печаль, наполняющая их, неприятно поразила меня. Я вдруг подумала, что Вой, несомненно, страдает, наблюдая, как я равнодушна к нему и к тому же влюблена в другого. И это делало его человечным и ранимым. На ум пришло, как мучилась я, когда Илья порвал со мной, предпочтя мне глупую, но хорошенькую блондиночку. Правда, показалось, что это было очень давно, в другой жизни. И все равно свои ощущения я помнила. И они были крайне болезненны. К тому же если бы я сейчас встречалась с обычным парнем, то, думаю, Вою было бы намного легче. Он мог бы утешать себя тем, что я в принципе не могу ответить взаимностью другому существу, отличному от человека. Но ведь он был уверен, что я влюблена в Дино. И раз я смогла полюбить вампира, то почему бы мне не увлечься и летуном?

– Именно так он и думает, – зашептал мне на ухо подлетевший Андрон. – Но я удивляюсь твоей проницательности. Тебе и мысли читать не нужно! Вой удручен, что ты выбрала не его, хотя перед вампирами он испытывает благоговейный ужас. И то, что ты подружка этого самого Дино, только поднимает тебя в его глазах. Причем на недосягаемую высоту. По правде говоря, ты можешь просить его о чем угодно. Для тебя он сделает все!

– Изыди! – строго сказала я, хотя с трудом сдержала смех. – Ты пугаешь блестяшку. А она легко падает в обморок. Просто они очень чувствительные создания.

– Прелестная крошка! – сказал он и исчез.

– Капелька, иди ко мне! – мягко проговорила я. – Не бойся! Раз уж ты поступила так опрометчиво, придется взять тебя с собой. Не бросать же в лесу!

Блестяшка метнулась ко мне и забралась в карман куртки.

– Отнеси меня на территорию славов, – сказала я Вою. – Когда прилетим на место, Андрон покажет тебе, куда меня нужно доставить.

– Значит, ты не сразу в деревню? – уточнил он и внимательно на меня посмотрел.

– Я что, плохо объясняю?! – начала я раздражаться. – В тайгу! А там за Андроном!

Вой молча кивнул и начал обращаться.

Домчались мы, как мне показалось, невероятно быстро. Странно, но мое тело уже приспособилось к таким перегрузкам. И я чувствовала себя отлично, хотя мы летели на довольно большой высоте, и было невероятно холодно, ветер обжигал лицо. Правда, я старалась прятать его в шерсти Воя. К тому же его тело было очень горячим, и я словно прижималась к большой печке. Если бы не вонючий запах, было бы вполне комфортно. Но я уже научилась не обращать на это внимания. Когда мы начали снижаться, я стала смотреть вниз. Андрон летел впереди, я видела его неясный, словно смазанный силуэт. Было темно, так как половинку луны закрывали облачка. Они, правда, больше походили на раскиданные по небу редкие перья, но все равно глушили лунный свет. Но я отлично видела в темноте. Мало того, едва мы спустились в тайгу, мне в нос буквально ударил запах Златы. И ошибиться я не могла. Андрон летел именно на этот запах, и я внутренне собралась, так как понимала, что она готовит мне какую-то ловушку.

– Давай спустимся здесь! – прокричала я Вою.

И он тут же аккуратно слетел вниз. Едва мои ноги коснулись земли, он метнулся в сторону, принял человеческое обличье и сразу подбежал ко мне.

– С тобой все в порядке? – встревоженно проговорил он.

– Да, да, – закивала я. – Мне уже намного легче переносить такие полеты. Наверное, сказалось то, что я натренировалась на рысях! Они мчатся с неменьшей скоростью, им и крылья не нужны!

Я хотела пошутить, чтобы разрядить обстановку, но Вой не понял.

– При чем тут рыси? – сухо спросил он. – Ты же летаешь с вампиром!

– Ах да! – непринужденно улыбнулась я. – И на них я уже тоже покаталась!

– Для обычной девушки испробовать столько средств передвижения! – раздался веселый голос.

И возле нас возник Андрон.

– Все в сборе, – заметила я. – А где блестяшка?

– Я тут! – раздался писк, и откуда-то из моих волос вылетел светящийся силуэт.

– Мы на месте, – сообщил Андрон.

– И я чую запах Златы, – сказала я. – Необходимо встретиться с ней!

– Подожди! – остановил меня Вой. – А вы не могли бы удалиться, – повернулся он к призраку и блестяшке, которые зависали неподалеку от нас. – Мне нужно переговорить с Лилей наедине. Это очень важно!

Андрон молча исчез. Капелька повисела с минуту возле меня, затем метнулась в тайгу. Я проводила взглядом ее переливающийся силуэт и повернулась к Вою.

– Слушаю тебя внимательно, – сказала я.

Он сделал шаг ко мне и крепко взял за плечи, словно боялся, что я вырвусь и убегу. Сопротивляться я не стала и смотрела ему прямо в лицо. В этот момент одно из облаков медленно сползло с половинки луны, и лицо Воя залил серебристый яркий свет. Я отметила, что он осунулся, словно от сильной усталости, однако его обычно мутные глаза блестели. И сейчас они казались насыщенного синего цвета. При белой коже, черных ресницах, бровях и волосах это выглядело даже эффектно. К тому же в его глазах читалась такая любовь и такая печаль, что у меня перехватило дыхание. И Вой показался мне даже привлекательным. Я вспомнила, как встретилась с ним впервые. Это произошло именно в этой тайге. Он напал на меня и был тогда отвратителен. Его морда показалась мне мерзкой. И вот прошло не так уж и много времени, а я могу спокойно общаться с этим монстром, и он мне даже кажется симпатичным.

– Лиля! – торжественно начал он и вдруг смешался и явно смутился.

Я с любопытством и какой-то странной жалостью наблюдала за сменой выражений его лица. Вой явно волновался, и это подкупало, ведь я всегда считала, что он жесток и хладнокровен. Но любовь его преобразила.

«А ведь он на самом деле приблизился к человеческому пониманию этого чувства! – подумала я. – Раньше им владела только похоть, только желание сделать меня своей самкой. И вот летун укрощен любовью, он уже не ставит свои интересы выше всего остального!»

– Лиля, – после паузы продолжил он, но уже намного тише, – я люблю тебя!

– Я это знаю, – мягко проговорила я. – И благодарна тебе, что ты больше не пытаешься укусить меня и сделать своей женой. Но ты должен понимать, что ответить на твое чувство я не смогу никогда!

– Да, понимаю! – поник он. – Разве может летун сравниться с вампиром? Господин Дино для меня все равно что бог! А значит, и ты – богиня!

– Дело даже не в этом! – ответила я.

– Да? – явно изумился Вой.

– И ты и Дино для меня одинаково равны, я никого не ставлю выше, – продолжила я. – К тому же ты доказал, что можешь быть преданным. А я это очень ценю.

– Я люблю тебя! – страстно повторил он, и я, заметив, как загорелись его глаза, сделала шаг назад.

– Не бойся! – усмехнулся он. – Я больше никогда не причиню тебе вреда и не сделаю ничего, что могло бы вызвать боль. Я оберегаю тебя! И поэтому считаю, что должен предупредить по поводу этой Златы. Жуткое существо! Она совсем не то, что вы все думаете!

– Я уже знаю! – сказала я. – И поэтому хочу ее найти. У меня к ней есть одно неотложное дело!

– Злата близко, – сообщил Вой.

– Я чую ее запах, – тихо ответила я. – Она приближается к нам!

– Она хочет тебя убить! – нервно произнес он.

– Хочу! – раздался насмешливый голос. – И сделаю это! И никто мне не помешает!

И рысь слетела с ближайшей сосны. Ее черная шкура переливалась в свете луны, зеленые глаза горели, словно изумруды, подсвеченные изнутри пламенем. И красные, все расширяющиеся зрачки выглядели устрашающе. Я отскочила и спряталась за Воя. Злата уже приняла человеческий облик и злобно расхохоталась.

– Где жемчужина?! – спросила я. – Тебе лучше отдать ее по-хорошему.

– Ой-ой! Как мне страшно! – сказала она и скривила свое красивое лицо в презрительной гримасе.

– Где жемчужина?! – грозно повторила я, чувствуя, как из глубины души поднимается такая жгучая ненависть, что ее огонь опаляет меня изнутри.

– Там, откуда ее никому не достать! – ответила Злата, и я содрогнулась, так как поняла, что мои худшие подозрения подтверждаются.

Я предполагала, что она может пойти на такое, но все-таки надеялась, что в последний момент одумается.

– И ты еще утверждаешь, что любишь Влада? – окончательно разъярилась я.

Мне хотелось вцепиться ей в горло.

– Если он до сих пор не стал полностью моим и помнил о тебе, то пусть лучше подохнет! – злобно произнесла она.

И вдруг бросилась ко мне, в длинном прыжке превращаясь в рысь. Я отскочила назад. Но Вой заслонил меня. Злата сбила его с ног, я видела, как ее раскрытая пасть с острыми клыками тянется к его горлу. Вой лежал на спине и руками держал голову рыси, не давая ей вцепиться ему в шею. Она рычала. И вдруг Вой прямо под ней обратился. Я увидела, как его руки, упирающиеся в шею Златы, превратились в лапы с длинными когтями, по земле разметались крылья, тело обросло шерстью. Летун резко перевернул опешившую Злату на спину, взмахнул крыльями и поднял ее вверх. Я видела, как рысь извивается в его сильных лапах, пытаясь вырваться. Они взлетели довольно высоко над соснами. Луна ярко освещала дергающиеся в воздухе фигуры. Рысь грозно рычала, Вой щелкал зубами, стараясь припасть к ее шее.

– Если ему удастся ее укусить, – услышала я возле правого уха голос Андрона, – то она погибла!

– Ужас! Ужас! – запищала с другой стороны Капелька. – Я не могу этого видеть! Я умру! И зачем я покинула гостеприимный дом Лады?! Какая я опрометчивая и недальновидная! Горе мне!

– Замолчи! – прервала я поток ее излияний. – И вообще не отсвечивай тут!

И Капелька юркнула в карман моей куртки.

– Слюна летуна крайне ядовита, – продолжил Андрон.

– Откуда знаешь? – спросила я, не сводя глаз с продолжающей бороться в воздухе пары.

– Ну ты же сама мне рассказывала, что они превращают людей в себе подобных укусом, – ответил он. – А значит, все дело в слюне! У вампиров происходит так же. Слюна попадает в кровь укушенного, и процесс пошел.

– О, да, – пробормотала я, вспомнив, как Вой укусил меня и я чуть не умерла от его яда.

Если бы не Багровая Жемчужина, меня бы не спасли.

– Злата сама оборотень, – продолжил Андрон, – поэтому ни одному летуну не придет на ум ее кусать. Но сейчас исключительный случай. Тут уж кто кого! И если Вою удастся впиться ей в шею и впустить как можно больше яда, то даже такой сильный оборотень, как черная рысь, навряд ли выживет. Обычная девушка-слав точно бы начала мутировать и умерла.

В этот момент пара будто бы зависла в воздухе. Мое зрение настолько обострилось, что я четко видела, как морда летуна приникла к шее рыси. Она завыла так мучительно, что у меня мороз побежал по коже. Вой не отпускал ее. Рысь дергалась в его лапах. И вдруг, словно собрав последние силы, она ухитрилась вырваться, но не полетела вниз, а уцепилась лапами за шею Воя и впилась в нее клыками. Вой захрипел, его крылья двигались все медленнее и хаотичнее. И вот они полетели вниз. Я видела, как клубок тел упал между соснами в нескольких метрах от нас, и бросилась туда. Андрон опередил меня и уже склонился над ними.

– Осторожно! – закричал он.

Но я уже подскочила и бросилась к валявшемуся без сознания Вою. Он лежал на спине, его крылья были распластаны, из многочисленных ран на шее безостановочно хлестала черная кровь. Я пыталась зажать руками особенно глубокие прокусы, но кровотечение не останавливалось. Рядом раздалось шипение, я резко обернулась. Черная рысь уже превращалась в девушку. И вот на земле лежит Злата и ненавидяще на меня смотрит. Ее тело начало дергаться.

– Гадина! – шипела она. – Все равно ты не получишь Влада! Он умрет!

Ее тело из человеческого вдруг превратилось в собачье, но с головой рыси. И уже начали появляться крылья, но они исчезли, и теперь я снова видела девушку, правда, вместо лица у нее была морда летучей мыши. И вот тело покрылось шерстью, существо зарычало и выгнулось дугой, явно испытывая невыносимые физические муки. Морда летучей мыши исчезла, и я увидела Злату в ее обычном облике. Она была смертельно бледна. Вскрикнув, она вытянулась на спине и застыла. В ее расширенных мертвых глазах отражались половинки луны. И это было жутко. Вой уже тоже находился на грани. Он перестал дергаться и затих. Крови вытекло столько, что вся земля вокруг его тела была черной. Едва сдерживая слезы, я склонилась над его серым лицом. Он открыл глаза.

– Прости меня! – прошептала я. – Я не хотела, чтобы все закончилось именно так! Прости!

– Я люблю тебя… – прохрипел он. – И никогда не перестану… Лиля…

Он дернулся и затих. Я закрыла его веки и поднялась с земли. Слезы душили меня, я не могла смотреть на мертвого Воя. Поэтому быстро пошла прочь.

– Погоди! – раздался крик.

И Андрон возник передо мной. Я подняла на него глаза, но от слез плохо различала его силуэт.

– Куда ты бежишь? Тебе необходимо обыскать Злату и вынуть жемчужину! – сухо проговорил он.

– Я? Это должна сделать я?!

Мой голос дрожал.

– Но я же бесплотен! А нервная блестяшка вообще на такое неспособна. Хотя ты можешь ее попросить.

Я потрогала карман куртки, но Капелька затаилась и даже не высунулась. Я заглянула в карман. Она скорчилась на дне и не поднимала головы.

– Все закончилось. Твой господин погиб, – сказала я.

– Нет! – закричала она.

– Это так, – грустно подтвердила я.

Капелька выбралась из кармана. Она замерла, глядя на трупы Воя и Златы. Ее расширенные глаза наполнились слезами, и они посыпались сверкающими разноцветными бусинками. Правда, цвета были фиолетовыми, серыми и голубыми. Но я уже знала, что блестяшки в горе меняют окраску своего свечения.

– О-о-о, бедный мой господин! – завыла она, раскачиваясь из стороны в сторону. – Несчастный господин Вой! Зачем же ты нас оставил? Как же мы без тебя будем? Бедный, бедный…

Слезы-бусины текли и текли, падая на землю искрящимися капельками. Мы с Андроном молчали. На меня нашло оцепенение. Я не сводила глаз с трупов, ужас парализовал меня. Пусть не я убила Воя и Злату, но косвенно являлась причиной их смерти.

Первым пришел в себя Андрон. Он встал перед нами, закрыв собой устрашающую картину.

– Капелька! – строго сказал он. – Ты должна помочь Лиле!

– Я?! – испугалась она и перестала завывать.

– Да! – сурово проговорил он. – Видишь, Лиля не в состоянии даже подойти к телу Златы. А нам необходимо достать ее душу-жемчужину. Она должна быть в языке в виде пирсинга. Обычно славы носят их именно таким образом. А то скоро начнется трупное окоченение и тогда…

– Не нужно никаких подробностей! – оборвала я его. – Капелька, скажи мне, как у вас хоронят летунов?

– Если господ убивают охотники специальными средствами, например серебряным ножом или осиновым колом, – торопливо, глотая слезы, начала она, – потому что средства такие же, как для господ вампиров… Ах, бедный, бедный наш господин Вой! – не выдержала она и снова завыла.

– Дальше! – грозно проговорил Андрон.

Капелька замолчала, хотя еще раскачивалась из стороны в сторону.

– Продолжай, – мягче сказал он.

– В этом случае их человеческие тела превращаются в собачьи и самопроизвольно сгорают дотла, – ответила она. – Но наш господин погиб в схватке, можно даже сказать, в бою, и, как видите, его тело все еще человеческое.

Мы невольно посмотрели на труп Воя. И в этот момент из тайги выбежал пес. Капелька вскрикнула и скрылась в кармане моей куртки. Я замерла, не понимая, что происходит. Пес не обращал на нас внимания.

– Это призрак, – быстро шепнул мне на ухо Андрон.

Невольная дрожь пробежала по моему телу. Но я старалась держать себя в руках. Пес выглядел обычно: большая беспородная дворняга. Он подбежал к телу Воя, уселся у его головы, поднял морду к луне и взвыл. Этот вой я не забуду никогда. Мне казалось, что он взорвал мне мозг. Невыносимая тоска, скорбь, безысходность заполнили душу. Я зажала уши, но и это не помогало. Вой пса проникал, казалось, через поры внутрь меня. Сердце колотилось, хлынули слезы. Наконец, он перестал выть. Я увидела, как от трупа отделился силуэт еще одного пса. Он словно выбирался из Воя и становился все четче и объемнее. И вот уже лохматый симпатичный рыжий песик, похожий на спаниеля, соскочил с трупа и, радостно виляя хвостом, обнюхался с призраком. Они тявкнули, словно сказали что-то друг другу, и помчались в лес. Я вытерла слезы. Но вдруг рыжий вернулся и бросился ко мне. Он подлетел к моим ногам, уселся и поднял морду, заглядывая мне в глаза. То, что это дух Воя, я не сомневалась. И у меня сразу полегчало на душе. Я невольно улыбнулась, склонилась и хотела погладить его лохматую голову, но рука прошла насквозь. Пес вильнул хвостом, тявкнул и бросился прочь. Второй стоял неподалеку и словно ждал его. Они быстро помчались в тайгу, и, когда скрылись из вида, я перевела дух.

– Выбирайся! – сказала я, заглядывая в карман.

Капелька высунулась и огляделась.

– Это был… это был… – она явно не могла говорить от волнения.

– Кто? – спросил Андрон.

– Как гласит легенда, великий вампир Хрон создал себе друга из обычной собаки. И назвал его Лай. И господин Лай является основателем Ордена летучих псов. Я знаю, что его дух приходит за духом умершего летуна. Но никогда не видела этого, так как обряд закрытый, на нем могут присутствовать только правитель племени и один из родственников умершего. Это большая честь – увидеть великого Лая. Я сейчас упаду в обморок!

– Не упадешь! – сказал Андрон. – Ты нам нужна немедленно! Иди и обыщи тело Златы!

– Я сподобилась… – явно не слушая его, продолжила Капелька, – я, обычная служанка при господах… такая честь! Я сейчас лишусь сознания… Такая честь!

– Лиля! – обратился призрак ко мне. – Сделай это сама! А то блестяшка в прострации и когда из нее выйдет, неизвестно!

Я собралась с духом и приблизилась к трупу. Злата лежала, вытянувшись на спине. Ее глаза были открыты, и в них все также отражались половинки луны. Губы были плотно сомкнуты. Представив, что мне нужно коснуться ее, открыть рот и попытаться вынуть жемчужину, я содрогнулась. Оглядевшись, я подняла с земли сучок и поднесла его ко рту Златы, решив разомкнуть челюсти. И тут картинка всплыла перед глазами. Я увидела то, что транслировал на радужку Влад: Злата в ванной, и в ее пупке две жемчужины – одна черная, вторая – малиновая. Я отбросила ветку и лихорадочно расстегнула «молнию» на ее куртке, затем подняла свитер. В пупке блестела черная жемчужина, однако малиновой не было. Я осторожно вынула пирсинг, труп уже начал коченеть, но я старалась не обращать на это внимание. Засунув жемчужину поглубже в карман джинсов, я отошла от тела.

– Да, ты все сделала правильно! – одобрительно заметил Андрон.

– Но малиновой нет! – глухо проговорила я. – А ведь только она мне нужна! Может, обыскать все тело?

И я посмотрела в глаза призрака. Он покачал головой.

– Неужели? – потерянно произнесла я, все еще отказываясь верить в очевидное.

– Да, – кивнул он. – Злата унесла жемчужину твоего друга в Долину Мертвых. Это я знаю точно, ведь я следил за ней до самого входа.

– А внутри? – уточнила я.

– Я проник и туда, – ответил Андрон. – Но как только Злата исчезла в тумане, постоянно покрывающем дно долины, я не пошел за ней. Мне вообще вредно там находиться. Энергия этого места невыносима даже для моего бесплотного духа.

– Веди меня туда! – строго проговорила я. – Придется мне самой…

– Что ты! Что ты! – ужаснулся он. – Человек не может туда войти! Если бы ты принадлежала к племени славов, то, возможно, тебе еще как-то удалось… Но обычной девушке отправиться в Долину Мертвых…

– Веди! – прервала я его речь.

Андрон помрачнел. Он явно мучительно о чем-то раздумывал.

– Ну?! – грозно спросила я.

Он кивнул и быстро пошел в лес. Я схватила болтающуюся в воздухе Капельку, бесцеремонно засунула ее в карман куртки и двинулась за призраком.

Через какое-то время Андрон остановился. Я огляделась. Тайга выглядела обычно. Он покрутился, явно что-то высматривая. Затем вытянулся в струнку и начал вращаться. Я отошла, наблюдая за ним. И вот Андрон превратился в длинную колышущуюся полоску тумана и заскользил над землей. Я без раздумий двинулась за ним. Возле небольшого холма, поросшего жимолостью, туман вдруг начал исчезать, словно его затягивало в невидимое отверстие. Я неотступно следовала за ним.

– Ай! – раздался визг из кармана моей куртки, и Капелька вылетела наружу. – Ай-ай! Там смерть! Отпусти меня. Туда нельзя!

– Сиди тут и жди! – быстро сказала я и примостила ее на ветку ближайшей сосны.

– Не ходи туда! – заныла она. – Лиля, Лиля, нельзя…

Но я ее не слушала. Небольшой сгусток тумана редел. Я приблизилась вплотную к остаткам призрака. Между кустами туман вдруг исчез, и я решительно шагнула в их гущу. И провалилась в овраг, хотя до этого ясно видела, что никакого разлома не было. Я мягко приземлилась на согнутые ноги и выпрямилась. Передо мной стоял Андрон. Но он выглядел неважно. Ему явно было не по себе.

– Пошли? – спросила я.

– Ты человек? – хмуро поинтересовался он. – Что-то я в этом сомневаюсь. Никому из людей не удавалось попасть в эту зону.

– Но ведь в Золотой овраг попадали охотники за сокровищами! – заметила я.

– Это совсем другое! – хмуро ответил он. – Мы сейчас прошли напрямую в Долину Мертвых Жемчужин. А в Золотой овраг вход в другом месте. Ты попала в него именно тем путем. Вернее, вначале ты оказалась в Долине рассыпающихся скелетов.

– Ты же говорил, что все зоны соединяются!

– Да! – кивнул он. – Но имеют разные входы. Через этот могут пройти только хранители славов для совершения обрядов.

– И ты привел меня сюда? – удивилась я.

– Я и не думал, что ты последуешь за мной! – ответил Андрон. – Хотел удостовериться, что жемчужина Влада и правда здесь. Призраки легко путешествуют по зонам. Но даже мне тяжко долго находиться в этом месте. А ты вообще не должна была пройти. Как тебе удалось?

– Понятия не имею! – пожала я плечами. – Ты превратился в туман, я двинулась за тобой и очутилась здесь.

– Странно… – задумчиво проговорил Андрон и пристально на меня посмотрел.

– Потом будем разбираться! – отмахнулась я, хотя мне стало не по себе, но сейчас было не время и не место выяснять, что со мной не так. – Раз уж мы оба здесь, то должны найти душу Влада.

И я двинулась по дну оврага. Андрон пошел рядом.

– А ты себя нормально чувствуешь? – уточнил он.

– Пока да, – ответила я, хотя холод сковывал мышцы и не давал ускорить шаг.

К тому же мне не нравился запах, который по мере нашего движения все усиливался. Это было что-то среднее между удушающим ароматом белых лилий, влажных водорослей, болотной тины и гниющих фруктов. Вдруг живо вспомнился один сон: я очутилась в каком-то странном месте, долине, укрытой туманом, я стояла на ее краю и видела очертания раскрытых раковин – жемчужин, которые на моих глазах превратились в лилии. И сейчас мы вышли из узкого оврага и оказались в очень похожем месте, только я не видела очертаний раковин. Передо мной расстилался белый туман до самого горизонта. Андрон замер. Его тело колыхалось, силуэт смазывался.

– Тебе плохо? – испугалась я.

– Мне сейчас нельзя находиться в этих зонах, – прохрипел он. – Я тебе говорил… что когда придет срок, то я превращусь в дух…

– Ты и так… – начала я.

– Поэтому я удрал из долины, – не слушая меня, продолжил он, – захотел путешествовать по земле призраком… жить вечно… Но сейчас даже жалею… мне там не понравилось… Лиля! – вскрикнул он. – Кажется, мой срок истек… сто лет… я уже не успею выбраться наружу… Прощай!

Я бросилась к нему. Но пролетела сквозь его исчезающее тело.

– Андрон! – позвала я.

Но он превратился в туман и исчез. Я села на землю и закрыла лицо руками. Отчаяние душило. Я потеряла друга, пусть он и был призраком, к тому же осталась одна в этой страшной долине.

«А если я не смогу выйти из нее?! – метались мысли. – Тогда все погибло! Умру и я, и Влад!»

Я встала. Смерти любимого я не могла допустить, поэтому должна была во что бы то ни стало найти его душу и выход из этого страшного места. Я оглянулась. Овраг находился позади. Выглядел он обычно – стены, кое-где поросшие кустиками, каменистое дно, не заметить вход в него было трудно. Я повесила куртку на довольно высокую березу, чтобы в случае чего она служила мне ориентиром, и решительно двинулась в туман долины. Как только я сделала несколько шагов, мои ноги попали в воду, а белая дымка начала рассеиваться. С изумлением я увидела, что долина – это своего рода огромное озеро, сплошь покрытое лилиями. Удивляло то, что все они были разных цветов и сложных оттенков. Справа я заметила сиренево-голубоватый цветок, за ним желтый, чуть дальше – розово-серый. И так далее. Разнообразие тонов поражало, и в то же время при виде такой палитры красок мой страх ушел. Это выглядело очень красиво, я даже поймала себя на мысли, что тоже была бы не прочь после смерти очутиться на таком кладбище. Я стояла по колено в воде и изучала лилии. До меня дошло, что найти одну-единственную жемчужину среди такого огромного количества цветов практически невозможно. Я раздвинула середину ближайшей лилии. На самом дне матово сияла черная жемчужина. Но как только я наклонилась ниже, пытаясь разглядеть ее, из жемчужины выпрыгнула рысь, ее разверстая пасть с острыми клыками и горящие алым огнем глаза выглядели устрашающе. Я взвизгнула, упав на спину. Рысь пролетела надо мной. Я выскочила на берег. Она уже мчалась обратно. Я не успела пригнуться и зажмурилась, но ничего не ощутила. Рысь была словно бестелесная проекция и промчалась сквозь меня, не причинив вреда. Однако от ужаса я оцепенела. Призрак нырнул в свой цветок и исчез.

– Видимо, трогать лилии нельзя, – пробормотала я. – Но как же я найду живую малиновую жемчужину? Злата наверняка запрятала ее в один из свободных цветов. Заранее похоронила Влада.

Я встала, джинсы, свитер были мокрыми, но я уже ни на что не обращала внимания. Вытянув шею, внимательно осмотрела лилии. Они были неподвижны, лепестки сомкнуты. Я медленно пошла вдоль берега, снова заходить в воду и раскрывать чашечки цветов боялась. Конечно, я понимала, что выпрыгнувшая рысь всего лишь призрак, но стоило представить, что сейчас изо всех цветов вылетят сонмы таких зверей и бросятся на меня, и холодок ужаса бежал по спине. К тому же мои мышцы словно начали деревенеть, казалось, кровь застывает в жилах, я шла уже с трудом. И вдруг заметила выступающий из тумана темный нос какого-то челна. Я приблизилась и поняла, что это что-то типа деревянной самодельной лодки, правда, очень узкой. Она походила на иглу с загнутыми вверх концами. Внутри лежало весло. Бока судна были украшены искусной резьбой в виде цветов лилий.

«Это, наверное, для обряда, – подумала я. – Возможно, что хранитель отправляется на этой лодке, чтобы уложить мертвую жемчужину в предназначенный для нее цветок».

Я решила, что могу воспользоваться лодкой, оттолкнула ее от берега и уперла весло в дно. Лодка узким носом раздвинула лилии, не причинив им вреда, и плавно пошла по воде. Я отплыла на несколько метров от берега, внимательно вглядываясь в закрытые чашечки. Они слегка колыхались от движения лодки, но пока ничего не происходило. Проплыв еще немного, я уперла весло в дно и остановилась, осознав бессмысленность своих действий. Так я могла долго кататься на лодке, но результата не добиться. Лилии даже не раскрывались, поэтому жемчужин внутри их я увидеть не могла. А касаться их руками боялась. Я села на дно лодки и задумалась. Тишина впервые неприятно поразила меня. Тут только я отметила, что в долине отсутствуют звуки живой природы. Я находилась в беззвучном вакууме.

– Мне необходимо сосредоточиться! – пробормотала я. – Должен быть какой-то выход. Может, позвать жемчужину? Вдруг она подаст мне какой-нибудь знак?

Я осторожно встала – челн был невероятно узким, поэтому крайне неустойчивым, – и внимательно осмотрела местность. Поле лилий расстилалось до самого горизонта и терялось в тумане. Меня на миг охватило отчаяние. Задача казалась невыполнимой. Цветы, лежащие на блестящих зеленых листьях, выглядели уснувшими, их лепестки были плотно сомкнуты. Покой исходил от этой долины… вечный покой. И он уже начал проникать в сердце. Я ощутила оцепенение, веки тяжелели, глаза закрывались сами собой, мышцы наливались тяжестью. Я начала щипать себя, затем сделала массаж, активировав определенные точки на теле. Это меня встряхнуло, но я понимала, что бодрость появилась ненадолго. Энергия мертвых была тяжела, сопротивляться ей оказалось практически невозможно. Мне невыносимо хотелось улечься на дно лодки, закрыть глаза и больше ни о чем не думать.

– Нет! – сказала я и выпрямилась, представив, что внутри меня железный стержень, который держит и не дает согнуться. – Влад! – позвала я, представив моего любимого.

– Влад… ад… ад… – повторило эхо, и я вздрогнула.

Лилии не шелохнулись, только туман зашевелился, приобретая причудливые очертания.

– Влад! – снова позвала я.

И снова эхо повторило устрашающее слово «ад». Но его душа не отзывалась.

«Что же делать?! – метались мысли. – Кто мне поможет? Я не могу уйти отсюда без его души! Жемчужина! – осенило меня. – Черная жемчужина Златы!»

Я засунула руку в карман джинсов и нащупала бусину. Аккуратно вынув ее, положила на ладонь.

– Давай! – прошептала я. – Вызови Влада! Он все еще должен быть в твоей власти! Ведь уничтожено только тело Златы, а ее душа у меня в ладони!

Жемчужина лежала неподвижно, поблескивая антрацитово-черными боками. Я смотрела пристально. И вдруг от нее пошли лучи, они были багрово-черными, и это мгновенно нарушило гармонию окружающего мира. Общие тона долины были нежными и туманными, и эти черные с кровавыми переливами лучи вносили жуткий диссонанс. Мне стало до того нехорошо, что потемнело в глазах, сердце колотилось, дрожь сотрясала тело. Но я из последних сил держала себя в руках и не опускала раскрытую ладонь. Жемчужина уже начала жечь мою кожу. Боль становилась невыносимой. Я ясно видела, как красное пятно появляется под ней. И вот уже выступила кровь. Я стиснула зубы. Кровь будто придала жемчужине сил. Мне показалось, что она не только стала сиять намного интенсивнее, но даже увеличилась в размере. Ее лучи изменили направление, собрались в узкий пучок и полетели вправо от меня. И вот они коснулись одного из цветов. Я замерла, хотя тело дрожало все сильнее, а ноги подгибались. Мне становилось все хуже. Лилия, которой коснулись лучи, медленно раскрылась, и из нее полилось розовое сияние. Оно было настолько живым, что я не сомневалась: именно там запрятана душа Влада. Я зажала жемчужину в кулаке, ее лучи погасли, но она так сильно жгла мою окровавленную ладонь, будто я держала раскаленный уголек. Я застонала от мучительной боли. Но четко видела приоткрытую лилию, из которой лился живой свет. Не сводя с нее глаз, запихнула жемчужину обратно в кармашек джинсов, оттолкнулась и повела лодку к цветку. Заметив, что лилия медленно закрывает свои лепестки, а сияние становится все слабее, ускорила движение. Это вызвало сильные толчки лодки и явно потревожило лилии. И вот уже несколько призраков рысей начали выпрыгивать из цветов. Все они мчались на меня, я кричала от страха, но упорно толкала лодку вперед, стараясь не смотреть на пролетающие сквозь и мимо меня очертания разъяренных зверей.

Когда я достигла лилии, она уже почти полностью сомкнула лепестки. Но я успела заметить, что в самой сердцевине лежит малиновая светящаяся жемчужина с золотой штангой пирсинга. Я склонилась и осторожно взяла ее. И как только она очутилась у меня в руках, ее сияние резко усилилось. Мало того, я ясно различила в веере лучей лицо Влада. Казалось, он смотрит прямо мне в глаза и улыбается.

– Все хорошо, любимый! – прошептала я. – Уже все хорошо!

Я спрятала жемчужину в карман. Но тут же испугалась, что могу нечаянно потерять ее. Тогда я расстегнула джинсы, оттянула кожу над пупком и резким движением проткнула ее штангой пирсинга. Эту боль я уже не ощущала, так как с трудом выносила жжение в ладони, которое вызывало сильную ломоту во всей руке. Прикрутив пирсинг, я опустила края футболки и застегнула джинсы. Сейчас я могла быть уверенной, что не потеряю жемчужину Влада. Но мне становилось все хуже. Нужно было как можно скорее выбираться из долины. Я огляделась. Туман сгустился, я не видела берегов, поэтому была дезориентирована в пространстве.

– Где же берег? – бормотала я. – Мне нужно найти то дерево, куда я повесила куртку. Там выход из долины.

Я вертелась по сторонам, но видела только ковер из листьев и закрытых лилий.

– Кажется, туда! – решила я, вглядываясь в дальний берег.

Мне почудилось, что я вижу очертания деревьев. И я быстро направила лодку в ту сторону. Лилии снова зашевелились, и опять появились прыгающие на меня призраки. Но я уже ни на что не обращала внимания, к тому же находилась в полубредовом состоянии.

Когда нос лодки уперся в твердую почву, я выбралась на берег, опираясь на весло. Но никакого дерева с моей курткой не обнаружила. Однако местность показалась мне знакомой. И тут я заметила узкий проход в возвышающейся справа скале. Я не могла уже здраво рассуждать, сознание мутилось от боли, мертвенная энергия долины парализовала тело, и я ориентировалась только на свое внутреннее чутье. Оно мне подсказывало, что нужно идти в этот проход. На полусогнутых ногах, опираясь на весло, я добралась до скалы. Увидев узкую щель, бросила весло и направилась в нее. И чем дальше уходила от долины, тем легче мне становилось. Когда я выбралась из прохода, то узнала Золотой овраг. Слепящий блеск драгоценностей резал глаза. Я прищурилась и быстро пошла через него, не обращая внимания на красоту драгоценных камней. Из оврага попала в Долину рассыпающихся скелетов. Чувствовала я себя намного лучше. Только сильно болела обожженная ладонь.

– Чертова Злата! – бормотала я. – Даже после смерти ухитряется причинять мне вред. После смерти? – повторила я и замедлила шаг.

Я вспомнила, что здесь есть загадочный ручей, вода в котором странная, что-то типа кислоты. Я точно знала, что окончательно уничтожить черную рысь можно, лишь растворив в кислоте ее душу-жемчужину. Я прошла через кучи костей, вспомнила, в какую сторону меня водил Андрон, и направилась туда. Скоро обнаружила источник и какое-то время смотрела на бегущую воду в мучительном раздумье. Имела ли я право уничтожать жемчужину Златы? Насколько я знала, подобный обряд проводили хранители. Но в то же время разве я могла рисковать и оставлять душу черной рыси в мире? Я не знала, на что они способны и как быстро могут восстановить тело. То, что Вой укусил Злату, впустив ей ядовитую кровь, помогло убить ее тело, которое не выдержало странной трансформации. Но ее душа была все еще жива. Я достала из кармашка джинсов жемчужину. Раненая ладонь тут же начала кровоточить. Жемчужина горела в моих пальцах, словно черная звезда. Я подняла ее над источником. Появился силуэт. Он вырос и завис передо мной. Это была Злата. Ее изображение смазывалось, но я различила черты ее лица. Оно выглядело беззащитным, слезы бежали из глаз, уголки губ опустились. Жалость охватила меня. Но я тут же вспомнила, какую угрозу несет нам это существо, и разжала пальцы. Жемчужина полетела в воду. Раздалось шипение. Я отскочила. Над источником появился силуэт разъяренной до предела черной рыси. Она рычала, извивалась, пыталась прыгнуть. Жемчужина крутилась в воде и уменьшалась, словно таяла. И вот рысь вытянулась, грозно рыкнула, потом застонала совсем по-человечьи и исчезла, как и жемчужина. От нее не осталось и следа.

В этот миг я ощутила невероятное облегчение. Казалось, что невыносимо тяжелый камень, который я постоянно носила в душе, исчез вместе с этой жемчужиной.

– Спи спокойно и прости, – пробормотала я и пошла прочь от источника.

Я увидела заплетенный вьюнком проход. Но процесс роста этого странного растения будто остановился, и я легко разорвала его пожухшие стебли. Зайдя в овраг, бросилась по нему и скоро вышла наверх. Уже светало. Я сразу определила, что именно здесь свалилась с велосипеда. Увидела поломанные при падении кусты и сползший пласт земли.

– Как же мне найти то место, где я вошла в зону? – растерялась я. – Андрона больше нет, и путь он мне уже не укажет. А несчастная Капелька наверняка все еще сидит на той ветке, куда я ее устроила, и ждет моего возвращения.

Отсюда путь в деревню мне был известен, я быстро нашла нужную мне тропу. Но вот Капелька! Я прошла немного вперед, но тайга выглядела обычно. Я хорошо помнила, что Андрон мне говорил по поводу близости входов в зоны, поэтому решила выбрать ориентир и описывать круги по часовой стрелке, таким образом прочесывая местность. Заметив две сросшиеся у основания старые березы, я решила двигаться именно от них.

И примерно через полчаса уловила слабые звуки. Кто-то плакал. Я ускорила шаг, и вот навстречу мне метнулся светящийся силуэт. Капелька упала на мои подставленные руки. Плакала она, видимо, долго, так как совсем выбилась из сил. Лежала у меня на ладонях и тяжело вздыхала.

– Все хорошо! – ласково проговорила я. – Сейчас пойдем в дом к моей бабушке. Но советую не высовываться и вообще никоим образом не заявлять о своем присутствии. Бабушка у меня старенькая, и такие потрясения ей не нужны!

– Да-да, – оживилась блестяшка, и ее свечение усилилось.

Она села на ладони, но тут же начала причитать при виде раны.

– Ой-ой! А я и не заметила! А я-то прямо на твоей болячке… А что это? Ужас! А где ты… – и Капелька взлетела над ладонью.

– Все хорошо! – строго произнесла я. – Скоро заживет! Зато вот! – не удержалась я и подняла футболку.

Жемчужина сияла у меня в пупке ровным малиновым светом.

– Ай! – восхитилась Капелька и даже захлопала в ладоши. – Это душа Влада?

– Да, она! – улыбнулась я. – И как только мы встретимся, он получит ее обратно! Думаю, это произойдет очень скоро!

– А черная? – уточнила она и округлила глаза. В них читался ужас.

– Ее больше нет и никогда не будет, – ответила я. – Но нам пора отправляться в путь!

– Погоди! – сказала она и упорхнула куда-то в кусты.

Я удивилась, но звать ее не стала. Капелька скоро появилась. Она несла лист подорожника, правда сильно пожелтевший, и еще какие-то травинки.

– Вот хорошо, что я это нашла! – торопливо говорила она. – Тебе это поможет. Не забывай, что мы прежде всего лесные жители и знаем силу всех трав. Правда, уже осень, но все равно их целебные свойства сохраняются.

Капелька намяла травинки, превратив их в месиво, и ловко наложила мне на ладонь.

– Сожми! – сказала она.

Я зажала траву в руке, и скоро боль ушла. Мне стало значительно легче.

– Спасибо! – с чувством поблагодарила я. – Нам пора в путь! Куртку я оставила в долине, так что цепляйся за свитер.

Она нырнула под него и затаилась. А я стремительно направилась в сторону деревни.

Появилась я у бабушки после обеда. По правде говоря, я настолько устала, что даже есть не могла. Мне хотелось одного – упасть в кровать. Бабушка находилась во дворе. И едва я зашла в калитку, начала выговаривать мне, что нельзя гулять столько времени.

– К тому же ты оставила велосипед, – добавила она. – Вот я и решила, что ты отправилась в тайгу ненадолго. Уже и позавтракала и пообедала, а тебя все нет! Нельзя так, внучка!

– Ну прости меня! – покаянным тоном произнесла я. – Загулялась, про время забыла. А сейчас хочу отдохнуть!

– А кушать? – изумилась она.

– Посплю с часок, потом поем, – вяло ответила я и направилась в дом.

– Ох уж эти тренировки, – продолжала ворчать мне вслед бабушка. – Дитя прямо не в себе! До добра такие занятия не доведут…

Зайдя в свою комнату, первым делом выпустила Капельку. Она вылетела и огляделась.

– Забирайся в герань, – сказала я, – и сиди там. И смотри, чтобы тебя никто не видел и не слышал!

Она молча кивнула и устремилась на подоконник. А я даже не смогла раздеться, рухнула на кровать и мгновенно провалилась в глубокий сон.

Разбудила меня бабушка. Я очнулась, словно от толчка, и резко открыла глаза. Она сидела у меня в ногах и внимательно смотрела мне в лицо.

– Ты чего? – испугалась я и села.

– Кричала ты во сне, – сообщила бабушка и вздохнула. – Вот я и зашла. Что я думать-то должна, внучка? Кошмары, что ли, привиделись? Да и время для сна самое неподходящее. Уже почти семь вечера. Что-то твой режим совсем сбился!

И она снова вздохнула. Я потянулась и проснулась окончательно.

– Просто много тренировалась, – сказала я. – Слегка переутомилась.

– Вижу, – хмуро ответила она. – Ужинать-то будешь?

– Да-да, – оживилась я, почувствовав сильный голод. – Ставь на стол все что есть!

– Хорошо! – обрадовалась она.

Когда за бабушкой закрылась дверь, я разжала руку и осмотрела ладонь. Рана начала гноиться, боль была сильной и жгучей и распространялась до плеча.

– Ой-ей-ей! – раздался тихий голосок.

И из кустика герани выпорхнула Капелька. Она подплыла ко мне и зависла над раной, зацепившись за большой палец.

– Ой-ей… – вновь завела она свою песню.

– Хватит причитать! – оборвала я.

– Так ведь больно тебе, Лиль! – ответила она. – И рана очень нехорошая! Травяная примочка не помогла. Нужно другое лекарство!

– Сейчас что-нибудь у бабушки в аптечке возьму, – сказала я. – Все заживет! А ты марш в герань! И сиди тихо!

– Ладно, – поникла она. – Исчезаю.

Светящийся силуэт метнулся к подоконнику и скрылся в кустике. Я встала и первым делом осмотрела пупок. Как ни странно, но рана от пирсинга затянулась и выглядела так, будто я сделала его уже давно.

– Жемчужина! – дошло до меня.

Я вспомнила, как Венцеслав говорил, что все жемчужины славов обладают частью магической силы великой реликвии. И даже могут лечить. Я поднесла ладонь к жемчужине и замерла. И боль начала уходить. Мне становилось все легче, я уже могла шевелить пальцами и не ощущать резкого покалывания. Минут через десять моя ладонь выглядела практически здоровой. Нагноение прекратилось, рана почти затянулась. Капелька не выдержала и вылетела из герани. На ее личике было написано любопытство. Она крутилась возле моей руки. Я раскрыла ладонь и показала ей.

– Чудо! – восхитилась она. – Душа твоего друга вылечила тебя!

Я снова поднесла ладонь к жемчужине.

– Такой силой, видимо, обладают все души славов, – прошептала я.

Мне становилось все лучше, энергия начала разливаться по телу, настроение поднималось, улыбка не сходила с лица.

– Ты даже стала красивее! – сказала Капелька.

– Правда? – обрадовалась я, так как в этот момент думала только о Владе и о том, что мы скоро встретимся и я верну ему душу.

Конечно, мне хотелось выглядеть как можно более привлекательно.

После ужина бабушка уселась возле телевизора, а я вернулась в свою комнату. Как только я открыла дверь, светящийся силуэт метнулся к подоконнику.

– Не бойся! – прошептала я.

Капелька подлетела ко мне. Ее личико было необычайно грустным. Я плотно закрыла дверь и села на кровать. Она устроилась на моем колене.

– Какие планы? – тихо спросила она, и сверкающие слезы градом побежали по ее щекам.

– Ты чего так расстроилась? – спросила я.

– Искра выходила на связь, – ответила блестяшка. – Прости, но я сообщила ей о смерти господина Воя. Мы поплакали… Бедный наш господин…

И она разрыдалась.

– Мне тоже жаль Воя, – тихо проговорила я. – Но ведь за ним пришел дух вашего великого Лая, значит, с твоим господином все в порядке.

– Да-да, – закивала она и начала улыбаться сквозь слезы. – Правда!

И вдруг новый приступ рыданий начал сотрясать ее тело.

– Капелька! – ласково позвала я.

Но она словно не слышала. Уткнув лицо в ладони и скорчившись, плакала и плакала. Я немного выждала, затем вновь позвала ее. Капелька подняла мокрое лицо, а так как слезы блестяшек напоминают крохотные искрящиеся бриллианты, то она выглядела словно усыпанная драгоценностями куколка. И это было даже красиво.

– У каждого свой путь, – начала я, – и Вой…

– Да-да, – вздохнула она. – Но я сейчас оплакиваю свою несчастную судьбу. Господин Вой погиб, я очутилась в какой-то неизвестной мне тайге… Что ждет бедную, бедную Капельку? И за что мне все эти напасти? А ведь я только что возродилась! И что же, снова гибель?

– С чего ты это взяла? – спросила я и ласково ей улыбнулась.

Капелька перестала всхлипывать и с надеждой на меня посмотрела.

– У тебя есть какой-то план? – спросила она.

– Вообще-то он был! – ответила я. – И если бы ты опрометчиво не увязалась за мной, то Дино отвез бы тебя в Ирландию. И все было бы в порядке! Ведь с ним уже договорились, и он согласился оказать такую любезность. Кто тебя просил покидать дом Грега?

– Да-да, – вздохнула она. – Ты права! Я одна во всем виновата!

Искрящиеся слезинки появились в уголках ее глаз.

– Хватит! – строго проговорила я. – Я сейчас позвоню Грегу и все выясню. Для вампира без проблем примчаться, куда угодно.

– Да?! – оживилась Капелька и заулыбалась.

– Так что отправляйся в герань и жди.

Блестяшка взлетела с моего колена и метнулась к подоконнику. А я взяла телефон. Вначале поговорила с мамой, сообщила, что все хорошо, что я уже отдохнула и скоро вернусь домой. Затем позвонила Жене. От него было несколько СМС, из которых я поняла, насколько сильно он волнуется за меня.

– Да, Лиля! Я тебя слушаю! – услышала я его голос и заулыбалась.

На душе стало приятно. К тому же Женя был в курсе моей истории, и с ним можно было не притворяться.

– Привет! – ответила я. – Как ты?

– Да я-то в порядке! – торопливо произнес он. – Что со мной сделается? А вот ты?! От волнения и беспокойства за тебя я просто места себе не находил!

– Все хорошо! Кажется, проблемы почти решились. Жемчужина Влада у меня!

– Уф! – выдохнул он. – Я тут даже спать не мог, все думал, как ты там! Чуть сам не поехал в твою деревню! А что Злата? Неужели так легко отдала ее тебе?

Я нахмурилась, сообщать о моей роли в ее смерти не хотелось. Я даже решила, что вообще никому не скажу, что уничтожила черную жемчужину ее души. Но понимала, что не так-то просто будет все объяснить тем же братьям. Если сказать, что тело Златы так и осталось в тайге, то они непременно бросятся его искать, чтобы вынуть жемчужину и отнести ее хранителю.

– Ау! – услышала я в трубке и собралась с духом.

– Злата умерла, – тихо произнесла я. – Они сцепились с летуном, он укусил ее, она начала превращаться в не пойми кого, а потом скончалась.

Я замолчала. Перед глазами так и стояло окоченевшее тело Златы, лежащее на земле, и ее мертвые расширенные глаза, в которых застыли две половинки луны.

– Ужас какой! – прошептал Женя. – И как ты все это вынесла?

– Уже прихожу в себя, – ответила я. – Собираюсь на днях вернуться в Благовещенск.

– Слава богу! – с чувством проговорил Женя. – Я тут с ума схожу!

– Не нужно так волноваться, – мягко произнесла я. – Ты же понимаешь, что я теперь живу как бы в двух мирах – людей и оборотней. Так что все, что происходит в моей жизни, вполне закономерно.

– И опасно для твоей жизни! – хмуро добавил он.

– Все будет хорошо! – улыбнулась я. – Ладно, мне нужно сделать еще пару звонков, ты уж прости!

– Спасибо, что вообще позвонила. Жду тебя дома!

Как только я закончила с ним разговор, сразу позвонила Стасу. Он ответил мгновенно:

– Лиля! Слушаю!

– Привет, как там Влад? – быстро спросила я, чувствуя, как накатывает волнение.

– Отлично! – радостно проговорил он. – Ему стало намного лучше. Вот только что он будто умирал и вдруг пришел в себя, открыл глаза и заулыбался нам. Это произошло несколько часов назад.

– А вы где сейчас? – уточнила я.

– Гоним на джипе в сторону дома, – сообщил Стас. – Мы в районе Уральских гор. Влад спит на заднем сиденье. Как минуем Урал, а затем Казахстан, то заеду поглубже в тайгу. И уж оттуда помчимся в селение. Если не востановит силы, я понесу его на спине. Но судя по всему, он быстро придет в себя. Его жемчужина у тебя? – волнуясь, спросил он.

– Да, – подтвердила я. – Так что сразу передам ее Владу.

– Слава создателю! – громко проговорил Стас.

– Спасибо, Лиля! – услышала я голос Роса.

– Я сейчас в деревне у бабушки, – сказала я. – Когда вы появитесь в селении?

– Думаю, завтра к вечеру точно будем, – ответил Стас. – Может и раньше!

– Сразу звони!

– Еще бы! – ответил он.

Поговорив, я закрыла телефон и села на кровать. То, что Владу стало явно лучше, вызывало восторг в душе. Хотелось прыгать, петь, кричать, но я держала себя в руках.

– Ну когда же господину Грегу позвонишь? – раздался звенящий голосок, и светящийся силуэт вылетел из герани и зацепился за тюлевую занавеску. – Со всеми переговорила, а вот про меня забыла!

– Капелька! – укоризненно заметила я. – Как же ты нетерпелива!

– Я боюсь! – заныла она. – Очень боюсь! Ты собираешься заниматься своими делами, а я тут буду сидеть? Одна? В этом страшном доме?

– Ничего тут нет страшного! – засмеялась я. – Если будешь вести себя хорошо, что ничего с тобою не случится. И пойми, таскать тебя с собой по тайге я не намерена!

– Вот-вот! – плаксивым голоском сказала она. – А я про что? Лиля ушла по своим делам, а я тут одна-одинешенька!

Я улыбнулась и взяла телефон. Капелька замолчала и повисла на занавеске.

– Грег, привет! – произнесла я, когда он поднял трубку.

– Лиля! Как ты? Мы места себе не находим! Да еще и наша подружка блестяшка пропала!

– Капелька у меня, – улыбнулась я. – И как раз сейчас достает меня своим нытьем.

– Ясно! – более спокойным тоном ответил он. – Что Злата?

Мне вдруг показалось, что Грег и без моего рассказа все уже знает. И это ощущение было не совсем приятным. Я вкратце поведала ему о последних событиях.

– И где ее жемчужина? – уточнил он, когда я закончила. – Неужели ты оставила ее на теле? Тогда жди возвращения черной рыси!

Я молчала. Мне по-прежнему не хотелось никому рассказывать об этом, даже Грегу.

– Понял, – после паузы произнес он.

– Вот и хорошо, – тихо ответила я.

– Ты молодец! – сказал Грег. – Но я понимаю, что блестяшка тебя утомляет. Передай ей, что Дино как раз в Москве. О нашей просьбе он не забыл, так что со дня на день заберет Капельку и унесет ее на родину. Правда, он в недоумении, почему она удрала от нас.

– Тебя боится, – усмехнулась я. – Прямо до ужаса!

– Не надо было это говорить! – запищала Капелька. – Что господин Грег обо мне подумает?

– В общем, будем ждать, – сказала я, не обращая на нее внимания.

Когда я закрыла телефон, Капелька отцепилась от занавески и подлетела ко мне.

Я подставила уже окончательно зажившую ладонь. Она уселась на нее с довольным видом. Ее личико сияло.

– Вот видишь, как к тебе все хорошо относятся! – с улыбкой проговорила я. – Сам господин вампир Дино готов доставить тебя на родину! Да ты сразу превратишься в местную легенду! Смотри, не зазнайся! А то и здороваться с нами, простыми смертными, перестанешь!

Капелька округлила глаза и выпрямила спину. Я прыснула, такой важный вид она приняла.

– Искра и Лучик ждут меня не дождутся, – сказала она. – И когда господин вампир прибудет за мной?

– А вот этого я не знаю! – улыбнулась я.

Но Капелька отправилась на родину намного раньше, чем мы могли ожидать.

Примерно через час после этого разговора я вышла на улицу. Стемнело уже давно. К тому же было пасмурно. Раньше я боялась вот таких темных осенних ночей в деревне и после заката старалась не покидать двор. Но сейчас меня отчего-то, наоборот, тянуло в лес. Бабушка отправилась спать, а я посидела какое-то время у телевизора, но совершенно не могла сосредоточиться на том, что смотрела. Тогда я выключила телевизор и вышла во двор. Глубоко вдохнув свежий холодный воздух, постояла какое-то время, глядя в темное небо. Тучи закрывали луну, но иногда ее светящийся силуэт показывался между ними, и меня странно тянуло к лунным лучам. Полюбовавшись на перемены тонов неба, я вышла со двора и медленно двинулась по тропинке, ведущей в тайгу. Мне было приятно одиночество, никакого страха я не испытывала. Наоборот, с любопытством вслушивалась в звуки ночного леса. Отошла я от дома недалеко, как вдруг все вокруг странно изменилось. Я поняла, что в тайге воцарилась тишина, казалось, что даже сухая трава не шелестит, не говоря о ночных птицах и зверях. Я замерла, на меня навалилась тяжесть, словно небо начало опускаться. Энергия смерти заполонила все вокруг и буквально удушала.

«Вампиры!» – подумала я и изумилась, отчего так реагирую на их предполагаемое присутствие.

– Потому что ты не совсем человек! – услышала я голос Дино и вскрикнула.

Две темные фигуры возникли на тропе прямо передо мной.

– Черт тебя подери! – с чувством проговорила я.

– Уместное пожелание! – ответила Рената, которая стояла рядом с Дино.

Они переглянулись и расхохотались. Я отлично видела в темноте, выражения их лиц были вполне дружелюбны.

– Привет! – сказала я, начиная приходить в себя. – Быстро вы явились!

– А чего тянуть? – засмеялся Дино. – Отвезу эту несчастную на родину. Она тебя наверняка уже извела своим нытьем.

– Прогуляемся до Ирландии! – весело произнесла Рената. – Одно время я любила проводить летние месяцы в Норвегии. Я тогда еще умела рисовать, – тихо добавила она.

– Можно и туда – ласково сказал Дино и взял ее за руку.

Я смотрела на их мертвенно-бледные лица, и они казались неприятными, хотя я помнила, как меня раньше восхищала их совершенная красота. Вспомнила, когда я видела в последний раз Ренату, она была с начисто выбритой головой. А сейчас роскошные длинные кудри падали ей на плечи, но даже это отчего-то не красило ее. Так мне казалось. Но я постаралась выбросить эти мысли из головы, помня, что Дино отлично их читает.

– Оборотни видят вампиров совершенно в другом свете, – вдруг сказал он и пристально на меня посмотрел. – Мы кажемся вам неприятными и даже отвратительными, если уж быть более точным, в то время, как люди воспринимают нас как притягательных красавцев. Все дело во внутреннем видении.

– Оборотни, – прошептала я и снова старательно отогнала ненужные мысли.

– Девочка нервничает, – усмехнулась Рената. – Но ведь мы все сознательно делаем тот или иной выбор!

– Да?! – отчего-то разозлилась я. – Меня вот никто не спрашивал! Вначале Вой напал и укусил, затем меня в бессознательном состоянии унесли в хранилище и вложили в рот Багровую Жемчужину, и именно она заменила мне отравленную кровь на другую…

– Ты все сама отлично понимаешь, – мягко проговорил Дино. – Твоя кровь обладает совсем иными свойствами, чем человеческая. Давно пора было догадаться.

– Я догадывалась…

– К тому же ты любишь оборотня, так что все к лучшему! – заметила Рената. – А во вселенной только сила любви имеет значение! Мы все живем ради нее!

И она повернула голову к Дино. Тот смутился. Я понимала, что между ними что-то происходит, но мне сейчас было не до отношений двух вампиров. Меня интересовала собственная судьба.

– Да-да! – сказал Дино, посмотрев на меня. – Это правильно! Ты должна позаботиться прежде всего о себе! Извини, но мы с Грегом обсуждали создавшееся положение, он очень хорошо относится и к тебе и к Владу, беспокоится за вас, только поэтому мы говорили о вашей ситуации.

– Не вижу поводов для беспокойства! – встряла Рената. – Лиля любит Влада, и он ее тоже, они одной породы, так что ничего не может помешать их счастью. Так ведь? – обратилась она ко мне.

– Я пока не думала об этом, – честно ответила я. – Мне просто было не до этого! Последние дни прошли по сумасшедшему!

– Пришла пора подумать, – ласково проговорил Дино. – Где блестяшка? Время отнести ее на место.

– Она в доме, – сообщила я. – Ждите за калиткой, сейчас я ее вынесу.

– А в дом не пригласишь? – вкрадчиво поинтересовалась Рената.

– Еще чего! – сухо ответила я, и она звонко расхохоталась.

– Да я пошутила! – сказала она.

Капелька ждала меня у двери в комнату. Ее светящийся силуэт дрожал в воздухе, глаза были расширены.

– За тобой уже пришли! – сообщила я.

– Знаю, – обмирающим голосом ответила она. – Я их чувствую. И господин вампир не один.

– Ну да, – невозмутимо проговорила я. – С ним его подруга Рената. Она почти что сестра Грега, так что можешь не бояться. Все свои!

– Боюсь! – пискнула она.

– Капелька! – строго произнесла я. – Ты что же, собираешься устроить мне истерику?! Не хочешь оказаться на родине в объятиях своих друзей Искры и Лучика?

– Хочу! Очень хочу! – страстно ответила она.

– Тогда терпи! И цепляйся за меня!

Она юркнула к моей груди и повисла на шарфе.

Вампиры стояли за калиткой близко друг к другу и о чем-то тихо переговаривались. Мой слух мгновенно обострился.

– Ты такая милая, – шептал Дино. – Я всегда восхищался тобой и испытывал странную нежность.

– Но полюбил эту девчонку Дашу, – грустно ответила Рената.

– Но ведь я… ты же знаешь… – смущенно начал он.

– А вот и наша пассажирка! – громко произнесла Рената и повернулась к нам.

– Ай! – пискнула Капелька и полезла в карман моей куртки.

– Пора ехать! – строго проговорил Дино.

Светящаяся голова Капельки высунулась из кармана. Дино протянул ладонь. Она выпорхнула и перелетела на нее. Выпрямившись во весь рост, повернулась ко мне.

– Прощай, милая Лиля! – печально произнесла она. – Никогда мы не забудем твоей доброты! Ты…

– Ну, это надолго! – засмеялся Дино. – Все, благодарственная речь закончена!

И они исчезли. Я постояла еще какое-то время у калитки, чувствуя странную грусть, затем вернулась в дом.

Спала я крепко. Разбудило меня гудение мобильного. Я взяла его со столика, звонил Стас.

– Да! – торопливо ответила я.

– Мы в селении, – сообщил он. – Привет!

– Привет! Сейчас же выезжаю!

– Погоди! – перебил меня Стас. – На велосипеде ты будешь долго добираться. Я прибегу на поляну за болотом.

– А Влад?

– Он пока очень слаб, – ответил Стас. – Ты вернешь жемчужину мне.

– Но… – в растерянности начала я и села на кровати. – Мне хотелось бы самой!

– Разберемся! – сказал он. – Через сколько ты туда приедешь?

– Буду там через час!

И он положил трубку. Я чуть не расплакалась. Получалось, что Стасу нужна была только жемчужина Влада, а я служила своего рода средством на пути к ней. Я подняла кофточку пижамы и потрогала пирсинг в пупке. И жемчужина вдруг будто ответила мне. Она явно стала ярче, словно внутри ее зажегся малиновый огонек. Я ощутила, как какая-то странная сила поднимается во мне, мышцы наливаются, кожа начинает слегка чесаться. Это было щекотно, но приятно.

«Я превращаюсь в рысь, – сказала я сама себе. – Пора посмотреть правде в глаза! На это не раз намекал Грег, а в его сверхспособностях я уверена, и он видит то, что обычным людям недоступно. О том, что я «не совсем человек», говорил Андрон, удивляясь, что мне открыт путь в тайные долины славов. Хранитель Венцеслав провел какой-то тест при помощи Багровой Жемчужины, и она показала силуэт рыси. Значит, и он предполагал, что я уже не совсем обычная девушка. А скорее всего, он точно это знает. И только что вампиры сказали мне об этом прямо в глаза. Я превращаюсь в рысь! Что же дальше?»

Страх заполз в душу, но жемчужина в моем пупке выбросила сноп лучей, и на их колышущейся поверхности я увидела изображения двух людей. Это были Влад и я. Мы держались за руки и улыбались. Наши лица лучились счастьем.

– Но если я рысь, то уже никогда не расстанусь с Владом! – пробормотала я.

И лучи погасли, словно сказали мне все, что хотели. Я погладила жемчужину.

– Милый Влад! – прошептала я. – Я так сильно люблю тебя! Я не могу без тебя жить! И если мне суждено стать славом, то это мой путь! Не я его выбрала, но раз так произошло, то так тому и быть!

Я встала и начала одеваться. Быстро позавтракав, сказала бабушке, что прокачусь ненадолго в тайгу. Она лишь кивнула, заметив, что мое «ненадолго» обычно длится до позднего вечера. Но я уже не слушала.

Добралась я быстро. Нетерпение гнало меня вперед, болото я миновала, как мне показалось, мгновенно. К тому же земля за ночь подмерзла, и ехать было легко. Стаса я увидела сразу. Он сидел на изогнутом стволе осины и напряженно всматривался в тропу. Наверняка он учуял мое приближение уже давно. На его лице легко читалась смесь волнения, радости, смущения и настороженности. Обычно Стас был невозмутим и не любил показывать эмоции, но сейчас с трудом держал себя в руках. Как только я подъехала, он вскочил и взялся за руль велосипеда. Я слезла и перевела дух, так как крутила педали на предельной скорости.

– Где жемчужина? – нервно спросил он.

Я заметила, что от волнения у него сильно побледнело лицо и даже губы дрожали.

«Неужели Стас опасается, что я, как и Злата, захочу воспользоваться властью над Владом, раз уж в моих руках оказалась его душа? – подумала я. – Если это так, он совершенно мне не доверяет!»

Я молча подняла свитер и сняла пирсинг. Как только я коснулась жемчужины, она засияла так ярко, что залила все вокруг розовым светом. Казалось, что загорелась розовая утренняя заря. Стас изумленно посмотрел на меня. Его глаза сильно расширились, рот приоткрылся. Я протянула на ладони жемчужину, сказав: «Бери!» Но он попятился, не сводя с меня глаз.

– Стас! – засмеялась я. – Ты чего так на меня уставился? Я же не привидение! Возьми жемчужину! Пора вернуть ее законному владельцу!

– Э-э-э, – невнятно пробормотал он, – ты… я сейчас видел… ты…

– Что ты видел? – начала я раздражаться.

– Лиля! Тебе лучше поехать со мной! Вернее, на мне! – сказал он, явно приходя в себя.

– Я и сама хотела увидеть Влада, – ответила я. – Ты даже не представляешь, насколько я соскучилась по нему, как переволновалась! Но ведь ты сам решил, что просто заберешь жемчужину и уедешь, а мне в селении делать нечего! – с легкой обидой добавила я.

– Да, я так решил! – задумчиво проговорил Стас. – Ты поняла правильно. После истории со Златой мы с Росом подумали, что лучше подстраховаться. А то кто вас, девушек, знает! Может, и ты, как Злата, захочешь воспользоваться шансом и держать душу Влада в своих руках!

– И Рос так думает? – уточнила я.

– Ну он вообще-то… – смущенно ответил Стас, – он… возражал. Говорил, что ты не такая и искренне любишь нашего брата.

– Вот и хорошо! – сухо ответила я. – К тому же я всегда знала, что против наших с Владом отношений только ты. Именно ты не верил, что у нас настоящая любовь.

– Насчет Влада я никогда не сомневался! – сказал он. – А вот ты! Ты же обычная девушка… Вернее, была ею, – добавил он и остро глянул мне в глаза. – Лиля! То, что я сейчас увидел, повергло меня в шок. И как я раньше не догадался?

– А что ты увидел? – полюбопытствовала я.

Меня забавляли и его испуг, и недоумение, словно он сам себе не верил, и в то же время явная радость, засиявшая на дне его глаз.

– Я… я сейчас ясно видел в лучах жемчужины тебя… твое изображение… Но ты была рысью. Ты стала славом? – прямо спросил он. – Но как это возможно? Ведь славом можно быть только от рождения!

– Сама не знаю, – ответила я. – Я пока ничего не знаю. После лечения при помощи Багровой Жемчужины еще в первый раз у меня невероятно обострились обоняние и слух. Когда она помогла мне во второй раз после нападения Златы, то я стала видеть в темноте. А сегодня ночью я лечила раненую ладонь жемчужиной Влада. Возможно…

– Да, все именно так! – перебил меня Стас. – Багровая Жемчужина заменила твою отравленную кровь… Но только Венцеслав может во всем этом разобраться. А ты… ты уже обретала свою вторую сущность? Я имею в виду рысью?

– Только во сне, – призналась я. – И мне было приятно! А знаешь, Венцеслав уже проводил какой-то тест.

И я рассказала о том случае в хранилище. Стас слушал восторженно. Я видела, как стремительно меняется его отношение ко мне. Сейчас он смотрел на меня чуть ли не с обожанием.

– Оставь велосипед и забирайся ко мне на спину, – предложил он, когда я закончила свой рассказ.

Мы примчались в селение невероятно быстро. Казалось, что Стас не бежит, а летит, едва касаясь лапами земли. Он высадил меня на краю улицы, а не в тайге, как обычно. И мы быстро направились в их дом. На крыльце сидел Влад. Я сразу увидела его и побежала к нему. Он вскочил и обнял меня. Выглядел он значительно лучше. Я протянула ему жемчужину. Никогда не забуду, как засияли его глаза, когда он взял ее. Восторженная радость осветила его бледное осунувшееся лицо и вернула ему краски.

– Я сейчас! – сказал он и ушел в дом.

– Слава создателю! – услышала я и обернулась.

Рос и Стас стояли обнявшись. Их глаза были влажными. Мне и самой хотелось плакать от счастья.

– Что же мы на пороге? – сказал Рос. – Пошли в дом? Нужно принять Лилю как самую дорогую гостью!

– Думаю, вначале нам необходимо отправиться к Венцеславу, – ответил Стас.

В этот момент Влад выбежал на крыльцо. Он смеялся, румянец горел на его щеках. Вдруг он показал нам язык. В его кончике горела малиновым светом жемчужина. Она словно тоже радовалась возвращению к хозяину.

– Как же я счастлив! Я счастлив! – повторял Влад.

Он спрыгнул с крыльца и начала кружить по двору, подняв лицо к небу и раскинув руки. Мы смеялись, наблюдая за ним.

– Что за веселье? – раздался голос, и от калитки к нам направилась Велеслава.

Но как раз ей объяснения не требовались. Она сразу все поняла и обняла меня. Затем расцеловалась с братьями.

– Что же вы дорогую гостьюшку во дворе держите? – пожурила она братьев.

– Вот и я о том! – поддержал ее Рос.

– Хотели вначале к хранителю наведаться, – ответил Стас, мгновенно став серьезным.

– Пусть Лиля идет одна, – предложила Велеслава. – Не думаю, что вы там должны присутствовать. Это касается только ее.

– И ты знаешь? – спросил Стас.

– Давно подозревала, – ответила она. – Но ведь все – к лучшему?

Влад уже пришел в себя. Он перестал прыгать и кружиться и подлетел ко мне. Я видела прежнего сильного красивого слава, полного бьющей через край энергии. И слезы снова навернулись на глаза. Он обнял меня. Велеслава задумчиво на нас посмотрела.

– Вот что, – сказала она, – пусть к хранителю отправляются Влад и Лиля, а мы пока накроем на стол.

– Точно! – поддержал ее Рос.

– Пожалуй, ты права, – согласился Стас.

– Я готов отнести Лилю на руках! – возбужденно проговорил Влад.

И все снова рассмеялись.

– Но-но! – сказала я. – Дойду и так!

– Надеюсь, вы не застрянете в тайге! – погрозил нам пальцем Стас.

И жар прилил к моим щекам. Отвечать я не стала, взяла за руку Влада и пошла со двора. Но едва мы оказались в тайге, как схватили друг друга в объятия. Влад целовал меня жадно и не отрываясь. Я не менее страстно отвечала ему. Голова кружилась, энергия Влада окутывала меня, его желание находило мгновенный отклик в моем теле. Мы упали на землю и забыли обо всем на свете.

Когда пришли в себя, то еще какое-то время лежали в объятиях друг друга. Влад не сводил с меня глаз, я гладила его растрепавшиеся длинные волосы, выбирала из них сухие хвоинки и мелкие веточки.

– Люблю тебя! – прошептал он.

Я улыбнулась и чмокнула его в нос.

– Ты даже не представляешь, каково мне было! – после паузы продолжил он. – Внутри ощущение мертвечины, будто я медленно разлагаюсь. Мне даже казалось, что я насквозь пропитался тухлым запахом распада, мое тело совсем не слушалось меня, мозг не мог думать, будто его набили ватой…

– Все прошло! – мягко произнесла я и погладила его щеку. – Теперь все будет хорошо!

– Да, главное – забыть! – тихо проговорил Влад.

Он сел, обняв колени руками. Его лицо застыло, глаза смотрели в землю.

– Злата отнесла твою душу в Долину Мертвых Жемчужин, – сообщила я.

Влад вздрогнул и повернулся ко мне. Его зрачки сильно расширились.

– Да, – кивнул он, – я помню… Я там был… и все видел… Я все знаю, Лиля! Все, что ты сделала для меня.

– Ты наблюдал? – не поняла я.

– Сам не знаю, как все это происходило, – задумчиво проговорил он. – Словно мое тело умирало где-то вдали, а мое сознание путешествовало за жемчужиной и наблюдало за происходящим… Примерно так… Ну ты должна понять!

– Да, – кивнула я. – Значит, ты видел все?

– Я знаю, что ты уничтожила черную жемчужину Златы, – тихо ответил он. – Но если ты не хочешь рассказывать об этом, то клянусь, что никто ничего от меня не услышит!

– На самом деле я в растерянности, – призналась я. – Вы все так трепетно относитесь друг к другу, так любите и почитаете соплеменников, так защищаете их… Ты ведь тоже не хотел верить, что Злата строит всевозможные козни, и постоянно защищал ее, говоря, что она тебе почти что сестра!

– Черная не может быть мне сестрой! – сухо произнес Влад. – Их место в аду! И странно, что она вообще появилась на свет! У нас есть специальный курс истории развития рода славов. И там говорится о черных рысях. Однако указано, что они все уничтожены еще в девятнадцатом веке.

– Но, как видишь, не все! – хмуро заметила я.

– С твоей помощью это исправлено, – прошептал он. – Ты сильная, Лиля! Ты особенная!

– Чего уж там, – смутилась я. – Просто речь шла о выживании. Или она меня, или я ее! По-другому не получалось! У меня к тебе просьба…

– Говори! Я сделаю для тебя все!

– Пожалуйста, сам объясни своим братьям и Велеславе все, что связано со смертью Златы. И пусть они не обсуждают со мной эту тему. Мне тяжело вспоминать это. Ты можешь сказать им все, что считаешь нужным.

– Хорошо! – кивнул он.

Этот разговор начал меня угнетать. Я встала. Влад вскочил на ноги и виновато посмотрел на меня.

– Пошли к хранителю! – сказала я.

– Пошли! – согласился он, но схватил меня в объятия. – Ты меня больше не любишь?

От неожиданности я засмеялась и взяла в ладони его лицо, заглядывая глубоко в сияющие прежним солнечным светом глаза.

– Глупый! – прошептала я. – Ну как тебе такое могло прийти в голову? Я люблю тебя! Люблю так, что умру, если мы расстанемся!

– Не расстанемся! – улыбнулся он и припал к моим губам.

Мы начали целоваться и забыли о времени. Я первой пришла в себя и отстранилась от Влада.

– Пошли! – сказала я.

– Отнесу тебя! – быстро проговорил он.

И не успела я возразить, Влад подхватил меня на руки, крепко прижал к себе и помчался через тайгу.

Опустил он меня на землю только возле входа в пирамиду. Венцеслав уже открывал дверь. Его лицо было серьезным. Мы поздоровались. Он пропустил нас внутрь и сразу пошел к открытому люку. Он начал спускаться вниз, мы молча последовали за ним. Сильное волнение охватило меня, хотя причин для него не было. Венцеслав завел нас в основное помещение. Как только я вошла в дверь, Багровая Жемчужина засияла так ярко, что затопила весь подвал светом. Радужные лучи переливались, мне даже показалось, что они тихо поют о чем-то радостном. И моя душа откликнулась. Волнение мгновенно ушло, дыхание выровнялось, счастье заполнило меня, улыбка появилась сама собой. Я поклонилась Жемчужине и поздоровалась. Влад сделал то же самое.

– Раз ты пришла, Лиля, – торжественно начал хранитель, – то ты отдаешь себе отчет в том, что с тобой произошло.

– Я могу оставить вас наедине, – тихо произнес Влад.

– Твое право, – кивнул Венцеслав. – Но ты можешь остаться.

Влад глянул на меня с немым вопросом, но я лишь взяла его за руку и крепко сжала пальцы.

– Я общался с Жемчужиной, – продолжил Венцеслав, – и сейчас точно знаю, что Лиля почти превратилась в рысь.

Он со значением посмотрел на меня. Но я осталась невозмутимой. Его слова уже не были для меня новостью. Я давно догадывалась, что со мной происходит.

– Это произошло помимо твоей воли, – после паузы мягко произнес он. – Так сложились обстоятельства. Жемчужина не знает генетической формулы крови, принадлежащей другим существам. Она владеет только формулой славов. Она сообщила мне, что варианта развития событий было всего два: или дать тебе умереть, или поменять кровь. Но Багровая Жемчужина всегда выбирает жизнь. Это заложено в ней. Однако впервые у нее был такой опыт.

В этот момент сноп лучей вылетел из Жемчужины, они расположились веером, и на них появились картинки. Мы замерли, пытаясь понять, что Жемчужина хочет нам сказать. Вначале появилась я, лежащая на земле. Мое тело корчилось, словно я испытывала невыносимые физические муки. И вот уже самка летуна лежит на земле. Она выпрямляется, садится и оглядывается с испуганным видом. Затем поднимается, расправляет крылья и тяжело взлетает между деревьями.

– Ужас! – прошептала я.

И ощутила, как пальцы Влада сжимают мои.

– Да-да, – торопливо проговорил Венцеслав, – я забыл еще одни вариант. И Жемчужина вам его только что показала.

Лучи потухли. Венцеслав повернулся к нам.

– Значит, я уже рысь? – уточнила я.

– Так как подобный случай произошел в нашей практике впервые, – продолжил Венцеслав, – то и результаты мы предсказать не могли. Видимо, в первый раз твоя кровь была еще не совсем рысья. Но так случилось, что Жемчужине пришлось вмешаться еще раз. И она дополнила то, что не успела сделать в ту первую вашу встречу. Думаю, ты ощутила, что в тебе что-то изменилось!

– Я стала видеть в темноте, перестала бояться ночного леса, начала доверять внутреннему голосу, вернее сказать, чутью, намного больше, чем голосу разума, – ответила я. – И вообще я сильно изменилась. Мой характер стал намного решительнее. И мне стали приходить сны, в которых я видела себя рысью.

– Все закономерно, – кивнул Венцеслав.

– А тут еще я поранила руку… – начала я и осеклась.

Венцеслав все еще ничего не знал о похищении души Влада. Братья держали это в тайне.

– Поранила руку, – повторил хранитель и внимательно на меня посмотрел.

Я искоса глянула на лежащую на кварцевой лапе-подставке реликвию. Но она была в полном покое.

– Лиля порезала ладонь, – пришел мне на помощь Влад, – случайно. И я поводил своей жемчужиной по ране. Она тут же затянулась.

– Да, – закивал хранитель. – Все наши души имеют лечебные свойства, так как носят в себе крохотную частицу энергии Багровой Жемчужины. Думаю, и это повлияло на процессы, происходящие в твоем организме.

– И что же дальше? – спросила я, чувствуя, что вновь начинаю волноваться. – А вдруг я посреди улицы превращусь в рысь?

– Как я уже сказал, это первый случай в нашей истории, – задумчиво проговорил Венцеслав. – Я пообщался с Жемчужиной. И сейчас тебе предстоит сделать выбор.

– Выбор? – растерянно повторила я.

– Если мы проведем обряд, ты окончательно превратишься в рысь, – сказал он.

– Я был бы счастлив! – выдохнул Влад.

– А второй вариант? – уточнила я.

– Если обряд не провести, то неизвестно, сколько времени ты пробудешь в промежуточном состоянии, – пояснил Венцеслав. – К тому же непонятно, какие процессы будут происходить в твоем организме и как это будет выглядеть. И не думаю, что тебе понравится, если твое лицо вдруг начнет покрываться шерстью в людном месте.

Я вздрогнула. Такая перспектива могла напугать кого угодно.

– Я не тороплю тебя, – мягко продолжил Венцеслав. – Полнолуние – а ты сама понимаешь, что это идеальное время для проведения обряда, – через несколько дней. Возвращайся, если решишь.

Когда мы выбрались из хранилища и медленно двинулись в сторону селения, я молчала. Влад не прерывал моих размышлений и шел рядом, держа меня за руку. Мы огибали озеро, но на полпути силы оставили меня. Я опустилась на землю и расплакалась. Влад примостился рядом и обнял меня за плечи. Уткнув лицо ему в плечо, я рыдала, поддавшись слабости. Он нежно гладил мои волосы, шептал ласковые слова. Успокоившись, я легла на спину и положила голову ему на колени. Я смотрела в высокое небо, в душе крепло решение. Давно я подозревала, что со мной что-то не так, но упорно отгоняла мысли об этом. И вот наступил момент, когда я должна была сделать окончательный выбор. Я понимала, что оттягивать решение бесполезно и даже опасно. Венцеслав прав: процесс идет неостановимо, все внутри меня меняется, и неизвестно, как мой организм в последующем отреагирует на преобразования. Но то, что назад возврата нет, я знала точно.

– Котенок, – тихо позвал Влад, и я подняла глаза.

Он смотрел так ласково, в его золотистых глазах сквозила такая нежность, что у меня защемило сердце от нахлынувшего чувства. Как же я любила его! Казалось, что меня больше нет, что вот сейчас я растворяюсь в другом существе, вся без остатка. И это доставляло наслаждение.

«А ведь я люблю так же, как и все славы, – мелькнула мысль. – Я охвачена этим чувством, как пламенем, но оно не угасает. С обновленной кровью я приобрела и способность любить страстно и беззаветно! Видимо, я уже давно истинная рысь!»

Я глубоко вздохнула и потянулась к Владу. Он склонился, его губы коснулись моих.

– Я люблю тебя, – шепнул он, прежде чем поцеловать.

– Я люблю тебя, – повторила я и прижалась к его горячим губам.

– Но слова ничего не значат, – еле слышно сказал он. – Они не могут передать всего того, что я на самом деле чувствую.

– Я чувствую то же самое, – тихо ответила я и обняла его за шею. – И словами это, правда, не передашь.

Влад улыбнулся и перевернул меня на спину. Тяжесть его тела была приятна, его глаза были так близко…

Когда мы пришли в селение, то заметили, что на улицах довольно много народа. Славы приветствовали меня и радостно улыбались. Я отвечала немного растерянно.

– Что происходит? – спросила я, когда мы вошли в дом братьев.

– Венцеслав уже сообщил новость, что ты – рысь, – сказала Велеслава, выходя нам навстречу. – Но как же вы задержались! Я тут всего наготовила! Проходите!

Я резко ощутила голод и с удовольствием уселась за празднично накрытый стол. Влад вкратце рассказал о нашем разговоре с хранителем. Братья поздравили меня, но я была молчалива. Страх заполз в душу. Как только я приму окончательное решение, то стану частицей этого мира. И впервые мне захотелось убежать куда глаза глядят, скрыться, затаиться где-нибудь в глуши, где меня никто не знает, и просто ждать. И тут я увидела, как Влад смотрит на меня. Его взгляд обжигал, солнечное пламя заполнило радужку и будто перетекло в меня. Я впитывала эту энергию с удовольствием, душа воспринимала ее с жадностью, тело откликалось выбросом адреналина. И я сама сгорала от любви.

«Разве я могу расстаться с Владом? – размышляла я, не сводя с него глаз. – Да я умру вдали от него! Я без него не могу ни дня! О чем я только думаю?!»

За столом в этот момент воцарилось молчание. И я обратила внимание, что и братья и Велеслава сидят неподвижно и с изумлением на меня смотрят.

– Что?! – испугалась я.

– Лиля! – первой пришла в себя Велеслава. – Ты сейчас транслировала мысли! Или мне померещилось?!

– Я тоже видел, – подтвердил Рос. – Картинку леса… и ты бежала куда-то, не разбирая дороги и ломая ветки деревьев.

– Ужас! – прошептала я и сжала щеки, закрыв глаза.

– Это опасно! – встревоженно произнес Стас. – Ты пока не умеешь контролировать трансляцию. Нас этому учат с детства.

– Я не дам Лилю в обиду! – сказал Влад и обнял меня за плечи. – Я буду неотлучно находиться при ней и отслеживать, что появляется у нее в глазах.

– Щелкай пальцами, – предложила Велеслава. – Как только увидишь первые признаки появления картинки, сразу щелкни пальцами. Лилю это отвлечет, и она переключит мысли на тебя.

– Это должно помочь, – задумчиво проговорил Стас.

– Но я сейчас отправляюсь обратно в деревню, – сообщила я. – А затем в Благовещенск. Господи! Что мне делать?! – не выдержала я. – Родители! Учеба, друзья! Как мне жить дальше, если я почти рысь?!

Я закрыла лицо руками. Влад прижал меня к себе. Когда я справилась с приступом отчаяния, то увидела, что мы за столом остались одни. Влад налил мне клюквенного морса. Я жадно выпила. Он отвел меня на диван. Я сжалась в его уголке. Влад не тревожил меня, он сидел на краешке с потерянным видом. Мы молчали довольно долго.

– Мне пора, – сказала я и встала. – Бабушка будет волноваться, если я снова задержусь в тайге.

– Хорошо, – не возражал он. – Я отнесу тебя.

Мы вышли на крыльцо, ни братьев, ни Велеславы видно не было.

– Попрощайся с ними за меня, – тихо проговорила я.

– Хорошо, – повторил он.

Влад донес меня в мгновение ока до того места, где я оставила велосипед. Я соскочила с его спины. Он вытянулся и превратился в человека. В этот раз я не отвернулась, как обычно делала, а внимательно наблюдала за процессом. Но это произошло почти мгновенно: зверь встал на задние лапы, его тело вытянулось, шерсть словно сползла, обнажая кожу, морда округлилась, уши прижались. И вот уже передо мной улыбающийся Влад.

– Что ты чувствуешь в такие моменты? – поинтересовалась я. – Это очень неприятно?

– Что ты! Моя суть не меняется, – мягко произнес он. – Я все тот же, только по-другому выгляну. Но есть сердцевина моей сущности как кристалл, она всегда одна и та же, а тело трансформируется. И это даже забавно. Когда я человек, то обладаю одними возможностями, а в облике зверя – уже другими. И уверяю, что это самая настоящая игра. Скучно тебе точно не будет! – добавил он и весело рассмеялся.

– Надеюсь! – ответила я.

На душе стало легче.

– Только тебе нужно научиться управлять своим телом, – сказал Влад. – Но насколько я тебя знаю, как раз с этим ты справишься без труда. Занятия восточными единоборствами тренируют дух, ты привыкла к самодисциплине, ты умеешь отслеживать реакции и своего тела и своей психики.

– Это да, – согласилась я. – Мне пора!

Я выкатила велосипед на тропу. Влад крепко обнял меня.

Бабушки дома не было. Но мне это было лишь на руку. Я переоделась и уселась на диван в гостиной. Включив телевизор, начала смотреть какое-то ток-шоу. Но все происходящее на экране проходило мимо моего сознания. Мысли были заняты совершенно другим. Я решила завтра же отправиться в Благовещенск. До полнолуния оставалось несколько дней, мне нужно было привести все свои дела в порядок. Но я никак не могла придумать, что скажу родителям. Это просто не укладывалось в голове. Исчезнуть, ничего им не объясняя? На такую жестокость я пойти не могла. Продолжать жить с ними? Исключено. Оставалось сочинить какую-нибудь правдоподобную ложь, чтобы не ранить их. Но что тут можно придумать?!

Зазвонил мой мобильный. Это был Влад.

– Да, любовь моя! – нежно проговорила я в трубку, ощутив, что уже соскучилась по нему.

– Я соскучился! – быстро сказал Влад, словно прочитал мои мысли.

– И я… безумно! – ответила я.

И услышала, что он целует трубку. Нежность затопила меня с такой силой, что задрожали пальцы и начало сбиваться дыхание.

– Любимая, любимая… – страстно шептал он, – мой маленький пушистый котенок… Не могу без тебя ни одной секунды…

– И я!

Мои губы улыбались помимо воли, мысли туманились.

– С кем это ты? – вывел меня из прострации голос бабушки. – И когда успела вернуться? Я ходила к соседке, чаи гоняли да за жизнь говорили.

Я закрыла телефон и повернулась к ней. Бабушка уже устраивалась на диване. Она надела на нос очки и вгляделась в экран. Но это шоу ее, видимо, не прельщало.

– Что за ерунду ты смотришь? – недовольно спросила она и переключилась на другой канал.

– Я уже давно вернулась, – сообщила я.

– Поела? – строго спросила она. – А то вон одни глаза на лице остались! Ты себя просто изнуряешь этими тренировками!

– Сейчас поужинаю, – мягко ответила я.

Сердце сжалось. Как я теперь смогу видеться с бабушкой? И что скажу ей?

– Там картошки целая кастрюля, – сказала она. – А от соседки принесла полпирога с капустой и мясом. Она угостила.

– Хорошо! – улыбнулась я. – А ты сама-то есть будешь?

– Да говорю ж, у соседки чаю напилась, да и пирогов наелась досыта! – ворчливо ответила она.

Спать я отправилась рано. Сообщила бабушке, что утром хочу отправиться в Благовещенск. Первый автобус, на котором я могла доехать до железнодорожной станции, проходил через нашу деревню в девять утра. Но когда я уже начала засыпать, загудел мобильный. Я взяла его и увидела, что это Влад.

– Я уже сплю, – прошептала я в трубку.

– Котеночек, – ответил он. – Как бы мне хотелось забраться к тебе под одеяло!

Я заулыбалась.

– Лилечка, мне кажется, я придумал отличный план, – продолжил он более серьезным тоном.

– И в чем он заключается?

– Ты выйдешь замуж! – ответил Влад.

– Вот как? – тихо рассмеялась я.

– Послушай! Ты вернешься в Благовещенск, через пару дней появлюсь я, как официальный жених. Ты подготовь родителей.

– Не понимаю! – нервно проговорила я.

– Сообщишь им и всем своим друзьям, что познакомилась со мной в Москве, что мы полюбили друг друга без памяти и решили пожениться. А так как я постоянно живу в Москве, то ты уезжаешь туда вместе со мной. И это будет логично и не вызовет ни у кого подозрений. В техникуме скажешь то же самое, мол, выхожу замуж и уезжаю. Если уж очень хочешь получить диплом, можешь перевестись на заочное, только и всего.

– Но как же свадьба? Родители не поверят! – заметила я.

– Отчего же? – удивился Влад. – Я скажу, что пока мы будем жить гражданским браком, затем зарегистрируемся и что намерения у меня самые серьезные. Если родители захотят приехать к нам в гости, то в Москве жилье есть. Мы с тобой явимся туда и примем дорогих гостей. Ты, кстати, вообще можешь там жить, если не захочешь оставаться постоянно в селении. Я буду по-прежнему ездить на гастроли, в Москве у нас выступления часто. Ты можешь кататься с нами или жить там, где захочешь. А когда научишься полностью контролировать свое тело, то тебе никто не помешает навещать родных в Благовещенске. Для них, по легенде, ты живешь с мужем-артистом в Москве. Думаю, родители будут спокойны за дочь. Что скажешь?

Чем дольше я слушала Влада, тем все более удачным казался мне его план. И мне не придется полностью рвать с родными, чего я вынести не могла даже в мыслях.

– Да, думаю, ты нашел отличный выход! – ответила я после паузы. – Я завтра утром уезжаю. И уже вечером серьезно поговорю с родителями.

– Правильно! А я будто бы приеду за невестой через несколько дней. Познакомлюсь с твоими родными, сделаю официальное предложение и заберу тебя. Мы будто бы сразу полетим в Москву, а сами вернемся в селение. После обряда тебе нужно будет еще какое-то время пожить там. Духослав обучит тебя необходимым навыкам. Обычно он занимается с подрастающими славами.

– Значит, я снова пойду в школу? – улыбнулась я.

– Уверен, ты будешь самой прилежной и способной ученицей! – ответил Влад и чмокнул трубку.

Во второй половине следующего дня я была уже дома. Родители отсутствовали, так как оба были на работе. Но они знали, что я приеду. Я распаковала сумку, убрала вещи в шкаф, затем достала талисман. Осторожно открыв серебряный футляр, я прислушалась к себе. Но никаких отрицательных эмоций и неприятных болезненных ощущений не было. А ведь я почти что оборотень! Я понимала, что все дело в травяном настое, который я приняла, только поэтому я не чувствую силу талисмана. Я пока не могла решить, как мне этим воспользоваться. По-любому он являлся сильнейшей защитой и в то же время оружием против оборотней. И я помнила наставление Грега, что если три года подряд пить травяной настой, то сила талисмана действовать на тебя не будет. В принципе, я могла сама проделать это и оставить талисман себе, как средство защиты ото всех иных сущностей. Но я собиралась войти в племя оборотней, и было опасно держать при себе подобную магическую вещь. Я покрутила украшение в пальцах, полюбовалась игрой драгоценных камней, но решение так и не приходило. Тогда я убрала талисман обратно в футляр, подумав, что вернусь к этой проблеме позже.

Отправившись на кухню, я плотно поела. Голод постоянно мучил меня. Стоило пропустить очередной прием пищи, и я ощущала, как сосет под ложечкой. И скоро все мое существо начинало искать только одно – еду. Я чуяла необычайно остро запахи любой пищи, разум словно отключался, хотелось лишь одного – побежать на запах, найти еду и насытить ноющий желудок. Сейчас я понимала, что мне диктует такое поведение просыпающаяся рысья натура, и училась контролировать это. Даже стала постоянно носить с собой бутерброд или пачку печенья, чтобы забивать возникающий голод. К тому же мне казалось, что пища сейчас усваивается несколько по-другому, и суточная норма калорий для взрослого человека мне явно мала. При этом вес я не набирала, хотя ела значительно больше и сытнее.

После обеда я улеглась на диван в своей комнате, меня клонило в сон. И вдруг еле видимое свечение привлекло мое внимание.

– Искра! – решила я и подошла к столу.

В футляре от моего кольца по-прежнему лежал ее волосок. Я хотела взять его с собой в деревню, но впопыхах забыла. Открыв футляр, увидела, как свечение усиливается и над волоском появляется силуэт блестяшки.

– Привет! – весело поздоровалась я. – Рада тебя видеть! Как там Капелька?

– Здравствуйте, госпожа Лилия! – напыщенно проговорила Искра и низко мне поклонилась.

– Бог мой, ну что еще за церемонии? – строго произнесла я, едва сдерживая улыбку.

Искра замерла, явно вглядываясь в мое лицо. Ее свечение поменяло тона с красновато-синих на нежные розово-голубовато-золотистые.

– Ты все та же? – с любопытством спросила она.

– Как видишь! – пожала я плечами.

– Ой, как здорово! – запрыгала она. – А мы уж тут решили, что ты, подружка господина вампира Дино, спасительница нашей милой Капельки, повелительница господина Воя, вечная ему память, истребительница страшного оборотня по имени Злата или черная рысь, не захочешь общаться с нами, какими-то ничтожествами, к тому же бывшими блохами.

– Сколько титулов ты мне придумала! – рассмеялась я. – А ведь перед тобой все та же Лиля! И вы вовсе не блохи, а очень даже милые существа! – добавила я.

И Искра сразу приосанилась и заулыбалась.

– Как Капелька? – повторила я свой вопрос.

– Слегка зазналась, – ответила она. – Еще бы! Сам господин вампир, да еще и в сопровождении своей подруги, принес ее. Такая честь! Мы-то приехали только на нем, и то нас сейчас уважают и почитают в племени. А тут двое господ вампиров явились к нам и принесли Капельку. Она, правда, была ни жива ни мертва от ужаса, но быстро пришла в себя. А когда господа удалились, то начала важничать и рассказывать и о своей гибели, и о возрождении, и о последующих приключениях. В том числе поведала племени, как погиб господин Вой и даже то, что она лично видела дух великого Лая.

– Все так! – сказала я. – Вашего Лая и я видела. Он явился за душой Воя. Значит, Рената все еще с Дино! – задумчиво добавила я.

– Госпожа Рената очень хороша собой, – заметила Искра. – Все даже засомневались, а на самом ли деле господин Дино так увлечен тобой. Или он уже тебе изменяет? Ай-ай! – запищала она. – Дурной мой язык! Усомниться в господине вампире! Считай, что я ничего не говорила, а ты ничего не слышала! К тому же мне-то отлично известно, кого ты на самом деле любишь! И какой красавец твой Влад! Ой, опять я болтаю лишнее!

– Да успокойся ты! – засмеялась я. – Все это пустяки! Главное, что вы все вернулись на родину, живы и здоровы!

– Твоя правда! – засияла она. – Я рада, что повидалась с тобой. Мы скучаем по тебе, Лиля! Может, когда-нибудь навестишь нас?

– Это вряд ли! – с сомнением ответила я. – Ирландия так далеко! Но все может быть! Связь у нас имеется, твой волосок я буду беречь, и ты в любое время можешь выйти на сеанс и поболтать со мной.

– Ты разрешаешь тебя беспокоить? – спросила Искра.

– Конечно! – улыбнулась я. – Привет Капельке и Лучику!

– Передам! – быстро ответила она и засияла, словно новогодняя гирлянда.

Когда волосок погас, я аккуратно уложила его в футляре на бархатное донышко и плотно закрыла крышку. Блестяшки были очаровательными созданиями, несмотря на их болтливость, и мне не хотелось терять с ними связь. Тем более я сама практически принадлежала к миру оборотней, и пора было создавать круг ближайших друзей. Искра, Капелька и Лучик уже были в их числе.

Родители вернулись одновременно. Когда я услышала их голоса в коридоре, то сжалась от волнения. Я боялась, что сейчас расплачусь. Это было невыносимо!

«Я смогу с ними видеться! – пыталась я успокоить себя. – Влад вон постоянно мотается по городам, ездит куда хочет. И кто мне мешает? Главное, поддерживать легенду о московском женихе!»

– Ты дома! – раздался радостный голос, и мама заглянула в дверь. – Увидели в коридоре твою куртку.

– Ты тут? – спросил отец, выглядывая из-за ее плеча. – Привет, дочка! Отлично выглядишь! Какой румянец! Хорошо отдохнула?

– Пошли на кухню! – засмеялась мама. – Ужинать пора! Сейчас твои любимые отбивные пожарю. Хорошего мяса по пути с работы купила.

– Отлично! – обрадовался отец и даже потер руки в предвкушении.

Мы устроились на кухне. Я хотела помочь маме с ужином, но она сказала, что одна управится быстрее и чтобы мы не путались у нее под ногами. Я села за стол, отец напротив меня. Мне хотелось скорее начать разговор, но мама отбивала мясо. Я смотрела на лицо отца, и мне становилось все хуже. Все вокруг было так привычно, так понятно, с рождения это был мой мир, мои родные люди, которые любили меня. Я понимала, что мне необходимо преодолеть психологический барьер, постараться как можно быстрее адаптироваться в новом качестве и, главное, сделать так, чтобы ни отец, ни мать даже не догадывались, что их дочь уже не совсем человек. И все-таки я не выдержала и всхлипнула. Отец вскинул на меня глаза. В них читался испуг. Мама бросила мясо и кинулась ко мне.

– Что с тобой? – одновременно спросили они.

– Мама… папа… – начала я и замолчала.

Слезы текли ручьем, и я никак не могла успокоиться. Мама протянула стакан с водой, она быстро вымыла руки и села рядом со мной.

– Что с тобой происходит, милая? – участливо проговорил отец. – Успокойся и расскажи нам все. И помни, что бы ни случилось в твоей жизни, мы всегда на твоей стороне!

Они замолчали и с ожиданием посмотрели на меня. Я вытерла глаза и собралась с духом.

– Дело в том… – дрожащим голосом произнесла я, – что в Москве я познакомилась с одним парнем и безумно, безумно его полюбила. И он меня! И мы не можем друг без друга!

– Бог мой! Всего-то! – с явным облегчением произнес отец.

– Подожди! – остановила его мама. – Продолжай, Лиля!

– Его зовут Владислав, он гимнаст и выступает в шоу вместе со своими братьями. Они как раз собирались на гастроли в Америку.

– Так это ты с ними поехала? – быстро спросил отец. – И в Нью-Йорке встретилась с Ильей?

– Я же говорила вам, что Илья мне только друг! – ответила я. – А полюбила я Влада. Вот! – добавила я и протянула руку с поблескивающей на пальце бриллиантовой лилией. – Это кольцо он подарил мне еще в Америке и попросил стать его женой. И я согласилась!

– Это что, натуральный алмаз? – изумилась мама, беря мою руку и изучая кольцо. – Так это же очень дорого!

– А что ты хочешь? – сказал отец. – Сейчас артисты очень неплохо зарабатывают на гастролях. А у этого Влада, смотрю, и зарубежные случаются!

Я убрала руку.

– В общем, я выхожу замуж и уезжаю в Москву, – тихо проговорила я.

На кухне воцарилась тишина. Я видела, как побледнела мама, как ходят желваки на скулах отца.

– Мы любим друг друга! – взволнованно произнесла я. – Я не могу без него! Влад приедет сюда, чтобы познакомиться с вами.

– Когда?! – явно испугалась мама.

– Через пару дней, – сообщила я.

– Но как же учеба? – глухо спросил отец.

– Переведусь на заочное, – ответила я.

Родители переглянулись. Я видела, как они растеряны, и решила дать им время прийти в себя.

– Мне нужно позвонить, – сказала я и встала.

– Хорошо, хорошо, – пробормотала мама. – Как отбивные будут готовы, я тебя позову.

И я вышла в коридор. Снова подступили слезы. Но пути назад не было.

В дверь в этот момент позвонили. Мама выглянула из кухни с таким испуганным видом, словно ожидала увидеть невесть кого.

– Я открою! – сказала я.

Она кивнула и вышла в коридор, торопливо вытирая руки о фартук. Это был Женя. Мы быстро поздоровались, лицо мамы разгладилось. Она улыбнулась ему и вернулась на кухню. А мы с Женей отправились в мою комнату. Он выглядел подавленным. Я плотно закрыла дверь. И он схватил меня за руки, вглядываясь в лицо. Я понимала, что за эти несколько дней, что я отсутствовала, Женя о многом передумал. Никогда я не видела его таким. Он словно повзрослел на несколько лет и из милого простого паренька превратился в серьезного мужчину.

– Как ты съездила? – нервно спросил он. – Я жутко волновался и все время хотел поехать за тобой и помочь, чем смогу.

– Все в порядке! – тихо ответила я и села на диван. – Справилась сама.

И я вкратце рассказала ему о последних событиях. Он слушал молча. Его глаза не отрывались от моего лица. Зрачки были расширены.

– Это невероятно! – прошептал он, когда я закончила. – Я будто оказался в сказочном мире. Это невероятно! – повторил он. – Что же теперь будет?

– Влад приедет за мной, родителей я подготовила.

Женя закрыл лицо руками. Я подождала, пока он успокоится. Шок, видимо, был сильным.

– Надеюсь, ты уже избавился от своего чувства? – после паузы спросила я.

Он выпрямился и беспомощно на меня посмотрел.

– Ты же понимаешь, что меня нельзя любить! – продолжила я. – Тем более я сама уже рысь. В полнолуние хранитель проведет обряд, и я окончательно стану славом.

– Но если это первый случай в племени, – тихо заметил Женя, – разве может существовать готовый обряд?

– Хранителю лучше знать, а я ему полностью доверяю, – ответила я. – К тому же Багровая Жемчужина – живое существо, в этом я уверена. Видимо, это какая-то неизвестная нам форма жизни. Она общается, она обладает магическими свойствами и даже дает советы.

– Ну и ну! – выдохнул Женя. – Мне уже самому хочется ее увидеть!

– Не получится, – мягко произнесла я. – Это реликвия племени. Ее и славы-то не могут видеть по своему желанию. Но ты не ответил на мой вопрос! – повернула я разговор в нужное русло.

Что я хотела услышать? Только одно – что Женя меня разлюбил. И я прекрасно отдавала себе отчет в том, что мне это нужно исключительно из эгоистических побуждений, чтобы облегчить совесть. Но в глубине души я знала, что вот так сразу от такого долгого чувства не избавишься, как ни старайся. Женя опустил голову. Я видела, что он покраснел.

«Любит! – подумала я. – И навряд ли скоро забудет!»

– Я хочу уехать с Владом, – продолжила я. – Мы будем находиться или в селении, или в тех городах, где у них проходят гастроли. У меня сейчас начнется совсем другая жизнь! Но вначале я должна буду пройти что-то типа обучения. Сын хранителя Духослав займется этим. В общем, я поступаю в первый класс школы начинающей рыси, – добавила я, пытаясь шуткой разрядить обстановку.

Женя поднял голову. Я не могла смотреть в его печальные глаза.

– Постарайся перестать меня любить, – тихо сказала я и взяла его за руки.

Его пальцы слабо шевельнулись. Они были холодными. Я сжала их.

– Скажи себе: все кончено! – ласково продолжила я. – Я думаю, скоро ты сам поймешь, что так лучше для всех.

– Я понимаю, – еле слышно произнес он. – Но люблю тебя! И так сильно! Лиля, я уже давно понял, что по натуре я – однолюб. Ничего с этим не поделаешь! Это на всю жизнь!

– Тебе так только кажется! – мягко проговорила я. – Я вот тоже думала, что люблю Илью и что это на всю жизнь. Просто, когда мы кем-то увлекаемся, то очень хочется думать, что этот человек дан нам судьбою и это навсегда. Но часто ли так бывает в реальной жизни? Много ли ты знаешь таких пар?

– Но ведь с Владом у тебя навсегда? – спросил он.

– Да! – уверенно ответила я. – Славы вообще отличаются страстной и преданной натурой и уж если кого полюбили, то на всю жизнь. Насколько я знаю, у них пары не распадаются. В селении живут семьи, растят детей, старятся вместе. И все это в гармонии, без каких-либо скандалов, измен, предательств.

– Какое-то идеальное общество, – пробормотал Женя. – Утопия!

– Но это реальность рысей! – сказала я.

В дверь тихо постучали, и заглянула мама. Я видела, что она уже немного успокоилась.

– Ужин готов! – сообщила она. – Женя, тебе тарелку поставить?

– Нет-нет, спасибо! Я уже дома поужинал, – торопливо отказался он. – И вообще мне пора!

Мама улыбнулась и скрылась за дверью. Женя встал. Я обняла его и поцеловала в щеку.

– Не забывай обо мне! – тихо произнес он. – Я всегда буду тебе другом, что бы ни случилось!

– Я знаю! Думаю, еще увидимся! Передавай Тоньке от меня привет. Она будет в шоке, что я выхожу замуж, это точно.

Тоня, наша общая подруга, сейчас была в другом городе. Она позвонила мне примерно неделю назад и сообщила, что ей нужно уехать по семейным делам. Я грустила, что не смогу повидаться с ней перед отъездом, но в то же время Тоня уже казалась мне частью другого, уходящего от меня мира.

Проводив Женю, я отправилась на кухню. Увидев бутылку шампанского, улыбнулась.

Отец торжественно пригласил меня за стол.

– Репетируете сценку «Знакомство с родителями»? – пошутила я.

Мама нервно засмеялась.

– Не каждый день дочку замуж выдаешь! – сказала она.

Отец разлил шампанское, провозгласил тост за мое счастье. Мы выпили. Я видела, что родители пришли в себя от шока и воспринимают мое предполагаемое скоропалительное замужество уже более адекватно. Они засыпали меня вопросами о Владе, его семье, образе жизни. Пришлось многое придумать, чтобы успокоить их. К концу нашего застолья они уже были настроены оптимистически и считали, что Влад весьма выгодная партия для их «ненаглядной доченьки». К тому же уверились, что я искренне люблю жениха.

Влад явился в точно назначенное время. Мама захотела устроить праздничный обед и пригласила «дорогого гостя» к двум часам дня в воскресенье. И ровно в два раздался звонок в дверь. Отец сразу встал с дивана. Я видела, что он сильно волнуется. Мама окинула взглядом накрытый в гостиной стол, поправила белоснежную скатерть и смахнула невидимые крошки. Я пошла открывать. При виде стоящего на пороге Влада расплылась в улыбке. Он тоже явно нервничал, но выглядел великолепно. Одетый с иголочки, с тщательно заплетенными в косичку волосами и открытым прекрасным лицом, он казался голливудским актером первой величины, случайно попавшим в наш заштатный городок. Два дизайнерских букета довершали картину. Один, с нежным сочетанием розовых и белых роз, он протянул мне, второй – с ярко-малиновыми – поднес маме. Она уже вышла в коридор, из-за ее плеча выглядывал растерянный отец. Я видела, что они ошеломлены видом жениха. Мама покраснела, взяла букет и тихо пригласила в гостиную. Отец пожал руку Владу и стушевался.

Когда мы уселись за стол, атмосфера по-прежнему была напряженной. Влад совершенно не вписывался в наш привычный мир, он был словно райская птица, случайно оказавшаяся на земле. Его совершенная красота проступала в таком скромном окружении намного ярче. Его необычность бросалась в глаза. Но довольно скоро его обаяние, прекрасные манеры, внутренний такт растопили лед. Мама не сводила с него глаз и постоянно подкладывала лучшие куски, отец весьма оживленно обсуждал мое будущее в качестве его жены. Влад отвечал охотно, в его глазах сияла любовь, и это окончательно покорило родителей. К концу обеда они уже перешли на «ты», называли его не иначе, как «сынок», и желали нам всяческого счастья. Побыв еще какое-то время у нас и сообщив, что он остановился в гостинице и не хочет нас стеснять, Влад засобирался. Мама явно огорчилась и даже начала предлагать ему переехать к нам на эти дни. Но отец тут же привел ее в чувство, заметив, что не совсем прилично поселять жениха и невесту в одну комнату до свадьбы. Мама неохотно согласилась. Они попрощались. Влад заверил, что завтра придет снова, и поцеловал ей руку.

Когда мы оказались в коридоре, он начал страстно целовать меня, шепча, что сходит с ума и жаждет скорее увезти меня в селение.

– Разлука невыносима! – твердил Влад.

– Я тоже очень скучаю, – говорила я и без конца целовала его.

Оторваться не было сил, отпускать его не хотелось.

Когда за Владом закрылась дверь, я постояла какое-то время в коридоре, стараясь успокоиться. Любовь кружила голову, хотелось бежать за ним, вернуть его, но я понимала, что этого делать нельзя и нужно просто набраться терпения и подождать совсем чуть-чуть. Приведя себя в порядок, я вернулась в гостиную. Родители сидели рядышком на диване.

– Ушел? – потерянным голосом спросила мама.

– Да, проводила, – тихо ответила я.

– Вначале я не могла понять, как ты, девушка весьма рассудительная, могла вот так влюбиться, – сказала она. – Но сейчас… Влад необычайно хорош собой и прекрасно воспитан. И есть в нем какое-то магнетическое притяжение. Редкий молодой человек. И тебе очень повезло, что он полюбил тебя!

– И для артиста он совсем не избалован, – добавил отец. – Я боялся, что сейчас явится этакая звезда с задранным носом и, что называется, на нас, бедных провинциалов, глядеть не будет. Но он очень приятный парень, и с ним легко общаться. Думаю, ты нашла свое счастье!

– Ну, наша дочка тоже не из последних! – весело проговорила мама. – Еще неизвестно, кому больше повезло!

– Так выпьем за это! – рассмеялся отец. – Тут еще чуть-чуть шампанского осталось.

Через три дня мы «улетели в Москву». Родители рвались проводить нас до аэропорта, но я была категорически против, говорила, что мне будет тяжело ждать отлета в их присутствии и что нам лучше поехать в аэропорт одним. Когда такси отъехало от дома, я оглянулась. Родители стояли у подъезда и смотрели нам вслед. Их лица выглядели потерянными, но, увидев, что я смотрю на них, они сразу заулыбались и замахали руками. Я махнула в ответ и отвернулась. Влад обнял меня за плечи и прижал к себе.

Такси высадило нас возле аэропорта. Вещей я взяла немного, всего небольшую дорожную сумку с самым необходимым, хотя мама приготовила мне чуть ли не тонну приданого. Но Влад мягко возразил, сказав, что везти все это неудобно и он купит необходимые мне вещи в Москве. Мы отпустили такси, он подхватил мою сумку на плечо, и мы отправились в сторону леса.

До селения добрались обычным способом – я ехала на спине Влада. Когда он остановился, я открыла глаза. Мы находились на краю улицы. Влад принял человеческий облик, взял мою сумку, и мы пошли в дом.

– Братья решили на время перейти к родителям и оставить весь дом в наше полное распоряжение, – сообщил Влад, открывая калитку.

Я смутилась. Поняла, что по-настоящему выхожу замуж. В доме оказалась Велеслава. Она встретила нас радостной улыбкой. Я заметила, что она везде навела порядок и приготовила еду.

– Вечером придут Стас и Рос, – сказала она. – Устраивайтесь! Не буду вам мешать.

– Спасибо! – поблагодарила я.

– Не за что! – улыбнулась она. – Ты вообще заходи по-соседски без всякого стеснения! Я же рядом живу!

Когда Велеслава ушла, Влад отнес мою сумку в спальню. И уселся на кровать. Она была широкой и деревянной. Ситцевое белье в розовый цветочек понравилось мне. Я сбросила куртку и джинсы и в одной футболке легла на кровать. Влад вытянулся рядом и обнял меня.

– Вечером еще собирались прийти родители, – сообщил он. – Пора им познакомиться с будущей невесткой!

Но я не ответила. Усталость от поездки, напряжение последних дней дали знать, и я сама не заметила, как провалилась в сон.

Вечер прошел намного приятнее, чем я ожидала. Славы вообще отличаются дружелюбием и добродушием, а родители Влада еще и явно боялись хоть чем-то меня обидеть или мне не понравиться. Они вели себя настолько открыто, так искренне радовались, что их сын нашел свое счастье, что скоро я перестала нервничать, расслабилась в их обществе и почувствовала себя среди родных.

Наступила ночь полнолуния. Никто особо меня к обряду не готовил. Венцеслав просто предупредил, что церемония пройдет на озере. К этому времени как раз ударили сильные морозы, зима окончательно вступила в свои права, вода покрылась прочной коркой льда. За два часа до церемонии я начала сильно нервничать. Влад не отходил от меня ни на шаг. Запоздалые страхи не давали мне покоя. Я снова и снова спрашивала себя, а правильно ли я поступаю и не лучше ли все оставить как есть и просто жить в том качестве, в котором я пребываю в настоящее время. А там, что называется, видно будет. Я попросила Влада оставить меня одну и закрылась в спальне. Поразмыслив, решила посоветоваться с Грегом. Сама не знаю почему, но именно ему захотелось позвонить в этот решающий момент моей жизни. Я знала, что он обладает уникальными способностями, возможно, ему было дано заглядывать в будущее. И я набрала его номер. Он ответил сразу, и первые же слова сказали мне, что он многое знает.

– Лиля! Добрый вечер! Очень хорошо, что ты позвонила. Я уже и сам хотел, если честно! Я заглянул в твои мысли, ты уж прости!

– Я как раз и звоню, чтобы услышать твое мнение обо всем происходящем, – торопливо проговорила я. – Смятение, сомнения, страх одолевают меня. Боюсь, что приму неверное решение и оно будет для меня фатальным. Совсем скоро Венцеслав совершит обряд, в результате которого я должна окончательно стать оборотнем. Может, пока не поздно, отказаться?!

– Но ты уже оборотень! – уверенно проговорил Грег. – В последнюю нашу встречу я это ясно видел в тебе. Рысь сидела внутри, не заметить ее было невозможно. Я лишь удивлялся, почему ты сама этого не чувствуешь.

– Я чувствовала! – ответила я. – Но остро это не проявлялось.

– Пойми, процесс запущен, – сказал он. – И запущен довольно давно. Так что результат в любом случае будет. К человеческой сущности тебе уже не вернуться. Венцеслав, видимо, решил направить процесс в нужное русло, чтобы облегчить тебе окончательное превращение. Ты не можешь бесконечно оставаться неким промежуточным звеном между двумя созданиями.

– Значит, я все делаю правильно! – пробормотала я.

– Несомненно! – подтвердил Грег. – И поверь, ты будешь счастлива!

Я улыбнулась. На душе стало намного легче. Мы попрощались, и я закрыла телефон.

Когда вышла из спальни, то сразу столкнулась с встревоженным взглядом Влада. Но увидев улыбку на моем лице, он заулыбался в ответ и обнял меня.

– Я готова! – сообщила я. – Пошли!

У озера собрались все жители селения. На другой его стороне высилась деревянная пирамида, возле входа горели высокие светильники. Заметив нас, славы дружно начали выкрикивать приветствия. Энергия этих собравшихся вместе рысей была настолько сильна и благожелательна, что казалось, мощное облако поднимается над озером и окутывает нас с Владом. Я ощутила прилив сил, радость вспыхнула в душе, нежность затопила все мое существо. Я поняла, что люблю не только Влада, но и всех его соплеменников.

Мы спустились с берега. Славы выстроились коридором, по которому мы шли, и продолжали приветствовать нас. Когда мы очутились посередине озера, они замолчали и отступили, образуя круг. Влад отошел, и я осталась в центре. В этот момент зазвучали нежные перезвоны колокольчиков, дверь пирамиды распахнулась, появился Венцеслав. Он важно шел к нам, неся на кварцевой подсветке в виде лапы сияющую Жемчужину. Позади него шествовал Духослав с треножником в руках. Достигнув середины озера, они остановились. Славы замолчали и взялись за руки. Установив треножник, Венцеслав положил на него Жемчужину. Он склонился к ней и начал что-то говорить, но слов я не разбирала. Потом жестом пригласил меня приблизиться. Страха я уже не испытывала, поэтому подошла, улыбаясь. Я поклонилась реликвии, и она выбросила вверх пучок розовых лучей. Славы ответили восторженными криками. Небо было закрыто низкими тучами. Но когда лучи полетели вверх, облака словно расступились. Желтый ровный диск луны появился в просвете. Лунные лучи полетели вниз и встретились с розоватым пучком, который выбросила Жемчужина. Радужный свет залил все вокруг. Это было похоже на праздничную иллюминацию; славы дружно рассмеялись и захлопали в ладоши. Венцеслав осторожно поднял горящую ярким розовым светом Жемчужину и поднес ко мне. Воцарилась тишина. Я не знала, что мне делать, так как хранитель молчал. И тут внутреннее чутье подсказало мне дальнейшие действия. Я протянула ладони, сложенные чашечкой. Венцеслав улыбнулся и передал мне Жемчужину. Впервые я касалась великой реликвии руками, и это было непередаваемое ощущение. Она покоилась в моих ладонях сияющей крохотной планетой, распространяющей вокруг себя сильнейшую энергию. И эта энергия вливалась в меня мощным потоком.

– Дай этой девушке душу слава, – медленно проговорил Венцеслав.

Жемчужина окружила себя радужно переливающимся ореолом, и вдруг от нее отделился маленький шарик. Он был ярко-розового цвета.

– Багровая Жемчужина дала свое согласие. Мы приняли тебя в свое племя! – торжественно провозгласил Венцеслав. – Отныне ты – рысь!

Мои руки дрожали от волнения. Я смотрела на крохотную жемчужину и понимала, что мне только что подарили душу слава. Хранитель осторожно снял с моих ладоней сияющую и освещающую все вокруг реликвию. Он уложил ее на кварцевую лапу и передал Духославу. Тот опустил подставку на треножник. Славы радостно зааплодировали и снова начали восторженно кричать. Луна заливала озеро золотистым сиянием, Жемчужина отвечала ей розовыми всполохами. Я стояла в оцепенении и не сводила глаз с маленькой круглой бусины, лежащей на моей ладони и поблескивающей розовыми перламутровыми боками. Она казалась мне обворожительной и, несомненно, живой. Я так засмотрелась на нее, что не заметила, что вокруг меня скачут рыси. Славы один за другим принимали звериный облик и резвились в разноцветных лучах, как веселые котята. Когда мимо меня пролетел крупный зверь, я вскинула глаза и поняла, что это Влад. Неведомая сила начала подниматься изнутри. Я инстинктивно спрятала жемчужину-душу за щеку и в этот миг ощутила, что моя кожа начинает чесаться. Это было так щекотно, что я ежилась и смеялась. И вот уже я опускаюсь на четыре сильные лапы, под кожей перекатываются упругие мышцы, азарт заполняет меня до отказа. И я прыгаю на самца, он подыгрывает мне и падает на спину. Но тут же вскакивает и шутливо нападает на меня. Я несусь к высокому берегу. Он не отстает. Я слышу за спиной его дыхание, чую его запах. Взлетев наверх, останавливаюсь. Мне весело как никогда, словно вместе с человеческой кожей я сбросила и все свои проблемы. Самец встает на задние лапы в весьма угрожающей позе. Я пячусь. И вот передо мной уже Влад в облике парня. И я испытываю мгновенное желание тоже стать девушкой. Странно, но тело будто подчиняется ему. Кожу начинает холодить, тяжесть тела перемещается с четырех лап на две задние. И вот я уже стою на ногах и смеюсь. Влад подскакивает ко мне и крепко обнимает.

– Поздравляю! – шепчет он мне на ухо. – Видишь, все намного легче, чем ты думала. Переход из одной сущности в другую осуществляется лишь силой нашего желания. Так уж устроены славы.

– Я счастлива! – шепчу я и целую его.

А когда отрываюсь, то нащупываю языком жемчужину, которая прячется у меня за щекой…

Мы убегаем от всех в тайгу. Несусь впереди смеющегося Влада, ловко уклоняясь от веток и кустов, словно я все еще в теле рыси. Слышу, как он падает в снег, но продолжает смеяться. Оглянувшись, вижу, что он лежит в сугробе, раскинув руки, и смотрит в небо. Мне хочется подойти к нему, но странный звук, словно кто-то скребет когтями о кору, заставляет напрячь мгновенно обострившийся слух. Замираю, втягиваю воздух и внимательно всматриваюсь в серебряную от лунного света тропу передо мной. И вижу на ней следы рыси. Ничего особенного в этом нет, мы на территории славов, но запах… Так пахла Злата, черная рысь. Только ее шкура, ее волосы имели такой тонкий, еле уловимый оттенок пряной горечи. Однако я точно знаю, что она мертва, в этом у меня нет никаких сомнений. Я осторожно двигаюсь по тропе, принюхиваясь и приглядываясь, желание стать зверем невыносимо, и я подчиняюсь ему. Ощутив, что вскакиваю на четыре лапы, плавно устремляюсь вперед, стараясь ступать бесшумно. Я стелюсь по снегу, идя по следам. Внезапно они обрываются, словно ведомый зверь умчался в небо. Я задираю голову, изучаю толстый ствол кривой сосны и забираюсь на него. Но на дереве никого нет, однако запах усиливается. И вдруг я вижу клочок черной шерсти, зацепившийся за шершавую кору одного из сучков. Рысь! Инстинктивный страх заползает в душу, я скатываюсь с сосны и в последнем прыжке на землю обращаюсь в девушку. И попадаю в объятия Влада. Он по-прежнему весел. Странно, что он не чувствует этого запаха!

– Лиля, милая, я видел, как ты обратилась в рысь и забралась на сосну, – быстро произносит он. – Ты была так грациозна!

Я напряженно прислушиваюсь. Но никаких подозрительных звуков мой чрезвычайно обострившийся слух не улавливает. Привычный шум леса. Я решаю ничего не говорить Владу о том, что видела шерсть черной рыси, чтобы не портить ему праздник. Мало ли что это было! Может, Злата забиралась на дерево, когда еще была жива? Я упорно про себя это повторяю. Хотя отлично знаю – шерсть свежая, словно вырвана всего несколько минут назад. Однако я отгоняю плохие мысли и решаю, что займусь этим завтра. А сейчас пусть продолжается праздник! Великий праздник Багровой Жемчужины и новый день моего рождения…

Продолжение следует…

Примечания

1

Григорий Грег – современный российский поэт. Настоящая фамилия неизвестна. Читайте о нем в книгах серии «Пленники сумерек».

2

Речь идет о книгах С. Майер «Сумерки» и Л.Д. Смит «Дневники вампира».

3

Коляда – бог торжеств и мира, которого древние славяне чествовали в день зимнего солнцестояния (22 декабря).

4

Кот Баюн – персонаж русских сказок. Соединяет в себе черты сказочного чудовища и птицы, обладающей волшебным голосом. По легендам, Баюн – кот бога Велеса, покровителя скотоводства, земледелия, богатства.

5

Маруха (Мара, Мора) – в славянской мифологии злой дух, воплощение смерти, мора.

6

Численник (устар.) – календарь.

7

Название аэропорта в Благовещенске.

Content

Ярослава Лазарева
Жемчужина полнолуния

Часть первая Сны

Душа слава

Часть вторая Черная рысь

Черная рысь

Часть третья Обряд

Примечания