Александр Андреев, Максим Андреев

Политические ордена

Введение

Издание рассказывает о трех политических организациях, деятельность которых оставила значительный след в истории человечества – инквизиции, мафии, ку-клукс-клане.

Тайные и секретные организации всегда существовали в обществах многих стран и народов. Они имели разные формы – политические, военные, религиозные, мистические, гражданские, даже научные. Их возникновение вызывалось конкретными причинами и обстоятельствами. Многие тайные общества, по традиции называемые орденами, выдвигали политические цели и задачи. Люди, их создававшие, руководствовались многими причинами – ненавистью к злу, стремлением к справедливости, несправедливости, рабству, они хотели сделать общество честным и справедливым, дать всем равные возможности. Но так поступали не все. Часто политические общества не достигали своих целей или добивались прямо противоположных результатов. Тайные ордена декларировали высокие политические цели, но выполняли волю их высшего руководства, их личные желания, не имевшие никакого отношения к официальным задачам орденов. Некоторые политические общества создавались из чувства мщения, как к конкретному государственному деятелю, так и к государственному органу. Ордена не только философствовали, но и активно действовали. Для их подавления государства создавали свои политические организации, самым известным из которых стала инквизиция.

Созданная в начале XIII века инквизиция изменила ход развития человеческого общества. По всей Европе половину тысячелетия шли тысячи судилищ, от которых гибли десятки тысяч инакомыслящих людей, пытавшихся просто объяснить происходящее.

Тайные организации в Италии существовали почти всегда. Работа рассказывает о карбонариях, каморре и мафии, чьи структуру и иерархию копировали мафии многих стран мира.

Долгое время в Соединенных Штатах Америки действовал ку-клукс-клан, расистская организация. В борьбе с этим орденом американской демократии пришлось напрячь все силы и победить.

Инквизиция, мафия, ку-клукс-клан появились в ответ на угрозы определенным группам и слоям общества в разные периоды истории человечества. Их цели и задачи менялись вместе с политической и экономической ситуацией в обществе и стране. В совершенном обществе невозможны проявления насилия. Для создания совершенного общества необходимо создание совершенного государства. В противном случае человечество не сможет жить в счастливом, благополучном обществе, где будут реализовываться желания и возможности людей.

Последняя часть работы рассказывает о политической полиции Российской империи. Отдельный корпус жандармов и Охранные отделения Департамента полиции МВД России знали почти все о деятельности революционеров и террористов в государстве. Десятки раз они докладывали властям правду о ситуации в стране, о том, что в феврале 1917 года произойдет революция, «последствия которой ужасны и непоправимы», но все было бесполезно. Российская империя на всех парах неслась к своему краху и гражданской войне 1918–1921 годов.

Инквизиция

Timete Deum et date ille honorem, quia veniet hora judicii ejus

С начала новой эры от рождества Христова в Европе велась полемика, касающаяся основ христианского учения, его догматов, таинств, обрядов. Десятки и сотни монахов и ученых по-своему толковали Священное Писание и распространяли свои учения среди верующих, пытаясь собрать как можно больше сторонников. Сторонники ортодоксального христианства сознательное и преднамеренное уклонение от ясно выраженного и четко сформулированного догмата христианской веры стали называть ересью, hairesis, учением. Догматами считались утвержденные высшими церковными инстанциями положения вероучения, объявленные церковью непреложными истинами, не подлежащими критике. Разработкой религиозных доктрин о сущности Бога занималось богословие – теология (theos – бог). Ересь сразу же стали отличать от раскола, от случайных, непреднамеренных ошибок в догматическом учении. Истины церковного учения вырабатывали в символах Вселенские церковные соборы. Источниками ересей объявляли желание соединить в одно целое старые философские доктрины еще античного мира с новыми христианскими. Сектой называли вероисповедание, которому следовало небольшое количество людей, организованных в группу. Ересью же было содержание самого учения. Секты делились на реалистические и мистические.

Первые века христианства нельзя назвать гуманной эпохой, но самому христианству всегда было чуждо насилие в делах веры, хотя ереси и секты постоянно сменяли друг друга и были очень опасными для еще неокрепшей Церкви Христовой. В обязанности дьяконов входило разыскивать и исправлять заблуждавшихся в вере. Первые епископы, следуя заветам Господа и апостолов, увещевали, а не карали. Суд епископов был простой и не отличался жестокостью. Самым сильным наказанием в эпоху раннего христианства было отлучение от церкви. Один из отцов церкви Иоанн Златоуст писал и проповедовал: «Христианам не дозволено уничтожать заблуждения силой, они могут вести людей к спасению только убеждением, разумом и любовью».

Со временем признания христианства государственной религией Римской империи, к церковным наказаниям добавились гражданские. В 316 году Константин Великий издал эдикт, присуждавший донатистов к конфискации имущества. Угроза смертной казнью впервые была применена императором Феодосием Великим по отношению к манихеям. и в 385 году уже казнили присциллиан. К V веку против еретиков действовали пятнадцать законов императора Феодосия, двенадцать – Аркадия, восемнадцать – Гонория и десять законов Феодосия II. У еретиков отнимали имущество, отбирали права наследства, запрещали торговать и заключать договоры. Им грозили огромными штрафами, наказанием плетью, ссылкой на пустынные острова, а в особо тяжких случаях смертной казнью по усмотрению местных властей. Еретиков увещевали и подвергали церковному покаянию.

Борьбу с ересями, сектами, расколами обосновал один из отцов церкви блаженный Августин. Не все способны воспринимать слова убеждения, поэтому иногда необходимо прибегать к воздействию страхом и наказанием. Родители наказывают своих детей, и сама любовь часто действует строгостью. Удары друзей полезнее, чем льстивые поцелуи врагов. Принуждение – спасительное лекарство. Не прибегать к нему означает воздавать злом за зло. Если мы видим врага, бегущего к пропасти в припадке безумия, не следует ли удержать его силой, чем допустить его гибель? Нетерпимость – это акт человеколюбия, спасение погибающего. Августин предлагал при необходимости меры строгости и наказания.

В начале VIII века в капитуляриях императора Карла Великого встречаются предписания, обязывающие епископов следить за нравами и правильным исповедованием веры в их епархиях, искоренять языческие традиции. В 884 году его сын Карл Лысый предписал епископам утверждать народ в вере с помощью проповедей, расследовать и исправлять его заблуждения. К еретикам все чаще и чаще вместо средств увещевания применялись насильственные меры. Наиболее строгими мерами стали конфискации имущества и сожжение на костре.

Крестовые походы против неверных на Востоке, в защиту Гроба Господня укрепляли в европейских умах понятие о богоугодности преследований врагов религии и наэлектризовали народ. Повсюду быстро возникали монастыри с суровыми уставами, распространялись слухи о скором наступлении Страшного суда. Мысль о спасении витала в восторженных умах, мысль о подвигах во славу религии, для исцеления души и тела.

В 1163 году на Турсксом церковном соборе впервые было произнесено слово «инквизиция». В 1185 году на Веронском соборе были изданы точные правила преследования еретиков, обязывающие епископов возможно чаще ревизовать свои епархии и выбирать зажиточных мирян, которые бы оказывали им содействие в розыске еретиков и предании их епископскому суду. Под страхом отлучения и других наказаний светским властям предписывалось оказывать поддержку епископам.

Западнее правого берега Роны, во французском Лангедоке, находились владения Раймонда VI Тулузского. Под южным небом процветали самоуправляемые и богатые города во главе с Тулузой. Население представляло собой смешение различных вероисповеданий, царила веротерпимость. Все считались равноправными жителями, которым покровительствовал закон. На юге Франции совершенно спокойно проповедовали катары, альбигойцы, вальденсы, считавшие мир и природу человека сочетанием добра и зла. Сатана создал тело человека, Бог одарил его разумом. В этом причина двойственности человека, борьбы тела и души. Грех овладел человеческим родом. Чтобы спасти человечество, Иисус Христос сошел на землю под видом человека. Его предали смертной казни, но страдания Христа были только видимыми, указывающими дорогу к спасению посредством очищения от земных страстей и привязанностей. Полностью очиститься можно только водой на Луне в течение двух недель и в царстве Солнца небесным огнем. Очищение всех душ будет концом мира. Только невидимое и вечное дело рук доброго Бога. Римская церковь – «базилика и синагога сатаны». Ее таинства не священны. Тело Христово в причастии просто хлеб, крещение бесцельно. Церковная иерархия – собрание грешников, бессильное руководить человеческой совестью. Крест не заслуживает почитания, потому что он символ страданий Христа. Воскресения мертвых нет, души переселяются в другие тела, в животных, в растения. Браки не от Бога, а слабость человеческая. Рождение новых людей дает им возможность переселяться друг в друга. Владение любым имуществом греховно, это ржавчина души. Четыре раза в год катары и альбигойцы постились в течение сорока дней, три раза в неделю ели только хлеб и пили воду. Вальденсы верили в Троицу, признавали таинства крещения и причащения, но не признавали икон и ненавидели римскую церковь, называя ее «вавилонской блудницей, бесплодной смоковницей». Однако «вавилонская блудница» совсем не была погружена в суету этого мира, а «бесплодная смоковница» было цветущей и полной сил.

В 1179 году папа Александр III созвал в Риме Третий Латеранский собор и отлучил еретиков Альби и Тулузы, заявив: «потому что эти еретики не скрываются уже и не остаются спокойными, но дерзко проповедуют свои заблуждения и совершают простых и слабых. Хотя церковь часто довольствуется одним первосвященническим судом и не принимает кровавых мер, этот суд может быть дополнен мирскими силами, чтобы страхом казни побудить людей следовать духовному врачеванию. А так как еретики, которых называют катарами, сделали великие успехи в земле Тулузской и иных местах, то мы придаем их анафеме с их покровителями и сообщниками и запрещаем всякому, кто бы ни был, иметь с ним общение. Если они умрут в грехе, то никогда их не поминать и не хоронить между христианами».

В конце XII века учение катаров и альбигойцев стало угрожать католической церкви и папскому авторитету. В 1198 году папа Иннокентий III (1190–1216) призвал к борьбе с ересью, предлагая пользоваться только мерами в пределах духовно-церковной власти. Он снял анафему с Лангедока и в качестве двух папских легатов послал туда цистерцианских монахов Гюи и Ренье для искоренения ереси. Этим создавалась новая власть – духовная, имевшая свои специальные функции и почти независимая от епископов. В 1203 году Иннокентий III направил в Тулузу в качестве своих легатов цистерцианцев Петра Кастельно, Ральфа и Арнольда с группой монахов. В 1206 году к ним присоединился будущий святой Доминик де Гусман, основатель знаменитого доминиканского ордена. Данте Алигьери писал о нем в «Божественной комедии»:

«С железной волей, праведен и строг,

Он ринулся, как с гор крутых поток,

В открытую борьбу с еретиками,

Которые зловредны для других,

Которые над слабыми умами

Имели власть и развращали их.

И от него другие побежали

Ручьи и сад церковный орошали».

Сохранилась грамота 1209 года, данная Домиником одному из раскаявшихся альбигойцев:

«Всем верным христианам, к которым достигнет это послание, брат Доминик, каноник, малейший из проповедников, приветствие о Иисусе Христе.

В силу данной Нам власти мы возвратили в лоно церкви предъявителя сей грамоты Понса Рожера, оставившего по милости Божьей секту еретиков. Так как он дал нам клятву исполнять наши приказания, то мы велели ему три следующие воскресенья являться в церковь, причем священник, обнажив его, будет бить его розгами на всем протяжении от городских ворот до церкви.

Для покаяния мы налагаем на него на всю жизнь пост и запрещаем ему есть мясо, яйца, сыр и всякую животную пищу, исключая дней Пасхи, Троицы и Рождества, в которые он может есть все. В знак отвращения от своей прежней ереси три поста в году он должен воздержаться даже от рыбы, три раза в неделю, пока жив, воздерживаться от мяса, рыбы и вина, допуская облегчение только в случае болезни и изнурительных работ.

Он должен носить церковное платье по покрою и по цвету, с двумя маленькими крестами, нашитыми на груди. Всякий день он будет слушать мессу, если то окажется возможным, а по праздникам и воскресеньям вечерню. Он в точности должен исполнять утренние и вечерние молитвы, читать «Отче наш» семь раз утром, десять раз вечером и двадцать раз в полночь, жить целомудренно и настоящую грамоту вручить своему приходскому священнику. Ему мы приказываем наблюдать за поведением Рожера, который должен исполнять в точности все, что ему предписано, пока господин легат, не изъявит своей воли.

Если же означенный Понс того исполнять не будет, то мы приказываем смотреть на него, как на клятвопреступника, еретика, отлученного и удалять его от общества верных».

Владетельные сеньоры не поддержали деятельность легатов. Король Франции, графы Тулузский, Фоа, Безье, Каркассон, Комменж были против гонений на спокойных и покорных подданных, изгнание которых было настоящим разорением для Лангедока.

Фанатик – легат Петр Кастельно не проповедовал, а боролся. Современники говорили, что он искал себе смерти. Медленная, но верная победа над ересью, что делал Доминик, Кастельно не устраивала. Недовольный действиями Раймонда Тулузского по борьбе с ересью, он заявил графу в конце 1207 года:

«Я объявляю тебя, граф, клятвопреступником, беззаконником. Гнев Божий да разразится над тобой. Я отлучаю тебя от церкви. На всех твоих землях отныне интердикт. С этого дня ты – враг Бога и людей. Подданные твои разрешаются от присяги, и тот, кто свергнет тебя, поступит справедливо, очистив престол, опозоренный еретиком».

Через несколько дней Петра Кастельно, естественно, зарезали. Это послужило поводом к кровавым и опустошительным альбигойским войнам, продолжавшимся почти двадцать лет. В 1229 году в Париже Раймонд VII Тулузский присягнул на верность французскому королю и церкви, поклявшись до самой смерти сражаться с еретиками и их единомышленниками и укрывателями, не щадя ни родственников, ни друзей, ни вассалов: «Обещаю произвести без промедления должный суд над еретиками и приказать нашим бальи тщательно разыскивать их, единомышленников и укрывателей их». На Тулузском соборе 1229 года было постановлено, чтобы каждый епископ назначал одного священника и нескольких светских лиц для тайного розыска еретиков в пределах своей епархии. В 1233 году инквизиторские обязанности были изъяты из компетенции епископов и поручены монахам доминиканского ордена. Началась эпоха первой инквизиции.

Инквизиция, Inquisitio haereticae pravitatis, Святая инквизиция, Святой Трибунал, Santum officium – учреждение церкви, главной целью которого были розыск, суд и наказание еретиков. При папе Гонории III (1216–1227) инквизиция распространилась почти по всей территории Италии. При папе Григории IX (1227–1241) инквизиторские трибуналы действовали в Италии, Франции. Испании, Германии, Португалии, Голландии, позже в Мексике, Бразилии, Перу. Члены инквизиторского трибунала, непосредственно подчинявшиеся римскому папе, обладали личной неприкосновенностью и неподсудностью местным светским и церковным властям. Позднее, в 1542 году в Риме папа Павел III учредил Центральный инквизиторский трибунал – Congregato sanct oficii.

В XIII веке первые инквизиторы не сидели на месте. Прибывший на место службы инквизитор обращался к населению с призывом каяться и называть имена еретиков. Сделавшие это в течение тридцати «льготных дней» еретики подлежали церковному наказанию, остальные – тяжким карам.

Судопроизводство было тайное, без участия сторон и подобия суда, sine figura judicii. Обвиняемый не знал имен свидетелей. Для получения от него признания прибегали к пыткам водой и огнем, различными механическим приспособлениями. Оправдательный приговор был редкостью. Отрицание вины в большинстве случаев признавалось упорством в ереси и обычно заканчивалось смертной казнью. Наиболее частым и мягким наказанием было «примирение» с церковью, сопровождавшееся конфискацией имущества, лишением прав и заключением в тюрьму. Упорствующих еретиков сжигали на кострах. Бежавших судили заочно и приговаривали к сожжению «в изображении» – in effigie. Трупы умерших еретиков выкапывали и сжигали.

На решения инквизиции фактически нельзя было пожаловаться. Даже папский легат не имел права вмешиваться в ее дела. Инквизитор, личность которого была неприкосновенна, мог привлечь к суду и старших по положению. Он мог налагать интердикты на города и округа и за все свои действия отвечал только перед папой.

Приговор инквизиции обычно объявлялся целым группам еретиков в торжественной обстановке на главной городской площади, на которой устраивались специальные подмостки и трибуны для публики. Такое публичное осуждение, сожжение, называлось ауто да фе. Роль инквизиции заканчивалась провозглашением отказа церкви от покровительства преступнику и выдачей его светской власти. Это означало смертную казнь, совершать которую, в виду «отвращения церкви к крови», должна была светская власть.

Широкое распространение жестоких и изощренных пыток, вознаграждение доносчика частью имущества обвиняемого, материальная заинтересованность самой инквизиции и исполнявшей ее приговоры светской власти сделали инквизицию бичом католических стран Европы.

Конфискованное имущество считалось собственностью государства и инквизиции, которые обычно делили его пополам. Возникали конфликты, которые привели к постепенному вытеснению инквизиции в XIV веке из большинства европейских стран. Ее функции, а особенно конфискации имущества, брали в свои руки государства.

Установленные в 1233 году инквизиторские трибуналы вызвали народное возмущение в Нарбонне, в 1242 году – в Авиньоне. Несмотря на это, они продолжали действовать в Провансе и были распространены на северную Францию. По настоянию французского короля Людовика XI римский папа Александр IV назначил в 1255 году в Париж одного доминиканского и одного францисканского монахов на должность генеральных инквизиторов Франции. Начиная с XIV века французская инквизиция стала подвергаться ограничениям со стороны государственной власти и постепенно приходить в упадок. Вернуть инквизицию во Францию не смогли даже усилия ее королей, боровшихся с реформацией в XVI веке.

В Германии инквизиция была направлена против племени стедингов, отстаивавших свою независимость от бременского епископа. Она вызвала всеобщий протест. Первый инквизитор Германии Конрад Марбургский в 1233 году был убит во время народного восстания. В следующем году убили двух его заместителей. Папа Урбан V, опираясь на поддержку императора Карла IV, назначил в Германию двух доминиканцев в качестве инквизиторов, но опять ничего не получилось – германцы не принимали инквизицию и не давали ей действовать.

Инквизиторы попытались действовать в Англии, чтобы бороться с учением Винклефа и его последователями, но не смогли здесь укрепиться. В славянских государствах инквизиция недолго действовала в Польше.

Наибольшего распространения инквизиция достигла в Италии и Испании, особенно в XVI веке, при папах Пие V и Сиксте V. Именно здесь начался период Второй инквизиции.

На Пиренейском полуострове организация инквизиции в XIII веке не осуществилась из-за борьбы христиан с арабами за обладание Испанией, в которой существовали четыре христианские государства – Кастилья, Арагон, Наварра и Португалия, и три мусульманских – Севилья, Кордова и Хаена.

Победы испанцев над арабами во второй половине XV века дали возможность инквизиции укрепиться на Пиренейском полуострове. Она получила новую организацию и стала политической силой. Были разработаны принципы определения еретиков, подозрения в ереси:

ложные понятия о всемогуществе Божьем;

обвинения в колдовстве и в обращении во времени молитвы к злым духам;

вызывание злых духов;

год, проведенный в отлучении от церкви, без выполнения наложенного наказания;

раскол;

укрытие, соумышление и соучастие еретикам;

неизгнание из своих владений еретиков владетельными сеньорами;

неотмена действующих в городах статутов и положений, противодействующих деятельности инквизиции;

принятие адвокатами и нотариусами стороны еретиков, укрытие их бумаг и писем, помощь советами;

похороны еретиков по церковному обряду;

оппозиция к инквизиции, отказ от произнесения клятвы во время рассмотрения религиозных судебных дел;

покойники, которые были еретиками – их тела должны быть вырыты из могил и сожжены на костре с конфискацией имущества у их наследников;

писание еретических сочинений;

совершение поступков, заслуживающих подозрения в ереси;

поведение евреев и арабов – мавров, склонявшее католиков в ересь.

Инквизиторы должны были действовать в полном согласии с местными епископами. Постановления о взятии под стражу утверждались одновременно инквизиторами и епископами, также как и разрешение на проведение пыток и утверждение приговора. Инквизиции прибегали к помощи светской власти, которая не имела права отказать им в содействии.

Инквизиторы имели свои тюрьмы, чтобы быть совершенно уверенными в надежности охраны узника. Если какое-то дело вызывало сомнения или затруднения в отношении применения церковных уставов, декретов, булл, грамот и гражданских законов, инквизиторы советовались с юрисконсультами. Из документов при этом тщательно изымались имена обвиняемого, доносчика и свидетелей. С юристов брали клятву о сохранении полной тайны. Содержание инквизиции осуществлялось продажей конфискованных имуществ или доходами с них. Инквизиторы никогда не принимали вклады и пожертвования.

Испания второй половины XV века представляла наиболее благоприятные условия для развития инквизиции. Многовековая борьба с арабами – маврами способствовали развитию в народе религиозного фанатизма, которым с успехом воспользовались руководившие инквизицией доминиканцы. Очень много нехристиан – евреев и мавров – оставалось на землях, отвоеванных у арабов испанцами. Их богатство внушало зависть и соблазняло власти, несмотря на то, что именно эти слои населения были наиболее образованными, просвещенными и деловитыми на Пиренейском полуострове. Уже в конце XIV века многие евреи и мавры были вынуждены принять христианство. Часть их после этого тайно продолжала исповедовать религию отцов.

Систематическое преследование этих новых христиан – марранов и морисков – началось во второй половине XV века, со времени объединения Кастилии и Арагона в одну монархию при Изабелле Кастильской и Фердинанде Католике. Они были против предоставления Ватикану исключительных прав на инквизицию в Испании. Короли не хотели делиться с Римом поступлениями от конфискованного огромного богатства еретиков. Изабелла и Фердинанд реорганизовали инквизицию, использовав не только религиозный фанатизм народа, но и желание воспользоваться возможностями инквизиторской системы для упрочения государственного единства Испании и увеличения доходов казны путем конфискации имущества осужденных. Душой новой инквизиции в Испании стал доминиканский монах Томас Торквемада.

Великий инквизитор родился в 1420 году в небольшом городке Старой Кастилии Торквемада, по другим сведениям – в Вальядолиле или Сеговии. Его отец, сеньор Петр – Фердинанд, дал сыну прекрасное образование, наградив при этом острым умом и страстным, но неровным характером. Томас много путешествовал по Испании, слушал лекции в университетах Саламанки и Толедо. В Кордове он влюбился в красавицу испанку, но она вышла замуж за мавра и уехала в Гренаду.

Торквемада решил съездить в Рим, в Ватикан, и через Сарагосу направился в Барселону. В Сарагосе шли диспуты монахов доминиканского ордена о чистоте веры и Томас, изучавший теологию, вступил в спор с доминиканским приором Лопесом из Серверы. Торквемада был умен, знающ и красноречив, и Лопес тут же пригласил его в свой орден святого Доминика.

Торквемада принял монашеский постриг и с ревностью исполнял обеты и суровый устав. Он проповедовал, утешал богомольцев, лечил их душевные раны, обличал ересь, искал явных и тайных врагов церкви. Ему предложили звание доктора богословия и высокие посты в духовной иерархии, но он отказался. В 1459 году он согласился стать приором в монастыре святого Креста в Сеговии. В этот монастырь совершали паломничества представители высшего общества Кастилии, часто приезжала королева с детьми. Инфанте Изабелле был нужен духовник и приору монастыря святого Креста доверили эту обязанность. Вскоре религиозная принцесса полностью доверяла Томасу Торквемаде.

Король Кастилии и брат Изабеллы Генрих IV, не любимый духовенством, был низложен. Корону получил его брат Альфонс, но после его скорой смерти, ее вернули Генриху Бессильному, с условием, что наследницей трона становится его сестра Изабелла. Ее духовник активно участвовал в провозглашении Изабеллы наследницей Кастилии.

С семилетнего возраста Изабелла считалась невестой Фердинанда, принца Арагонского. Многие представители испанской элиты мечтали об объединении Кастилии и Арагона в единое испанское королевство. Генрих IV Бессильный попытался выдать Изабеллу за короля Португалии, но у него почему-то ничего не получилось. Торквемада ловко разрушил королевские планы. 19 октября 1469 года в тайне от Генриха IV Изабелла в сопровождении духовника отправилась в Вальядолид, где обвенчалась с тайно прибывшим туда в костюме слуги Фердинандом Арагонским.

Генрих Бессильный объявил Изабеллу лишенной престола, но над ним только посмеялись. После его смерти в 1475 году Изабелла стала королевой Кастилии и Леона. Тот же титул был дан ее мужу Фердинанду V. Два самых больших королевства Испании соединились в единое политическое целое.

Торквемаде предложили стать архиепископом Севильи, но он отказался. Историк XIX века писал: «Этот лев религии убедил королей, что испорченность нравов и свободомыслие с каждым днем возрастают, что соседство христиан с евреями и маврами вредит благочестию народа. Он убеждал их в необходимости произвести тщательное расследование заблуждений того времени и возвратить престиж религиозной дисциплине». Торквемада стал во главе инквизиционного трибунала, Сант-Оффицио, и передал его из рук папы в руки испанской короны. После длительных переговоров между папской курией и королевской властью буллой Сикста IV 1 ноября 1478 года в Испании была учреждена инквизиция, отличная от других в Западной Европе.

Первые инквизиционные трибуналы появились в Испании в 1232 году. Инквизиторы вызывали недовольство и озлобление у населения, и народ перебил их. Инквизиторы появлялись и исчезали, но к 1460 году их в Испании не было.

Изабелла и Фрединанд колебались и не хотели вводить инквизицию в Испании. По их приказу архиепископ Севильи кардинал Мендоса составил краткий катехизис для верных католиков, спутник христианина от купели до могилы. Множество этих катехизисов было роздано народу в Севилье, считавшейся главным оплотом севильских еретиков. Священники Севильской епархии разъясняли катехизис прихожанам и предупреждали, что они и их дети должны поступать согласно предписаниям катехизиса. На «отпавших от истинной веры и мирного их возвращения в лоно церкви» предполагалось воздействовать словами проповедей и назидательных бесед. Для наблюдения за результатами этой компании была назначена особая комиссия, решавшая – быть или не быть инквизиции. От имени еретиков был выпущен памфлет против «спасителей» и комиссия доложила королям, что ересь упорствует.

В 1480 году в Севилье был учрежден первый трибунал инквизиции, который состоял из председателя, двух юристов-ассесоров и трех королевских советников. В 1481 году в монастыре святого Павла в Севилье открылись заседания Сант-Оффицио под руководством доминиканцев, провинциального приора Морило и викария ордена Мартена. Светские власти получили королевские приказы оказывать содействие инквизиторам. После этого началось массовое бегство марранов, крещеных евреев, из страны, на которых обрушились первые удары севильских инквизиторов. Трибунал тут же объявил их бегство уликой и объявил бежавших марранов еретиками. Он приказал всем сеньорам под страхом анафемы и конфискации земель и титулов задерживать беглецов и под охраной отправлять в Севилью. Имущество бежавших марранов, само собой, конфисковывалось.

В Севилье марранов ждали пытки, суд и монастырская тюрьма, которая мгновенно переполнилась. Морило и Мартен издали прокламацию, которую назвали «грамотой милосердия». Они призвали марранов добровольно предаться их власти, за что обещали легкое наказание. Многие беглецы и скрывающиеся поверили обещаниям инквизиторов и явились в трибунал. Естественно, их заключили в тюрьму и для выхода из нее потребовали у них назвать всех известных им еретиков.

Через неделю после начала деятельности Сант-Оффицио сожгли шесть осужденных, еще через неделю семнадцать. За полгода сожгли триста человек и почти сто осудили на вечное заточение. Сжигаемых было так много, что севильский губернатор из камня построил особый постоянный эшафот, называемый квемадеро. На его верхней площадке установили четыре большие гипсовые статуи пророков. Внутри этих статуй была пустота, куда вводили осужденных. Внизу зажигали костер и люди в мучениях погибали в этой огненной печи. Иногда инквизиторам недоедало однообразие и приговоренных просто привязывали к статуям.

Спешность процессов, доносы, личные пристрастия инквизиторов, желание завладеть чужим имуществом часто отправляли на костер ни в чем не повинных людей, истинных и искренних католиков. Теперь и марраны и богатые католики спешили вырваться из Испании во Францию и Португалию, даже в Африку. Множество людей жаловались в Рим и канцелярия Ватикана была завалена жалобами на жестокость севильских инквизиторов. Папа Сикст IV указал Фердинанду и Изабелле на жестокость трибунала. Папа заявил в своем послании, что Морило и Мартен заключают в тюрьмы истинных католиков, подвергают их жестоким мучениям и, чтобы овладеть их имуществом, объявляют их еретиками и ведут на казнь. Папа рекомендовал испанским королям устранить инквизиторов. Было поздно, Фердинанд и Изабелла поняли политическую силу инквизиции. Сант-Оффицио быстро превратился в орудие власти, в средство удалять с ее пути все, что могло вредить этой власти, будь то евреи, арабы, непослушные католики, и даже строптивые епископы. Вторая инквизиция стала королевской и имела очень относительное отношение к Ватикану. Под давлением Фердинанда и Изабеллы папа назначил Торквемаду в 1483 году великим инквизитором Кастилии и Арагона, в 1486 году – Валенсии и Каталонии.

Томас Торквемада составил инквизиторский кодекс и процедуру инквизиторского суда, разработал организационную структуру органов инквизиции. Был создан центральный инквизиционный совет, Consejo de la suprema и десять местных трибуналов. В 1484 году Торквемада собрал в Севилье общий съезд всех членов испанских инквизиционных трибуналов, на котором были приняты десятки постановлений, регламентировавших инквизиционный процесс. Постановления определяли устройство трибуналов, «отсрочку милосердия» для желающих сознаться и обратиться, публикации приговоров против еретиков и отступников, устанавливали инквизиторскую иерархию, расписывали все случаи, которые могли возникнуть во время инквизиционного процесса. Кто сознавался, тот мог рассчитывать на помилование, но только если называл других еретиков. Любые должности и право ношения серебра, золота, драгоценностей, шелковых тканей обращенным еретикам запрещались. Добровольное покаяние не избавляло от денежного штрафа, а покаявшихся еретиков уже после срока милосердия – от конфискации имущества со дня впадения в ересь. Конфисковывали имущество жен и детей, как наследство от еретика. Если упорный еретик сознавался после долгого сидения в тюрьме перед костром, его осуждали на вечное заключение. Отрицавших обвинения еретиков пытали. Инквизиционный процесс мог возбуждаться против умерших еретиков. Кости их выкапывались и сжигались, а имущество у наследников отбиралось. Жалованье инквизиторы получали от продажи конфискованного. «Руководство для инквизиторов» говорило: «Сострадание к наследникам виновного, которых конфискацией доводят до нищеты, не должно смягчить этой строгости, так как, по божеским и человеческим законам, дети наказываются за грехи отцов».

Действия инквизиционных трибуналов облекалась строгой таинственностью. Целая система шпионажа и доносительства опутывала Испанию страшной сетью. Как только заподозренный или обвиненный привлекался к суду инквизиции, начинался предварительный допрос, результаты которого представлялись трибуналу, который обычно объявлял дело подлежащим своей юрисдикции. Доносчики и свидетели снова допрашивались. Их показания и улики передавались доминиканским богословам – квалификаторам святой инквизиции. Как только квалификаторы высказывались против обвиняемого, его тут же отводили в секретную тюрьму. Между узником и внешним миром прекращалась всякая связь. На следующих трех допросах инквизиторы, не объявляя обвиняемому пунктов обвинения, старались запутать его в ответах и хитростью получить у него признание в возводимых на него преступлениях. Если он признавался, то ставился в разряд раскаивавшихся и мог рассчитывать на снисхождение суда. В случае упорного отрицания вины, обвиняемого вводили в камеру пыток и вымогали у него признание с помощью ужасных мучений и пыток, свидетельствующих о необычайной жестокости и изобретательности инквизиторов. После пыток едва живую жертву вели на допрос и знакомили с обвинениями, на которые требовали ответа. Обвиняемому от обвинителей представлялся защитник. После процесса, который мог продолжаться несколько месяцев, квалификаторы давали свое окончательное заключение по делу, обычно не в пользу обвиняемого. Затем объявлялся приговор, на который можно было подавать аппеляцию в верховный инквизиционный трибунал или римскому папе. Инквизиция никогда не отменяла своих приговоров, а послать человека в Рим у ограбленной жертвы не было денег. В редких случаях из Ватикана отменяли приговор и узника освобождали, но без компенсации за испытанные муки, унижения и убытки. Во всех остальных случаях жертву ждало ауто-да-фе. Мотивом преступления становились религиозный фанатизм, корыстолюбие, личная место инквизиторов, от которых не могли спасти ни высокое положение, ни слава ученого и художника, ни безупречно – нравственная жизнь.

Испанские власти, получавшие треть из конфискованного имущества, не возражали против деятельности инквизиции. За чрезвычайную жестокость доведенные до отчаяния жители Арагона в октябре 1485 года зарезали главного инквизитора Петра Арбуэ. Тут же сарагосские тюрьмы были переполнены узниками, виновными только в критике инквизиции. С трудом, в течение многих лет инквизиция огнем и мечом подавила волнения народа в Сарагоссе, Толедо, Теруэле, Валенсии, Лериде, Барселоне, на островах Майорке и Минорке. Томас Торквемада совершенствовал и совершенствовал инквизиционный процесс. Все жители Испании от мала до велика по первому звону колоколов спешили на богослужения. Общались между собой только близкие друзья. Все боялись друг друга, родители – детей, хозяева – слуг, бедные и невежественные с удовольствием доносили на богатых. В инквизицию бежали разные темные личности и ничтожества, сводя давнишние счеты с соседями, выплескивая затаенные недовольства и злобу. Инквизиторы с охотой выслушивали доносчиков и заносили все сказанное в учетные книги. Многие доносили потому, что недонесение было объявлено таким же тяжким преступлением, как и ересь. Обвиненных ждала мрачная и сырая монастырская камера в пять шагов длины и четыре ширины, половину которой занимала постель с грязной, сгнившей соломой и маленькое окошко. В этой камере находились шесть узников, мужчины не отделялись от женщин. Жалобы не разрешались. Если в камере поднимался шум, всех выгоняли в коридор и избивали. Женщинам обещали свободу и удовлетворяли свою похоть. У богатых вымогали деньги. Всякое милосердие к узнику объявлялось соучастием в преступлении. Большинство жертв быстро теряли здоровье и перед судом инквизиции представали живые мертвецы. Только полное признание справедливости обвинении могло уменьшить наказание подсудимого и к этому прибегали часто, чтобы избежать ужасов полного следствия.

Одну и ту же пытку запрещалось применять более часа. Узника долго пытали на дыбе. Вторым испытанием была вода. Жертву клали на стол в форме корыта, покрытый гвоздями остриями сверху, крепко связывали веревками, закрывали нос и рот мокрой тряпкой и медленно лили на нее воду. Жертва захлебывалась, у нее из носа, рта и ушей шла кровь. Третьей пыткой был огонь. Ноги узника вгоняли в колодки, смазывали подошвы маслом и придвигали к огню. Кожа трескалась, кровь текла, кости обнажались. При этой пытке заключенные часто умирали. Многие любыми способами кончали жизнь самоубийством. Остальные пытки авторы не будут описывать. Они ужасны. Несмотря ни на что, даже пройдя все эти муки ада, находились люди, не подписывавшие ложное признание в ереси. Их было немало.

Преследованиям подвергались люди, ненавистные инквизиторам, или имевшие сильных покровителей. Сильные мира сего ускользали от трибунала, даже если их настоящие преступления были известны всей Испании. Инквизиторы поделили всех испанцев на легко – подозрительных, levi, сильно – подозрительных, vehementi, обращенных, reconciliati, упорных, obstinati, и оправданных. Впрочем, оправданные тоже считались подозрительными. Горе было оправданным, если они опять попадали в руки инквизиции. Их тут же называли рецидивистами, relaps, и им не было пощады.

Ауто-да-фе давали общие и частные. Частные совершались насколько раз в год, во время постов. Общие ауто-да-фе происходили по случаям важных событий в государственной жизни, восшествия на престол нового короля, рождения наследника.

За месяц до события члены трибунала со знаменем впереди отправлялись на главную площадь и объявляли народу о дне ауто-да-фе. Герольды инквизиции под звуки труб и барабанов объявляли дату по всем улицам и площадям города. На площади против королевского балкона возводился помост в двадцать шагов. У балкона строили трибуны, покрытые коврами, с балдахином на верхней ступени для великого инквизитора. В середине помоста устанавливали меньший помост с двумя рядами деревянных клеток, куда вводили узников на время чтения приговора. Для народа также строились трибуны.

Накануне ауто-да-фе к помосту шла процессия, впереди которой шли угольщики, поставлявшие дрова для костров – цех, неприкосновенный для инквизиции. За ними шли доминиканцы и конвой. На помосте водружалось знамя инквизиции и зеленый крест, обвитый черным крепом. До глубокой ночи на площади доминиканцы пели псалмы.

Рано утром на площадь набивался народ. В семь часов утра на балконе появлялся король, королева, высшие чины и духовенство. Звон колоколов возвещал о начале действия. Ее открывали сто угольщиков с пиками и мушкетами, за ними с крестом шли доминиканцы, несли знамя инквизиции из дорогой материи красного цвета. На одной его стороне изображался испанский герб, на другой – окруженный лавровым венком меч и святой Доминик. За ним шла вереница босых осужденных. Впереди двигались примиренные с церковью, в одежде кающихся в виде мешков с желтыми крестами на груди и спине. За ними шли обреченные на бичевание и тюремное заключение. Потом еле передвигаясь осужденные на костер, упорные еретики и вторично впавшие в ересь, со свечами в руках. У тех, кто хотел или мог прокричать народу о зверствах и преступлениях инквизиции, рот был завязан бычьим пузырем. На их одежде изображался дьявол и пламя костра. У подписавших признание после пытки на одежде пламя направлялось вниз – их сначала удавливали, потом сжигали. Палачи не должны были ошибиться. Каждого осужденного на смерть вели два конвоира и два монаха. За живыми осужденными несли изображения скрывшихся и умерших еретиков, вместе с их костями. В хвосте процессии ехали инквизиторы, духовенство, дворянство и великий инквизитор в фиолетовом с большой охраной. Все рассаживались. Священник начинал церковную службу. Великий инквизитор надевал митру, подходил к королевскому балкону и принимал у короля клятву покровительствовать инквизиции и помогать ей преследовать еретиков. Произносилась проповедь:

«Если Бог веками терпит наши беззакония, то люди вполне справедливо посвящают хотя бы один день, чтобы отомстить за поношение Бога. Святой трибунал являет сегодня свое усердие к славе Господа, и это место, покрытое преступниками, ожидающими наказания – живое представление того, что мы увидим однажды в долине Иосафата. Как царь небесный и земной придет судить людей, окруженный своим воинством и все святые с ним, так мы видим на суде святой инквизиции величайшего из монархов света, его советников и всех грандов королевства. Когда евреи, читаем мы в святом писании, выбирали царя, они вручали ему вместе с короной книгу закона, и это означало, что той же рукой, которой он принимал скипетр, он должен был принуждать своих подданных следовать предписаниям религии. Утверждать, что люди свободны веровать по желанию и что не следует наказывать еретиков, значит утверждать, что не нужно наказывать грабеж, волшебство и смертоубийство. О ты, святейший трибунал веры, оставайся непоколебимым по скончании веков и сохраняй нас чистыми и твердыми в нашей религии. О, как говорит это зрелище об усердии и заботливости инквизиторов! Их величайший триумф – эта толпа преступников, и я могу сказать о трибунале то же, что сказано о церкви: Прекрасна подруга моя, как шатры кедарские, как палатки Соломоновы. Этот день – день торжества и славы трибунала. Он наказывает сегодня лютых зверей, врагов религии, и овладевает их достоянием».

После проповеди читали приговор, который осужденные выслушивали в клетках на коленях:

«Мы объявили и объявляем, что обвиняемый признан еретиком, в силу чего наказан отлучением и полной конфискацией имущества в пользу королевской казны. Объявляем, что обвиняемый должен быть предан, как мы его предаем, в руки светской власти, которую мы просим и убеждаем, как только можем, поступить с виновными милосердно и снисходительно». Костры, впрочем, уже ждали свои жертвы.

Осужденных обычно сжигали не на помосте, а за городом. Для каждого был свой костер. К шесту на костре привязывали жертву. Некоторых душили, затем одновременно под всеми кострами разводили огонь.

Считается, что Торквемада спалил более десяти тысяч человек. Общее число сожженных инквизицией называют до сорока тысяч человек. Униженных, разоренных, изгнанных, замурованных заживо, осужденных насчитывают сотни тысяч.

В 1490-х годах Торквемаде удалось добиться у «католических королей» разрешения на изгнание из Испании мавров и евреев.

После битвы при Хоресе-де-ла Фронтера 26 июня 711 года Пиренейский полуостров оказался во власти арабов. Только в горах Астурии, Бискайи и Кастилии остались независимые испанские княжества. Испанцам этого оказалось достаточно и к началу XIII века мавры были отброшены на юг полуострова, где за ими остался только халифат Гренада. Собирание испанской земли закончили во второй половине XV века Изабелла Кастильская и Фердинанд Арагонский. Среди королевских вельмож и духовенства распространилась идея: «Испания – для испанцев и все испанцы католики».

Мавры никогда не были варварами. Отступая с Пиренейского полуострова, они оставляли победителям богатые города с библиотеками и музеями, сокровищами искусства, с трудолюбивым и образованным населением. Только в Кордове было двадцать тысяч домов и более миллиона населения. Улицы города освещались фонарями – неслыханное дело в тогдашней Европе. Благоустроенными были Гренада, Севилья, Толедо. Роскошные сады окружали дворцы и университеты. Арабские ученые совершенствовали медицину, математику, алгебру, астрономию. Торквемаде было кого сжигать, кого отправлять на костры инквизиции. В Кастилии фанатичные толпы сбегались на ауто-да-фе, а Торквемада до самой смерти встречал всеобщий почет. Было решено или вырезать, или изгнать арабское население из Пиренейского полуострова. Умственное рабство и невежество готовило торжество инквизиции. Все, кто не были христианами, становились врагами. Свободную мысль и независимость суждений нужно было уничтожить. Пришло время наполнения тюрем и изгнания народов.

Евреи жили в Испании со времен царя Соломона. Люди, добравшиеся от Палестины до Пиренейского полуострова, отличались сильной волей, предприимчивостью, чувством солидарности между собой, упорством в труде, широким кругозором, умственным превосходством. Испанские дворяне воевали и танцевали в замках. Торговлей, службой в правительственных учреждениях, занимались простые испанцы и евреи, у которых были свои школы и даже академии. Им завидовали, любые их обходы законов, притеснения тут же возводились в принцип испанскими патриотами. С IV века были запрещены браки между христианами и евреями. В некоторых городах для евреев отводились особые кварталы, куда они должны были обязательно возвращаться с наступлением ночи и выходить оттуда в одежде с установленными знаками зеленого и голубого цвета. Вынужденная обособленность евреев породила легенды об их враждебности к христианам. При правлении мавров евреи пользовались религиозной и гражданской свободой и в глазах невежественной черни, поощряемой фанатиками, сливались с завоевателями – врагами христианства. Евреи понимали, что падение мавров означает начало их конца, начало погромов, один из которых произошел в 1391 году. Под влиянием проповедей архиепископа Севильи разнузданная и исступленная чернь убила семь тысяч еврейских семейств. Часть евреев под давлением вынужденно принимали христианство и назывались марранами.

В 1481 году севильский трибунал издал особую инструкцию, в которых назвал тридцать шесть способов отличия истинных христиан от мнимых католиков – марранов. Если они в субботу одевали чистое платье, их тут же обвиняли в тайном иудействе. То же самое происходило, если марран пил вино, приготовленное евреем, ел мясо убитого им животного, при чтении псалмов не говорил: «Слава Отцу и Сыну и Святому Духу», в день рождения ребенка смотрел гороскоп, устраивал при отъезде прощальный обед.

В 1491 году испанская армия и короли были под стенами Гренады, последнего оплота мавров на юге Пиренейского полуострова. Арабы потребовали свободного выхода, денежной компенсации и полной религиозной и гражданской свободы для тех, кто захочет остаться в Гренаде, включая евреев. В январе 1492 года капитуляционный договор был подписан и испанцы вступили в Гренаду, во главе с Фердинандом, Изабеллой и Торквемадой. Через месяц по всей Гренаде распространился слух, что евреи решили отравить инквизиторов, заложив яд в евангелия в церквях. 31 марта 1492 года был издан указ евреям креститься или оставить Испанию, что многие и сделали. Само собой, им запретили брать с собой золото и серебро. Торквемада запрелил не желавшим креститься евреям продавать продовольствие и предметы первой необходимости. Евреи продавали имущество, дома за сотую долю их стоимости. Виноградник менялся на кусок полотна, дом менялся на осла. Начался исход евреев к портам Картахена, Валенсия, Барселона, Кадикс, Гибралтар. Многие умирали по дороге, их грабили и убивали. Восемьсот тысяч евреев остались верны своей религии и уехали из Испании. Эта вынужденная эмиграция, проведенная беззаконно и жестоко, нанесла значительный ущерб испанской промышленности и торговле. Если бы не открытия Христофора Колумба, Испания вряд ли стала могущественной державой. Оставшимся маврам также было приказано креститься и уехать из Испании, что и произошло. Позднее, в 1609 году, крестившихся мавров, более полумиллиона человек, все равно вышвырнули из Испании.

Торквемада приказал не откладывать суда над заключенными из-за недостаточности улик. Закрытый характер инквизиционных процессов был усилен. Число новых узников инквизиции было громадно. Трибунал не знал, куда помещать осужденных, и узники отбывали пожизненное заключение на дому, с запретом выходить оттуда. Инквизиция не хотела тратить деньги на содержание заключенных, которых обязали заниматься ремеслами. Произвол оставался основной особенностью инквизиционных трибуналов. Их жертвы подвергались жестоким истязанием под покровом тайны, свидетели клеветали, на кого хотели. Многие во имя спасения себя и своей семьи записывались в шпионы инквизиции. Торквемада начал уничтожать книги, доходя до последних границ вандализма. Инквизиция жгла книги не рассматривая их. Горели шесть тысяч изданий разных авторов, опасных для религии, множество еврейских книг. Сгорела знаменитая библиотека королевского принца Генриха Арагонского. Папа римский хотел низложить Томаса Торквемаду, но за него яростно заступились Фердинанд и Изабелла. Великий инквизитор боялся, что его убьют, и везде ездил с охраной из пятидесяти всадников и двухсот пехотинцев. Томас Торквемада умер в сентябре 1498 года. За восемнадцать лет его деятельности было заживо сожжено более десяти тысяч человек, в виде изображений – семь тысяч человек. У ста тысяч человек было конфисковано имущество и они были оставлены без работы и средств существования. К концу XVI века население Испании сократилось с десяти до шести миллионов человек.

Невежество и суеверие инквизиторов более всего отражали суды над так называемыми колдунами и чародеями. Совершенно непонятно, как грубые и необразованные крестьяне, не имевшие понятия о законах физики и химии, могли быть опасными колдунами и настоящими чародеями.

В 1507 году инквизиция в Калахаре сожгла тридцать женщин – колдуний и чародеек. Их обвинили в том, что они признавали своим хозяином дьявола и установили для него специальный культ. За это дьявол давал им власть навлекать на животных болезни, вредить земледелию и урожаям, предвидеть будущее и знать тайны.

В 1527 году в Наварре нашли множество колдуний. Описание инквизиционного процесса сохранилось: «Две девочки девяти и одиннадцати лет сами себя обвинили перед трибуналом в том, что они колдуньи и члены секты. Они обещали называть всех колдуний секты, если им обещают помилование. Девочки сказали, что могут узнать колдуний по выражению левого глаза человека. Они показали место, где колдуньи собирались на шабаш.

В сопровождении инквизитора и пятидесяти всадников девочек перевезли в деревню и поселили в двух разных домах. К ним приводили женщин деревни, и если девочки по левому глазу одновременно признавали колдуний, то женщин арестовывали. Сто пятьдесят женщин рассказали, что отказались от Христа и веры, постоянно общались с черными козлами, натирали свои тела извержениями жабы, вороны и ящерицы и улетали вредить людям. В ночь на большие церковные праздники они собирались на шабаш. Инквизитор приказал привести к себе опытную колдунью и обещал ей помилование при условии, что она в его присутствии совершит все колдовские действия.

Колдунья попросила вернуть ей отобранную у нее коробку с мазью и вместе с инквизитором поднялась на башню. На глазах у толпы она намазала мазью ладонь левой руки, кисть, локоть, подмышку и вообще всю левую сторону тела. Потом она закричала громким голосом: «Ты здесь?» все присутствующие ясно услышали голос: «Я здесь». Колдунья начала спускаться вдоль башни головой вниз, цепляясь за кирпичи руками и ногами, затем на глазах толпы взлетела и скрылась за горизонтом».

Инквизитор прервал всеобщее изумление, назвав случившееся необыкновенным чудом, объявил о большом вознаграждении тому, кто найдет и вернет колдунью. Через два дня ее недалеко от деревни задержали пастухи, которым она почему-то не оказала сопротивления, хотя могла превратить их в камни. Сто пятьдесят деревенских колдуний были переданы инквизиции, которая осудила их на длительное тюремное заключение. Колдуний массово осуждали по всей стране на основании показаний свидетелей, никогда их не видевших. Многие женщины не сознавались в колдовстве и их сжигали.

Колдуны и колдуньи массово превращались в собак, кошек, волков, лисиц, птиц и вредили людям. Они пользовались отравленными порошками, изготовленными с помощью воды, извлеченной из жабы, которую каждый колдун носил с собой. Эта жаба делала колдуна невидимым и могла его мгновенно переносить в любые места и превращать в любых животных. Колдуны стегали жабу маленькими прутиками и она изрыгала жидкость, которой нужно было натирать левую часть тела. Колдуны также любили выкапывать тело мертвеца – христианина из могилы и съедали его мозг.

Все эти сведения инквизиция тиражировала по всей Испании. Костры горели по всей стране. От одной колдуньи удалось добиться следующих признаний: «Путем чародейств она сделала много зла большому числу людей, причиняя им сильные боли и прививая тяжелые болезни. Она убила человека с помощью отравленного яйца, причинявшего ему ужасные спазмы в желудке. Она часто издевалась над одним священником, любившим охотиться за зайцами. Она превращалась в зайца и заставляла преследовать себя до изнеможения по тяжелой местности». Несчастную женщину задушили и сожгли. Героический испанский народ всеми силами кидали в варварство.

Новые великие инквизиторы Испании увеличили количество преступлений, за которые полагалась конфискация имущества. В 1499 году в Гренаде на огромном костре последователь Торквемады Хименес сжег восемьдесят тысяч экземпляров Корана.

Испанское общество требовало реформы инквизиции. Великий инквизитор Хименес обратился к испанскому королю Карлу V:

“Великий католический король и милостивый государь! Ваше величество должно знать, что католические короли Фердинанд и Изабелла занимались трибуналами святой инквизиции с такой заботливостью и изучали ее законы и распоряжения с такой внимательностью, добросовестностью и мудростью, что эти законы не имеют решительно никакой надобности в изменениях и не могут быть изменены без нарушения справедливости. Эта реформа там более опечалила бы меня теперь, что она дала бы каталонцам и папе новое оружие против инквизиции, против которой они так враждебно настроены. Я понимаю, как затруднительно ваше финансовое положение, но в этом случае положение короля Фердинанда, вашего деда, было еще затруднительнее. Хотя новообращенные предлагали ему шестьсот тысяч дукатов золотом на войну с Наваррой, он отказался от этих денег, потому что предпочитал любовь к христианской религии всему золоту мира. Я прошу вас поэтому, с верностью подданного своего государя и с ревностью к обязанности, которой облачило меня ваше величество, я прошу вас открыть глаза, подражать примеру вашего деда и не допускать никаких изменений в процессе инквизиторского трибунала. Все замечания, представленные противниками этого трибунала, были уже рассмотрены вашими предшественниками славной памяти, и нельзя нарушить малейшего закона инквизиции, не оскорбляя имени Господа и памяти ваших знаменитых предков. Если же все это не произведет на вас никакого впечатления, я прошу ваше величество обратить внимание на происшествие в Талавере, где еврей, недавно крещеный, узнал имя донесшего на него инквизиции, выследил этого доносчика и пронзил его копьем. Ненависть к этим доносчикам на самом деле такова, что если открыть их имена, то их будут избивать не только тайно, но на площадях, всенародно, даже в храмах, и никто не решится на будущее время рисковать жизнью, донося инквизиции, и тогда погибнет этот святой трибунал, и дело Господа останется без защитников. Я верю, что ваше величество, мой король и повелитель, останется верен крови, которая течет в его жилах, и убедится, инквизиция – трибунал Бога и одно из самых лучших учреждений наших предков».

После 1520 года в Испании появились лютеранские реформаторы и Карл V тут же издал указ о преследовании лютеран в своих владениях. В сентябре 1520 года он издал указ с повелением всех обличенных в ереси казнить на эшафоте, обезглавливать, в яме закапывать живыми, и сжигать на костре. К еретикам относились все читатели, переписчики и продавцы лютеранских сочинений, хозяева домов, где устраивались их собрания, все, спорившие публично или дома о священном писании и защищавшие и проповедовавшие лютеранство. Невежество и тупость с успехом возводились инквизицией в добродетель.

В XVI веке инквизиция стала грозным оружием контрреформации. В XVI–XVII веках было уничтожено много книг, изобретений, подверглись преследованиям многие гении человечества. В странах Европы были проведены массовые «ведьмовские процессы», приведшие к гибели тысяч невиновных женщин, сожженных живьем. Инквизиция была введена во всех испанских колониях. Во всех портовых городах были ее отделения, служившие карантином против занесения ереси. Инквизиция проникла в Португалию и Голландию. Инквизиция искореняла протестантство и любые отклонения от истинного католицизма, преследовала масонов, свободомыслящих, магов, астрологов, астрономов, ведьм, кудесников. Инквизиторы занимались цензурой книг и картин, следили за университетским образованием и преподаванием, контролировали школьное дело, влияли на внешнюю политику, не допускали союзов с лютеранскими странами, создавали католические коалиции для борьбы с еретическими государствами.

XVI век стал столетием открытий, в корне меняющим старое мировоззрение, обновляющим нравственные представления человечества.

Польский астроном Николай Коперник (1473–1543) за несколько дней до смерти издал труд своей жизни «Об обращении небесных сфер». Он утверждал, что земля, как и другие планеты, вращается вокруг Солнца. Он доказал, что Земля не является центром Вселенной. В предисловии Коперник написал, что тридцать шесть лет из-за зверств инквизиции не решался опубликовать свою главную работу. Инквизиция не успела заковать великого астронома, но запретила его книгу до 1828 года.

В 1609 году великий астроном, математик и физик Галилео Галилей (1564–1642) создал телескоп, с помощью которого доказал справедливость выводов Коперника. Он открыл десятки звезд, невидимых глазом, горы на Луне, пятна на Солнце, спутники Юпитера, кольца Сатурна. Инквизиция обвинила Галилея в богохульстве и мошенничестве, а его открытия объявила оптическим обманом. Чтобы не сгнить в каземате, под давлением инквизиции Галилей отказался от своих взглядов, которые, все-таки, стали достоянием человечества.

Доминиканский богослов Джордано Бруно (1548–1600) в 1548 году опубликовал свои идеи в работе «О бесконечности, вселенной и мирах». Пространство бесконечно и наполнено непрозрачными телами, часть которых обитаема. Бруно читал лекции в Оксфордском и Сорбонском университетах, пять лет преподавал в Германии. Инквизиция должна была захватить своего самого опасного еретика. Обманом его выманили в Венецию, захватили, восемь лет продержали в тюрьме, а потом сожгли.

В XVII веке религиозной веротерпимости начался, наконец, упадок инквизиции. Во многих странах она была отменена. В Испании инквизиция была уничтожена 4 декабря 1808 года императором Наполеоном I Бонапартом, низложивших испанских Бурбонов. На несколько лет она была восстановлена и в 1834 году упразднена окончательно.

В настоящее время в папской курии действует конгрегация, занимающаяся дисциплинарными проблемами, делами цензуры, издающая декреты об отлучении, об отрешении от сана, занимающаяся разработкой догм, покаяниями.

В XVI–XVII веках Европа использовала инквизиционный процесс как форму уголовного производства.

Характерными чертами этой формы стали тайна процесса на всех его стадиях, замкнутого в стенах судебных канцелярий и недоступного для постороннего глаза; письменный характер судопроизводства. Суд решал дело на основе письменных материалов следствия, как правило, не видя живых людей. Обвиняемый был бесправен, он не являлся стороной в процессе, а был лишь объектом судебного исследования, лишенным процессуальных прав для защиты от обвинения. В ход пошли теория формальных доказательств и применение к обвиняемым пытки в самых изощренных формах. Весь ход судебного процесса сводился к предварительному следствию. Судебное рассмотрение и вынесение приговора было придатком следствия, целиком предрешенного материалами предварительного расследования. Способы обжалования приговоров были крайне ограничены. Для важных дел устанавливался ревизионный порядок проведения судебных приговоров. Дела могли тянуться десятки лет.

Карбонарии, каморра и мафия

«Кто глух и нем, к тому же слеп, тот тихо проживет сто лет».

Пословица мафиози

Карбонарии

Тысячу лет назад в Швейцарии отшельник Теобальд создал первое братство угольщиков, добывавшее и обжигавшее древесный уголь в копях. Святой Теобальд стал покровителем всех угольных братств, работавших во многих европейских странах. В начале XIX века итальянское слово carbonari – угольщики, от латинского carbo – уголь, прогремело по всей Европе. Карбонарии, члены тайного общества в Италии, стали героями в глазах подданных почти всех европейских государей, всерьез обеспокоившихся за свои короны, пока еще державшиеся на их головах.

История Италии, государства на Аппенинском полуострове в Средиземном море, сливается с историей Рима, который в IV веке до нашей эры вобрал в себя итальянские земли. Древний Рим в середине I тысячелетия до нашей эры появился на семи холмах – Капитоийском, Палатинском, Квиринальском, Авентинском, Виминальском, Эсквилинском и Целийском. Город на реке Тибре играл громадную роль в истории человечества, получив название «вечного города». Рим стал столицей громадной империи, просуществовавшей более тысячи лет.

К V веку Римская империя, ослабевшая от собственного величия и деградирующих правящих династий, подверглась ужасающим грабительским вторжениям северных германских и варварских племен. В 404 году Рим варварски громили готы Радагайса, в 410 году – вестготы Алариха, в 451 году – гунны Атиллы, в 455 году – вандалы. Императорская власть утратила всякий авторитет и сделалась игрушкой в руках размещенных на итальянских землях варварских войск.

В 476 году Италия попала под власть герульского вождя Одоакра, до 553 года входила в Остготское королевство. Через три года итальянские земли вошли в состав своей близкой родственницы, Византийской империи. Для захвата Рима Византия нанимала варваров-лангобардов, которые в 568 году завоевали северную Италию, ставшую Ломбардией. Оторванные лангобардами от центра византийско-римских владений в Ровенне, итальянские земли превратились в полунезависимые княжества под властью своих правителей – дуков. В Римской области, Романье, было образовано светское государство римского папы, просуществовавшее до 1870 года.

В 775 году Карл Великий присоединил Ломбардию к Франкскому государству. После его смерти империя Карла распалась на четыре части. Север Италии и часть Тосканы вошли во Франкскую Италию. Римский дукат, Пентаполь составили Папскую область. В Ломбардии было образовано зависимое от франков герцогство Сполетто и независимое южное Беневентское герцогство.

С середины X века итальянские земли вошли в состав Священной Римской империи, основанной в 962 году германским королем Оттоном I в результате подчинения Северной и римской Италии. Священная Римская империя рассматривалась как преемница древней Римской империи. В Италии появились небольшие государственные образования и городские республики, ставшие самостоятельными государствами. У Адриатического моря на островах еще в V веке была основана Венеция, с XI до XVIII века независимая аристократическая республика. На северо-западе Италии с X до XVIII века существовала Генуэзская республика.

Раздробление Италии на несколько государств делало ее земли добычей испанцев и французов в 1492–1559 годах. В результате войны за испанское наследство часть итальянских земель с 1707 года попала под власть австрийских Габсбургов, с 1734 года – к испанской ветви Бурбонов. К концу XVIII века Италия была разделена на владения состоявшие из Сицилии, Сардинии, Миланского герцогства и Неаполитанского королевства; из Пьемонтского герцогства, республик Венеции, Генуи и Лукки, Папской области, Тосканского герцогства, Мантуи, Пармы, Можены, Урбино.

В 1795 году французские войска генерала Наполеона Бонапарта под революционными лозунгами вошли в Италию и выбросили из нее австрийские власти. На итальянских землях были провозглашены Цизальпинская, Римская и Партенопейская республики, попавшие в орбиту французского влияния. После создания Французской империи Наполеона вся Италия кроме Сицилии и Сардинии была подчинена новому императору. Пьемонт, Лигурия, Тоскана, Парма и Рим были прямо присоединены к Франции. Ломбардия, Венеция, Романья и Модена составляли Итальянское королевство во главе с Наполеоном. На юге было создано Неаполитанское королевство.

С 90-х годов XVIII века в Италии началась Рисорджименто – эпоха борьбы за политическое единство и против иноземного господства. Революционные вспышки переросли в общенародное движение за воссоединение итальянских земель, в 1870 году завершившееся победой. Первыми в атаку за Италию пошли карбонарии.

Тайные общества карбонариев – угольщиков появились в конце XVIII века в Сицилии, Неаполе и Болонье. Революционное движение быстро распространилось по всей стране, акупированной Францией и Австрией. В состав обществ вошли молодые дворяне, офицеры, городские предприниматели и купцы, позднее названные буржуазией, духовенство, широкие слои крестьянства и городских жителей. Карбонарии с 1789 года находились под влиянием идей Великой французской революции. Однако политика образовавшейся в начале XIX века Французской империи грозила уничтожить саму идею национального итальянского возрождения. Карбонарии боролись за национальное освобождение, но считали необходимым сохранить республиканский конституционный строй. Воссоединение Италии необходимо было произвести с помощью политических реформ.

Зародившееся в Королевстве обеих Сицилий, в котором под защитой английского флота еще правили короли Неаполя и Пьемонта, общество карбонариев почти мгновенно распространилось по южной Италии, вплоть до самых небольших деревень Калабрии. Члены тайного ордена стремились к политической революции, которая не должна решать социальные проблемы общества. Революция не должна была даже затронуть проблему земельных владений дворянства и новой буржуазии. Революция не могла превратиться в массовое народное движение, а должна стать заговором и военным переворотом.

Сразу же после создания тайные общества были окутаны легендами. Компании угольщиков, дровосеков, лесников, охотников, которым общими усилиями было намного легче зарабатывать на жизнь, издавна существовали во многих европейских странах. Братства угольщиков, члены которых стали называть себя «добрыми родственниками», издавна объединялись для защиты от разбойников, грабителей, алчных баронов. Эти братства использовали множество мистических обрядов, так популярных в средневековой Европе. Часто в леса от преследований властей скрывались участники крестьянских войн и аристократических заговоров. Они занимались рубкой леса и обжиганием угля, отводя от себя подозрения в антиправительственной деятельности. Угольщики носили свой товар на продажу в деревни и города, легко встречались с товарищами и продолжали свою деятельность. Будущие карбонарии строили в лесу длинные шалаши из дерева. Они разработали целую систему знаков, прикосновений и паролей, позволявшую общаться посвященным между собой, не опасаясь быть подслушанными. Главным символом был огонь, источник света и тепла, очищающий воздух. Позднее ритуал выжигания древесного огня стал символизировать духовное очищение человека.

В качестве образца и примера карбонарии для своего ордена со сложной структурой, обрядами и символикой выбрали масонские общества. Считалось, что именно масоны играли ведущую роль в организации Великой французской революции. Это активно обсуждалось во всех европейских странах. Карбонарии сами были членами различных масонских лож и видели в первоначальном масонстве братский дух, объединявший в одно целое инакомыслящих из всех сословий, людей разных профессий, разного социального положения, разного достатка. Карбонарии оценили значение сложных масонских ритуалов, которые отрывали на несколько часов от обыденной, рутинной жизни. На несколько часов ритуалы устраняли пустые разговоры, давали возможность сосредоточиться и создать особое настроение. После ритуалов обсуждение политических проблем проходило на совершенно другом, конструктивном уровне, не давая отклониться от обсуждения в сторону. Постоянно повторяемые ритуальные формулы закрепляли в сознании членов обществ руководящие принципы, идеи и лозунги, для осуществления которых создавалось тайное общество.

При создании устава карбонарии, несомненно, пользовались уставами масонских обществ конца XVIII века. В архивах карбонариев найдены уставы их тайных обществ:

«Обязанности должностных лиц.

1. Великий магистр. Созывает собрание-вендиту, когда в том представлена надобность. Он руководит заседаниями, выслушивает предложения, направленные к благу ордена, и представляет их собранию, которому принадлежит право принять или отвергнуть их. По его указанию все заносится в протоколы открытия и закрытия каждой вендиты.

2. Ассистенты. Каждый распоряжается порученным ему. Рядом членов ассистенты обязаны самым строжайшим образом поддерживать порядок и, если после второго предупреждения не встретят послушания, заявляют великому мастеру о назначении виновному наказания, предусмотренного уставом вендиты. Если собрат просит слова у ассистента своего ряда, то он немедленно предупреждает об этом Великого мастера ударом кирки по стоящему перед ним полену, обрубку дерева.

3. Церемониймейстер. Ему поручается принимать братьев-посетителей при содействии стража вендиты, удостоверяться в их личности и производить все установленные для допуска посетителей испытания. В его обязанности входит сопровождение посетителей на почетные места по обе стороны Великого мастера. Также ему поручается руководство вступающими в братство во время приема: указания, что они должны делать, и приведение их тела в предписанное уставом положение для принесения клятвы. Он отвечает на обязательные тосты – за отсутствующих и вновь принятых. Ему поручается все, что относится к церемониалу.

4. Оратор дает разрешение на открытие прений в вендите, формулирует резолюции, удостоверяет перед братьями ранее принятые вендитой решения, выражает им одобрение, приветствует посетителей, произносит речи во время приемов и в день памяти святого Тибальда, рассматривает протоколы, старые и новые, давая заключения о том, заслуживают ли они одобрения. Он разъясняет символ ствола и его оснований, если великий мастер не пожелает сделать этого сам.

5. Секретарь записывает происходящие в вендите прения, заканчивая протоколы следующей формулой: «Во славу нашего собрата, великого мастера Вселенной», и отмечая в них день, месяц и год. Секретарь созывает вендиту, составляет порядок дня, отмечая в нем все, что сделано и сказано в течение заседаний.

6. Казначей ведает приемом и хранением сумм, получаемых от приемов и ежемесячных взносов, а также и расходами вендиты. Ежемесячно он представляет вендите ведомость о состоянии кассы.

7. Страж охраняет вендиту в почетном зале, в роще, в лесу. Он занимает место позади ассистентов и предупреждает их о стуках в дверь, требующих допуска братьев в вендиту. Он выходит встречать прибывших, получая на это каждый раз распоряжение ассистента.

8. Сборщик обязан обходить с мешком для сбора пожертвований всех братьев, принимать штрафы и хранить собранную сумму до того времени, когда ему будет указано, на что ее обратить».

Карбонарии изменили масонский устав. Они устранили из него все должности, связанные с декоративной, парадной частью масонского ритуала. Дисциплинарная власть должностных лиц в вендите невелика. Значительна решающая роль общего собрания. Сам карбонарский устав намного демократичней масонского. Оратор ведет свою вендиту, подчеркивая ее автономность. О связи с каким-то центром или общем высшем руководстве нет ни слова. Масонские общества не были массовыми. Задачей карбонариев было совершение государственного переворота в условиях иностранной оккупации. Вожди карбонариев стремились к созданию массового движения во имя народа и с самим народом. Карбонарии имели конкретную программу и конкретную тактику, став прообразом политических партий. Все их тайное общество было задумано с боевой целью. Масонство было аристократично, движение карбонариев демократично. Исключительно высокие требования, которые предъявляло братство вольных каменщиков, исключало возможность его широкого распространения среди населения. Интеллигентные масонские общества не могли организовать и повести за собой народ. Использовать ордена вольных каменщиков для своих целей карбонарии не могли. Масонские общества имели интернациональный характер. Они пытались решить глобальные проблемы братства народов, равенства всех людей. У карбонариев была чисто национальная задача: освободить Италию от захватчиков, оккупантов, иностранцев. Говорить о равенстве людей и одновременно бить австрийских чиновников не получалось. Нужна была новая организация. Для большинства итальянцев, для народа конца XVIII века очень большое значение имел мистический ритуал. Создатели карбонарского устава усложнили свои ритуальные требования. Кроме знаков, прикосновений, условных слов появились целые костюмированные представления. Философский смысл в символике исчез и был заменен чисто религиозным или вообще бессмыслицей. Имитировались даже народные восстания, а сам ритуал терял свою суть, оставляя только форму.

Целью масонских обществ было вознесение человека на высшую ступень совершенства. Главным условием было свободное развитие человеческой личности с помощью братства вольных каменщиков. Воздействие могло быть только нравственным, моральным. Действуй активно и свободно, как тебе подсказывает совесть, действуй без каких-либо директив, требующих безусловного повиновения. У масонов не могло быть никаких приказов. Клятвы вольных каменщиков касались только внутренней, орденской жизни. Для карбонариев такая стратегия и тактика была неприменима. То, что было исключением в масонстве, в движении карбонариев стало правилом. Усиливалась готовность повиноваться, уменьшалась активность. Удар кинжалом превращался в готовность к битве и жертвенности.

Карбонарии без изменений взяли у масонов только их доведенную до виртуозности конспиративность. Масонская организация была приспособлена к целям массового политического заговора.

В отпечатанном в Лондоне в 1820 году Corboneria Codice, карбонарском кодексе была указана дата создания тайного ордена в Италии: «Наше политическое возрождение началось в 1799 году, в году знаменательном и в то же время роковом для неаполитанской нации. Он знаменателен, ибо именно тогда были заложены подлинные и прочные основы свободы отечества». Огонь освещал карбонариев, назвавших Италию лесом, населенным хищными зверями – иностранными захватчиками. Их девиз «Очищение леса от волков» в несколько лет распространился по всей Италии. Правители многочисленных Королевств Европы вздрагивали, когда видели изображение дерева корнями вверх – символ уничтожения королей.

Первыми двумя степенями посвященных карбонариев стали «ученик» и «мастер». Позднее к ним добавился «великий мастер избранник», потом еще шесть степеней. Каждая степень имела свое описание, катехизис, который содержал ее обряды, принципы, доктрины, субординацию. Все члены ордена были обязаны носить кинжалы. Все карбонарии пользовались множеством условных знаков, паролей, символов. Церемония посвящения была торжественной, мрачной и сложной.

Все движение карбонариев было разделено на ячейки – секции, называемые вентами («vendita» – средневековая лавка, которая торговала углем). «Дочерние венты» на определенной территории подчинялись «материнским вентам», которыми руководили «высокие венты», находившиеся в крупных итальянских городах.

Италия сама собой разделилась на несколько карбонарских провинций, центрами которых стали Неаполь, Венеция, Рим, Милан, Флоренция и Турин. Централизованными, подчинявшимися единому центру карбонарские общества не стали. Венты общались между собой, было создано несколько трибуналов – посредников, решавших споры и недоразумения, согласовавших общие планы действий.

Каждый член общества клялся в том, что будет соблюдать в тайне существование ордена, его устав, символы, обряды, терминологию. Сохранение тайны было основным условием приема. Способы связи были разработаны детально. Шифры, пароли, условные знаки часто менялись. Все должностные лица венты избирались «добрыми родственниками» большинство голосов. Все члены общества должны были безусловно повиноваться приказам, приходившем из материнской или высокой венты, не забывая, что все карбонарии своей главной целью имеют достижение всеобщего блага и для общего дела должны жертвовать собственностью и жизнью.

Каждый новый член при вступлении в венту получал членский диплом. Он писался от руки, подписывался всеми руководителями и подтверждался печатью венты. На дипломе часто изображался святой Теобальд, сидящий на стволе дерева с одной ветвью, его хижина, лес, огонь костра, корзина с углем, листья, вода, чаша. Карбонарии получали трехцветные ленты. Голубой цвет означал дым, красный – пламя, черный – уголь, и символизировал надежду, добродетель и вреу. Каждый «добрый родственник» регулярно платил взносы, сумма которых определялась в зависимости от его материального положения. Половина сборов тратилась на нужды венты, половина отправлялась в материнскую венту.

Для сопротивления, для борьбы, для помощи братьям каждый карбонарий должен был иметь ружье и пятьдесят патронов. Предателей казнили.

Среди карбонарских сект были сторонники республики и либералы, конституционные монархисты. Много спорили о том, какой конституции нужно требовать от государей. В каждом итальянском государстве были свои программы реформ, но общеитальянской не было. Карбонарии готовы были идти на компромиссы с монархиями. Идея создания единого монархического государства появилась только в 1840-х годах. Все руководители карбонариев опасались широких народных революций. Большое значение придавалось работе в армии, вовлечению в общество офицеров. Лозунгом карбонариев стали слова «мщение волку за угнетение агнца». Символом тирании стал волк, агнец являлся символом Христа. Само собрание карбонариев называли вентой, место, где оно происходило – лесом, здание – хижиной, baracca. Все хижины леса образовали «республику», которая управлялась большой хижиной, alta vendita. Члены хижины называли друг друга «добрыми кузенами», boni cugini, не членов общества карбонариев называли язычниками, pagani.

Хижина представляла собой продолговатое помещение, с полом из кирпича. По бокам двери стояло два чурбана, напротив, у противоположной стены – еще три. У входа сидели стражи, в глубине – председатель, оратор и секретарь. У стражей в руках были топоры. На чурбане между двух горящих свечей лежало распятие, прикрытое платком. Около него находились маленькие сосуды с тлеющими углями, солью, замлей, листьями, водой, сухая и зеленая ветки, венок из шиповника, трехцветная лента, пучок скрученных ниток. Стояла лестница. На стене висела картина, изображавшая святого Теобальда. На пяти светящихся треугольниках горели герб венты, ее лозунги и девизы. На других картинах изображались лес, дерево, перевернутое корнями кверху, горящий костер, топор и лопата. С одной стороны хижины в шляпах сидели мастера, с другой – ученики с непокрытыми головами. У всех карбонариев вокруг талии вместо ремней были веревки.

При открытии венты братья соблюдали мертвую тишину. Желающий выступить вставал, протягивал руку к ассистенту и ждал разрешения. Нарушителей штрафовали в пользу бедных. Вне венты братьям не разрешалось беседовать на политические темы. Если должностное лицо плохо выполняло свои обязанности, после третьего замечания его заменяли. На венту не допускались пьяницы, богохульники, клеветники. В день памяти святого Теобальда и еще пять раз в год вента устраивала торжественный прием и банкет. Брат, несерьезно нарушивший устав, уплачивал штраф и выпивал стакан плохого вина. В день святого Теобальда проводились новые выборы путем голосования всех должностных лиц венты, с возможными переизбраниями. Ученики могли быть переведены в ступень мастера уже через три заседания. Каждый брат, уличенный в скрытии чего-нибудь от венты, дважды штрафовался. После третьего раза его имя публично сжигалось.

Вента собиралась по инициативе великого мастера. Члены общества из рук в руки передавали друг другу ухват, шест, находящийся у очага. Заседание проходило не чаще одного раза в месяц. На каждом заседании могли принять или перевести в другую степень только одного брата. На собраниях великий избранник благодарил наиболее заслуженных братьев. Во время заседания проходила перекличка всех членов братства.

Степень великого избранника присваивалась с величайшими предосторожностями такому карбонарию, который был известен своим умом, рассудительностью, мужеством, усердием, преданностью ордену. Ему должно быть не меньше тридцати трех лет и трех месяцев. При голосовании по его кандидатуре, достаточно было трех голосов против, чтобы избрание не состоялось. На избрании могли присутствовать только члены третьей степени, уже избранные ранее великие мастера.

В треугольной хижине в трех углах висели лампы в виде солнца, луны и звезд. Двое стражей с мечами, называемые Пламя, стояли у входа. Все великие мастера располагались у стен. Председатель произносил речь об обществе карбонариев, о стремлении к уничтожению всех тиранов и стремлению ко всеобщей свободе, для которой пришло время. Каждый великий мастер отчитывался о сделанном в его венте. В конце все присутствующие преклоняли колени и прикладывали к груди меч. Новый великий мастер клялся: «Я, свободный гражданин Италии, клянусь перед Великим мастером Вселенной и великими избранниками, добрыми кузенами посвятить свою жизнь торжеству принципов свободы, равенства и прогресс, которые составляют душу всех тайных и гласных поступков карбонаризма. Я обещаю, что будет невозможно восстановить царство свободы без борьбы, я буду драться до самой смерти. Я соглашаюсь, если окажусь изменником присяге, чтобы меня убили мои добрые кузены. Чтобы великие избранники привязали, обнажили, увенчали терновым венцом, распороли мне живот, вырвали внутренности, сердце и разметали по ветру». При избрании великого мастера обычно разыгрывали целое представление. Описание одного из таких избраний дошло до нашего времени:

«Когда добрые кузены соберутся в венте, туда вводили кандидата с завязанными глазами. Два брата, представляющие двух разбойников, несли крест, который твердо вбивался в землю. После этого к одному из двух мнимых разбойников обращались как к изменнику и объявляли ему о казни на кресте. Он безропотно покорялся своей участи, как вполне заслуженной, и его привязывали к кресту шелковыми веревками. Чтобы обмануть кандидата, глаза которого все еще завязаны, он громко стонал. Такой же приговор выносился другому разбойнику, но он, как нераскаявшийся восклицал: «Я подвергаюсь своей участи, проклиная вас и утешаясь мыслью, что буду отомщен и что чужеземцы и истребят вас до последнего карбонария! Узнайте, что я показал место вашего убежища начальникам вражеской армии и что вы скоро попадете к ним в руки!» Великий избранник говорит кандидату, что его также пригвоздить к кресту и ему нужно нанести на тело священные знаки великого мастера. Кандидата крепко привязывали к кресту, три раза укалывали в правую руку, семь раз в левую, три раза под левую грудь. По особому знаку с глаз кандидата снималась повязка. Братья становились вокруг кандидата, направляли свои кинжалы ему в груб и угрожали его убить, если он окажется изменником. Они смотрели, боится ли он. Потом все пили семь тостов в честь избранного. Великий избранник давал и объяснял бывшему кандидату его символы, которые можно только писать и ревностно хранить. Новоизбранный обещал скорее сжечь или проглотить их, чем отдать в другие руки. Великий избранник произносил речь о революции, которая уже началась, и возвещал о ее торжестве везде, где говорили по-итальянски. В это время злой разбойник восклицал: «Скоро все вы погибнете». Тут же снаружи пещеры слышался шум оружия и драки. Один из стражей объявлял, что сейчас выбьют двери, и тотчас после этого начинался приступ. Добрые кузены бросались к двери, находившейся позади креста, к которому был привязан новоизбранный, ему невидимой. Слышался громкий шум, крики австрийских солдат. Братья отступали в беспорядке, говорили несколько слов своему товарищу, привязанному к кресту, и исчезали под полом, который раскрывался под ними. Люди, одетые в ненавистные иностранные мундиры вбегали в хижину и искали карбонариев. Они видели людей на крестах и целились в них, собираясь выстрелить. Тут в хижину летели пули, мнимые солдаты падали на пол, как бы убитые. Добрые кузены через разные отверстия входили в пещеру и кричали: «Победа! Многие лета свободе. Многие лета карбонариям!» Мнимых солдат и разбойников быстро вынесли из хижины. Кандидата снимали с креста и Великий избранник, ударив семь раз топоров в обрубок дерева, провозглашал его великим мастерам. Все мастера носили псевдонимы, под которыми были известны в ордене. Эти псевдонимы были записаны в одной книге, а в другой содержались их настоящие имена. Обе книги были спрятаны в разных местах, чтобы полиция, нашедшая одну из книг не могла узнать личности заговорщиков. Высшие должностные лица назывались и великими светилами. Некоторые из посвященных, назначаемых для самых опасных предприятий, назывались «удальцами». Некоторых братьев называли «домоседами», по недостатку ума или мужества».

Верность карбонариев ордену и друг другу была так велика, что обычные итальянцы давали «слово карбонария». Сложился особый, полный торжественности и символизма ритуал посвящения в карбонарии. Широко распространился ритуал carbonizzazione, ритуал выжигания древесного угля. Он символизировал превращение нового брата общества в духовно чистого и неподкупного человека. Карбонаризм уничтожил испорченные нравы, возвращала человека к равенству и истинной свободе.

Три добрых родственника должны были рекомендовать к принятию нового члена ордена. Посвящение проходило в лесу, у хижины венты. На заседание собирались члены общества. На кандидата одевали мешок, и некоторое время держали в отдельном помещении, называемой «камерой размышлений». В сопровождении рекомендующих его в мешке ставили в круг перед хижиной. Сопровождающий мастер трижды топал ногой и громко возглашал: «Великий мастер, добрые родственники, мне нужна помощь». Добрые кузены становились у деревянного обрубка, били по нему своими поясами-веревками и делали знак рукой, с правого плеча на левое. Голос из хижины говорил «Я слышал призыв доброго кузена: ему нужна помощь. Принесет он дерево, чтобы подбросить его в костер?» в хижину вводили рекомендуемого. Председатель обращался к нему.

– Мой добрый родственник, откуда ты явился?

– Из леса.

– Куда ты идешь?

– В камеру чести, чтобы усмирить свои страсти, подчинить свою волю и получить наставление в учении угольщиков.

– Что ты принес из леса?

– Дерево, листья, землю.

– Есть ли у тебя еще что-то с собой?

– Да, вера, надежда, любовь.

– Кого ты привел с собой?

– Человека, который заблудился в лесу.

– Что он ищет?

– Вступления в наше братство.

– Ну так веди его к нам.

Кандидата в мешке вводили в хижину. Великий мастер задавал ему вопросы о морали, нравственности, религии. Затем разговор шел о символах карбонаризма.

– Что означает деревянный обрубок?

– Небо и округлость земли.

– Что означает скатерть?

– То, что скрывает свое рождение.

– А вода?

– То, что служит к отмыванию т очищению первородного греха.

– Огонь?

– Он показывает нам наши высокие обязанности.

– Соль?

– Что мы христиане.

– Распятие?

– Оно напоминает нам наше искупление.

– Что напоминают нитки?

– Матерь Божью, которая пряла их.

– Что означает венок из терновника?

– Испытания и борьбу добрых родственников.

– Что такое очаг?

– Школа добрых родственников.

– Что означает дерево корнями кверху?

– Если бы все деревья росли таким образом, в работе добрых кузенов не было бы надобности.

Кандидата несколько раз обводили через лес вокруг хижины, заставляли перепрыгивать через костер и ручей. После этого он становился на колени и, держа в руках распятие, произносил клятву:

«Я, угольщик, карбонарий, клянусь и обещаю во имя главных устоев ордена, во имя этого креста и этого жезла, отмщающего клятвопреступление, добросовестно сохранить тайну общества угольщиков и без особого разрешения не показывать этой тайны ни на бумаге, ни на полотне, ни на меди. Я клянусь во всех трудных случаях и по мере сил оказывать содействие своим добрым родственникам и беречь честь их семейств. Я клянусь в этом. В том случае, если я нарушу присягу, мое тело будет разорвано на куски и предано сожжению, а золу развеет ветер, для того, чтобы имя мое распространилось по всей земле между всеми добрыми родственниками и внушило им отвращение. И да поможет мне Господь!»

После произнесения присяги кандидат окончательно считался братом общества. Его освобождали из мешка и поздравляли.

При принятии ученика в степень мастера, главную роль играло изображение страданий Христа. Мученичество Спасителя мира, «Доброго брата всех людей», придавало ритуалу грустный характер, удивляло и пугало его, придавало более возвышенное, мистическое значение всей достаточно прозаической церемонии.

Кандидата в мастера со скованными за спиной руками водили от одного из главных членов венты к другому, подражая терновой дороге Спасителя от верховного судьи к прокуратору, которого изображал великий избранник, облаченный в красную мантию. Остальные браться играли роль Каифы, Ирода, апостолов. Кандидата осуждали на распятие. Его водили в «масличную рощу» и там клали на него тяжелый крест. После этого кандидата освобождали и он приносил присягу, более суровую и жестокую, чем первый раз. Ему открывали тайны ордена, предназначенные для второй стадии посвящения.

Посвящение в мастера носило суровый характер, рассчитанный на то, чтобы поразить и устрашить посвящаемого. Все символические изображения теперь объяснялись совершенно по-другому, связываясь со страданиями Спасителя. Костер означал священную могилу, сухая ветка – бичевание, которым подвергался «великий избранник вселенной». Пучок ниток напоминал о Матери Божьей, которая «скрутила нити». Считалось, что изменение и смешивание карбонарской символики вводило в заблуждение врагов и правительственных агентов, внедренных в братство. Поэтому мастерам еще не открывали конечных, политических целей общества карбонариев – подготовки заговора и политического переворота.

Подробные задачи и цели ордена объявлялись только новым великим мастерам, после произнесения ими клятвы: «быть верными друзьями народной свободы и быть готовыми к борьбе с тираническим правительством, ненавистными властителями старой прекрасной Италии». Общество карбонариев объявляло, что оно добивается низвержения всех угнетателей Италии, и что время народного освобождения уже приблизилось. Все великие мастера преклоняли колени, направляли друг другу в грудь кинжалы и произносили священный обет «посвятить всю свою жизнь великому делу свободы, равенства и культурного развития, составляющему душу всех тайных и явных действий угольщиков».

Символы для великих мастеров опять имели новое, особенное и ужасное значение. Распятие означало крестную казнь тиранов, к которой стремились карбонарии, головы которых украшал терновый венец. Нити изображали петлю виселицы. Листья стали гвоздями, которые могут вбить тиранам в руки и ноги. Топор должен отделить в случае казни их головы от туловища. Соль мешает тлению тел тиранов, которые должны остаться для вечного позора. Вода очищает совершивших казнь братьев от пролитой ими гнусной крови, а полотно сотрет все пятна.

Национальную независимость требовали карбонарии всей Италии, по которой распространялись газеты и листовки, письма, изображавшие страдания народа под чужеземным игом. Все документы выражали твердую уверенность в грядущее освобождение.

Главным центром карбонаризма было Неаполитанское королевство. Братья даже обращались с предложением о конституционной независимости к неаполитанскому королю Мюрату, ставленнику Наполеона. Получив отказ, они связались с Фердинандом I Бурбоном, находившимся в Сицилии под охраной английских эскадр. Деятельность карбонарских вент, направленная на свержение французского владычества, вызвала активные преследования властей. Многие венты ушли в горы Калабрии и Абруццо. Их руководитель Капо-Бьянко был схвачен и казнен. Процессы карбонариев шли по всей Италии. Власти понимали, что их подпольные газеты страшнее армейских дивизий.

После поражения великой армии Наполеона в 1812 году в России и провала его политики в Испании, где железные когорты французского императора отступали перед вооружившимся испанским народом, в Европе качался подъем национально-освободительного движения. Все венты обсуждали испанскую конституцию 1812 года. Количество карбонариев быстро росло. В начале 1813 года в Неаполитанском королевстве было почти сто пятьдесят вент, в которых находилось не менее сорока тысяч карбонариев. Вожди братьев надеялись, что английская армия высадится на Сицилии, освободит Италию от французского и австрийского владычества и даст стране конституцию. Движение карбонариев распространилось по всему Апенинскому полуострову. Карбонарии попытались поднять восстания в армии. Несколько восстаний было жестоко подавлено.

Преследования и казни не помешали быстрому росту популярности карбонариев. Во всей Италии их называли «европейскими рыцарями» и «защитниками отечества». После окончания наполеоновской эпохи Венский конгресс 1815 году утвердил на севере Италии власть Австрии. На юге австрийцы восстановили власть Бурбонов. Были восстановлены порядки конца XVIII века. Италия была раздроблена на восемь маленьких королевств и герцогств – Пьемонтско – Сардинское, Ломбардо – Венецианское королевства, Папская область, герцогства Тоскана, Парма, Модена, Лукка и Неаполитанское королевство Обеих Сицилий. Теперь объединению итальянских земель мешала Австрия. Деятельность карбонариев приобрела антиавстрийский характер.

В общество карбонариев влились многие офицеры, уволенные из армии после падения Наполеона. По всей Италии «очищали лес от волков» около двухсот тысяч братьев. Для противодействия разраставшемуся движению властями было создано псевдокарбонарское общество, дискредитировавшего добрых родственников и переманивавшее к себе членов вент.

В начале 1816 года министр полиции Неаполитанского королевства князь Каноза негласно создал в Палермо тайное «Общество котельщиков», в которое собрал всех маргиналов и заключенных из итальянских тюрем. Calderari – котельщики главной своей целью объявили освобождение Италии от Австрии. Под именем карбонариев котельщики стали убивать либералов, пользующихся уважением в обществе и наиболее активных добрых родственников, нападая ночью на их дома. В составленных Канозой проскрипционных списках была не одна сотня фамилий.

Карбонарские венты строго законспирировались и ушли в глубокое подполье. Они приняли меры самозащиты. Была создана боевая организация «Decisi» – «Решительные». Карбонарии усилили контакты с другими тайными итальянскими обществами «Филадельфийские братья» и «Свободные европейские патриоты», фактическими ответвлениями карбонарских вент. Наиболее энергичные братья стали ударной силой, дававшей вооруженный отпор бандам Канозы. В карбонарские венты стали принимать бедных крестьян, поденных рабочих, ремесленников. За добрых родственников активно агитировали сельские и городские священники, рассказывавшие народу о деятельности карбонариев в духе идей раннего христианства. Кальдерарии были разгромлены. В карбонарские венты усилился приток новых членов.

Деятельность карбонариев вновь активизировалась. Братья начали готовить заговор против Бурбонов. Подпольные газеты писали о ликвидации австрийского владычества и принятии конституции.

Многие венты стали говорить об объединении всех итальянских земель в единое государство, с сохранением светской власти римского папы.

К 1820 году карбонарские венты существовали в сотнях селений и городов по всей Италии. Под их влиянием, кроме двухсот тысяч активных братьев, находилось около семисот тысяч человек. Несмотря на то, что пять процентов всех итальянцев готовы были активно поддерживать карбонариев, подготовка политического заговора, а тем более открытого выступления с целью изгнания австрийцев и завоевания конституции сталкивались со значительными трудностями. На юге Италии так и не был создан единый авторитетный центр, провинциальные карбонарские венты сохраняли полную самостоятельность. Всеобщего плана выступления не было.

В январе 1812 года революционные войска в Испании заставили короля восстановить ранее отмененную конституцию 1812 года. В июне в Авеллино прошла конференция руководителей всех неаполитанских карбонарских сект. Восстание было назначено на начало июля 1820 года. Заговор возглавил бывший офицер Мюрата Гульермо Пепе.

В ночь на 2 июля по всему Неаполитанскому королевству на горных вершинах запылали огромные костры. Время мятежа пришло. Днем все карбонарии отметили день святого Теобальда. Ружья были заряжены, патроны в сумках. На рассвете 2 июля в тридцати километрах от Неаполя карбонарская вента города Нолы и местный гарнизон во главе с великим избранником венты «Муций Сцевола» Л. Миникини и офицерами М. Морелли и Дж. Сильвати подняли восстание. Отряд из ста пятидесяти человек вышел из Нолы и двинулся к городу Авеллино: «Да здравствует свобода и конституция!» Ура, граждане, смелее!» По пути к отряду присоединилось несколько сот вооруженных карбонариев. 3 июля отряд революции вступил в Авеллино, где к нему присоединился местный гарнизон.

Известие о начавшемся походе на Неаполь быстро распространилось по королевству. По всему югу восстали карбонарские венты. Посланные на их усмирение правительственные войска переходили на сторону восставших. Неаполь был окружен карбонарскими отрядами и отрезан от провинции. 6 июля генерал Гульермо Пеле в столице поднял свой «Священный батальон», к которому присоединились два кавалерийских полка. В Неаполе укрепиться не удалось, и восставшие соединились у Авеллино. Король торжествовал, удержав столицу, но совсем недолго. Италия взорвалась и военно-карбонарский мятеж поддержал народ. Священники, дворянство, офицеры, купцы, предприниматели, рабочие и крестьяне атаковали королевскую власть. Неаполитанский король Фердинанд в течение десяти дней пообещал созвать парламент и подписать конституцию, подготовленную на основе испанской. О его свержении речи не было. 9 июля восставшие вступили в Неаполь, не пролив за неделю ни одной капли крови. Вся столица смотрела на парад конституционных сил. Перешедших на сторону военных возглавлял «Священный батальон». Во главе народного ополчения с ружьем и кинжалом шел Луиджи Маникини. Его одежда священника была украшена символами карбонариев. За ним грозно шли семь тысяч карбонариев, с ружьями и кинжалами. Все жители Неаполя держали в руках трехцветные ленты. 9 июля было сформировано новое правительство, а 14 июля король подписал конституцию Неаполитанского королевства.

Управление государством не привело к власти главную силу, давшую толчок революции. Карбонарии не смогли выдвинуть опытных вождей, имевших опыт политического руководства государством. У них не было четкой программы развития Неаполитанского королевства. На волне народного восторга к власти пришли умеренные политики наполеоновской эпохи. В карбонарском движении образовались два течения, умеренное и радикальное. Умеренные карбонарии, как и мюратисты, были сторонниками конституционной монархии и доброго короля, который выполнит свои обещания. Радикальные карбонарии, уйдя в оппозицию, требовали свержение королевской власти и провозглашение республики. Новое Неаполитанское конституционное королевство признали только четыре европейские страны: Испания, Голландия, Швейцария и Швеция. Австрия готовила интервенцию.

Восстала Сицилия и местные бароны потребовали независимости острова. Подавлять восстание из Неаполитанского королевства на Сицилию были отправлены все революционные войска. В октябре 1820 года начались заседания неаполитанского парламента, в котором преобладали умеренные карбонарии. С реформами никто не спешил. Австрия призвала к интервенции страны «Священного союза», созданного в 1815 году на Венском конгрессе. В ноябре 1820 года на конгрессе в Троппау Россия, Пруссия и Австрия торжественно подписали декларацию, провозгласившую принцип вооруженного вмешательства во внутренние дела европейских государств для подавления революции. Австрия получила разрешение послать в Неаполь пятидесятитысячную армию.

В январе 1821 года неаполитанский король Фердинанд с согласия парламента смог покинуть страну. Сразу же после пересечения границы он заявил, что его вынудили подписать конституцию. Фердинанд официально обратился за помощью к Австрии. В феврале 1821 года австрийская армия вошла в Неаполитанское королевство. Карбонарии не решили ни одной социальной проблемы. Их не поддержали крестьяне, так и не получившие землю. Противопоставить пятидесяти тысячам австрийских солдат было некого. Попытка поднять восстание в Папской области не удалось. Восстания в Болонье, Анконе, Асколи были быстро подвалены австрийской армией. Начавшееся в марте 1821 года восстание в Пьемонте уже через месяц было подавлено австрийцами.

23 марта 1821 года австрийская армия вступила в Неаполь. Парламент был распущен, конституция отменена. Многие карбонарии бежали из Италии. Начались жесточайшие преследования участников революции. По всей Италии раскрывались венты карбонариев, многие из которых были осуждены, некоторые расстреляны. Карбонарские движение было официально запрещено.

Итальянская революция 1820–1821 годов закончилась. Самоотверженные сравнительно небольшие венты заговорщиков-карбонариев, пришедшие к власти с помощью военного мятежа, не смогли ее удержать из-за интервенции Австрии. Сам заговорческий характер не позволял карбонариям вовлекать в свое движение народ, который не успел получить решение ни одной из своих проблем. Правда, все шире и громче звучали требования и призывы к объединению Италии, пока еще в форме федеративного государства. Победить можно всем народом, который возглавляет единый центр. Договариваться с королями бесполезно. Монархии всегда будут противниками любых реформ.

Революционное движение к лету 1821 года было подавлено во всех государствах Апеннинского полуострова. В Пьемонте и Неаполе расположились оккупационные австрийские войска.

Несмотря на поражение, движение итальянских карбонариев имело большой резонанс. С 1821 года венты появились во Франции, Англии, Швейцарии, Бельгии, Голландии, на Балканском полуострове, в Соединенных Штатах Америки.

Во Франции в карбонарские венты вступали студенты, буржуазия, интеллигенция, офицеры. Устав был взят у итальянцев и переработан в умеренную сторону. Французские карбонарии хотели освобождения Франции от Бурбонов и провозглашение конституционной монархии. Вступить во французские венты было намного проще, чем в итальянские. Карбонарии Франции были строго централизованы. Провинциальные, частные венты, ventes particulieres, подчинялись центральным, ventes centrals, те – высшим, hautes ventes. Во главе стояла верховная вента, ventes supreme, из которой приходили приказы, быстро передаваемые во все венты Франции.

Каждая вента состояла из двадцати братьев и выбирала одного делегата в центральную, в которой также находились двадцать карбонариев. Центральные венты формулировали высшие венты, посылавшие делегатов в верховную венту. Члены разных вент не знали друг друга. В случае опасности связи между вентами легко прерывались. Общение было только устное, письменные сообщения запрещались. Венты существовали и во французской армии, под названиями «манипул», «центурия», «когорта», «легион». У всех вент было свое, особое название.

Французские венты стали основным очагом оппозиции Бурбонам. Карбонарии активно участвовали в Июльской революции 1830 года.

Итальянские карбонарии устраивали волнения в 1828 году в Неаполе, в 1829 году в Папской области. Видную роль играли они в революциях 1830–1831 годов в Романье, Парме, Модене. Многие итальянские братья и добрые кузены погибли или были казнены.

В Италии наступило новое время, требовавшее новые формы и методы борьбы за независимость. В начале 1830-х годов Джузеппе Мадзини выступил с принципиально новой программой итальянской революции. Большинство карбонариев вошли в основанное Д. Мадзини в 1831 году революционное общество «Молодая Италия». Д. Мадзини писал: «Итальянские революции по своим принципам были блестящими, единодушными, смелыми, успешно начинавшимися. Но затем, после первых шагов, он ослабевали, обнаруживали неуверенность в своих силах, страх. Массы оставались при этом бездействующими, безразличными, без веры в будущее. Эти революции появлялись, как звезды, и исчезали, как кладбищенские огни. Что мешало их развитию? Им не хватало вождей – не хватало немногих, чтобы поднять массы».

Общество «Молодая Италия» много взяло от карбонарских вент. Главной политической задачей стало воссоединение всех итальянских земель в единое государство. Молодые итальянцы присягали Отчизне: «Клянусь посвятить себя и все свои моральные и физические силы, мысли и действия завоеванию независимости, единства и свободы Италии». В 1870 году сбылись мечты многих карбонариев и революционеров – Италия, наконец, стала единой.

Каморра

В Италии всегда было много тайных организаций. La Camorra – драка, ссора – появилась в середине XVIII века на юге Италии, в континентальной части Королевства обеих Сицилий. Каморра часто возглавлялась высокопоставленными лицами. Она быстро стала широко разветвленной организацией, со своей иерархией, законами, жаргоном. В нее входили неаполитанские деклассированные элементы, представители преступного мира. Членство в каморре обычно было наследственным. Каморристы занимались поборами на проезжих дорогах и городских рынках, вымогательствами, шантажом, грабежами. Каморра, имеющая строгую дисциплину, быстро проникла во все слои общества.

Кандидаты в каморру получали статус «новичков» – piccioto di sparro. Обучение могло продолжаться от трех до шести лет. Кандидат получал учителя – «брата», который знакомил его с целями каморры, обучал технике, владению кинжалом. Если кандидат был обучен и готов, ему давали трудное поручение. После его исполнения кандидат становился каморристом. Переход в новое качество сопровождался мистическим ритуалом.

«Братья» собирались в уединенном месте. Они садились за стол, на котором лежали кинжал, стилет, пистолет и стакан с отравленным вином. Перед столом появлялся кандидат. Ему резали левую руку. Кандидат мочил правую руку в текущей крови, поднимал ее вверх и клялся свято хранить тайны каморры, беспрекословно выполнять все приказания и обычаи общества. После этого он брал кинжал и направлял его против своего сердца, подносил к губам стакан с отравленным вином. Это означало, что будущий каморрист готов пожертвовать жизнь во имя общества. После этого старший брат приказывал ему стать на колени, клал правую руку на голову кандидата, стрелял из пистолета и вдребезги разбивал стакан с отравленным вином. Камористу торжественно вручали личный кинжал особой формы, служивший отличительным знаком принадлежности к обществу. Новый член каморры поднимался с колен, его обнимали и поздравляли все присутствующие.

Каморра состояла из множества отделений, которые делились на многочисленные кружки. В каждом отделении были счетоводы, заведующие кассой и провиантом, секретари и распорядители, которые назначали место общего собрания членов. Действовали каморристы группами, разговаривали друг с другом знаками и восклицаниями. Каморристы брали дань с путешественников, зажиточных граждан, с игорных притонов Неаполя. При слабой и ангажированной власти богатым купцам и помещикам часто приходилось нанимать каморристов для охраны жизни и имущества. Подкупленные чиновники покровительствовали обществу, «братья» которого поступали на государственную службу.

Громкую известность каморра приобрела в первой половине XIX века. В период реставрации в Королевстве обеих Сицилий династии Бурбонов (1815–1860) каморра стала своеобразным государством в государстве. Она пользовалась покровительством монархии, которая использовала «братьев» для подавления антиправительственных выступлений. Некоторое время перед падением Бурбонов каморра выполняла полицейские функции.

После воссоединения Италии в 1860 году различные политические группировки использовали каморру во время выборов. Все попытки ликвидировать каморру поначалу ни к чему не приводили. В 1864, 1874, 1883 годах многие члены каморры, несмотря на страшные угрозы полицейским, судьям и присяжным, были схвачены и осуждены. На рубеже XIX и ХХ веков каморра перестала существовать. Последние каморристы переквалифицировались в «рикаттори», вымогателей.

«Рыцари лупары». Итальянская мафия и «Коза ностра» США

Прибрежная полоса итальянского острова Сицилия резко отличается от внутренних районов. Там мало рек, а почва не самая плодородная в Италии. На побережье буйствовала экзотическая природа с разнообразными фруктовыми деревьями, а внутри острова выращивали хлеб и разводили скот. Еще до нашей эры земли огромного острова были разделены на большие землевладения – латифундии, розданные местным баронам и осевшим на Сицилии завоевателям. С IV века до нашей эры завоеватели постоянно опустошали остров, рассматривая его только как колонию. Финикийцы, карфагеняне, греки, римляне, вандалы, готы всегда максимально эксплуатировали природные богатства Сицилии. Завоеватели действовали обычно на побережье, внутренние районы производили и хранили зерно. Земля обрабатывалась руками рабов, привезенных на остров. Налоги платили частью урожая. Со времен господства карфагенян в центрах землевладений стали появляться имения, поместья-крепости. Замки хозяев окружали постройки, в которых жили доверенные люди землевладельцев и охрана. В бараках жили рабы, которых надсмотрщики гоняли на работу: пахоту, сев, жатву. Так продолжалось все первое тысячелетие нашей эры.

В начале XI века норманны изгнали из Сицилии захвативших ее триста лет назад арабов. Они разделили остров на сеньории, подобные французским феодам. В сеньориях право собственности практически отождествлялось с самой безграничной властью феодала в своем владении. Сицилия была разделена на множество владений – сеньорий, бывших одновременно государствами и поместьями. Господином – сеньором стал земельный собственник, имевший в подчинении более мелких собственников, зависимых крестьян, рабов. Для содержания одного, самого мелкого землевладельца был необходим труд тридцати крестьянских семей. Крестьянам запрещалось иметь оружие. Сеньоры в своих сеньоратах получили от высшего сеньора – сюзерена, князя, графа, герцога, короля, права иметь свои войска и даже воевать, собирать налоги, вводить подати, судить, карать. Передача прав государя сеньорам называлась immunitas – иммунитетом.

С начала II тысячелетия на Сицилии сформировалась местная знать. Бароны получали земли – пожалования, покупали их с правом собственного заселения. Барон строил имение-замок в самой красивой части сеньории, всегда рядом с водой. Это позволяло в очень жарком климате разводить большие сады и огороды. Сеньор направлял в свои земли крепостных – колонов, которые селились вокруг господской усадьбы. В обычной сеньории насчитывалось около двух тысяч гектаров обрабатываемых земель. Усадьба охранялась вооруженными людьми хозяина, обрабатываемые земли – полевыми сторожами. Все жили в хозяйской усадьбе. Постепенно неограниченная власть хозяев-сеньоров сосредотачивалась у их охраны, у их вооруженных отрядов.

Эта сицилийская система действовала почти тысячу лет, до середине XIX века. В 1504 году Сицилия попала под власть испанских Габсбургов. В 1713 году остров был передан Савойскому герцогству. В течение двух веков сицилийская земля была ареной кровавой борьбы. Вооруженные отряды баронов за столетия соединились с сеньорами тысячами незримых нитей. Крестьяне веками могли получить защиту от грабителей и убийц только от охраны сеньора. Во время войны государственная власть часто неэффективна или ангажирована.

В 1720 году Савойское герцогство передало Сицилию Австрии в обмен на Сардинию. С 1735 по 1860 год Сицилия входила в состав Неаполитанского королевства во главе с испанской династией Бурбонов. Бесчисленные нашествия и войны, долгие века владычества чужеземцев, попытки превращения Сицилии в «разменную монету» между крупными государствами всегда вызывали ожесточенное население сицилийцев. Из всех областей, из которых в середине XIX века сложилось итальянское государство, Сицилии бесспорно принадлежит первое место в борьбе за независимость итальянского народа.

Во второй половине XVIII века началось переселение баронов из своих имений в города. При переезде сеньоры сохраняли за собой все права на землю, на налоги и подати. Они стали сдавать свои земли в аренду. В деревнях появилась новая группа людей – габелотто, крупных арендаторов земли у баронов. Габелотто сдавали земельные участки в субаренду, значительно подняв их стоимость. Крупные арендаторы заключали новые договоры субаренды земель, вводили новые формы из дольного колоната, требовали обязательных поставок натурой овец, сыров, яиц, оливкового масла, вина, фруктов.

В конце XVIII века на Сицилии началось упразднение феодального строя. Управляющий Сицилией маркиз Доменико Каррачиоло начал реформы на острове, значительно уменьшив феодальные привилегии и права сеньоров. Начались столкновения властей с баронами, которые с помощью габелотто и своих телохранителей создали свою «частную полицию», усилив и увеличив собственные вооруженные отряды, охранявшие сеньории. Эти отряды продолжали держать волновавшихся крестьян в повиновении, оказывали давление на власти Сицилии.

В 1806 году феодальный строй в Сицилии был официально отменен. Ожесточенное сопротивление баронов еще более усилилось. Они стали любыми способами подавлять всякую инициативу, направленную на ослабление их власти. Частная полиция баронов составлял их ударную силу. Их функции были значительно расширены. В эпоху Наполеоновских войн, в 1812 году Неаполитанское королевство, в состав которого входила Сицилия, получило конституцию. Были отменены юрисдикция сеньоров, произвольные поборы баронов, феодальное право запета. Тысячелетний феодальный дух в сицилийском обществе оказался очень живуч. В Сицилии действовала королевская власть и феодальные обычаи. Конституция санкционировала организацию парламента коммунальных советов в городах. Бароны попытались отменить конституцию, но это им не удалось. Владение землей должно было быть усилено большими денежными средствами и широкими горизонтальными и вертикальными связями в обществе. Сеньоры стали активно действовать в этом направлении.

Крестьяне стали требовать применение статей конституции, по которым они получали гражданские права, получали право открывать лавки, пекарни. Бароны упорно защищали свои привилегии, позволявшие им взимать пошлину за проезд через их владения, плату за выпечку хлеба, за обмен денег, поборы за содержание постоянного двора fondako, за право быть почтальоном, за право пользования виноградным и оливковым давильным прессом. На Сицилии позиции властей значительно ослабли.

9 февраля 1813 года неаполитанский король Фердинанд Бурбон издал декрет «об учреждении частных вооруженных отрядов для наведения порядка в деревнях». Этим отрядам власти отдали охрану общественной безопасности и защиту имущества населения. Все условия для создания мафии были созданы, и она начала организовываться.

Власти побоялись распустить большие вооруженные отряды баронов, опасаясь, что они создадут многочисленные разбойничьи шайки. Для того, чтобы этого не произошло, правительство взяло «потенциальных разбойников» к себе на службу и поручило им полицейские обязанности по охране порядка внутри острова. Частный жандармский корпус охранял дворцы, усадьбы, земли, стада сеньоров, защищая крестьян. Часть частных жандармов стала злоупотреблять своими правами. Грабежи и насилия чередовались вымогательством денег у зажиточных жителей. Сицилийское население стало платить частной полиции ежемесячную фиксированную дань для защиты своей жизни и имущества. Частных жандармов стали нанимать для охраны арендованных земель. Грабежи и насилия прекратились. Руководство частной полиции контролировало поведение своих сотрудников так, что у них больше не появлялось желания злоупотреблять своим положением. Сицилийские крестьяне стали смотреть на частных полицейских как на членов какого-то союза, обладавшего властью и силой, большей, чем у правительства. Многие сицилийцы сами стали стремиться вступить в этот союз. Сам собой установился обычай всем участникам союза хранить строгое молчание обо всем происходящем.

Частная полиция была распущена королевским декретом в 1837 году, но через десять лет снова восстановлена, для давления на сицилийский парламент и начинавших организовываться крестьян. Огромную Сицилию официально охраняли двести человек. Им подчинялась частная полиция, которая быстро лишила королевскую власть ее функций. Частные отряды охранников осуществляли соблюдение общественной безопасности в деревнях. Будущие мафиози начали осуществлять правосудие, стараясь не давать государственной власти повода вмешиваться в их дела. Их стали признавать судьями, миротворцами, вершителями правосудия, быстрыми и решительными. Судьи часто основывали свои решения законом вендетты, обычаем кровной мести, который называли «универсальным средством защиты чести и имущества рода». Обычай вендетты состоял в обязанности родственников убитого отомстить убийце или его родным. Распространенной на Корсике и Сардинии; вендетта появилась на Сицилии. В 1840 году королевский прокурор Сицилии Пьетро Уллоа докладывал в Неаполь: «В сельской местности существуют братства, своего рода секты, именующие себя партиями. Но им неведомы никакие собрания. Ничто не связывает их, кроме одного – зависимости от главаря. Это либо землевладелец, либо видный священник. У них есть общая касса, средства которой используют для того, чтобы добиться снятия какого-либо чиновника, или же для подкупа его, или защиты, а то и для обвинения невиновного человека. Между крестьянством и преступным миром возникло своего рода соглашение: стоит совершиться краже, как тотчас появляются посредники и предлагают мировую – за соответствующую мзду вернуть украденное».

Прокурор не знал или не хотел писать правду начальству, он боялся потерять место. То, что он называл партиями, представляло собой организации самозащиты, своего рода тайные объединения сицилийского населения, охранявшие земли, сады, скот, помогавшие в рыночной торговле. К середине XIX века частная полиция исчезла и появилось «то, что не существует». Так на итальянский язык переводится слово, известное во всем мире – mafia.

Мафией стали называть «нелегальную организацию уголовного и социально-политического характера». На острове Сицилия это была система социальных отношений, выражающая в стойком существовании и широком распространении с начала XIX века «тайной организации, пользующейся методами внеэкономического принуждения, насилия, террора и убийств». Это было социальное явление, возникшее в период ломки феодального строя. В условиях несовершенства социально-политических форм общества мафия укоренилась «на почве своеобразных понятий чести, гордости, семейных и клановых связей», на основе сохранившегося со времен феодализма права сильного.

Объединение Италии в 1860 году Джузеппе Гарибальди вызвало в Сицилии всеобщий энтузиазм. Однако изгнание Бурбонов не изменило тяжелого положения сицилийского крестьянства. Передела земли не произошло. Старая структура феодально-латифундийского типа осталась нетронутой. Крестьяне своей земли не получили. В 1860 году Гарибальди сумел распустить армию мафиози, однако ненадолго. В мафию шли все больше и больше людей всех слоев общества. Образовалось хорошо организованное и постоянно разрастающееся тайное общество. Попытки населения защитить свои права другими способами, блокировались властями. Сицилийские крестьяне создали более двухсот «союзов трудящихся» – «фаши». В 1893 году итальянское правительство учинило над «фаши» кровавую расправу. Через тридцать лет диктатор Италии Б. Мусоллини использовал название «фаши» для своей партии. Чуть позже это слово перекинулось и в Германию, где стало ненавистным для всего мира.

Первоначальная деревенская мафия постепенно модернизировалась, приспосабливалась к новым политическим и экономическим условиям. У нее стали появляться особые ритуалы, иерархия, структура. Закон Омерты, по которому никто под страхом смерти не мог выдавать равнодушным и часто ангажированным властям членов мафии и ее дела, сделал мафию почти неуязвимой.

Члены тайного общества называли себя «Giovanni d’onore» – «почтенные молодцы». Вступить в мафию было можно только после того, как руководители наводили справки о прошлой жизни кандидатов. Критерием отбора было отсутствие трусливых поступков и «неустрашимость в будущей борьбе». Карманные воры в мафию не принимались. Человек, осуществивший вендетту, принимался в мафию автоматически.

Целью тайного общества стала независимость от властей и доминирование на своей территории. За обеспечение своей безопасности население платило мафии четко определенную сумму. Современник-иностранец писал: «Мафия имеет бесчисленное множество последователей в городах и деревнях. Своих членов и тех, кто находится под ее защитой, она снабжает условными словами для пропуска и отличительными знаками. Ее влияние отражается на всей общественной жизни Сицилии. Зажиточное население охотно платит требуемую мафией, по возможности не слишком обременительную дань и за это может быть спокойно, что его владения не подвергнутся разгрому и грабежу. Начальниками мафии в деревне бывают мелкие арендаторы и землевладельцы, в городах – большей частью ремесленники. Все они, в своем роде, честные люди и по мере сил защищают других от мелких разбоев. В своей среде они делают много хорошего. Порядок в своем обществе они поддерживают при помощи своих шпионов, собственной полиции и судилищ. Правда, есть среди мафии и опасные ножевщики, часто совершающие вопиющие злодейства только ради того, чтобы обеспечить себе неограниченную власть в округе. Из страха перед их местью никто не отваживается показать в суде против них и даже присяжные не решаются вынести им обвинительный приговор. Поэтому все усилия победить мафию оказались до сих пор бесплодными».

Члены сицилийской мафии стали называть себя «рыцарями лупары». Так называли старинное охотничье ружье, почти мушкет, заряженное волчьей картечью. Из лупары исполнялись приговоры мафии – ее выстрел не давал шансов на спасение. При посвящении в рыцари лупары исполнялся мистический обряд. Кандидаты клялись в верности мафии собственной кровью: «Клянусь своей честью быть верным братству, как и братство будет верным мне. Как уходят капли моей крови, так и я при необходимости отдам свою кровь братству». «Почтенные молодцы» клялись, что они будут нерушимо следовать в своей жизни закону Омерты. Любого человека, выдавшего властям «членов братства», или даже случайно проговорившегося о его делах, ждал залп волчьей картечи. К 1880 году мафия была широко разветвленной организацией. Должностные мафиози Сицилии докладывали в столицу Италии: «Мафия имеет своих агентов повсюду, даже в Риме. Они интригуют, вмешиваются, когда затронуты интересы мафии. Это давление часто мешает государственным чиновникам принимать меры против преступников. Действие правительства против мафии не может и не должно ограничиваться отсечением ветвей дерева зла. Необходимо уничтожить его от корней и до верхушки. Тщетны будут надежды на какое-нибудь улучшение, если, преследуя крестьян, ремесленников и нищих, оставлять в покое участников мафии из высших слоев общества Сицилии. Благодаря влиятельным и богатым членам мафии коррупция и обман властвует всюду: в коммунальной администрации, судах и даже в полиции».

В августе 1874 года в Палермо прошел процесс над несколькими мафиози. Впервые была приоткрыта завеса тайны над мафией. Обществу стали известны ее некоторые правила и обычаи: обязательно помогать друг другу в деле вендетты за оскорбление или убийство члена братства; делать все для освобождения любого «брата», попавшего в руки полиции и суда, используя все средства, включая лжесвидетельство и подкуп; справедливо распределять в обществе все доходы, полученные законными и незаконными путями; быть преданным своей клятве члена мафии, сохранять все ее секреты, зная и помня, что предательство карается смертью в течение суток. Мешающие мафии депутаты и чиновники гибли от рук наемных убийц «брави», гибли свидетели и убийцы, доказательства исчезали. Мафия всегда стремилась не оставлять следов, действовать в абсолютной тайне. Следы, оставляемые «почтенными молодцами», никуда не приводили. Призраки делали свое дело и растворялись в воздухе.

К началу ХХ века почти все сицилийские дворяне сдавали свои земли в аренду арендаторам. Габелотто в свою очередь сдавали земли в субаренду кампьери, многие из которых вступали в мафию. Габелотто и кампьери руководили всеми приказчиками и надсмотрщиками. При проведении переговоров об установлении арендной платы между собственниками земли и габелотто начали использоваться средства давления для того, чтобы вынудить земледельца уменьшить плату за аренду. Кроме деревенской активизировалась и городская мафия, связанная с деревенской общностью происхождения. Членами городской мафии часто становились сыновья и племянники безграмотных габелотто и кампьери, решивших дать им хорошее образование. В городе в братство вступали адвокаты, врачи, строители, инженеры. Хотя основу тайного общества составляли крестьяне, наемные сельскохозяйственные рабочие, приказчики и надсмотрщики, они сильно зависели от сельской и городской буржуазии. На Сицилии с помощью мафии часть среднего класса боролась против господствующих в обществе каст, не пропускавших никого чужого на важные посты в государстве.

Структура и иерархия мафии оформились в начале ХХ века. Она постоянно совершенствовалась. Мафии контролировали небольшие города или районы большого города, сельские округа. Они разделились в зависимости от сферы деятельности на сельскохозяйственные, земельные, строительные, водоснабженческие, садоводческие, овощные, рыночные, мясные, мельничные, портовые. Кучера наемных карет, дилижансов, тоже имели свою организацию. Сферы деятельности были четко определены и разделены. Между мафиями действовали очень сложные и надежные связи. Позднее их пытались перенимать некоторые политические и общественные организации.

Низовая ячейка мафии называлась «десяткой» или «коской». Обычно в нее входило около пятнадцати человек. Во главе десятки стоял руководитель, кампьери, соблюдающий интересы, куратоло, телохранитель, гвардаспалле. Остальных называли солдатами, пехотой. Действия нескольких десяток контролировал вышестоящий, соврастанте. Десятки образовывали «семью», которую возглавлял «глава». Несколькими семьями, называемыми группой, управлял советник. Объединение нескольких мафиозных групп создавало областную, провинциальную мафию, которой руководил «дон». Это объединение называлось «высокой мафией». Во главе сицилийских мафий стояла мафия Палермо.

У мафий никогда не было устава. Иерархия всегда возникала стихийно. Положение «почтенного молодца» зависело от отношения к нему остальных членов братства. Требования к дону были просты и сложны – смелость, хладнокровие, хитрость, жестокость, умение быстро действовать, умение молчать и слушать. Руководитель мафии прежде всего должен обладать широкими связями во всех слоях общества. Мафиози, лишенный связей, никогда не становился главой семьи. Он мог расти только профессионально.

«Семейства» как правило состояли из родственников и близких людей. Сила «семьи» зависела от ее численности и количества высокопоставленных друзей главы. Если «семьи» не являлись конкурентами, они мирно уживались в одной местности. «Семьи» четко и строго разграничивали зоны своей деятельности, закрепившиеся устными договоренностями. Невыполнение хотя бы одного из пунктов соглашения становилось причиной длительной борьбы. Мафии какой-то области, действующие в одной отрасли, образовывали единую консортерию. Они очень редко конфликтовали, но если это происходило, то стрельба и убийства могли продолжаться годами и охватывать целые районы.

Все консортерии составляли «онората сочиета» – «почтенное общество», солидарно связанные друг с другом.

Самым гнусным делом мафиози считали предательство, всегда каравшееся смертью. У мафии выработался особый язык, непонятный никому, кроме посвященных. Речь мафиози сопровождалась подмигиванием, жестами, движениями головы, глаз, плеч, ног, живота. Они могли часами говорить не раскрывая рта, но никто, кроме собеседника ничего не понимал. Ни один глава семьи не мог допустить, чтобы в его зоне или сфере влияния без его ведома хоть что-то происходило. Это умаляло власть и престиж дона не только в глазах мафиози, но и в глазах государства.

Нарушавшие обычаи и правила члены мафии примерно карались. Страшный рассказ о каре быстро распространялся среди населения, становился предостережением, даже передавался из поколения в поколение. Мафия никогда не хотела, чтобы ее отождествляли с бандитизмом, хотя в распоряжении дона могли иметься «пиччоти ди фикату» – «смелые молодцы», готовые к выполнению любых приказов. Положенная на грудь убитого отрезанная рука означала, что убитый был вором. Кактус на месте бумажника убитого означал, что мафия покарала своего члена, присвоившего деньги или имущество «почтенного общества». Убитый с кляпом во рту предостерегал болтливых. Соответствующую кару получали те, кто приставал к женам арестованных бандитов. Непослушным калечили скот, в лавках керосином обливали товары и продукты, организовывали демонстрационные взрывы, расстреливали стеклянные витрины. В случае смерти «главы семьи» или «дона» могла начаться жестокая и кровавая борьба за власть. Она заканчивалась быстро, или могла длиться годами, прекращаясь со смертью последнего представителя одной из сторон. Власть часто передавалась по наследству. Члены «семьи» ждали, когда наследники достигнут совершеннолетия и наберутся соответствующего опыта.

В ХХ веке деятельность мафии переместилась в города, проникла в сферу строительства, индустрию развлечений, внедрилась в политическую жизнь. Ее могли использовать во время выборов для мобилизации голосов в пользу того или иного кандидата. Мафия могла иметь тесные связи с политическими и государственными кругами. В Сицилии «семьи» взимали налог за право заниматься любой коммерческой деятельностью. За это торговцы и предприниматели получали гарантии мафии, что в «закрепленных» за ними местах и районах не появятся конкуренты. Мафия защищала состоятельные слои общества от уголовного мира.

Наивысшего могущества мафия достигла после Первой мировой войны 1914–1918 годов, когда ее ряды пополнили опытные профессиональные воины. В 1920–1926 годах сицилийскую мафию возглавлял дон Кало. Сицилийцы говорили: «У нас два короля, один в Риме, другой в Кальтанисетта», резиденции дона Кало, Калоджеро Виццини.

После прихода к власти в Италии дуче Бенито Муссолини положение мафии изменилось. Фашистская диктатура проводила политику защиты интересов земельной аристократии и крупной буржуазии. Это вызвало оппозицию Муссолини со стороны средней и мелкой сельской буржуазии в Сицилии, продолжавшей защищать свои интересы проверенными методами мафии. На острове после войны появились целые вооруженные отряды из дезертиров, безработных, обнищавших крестьян. Мафия была опасна для диктатуры и Муссолини ввел на Сицилию войска. Тридцать тысяч сицилийцев были отправлены в тюрьмы. Целые деревни обезлюдели. Многие представители сельской и городской буржуазии были репрессированы. Власти не разбирались в методах и средствах, не очень различали виновных и невиновных. Современник писал, что «фашизм нанес всему народу Сицилии жестокое оскорбление».

Мафия в Сицилии уцелела, хотя деятельность властей сузила поле их деятельности. Наиболее активные и опытные мафиози начали эмигрировать в Соединенные Штаты Америки. Вскоре сицилийские члены мафии возглавили гангстерский мир США. Происходил широкий обмен методами и формами мафиозной деятельности. После 1945 года американский опыт был применен и в Сицилии. К началу Второй мировой войны на острове действовали только самые старые, сильные и опытные «семьи». Они могли исчезнуть только в случае разрешения основных социальных проблем общества. Этого, конечно, сделано не было.

Первые сицилийские эмигранты-мафиози появились в конце XIX века. Тайная уголовно-политическая организация «Черная рука» занималась вымогательством, ограблениями, шантажом. Членство в американской мафии ограничивалось только этническими итальянцами. Мафия быстро превратилась в «синдикат внеэкономического воздействия» с отделениями во многих американских городах – Бостоне, Буфало, Нью-Йорке, Кливленде, Филадельфии, Чикаго.

Причины эмиграции сицилийских мафиози в США были различны – желание развернуться шире, уйти от вендетты, от давления властей. Мафиози приезжали в США с большим опытом жесткой дисциплины, конспирации, опыт работы в подполье. Преступный мир Америки с XIX века строился и по национальному принципу. Раньше сицилийцев в США начали действовать мексиканские и немецкие бандиты, однако такого многолетнего опыта не было ни у кого. Не было такого кровного родства, братства, организованности, традиций, не было закона Омерты. Сицилийских мафиози поддерживали все итальянские эмигранты. Современник писал: «Эмигранты из Италии воспринимают свое участие в мафии и подчинение ее законам, как нечто само собой разумеющееся». Бандиты дрались между собой за сферы влияния и американская полиция обратила свое внимание на связь «Черной руки» с Сицилией. Полицейские агенты, посланные на остров для сбора информации, были тут же убиты.

Окончательно итальянская мафия в США с 1919 по 1933 год, в период действия «сухого закона». Создать организацию, охватившую всю Америку, позволила прибыль от контрабанды алкоголя. В 1929 году «семьи» создали «Сицилийский союз», который быстро перерос в организацию, получившую скандальную известность в США. «Cosa nostra» – «Наше дело» состояла почти исключительно из сицилийцев.

Единую централизованную организацию создавал Дж. Массерия. В начавшейся борьбе за высшую власть участвовали С. Лучано, В. Дженевезе, С. Маранзино из Нью-Йорка, Аль Капоне из Чикаго. Массерия застрелили в ресторане, его сменил Маранзино, реорганизовавший «Коза Ностру» так, что именно в таком виде она действует до сих пор. Мафия была разделена на «семьи» по территориальному признаку, на зоны влияния. Маранзино застрелили и главой «Коза Ностры» стал «Счастливчик» Лаки Лучано. Современник-мафиози много позднее вспоминал: «Никто из высшей иерархии мафии не умер спокойно в своей постели, во всяком случае за двадцатилетний период между мировыми войнами. Все короли погибли от рук киллеров. Убивали, чтобы стать «кало», или чтобы сохранить за собой это место, или для того, чтобы исключить возможность вендетты, убрать с дороги возможного претендента, чтобы ликвидировать свидетеля совершенного преступления, наконец просто из антипатии. Правда, эту роскошь могли позволить себе только те, кто обладал абсолютной властью. Мафиози не знают спокойной жизни. Смерть всегда рядом с ними, когда они дома в постели и когда в гостях у своих «братьев» за банкетным столом. К этому привыкаешь. Мафия родилась не сегодня, и не завтра умрет. Потому что у нее везде корни, и она никому ничего не прощает. Справедливость и беспощадность в нашем деле необходимы».

Лаки Лучано стал «боссом всех боссов». При нем был создан совет – «комиссия», в которую входили боссы крупных «семей». Всевозможные проблемы мафии разрешались на переговорах боссов, проживающих в разных городах, округах, штатах. Для других преступных организаций преступление было самоцелью. Для мафии конечной целью стало накопление богатства, и с его помощью достижение государственной власти. Мафия превратилась в государство в государстве и сосредоточила в своих руках различные виды монополий.

Связи «Коза Ностры» и сицилийских мафиози стали всеобъемлющими в период Второй Мировой войны. Сидевший в американской тюрьме за неуплату налогов Лаки Лучиано был помилован президентом США Г. Труменом за организацию взаимодействия между определенными кругами США и Сицилии. Американцы и англичане открыли второй фронт против гитлеровцев и фашистов в Сицилии, все население которой ненавидело Муссолини. Когда в 1943 году в Сицилии высадились англо-американские войска, вместе с ними невидимо высадилась «Коза Ностра». На Сицилии возродилась уже другая мафия, достигшая в послевоенный период несравненного могущества и влияния.

После Второй мировой войны экономические и социальные основы земельно-латифундистской системы в Сицилии были оставлены в неприкосновенности. Власти были откровенно слабы. Большое влияние получили американские гангстеры итальянского происхождения, высадившиеся на остров вместе с союзными войсками в годы войны. Послевоенная оккупация острова и последовавшее за этим медленное восстановление демократии привели к возрождению мафии, которая вновь стала политической силой. Стимул к возрождению был дан еще в 1943 году американскими гангстерами, установившими тайные связи со своими прежними друзьями на острове. Антигитлеровское подполье действовало более чем активно. Союзные войска во время высадки были мощно поддержаны изнутри Сицилии. Впоследствии, при восстановлении гражданской власти мэрами некоторых сицилийских городов стали мафиози. Известный сицилийский «почтенный молодец» С. Джулиано в 1945–1947 годах стоял во главе «Армии освобождения Сицилии», вооруженной американским оружием. Он возглавил сепаратистское движение за отделение Сицилии от Италии и провозглашение ее штатом Соединенных Штатов Америки. С. Джулиано писал президенту США Г. Трумену: «Я с детства был сторонником присоединения Сицилии к США, но в связи с фашистской диктатурой не мог открыто проявлять свои чувства. Чтобы воплотить мои идеалы в действительность, я присоединился к движению за независимость Сицилии. Мы мечтали отделить Сицилию от Италии, с тем, чтобы большинство городов Сицилии, включая Палермо, стали покрыты плакатами, на которых человек (там был изображен я сам) разрезает цепь, приковывающую Сицилаю к Италии. Другой человек в Америке держит конец цепи, идущей от Сицилии к Соединенным Штатам. Это изображение – символ моей надежды на присоединение Сицилии к США». Трумен не ответил.

С. Джулиано действовал в Сицилии против Коммунистической партии Италии. В 1949 году он был убит.

С 1950 года итальянское правительство под давлением общественного мнения создало специальную структуру «Антимафия». Новая волна мафии была уже другой, американизированной. Один из ее идеологов писал: «Мафия? Ну и что же в ней дурного? Мафия – это честь, мафия – это добро. Мафия выступает против сельскохозяйственной реформы, неправильного распределения земель, против вторжения профсоюзных руководителей, которым неплохо бы заняться собственными делами. Мафия трудится на благо народа». Никогда мафия не действовала так открыто. Столетие она была тайное. Теперь столкнулись две волны мафии – старая сицилийская и новая американская.

К середине 50-х годов ХХ века Сицилия уже не была аграрным придатком Италии, на ней бурно развивалась промышленность. Мафия третьей волны была образована по гангстерскому образцу. Сицилийские гангстеры взимали дань со всех видов коммерческой деятельности, с торговых операций, со строительства, аренды помещений, с производства предметов повседневного спроса, с рынков. Старая мафия занималась землей, действовала в деревне. Их интересы и сферы влияния часто пересекались, чередой шли перестрелки и убийства. Гангстерская мафия оказалась динамичнее, безпринципнее старой. Только за послевоенное десятилетие было убито четверть тысячи известных мафиози старого «Почтенного общества». Теперь дело решали автоматы. Новая мафия даже попыталась рекетировать старую.

В 1962 году по требованию общественности в Италии для расследования деятельности мафии была создана парламентская комиссия. Через год начались массовые аресты мафиози. Активность государства в Сицилии совпала с судебным процессом по «делу Валачи» в США, вскрывшем широкие связи «Коза Ностры» с американскими финансовыми и политическими кругами.

Член «Коза Ностры» Джозеф Валачи попал в тюрьму за уголовное преступление. По стечению обстоятельств он был заподозрен в осведомительстве, в контактах с Федеральным бюро расследований США. Валачи сообщили о приговоре, вынесенном мафией. Во время прогулки в первом припадке он убил случайно подошедшего к нему заключенного, решив, что это киллер. Валачи был приговорен к смертной казни. Он объявил, что является членом «Коза Ностры» и вместо электрического стула получил тюремное заключение. В военном форте под усиленной охраной Валачи дал первые в Америке показания о «Коза Ностре», которая объявила о награде в миллион долларов тому, кто заставит его замолчать. Показания Валачи составили более тысячи страниц. Они позволили ФБР выяснить структуру и методы «Коза Ностры».

Доны мафии избегали непосредственного участия в проводимых операциях. Они не общаются с «семьями». Всегда есть советники, посредники, выполняющие роль буфера. Решения дона не подлежали обсуждению. Виноватого мафиози убирали так, чтобы это выглядело, как простое исчезновение. Запрещались преступления, вызывавшие общественный резонанс. Мафия постоянно следила за отношением к ней общественности. Американские полицейские докладывали руководству о ходе расследования: «Источник чудовищной власти «Коза Ностры» над подлеском уголовного мира – это хорошо известная всем неизбежность смерти для доносчиков и нарушителей приказов. После долгих расследований и бесконечных допросов приходишь к выводу, что характерной особенностью, обеспечивающей успех и существование преступного синдиката, является умение совершать убийства и другие акты насилия, оставаясь безнаказанными. Хотя мафия и представляет собой специфический аспект организованной преступности, в Нью-Йорке она является главной движущей силой всякой преступной деятельности. Пять «семей» «Коза Ностры» могут вполне законно считаться основным ядром уголовного мира Нью-Йорка».

Мафия начала действовать в США не на пустом месте. Она использовала многолетние криминальные традиции американского бизнеса, модернизировала их с учетом политической и экономической ситуации в государстве. Мафия активно занималась политической деятельностью, оказывала влияние на многоуровневую избирательную борьбу. Ее роль в экономической, социальной, политической, общественной жизни в США была очень велика. Американская демократия была скорректирована и усовершенствована, на борьбу с мафией были направлены серьезные усилия государства. Глава ФБР Эдгар Гувер, руководивший бюро почти пятьдесят лет при восьми президентах, заявил, что организованной преступности в США нет.

Полиция разных видов существовала в Соединенных Штатах Америки задолго до отделения первых штатов от Великобритании. В XX веку в США существовало несколько федеральных служб политической полиции, отличавшихся друг от друга по ведомственной принадлежности, своим задачам и функциям. Важнейшей из них стала секретная служба министерства юстиции США – «Федеральное бюро расследований» – ФБР. Созданное в 1908 году бюро сочетало функции уголовной и тайной политической полиции. ФБР обеспечивало внутреннюю безопасность США, занималось расследованием нарушения федеральных законов США. В 1917 году агентом ФБР стал Джон Эдгар Гувер, с 1924 года более пятидесяти лет руководивший бюро и сделавший его знаменитым. По своей структуре ФБР было разделено на контрразведывательный отдел, иностранный отдел, отдел политического розыска, промышленный отдел, отдел уголовных преступлений, отдел опознавания личностей, отдел оперативной службы. Четыре первые отдела образовывали управление по расследованию дел о государственной безопасности. У Бюро были отделения во всех штатах и крупных городах страны. Главной функцией бюро стала «борьба с подрывной деятельностью, государственной изменой и преступностью в государстве». ФБР являлась главной координирующей структурой для всех спецслужб США.

После Первой мировой войны в преступном мире США начался длительный процесс объединения бандитских шаек. Вместо дикой преступности в виде тысяч постоянно враждовавших между собой бандгрупп стала организовываться система организованной преступности. Неорганизованная преступность была уничтожена, тысячи свободных гангстеров были убиты. Власть в преступном мире была у нескольких гангстеров. После Второй мировой войны началась легализация организованной преступности, врастание ее в деловую, общественную, государственную жизнь США. Произошла ее специализация.

Мафиози действовали, их арестовывали, отпускали, власти объявляли против мафии крестовые походы, прокуроры и комиссары полиции взрывались, «семьи» и «доны» боролись за сферы влияния. Борьба шла с переменным успехом. Сицилийская мафия стала эталоном, по которому создавались мафии многих государств. Мафиозные организации располагали новейшей технической базой, опытным и высокопрофессиональным штатом. Они имели обширную социальную базу. Главной отличительной чертой мафии стала деятельность в сфере экономики, средствами и методами – сращивание с властными структурами. Многие исследователи считали, что мафии, как организации, вообще не существует. Есть «инстинктивная солидарность» некоторых людей, которые живут, «используя внеэкономические методы». Мафия – это определенное состояние ума и чувства, объединяющее разных людей из разных слоев общества. Мафиози – человек, независимый от законов и государства.

Когда Дж. Валачи начал давать показания, он сказал: «Мафия – это государство в государстве. Она огромна. Что может получиться хорошего, если я даже и расскажу вам о ней? Вас никто не будет слушать. Никто не поверит».

Ку-клукс-клан

Открытие Северной и Южной, Латинской Америки произошло в конце XV века. Плавания Христофора Колумба происходили южнее Панамского перешейка. Северный материк был открыт в 1497 году английской инквизицией во главе с находившимся на английской службе итальянцем Джованни Кабото, Джоном Каботом. В 1497–1504 годах флорентинец Америго Веспуччи прошел вдоль северного побережья южного континента. По его имени вся вновь открытая часть света получила название Америка.

Колонизация Америки проходила в течение XVI и XVII веков. Было обследовано Атлантическое побережье Северной Америки, реки Гудзон, Святого Лаврентия, Миссисипи, район Великих озер. Испания укрепилась в Новой Мексике, южной части северо-американского материка, Флориде, Техасе, Калифорнии. В бассейне реки Миссисипи французы основали Луизиану, назвав ее так в честь своего короля Людовика XIV. В Канаде они уже образовали Новую Францию.

В начале XVII века колонизировать Северную Америку начала Англия. Быстрые и опытные англичане в 1606 году создали Лондонскую и Плимутскую кампании для освоения Северной Америки. В следующем году в Америке была основаоа английская колония Джемстаун. К востоку от Аппалачских гор были созданы Новая Англия, Виргиния, названная так в честь королевы Елизаветы. Королевские хартии обеспечивали кампаниям права, преимущества. Сам король начал раздавать обширные земли аристократам, военным, чиновникам.

В 1620 году из голландского порта в Америку отплыл корабль «May flower», «Майский цветок», пассажиры которого основали колонию Плимут. Английские колонии Массачусетс, Коннектикут, Род-Айленд, Мериленд в 1643 году объединились в конфедерацию колоний «Новая Англия». В 1626 году голландцы в долине реки Гудзон основали Новый Амстердам, будущий Нью-Йорк, который в 1665 году был отбит у них англичанами. К середине XVIII века вся Америка была колонизирована европейскими державами. Центральная и Южная Америка с побережьем Мексиканского залива принадлежали Испании. В Бразилии укрепилась Португалия. После Семилетней войны 1756–1763 годов с Англией Франция практически потеряла американские колонии. В 1803 году император Франции Наполеон после разгрома своего флота продал Луизиану уже образованным Соединенным Штатам. Большая часть земель на северо-американском континенте принадлежала Англии. В Америку ехали англичане, шотландцы, ирландцы, французы, немцы, голландцы. Энергичные люди спасались от королевского произвола, нищеты и религиозных преследований. К 1775 году в английских колониях проживало около трех миллионов человек. Все колонии были разделены на северные, центральные и южные.

Северные колонии Новой Англии Нью-Гемпшир, Массачусетс, Коннектикут и Род-Айленд с их малоплодородными землями занимались рыболовством, судоходством, судостроением, меховой торговлей, работорговлей. Северные колонии мало зависели от своей метрополии, Великобритании. На эти земли переселялись купцы, предприниматели, охотники, моряки. В Новой Англии быстро развивались торговля и промышленность. Фермеров было мало.

В центральных колониях Нью-Йорке, Нью-Джерси, Делавар, Пенсильвании на плодородных территориях фермерство развивалось очень широко. Сюда переселились многие крестьяне из Англии и Ирландии. По договорам с компаниями после пяти или десяти лет работы на землевладельцев крестьяне сами становились фермерами.

На огромных массивах плодородной земли в южных колониях Мериленд, Виргинии, Джорджии, Северной и Южной Каролинах многочисленные фермеры и богатые плантаторы получали прекрасные урожаи хлопка, сахарного тростника, табака. Землю обрабатывали рабы.

Первый корабль с рабами под голландским флагом прибыл в Америку в 1619 году. Двадцать рабов сошли на виргинскую землю. Рабочей силы для ухода и уборки урожая не хватало. В 1617 году на экспорт был отправлен первый корабль с табаком, принесший большую прибыль. Белых батраков было очень мало. Сами колонисты непрерывно воевали с индейцами, коренными обладателями прерий. Самая первая война с ними продолжалась с 1622 по 1634 год. Индейским племенам против новых колонистов по разным причинам помогали Испания, Франция и Англия. Несмотря на героизм и воинское мастерство индейцев, более мощная в техническом отношении цивилизация побеждала менее сильную и менее многочисленную. В многочисленных сражениях и схватках с индейцами каждый американский колонист стал умелым воином. Ни о какой работе индейцев на плантациях не могло быть и речи.

Первых африканских негров в середине XV века португальцы привезли в Лиссабон. К 1620 году в португальские и испанские колонии Южной Америки для рабского труда были ввезены более миллиона чернокожих. Негров оторвали от своей земли и культуры, что упрощало процесс их порабощения. Их семейные связи, обряды, обычаи, одежда, язык подверглись изменению.

В Африке существовала стомиллионная цивилизация, основанная на собственной иерархии сеньоров и вассалов. На Черном континенте был силен племенной, общинный образ жизни. В африканских государствах существовали свои рабы, однако положение их было сродни положению европейских крепостных крестьян. Африканские рабы могли владеть собственностью, жениться, давать клятвы и выкупаться на свободу. В африканском рабстве не было дикой эксплуатации и расизма, того, что сразу появилось в американских колониях, где белый всегда хозяин, а чернокожий – раб. Африканским рабством пользовались европейцы, оправдывая созданную ими обширную торговлю рабами.

Негров – рабов часто захватывали сами африканцы – работорговцы во внутренних районах Африки. Во время похода к портам, достигавшего тысячи километров погибал почти каждый второй, захваченный в плен негр. При покупке на тех из них, кого после осмотра признавали годными судовые врачи, раскаленными клеймами ставили знаки голландских, французских, английских компаний. В трюмах рабов сковывали друг с другом, размещали в сырых темных помещениях, не выводя наружу все время многомесячного плавания. Негров набивали в трюмы в кошмарном количестве, могли приковать к палубе за шею и ноги. Страдания доводили их до безумия. Некоторые из них убивали друг друга, чтобы избежать мучений, при первой возможности прыгали за борт. Свидетели с ужасом писали, что палубы и трюмы рабовладельческих кораблей были похожи на скотобойни. Прибыль от рейсов, в которых умирал каждый третий раб, вдвое превышала затраты. В конце XVIII века работорговлей занимались сотни голландских, английских и американских кораблей, трюмы которых были разделены на отсеки шестьдесят на сто восемьдесят сантиметров с решетками и кандалами. К этому времени в Северную и Южную Америку из пятидесяти миллионов захваченных в Африке рабов были привезены почти пятнадцать миллионов человек.

Пережившие плен, марш смерти из центральной Африки к побережью, ужасающее плавание негры выставлялись на продажу на американском побережье во все больших и больших количествах в состоянии психологической и физической беспомощности. Жестокие условия выживания в колониях, требующие подневольной рабочей силы, алчность и стремление к наживе приводили к антагонизму между белыми и черными. Даже оксфордский словарь английского языка обозначал черный цвет, как «грязный, запачканный, зловредный, губительный, смертоносный, злополучный, бедственный, порочный».

Рабы восставали, бежали, сопротивлялись всеми доступными им способами. Их возвращали и наказывали. Каждый чернокожий ежегодно приносил владельцу прибыль, превышающую затраты на его содержание в двадцать раз. Сотни лет рабов заставляли вести особый образ жизни, считать черный цвет кожи основным признаком подчинения. Им внушали мысли о собственной неполноценности, заставляли считать интересы хозяина своими. У них разлучали семьи, их делили на полевых работников и домашних слуг. Черных, поднявших руку на белых казнили. В лучшем случае отрезали уши. Многие чернокожие бежали с юга на север. С 1780 по 1850 годы количество рабов в американских колониях возросло с пятисот тысяч до четырех миллионов человек. Несмотря на то, что в 1808 году был принят закон, запрещающий ввоз в страну невольников, работорговцы его не соблюдали. Сами плантаторы по-разному относились к своим рабам.

Политическое устройство английских колоний в Северной Америке было очень неоднородным. Часть колоний считались королевскими провинциями и подчинялись непосредственно королю Англии. Вторая часть колоний управлялась назначенными из Англии губернаторами. В колониях, земли которых были пожалованы королем частным лицам, власть принадлежала владельцам колоний, находившимся под контролем английского правительства. Колониями Род-Айленд и Коннектикут руководили группы купеческих и землевладельческих семей. Во всех колониях, кроме Нью-Йорка существовали законодательные собрания, выборы в которые проводились на основе высокого имущественного ценза. В независимых друг от друга тридцати штатах – губерниях важнейшие дела решались собраниями всех совершеннолетних граждан. Сами штаты – колонии состояли из округов. Английские губернаторы не вмешивались в местное самоуправление. В колониях была установлена полная свобода вероисповедания. Плодородные земли, естественные природные богатства, трудолюбие переселенцев привели к процветанию колоний. Штаты в изобилии снабжали Англию сельскохозяйственной продукцией. Англию колонии интересовали только как источник сырья. В них было запрещено строительство промышленных предприятий, кроме верфей. Хлопок, сахар и табак с плантаций должны были продаваться только в Англию, английским купцам, по их монопольным ценам. Все промышленные товары колонии также должны были получать из Англии, по монопольным ценам.

Политика Англии вызывала огромное недовольство всех американцев. «Разделяй (колонии) и властвуй (над ними)» – этот английский лозунг стал на пути экономического развития американцев. Войны с индейцами, экономика все более и более сближала колонии. Первая попытка объединения колоний произошла в 1754 году в Олбани, но английское правительство отклонило принятый съездом проект союза Бенджамина Франклина. Лондон прислал свой вариант, вызвавший ярость американцев. Англия обложила колонии налогами и ввела пошлины на ввоз в Северную Америку бумаги, стекла, чая. Американцы начали бойкотировать английские товары. На всеобщем американском собрании было принято решение, что никакое обложение налогами не имеет силы, если оно не санкционировано представителями народа. В 1772 году в Массачусетсе был создан первый комитет связи колоний. Тринадцать штатов начали процесс объединения.

В декабре 1773 года в Бостон, главную американскую гавань привезли большую партию чая. Никто не стал покупать его по большой монопольной цене. Бостонцы напали на корабли и выбросили весь чай в море. «Бостонское чаепитие» вызвало войну. Англия отменила колониальную хартию, закрыли бостонский порт и ввели в городе осадное положение. Колонии взорвались, и американский народ взялся за оружие.

В 1774 году в Филадельфии представители тринадцати независимых штатов создали всеамериканский Конгресс, ставший высшим правительственным учреждением колоний. Конгресс провозгласил «Декларацию прав», которую передали королю Англии. Монарх объявил Колонии мятежными и английские эскадры начали блокаду американских берегов. В октябре 1774 года в Кентукки, Теннеси и Северной Каролине начались военные столкновения. Вблизи Бостона американцы организовали большие военные склады для снаряжения создающейся армии. В апреле 1775 года английский генерал Гейдж попытался захватить их. Колонисты разнесли отряд англичан. Началась открытая война тринадцати штатов против самой могущественной державы мира. Центральным правительством стал Второй Континентальный конгресс, с 1775 по 1781 годы работавший в Филадельфии и Балтиморе. Конгресс назначил главнокомандующим богатого плантатора Джорджа Вашингтона, проявившего себя в войнах с французами и индейцами. В американской армии воевали добровольцы, фермеры, ремесленники, рабочие, рыбаки, землевладельцы, промышленники. Два года кровопролитных боев, осложненных для армии Вашингтона повальным воровством поставщиков оружия, одежды и продовольствия, закончились победой американцев. 4 июля 1776 года Конгресс объявил о создании нового независимого государства – Соединенных Штатов Америки. Декларация независимости была написана Томасом Джеферсоном. Под залпы салютов Декларация читалась публично, взвывая необычайное воодушевление американского народа:

«Мы считаем очевидным следующие истины: все люди сотворены свободными. Все они одарены создателем некоторыми неотчуждаемыми правами, к числу которых принадлежат: жизнь, свобода и стремление к счастью. Когда длинный ряд злоупотреблений и узурпаций обнаруживает намерение предать народ во власть неограниченного деспотизма, то он не только имеет право, но и обязан свергнуть такое правительство и на будущее вверить свою безопасность другой охране.

Мы, представители Соединенных Штатов Америки собравшись на общий конгресс, призывая Верховного Судью мира в свидетели правоты наших намерений, объявляем от имени и по уполномочию народа, что эти соединенные колонии суть и по праву должны быть свободные и независимые Штаты. С этого времени они освобождаются от всякого подданства британской короне и всякая политическая связь между ними и Великобританией совершенно прерывается. В качестве свободных и независимых Штатов они приобретают полное право объявлять войну, заключать мир, вступать в союзы, вести торговлю и совершать все то, на что имеет право всякое независимое государство».

Война за независимость закончилась в 1781 году. В решающей битве при Йорктауне англичане были разбиты американцами. В 1783 году Версальский мир окончательно завершил противостояние. Декларация независимости впервые письменно обосновала права человека и принципы демократии, «народной политической власти, защищавшей интересы всех граждан».

Территориальной единицей нового государства стал штат, входивший в федерацию. Штаты имели собственные конституции, законодательные, исполнительные и судебные органы. Образовывались и федеральные органы, устанавливалось единое гражданство и денежная единица.

В 1781 году американцы приняла конституцию США – «Статьи конфедерации». Власть в стране принадлежала штатам, но не центру. В США образовались две партии. Крупные землевладельцы, чиновники, торговцы стали лоялистами, или тори. Крупных бизнесменов Севера, часть торговцев и плантаторов, фермеров, ремесленников стали называть революционистами, или вигами. Территория Соединенных Штатов Америки заняла пространство от Канады на севере до Флориды на юге и от Атлантического океана на востоке до реки Миссисипи на западе.

Нуждавшиеся в средствах США начали распродажу земель. Большая часть крупных участков сказалась у спекулянтов. В мае 1787 года в Филадельфии собрался съезд делегатов штатов. Конституционный Конвент пересмотрел «Статьи конфедерации». В результате продолжительных споров и дискуссий Север предоставил Югу право свободного ввоза рабов до 1808 года. Юг согласился на введение протекционизма – экономической политики правительства, направленной на ограждение национальной экономики от иностранной конкуренции. Это было первое четкое разделение США на Север и Юг. 17 сентября 1787 года конституция США была принята Конвентом и с некоторыми поправками действует до настоящего времени.

Новая конституция превратила конфедерацию почти независимых штатов в феодальную республику с сильной централизованной властью, финансами, армией. Добиться этого было практически невозможно, но это удалось сделать Джорджу Вашингтону.

С 1781 года главнокомандующему американской армией неоднократно поступали предложения по установлению в Соединенных Штатах Амерки монархии – «война показала всем, и в первую очередь военным, слабость республики». Американский генерал отказался от титула, напомнив, что именно империя погубила Рим, и ушел в отставку с поста главнокомандующего. На прощальный ужин к Джорджу Вашингтону 4 декабря 1783 года пришли ближайшие друзья, адъютанты, три генерал-майора из тридцати и один бригадный генерал из пятидесяти.

Д. Вашингтон сдал дела только что избранному президентом Конгресса Т. Миффлину и поселился в своем имении Маунт – Вернон. Герой-победитель поклялся, что больше никогда не будет заниматься государственными делами.

В стране начался хаос. Только что созданное государство стало разваливаться. Тринадцать штатов рассматривали Конгресс как совещательный орган, в котором обычно заседали не более двадцати процентов депутатов. Конгресс стали называть пустой тратой денег. Сертификаты, выданные уволенным в запас солдатам и офицерам армии – победительницы, были куплены спекулянтами за пять процентов от номинальной стоимости. Население быстро разорялось. По решениям судов у людей за долги забирали землю, жилье, скот. Обанкротившихся сажали в долговые тюрьмы. В армии распространялся анонимный памфлет: «У армии в руках меч. Можешь ли ты влачить нищенское существование и прожить остаток прежней славной жизни на средства благотворителей? Если можешь – иди, подвергайся издевкам тори и презрению вигов. Будь смешным и, что еще хуже, вызывай жалость мира. Иди умирать с голода и в забвении. Но есть другой выход – не расформировывать армию до выполнения требований о нашем будущем, а под командованием нашего прославленного вождя отойти куда-нибудь в незаселенную местность и там, в свою очередь, смеяться, видя, как перепуган конгресс».

Осенью 1786 года началось восстание бывших солдат армии-победительницы, возглавленное отставным капитаном Даниелом Шейсом. Восставшие сжигали суды с логовыми делами, освобождали из тюрем должников. Военные части, направленные против восставших, отказывались нападать на них. Военный министр Конгресса сообщал Д. Вашингтону о бунтующих: «Они видят слабость правительства, ощущают свою бедность по сравнению с зажиточными и собственную силу, они преисполнены решимости употребить последнюю, чтобы выправить первое». Восставшие не смогли взять арсенал в Массачусетсе и были рассеяны ополчением, собранным на деньги бостонского олигарха. Пленных амнистировали. Д. Вашингтон с горечью писал:

«Конфедерация представляется мне тенью без сути, а конгресс зыбким органом, на постановления которого почти не обращают внимания с высот, на которых мы стояли, мы спускаемся в долину смятения. Мы, вероятно, придерживались слишком хорошего мнения о человеческой натуре, когда основывали конфедерацию. Опыт, однако, научил нас, что люди не примут и не будут выполнять меры, наилучшим образом рассчитанные для их собственного блага, без принуждения. Я не думаю, что мы сможем долго просуществовать как нация, не установив эффективной власти над всем союзом.

Хотя я ушел от мира, я искренно признаю, что не могу чувствовать себя посторонним зрителем. Я по скромному разумению считаю, что для благополучия, осмелюсь даже сказать – для существования Соединенных Штатов как независимой державы жизненно необходимы четыре вещи:

1. Нерасторжимый союз штатов под руководством одного федерального центра.

2. Священное уважение к судебной системе.

3. Создание надлежащей армии.

4. Господство среди народа Соединенных Штатов мирного и дружественного настроения, которое побудит его забыть местные предрассудки и политику, сделает взаимные уступки, необходимые для всеобщего благосостояния, и в некоторых случаях пожертвует своими личными выгодами в интересах общества».

В мае 1787 года Д. Вашингтон поехал на Конституционное собрание в Филадельфии. Когда его упрекнули в нарушении слова не заниматься государственными делами, он ответил, что не хочет, чтобы его обвинили в презрении к республиканизму, в желании дождаться падения властей, чтобы самому взять власть. В Конституционном собрании участвовали пятьдесят пять человек – четырнадцать банкиров, четырнадцать крупных землевладельцев и спекулянтов землей, двенадцать промышленников, купцов и судовладельцев и пятнадцать плантаторов – рабовладельцев. Президентов Конституционного собрания единогласно избрали Д. Вашингтона, сравнив его со «спасителем страны, подобным Петру Великому». Из пятидесяти пяти делегатов тридцать воевали в армии Д. Вашингтона. Заседания была объявлены закрытыми.

Конгресс, работавший в Нью-Йорке, дал Конституционному собранию только полномочии на внесение изменений в «Статьи конфедерации». Однако Д. Вашингтон разработал «Виргинский план», предусматривавший изменения в работе Конгресса и создание сильного правительства. Д. Вашингтон сильно рисковал – этот план можно было квалифицировать, как государственную систему. Д. Вашингтон прочитал «Виргинский план» на Конституционном собрании. Часть делегатов запротестовали, заявив, что необходимы только полумеры – народ не согласится на коренные изменения. Председатель выступил с речью: «Правительство потрясено до самой основы, оно падет от дуновения ветра. Ему пришел конец, и, если не будет быстро найдено лекарство, неизбежно воцарятся анархия и смятения. Возможно, что нам придется пройти еще через один ужасающий конфликт. Давайте поднимем знамя, к которому соберутся мудрые и честные. Дело в руках Бога».

Конституция определила государственное устройство США как демократическую республику. Под Д. Вашингтона был введен пост президента США с громадными полномочиями, фактически не подчиненного конгрессу. При создании новой конституции пятьюдесятью пятью делегатами многолетний помощник Д. Вашингтона А. Гамильтон заявил, что все кончится либо монархией, либо коррумпированной тиранической аристократией. Для избежания подобного собрание ввело статью о возможности дополнения конституции поправками. В сентябре 1787 года проект конституции поправили для утверждения штатами. С декабря 1787 по июнь 1788 года конституция США была ими ратифицирована и вступила в силу. Большую роль в этом сыграла созданная сторонниками президентской власти общеамериканская газета «Федералист», писавшая: «Самый обычный и прочный источник раздоров – это различное и неравное распределение собственности. Имеющие собственность и не имеющие ее всегда имели отличные интересы. Регулирование этих интересов составляет основную задачу современного законодательства».

В январе 1789 года избранные от штатов выборщики и новоизбранный конгресс избрали первого президента США, Джорджа Вашингтона. Для управления страной были созданы государственный департамент, военное министерство и министерство финансов. Три министра и председатель Верховного суда вошли в правительство, отвечавшее только перед президентом и замещавшим его в крайних случаях вице – президентом. Президент США назначал министров и являлся верховным главнокомандующим армией и флотом. Президент пожизненно назначал и членов Верховного суда, которых утверждал Конгресс.

Законодательная власть принадлежала Конгрессу, состоящему из двух палат. В Сенат избирались по два представителя от каждого штат, сроком на шесть лет независимо от количества в нем населения. Палата представителей сроком на два года избиралась всеми гражданами США, имеющими избирательное право. Ценз выборов был очень высок. После утверждения конституции из трех миллионов американских граждан избирательное право получили только сто двадцать тысяч человек. Принятие конституции штатами разделили США на Север и Юг. Сторонниками конституции стали финансисты, спекулянты землей, держатели ассигнаций, судовладельцы, торговцы, землевладельцы Севера. Им была выгодна сильная центральная власть и большой рынок. Плантаторы и фермеры Юга выступали против сильной власти, урезавшей право народа. Конфликт был надолго погашен написанным Т. Джефферсоном и принятым в 1789 году Биллем о правах, утверждавшим свободу личности, слова, печати, собраний и вероисповедания.

Было принято решение о строительстве новой столицы США. Отдать предпочтение какому-то из штатов означало создание конфликтной ситуации. На реке Потомак появился федеральный округ Колумбия с городом, позднее получившим имя первого президента США. Восемь лет Джордж Вашингтон управлял Соединенными Штатами Америки. Переизбранный в 1793 году на второй четырехлетний президентский срок, он провел принятие первых десяти поправок в конституцию США, Джордж Вашингтон категорически отказался переизбираться в третий раз, создав прецедент, нарушенный американскими президентами только один раз. В 1796 году первый президент обратился к американцам с «Прощальным словом»: «Нация, которая относится к другой с привычными добрыми чувствами, в определенной степени является рабом. Такая нация – раб своей враждебности или своих добрых чувств. Любого из двух достаточно, чтобы увести ее от своего долга и интересов. Основное правило для нас в отношениях с другими государствами заключается в том, чтобы расширить с ними торговые отношения, но иметь как можно меньше политических связей».

В 1803 году США за пятнадцать миллионов долларов купили в Франции Луизиану, увеличив свою территорию в два раза и обеспечив себе выход в Мексиканский залив и полное господство в бассейне реки Миссисипи.

В 1812 году Англия попыталась вернуть свои бывшие колонии, но в результате двухлетней войны американцы снова отстояли свою независимость. Английские войска в августе 1814 года взяли и сожгли столицу США Вашингтон, но в январе 1815 года были разгромлены в битве под Новым Орлеаном. Война сплотила американцев, консолидировали американский народ в единую нацию. Политическую власть монополизировала партия национальных республиканцев во главе с Т. Джефферсоном.

К 1819 году американские переселенцы захватили испанскую Флориду, которая вскоре вошла в состав США. К середине XIX века США присоединили Техас, Калифорнию, Аризону, Нью-Мексико, Орегон. В 1867 году США купили у России Аляску и Алеутские острова. За пятьдесят лет территория Соединенных Штатов Америки увеличилась почти в четыре раза.

После революции в Испании в 1820 году ее южно-американские колонии провозгласили свою независимость. В Европе планировали послать в Южную Америку экспедиционную армию для восстановления там господства Испании. В декабре 1823 года пятый президент США Джеймс Монро (1758–1831) в послании Конгрессу сформулировал принципы, определившие пути дальнейшего развития внешней политики США. Лейтенант в армии Д. Вашингтона, сенатор, дипломат, губернатор Виргинии, государственный секретарь, военный министр, президент США, в 1817–1825 годах писал в доктрине Монро: «Соединенные Штаты Америки, воздерживаясь от вмешательства во внутренние дела европейских стран, признавая законным каждое из фактически существовавших правительств и поддерживая с ними дружеские отношения, будут рассматривать как посягательство на свою независимость всякое вмешательство европейских держав в дела Американского континента».

США признали новые государства Латинской Америки. Дальнейшая колонизация европейских государств на американском континенте не допускалась. Признавал за европейскими державами, имевшими уже там колониальные владения, США считали недопустимым переход в будущем этих владений к какой-либо неамериканской стране. Декларировался принцип разделения мира на европейскую и американскую системы. Был выдвинут и впоследствии реализован принцип, по которому рост могущества и благосостояния США связывал с увеличением числа американских штатов благодаря присоединению новых территорий.

С начала XIX века экономическое развитие США шло по двум направлениям. На Севере и Западе развивались капиталистические отношения на основе роста промышленности и фермерского хозяйства. На Юге продолжало развиваться плантационное хозяйство, основанное на рабском труде. Страна покрылась множеством фабрик, приведших к промышленной революции. К середине XIX века США производили лучшие в мире металлические плуги, сеялки, жатки, механизировавшие весь цикл полевых работ. В стране были созданы тысячи километров водных путей и железных дорог, по которым перевозили грузы тысячи пароходов и паровозов. Плантации и фермерские хозяйства США производили две трети хлопка в мире, шедшего на экспорт. Политическое развитие США этого периода характеризовалось все большим усилением роли плантаторов южных штатов в Конгрессе. Этот процесс неизбежно вел к столкновению двух социальных систем – капиталистической и рабовладельческой.

В 1787 году при обсуждении американской конституции были установлена так называемая линия Месона – Диксона, проходившая в шестнадцати милях южнее сороковой параллели, разграничивавшая Север и Юг. Все штаты севернее этой линии были признаны свободными, а южнее – допускающими рабство. Серьезным поводом для конфликта Севера и Юга стало освоение Запада – свободные земли были нужны всем. Чтобы не допустить преобладания в Конгрессе влиятельных и богатых южан было принято компромиссное решение принимать в США по два штата одновременно – один северный и один южный. В западных и северных штатах отменили избирательный ценз и ввели всеобщее избирательное право для белого мужского населения.

Протекционистские таможенные ставки правительства, доходившие до сорока процентов от стоимости товаров чуть не вызвали в 1824 году отделения южных штатов от Федерации. В 1845 году отношения Севера и Юга еще более обострились – тарифы по многим товарам достигли сорока пяти процентов. Этот тариф южане назвали «тарифом ужаса» и на юге возникло движение за выход из Федерации. В ответ федеральные власти сумели провести в Конгрессе закон, разрешавший применять силу против штатов – сепаратистов.

В 1850 году население США составляло двадцать четыре миллиона человек; четырнадцать на Севере и десять на Юге. Тем не менее, с начала сороковых годов у власти до 1860 года находилась Демократическая партия плантаторов и рабовладельцев. По ее инициативе Конгресс в 1836 году даже принял «правило кляпа», запрещавшее рассмотрение петиций против рабства. Этот закон был отменен в 1844 году по инициативе созданной северянами партией вигов. Демократическая партия ввела в практику публикование партийной избирательной платформы, что позволяло избирателям выбирать более осознано.

В 1848 году в Калифорнии нашли золото. Туда хлынули толпы людей и новый штат был в Федерации, как свободный. Южане потеряли равенство в Конгрессе. Работорговля была запрещена и в столичном округе Колумбия. В качестве компромисса был принят закон о поимке беглых рабов по всей территории США. Новые штаты теперь должны были сами решать – быть им рабовладельческими или свободными. Правило сороковой параллели перестало существовать.

К середине XIX века сложилось два течения против рабства. Одно из них ограничивалось парламентской деятельностью, литературной пропагандой. Образцом такой пропаганды стала знаменитая повесть Г. Бичер-Стоу «Хижина дяди Тома», сыгравшая огромную роль в настроении мирового общественного мнения. Второе течение, абсолюционизм провозглашало вооруженную борьбу против рабства.

В 1790 году на плантациях юга пятьсот тысяч рабов производили тысячу тонн хлопка в год. К 1860 году четыре миллиона негров выращивали уже один миллион тонн. Закон 1808 года о запрете ввоза в США новых рабов не соблюдался. Восстания рабов Юга не были такими масштабными, как их побеги на Север. В знак протеста против жестокого обращения рабы большими группами отказывались от работы. А пятидесятых годах XIX века обострение противоречий между Севером и Югом достигло крайних пределов. Образование новых штатов на Севере, рост движения против рабства грозили многим плантаторам потерей экономических и политических позиций.

Север хотел отменить рабство на юге и скрыть западные земли для свободного заселения фермерами. В 1856 году партия вигов была преобразована в Республиканскую на выборах в этом же году республиканцы получили большинство в Палате представителей. Через четыре года президентом США был избран сын бедного фермера, конгрессмен и противник рабства Авраам Линкольн. С ноября 1860 года Север и Юг начали готовиться к гражданской войне. И она началась.

В феврале 1861 года в городе Монтгомери в тате Алабама была создана «Конфедерация американских штатов». 11 штатов Юга восстали против 23 штатов Севера. Материальные преимущества была на стороне северян – двадцать два миллиона человек и развитая промышленность. Из девяти миллионов населения Юга четыре миллиона были неграми, работающими на плантациях. Южанам приходилось опасаться восстания в тылу. Юг образовал свое правительство и избрал президентом конфедерации полковника Джеффресона Девиса. Конституция южан гласила: «негры не равны белым, а рабство, подчиненное высшей расе, является естественным и нормальным состоянием негров».

11 апреля 1861 года южане осадили и взяли форт Семпер в Южной Каролине. В ответ президент А. Линкольн объявил блокаду южных штатов и призвал семьдесят пять тысяч человек в армию.

В первый год войны боевые действия проходили на границе Севера и Юга. 21 июля 1861 года тридцатипятитысячная армия Севера была разбита тридцатитысячной армией Юга в крупном сражении у города Манассаса. В октябре 1861 года северяне вновь были разбиты в битве у Болс-Блаффа и чудом удержали Вашингтон. Северяне разрабатывали «План Анаконда», предусматривавший кольцевое окружение южных штатов весной 1862 года.

Первая армия северян генерала Гранта должна была захватить главные базы южан на западе, вдоль реки Миссисипи. Вторая армия генерала направлялась морем в Мексиканский залив, чтобы войти в устье Миссисипи и занять Новый Орлеан. Третья армия генерала Мак-Клелана должна была наступать с фронта и захватить столицу конфедерации Ричмонд. Первые две армии соединились во взятом Новом Орлеане. Однако армия Мак-Клелана была разгромлена армией южан генерала Ли. Успехи армий Гранта и Батлера были сведены к нулю, Новый Орлеан отбит южанами, создавшими реальную угрозу Вашингтону. Ценой величайших усилий и больших потерь наступление армии Конфедерации удалось остановить.

20 мая 1862 года Авраам Линкольн подписал знаменитый «Гомстед – акт», предопределивший победу Севера над Югом. Этот закон предоставил право каждому желающему приобрести участок земли до шестидесяти гектаров с уплатой налогов в сумме десяти долларов. Земля переходила в полную собственность фермера при условии ее обработки в течение пяти лет. Огромное количество фермеров стали поддерживать северян. А. Линкольн и Конгресс нарушили конституцию, и объявил целью войны не только восстановление целостности государства, но и уничтожение рабства. В армию был разрешен набор негров, была введена смертная казнь за измену США, реорганизована армия, издан закон о конфискации имущества конфедератов. В мае 1862 года был введен обязательный призыв в федеральную армию, главнокомандующим которой стал генерал У. Грант. В северных штатах арестовали всех влиятельных людей, связанных с Югом.

1 января 1863 года были освобождены все рабы на территории Конфедерации. Негры освобождались без выкупа, но и без земли. Им не представлялись равные и белыми гражданские и политические права. Произошел перелом в войне. В армию северян вошли почти двести тысяч негров. Начало сказываться и военно-экономическое превосходство северян. 3 июля 1863 года в сражении при Геттисберге южная армия была разгромлена и потеряла долину реки Миссисипи.

Решающие политические и военные победы северяне одержали в 1864 году, когда А. Линкольн был вторично избран президентом США. В ноябре 1864 года северяне начали осуществлять новый стратегический план. Генерал Шерман с армией в шестьдесят тысяч человек прошел от Атлантики к морю. Армия северян шла пятью параллельными колоннами, беспощадно уничтожая на своем пути всех конфедератов и их сторонников. К марту 1865 года Шерман захватил почти всю Каролину. 3 апреля армия Гранта взяла столицу Конфедерации Ричмонд. 10 апреля 1865 года генерал Ли с остатками своей армии капитулировал. Гражданская война в США закончилась. По всему Северу начались празднества по случаю победы. Солдаты и офицеры были отпущены по домам, амнистированы осужденные южане. Через пять дней после победы во время торжественного спектакля в вашингтонском театре в президентской ложе был застрелен Авраам Линкольн. Несмотря на это богатые промышленники северяне стремились к примирению с плантаторами южанами. Во главе этого движения встал новый президент Э. Джонсон. С 1865 по 1877 годы в Соединенных Штатах Америки была осуществлена Реконструкция.

29 мая 1865 года Э. Джонсон объявил амнистию конфедератам. Из их виднейших представителей были назначены временные губернаторы южных штатов. Э. Джонсон объявил о готовности вернуть Югу политические права и вернуть все штаты в Федерацию. Внезапно все изменилось. В дело вмешались «саквояжники» – авантюристы, жулики, обманщики всех мастей, хлынувшие с Севера грабить богатый Юг. Именно там, после поражения, можно было очень дешево купить плодороднейшую землю, можно было взять ее обманом, можно было просто отобрать, конфисковав.

Негры были освобождены, но никакого имущества не получили. Брошенные конфедератами плантации были сданы в аренду или их бывшим хозяевам, ими белым северянам. Часть конфискованных земель по закону от июля 1862 года была возвращена наследникам хозяев – конфедератов. Часть отобранных земель продали с аукциона. Освобожденные рабы, складывая все свои земли, могли купить только несколько процентов из продаваемых земель. Все остальное покупали северные инвесторы и спекулянты. Генерал Шерман своей власть. Дал землю нескольким десяткам тысяч негров в Джорджии, но через полгода землю у них отобрали. Гражданская война началась в 1861 году не для того, чтобы освободить негров и дать им землю. Северяне хотели сохранить огромную территорию страны, ее рынка и ресурсов. В ходе войны выяснилось, что победить можно, устроив крестовый поход против рабства. Крестовый поход состоялся, но землю неграм не дали и они опять были должны идти на поклон к новым или старым владельцам земли. Бывшие рабовладельческие штаты признали уничтожение рабства при сохранении латифундий и всей полноты власти в руках бывших плантаторов. Но до этого надо было попытаться осуществить передел собственности.

Десять южных штатов, входивших в Конфедерацию были «реконструированы». Их разделили на пять военных округов. Были созданы конституционные конвенты штатов, представителем которых временно запретили участвовать в заседаниях Конгресса. 18 декабря была принята XIII поправка к конституции США, которая навсегда уничтожила рабство во всех штатах: «В Соединенных Штатах или в каком-либо месте, подчиненном их юрисдикции, не должно существовать ни рабство, ни подневольное услужение, кроме тех случаев, когда это является наказанием за преступление, за которое лицо было надлежащим образом осуждено». В июле 1868 года вступила в силу XIV поправка к конституции о предоставлении неграм гражданских прав: «все лица, родившиеся или натурализованные в Соединенных Штатах – граждане страны. Ни один штат не должен издавать или применять законы, которые ограничивают привилегии и льготы граждан Соединенных Штатов. Ни один штат не может лишать какое-либо лицо жизни, свободы или собственности без надлежащей правовой процедуры либо отказать какому-либо лицу в пределах своей юрисдикции в равной защите закона». 30 марта 1870 года была принята XV поправка к конституции с запрещением лишать негров избирательных прав: «Право голоса граждан Соединенных Штатов не должно отрицаться или ограничиваться Соединенными Штатами или каким-либо штатом по признаку расы, цвета кожи, либо в связи с прежним нахождением в подневольном услужении». Конгресс давал права неграм, поддерживал идеи равноправия и следуя политическому расчету. Одновременно с этим в южных штатах принимались «черные кодексы», которые запрещали освобожденным рабам арендовать или сдавать в аренду землю. Они должны были работать по трудовым договорам, которые они не могли разорвать под страхом тюремного заключения. К февралю 1867 года старым плантаторам была возвращена собственность на астрономическую по тем временам сумму в два миллиарда долларов.

Гражданская война кончилась, но освобожденные рабы так и не получили обещанных им сорока акров земли и мула для ее обработки. Негры стали заниматься самозахватом земель, создавали свои церкви, стрелковые клубы, отряды негритянской милиции. Один миллион голосов негров обеспечил летом 1867 года победу республиканцам на выборах в конституционные конвенты. Новые конституции южных штатов создавались в интересах северян. После этого все южные штаты были возвращены в Федерацию. В этом хаосе «саквояжники» – авантюристы использовали создавшуюся ситуацию для быстрой наживы. К ним в кабалу попадали и негры и белые, а все обвинения сыпались на южан. Русский исследователь начала XX века писал о ситуации в США того времени:

«Серьезным последствием гражданской войны было ослабление нравственной чуткости в разных слоях общества и простор, данный войной зверским инстинктом. Люди привыкли к виду крови и истребляли себе подобных не с содроганием, а с гражданским и патриотическим воодушевлением. Главнокомандующий северными армиями хладнокровно применял на деле дикую, зверскую систему «аттриции» – извода врага независимо от количества человеческих жертв со своей стороны. Южные солдаты бесчеловечно замучили несколько негров-солдат, захваченных в рядах северной армии. Северные армии грабили беззащитных мирных жителей и производили в южных штатах опустошения, которые невольно воскрешают в памяти подвиги орд Аттилы и Тамерлана.

Демократизация распространилась даже на высшую администрацию. Для президента демократической республики конституционные гарантии власти оказались недостаточными, и исполнительный орган власти, опирался на силу штыков для достижения своей цели, законодательствовал путем своевольного толкования конституции, грубо попирал конституционные права своих сограждан, протестовавшим живым и печатным словом против насилий, и не уважал судебной власти, как высшей, так и низшей: как будто конституция Соединенных Штатов обеспечивала права только в мирное время, а при исключительных условиях оправдывала восточный деспотизм».

Палата представителей Конгресса, состоявшая из четыреста тридцати пяти членов, считалась представителем США в целом. Сенат из девяносто шести членов представлял штаты, как члены Федерации. При выборах Конгресса действовали установленные штатами избирательные законы.

Федеральная конституция определяла только общие черты избирательного права, обязательные для всех штатов. Запрещалось лишать избирательных прав под предлогом расы, пола, цвета кожи. Избирателям для участия в выборах членов Палаты представителей требовалось достигнуть двадцати пяти лет и быть гражданином США семь лет. Для того, чтобы выбирать Сенат гражданство должно быть девять лет и возраст – тридцать. Голосование должно было быть равным, прямы и тайным. Для того, чтобы выбирать власти штата, избиратели должны были быть не менее двадцати одного года и проживать в данном избирательном округе от трех месяцев до двух лет. Выборы выигрывал кандидат, получивший большинство голосов, перебаллотировки не проводились. Партия, собравшая хотя бы относительное большинство голосов, часто получала все мандаты штата.

Конгресс занимался законодательными проблемами, относящимися к компетенции федеральной власти. Закон считался принятым Конгрессом тогда, когда собирал большинство голосов Палаты представителей и Сената. Согласие Сената требовалось при заключении международных договоров президентом США и при назначении им федеральных должностных лиц.

Выборы президента США традиционно проходили в первый вторник после первого понедельника ноября. Президент избирался на четыре года косвенными выборами. Население каждого штата выбирало выборщиков, которые, собравшись в столице штата, подавали голоса за своего кандидата. Каждому штату полагалось столько выборщиков, сколько он имел представителей в Палате и в Сенате. Избранным в президенты считался тот, кто получил абсолютное большинство голосов всех выборщиков. Общее число выборщиков было пятьсот тридцать один человек и для избрания президента было необходимо получить не менее двухсот шестидесяти шести голосов. Согласно обычаю, выборщики были обязаны голосовать в соответствии с наказом избирателей, то есть за кандидата, выдвинутого их партией. Кандидат в президенты должен быть не моложе тридцати пяти лет, родиться и прожить в стране не менее четырнадцати лет. Избранный президент США вступал в должность двадцатого января.

Президент имел огромную власть. Он мог наложить вето на законопроект, уже принятый Конгрессом.

Каждый штат сохранял собственную конституцию. Федеральная власть занималась внешними делами, военным делом, финансами, денежной системой, почтой, судами, федеральным имуществом, торговлей между штатами. Штаты ведали местными судами, полицией, дорогами, торговлей внутри штата, просвещением, здравоохранением. Позднее полномочия штатов были значительно урезаны в пользу верховной власти.

Население штата избирало губернатора, осуществлявшего исполнительную власть. Двухпалатный парламент был представительным органом штата.

На выборах 1867 года негры впервые использовали свое право голоса. Многие их представители заняли должности в органах местного самоуправления, в законодательных органах штатов, нигде, кроме Южной Каролины не получив большинства. Шестнадцать негров, двенадцать из которых совсем недавно были рабами, были избраны в Конгресс США. Реконструкция отменила сегрегацию, вид расовой дискриминации, по которой белые граждане отделялись от людей с другим цветом кожи в экономической, политической, культурной и бытовой сферах. Множество негритянских детей пошли в школы. Сохранился фрагмент записи одного из уроков в школе того времени:

«Скажите, дети, как вы думаете: белые люди лучше вас, потому что у них прямые волосы и белые лица?

Нет, сэр.

Да, они ничем не лучше, но они отличаются от нас. У них в руках большая власть, они сформировали это великое правительство, они контролируют эту огромную страну. Что делает их столь отличными от нас?

Деньги!

Да. Но что дает им возможность получить эти деньги? Как они получают эти деньги?

Они забирают у нас. Они всех нас обкрадывают!»

Плантаторы Юга не захотели примириться с установившейся здесь после победы в гражданской войне диктатурой северян. Не устраивала их все возраставшая активность негритянского населения. Плантаторы не стали терять ни политическое, ни экономическое влияние. Один из их идеологов писал после окончания гражданской войны: «Белое население Юга представляет сильную расу. Рабство мешало развивать им свои силы. В жилах их текла, вероятно, чистейшая саксо-нормандская кровь. Лучшие черты английского племени: инициатива, твердость, настойчивость, терпение, гордость, бережливость, нравственность были у них развиты в сильной степени. Долгое время северяне неправильно понимали их и относились к ним с недоверием. Находясь в водовороте политик, имея у себя расовую войну, затруднения, которых не было у других частей нашего народа, они все же не отчаивались и не боялись, но серьезно работали над созданием из Юга достойной родины для себя и своего потомства».

Тайные организации южан для борьбы с широким аболиционистским движением в США были созданы в сороковых годах XIX века. Среди «Сынов Юга», №Социального союза», «Голубых лож» самым известным обществом стали «Рыцари золотого круга», в 1860 году насчитывавшее более ста тысяч членов. В тайных обществах были и государственные и политические деятели Юга. Во втором этапе гражданской войны эти тайные общества создавали специальные формирования партизан – герильясов, действующих на захваченных на Юге территориях. Уже в апреле 1861 года «Рыцари золотого круга» насчитывали в своих рядах более полумиллиона членов, а ячейки общества существовали по всей стране. После 1862 года, когда стало ясно, что победить северян в открытой вооруженной борьбе не представляется возможным, «Рыцари золотого круга» и другие южные тайные общества попытались поднять восстание в тылу федералов. Разница в экономической мощи и человеческих ресурсах Севера над Югом не позволила этого сделать.

Победа Севера над Югом сопровождалась многочисленными издевательствами, конфискациями имущества, земель южан. Открытая вооруженная борьба южан после 1964 года была невозможна, были нужны другие способы спасения. Плантаторы решили создать новое тайное общество «для защиты белых женщин, защиты семьи, закона, порядка, религии, патриотизма и цивилизации». К тому времени на Юге действовали «Рыцари белой розы», «Краснорубашечники», «Бледнолицые», «Стражи конституции», «Рыцари черного креста».

24 декабря 1865 года в маленьком городке Пуляски штата Теннеси судья Томас Джонс и шестеро бывших офицеров армии Конфедерации создали тайное общество. Сначала оно было названо «Рыцари круга» (по-гречески kukos – круг), «Ку-клукс». Капитан Кеннеди, один из семерки основателей ордена, чьи деды приехали в Америку из Шотландии, добавил в название слово «клан». Таинственное и мистическое название «Ку-клукс-клан» интерпретировалось привыкшим к оружию населением как передергивание затвора винтовки или как звук ударяющихся друг о друга костей скелета. Это название оказалось очень подходящим для нового общества.

На собраниях Ку-клукс-клана его члены давали клятву, обязывающую всех клановцев хранить полное молчание обо всем, касающемся организации. Принятие в члены клана сопровождалось сложным ритуалом и присягой на вечную верность руководителю Ку-клукс-клана, которого называли «имперский визир и верховный император». Были «гранд-драконы», «титаны», «циклопы». Запрещалось разглашать имена других членов. Ку-клукс-клановцы придумали для себя особую униформу – белые маски с прорезями для глаз и носа, длинный белый балахон, высокие шапки, значительно увеличивавшие рост человека.

Вокруг Ку-клукс-клана объединились все тайные общества южан. Местные южные власти докладывали в Вашингтон: «Организованные отряды людей с оружием и верхом патрулируют штат, предпринимая действия, имеющие целью запугать законопослушных граждан, особенно цветных». Ночные патрули Ку-клукс-клана пугали малограмотных и забитых негров, принимавших их первое время за души погибших конфедератов.

Влияние Клана быстро распространялись по южным штатам – Теннеси, Миссисипи, Алабамы, до Техаса. В противовес Клану на юге были созданы «негритянские лиги». Члены лиг вооружались, создавали милицию, стрелковые клубы. Негритянская милиция были очень многочисленна, хорошо вооружена и официально признана новыми властями. В 1867 году состоялся и первый съезд Ку-клукс-клана, на котором присутствовали представители ее пяти тысяч местных организаций. Когда через год по приказу федерального правительства губернаторы начали формально запрещать организации Ку-клукс-клана, ее первый руководитель Н. Форрест заявил в прессе, что если власти попытаются запретить клан, то это будет считаться «объявлением войны». Форрест заявил, что в южных штатах клан располагает армией в полмиллиона человек, и это будет самая кровавая война. К 1873 году негритянские лиги были в открытой борьбе разгромлены Ку-клукс-кланом и перестали играть политическую роль. Американский историк В. Эндрус писал в конце XIX века об этом периоде истории США:

«Присутствие негров на юге вызвало там самые большие затруднения. Они составляли большинство населения на больших пространствах и в некоторых целых штатах. Готовность белых прибегать к оружию до известной степени удерживало черных к почтительности, хотя они страшно мстили белым за обиды, поджигая хлопчатобумажные фабрики, постройки, а иногда и жилые дома. Иногда они страшно надоедали и угрожали детям белых. Белые женщины должны были быть очень осторожны в выражениях, потому что черные слуги на ругань отвечали руганью же, иногда, если им делали слишком резкий выговор, за словами следовали удары. Точно также для белой женщины после освобождения небезопасно выходить одной из дома.

Если случалось, что белый убивал черного, то возбужденная толпа черных пыталась линчевать его. На помощь приходили друзья, и часто возникал мятеж. Совершенно обратное происходило, если белый был застрелен негром. Негритянская милиция, находившаяся в распоряжении губернатора и являвшаяся по его приказу пугала белых. Черные легислатуры злоупотребляли своей властью, становясь орудием в руках разных политиканов, разорявших белых землевладельцев. У южан были слишком тяжелые воспоминания, боль слишком остра, всякого рода страдания слишком ужасны, чтобы одни приятные определения некоторых пунктов конституционного права могли их успокоить. Война оставила юг в неописуемом разорении. Масса конфедератов, вернувшись домой, застала свои фермы проданными за неуплаченные налоги, заложенными».

Только доктринеры или глупцы могли ожидать, что белые будут долго подчиняться. Можно было с уверенностью сказать, что как только будут удалены федеральные войска, честными или бесчестными средствами власть будет отнята у черных. Именно так и случилось. Без малейшего формального изменения конституции или статусов южные штаты один за другим перешли во власть их белого населения.

Там, где белые не могли достигнуть своей цели путем убеждения или другими мирными мерами, там они прибегали к запугиванию или силе. Главным средством отгонять цветнокожих избирателей от избирательных урн сначала служил Ку-клукс-клан. Первые действия этого общества после войны не имели дурного намерения. Его строгости явились постепенно.

Члены Ку-клукс-клана являлись в дома черных или расхаживали вокруг них замаскированные, действовали сначала фокусами, а не оружием. Одни носили мешок из мяса в виде сердца и расхаживали «в поисках за жареным мясом негров». Другие надевали гуттаперчевый желудок, чтобы пугать негров проглатыванием целых ведер воды. Третьи изображали, как они были убиты. Базами служили «пещеры», разных куклуксклановцев называли «великанами», «титанами», «домовыми», «фуриями», «драконами» и «гидрами».

Обычно только одно существование «пещеры» делало покорным всякого негра в окрестности. Если требовалось больше, то с полдюжины «гиен», совершавших свой обход в их отвратительных масках и длинных белых одеждах наводили страх на всех, кроме самых смелых. Всякого, кто оказывал сопротивление, наказывали плетьми, увечили или убивали. Иногда таким же образом поступали с их «carpet-bag» – друзьями. Так называли северян и южан, заступавшихся за негров.

В то же самое время лучшие друзья негров, добросовестные люди из прежних рабовладельцев, постепенно вымирали. Искренняя любовь старых южан лучших классов к их бывшим рабам представляла трогательное явление, которого на севере не умели ценить. Хозяин и хозяйка по-родственному относились к своим черным рабам. На всем юге в старые годы были благородные люди, которые находились в таких трогательных отношениях с черными членами их дома. Они искренне и преданно любили их. Молодое поколение белых, никогда не владевшее рабами, не разделяло этого чувства. Дружески расположенные к неграм, они не чувствовали себя ответственными за них. Черное население хорошо знало эту разницу. В трудных случаях жизни они обращались не к какому-нибудь филантропу – северянину, и не к доброму молодому господину, питающему к ним дружественное чувство, но к своему старому господину и к старой госпоже, если только они могли их найти. Они подавали неграм хорошие советы и помогали им. Смерть последних представителей этого поколения работорговцев была кризисом в будущем черного населения.

В северной Республиканской партии разгорелась полемика о политике по отношению к южным штатам. Политики – северяне начали взвешивать преимущества от поддержки безземельных бедных негров и от возвращения к власти на Юге белых, согласившихся подчиниться Республиканской партии. Президент США в 1868–1877 годах генерал У. Грант вернул политические права южным штатам, ослабил на юге диктатуру Севера и отозвал войска. Южные штаты вернули полное равноправие и «реконструкция» Юга была закончена. Главным средством, которое Юг использовал для того, чтобы добиться этого стал Ку-клукс-клан, в который массово вступали белые южане.

В невидимой войне за контроль над Югом участвовали Джорджия, Теннеси, Миссисипи, Алабама, Виргиния, Мериленд, Северная и Южная Каролины, Кентукки и Флорида. Декларация Ку-клукс-клана провозгласила главные цели его создания:

«Защита слабых, невинных и беззащитных от произвола и беззакония, помощь всем страдающим и нуждающимся в участии, особенно вдовам и семьям солдат и офицеров армии Конфедерации.

Защита Конституции и законов США, защита территории государства от нападения извне.

Помощь в реализации конституционных прав, защита жизни и имущества граждан от незаконных действий.

Прекращение гибели нашей страдающей страны и избавление белой расы от невыносимых условий, в которые она поставлена в последнее время.

Поддержание верховенства белой расы. Америка создана белыми и для белых, и любая попытка передать власть в руки черной расы является нарушением божьей воли и Конституции. Права негров должны быть признаны и защищены, но белые должны иметь привилегию для определения объема этих политических прав. До тех пор, пока негры не определят свое понимание этих прав, Ку-клукс-клан клянется не допускать политического равенства чернокожих».

Вступающие в Клан кандидаты должны были ответить на вопросы:

«Вы противники равноправия негров – политического и социального?

Вы сторонник белого правительства?

Верите ли вы в незыблемость права на защиту от применения произвольной и беззаконной силы?»

Бывшие белые южане – солдаты армии Конфедерации боролись за контроль над правительствами южных штатов, без белых «саквояжников». Ку-клукс-клан предупреждал многие преступления, сгонял негров с земли, влиял на чиновников. Клан охранял южан от беззакония северян, защищал из жизнь и имущество. Однако много преступлений совершалось от имени и под видом Ку-клукс-клана. «Белые балахоны» были удобным прикрытием.

Ку-клукс-клан стал невидимой империей во главе с «великим магом и императором». Он делил полномочия с советом из десяти «гениев», который мог его сместить. «Империя» делилась на «королевства», из одного штата во главе с «великим Драконом», у которого был совет из восьми «гидр». «Королевство» состояло из «доменов», избирательных округов по выборам в Конгресс. «Домен» возглавлял «великий титан» с советом из шести «фурий». «Домены» делились на «провинции», которые возглавляли «великие гиганты» с советами из четырех «домовых».

Низовыми ячейками Клана стали «пещеры», которые возглавили «великие циклопы» с другими руководителями – «ночными ястребами», «великими волхвами», «великими монахами», «великими казначеями», «великими турками», «великими знаменосцами», «великими стражами». Рядовых «пещерников» называли «вампирами». Первый «великий маг» был боевым генералом кавалерии армии Конфедерации. Натан Бедфорд Форрест имел великолепные организаторские способности, позволившие ему создать организацию с четкой иерархией и сотнями тысяч членов. Первыми «великими магами» были генералы – конфедераты Дж. Гордон, Д. Клейтон, Д. Джордж, А. Пайк, У. Хэмптон. Сам Н. Форрест объехал все «пещеры» Юга, где создал различные организации для того, чтобы в случае необходимости могли клясться, что не являются «белыми балахонами». Вся южная пресса писала о Ку-клукс-клане, как о защитнике прав и свобод народа. Это был таинственный и полностью секретный орден, у которого быстро появился ореол мистической и всевластной силы. Никто не знал заранее места будущей встречи и имен членов. Ночные патрули «белых балахонов» по пустынным ночным улицам городов производили очень сильное впечатление. Ночью же «наказывали» нарушавших «черный кодекс» негров и «белых предателей». Часто применялся суд Линча.

Lynch Law – закон, суд Линча так стал называться в середине XVIII века по имени виргинского плантатора Чарльза Линча. Полковник созданной американской армии во время войны за независимость Соединенных Штатов «для наведения законности и порядка» применял внесудебную систему наказаний, основанную на «понятиях», включавшую штрафы и повешения. Первыми суду Чарльза Линча подверглись англичане – оккупанты и уголовные преступники. Позднее линчевание применяли переселенцы, осваивавшие Дикий Запад Северной Америки. Они не дереве или на оглобле вешали конокрадов и бандитов. Перед Гражданской войной 1861–1865 годов суд Линча как средство борьбы с аболиционистами – противниками рабства применялся в южных штатах. После 1866 года суд Линча стал символом Ку-клукс-клана, применявшего его к чернокожим, обвиняемым в каком-то преступлении против белых. Федеральные власти боролись с самосудами, называя их «отвратительной формой коллективного убийства». Точных данных о количестве линчеваний нет, но их было совершено тысячи.

Те северные «саквояжники», которые пытались преследовать семьи погибших конфедератов, мгновенно получали грозное предупреждение Ку-клукс-клана. Листочки бумаги с тремя буквами «ККК» и именем гонителя вдов и сирот появлялись во всех общественных местах округи. Обычно трусливые «саквояжники» уносили ноги, более наглых карали. Коррумпированные федеральные чиновники всегда получали предупреждение с требованием покинуть город и почти всего ему подчинялись. Власти всеми способами пытались узнать имя хоть кого-нибудь из «белых балахонов». За весь период деятельности первого Ку-клукс-клана в рядах «всадников в белом» не нашлось ни одного предателя. Орден строго хранил свои тайны. Никогда встречи клановцев не проводились дважды в одном месте. Все члены имели многочисленные пароли, явки, опознавательные знаки. Все знали, что предатель будет покаран. Свидетелей ночных рейдов не было никогда. Все «пещеры» Ку-клукс-клана были замаскированы под спортивные клубы, политические и общественные организации. В Клан начали вступать даже федералы. В прессе постоянно сообщались программные цели первого ККК:

«Ку-клукс-клан не революционен, не воинственен, не агрессивен. Он желает, чтобы законы выполнялись. Общество создано для их защиты.

Ку-клукс-клан не является врагом чернокожих до тех пор, пока не вмешиваются в дела белых и ведут себя соответственно. Если чернокожие действуют, как воюющая сторона против белых, их ждет ужасное возмездие».

Все операции Клана тщательно готовились. Отовсюду шла необходимая информация для разработки ее плана. Отряд исполнителей с численностью от десяти до пятисот человек во главе с «вождем» или «капитаном» назывался «лагерем». «белые балахоны» всегда действовали внезапно и стремительно. По данным комиссии Конгресса США с 1865 по 1870 годы клансменами на юге было совершено около пятнадцати тысяч убийств. Поправка к конституции США гласила: «ни рабство, ни принудительное услужение не могут существовать в Соединенных Штатах». Почти четыре миллиона негров, получивших личную свободу, не получили никаких средств существования. Свободные граждане просто стали свободными нищими. Жизнь сразу знакомила вчерашнего раба с жестокой безработицей. Он мог или свободно умирать, или идти в «принудительное услужение». Федералами было создано «Бюро освобожденных», которое должно было опекать новых граждан. Власти выделили этому Бюро колоссальные деньги. Исследователи писали, что «в истории мирового казнокрадства, хищничества и служебного разврата этим Бюро освобожденных по заслугам принадлежит одно из самых почетных мест». Во главе южных штатов стояли генералы, но за их спинами в действительности управляли «саквояжники» – дельцы и хищники. Честные люди, пытавшиеся помочь неграм тонули в море «carpet – baggers», мешочников – саквояжников, авантюристов, хлынувших со всех штатов на обескровленный Юг для участия в мародерстве. Негры вынужденно за гроши продавали темным северным джентльменам свой избирательный голос и они становились уважаемыми депутатами всех уровней. Диктатура помещиков дополнялась диктатурой жуликов и мародеров. В хаосе разоренного Юга все нуждающиеся добывали средства для своего существования всеми возможными способами. Через три года хаоса Ку-клукс-клан изменил положение на Юге.

Тщательно подготовив операцию, со всех сторон съезжались в назначенное место клансмены в балахонах, часто закрывавших даже лошадь. Стремительный и молниеносный налет заканчивался расстрелом богатого скупщика конфискованных имений. Вскоре все участники налета были далеко от места нападения. «Старый» Ку-клукс-клан постоянно нападал на северян, поддерживающих негров, активистов – республиканцев, продававших голоса негров, саквояжников и их кандидатов в депутаты. Пресса Юга писала: «Пусть каждый житель, кто не принадлежит к подлым авантюристам и «саквояжникам», немедленно встанет в быстро растущие ряды ему подобных, чтобы мы могли, как можно скорее, одним мощным ударом, окончательно разгромить нелепую и зловредную догму о равенстве негров с белыми». Документы говорят о том, как власть переходила к белым южанам:

«Пункты голосования устраивались в местах, далеко стоявших от негритянских поселков. Паромы, связывавшие «черные районы» с избирательными участками в день выборов оказывались «неисправными». Вооруженные белые свирепого вида бродили по улицам, или стояли у избирательных участков. В округах, где черных было значительно больше, чем белых, чиновники, проводившие выборы, разрешали представителям белой расы «начинять» избирательные урны подложными бюллетенями и фальсифицировали подсчет голосов, не опасаясь преследований. Для того, чтобы свести на нет численное преобладание негров, проводились самые фантастические границы избирательных участков и округов. Для предоставления права голоса требовалась уплата специального подушного избирательного налога. В некоторых штатах, для того, чтобы запутать несведущих людей, принимались законы о системе многократного образования. По этой системе избиратель имел восемь или более голосов в зависимости от числа кандидатов и должен был правильно распределить свои бюллетени между отдельными для каждого кандидата урнами. Более смелым представителям цветной расы угрожали силой и даже убивали их. Когда негру удавалось преодолеть это множество ограничений и подать свой голос, у него не было уверенности, что этот голос будет засчитан».

В 1877–1881 годах в Конгресс от Юга, несмотря ни на что, было избрано одиннадцать негров. Многие негры занимали выборные посты в палатах представителей и сенатах законодательных собраний почти всех южных штатов, городов и городков. Но почти нигде они не имели даже половины. Как только ко власти в каком-то южном штате приходила Демократическая партия, она сразу же распускала многотысячную негритянскую милицию, основного противника Ку-клукс-клана. Н. Форрест официально заявлял, что Клан – политическая организация. Клан не давал возможности неграм покупать землю в собственность. Несмотря на давление северян, к 1877 году южане – плантаторы контролировали весь Юг. Сами северяне стали опасаться борьбы негров за гражданские права. Несмотря ан то, что в 1870 году были приняты законы, направленные против Ку-клукс-клана, они были не совершенны и не всегда применялись федералами. Верховный суд США признал не конституционными части некоторых законов и дал неоднозначные толкования XIII и XIV поправок конституции. Федеральные власти могли контролировать выборы по всей стране, но делали это выборочно.

С 1870 по 1877 годы против Ку-клукс-клана было возбуждено около четырех тысяч дел, из которых тысяча закончилась обвинительным приговором и со сроками наказания от полугода до пяти лет. В 1873 году прошла большая амнистия для осужденных клановцев. Великий маг Н. Форрест заявил, что Ку-клукс-клан выполнил поставленную перед ним задачу – «мы уже можем не опасаться за свою собственность, жизнь и порядок». По компромиссу 1877 года об урегулировании спора по результатам президентских выборов 1876 года между республиканцем Хейсом и демократом Тилденом президентом США стал Р. Хейс, в обмен на обещание демократам прекратить Реконструкцию на Юге, с которого были выведены федеральные войска. В 1880 году негр, один из ветеранов войны, писал в Сенат: «Мы увидели, что весь Юг – все южные штаты – попал в руки тех же самых людей, которые держали нас в рабстве».

Период Реконструкции Юга завершился. Большинство негров были лишены права голоса путем введения избирательного налога, ценза грамотности и иных ограничений. В 1883 году Верховный суд США постановил, что отдельные лица могут дискриминировать черных сограждан. В 1896 году он же заявил что сегрегация – разделенные условия нахождения белых и черных поездах, школах, гостиницах, больницах – не нарушает прав черных американцев.

Вся территория Соединенных Штатов Америки перешла на капиталистический путь развития. В стране было уничтожено рабство, сохранено национальное единство. Негры не добились равных с белыми возможностей участия в гражданской, общественной и политической жизни государства. В 1880-х годах все официальные организации южан – куклуксклановцев закрылись. Символ южного сопротивления прекратил свое существование. Юг проиграл гражданскую войну, но выиграл войну тайную и добился своего. Массового демократического движения чернокожих не случилось. Америка в середине XIX века была не готова в предоставлении неграм равных с белыми политических, гражданских и экономических прав. Ку-клукс-клан потребовался не только Югу, но и Северу. Деятельность первого Ку-клукс-клана сокрушила революционное негритянское движение на Юге.

Новое возрождение Ку-клукс-клана началось в начале XX века. Еще в 1876 году была создана третья политическая сила – Социалистическая рабочая партия, распространившая идеи интернационализма среди американских рабочих. В 1886 году возникла Американская Федерация Труда. Возникло и стало расширяться рабочее и фермерское движение. У Республиканской и Демократической партии появились конкуренты – коммунисты и профсоюзы.

Возродить Ку-клукс-клан решил Уильям Симмонс из Атланты. Он родился в 1880 году в семье врача, старого члена первого Клана, в Алабаме. Он с детства интересовался историей Ку-клукс-клана. В восемнадцатилетнем возрасте он участвовал в американско – испанской войне, работал разъездным проповедником, лесничим, служил в ассоциации «Ветераны испано-американской войны». У. Симмонс вступал в масонские ложи, в тамплиеры.

С конца XIX века в США стали выходить книги, посвященные Ку-клукс-клану, «защитнику южной цивилизации». Его деятельность в 1866–1886 году широко обсуждалась в американском обществе.

В октябре 1915 года в Алабаме Уильям Симмонс собрал своих единомышленников. Несколько из них были членами старого Ку-клукс-клана. Тридцать четыре человека подписали документ о создании нового ордена – «Рыцари Ку-клукс-клана». Орден объявил себя законным правопреемником первого Клана, а также его символики, ритуалов и обрядов. На вершине горы Стоун-Маунтин, в десяти километрах от столицы штата Джорджия Атланте сторонники У. Симмонса установили большой деревянный крест, и алтарь с библией, американским флагом и саблей. В канун Дня благодарения в ноябре 1915 года крест подожгли. Новый Ку-клукс-клан начал действовать. На пятидесяти четырех страницах Уильям Симмонс написал «Клоран», программу нового Ку-клукс-клана:

«История Европы полна примерами того, когда угнетенные и не находившие другого выхода люди организовывали тайные организованные общества, понимая, что только после смерти они смогут избавиться от гнета ненавистной деспотии. Когда умолкла канонада на полях сражений между штатами, началась новая война – война за само существование свободных людей, за существование там цивилизации.

Дух первого Ку-клукс-клана жив и представляет собой драгоценное наследство для всех, кто любит свою страну и гордится ее традициями. Этот дух всегда будет согревать сердца настоящих мужчин, и объединять нас для новой борьбы для защиты нашей страны.

Мы сторонники истинного патриотизма и лояльности по отношению к гражданскому правительству, честного мира между людьми и народа, счастья и покоя в домах, любви, братства, мужества, справедливости и равенства.

Мы принимаем только избранных людей. В общество не имеет право вступать человек, не признающий абсолютного превосходства и власти правительства США над всем остальным миром.

Только урожденные американцы, признающие основы протестантской веры и не имеющие никаких обязательств перед иностранными правительствами, нациями, государственными и религиозными учреждениями, имеют право вступать в организацию».

В 1915 году на экраны Америки вышел фильм режиссера Д. Гриффита, поставленный по роману Т. Диксона «Клансмен». Фильм «Рождение нации» воспевал деятельность Ку-клукс-клана и вызвал широкий резонанс в американском обществе. Половину фильма занимали сцены погони и линчевания негра, изнасиловавшего и убившего белую женщину. Французский кинодеятель Ж. Садуль писал о фильме: «Негры здесь либо безответные рабы, либо закоренелые злодеи, охваченные необузданной страстью к грабежам, насилиям над женщинами и убийствами. Республиканец друг черных, изображается здесь как предатель родины. Наоборот, Ку-клукс-клан предстает перед нами как героическая армия подлинных, честных американцев. 8 марта 1915 года – дата первого представления «Рождения нации» – знаменовало начало мирового господства Голливуда, по крайней мере на несколько лет, его художественное превосходство. Наиболее теплый прием был оказан на Юге, где его прокат продолжался десятки лет. Люди кричали, вопили и стреляли в экран, чтобы спасти героиню фильма Флору Каперан от черного насильника».

«Рождение нации» посмотрел президент США Вудро Вильсон и заявил, что это «живая, подлинная история». На американских экранах фильм шел пятнадцать лет. С 1915 года «патриотический, благотворительный, социальный и братский орден ку-клукс-клан» стал стремительно расти. Уже через год в него входили более ста тысяч человек. Великим магом был избран У. Симмонс.

В период Первой мировой войны 1914–1918 годов Ку-клукс-клан занимался поиском шпионов на территории США, наряду со своей главной задачей – «защиты основных ценностей южного образа жизни». Кроме борьбы с демократическим негритянским движением в Ку-клукс-клане появилось крыло, чьи действия носили антикатолический и антисемитский характер. Ку-клукс-клан в период действия сухого закона выступал против контрабандистов-бутлегеров. Он боролся с проституцией, выступал в защиту морали, занимался благотворительностью, делал политические заявления, позиционировал себя как «защитник простого человека». У многих американцев складывалось мнение о Ку-клукс-клане, как об истинно американской, религиозной, высокоморальной, политической организации, и они пополняли ее ряды.

Под именем нового Ку-клукс-клана действовали многие авантюристы и в ордене появился руководитель службы расследований «великий гоблин». Первый из них, известный в США детектив Ф. Савадж писал: «Огромное количество разнообразных преступлений совершается под прикрытием нашего общества. Мы проводим свои собственные расследования всех тех нарушений закона, в которых так или иначе замешаны члены Ку-клукс-клана, и оказываем максимальную помощь официальным властям в аресте и привлечении преступников к суду. Мы никогда не потерпим в нашей организации людей, нарушающих закон».

Действия нового Ку-клукс-клана сопровождались мистическими обрядами, ритуалами и церемониями, таинственностью и разговорами о тайном могуществе. Клан добивался принятия строгих консервативных законов, вел кампании против неамериканских решений Лиги наций. Одно из его крыльев вело кампании против католиков, евреев, негров, профсоюзов, коммунистов, вообще иностранцев. Пресса писала и о том, что клансмены запугивают и своих противников, похищают их, устраивают порки и избиения, мажет дегтем и вываливает в пуху. Клан проводил массовые всеамериканские кампании и акции, обсуждает проводимые Конгрессом расследования. Все его действия обычно были непонятные, таинственные и грозные. К 1920 году в Ку-клукс-клане часто и много писала не только американская, но и мировая пресса.

Символом нового Ку-клукс-клана стал «Огненный крест», лозунгом – «Америка для американцев». Клан сотрудничал с крупными финансистами и промышленниками северных и восточных штатов. Они вступали в орден и жертвовали на его деятельность большие суммы денег. Симмонс сотрудничал с государственной администрацией. В Клан вступали сенаторы, политические деятели, полицейские. Его поддерживало протестантское духовенство. В Клане действовал имперский маг с советом, генеральный штаб с административным, хозяйственным и оперативным отделами. Работали женская секция и отдел связи с прессой и общественными организациями. В постоянной готовности находились дежурные вооруженные отряды, обеспеченные автомобилями и аэропланами. На телеграфе, радио, железнодорожных станциях работали агенты Клана.

Генеральный штаб постоянно менял пароли и условные знаки. Современники писали о собраниях Ку-клукс-клана:

«В начале развития своей деятельности собрания отдельных групп Ку-клукс-клана происходили в глубочайшей тайне в частных домах или в отдаленных местах, где-нибудь в окрестностях городов, в лесах или горных ущельях. Собрания эти, как и обряд посвящения в рыцари Ку-клукс-клана, совершались всегда в ночное время.

Уединенная просека среди старого дремучего леса. Посреди ее возвышается крест, высотой в пятнадцать метров. На его концах ярко пылают три факела. Под крестом в своих черных одеяниях неподвижно стоят коленопреклоненные вожди Ку-клукс-клана. На их головах надеты маски, изображающие страшный череп. Голова старшего увенчана золотой короной, блистающей драгоценными камнями в мерцающем свете факелов пылающего креста.

В нескольких шагах от группы этих черных чудовищ поднимаются над землей несколько гигантских фигур, задрапированных в кроваво-красные плащи. Эти знаменитые «великие циклопы» стоят на страже национального американского флага. В промежутке между крестом и «циклопами» молча проходят люди, одетые в белые балахоны с остроконечными капюшонами, скрывающими их лица.

В одном из таких парадов, происходившем в Лонг-Айленде близ Нью-Йорка, участвовало более десяти тысяч человек. Избранное для него место было оцеплено несколькими тысячами автомобилей, выстроившихся в виде четырехугольника.

Охрана «священного круга» была вверена так называемому «рыцарю Соколу» клана, в распоряжении которого имелся целый отряд специальной кланской полиции.

После парада был проведен обряд посвящения в рыцари кандидатов, выдержавших двухмесячное испытание.

Таинственный звук глухого колокола оповещает о наступлении полуночи.

– Становитесь на колени! Правую руку к небу, левую на сердце! – раздается голос жреца Клана.

Жрец поднимает над коленопреклоненными американское национальное знамя и читает текст клятвы, хором повторяемой посвященными:

«Клянусь всемогущим богом, перед святым его огненным крестом и знаменем великой республики Соединенных Штатов Америки.

Клянусь, что я с этого момента не признаю другой власти, кроме власти «императора невидимой империи», и под страхом смерти обещаюсь свято исполнять его волю, подчиняться поставленным им лицам и хранить в глубочайшей тайне доверенные мне секреты.

Если я нарушу даваемое мной обещание, то пусть на мою голову падет небесное проклятие и бесчестие на земле. Позорная смерть должна быть заслуженным возмездием за мое клятвопреступление».

Хор поет: «Нарушившему клятву бесчестие, проклятие и духовная смерть!»

Кандидатов одного за другим погружают в особую купель с водой. Жрец шепчет над каждым из них никому не понятные слова. Затем к груди посвященного прикладывается знак огненного креста.

Ку-клукс-клан наказывает тайно. Это может быть и приказ человеку покинуть регион под угрозой смерти, приказ прекратить свою деятельность, например, юридическую практику среди негров, бойкот – приказ жителям ничего не покупать у такой-то фирмы».

В начале 1922 года в Клане было более ста тысяч человек. Орден действовал почти во всех штатах. Ку-клукс-клан разделил США на девять доменов во главе с «великими гоблинами», которым подчинялись более тысячи ополчений. Центрами ордена стали Нью-Йорк, Чикаго, Бостон, Атланта, Филадельфия, Лос-Анджелес, Хьюстон, Сент-Луис. К 1925 году количество клансменов превысило четыре миллиона человек. Орден часто проводил многотысячные марши и ночные шествия. На них читалась Двадцатая глава Послания к римлянам, содержащая полный перечень правил христианской жизни. Огненный крест, как знак христианства и символ жертвенности должен был быть дома у каждого клансмена, как обозначение критерия его деятельности. Его поджигали «для рассеивания невежества, предрассудков, словом истины, для очищения, снятия пороков, укрепления добродетелей». Американский флаг символизировал борьбу за свободу народа, слова, вероисповедований, конституционных прав. Он символизировал кровь американцев, пролитую во многих битвах, обозначал небо Америки со звездами, знаками независимых штатов, объединенных в добровольный союз. Балахон символизировал равенство людей, говорил, что в обществе нет бедных, богатых, сильных, слабых, все равны и обязаны придерживаться справедливости. Маска обозначала бескорыстие.

В августе 1925 года в шествии Ку-клукс-клана в Вашингтоне участвовали пятьдесят тысяч человек. Ку-клукс-клан реально влиял на государственную политику Соединенных Штатов Америки. Под его давлением были приняты законы, направленные против иммиграции в страну. Против созданной в 1921 году Коммунистической партии пытались бороться многие организации – «Американский легион», «Лига национальной безопасности». В начале двадцатых годов XX века в США прокатилась волна забастовок, в которых участвовало более двух миллионов человек. Демобилизованные после войны солдаты значительно увеличили армию безработных. Сокращалось производство, лишившееся военных заказов. Влияние коммунистов росло и на их пути встал Ку-клукс-клан. Выступление клансменов против Коммунистической партии были всеобъемлющими. Иммигранты были объявлены агентами Ленина. Профсоюзы были названы пособниками иностранных агентов. Клан предупреждал, что коммунисты готовят революцию в США. В 1923 году были созданы женские и юношеские общества Ку-клукс-клана, в которые вступили около девяти тысяч человек. Против коммунистов действовали специальные отряды ордена в черных балахонах. Клансмены срывали стачки и забастовки, контролировали профсоюзы Юга. Великий маг говорил на митинге: «Наше время нуждается в Ку-клукс-клане, потому что мы должны вернуть американскому народу его основные права, записанные в конституции. Коммунизм должен быть раздавлен». Основной целью Ку-клукс-клана стала ликвидация коммунизма. Он смог внести серьезный разброд в деятельность коммунистов и профсоюзов. К концу 1920-х годов компартия и профессиональные союзы политического веса уже не имели.

После 1929 года, когда в США началась Великая депрессия количество членов Ку-клукс-клана уменьшилось в десять раз. В апреле 1944 года Ку-клукс-клан объявил о самороспуске. Впоследствии отделения Клана возрождались на Юге под различными названиями. Количество членов сократилось до нескольких тысяч человек. Многочисленные группы действовали самостоятельно, единого руководства не было. Небольшой всплеск количества членов Клана произошел в середине XX века – белые южане возражали против десегрегации школ, объединения школ с белыми и черными учениками. Прошли ночные шествия с горящими крестами, вооруженные налеты, линчевания, серия взрывов. В начале 1960-х годов всеамериканского Клана не было, действовали немногочисленные независимые местные организации. В 1970 году был проведен съезд Ку-клукс-клана, на котором присутствовали две тысячи делегатов от сорока штатов. Попытка восстановления ордена не удалась.

Наибольшее влияние Ку-клукс-клан имел тогда, когда белые южане считали, что их права могут быть нарушены неграми. Федеральные власти часто пытались бороться с Ку-клукс-кланом. Власти брали большие штрафы за оскорбления на расовой почве, проводили аресты. Запрещалось ношение балахонов в общественных местах. На массовых мероприятиях запрещалось ношение оружия, сжигание крестов запрещалось. Официальные документы Ку-клукс-клана всегда говорили о том, что орден отрицает насилие. Власти в разное время по-разному относились к Клану. Многолетний руководитель Федерального Бюро Расследований США э. Гувер называл некоторые действия Ку-клукс-клана террористическими. В 1980 году были приняты законы, по которым клансмены при проведении акции считались террористами. Члены кланстских группировок стали получать реальные тюремные сроки и начали окончательно распадаться.

Жандармы и Охрана Российской империи

– Вы хотели обратить на что-нибудь мое внимание?

– На одну любопытную деталь: на поведение собаки ночью.

– Но собака никак не вела себя ночью.

– Именно это и любопытно

Артур Конан Дойл

Охранные структуры Российской империи появилась почти одновременно с ее созданием в 1721 году. Наиболее высокопрофессиональными из них и решавшими сложные политические задачи, стали Жандармский корпус и Охранные отделения. Эти две специальные службы Российской империи знали все, что в ней происходит, и могли предусмотреть и уж тем более предупредить любое политическое преступление. Приказа о спасении государственной власти от справедливых атак политических партий ни Жандармский корпус, ни Охранные отделения так и не получила. Российская империя с размаху влетела в 1917 год, в хаос и ужасающую резню революции и гражданской войны 1917–1921 годов, за которыми последовала еще более страшная сталинская эпоха.

Полиция Российской империи были создана в апреле 1733 года в двадцати трех губернских и провинциальных городах, позднее – по всей стране. Полицейский устав 1782 года жестко регламентировал частную и общественную жизнь в государстве, пытаясь воспитывать подданных в духе добронравия к властям.

Каждый российский город делился на части по двести – семьсот дворов и кварталы по пятьдесят – сто дворов. Частями руководили частные приставы, районами – квартальные надзиратели, начальники отделения полиции. Высшим полицейским органом надзора стала Управа благочиния, созданная в 1782 году. В конце XIX века управы благочиния вместе с ее региональным отделением были заменены канцеляриями обер-полицмейстеров, градоначальников. С 1766 по 1871 год полицию в российских городах возглавляли обер-полицмейстеры и полицмейстеры. Низшим полицейским чином был городовой стражник, постовой, служивший в околотке, небольшом полицейском участке.

Главой уездной полиции России с 1775 по 1917 год являлся исправник, избиравшийся местным дворянством на три года. Он же возглавлял земский суд. С 1882 года должность перестала быть выборной, исправников назначали губернаторы. Главной задачей исправников было точное исполнение всеми жителями уезда верноподданнического долга, затем охрана общественной безопасности и контроль за правильным и скорым производством дел.

Уезды делились на станы, которыми руководили приставы. Уездные исправники часто их инспектировали, контролируя исполнение особо важных дел. Становые приставы приводили в повиновение недовольных, преследовали разбойников, воров, беглых, взыскивали налоги. Исправники следили за исправностью дорог, следили за правильностью возводимых строений, контролировали сбор налогов, лесных и полевых сторожей. Закон обязывал исправников «вразумлять сельских обывателей на счет из обязанностей и польз и поощрять их к трудолюбию, указывая им выгоды распространения и усовершенствования земледелия, ремесел и торговой промышленности, особенно сохранения добрых нравов и порядка».

Обычно в уезде три – четыре стана, делившиеся на волости. По инструкции на становых приставах лежало множество обязанностей:

«Становые приставы руководили в своем стане всеми делами исполнительными, следственными, судебно-полицейскими и хозяйственно-распорядительными. В помощь становому приставу состояли полицейские урядники, низшие чины уездной полиции, и выборные сотские и десятские. Становой пристав – местный исполнитель предписаний власти и непосредственный блюститель общественной безопасности, спокойствия и порядка в стране. Он прекращает всякого рода ссоры, драки, буйство и бесчиние; наблюдает, чтобы не было запрещенных действий и поступков. Он доносит начальству о всех чрезвычайных происшествиях, побуждает обывателей принимать меры к истреблению вредных насекомых, хищных зверей, доносит руководству о видах на урожай хлебов и трав, об окончательной уборке хлеба с полей».

С начала XIX века полиция осуществляла полицейский надзор за многими подданными империи – гласный, временный, пожизненный. Поднадзорные не имели права менять место жительства. В 1802 году в Российской империи было создано министерство внутренних дел, в которое вошли все полицейские структуры.

Начиная с 1812 года российский император управлял государством с помощью «Собственной Его императорского величества канцелярии», состоявшей из шести отделений. Наиболее высокопрофессионально и эффективно действовали Третье отделение и подчинившийся ему с 1827 года Отдельный корпус жандармов, ставшие мощнейшими органами политического сыска и следствия, с 1880 года, – Департамент полиции и Охранные отделения. Деятельность охранных служб во всем зависела от монаршей воли, а она, в XIX веке в «министерское столетие» Российской империи, была ужасна и бестолкова и, конечно, совершенно непрофессиональна.

Московские цари не любили кодексов и общих сводов законов, действующих на всей территории государства. Они постоянно нарушали законодательство своими сепаратными указами. На общие законы цари смотрели не как на нормы, которые следует применять всегда и везде, а как на приблизительные образцы для своих решений, исполнения своей самодержавной воли. За подобную систему управления Московское царство заплатило ужасающей Смутой 1606–1613 годов, чудом не уничтожившей само государство и завалившей трупами всю Россию. Впрочем, это было только начало.

У московских царей, естественно, не было постоянных контролирующих учреждений, и они всегда рассчитывали только на доносы, анонимные письма, на жалобы и ссоры своих чиновников. Описания государственного устройства и управления Московского царства XVI–XVII веков, сделанные современниками, ужасающи.

Реформировать нереформируемое попытался Петр I, Россию вздернув на дыбы. Он создал Российскую империю, но победить бюрократию он не смог: «органы управления страной оккупировала полуобразованная и разноплеменная толпа чиновников, самонадеянных, скорых на всевозможные прожекты, корыстных, наглых в своих отношениях с населением и расточительных как люди, неожиданно получившие большое наследство. На сцену истории выступили чиновники, в силу своего положения и умственного и культурного развития не интересующиеся развитием и процветанием собственного государства. Успехи страны интересовали их только с точки зрения выгоды, карьеры, получения новых должностей, окладов, вакансий, наград, службы в столицах.

Переведя чиновников на оклад, Петр I стремился поставить их в большую зависимость от монарха. Получение бюрократической платы за услуги от населения объявили преступлением. Однако разница в денежном содержании, окладе, и стоимости жизни, особенно в столицах государства, а также соблазн больших денег от ведения дел чиновниками в свою пользу, привели к появлению коррупции, комплекса неписанных правил поведения и круговой чиновничьей поруки. Именно борьба с коррупцией стала одной из основных задач созданных позднее Отдельного корпуса жандармов и Охранных отделений.

В России начала страшного XIX столетия оставалось очень мало общественных сил, которые можно было противопоставить бюрократии. При затрагивании ее интересов все попытки благоустройства Российской империи были обречены на провал. Чиновники всеми силами приближали 1917 год.

Привести управление страной к идеалу по поручению императора Александра I попытался его статс-секретарь М. Сперанский. Его блестящая программа реформ была блокирована бюрократией. На М. Сперанского со всех сторон посыпались доносы и анонимные письма и Александр I без их проверки, естественно, отправил реформатора в ссылку. Император – лицемер, как обычно, плакал при прощании со своим статс-секретарем, а за глаза говорил о предании его смертной казни.

После смерти Александра I, к власти, подавив восстание декабристов, пришел Николай I, заявивший: «Я удивлю милосердием весь мир». Естественно, он тут же провел суд над декабристами, покарав почти семьсот участников дворян и почему-то еще три тысячи невиновных солдат, выведенных ими на Сенатскую площадь 14 декабря 1825 года.

Собственная Его императорского величества канцелярия стала выполнять императорскую волю. Ее первое отделение исполняло личные повеления и поручения государя, представляло ему поступающие на императорское имя бумаги и объявляла по ним решение высшей власти. Образованное в 1826 году второе отделение пыталось привести в порядок русское законодательство. Третье отделение с 1826 года ведало полицией в государстве и следило за законностью и порядком в управлении и общественной жизни. Сотрудники должны были «наблюдать, чтобы спокойствие и права граждан не могли быть нарушены чьей-либо личной властью, или преобладанием сильных, или пагубным направлением злоумышленных людей». Вскоре надзор за законностью перешел в надзор за политическим настроением общества. Третье отделение заменило собой тайные канцелярии по политическим делам, существовавшие в XVIII веке.

Третье отделение, орган политического розыска и управлению полицией, просуществовало с 3 июля 1826 года по 6 августа 1880 года. Более пятидесяти лет Третье отделение осуществляло политический розыск и наблюдало за обществом, отдельными подданными и правительственными органами. Власть Третьего отделения Собственной Его императорского величества канцелярии была неограниченной. Оно было создано Николаем I по инициативе А. Х. Бенкендорфа, ставшего его первым начальником. При образовании Третьего отделения в него вошли особая канцелярия Министерства внутренних дел, черный комитет для перлюстрации писем, тайная агентура, заграничная разведка и жандармерия.

Третье отделение превратилось в орган верховной власти, сосредоточившей в своих руках почти все ветви управления государством и, по-существу, подменяющий несколько министерств. Подчиняясь только Николаю I, третье отделение стояло вне общей системы государственных учреждений, находясь над ними. Министры должны были выполнить все его указания по поводу непорядков и злоупотреблений в из ведомствах. Генерал – губернаторы и губернаторы доносили по проблемам, входившим в сферу деятельности Третьего отделения, но Министерству внутренних дел, которому подчинялись, а непосредственно императору через начальника Отделения.

Третьим отделением руководил главноуправляющий, он же шеф жандармов, и управляющий, он же начальник штаба корпуса жандармов. Исполнительными органами Третьего отделения были учреждения и воинские части жандармерии.

Аппарат Отделения состоял из пяти экспедиций, общего архива, двух секретных архивов, типографии. Первая секретная экспедиция ведала всеми политическими делами – наблюдением за революционными и общественными организациями и деятелями. Она проводила дознания по политическим делам, составила для императора ежегодник «Отчеты о действиях» – обзоры общественного мнения и политической жизни страны, вела дела, связанные с оскорблением царя и императорской фамилии. Вторая экспедиция вела надзор за религиозными сектами, собирала сведения об изобретениях, фальшивомонетчиках, заведовала Петропавловской и Шлиссельбургской крепостями – тюрьмами, штатами Отделениями. Третья экспедиция вела наблюдение за проживавшими в России иностранцами, собирала сведения о политическом положении, революционных партиях и организациях зарубежных государств. Четвертая экспедиция собирала сведения о крестьянском движении и о мероприятиях правительства по крестьянским проблемам, о всех происшествиях в стране, о видах на урожай. Пятая экспедиция ведала цензурой и наблюдала за прессой. При необходимости Отделение создавало специальные комиссии и комитеты. Его личный состав был небольшой – шестнадцать человек в 1826 году, сорок человек – в 1855 году. Возглавляли Третье отделение и Корпус жандармов А. Х. Бенкендорф (1826–1844), А. Ф. Орлов (1844–1856), В. А. Долгоруков (1856–1866), П. А. Шувалов (1866–1874), А. Л. Потапов (1874–1877), Н.В, Мезенцев (1877–1878), А.Р. Дрентельн (1878–1880).

Свое царствование Николай I начал с того, что выдвинул жесткие требования дисциплины и порядка. Началось настойчивое насаждение в стране послушания и всеобщего страха. Выбранные средства, естественно, быстро привели к всеобщему отупению бюрократии. Великий русский поэт А.С. Пушкин заявил своему приятелю, хвалившему Николая I: “Хорош, хорош, только на тридцать лет дураков наготовил». Позже Пушкин добавил: «Догадал же меня черт родиться с умом и талантом в России».

К страху чиновники и подданные быстро привыкли – это стало нормальным состоянием империи. Начальник политической полиции А.Х Бенкендорф докладывал царю: «Все ждут если и не полного преобразования, то хотя бы исправления в порядке управления». Его заместитель М. Фок добавлял: «Теперь самое время приступить к реформам в судебном и административном ведомствах, не действуя, впрочем, слишком решительно. Это ожидают с величайшим нетерпением, и все в один голос твердят об этом».

Прочитав доклады Третьего отделения, Николай I вернул из ссылки М. Сперанского. За пять лет реформатор подал царю «Заметки по организации судебной системы в России», «Положение о порядке производства в чины», «Проект учреждения уездного управления», «Записка об устройстве городов», «Проект учреждения для управления губернией». М. Сперанский доработал «Введение к Уложению государственных законов» – реформу государственного управления и общественного строя. Само собой, ни один из новых законов не был принят. Николай I приказывал М. Сперанскому: «Цель вашей работы заключается не в полном изменении существующего порядка управления, но в его усовершенствовании посредством некоторых частных перемен и дополнений».

Чиновники сцепились с реформаторами. Половинчатые изменения в управлении страной готовились в секретных комитетах. Ни о каком гражданском обществе не было и речи – император не доверял своим подданным после восстания декабристов. Высшие чиновники, как обычно, заявляли, что лучше всех знают, что необходимо стране и народу. В результате «горы рождали мышей». Разработка законов об улучшении жизни подданных поручались чиновникам, живших за их счет. В Государственный совет на обсуждение подавались заведомо ложные документы, извращавшие ситуацию в стране. Шли игра в реформы. Николай I усилил жандармерию, но систему набора и назначения на государственную службу, конечно, не изменил.

Первые команды жандармерии были созданы в 1792 году в гатчинских войсках будущего императора Павла I как части военной полиции, наблюдавшей за порядком и настроениями. В 1815–1817 годах были сформированы части жандармерии в армии, а также в составе гарнизонной службы во всех крупных городах империи. С этого периода наряду с военными функциями жандармерия стала выполнять задачи политической полиции.

В 1826 году при создании Третьего отделения Николай I подчинил ему все жандармские части. В 1827 году была осуществлена реорганизация жандармерии. Все ее службы были сведены в Корпус жандармов с правами армии. Корпус стал исполнительным органом Третьего отделения, а его начальник – шефом Корпуса. Вся Российская империя была разделена на шесть округов, во главе которых были поставлены жандармские генералы, имевшие в подчинении старших офицеров, курировавших отдельные губернии. Позднее, с 1867 года стали создаваться губернские жандармские управления. Были организованы жандармские дивизионы – московский, петербургский, варшавский.

Управляющий Третьим отделением вместе с несколькими наиболее ответственными сотрудниками непосредственно связывались с тайными агентами. Им поступали многочисленные доносы, донесения, жалобы. В губерниях командовали жандармские управления. Жандармы наблюдали и доносили царю о вольнодумных словах, действиях, заговорах, крестьянских бунтах, пожарах, наводнениях, вели следствие по политическим делам.

Реформы 1861 года законодательно закрепили коренное социальное переустройство России, вовлекая в исторический процесс все слои общества. В течение короткого промежутка времени изменилось положение десятков миллионов людей на громадной территории и, имевших множество региональных, национальных и культурных особенностей. Было отменено позорное крепостное право, еще через девять лет горожане получили право избирать гласных депутатов в городские думы, которые избирали городского голову и членов городской управы. В империи появились мировые судьи, в 1864 году было принято «Положение о губернских и земских учреждениях», была отменена двадцатипятилетняя служба в армии – теперь служили шесть лет. Была либерализована система образования – теперь учиться могли не только дети дворян.

Современники назвали реформы великими. При этом спорном утверждении они не дали ни земли крестьянам, ни политических прав подданным. «Великие реформы» стали началом конца Российской империи.

Дворяне – помещики, оставшиеся владельцами земли, подняли ее стоимость в разы и большинство крестьян, естественно, не смогли ее выкупить у владельца. Безземельные крестьяне ушли в города и превратились в люмпен – пролетариат. Реформы привели к небывалой свободе личности, которая захотела равенства и участия в государственной жизни. Образованная молодежь видела и понимала, как отчаянно плохо управляют страной титулованные мерзавцы и их полуграмотные холопы. Мощь и возможности благополучного развития державы, заложенные Петром и Екатериной Великими, быстро иссякали.

Вместо дарования политических свобод и допуска нечиновных образованных молодых профессионалов к управлению государством, власти пошли назад в прошлое и в уже образовавшейся революционной среде появились радикальные течения. В стране началось глубокое брожение. Нигилисты и народовольцы пошли в народ, появилась идея добиться цели путем террора. Россия почти врывалась в период тяжелой Смуты.

Революционной партии «Народная воля», имевшей в своем составе менее пятисот членов, во всей многомиллионной России, удалось создать видимость таинственной многолюдной организации. В обществе уже было много людей, хотевших продолжения реформ, но отрицавших террор. Высшие сановники империи не смогли и не захотели отделить маленькую террористическую партию от всей оппозиционной среды. Власти обрушились с гонениями на все гражданское общество. Надзору и преследованию по команде сверху подвергались все, кто казался подозрительным и неблагонадежным. Это, естественно, не помогло, а только революционизировало общество. Освобожденный крестьянин А. Желябов с «Народной волей» устроил охоту на царя Александра II.

Власти, наконец, создали комиссию во главе с министром иностранных дел М. Лорис-Меликовым, которой удалось успокоить общество, перестав преследовать обычных оппозиционеров – либералов. Представители земств со всей России должны были войти в Государственный совет. Готовились документы по обсуждению первой российской конституции. В этот момент ближайшее окружение царя умудрилось неосознанно или специально упразднить политическую полицию империи – Третье отделение. Желябовцы тут же взорвали Александра II.

Новый император Александр III заперся в Гатчинском дворце под Петербургом. Лорис – Меликова уволили, реформы свернули. Все современники, как и царская семья, считали Александра III человеком, которому государственная деятельность была откровенно не по плечу. «Хозяева земли русской» в министерское столетие почему-то не считали Голос народа гласом Божьим. Александр III уволил все правительство отца, разгромил немногочисленных народовольцев, отменил все подготовленные реформы и заявил, что будет охранять самодержавие без сотрудничества с обществом.

Поводом для ликвидации Третьего отделения в августе 1880 года послужил взрыв столовой Зимнего дворца, осуществленный народовольцам С. Халтуриным. Третье отделение ликвидировали, а его функции передали созданному в составе Министерства внутренних дел Департамента полиции, в который были включены департамент исполнительной полиции и судебный отдел МВД.

Департамент полиции Министерства внутренних дел Российской империи с августа 1880 по февраль 1917 года был центральным органом политического сыска и надзора и управлении полицией. Главной его частью стал Особый, позднее Политический отдел.

Департамент полиции наследовал дела Третьего отделения. Главной его задачей было предупреждение и пресечение государственных преступлений и охрана общественной безопасности и порядка. В ведении Департамента полиции находились полицейские учреждения, жандармерия, все офицеры которой стали получать двойной оклад, сыскные отделения, адресные столы, пожарные команды. Первое время с начала создания Департамент возглавляли очень умные и высокопрофессиональные руководители. Они начали создавать Охранные отделения.

Общее руководство Департаментом полиции и Отдельным корпусом жандармов с 1882 года осуществлял заместитель, товарищ министра внутренних дел. Департамент состоял из Особого отдела, девяти делопроизводств, других структурных подразделений.

Первое распорядительное делопроизводство заведовало общими полицейскими делами, личным составом полиции. Второе законодательное делопроизводство заведовало составлением полицейских инструкций, законопроектов, циркуляров. Третье секретное делопроизводство заведовало всеми делами политического розыска, надзором за политическими партиями и организациями, борьбой с ними, с массовыми движениями, руководством всей внутренней гласной и негласной и заграничной агентурой, охраной царя, отпуском средств на агентов. Третье делопроизводство давало справки о политической благонадежности, заключения по уставам различных обществ.

С 1 января 1898 года важнейшие дела Третьего делопроизводства были переданы в Особый отдел. Он стал ведать внутренней и заграничной агентурой, вести негласное наблюдение за корреспонденцией подданных, высших сановников государства, членов императорской семьи, подозреваемых в нежелательных связях. Особый отдел следил за политическим настроением всех слоев русского общества, за деятельностью политических партий, других организаций, вел регистрацию произведений нелегальной печати, ведал политическим розыском. Особый отдел имел семь отделений: общего характера и переписки, по делам партии эсеров, по делам партий большевиков и меньшевиков, по буржуазным организациям национальных окраин России, по разбору шифров, следственное, по справкам о политической благонадежности.

Четвертое делопроизводство Департамента полиции наблюдало за ходом политического дознания в губернских жандармских управлениях, осуществляло надзор за рабочим и крестьянским движением, за легальными структурами самоуправления. Пятое делопроизводство ведало гласным и негласным надзором. Шестое делопроизводство следило за изготовлением, хранением и перевозкой взрывчатых веществ, фабрично-заводским законодательством и его выполнением, выдачей справок о политической благонадежности лицам, поступающим на государственную и земскую службу. Седьмое делопроизводство дублировало Четвертое. Восьмое делопроизводство заведовало уголовным розыском и сыскным отделением. Девятое делопроизводство занималось контрразведкой и надзором за военнопленными. Департамент полиции имел гласную и негласную агентуру, особый денежный фонд, не подлежащий государственному контролю.

Жандармские губернские управления во всех городах империи вели политический сыск, производили аресты, производили следствие по государственным и политическим делам. Жандармы боролись с массовым крестьянским и рабочим движением, осуществляли сыск революционных организаций, сопровождали особо опасных преступников, докладывали царю о настроениях в обществе. Действовали сто пятьдесят жандармских команд в России, жандармские полки в армии, лейб-гвардии жандармский полуэскадрон.

В двадцати семи городах Российской империи успешно действовали Охранные отделения, вызывавшие ненависть у революционеров. Наиболее мощными были Петербургское, Московское, Киевское и Варшавское. Охранные отделения ведали розыском, жандармские управления вели дознание. Охранные отделения вели политический сыск революционеров, жандармские управления осуществляли арест и следствие по материалам, собранным Охранными отделениями.

В 1881 году император Александр III подписал «Положение о чрезвычайной охране», которое позволяло властям вводить чрезвычайное положение в любое время и в любом месте Российской империи. Известный вор и казнокрад князь В. Мещерский писал в издававшейся на деньги монарха газете «Гражданин»: «Прекрати сечь, исчезнет власть. Как нужна соль русскому человеку, как нужен черный хлеб мужику – так ему нужны розги. И если без соли пропадет человек, так без розг пропадет народ».

Все высшие государственные посты в России заняли члены императорской семьи и их приближенные. Коррупция в государстве стала нормой – кто тронет родственников или приближенных императора? Революционное подполье в своих газетах регулярно и подробно информировало подданных о сиятельных мздоимцах. Власти никого не наказывали.

17 октября 1888 года у станции Борки под Харьковом потерпел крушение царский поезд. Император с семьей чудом остался жив, но погибли двадцать человек. Слухи, что это было покушение народовольцев, опроверг проводивший расследование известный юрист А.Ф. Кони. При строительстве и эксплуатации железной дороги государственные подрядчики украли все, что можно и нельзя. Нормы строительства не соблюдались, шло постоянное хищение материалов, вместо песка насыпь для рельс была сделана из неподходящего для этого шлака, шпалы клали из гнилого дерева.

На вопрос Александра III о причинах трагедии А.Ф. Кони ответил: «Виновато бюрократическое устройство нашей власти, стоящей очень далеко от действительной жизни». На документе об объявлении двух выговоров за преступление против императорской семьи Александр III написал: «Как? Выговор и только? И это все? Пусть будет так!» О двадцати погибших при катастрофе никто не вспоминал. Удивительно, что Октябрьская революция произошла только в 1917 году. Сам Александр III через шесть лет умер от последствий этой железнодорожной катастрофы.

Александр III восстановил принцип превосходства дворянства перед народом – «Конституция? Чтобы русский царь присягал каким-то скотам?» Император усилил цензуру, запретил не дворянам получать образование, возобновил контроль над судопроизводством, преобразовал земства, которые лишились независимости, усилил русификацию на окраинах империи. Александр III включил взрыватель, а громадная бомба подорвала всю царствовавшую династию вместе с Российской династией. Революционеры тут же назвали Россию «тюрьмой народов». Контрреформы власти отправили в оппозицию всю интеллигенцию империи, которой овладело неверие в наличие у самодержавия здравого смысла. Российская империя на всех парах летела в 1917 катострофический год.

Спасти неспасаемое в конце XIX века попытался министр финансов и председатель правительства С. Витте. Его реформы, как обычно сопровождаемые контрреформами, все же помогли России превратиться в индустриальную державу. Стремительно растущая российская экономика сформировала новое, состоятельное сословие промышленников и банкиров. Росли города, в которых появились электричество, телефоны, автомобили. Достижения научно-технического прогресса обслуживали инженеры, механики, техники, квалифицированные рабочие. Их было уже очень много и они не хотели жить по-старому. Новые русские смотрели на Запад, где реальная власть в государстве принадлежала всему народу, банкирам, предпринимателям, промышленникам. Вместо того, чтобы сделать это сословие своим союзником, вырождающаяся царская власть по своему обыкновению превращала его в своего противника.

Все способы борьбы с надвигающейся революцией были хорошо известны Охранным отделениям. Их идеологом стал начальник Московского охранного отделения и начальник Особого отдела Департамента полиции полковник С. Зубатов. Именно им была создана широкая сеть из десятков охранных отделений по всей России. С. Зубатов брал на работу только мастеров своего дела, использовал новую технику и новые методы розыскного дела. Охрана действовала с помощью специальной агентуры – филеров наружного наблюдения и секретных агентов «в обследуемой среде».

Филеры следили за своими клиентами и ежедневно письменно рапортовали о действиях поднадзорных, имевших псевдонимы. Если клиент – революционер был очень опасен, его вели несколько филеров. Рапорты филеров должны были быть очень точными, о потере клиента обязательно сообщалось. Сохранились тетради наружного наблюдения за Г. Распутиным, нанесшего колоссальный вред династии Романовых, естественно по согласию самой династии. Филеры присвоили громкому авантюристу псевдоним «Темный». Псевдоним всегда состоял из одного слова, по которому было можно сразу определить впечатление, которое производит на окружающих клиент, его внешность и даже характер:

«В семь часов вечера Темный приехал на автомобиле № 1592 в дом № 4 графа Шереметева по Большому Кисловскому переулку в подъезд № 2 с двумя неизвестными и неизвестной. Темный был в пьяном виде, неизвестные то же были заметно выпившими. Первые трое пошли в упомянутый подъезд, а неизвестная на автомобиле уехала без наблюдения. Через пятнадцать минут автомобиль вернулся, а через пятьдесят минут вышел один из неизвестных и уехал на нем без наблюдения. В девять чесов вечера вывели из подъезда Темного совершенно пьяным, усадили на извозчика и поехали по Никитской, Моховой, Волхонке, к Пречистинским воротам, откуда бульварами к Никитским воротам и домой, дом № 4. более выхода его не видали. В одиннадцать часов тридцать минут вечера вышел второй неизвестный, совершенно пьяный».

В столичном Петербургском охранном отделении работало около ста филеров, имевших карманные альбомы с фотографиями известных революционеров. В регистратуре отделения были тысячи карточек с фотографиями и приметами всех персонажей революционных партий, расположенных в алфавитном порядке. Филеров принимали на службу с большим разбором. До нашего времени дошла инструкция Департамента полиции начальникам службы наружного наблюдения Охранных отделений:

«Филер должен быть политически, нравственно благонадежным, твердым в своих убеждениях, четный, трезвый, смелый, ловкий, развитый, сообразительный, выносливый, терпеливый, настойчивый, откровенный, но не болтун, дисциплинированный, выдержанный, уживчивый, серьезно и сознательно относящийся к делу и принятым на себя обязанностям, крепкого здоровья, в особенности крепкими ногами, с хорошим зрением, слухом и памятью, такой внешностью, которая давала бы ему возможность не выделяться из толпы и устраняла бы запоминание его наблюдаемыми.

Филерами не могут быть лица польской и еврейской национальности. Филерам должна быть разъяснена необходимость безусловно правдивого отношения к службе вообще, а к даваемым сведениям в особенности. Им должен быть разъяснен вред их утайки, преувеличения и вообще ложных показаний, причем агентам должно быть указано, что только совокупность безусловно точно передаваемых сведений ведет к успеху наблюдения, тогда как искажение истины в докладах и стремление скрыть неудачи в работе наводят на ложный след и лишают филера возможности отличиться.

Принимать филеров на работу надо с большой осторожностью. Чрезмерная нежность к семье или слабость к женщинам – качества с филерской службой несовместимые. Им нужно знать проходные дворы, трактиры, пивные, сады, скверы с их выходами, отход и приход поездов, пути трамвая, места стоянки извозчиков, их таксу, учебные и другие заведения, время занятий, фабрики и заводы, время начала и окончания работы, форму чиновников и учащихся.

Одеваться филер должен, согласуясь с условиями службы; обычно же так, как одеваются в данной местности жители среднего достатка, не выделяясь своим костюмом и ботинками. Если встреча наблюдаемого с филерами неизбежна, то ни в коем случае не следует встречаться взглядами, так как глаза запоминаются легче всего.

К наиболее важным наблюдаемым кроме пешего, назначается конное наблюдение, через филера, переодетого извозчиком. Появление извозчика вне места их обычной стоянки обращает внимание дворников и сторожей, которые обычно их гонят, чтобы не гадили лошади. Филер всегда должен быть готовым к ответам и быстро схватывать тип дворника. Судя по типу дворника, извозчик-филер одному говорит, что ждет доктора, приехавшего к больному, другому по секрету сообщает, что ждет барина, который находится у чужой жены, третьему предлагает выпить. Публике отвечает «занят».

Наблюдение за местами, где предполагается лаборатория бомбистов, склад оружия, типография, ведется с крайней осторожностью. В таких случаях пешее наблюдение часто ведет к провалу и надо наблюдать из снятой напротив квартиры и ставить конное наблюдение».

Наиболее важными источниками сведений Охрана считала информацию секретных сотрудников. Они разделялись на несколько групп, с разной степенью полезности:

Жандармы всех членов, готовые донести, доложить;

Приставы, околоточные, состоящие при полицейских участках в распоряжении Охраны;

Чиновники Охранных отделений;

Филеры;

Непосредственно секретные сотрудники, которые разделялись на несколько групп: члены партийных организаций, заведующие типографиями, издатели; провокаторы, подстрекатели к революционным выступлениям, одновременно сообщающие все Охране; лица, не принадлежавшие к революционным партиям, но дававшие Охране интересные сведения об определенном районе – владельцы, приказчики мелких лавочек и мастерских, содержатели чайных, сельские писари.

Руководящих офицеров Охраны называли интеллигентами полиции. Эти знатоки революционного движения имели до двадцати секретных сотрудников каждой. Их знал в лицо только офицер-куратор, а они знали только его одного, встречаясь на конспиративных квартирах Охраны.

В Корпусе жандармов имелись коллекции всех бомб, используемых революционерами, учебники и инструкции по производству обысков в лабораториях и обращению со взрывчатыми материалами – революционеры часто оставляли жандармам бомбы-ловушки. Регистрация дел и лиц в Охране была идеальной. Любой подозреваемый в политической или революционной деятельности попадал на особую регистрационную карточку, которых набралось более миллиона. На красные карточки заносились эсеры, на голубые – социал-демократы, на зеленые – анархисты, на желтые – студенты, на белые – деятели различных общественных групп и движений.

Самыми ценными секретными сотрудниками считались проникавшие в партии под маской революционеров люди, с заранее намеченной целью освещать положение изнутри самой партии. Охрана никогда не жалела сил для того, чтобы ввести в политические партии своих агентов, никогда не знавших друг о друге, и почти всегда добивалась успеха, благодаря прекрасному знанию человеческого характера. Аресты происходили, за редкими исключениями, тогда, когда о подпольной группе уже было известно все, а ее связи установлены. Агенты – провокаторы действовали в подполье, революционных партиях, устраивали и проваливали покушения на представителей власти, направляли революционеров и им сочувствующих по ложному пути, искажали смысл революционного движения, подрывали его силу.

Начальник Московского охранного отделения С. Зубатов решил легализовать рабочее движение, ввести в русло закона, оставив революционеров без их основной ударной силы. Революция вот-вот должна была быть обезврежена для царского строя. Экономические уступки и улучшение материального положения быстро отдаляли пролетариат от социалистического движения. Полковник Зубатов предлагал революционерам выйти из вечно опасного подполья и начать открытую и легальную борьбу за процветание России. Число его сторонников быстро увеличивалось. В день отмены крепостного права шестьдесят тысяч рабочих участвовали в манифестации в Санкт – Петербурге, возложив венки к памятнику Александру II.

Революционеры поняли, какую опасность представляет деятельность С. Зубатова, и скомпрометировали его перед правительством, каким-то образом сообщив ему, что полковник приближает революцию. Власти боялись все усиливавшегося влияния Зубатова, арестовали и сослали последнюю надежду империи. Все как всегда.

Очередную попытку спасти империю и династию в начале XX века предпринял П. Столыпин, глава правительства при «особе императора». В стране, сотрясаемой революционными событиями 1905–1097 годов, Столыпин выступил перед созданной, наконец, Государственной Думой: «Наше Отечество должно превратиться в правовое государство. Пока писанный закон не определит обязанностей и не оградит прав отдельных русских подданных, эти права и обязанности будут находиться в зависимости от толкования и воли отдельных лиц». Многие подданные империи уже хотели жить в правовом государстве.

Ключевой проблемой России была земельная, и П. Столыпин нашел пути ее решения.

Крестьяне имели общинную собственность на принадлежавшую им землю. Вековой уклад защищал крестьянина от неурожаев, засухи, стихийных бедствий, завистливых соседей с помощью круговой поруки и взаимопомощи. Община полусодержала семью умершего или погибшего крестьянина, платила недоимки, помогала строить крестьянские дома. В общине были все равны, в ней можно было работать хорошо, плохо, вообще не работать. Разбогатеть трудом было практически невозможно. Всем давали поровну хорошей и плохой земли. Чересполосица была чудовищной – один крестьянский надел мог находиться в десятках мест. Наделы менялись каждые несколько лет. Три года крестьянин удобрял, обихаживал землю, а потом получал страшный надел лентяя и бездельника. Обработанные покосы менялись на болота.

9 ноября 1906 года П. Столыпин подписал у царя указ, дававший крестьянам, наконец, право выхода из общины и получение земельного надела в частную собственность. Личный надел были обязаны дать одним куском – отрубом. Теперь крестьяне могли строить собственные хутора. Столыпин заявил в Думе: «Я делаю ставку не на убогих и пьяных, а на крепких и сильных».

Из крестьянских общин успели выйти около двух миллионов семей. Оставшиеся в общине большинство крестьян к выходившим из нее относились враждебно. В среднем за оформление документов на выход отрубник давал взятку в размере бочки водки. Часто новые хутора сжигали, скот калечили. Крестьяне – отрубники поехали за Урал, в Сибирь, на пустующие земли. Многие пополняли революционные организации.

Правительство Столыпина сразу предоставляло уезжающим льготы – простило недоимки, на пять лет освободили от налогов, давало беспроцентный кредит. Было создано Переселенческое управление, помогавшее людям в дальней дороге. За Урал успело уехать несколько миллионов крестьян. После поездки в Сибирь Столыпин в восторге писал, что через несколько лет она станет главнейшим поставщиком зерна в мире.

За время проведения аграрной реформы из крестьянских общин вышли двадцать процентов крестьянских хозяйств. Желающих уехать было намного больше. Сами крестьяне называли помогавшее им Управление землеустройства Управлением землерасстройства. По липовым отчетам за липовых переселенцев чиновники получали большие деньги, льготы, кредиты. Для отчетов имитировали «строительство» липовых деревень. При проверках чиновники за копейки на несколько дней соседних крестьян изображать счастливую жизнь за Уралом. Поддельные новые крестьяне успешно ездили по необъятной Сибири впереди проверяющих, которым, впрочем, все было хорошо известно. Настоящим переселенцам чиновники говорили, что денег не дал Столыпин. Жандармы и Охрана обо всем происходившем докладывали Столыпину, тот носил императору доклады, которые тот не читал. По обычаю никого не наказывали. Армия российских революционеров быстро росла.

При арестах подпольщиков Охрана ликвидировала не только наиболее деятельных и опасных революционеров, но и давала ход своим секретным сотрудникам, убирая с их пути к верхам партийного руководства тех революционеров, которые были выше их по положению в партии.

Особая служба Охраны контролировала все новейшие изобретения, следили за подачей патентов во всех странах мира, опасаясь, что революционеры могут использовать новое оружие и взрывчатые вещества против российской власти, прежде, чем жандармы придумают против них защиту. Охрана контролировала воздушное сообщение, опасаясь террористических актов. Инструкция Охраны об агентурной деятельности, казалось, предусмотрела все:

Общие указания

Главным и единственным указанием политического розыска является внутренняя, совершенно секретная и постоянная агентура, и задача ее заключается в обследовании преступных революционных сообществ и уличения для привлечения судебным порядком их членов. Все остальные средства и силы розыскного органа являются лишь вспомогательными, к которым относятся:

1. Жандармские унтер-офицеры и полицейские надзиратели в розыскных органах, которые, как официальные лица, производят выяснения и расспросы, но секретно, «под благовидным предлогом».

2. Агенты наружного наблюдения, филеры, которые, ведя наружное наблюдение, развивают сведения внутренней агентуры и проверяют их.

3. Случайные заявители, фабриканты, инженеры, чины МВД, фабричная инспекция, прочие.

4. Анонимные доносы и народная молва.

5. Материал, добытый при обысках, распространяемые прокламации, революционная и оппозиционная пресса.

Следует всегда иметь в виду, что один, даже слабый секретный сотрудник, находящийся в обследуемой среде, несоизмеримо больше даст материала для обнаружения государственного преступления, чем общество, в котором официально могут вращаться заведующие розыском. То, что дает общество, всегда станет достоянием розыскного органа через губернатора, прокуратуру, полицейских чинов и других, с которыми постоянно соприкасаются заведующие розыском. Поэтому секретного сотрудника, находящегося в революционной среде, никто и ничто заменить не может.

Приобретение внутренней агентуры

В среде арестованных можно приобретать сотрудников путем подсаживания к арестованному своего подходящего человека, который, войдя в доверие, может впоследствии склонить к откровенному показанию лицо, содержащееся с ним в одной камере. Этот способ давал крупные результаты, когда свои люди подсаживались к серьезным преступникам. Беседа должна вестись в виде серьезного разговора, всегда с глазу на глаз. К запугиванию прибегать не рекомендуется.

Практика показала, что лицо можно склонить для работы в качестве секретного сотрудника на следующих основаниях:

Заинтересовать полной реабилитацией, при наличии компрометирующего материала, добытого обысками или агентурными материалами;

Воздействие убеждениями;

Воспользоваться неладами в партии и ссорами между отдельными партийными лицами;

Заинтересованность материально.

Склоняя к совместной работе, не следует обещать больше исполнимого. С самого начала следует добиваться полного доверия, которое является крупным залогом успешной работы.

Для заагентуривания больше всего соответствуют;

уже привлекавшиеся или подозревавшиеся по политическим делам;

одинокие, находящиеся в тяжелых материальных условиях;

самовольно вернувшийся из ссылки;

арестованные с уликами;

предназначенные к высылке.

Пока лицо окончательно не склонено к работе, ни в коем случае не следует его знакомить с имеющимися в распоряжении розыскного органа способами для предупреждения провала внутренней агентуры. Опыт показал, что полицейские чиновники и начальники тюрем часто с готовностью оказывают содействие секретному розыску, если дела, получаемые при их содействии, приписываются им и делаются впоследствии лестные представления их начальству. В деле политического розыска и приобретения внутренней агентуры лишь одна система поощрения дает лучшие результаты.

Введение внутренней агентуры

Начиная работать с сотрудником, ему следует внушать для неуклонного исполнения, что:

ни полиция и никто, кроме ведущего агентуру, не должен знать о том, что он работает по политическому розыску;

сексот ни в коем случае не может приходить в учреждение, ведающее розыском, что всегда влечет за собой провал сотрудника, так как эти учреждения находятся под наблюдением революционеров;

давая сведения, сотрудник должен точно указывать их источник;

получаемую литературу сотрудник должен приносить на свидания, как и все партийные письма, печати, документы, находящиеся у него на хранении по доверию революционеров; последние предметы, по использовании, должны быть тотчас же возвращены сотруднику и так быстро, чтобы их возврат не отразился на его репутации в партии;

сотруднику безусловно запрещается: переодеваться, гримироваться, прослеживать, расспрашивать, угощать товарищей, улучшать свою жизненную обстановку на деньги, получаемые от розыскного органа, вплоть до мелочей;

сотрудник, находящийся в революционной среде для преследования ее по закону, сам не может совершать преступления и подстрекать с ним;

всякая неправда и провокация, даже в слабой степени, повлекут за собой прекращение работы по розыску и, кроме того, сотрудник может ответить по закону;

сотрудник не имеет права брать на хранение запрещенные предметы – бомбы, оружие, литературу, – без ведома заведовавшего розыском.

Для соблюдения конспирации не следует пренебрегать никакими мелочами, так как рассеянность и небрежность очень часто давали весьма серьезные провалы. Объясняя сексоту приемы конспирации, отнюдь и никогда не следует знакомить его с организацией розыскного учреждения, его личным составом, всегда имея в виду, что отношения с сотрудником, всегда лишь временны».

Сама Охрана считала, что секретный сотрудник эффективно может работать более трех лет.

Перлюстрация писем Охраной велась в очень крупных размерах. По ее информации «черный кабинет почтамта» извлекал письма и направлял их «куда следует». Интересные для Охраны письма фотографировались. Существенным источником информации были допросы арестованных. Серьезным источником сведений были доносы частных лиц, анонимов, любителей сыска. Пресса использовалась как открытый способ получения сведений. Сведения поступали в Охрану со всех сторон, и при том мастерстве, которым обладали ее сотрудники, ей не трудно было разобраться в громадном объеме информации и знать все о ситуации в Российской империи.

Все правительственные реформы Столыпина блокировались бюрократией. Современник писал: «Развертываются широкие и заманчивые программы будущих реформ, затем происходит какой-то маневр, поражение без боя, отступление без сражения, и из программы исчезнет значительная часть того, что недавно в ней красовалось».

У Столыпина была разработана программа конституционной монархии. Враги реформатора – одиночки увеличивались чуть ли не в геометрической прогрессии и 11 сентября 1911 года он был убит в Оперном театре Киева секретным агентом Охраны при полном попустительстве и содействии высших сановников Российской империи. Что произошло с сексотом – убийцей, чтобы он выстрелил в председателя правительства, установить так и не удалось. Чтобы не разбираться, его быстро повесили.

Дважды в год Охранные отделения предоставляли в Департамент полиции обзоры деятельности революционных партий – глубокие, объективные и исключительно полные. Делались также обзоры общественного, профсоюзного и студенческого движения, деятельность масонских лож, постоянно давалась информация о Г. Распутине, почти ежедневно безнаказанно позорившего царскую семью. Охрана составляла особые периодические бюллетени, в которых в сжатой форме в хронологическом порядке без цензуры перечисляла все наиболее значительные события в стране и за рубежом, докладывала о работе и настроениях биржи, о ходе различных выборов, о передвижениях иностранных флотов и армий, о дипломатических переменах в странах всего мира. Современник писал: «Охрана была всесильной, всезнающей и всемогущей. Она ловила и преследовала всех, не считаясь ни с полом, ни с возрастом, ни с положением и рангом. Ее организация была великолепна. Поистине, какой-то гениальный маньяк вложил в нее свою душу».

Самое мощное петербургское Охранное отделение официально называлось «Отделение по охранению общественной безопасности и порядка». Его «Охранная команда» занималась охраной царя, императорской фамилии, правительства. Сыщики находились на всем пути следования царя, следили за толпой, сопровождали императора во всех его поездках. Во всех российских императорских театрах были особые места для Охранной команды. Сыщики, часть которых всегда находилась в оперативном резерве, всегда присутствовали на всех официальных мероприятиях. В Охранной команде служило около трехсот человек.

Восемьдесят сыщиков Петербургской Охраны работали и в империи и за границей. Они знали множество революционеров в лицо, высматривая их на пути следования царя, часто выполняли его специальные поручения. Семьдесят сыщиков служили в каждом петербургском полицейском участке, проверяя паспорта лиц, показавшихся им подозрительными. О них доносили в Охрану и за ними устанавливали наблюдение. Следили за всеми собраниями, проходившими на территории участков, даже в квартирах, за студентами, за рабочими. Обо всем произошедшем за день сыщики – надзиратели доносили в петербургскую Охрану, которая сопоставляла и анализировала все сведения, принимая по ним меры в случае необходимости.

Сорок филеров регистрационного бюро петербургской Охраны следили за всеми приезжими, которые останавливались в гостиницах и меблированных комнатах, проверяли паспорта всех приезжих, контролировали их временные регистрации в участках.

Общая канцелярия петербургской Охраны занималась личным составом, отпусками, повышениями, дисциплинарными взысканиями, награждениями, жалованьем сотрудников – в столичной Охране без учета секретных сотрудников служило более шестисот человек. Канцелярия вела текущую переписку, выдавала свидетельства о политической благонадежности. Власти требовали эти свидетельства от всех, кто поступал в высшие и военные учебные заведения, от тех, кто выезжал за границу, для покупки личного оружия.

Секретная канцелярия петербургской Охраны вела дела о революционерах – террористах, о бунтарях, о подозрительных общественных деятелях, о Григории Распутине, анализировала донесения сотрудников по внутреннему наблюдению, донесения филеров, контролировала донесения секретных сотрудников, передававшиеся ей офицерами. Секретная канцелярия вела картотеку лиц, которые в частных письмах писали что-нибудь неодобрительное о русских порядках. Увольнение со службы в Охране было почти невозможным. Знающего механизм ее работы сотрудника только за прошение об увольнении могли сослать в Сибирь под особый надзор полиции.

Обычно после 1905 года ежемесячно в пять камер петербургской Охраны привозили более пятидесяти революционеров. Аресты производились офицерами Охранного отделения с помощью филеров, жандармского дивизиона, обычной полиции. Современник писал: «Не было ни одной партии, ни одной фабрики, завода, ни одной организации, ни одного общества, союза, комитета, клуба, университета, института, не было даже ни одной редакции газеты, в которых среди членов и сотрудников не было бы по несколько сексотов, или осведомителей. Охране были известны такие мелочи в жизни русских революционных партий, которые не были известны даже самым видным и старым революционерам. Она знала даже мелочи о разногласиях, возникавших между партийцами. Начинает казаться, что охрана писала историю русской революционной мысли и что только она одна имела возможность собирать все материалы о русском революционном движении».

Несмотря на подробные донесения Охранных отделений руководству страны, никаких серьезных мер по борьбе с приближающейся революцией не принималось. Российские солдаты в начале Первой мировой войны ходили в атаки с деревянными винтовками, погибая сотнями тысяч, в столице кончающейся империи постоянно шла министерская чехарда, целью которой было активное участие различных властно-промышленных групп в распределении между собой денег из российского бюджета, а Охрана в сотый раз докладывала императору Николаю о ситуации в государстве осенью 1916 года:

«К началу сентября сего года среди самых широких и различных слоев общества резко отметилось исключительное повышение оппозиционности и озлобленности настроений, достигшее таких исключительных размеров, каких не было в широких массах даже в период 1905–1906 годов. За последнее время все выражают уверенность в том, что мы накануне крупных событий, в сравнении с которыми 1905 год игрушка. Ввиду того, что подобного рода речи в настоящее время раздаются во всех слоях общества, даже в кругах гвардейского офицерства, – необходимо считать, что весьма близко события первостепенной важности, которые нисколько не предвидятся правительством, которые печальны, ужасны, но в то же время неизбежны». На папке, куда были вложены доклады за 26 и 27 февраля 1917 года, значилось – «Последние дни старого строя».

С 28 февраля по 3 марта 1917 года перед зданиями Охранных отделений и Отдельного корпуса жандармов по всей Российской империи день и ночь горели костры из документов, дел, фотографий. 2 марта революционеры попытались захватить Московское охранное отделение, вместе с архивом и сотрудниками. В помещении, имевшем девять выходов, не было ни одного человека. Некоторые службы были уничтожены полностью, оставшиеся несожженными документы выброшены из шкафов, десятки тысяч регистрационных карточек, без которых найти что-либо в делах невозможно, были рассыпаны по всему зданию, двору и даже крыше, все залито водой и смерзлось, так как в начале марта мороз достигал пятнадцати градусов. Были уничтожены все списки служивших Охране секретных сотрудников. Погибла уникальная, полная и чрезвычайно ценная библиотека революционных изданий всех партий и направлений, как заграничных, так и нелегальных, изданных в России подпольно. Исчезли все личные дела служащих Охраны, материалы о конспиративных приемах ее работы. Все окрестности были покрыты пеплом от сгоревших бумаг.

Указом Временного правительства России 4 марта 1917 года Охранные отделения, Отдельный корпус жандармов и Департамент полиции МВД были упразднены. Имперский политический сыск перестал существовать, оставив новой власти множество документов о надвигающемся крушении Российской империи.

"Петроградское охранное отделение -

Особому отделу Департамента полиции

Министерства внутренних дел.

Октябрь 1916 года.

Совершенно секретно.

Исключительная серьезность переживаемого страной исторического момента, те неисчислимые катастрофические бедствия, которыми могут угрожать всему жизненному укладу государства возможных в близком будущем бунтарские выступления озлобленных тяготами повседневного существования низов населения империи – властным образом диктуют крайнюю необходимость спешных и исчерпывающих мер к устранению создавшейся неурядицы и разрешению излишне сгустившейся атмосферы общественного недовольства. Половинчатость в решениях и какие-либо полумеры случайного характера, как показал опыт последнего времени, при настоящих условиях совершенно неуместны.

Систематически нараставшее расстройство транспорта; безудержная вакханалия мародерства и хищений различного рода темных дельцов в разных отраслях торговой, промышленной и общественно-политической жизни страны; бессистемные и взаимопротиворечивые распоряжения представителей правительственной и местной администрации; недобросовестность второстепенных и низших агентов власти на местах, и, как следствие всего вышеизложенного, неравномерное распределение продуктов питания и предметов первой необходимости, неимоверно прогрессирующая дороговизна и отсутствие источников и средств питания у голодающего в настоящее время населения столиц и крупных общественных центров, – все это, вместе взятое, характеризуя в ярких, исчерпывающих красках результат забвения тыла, как первоисточник и причины тяжелого болезненного состояния внутренней жизни огромного государственного организма, в то же время определенно и категорически указывает на то, что грозный кризис уже назрел и неизбежно должен разрешиться в ту или иную сторону."

Не зря большевики Ленина так не любили Охрану и жандармов. Это был их достойный противник, которого нельзя было победить. Верные присяге, офицеры Охраны не захотели ее нарушить и не стали приводить к власти в России умных, благородных и достойных людей.

Content

Александр Андреев, Максим Андреев
Политические ордена

Введение

Инквизиция Timete Deum et date ille honorem, quia veniet hora judicii ejus

Карбонарии, каморра и мафия

Ку-клукс-клан

Жандармы и Охрана Российской империи