Эрик С. Браун

КОРОЛЕВА

Вступление

Полагаю, некоторые из вас уже знают, что ожидать от истории Эрика С. Брауна. В конце концов, поэтому вы и купили эту книгу. Счастливым новичкам же могу сказать, что «Королева» это хорошее введение в творчество этого автора и начало непреодолимого пристрастия к мрачным плодам его богатого воображения.

Сперва скажу вам, что я ненавижу зомби. Они меня пугают. Это что-то из области кошмаров, наиболее древних и ужасных. Встретить проверенного, любимого человека (друга, жену, мужа, ребенка) или наоборот, совершенно незнакомого, и обнаружить, что его телом движет невыразимое зло, одержимое распространением заразы, превращающей своих жертв в бездушных марионеток.

Думаю, что идея зомби особенно пугает, когда наш мир страдает своими собственными формами «зомбизма». Болезнь Альцгеймера, Старение, Бессонница и Безумие это лишь немногие страдания, лишающие нас нашей сущности. Зомби это метафора для всех наших страхов потерять себя, будь то воспоминания или свобода воли. Читая хорошо написанную историю про зомби, мы ежимся от страха, читая текст одним глазком, не в силах полностью избавиться от гипнотического действия леденящей кровь истории.

Вряд ли кого-то эта мысль не заставит содрогнуться от страха. Опасность потерять частичку себя существует на самом деле. Каждый день мы боремся за сохранение своей сущности, в этическом, моральном, физическом и духовном плане, поэтому эмоциональной составляющей нашей литературы придается максимальное значение. И как мастер своего дела, Эрик С. Браун идет дальше простой попытки. Он препарирует, изучает, и как современный доктор Франкенштейн, оживляет все это.

Вот что делает эту историю про зомби столь пугающе достоверной. Просто у кого-то это получается лучше, чем у других. Доказательство в ваших руках.

Наслаждайтесь.

Сьюзен С. Брайденбау.

Октябрь 2005 г.

1

В воздухе стоял смрад от грязных тел и испражнений. Летняя жара только усиливала запах, но Скотт давно уже к нему привык. На его загорелых плечах и груди блестел пот. Он поднял руку и провел пальцами по коротким волосам. Они тут же взмокли и почернели от копоти. Он не помнил, когда последний раз мылся. В центре загона для пленных стояла большая банка с водой. Все же Скотт воздерживался от жадных взглядов в ее сторону, догадываясь о кишащих в ней микробах и бактериях.

Кроме него, в маленьком, обнесенном оградой, загоне находилось еще одиннадцать человек. Большинство из них сидело вокруг, думая каждый о своем, как и он. Бак с Хэнком играли в потрепанные карты, выторгованные у охранников. Хэнк обменял их на кусок мяса со своего левого бедра. Повязка, которую он носил, пожелтела, и Скотт догадывался, что Хэнк может скоро погибнуть от заражения крови. За три недели заточения Скотт повидал немало смертей. Охрану, похоже, это не волновало, пока оставалась хоть пара мужских особей, чего вполне хватало для их целей.

Женщины, захваченные живыми, ценились гораздо больше мужчин. Скотт никогда не был в их жилищах, но знал, что они находятся где-то в недрах селекционного центра, за пределами этого мира. Там есть водопровод, канализация, там чисто, и там нет заразы. В отличие от мужчин, которых кормили какой-то свиной бурдой, женщины получали настоящую еду. В этом был свой, жуткий смысл. Мужчины были, так сказать «одноразовым продуктом», в то время как женщины могли производить детей, что и требовалось мертвой охране. Каждая женщина могла родить достаточное количество «скота» для загонов и корма для мертвецов, в то время как чтобы оплодотворить их всех, нужен был всего один мужчина.

Из всех людей в загоне, кроме Скотта у ограды стоял только Дэвид, всматриваясь в сторону лежащих вдали холмов. Он был новичком в селекционном центре, и все еще надеялся, что кто-то появится и освободит их. Он грезил о побеге. А это опасно. Скотт знал, что отсюда только один выход — смерть, вопрос лишь в том, как умереть и оказаться по ту сторону ограды.

Если бы в загоне кто-то умер, пока охраны не было рядом, Скотт и другие пленники постарались бы, чтобы он уже никогда не вернулся к жизни, даже если бы им пришлось размозжить ему голову камнем. Новоявленные зомби не всегда были столь развиты, как охрана и часто начинали бросаться на людей. Чтобы этого не случилось, таких людей нужно было связывать. Все по очереди следили, чтобы никто сильно не покалечился или не умер. Сегодня была очередь Скотта, и он понимал, что если придется, то раскроит Хэнку череп.

Охранники почти никогда не покидали пределов комплекса. Какая бы сила не воскресила их из мертвых и не замедлила процесс их разложения, совсем остановить его она не могла. Находиться снаружи при жаре под сто градусов (по Фаренгейту) было для них губительно. Скотт увидел, как во время своего часового обхода, в дверь заглянул «Дырявая шея». Этот мертвец получил свое прозвище из-за своего разорванного горла, из которого свисала гниющая трахея. «Дырявая шея» был одним из немногих охранников, не умеющих говорить, но занимал среди мертвецов высокое положение, и с ним вполне можно было ладить, если не путаться у него под ногами и не чинить беспорядки. Мертвец окинул взглядом загон, на мгновение, задержав его на Дэвиде, по-прежнему стоявшем у ограды с явно недовольным видом, затем вышел, закрыв за собой дверь, в оборудованный кондиционерами комплекс.

Скотт с трудом поднялся на ноги, вытерев руки об изношенные черные джинсы, и подошел к Дэвиду. Тот даже бровью не повел.

— Перестань, — сказал Скотт.

Дэвид подскочил от звука его голоса, и изумленно уставился на Скотта налитыми кровью глазами. — Перестать что?

— Надеяться, — коротко ответил Скотт. Затем добавил, — Иначе они скоро тобой отобедают. Они нервничают, если кто-то из нас проявляет хоть какое-то присутствие духа. Скажи спасибо, что ты еще не один из них, так что опомнись.

Дэвид начал что-то отвечать, но Скотт уже повернулся к новичку спиной и направился на свое место, сел и стал дожидаться ночной прохлады.

2

Мертвецы приближались. Рили нырнул в кустарник на холме над гравийной дорогой. Два джипа, в сопровождении нескольких пеших тварей, ползли вверх по склону горы. Происходящее очень беспокоило Рили. Как же отчаянно мертвецы нуждались в пище, если так далеко отправили охотников! Значит, все города уже пали? Похоже, охотники пока держались дороги, и он сомневался, что они будут углубляться в лес, но его хижина была всего в нескольких милях к северу отсюда. Их присутствие заставляло его нервничать. Всего он насчитал восемь тварей, включая водителей. Все вооружены до зубов. Силы неравные, и даже если он каким-то чудесным образом смог бы их одолеть, на поиски сородичей пришло бы еще больше тварей. Тогда они бы непременно нашли его укрытие. Рили затаился и ждал, когда они пройдут мимо. Когда мертвецы исчезли из пределов слышимости, он крадучись направился туда, откуда пришел.

Маленький Брэндон играл в высокой траве на лужайке у хижины, когда Рили вышел к дому из-за деревьев. При виде отца лицо Брэндона засияло. Он отбросил ветку, которой стегал дикие цветы и бросился к Рили, раскинув крошечные ручки. Несмотря на свою тревогу, он не мог не улыбнуться и подхватил Брэндона с земли, крепко прижав его к груди.

— Где мама? — спросил Рили, отсекая расспросы сына касательно проведенной им разведки. Брэндон удрученно махнул в сторону хижины, одной рукой держась за широкие плечи отца. — Она собирается готовить обед.

Рили нахмурился, опустил Брэндона на землю и поспешил к хижине. Сегодня им меньше всего нужно, чтобы из трубы хижины валил черный дым. Мертвецы слишком близко и могут его заметить.

Брэндон шел следом. Рили поднялся на крыльцо и заглянул на кухню из распахнутой входной двери. — Привет, милая, я дома, — позвал он, стараясь не показывать Брэндону свое беспокойство. Ханна оторвалась от резки овощей и подняла на него глаза, но ее приветливая улыбка погасла, когда она увидела в глазах Рили страх. — Пора? — спросила она.

Рили кивнул. — Мы оба знаем, что этот день настал бы рано или поздно.

— Сколько у нас есть? — спросила она, беря Брэндона за руку.

— Не знаю. Час, неделя, понятия не имею. Они могут и не найти нас, но сейчас они слишком близко, так что здесь уже не безопасно.

Ханна наклонилась и поцеловала сына в лоб. — Брэндон, милый, пойди, поиграй в свой комнате пару минут. Маме с папой нужно поговорить, хорошо?

Когда Брэндон ушел вглубь хижины, Ханна поднялась на ноги и повернулась к Рили. — Куда мы пойдем?

Рили пожал плечами в ответ.

3

Это было трудным решением, но Рили окончательно решил не брать грузовик. Это был идеальный внедорожник, и топлива хватило бы, чтобы дважды заполнить бак под завязку. Проблема была не в самом грузовике, а в его заметности. Сейчас дороги повсюду контролировались мертвецами и даже здесь, в отдаленной глуши, использовать грузовик было рискованно. Рили знал, что лучше пойти пешком. Так было медленней, с меньшим количеством вещей, но безопасней. Идя пешком, они могли прятаться за деревья, держаться подальше от дорог, и незаметно пройти мимо группы мертвецов.

Ханна приготовила провизию, и члены семьи разделила запасы пищи и воды. Даже маленький Брэндон нес свой провиант. Еще Рили, несмотря на протесты Ханны, позволил Брэндону нести охотничий нож. В руках мальчика нож был против мертвецов бесполезен, но он вселял в него уверенность, и для Рили это было главное.

Ханна несла старое ружье, некогда принадлежавшее ее отцу, к бедру пристегнут револьвер. Сам Рили нес в наплечных кобурах два автоматических пистолета, винтовку М-16, нелегально купленную еще до конца света, и кучу боеприпасов в рюкзаке за спиной.

Им было нелегко покидать это место. Они жили здесь целых три месяца, с тех пор как воскресли первые мертвецы. Эта хижина во многом стала роднее того дома, в котором они прожили много лет, и который бросили, уйдя в горы.

Рили заметил слезы на щеках Ханы, когда она оглянулась на оставшуюся позади хижину. У него защемило сердце. Они по-прежнему не знали, куда направляются. Идти было некуда, поэтому Рили и Ханна решили просто двинуться на восток побережья и надеяться на лучшее. По крайней мере, Брэндон хоть сможет увидеть океан, до того как их настигнут мертвецы. Рили поклялся себе, что эти твари не возьмут его родных живыми, даже если ему придется самому убить их.

4

В загоне наступило время кормления. Солнце давно скрылось за горами. Из недр комплекса появились двое мертвых охранников, несущих большую, наполненную помоями, бадью. С помощью третьего стража они вывалили содержимое бадьи через ограду прямо на пол загона. Заключенные накинулись на помои как обезумевшие от голода звери, прямо руками соскребая их с земли. Скотт с Дэвидом не были в числе дерущихся за вечернюю пайку. Дэвид остался стоять в дальней части загона, уставившись на дорогу, ведущую в селекционный центр. Скотт сидел на земле в позе лотоса, положив руки на колени, и развернув ладони к звездному небу. Глаза закрыты, дыхание замедленное и ровное. Скотт найдет себе пищу потом, будут ли это объедки, или отбитая у сокамерников утренняя пайка. Он сомневался, думает ли Дэвид о еде, хотя ему было все равно. Пусть новичок поголодает, если хочет. Есть способы умереть и похуже.

В данный момент для Скотта важно было обрести хоть какое-то умиротворение. Медитация могла унести его прочь от этого места, и населявших его кошмаров. Днем он сказал Дэвиду, чтобы тот перестал надеяться. Надежда — дело гиблое. Но теперь он сомневался, не занимается ли он тем же, хотя бы и в воображении покидая загон. Он вздохнул и открыл глаза. Охранники уже возвращались в селекционный центр, и драка за помои стихала. Скотт медленно поднялся на ноги, и, не обращая внимание на насмешки сокамерников, что он остался без пайки, снова направился к Дэвиду.

На этот раз Дэвид заметил его приближение. Белокурый юноша бросил на Скотта полный злобы взгляд и снова отвернулся к ограде. Когда Скотт подошел, Дэвид сказал шепотом: — Как ты смеешь запрещать мне надеяться? Надежда это все, что у нас осталось.

Скотт воспринял эти язвительные слова, как нечто заслуженное. Он кивнул на дорогу, ведущую из строения. — Что там есть такого, чего ты так сильно хочешь? Идти то некуда. Мертвецы повсюду. А здесь, как нам известно, нас хотя бы не выпотрошат и не сожрут.

— А какой смысл в такой жизни? — парировал Дэвид.

— Хэнк и Бак, вон те деревенщины, поспорили бы с тобой. Они едят, дружат меж собой, и раз в два дня забавляются с дамочками, которых жмуры держат взаперти.

— А ты бы со мной поспорил? — спросил Дэвид.

— Нет, — ответил Скотт, — Не поспорил бы.

— Тогда что будем с этим делать? — ухмыльнулся Дэвид.

Скотт протянул Дэвиду руку. — Я Скотт. Скотт Бургесс.

Дэвид пожал ему руку. — Меня зовут Дэвид.

— Знаю, — рассмеялся Скотт. — Ну, Дэвид, похоже, у нас есть о чем поговорить.

5

Стивен поставил полбутылки виски на стол. Он хотел выпить всеми фибрами души. Жаждал ощутить то обжигающее тепло, когда спиртное польется ему в горло, но не мог заставить себя открыть бутылку. Слишком много людей зависело от него. Он не просился на эту работу, но «Королева» была его кораблем. Он любил ее больше всего на свете, и даже если она пойдет ко дну, он не оставит ее. Он знал ее как свои пять пальцев, но за последние месяцы она изменилась почти до неузнаваемости. Когда-то она была величественной белоснежной красавицей, неким плывучим раем, царством любовных и авантюрных мечтаний. Теперь ее корпус покрывали листы самодельной брони и боевые шрамы. По краям палубы, на всю ее длину, были установлены пулеметы. Когда-то вмещавшая в себя сотни отдыхающих, сейчас она несла на своем борту чуть меньше сотни усталых, напуганных и отчаявшихся беженцев.

У открытой двери капитанской каюты раздался стук и Стивен заметил стоявшего в коридоре О’Нила. Тот неловко сдвинулся с места. — Извините, что побеспокоил вас, сэр, — произнес он напряженным голосом, — Я принес список всех наших запасов, как вы просили.

Одним плавным движением Стивен убрал со стола бутылку и вернул ее на прежнее место, в выдвижной ящик стола. Он предложил О’Нилу сесть у стола, напротив него. — И как обстоят дела? Имею в виду, из вашего отчета?

О’Нил опустился в предложенное кресло. — Не так плохо, как мы думали. После последнего рейда у нас есть топливо еще на пару-тройку недель.

— Только это стоило нам жизни шести человек, — с горечью в голосе добавил Стивен.

О’Нил продолжил отчет, — Боеприпасов для стрелкового оружия у нас предостаточно, и Люк заверил меня, что новые торпедные аппараты, которые он установил на носу судна, тоже можно будет задействовать в случае необходимости. Единственный вопрос, не терпящий отлагательств, касается еды. Даже при небольшом числе пассажиров и членов команды, при нормированном питании, провизии нам не хватит даже на неделю. Во время последнего рейда, приоритетом было топливо для «Королевы», так что на другие припасы у нас не было времени».

— Они появляются, как черти из табакерки, — усмехнулся Стивен.

— Простите, сэр?

— Мертвецы, мистер О’Нил. В какой бы порт мы не зашли, они уже тут как тут. Нам никогда не хватает времени.

— Да, сэр, — согласился О’Нил, — Мне не нравится идея высаживаться на землю в ближайшее время.

В каюте на мгновенье воцарилась тишина, пока ее не нарушил О’Нил, — Так что мы будем делать, сэр?

— Молиться, — ответил Стивен, — Молиться всем сердцем… И пока мы здесь, принеси мне карту места, где мы находимся. Наш единственный путь — возвращаться на берег, потому что чертова рыба тоже мертва, как и все в этом мире. И ты же понимаешь, что в противном случае мы не сможем захватить достаточно пищи, чтобы накормить всех на корабле. С нашим ограниченным оснащением и ресурсами это невозможно.

О’Нил ушел за картой, снова оставив Стивена одного в темной каюте.

6

Звезд на небе не было. Из густых, темных туч нескончаемым потоком лил дождь. Брэндон безмятежно спал под маленьким тентом, который соорудил для него Рили. Ханна, прилегла у дерева. Она промокла до нитки. Ее длинные рыжие волосы налипли на шею и плечи. Рили наклонился к ней и обнял. Для него, она всегда была самой красивой, при любых обстоятельствах.

— Далеко мы сегодня ушли? — шепотом спросила она, стараясь не разбудить Брэндона.

— Достаточно далеко, несмотря на непогоду, — заверил он ее. — Думаю, ночью мы будем здесь в безопасности.

Ружье Ханы стояло рядом, прислоненное к дереву. — Рили, как ты думаешь, здесь еще кто-нибудь остался?

— Конечно, дорогая. Конечно, остался. Если мы так далеко зашли, вполне логично, что сюда мог дойти кто-нибудь еще.

— Это не честно, — пробормотала она. По ее щекам катились слезы. — Брэндон не заслужил этого. Он должен ходить в школу и играть в видеоигры. Подумай, о том, с чем нам пришлось смириться, о том, что Брэндон никогда не узнает, кроме как от нас. Если здесь есть другие люди, мы должны найти их ради него, и начать жить заново.

Рили слушал, как дождь барабанит по листьям окружающих деревьев. — Ханна, — тихо сказал он. — Прости. — Прости? Ты не виноват в том, что мертвые восстали, и мы живем при конце света. Если бы не ты, мы с Брэндоном были бы уже мертвы. Я благодарна тебе за то время, что мы провели в хижине. У скольких еще людей была такая возможность? Делать вид, что все будет хорошо? Я жила те месяцы как в раю. Только… только Брэндон.

Разрыдавшись, она уткнулась лицом в мускулистую грудь Рили. Тот обнял ее.

— Клянусь, Ханна, если где-то есть место для новой жизни, я найду его, либо умру. Только мы должны держаться вместе. Будет дождь или нет, утром мы двинемся дальше.

Рили закрыл глаза и понял, что не хочет выпускать Ханну из своих объятий до самого рассвета.

Лучи восходящего солнца раскололи тучи. Рили проверил, не испортила ли влага боеприпасы. Ханна собрала вещи и приготовилась снова выдвигаться с Брэндоном в путь. Троица позавтракала кусками сухого завтрака, запив водой из фляжек, и двинулась в направление солнца.

7

Скотту не нравился план Дэвида. По сути, он ненавидел это план, считая его безумным. Однако лучшего варианта он предложить не мог, поэтому ему пришлось смириться. Они тщательно выбирали стража, к которому можно обратиться, и такой шанс у них появился. Сегодня стражи были в полном составе, потому как пришло время собирать пленников для спаривания. «Дырявая шея» командовал шестью мертвецами. Каждый нес по автомату, боевое оружие не давало пленникам выйти из под контроля. Дверь в загон была открыта, и стражи выводили людей за ограду.

Скотт, давно уже находившийся в плену, знал что делать. Он дал «Дырявой шее» знак, что хочет совершить сделку. «Дырявая шея» изучающее посмотрел на Скотта, затем предложил своим людям оставить их со Скоттом наедине. Когда все вышли, «Дырявая шея» вернулся и приготовился выслушать предложение. Скотт мог бы поклясться, что увидел голод, горящий в глазах мертвеца.

— Черт тебя дери, — пробормотал Скотт, надеясь, что «Дырявая шея» его не услышит. Он откашлялся и сказал, — Мы с Дэвидом не хотим сегодня идти внутрь.

На лице «Дырявой шеи» отразилось полное недоумение. Нежелание человеческого самца трахаться было за пределами его понимания.

Скотт увидел этот взгляд и неверно истолковал его. — Дэвид — новичок. Тот, которого вы недавно привезли.

«Дырявое горло» удивленно уставился на него. Конечно же, он подумал, что Скотт потерял рассудок, и ему не терпелось прикончить эту человеческую особь на месте. Во всяком случае, ему нужны были помощники в селекционном центре, присматривать за женщинами. Новый ходячий мертвец во многом помог бы ему с рабочим графиком.

Скотт сжал зубы, придавая твердости своим словам. — Понимаешь, мы — геи. Мы только хотим побыть часок наедине, поспариваться так сказать по-своему. Только один раз, — выпалил он.

«Дырявая шея» осклабился. Вместо смеха из остатков его трахеи раздалось мерзкое клокотание. Он покачал головой и, схватив Скотта, потащил его к выходу из загона.

— Подожди! — взмолился Скотт. — Ты же не знаешь, что я предлагаю тебе взамен.

«Дырявое горло» замешкался. Пленниками не разрешалось питаться, пока они не нарушали правила или сами не предлагали свои нежизненно важные части тела. Скотт был далеко не обычным пленником и понимал, что «Дырявое горло» получает удовольствие от такой необычной и постыдной для человеческого самца просьбы.

— Можешь послать с нами своих людей, чтобы мы не сбежали. Прошу только один час.

Мертвец жестом спросил, что он получит взамен, показывая, что такое пренебрежение правилами стоит дороже.

— Мои ноги, — решительно сказал Скотт. — Обе ноги. Они твои. Они мне не нужны, чтобы спариваться. А если я вдруг умру, ты получишь преданного сторожевого пса, пока я не сгнию от жары.

«Дырявая шея» поднял вверх пальцы, показывая, что с ними пойдут два охранника, а не один. Затем жестами добавил, что это будет первый и последний раз.

Скотт облегченно вздохнул, когда начальник охраны ушел за Дэвидом и охранниками, которые отведут их в лес. Может быть, дело и выгорит, подумал Скотт.

8

Пули щелкали по асфальту, когда Рили бежал к укрытию. Он закатился за брошенный грузовик. Вслед за ним в кузов ударила очередь. Ханну и Брэндона нигде не было видно. Рили был отрезан от них невесть откуда появившимся джипом, битком набитым мертвыми солдатами. Рили проклинал себя за то, что привел сюда семью. Несмотря на иллюзию безопасности, им нужно было держаться деревьев. Сама же дорога оставалась загадкой. Здесь вообще не должно было быть дороги, в этой части страны. Она казалась еще более нереальной от изобилия ржавеющих машин и грузовиков, видимо брошенных здесь еще в первые дни «мертвой чумы». Рили не имел ни малейшего понятия, куда она ведет. Здесь были лишь деревья и грязь. Он подумал, что у них нет времени идти по дороге, и решил срезать путь. И сейчас он расплачивается за свое решение.

Рили услышал, как где-то далеко слева щелкнуло ружье Ханны. — Глупая баба, — подумал он. Если они с Брэндоном добрались до деревьев, им нужно было уходить, а не пытаться сейчас спасать его. Оставшись без выбора, он выглянул из-за грузовика, стараясь разглядеть, что происходит на дороге. Один из мертвецов с АК-47 стоял в нескольких ярдах от него, его внимание было приковано к кромке леса. Военная подготовка Рили взяла верх, и он использовал подвернувшуюся возможность. Выпущенная из М-16 очередь, прошила грудь мертвеца снизу вверх. Разложившаяся голова твари лопнула с мерзким хлопком как дыня, разбрызгав мозговое вещество на дорогу. Обезглавленное тело развернулось и рухнуло. Рили вскочил на ноги и бросился искать лучшую точку обстрела. Он видел только трех тварей, и понимал, что справится с ними, если будет знать, что Ханна с Брэндоном в безопасности. Но проблема была как раз в этом.

Рили почувствовал, как ему обожгло плечо. Удар сбил его с ног. Ружье отлетело в сторону. Краем глаза он увидел мертвеца, произведшего выстрел. Тварь опустила ствол, на конце которого было прикреплено что-то наподобие штыка, вниз и двинулась к нему. Рили не двигался и не предпринимал никакой попытки отразить нападение. Он ждал до последнего, и когда тварь попыталась пронзить его штыком, схватился за ствол.

Ближний бой с мертвецами был крайне опасен. Укуса, а иногда даже царапины от их ногтей, было достаточно, чтобы заразиться смертельным вирусом, дававшим мертвую жизнь.

Его рывок застал тварь врасплох, и он выхватил оружие у нее из рук. Мертвец, потеряв равновесие, растянулся рядом с ним. Он навалился на него, распахнув голодный рот и пытаясь достать его ногтями. Но Рили оказался быстрее. Тварь не заметила, как он вытащил свой автоматический пистолет 45 калибра, и одним выстрелом вынес ей мозги.

— Ханна! — закричал Рили, в надежде услышать ответ. Вместо этого, он услышал, как взревел джип, на котором приехали твари. Он повернулся и увидел, как джип уносится прочь, откуда приехал, с последним мертвецом, сидящим за рулем. Во всем остальном дорога была безмолвной. Рубашка спереди была испачкана кровью из раны в плече, но боли он не чувствовал. Он бросился туда, откуда ранее раздался выстрел из ружья. У самой кромки леса он остановился. Ханна стояла на коленях в грязи, склонившись над Брэндоном. Сердце Рили замерло, когда Ханна обратила к нему залитое слезами лицо. Ее руки были в крови. Вокруг хрупкой фигурки Брэндона расплывалась лужа крови. Перед глазами у Рили поплыли круги, и он провалился во тьму.

9

Скотт с Дэвидом усиленно изображали геев, пока два охранника сопровождали их за пределы селекционного центра. Они держались за руки и всем своим видом давали понять, что им не терпится уединиться вдвоем там, среди холмов. Охранники вели их мили полторы от комплекса, прежде чем группа остановилась, и один из мертвецов вытащил из кармана секундомер.

— Вот как далеко мы заходим, — сообщил им охранник и запустил секундомер. — Можете приступать, а то часики тикают.

— Будете смотреть? — забеспокоился Дэвид. — Мы так не договаривались.

— Бакланы, — буркнул другой охранник, — Давайте уже шоркайтесь, а то нам возвращаться надо.

— В чем дело? — рассмеялся Скотт. — Ты тоже озабоченный? Хочешь присоединиться?

Охранник заморгал своим единственным глазом, а другой рассмеялся над своим растерявшимся товарищем, которому сделали предложение. Внезапно Скотт прыгнул вперед, ударив ребром ладони. От удара носовая кость смеющегося охранника вошла ему в мозг, мгновенно его убив. Второй охранник направил ствол ружья на Скотта, но Дэвид был тут как тут. Он бросился на охранника, и они кубарем покатились по земле, когда вдруг раздался выстрел.

Скотт инстинктивно пригнулся, чтобы избежать шальной пули, одновременно хватая ружье убитого им охранника. Он развернулся и увидел Дэвида, лежащего на охраннике, с разбросанными вокруг внутренностями. Видимо во время падения ему выстрелом из ружья разворотило живот. Скотт навел ружье на труп Дэвида и охранника и спустил курок. Скотт отбросил ружье. Ни Дэвиду, ни охраннику уже не суждено будет подняться. Боль утраты и чувство вины перед пожертвовавшим собой Дэвидом пронзила его, но на раздумья не было времени. Он знал, что шум их короткого боя слышал весь комплекс. Скотт, не оглядываясь, бросился в лес.

10

О’Нил и капитан Стивен изучали карту, разложенную на столе перед ними. Стивен ткнул пальцем в точку на карте. — Мы высадимся здесь.

— Южная Каролина? — спросил О’Нил.

— Почему нет? Этот порт находится вдали от старых торговых трасс и нам до него всего два дня пути.

— И все-таки он охраняется. Вообще, этими тварями кишат все доки, — прокомментировал О’Нил. — Мне не нравится идея снова подгонять Королеву так близко к суше.

Стивен ухмыльнулся. — А в этот раз мы и не будем. Подплывем так, чтобы до берега можно было добраться на шлюпках.

О’Нил уставился на капитана, окончательно сбитый с толку.

— Хитрость, мистер О’Нил. Это то, что мы раньше не пробовали. Даже если мы причалим ночью, не паля из всех пушек, Королева все равно может напороться на засаду, но наших маленьких шлюпок мертвецы могут и не заметить.

Стивен заметил, как О’Нил смотрит на него. — Да, есть риск, что рейдерский отряд заметят, да и припасов не удастся доставить столько, как если бы мы загружали их прямо на «Королеву». Но я хочу рискнуть ради спасения хоть нескольких жизней. Если все получится, рейдерский отряд будет иметь больше преимуществ, а если «Королеве» придется принять бой, думаю, она сможет постоять за себя. Так было и так будет всегда, я уверен.

— Сэр, думаю, вы должны знать, что большая часть команды и пассажиров на борту хочет, чтобы мы захватили какой-нибудь маленький остров, пустили корни, и окончательно отказались от плавучей жизни, — сообщил ему О’Нил.

Стивен ухмыльнулся. — Нет, — отрезал он. — Мы живы только благодаря нашей мобильности, мистер О’Нил. Можете напомнить тем людям, что если мы утратим ее, мы проиграем войну.

Во избежание спора, О’Нил сменил тему. — Как, по-вашему, сколько людей потребуется для шлюпок?

— Думаю, всего шестнадцать. Это даст им необходимую огневую мощь и свободные руки.

— А кто их возглавит? — спросил О’Нил.

11

Скотт шел, не останавливаясь почти двенадцать часов. Выжимал невозможное из своего истощенного и изможденного организма. Он чуть не упал под дерево и чтобы удержать равновесие, ухватился за ствол. Голова закружилась, и его затошнило. Он упал на колени, и его вырвало на влажную траву. Пока следов преследователей не было видно. Когда он только побежал, был какой-то кошмар. Джипы набитые мертвецами с ревом выезжали из селекционного центра. Первые два часа погони были самыми жесткими. Он прятался за деревьями, путал следы и старался не наткнуться не только на преследователей, но и на обычные дозоры, расставленные мертвецами в этой местности. Однако за последние семь часов он не видел и не слышал ни одного джипа или мертвеца, тем не менее, не мог заставить себя идти дальше. Ему отчаянно требовался отдых.

Скотт вытер рвоту с губ тыльной стороной ладони, лег на землю и растянулся. Звук патрона досылаемого в патронник оторвал его от размышлений. Над ним стояла женщина, направившая ружье ему в грудь. Она была вся в крови, но похоже чужой. Она не выглядела раненной или истощенной, но он почувствовал ее крайнее утомление. Длинные рыжие волосы налипли на лицо и плечи, грязные от пота и крови.

— Привет, — тихо поприветствовал ее Скотт.

— Ты врач? — спросила она голосом полным и кипящей яростью и глубокой печалью одновременно.

Мысли Скотта забегали. Что он должен был сказать? — Умею немного, — быстро ответил он. Он лежал не шевелясь, чтобы женщина не почуяла угрозы.

Она сделала от него шаг назад и приказала, — Вставай. Мой муж и сын ранены. Им нужна помощь.

— Хорошо, — Скотт поднялся, несмотря то, что все его тело ныло от боли. Женщина вела его две десятых мили на восток. Не успели они дойти до лагеря, как Скотт вдруг почуял неладное. Он увидел маленькое тело, привязанное к дереву и тело мужчины распростертое рядом. Скотт подумал, что женщина похитила ребенка, но потом увидел большое огнестрельное ранение у того на груди, и понял, во что он влип. Слава богу, женщине хватило здравого смысла вставить в рот ребенку-мертвецу кляп. Скотт заставил себя не смотреть, как тот корчился под веревками, пытаясь освободиться, и обратил внимание на мужчину. Он опустился перед ним на колени. Мужчина был едва жив.

— Можешь им помочь? — спросила женщина, все еще держа Скотта под прицелом.

Он сильно сомневался, что сможет усыпить ее бдительность. Женщина была слишком взвинчена. — Зачем вы заткнули мальчику рот? — спросил он, надеясь вернуть ее в реальность.

Слезы покатились по покрасневшим щекам женщины. Было ясно, что она не в состоянии действовать рационально. И все еще верит, что ее сын жив. — Он… Он болтал всякий вздор. Говорил ужасные вещи. Я не могла это больше терпеть.

— Это действительно был ваш сын?

— Да, — ответила она, даже не попытавшись исправить слово «был».

— А это? — спросил Скотт, дотрагиваясь до руки мужчины.

— Рили. Это мой муж, Рили.

— Он умрет, как и твой сын, — смело сказал Скотт, увидев в ее глазах безумие. — Он потерял слишком много крови. Мы не сможем ему ничем помочь.

— Лжешь! — взвыла женщина, нацелив ружье прямо в лицо Скотта.

— Эй, осторожней! — вскинул руки вверх Скотт. — Мне жаль, леди. Я просто говорю, что вижу.

Женщина замешкалась, слегка опустив ружье. Скотт рванулся с места, схватившись за ствол. К его несчастью Ханна оказалась проворней.

12

Ханна перевернула ружье и ударила прикладом в лицо мужчине, схватившему его. Тот упал назад, ругаясь и обливаясь кровью из носа. Сказанные им слова ранили ее как бритвой. Она словно очнулась и осознала, что ее сын мертв, а муж при смерти. Будь она проклята, если этот грязный бродяга отнимет у нее еще и отцовское ружье. Она вскинула ружье, уперев прикладом в плечо. Раздался выстрел и череп твари, которая когда-то была ее сыном, разлетелся на куски.

Мужчина в ужасе уставился на нее. Он поднял испачканную кровью руку вверх, и произнес лишь, — Пожалуйста.

— Как тебя зовут, — спросила Ханна.

— Скотт, — ответил он и добавил, — Мэм, не сочтите за неуважение, но ваш муж еле дышит. Вы же не застрелите и его тоже?

— Рили! — взвыла Ханна, и бросилась к телу мужа. Видя ее горе, Скотт не мог себя заставить взять ее ружье, хотя она отбросила его в сторону. Вместо этого, он решил ради ее же блага оттащить ее от тела мужа, пока тот не вернулся к жизни. Скотт оттолкнул Ханну в сторону, когда Рили открыл глаза. Скотт вытащил пистолет из кобуры у трупа и прикончил его. Звук выстрела эхом разнесся по округе.

Ханна отвернулась от кровавого зрелища, всхлипывая, хотя у нее не осталось слез, чтобы плакать. Даже не пытаясь успокоить ее, Скотт вынул обойму из пистолета и проверил количество патронов. Затем он вставил обойму на место. Он поднял рюкзак, по-видимому, принадлежавший раньше ребенку, и стал проверять его содержимое. Кто бы ни была эта женщина, ее семья была явно хорошо обеспечена. Он вытащил один жевательный батончик из пачки и вцепился в него зубами, даже не пытаясь сдерживаться. Скотт не помнил, когда в последний раз ел настоящую еду. И она для него была неземного вкуса, свежая или нет. — Откуда ты? — пробубнил он битком набитым орехами ртом.

Ханна не ответила. Скотт прикончил плитку вторым укусом. — Как вы ухитрились так долго оставаться в живых? — спросил он, снова пытаясь достучаться до Ханны.

— Какое это имеет значение?

— Ну, во-первых, у вас есть еда. Вы хорошо вооружены. Черт, я даже видел какие-то антибиотики в этой сумке. Если вы из какого-то уцелевшего поселения или убежища, то я очень хочу знать о нем.

— А ты откуда? — парировала Ханна.

— Поверьте мне, леди, вы не хотите этого знать, — хихикнул Скотт, вгрызаясь в новую плитку. — Я был заперт мертвецами в лагере, который был сущим адом.

— Лагере? — удивилась Ханна. — Почему они тебя не убили?

— Где ты была, сестра? Как, по-твоему, мертвецы добывают сейчас себе еду? Нас осталось не так много, чтобы просто собрать вместе и сожрать на обед. Они пытаются разводить нас, как скот, так чтобы у них всегда была пища.

Ханна в ужасе уставилась на Скотта.

— Да, — кивнул Скотт. — Все так, и даже хуже. Я по-прежнему хочу знать, откуда ты. В лагере ты уж точно не была.

— Мой муж и ребенок мертвы.

— Мне жаль, — Скотт открутил крышку фляжки, и отхлебнул воды. — Я видел много смертей. Один мой друг умер как раз ради того, чтобы я очутился здесь. Как и твой муж, который умер, пытаясь увести тебя в лучшее место. Лучше привыкнуть к смерти. Если живешь в мире, где правят мертвые.

Скотт закрыл фляжку. — Нам нужно идти. Оставаться долго на одном месте это самоубийство. Неизвестно еще, кто или что слышало эти выстрелы.

13

Люк был далеко не простым инженером. Длинные черные волосы с проседью спадали на фланелевую рубашку пурпурного цвета. Он сидел, скрестив ноги в вытертых джинсах, и возился с оболочкой самодельной торпеды. Он слышал, как в мастерскую вошел О’Нил, но даже не предпринял попытки оторваться от своего текущего проекта. Вместо этого, он сказал. — К завтрашнему утру у меня будет еще парочка.

О'Нил сел на свободное место за верстаком. — Почему ты всегда работаешь на полу?

Люк улыбнулся. — Свобода, ответил он просто, — Она помогает мне думать.

О’Нил хмыкнул. — Как хочешь, только не устрой пробоину в днище корабля.

— Ты же не пришел сюда поговорить о моих рабочих привычках, мистер О’Нил. Что случилось?

— Завтра ночью капитан планирует совершить рейд на порт в Южной Каролине. Я подготовил обычную команду, и операцией буду руководить я. Вот и решил зайти и посмотреть, не придумал ли ты что-нибудь новенькое.

Люк бросил на О’Нила взгляд через плечо. — Если речь идет о понимании движущей силы, возвращающей голодных мертвецов к жизни, — Люк вернул сползшие очки на место указательным пальцем, — То тут я ничего не придумал. Это область доктора Гэлленджера, а не моя.

— Я думал, ты помогаешь ему.

— Помогаю, когда есть время. Ты, наверное, заметил, что в последнее время я очень занят тем, что помогаю держаться этой старушке на плаву, и придумываю новые игрушки для Капитана.

— Люк, я не то чтобы не доверяю Гэлленджеру. Я просто подумал…

— Что? Если я имею девять ученых степеней, от патологии до физики, значит я супермен? Что я могу взмахнуть волшебной палочкой и спасти ваши задницы? Я хочу, — пожал плечами Люк. — Но, понимаешь, я не бог.

— Я и не говорил, что ты бог. Бог живет общественной жизнью. — О’Нил поддел тощего как жердь ученого.

— Хочешь, чтобы завтра я пошел с вами?

— Нет же, черт тебя дери! — воскликнул О’Нил. — Стив пристрелит меня, если я отпущу тебя с «Королевы». Ты же наш мозг!

Это ты так считаешь. Возразил Люк. — На корабле достаточно людей, кто может делать то же, что и я.

— Может быть. Но никто из них не может делать все, что можешь ты, О’Нил встал из-за верстака. — Пообещай мне, что будешь помогать Гэлленджеру, окей? Нам больше нужен способ остановить мертвецов, чем поддержание оружия в рабочем состоянии.

Когда О’Нил собрался уходить, Люк пробормотал, — Осторожней, там, идиот.

— Я всегда осторожен, — сверкнул зубами О’Нил, и вышел.

14

Скотт счел, что Ханна отлично выглядит после пережитого, с полным на то правом, поэтому оставил ее наедине с ее мыслями, пока они шли. Женщина настояла на том, чтобы они пошли на восток к побережью, туда они и направлялись. Скотту удалось поспать несколько часов под ее наблюдением, и он был рад, что она не прикончила его во сне. Но когда он проснулся, она просто сидела там, находясь где-то далеко в своих мыслях, как в тот раз, когда он первый раз потерял сознание. Раньше ее невозможно было заставить двигаться дальше, но сейчас она была на ногах и готова идти быстрее его. Она лишь попросила похоронить тела ее близких и пойти в указанном ею направлении.

— Что за черт, — вдруг спросил Скотт, когда они заметили какое-то здание перед ними. Ханна остановилась рядом. — Это хижина, — сказала она и двинулась к зданию.

— Эй, что ты делаешь? — Скотт схватил ее за руку. — Мы не знаем, есть ли там кто-нибудь.

— Никого там нет. Живых уж точно.

— Откуда ты знаешь?

Ханна указала сквозь деревья. — Дверь раскрыта настежь. Окна разбиты. А стены, похоже, вымазаны запекшейся кровью.

У Скотта не было другого выбора, как последовать за Ханной на прогалину перед хижиной. Там на траве лежало несколько трупов с пробитыми головами.

— Похоже, кто-то неплохо повоевал, — отметил Скотт. Ханна же, не останавливаясь, направилась к двери хижины. Та еле держалась на петлях. Ханна переступила через порог. В доме на нее уставилось частично объеденное тело без ног и рук. Рот и подбородок был вымазан запекшейся кровью. Ханна была уверена, что язык твари был отрезан либо откушен, иначе сейчас бы она извергала ругательства. Тварь испепеляла ее взглядом, пока Ханна осматривала нехитрое убранство комнаты. Кто-то устроил себе убежище в этой глухомани, как когда-то сделала ее семья. Только этих бедолаг обнаружили до того, как они успели скрыться.

Ханна подпрыгнула на месте, когда вдруг оружейный выстрел расколол воздух, отправив лежащее перед ней чудовище в ад. Скотт пожал плечами, поймав на себе взгляд Ханны. — У меня мурашки от этой твари, — словно извиняясь, сказал он.

Скотт с Ханной внимательно осмотрели все место, не остались ли здесь еще мертвецы, или кто-то чудом выживший. Потом снова собрались в главной комнате.

— Возьмем все, что сможем. Еду, боеприпасы, — сообщила Ханна Скотту.

Скотт был слишком обрадован, чтобы его раздражал ее командный тон. — Ты не поверишь, что я нашел за этой развалиной! — улыбнулся он. — Пошли, покажу тебе!

15

Эта хижина оказалась настоящей находкой. Скотт до сих пор не верил своей удаче. Пополнив припасы и наполнив желудки сушеными помидорами и кукурузой из найденных банок, они продолжили путь на восток. Ханна по-прежнему несла свои ружья, отказавшись от помощи, а еще вполне рабочий автомат АК-47. Скотт же добавил к своему арсеналу помповое двенадцатизарядное ружье. Но лучшей их находкой был мотоцикл. С ним они могли двигаться в стороне от дорог, и с гораздо большей скоростью.

Скотт сидел сзади, держась за талию Ханны, пока она выжимала газ из маленького мотоциклетного движка. Она мотала рулем из стороны в сторону, петляя меж деревьев, и подпрыгивая на кочках, на скорости сорок миль в час. Скотт не был уверен, но впервые с момента их встречи он заметил на губах Ханны легкую тень улыбки.

— Не возражаешь, если я спрошу, — прокричал он сквозь рев мотора. — Почему ты так рвешься именно на восток?

К его удивлению, Ханна ответила: — Хочу в последний раз перед смертью увидеть океан.

Скотт на секунду задумался над этим откровением. — Понимаю, — прокричал он. Тут земля у них под колесами ушла вниз, и они покатили по склону холма.

16

«Королева» неподвижно стояла в гавани, вдали от доков. Пока никакой организованной атаки против нее не предпринималось. Генри О’Нил любовался ей, плывя на шлюпке в сторону берега. Всего было четыре лодки с равным количеством бойцов на борту. Сердце О’Нила колотилось в предвкушении. Давно он уже не бывал в переделках на суше. Конечно, он участвовал в многочисленных сражениях на борту «Королевы» или помогал сдерживать орды мертвецов на доках, когда они отходили в море после очередного рейда. Но то было другое. Он испытывал и возбуждение, и сильный страх одновременно. Напротив него сидел и заряжал дробовик афроамериканец по имени Рой. О’Нил знал Роя не очень хорошо, но знал, что он ветеран подобных рейдов.

План был простой. Высадиться у доков, рядом со складами. Нанести молниеносный удар. Собрать любые нескоропортящиеся продукты, которые они смогут нести в руках. Захватить несколько стоящих в порту лодок, на которых они вернутся на «Королеву». Ради этой операции им придется пожертвовать большинством оставшихся на корабле шлюпок, но если им удастся захватить рабочие моторные лодки, обмен получится более чем удачный.

Еще с ним в шлюпке были Дженифер и Джейсон. Неразлучные близнецы. Из них двоих войном была Дженифер. Под джемпером просматривалось мускулистое тело. Кроме ружья и пистолета, она была вооружена мачете. Среди рейдеров «Королевы» Дженифер слыла живой легендой. Глядя на ее самоуверенность, О’Нил чувствовал себя спокойнее. Джейсон же, хотя и был такого же телосложения, не отличался мускулатурой. Он был санитаром отряда, а на борту «Королевы» служил ассистентом доктору Гэлленджеру. Молодой человек, нахмурившись, разглядывал содержимое своей «аптечки». О’Нил был уверен, что парень надеется, что содержимое его саквояжа сегодня не потребуется никому из них.

Появившийся на борту «Королевы» сразу после начала эпидемии и погружения мира в пучину кошмара, О’Нил не имел официального звания. Но все знали, что он подчиняется лишь капитану Стивену, и все относились к нему с уважением. Он надеялся, что заслуживает этого.

Шлюпки достигли берега. О’Нил привинтил глушитель к дулу пистолета и шагнул в волны. Он двигался по началу неуклюже, но, вскоре привык и поспешил вслед за остальными к докам. Отряд разделился. Каждая часть направилась в свой складской сектор. Одна группа двинулась на поиски самых необходимых средств спасения и транспортировки назад на «Королеву». Мертвецов нигде не было видно, но О’Нил знал, что это не надолго.

Через несколько минут подходящий транспорт для возращения был найден. Уже были загружены ящики с провизией на две небольшие моторные лодки, единственные, оказавшиеся на ходу из всех имеющихся здесь. Именно в тот момент все и случилось. Они из налетчиков, по имени Гари, закричал: — Они идут!

Не успел О’Нил открыть рот, чтобы отдать приказы, как доки осветились вспышками выстрелов и из близлежащего города на отряд бросились мертвецы.

17

Рейдеры быстро поняли, что обнаружены превосходящим числом противника. — Это ловушка! — закричал кто-то. О’Нил чертыхнулся, назвав кричавшего идиотом. Мертвецы не могли знать об их планах, просто в эти дни тварей было полно везде. Дженифер сбила О’Нила с ног, и там где он стоял, просвистела пуля. — Сосредоточьтесь лучше на бое, сэр! — посоветовала она ему, поднимая свой М-16 и выпуская очередь по рядам напирающих мертвецов.

О’Нил ненавидел мертвецов. Интересно, почему они не были бездумными, медлительными автоматами, движимыми лишь одним инстинктом, как в тех фильмах, которые он видел в детстве. — Жизнь дерьмо, — подумал он, поднимаясь на ноги и целясь в тварь с дырой в груди, несущуюся на команду налетчиков с мясницким тесаком, занесенным над головой для удара. Он уложил ее с одного выстрела.

Мертвецы пытались взять отряд в окружение, ударив с флангов и отрезав его от доков, где ждали наполовину загруженные моторные лодки. О’Нил знал, если это случится, им конец. Он бросился со всех ног единственным для их команды путем, когда увидел, как Дженифер борется с мертвой женщиной, прорвавшейся через их огневой барьер. Ружья у Дженифер не было, и она пыталась пустить в ход мачете. Но это ей никак не удавалось. Женщина атаковала ее чем-то похожим на бритву. Из рассеченного горла Дженифер хлестала кровь.

Когда О’Нил добрался до лодок, его там ждал Рой.

— Нам нужно отправить еду на корабль! — закричал О’Нил. Джим кивнул. Большинство их команды были мертвы или умирали, и они не могли рисковать, спасая остальных. Слишком много людей на «Королеве» зависело от них. Если они проиграют, погибнет гораздо больше, чем здесь на доках.

— Что там такое? — закричал Джим, указывая куда-то О’Нилу за спину. Тот обернулся и увидел грязный мотоцикл, несущийся, петляя, к ним по полю боя. На нем сидели две человеческие фигуры, за рулем явно была женщина. — Черт, — ругнулся О’Нил, вынимая пистолет, чтобы выстрелить в нее. Если мертвецы решили подослать террориста-камикадзе на мотоцикле, чтобы тот врезался в моторные лодки, они свое получат.

Джим ударил по руке О’Нила, отчего пуля, выпущенная от его пистолета, ушла в дерево дока. — Какого… — начал О’Нил, но Джим прервал его. — Это не мертвецы, — проворчал старик.

О’Нил снова взглянул на мотоцикл, Джим же спрыгнул с доков в наиболее загруженную из двух лодку и завел ее. Мотоцикл занесло, и он остановился в нескольких ярдах от О’Нила. С заднего сиденья спрыгнул изможденного вида молодой человек с исполосованной шрамами голой спиной и сказал: — Нам по пути?

У О’Нила перехватило дыхание. Пропустив шутку молодого человека, он уставился в зеленые глаза стоящей перед ним женщины. — Прыгайте! — крикнул Джим из лодки. Но О’Нил стоял, не сводя глаз с этой женщины, ангела, пробежавшего мимо него и спрыгнувшего с доков в лодку. Мужчина с голым торсом столкнул О’Нила с доков, приземлившись в лодку вместе с ним. — По-моему, он тебя тоже имел в виду! — расхохотался молодой человек, когда они вместе свалились к ногам Джима. Джим выжал из лодки максимальную скорость, и она оставила за собой след из волн. Доки и весь кошмар растворились вдали. В борт лодки ударило несколько случайных пуль, и мертвецы взвыли в след ускользающей жертве.

18

— Кто вы такие? — спросил Скотт, — И что здесь вообще произошло?

Высокий, похожий на фермера чернокожий мужчина ответил: — Я Джим, а это мистер О’Нил. Мы с «Королевы».

Молодой человек заметил, что О’Нил по-прежнему не сводит с Ханны глаз. Она спросила: — Что такое «Королева»?

— Вот она, — Джим указал в ту сторону, куда они неслись по волнам.

— Разрази меня гром, — пробормотал Скотт. «Королева» была кораблем, и довольно большим. Длинным как линкор, но определенно не военным. Во всяком случае, изначально она таковым не задумывалась. Весь ее корпус был закрыт разнокалиберными кусками и листами брони. На протяжении всей палубы от носа до кормы размещались пулеметные установки. «Королева» определенно видала лучшие времена, но даже со своими незначительными знаниями о морских судах Скотт мог сказать, что она была еще достаточно крепка.

Джим подвел лодку прямо к ее борту. Вооруженные до зубов мужчины и женщины сбросили с палубы канаты, чтобы поднять с лодки ящики с припасами. — Жаль, что не сможем взять с собой эту малышку, — с печалью в голосе сказал Джим, — Хорошая была лодка.

— Возьмем с нее топливо, — сказал О’Нил, выйдя, наконец, из оцепенения. — Слейте из ее баков все до последней капли, прежде чем подниматься на борт.

Потом О’Нил повернулся к Скотту и Ханне. Он поймал один из сброшенных сверху канатов и протянул его Ханне.

— Добро пожаловать на борт, мэм, — сказал он, сияя искренней улыбкой.

Скотт и Ханна поднялись на веревке на борт «Королевы». Они оба просто были ошеломлены приемом. Ханна уже не помнила, когда в последний раз видела столько настоящих, живых, дышащих людей. О’Нил поднялся вслед за ними, и, не успев вступить на палубу, уже сыпал приказами направо и налево.

— Так, народ, быстро загружаемся, — во все горло орал он сквозь шум толпы. — Надо убираться отсюда, пока мертвецы не снарядили за нами погоню.

19

Писарь по имени Пит провел Скотта и Хану в их жилище. Две спартанские каюты напротив друг друга в одном коридоре. — Знаю, что жилье не ахти, — извинился Пит, — Но хотя бы здесь вы будете в безопасности.

Скотт по-прежнему пытался осознать происходящее. — То есть, парни, вы имеете в виду, что плаваете тут с самого начала?

Пит кивнул. — «Королева» была в море, когда мертвецы проснулись. Мы не вставали еще ни в одном порту, разве что устраивали отдельные рейды за продовольствием и припасами. Капитан полагает, что в море мы в безопасности.

— А вы слышали о других выживших, таких же, как вы? — спросила Ханна.

— Мне неприятно вам говорить это, мэм, но… нет. Во всяком случае, так утверждает Бенсон, наш связист. Нам встречались лишь отдельные люди, как вы. Мы всегда рады видеть новые лица, и уверен, что вы вольетесь в наш коллектив. У кого-нибудь из вас есть морской опыт? В кораблях разбираетесь?

И Скотт и Ханна отрицательно покачали головой. Пит махнул рукой. — Не беспокойтесь, мы обязательно найдем вам применение. У нас у всех на корабле есть обязанности.

Пит снова посмотрел на них и остановился. — Вам надо немного отдохнуть. Извините, но я вас оставлю. Вечером капитан захочет с вами поговорить. Он любит лично приветствовать каждого на корабле и расспросить его обо всем поподробнее. Часов через пять вы с ним поужинаете. Я приду за вами и покажу, что здесь к чему, пока вы сами не научитесь ориентироваться на «Королеве».

Пит снова пожал Скотту руку и кивнул Ханне. Потом он ушел, исчезнув за углом коридора. Ханна и Скотт посмотрели друг на друга, будто спрашивая, не хочет ли кто-то из них остаться один. Зависшую в воздухе тишину нарушил Скотт. — Тогда до ужина, — сказал он, заходя в отведенную ему каюту и закрывая за собой дверь. Рухнув на койку, Скотт мгновенно провалился в глубокий сон. Его сны были мрачными, но его изможденному телу они не были помехой.

20

Стивен раздраженно покачал головой. — Мы потеряли четырнадцать рук, и получили две. Дальше так продолжаться не может. Может вы и правы, мистер О’Нил. Похоже, нам нужно найти какой-нибудь остров и начать все заново.

О’Нил не верил своим ушам. Впервые за несколько месяцев капитан Стивен согласился с ним.

— Сэр, недалеко отсюда есть остров, о котором я вам говорил. По-моему он называется Коббл, или вроде того. До эпидемии там была настоящая «ловушка для туристов». Добраться можно только лодкой или вертолетом. Сомневаюсь, что встретим там сильное сопротивление. Остров находится в зоне умеренного климата, и между зимами, мы сможем выращивать там большой ассортимент еды.

О’Нил возбужденно сыпал подробностями своего плана: — Клянусь, там есть даже склад топлива, по крайней мере, для маленьких лодок. Мы можем оставить «Королеву» на некотором расстоянии от берега и она всегда, когда нужно, будет в пределах досягаемости.

Стивен ухмыльнулся одержимости О’Нила этой затеей. — Похоже, ты действительно все продумал. Хорошо, мистер О’Нил, попробуем сделать по-твоему. Начерти нам путь до острова, а мы пока убедимся, что мертвецы не висят у нас на хвосте. И приведите сюда тех двоих новичков. Мне не терпится узнать новости с материка.

— Думаю, вы найдете новую женщину довольно привлекательной, сэр, — прокомментировал О’Нил.

Стивен поднял со стола сигару, зажег ее старомодной деревянной спичкой. — Мне не показалось, что я услышал в твоем замечании намек на личный интерес, Генри?

Молодой человек моргнул. Капитан редко обращался к нему по имени. Тем более остальные. Это вывело его из душевного равновесия, хотя он знал, что капитан лишь подтрунивает его. — Нет, сэр. Я просто… подумал, что вы захотите подготовиться. Только и всего.

— А, — ухмыльнулся Стивен. — Понимаю.

Ханна лежала на койке, уставившись в потолок. Она пыталась вздремнуть, но мысли о Рили и Брэндоне не выходили у нее из головы. Брэндон был бы так счастлив на этом корабле. «Королева» показалась бы для него раем, приключением в открытом море, да и сверстники его тут были. Это была бы сказка для него. А Рили… Ей так не доставало Рили. Без него она чувствовала себя какой-то пустой, неполной. Часть ее души умерла вместе с ними там, в горах, как и весь мир, умерший когда-то давным-давно. Она приспособилась к разрушенному миру, но боль утраты была свежа и разрывала сердце.

Кто-то постучал в дверь ее каюты. Забывшись, она потянулась за ружьем, посылая патрон в патронник, когда дверь открылась. В дверях стоял Пит, с испуганным выражением лица уставившись на дуло ружья. — Все в порядке, — медленно сказал он, делая шаг назад. Ханна опустила ружье. — Извини, — пожала она плечами. — Трудно покончить со старыми привычками.

— Лучше уж с ними, чем со мной, — неловко пошутил Пит. — Капитан ждет, когда вы присоединитесь к нему за ужином.

Ханна последовала за Питом в зал, где ее ждал Скотт. Скотт был гладко выбрит и в новой одежде. Его внешний вид сильно отличался от прежнего. Он был красив собой, и даже, если можно так выразиться, элегантен. — Просыпайся, соня, — пошутил он, когда троица двинулась по коридору к лестнице, ведущей в каюту Капитана.

Капитан Стивен и О’Нил поприветствовали вошедших. Ханна посмотрела на Капитана. Ему было под пятьдесят, почти весь седой, все же не только в его характере, но и в невысоком, плотном теле, чувствовалась настоящая сила. Похоже, что ему многое довелось повидать. После исполнения необходимых вводных формальностей, Пит и О’Нил усадили всех за стол. — Что-нибудь еще, сэр? — спросил О’Нил.

Нет, спасибо, — Стивен постелил салфетку на колени. — Это все.

Пит и О’Нил покинули каюту, закрыв за собой дверь.

Стол был сервирован настоящей китайской посудой и дорогим, прямо царским, столовым серебром, но внимание Ханны и Скотта все же было приковано к еде. Глазированный лосось, свежий хлеб, острый коричневого цвета рис, не знакомый им ранее, фаршированные крабы, и чаша с красными яблоками рядом с салатом из капусты и моркови. Капитан, похоже, заметил их голод. — Пожалуйста, накладывайте себе, — сказал он. Скотт быстро наполнил тарелку всем до чего смог дотянуться, и положил себе двойную порцию фаршированных крабов.

— Уверяю вас, мы не всегда так едим, — проинформировал их Капитан. — Не можем себе позволить. Питаемся мы в основном гораздо проще, но сегодня есть повод для пира, не только ради вашего появления здесь, но и для того, чтобы отметить крайне необходимые изменения в наших планах на будущее.

— На будущее? — пробормотал Скотт с набитым ртом.

— Да, — продолжал Стивен. На будущее. Мы не можем больше жить так, как жили до сего момента. Я не желаю больше жертвовать жизнями членов моей команды и людей, находящихся под моей защитой. Нам нужно найти себе новый дом и постараться вернуть хотя бы часть того, что мертвецы отняли у человечества.

— Вы думаете, что это возможно? — вмешалась в разговор Ханна. — Мертвые повсюду. Куда бы вы не ушли, они везде найдут вас.

— Но их число тоже сокращается, — объяснил Стивен. — Их тела гниют. Время берет свое. Нам нужно продержаться пару лет, и мы снова превзойдем их числом. Тогда мы уж точно вернем себе этот мир, как и предполагалось.

— Откуда вы знаете, что мертвые умирают? Вы хотя бы узнали, что возвращает их к жизни? — спросила Ханна.

— Наша команда может и состоит из беженцев, но некоторые из них весьма экстраординарные люди. У нас на корабле есть два врача и один самый настоящий ученый, которые изучают чуму мертвых с того самого момента, как они взошли на этот борт. Мы не знаем, что за сила оживляет мертвую ткань, но знаем, что она не останавливает разложение плоти, а лишь замедляет его. Поэтому со временем, природа сама за нас уничтожит мертвых. — Стивен сменил тему, — Довольно об этом. Я хочу узнать о вас двоих. Кто вы? Чем занимались до того, как восстали мертвые?

— Вы действительно хотите знать? — спросил Скотт, вдруг забыв о еде. Стивен кивнул.

— Я был профессиональным киллером.

Сидевшие за столом затихли от откровения Скотта.

— Я убивал за деньги. Вначале работал на правительство, потом ушел на вольные хлеба. Даже не знаю, в скольких людей я вогнал пулю, пока меня не поймало ЦРУ. Когда началась чума, я гнил в камере федеральной тюрьмы. Там, за решеткой, меня и нашли мертвецы. Не знаю, почему они меня не убили. Может, я был так изможден, что они не увидели во мне угрозу, кто знает. Поэтому они только перевели меня в свою собственную тюрьму. Она называлась «селекционный центр». Это было место, где нас держали как скот, и разводили для еды.

Ханна так и сидела с открытым ртом после заявления Скотта о своей прежней работе. Стивена, похоже, оно тоже обеспокоило, хотя и не так сильно, как новость о «селекционном центре».

— Что ж, — позволил себе слово Стивен. — Не думаю, что имеет значение, чем вы занимались раньше. Теперь вы один из нас, и надеюсь, сможешь начать все с начала.

Стивен повернулся в кресле, обращаясь к Ханне. — А ты что же, — спросил он ее.

— Я… — начала Ханна и ее голос задрожал. — Я была матерью.

21

Спустя несколько дней Ханна нашла работу в детском саду корабля. Здесь было двое младенцев и почти дюжина детей, которых подобрали на борт за последние несколько месяцев. У кого-то вообще не было родителей, у кого-то родители большую часть времени были заняты работой на судне. Детский сад требовался как раз для таких детей, и Ханна была рада своей работе. Вместе с ней там работала еще одна взрослая, Джессика, молодая девушка, которой не было и двадцати. И хотя, как человек она Ханне понравилась, она не понимала, как Джессика справлялась с детьми до нее. Джессика была усердной, но у нее не хватало эмоциональной связи с подопечными, которую Ханна тут же установила. Джессика, без всякой обиды, отдала Ханне пальму первенства в деле заботы о детях. Все сильно изменилось, когда дети с рвением взялись за новые уроки Ханны. Ханна, хотя бы, стала забывать прошлое и выбрала будущее. Воспоминания о Рили и Брэндоне всегда останутся с ней, но она почувствовала, как в ней снова поселилась надежда. Эти дети нуждались в ней, и она могла предложить им гораздо больше, чем просто занять их.

Скотт же был зачислен в сильно поредевшую группу рейдеров и защитников. Он работал бок о бок с О’Нилом, которого с каждым днем ненавидел все больше и больше. О’Нил имел скорее военный подход к организации и обучению, тогда как Скотт учил этого человека «грязным» приемам, необходимым, по его мнению, для выживания в мире мертвых, где строевая подготовка бесполезна. А потом Скотт познакомился с Люком. Эксцентричный гений и вспыльчивый бывший киллер быстро сдружились. В прежнем мире они посещали одни и те же школы, оба выполняли секретные задания для правительства, хотя участие Люка имело целиком научно-исследовательский характер. Скотт даже близко не дотягивал до уровня Люка, но он был сообразителен и быстро обучаем, чтобы не отставать от Люка, когда тот двигал свои бесконечные теории.

Солнце скрылось за горизонтом. Скотт и Люк отдыхали на самой высокой точке «Королевы», над командным центром, лежа в шезлонгах. Скотт потягивал содержимое стакана, восхищаясь крепостью напитка, который Люк достал для них этим вечером. Это был пунш из виски.

— На что это похоже? — осведомился Люк.

— Что именно?

— Убивать людей за деньги. Как ты справлялся с этим?

— Если честно, я никогда об этом не задумывался. Работа как работа, понимаешь? Кроме того, это не сильно отличается от происходящего сейчас. Всем нужно убивать кого-то, чтобы остаться в живых. Либо пустить пулю в лоб, либо смотреть, как тот, о ком ты заботишься, расстается с жизнью ради твоего же спасения.

Люк наклонился вперед и сел в кресле. — А что ты думаешь о новом плане капитана Стивена?

— Не знаю, важно ли это, Люк. Мы все держимся на волоске. Умрем ли мы здесь, в море, либо сойдем на сушу и будем ждать, когда мертвецы придут за нами. Они доберутся до нас в любом случае. Мы проиграли войну в тот момент, когда они стали думать, как мы.

Скотт тоже сел и стал смотреть на воду за бортом. — Домашний гений, скажи мне, ты хоть понял, что возвращает мертвецов к жизни?

Люк пожал плечами. — Не совсем. Это точно не радиация и не вирус, как в тех старых ужастиках про ходячих мертвецов, но укус их тоже заразен. С этими мертвецами ничего не понятно. Они вообще не должны двигаться, не говоря уже об интеллекте. Иногда в ожившем теле сохраняются частичные воспоминания о прежней жизни, а иногда в него будто вселяется совершенно новая сущность. Но все они испытывают к нам голод, есть у них воспоминания или нет. Не важно, знают они как тебя зовут и кто ты, потому что они в любом случае сожрут тебя.

— Так на чем ты остановился, когда наука потерпела крах, так и не найдя этому объяснения?

Люк внезапно покраснел. — Наука не терпела крах, Скотт. Если у меня сегодня нет ответа, то это не значит, что всему этому нет правдоподобного объяснения. Просто я еще не нашел его. Я не верю в духов и судный день. У чумы есть разумная причина, и однажды я найду ее. Обязательно.

— Ты будешь и дальше искать ее?

— Естественно буду, черт тебя дери, — рассмеялся Люк. — Пока не найду.

22

Стивен стрелой взлетел на капитанский мостик. На корабле кипела активность. Его команда носилась, перепроверяя только что полученные данные. О’Нил заметил Капитана и двинулся к нему. — Так это правда? — спросил Стивен, когда О’Нил подошел.

— Боюсь, что так, сэр, — мрачно ответил О’Нил. — Сюда приближаются пять судов, и, похоже, хотят взять нас в окружение.

— Боже, — Стивен пролистал стопку принесенных О’Нилом донесений, знакомясь с их содержанием. — Посмотри на их размер.

О’Нил согласно кивнул. — Некоторые из них военного типа. Например, этот, — О’Нил указал на пятно на ближайшем экране радара. — Мы думаем, что это авианосец, а те два корабля, что прикрывают его с восточного и западного фланга, похоже, эсминцы. Теперь нам точно крышка.

— Чушь, мистер О’Нил, — возразил Стивен. — Мы и раньше бывали в переделках. Выберемся и на этот раз. — Стивен взвесил в голове их возможности, после чего продолжил. — Можем мы обойти их и удрать?

— Можно пробовать. Не думаю, что самый крупный угонится за нами, но я не знаю ничего о тех двух, что поменьше. Если же это окажутся эсминцы, то они догонят нас в два счета.

— Меняйте курс. Двигатели на максимум, — приказал Стивен. — А пока включай тревогу. Я хочу быть готовым, если нам придется драться врукопашную.

— Есть, сэр, — ответил О’Нил, нажал кнопку, и по всей «Королеве» завыли сирены.

На корабле началась паника. Рейдеры «Королевы», которые также являлись ее защитниками, бросились на свои боевые посты. Скотт был среди них. Остальные люди и члены семей разбегались по каютам и запирали тяжелые двери от надвигающегося ужаса. В детском саду творился хаос. Ханна и Джессика старались успокоить детей, уверяя, что все будет хорошо. И в то же время пытались справиться с напуганными родителями, пришедшими забрать своих чад. Свое ружье Ханна оставила в каюте, но тайно носила с собой револьвер 38-го калибра, который стащила с помощью Скотта из здешней оружейной. В детском саду оружие носить не разрешалось, но сейчас Ханна была очень рада тому, что нарушила правила. Она видела, как беспомощно погиб ее собственный ребенок и поклялась себе что ее подопечные дети не разделят его участь.

Доктор Гэлленджер приготовил лазарет к приему первых раненных, на случай если стычки не удастся избежать. Люк носился по коридорам «Королевы», пытаясь добраться до главной палубы. Он крепко сжимал в руках какую-то короткую металлическую трубу черного цвета.

О’Нил и Стивен смотрели с мостика, как на горизонте появились вражеские корабли. Казалось, сам океан содрогнулся, когда пришедший с востока эсминец выпустил из главных орудий залп по «Королеве».

23

Вражеский снаряд упал в воду у левого борта «Королевы», обрушив серию волн на ее корпус. Обошлось без серьезных повреждений. Для ответного удара у «Королевы» не хватало настоящих орудий дальнего действия, кроме самодельных торпедных установок, которые в данный момент были нацелены в сторону от ближайшего вражеского судна. Капитан Стивен знал, что ему нужно что-то делать. Им не уйти от скоростных эсминцев, и сейчас, «Королева» была отличной мишенью для их пушек. Сойтись с двумя вражескими кораблями в открытом бою было бы самоубийством, но еще это была последняя возможность попытаться спасти «Королеву».

— Поворачивай! — закричал он. — Давай между ними. Может они не такие тупые, чтобы лупить друг по другу из главных орудий!

Стивен повернулся к О’Нилу. — Как только появится возможность пустить по ним торпеду, стреляй!

Скотт вместе с другими защитниками «Королевы» беспомощно стоял у пулеметных позиций, пока «Королева» разворачивалась, чтобы вступить в бой с врагом. Эсминцы по прежнему были вне досягаемости основных орудий «Королевы», но, судя по всему, скоро все изменится. Скотт встал за тяжелый пулемет, заправив в него ленту с патронами, и стал ждать, когда цель подойдет поближе.

— Первая пошла! — отдал приказ О’Нил. Торпеда с вспышкой упала на воду, и понеслась к ведущему эсминцу. Остающуюся торпеду О’Нил приказал выпустить в след за первой. Спустя несколько секунд, торпеда ударила эсминец чуть ниже ватерлинии. Раздался звук рвущегося металла, и на палубу военного корабля обрушились волны огня и воды. Второй торпеде тоже повезло, по-другому и не скажешь. Ударив в эсминец, она нанесла еще больше повреждений, превратив корабль в пылающий факел. Последовавшие взрывы разорвали судно пополам.

Над палубой «Королевы» и над капитанским мостиком разнеслись крики ликования. «Королева» снова изменила курс, слегка развернувшись к остающемуся вражескому кораблю. Тут ударили пушки второго эсминца. На этот раз снаряды попали точно в цель. Взрыв проделал пробоину в боку «Королевы», мгновенно убив множество ее защитников, и вызвав внутренние повреждения корабля.

— Доложить о повреждениях! — прорычал Стивен, зная, что теперь «Королева» столкнется с новой проблемой, и это не только повреждения корабля. Убитые взрывом и смертельно раненные скоро воскреснут, и на «Королеве» появятся мертвые солдаты, все равно что взять ее на абордаж. — Двигатели не повреждены! — доложил О’Нил. — Брешь в корпусе заделывается. Вода не поступает.

Люк выбрался на палубу «Королевы» и вызвался выстрелить по вражескому кораблю. Он разложил свое устройство, похожее на черную металлическую трубу, вырезал кусок электрической проводки на стене рядом с ним, подсоединив свое оружие. Он знал, что то, что он собирается сделать, в некотором смысле покалечит «Королеву», но в сложившейся ситуации стоило рискнуть. Подключив к сети свое изобретение, над которым трудился в свободное время несколько месяцев, он направил трубу на эсминец. Когда он спустил курок, одновременно произошло несколько вещей; выпущенный из его оружия луч энергии ударил в отсек эсминца, где хранились снаряды для главных орудий. Энергия расплавила защитную броню как масло, превратив вражеский корабль в огненный шар, осветивший море даже сильнее лучей полуденного солнца. От Люка, его оружия, и большого куска палубы, где он стоял, шел пар. Отовсюду слышались крики. Двигатели «Королевы» не выдержали напряжения в сети, вызванного оружием Люка.

— Что за чертовщина? — закричал Стивен.

— Не знаю, — ответил О’Нил, пытаясь перекричать хаос, царящий на мостике. — У нас пропала мощность в сети, и двигатели сгорели. На всем корабле нет электричества. Резервные генераторы еще питают внутреннюю систему связи и аварийное освещение, но не более того. Мы потеряли ход, сэр!

— Дерьмо! — Стивен повернулся к офицеру на радиолокационной станции. — Что там с другими тремя кораблями?

— Я… Я не знаю, сэр, — заикаясь ответил офицер. — Похоже, большой дал задний ход, может даже изменил курс, до того как отключился экран. Те два, что поменьше по-прежнему идут нам наперехват. Они настигнут нас через несколько минут, Капитан.

— Кто-нибудь, скажите Люку, чтобы он заставил эти гребанные двигатели работать! — прорычал Стивен.

24

Доктор Гэлленджер попытался подняться на ноги. Когда он стал вставать, сломанная кость в левой ноге, согнувшись под его весом, пропорола плоть, и он тяжело рухнул на пол. Он не чувствовал боли, когда, исследуя другие свои части тела, увидел кусок шрапнели, торчащий из правого бока. Ему придется встать. Он чувствовал, что его собратья скоро будут здесь, и он голоден, голоднее, чем когда-либо. Сочтя рану в боку несущественной, он с хрустом вставил сломанную кость на место. Из разбросанных по развороченному лазарету материалов сделал себе шину. Потом встал. Проковылял в другой конец комнаты, чтобы проверить сестру Джонс, и нашел ее лежащей в луже крови. Он смотрел на нее, наклонив голову как животное. Ее веки задрожали, она открыла глаза и стала озираться по сторонам, осознав, что не может двигаться. Тело ее было придавлено огромным медицинским шкафом. Вероятно, при падении она сломала шею. Сжалившись над ней, доктор взял какой-то обломок и вогнал ей в череп. — Какой смысл в нежизни, если она не принесет ничего, кроме боли? — сказал он задумчиво. Гэлленджер нашел останки своего стола и вытащил из ящика пистолет 45-ого калибра. Чувствуя себя подходяще вооруженным, он покинул лазарет. Скоро он впервые отведает плоти.

Когда эсминец врезался в корпус «Королевы», всех разметало в разные стороны. Ханна растянулась, ударившись головой об одну из тумбочек в детском саду. Когда она очнулась, кровь стучала в голове. Сфокусировав зрение, она осознала, что еще жива. Мертвая, она не чувствовала бы такой боли. Джессика, ее напарница, должна была увести детей и спрятать в более безопасном месте на корабле. Ханна ощутила приступ ярости за то, что та бросила ее на расправу мертвецам, но потом поняла, что сама поступила бы также. Дети важнее. Рука Ханны скользнула под куртку и извлекла пистолет 38-ого калибра. Она не знала, что происходит снаружи, но знала, что Джессике потребуется помощь. Такой недалекой и легкомысленной девушке, как Джессика, Ханна не доверила бы присматривать за детьми во время битвы. Ханна поднялась и, выйдя из детского сада, побежала по коридорам. — Джессика! — закричала она, надеясь, что та ее услышит.

Завернув за угол, Ханна столкнулась лицом к лицу с мертвецом, волочившим за собой свои внутренности. Тот с хрипом кинулся на нее. Она успела уклониться и оттолкнула его. Мертвец свалился на палубу и тут же попытался подняться, чтобы вновь броситься на нее. Она влепила ему в лоб три пули подряд, выбив мозги из затылка на стену. Постояла немного. Ей нужно отдышаться, собраться и успокоится. Она слышала треск пулеметов наверху, поэтому знала, что битва еще не проиграна. Сделала глубокий вздох, чтобы успокоить дыхание, и отправилась на поиски Джессики, действуя сейчас более осмотрительно.

Две яхты быстро приближались, уклоняясь от огня защитников «Королевы». Обе подошли с левого борта, достаточно близко, чтобы мертвецы могли залезть на борт «Королевы». Они вели перестрелку с оставшимися в живых на ее палубе. С такого расстояния пулеметные установки «Королевы» не могли их достать. Их нельзя было опустить дулами вниз, чтобы вести огонь по мертвецам, поэтому Скотт покинул свой пост и поливал карабкающихся на борт тварей из АК-47. Один мужчина средних лет, весь покрытый ожогами, сорвался и упал в воду, когда пули Скотта изрешетили ему спину. Одна тварь залезла на борт «Королевы» рядом со Скоттом. Дробовик Джима с грохотом выстрелил, отбросив ее за борт. Скотт жестом поблагодарил Джима, затем вновь переключил внимание на мертвецов, вставляя в автомат новый рожок.

25

Битва за «Королеву» кипела во всю. Вся ее палуба была сплошным полем боя, сражение переместилось даже в коридоры. Капитан Стивен следил за всем со своего наблюдательного пункта на капитанском мостике. Если и была какая-то надежда на благополучный исход этой битвы, то она быстро исчезала. — Сэр, — сказал О’Нил, пытаясь отвлечь внимание капитана от резни на палубе. — Капитан, нам не удержать ее. «Королева» потеряна. Нужно отдать приказ всем покинуть корабль.

Слова О’Нила оторвали Капитана от раздумий. Покинуть «Королеву»? О’Нил с ума сошел? Он повернулся, чтобы возразить, когда дверь на мостик открылась и в нее пошатываясь, ввалился доктор Гэлленджер. Прежде чем кто-то успел среагировать, труп доктора поднял в вымазанной кровью руке пистолет 45 калибра. Первая пуля ударила Стивену в плечо. Вторая и третья вошли в грудь, отбросив назад, и тело сползло по стене мостика на пол. Бенсон, офицер-связист, получил пулю в горло, прежде чем О’Нил успел вытащить свой пистолет и отправить доктора обратно в ад точным выстрелом в лицо. Кашляя кровью, Стивен приказал: — Оставь меня. Я остаюсь с «Королевой».

Когда О’Нил встал, остальной командирский состав уже убегал с мостика. Большинство спасательных шлюпок исчезло. Найти выход с корабля представлялось тяжелой задачей, но не такой тяжелой, как остаться потом в живых. Мертвецы будут ждать.

Скотт и Джим залегли в левом углу главной палубы. Они укрылись за большой металлической трубой охлаждения. Патроны быстро кончались. — Ты хороший человек, Джим, — сказал Скотт, — Как ты относишься к тому, чтобы бросить все и забыть?

Джим заметил в глазах Скотта проблеск какой-то идеи. — Я думаю, — ответил он, — Чему быть, того не миновать. Похоже, у тебя есть идея, как нам спасти свои задницы.

Скотт ухмыльнулся. — Допустим. Бежим! — закричал Скотт, бросаясь сквозь ряды мертвецов и немногих оставшихся в живых людей. Скотт достиг края палубы и прыгнул за борт, приземлившись на яхте, к крайнему изумлению пятерых, находившихся на ней мертвецов. Он прикончил их на месте, прошив очередью из своего АК-47.

Джим последовал за Скоттом, но притормозил у ограждения у края палубы. — Сумасшедший придурок! — закричал он и спрыгнул на яхту, качавшуюся на волнах внизу. Он приземлился с треском ломающихся костей.

О’Нил прикончил труп, преградивший ему путь в коридоре. Он знал, что у него в пистолете осталось три патрона, если он правильно считал выстрелы. Тут до него стало доходить, что все кончено. Он резко распахнул люк, ведущий на палубу, когда кто-то позвал его по имени. К нему подбежала Ханна. Она бросилась к нему, обняв руками. Он тоже крепко прижал ее к себе, потом с большим трудом заставил себя освободиться от ее объятий. Он знал, что она не испытывает к нему тех же чувств. Они едва были знакомы, хотя она завоевала его сердце в ночь их первой встречи на доках, наполнив, наконец, его жизнь смыслом. — Капитан мертв, — сказал он. — Мы должны убираться с корабля, если хотим выжить.

Из открытого люка к ним бросилась мертвая женщина, зажав в гниющей руке кусок стекла как нож. О’Нил попробовал выстрелить, но Ханна оказалась проворнее. Она выпустила оставшиеся пули из своего пистолета женщине в лицо и шею. О’Нил повел Ханну на палубу, но она схватила его за руку и потянула назад. — Подожди! Что это за шум?

— О, боже, нет, — О’Нил высунул голову и посмотрел на небо. — Не может быть.

Однако, так оно и было. Над «Королевой» с ревом промчался истребитель F-16. Судя по виляющим крыльям, управлял им далеко не опытный пилот. О’Нил и Ханна вышли наружу посмотреть, когда самолет развернулся и стал пикировать на «Королеву».

— Наверно сейчас не самый подходящий момент для признания в любви? — спросил О’Нил, когда они смотрели на стремительно приближающийся самолет.

26

Скотт не мог забыть предсмертные муки «Королевы». Как в нее врезался самолет. Как ее корпус охватило пламя, и волны сомкнулись над ней. Эта картина долго преследовала его во снах. Еще он помнил Джима. Чернокожий южанин был крутым парнем, но из-за его сломанных ног и скудного количества червивой еды, найденной на яхте, у Скотта не было другого выбора, кроме как убить его. Джим был еще жив, когда Скотт выстрелил ему в живот из его же дробовика. И выбросил его за борт, пока Джим не успел воскреснуть и стать одним из тварей.

С момента их побега с «Королевы» прошла всего неделя, но для Скотта эти дни казались месяцами. Он лежал, растянувшись, на крыше кабины и смотрел на звезды. Двигатели яхты сгорели, его мучила жажда. Не смотря на ночную прохладу, на его голой груди блестел пот. Он знал, что болен, то ли от испорченной пищи, то ли от всего того, что ему довелось пережить. Если бы ему удалось добраться до берега, он смог бы подлечиться. Нормальная еда, немного лекарств, немного отдыха, и он снова смог бы встать на ноги, но все необходимое казалось ему пустыми мечтами на фоне того, во что превратился мир. Скотт почувствовал, что глаза смыкаются, с силой открыл их и посмотрел на лежащий рядом дробовик. Он снова стал перебирать в голове возможные варианты, когда вдруг стал накрапывать дождь. И небеса зарыдали.

Content

Эрик С. Браун
КОРОЛЕВА

Вступление

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22

23

24

25

26