Уткин Сергей Валерьевич

Заковыка

Заковыка

Во, иностранцы опять открытие очередное учудили. Шухер на весь мир, премию Нобелевскую отхватят, небось… А я тебе так скажу: супротив нашего мужика ихние ученые – тьфу! Не веришь? Зря!

Ты помнишь, в прошлом годе я с бригадой хлопцев по шабашкам мотался? Щаз же дачи с коттеджами повсюду строят, все норовят как в Америке – чтоб за городом свой домик стоял. Да не просто халупа какая-нибудь, с удобствами во дворе! А штоб усё как у людей – санузел там, ванная с душем и вода горячая обязательно. Тут мы с мужиками и подсуетились. В бесплатную газетенку объявление кинули, сами по соседям слух пустили. Так, мол, и так: бригада опытных работяг поставит всю сантехнику, электрику, все подключит.

Не, сперва, конечно, звонков никаких не было. Недели две. Думали уж, что пропала затея, да теща моя выручила. Она уборщицей в одном бизнес-центре, знакомых много, вот и шепнула. К одному начальничку съездили, наладили все – заплатил, спасибо сказал и дружкам своим порекомендовал. А дальше уже как снежный ком, только работай.

И вот однажды позвонил мне один мужик, представился Максимом Владимировичем, представителем крутой строительной лавки, предложил встретиться. Я аж струхнул малость, думаю: хана нашему бизнесу, кому-то мы дорогу перешли. Но деваться-то некуда, поехал к этому строителю. А контора у них, я тебе скажу, действительно крутая. По городу их элитных комплексов уже штук восемь стоит, реклама по телику постоянно. И офис под стать – стекло, внутри под мрамор все отделано. Охрана, а как же?.. Поднимаюсь я на лифте, а сам прикидываю: просто попросят свою деятельность прекратить или еще и денег стребуют? Захожу я в кабинет к этому Владимирычу с такими мрачными мыслями, а мне с порога:

– Вы, Николай Дмитрич, не переживайте, у нас к вам никаких финансовых претензий нет. Напротив, есть деловое предложение.

Я, знамо дело, офигел окончательно. Но делаю умную рожу, дипломата эдакого из себя корчу. А Владимирыч дальше вещает:

– Дело вот какое. Пару лет назад одна небольшая фирма, наш партнер, решила собственный проект реализовать, коттеджный поселок. Выкупили участок земли за городом, рекламу пустили, нулевой цикл провели. Не скажу, что народ в очереди на коттеджы стоял, но раскупили участки быстро. Однако что-то наши коллеги не так посчитали и денег на завершение строительства не хватило. Дело запахло банкротством. А это скандал, который впрямую отразился бы на репутации нашей компании. Пришлось нам вмешаться и выкупить проект со всеми обязательствами.

Я сижу, ровным счетом ни хрена не понимаю, но упорно слушаю – каким боком ихняя репутация ко мне отношение имеет. Владимирыч, видимо, это просек, перешел к сути:

– Сейчас на участках стоит тридцать пять коттеджей, плюс пара магазинов, детсад и школа. Общий цикл работ на объектах завершен, осталась электрика, сантехника и черновая отделка. То есть, как раз те виды работ, на которых специализируется ваш коллектив. Поэтому мы хотим предложить эту работу вашей бригаде.

Я аж ушам своим не поверил. Нам – такой кусок работы? Своих людей не хватает, что ли?

Владимирыч усмехается:

– Своих людей хватает, но этот поселок у нас в планах работ не значился. Сдергивать людей с других объектов никто не позволит, поскольку это неблагоприятно отразится на сроках сдачи работ. Нанимать новых – долгая история, да и люди неохотно идут на временную работу. К тому же новых работников нужно еще проверять на профессиональность, а у вас уже сложившаяся репутация. Вот и получается, что нам проще и выгоднее нанять вас.

Пораскинул я мозгами – прав Владимирович. На его месте я б точно также поступил. А раз так, то надо соглашаться, дело выгодное. Обговорили мы сроки, условия, секретарша принесла папку с бумагами, которые я и мои хлопцы подписать должны – на том и распрощались. Я через денек опять в эту контору заехал: бумаги завез, аванс получил, мелочи всякие уладил. И спокойно поехал в поселок, там уже все мои архаровцы меня ждали.

А ребятки у меня подобрались – золото, каждый двоих стоит. Но особенно повезло мне с Толяном. Он по специальности электрик, проводка и розетки как раз по его части. А если бутылку поставить – что угодно смастерит и починит. Мог бы лопатой деньги грести, да ему это неинтересно. Всем знакомым компьютерные приставки собрал, ребятню радовать – а денег не брал. Такой вот человек. «Для меня», говорит, «это искусство, а оно не продается!»

Вот как раз с Толяном у нас история и приключилась. Мы уже месяца два как в поселке вкалывали. Там же и жили, не мотаться же в город каждый день? Восемьдесят кэмэ туда, и столько же обратно… Оборудовали в детском садике себе пару комнат со всеми удобствами, Толян откуда-то телевизор приволок, настроил так, что все платные спутниковые каналы показывал. Вокруг лес, речка рядом. Не работа – сплошное удовольствие! Если бы не постоянные перебои с материалом – то кабель не подвезут, то дюбели кончатся, то еще чего-нибудь… Особая беда была с унитазами: их с самого первого дня как забыли завезти. Даже самим нужду толком не справить было… Несколько раз я этому Максиму Владимирычу звонил, ругался. Наконец обрадовали – партия сральников едет к вам, ждите. Ждать, конечно, не стали, у нас других дел по горло. Где-то к концу дня смотрим – пылит по дорожке грузовик. Открыли мы его и ахнули – стоят в деревянных коробах финские унитазы голубого фаянса, и все как один битые. И не просто там краешек отбит, а капитально расколочены, на куски. Водила глаза прячет, мычит что-то про аварию, да мне-то какая разница как он их побил? Позвонил я опять Владимирычу, говорю: так и так, нету унитазов, один бой. Владимирыч тут же шоферюгу потребовал, что-то там ему матерно высказал, потом опять меня попросил. Говорит: сгрузите этот хлам, чтоб не катать его обратно в город. Через день новая партия поступит, тогда и вам все сполна отгрузим, а заодно бой на свалку отвезем.

Ну, раз такое дело… Поскидали мы с хлопцами короба, отпустили машину с Богом. Сами на скорую руку ужин сварганили, я поллитру достал. Отужинали, а там кто как – кто на речку купаться, кто телик смотреть. А я спать завалился, очень меня битые унитазы расстроили.

Утром меня Вовчик разбудил… Ты чего, Вовчика не помнишь? Мелкий такой, шустрый. Он еще с приятелем где-то на немецкий блиндаж набрел, а там целый склад – оружие, жратва, шнапс… Они первым делом шнапс ихний распробовали, а потом решили автоматы проверить. Кто-то из местных пальбу услышал, в милицию позвонил. К ним туда целый отряд ОМОНа и пожаловал. Думали, что банду террористов поймают, а там всего лишь два пьяных обалдуя. Вспомнил? Ну, вот, значит, будит меня Вовчик:

– Пойдем, – говорит, – Митрич, там Толян такое дело учудил!..

Послал я было Вовчика по матушке да обратно спать наладился, ан нет, свербит в мозгу мысль – чего ж такого там этот Кулибин наваял? Встал, пошел на двор, а там вся компашка вокруг бетономешалки собралась. Вокруг мешалки Толян расхаживает, гордый, как петух, который весь курятник оттоптал. А рядышком финский унитаз стоит – целехонький! Я, знамо дело, строгости на себя напустил:

– Чего столпились? Откуда унитаз взяли? Если сперли где, так лучше сразу назад несите, пока я вам по шеям не навалял!

Мужики тут же загудели, возмущаются. Не крали ничего, а унитаз Толян из вчерашнего боя восстановил. Я ни фига не понимаю: как так восстановил? Склеил, что ли? Так швы были бы видны, а на унитазе ни единой царапинки. Да и клеить там уже нечего было… Тут Толян рот раскрыл:

– Я, Митрич, восстановитель собрал.

Объяснил, называется.

– Ну, – говорю, – давай дальше. Что за восстановитель такой?

Зря спросил. Толян как понес пургу заумную!.. Хоть звони на телевидение и Капицу приглашай, в переводчики. Если поймет, конечно. Я так почти ничего не понял, кроме того, что Толян несколько лет собирал хреновину для восстановления разрушенных предметов. Как? Я-то почем знаю? Он там про молекулы и их связь чего-то нес…

Короче, не стал я ждать, когда у меня от Толяновой лекции уши в трубочку свернутся, а велел показать чудо в действии. Сам знаешь – лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать… Мужики тут же полную тачку финских осколков приволокли, в бетономешалку загрузили. А к ней уже Толянова хреновина прикручена и проводки к ноутбуку протянуты. Чего-то там Толян на компьютере поколдовал, какой-то рычажок на своем восстановителе двинул, бетономешалку включил. Я думал, щаз вокруг мешалки сияние какое или еще какое чудо… Не-а. Обыкновенно так закрутилась, только фаянс битый по стенкам гремит. Хотел уже расстроиться и мужикам за дурацкий розыгрыш втык устроить, как Толян заорал:

– Митрич, на слив смотри!

Глянул я: мать моя, Тамара Николаевна! Из слива вроде как песок сыплется, но не кучкой собирается, а сам собой собирается в форме унитаза! На манер шарфа, который из вязальной машинки вылезает.

Я где стоял – там и сел. Рот раскрыл, руки трясутся, пол-коробка спичек сломал, пока закурил.

Тем временем из бетономешалки уже половина унитаза высыпалась. Ребятки мои еще обломков в топку подбросили, Толян в ноутбоук смотрит. Пока я докурил – уже два унитаза рядышком стоят, сияют. И Толян аж блестит весь.

– Давай, – говорю, – еще!

Мужики тут же орут «Еще!», Вовчик даже «Бис!» кричит. Будто на концерте…

Быстренько связали третий унитаз. Я аж растрогался, Толяна обнимаю, у самого ком в горле стоит. Голова! Мужики рядом топчутся, деликатно намекают, что такое дело не грех и обмыть. Святое дело! Выделил я из бюджета деньжат, снарядили двоих гонцов. Вскоре вернулись, приволокли аж десять литровых бутылок. Говорят, чтоб два раза не бегать. Отругал, конечно: закуси-то мало взяли…

Накрыли поляну, запустили восстановитель четвертый унитаз вязать, сами за три первых выпили. Вернее, сперва за изобретателя, потом за изобретение, а уж потом за унитазы пить начали. Вовчик к Толяну прицепился с расспросами что да как, Толян объяснял… Когда седьмой унитаз отмечали, Толян отключился. Устал, видать. Ну да Вовчик к тому времени уже освоил какие кнопки жать и восьмой благополучно высыпался уже без участия изобретателя. Мужики только успевали подкидывать – в мешалку фаянс битый, в рот водку…

На двенадцатом унитазе осколки кончились, а водка еще оставалась. Ну, пить без повода – мы ж не ханыги какие. Недолго думая, разбили только что связанные унитазы и пустили процесс по новой. Потом опять. Потом снова. Пока не кончились…

Не, водки как раз еще оставалось немного. Унитазы кончились. Точнее, осколки. То есть, и осколки, и унитазы. Мы ж по пьяни сразу не заметили, что с каждым разом унитазов получается все меньше. Это уже утром, когда опохмелились, Толян нам объяснил, что там заковыка имеется: для процесса нужно до фига энергии и половина материала уходит на обеспечение восстановителя этой самой энергией. Загрузили двадцать битых унитазов – на выходе получили десять целых. Ну и так далее, по убывающей…

Хотел я сперва Толяну по шее накостылять, а потом подумал – штуку-то он сделал правильную. Лучше из двух битых сральников один целый связать, чем оба выкинуть. Просто любой штукой надо пользоваться с умом.

А главное – не экономить на закуске!

Content

Уткин Сергей Валерьевич Заковыка

Заковыка