Брандис Евгений Павлович

Щербаков Д. И.

Комментарий к романам Жюля Верна "Путешествие к центру Земли", "Путешествие и приключения капитана Гаттераса"

Д. Щербаков, Евгений Брандис

Комментарий к романам Жюля Верна "Путешествие к центру Земли", "Путешествие и приключения капитана Гаттераса"

ПУТЕШЕСТВИЕ К ЦЕНТРУ ЗЕМЛИ

Почти на двадцать пять километров над поверхностью Земли поднялся человек в кабине стратостата. Своих механических разведчиков — ракеты, снабженные автоматическими приборами, — он сумел забросить на высоту четырехсот с лишним километров. На четыре тысячи метров спустился он под поверхность моря. А с помощью приборов он достал пробы грунта, образцы флоры и фауны со дна глубочайших впадин мирового океана, с глубины свыше десяти тысяч метров.

Но всего на два километра смог он углубиться в недра Земли. Даже буровые скважины в редких случаях удалось ему пробурить глубже, чем на пять километров.

Если считать, что человек изучил и освоил поверхностный слои Земли толщиной в эти пять километров, то и тогда по сравнению с величиной Земного шара это будет не больше, чем толщина стенки мыльного пузыря по сравнению со всем его объемом.

1

В глубокой древности люди хотели знать, каково внутреннее строение Земного шара, что находится в центре Земли.

С внутренним строением Земли были неразрывно связаны многие грозные и загадочные явления природы — извержения вулканов, землетрясения, гейзеры. Развивая те или иные гипотезы о внутреннем строении Земли, люди так или иначе пытались объяснить причины этих явлений.

Весь свой мир древние греки заселили богами. В рощах свистал на своей свирели лесной бог Пан, на дне океана царствовал Нептун, на вершине Олимпа жил глава всех богов — громовержец Зевс.

А в недрах Земли, по верованиям древних греков, царствовал мрачный брат Зевса — Аид. Туда, в его черное царство, с поверхности Земли ведут бездонные пропасти. Коцит и Ахерон струят там свои беззвучные волны. Там же струятся воды источника Леты. Испивший их навсегда забывает все земное.

Извержения вулканов греки также объясняли деятельностью своих богов. По их верованиям, в недрах огнедышащих гор находились кузницы бога — кузнеца Гефеста. Хромоногий бог раздувал свой горн и ковал на наковальне чудесное оружие, золотые украшения, чаши, кубки. Дым и огонь от его горна вылетали в кратер вулкана. А от ударов его гигантского молота по огромной наковальне дрожала кругом земля.

Один из древнейших греческих философов Эмпедокл, живший около двух с половиной тысяч лет тому назад и прославившийся среди своих сограждан как поэт и оратор, врач и «чудотворец», попытался дать первую материалистическую теорию строения внутренности Земли. Он считал, что вся внутренность Земного шара представляет собой огненный бушующий океан. Этим и объясняются извержения вулканов и горячие источники. Желая больше узнать о строении вулканов, механизме и причине их деятельности, он предпринял изучение Этны — одного из действующих вулканов Италии, расположенного на восточном берегу острова Сицилии. Он, вероятно, был первым из людей, пытавшихся проникнуть в недра Земли через кратер действующего вулкана.

Через две тысячи лет, в середине XVII в., немецкий естествоиспытатель Атанасиус Кирхер дал новую схему строения Земли. Он считал, что Земной шар представляет собой твердое тело, содержащее огромные пустоты, соединенные между собой и с поверхностью многочисленными каналами. Центральная, самая большая каверна заполнена огнем, а расположенные ближе к поверхности — частью огнем, частью водой, частью воздухом.

Совершенно противоположную точку зрения на строение Земного шара имел живший несколько позже Кирхера английский ученый Джон Вудворт. По его представлениям, внутренность Земли заполнена не огнем, а водой, причем этот подземный океан соединен каналами с надземными океанами и морями.

Схемы Кирхера и Вудворта пользовались в течение долгого времени широкой известностью, Они приводились даже в учебниках второй половины XIX в.

Жюль Верн, используя в качестве художественного приема неправдоподобный способ проникновения героев романа в глубины Земли, совершенно правильно передает детали разреза земной коры, восстанавливающие историю развития жизни на Земле, и излагает в спорах действующих лиц существовавшие в его время разные точки зрения на состояние земного ядра.

В основном в XIX в. в науке господствовало представление об огненно-жидком ядре Земного шара. Это представление логично объясняло наблюдаемое повышение температуры при опускании вглубь Земли, а также вулканические явления; оно опиралось на космогонические построения Канта и Лапласа.

Исходя из гипотезы Канта — Лапласа, земное ядро должно было быть огненно-жидким; земная же кора в основном представляет собой продукт остывания некогда сплошь огненно-жидкого шара Земли.

Тем не менее уже тогда раздавались голоса, правда робкого меньшинства, не согласные с картиной, вытекающей из гипотезы Канта — Лапласа. К этому меньшинству, по-видимому, принадлежал и Жюль Верн, вложивший свои мысли в уста профессора Лиденброка, который сомневался в существовании огненно-жидкого земного ядра и старался объяснить внутреннее тепло земной коры процессами окисления, ссылаясь при этом на известного английского химика Хемфри Дэви.

В настоящее время большинство геофизиков и геологов отрицают стадию огненно-жидкого состояния Земли и объясняют разогрев земных оболочек в основном процессами радиоактивного распада. Большинство советских ученых при этом исходят из космогонических построений, созданных у нас в СССР под руководством академика О. Ю. Шмидта.

Как же заглянуть в глубочайшие бездны Земного шара, в самое его центральное ядро? Шахту туда прокопать не удается — ученые это поняли уже давно. Первым препятствием при постройке такой шахты является непрерывное повышение температуры по мере углубления. В среднем на каждые 33 метра температура повышается на один градус. На дне шахты глубиной в полтора километра температура поднимается так высоко, что люди уже не могут работать.

Пробурить скважину очень большой глубины также невозможно. Ведь бур — устройство для измельчения пород — по существу «висит» на длинной нитке труб, соединяющих его с поверхностью Земли. Ясно каждому, что бесконечно длинной такая труба быть не может: она оборвется под собственной тяжестью.

Нельзя спуститься в недра Земли и через жерло вулкана: оно обычно закупорено или застывшей лавой, или огненно-жидкой массой.

Так что же, разве никогда и не узнает человек о тайнах подземного мира, о строении центральных областей нашей планеты?

Выход из тупика указала геофизика, одна из ветвей которой, а именно сейсмометрия, изучала землетрясения и вызываемые ими колебания земной коры.

Ученые давно уже с помощью специальных приборов, сейсмографов, регистрировали подземные толчки и землетрясения. Но до поры до времени никаких выводов из записей сейсмографов не делалось. Ученые только констатировали силу толчков, их время и продолжительность. Выдающийся русский геофизик Б. Б. Голицын глубоко проанализировал физическую сущность этих толчков. Голицын знал, что землетрясение есть явление местное, но оно порождает упругие волны, которые распространяются на очень большие пространства. Есть землетрясения, волны от которых фиксируются сейсмографами во всех странах мира. Причем проходят эти волны от землетрясений через внутренние области Земного шара. Там они могут отражаться, как отражается солнечный луч от зеркала, или преломляться, как луч преломляется, переходя из воздуха в воду. Исследуя эти отражения и преломления по показаниям сейсмографов в разных местах Земного шара, можно отчетливо представить себе его внутреннее строение.

"Можно уподобить всякое землетрясение, — писал Голицын, — фонарю, который зажигается на короткое время и освещает нам внутренность Земли, помогая тем самым рассмотреть то, что там происходит".

Идея Голицына оказалась очень плодотворной. Она не только помогла нам составить некоторое представление о внутреннем строении Земного шара, но и нашла широкое применение в геологической разведке. Производя с помощью взрывов искусственные землетрясения и записывая сейсмографами отраженные пластами Земли волны, геологоразведчики находят новые залежи полезных ископаемых.

2

Как же по нашим сегодняшним представлениям устроен Земной шар. Совершим с вами, основываясь на строгих данных сегодняшней науки, воображаемое путешествие к центру Земного шара. Представим себе, что мы движемся вглубь, пробуравливая толщи Земли в каком-нибудь фантастическом снаряде с фантастической скоростью — десять километром в минуту.

Старт дан. Наш снаряд прогрызает верхний покров Земного шара, его кору. Самые верхние слои — это обычные известные нам породы: глины, известняки, песчаники. Все это осадочные породы. Они лежат пластами, сменяя друг друга. Геологи обычно называют эти пласты страницами летописи истории Земли, так как по ним они узнают о природных условиях, существовавших здесь тысячелетия назад. Осадочные породы образовались, об этом говорит и их название, из различных осадков, — обломков других пород, чаще всего на дне морей и океанов. Вот наш снаряд проходит слой типично осадочной породы — мела. Возьмем пробу и рассмотрим ее в микроскоп. Оказывается, весь мел состоит из обломков раковин и скелетов крохотных существ. В других породах нередко находят скелеты животных, ныне уже вымерших, окаменевшие стволы деревьев. Здесь мы можем встретить залежи полезных ископаемых: каменного угля, нефти, каменной соли и т. п.

Да, пласты различных горных пород нередко называют страницами летописи земной коры, но как неполны, перепутаны, измяты и изорваны бывают эти страницы! Над тем, чтобы измять и перепутать их, потрудились и вековые сдвиги, происходящие в земной коре, и вода, и ветер. Далеко не везде, углубляясь в Землю, мы будем встречать все более древние слои. Бывает, что под древним слоем оказывается более молодой, а затем снова древний слой. Поэтому не только по последовательности расположения слоев, а и руководствуясь целым рядом других признаков, определяет геолог последовательность отложения осадочных горных пород. Одним из важнейших признаков, которые помогают при этом геологу, являются остатки в земле тех или иных окаменевших растений и животных.

Как известно, животный и растительный мир нашей планеты в течение сменявших друг друга тысячелетий претерпевал очень значительные изменения. Зародившиеся где-то в теплых водах древнего океана первые крупицы живой материи, характеризующейся обменом веществ, развились до одноклеточных, а затем и многоклеточных водорослей. Затем появились первые членистоногие, радиополярии,[1] губки. Постепенно жизнь завоевала и сушу. В воздухе зашуршали жесткие крылья бесчисленных насекомых, на берега рек и морей выползли первые земноводные. Мелких животных сменили крупные. Было время, когда миром завладели пресмыкающиеся. Они жили в воде, на суше и даже в воздухе. Затем хозяевами Земли стали млекопитающие, а хозяевами воздуха — птицы. И, наконец, появился человек.

По положению пластов в земной коре и по находимым в них остаткам окаменевших животных и растений геолог может определить последовательность возникновения напластований, определить, какие из них являются более молодыми, какие более древними. Как очень объемистую книгу — природа писала ее около 2 млрд. лет, ибо таков возраст наиболее древних пород, слагающих нашу земную кору, — геологическую летопись ученые разделили на тома, части, главы и параграфы. Том этой летописи геологи называют эрой; эру разбивают на части — периоды, периоды — на эпохи, а эпохи — на века. Так одна из эр истории Земли — Палеозойская эра — длилась 325 млн. лет — и состоит из Кембрийского, Силурийского, Девонского, Каменноугольного и Пермского периодов, каждый из которых длился от 35 до 120 млн. лет.

Однако в годы, когда Жюль Верн писал свой роман "Путешествие к центру Земли", этой четкой классификации земных пластов еще не было. Напластования земной коры группировались тогда в так называемые формации: гранитно-гнейсовую, лежащую в основании всех остальных; переходную, обнимавшую наиболее древние образования, в том числе и каменноугольные; вторичную, охватывающую приблизительно периоды Мезозойской эры, следующей за Палеозойской эрой; и третичную, в которую входили не только осадки водного происхождения, но и наносные грунты.

Жюль Верн в своем романе прекрасно показал различные напластования, слагающие кору Земного шара, растительный и животный мир, соответствующий времени образования тех или иных пластов.

Однако описанные методы определения последовательности образования осадочных пород страдают одним существенным недостатком: они говорят геологу только о том, какой пласт моложе, а какой старше. А между тем в целом ряде случаев было бы интересно и важно узнать и абсолютный возраст того или другого пласта.

Современная геология располагает методами определения и абсолютного возраста земных пластов.

В состав некоторых горных пород входят радиоактивные элементы: радий, уран и торий. Атомы этих элементов обладают свойством распадаться, превращаться в другие, устойчивые химические элементы, такие как свинец и гелий. Скорость этого превращения строго определенна, ее не может изменить никакое мыслимое в условиях земной коры воздействие — сжатие, нагрев, охлаждение и т. д.

Зная скорость радиоактивного распада и определив процентное соотношение еще содержащегося в горной породе радиоактивного вещества и образовавшихся при его распаде химических элементов, можно высчитать и абсолютный возраст соответствующей породы.

Такие определения были уже сделаны для целого ряда пород, слагающих земную кору. Оказалось, что возраст наиболее древних земных пород равен 2 млрд. лет. Каменный уголь образовался около 250 млн. лет назад. Основные отложения белого камня — мела — возникли всего лишь около 100 млн. лет назад.

Но все эти осадочные породы, образовавшиеся в течение миллиардов лет, составляют на поверхности Земного шара по сравнению с его величиной всего лишь тонкую пленку.

Сквозь слои осадочных пород наш "подземный снаряд" прошел всего за одну минуту — толщина его редко превышает 10–15 км, — и мы углубились в гранитный слой. Гранит образовался в результате расплавления и перекристаллизации древних осадочных пород, подвергшихся действию высокого давления и температур. Берем пробу и производим химический анализ гранита. Выясняется, что он содержит большие количества кремнезема, алюминия, кальция, калия и натрия. Но и гранитный слой мы миновали меньше чем за минуту. Действительно, по предположениям ученых, он в равнинных местах не превышает 10 км, а под дном Тихого океана, видимо, отсутствует совсем.

Мы вступили в слой базальта — горной породы глубинного происхождения. Базальт тяжелее гранита, он содержит больше, чем гранит, железа, магния и кальция. Две-три минуты — и базальтовый слой также остается позади.

Все эти три слоя составляют земную кору, в толще которой содержатся все природные ископаемые, используемые человеком. Ведь над нами уже около 50 км твердых пород. Температура на этой глубине достигает 1500 градусов, давление 13 500 атмосфер.

Мы вступаем в новый, чрезвычайно толстый слой Земного шара — в мантию, или оболочку Земли. Никто никогда не видел и не исследовал непосредственно веществ, слагающих этот слой. Ученые предполагают, что по крайней мере верхняя ее часть состоит из перидотита — черной тяжелой горной породы, изредка встречающейся и на поверхности Земли. Эта порода содержит магний, железо, кремнезем.

Проходит минута за минутой, час за часом, а мы все еще движемся сквозь оболочку Земли. Сравнительно медленно растет температура, но очень быстро растет давление, а вместе с ними и плотность вещества, составляющего оболочку. Вот она уже достигла 3,5 — плотности алмаза, вот перевалила через 4,5 — плотности титана и селена и продолжает расти дальше. Твердое вещество оболочки аморфно, оно твердо, но текуче, как вар. Кристаллы не могут существовать при таких чудовищных давлениях. Ведь к исходу пятого часа нашего движения сквозь мантию Земли, имеющую толщину в 2900 км, давление достигает 1 млн. 400 тыс. атмосфер и плотность вещества повышается до 7,88 — плотности железа. Температура в оболочке растет медленно и к концу ее достигает около 2000 градусов.

На глубине 2900 км внезапно изменяются свойства вещества. Видимо, под действием гигантских давлений вещество приобретает физическое состояние, не известное на поверхности Земли и не исследованное еще учеными. Ведь максимальные полученный в лабораториях давления в настоящее время не превышают нескольких сотен тысяч атмосфер.

Вещество ядра, безусловно оставаясь твердым, ведет себя как жидкость.

Наш снаряд миновал зону раздела, отделяющую оболочку от ядра, и продолжает свой путь к центру Земли. В течение длительного времени ученые предполагали, что ядро состоит из железа и некоторых других тяжелых металлов. В настоящее время более распространена гипотеза советского ученого В. Н. Лодочникова, утверждающего, что высокая плотность земного ядра объясняется не его химическим составом, а изменением плотности вещества под влиянием гигантского давления.

Через три с половиной часа путешествия вглубь ядра нам встречается на глубине 5000 км еще одна граница раздела. Оказывается, ядро Земли имеет свою сердцевину. Видимо, еще возросшее давление вызвало новое качественное изменение вещества. Ведь давление здесь, у самого центра Земли, приближается к 3,5 млн. атмосфер и плотность вещества почти равна плотности свинца. И больше ничего, пожалуй, не известно современной науке о строении этих предельных глубин Земного шара. Наше путешествие можно считать законченным.

А будем ли мы когда-нибудь знать об этом больше?

Будем, обязательно будем.

Когда-то, глядя ночью на небо, человек считал звезды, рассыпанные по его черному бархату, глазами ангелов. Сейчас, допросив в своих обсерваториях с помощью тончайших методов анализа лучи света, пришедшие к нам от звезд, ученые узнают химический состав этих звезд и толщину их атмосфер, их температуру и величину, скорость вращения вокруг оси и относительную скорость движения. Немало и других секретов уже открыл нам мерцающий свет звезды, пойманный внимательным глазом телескопа и с пристрастием «допрошенный» учеными. Надо было только научиться осуществлять этот «допрос» луча света.

Будут найдены и новые способы «допрашивать» упругие колебания-отголоски взрывов и землетрясений, — прошедшие сквозь центральные области Земного шара. И, ни разу не побывав там, человек будет отчетливо представлять себе их строение, как он представляет строение атома или состав звездных атмосфер.

Создание аппарата для путешествия к центру Земли на сегодняшний день является идеей фантастической. Однако возможности развития науки и техники безграничны. И, возможно, настанет время, когда на повестке дня так же реально будет стоять вопрос о путешествии к центру Земли, как сейчас стоит вопрос о путешествии на другие планеты.

Академик Д. И. Щербаков

* * *

Роман "Путешествие к центру Земли" был задуман Жюлем Верном в начале 1864 г. На мысль об этом произведении его навели беседы с известным геологом Шарлем Сен-Клер Девиллем, который спустился в кратер дремлющего вулкана Стромболи (остров Стромболи в Тирренском море). По-видимому, красочные рассказы Сен-Клер Девилля о своих недавних впечатлениях дали Жюлю Верну не только тему произведения, но и самый образ ученого-энтузиаста, отважившегося с риском для жизни на отчаянно смелый научный опыт.

Нужные материалы Жюль Верн нашел в трудах по геологии, в книгах о вулканах и Исландии. Фантастическое путешествие "к центру Земли" используется автором как своеобразный литературный прием для поэтического воссоздания далекого геологического прошлого нашей планеты.

К написанию книги Жюль Верн приступил летом и закончил ее осенью 1864 г. В конце того же года роман вышел из печати.

Первое русское издание "Путешествия к центру Земли" может послужить живой иллюстрацией к истории борьбы "двух культур" в России 60-х годов. Как только роман в 1865 г. вышел в свет в переделке Е. Лихачевой и А. Сувориной с приложением популярной статьи о происхождении и развитии Земного шара, некрасовский «Современник» встретил эту книгу благожелательным отзывом. Рецензент одобрил искусство автора популяризовать естественнонаучные идеи в форме увлекательного фантастического романа ("Современник", 1865, ноябрь — декабрь, стр. 134–135).

Совсем иначе реагировала либеральная газета «Голос» А. Краевского. В злобной рецензии, помещенной в номере от 4(16) марта 1866 г., "Путешествие к центру Земли" была признана книгой безусловно вредной и даже опасной. "Читая фантастическую басню о невозможном путешествии, — иронизирует рецензент, — дети, изволите видеть, узнают и свойства извержения вулканов, и существование подземных рек, и фигуры плезиозавров и лаберинтодонов… Да, это уже не сказки наших неразвитых нянек: это осмысленные рассказы образованных гражданок, понимающих значение и влияние естественных наук, которые Фохтом повиты, Боклем взлелеяны, Льюисом вскормлены… Нам остается рекомендовать "Путешествие к центру Земли" всем, кто желает воспитывать своих детей в духе Базаровых, Лопуховых и компании".

К мнению «Голоса» присоединились и официальные круги. В мае 1866 г. министр внутренних дел П. А. Валуев в письме председателю чрезвычайной следственной комиссии по делу о покушении на царя 4 апреля обратил внимание на широкое распространение "весьма безнравственной по своей тенденции "Библиотеки для чтения всех возрастов", которую издавали Е. Лихачева и А. Суворина. Одним из выпусков этой «Библиотеки», ставившей целью прививать юношеству материалистические взгляды на природу, и был роман Жюля Верна "Путешествие к центру Земли".

После того как книга уже полностью разошлась, в 1867 г. было разослано предписание "г.г. директорам гимназий и штатным смотрителям училищ" не приобретать ее для "ученических библиотек" и удалить из тех библиотек, которые уже успели ее приобрести ("Циркуляр по Московскому учебному округу", 1867, № 3, стр. 13).

Настороженное отношение к Жюлю Верну в официальных кругах царской России не могло остановить все разраставшегося спроса на его сочинения. Его романы ежегодно продолжали выходить в новых изданиях и переводах.

Е. Брандис

ПУТЕШЕСТВИЕ И ПРИКЛЮЧЕНИЯ КАПИТАНА ГАТТЕРАСА

1

В один из сентябрьских дней 1522 г. в гавань Сан-Лукар вошло судно. По заштопанным старым парусам, почерневшему корпусу, покрытому толстым слоем моллюсков, было видно, что судно вернулось из дальнего плавания. Первый человек, сошедший с него на берег, упал на землю и поцеловал ее. То был капитан корабля дель Кано, который привел остатки экспедиции Магеллана в родной порт. Из 265 человек и пяти кораблей, три года назад отправившихся в плавание, вернулись всего 18 человек на одном корабле. Это были первые люди, объехавшие вокруг Земного шара.

Экспедиция Магеллана имела огромное научное значение. До этой экспедиции различные народы были знакомы только с отдельными областями Земного шара — с теми, в которых они обитали, и с соседними странами.

Смелые путешественники эпохи великих географических открытий все дальше и дальше отодвигали границы исследованной части Земли.

Экспедиция Магеллана доказала, что Земля представляет шар. Однако, хотя ученые и смогли начертить карты двух полушарий и гордо сказать: вот она, вся Земля, колыбель человечества, — на этих картах оказалось не мало мест, о которых не было известно ничего, — так называемых "белых пятен".

История географии последующих четырехсот лет — это в основном история того, как смелостью, настойчивостью и отвагой путешественников и исследователей многих стран стирались с карты земли белые пятна, — появлялись четкие очертания материков, группы островов, густела и принимала соответствующие оттенки коричневая краска горных хребтов, синяя расцветка океанов дифференцировалась в зависимости от глубин.

Самыми труднодоступными, а значит, и самыми заманчивыми для открывателей, были области вокруг "крайних точек" — полюсов нашей планеты.

Путешественники, плававшие в полярных водах, рассказывали о густых непроглядных туманах, о беззвучно плавающих под напором ветра гигантских ледяных горах — айсбергах, столкновение с которыми грозит гибелью кораблю, о ледяных полях огромной величины, в которые нередко вмерзают суда мореплавателей. Полярные мореплаватели рассказывали, что даже месяцами не заходящее солнце все-таки не может растопить этих льдов. А в зимнее время над ними нависает полугодовая ночь, и трепетный свет разноцветных лент северного сияния только подчеркивает ее непроглядную темноту…

А что там, еще дальше, за полосой этих суровых гибельных морей, за полосой вечных льдов? На этот вопрос не мог ответить никто, и новые и новые отважные люди снаряжались в путь, чтобы достигнуть манящих к себе таинственных точек. О раскрытии их тайн мечтал и Жюль Верн…

Трудно отделить вопрос о завоевании Северного полюса от задач овладения Северо-Западным и Северо-Восточным морскими проходами по Ледовитому океану — первый вокруг Северной Америки и второй вокруг Северной Европы и Азии. Именно в связи с усилиями людей, направленными на поиски кратчайших путей, ведущих из Европы в Китай и Индию в обход Северной Америки и Азии, стоят первые систематические попытки изучения Северного Ледовитого океана.

Поиски этих проходов привели к замечательным географическим открытиям и к освоению южных границ Ледовитого океана.

Во время арктических плаваний были установлены выгодные промысловые районы, использование которых в свою очередь способствовало новым открытиям.

К началу XIX в., по мере расширения географических знаний о природе Северного Ледовитого океана, все настойчивее становится стремление проникнуть к "загадочному Северному полюсу". Людей вела туда любознательность, за которой таилась мечта открыть новые земли, а с ними вместе и новые возможности получить те или иные материальные блага. Отчасти влекла к полюсу и жажда славы.

К этому же времени относятся новые попытки найти Северо-Западный морской проход. В 1818 г. из Англии было отправлено четыре корабля, под начальством выдающихся мореплавателей — Джона Росса, Эдварда Парри, Ф. У. Бичи, Джорджа Бэка и Джона Франклина. Джон Росс и Э. Парри дошли до Баффинова залива, но не смогли пройти дальше на запад. В особенности следует отметить арктические путешествия Э. Парри, совершенные в 1819, 1821 и 1824 гг., а также его путешествие 1827 г.

Парри достиг северного побережья Шпицбергена на корабле «Гекла», а оттуда двинулся к полюсу, имея в своем распоряжении две шлюпки, поставленные на полозья. Однако через некоторое время Парри заметил, что дрейф льдов сносит его к югу, делая напрасными все его усилия. Он добрался лишь до 82°45 северной широты и затем вернулся обратно. Это была одна из первых попыток организации санных экспедиций. В 1836 г. Дж. Бэк попытался продолжить исследования Парри и Росса, но его корабль был затерт льдами в канале Фокса.

Не менее видным мореплавателем и исследователем Арктики был Джон Франклин. В 1819 г. он предпринял экспедицию в земли устья реки Медных Руд и, после бесконечных трудов достигнув цели в 1820 г., разыскал свободный ото льда берег, с многочисленными островами. В 1825 г. Франклин предпринял новое путешествие с целью открыть судоходный путь от устья реки Макензи к Берингову проливу, куда ему должен был выйти навстречу из Тихого океана капитан Бичи. Он проплыл по реке Макензи, вышел в Ледовитый океан, открыл острова Парри, Кен-даль, Пелли и другие и в 1829 г. возвратился в Англию. Во время этих путешествий Франклин изучил берега на огромном протяжении и сделал важные наблюдения над земным магнетизмом.

В 1845 г. Д. Франклин отправился в новую экспедицию, но уже к Северному полюсу, намереваясь проникнуть через Баффинов залив и пролив Ланкастера в пролив Барроу до мыса Валькера, а оттуда по возможно прямому направлению плыть в Берингов пролив. Последние вести от экспедиции достигли Лондона в середине 1845 года…

2

В своем романе "Путешествие капитана Гаттераса" Жюль Верн рассказывает преимущественно историю вышеуказанных полярных экспедиций. У этих же отважных мореплавателей он заимствует описание природы Арктики, географических особенностей полярного побережья Северной Америки и, в известной доле, героику экспедиций.

Но эта история не полна в первую очередь потому, что Жюль Верн не упоминает об открытиях русских мореплавателей и северных полярных морях, о них не знал французский писатель. Поэтому в романе не рассказывается и о смелых плаваниях русских поморов, еще в XII веке посещавших Шпицберген, который тогда назывался ими Груманд; о том, что русские же поморы указали путь иностранным экспедициям на острова Вайгач и Новой Земли; о русской Великой северной экспедиции в период с 1733 по 1748 г. на гребных судах, снабженных парусами, как вспомогательным движущим средством, обследовавшей и составившей карты необозримых пространств Сибирского побережья, и о других русских экспедициях.

Кажется неполной эта история современному читателю еще и потому, что она обрывается на середине прошлого века. А ведь наиболее интересные по результатам экспедиции приходятся в основном на более поздний период.

Среди них в первую очередь надо упомянуть об экспедиции Фритьофа Нансена 1893–1896 гг.

…Лет за десять до этой экспедиции на юго-западном берегу Гренландии были найдены вмерзшие в лед вещи, на которых еще можно было разобрать буквы «Жаннета». Вещи принадлежали экипажу судна с таким названием, года три назад раздавленному льдами у Новосибирских островов. Как же они попали за тысячи километров от места гибели судна, на гренландский берег?

Задумавшись над этим вопросом, Нансен пришел к выводу о существовании постоянного течения с востока на запад, проходящего через Северный полюс или совсем вблизи него, обусловившего дрейф льдов в этом же направлении.

Опытный полярный исследователь, Фритьоф Нансен был уверен в невозможности пробиться к полюсу через полярные льды на судне. И он решил заставить самую природу помочь ему: поручить движущимся льдам донести его судно до полюса.

С этой целью и был построен «Фрам» — судно с корпусом особой формы, обеспечивавшей в случае сжатия выжимание его изо льда. Летом 1893 г. «Фрам» оставил Норвегию, держа курс на Новосибирские острова. Вскоре полярные льды сковали судно, и вместе с ними оно начало дрейфовать. Через некоторое время Нансен убедился, что течение проносит судно мимо полюса. Вместе со штурманом Иогансеном он покинул «Фрам» и на собаках попытался достигнуть полюса. Они добрались до 86°14 северной широты — области, где до них еще никто не был. Дальше идти они не смогли — течение, которое несло «Фрам» к полюсу, теперь начало относить путешественников на юго-запад. Нансен вернулся в Норвегию в августе 1896 г., почти одновременно с «Фрамом», обогнувшим во время своего дрейфа Шпицберген.

Хотя Нансену и не удалось достигнуть Северного полюса, он собрал очень много ценных научных данных о природе Северного Ледовитого океана. Вместе с тем он показал, что, разумно используя дрейф льдов, можно проникнуть далеко вглубь полярного бассейна.

В конце прошлого века к попыткам достичь Северного полюса по льду и по воде прибавилась попытка достичь его по воздуху.

В июле 1897 г. с одного из островов Шпицбергена к полюсу, пользуясь попутным ветром, вылетела на воздушном шаре экспедиция шведского инженера Андрэ. Первое сообщение об этой экспедиции было получено 17 августа — аэронавты пролетели район с координатами 82° северной широты и 15° восточной долготы. Принес это короткое сообщение голубь, выпущенный Андрэ. И затем более 30 лет никто в мире не знал ничего о судьбе отважного исследователя и его спутников.

Только в 1930 г. полярный океан приоткрыл часть тайны, окружающей обстоятельства гибели первой полярной воздушной экспедиции. Экипаж норвежского судна «Братваг» нашел на берегу острова Белого (восточнее Шпицбергена) трупы Андрэ и его товарища по полету. Удалось прочитать дневники и даже проявить часть фотопластинок, свыше 30 лет пролежавших во льду, Дневники рассказали, что воздушный шар, вскоре после вылета покрывшийся мокрым снегом, вынужден был опуститься на ледяное поле, с которым экипаж и дрейфовал до острова Белого. Дальнейшие обстоятельства гибели отважного исследователя не ясны и до сих пор.

Важное место в истории полярных исследований занимают работы русского адмирала С. О. Макарова, плававшего на спроектированном и построенном им ледокольном судне «Ермак». В 1899–1901 гг. «Ермак» совершил несколько экспедиций в тяжелых ледовых условиях, достигнув однажды широты 81°21 . Эти плавания показали широкую возможность использования ледоколов в полярных морях. Однако попытки Макарова пробиться на ледоколе к полюсу оказались безрезультатными.

Достигнуть Северного полюса удалось впервые американцу Роберту Пири. Он вышел с мыса Колумбия па Земле Гранта (около Гренландии) на шести собачьих упряжках, в сопровождении ряда помощников, командовавших самостоятельными отрядами. Пять из них имели целью создать последовательно расположенные вспомогательные базы. 6 апреля 1909 г. Пири достиг полюса, в районе которого пробыл 30 часов, изучая льды и делая многократные астрономические определения своего местонахождения.

Пири подтвердил предположение Нансена об отсутствии земли в районе Северного полюса. В районе Северного полюса не оказалось ни открытого моря, ни материков и островов, покрытых растительностью, ни действующих вулканов… Только однообразная белая скатерть льдов и снегов, то ровных, то исковерканных сжатием, поставленных на ребро, образующих торосы и ледяные холмы.

3

Однообразная ледяная пустыня… Стоило ли тратить столько сил, энергии, ума, жертвовать столькими человеческими жизнями для того, чтобы убедиться в этом? Надо ли заниматься дальнейшим изучением полярных областей?

Да, надо. И не только надо, а просто необходимо по целому ряду причин. Прежде всего потому, что Северный Ледовитый океан оказывает большое влияние на прилегающие области суши, в том числе и на всю территорию нашей Родины.

Действительно, Арктику иногда называют "кухней погоды". От ледовых условий, от направления и силы ветров, от температуры воздуха в районе Северного полюса может зависеть урожай пшеницы на Украине и Алтае, раннее или позднее наступление заморозков в Орловской и Курской областях, снежная или бесснежная зима в Восточной Сибири, прорывы арктических масс холодного воздуха вплоть до южных границ СССР.

Значит, для того чтобы давать долгосрочные и краткосрочные прогнозы погоды для территории нашей страны, метеорологи должны изучать и знать, что делается в районе Северного полюса.

Всем известно затем, насколько водный транспорт дешевле железнодорожного. Нередко перевезти груз из Одессы во Владивосток на пароходе вокруг всего Азиатского материка обходится дешевле, чем по железной дороге. А ведь территорию нашей страны с севера омывает цепь полярных морей, образующих кратчайший водный путь между западными и восточными районами нашей страны, путь к устьям великих сибирских рек, являющихся в свою очередь гигантскими водными артериями. Чтобы без затруднений использовать этот путь, проводить по нему караваны судов, надо знать особенности полярных морей.

Некогда полярные области считали лишенными жизни, мертвыми. Однако это не так. На прибрежьях полярных островов и на плавающих льдинах обитают огромные стада моржей, тюленей, морских котиков. Ради дорогих шкур бьют их охотники за морским зверем. В полярных областях водятся лисицы, песцы, медведи, также имеющие важное хозяйственное значение. В водах полярных морей обитают киты, плавают косяки рыб. На скалах полярных островов гнездятся птицы. Гагачий пух и мех песцов, рыбу и целебные водоросли, вкусное мясо крабов — разве можно перечислить все, что дают нам уже сейчас районы Арктики.

Огромное значение имеет исследование полярных областей и для самых разнообразных отраслей науки. Геологи ищут в рельефе дна полярных морей подтверждение своих теорий происхождения материков; биологи — новые виды растений и животных; геофизики уточняют направление магнитных меридианов и величину магнитного склонения; океанографы интересуются направлением дрейфа льдов и глубинных течений.

Учитывая все это, Советский Союз проводит огромную работу по изучению полярных областей, прилегающих к территории нашей страны.

4

21 мая 1937 г. над белой скатертью льдов, покрывающих Северный Ледовитый океан, пролетел четырехмоторный самолет. На его широких крыльях горели красные звезды. Это был самолет Страны Советов.

Самолет летел в район полюса. Вот он прошел над точкой, сквозь которую проходит воображаемая ось Земного шара, покружился над ней, пролетел еще немного вперед и пошел на снижение. Лыжи коснулись ровной, припорошенной снегом поверхности ледяного поля, и после короткой пробежки самолет остановился. Из кабины выпрыгнул пилот. Его имя — имя прославленного полярного летчика Михаила Водопьянова — знает сегодня весь мир. За ним на льдину сошло еще несколько человек. Первая станция на дрейфующем льду "Северный полюс-1" начала работу.

За первым самолетом на полюс прилетели еще три воздушных корабля. Из них выгрузили научное оборудование, запас продовольствия, небольшую ветросиловую установку, радиостанцию и другие вещи. Через несколько дней самолеты улетели. На полюсе остались четыре человека — начальник станции И. Д. Папанин, гидробиолог П. П. Ширшов, астроном и метеоролог Е. К. Федоров и радист Э. Т. Кренкель. В течение долгой полярной ночи здесь, в самом сердце Арктики, они должны были проводить работу, выпытывать с помощью приборов, подглядывать наблюдательными глазами ученых ее сокровенные тайны.

До 1937 г. непосредственно Северный полюс посетила только одна экспедиция Пири. Проносились над полюсом самолеты и дирижабли; больше спортсмены, чем ученые и исследователи, командиры этих экспедиций — американец Берд, итальянец Нобиле — торопливо определяли свое местонахождение и поспешно возвращались. Научного значения эти полеты почти не имели. И только люди Советской страны завоевали полюс по-настоящему.

Ледяное поле, на котором находилась станция "Северный полюс-1", в течение 274 дней дрейфовало на юг со все возрастающей скоростью. Свыше 2100 км по прямой линии прошла за это время льдина. И ни на один день не прекращали научных исследований работники станции. Впервые наука получила точные данные о глубине Северного Ледовитого океана, о погоде, царящей там, о магнитном склонении, о поле силы тяжести, температуре воды на разных глубинах океана и т. д.

Конечно, эта дерзкая атака самого центра Арктики не могла быть одиночной. Она была поддержана широким фронтом наступления, в течение нескольких лет уже ведшегося советскими учеными, и явилась очередным шагом вперед в этом неудержимом движении к Северному полюсу.

Особенно широко развернулось это наступление после Великой Отечественной войны. В 1950 г. на дрейфующих льдах Центральной Арктики самолеты высадили группу ученых — научную станцию "Северный полюс — 2". Возглавлял отряд исследователей этой станции молодой океанограф М. М. Сомов. Свыше года — 379 дней — работали ученые в самом центре полярного бассейна.

А весной 1954 г. в полярном бассейне были организованы сразу две дрейфующие станции "Северный полюс", под номерами 3 и 4. Затем, в 1955 г. — "Северный полюс — 5".

Как отличается организация и техника сегодняшних советских дрейфующих станций от экспедиций начала века и даже от станции "Северный полюс-1"! Станции "Северный полюс" 3, 4, 5 — это целые городки, имеющие оборудованные научные лаборатории для проведения гидрологических, аэрологических, геофизических и других исследований. В разборных домиках и утепленных палатках, где живут исследователи, поставлены газовые плиты и угольные печи. Имеются столовые, бани. В распоряжение ученых предоставлены автомашины и тракторы, а для поездок в более отдаленные районы — вертолеты. Пользуясь этими средствами, ученые проводят промеры глубины океана и другие исследования в широкой полосе вдоль линии дрейфа.

Наряду с долговременными дрейфующими станциями исследовательскую работу в районе полярных морей осуществляют многочисленные подвижные отряды. Они высаживаются с самолетов в намеченном пункте на лед и производят серию научных исследований, а затем перелетают на новое место.

Так широким фронтом, с использованием современных достижений науки и техники, штурмуется Арктика.

5

Каковы же результаты всех этих многочисленных научных экспедиций, чем отличаются наши сегодняшние знания об Арктике от тех догадок и предположений, которые существовали в 1866 г., когда был написан Жюлем Верном роман "Путешествие и приключения капитана Гаттераса"?

Наука уже давно сорвала с центра Северного Ледовитого океана покров таинственности. Конечно, в районе Северного полюса нет никакого открытого моря, к которому рвался Гаттерас, обманутый рассказами полярных путешественников, и нет материка. Центробежной силы от вращения Земли, на которую ссылается Жюль Верн, недостаточно для того, чтобы обнажить дно Северного Ледовитого океана. Преобладающая часть его, и в особенности Центральная Арктика, покрыты сплошной мозаикой льдин разных размеров, форм, возрастов. Пролетая над этой сплошной ледяной корой, совершенно не чувствуешь себя над океаном. Кажется, что под ногами простирается бесконечная снежная равнина, разгороженная на многоугольники валами торосов. Лишь изредка это однообразие прерывается полыньями, разводьями и трещинами, тянущимися иногда на многие десятки километров. Эти-то разводья и могли принять за открытое море полярные путешественники, на которых ссылался Гаттерас. Но льды Арктики не неподвижны. Они дрейфуют — перемещаются под влиянием ветров и течений, совершая путь в тысячи километров. Они раскалывают и сминают друг друга, разрываются трещинами и сжимаются. В результате этих сжатий образуются нагромождения льда — торосы.

Сложные условия циркуляции и теплообмена между водой, льдом и воздухом определяют специфичность климата Арктики, влияющего на климат Европы и большей части Азии. Циркуляция вод, а значит, и дрейф льдов Северного Ледовитого океана во многом зависит от рельефа его дна.

Советскими исследователями был открыт подводный горный хребет, названный именем великого русского ученого М. В. Ломоносова. Он возвышается над дном на 3000 м и тянется поперек Северного Ледовитого океана от Новосибирских островов в сторону Гренландии. Отдельные вершины этого хребта находятся на глубине всего около 900 м под поверхностью воды.

Подводный хребет имени М. В. Ломоносова разделяет Ледовитый океан на две самостоятельные впадины — западную и восточную. В восточной части дрейф льдов устойчиво происходит по часовой стрелке, в западной — в обратном направлении, причем значительная часть льда выносится в Гренландское и Баренцево моря. Обнаружены и другие неровности и особенности строения дна Северного Ледовитого океана, который оказался по своему морфологическому строению сходным со Средиземным морем. Впадина океана, очевидно, образована системой сбросов и опусканий ранее бывшей здесь суши, которая связывала воедино Северную Америку с Европой и Азией.

По всей Арктике уточнено расположение магнитных меридианов. Оно оказалось очень своеобразным. Меридианы сливаются в один сжатый пучок линий, пересекающих почти весь полярный бассейн и идущих к северному магнитному полюсу Земли. Северо-полярная магнитная аномалия превосходит по своим размерам все другие магнитные аномалии Земного шара. Установлена ее связь с подводным хребтом имени М. В. Ломоносова.

Исследовали ученые и строение полярного льда. Средняя толщина его оказалась около трех метров. Это в несколько раз меньше, чем предполагал в романе Жюля Верна доктор Клоубонни. Причем состав льда постоянно обновляется. Летом сверху он подтаивает и утоняется, зимой снизу намерзает и опять становится за счет этого толще. Таким образом, при дрейфе по замкнутой траектории за 4–5 лет лед полностью "омолаживается".

Интереснейшие исследования провели метеорологи. Оказалось, что из Тихого океана через районы Берингова и Охотского морей в высокие широты нередко вливаются огромные массы теплого воздуха. Эти воздушные массы — теплые ветры располагаются над приземным двухсотметровым холодным слоем и простираются до высоты в 7–9 км.

Другие воздушные течения, идущие из Атлантического океана, вызывают образование в приполюсном районе циклонов, как бы подтачивающих основание антициклонов, по западной периферии которых происходит обвал холодных масс арктического воздуха на территории Европейской части Советского Союза и Западной Сибири.

Вот они, первые тайны "кухни погоды" в Центральной Арктике!

6

Работая над своими произведениями, Жюль Верн стремился к их максимальной научной точности и достоверности, позволяя себе фантазировать или придерживаться непроверенных гипотез только в тех областях науки, в которые еще не пришло достаточно обоснованное знание. Поэтому так точны его описания полярной природы, данные в романе "Путешествие и приключения капитана Гаттераса".

Однако в некоторых случаях Жюль Верн, доверившись несколько эмоциональным рассказам полярных путешественников, допустил некоторые неточности. Попадаются такие места и в высказывании некоторых научных положений. Это не вина Жюля Верна, а уровень научных знаний его времени.

К таким неточностям следует отнести рассказ о буре, наблюдаемой Клоубонни, буре, захватывавшей только узкую полоску, за пределами которой на расстоянии 4–5 км виднелось ясное небо и спокойное море. И волнение моря и движение воздуха вряд ли могут так резко смягчиться и исчезнуть совершенно на таком небольшом расстоянии. Преувеличена, пожалуй, и густота тумана, под покровом которого на экспедицию Гаттераса напали медведи. Таких плотных и, главное, стремительных туманов обычно не бывает.

Только в последние десятилетия советскими метеорологами был установлен полюс холода Северного полушария. Он находится в Оймяконе, в верхнем течении реки Индигирки, в тысячах километров от Северного полюса. Морозы здесь доходят до 73°. В летние же жаркие дни температура поднимается до +35°, Таким образом, годовое колебание температуры превосходит 100°.

К западу от Гренландии на Земле Гриннелла расположен другой полюс холода — самое холодное место на Северном полушарии по среднегодовой температуре, составляющей здесь всего -20,4°. Однако ниже -65° температура здесь не бывает.

Как видно, сегодняшние данные о расположении полюса холода и температурах несколько расходятся с теми, которыми располагал Жюль Верн.

Вот, пожалуй, и все основные замечания по неточностям, встречающимся в этом интересном романе Жюля Верна, в котором так красочно описана суровая природа северо-западной части Арктики и так ярко показана полная опасностей жизнь полярных исследователей.

В нашей стране сбываются вещие слова Жюля Верна, сказанные устами его героя — вдумчивого наблюдателя и гуманиста доктора Клоубонни:

"Если человек захочет, он может сделать обитаемой какую угодно пустыню… Не человек подчиняется природе, а она ему. И он может изменить ее по своему желанию. Что на земле существуют страны необитаемые — это факт. Но чтобы имелись страны, в которых человек не мог бы жить, — это невероятно!"

Мы, советские люди, — рачительные хозяева своей страны. Мы не хотим, чтобы без пользы пропадали ее природные богатства, не использовались на благо людям все ее возможности. И поэтому мы трудом и знанием преобразуем природу целых областей, заставляем плодоносить бывшие пустыни, осваиваем целину. Бои за овладение Арктикой — это только один из фронтов нашей большой борьбы за благо советского человека. Мы побеждаем а этой борьбе, подчиняем себе природу. И в пустынной холодной тундре встают города, согретые и освещенные электрические светом; многочисленные корабли, перевозя грузы и ведя промысел, бороздят полярные моря, краснозвездные самолеты проносятся над просторами Арктики.

Все свои тайны раскрывает Арктика советским людям… Все свои бесценные сокровища отдаст она советскому народу.

Академик Д. И. Щербаков

* * *

Над романом "Путешествие и приключения капитана Гаттераса" Жюль Верн начал работать в 1863 г.

Роман печатался в журнале для юношества "Журнал воспитания и развлечения" с марта 1864 до середины 1865 г.

В 1866 г. роман вышел отдельным изданием и был встречен весьма положительными отзывами французской и зарубежной критики.

Еще в юношеские годы Жюль Верн живо интересовался историей полярных экспедиций и исследований Арктики. Эта тема занимает в его творчестве видное место. Своего рода прелюдией к полярной эпопее капитана Гаттераса явилась ранняя повесть Жюля Верна "Зимовка во льдах" (1855). В разных областях Арктики развертывается действие и в других его романах: "В стране мехов", "Найденыш с погибшей «Цинтии» (написан в соавторстве с Андрэ Лори), "Цезарь Каскабель", "В погоне за метеором". История арктических экспедиций подробно освещена в романе "Вверх дном". Путешествие к Южному полюсу служит предметом изображения в романе "Ледяной сфинкс". На Южном полюсе водружает свой флаг и капитан Немо ("Двадцать тысяч лье под водой").

Во время работы над романом Жюль Верн постоянно информировал своего издателя Этцеля о том, как продвигается его труд, и советовался по поводу отдельных эпизодов. Однако далеко не все советы издателя казались автору приемлемыми. Когда издатель выразил пожелание увидеть среди персонажей романа хотя бы одного француза, Жюль Верн отклонил это предложение. В письме от 16 сентября 1863 г. он ответил издателю: "Я охотно принимаю поправку, относящуюся к Гаттерасу, и сделаю его беспредельно смелым и удачливым. Его отвага будет устрашать. Что же касается того, чтобы ввести в состав экипажа француза, то это невозможно — там нужны только англичане. Он сам заявит об этом в своем письме, и это будет непременным условием для того, чтобы быть принятым на борт".

Интересен также предварительный авторский замысел финала романа. Жюль Верн предполагал закончить роман гибелью героя в кратере вулкана: "Другой возможности для финала я не видел, — сообщил Жюль Верн издателю в письме от 25 апреля 1864 г., - и, кроме того, мне казалось, что вся его история могла привести только к такому исходу. И в самом деле, зачем возвращать Гаттераса в Англию? Что ему там делать? Ну конечно же, этот человек должен умереть на полюсе! Вулкан — единственно достойная для него могила".

Но в процессе работы над романом Жюль Верн отошел от своего первоначального замысла.

Этцель с нетерпением ждал рукописи "Капитана Гаттераса". Первой главой этого романа он решил начать издание журнала для детей и юношества "Magasin d'Education et de Recreation" ("Журнал воспитания и развлечения"). Программой этого прогрессивного журнала, сыгравшего заметную роль в истории французской литературы для детей и юношества, было соединение образования с развлечением. Большое место отводилось в журнале популяризации естественнонаучных знаний. В состав редакции входили видные французские ученые, писатели, художники-иллюстраторы, педагоги. "Журнал воспитания и развлечения" издавался с марта 1864 по 1906 г. Здесь впервые было опубликовано тридцать романов Жюля Верна — бессменного соредактора этого журнала.

Активным сотрудником "Журнала воспитания и развлечения" была замечательная украинская писательница Марко Вовчок (М. А. Маркович), которую познакомил с Этцелем И. С. Тургенев.

На русском языке роман был издан впервые в 1866–1867 гг. в переводе Л. Шелгуновой. В 1870 г. он вышел в переводе Марко Вовчка и затем в этом же переводе много раз переиздавался.

Е. Брандис

--

В книге: Жюль Верн. Собрание сочинений в двенадцати томах. Том 2. Москва: "Государственное Издательство Художественной Литературы", 1955 г.

Примечания

1

1. Именно так в тексте. Вероятно имелись ввиду Радиолярии (Radiolaria).

Content

Брандис Евгений Павлович и др Комментарий к романам Жюля Верна "Путешествие к центру Земли", "Путешествие и приключения капитана Гаттераса"

Д. Щербаков, Евгений Брандис Комментарий к романам Жюля Верна "Путешествие к центру Земли", "Путешествие и приключения капитана Гаттераса"

Примечания